Богиня Стоячей Горы

1. Арайя и скрижаль сомнений и тревоги

Для освежения знания о том, как Арайя попала на эту скалу, можно обратиться к главе 25. Проснись и умри, во второй книге Властелинов Страха.

https://author.today/reader/536563/5877173

✦ ✦ ✦

Арайя давно отошла от побоев, но продолжала лежать, потеряв всякое желание двигаться.

Вдруг рядом с нею что-то захлопало с таким звуком, с каким челядинцы встряхивают обеденное покрывало после трапезы. Арайя вскрикнула и встала.

Прилетевшее существо она видела в «Играх Света» и на поединках молодых воинов, когда те применяли «Призыв Зверя». Ещё Голос напомнил, что она видела изваяния птиц на стенах храмов окраинных Колец, куда их водили учителя ещё во время учёбы в Доме Опыта, чтобы молодые священники знали расположение и внешний вид всех храмов Дивии. А священники из бесславных семей готовились служить в них после окончания учёбы, так как места в роскошных храмах срединных Колец уже принадлежали отпрыскам из славных родов. Так же Арайя видела мёртвых птиц на прилавках рынков, правда, она не знала, выращивали ли их на летающей тверди или завозили из низких царств.

Существо, опустившееся на край скалы, не имело ничего общего с образами, которые создавали творцы «Игр Света». Эта птица была большой и несуразной. Покрыта не мехом, а чем-то… («Перья» — напомнил Внутренний Голос). На длинной шее перьев не было, там кожа собралась в морщинистые складки, напомнившие Арайе шею Гуро Каалмана. Движения её вовсе не походили на танец птиц из «Игр Света», а были дёрганными и резкими.

Крючковатый нос существа покрыт мелкими щербинами. Перестав дёргаться, птица склонила голову набок и уставилась на Арайю жёлтым глазом.

Священница не знала ни названия птицы, ни даже частей её тела, вот и Голос поправил, мол, не «нос», а «клюв».

Клюв!

Отвратительное слово, подходящее безобразному существу.

Птиц в Дивии истребляли, но по какой причине — Голос не мог напомнить. Но если причиной истребления был их внешний вид, то оно имело смысл.

Арайя отчего-то была уверена, что когда она умрёт на этой скале, не справившись с суровыми условиями жизни, то эта птица будет терзать её труп.

— Прочь отсюда, — попросила Арайя.

Птица снова хлопнула крыльями и, раскрыв клюв, издала пронзительный крик, который Теневой Ветер — дурак и болван — назвал «пением»! Ещё несколько раз крикнув, птица оттолкнулась от травы когтистыми лапами и улетела.

Это уродливое существо напомнило Арайе о чудовищах, которые навсегда поселились в её душе после воздействия гроздью озарений наёмного убийцы. Правда, сейчас эти воображаемые чудовища не вызывали такого ужаса, как раньше.

— Слишком много ужаса за один день, — сказала Арайя, глядя вверх.

Уродская птица, расправив чёрные, как у наёмников, крылья, кружила в небе на одном месте.

Безразличие и нежелание что-либо делать сменились пониманием, что нужно готовиться к жизни на этой скале, где её соседями будут такие птицы.

Арайя направилась к груде сундуков и мешков, оставленных наёмниками.

— Вот сволочи, — сказала она. — Не могли в дом перенести всё это?

Домом она назвала просторную пещеру, выдолбленную искателями внутри скалы. То есть у «дома» не было окон, стен и входных арок. И вместо многослойной крыши — один толстенный слой камня.

Как пояснила ранее Смертельный Туман, при обустройстве подобных наблюдательных постов искатели рода Ситт иногда вообще не строили входы, так как у них было озарение, позволявшее ходить сквозь толщу материи. Но в этом убежище вход всё же был — в виде растения-двери, спрятавшейся в зарослях обычных деревьев. Она была заперта без особых ухищрений, но за прошедшее время растение-дверь так одичало и срослось с обычными деревьями, что даже Теневому Ветру, который хвалился, что умел взламывать любые двери — хоть растения, хоть с железными замками с тайнописью — пришлось долго подыскивать нужные ветки и их сочетания.

За дверью начинался сырой, покрытый липкой грязью ход вниз, откуда несло землёй и травой. Взяв из кучи вещей синий фонарь, снятый Теневым Ветром с акраба, Арайя поползла вниз. Теневой Ветер слегка расчистил этот проход, поэтому повторный спуск дался легче, она почти не падала и почти не ударялась.

Ход был ниже человеческого роста, поэтому пришлось идти пригнувшись, а иногда ползти на четвереньках. Смертельный Туман уверяла, что такие коридоры рассчитаны на двух воинов в полном облачении, но из-за прошедших поколений лаз занесло землёй и камнями.

✦ ✦ ✦

Ход привёл в пещеру — просторную, но тёмную. Немного света проникало через извилистые щели в своде, где искатели рода Ситт закрепили пластины из отполированного небесного стекла. Отражающие поверхности доставляли солнечные лучи вглубь убежища. Сейчас их скудное, дрожащее сияние было красного цвета заката. Вдобавок стены пещеры были отполированы и отражали свет, слегка умножая его.

Арайя зажгла светильник. Помещение сразу преобразилось, став более уютным и почти знакомым: таким же синим светом освещались комнатки челядинцев. Арайя, впрочем, никогда не была в их комнатах, но видела обстановку, когда проходила мимо.

Искатели оставили в пещере много вещей.

Вдоль стен, подёрнутых серой пылью, теснились приземистые сундуки с замками-головоломками. У Арайи будет много времени, чтобы поломать голову над их вскрытием. Крышки некоторых сундуков были подняты, обнажая истлевшие подстилки и ворох обеденных покрывал, раздавленных временем подушек и валиков, предназначенных для подкладывания под спину, когда сидишь за обеденным покрывалом. Всё это было влажное и воняло гнилью.

В отполированных до блеска стенах прорублены арки, обрамлённые столбами и узорами.

Каждый проём плотно закупорен засохшим растением-дверью. Голос напомнил, что лишённое ухода растение-дверь не превращалось в трухлявые ветки, как обычные деревья, а затвердевало, продолжая охранять вход в вверенное ему помещение. Правда, такое растение-дверь уже не открыть с помощью комбинации веток: его нужно или долго ломать и жечь, или попросту полить и подождать, чтобы оно ожило.

Внутренний Голос подсказал, что, вероятнее всего, там были личные покои старших отрядов. Исследование запертых пространств — это тоже дело будущего.

Между сундуками расположились обычные дивианские лежаки, весьма богатые, сделанные из переплетающихся веток из бронзы, небесного стекла и дерева. Некоторые накрыты чехлами из ткани, словно их владельцы знали, что долго сюда не вернутся, и не могли допустить, чтобы драгоценные предметы обстановки покрылись пылью или влагой.

Искатели старались воссоздать в этой пещере обстановку дивианского жилища. Тщательность отделки была такой, что навряд ли они строили это сами, наверняка привлекали рабочих сословия Воздвигающих Стены. О том, что это место — пещера, напоминала только прямоугольная дыра выхода и общая неровность стен. Стены были такими высокими, что на них даже возведён деревянный балкон, покоящийся на толстых каменных сваях, на котором расположен лежак, накрытый тканью. Арайя представила, как некий искатель отдыхал на балконе, поглядывая сверху на товарищей.

В центре пещеры из ровно обтёсанных камней выложен подиум, совсем как в зале приёмов во дворце какого-нибудь полуславного рода. Но вместо лежака для самого старшего хозяина тут установлен непонятный бронзовый шар, размером в половину роста Арайи. На боках два отверстия, закрытые круглыми заслонками. Отодвинув вбок одну заслонку, Арайя уловила слабый запах горелого.

— Хм, если это очаг, то как им пользоваться?

Пустая пещера не ответила. Но и Голос тоже не мог напомнить этого. Значит, Арайя впервые видела такой очаг.

— Да что там, — рассмеялась Арайя. — Я и обычные очаги видела только в едальнях.

Готовить еду она не умела. Слишком знатная и славная для этого. Хотя в Доме Опыта и давали уроки для будущих жён и домашних хозяек, на которых рассказывали, как варить простую похлёбку из ман-ги и мяса. Голос напомнил, сколько воды надо на какой объём, а главное — как отличить нужный вид съедобной ман-ги и не перепутать её с кормовой, которую некоторые торговцы могут подсунуть вперемешку с настоящей.

— Ну вот я и хозяйка, — снова почти весело сказала Арайя. — Да только ман-ги тут нет никакой, кроме сушёной. Да и та, видать, в одной из закрытых комнат…

✦ ✦ ✦

Арайя принесла в деревянном ведре воду из родника, причём половина вылилась по дороге из рассохшихся щелей.

Она полила растение-дверь в первой арке. Скоро сухие стволы заскрипели, наливаясь влагой, а скукоженные листочки зашевелились, приобретая толщину и цвет.

К счастью, растение-дверь не было заперто на хитрые последовательности веток. Арайя потянула самую толстую ветку в середине двери, и она разошлась в стороны.

За нею оказалась весьма просторная комната. В одной её части лежала стопка весьма больших каменных плит — чистые скрижали. Они накрыты пыльной тканью, придавленной поленьями.

Рядом стоял покрытый слоем пыли сундучок с иероглифами

ПАМЯТЬ

КАМНЯ

Такие сундучки содержали все необходимые кристаллы для самостоятельного высекания иероглифов в чистых скрижалях: «Отталкивание Вещества» и «Перенос Образа». Эти наборы, конечно, не заменяли настоящих резчиков, которые владели другими озарениями, помогающими создавать длинные скрижали, полные иероглифов.

Подвижные рисунки, само собой, делали ваятели, которых приглашали отдельно. Но этих двух озарений достаточно, чтобы любой прирождённый житель мог вносить в память камня любые иероглифы.

Правда, их не хватало на то, чтобы делать многослойные скрижали, когда по мановению руки иероглифы менялись, составляя новую поверхность. Внутренний Голос напомнил, что даже самый простой резчик способен создавать не менее двенадцати сотен сменяющихся поверхностей. А славные и того больше.

Впрочем, количество поверхностей, которые способен вместить камень, зависело от изготовителя скрижалей. И толщина плиты — это показатель того, насколько «памятливой» была та или иная скрижаль.

Как все ученики Дома Опыта, Арайя обучалась работе со скрижалями, хотя ей была противна эта деятельность. Ведь при высекании иероглифов от скрижалей отлетала настолько мелкая пыль, что забивалась даже в ткань, озарённую на отталкивание грязи. Арайя кое-как научилась высекать три поверхности — наименьшее требование для ученика Дома Опыта.

Как отпрыску славного, ей не требовалось изучать это пыльное занятие — священники нанимали опытных резчиков. И только в скрытые и тайные скрижали вносили знания самостоятельно. Да и то, при сословии состояли несколько священников, чьим предназначением была именно работа со скрижалями.

Далее стояли четыре скрижали с иероглифами. Они не помещены в рамы, как это принято в хранилищах, а просто прислонены к стенам.

При приближении Арайи они заскрежетали и показали поверхности с заголовками.

НИЗКИЕ ЗВЕРИ — КАК ИХ УБИВАТЬ И ЕСТЬ.

Наставление о том, как искателю охотиться на диких зверей, обитающих в окрестностях, используя озарения или только мочи-ку, копьё или иные виды оружия с пустыми гнёздами.

Также сия скрижаль содержит описание способов приготовления побитых зверей, дичи и рыбы в пищу и предупреждение, какие части их тел можно есть, а от каких лучше воздержаться.

Высек сию скрижаль Луккур Ситт, первый старший отряда искателей, размещённых на этом посту.

А также он сам снабдил память скрижали узнаваемыми неподвижными рисунками оных зверей для уверенного их распознавания другими искателями.

Вторая скрижаль «КАК РАСПОЗНАВАТЬ И СОБИРАТЬ РАСТЕНИЯ НИЗА» тоже была высечена Луккуром и посвящена годным в пищу растениям, включая те самые загадочные «клубни», о которых упоминал ублюдок и тварь Теневой Ветер.

Третья скрижаль гласила:

ОКРЕСТНОСТИ ПОСТА. ПУТИ, МЕСТА И ИНЫЕ ПРИМЕТЫ.

Наставление о землях, лежащих вокруг сего поста на расстоянии до двух дневных перелётов на «Крыльях Ветра» во все стороны.

Сия скрижаль содержит описание дорог, троп, переправ, ручьёв, холмов и иных примет, полезных искателю в странствиях на ногах.

Также отмечены все примечательные места, открытые искателями за время службы на посту: удобные стоянки, источники чистой воды, места доброй охоты и рыбной ловли, развалины прежних времён, заросли редких растений и иные находки.

Не обойдены вниманием и опасные места, где замечено частое появление низких людей и творений грязи.

Высекли сию скрижаль старшие искатели прежних составов поста, а позднее многие другие дополнили её собственными наблюдениями.

Четвёртая скрижаль стояла особняком — прямо в центре комнаты, подпёртая деревяшками. Вокруг разбросаны покрытые пылью шкатулки от кристаллов из сундучка «Память камня», засохшие от старости полосы озарённой обмотки и множество обглоданных костей.

Она зашуршала и показала заглавную поверхность. Название и содержимое скрижали оказались внезапно созвучны настроению ума Арайи:

СКРИЖАЛЬ СОМНЕНИЙ И ТРЕВОГИ

Высек её я, Арат из рода Ситт, самый младший искатель отряда, расположенного на этом посту.

Оставшись в одиночестве и не зная, как быть дальше, я изложил свои сомнения и тревоги камню скрижали, дабы в случае и моего исчезновения другие небесные воины знали, что предшествовало всему этому.

97 ДЕНЬ СЛУЖБЫ

Итак, прошло три дня, как мои товарищи отправились по следам загадочного небесного дома из камня.

Когда мы впервые увидели его вдали над лесом, мы были встревожены его странными очертаниями, больше похожими на башню, нежели на акраб. Старший припомнил, что подобные небесные дома строили в незапятнанные времена, когда в Дивии ещё не умели выращивать много летучего дерева ман-ги, как сейчас, и ещё меньше делали небесного стекла долгой закалки, необходимого для быстрого и продолжительного движения акрабов по воздуху. Оказывается, не только кристаллы в гнёздах влияли на эти качества, но и из чего сделаны жилы и остатки акраба.

Впрочем, нет нужды высекать тут лишние слова о том, как устроены акрабы, подобных скрижалей предостаточно в хранилище Дома Опыта.

В любом случае — что мог делать древний акраб вдали от Дивии? А судя по тому, как высоко этот акраб летел, он не мог принадлежать ни царю Ач-Чи, ни какому-либо из его вельмож.

Старший решил, что мы не будем показывать себя этому акрабу и продолжим следить. Он вообще решил, что это какие-то наёмники, которые не успели вернуться в Дивию и вынуждены жить в грязи, ожидая возвращения летающей тверди.

Повторное появление странного акраба засекли через несколько дней в другой части леса. Потом он появлялся каждый день и скоро старший решил устроить на него засаду и захватить. Ведь нет никаких сомнений в том, что живущие в нём наёмники нарушили все мыслимые законы Прямого Пути.

Это было три дня назад. С тех пор я не видел ни акраба, ни моих товарищей.

99 ДЕНЬ СЛУЖБЫ

Мне не у кого спрашивать, как быть дальше, кроме моего Внутреннего Голоса. Но его ответ всегда один и тот же: я должен исполнять приказ старшего. А он приказал сторожить сей пост и ожидать их возвращения. Но не оставил указаний, что мне делать, если они не вернутся? И каким должен быть срок, после которого я могу считать, что они не вернулись?

Внутренний Голос твердит: «Не могу помочь вспомнить это».

Неужели у искателей нет никаких правил по таким случаям?

И если указаний нет, то не должен ли я принять решение самостоятельно?

Впрочем, подожду истечения двенадцати дней, а после покину эту скалу и отправлюсь на поиски.

101 ДЕНЬ СЛУЖБЫ

Ночью я проснулся от звона нити — кто-то полз по склону холма!

Я знал, что это не могли быть мои товарищи — они не потревожили бы нить, которую сами натянули.

Так как я ещё слишком молод, то не умею пользоваться озарением «Сквозь Твердь» надлежащим образом. Старший строго-настрого запретил мне ходить сквозь скалы без его пригляда. Но что делать? Наверное, в таких случаях и обретают истинное умение ходить сквозь твердь?

Пройдя сквозь толщу скалы, я вышел наружу и лёг на заранее подготовленный наблюдательный балкончик.

Протерев глаза от каменной пыли, я посмотрел «Зрением Ночи» — по склону ползли трое лесных людей. Мерзкие и волосатые, как козлы, низкие догадались, что на этой скале поселились высшие боги. Теперь, видать, самые смелые из них решили проверить свою догадку.

Я мог убить их всех одной молнией. Но тогда остальные дикари будут точно знать, что эту скалу облюбовали боги. Считай, сей пост станет бесполезным для наблюдений.

Решил не трогать их. Тем более что один дикарь скоро сорвался, оглушённый сработавшей ловушкой. Двое других, проследив за изломанным телом сородича, застрявшим в расщелине, заголосили какие-то песни и снова поползли. Так как все наши ловушки замаскированы под природные явления, то дикари не догадались, что их сородича убил высший бог.

Я следил за дикарями всю ночь. Из-за частого использования озарений у меня даже подросли линии. Добравшись до вершины, дикари всю ночь пели, потом стояли на коленях, глядя на полосу восхода.

Когда утреннее солнце выползло из-за края неподвижной тверди, они достали из своих мешков какие-то листья и начали жадно их есть.

Когда дикари начали бегать по краю скалы и орать на Небо и Солнце, я утвердился в своей догадке — низкие дикари вызывали духов Дивии, прося их забрать к себе.

Господин Луккур Ситт несколько дней бродил невидимкой по деревне лесного народа и знал их верования.

Шаманы лесного народа учили, что торчащие из леса скалы — это вздыбленные половые члены Подземного Батюшки. Время от времени летающая твердь, которая была для них несомненно живым существом, появлялась в этих местах и насаживалась на стручки Подземного Батюшки, дабы получить от него удовольствие и набраться жизненных сил.

То есть эти болваны представляли Дивию этаким летающим влагалищем.

В днище Дивии и впрямь есть отверстия, предназначенные для испускания лишнего смертоносного ветра Нутра. Но удивительно, откуда дикари узнали о них, ведь днище всегда сокрыто облаками!

Отсюда возникло поверье, что именно через каменные члены Батюшки можно попасть на летающую твердь и стать высшим человеком. Время от времени находились смельчаки, обычно сильные и молодые мужчины, которые забирались на вершины членов и, дождавшись рассвета, ели особый вид дурман-травы, которая своим запахом приманивала Дивию. Она прилетит, чтобы сесть на член Батюшки, тогда-то смельчаки проскользнут в высшие люди.

Наблюдая за дикарями, я снова едва не вышел к ним. Мол, призывали высших богов? Так получите молнию в задницу! Но сдержался — надо посмотреть, чем это всё закончится.

Набегавшись и накричавшись, дикари свалились и уснули. К вечеру они очнулись и понуро огляделись, словно ожидали увидеть вокруг что-нибудь иное. Затем начали спуск вниз, разочаровавшись в божественности этой скалы.

Скорее бы вернулись товарищи, а то одному совсем неуютно становится.

105 ДЕНЬ СЛУЖБЫ

Мои товарищи так и не вернулись. И не подали никаких знаков на расстоянии, хотя я провожу на вершине каждую ночь, надеясь увидеть хоть что-то… Если завтра не придут — отправлюсь на поиски.

Да помогут мне Создатели и не оставят меня в грязи.

На этом скрижаль закончилась. Арайя была разочарована. Она надеялась, что Арат не покинул пост, а прожил тут много дней. Ей хотелось, чтобы он поделился опытом одинокого проживания внутри скалы в низких царствах. Но его скрижаль указывала, что даже молодой воин не выдержал одиночества и ринулся на поиски товарищей.

Остальные скрижали она просмотрела на глубину нескольких поверхностей и бросила — слишком много в них иероглифов и рисунков животных и растений.

Знания предположительно полезные, но Арайя заливалась слезами от одной мысли, что ей придётся собирать на пропитание какие-то цветы и выкапывать грязные клубни. Да ещё делать это в том страшном и бескрайнем лесу, который раскинулся вокруг скалы.

✦ ✦ ✦

Свою первую ночь на Земле Арайя встретила плохо.

Хотя бельё и подушки, оставленные сволочью и подонком Теневым Ветром, были терпимыми, а местом для сна она выбрала балкон с удобным лежаком, на котором она воображала искателя, смотревшего сверху на товарищей, уснуть всё равно было трудно. Как можно спать, когда в голове до сих пор не умещалась мысль, что она, Арайя из славного рода Наби, стала падшей?

Усталость брала своё, она ненадолго забывалась, но тут же в ужасе просыпалась от собственного крика. Ей приснились те самые чудовища, в существовании которых она не сомневалась, когда была под воздействием озарений для самоубийства.

Засранец и урод Теневой Ветер заверил Арайю, что жертва, выжившая после «Добровольного Отказа», надолго, если не навсегда, приобретала частичную устойчивость к повторному воздействию. Это было одним из слабых мест его грозди.

Но этот выродок и отребье не сказал, что вместе с сомнительной устойчивостью она приобрела несомненно устойчивый страх.

Неразумно бояться чудовищ, так как они порождены гроздью озарений, их вообще не существовало. Но ничего поделать с этим не могла. Кажется, у целителей что-то такое было, что могло болеть всю жизнь, и никакие озарения не помогали…

«Не у целителей, а небесных воинов, — поправил Внутренний Голос. — Озарение Незаживающая Рана».

К боязни воображаемых чудовищ добавился страх от вполне осязаемых опасностей низкого мира, от которых Арайю отделяла толща скалы. Она мигом вспомнила, а Внутренний Голос дополнил, все рассказы об ужасах существования в грязи.

Она всерьёз опасалась, что в её пещеру вот-вот ворвутся чело-гракки, какими их показывали в «Игре Света» о похождениях Арда-Ака Патунга. Низкие люди сами по себе чудовищны, это тоже всякий знает, но чело-гракки — это вообще ужас! Только низкие недочеловеки могли спариваться с гракками, чтобы породить таких ублюдков…

А грязные колдуны?

О них Арайя знала только то, что они каким-то образом умели использовать некоторые озарения высших людей, хотя и делали это очень плохо. Но больше всего грязные колдуны любили похищать грани умерших. Что они делали с ними — неизвестно, ведь у низких нет Внутреннего Взора и Голоса, но какая разница? Они же грязные колдуны! Само их существование это вызов Небу и привычному порядку вещей. Какая разница для чего им грани? Для грязного колдовства, не иначе.

Что ещё мерзкого здесь? Понятно, что в нижнем мире мерзко примерно всё, но есть какие-то явления, особо опасные в своей мерзости?

Голос напомнил наставления целителей в Доме Опыта о том, что в низком мире воздух кишит невидимыми зверьками, размером менее пылинки, которые при каждом вдохе проникают в тело высшего человека, кусают его изнутри и порождают смертельные болезни. В Дивии такие болезнетворные пылинки были почти полностью истреблены целительскими озарениями, но в грязи-то они правили безраздельно, вызывая гниль и мор.

Арайя так часто плакала, что ей казалось, что она не сможет больше плакать. Но мысль о пылевидных зверках, поедающих изнутри её молодое прекрасное тело, вызвала слёзы.

Как же она будет защищаться от этой напасти?

Ведь она едва умела унимать кровь от царапин или сглаживать синяки «Мягкими Руками» — этому тоже учили в Доме Опыта. Но борьба с полчищами невидимых зверьков требовала глубоких познаний в предназначении Возвращающих Здоровье.

Тем более, напомнил Внутренний Голос, все сложные болезни исцелялись не одним озарением, но гроздью.

И даже если бы Арайя знала, из чего состояла гроздь для борьбы с пылевидной нечистью, и у неё были бы все необходимые кристаллы, то она всё равно не смогла бы применить гроздь на саму себя. Это делал целитель над хворым, а не над самим собой. Поэтому бытовала шутка, что даже самым славным целителям нужны целители.

Вдобавок в её голове начала крутиться строчка из молитвы, словно её повторял какой-то другой Внутренний Голос.

«Свет более не падёт в грязь. Свет более не падёт…»

Устав бояться и плакать, Арайя отбросила одеяло, всё равно в пещере было жарко и душно.

Может быть, среди вещей, оставленных негодяем Теневым Ветром, и было «Наведение Сна», но Арайе страшно выходить наружу. В самой пещере тоже страшно, но тут хотя бы много знакомых предметов. И есть свет.

Арайя решила исследовать остальные закоулки просторной заставы искателей.

Подняв над головой синий светильник, она направилась в дальнюю тёмную часть, которая испугала её при первом осмотре. Раньше туда ходил паскуда и грязеед Теневой Ветер. Вернувшись, он рассказал, что там устроено не только отхожее место, но, кажется, есть ещё и какой-то подземный ход, ведущий вниз. Проверять его он не стал.

— Судя по сырости, там находится источник, — сказал он. — Это очень хорошо, у тебя будет вода прямо тут, не нужно ходить к роднику.

В последний раз Арайе приходилось пользоваться столь примитивным отхожим местом ещё в детстве. Тогда, во время прогулок по саду родового дворца, её сопровождали целители, священники и челядинцы. Ей было лень бежать в дом, поэтому она садилась под ближайший куст ман-ги или дерево смыслов, искривлённое в виде целого высказывания одного из её предков. Все воспитатели делали вид, что заняты своими делами, но внимательно следили за ней.

Смешно сказать, но сейчас Арайя была бы только рада, если бы за нею наблюдал пусть никчёмный, но прирождённый житель Дивии!

Но все отхожие места, которые она посещала, находились или в родовом дворце или в других жилищах приличных людей. Или на её личном небесном доме. В таких уборных комнатах пол усеян свежими лепестками ароматной ман-ги, а сама дыра была с удобным сидением и снабжена разбрызгивателем ароматной воды.

Кое-как справившись с ужасом отправления естественной потребности над бездонной и чёрной дырой, из глубины которой бил холодок, Арайя подняла фонарь и пошла дальше — в проход, о котором упоминал гряземес и чернь Теневой Ветер.

Стены пещеры напомнили Арайе тот знаменательный в её жизни день, когда Гуро Каалман открыл ей свою первую тайну.

Вот как это было:

✦ ✦ ✦

Гуро Каалман шёл впереди. На нём был грубый серый халат, подвязанный толстой верёвкой. В руке покачивался синий фонарь, выхватывая из темноты шероховатые стены узкого коридора, уходящего глубоко под фундамент храма Третьего Кольца.

Арайя следовала за старцем, придерживая полы облачения прорицательницы.

Она давно предполагала, что старик был заинтересован ею как женщиной. Да и отец и старшие её рода не раз намекали, что Гуро любил жениться на молоденьких. Ещё шутили, что для него даже женщины возраста четырёх поколений — это девочки.

Поэтому она твёрдо решила: если он полезет к ней под халат — даст ему… строгий отпор. Пусть сначала женится. После этого она позволит его морщинистым рукам коснуться её груди.

— Светлый господин Каалман, — не выдержала она. — Зачем мы спустились сюда?

— Я хочу показать тебе кое-что.

«Ну так и есть, — подумала Арайя. — Сейчас достанет свой стручок. Пусть попробует — пну его прямо по ядрам. Будет знать».

— Почему в тёмном подвале, уважаемый?

— Всеобщий Путь не всегда пролегает через освещённые залы, — сказал Гуро. — Иногда, чтобы увидеть истинное направление, нужно заглянуть в тени прошлого.

Гуро провёл ладонью по поверхности двери, и та со скрипом разошлась, открывая просторную залу.

Стены комнаты состояли из чередующихся каменных слоёв, каждый из которых испещрён барельефами и символами, которые она никогда не видела в Скрижалях Знания Дома Опыта. Да и в скрижалях родового дворца Наби тоже.

Гуро подвёл её к самой первой, нижней части стены. Слой камня здесь был чёрным, словно обугленным. На барельефе были высечены языки пламени, из которых выходили люди и звери.

— Что это? — спросила Арайя.

— Это Вселенское Кострище. Вера Первых Жителей, что жили здесь за много поколений до нас.

Ей было не особо интересно увиденное. Обрадовалась, что Гуро привёл её сюда вовсе не для того, чтобы склонять к соитию.

— Что это значит? — спросила Арайя.

— Из этого пламени постоянно выходит всё живое, остывает, превращаясь в мёртвое, чтобы затем снова сгореть и ожить в бесконечном круге.

— Но ведь это противоречит учению Двенадцати Тысяч Создателей! — воскликнула Арайя. — Грани умерших уходят в Сердце Дивии, к живущим в нём Создателям. А тут жизнь возвращается в огонь!

Гуро загадочно усмехнулся:

— А ты теперь замени Вселенское Кострище на Сердце Дивии. Что будет?

Арайя смутилась:

— То же… самое?

— Молодец, девонька, — похвалил Гуро. — Сразу сообразила, не стала корчить из себя недотрогу.

Гуро прошёл чуть дальше, переместив свет фонаря выше, на слой из мерцающего серого камня. Здесь рельеф был более изящным. В центре — выпуклый шар с неравномерно вырезанными на нём кольцами. От шара расходились лучи, сплетавшиеся в фигуру могучего воина.

— Это Первый Вольнорожденный, — сказал Гуро. — Он был рождён в результате слияния первых Двенадцати Тысяч Граней озарений, вылетевших прямиком из Сердца Дивии. Ну или, как ты теперь знаешь — из Вселенского Кострища.

— Вольнорожденный? — Арайя нахмурилась. Голос напомнил ей рассказы о наёмниках с ветроломов. — Разве это не прозвище тех, кто выбрал Путь во тьму?

— Сейчас — возможно. Но когда-то это имя носил тот, кто первым осознал силу граней.

— Вы так говорите, будто он был на самом деле, — несмело сказала Арайя.

— Почему бы и нет? Конечно, он был не такой, как показано на этой стене. Ну и он был не один. Всё-таки это легенда, преобразованная для наиболее надёжного и быстрого вдалбливания её в умы верующих. Хотя в основе легенды лежит некая правда.

— Но ведь эти Кострища — лживые веры прошлого!

— Да, да, они самые. — Гуро сказал это чуть ли не с ободрением.

— Но зачем вы мне их показали?

— Вообще-то ещё не всё показал.

Старец коснулся следующего каменного слоя:

— Вот другой бог этого храма — Всенаправленный Ветер Мовах.

— Кажется, так называется один из ветроломов? — спросила Арайя.

— Мовах утверждал, что нет верха и низа, а есть лишь направления ветра, — пояснил Гуро. — Он дул в двенадцать тысяч сторон, и горе тому, кто пытался укрыться от его рук. Само собой, что в те времена его именем были названы вообще все ветроломы.

В синем свете фонаря проступило выпуклое изображение божества в виде уродливого мужика. Лицо было косматым и свирепым, с оскаленным ртом. Если бы не множество рук, растущих из спины, мужика можно было принять за грязерожденного чернорабочего с рынка.

— Разве за владение таким идолом стражники не тащат в Прямой Путь и не ставят перед скрижалями Обвинения и Правды?

— Тащат и ставят, — согласился старец. — Так что лучше помалкивай о том, что видела.

Арайе наконец стало страшно. Она осмотрела мерзкую комнату и почти со слезами воскликнула:

— Но ведь всё это находится прямо в храме Третьего Кольца! Как такое возможно?

— Храм этот стоял здесь тогда, когда Мовах считался единственным богом. А до него здесь был храм предыдущей лживой, но тоже единственной истинной веры прошлого. Понимаешь?

— Нет, — всхлипнула Арайя.

Она подумала, что старец всё-таки завёл её в тёмный подвал и изнасиловал. Только не старческим своим стручком, а идолами запретных верований. Это, кажется, было ещё хуже.

Гуро поднял фонарь к следующему ярусу из синего мрамора, где в камне высечены звёзды и двенадцать исполинских фигур, подпирающих небесный свод.

— Двенадцать Звёздных Исполинов.

— Ага, — вяло отозвалась Арайя. — Такой ветролом тоже есть.

— Люди верили, что Исполины начертали Путь каждого человека на звёздах. Их учение гласило: «Всё меняется, уходит и приходит, чтобы потом унестись за звёзды вместе с Исполинами».

У Арайи мелькнула надежда, что это просто такая проверка на приверженность истинной вере. Гуро следил, как она будет отвечать на кощунственные речи? Раз так, то надо дать ему правильные ответы.

Арайя коснулась холодного камня:

— Эти глупцы верили в изменчивость мира? Но ведь Дивия вечна в своём полёте. Как можно верить в то, что всё уходит?

— Вера — это маска, надетая на непонятную силу граней. И прошу тебя, девонька, не отвечай мне как ученица в Доме Опыта. Я проверяю не твою веру, а твой ум.

Арайя сама показала на следующий слой с барельефами Луны в разных фазах.

— Затем пришло Движение Луны? Священники Луны учили, что всё пространство Вселенной заполнено шарами земных твердей, а движение — это высшая воля.

Гуро Каалман посмотрел на Арайю с восхищением:

— Ты такая хорошая, девонька! Я не ошибся в тебе.

На этот раз Арайю похвала ободрила. Она даже вдруг позволила себе повторить хулу на Создателей:

— И вот после угасания Луны началась истинная вера в Двенадцать Тысяч Создателей, которую мы исповедуем ныне.

— Ты увидела эти стены, Арайя. Увидела, как новые боги закрыли старых. Когда вера менялась, храм переделывали, убирая символы прошлого под новую облицовку. Обычным жителям Дивии вредно знать, что до Создателей здесь поклонялись ветру, огню или уродливому мужику с загребущими руками. Точно так же как этим стихиям до сих пор поклоняются лесной народ или дикие нюхачи.

— Это поколеблет разум дивианцев? — спросила Арайя.

— Вот именно. Но священникам Двенадцати Тысяч Создателей тем более не нужно ведать об этих верованиях, дабы не нарушать чистоты своих помыслов и преданности Пути.

— Тогда зачем вы мне это рассказали и показали? Это же богохульство! За одни эти изображения Моваха или Исполинов можно угодить в Прямой Путь! Зачем, о зачем вы замазали меня в эту грязь?

Гуро Каалман подошёл к ней вплотную,

— Потому что ты — прорицательница. Твоё предназначение — видеть отблески того, что может произойти.

— И что такого особенного? У меня весь род — прорицатели.

— Ты видела пророчество о падении летающего города. Точно такое же, какое видел я.

По тону его голоса Арайя поняла, что это что-то неслыханное для старца, что-то важное, но не могла понять что именно.

— Ну, было видение. Но разве такой сон не бывает у других?

— Бывает. Но не в твоём случае.

— Почему? Его ещё называют кошмаром и совершенно ложным отражением.

— Хе-хе. Таким же ложным, как и эти древние верования?

— Вы хотите сказать, что я видела верное отражение будущего? Но ведь я ходила за Водоносиком вообще! Откуда вы вообще взяли, что оно верное?

Гуро Каалман с какой-то надеждой смотрел ей в рот, ожидая правильных слов.

Арайя чуть не задохнулась от своей догадки:

— Вы… Вы тоже видели именно этот провидческий сон, и он тоже был связан с Водоносиком? Поэтому вы и приставили к нему меня, чтобы проверить степень ложности увиденного вами пророчества?

Морщинистое лицо Гуро Каалман осветилось радостью и — неужели? — немного похотью.

— Я люблю тебя, девонька. Ты всё поняла. Твоё пророчество уже было подтверждением моего.

— И этот Водоносик, значит, как-то связан с…

— С падением летающего города, — договорил за неё Гуро.

— Такое нельзя произносить. Это же незаконно!

— Мне можно. И тебе скоро будет тоже. Нам закон не писан.

— Я не хочу. Мне страшно.

— К сожалению, девонька, мы видели падение Дивии. И мы должны его предотвратить.

— Но… как… что… Что вы от меня хотите?

Левая рука Гуро Каалман вдруг вытянулась и легла Арайе на грудь. А правая, сжимающая фонарь, поднялась выше, чтобы получше осветить лицо девушки.

Арайя была так изумлена услышанным, что не отбивалась.

— Для начала ты станешь моей женой, — сказал Гуро. — Моей последней женой в жизни. Твой отец уже узнал о моём предложении и согласился. Согласна ли ты?

— Если отец согласен, то я тоже, — едва слышно ответила Арайя.

Гуро, конечно, мерзкий старик. Его немощные пальцы сжимали её грудь так, будто щекотали. То ли дело, как их уверенно мял и гладил Рено Кохуру… Но Рено Кохуру болван, отказавшийся от её любви из-за родового предрассудка. А Гуро — великий Правитель. Да ещё и прорицатель.

Арайя наконец отступила на пару шагов, чтобы старческие пальцы упали с её грудей.

— Но я не понимаю, как наша женитьба спасёт Дивию?

— Хе-хе, юна, но уже и остроумна. Женитьба, конечно, никак. Даже наше соитие не спасёт. Но наши «Пророческие Сны» помогут увидеть Пути спасения.

— Но почему я? Разве нет других прорицателей?

— Почему же. Были кое-кто. Но они давно ушли в Последний Путь. И только я всё живу и живу. Однажды я тебе расскажу и даже покажу, почему я так долго живу.

— Я не об этом. Чем я так важна?

— Ну, как же… — Гуро покосился на её грудь. — Ты умна. И из славного рода. Кроме того, я открою тебе мою особенную гроздь для лицезрения отблесков будущего Дивии почти наяву.

— Как это? — искренне изумилась Арайя. — Разве можно видеть будущее целой Дивии, а не одного человека в ней, как это у всех?

— Вот этому я буду тебя учить. Ну и на брачном ложе покажу тебе несколько вещичек, которым я научился за несколько поколений. Ты вмиг забудешь всех этих мускулистых воинов.

Арайя не раз слышала от мужчин пошлые намёки, но никогда не краснела и не смущалась, сознавая, что её красота давала ей власть над их похотью.

От слов старца она впервые в жизни зарделась, а колени её сладостно задрожали.

Она не сдержала короткого, но сильного вздоха, похожего на стон.

Арайя не верила происходящему, но… от одних только слов старца она испытала короткое, но весьма влажное наслаждение, какое Рено Кохуру доставлял только после длительного соития! Да и то не всегда.

— То ли ещё будет, девочка моя, — пообещал Гуро Каалман.

✦ ✦ ✦

От этого воспоминания Арайе стало чуть лучше, но одновременно ещё горше.

Арайю ждало великое будущее подле Гуро Каалмана, она должна была стать наследницей его тайных знаний, включая небывалое долголетие. Но этот грязелюб и сволота Теневой Ветер отнял у неё эту жизнь.

Никто не знал об её истинном чувстве к Гуро Каалману. Этот древний старик перевернул вверх дном не только её женскую чувственность, но и понимание устройства мира и Дивии. Он рассказал о сути демонов и о том, как пройти хаотический вихрь времени в Сердце Дивии. Он поведал ей такие вещи и показал такое (включая радость от половых утех), отчего её прежние знания стали чем-то вроде выдумки или плохо сделанной «Игры Света».

Кто-то мог бы поспорить: мужеложец и говнюк Теневой Ветер наоборот спас её, ведь заказчицей была тощая стерва, а наёмники — оружием в её руке. Но если бы «Властелины Страха» не изобрели свою самоубийственную гроздь, то и тощая стерва не осмелилась бы купить у них жизнь Арайи. Так что всё равно виноват этот вонючка и дохлый кабан Теневой Ветер.

Арайя ожидала, что снова расплачется, но слёз больше не было.

Тем временем она прошла по всему коридору, уходящему вниз, и очутилась в небольшой пещерке, чьё пространство занимал водоём, полный прозрачной воды. Берега укреплены поросшими мхом кирпичами, а вдоль стен стояли разбухшие от влаги деревянные скамейки. Над ними висела на цепи отражающая скрижаль. При виде Арайи поверхность зашевелилась и, вероятно, отобразила её фигуру с фонарём, но увидеть этого нельзя, так как вся скрижаль заросла какой-то белой травой, отвратительного вида.

Словом, это была купальня.

Навряд ли она была природного происхождения, скорее всего, это искатели постарались, направив сюда потоки родниковых вод.

Возле скамеек обнаружилось несколько покосившихся от времени сундуков с банными принадлежностями. Но все полотенца, скребки, расчёски и мочалки давно пришли в негодность.

Один сундук был заполнен множеством выдвижных ящичков. Одни были пустыми, в других нашлись кристаллы «Огненного Смерча», «Огненного Плена» и, почему-то, «Ясности Мышления». Все заметной ступени. Кристаллы ступенями ниже развеялись от времени.

К огненным кристаллам вопросов нет — они нужны для подогрева воды, но «Ясность Мышления» зачем? Или некий искатель любил улечься в горячую воду да начать безудержно размышлять над какой-нибудь головоломкой или задачей?

Наверняка в сундуке хранилось больше кристаллов, но все они были ниже заметной ступени, поэтому давно рассыпались.

Арайя очень хотела нагреть воду и искупаться. Но страх от новизны окружения был слишком силён. Было боязно раздеваться, а вдруг сюда войдут низкие шаманы, о которых писал в своей скрижали молодой искатель… как его там…

«Арат из рода Ситт», — напомнил Внутренний Голос.

Но плеск воды успокаивающе подействовал на Арайю. Она сначала села на поросшую белой травой лавку, а потом и уснула, привалившись спиной на стену и не выпуская из рук фонаря.