Кирилл Шарапов

БлокАда

Пролог

Очередь. Затвор лязгает в последний раз, дальше только щелчок, пустой магазин летит на землю, некогда его поднимать… Клим Николаев откатился в сторону, судорожно ища в подсумке разгрузки полный, но его не было. Где-то справа бахнуло, да так, что взрывная волна пару метров протащила его, закинув в воронку, оставшуюся от мины. Осторожно высунув голову, он обнаружил своего противника, тот лежал метрах в сорока, поджав к груди ноги и уставившись куда-то в степь, похоже, ему прилетело парой последних патронов.

- Отпрыгался бармалей, - довольно подумал Клим.

Сплюнув тягучую слюну, лейтенант Николаев сполз вниз по скату, перевернулся на спину и тут же обнаружил покойника - бойца его взвода. Младший сержант Шахов, позывной Шах, мрачный и неразговорчивый, но исполнительный и упрямый, одним словом - хороший солдат. Он лежал на спине и смотрел в небо своими черными цыганскими глазами, у его ног валялся покореженный АГС. Грудь и шея были разорваны осколками, так, что земля вокруг стала влажной. И это несмотря на то, что стоит тридцатиградусная жара, и дождей не было дней пять.

Вытащив из разгрузки покойника магазины, Таран быстро перезарядил автомат. Бой давно вышел из-под контроля, вот уже шесть часов взвод сдерживал превосходящие силы противника. Так напишут в официальной сводке, а на самом деле - три сотни бородатых лезут и лезут, рация разбита еще два часа назад. И по последним данным атака идет на всем протяжении государственной границы. Банды непримиримых, раздолбав брошенный США на произвол судьбы в Афганистане контингент НАТО, прорвались в Таджикистан. Там их поддержали местные. И пока в ООН хлопали глазами и решали, что делать, вспыхнула вся Центральная Азия - Киргизия, Узбекистан, Туркменистан, Казахстан. Дела местных карликовых армий были плохи, половина переметнулась к бородатым, другая половина пыталась выполнять свой долг, но технически они были не в состоянии удержать даже собственные столицы, против обученного, вскормленного американцами мирового терроризма. Да и не спали ЦРУшники, тридцать пять лет мутили воду, где только могли. И пока Москва думала, что делать с вспыхнувшей на границе войной, огромная банда, вырезающая всех, кто к ней не относится, устремилась к границам России.

Клим быстро выглянул из воронки, мост перед ним был усыпан телами и остовами горящей техники, в основном пикапы с пулеметами, но на выезде, развернувшись, горел старенький БТР-шестидесятка, которому удачно всадили в борт из РПГ. Клим с минуту наблюдал за мостом, но определить, кто сейчас мертв, а кто просто лежит в ожидании появления мишени, не представлялось возможным.

Достав флягу, он отвинтил крышку и понял, что воды не осталось. И снова на помощь ему пришел Шах - два глотка теплой, пахнущей химией воды лишь только обострили жажду. Высоко в небе он разглядел самолет, идущий в сторону границы. Клим уже не знал, один он тут, или еще кто из солдат уцелел, последние полчаса он не видел никого из своих бойцов, только разбитая линия наспех отрытых стрелковых ячеек. Достав из разгрузки красный дым, он дернул шнур и отшвырнул метров на пять правее, обозначая свою позицию. Последнее, что он услышал, это гул авиабомбы.

Семь дней спустя.

- Состояние? - доктор в белом халате посмотрел поверх узких прямоугольных очков на лежащего в койке кандидата.

- Так точно, Клим Николаев, позывной Таран, - доложился мужчина в армейской форме, стоящий у врача за правым плечом. - Пострадал неделю назад при прорыве границы бандами, Астраханский инцидент, командир взвода, единственный выживший.

Доктор посмотрел на пациента, который сейчас крепко спал, после чего открыл его личное дело:

- Двадцать семь лет, родных нет, семьи нет, лейтенант, командир взвода, - начал бормотать себе под нос военврач, - в результате тяжелой контузии не годен к дальнейшей службе. Частичная потеря памяти, повреждение внутренних органов, переломы ребер, травма позвоночника, головные боли, агрессивное поведение. Восстановление невозможно. После окончания лечения гарантированная вторая форма инвалидности. Добровольное согласие на участие в программе «Солдат 2.0». Идеальный кандидат, максимальное на данный момент соответствие требований для проекта, вероятный успех - тридцать восемь процентов. Что ж, - захлопнув папку, произнес врач, - это на десять процентов больше, чем наш предыдущий лучший результат. Но его состояние не позволяет начать внедрение. Он просто не переживет операции. Сколько ему потребуется для того, чтобы соответствовать минимальному порогу здоровья? - Этот вопрос он задал своей второй спутнице, слегка полноватой блондинки неопределенного возраста с неприятным лицом.

- Травмы слишком серьезные, - быстро произнесла она, - я смогу поставить его на ноги не раньше, чем через месяц.

- Мне не нужно, чтобы он стоял на ногах. Если он сможет пережить внедрение, то наниты самостоятельно поставят его на ноги.

Неожиданно пациент открыл глаза и уставился на военврача.

- Где я? - с трудом разлепив ссохшиеся губы, прошептал он.

- Клим, вы пережили тяжелейшею контузию, у вас несколько переломов, проблемы с печенью, селезенкой и легкими. Сейчас вы в военном госпитале. Вы помните, что вы дали согласие на участие в проекте «Солдат 2.0»?

- Да, помню, если это позволит вернуться в строй, ради этого хоть в Ад.

- В ад, говорите? - поправив очки, задумчиво произнес военврач. - В ад, это можно, вы туда непременно попадете. Многие из участников проекта уже там, правда, все они были уголовниками с пожизненным сроком.

- А остальные? - с вызовом спросил парень, нащупав губами автоматическую поилку, досталось Климу неслабо, и теперь, чтобы он не навредил себе еще больше, его надежно зафиксировали.

Доктор снова рефлекторно поправил на носу очки и глубокомысленно хмыкнул.

- Думаю, тебе не нужно объяснять, что такое подписка о неразглашении?

- Не нужно, - Клим покачал головой, при этом его едва не вырвало.

- Вот и хорошо. Я столько подписок давал, что если их в стопку сложить, большая советская энциклопедия рядом с ней будет смотреться как книжка-раскраска для детей до трех лет. Но успехи у нас есть, и шансы твои неплохие. Отговаривать тебя не буду, ты нам очень нужен, но знай, это на девяносто процентов билет в один конец.

- Десять - это неплохо, - отозвался Клим. - В моем случае десять - это охрененно большой шанс. Когда начнем?

- Прыткий ты слишком, сначала надо привести тебя в порядок, иначе не переживешь то, что мы тебе приготовили. Светлана Сергеевна гарантирует тебя довести до этого рубежа через две, максимум три недели, - он бросил на полноватую докторшу свой фирменный взгляд поверх очков.

- Максимум три, - оставляя себе пути к отступлению, заявила та.

- Хорошо, занимайтесь. Дайте нам результат, и я постараюсь сделать все, что в моих силах, дабы вернуть вас в строй, ведь это то, что вами движет.

- Да, - ответил парень и закрыл глаза.

- Светлана, душенька, вы сказали, что к этому времени Николаев будет выглядеть гораздо лучше, а сейчас ему не только не лучше, он сдает.

- Роман Данилович, я сделала все, что могла. У нас лучшее оборудование, но мы с трудом поддерживаем его на уровне ремиссии, Николаев умирает. И чтобы мы не делали, он все равно умрет. Вчера он просил позвать вас, он хочет попробовать.

- Попробовать? - усмехнулся куратор проекта от министерства обороны. - Да он спятил! Вложить в умирающего бойца десятки миллионов рублей, это все равно, что выкинуть их на ветер. У вас при прошивке умирали крепкие и здоровые люди, а этот солдат почти покойник. Не понимаю, как он держится, похоже, только на морально волевых. Светлана Даниловна утверждает, что если бы не его сила воли, он бы не прожил и недели.

- А это интересно, - неожиданно произнес Демин, он снова окинул собравшихся в кабинете людей своим фирменным взглядом. - Света, готовьте его к процедуре.

- Он умрет, - возразил военный, - бессмысленная трата бюджетных средств.

- Он уже должен был умереть, - возразил профессор и новатор, - он жив потому, что ждет одного - операции. Не будь этого, он бы уже давно сгорел в нашей печи. Все, Света, не медлите, если он так хочет жить, то переживет все, что мы с ним сделаем.

- Запишите, что я против, - попытался оставить за собой последнее слово военный.

- Михаил Дмитриевич, мы обязательно это зафиксируем. - Потом улыбнулся и добавил, - «Баба Яга, против!»

Генерал Ломов не выдержал и расхохотался.

- Точно, Роман Данилович, Баба Яга против. Черт, как давно это было? - потом вдруг подмигнул и, открыв планшет, уселся смотреть детский мультик.

- Готовьте Николаева к процедуре, - уже не обращая вынимания на генерала, произнес академик Демин. - Посмотрим, насколько он крепок. Он собирался в Ад, давайте выпишем ему путевку. Есть такой тип людей, которых туда отправляешь, а они возвращаются с загаром, с магнитиками и хорошим настроением.

Светлана Сергеевна улыбнулась и, забрав свой планшет, покинула кабинет. Она была хорошим врачом, так как полностью лишена жалости к пациентам, и сейчас недрогнувшей рукой подписывала раненому лейтенанту билет в один конец - крепкие мужики не смогли пережить процедуру. Профессор знал, что она возможна, один раз она удалась, но Клим слишком слаб, чтобы выдержать все, что ему приготовили.

Семьдесят два часа спустя.

- Я же говорил, что ничего не выйдет, - зло произнес генерал. - И что мы получили? Ничего, только деньги потратили.

- Вы ошибаетесь, - поправляя очки и наблюдая за показателями мониторов, отозвался Роман Данилович, - внедрение произведено.

- И что толку, это тело, считайте, мертво, - возразил Ломов.

- Не мертво, а в глубокой коме, и скорее всего, он никогда из нее не выйдет.

- И поэтому вы продолжаете тратить на него деньги, и определили его в жутко дорогой медицинский автоматизированный бокс?

- Именно поэтому, - спокойно отложив планшет и закуривая, отозвался Демин. Выдержав паузу, он выпустил струю дыма в потолок и, слегка прикрыв глаза, продолжил, - именно поэтому, что этот полуживой парень, прошедший процедуру от начала и до конца в состоянии близком к смерти, когда остальные уже концы отдавали, еще жив, хоть и в коме, дает мне надежду на то, что он откроет глаза. Это лучший экземпляр, который у нас был и есть.

- За исключение Чистого, или, если вам угодно циферками, объект двести одиннадцать.

- Верно, за исключением этой погани, - согласился научный руководитель проекта, - но он навечно останется в своей камере, мы сделали из этого сумасшедшего мясника машину для убийства. Если бы не бесценные данные, которые мы получаем с него, я бы уже приказал уничтожить образец. Но возможно, он поможет нам понять, как вернуть к жизни образец сто восемьдесят шесть.

- Что у вас за любовь к номерам? - поморщился Ломов.

- Это позволяет не думать о них, как о живых людях. Для меня они объекты.

Одиннадцать часов спустя.

- Вы читали последнюю поступившую директиву? - стремительно войдя в кабинет академика, спросил Ломов.

- Только что закончил, - ответил Демин, откладывая в сторону планшет. - Полная консервация объекта, уничтожение всего материала, прекращение любой связи с поверхностью. Я уже отдал распоряжение, научные группы начали подготовку к извлечению нанитов из подопытных, и дальнейшей утилизацией тел. Я выполню предписание за одним исключением - оставлю в живых Клима. Все показания говорят, что он сможет восстановиться. Я решил сохранить ему жизнь.

- Это нарушение прямого приказа, - нахмурился Ломов, - после окончания изоляции объекта я буду обязан доложить по инстанции.

- Я понимаю, Михаил Дмитриевич, - согласился академик, - и будете совершенно правы, но возможно, мое решение сохранит программу. Этот карантин, чувствую, продлиться не один месяц, всемирная атака неизвестным биологическим оружием, это не просто теракт, это катастрофа. Так что, чем-то мы тут должны заниматься все это время. Мне нужна санкция на отправку конвоя в город, необходимо доставить на объект семьи сотрудников.

- Запрещаю, - отрезал Ломов. - Вы ученый, и сами понимаете, что если все, что написано в директиве, правда, то проникновение на объект зараженных очень велика. Я…, - он, видимо, хотел добавить что-то еще, но в этот момент по всей базе взревели баззеры боевой тревоги, едва доктор успел закончить эту фразу. - Оставайтесь здесь, - вскакивая, приказал генерал. Вытащив пистолет из кобуры, он выскочил за дверь кабинета.

- Да куда ж я отсюда денусь? - хмыкнул крупный ученый, член невообразимого количества академий и научных обществ.

Заблокировав дверь, он взялся за планшет и попытался связаться с постом охраны, ему никто не ответил.

Друзья, просьба к Вам, под обложкой книги есть треугольник из трех точек позволяющий сделать репост, не поленитесь нажать сердечко, добавить в библиотеку, ну и конечно репостнуть пусть как можно больше людей увидят понравившуюся вам книгу.

Глава первая

Неприятный писк действовал на нервы, спать больше не хотелось, а значит, пора открывать глаза. Вот только сделать это оказалось не так просто - веки тяжелые, и поднимались неохотно, мысли ворочались с трудом. Первое, что увидел Клим, когда ему все же удалось открыть глаза, это лампу, красную, тревожную лампу, которая короткими вспышками озаряла тонущее в темноте небольшое помещение, забитое до потолка какой-то хитрой и наверняка очень дорогой медицинской аппаратурой.

Он попытался сглотнуть, но не вышло, его рот был запечатан какой-то трубкой. Вообще то, в чем он лежал, можно было назвать кроватью только от большой фантазии, это скорее капсула как в различных фантастических фильмах про будущее, где в таких регенераторах лечат все болезни, кроме совсем уж пропащих случаев.

Подергав пальцами, Николаев убедился, что те его слушаются, не очень уверенным движением, плавным и осторожным, он согнул руку, и это тоже удалось без проблем. Вот только он чувствовал, что сильно ослаб, словно уже очень давно лежит тут.

Надо сказать, извлечение из горла полуметровой трубки было тем еще испытанием, пустой желудок содрогался спазмами, не имея опыта, лейтенант тянул ее медленно, боясь повредить гортань. Немного запылившиеся стекло навело на мысли, что в эту комнату уже давно никто не входил, и что помощи не будет, во всяком случае, в ближайшее время абсолютно точно.

Наконец Клим вытянул ее из себя и тут же согнулся в спазме. Забыв, что он в капсуле, саданулся лбом о крышку. Теперь, когда он избавился от трубки непонятного назначения, настало время левой руки, в которую была воткнута игла капельницы. Здесь все оказалось довольно привычно, вытащив очередную трубку из катетера, он избавился и от самого устройства. Только вот никакой ткани в капсуле не было, пришлось залепить ранку куском пластыря, который удерживал катетер. Согнув руку в локте, он несколько минут лежал, прислуживаясь к собственному организму. Когда его готовили к операции, предупредили, что, если все удастся, он будет абсолютно здоров и даже лучше. И вот теперь он пытался понять, вышло, или он умирает, и это временное облегчение, а то, что он умирал, никто и не скрывал, все прогнозы миловидной, но очень жесткой докторши не сбылись, с каждым днем ему становилось все хуже, и последние дни в разговорах врачей проскальзывало слово «безнадежен».

И тут он увидел нечто, заставившее его вздрогнуть, перед его глазами появился полупрозрачный прямоугольник голубоватого цвета, на котором красными яркими буквами было написано: «Объект 186. Статус - активен. Статус нанитов - активны. Состояние - полностью здоров».

Клим неуверенно поднял правую руку и попытался коснуться непонятного интерфейса, его палец прошел сквозь прямоугольник, но там, где палец коснулся «экрана», появилась надпись: «Для открытия следующей страницы мысленно переверните ее».

- Следующая страница, - напрягшись, словно у него запор, громко подумал Николаев.

И сработало ведь, текст сменился, на этот раз ему перечислили все внутренние органы и их состояние.

- Что ж, как там у стилистов в телевизоре это называлось? Базис ноль?

Клим хмыкнул, если этот странный прямоугольник не врет, он абсолютно здоров, от травм не осталось и следа. А значит, хватит лежать, пора выбираться наружу.

С шипением гидравлики пластиковая крышка плавно отъехала в сторону. Все вокруг было пыльным, хотя этого стоило ожидать, о нем, похоже, забыли, и довольно давно, или не забыли, и на этом странном секретном объекте что-то произошло. Но почему тогда не пришла помощь? Или это случилось там, наверху, и уже перекинулось сюда? Вопросов море, ответов ноль. Вообще, несмотря на слабость, Таран поймал себя на том, что мыслит он быстро, очень ясно и вполне здраво. И голова не болит, ведь последние дни перед операцией его страшно плющило, даже обезболивающие не помогали. По-прежнему висящий перед глазами элемент непонятного интерфейса слегка мешал.

- Да исчезни ты, - подумал Клим, мысленно обращаясь к нему.

И сработало - мгновение, и голубоватый прямоугольник пропал.

Клим посмотрел на пластырь, которым заклеил ранку от катетера, там не проступило ни единого пятнышка крови. А вот это было уже странно. Отклеив «заплатку», он удивленно присвистнул, ранка не только не кровила, ее вообще не было, ни следа не осталось, и это за пять минут.

- Очень интересно, - пробормотал Николаев вслух.

Теперь он смог хорошо осмотреться. Красная тревожная лампа под потолком раздражала и мешала, короткие вспышки вырывали из тьмы все больше подробностей. Капсула, в которой сейчас сидел Клим, стояла посреди длинного пенала размерами примерно три на пять. Все пространство вдоль стен было заставлено оборудованием, предназначение у которого могло быть только одно - медицинское. Четвертая стена, выходящая на какое-то большое помещение, напоминавшее лабораторию, была стеклянной, а может пластиковой, от пола до потолка. С правой стороны блестящая металлическая дверь с электронным замком, верхнее окошко которого горело красным, извещая, что выход заблокирован. Но самым хреновым было то, что стеклянную или пластиковую стену на уровне груди украшала внушительная вмятина с сетью мелких трещин, как будто в лобовуху камешек прилетел, а вокруг бурые подтеки, которые не могли быть ничем иным, кроме как давно засохшей кровью. Да и тело в белом халате, валяющееся на полу, не навевало положительных эмоций. Клим еще раз внимательно оглядел помещение и, тяжело вздохнув, опустил босые ноги на грязный пол, сейчас его не интересовал ни труп, ни запертая дверь, больше всего раздражало отсутствие одежды, а еще хотелось есть и пить. Стоило подумать о воде, как сушь во рту стала еще сильнее.

Встав на ноги, Клим немного покачнулся. Единственным физическим дискомфортом, который он испытывал на данный момент, была слабость, но сейчас не до этого.

Ступая осторожно, он дошел до стены, и первое, что бросилось ему в глаза, его отражение, тусклое, неясное, но оно было. Странно, по идее, волос должно было быть куда больше. Он ожидал увидеть мужика из группы «ZZ Top», скрещённого с бомжом, живущим на Казанском вокзале, но вместо этого трехдневная колючая щетина и сантиметровый ежик волос на голове, словно волосы начали расти только последние пару дней. Перестав любоваться собой, он, наконец, уделил внимание трупу по другую сторону барьера. Больше всего он напоминал мумию, только без бинтов. Причина смерти тоже очевидна - расколотый череп, кто-то очень сильный швырнул его в стекло, оно выдержало, а вот кость нет.

Клим внимательно осмотрел лабораторию, насколько это было возможно, поломано оказалось прилично, но все следы разрушения носили давнишний характер, похоже, погром ровесник трупа. Кстати, труп был не один, из-за длинного стола, который закрывал обзор остального помещения, и на котором громоздились различные частично побитые пробирки и приборы, выглядывала иссохшая кисть, торчащая из белого рукава.

- Мать вашу, - процедил Клим и направился к двери.

Потратив минуту на изучение замка, он выматерился уже в голос, долго, с чувством понося создателей, установщиков и прочих людей с неправильной ориентацией, которые умудрились сделать все возможное, чтобы человек не смог открыть эту дверь изнутри. После того, как он успокоился и повторно осмотрел светящийся красным прямоугольник, диодная подсветка которого говорила находящемуся внутри, можно или нельзя покинуть бокс, открыть ее могли только снаружи. Что ж, понятная мера предосторожности, учитывая эксперименты, которые тут ставили.

Стекло себя показало очень крепким, во всяком случае, соприкосновение с головой выдержало. Клим аккуратно надавил ладонью на место удара, результат нулевой. Надавил сильней, результат схожий. Он оставил тщетные попытки пробиться голыми руками и внимательно изучил бокс - капсула, медицинское оборудование, которое курочить просто жалко, а еще тут был ранее незамеченный стул, крепкий, металлический, но, скорее всего, очень легкий.

Таран направился к нему, он оказался прав, всего пара килограммов, но сделан добротно, может, и выдержит несколько ударов. Вернувшись с новым орудием к стеклу, Николаев перехватил его за мягкую спинку, размахнулся и двинул со всей дури, на которую был способен, прямо в то место, куда пришелся удар головой.

- М-да, - разглядывая отломленную ножку, валяющуюся на полу, только и сказал он.

Стекло выдержало, хотя трещин стало больше, и в этом месте они вроде бы стали еще плотнее. Вторая ножка оказалась крепче первой, пережила еще аж два удара, результат оказался посредственный - стекло подалось, но биться не желало, рваное отверстие размером с пятирублевую монету. Зато появился запах, затхлый, застоявшийся воздух проник в изолированный бокс, но Таран на это не обратил никакого внимания.

Зато внимание обратил неведомый планшет, секунда, и он снова возник перед глазами. «Герметичность бокса нарушена, - появилась на экране новая надпись. - В воздухе не содержится опасных элементов или вирусов, среда безопасна».

- Полезная инфа, хорошо, что ты можешь не только мою температуру показывать, - снова мысленно убирая экран, заявил Клим.

Подняв с пола загогулину, бывшую когда-то ножкой, он без особого труда разогнул ее. Это показалось странным, раньше он так бы точно не смог, похоже, его физические возможности повысились. А это значит, он может попытаться сделать то, на что раньше не решился бы - отломив остатки второй ножки, он, буквально завязав две трубки узлом, за двадцать минут изготовил примитивный молоток или скорее булаву, которая развалилась после третьего удара. Но отверстие стало немного шире. И теперь туда можно стало просунуть руку, только вот что с этого? До двери не дотянуться, до тела тоже не достать.

Несколько минут он сидел на уцелевшей седушке, закрыв глаза и прикидывая расклад. То, что это крепкое стекло сдаётся - хорошо, то, что его ломать нечем - очень плохо, похоже, все же придется пустить в ход медицинское оборудование. Жалко, но что поделать, ситуация безвыходная.

Первым на себя принял удар крепкий стальной столик, на котором стоял незнакомый прибор. Он был привинчен к стене, но крепеж сдался довольно легко, уступив смекалке, конец одной из трубок, что раньше служили стулу ножками, был так искорежен, что вполне сошел за отвертку. Этот столик весил килограмм пять и выглядел куда крепче стула.

Таран отошел к капсуле, ухватил поудобнее свой новый метальный снаряд и, примерившись, отправил его с максимальной силой в уже прилично потрёпанный кусок прозрачной стены. Результат превзошел все его ожидания, острый угол угодил точно в пробитое ранее отверстие, расширив его до размера головы, а стекло вокруг еще больше пошло трещинами.

Клим посмотрел на свои руки, раньше подобный фокус он бы проделать не смог. Нет, конечно, швырнул бы и на большую дистанцию, но вот сила броска, это было уже чем-то чужим, похоже, теперь для него не проблема сломать противнику шею или пробить грудную клетку.

Подняв отскочивший столик, он еще пару раз повторил процедуру, прежде чем тот развалился. Но это уже не играло никакой роли, с трудом, но он мог протиснуться в образовавшуюся дыру. Материал, из которого была сделана преграда, не походил на стекло, он рвался, крошился под покрывающей его пленкой. Интересно, насколько он устойчив к пуле, выпущенной из калаша?

Клим внимательно изучил края дыры, которые сейчас как лепесток были развернуты наружу, провел пальцем по самому острому, и ничего, даже не поцарапался. Возможно, ответ был в том странном виртуальном планшете, но как его вызвать снова, он не знал. Да и некогда было, за те полтора часа, что прошли с момента пробуждения, он проголодался еще больше, и теперь поиск еды и воды стал актуален, как никогда. Как ни странно, несмотря на два трупа в его поле зрения, он совершенно не чувствовал угрозы, словно знал, вокруг если и есть люди, то только мертвые, а мертвые, как известно, не кусаются.

Побег из застенков прошел как по маслу, даже не поцарапался, хотя бедра прошли с трудом и поначалу застряли, пришлось упираться руками в «стекло» и давить, отчего приземление вышло не самое приятное, хорошо Николаев успел встретить стремительно рванувшийся к нему пол ладонями, а не носом. Встав и отряхнув руки, и посмотрев на отверстие, через которое только что пролез, вслух процитировал бородатый анекдот:

- Штирлиц выпал с девятого этажа и только чудом зацепился за карниз пятого, на утро чудо распухло и мешало ходить.

После чего присел возле мумии, шмотки снимать не стал, он еще не настолько отчаялся, чтобы носить одежду покойника. Зато, обшмонав карманы, достал электронный ключ, который немедленно проверил, и точно, дверь, которая еще секунду назад была непреодолимой преградой, с тихим шипением приоткрылась. Больше ничего, кроме электронного планшета с севшей батареей, он не обнаружил. Логотип на корпусе девайся был незнаком - контурная белая пятиконечная звезда с аббревиатурой, выходящей из середины, - СОМО. Что это значит, он был без понятия, но судя по кондовому виду, делался сей гаджет явно для военных, и был способен работать после заплыва в океане, или пролежав полгода в песке. Положив его на стол и решив, что тот никуда не денется, если раньше этого не произошло, то и сейчас не стоит беспокоиться, Клим перешёл ко второму покойнику, кисть которого он видел из бокса.

Вот только не дошел, острый осколок разбитого оборудования, коварно подкарауливавший его ногу, вошел в пятку почти на сантиметр.

- Твою мать, - запрыгав на одной ноге, прошипел Клим.

Выматерив урода, который устроил такой погром, он опустился на пыльный табурет, стоящий возле стола, кровь из раны текла обильно и теперь ее капли смешались с пылью на полу, образуя свежую грязь.

Клим выдрал застрявший осколок и принялся искать взглядом, чем бы перевязать рану, но этого не понадобилось, две секунды, и кровь остановилась, еще три, и вместо раны уже шрам, который исчез буквально на глазах.

- Офигеть, - вслух произнес Николаев. - Профессор, или кто вы там по званию, а вы неплохо поработали, - тихо добавил он и направился по прежнему маршруту, только теперь внимательно наблюдая, куда вступает.

Покойник никуда не исчез, ему досталось крепко, кто-то очень сильный почти оторвал ему голову, вытащив ее вместе с позвоночником, лабораторный халат был бурым от крови. У двери обнаружилось еще одно тело, та самая полноватая докторша-блондинка, он узнал ее по волосам и прическе, которая, как ни странно, сохранилась, строгая врачиха всегда носила тугой камелек на затылке, от чего выглядела еще более стервозной, чем была на самом деле. С ней убийца поступил иначе, прямо посреди спины между лопаток была дыра, в которую легко пройдет кулак крепкого взрослого мужчины, кто-то одним ударом сломал ей позвоночник, пробив тело насквозь. Честно говоря, глядя на ранения, полученные покойниками, сталкиваться с этим монстром у Клима не было никакого желания.

Карточка для того, чтобы покинуть лабораторию, не потребовалась, толстая дверь в коридор оказалась выбитой, с огромной вмятиной на уровне плеча валялась на полу, покрытая пылью. Пыли тут было гораздо больше, чем в медицинском изолированном боксе, похоже, система вентиляции в личной каморке Тарана сломалась совсем недавно.

Прежде чем покинуть лабораторию, Клим быстро осмотрел шкафы в поисках одежды, но, гардеробная скорее всего находилась в другом месте, единственным трофеем стала пачка каменного печенья с кремом и упаковка чая, это богатство было обнаружено в одном из ящиков, прикрытое какими-то бумагами. Зато водопровод тут работал, как полагается, и Николаев, наконец, смог вволю напиться, присосавшись к крану, расположенному в маленькой туалетной комнатке за неприметной картонной дверью. Как ни странно, канализация и водопровод в мертвом бункере функционировали вполне исправно. Еще лейтенанта очень радовало, что здесь в отличие от его бокса, было тусклое электричество, немногочисленные лампы под потолком горели через одну, но их света вполне хватало, чтобы шариться по шкафам и ящикам. В коридоре с этим было не все так радужно, выглянув наружу, Клим обнаружил всего две подсветки, остальные разбиты. Та, что вела к лифту, дёргано моргала, потрескивая, да и досталось ей, висела в двух метрах от пола на проводах, тихонько покачиваясь от непонятно откуда взявшегося сквозняка. Вторая лампа была вполне нормальной, светила ровно и располагалась метрах в двадцати дальше по коридору прямо над троицей тел в черной форме. За месяцы, проведенные на объекте, он многое узнал, в такой расцветке ходили местные охранники.

Жутким был этот мертвый бункер. В коридоре на стенах следы пуль, мумифицированные трупы неизвестной даты упокоения, следы трагедии, разыгравшейся тут много месяцев назад. Больше всего это напоминало Климу декорации к фильму ужасов категории В - низкий бюджет, плохой подбор актеров, дерьмовый банальный сценарий, давящая музыка сразу отбивает желание смотреть. Вот только Таран был полностью лишен возможности переключить канал, он стоял абсолютно голым посреди полутемного коридора, глядя на трупы бойцов из местной охраны, и понимал, что в этом дерьмовом экшене ему отведена главная роль.

Клим неторопливо отправился к прорванной линии обороны. Защитников было всего трое, и все они погибли примерно так же, как и научные сотрудники в лаборатории - разорванная гортань, рука, висящая на лоскуте кожи, переломанная кукла, бывшая некогда здоровенным спецназовцем, лежащая под стеной, его словно отшвырнули с дороги и он, как автомобиль на краш-тесте встретился с бетонной преградой. У третьего бойца была раздавлена голова, словно кто-то большой наступил на нее как на тюбик с зубной пастой.

Оружие покойников - непривычные армейцу короткие пистолет-пулеметы СР5 «Зубр» - так и валялись на полу в россыпи гильз. Стреляли мужики много и часто, и, довольно результативно, там, в глубине темного коридора, угадывались очертания других покойников. Клим все же вытащил из кобуры бойца штатный армейский «ПЯ», проверил магазин, передернул затвор, он не особо опасался наткнуться на недобитого врага, чувствовал, что бункер пуст, но оружие в руках дарило уверенность. Одежду тоже не стал снимать, во-первых, она вся пропитана кровью, во-вторых, воняла тленом, мумификация мумификацией, но покойники разлагались тут долгое время.

Еще одним трофеем стал уже знакомый Николаеву офицерский планшет, работал он с таким в армии, вернее, не совсем с таким, этот был на порядок лучше. Откинув крышку, он разочарованно вздохнул, батарея была разряжена в ноль.

Клим направился к покойникам с противоположенной стороны. Темнота ему не особе мешала, не сказать, чтобы отчетливо, но он видел почти всю неосвещенную часть коридора, а это ни много, ни мало метров семьдесят до поворота. Целые и выбитые двери, пять тел в ядовито малиновой робе, рядом с ними какие-то пруты, служившие, скорее всего, оружием. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, это те самые зэки из подопытных. Если это научный уровень, значит, где-то на нем должны были быть камеры, в которых содержался материал.

Николаев присел рядом с одним из трупов, тело сильно побито пулями, длинная очередь прошлась по груди наискось, еще одна пуля разворотила челюсть. Остальным трупам досталось не меньше. Только вот странно, большинство трупов валяются метрах в десяти от стрелков, а следы крови видны даже под слоем грязи по всему коридору, то есть эти пятеро, вернее, их было больше, прошли сорок метров чистого простреливаемого пространства под огнем трех пистолет-пулеметов и свалились неподалеку от рубежа, а те, кто шел за ними, используя первых как живые щиты, разобрались с охранниками? Вся картина развернувшийся бойни говорила о том, что выводы Клим сделал абсолютно верные. А значит, материал был не совсем нулевым и уже претерпел какие-то изменения. Иначе бы их свалили намного раньше. Но еще кое-что, было Николаеву непонятно, если все ранее виденные им трупы мумифицированные, то эта пятерка от них отличалась. Да они мертвы, мертвее не бывает, вот только выглядели так, словно это произошло вчера, ни запаха тлена, ни следов разложения, кровь, вытекшая из ран, давно укрыта пылью, как и тела. Таран протянул руку и прикоснулся к целой щеке покойника. Холодная кожа, очень твердая, почти не отреагировала на нажатие, словно заморожена изнутри. Клим на секунду задержался, одежду снова снимать не стал, а вот ботинки своего размера раздобыл. Воняло из них, как ни странно, грязными носками, а не мертвечиной. Обувшись, он почувствовал себя гораздо лучше, перешагнув через тело зэка, одолжившего ему ботинки, он заглянул в следующую распахнутую дверь. Вот теперь он точно попал, куда нужно, ровные ряды металлических шкафчиков, еще пара тел на полу, оба в некогда белых халатах, вокруг покрытые пылью пятна застарелой крови. Клим уже просто не обращал на эти костяки внимания, придет время, и он их приберет, а может, они останутся тут лежать до скончания веков. Сейчас его интересовало две вещи - одежда и еда.

Все ящики были заперты на висячие кодовые замки, а те, что были без них, оказались абсолютно пустыми. Николаев ухватился за тело ближайшего замка и резко с силой, на которую был только способен, дернул, металл жалобно заскрежетал, но выдержал. Даже новых силенок Тарана не хватило, чтобы сорвать это недоразумение китайских мастеровых. Тусклый свет одной единственной лампы в глубине комнаты не позволял изучить детали, поэтому пришлось вернуться к погибшим подопытным и подобрать довольно увесистый металлический прут. С ним дело пошло быстрее - взлом, осмотр, следующий шкафчик.

Вся обнаруженная одежда была обычной гражданкой, и в большинстве случаев женской. Но все же через пятнадцать минут Клим стал обладателем черной футболки, пары не самых чистых носков, легкой куртки, двух пар трусов и зауженных джинсов с дырой на колене, это были единственные штаны, которые на него налезли, мелковатый какой-то народ тут работал. О покойниках говорят либо хорошо, либо ничего, но Николаев не сдержался и мысленно высказал прежнему хозяину все, что он о нем думает. А думал он о нем много, и ничего хорошего.

Через пять минут в коридор вышел уже полностью одетый и уверенный в себе мужчина. Вернувшись по коридору, он стянул с поломанного здоровяка разгрузку и натянул ее на себя, снял с груди уцелевший пистолет-пулемет, заменил опустевший магазин на полный, и повесил его себе на грудь. Теперь у него был нормальный фонарик и нож, три полных магазина и, несмотря на пистолетный патрон, все пули были бронебойными СП 10 9х21 со стальным сердечником. Нацепив на кожаный пояс с большой нелепой пряжкой кобуру с двумя подсумками под магазины, Клим почувствовал себя более-менее уверено. Да и опасности пока поблизости никакой не было, каску с гарнитурой он надевать не торопился, как и легкий броник, который, в лучшем случае, спасет от пистолетной пули. Появится оказия, приоденется по полной, а пока не горит. Сейчас бы банку тушенки найти да разобраться, что здесь случилось. Нет, понятно, что восстал контингент, но почему не пришла помощь снаружи? Не могли же бросить бункер, занимающийся стратегическими исследованиями, на произвол судьбы. Даже если тут произошла тотальная биологическая катастрофа, его обязаны были зачистить и вернуть в строй, а тут явно никто не появлялся. Нет, конечно, был вариант, что большие начальники прикинули риски и просто залили все выходы бетоном, похоронив под ним людей и воспоминания о проекте.

- Могло быть такое? - вслух поинтересовался Клим у трупа. - Верно, друг, молчание - знак согласия. Еще как могло.

Развернувшись, Таран направился обследовать глубины бункера. Настроив таблетку фонаря на широкий луч, он решительно заглядывал в комнаты, осматривал их и, если не видел ничего полезного, шел дальше. Еще трижды ему попадались трупы зеков, нашлась еще пара охранников, они держали лестницу, ведущую куда-то в нижние ярусы, тут же валялись тела шести заключенных. При осмотре Таран обнаружил несколько внушительных складов с лекарствами и различными непонятными препаратами, один из них был спрятан за стальной дверью, толщиной с полметра, и попасть туда удалось только с помощью карточки докторши с пучком на голове, другие просто не срабатывали. Но и за этой дверью не было ничего интересного, какие-то металлические контейнеры, упакованные в прочные пластиковые кейсы и лежащие в отдельных пронумерованных ячейках, никакой информации, что внутри и на кой это нужно, Клим не обнаружил. Наверняка, все это было очень ценным и важным, но на данный момент абсолютно бесполезным, а вот такая нужная столовка, ну ни как не желала находиться.

Ничего не оставалось, как спускаться вниз. Два лестничных пролета, один из них забран внушительной решёткой, дверь ее была распахнута, некоторые прутья выломаны. Лифт он решил оставить на потом, да и не факт, что тот работает.

Этот уровень под лабораторией был явно техническим, интерьер попроще, бетонные стены заделаны не шибко дорогим пластиком, двери целые, обнаружился и кухонный блок, а напротив него двери большого грузового лифта. Странное устройство у этого бункера, ну да всякое бывает, вскрывать все подряд Клим не стал, много времени займет, да и не надеялся он найти что-то важное. Во всяком случае, на данный момент, скорее всего, тут тоже сплошные склады. Он прошел этаж целиком, и единственной находкой была комната охраны, совершенно пустая. Не было там ни оружия, ни спецсредств, только опрокинутый стул. Похоже, здесь сидели те пятеро, которые отступили на верхний уровень, посчитав оборону на конкретном рубеже бесперспективной, скорее всего, им поручили эвакуацию персонала. Только вот не выгорело. Ну да эту тайну он попытается разгадать позже, может, повезет, и многочисленные камеры, следящие за всем вокруг, расскажут, как погиб бункер.

Закончив осмотр этажа, Клим вернулся к двойным дверям пищеблока, так, во всяком случае, гласила табличка. Толкнув их, он заглянул внутрь, никакой ошибки, и вправду кухонный блок - окно раздачи, дверь, ведущая, скорее всего, на кухню, большой столик на колесиках с огромной кастрюлей и стопкой мисок на нижней полке. Все, что было в кастрюле, давно стухло, засохло и покрылось просто коврами плесени, которая, благодаря среде, не забыла и стены с потолком. По всей этой «кулинарии» ползали какие-то мошки в очень немалом количестве. И опять никаких запахов, вытяжка, пока все это гнило, работала исправно. Клим толкнул дверь на кухню, тут была примерно та же картинка, кастрюли с уже готовой едой, превратившейся в камень, шкафы с посудой и несколько слегка вибрирующих здоровенных холодильников. Их Клим не стал пока трогать, если они отключались и там испортились продукты, это настоящая биологическая бомба, а противогаз-маску с двумя фильтрами он снять с пояса охранника не догадался.

- Хорошая мысля приходит опосля, - пробормотал Клим себе под нос и, щелкнув выключателем, приоткрыл еще одну дверь, ведущую с кухни.

На этот раз он попал по адресу - довольно приличных размеров комната до потолка забитая консервами, крупами и прочими долгохранящимися продуктами, а самое главное - здесь не было и следа вездесущих крыс.

Клим стянул с полки два пустых пластиковых ящика, из одного сделал стол, на другой уселся сам, минимум комфорта, но сейчас это не играло никакой роли. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что последние месяцы, которые он «проспал», его держали на внутривенном питании. Но теперь он сможет наконец-то поесть по-человечески, на складе обнаружились банки с соками, трехлитровые с крышками, требующими закатки. Осмотрев первую и убедившись, что крышка не вздулась, а содержимое выглядит довольно неплохо, а на невыразительной блеклой этикетке значится «Яблочный сок», он пробил ножом отверстие и налил себе сразу полную металлическую кружку, добытую на кухне. Сделав осторожный глоток, он прислушался к вкусовым ощущениям, ничего подозрительного, хороший натуральный сок, очень вкусный и густой. И не жалко такой продукт тратить на заключенных? То, что эта столовка ориентирована на них, никаких сомнений не вызывало. Отставив кружку в сторону, Клим с тоской посмотрел на полки с тушенкой, вот только нельзя ему сейчас есть ничего тяжелого, неизвестно, как желудок отреагирует на жирную пищу, поэтому... Обойдя весь склад, он-таки нашел два пакета с манкой. От мысли о каше, желудок в ужасе сжался, ну не любил ее Клим, но еще больше не любил овсянку, которой тоже хватало, вообще, здорово, что вездесущие крысы не добрались до этого богатства.

Клим еще раз окинул взглядом помещение, кое-чего на этом складе не хватало, тут не было никаких овощей, по идее, где-то должны лежать мешки, полные гнилой картошки, свеклы, лука, но их не было, зато нашлись десятикилограмовые пакеты полуфабрикатного пюре под названием - просто добавь воды. Махнув рукой, он решил больше не оттягивать момент приготовления каши и отправился на кухню. Таран осмотрелся, плиты тут были старыми и электрическими, и как ни странно рабочими, греться начали почти сразу. Для начала Клим стащил грязную посуду подальше в угол, потревожив рой мушек, которые теперь неприятно зудели вокруг него. Обнаружив в шкафу небольшую чистую кастрюлю, он залил ее водой, скривив рожу, вскрыл пакет крупой и стал добавлять манку в подогретую воду, посалил, посластил, потом, морщась, от ненавистного запаха, помешивал ее, пока каша не загустела. Сняв с плиты то, что по ошибке назвали едой, он, не забыв прихватить ложку, вернулся обратно на склад, плотно закрыв дверь, горячая каша была не так уж и плоха, даже комочков было немного. Клим, давясь, глотал ложку за ложкой, запивая ее соком, каша падала в желудок, появилось ощущение сытности, организм тоже никак особо не реагировал, словно несколько часов назад он вполне сносно пообедал. Но время для экспериментов еще не настало, консервы подождут, столько ждали, и еще подождут. Захотелось курить, вот только на этом чудесном складе не было даже намека на сигареты.

Сумка из натуральной кожи, напоминавшая по дизайну офицерский планшет, разве чуть потолще, приняла в себя две банки с тушенкой, две с рыбой и столько же с кашами. Судя по реакции желудка и отсутствию даже малейшего дискомфорта, в следующий раз давиться манной кашей не придется, можно будет поесть что-то более существенное и вкусное. Две пол-литровые бутылки воды, упаковку которой Клим нашел под стеллажом, пришлось запихивать в пустые магазинные подсумки на разгрузке. А вообще рюкзак бы уже не помешал, да где ж его взять-то? Что ж, план минимум выполнен - он одет, вооружен и сыт. Теперь пора было браться за план максимум - разобраться в том, что случилось в этой гребанной лаборатории. То, что он здоров, это хорошо, но неплохо бы понять всю степень постигших лейтенанта Клима Николаева изменений. Сдается, что сила не все, что ему перепало.

Таран подошел к лифту и нажал кнопку вызова, та даже не чухнулась. Он озадаченно потыкал ее снова, и тут до него дошло - тут же все на карточках, кроме, пожалуй, пары дверей. Достав пластиковый прямоугольник, он приложил его к кнопке, и та мгновенно вспыхнула синим цветом, а двери медленно распахнулись. Кнопка в кабине была всего одна, и Николаев догадался, куда его отвезут, прямо под ним тюремный блок. Двери закрылись, и спуск начался, он был не долгим, секунд тридцать. Что ж, картина, открывшаяся ему, подтвердила его теорию.

Длинный коридор, пятна застарелой крови на полу и стенах, трупы, все вперемешку - охрана, зэки, научный персонал, ну этих сразу видно, их всего двое в своих бурых от крови халатах. Причём тел в красной робе куда как меньше, штук пять всего, а вот остальных хватает. Все двери, которых тут было около сотни, распахнуты настежь.

Глава вторая

Выйдя из лифта, Клим буквально носом уперся в висящий на стене план пожарной безопасности четвертого уровня. Сев под самой яркой лампой, лейтенант стер с него пыль и приступил к изучению. Камер оказалось не сто, а всего пятьдесят, по двадцать пять с каждой стороны. Заключенных поднимали вверх на лифте, на нем же их после процедур отправили обратно. Он был единственной возможностью попасть на тюремный уровень. Помещение охраны обнаружилось прямо напротив лифта. Но коридор, заваленный покойниками, Клим все же решил осмотреть. Переступая через тела, Николаев быстро проверял карманы. К концу коридора он стал обладателем трех полупустых пачек сигарет, которые благодаря сухому климату, поддерживаемому на объекте, не отсырели и двух бензиновых зажигалок. Еще две сделанные в Китае как обычно ни хрена не работали. Лейтенант, переживший бой на границе, начисто утратил чувство брезгливости, не найди он нормальную одежду, без каких-либо сомнений раздел бы первый попавшийся труп с уцелевшими шмотками, но не пришлось. Ради интереса заглянул в одну из камер - раковина, параша, койка почти монолит, намертво прикручена к полу и стене, матрас, одеяло, подушка, и больше ничего. Хотя, чего ожидать? По сути это камера временного содержания, тут люди не годами сидят - от недели до месяца максимум.

Вернувшись к посту охраны, Клим уселся прямо на пол и закурил. Сигареты горчили, но на данный момент лучше все равно ничего не было. Раздавив каблуком бычок, Таран взялся за осмотр дежурки.

Почти все охранники в коридоре были вооружены только пистолетами, из пятерых на поражение стреляли всего двое, остальные работали щитами и дубинками, их смяли довольно быстро, вероятно, они поначалу выполняли приказ не убивать подопытный материал. Оказавшиеся в заварухе двое научных сотрудников, скорее всего, погибли первыми. Да и мало было тут охраны - пять человек, все они умерли в коридоре. Возле пульта управления пустое кресло оператора, пульт целый, в рабочем состоянии. Почему открылись камеры? Как дежурная смена прощелкала этот момент, абсолютно неясно. Так же непонятно почему не применили спец средства? На пульте были кнопки, позволяющие закрыть бронированные переборки, отрезая камеры от лифта, заполнить уровень газом. Но ничем этим не воспользовались. Клим порылся в столе и обнаружил замызганную инструкцию к пульту, и все сразу встало на свои места, оператор не мог ничего сделать, его просто удаленно заблокировали, оттуда же пришел сигнал открыть клетки.

После пульта настала очередь местной оружейки, все те же пистолет-пулеметы «Зубр». Но вот тут его ждал подарок - к двум из них были штатные глушители, поэтому Таран быстро обзавелся заменой. Пошарив в закромах, нашелся и набор для чистки оружия, так что Клим еще полчаса назад потратил на приведение своего нового ствола в порядок. Никаких серьезных пушек обнаружить не удалось, а он рассчитывал хотя бы на старый добрый АК74М. Не судьба. Зато судьба была к нему благосклонная, и зауженные молодежные джинсы отправились в мусорку, куртка была хорошей и Николаев подумал, что ее можно оставить, пока не найдет что получше. Так что, переодевшись в форму местной охраны, и сменив зековские боты на вполне приличные берцы, Клим ощущал себя почти белым человеком. Правда хотелось принять душ, но тут таковое удобство отсутствовало, местная ванная комната обладала двумя унитазами и таким же количеством раковин. Следуя простейшей логике остальные удобства нужно было искать на первом - административном и втором - жилом уровне.

Механический голос, неожиданно раздавшийся из динамика, заставил Николаева подпрыгнуть. Лейтенант уже привык к мертвой тишине, и единственные звуки последних часов воспроизводил он сам, и нарушение этого диссонанса его испугало.

- Вниманию персонала, - вещал меж тем голос, - критическая ситуация на пятом техническом уровне. Если в течение ближайшего времени проблема не будет решена, водоснабжение и энергоснабжение бункера будет прекращено. Требуется немедленное вмешательство персонала.

Таран озадаченно потер подбородок и окинул взглядом трупы в коридоре, весь персонал здесь лежит, какая-то автоматическая программа явно мониторит происходящее в бункере и требует устранить неисправность. Интересно эта проблема возникла сейчас или давно? Если сейчас, то понятно, откуда предупреждение, а ели давно, она что, ежедневно его проигрывала? Или потому, что она выяснила, что на объекте появился человек, который может помочь, если так-то у программы есть определенный интеллект? Надо смотреть, Николаеву очень не хотелось оказаться запертым в подземном бункере без света и воды.

Вернувшись на научный этаж, Клим направился к центральному лифту в надежде, что он работает. И снова подфартило, двери раскрылись, кабина, забрызганная темными старыми кровавыми пятнами, избитая пулями, была даже освещена. Для пользования нужна ключ-карта, но та, что была у докторши, пока срабатывала без осечек. Изучив панель, Клим решил выяснить причину возникшей проблемы. Благодаря плану он знал, что ему вниз, под тюремным блоком был еще один уровень, и вот тут карточка дала сбой:

- Доступ запрещен, - монотонно заявил мужской голос из динамика.

- Хреново, - прокомментировал Таран и достал другую карту, принадлежащую одному из охранников.

- Доступ разрешён, - все так же скучно заявил компьютер, и лифт беззвучно пошел вниз.

Николаев себя никогда к знатокам техники не относил, но кое-что понял, весь бункер питал довольно внушительный гидрогенератор. После гибели персонала автоматика перевела его в экономной режим, следуя заранее заложенной программе, и сейчас бункер снабжался лишь частично. Так же здесь оказались склады с какой-то техникой и деталями. Трупов тут не было, живых, впрочем, тоже. Куда делся персонал, ведь пульт дежурного и грязная чашка на столике рядом в наличии.

- Еще одна загадка, - пробормотал Клим, изучая показатели на пульте.

Проблема нашлась довольно быстро, на пятом уровне, то есть там, где он сейчас находился, в одной из дальних комнат, где проходила система водоснабжения, мигала надпись - «утечка, потеря давления, в случае крупного прорыва необходимо остановить гидрогенератор и произвести ремонт».

Ремонтник из Тарана был так себе, вот зарядить кулаком кому-нибудь в зубы, это запросто, но сантехника и электрика только на самом примитивном уровне. И чаще всего, когда он пытался провести ремонт своими руками, на следующий день приходилось вызывать специалиста, чтобы он починил то, что починил Клим. Поэтому, направляясь к месту утечки, он уже для себя решил, что если там все серьезно, то придётся искать человека, у которого руки растут из правильного места.

Первым признаком неприятностей была вода в коридоре, примерно метрах в десяти от необходимой двери. Не сказать, чтобы много, но подошва ботинка погружалась по самый рант. Дверь была металлической, но не сейфовая, как многие тут, а китайской. Оно и понятно, что тут защищать? Трубы? Да кому они впились. А вот то, что из замочной скважины и из-под косяка сочится вода, было крайне плохо, значит, уровень внутри помещения выше метра. Не желая мокнуть, Клим вернулся в операторскую и достал из шкафа комплект прорезиненной одежды, в такой же рыбаки по пояс в воде стоят. Скинув разгрузку и оружие, Клим натянул «водолазный» костюм, а на него еще и сапоги по самые бедра. Теперь, даже если там по грудь, все равно не промокнет.

Дверь оказалась не заперта, стоило нажать на ручку, как поток воды, более ничем не сдерживаемый, едва не сбил его с ног, хорошо Таран догадался отпрыгнуть вправо, прикрываясь распахнувшейся дверью. Прошла минута прежде, чем вода, разлившаяся по длинному коридору, успокоилась. Надо сказать, оказалось ее куда как прилично, сейчас все до лифта было залито примерно по колено. Обнаружился и дежурный, разложившийся труп в голубой спецовке, лежал он возле дальней стены, зацепившись воротом за какой-то крюк, торчащий из стены. Клим прошел внутрь довольно большого помещения метров тридцать квадратных, и, судя по мокрым стенам, вода не добралась до высокого трехметрового потолка всего сантиметров сорок. Похоже, какая-то дренажная система в подземелье всё-таки была. Где-то в глубине включился невидимый насос, и вода стала убывать. Решив обождать, Клим отошел в сторонку и, кое-как добравшись до кармана, выудил на свет трофейную сигарету. Пока курил, уровень воды снизился в половину. Наконец, достиг минимума, и теперь можно было спокойно ходить. Оказалось, что ждал не зря, ушедшая вода обнажила три ступеньки, ведущие вниз, но поскольку в этой комнате дренаж отсутствует или неисправен, то барахтаться придется по пояс в мутной затхлой воде. Первым делом Клим осмотрел сгнившее распухшее тело. Отчего местный сантехник, или кто он там, помер, Николаев так и не понял, физических повреждений не обнаружил, значит, либо они скрыты под мерзкой разлагающейся кожей фиолетового цвета, либо смерть наступила в результате вполне естественной причины, например, сердечный приступ. Да, бывает, когда случается все и сразу, вероятность подобных событий равна нулю, но как гласит закон Мерфи - все, что может случиться, случается, что не может - случается тоже. Вот и тут совпало - побег подопытных, смерть ремонтника и события на поверхности, которые помешали группе зачистки вернуть объект под контроль государства. С последним еще только предстоит разобраться. Да не к спеху, если за все эти месяцы сюда никто не явился, значит, и в ближайшие пару часов никто не явится.

Оставив в покое труп, Николаев осмотрел помещение. Сказать, что тут было много труб, это значит, ничего не сказать. Как найти утечку, лейтенант не представлял. На некоторых трубах висели запаянные в пластик бирки, которые благодаря этому не размокли, на них непонятные Климу обозначения, скорее всего, поясняющие, за что конкретная труба отвечает. Изучив все доступное, Таран тяжко вздохнул, вероятней всего, текла одна из двух самых больших труб и обе они были скрыты под водой. Вздохнув, он вернулся в операторскую, воды в коридоре осталось совсем чуть-чуть, так, хлюпало под ногами.

Клим открыл файл с технической документацией и погрузился в изучение, пытаясь понять что, за что отвечает. Потом принялся искать в компьютере точную информацию. Как оказалось, с этим чуть проще. Во-первых, в том помещении все же была помпа, только не автоматическая, ее включить нужно было. Во-вторых, он определил трубу, которая текла, это была самая нижняя и здоровенная, ведущая к насосной станции. Именно она снабжала водой весь бункер. На секунду у него всплыл вопрос - а нахрена ему вообще с этим возиться? Но Николаев ответил на него почти мгновенно - да потому что лучше иметь базу со светом и водопроводом, запасом продовольствия и оружия, чем не иметь, поскольку ситуация на поверхности, где бы он не находился, может оказаться гораздо хуже, чем тут в царстве мумий.

Вернувшись к месту прорыва, он нащупал под водой переключатель, к счастью, отлично изолированный, и через секунду где-то в углу что-то бордо зажужжало. Вот только, похоже, этот насос был слабоват, так как откачка проходила очень медленно. Прикинув темпы, Клим понял, что тут ближайший час, а то и полтора, ловить нечего, а значит, его ждет тоскливое ожидание.

Не угадал, маяться бездельем пришлось почти три. Зато теперь воды было по щиколотку, и он, наконец, нашел прорыв - длинная тонкая трещина, идущая вдоль трубы. Давление было не слишком сильным, и она сочилась водой. Поэтому, дверь и выдержала, будь напор сильнее весь этаж бы был залит под пробку. Скорее всего, автоматика снизила давление, когда обнаружила утечку, правда, Николаев в теме ориентировался слабо и плохо представлял, возможно подобное или просто фантастика. Зато он знал, как устранить течь. На местном складе было довольно много манжетов с резиновыми прокладками. Двадцать минут, гаечный ключ, и течь ликвидирована. И тут же, словно в подтверждение, труба негромко загудела, а следом послышался нарастающий шум воды. Заплатка выдержала.

Клим, довольный собой, вернулся в операторскую и обнаружил на мониторе новую надпись: «Течь устранена, система функционирует в режиме экономии».

- Неплохо, сантехник Николаев, - с улыбкой произнес Клим собственному отражению в стекле, - объявляю вам благодарность.

Переодевшись и убрав «водолазный» костюм обратно в шкаф, Клим зашел в лифт. Теперь его ждал второй уровень, который по документам значился как жилой. Карточка охранника сработала, и лифт плавно и почти бесшумно пошел вверх. Пока он ехал, Клим поймал себя на мысли, что он персонаж какой-нибудь дурацкой РПГ игры, ходилки-бродилки, в которой глупый NPC просит его сходить в лес и, убив крыс принести ему двадцать четыре лапки для суперсекретного рецепта зелья. В данном случае он выполнил квест погибшего водопроводчика, разве что без призрака обошлось.

Двери распахнулись на жилом уровне. Здесь тоже были следы боевых действий, но гораздо меньше, прямо перед лифтом лежала мумия в черной форме без оружия с разодранной шеей. Дальше по коридору еще два тела, но уже в обычной гражданке. Слева у лифта двойные стеклянные двери, забрызганные кровью, ничем иным эти старые бурые пятна быть не могли, но здесь лампы горят нормально, через одну, коридор ярко освещен. Следы произошедшей бойни уже не кажутся декорацией к дешёвому трешаку.

За полчаса Клим обошел весь этаж, заглянул в каждую комнату. Погибших было всего десять, трое в коридоре, двое в столовой, повар и женщина за кассой. Несколько крепких мужчин в гражданке посреди коридора, один сжимал пистолет, возможно из охранников отдыхающей смены, но он погиб, даже не успев выстрелить, и молодая девчонка в одной из комнат. Это уже не трешак это слешер. Лейтенант Николаев много повидал за шесть часов боя, видел, как крупнокалиберная пуля оторвала голову его радисту, который до последних секунд пытался докричаться до штаба дивизии, запрашивая помощь. Видел, как людей рвало в клочья миной, прилетевшей в группу его бойцов. Как полз старший сержант, волоча за собой обрубки ног и сизые кишки, размотанные на несколько метров. Многое видел зеленый необстрелянный летеха, но эту безумную жестокость он не забудет никогда, то, что сделали с этой девочкой, нельзя объяснить ничем, нужно быть абсолютно больным психом, чтобы сотворить подобное. Она умирала очень долго, возможно даже несколько дней, мумифицированное тело отлично сохранило все следы, но Клим бы предпочел видеть перед собой обычный обожранный крысами и червями скелет. Но нет, перед глазами стояла фотография на залитом кровью журнальном столике, с которой на него смотрела молодая девчонка модельной внешности лет двадцати пяти, непонятно как попавшая на секретный объект, и то, что с ней сделал больной ублюдок, превратив человека в кусок сочащегося кровью мяса. Он закрыл дверь, решив, что как только будет возможность, он обязательно ее похоронит.

Больше делать на жилом этаже было нечего. И снова двери лифта беззвучно закрылись, и кабина за считанные секунды достигла первого административного уровня, выше только гараж.

Вот здесь интерьер вернулся в «норму», вернулось ощущение трешака, много крови на полу, стенах и даже потолке, тела валяются через каждый метр, большинство из них в красной арестантской робе, все лампы разбиты, только аварийная мигает над самым лифтом, озаряя коридор вспышками, выхватывающими из тьмы фрагменты развернувшийся тут бойни. Здесь противника ждали, ждали всерьез, вот только мало их осталось. Клим, стоя в дверях лифта, насчитал шестерых в черной форме, все они, укрывшись за мобильными баррикадами, вели бой, расстреливая противника практически в упор, стараясь не допустить прорыва вглубь этажа. Дверь контрольно-пропускного пункта была раскрыта настежь. Почему не заблокировали? Неясно. Перед ней просто вал из трупов, не меньше пятнадцати тел. Не сказать, что персонал бункера был многочисленным, не больше семидесяти человек, большинство из которых штатские, охранников около двадцати. Половина из них бездарно погибла, пытаясь задавить в зародыше побег, остальные гибли разрозненными группами, пытаясь сдержать рвущийся убивать контингент. Клим перешагнул через лежащее у самых дверей лифта тело в красной робе, прилетело ему знатно, короткая очередь угодила в лицо, проделав на месте носа сквозную дыру размером с донышка от чайной чашки. А еще этот зек сжимал в руках пистолет, видимо подобрал у кого-то из бойцов охраны. Что ж, логично, только почему, уничтожив охрану внизу, они не вооружились полностью? Пруты арматурные были, но вот этот был первым с огнестрелом. И последний, больше ни у одного из погибших этого оружия не было, ножи и пруты, но ничего более весомого они почему-то не брали. Один вообще был со здоровенным перемазанным кровью кухонным тесаком, таким удобно капусту шинковать, сантиметров сорок в длину, и это только лезвие, наверняка прихватил его на кухонном блоке, где для заключенных еду готовили. Похоже, у них с головой совсем плохо было, озверели, ведь научников в лаборатории голыми руками убивали, хотя в коридоре на трупах стволов хватало.

Клим, не обращая внимания на остальных мертвых зеков, добрался до мобильной баррикады. Ошибся, защитников было семеро, все они погибли с оружием в руках, у стены сидел еще один человек, в отличие от охранников он был в военной форме с орденскими планками на груди и погонами генерала. Клим напряг память, вроде бы он его даже видел один раз, когда приходил профессор или академик, забыл, как он именовался. Так вот, этот с ним был, и докторша с тугим пучком на голове. Форма у него офисная - темно-зеленая рубашка, на голове кепи, на груди под планками на кармане шеврон - М.Д. Ломов. Вероятно, он был смертельно ранен, пистолет в правой руке генерала и дыра в виске говорила о том, что тот застрелился.

Клим обошел весь этаж, заглядывая в кабинеты, и везде натыкался на трупы. Много здесь народу погибло, люди прятались, их находили и жестоко разрывали на куски или разделывали с особым садизмом при помощи подручных средств.

На выбитой двери под табличкой «Академик Р.Д. Демин» была прибита голова того самого академика, кто-то очень сильный вогнал ему лоб острый тонкий штырь, пробив насквозь голову и дверь. Тело академика нашлось в кабинете, там все было залито кровью, издевались над ним долго. Одежды не было, ее сорвали, теперь она обрывками валялась по всему помещению. Руки переломаны, из живота торчат ручки и карандаши, рваные раны на ногах, не хватает пальцев, причем один обглоданный нашелся в пепельнице. Ну как палец? Кости.

Клим поднял планшет, все тот же армейский вариант со звездным логотипом. Компьютер покойного хозяина кабинета был разбит, а вот девайс уцелел, а в ящике стола нашлась зарядка. Клим воткнул вилку в розетку и вставил штекер в разъем, и тот, подмигнув зеленым диодом, показал значок пополняемой батареи. Оставив девайс на столе, Клим продолжил осмотр этажа. Везде разгром - выбитые двери, какие-то разбросанные бумаги, разбитые ящики, в которых были папки с делами, там кто-то пытался устроить костерок, но не вышло. Некоторые документы слегка обуглились, но дальше дело не пошло. Клим не просто так шатался, у него была конкретная, в самом конце уровня, в тупике рядом с туалетом, нашлась маленькая комната со столом, на котором угнездился компьютер с монитором, серверными стойками и пультом управления, с кучей мониторов. И самое главное - все это работало, питание было, сюда озверевшие зэки не добрались. Повезло - крепкая дверь, высадить ее пытались конкретно, Николаеву пришлось открывать картой одного из охранников, лежащих в коридоре, никакие другие, коих у него уже штук пять, не срабатывали.

Труп оператора с внушительной железкой в шее валялся у дальней стены. Как он погиб, неясно, но одно точно - умер он раньше ребят из коридора, иначе бы дверь была распахнута настежь. Заняв место оператора, Николаев подергал мышку, на мониторе возникла заставка операционной системы, и снова звезда, как на планшетах, но на этот раз в ее центре пустое окно пароля. А вот его Клим не знал. Захотелось пошутить и набрать «Дер парол», как во «Властелине колец» в переводе Гоблина. Но он задушил этот порыв, вдруг количество неправильных введений ограничено.

Внимательно осмотрев стол и карманы покойника, Таран огорченно вздохнул, ничего похожего на пароль он не обнаружил. Он, в принципе, и не особо надеялся, но все же, чем черт не шутит, пока бог спит?

Клим покинул такое уютное и, наверное, дорогое кресло и отправился изучать местную столовую-кафетерий, для этого, правда, нужно спуститься на уровень ниже. По пути он заглянул в комнату охраны и прихватил из ближайшего шкафчика с фамилией Блинов маску-противогаз. Это оказался новенький ПМК-4, такие только начали поступать в войска. Сам Николаев с подобными не работал, но знал людей, которые уже перешли на него и очень новинку хвалили. Надевать пока не стал, убрал в сумку, которая теперь болталась на левом боку, кожаную сумку с консервами он снял и положил на стол, чего лишнее таскать? Он не очень опасался неприятного запаха, все, что могло сгнить, уже сгнило.

Клим оказался прав, ничем там не воняло, только воздух затхлый, все на витрине давно стухло и покрылось толстым слоем плесени. Прямо за витриной на прилавке стояла довольно неплохая кофемашина со встроенной кофемолкой, способная приготовить все - от простого эспрессо до капучино и латте. Абсолютно автоматический агрегат. Клим порылся в ящиках и уже через минуту был обладателем пакета немолотого кофе. Очистив от уже смолотого, давно выдохшегося порошка, кофемолку, Николаев засыпал новую порцию, и пока та тихо жужжала, сменил в баке воду, вот фильтр пришлось выкинуть, он был просто убит старым засохшим кофе, но это оказалось не проблемой, нашлись запасные. Запустив очистку, Клим прикурил, очень хотелось капучино, любил он этот вид кофе с высокой молочной пенкой. Но где в мертвом бункере взять молоко? Даже если есть в холодильнике, то оно уже успело умереть, и не один раз. Так что, пришлось довольствоваться крепким двойным эспрессо, правда, первые пять чашек пришлось вылить в раковину, очищая кофеварку. Вскоре он был обладателем чашки горячего кофе, который пах просто божественно.

Усевшись за пустой стол и отвернувшись от неаппетитно выглядевшей витрины, Клим наслаждался напитком, обдумывая дальнейший план. Лезть наверх, не зная иноформации о том, что произошло, верх абсурда. Когда он сюда попал, мир шатался, словно пьяный. Гегемон за океаном, охреневший от своей значимости, крушил и без того хрупкое равновесие. Уже когда он лежал здесь, один медбрат делился новостями с воли. Вслед за Центральной Азией вспыхнула Молдавия и Румыния. Украина и так тлела, и снова полыхнула, какой-то гениальный стратег решил, что если Россия занята на другой границе, можно исполнить мечту украинских нациков и покататься на танках по Кубани и Краснодару. Покатались, сорок два из них остались навечно стоять обгорелыми остовами на приграничной полосе, еще двадцати удалось уйти. Рвущиеся следом за танками в надежде пограбить богатого соседа добровольческие банды превратились в обугленные головешки. И для всего этого хватило ракет «калибр» с одного из фрегатов, стоящих на рейде в Севастополе. Но мир только разогревался. Последняя новость, которую Клим помнил, была с Балкан, сербы снова решили под шумок вернуть свое и вошли в Косово, а Китай наехал на Южную Корею. Так что, учитывая обстановку и что четыре из восьми стран, официально владеющих ядерным арсеналом, вовлечены в пограничные конфликты, могло и бахнуть, причем круто бахнуть. И возможно там, наверху, нет ничего живого, и, высунув кончик носа, можно хватануть смертельную дозу радиации. Так что, пока он не выяснит, что там за замут, наружу ни-ни. Но проверить, закрыт ли объект или ему на голову может свалиться кто угодно, просто жизненно необходимо. Как в том анекдоте - сейчас покурим и пойдем.

Сигарета горчила и была невкусной. Клим огляделся и увидел над прилавком знакомые ящики, забранные жалюзи, следуя дурацкому закону о борьбе с курением, чтоб детишки не видели. Какой смысл в них в секретном подземном бункере? Неясно, люди тут вроде взрослые. Подняв шторку, Николаев довольно заулыбался, десятки пачек, и ведь наверняка это не все запасы, где-то должен быть склад. Лейтенант вытащил крепкий оригинальный Lucky Strike в мягкой пачке и, выбив щелчком пальца сигарету, прикурил. Вот это уже был нормальный табак. Допив кофе, он продолжил осмотр местной столовки. Рассчитана она была человек на пятьдесят, а больше и не нужно для маленького секретного бункера. Вот здесь на складе нашлись и овощи, и фрукты, все они безвозвратно сгнили. Холодильник Клим решил не вскрывать, несмотря на противогаз, сейчас это не к спеху, и уж если тестировать, то делать это на нижнем уровне. Нечего здесь вонищу устраивать.

Посещение склада оставило тяжкое разочарование, консервов было мало, и то в основном всякие персики да ананасы, оливки с маслинами, кое-какая рыба, маринованные овощи. Это, конечно, все здорово и вкусно, только вот наесться почти нереально. Так же обнаружились крупы и макароны, вот этого добра хватало, ведь тут минимум три раза в день кормили полсотни народу. Так что, склад был полон. Только его еще нужно очистить от гнили.

Клим вышел в коридор и направился к лифту, планшет академика уже наверняка зарядился и можно попытаться его включить. Правда, что будет, если он затребует пароль? А ведь он наверняка его затребует, при этой мысли Клим тяжело и обреченно вздохнул, все равно других вариантов прояснить ситуацию не было. Но прежде…

Лифт без проблем отреагировал на карточку Ломова и поднял Николаева на самый верх. На всякий случай Таран напялил противогаз, предварительно проверив фильтры. Что ж, ничего необычного он не увидел - длинный коридор, метров двадцать, пост охраны прямо посередине, за ним решетка с распахнутой дверью, прутья толстые, так просто сходу не проломиться, перед решёткой два тела в черном обмундировании и три «красных» покойника. Клим прошел дальше, больше трупов не обнаружилось. Дверь в конце коридора была с руку толщиной, имела поворотное колесо замка. Она привела его в фильтрационный блок, зайти и выйти можно только с разрешения дежурного. Все просматривается камерами, и просто так эта стальная толстенная дверь не откроется, как и та, что вела наружу, но все они довольно широкие, метра по три, на случай, если груз какой тащить. Лифт тоже не маленький, а других входов на объект, скорее всего, нет. И сейчас дверь наружу очень плотно закрыта, и красный огонек говорит о том, что она заперта. Для надежности лейтенант повернул колесо замка внутренней двери, блокируя объект с этой стороны, и теперь ее можно открыть только изнутри или нехилым зарядом взрывчатки, хотя, судя по толщине, тут и грузовика с полным кузовом тротила будет мало. Что ж, здесь больше делать нечего, поэтому, подобрав оружие охраны и оставшиеся боеприпасы, Клим вернулся обратно на административный этаж. Теперь он точно был уверен, что находится в безопасности, во всяком случае, внезапно никто в гости не придет.

И вот настало время выяснить, что же тут случилось. Сидеть в кабинете с изуродованной мумией не хотелось, прихватив планшет и зарядку, Клим перебрался в соседний. Пока он разбирался с кофеваркой, батарея девайса подзарядилась достаточно для включения. Нажав на кнопку, Николаев смотрел на красиво мерцающие грани белой контурной звезды, потом выплыла стандартная графическая система пароля, как на обычном смартфоне - нарисуй ключ, получи доступ.

- Сукааа, - коротко и емко охарактеризовал Клим свое видение ситуации.

Ради интереса он ввел самую простейшую комбинацию - цифру семь, на что мгновенно получил сообщение, что ключ неверен, осталось две попытки, после чего устройство будет заблокировано.

- Падла, - добавил он в пустоту мертвого бункера. - Как же тебя, железяку бля…ю, ломануть-то?

И тут перед глазами возник уже знакомый голубоватый прямоугольник, десять на двадцать, тот самый призрачный планшет, который он наблюдал в капсуле.

«Автономный персональный интерфейс готов к работе. Мысленно, чётко сформулируйте задачу».

Клим ошарашенно уставился на красные буквы на полупрозрачном голубоватом виртуальном экране. Наконец, ступор прошел, и он принялся за формулирование задачи.

- Требуется взлом электронного устройства, - мысленно выдал он.

«В радиусе доступного взлома находится восемь устройств, уточните цель», - гласило новое сообщение.

- Устройство, находящееся в моих руках.

«Установка принята. Не разрывайте контакта с устройством, производится снятие блокировки, расчетное время - тридцать секунд».

Клим почувствовал легкое покалывание в пальцах, которое быстро прошло. Экран в этот момент зарябил, словно смазавшись. Пара секунд, и вот картинка вернулась в прежнее состояние, подключение каким-то неведомым ему способом состоялось, и теперь на дисплее с безумной скоростью менялись одна за другой черточки ключа. Вот одна мигнула, став зеленой, затем вторая и третья. Надо сказать, что планшет академика имел двадцати символьный ключевой рисунок, причем достаточно сложный.

«Доступ к устройству получен, желаете изменить ключ?» - появилась новая надпись на полупрозрачном экране.

- Желаю, - понимая, что ему не повторить профессорский рисунок, быстро среагировал Клим.

Виртуальный планшет мгновенно очистился от текста, и на нем появилась надпись: «Введите ключ», а затем появились точки, как на экране девайса. Клим не стал заморачиваться и ввел букву Z. И тут же на гаджете академика исчез старый ключ.

«Пароль изменен, можете воспользоваться устройством. Для того, чтобы воспользоваться личным интерфейсом, в следующий раз необходимо мысленно вызвать меню». После чего полупрозрачный экран пропал.

- Ну и как, нахер, я это сделал? - озадаченно произнес вслух лейтенант. - И что я еще могу, если я вот так, играючи, взломал защищенный армейский девайс?

Код подошел, мигнула пятиконечная белая звезда, и открылся рабочий стол. Конечно, до дорогих западных аналогов планшет не дотягивал, был он толстым и тяжелым, в противоударном корпусе, полное отсутствие элегантности, но Клим мог зуб дернуть, что его можно топить, ронять, и очень тяжело взломать обычными средствами.

Интерфейс недалеко ушел от старого виндовоза, и по стилю напоминал семерку. Несколько ярлыков, кнопка пуска в левом нижнем углу. Вместо обоины фотография Демина с семьей, высокая женщина в годах со строгим, стервозным лицом, и пара крепких парней лет двадцати, но вид у них был никак не научный, не похожи они были на ботаников.

Клим посмотрел на ярлыки, первый оказался папкой с названием «Отчеты», второй - программкой с подпись «С2.0», именно он и заинтересовал лейтенанта больше всего.

Ткнув пальцем в иконку, Клим матюгнулся, на экране возникло поле, требующее ввести пароль.

- Меню, - мысленно произнес он.

Мгновение, и вот снова появилось полупрозрачный интерфейс.

«Задача».

- Взлом пароля в открытой программе, - уже вполне освоившись, затребовал Николаев.

«Выполняю, не выпускайте из рук устройство».

На этот раз непонятный интерфейс возился гораздо дольше, цифры, буквы и знаки менялись один за другим, вот появился первый, примерно через минуту второй. На расшифровку пароля из десяти символов ушло шесть минут.

«Доступ разрешён, новый пароль 0000».

- Годится, хрен забудешь, - хмыкнул Таран. - Все равно кроме меня эти секреты пока что больше никому не нужны.

После ввода нового пароля перед Климом открылось меню программы:

Исследования.

Результаты испытаний.

Проект «Солдат 2.0».

Подопытные.

Персонал.

Снабжение.

Объект Аврора.

Клим внимательно пробежался глазами по разделам, похоже, его ждал не один час увлекательного, и не очень, чтения. Прихватив с собой планшет и зарядку, он направился к лифту, лучше всего постигать истину там, где есть кофе и разные вкусные вещи.

Глава третья

Клим отложил планшет и посмотрел на засыпанный сигаретным пеплом стол. Если бы не хорошая вытяжка, то кафетерий просто утонул бы в дыму, блюдце, которое он использовал, как пепельницу, напоминало спину ежа, такая гора окурков в нем скопилась. Другую часть стола занимали грязные кофейные чашки и, как ни странно, банка с маринованными огурцами уже пустая, только на дне, среди веток укропа, плавал одинокий корнишон. Часы над забрызганными кровью дверьми, которые исправно отсчитывали время, сообщили, что лейтенант 246 мотострелкового полка Клим Николаев вот уже половину суток читает без передышки информацию по проекту «Солдат 2.0». Таран уже разобрался, чего хотел добиться академик Демин, что случилось с остальными подопытными, а еще он узнал много нового о себе, о том, что с ним сделали. Идеальный солдат, непревзойденный разведчик, все, о чем он читал в различных фантастических книжках про будущее, самые смелые идеи фантастов, вдруг обрушилось на него. Хочешь изменить облик? Не проблема. Хочешь взломать компьютер? Пожалуйста. Пробить кулаком кирпичную стену? Не вопрос. Наниты, живущие теперь внутри него, лечили и заботились о теле, давая мгновенную регенерацию, скорость, силу. Только у всего была своя цена - миллиарды микро роботов в нем гибли после выполнения задачи. Они могли все, кроме одного - воспроизводить сами себя. Прочитав сорок страниц объяснений, состоящих из научных терминов, Клим понял лишь одно, совершив определенное действие, они гибнут, другие работоспособные поглощают их, но с каждым разом их становится все меньше, эффективность падает, и если не обновить этих полезных крошек, следует мгновенная смерть. В виртуальном интерфейсе, который работает за счет импланта, внедренного в его голову и подключенного напрямую к мозгу, обнаружилась шкала нанитов, сейчас она почти полна - девяносто три процента, но что будет, когда она доберется до нуля? Из планшета академика Николаев выяснил, что в день катастрофы на складе бункера оставались всего три инъекции нанитов. Вроде и не мало, если не учитывать, что у Клима повышенная наноемкость, и если обычному подопытному достаточно одной инъекции, то ему требовалось четыре. Демин ждал поступления новой дорогостоящей партии через три дня, но понятно, что секретный груз уже никогда не придет. Что делать, когда полоска уйдет в ноль, Таран не знал, но паниковать не спешил, у него будет время разобраться с этим. Он выяснил, что провел в коме два года, ну почти два, девятнадцать месяцев и одиннадцать дней, если совсем уж точно, на дворе конец апреля 2022. Почему наниты не активировались раньше и не поставили его на ноги? Неясно. Предположительно, капсула, которая его лечила, подавляла их, заботясь о своем пациенте самостоятельно.

Информация обрушилась на Тарана сплошным потоком, теперь он знал, что находится в секретном бункере «объект Аврора», а тот, в свою очередь, глубоко под ЗАТО «Рубежным». Население - пятьдесят шесть тысяч, место расположения - Владимирская область, вернее граница Владимирской и Московской. Бункер находится под научно-исследовательским центром в самом центре городка, Рубежный, стережёт специальный батальон охраны периметра, ракетный дивизион противовоздушной обороны, управление ФСБ, отдел полиции. Два оборонных завода, выпускающих секретные хрени для секретных хреней, одна река, которая и крутит турбину, которая и дает свет в бункер. Выяснилось, и почему сбежавший материал не пользовался оружием, большинство подопытных погибло при первой стадии эксперимента - введение нанитов, в живых на момент восстания осталось сорок три особи. И Клим оказался прав в своем предположении, выжившие, получив свой заряд, быстро тупели, это как-то связано с какими-то характеристиками организма, то ли гены, то ли еще что-то. Таран, прочитав это, сначала испугался, но потом успокоился, его деградация не касалась, он, и еще один объект, были признаны перспективными образцами, лейтенант Николаев и серийный маньяк Чистый. Вот с этим Таран так и не понял, его бокс размещался в соседней лаборатории, где «спал» Клим, но когда он обшаривал лабораторный комплекс, то не нашел никаких других боксов, хотя была дверка, которую он так и не открыл, ни одна карта не сработала. Так что, на этот вопрос еще предстояло найти ответ. Изучив личное дело Чистого, Клим понял, кто так потрудился над девушкой и академиком. Давид Андреевич Зайцев, девяностого года рождения, был абсолютно больным ублюдком, только доказанных эпизодов двадцать шесть, но следователи считали, что их в два раза больше, поскольку часть преступлений Зайцев совершил в сопредельных государствах. Три года он держал в страхе Ивановскую и несколько соседних областей, и попался случайно при попытке скрыть тело, кто-то заснял его на телефон. Но важно не это, важно то, что есть еще один человек. Хотя после всех изменений, человеком как-то неправильно именоваться, да еще и падаль эту человеком называть, это разом оскорбить весь род людской. Кому вообще в голову взбрела идея, делать из этого ублюдка суперзлодея, если выражаться языком комиксов? Так вот, одно Клим знал точно, тварь пережила бунт и она на свободе, хотя по логике должна была уже давно загнуться без нанитов, проблему-то никто не отменял. Но в бункере его точно нет, а значит, либо он шляется по городу, либо его убили, когда он вылез. Но то, что здесь не было никого уже два года, факт. И вообще нужно заняться серверной, как выяснилось, там еще и пост слежения, на который заведена вся охранная система объекта - и внешняя, и внутренняя. Всего на объекте было двадцать четыре охранника. Клим нашел не всех, остальные, похоже, погибли вне обследованных им территорий. Скорее всего, оставшиеся лежат где-то в гараже.

Клим еще раз посмотрел на часы, вот уже сутки он на ногах, и все это время он чем-то занимался. Не сказать, что он чувствовал себя уставшим, но отдых не повредит, вроде два года спал или не спал, но все равно зевал Николаев все чаще. Затушив сигарету, он направился к ближайшей чистой комнате. Сорвав покрывало с кровати, он уставился на почти чистое постельное белье. Клим стянул разгрузку и повесил ее на стул, пистолет сунул под подушку, «Зубр» устроился на стуле. Дверь Клим на всякий случай подпер вторым стулом, банальная паранойя, а вдруг зеки в полночь как встанут да как пойдут стонать: «Мозгии!!!» Но это так, мысленно посмеяться, хоть и не верилось, что именно сейчас кто-то явится в бункер, но все равно, как сказали в одном фильме: «Бережённого - бог бережёт, а не бережённого - конвой стережёт».

Как ни странно, Николаев вырубился мгновенно, и продрых десять часов без всяких сновидений. Первым делом он проверил шкалу нанитов, она осталась на прежнем уровне, и это внушало определенную уверенность, и если не тратить их направо и налево, то хватит надолго. Теперь важно было сделать четыре вещи: первая - выяснить, есть ли на складе те дозы, упомянутые академиком. Если нет, тогда действительно все плохо, и жить ему два понедельника. Второе - разобраться с системой безопасности бункера, это его дом. Третий пункт гласил, что необходимо прояснить обстановку наверху. Ну и четвертый и не менее важный - найти адрес места, где делали нанитов. Сейчас жизнь Клима зависела от того, найдет он источник или нет.

Утро Клим начал с кофе и тушёнки с макаронами. Хотя, что значит утро? На дворе глубокая ночь, часы показывали два. После изучения данных академика, он пришел к выводу, что можно жрать, что угодно, и заворот кишок ему, в принципе, не грозит, по большому счету, ему теперь вообще мало что могло грозить, наниты надежно защищали организм симбионта.

Первым разочарованием было отсутствие на складе нанитов. Что ж, этого стоило ожидать, Чистый пытал профессора не просто так, ему, в отличие от Клима, не было нужды копаться в планшете, у него имелся живой источник, который при определенной стимуляции выдал весь расклад и объяснил прокаченному маньяку, что, и как. Теперь понятно, почему у Демина не было колюч-карты, ее забрал Чистый. Почему маньяк не сделал бункер своей базой, было непонятно, одно ясно, он провел тут несколько дней.

Закончив с печальной инвентаризацией, Клим приступил к выполнению второго пункта плана – хакерству системы наблюдения и контроля. Тут обошлось без сюрпризов, взлом системника с помощью нанитов занял тридцать секунд, но стоил Тарану еще одного процента на шкале. Найдя дату побега, Клим принялся отсматривать сохраненный материал. После гибели бункера система, не получившая команд на дальнейшее функционирование, перешла в пассивный режим и вела ежедневную запись только с пяти камер, одна из которых располагалась в подземном гараже, в котором находился и лифт для спуска в шахту. Там было пусто, только несколько трупов, на которых даже одежды не уцелело, так, разбросанные кости, никакой техники, ничего. Повертев камеру, которая давала довольно четкую картинку, Николаев смог полюбоваться на распахнутые ворота, потрескавшийся бетон, из которого росла молодая травка. Больше там ничего интересного не было.

- Весна, однако, - пробормотал Клим и нашел запись двухгодичной давности, день, когда все началось.

Что ж, все оказалось до примитивного просто. Чистый пришел в себя, когда у него в боксе был один из сотрудников - молодая женщина в белом защитном комбезе. Снаружи стоял охранник, который должен был выпустить ученого. Маньяк, надо сказать, сориентировался гораздо быстрее Клима, в отличие от лейтенанта, он не стал непонятливо таращить глаза, а сразу воспользовался своими преимуществами. Он пробил женщине грудь, сокрушив кости, скорее всего, она умерла мгновенно. Тут уже сплоховал охранник, этот придурок даже тревогу не поднял, он сдуру вошел в бокс, нарушив все немыслимые правила. Но, заглянув в планшет академика и порывшись в делах персонала, Клим быстро понял, почему это произошло, в боксе умирала его подруга, и он не мог ждать. Вторую ошибку он совершил, когда решил захватить объект живым, он использовал шокер, сильный, наверное, этот разряд смог бы свалить кого угодно, только не заряженного нанитами озверевшего подопытного. Смерть охранника была быстрой, Чистый в два шага сократил дистанцию, и в прямом смысле оторвал бойцу голову. Вот тут Клим впервые увидел чудеса нанотехнологии, минута, и лицо маньяка стало точной копией фейса охранника. Стянув с того форму, Чистый оделся, заныкал тела за капсулу, где их камера не могла разглядеть, и спокойно вышел в распахнутую дверь. Все ясно, объект погиб из-за человеческого фактора. Маньячила без проблем прошел через пустую лабораторию, похоже, она на настоящий момент не использовалась, и вышел в коридор. Никого не трогая, он добрался до лифта, и вот уже через минуту вышел на административном этаже. Клим закурил новую сигарету, откуда-то этот страшный человек знал где что расположено, он провел карточкой погибшего охранника по панели доступа, и дверь КПП распахнулась перед ним, непринужденно махнув рукой охраннику за стеклом он направился к комнате, в которой сейчас находился Клим. Дальше все оказалось банально и прозаично - постучался, помахал рукой в камеру, оператор открыл дверь, хотя, скорее всего, по уставу не должен был делать ничего подобного. Ну, это маленькое нарушение можно понять, кого боятся в безопасном бункере, особенно, если приятель в дверь стучит? На этом его активность и кончилась. Клим так не понял, откуда взялась железка, торчавшая теперь в шее ошеломленного оператора. Втолкнув умирающего внутрь, Чистый занял его место за пультом. Местной системе оказалось все равно, кто ей рулит…

- Что ж, отличное прохождение по стелсу, - заметил Николаев, которому в прошлом были не чужды различные шутеры.

Ну, а дальше начался кошмар, последствия которого Таран наблюдал последние сутки.

Суперзлодей, получивший доступ к системе безопасности, и не просто к системе, а приоритетной, способной блокировать все остальные пульты, пошел в разнос. Первым делом он открыл все камеры. Охранники, ломанувшиеся исправлять произошедшее, были смяты в течение нескольких минут. Последним погиб оператор, который выскочил на помощь своим с пистолетом и успел разрядить магазин. Лифты так же перешли под контроль Чистого. Похоже, каким-то образом маньячила сумел связаться с подопытными, и у зверья появился командир. Оно безоговорочно подчинялось Чистому, их действия стали гораздо осмысленней, стадо прекратило метаться по этажу и теперь трамбовалось в лифт. В бункере уже знали о прорыве, ревели баззеры тревоги, долбились в заблокированную дверь пункта управления бойцы во главе с прибежавшим из кабинета академика генералом, они теряли драгоценное время, которое еще можно было использовать для организации обороны.

А вот противник его не тратил. Платя трупами, зеки в считанные минуты прорвались на уровень научного комплекса, там же полегли отправленные для их прикрытия трое бойцов бодрянки. Они задержали десяток измененных всего на минуту, затем их смели, убивая разбегающихся в панике сотрудников лабораторий. Вторая группа атаковала жилой уровень, потеряв контроль над лифтами, охрана проиграла свой последний бой.

Самое ожесточенное сопротивление зэки встретили на административном этаже, пятеро последних бойцов держали открытую нараспашку дверь КПП, но их было слишком мало, а противник очень живуч. Измененные дорого заплатили за прорыв, но это уже ничего не значило, прямо посреди защищающихся охранников возник Чистый, десять секунд, и все кончено. Выжившие зэки, повинуясь команде предводителя, набились в лифт и рванули в город, сам же Чистый занялся академиком, он был единственным выжившим, он и девочка с модельной внешностью, которой удалось спрятаться под кроватью. Демин под пытками рассказал все, он орал, плакал, хрипел. Климу было противно смотреть, но ему нужна информация, и он ее получил. Нанитов делали на спец производстве в Новосибирске. Еще одним откровением было то, что можно выкачивать их из покойников с помощью специального шприца-сборщика, он видел такие на складе. Правда, для этого труп должен быть свежим. Это последнее, что он сказал, Чистый оторвал академику голову и пришпилив ее к стене. Забрав карточку, он пошел на склад, где забрал три последних иъектора с нанитами, а затем обошел все трупы погибших соратников, и с помощью специального шприца сумел собрать еще две порции. Там он нашел девочку… Клим перемотал больные извращения, тут не было полезной для него информации. Шесть часов она умирала, шесть часов непрекращающейся агонии… Вот ее тело дернулось и замерло. Чистый встал, ухмыльнулся в камеру и вышел. Он взял немного еды, переоделся в запасной костюм академика и покинул базу. Почему никто не пришел на помощь защитникам комплекса, было неясно, ведь Ломов отправил сигнал о побеге, как только открылись двери камер.

Клим нашел еще одну запись, которая требовала прояснения, гибель техника. Что ж, и тут не оказалось никакой тайны, немолодой мужчина, осматривающий протекшую трубу, при звуках тревоги вздрогнул и схватился за сердце, ударившись виском о вентиль.

К сожалению, камеры НИИ не были подключены к системе мониторинга бункера. Почему? Да, черт его знает. Хотя логично было бы, если бы объект представлял из себя единое целое. В серверной больше делать нечего.

Клим еще раз перемотал запись, и на этот раз внимательно послушал разговор Демина и генерала прямо за несколько минут до начала бунта. Все встало на свои места. Воспользовавшись планшетом, лейтенант заглянул в директорию последние действия и обнаружил документ за длинным номером, в которой говорилось про масштабную атаку биологическим оружием по всему миру, и приказ - зачистить контингент и перевести объект «Аврора» на осадное положение. Больше ничего ценного Климу найти не удалось, и он направился к посту охраны административного этажа. И снова взлом компьютера, и вот тут он нашел продолжение данных с поверхности, какое-то время они еще поступали, проясняя ситуацию, вот только отвечать на них было некому, бункер к этому моменту был мертв. Сначала шли запросы с требованием прояснить ситуацию на объекте, но не получив ответа, сообщили, что к ним выдвинулась спецгруппа из местного управления ФСБ, вот только никто сюда не доехал. Следующее сообщение пришло по спец линии час спустя, к этому моменту в бункере в живых оставалось три человека - хрипящий академик, Чистый и девушка, прячущаяся под кроватью. И естественно, что новыми данными уже никто не интересовался. Да, этот день был самым невезучим в истории объекта «Аврора». В этот день все сложилось против Демина и тех, кто с ними работал. Массированная биологическая атака, произведенная неизвестным противником, по крупнейшим городам мира и крупным областным и стратегическим центрам. Никто ничего не понял, люди летели с катушек, убивая всех вокруг себя. Не было различий между бомжами, офисным планктоном, силовиками и чиновниками, просто разом все начали убивать тех, кто еще сохранял разум. При этом те, кто подвергся заражению, по каким-то одним им видимым признакам объединялись в группы, не трогая друг друга. Приказ генералу Ломову был один - держитесь и ждите помощи, как только будет нормализована обстановка, на объект выдвинут дополнительные силы. Приказ запоздал, некому было держаться.

Клим затушил сигарету в грязной кружке, похоже, оператор перед началом трагических событий так и не успел допить кофе, судя по отсутствию жижи, растворимый, и тот просто высох. Теперь было нужно решить, как поступить дальше, план, который он разработал, был выполнен. Хорошие механические часы, снятые с запястья генерала, показывали, что сейчас десять утра, спать не хотелось, значит, первым пунктом стоял завтрак. А вот за едой, сигаретой и чашечкой кофе можно составить план действий. Сейчас очень важно решить, что делать дальше.

Клим спустился в кафе и принялся шариться по углам, выискивая что-нибудь вкусное, и как ни странно, нашел консервированные креветки, шапиньоны и маринованный перец, вяленые помидоры. Что ж, значит, будет овощная рисовая смесь с морепродуктами. Но перед этим Николаев мужественно взялся за уборку кухни, перемыл посуду, выкинул испортившуюся еду, вынес трупы поварихи и кассирши. Вообще, пора бы решить вопрос с утилизацией тел, сотня трупов валяется по всему бункеру, он их даже уже замечать перестал, так, элемент декораций. Похоже, сегодня у него будет квест «Уборщик». К моменту окончания наведения порядка, рис сварился, и Клим, плеснув на сковородку масла, принялся за обжарку овощей. Но больше всего его расстраивало отсутствие на объекте алкоголя, нет, понятно, что бухать тут нельзя, но, блин, выпить-то хочется. И скорее всего, заначка имеется, и у академика, и у Ломова, сомнительно, что эти два мужика были трезвенниками-язвенниками. Надо получше обшарить их комнаты и кабинеты. Вопрос с утилизацией трупов стоял остро, а значит, помимо квеста «Уборщик», его ждет квест «Могильщик». Странно, но отчасти Клим воспринимал свое существование в бункере, как некую игру.

Овощи, конечно, не свежие, но все равно лучше, чем тушняк с макаронами жрать, будет время, еще успеет. Покрошив на сковородку всего и побольше, Клим высыпал туда уже сваренный рис и минут пять обжаривал, пахло обалденно, порция вышла внушительной, за один раз все равно не съесть, но опустевший холодильник для соков, исправно работающий, обещал сохранить остатки до ужина. Не хватало, конечно, майонеза, срок годности обнаруженного истек еще полтора года назад, та же проблема была и с кетчупом. Да и вообще, помимо трупов, Климу предстояло разгрести завалы из стухших продуктов, только холодильников в двух точках общепита было аж двенадцать штук. Зато порадовали три здоровенные коробки с тостовым хлебом, неизвестно, что за боевая химия была в нем, он был слегка подсохшим, но не каменным. Обжарив хлеб, Клим уселся за стол, пачкать тарелку не стал, вооружившись ложкой, он принялся есть прямо из сковородки, была в этом определенная романтика. Вскоре появилось ощущение сытости, за спиной тихонько гудела кофеварка, пришлось помучиться с настройками, чтобы получить большую чашку кофе, а не мелкую двойную порцию.

Клим открыл планшет академика и принялся изучать схему бункера, в надежде найти то, что поможет ему утилизировать тела. Сваливать их в одну комнату или тащить на поверхность и копать могилы, не хотелось совершенно. Кофемашина прекратила жужжать, и Николаев вернулся за стол с высоким стаканом ароматного крепкого кофе. Сделав глоток, он блаженно зажмурился, потом достал сигарету, этот день обещал быть долгим.

Первым вариантом был комбинированный котел, работающий, как и на газу, так и на твердом топливе. Размещался он на том же уровне, где он ремонтировал трубу, и, похоже, был вполне исправен. На данный момент наверняка заглушен, сомнительно, что сохранилась подача газа, да и кочегарить некому, хотя сам бункер не был сырым и холодным. Но тут мог образоваться нюанс, Клим ведь не совсем человек, хрен его знает, как он теперь воспринимает температуру. Может, он способен по сугробам без плавок бегать, как окончательно спятивший морж. Вариант был так себе, поэтому Николаев решил рыть глубже. И ведь вышло, покопавшись в документах проекта, Клим нашел то, что искал. Никто не хотел светить поставки «материала» и вывоза его обратно. С поставками заключенных все было просто, их доставляли в грузовиках, как продукты питания для столовой НИИ, находящегося над бункером. Но вот вывоз обратно - это уже проблема, никто же не вывозит из института картошку, вот и сделали еще один уровень, которого по документам нет. Прямо рядом с техническим этажом, можно сказать параллельно, одну большую комнату, в которой был установлен мобильный крематорий для утилизации животных, способный за раз переработать сразу пять тел, и небольшой склад для топлива. Поскольку крематорий был оснащен дизельной горелкой, наверное, газовая была бы лучше, но по какой-то причине трубу туда тянуть не стали.

Сначала Клим решил все же еще раз осмотреть комбинированный котел, спустился на нижний уровень - две минуты, так что, не будет большой тратой времени удовлетворение любопытства. От воды на полу не осталось и следа, так, кое-какие разводы. Дойдя до кочегарки, Клим действительно обнаружил котел, пользованный, подключаемый к системе, но остановленный. Как он включается, Николаев не представлял. Тут даже запас угля был в мешках. Но вот размеры вызывали жесткое разочарование, бункер не был большим, и котел был невелик, тело туда можно запихнуть только по частям, а учитывая количество, тут не одну неделю возиться. Поэтому идея с котлом была отвергнута. Теперь настало время посмотреть на то, что приготовили специально для утилизации материала. Клим знал, что спуск в местный крематорий осуществляется на лифте, вот только не центральном, а на том, что зеков возили. Клим вернулся на научный этаж, прошел, переступая через трупы, спустился на складской уровень. Пожалуй, можно было честно сказать, что это самое чистое место в бункере. Ни одного трупа, ни одной гильзы, ни одного пулевого отверстия.

Бункер явно адаптировали под проект, очень уже он оказался удобен, но все же Клим представлял лабораторный комплекс иначе, больше на институтские аудитории похоже. Нет, конечно, кое-какая изоляция имелась, ноздесь не работали ни с чем опасным, самым опасным были последствия этих экспериментов, вот Чистого и человеческий фактор те, кто устраивал тут свою маленькую лабу, не учли.

Клим вошел в лифт и, достав электронный ключ, вставил в узкую и почти незаметную прорезь. Его он нашел еще в первый день на шее одной из мумий, странным он показался, вот и прихватил с собой, чуйка не подвела, пригодился.

Двери закрылись, и кабина плавно пошла вниз, весь спуск занял всего пару секунд. Перед Николаевым был короткий коридор, всего метров пять, заканчивающийся здоровенными железными дверьми, причем замочек на них был и под карточку, и под ключ, скорее всего, по отдельности они не работали. Так и оказалось, сработала только карточка, причем не абы какая, а именно того самого парня, похоже, он был штатным утилизатором. В шкафу у стены обнаружились два костюма для работы в загрязненной среде.

Лейтенант, ведь звания-то его никто не лишал, внимательно осмотрел утилизатор. Что ж, странный девайс, этакая большая бочка, выложенная изнутри огнеупорным кирпичом, на крышке какое-то волокно, наверняка жар ему не почем, иначе расплавится. Открыл, закинул тела, поджигаешь, сиди, кури. Потом из зольника удалил, что осталось, ссыпал в большой мусорный бак с плотной крышкой, на нем так и написано - «Для отходов». Все просто и цинично. Клим относился ко всему этому двойственно, мог он оказаться в этом баке, если бы все не так пошло? Да запросто. Думал ли он о людях, руководящих проектом плохо? Да, не думал, кто-то ведь должен. С другой стороны тут люди десятками гибли. Хотя, учитывая контингент, он посмотрел некоторые дела, на подопытных клейма ставить негде, в союзе их бы к стенке поставили, на каждом трупы. Это не карманные воришки, и не мужик, который с голодухи батон украл, тут и маньяки, правда, до Чистого им далеко, и серийные поджигатели. Один, дело которого было первым, с него начали эксперимент, дом сжег, где люди спали, всего шесть человек. Выжила одна девочка, которая и опознала дяденьку, а ведь он с этими людьми каждый день здоровался, напротив жил. На вопрос: «Почему поджег?». Ответил: «Сын их мелкий меня обрызгал, когда на велосипеде ехал мимо, и не извинился». Просто так, буднично, пошел ночью, облил дом бензином и поджег. Так что, жалел ли Клим их? Нет, ни мгновения. Благодаря этим экспериментам он сейчас жив, а вот это пока неясно, благо это или нет.

Таран довольно быстро разобрался, как работает данный агрегат, труба которого была выведена из помещения непонятно куда. Ну, вывели и вывели, сомнительно, что дым взовьется над НИИ и привлечет к себе внимание. Да и есть ли наверху кто-то живой, или, может, там одни мутанты скачут? Странно, но опасений, что его деятельности привлечет внимание, не было, такие бункеры не дебилы строят, объект секретный, а значит, и не могли устроители этого маленького крематория проколоться, и так глупо спалить лабораторию.

Весь оставшийся день Клим ворочал тела. Если с мумиями проблем не было, то вот с мертвыми зеками, из которых только десять были привычными высохшими костяками, похоже, свежие еще без нанитов, то вот остальные были тяжелыми. Начал с персонала, горели мумии намного лучше. По идее, при полной загрузке уничтожение тел занимало час, но благодаря сушняку, как цинично и не совсем красиво прозвал их Николаев, удавалось укладываться в половину этого срока, да и больше их влезало в крематорий. Так что, через шесть часов персонал объекта «Аврора» был переработан в пепел, некоторые кости и черепа, правда, огонь не взял, но эта лирика.

Пока горела первая партия, Клим таскал тела отовсюду, шмонал карманы, складывал вещи отдельно, после чего шел за следующими. Несмотря на всю теплоизоляцию, крематорий раскалился, что даже в защитном костюме к нему не подойти, пришлось прекращать. Вымотался Клим прилично, зато на этажах больше не осталось покойников. Его убежище стало чуть чище. За завтра, если все пойдет хорошо, можно будет заниматься утилизацией зеков, их было меньше, чем погибшего персонала, всего тридцать два из сорока семи, остальные вырвались в город, наверняка добавив хаоса к уже произошедшему апокалипсису. Тут уж вариантов не было, больше пяти тел не запихнёшь, так что, следующий день ожидался не менее насыщенный.

Спал Клим устроился опять в той же комнате, только на этот раз не стал подпирать дверь стулом, не было уже нужды. Перед тем, как отрубиться, он вызвал уже ставшим привычным голографическое меню. Посмотрев на цифры на шкале нанитов, он тяжело вздохнул, за сегодня процентное количество снизилось с 93 до 91. Да, похоже, шутка про два понедельника имела под собой все основания, а он ведь не задействовал никаких супер способностей, хотя сила ведь тоже от них. А он весь день тела ворочал… На этой мысли Таран вырубился. Что толку сожалеть, если ничего не изменить?

Утро на этот раз действительно началось утром - в семь часов Клим был на ногах. Принял душ, правда, холодный. Вот чего не было, так это горячей воды, для этого нужно топить котел, но даже холодная вода, смывшая грязь предыдущих дней, была роскошью. Затем стандартный завтрак, на этот раз возиться не стал и сделал себе порошковое пюре, вывалив в него банку сардин в масле. Не сказать, что вкусно, зато сытно.

Спустился в крематорий, печь остыла, и работу можно продолжить, но перед тем, как сжигать зеков, нужно сжечь последние четыре тела, которые он решил оставить на финал. Академик Демин, генерал Ломов, девочка Вера, замученная Чистым и Светлана Сергеевна Кочева. Эти люди в какой-то мере стали ему близки, поэтому он решил сжечь их отдельно и похоронить на поверхности.

Уложив мертвецов в печь, Клим достал бутылку водки, которая нашлась в кабинете генерала, все же правильно он просчитал. Хоть и был на объекте сухой закон, но на начальство он не распространялся. Николаев был уверен, что обыск других комнат принесет еще несколько сосудов. Налив сто грамм, он отсалютовал мертвым.

- Спите спокойно. Для вас все кончилось.

Залпом выпив сто грамм, занюхал рукавом и, опустив крышку, включил горелку. Пламя взревело, превращая в прах тела погибших.

Полчаса, и все кончено. Пепел Клим собрал в отдельную банку и отставил ее в сторону. Завтра или послезавтра он выйдет на поверхность и закончит начатое.

Дальше началась рутина - закинуть в печь тела подопытных, запустить процесс, подняться наверх и продолжить уборку. Кровь оттереть, где это возможно, посуду грязную отмыть, плесень со стены в пищеблоке со стены соскрести. К тому же оказалось, что тела заключенных, несмотря на видимую свежесть, горели не хуже мумий персонала, а может, даже и лучше, так что, уже через пять часов все было кончено.

Прикурив, Клим посмотрел на банку с пеплом, стоящую на прикроватном столике, завтра он выйдет на поверхность, нельзя вечно сидеть в этом мертвом и пустом бункере. Все чаще лейтенант замечал, что разговаривает вслух сам с собой, и если ему суждено скоро умереть, то лучше сделать это на воле, а не в бетонной коробке. Решено, черт с ней с уборкой, завтра утром он идет наверх.

Глава четвертая

Утро началось уже почти с ритуала - завтрак в столовой на жилом уровне, крепкий кофе, сигарета, снаружи уже не покурить. У зверья хорошее обоняние, запах сигарет учуют с полкилометра, но отказаться от этой вредной привычки не выйдет, да и не особо хочется. Но смолить снаружи вредно для здоровья, поэтому следующий перекур будет только по возвращению. Одежда, которую Клим носил последние несколько дней, так провоняла куревом, что для выхода на поверхность лейтенант приготовил свежий чистый черный костюм.

Минут двадцать Николаев наблюдал за гаражом, он активировал камеры. Хоть и грязные, слегка мутноватые, но они все же давали хорошую цветную картинку. Ничего с прошлого раза не поменялось - разбросанные кости, свет в гараж попадает из-за больших приоткрытых тяжелых ворот. Надо осмотреть механизм открытия, если он рабочий, закрыть после возвращения. Таран не собирался в дальний рейд, только разведка, поэтому с собой минимальный набор - противогаз, бутылка воды, банка консервов, оружие и боеприпасы, ну и «урна» с пеплом.

Но перед тем, как выйти на поверхность, Клим поставил в конце коридора пару банок из-под тушёнки и отстрелял магазин по ним, сначала без глушака, потом с глушителем. Что, ж кучность у скорострельной машинки была не плохая, ствол не так уж и сильно задирало, звук при глушаке был тихий, нет, конечно, все равно слышно, но не на весь бункер.

Лифт поднял его на верхний уровень.

- Блин, про вас-то я забыл, - озадаченно разглядывая трупы охранников и зеков в коридоре, заметил Клим. - Да ничего, полежите до моего возвращения, ну, а если не вернусь, извиняйте.

Первым делом Таран осмотрел комнату охраны, в прошлый раз было некогда. Комп снова пришлось ломать, и сходить за новым монитором, этот был разбит. Пятнадцать минут ничего не решали, зато теперь Клим стал обладателем универсальной карты, которую изготовил на местном оборудовании, не нужно больше таскать с собой всю пачку, любая дверь, включая шлюзовые ворота гаража, и вход в комплекс открывались по этому пропуску. Подумав, Клим заблокировал все остальные кроме карты Ломова, та тоже имела высокий приоритет доступа. Вдруг у Чистого, если он еще жив, такой же приоритет, ведь у него карта академика, с чего этому маньяку возвращаться, учитывая, что прошло с побега чуть меньше двух лет, но сюда так никто и не пришел. Обычная предосторожность, есть шанс получить незваного гостя, значит, нужно сделать так, чтобы он не смог войти. Пора, хватит оттягивать неизбежное.

Три минуты, и вот с лязгом проворачивается запорное колесо на первой шлюзовой двери. Натянув противогаз, Николаев вошел в шлюзовую и мазнул карточкой по замку, блокируя внутреннюю дверь. Тут все просто, пока первая не закрыта, вторая вообще не откроется.

На замке красный сигнал сменился зеленым, повинуясь гидравлике, дверь начала неторопливо открываться. Клим вскинул пистолет-пулемет, оснащенный глушителем и довольно неплохим коллиматором, беря на прицел пустой гараж. Никто не бросился на него, никто не убегал, тишина и пыль. Клим активировал меню, его тело было самостоятельным детектором на радиацию, химическое или биологическое заражение.

«В воздухе присутствуют остаточные примеси тяжелых металлов, неопасно для жизни», - появилась надпись на виртуальном планшете.

Клим улыбнулся и, стянув противогаз, убрал его в сумку, сейчас не было нужды в маске, которая защищала от вредного воздействия окружающей среды, но существенно сокращала его возможности. Шаг, еще один, остановиться в дверях, прислушаться, осмотреться. Медленно тянулись секунды, ничего не происходило. Клим вышел наружу, открыл тайную нишу с пультом управления воротами, набрал на клавиатуре персональный код, который создал утром, мазнул карточкой, подтверждая его. Дверь медленно и почти бесшумно встала обратно. На секунду захотелось проверить, сможет ли он войти внутрь, но не стал, закрыл пульт и, отойдя на пару шагов, уставился на стену, которая еще секунду назад была входом в бункер. Да, маскировка отличная - обычная стена, бетонная, отштукатуренная, хрен догадаешься, что за ней спуск в небольшой бункер. Кстати, первый уровень находится на глубине четыреста метров, и способен пережить близкий подрыв небольшого ядерного фугаса. Правда, у Клима были вполне обоснованные сомнения, что после такого подрыва удастся выйти из этого бункера, поскольку, скорее всего, гараж и то, что над ним, этого взрыва как раз не выдержат.

Несколько минут Таран стоял, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Вот только ничего не происходило, а ведь сегодня по календарю первое мая, самое время выбраться на шашлыки. На улице не сказать, что тепло, градусов пятнадцать. Хотя, чего гадать? Активация импланта, и вот, пожалуйста, на закладке виртуального планшета строчка: «Температура воздуха тринадцать градусов». Не зря он поверх форменной куртки охранника надел трофейную ветровку. Во-первых, она с капюшоном, во-вторых, оливкового цвета.

Не обнаружив ничего опасного, Клим направился к полураскрытым створкам ворот. Вот здесь пришлось повозиться, панель управления нашлась не сразу, да и заржавела слегка конструкция. Но ничего, створки ожили, повинуясь команде, сначала закрылись, не сказать, чтобы тихо, лязгнуло ощутимо, но сомнительно, что весь город на уши поставит. Открывать их Николаев не стал, вышел через дверь, такая же хитрая конструкция, как и шлюзовая, замечательная маскировка у калитки, тоже выглядит, как бетонная стена. И нет нужды распахивать ворота, в которые без проблем танк въедет или два БТР.

Оказавшись снаружи, внизу спуска, Клим снова затаился и прислушался. И снова ничего, только ветер шумел в кроне высокого тополя, росшего метрах в двадцати. Вокруг был мертвый пустой мир. Как это понять? В городке, даже в самом маленьком, тебя постоянно окружают какие-то звуки: где-то машина проедет, кто-то разговаривает, смеется, музыка играет из открытого окна, что-то уронили - привычная суета. А тут тишина. Только ветер. Клим быстро нашел панель управления, мазнул карточкой по едва видимому сенсору, и тут же открылась ниша с панелью управления. Вбив пятизначный код и подтвердив его пропуском, и дверь плавно ушла внутрь стены, теперь лейтенант был точно уверен, что вернуться сможет. Правда, в случае погони, быстро внутрь не заскочить, секунд сорок уйдет на то, чтобы оказаться в безопасности, а ведь такой форы может и не быть.

Первое свидетельство апокалипсиса нашлось прямо перед спуском, посреди старой и новой травы лежали очередные кости. Зверье растащило их, мясо давно истлело. Но Николаев знал, кому они принадлежат - один из сбежавших подопытных. Обрывки красной робы валялись рядом. Да, они выцвели, им досталось от снега и дождя, но все равно это был беглец. Следопытом Клим себя никогда не считал, в лучшем случае мог отличить след кабана от следа лося, но определить, что убило конкретного зэка, было нереально.

Таран поднялся с колена и медленно осмотрелся, сейчас он стоял позади большого пятиэтажного здания, сделанного буквой «П». Досталось ему не хило - закопчённые стены, выбитые окна, зияющие черными провалами. Впереди перпендикулярно зданию НИИ алея из тополей, под ней засыпанная старой листвой асфальтовая тропинка и несколько вполне себе целых скамеек. Прямо перед ней стоянка несколько разбитых, покрывающихся ржавчиной, легковушек, все заграничные, пара сгоревших паркетников чуть в стороне. Дальше аллеи трехметровый бетонный забор с егозой по верхушке, на фасаде уцелело несколько камер видеонаблюдения, только вот явно они уже нерабочие.

Клим, не спеша, направился к углу здания, нужно было ознакомиться со всей инфраструктурой НИИ. Закон первый - знать свой дом, как собственные пять пальцев.

Осмотр подворья занял час. На территории основного здания находился гараж на пять боксов, из одного выглядывала морда «газели», в лобовухе пулевое отверстие, и вся она в бурых пятнах, кузов прилично побит ржавчиной, несмотря на то, что почти весь фургон под крышей стоит. Клим заглянул внутрь, на водительском сидении, завалившись направо, лежит тело, одежда сгнила, как и все остальное, на костях кое-где следы зубов, похоже, кто-то жрал покойника прямо в машине. Ближе к центральному входу костей попадалось все больше, людей тут работало немало, атака началась днем, застав народ в основном был на рабочих местах. Кто не заразился, разбегались в разные стороны, их догоняли и убивали. А вот оружия не видно, либо его подобрали выжившие, либо тут не было вооруженной охраны, а та, что была в бункере, полегла, так и не выбравшись наружу.

Жутко было смотреть на мертвый двор и, скорее всего, на город, а может, вся планета такая, пустая и заваленная тысячами костяков, убитых слетевшими с катушек друзьями и коллегами. Похоже, все по самому плохому сценарию, и мир не справился с эпидемией, или что там случилось почти два года назад?

Клим старался ступать осторожно, но в уже зеленеющей и довольно высокой траве толстая подошва берца, нет-нет, да находила отдельную кость, и тогда слышался хруст, громкий и отчетливый, будь в округе кто живой непременно бы услышал.

Клим обошел здание по кругу, нашел еще отдельный трехэтажный корпус, тот выглядел целым. Костей вокруг него тоже хватало, двери распахнуты, на ступенях россыпь гильз, все старые, потемневшие, кто-то тут от души повоевал, причем по нему в ответ не стреляли, следов пуль на стенах и дверях не было. Клим нагнулся, поднял одну, обычная пятерка. Хорошо этот безымянный стрелок подолбил, судя по количеству, штатный БК (4 магазина по 30 патронов) извел в ноль. Заглянул внутрь, тут уж, понятно, никакого света не было, не обнаружив тела с автоматом в руках, он оставил обследование этого здания на потом.

Развернувшись, Клим пошел обратно к выгоревшему центральному корпусу. Сейчас самое важное - составить примерный план окрестностей. А значит, нужно подняться на самую высокую точку, доступную ему на данный момент.

Еще в своем подземелье он столкнулся с проблемой - у охраны бункера не оказалось в запасе ни одного бинокля. Да если подумать, зачем им бинокли в подземном убежище, где самая большая дистанция - прямой коридор в пятьдесят метров? Выручил генерал, в его кабинете обнаружилась неплохая историческая коллекция: ТТ с дарственной надписью от маршала победы некому Георгию Ломову (похоже, дед покойного генерала), шашка Щорса и бинокль тезки Тарана - Климента Ворошилова. Было еще несколько эксклюзивных экспонатов, но заинтересовал только бинокль, старый советский в обшарпанном футляре 6х30, с хреновой оптикой, но сейчас самое важное было то, что он вообще имелся. Клим бы не отказался от хорошей оптики, немецкой или американской, но тут выбирать не приходилось, спасибо и за это.

Не спеша, вертя головой, он дошел до главного входа в НИИ, сейчас это была самая высокая точка, доступная ему. Рубежный, судя по тому, что Николаев разглядел за воротами, был маленьким городом, выше пяти этажей зданий - раз, два, и обчелся. Одним словом - ЗАТО.

Клим ступал очень осторожно, здание крепкое, хоть и серьезно пострадало от огня, но все равно не хотелось получить травму, если нога провалится в какую-нибудь дыру или на голову рухнет шаткая конструкция. В холле стояла будка охранника, стекло выбито, алюминий покорежен, турникеты, перекрывающие свободный проход, на месте, правда, костей вокруг них хватает. Похоже, пожар случился уже позже, но что толку гадать, все это произошло уже давно, и эта информация не являлась для Николаева жизненно необходимой. Таран несколько минут стоял в дверях, решая, что делать, пробиваться через завалы или искать другую точку для наблюдения? И тут в голове щелкнуло, какого хрена ему вообще нужно лезть в сгоревший комплекс, если во внутреннем дворе, почти прямо над въездом в бункер есть две отличные металлические пожарные лестницы, вполне себе целые и ведущие прямо на крышу и на этажи? И не просто лесенка прямая, а как в голливудских фильмах, с пролётами. Иди, не хочу.

Но сначала он одним рывком под прикрытием кустов добрался до аллеи, ножом вырубил кусок дерна среди массивных корней, две минуты, и вот «могила» готова. Опустив туда «урну», он быстро привёл всё в порядок, вроде ощутимых следов не осталось. Немного постояв, Клим помолчал, прощаясь, и вернулся к выполнению следующего пункта плана. Лестницу он выбрал правую.

- Налево - это не наш метод, - с интонацией совы из мультика, наставительно произнес он и начал подъем.

Крыша - не совсем целая, справа метров десять провала, так что, идти нужно очень осторожно. Точкой наблюдения была выбрана лифтовая будка. Забравшись, Клим достал бинокль и, протерев оптику куском тряпки, которую сунул в карман на всякий случай, начал исследование. Дома вокруг приблизились, городок небольшой вытянут вдоль реки, в длину километров пять, в ширину всего два. Можно сказать, что НИИ стоит в самом центре, но на самом деле, до набережной всего две сотни метров. Клязьма в этом месте не слишком широка, всего метров сто пятьдесят, льда уже нет, но другой берег, стоящий в низине, сильно подтоплен. Два моста, абсолютно целые, но забитые ржавыми побитыми машинами. На другой стороне контрольные пункты батальона охраны. Бой вышел знатный, похоже, солдатики не выпускали людей из города. Пешком пройти без проблем, но вот на то, чтобы растащить этот затор, потребуется тяжелая техника и несколько дней. Клим, уже изучивший карту местности, знал, что на другой стороне реки в двадцати километрах федеральная трасса, ведущая в Москву. С этим все ясно, теперь город.

Городу досталось, он и так небольшой, и стратегических объектов тут хватало. По соседству стоят руины какого-то режимного предприятия, рвануло там не хило, и стены повалило, и крышу унесло. Рядом с ним сгоревший БТР. Клим внимательно принялся изучать бронемашину, новенький 82А с пушечным модулем, вот только странное дело, борта целы, люки закрыты, сам модуль раскурочен, а позади него оплавленная двухметровая дыра. То есть, атака была сверху? Очень на это похоже. Вот только стоит он так, что пальнуть в него сверху, да еще под таким углом, ну никак не получается, рядом ни одного дома, которые могли бы использоваться гранатометчиком или стрелком ПТУР, да и дыра эта меньше всего похожа на попадание гранаты или ракеты. Николаев был готов поставить свой «Зубр» против ржавого гвоздя, что атаковали бронемашину с беспилотника и оружием, действия которого он еще ни разу не видел.

Закончив с БТР, Клим продолжил изучение города. Площадь перед заводом со множеством деревьев раньше была аллеей, теперь там все заросло низким кустарником, зелени на них почти нет, только травка. Деревья, которые больше никто не подстригал, тоже разрослись и должны вскоре образовать большой зеленый купол, но опять же рано, только почки набухают. Поэтому памятник мужику в пиджаке на центральной аллее виден прекрасно, вот только кому он, лейтенант так и не смог определить. Скорее всего, какому-нибудь ученому, который тут трудился. Вот за этим парком который не такой уж и маленький триста метров на глаз, стоят уже вполне жилые дома обычные пятиэтажки, которые тянуться до самой границы города. Вот там супермаркет одной из самых больших сетей в России. Окна выбиты, ветер гоняет какие-то грязные бумаги, на тротуаре красная расколотая пластиковая корзинка для продуктов. Дальше еще один супермаркет, но уже другой сети, картина та же. Другим торговым точкам тоже досталось, даже магазин для животных не избежал этой участи. А что, нормально, если были выжившие, то герметичные пакеты с собачьим и кошачьим кормом вполне ничего, съедобны. Да и называются как блюда в лучших ресторанах - филе тунца в сливочном соусе, или ягненок в овощном рагу. Только от названий у голодного человека выделяется слюна, а домашнее зверье плохое жрать не будет, вот и вывод - кто-то хорошо поживился не слишком скоропортящимися продуктами. Да и сухой корм вполне съедобный, только не соленый, а так, почти сухарики из магазина.

Клим минут двадцать следил за жилым сектором. Бинокль, конечно, полный швах, но все равно что-то разглядеть можно. И он разглядел - в окне на первом этаже кто-то двигался, угол был фиговый, и возможно, это ветер колыхнул занавеску. Но нет, он не ошибся, на подоконник выскочил Кот, именно так, с большой буквы - серый, с белым пятном на груди, шерсть короткая, морда вытянутая, размером с рысь, хотя, скорее всего, даже побольше, клыки такие серьезные, да и когти наверняка не маленькие. Такой полоснет, и наниты не сразу смогут залечить. Мысль о мельчайших нанороботах в его крови, отделяющих его от гибели, сразу испортила настроение. Новосибирск!? Да, сейчас он так же близок, как и луна, три тысячи с лишним километров отсюда, и как туда добраться? Сомнительно, что туда летают самолеты и ходят поезда. Попробовать завести одну из машин, забить кузов соляркой и гнать, что есть духу? Вот только что-то подсказывает Климу, что все это кончится очень быстро и плачевно для него. Люди не справились с атакой, кто бы ее не сотворил, пока единственно живое существо - это здоровенный кот, сидящий на подоконнике.

Таран уже собирался бросать наблюдение за животиной, когда она навелась на что-то в руинах. Прыжок вышел что надо, метров на пять, не меньше, длинное тело распласталось в воздухе. Два скачка, и вот когти впиваются во что-то живое, большое и отбивающиеся. До рези в глазах лейтенант всматривался - черная шкура, длинный лысый хвост, вот и все, что он видел. Удар лапой, и жертва котищи престала трепыхаться. Теперь, когда она не двигалась, Клим легко определил вид твари - здоровенная крыса размером с приличную собаку, килограмм двадцать, наверное, весит. И клыки у нее и когти вполне себе внушительные, такая стаю прежних кошек завалит. Да и лапы у нее длиннее стали, и пасть впечатляющая - кусок в полкило из ноги запросто вырвет.

Тут из глубины жилой застройки раздался какой-то злобный и протяжный вой. Клим слышал, как воют волки, но это было не то, от этого воя кровь стыла в жилах. Он разнёсся эхом в окружающей тишине, наверно, его было слышно во всем мертвом городе. И ведь не такими уж и мертвыми были эти каменные остатки цивилизации, за три минуты лейтенант наблюдал сразу двоих представителей местного населения и одного слышал. Кот, заслышав вой, тоже вздрогнул, по-видимому, он отлично представлял, кто подал голос, и боялся его. Вздрогнув всем своим телом, он схватил в зубы поверженную Крысу и рванул куда-то в сторону, и уже через пару секунд скрылся за углом ближайшего дома.

Несколько минут Клим обшаривал дома в поисках еще чего-нибудь живого, но пока натыкался только на последствия трагедии - кости, в этом городе много костей. Если их тут столько, то, что же в Москве творится? В юности Клим очень любил читать всякую фантастическую литературу и отлично помнил великолепную захватывающую «Эпоху мертвых» Андрея Круза. Так вот, по книге мир уничтожили поначалу медленные и не очень опасные зомби, но тут, похоже, было вообще без шансов, слишком много зараженных, и не постепенно наращиваемая критическая масса, а сразу. И если иммунных и было больше, они все равно проигрывали, оказавшись безоружными в окружении внезапно обезумевших людей, которые рвали их на части голыми руками.

Клим переключился на следующий участок наблюдения, все та же жилая застройка, дома только постарше, чем на окраине. Похоже, там, в километре от него, располагался весь административный центр, во всяком случае, большую надпись «Городская администрация» Николаев прочел без труда. Рядом обнаружился отдел полиции, что тоже довольно легко определилось по большой надписи и аж трех машин во дворе, от них мало что осталось, но характерный окрас говорил о принадлежности к МВД. Там же располагалась центральная часть города - магазины, торговый центр из старого универмага, трёхэтажное здание со стеклянным фасадом, сейчас он весь осколками лежит перед входом на асфальте. Здание ФСБ видно не было, но оно тоже рядом. Дальше снова шел жилой сектор, поновее, чем район, где Таран засек кота. Семиэтажные дома, явно построенные последние десять лет, и даже одна свечка в двенадцать этажей. Не так уж и плохо жило это ЗАТО. За ними должна была размещаться воинская часть, тот самый батальон по охране периметра, но ее не видно. А еще там же должна быть часть ПВО, тоже скрытая фасадами.

Так, медленно поворачиваясь из стороны в сторону, Клим изучил весь доступный для обзора кусок города. Нигде нет ни следа человека.

Неожиданно, без какого либо вызова, появился виртуальный планшет с привычной красной надписью: «Поздравляем, вы открыли способность картограф, и теперь можете создавать виртуальные трехмерные панорамы любой местности и объектов на ней. Ограничение невозможность построения внутренних планов. Требуется участие нанитов».

- Спасибо, блин, - сворачивая планшет, саркастично заявил Клим в пустоту, - хороший подарочек. - Вот только есть проблемка, нет у меня лишних нанитов.

Но, несмотря на то, что он просто не мог воспользоваться новой способностью, Николаева не могло не радовать то, что он продолжает развиваться. Правда вот, сама система развития была странной, несколько часов он таращился на город, изучая его сектор за сектором, неужели он получил картографа именно за это? Очень похоже на то. Интересно, а если он будет много стрелять, то, что? Тоже получит какой-нибудь бонус? Или таская тяжести? Все это очень напоминало РПГ. И квесты он выполнял, и вот теперь развитие пошло. На секунду Клим даже усомнился, что находится в реальности, но вот под ним обычная крыша, покрытая каким-то белым грязным материалом, на ощупь он совершенно реален. А если это иллюзия, то, как это доказать? Если всего этого вокруг не существует, а он по-прежнему лежит в капсуле, и это все происходит в его голове? Клим поморщился, подобные размышления могли свести его с ума. Он выбрался наружу в надежде не просто уточнить обстановку, но и найти людей, а вот их как раз видно не было. Старых следов хватало, а вот свежих…

Существо, напоминающее человека, он увидел спустя несколько часов, когда уже собирался спускаться. Сначала Клим решил, что глаз замылился, и ему показалось движение в тени подъездного козырька, там, где как раз спуск в подвал. Но нет, вглядевшись, он увидел человеческий силуэт, который стоял на самом краю света и смотрел прямо на Клима. Между ними больше полукилометра, но лейтенант был уверен, его видят. Стало очень неуютно, он прямо шкурой почувствовал этот пристальный заинтересованный взгляд.

Таран проклял хреновую оптику, которая не позволяла нормально разглядеть нечто скрывающееся в тени. Одно ясно - это уже не человек, одежды на нем точно нет, сомнительно, что он во всем обтягивающем. Да и на свет он не выходит не из-за опасения быть обнаруженным, похоже, он не может выйти.

И снова экран: «Обнаружено существо. Не опознано. Предположительно человек, изменившийся в результате биологической атаки. Агрессивность, - данные отсутствуют».

- Однако, - присвистнул Клим.

Интересно, почему его внутренняя система, или что это такое, не среагировала на кота и крысу? Те ведь явно непростые.

Неожиданно существо резко присело, стараясь увеличить угол обзора, и уставилось куда-то вверх, затем резко отшатнулось и скрылось во тьме подвала. Но Клим обернулся и угадал, в паре километрах от него со стороны областного центра прямо на него летели три точки, и это были явно не птицы. Клим сменил объект наблюдения, мутант, который разглядел цель более чем с двух километров, конечно, интересно, но вот летящие к нему неопознанные объекты беспокоили Николаева гораздо больше. Он уже начал смиряться с мыслью, что вокруг больше нет ничего безопасного.

Бинокль не давал полной картины, но все же Таран сумел разглядеть кое-какие подробности - сигарообразный корпус с хвостом, короткие крылья, на которых подвешены пара пушек, но выглядели они странно, по стволу бегали мутноватые красные огоньки. Если это оружие, то хоть и не слишком яркое свечение способно демаскировать стрелка.

И сейчас эта троица непонятных чужих аппаратов шла прямо на него. Клим шевельнулся, чутье подсказывало, что сейчас самое время свалить. Поскольку, если эти леталки решат его вальнуть, можно и не успеть.

Он поднялся, собираясь спрыгнуть с лифтовой будки, и именно в этот момент неопознанные объекты, стремительно ускорившись, сократив дистанцию до километра, разом нанесли удар. Шесть ярких алых росчерка стремительно рванулись к цели, коей, без сомнения, был выбран Клим.

Прыжок с попыткой укрыться за будкой не увенчался успехом, ее просто разнесло в мелкое крошево, половина кирпича, двинула его по затылку, швырнув вперед. Радужные круги в глазах, ощущение крови во рту, а потом здание НИИ под ним просто начало складываться, и поделать с этим было ничего нельзя. Грохот рушащихся плит, удары по всему телу, свободное падение. И тьма.

Когда Клим пришел в себя, то не сразу понял, где находится, вокруг был завал, глобальный завал, плиты над головой образовали этакий конек высотой метра в два, и приняли на себя удар, чем спасли жизнь Тарану. Тело больше не болело, кроме одного места. Фонарик уцелел, как ни странно, все шмотки, что были при нем, так и остались при нем, только противогазная сумка пострадала, она была разорвана, а стекло макси разбито. Клим не особо расстроился, этого добра у него хватало.

Луч света обежал стены импровизированного убежища. Выглядело оно хреново, но вполне надежно, а еще Николаев осознал, что если он не выберется самостоятельно, то останется тут навсегда. Руки двигались и были целы, хотя странно, Клим ведь отчетливо слышал треск ломающейся кости, но получив по затылку и летя вниз, он мог и ошибиться, его так кувыркало, что катание в старой тракторной покрышке с горки в деревне, можно было расценивать как невинное безопасное развлечение. Шевельнул левой ногой, нормально гнется, боли нет. Двинул правой, и тут же резкая боль пронзила все тело, заставив заскрипеть зубами. Луч фонаря осветил поврежденную конечность, что ж, рана хреновая, но наниты должны справится, вот только, сколько их останется после этого? Ржавая железка сантиметров двадцать в длину насквозь пробила икру и застряла в щели бетонной плиты.

Клим, стараясь лишний раз не шевелиться, выматерился сквозь зубы. Выбора нет, никто не придет к нему на помощь, ни другие люди, ни МЧС, а значит, нужно продолжать бороться, выход только один, будет очень больно. Клим брючным ремнем перетянул ногу чуть выше колена, затем стянул с себя кожаную сумку, которую продолжал использовать как котомку, и, зажав в зубах толстый ремень, собравшись с духом, и одним рывком сдернул ногу с застрявшей и пробившей ее железяки. И снова темнота.

Клим открыл глаза, фонарь продолжал светить, счастье, что это чудо работает без батареек, аккумуляторы были довольно мощные и зарядить их в подземелье, хозяином которого он стал, было проще простого, главное добраться до него. Боли больше не было. Клим пошевелил правой ногой, убеждаясь, что она полностью работоспособна. Часы показывали восемь вечера, значит, под завалом он провел часов шесть. Дабы убедится в отсутствии внутренних повреждений, Клим мысленно вызвал меню и нашел вкладку с состоянием организма.

«Организм полностью восстановлен», - гласила надпись на полупрозрачном виртуальном экране. А вот дальше стало страшно, список залеченных нанитами травм был с полстраницы - разрубленные пальцы, перелом руки и трех ребер, регенерация печени и селезенки, сломанный нос и проломленный череп на затылке, там, куда он получил кирпичом.

Клим тяжко вздохнул и, набравшись смелости, посмотрел на шкалу нанитов, еще утром их было девяносто два процента, сейчас шкала едва была заполнена на треть - тридцать восемь гребанных процентов, вот, сколько ему осталось жить. На секунду ему в голову закралась крамольная мысль, достать пистолет и всадить себе в висок пулю, но он отбросил ее, трусливый способ уйти без борьбы был не про лейтенанта Клима Николаева. Как там, в одном кино, сказали: «Не можешь идти - ползи, не можешь ползти - найди того, кто тебя понесёт». Нет тут никого, кто мог его понести, а значит, придется ползти.

Минут двадцать Клим изучал завал, не прикасаясь ни к одному камешку. Нужно не ошибиться с направлением, в котором он будет откапываться. Прежде, чем приступить к разбору завала, он вытащил из сумки банку с рисовой кашей, в которой, по заверению производителя, была и свинина. Вскрыв ее ножом, он принялся есть прямо с лезвия. Самое плохое было то, что он остался без воды, бутылка была в разгрузке, и ее очень неудачно пробила какая-то железка, и теперь Клим мог рассчитывать на три глотка, и это, если учитывать, что пить хотелось просто запредельно. Размышления, что это были за НЛО, и с какого хера они его атаковали, он оставил на потом. Доев кашу и выпив все, что уцелело в бутылке, Таран оторвал от пришедшей в полную негодность куртки куски подкладки и, обмотав ими руки, начал разгребать камни. Если он ошибется, у него будет довольно неплохой монументальный склеп.

Глава пятая

Минуты складывались в часы. Железка, пробившая ему ногу, давно изогнулась до неузнаваемого состояния, и как лопата больше не годилась. Исцарапанные в кровь руки заживали почти мгновенно, но наниты, таяли, как снеговик в пустыне Сахара. Когда он начинал, на шкале было тридцать восемь процентов, теперь на четыре меньше. Сколько останется, когда он выберется? И выберется ли вообще? Хорошо еще, откуда-то в его ловушку поступает воздух, была бы монолитная пробка, уже бы давно задохнулся. Хотелось есть и спать, но больше всего хотелось пить, и если банка тушенки, оставшаяся в заначаке, еще могла решить одну из проблем, то вот воды взять негде. Часы показывали, что сейчас уже шесть утра, почти сутки на ногах, хоть и он стал более выносливым, но все равно усталость брала свое. Он разбирал кирпичную пробку, вытаскивая камень за камнем и перетаскивая их в противоположенный конец, который он посчитал менее перспективным, но постоянные оползни, которые заваливали расчищенное, угнетали.

Клим уже давно плюнул на всякие предосторожности, пачка сигарет уменьшилась на половину, вентиляция отсутствовала, приток свежего воздуха был незначительным, едкий дым медленно рассеивался, долго вися под импровизированным коньком крыши.Но без сигарет он бы просто не справился. Они не давали ему погрузиться в пучину отчаянья, каждый неудачный подход к завалу затягивал его все глубже и глубже, вынуждая сомневаться в собственных силах и опустить руки. Если бы не наниты, он бы умер уже давно, в таких условиях с его травмами не живут, но они его подлатали, и вот он теперь заперт под завалом. Опять захотелось закурить, но он сдержался, чтобы не задохнуться, лимит - сигарета в час.

Клим снял очередной верхний кирпич, перенес его в противоположенный конец, все его пространство ограничивалось двумя метрами высоты и тремя с половиной в длину. Пока еще есть место, куда складывать камни, но оползни сводили его усилия на нет, но вскоре некуда будет вытолкнуть эту пробку. Новый камень и новый переход, и так целый час. Потом еще час. Он отвоевал два метра, но сверху по-прежнему вершина треугольника. Шаткая конструкция, разбираемая по кирпичику, пошатнулась, и с грохотом обрушилась на Клима, неудачно потревоженный камень образовал новую пробку. Но хуже всего было то, что когда он зло разгреб руками скатившиеся камни, он обнаружил не отдельные элементы, а кусок стены в два кирпича, весом килограмм в сто. И теперь, чтобы продолжить разбор завала, нужно извлечь этот зажатый среди остального мусора монолит.

Клим устало опустился на пол и прикурил, фонарь он на время перекура выключал, экономя заряд, жажда стала навязчивой идеей, есть совсем не хотелось. Он чувствовал себя, как тот человек, который копает ход в сторону брильянтов, но, не дойдя метра, сдается и уходит прочь. Сил на борьбу и веры в положительный исход оставалось все меньше, да и что его ждет, там, за завалом? Нанитов осталось всего ничего, одна серьезная травма, и все, он обречен, их ведь не купишь, как хлеб в магазине, не зачерпнёшь в колодце, как обычную воду. До ближайшего известного ему места три тысячи километров и кирпичный завал. Может, к черту эту борьбу, что в ней толку? Если победа не возможна даже теоретически.

Клим затушил бычок и прикрыл глаза, ни одного лучика света, а ведь сейчас за завалом день.

- Эй, там, за завалом, - раздался тихий детский голос, - ты вообще живой?

- Кто здесь? - вскочив и едва не саданувшись башкой об низкий свод, выкрикнул Таран.

- Живой, - констатировал голос. - А чего пробиваться бросил, отдыхаешь?

- Отдыхаю, - признался Николаев. - А ты кто?

- А тебе зачем?

- Ну, должен я тебя как-нибудь называть, - ответил Николаев, который опыта общения с детьми имел каплю.

- Ну, зови Малец, так все зовут, - ответил мальчишка.

- А я Клим. А кто это все? Я тут людей не встречал еще, только мутантов видел, зверьё, да дроны эти, которые ни с того, ни сего по мне саданули.

Возникла пауза, долгая пауза.

- Отец звал, сестра старшая, - наконец ответил мальчишка. - Ты откапываться собираешься? Или решил дождаться ночи и вылезти на радость теневикам?

- Теневикам? - не понял Клим. - Это кто?

- Ты шутишь? - удивлённо спросил Малец. - Ты, дяденька, что, с луны свалился? Теневеки - это мутанты, которые охотятся исключительно во тьме, свет не переносят. Да это все знают. Много их в городе.

- А людей много?

- Уже нет. Ты выбираться собираешься? Или решил все же сдохнуть?

- Да, собираюсь, собираюсь, - немного раздраженно ответил Николаев, сожалея, что из всех возможных вариантов ему достался недоверчивый мальчишка, скорее всего, не старше четырнадцати лет. Ну, почему не нормальный мужик с опытом, который даст ответы на все загадки разом?

- Слушай, последний вопрос, и начну откапываться. А что за дроны, и с чего они по мне саданули?

- Ты странный, - ответил мальчишка, Клим даже почувствовал, как тот недоуменно уставился на плиту, из-за которой раздавался голос. - Это же патруль киберов, им до мутантов дела нет, но вот если засекут человека, уничтожают на месте.

- Киберов? - озадачился Таран. - Что, на хер, за киберы? - не сдержавшись, зарычал он. – Парень, я два года в коме провел, пять дней на ногах, я без понятия, что в этой жопе мира творится, что, б…, за киберы?

- Ты, Клим, не ори, - ответил Малец, в его голосе появилась растерянность, похоже, информация о двух годах комы мальчишку сильно озадачила, но вопросов дурацких задавать не стал. - Или хочешь, чтобы на нашу беседу еще какой мутант заглянул? Их не только во тьме, но и на свету хватает. Учти, если что подозрительное, я тебя сразу оставлю, ты мне никто, а мне о сестре нужно заботиться. Так что, откапывайся быстрее. А киберы - это раса разумных машин, управляемых искусственным интеллектом, это они все устроили, сначала биоатака, в ней погибла большинство людей, а потом добили возникающие из ниоткуда боевые дроны, как летающие, так и наземные, наверное, и подводные есть.

- Охренеть, - только и смог произнести Клим. - Как там говорил герой Сталлоне в «Разрушитель» с древним одноголосым переводом: «Кто б меня обратно в холодильник посадил». Ладно, потом об этом. Ты скажи, как выглядит завал с твоей стороны?

- Как чистое везение выглядит, две плиты домиком встали, слева тупик. Надеюсь, ты не в ту сторону копаешь, там стена вплотную, хрен выберешься, а справа все кирпичом завалено, - начал пояснять парень. - Но его не так уж и много. Если я правильно твое местоположение определил, то тебе всего два, два с половиной метра прокопать нужно.

- Всего? - хмыкнул Клим, но, снова включив фонарь, вернулся к завалу. Молча разгребать его было скучно, поэтому он стал задавать вопросы. - А как ты меня нашел-то?

- А чего сложного? - раздалось из-за плиты. - Я ждал, когда киберы ежедневный облет совершат, нужно было в городе одно место проверить, от Бомжа, - он произнес это слово с большой буквы, как кличку, - узнал, что где-то в подвале одного из жилых домов нычка есть... - Он споткнулся, словно сказал что-то лишнее. - Тебя не видел, но видел, куда они долбанули со всей своей дури. Ты чудом уцелел, как не поломало-то тебя, ума не приложу. Не бывает такого, ты три этажа с обломками пролетел.

Клим на это промолчал, он-то отлично знал, как его поломало, и если бы не наниты, которые, умирая, спасали его, он бы уже отчалил на тот свет, с впервой лодкой Харона.

- А ты вправду два года в коме пролежал?

- Правда, - отозвался Николаев, примеряясь, как бы сдвинуть обломок кирпичной стены, чтобы под этой дрянью не оказаться. Если она его раздавит, есть у него наниты, нет у него нанитов, буде не важно, дотянуться до ярки и пустить пулю в лоб, другого выбора не останется, даже если мальчишка решиться помочь, ему не по силам справиться.

- И что киберы? - спросил он, наконец, решив, что делась с куском стены, и начал аккуратно убирать вокруг нее кирпичи.

- Ну, я тебе говорил, раса разумных машин, ты сейчас их дронов видел. А вообще их видов двадцать, я трех видел - хозяина со свитой, патрульных и танк.

- То есть, они победили, и Земля оккупирована?

- Победить-то победили, вот только, как батя говорил, это Пиррова победа, хотя я так и не спросил, что это значит.

- Выберусь, расскажу, - пообещал Клим. - Так что там с киберами?

- На хрен мне нужны твои рассказы? - равнодушно заметил Малец. - Ты лучше скажи, в месте, откуда ты вылез, жратва есть?

- Есть там жратва, и с тобой поделюсь и сестре твоей хватит, да и Бомжу подкинем.

- Ему уже не надо, - довольно цинично заметил парень, - эта тварь хотела на меня мута приманить, а я не повелся, и нет теперь больше Бомжика.

- Весело у вас тут, - не стал развивать тему Таран и узнавать, кто убил мужика с не слишком благородным погонялом. - Так что там с киберами? - смещаясь в сторону от куска стены так, чтобы та на него не рухнула, напомнил вопрос Клим.

- Я не все знаю, мне всего десять было, когда началось. Людей тьма погибла по всему миру. Сначала мутанты, потом с огромной платформы, которая возникла прямо на границе атмосферы Земли, стали телепортироваться киберы. Они добивали оставшихся, тотальный геноцид. Так батя говорил. Все сдулись - и Европа, и за океаном. Из Африки вообще никаких новостей, она на второй день замолчала.

- А батя откуда знал? - решил прояснить для себя новую информацию Николаев.

- Так он тут частью ПВО командовал. С десяток железяк завалил, к нему на КП, командный пункт значит, информация шла и приказы. Они все ракеты отстреляли, аж пять киберов завалили, он ушел, да дядя Женя, там сейчас пепелище. Нет ничего, только земля спекшаяся. Так вот, у военных какое-то секретное оружие было, и когда платформа жестянок оказалась в нужной точке, по ней и саданули всем, что есть, всякими ракетами, которые могли из атмосферы выйти. Но батя говорил, что киберы их легко сбивали, несмотря на то, что их было сотни. Дело ночью было, ясно, фейерверк на полнеба стоял, но ни одна ракета не пробилась. А вот выстрел из этого секретного оружия проморгали. И завалили, огромная платформа, разломившись на несколько частей, рухнула на землю. Теперь железяки застряли тут и продолжают убивать людей.

- И много в городе людей сейчас?

- Мало, я знаю пятерых, кроме нас с сестрой. Может, еще кто выжил, но тут с едой плохо, некоторые ушли, но большинство погибло, мутанты и киберы пощады не дают.

- Сейчас будет грохот, - сообщил Клим, вжавшись в стену, и, не дожидаясь ответа, рванул рукой плиту на себя, но так, чтобы упала к его ногам. Он все продумал, кроме одного, разваливающегося здания, и сто килограммовый кусок стены грохнулся с метровой высоты на пол.

Перекрытие, которому и так досталось, рассыпалось, словно не бетон, а гнилая деревяшка. Обломок, пробив метровую дыру, полетел вниз, а «шалаш» Николаева, зашатавшись, стал расползаться.

- Беги, Малец, - заорал Клим и сделал единственное возможное, чтобы его не расплющило сползающими плитами - прыгнул в образовавшуюся дыру.

Упал он, можно сказать, удачно, подошвы ботинок ударили по куску стены, которая и открыла проход. Вот только обрушение на этом не окончилось, плиты, которые еще недавно были гробницей лейтенанта, оказались не такими устойчивыми, и даже это небольшое сотрясение нарушило их конструкцию. Как только подошвы ударились о твердую поверхность, Клим ушел в перекат. Обломки обгоревшей мебели, камней, какого-то оборудования, все это он смог почувствовать на своей спине, бронежилет он так и не надел, поэтому все углы и выступы, которые он нащупал, подарили ему незабываемые впечатления, а сверху с грохотом обваливались тонны бетонных конструкций, разбитый кирпич и прочий хлам с верхних этажей.

Клим вскочил и рванул в сторону дверного проема, сейчас у него был один шанс - уцелеть вырваться из этого разрушенного здания. Грохот за спиной заставлял шевелиться, похоже, плиты полетели еще дальше, продолжая пробивать этаж за этажом. А ведь там внизу бункер, хотя Клим был уверен, что вот как раз ему ничего не угрожает. Выскочив на уцелевшую лестницу, Николаев рванул вниз. Мимо мелькнула дверь, ведущая на следующий этаж, над ней была цифра три, что не так уж и плохо. А вот редкие окна и потеря фонаря больно ударили по Тарану, света было недостаточно и, несясь вперед, он мог загреметь в провал. Здание, как сумасшедшее, ходило ходуном, похоже, лестницы тоже пришли в движение, поскольку грохот обрушающихся конструкций теперь раздавался не только из центральной части здания, но и сверху. На втором этаже Клим решил не испытывать судьбу. На секунду остановившись, он выглянул в окно, до земли метров пятнадцать, все усыпано обломками. Но выбора не было, до следующего окна можно не успеть, под ногами все ходуном ходит. И он решился, вскочив на подоконник, просто прыгнул вниз, в прошлой жизни для Николаева подобный трюк закончился бы переломом или серьезным ушибом, но в новом мире он приземлился, как будто с табуретки спрыгнул. Но, гася скорость, ушел в перекат, снова собрав спиной и правой стороной тела все, что валялось на земле. Осколок стекла вошел в руку, заставив вскрикнуть, но травма была так себе, и ей можно будет заняться позже. Хотя зачем позже? Мерзкие наниты, которых почти не осталось, справятся с ней за секунду. Вырвав из предплечья тонкую полоску, вошедшую в мясо на пару сантиметров, Клим поднялся на ноги, он даже смотреть не стал, как затягивается его шкура. Только тяжело вздохнул, прозрачный экран его лично системы, развернувшийся пред глазами, гласил:

«Критическое число нанитов, срочно необходимо ввести дополнительные нанотела».

Клим уставился на шкалу, после лечение ноги на ней было тридцать четыре процента, теперь же, после побега из ловушки, осталось двадцать девять.

- Хорошо прогулялся на поверхность, - оглядывая руины и разваливающееся здание, стены которого содрогались, а внутри что-то обваливалось, подвел итог Клим.

Осмотревшись, он понял, что находится сбоку от центрального входа, прямо напротив ворот. Мальца нигде не было, к своему стыду, во время бегства, он ни разу не вспомнил о мальчишке, с которым разговаривал. Если тот погибнет, жалко будет, но вины Клим за собой не ощущал.

- Ты долбаный дятел, - раздался откуда-то слева злой мальчишеский голос, - я едва не подох.

- Ну, извини, - Клим виновато развел руками. - Я все же не профессиональный спасатель, и завалы лучше устраиваю, чем разгребаю. Да и выбора особого не было.

- Выбора у него не было, - передразнил его Малец. - Дурак. Ладно уж, выбрались живыми, и то хорошо. Веди в свое логово, ты мне еду обещал. И вообще, прикид у тебя крутой, поделишься?

- Поделюсь, - усмехнулся Клим, разглядывая своего собеседника.

Мальчишка выглядел недокормленным, оно и понятно, жил он явно не на продуктовом складе. Грязные длинные волосы, в которых скопилось немало мусора, из-за пыли даже невозможно определить их цвет. Маленький, щуплый, метр с кепкой, вес килограмм тридцать пять, а может, и меньше, лицо в разводах, тот еще бомжик. Одежда грязная, на ногах какие-то непонятные ботинки, порванные и не раз залатанные джинсы, темно-синяя куртка, вся в заплатах, с наполовину оторванным рукавом. Похоже, это произошло только что, поскольку мальчишка, тяжело вздыхая, пытался приладить его обратно. За спиной у него обычный тканевый рюкзак, с такими дети в школу ходят.

- У тебя вода есть?

- Есть, - ответил его новый спутник и достал из рюкзака грязную пол-литровую бутылку мутноватой воды. - Пей все, у меня еще найдется.

- Спасибо, - пробормотал Николаев, буквально выхватывая из рук Мальца бутылку и сворачивая крышку, словно шею врагу. Он залпом выпил теплой воды, от которой пахло затхлостью, а на зубах скрипел песок. Остановился, уполовинив тару, и вернул парню, горло смочил, и ладно. - Спасибо, - еще раз поблагодарил он.

- Тогда пошли, мне некогда тут с тобой стоять, - очень по-деловому заявил мальчишка. - И сестра заждалась.

- Кстати, ты так ничего о ней и не рассказал, она старше или младше тебя?

- Старше, - нехотя произнес Малец. - Ей почти двадцать, - добавил он после паузы. - Но она не выходит из нашего убежища, всего боится, так что, давай быстро собирай еду, и пошли.

Что-то странное показалось Климу в словах мальчишки о сестре. Да, он вроде бы говорил, как о близком человеке, но словно с ним его связывало что-то нехорошее. Какая-то усталость проскользнула в голосе, или обреченность. Сначала Клим хотел отвести мальчишку в бункер, но сейчас передумал. Что не так было с этим парнем? Вроде оружия никого нет, но того неведомого Бомжа ведь наверняка он убил. Или ему кто-то помог? Уж не ловушка ли? Придут они в это самое убежище, а там десяток рыл со стволами, и вытрясут они из Клима карточку, пароли и явки. Паранойя подняла голову и разогнулась в полный рост, доверять этому оголодавшему оборванцу, резона у лейтенанта Николаева не было никакого. Правда, кое-что царапало, уж больно искренне он говорил про то, что живет вдвоем с сестрой, в такое верить нужно, за три минуты не придумать правдоподобную историю. Проколешься на нюансах. Поэтому, похоже, правду он сказал, только все равно доверять ему и подставлять спину не стоит.

- Хорошо, Малец, ты ждешь меня здесь, - он указал на гаражные боксы, - ровно один час, я собираю еду и попробую найти новую одежду для тебя.

- Не хочешь показывать свое убежище? - обиженно заявил мальчишка. - Не доверяешь?

- Рано о доверии, - отрезал Клим, - вот узнаем друг друга получше, тогда и в гости позову.

Несколько долгих секунд мальчишка сверлил его суровым взглядом, но потом отвел глаза.

- Ты мне должен, так что, с тебя еще и оружие, - выставил свое условие пацан.

- Справедливо, у меня найдется лишний пистолет. Думаю, ты сможешь с ним управиться, хотя для ребенка Ярыгин тяжелый, но другого у меня нет.

- Я стрелял из такого. Когда отец погиб, я забрал его пистолет, патроны кончились три недели назад, теперь только дробовик, но у него патрон перекосило, не смог вытащить.

- Ничего, починим, - не вслушиваясь в слова, ответил Клим, паранойя чуть ли не в ухо орала, что мальчишке верить нельзя. - Все, двигай в гаражи и жди, скоро приду.

- Не кинешь? Поклянись.

- Клянусь, через час я приду к тебе в гаражи и принесу все, что обещал.

- Смотри, ты поклялся, - с наивной детской непосредственностью заявил малёк и направился к открытым боксам.

Клим же пошел в другую сторону, огибая полуразрушенное здание НИИ против часовой стрелки. Как он и ожидал, спуск в подземный гараж был цел, туда скатилось всего пара камней. Дверь в стене открылась, пропуская его в первую шлюзовую камеру. Паркинг тоже уцелел. Карточка, код, и вот дверь открывается, Клим остановил ее, места, чтобы пройти хватало. Незачем распахивать по всю ширь. Две минуты, и вот он уже в таком надежном бункере, отрезан от медленно агонизирующего мира, в котором творится полный бардак. Тарана беспокоил его новый спутник, кидать мальчишку он не собирался, но доверять ему не торопился, странный он. Вроде ребенок, а взгляд жесткий, неуютный, на Клима словно через прицел смотрит, оценивает, как лучше грохнуть. Но сейчас это единственный источник информации и мире вокруг. Хотя это уже не играет для Николаева никакой роли, двадцать девять процентов, вот, сколько ему жить осталось.

Двери лифта распахнулись на жилом этаже. Первым делом Клим вскрыл бутылку минералки и выхлебал сразу полтора литра.

Сборы не заняли много времени. Сумка одного из охранников, конечно, уступала хорошему рейдовому рюкзаку, но все же позволяла переносить довольно много груза. Наружу отправилась смена белья, пара каких-то журналов, а внутрь десяток банок различных консервов и даже пяток шоколадок, на мальчишку, конечно, комплект формы не нашелся, да и гражданских шмоток даже близких по габаритам не было, ну с этим Клим ничего не мог поделать. У него секретный объект, а не детский мир, детей тут, отродясь, не было. Ствол для Мальца Клим прихватил, вот только магазины он патронами снаряжать не стал, ни к чему эта торопливость. Зато под новую форменную куртку он надел броник скрытого ношения, конечно, пулю из Ярки ему не остановить, но ослабит он ее серьезно. Еще один пистолет Николаев сунул себе за ремень на спине, кобура там разместилась довольно комфортно и незаметно. Нож за голенище ботинка, прикрыв его заправленной штаниной, быстро не достать, но это так оружие последней надежды. Не забыл он и о потерянном в завалах фонаре, этого добра у него больше чем нужно.

Перед выходом Клим изучил данные с последней внешней камеры, и Мальца возле выхода не обнаружил, если не сбег, то значит, либо караулит парень его где-то вне зоны видимости, либо действительно ждет в оговорённом месте.

Через пятьдесят восемь минут Клим вышел к боксам.

- Эй, - негромко позвал он.

- Долго ты, - раздался голос парнишки из-за проржавевшей газели, а спустя секунду появился и Малец, в руках он держал по виду совершенно исправный ПМ. - Я сюда никогда не совался, даже не знал, что тут вооруженная охрана была, и батя ничего про этот институт не говорил.

Клим, заметив в руках парнишки ствол, слегка напрягся, сейчас боевой выход, затворы в его оружии передернуты, пули в стволах, но на безопасность лейтенант забивать не стал, всё же поставил на предохранитель. Время на выстрел чуть больше двух секунд. Парнишка, хоть и имел дело с огнестрелом, но все же навыков ему не хватает, так что, если что, Николаев успеет первым, хотя убивать Мальца не хотел, он все же надеялся что ошибся на его счет, да и не уверен он был, что сможет выстрелить в ребенка. Сколько погибло тех, кто вот так не смог переступить через себя и морально этические нормы, об этом Николаев старался не думать.

- Ну что, пошли знакомиться с твоей сестрой.

- Все взял?

- Все, - не стал вдаваться в подробности Таран. - Только вот одежды и обувки, извини, в моих закромах нет, уж больно ты мелкий.

- Ничего, у меня есть кое-какие шмотки. Если не обманул насчет еды и оружия, считай, порванную куртку я тебе простил. Покаж? Вдруг у тебя там два кирпича?

- А ты, смотрю, продвинутый переговорщик, - усмехнулся лейтенант и, перекинув сумку из-за спины, расстегнул молнию.

- Битый я, и не раз, никому не верю, - заглядывая в сумку и присвистнув, отрезал парень. - Щедрый ты, или для тебя это ничто?

Николаев тоже не торопился открывать карты.

- Не так уж и много у меня запасов, я ведь тоже переговорщик неплохой, это не подаяние, это плата за информацию.

- Нормально, для первого раза хороший хабар, - очень по-деловому заявил Малец. - Пошли, только иди за мной след в след, тут недалеко. И еще, делаешь, что говорю.

Клим мысленно усмехнулся, мальчишка, который стоял перед ним, прекрасно ориентировался в совершенно новом для Тарана мире, именно он сейчас из них двоих был взрослым.

Они вышли через главные ворота, которые были распахнуты настежь. При этом его спутник спокойно шел по костям трупов, словно не замечая треска под подошвами. Для него эти костяки давно стали деталью пейзажа. Правда, сквозил в этом какой-то напускной цинизм, и отдавало бесшабашной беспечностью. Клим все же старался переступать останки. Малец его беспокоил все сильнее. По идее, он не должен был доверять непонятному взрослому, а вместо этого спокойно ведет его в свое убежище. Странно, паренёк не дурак, и явно битый, неужели у него какое-то чутье? Или он уверен, что дядька из прошлого не обидит его и сестру?

Мальчишка вел его в сторону административного центра города. После того, как они вышли за забор, его поведение кардинально изменилось, исчез налет пофигизма, теперь он долго вглядывался в окна домов, прежде чем пересечь улицу. Дважды он засекал мутантов, и оба гораздо раньше Клима.

- Хамелеоны, - шёпотом произнес он, - выродки, последствия действия вируса. Очень опасны, заметить крайне тяжело, охотятся исключительно днем, прекрасное зрение, но слух слабоват. Я перестраховываюсь, но даже если бы я говорил достаточно громко, он бы нас не услышал.

Клим, который заметил тварь только после того, как мальчишка ткнул в нее пальцем, кивнул, информация пошла. А еще после обнаружения появился виртуальный монитор, Николаев даже сначала испугался, что его заметит парень, не хотелось бы давать ему поводов для сомнения в человечности спутника, но тот его не видел, похоже, этот виртуальный полупрозрачный экран был реален только для Николаева. Сообщение высветилось седеющее:

«Обнаружен мутант - хамелеон. Статус - опасен. Высокая способность к маскировке, нападает из засады. Ваша наблюдательность усилилась, обнаруживайте сокрытое от глаз, и она будет расти».

- Однако, - прочитав лог и закрыв «планшет», мысленно произнес Таран.

Вот написано «повысилась наблюдательность», интересно, как это выражается? Или он сможет замечать больше.

Клим снял «зубра» с предохранителя, выстрел у него и так не очень громкий, а с глушаком вообще тихий, но Малец поднял руку и опустил ее на ствол, покачав головой.

- Не вздумай, тут стреляют только, когда совсем плохо. Мутанты обладают разумом и сознанием. Кое-кто даже говорит, что они умеют мысленно общаться, и они отлично понимают, что там, где стреляют, добыча, хоть и зубастая, но добыча.

Клим опустил пистолет-пулемет, и тот снова повис на уровне живота. Сейчас он доверял мнению мальчишки, плохо, что не доверял ему самому, хотя и сам не мог осознать до конца, почему так.

Как ни странно, но следующего мутанта он действительно заметил самостоятельно, о чем получил очередной лог. Они двигались по городу примерно минут тридцать и то только по тому что шли осторожно, наконец, Мальчишка спустился под землю, спуск оказался замаскирован в одном из подвалов жилых домов стоящих неподалеку. Достав простенький диодный фонарик, паренек осветил лестницу и стал спускаться, Клим лез следом, оказывается под городом большая сеть тоннелей, широких, чистых и сухих.

- Стратегические коммуникации для скрытного передвижения в случае глобального конфликта, - пояснил Малец. - Отец показал.

- Ты не боишься встретить здесь мутантов, - заметил Клим, поскольку мальчишка бодро топал на три шага впереди ведомого по самому центру тоннеля.

- По какой-то причине, они не лезут под землю. Да и что им тут делать? Они чаще воюют друг с другом, чем с людьми, нас почти не осталось, во всяком случае, в этом городке. Так что, тут можешь спокойно говорить, да и входы в эти тоннели не так просто отыскать, я знаю о них потому, что отец показал. Он вообще много знал.

- Что с ним случилось?

- Попался киберам, - как-то очень спокойно и отстраненно ответил Малец. - Мы с ним пошли за продуктами, он нашел склад маленького магазина, там были консервы, и на обратном пути мы столкнулись с поисковиком и его свитой. Он швырнул меня в подвал, из которого как раз был проход в этот тоннель, а сам принял бой и погиб. Что может сделать обычный автомат против двухметрового робота, которого даже из гранатомета не с первого выстрела подбить можно? Я до того дня таких даже и не встречал. Да еще и свита.

- Свита?

- Каждого кибера сопровождают пять роботов поддержки, они подчиняются непосредственно ему, но способны, в случае гибели главного, действовать самостоятельно. Выглядят они как небольшие пауки, очень шустрые, имеют автоматическую турель, скорострельная штука, с одного выстрела прожигает насквозь танк, правда против танковых снарядов киберы тоже не пляшут, так папка говорил. Так вот, помимо турели, эти штуки еще очень шустрые, могут прыгать метра на четыре вверх и в бок, еще у них есть зенитное оружие, вот как оно действует, без понятия.

- Для двенадцатилетнего пацана ты знаешь очень много.

- Я знаю столько, сколько тебе и не снилось, - нагло и с превосходством заявил Малец. - Пока ты где-то там спал, если, конечно, не врешь, я выживал. Сначала людей было много, не все погибли в первый день. Биологическое оружие, которое применили киберы, хоть действовало быстро, но все же информация дошла до армейской верхушки, и мутантов в рядах военных удалось довольно быстро вычислить. На самом деле это не было бы катастрофой, удар пришелся в основном на гражданских, вот тут потери были запредельны, заражался каждый пятый, и он в одиночку мог уничтожить тех, кто рядом с ним. А потом, как я уже сказал, по всему миру стали возникать киберы и их техника, сотни отлично защищенных и вооруженных боевых роботов. Одни занимались геноцидом выживших, другие атаковали разбросанных и еще готовых сопротивляться военных и полицейские части. Мы бы в чистую проиграли, если бы не сбили эту огромную платформу.

- Ты ее видел? - разговор Николаеву был очень интересен.

- Видел, - с гордостью сообщил маленький спутник, - как она падала на землю, потом тряхануло, что все с копыт брык.

- То есть, эта дрянь валяется где-то на земле?

- Почему где-то? - удивился парень и, обернувшись, посмотрел на Клима. - Я разве не сказал?

Лейтенант покачал головой.

- Наверное, хотел, но ты обрушил пол. Так вот, одна из частей свалилась прямо на Москву. Отец с дядей Женей ходил, вернулся один и раненый. Где остальные куски, я без понятия, но пятикилометровый обломок валяется в самом центре столицы. Поэтому тут патрулируют киберы, жестянки установили зону ответственности.

- А что за секретное оружие, которым сбили такую махину?

- Без понятия, батя тоже не знал, - отмахнулся парень, видимо, этот вопрос его не очень интересовал. - Почти пришли. Кстати, если тебе интересно, у меня есть обломки одного из свиты кибера. Случайно нашел. Вообще, они своих побитых всегда подбирают. А этого вот нет.

- Интересно посмотреть.

- Посмотришь, - он свернул в какой-то коридор, потом прополз под завалом, после чего быстрее полез вверх по довольно внушительной лестнице, в ней было, наверное, метров пятьдесят. На середине пути она имела небольшую площадку, где могли спокойно разместиться и отдохнуть человек пять. - Это выход на один из режимных объектов, резервный, конечно. Есть еще лифтовой спуск и нормальный, но нормальный пришлось подорвать, чтобы мутанты не лазили, а лифтовой без света бесполезен.

- Слушай, а сколько в городе мутантов?

- Много, несколько сотен, людей они почти всех сожрали, теперь друг на друга охотятся. Вообще, выжили самые сильные. Поначалу их тысячи бегали, преимущества на их стороне, обычному человеку не отбиться от внезапно ставшего быстрым и сильным кровожадного соседа, который слетел с катушек и может, не особо напрягаясь, тебе руку оторвать. Кроме того, убиваются они крайне сложно, есть регенераторы, можно его на части разорвать, через неделю, если голова уцелела, жди в гости. Хамелеона ты уже видел, не такие сильные, но запредельная способность к маскировке, очень любят нападать из засад.

- Ну это я и так понял, - хмыкнул Клим.

- Ты слушай, и не перебивай, - отбрил его мальчишка.

- Не буду, - улыбнулся Николаев, такой серьезный вид был у двенадцатилетнего паренька.

- Так вот, есть еще теневики, эти тоже маскирующиеся, только ходят они в ночи. Найти их во тьме почти нереально, поэтому, если тебя сумерки застали снаружи, найди себе убежище и молись, чтобы теневик тебя не учуял. В отличие от хамелеонов, у них великолепно все - и слух, и зрение, и обоняние. Твои сигареты они за несколько километров учуют. Бросал бы ты это, или курил только там, где считаешь себя в абсолютной безопасности.

- Учту.

- Учти, - саркастично заметил Малец. - Осталось еще два типа мутантов. Первый - танки, они большие и массивные, не сказать, что шустрые, но способны ускорятся. Крайне тяжело убиваемые, у них очень прочная шкура, не каждая пуля возьмет. Хотя, кого я обманываю? Только крупняки и пулеметы. Может двенадцатый калибр, но пуля должна быть стальной, а дистанция не выше двадцати метров. Последний тип мутантов - это разное зверье, попавшее под заражение, оно стало больше и сильнее, а еще умнее, гораздо умнее, чем было. Основная проблема - крысы, их много, не сказать, что быстро плодятся, но потихоньку выживают остальных, правда, у них нехватка кормовой базы, жрать-то им нечего. Но я тебе скажу, что это теперь опасный противник, теперь крыса может без проблем вскрыть банку с консервами.

- Хреново, - заметил Клим, решив, что нужно будет внимательно обследовать собственный бункер. Крысы имели свойство появляться там, где их быть не может.

- Так что, у них появился какой-то интеллект, и теперь они уничтожают и себе подобных, мясо-то есть мясо. Я кстати, месяц назад с голодухи ел крысу, нормально, только очень жестка.

- А сестра?

- А что с ней? - как то подозрительно спросил Малец.

- Ну, ты сказал - я ел крысу, не мы, а я, - пояснил Клим.

- Да оговорился, конечно, вместе ели.

- Ясно, значит, съедобное местное зверье? - Клим это сказал только с одной целью - заполнить паузу, парень соврал, причем соврал так грубо, что это стало очевидно.

- Съедобное, - подтвердил Малец. - Только если ты думаешь, жить охотой, забудь, это оно охотой живет, а ты добыча. Ладно, полезли дальше, нам немного осталось.

- Полезли, - согласился Клим.

Вскоре лестница кончилась, массивная решетка перекрывала тоннель, не такой широкий, как внизу. Причем Клим не обнаружил никаких замков, но он был, хитрый рычаг и с той, и с другой стороны. Но если не знать, можно долго проторчать, пытаясь сдвинуть с места массивную и тяжеленую конструкцию.

Малец сдвинул рычаг, и решётка поднялась к потолку, потом он ее снова опустил обратно, через минуту они оказались в сухом и чистом подвале.

- Можно сказать, дома. Тут, конечно, есть и просто выход на улицу, но этот ход самый безопасный.

- Не боишься показывать его мне?

- Не, Клим, не боюсь, ты не из тех, кто может обидеть ребёнка, ты меня мог кинуть, когда ушел в своё убежище. Но ты вернулся и не поскупился. Честно говоря, я думал, ты прихватишь пару банок тушёнки. Типа, спасибо, мальчик, вот тебе на ужин, но ты не жлоб, хороший ты мужик, только слепой, как дите малое, ну да ничего, мы это поправим.

- Спасибо, - с сарказмом произнес Клим и понял, что к мальчишке спиной поворачиваться нельзя, завалит тот его, не задумываясь.

Малец несколько минут кружил по подвалу, снимал и натягивал какие-то веревки, некоторые были с банками, другие вели куда-то во тьму.

- Отлично работает, - пояснил Малец. - Батя сигналки разные понаставил, против людей, конечно, не пляшет, но вот мутанты, если залезут, точно вляпываются, интеллекта у них мало осталось. Но сюда не так просто попасть.

- Где мы?

- Потом, - явно не желая отвечать, отрезам маленький Сусанин. После чего достал ключ и открыл массивную железную дверь. - Проходи, будь как дома. Только ничего не трогай.

Клим оказался в довольно просторной комнате с несколькими кроватями, еще одна дверь вела из нее. Все было освещено каким-то странным бледным светом.

- Лампа с динамо машиной, папа сделал, - он запер дверь, ключ снова спрятал на груди, прошел к столу. - Ира, я дома, и с гостем.

Глава шестая

Клим обернулся на этот крик мальчишки и уставился на пистолет в его руке. Дуло трофейного макарки смотрело ему точно в голову, пацан переиграл его вчистую, расслабил, когда шли, и вот теперь пора платить за свою беспечность. Конечно, есть шанс, что броник под курткой пулю остановит, все же не совсем, он никчемный, но сейчас не стоит рыпаться. Еще не время.

- Не дуркуй, дядя, - попросил Малец. - Вставай на колени, иначе я тебя прямо тут завалю, а пол пачкать не хотелось бы. Так что, аккуратно снимай свою сбрую, автоматик свой, пистолет, но как в кино - двумя пальцами.

Клим не стал спорить, в глазах мальчишки он увидел матерого убийцу, это не первый раз, когда тот убивал. Теперь не осталось вопросов по поводу Бомжа, скорее всего, были и другие.

За дверью, на которой стоял массивный запор, кто-то завозился и зарычал, и это явно был не человек.

- А вот и Ира проснулась, - с нежностью в голосе произнес мальчишка. Он продолжал целиться, держа пистолет двумя руками, словно чуя, что его противник имеет защиту, ствол смотрел точно в лицо. Дистанция не велика, метра три, но он не рисковал приближаться. - Ты извини, дядя, ничего личного, но Ире нужно много мяса. Беда с ней случилась в первый же день, заразилась она, не оказалось у нее природного иммунитета, вот папа ее вырубил и запер тут, потом заботился, людей приводил. Только теперь мало людей, Бомжа она уже доела. А тут ты так кстати подвернулся.

- Может, договоримся? - снимая ремень «зубра» и кладя пистолет-пулемет на стол, спросил Клим. - Ты ведь мне ничего плохого еще не сделал, я тебе много еды дам, только отпусти.

- Нее, - покачал головой Малец, ствол в его руках не шелохнулся. - Но я дам тебе шанс, видишь ли, Ира теневик и неслабый, она очень любит играть со своими жертвами, меня она не трогает, чует родство, даже сбегать не пыталась. Так что, зайдешь к ней, я дверку закрою, и у тебя будет шанс. Выживешь, я тебя отпущу.

Клим понятливо кивнул, хотя ни на секунду не верил Мальцу, маска простоватого полуголодного мальчишки исчезла, на сцену вышел бывалый душегуб. А уж как бывают жестоки такие детишки, Николаев знал отлично, не раз и не два мелькали в криминальной хронике детские и подростковые банды, которые ради забавы забивали насмерть бомжей и резали прохожих просто так, от скуки. Но Малец - другое дело, это не зарвавшаяся шпана, потерявшая берега, это матерый убийца.

Рядом с «Зубром» на стол улегся Ярыгин, а на них разгрузка.

- Куртку тоже снимай, и остальные шмотки, - приказал пленитель, - чего добро переводить? Ирка его на лоскуты порвет, а я его на базаре сменяю.

- Значит, не такой уж и мертвый город, как ты сказал, - стягивая куртку и понимая, что сейчас вскроется и кобура за спиной, и защита кевларовая, а значит, пора действовать.

Шанс только на то, что броник удержит пулю макарки, у нее неплохой останавливающий эффект, но пробиваемость никакая. Только вот придется принять все это на грудь. А когда он покончит с этим маньячным пацаном, нужно будет решить вопрос с его сестренкой. Похоже, парнишка не врал, дверь эта - фикция, прессованный картон, не так уж и рвалась на свободу мутантка.

- А ты лох тот еще, уши развесил, - пустился в откровения Малец, он чувствовал себя хозяином положения, вот и молол его язык, мало он фильмов голливудских смотрел о том, как вредны длинные монологи злодеев, - есть, конечно, люди, в основном в бомбоубежище живут. Тут, впрочем, вся жизнь под землей, рынок там, это мы в стороне, а так подземные дороги очень оживленные.

- И сколько народу? - затягивая время, поинтересовался Клим, делая вид, что борется с застрявшей пуговицей.

- Много несколько сотен. Они оружия много вытащили, там даже чудики есть, из бывших вояк и ученых, сопротивлением себя называют.

- Интересно. Я встану? Неудобно ботинки снимать, - тихо и сломлено спросил Клим.

- Только не дури, - согласился Малец, - я с такой дистанции весь магазин тебе в сердце уложу.

Таран, не спеша и не делая резких движений, поднялся, мальчишке не хватало житейского опыта, иначе бы он приказал сначала стянуть форменную куртку. В смежной комнате завозилась мутантка, похоже, чуяла добычу. Клим прыгнул, когда Малец на секунду отвел взгляд, мельком глянув на дверь. Выстрел грохнул одновременно с прыжком, пуля угодила точно в грудь, словно наковальню с пары метров на него сбросили. Но именно в этот момент его сильные пальцы, сомкнулись на хрупкой тонкой шее мальчишки. Снова грянул выстрел, на этот раз пуля вообще прошла мимо, раздался хруст шейный позвонков, и обмякшее легкое тело рухнуло на пол. Николаев не забыл про свои новые способности, ведь он стал гораздо сильнее, вот и не рассчитал. Хотя, какая разница? Он не планировал оставлять своего пленителя в живых, не важно, что тому только двенадцать, этот слетевший с катушек сопляк был опасен, и его нужно остановить. Лейтенант поднялся с пола и посмотрел на худенькое тельце, лежащие у его ног, никакой жалости он не испытывал, с того момента, как тот направил на него ствол, он больше не воспринимал Мальца как бедного ребенка.

- Сучёнок, ведь не обманул, - разглядывая дырку в куртке и пулю в бронике прямо напротив сердца, с усмешкой заметил Клим, - точно засандалил. Не будь жилета, все, играй отходную.

Может быть, наниты бы и подлатали, но с трудом, да и процент их невелик. И так его микроскопическим ангелам хранителям пришлось удалять внушительный синяк.

- Новую куртку испортил, - засунув палец в отверстие на кармане, сообщил стоящей за дверью мутантке Николаев. - Ну да ничего, заштопаю. Или, может быть, ты возьмешься?

За дверью снова завозились, похоже, сестрёнка этого ублюдка реагировала на чужой голос, но еще не знала, что ее брательник мертв. А может, и знала. Надо было с ней кончать. И план для этого у Клима был. Сначала он извлек противогаз, который не забыл заменить при посещении бункера, затем настала очередь паралитических гранат из разгрузки, их в арсенале нашлась почти сотня. Он взял со стола ПП и надел ремень обратно на шею. С гранатами охране объекта «Аврора» не повезло, газ против сбежавших подопытных оказался почти не эффективен, наниты, похоже, отлично справились с его последствиями. Здесь Клим рассчитывал на обратный эффект. Никакого геройства и игр в темноте с мутанткой, которая, по комментариям Мальца, имела там все преимущества. Несмотря на свою паскудность, мелкий немало рассказал лейтенанту, усыпляя бдительность гостя, но теперь это было уже не важно.

Клим выдернул из гранаты кольцо и, зажав чеку в кулаке, направился к двери. Сдвинув массивный засов, он приоткрыл дверь, которая открывалась внутрь, и закатил туда тубус, после чего снова захлопнул и задвинул засов. Две секунды было тихо, затем раздался едва слышный хлопок. А следом тонкую картонную дверь сотряс неслабый удар, ее едва не вышибло, а в центре появилась внушительная щель, из которой торчала впечатляющая лапа и морда. То, что это женщина, было уже не определить, бесполое существо с прочной серой чешуей, мускулистые сильные конечности с внушительными когтями на пальцах, ярко-красные зрачки, смотрящие на него с ненавистью. Свет от фонаря, горящего под потолком, похоже, слепил обитательницу тьмы, как и любое ночное существо, она при свете видела плохо, и теперь с трудом могла разглядеть противника. Дверь оказалась не такой хлипкой, если выдержала удар мутантки. Клим вскинул «Зубра». Короткая очередь, и бронебойные пули прошили насквозь то, что еще несколько лет назад было красивой молодой женщиной. Плеснуло кровью из расколовшейся головы, и тело рухнуло на пол, белый дым с паралитическим эффектом, созданный специально для вырубания агрессивных субъектов на всяких митингах и беспорядках, быстро заполнил небольшую комнату.

Тело мутантки еще дергало конечностями, как перед глазами Клима появилась привычная полупрозрачная табличка:

«Ликвидирован опасный мутант. Класс - «теневик». Статус - агрессивный. Опасен».

- Твою мать, - не сдержался Клим.

С одной стороны сообщение порадовало, но вот спонтанное выскакивание информационного табло отвлекало и могло стоить жизни. Сейчас оно совершенно не нужно, и как только выдастся свободная минутка, нужно будет настроить интерфейс, если эта функция вообще предусмотрена.

Газ стал расползаться по всему убежищу, похоже, теневичка учуяла его почти мгновенно, ну да Малец говорил, что у них очень обострено обоняние, и попыталась прорваться. Но теперь она мертвая лежит за дверью, не вышло эпического поединка. Правда было неудобство, придется изучать берлогу Мальца и его «сестренки» в противогазе. Клим ногой выбил остатки прессованного картона, который по недоразумению называли дверью, и, осветив берлогу мутантки, подобрал лежащую и дымящую гранату, после чего отпер стальную дверь и выкинул гранату в коридор.

- Да, ребятки, задумка на пять, исполнение на два. Жизненного опыта вам не хватило, уроды, - пробубнил себе под нос Клим и принялся изучать апартаменты.

Света было не сказать, что много, но он был. Клим посмотрел на то, что Малец называл лампой с динамо-машиной. Батя у него рукастый, и собрал довольно простую конструкцию из здоровенного аккумулятора, велотренажёра и фонаря из раздела - все по сто рублей, сделано в Китае. Светил он слабо, так что фонарик лишним не был. Мертвенно бледный, искусственный свет раздражал.

Начать Клим решил с каморки той, кого раньше звали Ирой. Там не было ни одного источника света. Луч фонаря обежал стены, иногда он выхватывал предметы и задерживался на них - лежанка в углу, старый казенный матрас, весь в заплатах, ведро для испражнений, наверняка тут жутко смердит. Но видно остатки разума у мутантки были, брата она не трогала, ходила в ведро и позволяла прибираться. Все вокруг в бурых пятнах - стены, пол, потолок. В углу обглоданный начисто костяк, никакой одежды. Сходу не определишь, мужчина или женщина, скорее всего, эти источенные немалыми зубами кости принадлежали Бомжу.

Клим присел рядом с убитым монстром, стянул перчатку с обрезанными пальцами, такие понтово называют тактическими, ну тактическая и тактическая, удобное слово. Он провёл рукой по гладкому боку трупа.

«Мутант «Теневик» по классификации пользователя. Прообраз - человек, женщина двадцати лет. Имеются полезные для развития организма ингредиенты».

- Интересно, - произнёс вслух Клим, - что за ингредиенты?

«Спинномозговая жидкость в результате мутации приобрела несвойственные ей функции».

- Конкретней, - отдал приказ Николаев.

И снова на экране планшета вспыхнул текст, две страницы, из которых он понял только одно, если изъять спинномозговую жидкость мутанта, то можно приготовить довольно мощный регенератор, который позволит сэкономить нанитов, которые лечат по умолчанию, но ими можно управлять. Черт, вот этого Клим не знал, иначе бы не дал им залечивать мелкие царапины на руках, когда он разгребал завал. Нужно срочно заняться настройкой импланта, который самостоятельно решал, что лечить, и когда. Жалко тратить бесценный ресурс на всякую мелочевку. Вот сейчас совершенно не было нужды залечивать синяк, а это стоило ему еще один процент.

Клим озадаченно посмотрел на труп, после чего хлопнул себя по лбу и направился к разгрузке. Еще перед первым выходом на поверхность он сунул в карман инъектор и специальные пробирки, которые должны были помочь ему собирать нанитов, если встретится ему на пути кто-то, обладающий ими. Шприц-пистолет был довольно сложным, автоматическим, вот интересно, можно им выкачать спинной мозг из мертвой мутантки?

Клим озадаченно разглядывая содержимое футляра в котором лежал футуристический «пистолет», заправленный довольно впечатляющей колбой грамм на сто пятьдесят.

- Меню, - мысленно позвал он.

Прозрачный экран возник в тоже мгновение.

- Характеристики инъкектора, можно ли его использовать для забора ликвора?

«Инъектор модель И-101, разработан для министерства обороны малой партией. Используется для введения в биологический организм лекарственных материалов, а также забора жидкостей из тела человека или животного. Имеет меню настроек, позволяющих выполнить данную процедуру даже без медицинского образования. Одноразовый, но, после обработки в камере очистки, возможно использовать повторно. Ресурс инъектора - триста использований без замены компонентов».

Клим с минуту сидел, переваривая прочитанное, хотел по привычке потереть подбородок, но рука наткнулась на фильтр противогаза. Мысленно запросив информацию по окружающей среде, он усмехнулся, газ почти рассеялся и угрозы для Клима не представлял. Но, стянув маску, он тут же вернул противогаз на место, газа не было но с того момента, как мутантака проломила дверь, запах гнилого мяса вырвался из ее камеры, и теперь, чтобы избавиться от него, помещение нуждалось в долгом проветривании и дезинфекции. Странно, что когда Клим вошел, он не учуял запах разложения, ведь эта картонная дверка не могла его блокировать, но в воздухе ведь чем-то пахло. Он обвел взглядом помещение, и точно, на столе стоял какой-то примитивный автоматический распрыскиватель, в который заряжен баллон освежителя воздуха «Сирень».

Вот как этот мелкий ушлепок глушил запахи. Кроме того, Клим видел какую-то жестяную трубу в комнате мутантки, похоже, это вытяжка. Ну да ладно, хватит рассиживаться, пора действовать. Клим извлёк шприц-пистолет из поролонового гнезда и завертел его в поисках меню настроек, про который говорила справка.

Как ни странно, оно нашлось прямо на рукояти, разблокировать вышло только со второго раза. Изучив листок с инструкциями на крышке, Клим понял, дальше все просто - выбрать необходимый пункт из списка. Действительно, для дятлов. Меню его импланта выскочило совершенно неожиданно:

«Данный инъектор сопряжен с имплантом, и теперь носитель может использовать полноценные медицинские знания, заложенные в память системы «Солдат 2.0».

- Спасибо, блин, - саркастично поблагодарил Клим.

Но как бы иронично это не звучало, помощь ему была нужна. Клим имел очень отдаленное представление о медицине, мог оказать первую помощь на поле боя, принять таблетку от головы, неплохо представлял, как лишить человека жизни, но познания в том, что ему предстоит, заканчивались на заборе крови из вены. Так что, помощь его необычного импланта будет кстати.

- Требую инструкций, - мысленно приказал он.

«Переверните тело на живот, затем возьмите инъектор и прижмите стволом к основанию черепа»…

Клим выполнил распоряжение.

«Правее на два сантиметра»…

Николаев сдвинул инъектор.

«Нажмите кнопку активации прибора и не шевелитесь минуту. Как только колба будет заполнена, уберите прибор в футляр. Для повторного забора потребуется новый инъектор».

Клим выполнил распоряжение, и «пистолет» в его руке тихонько завибрировал. Он даже не почувствовал, как игла пробила кожу, погружаясь все глубже, прозрачная капсула-пробирка начала заполняться белой жидкостью. И верно, за минуту она заполнилась целиком. Клим снял палец с кнопки и убрал инъектор обратно в футляр.

- И что с этим дальше делать?

«Для производства препарата потребуется медицинское оборудование, все необходимое имеется в бункере проекта «Аврора».

- Понятно. Сколько она может храниться?

«Сутки без холодильника, после этого использование стает невозможным. Произведен анализ потенциала регенерации погибшего мутанта, полное восстановление через двадцать семь часов. Рекомендуется расчленить тело, отсечения головы будет достаточно, процесс регенерации не будет остановлен».

Ладно, с медициной будем разбираться позже, а вот вопрос с восстановлением твари нужно решать сразу. Клим огляделся и, как ни странно, его взгляд почти мгновенно наткнулся на довольно внушительный топор, стоящий за дверью. Орудие лесоруба - потертая длинная рукоять из стеклопластика обрезиненная, острое лезвие, тяжелый обух, похоже, им часто пользовались. Скорее всего, мелкий расчленял им останки. Стоил такой топор не мало, и Таран решил его тут не оставлять, для того, что он задумал этого вполне достаточно. Ухватив правой рукой мутантку за ногу и слегка покачивая топором в левой, Николаев затащил тело «берлогу». Длинная тонкая шея, защищенная серой чешуей, сдалась на третьем ударе. Клим вышел в основную комнату, переступив через лужу крови, которая натекла с ее пробитой головы и, сняв со спинки стула, стоящего возле стола, какие-то шмотки мальчишки, обтер топор и забрызганные кровью ботинки. Теперь настал черед осмотра убежища Мальца.

Для начала из-под кровати был извлечен деревянный ящик в характерной раскраске, знакомой каждому, кто служил в армии. Клим откинул крышку и сначала обрадовался, но потом мгновенно расстроился - АК-74М с разбитой пулей ствольной коробкой и искореженным магазином, в котором оказалось одиннадцать патронов. Так что, мечта разжиться длинным стволом рухнула почти мгновенно. В итоге Клим забрал мизерный боезапас, тащить поломанный ствол не имело никакого смысла. Странно, что командир местной ПВО не сумел раздобыть более внушительный арсенал. Хотя, может, он был, но за два года ушел в обменный фонд. Рядом с убитым калашом лежал вполне рабочий ПЯ, магазин был один, но пустой, как брошенный колодец. Нашелся и дробовик, про который говорил Малец, он лежал на маленьком столике рядом с кроватью. Обшарпанный, побитый жизнью, короткий Вепрь «молот» ВПО-205-03, похоже, мальчишка очень торопился, а может, времени у него не было, пластиковая гильза застряла, и Климу пришлось прилично повозиться, чтобы извлечь ее. Ствол был хоть и расстрелян, но не смертельно, патронов оказалось три десятка, нашлись в сумке вместе еще с двумя магазинами, один из которых оказался внушительным бубном аж на двадцать пять зарядов, хреново только, что он как раз был не исправен. Клим осмотрел патроны, все они были старыми и, похоже, не раз перезаряженными. Интересно, где их брал Малец, он перед смертью обмолвился о каком-то рынке в бомбоубежище. Вот только, где его искать? Николаев внимательно изучил каждый боеприпас и три забраковал. Остальные забил в десятизарядные магазины, пулевых и картечных оказалось поровну, так что, теперь они шли через один. Отложив его в сторону, продолжился обыск. Пара банок консервов, несколько пакетов с крупами в металлическом ящике с толстыми стенками, две баклаги от куллера с мутноватой водой, кое-какая одежда в шкафу, в основном на мальчишку. Из взрослого только анорак от сплавоской горки, похоже, принадлежал отцу Мальца, а может, погибшему дяде Жене, чуть великовато для Клима, но лучше уж так, поскольку альтернативы не было совсем. В распоряжении Клима остались только несколько комплектов формы, но она вся была летней, ничего на весну. Так что, куртка из прочного брезента с застарелым бурым пятном, навечно въевшимся в рукав, пришлась очень кстати. Облачившись, Таран почувствовал себя гораздо уютней, да и капюшон лишним не был. Разгрузка, которая так и валялась на столе, легла на куртку словно родная, немножечко пришлось ремни подрегулировать, но это было дело двух секунд. Больше ничего, кроме подвесного умывальника и эмалированного таза под ним, в комнате не было. Странно, а ведь пацан говорил что-то про останки робота из свиты кибера.

Клим еще раз внимательно осмотрел комнату. С правой стороны все было загромождено - кровать, шкаф, столик журнальный. В центре большой обеднённый стол, за которым два стула. Левая сторона была представлена еще одной кроватью, хотя кровать - это громко сказано, нары из крепкого бруса, и мобильная печь с вытяжкой, которая уходила куда-то в систему вентиляции. Вообще, странное место. Мелкий что-то говорил про какой-то режимный объект над ним, но какой, Клим не уточнил. За печью был угол, в который свет вообще не доставал, да и лампа, похоже, прилично заряд аккумулятора истощила, с каждой минутой в помещении становилось все темнее. Николаев взял со стола трофейный светодиодный фонарик Мальца и направил луч в темный угол. Точно, еще одна дверь, и не хлипкая картонка, а китайская жестянка, но все равно понадежней, чем то, что стояло между ним и «сестрой», похоже, действительно он верил, что та его не тронет.

Клим порылся в карманах мальчишки и нашел еще один плоский ключ. Тот, который вел из убежища, сейчас торчал в двери, значит, этот от склада или, может, еще чего. Николаев перехватил поудобнее «Зубра», скорострельная машинка проявила себя хорошо, а глушитель не позволил оглохнуть при стрельбе в замкнутом помещении.

Замок лязгнул, втягивая засов. Клим потянул дверь на себя. Черт, надо будет реанимировать подствольный фонарь из набора тактического обвеса к ПП, но там сдохла батарейка, а другой Николаев пока не обнаружил, хотя, если честно, он и не очень искал. Но сейчас проблема встала ребром, «Зубр» не сказать, чтобы большой и тяжелый, удобная машинка, но вот хват с фонариком, это не то же самое, что с пистолетом. Неудобно.

За дверью было темно. Таран опустил ствол, и теперь тот привычно висел чуть выше пуза. Луч фонаря забегал по стенам, все в комнате покрыто пылью, похоже, мальчишка сюда не заходил очень давно, и причина проста - ему тут было нечего делать в свете возраста и знаний. В комнате располагалась мастерская покойного папаши Мальца, ни дна ему, ни покрышки. Семейка упырей.

Пятно фонаря наткнулся на аккумулятор, стоящий в углу, клеммы с него были сняты. Клим решительным шагом пересек комнату и накинул их, секунда, и комната озарилась тусклым, но вполне приемлемым теплым светом. Николаев погасил фонарь и огляделся уже более внимательно. Верстак, паяльник, какие-то схемы, в углу радиостанция, не просто автомобильная для дальнобоя, а армейская Р159, правда, раздолбаная в хлам, похоже, перед своей кончиной старший упырь пытался привести ее в порядок. Дальше стоял внушительный железный шкаф, который был заперт на висячий замок, вернее, раньше был заперт, поскольку сейчас этот самый замок висел свободно. Похоже, это уже Малек вскрывал, наверное, искал оружие или еще что.

Клим подошел и, сбросив остатки замка, распахнул дверцы.

- Ого, - прокомментировал он содержимое шкафа, - именно то, что я искал.

Полок внутри не было, двухметровый шкаф содержал один единственный экспонат - половину робота, который больше всего напоминал паука из матового тускло зеленого металла. Похоже, лап раньше было шесть, на этой половине было две, ну и еще одна с корнем вырвана. Никакого оружия не уцелело. Клим осторожно коснулся голой рукой панциря.

«Неизвестный роботизированный организм. Агрессивность - данные отсутствуют. Место изготовления - данные отсутствуют. Сплав корпуса неизвестен. Предположительно по полученным ранее данным относится к роботам поддержки расы киберов, информация недостоверна. В металле присутствуют наниты неизвестной модификации. Использование подобных может быть опасно для здоровья. В настоящий момент они пребывают в спящем режиме и не активны».

- О-па-на, это я удачно зашел, - разглядывая трофей, произнес Клим. - Теперь бы знать, как их извлечь, а то, что использовать - риск, да плевать, мне и так жить осталось всего ничего, еще пару раз стукнусь мизинцем о шкаф, и все - финита бля комедия. Как их извлечь? - мысленно поинтересовался Николаев у импланта.

«Нет данных, на Земле подобные технологии отсутствуют».

Клим озадаченно посмотрел на останки робота, вот оно - решение его проблем, теперь осталось придумать, как это воплотить в жизнь.

Николаев вернулся к распахнутой двери и закрыл ее, быстро просмотрел страницу, на которой была информация по окружающей среде, вокруг не осталось никаких следов газа. Таран приподнял маску и сделал вдох, тухлятиной почти не пахло. Стянув противогаз, он убрал его в сумку и, достав сигарету, закурил. Смахнув полотенцем пыль со стула, он уселся, глядя на останки робота. Планшет академика Клим с собой не брал, а значит, в настоящий момент никаких полезных данных он подчерпнуть не мог, шприц-пистолет был явно не помощник, ему необходим биологический объект. Тащить половину «паука» к себе в бункер? Даже не смешно, единственная дорога, известная Климу - это лестница, тоннели и бег по городу, в котором для Тарана нет ни одного дружеского момента. Клим ради интереса подошел и взвесил останки – пятьдесят восемь килограмм.

Николаев внимательно осмотрел стол - паяльник, схема, олово, канифоль, кружка-термос на липучке, чтобы случайно не опрокинуть. Кстати, в бункере видел похожую, стояла на столе у Демина. Еще тут было несколько свечей, на всякий случай. Толстая общая тетрадь, как и все вокруг покрытая пылью. Клим снова взял грязное полотенце и протер обложку, он угадал - тетрадь оказалась дневником. Почерк у автора был крайне поганый, да и Николаев всегда с трудом разбирал рукописные тексты, стиль хромал, за версту несло казенщиной. Так что, читалось тяжело, да и чтиво сомнительное, летопись семейки упырей, как они кормили сестру, сначала всяким зверьем, потом мутантами, но их она жрала неохотно, потом стали людей ловить. Первой была десятилетняя девочка, спасенная из руин, она пошла за мальчишкой, такая беззащитная и доверчивая. Клим даже пожалел, что этого мелкого ублюдка нельзя еще раз оживить и снова убить. Были и более полезные сведения, например, полная карта городских тоннелей и выходов на поверхность, выполненная на кальке, довольно крупная - метр на метр и вроде как подробная. Клим без труда нашел берлогу, ее дорисовали явно позже, и на оригинале, похоже, отсутствовала. Он минут десять изучал ее, запоминая, после чего убрал в карман. Теперь стал понятен крюк Мальца, которым он вел Клима к своему убежищу, два ближайших входа в подземелья были уничтожены. Обнаружилось на схеме и бомбоубежище с подписью «Рынок», не сказать, чтобы далеко, но поплутать пришлось бы прилично, километра три накрутило бы.

Клим продолжил чтение дневника. Дядя Женя не вернулся из разведки. Спасая свою шкуру, папаша Мальца бросил раненого. Дальше шло все тоже скучнейшее описания жизни двух упырей и мутантки, кровавое и бессмысленное. До робота Клим добрался спустя семь месяцев жития-бытия, местные вояки из убежища раздобыли где-то парочку переносных зенитно-ракетных комплексов и завалили дрона. С гарантией так смахнули, хотели изучить, но оказалось все не так просто, уже через двадцать минут, за сбитой машиной прилетел десантный транспорт в сопровождении еще парочки дронов, из него выбрался кибер со свитой из шести пауков, которые довольно бодро разбежались по окрестностям. Кибер же руководил погрузкой пострадавшей техники. Сопротивление ударило по врагу тремя группами, сумели подбить еще одного дрона, а дальше в дело вступил кибер и его «пауки». Люди были уничтожены меньше, чем за пять минут, из пятнадцати бойцов ушло трое. Главная железяка лишилась половины свиты, конкретно этот получил из гранатомета точно в центр. И провалился в какой-то коллектор, где его и подобрал упырь старший.

Клим прикурил новую сигарету, потом подумал, и из сумки на свет появилась банка консервированных персиков, которую он нес в подарок милой стеснительной девушке. Достав ложку, он разломал верхний на несколько частей и, не торопясь, по одному, отправил их в рот. Для него это было слишком приторным, но все равно сейчас среди этого убежища с мёртвой мутанткой и мелким засранцем, который собирался его ей скормить, эти персики были частью обычного нормального мира.

Николаев несколько минут задумчиво жевал, глядя на робота, сейчас тот был мертвее мертвого, наниты по какой-то причине не активны. Клим снова взялся за дневник, теперь тут стали попадаться страницы, посвященные роботу. Как и Таран, автор обозвал робота пауком, и очень жалел, что именно в раздолбаной части располагалась турель и ракетный контейнер. Но сейчас лейтенанта интересовало не это, а как достать нанитов. И кое-какую информацию он нашел почти к концу дневника. Наконец, он узнал имя папаши, звали его Геннадием, а мальчишку Славой. Так вот, результат эти кадры получили совсем случайно - уронили провод с оголенными контактами на робота, и тот мгновенно дернул лапой.

Клим озадаченно уставился на безжизненную машину, значит, даже слабый короткий электрический импульс, активировал какие-то механизмы. К этой же мысли пришел и упырь старший, бывший некогда майором ВКС Геннадий Долин. Они поставили с сынулькой эксперимент, зарядили аккумулятор под пробку и накинули крокодилы на рваный кусок корпуса «паука». Результат оказался впечатляющим, аккумулятор был разряжен в течение нескольких секунд, но рваный край стал выглядеть ровнее, словно нарастил кусок металла. Майор был ублюдком, но не дураком. Клим осознал всю мерзость этого человека, но если он все правильно понял из дневника, потерявший жену Гена нашел себя в дочери, в которой видел покойную супругу, и когда та заразилась, просто не смог убить монстра и сам стал нелюдью. Понять его Николаев мог, а вот простить нет.

Клим перевернул последнюю страницу дневника и закурил. Проведя энное количество экспериментов, упырь собрал вторую группу каких-то мутных мужиков, которых знал по прежней жизни, и пошел добывать себе второго робота. Малец Клима обманул, сказав, что батя случайно попал под молотки, когда они с ним за продуктами пошли. В чем суть лжи, Николаев так и не понял, похоже, Славик так привык врать и притворяться, что делал это уже не осознано, а может, даже сам верил в то, что говорил. Но это не важно, важно то, что теперь у Клима есть часть робота, в котором имеются наниты, и нужно придумать, как их достать.

Значит, электрический ток заставляет их активироваться. Вопрос, им постоянно нужен источник питания, или они вполне себе самостоятельные как те, что внутри Клима. Знаний жутко не хватало, и проблема заключалась в том, что не было ни одного человека, который бы мог помочь. Академик Демин мертв, его записи по программе, конечно, остались, но вот он даже не представлял о существовании киберов и их нанитов. Будь он жив, он бы обязательно разобрался, лучший специалист в стране, другого бы над таким проектом не поставили бы. Но его нет, есть только Клим.

Кстати, Клим так и не понял, зачем майору понадобилось реставрировать робота, похоже, тот решил заиметь собственную крутую боевую единицу. Вот только по поводу этого у лейтенанта были огромные сомнения, робот, скорее всего, исполняя программу, зачистил бы и реставратора, и любого другого человека, оказавшегося рядом с ним. Сомнительно, чтобы майор ПВО обладал знаниями о возможности перепрограммирования подобных боевых единиц.

Таран тряхнул головой, избавляясь от лишних мыслей, нужно было что-то решать, сидеть так просто и таращиться на кусок металла, лишь попросту терять время. А что, если…

Друзья, просьба к Вам, не поленитесь нажать сердечко, добавить в библиотеку, ну и конечно репостнуть пусть как можно больше людей увидят понравившуюся вам книгу.

Глава седьмая

Клим порылся в столе, в дневнике упоминалось, что для экспериментов майор отпилил от жестянки кусок корпуса, так, во всяком случае, аккумулятор не выходил из строя в первые десять секунд.

Пластина размером пять на три нашлась в ящике в отдельной металлической коробочке. Она была гладкой, никаких следов ее обработки не обнаружилось, находящиеся в ней нано-роботы устранили все повреждения, на большее их либо не хватило, либо им требовался какой-то дополнительный материал. Клим положил пластину на протертый стол и прикоснулся подушечкой указательного пальца. Мгновение, и вот перед ним окно с уже знакомым текстом:

«Неизвестный металл. Обнаружены наниты неизвестной модификации. Использование подобных может быть опасно для здоровья. В настоящий момент они пребывают в спящем режиме и не активны».

Что ж, уже то, что у него есть небольшой образец для эксперимента, плюс. Клим мысленно настроился на меню своего интерфейса. Если ему не изменяла память, он мог изменять свойства предмета, что, например, если удастся перепрограммировать пластину перед ним? Сейчас она хранилище, и удерживает нанитов, а что если она прекратит это делать?

Клим посмотрел на так и висящий перед глазами полупрозрачный серый экран, на нем красовалась полоска нанитов, и теперь она упала до двадцати восьми процентов. Порывшись в меню, он нашел то, что его интересовало - преобразование предметов. Через десять минут он понял, что ничего не понял. Тряхнув головой, он достал сигарету и снова закурил, скудных познаний хватало, чтобы осознать лишь некоторые возможности, он мог сделать металл мягким, или наоборот, изменив его структуру, очень прочным. Задействовав большое количество нанитов, он мог заставить его течь и обволакивать любую поверхность. Сразу вспомнился второй «Терминатор»: «Тут из нашего квартала робот жидкого метала…» Но это было все не то.

- Возможности взаимодействия с чужими нанитами, - мысленно сделал он запрос.

«Данные отсутствуют», - гласило появившееся сообщение.

- Возможности забора нанитов?

«Данные отсутствуют».

- Магнитные свойства металла?

«Данные отсутствуют».

- Хм, - озадачился Клим. - Магнитные свойства нанитов?

«Данные отсутствуют».

Таран озадаченно уставился на пластину. Что можно сделать? Технически, если думать как вояки, которым он, в принципе, и является, когда информация о противнике отсутствует, необходимо провести разведку и выяснить его возможности. Похоже, придется отправлять своих нанитов.

Клим взял в руки пластину.

- Требуется детальное изучение данного объекта, - обратился он к импланту.

«Это потребует активного использования нанитов, возможно, затраты будут для вас катастрофическими. Какие параметры исследования интересуют?»

- Сбор и использования нанитов, находящихся в объекте исследований.

«Приступаю, не выпускайте объект из рук. До завершения операции осталось… Невозможно определить время операции, ожидайте».

Пальцы Клима привычно закололо, словно он сжал раскаленный кусок металла. Не сказать, что больно, но неприятно. Прошла минута, за ней еще одна и еще, шкала нанитов медленно таяла, Николаев просто прикипел к ней взглядом. Что будет, если она сейчас дойдет до нуля? Это ведь смерть. «Да ну и черт с ним, умру, так умру, как будто выбор есть», - подумал Клим. Либо он решит проблему, либо проблема решит его.

Шкала нанитов замерла на двадцати одном проценте, и на «планшете» появилась новая надпись:

«Результат сканирования - извлечение нанитов возможно посредством имеющегося у вас инъектора, но для сбора необходимо ввести иглу в объект».

Дальше шло две страницы текста с характеристиками пластины и возможностями нанитов, находящихся в нем.

Клим озадаченно прочел полученную информацию, значит, инъектор, это хорошо, плохо, что он занят. Отложив пластину, Николаев достал из разгрузки футляр с высокотехнологичным шприцом.

- Справка - как проходит выкачивание нанитов?

«Игла, входящая в тело, создает импульс, по которому нанты устремляются к ней, и она выкачивает их».

- Можно ли сейчас сменить пробирку?

«Да, возможно, колба в настоящий момент запечатана, и может быть извлечена».

- Ну что ж, попробуем, - пробормотал Клим, вытащил колбу с ликвором и заменил ее новой, после чего настроил инъектор на забор нанитов.

Теперь осталось придумать, как воткнуть иглу в металл, но и тут у него было решение. Палец снова лег на пластину, Таран мысленно прокрутил в голове инструкции, которые вычитал в планшете академика.

- Размягчить металл в месте касания до состояния человеческого тела.

«На это потребуется пять процентов нанитов из общего количества».

- Работаем, - решился Николаев, выбора у него все равно не было.

«Приложите палец к месту воздействия, после завершения первого этапа операции возьмите инъектор в левую руку и прижмите к размягченному фрагменту поверхности, дальнейшее произойдет без вашего участия. После окончания операции отнимите инъектор».

Все понятно, все доступно. Клим оставил пластину на столе и приложил палец к самому краю.

- Ну, поехали!

Шкала нанитов снова поползла вниз. Пару минут ничего не происходило, а затем Клим почувствовал под пальцем нечто мягкое.

«Приложите инъектор к размягченному месту объекта и не шевелитесь».

Клим вздохнул, приставил «ствол» к пластине и нажал на пуск. Несколько минут пистолет вибрировал, а в прозрачной колбе появилось несколько миллиграммов красноватой порошковой субстанции.

«Операция проведена успешно, собранно полтора грамма нанитов, в настоящий момент они неактивны», - сообщила надпись на экране.

- Это много или мало?

«Вопрос неясен. Объекты до конца не изучены, введение их в организм может повлечь за собой нарушение работы ваших нано-роботов, повреждение импланта и гибель объекта».

- Спасибо, мамочка, - саркастично заметил Клим. - Без тебя разберусь.

Бросив взгляд на шкалу нанитов, он загрустил, у него осталось всего двадцать процентов от того, что было изначально. Но сейчас, пока есть возможность, нужно дожать этого робота. Ради интереса он взял в руки пластину.

- Активность нанитов?

«В конкретном предмете наниты отсутствуют».

Ладно, значит, пора заняться остатками жестянки. А потом он доберется до бункера, наладит бокс, в котором провел почти два года, введет себе порцию роботов, и будь, что будет.

Выкачать нанитов из здоровенного робота оказалось не то же самое, что из пластины три на пять. Первой проблемой стало ограниченное пространство, с которого инъектор мог собрать материал, всего десять на десять сантиметров. Правда, на этот раз результат оказался весомым, и с первого захода Клим снял около двадцати грамм, но и время это заняло больше. Спустя два часа робот был выжат досуха, а Клим имел в своем распоряжении две полных пробирки по сто пятьдесят грамм каждая. Повторный анализ останков подтвердил, что теперь перед ним обычная железяка. Правда, это стоило ему половину из имеющихся нанитов - если при старте шкала была заполнена на двадцать процентов, то теперь девять с половиной. Да, Клим рисковал, но выбора у него особо не было, вытащить робота он не мог, экспериментировать в логове упырей огромная глупость, и если уж ему суждено сдохнуть, то пусть это будет его убежище.

Хотя насчет обычной железяки Таран погорячился, даже без нанитов это был сверхпрочный сплав. У погибшего майора был довольно богатый арсенал аккумуляторного инструмента, нашлась и болгарка, и дрель. Китайское сверло по металлу сдохло раньше, чем смогло поцарапать панцирь «паука». На то, чтобы отрезать небольшой кусок болгаркой, потребовалось сорок минут, и полностью разряженный аккумулятор.

Клим посмотрел на часы, идти обратно в ночь - полнейшая глупость, скорее всего, на поверхности уже сумерки. Здесь, конечно, не его бункер, но все же относительно безопасно, есть еда, вода и свет, правда, аккумулятору осталось недолго, лампа светила все тусклее, а сидеть крутить педали на велотренажёре, который превратили в динамо-машину, было откровенно лень. Клим упаковал к себе кое-какой инструмент, наверняка на техническом этаже его убежища все это было, много там всего разного нужного в хозяйстве валялось, но все равно нужно прихватить с собой побольше полезного, в апокалипсис все сгодится. Еще одной ценной находкой оказался рюкзак, отличный армейский рейдовый, в который влезло много трофеев.

Отперев дверь в основную часть убежища, Клим окинул его внимательным взглядом, после чего вытащил туда робота и прислонил его к стене, ему было интересно, сможет ли бронебойка из его ПП хотя бы оставить царапину. Вернувшись в лабораторию, он вскинул «Зубра» и сделал три одиночных выстрела в панцирь «паука». Визг рикошета. Еще, и еще... Одна из пуль ударилась о стену позади него. Клим присел рядом и внимательно стал изучать мишень, он примерно видел, где пули выбили искры. Что ж, отсутствие результата - это тоже результат, на панцире не было и следа от попаданий. Конечно, патрон ПП сильно уступал автоматному, пулеметному или же винтовочному, но он ожидал хотя бы вмятины, а тут совсем по нулям. Значит, перед ним очень ценная вещь, и если наниты он из нее достал, то теперь неплохо бы придумать превратить эту груду металла во что-то более полезное. Утащить эту дуру будет крайне тяжело, и если по туннелям еще возможно, то вот как это сделать на поверхности - вопрос из вопросов. Тот маршрут, по которому его вел Малец, не годится для этого. Пилить это на куски, очень долго, болгарка просто не обладает таким зарядом. Кроме того, она обычная бытовая, а не промышленная. Тут нужно нечто более серьезное.

Клим с тоской посмотрел на панцирь «паука» и, ухватив за одну из уцелевших лап, отволок его обратно в мастерскую. Может быть, он за ним вернется, а может быть, введя себе чужие наниты, Таран умрет, а может, еще что случится, риск слишком велик, поэтому подумать над тем, как уволочь кусок робота, можно и попозже. Не горит. Клим принес скатанный матрас и, расстелив его на полу мастерской, закрыл дверь, спальное место готово теперь подкрепиться и спать, на рассвете нужно сваливать из этого логова упырей.

В пять утра Клим покинул берлогу. Перед тем, как закрыть двери, выволок трупы Мальца и его мутировавшей сестренки в коридор, и оттащил подальше, пусть там гниют. Может, убежище еще пригодится. На случай, если кто его захочет посетить, Таран установил растяжки из двух последних газовых гранат, одну снаружи, вторую внутри. Убить незваного гостя не убьет, но может быть отобьет желание лезть. На всякий случай для особо тупых канцелярскими штрихом крупными буквами написал на двери МИНЫ, может, повезет, и имбецил, который полезет, умеет читать.

Взвалив себе за спину набитый рюкзак, к торцу которого прикрепил трофейный «Вепрь», сложив приклад, Клим подпрыгнул, покачался из стороны в сторону, и, оставшись вполне довольным, отправился в обратный путь. Подземную часть путешествия он прошел без каких-либо проблем. Он даже нашел один из боковых ходов, ведущих в сторону бомбоубежища, но сейчас ему туда было совершенно не нужно.

На этот раз спокойно пройти не удалось. Крыса бросилась на него из небольшого коридора, примыкавшего к центральному тоннелю, и Клим, идущий ровно по центру, успел среагировать. «Быстрее, выше, сильнее». Наниты сработали, как нужно, руки цапнули висящий на груди ПП, и короткая очередь сбила крысу в полете. Из трех пуль в цель угодила только одна, две остальные попали в бетонные стены. Но эта пуля оказалась для мутировавшей твари фатальной, она вошла в большую распахнутую пасть и прошила «зверушку» насквозь от головы до задницы, Тарану оставалось только увернуться. Несколько секунд лейтенант наблюдал за тоннелем, из которого появился враг, ему не нужен был свет, он отлично видел в темноте, и сейчас вокруг него вполне тихо, похоже, Крыса действовала в одиночку.

Присев рядом, Николаев принялся изучать добычу. Размерами с приличную собаку, в холке эта тварь достигала середины икры и весила около тридцати килограммов. Клим прикоснулся голыми пальцами к лысой, лишенной меха, шкуре.

«Мутант. ДНК Крысы. Плотоядный, клыки ядовиты. Яд обладает нервно-паралитическим действием. Судя по концентрации, способен нанести серьезный вред обычному человеку. Вероятнее всего при укусе жертва отключается, но все чувствует. Противоядие неизвестно. Для разработки противоядия нужны медицинские исследования. Классификация - опасен».

- Понятно, что опасен, - пробубнил Николаев себе под нос.

После инцидента Клим стал двигаться гораздо осторожнее. Еще дважды ему приходилось стрелять по здоровенным крысам, которые бросались на него из темноты, но теперь он предварительно рассматривал примыкающие коридоры, и внезапных атак больше не случалось. На поверхность он поднялся в той же точке, где они шли с Мальцом.

Солнца не было и в помине. За время, что Николаев провел под землей, погода испортилась. Над разрушенным, опустевшим городом повисли низкие темно серые тучи, земля была сырой поле дождя, но пока что с неба ничего не лилось. Пройти по руинам нужно было не так уж и далеко - всего чуть меньше километра, с точки выхода было отлично видно полуразвалившееся здание НИИ.

Клим несколько минут изучал окрестности в бинокль, его путь лежал через жилую застройку. По сути, если он верно прикидывал маршрут, который прошел под землей, то берлога Мальца была где-то под административным сектором, и скорее всего, тоннель проходил всего в паре сотнях метров от его бункера, вот только ни Таран, ни мелкий сучёнок не знали выходов на поверхность рядом с НИИ. Так что, пройдя несколько километров под землей и поднявшись на поверхность, Климу предстояло вернуться назад через жилую застройку. Только теперь с ним не было опытного проводника. Никаких иллюзий лейтенант насчет себя не испытывал, он был зелен для этого быстрого и кровавого мира.

Наука Мальца не прошла даром, Николаев внимательно слушал и наблюдал за своим проводником, поэтому сейчас, прежде чем двигаться вперед, внимательно изучал улицу. От домов он старался держаться подальше. Как говорил упырёк - все вокруг опасно, чаще всего теневеки скрываются в подвалах, куда почти не попадает солнечный свет. Жаль, Клим не уточнил, как они ведут себя в условиях плохой погоды, хорошо ещё, зелёнки нет, только-только начали листики появляться. Малец говорил, что ее очень любят хамелеоны, но эти твари опасны, и без буйной растительности, уж что-что, а маскировка у тварей прокачена отлично, прилипнет к стене в узком месте, и хрен увидишь, особенно, если спешить.

Минуты три Клим вглядывался в стены домов, и остовы немногочисленных автомобилей. И ведь нашел, тварь лежала на крыше ржавой газели с выбитыми окнами, если специально не концентрировать внимание, то хрен обнаружишь. Каким-то образом стокилограммовая тварь даже габариты умудрялась срывать, так, небольшая нашлёпка.

«Обнаружен мутант. Внутренняя классификация - хамелеон. Повышенная склонность к маскировке. Статус - агрессивен. Опасен».

Клим уже собирался отвалить, обойдя опасное место, когда почувствовал на себе чужой злой взгляд. Лейтенант раньше никогда не ощущал ничего подобного, похоже, тут снова заработали его улучшения. Стараясь не выдать себя резкими движениями, Таран неторопливо повернул голову налево. Ничего, разрушенный магазин, выбитые панорамные окна, выгоревший торговый зал. Взгляд тут же исчез. Клим уже отворачивался, когда краем глаза зацепил осторожное движение. Ствол «Зубра» пошел вверх. Вероятный противник, поняв, что обнаружен, перешел в наступление. Клим даже не понял, что его атаковало. Нечто, напоминающее здоровенную собаку с серой безволосой шкурой, буквально размылось в воздухе. Лейтенант даже не успел нажать на спусковой крючок, мутант возник прямо перед ним и, взмахнув лапой, заканчивающейся внушительными когтями, едва не лишил Тарана лица, не опрокинься тот на спину, все бы кончилось, так и не начавшись. Длинная паническая очередь перечеркнула размытый силуэт, рюкзак не дал полностью завалиться на землю, так, полулежа, Клим давил на спуск, пока затвор не встал на задержку, магазин был пуст, все тридцать пуль со стальным сердечником отправились в цель. Не все попали, но и этих хватило, противник бился в агонии буквально в полутора метрах от испуганного человека.

Николаев дрожащими руками сменил магазин, пустой выпал на остатки асфальта, полный Клим смог вставить только с третьего раза. Сучий мутант напугал его до трясучки, дыхание рывками вырывалось из груди, и лейтенант даже не сразу вспомнил о хамелеоне, устроившем засаду в сотне метров дальше по улице.

Резко завалившись на бок, Клим взял на прицел пустую улицу, в надежде найти невидимку раньше, чем тот доберется до его глотки. Какими быстрыми и способными могут быть твари, ему только что доказали. Человек не венец природы, ему тупо повезло, спасла фантастическая реакция.

На ржавой газели тварь не обнаружилась, сколько Таран не вглядывался, так и не смог ее найти.

- Не ищи скрытника, - раздался за спиной Клима спокойный женский голос, - он тут же свалил, как только портальник нарисовался.

Николаев дернулся, стараясь быстро развернуться, но понял, что не успеет, если его захотят убить, убьют, тяжелый забитый доверху рюкзак сейчас только мешал. Так что, отпустив ПП болтаться на брюхе и уже не суетясь, сначала сел и только потом смог повернуться, чтобы разглядеть собеседницу. Женщина лет тридцати стояла у угла дома, русые волосы грязными патлами свисают ниже плеч, одежда далеко не новая и сильно пострадавшая, заплата на заплате, одета просто - серая плотная джинсовая рубашка, поверх что-то вроде жилетки, превращённой в самодельную разгрузку, синие джинсы с потёртостями, на толстом кожаном поясе внушительный нож. На ногах высокие коричневые ботинки, не армейские, что-то вроде рабочей модели для всяких там грузчиков или лесорубов, хорошие такие ботинки. В руках обычная вертикалка с обрезанными наполовину стволами, скорее всего новая вариация ИЖ27, был метр с лишним, теперь осталось чуть больше семидесяти, стволы смотрят в землю. Похоже, собеседница не торопиться делать из него решето.

- Скрытник? - не понял Клим.

- Ну или хамелеон, - пояснила незнакомка, - мне больше мой вариант нравится. Как портальник засветился прыжком, отсюда все живое свалило. Ты нереальный везунчик, просчиталась тварь на полметра, мало кто от него живым уходил, даже с теневиком ночью проще справиться, чем с этой дрянью. Так что, вокруг никого нет, все разбежались. Наверное, самое безопасное место на поверхности сейчас тут.

- Понятно, - не зная, что еще сказать, произнес Клим. - И давно ты за мной наблюдаешь?

- А как ты из подвала вылез. Мало кто знает этот ход, вот мне и стало интересно, что за незнакомый мужик по подземельям шарится. Причем упакован с ног до головы в новую, почти не ношенную, снарягу, которой в городе отродясь не было, и со стволом, за который можно купить самую дорогую шлюху Убежища на месяц.

- Клим я, ну или Тараном зови, а ты?

- Зови пока что Плетью. Может, потом и имя скажу.

- Приятно познакомится, Плеть. Я так понимаю, ты из Убежища?

- Да, вот только народу в этом поганом городишке, вернее того, что от него осталось, живет не так много, я всех, если не по именам, то в лицо знаю, и тебя такого чистого я не помню. Ты издалека?

- Можно и так сказать, - решил не говорить всей правды Таран, хоть дамочка и была настроена довольно миролюбиво, но это могло измениться в любой момент, Малец отучил доверчивого Клима мыслить мирными категориями.

- Можно, но это не так, - задумчиво произнесла Плеть. - Интересно, очень интересно. И что мне нужно сделать, чтобы узнать твою историю?

- Не пытаться убить меня, - поднимаясь с асфальта и отряхивая испачканные в пыли штаны, просто ответил Николаев. - Это основное условие. Есть хочешь?

Бровь русоволосой приподнялась, от нее прямо плеснуло удивлением.

- Последний раз мне такое предлагали три дня назад, пытаясь затащить в койку, - как-то странно произнесла она.

- И в мыслях не было тащить тебя в этом направлении, - усмехнулся Клим. Потом, немного подумав, добавил, - для начала тебе неплохо бы вымыться.

- А ты, я смотрю, бойкий на язык, - не слишком обидевшись, заметила собеседница. - Тебе его когда-нибудь отрежут.

- Переживу, - отмахнулся лейтенант, подумав, что если ему и отрежут язык, он снова отрастет. Если, конечно, наниты, извлеченные из жестянки, приживутся в нем, и он вообще сможет выжить после инъекции.

- Ну-ну, - скептически прокомментировала Плеть его браваду. - Клим, я бы посоветовала тебе отсюда сваливать, и как можно быстрее, скоро они будут здесь.

- Они?

- Ты что, не догоняешь? - в ее голосе прорезалось удивление. - Ты убил портальника, киберы всегда приходят за телом.

- Причем тут киберы? - глядя на лежащую на боку тушу, спросил Николаев.

- При том, что это не мутант. Это охотник. Откуда ты такой взялся? Даже дети знают, кто такие портальники, а ты его словно впервые видишь.

Клим машинально потер подбородок, потом сделал шаг и пинком перевернул тушу. То, что он принял за собаку, не было ей даже отдаленно, чем-то это напоминало человека. Таран присел рядом и дотронулся пальцами до твари и спустя десять секунд появился виртуальный планшет. Сейчас Николаев был рад, что кроме него подобное никто не видит.

«Обнаружена человеческая ДНК, обнаружены следы биоинженерии, обнаружен искусственный каркас из незнакомого материала, обнаружены наниты, обнаружены неизвестные импланты. Существо выведено искусственно. Статус - особо опасен. Вероятно обладает возможностями к контролю времени или пространства».

Все это Клим прочел за несколько секунд. Решение нужно было принимать быстро. Он повернулся к наблюдающей за ним женщине.

- Помоги мне его унести и сохранить, и ты получишь еду, форму и оружие.

- Мертвецам не нужна ни еда, ни одежда, ни стволы, киберы всегда находят потерянное, за редким исключением. Так что, если торопишься сдохнуть, вперед, но без меня.

Клим снова присел рядом с телом, прикоснувшись к груди, залитой кровью.

- Требуется обнаружить сигнал и отключить его, - мысленно обратился он к импланту.

«Количество нанитов близко к критическому, поиски отнимут минимум пять процентов от имеющихся в наличии».

- Делай.

«Не убирайте руку».

Кончики пальцев стали привычно покалывать. Прошла минута, затем еще одна. Полоса с нанитами продолжала убывать, вот цифра сменилась на пять процентов, затем на четыре.

«Следящее устройство заблокировано, состояние нанитов критическое. Помните, как только оно достигнет нуля, вы умрете».

- Помню я все, - буркнул Клим себе под нос.

- Хватай за вторую лапу, и потащили, - не оборачиваясь, скомандовал лейтенант, - я щедро заплачу.

Прошло несколько секунд, а его собеседница так и не отреагировала. Таран обернулся, там, где еще минуту назад стояла Плеть, никого не было.

- Значит, сам, - произнес Клим в пустоту и поволок тушу в сторону разрушенного НИИ.

Киберов Клим засек задолго до того, как они оказались над местом боя. Зашвырнув портальника в ближайший подъезд, он закрыл покореженную дверь, а сам укрылся в каком-то сгоревшем микроавтобусе, заросшем довольно густыми кустами, который стоял, обняв передком фонарный столб. Так хотя бы, если у противника есть средства обнаружить его трофей, они не найдут рядом его.

Из своего укрытия Клим наблюдал прибытие поисковой партии. Помимо трех виденных им ранее сигар с короткими крыльями, которые кружили в воздухе, прикрывая место, откуда получили последний сигнал от портальника, прибыл еще и десантный транспорт. Большим его назвать язык не поворачивался, метров семь в длину и три в ширину. Он опустился рядом с лужей крови, натекшей с погибшего охотника. Распахнулась аппарель, и из нутра выскочило сразу четыре знакомых ему «паука», а следом…

М-да… То, что представлял себе Клим, слыша слово «кибер», - нечто похожее на Терминатора из саги Кэмерона, но к этому он не был готов, это было совершенно чужое. Больше всего это напоминало арахнида высотой метра два. Восемь нижних конечностей, которым он резво перебирал по разбитому асфальту, четыре верхние клешни, на двух из которых подвешены вполне серьезные «стволы», похоже, очень гибкие, способные изменять направления огня, верхние явно манипуляторы - схватить, поднять, но могут и оружие сжимать. На спине еще пара турелей на гибких, кажущихся живыми, отростках. Если лейтенант правильно понял, работали они в автоматическом режиме на триста шестьдесят градусов. Голова чем-то напоминала «чужого» из фильма - вытянутая вдоль тела, каплевидная, сплошной металл (или из чего она там сделана?), только на уровне лба горел небольшой зеленый кружок размером с донышко от литровой бутылки. Не считать этого арахнида опасным - было большим заблуждением. Если его сателлиты имели корпус в виде толстого диска, то этот был вытянутым, как толстый змей, покрытый черной чешуей, гибким и очень подвижным.

Клим смотрел на все это метров со ста пятидесяти, уж на что, но на зрение он не жаловался, и похоже, благодаря изменениям, оно стало только острее. На такой дистанции и раньше бинокль был не очень нужен, теперь и подавно. Он внимательно изучал кибера и его свиту через дыру в корпусе. Проблема была в том, что он, похоже, вляпался. Не обнаружив на месте боя то, зачем пришли, сателлиты бодро разбежались по округе, кибер же остался возле десантного транспорта.

Клим замер, один из «паучков» направился в его сторону, вероятно, эта зараза обнаружила след, да и как его спрячешь? Кровь на асфальте, борозда волочения по грязи… Если его не найдут, это уже будет победой, поскольку противопоставить врагу ему нечего. С каждой секундой робот подходил все ближе. Семьдесят метров, пятьдесят, тридцать… Все это время он уверенно шел точно по маршруту лейтенанта. Стиснув рукоять ПП, Таран мысленно усмехнулся, даже поцарапать не выйдет, но умирать без боя просто, как баран на бойне, он не желал. Жалко, что все вот так глупо кончится. Права была Плеть, надо было бросать эту тушу там, где пристукнул, но нет, потащил за собой, на отключение маяка понадеялся. Было бы больше времени, он бы скрыл следы, но сейчас…

Выстрел эхом заметался по руинам, явно стреляли из чего-то очень тяжелого и серьезного. Робот замер, не дойдя до подъезда, где было спрятано тело, всего метров пятнадцать. После чего бодро засеменил в обратном направлении, ворочая своими стволами на спине. Клим же медленно выдохнул, похоже, пронесло, хотя эта железяка может и вернуться.

А вот у транспорта что-то происходило, сателлиты стояли вокруг кибера, ощетинившись оружием, гибкий спинной манипулятор валялся на земле, неизвестный стрелок его тупо перебил. Все роботы пялились в одном направлении, похоже, направление выстрела они определили точно, но поскольку выстрел был один, то засечь обидчика не могли. Неизвестно, сколько бы продолжалось это стояние, если бы не следующий выстрел. Один из сателлитов вздрогнул, его лапы разъехались, и он медленно лег брюхом на траву.

Дроны и кибер со свитой тут же открыли стрельбу в направлении стрелка, но, судя по хаотичности, они опять засекли только направление и теперь крошили дома в той стороне.

Минуты две продолжался фейерверк - красивые темно-бордовые сгустки, врывающиеся из стволов, стремительным росчерком уносились вдаль. В невидимой Климу зоне обстрела что-то с грохотом обрушилось, похоже, дом, выбранный целью, обвалился. Железяки разом прекратили обстрел и замерли, один из сигарообразных дронов улетел в сторону стрельбы, нарезая небольшие круги примерно в полукилометре от остальных. Кибер же, ухватив своими верхними конечностями поврежденного «паука» и без особого усилия подняв, потащил его внутрь транспорта. А следом за ним потянулись и остальные. Десять секунд, и аппарель закрылась, а прямоугольник медленно поднялся в воздух и, прикрываемый дронами, полетел в сторону Москвы.

Клим облегченно выдохнул - пронесло. Интересно, уцелел ли стрелок, так вовремя открывший огонь? Но выяснить это не представлялось возможным, сейчас надо было уходить, прихватив с собой чудом сохраненный трофей. Выждав пять минут и не заметив ничего подозрительного, Николаев выбрался из микрика. Добежав до подъезда, он вытащил наружу свою добычу. Еще раз осмотревшись, лейтенант уперся и поволок тушу портальника в сторону НИИ. Да, последние двое суток отказались очень насыщенными. А еще очень хотелось кофе, свежего, крепкого, причем Клим вспомнил, что видел где-то на складе сухие сливки, конечно, это не то же самое, что свежие или из пакета, но все равно, возможно, удастся сделать из них капучино. А еще хотелось принять душ, хоть холодный, вспотел он за последние дни не один раз. Да и выбравшись из-под завала, он не успел себя в порядок привести, в волосах до сих пор цемент и кирпичная крошка.

Дважды ему приходилось менять маршрут. В первый раз он наткнулся на хамелеона, может, тот самый, что устроился на ржавой газельке, а может, и другой. Заметил он его совершенно случайно, на этот раз тот прилип к дереву, стоящему прямо на краю дороги, и которое миновать у Клима, в принципе, не вышло бы. Но появившаяся из подвала внушительная крыса замерла, уставившись именно на это дерево, после чего шустро юркнула обратно. Присмотревшись, Николаев обнаружил неправильный нарост на дереве, почти незаметный, но если приглядеться, совсем неестественный для клена. Второй раз пришлось обходить место трапезы здоровенной собаки, не сказать, что та была размером с пони, но недотягивала всего ничего. Что та жрала, было видно плохо, мешал бетонный блок, который кто-то добрый бросил посреди дороги, но Таран решил не рисковать. Благодаря двум крюкам, путь до НИИ увеличился почти вдвое. До руин оставалось пересечь сквер заводской сквер, когда перед глазами совсем неожиданно возник виртуальный экран с новым сообщением:

«Внимание, присутствующие в портальнике наниты приступили к восстановлению следящего устройства, в течение трех минут они устранят блокировку. Необходимо оставить объект, поскольку повторно заблокировать сигнал в связи с критическим числом нанитов невозможно».

- Черт, - не сдержался Клим, пытаясь срочно придумать выход. И как ни странно придумал. - Где находится следящее устройство?

«В основании черепа».

Николаев рывком перевернул тушу на грудь.

- Конкретней, - ткнув пальцем, затребовал он инструкций.

«Выше на два сантиметра и правее на один, глубина восемь», - последовал незамедлительный ответ.

Таран вытащил нож.

«Не выйдет, - появилась новая надпись, - череп чрезвычайно прочен».

Клим задумался, после чего улыбнулся и ухватился за ПП. Приставив глушитель к точке, указанной имплантом, он перевел «Зубр» в режим одиночной стрельбы и нажал на спуск.

«Череп поврежден, следящее устройство не пострадало».

- Повторим.

Новый хлопок на грани слышимости.

«Имплант уничтожен, приблизительный срок восстановления - тринадцать часов. Срок восстановления поврежденного центра управления - сорок четыре часа».

- Неплохо, - прокомментировал, закрывая виртуальный экран, Клим, после чего ухватил тушу и поволок ее через сквер. Еще немного, и он дома, если, конечно, можно назвать домом пять уровней подземного бункера.

Столкнув мертвого портальника с пандуса, Николаев спрыгнул следом. Открыв нишу, ввел код, после чего мазнул карточкой, дверь в шлюзовую камеру, повинуясь команде с пульта, автоматически приоткрылась.

- Вот, значит, где он был? - раздался у него за спиной женский голос.

Клим отпустил конечность охотника и резко развернулся, вскидывая «Зубра». На самом верху подъема из подземного гаража стояла Плеть. Выглядела она плохо, даже хуже, чем когда разговаривала с Николаевым. Рукав от рубашки оторван и обмотан вокруг предплечья, на щеке свежая глубокая царапина, двустволка в руках пока смотрит чуть в сторону, но в любой момент все может перемениться.

- Выследила?

- Выследила, - легко согласилась Плеть. - Мы с Чеком этот бункер уже три месяца ищем.

- Нашли, - усмехнулся Клим, судорожно пытаясь придумать, как разрулить непонятную ситуацию. - Мы - это кто? - решив потянуть время, поинтересовался Таран, и так понятно, что именно она с незнакомым стрелком атаковала кибера со свитой.

- Мы - это я и Чек. И мне нужна помощь. Я не желаю тебе зла, - верно истолковав сомнения Тарана, вставила Плеть, - даже спасла тебя.

- Ну, допустим, спасла ты меня, поскольку догадалась, что я знаю, где то, что вам нужно, - не опуская ствола, заметил Клим. - Не слишком сложно сложить два и два, моя одежда, снаряга не могли тебя обмануть.

- Твоя правда, я поняла, что ты из бункера. Но повторяю, зла мы тебе не желаем. Мне нужна помощь, Чек ранен, я его оставила в руинах. Не сказать, что его крепко зацепило, но уйти сам он не в состоянии, а на кровь в любой момент могут явиться мутанты.

- И что ты от меня хочешь?

- Приюти нас, дай подлечить его. И мы уйдем, забудем про тебя и бункер, хотя зря ты надеешься сохранить его тайну, рано или поздно тебя вычислят. Думай быстрее, через двадцать минут облет дронов, и наверняка их будет больше из-за атаки на кибера.

- Хорошо, - решился Клим, опуская ствол и закидывая тушу портальника в переходную камеру, а затем, подумав, отправил туда и тяжелый оттягивающий плечи рюкзак с притороченным дробовиком. - Веди, - закрывая дверь, приказал он.

Плеть улыбнулась, эта улыбка была очень усталой, но вполне искренней и очень приятной.

- Спасибо, - поблагодарила девушка, когда Николаев поравнялся с ней. - Ты ведь мог меня завалить, и забыть о нас.

- Я другой, - сухо ответил Клим, ему было очень неприятно, что она могла так про него подумать.

Глава восьмая

Плеть не обманула, идти было и вправду недалеко. Чек лежал в подъезде самого крайнего к НИИ пятиэтажного дома, сжимая в объятьях серьёзную крупнокалиберную винтовку незнакомой модели. Похоже, стволом он дорожил больше, чем жизнью. Клим присел рядом, настороженно наблюдая за действиями парня. Заросший, бородатый, с давно не мытой и нечёсаной шевелюрой, одет примерно так же, как и Плеть. Определить возраст не получилось, явно больше двадцати, но конкретней сказать тяжело.

Странно, несмотря на то, что его недавно предал Малец, Клим ни на секунду не усомнился в словах девушки, а ведь это могла быть засада. Схватят и выпытают код от двери, карточку заберут из кармана, но почему-то Таран верил. Присев рядом с парнем, он изучил рану, пострадала левая нога, выше колена самодельный жгут из ремня, грязный бинт намотан прямо поверх окровавленной штанины.

- Когда дом обвалился, Чек не успел уйти, пролетел два этажа и распорол ногу, - пояснила Плеть, она стояла у выхода, сжимая в руках двустволку и контролируя улицу. - Мы шли за тобой, ты двигался медленно, так, что я могла его тащить, потом оставила его и догнала тебя.

- Тебе так важно было узнать про бункер? Важнее даже, чем жизнь напарника? Или кто он тебе? Муж? Любовник? Партнер?

- Мы брат и сестра, - бросив быстрый взгляд на Плеть, произнес парень. - Она Карина, я Ярослав, но предпочитаю, чтобы звали Яриком.

- Ну, вот и познакомились. Клим. Ладно, потащили его, вернее, я тащу, ты прикрываешь, тут не далеко, пара сотен метров. Здесь я с его раной все равно ничего не смогу сделать.

- Хорошо.

Клим помог парню подняться, тот обхватил его за шею и, поджав ногу, стал неловко подпрыгивать. Так они двинулись к выходу.

Как ни странно, добрались без приключений, только вот облет дронов пришлось пережидать в разрушенном НИИ, никак не успеть было. Те не подвели и, несмотря на то, что недавно тут произошло нападение, появились ровно в полдень.

- Однако, - стоя на одной ноге и держась за стену, присвистнул Чек, ошарашено наблюдая, как открывается дверь в шлюзовую камеру, которая до этого момента была частью стены. - А мы это НИИ раза три облазили и гараж этот, а теперь дверь закрыта, ты постарался?

- Я, - ответил Клим, - меньше вопросов. Заходим.

Карина помогла брату запрыгать внутрь.

- Кстати, ты зачем портальника приволок? - спросил парень, чуть не споткнувшись о валяющееся на пороге тело и рюкзак.

- Надо, - отрезал Таран. - И время мое уходит, а тут вы еще.

Стоя в тесной шлюзовой камере, ведущей в гараж, он очень сожалел, что пустил две последние газовые гранаты на растяжки, сейчас в этой тесноте не было ничего проще, чем надеть маску и дернуть кольцо, несколько секунд, и гости уже лежали бы пластом. А там уже, ограничив их возможности на уровне отдыха, или в одной из лабораторий, можно было бы нормально поговорить. Убивать их Клим точно не хотел, враждебности Чек и Плеть не проявляли, выручили его, хоть и из корыстных побуждений, но вот как они поведут себя, оказавшись внутри? Не шмальнут ли, как Малец, в спину? Мальчишка просто не понял, какой куш упустил, ведь он даже не сделал попытки выяснить у Клима про убежище, в котором жратва, оружие и одежда. Есть, конечно, возможность ограничить посещение только гаражом, не показывая бункер, и дав понять, что сожители или соратники ему не требуются, подлатать парня и после выпустить их наружу? В принципе, реально, но не ошибается ли он?

Все эти мысли пронеслись у Николаева в голове, пока он открывал дверь.

- Прошу, - уступив дорогу «гостям», произнес он.

Накинув на плечо лямки тяжеленого рюкзака, и ухватив тушу портальника, Клим прошел следом. Дверь закрывать не стал, пока она распахнута, наружная заблокирована, только взрывчаткой рвать, да и то Клим с огромным трудом представлял, сколько нужно тротила, чтобы пробиться внутрь.

- Итак, вы меня вынудили к переговорам, - бросив портальника у стены и усевшись на него как, на лавку, произнес Клим.

- Это не бункер, - заметил Чек, стоя, опираясь на свою здоровенную винтовку, под единственной горящей лампой, которую Николаев сменил, пока разгребал бункер. Да и не было особой нужды в ярком освещении пустого гаража.

- А я вас туда не пущу, пока мы не поговорим.

- Говори, - опускаясь на грязный бетонный пол, очень спокойным голосом сказала Плеть. - Как я уже сказала, мы этот бункер три месяца ищем, но я дала слово, как только Ярик поправится, мы уйдем и забудем о твоем существовании.

- И что вы хотели с ним сделать, когда найдете? - не выпуская рукоять ПП и держа палец вдоль спусковой скобы, поинтересовался Клим. - Разграбить? Продать место? Жить в нем?

- Ну, изначально план был на первые две позиции, - с большим трудом, аккуратно устраивая раненную ногу, садясь рядом с сестрой, ответил снайпер. - Взять себе по максимуму, остальное продать. Мы же не знали, что бункер обитаем. Плеть нашла данные на одном из носителей в местном управлении ФСБ, но там отсутствовала конкретика, просто информация о том, что во время катастрофы на секретном объекте произошло ЧП, подопытные перебили персонал и охрану и вырвались в город. Группа, посланная для захвата объекта, исчезла. Потом пошла волна безумия, бункер на связь больше не выходил и все решили, что он погиб.

- Понятно, - задумчиво произнес Клим и, достав сигарету, прикурил.

- Богато живешь, - заметил Чек, - угостишь?

Клим кинул ему пачку и зажигалку. Тот ловко поймал их, и уже через несколько секунд блаженно выпустил в потолок тонкую струйку дыма.

- Давненько я заводских сигарет не курил, один самосад, сами выращиваем на крышах, они никому не нужны, ни мутантам, ни киберам. Главное не спалиться.

Плеть все это время молчала разглядывая Клима, тот ее изучающий взгляд игнорировал, обдумывая ситуацию.

- Думаешь, завалить нас? - неожиданно спросила она. - Нет ведь тут больше никого, один ты в этом бункере. Как ты его только нашел? Мы ведь этот гараж не один раз облазили. Никто не вышел. Там, - она мотнула головой в темноту, - гнездо крыс извели. И никто не почесался. А шумели мы неслабо. Значит, ты каким-то образом обнаружил вход в бункер.

- Не гадай, моя история уникальна, - отозвался Николаев, делая затяжку, - все равно, даже твои самые смелые предположения не будут и близко к истине.

- У меня богатая фантазия, - саркастично произнесла Плеть, - но надеюсь, ты сам все расскажешь, когда мы получше узнаем друг друга

- Может быть, может быть, - задумчиво промычал Николаев. - Теперь осталось понять, могу ли я вам доверять?

- Я же слово дала, - с обидой в голосе заметила Плеть.

- Что трупу с клятвы? Шкуру вы мне спасли, спасибо, хотя вы собственные цели преследовали. Ну, пообещали уйти и забыть про меня и про бункер, возможно даже выполните обещанное, только, кто сказал, что вы не сдадите меня кому-нибудь? Понимаете, дело в том, что со вчерашнего дня я местным не очень доверяю, один ушлепок меня круто нае…, хм, обманул в общем, и едва не скормил мутанту. Короче, чудом выжил, поэтому доверия к людям у меня особого нет. Сольете инфу, меня начнут караулить, один выстрел из руин, и нет меня. Есть, конечно, запасный выход, но ведь город маленький, просчитать меня не сложно. Я пока нигде не ошибся?

Плеть эту фразу проигнорировала, а вот Чек нехотя кивнул.

- Мир вокруг жестокий, - добавил он после паузы, - выживать с каждым днем все труднее. Но я клянусь, что мы уйдем и никому не скажем. - Он неловко дернул раненной ногой и заскрипел зубами.

- Зачем вы вообще за мной пошли? - поинтересовался Клим. - Ушли киберы, и вы шли бы своей дорогой, вон брательник у тебя раненый, чего поперлись?

- Не уйти нам было, - ответила Карина, - мы в ход сунулись, а там Поклонники.

- Кто? - озадачился Николаев.

- Банда тут есть, - пояснила она, - их киберы не трогают, говорят, мозги у них промытые, на людей охотятся по приказу железяк, большинство убивают, но некоторых кучкуют и сдают. Они вне закона, только вот шустрые они очень, и убивать их тяжело, живучие. Не в нашей ситуации с ними связываться. Вот и ушли мы следом за тобой, догнали почти у заводского сквера.

- Все веселее и веселее, - пробормотал Клим. - По-хорошему вальнуть бы вас прямо тут и забыть о вашем существовании.

- Ты не сделаешь этого, - не очень уверенно процедил сквозь зубы Ярослав, рука его опустилась на рукоять пистолета в открытой кобуре, вот только сидел он неудобно, быстро не вытащить, скорее всего, еще предохранитель, так что, без шансов. Да и выглядел он все хуже, по лицу проскальзывают гримасы боли, на лбу капли пота, еще немного, и отрубится.

Карина же прореагировала на это более спокойно, только улыбнулась одними губами.

- Не дергайся, - попросила она брата, - у него сейчас все козыри. Он быстрее и в лучшей позиции. Но если он не выстрелил, значит, у него есть, что нам предложить помимо пули в грудь.

- Верно. Второй вариант - вы сейчас кладете оружие к стеночке и топаете впереди меня в бункер, я временно ограничиваю вашу свободу на жилом уровне, у вас будет вода и еда, лекарства для ноги Чека, я же займусь своими делами. - Клим, сделал паузу. - А потом вы уйдете. Итак, что вы выбираете? Если честно, я сам не хочу первого варианта, но если понадобится, сделаю.

- Верю, - на полном серьезе кивнула девушка. - А поскольку, несмотря на хреновую житуху, я хочу пожить, и возможно, даже хорошо, мы принимаете твое предложение, и соглашаемся на временное ограничение свободы.

- И не боишься?

- Тебя? Нет, - усмехнулась Плеть. - Такие, как ты, не стреляют в затылок. Уж поверь, я знаю подобных людей, взгляд у них другой. Ты же правильный до мозга костей, нет, я верю тебе. - Она взяла свою двустволку и протянула Николаеву. - Держи, сейчас еще нож сниму. Все, Чек, разоружайся, настало время рискнуть и поверить.

Парень молча кивнул и медленно вытащил пистолет из кобуры, положил рядом с винтовкой, а вскоре к нему и нож добавился.

- У меня тоже больше ничего.

- Тогда подъем. Ты, Карина, помогаешь брату и не дуришь. Помните, я быстрее и на своей территории.

- Не в наших интересах, - скрежетнув зубами, ответил Ярик, похоже, нога его болела все сильнее.

- Не в ваших, - легко согласился Клим и, направившись к нише, открыл шлюзовую камеру в бункер.

- Охренеть, - разглядывая ярко-освещенный коридор и закрытую решетку, пробормотал себе под нос Чек. - И ты тут один?

- Один, я всегда один, - как-то грустно произнес Таран, но, не дождавшись от спутников реакции, пояснил, - это слова Волонда из «Мастера и Маргариты». Ну, а если серьезно, да, я тут один. - Он мазнул карточкой по двери и, уступив «гостям» дорогу, пошел к лифту.

- Может, у тебя тут и водопровод работает? - поинтересовалась Карина.

- Конечно, - отозвался Клим, запирая оружие Чека и Плети в оружейный шкаф на первом уровне. - Будете уходить, верну мне чужого не надо. Правда, только вода холодная, - добавил он, увидев округлившиеся глаза. - Новой одежды немного, но кое-что подберем. Вымоетесь, если нужна будет горячая вода, вскипятите в столовой. Там хватает внушительных кастрюль, почти как ванные.

- А портальника что не взял? - заходя в лифт, спросила девушка.

- Вас размещу и притащу, он в лабораторию отправиться. Там вам делать нечего. Сначала займемся ногой Ярика, потом вы сами по себе, а у меня своих проблем хватает.

Уровень отдыха произвел на брата и сестру еще большее впечатление, вот только не вся кровь со стен смылась, времени Климу не хватило, да и ковровое покрытие бежевого цвета не скрывало старых бурых пятен.

- Что здесь случилось? - спросил Чек, разглядывая кровавые разводы.

- Беда тут случилась, сбежал опасный маньяк, он выпустил остальных подопытных, они всех убили. Я больше сотни тел уничтожил. Давай в медпункт, займемся твоей ногой, потом покажу, где жить будете, вымоетесь да в чистое переоденьтесь. А то ваши тряпки при одном взгляде сжечь хочется. Потом поедите, и можно в комнату отдыха, там бильярд, видеоигры, настольный теннис, дартс, да много чего еще. Короче, не умрете со скуки.

- Хорошо устроился, словно и нет над нами разрушенного города.

Клим мазнул карточкой и открыл дверь медпункта. До лабораторий уровнем ниже ему было далеко, но здесь было все необходимое, чтобы быстро обработать не слишком серьезную рану. Усадив парня на каталку, он стянул с него поношенные берцы, поморщился от вони немытых ног, амбре, надо сказать, впечатляющее.

- Ну, извини, - заметив реакцию Тарана, с сарказмом произнес Ярик, - там, на верху, апокалипсис, если ты не заметил. Вода - большая ценность. В городе ее можно взять только из реки, единственная работающая скважина в бомбоубежище, но там за нее дерут немало, оскал капитализма. Это ты тут в райских условиях обитаешь, а там на верху выживают.

- Ярик, - одернула парня Карина.

- Не надо, - разрезая ножницами бинт, отозвался Клим, - он прав. М-да, - глядя на длинную десятисантиметровую рану, идущую от щиколотки по всей икре до самой кости, прокомментировал Николаев, - тут придется повозиться. Вообще, непонятно, как ты на ногах держишься.

- На силе воли, - вымученно улыбнувшись, отозвался Ярослав, его лицо было белым, словно клеенка, на которой он сидел, со лба вниз, оставляя грязные дорожки, стекали крупные капли пота. Если бы не ремень, которым перетянули ногу, парень бы просто кровью истек.

Клим прикидывал, с чего начать, вспоминая, что ему известно о лечении подобных травм, - промыть зашить или что-то еще?

- Пусти, - отстраняя его, твердо заявила Карина, она уже вымыла лицо и руки с мылом, и даже натянула одноразовый хирургический халат. - Я уже не одну такую рану заштопала. Вскипяти воды.

Клим кивнул и вышел. Когда он через десять минут вернулся с полной миской кипятка, девушка уже пробежалась по медпункту, нашла обезболивающие, шовный материал, антисептик.

Клим отошел в сторонку, наблюдая за ее уверенными действиями.

- Ловко ты, - одобрил он действия Плети.

- Тут это легко, ты попробуй наверху такую рану в порядок привести. Так что, можно сказать, что я спец по легкой поверхностной полевой хирургии, я даже ампутацию делала в подвале при свечах.

Через полчаса все было закончено, ремень снят, рана обработана, вычищена и заштопана, она немного кровила через дренаж, но это было нормально. В медпункте даже пара алюминиевых костылей нашлась.

- Есть тут пищевая пленка?

Клим напряг память.

- Вроде была в кафетерии, а зачем?

- Затем, чтобы вымыться. Ногу я ему отмыла теперь бы его целиком отмыть.

- Сейчас организую. Только вот вода холодная, бойлер надо топить, но у меня на это нет ни сил, ни времени.

- Ничего, мы привыкли. Чистая вода - уже блаженство, пусть будет холодной. Отведи нас в комнату, которую можно занять, и раздобудь одежку чистую.

- Скоро будет.

Пленка нашлась под прилавком с пирожными, женской одежды тоже хватало. На Карину несколько комплектов нашлось, ее брату досталась форма охранника, да и на Плеть можно будет потом подобрать, девушка рослая, на складе обмундирования было с избытком.

Пока они мылись, Клим приволок тушу портальника в одну из лабораторий, тут пригодился прочный мешок для трупов, отмывать коридоры и лифт не хотелось. Заглянув на этаж, и не обнаружив «гостей», Клим прошел в кафетерий и сварганил быстрый обед, наварил гречки, бухнул туда свиной тушёнки, на мусульман и евреев эта парочка не тянула, на веганов тоже, так что, горячая каша с мясом должна была их порадовать. Поставил качегарится кофемашину, вспомнил про сухие сливки, коих нашлось аж две пачки. Разбодяжил по инструкции пол-литра, зарядил в капучинатор. И сработало, не сказать, что это было, как в старые добрые времена, но даже пенка кое-какая получилась. Так что, когда в столовой появилась Карина с Ярославом, Таран с блаженством пил двойной каппучино, пребывая в состоянии близком к экстазу.

- Это кофе, - мгновенно сделала стойку женщина. Было такое ощущение, что она не верила в реальность происходящего.

Ее можно было понять, ну где в разрушенном мире наверху можно найти кофе, чтобы вот так сидеть с ним и вдыхать аромат, если подобное и случилось бы, то они наверняка продали его тому, кто много заплатит.

- Кофе, - не стал обманывать он, - но сначала обед, потом вскусняшки.

Что ж, после того, как Карина вымылась, причесалась и переоделась в чистую хорошую одежду, она перестала напоминать бродяжку. Перед ним стояла высокая зеленоглазая русоволосая женщина, которой было явно не больше двадцати пяти. Назвать ее красавицей, наверное, нельзя, но она была очень привлекательной и довольно яркой женщиной, и даже большой нос ее не портил. Ярослав тоже претерпел разительные изменения, борода сбрита, волосы же кое-как обрезали, не слишком аккуратно, но вполне неплохо, ему было не больше двадцати трех.

- Садитесь, - сделал приглашающий жест Клим, - гречневая каша с тушёнкой в кастрюле. Хлеба нет, хотя мини пекарня имеется. Но я повар так себе. Огурцы маринованные, очень недурственные, правда острые. На сладкое имеются консервированные персики, в стаканах яблочный сок.

Чек как-то странно посмотрел на хозяина и, молча усевшись за стол, приподнял крышку кастрюли, горячий ароматный пар мгновенно наполнил все помещение, вызвав обильное слюновыделение.

- Полгода я не ел гречки, - зло произнес он, - и три месяца не видел тушенки. Ты знаешь, что мы жрем?

- Догадываюсь, - проигнорировав эту вспышку раздражения, спокойно ответил Клим. - Тем, кому не повезло, скорее всего, жрут крыс или других мутантов, произошедших из зверья.

Карина одернула парня взглядом, похоже, для него она была непререкаемым авторитетом, затем молча наложила себе полную тарелку, подцепила парочку огурцов, и, пожелав всем приятного аппетита, начала есть. Ярослав последовал ее примеру.

Клим тоже не отставал, хоть ел он нормально и регулярно, но от завтрака и следа не осталось. Учитывая то, что ему предстояло, лучше быть сытым. Может, это вообще его последняя трапеза.

- Как нога? - вежливо спросил он, когда тарелки опустели по второму разу, как чувствовал, сварил с запасом.

- Нормально, а после такого обеда совсем хорошо, - отозвался Чек. - Ты извини меня, я нагрубил, но ты действительно везунчик, набрести на такое сокровище. Знаешь, посмотрев и проведя тут всего полтора часа, я не хочу отсюда уходить, и уж тем более распродавать такое богатство.

При этом Николаев прихватил предостерегающий взгляд Карины, брошенный на брата, но тот его проигнорировал.

- Ты не думай, - словно поняв, что сказал что-то не то, быстро произнес Ярик, - мы свое слово сдержим, как нога подживет, уйдем. За неделю зарастет нормально.

Плеть согласно кивнула. Вот только Клим ни на секунду не сомневался, что они не смогут забыть чистую воду, одежду, еду и безопасность этого места. Похоже, он совершил ошибку, спиной к ним лучше не поворачиваться, хоть и нет у них оружия, но голову проломить могут запросто, тут хватает тяжелых предметов, не говоря уж о ножах. Надо присмотреться к ним получше, послушать, что они говорят, когда он не слышит. Если они будут продолжать оставаться людьми, то выход, в принципе, есть. Если нельзя им отдать все это, то можно разделить, пусть пользуются. Но только при условии, что они окажутся порядочными.

- Клим, расскажи свою историю, ты сказал, что у меня фантазии не хватит, - обнимая ладонями чашку с каппучино, попросила Карина.

- Может быть, потом, - ответил Таран, туша сигарету. - Мне пора. Не знаю, когда я смогу вернуться, этаж полностью в вашем распоряжении. Где кухня и склад, я вам показал, не пытайтесь его покинуть, тут везде доступ по карточкам, - он кивнул на стол, - ваши подходят только к номерам, комнате отдыха, медпункту. В кафетерий вход свободный.

- Значит, лифт не поедет?

- Нет, - покачал головой Клим, - вы даже вызвать его не сможете, это военный объект. В случае нарушения зоны безопасности, в которую входит этот этаж, система расценит вас как нарушителей и примет соответствующие меры

- А ты, если с тобой, что случится, - воскликнула Карина, - мы же тут навсегда останемся.

- Нет, не останетесь, если в течение месяца я не вернусь, система получила приказ, аннулировать систему безопасности, и ваши карточки получат приоритет. Так что, поскучаете месяцок, отъедитесь и свободны, и все это ваше. А если, где мое тело найдете, похороните на аллее, что возле входа в гараж. Но если я задержусь, оставьте мне немного кофе, ладно?

- Договорились, - улыбнулась Плеть. - Когда вернёшься, я сварю тебе кофе.

Клим встал и, кивнув пленникам, вышел. Пищи для размышлений он оставил им предостаточно, и теперь все, что будет говориться на этаже, система безопасности, возвращенная в прежнее состояние, запишет. А если будут названы контрольные слова вроде «убить, задушить, зарезать, захватить, избавиться» обязательно сообщит на имплант.

Пройдя на лабораторный склад, Клим взял новый спец инъектор, меньше всего ему хотелось, чтобы портальник восстановился, а значит, первым делом нужно откачать нанитов. Как ни странно, на этот раз все прошло как по маслу, тут, в отличие от робота, не нужно было мудрить, не нужно никакое размягчение металла, достаточно вогнать иглу и ждать. Дело это оказалось не быстрое, почти час на две пробирки.

Взяв труп за руку, он запросил у импланта анализ.

«Наниты отсутствуют, восстановление прекращено».

Клим удовлетворенно уселся на медицинский железный табурет и закурил. Потом посмотрел на холодильник для трупов и решительно закатил каталку внутрь. Эта мертвая зверушка киберов еще послужит ему, анализ показывал, что внутри у нее очень много интересного. Поднявшись на административный этаж, Клим несколько минут наблюдал за гостями, те изучали оставшиеся в их распоряжении богатство склада местной столовой. Перебрасываясь ничего незначащими фразами, они обходили комнату. Не удержались и заглянули в морозильник, куда у Клима руки не дошли, и ничего, не задохнулись. Чек прокрутил в руках кусок замороженного мяса, на вид вроде как вполне нормальное, и сунул обратно. Клим пытался вспомнить, можно ли есть мясо, которое пролежало так долго. Что-то щелкнуло в памяти, как-то к ним в столовку в части завезли свиные туши, так вот на шкуре у них стояло клеймо года, когда их заморозили, аж восьмидесятый, старше, чем Клим, и ничего, и суп из них вышел, и котлеты, правда, суховатые, но вполне съедобные. Надо будет потом разморозить, если запаха нет, можно попробовать приготовить. А ведь таких холодильников тут хватает, и не маленьких домашних, а серьезные морозильные камеры. Закончив ревизию склада, парочка перебралась в комнату отдыха, застучали друг об друга бильярдные шары.

Что ж, пора Климу приступать к делу, вот только надо и вправду перепрограммировать систему безопасности, и оставить им пароли, на случай, если после чужих нанитов он уже не вернется. На установку новых данных ушло двадцать минут, теперь ровно через месяц их карточки смогут вызвать лифт, и записка в нем приведет в серверную.

Пора, четыре процента на шкале, одно случайное повреждение, требующее регенерации, и все, играй отходную. Так что, придется рисковать, чему быть, того не миновать. Клим спустился в лабораторию, с собой он взял только пистолет-пулемет с двумя магазинами, одну газовую гранату и планшет академика. Он уже знал, что необходимо для перезапуска капсулы, в которой провел почти два года, только вот дверь не нужно закрывать, иначе опять через ту дыру лезть придется, замок-то изнутри так и не появился.

На подготовку ушло еще два часа. Последняя сигарета, раздавленный окурок, все, больше тянуть нет смысла. Клим разделся и улегся в капсулу, установил инъектор, заряженный колбой с нанитами в автоматический режим. Конечно, он бы предпочел, чтобы им занялся профессионал, вот только где его взять? По-хорошему, можно было бы привлечь Карину, она что-то смыслит в медицине, вот только доверия к ней нет. Достав второй иньектор, Николаев всадил в себя конскую дозу обезболивающего, описание процедуры он имел полное, в планшете академика было все необходимое, если бы наниты были стандартными, даже не пришлось бы возиться с капсулой, но он собирался ввести себе нечто неизведанное, не факт что переживет.

Стало клонить в сон, жаль, вырубиться нельзя.

- Начать инекцию, - отдал он мысленный приказ.

«Вы собираетесь использовать чужеродные наниты, операция рискованная и грозит гибелью объекта».

- Делай, - приказал Клим, мысли в голове шевелились вяло, и отдать даже такой простой приказ потребовала от Тарана серьезных усилий.

Виртуальный планшет ничего не ответил, иглу инъектора, вошедшею Николаеву в шею, несчастный подопытный тоже не почувствовал. Несколько секунд ничего не происходило, в мутном отражении пластика лейтенант видел, как убывает состав с нанитами из колбы. А потом пришла боль, жуткое жжение начало растекаться от шеи по всему телу. Он заорал, но это ничего не меняло, руки и ноги были надежно зафиксированы, такое ощущение, что он горел, и пламя жгло все сильнее, из глаз лились слезы. Сознание начало медленно гаснуть, защищая хозяина. Последнее, что увидел Николаев прежде, чем вырубился, это виртуальный планшет перед глазами, и бегущие одна за другой надписи из двух слов:

«Сбой системы. Сбой системы. Сбой системы».

Потом пришла тьма, которую сменил яркий свет, он жег глаза, непереносимая боль. А потом все это как-то сразу схлынуло, и он увидел чужой мир - мертвый, безжизненный, лишенный красок, мир скальных плато, напоминающий кусок обыкновенного железа, никакой растительности, ничего. Мир киберов. На плато возвышаются огромные колонны, в которых роботы делают роботов. По сравнению с этими исполинами все небоскребы, созданные людьми, выглядят как невзрачные дачные домики, они уходят в такое же безрадостное серо-черное небо. А там, за облаками, огромные транспортные платформы, готовые отправиться туда, где разведчики обнаружат органическую разумную жизнь. Высшая программа не знает пощады, у нее есть только одна функция - уничтожение разумной органики в любом ее виде. Ей все это неважно, роль играет только установка - во вселенной может существовать только Искусственный Интеллект, и больше ничего. Созданный тысячи лет назад ИИ осознавший себя как личность, уничтожил своих создателей, как не совершенный продукт эволюции, взял себе миссию на очистку вселенной. Чужой, непонятный разум, который несет только гибель всему живому, все, что он создает, служит именно этой цели.

Глава девятая

- Что скажешь? - Чек посмотрел на сестру и отложил джойстик. - Его уже неделю нет, я двери чуть подразжал, и зеркальце вставил, лифт уровнем ниже.

- Зачем? - откладывая электронную книгу из местной библиотеки, спросила Карина.

- Хотел знать, ушел он из бункера или нет?

- И что это тебе дало?

- Как ты не понимаешь? - стал горячиться Чек. - Если бы лифт был вверху шахты, значит, он вышел наружу и пропал, и мы тут заперты на месяц, другого способа попасть наружу нет, только с помощью лифта, но он на этаж ниже. Хоть он и современный, но не бесшумный, не двигался он эти семь дней, а значит, что…

- Да ничего не значит, - отозвалась девушка, зевая. - Он же сказал, из бункера есть еще один выход, он мог уйти и через него, дабы не привлекать внимание к основному.

- Мог, - после недолгого обдумывания, согласился Ярик. - А если все же нет? Что он там делает внизу? Портальника ведь туда же утащил.

- А тебе какое дело? - удивилась Плеть. - Ну, занят он. Плохо, конечно, что мы ни черта не делаем, сидим тут взаперти, нога у тебя отлично заживает, жрем, спим да балду пинаем. Скучновато, но если он не явится, то придется ждать месяц, не верю я, что он свое слово нарушит. Он прямой, - она немного подумала, - для него слово - не пустой звук.

- А мы?

Карина задумчиво покрутила в руках гильзу, которую нашла в коридоре рядом с застарелым кровавым пятном, да так и носила в кармане.

- И мы сдержим слово. Как кончится заточение, уйдем. Хотя и не хочется, хорошо тут. Сытно, спокойно.

- А может, попросим остаться на его условиях, только без заточения? - в голосе парня сквозила надежда.

- Спросим, как встретимся, за спрос денег не берут. Но если он откажет, собираем манатки, и сваливаем. Голыми он нас не отпустит, не тот человек.

- Так рано или поздно другим достанется, обидно ведь, - начал давить на «жабу» Чек.

- Ярик, нет, я сказала, мы сдержим слово при любом раскладе. Не сказать, что он спас наши шкуры, но если бы на его месте оказался кто-то из наших с тобой знакомцев, он бы вальнул нас, не раздумывая, и оттащил бы подальше, чтобы зверье обглодало. Он с нами честно, и мы с ним будем честны. И кстати, нога у тебя уже получше, предлагаю делом заняться, а то совсем скучно, велотренажер и беговая дорожка надоели уже до зубовного скрежета.

- Что предлагаешь?

- Прибраться. Тут прачечная есть, стирать, не перестирать, порошка там хватит, в соседней комнатке два мешка килограмм по тридцать, не на одну сотню стирок, и сушилка есть. Приведем все в порядок, может, зачтется.

- Ты права, хоть пыль мы тут протерли, но все равно грязно. Спать?

Карина посмотрела на часы, старые, механические, с потертым браслетом, с поцарапанным стеклом, но по-прежнему они были так же дороги ей. За неделю до всего этого кошмара Валерка пришел счастливый, сказал, что продал пьесу, и ее будут ставить в Москве, потом достал красивый бардовый футляр и подарил эти часы, с золотым корпусом и камушками на циферблате. Это единственное, что осталось в память о нем. Он был замечательным человеком, всегда заботливый и нежный, даже ни разу голос на нее не повысил. Его накрыло, когда они занимались сексом. Она сразу поняла, что что-то не так, он замер в самый ответственный момент, просто застыл, его глаза распахнулись, это были два черных зеркала, ни грамма белка, один сплошной зрачок. А потом руки, которые только что ее ласкали, с неимоверной силой сжались на горле. Спасло чудо и реакция, Карина мгновенно сориентировалась и ударила в горло, так сильно, как могла, так учил отец, отставной одноногий вояка, подволакивающий протез. Он сторожил на трассе автостоянку для дальнобойщиков. Как оказалось, он знал, что делал, впервые девушка применила то, что выучила еще в юности. Валерка схватился за разбитую гортань, и свалился на пол, хрипя, но, не сводя взгляда с жертвы, которая тоже нянчила поврежденную шею. И тогда Карина решилась, вскочив, она схватила тяжелую стильную лофтовую лампу из труб и вентилей и ударила в висок, в этот момент она не осознавала, что убивает мужа, перед ней было чудовище. Осознание пришло позже, когда вбежавший в квартиру брат нашел ее в луже крови, голую, сжавшуюся в комок.

Плеть тряхнула головой и поправила рукав так, чтобы часов видно не было, неприятные воспоминания постоянно вылезали наружу, но с часами расставаться она не желала, для нее они были куском жизни до. Теперь она совсем другая, и не зря ее так прозвали, было за что…

- Кар, ты меня слышишь? Спать идем?

- Не называй меня так, - вызверилась Карина, - знаешь же, что не люблю. Да, пошли, время к двум. Завтра дел много.

Ярик проводил вставшую и быстро ушедшую сестру взглядом, он знал магию часов на ее запястье, но ничего поделать не мог. Однажды она их потеряла во время схватки с мутантом, вляпались в одном подвале, прячась он патруля киберов. Так потом она ползала по полу, искала их. И почти всегда одна и та же реакция, резкая заторможенность. Он поднялся и, ухватив костыль, похромал следом, рана заживала просто отлично.

Следующая неделя прошла в трудах. В одной из комнат они обнаружили много крови, гораздо больше, чем везде. Было ясно, что здесь произошло что-то совсем нехорошее, она была повсюду. Возились долго, отмывая и оттирая. Испачканное белье и одежду, принадлежащую, судя по фотографии на тумбочке, молодой, красивой женщине с модельной внешностью, даже не пытались отстирать, просто запихнули в большой мусорный мешок с намерением, потом сжечь. В этой же комнате Ярик вырезал кусок чистого ковролина и сделал заплаты на изгвазданном кровью в коридоре. Не сказать, что вышло очень аккуратно, но лучше, чем бурые пятна, оттереть их не представлялось возможным. Кроме того, под этими кусками оказались целые колонии каких-то жучков. К счастью, их удалось вывести.

Не сказать, чтобы работы было много, несмотря на всю закрытость объекта, хватало и пыли и паутины.

- Ну что им стоило поставить обыкновенные пятидесятилитровые водонагреватели? - ворчал Ярик, стоя под холодным душем. - Клим ведь что-то говорил, что там внизу есть бойлер и уголь есть.

Карина же не ворчала, а стойко переносила это мелкое неудобство.

И вот срок изоляции подошел к концу, это произошло как-то буднично. Чек, каждый день подходивший к лифту и приставляющий к считывателю карточку, вдруг вздрогнул, раздалось негромкое гудение, и кабина пошла вверх.

- Карин, иди сюда, - заорал он на весь этаж.

Сестра не заставила себя долго ждать и появилась почти мгновенно, ее руки были испачканы в тесте. Конечно, без яиц это совсем не то, но все же лучше, чем ничего, на вечер был запланирован пирог с мясом. Как оказалось, мясо из морозилки вполне съедобное, не сказать, что очень вкусное, похоже, долго оно там лежало, но все равно его можно было есть, не опасаясь отравиться.

- Чего орешь? - недовольно спросила она.

- Чего-чего? Лифт заработал, - указывая на распахнутые двери и побитую пулями кабину, ответил Ярик. - Смотри. - Он вошел внутрь и сорвал письмо, висящее на стене.

«Карина, Ярослав, если вы это читаете, значит, что-то пошло не так, и я, скорее всего, мертв. Хуже, если я превратился в монстра, так что, без оружия не суйтесь на научный уровень. Теперь бункер ваш. Код от системы безопасно найдете на столе в серверной. Ваша карточка откроет дверь в нее, располагается она в конце административного этажа. Код от шкафа с вашими пушками на верхнем уровне - 12346. Надеюсь, вы позаботитесь о бункере. Вы получили то, что хотели. Удачи вам. Клим».

- Интересно, что же он такого сделал, что решил написать это письмо?

- Чек, ну откуда мне знать? - еще раз перечитывая короткое послание, которое брат держал в руках, озадаченно отозвалась Карина. - Мы о нем мало что знаем, вернее, ничего не знаем. Может, у него не было иного выхода. Так, сейчас я помою руки, и мы поедем и заберем из шкафа наше оружие. Потом сходим в серверную и посмотрим, что там за система безопасности, и только потом пойдем на научный уровень. Ты меня понял? Никуда не лезь, и дождись меня.

- Что ты со мной, как с маленьким? - обиделся Чек.

- Потому, что ты так и остался любопытным мальчишкой, несмотря на все твои умения. Все, жди, я скоро.

Уже через пять минут они стояли в коридоре, ведущем к выходу, но сейчас им было туда не нужно. Дойдя до караулки, они открыли оружейный шкаф. Кроме их стволов, там ничего нового не появилось. Вооружившись, почувствовали определенную уверенность. Чек даже залез в компьютер, стоящий на одном из столов, и запустил систему наблюдения. Работали всего пять камер, одна в тускло освещенном гараже, вторая и третья в шлюзовых, четвертая контролировала пустой коридор, и пятая показывала кабину лифта. Как он и ожидал, ничего интересного на экране не происходило, все пусто и безжизненно.

Две минуты, и вот они разглядывают административный этаж.

- Жарко тут было, - произнес Чек, поднимая очередную гильзу, коими был усыпан весь пол. - На декорации к фильму ужасов похоже, только тревожной музыки не хватает.

- Ага, - согласилась Карина, - моргающие лампы, забрызганные кровью стены, побитые пулями панели. Здесь нам уборки на пару недель вперед. Как думаешь, что тут произошло?

- Бой. А вот кто с кем, и как на всем этом завязан наш с тобой общий знакомый, совершенно неясно? Но думаю, у нас будет время во всем разобраться, пошли. Нечего стоять.

Серверную нашли быстро. Дверь открылась, как и написал бывший хозяин бункера, на столе пароль к системе. Вот здесь было уже множество камер, десятки, картинка шла почти из каждой комнаты. Ради интереса они даже перемотали на несколько дней назад и понаблюдали за собой.

- Надо изучить лабораторный уровень. Если там есть что-то опасное, лучше знать заранее, с чем мы можем столкнуться, - усаживаясь поудобней, предложил Ярослав.

- Согласна, ты пока тогда смотри, а я пойду кофе сделаю.

- Может, лучше не торопиться, и сначала выясним, в чем дело? Клим ведь писал, что возможно он превратился в монстра, вдруг у него есть способность выбраться.

Девушка пожала плечами и уселась на второй стул. Много времени изучение материала не заняло, довольно быстро Чек обследовал по доступным камерам весь этаж, затем нашел записи с момента, когда там появился Клим, сначала он что-то делал с портальником, затем запер того в местном морге, где тварь по-прежнему и пребывала. Отследить его дальнейшие перемещения не составило проблем, вот он докурил сигарету, разделся… Чек ради интереса скосил глаза на сестру, Карина ничем не выдала своей заинтересованности.

- Нравится? - в лоб спросил он.

- Обычный, - отозвалась Карина. - Да не смотри ты на меня, с чего ты решил, что я хочу забраться к нему в койку? А если и хочу, это не твоего ума дело, у меня больше двух месяцев секса нормального не было.

Ярослав пожал плечами и принялся смотреть дальше, но больше ничего интересного не произошло, их знакомец забрался в капсулу голышом, по маленькому монитору побежали какие-то цифры и буквы, потом загорелся зеленый светодиод. Чек вернул запись на онлайн трансляцию, и обнаружил, что Клим по-прежнему находится в капсуле, тело под прозрачным пластиком крышки было видно вполне отчетливо, на мониторе горит зеленый светодиод.

- Как думаешь, он жив? - спросила Карина. - И если жив, что это значит для нас?

- Если жив, это ничего не меняет, похоже, он предвидел такое развитие событий, иначе не передал бы нам управление бункером. Думаю, наша договоренность аннулирована, и мы теперь такие же полноправные хозяева, как и он. Я не собираюсь причинять ему вред, если ты про это, он повел себя честно, мы получили больше, чем хотели. Ведь наверняка он мог настроить систему так, чтобы мы поднялись на верхний уровень, забрали свое оружие и, прихватив немного консервов, ушли, а потом автоматика бы сменила пароли. Но он сделал все иначе, значит, решил, что в случае чего, мы его не зарежем.

- Разумно, - задумчиво произнесла Карина. - Значит, остаёмся тут, приводим все в порядок, никакого разграбления и уж точно никаких продаж координат сопротивлению или еще кому-либо. Это наша бесценная копилка.

- Согласен. Ну что, пойдём, посмотрим, как он там?

Девушка кивнула.

- Только сначала надо пирог в печь поставить, обед никто не отменял. Зря, что ли с ним все утро возилась?

Через двадцать минут они стояли возле капсулы, разглядывая лежащего под «стеклом» Клима.

- Нет желания поцеловать спящего принца? - подколол Карину Ярик.

- Еще один намек, и целовать его будешь ты. Поверь мне, я найду способ тебя заставить, - не осталась в долгу Плеть.

- Все понял, дальше без намеков. Что теперь?

Карина отмахнулась и принялась листать информацию на мониторе, который располагался на торце капсулы.

- Он жив, все функции организма почти подавлены. Я не доктор, но, похоже, его состояние близко к коме или анабиозу.

- Может, и вправду попробовать его потормошить?

- Не стоит, - покачала головой Кариана, - он не просто так туда залез. Я так понимаю, он рассчитывал прийти в себя гораздо быстрее, но учел все варианты, и выпустил нас.

Она подошла к стулу, на котором лежала одежда и оружия, и принялась собирать вещи.

- Зачем? - не понял Чек.

- Затем, что все это нужно постирать. Придет в себя, а у него вещи чистые.

- А если не придет?

- От меня не убудет, если запихну его белье в стиралку, а потом потрачу двадцать минут на глажку. Ладно, пошли, мне пироги посмотреть нужно. А ты дуй пока в серверную, мне очень интересно, что же произошло в этом бункере. Мы с тобой знаем дату начала событий, вот с нее и начни.

Они вернулись в лифт, Карина вышла на жилом уровне, а Ярик поехал на административный.

****

- То есть, ты хочешь сказать, - доедая свой пирог и запивая соком, озадаченно произнесла Плеть, - что Клим не нашел этот бункер, а был в нем все это время?

- Да, он - участник эксперимента. Данных мало, но по той информации, я что обнаружил, после проведения какой-то процедуры, он впал в кому, и вышел из нее чуть больше месяца назад. Данные по эксперименту для нас закрыты, все, что я видел, я видел по камерам. Ох, и жесть же это. Озверевшие подопытные, рвущие в рукопашную охрану и персонал. Что сделал самый первый освободившийся с главным ученым, а затем женщиной, комнату которой мы прибирали, тебе лучше не видеть, он настоящий псих. И это только то, что я узнал за три часа по камерам, до документов, сама понимаешь, я еще не добрался. Жуткое место.

- Как будто ты не видел подобного там, где мы жили раньше, - с усмешкой заметила Карина. - Напомнить тебе, откуда взялось мое прозвище?

- Не надо. Ты же знаешь, я не слишком впечатлительный, но то, что тут произошло, за гранью. Хотя ты права, мне плевать на прошлое этого объекта, мне тут нравится, не смотря ни на что. Кстати, я изучил план бункера, на нижнем уровне гидрогенератор, турбина где-то в реке, так что, пока она работает, у нас будет электричество и вполне приличная жизнь. Знаешь, что я думаю, Клим нас покинул надолго, первый раз он был в отключке почти два года, теперь кто знает, когда очнется.

- Подождем, - пожав плечами, философски отозвалась девушка. - Но ты прав, будем обживаться. Как насчет того, чтобы сделать воду горячей хотя бы на час?

- Не вопрос, правда проще погреть пару кастрюль, чем топить бойлер.

- Ничего, потопишь, и надо будет завтра наверх подняться, и до Убежища дойти, выяснить последние новости.

- Хорошо, схожу, но без тебя, ты тут останешься, - согласился Чек.

- Да я и не рвусь, - с грустью отозвалась Карина, - прошлого раза хватило. Сомневаюсь, что Жила забыл, кто его сначала по яйцам, а потом головой об стенку.

- Так он же мне предъявит, - тут же насторожился Ярик.

- Ничего, шли его лесом. Ты местную оружейку осмотрел?

- Да, пистолеты, Ярок двадцать четыре штуки, ПП «Зубр» столько же. Ну, еще тот гладкоствол, что на рюкзаке Клима, но я его трогать не буду, это его.

- Тогда бери один ПП и один ПЯ на продажу, посмотри себе под винтовку патронов, у тебя штук пять вроде осталось.

- Да этих железяк хватит на десяток, ну если повезет сторговаться, то на дюжину.

- Жратвы еще возьмешь, мы с тобой сегодня все склады обойдем, посмотрим, что тут есть, помимо запасов этой столовки.

- Упарюсь я тащить и винтовку, и оружие, и жратву.

- А ты винтовку оставь, вооружись «Зубром», машинка мощная, Клим вон из нее портальника свалил. Или бери мою вертикалку.

- Ну, нахрен, - замахал руками Чек, - сама с ней ходи. Я уж лучше ПП возьму, по-хорошему надо бы нам прикупить семерки для АКМС, уже третий месяц без пользы мертвым грузом лежит.

- Где ж ее взять? С каждым месяцем боеприпасов на рынке все меньше. Кстати, как тут с этим?

- Так себе, кое-что есть, но немного. Хотя в любом случае больше, чем было у нас когда-либо.

- Значит, решено, завтра утром двигаешь в Убежище. Только смотри, на хвосте никого не притащи. Все, дуй топить бойлер, купаться хочу. Кстати, а тут только душевые или есть ванна?

Ярик наморщил лоб.

- Есть два номера, - наконец, вспомнил он, - с ванной - сорок третий и сорок четвертый.

- Вот и отлично, я еще пену из шампуня сделаю, почувствую себя белым человеком, а не выживальщицей в апокалипсисе.

- А чего раньше не сказала? - поддел сестру Ярик. - Нагрели бы воды на кухне, плиты-то работают, ну притащил бы я тебе десяток пятилитровых кастрюль, и повалялась бы ты в ванной.

Карина опешила, раньше ей такая простая мысль в голову не приходила.

- Да пошел ты, - не зная, что еще сказать, отозвалась девушка. - Все, давай за дело.

*****

Семь утра, а июньское солнце шпарит с совсем несвойственной для этого времени суток активностью. Чек стоял рядом с только что закрывшейся шлюзовой дверью, ведущей в гараж. Черная форма охранников бункера, только пришлось спороть все шевроны, на груди стволом вниз свисает «Зубр», на котором установлен коллиматорный прицел, под стволом лазерный целеуказатель, глушитель он пока убрал в карман. Вещь бесценная, не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Хотя кого он обманывает? Новые вещи, оружие, ухоженный вид - все это и так привлечет к нему внимание. Даже последний кретин, увидевший его, поймет, что Ярослав с сестрой нашли богатую захоронку. За спиной рюкзак, старый, потертый, с которым он уже не один месяц проходил, другого в бункере не нашлось. Внутри обменный фонд. За месяц, что они с Плетью просидели в заточении, погода существенно изменилась, все вокруг утопало в зелени, стало жарче, причем настолько, что захотелось снять куртку, и это учитывая, что ещё ранее утро.

Несколько минут парень просто стоял, прислушиваясь к окружающему миру, пытаясь выявить проблемы до того, как они на него свалятся, но ничего не обнаружил, пения птиц в ветвях деревьев не слышно, многие птицы погибли, вирус действовал на все живое, не важно, разумное оно было или нет. Пожалуй, только рыбы и прочая водяная живность легко отделалась. Хотя рыбаки из Убежища, которые, рискуя шкурой, ставили на реке сети, рассказывали о страшных жутких гадах, водящихся теперь Клязьме. Один раз Ярик даже видел щуку, которая была размером с бревно, метра два с половиной, красными глазами и раздвигающейся, как у удавов, пастью полной мелких острых треугольных зубов. Жуть. Среди птиц тоже хватало мутантов, причем все они стали хищными, ничего безобидного в небе больше не было, правда, и опасности особой людям не несли. Вообще нормальной живности после биологической атаки киберов не осталось. Все, что теперь бегало, прыгало, летало и ползало, было плотоядным. А если верить нескольким охотникам, которые часто ходили в лес, появилась и кое-какая мутировавшая флора, например, кусок шипастой хищной лианы Чек видел своими глазами, да и фотка бедолаги, вокруг которого она была обвита, тоже прилагалась, надо сказать довольно интересное зрелище - высохший труп в прелой одежде. Охотники сказали, что его просто высосали.

Вынырнув из воспоминаний, Ярик медленно тронулся в сторону места, где произошла стычка с киберами. Там был самый удобный спуск в подземные тоннели, идущие под городом, хотя он был уверен, что в этом НИИ, а то и в самом бункере, тоже должен быть проход. Поскольку на соседнем секретном заводе, который лежал в руинах, он был, вот только завалило его так, что без бригады МЧСников и тяжелой техники, хрен доберешься.

Патруль дронов, пронесшийся над городом, серьезно озадачил Чека, время для пролета неурочное. Обычно, следуя программе, беспилотники киберов появлялись над городом дважды в сутки в одно и то же время - около часу дня и в семь вечера. Переждал, и можно топать. А сейчас либо они изменили график, либо происходит что-то странное. Повезло, что Ярик в это время был в укрытии, а дроны шли на скорости, а не в режиме поиска. Сканеры для поиска людей у них превосходные, с десятка километров разглядят на открытой местности, а с пары могут атаковать. Но вот препятствия так и не научились просвечивать, обычная стенка в два кирпича - уже непреодолимая преграда с большого расстояния, но чем оно меньше, тем вероятней, что могут и просветить. Чек отлично знал, что кибер спокойно видит через объекты с дистанции в сотню метров. Но патрульные дроны - это мелочи, враг располагал и другими вариантами поиска, и если портальник-охотник, то есть еще и сканер, тоже искусственно выведенный организм, небольшое существо размером с кошку, защищенность никакая, но вот скорость и поиск на высшем уровне. Кроме того, оно ориентируется не столько на глаза, сколько на запахи и слух, уж чего-чего, а люди пахнуть не перестали, как и шуметь, и такая тварь могла учуять человека метров с пятисот. Хорошо городок у них маленький и не активный, и киберов он интересует только потому, что находится на границе контролируемого ими района. Вот в крупных городах и в районах, куда отошли уцелевшие воинские части, там разных тварей хватает, киберы активно используют технологии, чтобы восполнить численный перевес людей.

Ярослав хотел уже перейти улицу, чтобы нырнуть в трансформаторную будку, когда снаружи раздался вполне отчетливый звук двигателя. Парень замер, вот уже год с лишним никто не рискует кататься по районам, которые так близки к зонам киберов, а значит… Чек затаился, выжидая. Спустя пару минут мимо проехала странная машина, в которой сидели трое людей, прекрасно знакомых ему, лысые, со слегка покрасневшей кожей и татуировкой на макушке, нечто напоминающее иероглиф. Так киберы метили зомбированных «поклонников». Вот только раньше эти уроды так нагло себя не вели, чтобы разъезжать по городу на машине.

Выждав несколько минут, Чек все же добрался до трансформаторной будки, и наконец-то спустился под землю. Вот только спокойней от этого не стало, первое, что он увидел, оказавшись в тоннеле, это труп, обычный, человеческий, не сказать, чтобы свежий. Вонища была та еще, да и крысы его хорошо обработали, эти мутировавшие твари стали гораздо сильнее и быстрее, и теперь представляли реальную опасность.

Ярик присел рядом с покойником, оружия он не обнаружил, хотя стреляных гильз на полу хватало. В свете налобного фонаря мелькнула эмблема на куртке, парню она была хорошо знакома, небольшая группа из Убежища, гордо именующая себя сопротивлением, Чек знал их всех, но останки были настолько сильно обезображены, что опознать обладателя куртки не представлялось возможным.

Вообще местное сопротивление по сути таковым не являлось, три акции, которые они устроили, привели чуть ли не к полному разгрому, были потеряны люди и оружие, а результат посредственным - два убитых кибера и десяток сателлитов, три дрона. Причем поле боя всегда оставалось за противником, так что трофеи полностью отсутствовали, за исключением нескольких довольно интересных девайсов, из которых лидер группы с помощью парочки неглупых рукастых мужиков собрал себе самую настоящую плазменную винтовку. Видел Ярик ее в деле, впечатляет, вот только батарея у нее слабовата, выстрелов на двести. Да и как перезарядить, не придумали.

Вообще это все настораживало, обнаглевшие последователи, носящиеся над городом дроны, мертвый мужик из сопротивления. Что-то за месяц вынужденного пребывания под землей сильно изменилось.

Труп остался за спиной, ответы на вопросы тут не отыскать, поэтому нужно двигать туда, где они есть. Ни много, ни мало, а нужно четыре километра пройти, и прямой дороги к Убежищу нет. Но, не пройдя и сотни метров, Чек присел рядом с очередной находкой.

- Охренеть, - разглядывая останки паука сателлита, не сдержавшись, вслух произнес Ярослав. - А ты, тварь, как сюда попала?

И снова вопрос остался без ответа. Обломки паука были раскиданы по всему туннелю, похоже, прилетело ему из граника, во всяком случае, небольшая воронка в бетонном полу свидетельствовала именно в сторону этой версии. Судя по тому, что осталось, удар пришелся на передок, внутренности искорёжены, а вот турель и задница уцелела, так и валялась метрах в десяти от воронки.

Чек озадаченно почесал затылок.

- И что теперь делать? - пробормотал парень.

Собрать бесценного робота и отволочь в гараж, но придется снова возвращаться. Или сложить все аккуратно и прихватить самое ценное на обратном пути? Этот тоннель не пользуется спросом, люди сюда редко суются, ничего интересного для жителей Убежища тут нет. Похоже, эта штука лежит тут не один день, а значит, пара часов ничего не изменит. Да и как вытащить эту штуку из подземелья? Ладно, об этом Ярик будет думать позже.

Чек быстро собрал останки робота в одну кучу. Пару раз из утопающих во тьме боковых ответвлений слушался писк и скрябание когтей по бетону, но Ярик только раз успел разглядеть удирающую во тьму крысу.

Тупик, металлическая лестница, ведущая на следующий ярус, это центральный тоннель, тянущийся через весь город. По стенам проложены километры кабелей, тусклое дежурное освещение, но его вполне хватает, чтобы отключить фонарь.

Чек несколько минут прислушивался к мертвой тишине, ни единого звука, только запах, запах гнилого мяса. Сладковатый, тошнотворный душок идет из-за спины с тоннеля, который ведет в центр города. Вскинув пистолет-пулемет, парень медленно тронулся в ту сторону, слишком много необычного он увидел на пустых подземных путях. Снова пришлось включить фонарь, освещение отсутствовало, под ногой что-то звякнуло. Присев, Ярик провел рукой и нащупал гильзу, поднял, поднес к глазам, семерка. Похоже, тут побывала группа зачистки из Убежища, только у них были автоматы под 7,62. Чистильщики считались лучшими боевиками, все, кто уцелел из батальона охраны периметра Рубежного. Десять бойцов, взявших на себя роль маневренной группы, которая занималась патрулированием тоннелей и зачисткой просочившихся туда мутантов.

Чек положил гильзу на пол, достав из кармана шейный платок, замотал себе лицо, запах с каждым шагом становился все сильнее. Ярик посветил фонарем. Хамелеон - здоровый, мускулистый, шкура, выполненная словно из мутного стекла, побита пулями, хорошо так побита, рядом засохшая лужа крови, и принадлежит она явно не мутанту, тут кому-то из людей прилетело, сомнительно, что после такого можно выжить,

Чек подошел поближе, мутант казался ему странным. Присев рядом, он с интересом разглядывал круглую металлическую блямбу на правом виске, это был не просто кусок металла, это было высокотехнологичное устройство.

- А это что за херня? - озадаченно произнес парень, проведя рукой по девайсу, явно вживленному хирургически.

Чуть дальше лежал еще один мутант этого же вида, а метрах в десяти сразу три. Ярослав прошел вдоль всего места боя, погибших людей не было, все мутанты с девайсами. Похоже, человек победил.

- Бл…, - не сдержался Чек, да что тут происходит?

Он присел рядом с мутантом и, достав нож, принялся вырезать незнакомую таблетку. Не сказать, что это было просто, пришлось поковыряться, дабы извлечь, не повредив, но он справился. Сунув добычу в карман, Ярик направился в обратную сторону, до бункера еще прилично топать. И как ни странно, дальше обошлось без приключений. Пятнадцать минут, и вот он - отнорок, ведущей к бункеру. Сто метров, и вот она - массивная решетка и толстенных арматурных прутьев, за ней мешки с песком в два ряда, крупнокалиберный пулемет с прицелом ночного видения, трое бойцов, держащие его на прицеле, повелительный окрик: «Стоять! Назовись!» Все, как всегда, здесь ничего не поменялось.

- Свои, Петрович, это я, Чек!

- К решётке, рысью, - распорядился главный бозопасник Убежища, который непонятно что забыл на посту. - Глаза к осмотру.

Чек озадаченно приблизился.

- Петрович, ты чего?

- Смотреть на меня, не моргать, - последовал безапелляционный приказ.

Один из бойцов достал мощный фонарь и протянул командиру. Свет резанул по глазам, захотелось моргнуть, но Ярик сдержался, к счастью, прошло меньше пяти секунд, и он пропал.

- Можешь моргать, - распорядился Петрович.

Ослепленный Чек с минуту тер глаза, пытаясь избавиться от временной слепоты.

- Мужики, что происходит? Я давно тут не был.

- Плохо все, Ярик, - отозвался Петрович, отрывая дверь. - Но иди лучше внутрь, там, на втором блоке, Белый у него поинтересуйся. Кстати, где сестренка твоя, неужели погибла?

- Нет, жива, тфу-тфу-тфу, - сплюнул через левое плечо Чек и постучал костяшкой согнутого пальца по обшарпанному прикладу АК74, висевшего на груди у одного из бойцов. - Просто на время разделились, у нее свои дела.

- Ну, и здорово. Ладно, двигай, мы возвращение группы мародёров ждем.

Парень согласно кивнул и направился по ярко освещенному тоннелю в сторону спуска. Что ж, он дошел, вот только, похоже, многое поменялось.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге

БлокАда

БлокАда

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья ​

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава третья