Боец. 90-е: начало

Пролог.

…- Да стопудово ограбили «Шлема» в поединке с Мусаси, я отвечаю! Шлеменко его гасил весь поединок, в стойке просто разобрал! Гегард его лишь в первом раунде повалял, потом Санек разбивал всю дорогу! Ну, о чем говорить: беллатор политизирован в разы сильнее, чем юэфси, да плюс «Шторм» был им явно неудобен в роли чемпиона. Не случайно ведь его тогда на стероидах «поймали» после боя с Манхфулом – очевидная подстава…

Сергей согласно кивал в такт словам Андрея. Он смотрел оба боя и полностью разделял позицию старого друга… Да, они оба горячо интересовались единоборствами, Андрей даже сумел затянуть Серого в секцию хапкидо, где последнего согласились тренировать по индивидуальной программе – и дали сдать на белый пояс.

Не столь и великое достижение, но Сергей им гордился. Все-таки не каждый парень с родовой травмой и приобретенным во младенчестве ДЦП, способен похвастаться честно заслуженным поясом в восточных единоборствах!

…Андрей замолчал как-то неожиданно резко, сильно прищурившись, вглядываясь в табло с электронными часами. Потом шикнул от досады, нацепив на нос очки – и тут же взволнованно произнес:

- Серега, братишка – пора! Очень рад был тебя видеть, через месяц еще приеду! Дай Бог – вновь свидимся!

Серый тепло улыбнулся: он и сам был рад довольно редким встречам с другом, после завершения учебы вернувшимся в свой родной город. Там Андрей, большой гуляка в студенческие годы, встретил свою любовь, как-то неожиданно резко женился, и уже через пять лет после выпуска успел обзавестись выводком из пары малышей, к удивлению многих, превратившись в примерного семьянина. Приезжал он к Серому не часто, и вырывал на встречи не более часа между работой и уходящей домой электричкой. Ну, а поскольку Сергей жил недалеко от вокзала, эти встречи были для обоих приятной отдушиной... Вот только встречаться удавалось далеко не в каждый приезд Андрея.

Впрочем сейчас, попрощавшись со спешно убегающим на перрон другом, где с минуты на минуту должна была уже остановиться электричка (а еще через пару благополучно отойти), Сергей не мог отделаться от странного, неприятного чувства… В котором еще нужно было разобраться.

Хотя чего тут разбираться?!

На самом деле, несмотря на искреннюю радость встречи и показательную радушность, друзья не смогли избежать некоторого холодка в общение. Это когда вроде бы и нужно пообщаться, и давно уже не говорили – а общие темы почему-то быстро кончаются… Наверное, все дело в том, что Андрей, на данном этапе сосредоточившийся лишь на семье и работе, интуитивно чувствовал, что делясь рассказами о счастливой семейной жизни, он невольно давит на больную мозоль Серого. Ну, а тот, в свою очередь, это понимал – и друг его тоже понимал, что его понимают… Короче, некоторая отчужденность в общении их теперь присутствует постоянно – и, видимо, друзьям от нее уже никуда не деться.

Кстати, именно поэтому разговор с личных тем довольно скоро перешел в привычное для обоих спортивное русло...

С некоторым усилием Сергей наконец-то встал с не очень-то и удобной железной скамьи с узкими сидениями-секциями. После чего неспешно похромал в сторону выхода, привычно заваливаясь на левый бок и чуть балансируя в движение руками, помогая себе не упасть. Раньше, до всех тренировок и массажей, коими он вплотную занялся именно с хапкидо, Серый нередко падал даже при простой ходьбе – но несколько лет тренировок сделали свое дело… Хотя гипертонус перекрученных мышц никуда не ушел.

Трудно это – жить с ДЦП. Трудно с самого детства не иметь возможности сделать все то, что другим дается с рождения… Например – идти прямо.

Или свободно бежать…

Добравшись до автоматически закрывающейся двери, Сергей вышел на улицу – и с удовольствием подставил лицо легкому порыву морозного ветра. Глубоко вдохнув, он позволил себе секундную передышку, после чего сделал очередной шаг вперед.

Вперед, только вперед. Такова была вся его жизнь – не останавливаться, идти вперед, ставить перед собой цели и добиваться, во чтобы-то ни стало добиваться…

Увы, но если цели эти не были связаны с учебой, написанием сайтов или иными рабочими вопросами, с достижением было тяжеловато. Например, не смотря на весь оптимизм, до исцеления, о котором Серый страстно мечтал лет с четырех – то есть всю жизнь, что он вообще помнил – было еще так далеко И это несмотря на все старания матери (а после и его собственные), на операции, тренировки и массажи… Это все еще была скорее мечта, чем цель.

А еще более отдаленной и несбыточной была мечта о собственной семье. Ибо если работать над собой, над своим телом Сергей еще мог, и пытался, и даже наблюдал прогресс, то… То подойти к нравящимся ему одноклассницам, однокурсницам, а далее уже просто ранившим своей красотой девушкам он ни разу не решился. И тот же Андрюха, освоивший искусство знакомства с девушками и щедро делившийся с окружающими советами о том, как себя вести при знакомстве, Серому ни разу ничего не подсказывал. Ибо понимал, что в данном случае привычные заготовки не сработают…

Был у них, правда, один стыдный разговор на тему секса, к которому больше никто ни разу не возвращался. Андрей, сам ни разу не пользовавшийся услугами «жриц любви», то ли в шутку, то ли все же по-настоящему предложил другу заказать проститутку на день рождения и по такому случаю уступить съемную квартиру – было это на последнем курсе универа. Ну а Серый – Серый, понимая, что предложение было на деле вполне себе серьезным, так же серьезно отказался. Он и сам не мог точно объяснить себе, почему ему, нормальному и вполне себе здоровому в плане естественных потребностей мужику не хочется столь желанного секса с проституткой – но точно понимал, что отказ этот не наигранный. В конце концов, покопавшись тогда в себе, Сергей сказал честно, как есть:

- Хочу, чтобы моей первой стала женщина, которой я нравлюсь. Хочу, чтобы это была не только плоть, но и чувства…

Прозвучало крайне неловко – но Андрей, как это ни было удивительно, понял. Хотя чего тут удивительного? Просто понял – и тему никогда больше не поднимал.

Хотя в жизни Серого после были мгновения, когда он жалел о проявленной в тот день принципиальности…

Впрочем, даже имея возможность заказать «жрицу любви», он этого не делал. Ибо без чувств, без шансов построить какое-то будущее с девушкой, без шансов на семью – все это было уже не то. Совсем не то… Причем смущал Сергей и иррациональный страх того, что он может банально влюбиться в свою первую женщину. Что вследствие секса может возникнуть и эмоциональная привязанность к той, кто никогда не будет ему принадлежать… И от всего этого веяло такой грязью и неправильностью, что Серому по-прежнему удавалось держаться от опрометчивых шагов.

И в конце концов, если что-то пойдет не так, лечить потом сифилис или хламидиоз будет ой как накладно и стыдно! Не говоря уже о вич…

Неторопливо добравшись до перекрестка, Сергей замер, дожидаясь «зеленого человечка» и размышляя о том, что можно купить к чаю на вечер, к их привычным с мамой посиделкам. Взрослый «мальчик» живет с мамочкой, кому-то смешно?! Серому не смешно ни разу. Потому что всю жизнь его любила только мама и бабушка по маминой же линии… Отец, узнав, что у сына ДЦП, завел себе вторую семью, там родилась здоровая дочка – а больной сын, всю жизнь остро нуждающийся в его поддержке, защите и наставлении… Он лишился все этого в то самое время, когда острее всего нуждался в поддержке отца.

Хотя уже в зрелом возрасте они и смогли найти общий язык...

А вот мама любила Сергея всю его жизнь, любила горячо, до отчаяния. Несмотря на возможность сдать ребенка с проблемами в детдом и попробовать вновь устроить личную жизнь (в молодости бывшая легкоатлетка была ОЧЕНЬ хороша собой и имела все шансы найти себе достойную пару), она о об этом ни разу не подумала. И посвятила всю без остатка жизнь любимому Сережке, всю свою жизнь…

Такая любовь не должна быть безответной – и не была. Для Серого нет человека ближе, чем мама!

Хотя ведь очень хотелось, чтобы был, чтобы появился – точнее появилась…

Громкий писк светофора, уведомляющего о начале движения пешеходов, отвлек Серого от нахлынувших мыслей и переживаний. Нет, нужно уметь радоваться мелочам – таким вот, как встреча с Андрюхой. Или тому, что сегодня удалось отжаться от пола на один раз больше… А если в «Пятерке» будут маффины с клубничным джемом по акции, так вообще красота!

Сергей научился радоваться мелочам еще в школе. Без этого он бы просто не выжил…

До пешеходного островка Серый добрался уже с последними «писками» светофора, немного взопрев от спешной хотьбы… И едва не врезался в розовой рюкзак с таким-же розовым зайцем-брелком на застежке, мелькнувшим перед самым носом – это резко замерла на месте школьница класса на вид пятого или шестого, с русыми волосами, убранными в «конский хвост» и здоровенными наушниками, из которых раздается слащавый голос Дани Милохина… Замерла – и тут же шагнула вперед, на «зебру» пешеходного перехода, все еще свободного от машин.

Вот только шагнула она на красный свет – и Серый, попытавшийся было схватить малолетку за рюкзак, но не дотянувшийся до него считанных миллиметров, словно в замедленной съемке увидел, как к пешеходному переходу на всей скорости летит белая мазда…

Прямо на шагнувшую вперед девчонку.

- Стой, дура, стой!!!

Громкий окрик итак басовитого голоса Сергея не дал ровным счетом ничего – все также увлеченно слушая Милохина, девочка сделала еще один шаг, и еще… А водитель мазды толи отвлекся, толи по жизни угашенный придурок – но сбросить скорость при виде двинувшегося вперед пешехода он даже не попытался.

Как и изменить траекторию движения, чтобы объехать школьницу.

И тогда Серый, ни разу до того в жизни не бегавший (максимум очень быстро ковыляющий) ПОБЕЖАЛ. Побежал вслед за девчонкой (на их общую беду никого другого рядом не оказалось), побежал, рассчитывая все же схватить за сумку, и дернуть с силой назад, чтобы дура-малолетка приземлилась задницей на «островок»… Но сделав всего четыре шага на бегу, он понял, что стремительно теряет равновесие. И вместо того, чтобы схватить школьницу за рюкзак и дернуть на себя, он толкнул ее вперед – резко вскрикнув, малолетняя дурочка едва вылетела из-под колес бешено тормозящей мазды!

…Именно визг тормозов иномарки стал последним, что успел запомнить падающий на грязный асфальт Сергей…

Глава 1.

Удар!

В глазах потемнело – не иначе впечатался головой в асфальт… Выходит, с машиной все же разминулся? Я попытался было встать, но тут же над ухом раздалось:

- Гаси!

Что, блин?!

От удивления я широко раскрыл глаза – как раз увидеть, как в мое лицо летит кулак. Не особо и большой, и вряд ли "набитый" кулак, но все же со сбитыми костяшками… Я не успел ничего почувствовать, кроме как удивления – пока этот самый кулак не впечатался в мой нос! Внутри что-то хрустнуло, лицо пронзило острой болью – и я полетел на спину, потеряв равновесие…

Да твою ж!

От удара спиной о твёрдое в груди перехватило; выдохнув боль с кровавыми каплями густо потекший из носа юшки, я попытался было встать – но тут же носок чужой ноги врезался в живот, заставив беззвучно закричать.

Беззвучно, потому как дыхание перехватило от острой боли…

Урод! Тварь!!! Меня что, гребанный водила из мазды пресует за спасение малолетки из-под колёс его тачки?! Порву выродка…

Никогда еще я не испытывал в один момент столь глухую, черную ненависть – но она же притупила боль, а тело словно огнем налилось! И на мгновение позабыв про естественны для себя ограничения, я с корячек рванулся вперед, прямо на второй удар ноги!

Удивительно легким вышел этот рывок – видать, заряженное адреналином тело слушается лучше даже с ДЦП…

Мне повезло: уродец явно не умеет бить, и пытался пресануть банальным футбольным «киком» – так что встречи лица с коленом я счастливо избежал, накрыв подъем стопы грудью в тот момент, когда эта тварь только распрямляла ногу! Так что второго удара у него уже не получилось… Левой рукой я успел подхватить бьющую ногу водилы за икру, правой вцепился под коленный сгиб – одновременно с тем врезавшись плечом в ноги выродка повыше колен.

И последний, потеряв равновесие, все ж таки сел на жопу!

- Убью!!!

Остро желая наказать молокососа за откровенный беспредел – сквозь кровавую пелену в глазах я успел разглядеть удивленное лицо пацана лет семнадцати – я от души впечатал кулак правой в эту наглую морду! Вышла совершенно деревенская «колхозница» без всякой попытки вложиться в удар весом тела – но хотя бы быстрая! И бил я в челюсть – так что голову уродца крепко так мотнуло в сторону…

Я вновь успел подивиться тому, как легко идет рука – но потом в глазах у меня словно звезды взорвались! И тут же в них потемнело – тяжелый удар ноги прилетел в голову справа, едва не потушив мне свет… Да что вы творите, ушлепки?! Неужто не видели, что этот чмошник едва не задавил девчонку - а потом бросился на меня?!

Да нет... Наверняка ведь это пассажир из мазды - вмешавшийся, когда водиле стало прилетать.

- Мразь! Ты на кого руку поднял?!

Дальше отборные маты – что сочетаются с ударами ног, летящими и в голову, и в живот. Все, что я смог сделать, чтобы спасти себя – это подтянуть колени к груди, закрыв низ живота, да спрятать голову блоком сцепленных предплечий… Этакий «тайский» блок из муай-тай, с которым тайские боксеры и вперёд идут, и отступают, закрыв голову от прямых ударов.

А еще мне повезло прижаться спиной то ли к высокому бардюру, то ли к какой клумбе – так что удары беспредельщиков приходится именно на «защиту» из голеней и предплечий. Ущерб минимизирован – хотя такими темпами мне ведь кости сломают…

- Александр Васильевич, ну, пожалуйста! Пожалуйста!!!

Сбоку доносится отчаянный девичий возглас – а следом за ним гремит грозный мужской бас:

- Что творите, беспредельщики?! Да я вас…

- Валим!

- Слышь, урод – еще договорим! Вешайся, падла!

- Пошли!!!

Удары тотчас прекратились – но прежде, чем добрый человек отогнал от меня шакалье, выродки успели пообещать мне «второй раунд». Ну, ничего, твари – сейчас я номер мазды срисую, и ждите приглашение в полицию, мажоры хреновы…

С легким испугом я открыл глаза, внутренне переживая за то, что их могли повредить – и тут же я испытал первый шок. Нет, глаза целые – вот только осмысленно осмотревшись, я понял, что нахожусь вовсе не на улице… А в довольно небольшом, тускло освящённом помещении, выкрашенном в зеленый до половины стены (дальше просто штукатурка), с низкими лавками вдоль двух длинных стен – и нависающими над ними полками с крючками. Причем везде висят сумки, рюкзаки или пакеты – вперемешку с одеждой. В основном рубахами, джинсами и свитерами, внешне довольно бедненько так выглядящими…

Школьная раздевалка. Как есть раздевалка!

Обзор мне, правда, закрыло нависшее прямо надо мной девичье лицо – причем это явно не та малолетка, ради которой я прыгнул под машину! Нет, эта девочка – вернее все же сказать, девушка – куда старше. Глаза не особо выразительные, серенькие, но в них прям вот плещется страх и беспокойство. Страх, наверное, за меня… А это уже как ни странно, приятно! Косметики минимум, или вообще нет; губы тонкие – и явно кривятся, едва-едва сдерживая рыдания. Кожа же её бледно-белая, вся в веснушках, плюс очки… Ну, сейчас ведь продаются диоптрические очки, но с красивыми, стильными оправами для девушек – некоторым это даже идет. Однако у моей спасительницы – наверняка же это она привела помощь – очки жутко простые, с круглыми линзами. Прям вот ну очень не модные!

Образ дополняет не шибко густые и не очень длинные русые волосы какого-то мышиного оттенка, стянутые в простой конский хвост…

Короче, явно не прекрасная принцесса, спасенная от дракона, хах! А с другой стороны, спасали-то меня – а я тут еще устроил смотр красоты, мудак… Мне удалось даже благодарно кивнуть девчонке – хотя и это небольшое действие отозвалось в голове острой болью – после чего я попытался отстраниться и хотя бы сесть к стене, подставив ладонь под густо хлещущую из носа кровь. Но именно в этот миг мой взгляд пошел вниз – и случайно, действительно случайно натолкнулся на нежную ложбинку промеж двух невысоких, но безумно нежных холмиков открытой сверху девичьей груди, туго придавленной бюстгальтером… Такой на девчонке фасон платья – никакого вульгарного оголения, но если смотреть в упор и сверху вниз в вырез декольте (ну ровно как я сейчас), то вид открывается…

Елки-палки, да я просто залип, не в силах оторвать взгляда – и подавляя острое желание коснуться пальцами до совершенно точно нежнейшей женской кожи! Вот только мгновение созерцания было наверняка недолгим – и незнакомка, чье обаяние в моих глазах заметно взлетело вверх! – густо покраснела, отстранившись назад.

- Запомни, Михайлов – не можешь себя защитить, никто не защитит. Так и будут забивать в одну калитку!

Я скосил взгляд, услышав сверху знакомый уже бас своего спасителя – и разглядел крепкого, ближе к сорока мужика, бородатого (с проседью) и довольно плечистого. Пусть и с небольшим брюшком, просматривающимся сквозь футболку... Мужик в спортивном костюме, со свистком на шее – костюм, к слову сказать, весьма паршивенький, не первой свежести и пузырями на коленях… Я протянул ему руку, негромко попросив:

- Помогите встать. Пожалуйста…

Дядька уже молча протянул мне руку – крепкую, с намертво въевшимися в кожу мазолями от турника или гантелей. А вот это мы уважаем - сам дома стараюсь заниматься с гантелями по мере сил! Но вот когда неизвестный (блин, ну у меня четкая аналогия со школьным учителем физры!) потянул меня вверх, я вновь испытал шок.

Гораздо больший шок!

Ибо я легко встал на прямые, повторюсь, ПРЯМЫЕ ноги – явно не пострадавшие от родовой травмы и гипертонуса мышц! А после вытянул перед собой руки – и еще не веря в происходящее, развернул к себе ладони… Чистенькие (если не считать юшки) ладони с длинными узкими пальцами пианиста, без отметин мазолей от гантелей.

Вообще не мои руки…

И походу не мое тело.

Я что блин, умер под колесами мазды?!

И теперь значит, «попал»? На Рай явно не похоже – впрочем, за ад также есть вопросики, там вроде должен быть несколько иной антураж… Ну если брать традиционное описание.

Чистилище? Возможно, все возможно… Хотя учение о чистилище чисто католическое, а меня в детстве крестили православным обрядом.

Блин, глупость какая… Хотя какая, на фиг, глупость?! Это ж не мое тело!!!

- Александр Васильевич, Михайлов за меня заступился… Ко мне Савелий с дружками приставал, а Сережа заступился…

Физрук – ну ведь это точно физрук, руку даю на отсечение! – только хохотнул:

- Я вижу, как заступился! Чуть не до кровавого поноса зибили «заступничка»!

- Да его Савелий в раздевалку вытащил, начал базарить – а потом в крысу ударил. Серега упал, ударился затылком об пол, поначалу даже не шевелился! Все крепко струхнули – но тут Чуриков стал подниматься, и Савелий снова стал бить… Хотел в одиночку расправиться, кураж поймал – а Серега его на пол свалил и по роже хорошенько приложился! Вот тогда шакалы на него толпой и навалились, начали ногами забивать…

Бородач взглянул на меня иначе – с некоторым удивлением и даже уважением:

- Вот как… А ты, Киреев, что товарищу-то не помог?

Замерший за спиной физрука чернявый, невысокий пацан лет четырнадцати-пятнадцати только шмыгнул носом – последний кажется довольно щупленьким и тщедушным. И вряд ли мог оказать мне достойную помощь...

Кажется, это понял и Александр Васильевич, глубокомысленно протянувший:

- Понятненько… Так, ладно, Чуриков – смотри сам: медсестра ушла на больничный, так что кровь сам себе остановишь. Голову чуть задерешь – но не очень высоко, чтобы не наглотаться! – и носовой платок приложи… И домой. А Киреев тебя тогда проводит, да, Киреев?

Паренёк молча кивнул, но тут раздался девичий голосок:

- Александр Васильевич, можно и мне с ребятами?

Физрук бросил хмурый взгляд на девчонку, и та уже заметно тише прошептала:

- Просто у меня освобождение…

- Ну, иди.

Я благодарно кивнул девчонке, неожиданно мило улыбнувшейся – и тут бородач с легким укором заметил:

- А вот пошел бы ты ко мне в группу, Чуриков, карате заниматься, сам бы этим гаденышам навалял.

Последними словами Васильевич меня буквально ошпарил! Нет, не сказать, что карате уж прям моя мечта – я вообще в свое время ходил в группу здоровья на хапкидо, занимался корейским единоборством… Понятное дело, что в рамках допустимых возможностей своего тела.

Но страсть и интерес к единоборствам всегда жили в моей крови! Мой отец когда-то выступал по карате на очень высоком уровне – да и я всегда хотел постичь те высоты, что были для меня закрыты из-за родовой травмы… Господи, как же не понимают люди, родившиеся здоровыми, насколько на самом деле они счастливые – и сколько у них на самом деле возможностей, что они не используют!

Криво усмехнувшись своим мыслям, я переспросил:

- А предложение еще в силе?

Физрук коротко хохотнул:

- А что, ты уже готов? Смотри, запал после драки пройдет, бросишь…

Я упрямо мотнул головой:

- Не брошу. Когда тренировки, где?

Кажется, бородач несколько опешил от моей настойчивости:

- Да у нас в спортзале… Ближайшая сегодня в шесть вечера, если хочешь, приходи. Только это… Смотри, если голова кружится и тошнит, ты восстановись…

- Я приду. Обязательно приду!

…Улица встретила нас серой хмарью и гадкой, холодной моросью, летящей прямо в лицо. Пока что я не узнал ни района, ни школы – хотя в дневнике, что я успел мельком посмотреть, указан родной Липецк.

Вот только год сейчас не 2018-й, а 1998-й, ага. Ну хотя бы в карманах куртки едва слышно звякнули уже знакомые мне рубли – немного правда, всего десятка, но… В 98-м это, почитай, едва ли не сотка! Плюс-минус… И хотя владельца (бывшего?) тела зовут Сергей, отчество и фамилия у девятиклассника Чурикова совсем иные.

Короче, хрен знает, что происходит! Но пока что адреналин после драки и ощущение эйфории от необычно свободных движений и легкости во всем теле не отпускают меня. А ситуацию стоит обдумать наедине с самим с собой, когда эмоции схлынут.

Тем более, что тело девятиклассника Сергея Чурикова легко отзывается на каждую эмоцию гормональным взрывом, отчего меня колбасит так, словно… Словно мне самому пятнадцать лет.

- Серега, слышишь, Серег? Савелий ведь это так просто не оставит. Ты зарядил одиннадцатикласснику по щам, это ж надо! При всех! Стопудово закусится…

Замечание школьного товарища – а, судя по попытке выгородить меня, это именно товарищ, пусть и не готовый рискнуть собой (что является уже качеством друга) – вызвало у меня саркастическую усмешку:

- По этому придурку ПДН плачет. И из школы ведь за такую драку наверняка отчислят…

Киреев удивленно воззрился на меня – вскинув брови и замерев на месте на краткое мгновение:

- Ты чего, Серега, совсем головой тронулся? Это же Савелий Боев, у него отца на стрелке завалили, а дядя посейчас с бандосами дела мутит! Да Савва со старшаками с района за руку здоровается! И участковый к ним на вызовы даже не суется… Какое там отчисление?

Вот действительно – какое? Как-то я подзабыл, что конец девяностых до Путина все еще остается эпохой беспредела. Ну, положим, кровавый передел всего и вся, как и регулярные бандитские стрелки, уже приняли меньшие масштабы… Но действуя в рамках «правого поля» вряд ли возможно добиться вменяемого результата.

Нет, конечно, на заявление доблестная милиция реагировать обязана – но разбитый (вроде как даже не сломанный) нос не потянет на «тяжкие телесные». А уж от хулиганки «Савва» наверняка отмажется – зато мстить станет действительно всерьез.

- Точно чистилище...

- Чего?!

Я только неопределенно махнул рукой в духе «будет день – будет и пища», но тут к товарищу обратилась моя спасительница, горячо воскликнув:

- Блин, Дима! Да Сережка ведь единственный, кто посмел хоть что-то сказать этому придурку, когда он меня зажимать начал, козел! Целку он еще не пробовал, ага…

Мы с Димкой (ага, вот уже и знаю, как зовут товарища) разом оглянулись на притихшую девчонку, осознавшую, что сболтнула лишнего – и при этом очень мило залившуюся густой краской. А еще я невольно обратил внимание, что при нормальном дневном свете ее русые волосы отливают довольно приятным рыжим оттенком, а серые глаза изобилуют зелеными крапинками… И что юбка платья длиной чуть ниже колена прикрывает собой весьма налитую такую, аппетитную попку – даже странно для худощавой пигалицы! Причем девчонка довольно-таки высокая – с меня ростом (может, Сережа Чуриков и не великан, но Диман-то пониже будет), и ноги у нее стройные, пусть и по-девичьи худые.

Хотя тут скорее вернее подходит определение «изящные»… А вообще конкретный такой мужской интерес к женщине порой действует на других мужчин лучше всякого афродезиака! Так что на свою спасительницу я посмотрел совсем иными глазами – и тут Киреев как нельзя вовремя спросил:

- Лиз, а ты завтра в школу пойдешь?

Вот, теперь я знаю и имя девушки…

Правда, вопрос товарища прозвучал с довольно странными, опасливыми интонациями – а Лизка вся как-то разом напряглась. Да блин, похоже они этого Савелия и его прихлебал реально бояться! Поняв это, я на эмоциях – но совершенно искренне произнес:

- Пусть только попробует к тебе сунуться. Я ему яйца оторву.

Прозвучало, кстати, весьма убедительно, веско – на что Димон только обескуражено покачал головой. Зато девушка так счастливо заулыбалась, а глаза ее полыхнули такой неподдельной благодарностью, что я сам невольно расплылся в улыбке.

- Лиз, ну меня-то провожать вряд ли стоит – голова вроде не кружится и не шатает. Давай лучше мы тебя проводим, чтобы наверняка? А завтра я тебя и в школу заодно провожу…

А вот тут взгляд девчонки стал удивленным – и даже несколько испуганным, Димка же невольно присвистнул:

- Серег, да ты все-таки крепко приложился затылком, да? Вы же с Лизкой в одном подъезде живете, только на разных этажах, я в соседнем – вот Борисыч нас вместе и отпустил!

- Да, похоже, действительно крепко…

Я чуть обескуражено отвернулся от обеспокоенной девушки, неожиданно для себя зацепившись мыслью за тот самый удар, о котором товарищ рассказывал физруку. Что после первого, внезапного для Сергея удара он ударился головой о кафель... Ну точно, ведь в раздевалке на полу лежит старый, потрескавшийся, но твердый как камень кафель! Удар у Савелия не поставлен – так что вырубить даже подростка-девятиклассника он бы вряд ли смог. Но если тот даже просто упал на затылок, потеряв равновесие – а Димка ведь говорил, что Чурсин какое-то время не вставал…

Блин. Неужели хозяина тела вот так вот по-глупому, по подростковой придури и неосторожности убили? Блин! Тогда я, получается, каким-то образом занял его тело – в своей настоящей жизни, все же угодив под колеса авто?!

Твою же ж!!!

И ведь что странно – именно затылок у меня-то как раз и не болит…

Глава 2.

Закрыв за собой дверь, звякнувшую вставленными с обратной стороны ключами, я тяжело выдохнул – и, облокотившись на нее спиной, без сил съехал по дерматиновой обшивке… Чего-то такого я примерно и ожидал – что за вызванной подростковыми гормонами эйфорией начнется откат, навалятся усталость и апатия.

Вот прямо как сейчас…

Хотя может все дело в том, что я остался один? Лиза (живущая, кстати, этажом ниже ровно под моей квартирой) до момента расставания послужила мне своеобразным якорем, невольно концентрирующим внимание на себе – спасая от неизбежного анализа ситуации. Теперь же… Теперь выручают как раз усталость и апатия, думать просто не хочется.

Хочется просто закрыть глаза – и открыть их на другой стороне пешеходного перехода в родном 2018-м…

Я просидел на полу минут пять, не меньше – но тут послышался мягкий перестук пушистых лап, и в коридор заглянула небольшая кошка «камышиной» расцветки. Выгнув хвост дугой, та мяукнула, приветствуя хозяина – после чего ткнулась лбом мне в ногу и громко замурчала, вызвав у меня невольную улыбку.

Все-таки есть здесь и приятные сюрпризы!

Немного погладив коте и почесав счастливую, явно ласковую мурку за ушком, я наконец-то нашел в себе силы встать и осмотреться. Ну, коридор как коридор, небольшой, обит вагонкой – или чем-то наподобие ее, покрашенной в бордовый и густо залаченой. Платяной шкаф, рядом вешалка с крючками, совсем небольшая; на ней сейчас расположилось легкое женское пальто (как видно, рассчитанное на более теплую погоду). Ну и внизу также женские легкие туфли и пара летних ботинок, явно «моих»… А еще у дверного коврика, что я только что использовал в качестве подстилки, стоят две пары тапок.

По-ходу Чуриков также живет без отца… Ну что? Бывает. За парня немного обидно – но в настоящих обстоятельствах мне хватит и его мамы.

Мама… При одном только этом слове начинает ныть сердце – а в глазах предательски пощипывает… Ладно, что там у нас еще?

Наконец-то раздевшись и стараясь хоть как-то отвлечься, я прошелся по квартире, изучая обстановку. Ну что сказать? Небогато. Маленькая кухонька с небольшим столом, холодильник, умывальник, газовая плита. Небольшой телик, закрепленный на подвесной полке у стены… Жить можно.

Комнат две, санузел совмещенный – в принципе, неудивительно. Не хрущевка, конечно, дом относительно молодой для 1998-го, панельный. Мамина комната чуть побольше, поинтереснее – тут и приличная двуспальная кровать с встроенной в нее книжной полкой, обои с лилиями, симпатичные шторы персикового оттенка с цветастым узором. Уютно… На полках несколько фотографий – практически на всех присутствует одна и та же женщина в разном возрасте, есть и «я».

Забавно – себя, худощавого, с тонким и вытянутым вниз лицом, с чуть выпученными глазами (отнюдь не красавчик, и ничего мужественного во внешности нет) я увидел не в зеркале, а на фото. Ну, будем знакомы, Сережа Чуриков… Вот отца я его нигде не увидел – хотя для 90-х (как и более поздних «эпох») ситуация вполне себе рядовая. Советский союз с его более-менее патриархальными взглядами на семью сгинул – а в новой реальности семейные лодки массово дали течь и пошли на дно…

Зачастую из-за слома жизненных обстоятельств. Уж очень много людей в одночасье оказались на улице – вынужденные вновь искать себя, как-то переучиваться новой профессии, шабашить, челночить… Кто-то подался в коммерсы, кто-то в бандиты. А кто-то просто не «вписался в рынок», начав спиваться – или буквально сходить с ума… Тех, кто опустился, новая жизнь стремительно прожевала и выплюнула на обочину – и такие мужики для своих семей стали не добытчиками, а тянущим на дно балластом.

С другой стороны, возможны и более банальные причины – измены, опостылевшая бытовуха, регулярные ссоры на фоне отсутствия вменяемых перспектив, и вообще каких-либо просветов в жизни взрослых пар… А может, и все вместе?

Мама – довольно интересная, даже красивая девушка на фото с моря из далекой советской юности (судя по надписи на карточке – из Ялты), с годами растратила большую часть своей красоты, заметно пополнев после родов… А новая жизнь словно бы стерла краски из некогда яркой, привлекательной девушки. В 90-е полнота ее вроде и ушла – сменившись тоской и равнодушием, поселившимися в глазах женщины. И чем новее фото, тем отчетливее это читается…

Ладно, поживем-увидим. Девяностые не вечны, а у меня какое-никакое послезнание имеется. Жалко, правда, что интересовался я, в основном, единоборствами – но есть пара воспоминаний и про громкие «апсеты» из мира футбола. Правда, касаются они только 2008-го! Ну и фиг с ними – тут ведь и букмейкерки наверняка есть только в зачаточном состоянии, если вообще есть.

Еще немного постояв в «маминой» комнате, я зашел в закуток Сергея – точнее, теперь уже мой закуток. Ну, совсем небольшая комнатка, дай Бог, если десять квадратов есть! Вдобавок деревянная, раскладная тахта, учебный стол со стулом, небольшой книжный стеллаж – и, ко всему прочему, старенькое пианино! – буквально сожрали пространство внутри комнаты.

Пианино вызвало у меня особенный ужас – я никогда не играл на музыкальных инструментах, и вообще не имею даже зачаточного музыкального образования. А вдруг кто попросит меня сыграть?! Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу… Может, как-нибудь его из строя вывести, перерезать какую струну?

Ладно, густой слой пыли сверху немного успокаивает.

Комната вообще вся какая-то неряшливая, неубранная, вещи разбросаны как попало – резкий контраст с аккуратно заправленной кроватью мамы и общей чистотой ее будуара. Выходит, к разгильдяю-сыну не лезет? Уже неплохо… Для меня так точно.

Позабавили плакаты на стенах со Шварцнегером и Сталлоне, представленных в самых знаменитых образах – Конана-варвара, Терминатора, Рокки Бальбоа и Рэмбо. В принципе, норм – но немного жаль, что нет каких-нибудь красоток, типа Сальмы Хайек из «Заката и рассвета»… Ан нет! Стоило мне только вскинуть одеяло, чтобы заправить тахту, как обнаружились пара газетенок с полуголыми дамочками на обложке. Ну конечно, отечественное СПИД-Инфо! Не «Плейбой», безусловно – но для школьника вроде Чурикова один из немногих доступных способов добыть эротику…

Примерно представляя, для чего служили журналы Сергею, я предпочел аккуратно снять все белье с кровати и отнести в ванную комнату. Машинка тут правда… Необычная для меня, цилиндрической формы. Не нашлось и никакого порошка – так что, немного подумав, я взял единственный кусок хозяйственного мыла, и с некоторым трудом обнаружив на кухне простую терку, натер чуть меньше трети куска в таз. После чего, включив воду – слава Богу, есть горячая! – наполнил тазик до половины, тщательно размешав воду с мылом до образования пены… Порядок.

Осталось закинуть туда белье…

Разобравшись с кроватью и заправив ее покрывалом, заветные газетенки я отпихнул ногой, без сил рухнув на кровать. А вроде ничего такая, удобная… Хотя дома у меня был специальный эргономический матрац.

Дома…

При воспоминаниях о собственной просторной комнате с навороченным компом и богатым книжным шкафом, укомплектованном книгами исключительно на мой вкус… Бумажными книгами, обладающими неповторимым запахом увлекательных историй и приключений, мое окошко в мир счастливых иллюзий… Я сразу затосковал, крепко затосковал.

Но дело ведь даже не в комнате. Дома у меня осталась семья! Родные и близкие люди, заботившиеся обо мне, помогавшие мне весь путь, не отказывающиеся от больного ребенка с первого дня… Мама, крестная… Сводные сестры. Друзья, в конце-то концов!

Вот как мне без них?!

Тут же подумалось о том, что, несмотря на все возможные ограничения, в зрелом возрасте я уж точно не был несчастен – это как минимум. Ведь у меня были любимые и родные люди, у меня была работа из дома, приносящая нормальный доход – фриланс в эпоху развития интернета дает профильным программистам хорошие возможности… Если ты, конечно, готов учиться и переучиваться, открывая для себя новые горизонты – например, интернет-маркетинг.

Я даже спортом умудрялся заниматься, постепенно, пусть даже малыми шажочками развивая свое тело и устраняя те перекосы, что достались от рождения… От родовых травм никто не застрахован – но от меня, по крайней мере, не отказались. И вырос я, закончив школу и получив высшее образование, окутанный материнской любовью и заботой, а не в детском доме…

И вот теперь я попаданец. Только без всякой жанровой классики в 22 июня 1941-го года или накануне его – или же в царя Леонида Спартанского перед Фермопилами! Попаданец в подростка в пограничную эпоху, в которой дай Бог выжить… А с другой стороны – сбылась заветная мечта едва ли не любого человека с ограниченными возможностями: у меня теперь совершенно здоровое тело.

Но блин, а какой ценой? Ценой потери связи с родными?! Да ну его на хрен это здоровье…

И тут же еще одна догадка ошпарила мое сознание – ведь в 98-м есть и моя мама, и крестная, и даже сам я есть! Я тотчас вскочил с тахты… И с огорчением сел назад. Все есть – только с 96-го по 99-й моя семья жила в Рязани, причем адреса и места проживания я толком не помню из-за малолетства…

Но все же мысль о том, что мои любимые здесь хотя бы существуют, немножко развеяла тоску.

И в глазах вроде как перестало щипать…

Я устало смежил веки, пытаясь отстраниться от переживаний – и втайне надеясь уснуть, чтобы проснуться в своем теле и в своем времени. Однако стоило мне только подумать об этом – как я тут же вспомнил падение под колеса мазды, светящей фарами мне прямо в лицо! Блин, да не было у меня никаких вариантов избежать столкновения – и водила уже никак не успевал затормозить…

А что если я, уснув здесь – действительно проснусь в своем теле за секунду до верной смерти?!

Последняя мысль в ошметки развеяла всякую хандру, мгновенно взбодрив. Да твою ж дивизию! Не-не-не, на таких условиях я совсем не хочу обратно! Благодарю покорно, мне и здесь отлично…

Перехотев спать – и с тоской оглядевшись по сторонам, оценив перспективы затяжной уборки, что мне обязательно предстоит (просто не могу жить в таком свинарнике!), я пружинисто встал, с легким удовлетворением отметив все еще непривычную легкость движений… И двинул на кухню, только теперь осознав, что голоден как волк!

Так-так-так, что тут у нас…

А у нас «тут» совсем не густо елы-палы… Половинка плавленого сырка «Дружба», ошметки вареной колбасы (с такими прям крупными кусками жира), половина черного, уже довольно черствого хлеба… Яиц даже нет.

Зато есть початая бутылка водки в холодильнике, что совсем не внушает оптимизма!

Порыскав по полкам я не нашел также ни обязательной картохи, ни лука – может, у Чуриковых все это есть в подвале? Да хрен его знает, может и есть – только как мне его найти? До подъезда мы добрались с Лизой, номер квартиры я подсмотрел в дневнике – попутно осознав, что живу на девятнадцатом микрорайоне, и что сегодня 8 октрября. Подъезд, кстати, просто пипец как загажен – граффити, выбитые на этажах стекла и вонь… Крепкая такая вонь – то ли из неработающего мусоропровода, то ли потому, что подъезд местная пьянь использует как отхожее место. А что вернее, все вместе!

Девяностые, ага. Эпоха тотального обесчеловечения…

Поиск, впрочем, нельзя назвать уже совсем безрезультатным – все-таки мне попалась на глаза мука и полиэтиленовый пакет с макаронами. Длинными, но ни фига не тонкими – такие раньше любили готовить «по-флотски»… Ладно, и то хлеб.

Кстати, про хлеб…

Зачерствевшую корку я срезал со всех сторон, мысленно попросив извинений перед матушкой Сергея – хотя десятка мелочью в кармане ведь звенела? Звенела… На полбуханки точно хватит. Так что не экономим…

Масла, правда, тоже нет. Ни сливочного в холодильнике и в морозилке, ни смальца какого, ни даже растительного без запаха. Есть только с запахом – причем в стеклянной бутылке без этикетки, явно перелитое… На нем ведь вроде как нельзя жарить, выделяются опасные для здоровья канцерогены – но разок, так и быть, можно.

Масло я чуть разогрел в небольшой чугунной сковороде, предварительно поставив на огонь воду под макароны. Буквально десяток секунд – чтобы после высыпать в сковороду нарезанный небольшими брусками хлеб. Может, впитав в себя большую часть маслица во время жарки, он сократит выделение вредных веществ? Вряд ли на это стоит рассчитывать – но приятно верить в лучший исход…

Сухари я не стал особо сильно зажаривать – так, до приятной корочки, но чтобы внутри остался нежный мякиш. Подсоленный, с ярким ароматным привкусом – красота же! А за хлебом в сковороду отправились крошечные кусочки колбасы – тут я уже ничего не добавлял, в колбасе имеется сало, что на нагретом чугуне стало понемножку вытапливаться… После чего, чуть обжарив ее, я добавил сверху немного муки – и помешал ее с колбасой, дав слегка обжарится… Но не пригореть и не сваляться в комки! Так мука должна получить легкий ореховый привкус… Ну, и наконец – примерно половник вскипевший воды из кастрюли, куда уже отправились вариться макароны.

Получающийся соус – основу для пасты – пришлось долго мешать до однородной консистенции, но вроде получилось. А следом отправился в сковороду и натертый сыр – весь остаток «Дружбы», довольно быстро растаявшей в получившемся соусе! И даже не дожидаясь, когда макароны окончательно сварятся, я начал быстренько вычерпывать их толкушкой с дырочками, закидывая в сковороду – а после добавил еще немного воды из кастрюли, чтобы наверняка.

Не карбонара, конечно – но в настоящих реалиях довольно близко к этому… Главное не переварить макароны явно низкого качества – и с этой задачей я вроде как даже справился.

- Брысь говорю, брысь! Чем тебя кормить?

Кошка, не слушая моих увещеваний, упрямо трется пушистым лбом о ногу, настойчиво мяукая – аромат действительно очень аппетитный! И получилось много – хватит и мне покушать, и маму Сергея покормить, да и на завтра немного останется… Но не кошку же потчевать таким «деликатесом» в условиях пустующего холодильника?

Плюнув на все, я сложил в миску мурки сушеные корки хлеба – так, чисто успокоить совесть. Хотя я был стопудово уверен в том, что хлеба она есть не станет… Но ни фига – жует!

С другой стороны, сухой кошачий корм – это вроде как тоже что-то типа переработанного хлеба или зернового продукта, вымоченного в бульоне из мясных отходов…. А вот суровые кошки из девяностых, еще не избалованные заботливыми хозяевами, запросто едят и сухой хлеб, как оказалось!

Чтобы как-то разнообразить досуг, включил в разетку телик, нажал на кнопку «Вкл» на передней панели – и на мгновение залип, не веря своим глазам и ушам! Случился когнитивный диссонанс – ибо на экране я увидел заставку сериала «Зена – королева воинов» с молодой Люси Лоуренс в главных ролях! Да это же… Это же просто классика моего детства – тот самый, «коронный» крик и столь бодрая музыка на фоне облачающейся в свой непревзойденный бронеливчик Зены!

Культовый сериал, не то слово. Целое поколение пацанов залипали на молодую Люси Лоуренс – а ведь «Зена» дала старт карьере и Карлу Урбану («Властелин колец», «Пацаны»), и Ману Беннетту («Спартак» и «Хоббит»!)… И кстати с последним Люси уже совсем не по детски зажигала в сериале «Спартак. Кровь и песок».

Прям даже есть, что вспомнить…

От залипания на «Зену» меня отвлек аккуратный стук в дверь – отчего я вынужденно напрягся, невольно бросив взгляд на небольшой кухонный ножик, оставшийся на столе… Но хватит. Неужели Савелий попрется разбираться прямо ко мне домой? А если бы и поперся, то вряд ли бы столь интеллигентно стучал в дверь…

Немного подумав, я решительно двинул в коридор. А припав к дверному глазку, невольно улыбнулся – после чего спешно провернул ключи в замочной скважине, открывая нежданной гостье:

- Лиза, привет еще раз! Ты ко мне?

Девчонка приветливо улыбнулась – вот ей прям идет улыбаться! – после чего протянула мне небольшую кастрюлю, накрытую полотенцем.

- Сереж, я тебе в благодарность за сегодня приготовила творожную запеканку! Ой, а как у тебя вкусно пахнет…

Расплывшись в довольной улыбке, я отступил назад, широким жестом приглашаю девушку войти в квартиру:

- Милости прошу! Еще не успел приступить к трапезе – так что разделишь со мной!

Лиза неуверенно пожала плечами:

- Да как-то неудобно… Разве Татьяна Васильевна сегодня не на смене?

Так-так… Вот и имя матушки – работающей, как я понимаю, по двенадцать часов.

- Нет, она как раз на смене. Готовил я – я и приглашаю. Угостим друг друга собственной кулинарией!

Ответил я нарочито бодрым тоном – на что Лиза, робко улыбнувшись, неуверенно шагнула внутрь. А я вновь не удержался, бросив вороватый взгляд в вырез домашнего халатика – накинутого поверх открытог о топа и колготок, но нисколько не скрывающего ладной фигурки девушки…

Глава 3.

…- М-м-м! Сережа, как это вкусно!

Я польщенно кивнул – но внутренне лишь невесело усмехнулся. Чтобы было действительно вкусно, стоило сделать побольше соуса – да и сырный продукт «Дружба» на нормальный сыр, что хотя бы горячим плавится, вообще не тянет. Маловато получилось и колбасы – где-то совсем на низах... Но самое главное, увы, это плохое качество самих макарон, сто пудов изготовленных совсем не из твердых сортов пшеницы. Или из чего их там готовят? Из кастрюли я их извлек крепко «альденте», но за время доведения в соусе они едва ли не разварились, замерев в пограничном состоянии.

Но Лизка уплетает свою порцию с видимым удовольствием – или она голодная, или очень талантливая от природы актриса, способная легко сыграть естественный энтузиазм. Впрочем, я тоже не особо сыт – так что под греночки пошли и макароны…

- Сереж, неужели ты это сам готовил?

Девушка смотрит на меня искренне восхищенным взглядом – и я таки ловлю себя на мысли, что дети девяностых, наверное, не особо-то и избалованы вкусной едой. Это в мое время можно раздобыть и продукты качеством куда лучше, и куча различных доставок, кафешек и тому подобного – но пока последние только появляются, и питаться в них могут позволить лишь избранные граждане… Мне остается только покивать с напускным смущением:

- Мама на сменах работает, я один… Вот как-то и выучился.

Девчонка кивнула – после чего наигранно потурила глаза, стрельнув ими в сторону кастрюльки с теплой еще запеканкой. Блин, чуть не забыл про нее!

- Сейчас, только чай поставлю…

Запеканка оказалась совсем не дурна – легкая, воздушная (видимо, со сметаной) и даже некоторым количеством изюма. Я, правда, последний не особо уважаю – и вообще, сам люблю готовить творожный десерт из протертого сквозь сито творога, с лимонной цедрой и растолченным до состояние однородной кашицы бананом… Но бананы сейчас показатель прям вот крепкого такого достатка! И вообще, нечего нос воротить, девчонка ради меня старалась – и получилось, без дураков, достойно.

- Лиза, ну очень вкусно! Просто обалденно!

Одноклассница – а моя невольная спасительница учится со мной в одном классе – очень мило зарделась, так что я поспешил добить свой кусок запеканки с еще большим энтузиазмом. В принципе, съел с реальной охоткой – дома-то не было ничего сладкого. Подув на чай, осилил полкружки, после скосил глаза на настенные часы – и едва не подпрыгнул на стуле: время уже двадцать минут шестого!

- Лиз, слушай, мне пора ведь на тренировку. Спасибо огромное за запеканку, очень вкусно! Но может, для своих заберешь?

- Нет-нет, я для тебя готовила, правда! С мамой лучше поделись – а завтра утром тогда, как зайдешь за мной, занесешь кастрюльку… А ты точно пойдёшь на карате? Голова не болит? А то лучше бы сыграл мне на пианино…

Услышав неподдельную грусть в голосе своей соседки, я прям вот всерьез заколебался – но стоило ей только вспомнить про пианино, как мое желание посетить тренировку налилось прям гранитной твердостью.

- Блин, я уже пообещал Василичу, что приду. Так что должен! А за запеканку спасибо, очень вкусная, вечером еще чай с ней попью… Тогда завтра в половину восьмого зайти?

Огорченная девушка легонько кивнула; встав из-за стола, я принялся спешно облачаться в верхнюю одежду, решив оставить залитый подсохший кровью школьный свитер и джинсы. Ничего, на карате переоденусь в спортивный костюм, что был аккуратно свернут в пакете в рюкзаке – последний, судя по общей неряшливости Чурикова, положила все-таки его мама…

Лиза замерла рядом со мной в коридоре, не спеша покидать квартиру – и понимая, что девушка еще хочет что-то сказать мне на прощание, я постарался как можно скорее зашнуровать ботинки и выпрямиться.

- Лиз?

Девчонка кивнула, чуть смущенно улыбнувшись – после чего вдруг порывисто шагнула ко мне и застенчиво чмокнула в щёку:

- Сереж, правда, спасибо тебе большое. Когда Савелий меня лапать стал, было так противно и стыдно… И ведь никто не посмел слово ему сказать! Один ты…

Девушка запнулась, не иначе как вспомнив результат моего «заступничества» – а я замер неподвижным истуканом, прислушиваясь к неожиданным для себя, новым ощущениям. Кайфовым ощущениям… От быстрого прикосновения губ одноклассницы по правой щеке расползается натуральный жар – да и запах… В момент порывистого движения Лизы на меня пахнуло чем-то нежно-сладким и одновременно тем женским – не духи, но при этом какой-то совершенно неповторимый аромат, будоражащий кровь и воображение!

Неожиданно вспомнился случай из развеселой студенческой жизни Андрея, поборовшего природную застенчивость еще в школе – и когда уже девушка чуть насупилась, разочарованная затянувшимся молчанием, я хриплым от волнения голосом попросил:

- В левую. В левую тоже чмокни для симметрии…

- Чуриков!

Девчонка прыснула от смеха, но все же потянулась к подставленной под поцелуй щеке – вот только я, набравшись наглости, шустро развернулся к Лизе, успев встретить ее губы своими.

А после подался навстречу попытавшейся испуганно отстраниться девчонке – жадно, требовательно прильнув к ее губам, совершенно шалея от их нежной упругости и вкуса сладкого творога, и неповторимо аромата юного женского тела… Лиза оказалась приперта спиной к двери, ее руки уперлись мне в грудь, но оттолкнуть она меня так и не решилась – а еще мгновением спустя девичьи губы чуть приоткрылись, пока еще робко отвечая на мой требовательный поцелуй… И я, повинуясь вдруг проснувшимся инстинктам, привлек девушку к себе – запустив правую руку в волосы (неожиданно мягкие и приятные на ощупь)… А левой обхватил ее за талию, теряя голову от необыкновенно ярких ощущений столь восхитительной близости женского тела.

Но тут одноклассница задергалась, словно птица в путах, уже без всяких шуток отталкивая от себя – и я невольно, хоть и с сильным сожалением отстранился… Дыша так тяжело, словно пробежал с километр!

- Ты чего?

Лиза ничего не ответила, но куда красноречивее слов оказался ее взгляд, направленный вниз – и тут мне стало все более-менее понятно. Ведь поддавшись инстинктам, я как-то не особо учел, что скорость физиологических реакций у подростка оказалась необычайна высока – и прилившая вниз кровь… Короче говоря, девушку явно напрягли незнакомые ощущения во время объятий – особенно, когда я так плотно прижал ее к себе.

Но стоило ей поднять глаза, как я буквально остолбенел – совершенно зеленые, с расширившимися от волнения зрачками, они обожгли меня таким жарким и одновременным испуганным взглядом, что я аж замер от восхищения преображение так же тяжело дышащей девушки! Но стоило мне податься вперед, в надежде на еще один столь же длинный и страстный поцелуй (а уж там как пойдет!), как девчонка скосила взгляд куда-то в сторону, за мое плечо – и тотчас нахмурилась:

- Сергей, выпусти меня!

- Лиз, ну ты…

- Выпусти!

Блин, вот е-мае… Мне осталось только чуть отстраниться, как одноклассница мгновенно вылетела из квартиры – а я обернулся назад, еще не понимая, что именно ее так напрягло? Но тотчас заметил приоткрытую дверь в свою комнату – и желтую газетенку, раскрытую едва ли не на самом пикантном месте…

- Да твою же ж…

Ну вот что мне стоило выкинуть журналы в мусорку, как и хотел изначально?! Сто пудов ее именно это и напрягло – и по ходу даже оскорбило! А ведь если бы удалось ее второй раз поцеловать, кто знает, куда бы нас завел этот поцелуй…

Но спускаясь по лестнице с пятого этажа и немного придя в себя, я вдруг понял, что очень даже хорошо, что второго поцелуя не случилось – и ничего такого действительно не произошло. Уверен, что посмей я даже попробовать снять с нее халатик, Лиза попыталась бы меня остановить. А вот сумел бы я сразу остановиться в ситуации, когда подростковое тело подчиняется исключительно природным инстинктам?

Хороший вопрос… Думаю, ничего бы у нас не «случилось». Но если сейчас у нас еще есть шанс продолжить общение и развить его в нечто большее, чем школьную дружбу и тайное подростковое увлечение (совершенно очевидно переставшее быть тайным) – то при иных раскладах я мог очень серьезно обидеть, напугать и оскорбить девчонку.

Думаю, после таких ситуаций как раз и появляется «максимы» вроде «все мужики козлы» и «вам только одного и надо». А там уж и до радикальных феминистических убеждений недалече…

Совсем иной вопрос – а стоит ли мне, практически тридцатилетнему мужику (пусть и заключенному в тело подростка) строить какие-то отношения с девочкой-девятиклассницей? Девочкой, кстати, во всех смыслах… Пусть даже если ей уже и есть шестнадцать лет?

Андрюха, вон, начал встречаться со своей будущей женой, когда последней было как раз шестнадцать – ну а когда ей семнадцать исполнилось, сделал предложение… И это уже на закате студенческой «карьеры» повесы и пикапера!

Ну что сказать – встретил действительно «свою» женщину, тянуть не стал… Но ему тогда было двадцать два, а не двадцать девять.

Другое дело, что Лиза вообще может быть нисколько не «моя» – вон, при первом взгляде девчонка мне вообще не понравилась. И только в силу определенных обстоятельств – и самого факта моего подросткового состояния! – у меня проснулся к ней вполне естественный физиологический интерес плюс определенные симпатии… Что нисколько не тянут на какие-то вменяемые чувства.

А если последних нет, стоит ли тогда вообще забивать девчонке голову?

- Да блин, стоит!

Кажется, последние слова я произнес вслух, горячо воспротивившись голосу разума – и поймав неодобрительный взгляд от сидящей на лавочке у подъезда бабули…

Н-да, вот оно – эпическое противостоянии тела и разума, в которое пытается влезть сердце. Но ведь с другой стороны – если не спешить с интимными моментами, почему бы не позволить себе просто сблизиться с девушкой, чуть получше ее узнать? Да хотя бы немного пофлиртовать, в конце-то концов… Мне около тридцати? Ну да. Был ли у меня столь богатый опыт флирта и общения с прекрасным полом в студенческие годы, как у Андрея?

О да! Парни с ограниченными возможностями – они прямо вот безудержные ловеласы, не признающие никаких границ…

Увы, тема личной жизни – для меня тема всегда болезненная. Да е-мае, сколько обычных парней без всяких ограничений менжуются даже просто подойти к девушке и попытаться с ней вживую заговорить? Ок, есть сайты знакомств, где вполне можно выставить фото, на которых признаков «ограничений» не заметишь – но потом ведь будет свидание вживую, верно? Самовлюбленные, эгоистичные стервы тут же отсеиваются – ну, а остальные… Вежливость и воспитание некоторых девушек обязывает задержаться до конца свидания – но и только.

Да, я знаю примеры успешных семьянинов среди парней с куда большими ограничениями – Ник Вуйчич тому пример. Но Ник умудрился стать миллионером… Я ничего плохого не хочу сказать про его жену – но в мужском мире всегда идет негласная конкуренция в борьбе за женщину, в то время как последняя вольна решать, кто ее достоин… Ну или же идет за своим сердцем.

Но смысл в том, что любая более-менее вменяемая девушка ищет в спутники хотя бы потенциально способного обеспечить семью, и хотя бы минимальные требуемые запросы мужчину. И это нормально. И парни с ограниченными возможностями, столкнувшись с этой конкуренцией, зачастую стараются качать свою главную мышцу – мозг, получая образование, развиваясь в искусстве или науке, или даже ораторском искусстве, как Вуйчич.

В своем… Теперь уже и не знаю, можно ли назвать это «настоящим» или уже более применимо «прошлом», я добился определенной финансовой независимости – но миллионером пока не стал... А ведь если ты парень с ДЦП, в вопросах финансовой «независимости» ты должен иметь куда более сильные аргументы в борьбе за женское внимание - чтобы войти в число реальных претендентов наравне с прочими ухажерами!

Конечно, быть может это просто мои загоны... Да и в душе моей всегда жила надежда встретить искреннюю и настоящую любовь - чтобы девушка полюбила во мне именно человека, не обращая внимания на любые обстоятельства… Но, ведь чтобы тебя полюбили, нужно чтобы тебя хоть немного успели узнать?

Короче сложная это, не самая приятная для меня тема. И это ведь при том, что в душе я всегда страстно желал настоящих чувств, реальных отношений – и в тоже время оставался законченным романтиком, не желающим прожить свой первый раз в объятьях жрицы любви… И в сущности, этот вороватый, на кураже поцелуй стал первым не только в жизни Сережи Чурикова!

А Лиза… Светлая душа Лиза мне вдруг показалась не только чистой, правильной девушкой – но и человеком, способным на настоящие чувства. И если это так, отказывать от общения с ней, от флирта с ней, от свиданий с ней… Пусть даже я и старше ее ментально – что с того? Это как-то меняет ее как человека? Или меня?

Другое дело, что необходимо запретить себе даже думать в сторону интима – по крайней мере, пока я не буду уверен в собственных чувствах.

А то вдруг потом окажется, что Лиза была лишь мимолетным интересом… Когда как я успел уже воспользоваться ее чувствами – чтобы после банально предать?! Нет, такого допустить никак нельзя…

На тренировку я все же чуть припоздал – после пяти начинает стремительно темнеть, а путь от дома до школы восстанавливал по памяти; как оказалось, днем я не так и хорошо запомнил дорогу. Плюс побродил немного по самой школе – так что припоздал минут на пять-семь, поспев к моменту, когда группа приступали к разогреву, нарезая круги по залу легкой трусцой.

- Чуриков? Выйди!

Василич, щеголяющий в полноценном, пусть и посеревшем кимоно с иероглифом на груди, удивленно воззрился на меня - так что сразу стало понятно: «сенсей» меня совсем не ждал. Но тут же тренер указал мне на дверь, строго прикрикнув! И только я засобирался было заявить жаркий протест, как Василич еще строже приказал, добавив металла в голос:

- Выйди, и зайди правильно!

Тут-то я понял, о чем примерно речь идет – после чего вышел из зала, замерев в дверном проеме.

- Чуриков, показываю один раз – кулаки сжал, руки перед собой скрестил, вот так, да… А теперь с шагом вперед резко разводишь локти к поясу с поклоном. Да! Но не забывай самого приветствия – о-с-с-с!

- О-с-с-с!

Я с едва сдерживаемой улыбкой повторил традиционное приветствие каратистов – но тут Василич меня огорошил:

- Так, переодевайся, двадцатачку от пола толкни за опоздание, и догоняй ребят.

Мне осталось только покорно мотнуть головой – очень надеясь, что осилю хотя бы двадцать отжиманий: худощавый и совершенно неразвитый Сережка себя зарядкой явно не утруждал… Но как оказалось, минимальный норматив моему новому телу по силам – хотя сделав семнадцать отжиманий, мне пришлось немного постоять на вытянутых руках. Но выждав десяток секунд, оставшиеся три штуки я все же добил.

Правда, наличные мышцы мгновенно забились…

- Все, молодец, догоняй… Приставные шаги!

Сенсей внимательно проследил за тем, как я отжимаюсь – после чего, вспомнив о группе, принялся каждые пару минут менять задачи. За приставными шагами челночный бег, за ним зашагивания, за ним бег с высокими подъемом голени, за ним гусиный шаг… Поймать дыхание никак не получалось, я все время отставал от группы, начав банально задыхаться – и дико вспотев в синтетическом костюме; догадался же ведь напялить поверх майки олимпийку!

Да больно та какая-то невзрачная, детская – выставляющая напоказ тонкие куриные лапки вместо нормальных мужских рук… Вот тут я уже могу с полной уверенностью сказать, что мышцы рук в свое время развил куда как лучше!

- Так, а теперь силовая часть!

Силовая?!

- Отжимания на ладонях, двадцать раз!

Е-мае… Да я ведь итак уже рук не чувствую! И что-то мне подсказывает, что помимо отжиманий на ладонях будут еще и кулаки, и пальцы…

Мои ожидания меня нисколько не обманули. На ладонях я еще осилил раз пятнадцать – после чего встал на вытянутых руках, надеясь добить остаток. Но в итоге дождался только команды «пресс!» – причем мышцы живота Чурикова оказались такими же неразвитыми, и требуемую двадцатку я едва осилил… Потом были отжимания на кулаках – и едва сделав десятку, я просто распластался на полу, тяжело дыша; дальше были склепки. Это когда резко поднимаешь руки и ноги, соединяя их в воздухе на уровне живота. Двадцать склепок, кстати, ещё кое-как осилил… Отжимания на пальцах – смог сделать только пяток, потому что руки сказали «все». Но что самое поганое, когда мы начали делать махи ногами лежа на спине, у меня свело мышцы пресса так, что всего аж скрючило! Даже сенсей испугался:

- Чуриков, ты как?!

- Да мышцы свело… Сейчас отпустит…

- Понял. Ну, ничего, Чуриков, молодец! Стараешься!

Силовая, слава Богу, кончилась – но после нее была ещё недолгая (к моей вящей радости) растяжка. Необходимое зло – ведь чтобы что-то действительное получалось, нужно тянуться на разогретые связки, и практически обязательно через боль… Никогда не любил ее в прошлой жизни – не полюбил и в этой, с завистью наблюдая за легкостью, с которой сел на полный шпагат чёрный пояс. Единственный в группе… После чего все спортсмены (человек примерно пятнадцать) построилась у торцевой стенки зала в пять колонн по три человека.

- А теперь проходим с ударами! Начинаем с рук… Чудан-чоку-цуки! На каждый шаг – пошли!

Так, ну это я более-менее знаю, пробовал делать. Правда, без шага… Но тут ко мне подошел сенсей:

- Сергей, ты новичок, объясняю: чорку-цуки – это прямой удар руки, чудан – это средний уровень, то есть удар идущий в район солнечного сплетения. Смотри механику: делаешь шаг левой вперед, повторяй за мной.

Я послушно сделал шаг вперед.

- Теперь чуть скручиваешь корпус так, чтобы перенести вес тела на левую ногу…

Стараюсь повторить за сенсеем, действительно ощущая при этом, как левая нога «нагружается».

- А одновременно с этим ты выстреливаешь ударом – чисто прямой удар руки, только кулак чуть загибаешь вниз и доворачиваешь влево так, чтобы прилетело именно костяшками указательного и среднего пальцев… Тут важно, чтобы ты за счет переноса веса тела пробивал быстрый и резкий прямой удар, не напрягая мышц руки – но стараясь максимально скрутить корпус влево. Так ты и вес тела в удар вкладываешь, и сам удар становится длиннее - кулак пробивает цель насквозь! Понял?

Я согласно кивнул головой – но Василич продолжил:

- А самое главное – это правильное дыхание. Момент удара – это всегда выдох. Так получается и резче, и быстрее, и сильнее. Плюсом ко всему сокращаются брюшные мышцы, так что ты становишься менее уязвим к встречной атаке по корпусу… Пробуй.

Я послушно попробовал из стойки – получилось вполне правдоподобно, хотя никакой мышечной памяти у меня по определению остаться не могло. Но – получилось.

- Вот так, молодец, Чуриков! А теперь вместе со всеми – вперед!

Н-да… Если из статичной стойки у меня еще более-менее получалось, то нанося удары на каждый шаг, я в итоге сбил и ритм, и дыхание, и вообще… Самому казалось, что делаю что-то не так, в чем-то косячу – но не имея возможности посмотреть на свои ошибки со стороны (например, попросив кого из ребят записать мои движения на камеру, а после с тренером разобрать), я начал просто психовать. Ну, в данном случае – пытаться сделать еще быстрее, еще резче резануть рукой по воздуху, вкладываясь в каждый удар… В итоге начал задыхаться, еще не дойдя до конца зала.

А ведь пришлось еще и назад идти с ударами – только теперь в дзёдане. Нанося удары по верхнему уровню, в район воображаемой челюсти... Ну и «задышал» я естественно – причем так, что к концу прохода в глазах аж потемнело.

- Удары ногами! Маваши-гери-гэдан!

- Е-мае…

Если руками в своем прошлом я более-менее пытался работать, то знаменитые маваши-гери-гэдан (лоу-кик) были мне категорически недоступны. А тут еще и на каждый шаг!

Правда, сенсей и тут не сплоховал:

- Никита, – Василич обратился к обладателю черного пояса – следи за проходом остальных, поправляй! А я новичку объясню, что к чему…

Тренер подошел ко мне вплотную, хмуро окинув взглядом мокрую от пота синтетическую олимпийку, но на ее счет ничего не сказал. Вместо этого пошли объяснения:

- Значит, смотри, Сергей – маваши-гери это один из главных ударов в карате, он выполняется сразу в трех уровнях, но тебе пока доступен только нижний.

Я согласно мотнул головой.

- Так вот – любой удар ноги начинается с удара колена. Если это прямой удар – то колено резко выносится вверх по восходящей, к собственному животу. После чего ты наносишь прямой удар стопой, распрямляя ногу в сторону оппонента – и пробивая снизу-вверх даже не носком, а основанием пальцев ног… Так, чтобы сами пальцы без обуви в ударе не участвовали, иначе ты их просто сломаешь. Пробиваешь, к примеру, в живот. А если цель атаки – ноги, то под коленную чашечку. Это называется мае-гери…

Сенсей довольно резво продемонстрировал удар по разным уровням в воздухе – отточенными движениями и что самое главное, не теряя равновесия. А ведь по грузной фигуре Василича так и не скажешь, что он может столь быстро двигаться и наносить взрывные удары ногами…

- Маваши же отличаются тем, что ты поднимаешь колено к животу, после чего выворачиваешь его в бок – если делать это быстро и накоротке, по тормозам, к примеру, можно зарядить и с колена. Хотя в основе своей этот удар идет по ребрам или животу… А чтобы удар был действительно удар, ты должен очень резко вынести колено, чуть проворачиваясь на опорной ноге!

Александр Васильевич наглядно продемонстрировал все, о чем говорил – причем пробивал с такой скоростью, что его кимоно при этом издавало резкий хлопок. Ну, если я правильно понял источник звука…

- В свою очередь, маваши-гери пробиваются подъемом стопы или голенью, если в гэдане – то нога летит или чуть выше колена, или в середину бедра. Если правильно пробьешь в коленный сгиб, то заодно подсечешь ногу соперника – а, зарядив в середину берда и попав четко по «тормозам», поражаешь чувствительную болевую точку.

Тренер показал мне быстрое выполнение удара по воздуху - после чего продолжил:

- Ты сейчас не стараешься бить быстро или сильно, ты сейчас будешь учиться бить правильно. Потому делаешь все очень медленно, из левосторонней стойки – будто уже сделал шаг левой вперед, чтобы после пробить правой ногой… В момент удара перенося вес тела на левую. Значит – сперва выносишь вперед колено правой, потом разворачиваешь его параллельно полу – сохраняя равновесие, медленно! А затем уже распрямляешь ногу – причем так, чтобы голеностоп был тоже прямым. Удар направляешь примерно в сторону бедра оппонента… А я посмотрю.

…Ну что же – я старался. Я очень старался продемонстрировать правильное выполнение техники – и вроде как даже сенсей остался мной доволен. Однако одно дело выполнять все эти движения медленно, с расстоновочкой, не спеша – и совсем другое пробить по самодельной макиваре на скорости, вложившись в удар! У меня начало более-менее получаться только к концу тренировки. В то время как вставший со мной в пару парень (может на год постарше) умудрился отработать маваши и в дзёдане, и круговой удар ноги с разворота, и поработал коленями накоротке… Очень жёстко, кстати, поработал, пробивая растрепанную макивару!

А его первый же лоу-кик, вроде и не шибко сильный, запросто подсек мою левую ногу, посадив меня на задницу…

- Так, а теперь спарринги! Никита, со мной, Рома – поработай с новичком, но в гэдане ногами и руками в чудане. По голове Сережка у нас сегодня итак уже получил, хех!

Коротко хохотнув, тренер «благословил» меня на мой первый в жизни спарринг, заставив сердце забиться в груди раненой птицей! Едва соображая от волнения, я поклонился сопернику со свистящим «о-с-с» – и, как только тот принял боевую стойку, попытался было с шагом вперед пробить правый прямой… Но Рома легко ушел от деревянного и неловкого, скованного удара, пружинисто сместившись влево – и тут же мою левую ногу пронзило острейшей болью, от которой мгновенно свело мышцы бедра!

Тот самый лоу-кик по тормозам…

Я рухнул на пол, словно срубленное дерево, рефлекторно схватившись за пробитую ногу – весьма удивленный тем, как обернулся спарринг. Но к удивлению и боли также добавился острый стыд – и страстное желание реваншироваться!

- Чуриков, ты как, нормально? Ногу не сломали?

- Не, Александр Васильевич, все нормально. Сейчас бедро разомну, продолжим вторым раундом...

Сенсей только языком цокнул - а Рома насмешливо хмыкнул. В его глазах у меня никаких шансов нет - но мне теперь уже глубоко плевать, что там они оба думают... Все же стоило получить по "тормозам" ради того, чтобы здоровая спортивная злость добавила мотивации - а выброшенный в кровь адреналин стал нормально работать.

- Готов? А ты Ром, готов?

Мой оппонент - такой же худощавый как я, но при этом жилистый парень с развитым плечевым поясом, молча кивнул.

- Хаджиме!!!

Удар! Я совершенно зеркально начинаю поединок, все тем же правым прямым. Но вместо того, чтобы уйти от удара, соперник уверенно сбивает мой кулак раскрытой ладонью левой, отведя тот в сторону - и тут же резким, взрывным ударом пробивает мне в грудак!

Мама дорогая - я еле успел чуть сжаться для того, чтобы кулак соперника пришёлся именно в грудную клетку, а не в солнышко! Но все одно от боли перехватило дыхание, я едва остался стоять на ногах - и скорее просто от упрямости ударил левой ногой. Просто снизу-вверх, по восходящей, никак не вкладываясь в этот удар, что пришёлся на икру противника... Но я все же достал Рому - а тот не отказал себе в естественном желании меня "наказать", вновь пробив лоу правой по тормозам!

Вот только на этот раз я ждал этой атаки - и успел поднять колено левой навстречу, вывернув её от себя... Получился классический блок, что я много раз видел как на тренировках по хапкидо, так и в ММА - и ведь сморщился же Роман от боли, поспешно отдёрнув правую! Ещё бы, блок пришёлся на голень, место очень болезненное... Противник рефлекторно перенёс вес тела на переднюю ногу - и в этот же миг я по наитию пробил по ней, именно пробил внутренней частью стопы левой, попав под щиколотку соперника! Получилась очень жёсткая, высекающая подсечка - когда-то подсмотренная мной на видео-семинаре по самообороны, а теперь вдруг сыгравшая против куда более опытного и тренированного соперника...

Рухнувшего спиной на пол.

Маленькая, но все же победа!

Глава 4.

До дома добирался в потемках, по едва подсвечиваемым редкими фонарями улицам. Слякость, сырость, промозглый ветер в кронах деревьев, ещё не скинувших пожелтевшие листья... Октябрь может быть иным - тёплым, солнечным, ранящим душу красотой и палитрой красок увядающей природы.

Увы, он может быть и таким, как сейчас - сырым, стылым и неуютным. А если не запомнить толком дороги до дома, можно ещё пару раз завернуть не туда - и возвращаться к школе, вновь начиная свой путь домой!

И все таки я добрался до своего подъезда - причём когда понял, что наконец-то нашёл свой дом, едва ли не всплакнул от радости и облегчения... Шутка, конечно - но действительно, про новый дом я уж как-то очень быстро стал думать, что он "свой".

Отдельная песня - подниматься на пятый этаж, когда у тебя болит едва ли не каждая мышца в теле! Да и самому телу неплохо так прилетело в спаррингах - а ведь тренировку Василич закончил ещё одной силовой... Когда доковылял до раздевалки, язык буквально присох к небу. А особенно мучительно было наблюдать за пацанами, восстанавливающимися тёплым ещё чаем из термосов!

Продуманы, блин...

Очевидно, что-то такое читалось в моих глазах - и Рома неожиданно протянул мне кружку от термоса с ароматным нектаром чайного гриба. И если у остальных каратистов термосы хранили тепло горячего чая, то у Ромки напиток был предварительно остужен - и сохранил эту приятную прохладу к концу тренировки...

- Ничего вкуснее в жизни не пил! Всё, я твой должник, проси чего хочешь - хоть полцарства, хоть дочку в жены! Приходи только годков через двадцать...

Рома оценил шутку скупой улыбкой, после чего заметил:

- Неплохо подловил меня на блок. Да и подсечка красивая... На первой тренировке молодцом - но главное, вытянуть первый месяц. Потом уже организм войдет в режим.

Я искренне поблагодарил своего спарринг-партнера, оказавшегося отличным пацаном - а вот с месяцем занятий могут возникнуть проблемы. Оказалось, Василич готовит парней не просто так, пусть и берет вроде немного, полтинник с носа. С другой стороны, пятнадцать человек по пятьдесят - это семьсот пятьдесят рублей. Учитывая, что зарплаты сейчас в среднем тысяче по две, неплохой придаток даже за вычетом аренды!

Имевшуюся десятку я сразу отдал тренеру, но оставшийся сорокет придётся клянчить у матери Сергея... Наверное. В принципе, если она даёт хотя бы по три-пять рублей на школьные обеды, купить какую булку, вполне можно и скопить. Ладно, чего там, дома все прояснится...

Добравшись до четвёртого этажа я замер, чтобы банально передохнуть - но тут мой взгляд упал на дверь квартиры Лизы. Ох, как же проняло! Быстро накатило сосущее под ложечкой острого стыда, неуверенности, какого-то смятения... Но тело тотчас окатило жаром при воспоминании о невольном поцелуе! Остро захотелось вновь увидеть Лизу, поговорить с ней, просто услышать её голос - и вновь полюбоваться милой улыбкой одноклассницы...

И хотя меня мгновенно бросило в жар, а ноги словно бы одеревенели (стоило мне только шагнуть в сторону квартиры Лизы!), я твёрдо двинулся вперёд. И так же твёрдо надавил на звонок, чуя при этом, как гулко бухает в груди сердце...

Да что за дела?! Что я меньжуюсь, словно какой малолетка? Мне тридцать лет, в конце-то концов!

Пусть и неполных...

Дверь открыли не сразу; быстро теряя терпение от волнения, я надавил на кнопку звонка повторно - но тут же её открыл рослый, уже несколько расплывшийся и небритый мужик в тельняшке и поношеных трениках.

- Хрен ты названиваешь, дебил?! Че надо?

Мужик воззрился на меня крайне недружелюбно, обдав крепким запахом пива и вяленой рыбы изо рта. У меня уже закрались подозрения, что я всё-таки ошибся подъездом - но тут за спиной незнакомца мелькнула русая коса Лизы:

- Дядя Валер, да это одноклассник мой, Серёжка Чуриков, он над нами живёт.

- А-а-а... Ну ты объясни школяру, что когда уважаемые люди отдыхают, за трезвон можно и в табло словить!

- Дядя Валер, ну правда...

Мужик стремительно потерял ко мне интерес и с ворчанием скрылся в глубине квартиры. Лиза аккуратно прикрыла за ним дверь; одноклассница щеголяет все в том же домашнем халатике - но сейчас она что-то молчалива и как-то излишне напряжена.

В итоге разговор я начал совсем не так, как надеялся его построить, брякнув невпопад:

- Брат отца заглянул в гости? Вместе отдыхают?

И без того не очень-то и приветливая девчонка лишь нахмурилась:

- Какого отца? Дядя Валера мой отчим, ты что, забыл?!

Мне осталось только кинуть, поспешно переведя тему:

- Выходит, забыл... Лиз, да я хотел поговорить о поцелуе...

- Пришёл извиниться?

Девушка вопросительно изогнула бровь; к сожалению, в её голосе нет даже ни намёка на игривые интонации. Думаю, Серёжа Чуриков на моем месте окончательно бы смешался и начал невпопад блеять извинения... Но на меня холодная встреча хоть и подействовала, как ушат ледяной воды - однако же и завела не на шутку:

- И не подумаю. Я сделал то, что хотел сделать! Хоть и не думал, что обижу тебя этим или напугаю... Но если так получилось - то подобное больше не повториться.

Гордая девка лишь вскинула подбородок:

- Значит, пусть больше не повторяется!

- Договорились. Завтра утром занесу кастрюлю...

Я развернулся и молча потопал к лестнице, неожиданно сильно вспыхнув - пока в спину не раздался упрёк, произнесенный обиженным, едва ли не плачущим голосом:

- Все вы одинаковые, вам лишь бы зажать!

Я обернулся, надеясь все же продолжить разговор и уточнить, что я никого, вообще-то, не лапал - и руки не распускал. Но дверь в Лизину квартиру уже хлопнула - так что мне осталось лишь в сердцах бросить:

- Да ну и хрен с тобой!

...Расстроенный холодным приёмом у одноклассницы, более всего я рассчитывал, что приду домой и какое-то время успею побыть один. Помою посуду на кухне, замочу грязный свитер, искупаюсь после тренировки... И успею лечь спать до того, как со смены вернётся матушка Сергея.

Увы, вечер преподносит мне одну подляну за другой - только я открыл дверь, как увидел свет на кухне. А ведь я точно все выключил, уходя на тренировку!

Выходят, смены у "мамы" явно не двенадцать часов...

- Серёжа? Ты где был?!

Ну, началось... Интонации незнакомой мне, в сущности, женщины требовательно-обеспокоенные. Она не просто ставит вопрос, она в ультимативной форме требует доклада! В такие мгновения кажется, все матери этого мира одинаковы... А ведь придется изворачиваться, хотя бы на первых порах избегая конфликта.

- На карате, мам. У нас Александр Василич в школе тренировки проводит, решил сходить, попробовать.

Замершая в дверном проёме кухни женщина с фото уточнила со снисходительной, и в тоже время язвительной интонацией в голосе:

- Ну и как? Понравилось?

Я ответил максимально лаконично, надеясь, что в таком случае мой ответ даст меньше всего пищи для обсуждения:

- Да, буду ходить.

Мать Сергея недовольно нахмурилась - на что я поспешил добавить:

- Мне в душ.

В ванную комнату удалось прорваться сразу после того, как "мама" (ну придётся Татьяну Васильевну величать именно так, иначе спалюсь когда-нибудь, ответив ей невпопад!) скрылась на кухне. Так что грязный свитер я снял уже в ванной - и постарался как можно скорее и гуще натереть мылом да залить водой в тазу. Постельное белье, кстати, уже стирается в грозно вибрирующей машинке...

Ох, какой же все-таки кайф после ударной тренировки встать под хорошую такую струю горячей воды! Мылся я с кайфом, невольно растягивая время - пока за дверью ванной комнаты не раздался недовольный возглас:

- Серёжа, давай быстрее! Мы за горячую воду отдельно платим!

Вот блин...

Душ я покинул, целиком завернувшись в большое полотенце, словно в тогу (скрыв им синяки на руках), прихватив постиранное мылом нижнее белье. Но стоило мне только покинуть санузел, как меня догнал очередной вопрос явно чем-то недовольной матушки:

- Уроки сделал?!

Твою же ж... Нет, ну это точно чистилище. Ещё и уроки?!

- Задали немного. Завтра пораньше встану и все подготовлю на свежую голову - а сейчас я уже очень хочу спать.

Слава Богу, это ответ мать Сергея как-то проглотила - причём, судя по некоторому удивлению, читающемуся в её взгляде, она не ожидала, что я честно признаюсь: не делал. Но это не помешало ей сменить тему "допроса", словно опытному дознавателю:

- У тебя сегодня Лиза в гостях была?

Мне осталось лишь обескураженно покачать головой:

- Это так очевидно?

- Ну а кто ещё? Кстати, она приготовила очень вкусные макароны, молодец. Хорошей хозяйкой будет...

Я неопределённо пожал плечами:

- Может и будет. Запеканка у неё неплохая - а макароны готовил я. Рад, что понравились.

- Ты?!

Судя по безграничному удивлению Татьяны Васильевны, Сергей никогда в жизни не утруждал себя готовкой... Зря, кстати.

И пожалуй, зря я признался - стоило действительно спихнуть макароны на Лизку. Но раз уж сказал "а"...

- Кстати, у нас есть картошка? Завтра могу приготовить пюре в обед.

"Мама" удивленно вскинула брови - очевидно, моё поведение вообще никак не укладывается сейчас в картину привычного ей мира. Тем не менее, про картоху узнать стоило... Наконец, после непродолжительной паузы, она ответила:

- В подвале, ты что, не знаешь? Я сама утром пюре приготовлю... А пока могу доширак заварить.

Ну вот ещё - дошик?! Вы серьёзно, мамаша? Хотя... Как-то не сразу вспомнилось, что корейская лапша быстрого приготовления в 90-е пользовалась огромной популярностью - и за счёт своей дешевизны выручала не только студентов.

Что, впрочем, не отменяет её вредности для желудка...

- Не, мам. И тебе не советую, все же вредная штука.

- Серёж, а ты часом, не заболел? С тобой точно все хорошо?!

Маман даже потрогала мой лоб - что я послушно позволил сделать, и лишь только после уточнил:

- Мне все же стоит одеться. И кстати, буду рад, если дашь чистое постельное белье.

На сей раз Татьяна Васильевна неожиданно покладисто согласилась:

- Сейчас дам...

Но только я успел обрадоваться тому, что допрос, ведущий меня в пропасть все более очевидных несоответствий между Сергеем "старым" и "новым" наконец-то закончился, как мама тут же спросила - правда, уже куда мягче:

- Серёж, я сегодня нашла в мусорке журналы...

- Нет, мам. Мы не будем это обсуждать. Я их выкинул, на этом все.

Мама с каким-то странным интересом посмотрела на меня, словно в первый раз увидела сына - после чего пошла в свою комнату, уже на ходу бросив:

- Доешь запеканку. Для тебя ведь готовила...

После тренировки есть на самом деле хотелось зверски - так что от предложения мамы я отказываться не стал, разве что тарелку с остатками запеканки и кружку с чаем забрал в комнату. Заодно собрав в бумажный кулёк чёрного дробленого перца - не самая лучшая альтернатива газовому баллончику, но хоть что-то... Вернувшись в комнату, я ненадолго замер у книжного стеллажа, более внимательно пробежался по нему взглядом - в основном "обязательная к прочтению" советская классика, но нашлось месту и "Последнему из могикан" Фенимора Купера, и "Спартаку" Рафаэлло Джованьоли. Остановившись на последнем, я лёг на порядочно скрипнувшую тахту, надеясь чтением отогнать ненужные мысли из разряда - а где же я завтра проснусь? В теле Серёжи Чуриков - и просто пойду в школу, зайдя по пути за Лизой? Или все же в своём "родном" - за секунду до столкновения с маздой?

В итоге книга не пошла - как только допил чай, пробежав глазами первую, довольно бодрую сцену схватки гладиаторов на арене, я почувствовал, что веки уже смыкаются сами собой. А последняя ясная мысль была про живущую этажом ниже одноклассницу. Классная все-таки у неё запеканка... А вот поговорили в итоге по-дурацки.

Может, завтра получится пообщаться уже спокойнее?

...- Серёжа, вставай! Ты что, будильник не завёл?

- Будильник?

Я уточнил сквозь дрему, ещё толком не проснувшись - и отчаянно надеясь досмотреть сон, в котором Лиза все же ответила на поцелуй и не сбежала из квартиры...

- Уже двадцать минут восьмого!

- Е-мае!

Я мгновенно подорвался с кровати, памятуя о том, что договаривался зайти за соседкой уже в половину - и только теперь осознал, что проснулся в теле Чурикова... Особой эйфории на этот счёт не испытал, но все-таки новый день! Новый день моей второй жизни...

Уже по ходу осознаю, как отчаянно болит тело после тренировки. Кажется, что каждый мускул от рук до ягодиц вчера принял ударную нагрузку, к которой Серёжа Чуриков совсем не был готов... Но какая же это приятная боль!

Стараясь двигаться как можно более резво, я рванул в ванную - почистить зубы, потом вернулся в комнату - быстро одеть джинсы и светлую рубаху с длинными рукавами на выпуск. Подхватив портфель, ворвался на кухню - и быстро сцапав помытую кастрюлю (спасибо Татьяне Васильевне!) рванул к двери.

- А позавтракать? Я яйца сварила!

- Прости мам, не успеваю!

Ответил вроде и дежурно - но получилось вполне естественно. Распахнув дверь, ринулся вниз по лестнице - и уже миновав один пролет, услышал, как скрипит ключ в двери, и из квартиры одноклассницы выходит Лиза.

- Подожди! Кастрюлька!

Вредная девчонка даже не посмотрела на меня, принимая чистую посуду - но, когда дверь за её спиной окончательно закрылась, я постарался максимально радушно поблагодарить:

- Слушай, запеканка отпад. Маман пророчит тебе будущее радушной и умелой хозяюшка!

Не самый, конечно, умелый комплимент - какая девушка из моего времени могла бы и взбрыкнуть: что, быть домохозяйкой по вашему, это мой потолок?! Но Лиза все же улыбнулась - после чего я, пропустив одноклассницу вперёд по лестнице, уже чуть тише уточнил:

- И за поцелуй, если я тебя чем обидел, ты извини. Я и не планировал ничего подобного, все получилось спонтанно...

После чего неожиданно для самого себя добавил:

- Просто ты мне нравишься.

Последние слова, произнесенные под влиянием момента, прозвучали очень правильно - негромко и проникновение. А самое главное, искренне... И конечно, такое признание Лизка не могла проигнорировать! Девчонка резво развернулась ко мне на середине лестничного пролёта, жарко сверкнув глазами - причём в её взгляде, помимо неподдельного возмущения, я разглядел и плохо скрываемую радость... Но ответа вроде "ты тоже мне нравишься" я не дождался - вредная девчонка только недовольно буркнула:

- Хорошо. Извиняю...

Ох уж эти женщины!

Дожимать одноклассницу я не стал - мало ли, сама ещё не разобралась в собственных чувствах? Молча покинув подъезд, мы сразу столкнулись с Димоном, ожидавшим нас последние пару минут. Товарищ не заметил определённой неловкости между мной и Лизой, и приятели тут же начали обсуждать домашнее задание, как ни в чем не бывало... Ну а я молча шёл рядом, размышляя над тем, что в моей голове осталось из школьной программы. Девятый класс? В физике, как мне думается, будет несложно разобраться, повторив последние темы. Алгебра ещё не ушла в сторону высшей математики, разберусь; химия? Никогда не понимал, попробую как-то навести мосты с училкой... Что там ещё вызывает вопросы - геометрия? Тут, конечно, полный провал, кроме теоремы Пифагора ничего не помню - но повторить правила ведь не так и сложно, верно?

Осталось только решить вопрос с домашкой - к чему я тотчас и перешёл:

- Ребят, дайте дэзэ списать, пожалуйста! Вчера до тренировки не успел, да и чувствовал себя не очень - а после трени еле языком ворочал, какие уж там уроки...

Димон только неопределённо пожал плечами:

- Да я сам хотел у Лизы списать. Лиз, поможешь?

Но одноклассница ничего не ответила. Я подумал было, что та решила как следует повредничать - но девчонка вдруг замерла на месте, с откровенным ужасом смотря вперёд. Что там, крупная собака без ошейника? Но проследив за направлением взгляда Лизы, в едва-едва рассеявшихся сумерках я заприметил три смутно знакомые фигуры, замершие в проходе промеж домов... И понял, почему Лиза потеряла дар речи.

Не очень приятная встреча... И судя по всему, не случайная - нас определённо ждали.

- Ребята, убежим?!

Димон дело говорит! Но Савва "со товарищи" уже заметили нас и двинули навстречу - а Лиза, как назло, обула полусапожки на каблуках. В этом она далеко не убежит... Недолго думая, я шагнул вперёд, засунув левую руку в карман:

- Че надо?!

Глава 5.

- Ну что, мудило, тебя предупреждали? Предупреждали... Готовься выхватывать.

Савва - его лицо я более-менее запомнил - идёт вперёд чуть враскоряк, развязной походкой приблатненного гопника, уверенного в себе на сто процентов. Гадливо улыбающиеся шестёрки держаться чуть позади - знают свое место. Пока не запахло жареным, готовы буквально порвать за своего "пахана"! Но чуть что не так, будут сидеть в соплях да со слезами вспоминать мамку - ну как же она останется без единственной опоры и помощника?!

Я таких товарищей привык называть шакалами...

Между тем Савва стрельнул глазами в сторону Лизы - и его вытянутое лицо, явно не блещущее интеллектом, исказила глумливая ухмылка:

- Слышь, Лизон, сейчас мы твоего защитничка уделаем, а потом и с тобой поговорим... Готовься раздвигать ножки!

Мандраж, что начал бить меня при виде приближающихся гопников (сразу трёх!), куда-то пропал после похабных намёков уродца. Да что там намёков - прямой угрозы! Осталась только расчётливая злость... И слава Богу - по одеревеневшему было телу пошла волна жара, расходящаяся от груди к конечностям.

- Ну, ты вначале уделай. Один на один слабо? Или боишься выхватить, как в раздевалке?

Внешне спокойно я шагнул вперёд, разгоняя оцепенение - и одновременно с тем закрыл собой Лизу. А левая рука сама собой скользнула в карман, нащупав бумажный кулёк... Небольшая провокация вполне удалась - более высокий Савва перестал улыбаться, злобно ощерившись:

- Ты, тля, сам напросился! Я тебе без вариантов в землю укатаю, чмо!

Гопник уверенно шагнул вперёд - и тотчас в руке его щёлкнула выкидуха, обнажив короткий клинок... Справа раздался взволнованный голос запинающегося от волнения Димы:

- Савва, т-т-ты чего? Это ж...

- Потеряйся, перхоть! Свалил отсюда!

К чести Димона, тот не убежал - и тут же отчаянно завизжала Лиза, до того оцепенело молчавшая:

- Помогите! Помогите, убивают!!!

- Заткнись!!!

Савва добавил матерную брань в обращение к однокласснице - чей крик лишь подстегнул его рвануть ко мне, довольно неумело замахиваясь ножом... Но в ту же секунду в глаза его полетела добрая горсть чёрного перца!

- Тварь! Тва-а-арь!!!

Попал я довольно метко, точно угадав момент - а когда рванувший вперёд гопник замер на месте, схватившись за глаза и отчаянно завизжал от рези, я что есть дури прописал маваши по тормозам... Все как учил тренер - и как сам я отрабатывал в воздухе, а потом и на макиваре весь вчерашний вечер. Как наглядно продемонстрировал мне удар Ромка! Перенес вес тела на левую с шагом вперёд, вынес вперёд колено правой, что тут же развернул боком - и замкнул удар распрямленной голенью... Бил наверняка, со злостью; получилось рубануть подъёмом стопы резко, в одно движение - но самое главное, я угодил точно в середину бедра!

Так, что завопивший от боли Савва тотчас рухнул на травмированную ногу...

- Убью! Убью...

Гопник не особо креативен в выборе матерных слов, используя в отношении меня тот же "термин", коим ранее была охарактеризована Лиза - и означающий собаку женского пола... Но да и хрен с ним - на меня уже набегает одна из шестерок!

Поспешно зачерпнув левой остаток содержимого кулька, я встретил второго нападающего куда меньшей горстью перца - в то время как третий бросился на Димона... Причём гопник догадался, что я использую перец, он успел вовремя прикрыть глаза локтем! Вот только руки его оказались подняты - а сам шакал на мгновение закрыл себе обзор... Чем я и воспользовался, шагнув навстречу - и прописав чёткий правый прямой в солнышко! По всей науке разогнал удар разворотом корпуса - и перенес вес тела на левую ногу за мгновение до того, как костяшки кулака врезались под дых гопнику...

Мне повезло. Шестёрка оделся довольно легко, в совсем тонкую осеннюю куртку (толстая зимняя минимизоровала бы ущерб) - и никак не успел среагировать на удар. А пропустив его, он сложился пополам, на какое-то время утратив саму возможность дышать... Я же рванулся к третьему гопнику, свалившему Димана и начавшего забивать его кулаками.

Правда, меня опередила Лиза, с размаху приложив шакала сумкой с учебниками! Но удар все одно вышел слабым - и урод успел схватить сумку девушки, вырвав её из рук одноклассницы... Но тут же пропустил совершенно футбольный кик в челюсть! Причём удара я нисколько не сдерживал - и долбанул так, что аж пальцы заныли от боли в довольно крепком осеннем ботинке!

Чего уж говорить о гопнике, чью голову мотнуло в сторону, словно футбольный шар? После чего тот завалился набок от инерции удара, вообще не шевелясь... Надеюсь, это тот самый ушлепок, нежданувший меня в раздевалке! Тогда я как раз вернул должок...

Выключив шестерок, я рванулся обратно к Савве - но тот пока не может толком встать на ноги. Повалившись наземь от простого поджопника, гопник злобно зашипел - но от матов воздержался; в шарящем по земле взгляде уродца читается потаенный страх.

Поднять оброненный в падении нож Савва так и не успел - я первым разглядел сверкнувший холодным металлом клинок, угодивший в грязь, и поспешил поднять трофей. Китаец, что ли? Лёгкий, пластиковая зелёная рукоять - а длина клинка едва ли достигает десяти сантиметров...

- Слышь, Савелий, ты меня этой зубочисткой порезать хотел? Серьёзно?

Савва злобно молчит, угрюмо взирая на меня с земли; вырубленный шакал все ещё валяется лицом в грязи, второй пока сидит на корточках, отчаянно пытаясь вдохнуть... А вот Димону Лиза уже помогла встать - и теперь молча и испуганно постреливает глазами в нашу сторону.

Я же не смог удержаться, чтобы не покрасоваться, наслаждаясь моментом:

- Слышишь, дятел, ну вот смотри: клинок короткий, сам нож лёгкий, упора для указательного пальца нет. Попытайся бы ты им меня пырнуть - и острие ножа застряло бы в верхних тканях, не причинив мне особого вреда. А вот твои пальцы соскользнули бы вниз по лезвию, наверняка бы обрезался... Вот поэтому ножик я у тебя забираю, от греха подальше.

Я нажал на кнопку у основания клинка выкидухи, после чего с явным нажимом спрятал лезвие в рукоять - и только затем добавил:

- У меня дед с фронта вернулся с ножом трофейным. Немецкий штык-нож, только клинок малость укоротили - для рукопашной в окопах в самый раз! Дед трофей, конечно, спрятал... Но если ты от нас с Лизой и Димоном не отстанешь, мне придется этот нож найти. Я доступно излагаю? Может, чего непонятно?

Савва ничего не ответил - но когда я в нетерпении подался вперёд, вынужденно закивал.

- Ну вот и хорошо... Пойдёмте, ребята! А вы дружбану помогите - а то хрен знает, вдруг захлебнется в грязи?

Лиза и Димка поспешно догнали меня; причём мой товарищ, несмотря на расквашенный нос и все ещё струящуюся из него юшку, светится как новый целковый:

- Ну ты даёшь, Серёга! Ну ты даёшь! Когда следующая тренировка по карате? Тоже на неё пойду, обязательно пойду!

Я снисходительно улыбнулся, немного рисуясь перед Лизой:

- Вторник, четверг и суббота... Приходи, Василич настоящий сенсей - и из тебя сделает настоящего бойца!

Я осекся, осознав, что уже чересчур перебрал с пафосом и позерством. Зря я рисуюсь - на самом деле втроём гопари Саввы в девяти из десяти случаев раскатали бы меня в блин, несмотря на все навыки... Да и какие навыки?! Мне просто повезло. ОЧЕНЬ крупно повезло пробить Савве точно по тормозам - и всадить кулак точно в солнышко его шестёрке. Повезло, что Савелий попался на провокацию и вылез вперёд. Повезло, что порыв ветра не смахнул мой же перец мне в лицо, что второй шакал отвлёкся на Димона...

И что не самый храбрый товарищ все же не убежал.

А ведь промахнись я с любым ударом - и меня бы здорово отмудохали без всякой пощады! Могли ведь и покалечить, а то и убить по безмозглой дурости. В сущности, настоящего Серёжку Чурикова ведь по-ходу же убили... Да и наслышан я, как в 90-е уличные отморозки прыгали на головы тех, кого успели сбить с ног!

А что опьяненные безнаказанностью подонки могли на кураже сделать с Лизой, затащив её в ближайшие кусты, мне даже думать не хочется... Ведь несмотря на оживленный утренний час, когда все бегут на работу или в школу, на отчаянный крик одноклассницы никто из взрослых так и не среагировал! Дай Бог, если хоть кто-то ментов вызвал... Но когда ещё те среагируют и пришлют наряд?

- Ты ответишь! Слышишь, урод?! Ты ответишь!

Я обернулся к гопникам, закипая от нахлынувшего на меня гнева - окрик раздался как раз тогда, когда я закончил себя накручивать. Пальцы правой руки сами собой легли на рукоять трофейного ножика - но развернувшись, я разглядел школьников, следующих позади и опасливо обходящих "Савву и Ко". Ну понятно, рисуется урод, марку перед невольными зрителями держит...

Вопрос только - насколько публичные обещания мести имеют силу? Или же Савва перед школотой хорохорится, а так-то проникся моим "предупреждением"?

Время покажет...

Школа встретила меня тёмными, обшарпанными коридорам, явно заждавшимися ремонта, да отборными матами в фойе - эпоха расчеловечения, что вы хотели? Старая советская мораль больше не работает, а новая "рыночная" идеология поставила во главу не традиционные ценности, а одну единственную максимуму: "за деньги можно все".

В свою очередь, царящий на улицах культ "правильных пацанов" оставляет не так и много шансов простой человеческой морали. Зачастую её заменяют "понятия", эрзац-справедливость для круга избранных, в который и входят те самые "правильные пацаны". А за пределами его дозволено все, за что не накажут...

В своё время я зацепил девяностые несмышленным ребёнком, не особо осознающим глубину пропасти, в которую рухнула страна после развала СССР. А юность пришлась на чуть более спокойные и осознанные нулевые - хотя и тогда ведь... Хватало всякого. Район на район при мне ещё ходили, и на гопников сам налетал - и девчонок в потемках также насиловали, и убивали на гоп-стопе, ударив сзади чем тяжёлым по голове.

Но время было уже другое - и все происходящее воспринималось как отголосок, отмирающий пережиток беспередела, творившегося в России при Ельцине... Но теперь я попал едва ли не в самый разгар беззаконного времени!

Хотя для кого-то текущая эпоха есть время больших возможностей...

Одноклассники. Ещё одна проблема - я никого не знаю в лицо, не знаю по имени. На паре общих фотокарточек, найденных в вещах Сергея, никто не подписан, выпускного альбома нет - ведь только девятый класс! Так что мне осталось лишь последовать за Диманом к своей парте - хорошо хоть я правильно рассчитал, что мы сидим вместе. Но теперь стоит много молчать и слушать - внимательно слушать, как обращаются друг к другу одноклассники...

Ребята, кстати, вроде нормальные. Судя по первому взгляду, среди парней нет лидера-заводилы, подбивающего остальных травить изгоев. Ну, подобного Савве... Все вроде разбились на группы по интересам - а легко узнаваемые развязными повадками "правильные пацаны" среди одноклассников не наблюдаются.

И то хлеб... Одноклассницы - одноклассниц не так много, сказывается специфика физико-математического класса (в этом мы с Чуриков совпали, я также учился в "А"). Молоденькие, симпатичненькие, но до расцвета женской привлекательности им ещё далеко - и на фоне подружек Лиза даже выделяется длинными, стройными ножками.

Так я думал, пока в класс не вошла она... Этакая царевна-лебедь на фоне прочих синичек! Высокая, с развитой, совершенно женской фигурой, с густыми и чёрными как смоль волосами, перевитыми тонкими, причудливо заплетенными косичками... Очень привлекательное лицо с явно доминирующими восточными чертами - с изящными, вразлет бровками, раскосыми выразительными глазами и красиво очерченными губами... Добавить к этому аккуратно и неброский макияж, не кричащий - но явно подчеркивающий красоту девушки. И облегающее изящную фигуру темно-зелёное платье с довольно вызывающим вырезом на груди... Высокой, совершенно точно женской груди на первый взгляд!

Да и на второй тоже...

Это вообще законно - так наряжаться молодым училкам?! Но каково же было моё удивление, когда девушка, непринуждённо поздоровавшись с моими одноклассницами, бросила вещи на парту на соседнем, правом от нас ряду!

- Она что блин, второгодница?

Невольный вопрос я озвучил совсем негромко, себе под нос - но Димка его все равно услышал:

- Серёг, ты сходи все-таки к врачу, у тебя по-ходу частичная потеря памяти. Это же Карина Карташова, она круглая отличница, на медаль идет! Гордость класса...

- Ага. И причина стояка у всех наших пацанов?

Димка коротко хохотнул в ответ на грубую шутку; засмеялись и два парня за соседней партой, услышав моё замечание... И ведь как ни странно, их смешки привлекли внимание нахмуревшейся "гордости класса", обернувшейся к нам с сотоварищем. Мои губы сами собой сложились в приветливую улыбку - но ответ Карташовой был подобен ушату ледяной воды:

- Че вылупились, придурки? Проблемы?!

- М-м-м... А что так агрессивно, мадемуазель? Встали не с той ноги? Или именно сегодня волшебное зеркальце призналось, что есть и более прекрасные девы?!

Ответил я невпопад, первое, что пришло на ум - но отсылку к сказке Пушкина Карташова вполне поняла, поджав губы и недобро сверкнув глазами.

- Чуриков, ты че такой борзый? Вчера по голове получил, сегодня совсем берега попутал? Так ещё получишь, если не заткнешься!

- Девушка, только один вопрос: вы с какой цепи сорвались? Ваше бешенство не заразно? Ой, нет, это уже два вопроса...

Не люблю хамства. Да его никто не любит - просто не все решаются ответить, столкнувшись с ним... Карташова ядовито улыбнулась - и только теперь я заметил, что в классе царит напряжённая тишина:

- Ну все, Чуриков, ты попал. Пиши завещание...

Голос. Вот голос у царевны-лебедь, честно говоря, не очень - язвительный и противный. Хотя может, все дело в выбранных девушкой интонациях?

- Блин, Серёга, ты чё?! Каринка с Кузнецом встречается, он же КМС по боксу! На районе в числе центровых!

Да ешкин кот! Час от часу не легче... Хотя ведь стоило бы догадаться, что у царевны-лебедь не может не быть ухажера ей под стать...

- Да хоть мастер спорта. Это не даёт ей права общаться с одноклассниками через губу, переходя на оскорбление лишь только за то, что в её сторону как-то не так посмотрел... Что особенно странно, учитывая, как местная примадонна расфуфырилась!

Ответил я нарочито громко, чтобы услышал весь класс. Однако эту плюху Карина молча стерпела - лишь по гордо выпрямленной и явно напряжённой спине "царевны" можно предположить, что укол все же задел её... Осмотревшись по сторонам, я заметил весёлые огоньки в глазах пацанов да и девчонок - а один незнакомый парень даже с одобрением кивнул.

А вот Лиза (сидящая на крайнем ряду слева) наоборот, недовольно отвернулась... Ох уж эти женщины! Одни беды от них!

Но ведь и радости тоже, верно?

...Шесть уроков пролетели незаметно. По счастливой случайности, учителя меня сегодня не спрашивали - хотя я честно изучал учебники по каждому из предметов по насущной тематике, повторял формулы и определения. Но вспомнить удалось не все... С Лизкой я практически не общался, да и с Димоном перекинулся всего парой фраз. Остальные одноклассники меня также не трогали - возможно, из-за сочувствия перед грядущей встречей с кэмээс по боксу, Толиком Кузнецовым по прозвищу "Кузнец".

Карташова меня естественно, старательно игнорила - на что я отвечал ей полной взаимностью... Но вот прозвенел звонок с последнего урока - и я поспешил на улицу первым, лихорадочно разминая руки и плечи. Димку и Лизу ждать не стал - мало ли ещё попадут под раздачу? А выйдя из школы, я тотчас заметил понтовую, серебристую "девяносто девятую" у самой ограды - да скучающего подле рослого парня лет девятнадцать-двадцати с сигаретой в руках. Или родители прям упакованы, или же боксер не только спортом занимается...

Я замер в некоторой нерешительности - по большому счету, уличная драка исповедует простой, но действенный принцип "бей первым". Однако что-то внутри меня подсказывает, что я никак не вытяну драку с этим товарищем, даже если первым начну...

Разве что... Рука сама собой коснулась правого кармана куртки, где покоится трофейный ножик - не окопный дедовский, конечно, а тот, что я отжал у Саввы. Но стоило мне только коснуться пластиковой рукоятки, как я заметил Карину, следующую к своему ухажеру... Интересно, ей хотя бы есть шестнадцать? Уж очень мне сомнительно, что отношения одноклассницы и "Кузнеца" ограничены невинными поцелуйчиками - не та эпоха и не те понятия сейчас в людских головах...

А жаль.

Словно почуяв, что я смотрю на неё, Карташова резко обернулась, с ног до головы окинув меня полным презрения взглядом... После чего девушка быстро подошла к своему боксеру и что-то резко произнесла. Ну конечно, жалуется - вон уже и Кузнец посматривает в мою сторону с каким-то нездоровым интересом...

Глава 6.

Сев в машину, Карина громко хлопнула дверью «девяносто девятой» – а следом, бросив на землю недокуренный бычок, к авто двинулся и сам Кузнец. Тоже мне, спортсмен… Честно сказать, я подумал, что он прихватит в машине что-то грозное и увесистое, хотя и непонятно, зачем – шансы ведь итак не равны! Но нет – боксер преспокойно завелся и без всякой суеты укатил, не удостоив меня даже маломальской угрозы…

Хотя это на самом-то деле и страшно. Я думал, что отделаюсь разбитой рожей – ну не стал бы он меня убивать в школьном дворе, в самом-то деле? Однако теперь возможны варианты…

- Квиты.

- Что, прости?

Я обернулся на хорошо знакомый голос, раздавшийся за спиной – и Лиза терпеливо повторила:

- Мы квиты. Ты сегодня утром спас меня от Саввы, а я поговорила с Кариной, чтобы она не жаловалась Толику.

- Ого! Ну, спасибо, чего уж там…

Однако холодная как ледяной айсберг девушка уже двинулась вперед – и лишь удалившись на пару метров, она не удержалась от шпильки:

- Все знают, что ты сохнешь по Каринке с первого класса – а теперь решил обратить ее внимание на себя уже совсем по-детски? Обычно мальчики обижают понравившихся им девчонок в начальной школе…

- Да хватит тебе. Я же сказал, ты мне нравишься!

- Ну-ну... Провожать не надо.

Лизка отвернулась и с самым независимым видом двинулась прочь... А я не стал ее догонять. Во-первых, «ты мне нравишься» на сей раз прозвучало далеко не так уверенно, как утром, до встречи с Карташовой. Хотя красивые самовлюбленные стервы не то, чтобы в моем вкусе...

Но, во-вторых, сознательно или бессознательно, уже сама Лиза ведёт себя как стерва. Ну, или как минимум, неестественно обиженная женщина, использующая чувство вины мужчины как средство манипуляции. Мне это не понравилось – да и внутренняя чуйка подсказывает, что догонять одноклассницу и навязывать ей свое общество сейчас есть не самая лучшая идея. Хочет обижаться? Пускай – бегать за ней точно не буду. Отойдет, поймет, что вела себя как стерва – будет чуть более покладистой. А если нет? Ну, на нет и суда нет, действительно же квиты.

- Ну что, Димон? Погнали до дома?

Держащийся где-то на периферии товарищ, для себя четко решивший, что на сегодня мордобоя ему достаточно, теперь незаметно поравнялся со мной – кивком головы указав в сторону Лизы:

- Что, не будем ее догонять?

- Нет, конечно. Так, на расстоянии присмотрим, мало ли… Но Савву я что-то не вижу.

- А Саввы с дружками сегодня в школе нет, не пошли. Говорят, что-то плохо им стало, хахах!

Я кивнул товарищу, невольно заряжаясь его оптимизмом – и уже вместе мы двинулись вслед за Лизой, ровно два «топтуна» из царской охранки. Держимся открыто и на виду – а при случае придем на помощь…

Но случай не представился – мы вполне спокойно дошли до дома, обсуждая субботнюю тренировку по карате и время выхода. И уже перед самым подъездом мазнув взглядом по сторонам, я увидел на столбе относительно свежее объявление с крепким парнем в перчатках. А подобравшись поближе, прочел: «объявляется набор в юношескую группу по боксу, дворец спорта Звездный». Ниже был написан телефон, что я быстренько переписал в первую попавшуюся под руку тетрадку.

- Ты чего, Серый? Хочешь и на бокс пойти?

Я согласно кивнул:

- Почему бы и нет? Если с карате по времени биться не будет, можно попробовать…

Димка только головой покачал – а в глазах его сверкнули насмешливые огоньки:

- Ты из-за Каринки что ли? Слушай, ну тебе с ней ничего не светит…

- Диман, хорош! Хочу пойти на бокс, потому что хочу - и точка!

Товарищ пожал плечами – а я, не удержавшись, добавил:

- И прими к сведению, мой друг: пока ты считаешь, что тебе что-то не светит – понравившаяся девушка, хорошие оценки, призовые места на соревнованиях или хорошая должность на работе, ты ничего и не добьешься. Потому что с такой установкой ты просто не будешь ничего делать, не заставишь себя действовать! А вот если поставишь перед собой цель – то даже не сумев ее достичь, ты ведь все равно поднимаешься на несколько ступеней над прежним собой.

- Ну, ты даешь… Ладно, Серег, до завтра. В девять выходим?

- Да, давай в девять.

…Несмотря на тянущую боль в мышцах, я бодро взлетел на пятый этаж, внутренне готовясь к тому, что придется остаток дня провести рядом с «мамой». Но квартира встретила меня тишиной пустого жилья – а на кухонном столе обнаружилась записка, написанная впопыхах чуть дрожащими буквами: «Сынок, извини пожалуйста, вызвали на работу, обещали сверхурочные. Картошку и лук я принесла из подвала, если сможешь – отвари себе пюре».

- Хм… Ну, так даже лучше.

Действительно лучше – ведь никто не будет докучать вопросами, и не станет мешать походу на тренировку, если вдруг сегодня есть занятия! С замирающим сердцем я вышел в коридор, где на табуретке притаился стационарный телефон – и, набрав заветные цифры из объявления, прижал трубку к уху. Что важно, буквально через пару гудков в ней послышался негромкий шорох – а затем и хрипловатый мужской голос:

- Алло?

- Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, еще можно записаться в юношескую секцию по боксу?

- Нет, мы закончили набор в конце сентября, группа сформирована.

- Как жаль! А что, неужели нельзя взять еще одного? Я ведь быстро втянусь…

- Вам сколько лет, молодой человек?

- Шестнадцать.

- Ну, тем более нельзя, у нас потолок четырнадцать лет.

- А если к взрослым?

На обратном конце трубки негромко засмеялись – после чего раздался уточняющий вопрос:

- Молодой человек, а у вас есть хоть какой-то опыт в единоборствах?

Промедлив всего мгновение, я отчаянно выпалил:

- Карате!

Еще один смешок, после чего неизвестный наконец-то представился:

- Меня зовут Андрей Витальевич, я тренер старшей группы по боксу. Приходи сегодня к пяти часам, посмотрим, что из себя представляешь… Да, как зовут?

- Сергей Чуриков.

- Ну приходи, Сережа… Только без опозданий, иначе не пущу!

- Понял, понял вас, спасибо!

Но на другом конце провода уже послышались короткие гудки… Я быстро нашел взглядом настенные часы, стилизированные под циферблат ручных – время пока только два часа дня. Успею, за час выйду – и наверняка успею…

Но в итоге едва не опоздал.

Нет, я не проспал – спать особо не хотелось. Дома на меня напало кулинарное вдохновение – и вместо простенького пюре я натер помытую и очищенную картоху на терке, тщательно отжав "фарш". Натер штук десять картох, не меньше, жадничать не стал... Также я нарезал мелким кубиком три луковицы; рассекал их вдоль волокон, но не разделял до конца – так, чтобы не распадались при поперечном нарезе… Довольно удобный способ резать лук именно кубиком – последний я чуток обжарил на сковороде, чтобы в тертиках он дошел вместе с картофаном!

Муки я добавил совсем чуть-чуть – так-то её вообще можно было не добавлять. Ведь тогда при жарке получается этакая вариация жареной вермишели из картофеля! Но ради маман я постарался приготовить именно тертики – или драники, кому как удобнее их называть. Мы в семье, к примеру, всегда называли тертиками... И это блюдо было настоящем «картофелем фри» нашего детства – до открытия «Макдональдса» и прочих фастфудных забегаловок! Как, впрочем, и горячие бутерброды с кетчупом, колбасой и сыром (и майонезиком сверху!), запеченные в духовке, были лучшей пиццей начала нулевых…

Но о последних мне пока остается только мечтать – да и вопрос о том, как раздобыть деньги хотя бы на карате, встает передо мной в полный рост. Что-то никаких трех рубликов на карманные расходы утром я от матушки не получил – хотя, конечно, бежал как угорелый, могла и забыть… Однако, несмотря на такие пережитки еще советского достатка (даже роскоши!) как телевизор, пианино и телефон, живем мы с Татьяной Васильевной довольно бедно - судя по очень скудному наполнению холодильника.

Так что надо думать…

Поев, я немного почитал – но возбуждение перед тренировкой очень быстро захватило меня целиком! Я ведь нисколько не лукавил, ответив Димону, что хочу попробовать себя в боксе – в своем прошлом я вообще хотел попробовать себя едва ли не в каждом виде единоборств… Так что вскочив с кровати, я сразу начал упражняться, набрасывая удары по воздуху в режиме «бой с тенью». Никогда не занимался боксом, да и в хапкидо ударам рук не уделяли много времени – но увлекшись ММА с началом популяризации этого спорта еще Федором Емельяненко, я посмотрел многие видео-семинары с ним, старательно вникая в объяснения легенды. Да, парень с ДЦП мог повторить едва ли десятую часть того, что Федя показывал на семинарах – но то, как двигался «Последний император», как он доступно и простым языком объяснял технику ударов и как уверенно, четко демонстрировал свои навыки… Все-таки Федя – это огромная величина в ММА!

И вот сегодня я повторял все то, что он показывал в формате простейших защитных связок. Начал с уклона вправо под джеб с прямым ударом левой по корпусу - и тотчас правый прямой в голову на выходе с уклона! И наоборот, уклон влево под кросс «тени», пытаясь пробить правой в живот, и левой – как только распрямляешься… Вот тут-то я и понял, что уже далеко не так хорошо помню семинары Феди. Ведь удар левой прямой на выходе с уклона, это все равно ведь очень легкий удар. Джеб – он же как консервная банка, отвлекающий, разведывательный удар. И лишь единицы способны нанести им действительно серьезный урон!

Кроме того, при уклоне влево, правый прямой по корпусу также выходит каким-то неуклюжим, что ли… И в конечном итоге я стал просто пробивать по воздуху двоечку прямых, нацеленных в голову «тени» – то есть воображаемого соперника, с которым проводишь условный спарринг. Хотя визуализировать можно и обыкновенный боксерский мешок…

Закончив с уклонами, я перешел к ныркам – это чуть более иная защитная техника. Если уклоны работают против прямых ударов противника, когда ты защищаешься, шагнув вправо или влево в сторону от джеба или кросса, то нырок – это когда боец пружинисто присаживается на ногах, ныряя вниз, словно поплавок. Последние чаще используют в качестве оборонительной техники при боковых ударах противника. Причем, если мне память не изменяет, на контратаке Федя также показывал именно хуки, то есть боковые удары на выходе с нырка.

Ну что сказать? Если прямые и по воздуху летят нормально, боковые не пошли вообще. Попробовал еще апперкоты – но честно сказать, вышло очень зажато и скованно. По крайней мере, пока пытался пробить ими в подбородок воображаемого оппонента... В район живота пошло вроде чуть лучше – и собственно, на отработке именно апперкотов я почувствовал заметную усталость. А взглянув на часы, понял, что мне вот-вот выходить!

В итоге-то да, вышел я ровно в четыре – но как быстро выяснилось, маршруты основных автобусов мне непривычны, ходят они куда реже, а до Звездного с остановки нужно еще добежать… Да и внутри спорткомплекса пришлось искать боксерский зал!

И каково же было мое удивление, когда я, буквально влетев в зал «под бой курантов» увидел работающих на мешках спортсменов, оживленно пробивающих по ним серии ударов… Выходит, разминка давно уже закончилась?

- Молодой человек, вы к кому?!

По голосу я узнал тренера. Как оказалось, довольно невысокого и даже щуплого мужчину лет пятидесяти, с заметными залысинами на висках – и одетого в несвежую, видавшую уже виды серую футболку да синие спортивные штаны.

- Андрей Витальевич, да это я с вами днем по телефону разговаривал, Сергей Чуриков! Вы разрешили попробовать в старшей группе...

Тренер широко улыбнулся, сверкнув золотыми коронками – к слову сказать, какая-то неприятная у него улыбка, ехидно-насмешливая, отталкивающая… Но первое впечатление бывает порой обманчивым, верно?

- А-а-а, каратист? Надо же, не опоздал… Ну давай, показывай, чего умеешь.

- Да я как-то…

Обескураженный подобной встречей, я неуверенно осмотрелся по сторонам – и еще большей неуверенности мне добавило то, что добрая половина тренирующихся в зале с каким-то насмешливым любопытством косятся в мою сторону.

- Слушай, Сереж, ну ты же ведь сказал, что у тебя есть опыт в единоборствах? Сказал. Так вот, мне нужно понять, что ты действительно умеешь… Ну и потом, в боксере что самое главное?

Андрей Витальевич не стал дожидаться, пока я соображу, и ответил на свой вопрос сам - причём с некоторым нажимом в голосе:

- Правильно, в боксере главное – это характер. Так что нужно на тебя посмотреть, нужно… Иди переодевайся – и постоишь с Пашкой Колесником пару раундов в ринге, посмотрим на твои навыки и характер…

Мне осталось молча пожать плечами, принимая условия тренера. Можно было и уйти – но отступить вот так вот просто, без боя, я и сам не захотел… Переоделся быстро, а от бинтов отказался, сразу взяв протянутые мне боксерские перчатки – ну не умею я вязать бинты, ни разу в жизни не доводилось! В зале раздались первые ехидные смешки, но в ринг меня все равно пропустили... А следом в него поднялся и мой оппонент, боксер лет восемнадцати с развитой мускулатурой рук - и удивительно ю честным, открытым лицом.

Ну, с Богом…

- Давай Паша, размотай каратиста!

- Пашка, вперед!

- Ты сильно не бей – посмотри, какой хлюпик!

Н-да, когда зрительская аудитория болеет против тебя, это прям… Задевает. Особенно, когда нечто подобное происходит с тобой впервые! И особенно, когда сам за себя понимаешь, что шансы на твою победу в спарринге стремятся к нулю…

Тренер вывел нас обоих на середину ринга – после чего напустил официоза:

- Спортсмены! Поприветствуйте друг друга и покажите нам чистый бокс! В позвоночный столб и в затылок не бить, не кусаться! Бой!!!

Это что, отсылка к бою Тайсон-Холифилд, часть вторая? А тренер прям остряк...

Я шагнул навстречу к сопернику, вытянув вперед левую руку для приветствия… И тут же пропустил левый прямой на скачке - жесткий левый прямой, очень резкий! В глазах от джеба Колесникова брызнули искры, а голову дернуло назад – и ко всему прочему, разбитый только позавчера нос сразу же потек…

- Хахахах!

Присутствующие в зале зрители взбодрили меня издевательским смехом – и следующий пристрелочный удар я принял на блок предплечий, резво вскинув их к голове! Но даже сквозь блок мою голову ощутимо тряхнуло… Так что не увидев, а скорее даже почувствовав, что оппонент разгоняет правый прямой, традиционно замыкающий боксерскую двоечку (куда более тяжелый, нередко нокаутирующий удар!), я резво пригнулся с подшагом левой ноги вперёд. Перчатка Колесника рассекла воздух над самым ухом – а я по наитию пробил крюк левой по печени оппонента!

Конечно, я не очень силен в терминологии. Но сместив корпус влево в момент уклона, я тут же пружинисто скрутился вправо, разгоняя удар - и выстрелил по печени противника согнутой левой! Получился корпусной апперкот, коим я замкнул общее движение тела, вложившись в "крюк"... А распрямившись, тут же пробил двоечку в голову оппонента!

Вот только Пашка эту двоечку принял на глухой блок предплечий, отступив назад. Однако же, когда он опустил руки, я заметил, что губы соперника кривятся от болевых ощущений – и взгляд его вовсе не так безмятежен и спокоен, как перед началом раунда...

Вдохновившись первым успехом (и тем, как напряженно притих зал!), я пошел вперед, надеясь… Надеясь победить, в конце-то концов! Да, я не боксер – но ведь апперкот по корпусу как-то пришел в столь нужный момент! Да и механику переноса веса тела в момент удара я поймал... Значит, нужно пробовать!

Приблизившись к Колеснику, я попытался достать его джебом – но тут боксер как-то играючи сместился влево, уйдя от моего удара мягким скользящим шагом. А затем... Затем я только и успел увидеть смазанное движение – соперник пробил жесткий, акцентированный хук справа прежде, чем я вернул левую руку к челюсти…

Как же быстро он двигался!

На краткое мгновение в моих глазах потух свет - а прояснилось зрение в тот самый миг, когда я впечатался спиной в настил ринга... Нокдаун. Небольшое сотрясение мозга, если быть точным - после которого ещё можно продолжить бой. Памятую про обязательный счёт до десяти секунд, я попытался встать на колени – но тотчас надо мной послышался голос тренера:

- Вот что и требовалось доказать – карате против бокса вообще ни о чем!

- Обделался, каратист?!

- Лучшая ударка – это бокс!

- Балеринам тут делать нечего!

Блин, во взгляде мутится – так, словно я очень долго кружился на месте, а после резко замер. Все плывёт перед глазами… Впрочем, пару секунд спустя зрение чуть прояснилось – и оглянувшись по сторонам, я с изумлением разглядел Кузнеца и Каринку, замерших у входа в зал. Толик еще не успел снять верхнюю одежду – а Карина, встретившись со мной взглядом, ехидно усмехнулась… Мол, все равно я получил за свои слова!

- Так, ладно, кончаем балаган… Ты, Сережа, для бокса не подходишь, слабоват. Иди на свой балет, там ногами дрыгай… Так, Кузнецов! Почему опаздываешь на тренировку, а?! Или выиграл область, так теперь можно отдыхать? Почему посторонние в зале?

Андрей Витальевич разошелся не на шутку, ругаясь на своего чемпиона, полностью забыв про меня – а Колесник даже помог встать. Но выпрямившись, я зло бросил в спину тренера, оказавшегося на деле хитровыделанным мудаком:

- Слышь, «сенсей», я же с твоим учеником боксировал. По боксу он, конечно, в сто раз круче – но боксом я ни дня не занимался… Однако зря вы говорите, что бокс круче карате – я же ногами не работал.

- Так, надоел, вали отсюда!

На мгновение обернувшись, Андрей Витальевич отмахнулся от меня, словно от какой мухи. Но я уже не смог успокоится, вернув ему недавнюю язвительную усмешку:

- Не, ну если зассали, то я, конечно, пойду…

- Что-о-о?!

Второй раз за этот вечер зал притих – вот только уж больно какая-то мрачная, многообещающая эта тишина… А тренер оскалился так, словно сам сейчас пропишет мне двоечку! Впрочем, он быстро взял себя в руки, снисходительно бросив:

- Ну, смотри, отсюда ведь на скорой поедешь. За язык никто не тянул – да и парни скажут, что ты лег после первого удара.

- Значит, мне решено бить ногами?

Все-таки Андрей Витальевич призадумался на пару мгновений – но оценивающе осмотрев меня, только махнул рукой:

- Валяй. Тебе каратист, и ноги не помогут!

Я развернулся к Колеснику, на что тот молча пожал плечами – мол, сам напросился… Но между тем, боковым зрением я успел заметить, что едкая ухмылка пропала с лица Паши – и что в глазах ее промелькнула тень легкого беспокойства… Впрочем, наверняка мне просто показалось.

Паша отступил на пару шагов назад – и тренер тотчас выкрикнул:

- Бой!

Я ожидал, что боксер сразу пойдет вперед – добить, пока я не оклемался после нокдауна. Но, кажется, Колесник дает мне восстановиться - вроде все же неплохой парень… Даже жаль, что я разделил ринг именно с ним.

Соперник перемещается легкими приставными шагами, попеременно меняя направление движения. Я попробовал последовать его примеру, чтобы поймать такт движений - но увы, тут же закружилась голова… Тогда я просто замер в центре ринга, сосредоточив внимание на ногах боксера. Паша сделал пару обманных финтов руками, вытягивая на себя – но я их просто проигнорировал, ожидая, когда оппонент пойдёт в настоящую атаку.

- Пашка, хорош танцевать!

- Кончай его!

Подзуживаемый зрителями, Колесник все же двинул ко мне, рефлекторно качнув корпусом в стороны - мешая прицелиться по верхнему уровню. Но бить выше пояса мне не хватает растяжки... И я просто поймал момент, когда приблизившийся боксер с шагом переносит вес тела на левую ногу.

Тут же всадив в ее коленный сустав маваши-гери!

Пробил по "классике", провернувшись на носке левой и резко закрутив тело в удар - вынося им опорную ногу соперника так, что та буквально вылетела вперед и в сторону!

- А-а-а-а!!!

Пашка не смог сдержать болезненного вскрика, рухнув на ринг – и тут же меня грубо и резко толкнули к канатам; я едва устоял на ногах!

- Слышь, урод, если ты Пашку травмировал, мы тебе самому ноги переломаем!

- Да не надо Андрей Витальевич, он просто подловил на шаге. Это больше подсечка была...

- А что тогда заорал?!

На мгновение вспомнив обо мне, тренер развернулся - и бешено закричал:

- Свалил отсюда! На хрен гребанных каратистов! Чтобы я тебя здесь больше не видел, чмо!

Конечно, вновь склонившийся над Пашкой тренер использовал более крепкие слова – но мне, честно говоря, уже плевать. Перелезая через канаты, я чётко осознал, что этот моральный урод пригласил меня просто на потеху, услышав, что я занимался карате. Решил устроить себе небольшое развлечение, ланиста недоделанный!

И да, мне даже немного жаль Колесника, явно нормального парня - но все же как приятно осознавать, что я обломал кайф старому мудаку...

Хорошо ещё, что никто из боксеров не бросился на меня на выходе из зала – хотя Кузнец и проводил долгим, неприязненным взглядом, что я предпочёл просто проигнорировать... А вот Карина слово бы спряталась за своего парня – так, что выражение ее лица я уже не увидел.

Честно говоря, жаль…

Уважаемые читатели! Считаем необходимым напомнить вам, что история вымышленная, все имена выдуманы - а все совпадения случайны.

Глава 7.

Обидно. Блин, как же обидно, что тренер оказался таким мудаком! Ведь он же готовит спортсменов, он должен их не только боксерским ударам и защитам-уклонам выучить – но и людей из них воспитывать, чтобы свои навыки использовали лишь для самообороны или защиты близких!

На мгновение я замер, одолев полпути от остановки до дома, полной грудью вдохнув прохладного осеннего воздуха – порыв ветра донес до меня едва уловимый, сладко-пряный аромат прелой листвы… Блин, да что я такое несу? Тренер должен «воспитывать»? Ну-ну… Как-то я уже подзабыл, что добрая половины «быков» из 90-х, начавших со сбора дани на рынках и с торговых палаток, и закончивших похищениями, изнасилованиями и убийствами, на самом-то деле вышла из спорта… И не хочу никого обидеть – но если провести статистический анализ между боксом, самбо и дзюдо, ну и карате заодно (хотя ведь в СССР его временно запрещали), то какой процент бандитов пришел именно из бокса?!

А Андрей Витальевич, судя по возрасту, начинал тренировать именно при СССР…

Немного постояв на месте, пытаясь еще уловить, услышать тот самый аромат золотой осени, я продолжил свой путь домой, размышляя обо всем и сразу.

Вот девяностые – эпоха расчеловечения, верно? Все так, старой советской морали не стало – а новая, «рыночная мораль», отменила все традиционные духовные скрепы. Причем процентов девяносто – девяносто пять жителей «современной» мне России (то есть образца 98-го года) с огромной радостью вернулись бы в СССР. Иными словами, все простые люди, дико скучающие по ощущению защищенности со стороны государства, по старым человеческим отношениям, по уверенности в завтрашнем дне (пусть и уверенность эта оказалась ложной), по натуральным продуктам, в конце-то концов!

Все эти люди мечтают вернуться в золотые годы своего детства, юношества или зрелости.

Ностальгия застилает их взор при воспоминаниях о пионерском галстуке, о турпоходах и песнях у костра, о студенческих сборах урожая, о твердой зарплате, что в любом случае хватило бы на самое необходимое… О том, что каждый из советских граждан – КАЖДЫЙ! – был трудоустроен и мог обеспечить семью! О путевках в оздоровительные санатории, в том числе и на море, о бесплатном жилье… Пусть его и было мало.

Ну и конечно, о вкусном и натуральном копеечном мороженом – куда же без него!

Наверное, современники Сергея сейчас с ностальгией вспоминают даже о том, что когда-то вызывало у них откровенное раздражение – общий дефицит вещей и продуктов, бесконечные очереди в магазинах, партийные нравоучения и идеологическую накачку, что уже не работала в 80-е. Все равно было лучше, точно лучше, чем сейчас…

А ведь я в детстве также был горячим поклонником и идейным сторонником СССР – все же в 90-е мы учились еще по советским учебникам, читали советские книги в библиотеках, смотрели советские мультики и сказки наравне с зарубежным импортом. Мне в память очень врезалась одна небольшая история о парне, решившем заработать сто рублей, начав собирать деньги с червонца. Но в конечном итоге осознавшем, что бумажки не стоят человеческих отношений с друзьями, что он уже начал портить… Правильные были книги в СССР – и писали их для того, чтобы воспитать детей людьми.

Но почему-то не получилось…

Мало кто над этим задумывается – но ведь все бандиты-спорстмены и проститутки 90-х, коррупционеры и воры-чиновники, все бизнесмены и олигархи… Они ведь все родом из СССР.

Вот кто пришел на смену коммунистам во власти в 91-м? Да все те же коммунисты, причем выходцы из партийной элиты. Бандиты? Ну, за исключением воровского сообщества, всегда бывшего этакой обособленной кастой, да оставшихся не удел силовиков, большинство бандитских группировок сформировали именно спортсмены. Вчерашние школьники и студенты, вчерашние пионеры и комсомольцы… Ну так и девушки – и ведь в большинстве своем привлекательные девушки! – принявшиеся торговать своим телом, не так давно носили пионерские галстуки.

Я ничего не хочу сказать о тех «жрицах любви», кто вышел на панель именно потому, что нечего было есть. Вот вообще нечего – слышал я о таких ситуациях, когда или голодная смерть, или… Как и о том, что девушки отдавали телом навязанные им долги, и что часть проституток подсаживали на наркотики. И что девчонок приглашали на различные кастинги – а в конечном итоге забирали документы, силой превращая несчастных в секс-рабынь.

Но ведь были же и те, кто по своей воле раздвигал ноги за деньги – и почему-то мне кажется, что этих «гетер» было больше… Хотя могли же получить пусть и простейшую профессию и работать, пускай за небольшие деньги – но ведь с голода бы не умерли, верно? Как и замуж выйти, пусть и жить при этом довольно скромно… Однако же выбор в любом случае был?

Н-да… В детстве я был горячим поклонником и сторонником СССР – но в юношестве как-то поспорил со своим дядей на счет величия «Красной империи». На что последний, усмехнувшись, ответил:

- Да-да, все так… Но знаешь, вот как сейчас помню плакаты с транспарантами: «Партия – это совесть и честь советского народа!». Но люди-то видели, что в партию валом прут приспособленцы и карьеристы, старающиеся урвать себе кусочек от пирога советской роскоши. Продвинешься в городской или районный комитет – и встанешь поближе в очереди на бесплатное жилье. А там уже поспеют и квота на автомобиль, и лучшие путевки в санатории… Но главное – любые продукты в любом количестве от местных производителей по бросовым ценам! Это же какая благодать! Понятно, что шли и идейные – но в том то и дело, что идейные не очень ловко пролезали наверх... Все норовили прошмыгнуть те, кто умеет хорошенько подлизнуть да подмазать, занести – или еще какую услугу оказать! Рыба с головы гниет, Сереж – вот она и сгнила. При мне народ не верил ни партии, ни в партию – и, в общем-то, правильно не верил. Развалила партия Союз – своими же руками и развалила, а на руинах его мертвой хваткой вцепилась во власть! Сейчас ведь в любого крупного руководителя пальцем ткни – так ведь партийный же… Небось и партбилет дома припрятан на случай, если вдруг коммунисты снова к власти придут! Только в том же все и дело, что они, в общем-то, никуда не уходили…

Да, слова дяди я хорошо запомнил – как и про двойную советскую мораль. Ту духоскрепную, что напоказ – и ту, что медленно разлагала людей изнутри… В конце концов, спортсмены бандиты появились далеко не в 91-м году, они появились до развала Союза. А до них? А до них в крупных городах разве не ходили пацаны-школьники (действующие пионеры!) район на район? Разве нет?! И ведь в этих районных разборках мальчишек лет тринадцати-пятнадцати порой и калечили, и убивали… Причем «традиция» оказалась очень живучей и продержалась едва ли не до конца нулевых.

А «Интердевочка»? Двухсерийный фильм 89-го года, в первой части которого валютная проститутка становится этакой советской золушкой и улетает в новую, прекрасную жизнь? И пусть вторая серия вроде и пролила свет на тот факт, что жизнь за границей вовсе не столь безоблачна, и вообще… И вообще оказывается, что проститутка может за считанные дни заработать в десять раз больше, чем потолочная советская зарплата в триста рублей в месяц. А потом еще и рвануть за кордон, влюбив в себя обеспеченного лоха… Чем не пропаганда проституции, а?!

Получается, в СССР с «Интердевочкой» даже обогнали «прогнивший запад» – «Красотка» с Джулией Робертс и Ричардом Гиром вышли только в 90-м году… Но ладно – снятый на закате советской эпохи фильм, быть может, был даже «заказан». Однако же есть и потрясающая во всех смыслах картина Эльдара Рязанова «Служебный роман», где секретарь Верочка в исполнении Лии Ахиджаковой приходит в восторг от импортных сигарет, с придыханием говоря о «мальборо». А гостинец из Швейцарии – что вы, «фирма»! Да и пьют уважаемые советские «товарищи» отнюдь не отечественные напитки…

Это разве не пропаганда западной роскоши? Кстати, Верочка, как я понял, носит модные заграничные вещи – но это так, к слову.

Н-да… Про СССР можно рассуждать и спорить бесконечно. И конечно, врагам с запада Союз представлялся чем-то вроде «Красной империи», сменившей империю Российскую. Да и немцы защитникам Брестской крепости кричали «русские, сдавайтесь», называя «русскими» всех советских бойцов скопом… Но вот что интересно: в СССР не было русской компартии. Белорусская, украинская, таджикская, киргизская – да у всех национальных республик были свои компартии, отстаивающие национальные интересы.

Только не у русских.

Собственно говоря, в СССР не имелось и русской национальной республики. У Латвии, Эстонии, Литвы, Армении, Азербайджана были – да у всех были!

Только не у русских.

Высокотехнологичные заводы в СССР где располагались? В национальных республиках. А русским – здрасьте, пожалуйста, тяжелая металлургия! Вон, дымит на той стороне реки НЛМК – и ведь Липецк не просто так считается городом с одним из самых высоких процентов онкологии по России. Пусть Лисин и поставил новые защитные и очистительные сооружения, и в 2014-м Липецк был признан самым «чистым» городом Черноземья… Но сам факт – где был размещен крупный металлургический комбинат?

Другой пример – в РСФСР в советскую эпоху дефицит. Но знали дефицит страны Прибалтики, Украина или Молдавия, а? Нет, республики получали дотации из бюджета СССР, льготные условия для развития собственной промышленности… Национальные окраины жили лучше, чем русский народ, куда лучше! Какая там, на хрен, империя? У империи должны быть обширные колонии, за счет которых живет и здравствует крошечная метрополия – а в СССР наоборот, окраины жили в куда большем достатке…

Зато в начале 90-х «русских оккупантов» на окраинах грабили, насиловали и убивали, изгоняя со своей земли. Впрочем, русских ведь и в России режут, грабят да насилуют… Причем такие же русские.

Вот к чему все эти мысли? Да смотришь по сторонам – на загаженные всевозможным мусором улицы (вот только что чуть не расшиб ногу о металлическую хреновину!), на матерные надписи на домах и обоссанные подъезды, на битые фонари – и думаешь: а как мы до такого докатились? Почему, как только карательная хватка государства ослабла (милиция, КГБ, осуждающее общественное мнение, завязанное на идеологии), сразу повылезало столько грязи? Почему люди вдруг стали такими бесчувственными, равнодушными, лживыми, наглыми, жадными, похотливыми, жестокими? И вот у меня только один ответ на эти вопросы – люди, советские люди такими, в сущности, и были… Конечно, не все. Конечно, на сломе эпох и уклада жизни недолго и с ума сойти! Но все же как-то уж очень легко подавляющее большинство бывших граждан СССР отказались от старой морали – словно бы мешающей им, словно бы стесняющей их…

Может, корни проблемы вообще в прошлое уходят? Ведь большевики, придя к власти, вроде и пытались дать людям новую мораль – покрасив в красный цвет понятные всем, прежние «христианские» ценности. От которых, кстати, на излете существования царской России люди были также очень далеки... Достаточно почитать незабвенных классиков – хоть «Темные аллеи» Бунина, хоть «Поединок» Куприна: убийство на дуэлях, измены (красиво нареченные «адюльтерами»), самоубийства, растление малолеток, убийства из-за ревности, снова измены, добрачные связи, наконец… Но это уже тема отдельного разговора. А так да, большевики пытались заложить христианскую мораль в основу своей идеологии – вот только уже без Христа. Новым «богом» для них стала мумия Ленина в мавзолее. И последний, кстати, при жизни "золотой принцип морали" вовсе не разделял...

Но что в итоге у большевиков получилось? Хрупкий фундамент, густо замешанный на крови и лживая идеология – воспитавшая в лучшие, самые сытые и мирные годы существования СССР поколение будущих бандитов, воров и проституток…

Утрирую, конечно. Может, где-то я и неправ. Но ведь, в сущности…

- Оп-па-на! А кто это у нас идет, да без охраны? Что, отрыл дедовский ножик, лошара?!

- Савва, скажи, ты дурак? Мало утром получил? Ножка больше не хромает, не?

- Дурак? Ну-ну...

Савва вышел навстречу мне из беседки, стоящей метрах в тридцати от подъезда. Но следом за ним "курилку" покинули и шестёрки - надо же, вновь вместе пришли! А ведь я думал, что получивший по голове шакал впредь поостережется со мной связываться... Но что взять с дурака?

- Парни, вас жизнь ничему не учит?

Я нажал на кнопку ножика-выкидухи - и короткое лезвие с предостерегающим щелчком вылетело из рукояти. Честно - хотел только попугать! Но тут же разглядел в тусклом свете подъездного фонаря некое подобие дубин у шестерок - причём из верхней части самопальных "годендагов" торчит что-то вроде гвоздей... Да скорее уж не "годендагов", а этаких булав, но не суть - главное, что таким оружием гопники вынесут меня вплоть до летального исхода.

Я весь подобрался, готовый рвануть к подъезду на всех порах - но Савва меня опередил:

- Сбежишь - встретим вечерком твою матушку. Она сегодня в ларьке торгует, я видел. Скоро уже и домой пойдёт... А может, и дружка твоего тормознем, если раньше выйдет. Или Лизку-подлизку... Как, хорошо Лизон лижет? Или ты у неё - а, вафлер?!

Савва издевательски захохотал, как-то странно махнув рукой - и только теперь я увидел в его руке нож. Причём, судя по блику на клинке, это оружие куда серьёзнее трофейной выкидухи... Меня всего затрясло от напряжения - бежать нельзя, а не сбежишь, так покалечат или вовсе завалят! В итоге попятился назад, перкинув сумку в левую руку - и одновременно с тем заговорил, стараясь держать голос ровно:

- Пацаны, не дурите. Самому неопытному следаку будет достаточно узнать, что у нас был конфликт - чтобы после как следует вас тряхнуть. Знаете, что будет дальше?

- А ничего, чмошник! Ничего нам не будет, дядя отмажет!

Савелий явно наслаждается моментом - ему мало просто уделать меня. Ему хочется прочувствовать момент моего унижения, моего страха, упиться моим бессилием... Эмоции жертвы, так необходимые садисту.

- Слышали, пацаны? Его дядя отмажет... Но чтобы отмазать, нужно занести ментам, верно? Так вот - Савву отмажут, он заключит сделку и пойдёт свидетелем. Ну а вы за убийство получите реальные сроки... За вас платить никто не станет - да и свидетелями всех не назначишь! Так что и ментам хорошо, они бабла получат и дело закроют, и Савва вроде не при делах. Только вы на зону заедите... И да, парни - первого, кто кинется на меня, я ведь все равно порежу. Даже полудохлым дотянусь!

Я перестал пятиться и встал спиной к ближайшему дереву, выжидая реакции гопников - и готовясь к худшему... Но кажется, подкараулившие меня беспредельщики вроде как не под кайфом. Ведь если бы обдолбались, слушать меня сейчас никто бы не стал. Шакалы просто разом налетели бы, задавив числом! Но нет, замерли шестёрки за спиной Саввы, призадумались... Видать, выпили для куража, но бухла было маловато - или ждут долго, отпустил хмель... А может, меня просто хотели попугать? Хотя ставить на это явно не стоит... Как бы то ни было, Савелий заметно напрягся:

- Колян, Саня, вы чего? Вы кого слушаете?! Да я сейчас сам тварь урою за гнилой базар! Крысой меня назвал, урод...

- Савва, да кого ты уроешь, а? Смог бы урыть, встречал бы один на один, за пацанов бы не прятался... Но я тебя понимаю. Правда, понимаю.

- Да че ты понимать можешь, чмо?!

Я в недоумение пожал плечами:

- Ну как же? Ты одиннадцатиклассник, сын уважаемого человека. Со старшаками, опять же, ручкаешься... Но тебе какой-то девятиклашка вначале по морде съездил - а потом и жопой в грязь посадил! Да ещё при свидетелях... По школе уже слушок пошёл, верно? И ты свой авторитет подрастерял... Так что нужно меня урыть - во чтобы то ни стало урыть, верно?!

Савва промолчал - но что важно, идти вперёд он пока не спешит, не ощущая поддержки шестерок. А последние, кажется, только теперь доперли, в какой блудняк их могли втравить... И в драку покуда не спешат.

- Савелий, но у меня есть выход - и под статью не придётся подставляться. И даже более того, баблишка срубишь!

- Че, откупиться решил, падла? Это уже другой разговор... Только хватит ли денег, а?

Савва было приободрился, подумав, что вернул контроль над ситуацией, и осталось только додавить базаром - но я быстро вернул его на грешную землю:

- Зачем откупаться? Нет, ты при людях забьешь мне стрелу, и мы выйдем один на один.

- Че?!

В голосе гопника сквозит недоумение пополам со злостью - на что я, внутренне усмехнувшись, продолжил спокойно развивать мысль:

- Ты забьешь мне стрелу и мы выйдем один на один. Но твои дружки позовут одноклассников и прочих школьников, чтобы мы дрались при свидетелях. А когда народ соберётся для зрелища, твои бойцы предложат сделать ставки... Два, три, пять рублей - не важно! Важно всех записать и посчитать две итоговые суммы ставки.

Я замолчал, дав гопнику обдумать моё предложение - и некоторое время спустя он уточнил:

- И-и-и?!

На что я неторопливо продолжил:

- И суммы нужно будет сравнить. К примеру, на тебя поставят сто рублей, а на меня триста. Значит, на каждый рубль для тех, кто ставит на меня, выигрыш составит копеек тридцать - а вот кто поставит на тебя, выиграет уже три рубля... И они точно выиграют - потому как по ходу драки я подверну ногу и не смогу продолжить бой. А ты благородно примешь мой проигрыш, вернув себе авторитет и хорошо заработав - ведь ставить-то будут на меня! Ибо как нам с тобой известно, слушок по школе уже пошёл... Так что ставить будут на фаворита.

Видно Савва опешил от моего предложения - потому как молчит, обдумывает... Но тут голос подал один из шакалов, коротко бросив:

- Не по понятиям.

- Хм... А по понятиям встречать меня одного втроем - да с дрекольем? По понятиям угрожать моей матери, а?!

Шестёрка ответил со злым смешком:

- За лоха не спросят.

- Уверен? Я теперь на карате к Василичу хожу. Уж невелика птица - но если вы меня завалите, он дважды два сложит запросто... И беспредела не потерпит. Не тот человек.

Шестёрка на сей раз ничего не ответил - а вот Савва, наконец, созрел.

- Похрен, уговорил. Но если вздумаешь слиться или растрепать...

- Савва, ты не понял. Ты не ставишь условий. Я предложил тебе сделку, что спасёт твой авторитет - и для тебя это единственный РЕАЛЬНЫЙ выход. Потому что завалить меня вечером на пороге подъезда - это как раз не выход, это гарантированный цугундер. И что-то мне кажется, что с дядей ты ничего не обсуждал - и что он не гарантировал тебе порешать с ментами за мокруху...

Гопник не нашёлся сразу, что ответить - а я, убедившись в правильности своей догадки, тут же добавил:

- И раз стрелка и драка нужна именно тебе, то мне... Мне хватит пятидесяти рублей. В понедельник принесёшь деньги - и заплатишь прежде, чем пойдём рубиться. Нет денег - нет уговора... Да, если кинешься добивать, когда я подверну ногу, уговору конец. Принимаешь?

Савва помолчал секунд двадцать, после чего нехотя бросил:

- Принимаю...

- Хорошо. Но это не все, Савелий. Ещё раз ты посмеешь хотя бы просто угрожать моей матери, моей девушке или моему другу - я тебя убью. Без всякой театральщины, запугивания и долгих разговоров... Запомни это.

Савелий негромко прошипел в ответ, едва сдерживаясь от переполняющей его злобы:

- Это мы ещё посмотрим!

- Смотреть нечего, Савва. Я свое слово сказал.

Ничего не ответив, гопник помялся на месте пару секунд - раздумывая, стоит ли кинуться на меня прямо сейчас, или себе дороже. Но видно, один на один на ножах он не рискнул - а шестёрки поставляться под "мокрую" статью явно не спешат... Так что Савва молча развернулся и двинул прочь; за ним удалились и шакалы.

И я наконец-то смог облегчённо выдохнуть, только теперь осознав, что все тело бьёт крупная дрожь...

Глава 8.

Домой я поднялся весь разбитый, в крайне скверном настроение. Хотелось всех послать, на все плюнуть… И спуститься на этаж ниже, хотя бы немного поболтать с Лизой. Потом вспомнил про ее отчима – и только представил, как поддатый мужик вновь начинает мне хамить, так сразу же руки зачесались!

Не, в таком состоянии лучше не идти – еще неизвестно, сумею ли сдержаться, если отчима вновь понесёт. Да и Лизка сегодня больно хвостом крутила, ну ее… Пусть немного успокоится - а то от ревности её крепко пробрало!

Было бы еще к кому ревновать… Нет, Карина, конечно, захватила мое внимание – девушка яркая и очень красивая, ничего не скажешь. Но эмоционального отклика нет – точнее положительного эмоционального отклика. Ведь как ещё относится к много чего возомнившей о себе, самовлюбленной стерве?

Хотя некое странное чувство при мыслях о Карташовой не отпускает сознание – словно противный червячок за пазухой, которого сразу и не достанешь! Тот взгляд, беспокойство в нем, что я заметил мельком – просто показалось? Или все-таки за маской стервозности и тщеславия скрывается совсем другой человек?

А вдруг мне как-то удалось зацепить этого человека?!

Вопросы, одни вопросы… Но честно сказать – уж больно для меня Карина хороша. Кузнец на новой тачке, со своим КМС по боксу и выигранной областью за плечами соответствует строптивой красавице – а я? Щуплый и неказистый нищеброд. И пусть я очень надеюсь круто поменять жизнь Сережки Чурикова – но все же для «апгрейда» на уровень Кузнеца мне потребуется очень и очень много времени…

А еще при мыслях о Карине меня не отпускает этакое странное, неприятное сожаление – ну не стал бы с ней водиться Кузнец ради одних только невинных поцелуйчиков. Девятый класс – ну и что? Если шестнадцать есть, все законно, возраст согласия... Да и думается мне, что наша красавица не просто так водится с крутым спортсменом – будь она одна, тут же налетел бы всякая мразь, вроде Саввы и ему подобным… Так что Кузнец для нее сейчас ровно щит, оберегающий от масленых взглядов гопоты и их грязных рук.

И пусть оно так и остается…

Быстро приняв душ, я подумал было пойти почитать – но линия Валерии Мессалы, четвертой супруги диктатора Суллы и, по совместительству, возлюбленной Спартака, вновь почему-то напомнила мне о Карине. Плюнув на все, пошел на кухню; взглянув на оставшиеся тертики, лишь волевым усилием сдержался, чтобы их не съесть! Все же таки хотел угостить ими Татьяну Васильевну… Недолго думая, перемыл весь оставшийся картофель, быстро почистил – причем стараясь снять как можно более тонкий слой кожуры – и поставил варить, предварительно разрезав картоху на четвертинки. Так быстрее сварится… После чего нарезал две оставшиеся головки лука – на этот раз тонкими полукольцами, после чего еще раз разделил их пополам. Получившиеся «четвертькольца» кинул на разогретую скороводу и добавил чуть ароматного маслица, принявшись пассировать лук на маленьком огне.

Помню, что вредно – но раз рафинированного все равно нет… Как нет и сливочного, и молока - так что и классическое пюре не приготовить. Зато в хорошо протолченный картофель можно добавить луковую зажарку и немного литого ранее картофельного кипятка – крахмалистого и потому более насыщенного обычной воды. Практически бульон! Только постный… Такое пюре получится немногим хуже классического – но при этом оно дольше хранится.

Тем не менее, одним только постным пюре силы не восстановить. Мама (а ведь я начинаю понемногу привыкать называть ее мамой) купила вчера полбуханки черного хлеба, еще довольно мягкого. Вот только жарить гренки в этот раз я не стал – итак везде лью нерафинированное масло, на котором жарить в сущности, нельзя! А потому решил нарезать хлеб крошечными брусочками по типу «Три корочки» и поставить запекать в духовке. После сухарики можно будет посолить, а уж если добавить каких либо специй, вроде моего любимого уцхо-сунели…

Никаких специй, правда, на кухне не нашлось – но вспомнив про «свой» доширак, что вчера гордо проигнорировал, я понял, что могу извлечь немного специи из бульонного набора. Запечь сухари, положить в глубокую емкость, посолить, добавить немного приправы… Потом накрыть сверху тарелкой – и хорошенько так взболтать! Получится наверняка не хуже «корочек»…

Тотчас я приступил к нарезанию хлеба, размышляя над тем, насколько же ловким оказался создатель нового бренда снеков – если мне память не изменяет, «Три корочки» в 98-м уже пошли в продажу. Потом подтянулись «Кириешки», «Воронцовские», всякие «Хрустим», рекламируемые незабвенным Павлом Волей… А ведь насколько это выгодно! Соль даже сейчас не стоит каких-то серьезных денег – на дворе, слава Богу, не средневековье. И особенно в закупке! Специи – ну их также можно достать… А основной ингредиент – черный хлеб! – стоит по сравнению со снеками сущие копейки. Полбуханка идет в среднем как одна пачка – но фактически, из одной полбуханки выйдет пачек пять сухарей…

Эврика! Е-мае! Эврика!!!

- Как хоть я сразу-то не догадался…

Нет, вот серьезно – я только что испытал настоящий катарсис изобретателя, ломавшего голову над сложным механизмом, и только-только осознавшим, как его построить! Миг озарения, когда наконец-то осознаешь, насколько же простым может быть решение!

И стрелка с Саввой получается, как нельзя кстати… Ведь еще с римских времен плебс требовал двух вещей – хлеба и зрелищ! Спасибо кстати, "Спартаку" – книга вовремя напомнила мне про гладиаторские бои и чаяния римских зрителей… Зрелище мы обеспечим дракой – а хлеб? Хлеб в виде солененьких со специями сухариков продаст Димон. Можно завернуть их в тетрадные или газетные кульки небольшими порциями, и продавать за два-три рубля. Ну, чтобы конечная цена была вдвое меньше, чем у магазинных «Три корочки».

Так я с одной буханки хлеба заработаю еще на месяц занятий карате – и не придется ни о чем просить маму!

Кстати о Татьяне Васильевне – пожалуй, сегодня нужно лечь спать как можно раньше. А завтра сразу сбежать из дома на тренировку... Надеюсь, всякие «серьезные» разговоры хотя бы в ближайшее время обойдут меня стороной!

...Мне крупно повезло – только я успел убрать со стола, допив чай и дохрустев сухарями, да войти в свою комнату, как за дверью зазвенели ключами. Айн момент! Я мгновенно выключил свет и рванул к кровати, на ходу снимая одежду.

- Сынок, ты дома?

- М-м-м… Практически сплю, мам. Очень устал…

Фигура Татьяны Васильевны, подсвеченная со спины полоской света из прихожей, загородила проход в комнату:

- Ты нормально себя чувствуешь, не болеешь?

- Нет, просто очень устал… Там ужин на столе.

- Да-а-а?

Маман спросила с недоверчивостью в голосе, но все же решила проверить. И вскоре с кухни раздался удивленно-восхищенный возглас:

- Драники?!

Ну, у кого как…

- Угощайся – а я спать. Надеюсь, понравятся!

Я прикрыл глаза, надеясь, что Татьяна Васильевна не станет докучать расспросами, уточняю, где же я все-таки успел выучиться готовить – ибо никакой заготовки на этот счет придумать так и не смог. Но додумать эту мысль я так и не успел… На столе послышался дребезжащий звук старого будильника - и вновь открыв глаза, я удивлением оглянулся, осознав, что в комнатное окно неудержимым потоком бьет пурпурный свет встающего солнца.

Встающего солнца? А сколько время-то?!

Я схватил в руки будильник, что вчера кое-как завел на восемь утра – и действительно, время восемь! Крепко же меня вырубило…

Надеюсь, маман моя побудка не подняла? Да вроде нет, тихо в ее спальне… Быстро вскочив с кровати, я наскоро оделся, после чего двинул в санузел – только теперь отметив, что на двери его отсутствует щеколда. Дела! Это ж как неудобно-то?! Ладно, тут «работы» на пару минут, нужно только приобрести ту самую щеколду.

Покинув санузел, я с явным сожалением посмотрел в сторону кухни – когда вчера уходил на бокс, даже не подумал поискать термоса, так спешил! А после, вернувшись домой, о нем уже и не вспомнил… Поискать сейчас? Стоило бы, но тогда разбужу маму – и что-то мне подсказывает, что в этом случае мне не избежать расспросов и возмущений на тему походов на карате.

Проше оставить записку на полке в коридоре – и счастливо свалить «в закат», то есть на тренировку. Что я, собственно, и сделал…

Димона ждать пришлось долго, не меньше получаса. Я уже хотел было плюнуть на все и идти одному – что не сделал только потому, что Димка в моих планах по «обогащению» через сухарики играл ключевую роль. С ним нужно переговорить заранее! Но как назло, номера его квартиры я не знаю… Ну не ломиться же в каждую с вопросом, где именно живет семья Шацких?

Но тут, слава Богу, дверь соседнего подъезда, в очередной раз открывшись, явила свету заспанного товарища, явно не блещущего энтузиазмом. Ну да, вчера наш утренний поход на тренировку представал приятелю в куда более выгодном свете – ведь вчера на саму тренировки идти не требовалось! А теперь дружбан с куда большей радостью повалялся бы в кровати… Но к его чести стоит заметить, что Димка все же сумел себя пересилить.

- Здорово!

Мы поручкались – рукопожатие товарища показалось необыкновенно теплым; еще бы, я ведь успел хорошенько озябнуть, пока его ждал!

- Ну что, Серый, как бокс?

- Лучше не спрашивай… Лучше вообще ни о чем не спрашивай! Опоздаем на карате, тренер заставит качаться! А там отжиманий итак будет предостаточно… Так что давай, бодрой рысью!

...Мы успели к началу тренировки – вот только ни я, ни Димон, не сумев толком поймать дыхание на бегу, не смогли восстановить дыхание. Так что последующая разминка показалась нам сущей пыткой! И только когда начали отжиматься, я вдруг обнаружил, что куда легче толкаю тело от пола, и что первые двадцать раз на ладонях едва заметил… Чему был искренне рад! Правда, вторую двадцатку на кулаках едва довел до конца – но на пальцах сумел сделать уже семь полных отжиманий.

И не упал на пол, а замер на вытянутых руках!

- Неплохо, Чуриков, неплохо… Втягиваешься. И дружка за собой привел… Шацких! Ну, ты хоть с пола-то встань – развалился, как кусок докторской колбасы!

Товарищ обиженно засопел, но сенсей не обратил на это внимания, зычно воскликнув:

- Махи ногами на спине!

Махи, как и все прочие упражнения на пресс я довел до ровного счета в двадцать раз – и только после, переворачиваясь набок в попытке подняться с пола, скрючился от боли в брюшном прессе, мускулы которого вновь свело! Пришлось как можно скорее себя щипать, что впрочем, не шибко помогло… Однако Александр Васильевич сегодня явно в добром расположении духа:

- Молодец, Чуриков, стараешься… Так – а теперь построились у стенки. Маваши-цуки-дзёдан!

По своему обыкновению сенсей решил поработать с "новобранцами" - и дождавшись, когда я поднимусь с пола (с посильной помощью Димки), Василич подошел уже к нам обоим:

- Новички! Объясняю один раз – слушаем и запоминаем… Маваши-цуки – это боковой удар рукой, что наносится по всем трем уровням. Но если дзёдан идет в голову, в челюсть или висок, то чудан пробивается в солнечное сплетение или в подмышку. А гедан для наших рук – это удар в область печени или селезенки. Это понятно?

Мы с Димкой синхронно кивнули – и тренер продолжил:

- Как и при чоку-цуки, – тут сенсей быстро взглянул на Шацких и поспешно добавил – то есть при прямом ударе руки, мы вновь переносим вес тела за счет ног.

Александр Васильевич принял левостороннюю стойку:

- Смотрите внимательно и повторяйте! Вот я начинаю удар, поставив левую ногу вперед… Не на прямых ногах, Шацких, чуть согни их в коленях, вот так, да! После чего я чуть смещаю корпус влево, как бы нагружаю переднюю ногу, делая ее опорной… Молодец, Чуриков, правильно повторяешь! Далее мы выносим вперед согнутую в локте правую руку – но предплечье распрямляем не вперед, бросая его в чоку-цуки… А выносим перед собой – будто держим бокал с пивом, ага!

- Хахаха…

- Не смейся, Шацких, будешь сегодня повторять, пока идеально не повторишь! И примите к сведению: я все показываю медленно – но без скорости это просто движения рук, а не удар… Однако начать все равно нужно именно с правильных движений.

Сенсей убедился в том, что мы действительно проникнулись его словами, после чего продолжил:

- Итак, повторюсь, ваша рука изгибается, словно держит бокал с пивом – а вот удар ей наносится за счет скрутки корпуса и плечевого пояса. Скручиваться нужно резко, на скорости, посылая вес тела в кулак! А уже кулаком вы находите челюсть противника… Э-э-э-эй!!!

Тренер продемонстрировал атаку на очень хорошей скорости – возможно, не уступающей даже хуку Колесника, отправившего меня в нокдаун. Чем привёл Димана в искреннее восхищение - ну, судя по загоревшимся глазам товарища... Отработав маваши-цуки ещё пару раз, чередуя скорости, Александр Васильевич закончил объяснение:

- Напоминаю - удар наносится на выдохе! И пробивает кулак все теми же костяшками указательного и среднего пальцев, и мы все также доворачиваем его немного внутрь, чтобы не травмировать запястье при встрече руки с препятствием… Теперь ставлю задачу! Зал проходите медленно, в отрыве от всех, пока что просто привыкайте к движениям. Я объяснил вам удар с правой дальней руки - но с левой дальней пробивается точно также. Просто в этом случае вперёд нужно ставить правую ногу... Пока пробуйте эти базовые вариации.

Тут сенсей громко хлопнул в ладоши:

- Пошли!

...Честно говоря, вторая тренировка мне понравилась заметно меньше первой – и это даже несмотря на то, что мы стали пробовать работать боковыми ударами. Но пройдя три круга по залу с маваши-цуки, напоследок отработав ещё и ймае-гери (прямые, относительно простые удары ногами по нижнему и среднему уровням), мы приступили к отработке "ката". Ну, то есть к базовым движениям, ударам и перемещениям, необходимым для сдачи на те же пояса…

Вот только для меня отработка ката показалась сущим мучением. Мало того, что это далеко не так важно и интересно, как отрабатывать удары на макиваре или спарринговать. Так у меня ещё ни фига и не получалось! Нет, из базовой левосторонней стойки еще куда не шло – но когда ноги стали выгибать под какими-то странными углами, непонятно куда перенося вес тела… Блин, это был прям перебор.

Конечно, отработка ката поубавила энтузиазм и в Димоне – но напоследок тренер все же дал нам поработать маваши-цуки, а за ними и мае-гери на макиваре. Однако меня вдруг задело неприятное сравнение – у боксеров в зале штук десять мешков висит, не меньше... Не говоря уже о полноценном ринге. А что у нас? Деревянный пол с выпирающими досками и густо закрашенными зазорами! Да старенькие щиты из кожзама, поролона и чего-то еще, практически не амортизирующие ударов.

Хотя бы нормальные макивары тренеру купить… Для начала. Но на это, как я понимаю, вновь нужны деньги...

- Рук не чувствую…

Я невесело ухмыльнулся:

- Ну, как - понравилась тренировка?

Димон, окончательно сдохший на финальной физухе (по мне лучше бы вновь дали спарринги – но спарринги, оказывается, только по четвергам), с неожиданным энтузиазмом закивал:

- Еще бы! Никогда так круто себя не чувствовал! Да и Василич, оказывается, просто молоток – никогда бы не подумал, что он такой спец в карате!

- Это да… Слышишь, Димон – а у меня в понедельник стрела с Саввой.

- Чего?!

Товарищ удивленно вытаращился на меня - после чего поставил в тупик неожиданным вопросом:

- Так чего ты пацанов с карате не позвал? Тебя же толпой замесят!

В общем-то, приятель озвучил один из моих тайных страхов - но стараясь сохранять присутствие духа и хотя бы внешнюю уверенность, я отрицательно мотнул головой:

- Они меня без года неделю знают, так что вряд ли впишутся... Ну и потом, не должен Савва кинуть - там и зрители будут, и сам Савелий заработать сможет. Кроме того, если бы он хотел замесить меня во чтобы то ни стало, то вчера вечером упустил куда лучшую возможность...

- Гонишь?!

Брови Димки поползли вверх в непритворном удивление, вызвав у меня добродушную усмешку:

- Отвечаю! Более того, заработать сможем и мы. Вот слушай...

Глава 9.

...Звонок в Лизкиной квартире отозвался на нажатие заливистой трелью. Впрочем, памятуя о "гостеприимстве" её отчима, я не стал давить долго - и отступив назад, терпеливо замер у двери.

Подожду с полминуты - а уж тогда можно позвонить и повторно...

Я было настроился на непростой разговор с "дядей Валерой", внутреннее приготовившись к очередной порции нетрезвого хамства - но тут дверь открылась, и я увидел Лизу.

- Привет!

- Привет...

Девушка замерла в дверном проёме, сложив руки крест на крест. На приветствие ответила несколько натянуто, не особо приветливо - но и без неприязни.

- Слушай, я знаю - девушки любят пообижаться, но сегодня такой тёплый, солнечный день! Грех его упускать - давай ты завтра на меня ещё подуешься, ну и в понедельник... А сегодня просто забудем все, и погуляем?

Лиза не очень весело усмехнулась - но ответила неожиданно покладисто:

- Давай. Только положди десять минут, пожалуйста.

- Это мы запросто!

Конечно, одноклассница собиралась дольше десяти минут - но не более пятнадцати, чем меня приятно удивила. Впрочем, это связано с тем, что косметикой Лиза намеренно пренебрегает... Тем не менее, в обтягивающих джинсиках и полусапожках с невысоким каблучком да лёгкой светлой куртке до пояса, соседка выглядит довольно эффектно. Особенно если изловчиться и бросить со спины вороватый взгляд на туго обтянутые джинсовой тканью ягодицы...

Спустились по лестнице мы молча - так что, несмотря на определённые подвижки, я не стал сразу переть буром, а предложил девушку взять меня под локоть. Немного поколебавшись, Лиза легонько коснулась моей руки - после чего с некоторым сомнением уточнила:

- Куда пойдём?

- Ну, в такую погоду самый лучший выбор - это парк. Тут же парк "Победы" недалеко?

- "Беда"?!

Сомнение одноклассницы вполне объяснимо: ухоженный и в целом облагороженный парк в девяностые считался довольно неприятным местом. В том смысле, что по большей части это был кусок довольно глухих посадок на границе микрорайонов, и по вечерам одиноким девушкам там было лучше не гулять... Да и тела убитых то ли бандитами, то ли ещё кем, там нередко находили.

Впрочем, на сомнения Лизы я справедливо заметил:

- Ну, во-первых сейчас день. Во-вторых ты не одна, а под моей защитой. Вроде даже не совсем уж хилой...

Мне удалось пробиться сквозь пелену отчужденности - ибо в этот раз на губах симпатичной (все же определённо симпатичной!) соседки заиграло некое подобие благосклонной улыбки:

- Как прошла тренировка?

- Отлично! Отрабатывали маваши-цуки и мае-гери, даже Димону понравилось. Говорит, что будет ходить!

Лиза вновь улыбнулась, после чего коротко обмолвилась:

- Хорошо. Значит, у меня теперь будет уже два друга, способных заступиться и защитить...

Меня не очень порадовал термин "друг", но я предпочёл не форсировать. Пока что разговор не особо клеится, но может, смена обстановки как-то повлияет?

...К слову сказать, "Беда" меня своим внешним видом скорее даже порадовала. Да, под опавшей листвой виднеются кучи мусора, и парк при близком знакомстве скорее похож на кусок загаженного леса, чем на что-то окультуренное... Но мой любимый, сладко-пряный аромат опавшей листвы, но лучи солнца, пробивающиеся сквозь кроны деревьев; благодать! Уровень моего настроения понемножку пошёл вверх - и улучшив момент, я пропустил девчонку на пару шагов вперёд.

Пропустил только ради того, чтобы обнять её сзади - и крепко, но при этом ласково привлечь к себе... Я всегда хотел именно так обнимать свою девушку - крепко, чтобы она чувствовала мои объятья, чувствала себя защищённой в моих руках! И в тоже время нежно - чтобы прикосновения мои были не грубыми и не сковывающими, но именно ласкающими... Руки мои, к слову, сами собой скрестились на тугом животике девушки, а нос уткнулся в ее затылок. Ну, точнее плотную ткань платка - но даже сквозь неё я услышал нежный, едва уловимый аромат девичьих волос...

Девчонка заметно напряглась - но мои руки остались на её животе, не пытаясь подняться вверх или спуститься вниз. А я при этом совершенно искренне промурлыкал ей на самое ушко:

- Как же благо... Век бы здесь с тобой стоять...

Лиза ничего не ответила - но я почувствовал, что одноклассница все же расслабилась, а её руки очень легко и как-то неуверенно легли не мои... Но это не было попыткой выбраться из моих объятий, это скорее ответ на них. А мгновением спустя девушка позволила опустить голову мне на плечо - и тогда я едва уловимо коснулся губами её щеки.

Мне очень понравилось прикосновение к тёплой, бархатной девичьей коже; Лиза не попыталась отстраниться, а лишь прикрыла глаза - и тогда я, потеревшись носом о щёчку подружки, вновь её поцеловал. А потом и потянулся губами к краешку её губ...

И вот тут одноклассница вдруг резко отстранилась, разорвав объятья, обратившись ко мне совершенно трезвым, серьёзным тоном - без всякого намёка на романтический флёр:

- Серёжа, прости... Просто не могу.

Мне осталось лишь тяжело выдохнуть, стараясь хоть как-то сдержать разочарование и огорчение. Выходит, я пока ещё не настолько "покачался", чтобы выйти из френдзоны? Очевидно, именно из-за огорчения я и не смог избежать сварливых интонаций в голосе:

- Всё-таки ещё не простила тот поцелуй? Я по-прежнему "наказан"?

Лизка лишь молча покачала головой, закрыв глаза и поджав губы – а потом неожиданно тонким, переходящим в плач голосом выдала:

- Мама вчера аборт сделала…

- Чего-о-о?

Я удивленно вылупился на одноклассницу – и только потом понял, что она находится на грани. Шагнув навстречу девочке, я поспешил обнять ее – уже без всякого намека на вожделение, просто прижать к себе и успокоить… А она заплакала – конечно, заплакала, дав волю бушующим в душе чувствам.

- Ничего, ничего…

Я начал гладить девушку по спине, по голове – одновременно с тем думая о том, что еще можно сказать? «Все будет хорошо»? Для убитого в материнской утробе младенца уже ничего хорошего не будет. По крайней мере, в нашей грешной земной жизни... Но сказать что-то было нужно – и я выдал, что первым пришло на ум:

- Ты не виновата…

Девушка на мгновение прекратила плакать – и, подняв на меня свои заплаканные глаза с покрасневшими белками и позеленевшими радужками, горячо зашептала:

- Я! Я виновата! Знаешь, что мама сказала? Что мы не сможет прокормить двоих детей… Просто не сможет… Прокормить… Двоих…

Девушка вновь сорвалась на совсем уже откровенные рыдания, на что я, пытаясь хоть как-то ее успокоить, спросил:

- Ну, а отчим что? Дядя Валера?

Лиза ответила заикаясь, сквозь слезы:

- А чт-то отчим? От-тчим ит-так вып-пивал п-после закрытия автосервиса. Н-никак не мог на работу выйти – да особ-бо и не искал. Мать г-говорила с ним, угов-варивала, чуть ли не молила – а потом… Потом п-психанула, н-наверное – или просто отчаялась. А дядя Валера как узнал вчера, так забухал по-черному, и из дома уб-бежал…

Мне осталось только прижать к себе девчонку, пытаясь отогреть ее простым человеческим теплом и хоть каким-то участием…

Проклятые девяностые!

Мало того, что тысячи, если не десятки тысяч здоровых, крепких пацанов – спортсменов, отставных вояк и прочих силовиков полегло в криминальных разборках. Уверен, что если поднять статистику погибших на стрелках, заказанных киллерами, похищенных и запытанных конкурентами – то число убитых будет сравнимо с числом погибших в каком-нибудь локальном конфликте.

И отнюдь не самом рядовом.

А ведь что важно, это же были по-своему инициативные, пассионарные личности, в иных условиях способные создать семьи, продолжить род, воспитать своих сыновей настоящими мужиками, в конце-то концов! Но нет, «пацанская правда», порожденная блатными понятиями, оказалась в них куда сильнее традиционного воспитания и общепринятых человеческих ценностей. И когда все вокруг посыпалось, когда случился слом прежнего уклада жизни, они с легкостью вошли в новую реальность «быками», рядовой пехотой делящих власть группировок – но жизни их в криминальных разборках не стояли и ломаного гроша…

Как и жизни тех, кто пострадал от их рук. Кто честно противостоял им. Кто стал их жертвами – включая и случайных жертв.

А мало жертв среди русских людей, в одночасье оказавшихся на чужбине? Приднестровье, Абхазия, Осетия, Карабах, Чечня, Таджикистан – это список только горячих точек, где русское население оказалось под ударом! А где и вовсе попало под этнические чистки… А сколько людей бежали из бывших советских республик Средней Азии, из Прибалтики – бросив или продав по дешевке все то, что ранее нажили честным трудом?! Причем в России их никто особенно и не ждал, разве что родня могла помочь…

Мало тех, кто потерял в девяностые работу – и, не имея возможности работать по специальности, просто спились, сели на наркоту и сгинули, банально умели с голода?! Мало жертв, не «вписавшихся в рыночную экономику»?

Так нет же, девяностые породили такое явление, как массовые аборты.

Объективности ради стоит сказать, что аборты были разрешены в Советском союзе еще в 1920-м году. Но все же в Советском союзе было правильное отношение к семье, как к ячейке общества – и люди были действительно уверены в завтрашнем дне, в том, что сумеют прокормить семью… Потом случился 91-й год – и понеслось! Ситуации, подобные той, что случилась в семье Лизы, можно хотя бы как-то понять. Потеряв работу (возможно, в очередной раз) мужик не смог проявить именно мужские качества по жизни и сдулся. Женщина, в свою очередь, откровенно испугалась нищенского существования с нагрузкой в еще одного ребенка, просто испугалась – и никто ее не поддержал, не остановил в момент слабости…

Но в том-то все и дело – в девяностые аборты делали чаще по нужде (хотя кто мешал предохраняться?), но тогда же это стало и нормой жизни. Мое тело – мое дело, не так ли? Я, честно говоря, не знаю о статистике абортов именно в девяностые – читал лишь про четыре миллиона в один только 1990-й (хотя это ведь еще СССР – и статистика взята по всему Союзу). А вот статистика абортов по России именно в нулевые и десятые мне врезалась в память – с 2005-й по 2018-й пятнадцать миллионов прерванных беременностей! И ведь это уже относительно сытое, спокойное время, когда голодная смерть никому не грозила…

Пятнадцать миллионов казненных младенцев – убитых с благословения матери и при безвольном молчании отцов, не сумевших защитить свои чада.

На фоне этого ужаса горячая благодарность к моей собственной маме уже только за то, что она сохранила мне жизнь (не говоря уже про отказ от больного ребенка!) становится лишь горячее…

А еще, как ни странно, на ум приходят когда-то услышанные мной слова Патриарха Павла Сербского: «если албанская женщина рожает семь детей, а сербская делает семь абортов, то эта земля нужнее албанцам, чем сербам. Вот Господь и распорядился землями Косово и Метохии так, как посчитал нужным»… Мигранты из Средней Азии в России плодятся куда быстрее собственно русского населения – и к этому нужно относиться серьезно. Ведь когда русских начали изгонять из бывших советских республик, им хотя бы было куда бежать.

Русским из России, в сущности, бежать уже некуда…

- Ты. Ни. В. Чем. Не. Виновата. Слышишь?!

Я приподнял голову Лизы, уткнувшейся мне в грудь, чтобы заглянуть ей в глаза:

- Это вина Валеры, не сумевшего устроиться на работу – и не особо пытающегося это сделать. Это вина твоей матери, испугавшейся бедности… Да просто испугавшейся. Но не ты принимала решение – и не ты к нему подталкивала!

Девушка ответила мне пронзительным взглядом, в котором я прочитал и надежду, и благодарность, и волнение. После чего, вновь коснувшись мокрой щекой груди, она тихо прошептала:

- Я очень люблю маму. Очень! И она меня… Но теперь… Теперь понимаешь, я не могу не задумываться – а вдруг на месте… На этом месте оказалась бы я сама?! Что если бы мама и со мной испугалась бы беременности, неутроенности, бедности… Что, если бы она согласилась меня убить?!

В голосе девушки сквозит откровенный, ничем не замутненный страх – и я с сожалением осознаю, что никакой романтики не предвидится даже в перспективе. Сейчас Лизе нужен прежде всего друг, а не парень… Но хотя бы согласилась со мной погулять – и именно мне доверилась, поделилась наболевшим. Что тоже не столь и мало…

- Лиз, я все понимаю – но если ты сейчас закопаешься в эти мысли, легче тебе точно не станет. Ты уже никак не можешь повлиять на ситуацию, и тебе не стоит давить матери на больную мозоль – вряд ли она так просто решилась на аборт, и вряд ли она не переживает… Пусть даже и старается это скрыть. Из того, что случилось, стоит вынести главное – урок, знание того, как страшно быть ребенком, которого… Ну в общем, ты поняла. Главное, никогда не совершить самой подобную ошибку…

На ум вновь пришли воспоминания из прошлой жизни – откровения гинеколога, делавшего аборты и делившимися своим опытом. Мол, сформировавшийся даже на самых ранних сроках зародыш в сущности, является уже настоящим, хоть и крайне маленьким человечком. И, что когда его «удаляли», он бился и метался в материнской утробе в безмолвном крике – он чувствовал то, что с ним происходит. Он все чувствовал…

Нет, лучше мне об этом не думать.

- Лиз, давай просто погуляем? Чтобы не случилось, повторюсь, мы сейчас с тобой ничего не изменим. Так что давай просто погуляем, в кои-то веки подышим свежим воздухом, а? Когда еще солнышко выйдет?

Чуть успокоившаяся девушка вытерла слезы – после чего попыталась даже улыбнуться:

- Давай. Только отойдем тогда подальше в парк – не хочу, чтобы меня кто-то сейчас такой видел.

- Какой такой?

Лизка легонько ткнула меня маленьким кулачком в плечо:

- Да с опухшим лицом, Сереж…

Но после она неожиданно остановилась – и едва приподнявшись на носочках, едва уловимо ткнула меня губами в щеку:

- Спасибо тебе, Сережа. Ты настоящий…

Я весь аж напрягся, готовый услышать «друг» – словно при зачитывании приговора! Но девушка после небольшой запинки просто повторила:

- Ты настоящий.

М-м-м… А ведь приятно звучит…

Глава 10.

Воскресение пролетело незаметно. Проснувшись, сперва медленно проработал лоу-кики, ставя технику на обе ноги - по сотне повторений. Причём я и с левой пробивал дальней, стараясь стремительно и резко поменять левостороннюю на правустороннюю стойки - этакой фирменной разножкой бойцов тхэквондо и хапкидо.

Потом, когда уже остатки сна полностью улетучились, пробовал отрабатывать боксёрские связки с нырками и уклонами, что демонстрировал Фёдор Емельяненко - стараясь по максимуму включить туда боковые удары. Завершил же их связкой двоечка прямых - нырок под боковой - хук с правой или с левой, по очереди.

И, наконец, когда уже полностью разгорелся и даже покрылся первыми бисеринками пота, перешёл к силовой - сначала пресс (за раз вышло сразу сорок подъемов туловища к коленям!), а затем и отжимания на кулаках. Тут кое-как добрался до отметки в тридцать четыре, потом мышцы окончательно забились; все же, постояв на вытянутых руках, я добил последние шесть раз.

С лёгкой тоской подумав, что довольно скудное питание не даёт мышцам быстро прогрессировать...

Тем не менее, посмотрев в зеркало, я с удовлетворением цокнул языком - тело Сергея Чурикова (моё тело!) выглядит уже куда более подтянутым! Синяки на предплечьях довольно быстро бледнеют - а сквозь тонкую кожу живота уже наметились кубики пресса. Да и на руках начали проступать трицепсы - плюсом грудные мышцы вроде как уже проявляются... Проблема лишь в том, что нужны ещё и бицепсы, а для развития плечевого пояса обязателен турник.

Ну, турник дело наживное - в школьном спортивном зале как раз есть парочка закрепленных у шведской стенки...

Большую часть дня делал уроки - в отличие от субботы день выдался пасмурный и ветренный, а за окном то и дело накрапывал дождь. Так что идти на улицу никакого желания не было от слова совсем, потому и решил как следует обновить в голове курс школьной программы. Зато довольная моим усердием матушка не сильно лезла в мои дела!

Уже во второй половине я подгодал момент, когда моросишка стих, и, взяв у мамы десять рублей, сгонял за парой буханок чёрного хлеба (3 рубля буханка) и дошиком (4 рубля). Ещё ведь от предыдущего оставалось прилично сухого бульона... Заодно зашёл к Лизе, поинтересоваться, вернулся ли отчим - но нет, не вернулся...

Немного поболтали с подружкой, договорившись о времени выхода в школу, после чего я пошёл заниматься сухарями. Нарезать, выпекать, солить и смешивать со специями, расфасовывать по бумажным кулькам, аккуратно складывая их в старый рюкзак Димона, выданный мне ещё в субботу... На распосы Татьяны Васильевны честно рассказал о своей попытке заработать, заодно узнав текущие цены на "Три корочки". Утаил лишь о том, при каких обстоятельствах планирую их продавать. Маман покачала головой, но ничего не сказала - а самое главное, даже не попыталась помешать!

За кулинарными хлопотами остаток дня как-то незаметно пролетел - и вот уже я открыл глаза, заслышав трель будильника.

Понедельник!

От осознания того, что сегодня все должно свершиться - и "стрелка", и продажа первой партии "сухариков в кулечке" - у меня прям конкретно так поднялся сердечный ритм, а остатки сна мгновенно сдуло. Наскоро умывшись, позавтракал хорошо разваренной гречкой, заправленной сливочным маслом (мама взяла "сверхурочные" продуктами), после чего рванул к Лизе и Димону, в нетерпение двинуться в школу!

Волнуюсь? Да очень, волнуюсь - даже немножко страшно! Но как-то уже привык по жизни, что не очень люблю чего-то бояться - и что если проблема есть, лучше уж как можно скорее её решить...

Погода сегодня вновь изменилась - что не может не радовать. Стих ветер, в начале нагнавший, а потом вдруг разогнавший тучи - а заметно "полысевшие" ветви деревьев густо покрылись прозрачными капельками воды... И, наконец, на востоке показалось солнце, подкрасившее землю царственным багрянцем.

Ну красота же! Красота!!!

Переговариваясь разом обо всем и ни о чем, мы быстро добрались до школы - что важно, без всяких приключений. Правда, чем ближе мы подходили к обрыдшим серым корпусам, я становился все молчаливее, усиленно размышляя над тем, как пройдёт "вызов" на стрелу, не передумал ли Савва, не попытается ли он кинуть меня или слиться... Но зайдя во двор школы я тотчас увидел компанию гопника, к которой присоединились ещё трое пацанов. Стало чуток тревожно - но разглядев Савелия, с гадливой улыбкой бросающего шелуху от семечек в пару девчонок, едва ли не на вытяжку замерших перед ним, я как-то позабыл о всех своих страхах! Нет, вначале накатило возмущение, и даже презрение к девкам - да что вы позволяете этому уродцу?! Где же ваша хваленая женская гордость?!

Но тотчас понял, что они могут банально бояться его послать... И пружинисто зашагал к Савве, поймав злой кураж и решившись взять все в свои руки:

- Ты чё себе позволяешь, урод?!

Савелий в недоумении оглянулся в мою сторону, вначале просто не поверив своим ушам.

- Ты как с девушками общаешься, тварь?! Тебя отец не учил, как себя мужик вести должен?!

Вот тут-то Савелий напрягся по-настоящему; лицо его перекосило от злости. Как-то запоздало я вспомнил о том, что отца Саввы завалили на стреле - но теперь уже ничего не переиграешь...

- Слышь, чмо, отца трогать не смей!

Девчонки, стоявшие рядом с гопниками, поспешили убраться в школу - а шестёрки Савелия уже двинули в мою сторону, недобро так ухмыляясь... Причём Савва так-то вроде и не против беспредела.

- Слышь - от "чмо" слышу! Если такой храбрый, спроси за отца сам! Давай раз на раз после школы, при свидетелях! Или ты только с тёлками храбрый, а с девятиклашкой откровенно ссышь?!

Гопари невольно замерли, обернувшись к Савве - тут прозвучал конкретный вызов! И хотя Савелий вполне может его проигнорировать, натравив на меня шакалов, все же собственный авторитет в глазах подручных он несколько подрастеряет... Замедлились и прочие школьники, следующие на уроки - с опаской, но и интересом поглядывая в нашу сторону... И я рискнул "добить":

- Хотя конечно же ты ссышь! Ведь ты от меня уже дважды выхватил, хахах!

- Что-о-о?! За базаром следи, урод, я тебя порву на хрен!

Конечно, прозвучало несколько крепче... Но не суть - главное, я сумел подловить Савву так, чтобы он не отвертелся от "дуэли":

- Тогда сегодня в "Беде" после шестого урока, ты и я, один на один! И пусть хоть вся школа приходит смотреть, как я тебя на жопу посажу, ушлепок!

- Конец тебе, Чуря!!!

Ого... По ходу Савелия моё выступление не на шутку завело - и мне сразу стало как-то не по себе. Но сдавать назад поздновато, верно? Тем более, что гопники не кинулись на меня толпой в школьном дворе... Так что есть шансы, что и на стреле я буду махаться один на один.

Вернувшись к замершим чуть в стороне одноклассникам, явственно побледневшим с лица - причём Димон, знающий предысторию конфликта, перетрухнул ничуть не меньше Лизы - я с лёгким волнением уточнил, обратившись к соседке:

- Лиз, все вместе уходим после пятого урока, мы с Димкой тебя проводим. А уже после со школьниками, кто захочет поглазеть, двинем в парк...

Перепуганная девчонка только что и смогла выдавить из себя:

- Не ходи!

На что я лишь отрицательно мотнул головой:

- Нужно... Диман, а нам с тобой кровь из носу нужно найти Рому и тех пацанов, кто с нами на карате из школы ходит. Попросим просто прикрыть, чтобы не было беспредела на стрелке...

Димону моя идея явно понравилась, он энергично закивал - а я, развернувшись в сторону школы, только и выдохнул:

- Ну с Богом! Пошли...

Стоит ли говорить, что на уроках я думал вовсе не о хороших отметках? А на вызов математички к доске (довольно стервозной и сухой бабе лет пятидесяти) промямлил лишь что-то маловразумительное, тотчас словив "двойку". Хотя в воскресение ведь повторил материал, готовился... Зато немногослойный Роман в просьбе прикрыть не отказал, пообещав позвать спортсменов из секции на стрелу - ну, из числа тех, кто ещё учится в школе.

Но самое главное - Лизу мы с Диманом благополучно проводили до дома. Хотя очко, по совести сказать, откровенно играло...

Да и вообще вся затея со стрелой уже успела показаться мне глупой и самонадеянной! Если только не вспоминать, как и при каких обстоятельствах появилась сама идея стрелки...

А вот деньги от Саввы мне никто не принёс и не передал - даже когда мы с толпой зрителей (в основном старшие классы и средняя школа) добрались до "Беды"... Пока шли, старшеклассники смеялись и шутили, дурачились, кто-то напевал совершенно неуместное сейчас "Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она, чтобы посмотреть, не обернулся ли я..."*, а у меня на душе скребли кошки... Что на контрасте с праздным настроением окружающих ощущалось особенно остро. Сейчас придём, а там толпа гопников! И вынесут вперёд ногами не только меня, но и Димона, и Ромку - да ещё четверых каратистов, согласившихся нас прикрыть...

Но нет - на центральной площадке парка нас дожидается все та же кампания в шесть человек. Прихлебалы Савелия и сам Савва, успевший намотать бинты на руки.

Ан нет, ошибся... Семеро их. Кузнец зачем-то припёрся... Причём последний при виде школьников лучезарно заулыбался, шагнув вперёд - и вполне поставленным голосом обратился к толпе:

- Дамы и господа! Формируем полноценный круг, чтобы наших боксеров никто посторонний не видел! Если что - пацаны проводят боксёрский спарринг по всем правилам... А значит, попытки завалить, прыгнув в ноги, как и удары ногами запрещены! Только руки, только пацанская классика!

Оба-на! Не, Савелий платить мне точно не собирается - он просто решил исключить из моего арсенала все то, что приносило мне победу. Вот ведь чмо... И ведь переиграть назад будет архисложно - Кузнец из старшаков, моё слово против его не играет.

- И раз это боксёрский бой - дамы и господа, мы принимаем ставки! Кто желает, может ставить на... Как его... Чурю, ага. Но лично я поставлю на знакомого всем вам Савелия Логинова, бывшего ученика секции бокса в "Звёздном"!

Услышав про "Чурю" кто-то в голос заржал - а на словах Толика о том, что Савва занимался в школе бокса, последний пробил по воздуху довольно бодрую двоечку, закрыв демонстрацию хуком. Нет, конечно, уровень явно не Колесника - да вот беда, я и сам-то не шибко боксирую... Ладно, была не была!

В крайнем случае, если Савва выиграет - то ведь прилюдно отомстит и унизит "Чурю". Может, хотя бы тогда отстанет?

Вот поражения гопник мне в любом случае не простит... Но заработать-то я должен при любых раскладах!

- Дамы и господа! Ещё минута вашего внимания! Современные боксеры услаждают взор публики боями подобно древним римским гладиаторам! Так на минуту представьте себя в Колизее! Римский народ всегда требовал хлеба и зрелищ - и я обеспечу вас как боем, так и свежими развесными сухариками, всего по полтора рубля кулек! Прошу, приобретайте "хлеб" - и как только все желающие получат свои кульки, мы начнём!

Кузнец нахмурился, явно желая сказать что против - но я уже шикнул на Димона, поторапливая его:

- Шацких, не спи! Продавай сухарики!!!

Ненадолго зависший товарищ поспешно раскрыл сумку, двинувшись по кругу. Кто-то даже потянулся посмотреть на сухари - и практически сразу в сторону одноклассника двинулись шакалы.

Я оглянулся на Романа - но понукать каратистов не пришлось: пацаны красноречиво двинулись к Димке. И гопники не нашли вразумительного ответа, в замешательстве замерев на полпути... Тогда включился Кузнец, взявший на себя роль анонсера:

- Боксеры, сходимся!

Ага, щаззз!!! Так увлеченные дракой зрители не купят сухарей! Потому я лишь отрицательно мотнул головой:

- Ваш "спортсмен" уже размялся, я нет. Пять минут! Да и ставки люди сделать не успели!

Последнее - чистая правда. Толик, желая присечь мою инициативу с торговлей, как-то чересчур поспешил объявить бой. А я лишь напомнил ему о важности ставок... Хотя исход схватки теперь непредсказуем.

Разминая плечи и локтевые суставы, я внимательно присмотрелся к Савве, стараясь оценить его трезво. Удар у гопника вроде не шибко поставлен - двоечку по воздуху изобразить может и вовсе не спортсмен. Другое дело, что нокдаун от Колесника, так же, как и нокдаун после удара ноги в голову в раздевалке, вряд ли прошли без последствий. Что ещё? Савва пусть ненамного, но выше, его руки длиннее - и сам он чуть тяжелее. Придётся сближаться, работать на уклонах, нырках, сокращая дистанцию и пытаясь пробить...

Пять минут истекли гораздо быстрее, чем я ожидал - а после Кузнец махнул рукой, и мы двинулись навстречу другу другу. Я только что и успел увидеть кивнувшего мне Димона - мол, все путем, распродался - да заметил вдруг в толпе Карину... Сегодня та не улыбалась, выглядела какой-то напряжённой - и я вдруг почувствовал какую-то неприятную, сосущую маяту в груди...

Не думать ни о чем! Не отвлекаться!

- Слышь, Савва, зря ты не заплатил. Теперь я тебя урою у всех на глазах.

Моя неловкая попытка вывести из себя эмоционально нестабильного гопника в этот раз, как ни странно, не имела никакого эффекта. Савелий только издевательски ухмыльнулся:

- Ну-ну... Следи за базаром, чмо!

Удар! Но от неуклюжего и довольно медленного джеба гопника я легко уклонился вправо, тут же пробив на подшаге левой по корпусу - и правой на выходе, целя в голову. Да какой он боксер?! Левой я достал селезенку - кулак врезался в мягкое, заставив Савву болезненно охнуть, отступая назад... От кросса правой он ещё как-то защитился, нелепо вскинув руки - и я шагнул вперёд, присев на коленях, ещё раз пробив с правой! Только теперь уже целя в район "солнышка"... Но Савва инстинктивно отшатнулся назад - так что явно нокаутирующий удар не достиг цели.

А после гопник ответил собственным правым прямым, полетевшим мне в голову...

Я расслабился - и не пытаясь даже уклониться, просто вскинул предплечья к голове, подняв блок перед самым лицом. Удар Саввы пришёлся в правую руку... И её пронзило острой болью - да так, что я не смог сдержать болезненного крика, отпрянув назад! Сломал что ли?! Но как?!

Хотя по ощущениям - столкновение было с чем-то железным, массивным. А я то думал бинты гопнику просто так намотали, чтобы кисти сберечь...

Правая на мгновение онемела - причём я рефлекторно прихватил её уже левой рукой, отшатнувшись назад - а Савва азартно бросился вперёд, добивать! От злости и боли я позабыл, что договаривались исключительно боксировать, и резко перенёс вес тела на левую ногу, заряжаю правую для удара... Учёный горьким опытом гопник тотчас замер, а затем испуганно отпрянул назад - но в драку мгновенно включился Кузнец, зло рякнув:

- Без ног!!!

Я только сплюнул под ноги Саввы:

- Без ног - но с кастетом, беспредельщики?!

Кузнец гадливо ухмыльнулся - а я рискнул тряхнуть правой. Да нет, вроде не сломана... Просто все предплечье словно осушило от боли.

Ну ничего, ещё не вечер...

Савелий, приободрившись, вновь пошёл вперёд - а я только замер на месте, с ненавистью процедив:

- Ну иди, иди...

Джеб левой - тут просто уклоняюсь... Но тут же в голову летит правый прямой! И я едва успеваю присесть под кулак, чудом не задевший ухо - одновременно с тем нагрузив левую ногу и скрутив корпус влево... Чтобы тотчас выстрелить "крюком" здоровой руки по открывшейся печени Саввы - пока он не успел вернуть руку! Ударил я пружинисто и резко, развоторотом корпуса вложив вес тела в атаку - и пробил согнутой левой в правый бок гопника... Пробил так, словно пытаюсь прошить его кулаком насквозь!

- А-а-а-а...

Савва начал сгибаться от боли, рефлекторно опустив руки вниз - и только теперь, пружинисто выпрямившись, я пробил хлесткий боковой точно в челюсть... Хлесткий левый хук! Пробил по всей "науке": резко перенес вес тела на правую ногу, согнул руку с "бокалом пива" - и разогнал атаку за счёт разворота корпуса в момент удара! Да ещё и загнул кулак внутрь - так, чтобы в челюсть Саввы врезались костяшки указательного и среднего пальцев...

Запястье левой пронзило острой болью, я аж закусил губу - но голову Саввы мотнуло в сторону так, словно она сидит не на шее, а на каких шарнирах! Уж не знаю о силе удара - но держак у гопника откровенно слабый: Савелий безмолвно рухнул наземь... И прежде, чем Кузнец успел бы поравняться с нами, я успел подхватить некое подобие кастета с рельефной рукоятью под пальцы - и торчашим по центру её здоровым металлическим шариком.

Последний был зажат промеж среднего и безымянного пальцев шакала, а с внешней стороны его прикрывал бинт...

* "Видение", творчество Максима Леонидова

Глава 11.

Кузнец, матерясь, начал переворачивать потерявшего сознание Савву на бок, опасаясь, что у того может запасть язык, и тот задохнется. А вот мне на эту тварь было откровенно плевать... Сам я двинул к Димону и каратистам, издали крикнув:

- Беспредельщик был с кастетом!

Для верности поднял холодняк в вытянутой вверх левой руке; двинувший навстречу Роман только покачал головой:

- Не кастет это. Свинчатка.

- Да похрену... Подержи, мне по руке этой штукой прилетело. Болит, сил нету! То ли сломал...

Роман молча принял у меня оружие - но только я успел задрать рукав куртки, как сзади раздался вроде и спокойный, но одновременно с тем отдающий металлом голос Толика:

- Слышь, мразота - теперь ты должен.

Развернувшись на носках, я с ненавистью прохрипел в ответ, наплевав на то, что разговариваю со "старшаком":

- С какого пня?!

Кузнец, жестом подозвавший гопарей, недобро оскалился:

- Ты сказал, что ляжешь. А сам в крысу бил со всей дури, отправил Савву в больничку...

Краем глаза я заметил, как вытянулось лицо Романа - но не растерялся, с едким смешком выдав:

- А ты за базар отвечаешь, Кузнец?! Это Савва припёрся на стрелу со свинчаткой, спрятав её в бинтах! А что до уговора лечь... Уговор был заплатить мне полтинник - иначе я буду махаться всерьёз. Деньги мне принесли? Нет. Так с какого хрена я должен?!

Анатолий ничего не ответил, дождавшись, когда с ним поравняются гопники - после чего обратился к Роме и вставшим рядом каратистам:

- Слышали этого чмошника? Он всех кинуть хотел, ставки предлогал против себя, чтобы со школоты деньги стрясти... Так что мы этого уродца сейчас в землю закатаем - а вы не будите мешать. Это ясно?!

Рома не стушевался - и ничего не ответив Кузнецу, коротко спросил меня:

- Это правда?

Я постарался максимально равнодушно пожать плечами, изо всех сил держа голос ровным:

- В пятницу вечером Савва и двое его шестерок встретили меня у подъезда с дрынами и финкой. Хотели замесить наглухо; обещали, если убегу, встретить после работы мать - или Лизу, или Димона... Это месть была - утром мы с Диманом их отоварили. Что мне оставалось?! Я своих спасал, на базаре съехал - мол, Савва и авторитет восстановит, и заработать сможет. Только он иначе решил, хотел меня свинчаткой перед школой замесить... Без поддавков.

При словах о матери Кузнец чуть поменялся в лице и быстро оглянулся на шестерок, бывших с Саввой в тот памятный вечер. Те синхронно потупили взгляды - по-ходу старшак реально не знал всех раскладов... Но сдавать назад Толик уже не стал, через губу протянув:

- Да тебя просто пугали...

Но по выражению лица Ромы, нахмурившегося при упоминании угроз в адрес матери, я понял - каратисты меня не бросят. Поэтому ответил с понтом, надеясь перехватить инициативу:

- Да мне срать, пугали меня или нет! Когда забивали ногами в четверг в школьной раздевалке - тоже пугали?! Моим близким угрожали беспредельщики - и были они под хмельком. У таких слова с делом не расходятся - особенно, если втроем на одного... Или одну.

Кузнец злобно нахмурился, не найдясь, чем крыть. Да ведь и не из блатных он - это у последних язык как помело, а на любой самый твёрдый аргумент сразу десять найдётся... Нет, Толя спортсмен - а Савва и его шестёрки вдобавок подставили старшака, рассказав ему далеко не всю правду...

Зато заговорил Рома - как всегда немногословно, но вполне убедительно:

- Наезд на мать, близких - это беспредел. Месить толпой одного - беспредел... И Чуриков теперь ходит в наш зал, он один из нас. А мы своих не сдаём.

Вот так вот, коротко и по существу...

Однако и Кузнец просто не мог молча уступить; раздраженно цыкнув сквозь стиснутые зубы, он накатил на Ромку:

- Ты не обурел часом, малолетка? В курсе вообще, что со старшаком разговариваешь?

Основательный и последовательный Роман только пожал плечами - не иначе как скопировал мой жест?

- Малолетка я или нет - но я стою здесь, и я готов. Хочешь решить вопрос раз на раз? Пожалуйста. Хочешь выйти стенка на стенку - не вопрос, нас поровну. Но Чурикова мы не сдадим... Только я каратист, а не боксер. И ногами бить точно буду.

Кузнец внимательно, оценивающе присмотрелся к Роме, словно впервые его увидел - без всякого, впрочем, волнения. После чего вновь оглянулся на своих шестерок... И увиденное его явно не впечатлило - так что Анатолий просто развернулся к нам спиной, на ходу бросив:

- Не по рангу тебе со старшаком махаться, молодой. Но разговор с вами, каратисты, ещё не окончен...

Только когда гопники удалились с сильно шатающимся Саввой, едва волочащем ноги, а Кузнец, приобняв Карину за талию, как ни в чем не бывало двинул гулять по парку (школьники стали расходиться ещё раньше), я вдруг понял, что меня всего колотит. И стоит сказать, что напряжение накрыло после разговора, а вовсе не после драки... Но как оказалось, выяснили мы не все. Ибо Рома вдруг шагнул ко мне - и коротко, без замаха врезал под дых! Отчего я согнулся в три погибели...

- Э, пацаны, вы чего?!

Димон попытался было заступиться за меня - но Рома сухо его оборвал:

- Он знает, за что получил. Верно ведь - знаешь же, Серый?

Не без усилия я выпрямился, ловя воздух широко открытым ртом - и только восстановив дыхание, с трудом выдохнул:

- Втравил вас в проблемы?

Но каратист только покачал головой:

- Ещё варианты?

Мне осталось пожать плечами:

- Деньги за сухарики? Так я сразу хотел их поделить! Там с буханки по семнадцать кульков было, и если Димон все продал - то пятьдесят четыре рубля выручки. Моя десятка, что вложил, Шацких четыре рубля за сбыт, остальное ваше! Сорок рублей, по восемь на брата...

Рома без особого интереса выслушал меня - после чего покачал головой:

- Мы не за деньги подряжались помочь, мелко плаваешь. Деньги же ты на тренировки мутил? Так и оставь себе... Но ты, Чуриков, по ходу совсем тугой - ты своих пацанов кинул. Нас кинул!

- Да как кинул-то, а?!

Я действительно не понял - на что Рома только покачал головой:

- Реально же, тугой... Ты собирался лечь из-за ставок. А нас не предупредил. Кирюха же с Саньком на тебя по десятке поставили!

Двое пацанов с секции дружно закивали, на что я возмущённо воскликнул:

- Блин, но ведь они же и выиграли?!

Тут Рома как-то совсем нехорошо улыбнулся:

- Только потому, что Савва тебе денег заранее не занёс, да? Ты в крысу сыграл, Серёжа... Тебе этот проступок прощается лишь раз - и только за те обстоятельства, из-за которых ты левую схему мутить начал... Ты теперь не один - и кидать своих пацанов не имеешь права!

Вспомнив вечер пятницы, я злобно огрызнулся:

- Не было там никаких пацанов рядом со мной... И против двух дрынов да ножа один я бы точно не выстоял.

Рома согласно кивнул:

- Всё верно. Только на субботней тренировки ты должен был рассказать пацанам, что случилось. Как есть рассказать... Ведь наезд на мать, на близких - это беспредел. Сегодня же утром с Саввой переговорили бы... И могли обойтись без конфликта с Кузнецом.

Вот тут-то я не нашёлся что ответить, невольно опустив взгляд - на что Рома уже несильно ткнул меня кулаком в плечо:

- Но вырубил ты его красиво, ничего не скажешь! Для пацана, отходившего всего пару занятий, невероятный прогресс!

Я лишь глухо ответил:

- Ну а Кузнец?

Рома только плечами пожал:

- Ну а что Кузнец? Его пацаны наехали на тебя по беспределу, Савва на честный махач прихватил свинчатку - так что кругом неправы. Что ты предлагал лечь за деньги - так не лег же, верно? Заранее все обсудил, а условия не выполнила их сторона... Да ещё Савелий умолчал старшаку о наезде по беспределу - выходит, он его и подставил. Думаю, когда Кузнец остынет, он все обдумает - и обострять уже не станет.

Рома развернулся, посчитав разговор законченным, и неспешно двинулся в сторону девятнадцатого. За ним потянулись каратисты - а следом и мы с Диманом, принявшимся на ходу пересчитывать заработанную мелочь...

И как же я надеюсь, что прогноз Романа окажется верным!

...Остаток дня прошёл, как ни странно, мирно и спокойно. Ещё по дороге домой я заглянул в ларёк, где торговала Татьяна Васильевна, купив пару буханок хлеба и ещё один дошик. Что подешевле и поменьше, без пластикового корытца... После чего ненадолго заглянул к Лизе, без подробностей рассказав, что стрелка прошла благополучно - тем самым успокоив одноклассницу.

Увы, предложение подняться ко мне и помочь с сухарями девушка отвергла - пусть даже и с некоторым сожалением, объяснив, что ей нужно побыть с мамой. Ну да, ну да, та сейчас явно нуждается в поддержке дочери... Если, конечно, именно это участие не делает хуже в настоящий момент! Как же мучительно, наверное, сразу после аборта думать о том, какой замечательный у тебя первый ребёнок. И что второй мог быть не менее добрым, любящим и заботливым...

Хотя как по мне - если ситуация безвыходная, уж лучше родить, подарив человеку жизнь и шанс как-то в ней устроиться... А заодно дать шанс и себе. Да, если припечет, сразу после родов можно отказаться от малыша, отдав его в "дом малютки"... И потом, беременность - она ведь долгая, девять месяцев срок немаленький. Вдруг за это время появится какой просвет, вдруг что изменится и появятся какие-то возможности?

И в конце концов, как бы ни было тяжело в детдомах - все равно это жизнь, это шанс. Тем более, ситуация может нормализоваться - пусть не за девять месяцев, пусть за год, два, три... Но ведь будет же у родителя шанс вернуть ребёнка, будет! А что ситуация нормализуется - это я знаю наверняка. Придёт Путин, и проклятые девяностые останутся позади - пусть и будут ещё напоминать о себе то последними бандитскими разборками, то демографической ямой... Но время, когда молодую роженицу могла ожидать голодная смерть, уйдёт - это я знаю наверняка.

...В очередной раз готовя сухари, я невольно задумался, что "бизнес" этот хоть и довольно прибыльный, но по-настоящему развернуться будет ой как непросто. Для полноценной торговли нужны точки сбыта, нужен более широкий охват, нежели чем одна школа. Но попробуй отдать сухари матери, на реализацию - и в лучшем случае мы начнём печь для владельца ларька за крошечную надбавку к зарплате Татьяны Васильевны. Ибо никто не позволит ей обогощаться за счёт взятого на реализацию товара... Собственной выделки!

В школе продавать сухари, в принципе, можно - благо, рекламу "кулькам" мы сделали. Но хотя в этом и нет ничего особо незаконного - не трава же и не алкоголь! - так все равно учителя, заметив, могут докопаться.

А как продавать незамеченными? Лучше всего, конечно, встать у столовой на большой перемене - место бойкое, сухари должны разойтись. Но рано или поздно директор лавочку прикроет... Да и в столовую на реализацию не отдашь - во-первых, со мной разговаривать просто не станут, а во-вторых, даже если станут, то что помешает поварихам украсть идею? Им то ещё проще - после обедов остаётся довольно много хлеба, соль выделяется, опять же. И нормальные специи сотрудникам общепита куда проще достать!

Идти в другие школы - вариант, но на один, два раза самое большое. Как только местная шпана просечёт фишку, нас прихватят с деньгами, едва мы расторгуемся. Получается, нужна крыша?! Для торговли сухариками, ха-ха-ха... Так ничего и не придумав толком, я решил выжимать тему до конца, покуда сухарики приносят доход. Но для полноценного заработка, конечно, нужно выдумывать что-то куда более масштабное...

Вторник начался спокойно - спокойно и закончился. Во-первых, я сгонял к местному учителю технологии, Тимофею Санычу, попросив у него обычный шпингалет. Вспомнилось, что на уроках труда ещё в младших классах мы мастырили нечто подобное... И технолог пошёл навстречу, выделил мне один из завалявшихся в запасах.

Теперь хоть в туалет и в ванную можно будет сходить спокойно! Благо, что крестовую отвёртку и пару подходящих размером, коротких саморезов я уже нашёл на балконе...

Во-вторых, на большой перемене мы с Димоном действительно встали у столовой - не у самого входа, чуть в стороне. Но так, чтобы следующие на полдник школьники могли видеть, как Диман неспешно, с удовольствием смакует сухарики из кулька... А как потянулись первые "клиенты" из числа попробовавших сухари на стрелке, так дело пошло прям живенько - старая сумка одноклассника опустела ещё до звонка!

Может, и зря я думаю, что "кульки" дело не особо перспективное? Вроде из учителей никто не домахался... Да и шестёрки Саввы без своего "пахана", отлеживающегося с сотрясом, нас не беспокоили.

На счёт самого Савелия я, конечно, беспокоюсь - вдруг накатает заяву ментам? Хотя вроде как не должен - и не по понятиям, и свидетелей у меня куча. Все ведь честно было, по обоюдному согласию... Тем более, со свинчаткой же не я заявился на стрелу! Если что, и отпечаток свинцового шара на опухшем предплечье (слава Богу, всё же не сломанном) смогу предъявить... Но что-то мне подсказывает, что Савелий будет мстить, когда оклемается - мстить лично или через гопников. Так что в карманах осенней куртки у меня теперь покоится и кулёк с дробленым перцем, и трофейные нож со свинчаткой...

В этот раз я жадничать не стал, подогрев Димона сразу одиннадцатью рублями - плюс один рубль ко вчерашнему, и ещё пять за сегодня. Почитай, десять процентов выручки за помощь в продаже... И пять рублей - единовременная премия за риски на стреле! Товарищ довольно заулыбался, получив свою долю - после чего неожиданно для меня спросил:

- Лизке-то что дарить будешь? День рождения, шестнадцать лет... Я, наверное, шоколадкой отстреляюсь, "Аленку" куплю, что побольше - или "Бабаевский". Ну, а ты? Вы теперь вроде как пара?

"Пару" приятель выделил интонацией, бросив в мою сторону острый, пытливый взгляд - на что я ответил чистую правду:

- Да непонятно пока.

- Что дарить будешь - или что вы пара?

- И то, и другое.

Димон не очень весело усмехнулся - после чего попробовал перевести неприятную для обоих тему разговора в иное русло:

- Ну, а на дискач школьный завтра пойдёшь? Лиза-то наверняка пойдёт, днюха все-таки...

Вряд ли мой лаконичный ответ удовлетворил Димку - но он же наверняка дал ему пишу для размышлений:

- Пойдёт Лиза, пойду и я.

После чего уже я перевёл-таки тему:

- Сегодня на вечернюю тренировку идёшь? Все в силе, встречаемся во дворе в половину шестого?

Приятель лишь сосредоточенно кивнул, задумавшись о чем-то своём...

Хотел того Диман или нет, но предупредив о дне рождения Елизаветы, он меня крепко выручил. Плохо конечно, если товарищ испытывает к ней какие чувства - но если на то пошло, Лиза сама выберет, с кем ей быть... Другое дело, что подарить подружке - такое, чтобы запомнилось?!

Ну самый банальный вариант - цветы. Правда, когда я подбил бабки, понял, что сильно дорогого букета взять не смогу, а ради трёх-пяти роз (ну или около того) воду мутить не стоит. Подумаешь, цветы? Красиво и приятно, конечно - но ведь постоят и завянут. Чтобы врезалась в память, нужен большой, шикарный букет - а на такой денег нет.

Я, правда, зашёл в цветочный киоск, чтобы прицениться к кустовым розам или лилиям в горшках - но доступного бюджета в тридцать рублей на них не хватило...

Торт? Это первое, что пришло на ум - но как выяснилось, торты идут от сорока рублей и выше. Причём эти белково-кремовые чудища, на самом-то деле представляющие из себя рулеты, вкусом не восхищают... Ну, как я сам помню по детству.

В итоге, приценившись, купил на развес грамм двести шоколадного печенья, полкило творога, пачку сметаны, пару бананов и один лимон. Яйца у нас дома появились благодаря "сверхурочным", сахар и манка есть... Приготовлю-ка я сам бюджетную вариацию чизкейка - все одно вкуснее будет покупных тортов! Благо, что на остаток купил маленькую шоколадку...

Рецепт донельзя прост: печенье нужно растолочь, смешав с небольшим количеством сливочного масла - и выстлать им дно формы, размазав тонким слоем. А имеющийся творог пропустить сквозь сито, смешать с парой яиц, размочаленными в кашицу бананами, цедрой одного лимона (главное, белую часть кожуры не тереть - будет горчить!), парой столовых ложек манки и сахара по желанию... Я добавил три столовые ложки - плюс полпачки сметаны. После чего вылил готовую смесь на основание из шоколадного печенья, и отправил все в духовку, разогретую до 180 градусов примерно на сорок пять - пятьдесят минут.

Как только творог сверху пожелтеет, приобретя приятный такой, кофейный оттенок, можно будет доставать. А как "чизкейк" остынет, можно также посыпать его сверху тертым шоколадом - навести лоска и придать запеканке праздничный вид!

Но все же главное - это её неповторимый, реально близкий к чизкейку вкус...

Глава 12.

...- Простейшая борцовская техника в ашихаро-карате начинается с подсечек, аши-барай. Но недооценивать их нельзя - подсечка это эффективный инструмент подавления агрессии и довольно действенный приём на все случаи жизни.

Александр Васильевич обвел взглядом полукруг собравшихся каратистов, после чего продолжил:

- Подсечки в карате выполняются несколько иначе, чем, к примеру, в самбо. Мы не прихватываем за кимоно, вытягивая противника на себя, заставив его потерять равновесие. И не выбиваем нагруженную ногу ударом внутренней частью стопы в голень...

Впрочем, именно этот прием сенсей и продемонстрировал спортсменам, легонько подбив ногу Никите Буракову, нашему черному поясу... Впрочем, доводить бросок до конца тренер не стал, поддержав старшего ученика и не дав тому упасть.

- Подсечки в карате проводятся или под шаг противника, или когда боец оказывается сбоку соперника. Показываю...

Василич развернул к себе Никиту, коротко показав ему левостороннюю стойку. Тот послушно принял её, и тогда сенсей продолжил:

- Если вы оба находитесь в левосторонней стойке, вам проще пробить маваши-гери с правой, дальней ноги, в коленный сгиб ближней к вам левой. Но если противник делает шаг вперёд - шаг правой!

Бураков послушно шагнул вперёд - и сенсей наметил левой ногой круговое движение. Но только наметил.

- Тогда вы можете подсечь правую ногу соперника, подцепив её под щиколотке подъёмом стопы. В данном случае мы ногу не выпрямляем, нам ведь нужно сформировать из голеностопа крюк... Никита, шаг вперёд.

Старший ученик (или младший тренер?) послушно шагнул вперёд правой ногой - но не успела она коснуться пола, как сенсей легко и непринуждённо подсек её под щиколотку, поймав на шаге! Успев, впрочем, подхватить падающего на бок Буркова...

- Обращаю ваше внимание - подсечку можно провести как полукруговым движением, так и ударив наискосок. Тогда вы просто пробиваете внутренней частью стопы под углом в сорок пять градусов... Таким же образом аши-барай проводится, если вы находились в правосторонней стойке, а человек шагнул вперёд с левой ноги.

Тренер сменил стойку, Никита "отзеркалил" её, шагнув вперёд с левой - и сенсей тотчас продемонстрировал молниеносную подсечки! После чего продолжил объяснения:

- Ловить противника на шаге - это техника, перешедшая в ашихаро-карате из дзюдо. Но также возможны иные варианты выполнения подсечки - например, противник выбрасывает правый прямой с дальней руки, а вы смещаетесь влево с уклоном, глубоко шагнув вперёд... Так, чтобы оказаться за плечом оппонента.

Никита послушно выкинул удар правой, на что Василич уклонился с широким шагом вперёд - а распрямляясь, тут же наметил удар колена по рёбрам старшего ученика.

- Колено в этой связке обязательно подключается - но пока обойдёмся без него. Так вот! Мы смещаемся влево-вперёд с нырком, едва ли не пристанвым шагом. А остановившись - тут же пробиваем короткий, но жёсткий удар голенью по икре правой ноги противника! Дополнительно прихватив его за плечо... Бьём снизу-вверх, под острым углом - ну словно мяч пинаете! Только пробиваем, повторюсь, голенью... А руками, схватив плечо, можно ещё и рвануть оппонента назад!

Тренер не стал травмировать Никиту, а просто наметил удар по ноге сзади.

- Поняли? Сегодня отрабатываем аши-барай, оба варианта - и с разных ног. Работаем мягко, задачи разбить ноги и себе, и товарищам нет! Но и во время подсечки не упирается, нагруженную ногу тяжело подсечь. А если приложить необходимое усилие, травм не избежать... Все, разбились по парам!

...В отличие от субботы, очередная тренировка мне очень понравилась. Мало того, что нарабатывали рабочий и эффективный приём, так ещё под конец занятия тренер показал вариант отработки внутренних лоу-киков... Ну то есть маваши-гери-гедан. Причём изнутри били накоротке по восходящей, также под углом в сорок пять - что по мне, так-то больше похоже на лоу-кик из тайского бокса. Но главное - эта техника позволяет выбить и буквально вынести ногу противника по направлению удара! Отрабатывали на макиварах - и у концу тренировки я неплохо так набил внутренний маваши, без труда уронив им Димана... По большому счету, принцип переноса веса тела в момент удара я не просто осознал, переодически успешно добиваясь правильного движения - нет, все происходит уже автоматически, без постоянного контроля разума.

И это не может не радовать!

Плюсом сегодня я попробовал включить в стандартные растяжки технику "нырков" из хапкидо. Это когда становишься в поперечный шпагат насколько можешь, но опираешься на локти, перенеся на них вес тела. А потом "ныряешь" на локтях, подавая корпус вперёд, и тут же отводишь таз назад... И с каждым повтором нырка поперечный шпагат увеличивается - на полсантиметра, сантиметр, но увеличивается! Сенсей посмотрел-посмотрел, головой покачал, но ничего не сказал. Такое ощущение, что взял на вооружение...

Так что зал я покинул в приподнятом настроение, с приятной ломотой в теле и усталостью - но, что называется, не на последнем издохе. Отлично поработал, теперь можно и отдохнуть - а все заботы и тревоги долой! "Чизкейк" готов, завтра днюха у Лизы, поздравлю прямо с утра, часов в семь, ещё до школы! А там и дискотека, и вообще...

- Смотри, Серый. Девяносто девятая Кузнеца.

Димон едва различимым в темноте кивком головы указал на проехавшую мимо машину, вскоре остановившуюся метрах в ста впереди. Вроде встала у подъезда - но мы с товарищем обычно именно этим двором и возвращаемся домой.

Я замер, напряжённо вглядываясь вперёд:

- Думаешь, по наши души?

- Да не... Здесь же Каринка живёт.

- Серьёзно?! Всего в пяти минутах от нас?

Димка пожал плечами, недоуменно протянув:

- Ну да... Это же наш район, девятнадцатый. Кто ещё будет в местную школу ходить? Да блин, Серый, ты гонишь - мы же с Лизой были у неё в гостях в четвёртом классе, неужели забыл?!

Ага. "Забыл"...

- Братан, столько всего навалилось в последние дни - тут свой дом забудешь, где находится... Ладно, если он Карину привёз, пошли - стороной обойдём, не будем мешать миловаться!

Диман лишь согласно кивнул - и мы неспеша потопали вперёд, надеясь, что в обществе Карины Кузнец даже не обратит на нас внимание... Опять же, потемки!

Но не тут-то было...

- Придурок!!!

Громко хлопнула передняя пассажиркая дверь - из машины выбитой из-под шампанского пробкой вылетела Каринка, истеричным визгом переполошив округу. У меня, правда, этот крик вызвал лишь злорадную усмешку...

Тут же потухли габаритные огни, хлопнула дверь водителя, послышались быстрые шаги. Мелькнула неясная в ночь тень, устремившаяся вслед за одноклассницей - и когда Карина рванула ручку входной двери, бьющий из подъезда свет выхватил не только ее фигуру, но и Кузнеца, успевшего схватить девчонку за локоть:

- Слышишь, тварь - ты будешь делать то, что я скажу. Будешь!

Кузнец говорит негромко - так, что я едва различил его слова, но голос его звенит от злости. Да и на последнем слове он не удержался и сказал уже громче, приказным тоном... На что Карина с искренним возмущением воскликнула:

- Я не твоя шлюха! Пошёл ты на ...

Раздался хлесткий звук сочной пощёчины - а затем Кузнец схватил отчаянно закричавшую девчонку за волосы и силой поволок к машине:

- Я сказал! Ты будешь делать ВСЕ, что я скажу, поняла?!

Нет, посылать Толика на три буквы было очень опрометчиво - не знаю, есть ли в круге его общения блатные, но если есть... В их среде за такое оскорбление требуется натурально убивать - если же стерпел, то все, почитай обнулился твой авторитет. Но Кузнец совсем потерял берега - мало того, что он потащил отчаянно завизжавшую девчонку к машине за волосы, так ещё и швырнул её вперёд, буквально впечатав в дверь... По которой Карина, надсадно рыдая, и сползла.

- Че замерли?! Свалили отсюда на ...!

Это уже Толя обратился к нам с Димоном - мы невольно замедлились, став свидетелями не просто ссоры, а откровенного насилия... Но теперь я упрямо шагнул вперёд - и дело даже не в том, что Кузнец также послал нас на три буквы. Я ведь не живу по понятиям... Но его откровенная жестокость к Карине - это перебор! Я просто не смог безучастно посмотреть и пройти мимо...

Справедливости ради - я не прошёл бы стороной, если бы так обращались с любой другой женщиной на её месте.

- Ты чего творишь? Она тебе сдачи не даст. С ума сошёл?

Понимая опасность конфликта с Кузнецом, я тщательно подбираю слова - и стараюсь при этом держать тон спокойно-нейтральным. Но Толик моей дипломатии не оценил, бешено взревев:

- Ты сдачи дашь, щенок?! А-а-а... Да я тебя узнал, каратист! Вот сейчас за все и ответишь!

- Пацаны, да вы чего?! Не надо...

Не слушая инстинктивно попятившегося назад Димана, боксер энергично рванул ко мне, будто позабыв о Карине. Не иначе девка довела его до крайности, и Кузнец решил выместить всю злобу на мне... И только теперь я поспешно скинул с левой руки сумку со сменкой, отчаянно шаря пальцами правой в кармане! Не сразу в них уткнулась ребристая рукоять свинчатки... А вот Карина, перестав рыдать, неожиданно резко рванула к подъезду; только что и хлопнула дверь за её спиной! Боксер обернулся на этот звук, сорвавшися голосом заорав:

- Куда, тварь?!

И уже было рванул назад... Но его остановил мой окрик:

- Толя!!!

Кузнец развернулся в мою сторону, не успев даже вскинуть руки к голове... Пробежав последние шаги, я резко вынес вперёд колено, в одно маховое движение распрямив ногу - и пробил носком правой в живот уродца! Мае-гери вышел на диво хорош, я сумел вложить в удар инерцию разбега - так что боксер аж согнулся от боли, яростно прошипев:

- Убью...

Но действуя на инстинктах, я не стал ждать, когда противник восстановиться - в голову Кузнеца полетел акцентированный правый прямой! И хотя Толик успел закрыться предплечьями, он тут же завопил от боли, отшатнувшись назад:

- А-а-а-а-а!!!

Ну что урод? Почуял свинчатку?! А ведь знал же, что Савва был с ней на стреле...

Но крик Толика меня чуть остудил - вдруг я сломал ему руку? Вроде-то удар посильнее вышел, чем у Саввы... И повторно бить в голову Толика свинчаткой я не стал.

Нет! Разогнав плечи первым ударом, я перенес вес тела на правую ногу - и бросил кулак левой в челюсть соперника, вкладываясь в хук корпусом! Вот только рука моя резанула по воздуху - противник заученно нырнул под боковой удар, и я аж похолодел от ужаса... Только чудом успев отпрянуть, подав голову назад! Пружинисто выпрямившись, Толик лишь вскользь зацепил меня свингом, не попав в челюсть... Но в носу хрустнуло, острая боль резанула сознание.

И тогда я инстинктивно ударил правой, забыв о свинчатке!

А Кузнец легко, заученно уклонился - встретив меня точным кроссом вразрез. Контрящий удар, что пробивается навстречу правому прямому, промеж рук соперника - нас ему не учили... Вживую я видел его лишь в исполнении Фёдора Емельяненко в поединке с Чейлом Сонненом - на первых секундах боя.

Ну, незадолго до нашей памятной встречи с Андреем...

Я сам не понял, как впечатался задницей в землю - хотя сознание и не погасло, но перед глазами вспыхнули звезды... Примерно понимая, чем все кончится, я поспешил закрыть голову, перекрывшись скрещенными предплечьями; вовремя! Тяжёлый удар ноги бросил меня на спину, но вновь не потушил свет... А затем в замахнувшегося для повторного удара Толика с разбега врезался Димон, едва не сбив отшатнувшегося боксера с ног! Да тотчас над нашими головами раздался пронзительный бабий крик:

- Пошли отсюда, хулиганы! Я милицию вызвала!!!

Долгих лет тебе, добрая женщина...

- Я вас ещё урою, псы помойные!

Кузнец поспешил к машине - и только завёл её, как тут же резко сдал назад. Димон едва успел рвануть меня к бардюру! Интересно, потерявший берега боксер так опрометчиво "пугал" нас - или на полном серьёзе пытался сбить?

- Дим... Спасибо тебе. Человеское. Два раза спас...

Друг, действовавший на одних инстинктах, сейчас оторопело замер, неотрывно следя за удаляющейся машиной. На слова вообще не реагирует... Шок?

- Диман, спасибо говорю!

- Да не за что, Серый... Вот только Кузнец нас теперь точно уроет. Причём обоих. И без вариантов.

По-прежнему шок? Говорит вроде спокойно, негромко. Но как-то не похожа сейчас речь товарища на его повседневную болтовню.

- Да хватит! Преувеличиваешь же! Мы, в конце концов, тренируемся с каратистами...

Одноклассник ответил совсем негромко:

- На это и уповаем... Ты как? Идти сможешь?

- Попробую...

Весь измазавшийся в грязи, я наконец-то поднялся на ноги - и, подняв оброненную свинчатку, кое-как заковылял в сторону дома. Сам, без Димкиной помощи... Но теперь - после того, как друг сделал выбор и рискнул прийти мне на помощь, - ребром встал один неприятный мне, но обязательный вопрос:

- Тебе нравится Лиза?

Димка не стал отвечать сразу - я и уже подумал, что он вообще промолчит, но тут раздалось негромкое:

- Да.

- Понятно... Диман, я ей испек творожный пирог ко дню рождения, завтра хотел поздравить ещё до школы. Подходи тогда к семи к её квартире, приноси свой подарок... Вместе поздравим, вместе признаемся, что нравится. И пусть тогда сама выберет - так будет честно. Согласен?

Дружбан словно эхом повторил:

- Согласен...

Блин. Судя по бесцветному тону, особого энтузиазма моё предложение не вызвало. Но с другой стороны - получается, я должен был сразу подвинуться? Так ведь тоже нечестно! Он может, соберётся с духом и признается в своих чувствах классе в одиннадцатом! И не факт, что Лиза к тому времени будет свободна, проявит какую-то взаимность или не разонравится самому Димону... Нет, пусть выберет сама - может, просто пошлёт обоих, да и все? Ну, а если нет - выбор женщины в таком вопросе является определяющим...

И все же я решил немного уравнять шансы:

- Хочешь скажу, что пирог испекли вместе и ты мне помогал? Только тогда будет честным сказать, что и на шоколадку вместе скинулись...

На этот раз Диман ответил уже более ясно и твёрдо:

- Нет, не надо. Я не только шоколадку подарю, да и вообще - она же ведь не по подарку выбирать будет!

Я согласно кивнул:

- Верно... Только Диман, давай так - кого бы Лиза не выбрала, мы с тобой друг за друга до конца. То, что ты меня спас из-под машины и не дал добить Кузнецу, дорогого стоит - это поступок настоящего друга.

Замерев на месте, я протянул руку Шацких - и всего мгновение поколебавшись, тот крепко её сжал:

- Так и ты, когда мы с гопниками схлестнулись, на помощь пришёл. А до того единственный из класса за Лизку заступился... Да и мимо Карины и Кузнеца не прошёл. Это... Это настоящий поступок, Серый. А ты - мой настоящий друг.

- Спасибо, Димка!

Я с чувством обнял Шацких - как известно, друзья познаются в беде, а сегодня у меня стало на одного настоящего друга больше... Но стоило мне подумать об этом, как Диман задал неожиданный вопрос, буквально огорошив меня:

- Слушай, ну а Карина?

- А что Карина?!

Мне не пришлось даже играть искреннее недоумение - на что Димон уточнил:

- Ну, Карина ведь всегда тебе нравилась, а тут вроде она с Кузнецовым... Все. И ты за неё так красиво вписался, и пострадал, и вообще... Ты не думаешь теперь, что у вас могло бы что-то получится?

Я замер, словно пропустил удар - но тут же твердо ответил:

- Нет. И будь на её месте любая другая девчонка, я также попробовал бы помочь. Тут дело вовсе не в Карине... А в Кузнеце. Я-то и драки не хотел, думал чуть успокою Толика на словах, и разойдемся...

Последнее, кстати, чистая правда. Но ответив на главный вопрос Димки я, кажется, все же покривил душой... Вот только сам осознал это не сразу.

Глава 13.

Дома мне повезло - прежде, чем мама увидела моё лицо (и залитую кровью верхнюю одежду), я успел нырнуть в ванную под предлогом искупаться после тренировки. А там кое-как затер водой тёмную куртку и принял душ.

С носом непонятно - то ли сломан, то ли просто разбит, но вбок его пока не свернуло! Все же повезло отдернуть голову в последнее мгновение... А дальше мне повезло ещё сильнее - мама засела смотреть телевизор на кухне при слабом освещении, по "ТВ ЦЕНТРУ" вечером пустили "Сердца трех". Ну и посмотрели вместе, почему нет? На удивление отличный фильм, один из лучших в перестроечное время... Позже я пошёл спать, Татьяна Васильевна осталась на кухне - у неё перед ночными сменами в круглосуточном ларьке выработана привычка ложиться попозже, чтобы спать часов до одиннадцати-двенадцати.

Ну а что, вариант. Сын в это время как раз в школе, никто не мешает как следует отдохнуть...

Будильник прозвенел над самым ухом - специально положил его поближе, чтобы быстро среагировать. Завёл на шесть тридцать - а ровно в семь я уже закрыл входную дверь на ключ, стараясь не шуметь, и начал спускаться на этаж ниже... Не сказать, что был удивлён, увидев Димана, нетерпеливо переминающегося перед дверью Лизиной квартиры - но все же думал, что придется его немного подождать.

К чести Шацких, зайти к однокласснице соло он не пытался... Но выглядит мой друг каким-то взвинченным, слегка нервозным, что-ли. И быстро поздоровавшись за руку, он спешно, едва ли не скороговоркой заговорил:

- Слушай, Серег, я в подарок в итоге духи купил. Долго откладывал, ну и в общем... Вот.

Сильно волнуюсь, приятель продемонстрировал мне флакон туалетной воды "Intime" - помниться, в году так в восемнадцатом марка была не очень дорогой... Но, в конце-то концов, на что мог накопить школьник? Не "Cacharel Noa", в конце-то концов?

Я только равнодушно пожал плечами - хотя сердце легонько кольнула неприязнь:

- Ну и молодец, что смог скопить деньжат. Я пока только на месяц тренировок заработал да на пирог... В любом случае, мы же не собирались подкупать Лизу подарками? Сам ведь о том говорил.

- Ну да, конечно!

Кажется, Дима пропустил мимо ушей лёгкую шпильку на счет оплаты тренировок - ну, а я не стал развивать тему, подавив лёгкий приступ раздражения... У двери я в нерешительности замер на краткое мгновение - но быстро подавил слабость, нажав на кнопку звонка. Из квартиры донеслась отчетливая трель, послышались шаги... А там и звяканье ключей.

- Дима, давай... С днем рождения тебя, с днем рождения тебя! С днем рождения, дорогая Лиза, с днем рождения тебя!!!

Заспанное лицо одноклассницы удивленно вытянулось, а глаза округлились от изумления - мы с Диманом синхронно протянули ей свои подарки, и девушка даже прикрыла рот руками в несколько наигранном восхищении. Впрочем, слова её звучат вполне искренне:

- Ребята... Спасибо вам огромные, родные мои!

Лизка бросилась нас обнимать - и первым обняла Шацких; впрочем, это объяснимо, у меня-то в руках пирог! Заранее убранный на лоджию, соединенную с кухней - ночью температура на ней была практически как в холодильнике, да и ненужных вопросов маман удалось избежать...

- Серёж, а что это?

С благодарностью приняв подарок Димы, девушка повернулась ко мне, с интересом разглядывая содержимое большой круглой тарелки.

- Это кулинарное творчество на тему чизкейка. Не с творожным сыром, конечно - но должно получиться повкуснее магазинных тортиков.

- М-м-м... Спаси-и-ибо!!!

Лизка обняла меня крепко-крепко - да и "спасибо" её в мой адрес прозвучало куда выразительнее. Судя по кислой физиономии Димана, мне точно не показалось... И прежде, чем я успел бы хоть что-то сказать, девушка порывисто шагнула внутрь квартиры:

- Ребят, давайте сразу попьём чая с пирогом, а? Вы же наверняка не завтракали в такую рань?

Мы с Шацких переглянулись, после чего синхронно кивнули. Как говорится, дают, бери...

Планировка Лизиной квартиры - один в один с нашей. Так что я быстро нашёлся, где помыть руки - и первым прошёл на кухню, нарочито бодрым тоном поздоровавшись с Лизиной мамой:

- Здравствуйте! Поздравляю вас с днём рождения замечательной доченьки!

- Спасибо... Сейчас ребят, кружки поставлю и выйду с кухни.

Мама - невысокая, чуть полноватая женщина лет тридцати пяти-сорока дежурно улыбнулась нам с Димкой, после чего спешно удалилась с кухней, закончив нехитрую сервировку стола. Вроде держится бодрячком - но в глазах неприкрытая тоска... Да блин, ещё бы! День рождения первого ребёнка не может не напоминать о том, что второму так и не дали появиться на свет...

Чай по чашкам (краем глаза я заметил на столе упаковку "Принцессы Нури") принялась разливать сама Лиза:

- Серёж, ты конечно, с "чизкейком" угадал. Мама обычно мне "Наполеон" печёт на день рождения, а тут у неё сил не было...

Девушка на мгновение запнулась, но тут же продолжила:

- Так что твой пирог очень кстати. А как же он красиво выглядит!

Шацких не смог удержаться, ревниво уточнив:

- А мой подарок тебе совсем не глянулся?

- Дима!!! Ну скажешь тоже! Это мои любимые духи, самые популярные в школе! Спасибо тебе огромное...

Лиза на мгновение склонилась к другу, быстро чмокнув его в щёчку - но тотчас уравняла нас, поцеловав и меня. А после широким жестом пригласила к столу:

- Налетайте!

Запеканка удалась на славу - тот самый насыщенно-сладкий за счёт банана вкус вкупе с лимонной кислинкой в сочетании, действительно напоминает мне настоящий чизкейк. Тем более, протертый через сито творог, смешанный со сметаной, имеет куда более нежную, воздушную структуру... А Диман, попробовав, так и вовсе вытаращил глаза:

- Да ты гонишь?! Это не ты пек!

- Слово пацана, сам!

Лизка также попробовав, довольно сощурилась - и на одной ноте протянула:

- М-м-м... Пальчики оближешь! Это точно вкуснее всех магазинных тортов!

Тут уже и я не смог сдержать самодовольной улыбки:

- А то! Фирма веников не вяжет, фирма пироги печёт... Ладно, Лиз, тебе пора одеваться, а то в школу опоздаем. Выходи пожалуйста, мы тебя на улице подождём.

- Да-да, конечно...

У подъезда мы с Шацких дожидались девушку в тягостном молчании - волнуясь каждый о своём. Хотя почему "о своём"? Нам обоим нравится одна и та же девушка! И хотя в душе я уверен, что у меня больше шансов - но ведь чужая душа потемки, а уж женское сердце и вовсе большая загадка... Так что невольно потряхивает, да.

Наконец, когда в очередной раз из-за деревянной двери с выцвевшей бурой краской на фасаде показалась именно Лиза, я решительно шагнул ей на встречу... А за мной столь же решительно двинул побледневший от волнения Диман.

- Лиз, у нас обоих к тебе есть серьёзный разговор.

- Да!

Шацких коротко подтвердил мои слова - и глаза девушки удивленно округлились, а на дне их заплескалась лёгкая тревога:

- Д-да? Что вы хотели, ребят?

Я повернулся к другу, невесело хмыкнув:

- Ну че? Давай хоть вместе... Ты нам нравишься!

Последние слова мы с Щацких произнесли едва ли не хором - на что девушка только нахмурилась, не совсем поняв, к чему мы ведём... И я поспешил перейти к сути:

- А поскольку мы с Диманом друзья, то просим тебя ответить - нравится ли тебе хоть кто-то из нас, и хотела бы ты встречаться с кем из нас? Выбор-то в любом случае должна сделать ты.

Товарищ только кивнул, соглашаясь с моим предложением - на что Лиза, до того изумленно взирающая на нас, неожиданно засмеялась... В голос! Причём смеялась она долго и с таким чувством, что я сам невольно (и недоуменно) заулыбался.

Удивительное дело - но перестала смеяться Лиза довольно резко; пару раз всхлипнув, успокаиваясь, девушка неожиданно серьёзно ответила:

- Дураки. Вы хоть подумали, что было бы с вашей дружбой, если бы я действительно выбрала кого-то из вас, а?

Я только промолчал, а вот Димон вдруг невнятно пролепетал:

- Мы договаривались... Мы договорились. Что тот, кого ты не выберешь, отойдёт в сторону и не будет мешать. И что мы все равно продолжим прикрывать друг друга...

Лиза только усмехнулась, недоверчиво протянув:

- Ну-ну... Так, мальчики, чтобы вы понимали - мне сейчас не до отношений. Вообще! И никого выбирать я не собираюсь, вы оба мои друзья! И как друг, Шацких, скажи мне - ты сделал домашку по геометрии? Вчера "Сердца трех" вечером крутили, сил уже не было чертить, с мамой смотрели... Дашь списать?

Диман, как кажется, даже обрадовался такому ответу - и энергично закивал, расплывшись в какой-то глупой улыбке. А я, хоть и прогнозировал подобный исход, как один из вероятных, все же испытал горькое разочарование... Усиленное осознанием того, что и сам никакой домашки вчера не делал. Вот совсем не делал!

- Диманыч, мне тоже списать нужно. У меня же звенящая пустота в тетради - а вдруг дэзэ будет проверять?

...Но нет. Домашнюю работу по геометрии сегодня не проверяли - может именно потому, что мы успели её списать у Шацких? Вот серьёзно, я практически уверен в том, что будь иначе, и математичка бы что-то такое почувствовала бы... Этакий аромат страха и неуверенности! Ну, как акулы издалека слышат в воде запах крови, так вот и эта мадам стопудово бы решилась проверить домашку!

Впрочем, несмотря на опасность словить уже вторую двойку, на уроке я никак не мог сосредоточиться на объяснениях учительницы, невольно отвлекаясь на Карину. Последняя вошла в кабинет уже перед самым звонком, и переговорить с ней до урока у меня не получилось... Удивили и метаморфозы, произошедшие с одноклассницей: простой конский хвост вместо сложной причёски, полное отсутствие макияжа и неброское, чуть даже великоватое ей платье. Безусловно, в таком образе Карина подрастеряла очарование "царевны Будур" (как её порой называют в классе) - но в сравнение с прежним её обликом, этот вариант мне понравился даже больше.

С огромным трудом я дотерпел до звонка, чтобы мгновенно собраться - и двинуться вслед за стартовавшей с первой парты Карины, не дожидаясь друзей. Догнал девушку я уже в коридоре:

- Карин, подожди! Как ты?

Одноклассница обернулась и даже подождала меня - но на вполне ожидаемый вопрос (заданный кстати, участливым таким тоном), ответила довольно раздражённо:

- Тебе какая разница?!

- Да в смысле, какая? Я вчера все видел... А за то, что вмешался, едва не поплатился сломанным носом! Ну и сдаёт назад Кузнец очень интересно. Так, будто хочет задавить лежащего на дороге человека...

В этот раз Карина посмотрела на меня с удивлением - даже изумлением! - и ответила далеко не сразу. Похоже, вчера она просто не узнала мой голос... Однако горячей благодарности я так и не дождался:

- Значит, не нужно было заступаться!

Я аж поперхнулся от изумления, услышав такую отповедь - после чего не смог сдержать резкого ответа:

- В следующий раз точно пройду мимо! А ты, наверное, ещё и вернёшься к Кузнецу - он же весь такой крутой боксер, и на тачке, да? Так, руку иногда поднимает на женщин - но это же норма?

- Захочу и вернусь! Тебя мои дела не касаются.

Сказала как отрезала. Я едва не плюнул ей под ноги, в последний момент развернулся и двинул прочь, коротко охарактеризовав одноклассницу:

- Дурая набитая.

- Сам придурок!

Ну, вот и поговорили...

На дискотеку я не хотел идти, правда. Прошлая жизнь не предполагала возможности "зажечь" на танцполе - ну и да, я был наслышан о подобных мероприятиях... Составив о них не слишком-то и лестное мнение! Одни, поддав, приходят потолкаться, нарываясь на драку. Другие мнутся по тёмным углам, меньжуясь пригласить девчонку на медляк - или бестолково дергаются, пытаясь поймать ритм музыки... Я танцевать не умею, и настроения кого-то на медляки приглашать у меня не было. Лизка, к тому же, вдруг отчего-то передумала идти на дискотеку - и вообще всю вторую половину дня была какая-то вся насупленная и неразговорчивая.

Но - уломал Диман. Друзей не бросаем, да? Пришлось тащиться против воли...

Школьный дискач, гордо именуемый "осенним балом", администрация организовала в актовом зале. Н-н-ну... Не все так плохо. Приглушенный свет, диско-шар даже сумели повесить... По углам мрачновато, конечно. Ну и музыка - колонки есть, трещат конечно, но есть же!

- Крошка моя, я по тебе скучаю... *

В зал я вошёл под энергичную и заводную композицию "Руки вверх", даже подрыгав руками для приличия - но тут же слился к пацанам, жмущимся вдоль стенок. Ну не умею я танцевать... Так рьяно рвавшийся на дискач Диман также быстренько стушевался - и последовал моему примеру.

Поручкались со знакомыми пацанами - но даже поговорить нет никакой возможности, все слова заглушает чересчур громкая музыка. Остаётся только смотреть на танцующих...

Следом за "Крошкой" заиграла незабвенная "Ча-ча-ча" находящихся на пике "Блестящих" - а я, разглядев Ромку, небрежно кивнул ему как старому знакомому. Тот ободряюще махнул рукой, рядом обнаружились ещё два пацана с секции... А после я замер от изумление, разглядев на танцполе весело отплясываюющего Кузнеца - в сопровождении все такой же разряженной и накрашенной Карины.

- Да твою же ж...

Когда я поругался с одноклассницей, то предложение о воссоединение с мразотой, поднявшей на неё руку, было озвучено как совершенно дикая нелепица. Но теперь... Теперь у меня нет слов. Неужели все, чему я был свидетель, подходит под определение "милые бранятся, только тешатся"?! Блин, серьёзно - вот после таких ситуаций действительно заречешься встревать в разборки между парами!

Как в поговорке - тут уже ничем не поможешь, девочку не перевоспитать...

Я толкнул Димана в бок, кивком головы указав на внешне беззаботную пару; у Шацких изумленно вытянулось лицо и округлились глаза. В недоумение переведя на меня взгляд, он хотел что-то сказать... Но тут кто-то взял меня за локоть - и требовательно потянул в сторону.

Я обернулся...

И даже не смог сразу узнать Лизу. Завитые волосы, искусно наложенные вокруг глаз тени, делающие взгляд девушки более пронзительным... Мягкая, не кричащая помада - и полное отсутствие очков.

А ещё такая изящная тесемка вокруг шеи... Кажется, она называется чокером?

Честно сказать - ранее подружка казалась мне не очень симпатичной на лицо. Но вынужден признать, что без очков и с правильно подобранной косметикой она выглядет куда более привлекательно... Девушка самодовольно улыбнулась, довольная произведённым эффектом - и потянула меня за собой, в сторону танцующих.

- Идем!

Я не сколько услышал, сколько прочитал по губам - и послушно двинул за одноклассницей, словно за поводырем, лишь мазнув взглядом до Диману. Тот в растерянности замер на месте - с явной обидой в глазах. Но ничего не попишешь! Кажется, Лиза поменяла решение и все же сделала выбор...

А ещё она очень пластично двигается под музыку - взгляда не оторвать.

Я так не умею - и все же, поймав кураж, принялся как-то повторять, то поднимая руки вверх, то двинув плечами, то притопнув ногой... В какой-то момент я действительно почувствовал музыку и словно бы даже начал получать наслаждение от хаотичного танца - но тут же композиция, как назло, закончилась!

Впрочем, когда поставили следующую и заиграл "Летний дождь" Игоря Талькова, я понял, что наступило сокровенное время медляка...

Я никогда ещё не танцевал медленный танец - но сейчас смело шагнул вперёд, вдруг подумав, что все будет хорошо и все получится. Загадочная, но явно ласковая улыбка Лизы лишь укрепила меня в этом предчувствие - и взяв её за ладони, я потянул их вверх, к плечам... После чего положил собственные руки на тоненькую талию одноклассницы, чуть привлекая её к себе.

- Летний дождь, летний дождь... Начался сегодня рано...**

Отчаянно страшась наступить подружке на ноги, я очень осторожно повёл её в танце - но вскоре страх ушёл. Лишь стоило Лиза прижаться ко мне, коснувшись щекой моей щеки... И тут же я понял, что девушка пахнет как обычно - едва уловимыми, сладко-пряными нотками, аромат молодого женского тела.

И никаких духов...

* "Крошка моя", исполнитель "Руки вверх".

** "Летний дождь" исполнитель Игорь Тальков.

Глава 14.

Я мог бы кружиться в медляке с Лизой хоть целую вечность. Крепко прижимая к себе девушку и скользя губами по ее щеке в поисках губ одноклассницы… Та, впрочем, от поцелуя все же увернулась – а потом и вовсе заиграла какая-то чересчур бодрая и энергичная музыка незнакомого мне исполнителя.

Ладно, дождусь другого медляка…

Правда, на сей раз поймать ритм и начать танцевать у меня не очень получилось – да и Лиза со смущенной улыбкой попросила меня подождать, отправившись в «дамскую комнату». Что лишило меня всякого вдохновения и мотивации… Я довольно глупо замер на танцполе – и танцевать не танцую, и к Диману возвращаться нет никакого желания. Неловко как-то все получилось, да и одноклассница должна вскоре вернуться... В итоге решил просто постоять, оглядываясь в поисках знакомых – и тут же поймал взглядом Кузнеца, с независимым видом следующего сквозь толпу пляшущих; в мою сторону боксер даже не посмотрел. Да ну и хрен с ним!

Жалко только Карину. Несмотря на то, что девушка раз за разом делает какой-то странный, неправильный выбор по жизни – но все же делает она его под давлением обстоятельств. Конечно, ей бы разок упереться, не прогнуться, постоять за себя…

Я не успел даже додумать свою мысль: обоняние вдруг уловило довольно утонченный аромат явно недешевых духов – а правой руки неожиданно коснулись теплые девичья пальцы. Удивленно обернувшись, я увидел саму Карину, проследовавшую мимо как ни в чем не бывало – но она явно что-то вложила мне в руку! И тотчас подняв ладонь, я увидел в ней крошечный клочок бумаги – на которой трясущимся, неровным почерком написаны всего два слова: «вас ждут».

Е-мае…

Я поглядел в спину удаляющейся Карины – и едва-едва подавил желание догнать их с Кузнецом. Если «ждут», то явно не сам боксер в единственном числе – против которого у меня итак нет никаких шансов. Если только «неждануть» его, налетев сзади…

Но ведь это просто подло.

А самое главное – если спровоцировать конфликт прямо сейчас, я могу тупо запалить Карину… Явно рискнувшую, чтобы предупредить меня. Хотя почему только меня? Написано «вас» – и девушка явно не на «вы» ко мне обращалась… Значит, речь идет как минимум о Димоне – а как максимум, о всех каратистах на дискотеке.

Все же молодец Каринка – пусть даже она таким образом рассчиталась со мной за вчерашний вечер… Даже если так, ранее я думал о девушке явно хуже!

…Я подождал еще минуты три после того, как эффектная во всех смыслах пара покинула актовый зал – и только после сам двинулся на выход.

- Сереж, ты куда?

- Подожди, Лиза!

Девушка замерла у самого входа в зал, недоуменно и даже с обидой посмотрев в мою сторону – но не сейчас Лиза, не до танцев… Догонять Кузнеца и Карину в школе смысла никакого нет – как и висеть у них на хвосте. Если нас реально будут встречать – так ведь наверняка у прохода в школьной ограде, вид на которую открывается уже с третьего этажа. Так что…

Я взлетел на третий этаж, быстро пробежав по коридору в поисках незапертых классов. Ну да, окна школьных рекреаций выходят во внутренний двор – тут я не продумал… Но в очередной раз дернув дверную ручку, с облегчением выдохнул – подалась! После чего, не включая света, я подошел к окнам – и тут же внутри все сжалось тугим узлом: у ворот нас дожидается человек десять, не меньше. На моих глазах к ним присоединился Кузнец, в то время как Карина стороной обошла боксеров (или гопоту?), направившись домой. Толик не стал ее останавливать – да это и неважно сейчас… Важно, чтобы никто из каратистов не двинул в сторону дома в одиночку!

Также бегом я слетел вниз, ворвавшись в актовый зал – и уже у самого входа перехватил Димана:

- Ты куда?!

Шацких только буркнул себе под нос:

- Домой.

- Ты чего блин, обиделся что ли? Слушай, Лиза сама ко мне подошла…

Но Димон не стал меня слушать, раздраженно дернув плечом – да и я не вижу никакого смысла оправдываться. Тем более что попытки объясниться сейчас звучат по-детски смешно и нелепо… Нет, я просто схватил товарища за плечо и рванул его на себя:

- Дурак! Там Кузнец с боксерами наших дожидаются, «добрый вечер» собрались нам устроить! А ты и в секцию ходишь, и вчера со мной был, когда мы с Толиком схлестнулись… Тебя на раз замесят!

Шацких заметно побледнел с лица, только и проблеяв:

- Не гонишь?

- Да поднимись на третий и в триста одиннадцатый кабинет зайди, он не закрыт. Своими глазами все увидишь – у ограды толпятся! Кузнец спецом на дискотеку пришел – посмотреть, кто из каратистов на танцах!

Диман машинально кивнул – но тут же спохватился:

- Погоди… А с чего ты взял, что они нас ждут? Может, тебя одного?!

Блин, все-таки Лиза была права – ее выбор поставил нашу с Шацких дружбу на край пропасти. Ибо его последние слова прозвучали с явным подмахом – мол, тебя ждут, так ты и разбирайся!

- Ну, иди тогда домой, коли тебе опасаться нечего... Заодно проверишь, прав я или нет.

Одноклассник несколько стушевался – но парень Дима явно нестабильный, вдруг действительно рискнет? Так что я не стал особо измываться над приятелем – и сразу же раскрыл карты:

- Да Карина меня предупредила! Вот ее записка – «вас ждут». «Вас», а не «тебя», понимаешь? Мне одному и Кузнеца хватило бы за глаза, не стал бы он собирать толпу! Нет, закусился Толик на всю нашу секцию… Так что пошли на танцы, я там Ромку видел – и с ним еще пацаны были. Нужно всех выцепить и Лизу предупредить, чтобы из школы не ногой!

Тут Диман уже ничего против говорить не стал, молча кивнул. Спасибо хоть и на этом…

Минут пять спустя мы вновь собрались в коридоре – я, Рома, Диман и еще трое пацанов с секции… Всего трое. Но, выслушав меня, обычно невозмутимый Роман вдруг набычился – и резко махнул рукой:

- Нужно гасить Кузнеца и его прихлебал! Достали гопники, достали старшаками из боксеров прикрываться! Сколько еще нарываться будут… Нет, пора! На вахте телефон есть, я сейчас Буракова вызвоню – а он через полчаса всех наших соберет!

Мне план товарища не особо понравился – да и пока каратист говорил, от него вдруг явно повеяло пивком…

- Рома, полушай: ну если есть телефон – так проще же милицию вызвать. У них опорник неподалеку…

- Да хорош! Ты че, Серега? Позовем ментов, так гопники нам жизни вообще не дадут! Ну, подъедет сейчас патруль, ну разойдемся мы по домам. Так завтра нас по всему району гопота щемить станет! В том числе и за то, что мусорам за помощью обратились… Нет, нужно решить вопрос здесь и сейчас, по уличным понятиям – по их понятиям! Сколько их там говоришь, человек десять? Так нас больше будет!

Ромка таращится на меня, вылупив лихорадочно сверкающие глаза – я его таким никогда не видел… И сразу же пришло понимание того, что сейчас товарища по секции никак не переубедить. Да и заткнуть его не получится – во-первых, потому что на стреле он вписался за меня против Кузнецова. Выходит, к грядущему махачу мы пришли именно из-за меня... Ну, а во-вторых? Во-вторых, Рома банально сильнее и тренированнее, и «заткнуть» его у меня просто не получится.

Так что я… Так что я банально стушевался.

…А вот Рома развил кипучую деятельность, отзвонившись Буракову и назначив ему «рандеву» у школы через сорок минут – после чего начал по одному, по двое выцеплять с дискотеки пацанов, имеющих к гопникам свои счеты. Набралось еще человек пять – и еще человек пять, а то и больше, по-тихому покинули дискотеку, двинув к своим… Ну, то есть к команде Кузнеца, заодно предупредив их о сборе каратистов!

Фактор неожиданности – все, минус…

Я видел, что люди уходят, и специально поднялся наверх еще раз, проверить свои подозрения. Проверил… Выругался – но легче не стало. Да и что я мог бы сделать в школе? Ловить пацанов на выходе, маякнуть Роме? Так, во-первых, а если кто из них реально шел домой? А во-вторых, чем мы тогда лучше гопоты? Ничем. Да и вопрос, кто из слившихся искренне дружит с гопниками, а кто их просто чересчур боится и теперь пытается выслужиться, сейчас явно не первый на повестки дня…

А вот ситуация мне нравится все меньше и меньше. Хотя о чем я? Она изначально была дерьмовой! Но теперь Кузнец в курсах, что каратисты собирают людей – и, вполне возможно, успеет подтянуть еще кого-то… Была крошечная надежда, что сборная «встречающих» просто разойдется, поняв, что «нежданчика» у них не получилось.

Но не оправдала себя надежда…

Однако ведь с другой стороны – ну разошлись бы они сейчас, а завтра? Послезавтра? В чем-то Рома явно прав – вопрос нужно решать. И это еще очень хорошо, что у меня есть собственная «группа поддержки»!

Впрочем, когда прошли озвученные сорок минут, и каратисты вкупе с примкнувшими к нам пацанами высыпали на улицу – а из-за дальнего угла школы к гопникам потянулись оставшиеся каратисты с Никитой во главе, я окончательно «потух». Потому как в реале нас дожидается человек двадцать – то ли Кузнец действительно успел кого-то подтянуть, то ли я изначально увидел в окно не всех… И ведь большинство «встречающих» действительно смахивают на гопников – но это как раз и плохо! Ибо в руках некоторых отморозков хорошо различимы «годендаги», с которыми меня подкарауливали шестерки Саввы… Да и остальные беспредельщики наверняка ведь не с пустыми руками пришли. Свинчатки, кастеты, ножи? Что еще эти дебилы могли прихватить с собой на разборку?

Впрочем, каратисты также вооружились через одного – тот же Ромка сжимает в руках две короткие ладонные палки. Явары, если мне память не изменяет… Причем последние заострены на концах! А Никита, следующий параллельно нам вдоль школьной ограды, вовсю поигрывает нунчаками…

Приплыли.

Это будет не «стенка на стенку», это будет месиво. И хорошо, если участники разборки заедут только в больничку, а не сразу на кладбище.

Я невольно коснулся пальцами холодной рукояти свинчатки – но тут вынул ладонь из кармана, словно обжегся.

Твою же ж… Дивизию!

От осознания того, что вся эта каша заваривается исключительно по моей вине, во рту стало кисло, меня начало натурально мутить. А при мысли о том, что мы вот прямо сейчас сойдемся у школьной ограде и начнем впотьмах махаться… Где ни то, что нож в руке гопника не увидишь, пока тебя им в бочару не пырнут – где с первых же секунд просто потеряешься, где свой, а где чужой!

Короче, при мысли об этом у меня натурально «заиграло очко»…

Но ведь оно у любого адекватного человека в такой ситуации заиграет!

Да только многие пацаны с обеих сторон успели принять на грудь, и сейчас мало кто способен трезво оценить ситуацию… Рома, к примеру, точно не способен – упрямо прет вперед, ровно какой бык, Никита также демонстрирует готовность именно драться! Угрюмо молчат и гопники – как видно, не ожидали они увидеть вторую «группу поддержки» от каратистов… Но и разбегаться не станут – точно не станут, глядя на старшаков!

А Кузнецу и его друзья сейчас банальная гордость не позволит сдать назад – да и понятия… Гребанные уличные понятия! Боксерам – я вроде как смог определить группу спорстменов повыше и покрепче, замерших чуть в стороне – сейчас никак нельзя стушеваться перед каратистами. Иначе с точки зрения «понятий» они «прогнулись», струсили…

Хорошо, если старшаки сведут столкновение к простому базару – но дойдет ли до базара?! Вон, Ромка уже готов сорваться на бег – да и по толпе гопников словно электрический разряд пробежал, всей массой подались вперед… Не иначе готовятся первыми напасть на нашу группу – чтобы как можно скорее замесить нас, а уже там встретить оставшихся каратистов!

Хреново, когда молодежь направляют «старшаки», коим самим лет по двадцать – двадцать пять от силы. Жизни еще толком не знают, как и меры ответственности за свои поступки – зато крутизна играет в одном месте, ух!!!

А ведь на самом-то деле самый старший по возрасту, интеллекту и ментальному развитию здесь именно я… Правда, при текущем положении вещей на меня смотрят как на хилого девятиклассника, только-только пришедшего на секцию – и в глазах того же Ромы или Никиты, или Толика Кузнецова мой номер шестой.

Но если сейчас я не успею «запрыгнуть в последний вагон» и не попытаюсь (хотя бы попытаюсь!) изменить ситуацию, то начавшийся с меня конфликт кончится настоящей бойней...

Все жертвы которой так или иначе будут на моей совести.

И очень четко, кристально явно осознав это, я бросился вперед каратистов, бешено закричав:

- Турнир! Турнир, бараны! Мы может провести турнир и поднять бабла!!! Хорошо поднять бабла!!!

- Э-э-э?! Ты кого бараном назвал, чмо?!

Голос подал Кузнец – и в иной другой ситуации я бы напрягся, заслышав открытую угрозу в его голосе. Но сейчас мне удалось вытянуть его на базар – а значит, гопники не кинутся в драку, пока не прозвучит явная команда, нет. Они будут слушать своего старшака…

- Десятка с носа за вход, каждому бойцу по полтиннику с выступления – и пять процентов с выигравшей ставки, если победил! А организаторам турнира – десять процентов со всех ставок!

- Ты че несешь?!

Это уже Рома – но я его не слушаю, надеясь успеть выговориться, закончить мысль:

- Но самые главные бабки – это видеокассеты! Снять бои на видео, толкнуть за кордон японцам или пиндосам, не важно! В америке и японии это реальная тема, они бои постоянно смотрят! И наши парни там бьются! Олег Тактаров стал чемпионов в «ю-эф-си», Игорь Вовчанчин выиграл чемпионат мира по «Вале Тудо» и перешел в японский «Прайд», крупнейший промоушен единоборств! Миша Илюхин месит бразильцев и японцев в «Рингс» – и поднимает кучу бабла! Так чем мы хуже?!

Все – мысль я закончил. Успел. Но остановил ли махач? Пацаны пока вроде замерли – но сейчас любому дебилу достаточно крикнуть «бей!!!»… И ведь все бросятся в драку.

- Я слышал про Вовчанина. Гудриджа вроде уделал в последнем бою… А что за турнир ты предлагаешь? Каратисты против боксеров?

Незнакомый мне голос – негромкий, спокойный – отчетливо прозвучал в тишине, наступившей после моей бурной речи. Говорит кто-то из товарищей Кузнеца…

- Все верно, карате против бокса, извечная классика. Но можно пригласить также и борцов, и уличных бойцов, как делали на первых турнирах «ю-эф-си»… Главное – показать красивые, зрелищные, и в тоже время реальные бои, а не голимую постанову.

- Ага… Значит, каратисты будут бить ногами?

- Конечно! Высокие удары ногами, удары с разворота, в прыжке – это смотрится зрелищно и красиво, это же зайдет!

- Понятно… Слышь, Кузнец, у тебя к малому вопросы были? Я ведь его помню, он Колеснику с ноги под колено зарядил, того аж смахнуло…

Анатолий ответил на удивление односложно:

- Нет. Мне другой предлагал драться.

- О-о-о! Ну так и подерись… На камеру. И ставки тема хорошая… И пусть ногами бьет, чтобы все красиво было. Только выше пояса, да?!

Последние слова обращены ко мне – и тут-то я понял, что сейчас со мной общается кто-то из старшаков рангом повыше Кузнеца. И говорит если не как с равным, то уж точно как «центровым» со стороны каратистов… Быстро прогнав в голове все возможные варианты, я зацепился мыслью за последнюю тренировку – и быстро выдал:

- Тогда подсечки можно. Пусть по ногам бить не будем – но тогда подсечки должны быть разрешены. Это борцовская техника из базы ашихаро-карате… Мы же позовем борцов на турнир?

- Так, стоп! Чурикову никто не давал права говорить за всех каратистов!

Вперед подался Рома, явно недовольный затянувшимся базаром – на что старшак с негромким смешком уточнил:

- А тебе давали?

Ромка на мгновение стушевался – чем тут же воспользовался боксер:

- Турнир – тема. Предложение поступило от вас. Разбирайтесь теперь со своим, как хотите – но вы или заявитесь на поединки, или мы будем считать, что вы слились… С нас зал, ринг и кассеты, с вам бойцы.

Мой старший товарищ по залу хотел что-то еще сказать – но тут из-за ограды раздался голос подоспевшего Буракова, чьи пацаны УЖЕ встали за спиной гопников:

- Мы не сольемся! Турнир – так турнир, но чтобы подсечки и вся борцовская техника из ашихаро-карате была разрешена.

Старшак коротко бросил:

- Добро!

Гопники вроде уже подались назад, к выходу за ограду, да и Никита отвел каратистов в сторону – но тут я снова шагнул вперед:

- Лапы! Пять пар! И два боксерских мешка – на время подготовки и проведения турнира. А если каратисты победят в командном зачете, вся снаряга остается у нас… Бонус за идею. Вы-то, как я понял, хотите взять организацию на себя?

Старший из боксеров обдумывал мои слова всего мгновение:

- Хорошо. Но зал наш – значит и плата за вход, и ставки идут через нас.

Я быстро сориентировался:

- Тогда четверть дохода за кассеты – наша.

- Четверти много! Камеры будут наши, исходники тоже наши. Толкать за кордон мы будем, опять же… Пятая часть – и то за идею.

Никто из каратистов так ничего и не ответил – ни Никита, ни Роман. И окончательно утверди вшись в мысли, что старшак боксеров говорит на равных именно со мной, я хрипло выдохнул:

- Добро.

Глава 15.

…- Ты извини еще раз, что все так получилось. Сама ведь понимаешь – если бы не Карина, нас всех замесили бы по беспределу. И не дай Бог ты бы попала под молотки вместе с нами… С днем рождения, Лиз.

На последних словах я смог выдавить из себя лишь кислую улыбку – на что одноклассница, замершая у дверей своей квартиры, только холодно сверкнула глазами.

- Если бы не Карина… Выходит, ты добился своего, Чуриков. Наша царевна Будур обратила на тебя взгляд, уже помогает… Еще немного – и начнете встречаться? Осталось только победить Кузнеца на турнире?

Голос Лизы необычно ядовит – не иначе ревность?! Впрочем, ход моих мыслей она частично угадала – но сейчас я лишь отрицательно покачал головой, попытавшись отшутиться:

- Кузнец не в моей весовой категории.

- М-м-м… Ну, забьешь ему еще одну стрелу, как подготовишься. У тебя ведь уже неплохо получается, а тренируешься всего-то без году неделя… Еще пара недель – и схватка с «босом»? А потом все, возлюбленная Карина твоя?

Меня начал понемногу раздражать этот разговор – и одновременно с тем сознание вдруг озарила ясная догадка:

- Погоди, погоди, Лиз… А почему ты все-таки пришла сегодня на танцы и подошла ко мне, а? Ты же ведь не хотела выбирать между мной и Шацких… Да и в школе полдня дулась не пойми на что. Неужто увидела меня с Кариной – да приревновала?

В этот раз девчонка просто бешено сверкнула глазами:

- Дурак!

Лиза порывисто шагнула к двери, а я с тяжким вздохом отступил назад, кляня себя за длинный язык – но тут вдруг одноклассница негромко, совсем другим тоном повторила:

- Дурак… Ну какой выбор между тобой и Димой? Конечно ты, Сереж, Димка – просто друг. А ты… Ты… Я просто не хотела обижать Шацких, хотела дать тебе – да и себе еще немного времени, чтобы все понять. Ну а Карина? Да, я приревновала к ней. Она ведь тебе всегда нравилась, а тут уже ты ее зацепил, начал вести себя совсем иначе. Как мужчина… И пожалуйста – она уже ради тебя рискует, старается помочь, предупредить…

Сейчас Лиза смотрит спокойно, без вызова – лишь с некоторой усталостью, горечью. Впрочем, ее откровения вызвали у меня противоречивые чувства – я то не думал, что сумел как-то зацепить Карташову! Но, с другой стороны, признание Лизы для меня также очень дорого…

- Откровенность за откровенность: я не хочу встречаться с Кариной. Точнее… Не смогу, зная, что ее первым был Кузнец. Я просто не смогу построить каких-то крепких отношений, зная, что я не первый у девушки, и вообще… Ну… С Кариной у меня точно ничего не получится.

Лиза словно как-то вся напряглась:

- Не сможешь построить отношений с девушкой, зная, что ты у нее не первый? Но для себя-то любимого оставляешь окошко возможностей? Она-то у тебя может быть второй, третьей… Десятой. Да?!

Мне осталось только пожать плечами и обезоруживающе улыбнуться:

- С моим подходом такое вряд ли возможно. Секс для девушек – это же всегда какие-то чувства… Ну, практически всегда. А я с чужими чувствами играть не желаю.

Одноклассница довольно забавно поджала губы – но вот глазами она улыбается. Нет, правда – ну ведь чувствуется по взгляду, когда девушка хочет улыбнуться, только крепко сжимает губки…

- Ну, пойдем.

- К-куда?

Девчонка закатила глаза, наигранно-тяжко вздохнув:

- К тебе, Сереж, к тебе! У тебя же мама сегодня в ночную?

Меня внезапно бросило в жар:

- Ты… Ты хочешь…

На этот раз Лиза посмотрела на меня уничтожающе-холодно, с угрозой процедив всего одно слово:

- Передумаю.

Даже как-то странно, что кровь прилила к низу живота именно сейчас…

Не помню, как поднялись наверх, как заскрипели ключи в двери, как вошли в квартиру. Но когда я обернулся к Лизе – помочь снять ей куртку – то увидел, как мертвенно бледна одноклассница. Тут уж любой дурак догадался бы, что она очень сильно волнуется.

- Лиз, послушай – ну зачем нам спеш…

Девчонка подалась вперед, накрыв мой рот поцелуем – неумелым еще, но требовательным поцелуем! И я мгновенно ответил на него, позабыв обо всем на свете; от запаха прижавшейся ко мне одноклассницы мгновенно закружилась голова… Тут же отпрянув, Лиза отчаянным движением рванула кофту через голову – и моя рука сама собой потянулась к узкому топу, скрывающему девичью грудь… Набухшие соски которой очень четко виднеются сквозь тонкую ткань.

Первое прикосновение к женской коже словно обожгло – я даже отдернул руку! Но тут девушка положила свою теплую ладошку с узкими нежными пальцами на мою ладонь, вновь привлекая ее к своей груди… И я не удержался, стиснул ее, как всегда хотел – требовательно, жадно… А потом рванул топ вниз, рывком освобождая от ткани два белых, упругих полушария с восхитительной красоты темными окружьями сосков! И тут крышу мне снесло окончательно… Я подался вперед, схватив обеими руками упругую, жаркую девичью грудь, так сладко пахнущую… И припал к ней губами – жадно, требовательно целуя. Отчего запрокинувшая голову Лиза протяженно и громко, никого не стесняясь, застонала…

Я уже не понял, как мы оказались в моей комнате. Как я сорвал с себя свитер, как стянул узкие джинсы со стройных девичьих ножек, как рванул трусики с испуганно вскрикнувшей девчонки… Однако же этот крик меня немного отрезвил – а посмотрев на лицо Лизы, я увидел в ее глазах уже не шалую решимость, но откровенный страх.

Осознание последнего подействовало на меня как ушат ледяной воды. Я словно со стороны услышал свое тяжелое дыхание, невольно обратив внимание, что и девчонка дышит очень тяжело – и как соблазнительно вздымается ее грудь при каждом вздохе… Небольшая, но такой правильной, совершенной формы – и как же притягательно смотрятся редкие крапинки веснушек на молочно-белой, словно мраморной коже…

Я лег сбоку и вновь припал губами к девичьей груди – целуя, лаская, нежно прикусывая… Но не делая больно, нет! Только бы не сделать ей больно… Негромко застонавшая девушка запустила пальцы в мои волосы, вороша их, сжимая – а я начал спускаться губами от груди к пупку, а от пупка повел цепочку поцелуев к низу живота… На что Лиза испуганно сдвинула коленки. А когда я очень осторожно, едва уловимо коснулся такой нежной, бархатистой кожи с тыльной стороны бедра, девчонку натурально затрясло…

- Ну, нет!

Я чуть приподнялся на локте, легонько погладив животик девушки – но тут же убрал руку, поняв, что вот-вот сорвусь…

- Что нет?

От грудного, низкого голоса Лизы у меня, что называется, «шерсть дыбом становится». Однако же подавив очередной порыв страсти, я честно ответил:

- Солнце ты мое зеленоглазое… Просто нет – ты не готова. И я, честно сказать, тоже не готов – совсем.

- Ты о… Презервативах?

Девушка неожиданно густо покраснела, после чего едва выдавила:

- Я у мамы… Взяла.

Очень некстати подумалось о том, что отчиму и маме Лизы презервативы как-то не слишком помогли… А может, как раз и кстати! Так что я лишь отрицательно мотнул головой:

- Да нет… У меня их, конечно, не было! Но не в этом дело. Просто… Ну, куда мы спешим? Считай, только начали встречаться – и вдруг сразу в постель?

Девчонка залилась краской пуще прежнего – и, зажмурив глаза, попыталась резко встать.

- Пусти! Пусти, кому сказала! Что, веду себя как шалава малолетняя, да?! Не хочешь мараться?!

Нет – я ее, конечно, не отпустил. Наоборот – крепко сжав в объятьях отчаянно всхлипнувшую девушку, я привлек ее к себе, вновь уложил на чуть скрипнувшую тахту, поцеловал в шею… И негромко, на самое ушко зашептал:

- Лиз… Лиза… Красавица моя ненаглядная… Мы просто очень спешим, понимаешь? Необдуманно смешим… И я боюсь, что после ты начнешь жалеть. Что тебе сейчас будет больно, да и вообще… Ну, ты как будто шаг в пропасть сделала – была не была!

Невесело усмехнувшись, я продолжил говорить чуть успокоившейся, притихшей девчонке:

- А для меня… Ты же сама понимаешь, что для меня первый секс – это вау-вау! Счастье, огромное событие, великая радость! Но все-таки мужчину делает мужчиной не первый секс, а поступки… Мужские поступки.

На мгновение прервавшись, я негромко продолжил:

- Так вот – воспользоваться минутной слабостью девушки, возможно даже ее ошибкой только ради того, чтобы наконец-то испытать секс… А потом хоть трава не расти? Ну, нет. Это ни разу не мужской поступок. Да и вообще…

Я на мгновение замолчал, обдумывая дальнейшую речь.

- Что «и вообще»?

Повернутая ко мне спиной девчонка ответила довольно резко – на что я с доброй усмешкой, честно признался:

- И вообще я просто не хочу, чтобы ты боялась, когда все… Случится. Чтобы ты совсем ничего не боялась, не волновалась, не сомневалась… Чтобы ты была сто процентов уверена во мне – да и в себе тоже.

Лиза заерзала, невольно прижавшись ко мне... Из-за чего я на мгновение прервал свою речь – и уже совсем другим тоном продолжил:

- В конце концов, все будет так, как ты захочешь… И когда захочешь. Я точно могу подождать, так что…

- Так что?

Девушка развернулась ко мне, обдав жарким – и одновременно с тем хитреньким таким взглядом зеленющих глаз, немного покрасневших от едва-едва не прорвавшихся слез…

- Так что тебе решать.

Лиза промолчала, но одновременно с тем принялась довольно-таки красноречиво заворачиваться в одеяло – став похожей на уютного такого, милого домашнего котенка.

- Я говорила тебе, что ты настоящий?

Мне осталось лишь молча кивнуть.

- Я в тебе не ошиблась…

Девушка вновь поцеловала меня – но уже совсем иначе: нежно, сладко, долго… Я вновь начал заводиться – но тут Лиза сама отстранилась, уперев тонкие ладошки мне в грудь:

- Сереж, все, не изводи нас обоих. Пойди лучше приготовь чай – а я пока оденусь.

- Понял, иду…

Утром я проснулся от зашуршавших в двери ключей. Мама, впрочем, попыталась негромко пройти на кухню, стараясь не будить меня – а я остался лежать в кровати, раздираемый противоречивыми чувствами. С одной стороны, глубокое моральное удовлетворение и осознание своей правоты от того, что сдержался. Что не позволил себе лишить Лизу девственности в тот момент, когда она готова была рискнуть… Ага, очертя в голову шагнуть в омут, вот на что был похож ее вчерашний порыв!

Но с другой – с другой стороны меня, конечно, терзает физическая неудовлетворенность! Как-то некстати вспомнилось, что в камасутре был целый раздел о добрачной «близости» с девственницами – иными словами, различные варианты всяких там предварительных ласк, вполне способных довести до «пика»... И это не про оральный секс – как-то претит мне этот вариант. В губы нужно целовать, а не «завершать»!

Особенно с такой девушкой, как Лиза…

При воспоминании о том, как мы до посинения губ целовались на кухне, когда девушка без всяких стеснений уселась ко мне на колени… Тело тут же охватила сладкая истома, закружилась голова – так что я сразу рванул в ванную комнату, принять контрастный душ.

И все-таки мне хочется кричать от счастья и ликования – Лиза теперь моя девушка, ва-а-ау!!! А вам со стороны непонятны мои переживания и радости, да? Ну, вам просто повезло родиться физически здоровыми…

Дорога до школы прошла в тягостном молчании Димки – и в перемигиваниях с Лизой; уже никого не стесняясь, я взял девушку за руку, счастливо улыбаясь! В конце концов, это она меня выбрала, так что все честно… А вот школа – школа сразу же напомнила мне о грядущей тренировке и непростом разговоре с тренером.

Вдобавок к тому, меня всерьез напугало отсутствие Карины на уроках…

Вдруг Кузнец понял, КАК мы прочухали о засаде боксеров и гопников? Или Шацких кому успел что сболтнуть, несмотря на все мои предостережения?!

В итоге я серьезно поговорил с обоими друзьями – ведь Лиза также была в курсе помощи Карташовой. Но ребята пошли в глухой отказ – и тогда я предложил им проведать живущую неподалеку одноклассницу после уроков. А когда моя (моя!!!) девушка невольно нахмурилась, прямо попросил ее самой переговорить с Кариной – чтобы не ревновала.

В итоге Лизе также пришлось согласиться с моим предложением…

Уроки пролетели быстро – мне пока удается не отсвечивать и не палиться с толком невыполненной домашкой. Хотя я честно стараюсь повторять правила, и самостоятельные да контрольные работы решаю вполне неплохо – по точным наукам пока меньше четверки не получал. А там и пятерки проскальзывают…

Но если в прошлой жизни я действительно старался учиться – и довольно ревностно относился к оценкам, не желая хоть кому-то из одноклассников уступать на интеллектуальном поле... Ну, раз с физическим развитием не слишком повезло! То теперь я куда проще отношусь к урокам – уверен, что смогу без проблем поступить в универ по родному профилю программирования. Тем более, что знаний по предмету у меня сейчас даже поболе будет, чем у местных преподов!

Так что с уроками я не парился. Другое дело Карина… Я даже подбил друзей уйти с последних двух уроков. Ибо уже не было никаких душевных сил мучиться вопросом, все ли с одноклассницей хорошо…

Как и договаривались, Лиза поднялась на этаж к Карташовой одна. Позвонила в звонок раз и другой – и минуты через две входная дверь в квартиру открылась, а я с некоторым облегчением услышал голос Карины… Лиза говорила с ней всего пару минут, после чего, спустившись, развеяла все мои опасения – Карташовой просто не здоровится, у нее «дни». Внешних побоев не наблюдается…

Ну и то хлеб!

Проводив Лизу, я договорился с ней, что приглашу к себе вечером, после тренировки; подружка немного подулась – но прощальный поцелуй затянулся минут на пятнадцать, так что я вновь вспомнил про камасутру… Но хитрая девчонка словно что-то почуяла – и, показав на прощание язык, шмыгнула за дверь, так и не пригласив к себе.

Ну а у меня самого мама целый день дома. Так что придется ограничиться лишь невинными объятьями…

Обед, уроки (можно же сделать для разнообразия!), тренировка. Точнее – волнительный поход до школы, за время которого мы с Шацких вновь не разговаривали. Приятель все еще дулся – а я очень переживал на счет неизбежного разговора с тренером… И не ошибся – попав в самый разгар бранной тирады Василича:

…- Это что?! Это, я спрашиваю, что?!

Сенсей от души пнул по старому, потрепанному боксерскому мешку, грозно взирая на Рому и Никиту. Никто из них не решился ответить, пережидая гнев наставника, ну а я… Наскоро переодевшись, я вошел в зал с традиционным приветствием каратистов, коротко выдохнув:

- О-о-оссс!

Александр Васильевич резво развернулся в мою сторону; я невольно заострил внимание на свирепо раздувающихся ноздрях тренера, а тот уже яростно рявкнул:

- Чуриков, ко мне!!! Это что такое, я тебя спрашиваю?!

- Это… Боксерский мешок и лапы. Нам нужно, у нас все макивары уже очень растрепанные. А большую часть ударов рук и ног можно на лапах отрабатывать... Ну и мешки лишними не будут – повесим на турниках у шведской стенки, и…

- Ты меня за дурака-то не принимай, щенок! Ты ведь подбил моих учеников на этот «турнир» драный?! Так вот, слушайте все! Чуриков у нас больше не занимается – а кто посмеет заявиться на бои к боксерам, тот может сразу следом выходить! И это тряпье прихватите с собой!!!

Ледяная вода. Ушат ледяной воды… Но уходить я даже не подумал:

- Сенсей, твой гнев оправдан, но ты принимаешь решение сгоряча, не разобравшись в ситуации. Разве такой поступок достоин взрослого, мудрого мужа?

- Чего-о-о-о?!

Василич бешено вытаращился ко мне, выпучив глаза – а Никита едва-едва смог подавить невольный смешок. Хорошо, что успел зажать рот рукой… Я же едва ли не с церемониальным поклоном продолжил:

- Сенсей, вот ты возмущаешься на счет турнира. Но разве тебе не рассказали, в каких обстоятельствах родилась сама идея его провести? Так я расскажу! Каратистов после школьных танцев ждали боксеры и гопники, числом порядка двадцати человек. Гопники были не пустые – у кого палки с вбитыми в них гвоздями, у кого кастеты и ножи. Так что в случае драки ты бы сегодня пришел в пустой зал, сенсей… И хорошо, если твои ученики заехали бы лишь в больничку, а не сразу на кладбище.

Василич невольно нахмурился, посерьезнев – но продолжил все тем же сварливым голосом:

- А про «стрелу» с твоим участием не забыл рассказать, Чуриков? Не потому ли вас ждали, что Савелий лежит дома с черепно-мозговой, а?!

Мне осталось только пожать плечами:

- Сенсей, но разве не Савелий забивал меня ногами на ваших глазах? Вы же знали, почему и ради чего я пришел в ваше додзё. И прежде «стрелы» я дрался с Саввой и его шестерками – дрался и победил, Дима Шацких тому свидетель, он мне помог. Двое против троих!

Замерший рядом Димка согласно мотнул головой.

- Но после Савва начал угрожать моей матери, моей девушке и моему другу. Он угрожал убийством! И подкараулил меня с шестерками уже одного, причем они были также не пустые… Шансов отмахаться никаких. Так что предложенная мной «стрела» стала в тот вечер единственным выходом… Но! Но на стрелу Савва заявился со спрятанной в бинтах свинчаткой... Так что я просто защищался – и был вынужден бить наверняка.

Тренер замолчал, бросив беглый взгляд на Романа – а тот неожиданно для меня заговорил:

- Чуриков правду говорит, свинчатка у Саввы действительно была… И сенсей – ждали ведь вчера не только Сергея. Я после «стрелы» предложил Кузнецову драться – он же пообещал, что ничего нам не спустит… Вот и готовился вчера устроить «добрый вечер».

Чуть помявшись, Рома виновато закончил:

- Я сгоряча в драку готов был кинуться, а Чуриков сумел добазариться до турнира. Это ведь действительно лучший выход!

Тут же голос подал и Никита:

- Сенсей – гопники откровенно задрали, их нужно было поставить на место. Но если мы теперь не заявимся на турнир, жизни никому из пацанов на районе не будет… Так что если придется уйти с секции, чтобы постоять за себя – я уйду вслед за Чуриковым.

У тренера аж глаза на лоб полезли от такого поворота событий! Но я успел предупредить гневную тираду, громко воскликнув – и обратив внимание на себя:

- Александр Васильевич! Как наш наставник, вы имеете право изгнать своих учеников из додзё. Но тогда в чем смысл занятий карате, если мы не можем использовать свои навыки для защиты? Не можем с их помощью отстоять свою честь?! Поставьте себя на наше место – и сразу поймете: у нас не было иного выбора. У меня не было иного выбора…

Тренер ничего не ответил – но ведь еще сомневается, дышит тяжело… И я попробовал аккуратно додавить:

- Так что да – вы можете изгнать хоть всю группу. Но также вы можете подготовить нас для турнира – так, чтобы каратисты всухую размотали боксеров! Чтобы мы с честью продемонстрировали все то, чему вы нас научили!

Наконец-то на губах Александра Васильевича промелькнуло некое подобие улыбки… Но тут же он вновь нахмурился:

- Сами напросились… Значит так. Тренировки – каждый день, по три часа к ряду! А кто проиграет свой бой – тот отправится на переаттестацию текущего пояса с утроенным физо! А теперь побежали по кругу, засранцы, я с вас те перь три шкуры спущу…

И ведь спустит же, зараза! Так почему-то от этого грозного обещания я испытываю лишь восторг?!

Глава 16.

Турнир назначили на воскресенье – и время до выходных пролетело столь стремительно, что я не успел даже осознать столь стремительный бег своего существования. Школа, уроки с Лизой (дальше поцелуев мы пока не зашли), тренировки допоздна, до самой крайности и усталости… Тренер разбил нас по группам в два-три человека, в зависимости от уровня подготовки предложив совершенно разные связки и заготовки. А лишний час всей группой посвящали борьбе, технику которой действительно удалось включить в правила грядущего турнира.

Готовил нас Никита, до прихода в карате какое-то время отзанимавшегося борьбой «Самбо». К его вящему сожалению, «самооборона без оружия» была давно переработана из эффективной системы самозащиты, активно используемой сотрудниками внутренних органов в спортивный, «гражданский» вариант борьбы. Львиная доля бросков лишь с учетом захвата за одежду (куртку), «болевые» исключительно в партере – и никаких удушающих, обезоруживающих приемов или там «расслабляющих» ударов… В школьных драках «Самбо» у новичка Буракова не работало – и тогда Никита с головой ушел в карате, куда более практичное и прикладное на улице.

По крайней мере, для начинающего спортсмена, а не опытного борца, усвоившего технику бросков на уровне рефлексов… Для чего, однако, требуется заниматься не один год.

И все же самые простые болевые именно в партере Никита освоил неплохо – ущемление ахилла, рычаг локтя, рычаг локтя через бедро… Ну и проход в ноги, как самый базовый и простой из бросков, не требующий захвата за одежду.

…Но вот настало и воскресенье – день турнира, организованного в «Звездном». Как видно, боксеры с администрацией спортивного комплекса в самых что ни на есть хороших отношениях – потому что турнир по «мискфайту» им разрешили провести вполне официально!

В боксерском зале, кстати, собралась довольно большая толпа народа. Хватает и школьников, сумевших наскрести на входной билет в боксерский зал – но куда больше взрослых, крепких мужиков в кожанках, что-то друг другу доказывающих, громко смеющихся или угрюмо посматривающих в нашу сторону. А вот знакомых лиц из числа гопников я что-то не наблюдаю…

Лавочек в зале изначально было не так много – но ради уважаемой публики организаторы постарались, приволокли еще лавочек и пластиковых стульев вроде тех, что используют на открытых верандах в простеньких кафе. А вот для оператора с камерой догадались соорудить что-то вроде отдельного помоста, тут молодцы… Волнуюсь я страшно! Тем более, что по жеребьевке со стороны каратистов именно мне досталось открывать турнир.

Напряжение, честно сказать, жуткое, аж потряхивает… Только и успел чуть размяться, побить руками по воздуху да навязать с помощью Ромки бинты – и тут же Александр Васильевич, непривычно собранный и сосредоточенный, негромко позвал:

- Чуриков! Пора…

Елки-палки! Сердце в пятки так и ушло! Зал гомонит – и из-за большого числа людей кажется куда большим, чем во время моего прошлого визита. Естественно, публика приветствует незнакомого мне молодого боксера – меня же встречают обидным свистом и улюлюканиями… Кто-то выкрикивает оскорбления – но я их не слушаю, я просто стараюсь настроиться на поединок.

Я готовился, я старался, у меня все получится…

Сердце бьется в груди так сильно и часто, что стук его отдает в ушах – а во рту стало невероятно сухо, аж язык к небу прилипает. Напротив уже замер соперник в боксерском шлеме и перчатках; выглядит парень вроде невзрачно – такой же худощавый, нескладный как и я… Но в тоже время жилистый, с рельефной мускулатурой рук.

Ну, так-то и я физо неплохо подтянул в последние дни, включая прокачку шеи на мостике и подтягивания – дошел аж до семи раз! И тело мое также понемногу меняется… Мы встретились с незнакомым мне боксером глазами – тот смотрит вроде спокойно, без показушной агрессии.

Но за таким внешним спокойствием может скрываться столь же яростная буря чувств, что и у меня…

- Бой!

Кажется, незнакомый мне рефери говорил что-то и до того – но вот команда его прозвучала как гром среди ясного неба! И пока я нелепо застыл на месте, буквально ошеломленный резким выкриком, соперник тут же рванул вперед… Стремительно выбросив джеб левой, полетевший мне точно в лицо!

Я только и успел, что рефлекторно нырнуть под удар…

Но не стал выпрямляться – а наоборот, бросил тело вперед, всадив согнутое в локте предплечье в стык корпуса и передней ноги противника… А правой рукой успел подхватить соперника под колено – и тут же рванул его левую ногу на себя! Одновременно с тем толкая боксера назад за счет веса собственного тела…

Я не очень чисто провел бросок, не в одно движение. И возможно, мой противник сумел бы удержаться на ногах, попытайся я атаковать с ходу, первым… Но тут-то «проход под одну» пошел навстречу движения боксера!

Технику выполнения броска именно в этом варианте я подсмотрел в инете в прошлой жизни – натолкнувшись на сюжет про батюшку-самбиста, обучающего своих воспитанников самообороне без оружия. Сюжет крепко-накрепко засел в памяти…

И ведь сработало же! Потеряв равновесие, боксер неуклюже рухнул на спину – хорошо хоть, затылком не усадился… Я же, не выпуская его ноги из захвата, быстренько сел на пятую точку – обвив и зафиксировав конечность противника собственными ногами. И одновременно с тем плотно стиснул щиколотку соперника подмышкой… Есть замок – теперь только давить!

И я надавил – что есть силы надавил внутренней частью предплечья на ахиллево сухожилье боксера, одновременно с тем выгибаясь в мостике… Парень попытался было высвободиться, хаотично пинаясь пяткой правой ноги – но до моей головы ему не достать! И все же терпит, пытается выбраться из замка, встать... Все же «Ахиллес» еще можно перетерпеть без критического ущерба здоровью.

Быстро сориентировавшись, я на мгновение улегся на спину – и тут же перекатился на живот, заставив соперника повторить мое действо. Ведь иначе пострадал бы его коленный сустав! Ну, колено-то боксер спас – а вот уйти с болевого, лежа на спине, уже нереально… Я выгнулся в спине назад, отчаянно давя предплечьем на ахилл – пока не раздался болезненный вскрик соперника:

- А-а-а-а!!!

- Стучи, дурак! Перчаткой по настилу стучи!

Не знаю, объясняли ли боксерам правила борцовской сдачи или нет – но мой противник послушно постучал. И вот тогда я обратился уже к рефери, все еще не отпуская захвата:

- Фиксируй сдачу! Он постучал – значит, сдался от болевого приема!

- Не сдаюсь… А-а-а-а-а!!!

Ну, точно, правила не объясняли – боксер попробовал пойти в отказ… Вот только я ждал подобного исхода, и тут же среагировал усиленным нажимом на болевую точку. И реф, правильно оценив ситуацию под очередной вскрик оппонента, скрестил руки:

- Сдача засчитана! Отпускай!

Я отпустил, начав вставать – и тут наконец-то освободившийся боксер ринулся на меня с кулаками! Но его довольно профессионально остановил рефери – а я, упрямо стиснув зубы, выпрямился… И вскинул правую руку вверх в победном жесте, несмотря на возмущенный гул зала:

- Где ударка, где драка?!

- Это не каратист, это борец какой-то!

- Че за правила?!

Плевать на их возмущения. Я победил – и это сейчас самое главное…

Увы, мои результаты не смогли повторить ни Санек, ни Кирилл, ни Вадим – еще трое каратистов с нашей группы, заявленные на турнир. Санек – среднего роста крепыш с довольно длинными нижними конечностями – очень неплохо начал, работая ногами по высокому уровню. Удар ногой с разворота, хай-кик (в смысле маваши-гери в голову) – а затем точно такой же боковой удар по среднему уровню…

Но вставший с ним в пару боксер уверенно встретил красивые, но недостаточно мощные удары на глухую защиту. А потом короткий, экономичный шаг вперед – навстречу очередному движению поверившего в себя каратиста… И столь же короткий, но жесткий удар с правой в голову, бросивший Санька на настил.

Рефери отсчитал восемь секунд над пытающимся встать с колен парнем – после чего скрестил руки:

- Нокаут!

Еще хуже выступили Кирилл и Вадим, попробовавшие «побоксировать» с боксерами… Удары последних были быстрее, резче и жестче! Кирилл не успел даже ни разу ударить ногой; Вадим пробил маваши по среднему уровню, целя в печень – но попал голенью в блок локтя. После чего захромал, попятился назад, убрав руки от лица – и тут же словил тяжкую плюху.

Аут…

Я честно очень надеялся на Ромку. И Рома, вставший в пару с Колесником, неплохо начал – уклонившись от первой двоечки, он ответил парой резких ударов, уткнувшихся в блок. Но тут каратист пробил внутренний маваши по правой ноге Пашки, довольно эффектно выбив ее… И тут же заработал дисквалификацию за запрещенный удар. Сенсей и сам Рома пытались аппелировать, называя внутренний лоу-кик разновидностью подсечки – да только ничего не вышло: боксеры себя не засудят!

В итоге, когда Никита вышел против Кузнеца, оказавшегося с ним в одной весовой категории, я уже ни на что не надеялся…

Толика зал встретил возбужденным ревом, овациями. Как же, местный чемпион! А довольно смазливый на лицо парень (даже свернутый набок нос не сильно портит впечатление) вдобавок ко всему вскинул руку в победном жесте – мол, смотрите какой я красавчик! Ну что же, смотрелась демонстрация уверенности в себе действительно эффектно. Особенно на фоне выхода в ринг Никиты, собранного и сосредоточенного – но со стороны выглядящего не слишком ярко на фоне Кузнеца.

Прошло всего несколько секунд прежде чем рефери, напомнивший о правилах поединка, дал отмашку:

- Бой!

Толик, демонстративно не одевший шлема, легко и пружинисто двинул вперед с расслабленной улыбкой на губах – но Бураков также легко отступил назад, а затем и вовсе разорвал дистанцию приставным шагом, вправо… А затем влево, а затем снова вправо – все время смещаясь в сторону от Кузнеца! Улыбка на лице Толика само собой превратилась в хищный оскал – а зрители в зале принялись улюлюкать, ругаться, недовольно мычать… Никите все вроде по барабану – но боксер уже рванул вперед, стараясь зажать каратиста в угол. Джеб! И Бураков легко уходит в сторону с уклоном; полетевший следом кросс правой только резанул по воздуху…

- Ты чего бегаешь? Дерись!!!

Крик Толика разнесся по всему залу – и его тотчас поддержали:

- Дерись! Дерись! Дерись!!!

Никита отступил еще на два шага назад – но потом замер на месте, разведя руками в стороны. Более того – с издевательской улыбкой он поманил соперника к себе… И собравшийся Кузнец вдруг резко и пружинисто скакнул вперед – на подскоке пробив жесткий хук с левой!

Я аж обмер от ужаса, в красках представив, как перчатка врезается в челюсть Никиты… Но «черный пояс» сумел вовремя отпрянуть, отведя голову назад и прогнувшись в спине. Все-таки реакция у Буракова, испытавшего ее в десятках соревнований, будь здоров!

Ничуть не обескураженный Толик выстрелил вдогонку кроссом правой… И тут случилось неожиданное: Никита увел голову от удара с резким разворотом на левой ноге – и также на развороте жестко пробил печень Кузнеца пяткой правой! Тот, бросив прямой удар, уже никак не смог закрыть бок – и удар ногой буквально подбросил в воздух боксера, тут же рухнувшего на четвереньки… Чистая техника уширо-гери!

- Один! Два! Три! Четыре…

На «восемь» Анатолий встал, кривя лицо от боли. Я уверен, что реф отстранил бы от поединка каратиста, окажись на его месте каратист – да и любой нормальный тренер остановил бы бой. Но нет, Кузнецу, решившему проявить характер, позволили драться…

Во вторую атаку Толик пошел куда более собранным – раскачивая корпус, но не спеша атаковать. И Никита тут же выбросил собственную двоечку в голову боксера, жестко пробив по перчаткам. Кузнец, кажется, даже сквозь блок прочувствовал удары Буракова – но тут же взорвался резкой, мощной серией! Два прямых, крюк по печени, правый хук в голову… Прямые Никита сбил, печень вроде успел закрыть локтем, но все равно ощутимо подсел – а от хука едва-едва успел уклонился назад! Каратист сразу рванул в сторону приставным шагом, смещаясь за спину боксера и разрывая дистанцию… Однако и Толя, словно почуявшая кровь гончая, рванул вслед за Никитой!

Я вновь обмер от страха и напряжения – и вместе со мной затих весь зал, неотрывно следя за поединком. Еще бы! Каратист пятится в панике, домашняя заготовка не сработала… Но тут же я уловил странное движение вдруг замершего у канатов Буракова, чуть присевшего на коленях – и словно бы собирающего в пружину.

Я узнал его – видел отработку на тренировках. Но неужели…

Никита уставился на правый бок приближающегося боксера – а шагнувший вперед Толик чуть опустил правую руку вниз, стараясь как можно надежнее прикрыть печень… И тут же Бураков взорвался молниеносным ударом ноги с разворота! Но если в первый раз он пробил уширо-гери, буквально воткнув пятку прямой ноги в корпус противника – то сейчас пробил уширо-маваши-гери! То есть очень эффектный маховый удар ноги с разворота, этакую «коронку» из фильмов Ван Дама… С той лишь разницей, что сейчас это была не показуха – а очень точный и жесткий удар, доставший цель: «черный пояс» пробил пяткой точно в челюсть Кузнеца!

И Толик рухнул набок стоя – словно срубленный умелым дровосеком дуб…

Глухой нокаут!

- Да-а-а-а-а!!!

Все каратисты, как один, восторженно заорали при угрюмом молчании остальных зрителей. Вот это победа! Как же эффектно и красиво!!!

…- Ты готов?

Колесник молча мотнул головой, с легкой неприязнью посматривая в мою сторону. Победивших боксеров и каратистов решили свести в очередном раунде встречи – и я получил нового соперника. Старого-нового… А вот Никите поначалу никого не досталось! В его весовой на поединок заявился только Кузнец – но после его разгромного поражения никто из боксеров не рискнул себя испытать… Пока, презрительно хмыкнув, вперёд не вышел среднего роста, постарше Кузнеца лет на пять боксер, показавшийся мне смутно знакомым. Сперва я подумал, что просто видел его при первом посещении зала - но что-то такое в фигуре его было... А потом я услышал отголосок его речи - и сразу узнал.

Старшак-переговорщик, с которым мы и условились провести турнир...

- Ты готов?

Короткий кивок головы – а рефери уже взмахнул рукой:

- Бой!

Я мгновенно рванул вперед под возглас рефери – и прежде, чем Пашка успел бы как-то среагировать, схватил замершую в блоке левую под самой перчаткой… Чтобы тут же рвануть Колесника на себя, нагружая его опорную ногу! Одновременно с тем шагнул левой по диагонали вперед – и, провернувшись на ней, пробил правой жесткую «круговую» подсечку… Угодив подъемом стопы точно под щиколотку!

Все как учил сенсей…

Колесник мгновенно рухнул набок – я упал на него сверху, не отпуская руку боксера! Чтобы тотчас заправить предплечье левой под шею соперника – а правой уложить его конечность на бедро. Так, чтобы на изломе оказался именно локтевой сустав… И что есть силы надавил на руку Колесника, ломая ее в болевом!

Рычаг черед бедро – классика «Самбо» и «Дзюдо»…

- Сдавайся! Стучи!!!

- А-а-а-а!!!

Пашка едва ли не зарычал от боли, бешено напрягая руку и пытаясь хоть как-то ее вырвать из захвата… Не желая все же ломать ее, я заправил кулак соперника под голень левой ноги – а правой рукой замкнул замок под шеей соперника, проводя уже двойной болевой… Однако же, стараясь не сломать локтевого сустава.

Но Пашка так и не захотел сдаваться – а рефери вдруг резко хлопнул меня по плечу:

- Встаем! Болевой не засчитан, возвращаемся в стойку!

- Да вы чего?!

- Болевой не засчитан, встаем!

Я с удивлением покосился на побагровевшего от злости рефери – но спорить не стал, поднялся. В принципе, ничего удивительного тут и нет – все подсуживают своим, старая как мир практика… А вот Колесник – Колесник конкретно так насупился, озлобился, прожигая меня яростным взглядом налившихся кровью глаз.

Ну, все, кабзда мне!

- Бой!!!

Пашка рванул вперед с серией ударов – большинство которых, впрочем, резанули по воздуху. Я буквально чудом успел отскочить назад – а затем и уйти приставным шагом в сторону, подобно Буракову, едва сдержавшись от попутного лоукика. Но бить по ногам запрещено… Колесник тотчас рванул за мной – и я довольно ясно понял, что уходить так же легко, как Никита, просто не смогу.

Не успею…

Как не смогу так же технично и четко пробить уширо-гери! Но и безвольно принять в голову серию нокаутирующих ударов как-то не хочется…

Надо решаться!

Подскок навстречу – левой прямой, правый! От неожиданности Пашка не успел среагировать на отчаянную контратаку, приняв удары на блок – а от догоняющего меня хука левой я успел отскочить назад… Чтобы тут же дернуть корпусом, вновь обозначая джеб! Паша вроде наметил уклон – а я резко вынес колено правой вперед, в один мах выпрямляя ногу… И донес удар носка точно в солнышко Колесника!

Пашка, на ожидающий удара по корпусу (да еще снизу!), не успел никак среагировать. Наоборот – сокращая дистанцию, он буквально напоролся на мае-гери… Ну, все – теперь, если Колесник отойдет, он меня просто размотает. Как пить дать размотает! Мои собственные заготовки, отработанные с тренером, кончились, придется импровизировать… Но нет, не потяну.

Не со скоростью Колесника…

- Один! Два! Три! Четыре…

Но ни на «восемь», ни на «десять» временно утративший возможность дышать Пашка так и не разогнулся.

- Остановка!

- Да-а-а-а!!!

Я покинул ринг под восторженные крики каратистов – и удивленные взгляды прочих зрителей, явно не ожидавших моей победы…

И вот, наконец, финальный бой турнира - ничего не решающий для каратистов, в большинстве своём проигравших более опытным боксерам. Но, с другой стороны, победа Никиты станет этаким "голом престижа" - учитывая же, что он взял верх над местной "звездой", его победа уравняет проигранный турнир хотя бы морально...

А поражение окончательно добьет секцию Василича. И фиг бы с мешками и лапами! Я клич бросил среди пацанов - решили, что заработанные за выход на бои деньги скинем в общее, чтобы выкупить снарягу.

Лишь бы только Никита победил...

Бойцы начали схватку осторожно; если в прошлый раз Бураков был тёмной лошадкой и Кузнецов не знал его реальных возможностей, то теперь незнакомый, но явно опытный боксер осознает, насколько Никита опасен...

На дальней дистанции.

Рывок вперёд после всего пары обманных движений, якобы намечающих джеб - и вот уже "старшак" рядом с Никитой, в челюсть которого летит коварный апперкот! Каратиста спасает реакция и бойцовская чуйка, он успевает отступить назад - пятясь спиной в угол ринга... А боксер взрывается жёсткой комбинацией из коротких боковых ударов, летящих хаотично то в голову, то в корпус - и если голову Никита успевает закрыть предплечьями, то жёсткий боковой в печень "подсаживает" каратиста... Чёрный пояс попробовал было уйти в сторону приставным шагом, но "старшак" угадал движение, выстрелил навстречу свингом ("длинным" боковым) с левой, загоняя поплывшего Буракова обратно в угол!

Очередной "крюк" пробил угнувшегося, пытающегося защитить корпус локтями каратиста - кажется, боксер достал селезенку... И добился, чего хотел: Никита рефлекторно опустил руки.

Мгновением спустя в голову его полетел добиваюший кросс правой...

Я бы ни за что не смог среагировать на месте Буракова. Да я и сейчас не смог среагировать, даже просто закрыть глаза, чтобы не увидеть глухого нокаута товарища! Но Никита каким-то чудом сумел... Сумел уклониться от скользнувшего над ухом кулака, шагнув вперёд левой и присев на коленях.

Чтобы тотчас пружинисто распямиться, едва ли не в прыжке выстрелив коленом по корпусу "старшака"!

Последний согнулся от боли то ли в пробитой печени, то ли в "солнышке", что Бураков достал непосредственно коленной чашечкой... А оказавшийся за правым плечом боксера Никита тут же выбил его опорную ногу жёстким ударом-подсечкой.

Всё в точности, как учил и показывал сенсей!

...Когда "старшак" врезался затылком в настил боксерского ринга, весь зал затаил дыхание - а к бойцам уже бросился рефери, что-то закричавший Никите. Что, опять не подсечка, а запрещённый удар?! Вперёд подался Василич, что-то закричал тренер боксеров... Но тут с кривой улыбкой поднялся "старшак", что-то сказавший рефери - и тот отступил назад. После чего боксер обратился к нашему "черному поясу", немного поговорил с ним, держась перчаткой правой за затылок - а после он неожиданно для всех взял правую руку Никиты и поднял её вверх, объявляя победителя!

Это было столь неожиданно, что я не поверил своим глазам; зал же взорвался криком - где овациями и одобрением, где возмущенными воплями, но равнодушных точно не осталось... Некоторое время спустя покинувший ринг Никита сумел пробиться к нам - и тогда тренер прямо спросил своего помощника:

- Ну что?

Бураков пожал плечами:

- Все претензии боксеров, включая вопросы к Роме и Чурикову сняты, гопникам старшаки сделают внушение, чтобы присмирели... За беспредел Савва ответит отдельно. Мешки и лапы оставляют нам - в честь доли с продажи видеокассет с боями, если их вообще смогут продать. Но снарягу оставляют в додзё в любом случае...

Немного помявшись, Никита добавил:

- Обещал ещё чуть позже отдать процент с выигрыша по ставкам... И предложил организовать новый турнир, уже с борцами вместе, если видео получится продать.

Я замер, не веря своим ушам. Если это и не победа в сложившихся обстоятельствах... То что тогда можно назвать победой?!

Эпилог.

- Дмитрий Витальевич, ну как он?!

Среднего роста немолодая уже женщина, во внешности которой ещё можно было угадать следы былой привлекательности, с отчаянной надеждой смотрела на врача - на бейджике которого на груди крупными буквами было напечатано: "ШАЦКИХ". Недавнее горе состарило её лет на десять, если не на двадцать - и доктор, отчётливо понимающий состояние матери, едва не потерявшей единственного сына, постарался проявить весь возможный такт и участие:

- Александра Николаевна, послушайте - кризис уже прошёл. Давно прошёл! С Сергеем сейчас работают лучшие наши специалисты! Карина Владимировна Карташова - лучший реабилитолог Черноземья, а новая система импульсного программирования развития мышц, с которой она работает, творит просто чудеса! То, что раньше казалось шарлатанством или наоборот, едва ли не космическими технологиями, теперь стало реальностью. Мы уже сейчас сняли гипертонус мышечных узлов Сергея, и едва ли не заново формируем мышечный каркас... Ну а Елизавета Павловна так и вовсе лучший хирург страны! Поверьте мне, когда ваш сын выйдет из комы, он просто не узнает себя и своего тела!

Мама Сергея вымученно улыбнулась, прикрыв глаза - а после, отчаянно всхлипнув, приглушенно прошептала сокровенный вопрос:

- К-когда... Когда он выйдет из комы?

Дмитрий Витальевич снял очки и устало потёр переносицу, собираясь с мыслями - после чего осторожно начал:

- Александра Николаевна... Вы должны понимать, что пока с Сергеем работает реабилитолог, ему лучше пребывать именно в коме - так процесс восстановления мышц идёт просто ударным темпом. Ну а что касается травмы головы - как я уже сказал, Елизавета Павловна лучший наш хирург, она сделала все возможное... Кроме того, самая современная аппаратура, позволяющая активировать работу головного мозга и способствуюшая восстановлению нервных клеток, демонстрирует положительную динамику восстановления. В соседнем Ельце недавно была ситуация с тяжёлым ДТП, в котором пострадал студент-пятикурсник, спешивший на защиту диплома... Так вот, аппаратура вывела его из комы всего за пять недель. Сергея же подключили к системе только пять дней назад...

Александра Николаевна вымученно улыбнулась, после чего с чувством произнесла:

- Дмитрий Витальевич, я даже не знаю как вас и благодарить. Если нужны деньги...

Но доктор, хорошо знающий реальное положение вещей с финансами в семье Сергея, только покачал головой:

- Не нужно, ничего не нужно, Александра Николаевна. Серёжа попал в эту... Ситуацию, спасая мою дочь. И он её спас - так что вытащить вашего сына из комы и полностью его исцелить... Это мой личный человеческий долг перед ним. Вопрос только в том, как быстро уйдут все последствия травм, и в какой момент Сергей будет готов прийти в себя... Пелена грёз, что захватывает разум пациента под воздействием инновационной техники, порой ярче нашей собственной жизни. Но как только он будет готов к пробуждению, она автоматически выведет его из медицинской комы, мы с Елизаветой Павловной за этим обязательно проследим.

Александра Николаевна очень расчувствовалась - но все же смогла выдавить сквозь слезы благодарности короткое:

- Храни вас Бог!