Большой Джек

Глава 1 "А это точно сказка?"

Голова Джеки расскалывалась на части. Боль была настолько сильной, что даже смерть в какой-то момент показалась избавлением, а не ужасной участью. И именно эти мысли запустили очень странную цепочку ассоциаций. Смерть. Точно, он же умер. Причем самым тупым способом из возможных. Треклятая бутылка "Океана", которую он выпил на спор, подставила молодого парня самым жестоким образом. Скрежет тормозов, вспышка боли во всем теле, а затем холод. Мертвецкий холод, который распространился по всему естеству со скоростью лесного пожара.

Мог ли он не пить паленую водку? Мог ли затем не выходить на проезжую часть со словами "Я машина, а значит участник дорожного движения"? Сие есть вопросы не имеющие ответа. Да собственно было уже и неважно.

— Пиздец, а как я жив-то? — Пробормотал Джек.

Подняв руку и с трудом сфокусировавшись на трясущейся конечности, он увидел жирненькие, но несомненно детские пальчики, один из которых был явно нездорового фиолетового цвета. Это была его вторая ошибка после паленой водки. Слишком резкое движение сработало словно триггер. Плотина пульсирующих разноцветных вспышек в висках, на мгновенние сбилась, сломав мерный цикл мигрени.

— Ебааааать... – собственный голос показался Джеку бесконечно далеким и каким-то жалким.

После мгновения передышки, вернувшаяся с новой силой боль, завершила нейронную деятельность. Несомненно умная мысль, которую хотел донести до окружающего мира парень оказалась невысказанной. Все же тело молодого мальчика не вынесло столь долгих истязаний, после чего его сознание наконец потухло. Джеки уже не видел, как на его крик прибежала колоритная парочка из довольно упитанного мужика и примерно такой же комплекции женщины.

Странное, супер странное место. Светящаяся темнота? Белый мрак? Джеки обнаружил себя в каком-то очень непонятном, однако несомненно притягательном небытие. Тут не чувствовался голод, холод, не было вообще никаких тактильных ощущений, да даже дышать было не обязательно. Но что больше всего понравилось Джеки, так это то что тут не было боли. И это было прекрасно.

Долго ли коротко ли, однако вскоре Джеки обнаружил что в пустоте он оказался... не один! Рядом с ним, из тысяч перекрестных светящихся лучей соткалось тело ребенка. Это был мягко говоря не самый притягательный мальчонка. Полный, да скорее даже жирный мальчуган с фиолетовыми волосами, стриженными под горшок. Одет он был в белую рубашку с воротничком и темно-фиолетовые штаны на подтяжках. Выглядело это довольно органично, но как-то по старинному что-ли. Джек был готов поставить левую руку на то, что бабушка этого пацана явно души в нем не чаяла, как и скорее всего, мамаша, которая откормила мальчугана до состояния слоненка.

Для качка, к которым себя относил Джеки, такое запущенное состояние пацана казалось чем-то ужасным. Да, занятия спортом удивительным образом сочетались с курением, и алкоголизмом, однако Джеки это не особо волновало. Соточку он жал, так что считал себя спортсменом, да и довольно ревностно относился к внешнему виду, а на здоровье, пока молодой, ему было абсолютно наплевать.

Джеки был тем типом человека, который не отказался бы ни от одного вида "котиков", но предложи вы ему колу с сахаром, вы бы тут же стали для него конченным животным. Возможно если бы Джеки пошел к специалисту, то тётя, которой можно пожаловаться на жизнь за деньги, именуемая психологом, сказала бы что корень проблемы лежит в детстве. И положа руку на сердце, это было бы правдой, в детстве, он конечно, был не на столько откормленным слоненком, как мальчик напротив, но тоже далеко не худышкой.

Потом эта психологическая тётя добавила бы, что эту травму надо "проработать", и тогда, возможно, вместо алкоголя Джеки упарывался бы сахаром. Однако тогда не было бы и этой истории. А тем временем в "нигде" образовывался занимательнейший диалог.

— Здарова, мелкий, и откуда ты тут? — сплюнул Джек.

— Не знаю, я вроде выступал, а дальше че-та... Стукнулся вроде. Короче, это все деревянный говнюк!

— Тише-тише. Услышал тебя, родной. В душе не ебу че за говнюк, кста.

— Да я про Пиноккио!

— Да ты как они! Вы все... все думаете что он лучше, а я лучше! Я настоящий, не он! — затараторил мальчик.

— Мда, братанчик, стало намного понятнее.

— Ну что не понятно? Я же тебе все сказал!

— Для начала начнем с того... А ты вообще кто? — тяжело вздохнул Джек.

Делать было нечего, пустота больше никого выплевывать не собиралась, так парень принял решение послушать душевнобольного мальчика, который верил, что его подставил деревянный персонаж детских сказок.

Пока мальчик рассказывал о своем детстве, проблемах, чаяниях и надеждах, Джеки все больше и больше становилось не по себе. Тут нужно сделать отступление, ведь у бутылки водки, которая послужила катализатором для того чтобы парень оказался там, где сейчас находится, была предыстория. И эта предыстория прекрасно знакома любому студенту. После ужасно тяжелых пар, на которых на протяжении нескольких часов ребятам приходилось работать. Ну как работать, скорее смотреть мемасы, листать рилсы, играть в онлайн шахматы, харстоун и другие мобильные игры. В общем, самым сложным, было отмечаться на паре, когда называли их фамилии.

После титанической работы в виде отсиженных пар, Джеки со своими корешами принял стратегическое решение пойти в компьютерный клуб. К такому плану парней подтолкнула ужасная релаьность, где водка с соком все еще не была выпита, а рейтинг в доте - слит. Однако вселенная сказала свое веское “нет” на их надежды. Компьютерный клуб оказался закрыт, а из ближайших доступных мест, где можно было влить в себя алкогольный нектар и не замерзнуть зимой, был лишь торговый центр, в котором находился злосчастный кинотеатр.

В дальнейшем коллегиальным решением был выбран к просмотру “Кот в сапогах 2 Последнее желание”. Парням показалась безумно смешной идея о коллегиальном просмотре детского мультика под аккомпонимент алкогольной амброзии. Плюсом к этому шла неиллюзорная возможность выловить загулявших младшекурсников, которые с радостью бы помогли своим старшим товарищам решить их финансовые вопросы.

Однако фильм оказался мягко говоря не плохим, а созвучность имен главного злодея и самого Джеки, подняла степень тотального удоволсьтвия от вечера до недосягаемой величины. Количество подколов к Джеки росло экспоненциально, особенно с учетом того факта, что сам парень был мягко говоря не маленьким.

Собственно именно главный злодей и стал самой обсуждаемой темой на вечер. Ну и естественно больше всего на тему тупости Хорнера высказывался его почти тезка. Знаете, вот эти пьяные разговоры за философию, религию, смысл жизни и все остальное. После просмотра Джеки ринулся уверять, что не имеет с ним вообще ничего общего, а вот окажись Джеки на его месте, парень сделал бы все точно правильно, и у него несомненно бы вышло и магию получить, и блохастых припахать, и вообще все было бы в ажуре и шоколаде.

В общем параллель с тем мальчиком, которого он видел сейчас перед собой и парнишкой, которого мельком показали в воспоминаниях главного злодея читалась невооруженным взглядом. Осознание этого факта ударило обухом по Джеки. Более того, каждая история, которую рассказывал парнишка, буквально вставала перед глазами, и с каждой такой новой сценкой, сам мальчик становился будто чуть менее материальным. Это тяжело объяснить, но Джеки был готов поклясться, что еще несколько историй назад, пацан был более плотным, а сейчас сквозь него можно было буквально посмотреть на противоположную часть “нигде”, в котором они очутились.

— …ну вот так я в прошлый раз чуть и не проломил стену лбом. Больно было жуть. Не знаю почему, но когда я злюсь, перед глазами будто красная пелена, сейчас наверное тоже обо что-то стукнулся. А все эта чертова деревашка, ух я бы этому недомальчику устроил. Чертов Пинокио. Вот надо было ему плясать свою фигню рядом со мной, и эй!? Ты меня слушаешь вообще? Я для кого тут рассказываю? — мальчик аж надулся от возмущения и топнул ножкой в аккуратных туфельках.

Под конец сбивчивого рассказа о нелегкой жизни одного сказочного персонажа по соседству с другим, Джек уже сидел в все том же абсолютном нигде. Дерганные движения и сорвавшийся детский крик в конце все же смогли привлечь его внимение.

— Слушаю, конечно, Пиноккио действительно мудак раз решил переманивать клиентов у пекарни твоих родителей. Обещаю тебе, я разберусь с ним, если получится, — торжественно заключил Джекки, протянув пацану руку.

Мальчик полным неуверенности взглядом посмотрел на подставленную ладонь, после чего неохотно обхватил её своими пальцами.

—Ну когда выберемся отсюда конечно. Кстати, можешь еще раз рассказать про ту линейку мясных пирогов, которая появилась у вас случайно. Я правильно понял, что вы решили их выпускать, когда случайно запекли внутри крысу? — ловко перевел тему Джеки.

Мальчик реально обрадовался и думать забыл о том, что еще минуту назад ему показалось, будто его невольный слушатель посмел не обращать на него внимание. Джеки же мысленно приготовился к очередной порции видений, которыми сопровождалась каждая из историй пацана.

Долго ли коротко ли, однако в какой-то момент, картинки, мелькающие перед глазами Джеки перестали появляться, а сам мальчик с тихим *пуф* пропал.

Это событие запустило цепную реакцию. Псевдомир, в котором были Джеки с пацаном пошел трещинами, парню показалось, даже что он слышит грохот. Странная пустота начала неистово трястись, что казалось попросту невозможным, однако внезапно Джеки ощутил себя лежащим на той же кровати, где очнулся изначально. А вокруг парня крутились, судя по всему его новые родители.

— Мальчик мой, родненьких, бедненький, маленький, как ты? — полная женщина запричитала вокруг парня.

Слабо приоткрыв глаза, и подспудно ожидая, что всепоглощающая боль скоро вернется, Джеки слабо обращал внимание на творящуюся вокруг него суматоху. Женщина хлопотала вокруг своего дитятки, в то время, как мужик основательно отдавал приказы. Кто-то побежал за лекарем, а слуги метнулись с графином воды, ну а новая мать Джеки словно ураган успела вернуться, неся на подносе еще дымящийся пирог.

— Любовь моя, счастье моё! Посмотри что тут у меня... Это же твой любимый пирог. Черничный, как ты любишь!

Джеки ни на какой пирог естественно смотреть не хотел. Единсвтенное о чем он мечтал, так это чтобы все его наконец оставили в покое. Вот только его предшетственник, не сомненно не оставил бы пирог без внимания. Так что парню пришлось натянуть радостную улыбку и придвинуть поднос поближе.

— Какое счастье, что ты пришел в себя! — залепетала дама, — мы так молились, так переживали, что ты навсегда нас покинешь! О мой малыыыш!

Слезы женщины (хотя возможно Джеку уже стоило называть её матушкой даже в мыслях) что-то в нем всколыхнули. И да, после того как мальчик открыл глаза, он уже не мог сказать что он точно стопроцентный Джеки, волей-неволей, но какая-то часть осталась с ним от того пацана, который любил фиолетовые пироги и не любил деревянную куклу, притворяющуюся мальчиком. Так что либо подготовка в виде предыстории мультика успела подготовить его, либо из-за того, что в целом жанр попаданцев был довольно популярен в поп-культуре, но смириться с своим попаданием, тот уже успел.

— Воды-ы-ы, — прохрипел осипшим голосом Джек.

— Сейчас-сейчас, сыночка... Алиса, а ну дай сюда графин, бестолочь, — вскрикнула женщина, которую Джек все же смог определить, как Анну Хорнер, жену Виктора Хорнера и по совместительству его новую родительницу.

— Как ты, сын? — Виктор присел к Джеку на кровать и с лаской, которую не ожидаешь от мужчины с таким грубым лицом, потрепал его по голове.

Напившись вдоволь, все же горло у пацана очень сильно пересохло, парень откинулся на подушках.

— Живой, пап, но честно, голова раскалывается, и вот эта вот слабость, — Джек простонал.

— Ничего ничего, зато будешь еще крепче. Мы все счастливы что ты к нам вернулся. Сейчас еще придет лекарь, посмотрит тебя и будешь во-обще как новенький!

Пока семейство пекарей радовалось, что их единственный сын вышел из комы, сам виновник всеобщего счастья тихо отдыхал, поедая второй пирог подряд. Один принесла ему Анна, а второй - старая няня, которая раньше сидела с мальчиком, но все еще любила своего бывшего подопечного. Врач строго-настрого запретил ему тяжелую пищу, но с учетом того, что следующим его предложением было кровопускание, Джек решил послать в его и его запреты, особенно зная по доставшейся от пацана памяти, что тот мог спокойно за день съесть десяток таких пирогов и остаться голодным.

В целом Хорнер в мультфильме действительно не соврал, у него и вправду была любящая семья, процветающий бизнес. И хотя пока что именно сети пекарен не было, но даже одной хватало, чтобы покрывать все расходы и держать старую няню, и одну служанку, которая приходила почти каждый день, чтобы помочь убрать довольно большой дом, где проживало семейство Хорнеров.

Стартовые условия были супер приятными, тем более, что никакой сущности, которая бы и запихнула Джека в тело мультяшного злодея он не видел. Однако сам факт того, что он был в мире, где магия присутствовала и не была выдумкой, но конкретно у него, этой магии не было, довольно сильно его бесил.

Отвечая на бесконечный поток вопросов о собственном самочувствии Джек не заметил как завечерело. Оставшись наконец один, парень с кряхтением и стоном встал с кровати и подошел к окну. Вид из него открывался не то чтобы завораживающий. Рядом ютился с десяток домиков помельче, здание пекарни, где Хорнер был на должности контроля качества.

Да раньше над ним потешались, и должность была скорее шуточной, чем настоящей. Однако после того как он пару раз заметил изменение вкуса пирога, отец парня реально провел проверку. Выяснилось, что главный пекарь, который на тот момент отвечал еще и за закупки, решил брать дешевые чуть подгнившие ягоды, а деньги брал у Виктора, как за свежесобранные. Разницу тот естественно клал себе в карман. После этого Джек уже реально работал и контролировал чтобы вкус пирогов не отличался от эталонного.

Мысли Джека текли спокойно. Странный, безумный мир с говорящими кошками, ослами, с любвеобильными драконами, феями, принцессами, ограми и кучей других магических и не очень, тварей. И наверное это единственное что омрачало его перерождение.

Раз за разом он возвращался к мысли, что конечно могло быть хуже, он мог оказаться в той же вахе, или марвеле, где есть действительно глобальные угрозы, и шанс окончить свою жизнь весьма и весьма болезненным образом до ужасающего высок.

Джек искренне старался не думать о самом факте смерти, о том, что он никогда больше не увидит свою настоящую маму, отца, друзей, что не успел попутешествовать, что не успел затащить в постель альтушку с ПРЛ и отцом-тираном. Да что просто не прожил положенный срок, черт побери, он был таким молодым, таким пьяным.

Невыносимо захотелось закурить, но тело двенадцатилетнего ребенка решило вместо этого справиться со стрессом другим способом. Маленький Джек заплакал. Протяжно, словно одинокий волк, оплакивающий стаю. Однако мальчик быстро себя одернул.

— Бля ща же эти прибегут. Только ушли же, сука-а-а, — простонал Джеки.

Прислушавшись и осознав, что семейство Хорнеров спит и не стремиться ворваться в комнату, мальчик немного успокоился. Тяжло вздохнув, Джеки собрался с мыслями и вернулся к прощанию с мальчиком у которого он отобрал тело.

— Так, ладно. Сорри, что занял твое тело, братанчик, я как бы этого не хотел... Но чес слово, я использую эту возможность по полной. Ты потом ебнешься на магии, да и я всегда хотел швыряться фаерболами. Так что тут вообще все четко.

Парень слабо улыбнулся. Ну он как минимум жив, в мире магии, и вообще он молод, относительно богат и еще более относительно красив. Затем его улыбка плавно превратилась в оскал, а взгляд уставился в противоположный конец деревни, где остановился дилижанс с Пиноккио.

— Но сначала я, расправлюсь с мерзкой деревяшкой, из-за которой ты откинулся.

Глава 2 "Ты теперь с пекарни, а кругом враги"

Мальчик с фиолетовыми волосами тихо и мирно лежал в своей спальне. Однако мир не собирался давать парню возможность и дальше пребывать в блаженной неге. Подлый солнечный лучик пробился сквозь неплотно занавешенные шторы и предательски упал Джеку прямо на сомкнутые веки.

Парниша лишь поморщился, после чего нехотя, сквозь сон, перевернулся на другой бок. Солнечного лучика было явно недостаточно для того, чтобы разбудить парня, который прошел через столько потрясений за последние сутки. Так что уже спустя несколько минут он спокойно вернулся к прерванному сну. Досмотреть его Джеку, конечно же, не дали. Резко, словно удар серпом по яйцам, утреннюю тишину разорвал петушиный крик. Реакция на этот раз была более бурной. Нехотя Джек все же сел в кровати, силясь нащупать телефон с будильником, рингтон которого почему-то сменился. Увы, рядом парень не обнаружил ни телефона, ни будильника, ни интернета, да и даже стены с мебелью были абсолютно чужими. Со скрипом давно не смазанных петель Джек потянулся и принял сидячее положение.

Мозг мальчика медленно, словно интернет эксплорер, начал обрабатывать поступающие сигналы. Внезапно глаза парня зажглись живой мыслью. Окончательно скинув оковы сна, Джек подошел к зеркалу и в тупую уставился на него.

— Ебать мой хуй, так это реально! — воскликнул мальчик.

Сюрреалестичную картину прервал громкий топот, раздавшийся с лестницы. Дверь в комнату пацана раскрылась и на пороге появилась довольно внушительная фигура женщины. Голубоглазая блондинка в потасканном светло-фиолетовом платье ворвалась в комнату с натянутой на лицо улыбкой. И что было самым смущающим, улыбка была действительно искренней. Настолько живой, насколько это возможно.

— Солнце моё, ты уже встал! Умничка! — улыбнулась женщина.

Джека сграбастали в медвежьи объятия. В нос ударил запах застарелого пота и выпечки. В легких отчаянно заканчивался кислород. По-стариковски прокашлявшись, Джек все же смог вырваться из ловушки, и неловко отошел в строну с смущением смотря на мать.

— Я уже вообще-то совсем взрослый, мама, — обиженно протянул парень. Это несомненно детское оправдание было настолько неожиданным в первую очередь для самого Джека, что на секунду он даже словил ступор.

— Конечно-конечно, медвежонок, просто... Мы так все переживали за тебя. Я места себе не находила, и когда ты стоишь рядом, я... — под конец дрогнувшим голосом залепетала Анна.

— Тише, тише, мам, все хорошо, я рядом, — обнял её Джек.

Беспокойство этой женщины задело что-то очень глубоко спрятанное в его сердце, пусть его настоящая мать и была в совершенно другом мире, однако оставить эту женщину одну, или тем более оттолкнуть её, признаться, что сына, которого она так любит уже нет, а вместо него тут совершенно левый мужик было решительно невозможно. Джек не знал что это за странное чувство. Он не исключал, что это могла бы быть его глубоко запрятанная совесть, которая решила в последний раз напомнить о своем существовании. А может быть это остатки настоящего мальчишки Хорнера дают о себе знать. Да и если честно, Джек абсолютно не хотел и не собирался заниматься самокопанием.

Вдруг новая тень накрыла мать с сыном.

— Это что тут за телячьи нежности? — усмехнулся Виктор.

Парниша порывался было повторить свой тейк про взрослость и все объяснить. Однако мысли о том, что это реакция скорее детского тела, да и смысла в оправданиях нет быстро выветрились, когда мощная фигура отца семейства подхватила их вдвоем с матерью.

И если в предыдущий раз Джек думал что задыхается, то теперь он явно почувствовал, что недостаток кислорода стал критическим. Оказавшись между молотом и наковальней в лице матери и отца, мальчик принял как факт, что на этот раз его новая жизнь оборвется до обидного рано. Однако словно почувствовав, что чудом выздоровевшее чадо скоро докажет, что чудес не бывает и все же откинется, родители разомкнули свои объятья.

— Х-ф-у-у-у, х-ф-у-у-у, не... мам ...пап, вы реально убить меня хотите, — тяжело втягивая воздух воскликнул Джек.

— Сына, да мы же тебя просто любим, ну чего ты так куксишься, — улыбаясь произнесла Анна.

— Это ты еще не видел как любит обниматься твой дед. В детстве меня откачивали раза четыре, а однажды он даже сломал мне ключицу, — лыбясь не меньше женушки продолжал Виктор, — ты обязательно вырастешь и будешь здоровяком еще побольше нас, так что поймешь, когда будут свои дети.

Так за шутками и неприкрытой заботой, от которой Джеку все еще было неловко, семейство плавно переместилось на кухню. Еще вчера, перерабатывая память мальчика, парень удивлялся почему их пекарня до сих пор в единственном экземпляре. Он не помнил, чтобы семья бедствовала, или были какие-то серьезные проблемы, мешавшие развитию бизнеса, однако очутившись за столом он осознал корень проблемы.

На столе стоял не завтрак, а самый настоящий пир, который успела за утро наготовить мать вместе с служанкой. Джек, привыкший к изобилию современного мира, все равно оставался в немом изумлении от того, что семья из трех человек была в состоянии съесть все это. А чего на столе только не было - там были и пироги всевозможных начинок, яичница, естественно с беконом, жареная курочка, три салата с разными заправками, пять графинов с домашним вином и два с морсом.

Слюна непроизвольно начала капать на посеревшую от времени скатерть, руки судорожно вцепились друг в друга, а ноги самостоятельно рванули к привычному месту. Родители же лишь в очередной раз разразились дружным смехом.

— Это мой Джек! Это мой сын! — раскатисто прогорланил отец, оттопырив большой палец в качестве похвалы.

В процессе уничтожения всего съестного, до чего парниша только мог дотянуться, Джек все же смог взять себя в руки. Да, аппетит у этого тела был просто зверский. Конечно на это еще наложилась вынужденная голодовка из-за того что он какое-то время лежал в коме, но все равно главной проблемой был растянутый до безобразия желудок.

Титаническим усилием Джек смог остановить себя на моменте, когда почувствовал, что основной голод прошел и осталось лишь его тень. Иными словами, парень был вполне в состоянии съесть еще несколько пирогов, два крыла и графин морса. Однако даже так пришлось просить у служанки простой воды, только чтобы заполнить пустое пространство.

Джек искренне недоумевал зачем его кормили, словно теленка на убой, но приглядевшись к тому, как кушали его родичи вопрос отпал сам собой. Мать с отцом просто не видели никаких проблем. Они буквально съедали раза в полтора - два больше сыночки и это им казалось само собой разумеющимся. Из отдельных уроков истории Джек помнил, что в это время в целом должен был быть тренд на полноту, но тут же сказка. И по сказке жирные люди были... жирными. Не красивыми, не пышками, не "кровь с молоком", а просто толстяками на любителя. И если смотреть под таким углом, то чревоугодие ну вообще не приветствовалось в сказочном мире.

Тем не менее, завтрак наконец закончился и Джек оказался наконец предоставлен самому себе. И у парнишки были грандиозные планы на свободное время. Идти на завод он не стал, сославшись на то что ему все еще не здоровится после удара лбом, Джек упылил на улицу высматривать соседских ребят.

— Тимми, привет, давно не виделись, братишка! — Джек резко подскочил к мальчику и звонко хлопнул того по спине.

— Аргх... черт тебя дери, Джек, ты мне так спину сломаешь, — скривившись словно от зубной боли выплюнул в ответ Тимми.

— Да ладно тебе, я же так, по-дружески, — улыбнулся Джек, — Ну да это неважно, ты лучше скажи где все наши. А то у меня есть, что сказать ребятам. Говорю тебе, на кону не только ваши пустые желудки, но быть может, даже работа ваших родителей.

— Чего-о-о это ты такое несешь. Где ты и где мой отец? — Вывернувшись из жесткой хватки, спросил Тимми.

— Вот найдем парней и я все расскажу, нечего по десять раз пересказывать, — ответил Хорнер.

Поиск добровольцев для первого в новой жизни дела у Джека не занял и часа. Почти все нашлись у себя в домах, помогающими по хозяйству своим предкам. Лишь Алекс, которого Хорнер втайне недолюбливал, за то, что тот был умнее самого Джека, в очередной раз отличился, отправившись с отцом в гончарную мастерскую, обучаться семейному ремеслу. Однако виновник общего сбора, пораскинув мозгами, быстро пришел к выводу, что оно и к лучшему, а то слишком башковитый пацан, который к тому же из раза в раз пытался поставить четкость самого Малыша Джека под сомнение, был в таком деликатном деле совсем не кстати.

Солнце светило нестерпимо ярко, заставляя ребят жмуриться и прикрывать раскалившиеся от лучей волосы маленькими ладошками. Летняя жара в паре с мерзкой духотой по итогу вынудила гоп компанию побыстрее искать укрытие. Никому не хотелось запечься, словно курочки, которых парень трескал на завтрак. Около дома последнего из компании было прекрасное укрытие, к которому ребята и устремились. Старая часовня отбрасывала довольно массивную тень, а стоящее рядом дерево дополняло умиротворяющую картину. Уместившись в тени часовни, Джек с ребятами стали держать совет.

— Я думаю каждый из вас знает о деревянном говножуе, по имени 'Пиноккио", — скривившись, словно от зубной боли, начал Джек, — некоторые из вас, возможно, даже ходили на его бездарные выступления. И я вам скажу, что это не только, да даже не столько моя проблема, сколько ваша, друзья.

— И с какой это стати, Малыш Джек, Пиноккио это наша проблема, — выкрикнул щербатый мальчонка, высунувшись из-за спин своих товарищей, — он очень даже ничо так пляшет, и ваще я...

— Ты сейчас помолчишь и послушаешь что тебе хочет сказать умный человек, Вилли, — перебив выскочку, и вызвав несколько смешков, Джек продолжил как ни в чем не бывало, — так вот, проблема это не только да даже не столько моя, сколько ваша, друзья. Вот, Тимми, где работает твой отец?

— Пекарем в пекарне твоего отца, Джек, — немного стыдливо промямлил мальчик.

— А твой, Том?

— Упаковщиком там же, ну в пекарне...

В общем в компании пацанов, аж целых шестеро мальчишек так или иначе были связаны с семейной пекарней, о чем им любезно напомнил Джек.

— Вот именно парни, а теперь представьте, только представьте, что пироги этого сраного деревянного недомальчика будут продаваться больше чем пироги моего отца. Тогда денег у пекарни будет естественно будет меньше, а значит и платить будут меньше и твоему папаше Тимми, и твоему, Том... Да и вообще, ребят, мы же друзья, а друзья должны помогать друг-другу. Это база, это основа.

— Так, то есть ты хочешь сказать, что все мы должны помочь тебе потому что иначе мы лишимся денег? — с лицом мыслителя воскликнул Том.

— Именно, мой юный друг, и мало того что вы так спасете собственные семьи от голода, но что еще немаловажно, каждый кто пойдет со мной решать этот вопрос получит минимум по одному пирогу.

Это предложение уже возымело гораздо больший эффект. Урон от конкурентов, в виде пекарни, которую рекламировал Пиноккио он где-то там в отдаленном будущем. А пирог вот он, уже сегодня вкусный и готовый к употреблению. Глядя на заводящуюся группу пацанов Джек понял что он довольно глупо просчитался, но в целом и так получилось не плохо.

— Так парни, давайте тише. Никто не должен знать что мы с вами будем делать, а то потом до нас может докопаться городовой, а нам это совсем не надо. Лучше скажите, спички у кого-то есть?

Вся орава недоуменно уставилась на Джека.

— Что такое спички? — высказал всеобщий вопрос Вилли.

— Хмм, ну огонь чем развести я имел ввиду, — быстро поправился младший Хорнер.

— Ты об огниве? — Вилли важно вытянул ладошку, на которой покоились кремень и кресало.

— Да, дружище, именно о них, — улыбнувшись приобнял парня Джек.

Времени ребята решили не терять. Где стояла палатка деревянного мальчика все знали. Так что веселой гурьбой, не особо скрываясь, пацаны отправились на свое первое дело. По началу Джек пытался как-то заставить их притихнуть, но его внушений хватало не на долго, так что уже после второго раза он бросил это бесполезное занятие и влился в обсуждения того что они сделают с мерзким Пиноккио. Хорнер конечно помнил по прошлой жизни, что дети весьма и весьма жестокие, но даже он не ожидал на сколько. Несмотря на то, что первоначальным планом было просто припугнуть деревяшку, по мере пути казни для незадачливого недомальчика становились все изощреннее и изощреннее. По мультфильмам Джек помнил, что Пиноккио будет нужен для спасения Шрека, и в общем-то он довольно положительный персонаж, на котором вроде что-то завязано. И судя по тому, что главной темой для обсуждения всего городка была новость о том, что какую-то принцессу из тридесятого царства отправили в заточение к дракону, это дело довольно далекого будущего.

И немного прикинув планы на будущее Хорнер пришел для себя к выводу, что для него будет выгодно если на троне будет сидеть тупой огр, а не фея крестная, которая вполне может стать проблемой, в виду её разведки, ассасинов и в целом он очень и очень плохо относился к чужому бизнесу. А вот провернуть рейдерский захват, когда она взорвется мыльным пузырем было бы неплохо. Так что максимум, на который он рассчитывал это напугать Пиноккио, ну может стесать пару слоев дерева, да и ну переломать тонкие деревяшки, которые заменяли ему пальчики. Однако варианты его компаньонов были намного более жестокими. Кто-то предложил попросту сжечь его, упаковать пепел в коробку и послать Джузеппо по почте, были идеи попроще - например выстругать из него говорящую доску и прибить ее на входе пекарни, чтобы каждый день топтаться ему по лицу. Один из вариантов, где предлагалось посадить того в чан из-под теста и засыпать термитами даже заставил Джека даже слегка усмехнуться от схожести с тем, что он сам предлагал настоящему Малышу Хорнеру.

Ветер, поднявшийся непонятно из-за чего, разгонял духоту, подготавливая город к вечерним сумеркам. Молодая бригада прошла большую часть пути до цели и остановилась перед входом в небольшой палаточный городок, где расположились дилижансы непрошенных гостей и переносная пекарня, из которой доносились заманчивые запахи.

Передернув ноздрями и поморщившись от запаха выпечки конкурентов Джек сморщился.

— Так, парни, план такой, разделяемся на пары, Тимми с Томом, Вилли со мной, ты и ты, Джейк с Питером, ну и вы вдвоем. Ходим ищем Пиноккио, если кто-то увидит деревяшку - бежит сюда, в любом случае встречаемся тут, когда тень от этой повозки достигнет вон того дерева. Понятно, парни? — активно жестикулируя руками, пояснил нехитрый порядок действий Джек.

— Да.

— Окей

— Хорошо...

В разнобой мальчишки подтвердили что все поняли, хотя Джек в этом и сомневался. Порывающегося что-то выкрикнуть Вилли остановила тяжелая рука Хорнера и его пристальный взгляд, вперившийся в мальчишку, от чего тот невольно сглотнул.

Бродя вокруг стоянки Джек то тут, то там замечал мелькавшие лица своих друзей. Призадумавшись, он понял, что надо было изначально организовать круг поисков, разделить его между ребятами, завязать время на колокол часовни, который невозможно было пропустить даже в творящемся вокруг упорядоченном хаосе повозок.

— Ну, будет уроком на будущее — процедил сквозь зубы Джек.

— Чего-чего? — спросил Вилли.

— Бля, забей, — отозвался младший Хорнер.

— Чего, кого забить? — на Джека уставилась недоуменная пара глаз.

— У-х-х-х, я имел ввиду не бери в голову. Опа, а это не наши ребята бегут? — Джек махнул рукой в сторону двух спешащих пацанов.

Вскоре вся молодая банда собралась в условном месте. Никто даже не потерялся, правда из-за того что каждая пара запаздывала на минуту или пять, ожидание продлилось довольно долго.

— Малыш Джек, мы нашли его, он пляшет у крайней повозки.

На лицо Джека без его воли вылез оскал.

— Попался маленький... Двинули, парни. Эта падаль от нас не уйдет.

Глава 3 "Деревообработка"

— Ну что, маленький, добегался? Вот и все, деревяшка. Был недомальчиком — сейчас будешь недодевочкой. — Джек давил лыбу и по-настоящему упивался страхом, который генерировал Пиноккио.

После несомненно злодейской реплики вокруг раздался откровенный ржач. Он словно аккомпанемент к происходящему издевательству усилил и без того жесткий прессинг бедного деревянного мальчика. Тут же пинки и зуботычины посыпались на приемного сына Джузеппо с удвоенной силой.

Поймать Пиноккио получилось на удивление просто. Он и вправду отрабатывал танец для нового шоу — не то чтобы оно чем-то отличалось от предыдущего, однако, видимо, кто-то из взрослых решил, что чем-то занять его надо, лишь бы не мешался под ногами.

Пригляда за ним, естественно, не было. Собственно, поэтому пара слов о том, что Пиноккио очень круто пляшет, да и вообще выглядит почти как настоящий мальчик, превратили незнакомых детей в его новых лучших друзей. Ну а предложение показать старую запруду под городом, где живет магическая черепаха, было принято без каких-либо подозрений.

Все произошло резко. Неожиданно. Тычок в спину от Джека повалил Пиноккио в вонючую тину. Сразу после этого на Пиноккио обрушился град ударов.

Парни не сдерживались. Работали в основном ногами, непонятливые быстро учились, ведь бить дерево костяшками было мягко говоря неприятно.

Вилли задорно отрабатывал по корпусу, кто-то пытался прыгнуть на ножки - тростинки. В основном конечно все целились в нос - сучок. Пиноккио старался закрыть голову руками, однако это слабо помогало. Жесткий удар пяткой впечатал деревянную ладонь в лицо магического мальчика. Рука безвольно опустилась. На щеке образовалась новая вмятина.

Пальцы быстро покрылись трещинами. Вся невеликая защита уникального носа рухнула. Закономерно целым он оставался недолго. Меткий пинок Тимми неожиданно для всех удался на славу. С оглушающим треском, нос отломился у основания. На мгновение парни замешкались, оценивая работу своих ног.

— Лес рубят - щепки летят, — философски отметил Джек.

— За что-о-о? — писклявым голосом взмолился деревянный мальчик.

Маленький, мокрый, с трясущимися конечностями, Пиноккио был настолько жалким, что даже Хорнер сморщился от такого зрелища. Из глаз мальчика потекла смола, которая заменяла ему слезы, что сделало картину только хуже.

— Ну смотри, тебя как зовут? — издевательски участливым голосом поинтересовался у него Джек.

— П-пиноккио, — сглатывая слезы и заикаясь, ответила деревяшка.

— Во-о-от и я о чем. А Пиноккио что надо делать, парни? — подняв указательный палец вверх, спросил у мальчишек Хорнер.

— Пинать, ап-хп-ха...

Экзекуция продолжалась еще несколько минут, однако уже совсем не с тем же энтузиазмом, что в начале. Сказывалась как общая усталость ребят, так и тот факт, что перебарщивать Джек не хотел. Все же начинать свой полноценный день в новом мире с убийства в его планы не входило.

Однако даже так нашлись ребята в их компании, которых вид Пиноккио не остановил, а даже раззадорил. Перехватив слишком увлекшихся парней, Джек отметил для себя, кто как отнесся к произошедшей экзекуции. В отдельную категорию он вынес для себя психов. Работать с такими персонажами было чревато, но он был уверен, что и для них найдется применение.

— Тише-тише, ребята. Понимаю ваше негодование, но давайте останемся джентльменами. Все же мы стоим за правду, а не просто хулиганим, как какие-то разбойники.

Несколько пар глаз недоуменно уставились на главаря с вопросом, мол: «Что ты нам тут рассказываешь», однако даже Вилли не рискнул выкрикнуть обычную для него подначку. Понимая, что он все же хватил лишку, Джек поспешил исправиться и донести свою мысль попроще.

— Понимаешь, Пиноккио, все мы тут не рады, что ты со своими пирогами отнимаешь работу у честных трудяг. Говоря иными словами, этот город — наша корова, и мы ее доим. Чужие тут не нужны. Вот будешь ты продавать свои пироги, и куда тогда идти Отцу Тома или Вилли, а? Я понимаю, что ты и так не захотел бы сюда ехать и рушить уже устоявшиеся порядки, но, к сожалению, это именно ты причина того, что продажи упали, и теперь ребята не могут позволить себе лишний кусок хлеба. — Тут Джек уже откровенно врал. Город был, конечно, не самый богатый, но уж хлеб с разбавленным пивом себе позволить могли практически все, кто хоть как-то работал.

Джек намеренно оставил паузу в диалоге, чтобы оценить, как ребята отреагируют на его экспромт.

Том шепнул Тимми поздравление с метким ударом. Может, из-за схожести имен эта парочка держалась чуть более обособленно, Джек отметил это фоном, но не стал акцентировать внимание. Вилли что-то также тихо доказывал двум парнишкам, то и дело показывая на объект издевательств и криво улыбаясь.

Однако стоило Джеку замолчать, внимательным взглядом обведя свою малолетнюю банду, как смешки и шепот быстро сошли на нет. На запруде вскоре установилась абсолютная тишина, в которой был лишь голос Джека. Ребята же подошли еще ближе, чтобы послушать своего главаря.

— А это сугубо для того, чтобы наш посыл до тебя точно дошел. Огонь, Вилли, я жду, — твердо произнес Джек.

Парень засуетился, пока ребята вокруг начали перешептываться. Трут, который был подготовлен заранее, быстро разгорелся, и вскоре Вилли уже окунал ветку с намотанными на нее тряпками в пламя.

Внезапно кто-то неуверенно дернул младшего Хорнера за рукав.

— Джек, а может, все же не надо? Ну мы это… все же не злодеи. А ну вот так как-то прямо чересчур, — промямлил Тимми.

— О мой дорогой друг, я понимаю и даже разделяю твои опасения. Поверь, мне это тоже не доставляет совершенно никакого удовольствия, — проникновенно вещал Джек, одной рукой удерживая палку с пламенем. — Однако боюсь, что уважаемый деревянный мальчик может не понять серьезность наших намерений.

— Нет-нет, малыш Джек, я все понял, честно. Не надо... — от писка Пиноккио Джек лишь помассировал переносицу.

— Ну как же не надо. Сейчас ты уйдешь — пожалуешься кому-то. Нам потом бегать, жечь твою палатку, вещи, а может, и не только их... — прозрачный намек остался висеть в воздухе. — Поверь, тут каждый как-то помогает своей семье: я в пекарне, кто-то по дому, кто-то тоже родителям на работе... А такие пропуски могут и розгами закончиться... — хмуро закончил Хорнер. Его взгляд прожигал лежащего перед ним Пиноккио ничуть не хуже самодельного факела в руке.

— Клянусь, Джек, чем угодно, да ты что, я нем как рыба, да я ни ногой сюда, честное слово. Да я до дома доберусь и нас уже завтра здесь не будет. Джек, молю тебя... пожалуйста не надо, — с каждым словом Пиноккио говорил все тише, пока Хорнер медленно приближался к нему.

Приблизившись вплотную, Джек сел на корточки, склонившись к лицу Пиноккио.

— Да ты, да я, да головка, от... Неважно. Ну что парни, новый нос вроде не растет, поверим деревяшке? — спросил Джек.

За спиной Хорнера в разнобой зазвучали разные предложения. Быстро поймав взглядом колеблющихся, Джек легким кивком головы подтолкнул их к правильному решению.

— Тебе повезло что мы не бандиты Пиноккио. Я правда не хотел до этого доводить и рад что ты понял, — резким движением руки, потушив факел в тине, Джек с улыбкой подал распластанному деревянному человечку руку.

Пиноккио неверяще уставился на Джека, но вскоре, словно сбросив оцепенение, ухватился за ладонь и поднялся.

— С-спасибо, Джек... — резкий рывок на себя был для Пиноккио полной неожиданностью.

Сжав деревянную ручку в своей лапе, Джек положил вторую ему на плечо и склонился над ухом Пиноккио. Сладковатый черничный запах недавнего пирога обдал деревянного мальчика. А мир вокруг в миг сузился до мальчишеского голоса, без единого намека на недавнюю улыбку.

— Запомни мою доброту, Пиноккио, но не вздумай принять ее за слабость. И только, сученок, попробуй спиздануть про то что здесь произошло. Ври что тебя покусали магические термиты и теперь они охотятся за тобой, да хоть лешего придумай, мне плевать. Но чтоб ни одна живая душа не знала про меня и ребят. Я найду тебя. Найду Джузеппо, доберусь до феи, до тех кто тебя нашел и пригрел. Понял меня?

— Д-да... — Пиноккио пытался найти взглядом хоть какую-то помощь, отчаянно отводя взгляд.

К его несчастью, возбужденная толпа уже не особо обращала внимание на того, кого пару минут назад ожесточенно избивала. Парни спорили что на самом деле стоило сделать с Пиноккио. Кто-то доказывал что все слишком мягко, Тимми тихо, но стойко пытался возразить. В общем дело чуть не дошло до очередной драки, однако Джек успел закончить с деревянным мальчиком до того как это случилось.

Пиноккио уже ушел, парни чуть успокоились после того, как увидели хмурого главаря, недовольного, устроенным балаганом. И лишь Джек, усевшись на поваленное бревно, пустым взглядом осматривал недавнее место действия.

Вдруг взгляд парня упал на сломанный сучек, который явно не мог принадлежать местным чахлым деревцам. Брови парня в ту же секунду разгладились, а на лице заиграла улыбка, за которой лишь на долю мгновения мелькнул настоящий оскал.

Подобрав палку, Джек, ловким движением, сунул ее в карман.

— Вот ты и остался с носом, — ухмыльнулся Хорнер.

Компания провожала удаляющегося деревянного мальчика насмешками и свистом, в то время, как Джек лишь улыбался, от своей первой полноценной победы в новом мире. Задумчиво наблюдая, за удаляющейся фигурой, Хорнер видел, как Пиноккио начинал хромать все меньше и меньше, и даже культяпка, которая была явно сломана постепенно занимала свое нормальное положение.

— Магия, реально магия, — задумчиво произнес Джек, после чего на мгновение перевел взгляд на свой новый трофей.

— Чего, босс? — крикнул Томм.

— Неважно, сворачиваемся, парни, нас ждет награда! — преувеличенно радостно воскликнул Хорнер.

Отпустив Пиноккио восвояси Джек и компания направились за получением обещанной награды. Естественно никого из близких Хорнер и не думал посвящать в свои планы. Да и зачем, если десять пирогов для старого Джека были практически на один укус, так, разминка перед полноценным приемом пищи.

Подойдя к небольшому зданию пекарни, гурьба остановилась у чисто номинального заборчика. За ним можно было увидеть как толстый слой фиолетового дыма весело вился из трубы уходя ввысь, а массивное водяное колесо с крутилось, питая пекарский механизм.

При виде своего наследства Сердце Джека забилось быстрее. Гордость за предков, которые выгрызли себе место под солнцем. Жадность, от желания обладать этим прямо здесь и сейчас. Оба чувства смешались в какой-то совершенно неудобоваримый коктейль, что лишь сильнее разгонял кровь.

— Так, ребзя, не шумим, тихо ждем меня. Я быстро. Пока меня нет за старшего будут... — сделав вид, что колеблется, Хорнер почесал массивный подбородок и в итоге произнес — Тимми. Если кто-то нагадит, обоссыт, или поломает тут что-то спрошу с тебя.

— Тимми и Вилли... Тиливили, тьфу-ты, — пробурчал про себя Джек.

Два этих парня уже сформировали вокруг себя что-то на подобии групп в группе, и Хорнеру это естественно не нравилось. Разделяй и властвуй, сейчас он даст почувствовать Тимми толику власти, обидется Вилли, потом наоборот, и вот они будут думать как бы выслужиться перед ним, а не объединиться и занять его место в дворовой иерархии.

Быстро пройдя средневековый кпп, парень уверенно двинулся к входу в цех. Старик сторож лишь мазнул взглядом по Джеку, после чего кивком поприветствовал сына начальника, и тут же уткнулся обратно в магическую газету.

Тихо цикнув про себя, парень лишь отметил, что когда главным здесь будет он придется очень и очень многое поменять. В конце концов вся их небольшая индустрия пирогов крутилась вокруг двух секретов, которые защищал вот этот "охранник".

— Ларри, Дарри, Тинки, Винки... — кивками или короткими приветствиями, Джек, словно рыба вливался в деловую суету, царящую в пекарне.

Джек здоровался с каждым знакомым, а знал он тут абсолютно всех. Еще предыдущая версия Хорнера понимала, что он точно унаследует пекарню, и поэтому через их детей, старался выведать побольше про своих работников. Но только если тот Джек собирался использовать это чтобы давить на них, управляя страхом, то новый Хорнер искренне старался, чтобы каждый рабочий в пекарне сам, а не из-под палки, цеплялся за свое место. Ну а в крайнем случае всегда оставался вариант припугнуть особо непонятливых.

Вскоре ноги сами привели Джека на склад готовой продукции, где его уже встречал Антонио, в своем неизменном зеленом комбинезоне. Если старшего Хорнера и можно было назвать просто большим парнем, то Антонио был реально гигантом, возвышавшимся над Джеком на добрых два метра.

— Малыш Джек, вот так встреча! Твой папка сказал тебя не ждать, мол ты еще отлеживаешься, но я-то знал что ты обязательно забежишь к нам, крепыш. Сегодняшняя партия еще не уехала, так что можешь приступать, — густым басом, пророкотал начальник склада.

— И я рад тебя видеть, Антонио! — впервые за все время на производстве искренне признался Джек.

Еще по памяти своего предшественника, он помнил, что Антонио был первым кто без каких-либо вопросов поверил младшему Хорнеру. Тот единственный, кто пришел его проведать, как только узнал, что мальчик пришел в себя. Да и относился он к нему с какой-то отеческой добротой, что было практически невозможно игнорировать.

— Если честно, я тут не один, а с друзьями, можно взять с собой, мы хотели отметить мое излечение, ну и всякое там по мелочи, — замялся в конце Джек.

В тот момент, он сам не понял почему его голос дрогнул, то ли от проникновенного взгляда, который неиронично видел в Джеке только хорошее, то ли потому что обманывать такого человека показалось парню идеей более паскудной, нежели избивать деревянного мальчишку толпой.

— Друзья, да, это дело хорошее, добрые друзья лучшее что есть в этом мире. С ними и в огонь и в воду, э-эх, —потянулся Антонио, — Бери конечно. И это, спасибо что честно сказал что для друзей, Джек. Я ценю это. Хороший ты парень.

На моменте про "хорошего парня", Джек не смог сдержать улыбки, когда внутри бушевала самая настоящая буря из гомерического хохота и небольшой грусти, что образу, который видет Антонио Хорнер совсем не соответствует.

Однако ничего из этого не помешало парню забрать заботливо сложенные пироги и вернуться к своей малолетней банде.

Как только Джек миновал старичка-охранника, в отдалении он услышал хор яростно спорящих голосов.

— А я говорю тебе, ну и что что ты нос ему сломал, я и огниво принес и факел дал, и Пиноккио этого сраного тоже я убалтывал, а ты там так сяк крутился, как какашка в канаве и ничо не сделал, — уже не сдерживаясь брызгал слюной Вилли.

— Да, а че ж если ты такой крутой ты сам деревяшке палку то его носовую не обломал, А? Да и я вообще-то помогал Джеку вас собирать, и запруду тоже я нашел! — паррировал Тимми.

Тяжело вздохнув, Джек направился к горланящим ребятам. С одной стороны он был рад, что каждый из спорщиков хотел показать себя в лучшем свете перед ним, но с другой... Каждый раз, стоило ему предоставить ребят самим себе, тут же страсти накалялись, а от драки спасало только участие Хорнера.

— Ну что за шум, а драки нет. Я тут вообще-то с вашей наградой тащусь, в одиночку, и никто мне помочь не хочет, — прикрикнул Хорнер.

Вся орава тут же сорвалась к своему главарю. На что Джек лишь растянул свою улыбку шире, наслаждаясь произведенным эффектом. Краешком сознания он отметил, что первыми рвались к нему те самые спорщики, на которых он и ставил.

Вскоре вся орава разместилась под западной стеной, уже полюбившейся им старой часовни. Тут камень еще был достаточно нагрет, не смотря на то, что уходящее солнце уже слабо разгоняло вечерние сумерки.

Небо окрасилось во все оттенки красного, а небольшой костер, словно перенимая у него пальму первенства освещал лучащиеся довольством лица сытой ребятни.

Глава 4 "Цирк уехал, а клоуны... Так вот же они!"

Плотные занавески отсекали свет солнечного дня, погрузив комнату в таинственный полумрак. В центре стояла чуть сгорбленная и немного угловатая фигура ребенка. Если бы незримому наблюдателю повезло очутиться рядом, то он в тот же миг наверняка почувствовал железный привкус в воздухе. Внезапно фигура сбилась с ритма и засуетилась. Нож, который в детской руке больше походил на небольшой тесак, был бережно убран в сторону. Пальчики зажили своей жизнью и словно солдатики промаршировали от оставленного ножа до нового инструмента.

Удар, еще удар. Тяжелая головка молоточка с силой крушила хрупкие кости. Кровь заливала сжатые пальцы, кольцами расплескиваясь по округе. На лице парнишки тем временем застыла печать полной концентрации над процессом. Глаза видели лишь кровавое месиво перед собой. Бом, бом, словно метроном, Джек отбивал четкий ритм, не сбиваясь и не пропуская ни миллиметра необработанного мяса.

Рука не дрожала, а из-под плотно сжатых губ лишь изредка вылетало глухое кхеканье при особо сильном ударе. Полная концентрация на действе. Ноздри Джека хищно раздувались в такт глухому стуку, раздававшемуся в комнате.

— Ой, сына, ты уже закончил? Умничка, настоящий помощник растет! Дальше я сама справлюсь, иди к ребятам, я помню, что ты хотел уйти пораньше, — с улыбкой проворковала Анна, взъерошив Джеку волосы и приобняв его.

— Спасибо, мам! Тебе точно не трудно закончить? — Джек аккуратно обнял родительницу в ответ, стараясь не заляпать ее окровавленными руками.

— Нет, Джек, ты что, я у тебя еще хоть куда вообще-то! — притворно возмутилась главная женщина в семействе Хорнеров.

— Что есть то есть, любовь моя. Нет ни одной женщины, тебя прекрасней, — басовито раздалось сзади.

Виктор стремительно сократил расстояние и подхватил свою жену с легкостью, будто та ничего не весила, закрутив по кухне. Совершив несколько пируэтов, мужчина аккуратно вернул даму своего сердца на место, после чего поглядел на кипучую деятельность, которую развели домочадцы.

— Смотри, Аннушка, избалуешь мне наследника, где потом нового искать, — добродушно рассмеялся Виктор, — Хотя поработали вы на славу. Это все ты сам отбил, сын?

— А то, пап, ну не маме же горбатиться, — гордо подбоченившись, ответил Джек.

— Ну ладно, ладно, верю, давай дуй к своим малолетним разбойникам, а мы тут сами закончим, — заговорщически подмигнув жене, закончил старший Хорнер.

Выпрыгнув на улицу, Джек быстрым шагом выдвинулся к своей новой точке интереса. Параллельно парень усиленно старался не думать о том, как именно планируют заканчивать его родители. В целом по мультику он не помнил, чтобы у Джека были братья или сестры, но все же его поведение сильно отличалось от канонного, так что все возможно. Мысли мальчишки плавно вернулись к теме его попаданства и того, что успело произойти за последнее время, а произошло на самом деле немало.

С момента расправы над Пиноккио прошло уже больше полугода. За это время Джек окончательно влился в средневеково-фэнтезийную бытовуху. Работа в пекарне, которую тяжелой мог бы назвать только тот, кто в жизни никогда не работал, не требовала от Джека практически никаких усилий. Сначала он пытался ввести нововведение, ведь все же окунать палец и портить каждый тридцатый пирог было странно, но ложку работники почему-то не оценили, из-за чего пришлось вернуться к старому варианту. Регулярные встречи с друзьями, из которых Джек по-тихоньку лепил миньонов, тоже не требовали от Джека особого напряжения.

Да и парень был готов признаться себе, но драки с залетными пацанами и просто чужими ребятами с соседней части городка вносили в его жизнь немного разнообразия, которого ему не хватало. Попытки поймать что-то съедобное в местной речушке, вылазки за соседскими яблоками (потому что чужое естественно вкуснее того, что растет у тебя), ну и регулярное, пусть и не такое интенсивное, подкармливание пирогами также вносили разнообразие. И, что более важно, скрепляли всю малолетнюю банду вокруг фигуры Джека. Он первым шел выяснять отношения с чужаками, решал, чем они будут сегодня заниматься, и усиленно стравливал Вилли с Тимми. Собственно последних Джек и приметил. Компания потихоньку собиралась, так что Хорнер пришел вовремя.

— Здарова, пацаны, кого еще ждем? — поприветстовал парней Джек.

— Привет, Джек, ну Том как обычно пытается выпросить деньги у своего скряги, помнишь как в прошлом году ему еле хватило на билет? — ответил Вилли, пожимая протянутую руку.

— А вот Алекс вообще сказал, что он видите-ли слишком взрослый для цирка, — Вилли пихнул товарища и перехватил ладонь Джека.

— Да и фиг с Алексом, он уже давно почти не с нами, хотябы никто не будет ныть без повода, тоже плюс, — улыбнулся Джек.

— Ой, а зачем нам с ними драться, у меня новая рубаха, мне потом от мамки прилетит, — писклявым голосом проблеял Вилли.

В ответ раздался ржач. Даже Тимми улыбнулся, правда быстро исправился, натянув на лицо постную морду. Нельзя было показать, что его соперник хоть в чем-то лучше.

— Пх-ха-ха-ха, один в один, да ты талант, Вилли, — рассмеялся Джек, — ну и парни, вы про Тома все знаете, так что если вдруг ему не хватит - скинемся. Ну на один аттракцион не сходим, но Том наш. А мы своих не кидаем.

Одобрительно кивнув, на неровный гул соглашающихся голосов, Джек вернулся к прерванным раздумьям. А мыслей за последний год накопилось даже с избытком.

Помимо друзей, пекарни и ситуативной помощи по дому, Джек смог сдержать обещание, данное самому себе. Он действительно смог перестать жрать как слон, сейчас его рацион мог бы поспорить по объему всего лишь с молодым боровом, а не как раньше. Ну и средневековая качалка наконец гостеприимно распахнула перед парнишкой свои двери. В первый день Джек сильно удивился, когда узнал, что вечерним тренером там работал Антонио, который вызвался заниматься с младшим Хорнером персонально и абсолютно бесплатно.

В общем, Джек постепенно худел, обзаводясь вместо жировых складок бычьими мышцами. Кубики, конечно, он увидеть и не надеялся — для этого надо было бы сесть на сушку, чего не понял бы никто из его окружения, кроме, быть может, Антонио. Однако даже так разница по сравнению с первым днем была существенная.

Сегодняшний же день сильно отличался от обычных будней. Все же Гластонбери, а именно так назывался городок, был провинцией, пусть и чуть побогаче, нежели обычно. Поэтому цирк, который приезжал раз в год, был событием, на которое собиралось практически все население от мала до велика. Ну а Джеку было интересно вдвойне, ведь помимо представлений с шутами, дрессированными животными и акробатами, ожидалось прибытие всамделишной ведьмы, к которой у Джека было очень много вопросов.

Вскоре Том добрался до ожидающей его компании. Вид у него был конечно мягко говоря печальный. На заплатанной штанине появилась новая прореха, а в глазах плескалась вселенская тоска.

— Парни, я ну это, в общем, сегодня наверное без меня... — поток мыслей Тома прекратила рука, опустившаяся ему на плечо.

Подняв голову, Том увидел Джека, который с улыбкой смотрел на своего товарища.

— Так, Том, прежде чем ты продолжишь, ответь мне, ты мне друг?

— Да, Джек, конечно...

— А ребята тебе друзья?

— Ну да...

— Так вот Том, и ты наш друг. Так что половину билета я оплачу, а ребята скинутся кто сколько сможет. Ты идешь с нами и точка, — твердо сказал Джек.

Выслушав слова благодарности и заверения в вечной дружбе, Джек с ребятами наконец выдвинулись в путь. Палаточный городок находился не так далеко от Гластонбери, но все же идти под солнцем было удовольствие ниже среднего. Мимо парней, проносились зажиточные горожане, которые могли позволить себе экипаж. Извозчиков было так много, что дорога совсем терялась от поднятой в воздух пыли. По бокам шли знакомые и незнакомые люди, на которых либо не хватило повозок, либо они также, как и парни решили сэкономить. Однако долго их путешевствие не продлилось и уже спустя час Джек с ребятами пришли к цели.

Цирк поражал воображение, и то, что тут не обошлось без магии, было предельно очевидно. В центре находился огромный даже по современным меркам купол, который рвался в небеса. По всей же округе были хаотично понатыканы палатки с зазывалами, где за малую деньгу можно было найти развлечения на любой вкус.

Там были и кукольные шоу, какой-то аналог "почувствуй себя рыцарем", кулачные бои для всех возрастов, можно было покидаться тухлыми овощами в шутов, которые оскорбляли тебя при каждом промахе. Были несколько палаток прорицателей, колдунов, мимов и борцов.

Побороться естественно стоило денег, но в случае победы, можно было выиграть в два раза больше, так что желающие померяться силушкой не переводились. Наблюдая за тем, как цирковые силачи укладывали обычных горожан, Джек непроизвольно улыбнулся.

— Эх, сюда бы Антонио, он бы обчистил этих любителей до исподнего, — закатил глаза Хорнер.

— Да ну, Джек, я видел как вон тот силач в прошлом году поднимал целую кобылу! — недоверчиво выкрикнул Вилли.

— Это кобыла ненастоящая была, мне папка рассказывал, что то лишь кукла, ей все кишки вынули и соломой набили, — Вступился за Антонио Том.

— Вот-вот, а наш Антонио наверняка бы настоящую кобылу вообще одной рукой поднял! — добил спор Тимми, победно посмотрев на Вилли.

Спорщики еще немного побурагозили, после чего парни быстро разбежались кто куда. И тут Хорнер не собирался их контролировать. Все же у каждого из них были своя голова на плечах. Да и руководить тем, кто и куда будет тратить свои медяки, оставшиеся после покупки билета, Джек не собирался. Кстати о билете, эта система показалась ему довольно странной. Чтобы просто присутствовать на территории городка, нужно было купить билет, и он же служил пропуском на главное представление.

Ну и помимо пропуска, красивая бумажка была также аналогом средневекового лото. У некоторых счастливчиков, спустя какое-то время он начинал светиться, после чего везунчик мог получить приз у какой-то палатки. Джек не особо слушал, потому что что в прошлой жизни, что в этой в свою удачу на подобных лохотронах он не особо верил.

В отличие от своих друзей Хорнер четко знал, что он хочет. Ноги вели его мимо разноцветных кибиток и веселой ребятни, мимо накачанных мужиков и разодетых дам. Вскоре он достиг первой палатки, у которой также была небольшая очередь.

— Ого, а не рановато ли ты решил гадать, а, малыш? Неужели твое сердечко уже украла какая-то девочка? — улыбнулась одна из дам в очереди.

Ее товарки быстро поддержали свою подругу, разразившись легкими, но безобидными смешками. Говорившая была действительно хороша собой. Блондинистые волосы, чувственные пухлые губы насыщенного алого цвета и большие зеленые глаза пленили явно не одного мужчину. А легкое бордовое платье оставляло не столь большой простор для фантазии. Джек осмотрел неожиданное смеющееся препятствие сверху донизу, словно оценивал открывшийся ему вид.

— Да вот проходил мимо, увидел тебя, красавица, решил погадать, как быстро ты откажешься от своего молодого человека и поймешь, что я во сто крат лучше, — лучась довольством от собственной шутки, улыбнулся Джек.

— Ой, ну даже не знаю, ну сначала подрасти, а потом я обязательно подумаю над твоим предложением, — стрельнув глазками, ответила чертовка.

Вскоре очередь дошла и до Джека. В шатре было примерно то, что он и ожидал увидеть. Шар, шаль, размалеванная старуха, которая туманно и пространственно вещала Джеку о чем-то, что могло и подходить и не подходить под его прошлое. Ну а на полупрямые вопросы о магии она напускала еще больше тумана и переводила тему.

К глубочайшему сожалению, чуда не случилось. И в следующей палатке было примерно то же самое. Раз за разом Джек стоял в очереди, заходил и разочаровывался. После третьей неудачи он перестал даже садиться за гадальный стол, лишь заходя и сразу разворачиваясь на выход. Очевидно, что что-то тут было не чисто.

Злой от того, что вместо развлечений он потратил время и деньги на абсолютно бесполезное времяпрепровождение, Джек уселся за столик с средневековым фудкортом. Откуда здесь взялся попкорн, он решил не спрашивать, ведь доставали его уже из коробки, а не жарили на костре или как-то еще. Вообще открытого огня он практически не видел, видимо, труппа сильно боялась пожаров, а значит, тут очевидно замешана магия.

Мысли вяло текли в голове парня, ноги гудели от долгих очередей и блуждания от одного шарлатана к другому. Взгляд блуждал по счастливым детским лицам, от чего Джек становился лишь злее и злее.

— Блять, ну не может же быть все это без магии. Этот чертов шатер слишком огромный, светящиеся сами по себе билеты, да даже этот попкорн, который сделали в коробке без огня. И каждый знает про то, что тут есть ведьма, но никто не знает, где ее искать, — чертыхнулся Джек.

Лица мелькали, сливаясь в калейдоскоп. Погруженный в свои мысли Джек осоловелым взглядом наблюдал за толпой вокруг. Счастливые дети, плачущие дети, плачущие от счастья дети, счастье плачущее от детей.... Голова Хорнера шла кругом, погружая его в хандру. Однако внезапно для самого себя Джек понял, что какая-то деталь выбилась из привычной картины. Этой деталью был мальчик, который радостно пробежал мимо Хорнера. Но не его радость привлекла внимание Джека. В руках мальчишки развевался "счастливый" билет.

Пазл сложился. Если кто-то и знает о магии, то это может быть только тот, кто стоит во главе всего этого цирка. А где глава? Там, где призы. А призы там, где лотерея. Теория, как про себя подумал Джек, была конечно не самой изящной, но это была единственная зацепка, до которой он смог дойти. Осталось лишь заполучить билет и выпросить свой приз в виде магии.

Джек не медля рванул в погоню. Распихивая локтями идущих перед ним людей, Хорнер бежал за своим счастливым билетом, который, к сожалению, был уже совсем близко к своей цели.

— Лови вора! — в сердцах крикнул Джек, понимая что уже никак не успевает.

Крик бессильно растворился в толпе, лишь пара зевак проводили погоню сочувствующими взглядами. Большая роскошная палатка с вывеской "Счастливые призы" уже проглотила паренька с билетом в свое нутро.

Первоначальный план Джека — отобрать билет и в обмен на него попросить научить его магии, или хотя бы встретиться с настоящей ведьмой — потерпел провал, и теперь Хорнер просто пялился на палатку.

— Хм, ну за спрос не бьют... — задумчиво пробурчал парень.

Дождавшись, когда мальчик, за которым Джек гнался, вышел из палатки с огромным плюшевым медведем и безграничным счастьем на немного осунувшемся лице, Хорнер сделал решительный шаг внутрь.

И вот теперь Джек понял, что точно попал куда надо. Все внешние звуки будто отрезало, стоило парню оказаться внутри. Температура резко упала; несмотря на то, что за целый день палатка должна была нагреться, Хорнер рефлекторно зябко поежился.

Вокруг не было псевдомистической атрибутики, магических шаров, которые непонятно светились, или нарочито таинственно зажженных свечей, черепов или чучел животных. Нет, напротив, всё было донельзя практично. Массивный дубовый стол, за которым восседала (иначе не скажешь) эффектная дама неопределенного возраста. Вместо полумрака — яркий свет, исходящий от настоящих факелов, которые не чадили и не поджигали палатку, а также куча игрушек, сваленных так, словно они не стоили ничего.

На лице дамы играла располагающая улыбка, однако глаза... Глаза были безжалостно холодны. Они цепко следили за гостем и, казалось, перманентно расчленяли и собирали его обратно. Она была в черном готическом платье, которое ярко контрастировало с её атласно-белой кожей. Казалось, что женщина никогда не видела солнца. Всё это создавало атмосферу намного более магическую, нежели то, что пыжились выдавить из себя шарлатаны, которых до этого посещал Джек.

— Поздравляю, мой мальчик, сегодня твой самый счастливый день! — проворковала дама.

— Кмх, тут такое дело... Я как бы не выиграл... — начал было Джек.

Лицо дамы окаменело. Тени от факелов поглотили больше света, чем они излучали. Комфортная прохлада после жаркого дня мгновенно превратилась в настоящую стужу. Хорнер сделал мелкий шаг назад, чуть не споткнувшись о собственные ноги. Маленькая капля пота раскаленным железом скатилась по его шее. Пульс участился, парень резко услышал биение своего сердца.

— Ну и зачем же ты тогда сюда пришел, маль-чик? — по слогам прошипела ведьма.

Глава 5 "Чем морщинистей изюм, тем он вкуснее"

Голос ведьмы набатом бил в голову. Вопрос, такой простой и в то же время до абсурдности сложный. «Зачем я сюда пришел?» Джек проклял тот миг, когда он решился пойти на поклон к ведьме. Можно было просто расти, развивать бизнес, потом найти какого-нибудь задохлика от магии и силой задать все вопросы. Но не-е-ет, он же самый умный, он же лучше всех знает...

— Извините, я просто подумал... — залепетал Джек.

— Ого, ничего себе. Ты подумал. И пришел к ведьме. Что же происходит, когда ты не думаешь? — рассмеялась колдунья.

Взгляд Джека лихорадочно метался по шатру, избегая лица ведьмы. Губы, плотно сжатые в неровную черту, начали мелко дрожать. Рубашка, которую мать подарила Джеку на день рождения, мерзко прилипла к телу.

— Кхм, так вот, я решил, что вы самая сильная ведьма в городе, — скороговоркой выплюнул Джек.

— Пхаххаха, ну допустим, это так, — хитро прищурилась колдунья, — и ты, голубчик, решил засвидетельствовать свое почтение?

— Да! Именно! — спохватился Джек.

— Отлично. Что дальше? — ухмыльнулась ведьма. — Наверно, нужно что-то принести в дар? Может, ручку? Или ножку? А может... такие вкусные пухлые щечки?

Ведьма наконец встала со своего кожаного трона. Её рука по-хозяйски схватила Джека за щеку. Когти больно впились в молочные щеки. Джек рефлекторно дернулся, и кровь тут же брызнула на пальцы колдуньи.

— Тише, тише. Ты же не хочешь сбежать, правда? — Рассмеялась ведьма.

Повелительный взмах свободной рукой и Джек попался. Ноги окаменели. Все тело налилось тяжестью. Свободными остались лишь бешено вращающиеся глаза.

— Вкусно. Очень вкусно. Любишь черничные пироги? — облизнулась ведьма.

Еще один взмах и Джек ощутил что снова способен говорить. Облизав пересохшие губы Хорнер сглотнул тугой ком в горле.

— Д-да, люблю. Я п-правда не о том...

— Ладно, достал уже. Это было весело, но у меня еще много работы. Говори и вали отсюда быстрее, — бросила ведьма.

Колдунья в третий раз махнула рукой и направилась обратно к креслу. Тут же Джек понял, что снова способен двигаться. Первой же мыслью было — "Бежать!". Но упрямство вкупе со злостью не дали трусливо слинять. Пересилив себя, Хорнер поднял взгляд на удаляющуюся к столу спину ведьмы.

— Научите меня магии. Я заплачу, — твердо сказал Джек.

— Ладно, удивил, — обернулась ведьма, — не игрушка, не исцеление, не новая мама... Допустим, только допустим, что ты действительно заплатишь, а не заплачешь, малыш Джек. И с чем же ты готов расстаться?

Отступившая было паника захлестнула Хорнера. Он точно помнил, что не говорил свое имя. Предательская слабость вновь накрыла Джека с головой.

— Хмм, может ты все же решил что одна из конечностей лишняя, или душа? А, погоди, знаю-знаю. Молодость, да? Видно это семейное, — усмехнулась ведьма.

— Не угадали, уважаемая. Вот этим, — тихо сказал Джек.

В его руке покоился старый трофей. Нос пиноккио не смотря на пол года так и не начал гнить. Казалось, время было вообще не властно над ним.

— Серьезно? Ты решил расплатиться за знание о магическом искусстве палкой? Дети с каждым годом все тупее и тупее... — протянула ведьма.

— Пожалуйста посмотрите по-внимательнее, это не обычная палка, — ответил Джек.

С трудом переставляя затекшие ноги Хорнер смог сделать шаг в сторону ведьмы. Затем еще один, и вскоре он уже протягивал свое сокровище колдунье. Все инстинкты кричали, что это ошибка. Только Джеку было плевать. Сжав зубы и не обращая внимания на капли крови, стекающие с распоротой щеки, Джек твердо смотрел ей в глаза.

Ведьма склонила голову набок и лениво подперла подбородок тремя пальцами. Окинув предложенный дар скучающим взглядом, колдунья лишь на мгновение прищурилась, быстро взяв себя в руки.

— Хорошо, пускай это будет не совсем обычная деревяшка. И что с того? Все равно маловато — протянула колдунья, — знания за которыми я охотилась всю жизнь, ты предлагаешь обменять на вот это?

Ведьма взяла нос Пиноккио и принюхилась.

—...жизненная сила на троечку, ложь.... Точно не с авалонских путей... Не похоже на смеющийся тростник — пробормотала ведьма.

До Хорнера доносилась лишь добрая треть слов, однако он терпеливо ждал пока ведьма закончит. В конце колдунья не удержалась и даже попробовала на зуб деревяшку, однако задумчивое выражение на её лице ничуть не поменялось.

— Черт с тобой, что ты хочешь узнать конкретно? — процедила ведьма, — и на многое не рассчитывай. Собирал её явно бездарь, отломано криво, вот тут вообще следы от зубов.

Ведьма энергично тыкала в каждый недочет пальцем. Брызги слюны летели прямиком на лицо Джека. А от запаха изо рта колдуньи его моментально затошнило. Хорнер готов был поклясться, что весь комплекс унижений ведьма затеяла специально. Она словно ждала когда Джек сдастся, согласится на какую-нибудь глупость и сбежит из этого ада.

"Тупая сука, ты же сама её только что прогрызла!" — мысленно выматерился Джек. Однако в реальности, он лишь вежливо улыбнулся, кивая на каждый из недочетов.

— Понимаю, уважаемая, материал действительно мог быть получше. Но я и не прошу многого, — расплылся в улыбке Хорнер, — только азы в магии, мне только самое начало...

Ведьма задумчиво окинула Джека взглядом, словно впервые его увидела. Молчание затягивалось. Взгляд колдуньи вперился в Джека. В этот раз Хорнер уже не дрогнул.

— На-ча-ло, — по слогам задумчиво протянула ведьма, — ладно, мелочь, будет тебе начало. Цени!

— Ценю. Очень... — начал было благодарить Джек.

— Все, тихо. Согласен ли ты, малыш Джек, получить начальные знания по магии в обмен на эту деревяшку? — спросила ведьма.

— Да, согласен, — подтвердил Джек.

— Контракт, — протянула руку Ведьма.

Джек молча пожал её, на что колдунья закатила глаза.

— Скажи "контракт", идиотина.

— Э-э, контракт, — послушно повторил Хорнер.

Тени на мгновение вспыхнули чуть ярче. Джека вдавило в землю, а воздух стал настолько плотным, что вдохнуть его никак не получалось. Через несколько секунд Хорнер с силой втянул в себя воздух и закашлялся. Время вернуло свой привычный ход. Колдунья лишь с усмешкой смотрела на трепыхания Джека.

— Так, на будущее... Никогда не заключай такие контракты. Я бы могла сказать тебе, что магия есть и вышвырнуть тебя отсюда, и формально выполнить свои обязательства.

— А как же...

— Я же сказала молчать! Тихо. Вопросы потом. Давай сюда бумажку, — махнула рукой ведьма.

Хорнер быстро вытащил билет и протянул колдунье. Та лишь на мгновение взглянула на него, после чего скривилась и швырнула его обратно.

— Полная бездарность. О магии можешь забыть. До минимального порога в академию никогда не дотянешь. А даже если случится чудо, то будешь максимум ритуалистом слабосилком. И то к годам тридцати, не раньше, — злорадно заключила ведьма.

Комната, ведьма, боль в щеке — все это моментально стало каким-то далеким и незначительным. В мыслях царила абсолютная пустота. Он мог понять что ошибся когда пришел сюда. Допускал, что магических сил у него немного, раз даже в мультике у него ничего не было, но чтобы вот так... Ведьма прекрасно видела состояние Джека и не собиралась останавливаться.

—... да даже у сына знахарки, и у того магии больше, — оскалилась колдунья, — конечно, ты можешь расти по капле в год, но как я и сказала, ты всегда будешь в тени. Никто не посмотрит на тебя как на мага. Никогда тебе не подадут руки. Ты всегда будешь изгоем, Джек.

На словах о капле в год, взгляд Хорнера вернул ясность.

— Ты сказала "по капле в год", то есть я могу стать магом? — с затаенной надеждой спросил Джек.

— Магия есть в любом. Но это способ для слабаков и трусов. Идиоты начитаются методичек и пять лет учат одно заклинание, — презрительно фыркнула ведьма, — забудь, Джек, это не твой путь. Это червям нужно просить, а если у тебя есть сила, то ты можешь просто брать.

Убедившись, что Хорнер внимательно слушает, Ведьма открыла верхний ящик и извлекла на свет бутыль с кубком. Сдув толстый слой пыли, Колдунья откупорила бутылку и наполнила емкость до краев. Плавно помешивая кубок, ведьма казалось, говорила для себя, абсолютно позабыв про Джека.

— Когда-то давно я не имела практически ничего. Ни магии, ни силы, ни знаний. Но я была готова идти по головам. Я выгрызла зубами право на свое счастье. Я забрала то, что мне принадлежит по праву. Эти бездари, лентяи, которые с рождения имели все, пали ниц предо мной... — ведьма сделала добрый глоток и снова уставилась на мальчика, — мы похожи, Джек Хорнер. Очень... похожи.

Ведьма откинулась в кресле и прикрыла глаза. На её губах застыла улыбка, а в руке, словно по волшебству появился тот самый билетик, за которым охотился Джек.

— Я конечно была посмазливее, да и, будем честны, не такой глупой. Но в корне, в самой своей сути мы одинаковы. Я тоже не имела таланта. И я нашла выход, — взгляд ведьмы остановился на билете.

— И какой? — прошептал Джек.

— О, мой друг, тут не хватит и тысячи таких дощечек. Такими знаниями не делятся, да и ты просил лишь азы.

— Хорошо, что ты хочешь?

Ведьма тут же преобразилась. Хорнер не уставал удивляться тому, как быстро ведьма меняет свое настроение. Глаза колдуньи хищно прищурились, а ноздри раздулись, с силой втянув воздух.

— Служба на сто лет. При смерти раньше срока, остаток обязаны отслужить прямые потомки. Права и обязанности вот тут, — коготь ведьмы постучал по пергаменту на столе, — с меня информация и возможность её использовать.

Джек опешил. Идти сегодня на службу к ведьме в его планы точно не входило. Тем более Хорнер не сомневался, что в контракте будут абсолютно драконовские условия. А тот факт, что Джек еще и не умел читать, рубил предложение ведьмы на корню.

— Я подумаю, если вы не против, — криво улыбнулся Хорнер, — А пока, можете чуть подробнее рассказать о первом варианте.

— Вали в библиотеку и читай сам, там все написано, — уже без всякого намека на улыбку заключила ведьма, — но помни, Джек, чем позже вернешься, тем выше будет цена.

— Обязательно...

— Гризельда, зови меня так. И помни, Джек, ты всегда знаешь, где меня найти.

Шатер "Счастливые призы" остался позади. Джек брел вперед, подальше от этого проклятого места. Удар плечом от пробежавшего мимо ребенка. Мгновение и Хорнер летит на землю. Происшествие, казалось никто не заметил. Тут люди жили в своем счастливом мире, где на грязного окровавленного парнишку всем было плевать.

— Сссука, тварь, — выругался Джек.

"Лишь бы пацаны не видели" — вяло подумал Джек. Боли от удара практически не было, но вот урон авторитету после такого падения был бы огромным. Отряхнувшись парень начал высматривать своих ребят. К счастью никого из компании поблизости не было видно. Людское море практически не оставляло шансов на случайную встречу. Тяжело вздохнув, Джек отказался от поиска друзей и поковылял к ближайшей скамейке.

— Ту-ту-ту-ту, вокруг бессмысленные бляди обоих полов... Я не хочу быть красивым, не хочу быть богатым, — выдох на паузе, — я хочу быть автома-а-том, стреляющим в лица.

Под старенький бэнгер родного мира поиск свободной скамейки пошел чуть веселее. Вскоре удача повернулась к Джеку лицом. Молодая парочка только поднялась со своих мест и на них пока что никто не претендовал. Ускорившись, Хорнер плюхнулся освободившееся пространство, специально задев локтем парнишку рядом. Настроения тратить остатки денег на развлечения не было.

Шуты казались не смешными, силачи - дутыми. Но больше всего Хорнера раздражал мальчик, сидящий на одной с ним скамейке. Звук того, как он кусал сладкую вату, казалось, становился все громче и мерзотнее. Отвратительное чавканье ввинчивалось в уши Хорнера снова и снова. Мальчик что-то почувствовал и обернулся на Джека.

— И че ты пялишься, а? Тебе втащить? — зло выдохнул Джек.

— А, мне? — мальчишка рядом недоверчиво посмотрел на Хорнера.

— Тебе, тварь, хули лыбишься? Дохуя смешно? — Джек двинулся в его сторону.

— Нет-нет, прости, я... Я уже побежал, меня мама ждет, — Жалобно пискнул ребенок и помчался наутек.

Настроение Хорнера чуть-чуть выросло, и во второй раз упав на скамейку, Джек принялся лениво думать. До гонга все равно делать было нечего. Он не мог точно сказать, сколько времени прошло в палатке ведьмы, но по ощущениям разговор занял все три-четыре часа. Оставалось лишь надеяться, что он не пропустил объявление о начале шоу, иначе он бы точно не нашел своих ребят.

— А может ну их к черту? — вслух хмыкнул Джек, — Ага, а потом Тимми с Вилли разнесут этот цирк, да и вопросы ко мне будут. Сукааа, ну почему так нахуй. Хочу домо-о-й...

Шум толпы смешался в какофонию звуков, все больше отдалявшуюся от мозга Хорнера. Нервы, напряженные до предела резко расслабились. Тяжело выдохнув, Хорнер прикрыл глаза, перестав бороться с накатывающей усталостью.

— Две, нет, десять минуток, и пойду... — тихо пробормотал парень.

Гонг прозвучал внезапно. Судорожно схватившись за мешочек с мелочью, Джек с облегчением отметил что пока он был в отключке, на его сбережения никто не позарился. Скурпулезно пересчитав каждый медяк, Хорнер выдохнул и встал с лавки. Это чуть не привело к повторному падению. Затекшие ноги подвели и только схватившись за подлокотник, Джек смог удержаться. В глазах резко потемнело, а мерзкий писк в ушах сделал еще хуже. Состояние стремительно катилось от "плохого" до "отвратительного".

Очередная краткая передышка, во время которой Джек усилием воли не давал себе заснуть придала сил, и на этот раз Хорнер встал более уверенно. Голова по прежнему казалась тяжелой, а писк хоть и снизил тональность, но все еще присутствовал где-то на периферии. Однако надо было искать парней, сидеть на концерте, и делать вид, что представление ему интересно.

Ребята нашлись там же, где они и договаривались встретиться. На удивление никто не потерялся, а Джек, как главарь, естественно пришел последним. Не особо вслушиваясь в голоса парней и отмахиваясь от вопросов "делами", Хорнер повел свою банду вовнутрь.

— А как по мне Антонио все равно слабее, — хмыкнул Вилли.

Джек с ребятами уже сидели на любезно освобожденных местах. Другие ребята не захотели связываться с явно не самыми дружелюбными парнями и заверили, что естественно занимали их для группы Джека. Сам же Хорнер в это время изо всех сил старался не закрыть глаза и держать взгляд задумчиво-осмысленным. Однако знакомое имя привлекло его внимание и он решил все же прислушаться.

— Ну ты и дурак, Антонио в пекарни двух мужиков одновременно на землю укладывал. Я сам видел когда за папой шел, — паррировал Тимми.

— Сам ты дурак, а тут силач трех... нет, четырех мужиков повалил, — нахохлился второй спорщик.

— Да там мужики как тростинки, так что ты дурак!

— Нет ты!

— Ты!

— Заткнулись оба, — не выдержал Джек, — Антонио сильный, силач... Ну наверно тоже, я не особо на них смотрел. В следующем году притащим Антонио сюда и сами все узнаем.

— О, Джек, ну скажи что я прав и Антонио сильнее! — нашел поддерку Тимми.

— Я уже все сказал, смысла спорить нет, — тяжело вздохнул Хорнер.

— А почему не смотрел? И кстати, а что ты делал? — тут же встрял Вилли.

— Муравью хуй приделал, Вилли. Не еби мозги, Дела делал, — огрызнулся Хорнер, после чего взял паузу и продолжил, — пока вы дурью маялись, я выяснил что за призы дают за билеты.

Вилли обиженно засопел. Парень демонстративно отвернулся, хотя было видно, что информация о призах его не на шутку заинтересовала. Тимми же победоносно ухмыльнулся, снисходительно поглядывая на Вилли.

— Ого, ты выиграл приз?! — восторженно спросил Том.

— Нет, не выиграл, — медленно, тщательно контролируя голос проговорил Джек. Хорнер понимал, что он на волоске от того чтобы не накричать и не начать избивать своих же парней, но этот волосок стремительно рвался с каждым вопросом, — нашел того, кто выиграл. Ну и попросил поделиться.

Раздались неуверенные смешки.

— Ну и где тогда приз? — зло спросил Вилли, — Судя по щеке с тобой не поделились.

— Бля Вилли, еще раз влезешь тебе пиздец, понял? — прорычал Хорнер.

— Тише, тише, прости! Ты чего, брат! Я так, в шутку... — сжался Вилли.

Руки подняты, ноги парень рефлекторно подтянул под себя. Вся поза кричит "Не бей!". Хорнер смотрел на него с такой ненавистью, словно он виноват во всех сегодняшних неудачах. Вдох-выдох, вдох-выдох. Постепенно Джек успокаивался, краем глаза отмечая реакцию банды. Если Тимми сиял, словно он выиграл в лотерею, то Том рефлекторно сжался и с опаской поглядывал на Джека. Остальные ребята не сильно отставали от Тома, хотя некоторые просто смотрели за развитием событий.

— Ладно, и ты, прости, — тяжело дыша сказал Джек, пара мгновений, и парень протягивает Вилли руку — Мир?

— Мир, Джек, — с опаской пожал её Вилли. Заметив, что больше негатива не будет, Вилли продолжил, — Так что с призом...

Джек на секунду задумался. Злиться на Вилли смысла нет, ну такой характер у человека. Да и ребятам тоже интересно... Надо что-то ответить. Рука рефлекторно ощупала пустоту в кармане, где раньше был нос Пиноккио. Трофей сильно успокаивал Джека в такие моменты. Однако теперь вместо него было кое-что получше — опыт.

— Билеты как-то проверяют, так что если он не твой, то это поймут, — Джек указал на рассеченную щеку, после чего спокойно продолжил, — а насчет призов... Дерьмо призы. И конкурсы у них отстой.

Глава 6 "ИП издюля"

— До свидания, мистер Джексон! Спасибо за занятие! — раздался густой бас.

Нескладная фигура помахала рукой на прощание, после чего резво захлопнула дверь. Громкий топот быстро сместился на второй этаж особняка, после чего весь дом погрузился в тишину. В это время в детской с четкой периодичностью раздавался шелест страниц.

На кровати лежал Джек. Его массивные руки стали еще больше. Причем прибавили они как в длину, так и в обхвате. Живот уменьшился до размеров, когда Хорнера уже нельзя было назвать толстяком, но и до культуриста парню было очень и очень далеко. Палец, вечно пребывающий в черничном джеме, налился еще более ярким оттенком фиолетового, ну а волосы, окончательно пресекшие границу плеч, были аккуратно убраны в хвост.

— Как же вы задрали, — тихо бурчал Хорнер, — Так сложно было писать на человеческом?

Вокруг юноши в хаотичном порядке были разбросаны справочники, таблицы совместимости и два переводчика с древних языков. Местный язык не стал для Джека серьезной преградой. Первые простые тексты он щелкал уже спустя два месяца обучения, но вот дальше парень в очередной раз понял, что в этом мире все далеко не так просто.

Все трактаты по магии, которые он смог отыскать в городской библиотеке мягко говоря разочаровывали. Они были либо написаны на древних языках, которые знали единицы, либо их авторы генерировали сплошной поток сознания без капли связанного текста.

Джек лишь поражался тому, насколько витиевато иной раз очередной автор описывал простейшие вещи. Это были настоящие мастера так сильно расплескаться мыслью по тексту, что осмысленно читать эти произведения не было решительно ни малейшей возможности.

Так что уже к пятому месяцу отбраковав троих репетиторов подряд, Джек нашел мистера Джексона, который на вполне приличном уровне был готов пояснить все непонятные моменты в древних трактатах. Для матери с отцом младший хорнер только-только учился писать.

Несмотря на невеликие успехи Джека, в глазах родителей, они были искренне рады тому, что их чадо наконец сконцентрировалось на учебе. А это было абсолютной правдой. Репетитор по письму и чтению, фехтование, стрельба, тренировки в зале с Антонио... Ну и конечно не стоило забывать, что обязанностей по контролю качества с Джека никто не снимал.

С момента встречи с ведьмой прошло более трех лет. И на свое шестнадцатилетие Джек смог выпросить у отца занятия с отставным солдатом удачи. Сколько фальшивых слез, уговоров, мольб, и даже откровенного подкупа это стоило - не передать.

Уговаривать родителей с поиском репетитора по гуманитарным наукам, к слову, не пришлось. Тут мнение родителей было на удивление единодушным и вполне однозначным. Читать и писать должен уметь любой благовоспитанный юноша. После знаменательного знакомства с мистической стороной нового мира, Джек уверенно добавлял, что стрелять и фехтовать должен уметь любой благоразумный юноша.

В общем, график у младшего Хорнера был мягко говоря напряжный. Однако даже так парень находил время на своих друзей. За это время группа Хорнера сильно разрослась, а старички успели вырасти. Кто-то уже начал заглядываться на соседских девчонок. Кому-то надоели драки стенка на стенку — банда хотела большего.

Тимми и Вилли стали Тимоти и Уильямом. По-старому их позволял себе называть только Джек. Эта парочка плотно закрепила за собой места офицеров и мало кто решался бросить им вызов. Том же до сих пор находился в их тени, однако он искренне старался сократить отставание. Главной проблемой была его врожденная доброта. Да и новенький Джеймс подавал неплохие надежды.

Так или иначе, Хорнер дал себе слово подумать и решить уже после первого дела. А там либо кто-то отвалится, либо можно провернуть аналогичную схему как с Вилли и Тимми. И сегодня был как раз один из тех дней, когда парни требовали особо пристального внимания. Их первое серьезное дело. Не драка стенка на стенку, не воровство соседских яблок. Нет, сегодня они решили работать по крупному.

Заряженный пистоль покоился на перевязи. На поясе — кривая сабля в ножнах. Плотное кожаное пальто скрывало фигуру, держащуюся темной стороны улицы. Добротная сумка перекинута через плечо. Хорнер старательно избегал встречи с редкими ночными патрулями, постоянно маневрируя в хитросплетениях городской застройки. Шаг в сторону. Прижаться. Затаить дыхание.

Отряд с факелами спокойно прошел мимо, не обратив внимания на ночного гуляку. Звон доспехов постепенно удалялся дальше по улице, пока не стал еле различим. Переведя дух, Джек двинулся дальше. Ночь длинная, но и дел предстояло немало.

Мощеная дорога вскоре уперлась в небольшой тупичок, где его уже ждали. Фигуры парней были слабо различимы в кромешной тьме. Однако даже так, Джек смог различить каждого из своих людей.

— Все на месте? — без предисловий начал Хорнер.

— Да, только тебя ждали, Дж... — Начал было Вилли.

Вскинутая рука тут же зажала ему рот.

— Без имен, я же говорил, — раздалось злое шипение, — в этом городе даже у стен есть уши. Раз все тут, то проверьте маски и погнали.

Следуя своему же совету, Джек натянул маску повыше и зашагал первым. Времени было все меньше. Хорнер уже жалел, что не отменил сегодняшнее занятие, но чертова магия слишком сильно манила его. Парень гнал от себя мысли, что возможно этим решением он подставил своих ребят.

— Они сами согласились. Знали же на что идут, — хмуро подумал Джек.

На этот раз удача им улыбнулась. Отряд из семнадцати человек не встретил по пути ни одного ночного блюстителя закона. Редкие загулявшие горожане по далекой дуге обходили мутную компанию. В общем пока все шло отлично и Джека это нервировало больше, чем если бы за ними уже была погоня.

Вскоре отряд вплотную приблизился к небольшому складу, стоящему на развилке. Отдельный добротный забор. Мощные кованые ворота и несколько сторожевых будок не оставляли и шанса на то, что удастся сработать по тихому. Однако парни и не собирались брать склад. Да, там наверняка было чем поживиться, но эта добыча была слишком зубастой. Зато домик, который находился дальше через две улицы принадлежал хозяину этого склада, и по совместительству, старому знакомому Джека.

Если Руфус думал, что он сможет отделаться простым увольнением, то он сильно ошибался. Нет, будь на месте Джека его отец, то так бы и произошло. Вот только Джек сразу после того как научился читать засунул свой нос в старые счетоводные книги. Еще те, которые велись при проворовавшемся управляющем. Тут младшему Хорнеру и открылась страшная тайна. Примерно три тысячи золотых было украдено продажным Руфусом.

И если виктор спустил все на тормозах, просто уволив негодяя, то Джек решил что бывшему главному пекарю пришла пора заплатить по счетам. План зрел целый год, перейдя в активную фазу лишь в последний месяц. Парни по очереди следили за маршрутом Руфоса, вынюхивали с кем он общается, и кто может помешать в самый ответственный момент.

— Ты и ты, — пальцы Джека поочередно указали на двух подельников, — на шухер за вот этот дом...

Джек быстро раздавал команды, и получая в ответ уверенные кивки и сосредоточенные взгляды, в парне крепла уверенность, что сегодняшняя ночь пройдет как задуманно.

—... и помните, если вдруг стража дойдет до этих домов, тут же свистите! Не ждите, не надейтесь что пронесет. Все как договаривались. Не играйте в героев, — продолжил инструктаж Хорнер.

— Да мы помним, ты уже сотню раз повторил... — раздался голос одного из парней.

Джек молнией обернулся к говорившему. Фигура Хорнера нависла над парнем. Рука резко схватила болтуна за горло.

— Не смей меня перебивать. Если кто-то из часовых зазевается, то кто-то из наших точно будет гнить в камере. И это мне потом вас вытаскивать. Мне подкупать стражников, лебезить перед сыскарем, нанимать адвоката. А возможно, что ничего не получится и кое кто... — рука Джека окончательно перекрыла доступ кислорода. Бедняга рефлекторно схватился за неё, пытаясь разжать, —...будет догнивать на рудниках или в петле.

Разжав пальцы, Хорнер приспустил маску и злобно сплюнул. За его спиной раздовались судорожные вздохи. Слюни и сопли трепача расползались на маске влажным пятном. Однако парень не решался сдернуть противную маску, опасаясь еще раз навлечь на себя гнев Джека. Последний же хмурым взглядом обвел свою банду и тяжело выдохнул.

— Это серьезно, парни. Очень серьезно. Те кто на шухере, помните, что вас сменят. Парни, я в вас верю, вы все красавцы, — взгляд Джека остановился на постепено приходящем в себя говоруне. После чего Хорнер резко поставил его на ноги, — даже он - лучший в этом городе. Вы все знаете что делать. Погнали.

Группа из десяти человек быстро перелезла через низенькую ограду. Костяк группы тут же отправился к входной двери. Двое налетчиков в то же время, отделились от основной массы, вжавшись в стену под хозяйской спальней. Последняя двойка столпилась у одного из окошек на первом этаже. Небольшой кусок тряпки, не давший ставням захлопнуться до конца, был аккуратно извлечен, после чего один из грабителей аккуратно раскрыл окно настежь. Вскоре другой темный силуэт, поменьше, рыбкой проскользнул в открытое окно.

Джек нервничал. Столько мелочей могли пойти не по плану. Слишком ранний патруль услышит подозрительные звуки, тряпка могла выпасть и тогда придется бить окно без вариантов. Кто-то просто разбудит хозяина, или тому приспичит посреди ночи пойти пожрать. Сердце Хорнера отбивало бешеный ритм. Ладони в кожаных перчатках заливало противным потом. Взгляд Джека хищно осматривал округу, пока мозг лихорадочно придумывал почему парни копошились так долго.

Внезапно вся группа у входной двери вздрогнула. Щелчок щеколды, словно взведенный затвор, нарушил ночную тишину. С тихим скрипом входная дверь отворилась. В полуночной тьме блестнули зеленые глаза. Хорнер легко узнал лицо вечно робкого Тома, скрытое под маской. И в этот момент Джек готов был поклясться, что Том был счастлив.

Безмятежное лицо Руфуса казалось по-детски наивным в отражении лунного света. Дородный, не молодой мужчина с тройным подбородком, и внушающим уважение брюхом, тихо сопел в собственной опочивальне. Он пока не успел обзавестись собственной семьей. Все время уходило на довольно прибыльный бизнес, который мужчина сумел открыть.

Жилистые пальцы с силой вдавили тряпки в приоткрытый рот мужчины. На руках и ногах моментально повисло по человеку, намертво удерживая затрепыхавшегося Руфуса. В панике распахнутые глаза пытались запомнить хоть кого-то из грабителей, но взгляд еле различал скрытые масками силуэты. Краткий миг прозрения тут же закончился, стоило плотной ткани опуститься на лицо. Сильный удар в скулу тут же заставил Руфуса открыть рот шире, после чего грабителю удалось пропихнуть самодельный кляп до самой глотки. Сверху тут же накинули жесткую бечовку, в кровь разодравшую губы.

Все это действо заняло не больше нескольких минут, после чего связанный мужчина мог лишь мычать. В домашней ночнужке, привязанный к собственной кровати, с завязанными глазами и кляпом во рту... Руфус еще никогда не чувствовал себя настолько жалким. Но главное было не это. Грабители, а мужчина был готов поклясться, что это они, не задавали вопросов. Как только Руфус оказался полностью обездвижен, на мужчину посыпались многочисленные удары.

Били по всему телу. Уже скоро практически все тело Руфуса пестрело кровоподтеками, переходящими в гематомы. Один из садистов методично один за другим ломал мужчине пальцы, по-настоящему наслаждаясь отчаянным мычанием. Лишь когда мужчина смирился с тем, что он так и умрет, экзекуция прекратилась.

Смотря на скулящее тело перед собой, Джек неодобрительно поцокал, покосившись на новенького. В этот раз Джеймс явно переусердствовал, хотя Хорнер такого приказа не давал. Однако сделанного не воротишь.

—Хорошо хоть не убил, — подумал Джек.

Повелительно кивнув головой в сторону мужчины, Джек бровями показал новичку, мол "Действуй". Голоса всех парней, кроме новенького, Руфус не раз слышал, особенно, Джека. Так глупо палиться Хорнер не собирался.

— Где деньги, свинья?! — по команде рявкнул Джеймс.

— Зфа кфафтиной, ф сфейфе — простонал Руфус, — фавфоль: фемь, фятфть, фяфнацфать, дфафцать тфи.

— Семь, пять, пятнадцать, двадцать три? — переспросил новенький.

— Фяфнадцать! не фейте, фяфнадцать! —простонал мужчина.

— Блять, пятнадцать или шестнадцать? Скажи ты по цифрам, тупень.

— Фяфнадцать! Офин, фемф.

— А-а-а, семнадцать, — радостно произнес Джеймс.

Вскоре сейф поддался, открыв парням вид на настоящее сокровище. Золотые монеты валялись вперемешку с долговыми расписками, украшениями и примостившимися кучками серебра по соседству. Кто-то из парней удивленно присвистнул, однако под строгим взглядом Джека все удержались от комментариев. Легко отодвинув подельников, Джек сгреб ценности в сумку и быстро махнул парням на выход.

Перед уходом Джек на секунду остановился. Взгляд парня прошелся по избитому телу. С тяжелым вздохом, Хорнер приблизился к Руфусу.

— Только жмурика мне не хватало. Том точно не поймет, да и в целом, такое мало кто оценит, — подумал Джек.

Ослабив петли на кисти здоровой руки, Джек поспешил на первый этаж. Аккуратно обернув поверх перчаток, случайные тряпки, Хорнер вооружился саблей и обратной стороной разбил открытое окно. Быстро отряхнувшись от стеклянной крошки, Джек достал из-за пазухи отрезок черно-белой ткани. В спешке насадив его на остатки стекла в раме, Джек рванул догонять свою банду.

Знакомый свист застал Хорнера перелезающим, через чертову ограду. Парни были тут. Весь десяток трясся от страха, но стойко ждал своего главаря.

— Хорош, парни, валим — не допуская дрожи в голосе, произнес Джек.

Знаковая запруда вновь встречала Хорнера и его банду. В предрасветных сумерках болотистая местность выглядела еще более зловещей, чем раньше. Покосившиеся коряги будто специально путались под ногами. Жидкий туман клубился у самой земли, скрывая неровности и коварные ямы. Камыши, потревоженные случайной болотной тварью, предвещали опасность.

— Фяфнадцать! Ах-ха-ха, фяфнадцать... — смех Уильяма мгновенно разрушил зловещую атмосферу.

Разноголосый ржач вторил парню. Даже Джек позволил себе улыбку, повернувшись к своему первому офицеру.

— Джек, ну ты видел, как я его, а? — Джеймс вклинился между Хорнером и Тимоти.

Последний лишь цыкнул в сторону нового любимчика, ожидая реакции Джека.

— О да, Джейми, видел. Хорош. Ща дойдем и я всем про это напомню, — Хорнер с улыбкой похлопал парня по спине, и продолжил — не ссы, я заценил.

Тимми недоверчиво посмотрел на Джека, на что получил отрицательное покачивание головой. Улыбнувшись от того, что он все правильно понял, Тимми с злорадством посмотрел на нахохлившегося новичка.

Наконец банда добралась до своей лежки. Добротный шалаш, кострище, несколько грубо сколоченных табуретов, самодельный стол и свистнутая непойми откуда софа органично вписывались в атмосферу бандитского логова.

Парни после бессонной ночи с облегчением попадали кто куда. Место Джека на софе никто не стремился занимать. Кинув сумку с добычей на софу, Джек повернулся к Тимми с Вилли.

— Парни, присмотрите пока, — бросил Джек, махнув в сторону сумки.

— Э, Джек, а ты куда? — с удивлением спросил Вилли.

Тимми лишь вопросительно уставился на главу, ожидая что тот сам пояснит. Хорнер же вальяжной походкой приблизился к Джеймсу и с силой опустил руку ему на плечо.

— Не переживайте, мы с Джейми пойдем быстренько пошепчемся... О своем, о девичьем, — улыбнулся Джек.

Отдалившись достаточно далеко от лагеря, чтобы их не было слышно, Джек уселся на поваленное дерево. Хорнер молча достал саблю и начал очищать её от впившихся в дерево стеклянных крошек. Джеймс с несколько минут молча смотрел на происходящее. В какой-то момент новичок не вытерпел.

— Что-то не так, Джек? — заискивающе спросил парень.

— Не знаю, Джейми, не знаю. Лучше ты мне скажи, — медленно протянул Хорнер.

— Да вроде все по плану, хабар взяли, вернулись, чин чинарем... — начал было Джеймс, однако тут же осекся под насмешливым взглядом Джека.

— Да-а-а? Все по плану? Ну скажи мне тогда, где же в моём плане звучало "сломать Руфусу четыре пальца", — поднял брови Хорнер.

— А, Джек, ты про это что-ли. Пф-ф, я то думал чет серьезное, ну увлекся чуток, да и ты сам говорил, мол припугнем жирдяя...

— Ту-ту-ту, то есть по-твоему я не умею разговаривать, да Джейми? Но что-то все кроме тебя поняли меня правильно, почему же так, а?

— Черт, Джек, понял, осознал. Ну не прав был, давай забудем. Друг, сдался тебе этот толстяк, ну было и было...

— Тихо. Слушай меня внимательно. Надеюсь сейчас ты точно поймешь все правильно, — с нажимом сказал Джек, — ты все же не чужой, так что четыре пальца многовато. Но вот один... Да, один в самый раз. Выбирай либо ломаешь себе палец, либо половина доли уходит ребятам.

Джеймс не сомневался ни секунды.

— Палец.