Бомж.

Глава 1 Смерть это только начало.

Я не помню, того момента когда я понял свою ненужность свою, неуместность в этом мире. Это чувство приходило этапами. Вот гибель сына. Лёд, зима, вороньё на кладбище. Всё было как в кошмарном сне. Труп в запаянном ящике, который мы с Сашей никогда не увидели. Пурга которая казалось навсегда отделяет нас от мира. Соболезнования и сочувствия как через вату. Лёд на одежде, лёд в душе, лёд в словах окружающих. Куча чужих мёрзлых людей, с всего лишь парой знакомых. Как будто не со мною. У меня перспективы, почти уже весна и Сашу нужно успокоить. Болезнь самой супруги, и резко отдалившийся круг знакомых и приятелей. Серая, мутная пелена дождя. Жизнь и весь мир, как через запотевшее стекло. Страна менялась, и нужно было крутится чтобы одновременно доставать лекарства и провести исследования. Пёстрые китайские куртки в хороводе серых пальто и зданий. Потом закрытие моего К.Б., и отстранение меня от любых финансовых вопросов института. Голые ветви резкий, чёрно-белый мир и звенящая тишина. Мир сузился до дома и редких выездов на дачу. Когда Александра поправилась, я был уже просто профессором, просто осколком той страны. Лечение онкологии, со стремительностью горной лавины уничтожало как невеликие сбережения, так и моё здоровье. Машина, дача, вещи имеющие хоть какую-то ценность. Я как наркоман искал возможность купить дозу. Дозу жизни для жены. Теперь мир, был где-то на периферии, как старые запылённые театральные декорации. Гудел машинами, пищал сообщениями на пейджер. Возможно эти шоры, и спасали меня от глупости и потрясений. Странные люди называемые новыми русскими, танки под окнами квартиры. Развал науки, кураторы из-за рубежа. Душная летняя жара в городе.

Пожалуй первой трещиной, первым робким колокольчиком во внешний мир, стал момент установки на рабочем месте какого-то компьютера, на котором теперь полагалось хранить результаты исследований. Я тогда отправил Толика заниматься этим чудом зарубежной кибернетики, а сам с головой ушел в работу. Но именно тогда, маленький колокольчик звякнул первый раз. Как будто произошло что-то неправильное, неуместное, что-то разбилось и этого никто не замечает. Не окружающие, не природа.

Второй раз, колокольчик звякнул когда вместо лечащего врача Саши, лощеный хлыщ начал рассказывать про то что лечение теперь становится дороже, и мы не можем позволить себе заказ препаратов, которые не возят из за рубежа. Он пространно объяснял что нужно обеспечить финансовую безопасность заказа. И не разу не взглянул в глаза. В тот раз его бумаги остались без подписи, но позже, в залог лечения пошла квартира. Не законно, но других вариантов не было. Тогда никто ещё ничего не понимал. Какой-то фонд поддержки, лишенный талантов коллега, имени которого я и не помню. Обезличенные залоговые документы.

Александра умерла ночью. Звук лопнувшей струны подбросил меня на кровати. Последнее время, та дрянь которую ей прописывали как обезболивающее, уже не действовала. Я колол ей героин. Это не дорого, и почти безопасно. С таким эпикризом наркотики в крови это данность. Главное не увлекаться. Худенькие, почти невесомое тельце высохшее от болезни, вытянулось, лицо разгладилось, даже подобие молодости вернулось. Не было колокольчиков. Был звенящий гул оборвавшейся струны. А из зеркала на меня глядел сгорбленный лысый карлик со спутанными лохмами волос на лице, и в неряшливой, грязной одежде с почти погасшими глазами.

Сборы, похороны, слова. Липкая паутина апатии. Мир сузился до маленького пятнышка на стекле очков. Хорошие очки, с напылением, стойкие к царапинам. Лаборанты подарили, когда рассказал им что работа с агрегатами идёт по другому классу вредности нежели говорит начальство. Дорогие очень. Сам бы такие не купил. Не на что. Звон колокольчиков становился то слышным, то где-то на гране инфразвука. Выглядывающее в прогалы туч солнце, освещало чужой мир. Чужие могилы. Чужие люди, чужая, арендованная одежда, чужие слова. Чужой платок протереть очки. Чужая квартира по возвращении, с чужой худой и неопрятной, и какой-то ледяной дамой, за спиной которой стоят два здоровых пристава. Теперь даже мои вещи, уже чужие. Сталинка в центре Москвы, слишком лакомый кусок, чтобы ждать пока время освободит её от чужой профессорской тушки. Тем более что документы давно ждут своего часа.

Толик, мой верный Санчо Панса, пытался утащить остолбеневшего меня, говоря о том что пока можно пожить в лаборатории, а там мне обязательно выделят комнату в общежитии. Отцветающий, розово-белый лепесток с жалкой, кривой яблони у парадной, обогнув стекло очков, попал прямо в глаз, и это стало соломинкой ломающей спину верблюда. Её век тоже заканчивается чьим-то парковочных местом,- эта мысль взлетела к небу с небывалым крещендо серебристого звона колокольчиков. И мир померк.

Глава 2 Дорогая ложка к обеду голодающего.

Яблоня.

Я яблоня, которой снится сон?

Я профессор которому снится яблоня?

Бабочки крылья сон самурая развеют. Я в лаборатории, утро. Может быть все это дурной сон? Я сейчас вернусь к Саше и сыну, и расскажу им что мы скоро переедем в большую квартиру?

Но откуда такая резкость восприятия, откуда далёкий звон колокольчиков? Почему нет гула трансформаторов? Сегодня не будет опытов? Так, стоп. Я Александр Далль руководитель этой лаборатории. Пока что точно. Точно не яблоня, и вчера точно похоронил жену и стал бездомным. Вон, поверх флисового пледа из Икеи, лежит пакет с документами, всё что осталось от прошлой жизни. Но почему-то тишина.

Щелчок выключателя подтвердил мои опасения: нет света. Иду в трансформаторную, и по дороге понимаю откуда в голове перезвон колокольчиков рабочие снимают киловольтную шину, ведущую от электростанции к трансформаторной нашей лаборатории. А рядом разгорается скандал, несколько человек в спецодежде электросетей что-то доказывают собравшиеся группе примерно человек из десяти, среди которых есть знакомые лица. Старший энергетиков, хриплым голосом, срываясь на визг, кричит на собравшихся, что неуплата происходила в течение почти 5 лет, и что достигла суммы в несколько миллионов. И теперь не только высоковольтная шина, но и всё питание лаборатории будет отключено. Ему возражают, говоря о том, что минимум несколько раз вносилась сумма поглощающая задолженность. Однако документы из папки "Энергетика" говорят об обратном. Сумма вносилась, лишь с учётом погашения пени но задолженности. И теперь по решению суда, трансформаторная отходит электросетям, как и право распоряжения имуществом лаборатории, исключая государственную недвижимость. На этом месте в разговор спокойно и уверенно вмешивается новое действующее лицо: одетый в весьма не дешёвый костюм молодой человек, протягивает папку закреплёнными на ней листами "Энергетику" и предлагают тому подписать, как ответственному лицу, прием лаборатории на баланс, и выплату неустойки, в размере 20 миллионов. Голос кстати у чиновника довольно знакомый. Дальше он напирает на то, что в связи с полным отключением электричества закончить отчёты о проделанных исследованиях лаборатории не представляется возможным, что не является форс-мажором и определено в договоре как действие третьей стороны, которая в этом случае несёт ответственность за убытки. Так же он указывает на то, что отключение трансформаторной подстанции закреплено в приказе сегодняшним числом, а отключение всей лаборатории прописано только в общем порядке. Стало быть это явный должностной произвол, за который ответит исполнитель.

К этому времени, я подхожу вплотную, и на меня обрушивается град вопросов. Обрываю этот гул поднятый вверх рукой и подхожу к чиновнику. Ожидаемо это оказывается старый знакомый, бывший ученик Роман. После ухода из лаборатории, он устроился в какой-то научное бюро связанное не столько с исследованиями, сколько с их сертификацией и распределением выплат за них. Отведя меня чуть в сторону, он объяснил, что происходящее явно укладывается в схему "отжатия" лаборатории, но кем и для чего задумано, пока не ясно. Так же Рома напомнил зайти к концу недели за премиальными выплатами по исследованию воздействия резонансных светозвуковых потоков и вибраций на некоторые виды современных материалов, которые мы выполняли по его заказу. Сумма небольшая, но я уже четко понимал, что это единственные средства которыми я смогу располагать. Всё что мне оставалось в лаборатории это подбить итоги по основным исследованиям и большей части коммерческих, а также, уничтожить все новые данные полученные за последнее время и находящиеся на разных стадиях обработки. Я закинул большинство отчётов в древний, ещё сталинский бумагосжигатель, оставив себе не учтённую флешку с результатами появления резонансного пробоя при разных условиях. Маленький кусочек розовато-белого пластика, меньше мизинца, со смыслом всей моей теперешней жизни. Я сел перебрать оставшиеся с похорон документы, а верный Толик, запустил программу для удаления данных с жёсткого диска ноутбука.

Но вдруг, он остановился и напрягся.

- Профессор, а вы в курсе что этот ноутбук, тоже не на балансе? Вот этот инвентарный номер на нем, такой же как на ноутбуке бухгалтерии. А айпи адрес за пределами нашей сети. Он у вас вообще откуда?

Моё недоуменно молчание должно быть получилось красноречивее слов.

-Объяснять проще? Вот смотрите: вот это вот штучка которая торчит сзади, позволяет вам передавать данные на другой компьютер без проводов и специального подключения. Причём в лаборатории такое оборудование запрещено. Вот это вот иконка снизу говорит о том что ноутбук ещё и подключен к интернету, хотя другие компьютеры в лаборатории к интернету не подключены. Завхоз принёс? Странно не в списке оборудования, не в компьютерном имуществе его нет. А заберите-ка вы его с собою. Я вам лишнее на нем удалю, захотите продайте, захотите разбейте. Я конечно не Шерлок Холмс, но по-моему по нему не просто следили за вами, но и полностью были в курсе ваших работ.

Не бухгалтерию, не завхоза, найти мне не удалось, зато в документах с похорон, лежали документы на.... гараж! Собственно автомобиль я никогда не имел, да и до лаборатории добирался в основном пешком. Благо до института ходил автобус, а лаборатория от него была не более чем в километре. По этим причинам необходимость гаража для меня была околонулевой, да и для супруги тем более. Собственно дальнейшее погружение, выявило интересный выверт. Гараж этот купил сын, и даже что-то такое мне когда то давно рассказывал. Мотоцикл он то-ли купить хотел, то ли починить, и для этого взял недорогой гараж. Правда далековато от дома. После его смерти, Саша переоформила его, но не оплачивала. Последний квиток об оплате, прилагался. Оказалось что все расходы покойной оплачивал тот фонд, что и отнял квартиру Сумма кстати приличная несколько десятков тысяч. А владелец по бумагам,- теперь я. Всё страньше и страньше, как говорил переводчик, устами одной маленькой девочки. Почему же эти бумаги на первом месте? Ага, вот и ответ: нужно официально переоформить собственно в управе этих самых гаражей. И что называется, уже вчера. Чёртова бюрократия. Город братской любви. Связка ключей и распечатка карты из Яндекса со схемой проезда. Хм, так это наша электростанция! Спасибо Толик.

Закрываю лабораторию, сегодня мне здесь точно делать нечего. Подумав, ключи оставляю себе. Света нет, значит и работ не будет. Переодеваюсь в похоронный костюм, и решаю забежать в столовую, во рту с утра ни крошки. С лёгким, еле уловимым звоном колокольчика пришла мысль зайти в столовую лаборатории, и узнать как там дела.

О правильности решения зайти в столовую, я и думал всю дорогу на автобусе. Несмотря на то что все блюда были только завтраком, и уже остывшие, я получил с собой приличный баул с провизией. "Света нет, и холодильники отключили, так что все что можно, по домам. А у вас профессор такая беда..." Собственно, я всего лишь попросил перекусить и пакет под ноутбук. Сердобольные у нас женщины.

- В лунном сиянии снег серебрится...

Странно. Я уйдя у свои мысли, и обдумывая по кругу происшествия последних дней, был уверен что один в салоне. Но нет. Несколько девушек в рабочих спецовках и пара крепких хоть и староватых уже мужичков. Один из них прячет стопочку в кулаке, а второй походе занюхивает смартфоном. Выдал им пакет с пирожками и вышел на улицу. "Следующая,- конечная".

Когда я был тут в последний раз, тут было царство асфальта и бетона. Да и не знал я тогда о наследстве сына. А сейчас пучки травы, и кустики вдоль длиннющего забора, изрядно скрашивают пейзаж. Добираюсь не быстро, сверяясь со схемой проезда. Вытираю лоб от пота. Жарко в пальто уже. И почти не плутая выхожу к двухэтажной будочке.

От заходов полной неприятной дамы с прокуренным голосом, всё моё шаткое душевное равновесие совсем слетело. Напрочь.

- Мадам, вы хотите сказать что уходя в армию, мой сын не выключил свет, или то что собственностью моей супруги, двадцать лет кто-то пользовался копя долги, а вы не информировали собственника? Вы понимаете, что в любом из этих случаев, вы нарушаете мои права, а попытка начисления пенни, на не оказанную услугу, как откровенное мошенничество. Разумеется, я ничего оплачивать не буду, а в случае отказа в заверении документов, без затей вызову полицию.

- Подавись ты лысый козёл своей бумажкой, и с бомжами своими сам разбирайся!

Вот и поговорили. Вот и прояснили ситуацию. Ответов нет, а вопросов всё больше!

Глава 3 Свой среди каких?

Солнце давно перевалило за полдень. Неимоверно хотелось пить. Пластиковая двухлитровая бутылка с компотом, не хотела открываться. Пирожки щедро одарили небольшую крышечку своим маслом, и теперь пальцы и бумажные салфетки были не в силах с ней справится. Хоть на помощь зови. Вот только не кого звать. Редкие владельцы автотранспорта не слышат. Конный пешего не разумеет.

Чёрные, похоронные туфли были полностью покрыты грязью, да и вся нижняя часть одежды выглядела не лучшим образом. Я уже довольно долго ходил по этим на первый взгляд одинаковым гаражам, пытаясь выяснить у редких встречных, где же находится тот самый, мой. Хотелось просто сесть и ничего не делать, усталость и апатия наваливались новыми, всё более сильными волнами. Всё-таки не спортсмен я, а работник умственного труда. Вот помру тут сейчас и никто е хватится. Но почти полтора часа времени хождений по кругу теперь похоже заканчивались и я подходил к неприметному проезду между бетонным забором и высоким двухэтажным автосервисом сделанным сразу из нескольких боксов. Почему похоже? Потому что в какофонию дневных звуков промышленной зоны, снова начал вплетаться колокольчик. Грязи тут было меньше, но зато её заменяла огромная лужа. Однако вдоль стенки сервиса была отсыпана тонкая, но явно часто используемая тропинка, а лишняя вода из лужи уходила в стык плит забора. Со стороны заметить этот проход было очень сложно, частично его закрывал автосервис с другой же стороны длинные бетонный забор сливался в единый монолит, прерывающийся лишь пожарным водоёмом.

Обогнув лужу я наконец-то вышел к небольшому закутку с единственными воротами которые в данный момент были полуоткрыты. Перед ними на на грубо сколоченной скамейке, сидела странная парочка и смотрела телевизор. Ещё молодой парень, с изъеденным язвами и ожогом лицом, и старая худая женщина с испитым лицом. Правая половина ворот была распахнута на ней было закреплён небольшой телевизор с какой-то странной сплетённой из проволоки антенной прицепленной на верхний торец ворот. Она то и позвякивала, причём довольно громко. На закрытой же половине ворот читался номер 000 который я и искал.

Немая пауза не продолжалось особо долго, первой вскинулась тётка, и голос у неё был под стать внешнему виду.

- Тебе чё надо, фраер!? Заблудился?

Мысль что всё-таки их двое, могут огреть по голове кирпичом молнией промелькнув с голове, сменилась другой: "А что я теряю?"

- Да вот гараж свой пришло проведать.

- Ну так или и проведай.

Непонятная эмоция на лице, то-ли брезгливость, то-ли разочарование не изменилась при этом ни на йоту.

- Это и делаю. А теперь отойдите и дайте пройти мне в МОЙ гараж.

Слово "мой" прозвучало так как надо. Чётко и резко. Вот теперь четыре глаза повернуть прямо на меня.

Я не бог весть какой психолог, но по глазам могу сказать о настроении и эмоциях человека много. Вот и сейчас, я видел только любопытство, и в равной степени столько же скептицизма.

- Яга! Громко крикнул парень. Тут нас походу требуют освободить помещение!

- Сейчас приду. Не молодой чай. Послышался из недр строения. А ведь это не просто гараж как я успел заметить, сверху пристроен второй этаж, забор обтягивает что вроде балкона, а капитальный козырёк над воротами явно выдержит вес пары человек.

На сцене появилось новое основное действующее лицо. Крепкий мужик, на 40 с хвостиком, сырая, слегка запущенная борода его, каштанового с проседью, как и давно не стриженные волосы цвета, покоилась на толстом черном халате с орхидеями. Левая рука опиралась на костыль, нога на шлёпанец ярко-жёлтого цвета. Протез же ниже колена был обут в довольно новый, ядовито розового цвета сапог примотанный скотчем к самому протезу.

- Я распоряжаюсь этим гаражом на основании доверенности от владельца. Кто вы, и какие у вас есть документы? - Сразу стартовал этот тип, демонстрируя лидерство и жизненный опыт.

- Я получил эту недвижимость в наследство в связи со смертью предыдущего владельца. У меня с собой есть выписка из реестра и справка, заверенная в местном управлении ГК. А вот на вашу доверенность хотелось бы взглянуть.

- Сейчас Принесу. Пилюля, дай человеку стул. Вольт, тащи документы из ящика сюда. А вы уважаемый присядьте. Мгновенный переход и командный голос значили две вещи. Это отставной военный, и тут он главный.

Он шагнул из ворот навстречу, но вдруг замер и внимательно огляделся мне в лицо.

- Папашур? Ты?

Я как раз делал шаг на встречу встающей со скамьи женщине, и если бы она не успела подхватить меня под руку наверное бы сел мимо этой самой скамейки. Этим именем, а точнее прозвищем, никто не называл меня уже больше 20 лет. Жена, и маленький Витька называли меня Шуриком, понятно по аналогии с героем бессмертного "Ивана Васильевича", всё еще меняющего профессию. Что позже, в устах подростка превратилось в Папашур и Мамашур по отношению к супруге.

- Кхто...кахк ты...

- Мишка. Михаил Ягелев.

Мишка. Друг Витьки. Мишка с копною рыжих кудрей и небольшой осыпью веснушек на носу. Мишка с которым они носились в будёновках по двору и играли дома в шахматы. Тот самый Мишка который пропал за полгода до того как погиб Виктор. Родители мишки жили через два дома от нас работали на литературном поприще. Когда началась смута названная в последствии перестройкой, в их семье начались разлады и скандалы. Поэтому ребёнок чаще был предоставлен сам себе или ходил в гости к друзьям таким как мой Витька. Однако маховик советского образования был всё ещё раскручен, школа заботилась о ребёнке. Доучившись, крепкий восемнадцатилетний парень пополнил ряды вооруженных сил, помог родственник, устроивший парня сначала в какое-то училище, а затем поближе к себе куда-то на Кавказ.

- Но как, откуда? Почему здесь?

- А я тут живу.

История рассказанная этим человеком была грустной, но на фоне последних событий не была, какой-то необычный и не сильно всколыхнула чувства в моей душе. Сначала войны на Кавказе, спокойная, сытая служба закончилась и часть в которая служил Михаил бросили в самое пекло. Профессионалы, люди с опытом службы в этом регионе, они были востребованы как инструктора во многих частях. В один из моментов Михаил, будучи сильно раненым прикрывал отход молодых солдат попавших под обстрел, потеряв сознание был эвакуирован совсем другими, чужими бойцами. Медицинскую помощь ему оказали только поверхностную и очнувшись в госпитале он узнал что ему ампутировали ногу. Когда Михаил вышел из госпиталя матери уже не было. Похоронка добралась раньше. Отец тоже недолго протянул, пил и ругал его за мать. Квартиру отобрали, она была у матери служебной, а приватизировать её отец не стал. Даже гараж, соседний с Викторовым, вскрыли, и всё что было вывезли. Так что деваться было особо некуда. Его часть давно вывели с места дислокации которое принадлежало, уже совсем другому государству. Родительский дом тоже стал чужим.

Собственно так я здесь и поселился, ключи от задней двери гаража "Зоркого", Виктора у меня были. Мы же эти гаражи с ним вместе строили. Материала было хоть отбавляй, рядом карьер, неликвидный цемент и обломки панелей с завода. Хотели на мотоциклах по этому карьеру гонять, мотоклуб, профессиональный спорт. Вон кстати его Днепр стоит. В общем-то почистил я гараж, закрыл проход свой поставив вместо ворот бетонные блоки, замазал все раствором наглухо, и стал жить тут. Сначала гаражи охранял, но платили никак, потом, когда соседи свои скорлупки продали, устроился уборщиком в автосервис. Хозяин мужик прижимистый, однако прекрасно понимает что пока я у дел, из его сервиса и гвоздя не пропадёт. Построил второй этаж и задний двор, благо земля в аренде на сто лет. Сейчас трое нас тут живёт: Я, Пилюля и Вольт. Был ещё Мышь, ли повар недоучившийся то ли просто изрядно помотавшийся пацан, хорошо умел готовить любую живность. Ворон, чаек, крыс, или что угодно но как-то подхватил болячку и отошёл. Пилюля говорит паразиты.

Заходило солнце, за переплетённые провода железной дороги, за большую свалку. Мимо проносились электрички. Мы сидели около небольшой печки буржуйки, доедая отданные мне заботливыми поварихами пирожки. Пили какой-то крепкий алкоголь, наверное самогонку. И молчали. Я рассказал про жену и про сына про то что жить мне особо негде. Яга молча кивнул на пустой топчан. Мол оставайся. Не прогоним. Я снял пальто и костюм, и тут же нырнул в объятья Морфея. Мне снилось, что я еду на юг с Сашей и Витькой, но они почему-то едут в купе, а я стою в прокуренном тамбуре глядя на летящий мимо окна вагона снег. Проснулся я в табачном дыму, и под перестук колёс. Неудобное ложе впилось казалось сразу во все части тела, в руке я держал бутылку воды, а второй обнимал гитару. Утолив жажду и изгнав странную спутницу с ложа, я провалился в темноту. Теперь уже без снов.

Глава 4 оттолкнувшись ото дна жизни.

Пробуждение было контрастным. С одной стороны на лицо были все похмельные синдромы, такие как головная боль и кошачьи фекалии во рту. Тошнота со слабостью тоже присутствовали в хорошем объёме, с другой, как будто бы внутри лопнула какая-то струна и с души свалилась стотонная гиря чёрной тоски. Мятая рубашка, что лежала в изголовье, выглядела поистине сюрреалистическим контрастом с аккуратно вычищенным пальто и костюмом. Рядом стояли вымытые туфли и вчерашний баул из столовой. На деревянной тумбе рядом ноутбук и стопка одежды. Впервые за много лет, само существование было наполнено чувством дома и покоя. Странное, противоречивое, но вместе с тем 100% реальное ощущение.

Шаг, потом стук. Шаг и снова стук Яга появился из светлого проёма откуда то сверху. Сначала уменьшилась тень закрывшая разбудившее меня солнце, а затем пришел и звук. Я скорее догадался что это он, чем увидел. Хоть я стараюсь не носить очков с утра, и через некоторое время зрение приходит в относительную норму. Силуэт в потолочном проёме с утра и всё. Яркий, солнечный свет падающий со второго этажа, чем-то напомнил мне библейский сюжеты.

- Вставай профессор, солнце уже высоко. Ты вчера хотел закончить что-то по вашим рабочим документам, заехать в лабораторию и к спонсорам и вчера вечером просил об этом напомнить с утра. Что? Откуда опять гитара? Ты её ночью положил на проход и Вольт с Пилюлей об неё пару раз споткнулись. А то что вы вчера на ней играть пытались с Вольтом ты тоже не помнишь?

- Кто пытался? И почему она опять у меня под боком лежала? Спрашиваю я, хотя в голове уже начинают возникать смутные образы. Гитару, в здравом уме, я не брал в руки со времён СССР.

- Так ты же с Вольтом. Он ночью телек смотрел, какой-то какие-то старые записи. А ты как проснулся, взял гитару и начал подыгрывать. Потом накатил с ним ещё пару стопок и снова спать пошёл.

В голове снова начали тихо звенеть колокольчики. Я пытался понять было ли сном то что я видел? Поезд, сигаретный дым, какие-то попутчики которые играли на гитаре. Где тот момент на котором заканчивалась реальность и начинались видения? Лохмотья видений постепенно таяли в памяти. Прощание с Сашей? Пьяный бред? Игра подсознания?

...-Купишь себе, или вообще денег нет? Продолжал что-то говорить Яга. Заметив мой несколько недоумённый взгляд, он повторился: Комплект постельного белья себе заодно купишь. Что на топчане-то спать? Сверху разберём тебе комнату будешь спать там как человек, на простыне с одеялом. На свою пенсию что-то приличное снимать ты же не сможешь. Да что тут вообще говорить пошли на второй этаж, я там тебе всё и покажу. Джинсы с кофтой одевай. Вроде твой размер.

В дальнем от входа углу гаража, в потолке была неаккуратно прорезана прямоугольная дыра. Впрочем края были зачищены и даже отделаны деревом. Снизу на второй этаж вела деревянная же лестница. Она-то, как раз была сделана на совесть, и окрашена в темный цвет. Хотя стиль второго этажа не сильно отличался от стиля первого, размеры были совершенно не сопоставимы. Во-первых сверху разделение гаража на мой и Яги не было. А было сделано единое помещение. Во-вторых, длина этого помещения была гораздо больше чем длина гаража. Как я успел заметить вчера, оно нависало над воротами на добрый метр. С тыльной же части обоих гаражей была сделана пристройка, в которую из моего гаража вела небольшая железная дверь. Второй же этаж, явно захватывал и это помещение тоже. Сейчас с тыльной стороны второго этажа, в большое мансардное окно, светило солнце. Впереди, прямо по выходу лестницы, была оставлена небольшая площадка окружённая с трех сторон стенами, которой были сколочены из коротких досок, очевидно взятых с поддонов или чего-то похожего. Причём шли они не до потолка, а поднимались примерно на уровень роста. Почти всё помещение огороженное ими представлял собой склад, заваленный разнообразными деталями и механизмами. Сзади же было сделано несколько комнат разного суда по всему размера, также огороженных дощатыми стенами, однако полными и со вполне нормальными дверьми. Открыв одну из этих дверей, Яга показал мне помещение примерно два на два метра, с кроватью, столом, небольшим окном в углу и несколькими стеллажами, изрядно заваленное полу разобранной электронной техникой.

- Это тут Вольт накидал. Скажешь ему, он перенесёт их к себе, останется только свежее бельё застелить да слегка протереть от пыли. Остальное всё есть.

Михаил поднял разложенный поверх матраса на кровати картон от разрезанных коробок, и ткнул пальцем в свёрнутые одеяла.

- Печка в соседней комнате туалет вон там, за крайней дверью, там же душевая. Хранить еду и готовить только внизу, там сделаны ящики от мышей и крыс. Кушать желательно тоже там. Пойдём что-ли чаю дорожку попьём и Алга.

Пока пили чай я вовсю расспрашивал Ягу о самом гараже, видно было что конструкция хоть и сделана в позднем Союзе, но явно нестандартная, как по размерам так и по постройке. Однако основным вопросом было: на каких правах мы здесь находимся, и не могут ли нас отсюда попросить? Боевой инвалид большой тайны не делал и рассказывал много и с подробностями.

- Ну вот смотри гаражи мы с Зорким взяли за копейки. Мы тогда мотоциклами увлеклись. Старый без документов можно было за копейки купить, вот и подумали что можно будет свой мотоклуб создать. В гараже. Собственно поначалу никаких гаражей не было, поначалу тут была свалка брака и отходов железобетонных изделий, которую местные ДСК а решил разобрать построив на этом месте что-нибудь полезное. У них на заводе большой процент брака был, из-за того что вибростенд сломан был и на плите шестиметровой постоянно трещины шли. кто-то умный догадался эти короткие плиты пустить на постройку гаражей получалось что плиту выделяют как бы без брака плюс на её подгонку по месту тратятся человеко-часы. То есть и. Рабочим хорошо, и брак пристроят как нормальные изделия, и свалку на территории разберут. Собственно весь этот наш участок, из таких вот плиты построен, а с нашим вот конкретным местом всё ещё веселее было. На месте свалки гаражи начали строить в конце восьмидесятых. Ну вот. А когда они до сюда дошли, выяснилось, что почва тут плывёт поэтому пожарный водоём пришлось перенести, и из использованных плит сделать опалубку чтобы земля туда не съезжала. Итогом навалили кучу плит, а растаскивать их потом не стали. Только лет через пять Когда перепланировку делали тут нарисовали ещё два места под гаражи. Моему папане когда про это кто-то из знакомых рассказал, а он счастья своего не понял. Я тогда с этим знакомым и сговорился выкупить два места по себестоимости и из этих плитных обрезков собрать себе два гаража. Зоркий за эту идею ухватился, он как раз себе мотоцикл купил и чтобы ты его Папшур не видел, решил его с глаз долой подальше спрятать. Вот и вышло у нас взять два гаража за копейки. 30 рублей вроде. По сути же понадобилось шесть бутылок водки два мешка цемента и ворота купить. Плит тут с запасом наложено было. Я иж потом даже соседу загнал, третий этаж в автосервисе строить. Поначалу, у нас было два шестиметровых одноэтажных гаража рядом однако когда я назад пришёл, выяснилось что запрет на двухэтажное строительство снято как и многие другие. На плиты всё это время под остатками рубероида, сзади гараже лежали, много их там было штук 40 или больше. Вот я собственно взял ты бумажку что мне ещё зоркий писал, доверенность на оба гаража сразу, и всё официально зарегистрировал после чего достроил второй этаж и расширил первый. Тогда всё ещё по-другому было и второй этаж был пустой просто прикрытый парой плит и досками это потом я уже и стяжки сделал, и с хозяином сервиса договорился тогда хозяин другой был Артурчик молодой вроде нас. Он тогда мойку открыл, а воды у него не было. Ну я ему и подсказал где колодец находится из которого вода в пожарный водоём течёт и как туда трубы подвести. В итоге прокопали сточную канаву и под шумок мы в неё свою канализацию вывели, через ливневку. После этого и водичка почище стала и подтапливать пореже, а потом когда нам местную кооператив цены на свет взлетел мы через него временную соплю кинули. Сейчас с неё только и питаемся спасибо Мышь помог договориться, царствие ему небесное. Спрашиваешь почему Мышь? Да любил он играть на гитаре на мотив песенки из известного мультика про чудесный день различные переделки вроде "какой чудесный день поеду я в Пнампень" или "какой чудесный день пошли все дружно в пень" и тому подобное. Его комната кстати следующая после твоей. Мы там всё выбросили, Да уже хламу всякого разного нанесли. Если что, в самой первой никто не живёт, во второй я, в третьей получаешь ты, потом мышова, а дальше Вольт и Пилюля.

- О! А вот и Вольт! Лёха, разбери в третей свои ништяки, туда Профессора заселим. Если там совсем долго разбирать перенесите в одну из комнат где посвободнее хотите в первую, хотите в мышову. Профессор думаю тебе поможет. Чего мнёшься-то спроси что-то хотел?

- Да я у профессора хотел спросить. Профессор, а разрешите я ваш ноутбук ангажирую, уж больно любопытная конструкция у него, явно не серийная. Клятвенно клянусь что ни один файлик с него не пропадёт всё по программам буду делать при вас, чинно осторожно и благородно.

- Бери уж. Пароля там нет, главное не сотри ничего лишнего. Ассистент мой Толик там покопался, вроде даже какую-то инструкцию на рабочем столе оставил.

- Ну всё браться кролики Вольт ты за старшего я пойду в сервис переговорю за то что мы им накопали и что им ещё нужно будет пилюля на своей трахтелке как приедет, бери её в оборот и займитесь обустройством человека.

Я налил себе ещё чаю, не спеша собрался упаковал все похоронные вещи во вчерашний баул, взял документы и направился в сторону остановки. День ещё не подошёл к середине, так что сегодня можно было многое успеть но этого дня обязательно будет вечером и мне обязательно и мне непременно нужно быть вечером здесь. Теперь мне есть куда возвращаться.