Боровская 2. Веселая глава

1. Одну ягодку беру, на другую замахиваюсь

Для случайно забредших: это второй том истории о Боровской. Первый том тут https://author.today/work/541644

Внимание 2й том представлен будет здесь лишь в ознакомительном фрагменте.

_______________________________

Вместе они бодренько вернулись в силопер и поколесили вдоль ближайшего поля со спелой рожью. В небе висел обломок убывающей Луны. Благо дождя не было, и в салоне, если и болтало, то не особо сильно.

«Цып-цып, ну где же вы, мои смоляные кочерыжечки. Идите к мамочке. Сегодня я вас приголублю».

- Паркуй, Федя! – приказала Мурка, как только к ней пришел «short message» от морфов о наличии впереди приближающихся бездыханных бодрых тварей, в количестве четырех особей. Трое приближаются с юга и уже скоро будут тут, один чешет с запада, его придется чуть подождать. Курс держат все на Шмаковку. Да уж, сегодня у деревенских могла бы случиться беспокойная ночка.

- Прекрасненько! Если повезет, соберем всю коллекцию.

- Что вы сказали, ваше сиятельство?

- Впереди генобы Федя. Давай, жми до того поворота и тормози. Подождешь меня в силопере, пока не позову.

- Но я хотел с вами, Мария Па… - вспомнил о героизме парень.

- Без пререканий, - отрезала она и вскоре выскочила из силопера в ночь.

Бодрый бег через ржаное поле под бледным светом луны на перерез тройке. Симбионт уже принял стойку, только что радостно не урчал. О да, почуял легкую добычу.

- Так, Симба, сопля ненаглядная, кушаешь культурно и ровно тех, на кого указываю. Остальных берем в плен.

Недовольное ворчание в ответ. Увы, жизнь такая штука, что не все коту масленица. Черные точки рассекали резво ржаное поле. Каждая тварюха размером с теленка. Монстры уже почуяли жизнь и кровь, и повернули в ее сторону, как и задумывалось.

Сорок метров, тридцать, двадцать… Последние секунды, и в темноте уже видны горящие угольки глаз нежити. Пожалуй, вон тот обугленный тигрище, точно скалящийся чеширский кот из зоны отчуждения, вполне неплох. Центровой и самый бодрый среди троицы. Вот его себе и постараемся оставить, остальных фас, Симба!

В тот же миг из ее тела выстрелили сразу несколько кроваво красных щупальцев-лент. Перехват удачный. Симбионт высасывает генобов за секунду. А наследница Боровских, легко подняв над головой воплощенный двуручник, готова к горячей встрече. Тигрик взвился в прыжке, совсем не пуганый, похоже. Резкое смещение в сторону, затем заскок на морф-подножку, замах, и меч обрушивается с усилением на шею геноба. Был бы обычный зверь, уже бы головешка отлетела, да кровь фонтаном била, а тут лишь замедление, хотя и неплохое замедление. Благо, двуручник не застревает, как и прежде, в туше, а выскальзывает из смоляного тела, оставаясь в руках хозяйки –явно благодаря магической начинке артефактного клинка. Тигр «сбился с полета», весело кувыркнулся в ржаном сухостое. Крутанувшись, будучи уже на земле, Мурка настигла кочерыжку и нанесла еще два усиленных удара, в том числе поддала генобу под его игольчатый хвост. Бестия чеширская не усвоила ничего из своих ошибок и снова бросилась в атаку, клацая клыками. Теперь она проигрывала в маневренности, и это стало для нее фатальной невезухой. Мурка методично отхлестала тигра до его полного магического истощения. А потом воткнула меч в землю и сдула прядь с лица. Довольная улыбка уж сияла на ее лице ярче лунного осколка в небе.

1.1

Оставив полудохлика валяться, сорвалась наперерез следующему. Этот одиночка оказался похожим на гориллу-переростка с руками-кувалдами. Увидев впереди живое существо, геноб понесся к нему как клешненос, а именно тупо напрямик. Вот только не рассчитал чумазый, споткнулся о внезапно появившуюся «кочку» и растянулся прямо к ногам Мурки. Тут его и встретил звездопад из ударов силомечом. Боровская прошлась по спине геноба, как заправский массажист и вполовину утихомирила монстра. Симба плотоядно облизывался, но не высовывался.

Через пять минут она, уже подхватив за лапу гориллу, через пару минут чеширского тигрика, потащила их к дороге. На все действия приходилось удерживать усиление в теле, но это уже не доставляло столько труда и энергозатрат, как поначалу. Энергонакопитель уже не представлял несчастный ручей, а вполне походил на озеро, вот только пока чуть обмелевшее после слива Великому Секачу две трети объема. Но она явно дошла до уровня, когда количество начало утрамбовываться в качество, что приятно. Растем! И настанет день, когда я тебя найду, Вит! От меня не спрячешься.

На дороге она помаяковала Феде, и понятливый парень сразу подогнал силопер. Выскочил навстречу и помог затащить тварей в прицеп (эту полезную штуку на колесах они вместе нашли в силоперне).

- Куда теперь, Мария Павловна? – пробурчал оруженосец. Все же он был недоволен тем, что его отстранили от дела. Но Мурка была неумолима. Феденька и дальше посидит на скамейке запасных сегодня. Однако это не значит, что ему придется прохлаждаться и в дальнейшем.

- Вон туда. К соседнему населённому пункту, - махнула рукой, получив сведения от поискового морф-отряда. – И давай-ка уже двигаем. Похоже, остальной части стаи та деревня показалась интереснее. Как там ее?

- Сычовка, Ваше сиятельство.

Феденька завел средство передвижения, и нагруженный силопер рванул, пардон, поплелся еще медленнее, чем раньше. И потому на подъезде к деревне Мурка уже покинула улиточный перл, решив срезать путь через ухабистую степь с мелким ручьем. Пришлось распределять вперед себя морфов, чтобы считывали ландшафт перед собой, а то бы точно ноги свернула в полутьме. Тройку раз пришлось на своем пути ставить морф-уступы и перепрыгивать овражки, чтобы не терять время.

Семь генобов, хиг их высоси, уже подбирались к Сычовке с запада. Она же бежала к деревне с востока. Когда она вынеслась на дорогу, вдоль которой выстроились кособоко деревенские избы, небо уже предрассветно начало сереть. Подул ветер, внезапно нагоняя рваные тучки, закачал ведро на журавлевом колодце. Где-то замычала испуганно корова, и залаяла пара псов. Потом лай перешел в визг и захлебнулся. Генобы хозяйничали в тыловой части – со стороны огородов и хозяйских подворьев. Перемахнув через низкий тын, Мурка прибавила бег в том направлении и вовремя. Кочерыжки уже начали таранить двери и окна двух домов домов, царапая и вгрызаясь зубами. Полетели первые щепки и доски. В домах послышались приглушенный стенами визг испуганных жителей. О том, чтобы оставить себе хоть одного обугленного засранца, уже речи не шло. Эту великолепную семерку генобов придется подарить симбионту в полном составе. Укатывать тут какого-то для себя, когда в любой момент могут показаться жители, не желательно. Эх, ну да ладно. Парочка в подарок Якову уже есть, и то хлеб.

Секунда, и все налетчики вдруг заметили новое лицо. Новая жертва, рядышком, без какой-либо защиты – ну не красота, а? Оторвавшись от своих дел, генобы рванули к ней на перегонки.

- Симба, фас!

Уродливые морды, алчные пасти, острые рога и множественные шипы – весь смертоносный наборчик имел бы шанс добраться до нее, кабы не душные объятья Симбы. Симбионт встретил горячо и за секунду выпил всю семерку, выбросив более двадцати щупалец-ленточек разом.

Мурка усмехнулась, преодолевая волну блаженства от своего подселенца. Уровень манны взлетел, наполняя внутренний энергорезервуар.

- Твою дивизию, ну ты гурман, - хихикнула она, а затем увидела детскую мордашку в прорехе одной из ставен. Пора уходить, пока не засветилась еще больше.

Улыбнувшись и махнув на прощанье рукой малышу, двинулась в обратный путь. Закрапал мелкий дождь, который вряд ли перейдет в ливень. Но и без того от грязных луж скоро не останется и следа. Впитаются в землю.

Морфы уже довольно далеко разлетелись и более ни одной твари не усекли. Отправила мыленный приказ на возвращение, и сама отправилась обратно. Плюхнувшись на переднее пассажирское, Мурка напилась из фляги морса и развалилась в неге.

- Как все прошло, Мария Павловна? – скосил глаза на довольную графиню Макариков, ведя силопер по дороге.

- Думаю, что наша миссия в данном районе прошла успешно, Феденька, - ответила прежде, чем провалиться в сон.

***

А в имении ее ждало разочарование. Оказывается, привезенных генобов очень сложно обвесить поводками.

- А вы думали, почему этих диких не отлавливают маги из аристократических родов? – просвещал ее Михаил Михайлович Гунька. - Ведь каждый геноб стоит приличное состояние. Большая часть генобов не подвластна укрощению. А какие подвластны, тех уже разбирают богатые дома.

- И что, на этих двух невозможно навесить поводки?

Вместе они стояли у прицепа и осматривали смоляные тушки.

- Уверен, что нет, - цокнул языком толстячок. - Приглядитесь, граф. Даже с малым даром можно заметить магическим зрением у них в голове этакий сгусток, размером с орех, видите? Вот эта штука как раз говорит о том, что зверь уже не приручаем.

- А когда приручаем, то этого аппендицита у них нет?

- Нет, либо он размером не больше горошины.

- А если…

- Я знаю, о чем вы подумали. Нет, многие маги пытались развеять эту защиту, но бесполезно. Сил уходит прорва, а толку никакого. Простите, коли огорчил.

1.2

Жаль, конечно, она рассчитывала добавить подопечных Яше. Не вышло. Однако сразу Симбе отдавать тварей тоже торопиться не собиралась. Магической энергии в них сейчас ноль – симбионту на пол зуба. Смысла мало. Мурка подняла глаза на стоящего чуть в стороне Якова, что грел уши, и махнула рукой, чтобы подошел.

- Слышал?

- Да, ваше сиятельство.

- Ладно уж, фокус не удался, но ничего. Есть у меня парочка идей. Пока не попробую, не вешай нос.

Яша кажется повеселел. Велев тащить тварей в клети родовой тюрьмы, Мурка отправилась в свои хоромы, отметив, что Яша остался во дворе смотреть, как будут транспортировать тварей.

Нет, досыпать она пока не собиралась. Выспится еще на обратном пути в столицу, времени осталось мало. Приняв душ и перекусив, метнулась к пирамиде и слила еще часть. В голове пыхтел Секач. Ну да, по мнению Пумпы она должна была сейчас снова слить все накопленное добро под чистую в его Великую пирамиду. Ну да, а кто будет на турнире выживать, а?

И только после этого вернулась к тварям. Миновала кузнечика, что из-за смотрел на нее красными углями глаз, к следующим клеткам. Две бездыханные горы валялись каждый в своей клетке. Указала на первую, где находился Чешир, и ее отомкнул служащий.

- Дай ключи и можешь идти, - услала она охранника.

Затем присела на корточки и какое-то время оглядывала тот самый алый «орешек» в голове геноба. В принципе вариантов немного по удалению «аппендицитов». Если местная магия тотемов тут бессильна, то может подойдет ее дар, например, чтобы срезать лишнее…

Поднялась и, материализовав силомеч с перчаткой, сделала аккуратные надрезы острым концом на макушке твари, облегчая доступ к месту магического сгустка на всякий случай. Затем снова уселась прямо на пол, скрестив ноги, и призвала не морфов, а сырую силу. За полчаса тишины она создала тонкую обтекаемую полоску будущего резака, уплотняя и напитывая его «функциями» . Ну-ка повлияет ли ее изобретение на магический сгусток? Направила на «орешек». Что ж эксперимент показал, что резак из ее сырой силы все же способен продавливать магическую пакость, но крайне медленно. За пару недель ежедневного труда, возможно дело и выгорело бы. Оставив этот вариант как уже частично рабочий, развеяла магическую пилочку и толкнула ментально симбионта. Симба отлично себя чувствовал после сытного ночного перекуса и теперь пребывал в полудреме. Но тут же встрепенулся, когда понял, что ему может достаться еще одна тушка, хоть и сильно малокалорийная.

- О нет, жрать ты его не будешь, - тут же предупредила Боровская.

«Тогда что тебе от меня надо?», - пришла разочарованная эмоция от наглой многоножки.

– Хочу проверить, способен ли ты на точечные манипуляции.

Ноль интереса в ответ. Полный эмоциональный штиль.

- От успеха эксперимента зависит укрепление наших позиций в этом мире. И то, как быстро мы залезем на пик местной иерархии, - добавила с ухмылкой. Помнится, симбионт реагировал на эти ее мысли.

«Ну ладно, уговорила», - расшифровала она эмоцию спустя короткую паузу.

- Отличненько, осьминожка моя сопливая, - потерла ладошки Боровская. – Обрати свое драгоценное внимание на голову этого копчёного тигра с сумасшедшим оскалом. Видишь сгусток энергии? Вот такого размера, - Мурка сделала рукой жест, похожий на «Окей», но определяя размер той самой «О». – Ну как? Определил?

Аллилуйя! Симба понял, Симба не дурак.

- Мне нужно, чтобы ты выпил только эту энергию, не вытягивая остальное из тушки нашего экспериментального монстра. Ну как? Осилишь? Помни, что это важно для возвышения в этом мире. И да, я найду тебе еще много вкусненьких хрустящих генобчиков. Обещаю…

Интересно было наблюдать как из ее правой кисти проклюнулась тонкая алая ниточка. Затем тонкая ленточка вытянулась и зазмеилась в воздухе, лениво продвигаясь к генобу. И вот уже кончик красной тянучки уже подполз к распоротой смоляной макушке и медленно скользнул в дыру. Мурка затаила дыхание, наблюдая за «операцией» магическим зрением. Щупальце лишь аккуратно прикоснулось к светящемуся алым орешку, а через секунду он начал гаснуть и съеживаться.

- Тормози, - приказала Мурка шепотом, когда размер дошел до размера гороха. Она не знала, что будет если геноба совсем лишить этой энергии и решила не рисковать. Симба сумел, он остановился, и щупальце втянулось потихоньку обратно в руку наследницы.

- Хиг тебя засоси! – выдохнула восхищенно Мурка и улыбнулась во все зубы не хуже чеширского кота. - Да ты просто алый мега-гений!

Кажется, кто-то внутри нее довольно просиял от похвалы.

Ей сразу захотелось тотчас провести операцию и на втором генобе. Однако она сдержала порыв. Было бы недальновидно проделывать вторую манипуляцию, пока не подтверждена итоговая успешность первой. Подчинится ли геноб, возможно ли будет повесить поводок? А может он уже через час полностью магически «издохнет»? Нужно было время на проверку. Эксперимент продолжается. И пока главы рода не будет, за его этапами присмотрит Михаил с Яшей.

Что ж, в этот раз она отправлялась в столицу в прекрасном расположении духа. Провожать наследницу снова вышел почти весь штат служащих. Мурка обняла Гриппу, поцеловала в щеки опешивших бастардов и запрыгнула за руль. Махнула всем ладошкой. Силопер зачихал и выехал за территорию родового гнезда. Впереди ее ждал Великий Росстов с двумя буквами «С».

Первый пятьдесят километров пролетели гладко, а в конце шестого десятка на дорожной развилке их ждала засада в виде поваленной березы… и не только. Четыре геноба и парочка их хозяев засели в роще густой лещины. Солнце уже терлось огненным боком о горизонт, когда Мурка остановила силопер не доезжая до засады метров двадцать и подмигнула Макарикову.

- Пойдем, Федя.

- Куда это, ваше сиятельство?

- В лесополосу зайцев ловить.

- Зайцев?

- Да, уши торчат, аж отсюда видно. Доставай силомеч.

- Э-э…

Федя огляделся на самом деле осматривая округу. Усмехнувшись, Мурка все же ввела в курс дела оруженосца емко и коротко.

- Бегом в рощу. Держись рядом.

Они думали, что будут охотиться на нее. А получится все в точности наоборот.

***

2. Мозгохакер

***

То же место. Часом ранее

Двое мужчин вынырнули на дорогу из рощи и оглядели место. Один средних лет с мешками под глазами и при шляпе, второй моложе первого коренастый шатен без шляпы, зато у обоих была отличительная черта – глаза на выкате и одутловатые щеки.

- Здесь, - в итоге принял решение первый. – По старинке перекроем путь деревом. Приступай! – и сплел руки на груди.

- А чего это ты командуешь, Нат? – возмутился коренастый. - Отец нам дал это дело, но не назначал старшего. Так что ты тоже пили со мной ствол. Чего это я один силомеч должен тупить?

- Заткнись, Ипа, и делай молча, - рыкнул «шляпа». – Если не хочешь отправиться вслед за Айзеком на болото лягушек выпасать. Такой же бездельник, как и он.

- Эй, - сморщился словно от головной боли Ипат. – Ладно-ладно, только не жарь мне мозги! Ненавижу, когда ты это делаешь! Тьма тебя дери, – последнее слово младший прошипел себе под нос, отправляясь к ближайшей березе.

В роду Рачковичей Натан не только являлся наследником, но и умел копаться в головах, и это ставило его выше остальных, кроме, конечно, самого главы. И если жертва его не была магически одарена, то она совершенно не чувствовала ментального вмешательства, маги же ощущали влияние по мере своих сил. Вот и Ипат ощущал неприятный зуд в голове и одновременно желание топать в сторону березы и бодро взяться за работу.

Параллельно молодого мужчину раздирало недовольство. Ведь еще пару дне назад он, Ипат, так удачно гульнул с Лолочкой в столице, девицей Куропаткиной, с которой познакомился в родовом игральном клубе. Проклятый Боровский! Из-за этого недоноска отец вытащил его из теплой постели и пригнал сюда. Ибо «Дела рода требуют! Боровские угодья должны отойти роду Рачковичей». Ипат остервенело забухал силомечом по белоствольной древесине, вымещая злобу и брызжа щепками.

Вскоре дерево проиграло неравную битву и рухнуло поперек дороги, подняв облако пыли. Ипат оглядел меч – повреждений никаких. Но все равно, если отец будет в добром расположении духа после их удачной охоты, можно будет выклянчить клинок мощнее. Вдруг старик на радостях расщедрится?

В то время как Ипа мечтал о новом силомече и теплой постели с Лолочкой, наследник Рачковичей Натан хотел поскорее умертвить Боровского, чтобы побыстрее закрыть эту набитую до оскомины тему, который раз поднимаемую на родовых собраниях. К Боровскому он имел свои собственные счеты. Ведь именно его ментальное внушение двум придуркам в кабаке Твиловска вышло криво-косо. Пьяные идиоты должны были убить наследника, а не оставлять подранком. Мало того, в простом деле не справились, еще и совсем окосели, поскольку увидели в мальчишке девчонку.

Свечерело. Скрываясь в зарослях лещины, они ждали, пока не покажется силопер Боровского. Чуть в стороне в чаще недвижимыми черными статуями сидели четыре геноба и ждали своего часа. Рядом уже воплотил силомеч средний братец и браво им размахивал. Помнится, он присутствовал на загоне двух мелких картежников-Боровских и тогда уже смотрел на сметь врагов с азартом. Натан ментально видел, что ему нравилось смотреть, как отец натравливает на жертв генобов, а потом и на то, как те рвут на части человеческую плоть – точно раки клешнями. Да, его родственники те еще психи, потому, когда он, Натан, встанет у власти, то возьмет каждого под колпак ментального контроля. Они все будут марионетками, служить ему и выполнять его волю.

И вот силопер, наконец, появился: гремящий, маломощный и видавший виды, с кабаном на капоте. Притарахтел и остановился, не доезжая до поваленного дерева. Из окна высунулась вихрастая голова наследника Боровских – совсем желторотого юнца. Такого можно было и с одним генобом уделать.

«Ну иди сюда», - процедил мысленно Натан, провернув за полу шляпу на лысеющей макушке. Хотя даже с этого расстояния уже можно было пытаться влиять на разум. Так дело пойдет быстрее. Этот мальчишка сам ко ним придет, с его-то ничтожным даром, наверняка даже и влияния не почует.

Натан напряг ментальные «мускулы», а правильнее сказать, выстроил ментальный щуп, который должен был проникнуть в разум Боровского. Вот только он не достиг цели, неудачно слетел, отрикошетив. Возможно потому, что этот мелкий Боровский видимо все же почувствовал подвох и рванул вместе со своим спутником в кусты лещины. Решил убежать. Это он зря.

- От генобов не уйдешь, пацан, - прошипел себе под нос менталист, продолжая размышлять. - Ты видимо еще не понял, что ты бельмо в глазу буквально у всех родов.

Да. Род состоящий из одного человека – это уже не род, а насмешка. Все ждут кончины «последнего кабана», но никто особо уже мараться не желает ради не особо плодородных земель. Ничего, род Рачковичей исправит ошибку и зачистит от падали свет аристократии.

«Догнать!», - бросил он мысленный приказ монстрам.

И четыре черные твари сорвались в чащу, с треском ломая ветки. За ними по образовавшейся «просеке» ломанулся, как бестолковый лось, Ипат. Только Натан знал, что сейчас спешить глупо, поэтому двинулся не спеша. И зря. Самое интересное происходило далее без его участия.

Ипат Рачкович несся вперед за тварями, когда в лицо ему влетела какая-то дрянь и залепила глаза. Не соображая, что происходит, воитель споткнулся и полетел вниз, пропахав лицом землю, насобирав царапин и затрещин на лоб, а в рот палых листьев с землей. В этот момент он получил по запястью сильнейший удар, и из руки его вылетел силомеч. Рука взорвалась болью.

- Проклятая тьма! – зарычал он, баюкая ладонь.

Тут-то и настиг его страх, ибо вокруг установилась подозрительная тишина.

- Где же эти дрянные генобы, тьма их поглоти?! – не удержавшись, заорал он и тут же вздрогнул от голоса.

- Зачем они тебе, Рачок? Мертвецу владеть ничем не пристало. Отдай последнее и почивай мирно во гробу.

- Какому мертвецу!? – взвизгнул Ипа, с перепугу принявшись швыряться заклятиями налево и направо. Но ничего не добился. А потом пелена с глаз спала, и он увидел стоящего рядом Боровского, молодого парня с жутко широкой ухмылкой на лице. В одной руке он легко держал огромный силомеч, а во второй – отвоеванный меч Ипата.

- Твой род слишком часто переходит мне дорогу. Потому, пожалуй, первыми следует подкоротить ноги, – сверкнул взглядом сумасшедшего парень. - Как думаешь, Федя, кубиками лучше покромсать тушку негодяя или соломкой?

- Вам виднее, Марк Павлович! – парень более крепкого телосложения рядом с Боровским безразлично пожал плечами, принимая трофейный меч от молодого графа.

Боровский деловито взялся за меч двумя руками.

- А-а! – заорал Ипат, отползая, а потом пытаясь встать. Редкие заклинания с его стороны гасились с легкостью двуручником Боровского. – Натан!

У него почти получилось подняться и сделать первый шаг ко спасению, однако в следующий миг Боровский резко шагнул к нему и сдавил шею у основания. И Ипат рухнул без сознания.

2.2

Натан Рачкович не торопился, даже когда генобы и брат исчезли из вида. И потом, когда ему стал вновь ощущаться чужой разум не только брата, но и еще двоих, то лишь довольно ухмыльнулся. Недалеко успел убежать последний Боровский. Надо сказать, что генобов даром он не улавливал, словно эти существа не имели мыслительного центра, или он был иной структуры, чем у обычных животных, и потому неподвластен ему. Зато магические поводки говорили ему, что твари в порядке и все еще в его подчинении.

Чем дальше Натан продвигался, тем сильнее в нем поднималось раздражение. Его ментальный щуп снова потерпел неудачу, «соскочив с разума» Боровского на этот раз быстрее прежнего. А потом еще и еще раз. Натан морщился. В чем дело? Неужели у этого немощного при себе имеется артефакт от ментального вмешательства? Досадно. Но да ладно. Скоро генобы растерзают этих двоих, и жалеть будет не о чем.

Вот только дальше приплыло такое дерь..мо, что стало ясно, дело явно попахивает тем самым нехорошим. А именно – все четыре поводка разом исчезли. Все четыре! Как такое могло случиться!? Одновременно установилась тишина. Где же эти твари? Послышался плохо различимый разговор, который внезапно закончился криком Ипата, огласившем округу. «А-а! Натан!» - вопил он. Тут-то старшего из братьев Рачковичей, наконец, проняло. Нет, бежать сломя голову на спасение этого идиота он не собирался. Выпустил из брелка клинок и двинулся вперед, стараясь ступать тихо. Остановился, оглядывая из-за зарослей открывшуюся поляну. Братец лежал и казался бездыханным, рядом с ним стоял Боровский с подчиненным. Вокруг ни одного геноба, ни живого, ни мертвого. Тьма их дери!

- И что, Рачкович? Так и будешь пялиться из кустов и даже не поздороваешься? – неожиданно повернулся в сторону его куста мелкий граф, нахально ухмыляясь.

Натан сплюнул и показался. Не ему бояться какого-то бездарную мелюзгу. Даже сейчас без генобов он сильнее этих двоих. А тут еще крепыша-слугу получилось удачно взять под ментальный контроль. От этого наследник Рачковичей почувствовал себя наиболее уверенно. Расправил плечи, пренебрежительно выпятив крупную губу, произнес:

- Куда вы дели генобов?

- Съели, - улыбнулся во все зубы графенок, явно не собираясь говорить серьезно. – До сих пор вот перевариваю.

Он похлопал себя по тощему животу. «Ничего, сейчас моя будет очередь насмехаться», - кровожадно подумал Натан, вплетая в голову слуги горячее желание снести голову своему господину силомечом. Обычно он так грубо не работал, а заметал следы своего влияния, но сейчас в этом не было необходимости. Боровский должен умереть! А эта его идиотская улыбка будет отлично смориться на отрубленной голове, которую он принесет отцу в качестве доказательства.

- Ты убил моего брата и за это поплатишься! – прорычал Натан. О нет, он отлично видел, что придурок-брат без сознания, и живот его мерно вздымается, но сейчас праведный гнев будет смотреться наиболее уместным. Всего-то надо удерживать внимание графенка на себе, и дело выгорит.

Слуга, что так удачно стоял за спиной Боровского, занес уже меч для удара... Руби!

- Думаешь, стоило все же убить? – граф мазнул взглядом по Ипату. – Возможно уважу твое желание.

Натан оскалился, когда меч в руках слуги после некоторой заминки все же обрушился на Боровского! Нет, этот бравый парень все сделал все как надо на пределе своих сил. Вот только гаденыш Боровский в последнюю долю секунды ушел от атаки, резко присев, а потом ловко юркнул влево.

- Эй, Федя! Ты чего? Это же я! - Боровский поднял силомеч, на сей раз блокируя очередной навесной удар от своего слуги, затем ловко минуя еще и еще одного удара.

- Зря, он тебя не слышит, - сплюнул Натан, с досадой отмечая, насколько легко Боровский управляется с массивным двуручником.

- О, так ты мозгохакер что ли? - сощурил глаза Боровский.

- Что еще за хе…р? – рыкнул Натан в ответ, обходя сражающихся.

- Предупреждаю, рак, чтобы потом обидно не было. Если ты сломаешь мозг моему человечку, то живым я тебя не оставлю, - пообещал юнец так, что Рачковича передернуло, слишком по-взрослому прозвучало. Да как он смеет еще угрожать ему в своем положении!? Как бы он хорошо не махался, но двоих ему сложно будет одолеть.

Ментальный контроль требовал сосредоточенности, поэтому Рачкович бросил во врага лишь пару незамысловатых магических техник, обстреляв сырыми сгустками силы (жаль, что ни один не нанес ему ощутимого урона), а потом ринулся на Боровского с силовым палашом, между прочим весьма и весьма мощным. Натан часто кичился этим своим оружием, а глава Рачковичей год поминал тьму, вспоминая, сколько отдал за него.

Надежда уложить Боровского на первой минуте провалилась. Этот мелкий не уставал от тяжести двуручника и вертелся как волчок, успевая отбивать атаки с двух сторон и при этом скалиться злорадной в улыбке. А потом слуга его вдруг зацепился ногой за какой-то корень, да так и не смог высвободиться, просто махал мечом в пустую болван с остекленевшим взглядом! Приказ распутать узел и снять петлю ни к чему не привел. А Натану промедление стоило чередой неверных движений. Не то слово! Тьма! Да он не помнил, когда в последний раз так нелепо натыкался на ветки, и они от души шлепали его в лицо, а зелень залепляла глаза, и кора сыпалась за шиворот. И самое гадкое – шляпа слетела, открывая его лысеющую макушку! Прорычав от раздражения, он предпринял последнюю попытку пробить Боровского в печень, когда вдруг споткнулся при отскоке назад и ощутил, как земля резко уходит из-под ног, а сам он падает на спину ровненько рядом с мирно сопящим Ипатом. Откатиться и встать не поспевал, зато поднял руку, запустив подготовленное заклятие - с пальцев сорвались магические дротики. Но Боровский сучёныш все же успел в последний момент погасить их своим клинком.

«Будь ты прокля…», - начал было Натан поносить врага на чем свет стоит, но тут тяжелый меч Боровского своим концом уставился в его грудь, проткнув одежду и коснувшись кожи строго в районе сердца, и желание орать мгновенно испарилось.

- Снимай! – велел Боровский, глядя на него сверху вниз с холодной ухмылкой.

- Одежду? – не понял Рачкович.

- Да ты совсем что ль спятил, Рачок? – хохотнул юнец. - На кой мне сдались твои потные тряпки! Снимай с моего слуги свой гипноз, или что у тебя там за промывка мозгов в арсенале?

- А если не сниму, а просто убью? – настала теперь его, Натана, очередь скалить зубы в злой усмешке.

- Тогда это будет взаимно. Думаю, раз ты ощущаешь уже этот нажим, то продавить твою броню я смогу очень и очень скоро. Хочешь, поэкспериментируем со смертями?

Он был прав, этот наглый щенок!

- Что предлагаешь? – еле выдавил из себя слова Рачкович.

- Магические клятвы, что вы мне более не доставите проблем ни словом, ни делом. Цена проступка – жизнь, понятно дело.

- Еще чего! Клятву служек! Нашел дурака!

- Ну тогда покойся умным и свободным от клятв... – и без раздумий занес меч для удара. Натан даже не знал, выдержит ли его броня такой и...

- Стой! – проревел он, как медведь, останавливая гаденыша. – Я согласен!

2.3

***

Мария Боровская, она же Мурка, она же в прошлом Мария Бор, нынче ощутила жгучее желание сварить пару раков, обглодать, а потом закопать хитинчик под сваленной березкой, чтобы свежая поросль лучше колосилась. И беспокойный Симба был с ней полностью солидарен, так и рвался дотянуться хотя бы тонюсеньким щупальцем до гипнотизёра. Уж больно плешивый ему не понравился. Но еще со Звездного флота было вбито в мозговую подкорку: пока нет стопроцентной угрозы жизни, умерщвлять население планет негуманно. И все конечности симбионта так и не вышли из «домика», да и сама Мурка удержалась от жертв.

Да, она была раздражена. Этот плешивый мозгохакер влез в голову Федору и ввел настройки на ее убийство. Сейчас парень как бешеный зомби рвался вперед, чтобы настучать хозяйке силомечом. Благо, морф-петля крепко удерживала его стопу, драться с собственным оболваненным охранником – последнее дело.

Но, если умственная способность оруженосца не восстановится в полной мере, то ее желание поквитаться может стать для этих обоих Рачковичей фатальным. И, кажется, этот Натан (именно так он назвался, принося клятву) это понимал.

И снял воздействие после клятвы с сосредоточенным выражением лица. Хотел было до того снять, но да нашел дуру! Наверняка заложил бы одновременно Макарикову «мину замедленного действия» в мозг, которая рванула бы позже.

Сначала Федя опустил силомеч, потом сморщил лоб, осмысливая заново произошедшее, а потом бросил уже вполне осознанный взгляд на наследницу Боровских.

- Мар…к Павлович, я что же… это я вас сейчас… да как так-то!? О-о… – и чуть, дурак, на колени не шлепнулся, собираясь посыпать голову пеплом. - Простите-е-е меня! Клянусь, я не…

- Эй, успокойся, - отмахнулась Мурка. – Это все наведенное было, ты разве не понял? Ты лучше скажи, сколько будет пятью пять… - и тут она его протестировала на сохранность памяти и целостность соображалки, задав с десяток вопросов из разных областей знаний. Вроде бы адекватно отвечает. Хм… Кинула взгляд на напряженного мрачного Рачковича.

- Пока тебе везет, - произнесла. – Но, если замечу потом проблему, жди меня в гости.

Второй, Ипат, когда отошел от вынужденного обморока, не сразу понял, чего это с ходу от него клятву требуют. Видать, со сна шестерёнки туго крутились. И старший брат, что уже был под клятвой, лишь безразлично стоял в стороне, когда Боровский убедительно и кратко «объяснил» младшему необходимость.

- Да понял я, понял! – взвизгнул Ипат, когда Марк Боровский примерился к его шее клинком.

Стреляя во врага ненавистным взглядом, ретивый рачок тоже произнес положенные слова до магической вспышки, означающей, что клятва сработала, как надо.

- Что ж, приятно иметь с вами дело, членистоногие, - улыбнулся широко Марк Боровский. – Можете грести отсюда своими клешнями. Свободны… - и без страха повернулся к ним спиной. – Федя, поехали.

- Вы уверены? – Федя посмотрел на двух братьев, хмурых как небо над действующим вулканом.

- Абсолютно. Итак время потеряли, - Мурка зевнула. – Еще в академию рано вставать.

- Э-э… - послышался из-за спины шепот-стон. – Наши силомечи, - это Ипат заметил, что никто оружие им возвращать не собирается.

Ответом ему стала безразличная тишина. Наследник Боровских вместе со своим охранником на глазах Рачковичей сдвинули березу на обочину, уселись в свой силопер, предварительно сбросив трофейные мечи на заднее сидение, и поколесили далее по дороге, тарахтя магическим движком.

Отъехав, Мурка повернула зеркало заднего вида на себя как раз в тот момент, когда двое братьев сцепились и замолотили друг друга кулаками и заклинаниями. Ха-ха! Надо же, какие теплые отношения в этой семейке, любо дорого поглядеть…

Вернув зеркало на место, поспешила обрадовать оруженосца, что в этот момент крутил руль:

- Силомеч Ипата Рачковича твой, Федя. Можешь забрать брелок себе.

Макариков такого видимо не ожидал. Надо было видеть его лицо – растерянное и восторженное одновременное. Наверное, такое лицо имел бы ребенок, увидь он вживую деда Мороза-Клауса. Парнишка боялся поверить своим ушам.

- Но… ваше сиятельство, он же стоит огромные деньжищи! Как я могу…

- Легко. Он не такой тяжелый как мой, потому, не прогнешься, поднимешь, - она подмигнула. – Ой, да будь проще. Бери, пока дают!

- Мария Павловна, я все сделаю, чтобы быть достойным такого подарка…

- Угу-угу. Где у нас там ватрушки Гриппы? Что-то есть захотелось…

3. Птенец вон, в академии звон

Первое, что она узнала по возвращении в Великий Росстов, это о том, что птенец пропал.

- Как ушел? – вопросила у Карпа Семеновича, начальника по безопасности.

Коренастый рыжеватый усач виновато поправил фуражку с гербовой кокардой на затылке:

- Вы не оставляли указаний удерживать его, ваше сиятельство. Просто на следующий день, как вы отбыли, ваш гость собрался, попрощался в доме со служанкой, что была к нему приставлена, и покинул имение через ворота.

«Ох, Люменов, - проворчала мысленно Боровская. – Голова бедовая. Все-таки упорхнул. Ну что за человек? Просила же подождать».

- Он не оставлял никаких кон… адресов? Или возможно передавал мне что-то?

- Нет, ничего подобного.

Служанка тоже повторила почти все слово в слово. Илий просто решил, что ему тут не место, и решил сбежать, пока хозяин отсутствует. Очень жаль, если все же сгинет. Но да она не полная мать Тереза, догонять не станет.

Подпорченное настроение впрочем скоро подправилось. Она сумела «включить» защитную пирамиду так, как указал Великий Пумпа: просто влив в кристалл родовую бурую магию. сферическая энергетическая волна разнеслась по округе, всколыхнув магический фон.

«Вижу, земля мне подвластна», - пророкотал Темнейшество в голове.

- Ух, вот это апгрейд! – шепнула Мурка, рассмотрев мысленную картинку, что прислал Секач – этакую улучшенную проекцию с живыми точками на карте. Все-таки у этого мира есть и свои плюсы, хотя по сравнению с глобальными минусами, их плохо видно.

Дорогой Аркадий Емельянович был так рад ее видеть, что у Мурки закралось впечатление, что старик каждый раз отправляет ее в поездку к родовому гнезду, как в последний путь. От него узнала, а потом и собственными глазами убедилась, что в силоперной мастерской вовсю идут работы. Для того специально до академии заехала на «объект» на пол часика.

И там был самый пик работ, когда демонтаж уже позади, но до конца еще далеко. Так, например, старое асфальтовое покрытие и строительный мусор вывозились неуклюжими грузовыми силоперами, что безбожно грохотали на весь квартал, благо, что вокруг по большей части - промзона. Но уже сейчас было видно, что прораб на посту, работа кипит, рабочих хоть и немного, но все снуют как муравьи и машут усиками, то есть инвентарем. Все же управляющий не зря свой хлеб ест, уж не известно, чем он так мотивировал народ, но впечатляет.

С ним Мурка тоже коротко пообщалась. В частности, узнала от Бориса Афонасьевича, что ее рабочий кабинет будет готов уже через пару дней.

- Что, и сейф завезут? – спросила.

- Сохранный шкаф уже тут, ваше сиятельство, - степенно, но уверенно произнес управляющий. - Его я первым велел доставить и водрузить на положенное место.

Это была прекрасная новость. Мурка поспешила посмотреть. В кабинете пара мастеров обивали стены шелком с золотистым орнаментом в дань моде. Дверь уже была заменена на дубовую, как и рама с подоконником. Половицы тоже были выложены из золотистого дуба. Красота! Все же она до сих пор трепетно относилась к натуральной древесине.

Под потолком горела бронзовая люстра вся в завитках и хрустальных пластинках. При входе начальства, работники тотчас отправились на пятиминутный перекур. Сейф же был вмонтирован в стену и прикрыт черной тканью, чтобы видимо, не пылился. А Мурка подступила к сейфу и сбросила на пол «паранджу». Что ж, вполне годная стальная коробка с магической начинкой, хоть и до уровня сейфа, что установлен в родовом имении, не дотягивает.

Значит и второй пирамиде быть развернутой! Взглянула на наручные часы. В академию получится явиться впритык к первому звонку, зато дело будет сделано. Достала пирамиду и поставила на новенький подоконник.

- О, это же… - охнул управляющий с уважением, - если я верно понимаю, то…

- Да, Борис, это та самая обещанная родовая охранка, - кивнула с улыбкой. – Сейчас. Одну секунду…

А Марк Боровский запустил в кристалл бурую тонкую струйку магии, и через несколько мгновений пирамида вспыхнула, накрывая защитным полем территорию силоперной мастерской. Выслушав от Великого Секача подтверждение, что и эта земля теперь под его присмотром, Мурка, довольно присвистнула. Шустро засунула бурый кристалл в сейф и уже было метнулась к двери, когда ее окликнул управляющий.

- Ваше сиятельство, Марк Павлович!

Пришлось тормознуть и оглянуться.

– Не знаю, как вам это удалось, - приложил ладонь к груди мужчина. – Но я виновен.

- О как. И в чем же? – крякнула в ответ.

Неужели уже провороваться успел и кается?

- Я повинен в том, что сомневался в ваших возможностях. Мое вам почтение, - он коротко поклонился.

Тьфу! У нее уж чего только в голове не прокрутилось.

- Эм… Все грехи отпускаю, Борис Афонасьевич. Ты еще расскажи мне вечером, как твои родственники поживают, всем ли нашлось дело и жилье. Увидимся!

Наследник Боровских пулей вылетел из здания. А управляющий смотрел ему во след и не понимал. Парень ведь совсем юный, но внутренний стрежень в нем ощущался. Но вот насколько он несгибаем, только время покажет. Пока что родовая защита на мастерской – это показатель живого рода, и это далеко немало.

3.1

В большую аудиторию вошла, когда уже прозвенел звонок. Учитель по менеджменту, «управленчеству», если говорить по-местному, впустил с кратким замечанием. Материал читался сразу для двух курсов – второго и третьего. Георг Евстигнеевич Цыпа – сутуловатый и сухощавый преподаватель с нездоровым желтым цветом лица чем-то внешне напоминал цаплю.

С третьего ряда Назарский махнул рукой, и Мурка быстро направилась в его сторону и уселась за парту позади друга.

- Я уже думал, ты и сегодня не придешь. Где пропадал? – прошептал Игорь.

Ну да, первый учебный день недели она все же пропустила.

- В родовое гнездо ездил, нужно было утрясти кое-какие делишки.

- Это несомненно важная причина, - кивнул одобрительно Назарский, и гладкая медная челка упала ему на зеленые глаза, и Мурка улыбнулась. Оказывается, она успела соскучиться по своему степенному другу, самому вменяемому человеку со всей академии.

- Итак, кто мне скажет, какие меры нужно предпринять, чтобы улучшить показатели доходности сего предприятия при заданных условиях… - продолжал зачитывать задачу Цыпа, он прошелся взглядом по лицам и остановился на опоздавшем второкурснике. Его тонкие губы изогнулись. – О, возможно, это сделает наш опоздавший? Прошу вас, выходите к доске, граф Боровский, не стесняйтесь. Уверен, вы вытащите из долговой ямы этот завод и избежите банкротства, как истинный глава рода.

Георг Цыпа явно захотел уязвить, и сделал это мастерски – все вроде бы уважительно и чинно, не придерешься, а вызвал своими словами массу презрительных зрительских усмешек. В адрес наследника Боровских полетели шепотки и хохотки. Даже наследный принц со свитой лениво обратил взор в сторону вызываемого.

Любопытно, сам ли Цыпа придумал этот выход или с чей-то подачи. Мурка кинула взгляд на своих недобрых знакомых. Лыков, Быгник, Ляжко, Дыгайло, Вертецкий… Ой, да кто угодно мог заказать подначку. Благо, хоть Орлов свалил из столицы.

- Как же приятно быть популярным! – хмыкнула Мурка, растягивая улыбочку. - Пойду-ка, выступлю с речью. На бис. Цветов не надо, если что.

Что она в самом деле, не дочь своего отца олигарха что ли? Глядя во след Боровскому, Игорь лишь головой покачал, уложив лоб в ладонь.

Выскочив на сцену, пардон, на кафедру, Мурка подхватила магическую указку в одну руку и световой мелок в другую.

- Спрашиваете, как выпутать завод из долговой ямы? Есть пять способов для этого.

- Пять? - приспустил очки Цыпа. – Ну хорошо, хе-хе, озвучьте свои версии, будьте так добры.

Ну, сам напросился, хе-хе! Рассказ занял полчаса, все емко, чистенько и по теме.

Когда она закончила, в аудитории уже никто не смеялся. А преподаватель икнул, прежде чем отпустить Боровского на свое место с едва выдавленным: «Похвально».

Вот и отлично. Уселась и раскрыла книги второго курса для экспресс-изучения. Цыпа завел монотонную лекцию. Мурка пролистала учебник «управленчества» до конца и поняла, что нового для нее тут маловато. Вытянула шею и оценила, как Игорь Назарский выводит убористые строчки в тетради. У нее никогда не было такого аккуратного почерка. Огладела аудиторию и поняла, что записывают материал лишь единицы. В основном второй курс, да и то через одного. Третий курс занимался своими делами. Многие сидели в силовых «планшетках». Лыков смотрел в окно, щуря взгляд, а под глазом на скуле светилась наклейка: маг-пластырь. Что-то он сегодня слишком хмурый.

- Эй, - шепнула Назарскому. – Не знаешь, чего заяц такой подранный?

- Ты снова не смотришь новости, Боровский? Почитай, - и отмахнулся, внимая лектору.

Мурка нехотя открыла допотопный лапоть и маленькое окошко с чатом. И через секунду криво усмехнулась. Весь След’Ок так или иначе обсуждал одно событие - на этих выходных столкнулись два крупных рода: Лыковых и Свердиловых. Дошло до жаркой стычки, в которых и генобы поучаствовали. И только вмешательство Рюриков, которые не постеснялись явиться на стрелку и потребовать мзду за несанкционированную «родовую войну», погасило противостояние.

Хех! Значит, Рюрики вмешались. Мол, что за война, а бабок нет? Какие миротворцы! Нашла взглядом скучающего принца, развалившегося вальяжно на троне, пардон, кресле. Наследник правящего рода выглядел вполне здоровым и довольным жизнью. Он тоже не слушал преподавателя. За его спиной сидели красотки и так и тянули свои лапки к его плечам и кудрям. Мартынов, флегматичный дружок его, кажется вообще уснул, клюя аристократическим носом. Вениамин Щукин смотрелся чуть бодрее, что-то неторопливо заливая в уши Рюрику. Сегодня последним уроком снова пройдет очередная тренировка, и там эти жеребцы взбодрятся как следует.

Очередные уроки проходили гладко. Ляжко странным образом зубоскалил издалека, не стремясь вызывать на обещанную дуэль, видимо, сам понимал, что лучше приберечь силы для тренировки, а после просто понежиться в баньке. Припомнив купальню, Мурка невольно иначе взглянула на всех собравшихся. Где-то тут сидит тот самый мажор, который распалил ее поцелуем, довольно горячим и опытным. Гормоны тут же восстали из спячки от одного только воспоминания, пришлось приструнить и призвать логику. На свежую голову определилась. Если она и выберет любовника, то не из этих золотых мальчиков, однозначно. Девочка уже не маленькая, чтобы чудить.

На большой перемене предложила Игорю засесть в академическом кафе. Но Назарский дал заднюю.

- Я воздержусь, - произнес друг, провожая взглядом крепыша с сочным пончиком в руках, посыпанным сахарной пудрой и цветной крошкой.

Мурка и раньше догадывалась, что Назарский экономит, а сейчас убедилась. Местное кафе конечно загибало цены для золотой молодежи, но они же итак не особо злоупотребляют посещениями сего заведения.

- Пойдем, у меня событие, я плачу, - предложила иначе и подмигнула.

- Что за событие?

- Мастерскую купил силоперную. Обмоем яблочным пуншем с пирожными.

3.2

Стоило им умоститься за столиком со стаканчиками пунша, как тут же появилась Лиза Лунева, как не удивительно, со старшей Совицкой. Обе приземлились рядом, крутанув юбками с кружевом.

Марк лишь вскинул брови, наблюдая, как брюнетка двигает свой стул вплотную к нему. Блондинка Эльвира же с высока взглянула сначала на Боровского, потом на Назарского Щеки у Игоря порозовели и он вдруг поинтересовался, что заказать даме. Вот балда, сам же на нуле.

- Чем обязан такой чести? – произнесла Мурка наблюдая, как друг оглашает разносчику заказ.

- Ты вообще какой-то неуловимый, Боровкий, - надула губки Лунева, манерно поведя плечом. Это она на случай в купальне сетует или вообще?

- А может я не хочу быть пойманным, как думаешь, звезда?

- Да ты просто счастья своего не понимаешь, - фыркнула эта упертая.

- Почему не понимаю? Понимаю! Оно заключается одиночестве аскета.

Тут Лизонька откровенно расхохоталась, привлекая к их столику внимание завсегдатаев.

- Прости, но я-то знаю, какое одиночество в купальнях у мальчиков, - шепнула, стреляя глазками.

Назарский завистливо икнул, глядя, как Лунева влипла своей пышной грудью в плечо друга. Эльвира же отвернулась от Игоря, поедая пирожное серебряной ложечкой. Стало как-то даже обидно за друга.

- Как поживает жестяно-артефактный заводик в Берске, Эльвира Сергеевна? – спросил Марк Боровский белокурую красотку. – Вороновичи как помню, мечтали им завладеть. Преуспели?

Девочка пару раз хлопнула длинными ресницами и все же сморгнула высокомерие.

- Благодарю, завод еще при нашем роде, Марк, эм, Павлович.

- Славно-славно. Вот мой друг, Игорь Филимонович, давеча как раз интересовался Бердском, думает там покупать недвижимость. Может, вы сможете его просветить, что там любопытного есть, а чего нет?

Эльвира-таки кивнула, и у пары завязался разговор. А Лунева, кажется, решила оседлать ближнего своего. Нет, ну как же сложно быть парнем, оказывается! Пришлось слегка придержать ее порывы. Если бы не зрители, Мурка уже бы отвадила красотку, но тут еще репутацию бы не попортить слишком. Слухи о том, что Боровский не любит девочек еще хуже слухов о том, что он бабник. Тут и пришла неожиданная подмога. К их столику подоспел знакомый народ в лицах Филиппа Бобрина, Артемия Сходникова и Василия Иголецкого, и Лизоньке пришлось повременить с атакой на любовном фронте.

Оказывается, многим было любопытно, как проходят тренировки участников турнира. Мурка рассказала, и вскоре их компания выделилась живым разговором. Сидящие за другими столиками кидали в их сторону заинтересованные и недовольные взгляды одновременно.

- Говорят, ты, Боровский, был в золотой купальне с самим Владисилом Рюриком, их величеством, наследником правящего рода.

- Был. До сих пор не могу поверить собственному счастью!

Его восторг приняли за чистую монету.

- Да уж, невероятное везение, - закивали парни.

- Я бы не отказался тоже там побывать. Говорят, там весьма достойно.

- Конечно. Комнаты Золотой купальни создавали братья Клейковские, архитекторы, которые проектировали императорский дворец в прошлом веке.

- Твоему роду не помешал бы главный выигрыш. Миллион все-таки.

Да. Мурка знала, что куш хороший. Вот только свой миллион она планирует получить и без избиения и умерщвления юных испорченных студентов. Да еще, вряд ли ей стоит соваться сейчас к местным тяжеловесам и помереть на радость Лыковым.

- Давай, Боровский, дерзай. Вдруг выдюжишь турнир.

- Буду стараться со всей мочи, господа! – улыбнулась широко всем.

Она видела в глазах этих ребят неверие, а еще нечто такое… возможно, сожаление? Им, что, жаль Марка Боровского? Судя по всему, именно так. Они думают, что жить ему осталось недолго. А вот в этом она надеялась их разочаровать.

Большая перемена завершилась, пора было отправляться на следующую пару по математике к несравненной и необъятной Лидии Леопольдовне Мышьяк. Лунева с трудом, но отцепилась от ее локтя. А Совицкая уже более благосклонно попрощалась с Игорьком. Урок пролетел очень плодотворно, Мурка листала учебники, слушая в пол уха лекцию.

Перед тем как отправиться на полигоны, скинули учебники в свои комнаты. И впервые побывали в гостях друг у друга. Игорь цокнул языком, оглядывая номер-коморку Боровского.

- Похоже, самую захудалую тебе выдали комнату.

- Ничего, мне хватает, - отмахнулась Мурка. – Тем более, что по карману пришлась.

- Это да, но вот девочек сюда не пригласишь особо, - посетовал Назарский.

Мурка улыбнулась. Знал бы он, что его слова ее только порадовали. Здорово, если девочек это на самом деле остановит.

У Игоря академический номер был лишь немногим лучше. Он был на метр шире и имел лучший вид из окна.

- Так что тебе совушка Эльвира, понравилась что ль?

Игорь смутился чуть, затем практично ответил:

- Вариант неплохой, если не представится лучшей партии.

- Какой же ты просчитанный весь! – хохотнула.

Нет, ну правда! Эти академические высокородные мальчики на все смотрели через призму под названием: «польза для рода». И этот туда же.

- А как же просто развлечься?

- Боюсь, это может грозить проблемами.

Вот тут он прав. Она сама не желает иметь любовника из академии. Как раз из-за возможных проблем.

- Чтобы укрепить род, надо не просчитаться с партией в супруги, - выдал фразу ее серьезный товарищ. Явно мамку свою цитирует. Или папку?

- Слушай, а у тебя что, слишком строгие родители, да?

- Я других не знаю, чтобы судить. Но я их уважаю, они все делают для процветания рода.

Мурка вздохнула. Уморил он ее со своим родом и правилами.

- Пошли что ли к боевому корпусу, - шагнула из своей коморки.

- Да, пора! – согласился Игорек, глядя на наручные часы.

Они вместе заторопились по коридорам, а потом по аллее славы. Уже в раздевалке, Мурка быстро переоделась. Сама старалась не глазеть по сторонам, однако не всегда это получалось. Так или иначе, она отмечала тех парней, что были в той девятке из Золотой купальни. Не заметила, как на губах проявилась мечтательная улыбка.

- Ты даже не волнуешься, - хмыкнул Назарский, натягивающий на свой торс черную майку-трико. – Я бы переживал.

- О чем?

- Ну как, вторая серьезная тренировка. Турнирные, они же все такие тяжелые, а тебе теперь почти каждый день такое проходить.

- А-а, так переживаю же. Где-то глубоко внутри, - и хохотнула невольно.

- Какой-же ты несерьезный, Боровский, - отмахнулся Игорек.

Мурка решила, что хватит пялиться на молодежь, и первой выскользнула из раздевалки и корпуса наружу. Взаимно пожелав друг другу удачи, они с Назарским разошлись.

Осень вошла в ту самую чудесную пору, когда все деревья решили разом озолотиться. Теплый ветерок вертел листву над дорожками. В небесах плыли важные кучевые облака, пока что белоснежные. Идиллия. Сейчас бы разлечься в гамак и глазеть на их медленное движение. Постепенно стали подтягиваться турнирные мальчики. В том числе с крыльца неторопливо и важно спустилось их высочество со свитой. Затем объявился лысый инструктор по боевой магии Борис Антонович Зашибай. И приятное леностное настроение Мурки, стало быть, поугасло.

4. Пыльное дельце

- Прошу, господа, на полосу препятствий с магическими ловушками, - улыбнулся гаденько Зашибай. - Первая десятка отдыхает в золотой купальне.

Мурка поймала сразу дюжину косых взглядов, из чего стало ясно, что затолкать Марка Боровского уже мечтает почти половина собравшихся. Парни не в курсе, что нынче она и сама не собиралась лезть вперед, а намеривалась следовать прежнему плану. Достаточно прийти во втором десятке и просто помыться в душе без позолоты. Симбионт недовольно закопошился, словно чуя ее настроение избежать золотой купальни с золотой молодежью, а значит не работать локтями, выбивая себе место на пике местной иерархии. А что пик может оказаться пикой в одном месте, довольно мягком и чувствительном, он не понимал. Тщеславный, очень тщеславный Симба-а…

Однако, сегодня похоже на полосе не будет контактных стычек, ибо:

– Заступ или магическая техника на чужую территорию – вылет на последнее место, - заявил инструктор. – Оружие не использовать. Ваша задача, показать, как быстро вы способны миновать ловушки.

Каждому тренирующемуся была отведена собственная дорожка. Магические светящиеся стрелки показывали направление движения. Все участники видели друг друга, и при старте можно было наблюдать, как вперед рванули рьяные ребята. Куда торопятся? Сразу на дорожке у нескольких полыхнула ядовито зеленая магия. Ребята застревали, проваливались в ямы, пропускали удары магией. Но, конечно элита продвигалась вперед, словно совершала променад.

Рюрик двигался вперед, как сытый тигр, вальяжно и с довольной улыбкой на породистом лице. Рядом с ним, не уступая, шел лунный мальчик Мартынов с вечной скучающей физиономией. Сдавалось впечатление, что перед ними нет ловушек. Это если смотреть обычным взором, но стоит глянуть магическим, то можно было заметить мерцание голубых и лунных нитей, а потом зеленые вспышки обезвреженных «мин». Быстро, очень быстро работали породистые жеребцы. Лишь на несколько шагов отставали Щукин, Лыков и Малиновский. Тройка лишь немногим уступала первым.

- Ты чего застрял, Боровский? – здоровяк Быгник обернулся и глядел на нее с недоумением. Он преодолел уже двадцать метров пути.

- Ночку жаркую с девицей припомнил, - фыркнула Мурка.

- Ха-ха, - хохотнул морж басом. – Окстись, или не хочешь снова попасть в золотую купальню?

Он был прав, так отставать тоже подозрительно. И двинулась вперед. Ловушки для нее были видны, как и бреши в них. Так что большинство она просто ловко обходила, в том числе строя морфподножки. Некоторые приходилось развоплощать, преобразуя сырую магию. У иных перенаправлять силу удара с помощью малого морф-вола. И все прикрываясь дымкой бурой магии Боровских.

Через минуту обогнала десяток «подорвавшихся», потом поравнялась с Быгником.

- Что у тебя за техники такие, никогда не видел, - с обидой пророкотал в спину морж.

- Нашел в стенах родового замка записи и вот, обучаюсь успешно, как видишь - отбрехалась. – Эй, советую сделать шаг назад!

- Тьма! – чуть не вляпался Быгник, отступая от разверзшейся магической топи впереди, возникшей буквально за секунду. – В ловушках я не силен.

Мурка двинулась дальше, отмечая, что первая пятерка уже довольно далеко и скоро финиширует.

- Боровский-банкрот! На сей раз ты не попадешь в золотую! – взялся зубоскалить идущий впереди Тарас Ляжко. – А в первые турнирные дуэли тебя закатают в ковер, если не я, то другие!

- Сколько внимания, енот! И все мне, – хохотнула в ответ. – Может я тебе и по ночам снюсь, а?

Со стороны послышались смешки. Народ успевал развешивать уши.

- Иди ты во тьму, Боровский!

Кажется, он продолжал сыпать проклятья на голову Марка, но уже под нос себе, не так открыто. Мурка высчитала снова первую десятку, а потом еще тройку, чтобы не вышло, как в первый раз. Однако Ляжко обошла с удовольствием, видя, как тот бесится, и не только он. Пробежалась по морф-подножкам над кипящей лавой.

Дорожка стала впереди абсолютно ровной, последние десятки метров. На финишном пригорке видно было, как с достоинством рассаживается элита на скамьях для отдыха. Все теперь можно расслабиться и последних конкурентов обходить неторопливо. Впереди была ловушка, которая видимо при неудачных обстоятельствах отправила бы ее в неприятный полет. Ее точно стоит развоплотить, а не рисковать, перескакивая. Уже собиралась было усесться на землю, чтобы с комфортом неспешно магичить, как вдруг почувствовала загривком, как в спину несется чужая магия. Обернулась. Твою ж дивизию! Огненная техника успела развернуться в настоящий файервол, по-простому стену огня. Слишком близко, в упор! Ляжко, поганец, все же не выдержал…

Мозг заработал на усиленных оборотах, и за долю секунды она приняла решение. Шаг в ловушку с усилением в теле. Жах! В ноги ударяет горячая волна воздуха от проходящего уже внизу файрвола, ведь зеленая магия выстрелила ею в воздух, точно гаубица активно-реактивным снарядом. Миг и Мурка в полете развернула тормозящую морф-плоскость над головой, гася скорость и беря под контроль направление полета. Да, она должна была плюхнуться обратно. Но вместо этого бодро перелетела последние метры и рухнула за финишную черту. Решение приняла чисто из вредности. Раз Тарасику Ляжко так хочется, чтобы она не попала в десятку, то как не позлить мелкого засранца, а?

Встряска была приличная, слабая боль почувствовалась в стопах, это все же не морф-броня. Но в целом усиление справилось. Она поднялась с корточек и кашлянула от поднятой пыли. Фу! Вышла из облака и усмехнулась рожам своих соратников и инструктора по боевке. Что называется, не ожидали, а я приперлась. Ха-ха!

Она пришла восьмой. Теперь дайте доброму молодцу… простите, молодице поглядеть, как еноту справедливо навешивают последнее место, а затем залезть в купальню, ибо ваши тренировки – весьма пыльное дельце!

4.1

Минуло несколько дней, а он ни на волос не приблизился к разгадке личности той, что так смело вскружила ему голову, затем бесцеремонно кинула его в купальне. Выходные он невольно строил разные предположения и даже мысленно усмехался в предвкушении, как найдет нахалку и заставит ее признаться. А затем и сам признает, что ее план удался. Ведь кем бы ни была незнакомка, она добилась своего. Он заинтересовался ею и ищет ее.

Выходные дни стяжал сведения и пришел к единственному объяснению: скорее всего девушка была под сильным заклятием отвода глаз. Ее не взяли в десятку, но девица пробралась сама в купальню, задействовав магию. Выходит, играла именно с ним.

Думал, что к понедельнику желание поквитаться остынет, но нет. В понедельник появился в академии, чувствуя себя охотником, выслеживающим дичь. Он бродил меж малорослыми аристократками и целенаправленно проверял каждую. Чутье дара передавало ему их эмоциональный фон. Его боялись и в то же время считали ценным трофеем. Ни одна из них не походила на ту, что умела целоваться и толкаться одинаково отлично. Тьма!

Раздражение к вечеру достигло апогея, так что отказался поехать в Зету и отправился прямиком в родовой особняк. Не успел подняться к себе, как тут же был вызван отцом. Интересно, что главе от него надо? Хотя, есть предположение. Вошел в кабинет, и прислонился к стене, сплетя руки на груди.

- Приветствую…

- Есть дело сын, - отец умел идеально держать лицо, как все в их роду. Но это его не спасало.

Главу он чувствовал так же хорошо, как и других. И для этого не нужно было прилагать никаких усилий, хотя чтобы просмотреть чужого человека, а не члена семьи, наоборот, приходилось магически потратиться. Лучше бы это было не так. И сейчас отец, глядя на первенца, источал досаду, а еще подспудный страх. Как ни обидно. Не гордость или хотя бы недовольство наследником, а именно боязнь. Раньше это задевало, сейчас уже привык.

- Ты пойдешь со мной на сделку. Нужно понять, что из себя представляет один человек. Прощупать и понять, чего он затевает, придумать как его отвадить. Это нужно для благосостояния нашего великого рода, сам понимаешь.

- Когда?

- Завтра в десять.

- Не могу.

- Что значит, не могу!? – рявкнул глава, даже привстал с места, опираясь на столешницу письменного стола из черного дерева.

- Я учусь, - дернул плечами безразлично. - Все, как ты желал… У меня уроки, и подготовка к турниру. Уж-жасно важного для рода, - усмехнулся одним уголком губ.

Только дурак не понимал, что академия – пустышка. Остойник для молодых наследников родов, место самоутверждения зеленой золотой молодежи. Никаких особых знаний она не дает, особенно в области магии. Все важные знания и техники скрыты в родах, и делиться ими никто не собирался.

- Ладно! – сощурил глаза отец, цедя слова. – Если в семнадцать?

Выдержал паузу, наблюдая, как в бессилии родственник прячет кулаки их под столешницей. И потом только кивнул.

Отец отлично знает, что скоро придется освободить это кресло. А сын не торопит события. К чему? Пусть предок еще потешится. Как бы не хотел привлекать первого наследника, глава все равно в трудные моменты зовет его. Однако не все методы одобряет старший. Помыкать им как средним и младшим у него не получается, вот он и злится.

Перерождения – самый таинственный дар их древнего тотема. Сильнейшие маги их рода, начиная с тринадцати лет, начинают вспоминать прошлые жизни. И эти «воспоминания» сильно меняют личности мальчиков. У отца в копилке лишь два перерождения. У деда одно. У него уже восемь. Восемь прожитых жизней, восемь судеб, восемь смертей. Борьба за власть, деньги, взлеты, падения и бедность, любовь и измены, - он видел очень многое. С высоты прожитого он ощущает себя старым циником, который на время доверил руль своему мягкотелому отпрыску, позволяя ему развлечься.

Понятно, почему огонь в крови так важен для таких как он. Почему поиски той девчонки в академии важнее интриг отца. Есть та, которая разжигает интерес, дает пищу для ума, заставляет жить девятую жизнь. Скорее всего потом он разочаруется, возможно даже уже при второй встрече. Но пока здесь и сейчас – ему любопытно.

Просмотрев досье на малорослых аристократок, учащихся в академии, вычеркнул всех, кого проверил. Остальные должны были быть на первой паре на уроке по Управленчеству у Георга Цыпы. И в понедельник до начала пары проверил оставшихся в аудитории, выжимая из дара все. Он опустился в кресло в задумчивости, когда в двери аудитории ворвался опоздавший Марк Боровский. Малорослый, но верткий парень. Сколько уже раз влетает в неприятности, но все еще жив. Гляди-ка, его вызвали к доске, а он улыбается, шут гороховый.

Цыпа решил взять его за жабры, явно с подачи Лыкова. Заяц питал ненависть к Боровским и не скупился на подначки. Вот только не понятно, с чего у родов началась подколодная борьба. Старая история, благодаря иску Боровских, сейчас у всех на слуху. Для тех, кто хочет слышать, конечно. Лыковы оказывается продали неисправный дирижабль Боровским, и тот потерпел крушение. После этого они, похоже, хотели замести следы… Или был еще какой резон в уничтожении рода кабанов? Впрочем, не его дело. Таких подковерных жестоких игр у местных родов – тьма. Этот мир далеко не сахар, как и несколько других из его прошлых жизней.

Но этот раз мелкий жук Боровский опять утер ему нос зайцу. Учителю он заявил, что знает пять способов избежать банкротства. И вначале показалось это лишь бахвальством. Однако чуть позже стало ясно, что мальчишка разбирается в теме, да так, что незнакомка выветрилась на время из головы. Очень неплохо. Может предложить отцу принять род Боровских вассалом? Мозги есть не у многих. У мелкого графа они точно были. Хотя зачем ему эта головная боль с разоренным родом и его врагами? Добрым альтруистом он не был никогда. Стоит ли начинать?

4.2

Пару раз являлся помощник и приносил новости, в том числе сводку по телодвижениям отца в бизнесе и политике, а также о действиях других крупных фигур на политической карте «Росс». Пока грызня не касалась лично его интересов, предпочитал не лезть в высшую клоаку.

Последней парой стояла боевая магия. Началась тренировка, где яйцеголовый инструктор по боевой части вновь подстегнул всех тем, что в Золотую купальню попадет лишь десятка лучших. Проходил свою дорожку, снимая на пути расставленные ловушки без особого труда и не отвлекаясь от дум. Хотя рядом кипели страсти, многие жаждали попасть в десятку, чтобы пробиться в высшую элиту.

Второй учебный день в академии подходил к концу, незнакомка так себя и не проявила, но впереди маячила купальня, возможно, девчонка еще объявится и напомнит о себе? Скорее всего. Мысль о скором возможном свидании начала разгонять кровь и по его по венам. Последние метры, и вот он в числе первых прошедших свои дорожки разваливается на скамье. Очередной закончил. На сей раз Лыков.

- Ты в курсе, с чего жуки с зайцами бодались? – лениво произнес негромко друг, вытянув ноги и занеся руки за голову.

- По слухам, первые увели у вторых большие деньги.

- Отец то же самое говорит. А еще то, что жуки отрицают причастность.

- Да, отрицают.

- Странно, не находишь?

- Кто-то лжет…

Служка с холодным морсом обошел первую пятерку, но напиток его не заинтересовал. А вот смотреть, как потеют оставшиеся на полигоне пришлось. Скорее в ожидании, как быстро завершится вся эта мышиная возня, чтобы все отправилась в купальни.

Краем глаза заметил, как Лыков кидает хмурые взгляды на седьмую дорожку. Не удивительно. Кто мог его еще заинтересовать. Кабаненок активно продвигался вперед. Но вряд ли войдет в десятку на этот раз. Перевел взгляд на другие дрожки, но через несколько секунд вспышка магии заставила вернуться к седьмой. Скривил губы, наблюдая как наследник енотов, довольно недалекий тип, швырнул в Боровского заклинание, да еще почти что в упор, в спину. Ничего не меняется в империи, как и желание завистников лупить исподтишка. Ожидал, что Боровского скоро вынесут в лазарет на лечение, если не обгоревшего, то оглушенного, ведь от атаки уйти пацан не успевал никак. Однако кабаненок удивил. Его стремительный взлет не оценил только слепой. Ловушка выбила его вверх и вперед метров на пятнадцать, могла бы и выше, но кабан создал какой-то щиток себе в помощь. Однако… По воздуху этот новоявленный кузнечик преодолел последние метры до финиша и с глухим хлопком приземлился на ноги, подняв вокруг себя пыльное облако. Хм… неплохо. Даже очень неплохо.

- Полеты - это против правил! – тут же рявкнул белобрысый инструктор, отойдя от первого удивления.

- Покажите, - пришлось лениво склонить голову.

- Что?

- Правило. Где прописан запрет.

Не известно отчего, хотя возможно тому виной взбудораженное состояние в ожидании встречи с незнакомкой, но захотелось подергать зайца за усы. Слишком Лыков мечтает о провале Боровского. А еще енот будет счастлив, если кабану не засчитают проход дорожки. Сразу две довольные рожи – это слишком. Нет уж, пусть глотают кислую пилюлю.

Зашибай открыл было рот, но нарвался на недовольный взгляд наследника правящего рода. Тема заглохла, и Боровский, что так повеселил публику, остался в строю первой десятки. Енота никто защищать не стал, и инструктор проездил по ушам Ляжко и сместил его на последнее место.

Наконец, их распустили по купальням. Пока шел по холлу купальни, глядел по сторонам, и одновременно запустил «следак» на срытых от глаз личностей. Если девица здесь, он ее обнаружит.

- Ты какой-то странный в последние дни, - все же заметил друг, стягивая с себя магический тянущийся костюм и бросая его на позолоченный шкафчик. - Раньше тебе было плевать кто кому жарит в спину. Что, наметил кабана в вассалы?

Значит, не у него одного мелькала мысль прикарманить мальчишку.

- Не знаю пока.

- Лучше забудь. Он труп, слишком многим мешает.

- Ты откуда знаешь?

- Слышал разговор отца.

Что ж, он так и думал. Овчинка выделки не стоит. Глянул, как худой парнишка заходит под струю душа и с довольной улыбкой начинает надраивать пыльные бока, и ощутил сожаление. Дрянной мир и дрянная скучная девятая жизнь.

- Сегодня ожидаются слепые поцелуи?

- Хах, - усмехнулся едко друг. – Не волнуйся, сегодня без них. Я знаю, как они тебе опостылели, хотя не понимаю почему. Но зато будут горячие красотки в бане. Что за кислая рожа? Тебе никогда ничем не угодишь!

Ему действительно все не нравилось. Все! И что слепых поцелуев нет, и что доступным девицы набили оскомину еще больше, чем аристократки, и что следак который раз возвращался ни с чем. Гадство! Особенное раздражение он ощутил под конец посиделок. Незнакомка так и не пришла. Стянув губы в нитку, нырнул в бассейн и поплыл под водой, а потом и завис, трогая дно руками. Но да ничего, возможно, она сегодня не смогла прийти. Или специально накручивает интригу. Да, вполне возможно. Вынырнул спустя десять минут и заметил, как покидает купальню кабаненок, не дожидаясь появления девочек для развлечения. Пожалуй, и ему пора.

5. Дела силоперные

Вечером она катила по Покраевке, там на главной улице и узнала где именно найти Григория Муфту. Да, можно было самой не суетиться, а поручить управляющему связаться с силоперным мастером-артефактором. Но Мурка предпочла лично увидеть человека и говорить с ним. Там и составить личное мнение.

Домик у которого затормозили выглядел вполне добротно. Одноэтажный, стены беленые, крыша черепичная. За крепким забором под навесом пес брешет. Перед домом астры в старых шинах цветут. Федор постучал в калитку, но никто не вышел. Хотя Мурка заметила, как дернулась полосатая занавесь в окошке.

- Григорий Муфта! Просим беседы! – прокричала Мурка. Уходить без разговора не хотелось никак.

Мысли, что его уже переманили в другое место работы, тоже проскальзывала. Жаль будет, если так.

Послышался едва различимый шепот женский и мужской у крыльца дома. «Ты же хотел отойти от дел с господами, Гриша, куда ты!». «Уйди в дом, Глаша, сама понимаешь, не открыть нельзя, помнишь, как Чулановым дом спалили?». Звук шаркающих медленных шагов и стук палки, и вскоре им все же открыли. К ним вышел седой худощавый роста мужчина с повязкой на голове и при очках. Он опирался на клюку. Окинул взглядом силопер и в особенности родовой значок, а затем прибывших и безошибочно поклонился графу Боровскому.

- Ваше благородие, чем могу быть полезен? – кряхтя прошептал он.

- Их сиятельство граф Боровский, - просветил его активный Феденька.

- Ох простите, ваше сиятельство, - мастер еще ниже поклонился и в глазах за линзами проявилась настороженность. И тут же заохал, держась за спину. – Кхе-кхе… Проходите, проходите в дом, высокие господа. Так чем обязан такой великой чести?

- В дом заходить не будем, не люблю время терять, - заявил молодой граф. - Пригласить хочу вас работать у себя в мастерской у себя. Той самой, в которой вы мастерили ранее, пока вашу артель не расформировали.

Старик зацокал языком:

- Благодарю великодушно, ваше сиятельство! Но стар я уже служить, едва передвигаюсь. Вчерась вот лежал весь день, так шибко в спину вступило, - и он снова заохал и так натурально. Сморщился, поглаживая поясницу.

- Очень жаль, уважаемый, - заохал в свою очередь Марк Боровский, качая головой. – А мне-то очень нужен толковый силоперный артефактор. Только, конечно, здоровый и выносливый. Буду платить ему вдвое больше, чем вам платили ранее, плюс премии по завершению каждого прожекта отчислять. Предстоит собрать совершенно новый вид силоперов, каких еще никто не видывал. Быстрых, бесшумных. У меня уже есть идеи, нужен только помощник.

И Марк Боровский завлекательно помахал листочками с чертежами-набросками, глядя, как у мужчины, не такого старого, как он хотел показаться, загораются глаза. Кажется, мастер даже шею вытянул, чтобы понюхать бумагу и рассмотреть рисунки.

- К сожалению, это нереально. Уже многие пробовали создать такой силопер, - пожевал губы артефактор, отчего казалось, что у мужчины подергиваются усы.

- Многие, но не я, - самоуверенно заявил молодой граф. – Я планирую первую улучшенную модель выпустить уже в этом месяце.

- Э-э… кхе, кхе, - снова закашлялся мастер, смотря на Боровского так, будто задавался вопросом, здоров ли умом их сиятельство. Али все же болезный?

- Вот, - Мурка всучила в руки артефактору один из набросков. – Взгляните, так я собираюсь снизить уровень шума выхлопной… то есть выходной трубы силопера. Мы добавим элемент на выходе – насадку с начинкой из звукоперегородок с разным диаметром потока, используем простейшую магию, стекловолокно и керамику, а также применим интерференцию звуковых волн.

- Простите, что вы сказали? Интеферецию? Что это? – просмотрев то, что попалось в руки, артефактор оживился.

- Григорий, как вас по батюшке-то?

- Казимирович.

- Мы столкнем звуковые волны, Григорий Казимирович, и погасим их, - широко улыбнулся наследник Боровских.

- Как? – округлив глаза, спросил мастер.

- О, это я расскажу своему помощнику. Весьма сложная работа предстоит, но ужасно интересная. Но увы, - покачал головой с сожалением молодой граф. – Жаль, что вы не возьметесь. Но да лечись милейший, с такой спиной вам уже только на печь, кости греть.

Фраза про печь и кости отчего-то очень не понравилась Муфте. Мурка сделала вид что собирается уйти, она вполне могла предположить, что артефактор и впрямь решил отойти от дел. Вот только слишком он свою болезнь выпячивает. Впрочем, его право. Откажется, найдем другого, хоть и время чуть затянется.

Она успела дойти до силопера, когда ее окликнул уже не старик, а вполне себе бодрый мужчина. Спину выпрямил, плечи расправил, клюку выбросил за куртины с астрами, и давай шагать бодренько. Вот что сила животворящего интереса делает-то!

- Погодите! Ваше сиятельство… Хм. Расскажите подробнее, я чувствую, что у меня появились силы. И боль в спине совсем прошла. Тьмой клянусь, ничего не болит! – длинные сухощавые пальцы артефактора задергались, словно уже собирались что-то творить. – Возможно, я еще могу вам предложить свои услуги?

Мурка улыбнулась. Вот теперь можно и поговорить.

5.1

Что сказать, мастер ей понравился. Опытный, хваткий, охочий до знаний, способный собрать команду и двигаться к цели. Так что в силоперную мастерскую они приехали вместе. Старик оглядел территорию, эм, теперь этого мужчину с опытом уже и не назовешь так, настолько он легко передвигался и проявлял живой интерес.

- Эм, новое дорожное покрытие, - отметил он изменения.

- А инструменты где? Были артефактные вещи, – тут же задал вопрос, когда попали в еще не совсем обставленный «бокс».

- Все есть, вернется на места уже завтра, - пообещала Мурка. - И по вашему пожеланию, докупим новое. Пройдемте в кабинет. Там их ждал уже поверенный дедуля Аркадий Емельянович и управляющий Борис Афонасьевич Кусмякин. Эти двое и договор составили и клятву у нового работника приняли.

Лишь потом Мурка надолго засела с мастером в «конструкторской переговорной» за закрытой дверью.

- Глядите, я подготовил мини-модель того, чего будем вытворять, - Марк Боровский щелкнул пальцами и над столом материализовалась метровая модель силопера, сделанная словно из полупрозрачного легчайшего материала. Мастер удивленно сморгнул.

- Что это? Игрушка или… Странный кузов, слишком гладкий.

- Да, делаем более обтекаемый вид, чем у Рюриков, - улыбнулся Боровский.

Силоперчик приподнялся и завертелся в воздухе, и с него начали сниматься подетально двери, крылья, капот… Вскоре глазам предстала начинка.

- О-о, - только и протянул мастер.

Григорий Казимирович внимательно слушал и смотрел. Нужные детали разбирали подробнее. С чем-то соглашался, порою восторженно, что-то ему казалось странным и непонятным.

- Разве это будет работать?! – восклицал он.

Пришлось объяснять.

Не зря она уже почти месяц вынашивала эту мысль, особенно когда садилась в свой перл или, когда изредка заглядывала под капот. Конечно, мечтать о стабах тут бессмысленно, их изготовление требует новейших технологий, заводы, где можно такие собрать, здесь пока не воздвигнуть. Ее задача была сделать легкий, маневренный, тихий продукт, исходя из тех реалий и возможностей, что имеются.

Да, в этом мире не придумали двигатель, работающий по принципу внутреннего сгорания или на водороде. Здесь не поршни, но стальные «ступы» двигались за счет магической силы в силовой камере. Обмотка заклинаний вокруг трех цилиндрических кристаллов-накопителей выдавала достаточно энергии, чтобы приводить их в движение, а они в свою очередь вертели достаточно тяжелый коленвал.

Постоянной внешней подпитки силодвигателя тут не существовало (как, например, в прошлом ее Земли - залив бензина в бак автомобиля). Здесь просто, когда кристаллы магически истощались, то магический «двигатель» менялся на новый.

Сырая и одновременно необоснованно сложная схема. Все, начиная от кузова до «начинки» можно было облегчить, да и сама магическая обмотка цилиндров не упорядочена, внутренние потоки заклинаний можно было упростить как минимум в четверть. И сейчас она показывала Григорию морф-сборочку от Марка Боровского, где все представлялось проще и эффективнее.

- Но это совершенно новый вид силопера, ваше сиятельство! – наконец охнул маг-артефактор.

- Почти.

- Вы гений!

- Нет, это вы гений, так как вы соберете этот шедевр.

- Но нужны новые детали, созданные по представленной вами конструкции.

- Детали будут, - показала ладонь Муфте. – В ближайшие дни мы с вами еще раз все обмозгуем и окончательно подготавливаем муляжи для заказа в жестяной завод.

- Муляжи, - он снова посмотрел на морф-модельку. – Поразительно и удобно. И на ощупь, твердая, но легкая, как пушинка. Никогда не видел такую магию.

Когда они расставались сегодня, воодушевленный Муфта уважительно кланялся. Обещал уже завтра собрать команду себе в помощники из толковых и молчаливых ребят. Мурка покинула мастерскую в отличном настроении.

***

Через полчаса Федя уже парковал силопер у одной из столичных высоток Росстова, толстые стены которой были сложены из черного гранита и стекла. Тут Боровского и встретил нанятый сыщик и деловой агент Роман Лаврентьевич Окопников. Он коротко рассказал, как продвигаются дела в имперском суде.

- Лыковы тянут канитель, Марк Павлович, - поклонился мужчина. - Но шанс все же есть сбить с них хотя бы половину суммы по иску. Я буду держать их и далее в напряжении.

Мурка одобрительно кивнула. Пусть чувствуют зайцы тонус. А жизнью рисковать она научилась давно и успешно. Вот только убилась об столб. Хи-и. Мораль на поверхности, как говорится.

- Сейчас у них еще продолжаются внегласные стычки с Черными жуками короедами, - продолжил делиться сведениями. Столько слухов идет о том, чего два рода не поделили! Самый невероятный, что сам старший следственный уполномоченный Юлий Виссарионович Свердилов явился в их клуб «Смоляная кость» и обокрал их на громадную сумму, в наглую средь бела дня, и они даже не смогли его остановить.

Ну, средь бело дня – это вранье!

- Что еще интересненького?

- Эта высотка, - Окопников указал на здание за своей спиной. - Пройдемте, ваше сиятельство.

Элитным небоскребом, высотой в двадцать этажей, владели, конечно, Рюрики. Снимали помещения или целые этажи разные рода под свои нужды и «бизнес». И тут даже был магический лифт! Неужели?

Мурка хихикнула, когда поняла, как гениально тот был устроен. Работал этот волшебный подъемник так, что чужаки не поднимались вместе в одной кабинке. Лифт создавал магические пространственные уютные небольшие комнаты, отводя каждого клиента в свой «отсек», чтобы господа не пересекались. В такую кабинку-комнату она тоже вошла с агентом и уже через три две минуты вышла на семнадцатом этаже. Однако, имперцы молодцы. Выстроили башню на совесть. Высота впечатляющая, учитывая, что высота потолков каждого яруса около шести метров.

Указывая дорогу, сыщик повел ее вперед по длинному коридору с арочным потолком, на фресках которого были изображены полные полуголые нимфы с виноградными гроздями. Они вышли в широкий холл, где справа располагалась ресторация. Что тоже принадлежала Рюрикам. Оттуда слышалась тягучая душная музыка.

Слева начинался ряд пустынных террас с французскими окнами в пол для прогулок. На одну из таких ее и вывел Окопников. Сумерки сгущались, и город внизу стал зажигаться огнями.

- Вот, - он коснулся белой оконной рамы. – Это произошло именно здесь. Ваш брат Роман Павлович Боровский выпал именно из этого самого окна, этой самой террасы.

5.2

- И как? Стекло вроде толстое, да и вижу магическую сетку, – постучала она по окошку.

- Принятая версия в имперской сыскной управе: магией вышиб стекло, пробил защиту, и прыгнул.

- Хах, как самоубийцу, значит, оформили, - кивнула своим мыслям. - Как интересно!

- Да, и даже в причинную графу вписали, мол, по случаю неразделенной любви.

- Что еще за любовь? – навострила ушки.

Окопников и тут с ответом подготовился:

- Барышня Зинаида Утятина девица из рода Огарей за два дня до того оставила Романа Павловича, бросив в опере в него букет. Назвала при всем высшем свете «занудой».

О как. Уточка крылышком помахала и улетела, а в какие теплые края, интересно бы узнать.

- Знатный род?

- Нет из средних.

- Почему бросила? Навел справки?

- Конечно, Марк Павлович, - потер самодовольно руки сыщик и выдал: - Ради младшего Рюрика. Принца Виталия.

Ох ты ж! Высоко хотела взлететь Утятина.

- И как дальше у них. Срослось?

- Пара встреч, и на том пыл младшего принца пропал к смазливой вертихвостке. Вот тут я собрал все по этому делу, - и он передал папку с бумагами графу Боровскому.

Мурка замолчала, обмозговывая новые данные. Мог ли Роман так сильно убиваться из-за неразделенной любви, чтобы захотеть убиться всерьез, слетев с этой высотки? Глянула в окно, мда, тут и магия не любая спасет – высота приличная.

Ладно, учтем, обмозгуем.

- Хорошо потрудились, Роман Лаврентьевич, зайдите к моему поверенному и получите премиальное жалование. И продолжайте, дорогой, в том же духе. Вот только к концу недели хочу оторвать вас от основного дела. Собираюсь забрать двух женщин из восточной резервации. Все бумаги и пропуск на основные территории готовит мой поверенный. Нужен надежный человек, что проведет бумаги в местной управе без волокиты.

Окопников задумался:

– В резервации? Место довольно неспокойное и путь неблизкий, если на силопере, то неделю добираться.

Однако жажда заработать в деловом человеке победила.

- Это вам будет стоить дороже, сами понимаете, - стрельнул он цепким взглядом.

- На дирижабле гораздо быстрее, - фыркнула Мурка. - Говорите свою цену.

- Простите, ваше сиятельство, можно вопрос? А зачем вам самим туда ехать за безродницами?

Не скажешь же, что из любопытства. Хотелось не на слухах, а на своем опыте составить впечатление, что там творится.

- Дела параллельно имеются, - прохладно ответила.

- Ох, простите еще раз, - пригнул в поклоне голову сыщик и озвучил барыш.

Цена оказалась не такой уж высокой, и Мурка вручила сыщику бумаги от Якова для ознакомления. В них бастард во всех подробностях расписал все полезное к делу – адрес, имена матери и сестры, их внешность, место работы, и даже как выглядит их коморка, в которой они проживают. Уже завтра Роман по ее велению приобретет билеты на воздушный корабль. Лететь предстоит до Абухты, а там час добираться через границу до городка Лощинска.

Расставшись с сыщиком, она направилась в трактирчик Луневых в Мельницком переулке, где граф Боровский назначил встречу главе рода Совицких. Уселась за дальний столик и в ожидании заказала местного ягодного пунша с маковой булочкой. М-м, вкусно.

Сергей Анатольевич прибыл на сей этот раз не один, а вместе со своим главным артефактором завода – крепким мужчиной шестидесяти лет на вид. Оба с удивлением разглядывали альбом с чертежами и необычным визуальным эффектом. Да, пришлось снова запрограммировать своих морфушечек, зато все наглядно и доходчиво. При перелистывании морфы собирались в конкретную деталь. Затем распадались, но на следующем развороте вновь собирались уже в новую фигуру. Такое представление еще и экономило массу времени на объяснения. Для чего нужны были детали, Совицкий мог лишь догадываться. Но Марк Боровский особо не стремился пояснять цель назначения. После выполнения заказа морфы вернутся в рой.

- Металл к вам поступит от рода Иголецких.

- Сделаем, как и договаривались в полцены, Марк Павлович.

- Когда будут готов заказ?

- Ради вас, граф, освободим производство. Уже на следующей неделе после поступления металла вы получите первую партию, которую вы пометили, как наиболее важную.

- Прекрасно!

Он помнил добро, и держал слово. Ну поглядим, что в итоге сделают на заводе.

И последняя на сегодня стрелка – с Василием Иголецким. Пришлось ехать ни куда иначе, как в Зэту, ведь ежик из Альфы первого курса именно там назначил встречу. Ну да почему нет? Здравствуй снова элитный ночной клуб Рюриков. У входа Мурка прошлась туда-обратно, рассматривая ряд припаркованных презентабельных силоперов и про себя отмечая плюсы и недочеты местных средств передвижения. Самым шикарным здесь так и оставался Квадро за миллион производства Рюриков с тигром на капоте, но не менее интересным был черный гоночный силопер с гепардом. Мурка его даже обошла, чтобы оценить. Менее вычурным был втянутый серебристый силопер с коброй.

- Отпад! – в итоге похвалила под нос Боровская. – Но у меня будет лучше.

И, наконец, повернулась к зданию с французскими окнами на всю стену и высокими стеклянными колонны с зашитыми в них голубыми молниями. Вывеска «Zet-Rur» в очередной раз вспыхнула и сгорела в голубом огне, затем появилась вновь.

По синей ковровой дорожкой с золотой каемочкой потопала брать взносный «билетик» на вход в эту обитель местной золотой молодежи.

---- Дорогие читатели, извините за ожидание.

6. Будни элитного клубца

Оплатила сумму, поворчав под нос о дороговизне. На сей раз на сцене посетителей развлекали танцующие красотки в кружевных панталонах, медленно кружась на небольших постаментах. Да уж, куколки, далеко вам еще до стрип баров будущего. Но мажорам хватало, многие закидывались спиртным, не отводя взгляда от кружавочек, и того, что светится под ними.

Мурка прикрыла зевок, и пошла в ряды лож. Большие и знатные детки швырялись папиными деньгами и развлекались. Из «царской» ложи слышались мелодичные хохотки. Ну конечно, это принц Владисил возлежал на троне, пардон, диване. А вокруг него порхали местные охотницы на первых наследников, звеня точно новогодние бубенцы.

Подняв руку и щелкнув пальцами, поймала проходящего мимо разносчика со спиртным и оглядела наборчик. И с радостью нашла высокоградусное ситро, которое приглянулось еще со Смоляной кости. Подхватила бокал и потопала дальше искать Васю Иголецкого. Ежик нашелся не так далеко. Невысокий старшекурсник сидел в компании приятелей, еще, слава Богу пока трезвый. Заметив Боровского, махнул рукой. Но в компанию не позвал, а сам вышел из ложи. И Мурка понимала, почему. Последний курс альфы не те люди, с которыми наравне может говорить бедный банкрот-одиночка Боровский. Но да ей они не были нужны. Она сюда не за тем приехала.

- Пойдем! - И они отошли к барной стойке и присели. – Зачем ты хотел меня видеть?

- Слушай вкусный напиток, пробовал? – вместо ответа ответила она, глядя на свой бокал на просвет. Потеки были лимонного цвета.

- Нет, а что ты пьешь?

- Лайм-ситро называется. Еще в Смоляной кости пил и понравился.

- Что-то не помню такого, а ну, - он позвал разносчика и тоже сделал резвый глоток. А потом закашлялся. – Ух. А ничего так… Насыщенный вкус. Слушай, а ты знаешь толк в напитках. Кстати, что ты делал в Смоляной кости? Там, насколько знаю, клуб для солидных людей, - поинтересовался Василий.

Мурка лениво откинулась на спинку высокого кресла.

- Да так. Доводилось общаться по рабочим нюансам. Слушай, а твои слова насчет жести по сниженной цене еще в силе, баронет?

- Интригуешь. У вас же заводы Рачковичи забрали, - криво усмехнулся наследник Иголецких.

- Есть другой способ подняться. Нужен металл. Доставить надо на завод Совицких. Они уже в курсе и ждут.

- И сколько тебе? – благосклонно кивнул Василий.

Мурка назвала количество кубов.

- Не слишком большой. Думаю, смогу договориться с отцом. Будет тебе металл, Боровский.

Мурка допила и снова заказала два бокала. Себе и собеседнику. И еще несколько минут они обговаривали по мелочи доставку.

- Ну что там с турниром? – вспомнил еще любопытную для себя тему ежик. - Рисковый. Ты же понимаешь, что эти, - он махнул головой в сторону вип-ложи, – все равно первые места не уступят. Древние рода с мощнейшими тотемами, напитанными кровью дают сильнейшую подпитку.

Ежик был ехидным, чуть высокомерным, как многие тут, но не подлым, и это чувствовалось.

- Так что можешь на выигрыш не надеяться. Лучше бросай при первой же возможности. Не сказать, что буду удивлен, но уж точно не рад, новостям, что род Боровских прервался.

На правду Марк Боровский не обиделся, лишь хохотнул.

- Постараюсь не задвинуться в склеп раньше времени к родне. Квартирка хоть и просторная там, да больно соседи беспокойные.

Иголецкий посмотрел на собеседника, как на блаженного. В этот момент в ложе принца снова зазвенели хохотки, и Иголецкий бросил взгляд на вип-ложу, в котором угадывалась легкая зависть. Мурка тоже уделила внимание элите. В этот раз с Рюриком по левую сторону сидел фигуристый смуглый брюнет. Стрижка короче, чем сейчас стригут. В ухе у него блестела серьга, явно с бриллиантом. Гепаров, парень, что профессионально занимался гонками, догадалась сама. Это его спортивный кар стоял на парковке. Владисил о чем-то его расспрашивал, лениво водя рукой по коленке сидящей рядом знакомой блондинки. Островская Настя позволяла вольную ласку и свысока глядела на всех остальных девочек. Мартынов сидел по правую руку от Влада и изредка вставлял реплики, скучающе глядя сквозь девиц, которые пытались вызвать у него хоть каплю внимания к своим персонам.

- Ты уже видел геноба? – осклабился Иголецкий. – Переведя тему.

- Нет. Что за геноб? – заинтересовалась Мурка.

- Спустись на крытый плац. Полюбуешься, что Рюрик в этот раз притащил. Ладно, мне пора. Уж не обессудь, в компанию не зову.

- Никаких проблем.

Они пожали руки по-деловому и разошлись. В принципе она была свободна, можно было покидать клуб и отправляться домой. Но так и быть решила взглянуть на геноба.

В крытом дворике посреди площадки стояла огромная клетка и в ней бесновался черный монстр. Огромный в два человеческих роста человекоподобный, он имел острые шипы по позвоночнику и четыре когтистые лапы. Их он и тянул к зрителям, прогуливающимся рядом.

Симба ради такого экземпляра даже очнулся ото сна и потянулся. Не сейчас, - пришлось утихомирить симбиота.

Наметанным глазом Мурка проверила, что в голове чудовища, и вынесла – на этот раз выставили неприручаемого монстра. Очень интересно, зачем рисковать, транспортируя сюда такую тварь? Впрочем, понятно. Детки желают развлечения, щекочущие нервы, и получают их. За этими мыслями услышала за спиной злой издевательский голос, очень знакомый.

- Эй, недомерок, чего стоишь на проходе! Ах, простите, не признал! Это же Марк Боровский! Просто у вас, граф, костюмчик точь-в-точь, как у моего служки.

Рядом с Ляжко стоял круг знакомых, которые тут же начал посмеиваться, как и заведено тут, издевательски. Мстительный дерганный енот, так и мнит себя медоедом. Мурка усмехнулась.

Ляжко открыл было рот, что-то добавить, и сделал пару необдуманных шагов навстречу. И конечно навернулся на ровном месте. Упасть не упал, удержался, но вот носом клюнул квадратную гранитную плитку.

- Да будет тебе, Ляжко, - Мурка похлопала по плечу енота. - Прощаю. Настолько кланяться правда было не обязательно! Но в целом ничего не имею против.

Теперь уже окружение захохотало над енотом. Он злобно сбросил с себя руку Боровского и заорал старую песню:

- Тебе везет, что я сейчас не вызываю тебя на дуэль! Поживи еще немного. Я убью тебя на турнире!

- Угу-угу, - успокаивающе выдал Боровский. – Но сначала подлечи нервы, енот. Они у тебя явно в тряпочку, как у столетнего старика. Дерганный какой-то ты стал в последнее время. Тебе бы в золотой купальне погреться. Там знаешь какая парная!

Зря это Мурка сказала. Енот аж затрясся весь. Как бы удар с молоду на разбил. Ну его!

Тут вдруг все засуетились. И какой-то глашатай затрубил в трубу.

- Дамы и господа, приглашаем присоединиться всех к увлекательному развлечению! Перед вами дикий геноб. Кто желает расстрелять этого великана, выходите вперед, становитесь полукругом. Давайте!

Мурка оглянулась. На большом диване, находящимся на помосте, уже расселся Рюрик со свитой и уже приготовился наблюдать шоу.

6.1

Желающих нашлось много. Нарядный народ смеялся и уже в напоказ зажигал магические сгустки, а кто-то явно готовил техники поубойнее. В монстра полетели первые заклинания. Геноб взревел и остервенело начал кидаться на клеть. И получал новую порцию ударов.

Мурка сплела руки на груди и прислонилась к золотым перилам у лестницы. Нет, геноб, конечно смертельная тварь, и она сама бы его убрала без раздумья. Но вот наблюдать общий восторг толпы от процесса уничтожения черномазого узника было отчего-то так себе. Геноб держался долго, а потом стал замедляться. В тот момент у него уже снесли четыре конечности - одну нижнюю и три верхние. Отсеченные когтистые ошметки валялись на плитке. Как раньше и замечала, двуногие генобы были чуть разумнее других. И тот момент, когда в нем злобная жажда сменилась на обреченность, Мурка заметила. А толпа ликовала в азарте… Дальше зрелище ожидалось совсем неприглядное. Как бы кружева на рукавах и юбочках господа не испачкали…

Скосила глаза и оценила вип-диванчик. Владисил Рюрик смотрел, не отрываясь на действо исподлобья и играя голубой молнией, проводя ее меж пальцев… Валерий Гепаров разминал мочку уха с драгоценной серьгой. Щукин что-то шептал сидящему рядом Малиновскому. Мартынов вообще больше уделял внимания своим ногтям, чем зрелищу. Детки небожителей марать руки не собирались. Странно, что Лыкова не видно. Где его местная тьма носит, никак затевает что-то опять.

Отлепилась от перил и двинулась поближе. Симбу призвала и настроила на аккуратную работу. Такое они уже проходили. Морфы как заправские хамелеоны строили маршрут по полу в сторону клети. А конечность симбиота, как нагретая ртуть в колбе старинного градусника, тянулась под прикрытием к жертве.

Когда одноногий геноб вдруг осел на дно клети, превращаясь в черную жижу, по залу пронесся гул разочарованных голосов.

- Что случилось? Я не поняла, - рядом прочирикала какая-то невысокая шатенка.

- Геноб растворился. Я уже слышал о таком, - ответил ее кавалер. - Это какая-то болезнь чудовищ. Говорят, редкая и возможно заразная. Отец подобное видел в клубе Лыковых, что на площади. Теперь остерегается туда генобов выставлять на бои.

- Да что вы говорите! – ужаснулась собеседница.

«Болезнь, а что, неплохая версия», - хмыкнула про себя Мурка. Генобий вирус «Симба»! Как тебе, такое повышение?

- Да, барышня, и я лично видел, как в «Смоляной кости» десяток генобов издохли, - добавила она горючего в костерок. Пусть разгорается.

– Это же все генобы могут так исчезнуть! – шатенка всплеснула руками.

Тут Мурка заметила, как сквозь толпу пробираются в сторону клети Рюрик и Мартынов. Оба высокородных выглядели уже не такими расслабленными, как раньше, а рыскали глазами по лицам собравшихся. Мурка не стала наблюдать, что будет дальше. Интуиция подсказывала не испытывать судьбу и двигать на выход. Через пять минут она покинула клуб. Ее резервуар приятно пополнился, и питомец доволен, но вот общее впечатление от посещения заведения осталось как всегда двоякое.

***

Владисил заявился к отцу в полночь без стука. Император Ярослав Демидович Рюрик часто засиживался допоздна в малом, но не менее роскошном, зале советов и даже собирал подчиненных. Вот и сейчас он был не один, а с советником Зиновеем Рыжим – хитрым стариком, входящим в род, но не претендующим на трон, и генералом Бутманом Прытчиным – силовиком из рода Росомах.

При бесцеремонном появлении старшего наследника все трое недовольно поджали губы, но ничего не сказали против. Владисил официально был принят наследником правящего рода и потому имел некие полномочия, чем и пользовался, дергая за усы серьезных мужей.

- Мне нужен еще один дикий геноб, отец, - расстегивая на ходу шелковую рубашку с золотыми пуговицами, заявил наследник. И ему было глубоко плевать, что кому-то это покажется неуместным.

- А тот тебе чем не угодил? – прорычал отец, следя взглядом высшего хищника за прибывшим. Да, Влад тоже ощущал мощь отца, но уже привык к ней, и не прогибался, как остальные.

- Увы, он превратился в лужу… - улыбнулся широко парень и цокнул языком.

Влад вскинул подбородок, наблюдая как недовольство родителя переходит в понимание. Император подобрался. Это уже не первый звоночек. И пусть не думает, что отпрыск не в курсе.

- Чья-то магия? – рыкнул отец.

- Нет, я лично следил тогда за всеми заклинаниями, ничего незаурядного в тварь не бросали.

- Тогда артефакт? Кто проверял следы? – мощный кулак Ярослава Рюрика лег на дубовую столешницу и вокруг него разошлось голубое свечение, насыщенное молниями.

- Нет следов, - наследник прошел к столу и налил себе из бутылки коньяк в бокал. - Я сам осмотрел место. Затем вызвал Свердиловых, они там прочесали все вдоль и поперек. Завтра они будут у тебя с докладом.

Владисил опрокинул в рот жидкость, а император одобрительно кивнул.

- Ты все верно сделал, сын. Можешь идти.

Владисил вернул пустой хрустальный бокал на стол, используя магию, такую же как у отца. И скривив губы в улыбке покинул зал, бесцеремонно пнув дверь ногой.

- Выходит, действительно какая-то новая генобья хворь, мой император? - Зиновей ухватил в охапку рыжую бороду, стриженную под лопату.

- Возможно… Пока прерви сделки по генобам с Лыковыми. Судя по всему, именно от косых пошла зараза. Жалоб от их клиентов слишком много было.

- Мой повелитель, пора уже вводить наследника в курс дела, не находите? Когда вы расскажете ему? Наследник должен стать вам опорой в войне.

- Введу, когда посчитаю нужным, - отмахнулся с рыком император и повернулся к генералу. – Бутман, езжай на Урал, проверь, что там. Последние партии были сплошь дерьмо.

- Будет сделано, ваше императорское высочество. Ярослав Демидович, я получил новости с границы. Дикие генобы жрут резервационных. Если не вмешаться в этот год, то они в половину проредят население безродников.

- И тем облегчат мне жизнь, а то слыхал я от Ляжко, что там за веяния поднимаются.

- Но потом они пойдут на нас, - вклинился с опаской Зиновей.

- К тому времени, у меня будет целая армия, чтобы уничтожить их, глупый старик.

7. Уточка подсадная

Перед поездкой в резервацию нужно было успеть сделать массу дел, основные силы сейчас Мурка отдавала мастерской. Приходилось много нюансов по будущей сборке обсуждать со своим артефактором и его новой командой. Ну и предоставила им хорошенько покопаться в родном перле. Пусть подновят силоперчик, чтобы не выглядел жалким.

Дни в академии как никогда вошли в стандартную колею. Учеба и глотание информации по второму курсу из книг, общение с Назарским и другими ребятами, отлынивание от общества настырной Луневой. Ну и, конечно, тренировки, золотая купальня – да-да, никакому Ляжко и его дружкам теперь она не собиралась давать повод позлорадствовать и приходила на финишную в последних числах десятки.

В целом развешивать уши в купальне было полезным делом. Политические новости, сплетни о межродовых терках и играх удовлетворяли ее любопытство. Так она услышала о том, что после того, как Симба схарчил геноба в Зете, туда прибыл ее хороший знакомый старший следственный уполномоченный Юлий Виссарионович Свердилов с компанией. И слух о том, что генобы страдают от какой-то хвори обрело еще больший размах. Клуб Лыковых уже несет колоссальные убытки. Ведь все в курсе, что там эта зараза появилась одной из первых. Теперь клиентов, что выставляли своих генобов на арену, стало в два раза меньше. Новость прямо грела, и появилась мысль, что надо как-нибудь закрепить результат.

Помимо этого, усатый жук Свердилов уверен, что где-то зреет заговор против короны. О как, и что сразу против короны? Или так еще больше полномочий дают уполномоченному?

Конечно, Боровского чаще всего в элите воспринимали как пустое место, но это ее абсолютно устраивало. Вот только вчера в силоперной мастерской дедуля Акадий Емельянович сказал очень верную вещь. Старик слушал ее планы и то, что она собиралась скоро создать, и хмурился.

- Ох, ваше сиятельство, высоко вы целите с этими новыми силоперами! Коли у вас получится именно так, как вы говорите, то проблем у нас может сильно прибавиться.

- Это почему же, дорогой мой?

- Пока вы не имеете ничего за душой, вы интересны лишь малому количеству родов. Но если у вас появится нечто, что станет интересным многим, ох-ох…

Старик особенно завздыхал и заломил руки.

- Они же захотят отобрать! Если добыча перекроет расходы на объявление войны, то могут и официальную родовую войну объявить.

Да. Это она и сама понимала это, вот только открытые опасения человека, который в этом мире стал близким, заставили ее подойти к вопросу еще серьезнее.

- Думаю, еще время у нас есть, - приобняла поверенного. - Значит, параллельно будем готовиться к войне, дедушка. И не печалься, я придумаю, как справиться с охотниками.

Да, безопасников у нее теперь стало больше в три раза. Несмотря на то, что род не был в почете, штат набирался, ведь она теперь не скупилась на амуницию и оклады. Все под клятвой и готовы работать. Парней сама смотрела и отбирала. Часто появлялась на общих тренировках, которые ужесточила. Что сказать, ни себя не жалела, ни своих безопасников. Часто собирали тренировочные бои, по итогам которых Марк Боровский раздавал премии за профессиональный рост.

Сейчас ее уже никто не мог уложить на лопатки, как когда-то Макариков. А уж в бою на мечах и саблях ей не было равных тут, так что порой приходилось становиться сенсеем и обучать салаг. В общем Марк Боровский держал марку. Ха-х.

И вот что, она все же сходила посмотреть на эту красотку Утятину, из-за которой братец Рома с собой якобы покончил. Найти эту девицу было не сложно, она любила бывать в том самом Центральном дворце торговли, где проходили торги для богатеньких и родовитых. Нет, она не участвовала в них, она ловила другую рыбку. Белокурая невысокого роста малышка нашлась у входа в аукционный зал и там была занята была тем, что старательно строила глазки степенному дородному мужу, судя по гербу с медведем на лацкане, из рода Малиновских. Уж не к самому ли папеньке ли Малиновского клеится, ведь он как раз вдовец, судя по слухам? Утятина была фигуристой девочкой и очень предприимчивой.

- Михаил Митрофанович, вы столько знаете! Вы такой умный! – щебетала уточка.

Малиновский благосклонно рассматривал ее из-под кустистых бровей. Конечно, он все понимал, и сейчас должно быть прикидывал, на сколь ему оно надо это утиное счастье в постели? Марк Боровский обошел фонтан и пристроился чуть в стороне у витрины, якобы рассматривая на фарфоровых манекенах мужские костюмы, густо украшенные драгоценными камненьями и шелковыми рюшами. Роскошь тут везде!

- Вы, милочка, приходите позже, сейчас увы мне некогда, - услышала Мурка бас Малиновского. Мужик потешил свое мужское эго об эту Огареву и уплыл. Утятина злобно глянула во след медведю и что-то проворчала себе под нос. Рыбка не попалась на крючок, но она не унывала и тут же принялась оглядываться в поисках новой жертвы. Зацепилась взглядом за Боровского, зорко бросила взгляд на родовой герб и презрительно выпятила нижнюю губку. Вот тут Марк и пошел к ней.

- Простите, Зинаида Огарева? – развел руки в стороны. – О, как я рад вас встретить!

- Разве мы с вами знакомы? – девушка высокомерно подняла подбородок.

- Ну как же, почти что были родственниками, - улыбнулась Мурка. – Роман Боровский вас же считал своей невестой. Право слово, сейчас я понимаю. Такую женщину сразу можно позвать под венец.

- Венец?

- Замуж, тобишь.

- Я думала, что Боровских уже не существует, - фыркнула она уже более благосклонно и оценила нового знакомого, как очередного молодого олуха.

- Как видите, один остался! – Боровский шутовски поклонился. – Прогуляемся к тем фонтанам, несравненная? Хотел бы с вами познакомиться теснее.

Она согласилась. Все равно вокруг почти никого, все уже пошли в зал. После кучи комплементов Зиночка совсем расслабилась и лукаво запорхала ресницами, и можно было ее расспросить о важном.

- Кстати, я почти Рому не знал, если честно. Видимо он был чувствительным малым. Стихи небось писал вам?

- Стихи? Чувствительный? Вы слишком хорошего мнения о брате, - фыркнула она презрительно. - Роман был еще тем грубияном.

- А я вот бы вам оду сочинил! Но все же вы разбили ему сердце, раз он выбросился из окна.

- Сердце ту не… - начала было Уточкина, но в тот же миг с ее лица схлынула краска. И через секунду Зиночка осела в руках Марка Боровского, теряя сознание. Мурка ловко посадила ее на край фонтана и осмотрела. Налицо действие магической клятвы. Этакое предупреждение, что больше говорить не положено. Девица видимо о ней уже забыла. Пустая голова. Сейчас придет в себя. Но похоже, что ловить тут и Мурке больше нечего. Хотя… Положив ладони, считала слепок лица Утятиной. А вдруг пригодится.

Дождалась, пока малышка придет в себя. И только потом отправилась домой.

***

Ночью она «связала» правую силовую морф-перчатку до самого плеча и теперь вполне могла красиво показывать неприличные жесты обидчикам. С Игорем пересеклись на парковке Академии Всех Сил и вместе они отправились на пары. Над входом в академию вывесили длинный иллюзионный транспорант. До турнира осталось не 10, а 20 дней. По каким-то причинам начало отодвинули на целую неделю, но да ей от того только плюс.

- И с чего отсрочили, знаешь?

Назарский поморщил нос.

- Старый маршрут для тура с безродниками в южной части Уральских гор решили сменить на новый.

- Почему?

Друг дернул плечом.

- Непонятно. Но поговаривают, что первый участок заполонили генобы полностью, - кольнул взглядом Игорек. – Надеюсь, ты сможешь выйти из турнира живым до второго тура. Поиграешься, и достаточно.

Все же он очень трезвомыслящий парень. Дел столько, что этот турнир поперек горла. Так что да, она постарается соскочить, как и планировала.

7.1

В числе толпы вошли в аудиторию, в которой снова проходил урок совместный со вторым курсом. И надо сказать, элитные жеребцы стали нынче какие-то беспокойные, вот один из них изо дня в день на переменах нарезал круги по аудиториям. И чего не сидится на высокородной пятой точке, спрашивается?

Мурка заняла место за партой. Сегодня она не достала учебники, а слушала в пол уха Цаплина и одновременно чертила новый эскиз в тетради, на этот раз двупера, так сказать, улучшенного мотоцикла. Временами поглядывала в окно, наблюдая, как легкий дождь мочит брусчатку академии, прибивает пыль и омывает листву кленов. Легкий двухколесный скоростной транспорт тоже должен неплохо зайти на рынок. Завтра она летит в резервационные земли. А на следующей неделе начнут приходить первые партии деталей с завода. Совицкий не подвел, и подвинул все остальные заказы, чтобы выполнить их соглашение.

Кошелек несколько просел после того, как она рассчиталась за металл с Иголецким, выдала половину суммы Совицкому, вложилась в ремонт мастерской и покупку силомечей с прочей амуницией для охранки по обговоренному списку Карпа, своего начальника по безопасности. А на днях купила четыре средненьких внедорожника и пару неповоротливых монстров-грузовиков, половину из которых отправила сразу в родовое гнездо с накупленным добром. В ближайшие месяцы она планирует заменить и эти ползучие махины на свои улучшенные обновленные варианты, но пока, увы, пусть ее люди пользуются этими с заводов Рюриков.

На истории продолжила заниматься эскизами и слушала историчку Изольду Евгениевну и, наверное, единственная не пялилась на ее выдающуюся грудь. На математике снова постояла у доски и вызвала благоговение у Мышьяк.

На перемене в академической ресторации Игорек поделился, что Совицкая старшая пришла на свидание и они даже поцеловались. Когда он это говорил, его уши алели. Похоже личная жизнь у друга налаживалась. Стоило за него порадоваться.

А вот у нее полный гормональный бунт юного подросткового тела. Это все нагие дефиле, которых успела насмотреться за неделю. Мурка зашла в раздевалку, чтобы переодеться к очередной тренировке, и поняла, что снова пялится на парней. И свои бесстыжие глаза уже сложно было контролировать. Взгляд так и норовил огладить то торс, то ягодицы, то еще какие особо ценные места местных мажорчиков. А в теле рождалась жажда, так и хотелось протянуть ручки и цапнуть хоть одного себе. Твою звездявую дивизию и весь родной космофлот! Что за подстава?! И чаще всего пялилась ведь не на абы кого, а на первых жеребцов. Уж весьма колоритно эта парочка смотрелась. Крепкий широкоплечий черноволосый Рюрик с загорелым телом с улыбкой полной превосходства над вселенной как минимум, и поджарый блондинчик Мартынов со скучающей смазливой рожей. Хороши, заразы! Чтоб их хиг высосал. Тьфу, даже ругательство навеивает пошлые мыслишки. Тут, конечно же, еще вспомнился еще поцелуй в темную! Мурка зажмурила глаза. Все! Хватит тянуть. Надо уже решить эту проблему в ближайшее время, и найти где спустить пар. Юная Машенька Боровская, внутри совсем не такая юная, и потому уже отлично понимающая, что ей надо для спокойствия ума и усмирения гормонального всплеска. Ей нужен мужчина. Вит, где же ты сейчас? В ком прячешься? Напряглась, чтобы увидеть печать духа хоть у кого-то в раздевалке, но увы, уровень ее магии еще не дорос до раскрытия способности видеть ауры.

Настроение-таки испортилось, и Зашибая в этот раз слушала с мыслями «как же ты мне, лысый дядя, надоел». Инструктор по боевой дисциплине снова заискивающе поравнялся на реплики Владисила Рюрика, а потом выпустил тестостероновый табун красавчиков на полигон.

И снова полоса препятствий. На сей раз одна на всех, и потому можно ждать подлянок.

- Эй, Боровский, не споткнись ненароком! – вякнул на старте енот Ляжко, и гаденько засмеялся.

- Сразу после вас, - кривил губы в ответ Марк, материализовал силовые перчатки, и рванул вместе со всеми вперед.

И да, подлянка была на первых десятках метров. Если бы не наметанный глаз, то не заметила бы. На платформе с игольчатыми вращающимися катушками Ляжко запустил технику «магический резак» в механизм, и массивная катушка слетела с оси и начала заваливаться как раз в ее сторону.

Мурка успела уйти с траектории движения этой колючей махины в последний момент, в конце оттолкнувшись рукой в перчатке от катушки. Катушка при этом сменила направление и покатилась в сторону енота. Ну что сказать, Ляжко прыткости не хватило, а его заклинание не успело остановить шипастый цилиндр, лишь замедлить, поэтому парень насобирал себе на шкуру достаточно иголок. Видимо броня все же продавилась под тяжестью. Его, вопящего от боли, увели в лазарет, и Мурка ощутила укол вины, хотя енот и заслужил. Мелкий засранец же. А не будь она такой взбудораженной, то возможно не стала направлять катушку на гаденыша.

Остальные препятствия миновала уже с более холодной головой. Морфы потели, выстраивая хозяйке уступы, сил хватало, чтобы преодолевать препятствия, забираться на стены, двигать каменные плиты, перепрыгивать ямы. Пришла десятой и никого не убила, слава Богу, хотя были еще желающие потолкаться. Помимо Ляжко в лазарет после тренировки отправилось еще семеро.

Грязь и пот заставили все же снова обмыться в душе с мальчиками. Быстренько, не смотря особо по сторонам, но с пользой. Мажорчики судачили об одном игорном клубе и о событии в нем.

- «Членистое брюхо». Это тот, на Махманной, Рачковичей?

- Да. Игорный турнир сегодня ночью, будет проходить до утра. Победитель заберет все.

- Угу, только чтобы даже просто зайти взнос неподъемный, - проворчал Быгник.

Какая прелесть, пропустить такое событие, да еще проводимое в заведении любимых соседей Рачковичей она никак не могла. Похоже Юлию Виссарионовичу Свердилову снова придется немного потрудиться на рост благосостояния славного рода Боровских. Риск, конечно имеется, но да как-нибудь прорвемся.

Мазнув на прощание блестящим взглядом по рельефным телам красавчиков, откланялась. Нужно выдать последние распоряжения перед отлетом, побывать в силоперной мастерской, и подготовиться к ночной прогулке в гости к Рачковичам.

7.2

- Я исполню ваши самые сокровенные желания, мой господин, - мурлыкала одна из прелестниц в купальне, извиваясь у его ног. – Все, что только пожелаете. У меня много достоинств, позвольте лишь вам показать, что я умею.

Пухлая ручка огладила большую тяжелую грудь, привлекая к ней мужское внимание, затем прошлась ниже к крутым бедрам, чтобы продемонстрировать самое интересное, а потом уже смелее потянулась к мужскому торсу, но под взглядом господина замерла. Затем пугливо отпрянула. И верно, он не позволял. Трогать его опасно. Жрица любви не была дурой и ретировалась искать в банном пару другого клиента. Благо их тут было помимо него восемь человек.

Он оглянулся на друга, который уже предавался прелестям страсти в одной из ниш, и скривил уголок рта. На ум приходили лишь циничные мысли. Лениво поднялся и покинул банный комплекс. Прошел к умывальнику и без толики эмоций залепил себе в лицо горсть холодной воды. Глупо. Все глупо и скучно.

Оделся и вышел. До поездки в игорный клуб можно было прогуляться по аллее. И зачем он подвязался ехать туда? Еще одно пустое времяпрепровождение. Но раз пообещал, то уже слово сдержит. На влажной брусчатке в свете фонарей блестели распятые листья кленов. Пахло прелой листвой и магией. Академия всегда пахла магией, хотя магии тут не учат. Парадокс.

Досада скручивала. Дар уже не казался подспорьем в поисках, а прямой дорогой к сумасшествию. Видимо от частого использования родовое чутье стало сбоить. Сначала он ощущал флер девчонки в коридорах академии, где он как последний идиот перепроверил всех пигалиц – увы, с нулевым результатом. Потом на парах, где также ни одна не подходила, а сегодня даже в раздевалке умудрился учуять похожие эмоции. Пришлось жестко вырубать дар. Определенно у него проблема с мозгами. На чутье уже лучше не ориентироваться. А та нахалка, что разожгла в нем огонь одним лишь поцелуем, так и не пришла, чтобы продолжить игру. Выходит, она лишь зло посмеялась над ним. Гадство и тьма!

- Тебе просто стоит признать, что девчонка тебя обыграла и кинула, - процедил он себе под нос едкие слова.

И самый низкозатратный и очевидный выход из этой сансары – это забыть. Забыть эту мелкую заразу как сон и вернуться к прошлой жизни.

Заехал и переоделся. Новый костюм сел, как влитой. Под подбородком распушилось жабо черной шелковой рубашки. У пояса брюк лег серебряный хранитель древнего клинка. В зеркало даже одного взгляда не бросил. Выезжал в ночь из родового особняка, как всегда без отчета главе рода, хотя родитель все время с пеной у рта требовал от него докладов о своих передвижениях.

7.3

Вскоре уже входил в игорный клуб, который никогда у него не был в почете. И если бы не обещание другу, то не лицезрел бы это убожество посреди зала – фонтан с фигурой позолоченного огромного рака посреди мраморной чаши. Если смотреть на съехавшие в кучу глаза статуи и его раздутую грудину, то можно предположить, что рак уже напился отравленного пойла. Вздохнув, отвел взгляд на друга, который уже звал его к центральном элитным столикам под номером 1 и 2, где зеленое сукно высшего качества обрамлялось витиеватой резной позолотой столешницы, а кресла обиты багровым бархатом. Толстяк Давид Селиванович Рачкович сам встречал и рассаживал гостей, пыхтя как старый мерин под тяжелой поклажей. За ним хвостом следовал старший сын Натан, оба в шляпах.

Зрителей было не так много, но они были, в основном возрастные старики-толстосумы, которым любо было поглазеть на то, как придурки спускают огромные суммы за карточными столами. Обвел взглядом другие столы, отмечая знакомые лица господ из высшего света.

Восторженный бубнеж ведущего, представляющего турнир, подошел к концу и прозвенел гонг, открывающий начало игр.

- Прекрати зевать, а то сочту это за оскорбление, - ухмыльнулся рядом друг и подмигнул. – Давай лучше обставим тут всех, как мы умеем. Я желаю выиграть сегодня, а то отец слишком часто повторяет, сколько я спускаю его денег на ветер. Если поможешь – с меня одно желание в пределах разумного. Ну же?

- Основной банк будет твой, - согласился.

Друг довольно осклабился и развалился в кресле за столиком под номером один, предоставив ему самому отправиться за второй. Горбун в ливрее раздал карты игры в род-покер.

Дело пошло. Даже появилась легкая заинтересованность. Ну, а в целом балом тут правил идеальный точный расчёт и холодная голова вкупе с невозмутимостью, ибо по лицу можно было прочесть, насколько хороши у игрока карты. Держать лицо он умел. Также мог проверить противника при желании чутьем рода, хотя из-за сбоев, связанных с поиском конкретной нахальной девчонки, сейчас не особо ему доверял.

Скорее из проверки глючного дара, позволил ему развернуться и тут же мысленно чертыхнулся. Теперь дар выбрал направление и указал на… Рачковича старшего. Хозяин заведения сдвинулся, и следующим подходящим уже дар определил никого иного, как старшего уполномоченного следователя Юлия Свердилова, что сидел за третьим столиком. Этот сухарь из силовой структуры редко появлялся на подобных сборищах, возможно параллельно ведет здесь дело. Впрочем, плевать. Дар снова разочаровал. Схлопнул способность. Нет, видимо так часто поьзоваться родовой способностью, как он это делал в последнее время, нельзя.

Впрочем он и без помощи дара справился, почти, лишь в конце прощупал графа Ужевникова и братьев Копытских, выявляя блеф. Карты пришли неплохие, в течение игры они значительно улучшились. В финальном раунде торгов выложил на стол пять последовательных карт одной масти. Граф Ужевников в прямом смысле оплыл под стол, стеная о провале и мутузя свой кудрявый чуб.

За соседним столиком послышался довольный смех друга. У него тоже все шло отлично. В итоге – да, они забрали банк со своих партий.

Объявили перерыв, в котором господам предлагалось отведать лучшие яства под похвальбу чванливого Рачковича и выслушать несколько заунывных песен оперной певицы.

- Такое впечатление, что ты и не рад вовсе. Мы в финале, это стоит отметить! – друг довольно осклабился, отправив в рот рыбный деликатес и подняв бокал с игристым вином. Он кинул взгляд на тех, с кем им придется столкнуться в последней игре. – Налимов может представлять проблему.

Верно, этот скользкий старик слыл сильным игроком. Баронесса Ласкина – высокая дама, носящая горностаевую горжетку зимой и летом, казалась менее опасным игроком, как и неожиданно выигравший жук Свердилов.

- Ах! Вы великолепно играете, ваше высочество! Позвольте выказать вам мое восхищение! – и тут их нашли воздыхательницы, несмотря на весомый входной взнос. Одна из рода Трясогусок особенно рьяно добивалась их внимания. Но сейчас было не до красоток.

Наконец, гонг прозвенел. В свете позолоченных светильников клуба «Членистое брюхо» за зеленым сукном стола собралось пятеро. В зале повисло напряженное молчание, прерываемое лишь приглушенными вздохами зрителей и шелестом фишек. Друг развалился в кресле и уже сложил ладонь в кулак, подавая первый негласный знак «наготове». Напротив – Налимов и Ласкина, рассматривали свои карты с невозмутимым видом. Свердилов, расположившись в кресле свободно, волнений тоже не выказывал.

- Я ни разу не видел вас в такого рода заведениях, Юлий Виссарионович, - обратился Налимов к старшему уполномоченному, потягивая сигару. Его лицо было морщинистым, как абрикосовая косточка, но взгляд цепким и скользким.

- Карты - это моя тайная страсть, - выдал следователь, закинув ногу на ногу.

- Но уж как играет их высочество и господин Мартынов, мы знаем, - Налимов обмаслил взглядом их одного за другим. – Имею честь встретиться за игральным столом с такими уважаемыми людьми.

- И не говорите, Иван Силыч, - баронесса Ласкина нервно улыбнулась, подергивая горжетку.

Первая раздача, и на столе легли три карты: дама алого рода, девятка черного и тройка синего. У На руках оказался император и десятка из алого рода. Отлично для начала. Друг, же, судя по намекам получил пару шестерок. Следующая карта на столе – черный император.

Отогнал мелкую мошку от карт. Рассчет был верным. Все шло по плану и в решающем раунде баронесса Ласкина поймала его уверенный взгляд и засомневалась. Налимов поднял ставку. С кривой улыбкой тоже поднял ставку, подталкивая друга к действию. Тот собрал шестерки. Все, можно было расслабиться. Победа почти в кармане.

Последняя карта на столе: «красный дом». Осталось только вскрыть связки. Тишина была как в родовом склепе, кажется даже никто не дышал. На кону был почти миллион. Куш приличный, так что кое-кто не отвертится от исполнения желания. Друг выложил предпоследним свои шестерки с улыбкой превосходства.

Последним вскрывал свою связку жук Свердилов. И в полной тишине старший следователь выложил три императора и два родовых дома. Тьма и ее приспешники!

Мысленно выругался, едва держа невозмутимым лицо. Как они так просчитались в этот раз?! Ведь вел всю игру, полагая, что все рассчитал как надо. Друг поджал челюсть и выругался через губу, метнув недовольный взгляд в подельника.

Свердилов же широко улыбнулся, и улыбка на его лице казалась чужеродной и жутковатой:

- Благодарю! Мое почтение, господа! – и он загреб себе фишки под гул, который уже стоял в зале.

- Браво, господин Свердилов! Это блистательная победа!

К нему подходили зрители и поздравляли, задавали вопросы.

- Говорят, ваш дом в ссоре с Лыквыми, - зачирикала девушка из рода Трясогусок, та самая, что недавно пела дифирамбы им.

- Увы, Лыковы ведут грязные дела против нашего рода, - отвечал с охотой Свердилов. – И возможно мы скоро объявим им войну.

- Да что вы говорите! – прикрыла ладошкой рот девица. – Межродовая война!

Друг наклонился и прорычал на ухо:

- Сейчас я бы этому жуку усы бы оторвал! Какой тьмы он выиграл!?

- Сам не понимаю, - пришлось признаться с досадой.

- Ладно пойдем напьемся, что ли, пока я его не убил за довольную рожу… Лучше бы его Лыковы прибили при последних разборках. Слышал, как они мутузили друг друга? Свердилов тогда еще заверял, что ничего не крал, а на самом деле увел большие деньги у зайцев. Кстати, в их же клубе посреди белого дня.

Что-то из слов друга заставило его достать силоглас и вбить приказ своему помощнику.

- Срочно доложи, где сейчас находится старший уполномоченный следователь Свердилов Юлий Виссарионович.

Глупо, но интуиция подсказывала, что нелепое предположение, которое возникло в голове, стоит проверить.

8. Ускакать от жеребцов

Морфы четко отработали свое и развоплотились. В зале повисла абсолютная тишина. Никто носом не шмыгал, кажется, вообще не дышал… Напротив сидел цесаревич Владисил, который, судя по довольной вальяжной улыбке уже был уверен в победе. Справа от него Мартынов с миной, полной превосходства, откинулся на спинку кресла.

- Юлий Виссарионович, просим, ваши карты, - произнес горбатый крупье.

И тут она вскрыла свою красоту. Три императора и два родовых дома! Нате вам, господа. А теперь отдавайте мне мои золотые фишечки. Идите к совей мамочке!

Пробравшись через толпу поздравляющих, обналичила фишки - забрала толстую спрессованную пачку денег и положила в кожаную небольшую сумку. Последнее, что сделала перед выходом, это заслала морфов к статуе фонтана. Не выдержала. Мир не должен лицезреть это Рачковское убожество. Секунда и позолоченный рак с треском шлепнулся в чашу фонтана и в потолок забила струя воды, обрызгивая высоких господ. Поднялся женский визг. Шикарное зрелище. Настроение взметнулось до потолка, как и этот аля-гейзер.

Уже у двери обернулась, словно что-то толкнуло в спину, и поймала два цепких взгляда на себе. Твою звездявую дивизию. Вот сейчас она совсем не уверена, что представиться Свердиловым было хорошей идеей. Рюрик и Мартынов уже встали с места и двинулись в ее сторону.

- Юлий Виссарионович! – крикнул принц. – Одну минуточку.

Ой-ей. Кажется, пора уносить ноги, притом очень быстро. Интуиция подсказывала, что разведчик рассекречен.

8.1

И она пошла, сначала быстрым шагом, затем бегом почесала по ступеням вниз. Может все же показалось, и эти двое не последуют за ней? Ан нет, сверху послышались такие же дробные шаги. Задрала голову и в просвете между маршами лестниц увидела знакомых: брюнета и блондина. Владисил снова воскликнул:

- Стоять, именем императора! Ловите его!

Но лестница была пуста, чтобы его кто-то услышал, все интересное происходило в зале клуба. Из дверей здания вынеслась уже на всех порах под удивленными взглядами амбалов-привратников.

- Закройте дверь, немедленно! – скомандовала. - Никого не выпускать, идет задержание. Выполнять, пока не приведу подмогу, иначе шкуру сдеру!

Видя погоны на мундире, здоровяки принялись быстренько выполнять распоряжение, закрывая тяжелые двери. Мурка огляделась. Возвращаться к своему силоперу и Макарикову было бы крайне неосмотрительно. Сначала надо оторваться…

И рванула к припаркованному двуперу на другой стороне мостовой, с которого как раз слезал владелец – худенький парнишка.

- Имперская служба безопасности, мне нужен ваш двупер, - рявкнула она.

И под разинутый рот пацана рванула на транспорте по набережной вдоль реки, краем глаза замечая, как из здания клуба все же выбегает Рюрик с Мартыновым. Были бы тут двуперы такими же тихими, как стабы, возможно и получилось бы улизнуть. А так ей в спину понеслись сразу две магические техники. Синяя ветвистая молния, толстая как ствол пятилетней березы, и гибкая серебристая стрела. Вильнула на двупере раз-другой, пытаясь избежать удара. Техники теряли силу с расстоянием, но все же в конце на перекрестке пришлось гасить мечом. Она проехала еще вперед по проулку и миновала два квартала, когда по улице прокатился еще пока далекий рык гоночного автомобиля, а ей в спину снова летели очередные «сняряды». Твою звездявую! Мальчики, не стоит так расстраиваться из-за проигрыша.

Скорость двупера ее не устроила, да и предательское тарахтение, потому в подворотне одного из домов бросила средство передвижения и ловко забралась на крышу двухэтажного дома, используя уже свой рой для создания уступов и зацепок. И да, уже был виден гоночный синий силопер Рюрика. Жаль красавчика (если что, это она не о принце), но пришлось им под колесо подложить морфов. Силопер знатно закрутило, как на карусели с визгом тормозов, а через миг он врезался передком в мусорные бочки. Хех, ну ничего, отмоется. Из силопера выбрался Рюрик. Наступив на мусор, их высочество выругался. За ним показался из дверей чистоплюй Мартынов с брезгливым выражением лица.

Наблюдать дальше она не собиралась. Пришлось уходить по крышам домов. Хорошо бы, если бы авария поумерила бы пыл этих жеребцов, и они отстали. Но нет, через несколько минут, ее нагнала синяя молния и чуть не вжарила в мягкое место. Не, ну как вы так смеете обращаться со уполномоченным-то, а?! А в следующий миг белая магия пыталась оплести ее нежную шейку. Чтоб вас хиг высосал, а оболочки развеял на орбите!

Жеребцы похоже всерьез осерчали и несмотря на то, что морфы им устраивали каверзы, они умудрялись не отставать и бить непрестанно. Так что она скакала как горная козочка с крыши на крышу, c отвеса на карниз, с карниза на балкон, то канатоходцем заделывалась, топая по натянутым веревкам, то обезьянкой, на ней же раскачиваясь. И все равно погоня вызывала на ее лице азартную улыбку. Давно так не резвилась. Снова ее подстава, и Мартынов, поминая тьму, сорвался вниз. Но змей тот еще гад, накинул петлю серебристую и вновь поднял себя наверх. Владисил поотстал, получив маску из морфов прямо в породистую мордаху. И это был шанс.

Добравшись до помпезной высотки, она влезла в открытое окно и рванула вперед по коридору, выстланному красным ковром. Золоченые бра замелькали по бокам. С улицы послышались клаксоны силоперов, принадлежащих имперской страже. Похоже погоня набирает новые обороты, и это уже грозило поимкой. Твою ж дивизию! Надо было что-то делать, пока эти двое ее окончательно не загнали. Убивать никого очень не хотелось, как и раскрывать свою личность и способности.

Резко свернув в очередной коридор элитной высотки, поскакала дальше, запустив вперед себя рой. Морфы застелились по низу, проникая в щелки под дверями. Чувствуя, как нутро распирает от неозвученного хохота, занеслась в одну из дорогих квартир, споро вскрыв замок белой резной двери с позолотой. Морфы сказали, что в помещении никого нет.

Метнулась в ванную. Счет шел на секунды. Ха-ха! Дайте помыться после жаркого паркура с перестрелкой. Нужно сбить со следа этих двух пиявок. Сбросив все мужские шмотки и барсетку в корзину для белья, развеяла все свои слепки разом, высвобождая морфов.

В квартире бабахнула дверь, ее явно вышибли с ноги. И послышались шаги. Быстро включила душ и встала под него. Намочила волосы, параллельно чувствуя, как лицо преобразовывается в личико Утятиной. Сдернула полотенце и обмотала влажное тело толстым махровым полотенцем. Оценила блондинку в зеркале. Даже мазнула кремом кончик носа и растерла. Волосы побелели в последний момент Она встала у двери, улыбаясь от уха до уха как раз тогда, душевая дверь резко распахнулась. Ну все. Всем занять зрительские места, театр начинается!

Перед ней стоял блондин Мартынов, грозный как юпитерская гюрза с магическими ослепительными сгустками в каждой руке. Первым добрался, шустрый змей.

Она округлила глаза и завизжала, что есть мочи.

- А-а! Что вы тут делаете! Похабник! Негодяй! Помогите! – принялась шлепать она беловолосого Мартынова полотенцем для лица. – Как вы посмели войти в мой будуар! Насильник! Похабник! Выметайтесь немедля из моего дома, иначе вызову имперскую стражу!

- Э-э, я не… - оторопел беловолосый, прикрываясь от неожиданного напора и гася магию. Он растерянно отступал, получая по платиновой макушке влажным полотенцем. Пришлось прикрыть рот, чтобы сдержать смех. Уж до того его смазливая рожа потешно вытянулась.

8.2

– Да погодите же! Выслушайте! – уже в гостиной попытался остановить избиение.

И Мурка подбоченилась, интересно было, как будет оправдываться красавчик. Театр же бесплатный, чего ж не воспользоваться.

- Я разыскиваю опасного преступника, - начал было объяснять парень. – Вы не видели здесь мужчину в военной форме?

- Что-о? – завопила в ответ так, что у самой уши заложило. – Тут оказывается еще один есть?! Подлецы! Наблюдать за одинокой девушкой!

Нет, все же видеть смущение на обычно бесстрастном породистом лице было забавно.

- Хотя… Вы верно лукавите? - надула губки Мурка-Утятина. – Никого кроме вас нет! Так и скажите, то пришли домогаться несчастной девы!

Он возвел глаза к потолку, затем колко оглядел ее с ног до головы.

- Простите, но тут зариться особо не на что, - выдал он ледяным тоном, сплетя холеные белые руки на груди. Слишком быстро пришёл в себя, и тут же закапал ядом, эх.

- Ах вы еще и хам, оказывается! – взвизгнула Утятина на ультразвуке, подходя к последнему акту сцены – оглушить и выпроводить.

Но парень попался стойкий, не гляди, что аристократ голубых кровей. Схватил ее за запястья и с угрозой прошипел прямо в лицо:

- Угомонитесь уже, наконец, барышня! Никто вас не трогает.

Она посмотрела на его руки, что сжимали ее и на показ приподняла правую бровь.

Мозг сигналил, что шутки опасные, пора заканчивать. Фу его, фу! Но, кто ж будет отказываться от такого веселья. Разорви клешненос, она уже слишком разгорячилась от близости. И теперь реально стало обидно, что ее никто не трогает. А лицо породистого серебристого жеребца было непозволительно близко, как и его поджарое тело. Нужно было доигрывать роль истерички до конца, но вместо этого она шагнула навстречу и впилась в его губы поцелуем. Сам напросился, нечего было хватать и пыхать огнем на гормонально озабоченную женщину в цвете лет.

На миг его серебристо-льдистые глаза широко распахнулись, потом пепельного цвета брови нахмурились, она почти увидела в них будущее, когда чистенький аристократик грубо от себя оттолкнёт сумасшедшую, но секунда прошла, затем другая, а поцелуй продолжался. А потом парень придвинулся ближе и загреб ее к себе со злым шипением:

- Тьма! Это сумасшествие, - и ответил на поцелуй…

Спустя минуту Мурка застонала от наслаждения. Местные аристократы чертовски хорошо целуются, учат их что ли на одном станке? Тела уже сплелись теснее, одна ее рука самовольно взъерошила платиновые волосы на затылке элитного экземпляра, вторая споро расправилась с ремнём мужских брючек, отмечая стальной торс у мальчика. Мартынов тоже время не терял, и смело исследовал ее юное тело, отбросив полотенце и оставив в чем мать родила. Руки его были умелыми и теплыми, прямо то, что надо. Разорвал поцелуй лишь на краткий миг, лишь бы определить верное направление – к мягкой мебели гостиной. Подхватил под ягодицы легко без усилий и донес до дивана с золотистой обивкой. Эм… почти донес. А как вы хотели? Театр нынче у нас сатирический. Ха-ха!

В момент, когда мысленно уже Мурка приняла решение радостно согрешить, входная дверь вновь бабахнула об стену, и тут появился принц Владисил Рюрик собственной персоной. Его смоляные брови удивленно взлетели под пышный чуб, а на беспардонной царственной мордахе появилась насмешка, что говорится - рот до ушей:

- Алекс, тьма тебя дери! – хохотнул он. – Говорил же, спусти пар в купальне. Думал, он уже поймал лже-Свердилова. А он тут нашел милашку и развлекается!

Принц внимательно прошелся заинтересованным взглядом по обнаженной белокурой незнакомке, что как-то позабыла смутиться и прикрыться.

- Эй, совесть имей! Хотя… Ну его этого двойника с миллионом, – промурлыкал Рюрик, как матерый кот. - Возможно, я тоже был бы не против веселья.

- Обойдешься, - Мартынов все же выпустил ее из объятий и без спешки невозмутимо поднял с пола полотенце, чтобы передать в девичьи ручки.

Мурка прикусила губу, сдерживаясь из последних сил. Вся ситуация гоняла в крови адреналин и вызывала безудержный смех.

- Жди меня здесь, - бросил блондин. – И мы обязательно продолжим.

Почти приказ с угрожающими шипящими нотками и вытянутым указательным пальцем. Ой-ей. Серьезный мальчик. Слов на ветер не бросает. Боюсь-боюсь.

- Буду ждать с нетерпением, милый, - с придыханием обещающе пропела Мурка и улыбнулась заразительно.

Мартынов будто почуял подвох, сощурился, а потом направился прочь – освобождать чужую жилплощадь, подтолкнув плечом венценосного друга к выходу на пути. Перед тем, как выйти за дверь, Рюрик напоследок с ухмылкой огладил взглядом даму в неглиже, пардон, в полотенце, и подмигнул. Вот же черти породистые, что один, что другой.

Когда звук шагов растаял, Мурка расхохоталась в голос. Минуту не могла остановиться. В конце уже малость истерично хихикала, ведь гормонам обломилось вновь. Естественно, ждать блондинчика она тут не собиралась. Вторая встреча будет слишком рискованна. Пусть змей Мартынов ищет милашку, если вспомнит о ней. Все равно не найдет.

Подошла к зеркалу и развеяла лицо Утятиной, взглянула на свое настоящее. Глазки чайного цвета так и блестели. Машенька, да ты просто дивно хороша! Фигурка окрепла, хотя и остается еще субтильной чуток, но да с морфами все поправимо при желании. Ладно, пора двигаться.

Залезла в чужой гардероб, и нацепила коричневое платье в пол, колготки и черные лаковые башмаки. На плечи накинула пелерину, на ручки - перчатки. На голову - шляпку с вуалью. Должно быть, тут проживала дама в годах. Благо невысокого роста. Состряпала себе горб на холке и двойной подбородок, взяла тросточку и потопала из здания не спеша с саквояжиком, в котором лежали мужские шмотки и барсетка с денежной пачкой. Внизу через стеклянные двери фойе было видно скопление служебных силоперов. Настоящий Юлий Виссарионович Свердилов пригнал народ для поисков и, как Ленин на танке, толкал речи – кому куда пойти и кого немедля поймать.

На крыльце стояли силовики, к ним Мурка и отправилась. Выбрав одного пузатого с наглой рожей, подошла к нему и специально болезненно заблеяла:

- Молодой человек, не проводите ли вы меня к извозчику. Внучка рожает, голубчик. Надо быстренько! Ох, как бы в спину-то не вступило. И да, донесите мою сумку, будьте так добры, - и она наглым образом чуть не впихнула свой саквояж мужику в руки.

Стражник ее наконец разглядел и гаркнул, отпихнув от себя сумку обратно:

- Еще чего! Я при исполнении, сударыня! Прошу не отвлекать никого от дел! Ищите себе привратника!

- Что за молодежь пошла! - ворчливо она топала прочь по тротуару и никто ее останавливать не спешил.

У перекрестка взяла силоперного извозчика и велела ехать до Махманной набережной. Там в нужном проулке подошла к машине Феденьки и постучала клюкой в окошко. Макариков выглянул:

- Добрый вечер, сударыня, - непонимающе высунулся Феденька в оконный проем силопера.

- Открывай даме двери, а то поясницу ломит, - выдала Мурка.

- Э-э, вы видно обознались, уважаемая. Это частный силопер. Я никого не развожу.

- А Марию Боровскую? – шепнула и приоткрыла вуаль.

- О, - округлил рот Федя. – ваше сиятельство! Вы не перестаете меня удивлять, – и поспешил распахнуть двери.

Она уселась на переднее сидение, обнимая саквояж.

- Поехали, касатик, до дома, - хохотнула Мурка. – У бабули был сложный день. Но весьма плодотворный.

✿ Визуал_

Решила визуалами дополнить последние события.

Игра в род-покер. Свердилов из Мурочки вышел серезный. )

Ну и ми-ми сценка в чужой квартире. Сначала отхлестать, потом зацеловать)

8.3

Они упустили двойника Свердилова. Это стало ясно уже через час бесплодных поисков в приречном районе. И, если вначале по свежим следам можно запустить заклятие вероятности, которое приблизительно показывало ему возможные варианты. Скажем так, он мог выбирать три вероятных пути из тридцати, куда направиться беглец. Сейчас же заклинание уже было бесполезным. Они потеряли много времени. И это блуждание по округе уже выглядело смехотворно.

- Тьма всех подери! – ругнулся Влад, поминая лже-Свердилова и шныряющих по округе силовиков, и с досады запустил в небо сырую молнию. – Мне уже начхать на деньги. Поехали отсюда, - и тут же кое-что вспомнил. - Гадство, силопер же теперь аварийный!

Угу, синий квадро, оставшийся в переулке, нынче весь в дерьме и требует починки.

- Как же хочется свернуть шею этому наглецу, - Владисил поджал челюсть, делая жест руками, будто скручивая ту самую голову.

Алекс был согласен. Сам бы испепелил вора, ибо потерять столько сил в пустую, лишиться законного «права на желание» было как минимум унизительно. Оставалось надеяться, что Свердилов и его гончие отыщут все же поганца.

- Можешь взять мой Винч, - достал ключ-карту и бросил их высочеству.

Влад поймал ключ.

- Давай! А ты не идешь что ли?

- Позже.

Губы Рюрика разъехались в понимающей улыбке.

- Что, продолжишь с той белой мышкой?

Зачем отвечать? И так все ясно. Рюрик хмыкнул.

- И чем, интересно, она тебя привлекла? Ты же еще тот привереда.

Но Мартынов лишь поднял в прощальном жесте руку и пошел по ночному переулку назад. Крон-принц Рюрик уже знал его и не стал останавливать, лишь отпустил смешок в спину.

Зацепила? Хм, это вряд ли. Ему всего лишь интересно. Когда скука становится образом жизни, ценишь редкие моменты инаковости бытия. И да сейчас он желал завершить начатое с той девицей из номера 177, которая навевала стойкое дежавю. Мартынов почесал белую макушку, вспоминая, как получил сегодня мокрым полотенцем по темечку, а потом распробовал смелый поцелуй. Вот за это она тоже сейчас с ним расплатится, скривил он цинично губы. Сейчас он готов спустить пар после драйва. А потом нужно кое-что прояснить. Сам не замечая того, ускорил шаг.

Через несколько минут наследник рода Мартыновых подошел к знакомой белой двери, прислушался - тишина. Тихо вошел в сумрачную гостиную. Некоторое время курсировал по пустым комнатам. Как идиот заглянул даже в клозет. Никого. Остановился и ударил кулаком по косяку. Все-таки сбежала, мышка! Должно быть узнала и испугалась справедливого возмездия? Возможно.

Он втянул воздух через нос и выдохнул, затем спустился на первый этаж и нашел привратника. Худосочный мужик с жидкой бороденкой смотрел на него заспанными глазами и сначала не понимал, чего от него хотят. Но потом надел очки на нос и увидел герб на лацкане сюртука и стал соображать куда быстрее:

- Да, конечно, господин. В номере 177 проживает уважаемая Лилия Устиновна Мурашкина! – отрапортовал привратник.

Мурашкина, значит. Крупный вассальный род Щкиных. Что ж, она никуда от него не денется. Алекс вынул крупную купюру и засунул ее в нагрудный карман привратника вместе со своей визиткой.

- Как появится дама, сообщите моему помощнику.

- Все сделаю, не смейте сомневаться, тотчас сообщу! – кланялся человек.

В ту ночь он уселся в силопер извозчика и отправился домой.

Ждал. И уже на следующий день вечером ему донесли, что малышка в мышеловке, то есть появилась в своей квартире. Алекс Мартынов ушел с приема Шмелевых, где обязан был присутствовать с семьей. Наплевав на все, и на негодование отца в том числе. Без него справятся.

Вечер был не слишком поздний, но в окнах Мурашкиной уже погасли огни. Сейчас он действительно ощутил особую связь с тотемом, с помощью магии бесшумно пробрался в дом в приоткрытое окно третьего этажа. Лилия уже лежала в кровати, укрытая одеялом, он лишь видел ее белые волосы в сумраке спальни. Нос уловил запах парфюма – удушливый аромат хризантем. Не совсем приятный для него, но это мелочи.

Она что, и похрапывает что ли? Да уж, незнакомка – неординарная личность. Криво улыбнулся, ощущая, как грудь стягивает нетерпение. Уж очень он желал проучить мышку, или просто желал. Неторопливо подошел к кровати, нагнулся и аккуратно отвернул край одеяла со словами:

- Ну здравствуй, это я.

Секунда и он уставился на старческое лицо какой-то бабули, которая к его несчастью спала не крепко. Глаза ее расширились, и в них отразился первобытный ужас. А в следующую секунду пожилая женщина издала такой вопль, что он отшатнулся назад словно под порывом урагана. Нет, ему определенно суждено оглохнуть в этой злополучной квартире!

- А-а! Убивають! – верещала старушка со всей мочи. – Спасите! Помогите! А-а!

- Тьма! – ругнулся Мартынов, срываясь с места. Как последний придурок он стрелой вылетел в окно и еще несколько десятков метров несся по крышам двухэтажных домов. Там остановился и посмотрел назад, а потом уселся на черепичный козырек.

- Да чтоб тебя! – зло прошипел он, в точности, как его змеиный тотем. – Похоже, я полный идиот.

Уже на следующий день понял, насколько он скудоумен. Он не удосужился узнать возраст дамы из квартиры 177. А в ней жила почтенная Лилия Мурашкина, у которой была пара десятков племянниц и внучек. Алекс просмотрел карточки всех юных и не очень Мурашкиных в силогласе, но той самой девчонки среди них не нашел. И как это понимать? А так, что его снова обвели вокруг пальца, как глупого птенца. Безумно хотелось придушить одну интриганку, из-за которой так тупит. Однако, он знал, как она выглядит, и рано или поздно, но они встретятся. И тогда он предъявит ей счет.

✿ Визуал__

Кто просил визуал последней сценки?)

Не понимаю, правда, что за платочек в руках у парня в конце, нейронка шалит. Должно быть, решил прихватить на память от бабули. )) Еще такой вариантик:

Все визуалы к книгам можно посмотреть в моей группе ВК. А так же послушать треки, под которые создаются истории. Ссылка на нее есть во вкладке "О себе" на главной странице https://author.today/u/anna_never_main

9. Полетели

***

Раковичи отец и сын провожали взглядом фонтанную скульптуру рака, у которой нынче не хватало нескольких элементов. Слуги грузили позолоченное и оббитое произведение искусства в грузовой силопер, чтобы отправить на починку. Глаза рака вытаскивались отдельно, как и несколько конечностей и часть хвоста.

- Свердилов был не настоящий, - выпятил нижнюю толстую губу Рачкович старший.

- Да, я всех прощупывал, только принца и змея не трогал, опасно. Так вот двойник Свердилова был закрыт от моего ментального дара. Уже не первый раз встречаю такие артефакты, глядишь, скоро все будут ходить под защитой от ментального воздействия, - зло сплюнул Натан.

- Надо бы узнать, от какого артефактора новшество, и убить мастера.

- Ага, и для этого, например, спросить у Боровского. А вдруг расскажет, - съязвил наследник.

В последнее время у главы Рачковичей от имени соседа графенка Марка Боровского стала возникать стойкая изжога. Вот и сейчас он поморщился.

- Как вы могли вляпаться в такое дерьмо, как клятва, - снова посетовал он. – Но ничего, я уже поза…

- Стой! Ничего не говори при мне! – завопил менталист. - Я обязан буду пойти к нему и предупредить, если ты что-то задумал. Уже вот тут давит, - пожаловался с упреком, указывая на горло.

- Тьфу, чтоб вас всех тьма пожрала! – разразился привычными проклятьями в свою очередь глава Рачковичей. – Пшел с глаз моих, пока не удушил самолично за вашу тупость!

- Посмотрел бы я на тебя, - бурча себе под нос, покинул здание игорного клуба «Членистое брюхо» Натан. Кажется, его чуть отпускало. Да, в клятву он вляпался, но ведь кто бы мог подумать, что у этого недомерка Боровского будет стоять защитный артефакт? Отец этого не понимает и теперь давит.

Рачкович старший проследил из окна, как закрепленная в кузове статуя отъезжает, и кивнул своим мыслям. Да, он потратился на билет на дирижабль и услуги некланового профессионального убийцы, но зато уже назад в столицу этот гаденыш Боровский не вернется. Со смертью последнего кабана он освободит своих сынов от связующей клятвы. Болваны! Какие же они болваны! Сплошные траты из-за недоумков-отпрысков!

***

На утро Боровская выдала последние распоряжения перед вылетом. У дедули поверенного до сих пор глаза в норму не пришли, сияли от возбуждения и опаски. Он сегодня ночью снова пересчитывал деньги графини и охал, а потом ахал, повторяя, что надо бы Машеньке Боровской быть осторожнее, ведь кругом враги. Мурка заверяла, что очень постарается, и целовала его на прощание в морщинистую щеку. Вспоминала родного отца-магната, и надеялась, что у него тоже найдется душа, которая так же поддержит. Сейчас она уже вспоминала только самое хорошее, связанное с родителем, который дал шанс ее эмбриону, и была бы рада, чтобы папаша жил счастливо и долго. А ей свое долго еще надо отвоевать в новом мире.

Пристань для воздушных судов тянулась в километр, и напоминала протяженный древнегреческих храм с припаркованными к ним дирижаблями. Пассажиры толпились средь колонн. Слуги таскали кладь по сходням. Аристократы чинно прощались. Полет стоил немалые деньги, простому человеку надо было копить пол жизни на такое комфортабельное передвижение по воздуху. Сами дирижабли напоминали удлиненные деревянные лайнеры, у которых над палубой вместо парусов нависали огромнейшие надутые шары, перетянутые как домашние колбаски. Интересная картинка из техно-магичеческого мира, но в то же время нельзя не заметить, как много бестолковых элементов в этом летательном аппарате. Либо она так придирается к детищам вражеского рода Лыковых.

Ровно в семь утра она вместе со своим агентом Романом Лаврентьевичем Окопниковым взошла на палубу дирижабля. За ними следом двигался Феденька с чемоданом и плащом графа Боровского. Да, пришлось доплатить, чтобы взять с собой слугу.

- Марк Павлович, пройдемте сюда, - агент указал направление – к помпезному арочному входу для высоких господ. - Ваша каюта под номером 41 на верхнем ярусе для аристократов. Я же буду на четвертом в 156-м номере, вон там проход, - и указал на выход на другую лестницу, ведущую вниз, намного проще барской.

- Встретимся за обедом, - кивнула в ответ.

Она сразу отправилась в каюту. Что сказать, тесненько, но миленько. Диван-кровать, писчий столик, кресла, чайный столик, туалет за тонкой дверью. Это как она уже привыкла к статусу графиньки-то, живя в просторных особняках, что совсем забыла еще более тесные отсеки звездолетов, а? Макарикову же придется ночевать в гардеробной на топчане под ворохом барских шмоток. Но да он парень тертый, справится.

Пол качнулся. Взлетали. Выглянула в окно, действительно оторвались от пристани. Дирижабль медленно, как беременная корова, набирал высоту. А точно они доберутся сегодня до места? В приоткрытую форточку слышался визг барышень, стоящих, видимо, на палубе и активные апплодисменты.

- Вы не хотите взойти на палубу, ваше сиятельство? – спросил Федор, топчась на месте.

- Иди уже, глазей. Только прикажи служке принести мне чай со сладостями в каюту.

Отпустила парня, а сама развалилась в кресле, задрав ноги на пуф, и взяла в руки… учебники второго курса. «Фиг я вам буду учиться все четыре года в вашей академии», - проворчала себе под нос и принялась листать второй том мировой географии.

Чай занес разносчик в зеленой униформе и с поклоном поставил на столик. А что, приятное путешествие!

9.1

Корзинку с клубничным джемом запихнула целиком в рот, отпила маленький глоток зеленого ароматного чая. Вгляделась в карту империи Росс, в который раз определяя, что названия городов лишь частично совпадают. Москва, например, имеется, вот только это маленький городишка в окружении болот. Столица империи Росстов находится чуть ниже старого земного Воронежа. Последнего, кстати на карте нет, как и Санкт-Петербурга, Ярославля, Рязани, Киева. Зато есть Тула, Казань, Челябинск, Кострома и такие города как Темнодол, Головорезок, Замечный.

Сделала еще глоток напитка и на этот раз откусила печатный пряник. Ничего так, но корзинка была вкуснее. Забежал Федя и отпросился у нее еще погулять по палубе. Глаза блестят, никак девчонка какая приглянулась. Ну-ну.

- Иди уж.

- Я второй ключ возьму от каюты, ваше сиятельство, и запру вас, - заявил бдительный Макариков.

- Валяй, - благословила, не отрывая глаз от чтения.

Уже через четверть часа Мурка ощутила желание прилечь с книгой на кровать, и недолго думая развалилась в плюшевых подушках с вышитым гербом лыковской «авиалинии», а именно, пузатым дирижаблем и бешеным зайцем по центру.

Зевнула раз другой. Глаза начали закрываться. Последняя мысль была: ну его, этот обед, лучше поспать в дороге. Так и заснула мертвым сном.

***

В замочной скважине щелкнуло пару раз, и дверь каюты под номером 41 тихо открылась. В нее юркнул человек в зеленой форменной одежде разносчика – невысокий, с длинным и постным лицом клерка. Вот только взгляд его сейчас был острым и цепким. Он зыркнул по сторонам, затем на пустую чашку на столике и бесшумно зашагал к кровати, что находилась у противоположной стены каюты, под круглым смотровым окошком. Некоторое время стоял, прислушиваясь к ровному дыханию юного графа. А потом принял расслабленную позу.

- Пустяковое дело, выходит, - довольно осклабился он. - Зато барыш хорош за поросенка. Поболе, чем в прошлый раз за его брата. Да и того пришлось еще поупрашивать выйти из окна небоскреба, а этот даже не поймет ничего.

Человек приподняв кафтан, залез в карман и через секунду выдвинул короткий силовой тесак.

- Легкая смерть, за такую благодарить надо, - произнес он, занося над горлом спящего юноши. Но опустить не успел, так как из шеи спящего к нему метнулись три алых нити. Одна присосалась к руке, что держала тесак, вторая - ко лбу, а третья - к правому колену. Убийца отшатнулся. А в следующую секунду мир перед его глазами померк. Он так и не понял, что умирает, а то бы наверное поблагодарил.

***

Мозг просигналил о высокой степени опасности, и Мурка усилием воли открыла глаза. Сквозь пелену увидела стоящую над собой фигуру и в следующий миг дернулась в сторону.

- Эй, какого хига…

Магическое усилие, и в глазах окончательно прояснилось, чтобы как раз четко увидеть, как тело человека превращается в ноздреватое желе, затем пузырится и в итоге оседает на прикроватный половичок. Видок не для слабонервных, хорошо у нее с нервишками полный порядок. Подтянулась к краю высокой кровати, чтобы увидеть, как в сем коктейле, что остался от человека, плавает зеленая форма служащего дирижабля. Сразу понятно чьи делишки: вещички в отличие от органики симбе были не интересны.

И да, на покрывале рядом валялся теперь чужой большой ножище, явно артефактный.

- Дерьмо клешненоса и всех его родственников! – ругнулась. И тут накатило наслаждение симбионта от деликатеса. Эм, так и до оргазма недалеко.

- Вот же сопля самостоятельная! Что тут произошло? – прошипела сквозь стиснутые зубы.

Симба ошалевший от изысканного вкуса выслал ей эмоцию, мол тебя «спящую красавицу» спасаю от убийц.

– Да хиг тебя задери! – пробормотала, морща нос, и снова взглянула на коврик. – А это что?

Сдернула салфетку со стола и крутанула в жиже пузырек с надписью на боку «Сонный порошок». Значит, очередной убийца Боровских. Эх, жаль, что по душам поговорить не довелось. Кто же на этот раз потратился?

Значит, симбионт ее спас, пока она была в навеянном сне.

- Ну спасибо, конечно, - вздохнула, и строго добавила: - только в следующий прежде, чем трогать человека, постарайся разбудить меня сначала. Эх, и что теперь прикажете делать со всем этим недобром?

Встала и попробовала открыть смотровое окошко, за которым реяли редкие белесые туманности облаков, а внизу желтели степи и серебрились ленты рек. Дернула ручку, получилось. Высунулась из окошка по пояс и посмотрела наверх, потом вниз, вроде никого, кто мог бы стать наблюдателем ее неблаговидного поступка. Метнулась обратно, собрала половичок с содержимым и в следующий миг выкинула его в окно, отправив в длительный полет до земли. Прости, Всевышний, грешную. Человек хоть этот и был уже дерьмом до смерти, но порядочным людям, понятно дело, лучше такого не делать.

Вернулась и рассмотрела тесак. Оружие было серьезным с тугой оплеткой заклинаний. Крутанула в руке раз, другой. Неплохой баланс. Заставила лезвие втянуться в «брелок» и сунула оружие в чемодан. Затем помыла тщательно руки, задумчиво глядя на пузыристую пену на своих ладонях. Смерть человека не радовала, но радовало, что покушение не удалось. Еще она теперь знает, что алая тянучка, что делит с ней это тело, способна действовать самостоятельно, когда она сама находится в отключке. Хорошо это или нет, еще надо подумать.

Появился Федя и уведомил, что всех господ кличут на обед в общую столовую. Мда, как ни странно, аппетит у нее не пропал, да и обсудить ближайшие планы с Романом Окопниковым стоит. Одернула сюртук, немнущийся из-за наложенного заклинания – да она теперь может позволить себе покупать и такие, - и направилась за своим личным проводником к корабельному общепиту.

9.2

Через пятнадцать минут она убедилась, что кормят в дирижабле неплохо. Суп разве что подкачал. В бульоне плавала всего пара маленьких кусочков картофели, и половинка перепелиного яйца. Маловато будет.

- Итак, что вы советуете, Роман? – догнав ложкой картошку в тарелке, засунула ее себе в рот.

Окопников повторил:

- Я тут осторожно поспрашивал, ваше сиятельство. В городке, куда сядем, опасаться нечего, а вот в резервационном, когда доберемся, нужно быть куда осторожнее. Следует держаться центральных улиц. В городе процветают нападения, грабеж, ночами зачастили набеги генобов из пустошей. Предлагаю, сдать бумаги в местную управу, забрать женщин и, не мешкая, отправиться в обратный полет.

- Угу-угу, - половинка яйца поймалась куда быстрее.

- Эй, да я больше тебя наловлю генобов в этот раз! – послышался бас с соседнего столика. Двое бородатых близнецов лет под тридцать перебрали кажется наливки и спорили.

- Уймись, ты никогда меня не перещеголяешь, Ося! Большую часть багажного дна забью я!

- Не в этот раз, братец! – покачал пальцем тот самый Ося.

На них недовольно косились господа с других столиков.

- Это братья Бражниковы, род средний, - пояснил Окопников. - Промышляют тем, что охотятся на генобов.

- И что, много тут таких охотников? – она обвела взглядом собравшихся господ. Хотя сама могла ответить, есть, но не много.

- Да не так чтобы. Тут генобов, пригодных для магической привязки, еще нужно поискать на просторах резервационных земель. Это вам не уральские горы. А нарваться на пустых генобов тут всегда пожалуйста. Рисковые парни едут в эти края, да не все возвращаются живыми.

- А остальные что?

- Часто этим направлением летают господа из провинции, чтобы повидать столицу, а с Росстова едут те, что, как и вы, желают набрать дешевых прислужников, которые могут работать на них пожизненно.

И от нечего делать, тут перемывали косточки друг другу все, кому не лень. Они встали из-за стола, когда до нее долетели шепотки и по ее душу.

- Да что вы говорите? Последний граф Боровский, это точно он?

- Я думала их род уже исчез. Они же все один за другим вымерли...

- Служащий сказал, точно он.

- Бедняжка, такой щупленький. Куда же он едет, пропадет ведь!

- Странно, что вообще еще жив. Род из одного представителя – смех один и легкая мишень.

- В наших краях пропадет.

- Как есть смертник.

- А вы слыхали о Крюкатом? Говорят, его банда совсем распоясалась.

- Пока не вылезает из резервации на наши земли, нас это не касается.

- Но, говорят, он теперь торгует еще и людьми.

- Да кому нужны эти безродники?

Никто общаться с графом Боровским не торопился, поточили языки, да забыли, а потом водили мимо взглядами, как будто он пустое место. Впрочем, Мурка в общении тоже не нуждалась, а зачем? Толку мало.

На следующий день дирижабль причалил к станции в городке Ахбухта Это уже не была та помпезная столичная станция в стиле греческого храма. Обычная деревянная видавшая виды пристань. Самый обычный станционный домишко. На площади настоящий каретный рад с экипажами и лошадьми, среди них тройка силоперов, явно из старых выпусков. Силоперы в провинции были далеко не у всех, даже в родах.

Носильщик донес их поклажу до повозки и пригласил в повозку. Мурка с каким-то детским восторженным любопытством залезла в эту музейную редкость и уселась на сидения. А потом еще тряслась в ней около часа в сторону резервационной каменной стены, высокой и длинной с башнями и бойницами. Хиг ее высоси, да она сейчас как принцесса из детской сказки, едущая в сторону замка. Хих, ну или принц. Вот только развивающейся алой накидки не хватало и короны. Накидку, конечно, мог состряпать симба, а корону морфы, но думается, люди не так поймут.

В итоге на проходной Окопников передал пропускные бумажки подошедшим военным. На Боровского бросил особо неприязненный взгляд один из них, самый низкорослый из троицы. Он и задал вопрос:

- Как долго собираетесь пробыть в наших местах, ваше сиятельство?

- Простите, как вас величать?

- Ляжко Климентий Ильич, главный смотрящий первой башни.

Ага, Ляжко. Неужели, енот уже наплакался в роду, как Боровский его достал в академии?

- Максимум дня на три.

В общем их пропустили в Лощинск. А за воротами... прямо скажем сразу оказалось все грустнее, чем она ожидала. Долина была забита халупами и уродливыми бараками, косыми, кривыми. Всюду обшарпанные стены, разбитые стекла, мусор и осенняя грязь во всей ее красе. Люди, которые попадались на глаза были одеты бедно, кто-то был согнут и болезненно кашлял, взгляды на господ бросали затравленные и одновременно жадные. За поселением виднелась узкая лента реки посреди степи, а далее перелески и лес.

- Я довезу вас только до центральной резервационной управы, - заявил извозчик, а далее ищите местных извозчиков. - И он указал на пару драных телег с клячами, что стояли неподалеку.

- А если повысим цену впятеро?

- Да хоть миллион отсыпьте, господа высокие, мне моя голова еще дорога, - фыркнул мужик.

И он действительно свернул на усеянную гравием дорогу, которая еще была хоть как-то похожа на дорогу. Там нашлось одноэтажное деревянное здание, относительно добротное на вид.

Вот там у крыльца их троих и выгрузили с багажом.

Роман Лаврентьевич первым поспешил зайти в управу, глядя с опаской по сторонам. Мурка же осталась смотреть на грубо срубленную доску с объявлениями. На половину доски была вывешен белый лист бумаги, явно слишком белый и гладкий для такого места. В центре была слабенькая иллюзия подростка с круглым лицом и узкими глазами. Под ней надпись гласила:

Пропал племянник главы военной части Ивана Петровича Симукана, зовут Вихад, семнадцать лет от роду, возможно ушел в пустоши. Кто вернет живым(подчеркнуто двумя жирными полосками), получит вознаграждение в размере Пяти тысяч рублей.

Ого, немаленькое вознаграждение, особенно для этих мест. Мурка всмотрелась в изображение, а когда обернулась, поняла, что ее личность заинтересовала аборигенов. Вокруг нее стали появляться люди в заношенной одежде, женщины с детьми, мужчины. Близко не подходили, создавая широкое кольцо. В глазах каждого плескалось отчаяние и надежда. Потом посыпались вопросы хором:

- Ваша высокость, вам работница не нужна? А работник? Я буду очень хорошо трудиться в поте лица, все сделаю! Я сильный! Ваша милось, заберите моих детей! И моих! Они очень способные! Моя Глаша умеет читать! А мой Захар хорошо считает! Он был лучшим в гимназии, пока ее не закрыли!

10. Житие резервационное

Да вашу звездявую дивизию…

Впервые ей самой горячо захотелось залезть на пик местной иерархии, чтобы втолковать тем, кто наверху, что так с населением обращаться нельзя.

Тут оживился Макариков:

- Граф приехал за конкретными людьми. Прошу не досаждать господину!

Подняла руку и обратилась к толпе:

- Сейчас у меня действительно нет возможности вам помочь, это верно.

Однако в уме уже затолпились мыслишки, насколько возможно заполучить в экстренном порядке пропуски на хотя бы пятьдесят душ. И даже, если заполучит, то как провезти народ, чтобы не разориться? Наземным транспортом, а тут найдется такой? Задача еще та. Нужно потрясти Окопникова. Однако, Макариков прав обещать пока ничего нельзя.

- Умоляю, ваше сиятельство! – упала на колени одна из матерей двоих малышей, что держались за ее юбку. – Со дня на день ожидается самый страшной набег чудовищ. Мы живем на окраине, мы не переживем его!

- Поднимитесь. А вот тут подробнее, - попросила. – Откуда сведения?

- Ходоки бают. Чудовища движутся с запада! – ответило сразу несколько голосов. - Да и Алевтина напророчила!

Ходоками оказались те редкие люди, в том числе охотники, которые рисковали гулять по пустошам. А Алевтина – местной гадалкой-предсказательницей. Набеги бывают частыми, и постоянно уносят много жизней несчастных. Власти не вмешиваются, лишь советуют крепко закрываться в домах.

В общем, это было брошенное место и брошенные люди. Раньше, когда не было генобов, то тут было еще сносное житье. Возделывали землю на полях, доставляли лес на продажу. Имелась лечебница и школа. Сейчас все пришло в упадок. Люди на грани.

- Пока у меня ничего для вас нет, - подумав, ответила. – Но, если будет, я оповещу. Федя запиши имена женщин с детьми, и возраст всех.

Сказав это, она отправилась в здание местного управления, оставив оруженосца собирать список. Люди кинулись к нему, как бы не разобрали Макарикова на запчасти. Но уж тут пусть сам справляется.

Управление было - одно название. И сам лысеющий мужик с трясущимся подбородком в нем не вызывал доверия. Спроси его, так он ни за что не отвечает, а только сидит тут, чтобы господам удобнее было набирать прислужников, или чтобы предложить свои услуги по снабжению. Вот и дом матери бастардов подсказал, где находится, и где взять карету тоже. Ну и конечно в «городскую копилочку» с господина проездной взнос не забыл запросить. На том все.

- Сколько людей гибнет при набегах, и как часто те происходят?

- Вы не беспокойтесь, ваше сиятельство. Не так и много. И вам ничего не грозит, если вы не будете тут задерживаться, - продребезжал чиновник. Улыбка у него вышла какой-то иссушенной. Да и сам человек напоминал сухой стручок гороха. – Мой вам совет, забирайте своих безродников, и возвращайтесь за стену.

- Конечно, - хмыкнула Мурка и направилась к выходу.

Окопников последовал за господином.

Далее на тряской телеге, которая маскировалась под карету, они доехали до Кривого переулка. Там вышли у длинного барака с забитыми окнами. У колодца две женщины полоскали белье в деревянных кадках. Заметив господ, тревожно переглянулись и одновременно привстали и поклонились. Макариков поспешил к ним и с улыбкой расспросил, где проживает семья Пальчиковых.

- Это Аглая кучерява чо ль? А на кой она вам здалась-то? Если чо надоть барину, мы сами подсобим, - одна улыбнулась, и Мурка поняла, что девка-то молодая, вот только ее жизнь тяжелая рано старить начала. Поняв, что нужна именно семья Пальчиковых, завистливо вздохнули. Вскоре история повторилась, отовсюду стали стекаться люди, предлагая себя в работники. И в этот раз Мурка оставила Федю собирать список матерей с детьми.

- Может, я сам зайду в барак? – спросил агент Окопников, оглядывая округу. – Еще испачкаетесь там.

- Я не боюсь грязи, - хмыкнул граф Боровский и направился к обшарпанному входу. Потянул дверную ручку на себя. Как бы то ни было, а двери тут ставили толстые и массивные в проемы, и окна заколачивали с того дня как участились набеги, живя в полутьме по сути.

Мать бастарда нашлась в комнатке два на три метра. Две лежанки, косой столик, два табурета, шкаф узенький в углу со свисающей наперекосяк дверцей – и все убранство. Все чисто хоть и бедно.

Кухня общая с печью виднелась далее по коридору. Общее отхожее в отдельном сарае на улице.

Все интереснее, где же папаша Боровский смог познакомиться с этой женщиной. Аглая Пальчикова и сейчас выглядела привлекательно. Худая, среднего роста. Чуть волнистые русые волосы с проседью зачесаны назад в пучок. Приятные черты лица женщины под сорок. У Софы ее форма глаз и лица.

- Не пугайтесь, Аглая, - тут же произнесла и улыбнулась. – Позвольте представиться, я граф Боровский Марк Павлович. Мы приехали за вами. Яков и Софа ждут вас в родовом имении Боровских, куда и вы можете переехать, если только пожелаете.

Женщина поднялась, положив руку на грудь.

- Это как же? - на несколько секунд она ошеломленно стояла. А потом спохватилась и низко поклонилась. – Мое почтение, ваше сиятельство. Яша, Сонюшка, вы… - женщина затеребила на груди полинявшую кофточку и пару секунд рассматривала гостя, видимо находя сходство с сыном и дочерью. - Это так неожиданно и так щедро с вашей стороны, - она еще раз поклонилась, на сей раз уже выверено низко. - Спасибо, вот только… Я же говорила Павлу, простите вашему батюшке их сиятельству Павлу Петровичу то бишь ранее, кода тот жив был, что без дочери уехать не могу.

- Знаю, ваша Тая тоже поедет с вами.

Аглая кажется все еще не верила происходящему.

- Это невозможно, - прослезилась женщина и неожиданно упала в ноги гостя. Тут похоже часто будет проблема с падениями. – Благодарю вас, ваше сиятельство! Благодарю! Я и не думала, что мы когда-нибудь выберемся с Таей отсюда!

Пришлось поднять мать Яши за плечи и усадить на лежанку, она была легкой. Худые плечи продолжали вздрагивать. Тут в дверь кто-то поскребся, затем приоткрылась, и вскоре показалась мордашка какого-то конопатого светловолосого мальчишки лет шести.

- Баб Агла, вас тут обижають? – он хмуро уставился на барина.

- Что ты, Лукашка! – плеснула руками Пальчикова, кинув испуганный взгляд на Боровского. – Граф приехал с великой милостью к нам. Простите, ваше сиятельство. Мал еще, по недоразумению дерзит.

- Не беспокойтесь. Ты, давай, парень, заходи, знакомиться будем. Я граф Боровский, а ты кто?

Мальчишка просочился в комнату под еще более испуганным взглядом Аглаи и уселся под боком женщины.

- Лука Жестянов, - произнес уже тише парень, только теперь сообразивший, что перед ним не простой человек. Он теперь во все глаза оглядывал одежду приезжего и брелок силомеча.

- Это сын Вели, соседа нашего, - пояснила женщина. Тот сейчас долг отрабатывает к Силована Крюкатого, - она погрустнела. – И теперь не ясно, когда домой вернется, и вернется ли вообще. Уж две недели нет его.

10.1

- Я вот присматриваю за ним пока. Ох, теперь же его кому-то передать-то надо будет, - в глазах женщины мелькнуло беспокойство и грусть. Кроме отца у Луки никого не было. Родная мать мальчонки погибла в прошлом году, пошла к родне, и в итоге загрызли твари.

Из разговора с Аглаей Пальчиковой Мурка снова услышала, что за последние годы тут жизнь лишь ухудшается. Дочь ее, Тая, девятнадцати лет от роду, работает за гроши посудомойкой в каком-то кабаке на Колодезной улице, хотя ранее при школе младшие классы вела, тоже за копейки. Люди гибнут от набегов: в последние месяцы около сотни за ночь нападения, бывает и больше, несмотря на то, что народ баррикадируется, как может. Медицина тоже ни к черту. Появился у них тут недавно какой-то знающий лекарь в Тупом переулке, что начал было людей качественно лечить, да недолго продержался. То ли исчез через неделю, то ли власти увели, то ли генобы сожрали, слухи разные бродят .

- Так, Таю придется забрать из кабака, не дожидаясь конца смены, - в итоге задумчиво произнесла Боровская. - Собирайте вещи, Аглая. Сегодня вы будете ночевать в гостинном дворе под присмотром моих людей.

Сказав это, она еще раз огляделась и направилась прочь из каморки. Вослед ей смотрел мальчик. Что делать с Лукой она еще не знала и потому сухо бросила:

- Ребенка на это время можете взять с собой. У вас будет время, чтобы понять, кому вы его сможете оставить.

- Благодарю, ваше сиятельство, за вашу доброту! - низко поклонилась женщина. Аглая дождалась, пока барин выйдет и обняла временного подопечного.

Спустившись с крыльца барака, велела Окопникову:

- Бери наших дам со скарбом и пацаном и езжайте в гостиницу.

- А вы?

- Я пройдусь. Есть кое-какие дела. Ждите меня завтра.

- Что? Как пройдетесь? Что значит завтра?! - всполошился справедливо агент. - Возможно уже в эту ночь полезут генобы. Вы можете пострадать, граф!

- Не волнуйтесь, - поднял ладонь Марк Боровский. - Я буду тих и неприметен, как саркофаг дедули. Уверяю, я сам его не с первого раза заметил.

- Раз Марк Павлович говорит, что вернется, значит вернется! - Феденька достал свой силомеч и в который раз его воплотил и любовно огладил артефактное лезвие.- За нас не волнуйтесь, ваше сиятельство, справимся.

Окопников посмотрел на них как на умалишенных.

- Простите, но вы рискуете жизнью, не понимаю… - заворчал он себе под нос. Однако графское решение осуждать далее вслух он поостерегся.

- И вот вам еще задание, - добавила Мурка. - Узнайте, можно ли провезти например человек эдак двести безродников через границу. Сколько будет стоить разрешающие бумаги, продумай варианты перевозки, и огласи мне цены.

Рома Окопников еще больше озадачился, и, кажется, уже жалел, что повелся на деньги и подвизался на это дело. Особенно, когда смотрел во след уходящему молодому графу, шагающему прямиком в клоаку резервации - в сторону окраин.

Впрочем, далеко уйти Марк Боровский не успел. Мурка приметила за собой хвост. Двое серых небритых личностей следовали за ней. Пришлось, свернув за угол, подождать их, прислушиваясь.

- Эй, да давай мы его сами порешим, а? - шептал горячо один. - Главарь, небось, нас похвалит, что не надо Мырхатого с дубиной звать или Магуса?

- Нам велел Крюкатый пока следить, значит следить, - возражал второй.

- Да гляди, этот же граф поди как куренок с цыплячьей шеей и дару-то магического у него-то пшик один, тот со стены, так и сказал. Ну давай сами, а? Кошель-то тугой у него, половину себе оставим, а половину в банду снесем, скажем, таково и было.

- Ладно, только, ежель чо, так и скажу, что ты надоумил, - после секунды борьбы благоразумия с жадностью, ответил второй.

Мурка дождалась, пока двое выглянут из-за поворота, схватила обоих за шкирку, воплотив свои силовые краги и ткнула обеих головешками об стенку, старая каменная кладка не подвела, хотя и осыпалась чуток крошкой. Двое шпионов аккурат сползли без сознания на землю. Мурка присела на корточки и поморщилась, оглядывая морду того, что помельче. И слепок снимать противно. Но да для дела надо, и накрыла ладонью чужое лицо, замерла.

Позже натянула на себя чужие куртку и штаны, прямо поверх своей одежды - так даже лучше, объемнее тело смотреться будет. Куртку застегнула до подбородка. В последний момент призвала морфов и видоизменила свою обувь. Надевать на ноги эти растоптанные грязные ботинки она не собиралась.

Того типа, что повыше, оставила валяться на месте, а того коротышку, которого обобрала, взвалила на плечо и под усилением понесла дальше. Благо в этих закоулках да еще хмурой осенью, было сумрачно, там двинула одну из дверей и вошла в нужник, где сгрузила ношу прямо на кособокий дощатый толчок.

- Посиди тут и подумай о своем поведении. Жадность до добра не доводит, а до дерьма часто, - хмыкнула она, стянув рот мужика морф-кляпом, а потом и позаботившись о том, чтобы и дверь заклинило на выход.

Деловито похлопав ладонями обернулась и увидела старушку в отрепьях, которая охнув испуганно метнулась в сторону. Ну да, рожа у нее теперь бандитская, понятно дело.

- Прости бабуля, у брата живот скрутило, - крикнула ей вдогонку Мурка. - Иди в соседское отхожее. Тут надолго. И, мой совет, не суйтесь к нему, не мешайтесь опорожняться, а то еще прирежет от натуги. Буйный он маленько, не гляди, что ростом невелик.

С тем и зашагала дальше. Теперь ее шествие посреди улицы, ведущей прямо на выезд из резервационного поселения, мало кого привлекало внимание. Чем ближе к вечеру, тем быстрее зашевелился и без того редкий народ. Застучали молотки и обухи топоров. Безродники с отчаянием загнанных зверей конопатили жилища. Один двор привлек внимание, поскольку из ворот выехал силопер, и не абы какой, а вполне себе грузовой внедорожник, замызганный правда прилично. За рулем сидели знакомые ребята охотники - лобастые и бородатые братья Бражниковы. Они явно собирались в рейд. Как удачно. Могут и подбросить.

Силопер с ревом двинулся по стремительно пустеющей и темнеющей улице вниз, и Мурка поспешила следом за ним. На одном из поворотов уже на грунтовке в вечерней тьме, к охотникам в кабину залетела непонятная ”мошкара”, и они вынуждены были притормозить и отмахиваться. Тогда Мурка, перепрыгнув лужу, залезла в кузов, вольготно там расположилась на мотке с сетью, предварительно сдвинув брезент и какие-то пики, похожие на наборчик багров с гарпунами.

Воздух пах осенней свежестью, прелой листвой и сырой землей с грибницами, лицо освежала легкая морось, в небе из-за тучи выплыла полная луна. Если поначалу ехали относительно ровно, то дальше силопер стало жестко болтать. Но да это мелочи, главное, что эти ребята ехали к генобам. А нам туда и надо.

10.2

Симба уже не спал, предвкушающее урчал. Мурка понимающе хмыкнула:

- Что, красная тянучка, чуешь? Много тут подгорелых пирожков для тебя шастает? И какая у тебя пропускная поглотительная способность, интересно бы знать. Потянешь ли полсотни кочерыжек за раз? А сотню?

От симбионта пришла эмоция сомнения.

- Ладно, будем проверять опытным путем. Тогда пойдем от малого к большему. И будь добр, если сможешь, не передавай мне всю прелесть своего гастрономического удовольствия. Мешает, знаешь ли.

Внедорожник бороздил просторы, и за то время Мурка успела подумать и о своем будущем силопере, как его еще улучшить, и о подосланном убийце, останки которого отправились в полет с дирижабля. Неужели Лыковы снова, или кто другой подсуетился? И о бедственном положении резервационного городка, о гражданах, которые живут в страхе. В общем не мысли, а рой. И да, о рое. Пора… Она выпустила морфов на прощупывание территории, и по ночному бездорожью от нее понеслась мелочь в разные стороны. Смотрелось это, как мелкая едва заметная мизерная мошкара, стелящаяся над осенним сухостоем и опадом. Внедорожник качнулся и притормозил.

- Что это? Туман что ли? – послышался голос высунувшегося в окно одного из братьев Бражниковых.

- Тьма с ним. Куда дальше? – ответил ему второй.

- Давай на юг, брат, где в прошлый раз крабовидного сетями выловили. Меньше шансов попасть под большую свору и потратить все защитные чары.

Спустя несколько минут пришла информация от морф-разведчиков, и Боровская поняла, что дорожки с Бражниковыми у нее расходятся.

- Дайте сойти, ребята. Моя остановка.

Ловко спрыгнув в примятую от колеса траву, зашагала на запад. А на юг братья зря двинули, там нет генобов. Однако, охотники правы, лезть в самое пекло - она пока тоже не дура. Отобрала сектор с тварями численностью чуть меньше полусотни и вышла к нему спустя полчаса хода.

Это было слишком легко: просто постояла на полянке, опершись на меч локтем, равнодушно наблюдая, как генобы летят к ней толпой, а Симба косит всех на подлете. Брать для Яши кого-то в питомцы отсюда не рассчитывала. Нет, ей надо понять, насколько хватит ее подселенца. Щупалец-лент было около тридцати с копейкой, но действовали они ловко. И как только не запутывались меж собой, непонятно.

Минута и на ночной полянке уже никто алыми зенками не сигналил. Отличненько.

Вторую, затем и третью такую же не особо многочисленную компашку генобов, нацеленную на прогулку к резервационному городку, Симба съел еще быстрее и явно с удовольствием отрастил себе еще десяток дополнительных лапок. И то ли она научилась абстрагироваться от волн удовольствия, приходящих ментально от подселенца, то ли Симба дорос до экранирования от нее своих гастрономических «радостей», но штормило ее гораздо меньше, чем раньше.

- Еще будешь, или хочется баиньки? – обратилась к симбионту и тут же получила в ответ жадное «мало, мало», как от того кота из древней сказки.

- А не лопнешь? Мне, знаешь ли, не хочется проверять, что с моим телом будет при этом.

«Нет. Еще! Много!» - можно было расшифровать пришедшую возмущенную эмоцию от мелкого жадюги.

Правильно говорят, аппетит приходит во время еды. На самом деле, она рассчитывала на такой ответ, поскольку та толпа чумазых кочерыжек, что перла сейчас через поля и перелески в сторону резервации, вызывала опасения за жизни людей.

Фронт из почти что двухсот тварей был растянут на пару километров – так донесли ей морф-разведчики. Через примерно час эта стая будет уже здесь. Тут придется помахаться, сто процентов, и это радовало. А то в последние дни было слишком тихо. Вот ее чуть тихо, например, не убили. А напряжение внутренее-то растет! А космо-психолог в рейдах всегда читал лекции, что надо выплескивать накопившееся из душонок, а не держать в себе, гнал всех на спарринги, потом в релаксирующий гало-зал.

Бежать навстречу генобам с криком «Ура!» не собиралась, развалилась под березой и без спешки собрала себе морф-чулочки на ножки, не жалея ресурсов. Ячеистая силовая броня, как всегда не ощущалась, прилегала плотно и не стесняла движений. А вот со стороны она теперь выглядела, как мальчишка в стальных крагах до плеча и ботфортах. Далеко не полный набор родной брони, но уже кое-что.

Эх, не хватает вживленных в уши наушников и Спэйс-рока, было бы еще веселее. Но да дурь у нее своя в голове играет, так что Машенька, вперед в лесок, собирать «волков» в корзинку!

Мурка оценила, как впереди почернело поле от приближающихся тварей. Луна, выглянувшая из-за тучи, высветила их двигающиеся тела. Бежали рысцой, а когда заметили ее, то самые нетерпеливые уродцы сменили рысцу на галоп.

- Твою звездявую! Кто открыл портал в Мордор? Дайте в глаз Саурону! - усмехнулась себе под нос и воплотила двуручник дедушки Пети.

Но если бы у этой эпичной встречи нашелся бы свидетель со стороны, то он бы увидел такую картину. Как в стаю генобов вклинивается худосочный паренек в стальных легких латах на руках и ногах. Как от него во все стороны по поляне разлетаются алые ленты. Щупальца молниеносно и хищно впиваются в добычу и за секунды впивают первых тварей. Однако новые чудовища стекаются, окружают кольцом и почти затапливают человека своей массой. Но полностью задавить не успевают. Парень вертко орудует мечом, снося головы, лапы и прочие конечности, порой скача по тварям, как по островкам в болоте с крокодилами и раздавая пинки и хуки, где придется. Если бы луна сияла бы ярче, наблюдатель бы еще увидел бесшабашную счастливую улыбку на лице парня.

Как бы ни было весело и жарко, Мурка постоянно готова была принять от Симбы весточку, что фуршет окончен. Ждала в любой момент просадки в поглощениях симбионтом тварей. Ведь должен быть где-то предел этому обжорству? Но у Симбы, похоже, развился мгновенный метаболизм. Он на глазах жрал, растил конечности, развивался и умнел. Последнее Мурка вывела, когда стала ловить от подселенца более длинные насыщенные смыслом эмоции, а еще, когда заметила, как симбионт начал выстраивать из своих лент сети, в которые скопом попадались твари.

- Хиг меня высоси! – воскликнула Мурка, снеся голову рогатому минотавру и пнув мелкого ежика с костяными иглами в кусты. - Соплюшечка моя ненаглядная, да ты просто мега-монстр! - хохотнула она.

Ее внутренний резервуар раздавался вширь от прилива энергии, стенки расширялись, чувство мощи окрыляло. Они расправились с тварями! Она в это не верила, но факт. Две сотни!

11. Найденыш

Ночь заканчивалась, а она шагала по полю, под ногами хлюпала жижа, та что осталась после генобов. Это ни капли не смущало, грязные ботинки - ерунда. Главное, что дар всерьез продвинулся и штамповал уже сейчас морфов сотнями за считанные секунды. Красота! Может она теперь увидит и печати духа? Захотелось тотчас оказаться в Лощинске среди людей и проверить.

В тщеславные мысли вклинился Великий Секач и забухтел:

- Сердцу рода не хватает сил, тяну с последних все. Того и гляди, защита прорехами покроется. Недавно чуть геноба не упустил!

Древний – хитрец. Знает, шельма, когда есть шанс поживиться. Но он прав. Часть надо отнести Великой пирамиде.

- Будет тебе сила, ваше Темнейшество.

- Все отдай, хррр!

- Ну уж нет. Половину еще могу, не больше. И то, назови все преимущества нового вливания, - хмыкнула в ответ.

- О, непонятливая корыстная женщина! И кого я выбрал в главы рода?

Ага, будто у него был хоть какой-то выбор!

Тут Секач проревел, что поделись она этой силой, то периметры подвластных территорий укрепятся в разы, убойная способность в защитных функциях возрастет. Отпочковывать малые пирамиды будет намного легче. И как любопытный бонус - появится возможность обмена силой через них, что в общем-то неплохо.

- Ладно, убедил, Великий. Половину передам, как появлюсь в родовом имении.

- Поторопись, глава. Гррр, - и Секач исчез из ее головы.

Мурка собиралась было повернуть обратно, когда морфы вдруг принесли новые сведения – в трех километрах отсюда десяток генобов коптятся в развалинах. То есть копошатся. По остальным направлениям – чисто.

Она раздумывала секунду, а потом двинулась на встречу с последними черномазыми. Уже на подходе с холма наблюдала остатки старого каменного строения, среди которых кочерыжки возились в лунном свете, как стая жирных гигантских землероек. Когтистые лапы царапали землю, расшвыривая камни в стороны. Отправив морфов вперед, поняла, что интересовало тварей. Под землей в катакомбах разрушенного здания прятался человек. Дыру в подпол генобы уже сделали и сейчас ее расширяли, чтобы пролезть.

Если не поторопиться, то кочерыжки достигнут своей цели. Ишь, как стараются, шуршат булыжниками! Самая мелкая шестилапая тварюшка на тонких уродливых ногах, которую все время оттесняли более крупные, первая заметила кандидата на новую жертву и радостно поскакала навстречу Боровской, сияя алыми зенками и нелепо перебирая лапами. А потом и другие начали отвлекаться и оглядываться.

Ну что ж, после плотной трапезы полагается десерт. Симба встрепенулся, он был согласен, однако без приказа ничего не предпринимал. Умница. Послушный симбионт. Мурка зашагала по склону холма вниз, на ходу формируя мысленный приказ. Уверенности, что дар вырос настолько, чтобы сила выполнила внезапное пожелание не имелось. Это тоже была проверка. И уже через миг стало ясно – счастье есть! Мурка вытянула левую руку, наблюдая, как на глазах по крупицам материализуется в ладони второй клинок - из морфов. Короче дедушкиного двуручника, без прикрас и мелочей – голая ячеистая сталь, легкая и убойная.

- Другое дело, - хмыкнула она и встретила прискакавшую многоножку ударом нового клинка. Морф-сталь не подкачала, переполовинила мелкого генобчика без особых проблем. Застрять в тушке такое оружие не могло априори. Еще пару встречных кочерыжек покромсала двумя мечами для полноты эксперимента, наблюдая действие клинков в паре. Запчасти чудовищ, раскиданные по траве пытались еще дергаться, но это в них говорила остаточная магия. Слава богу, что собираться воедино ошметки не могли. Остальных отдала Симбе, тоже в общем то, проверяя, когда ж соплю-то наконец вывернет от переедания. И снова просчиталась. Семерку генобов он слизнул и снова даже не поморщился. Невольно возникла мысль, что такая бездонная «поглощаемость» неестественна и пугает. Хиг ее высоси! Это что ж за тварь сидит в ней самой? И что может случиться, если она потеряет контроль над симбионтом?

Мотнув головой, решила, что пессимистические мысли пригнала усталость, которая уже ощущалась даже через усиление тела. Все же жаркая ночка получилась, что ни говори. Мурка развоплотила морф-клинок и сложила в брелок двуручник, затем подошла к провалу в местные катакомбы и уселась на корточки.

- Эй! Есть кто живой? – позвала в непроглядную темень провала.

Живой был, точно. Морфы уже прислали приблизительный образ. Некто среднего роста, среднего телосложения, с короткой стрижкой поднялся и настороженно замер. Мужчина?

- Генобов нет, можешь выходить!

Тишина в ответ.

- Если помощь нужна, говори сейчас, а то потом уже будет некому. Я собираюсь отчалить отсюда через минуту.

И снова тишина.

- Ну все, удачи. Я пошел.

Она действительно не собиралась выуживать того единственного, кто решил продолжать играть в прятки. Есть дела поважнее – например, дойти до Лощинска и лечь спать. Развернулась и потопала обратно. Морфы просчитывали короткий и наиболее проходимый путь для нее. По нему она и двинулась. Мысли уже повернули к двуперу, желательно с проходимостью по таким вот холмистым дебрям. Хорошо бы такой создать.

Через полчаса морфы толкнули новым сообщением: у нее кто-то сидит на хвосте. Вначале напряглась, а потом поняла, что по всем замерам это тот типок, что сидел в катакомбах. Решил на нее напасть что ли? Пошла дальше, «присматриваясь» к незнакомцу. Разок обернулась, заметив, как преследователь резко прячется за куст. Еще этих детских игр ей сейчас не хватало!

При удобном случае сама спряталась за ствол дерева и затаилась. Послышались шуршание травы и мимо нее к поляне, крадучись, вышел парень. Лицо круглое, щеки пухлые, глаза узкие. И кажется, она где-то видела его раньше… Точно. Изображение в объявлении, пропавший семнадцатилетний племянник главы военной части. Вознаграждение в пять тысяч.

- И куда торопишься, парень? – вышла позади него Мурка.

Юнец резко развернулся и испуганно попятился. Одежда на нем была серьезно потрепана, но ткань и покрой выдавали, что изначально вещи не относились к бедняцкой серии резервационных. За спиной висела сумка холщовым мешочком.

- Да не дрейфь. Я не кусаюсь, как геноб. Говори, зачем за мной шел?

Отвечать никто не торопился, и Боровская продолжила:

- Тебя же Вихад зовут, да? Ты же пропавший племянник главы военной части Лощинска, верно? Хочешь, могу тебя отвести к родственнику?

На последних словах мальчишка вытаращил глаза и сорвался в бег, но далеко не ушел. Морфы послушно создали ему несколько препятствий, а затем и вовсе заклинили одну ногу в ловушке. Мальчишка пытался освободиться, даже применял заклятья. Да-да, юноша оказался магом, хотя явно не из боевых. Сгустки силы запульнул куда-то в лес мимо противника.

11.1

- Отпустите меня! Отпустите, барин! – прошипел беглец, стараясь странным заклятием из тонких нитей сбить зажим из морфов со своей ноги. - Что за плетение, почему я не чувствую его!? – кажется у пацана начиналась паника.

- Начнем сначала, - цокнула языком Мурка, еще психованных малолеток ей тут не хватало – Меня зовут Марк Боровский, - о графстве решила умолчать, чтобы «высотой» своей не давить. - Давай, поговорим, парень. Ты, вообще, что тут делаешь?

- Я вам ничего не скажу! – буркнул щекастый.

Еще пара наводящих вопросов результата не дали.

- Ну тогда, пойдем к твоему дяде-начальнику, возможно, он скажет больше. Еще и денег отсыплет за твое возвращение.

- Я не пойду! Нет! Ни за что!

Она воплотила снова силовую перчатку и ухватила мальчишку за плечо, а потом потянула за собой без труда. Разберемся… Оставлять посреди пустыря подростка не стоило, придется поиграть в няньку.

Попытки вырваться со стороны мальчишки очень скоро прекратились. Бесполезно. И опачки, у парня переключился мозг на новую тему.

- Барин, вы что хотите вот так пешком назад? – округлил он узкие глаза. – По долине, полной генобов? Вы что, сумасшедший?!

Сказав это, он пригнул испуганно голову и закрыл себе ладонью рот, глянув на нового знакомого ошалелыми глазами. Ждал кары от аристократа за вольность в словах, должно быть. И вполне дождался бы, будь на ее месте на самом деле граф из местных. И тут все равно, что они по возрасту не так далеко друг от друга ушли.

- Ну ты-то сюда же как-то добрался, - усмехнулась Мурка, шагая вперед без остановки. – Думаю, не в карете приехал, а ножками топал тоже.

- Тогда чудовищ еще столько не было, - уже тише проговорил юноша. - И я прятался с помощью этого, - и он вынул из кармана и показал какой-то маленький деревянный коробок.

- Что это?

- Заклятье отвода глаз от генобов.

- Ага, я так и видел, как они тебя не замечали на тех развалинах. А дыру в подпол копали просто по нужде, наверное, угу.

- Оно работает только на расстоянии десяти метров, - обиженным голосом протянул Вихад. - Ближе не успел доработать.

- Доработать? Сам что ли делал артефакт? – Мурка вздернула бровь.

- Нет, барин, - похоже, что неуверенно соврал.

Мальчишка замолчал и насупился, видимо осознав, что ляпнул лишнее. А потом был долгий путь, за время которого они встретили лишь одного геноба.

- Замри, сейчас вылетит тварюха, - скомандовала Боровская, - но ты не бойся.

Тварь вышуршала из кустов – гибрид бульдога с носорогом, точно как в поговорке. Одновременно Вихад хотел дать деру, но снова не смог, морфы не пускали, и потому он просто испуганно присел и схватился за голову.

Мурка, кувыркнувшись, в два клинка оттяпала ноги чумазой носатой кочерыжке, а потом просто покромсала уродца на стейки. Сейчас с высокой магической подпиткой и усилением во всем теле единовременно все получалось гораздо проще. Знакомые приемы выполнялись без больших усилий.

Обернулась к пареньку и убрала клинки, то есть один развоплотился, а второй втянулся в «брелок». Теперь мальчишка глядел на нее совсем другим взглядом, оценивающе и как-то слишком по-взрослому. А этот мелкий не так-то прост.

- У вас старинный силомеч, ваше высокоблагородие, - выдал он, шагая вперед за ней уже без принуждения.

- Есть такое.

- Очень сильная вещь, почувствовал, когда вы его воплотили.

- Все же интересуешься артефактами, малыш?

- Я не маленький, - вскинулся беглец и снова надолго замолчал, надув щеки. Кажется, он о чем-то усиленно раздумывал.

Мурка была не прочь и помолчать, глядя, как подкрадывается рассвет, размазывая по холодному небу краски охряных и лиловых оттенков на горизонте. Поэтому они просто шли дальше.

Послышался грохот мотора, это знакомые братья Бражниковы проехали мимо на внедорожнике и заколесили дальше, кое-где пробуксовывая в жиже, оставленной от генобов.

- Что за дерьмо, Ося? – послышалась ругань того, кто за рулем. Он выглядывал из окна, смотря на поляну. – Куда генобы подевались, тьма их поглоти!? Ты точно верное направление по карте выбрал?

Двух пеших они не заметили, поскольку Мурка решила не светиться лишний раз и завела за куст пацана. Жаль, что обратно братья-охотники пока не едут, можно было снова подсесть в кузов зайцами.

Вихад нахмурил брови в раздумье, глядя вослед удаляющемуся грузовику:

- Странно, вы не представляете, сколько тут было чудовищ! Ничего не понимаю. Где они?

- Убрались туда, откуда пришли? – передёрнула плечами Боровская.

- В Уральские? Здорово, если так! – и впервые парень улыбнулся, хоть и слабо. - Я в том подполе думал, что уже настал конец всему. И мне, и Лощинску, такого набега мало бы кто пережил.

Морфы вычисляли легкий и самый короткий маршрут, но все равно к городку они подступили лишь после полудня под тяжелым слоем нависших туч, готовых вот-вот разродиться дождем.

Заметив на горизонте родной резервационный городок, Вихад занервничал сильнее.

- Мне туда нельзя, - чуть не плача произнес он, останавливаясь и переминаясь с ноги на ногу. Сейчас он был бледен, не гляди, что лицо круглое и щеки пухлые.

- Не посчитай меня сейчас занудой, дружок, но в твоем возрасте разгуливать в одиночку в таких дебрях чревато. Дядя беспокоится о тебе.

Юноша зажевал губы, прежде чем выдал:

- Симукан мне не дядя! И вообще не родственник! У меня нет родни. Отца загрызли твари шесть лет назад – прямо в мастерскую ворвались, прорвав защиту. А этот начальник стражи забрал меня к себе и все отцовы наработки себе взял, хотел сделать из меня карманного артефактора. Но я работать не собираюсь на тех, кому плевать на всех! Где была стража, когда моего отца рвали чудовища?! Они вообще ничего не делают, не защищают! Почему я должен делать им эти переговорщики?!

Парень снова заводился, а Мурка поняла, что просто не выйдет – вернуть беглеца, взять деньги от местного командующего стражей, и продолжить заниматься своими делами. Вот же, твою звездявую! Выходит, тащить в город мальчишку нельзя. По крайней мере открыто без маскировки. И что с ним делать? Хотя уже догадывалась.

- И что, ты и впрямь артефактор, малыш? Прости, но твой возраст.

- Мне восемнадцать, - вскинул подбородок малыш. - и я с пеленок в мастерской жил, уж кое-что уже умею.

Одногодка Машеньки, значит.

- И что, например?

- А вы меня не отдадите начальнику стражи?

- Смотря что расскажешь, - усмехнулась Мурка. Нет, мальчишку она сдавать не собиралась, но и упускать возможность разобраться, что за фрукт ей на голову свалился, тоже. То выглядит совсем ребенком, то кажется значительно взрослее. Теперь еще и россказни об артефакторике. Сочиняет или действительно умеет накладывать магию на вещи?

___

Дорогие читатели, если кто-то еще остался, спасибо, что подождали, и я смогла закончить другую историю в срок.

11.2

Позже выяснится, что ему не восемнадцать, а шестнадцать, и мальчик накинул себе лет для важности. А пока он сноровисто скинул с плеча суму и закопался в кармане.

- Лучше покажу, - и он вынул свои наработки.

Среди его вещиц, таких как перо чистописания, напоминалка-говорилка, самоочистка обуви и одежды, были действительно сложные и полезные. Боровская подцепила черный обтекаемый предмет, фонящий от скопления магических плетений.

- Что это?

- Переговорщик. Я над ним как раз трудился с весны. Симукан ждал, когда артефакт будет готов, и он заберет его у меня, но я успел сбежать. Можно присоеденить к любому силогласу и говорить не только в ближней округе и помалу, как сейчас, а на огро-омные расстояния. Можно и сам по себе применять без силогласа, но тогда число тех, с кем говоришь ограничен тремя персонами.

- Любопытно.

- Ну так что, не отдадите меня?

- Не отдам. Мы будем договариваться. Предлагаю работу, дружок.

Мурка перечислила плюсы – свобода, личное жилье рядом с мастерской, хороший оклад плюс премии за профессиональный успех, работа с артефактором, производящим силоперы, работа над улучшением силогласов, в проекте на будущее производство брони.

- А что взамен, барин? – сощурил глаза Вихад.

- Твоя работа, верность делу. И родовая клятва о неразглашении. С моей стороны клятва по пунктам договора.

- Но родовая же серьезнее! - охнул парень. - Если проговорюсь о чем-то вам полезном, то сразу умру?

- Вполне возможно, - без улыбки ответила. – Впрочем, могу тебя и отпустить, только иди на юг, там генобов меньше и село неподалеку, насколько помню.

Ну да, до этого села уже мог добраться, и "дядюшка", но все лучше, чем по пустырям. Пусть решает, ей нужен верный человек, иначе она не впустит его служащим в свой малый род.

Мальчишка покусал губы и кивнул. Все же он еще ребенок. Держать лицо еще не умеет.

- Я согласен. Только я же за стену не попаду. Меня тут все знают в страже. Они меня заберут и отведут к начальнику. Как есть, заберут!

Он накрыл ладонями щеки в отчаянии. А Мурка задумалась. С ростом силы теперь ей открылась еще часть ее прежних способностей. Светить лицо брата, которое бы отлично подошло по возрасту парню, она не будет. Подставлять Якова не надо. Личина Свердилова тоже Вихаду не подойдет, тем более старшего следственного исполнителя могут тут знать в лицо. Вот надо было набрать еще слепков для таких случаев. Оставалась… Она посмотрела на плотное тело парня и хмыкнула. Спастись захочешь и не то вытерпишь. Когда она предложила решение проблемы, бедный Вихад покраснел до кончиков своих мясистых ушек.

- Меня в девицу? Да ни за что! Никогда! Да я лучше провалюсь во тьму к генобам! – забегал кругами юный артефактор, жестикулируя и комментируя, насколько ужасно предложение.

Мурка меж тем присела на сваленное дерево и достала из сумки бублик, и начала его грызть, преспокойно наблюдая за броуновским движением мальчишки.

- Это единственное, что могу сделать сейчас, чтобы мы вошли в город. В принципе, уже не держу, ты же помнишь – дорога на юг там.

Вскоре рациональное зерно проклюнулось через толщу паники, и Вихад, наконец, обреченно согласился.

- А это не больно будет? Это иллюзия да? Ой, стража же ее разглядит! У них артефакты есть для этого – сило-лупы.

- Эту не разглядят, обещаю. Не двигайся.

Боровский подошел вплотную парню и положил ладони на его круглое лицо. Прости, парень, это ненадолго. Морфы роем воплотились и облепили лицо застывшего на месте мальчишки.

Личико Зинаиды Утятиной растянулось на широком лице Вихада. Получилась этакая пухлая большеглазая блондинка с большим ртом, ну точно после неудачной пластической операции по утяжке.

Не сдержавшись, Мурка расхохоталась в голос. Ох, хиг ее высоси, потешно смотрится.

- Что так ужасно, да? – проблеял бедный юный артефактор.

- Зато приставать никто не будет. Ты же не хочешь лишнего мужского внимания, да?

- Упаси тьма, барин, - покачала головой «Утятина», испуганно вытаращив глаза.

- Тогда еще спасибо скажи. Надо бы тебя переодеть в юбку, да и волосы нарастить.

Послышался стон мальчишки. Юбка и длинные белые локоны почти его добили, но Мурка подхватила мальца под локоть и повела, осталось дойти тут всего ничего. Ну не лучший детский психолог она, уж извиняйте.

Теперь клятвы. В следующую минуту они произнесли обещания и закрепили их магией.

- Вот и славно, - сказала Мурка, когда дело было сделано. – Бублик будешь?

Вихад захрустел баранкой, заедая стресс.

Как только вошли в пригород резервационного поселения тут же попробовала увидеть печати духа всех встречных, надеясь, что на мальчишке просто не сработало. Но увы, нет, кукиш. Слепки духа ей все еще не открывались. «Что ж, Вити, дорога к тебе получается дольше, чем я рассчитывала. Но ты жди, приду… и все тебе выскажу».

Народ встречался все больше улыбчивый, люди радовались, что пережили эту ночь.

В простой гостиничный номер с низкими потолками и старой мебелью вошли, предвкушая скорый отдых. В гостином дворе пахло чем-то вроде кислых щей и хлебными лепешками, просто, но вполне аппетитно.

- Ваше сиятельство! – вышагнул из тени комнаты Феденька и тут же удивленно отшатнулся от Утятиной версии номер 3.0 в исполнении Вихада.

- Отмирай, Федя. Это… моя новая знакомая, эм, Вика Широкова. Знакомься. Вика, это мой личный помощник и телохранитель Федор Макариков. Вика полетит с нами в столицу.

Можно было и рассказать все Макарикову, но Боровская не знала, насколько тут ушастые стены. Доверять им секреты лишний раз не стоило. А заморачиваться пологом безмолвия не хотелось. Еще представится случай рассказать.

- Приятно познакомиться.

На что Утятина сморщила нос и сдавленно прошипела: «Приятно».

- Как прошла ваша прогулка, Марк Павлович?

- Лучше, чем ожидалось, Феденька.

- Тут народ в страхе ждал набега чудовищ, ваше сиятельство. Но ночь прошла спокойно.

- Думаю на ближайший месяц такими ночи и останутся.

- Отличная новость, Марк Павлович – кивнул оруженосец, горя преданным взглядом, затем покосился на Утятину.

- Как дела тут?

- Все хорошо. Аглая Семеновна и Тая Пальчиковы у себя в номере. Баул с вещами упакован. Ждем Романа Лаврентьевича Окопникова, он как раз собирался вернуться от начальника стражи с вестями.

- Вот и хорошо. Федя, слушай задачу. Воды горячей в комнату, мыться хочу. Еды, что найдешь и побольше на двоих. Вике найди свежую и более женственную одежду. Юбку, блузку, сам понимаешь.

Услышав про юбку «Утятина» нахохлилась и надула щеки.

- Э, а размер? – окинул взглядом барышню Макариков.

- Я не дам мерить себя! – фыркнул тут же атефактор.

- На глаз Феденька, на глаз. Пусть наша дама будет покойна.

«Утятина» при этих словах замычала и задергалась.

«Вот странная барышня», - подумал Федор, покидая по поручению комнату.

___

Дорогие читатели, я набрала размер ознакомительного фрагмента, тут выкладка прекращается. Впроцессник будет дописываться на паре других ресурсах, по сложившимся обстоятельствам, и договорам автора с порталами. Уже можно найти в сети и читать. Прошу прощение, если кто-то не заметил большие буквы "ознаком" в аннотации и читал.