Большой круг 2 : Такая жизнь

Глава 1

В тишине послышался скрип дальних дверей и приближавшийся грохот набоек на сапогах стражи. Мак приподнялся с деревянных нар, заменявших кровать, и пристально поглядел на дверь. В камеру через отдушину попадал небольшой лучик света, разрезавший тьму. Именно он стал для парня ориентиром дня и ночи на последние две недели. Никаких других источников света в темной камере не было.

На протяжении двух недель ему раз в день приносили кусок черствого, порой со следами плесени, хлеба и большую кружку воды. Никаких допросов, никаких обвинений, ничего. С ним за это время даже никто не заговорил. Это вызывало воспоминания из прошлого мира. Везде все одинаково. Его просто хотели сломать.

Шаги остановились у дверей, недолго брякали ключи, и через пару секунд возни щелкнул засов. Как только открылась дверь, в камеру ворвался ослепляющий яркий и холодный белый свет.

Парень зажмурился и прикрыл рукой глаза. Свет вызывал нестерпимую резь в глазах, от которой выступали слезы.

— Выходи! — послышался строгий голос.

— Я ничего не вижу, — жмурясь, произнес Мак, но вместо ослабления света до него донесся другой приказ.

— Ползи на голос!

Парень поднялся и, держась одной рукой за стену, осторожно начал идти в сторону голосов. Когда до двери осталось всего пару метров — кто-то шагнул к нему и влепил мощный удар в печень. Не ожидавший такого, темный ученик согнулся пополам, хватая ртом воздух. Спустя пару секунд неизвестные начали бить его чем-то по ногам, а когда он оказался на полу, то просто запинывать. Удары летели один за другим. Благо, он сразу свернулся калачиком и постарался прикрыть голову руками.

Избиение продолжалось несколько минут. В итоге парня ухватили за ноги и куда-то поволокли. Сначала по коридору, а потом и по ступенькам, особо не беспокоясь о сохранности узника. Темный ученик, одетый в рубаху, штаны и металлический артефакт-ошейник, блокирующий магию, всеми силами старался сохранить голову.

Недолгое путешествие закончилось на ковре кабинета. Мак открыл глаза и увидел огромный массивный стол из белоснежного дерева с эмблемой розы из чистого золота.

Над Маком нависал седой мужчина. Лицо было испещрено глубокими морщинами, голова сплошь седая, но сам он на старика был не похож. Белоснежная мантия, россыпь колец с драгоценными камнями на пальцах, эмблема мага света на груди и на плече нашивка целителя.

— На что вы рассчитывали, когда наполняли зал, полный служителями ордена «Белоснежной розы», тьмой? — вскинув одну бровь, спросил мужчина.

— На понимание, — пробубнил разбитыми губами парень. Правый глаз мгновенно затек, а разбитыми губами полноценно разговаривать не получалось.

— Понимание от служителей света, выплескивая тьму в таком количестве, что она заполнила весь зал?

— Это было не... — темный ученик утер кровавую каплю с носа, но за него уже продолжал собеседник.

— Это мало что меняет, — пожал плечами мужчина. — Меня Сит. Можешь называть меня «Старший дознаватель Сит». И у нас вполне достаточно доказательств в деле о «Нападении на служителей ордена». Ты влип, парень.

Мак попытался улыбнуться, но опухшее лицо этого не позволило.

— Теперь вся твоя судьба будет зависеть от того, насколько сильно ты хочешь жить, — дознаватель изобразил учтивую улыбку. — Кто тебя послал, парень? Поверь мне, это первый и последний раз, когда я с тобой нянькаюсь и даю тебе шанс увидеть небо...

— Я пришел учиться, — произнес он, глядя в глаза мужчине. — Я искал способы сражаться с проклятыми, а вместо этого, черт знает, сколько дней я...

— Учиться, да? — улыбнулся дознаватель и громко крикнул: — Визал! Ритмул! Парень ничего не понял!

В комнату вошла парочка мужчин в белоснежных рубахах. На рукавах и белых сапогах виднелась кровь. Мысль о том, что его били именно эти двое поселилась в голове парня мгновенно. Мужики подхватили его под подмышки и куда-то поволокли, а следователь помахал ручкой и добродушно улыбнулся.

Как только за ними закрылась дверь, послышались удары и сдавленный стон.

***

— Вы очень рискуете, дознаватель Сит, — вышел из потайной двери молодой парень в такой же белоснежной рясе, но без знаков отличия. Вместо них на его груди была изображена роза. — Наши пороги обивают торгаши, причем из высшей гильдии.

— Господин судья, — слегка поклонился дознаватель. — Вы недавно на этом посту и многого не знаете, но все же. Чем обязан?

— Им нужен ОН, живой и здоровый, — со вздохом ответил вошедший и взглянул на дверь, за которой, судя по звукам, продолжалось избиение. — А еще к нам сегодня пожаловал клан «Падающего листа». Им тоже нужен он. И представьте, тоже живой и здоровый.

— Орден «Белоснежной розы» никогда не прогибался... — попытался произнести Сит, но судья осадил его жестом.

— Вы не все знаете, поэтому заявляете подобные вещи, — хмыкнул судья. — Есть вещи, которые необходимо допускать во благо империи. Ты и сам прекрасно знаешь: у Антолии тяжелые времена. Магия в упадке, а во всей империи ни одного темного мага. И этот молодой человек...

— Возомнил себя неприкосновенным агнцем, — вставил дознаватель и начал тараторить, повышая голос после каждого слова все сильнее и сильнее. — Он явился в заведение «Праведного пути» и выплеснул силу! Во время завтрака! В главном зале, где собрались постояльцы из членов ордена! Что это, по-вашему? Незнание тут неуместно! Он знал, куда и зачем шел! Он пришел устроить браваду!

— Сит, вы... — попытался прервать его жестом судья, но вместо смирения получил новую порцию гневной отповеди:

— Они все одинаковы! Все до единого! Заносчивые ублюдки, возомнившие себя богоподобными особами! — продолжал распаляться следователь, перейдя на визг и начав брызгать слюной. — Вам было мало Дага «Темной воды»? Если мы сейчас его не поставим на место, если он не примет смирение, то у нас будет второй...

— Ты, видимо, забыл, кто ты и кто я! — прошипел сквозь зубы судья. — Ты что о себе возомнил? Где твое место?!! Кто дал тебе право решать за весь орден и судьбу империи?!! Кто дал тебе право повышать свой голос в моем присутствии?!!

— По праву... — сглотнув, начал было Сит, но, заметив пожар гнева в глазах собеседника, умолк, не договорив.

— Завтра на рассвете он должен стоять у меня в кабинете. В нормальном состоянии! — произнес парень, не отводя взгляда. — Ты меня понял?

— Вы... — дознаватель сглотнул, выпрямил спину и дрогнувшим взглядом произнес: — Вы не являетесь моим сеньором. Я вне Вашего подчинения. Я подчиняюсь...

— Завтра он должен быть доставлен в посольскую резиденцию на восточной границе. Туда будет открыт портал, — цедя сквозь зубы, произнес парень. — И это приказ за подписью императора!

Дознаватель окончательно сник и направился к двери, за которой раздавались звуки избиения. Открыв дверь, он застал темного ученика лежащего без движения в луже крови. Рядом уставились на истекающего кровью ученика недавняя парочка парней.

— К целителям его, а потом в камеру! — коротко скомандовал он, а затем обернулся к сложившему на груди руки судье, произнеся с максимальным ехидством. — Мы сделаем все, что возможно.

Дознаватель вышел из кабинета, а молодой судья потер руками лицо и произнес:

— Что за старый кретин! Если бы не его родня — давно бы лично отправил на тот свет!

После этого молодой судья подошел к столу, на котором лежала пухлая папка с надписью «Темный маг — Мак».

***

Мак, прихрамывая, плелся по коридору, понукаемый тычками деревянных палок. Лицо было еще одутловатым от побоев, но видимых синяков, ссадин или ран на нем не было. Следом шли двое охранников, а впереди вышагивал дознаватель Сит. Он шел быстро, нервно перебирая в руках четки.

Несколько поворотов – и дознаватель уперся в кабинет с дверью из красного дерева. Сжав четки в кулаке и набрав в грудь побольше воздуха, он постучал. Дверь тут же открылась, и его встретил молодой парень с русыми волосами и незапоминающимся лицом.

— Заходите, — кивнул он и пропустил внутрь только дознавателя и темного ученика. Охранников он оставил за дверьми. — Проходите и садитесь.

Дознаватель устроился в удобном кресле и сплел руки на груди в замок. Мак остался стоять. Когда молодой судья активировал артефакты, то обратился к своему коллеге.

— Сит! Вы в своем уме? Снимите с него ошейник!

— Чтобы он нас прямо тут положил? — вскинул бровь следователь.

— Чтобы мои артефакты работали нормально! — гневно добавил парень. — И никого он не убьет. Мы в центре поместья ордена. Отсюда можно уйти только через портал. Вы же не будете чудить? Правда?

Судья вопросительно взглянул на парня, и тот кивнул.

— Вот и отлично. Сит, будьте добры! — произнес парень и взглянул на хмурого дознавателя, который и не собирался шевелиться. — Дознаватель Сит! Я сказал «не тупы и не глухи»! Я сказал «будьте добры»!

Мужчина нехотя поднялся и подошел к парню. Обойдя со спины темного ученика, он ухватился за артефакт и специально потянул на себя так, чтобы он придавил шею.

— Только дернись, темный выродок, и тебя размажут по стенам, как дерьмо по канализационному каналу! — прошептал он ему на ухо и активировал печать-ключ.

Металлический артефакт щелкнул, и в этот же миг Мак покрылся липким потом. Капельки на коже сначала были прозрачные, а спустя пару секунд начали темнеть от силы, которая мощным потоком исходила от парня.

— Мак? — обратился к нему молодой судья. — Не делайте глупостей! Вы ответите мне на несколько вопросов, а затем мы с Вами решим, как быть дальше.

Мак стоял и никак не реагировал на происходящее вокруг. Только челюсти сжал так, что был слышен скрип зубов.

— Ну же! Присаживайтесь! — кивнул судья на кресло, на котором сидел дознаватель.

Когда спустя некоторое время парень уселся в него, то судья начал расспрашивать темного ученика.

— Как вас зовут?

— Мак.

— Где вы родились?

— Не знаю.

— Как вы обнаружили дар?

— Меня нашел свободный маг Юринай Аболосский. Он выявил дар.

— Где он сейчас?

— В городе Чайка.

— Вы являетесь его учеником?

— Да.

Судья гневно взглянул на дознавателя, состроившего недовольную гримасу, и спросил:

— Что Вы хотели от ордена в заведении «Праведный путь»?

— Чтобы меня научили убивать проклятых и нечисть.

— Зачем Вам это?

— Чтобы выжить.

Судья умолк и принялся задумчиво сверлить взглядом парня.

— Поясните, пожалуйста, каким образом Вам мешают проклятые.

— Каждая темная тварь называет меня избранным, улыбается и пытается меня убить, — пожал плечами парень. — А на мою магию иногда приходят проклятые. Один раз меня почти убили, а я ничего не мог сделать.

Мак взглянул в глаза судьи и четко произнес:

— Жить хочется.

— Жить всем хочется, — закивал парень и кинул мимолетный взгляд на артефакты. — А зачем силу выпустил в зале? Знал ведь, что там маги света?

— Знал, — кивнул темный ученик. — Думал, сразу все по своим местам расставлю, чтобы всерьез восприняли. А то пристроили бы полы сначала мыть или на побегушках бегать.

— Вот как, — хмыкнул судья и снова взглянул на артефакты. — Скажите, Вы когда-нибудь замышляли что-то против империи Антолия?

— Нет, — хмыкнул Мак.

— Вы когда-нибудь замышляли что-то против должностных лиц?

— Да.

— С какой целью?

— Месть, — коротко ответил Мак.

Судья дернул щекой и взглянул на темного ученика.

— Кто этот человек?

— Дознаватель Сит, — после короткого молчания произнес Мак.

— Да что ты мне сделаешь, выродок? — с усмешкой произнес седой мужчина. — Одно движение – и от тебя...

— Довольно! — оборвал парень начинающуюся перепалку. — Мак! У нас приказ доставить тебя в посольскую резиденцию. Это на востоке Империи.

— Новая тюрьма? — облизнул губы Мак.

— Нет. Это посольская резиденция и к ордену не имеет никакого отношения, — судья достал из шкафчика кольцо и протянул его темному ученику. — Надень его.

Мак повертел в руках кольцо из белоснежного металла и надел на безымянный палец.

— Мак, ученик Юриная Аболосского, клянешься ли ты хранить молчание о том, что увидишь, услышишь или узнаешь любым другим способом в посольстве?

Судья ждал ответа, а ученик не торопился с клятвой, выжидательно уставившись на судью.

— Вы же не думаете, что я буду делать это просто так?

Сзади что-то ехидно зашептал Сит, а судья только устало вздохнул.

— Это не просьба и не принуждение. Это приказ его Императорского Величества, — спокойным тоном произнес он. — Ты думаешь, что можешь отказаться от указа императора?

— Что ему от меня нужно? — нахмурился Мак.

— Сначала клятву, а потом все остальное! — надавил молодой судья.

— Я, Мак, ученик Юриная Аболосского, клянусь хранить молчание о том, что увижу, услышу или узнаю любым другим способом в посольстве, — как только Мак произнес последние слова, кольцо на пальце сжалось и резануло палец. Не успел он толком ойкнуть и зажать рану, а кольцо уже проскользнуло под кожу и спряталось тоненьким ободком прямо на кости.

— Хорошо, — кивнул Судья и поднялся на ноги. — Через три минуты должен открыться портал. Не чуди и больше слушай.

— Что от меня хотят? — снова задал вопрос Мак.

— Повторить то, что делал недалеко от села Секачи, — пожал плечами судья.

— Я не совсем по...

Мак не успел закончить фразу. Его прервал хлопок и появившийся в воздухе искрящийся круг. Спустя секунду из него вышел мужчина, лет сорока на вид, в золотой мантии, и оглядел присутствующих.

— Мак, ученик Юриная Аболосского?

— Я, — кивнул ученик.

— Судья ордена «Белоснежной розы», Шестой?

— Я.

Неизвестный маг оглядел дознавателя у входа тяжелым взглядом и произнес:

— Назовитесь!

— Следователь ордена «Белоснежной розы» Сит Безродный, — кивнул следователь.

— О вас приказа не было, — маг повернулся к Маку и Судье, кивнул в сторону портала. — Сила уходит. Нас ждут.

Судья выпрямился и, кивнув, прошел в круг портала.

— Мои силы не безграничны, — кивнул в сторону портала незнакомец, глядя на Мака.

— Простите, — пожал плечами темный ученик. — В первый раз.

Он сделал несколько шагов к порталу, а когда до него остался один шаг, остановился. Зажмурившись и набрав в грудь воздуха, он сделал последний шаг...

***

В длинном широком коридоре огромного здания посольства, у небольшого закутка со скамейками, стояли старичок, взваливший на спину огромный шкаф, и высокий широкоплечий парень. Они тихо перешептывались, ожидая приглашения в кабинет.

— И не смотри на меня так! — вспылил Юринай. — Я тоже не в восторге от того, что меня вместе с моим шкафом забрали посреди ночи люди из ордена!

— Ты знал, где я? — коротко спросил Мак.

— Знал, — кивнул учитель. — Знал и поднял все свои небольшие, но все же связи.

— Дай отгадаю, — хмыкнул парень. — Ты не мог ничего сделать.

— Будь там другой следователь, может быть, и смог бы, — вздохнул старичок. — Но тебя же угораздило повыпендриваться своей силой при Сите Безродном!

— Я уже знаком с этим следователем, — хмыкнул Мак. — Редкостный ублюдок.

— Погоди, у меня есть артефакт, надо тебе лицо до конца поправить, а то вид у тебя... — Юринай зарылся в сумку через плечо.

— Что с ним не так? — Мак присел на лавку и устало вздохнул. — Мне кажется, он больной на голову.

— В чем-то ты прав. Он не совсем нормальный.

— Убогий?

— Он сын Дага «Черной воды». Только во время зачатия Даг уже был проклят и покрыт вонючими язвами, — Старый Мастер достал артефакт в форме металлического кольца с рунами и принялся водить им над лицом парня. — Как ты понимаешь, характер у него был и так не подарок, а тут еще и посмертное проклятие его искорежило. В общем, случился прецедент с одним кланом. Достоверно никто не знает, что там произошло. А те, кто знает — либо молчат как рыбы, либо уже мертвы. Но факт остается фактом. Даг «Темная вода» объявил вендетту клану и начал планомерно уничтожать его членов. Когда его руки дошли до семьи главы клана, он перебил всех, кроме молодой супруги. Ее он взял силой, а потом продал на восточных островах в рабство.

— А как его вообще нашли, этого Безродного?

— Я думаю, что изначально за ситуацией следили соответствующие органы. К тому же об объявленной вендетте было заявлено заранее. Дагу никто не мешал, — пожал плечами Юринай. — А Сит теперь очень не любит темных. Еще тлеет надежда, что его потомство унаследует силу Дага, но шансы призрачны. К тому же проклятье папаши сделало его седым стариком с пеленок. В целом ему есть за что ненавидеть Дага.

— Это Даг, я-то тут причем?

— Ты тоже темный маг, — пожал плечами учитель. — Этого вполне достаточно, чтобы, видя тебя, думать о своем покойном папаше.

— Угораздило же, — вздохнул Мак.

— Ты, главное, сделай все чин по чину, и Сита уберут куда подальше, — зашептал Юринай. — То, что тебя не отобрали у меня, — уже огромная удача. А засветиться перед сильными мира сего, да еще и подмастерьем, — дано единицам!

— Здесь что-то не так, — буркнул в ответ Мак. — Неужели во всей империи не найдется умельца, лечащего гнойные раны? Это же не шутка!

— Есть конечно, но очень мало, — отмахнулся Юринай. — Нас с тобой сюда позвали не чудеса показывать, а сделать заявку о том, что ты вполне дееспособный темный подмастерье.

— Что-то не особо верится, — ученик недовольно поежился и взглянул в оба конца коридора. — Бродили мы с тобой спокойно, а потом раз! И вдруг куда-то потащили, что-то показывать.

— Мне пришлось сделать заявку в коллегию магов на тебя, — со вздохом признался старичок. — По сути это из-за меня. Я не нашел другого способа тебя вытащить.

Мак взглянул на учителя и чему-то улыбнулся. Старичок прятал глаза, словно чего-то стыдился, но ученик не стал его ни в чем обвинять.

— Спасибо, — вздохнул ученик.

— Мак, ученик Юриная Аболосского? — спросил вышедший мужчина в сером камзоле.

Парень поднялся на ноги, а слуга сделал приглашающий жест.

***

Покои встретили их стоном и частым дыханием. На белоснежной кровати лежала женщина лет тридцати. Глаза впалые, сама бледная, как простыня, но при этом она все время ворочалась с боку на бок.

Рядом на кресле сидел мужчина в черном, расшитом золотом камзоле. Закусив кулак одной руки, он наблюдал за мечущейся в кровати женщиной, а второй – до побелевших костяшек вцепился в подлокотник.

Как только вошел Мак, мужчина перевел взгляд на него и, опустив кулак, встал на ноги.

— Ты темный? — с ходу спросил он и, дождавшись его кивка, кивнул в сторону окна. — Пойдем, отойдем.

— Макс! Макс! Мне больно... — простонала женщина, сгибаясь калачиком. — Сделай что-нибудь, Макс...

Мак подошел к мужчине, и тот, сглотнув, шепотом произнес, кивая на женщину:

— Я не страдаю иллюзиями. У меня только две просьбы. Первая — облегчить ее муки. Вторая — достоверно узнать, магической природы это или нет.

Мак кивнул и направился к женщине.

— Как ее зовут? — коротко спросил он.

— Юлианна.

— Юлианна! Вы меня слышите? — громко произнес ученик.

— Слышу, — простонала она.

— Где-то болит?

— Живот, — произнесла она и со стоном перевернулась на другой бок.

— Где-то конкретно или весь?

— Весь...

Пока Мак расспрашивал женщину, к Максу подошел Юринай.

— Я извиняюсь, но можно я внесу свой... артефакт, — Юринай кивнул на ученика, который странным образом постукивал по животу женщины и пытался на него надавить. — Моему ученику может понадобиться некоторый инструментарий, а он хранится в моем артефакте.

— Делайте что хотите, только прекратите ее муки, — сдавленно произносит мужчина и отворачивается к окну.

Пока Старый Мастер возвращался за артефактом, Мак закончил осмотр и подошел к нему.

— Макс, как я полагаю? — спросил он, поглядывая на стонущую женщину.

— Макс Релых, — кивает мужчина, не отрывая взгляда от окна.

— Состояние ее тяжелое, — вздыхает парень. — Может, вы расскажете, как все началось?

Мужчина вдохнул полной грудью и, сжав челюсти, начал рассказывать сквозь зубы.

— Мы служим послами в империи Сатир. Так случилось, что нам пришлось испортить отношения с одним из темных магов. Да видят боги, я не хотел, но увы. Так сложилось. Вильс «Черный гной», — кулаки мужчины сжались до такой степени, что захрустели косточки. — Сначала мы просто друг друга игнорировали. Затем с его стороны начались выпады, а на последнем приеме мне пришлось выслушать его прямые оскорбления. А на следующий день ей стало плохо.

— Что значит плохо? — вздохнул Мак, прокручивая в голове мысль, что во всех мирах пациенты всегда одинаковые. — На что она жаловалась?

— Она сказала, что у нее болит бок... Правый, да. Точно правый. А на следующий день у нее начался жар. Сегодня она уже не спала, только стонала и звала меня.

— Макс... Сделай что-нибудь, — снова донеслось от супруги.

— Вы будете что-нибудь делать? — процедил Макс сквозь зубы.

— Состояние очень тяжелое, — произносит Мак, закатывая рукава рубашки. На руках видны синие кровоподтеки и синяки. — Я думаю, в ближайшие сутки или двое она умрет...

Супруг перевел на него тяжелый взгляд.

— Если мы ей не поможем, — тут же закончил фразу Мак. — Однако я должен вас предупредить. Вид моей помощи вам может не понравиться.

— Что вы имеете в виду? — осторожно произнес смирившийся с потерей супруги мужчина.

Мак вздохнул и пару секунд молчал, подбирая слова, чтобы объяснить то, что он собирался сделать с его супругой.

— У вас бывали прыщи? Не мелкие красные точки, а такие, из которых давится желтый или зеленый гной?

— Было пару раз, но причем тут... — сморщившись, произнес мужчина.

— У нее в животе такой же... прыщ, — подбирая на ходу слова, попытался объяснить Мак. — Я искренне надеюсь, он еще не... не выдавился. Иначе все будет плачевно.

— Я не понимаю, — смутился мужчина. — Что вы хотите сделать?

— Я хочу разрезать живот вашей супруги и вытащить из нее весь гной, — прямо произнес ученик, не отводя взгляда от глаз Макса.

— Вы сошли с ума! — отошел на пару шагов он. — Вы решили ее прирезать?

— Только для того, чтобы выпустить гной, — кивает Мак. — Только для этого!

— Но она же умрет и...

— Далеко не факт, — мотнул головой ученик. — У нас неплохие шансы ее спасти.

— Мне надо подумать, — закусив губу, произносит Макс.

— Дорога каждая секунда, у вас очень мало времени.

В этот момент в комнату вошел учитель, пригибаясь, чтобы пройти со шакфом в дверь.

— Мак? — ставя шкаф, произнес он. — Составляй список необходимого, чтобы я не бегал туда-сюда и не искал как дурак.

Темный ученик взглянул на Макса. Тот кинул взгляд на супругу и кивнул.

— Если есть шанс — делайте. Сделайте все возможное и... — Облизнув губы, он тихо добавил: — Я не останусь в долгу.

— Учитель! Лапаротомия...

***

Мак взял Юриная за руку, держащую металлический зажим, и немного передвинул ее в сторону. Сам же темный ученик в очередной раз подул на руки, выпуская немного силы через рот. Тут же, обтерев руки самым крепким напитком в посольстве, «Баритоньей Горючкой», он снова полез в рану.

— Я искренне надеюсь, что ты знаешь, что делаешь! — прошептал учитель, сглатывая слюну и стараясь погасить рвотный рефлекс.

— Смотри за ней, — сосредоточенно произнес Мак. — Смотри, чтобы она не переставала дышать.

— Откуда ты вообще узнал о полевом огнивце? — продолжал болтать старичок, стараясь не смотреть в рану, края которой он удерживал железными крюками в разведенном состоянии. — Я не помню даже, в каком фолианте нашел его упоминание.

— Тут главное – коробочка с семенами.... Ну-ка... Вот! — торжественно произнес Мак, приподнимая из общего кровавого месива что-то черное, с синим оттенком. — Нашел!

— Черт! — сморщился учитель. — Что это и откуда это у нее внутри?

— Это? — хмыкнул Мак и подхватил припасенную шелковую нить. — Это небольшой кусочек кишок. Отросток, в котором образовался гной. Именно он приносил жуткую боль.

— И что теперь с ним делать?

— Мы его отрежем, — произнес ученик и, перевязав разбухший от гноя червеобразный отросток у основания, взялся за нож. — Перевязываем его, чтобы гной не вытек в кишку, а теперь аккуратно отрезаем!

Отрезав отросток между двумя перевязками, чтобы содержимое из кишок не вылилось в брюшную полость и чтобы не заляпать их гноем. Тут же, подхватив малый артефакт огня, он прижег кровоточащую рану на кишечнике.

— Бред страшный, — сморщившись от запаха паленых тканей, произнес Мак. — Но по-другому никак.

Тут же прислонив малый артефакт исцеления, который на глазах затянул рану, он принялся укладывать обратно кишечник.

— Осталось все обратно аккуратно сложить, — ученик мельком взглянул на потемневший аппендикс с гноем. — Да, вовремя успели.

— Боги, — снова сглотнул Юринай. — Меня сейчас...

— Ты же некромантией занимался, — возмутился Мак, зашивая обычной швейной иглой рану. — А тут даже гноем не пахнет.

— Это же живой человек, — сжимает зубы старичок. — А ты так спокойно ковыряешься в кишках!

— А по мне, гной и мертвяки гораздо противнее, — пожал огромными плечами Мак. — Как там кстати она? Дышит?

— Дышит, — кивает Юринай. — Только вот когда проснется?

— По идее, с минуты на минуту должна, — пожал плечами Мак и оглянулся.

Комната, куда специально притащили узкий стол по просьбе Мака. Рядом расположили еще два. Один с тазиком с водой, второй для инструментов и большой миски, в которой плескалась настойка с легким зеленоватым оттенком и явным спиртным ароматом. Если поначалу все лежало на белых простынях, то теперь почти все они превратились в красные из-за крови, как и ворох порезанного на тряпки и бинты материала, которые пришлось использовать как тампоны, чтобы промакивать кровь.

Комната и вправду напоминала кровавую баню.

— Крови много потеряли, — сморщился ученик. — Долго восстанавливаться будет.

— Если она выживет после ТАКОГО! — старичок был откровенно не в восторге от методов ученика, но все же воздал ему похвалу: — Мы называем это гнойником живота, и это смертельное заболевание. Такое не лечат. Есть, конечно, слухи о чудесном излечении, но в большинстве случаев, даже если случилось чудо и болезнь отступила, то это не надолго. Люди умирают в течение нескольких месяцев. Так же болит живот, такой же гной в животе.

— Спаечная болезнь, или рецидив аппендицита, — пробормотал себе под нос Мак на русском языке, а к учителю обратился с другим вопросом: — А теперь давай подумаем, какого лешего нас послали лечить заведомо неизлечимую болезнь?

— А нас никто не посылал ее лечить, — Юринай поднял взгляд на Мака и добавил: — Мы должны были ее тихонечко опоить зельями, чтобы она спокойно ушла в мир иной. А потом бы мы через обычный ритуал выяснили, было ли это дело рук одного темного мага из империи Сатир или эта болезнь развилась сама по себе.

Женщина тихо застонала и попыталась повернуться на бок.

— Тихо... тихо, лежите спокойно, — произнес Мак и кивнул в сторону большой кровати. — Надо ее перенести.

Подхватив исхудавшую женщину, они переложили ее на кровать. Не обошлось без стонов, на которые в комнату заглянул Макс.

Мужчина обвел заляпанную кровью комнату и валяющиеся прямо на полу кровавые тряпки, после чего, сглотнув, поинтересовался:

— Она жива?

— Мертвые не стонут, — произнес Мак, но после хмурого взгляда учителя поправился: — По крайней мере, не все.

— Мы закончили, — пояснил Юринай. — Здесь необходимо прибраться.

— Я приглашу слуг... — Максим рванул обратно.

— И еще бутылку с «Баритоньей Горючкой»! — крикнул в спину старичок.

— И два стакана! — добавил Мак.

— Тогда надо две бутылки, — взглянул на ученика учитель.

— Это для нее, — кивнул Мак. — Настойка скоро отпустит. Надо чем-то приглушить боль.

— Может еще настойки? — предложил мастер.

— Нельзя, — сморщился Мак. — Она может забыть, как дышать.

— Я про такое не слышал, — нахмурился учитель.

— Как-нибудь покажу, как это проверить, — вздохнул Мак.

Развалившись в кресле, парень взглянул на дверь. В комнату бочком уже заходили слуги с ведрами, тряпками и огромными испуганными глазами.

— Надо бы инструмент собрать, — буркнул Юринай. — А то знаю я этих простолюдинов. Ни черта потом не найдем...

***

Мак сидел в кресле у самой кровати и держал на коленях большую квадратную доску, где выводил сложные руны в странном порядке. Рядом лежала Юлианна. Она с интересом наблюдала за манипуляциями парня и в какой-то момент не выдержала:

— И всё-таки, что вы делаете?

Мак довёл руну и немного отстранился, оценивая общий рисунок.

— Это темный ритуал. Он довольно точно помогает определить магические воздействия, особенно проклятья, — темный ученик отложил в сторону доску и взглянул на недавнюю пациентку. — А как ваши дела?

— Спасибо, я себя отлично чувствую, — кивнула она.

— Тогда давайте попробуем присесть, — Мак помог женщине.

Как только та присела, то сразу начала быстро моргать, а спустя пару секунд схватилась за руку ученика.

— Голову очень кружит, — прошептала она.

— В принципе, ничего критичного, — Мак уложил ее обратно. — Вы потеряли много крови, а после операции прошло всего два дня.

Проверив участившийся нитевидный пульс, Мак кивнул своим мыслям.

— Это скоро пройдёт? — обеспокоенно произнесла Юлианна.

— Если вы все же перестанете капризничать и начнете усиленно есть мясо и печень, я думаю, за недельку вы встанете на ноги.

При упоминании мяса женщина недовольно скуксилась. Заметив это, Мак развел руками и пояснил:

— Вашему организму необходимы... — парень пожевал губами и попытался объяснить: — Именно в мясе и особенно в печени ваш организм может взять все, что необходимо для образования крови.

— А без мяса никак?

— К сожалению, я не знаком с другими методами, так благотворно влияющими на образование крови, — честно признался Мак.

Дверь в комнату скрипнула и на пороге появилась молодая девушка в белоснежном фартуке.

— Господина мага просит к себе господин Максимилиан, — поклонившись, произнесла она.

— К сожалению, мне пора, — поднялся на ноги ученик и, подмигнув женщине, произнес: — А вам бы не помешало поесть.

Парень подхватил доску, на которой чертил руны, и аккуратно дунул на нее, активируя сложный рисунок. Внимательно оглядев результат сложного рисунка, он кивнул своим мыслям и направился к выходу.

— Вы еще зайдете? — послышался вопрос в спину.

— Обязательно, но после парочки неотложных дел и вашего плотного обеда, — темный ученик обернулся и с нажимом добавил: — Плотного обеда из мясных блюд!

***

Хозяин кабинета встретил Мака задумчивым взглядом. Сидя в большом кожаном кресле, он уперся в стол локтями и сплел пальцы в замок. Темный ученик не стал ждать приглашения и уселся в кресло напротив.

— Мы не должны были быть вместе, — произнес Макс, не сводя взгляда с парня. — Наши судьбы были давно предопределены. Мы должны были жениться на других и жить с теми, кого выбрали наши родители и с кем были согласованы браки.

Глава рода Релых поднялся и подошел к окну, за которым серые свинцовые тучи затянули горизонт. По стеклу скатывались первые мелкие капли дождя.

— Нет, наши кланы не враждовали, даже напряженных отношений не было. Просто интересы не пересекались, — Макс задумчиво провел по стеклу пальцем и с усмешкой произнес: — Мы познакомились на Осеннем приеме у Императора. Знаешь, это был один из тех приемов, когда кланы представляют свою молодежь. Именно там, среди задних рядов провинциальных кланов, мы и встретились. Я...

Максимилиан глубоко вздохнул и подошел к столу. Немного порывшись в нем, он достал черную лакированную трубку и принялся набивать ее табаком.

— Я даже не помню, в каком платье она была. Только глаза, — он кинул мимолетный взгляд на слегка улыбающегося Мака и, закусив губу, продолжил трамбовать табак. — Полные задора, блеска и безумия. Черт побери! Она прекрасна! Этот ее взгляд... Так умела только она.

Мужчина раскурил трубку и закашлялся.

— Сколько раз клялся бросить эту дрянь, — откашлявшись и выразительно посмотрев на трубку, произнес он. — А после той ночи мы просто пропали для всех. Нас искали три дня, и никто не мог догадаться, где мы. Они перевернули гостиницы, питейные, публичные дома. Даже столичное отребье и уголовников поставили на уши. А мы...

Макс выпустил дым через нос и, усмехнувшись воспоминаниям, продолжил:

— А мы сбежали из города. Мы спали на сеновале, с утра до вечера гуляли, питались у крестьян. И не было нам дела ни до кланов, ни до приема у императора... Это были чудесные дни, — Макс взглянул на парня в кресле и кивнул своим мыслям. — Это потом были сотни тайных встреч, борьба с родней, выкуп ее жениху и моей невесте, куча проблем, которые мы с трудом пережили. Но я с гордостью могу сказать, что не знаю больше в империи супружеских пар, вопреки всем правилам и обстоятельствам оставшихся вместе. Без расчета и условностей, по любви...

— Как называется ваш клан? — не отпуская теплую улыбку с лица, спросил Мак.

— Боже! — хлопнул себя по лбу Макс. — Я даже не удосужился представиться! Меня зовут Максимилиан из рода Релых, клан «Облачного тигра».

— «Облачный тигр»? — вскинул брови Мак.

— Да, — улыбнулся Макс. — Мы с супругой объединили наши кланы. Клан «Парящего облака» и «Удара тигра». Благодаря объединению, мы получили дополнительный голос в совете кланов, при Императоре и должности при дворе. А на статус послов напросились сами. Хотели мир немного посмотреть, а в итоге...

Макс глубоко затянулся и полез в стол. Спустя пару секунд на столе появился тугой мешочек и большая шкатулка.

— В шкатулке драгоценности, все, что принадлежат мне и супруге. В кошельке — золото. У нас нет больше наличности прямо сейчас, но я могу написать расписку. Назовите сумму и я...

Мак молча открыл шкатулку и немного порывшись извлек интересное колечко. Оно было выполнено в виде змеи, которая кусала свой собственный хвост, а вместо глаза был накрепко впаян изумрудный камешек. Несмотря на малый размер, исполнение было очень аккуратным и педантичным. Чешуйка к чешуйке.

Мак примерил его на палец и довольно кивнул.

— Я возьму это, — произнес он, показывая главе клана Релых руку с кольцом. — На память.

— Погодите, а... — непонимающе уставился на него Максимилиан.

— Я ведь тоже умею, — поднимаясь на ноги, произнес темный ученик. — Тоже умею любить.

Кивнув на прощание, парень направился к выходу.

— Я прикажу открыть портал в Чайку! — произнес ему в спину Макс.

Мак, не оборачиваясь, благодарно кивнул и махнул рукой.

— Мак! Слышите? Когда вы устанете от всего — приезжайте в наше поместье! Мы всегда будем рады вас видеть! — Мак остановился и повернулся, показав улыбку до ушей, а глава клана продолжил: — Просто так. Отдохнуть и отвлечься. Заглядывайте! Мы просто будем рады вас видеть!

— Обязательно, — кивнул парень и вышел из комнаты, оставив главу клана «Облачный тигр» наедине со своими мыслями.

***

Юринай и Мак стояли в порту города Чайка. Галера была на месте, как и скелеты ее охранявшие. В них осталась частичка магии темного ученика, поэтому они не развалились, как только на Мака надели ошейник. Однако у трапа их ожидала странная делегация. Во-первых, уперев руки в бока, метая глазами молнии и постукивая ногой, их ожидал до боли знакомый друид. О ее настроении и отношении к происходящему свидетельствовало буквально все: и поза, и полыхающие глаза, и даже густые волосы, локоны которых начали шевелиться, словно змеи.

Вторая часть встречающей делегации была более многочисленной. Впереди стоял глава клана «Падающий лист», седовласый мужчина с заостренными ушами, Геулерон, который держал в руках знакомую Маку миску с землей. В импровизированном горшке уже пророс полуметровый росток незнакомого растения.

За спиной Геулерона находилось три стройных девушки. Все три довольно худые, но не лишенные элегантности особы лет двадцати на вид. Каждая с заостренными ушками, длинными волосами и, как показалось Маку, даже со схожими чертами лица.

— Где ты был?!! — с ходу заявила девушка. — Тебя должны были отпустить три дня назад!

Мак устало вздохнул и с прищуром взглянул на взбалмошную особу, а потом перевел взгляд на Геулерона.

— Меня не интересует, где ты был, — пожал плечами он, но с ехидной улыбкой добавил: — Но я знаю, где ты проведешь следующие три ночи!

— Папа! — зарычала Левитания.

— Дочь! Это вне добра и зла! Это политика и судьба клана! — заявил он прерывая возмущения дочери. — Тем более что тебя и твоих дел это ни коим образом не касается!

— Но это же...

— Я сказал — тебя и твоих дел это совершенно никак не касается! — с нажимом произнес отец. — Итак, уважаемый темный ученик! Когда вы готовы произвести... сделку?

Мак перевел взгляд с Геулерона на стоящих за его спиной девиц и непроизвольно остановил взгляд на груди той, что стояла слева.

— Если ставить вопрос таким образом, то я думаю, что сегодня буду готов, но, как говорили в моей деревне, «Сначала товар»!

— Нам это вполне подходит! — улыбнулся глава клана и поспешил ретироваться, на ходу добавив: — Тогда мы вас ждем вечером в заведении «Пестрые паруса»!

Мак проводил взглядом стройных девушек и повернулся к Левитании.

— Я не обязан перед тобой отчитываться! — заявил Мак, как только поймал взгляд друида, готовый испепелить его на месте.

— Ты не обязан, — повторила она, цедя сквозь зубы.

— И я свободный человек! — уже произнес он.

— ...человек, — кивнула она.

Мак обернулся, чтобы найти поддержку у учителя, но того и след простыл. Он уже давно забрался на борт вместе со своим Шкафом и скрылся в нем, сразу поняв, что ему лучше не попадаться под руку.

Глава 2

Геулерон довольно щурился, смотря на магический светильник через свой бокал с красным вином. Он сидел за столом, рядом с кроватью, на которой спокойно во сне сопел Мак. На столе стоял артефакт полога тишины и бутылка из-под вина.

На кровати зашевелилось одеяло и показалась обворожительная женская ножка. Секунда, вторая – и девушка заскользила под одеялом рукой по спине спящего темного ученика.

Глава клана с усмешкой наблюдал за тем, как девушка вынырнула из-под одеяла и всем телом прильнула к телу темного ученика. Прижавшись к нему грудью, девушка пустила в ход руки, пытаясь нащупать его плоть. При этом она умудрялась отстранятся и дотягиваться губами и языком до его уха, что-то тихо шепча.

— Ночи тебе было мало? — спросил Геулерон.

Девушка вздрогнула от его голоса и испуганно прикрыла грудь одеялом.

— Тебе нечего стеснятся, — улыбнулся Геулерон и пригубил вина из бокала. — Ты прекрасно выглядишь!

Девушка улыбнулась и, продолжая прикрываться одеялом, встала с кровати и подхватила свои вещи.

— Он выполнил свою часть сделки? — спросил глава клана, внимательно наблюдая за грациозными движениями девушки с пепельным цветом волос.

— Да, — кивнула она.

Отсутствие одеяла и холодок по спине заставили темного ученика проснуться. Спросонья он сел в кровати и хмуро оглянулся. С одной стороны ему довольно улыбалась стройная длинноногая красотка, а с другой – не менее довольно улыбался Геулерон. Мак недоумевающе переводил взгляд с красотки на главу клана «Падающий лист» и обратно.

— Почему она выглядит довольной, я помню, — произнес он и повернулся к седовласому. — А вот почему Вы выглядите как кот, обожравшийся сметаны?

— Ну, тут все просто, — улыбнулся Геулерон. — Ты свою часть сделки выполнил.

— Ты про это, — хмыкнул Мак. — Теперь твоя часть сделки. Мне нужна информация.

Геулерон пригубил вина из бокала и кивнул.

— Да, договор есть договор. Что же. Проклятые, — седовласый мужчина поставил бокал на стол и взглянул Маку в глаза. — Начнем с того, что те, кого принято называть проклятыми, действительно прокляты. Дед нынешнего императора наложил на них посмертное проклятье. А так как дед был очень непростым магом, то простым проклятьем не обошлось. Да не смотри так. Это сила крови императоров и бог знает что еще. Несмотря на то, что в роду императоров все сплошь маги света, в корнях этого рода много темных, которые и передали эту силу крови.

— В чем заключается проклятие?

— В том, что все маги, отрекшиеся от своего императора, впадали в спячку до тех пор, пока их не разбудит темная сила, — седовласый мужчина усмехнулся. — Некоторые говорят, что тут был какой-то замысел, но, мне кажется, ему просто не хватило сил отправить всех отрекшихся на тот свет. По идее, оставшиеся верные императору маги должны были справиться с отрекшимися, но...

Глава клана выдержал театральную паузу и разочарованно вздохнул.

— Но среди темных таких не оказалось. А остальным просто не хватило познания в тьме, чтобы отыскать недобитков. И как итог: попрятавшиеся по норам проклятые до сих пор периодически просыпаются. Порой с ними справляются по ходу дела, а порой... это превращается в полномасштабную операцию со сбором небольшой армии.

— Почему проклятые восстали?

— Видишь ли, дедушка нынешнего императора имел одну очень неуместную для императора черту, — пожевав губами, он добавил: — Очень он сострадать любил. И не поверишь, на старости лет начал он сострадать рабам, заемным, залоговым – в общем, всему простому люду. И от широты душевной издал указ, по которому запрещалось этот самый простой люд просто так убивать. Даже если это твоя собственность. Даже если это твоя профессиональная деятельность. Даже если раб сам согласен во благо господина лечь под нож.

Мак тяжело вздохнул.

— Потом, справедливости ради, он еще вдобавок запретил смертоубийство среди магов, грозя карами небесными и личным наказанием. Умел он своей силой выжигать дар. Объяснялось это всё военным положением и сложной международной обстановкой, в результате которой назрело сразу две войны. А это не шутки – воевать на два фронта!

— Я так понимаю, убийством ради силы и определенных заклинаний занимались темные маги? — поинтересовался парень.

— Совершенно верно. Именно они устроили заговор, в результате которого были объявлены вне закона. Затем пошло одно покушение за другим, и в итоге старичка все же упокоили, но тот проклял всех отступников, а по сути всех темных магов, ибо в заговоре не участвовали только несмышленые дети с даром — Геулерон снова пригубил вина и взглянул через бокал на Мака, любуясь насыщенным рубиновым цветом. — Вот так из-за стремления одного чудаковатого императора начала разваливаться империя. Много проклятых перебили во время их попытки создать свою республику на границе с империей Сатир, но это больше были средней руки любители, чем профессионалы. Самые сильные и матерые попрятались по норам и стали ждать.

— Чего ждать?

— А вот этого уже никто не знает, но с тех пор каждый проклятый, проснувшийся от темной силы, пытается отыскать избранного и убить его.

Мак разочарованно вздохнул.

— Собственно, это мне и хотелось бы узнать, — Мак поднялся из-за стола. — Бесполезная вышла сделка...

— Если ты торопишься и считаешь, что услышал все, я тебя не задерживаю, — улыбнулся седовласый глава клана. — Но если все же решишь дослушать...

Парень поджал губы и неохотно сел обратно на свое место.

— Допросом проклятых, как и изучением оставшихся от них документов, занимался орден «Белоснежная роза». Достоверная информация об этом находится у них. Доподлинно известно то, что пророком, предсказывающим появление избранного, был Уринай. Один из величайших ученых того времени, — заметив вскинутые брови ученика, глава клана «Падающий лист» усмехнулся. — А ты не знал? Уринай был очень талантливым проклятым.

— Погодите, а как же запрещённые техники? А как же...

— Это было уже потом. Когда начали выяснять, откуда столько безумной фанатичности оказалось у проклятых, — отмахнулся геулерон, — от греха подальше запретили и все техники, необратимо меняющие сознание мага.

— И много таких набралось?

— Достоверно неизвестно, но ходил слух, что у каждого клана, имеющего собственную школу магии, имелась в загашнике по одной, а иногда и несколько таких техник.

— Прямо уж у каждого? — недоверчиво спросил Мак.

— У каждого, — хмыкнул в ответ седовласый. — Даже у нас было четыре.

— Было? — недоверчиво произнес Мак.

— Пока что было, — ехидно ответил Геулерон. — Но это все в прошлом. От всей этой дурно пахнущей истории остались только предсказания об избранном, который снимет проклятье, и спрятавшиеся по норам черные маги вылезут на свет божий. Остались еще некоторые их наработки, но они больше похожи на отдельные дневники. Ничего конкретного.

— Проклятые, у них был свой клан?

— Нет, — сморщился Геулерон. — Это были выходцы из разных кланов. Некоторые и не подозревали, что темные маги, которых взрастил клан, оказались на стороне проклятых.

Мак достал из кармана медальон, который получил с последней встречи с отрекшимися. Он нахмурился, припоминая имя и спросил:

— Как звали проклятого в вашем клане?

Седовласый мужчина мгновенно побледнел и с тщательно скрываемым ужасом уставился на медальон.

— Откуда у тебя это?

— Недавно я чуть было не отправился на тот свет, — начал пояснять Мак, вертя в руках медальон. — Но меня пощадил один проклятый. Ты знаешь, как его звали?

— Где Вы его видели и как... как тебе удалось уйти? — не спуская взгляда с побрякушки в руках парня, произнес Геулерон.

— Он отдал мне ее сам, сказал отдать тем, кто назовет его имя, — пожал плечами Мак. — И я не ушел. Он меня отпустил.

Глава клана аккуратно протянул руку, чтобы взять медальон, но Мак сжал его в руке, не собираясь с ним просто так прощаться.

— Как его звали?

— Саалток «Темный дух», — с трепетом произнес седовласый. — Легенда, позор и самое большое достижение клана. Последний темный маг клана «Падающий лист»... Заклинатель духов, некромант и самый мудрый глава. Ни до него, ни после него наш клан не был столь могуществен, как при нем.

Геулерон просительно протянул руку к кулаку Мака.

— Это не артефакт, это медальон главы клана, — парень расслабил кулак, и в руки трепещущему от прикосновения к истории мужчине скользнула клановая реликвия. Седовласый осторожно положил ее на ладонь и аккуратно провернул верхнюю часть. Медальон раскрылся, представив внутри стопку тонких металлических пластинок. — Это летопись клана. Это знак основателя — Лист Империи. Это знаки его потомков...

С трепетом перебирая металлические пластинки с гравировкой, глава клана шептал имена глав, порой что-то комментировал, но в итоге все же дошел до знака самого Саалтока. Он аккуратно подцепил его ногтями и вздохнул:

— Больше этот медальон никто не носил...

Тут его взгляд упал на оставшиеся внутри медальона пластинки. Он аккуратно начал брать одну за другой и выкладывать на стол, шепотом проговаривая имена. Последней была табличка с голубым плющом. Положив ее на стол, он сглотнул и произнес:

— Геулерон Сильера, нынешний глава клана «Падающий лист», — седовласый откинулся на спинку кресла и с грустной улыбкой добавил: — Он нас не бросил. Он наблюдал и все знал...

— Ты сказал не все, — произнес Мак, глядя на задумчиво рассматривающего металлические пластинки главу клана.

— Я не знаю всего, — пожал плечами Геулерон. — Говорят, когда убили императора, он просто исчез. Без предупреждений и сборов. Просто исчез...

Мак молча кивнул и встал.

— Я ожидал другого, но, думаю, большего я от вас не услышу, — парень направился к двери, но не успел он сделать несколько шагов, как в спину прозвучал вопрос, полный надежды:

— Он говорил что-то о нас?

— Нет.

— Хотя бы что-нибудь?

— Он взял с меня обещание позвать его, как только я решу умереть! — не оборачиваясь, произнес Мак и, когда уже почти покинул комнату, услышал возглас в спину:

— Никто на самом деле не знает, что случилось! Слышишь? Не все проклятые были предателями!

***

Да, их можно назвать эльфийками, с точки зрения моего мира. Длинные ушки и белоснежная кожа, голубые глаза и волосы цвета от сухой соломы до пепельного цвета. По всем критериям моего бывшего мира — однозначно эльфийки. Как потом выяснилось, они действительно были сестрами. Потрясающие, красивые, стройные и привлекательные девушки оказались дьявольски ненасытными. И это меня серьезно вымотало. Мне всегда хватало супруги. Та страсть и тяга друг к другу порой переходили границы даже для женатых. Несмотря на несколько лет супружеской жизни, порой мы вытворяли очень... спорные выходки. Я с теплом на душе вспоминаю то время и надеюсь, что когда-нибудь я смогу вернуться.

Однако то, что мне предстояло выполнить здесь, с этими девушками, почему-то воспринималось мной как механическая работа. Да, приятная, с красивыми девушками, но не более. Не было даже намека на ту страсть, с которой мы рвали нижнее белье и простыни. Вспоминая самые приятные моменты с супругой, я почему-то вспомнил торговку Лину.

А еще Левитания. Честно, я неоднократно ловил себя на мысли, что очень сильно сглупил, когда согласился стать ее «временной нянькой». Мало того что это несносное создание постоянно везде совало свой нос и пыталось всем навязать свое мнение, так еще она спала всего по четыре часа в сутки и считала всех сонями, о чем незамедлительно сообщала. На рассвете. Каждый день. И мычание в ответ ее абсолютно не устраивало.

А еще ее навязчивое чувство собственности. Непонятно, с какого момента я стал ее собственностью и почему она думала, что может решать, с кем, когда и где мне спать, что есть, как одеваться и какие заклинания мне можно применять, а какие нет.

На третьи сутки нашего с ней общения у нас состоялся скандал. По утру он повторился, и это, наконец, возымело эффект. Левитания начала придерживать язык. Ее приказы превратились в настойчивые советы. Я, воодушевленный прогрессом, решил, что на правильном пути. Поэтому встал на тропу «Бей женщину ее же оружием»! Теперь на каждый ее выпад или настойчивый совет я отвечал ей укором ее безграмотности. Это оказалось ее единственным больным местом.

А еще каждый день появлялась новая работа. Все чаще приходилось помогать Юринаю с темными артефактами, еще чаще меня приглашали на тяжелые гнойные раны, но, несмотря на отсутствие свободного времени, я умудрялся продолжать свою работу с систематикой. Тетради становились толще от вкладок и вставленных листочков, появлялись новые тетради, но самое главное — росла моя уверенность в правильности моего пути. Особенно после того, как мои теоретические выкладки и расчеты неожиданно привели к практическим результатам.

Я мог увидеть себя в будущем темным артефактором. Мог представить себя отличным темным лекарем. Я смутно, но все же мог представить себя боевым темным магом, не гнушающимся ни некромантией, ни заклинаниями бездны. Но никогда, честное слово, никогда я не мог себя представить...

***

Юринай поправил специальные очки с держателем для лупы и подхватил маленьким пинцетом чистейший бриллиант. Он аккуратно поднес его к миске, в которую по каплям стекала сила с руки Мака.

Старичок опустил камень в темную силу, а второй рукой перевернул песочные часы.

— Две минуты, и мы закончим, — спокойным голосом произнес мастер-артефактор. — У тебя сегодня еще есть планы?

— Особых нет, — пожал плечами Мак. — Хотел зайти в лавку на набережной.

— М-м-м-м? — вскинул брови старичок. — Что-то ты зачастил туда. Дай-ка угадаю. Ты к Лине собрался?

— Да, она собирает для меня заказы на лечение и обещала подкинуть хорошую работенку...

— А только ли в работе дело? — спросил старик и скосил взгляд на ученика. — Видел я ту Лину. Цветет и пахнет! А еще и одинокая...

— Время, — напомнил ученик, кивнув на песочные часы, в которых закончился песок.

Старичок тут же достал камень из концентрированной темной силы и развернулся к другому столу, где принялся устанавливать его в специальный держатель.

— Я еще нужен? — спросил Мак.

— Если только ты сможешь забрать с собой свое недоразумение, — буркнул Юринай, не отвлекаясь от своего дела.

— Нет уж, на сегодня у меня лимит терпения этой особы исчерпан, — сразу открестился ученик.

— Тогда думай, чем ее занять завтра, — усмехнулся старичок.

Мак неохотно кивнул и вышел, а мастер устало оглядел законченную работу и потянулся. Когда его взгляд мазнул по потолку, то обнаружил на нем вполне себе настоящий зеленый росток с листочком.

— Это что? — непонимающе пробормотал он и, сняв очки и прищурившись, начал следить взглядом за побегом, который тянулся через весь потолок, разветвлялся и уходил самым толстым концом в комнату, которую выделили наглой девушке.

— Левитания Сильера! — громко произнес старичок. — Извольте объясниться!

***

Мак стоял на палубе корабля в боевой стойке. С правого кулака, покрытого черной густой слизью, стекала темная сила. Она была настолько сконцентрирована, что взмахни парень рукой и отпусти ее, от соседнего причала и небольшой шхуны мало бы что осталось.

Перед ним на палубе стояла парочка послушников ордена «Белоснежной розы», а за их спинами находился судья, взявший с него клятву, перед тем как отправить его порталом.

— Я бы не накалял ситуацию, — произнес молодой парень. — Просто так судьи к ученикам мага не ходят.

— Для начала вам бы не помешало представиться, — как можно вежливее произнес ученик, пряча волнение глубоко внутрь.

— В ордене у судей нет имени, — разводит руками молодой судья. –Но для удобства можешь называть меня Шестым. И я уже представлялся перед отправкой.

— Шестым? — смутился парень.

— Это мой номер в империи, — пожал плечами молодой судья. — Так проще разобраться, кто из нас вынес приговор.

— И что вам здесь надо? — настороженно поинтересовался Мак.

— Помнится, вы хотели учиться, — поджав губы, произнес Шестой. — У вас появился отличный шанс.

***

— Я, пожалуй, воздержусь, — произнес ученик и сделал шаг назад. – Я достаточно хорошо познакомился с вашим орденом. Я бы даже сказал слишком хорошо...

— А вот мы недостаточно, — улыбнулся судья. — У одного из наших следователей возникли проблемы в процессе расследования. И эти трудности не решить без вашей помощи.

— А зовут вашего следователя случаем не Сит?

— Сит больше не является следователем города Чайка, — вздохнул Шестой. — Следователя зовут Родгаст. Вам говорит о чем-нибудь это имя?

— Нет, — пожал плечами Мак.

— Один из лучших мракоборцев империи, между прочим, — как бы невзначай произнес судья. — И у вас есть возможность поработать с ним бок о бок.

— Мне надо подумать, — взволнованно произнес темный ученик. — У меня, между прочим, обязательства. Я же ученик...

— Ваш учитель уже в курсе и не видит никаких преград, — с улыбкой объявил судья. — У Вас пятнадцать секунд на раздумья.

— Хорошо, — сморщившись от наглости судьи, произнес Мак. — Когда необходимо приступить?

— Вчера, — пожал плечами судья. — Приступить было необходимо ещё вчера. Поэтому прошу Вас, не мешкайте. Берите все необходимое и отправляйтесь в резиденцию ордена. Вас будет ожидать следователь Родгаст.

— Впервые слышу о таком,— сморщился Мак.

— Не теряй времени, — вздохнул судья. — С каждым годом он становится все сварливее и сварливее.

Судья развернулся и пошел по трапу на пристань, за ним последовали телохранители. Ученик проводил его тяжелым взглядом и недовольно буркнул вслед:

— Не было печали...

***

Темный ученик находился не в лучшем расположении духа. Мало того что информация, полученная от Геулерона, оказалась очень похожей на официальную версию, так еще по жаре пришлось идти в резиденцию ордена.

Белоснежная вилла в три этажа встретила его недружелюбно. Внутрь его не пустили, оставив под солнцем, а вдобавок еще и промариновали под дверью на невыносимой жаре около часа. Когда парень был готов бросить все и вернуться в прохладные, хотя и шумные, благодаря одному друиду, апартаменты в шкафу, из двери показалось перекошенное лицо.

Огромный шрам, начинающийся на нижней губе и пересекающий скулу, словно вдавил часть черепа внутрь. Правый глаз был полузакрыт, но еще двигался.

— Ученик «Старого Мастера»? — поинтересовалась кривая морда.

— Он самый, — кивнул Мак.

— Иди за мной, — произнес он и скрылся за дверью.

Темный ученик вошел внутрь и сделал пару шагов, почти наткнувшись на сгорбленного калеку. Хозяин перекошенного лица не имел правой кисти, зато имел огромный горб, который гнул его к земле и вынуждал пользоваться палочкой. Судьба словно решила поиздеваться над беднягой, сделав одну ногу короче другой, отчего бедолага жутко хромал.

Мак от такого зрелища сморщился, но калека оказался довольно проворным и не плелся по коридору, а довольно споро и своеобразно переваливался, ведя парня в маленький дальний кабинет.

— Говорят, тут была кладовка до моего приезда, — произносит горбун, открывая перед Маком дверь. — Но я не притязателен. Мне очень редко когда нужен кабинет.

Мак молча зашел в небольшую комнатушку, в которую смогли втиснуть всего один стол, стул и узкий шкаф.

— Садись, у нас есть о чем поговорить, — кивнул он ученику, устраиваясь поудобнее. Взглянув на севшего парня, а для этого ему было необходимо выгнуть шею на бок, он спросил: — Я вижу, у тебя есть что спросить?

— Есть, — кивнул Мак, — Как долго тебя лечили? Ты ведь не всегда был таким?

— Да, в тебе определенно есть целительский дар, — улыбнулся горбун. — Сразу заметил, да?

— Я много видел, и то, что случилось с тобой, не похоже ни на одну известную мне болезнь детей. Дети с уродствами выглядят совсем по-другому. К тому же на твоем лице шрам.

— Обычно люди потеют и трясутся, сидя у меня на стуле, — задумчиво произносит Родгаз. — Они молят, угрожают, молчат, ненавидят, были такие, что пытались даже соблазнить. Но ни одна живая душа у меня в кабинете не пыталась понять мои раны.

— Это похвала?

— Скорее, наоборот, — дернул щекой калека. — Я предпочитаю говорить по делу. Что ты умеешь и как далеко зашел в изучении магии?

— Я готов явиться на экзамен для подмастерья, — пожал плечами ученик. — Довольно глубоко продвинулся в ритуалистике и лечении гнойных ран.

— Про это я уже знаю, — кивнул он. — Клан «Облачный тигр». В узких кругах твое имя стало нарицательным. «Окунуть головой в дерьмо, как Темный — макнул целителей клана тигров».

Мак невольно улыбнулся такому сравнению, но все же поспешил предупредить:

— Мне очень повезло со временем и наличием сил у Юлианны, для того чтобы пережить лечение. Методика очень спорная...

— Но рабочая, — закончил за него горбун. — Меня больше интересуют твои познания в поисковых заклинаниях и в некромантии.

— Не особо углублялся, но пяток поисковых заклинаний знаю. С некромантией лучше. Ожившие мертвецы, големы плоти, темные твари и призраки. В разных вариациях.

Родгаз изобразил улыбку и, кивнув, произнес:

— Мало, но лучше, чем могло быть, — калека залез в ящик стола и выудил оттуда папку, обернутую черной кожей. Из нее достал кусок материи и протянул ее Маку.

— Что ты знаешь об этом рисунке?

Мак сидел и угрюмо смотрел на точную копию гравировки на его молоте, который он хранил в своей комнате в шкафу.

— Эмблема бога Амор, вера в которого возникла среди северян. Слышал, что проклятые ее использовали и часто изображали на своих предметах, — коротко ответил парень о своих познаниях демона.

— По всем нашим выкладкам это не бог, — хмыкнул калека. — В лучшем случае, это самый обычный демон. В худшем — высший демон.

Мак тут же подобрался и с прищуром спросил:

— Если это не бог, то его можно убить?

— Все возможно, — хохотнул собеседник. — Но это так. Домыслы. А теперь взгляни на это.

Калека протянул ему еще один кусок ткани, на котором был изображен баран с удлиненной мордой и торчащими из под нижней губы клыками.

— Я раньше не видел подобных изображений, — нахмурился парень.

— Это Зэкхан. Его изображение частенько мелькает у мелких племен, он у них как покровитель кровной мести, ночи и хитрых ловушек. В последнее время стал довольно популярным объектом для поклонения среди воровского отребья и прочих отбросов.

— А в чем, собственно, дело? — не понял смысла показа картинок Мак.

— Мне нужно, чтобы ты точно определил, есть ли в городе поклонники этих демонов или нет, — произнес тоном, не терпящим отказа, калека. — Это нужно сделать сегодня. Еще у нас будет парочка трупов вечером. На этом все.

— А как же... — открыл рот Мак.

— Да! У нас темных магов в штате нет, поэтому закупка всех принадлежностей и ингредиентов на тебе. Если потребуются расходы сверх этой суммы, то можешь показывать этот перстень и прикладывать его как печать к распискам, — горбун протянул ему звякнувший металлом мешочек и положил на стол кольцо.

— А где мне...

— Работать можешь в допросной, в подвале. Если надо будет что-то из инструментов, найди Фабила. Он может достать или заказать практически что угодно. Это только для пользования в ордене! — калека с трудом поднялся на ноги и добавил: — Время не терпит...

***

Мак невольно сморщился. Пыточная оказалась большим залом с множеством приспособлений для доставки мучений и боли подозреваемым. Парню ударило в нос эманациями боли, ощущающихся как противный запах недельных носков.

Пол был каменный, относительно ровный, поэтому проблем с построением рисунка ритуала не возникло. Стараясь закончить как можно быстрее, он выбрал несколько простых ритуалов. Первый определял магию, а второй искал ее в окрестностях. Ни на одном куске ткани не удалось обнаружить магии, а отсюда вытекало, что и искать нечего. Это был самый обычный рисунок. Но одно допущение Мак все же сделал. Он уговорил сам себя, что данный кусок ткани может иметь остаточные следы магии, которые обнаружить не хватает сил.

— Пожалуйста! Умоляю! Не надо! — раздался крик из коридора. В пыточной появился огромный, даже по сравнению с Маком, верзила. Он был одет в штаны из мешковины и кожаный фартук на голое тело. А лицо... лицо Мак узнал бы из тысячи. Характерное лицо дауна, болезни, образующейся из-за неправильного расхождения хромосом. Глубоко и широко посаженные глаза, нос картошкой и огромный язык, не помещающийся во рту, из-за чего такие, как он, сразу бросались в глаза.

— Умоляю! Не надо! — захлебываясь в слезах, молила женщина в разорванном платье, однако огромный детина был непреклонен.

Он протащил ее почти через весь зал, мазнув взглядом по ученику, закинул на специальный стол, где фиксировались руки и ноги стальными скобами. Закрепив жертву, бугай взял с полки тиски и принялся закреплять их у правой руки, так, чтобы было удобнее зажимать ими пальцы. Все это происходило под мольбы женщины и спокойное деловое молчание огромного верзилы.

Стоило ему закрепить тиски и приступить к делу, мольбы женщины превратились в истошный крик. Верзила ничего не спрашивал, не объяснял и вообще не разговаривал, а планомерно, медленно и с холодным спокойствием дробил суставы.

Мак старался не обращать на происходящее внимание и сосредоточиться на мысли о том, как опознать остаточные следы в рисунках.

Пытки прервал Родгаз, влетевший в пыточную на всех парах с раскрасневшимся лицом и сиплым дыханием.

— Ты не переусердствовал, Борт? — спросил он, подойдя к женщине, которая застыла в немом крике, не в силах набрать воздух в грудь для истошного рева.

Верзила аккуратно ослабил тиски, и в этот момент женщина резко набрала полную грудь воздуха и истошно закричала. Горбун терпеливо подождал, пока та вновь начнет набирать воздух в грудь и кивнул Борту. Тот, поняв все без слов, быстро и сноровисто вставил ей в рот кляп.

— Ты ведь хочешь, чтобы это закончилось? — спокойно произнес карлик, доставая артефакт из внутреннего кармана. — Все закончится быстро. Ты просто встанешь и уйдешь отсюда.

Пока карлик пытался начать разговор с жертвой, здоровяк пододвинул столик и начал выкладывать на него острые предметы, которые у Мака ассоциировались с хирургическими инструментами. По крайней мере, с десяток он бы точно смог назвать.

— Ну же, всего пара имен и все кончится, — карлик продолжал ласкать слух спокойным и мягким голосом. Он извлек из внутреннего кармана артефакт в виде золотого медальона и положил его на лоб женщины. — Та мгновенно успокоилась и начала размеренно дышать. Выдернув кляп, он спокойно задал вопрос: — Откуда у тебя «Услада богов»?

— Он привез ее из последнего похода. Я не знала, что это была она. А потом он рассказал мне и заставил меня ее...

— Кто он? — с нажимом произнес Родгаз.

— Он — это... — тело девушки неестественно выгнулось.

— Печать «Девятого»! — громко произнес горбун, разрывая платье на груди у женщины. Ровно в середине груди на коже начал проявляться круг из букв на незнакомом языке.

Борт действовал стремительно: за считанные секунды аккуратно, по самому краю, срезал живую кожу с печатью и отшвырнул в сторону. Затем ухватил небольшой топорик и принялся подрубать ребра. Когда здоровяк отбросил в сторону грудину еще живой женщины, у которой билось сердце, Мак недовольно сморщился. Здоровяк действовал быстро, кроваво, но очень эффективно. В итоге в специальный лоток, на столик у Борта, упало еще сокращающееся сердце женщины. Однако даже с первого взгляда было понятно, что с ним что-то не так. Из него торчали узнаваемые косточки фаланг кистей.

Мак с интересом приблизился. В раковине было не просто странное сердце, а сердце, сжатое костяной рукой.

— Никогда не видел таких заклинаний? — хмыкнул калека. — Ты про такое даже в библиотеке императора не найдешь.

— Почему? Интересная ведь техника! — пожал плечами Мак.

— Так умеют только на черном континенте и пара сект у нас, в Антолии, — поджал губы коротышка.

— Это вшивается? Они собирали артефакт на живом сердце?

— Никто не знает, но после ритуала у тебя в груди появляется костяная рука, которая в любой момент может сжаться, отправив доносчика на тот свет, — пожал плечами горбун.

— А может, вернуть ее с того света и нормально допросить? — спросил ученик.

— Печать девятого ставится не только на тело, но и на его душу! Ты хочешь призвать неуправляемого зомби? Или неподконтрольного духа?

Мак поежился, но вынужден был согласиться.

— Борт, убери ее отсюда и принеси тех двоих, что мы добыли сегодня, — скомандовал калека. Великан кивнул и принялся освобождать труп женщины, а Родгаз принялся пояснять: — Печать девятого после смерти создает темную тварь, которая начинает убивать все живое рядом с собой. Тут главное – успеть вытащить сердце. А «Услада богов» — это эликсир, привезенный с черного континента. Жуткая и гремучая смесь, превращающая обычного мага — в повелителя стихий, а человека в бессмертное существо. Правда всего на несколько минут. Но беда в том, что оно еще приносит настолько сильное удовольствие, что большинство впадают в экстаз и оцепенение на все время действия. Редко когда кто-то может элементарно связно говорить под его действием.

— К нему привыкают, так? — нахмурился Мак.

— К нему не просто привыкают, — хмыкнул калека. — Ради него многие попробовавшие готовы продать своих матерей, собственное тело и даже душу.

— Это присказка такая? Я не...

— Это не присказка. На моих глазах, человек прикованный ногой к стене, пытался освободится, чтобы добраться до «Услады богов» у противоположной стены. Я собственными глазами это видел! Человек! Человек отгрыз себе ногу, — горбун изогнул шею, чтобы взглянуть на Мака. — Это не шутки. «Услада» погубила немало талантливых магов. В империи Антолия, если у тебя найдут «Усладу», — казнят. Тех, кто ее когда-либо пробовал, не берут ни на одну должность, они, по умолчанию, считаются врагами империи.

Спустя несколько минут здоровяк вернулся с двумя трупами, которые тащил за ноги. Он подтащил их прямо к Маку.

— Каждый случай появления «Услады» в Империи расследуется досконально, — продолжал пояснять горбун. — И то, что нам удалось изъять крупную партию, многих переполошило. Нам необходимо выяснить, кто, зачем и каким образом притащил эту дрянь к нам.

— Что будем делать с трупами? — кивнул Мак. — Поднимать?

— Поднимать, — кивнул Родгаз. — Только сначала надо проверить, есть на них печать или нет.

— Что за печать? Я про такое не слышал, — начиная чертить рисунок, поинтересовался Мак.

— Печать девятого, непризнанного бога, — хмыкнул горбун. — Да, есть бредовая легенда, по которой один темный маг приобрел настолько много силы и знаний, что возомнил себя богом. Нашлось немало последователей, которые его таковым и считали. Маг был очень талантливым и оставил много трудов...

Мак прервался и поднял взгляд на следователя.

— Его звали Уринай? — спросил парень.

Родгаз криво улыбнулся, и с усмешкой произнес:

— Нет, но близко! Ты не такой увалень, каким кажешься. Откуда ты слышал о нем?

— «Шаги Уриная», — пожал плечами Мак. Заметив вскинутые брови калеки, он нехотя добавил. — Я сделал два.

Калека мгновенно переменился в лице.

— У меня были проблемы с силой, — попытался объяснить ученик. — Нужно было быстро их решить и...

— И теперь у тебя снова проблемы с силой, — дернул щекой калека. — Только уже другие. Кто проводил ритуал?

— Мой учитель.

— Твой учитель – безумный идиот, если решил это сделать с тобой, — Родгаз принялся наматывать круги вокруг Мака и продолжил рассказывать: — Первые три шага направлены на создание мощного энергетического каркаса. Следующие два направлены на обучение манипулированием малых потоков силы. После этого идет принятие силы стихии. Человек учится слушать свою стихию. О последующих шагах я, к сожалению, ничего не знаю, но четвертый и пятый шаги — это не ритуалы. Это техники, которые должны достигнуть определенного уровня.

— А где эти техники... — начал было Мак, но его оборвал горбун.

— В архиве ордена есть подробное описание этих техник, но тебя туда не пустят. Ты не являешься членом ордена,— видя нахмуренный взгляд парня, он добавил: — Вот когда ты станешь полноправным членом ордена, — пожалуйста. Но для этого тебе надо стать хотя бы подмастерьем. А пока я могу лишь рекомендовать.

— Что, например?

— Можно взять артефактные кандалы из запасников наших тюрем. Там есть ошейники и кандалы на руки. — Видя, как перекосилось лицо парня, калека с усмешкой добавил: — Если их немного подправить, то они будут блокировать только часть силы. Получится своеобразный «кран» для силы. Благодаря этому, уже можно заниматься построением мелких и точных ритуалов или заклинаний. Но ты должен понимать, что это костыли, не более.

Мак задумчиво оглядел рисунок и поднял взгляд на следователя.

— Сколько будут стоить эти кандалы и кто их может продать? — спросил Мак.

— Инвентарь ордена не продается, но пока ты работаешь со мной — думаю, проблем не возникнет, — Родгаз кивнул в сторону трупа, уложенного в рисунке особым образом. — Прежде чем начать, загляни ему в глаза.

Мак подошел к трупу и оттянул веки.

— Видишь черные круги внутри, там, где начинается мясо, удерживающее глаз?

— Нет.

— Значит, можно начинать, — кивает калека.

Мак активировал рисунок. Тело изогнулось, а потом пошло мелкой дрожью. Спустя несколько секунд труп мужчины свернулся калачиком, а еще через две, глубоко вздохнул, открывая глаза и принимая сидячее положение.

— Назовись! — спокойно приказал Мак.

***

— Мистель Авада. — прохрипел мужчина.

Мак перевел взгляд на следователя. Тот сразу смекнул и принялся шепотом произносить вопросы, которые тут же громко повторял Мак.

— Ты пробовал «Усладу богов»?

— Да.

— Где ты ее взял в последний раз?

— Анна, хозяйка портового борделя «Попутный ветер», дала мне его.

— Сколько ты за него заплатил?

— У меня не было денег. Я его заработал.

— Какую работу ты выполнял?

— Я должен был найти людей, чтобы убить молодого парня.

— Кто был этот парень?

— Я не знаю. Нужно было три человека, чтобы он был мертв. Анна сказала, что он большой и сильный.

— Что было обещано этим троим?

— По сотне золотом, если они справятся.

— Где и когда должно было произойти убийство?

— Я не знаю.

— Ты нашел тех, кто должен был убить этого парня?

— Да. Я договорился с Манкой. Он обещал троих надежных парней.

— Кто такой Манка?

— Он следит за порядком у отребья, на лысой скале, у входа в порт.

— Как его найти?

— Никак. Он сам всегда находит тех, кто ему нужен.

— Он живет на лысой скале?

— Нет, говорят, он живет в городе, но кто он и как выглядит, никто не знает.

Воцарилась пауза. Мак ждал вопроса от горбуна, а тот не спешил с ответом, раздумывая над сложившейся ситуацией. Тут один из металлических штырей, который был установлен в ключевом месте, начал потрескивать. Ритуал был перекачан силой и даже специальный металл не мог выдерживать подобного обращения.

— Время, — произнес Мак. — Ритуал сейчас может выйти из строя.

Заметив треск, калека махнул рукой.

— Отпускай его. Надо подумать, что делать дальше.

Мак отпустил мертвеца, который тут же кулем рухнул на пол, и подошел к раскаленному металлическому штырю.

— Надо что-то с этим делать, — задумчиво произнес Мак.

Горбун тем временем подошел ко второму трупу и, оттянув веки, заглянул тому в мутные глазницы.

— Иди сюда, — подозвал его Родгаз. Когда Мак оказался рядом, тот указал на черную полоску, которая оказалась вокруг места прикрепления глаза к орбите мышцами. — Я говорил про эту полоску девятого. Если видишь мертвеца с такой полоской — десять раз подумай, прежде чем с ним работать. Поднимешь его — и у тебя начнутся проблемы с безумно голодным мертвецом. Запомнил? Хорошо.

Калека в задумчивости начал вращать между пальцами артефакт, который использовал на девушке под пытками.

— Надо хорошенько продумать план, иначе мы рискуем упустить всех, — пробормотал он себе под нос. — И беда даже не в том, что у нас «Услада богов» в городе. Беда в том, что мы не знаем даже, кто ее тащит к нам. Или это инициатива не в меру жадных торговцев, или это продуманный план со стороны соседей.

— Хозяйка борделя? — почесал затылок Мак.

— Это ее сердце в тазу лежит, — коротко кивнул горбун и начал нарезать круги вокруг ученика. — Кроме нее ни у одного человека, уличенного в связи с «Усладой богов», не было даже намека на какую-нибудь секту или темный ритуал. А это наталкивает на мысль, что эту дрянь приперли к нам от соседей.

— Устроить обыск в порту?

— Бессмысленно, и перепугаем всех капитанов,— видя непонимание на лице Мака, он объяснил: — «Услада» — это не тонна зерна. Ее спрятать можно очень хорошо. А торговый корабль без тайников — это как чайка без крыльев! Давай еще раз, с начала. Что ты понял из моего рассказа?

— Из того, что я услышал, — в городе есть услада. Наркотик есть у нескольких человек, которые ее хранят. Между собой они иногда рассчитываются этой усладой. А если они так делают, то, скорее всего, они ее потребляют. Эти люди прекрасно знают, что при обнаружении наркоты их казнят. Вдобавок часть из этих людей имеют вокруг сердца костяшки, которые при малейшем разглашении информации отправят их на тот свет. У меня пока только один вывод.

— Какой же? — выворачивает голову карлик.

— Их отправили с каким-то точным заданием. Будь это торговцы — уже давно бы сбросили товар и унесли ноги.

— Может, это местные торгаши?

— Местные дома так рисковать не стали бы. К тому же зачем торгашам костяная рука на сердце?

— А ты очень смышленый, — поджав губы, произнес Родгаз. — Я, честно, ожидал недалекого здоровяка, думающего только о количестве силы и бабах. Ты меня просто радуешь!

— Спасибо, — улыбнулся парень. — Однако что дальше?

— А дальше мы начнем искать убийц, — усмехнулся следователь и окинул Мака странным взглядом, добавив: — Убийц одного здоровяка.

— Вы хотели сказать, вы идете искать, — поправил Мак.

— Нет. Мы. Именно мы!

— И как вы себе это представляете? — со вздохом произнес Мак. — Я в следователи не записывался!

— А тебе и не надо, — улыбнулся калека. — Ты темный маг? Вот своим делом и будешь заниматься.

— В каком смысле?

— Сегодня будет много боли и трупов, — вздохнул горбун. — Хорошо бы за ночь управиться.

***

Мак только вышел к причалу, где стояла галера, и тут же услышал голос, от которого у него задергался глаз.

— Где тебя носило?!! Ты снова ночевал где попало?

— Господи, — начал массировать виски Мак. — Вот только тебя сейчас не хватало!

— Что ты там бубнишь? — продолжала тараторить девушка, стоя у трапа и уперев руки в бока.

— Добре утро, говорю, — буркнул Мак. — И прекращай орать на всю набережную!

— С чего это ты решил, что можешь меня затыкать? — возмутилась друид.

— А с чего ты решила, что имеешь право прилюдно меня отчитывать? — начал заводиться парень. — Я тебе кто? Сват? Брат? Сын?

Девушка начала хватать ртом воздух.

— То, что я обязал тебя закончить магический университет в столице не значит, что я должен тебе отчитываться о своих делах, — произнес он, глядя красными от недосыпа глазами на девчонку. — Да, и ты не думала о том, что тебе необходимо подыскать себе собственное жилье? Лимит гостеприимства заканчивается...

— У меня договор с твоим учителем. Я снимаю у него комнату! — довольно произнесла девушка.

— И сколько он взял с тебя за съем? — удивился Мак, поднимаясь по трапу.

— Два стандартных кристалла магии жизни, — произнесла друид.

Мак устало хмыкнул и прошел мимо нее, сразу направляясь к шкафу, стоящему на палубе.

— Что же, мне меньше работы.

— Эй! Ты куда собрался? Я с тобой не договорила!

— С традесканцией поговори, — отмахнулся темный ученик. — А то она у тебя завяла и сдохла!

Не слушая дальнейшие возмущения, парень скрылся в шкафу. Молча махнув учителю, он, едва волоча ноги, доплелся до своей комнаты. Перед тем как провалиться в заслуженный сон, он успел только сгрести тетрадки со своими выкладками и пару отложенных на потом книг в сумку.

***

Мак стоял у широкого стола, на котором были разложены кандалы, ошейники и цепи с крупными тяжелыми звеньями, размером с кулак. Парень обводил взглядом выданный на время инвентарь и задумчиво бормотал под нос.

— Нет, в принципе, логично, — он взял в руки наручник из металла, покрытый зеленым налетом, и присоединил к нему несколько колец. — По идее, этого должно хватить.

Мак надел этот наручник себе на руку и вытянул ее в сторону, стараясь наполнить силой. Эффект был очень слабым. Маку так и не удалось сгустить силу до такой степени, чтобы та выступила сквозь поры на кожу. Для эксперимента он убрал одно кольцо и попробовал снова. Силы вышло больше.

— Регулируем числом колец, значит, — пробормотал парень и принялся собирать второй наручник. Итог вышел немного неожиданным. Правая рука потребовала на одно кольцо больше, чем левая.

Мак успел собрать второй наручник и принялся проверять их на деле. Сначала он попробовал призвать огонь, но вместо огромного полыхающего пламени на его руках едва заметно колебался огонек. Затем парень попробовал старый прием с хлопком. Но, вместо тьмы, наполняющей всю комнату, он добился лишь легких следов, словно он золу с руки сдул.

— Потрясающе, — улыбнулся темный ученик и полез в сумку со своими тетрадями, за которыми пришлось сходить на корабль. — Теперь можно попробовать кое-что интересное!

Мак открыл тетрадь на закладке и внимательно перечитал пару страниц. Затем он развернулся и глазами выбрал цель в дальнем углу пыточной комнаты. Ею оказалась странная клетка с шипами, обращенными внутрь.

— Так... сосредоточиться... — парень встряхнул руками, отчего наручники противно звякнули. — Поехали!

Мак отвел руки вниз и в стороны, сжал кулаки, а затем, постепенно наполняя их силой, вытянул вперед. Из рук в сторону клетки метнулся поток, который тянулся вперед, к цели. Черная блестящая сила расширялась на конце, словно его что-то надувало изнутри.

Вдруг из пузыря вытянулась рука, за ней еще одна, а спустя секунду из глянцевой тьмы вперед рвался неизвестный дух. Он тянулся обеими руками, открывал пасть, и всячески пытался достать цель.

— А теперь обратно, — просипел Мак, отдергивая поток.

Пузырь начал сдуваться, а поток уменьшаться. Тварь в пузыре заметалась, словно боялась подохнуть. Однако, когда пузырь оказался совсем рядом с Маком, тот резко вытянул руки, отпуская поток, и разжал пальцы.

В этот момент из пузыря вырвалась черная тень, которая с бешеной скоростью метнулась к клетке. Она вмяла ее в стену, словно бумажную игрушку, а затем с безумной скоростью начала наносить ей один удар за другим. Грохот железа и глухие удары по камню продолжались секунд тридцать, пока темный ученик громко не произнес слово-ключ:

— Изыди!

— Что здесь происходит? — влетел в пыточную Родгаз.

— Немного экспериментирую со стандартными наработками, — ответил ученик и поднял руки, на которых зазвенели цепи.

Калека поковылял по пыточной, оглядел раскуроченную клетку и взглянул на Мака.

— Боевой магией владеешь?

— Учусь, — пожал плечами парень.

— Учись, — кивнул горбун. — Это всегда полезно. Только не порть инструменты.

— Я немного не рассчитал, — признался парень. — Надо будет придумать манекен.

— Манекен? — улыбается Родгаз. — Тебе мертвых мало?

— Там половина под печатью девятого, — сморщился Мак.

— А чем тебя вторая половина не устраивает? — горбун закряхтел и собирался уходить.

— А их можно использовать? — спросил в спину Мак.

— С условием, что сам тут потом будешь прибираться. У меня нет людей, чтобы отмывать протухшие кишки с пола.

Горбун заковылял к выходу, но тут темный ученик вспомнил про странный артефакт.

— Уважаемый Родгаз, — направился он к нему. — Можно вопрос?

— Перестань паясничать, — сморщился калека. — Что ты хотел?

— Помните, вчера, когда вы пытали тут женщину?..

— Помню, и что?

— Вы положили ей на лоб один артефакт, и она мгновенно успокоилась, — парень кивнул на стол, на котором ее пытали. — Я хотел узнать, что это за артефакт.

— А, это? — Родгаз вытащил из-под рубахи золотой медальон. — Редкая вещица. Она помогает полностью снять боль.

— А у вас нет еще одного такого же? — спросил с надеждой Мак.

— К сожалению — нет. Да и этот сделан в Баритонии, у одного очень известного артефактора. По специальному заказу.

— Жаль, вздохнул Мак, — мне бы он очень пригодился в лечении.

— Я без него тоже долго не могу, — лицо калеки перекосилось от попытки улыбнуться. — Каждое утро, чтобы встать на ноги, приходится около часа их разминать. Их сводит. Это жутко больно. К обеду немного отпускает, но я не представляю, как мне проснуться без него.

Мак разочарованно вздохнул и дернул щекой.

— Поговори со своим учителем, я думаю, он встречался с подобными артефактами, — предложил калека, отправляясь по своим делам.

В этот момент ученик застонал от собственной глупости, но вместо слов и ругани на самого себя добавил:

— Спасибо за совет!

— Сильно не усердствуй с тренировками, — произнес Родгаз. — Сегодня ночью снова будут трупы...

***

Мак сморщился от жуткой вони. Труп, находящийся посередине большого и сложного рисунка, за десяток ударов сердца развалился на куски.

— Боги! Что ты вытворяешь? — произнес вошедший в пыточные горбун. — Какая вонь...

Мак тут же отдал команду, и пара стоявших без дела трупов принялась собирать в ведра то, что осталось от одного из их коллег.

— Гниль, — пожал плечами темный ученик. — Все хотел ее попробовать, но из-за проблем с силой не получалось. Она разрушает соединительную ткань, и плоть просто разваливается на куски...

— Про темных не зря говорят, что вы не от мира сего, — проворчал калека и взглянул на кучу мертвой плоти в ведрах у поднятых трупов. Затем он поднял взгляд на помощника. — Как у тебя с поисковыми заклинаниями?

— Благодаря кандалам, у меня кое-что получилось, — кивнул парень. — Я смог обнаружить остаточную магию в городе.

— Сиреневая улица, дом тридцать шесть? — спросил Родгаз.

— Да, но откуда...

— Долго работаешь. Мы тоже на месте не сидели, — горбун огляделся, дернув щекой, и невзначай произнес: — Сегодня ночью будет штурм.

— Снова трупы?

— Не-е-е-ет! — мотнул головой следователь. — Теперь нам нужны живые. Много живых! А вот для этого нам понадобишься ты.

Мак удивленно уставился на следователя.

— В ордене много талантливых магов. К тому же целое крыло паладинов, — напомнил парень.

— И ни одного темного мага, — хлопнул себя по бедрам калека. — Среди этих ублюдков тоже дураков нет. При малейшем намеке на магию света они либо сбегут, либо перережут друг другу глотки!

— Вы хотите, чтобы этот дом штурмовал я? — сморщился Мак.

— Нет. Все гораздо проще! — калека подошел поближе и вывернул шею, чтобы взглянуть ученику в глаза. — Ты же умеешь делать мелких химер? Тварей из мертвой плоти?

— Да, — кивнул парень, еще не совсем понимая, что от него хотят.

— Тогда ты просто сделаешь такую тварь, возьмешь сонный порошок и насыплешь его в доме так, чтобы все уснули.

— У меня нет такого порошка, да и...

— Порошок мы обеспечим, — отмахнулся Родгаз. — Уж алхимиков и сонного порошка у нас точно хватает.

— Я никогда подобным не занимался, — признался Мак. — Надо попробовать сначала изготовить разведчика. Какого он должен быть размера, сколько порошка унести, по какой поверхности подниматься...

— У тебя есть время до следующего заката, — пожал плечами калека.

— Погодите, — смекнул Мак. — Но это не входит в мои обязанности, так?

— Совершенно верно, — кивает Родгаз. — Поэтому я не приказываю. Это моя личная просьба.

Мак облизнул губы и, глядя на горбуна, спросил:

— А если у меня тоже будет взаимная просьба?

— Смотря какая?

— Вы можете дать мне доступ в архив?

— Исключено, — вздыхает следователь. — В архив может войти только член ордена, а тебе...

— А из архива можно выносить записи? Книги, или какие-то свитки, или...

— Что конкретно тебе там нужно? — с прищуром спросил калека.

— Документы о проклятых. Кто они, кто их проклял, почему, как и где они теперь. — Мак напряженно смотрел в лицо Родгаза и пытался понять его эмоции. Тот молчал несколько секунд, но все же ответил.

— Зачем тебе это?

— Я хочу научиться их убивать. Искать, отлавливать и убивать, — ответил Мак. — Я больше не хочу от них бегать.

— Бегать? Ты даже не представляешь, что такое «Бегать от проклятых»! За тобой еще толком никто не приходил! Подумаешь, пару раз на импульс темной силы пришли слабаки, — отмахнулся Родгаз.

— Усилий этих «слабаков» для меня вполне хватило бы, чтобы отправиться на тот свет! — недовольно буркнул темный ученик. — А если придут не слабаки?

— Ты не понимаешь, с какой силой собираешься бороться, — криво улыбнулся Родгаз. — Но мне нетрудно. Я достану тебе один сводный отчет. Прочтешь его при мне.

— Хорошо, — кивнул Мак. — Но вы ответите мне на вопросы, если они у меня появятся.

— Только если у меня вообще будет ответ! — недовольно поджал губы Родгаз. — И мне все равно придется сообщить главе ордена о том, что я предоставлял тебе информацию из закрытого архива.

Мак безразлично пожал плечами, всем видом показывая, что его это совершенно не интересует. Родгаз, недовольно насупившись, все же кивнул.

— Будет тебе информация о проклятых...

Глава 3

Мое обучение у Юриная подошло к моменту, когда мне предстоял один очень важный шаг. Нет, мне не предстоял экзамен на сложный артефакт. И мне не нужно было придумывать свой артефакт или создавать что-то оригинальное.

Мне всего-то надо было создать свой размер линий. Звучит глупо, не так ли? Смысл был в том, что раньше эти линии я создавал специальным артефактом, а Юринай, как заядлый приверженец традиционной школы, отказался обучать дальше, пока я сам не научусь делать линии. Стоит ли говорить о том, что со своей полной силой я это сделать не мог в принципе?

А еще постоянные сбои в создании мгновенных заклинаний. Мало того, что для создания заклинаний, требующих маленькое количество силы, я использовал кандалы, так еще и столкнулся с наводкой от них.

Заклинания так и норовили получиться кривыми или косыми, а то и вообще превратиться в легкий пшик. Это жутко бесило, потому что, несмотря на все мои старания, мне приходилось пользоваться ритуалами и артефактами. И смешно, и глупо, и обидно. Имея далеко не маленькую силу, не иметь возможности с ней нормально работать.

Сначала я не понимал глубины проблемы, затем я начал сталкиваться с трудностями, а когда подошел к использованию тонких поисковых заклинаний, уперся в предел. Я не мог создать «Призрачное ведовство». Отличнейшее заклинание из разряда магии смерти, позволяющее отследить перемещение силы, жизни или крови в радиусе нескольких километров на протяжении нескольких минут в прошлом. Представляете, каково это? Не просто узнать кто и где, но и видеть на десять минут назад в прошлое. Вы представляете, насколько это замечательное и полезное заклинание? А ведь есть аналоги, с уклоном в определенную сторону. Есть «Призрачный взгляд», позволяющий заглядывать на десятки километров. Есть «Шепот Ситха», позволяющий заглянуть в прошлое на несколько часов на пятачке в несколько метров. И весь этот арсенал проходил мимо меня.

Если сказать проще, то тут можно было привести банальный пример: что опаснее? Перекачанное силой, огромное и нестабильное копье тьмы или «Расцвет темной розы»? Накачанное силой копье тьмы было довольно опасно лишь для обывателя. Зная принцип защиты от такой техники, все дело упиралось в мастерство. Такое копье не смог бы отразить разве что слабый маг. И то при условии, что у него не было времени подготовиться к такой атаке.

А вот с «Рассветом темной розы» — все очень сложно. Силы она требовала мало, но вот концентрации и тонкие конструкции в ней были очень сложными и хрупкими. Даже имея должный контроль, воспроизвести подобное заклинание было бы довольно серьезной проблемой. Но если уж вы набили руку в магии тьмы настолько, что можете девять из десяти раз успешно его создать — вас стоит опасаться даже серьезному мастеру стихий. Это заклинание выглядит изначально как тоненькое и небольшое темное копье. При попытке его сбить или на него воздействовать, оно выбрасывает в стороны мелкие темные иглы, причем в довольно большом количестве — около двух сотен штук. Как только кончик этого копья касается защиты, то превращается в цветущую черную розу, лепестки которой проскальзывают сквозь защиту, вплоть до высших порядков, после чего каждый взрывается «Отрыжкой тьмы». Данное заклинание причислено к «безоговорочно смертельным», и если суд разбирал дело, в котором фигурировало данное заклинание, то действие выпустившего подобное заклинание всегда интерпретируются как «попытка убийства». И никакие отговорки тут не помогут.

И вот если перекачанное силой темное копье я могу создать с легкостью, то «Рассвет темной розы» я не могу повторить даже частично. Если я использую силу напрямую — весь рисунок просто расползается от количества силы, а если я пользуюсь кандалами, то наводка от них так корежит рисунок, что он даже не активируется.

Я пробовал визуальные техники, я пробовал вербальные техники, я пробовал техники силы воли, но все оказалось тщетно. Я не способен управлять силой напрямую полноценно. Нет, простые, элементарные заклинания — да, но несложные и многоуровневые. А с ассортиментом, который я собрал в записях... Это было словно инвалидность по слуху, зрению и немного по возможности думать одновременно. Чем больше я узнавал и изучал, тем больше понимал, чего я лишен.

И оставалось мне лишь то, что не требовало вливания силы напрямую — артефакторика и ритуалистика. И я регулярно спотыкался об эту мысль. Она, словно назойливая муха, постоянно выползала из памяти, стоило мне найти хоть какой-нибудь интересный прием или заклинание.

Вы спросите, зачем я так сильно упорствовал над заклинаниями? Тут все просто. Ритуалистика и артефакторика не давали времени. Нужно было сделать заготовку, составить магический конструкт, начертить ритуал, подобрать ингредиенты и провести анализ материала и множества других нюансов. Без них или выйдет халтурный артефакт, или ритуал просто не будет реагировать. И там и там важна точность.

А теперь задумайтесь, что я буду говорить проклятому, который на меня выйдет в следующий раз: «Подождите, я сейчас глаз Перуна нарисую»?

И ведь проклятые не дураки, они не будут стоять и ждать. К тому же практика показала, что меня могут просто разорвать на части, пока я буду доставать артефакт из-за пазухи. И вот в этих безумных условиях я впервые нашел упоминания боевых магов «Магоморфов».

Мне пришлось изрядно прошерстить открытый сектор библиотеки ордена на предмет информации о них. По факту это оказались бойцы-«оборотни». Только вот никаких волков. Только удобная к данной операции форма, не более того. Нужна рыба — метнись в акулу. Нужно высоко на скалу — форма птицы.

Это очень удобно и выгодно, но рано или поздно эти маги сходят с ума и остаются в одной из форм. Однако по сути своей маги Магоморфы не оборотни. Это лишь способ использования магии в другой обложке. Я бы даже отнес их к школе духа, так как магия, которую они используют, не покидает их тела.

С материалами и описанием было так же ужасно. Ритуал полевой формы «Ящер» мне пришлось восстанавливать по крохам, из коротких описаний то ли летописцев, то ли просто повествователей интересных историй. Возможно, это и сыграло свою роль в том, что произошло дальше, ведь нигде не было и намека, как вернуться в нормальное состояние...

***

Мак склонился над получившейся тварью и недовольно вздохнул. Самый маленький разведчик, которого ему удалось сделать, получился размерами с два кулака и был слишком громоздкий.

— Слишком большой, — буркнул парень.

Обойдя вокруг получившегося паука, он отдал команду:

— Вперед!

Паук засеменил к стене, цокая на ходу костяными ножками, и, уперевшись в нее, остановился.

— И слишком шумный!

Устало потерев сонные глаза, Мак оглянулся. Вокруг валялось несколько разобранных на составные части трупов.

— Нужны кости поменьше, — вздохнул Мак и вдруг замер, озаренный идеей. — Может, крысы?

В этот момент в дверях появился Борт. Огромный детина подошел к задумавшемуся Маку и протянул корзинку.

— Еда, — пробасил он. — Родгаз сказал покормить.

Вынырнувший из раздумий, парень непонимающе уставился в корзину, где лежала половина каравая хлеба, кувшин с каким-то напитком и запеченная рыба.

— Точно! — схватился за корзину Мак. — Рыба!

Спустя десять минут чистки трех крупных кусков рыбы начинающий некромант смог набрать достаточно костей, чтобы попробовать сделать небольшого паучка.

Сложив кости с добавлением пары небольших жил в центре рисунка, ученик активировал ритуал. После небольшой вспышки с едва заметным дымком по центру из мешанины костей наконец-то поднялся маленький костяной паучок на рыбьих косточках.

— Вот это малыш, — усмехнулся Мак и присел рядом с получившимся разведчиком. — Ну-ка! Иди сюда!

Мак протянул руку, и паучок, повинуясь желанию создателя, забрался ему на ладонь. Почти бесшумно, легко и непринужденно паучок пробежал по руке, метнулся по плечам и вернулся обратно на ладонь ученика.

— Смешной, — пробормотал Борт, все это время наблюдавший за работой Мака.

— Да, забавный паучок получился, — кивнул Мак. — Теперь надо научиться им управлять.

Мак отпустил паучка на пол и сделал несколько шагов назад, готовясь начать специальную связь с паучком.

— Если все пройдет удачно, то, я думаю, с порошком все получится, — пробубнил Мак и уселся у стены.

Попыток связаться с разведчиком было несколько, и все заканчивались ничем. Мак старался, но никак не мог понять, в чем дело. В итоге через час после очередной попытки его осенило:

— У него же нет глаз! Он моей волей ориентируется,— хлопнул себя по лбу Мак. — Я с ним связываюсь, просто ничего не вижу!

Тут его взгляд упал на наблюдавшего за ним Борта.

— Слушай, а у нас еще есть рыба?

— Не-а, — мотнул головой здоровяк. — Я доел.

— Надо сходить на рынок, — пробубнил Мак, поднимаясь с пола. — Нам нужно несколько рыбёх, в локоть длинной, не больше...

— Не получится, — мотнул головой детина.

— Почему? — нахмурился Мак.

— Рано, — пожал плечами тот. — Рассвет.

— Как рассвет? — хлопнул глазами Мак. — Уже?

***

Родгаз усмехнулся, глядя на костяное создание. Выглядело оно довольно несуразно. Продолговатое тело с четырьмя парами ног и парой лапок для удержания груза на спине выглядело довольно странно. Даже несмотря на то, что лапки получились довольно тонкими. А вот глаза...

Больше всего они походили на глаза какого-нибудь краба. Из-за того что тело было маленьким, а смотреть надо было в разные стороны, Мак установил их на небольшие усики. Затем их пришлось сдвинуть немного в середину, чтобы улучшить обзор, затем вернуть обратно, чтобы переноска груза не мешала, затем удлинить усики и еще не один десяток мелких правок, которые обошлись в две корзины рыбы.

— Первый раз вижу такую нелепицу, — улыбаясь, дал оценку Родгаз. — И как ты с этим справляешься?

— Довольно неплохо. Даже по стене можно взобраться, — пожал плечами Мак. — В любом случае, этот лучше, чем костяной. Тише, меньше, эффективнее.

Калека кивнул головой и спросил:

— Уже пробовал сам им управлять?

— Да. Ритуал «Чужая воля». Но тут надо еще немного попрактиковаться, но я уже могу сносно в нем передвигаться, — признался Мак.

— Практикуйся, — кивнул Родгаз. — У тебя время до заката. Сегодня ночью многое будет зависеть от тебя.

***

Сиреневая улица получила название из-за одноименных кустов. Вроде и закона такого не было, не было и традиции, но каждый домовладелец считал себя обязанным посадить перед фасадом куст сирени, а то и не один. И именно сейчас, наплевав на жару и надвигающийся сезон штормов, они решили зацвести.

Именно этим и славилась эта улица. Настоящим дурманом ароматов от сотен кустов, цветами, украшающими эти деревья, а потом улицу, мостовую которой будут выстилать тысячи лепестков, опадающих с деревьев. Потрясающее зрелище!

Однако сегодня, несмотря на это, было не очень многолюдно. Две влюбленные парочки, широкоплечий мужчина и тройка щебечущих девиц на лавочке. Вот и все, кого можно было встретить на Сиреневой улице.

Парень с корзинами не сильно и торопился. Вроде бы и незачем торопиться. И красота неописуемая, и девушки на лавочке призывно стреляют глазками и о чем-то щебечут. Вот только слишком у парня широкие предплечья и на руках мозоли от меча. Кто видел, тот их узнает сразу.

А девушки на лавочке вроде и симпатичные, молодые, да только у одной заколка в волосах с белоснежной розой, у второй перстень, явно не простой. А третья все сережку теребит, словно волнуется. Надо ли говорить, что серьга в форме розы?

Между тем, не отрывая людей от столь важной и нужной конспирации, вдоль аккуратных заборов из камня и металлических кованых решеток короткими перебежками пробирался мелкий, с ладонь, паучок, неся на спине небольшой сверток белой ткани.

Совершенно беззвучно он проскользнул сквозь кованую решетку и направился к дому. Мгновение, другое – и паучок уже у небольшого продуха в подвал.

Аккуратные тоненькие лапки развязали сверток и оставили щепотку порошка на подоконнике. Затем, удерживая лапками сверток, паучок пополз вверх по стене, к окну первого этажа. Оно оказалось закрыто, но паучка это не остановило.

Создание из мягких упругих костей обследовало окно по кругу и, найдя небольшой крючочек внутри, удерживающий окно закрытым, просунуло в щель лапу. Небольшое усилие – и крючок покидает своё место, позволяя открыть окно.

Маленький костяной паучок открыл окно ровно настолько, чтобы пролезть внутрь. Внутрь он пробирается лишь для того, чтобы оставить пару щепоток порошка, а затем отправляется к следующему.

Спустя двадцать минут подобная процедура позволила оставить внутри дома, возле каждого окна, по порции порошка. Завершающим действием паучок проник на крышу и высыпал остатки особого, сильнодействующего, снотворного порошка в дымоход.

Мак открыл глаза в четырех домах от места работы паучка.

— Порошок на месте. Вроде бы не заметили, — отчитался он.

Родгаз кивнул и повернулся к клирику.

— Всем владеющим потоком воздуха — ударить по окнам и форточкам!

Спустя несколько секунд из соседних домов, с улицы и даже из-за соседнего забора одновременно ударили потоки воздуха. Некоторые были способны только распахнуть открытые паучком окна, другие выносили рамы с корнем, отправляя их внутрь.

В следующий миг, словно из-под земли, возникло несколько воинов в закрытых латных доспехах, от которых исходил слабый голубой свет. Они с ходу вынесли дверь и отправились внутрь, а за ними поспешили маги света, не забывая прикрывать всех от действия сонного порошка магией.

Это был последний шум, ибо внутри сражаться оказалось не с кем. Порошок сделал свое дело, и все живое, включая мышей и крыс, с перепугу выскочивших из подвала, оказалось в глубоком алхимическом сне.

Тут с конца улицы выехала телега, которая остановилась у тридцать шестого дома. Уже через несколько минут в нее грузили связанные тела, заковывая их в магические ошейники.

Быстро, четко и организованно. Именно так можно было охарактеризовать работу ордена «Белоснежной розы». Через полчаса о штурме свидетельствовало только несколько вырванных с рамой окон.

***

— Я ожидал как минимум остаточного сопротивления, — пробормотал Мак, поглядывая на показавшееся над крышами солнце. Парень шел возле телеги.

Пара телег с закрытым тентом, в окружении нескольких паладинов и десятка магов, двигалась в сторону резиденции ордена. Впереди, в качестве авангарда, ехали конные воины. Позади спешно шли еще шестеро паладинов.

— Похоже, мы просто взяли ритуальное капище, где орден проводит свои ритуалы, не более того, — дернув щекой, ответил горбун. Он тоже сопровождал телегу, но в отличие от ученика не просто сопровождал, а кого-то или что-то высматривал в окрестностях.

— Тогда у нас в телегах простые исполнители? — сморщился ученик.

— Похоже, что да. Однако нам еще может улыбнуться удача, — калека остановился и громко крикнул: — К бою!

В эту же секунду из ножен вылетели клинки паладинов, воздух задрожал от концентрации силы, но ничего не происходило. Все чего-то ждали. Секунда, вторая – и растерявшийся от крика Мак обернулся к горбуну.

— Что ты задумал? Все ведь уже...

В следующую секунду с крыши здания справа прилетела стрела. Игнорируя магические щиты, баллистику и здравый смысл, она с безумной скоростью обогнула телегу и угодила в шею одному из магов света. Для остальных это выглядело как возникшая из шеи мага стрела.

— Проклятые кости! — сжав зубы, процедил горбун и кинулся под телегу, не забыв утащить с собой темного ученика. — Кости дракона! Они стреляют артефактами из драконьей кости! От них нельзя увернуться или спрятаться. Прячьтесь! Если стрелок увидет, то стрела в любом случае тебя настигнет!

А вокруг телег уже вовсю кипел бой. По всей видимости, артефактов оказалось не так много, и после трех выстрелов остаткам ордена пришлось вступить в рукопашный бой. Пока вокруг гремела сталь и разносился треск заклинаний, калека вертелся ужом и что-то внимательно высматривал в окрестностях. Мак же, никогда не участвовавший в таких боях, откровенно впал в ступор, но взгляд мага, первым поймавшего зачарованную стрелу, быстро вернул его в реальность.

Мужчина с лысой головой и шрамом на левой брови держался за стрелу в шее, лежа на спине. Сжав челюсти так, что вздулись скулы, он изо всех сил пытался вытащить стрелу, которая оказалась без оперения. А из раны, в которой торчало древко, толчками вытекала ярко-алая кровь. В какой-то момент клирик кинул взгляд под телегу и Мак умудрился его поймать.

Полный нечеловеческой злости и отчаяния взгляд, словно каленое железо, обжег сознание ученика. Тот быстро огляделся, оценивая обстановку и, не найдя прямой угрозы, бросился к магу света. Подхватив его под мышки, затащил под телегу и принялся осматривать.

Стрела прошла не по центру, а чуть левее. Острый наконечник вышел насквозь. Мак, мельком оглядев рану, принял единственно возможное решение. Он надавил на тупой конец стрелы и просунул ее еще глубже. Когда кончик стрелы сзади оказался достаточно большим, он ухватился за него и полностью вытащил стрелу.

Из раны тут же фонтаном ударила кровь, забрызгав и парня, и днище телеги.

— Слышишь меня? — спросил темный ученик, заглядывая в глаза кивающему головой магу. — Исцеление! Слышишь? Исцели рану на шее!

Мак прижимал пальцами артерию в шее и пытался достучаться до мага, но тому пришлось повторить раз пять, прежде чем он понял, что от него хотят. Исцеление он смог создать только одно. Его хватило, чтобы остановить кровотечение, но на этом маг сдулся. То ли силы его покинули, то ли он просто потерял много крови и потерял сознание.

— Чем ты занят?!! — зашипел рядом Родгаз. — Ты совсем ополоумел?!!

— Я делаю то, что лучше всего умею, — отмахнулся Мак и обвел взглядом улицу, на которой паладины с поддержкой клириков теснили отряд из воинов, одетых в какие-то грязные тряпки.

— Брось его! Брось, я сказал! Иди сюда! — махнул рукой калека и, прячась за колесом, указал на небольшую башенку у одного из домов. — Видишь тень от башни?

— Где? Нет, ничего не вижу!

— Тень от столбиков видишь, вон там, на мостовой? Те, на которые навес поставили!

— Вижу!

— Сколько теней?

— Пять.

— А ножек?

Мак перевел взгляд с башенки на учителя.

— Его не видно...

— Достань его! — сквозь зубы произнес калека. — Достань его живым или мертвым!

Мак взглянул на Родгаза удивленным взглядом. Тот сжимал челюсти и всматривался в едва различимый контур существа.

— И как я его, по-твоему, достану? — возмутился Мак.

— Кто тут темный? Я или ты? — повернулся горбун к парню. Красные от злости глаза просто сверкали ненавистью — Делай что хочешь, но достань эту тварь!

Мак дернул щекой и еще раз взглянул на то место, где виднелась лишняя тень. Быстро прошептав ключ-активатор, он напитал силой руну на больших пальцах и прислонил их к глазам.

Когда ученик их открыл, то вместо глазных яблок миру предстала тьма, которая позволила ему увидеть хозяина тени. На небольшой площадке стояло существо с человеческим телом и головой барана. Поворачивая голову немного в сторону, чтобы лучше видеть, оно периодически открывало рот и что-то произносило.

— Голова барана, — произнес Мак. — У этой твари голова барана.

— Это он, — скрипнул зубами горбун. — Что хочешь делай, но достань его!

Мак закусил губу и принялся быстро снимать кандалы, которые сдерживали его силу.

— Если меня попытаются судить за разрушения, — бормотал темный ученик, скидывая железки на землю, —я сошлюсь на прямой приказ от тебя!

— Ха! — калека повернулся к парню с безумной улыбкой. — Нашел чем напугать!

Мак выхватил короткий ритуальный кинжал и резанул себя по ладони. Под взглядом Родгаза он кровью нарисовал руны на руках и вздернул штаны, чтобы повторить рисунок на ногах.

— Что ты... Откуда ты узнал о метаморфе? — сморщился калека.

— Так, наткнулся на один прием, но еще не пробовал, — облизнув губы, произнес парень. — В открытых архивах увидел...

Мак лег на живот и процедил сквозь зубы ключ-активатор:

— Синиацид...

Сразу после этого тело Мака начало быстро увеличиваться. Несколько секунд – и парень уже с трудом помещался под телегой, одежда трещала по швам и начинала расползаться, а кожа на нем сначала покрылась волдырями, а спустя мгновение, налившись тьмой, превратилась в чешую. Через секунд десять под телегой, лежа на животе, на Родгаза смотрел вертикальным зрачком огромный ящер.

— Мак? — просипел Родгаз и осторожно отполз назад.

Ящер не ответил, он рванул из-под телеги с безумной скоростью через улицу. Пролетев смазанной тенью мимо паладина, на которого наседала парочка адептов с клинками, он одной лапой отправил обоих в полет сломанными куклами.

Несколько секунд – и черный ящер у дома с небольшой башенкой. Прыжок – темный метаморф, словно обезумевшая отрыжка бездны, рванул к противнику. Вонзая когти в каменную кладку, словно в древесину, ломая кровлю, Мак оказался у противника за спиной.

А тот словно и не заметил его, продолжал наблюдать за боем у телег.

— Вот уж кого не ожидал увидеть среди этих идиотов, так это метаморфа! — произнесло существо и начало поворачивать голову.

Выглядело это довольно неестественно. Тело стояло прямо, сложив руки на груди в замок, а голова развернулась ровно на сто восемьдесят градусов.

— Бе-е-е-е-е... Видимо в ордене «Белоснежной розы» многое поменялось, — проблеяло существо.

Мак, не отвлекаясь на разговоры, сделал резкий подскок и ухватил одной рукой существо за рога, а когтями второй руки полоснул по шее и отделил голову от туловища.

В небо ударила струя крови, которая вернулась на землю алым дождем. Кровь заставила зрачок темного ящера сузиться. Рот наполнился тьмой, и Мак, подчиняясь темному наитию формы метаморфа, вцепился зубами в упавшее на колени тело. Сглатывая кровь, смешанную со слюной, он довольно мычал и покусывал плоть, словно хотел сцедить еще немного крови. В себя его привел голос бараньей головы, которую он так и не отпустил.

— Вкусно, правда? — произнесла голова. — Бе-е-е-е... Да ты не стесняйся! Ты же темный, я все понимаю!

Мак отпустил тело и, открыв пасть, сплюнул остатки крови на пол. Короткий пинок – и тело отправилось в полет на мостовую. Темный метаморф перевел взгляд на оторванную голову.

— Да, этот сосуд давно пора поменять, — вздыхает баранья голова таким тоном, словно это обыденность. — Вариант был не из лучших. Ты не думай, я тебя ни в чем не виню.

Мак оглядел улицу. Оказывается, как только он отделил голову от тела, бой закончился. Все нападавшие попадали на землю и принялись биться в конвульсиях, словно их поразила неизвестная болезнь. Если маги растерялись, не понимая, что происходит, то паладины воспользовались временной слабостью вполную. Латники носились между упавшими и короткими ударами меча в грудь отправляли их на тот свет, не забыв связать парочку пленных.

— Нет, действительно, — ты меня удивил. Я слышал и чувствовал тебя в этом городе. Я ожидал темного заклинания, проклятья, да чего угодно! Но темный метаморф? — продолжала болтать голова.

Мак за пару секунд спустился с крыши здания на мостовую и оглянулся. Под ногами лежало обезглавленное тело, в стороне истекал кровью паладин с пробитой мечом грудью. Он застыл в положении сидя, упершись лбом в крестовину сломанного меча. Вокруг него было три разрубленных трупа. От телег слышался стон, рядом продолжало биться в конвульсиях тело. Запах крови.

— Ба! Кого я вижу! — усмехнулась голова, заметив приближающегося к Маку Родгаза. — Старые знакомые! Прости меня! Я так с тобой и не закончил! Все надеялся, что ты издох, но, как посмотрю, ты жив и вполне себе здравствуешь?

Под взглядами окружающих Мак поднял голову на уровень глаз и тихо прошипел:

— Тебе привет от Амора.

— Что? — тут же вылупилось существо. — Что ты сейчас сказал?

Мак не стал повторять, просто отпустил голову, и та упала ему под ноги.

— Тебя послал он? — истошно заверещала голова. — Отвечай, тварь! Этот ублюдок послал тебя?

Вместо ответа темный ящер поднял ногу и одним ударом раздавил череп. Под тяжелой ногой в чешуе, мозги разлетелись во все стороны.

— Что он говорил? — спросил подошедший следователь.

— Не знаю, — пожал плечами огромный монстр. — Помоги мне вернуться...

Мак вытер рукой пасть, с которой капали остатки крови и слюны. Взгляд невольно косился на кровь и мертвые тела.

— Как тебя вернуть? — спросил Родгаз, с сомнением оглядывая здоровенного ящера.

— Кандалы, — произнесла ящерица. — Кандалы и ошейник...

***

Очнулся Мак в камере. Взгляд сразу отметил то же самое маленькое окошко и стену, на которой были сделаны засечки.

Парень присел и взглянул на свои руки. Вполне себе человеческие, с уже привычными кандалами. Ощупав шею, парень обнаружил еще и ошейник.

Поднявшись, подошел к двери и постучал в нее кулаком.

— Есть кто?.. Охрана!.. Выпустите меня!

— Не велено! — произнес голос с той стороны. — Слышишь?! Эй! Сид! Он проснулся... Чё? Да ничё! Дуй к старшему!

— Воды хотя бы дайте... — просипел ученик.

— Не велено! — повторил голос.

Мак устало вздохнул и, прислонившись спиной к прохладной стене, сполз на пол, прямо у дверей. Несколько минут просто приходя в себя от головокружения, Мак пялился на лучик света, который проникал с улицы.

— Еще светло, — пробормотал он.

Из-за двери послышались быстрые шаги сразу нескольких людей. Спустя минуту окошко для передачи еды и воды открылось.

— Мак, ты меня слышишь?— раздался голос Родгаза.

— Да, — закряхтел парень, поднимаясь на ноги. — Я в порядке, выпустите меня.

— Как меня зовут?

— Родгаз,— выдохнул Мак. — Выпускайте уже.

— Как зовут твоего учителя?

— Юринай... Что за дела? Эй! Выпустите меня!

— Отойди от двери! Нам нужно удостовериться, что ты вернулся...

Мак отошел от двери на середину камеры. Только после этого дверь отворилась, и в дверь вошел Родгаз и еще один странный мужчина.

Азиатская внешность совмещалась с фиолетовой сетью сосудов на коже, что придавало ему довольно своеобразный вид; учитывая, что и одет он был в традиционную одежду империи Сатир, это наводило на странные мысли.

— Посмотри мне в глаза, — произнес он, держа руки на уровне груди. — Что ты видишь в них?

— Гетерохромию, — не задумываясь произнес Мак, глядя на азиата.

— Я не знаю такого слова, — улыбнулся незнакомец.

— Я так называю разные глаза. У тебя правый желтый, а левый фиолетовый, — поправился парень.

— Отлично, — улыбнулся незнакомец. — Думаю, мы можем теперь поговорить в более приятной обстановке, — развернувшись к Родгазу, кивнул и добавил: — Он вернулся!

***

— Боюсь следующее применение метаморфы будет последним, — спокойным тоном произнес азиат.

Он пригубил настой трав из пиалы и поставил его на стол. Оглядев магическую копию Мака с ног до головы, печально вздохнул.

— Господин Амура, — Родгаз принюхался к пиале, в которую ему налили из того же чайника, и недовольно сморщился. — Меня в первую очередь интересует его сила и последствия.

— С этим проблем не будет, — кивнул собеседник. — Но за метаморфозы — откровенно жаль. Отличный бы вышел специалист.

— Некоторые прекрасно обходятся и без метаморфы, — сморщился следователь. — И ничего! Живут!

— Уважаемый Родгаз, — добродушно улыбнулся Азиат. — Дело не совсем в метаморфе, а в том, что единственный на всю империю темный рискует жизнью по вашей указке! Вы хоть понимаете объем проблем, которые вы призвали на свою голову?

— Со своими проблемами я разберусь сам! — огрызнулся следователь.

— Да что вы говорите? — изумился Амура. — Я обязательно сообщу о ваших словах на заседании коллегии магов...

— Вы сейчас мне угрожаете? — бедного калеку аж перекосило.

— Я взываю к вашему разуму! — азиат взял пиалу и снова начал потихонечку прикладываться к напитку. — Целый филиал этих сектантов накрыть — да. Уничтожить аватар безумного Кобада — да! Но подставлять нашу последнюю соломинку... О чем вы вообще думали?

— Прекратите делать для него инкубатор! Его надо закалять в реальных боях, а не устраивать ясли...

— Не ясли, а спланированную подготовку! — начал заводиться Амура и повышать тон. — Ты совсем рехнулся, калека?!! Откуда, я тебя спрашиваю, полевой вариант метаморфы в открытой библиотеке?

— Его там не было!

— Но он-то его взял оттуда?

— Я не знаю! — всплеснул руками Родгаз. — Я перерыл все! Все, что он брал, все, что есть! Но не было там полевого применения метаморфозов!

— Ладно, будем разбираться, — вздохнул Амура и потер переносицу. — Больше никаких боевых операций! Никаких метаморф! И кстати!

Азиат залез в складки одежды и выудил бумагу.

— Вот здесь то, что должно появиться в открытом архиве, — протянул он первую бумагу калеке, а за ней сразу вторую. — Вот тут то, что он должен освоить из навыков.

— Маготроника Уриная? — вылупился Родгаз. — И это я, по-вашему, палку перегибаю?

— Это урезанный вариант, — отмахнулся Амура. — Да и не требуется от него ее изучать. Нам нужно только понять, сможет он ее хоть как-то применять или нет.

— А если он полгорода с этой маготроникой разнесет?

— Я с ним поговорю об этом. Кстати, выделите ему допуск на полигон ордена. Ему это будет полезно. Не в пыточном же зале ему отрабатывать?

— Раньше отрабатывал, — сморщился калека. — Но вы правы. Это не дело – имущество ордена портить.

— Ну вот, значит, самое время. И по поводу шагов Уриная...

— Тут я не компетентен, — поднял руки калека. — Ничем помочь не могу...

— Мы прекрасно это знаем, — вздохнул азиат. — Последующие шаги будут проводиться в университете. Пока он будет обходиться блокирующими браслетами. Так решила коллегия магов, и я ее полностью поддерживаю.

Родгаз снова принюхался к пиале и все же решил сделать глоток.

— Хм. А пахнет, как дохлые крысы, — произнес горбун, сделав еще один глоток. — Ничего так. Вполне неплохая вещь.

Амура хмыкнул и тоже пригубил чаю.

— Что с его учителем? — спросил азиат.

— А что с ним? Занимается своими делами, артефакты лепит потихоньку. Еще и друидку понемногу учит, — пожал плечами калека. — А что?

— Вам не кажется странным, что о его состоянии волнуетесь вы, а не его учитель, с которым у него договор? — вскинул брови собеседник.

— Его учитель — «Старый Мастер», тот самый Юринай Аболосский! — пожал плечами следователь.

— Тем более, — пожал плечами Амура. — Я про него наслышан...

— Он артефактор! — начал закипать Родгаз. — Слышите? Артефактор и ритуалист!

— Не вижу в этом повода не волноваться за своего ученика, — пожал плечами азиат. — Что у него в голове творится, интересно?

— Господи, ну вы хоть на минутку задумайтесь, кто специализируется на ритуалистике и артефакторике?

— Я понимаю, что у него мало сил, но это не оправдание, чтобы...

— Мне пришлось проверить его, — сморщился Родгаз. — У него не мало, у него почти не осталось сил. Он стареет, и его дар гаснет.

— Вот как? — поджал губы Амура. — Жаль. Такая легенда...

— Да. Кстати, видели галеру на пристани? Ту, которая на зеленый остров похожа?

— Да, — кивнул собеседник. — Я долго на это цветущее чудо пялился. Пытался понять, что это такое.

— Еще до того как появилась друидка и корабль превратился в полисадник, я видел его шкаф, — калека улыбнулся, словно увидел чудо света. — Тот самый шкаф, который он носит за спиной.

Азиат улыбнулся, глядя на калеку.

— Я тоже много о нем слышал. Жаль, что старик гаснет. — Амура заглянул в пиалу и спросил: — Ты рассказывал ему, что происходит со стариком?

— Нет, — мотнул головой Родгаз. — Я не вмешивался.

— Надо, чтобы он успел дать максимально возможные знания, — Амура недовольно сморщился и добавил: — Даже если это ритуалистика и артефакторика.

В этот момент в кабинет вошел Мак. Отмытый, одетый в чистую одежду, он выглядел уже не так ужасно, как в камере.

— О! А вот и виновник переполоха, — вскочил со стула Родгаз. — Познакомься! Заведующий научной работой университета магии империи Антолия — Амура «Легкий шаг».

Амура изобразил легкий кивок.

— А это собственно наш младший помощник, Мак. Ученик Юриная Аболосского, — представил подопечного калека. — Уважаемый Амура хотел с тобой кое о чем поговорить.

Мак внимательно уставился на первого в этом мире увиденного азиата.

— Присаживайтесь, молодой человек. В ногах правды нет, — кивнул Амура на свободный стул. — Чаю?

Амура подхватил чайник силой и тот проплыл в руки Маку вместе с пиалой. Прямо перед его носом чайник в воздухе наклонился и в пиалу потек горячий зеленый отвар.

— Спасибо, — кивнул парень, когда чаша оказалась у его лица и он ухватил ее ладонями.

— Отличный сбор трав, с добавлением зеленого чая, — пояснил хмурящемуся Маку Амура. — И хотел бы вам сказать, что вы меня очень удивили. Метаморфа — это довольно серьезная магия. И очень опасная.

— Должна была быть какая-то подготовка, — кивнул Мак. — Жаль я не нашел про это упоминаний. Это я сейчас понимаю, что без этого никак...

— Вы очень меня радуете своей догадливостью, но не могли бы вы рассказать, откуда вы взяли руны для полевого ритуала Метаморфы? — с улыбкой поинтересовался гость.

— Я немного занимаюсь аналитикой, — неуверенно произнес Мак. — Пытаюсь анализировать сходства в ритуалах элементов и вычленять их предназначение. Иногда это приносит свои плоды и...

Тут темный ученик заметил, как переглядываются азиат и калека.

— Я узнавал! Это не запрещено! И я только...

— Не волнуйтесь так, — успокоил его Амура. — В этом нет ничего постыдного. Просто уже существуют труды, детально разбирающие ритуалы и магические приемы.

— Я о них ничего не слышал, — нахмурился Мак. — Мой учитель тоже...

— Возможно, что ваш учитель действительно не работал с подобными трудами, — кивнул Азиат. — Но, может быть, вы слышали такое название, как «Маготроника Уриная»?

— Впервые слышу, — нахмурился парень.

— Я думаю, наш общий знакомый, — кивнул азиат на внимательно слушающего следователя, — обеспечит вас одним экземпляром для ознакомления. Так?

— Конечно, — кивнул горбун.

— Я так понимаю, вы просто нашли стороннее описание ритуала и просто его воспроизвели по описанию? — дождавшись кивка Мака, Амура вздохнул и с грустью произнес: — К сожалению, вам придется забыть о метаморфе. Боюсь, навсегда. Не смотрите на меня так. Все дело в том, что вы вкусили плоть, будучи в другом обличье. Вы помните, какие чувства тогда ощущали?

Мак спрятал взгляд в пиале с чаем и тихо произнес:

— Наслаждение.

— Да. И именно это чувство может стать причиной вашего безвозвратного превращения. Ваша метаморфа уже вкусила кровь, она почувствовала наслаждение и больше вас не отпустит. Она будет жрать, — Амура поставил на стол пиалу и продолжил рассказ: — Обучение метаморфе очень длительное. Сначала ее призывают на короткий промежуток времени в закрытом помещении. Без звука, света или запахов. Потом постепенно добавляют ощущения, потом учат двигаться... Но даже мастера метаморфы никогда, слышите? Никогда! Не позволяют метаморфе пробовать свежую кровь. Что бы ни случилось. Иначе обратного пути не будет...

— Я понимаю, — кивнул ученик. — Сам виноват.

Амура озадаченно взглянул на Родгаза, а потом снова на Мака.

— Он просто не понимает, от чего отказался, — жмет плечами калека. — Счастье в неведении.

— Я думаю, теперь оно будет недолгим, — кивает азиат. — У меня к вам будет еще одно дело.

— А у меня несколько вопросов, — отпив чая из пиалы, произносит Мак. — Но давайте сначала закончим с делами.

Амура довольно улыбнулся и начал рассказ:

— Еще когда я был совсем юнцом, слышал истории о «Старом Мастере». Говорят, он умел делать по-настоящему необычные и нестандартные артефакты. Нет, это были не продукты больной фантазии какого-то старичка, а совершенно иной подход к решению обыденной проблемы. Взять тот же артефакт для розжига табака в трубке. Раньше их просто заправляли силой магии огня, — азиат сложил руки на груди и слегка улыбнулся, продолжая погружаться в воспоминания. — Но «Старый Мастер» подошел к проблеме по-другому. Он сделал артефакт, который накапливал силу, которую выделяет каждый живой человек благодаря тому, что мы с вами теплые. Его артефакт эту силу накапливал и при активации мгновенно выпускал, нагревая табак в трубке до такого состояния, что он загорался.

— К чему это? — нахмурился Мак.

— К тому, что ваш учитель является своего рода легендарной личностью, основателем методики «Граней решения задач». Ваш учитель написал не один труд, благодаря которым современная артефакторика довольно сильно преобразилась, — Амура достал из складок одежды белоснежную трубку и мешочек с табаком, который принялся утрамбовать в трубку. — И у вас есть уникальный шанс стать обладателем бесценных знаний, которыми вы можете...

— Я темный маг, — напомнил Мак. — Артефактор — это последняя профессия, к которой я стремлюсь в данный момент.

— Никто не мешает вам совмещать одно с другим. Никто не может запретить темному магу изучать магию света и целительство. Успехи, скорее всего, будут скромные, но запрета никто и никогда не ставил. Разве что с магией бездны.

— К чему вы ведете? — не выдержал Мак витиеватых речей незнакомца.

Амура глубоко вздохнул и взглянул на Родгаза. Тот развел руками, словно от чего-то открещивался. В итоге азиат все же ответил:

— Скажите, вы знаете, как умирают маги? — неожиданно спросил он. — Нет, не в бою, а собственной смертью. Как это происходит?

— Разве не как у обычных людей? — хмурясь, спросил Мак, уставившись на собеседника.

— Не совсем. Тут есть несколько вариантов. — Амура достал артефакт и в несколько затяжек раскурил трубку. — Если маг был средней силы, то обычно, когда приходит его время, такой маг растворяется в собственной стихии. Если стихий много, то бывают варианты. Я слышал, были свидетели, как умер Растлер «Огненные воды». Потрясающий мастер в области магии огня и воды. Рассказывают, что он просто зашипел, как еда на раскаленной сковороде, и за пару секунд превратился в облако пара. Но есть масса и других вариантов.

Гость крепко затянулся и выдохнул большие струи дыма через нос.

— Что касается вашего учителя, то такие, как он,.. почти всегда заканчивают одинаково. Угасание дара, быстрое старение, неделя сна и как итог — пара ведер песка на постели.

— Вы хотите сказать, что мой учитель...

— Да. По всем нашим выкладкам — да. У него начал гаснуть дар, — вмешался Родгаз. — Он уменьшился почти вдвое, по сравнению с последним посещением столицы.

— И сколько ему еще? — спросил Мак.

— От полугода до пяти лет. Дар может гаснуть по-разному, — Амура снова затянулся, но в этот раз выпустил дым через рот большим облаком. — Но это неотвратимо. Даже легенды иногда умирают.

В кабинете повисла звенящая тишина. Мак пытался переварить сказанное. Амура тоже задумался о будущем, потягивая трубку, а Родгаз просто не хотел вмешиваться.

— У вашего учителя есть потрясающая способность, — прервал тишину Амура. — Способность мыслить по-другому. Я бы настоятельно рекомендовал учиться у него всему, чему он еще может научить. Вам это пригодится, поверьте мне.

Амура встал со стула и подошел к окну, куда задумчиво уставился.

— Мне нужен допуск в библиотеку, — облизнул губы Мак. — В закрытый архив.

— Только под моим надзором, — вставил слово калека.—и с обещанием, что все техники вы будете перепроверять на полигоне и заранее предупредив... следователя, — добавил азиат.

— Я согласен, — кивнул Мак.

— Еще что-то? — поинтересовался гость, не отводя взгляда от пейзажа за окном.

Темный ученик перевел взгляд с Амура на Родгаза и спросил:

— Кто такие проклятые?

***

— Дуб — материал конечно хороший, — пробормотал Юринай, глядя на заготовку, которую приготовила Левитания. — Однако я бы посоветовал ясень. Он больше склонен к магии жизни...

— Я нашла только дубовую доску, — недовольно буркнула девушка.

— Ну, дуб тоже сойдет. Теперь следует начать расчеты рисунка и управляющих элементов. Только прежде чем приступить, нам надо сразу решить ключевой вопрос, — старичок поднял взгляд на девушку и спросил: — Что ваш артефакт будет делать?

— Я бы хотела, чтобы он бил по голове одного темного ученика каждый раз, когда тот пропадает на несколько дней, но это мне пока не по плечу, — со вздохом призналась девушка. — Поэтому давайте остановимся на простом освещении.

— Освещении? — вскинул брови Юринай. — Я думал, вам преподавали основы артефакторики и...

— Мы начнем с освещения! — надавила друидка.

Старичок улыбнулся и достал писчую палочку.

— Что же. Освещение, так освещение, — мастер нарисовал пятиконечную звезду правильной формы. — Для начала нам нужно найти поверхность, на которой мы можем нарисовать точно такую же звезду максимального размера. Это необязательный шаг, но поверьте мне — избежите массу ошибок и неточностей...

В этот момент в дверь вошел незнакомец. Высокий широкоплечий мужчина был одет в черную хламиду с глубоким капюшоном. Из-под длинных рукавов торчали кончики цепи из металла с зеленоватым отливом.

— Чем обязан? — поднялся из-за рабочего стола Юринай.

— Я поспать, — произнес незнакомец и стянул капюшон.

Под капюшоном оказался Мак с красными глазами и темными кругами под глазами.

— Чем ты занимался? — сморщился Юринай. — И когда ты последний раз спал?

— Позавчера, — буркнул Мак и направился в комнату.

— А зачем ты напялил кандалы с цепями?

— Это костыли, — неохотно промямлил ученик и ушел в комнату.

Не раздеваясь, не расстилая кровать, даже не закрыв дверь, он просто упал лицом в подушку и мгновенно отключился.

Юринай подошел к комнате и аккуратно прикрыл дверь. Обнаружив рядом с собой друидку, он вскинул брови и поинтересовался.

— А алхимии вас учили?

— Да, но... как бы... — спрятала глаза девушка.

— Понятно. Давай начнем с азов. Сейчас мы попробуем сделать что-нибудь тонизирующее, — старичок подошел к шкафу с кучей различных баночек и мелких бутылочек. — Так, нам понадобится...

***

Мак стоял в полной темноте. Абсолютная тьма обволакивала все вокруг, кроме массивного делового стола, покрытого зеленым сукном. На столе стояло несколько чернильниц, стопка бумаг и кожаных папок и артефакт светильник. За столом, перебирая свитки, сидел Амор.

— Ты еще собираешься встречаться с семьей или тебе достаточно тех длинноухих? — спросил козлоголовый демон, не отрываясь от своего занятия.

Мак молча вздохнул и оглянулся. Прямо за спиной оказалось мягкое и удобное кресло, куда он и уселся.

— В любом случае, сейчас твое задание будет совпадать с моим обещанием, — демон развернул один из свиток и внимательно в него вчитался. Затем он взял перо и на старинный манер макнул его в чернильницу, не забыв стряхнуть каплю. — Его имя, настоящее имя, Ильест. Среди проклятых он известен как «Внучатый смерти». Профессионал в области магии смерти. На наше счастье, проклятье императорского рода выжгло ему дар. Он до последнего отказывался уходить во тьму. Итог — он совершенно потерял способность манипулировать смертью, своей родной стихией.

Демон умолк и продолжил черкаться в свитке, а парень не торопился начинать разговор. Он просто наблюдал за демоном.

— От тебя требуется простая вещь — убить его. В последнее время он стал слишком активным. Он увлекся метаморфами из диких животных. В дальнейшем это может стать проблемой...

— Девятый, «Непризнанный бог», — бесцеремонно прервал его монолог Мак. — Это ведь про тебя говорят, так?

— Мы с тобой об этом уже говорили, — раздраженно произнес демон, убирая перо на место. — Я не справочное бюро и бесплатных ответов ты от меня не услышишь. Только если мне это будет необходимо. И в данный момент я не вижу нужды отвечать на твой вопрос.

Мак сжал челюсти так, что скрипнули зубы.

— Убей этого свихнувшегося урода, а потом реши, что для тебя важнее: увидеться с семьей или получить ответы, — козлоголовый повернул голову, чтобы было лучше видно ученика, и добавил: — Тогда и поговорим.

— Где мне искать этого «Внука»? — спокойным тоном произнес темный ученик.

— Этот идиот стряпает измененных тьмой волков недалеко от деревни «Серебряный ручей». Там проходит довольно оживленный торговый тракт. Свяжись с торгашами. Они неплохо заплатят за работу. Ты все понял?

— Как я его должен убить? — спросил Мак.

— Насмерть, — усмехнулся козлоголовый демон и словно с издевкой добавил: — Бе-е-е-е-ездарь!

После этого перед Маком в воздухе начал проявляться незнакомый рисунок плетения.

— Без этого — ты его не убьешь, — заявил Амор. — Силы у тебя не меньше, чем он может взять из источника. Только вот ему несколько сотен лет и уж он-то с тьмой поопытнее тебя будет! Не будь бестолочью! Запомни это плетение как следует!

— Что это такое? — рассматривая плетение, спросил ученик.

— Это «Черная молния». Гордись! Это заклинание ушло в прошлое. Кроме одного мага, его никто не знал. Ненадолго соединяет искры дара магии заклинателя и цели. В результате происходит разряд, та самая черная молния. И Заклинатель с целью теряют всю способность к магии. Действует на расстоянии пяти шагов. Эффект длится от пары часов до нескольких суток. Все зависит от силы мага, — демон усмехнулся. — Только запомни, что это заклинание каждый раз понемногу убивает твой дар. Всего на кроху, но каждое применение истощает твою искру. Безвозвратно!

— Я запомню, — кивнул Мак.

***

Мак со стоном присел на кровати. Сморщившись от головной боли и жуткой тяжести в руках и ногах, он огляделся. Он так же спал у себя в комнате, в той же одежде, которую взял в пыточных. Мак взглянул на руки. На руках так же висели наручники с короткими кусками цепей.

— Впору бренчать цепями, как призраки из сказок, — пробубнил парень и поднялся на ноги.

Протирая глаза рукавом, он вышел в общую гостиную, где перед его сонным взглядом предстала развернутая лаборатория Юриная. Учитель вместе с друидом склонились над тремя небольшими чашками, в которых было какое-то зелье.

— Оно пахнет, как солдаты на марше, — сморщилась Левитания, поставив чашу на стол.

— А я говорил, перегони раствор три раза! — улыбнулся старичок.

— Но это же снизило бы эффект!

— Зато мысли о потных солдатах не приходили бы в голову! — постучал по лбу мастер артефактор. — Если ты готовишь для себя и готова мириться с запахом — пожалуйста! Однако если ты готовишь на продажу...

Старичок пожевал губами, но придержал критику, заметив проснувшегося ученика.

— О! Вот явный пример того, как простой покупатель отнесется к твоим зельям! Мак! У нас к тебе просьба!

Темный ученик обреченно вздохнул и подошел к учителю и Левитании.

— Будь добр, попробуй три этих эликсира и скажи нам, какой бы ты купил?

— Пусть сначала она попробует, — заявил парень, указывая на друида. — Ее яды не возьмут, а я могу и кони двинуть!

— Это я, по-твоему, отраву сварила?! — начала заводиться девушка, мгновенно поменяв оттенок кожи на зеленый. — Ты в этом городе таких зелий не то что не найдешь!.. Тут про такое даже не слышали, да я...

— А ведь он прав, — с улыбкой перебивает ее старичок. — Покупатель вправе попросить тебя употребить собственное зелье, если это не яд, конечно.

Девушка недовольно перевела взгляд со старичка на помятого Мака и с недовольной мордочкой отпила по глотку из каждой чашки.

— Довольны?

— Доволен, — кивнул ученик и взял в руки первую чашку. Поднеся ее ко рту, он тут же ее отстранил. — Почему это варево пахнет потными носками?

Старичок с довольной физиономией кивнул Левитании и подал следующую чашку. Первую Мак так и не попробовал, сразу поставив ее в сторону.

— А это жутко кислое, — произнес парень, морщась, словно пытался прожевать лимон целиком. Больше одного глотка он сделать не смог.

— Последний пробник, — произнес Юринай, протягивая кружку Маку, который смотрел на него с подозрением. — Контрольный!

Ученик принюхался к чашке, но, кроме легкого аромата цитруса, ничего не почувствовал. Затем пригубил, причмокнул губами и опустошил чашку.

— Пахнет цитрусом. Кисло-сладкое, — резюмировал парень в итоге. — На вкус и запах вполне.

— Ощущения? — уточнил Юринай.

— Вроде бы сон отпустил, — пожал плечами Мак. — И боль в голове прошла.

— Собственно вот, — кивнул Юринай. — В принципе, эффект был бы от любого из трех образцов примерно одинаковый. По крайней мере, обыватель не заметит принципиальной разницы в эффектах.

— Просто обыватель болван! — съязвила девушка, показав Маку язык.

— Пусть он полный кретин и напыщенный идиот, но деньги платит он! — напомнил Юринай. — Поэтому его мнение – покупать у тебя товары или нет — в большинстве случаев будет решающим. Ты понимаешь, о чем я?

Насупившаяся друидка нехотя кивнула.

— Вот и отлично! Думаю, тебе стоит попробовать изготовить немного подобного зелья. Я думаю, пару больших бутылок хватит. — задумчиво пробормотал старичок. — Это поможет набить тебе руку, а также даст небольшой запас, который можно продать.

Друид снова кивнула и покорно отправилась к столу с кучей различных приборов. Мак проводил ее удивленным взглядом.

— Что ты с ней сделал? — спросил он.

— Доказал, что она завалит первый же экзамен, — пожал плечами старичок и достал из складок домашнего халата свою трубку, которую тут же принялся набивать табаком. — Пойдем на улицу. Мы там немного прибрались.

Мак вышел вслед за учителем, раскуривающим трубку, и оказался на веранде. По дополнительно протянутым от мачты веревкам вились ростки, которые давали плотную тень. Порой среди них выскакивали ярко-красные цветки, а местами висели мелкие зеленые плоды. Корабль, превращенный в веранду, с плетеными стульями, столиком и парой кресел, просто завораживал.

— Сколько я спал? — спросил ученик в первую очередь.

— Ты? Больше суток, — пожал плечами Юринай, пыхнув трубкой. — За сутки наша дриада превратила корабль в потрясающее зеленое... Я даже затрудняюсь это назвать каким-либо словом.

— Убежище, — произносит Мак, усаживаясь в плетеное кресло.

— Да. Думаю, это слово подходит как нельзя лучше, — кивает старичок. — Хоть в чем-то у нашей особы есть серьезные знания. А как у тебя?

— Учусь, — пожал плечами ученик. — Больше пока боевым заклинаниям, но неплохо получается с пытками.

Старичок закашлялся, случайно проглотив порцию табачного дыма.

— В смысле пытками? — тут же спросил Юринай.

— Самыми обычными, — пожал плечами Мак. — Это оказалось не так просто, как я думал раньше.

— Ты занимаешься пытками? — мастер артефактор откровенно пялился на парня. — Ты маг! Как ты мог опуститься до такого?

— Во-первых — магия боли, — принялся загибать пальцы ученик. — Без опыта пыток про полноценный доступ к магии боли можно забыть. Во-вторых — элементарный опыт в допросах людей. В-третьих — за последние несколько дней в открытом архиве я узнал больше, чем от всех книг и разговоров с тобой вместе взятых.

Мак упер тяжелый взгляд в старичка. Тот его спокойно выдержал и, пыхнув трубкой, спросил:

— И что же ты такого узнал?

— Родгаз выдал мне разрешение посещать открытое крыло библиотеки ордена. А еще я вплотную столкнулся с печатью «Девятого, непризнанного бога», выяснил, кто такой проклятый ученый, он же Уринай, прочитал его трактат «Маготроника», обнаружил несколько упоминаний о труде Юриная Аболлоского «Маготроника в артефакторике»... — начал перечислять Мак. — Мне продолжить?

— Мак, — вздохнул Старый Мастер. — Зачем ты лезешь в эти дебри? Можно ведь вполне спокойно жить, наслаждаться женщинами, свободой, деньгами и статусом. Сдался тебе этот непризнанный, проклятые и остальные? Ведь даже если ты узнаешь все до самого конца — ничего не произойдет! Император не сложит с себя корону, университет магии не провалится под землю, небо в конце концов не упадет на голову!

Ученик молча выдержал отповедь учителя и тихо, сквозь зубы, произнес:

— А проклятые? — Мак оглянулся, удостоверившись, что его никто не слышит. — Я буду и дальше бояться каждого шороха от мысли, что они могут меня убить?

— Прекрати передергивать! — сморщился старичок. — Биться с проклятыми и лезть в дебри истории с ее вывертами — разные вещи! Ты не понимаешь, куда ты лезешь и как...

Мак поднял раскрытую ладонь, звякнув металлом цепей, обрывая отповедь учителя.

— Записи Уриная! Первые его работы по датам были записаны больше тысячи лет назад. Последняя его работа «Душа стихии», где описаны «Шаги Уриная», датирована датой в сто пятьдесят лет...

— Шаги были раньше! — вмешался учитель. — Просто вместе он их собрал...

— Изгнание проклятых было двести десять лет назад, — оборвал его Мак. — Что выходит? Он закончил свою работу спустя шестьдесят лет после посмертного проклятия императора?

Юринай недовольно насупился и сложил руки на груди в замок.

— Это могли сделать его последователи, — пробубнил он.

— А то, что он живет восемьсот лет, тебя не смущает? — возмутился парень и начал переходить на повышенные тона. — Тебя не смущает, что его личное клеймо имеет вид демона с головой козла? Тебя не смущает, что почти у каждого проклятого есть вещица с этими клеймом?

— Послушай, — снова попытался его урезонить старичок. — Не будь дурачком! Не лезь в это! Тебе же...

— А теперь ты послушай, — произнес парень, вставая с кресла. — Мы с тобой договорились: я твой ученик и мы идем в столицу. Как только я получаю подмастерье — ты идешь своей дорогой, а я своей. Так?

Старичок выдержал тяжелый взгляд темного ученика, и тот продолжил:

— Я не собираюсь дрожать как осиновый лист каждый раз, когда почувствую проклятого. Я перебью их всех, если потребуется! — Мак тряхнул рукой, на которой висели стальные наручники с цепями. — Если они будут мне мешать — я их уничтожу.

— Люди веками копили силу и знания! — зашипел Юринай. — А тут явился ты и решил, что умнее, сильнее и тебе закон не писан? Ты забыл последнего проклятого? Да ты не дотягиваешь даже до грязи под его ногтями!

Мак молча сжал руки в кулаки и свел их между грудью. Тут же между кулаками мелькнуло что-то черное. Затем еще раз и еще. Секунда – и между кулаками парня протянулась абсолютно черная электрическая дуга, которая трещала и выдавала громкие хлопки.

Юринай вскочил с места и с перепуганными глазами сделал несколько шагов назад. А ученик, словно этого и ждал, с усилием развел кулаки. Дуга из черной молнии стала все толще и длиннее.

— Это молния, — вылупив глаза, произнес старик. — Черная молния!

Мак развел руки еще сильнее, и разряды достигли чудовищной, по местным меркам, величины. От них ответвлялись короткие ветки, которые в один момент бросились к полу, снастям и креслам, словно хищные щупальца.

Вспышки тьмы, треск и грохот прекращаются мгновенно. Мак просто прервал заклинание, словно это был пустяковый светляк.

— Молния — это чистый свет, — сглотнув, произнес Юринай. — Где ты нашел это заклинание? В ордене? Это там ты научился или... Это был артефакт! Да? Ты должен показать мне...

— Нет такого заклинания, — произносит Мак. — И артефакта такого нет.

— Это невозможно, — усмехнулся старичок. — Это невозможно в принципе! Как ты это сделал?

— Невозможно, — хмыкнул Мак. — Говорят, что убить бога — тоже невозможно.

— Ты... — недоверчиво пробормотал старик. — Ты создал его сам?

— Сам, — кивнул Мак.

— Хочешь сделать это тайной? — задумчиво спросил учитель.

— Договор, — протянул руку Мак. — Я покажу, как я сделал черную молнию, а ты будешь учить меня по-настоящему.

Юринай взглянул на протянутую руку и поднял взгляд на ученика.

— По-настоящему, — напомнил парень. — Я не нашел твоего трактата, но теперь я знаю точно! Ты занимался анализом артефактов!

Старичок протянул руку и пожал руку ученика.

— Договор, — произнес учитель, глядя ему в глаза, и добавил: — К следующей неделе присоединяешься к Левитании. С собой полный ритуальный набор, набор чернил с кистями и средний артефактный набор.

— Я же готовил с тобой краски для...

— Это мои краски, из моих ингредиентов, приготовленные на моем оборудовании, — произнес старичок. — Если уж захотел по-настоящему, то привыкай работать на своем. Да, и материал тоже будет твоим или за твой счет...

***

Набережная кипела своей жизнью. Закат, спугнувший дневную жару, выгнал на улицу мелких лавочников и уличных поваров. Появились первые телеги с товарами. Каждый пытался успеть сделать все дела до захода солнца.

В мешанине людей, снующих по набережной, Мак довольно сильно выделялся. Высокий рост, широкие плечи и странная черная роба. Парень шел у края улицы, у витрин, поглядывая на товары, которые выставляли торговцы.

— Надо же! — послышался голос Лины. — Кого я вижу!

Мак обернулся и увидел торговку на телеге. Она сидела рядом с извозчиком, помятым мужчиной с куцей бородкой.

— А не ко мне ли ты направляешься?

— К тебе, — кивнул Мак.

— Залезай, — кивнула Лина на телегу. — Мне как раз потребуется твоя помощь.

Парень быстро запрыгнул в телегу. Лина скомандовала мужичку. Пока тот понукал старую клячу, женщина развернулась к парню.

— Где ты пропадал? И что за странный балахон ты на себя напялил?

— Нашел постоянную работу, — пожал плечами Мак.

Лина тут же поджала губы и недовольно произнесла:

— Это где, интересно?

— В ордене «Белоснежной розы», — ученик поднял руки и показал кандалы с цепями.

Лицо женщины мгновенно сменилось с обиженного на встревоженное.

— Ты сбежал? Они тебя пытали? Я знаю место, где можно временно укрыться...

— Нет, я вроде как наемный работник, — усмехнулся Мак опеке от Лины. — Допросы, некромантия и немного пыток.

— А зачем тебе тогда?.. — женщина взглядом указала на кандалы.

— А, это? Это артефакты. Они помогают сдерживать силу. Своего рода костыли, — Мак поймал хитрый взгляд девушки. — Что?

— Это только для магической силы костыли? — с ехидцей спросила она и окинула его жгучим взглядом.

Извозчик, во всю гревший уши, крякнул и сделал вид, что закашлялся.

— Только магической, — кивнул парень. — У меня есть пара свободных дней, и мне нужны два набора инструментов. Полный ритуальный и средний артефактный.

— Ну-у-у-у, это будет стоить приличных денег, — задумчиво протянула Лина. — У меня есть пара мелких заказов для тебя. Этого мало, так что... У меня есть идея получше.

— Какая?

— Помнишь, я тебе рассказывала о людях, которым требуется помощь? Серьезных людях?

— Что за помощь и как много они заплатят?

Глава 4

По извилистой грунтовой дороге вышагивала странная компания. Впереди шел Мак, ведя за собой небольшого груженого осла. На нем было плотно упаковано нехитрое походное снаряжение: провизии на несколько дней и набор по ритуалистике.

А рядом, надув щеки и сложив руки на груди в замок, шла Левитания.

— Долго ты будешь строить из себя неприступную стену? — с прищуром спросила друид, заглядывая в глаза Маку.

Девчонка выбежала прямо перед ним и, уперев руки в бока, заявила:

— Ты можешь нормально объяснить, куда направляешься?

— Очень верно подметила, — буркнул парень. — Отправляюсь Я! Я, а не мы!

Мак с раздражением взглянул на друида, которая увязалась за ним.

— Ты мне не указ, куда и когда мне ходить и что делать! — заявила девушка.

— Вот и иди, и занимайся чем хочешь! — прошипел Мак. — Чего тебе от меня надо?

Парень обошел девушку и продолжил путь.

— Та торговка дала тебе заказ? Да? — снова затараторила девчонка. — Что ты сделал, чтобы получить его? Ты ведь с ней спал?! Так? Я видела, как она на тебя смотрит!!!

Мак начал не на шутку заводиться. Он сжал кулаки и повернулся к Левитании.

— Да, я с ней сплю, — прорычал он, не скрывая бешенства. — А тебе какая разница, с кем и когда я сплю? Я перед тобой отчитываться должен? Или ты мне в вину ставишь то, что у меня есть личная жизнь, а ты в двадцать с лишним лет на ребенка похожа?

Девушка покраснела, поджала губы и тихо произнесла:

— Идиот...

— Возвращайся к Юринаю. Вернусь через несколько дней. Максимум — через неделю, — добавил темный ученик и обошел ее. — У меня будет достаточно работы, и нянчиться с тобой мне совершенно некогда.

— Я иду с тобой! — заявила друид.

— Это мой заказ, и я не намерен делиться платой за него. Даже если ты будешь ввязываться в его выполнение.

— Не нужны мне твои деньги, — фыркнула Левитания. — Я иду с тобой!

— Иди, — кивнул Мак. — Только вот ночлег и еду обеспечиваешь себе сама.

— Перебьюсь как-нибудь, — пожала девушка плечами.

Несколько минут Мак наслаждался тишиной, которой удалось добиться договором с друидом, но это продолжалось всего пару минут. Закончились они неожиданно:

— Прости, это твое личное дело, — произнесла Левитания за спиной. — У тебя с ней все серьезно?

Мак остановился и с удивлением взглянул на попутчицу.

— Что ты сейчас сказала?

— Ну, вы там... жениться собрались или вы...

— Нет, до этого!

— Эм-м-м... Это твое личное дело?

— Еще мгновением раньше, — с прищуром произнес Мак. — Я, по-моему, ослышался, но ты сказала...

— Я сказала «прости».

Мак затравленно оглянулся.

— Что?

— Жаль, никого нет рядом, — наигранно развел руками Мак. — Кто бы мог подумать! Оказывается, Левитания «Зеленая буря» умеет извиняться!

— Прекрати ерничать! — снова насупилась девчонка.

— Нет, серьезно! Это впервые за время нашего знакомства! — произнес Мак, продолжая путь. — Ты ни разу не удосужилась извиниться! Ни разу!

— Если ты не прекратишь, то это будет последний раз! — недовольно буркнула девушка. — И может, все-таки расскажешь, куда мы идем?

— Куда ты идешь – не знаю, но я иду зачищать чащу «Серебряного ручья». Там завелась какая-то дрянь, которая сначала напала на путников, потом сожрала торговый караван. От охраны до лошадей. Последние вести были как раз оттуда. Тварь начала нападать на деревню.

Левитания сразу стала серьезной и сосредоточенной.

— Кому принадлежит деревня? Кто оплачивает зачистку?

— Деревня и участок торгового тракта находятся под контролем города «Чайка». Только местные маги наотрез отказались куда-либо ехать и тем более устраивать облаву на непонятное чудовище, — Мак на секунду остановился и достал из свертка на спине ослика странный посох. — Оплачивает наше веселье муниципалитет города «Чайка» и торговая гильдия.

Длинная палка из черного дерева заканчивалась человеческой костью, вбитой в трещину. К ней были привязаны еще с десяток косточек поменьше, с начерченными на них рунами.

— Что это за мерзость? — ткнула пальцем в палку Левитания.

— Походный артефакт, — коротко пояснил Мак. — Специально сделал.

— А другой материал ты взять не мог?

— Был бы друидом — взял бы, — Мак слегка приподнял посох и стукнул им о землю.

Раздался стук костей на посохе и лязг цепных оков. Глаза ученика тут же заволокло тьмой. Он оглянулся и довольно кивнул.

— Отлично!

— Что ты сейчас сделал? — сморщилась друид.

— Просканировал окружающее пространство, — пожал плечами Мак. — Пойдем.

Так неторопливым шагом парочка шла до самых сумерек. Периодически ругаясь, мирясь и разговаривая на отвлеченные темы, они преодолели довольно серьезное расстояние.

— Остановимся здесь, — объявил Мак, кивая в сторону поляны справа от дороги.

— Почему здесь? — нахмурилась девчушка. — Может, дойдем до деревни? Тут осталось-то пару часов идти.

— Во-первых — не пару, а часа три-четыре нашим темпом, — буркнул парень. — А во-вторых — деревни может уже и не быть. Последние вести из нее были месяц назад.

Левитания взволнованно взглянула на парня.

— Ты так об этом говоришь, словно это пустяк какой-то.

— Ты когда-нибудь участвовала в боях? — спросил Мак. — Не стоя рядом, а на переднем фронте. Там, где кровь и смерть? Нет? Я не то чтобы спец, но пару раз участвовал в уничтожении нечисти. И вот что я заметил...

Мак остановился и стукнул посохом по земле. Удостоверившись, что рядом нет ни живых, ни восставших, ни просто мертвых, он продолжил:

— У нечисти нет чувства долга, чувства совести, эстетики или чувства сострадания. Только прагматичный подход, если это рукотворная нечисть, и принцип целесообразности у стихийной нежити. Чудовищу потребовалось вырезать деревню? Будь уверена — оно ее уже давно вырезало, — ученик устало вздохнул. — Если оно живое — то, скорее всего, оно просто питается мясом. За тридцать дней оно деревню не сожрет, но я в любом случае не намерен соваться в опасное место в потемках.

Мак указал на край поляны.

— Пойдем, там есть ручей. Напоим Иа и разобьем лагерь.

— Кого напоим?

— Осла, — пояснил парень. — Иа. Я его так назвал.

— Что за глупое имя? — фыркнула Левитания.

— Он похож на одного персонажа из сказок, которые я слышал.

Дойдя до ручья, Мак довольно быстро развел огонь и поставил примитивный вариант палатки. Постель он приготовил из обычного лапника и широкого шерстяного одеяла.

— А где я буду спать? — поинтересовалась Левитания.

— Понятия не имею, — пожал плечами Мак. — Я тебя предупреждал. Содержать тебя я не собираюсь...

Парень подцепил котелок и, набрав в него воды, подвесил его на огне, не обращая внимания на девушку, которая всячески высказывала свое недовольство.

— Если ты думаешь, что я тебя собираюсь кормить, — зря, — пробормотал ученик, доставая из сумки крупу и сверток с сушеными полосками мяса.

***

Мак подкинул веток в разгорающийся костер и взглянул на горизонт. Рассвет уже вступил в свои права, и солнце показалось из-за горизонта. Передернув плечами от утреннего холода, ученик принялся готовить завтрак. Мельком глянув на девчонку, которая спала, завернувшись в одеяло, он вздохнул и устало пробормотал:

— Мало того, что грелка из нее так себе, так еще и пинается во сне.

Готовка не заняла много времени, а заодно разбудила девушку, которая с довольной миной и деревянной ложкой через три минуты уже ожидала свою порцию.

— Даже не думай! — сразу отрезал Мак. — Ты друид? Друид! Вот и питайся силой леса! Хватит с тебя и теплой постели.

Насупившаяся девушка изобразила обиду, а Мак тем временем быстро закидал в себя кашу и приступил к чертежу какого-то сложного рисунка.

— Что ты делаешь? — тут же пристала Левитания.

— Ищу живых на дальней дистанции, — пробубнил Мак. — Если быть точнее, то я ищу кровь.

— Зачем? — вскинула брови друид.

— Надо понять, остались в деревне живые или нет.

— Какое это имеет значение?

— Если они еще остались, то, скорее всего, тварь вернется, чтобы их сожрать. Значит, и уходить далеко ей смысла нет. А если все мертвы, то она, скорее всего, пошла кормиться в другое место.

Девушка пожала плечами и наивно поинтересовалась:

— А не проще сходить и посмотреть? Нам ведь все равно надо будет идти в деревню, так?

Мак посмотрел на нее с усмешкой.

— Первое правило — безопасность, — вздохнул Мак. — Я как-то записывал походные правила для странствующих магов. Потом дам почитать...

— Ты пишешь трактат?

— Нет, делаю записки, которые помогут выжить молодым магам в странствиях, — мотнул головой Мак, проводя чертежной указкой большой круг. — Там из личного опыта Юриная...

— И что в этих правилах? — не унималась девушка.

— В идеальном варианте — мы останемся на месте, пока тварь не будет уничтожена. — Мак закончил рисунок и принялся наполнять его силой.

— Но ведь это бред! Как ты ее будешь искать? Черт с ним! Намалюешь какой-нибудь ритуал, но ее ведь еще и убить надо! — недоверчиво насупилась девушка. — Тварь, разбивающая караван с охраной, — это не пара головорезов и не голодный до одури медведь!

Мак не стал отвечать, а запустил ритуал. Рисунок под ногами парня коротко мигнул зеленым оттенком да испустил противный запах серы. Пара секунд – и темный ученик замер как вкопанный.

— Мак? — заволновалась девушка через пару минут. — Мак!

Она хотела было добраться до него, но рисунок под ногами парня продолжал испускать противный и едкий дым. Когда девушка подобрала приличный камень, чтобы швырнуть его в парня, тот резко сделал сиплый вдох и развеял ритуал.

— Ты меня напугал, идиот! Я думала, ты что-то напутал! — обрушилась криком на него друид и все-таки запустила в него камнем.

— Ай, блин! — потер Мак плечо, куда тот прилетел. — Ты совсем сдурела? Если ритуал сделан с ошибкой, то он почти всегда просто не сработает или не активируется.

— А мне откуда знать?!! — не унималась Левитания и уже оглядывалась в поисках следующего снаряда. — Ты меня напугал, кретин!

— Успокойся! Лучше вещи собери, чем пялиться на мою работу!

— Я тебе в служанки не записывалась!

— А кто ночью у меня под боком сопел? — возмутился парень. — В следующий раз будешь на земле у костра спать!

— Погоди, ты же сказал, что мы отсюда никуда не уедем? — тут же сменила тему девушка.

— Я сказал — в идеальном варианте, — пояснил ученик. — Деревня мертва. Там нет живых.

— И мы туда спокойно пойдем?

— Судя по тому, что я успел увидеть, — тварь все же питается плотью. Следовательно, у нее есть кровь, а значит, ей требуется пища, — Мак задумчиво потер подбородок. — В деревне ей жрать нечего, поэтому чудовище ушло. Собирай вещи, я пойду отвяжу Иа.

***

Темный ученик и друид стояли у огромной избы старосты и смотрели на обглоданные кости ребенка. Рядом нервно переминался с ноги на ногу Иа, всхрапывая и порываясь уйти подальше от проклятого места.

Мак присел у останков и пальцем повернул кусок тазовой кости.

— Смотри вот сюда. Видишь эти отметины? Это следы клыков, — указал Мак на глубокие царапины.

— А это когти, — указала девушка на избу. У входа, там, где раньше была дверь, на стене виднелись глубокие параллельные борозды. — И тварь не одна.

— В смысле? — нахмурился Мак.

— Следы. Разные следы, — пояснила друид. — Я не знаток, но кое-чему меня все же учили.

— Сколько ты их насчитала? — спросил Мак, обводя взглядом окрестности.

— Пять. Я насчитала пять тварей.

— Пять, — повторил Мак, что-то прикидывая в уме. — Тогда неудивительно, почему вся деревня превратилась в кладбище так быстро. Они просто ее сожрали.

— Что мы теперь будем делать? — спросила девушка, морщась от трупной вони, которая стояла в деревне.

— Первое правило — безопасность, — напомнил Мак и оглянулся. — Надо найти дом почище. Поселимся в нем и окружим защитными заклинаниями.

— Вон тот выглядит нетронутым, — указала девушка на избу чуть дальше по улице.

Подойдя к ней, Мак отметил, что окна и двери закрыты. Обойдя дом, он так и не обнаружил места, через которое удалось бы в него проникнуть.

— Мак, — позвала его Левитания.

Ученик подошел к входной двери и обнаружил ее открытой. Рядом стояла друид, а сама дверь была густо оплетена молодым ползучим растением.

— Дверь была закрыта изнутри на засов, — пояснила девушка. — Я открыла ее с помощью «поползня»...

Парень подошел к двери и увидел свернувшегося калачиком мужчину. Он лежал на боку, вцепившись синюшными пальцами в волосы на голове. На лице застыла маска дикого ужаса, а глаза давно заволокло белой пеленой.

Девушка сморщилась от запаха, а Мак тем временем прошел внутрь и подергал за руку мертвеца. Тело сдвинулось целиком.

— Окоченение, — пробубнил под нос парень. — Больше суток, но меньше трех.

— Они недавно тут были? — спросила она.

Мак молча кивнул и огляделся.

Пара матрасов. Один на дощатой кровати, второй на печке. Лавки, стол, корзины, шерстяные одеяла в углу. Простенько, но чисто.

— Останемся здесь, — вынес вердикт ученик. — Я вынесу труп, а ты открой все окна. Надо проветрить дом и посмотреть, что здесь осталось съестного.

Мак подхватил за ногу труп и хотел уже вытащить его на улицу, но тут услышал сдавленный стон девушки.

— Здесь слишком много смерти, — сглатывая ком в горле произнесла Левитания. — Мне трудно дышать...

— В горшке у печки есть немного крупы, — произнес Мак. — Насыпь в горшок земли и прорасти в нем зерна. Твоя магия перебьет местный фон. Будет легче.

Друид кивнула и направилась к печке, а Мак вытащил труп и огляделся.

— Куда бы тебя пристроить? — задумчиво произнес он.

Его взгляд зацепился за конюшню. Он обнаружил, что в стене отсутствует несколько досок из задней стены. В самой конюшне валялись остатки обглоданных костей. Судя по ним, здесь держали не только лошадь, но и несколько баранов.

Затащив внутрь труп, Мак подошел к пролому в стене и внимательно оглядел края досок. Сколы и наклоны крайних указывали на то, что тварь едва пролезла внутрь. Мак развел руками и прикинул в уме: «Ширина метра два, не меньше». Взгляд снова зацепился за отпечаток в земле.

— Большие, зубастые и клыкастые твари, — поджимая губы, произнес он.

Еще раз осмотрев кровавую бойню, которую устроили здесь неизвестные чудовища, он торопливо направился к дому.

— Левитания, ты там как? — крикнул он с улицы.

— Нормально, — отозвалась девушка. — Немного отпустило.

Мак кивнул и подошел к привязанному ослу.

— До темноты надо успеть поставить защиту, — заговорил он с животным. — Вот выставим круг и пойдем на кладбище. Думаю, это будет самый эффективный способ.

***

В доме царила тишина.

Левитания сидела у стола на небольшом табурете, поджав под себя ноги. Она грела руки, удерживая глиняную кружку, наполненную парящим отваром трав.

Рядом за столом сидел Мак. Он вертел в руках старый меч со следами оттёртой ржавчины. Ученик заглядывал в тетрадь со своими записями, сверялся с положением рун и магического рисунка и продолжал наносить замысловатые рисунки.

— Я никогда не чувствовала столько смерти сразу, — почти шепотом произнесла девушка, не отрывая взгляда от места, где они обнаружили единственный целый труп. — Я чувствовала, как умирали животные, я помню, как впервые почувствовала смерть одной из старых служанок. Она умерла во сне... Я прикрывала свой отряд телохранителей... Но сотня смертей сразу... в одном месте... И страх. Тут все пропитано страхом, животным ужасом.

— Когда я говорил про нежить или выверты стихийной силы — я не шутил. Те твари, что тут завелись, — это просто стихия. — Мак взял кисть и макнул ее в чернила. — Они просто хотят жрать.

— Но не всю же деревню разом?!! — вскинула голову друид.

— Они не за один присест всех съели, — пожал плечами ученик. — На кладбище свежие могилы. Большую часть успели похоронить.

Левитания поднесла дрожащей рукой кружку к губам и сделала небольшой глоток горячего отвара.

— Как мы их найдем? — спросила она.

— Мы? Никак. Я не собираюсь бегать по лесам и отлавливать этих чудищ. Тем более что каждая из них размером с две коровы. — Мак закончил нанесение очередного элемента и еще раз сверив его форму и четкость с образцом, слегка подул на него силой. — Почти готово!

— А как тогда... — не успела задать вопрос девушка.

— Для этого есть куча приемов, но мне нравится самый простой и надежный — отряд нежити.

— Ты хочешь поднять толпу тупых мертвецов и отправить их на поиски этих чудовищ?

— Не совсем так, — сморщился Мак. — Во-первых — тупая нежить далеко сама уйти не сможет. Да и у меня просто не хватит умения управлять такой толпой сразу. Поэтому я сначала создам призрачного сержанта. Довольно сообразительная нежить. Сделав его командиром и завязав на него остальную нежить, уже можно поднимать толпу тупых мертвецов.

— Эти чудища их просто порвут на части, — недоверчиво произнесла друидка. — Как эта нежить будет убивать чудищ?

— Я дам им в руки инструмент, который найдем в деревне. Топоры, молотки, вилы...

— Этого мало, — покачала головой Левитания.

— Да, — кивнул парень. — Остальные возьмут копья.

— Какие копья?

— Обычные заостренные палки, — пожал плечами Мак. — Можно еще конец опалить на огне, чтобы крепче был.

— Ты хоть представляешь, сколько тебе придется поднять мертвецов?

— Дело не в том, сколько придется поднять, — вздохнул парень. — Дело в том, сколько смогут встать и держать оружие в руках. Здешнее кладбище довольно маленькое. А профессиональных бойцов на нем похоронено всего два.

Друид с подозрением взглянула на парня.

— Откуда ты знаешь?

— Вместо надгробия у воинов вонзают в землю их оружие, — хмыкнул Мак и кивнул на меч на столе. — Призрачного сержанта из обычного крестьянина не сделаешь. Для этого нужен именно боец.

— Ты так говоришь, словно делал это уже не раз, — поежившись, произнесла Левитания.

— Сержанта — в первый. А вот с обычными призраками и мертвецами — да. Работал. Много работал...

— Иногда ты говоришь, как бесчувственное чудовище, — недовольно буркнула девушка.

— Не я такой, — пожал плечами парень. — Жизнь такая...

***

Мужчина, сидевший на месте возницы, затравленно оглянулся. Солнце склонялось к закату, и тени от дремучего леса подбирались все ближе.

— Почудилось, — бормотал он себе под нос, сжимая в руке оберег, доставшийся от местной ведьмы. — Птаха просто с ветки вспорхнула...

— Помрем тут, Ирвин, — затравленно проблеяла женщина рядом с ним. — Как есть помрем...

— Рот прикрой! — оскалился мужчина. — Нечего беду загодя звать! Авось не помрем... Немного осталось, проскочить должны...

Спустя несколько минут, едва мрак поглотил чащу, они впервые увидели пару наблюдающих за ними глаз.

— Пресвятые боги, — прошептала женщина, вцепившись мертвой хваткой в мужа.

Как только тот заметил, куда указывает женщина, то начал со всей силы стегать лошадь кнутом и кричать во все горло:

— Беги! Беги кляча старая, ежели жить еще хочешь!

Кобыла рванула вперед, словно и сама почуяла неладное. Телега, подпрыгивающая на ухабах, скрипела как в последний раз .

Ирвин очень рисковал. Кобыла могла сломать ногу, телега могла развалиться прямо на ходу, но край темного леса был совсем рядом. Ещё немного, буквально пара шагов, и светящиеся глаза отступят...

Кр-р-р-р-ра-акх!

Колесо у телеги треснуло, и телега пошла юзом. Десяток метров и остатки переднего колеса отлетели в сторону. Еще пара секунд и раздался треск лопнувшей оси.

Хресть!

Тут телега уже наклонилась и на полном ходу воткнулась в землю. Ирвин и Соль кубарем покатились по дороге, чудом не попав под завалившийся воз.

Когда мужчина кое-как присел, то обнаружил разбитую телегу и несколько пар светящихся глаз. Из леса к ним медленно, словно наслаждаясь моментом, подходили огромные твари, размером с пару быков. Они шли не спеша. Из приоткрытой пасти виднелись белоснежные зубы и текла тягучая слюна.

Раздался треск — кобыла рванула так, что умудрилась порвать сбрую. Старая кляча на всех парах унеслась вперед по дороге. За ней тут же метнулись смазанными тенями два монстра, остальные остались на месте.

— Святые боги и хозяева преисподней... — выдавил Ирвин последнюю молитву и закрыл глаза, обнимая супругу что есть сил.

В этот момент ближайшее чудовище, уже пригнувшееся для прыжка, зарычало. Секунда, вторая, но ничего не происходило. Лишь рык становился сильнее и поменял тональность. Мужчина осторожно открыл глаза и увидел, что чудовища жмутся к земле. Шерсть на загривках стоит дыбом, зубы оскалены, словно у кошки, обнаружившей перед собой пса.

Ирвин обернулся назад и обнаружил приближающийся строй людей в похоронных одеяниях с копьями. В груди мелькнула надежда на спасение, но с каждым шагом строя она гасла, превращаясь в холодный липкий пот.

К разбитой телеге приближалась толпа мертвецов. Около сотни трупов разной степени разложения приближались к темным тварям, держа в руках заточенные деревянные колья. Парочка была с металлическими наконечниками. Некоторые мертвецы держали в руках старые мечи, топоры, вилы, серпы. А один волочил по земле большую кувалду

Темные чудища вступили в бой. Огромные туши, словно смазанные тени, метнулись в атаку, но вместо паники и суматохи, их встретил частокол из заострённого дреколья. Несмотря на качество, импровизированные копья сделали свое дело, вонзаясь в плоть. Первые две твари просто повисли на них, тщетно пытаясь дотянуться до полуразложившихся копейщиков. По команде мертвого командира, копейщики задрали их вверх. Под собственным весом, чудовища начали соскальзывать вниз, раздирая внутренности копьями. Последняя тварь все же смогла прорваться к вооруженным мертвецам и начала рвать плоть воинов, но те бесстрашно кинулись на нее, облепив, словно муравьи.

Ее били кузнечным молотом, ножами, топорами, пытались воткнуть копье, вилы и даже грызли зубами. Каждый мертвец считал своим долгом ударить, укусить, проткнуть или хотя бы выдрать кусок плоти темной твари. И все это на ходу, потому что чудовище вертелось, металось, пыталось ухватить противников зубами, а когда поняло, что все тщетно, то сбежать.

Итог предсказуем: тварь просто истекла кровью и свалилась под тяжестью облепивших ее мертвецов.

Последнее из трех огромных чудовищ, уничтоживших не одну деревню, наконец испустило дух.

Из строя мертвецов к живым вышел командир. Им оказался полупрозрачный воин с вороненым мечом. Одной рукой он держал клинок, а второй удерживал длинный шест, на котором висели остатки красного знамени.

Он оглядел шевелящиеся остатки своего отряда, попавшего под удар тварей, и оставшихся в живых путников. Бледные и трясущиеся мужчина с женщиной сидели на земле, дрожа от страха. Их окружал отряд мертвецов, не давая пуститься наутек.

Командир-призрак подошел к живым и прогудел могильным голосом:

— Кто такие?

Ирвин не смог ответить, трясясь от страха, только что-то невнятно промычал.

— Ты хочешь жить? — задал следующий вопрос призрак.

Ирвин молча закивал.

— Тогда назовись!

— И... Ирвин, — выдавил мужчина имя. — С-с-с-свободный мастер... Мастер камня...

— Что там? — спросил мертвец, кивнув на разбитую телегу.

— Инструмент, пожитки и статуэтки мелкие...

Командир развернулся и указал мечом в первого попавшегося мертвеца, из тех, что сохранились получше.

— Ты! Можешь говорить?

— Да, — пробулькал тот.

— Возвращайся к повелителю, — отдал команду призрак. — Скажи, что мы встретили живых людей и уничтожили трех гончих.

Мертвец кивнул и быстро поковылял по дороге в сторону деревни, а командир развернулся к Ирвину.

— Куда делась лошадь?

— Сбежала, — указал мужчина направление. — За ней два этих монстра убежали...

— Давно?

— Нет, перед вашим появлением.

Призрачный сержант обвел мертвецов взглядом и скомандовал:

— Охранять до приказа повелителя, — затем он развернулся и рявкнул утробным, надрывистым басом: — Отребье! Ты, ты и ты — остаетесь здесь на охране! Остальные стройся!

Мертвецы начали формировать колонну, и спустя полминуты она двинулась по дороге.

***

Мак взболтал флакон с краской и задумчиво уставился на разложенный скелет лошади, находящийся в центре большого ритуального рисунка.

— Нет, все же надо добавить костей, — произнес он и более уверенно добавил: — Седло из воздуха не вырастет.

В этот момент из дома выскочила Левитания.

— Мак! Сюда кто-то приближается! — заявила она с крыльца дома.

— А? Ты про это... — отмахнулся Мак. — Это посыльный.

— Откуда ты... — не успела произнести девушка, как мертвец показался около ограды.

Он спешно отворил калитку и, подволакивая ногу, прошаркал к Маку, остановившись в паре шагов от рисунка.

— Троих тварей убили, — пробулькал посланец. — За двоими погоня. На дороге двое живых. Со сломанной телегой. Под охраной. Велено доложить.

— Вот тебе и тупая нежить, — хмыкнул парень, взглянув на Левитанию.

— Тебе повезло, — буркнула девушка.

— Это не везение, — сморщился ученик. — Это знание и прагматичный подход. Думаешь, они смогли бы действовать так слаженно, если бы не получилось поднять вояку?

— Ты два дня делал из той ржавой железки меч, — напомнила девушка. — Это долго и неудобно.

— Зато какой эффект?!! — пожал плечами Мак. — Мы с тобой спокойно в доме сидим, а они по лесам шастают, этих тварей выслеживают. Согласись, оно того стоило.

Девушка поджала губы и не ответила. Парень же активировал ритуал. Черные линии, наполненные силой тьмы, испустили легкий дымок и заставили кости в пентаграмме дрожать. Сначала сила собрала кости в один ком, затем он уплотнился, и материал стал однородным, словно белая глина. Через несколько секунд из заготовки начал формироваться силуэт коня. Полное превращение заняло около двух минут.

— Что за убожество? — сморщилась друид от вида странной конструкции.

— Да, до костяных химер со старых гравюр еще далеко, — кивнул Мак, осматривая результат ритуала.

Ездовая химера вышла, мягко говоря, своеобразной. Если быть максимально честным и не приукрашивать, то перед юным темным магом стояло на четырех ногах бревно, с выемками для сиденья.

— Когда я убрал все лишние элементы в рисунке, то не рассчитывал получить такой... результат.

— Ты вообще уверен, что его можно использовать как ездовое животное? — с сомнением поинтересовалась Левитания.

— Я могу использовать как ездовое животное даже этого мертвеца, — отмахнулся Мак и тут же улыбнулся осененный идеей. — Погоди-ка! Ты! Подойди сюда и сядь на химеру.

Мертвец послушно проковылял к костяному убожеству и взобрался на нее.

— Сделай круг верхом на ней, — отдал приказ ученик.

Химера послушно двинулась вокруг дома под довольной улыбкой парня.

— Определенно — да! — произнес он, взглянув на хмурящуюся девушку. — Что ты на меня так смотришь? Управляющий контур работает, причем ездоку даже необязательно быть живым! Хотя тут возможно подчинение за счет того, что и в мертвеце, и в химере моя сила... Надо это проверить.

— Я на это бревно не сяду! — заявила Левитания. Мак продолжил молча сверлить девушку взглядом. — Даже не думай!

— Я же не заставляю тебя на этой химере в город ехать, — попытался урезонить Мак.

— Нет! — уперла в бока руки друид. Ее кожа начала приобретать зеленоватый оттенок. — Я все сказала!

Мак устало вздохнул, но тут в голове всплыло упоминание о выживших.

— Ты! Что ты там говорил? — переспросил Мак у замершего мертвеца верхом на бревне.

— Троих тварей убили. За двоими погоня. На дороге двое живых. Со сломанной телегой. Под охраной. Велено доложить, — слово в слово повторил мертвец.

— Отправляйся к месту, где оставили живых, — скомандовал темный ученик. — Телегу и выживших доставить сюда.

Мертвец молча направился к выходу.

— Что ты собрался с ними сделать? — задумчиво поинтересовалась девушка.

— Ничего такого, попробую узнать, как работает контроль химер посторонними, — отмахнулся Мак. — Да и тут в любом случае безопаснее, чем на дороге.

— В доме всего две кровати, — напомнила Левитания.

— Поместимся как-нибудь. К тому же я надеюсь, они смогут готовить еду, — парень хмуро взглянул на девчушку и с издевкой добавил: — А то я неспособен оценить все достоинства кухни клана «Падающий лист».

— Мог бы и сам готовить! — огрызнулась в ответ друид.

— А работать я когда буду? — развел руками Мак.

— Работать? Да ты просто пробуешь все ритуалы подряд! — фыркнула Левитания. — То мы кости плавим, то химер создаем, то мышей проклинаем...

— А чем, по-твоему, должен заниматься темный маг? — хмыкнул ученик. — Цветочки растить? Или в подземельях над сокровищами чахнуть?

— Ну хотя бы, — пожала плечами девушка.

— Я стараюсь использовать все, что могу в нашей ситуации. Даже не использовать, а хотя бы просто воспроизвести, — пояснил Мак. — С мгновенными заклинаниями у меня совсем плохо. Поэтому я использую все ритуалы, что собрал за последнее время в архиве ордена «Белоснежной розы». И все надо попробовать, отметить нюансы и записать. В городе работать с мертвой плотью трудно... и не всегда законно. Когда я еще так попрактикуюсь? А мне ведь за это еще и деньги платят.

— Практикант! — фыркнула девушка. — Ты же работал с мертвецами в ордене!

— Но отряды нежити мне никто создавать там не даст! Да и воина с того света поднять если и дадут, то коситься будут долго, — недовольно буркнул Мак.

— Все бы вам, темным, с мертвой плотью возиться, — насупилась девушка.

— Тебе бы тоже не помешало чем-то заняться, — с укоризной произнес Мак. — То, что ты дом превратила в один большой куст, — это не показатель навыков.

Мак кивнул на дом, который с виду был еще нормальным, но то тут, то там бревна дома уже пускали молодые побеги с цветочками. А через окно внутри дома виднелись настоящие зеленые заросли.

— Не тебе меня учить быть друидом! — оскалилась она.

— Зато мне тебя учить основам и тактике магии в походах, — Мак кивнул на посох, который он воткнул рядом с пентаграммой.

— Это артефакт, — сложила девушка руки на груди. — Какое отношение он имеет к тактике?

Мак вздохнул и почесал голову.

— Надо достать мои записи...

***

Солнце клонилось к закату и на мертвую деревню опускались сумерки. Дома зияли темными провалами, вместо выбитых окон и дверей, создавая довольно мрачную атмосферу.

Свет виднелся только в одном доме. В нем за столом над рукописями склонились две фигуры.

— Когда Юринай раз за разом повторял мне эти правила, я просто соглашался, — пояснял Мак склонившейся над тетрадью девушке. — Да, я мог с ходу попытаться оспорить каждое, но на самом деле эти правила действительно объективны.

— Безопасность, — пробормотала девушка.

— Верно, — кивнул парень. — В первую очередь, куда бы ты ни шла, кто бы тебя ни сопровождал, ты всегда должна контролировать окружающее пространство. Чем дальше — тем лучше.

— А если в меня издалека чем-то зарядят и...

— В том-то и дело. Для постоянного контроля окружающего пространства нужно что-то простое и эффективное. Если ты знаешь, что идешь в опасное место, то можно и на себя что-то защитное навесить. Так?

— Так, но это паранойя, — нахмурилась Левитания. — Кто будет постоянно контролировать пространство вокруг?

— Я, — пожал плечами Мак. — Я не делал заклинаний, я просто активировал посох каждую тысячу шагов и сканировал пространство на наличие крови; каждые пять тысяч шагов я активировал костяшку, которая искала нежить. Пару раз за день я активировал поиск рукотворной магии.

Девчонка осторожно покосилась на парня.

— Это чересчур, — произнесла она.

— Зато к нам никто не смог подкрасться неожиданно. Тысяча шагов — это серьезное расстояние. Можно успеть такого намагичить, что нападающий сам будет не рад, — Мак взял посох и наклонил его так, чтобы ей были видны костяшки. — Вот эта кость — поиск крови, эта — поиск жизни, эта — поиск мертвецов, эта костяшка дает поиск рукотворной магии...

— А это что за штуки? — указала девушка на мелкие начищенные кругляшки, примотанные к посоху тонкими жилами.

— А, это, — Мак усмехнулся и, словно стесняясь, произнес: — Верхний медный кружок — это артефакт от насекомых. Тот, что пониже, — от змей. Еще ниже – от пауков и скорпионов...

— Ты их боишься? — вскинула брови девушка. — Ты боишься насекомых?!

— Вообще-то, многие из них переносят заразу, а еще я видел ядовитых...

— Великий темный маг! Посмотрите на него! — друид выскочила из-за стола и театрально вскинула руки к потолку. — Его отряды нежити рыскают вокруг и прочесывают леса! Еще немного, и тут можно начать строить башню некроманта! А он букашек боится...

Мак с кислой миной уставился на спектакль, устроенный Левитанией, но его прервал скрип ворот. Выглянув в окно, Мак обнаружил телегу, которая въезжала во двор.

— Приехали, — кивнул Мак, направляясь к выходу.

***

Огромные туши, покрытые черным мехом, обеспокоенно завозились и начали покидать пещеру. Их разбудил истошный вопль родича неподалеку.

Они выходили на воздух и тревожно водили мордами, пытаясь уловить запах. Вот только запах гниющего мяса и смрад остатков мертвых тел не позволял учуять противника. Поэтому часть чудищ просто толпилась у входа в пещеру.

Противника они заметили только когда дальние кусты, чуть сбоку от входа в пещеру, задрожали. Из них сначала появились заостренные палки, а затем мертвецы. Незваные гости начали появляться со всех сторон, медленно и неторопливо сжимая кольцо окружения.

Первой в бой кинулась одна из тварей, яростно зашипев на оказавшегося в строю призрачного воина. Присев и резко сиганув, зубастая тварь добилась лишь того, что ближайшие воины сделали выпад, поймав её на копья и подняв в воздух. Предсмертный вопль стал отмашкой для остальных членов стаи.

Чудища кинулись на противника и попытались разорвать мертвецов в клочья. Поначалу, нарываясь на остро заточенные палки, хищники останавливались и пытались отпрыгнуть назад, но, обезумев от боли, впадали в бешенство. Окровавленный, слипшийся мех на их загривках вставал дыбом, твари метались от противника к противнику и рвали зубами все, до чего могли дотянуться, - копья, мертвую плоть, подобие щитов из грубо сколоченных досок...

Но кровь покидала вывернутых тьмой исполинов, и, обессиленные, они валились на землю. В каждого тут же втыкались копья и наваливались мертвецы с молотами и вилами. Даже вывернутые наизнанку стихией, твари не смогли противостоять организованной нежити.

Когда последнее чудовище испустило дух, остатки отряда мертвецов подобрали оружие у тех, кто не мог больше сражаться, и построились полукругом вокруг входа в пещеру.

— Слышишь меня? — прокричал призрачный сержант в сторону пещеры. — Я знаю, слышишь! Я чувствую твою тьму внутри!

Внутри пещеры вспыхнули двумя яркими огнями глаза порождения тьмы. Из глубины донесся утробный низкий рык.

— Не заставляй выковыривать тебя из норы, как жалкого червяка! — оскалился сержант.

Призрачный воин вышел перед строем и вскинул над головой меч.

— Выходи, тварь! Сразимся по-настоящему!

Неизвестно, понимала ли тварь то, что говорил призрак, но что-то ее сподвигло напасть.

Огромный, вдвое больше предыдущих, зверь, с аурой жуткой ненависти. Вытянутая морда, набор огромных зубов и блестящие металлом когти. Он прыжком вылетел из пещеры и рванул на сержанта. Однако тот, как полагается призраку, в последний момент исчез. Промахнувшийся великан вонзил когти в землю.

Воин появился с правого бока чудовища, на расстоянии трех метров, и, не приближаясь, махнул своим мечом, выпустив в монстра черный росчерк энергии. Лезвие тьмы разрубило шкуру обернувшегося животного, но глубоких повреждений не нанесло. Вместо этого, боль и ярость подстегнули ее еще сильнее.

Тварь утробно прорычала. Этот рык убивал волю, окунал в омут паники, заставлял бежать без оглядки и впадать в ступор любого живого. Но мертвые давно забыли, что такое страх.

Пока тварь прижималась к земле и истошно рычала, к ней ковыляли оставшиеся мертвые воины. Не успела она закончить, а в бок уже попытались воткнуться копья. Те, что с наконечниками, смогли пробить толстую шкуру и густой мех, а заостренные палки не оставили даже следа.

Мертвецы, имевшие другое оружие, не задумываясь, бросились на спину великана.

Исполин завертелся ужом, стараясь сбросить с себя налипших мертвецов, но в него прилетело еще три черных росчерка. Один почти перерубил заднюю лапу, а остальные два пришлись в голову и шею.

Заметив самого опасного противника, вожак стаи снова метнулся к призрачному сержанту, раскрывая пасть, словно задумал проглотить его целиком.

На этот раз призрак не исчез, а встретил тварь вытянутой вперед рукой с мечом. В то мгновение, когда казалось, что пасть перекусит сержанта пополам, тот прыгнул навстречу чудовищу и воткнул ему в глотку оружие. Вонзив его по самую рукоять и провернув, призрачный воин добился того, что тварь, повалившая его на землю, несколько раз мотнула головой. Вырвав меч из пасти, она еще больше разбередила рану, забрызгивая землю под собой темной кровью. Спустя мгновения ее глаза помутнели и огромная туша задергалась в предсмертных судорогах. Через несколько секунд чудовище испустило дух.

Когда тварь окончательно затихла, призрак поднялся и оглядел поле боя.

От потрепанного отряда нежити остались жалкие крохи. Семь мертвецов могли держать оружие и передвигаться самостоятельно. Остальные кусками или половинками валялись на поляне вокруг входа в пещеру.

— Отрубить головы тварей, — начал выдавать приказы сержант. — Собрать всех до последнего пальца. Никого не оставлять...

В этот момент из пещеры показался неизвестный старик. Абсолютно лысый череп, бледная чистая кожа, суконные рубаха и штаны, черные кожаные сапоги с набойками, звонко цокающими по каменному полу пещеры.

Под внимательным взглядом сержанта незнакомец подошел к нему и вытянул руку вперед.

— Меч, — произнес он требовательно. — Покажи свой меч!

Призрачный воин быстро огляделся, ища других противников, и достал из ножен оружие. Принимая боевую стойку, он прохрипел:

— Назовись!

— Стоит наделить разумом низшую нежить, как она начинает путать берега, — вздыхает неизвестный и требовательно добавляет: — Дай. Сюда. Свой. Меч!

Призрак пару секунд рассматривал противника, после чего активировал оружие-артефакт и нанес колющий удар по противнику.

Кончик меча застыл в паре сантиметров от груди мага, остановленный темным призрачным щитом. Однако часть магического удара все же достигла своей цели. На рубахе, в области груди, начало расплываться кровавое пятно.

— Каким надо быть идиотом, чтобы давать в руки низшей нежити подобный артефакт? — прошипел сквозь зубы отшатнувшийся незнакомец. — Черт бы побрал эти проклятья!

В следующую секунду лысый старик сделал шаг назад, подогнул ноги и принялся короткими и резкими движениями рук запускать одно лезвие тьмы за другим в сержанта. Безумная скорость сотворения с прекрасным наполнением заклинаний силой превращала поток лезвий в мелькание темных теней. Командир отряда нежити не сразу сообразил, что происходит, и чуть было не поплатился за свою беспечность. Просвистевшее рядом с лицом лезвие заставило его вспомнить все навыки из прошлой жизни и начать вращать клинком, принимал заклинание на лезвие артефакта и ставя блоки.

Но это не могло продолжаться долго. Слишком много атакующих заклинаний, слишком часто при этом незнакомец не подавал никаких признаков усталости.

Все закончилось довольно просто. Сила артефакта была не бесконечна. В какой-то миг клинок не развеял лезвие и тьма, упакованная в плоскую форму, просто перерубила кусок железа, а в следующее мгновение отправила обратно в загробный мир призрачного сержанта.

Подойдя к обломкам меча, маг потер лысину рукой и недовольно буркнул:

— Неплохо, но... не избранный ли ко мне пожаловал?

***

— Мы и к главе муниципалитета ходили, — продолжал рассказывать Ирвин. — Да только что толку? Без мзды, без связей нас и слушать никто не стал! А Брит — мужик ушлый. Он и главе чего надо достанет, и копеечку какую поднесет. Торгаш, одним словом.

— Ну не мог же он просто так взять и жену у тебя забрать, — хмыкнул Мак.

— Не мог, — кивнул собеседник. — А вот меня в рабство обратить или на галеры продать к северянам — раз плюнуть.

Мужчина немного помолчал и вздохнул.

— Я три дня назад с женой из мастерской домой вернулся. Глядь, а дверь в дом нараспашку. Думали, обнесли нас, а нет. С виду на месте все. А я чую, неладно что-то. Давай все перерывать. Когда кровать сдвинули, половицу заметили одну. Под нее глянули – а там золото черное...

Мак нахмурился и перевел взгляд на Левитанию.

— Черный металл с золотым блеском. Запрещен в Империи. Возят с черного континента, — пояснила друид.

— А я совсем тогда испугался. Думал, повяжут нас обоих – и поминай как звали...

— А просто убрать куда-то его было никак? Выкинуть, наконец, — сморщился Мак.

— Если прикоснуться к черному золоту, то кожа в месте прикосновения тоже становится черной, — пояснила девушка. — Ни перчатки, ни инструмент не помогает. Руки все равно станут черными. Держится несколько месяцев, а потом медленно проходит.

— Вот и мы про то же, — почесал голову Ирвин. — Тут к гадалке не ходи — орден по катакомбам затаскает. В тот же день собрали все деньги, которые были, взяли телегу с клячей старой, пожитки погрузили и двинули в Чайку.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Видит бог, я как лучше хотел. Боялся, что нас по дороге преследовать начнут. Вот и дернул черт не в обход, а напрямки проехать, через «Серебряный ручей». А там уже вы и сами, наверное, знаете, — махнул рукой мастер каменщик.

Парень взглянул на жену Ирвина и задумчиво произнес:

— Да, тут, пожалуй, есть из-за чего злобу затаить. Ну а теперь-то что вы делать надумали?

— В Чайке свою долю искать, — развел руками Ирвин.

— Без лошади? Со сломанной телегой? — уточнил Мак.

— Ну, так... село немалое, какую-нибудь телегу найдем...

— А лошадь вы откуда возьмете?

Ирвин с супругой переглянулись и кивнули на окно, которое выходило во двор.

— Мы хотели... вас просить...

Темный ученик принялся массировать переносицу.

— Вообще-то, это мои мертвецы, если вы немного не заметили. И у стражи к телеге, которую тащат мертвецы, будут довольно серьезные претензии. К тому же они довольно простые, думают не особо хорошо. Они завязаны на волю командира.

В этот момент кто-то обрезал невидимые нити и поднятые мертвые слуги синхронно рухнули на землю, словно мешки с картошкой.

— Мак? Что происходит? — спросила девушка, когда заметила произошедшее на улице.

Парень поднялся из-за стола и дернул щекой.

— Они нашли источник этих тварей, — произнес ученик и отправился к разложенным в углу сумкам. — Левитания, ты остаешься здесь! Если меня не будет несколько дней, ты...

— Я иду с тобой! — заявила девушка.

— Ты сидишь здесь! — добавил в голос строгости Мак. — Отряд уничтожен, призрачный сержант тоже. Скорее всего, это проклятый...

— Какой проклятый? — тут же сбавила обороты друид, собиравшаяся устроить скандал.

— Я не знаю другого противника, способного уничтожить сержанта, — пояснил Мак. — Даже если это не проклятый — мне придется туго. Ты для меня будешь обузой...

— Я не обуза! — тут же снова вспыхнула злобой она.

— Но и боевой маг из тебя, откровенно, не очень...

Сложив в одну сумку головку сыра и кусок хлеба, а также малый набор инструментов, ученик подхватил сумку с тетрадями, где вел свои записи, и вышел из дома.

— Проклятые, — тихо произнесла молчавшая женщина. — Они сюда ведь не доберутся?

***

— Двадцать три разведчика и пять химер, — раздраженно произнес Мак, быстрым шагом приближаясь к месту, где погиб призрачный сержант. — Какого черта ты там прилип? Может мне еще и указатель для тебя поставить «Избранный там»?

Выйдя на поляну, парень обнаружил, что его дожидается лысый бледный старик. Он стоял посередине поляны, держа руки за спиной. На лице застыла кривая ухмылка.

— До чего настырный молодой человек, — встретил его словами проклятый. — Я думал, уже после первой пятерки разведчиков догадаетесь, что вас ждут здесь.

Мак не стал отвечать. Он спокойно открутил болты на кандалах и убрал их в сумку.

— Неплохой, к слову, призрачный сержант, — улыбнулся он. — И артефакт ему вручили интересный. Но вы недооцениваете сообразительность подобных сущностей. Она могла обратить меч против создателя. Не стоило создавать такие риски...

— Учту на будущее, — кивнул ученик, растирая запястья.

— Простите, — улыбнулся противник. — К сожалению, у вас нет будущего.

После этого он поклонился на старинный манер и, резко выпрямившись, выдал огромное копье тьмы, которое с безумной скоростью метнулось в Мака. Мгновение – и оно с грохотом разбилось об элементальный полусферический щит, который окружил парня.

— Молодежь, — вздохнул проклятый, морщась от такого щита, и повторил прием, который уже применял с призраком. Резкие быстрые взмахи – и в защиту полетели лезвия, одно за другим, но все они без толку разбились о полусферу тьмы.

Спустя несколько десятков лезвий проклятый прекратил выдавать заклинания и хмуро глянул на защитную полусферу.

— Признаюсь, вы меня удивили, — развел он руками в стороны. — Сколько же у вас силы, что ваше учебное заклинание держит боевые?

Он спокойно подошел к куполу и присмотрелся, сощурив глаза, которые заволокло тьмой.

— Нет, это определенно учебное заклинание, — подтвердил свои предположения проклятый. Протянув руку, прикоснулся к защите, но, вместо того чтобы прогнуться под его манипуляциями, сфера выстрелила острым обсидиановым клинком, пронзившим тело.

— Все-таки не учебное, — произнес он, опуская взгляд на живот, куда вошел клинок. Спустя секунду тело проклятого содрогнулось, а из его спины выросли еще три острых кончика темных клинков.

— Древо клинков? — с перекошенным лицом спросил маг. — Плавали, знаем.

Он ухватился за первоначальный клинок и, поднатужившись, обломал его. Пошатываясь, проклятый сделал несколько шагов назад и упал на колено.

— Неплохо, но не смертельно, — произнес он, не отрывая взгляда от темной сферы. — С простолюдином или студентом университета, может, и прошло бы, но не со мной...

Черные обсидиановые клинки обратились в пыль спустя два вздоха. Проклятый поднялся на ноги и уже начал разводить руки для нового плетения, но тут до его ушей донеслась усмешка парня.

Внучатый смерти обернулся и с удивлением обнаружил противника у себя за спиной.

— Ты не можешь уйти отсюда, так? — спросил темный ученик. — Ты повязан с этим местом!

— А вот это уже интересно, — облизнув губы и затравленно оглянувшись, произнес проклятый. — Теневое перемещение? Или ты шагнул через тьму? Признаться, я этого не заметил... Старею?

— Тут ведь место выхода силы? — не обращая внимания на старика, продолжал рассуждать темный ученик. — Иначе зачем тебе так держаться за эту пещеру? — не обращая внимания на вопросы проклятого, рассуждал вслух Мак. — А если тут выход силы и ты от него питаешься, то сам ты как маг уже ничего не представляешь. Ты просто паразитируешь, как слизняк... — Мак вскинул брови оглянулся. — Теперь понятно, почему вокруг нет темной силы. Ты ее просто поглотил.

— Зря дерзите, молодой человек! — скривился в бешенстве противник, резко дернув в сторону рукой, отправляя в парня очередное темное лезвие и одновременно призывая прямо перед собой трехметровый щит из черного обсидиана.

Отбив лезвие, Мак был неприятно удивлен. Как только он развеял встречным потоком силы лезвие, высвободившаяся сила тут же перестроилась в множество мелких игл. Заклинание оказалось с подвохом, который едва не угробил парня. Действуя по наитию, он рухнул на землю, пропуская над собой облако мелких игл тьмы.

— Вот об этом я и говорил, — усмехнулся проклятый. — Вместо положенной мгновенной защиты вы предпочли упасть на пузо, словно запуганный зверь. Это определяет ваше естество! Опасное животное, не более того.

Проклятый маг с презрительной усмешкой сложил руки крестом и прижал к груди. В следующую секунду он покрылся черной тягучей силой, из которой в сторону Мака потянулись длинные щупальца.

Медленно, но неотвратимо, меняя форму, они приближались к парню. Выпущенное Маком копье тьмы и пара лезвий на них не подействовали.

— Глупости, — донесся до темного ученика голос противника. — Тебе не одолеть меня! В силе я тебе не уступлю. У меня источник под контролем. А в мастерстве, пусть это и не моя родная стихия, я намного искуснее. Тебе просто нечего мне противопоставить...

Мак раздраженно дернул щекой и прошипел:

— Тьмой тьму не взять, да? — он развел руки в стороны, набирая в грудь как можно больше воздуха, и, медленно выпуская воздух, просипел ключевое слово заклинания смерти: — С-с-с-и-и-ш-ш-шта-а-аре-е-е-ес-с-с-с-с...

В это мгновение шипящие звуки слова-активатора заставили бывшего мастера смерти вздрогнуть. Из рта ученика с ключевым словом повалил серый дым к объятому тьмой Ильесту. Заклинание, словно растворитель, поглощало щупальца, особо даже не задерживаясь. Вдобавок поглощенная им тьма, изменяясь, вливалась в облако смерти, усиливая последнее. Но противника заклинание смерти не достигло.

— «Слово смерти», да? — со вздохом спросил проклятый, рассматривая землю под ногами. — Отличное заклинание. В свое время я считал его коронным и знал восемнадцать его вариаций. Давно это было... — старик поднял левую ладонь и взглянул на черное пятно на ладони. — Жаль, конечно, что так вышло. Я скучаю по своей стихии...

Он поднял взгляд и обнаружил Мака в пяти шагах со сжатыми до проявления напитанных темной силой вен кулаками.

— Однако хочу заметить две вещи. Первая — ваш вариант слишком упрощенный, да и исполнение, мягко говоря, топорное. Никакой концентрации, никакой формы, а само плетение того и гляди развалится на части, — старик, не обращая внимания на мелькнувшую между кулаков Мака молнию, показал ладонь с черным пятном оппоненту и, усмехнувшись, добавил: — А второе — вы выбрали плохую дистанцию. Собственно, это и стало вашей роковой ошибкой...

Ильест вскинул руку. Из темного пятна успела показаться сила в форме черной руки, но в этот момент темный ученик разжал кулак и из него метнулась черная молния.

— Что? — замер Ильест, взглянув на руку, с которой так и не сорвалось заклинание. — Что это было?

Он ухватился за дыру в рубахе на груди, что оставило заклинание Мака, затравленно взглянул на парня и с усилием вдохнул.

— Что это такое?

Проклятый махнул рукой, еще раз и еще. Затем он сделал пару шагов назад и встал в замысловатую стойку с вытянутыми вперед ладонями, при этом он даже немного покраснел, словно тужился.

— Что ты сделал с моей силой? — спросил он, со страхом смотря на приближающегося парня. — Отвечай, ублюдок! Что ты с ней сделал?!

— Не с твоей, а с нашей, — пожал плечами Мак, доставая из-за пазухи нож. — Черная молния замыкает искры дара заклинателя и цели. Ближайшие несколько часов мы оба просто люди...

— Черной молнии не существует... — ошарашено произнес маг и, сглотнув, поправился: — Не существовало...

Когда до противника оставалось каких-то два шага, взгляд Ильеста зацепился за блеснувшее лезвие ножа. Теперь до него дошла мысль о том, что все может закончиться банальной поножовщиной.

Не тратя больше ни секунды, понимая, что убежать от молодого здоровяка не удастся, старик не придумал ничего лучше, чем броситься на парня, стараясь попасть крючковатыми пальцами в глаза.

Мак встретил его выставленной ладонью, которой он ухватил старика за лицо, благо огромной кисти хватило. Руки темного ученика были длиннее, и это дало безнаказанно удерживать его на расстоянии.

— Ничего личного, — произнес парень, прежде чем нанести несколько ударов в живот и грудь вытянутой рукой и откинуть старика в сторону.

— Животное! Ты просто грязное, тупое животное... — пробормотал старик, харкая кровью и пытаясь подняться на ноги. — Тебе просто повезло... Я... Я достану тебя, ублюдок...

— Не принимай близко к сердцу, — морщась, произнес Мак, рассматривая вполне человеческую кровь на руках. — Дело не в тебе или во мне. Жизнь такая.

Мак подошел к стоящему на карачках мужчине и, прикинув длину нож,а начал примеряться. Выбрав удачное положение, он нанес один удар левее позвоночника, между ребер, точно в сердце.

— Мразь... — произнес проклятый, падая на землю лицом вниз.

— Я же говорю, — вздохнул Мак, вынимая нож и вытирая его об одежду проклятого. — Не принимай на свой счет.

Мак сделал несколько шагов и устало уселся на землю. Посидев пару секунд, он упал на спину, уставившись в серое небо.

— Не соврал, козлоголовый, — прошептал он. — Тяжело...

В себя он приходил около часа. Замыкание между двумя искрами дара к магии выбило из него все силы. Слабость казалась просто титанической, и не заснуть было настоящим подвигом. Но в итоге парень справился и поднялся на ноги.

С трудом и дикой усталостью темный ученик добрался до тела мага и заглянул ему под рубаху, проверил пустые карманы, но так и не нашел ничего интересного. Прикинув в уме, как он будет доказывать убийство проклятого, парень хмуро обвел бывшее поле боя взглядом.

— Где-то тут я видел топор, — пробормотал он, намереваясь взять в качестве трофея голову Ильеста.

***

— Мне как-то не по себе, — прошептала Левитания.

Мак решил перестраховаться, когда думал о сборе доказательств. Поэтому он, переборов усталость, постарался прихватить максимум улик. Для подтверждения он приволок с собой все головы монстров, что смог найти в округе. Для такого груза понадобилась еще одна телега.

Снова пришлось прибегнуть к магии и найти место, где был разбит караван, благо это оказалось недалеко. Телега нашлась, но она едва ехала. На каждом ухабе скрипела так сильно, что у парня была четкая уверенность — пни ее хорошенько и развалится.

Самым сложным было запустить простенький ритуал. Силы после черной молнии возвращались настолько неохотно, что темному ученику приходилось прилагать серьезные усилия, чтобы элементарно запустить ритуальный рисунок. Однако, состряпав на скорую руку пару химер, парень все же сумел дотащить трофеи до деревни. В ней он не стал задерживаться и, собрав пожитки, отправился в город, выделив одну химеру для телеги с пожитками мастера камня.

Друид всю дорогу сидела словно на иголках. И этому было весьма простое объяснение. Караван тащили химеры из мертвой плоти, головная телега, где сидела Левитания, была вся заляпана кровью, и несло от «груза» так, что даже Мак морщился. Какие чувства испытывали мастер камня с супругой, ехавшие поначалу сзади, она предпочитала не думать. Супружеская пара спустя полчаса пути решила, что лучше им будет идти впереди каравана пешком.

— Да, воняет изрядно, — кивнул Мак.

— Я думаю, как бы нам стража въезд не запретила...

— Ерунда, — отмахнулся парень. Он, в отличие от девушки, не сидел в телеге, а шел немного впереди, ведя за поводья Иа. — У меня есть знак ордена. Это не будет проблемой.

— Все равно ты не член ордена...

— Прекрати, в который раз начинаешь этот разговор, — вздохнул ученик. — Ты лучше подумай о своей технике передвижения...

— У меня нет столько сканирующих заклинаний, — недовольно буркнула девушка. — Это просто невозможно!

— Готов поспорить, что есть! — не унимался Мак. Свой посох он продолжал нести в руках, периодический ударяя им и активируя поисковые заклинания.

— Есть, но они все связаны с лесом! — надулась Левитания. — В городе или степи я уже не смогу почти ничего сделать.

— Ну давай тогда подумаем с другой стороны, — прикинул ученик. — Если ты сама не можешь узнать, что творится от тебя на несколько сотен шагов, то надо того, кто знает.

— Это ты на нежить свою намекаешь? — сморщилась она. — Даже не думай!

— Нежить — это моя епархия, — вздохнул Мак. — И тут да, очень много вариантов. А вот твоя стихия – лес. Так?

— Так, — кивнула она.

— Так и найди среди обитателей леса того, кто станет твоим разведчиком, — пожал плечами парень. — Не верю, что в стихии леса не занимаются приручением питомцев. Или призывом каких-нибудь животных...

Мак обернулся и обнаружил насупившуюся девушку. Она молчала несколько секунд, после чего все же неохотно буркнула:

— Я не знаю таких обитателей.

Темный ученик на это только устало вздохнул.

— Сильнейшая и наиглупейшая, — буркнул он, продолжая путь. — Это была не шутка...

***

Мак стоял перед столом и рассматривал три мешочка, которые перед ним выложил Родгаз.

— Признаться, не ожидал, что ты на такое способен, — произнес калека. — Тут плата за работу в Серебряном ручье.

— Один мешочек — это за работу от муниципалитета, — предположил Мак. — Второй – от торгашей, по договору. А третий?

— За «Внучатого смерти», — пояснил горбун, кивнув на самый маленький мешочек. — За каждого убитого проклятого орден платит неплохую премию.

Мак кивнул и с интересом начал заглядывать в кошельки. В самом скромном оказались золотые монеты.

— Отлично, — кивнул Мак. — Теперь точно хватит.

Родгаз улыбнулся, глядя на довольного парня, убирающего заработок в кошелек.

— Я смотрю, у тебя запланированы серьезные траты?

— У меня до сих пор нет своего инструментария, — пожал плечами Мак. — Это доставляет серьезные неудобства.

Родгаз молча кивнул и указал в сторону пыточной.

— Господин Амура настоятельно рекомендовал выделить тебе небольшой полигон, — задумчиво произнес Родгаз. — Но у нас как такового полигона нет. Есть старые катакомбы под городом, которые мы используем для этого дела. Если тебе понадобится место, где можно отточить свои навыки, — лучшего места в городе ты не найдешь. За мощь заклинаний можешь не волноваться. Там стоит серьезная защита и поглотители магии. Чтобы такое поломать, надо быть как минимум «Ликом стихии».

— Спасибо, — кивнул парень. — Мне это очень поможет.

Калека устало вздохнул и оглядел парня с ног до головы.

— Послушай меня, — неуверенно начал он. — Меня переводят в другой город. Дальше наши пути расходятся, но ты не вешай нос! Работу тебе подкидывать будут, материал для твоих некроманских практик тоже найдут. Тут главное палку не перегибать, понимаешь? Ну и если что, за тобой будут приглядывать. С любой просьбой или пожеланием можешь обращаться к главе ордена в Чайке. Его зовут Роб Таврок.

Калека изогнул шею и взглянул в глаза парня.

— Я бы рад прихватить тебя с собой, но у тебя обязательства перед учителем. К тому же в Чайке безопаснее. Какое-то время здесь будет тихо.

— Я... уволен? — вскинул брови Мак.

— Уволен? — хохотнул горбун. — Нет, официально ты остаешься в штате «Белоснежной розы» на должности младшего помощника дознавателя. Можешь пользоваться полигоном и открытым отделом архива. Только сначала проконсультируйся с кем-нибудь.

— А ты?..

— Помнишь ублюдка с бараньими рогами? — скривился от злости Родгаз. — Он уже нашел себе новый аватар и не стесняется действовать в открытую. Раньше такого не было. Надо успеть обезглавить эту тварь, прежде чем он умудрится натворить что-то серьезное.

— Значит, — Мак протянул руку горбуну, — значит, прощай?

— До встречи, — скривился калека. — Ты же не думаешь, что ему удастся меня уничтожить?

— Нет, просто, — как-то задумчиво произнес парень, — увидимся мы не скоро.

— Этого не отнимешь, — кивнул Рогаз и собрался уже уходить, но тут остановился. — Слушай. Юринай, твой учитель,.. Он...

— Я уже понял: он старый и умирает. Мне надо успеть у него научиться всему, что возможно, прежде чем он уйдет на тот свет.

— Нет, я не про это, — Родгаз немного помялся, словно не хотел говорить. — Когда ты первый раз попал в наши застенки, он обивал пороги. Даже пытался проникнуть в тюремные застенки тайно...

— Он получит деньги, когда я стану подмастерьем. Там неплохая пенсия получится, — пожал плечами Мак.

— Да, только мертвым они не нужны, — снова заглянул ему в глаза калека.

— В каком смысле?

— Он знает, что умирает, — вздохнул калека. — Но продолжает тебя тащить в столицу и даже чему-то учить.

— Если он знает, то тогда зачем...

— Зачем, — поджав губы, повторил горбун и развернулся к выходу. — Вот я и хотел, чтобы ты об этом подумал. Зачем...

***

Глава 5

Все произошло, как всегда. Мак очнулся и ощутил, что он в полной темноте. Даже ощущения верха и низа отсутствовало. Однако в следующий миг увидел большой, даже массивный письменный стол, за которым его ожидал козлоголовый демон.

— Чего уставился? — хмыкнул довольный Амор. — Соскучился?

— Не сказал бы, — пожал плечами Мак.

— Тогда садись, — кивнул козлоголовый.

Осмотревшись, обнаружил за спиной кресло, в котором и устроился. Вновь повисла тишина, несколько минут Мак рассматривал демона, а тот спокойно перебирал бумаги, иногда вчитываясь, а иногда просто пробегая глазами по диагонали.

— Ты решил? — на секунду оторвался демон от своих бумаг, чтобы кинуть короткий взгляд на темного ученика.

— Да, — кивнул Мак. Он сжал кулаки и разжал их. Задумчиво разглядывая свои ладони, он огласил решение: — Я выбираю семью.

Демон отложил бумаги и уставился на «работника».

— Это твое право и твой выбор, — кивает он. — Последствия этого выбора тоже ложатся на тебя.

Демон рукой указывает за спину парня. Мак удивленно вскидывает брови, и тут до его ушей доносится шум толпы, крики, и громкий мужской голос:

— На ринг приглашаются участники весовой категории тридцать килограмм! Болотов Иван, клуб «Утес», и Ситников Денис, «Моторостроитель»!

— Ванька, — удивленно пробормотал Мак, тут же вскочил с кресла и обернулся. За его спиной оказался обычный спортивный зал, полный народа. В центре было отведено место для двух рингов.

Мак взволнованно пошел вперед, врезаясь в толпу, чтобы получше разглядеть, что там происходит. Выбившись в первые ряды, он с удивлением уставился на молодых мальчишек, одетых в специальные шлемы и перчатки. Первая мысль была «Боксеры?», но ограды не было, да и парни были почему-то в кимоно.

— Участник с красным обмундированием — Болотников Иван! Клуб «Утес»! — огласил судья и поднял руку парнишки в красном шлеме и с красными перчатками. — Участник в синем обмундировании — Ситников Денис! Клуб «Машиностроитель»!

Бойцы повернулись друг к другу. Судья проверил у обоих снаряжение и затянутые странным узлом пояса. Затем начал им что-то объяснять.

— Неожиданно, правда? — послышался голос козлоголового совсем рядом.

— Он же хоккеем занимался, — пробормотал Мак, глядя на сына, который с остервенением раз за разом взрывался серией ударов, умело используя руки и ноги. — Что это вообще такое? Тхэквандо? Каратэ?

— Это рукопашный бой, вполне себе самостоятельная дисциплина, — усмехнулся Демон.

В этот момент судья остановил бой свистком и что-то указал медикам, которые сидели за столом. К обоим ребятам подошли люди в халатах. Только сейчас Мак заметил, что у сына из носа течет кровь. На фоне красного шлема это было незаметно. Судья подошел к каждому из ребят и что-то спросил. Те в ответ кивали головами и спустя несколько секунд бой продолжился.

Как дерутся восьмилетние рукопашники? Почти так же, как дворовые мальчишки, разве что шлемы и амуниция не дают друг друга покалечить. По крайней мере отцу ребенка, бившегося на ринге изо всех сил, казалось именно так. Он не слышал ни баллов, которые начисляли за каждый правильно нанесенный удар, ни замечаний, ни восклицаний судей «неэффективно». Он был поглощен боем.

В какой-то момент судья остановил бой и подозвал к себе участников. Только тут отец заметил табло на столе, рядом с рингом. На нем был таймер, показывающий нули и очки.

— Со счетом двадцать восемь очков, против двадцати двух победил боец в синем снаряжении! Ситников Денис! Клуб «Машиностроитель»!

Судья поднял руку парня в синем доспехе вверх. Противники пожали руки, а затем отправились в разные углы.

Мальчишку в красном снаряжении рядом с тренером встречала Лена.

— Она постарела, — шепотом произнес Мак.

— Время все еще восстанавливается после манипуляций с ним, — со вздохом произносит Амор. — Время это не тот ресурс, которым можно спокойно пользоваться. Отголоски будут еще долго напоминать о том, что его потревожили.

— Сколько прошло в том мире, — закусив губу, спросил парень.

— Пока пять лет, но волна притормозила. Сейчас там время идет гораздо медленнее, чем у нас. Через пару лет в твоем родном мире, время в этом снова начнет разгоняться.

— Ты... — выдавил из себя парень, но умолк, закусив губу, наблюдая, как над сыном суетится супруга. Глубоко вдохнув, он собрал волю в кулак и задал вопрос: — Ты тогда говорил всерьез? Про... то, что надо тебя убить.

— Если ты когда-нибудь достигнешь того уровня, на котором сможешь меня убить, то ходить по параллельным мирам, пусть и с ограничениями, для тебя не составит труда, — пожал плечами демон. — Но ты его не достигнешь.

— Горшки тоже не боги обжигают, — тихо произнес Мак. — Я смогу вернуться.

— Вот поэтому ты никогда и не достигнешь такого уровня, — усмехнулся козлоголовый. — В тебе слишком много лицемерия, слишком узко смотришь. Единственное, что тебя выделяет, — это упорство.

— Лицемерие?

— Да, — пожал плечами Амор. — У нас с тобой договор? Договор. Я свою часть сделки исполнил? Исполнил. Ты исполняешь? Исполняешь. И вот в который раз ты говоришь мне в лицо, что собираешься наш с тобой договор нарушить. Тебя ничего не смущает?

— Я не думал...

— А ты подумай! Подумай над тем, что произойдет, когда ты явишься обратно? Вот он я! Встречайте меня! Я вернулся! Я тут мир недалеко спасал! Пришлось немного поубивать, немного побыть героем в постели и на людях. Так, ерунда... Бе-е-е-естолочь! — проблеял демон и указал на супругу.

За спиной женщины стоял широкоплечий мужчина в классическом костюме. Он присел рядом с Леной и обнял Ваньку. Со всхлипами и слезами он прижался к мужчине. Мак видел, как ребенок ему что-то рассказывает, тот успокаивающе его теребит по голове и тихо отвечает. А когда мужчина встал, то Лена прижалась к нему всем телом. Незнакомец обнял ее за талию и поцеловал в губы.

И в этот миг небо обрушилось на землю. Раскрылись хляби небесные, и звезды сорвались со своих орбит, полыхал пожаром вековой лес, горы переворачивались, и текли вспять реки. Весь мир катился к чертовой матери. Только мир этот был внутри черепной коробки Мака.

Парень стоял каменным изваянием и смотрел на удаляющихся из зала бывшую супругу, сына и мужчину, что теперь вместо него отец, вместо него муж... вместо него.

— Там прошло пять лет, — спокойно и ровно произнес демон. — Ты же не думал, что красивая женщина будет ждать с того света мертвого мужа? Или ты хотел, чтобы она осталась старой девой, а сына никто и никогда не учил быть мужчиной? На что ты вообще надеялся, когда собирался вернуться в этот мир?

— Я не...

— Слишком узко мыслишь, — повторил демон, перебивая парня. — Слишком лицемерен! Не позволяешь другим и считаешь их предателями за то, что позволяешь себе. Ты эгоист, собственник и лицемер.

— Хватит, — тихо ответил Мак.

— Хватит что? Хватит следить за тем, чтобы сущности твоего мира не грохнули твою семью? Хватит говорить о том, кто ты есть? Или хватит помогать выполнять тебе твою работу?

— Прекрати, — уже более громко произнес Мак. — Верни меня обратно...

— Черта лысого тебе в штаны, а не обратно! — прорычал демон и ухватил парня за воротник. Он тащил его за собой, словно куклу.

Выйдя на крыльцо огромного зала, Амор перехватил темного ученика за волосы и повернул его голову на стоянку. Там, рядом с большой дорогой машиной, встав в боевую стойку, стоял тот самый незнакомец и выполнял простые боксерские движения. Двойка, тройка, апперкот. А рядом с ним, копируя словно тень, повторял движения Ваня. Лена стояла рядом и с улыбкой наблюдала за синхронными движениями своих мужчин.

— Посмотри на счастливые лица этой женщины и ребенка! Это моя заслуга! Это делаю я! И если ты решил, что можешь сделать свою семью счастливее явлением с того света, — ты глубоко ошибаешься! — шипел на ухо демон. — Без меня они не протянут и года! Без меня ты не проживешь и пары месяцев! Слышишь?! Я! Твое! ВСЕ! Я твой бог, твой начальник, твой суд и твоя совесть!

Демон отпустил парня, который сломанной куклой рухнул на бетон крыльца.

— Занимайся с Юринаем. Чем больше успеешь у него научиться, тем больше шансов не сдохнуть в самый ответственный момент, — произнес Амор. — Скоро у тебя будет новая работа.

Мак не ответил, да и демон не стал дожидаться ответа. Он молча растворился в воздухе, а парень, не моргая, смотрел на голубое небо, на котором от одного края горизонта до другого тянулись легкие перистые облака.

— Словно кто-то масло на хлеб намазал, — прошептал он, поднимая руку к небу и сжимая ее в кулак. — Я так давно не видел неба...

***

Это было очень тяжело.

Не знаю, как переживали другие, но для меня это было действительно катастрофой. Нет, я не ненавидел этого незнакомого мужчину. Мозгом я все понимал. Я не обвинял жену, даже мысли не было. Сына винить в чем-либо было еще глупее. Все было логично, все было правильно. Я ведь и сам далеко не ангел. Но...

Но ни один логический довод, ни одна отговорка — ничего не могло меня заставить успокоиться. Сначала — это был шок и ступор. После нескольких часов — это было отчаяние. На следующий день, когда я вышел из комнаты, чтобы поесть, — это превратилось в тихую тлеющую злость.

Причем злость без конкретного объекта ненависти, без логики. Я просто ненавидел все. От лучиков солнца, проникающих между свинцовыми тучами, до всех, кто находился рядом. В таком состоянии я пробыл несколько дней, прежде чем я смог адекватно воспринимать реальность и хоть что-то делать.

Когда вместо тихой злости я начал принимать то, что произошло, то очень отчетливо ощутил пустоту. Внутри словно чего-то не хватало. Вокруг была магия, вокруг творились немыслимые для человека из моего мира вещи, мир был полон опасностей и безумных возможностей! И при всем этом он никаким образом не мог заполнить ту пустоту, что творилась у меня внутри.

Не было желания заниматься анализом, не было желания заниматься магией или учебой у Юриная. Не было желания куда-то идти и что-либо делать. Меня начала поглощать апатия.

Решение вернуться к обучению у Юриная было спонтанным. Нет, меня не тянуло к знаниям. Просто меня одолела скука. Дальше лежать на кровати в своей комнате было невыносимо.

Не знаю, что сыграло главную роль: обучение или просто время, но постепенно я начал возвращаться в реальность. Пустота никуда не делась, но с ней уже получалось жить дальше...

***

На палубе корабля стало гораздо уютнее. Зелень, которая оплела все снасти, после небольшой прополки, превратила старую галеру в настоящую беседку. Левитания, оттачивая навыки контроля воздействия на растения, смогла сделать из корней этих растений подобие кресел и столика. Теперь, зеленый снаружи, корабль внутри был усыпан цветами всех расцветок, а посередине, у шкафа, располагался столик и три кресла из переплетенных кореньев.

Охране в виде скелетов тоже, к слову, досталось. У некоторых руки или ноги были оплетены побегами, у некоторых цветы прорастали сквозь глазницы, а у одного, с проломленным черепом, так и вовсе из головы торчал свежий, сочный побег.

Но ни антураж, ни пекло не мешали Юринаю заставлять Левитанию переделывать заготовку в третий раз.

— Теперь-то углы совпадают! — не сдавалась друид и пыталась доказать свою правоту. — Вот эти фигуры и вот эти! Все на месте!

— Да? — хмыкнул Юринай и достал заготовленный трафарет с вырезанной окружностью. — А теперь попробуйте приложить окружность так, чтобы все фигуры в нее поместились!

Левитания взяла в руки трафарет, но, даже не прислонив его, тут же с тяжелым вздохом вернула обратно.

— Да, это трудно - держать столько нюансов в голове, но поверьте: если вы овладеете этим навыком, дальше будет гораздо проще! — развел руками Юринай. — Вам и надо было всего-то не размахиваться и упаковать данный рисунок в окружность.

Девушка, скрипя зубами, выкинула дощечку за спину, где уже скопилось несколько неудачных экземпляров.

Рядом же с Маком лежали шесть стопок дощечек с различными вырезанными рисунками.

— Так. Благодаря этим упражнениям мы с тобой достоверно выяснили: у тебя с глазомером, слава богам, проблем нет. Теперь тебе понадобится справочник по материаловедению, — старичок достал его из сумки, которую приволок с собой. — Малый набор артефактора и несколько извилин!

Мак уставился на учителя, вскинув одну бровь вверх.

— Нет! Мозги мне не нужны. Они нужны тебе! В смысле не мозги, — тут же затараторил Юринай. — Я имел в виду твой разум!

Парень кивнул, и Мастер-артефактор продолжил:

— Бери первую дощечку! Взял? Смотри теперь сюда... Мы с тобой знаем, что вот эта часть рисунка будет отвечать за нагрев. Вот эта отвечает за охлаждение. Вот эти части рисунка отвечают за управление и перераспределение ресурсов, а вот та часть банально воспринимает то, что вокруг, и подает сигнал на управляющую часть, — старик перестал водить пальцем по дощечке и взглянул на ученика. — Задание состоит в том, что тебе нужно разобраться, что это будет за артефакт. Ну, по крайней мере ты должен понять, что он должен делать. После этого тебе надо будет подобрать ему лучшую форму, а также рассчитать самый эффективный материал и примерную стоимость.

Темный ученик молча кивнул и, достав писчую палочку, принялся что-то черкать на чистой дощечке. Через несколько минут, периодически постукивая палочкой по столу, он усмехнулся и начал рыться в справочнике по материаловедению.

— Вы почти у цели, — одобрительно взглянул Юринай через стол на то, что получалось у Левитании, но не успел он указать на ошибки девушки, как подал голос ученик.

— Это будет артефакт для хранения... продуктов? — почесал лоб Мак. Он не сразу сообразил, как объяснить местным значение термостата. — Этот артефакт будет поддерживать постоянную температуру в заданном объеме.

Юринай озадаченно взглянул на парня и произнес:

— Верно, но... Какое применение и в каком виде ты видишь?

Мак задумался. Из головы не хотела выходить микробиологическая лаборатория с термостатами, в которой он бывал в прошлой жизни, но все же спустя несколько секунд в голове мелькнула мысль.

— Такие артефакты применяют там, где нужна постоянная температура. Я знаю, что так должны вызревать сыры и вино, — пожал плечами Мак. — Еще можно его использовать как холодную камеру, если настроить и поддерживать низкую температуру... но это будет затратно по силе. Дорогие ингредиенты.

— Ну? — сложил руки на груди старичок. — Я пока не услышал от вас никакой конкретики!

— Я думаю, что такой артефакт должен быть стационарным, как одна из частей погреба, в котором будут хранить вино или другие напитки, — пожал плечами Мак. — Только вот одной температуры мало. Не помешал бы контроль влажности.

Старичок довольно улыбнулся и закивал головой.

— Совершенно верно! Именно подобные артефакты стоят в погребах всех известных виноделов.

— Если это будет устанавливаться в погребе, то я бы рекомендовал брать камень. Тип камня будет определяться склонностью силы изготовителя. В моем случае это будет черный обсидиан. Идеальный в моем плане материал, — добавил ученик.

— Отлично! Просто отлично! — улыбнулся Юринай.

Однако удовольствия или радости на лице парня он так и не увидел. Даже тени улыбки.

— Мак, — прокашлялся учитель, прежде чем начать. — Что с тобой происходит? Ты третий день сидишь здесь. Никуда не выходишь, почти не спишь. Я видел тебя только за книгой либо здесь, глазеющим на бухту.

— Ничего, — мотнул головой парень. — Все нормально.

— Ты поссорился с той торговкой? — начал перебирать проблемы Юринай. — Задолжал кому-то денег? У тебя какие-то проблемы с орденом «Белой розы»?

— Нет, все действительно нормально, — отмахнулся Мак. — Просто немного устал.

Мак поднялся из-за стола и потянулся.

— Мне просто надо отдохнуть.

Старичок сложил руки на груди и недоверчиво уставился на парня. Тот уже собрался уходить, но тут вспомнил один интересующий вопрос.

— Я все хотел у тебя спросить, — начал вопрос Мак. — Как ты решился написать труд «Маготроника в артефакторике»?

Юринай вздохнул и полез в складки мантии, достав свою белоснежную трубку.

— Я был молод и амбициозен, прямо как ты сейчас, — начал рассказывать старичок, кинув мельком взгляд на друида, которая, не стесняясь, грела уши. — Я тоже занимался анализом, но, в отличие от тебя, у меня простор был намного шире. Артефакторов по миру хватает, но по-настоящему сильные артефакты умеют делать единицы. Сам артефакт — это не плетение, которое раз исполнил и делай по новой. Рисунок и принцип работы артефакта расшифровать довольно просто, если, конечно, он не был сделан так, чтобы не смогли его повторить.

Юринай набил трубку табаком и принялся ее раскуривать. Сделав несколько глубоких затяжек, продолжил:

— Вот и получается, что работа с артефактами предоставила мне огромное поле для анализа. Многие заклинания и ритуалы спрятаны от посторонних глаз в архивах «Белой розы», кланов или просто утеряны. А вот артефакты оставались на виду. Порой, увидев глазами всего один раз артефакт, я сидел по несколько ночей, чтобы повторить его рисунок, — выпустив крупную струю дыма, он усмехнулся воспоминаниям. — Я тоже искал унификации, думал, что смогу сделать самый сильный, легендарный артефакт. Надо было только понять, как делают другие артефакты.

— Анализ и метод тыка, — кивнул Мак. — А почему тогда ты мне не рассказал о маготронике? Вы же с Сартом сразу поняли, что я делал?

— Боялись спугнуть, да и маготроника... — старик укусил кончик мундштука и взглянул на ученика исподлобья. — Уриная не зря считают безумцем и отмороженным темным магом. Нет, он никого не убивал и не приносил в жертву сотнями. Просто те выкладки и тот подход, который он предлагал, многим казались безумием. Даже несмотря на то, что одни и те же техники и выкладки наголову превосходили любые другие. И за это его очень не любили. Вековые подготовки, вековые свершения – все это оказалось неверным. А ведь это уже в традициях, в обычаях, да почти везде!

— Это не повод, чтобы отказываться от такого, да и... — не унимался Мак.

— Это опасно! — оборвал Старый Мастер. — Если артефакт можно уничтожить, то развеять неподконтрольное плетение создателю очень трудно. Особенно если плетение начинает черпать силу из окружающего пространства...

Старичок махнул рукой и злобно скрипнув челюстями глубоко затянулся.

— Знал бы ты, сколько бед натворили такие заклинания. Бушевали пожары, вставали мертвецы, торнадо срывало крыши с домов. И все это из-за того, что кто-то возомнил себя знающим принцип заклинаний. Маготроника Уриная опасна... И я с уверенностью могу сказать, что полную версию его трактатов никто, кроме него самого, так и не видел. И слава богам! Я только слышал, что он разбирал древние ритуалы вознесения богам. Еще он вроде был знаком с магией бездны, но это уже слухи.

— Как такое могло произойти? — недоверчиво пробормотал Мак. — Разве плетение и ритуал не распадаются, если рисунок выполнен...

— В том то и дело, что явления «потери контроля» непредсказуемы. Тысячи лет торнадо вызывали определенным плетением. Это плетение отработано, оно опробовано разными магами, и именно это плетение принято как стандарт, — Юринай глубоко затянулся и продолжил, выпуская дым через ноздри. — И потери контроля с этими плетениями тоже встречаются, но только на стадии освоения плетения.

— А как же ритуалы?

— С ними все гораздо проще, — улыбнулся старичок. — Чаще они просто не запускаются.

— А применить маготронику к ритуалам разве невозможно? Там же все проще пареной репы и...

— А кто этим будет заниматься? Ритуалистов же по пальцам пересчитать! Ты хоть знаешь, почему нас в империи очень мало? — усмехнулся Старый Мастер. — Потому что это слишком сложно и слишком обременительно. Ритуал надо готовить, он одноразовый, требует точности! Да у всей ритуалистики целый ворох ограничений! А эффект по сути своей не сильно превосходит те же плетения или магию силы воли.

— Точность, — возразил Мак. — Ритуалистика даст фору любой технике или школе в плане точности. Те же поисковые заклинания...

— Никому не нужна такая точность, — грустно вздохнул учитель. — В повседневной жизни это бесполезное излишество... Нет, конечно, иногда именно точность и решает, но это бывает нечасто. А если смотреть в корень проблемы, то что будет проще? Ритуал света Алдуина, со всеми выкладками, или элементарный «Светляк» на элементарной основе? Светляк — учебное плетение. Делается пять минут – и у тебя источник света в заданонй области. А ритуал «Света Алдуина»? Видел его?

— Видел, — вздохнул Мак.

— Вот и я о том же, — усмехнулся старичок.

— Но насчет длительной подготовки — не согласен! — мотнул головой Мак. — Я использовал принцип копии, чтобы активировать ритуал. В итоге скорость ритуала увеличивалась...

— Принцип копии? — вскинул брови вверх Мастер. — Откуда ты...

— Нашел записки в трактате, где упоминалась твоя работа «Маготроника в артефакторике», — усмехнулся Мак. — Почерк был жутко корявый. Я потратил не один час, чтобы его расшифровать. Видимо, это был кто-то из клириков ордена. Говорят, они часто грешат кривым почерком. Но, тем не менее, подход с печатями меня очень удивил. Вроде и на поверхности, а с другой стороны, вроде и оригинально. Сейчас покажу, я сделал походный посох.

Ученик отправился в свою комнату, откуда вернулся со своей поделкой. Длинный шест, расщепленный на навершии. В расщелину вставлена кость, к которой было привязано с десяток косточек поменьше. Парень не стал объяснять значение костяшек, висящих на коротких поводках, и просто перевернул посох вверх тормашками.

В основании посоха был вырезан миниатюрный вариант рисунка поискового ритуала.

— Радиус небольшой, — пояснил Мак. — Не больше пары километров, но этого хватает, чтобы почувствовать что-то больше собаки по размерам.

— А костяшки помогают менять то, что ищешь? — пробормотал Юринай, разглядывая посох. — Интересный подход. Однако ты же понимаешь, что это костыли. Плетения в этом плане удобны. Гораздо удобнее. К тому же, потеряй ты посох, и тебе придется постоянно чертить ритуал снова. А плетение — это не то, что можно потерять.

— Я не спорю с этим, — пожал плечами темный ученик. — Но ритуалистика тоже жизнеспособна.

Старичок улыбнулся, поймав первые эмоции парня, и кивнул в сторону шкафа.

— Иди, тебе надо выспаться, — Мастер вытряхнул пепел из трубки и постучал ею по подлокотнику кресла. — А мы пока вернемся с Левитанией к зельеварению.

***

Козлоголовый демон сидел в кресле. Рядом стоял журнальный столик с чайником и пустой чашкой. В руках у демона была чашка с блюдцем.

— Присаживайся, — кивнул он на соседнее кресло. Пока Мак располагался, демон налил вторую, пододвинув ее к парню.

— Зачем? — спросил Мак. — Это же сон?

— Это не мешает почувствовать вкус, — произнес демон и, взяв чашку в руки, пригубил напитка. — Ты уже понял, зачем я тебя позвал?

— Работа, — произнес ученик и взял в руки чашку. После того как он принюхался к напитку, попробовал его и с удивлением произнес: — А кофе такой, словно это не сон! Действительно вкусно.

Демон покивал и с улыбкой добавил:

— Одно из немногих удовольствий, которые я могу себе здесь позволить, — произнес демон. — Но давай ближе к делу.

Он поставил чашку на стол и, наклонившись к Маку, произнес:

— Работа несложная...

— Убить?

— Нет. Еще проще, — улыбнулся демон. — Надо всего лишь... Ничего не делать.

— В каком смысле? — нахмурился парень.

— В прямом. За тобой придут слуги клана «Громового утеса». Тебя доставят в поместье. Попросят вылечить ребенка. Вот тут и начинается твоя работа...

— Ничего не делать?

— Совершенно верно, — кивает демон. — Ты просто ничего не будешь делать.

— Погоди, но тогда, как я понимаю, ребенок...

— Ничего не делать! — с нажимом произносит Демон.

А в следующую секунду Мак проснулся от того, что его кто-то теребит за плечо.

— Просыпайся! — тормошил его Юринай. — За нами пришли из клана...

***

Юринай вошел в гостиную первым. Он привычным движением немного наклонился и подсел, чтобы шкаф прошел в дверь. За ним в дверь вошел Мак.

В гостиной в большом кресле сидел широкоплечий мужчина. Сидел он наклонившись вперед и упершись локтями в колени. Правая нога отстукивала быстрый темп. Едва они появились в дверях, мужчина поднялся на ноги и поинтересовался:

— Кто из вас темный?

Распрямившись, хозяин покоев оказался еще шире, чем воспринимался на первый взгляд. В памяти парня промелькнуло название клана, который упоминал Амор: «Вот уж действительно Утес».

— Юринай Аболосский, свободный маг, по праву дела, — слегка кивнул старичок, явно намекая на то, что не мешало бы и представиться.

Мужчина коротко на него взглянул и дернул щекой.

— Матран Грот, правая рука клана «Громовой Утес», — коротко представился он и обратился к старичку: — Темный — это он?

— Это мой ученик — Мак, — указал на него старичок, продолжая общаться подчеркнуто вежливо. — И да, его основная стихия — тьма.

Матран перевел взгляд на парня и, осмотрев, спросил:

— Ты лечил жену посла в империи Сатир?

— Да, был такой прецедент, — кивнул Мак. — Но ситуация там была тяжелая. Мне повезло...

— Ты на уголовника похож, а не на целителя, но это не имеет значения. В той комнате находится мой наследник, — кивнул головой он в сторону небольшой двери в спальню и с угрозой произнес: — Сейчас ты пойдешь туда и вылечишь его!

Мак молча смотрел ему в глаза и не собирался никуда идти. Прошло несколько секунд, но ученик никак не отреагировал на слова верзилы.

— Ты, видимо, меня не понял! — начал заводиться глава клана. — Ты идешь туда и лечишь моего наследника! Что вылупился? Ты слышишь, что я тебе говорю?!!

Грот уже заскрипел зубами, и в этот момент в нем забурлила сила крови. Он на глазах начал увеличиваться. Затрещала по швам одежда, и так немаленькие мышцы еще больше набухли, превращая его в монструозную машину.

— Я разорву тебя на части, если потребуется, — прорычал Матран. — Я живьем с тебя шкуру сниму! Если ты не вылечишь его — я вырву твое сердце!

Здоровяк схватил Мака за воротник и, словно пушинку, поднял его в воздух. Придавив его к стене, он прошипел сквозь зубы:

— Я ждал наследника много лет! Годами я кланялся в ноги целителям! Я бил лбом каменные плиты храмов! Мой род окроплял кровью клинок за любого, кто давал хотя бы призрачную надежду на излечение! И вот... Когда свершилось чудо и мое семя дало плод... — Грот с безумной скоростью нанес три удара в стену рядом с головой мага. От его ударов со стены отлетела шпаклевка, а с потолка, совсем рядом, упал крупный фрагмент лепнины. — Когда моя кровь увидела свет... Когда сила его крови впервые вырвалась наружу... Кто-то там наверху решил, что я пролил слишком мало крови! Кто-то решил, что сможет отобрать у меня МОЕГО НАСЛЕДНИКА!

Матран отпустил парня и начал обеими руками бить стену. Обезумевший от горя глава клана бил ее, пока по ней не пошла трещина от потолка до пола. Тогда он сделал несколько шагов назад и, тяжело дыша, произнес:

— Говори, что нужно. Мне плевать – как, но ты его вылечишь! Боги демоны, тьма, свет... Плевать! Он должен жить!

Сила крови потихоньку отступала, и мужчина снова возвращался в обычные размеры:

- Слышишь? Темный! Он должен жить... Мой мальчик, он должен выжить...

Здоровяк устало покачнулся и сделал пару шагов назад, после чего упал на колени.

— Он должен выжить, слышишь... Сделай что-нибудь... — мужчина закрыл ладонями лицо. Дрогнули плечи. Еще раз, и еще. — Богами... Всеми богами молю, не дай ему погибнуть... Тьмой и светом тебя заклинаю...

Грот размазал по лицу скупые слезы и пополз к Маку на коленях, продолжая причитать:

— Спаси его, я все отдам! Земли, деньги... Наш клан! Мы все умеем убивать! Хочешь? Я возьму тебя в клан! Мы станем тебе опорой! А? Только не дай ему погибнуть, — добравшись до Мака, он мертвой хваткой сжал его за кожаный жилет. — Ты же смог вылечить гной в животе! Я знаю! Никто не мог, а ты смог! Ты ведь умеешь! Ты сможешь...

Мак взял за руки убитого горем отца и отцепил от жилета. Ничего не ответив, он спокойным шагом направился к указанной двери. И как только он открыл ее, то...

***

— Стеноз? — спросил он сам себя по-русски.

Как только он открыл дверь, до него донеслось характерное сиплое дыхание, почти свистящее. Словно что-то мешало нормально дышать мальчишке.

Ученик подошел поближе. Парнишка лет пяти на вид дышал, как гончий пес. Быстро, шумно, с каждым вдохом выгибаясь, словно пытался ухватить еще немного воздуха. Шея отекла. Отекла настолько, что понять, где кадык, было почти невозможно. Лицо бледное, глаза блестят и смотрят в потолок. Губы и пальцы синие.

— Он задохнется, — закусив губу, произнес Мак. — Еще немного и он просто задохнется.

Мак сглотнул и по привычке еще из того мира начал рассуждать вслух на русском языке.

— Горячий... лихорадит, отек шеи... — Мак скинул одеяло с мальчика и припал ухом к грудной клетке, — жестковато, но не критично. В горле у нас...

Мак с трудом разжал челюсти парнишки и обнаружил, что все, что было дальше языка, было затянуто белыми пленками.

— Не может быть, — произнес Мак.

Оглянувшись, он обнаружил рядом небольшой столик, на котором стоял поднос с едой. Подхватив ложку с подноса, ученик снова открыл рот парня и с трудом подцепил край белесой пленки. Соскоблив немного, Мак увидел капельки кровавой росы.

— Дифтерия, — облизнув губы, произнес он. — Черт побери! Дифтерия!

В голове замелькали воспоминания программы из института, какие-то сыворотки, анатоксины, группы антибиотиков. Но все это разбивалось о местные реалии, которые были не так радужны.

— Спокойно, — попытался успокоить сам себя Мак. — Спокойно... для начала надо восстановить проходимость дыхательных путей...

Темный ученик с трудом смог нащупать кадык и трахею. Что-то прикинув в уме, он обернулся на вход. В это мгновение грудь мальчика под его руками замерла и свист его дыхания пропал.

Мак взглянул на парня. Тот не дышал, а под руками на шее не было пульса.

— Твою мать! — процедил сквозь зубы Мак и метнулся к столику с едой. — Нож... тут должен быть нож...

Идея сделать дополнительное отверстие для дыхания была не новой. Однако на подносе ножа не оказалось. Когда Мак хотел было уже бежать к Юринаю за инструментами, то обнаружил того в дверях комнаты.

— Малый хирургический набор! — крикнул ему ученик. — Быстро!

Но тот не пошевелился. Когда парень подошел к нему и попытался потрясти застывшего изваянием старичка, то обнаружил, что тот тверже камня.

— Договор, — тихо произнесли из угла комнаты.

Мак повернулся и обнаружил Амора, стоящего в углу комнаты. Демон больше ничего не говорил. Он спокойно и молча наблюдал за ним.

— Ты просто остановил время, так? — спросил темный ученик. — Фух, а я уж думал, что он задохнулся...

Тут в голове парня мелькнула мысль о сне и последнем задании...

— Погоди, ты... ты говорил тогда о том, чтобы я ничего не делал, — Мак взглянул на ребенка, а потом снова на демона. — Ты ведь не это имел в виду? Да?

Демон не ответил и продолжил молча за ним наблюдать.

— Я думал, ты про отца говорил... Ребенок-то, совсем ни при чем! — попытался объясниться Мак, но демон отрицательно покачал головой. — Нет, погоди! Так ведь нельзя! Мальчишка-то еще ничего не сделал! Ты не можешь просто так взять и отправить его на тот свет!

— Я и не отправляю, — усмехается демон. — Я просто не препятствую ему в этом!

— Но это же тоже убийство! — возмутился Мак. — Ты просто даешь ему умереть!

— Нет, — расплывается в хищной улыбке козел. — Это делаешь ты!

Мак сделал пару шагов назад. Взгляд заметался между Амором и мальчишкой.

— Нет, так быть не должно, — пробормотал ученик.

— Ты забыл, кто делает твою семью счастливой, — улыбка начала превращаться в оскал. — Ты забываешься, темный! Приказ простой — не вмешивайся! Тебя тут быть не должно! Этого ребенка просто не должно было быть!

В следующую секунду грудь мальчика вновь взмывает вверх. Ребенок продолжает хватать воздух ртом изо всех сил.

— Что с ним? — послышался голос Юриная за спиной.

Мак молча обернулся и уставился на старика тяжелым взглядом.

— Шея... у него отекла шея и во рту белые пленки, — произнес Мак, судорожно продолжая прокручивать в голове варианты.

— Белая удавка, — произнес Юринай и потер руками лицо. — Я... Я сам скажу ему, что мы ничего не можем...

— Можем, — перебил Мак. — Гарантий никаких, но кое-что мы можем!

Учитель недоверчиво взглянул на парня, взгляд которого судорожно бегал по комнате.

— Как ты собираешься его лечить? — осторожно поинтересовался старичок.

— Никак. Я и пальцем не пошевелю! — сквозь зубы процедил Мак. — Это сделаешь ты!

— Что? — вылупился Старый Мастер. — Я? Я же...

— Я все тебе расскажу! Я буду рядом! — попытался его успокоить Мак. — Делай, как я скажу, и мы сможем его вытащить с того света.

Юринай оглянулся. Прикрыв дверь в комнату, он повернулся к парню.

— Что нам понадобится? — спросил старичок.

— Белые простыни, ножи, ножницы, та сумка с «малым хирургическим набором», стол и артефакты. Много артефактов.

— Исцеления? — уточнил старичок.

— Не только. Надо еще парочку на смерть и пару на тьму, — пробормотал парень, продолжая судорожно соображать. — Помнишь, я тебя просил сделать артефакт, выдающий тоненький поток смерти и тьмы?

— Да, заготовки, они у меня в кладовке, — кивнул Старый Мастер. — Но что ты вообще собирался делать?

— Горло отекло, пленки оплели гортань изнутри. Они не дают ему дышать, — Мак взглянул в глаза учителя и уверенно произнес: — Чтобы он окончательно не задохнулся, мы сделаем ему разрез на горле, там, где близко трахея, и вставим туда трубку. Он будет дышать через нее...

— Это ведь шея! — всплеснул руками старичок. — Хлынет кровь!

— Если знать место, где резать, то не хлынет. Доверься мне!

— А почему не ты? Я же никогда...

— Не могу, — мотнул головой Мак. — Прости меня, но не могу! Не в этот раз, не сейчас, я просто не могу...

Юринай глубоко вздохнул и взглянул на мальчишку, затем на ученика, а потом на дверь, ведущую в гостиную, где выл от горя отец.

— Я в шкаф, надо достать все запасники, — решительно произнес он. — Твой инструмент там, да и мои заготовки тоже.

— Я поговорю с отцом, — кивнул парень. — Они достанут простыни и стол.

***

В спальне, над привязанным к столу мальчишке, стояли Мак и Юринай. Парень молча наблюдал за стариком и старался всячески его подбадривать. При этом он показывал, как двигаться, как делать и тыкал пальцем, указывая, где это делать.

— Вот так, — кивнул парень. — Вставляй ее между этими кольцами. Да, вот сюда. Заводи внутрь...

После последнего надреза на шее, в глубине тканей, между кольцами трахеи, из раны вырвался поток воздуха, который начал вспенивать кровь.

— Ни черта не видно!— сморщился старичок.

Мак тут же подал салфетку, чтобы промокнуть рану куском ткани, а Старый Мастер попробовал засунуть в рану трубку, но после минуты безуспешных попыток добавил:

— Туго идет, надо трубку потоньше...

— Тоньше нельзя. Ему будет трудно дышать. Ты ножом подрежь одно кольцо. Нам обязательно надо провести эту трубку внутрь, — объяснил Мак.

— Зачем было загибать трубку? Теперь жутко неудобно! — ворчал Юринай.

— Тогда конец будет упираться внутри в стенку трахеи. Либо перекроет ее, либо поранит. А это уже будет плохо.

Юринай подрезал кольцо и смог ввести трубку внутрь. Дыхание тут же продолжилось через нее.

— Он скоро придет в себя, — произнес ученик. — Пока все идет по плану.

— Долго он будет дышать через эту трубку? — спросил старичок, вытирая пот, выступивший от напряженной работы и волнения.

— Пока мы не справимся с заразой, — произнес Мак. — Теперь пора приступать к основному. Бери артефакты смерти и исцеления. Хорошо, — кивнул парень. — Теперь надо открыть ему рот и зафиксировать. Чтобы мы могли начать работать.

— Пленки, — нахмурился Старый Мастер, — белесые пленки! Они живые? Ты хочешь их убить и залечить тут же артефактом исцеления раны!

— Пленки — только часть проблемы. Зараза уже спустилась ниже, в «лимфатические узлы»...

— Лимфа... Куда спустилась? — нахмурился старичок от русского слова.

— Вот сюда, — указал Мак на подчелюстные лимфоузлы. — Но сначала пленки. Быстрее, пока настойка держит его в забытье! Начнем со смерти.

Старик раскрыл рот ребенку и вставил сбоку в него небольшую дощечку.

— С чего начать, — спросил он и постарался унять дрожь в руках.

— С того, что поближе. Долго не задерживай артефакт на одном месте. Не торопясь, води направленным лучом по краю, постепенно углубляясь внутрь.

Старик держал одной рукой артефакт, а второй придерживал первую руку, чтобы хоть как-то унять дрожь. Аккуратно и планомерно уничтожая пленки во рту, он постепенно приноровился и начал действовать быстрее. Иногда приходилось останавливаться, так как дифтерийные пленки под действием магии смерти просто хлопьями отделялись от слизистых. Несколько раз Старый Мастер руками выгребал ошметки этих пленок изо рта.

С зевом было покончено, но дальше было не добраться из-за отека, Мак указал на шею.

— Вот тут, потрогай, чувствуешь комок? Да, это тот самый узел. В нем скопилась зараза. Нам надо его выжечь, но не совсем. Немного должно остаться...

— Зачем? Если там зараза, то...

— Этот узел есть даже у здоровых. Он как бы... — Мак замялся, подбирая слова, но все же смог сформулировать: — Он является местом, где собирается зараза. Если она приходит в организм через рот, то обязательно задержится в этом узле.

— Типа отстойника? — вскинул брови Юринай.

— Да, типа того, — кивнул ученик.

— Тогда тоже магией смерти?

— Да. Один прокол, а затем тут же исцеляющий артефакт... Готов? Начали!

***

Ребенок все еще дышал через серебряную трубку, вставленную в горло. Однако улучшения были уже налицо. Отек с шеи спал, мальчишка пришел в сознание, синюшность губ пропала, и он довольно осмысленно рассматривал Мака и пытался что-то говорить одними губами.

— До чего крепкий малый, — усмехнулся темный ученик, глядя на оживающего на глазах ребенка. Парень взял пиалу с мясным бульоном и кусок хлеба. Размочив хлеб, он сунул его в рот мальчишке. — Ешь, надо набираться сил.

Мак повернул голову и взглянул на посапывающего Юриная. Он присел в мягкое кресло передохнуть и самым наглым образом отрубился. Теперь старик уже видел сны, а ученик продолжал потихоньку кормить ребенка.

— Давай-ка попьем, — произнес он, приподнимая его в кровати, чтобы он мог допить бульон. — А ведь мы с тобой уже часов шесть тут сидим. Считай, всю ночь провели. Интересно, что скажет наша заноза, когда выйдет из дома.

Взгляд невольно вернулся к двери, которая вела в гостиную. В комнату, кроме слуг, никто не входил.

— Надо бы переговорить с отцом, — вздохнул Мак и, уложив мальчишку, встал с кресла и отправился в гостиную.

В гостиной он застал хозяина клана в той же позе, в которой он их встретил. Перед ним стоял столик с подносом, на котором была еда, к которой он так и не прикоснулся.

— Я его чувствую, он еще жив, — едва слышно произносит отец.

— Да, мы добились улучшения, — кивнул Мак и, поймав взгляд красных глаз, тут же добавил: — Пока улучшения! До полного выздоровления еще далеко!

— Когда все решится? — спросил Грот.

— Окончательно — в течение месяца, но о выздоровлении можно будет сказать примерно через пару дней. Над ним нужен присмотр, — задумчиво произнес Мак. — Я думаю, тут хватит и обычных целителей...

— Я все оплачу, — тут же вскинулся Матран Грот. — Клан «Громового утеса» никогда не скупился на оплату...

— Дело не в том, что я пытаюсь сэкономить вам время, — вздохнул Мак. — Дело в том, что у меня есть и другие обязательства, которые я не могу нарушить. Даже если захочу. Например, перед орденом «Белоснежной розы». Я элементарно обязан выполнять свою работу...

— От ордена мы тебя прикроем, — усмехнулся Грот. — Уж кто кто, а мы под его влияние не входим.

Мак пожал плечами и тут же мгновенно оцепенел от поразившей его мысли.

— Скажите, а насколько сильно вы независимы от ордена?

— Абсолютно, — пожал плечами здоровяк.

— А как вы смотрите на то, чтобы немного поссориться с орденом? — заметив вскинутые брови Грота, парень тут же поправился. — Нет, не с самим орденом как организацией. А с отдельным его членом?

— А ты умудрился меня напугать, — усмехнулся собеседник. — Я уже думал, ты от нас войны с орденом хочешь, а ты просто с кем-то из ордена что-то не поделил. Говори, как его зовут и как он должен умереть?

— Зовут его Сит. Дознаватель Сит. — Мак усмехнулся и добавил: — Только вот отомстить я должен сам.

Грот взглянул на него уже по-другому и, дернув щекой, спросил:

— Убить дознавателя, да и еще того самого Сита? Клану это выйдет боком, — закусив губу, произнес он. — Если покалечить или публично унизить — это да. Вполне решаемо. А если убить члена ордена, да еще и дознавателя — тут могут быть проблемы.

— Что вы имели в виду, когда говорили «покалечить»?

— Суд, — усмехнулся здоровяк. — Подставить его и вызвать на «Суд крови». Самое простое и эффективное средство.

— Что-то я не понимаю смысла, — нахмурился Мак.

— «Суд крови» — это высшая инстанция для аристократов. При созыве «Суда крови» собираются несколько представителей кланов, которые и выступают свидетелями последующей схватки между враждующими. — Здоровяк усмехнулся. — Однако если этот дознаватель попадет на такое судилище, то в первую очередь попросит откупиться. Он же не боец, как я понимаю, а всего лишь дознаватель?

— Насколько мне известно — да, — подтвердил мысли Грота парень.

— Значит, запросит откуп, к гадалке не ходи. А вот тогда уже можно попросить, например, руку, или ногу, — пожал плечами здоровяк. — Надо только грамотно его подставить. Вот с этим придется повозиться...

— Вы можете? — Мак сделал неопределенное движение плечом. — Можете сделать так, чтобы подобный суд состоялся и... исполнял решение суда именно я?

Грот вздохнул и задумался на несколько секунд, но затем все же кивнул.

— Да, я думаю, это возможно.

— Тогда будем считать, что мы договорились!

В этот момент скрипнула дверца шкафа и из нее показалась Левитания, одетая в домашних халат и с чашкой ароматного чая. Она вылупилась на обстановку, остановила недовольный взгляд на темном ученике и с раздражением произнесла:

— Не соизволишь ли пояснить, что происходит...

— Пока ты спишь? — закончил за нее фразу Мак и отмахнулся. — Ничего важного! Так, «Белую удавку» лечим, вот с человеком хорошим познакомился!

Глава 6

Мак сидел и клевал носом над книгой. Голова под силой тяжести постоянно соскальзывала с руки и лоб, того и гляди, должен был воткнуться в разворот книги.

— Иди спать, — легла ему на плечо рука Юриная. — Ты совсем измотался...

— Что? А, нет... я еще немного посижу, — пробормотал Мак.

— Прекрати себя мучить и иди выспись, — настойчиво потрепал его за плечо старик. — Ты же просто спишь над книгой!

— «Чему быть – того не миновать», — произнес по-русски Мак и вздохнул.

— Что, прости?

— Просто предчувствие плохое, — отмахнулся Мак. — Не мог уснуть.

— Иди уже, — подтолкнул вставшего на ноги Мака учитель. — Выспись.

— Пожалуй, ты прав, — кивнул Мак и отправился в комнату. В кровать он рухнул не раздеваясь, отправившись в страну снов еще в полете.

***

Снова пришлось привыкать к потере ощущения верха и низа, к окружающей тьме. Перед взором внезапно возник стол и козлоголовый демон. Тот, в отличие от предыдущего раза, не перебирал бумаги на столе, а внимательно его рассматривал.

— Кресла не будет? — вздохнул Мак, оглядываясь.

— Ничего, постоишь, — пожал плечами Амор. — Когда я тебя просил «ничего не делать», я не имел в виду то, что это должен делать кто-то другой, — недовольно начал ворчать демон. — Ребенок должен был умереть, а ты...

— Я не мог поступить по-другому, — развел руками парень. — Действительно не мог. Дети должны быть вне политики. Они не виноваты в том, что родились в этой семье, с такими родителями. Они не должны...

— Конкретно этот — виноват, — недовольно фыркнул Амор. — Но это отдельная история, которая тебе, между прочим, выйдет потом боком!

— Да уж как-нибудь переживу, — хмыкнул Мак. — Ты меня отчитывать позвал, или у тебя есть для меня... «Работа»?

— В ближайшее время у меня к тебе только одна «Работа». Будь добр, не вздумай сдохнуть! — оскалился демон и, видя скептическое выражение на лице темного ученика, добавил: — Кобад, тот самый бараноголовый демон, создал из своего сектанта нового аватара. Довольно сильного аватара.

— А я-то тут при чем? — нахмурился Мак. — В Чайке его точно нет.

— Будет, — пожал плечами демон. — Скоро будет. В любом случае, он придет за тобой.

— Как придет, так и уйдет, — самоуверенно заявил Мак. — Один раз ему голову оторвал. Не думаю, что в этот раз он сумеет меня удивить.

— Ты недооцениваешь этого ублюдка, — криво усмехнулся Амор. — Тогда он просто тебя изучал. Даже не сопротивлялся. Можно сказать, играл. Сейчас он идет именно по твою душу. Его люди шпионят и наблюдают за тобой.

Мак нахмурился.

— А ты думал, он проиграл с позором? — хмыкнул Козлоголовый. — Если бы передал привет от меня, как только он тебя увидел — тебя бы размазали по той башне тонким слоем.

— Ты меня запугать решил или...

— Предупредить! — раздраженно бросил Амор. — Не спаси ты ребенка – были бы варианты мирно разойтись с Кобадом. Теперь тебе не убежать!

Мак замолчал, сосредоточенно пропуская в голове варианты, постепенно начиная вслух выдавать один за другим:

— Орден «Белой розы». Они могут устроить ловушку, где я буду живцом и...

— Умрешь первым! — тут же отбросил вариант демон.

— Он ведь не бог? Так? — после нескольких секунд раздумий выдал очередной вариант Мак. — Если он не бог, то магия бездны сможет его достать! От нее нет защиты и...

— Она угробит в первую очередь тебя, а его максимум хорошенько потреплет. Он не дурак, чтобы подставляться под удары бездны! — снова отправил в небытие версию Мака демон.

— Тогда я могу сбежать! Мы соберем вещи и двинем вдоль побережья, чтобы...

— Его сектанты наблюдают за тобой днем и ночью, — усмехнулся Амор. — Ты не сможешь незаметно взять и уехать из города...

— Уплыть! Мы можем уплыть! — не сдавался парень.

— День плавания от Чайки, не больше, и вас накроет шторм. Ты забыл, какой сейчас сезон? Красное море не любит шуток, — покачал головой Амор.

— И что мне тогда делать? — спросил Мак, впервые за долгое время почувствовав растерянность.

— Думать! — оскалился козлоголовый. — Я не собираюсь приносить тебе решения на блюдечке! Тем более что ответ лежит у тебя под носом!

— Мог бы и... — раздраженно начал Мак, но тут же проснулся и произнес вслух: — Подсказать... Вот ведь козел!

***

Мак шел по улице без определенной цели. До обеда вывернув все свои выкладки и тетрадки, темный ученик честно признался самому себе: «У меня нет способа убить высшего демона!».

Юринай, наблюдавший за учеником, не стал вмешиваться и терпеливо ожидал, когда тот попросит помощи, но парень, вместо просьб, отправился на прогулку.

Мак шел без цели, но подсознание имело свое мнение. Именно в тот момент, когда он пробормотал: «Он сказал: решение под носом» — его взгляд уперся в вывеску одной до боли знакомой лавки.

Недолго думая, темный ученик вошел в лавку. Не успел он закрыть дверь за собой, как его обвили руки Лины.

— Я совсем потеряла тебя, — прошептала она на ухо. — Ты совсем меня позабыл...

— У меня были дела, — вздохнул Мак. — Столько всего в последнее время навалилось...

— Неужто не нашелся хотя бы один вечерок, чтобы зайти ко мне? — недовольно нахмурила лицо торговка и прижалась к нему грудью. — Можно было просто зайти за какой-нибудь мелочью и дать знать, что ты занят...

— Прости, я действительно в последние дни не спал толком и работал, — ученик сморщился и добавил: — Да и теперь продолжаю работать.

— Ты себя совсем не жалеешь, — вздохнула торговка и заявила недовольным тоном: — Ты зачистил рощу «Серебряного ручья», а еще умудрился уничтожить аватар Кобада. Неужели тебе и отпуск не положен?

Мак нахмурился и взглянул на Лину с подозрением.

— Откуда ты знаешь о Кобаде? И что тебе еще известно?

Торговка взъерошила волосы одной рукой и впилась в губы парня, как следует вцепившись в него второй рукой.

— Я, конечно, не глава теневой гильдии, но почти вся торговля артефактами ночного мира идет через меня, — прошептала она после поцелуя. — Неужто я не могу узнать, как у тебя дела?

— И что ты еще знаешь? — вздохнул Мак.

— Я тебя не виню за «Падающий лист». Это ведь была сделка, так? — произнесла она, с прищуром взглянув ему в глаза.

— Я не намерен перед тобой отчитываться, — сморщился парень и потянулся к ее руке, но тут у него в голове мелькнула мысль, которая заставила его замереть.

— Я и не просила, — сморщилась она. — Некоторые за тебя волнуются, между прочим!

Женщина отстранилась и продефилировала в сторону прилавка, всем своим видом подчеркивая обиду.

— Пока вспомнил, — вздохнул Мак и полез в сумку, которую взял с собой. — Здесь выкладка по «Серебряному ручью». В той пещере естественное сосредоточение силы тьмы. В роще все равно периодически будут появляться темные твари...

— Это и так всем понятно. Роща всегда славилась дурной репутацией, — пожала плечами Лина. — Только тут уже ничего не поделаешь.

— Вообще-то, кое-что сделать можно, — Мак подошел к хозяйке лавки сзади и, приобняв за талию, положил перед ней несколько листов, исписанных мелким почерком. — Здесь расписан вариант установки темного зиккурата. Дело непростое, но в будущем принесет прибыль и навсегда избавит эту рощу от проблем.

Девушка мельком пробежала глазами по тексту и, убрав листы под прилавок, развернулась к темному ученику.

— Думаю, им это будет очень интересно, — она окинула его жучим взглядом и заскользила ладонями по его груди. — Но, я так понимаю, тут общие черты...

— Да, — кивнул Мак. — Разработка такого сооружения — дело непростое и небыстрое...

— Какую сумму мне им назвать? — прильнув к парню всем телом поинтересовалась она.

— Сумму? — ученик дернул щекой и произнес: — Мне нужна информация об оружии или темном заклинании, способном уничтожить высших демонов. Лучше – младших богов, для подстраховки, но и для демона сойдет.

Лина отстранилась и удивленно взглянула на него.

— Это шутка? — усмехнулась она. — Ты ведь шутишь? Да! Я так и подумала...

Но серьезное лицо Мака заставило ее замолчать на середине фразы.

— Зачем тебе такое оружие? — осторожно спросила она.

— Ты же знаешь, кто такой Кобад...

Милое личико Лины тут же превратилось в злобную гримасу.

— Знаю, — прошипела она. — Это демон, которому поклоняются сектанты. Эти ублюдки слишком часто портят жизнь честным... и не очень честным людям.

— Скоро он появится в городе, — не стал размусоливать Мак.

— Недавно же убили его аватар, — недоверчиво произнесла Лина. — И, насколько я знаю, это сделал ты...

— Он идет сюда за мной, — перебил ее парень. — В прошлый раз он не сопротивлялся. Он просто решил поменять аватар. Поэтому я и смог его победить.

— Но, значит, сейчас он идет сюда...

— Из-за меня, — кивнул ученик. — Бежать бесполезно, за мной, скорее всего, следят.

Лина закусила нижнюю губу и быстро пробежалась глазами по прилавку.

— Это очень дорогие и редкие артефакты, — сосредоточено ответила она. — Почти все они находятся под контролем императора, в сокровищнице. Но...

— Не все? Есть такой, который можно достать? Хотя бы на время?

— Нет. Соваться к тем, что не в сокровищнице, — автоматически подписать себе смертный приговор, — мотнула головой Лина. — Мне надо кое с кем переговорить. Я слышала, что у одного из глав... — девушка запнулась и поправилась: — У одного из серьезных людей, живущих ночью, есть трактат... Старый трактат о каком-то древнем артефакте. И там описано, как этот артефакт... создать.

— И он просто так отдаст мне этот трактат? — с сомнением спросил ученик.

— Думаю, он захочет в качестве оплаты этот артефакт, — Лина задумчиво умолкла и через несколько секунд окончательно отстранилась и сняла фартук. — В любом случае, надо с ним поговорить. Если Кобад развернет свою секту в Чайке — нам снова придется лечь на дно.

— А как же...

— Они дадут знать, — торговка прильнула к парню, быстро поцеловала в губы и кивнула на вход. — Помоги мне закрыть прилавок. Сегодня у меня будет слишком много дел. Завтра на рассвете я дам тебе ответ. Придет человек вот с таким знаком.

Лина показала на косяк двери, где был вырезан кинжал, обведенный в круг.

***

Солнце встало совсем недавно, у трапа, ведущего на галеру, с чашкой парящего напитка ожидал Мак. Он постоянно осматривался и выглядывал среди немногочисленных прохожих торговку.

— Дяденька, а вы правда темный маг? — спросил детский голосок справа.

Мак повернулся и обнаружил мальчугана лет восьми на вид.

— Угу, — кивнул парень и, прихлебнув из кружки, вернулся к поискам девушки.

— Врете ведь, дяденька! — усмехнулся мелкий. — Вы ведь только ученик!

— Что? — нахмурился Мак. — А, да-да, ученик...

— Дядя, покажи тьму, а? — не унимался пацан.

— Слушай, мне сейчас не до... — Мак уставился на парня, у которого на ладони был нарисован круг с кинжалом. А за спиной парня болтался мешок из грубой мешковины.

— Я думал, что это будет Лина, — пробормотал Мак.

— Тьму покажи, — буркнул парень, мгновенно растеряв всю прошлую улыбчивость и приветливость.

Мак аккуратно выставил руку и напитал ее силой ровно настолько, чтобы сила вышла на кожу мелкими капельками.

— Тут все записи, которые мы смогли собрать по этому артефакту. Еще сам трактат, — мальчишка протянул ему мешок.

— А постарше никого не нашлось? — не удержался Мак от комментария, заглядывая в мешок.

— Не зарывайся, — цыкнул пацан и добавил: — И заруби себе на носу: когда артефакт будет сделан и ты закончишь с Кобадом — оружие возвращается к нам!

— А не много ли на себя берешь? — усмехнулся темный ученик. — Может лучше у взрослых спросить?

— Ты мне во внуки годишься, — произнес мальчишка и взглянул Маку в глаза. — А сам-то, недоучка темная. Точно справишься?

Мак поставил мешок на землю и наполнил силой большие пальцы. После этого он прислонил их к переносице и втянул носом воздух.

— Магия иллюзии, — шмыгнув носом, бросил он. — То-то глаза у тебя старые.

— Глаза всегда выдают, — кивнул мальчишка. — Сможешь отвадить Кобада подальше — будем в расчете.

— Смогу его отвадить — и вы будете мне должны, — пожал плечами темный ученик. — Артефакты-то я вам все равно отдам.

Мак подхватил мешок и отправился по трапу на корабль. А мальчишка остался у него, смотря в удаляющуюся спину.

— Ага, как же. Отдаст он, — мальчишка развернулся и двинул в сторону складов. — Хорошо, если записи вернет...

***

Мак стоял у светящегося серым оттенком рисунка ритуала. В центре лежала отрубленная кисть, а над ней полупрозрачный призрак сгорбленного старичка.

— Еще вопросы, дознаватель Роберт? — спросил Мак, взглянув на дознавателя.

— Нет, — мотнул головой в ответ пухлый мужчина с блестящей лысиной. — Этого более чем достаточно.

Мак сделал короткое движение рукой, и рисунок, мигнув, погас, развеяв призрака.

— Благодарю вас, — кивнул ему дознаватель. — Без вас разобраться в этом гнилом деле было бы труднее.

Мак молча кивнул. Как только дознаватель покинул пыточную, Мак подхватил свои тетради и отправился на полигон.

— Я на полигоне, — махнул рукой Мак верзиле, помощнику дознавателя, с которым он частенько пересекался в пыточной.

Оказавшись на месте, он первым делом огляделся. В оборудованном для магических упражнений зале, бывшем когда-то пещерой, было пусто. Вздохнув, он раскрыл тетрадь и достал пару заготовок, похожих на наперстки. На каждом было изображено несколько рун и вставлена пара мутных камней.

— Это не вполне магия бездны, — пробормотал он, глядя на заготовки. — Но и не просто магия тьмы...

Выбрав нужные инструменты для ритуалистики, он принялся подготавливать ритуал для создания артефакта.

Сложный рисунок, расстановка узловых артефактов и небольшой ларь, выполняющий замыкающую функцию, заняли почти четыре часа на установку. А Мак уже не был зеленым юнцом и навык создания ритуалов имел немалый. К тому же часть приготовленных для этого ритуала материала прибыла вместе с описанием изготовления оружия.

— Вроде бы все, — произнес ученик и встал немного в стороне от рисунка.

Парень хотел уже запустить ритуал, но тут в голове прозвучал голос Юриная, который назидательно произнес: «В первую очередь — безопасность!».

Мак взглянул на заготовку, что-то прикинул в уме и добавил по-русски:

— Ну его на фиг!

После чего отправился за инструментом, принявшись чертить «Оплот Зияры». Закончив с этим, он активировал защиту.

— Теперь самое главное, — Мак начал постепенно активировать сложный ритуал.

Часть за частью рисунок начинал мерцать оттенками серого, иногда приобретая сиреневые оттенки. Апофеоз магического священнодействия вышел довольно неожиданным. Небольшой ларь из человеческих костей, в котором лежали заготовки артефактов, покрылся золотом.

Когда все утихло, Мак немного постоял, проверяя остаточный фон магии, и отправился проверять результат. Подняв крышку, обнаружил бронзовые наперстки абсолютно черными, словно их закоптили на огне.

Мак не стал сразу использовать артефакты. Вместо этого, он подошел к оставленным у стены вещам и взял дощечку с разноцветными кристаллами. Проведя рукой с наперстками рядом с ней, ученик добился только того, что все кристаллы треснули.

— Осталось проверить в действии, — произнес он в пустоту, надевая наперстки на большой и указательный палец, не забыв перед этим убрать вещи к входу на полигон, а самому встать в центре «Оплота Зияры».

Мак не создавал заклинаний, он даже не активировал артефакты. Темный ученик просто сделал небольшой щелчок пальцами в наперстках.

***

Глава ордена «Белоснежной розы» в городе Чайка? Нет, к счастью, на такую должность дураков было ставить опасно, а достаточно умные и сообразительные люди в ордене были чрезвычайно необходимы на других должностях. В тех же штурмовых группах дураки долго не выживали.

В итоге на административные должности в ордене чаще всего ставили ветеранов. Тех, что прошли множество битв и распутали не одно дело, но боевые операции уже не тянули. К сожалению, это в основном были лица довольно преклонного возраста.

Глава ордена в Чайке не был исключением. Роб Таврок, крепкий старичок с огромной лысиной и длинным шрамом, который начинался на затылке, а заканчивался на подбородке, был выходцем из боевого крыла. Как и многие на административных должностях, он был вынужден оставить боевую службу. К чести Роба, он покинул пост паладина-щитоносца не по ранению. За свою службу он считался одним из лучших бойцов, и его «Щит духа» был идеальным. Однако подкосила старичка самая обычная лихорадка.

Провалявшись в постели в бреду пару недель, старик очень долго восстанавливался. А когда дошло до дела, то он просто не смог поднять щит в полном латном обмундировании. А по уставу паладин не может считаться способным к бою, если не способен в латной броне поднять щит. Лихорадка забрала слишком много сил, несмотря на все старания целителей ордена.

Однако Таврок, помимо своей силы, имел еще несколько очень важных черт, которые и выделяли его на фоне остальных членов ордена, покинувших боевое крыло.

Во-первых, Роб был очень спокойным. Даже в самой критической ситуации он оставался незыблем, как скала, не выказывая при этом ни капли беспокойства. Именно поэтому за ним закрепилось прозвище «Каменный Роб».

Во-вторых, Таврок всегда брал на себя обеспечение отряда. Нет, он не снабжал из своего кармана отряд, но контроль продовольствия на время перехода, транспорт и прочие бытовые мелочи всегда оставляли на него. Так получалось из-за педантичности Роба и его навыка счета. Не подумайте, неграмотных в орден не брали, но Роб действительно на ходу складывал, делил и умножал трехзначные цифры.

Именно поэтому, когда встал вопрос о том, какую должность выделить Робу Тавроку, ни у кого не встало вопроса, куда его определить. Для города Чайка, одного из крупнейших портовых городов восточного побережья, с его хаосом и неразберихой, идеальнее кандидатуры было просто не найти.

В этот день глава ордена был занят уже привычным делом. Это была очередная попытка разобраться с доходом и расходом ордена на этот месяц.

Когда началось землетрясение, Таврок не впал в панику и не упал на пол, более того, он даже не прекратил складывать цифры. Однако стоило немного утихнуть толчку, как он подвел черту под столбиком и подсчитал промежуточный результат.

— Господин Таврок, — ввалился в кабинет секретарь. — Беда, господин Таврок!

Роб спокойно закрыл тетрадь и отложил в сторону, спокойно подняв взгляд на слугу.

— На полигоне, — выпучив глаза и дыша как загнанная лошадь, выдал слуга,.. — прорыв бездны на полигоне!

Таврок замер на несколько секунд и, провернув в голове сразу несколько вариантов развития событий, начал выдавать приказы:

— Дежурную боевую группу и всех светлых магов — на полигон. По городу – боевую готовность! Выполнять!

Слуга метнулся обратно, но тут Роб окликнул его:

— Стой! Журнал смотрел? Кто последний входил на полигон?

Слуга замер, вспоминая, смотрел ли он вообще в журнал, но все же смог ответить:

— Мак... Мак, темный ученик! Да! Точно он!

***

— Господин Таврок, может все же не надо? — неуверенно поинтересовался слуга.

Старичок Роб стоял у выхода в коридор, одетый в легкий пехотный доспех.

— Сколько с нами братьев-магов? — вместо ответа поинтересовался старичок.

— Восемнадцать, но...

— Щитоносцы?

— Восемь, но...

— Сколько всего паладинов?

— Двадцать шесть... Господин, умоляю! Не...

— Временно назначаю тебя исполняющим обязанности главы ордена, — спокойно произносит старичок, вытирая испарину на лысине. — Щитоносцы! Вперед! Покров истинного света на отряд! Паладины замыкают!

В холле началось движение среди воинов. Вперед, к двери, ведущей в коридор, вышли закованные в тяжелые латы щитоносцы. За ними встали одетые в легкую кольчужную броню маги света. Конец строя заняли паладины.

— Господин Таврок, — сбледнул слуга. — Как я без вас? Что я...

— Без разницы, что ты будешь делать, — спокойно ответил он. — Если мы не закроем прорыв бездны — этому городу придет конец.

— Щитоносцы! К бою! — гаркнул Роб и, не замечая стонов слуги, встал в центре строя.

В этот момент маги начали усиливать воинов. Те поначалу просто подсвечивались, затем открытые участки кожи стали белоснежного цвета, а под конец усиления и глаза приобрели тот же цвет.

— Вперед, — спокойным голосом скомандовал Роб, и щитоносцы вошли в проход.

Коридор был всего несколько метров длиной и заканчивался выходом в пещеру, которую и переоборудовали в полигон. По стенам была наляпана чистая сила тьмы, словно кто-то кисточкой с краской размахивал. Это не укрылось от взгляда Таврока.

— Щитоносцы! Держать «Щит духа» наготове! — объявил старичок.

Отряд осторожно дошел до входа на полигон. Когда один из щитоносцев ударом ноги выбил почти развалившуюся на части дверь, то вместо чудищ и ужасных тварей на полигоне увидели молодого парня.

Он стоял на середине зала и рукавом пытался оттереть черную, тягучую субстанцию с тетради.

— Надо было сначала перевести, что это за артефакт, — бубнил он, с раздражением оттирая страницу. — Повелся как дурак...

Отряд в один момент ввалился на полигон. Маги света активировали круг света и зарядили заклинания копий света. Однако никого, кроме самого Мака, в помещении не оказалось.

— Назовись! — громко произнес Роб, в очередной раз прогоняя в голове несколько вариантов.

— Что? — сморщился парень от сильного свечения. — Дальний выключи!

— Назови свое имя! — громко повторил Роб.

— Мак! Мак, темный ученик Юриная Аболосского! — ответил он, закрывая руками лицо.

— Что тут произошло? — спросил Роб, продолжая оглядываться по сторонам, ища хоть какие-то следы.

— Испытания артефакта, — вздохнул Мак и пнул остатки кандалов под ногами. — Причем полностью провальные...

— Бездна... — недоуменно пробормотал Таврок. — Где бездна?

— Бездна? — переспросил Мак и в шутку процитировал строку из трактата: «Бездна — это я».

***

Идя по парку в сопровождении нескольких слуг, высокий мужчина с легкой сединой в волосах, перебирал четки, что-то бормоча под нос. В нескольких шагах позади него шел невысокий азиат в голубой мантии с эмблемами университета магии Антолии и мага воздуха.

Прогулка продолжалась уже не один час, но ни слуги, ни азиат не подали виду, что утомились.

— Акимура? — вздохнул мужчина, внезапно остановившись у одной из клумб.

— Ваше величество, — поклонился в ответ маг воздуха.

— Я уже слышал, что в Чайке был локальный прорыв бездны, — произнес император, с интересом разглядывая белоснежные розы. — У вас есть что добавить?

— Прорыва не было, — коротко ответил гость, склонив голову.

— М-м-м-м? — не отрываясь от рассматривания роз, промычал император. — И что же тогда заставило артефакты императорской службы слежения забить тревогу?

— Мой подопечный, — вздохнул Акимура.

Мужчина устало вздохнул и, отпустив цветок, с легкой улыбкой повернулся к азиату. Бросив короткие взгляды на слуг, он сделал едва заметное движение кистью, но этого хватило, чтобы слуги быстро и без малейшего звука растворились в окрестностях.

— Рассказывай, — произнес он, заинтересованно глядя на собеседника.

— Три дня назад в городе Чайка был зафиксирован прорыв бездны, — кивнул Акимура. — Однако в этот самый момент на полигоне ордена «Белой розы» некий Мак, темный ученик, испытывал артефакт, о значении которого и не подозревал.

На эту короткую отповедь император лишь приподнял бровь.

— Это был артефакт «Зов бездны», — пояснил Акимура.

— Откуда у него этот артефакт?

— Мы выясняем, но предварительная версия — он его изготовил сам, — склонил голову Акимура. — Черновое расследование выявило, что у местных теневых гильдий в руках оказалось руководство изготовления артефакта, но описание его отсутствовало.

— Почему они сами не изготовили артефакт или не нашли того, кто мог его сделать?

— Необходима прорва темной энергии, — развел руками азиат. — А мой подопечный в первую очередь прославился именно этим.

Мужчина вздохнул и отправился к следующей клумбе.

— Зачем ему понадобился артефакт?

— Мы еще выясняем, но пока ничего определенного, — пристроился справа Акимура.

— Это очень тревожный знак, — вздохнул император и вновь остановился у куста с яркими голубыми цветами. — Как еще наш подопечный умудрился отличиться?

— Стало известно о первом потомстве от нашего подопечного, — с осторожностью произнес азиат.

— М-м-м-м? И кто же это провернул? — улыбнулся император.

— Клан «Падающего листа». По нашей информации у этого клана будет три плода от темного.

— Ваша информация недостоверна, — улыбнулся мужчина, понюхав ароматный цветок. — Первой известной обладательницей плода от темного скорее всего станет некая Лина. Безродная торговка третьей гильдии города Чайка.

Акимура склонился в поклоне и произнес спокойным голосом:

— Ваша осведомленность впечатляет...

— Это еще неокончательный факт. Возможно, ребенка у нее не будет, но вот время у нее в постели он проводит, и с завидной регулярностью. Но это все, конечно, замечательно. Наш мальчик не скупится на потомство, — улыбнулся уголками губ император. — Однако это второстепенная задача. В первую очередь нам необходимо обеспечить его лояльность империи и исключить влияние соседей. Я уже не говорю о его связях с «Черным континентом».

— Ваше величество, — поднялся из поклона Акимура. — Потомство — это наше будущее! Если его потомство проявит хотя бы треть обычной силы детей темных — мы можем не опасаться наших соседей!

— Да-да, — небрежно отмахнулся император. — Потомки темных всегда имеют исключительную силу, даже если их отец был всего лишь мелким ритуалистом. А уж если отец был по-настоящему силен, то и до «Первородной стихии» недалеко. Но вы упускаете очень важный момент!

Взглянув азиату в глаза, правитель продолжил:

— Вы же не думаете, что наши соседи будут ждать, пока детишки подрастут и научатся использовать силу? Или вы думаете, что я настолько безумен, чтобы тащить на войну несмышленых детей? — мужчина аккуратно сорвал один голубой цветок и, покрутив его в руках, протянул азиату. — Нам нужны его связи с проклятыми. Я уверен, что с ним уже контактировали. Осталось понять кто и что от него хотят...

— Достоверно известно о столкновении с двумя проклятыми, также он уничтожил аватар Кобада...

— Он уничтожил спланированную операцию по подлоге Кобаду негодного аватара, — сморщился правитель. — Эта отрыжка преисподней застряла в слабаке благодаря моей службе разведки. И надо было этому фанатику вмешаться? Где вообще этот старый калека?

— Ищет новый аватар Кобада в городе Партридж, — пожал плечами Амура.

— Вот и пускай там его ищет, — сморщился правитель. — Подальше от нашего подопечного.

— Смею возразить, — вздохнул маг воздуха. — Родгаз, несмотря на его опрометчивость, предложил несколько решений наших мелких проблем с темным парнем. К тому же он неплохо подготовил его в ритуалах некромантии, пытках и поисковых заклинаниях.

— Да неужели? — с усмешкой вскинул брови Император.

— Именно так, — снова склонился в поклоне Амура. — Благодаря проведенной подготовке, подопечный успешно закрыл контракт на зачистку рощи Серебряного ручья.

— Проклятая роща, — вздохнул император. — Деревня все еще там стоит?

— Деревня стоит, — неохотно произнес азиат. — Только в ней уже никто не живет. Парень оказался там слишком поздно. К слову, на роще нет проклятия.

— В чем же тогда дело? Не проходит и нескольких месяцев, чтобы там не появилась какая-нибудь тварь.

— Естественное место сосредоточения темной силы, — азиат выпрямился и протянул императору папку бумаг. — Здесь выкладки темного ученика. Он предлагает построить в данном месте зиккурат. Благодаря этому, сила будет под контролем и ее можно будет концентрировать в кристаллы, которые потом пойдут на продажу. Однако стоимость строительства астрономическая.

Император взял папку и, не открывая, сунул под мышку, коротко спросив:

— Сколько?

— Много, — поджав губы, ответил Амура. — Даже для казны империи — много.

— Поговори с торговцами, — немного подумав, произнес правитель. — Это будет в первую очередь в их интересах. Я не буду отдавать все на их откуп, но, если они возьмут на себя хотя бы половину расходов, можно начать переговоры.

— Будет исполнено, ваше величество, — кивнул азиат.

— Да, вот еще что, — император задумчиво взглянул в сторону куста с нежными желтыми розами и продолжил: — Мне интересно, почему при всей нашей подготовке и контроле, первый ребенок от темного не у нас?

***

Юринай сидел за столом на веранде, уперев в столешницу локти. Он хмуро смотрел на Мака, расположившегося в кресле напротив. Рядом, пожевывая пышные лепешки, сидела Левитания.

— Что ты на меня так уставился? — буркнул ученик, уже понимая, что разговор будет не из простых.

— Я разговаривал с Робом Тавроком, — со вздохом произнес старичок.

— Это кто? — не сразу сообразил Мак.

— Кхе-кхе-кхе! — поперхнулась девушка от этих слов. — Ты состоишь в ордене и не знаешь, как зовут местного главу? Чем ты там вообще занимаешься?

— Ломаю суставы, иглы под ногти загоняю, дроблю кости, иногда поднимаю мертвых... — пожал плечами Мак. — Как-то мне не приходилось общаться с начальством. Мое дело маленькое...

— Я о землетрясении, которое произошло впервые за последние несколько сот лет в этом городе, — с нажимом произнес старичок. — Ты ничего не хочешь нам рассказать?

— Да, я жутко испугалась, — влезла в разговор друид. — Я много слышала о землетрясениях, но впервые ощутила это своей кожей. Святой лес! Это было жутко! Земля ходила ходуном...

— Я жду! — буркнул Юринай, не сводя взгляда с ученика и полностью игнорируя тараторящую Левитанию.

— Я не знал, что это за артефакт, — честно признался Мак. — Да, я понимаю, что это было глупо и следовало сначала поискать описание и нормальный развернутый анализ артефакта, но... у меня были на то причины. Я не...

— Это был «Зов бездны»!!! — хлопнул по столу ладонью старичок. — Ты хоть представляешь, что могло случиться? Ты мог угробить весь город со всеми окрестностями!

— Послушай, я еще не...

— Вот поэтому вас ненавидят! Вот поэтому вас боятся! Вот поэтому никто и никогда не допустит темного ни в совет гильдии магов, ни на одну мало-мальски важную должность! — процедил учитель. — Одной ошибки достаточно, чтобы погубить тысячи! Сотни тысяч душ! А ведь были случаи, когда темные даже не пытались изобразить ошибку. Они прямо говорили, что испытывали новое плетение! И при всем этом — без вас тоже никуда. Без вас маги просто вырождаются!

— Слушай, у меня действительно были причины надеяться на этот артефакт. Я хотел...

— Ты мог просто попросить совета, — с усмешкой произнес Юринай. — Просто совет и никаких рисков, никаких проблем и никаких косых взглядов!

— При чем тут взгляды? — нахмурился ученик.

— А при том, что здесь столетия не было землетрясений, а пришел ты – и случилось! — всплеснул руками старичок. — Угадай, кого весь город будет считать виноватым?

— У меня была веская причина, — сморщился Мак. — Да, я рисковал, но другого выхода...

— А не соизволит ли мой ученик сообщить, какого черта он рисковал головой и испытывал незнакомый артефакт? — ехидно поинтересовался учитель.

— Кобад, — вздохнул Мак.

— И что с ним не так? Ты вроде умудрился уничтожить его аватар?

— У него новый аватар, и он идет сюда, — неохотно буркнул парень и, вздохнув, добавил: — Он идет за мной.

— Откуда ты знаешь, что он уже получил аватару? И с чего ты взял, что ты ему вообще нужен? — с сомнением поинтересовался Юринай.

Мак молча взглянул на Левитанию, которая притихла, вслушиваясь в разговор, и снова уставился на учителя.

— Я понял, — кивнул старик, проследив за взглядом парня. — И ты решил отбиться от него этим артефактом?

— Я же не знал, что это, — пожал плечами ученик. — У меня просто не было вариантов.

Старичок вздохнул и откинулся на спинку кресла. Немного пожевав губами, он задумчиво пробормотал:

— Высший демон, да? Однажды мне довелось видеть один старый артефакт... Вернее, его обломки, — старичок достал трубку и принялся набивать ее табаком. — Я видел сломанный клинок последнего убийцы демонов, святого Геродона «Проклятье ада».

— Ты хотел сказать, что... пытался повторить... — попытался додумать Мак.

— Не совсем то, что я видел в схеме на том клинке... к тому же, небольшого осколка не хватало, — пожевал губами старичок. — Но из этого определенно может получиться то, что сможет ранить высшего демона...