Блогер

Глава 1

«Мужчины как бюстгальтер — либо он хорош и всегда тебя поддерживает, либо это спадающие и растянутые лямочки и от него пора просто избавиться».

Дописав это предложение, Джухён задумалась, лениво помешивая ложкой остывающий кофе. Слишком короткий пост для выпуска подписчикам. А развивать мысль, когда она и так слишком метафорична — не имело смысла. Маленькая дилемма и уставшие мысли в голове. После прилёта из Таиланда девушке хотелось только тишины, а ещё лучше — в компании бокальчика белого вина. Однако в её случае это роскошь. Поэтому, махнув рукой на пост, быстро подобрала фотографию, которую сделала в перелётах, запостила всё в naver blog и одним глотком допила кофе. Сегодня ещё нужно было сдать отснятый материал редактору.

После окончания школы фотография стала её внезапным увлечением и хобби, которое постепенно переросло в работу. И вот она уже путешествовала, снимая айдолов на показах мод, проникая на вечеринки и бывая за кулисами. Для кого-то это работа мечты, для Чон Джухён — лишь способ продержаться на плаву и вырастить племянника, потерявшего мать и сестру.

«Воу! Эльрин, мне нравятся твои мысли».

«Именно этого мне сейчас и не хватало, чтобы поставить точку в отношениях, которые зашли в тупик. Спасибо!»

Девушка читала комментарии к своему посту и в который раз сожалела, что не может использовать собственное имя. Соцсети вещь коварная и непредсказуемая: сегодня ты выкладываешь фото, а завтра нетизены уже разоблачают тебя. А она не могла себе позволить рисковать карьерой. Ведение блога было же своего рода отдушиной, куда она выкладывала свои мысли, фото «с путешествий» и музыку. Зарабатывать на этом, как многие молодые люди, ей не хотелось, слишком ненадежно и отнимало куда больше времени. В её возрасте уже нужно было задумываться о семье, расти по карьерной лестнице и планировать детей. Последнее совсем было не о ней. В свои тридцать два Джухён успела убедиться, что вокруг масса рогатых мужских существ, которые любят играть, а то и вовсе самоутверждаться, заглаживая таким образом детские травмы. А может, это просто ей не везло, но она всегда считала, что отношения это для счастья, а не ночных слез в подушку и битву за превосходство. Да и в целом ей хватало «войны» с племянником, которому было пятнадцать и у которого на всё имелось своё мнение.

— Я дома! — загремела ключами Джухён, скидывая кроссовки. — Со Ёнджэ?

Забеспокоившись, что подросток опять ушел куда-то без предупреждения, девушка быстро прошлась по квартире и без стука вошла в его комнату. Ён сидел в наушниках перед компьютером и играл в какую-то игру. В комнате творился хаос из разбросанных вещей, вскрытых пачек рамёна, чипсов и грязных кружек, последних — штук пять на столе.

— Вот так грабители ворвутся, а ты и не услышишь, — сдернула она с паренька наушники и скрестила руки на груди.

— Нуна? — синяки под глазами и общий помятый вид говорили лишь о том, что он плохо спал и хорошо, если вообще ложился. — Ты уже приехала?

— Я писала тебе сообщение в какао. И если бы ты соизволил оторваться от монитора, то наверняка прочитал бы его.

— Прости, — виноватый щенячий взгляд, который она ненавидела, ведь именно он заставлял её прекратить злиться и сменить гнев на милость.

Спадающая на лицо челка уже прилично закрывала глаза, а высветленные волосы ещё полгода назад достаточно отросли, и их пора было подстричь.

— Что в школе? Ходил на курсы английского? Заплатил за интернет? Бабушке звонил? — наседала девушка, предчувствуя, что ей придется разгребать не только его прогулы.

— Ты не успела приехать, а уже завалила вопросами. Бесит, — закатил глаза Ёнджэ, раздувая закрывающую глаза челку.

— Ну прости, Ён, пока я за тебя отвечаю, так что придётся подчиняться. И сходи наконец в парикмахерскую, на девчонку уже похож.

— Джухён! Хватит! Я не маленький.

— Да ну?!

— Не хочу это обсуждать, всё равно никакого толка, — вдруг сдался парнишка, прикрывая глаза, и, вновь отворачиваясь к компьютеру, надел наушники.

Он знал, что нуна была права, пусть не во всём, и она была единственной, кто заботился о нем и не давал замкнуться в себе и пуститься во все тяжкие. Родная тетя заменила мать и сестру, воспитывая трудного подростка, потерявшего путеводную нить в этой и без того непростой жизни. И пусть он протестовал, всё равно делал, ради своего же блага.

— Ладно, — сменила гнев на милость Джу, вновь снимая с него наушники. — Сходим в кафе? Поедим вкусной еды, а то ты весь дом рамёном провонял. Что скажешь?

— Только если ты больше не будешь меня пилить.

— Постараюсь, — честно пообещала девушка, зная, что сдерживаться будет непросто. — Но ты должен будешь прибраться в своей берлоге задрота.

— Нуна!

— Собирайся! Кушать очень хочется, да и дел ещё полно.

Она мельком глянула на часы, соображая, как бы появиться в редакции, чтобы не завалили работой сверх нормы.

Закусочная у тётушки Мин приманивала своими вкуснейшими запахами не одного уважающего себя корейца. В готовке она могла бы поспорить с любыми поварами, а уж о вкусовых качествах и говорить не стоило. Ёнджэ уплетал за обе щеки уже вторую порцию пибимпаб, а Джухён отчего-то не лезло ничего в рот. Аппетит пропал, как только она увидела свое рабочее расписание на следующую неделю. Она просила несколько дней выходных, чтобы разобраться с учебой племянника, да и просто хотелось привести себя в порядок, но редактор ограничил её одним днём, за который успеть можно было просто ничего. Прекрасные перспективы на будущий отдых тонули в рюмке соджу. А ведь ещё ехать на работу…

«Несправедливые рабочие будни как прогорклый рис - просто невозможно есть и пачкать рисоварку не хочется. Что же делать? Ничего! Если не можешь ничего изменить, выжми из этого максимум и после приправь это всё соджу! Расслабляться нужно обязательно. Берегите себя и хорошо кушайте».

После Джухён сделала фото своей еды с полной стопочкой и дописала в P.S о закусочной, в которой сидела.

— Опять еду постишь? — тыкнул Ён палочками в телефон нуны. — У твоих подписчиков разнообразный контент, я смотрю.

— Стараюсь.

— Ух ты! Это в Бангкоке? — Ён, подписанный на её блог, уже вовсю лазил на странице Джу, рассматривая интересные фото города и… — Круто! Нет, правда, у тебя талант. Несмотря на твою «болтовню», фотки у тебя всегда отпадные.

— Спасибо, Ёнджэ.

— Я даже завидую. У тебя уже тысяча подписчиков.

— Это мало. Я часто лентяйничаю, — отмахнулась Джу, довольная, что родной племяшка оценил ее старания, как вдруг застопорилась. — Отвлекаешь меня, чтобы не говорить о насущном?

— Не вышло, — сполз под стол подросток. Он и так знал, к чему придёт разговор, поэтому старался оттягивать этот момент как мог.

— Давай на чистоту. Я скажу только раз, а дальше решать тебе, — она сложила руки в замок, отодвинув тарелку с едой. — Уже сейчас ты должен выбрать, чем хочешь заниматься в дальнейшем. Да, я знаю, что отличный пример тому, как упорно учиться на кафедре корейского и в итоге стать фотографом. Но! Я закончила университет и пусть только бакалавриат, — у меня есть профессия и багаж знаний. Жизнь такая непредсказуемая, что не знаешь, что ждёт тебя за следующим поворотом. Просто найди опору, от которой сможешь оттолкнуться, а дальше планируй по ветру и ничего не бойся.

— Оставь эти блогерские штучки, — раздражённо фыркнул Ён на последние слова нуны. — Я всё понял и без этих аллегорий. В школе уже раздали брошюры с учебными заведениями. Я думаю. Не переживай.

— Ладно.

Заехать на работу перед самым уходом выпускающего редактора — почти идеальный план. Почти. Джухён спокойно вошла в отдел и не снимая очков зашла в кабинет главного редактора, минуя протестующую секретаршу.

— Здравствуйте, господин Им Джэвон, — она поклонилась в лучших традициях этикета и только после заметила своего начальника. — Господин Чхве?

— Джухён?!

На неё уставились две пары глаз. Кажется, так нагло в кабинет еще не врывался никто. А потому оба были в недоумении от того, что ей нужно. Чхве Кибом злился, прекрасно понимая о чем, а точнее, о ком сейчас пойдет речь. Главный редактор же просто сидел с заинтересованным лицом, любуясь игрой в гляделки между начальником и подчинённой.

— Что ж, раз все в сборе, то, пожалуй, начну с того, что господин Чхве просто обнаглел. А ещё он хам!

— Чон Джухён! — подорвался с места мужчина, но второй его тут же усадил обратно.

— Сотрудник Чон, это неприемлемо, и вы прекрасно понимаете, какими последствиями грозит, — в спокойном вальяжном тоне пояснил главный редактор. — Но можете продолжать. Мне интересно, с чем вы пришли.

— У меня на попечении, кроме бабушки инвалида, есть ещё и племянник. У вас тоже есть сыновья, господин Им, и вы уделяете им время. Подростки нынче очень трудные, и проследить, чтобы каждый не вляпался не в ту компанию, очень непросто. Я просила лишь два выходных на этой неделе, чтобы решить все семейные вопросы, мне же господин Чхве уже в который раз даёт четыре выходных в месяц и критикует, что мало работаю.

— Прошу заметить, что самолёт твой прилетел ещё в двенадцатом часу пополудни, а ты во сколько явилась в офис?! — не мог сдержаться непосредственный начальник, пылая гневом.

— У меня есть «ребенок», которому я должна помочь! И в конце концов, я тоже человек и ещё женщина, у которой идут месячные и которая должна выглядеть привлекательно, чтобы её пропускали на разные мероприятия. Я не робот и не сижу, как вы, в кабинете с кондиционером, ожидая, когда протрутся штанцы на накачанной в спортзале заднице!

— Пошла вон! — не вытерпев, вскричал господин Чхве.

— Хватит! — хлопнул ладонью по столу главред.

Грозные гляделки переросли в перепалку, которую Джу ожидала уже очень давно. Ей не хотелось говорить обо всем за спиной начальника, но тут выпал уникальный случай высказаться в лицо обоим редакторам, но она очень уж увлеклась.

— Как вы знаете, незаменимых нет…— начал было господин Им, но тут же поперхнулся из-за того, что Джухён демонстративно закатила глаза.

— Вы серьёзно? Очереди под дверями не было и не будет. Из-за отвратительного графика работы на этом месте не задерживается никто. Я здесь из-за семьи, которую должна содержать. И не прошу денег, только выходные, которые мне необходимы. Неужели это так много?

— Господин Чхве, что ответите подчинённой?

И это был неожиданный поворот не только для Джу, но и для ее начальника. Накаленный до этого воздух будто рассеивался ионами, а лицо Чхве окончательно стало пунцовым.

— Можешь отдыхать. Я сам справлюсь со всеми делами.

— Нет, — резко оборвал его главред. — Завтра в семь вечера состоится показ ювелирных изделий. Вы, Джухён, кажется, окончили курсы журналистики. Вам выпадет редчайший случай не только сфотографировать весь показ и выставку, но и взять интервью у дизайнера коллекции. Вы, господин Чхве, поручите задания Джухён другому человеку и проконтролируете их выполнение, не сваливая всё на своего помощника. Так у Джухён появится ещё один выходной и работа журнала не потеряет стабильность. Есть несогласные?

Перечить господину Им не было смысла, да и не хотелось. Джу стояла ошеломлённая, будто выпавшая в осадок от того, что главред был прекрасно осведомлен о работе своего же исполнительного редактора. В то же время господин Чхве, скрипя зубами, признал поражение, прекрасно осознавая, что все эти «посиделки» в кабинете не повысят его авторитета. Даже наоборот, мужчине показалось, что его кресло вдруг пошатнулось и он слишком «обнаглел» (не хотелось этого признавать, но Джухён попала в точку). Но он ещё разберётся с этой дерзкой девчонкой.

— А…

— Пригласительный передаст мой секретарь, можете не переживать. А сейчас прошу покинуть мой кабинет, есть неоконченные дела.

— Да, господин Им. Извините.

— Спасибо, господин Им.

Как только закрылась дверь, мужчина налетел на Джу. Она ждала этого, оттого попросту рассмеялась в лицо, окончательно позабыв о робости и подчинении.

— Дрянь! Как ты посмела?! В следующем месяце и не надейся на поблажки и выходные, ты у меня…

— А, а, а, — помахала она пальчиком перед носом господина Чхве. — Я вас не боюсь. Наверное, просто устала. И кстати, весь наш разговор в кабинете директора и здесь и сейчас записан на диктофон. Поэтому всё сказанное будет использовано против вас. Всего доброго, господин Чхве. Материалы с Таиланда на столе у помощника.

— Сучка, — выплюнул ей в спину мужчина и несильно ударил кулаком в стену.

Глава 2

«Горячий какао и карамельные вафли, что тают во рту. Ммм… Девочки, не отказывайте себе в радостях! Счастливая улыбка и хорошее настроение залог всего! Особенно мужских взглядов в вашу сторону. А это ведь так приятно, согласитесь. Знаете, я пришла к выводу, что не стоит заморачиваться по мелочам. Завтра наступит новый день, и всё вчерашнее будет уже не таким, как было сегодня.

Всем хорошего дня! И да! Вафли ловите геолокацией».

Джухён вкусно хрустела вафлями, облизывая губы и думая о том, что жизнь прекрасна, во всяком случае в большинстве случаев. К вездесущим мыслям, к посту она прикрепила фото купленной вафельки, которую держала в руке, и ещё одно фото с ракурса высотки, на которую забралась, чтобы запечатлеть кофейню и яркое солнце, ласкающее бликами рядом стоящие здания.

Иногда так получается, что мыслям нужен выход наружу, а ведение блога, из-за отсутствия рядом подруг, подходит как никогда кстати. Она скучала по Гарам, которая вышла замуж и уехала в Кванджу, и по Суён, продолжающую семейный бизнес на Чеджу. Они учились вместе, после выпуска ещё какое-то время встречались, а теперь расстались и девичьи посиделки случались не так уж и часто.

Заведя старенький хёндай с третьей попытки, Джухён проехалась в Ёнсан-гу к скейт-парку, чтобы запечатлеть катающихся подростков, — очередное задание для журнала. А после решила бросить машину на парковке и прокатиться на автобусе.

«Есть что-то особенное в поездках на городском транспорте. Не когда ты едешь куда-то в спешке, а просто смотришь в большое окно и бессознательно рассматриваешь прохожих на улице. А ещё… Что может быть лучше, если в этот момент на этот же маршрут садится красивый молодой парень с шикарными атлетическими ногами? Полное залипание, вплоть до проезда своей остановки. Мне нравится любоваться красивыми мужчинами, есть в этом что-то магическое. И запретное!»

Без зазрения совести Джу тайком сфотографировала зашедшего парня, точнее его тело. Он стоял, держась за поручень у средних дверей, а она могла любоваться его ногами, сравнивать со своими, не настолько идеальными, и томно вздыхать. Природа создала мужчин первыми, а женщин — идеальными, но это не мешало обоим быть и наслаждаться друг другом.

«Воу, Эльрин, ты Сталкер, ке-ке-ке. Но у него и правда классные ноги».

«Онни, по какому маршруту ты едешь? Я тоже хочу увидеть эту красоту!»

«Чужие ноги? Это слишком! Айрин, остановись. Хотя, нет! Продолжай».

Комментарии к посту посыпались моментально, но девушка уже по привычке не отвечала, чтобы не давать никаких поводов для общения и осуждения. Просто монолог в пустоту — высвобождение мыслей и только. Хотя почитать было порой очень интересно. Витая в своих мыслях и разношёрстных комментах, она не сразу заметила входящее сообщение от помощника редактора.

«Ты уже забрала пригласительный у Ворчуна?»

«Оно должно быть у секретаря главреда…»

«Значит, он тебе подосрал».

Шестерёнки задвигались в голове с бешеной скоростью, она вспоминала вчерашний разговор в кабинете и могла поклясться, что всё правильно поняла. Вот только…

— Дыши, Джухён, только дыши, — вслух уговаривала себя девушка, чтобы не начать задыхаться.

Быстро отыскав в контактах номер помощника, заколебалась: позвонить напрямую господину Чхве или же сделать всё по-правильному, не перепрыгивая через голову.

— Бэкхо, скажи, что ты уже позвонил этому говнюку!

— И тебе привет, Джухён. Как раз собирался.

— Пожалуйста, если я не заберу пригласительный, то не видать выходных. Пожалуйста, Бэк.

— Ладно. Ладно. Я слышал о твоем разговоре в кабинете начальника. Ты просто отчаянная, чтобы согласиться на такое.

— А что делать? Бабуля уже плохо видит, да и инвалид по зрению, надо съездить помочь, и плюс племянничек шалит.

— Всё равно не уверен, что у тебя получится, потому что… О! Чхве звонит, повиси.

Джухён не стала ожидать возобновления связи. Господин Чхве любил поговорить, раздать указания, советы и прочую ненужную ерунду. В такие моменты Джу думала о том, что начальники-самодуры — бич рабочего класса. Подчиненный всегда обязан, если не хочет лишиться работы, а руководитель либо входит в положение (и это больше те, кто сам выбился с низов), либо, что чаще случается, не понимая специфики, требует выше головы. Печаль, что тут ещё скажешь.

И снова звонок, от которого Чон только закатила глаза.

— Учитель Кван?

— Здравствуйте, Джухён. Ёнджэ разбил на физкультуре нос и просит, чтобы вы забрали его.

— Да, конечно. Через полчаса буду на месте.

Она отключилась и негромко зарычала в голос. Если уж наваливаются проблемы, то все почему-то разом. Как испытание на стойкость, не иначе. Джухён не любила трудности, но с упорством боролась с ними. А ещё ворчала из-за лишних трат, ведь ей пришлось ловить такси, чтобы забрать машину и уже после — нерадивого племянника.

— Вот объясни мне: почему с тобой всё время что-то случается? — взмыленная от дикой гонки, спрашивала девушка, сидя на водительском кресле. — Это как-то зависит от твоего нежелания учиться, или ты просто неудачник по жизни?

— Спасибо, я знал, что ты в меня всегда верила, — буркнул парень, тут же пересаживаясь на заднее сиденье. В злющем состоянии подросток не любил сталкиваться с прямым взглядом нуны.

— Сучий потрох! — в сердцах выругалась Джу, прослушав голосовое от помощника господина Чхве.

Её вопрос Ёну уже был чисто риторическим. Наверняка была причина, по которой он захотел домой, но сейчас не было времени говорить по душам.

— Нуна, ты чего ругаешься? — шокировано округлил глаза парень, ещё не слышавший от неё таких высказываний.

— Козёл! — зло стукнула кулаком по рулю девушка.

— Джухён?..

— Ты едешь со мной! — резко развернулась она к племяннику. — Нет времени объяснять! Вид, конечно, у тебя слишком школьный, но мы сейчас это исправим.

Хищный взгляд Ёнджэ не очень понравился. Он уже понимал, что ничего хорошего это ему не сулит.

На светофоре повернувшись к парню, Джу критически осмотрела его с ног до головы. Брюки, рубашка… Она рывком сорвала карман с вышивкой школы на рубашке племянника и рукой взлохматила ему волосы. Из бардачка достала свои старые узенькие очки а-ля ретро и сняла с себя медальон.

— Сойдёт, — критический взгляд и лёгкая хищная ухмылка делали Чон опасной в глазах Ёнджэ.

— Ты порвала мою рубашку. Она стоит денег. Ты же…

Парень до сих пор не мог понять, что происходит и почему нерасточительная нуна творит безумства.

— Я знаю! — оборвала она его на полуслове, вспоминая, как часто ругала за грязную форму.

— И зачем? Ещё и эти стремные очки! Я как… трот-певец до появления к-попа.

— Как Ю Чжэха, — глянула в зеркало заднего вида Джу и с ехидной улыбкой нажала педаль газа.

— Не ожидал, что ты настолько «старая».

— Ёнджэ!

— Прости, — сложил он ладони вместе, моля о прощении. И тут же решил сменить больную тему возраста: — А мы…

— Ты едешь со мной на показ. Но сначала в офис.

Подробно объяснять не было времени. Оно тикало с неумолимой скоростью, а ей ещё нужно было одеться и привести себя в порядок. А завозить домой племянника — лишняя «трата».

Чон буквально ворвалась в офис, чуть не снеся стоящий за дверью кулер.

— Опять врываетесь в офис как ураган, Чон Джухён?

Она чуть было не смела на своем пути главного редактора. Мужчина с развязанным галстуком и подкатанными рукавами шел, чтобы набрать водички в кружку, но вовремя остановился, заслышав чьи-то громкие шаги.

— Простите, господин главный редактор.

— Надеюсь, вы подготовились к сегодняшнему мероприятию.

— Да, — почти уверенно выпалила Чон и без зазрения плутовато улыбнулась. Гулять так гулять. Без козырей в рукаве тоже можно играть в покер.

— Тогда хорошего вечера.

— Спасибо. Хорошего вечера, господин Ким.

Ей бы сейчас хотелось провалиться сквозь землю. Но у нее лишь порозовели кончики ушей. Так бессовестно врать, да ещё и улыбаться… Кажется, теперь она поняла, в кого её племянник. Да и в целом это плутовство оказалось — семейное.

— Бэкхо!

— Ащ! — резко подскочил молодой мужчина, переворачивая кучу бумаг. — Ты меня напугала!

— Прости, — состроила она миленькую гримасу, складывая ладони вместе. — Ты забрал мой пригласительный?

Настойчивости и непоколебимости Джухён было не занимать. Жаль, что эти качества проявлялись лишь в критических ситуациях. Но даже после девушка иногда корила себя за содеянное. Правда, не долго. Её любимое — махнуть на всё рукой и жить дальше, ведь чем больше зацикливаешься, тем меньше успеваешь.

— Знаешь, почему Чхве тебя держит и не уволит? — протягивая конверт, перевел наконец дух мужчина.

— Потому что некому будет фотографировать.

— Потому что он тебя боится как огня. Ведь никогда не знаешь, чего ожидать.

— Ке-ке-ке.

Её ехидная и коварная улыбка, растянутая на лице, не заставила себя долго ждать. Зацепившись взглядом за часы, она в миг округлила глаза и схватилась за телефон.

— Кики, скажи, что ты ещё здесь. Нужна твоя помощь!

Японка, работавшая в журнале стилистом, имела доступ к гардеробу, который снимали на моделях к заглавным выпускам каждого месяца. Именно с ней Джухён иногда выпивала в закусочной и делилась наболевшим. Нельзя было назвать их подругами, но уже общее увлечение блогерством делало их как минимум приятельницами. До показа оставался какой-то час, и девушка не успевала попасть домой. Она смирно сидела, пока Кики, бурча что-то под нос, делала ей лёгкий макияж к платью-пиджаку, который подобрала из оставшегося гардероба.

— Не вертись! — легонько стукнула она кисточкой Чон по голове. — И учти, это платье должно остаться идеальным. Завтра приедут за всей коллекцией. Джухён! Отвлекись от своего блога и писанины, я с тобой разговариваю сейчас.

— Хорошо-хорошо…

«Мужчины — сволочи! Особенно если это начальник. Бесконечное число лет идёт эта негласная, но теперь уже кричащая борьба за эмансипацию. А так ли она нужна? За что бороться? За то, что в трусах у нас другие физические данные? Мы зависимы друг от друга, как бы ни хотели обратного. И это хорошо и плохо одновременно. Вы не волнуйтесь, просто столкнулась с негодованием на работе. Побольше отдыхайте, позволяйте себе эту роскошь».

Допечатав пост, она тут же прикрепила фото студии, в которой у них всегда проходили съёмки.

— Ва-а-а. Не пали рабочее место, — надула щеки японка и поправила прядь хаотично уложенных темно-каштановых волос Джухён.

— А у меня обязательно должен быть такой вырез на груди? И то, что я без блузки, это норм?

— Ты идёшь брать интервью у самого дизайнера Ким Мингю. Ты знаешь, что он вообще никому и никогда его не даёт?

— Вот-вот. Именно об этом я и хотел тебя предупредить, — стоял в дверях Бэк.

— То есть в этом платье он мне даст?

— Смотря, что ты хочешь ему предложить, — засверкал глазками Бэкхо, потирая подбородок.

— Пошляк! — с укором кольнула его взглядом японка и оглядела свой результат.

Для скорой руки Джухён выглядела на твердую четвёрку. Это платье отлично подчеркивало её талию и стройные ноги, а глубокий таинственный вырез и подавно вызывал интерес.

— Ну, удачи.

— Она мне сегодня точно пригодится.

Глава 3

Пригласительный был один, их — двое.

— И что будем делать? — развёл руками Ён. И погладил оторванный карман на груди.

— Закури.

— Что? — недоуменно посмотрел на Джу племянник. Такого ответа он явно не ожидал.

— Я знаю, что эта «сосалка» у тебя в кармане. Ещё в машине почувствовала приторный запах малины.

— Нуна… Тебе же станет плохо.

Ёнджэ жалобно и с каким-то укором посмотрел на своего опекуна. Джухён была для него больше, чем тётя. Старшая сестра, которая заменила мать. Она порой отказывала себе в каких-то желаниях ради его блага. Парень ценил это, но почему-то только сейчас задумался, что всё и всегда было исключительно для него, а он осознал это только сейчас.

— Нуна…

— Давай! — с нажимом произнесла девушка. — Потом обсудим твоё курение и прочие причинно-следственные связи.

Хватило одной затяжки вэйпа, чтобы Джухён почувствовала лёгкое удушье и начала кашлять. Прикрывая рот, она жестом указала в направлении двери, и Ён быстро сориентировался. Примерно так же они попали в аквапарк по одному билету, потому что второй просто не могли себе позволить.

— Ваш пригласительный? — спрашивал секьюрити у входа — высокий худощавый мужчина в чёрном смокинге.

— Вот, — протянул парень конверт. Джухён сильнее закашлялась, чуть ли не складываясь пополам.

— Простите, ей очень плохо, — затараторил Ёнджэ. — Приступ астмы из-за того, что кто-то из гостей курил. Можно мы поскорее пройдём?

— Да-да, конечно. А…

Пригласительный? Но они уже проскочили внутрь и быстро затерялись в толпе.

Ёнджэ тревожно бродил по коридору, иногда выруливая в холл, где собралось достаточно неизвестных ему людей. Нуна всё не выходила. Он очень боялся, что приступы кашля и удушья перерастут в настоящую астму. Конечно, не за этот вечер, но риск, судя по всему, был очень велик. Но к счастью, Джухён показалась довольно свежей и с лёгкой улыбкой.

— Немного размазался макияж, но мне кажется, так даже лучше. Больше вписываюсь в богемную тусовку, — она с улыбкой поравнялась с племянником и по привычке хлопнула по спине, чтобы тот выровнялся.

— Я уже стал переживать, не вызвать ли мне скорую.

— Так много выходных я не хочу. В общем так: мне нужно отснять материал и каким-то образом взять интервью у дизайнера всех этих ювелирных украшений. Вся беда только в том, что он не сотрудничает с прессой. Засада.

Девушка надула напомаженные губки и хотела коснуться их руками, но вовремя вспомнила, что нельзя. Вместо этого она вновь притянула за лацканы v-образный вырез на груди, радуясь, что это только начало сентября и в этом коротком платье ей не будет холодно.

— И что будешь делать?

— Ещё не знаю, — пожала плечами Чон и схватилась за фотоаппарат, висевший на плече в чехле. — Пока займусь фотографиями. А ты поброди тут. Только без фокусов!

— Ок.

Ён завис перед телевизором, где показывали видео, как изготавливают цепочки и кольца. Как заворожённый, он прилип к экрану, позабыв обо всем. Специальная машина штамповала звенья, а мастер, перекручивая их с каждым витком, прогонял обратно. Кропотливый и интересный труд. Парень даже не подозревал, насколько это непросто.

— Раньше это делалось вручную.

Рядом с ним остановился мужчина, так же посмотреть заснятый ролик.

— Круто! Тоже бы хотел такому научиться, — неподдельный детский интерес засиял в глазах парня, который впервые он так увлечённо на что-то смотрел.

— У тебя ещё всё впереди, — патетически, будто наставник, говорил мужчина.

— Да уж… — с какой-то грустью уронил голову Ён.

Незнакомый мужчина, поправив рукой спавшие на лицо волосы, с задумчивостью осмотрел парня. Чёрный кардиган поверх бежевой водолазки, зауженные брюки и замшевые лоферы с кисточками — мужчина был одет хорошо и неброско. Чего не скажешь о Ёнджэ в рубашке с оторванным карманом. Парень вдруг сразу почувствовал себя не в своей тарелке от таких вроде не прямых, но изучающих взглядов со стороны.

— Мне ведь не кажется, и вам от силы лет пятнадцать, — чуть приблизившись, мягко заговорил мужчина. — Как вы сюда попали?

В глазах школьника читалось лишь одно — вляпался. Джухён его просто зарежет, если сейчас их обоих выкинут с показа. Отпираться казалось бессмысленным, но и говорить горькую правду — страшно.

— Я пришёл с нуной, — осторожно ответил Ён, честными глазами смотря на визави.

Мужчина молчал, будто потерял интерес. Так казалось на первый взгляд. На самом деле его привлёк недовольный шёпот работников зала и вспышка фотокамеры в соседнем зале. Отчего-то там приглушили свет.

— Занятно, — будто в пустоту ответил мужчина и вновь обратился к Ёнджэ. — Ваша нуна где-то в здесь?

— Да-да. Общается с…

— Понятно.

Мужчина оборвал его на полуслове и после замолчал, вновь обращая свой взгляд в телевизор. Со Ёнджэ же до жути нервничал, ожидая, что вот-вот и незнакомец вызовет охрану. Даже ладони вспотели от напряжения.

— Когда-то я тоже тайком пробирался в мастерскую отца, было интересно, как он создаёт свои изделия. Влетало мне тогда не по-детски.

— А сейчас?

— К сожалению, его больше нет в живых.

— Моего тоже, — впервые заговорил об этом Ён и поджал губы. — Соболезную.

— Мы теряем близких, но они всегда с нами, здесь и вот здесь, — пальцем мужчина указал на сердце и голову, после чего похлопал парня по плечу.

— Наверное, — Ён пожал плечами и тряхнул головой. Раскисать не в его стиле.

— Видишь эту технику плетения? — заговорил мужчина, отвлекая обоих от грустных мыслей. — Её придумал ещё мой дед. Я ювелир уже в седьмом поколении.

— Расскажете?..

Отсняв материал, Джухён пошла на поиски племянника. Он должен был быть где-то в залах, и каково было её удивление, когда она увидела двух непринуждённо болтающих мужчин. Видимо, кто-то и где-то свыше ниспослал на её голову небесную кару, иначе объяснить эту «дружескую» болтовню племянника и неизвестного мужчины, стоящего к ней спиной, она не могла.

— Хоть бы лишнего не сболтнул, — устало прикрыла глаза девушка и, поправив на груди лацканы, направилась в их сторону.

— Добрый вечер, — с самой дружелюбной улыбкой, на которую только была способна, произнесла Чон и сверкнула глазами в сторону племянника. — Ёнджэ…

— А вот и моя нуна, — смущённо улыбнулся в ответ парень, где-то спиной предчувствуя, что её милая улыбка лишь для отвода глаз и в сумочке явно прячется складная бензопила.

— Чон Джухён, — протянула она руку мужчине для рукопожатия, но тот галантно обвил её пальцы своими и легко коснулся губами кисти.

— Ким Мингю. Дизайнер-ювелир.

Острый пронизывающий взгляд наравне с медовым голосом действовали убийственно. Джу даже немного растерялась и чуточку залилась краской, вспомнив, что вырез на груди хоть и скрывал всё, но оставлял достаточно места фантазии.

Ёнджэ со стороны наблюдал за двумя взрослыми людьми и ощущал небольшой дискомфорт. Господин Ким не отпускал взглядом его тётушку, как змей вторя её движениям, она же впервые смущалась, с какой-то неловкостью опуская глаза в пол. Сейчас он явно был здесь лишним.

— Я представляю онлайн-журнал «KoreaWay», — тряхнула Джухён головой, наконец беря себя в руки.

— Я не даю интервью. Простите, — уже было разочарованно развернулся мужчина, собираясь уходить.

— Вы откажите девушке в общении? Это не по-мужски, — с вызовом вздёрнула подбородок Джу, включая всё своё очарование и нахальство.

В конечном счёте, почему бы и не поиграть в кошки-мышки, тем более если предлагают. Всегда приятно чувствовать себя женщиной, особенно рядом с настоящим джентльменом. Мингю с лёгкой ухмылкой оценивающе посмотрел на девушку. Она принимала вызов и была горда собой, это отражалось даже в осанке. Обычно девушки тушевались и плавились от его манер и взгляда, словно податливое мороженое. С такими ему всегда было скучно.

— Так ко мне ещё никто не подходил из журналистов, — не смог смолчать мужчина и сделал один шаг навстречу.

— Потому что я фотограф. Но сегодня на полставки журналист. Так мы можем поговорить?

Чарующая улыбка, томящийся взгляд с полутоном нерешительности. Она в два счёта поставила его в тупик, и бежать было некуда. Соглашаться либо соглашаться, и это чертовски понравилось Мингю.

— У меня условие, — понизил голос Ким, будто намеренно проверяя Джу на прочность.

Чон не заставила себя долго ждать, от одной такой фразы она манерно закатила глаза, но быстро поняв, что не в том положении, чтобы выпендриваться, натянула милую улыбку. Ким не смог сдержать эмоций и прыснул в кулак, прикрывая смешок кашлем.

— Какое, господин Ким?

— Никаких диктофонов и прочих гаджетов. Вы напишите лишь то, что запомните из нашего общения.

Джухён только пожала плечами. У богатых свои причуды, и не ей его судить. Главное, что статью она сможет написать, а это значит, выходные у неё в кармане.

— Фотографировать, я надеюсь, можно? — на всякий случай поинтересовалась девушка и наконец обратила внимание на стоящего чуть поодаль племянника.

Она так увлеклась общением, что позабыла обо всём. Её ожидала работа с заявкой на сенсацию, а Ёна, чтобы не мешался, надо было поскорее отправить домой на такси.

— Ничего не имею против.

— Супер! Я сейчас посажу Ёнджэ на такси и… Подождите меня здесь. Пожалуйста, — последнее она прибавила чуть с заминкой, вовремя вспомнив, что их социальные ступени на разных уровнях.

Сложив ладони, она быстро отвесила поклон-извинение и, подталкивая парня к выходу, быстро засеменила на улицу. От высоких каблуков начинали уставать ноги. И хотелось бы взвыть, но где-то должно было открыться второе дыхание вместе с последующими мозолями, но это уже дело третье.

— Ты сейчас едешь домой…

— Дальше не продолжай, — надул щёки Ён, корча на редкость глупую гримасу.

— Я рада, что ты и сам всё знаешь, — подталкивала его в спину Джу, сгорая от нетерпения.

— А можно мне твой телефон? — вдруг увернулся племянник и быстро подхватил Чон, которая по инерции могла пропахать лицом асфальт.

— Зачем?!

— У меня закончился интернет, а за домашний забыл заплатить.

Щенячий взгляд, за который хотелось убить, придушить и сделать всё, что попросят. Ён умел пользоваться своей милой мордашкой, заставляя нуну лишь тихо рычать от негодования.

— Надрать бы тебе уши сейчас! — показала она кулак и отдала телефон.

— Тебя ждёт красавчик, тебе нельзя сейчас причёску портить, — ехидно поддел парень, сияя как начищенная рисоварка.

— Езжай уже, пока вместо тебя кто-то другой в такси не сел.

В местах, где проходили различные мероприятия, часто стояли таксисты. Вдруг гости немного выпьют и не захотят снова садиться за руль. Это было удобно, но дорого. Посадив Ёна в машину, Джухён поспешила назад. Она чувствовала волнение и покалывание в кончиках пальцев. Поднявшийся ветер принёс еле уловимый запах парфюма, он будто накинул его ей на плечи, и девушка смущённо улыбнулась. Ким Мингю на первый взгляд казался чарующим, но достаточно отстранённым, будто это всё напускное, и каков он на самом деле, оставалось загадкой. Впрочем, кроме интервью ей ничего не было нужно, а потому, расправив плечи и снова притянув лацканы на груди, поправила волосы. Быть на высоте обязана каждая девушка, даже если одета в потрёпанные джинсы. Это то, что изнутри, то, что даёт силу и гравитацию.

В холле, где они втроём стояли у большого экрана, никого не оказалось. Многие уже расходились по домам, довольные коллекцией и некоторыми приобретениями из неё. Не теряя времени, Джухён успела взять пару интервью у знаменитостей, фотографируя их на фоне платиновой вывески ювелирного дома, и после разочароваться в мужчинах.

«В чем секрет разочарования в мужчинах? В их губах. Они могут быть пьянящими, но холодными или неумелыми. Исходя из своих личных наблюдений, склоняюсь к теории, что мягкие губы = идеальные поцелуи. А ещё: чем лучше целуется ваш партнёр, тем больше вам понравится и… что-то ещё».

Не сдержав обиды, Джу быстро написала пост, войдя в свой аккаунт с телефона племянника, и сделала собственное фото, но без головы, с подписью: «Сегодня на вечеринке».

— Развлекаете себя селфи?

Мингю возник из ниоткуда с двумя бокалами шампанского. Он был словно вишенка на торте, которую забыли и посадили в самый последний момент на взбитый сливочный крем.

— Я вроде бы ещё не давал согласие на обработку персональных данных, — намекнул он на телефон, и Джу его поскорей убрала.

— Тогда вам придётся пить сразу с двух рук, — пожала плечами девушка, в упор глядя на дизайнера. Они словно два таццы глядели друг на друга, пытаясь переиграть. Только в этот раз было в его взгляде нечто недосказанное без доли тех чар, которые пленяли. — Ирландские наручники это, кажется, называется.

— Вы всегда так остры на язык?

— Именно поэтому я фотограф, а не журналист, — вздохнула Чон, сетуя на свой дерзкий характер и окончательное намерение остаться. — Но к счастью, не сегодня.

— Тогда прошу, — вручив бокал Джухён, мужчина предложил свой локоть, который она тут же обвила. — Вам выпадет редкий шанс посетить святая святых этого дома.

— А…

— Да, там можно будет сделать несколько фото.

Чон ещё никогда не была в подобных местах. Это не казалось обычным производством с заводским конвейером однотипных изделий. Всё сделано было с душой, каждое рабочее место будто своя маленькая мастерская. Уют превалировал над масштабами. Несколько ювелиров сидели за своими столами, в основном же огромное помещение пустовало, наполненное тихими и редкими биениями молоточков и шипением моющих машин.

— А вода? Вы сливаете всю переработанную воду в реку Хан? — внимательно слушая о производстве, притормозила у машины Джухён.

— Да. Но перед этим она проходит несколько ступеней фильтрации.

— А…

— Джухён, — мужчина серьёзным взглядом посмотрел на Чон, порядком уставший от блица. И хотя она не была журналистом, всевозможные вопросы сыпались из неё, как из порванного мешка с рисом. — Вы бы не хотели попробовать сами что-то создать?

— Что? Сама?

Девушка застопорилась, изумлённо глядя на мужчину, не совсем понимая, что он имел ввиду. Заняться чем-то своим или попробовать себя в ювелирно деле?

— Приглашаю вас за свой стол, — красивым жестом указал он на стол, стоящий поодаль ото всех.

— У вас даже на заводе есть свой личный стол с инструментами? — в изумлении приподняла брови девушка, будучи до этого уверенной, что господин Ким сидит в светлом просторном кабинете за ноутбуком и рисует 3D-ручкой свои эскизы.

— Идём.

Она даже не заметила, как он перешёл на ты. Огонь в глазах заражал неподдельным интересом и любопытством. В неприметном углу стоял старый затёртый дубовый стол со множеством наработок и непонятных инструментов. Джухён, как маленькая девочка, смотрела на всё с неподдельным интересом, осторожно всё трогала руками, с озорством поглядывая на Мингю, в душе боясь, что вдруг получит по рукам. Мужчина наблюдал, ему было любопытно, как она поведёт себя. Он впервые показывал своё рабочее место кому-то постороннему. Здесь он творил, создавая не на поток, а для души.

— Это эскизы? Ты рисуешь это сам? То есть вы.

— Да.

— А фотографии? Для чего они?

— Всё это называется мудборд — визуальное представление будущей коллекции.

— Вы работаете над национальными украшениями? Хотите сделать выставку?

Внутри зудела детская непосредственность и желание всё знать. Она с жадностью смотрела на своего визави, очерчивала взглядом чужие губы, отмечая, как верхняя чуть приподнята и мило сходится уголком посередине.

— Уже несколько лет работаю над аутентичностью украшений ушедших эпох. Наша история богата на события.

Джухён рассматривала эскизы, осторожно перекладывая один за другим, вдруг остановила свой взгляд на шпильках. Её прабабушка на старых снимках запечатлена в таких, с высокой сложной причёской.

— Это пинё, сейчас мало кто знает, как они назывались в старину.

— Моя прабабушка носила такие. Может быть, у бабули сохранились ещё. Они передавались у нас по наследству, когда кто-то выходил замуж.

— Наверное, ваши родители ждут этого момента? — приподнял одну бровь мужчина с лёгкой улыбкой.

— Я-то его уж точно не жду, — протестующе парировала девушка, взмахнув рукой в категоричном жесте.

— Неужели никто так и не попросил вашей руки и не спросил позволения у родных? — решил поддеть Мингю, ухмыляясь ответной каверзности со своей стороны.

— Мама в хосписе — последняя стадия рака и ей не долго осталось, отец погиб — пожар в метро в Тэгу в 2003. В общем... А просить руки у племянника, которого я же и воспитываю, как-то… Нелепо?

— Примите мои соболезнования, Джухён, — в миг посерьёзнел Мингю, искренне склонившись в поклоне, отдавая дань умершим в тот злосчастный день.

Чон не любила вспоминать те дни. Всё в её жизни накатывало волнами, и лёгкое затишье всегда означало бурю. Но она, кажется, привыкла к этому, свыклась с непростыми буднями и скалила зубы неприятностям. Мингю всколыхнул в ней волну забытых воспоминаний, подступившими комом к горлу. Мужчина и сам был не рад такому повороту и, поджимая губы, отводил глаза, понимая, что второй раз за день ненамеренно влез в личные истории. В душу тех, кто с виду казался ему поверхностным. Видимо, судьба решила подшутить над ним, щёлкнув по носу за небрежную надменность и острую уверенность, что он вполне неплохо может читать людей.

— Не беспокойтесь обо мне, господин Ким.

— Могу ли я в качестве извинений подарить вам вот это?

Выдвинув верхний ящик стола, мужчина извлёк из него тряпичный свёрток и, уложив на ладонь, бережно раскрыл его, являя длинную изящную пинё с овальной вставкой фиолетового камня.

— Нет! — судорожно выставила вперёд руки девушка, округлив и без того большие глаза.

Она не так уж хорошо была знакома со старыми традициями своей страны, но прекрасно знала, что обычно такого рода украшения дарили на сватовство женихи своим будущим невестам.

— Меня несколько ошеломляет ваша реакция и неплохое знание собственной культуры. Джухён, вы действительно умеете удивлять, — Мингю по-доброму улыбался, глядя на девушку. Чтобы настолько не хотеть замуж — с таким он сталкивался впервые. — Это ручная работа со вставкой фиолетового нефрита. Так сказать, на удачу.

— На удачный выход замуж…

— У вас пунктик на этот счёт?

— В целом не стремлюсь оказаться окольцованной.

— Может быть, вам просто не предлагали стоящее кольцо?

— Кольцо это как подсластитель к лотерейному билетику под названием мужчина. Сначала всё красиво, потом рамен на уши и в заключение либо непроходимая упёртость врождённого типа, либо в отношениях ты отвечаешь за яйца как фигурально, так и… — И тут она прикусила язык, поняв, кому именно сейчас рассказывает все свои теории, исходящие из неудачных опытов.

Мингю стоял молча, с невероятной внимательностью слушая её бредовую теорию и не веря собственным ушам. Казалось бы, удивляться и влипать в щекотливые ситуации он уже не мог, на сегодня было вполне достаточно, но слушая почти феминистический монолог, готов был даже поверить, что всё это правда. Если бы не одно «но»: он не являлся таким мужчиной, а потому просто не понимал такие тирады.

— Я думаю, материала у меня предостаточно, — затараторила Джухён, накручивая волосы и закалывая их в хвост от волнения. — Фотографий уж тем более много. Жаль, не смогу сделать вставки на мой блиц вопрос-ответ, но это уже детали.

Она быстро крутанулась, стараясь скрыть пылающие щеки. Так сильно вляпаться надо было не просто уметь, а быть талантливой к этому. Но сказанного не вернуть, а рой мыслей хотелось оформить в пост, потому что просто подгорало. Мужчина наблюдал за её суетой и никак не мог сложить в голове пазл: дерзкая в общении, вольная в мыслях, смущающаяся под натиском своих же заскоков, умная и красивая. Такой гремучий коктейль, что с обычного наскока и харизмы ему не разобрать.

— Я провожу, — чуть понизил голос мужчина, пытаясь завоевать хотя бы её взгляд.

Эта неловкость, повисшая гильотиной, начинала раздражать. Ему не хотелось заканчивать всё вот так. На такой ноте.

— Я справлюсь, — гордо вздёрнув подбородок, парировала Джухён, в душе прекрасно понимая, что легко здесь заблудится, быстро добавила: — Но лучше в другой раз.

Мингю только ухмыльнулся, вновь предлагая себя, свою руку и приятное молчание. Ему бы хотелось найти какую-то отвлечённую тему для беседы, но ушки Джу так мило алели, что он просто не смел заговорить. Только красноречиво опалил взглядом, намекая на то, что они оба взрослые люди и ничего такого не произошло.

— Спасибо за интервью, господин Ким, — первой заговорила Джухён, наконец сбрасывая это глупое оцепенение. — Было очень интересно побывать на производстве и прикоснуться к таинству мастерства.

— Я рад, что тебе было интересно и…

Спокойный и какой-то другой, родной взгляд Мингю заставлял довериться мужчине безоговорочно. Но фривольное «ты» вновь стопорило.

— Разве мы перешли на…

Джухён не договорила, её волос коснулась мужская рука. Осторожным движением Мингю воткнул в них забытую шпильку. Девушка замерла, чуть не позабыв как дышать. Она, как в детстве, с упоением смотрела в глаза, но уже не отца, а Мингю, и видела загадочный мир, который вдруг приоткрылся, приподняв завесу. Мурашки пробежали по коже, и, поёжившись, обхватывая себя руками, Джухён с огорчением сделала пару шагов назад.

— До свидания, господин Ким.

— До встречи.

Лёгкий аромат парфюма коснулся ноздрей. Мужчина прикрыл уставшие веки, где-то на грани сознания готовясь к переменам. Так неожиданно и внезапно он нашёл, кого искал.

Глава 4

Джухён ехала в такси с отстранённым выражением на лице. В приоткрытое окно задувал прохладный ветерок, мурашками пробегая по коже. Мингю хотел сблизиться, или это ей только показалось? Возможно, это уловка, рассчитанная на обычное мужское «альфа», хотя ей почему-то думалось иначе. Первые минуты знакомства и последние заметно разнились: во взгляде, жестах, голосе и эмпатии. А ещё она давно так ни перед кем не смущалась из-за высказанных вслух мыслей. В какой-то момент напускная и уже прилипшая к коже бравада вдруг улетучилась, явив миру спрятанную детскую непосредственность. И именно из-за неё она и застеснялась — своего настоящего, спрятанного глубоко «я».

Устало зевая после тяжёлого дня, Джухён наконец оказалась дома. Племянник что-то смотрел на компьютере и только махнул рукой, когда она тихо постучалась и просунула голову в его комнату.

Плюхнувшись на кровать, раскинув руки и ноги в форме звёзды, девушка взяла в руки уже свой телефон и негромко застонала.

— Что опять?

В какао пришло голосовое от редактора Чхве.

— «Завтра к семи утра весь материал должен быть у меня на столе. Надеюсь, интервью у тебя получилось взять, раз так хотела выходные. Верстаем номер, и к обеду он уже в продаже».

— Да он издевается! — в сердцах стукнула по кровати Джухён и прикрыла ладонями лицо, размазывая косметику.

— Ащ! Бесит!

— Нуна? — Ёнджэ несмело заглядывал в комнату, боясь потревожить тётю.

— Я в бешенстве!

— Я могу взять миску из-под риса вместо шлема на голову.

— Ён, я правда не в настроении слушать твои шуточки. Мне надо написать статью к утру, ещё и интервью оформить с этим Мингю. А с последним засада.

— Фигня. Не парься, — отмахнулся парень и достал из кармана свой телефон.

Джухён не обратила на него внимания. Она думала про интервью, про то, о чём разговаривала с Мингю, и вдруг поняла, что совершенно ничего не помнит. Что сядь она сейчас писать статью, и из-под пальцев ничего не выйдет. Белый лист. Вдруг впервые захотелось зареветь. Настолько всё навалилось, что эмоции перекрывали абсолютно всё.

— Нуна, — потряс её за плечо Ёнджэ, пытаясь уже в четвёртый раз завладеть вниманием.

— А? — приподнялась на локтях Джу, вытирая скопившуюся в уголках глаз влагу. Для слёз было не время.

— Я думал, он тебе понравился, — лукаво подмигнул Ёнджэ, пытаясь на что-то намекнуть.

— Не было времени к нему приглядываться.

— Ну да… А пост про губы сам собой появился. Просто так, — развёл руки в стороны парень, кривя в непонимании мордашку.

Она недовольно посмотрела в его сторону, явно давая понять, что это не только не его дело, но даже дышать в эту сторону запрещено. Мысли в голове женщин порой как тараканы: кто в форточку песни орёт, а кто на полках порядки наводит.

Парень не стал дальше продолжать. Не в том настроении была Джухён для подобных бесед.

— Держи, — Ён протянул ей свой телефон с сохранённой записью на диктофоне.

— Что это? — скепсиса в голосе Джухён было больше, чем людей на рынке в Тондэмуне в выходной день.

— Включи и всё узнаешь. А я пошёл, — племянник подмигнул и уже почти улизнул за дверь, когда нуна наконец собрала себя в кулак, прекратив самобичевания.

— Стоять!

— Что ещё? — надувая щёки, закатил глаза парень.

— Почему ты подрался?

Решительная и собранная Джухён стояла у рабочего стола, скрестив руки на груди. Ей принципиально важно было знать, в чём дело. Ёнджэ не тот, кто будет давать себя в обиду, и уж тем более постоять за себя он мог прекрасно, сказывались долгие тренировки по тхэквондо.

— Я не дрался.

— Не ври.

— Ладно. Подрался. И мне разбили нос, — он не хотел распространяться о причине, но с таким «палачом» сложно было что-то утаить.

— Что не поделили?

— Скорее, кого…

Джухён приподняла бровь в изумлении. Дело принимало неожиданный поворот. И если с курением она могла и боролась, то с девушками придётся туго. Она не против отношений, потому что это вполне естественный процесс. Однако это означало, что им стоило поговорить по душам, в частности, о средствах контрацепции, о которых он и так наверняка знал. Но в большей степени это означало втайне переживать, чтобы ему ненароком не разбили сердце.

— Да? И кого же? Я её знаю? — Джу была полна жадности к личной тайне, которую неумело скрыла за строгостью.

— Нуна, слушай запись. Не отвлекайся. Нам нужен твой выходной. Не забыла? — Ён с нажимом показал на телефон и быстро вышел из комнаты. Пока что он не готов что-либо обсуждать, особенно, когда у обоих пропало настроение.

Чон недовольно поджала губы и подчинилась. Пришлось подчиниться. Поднеся к уху динамик, девушка прослушала первые секунды записи, а потом, бросив всё, кинулась искать наушники. Ёнджэ, чёртов засранец и гений! Её убьёт Мингю, но интервью явно в кармане. Обмениваясь телефонами, дорогой племянничек включил диктофон, значок которого она даже не заметила на экране. Прослушав весь их разговор, в каком-то момент словила себя на мысли, что очарована голосом мужчины, плавностью тембра и низкими нотками. Покусывая губы, девушка честно призналась себе, что это был отличный вечер, шикарный мужчина, и ей льстило его внимание. В мыслях она упивалась чувством, что была на этом вечере красивой и желанной женщиной.

— Что значит была? Ты и есть красивая женщина, Джухён! Давай за работу. Файтин!

Утром её разбудил звонок от помощника редактора. Чон даже не заметила, как уснула за столом, прикорнув на руке рядом с открытым ноутбуком.

— Что? — промямлила она в трубку, сонно потирая глаза, даже не удосужившись глянуть, кто это был.

— Ты время видела? Ворчун рвёт и мечет. Материал надо в печать отдавать, а твоей статьи нет.

Джухён быстро округлила глаза и глянула в монитор — девять утра.

— Ащ! — растрепала она волосы, понимая, как сильно подставила саму себя. — Сейчас буду!

На пол что-то со звоном упало. Серебряная шпилька от удара разлетелась на две части, и Джухён грешным делом подумала, что сломала дорогую вещь, но приглядевшись, поняла, что та просто разъединилась.

— Занятно…

Редакция кипела. У себя в кабинете громко разговаривал господин Чхве. Джухён, крадущейся к отделу, где верстали номер, совсем не хотелось попадаться ему на глаза.

— Хисон, скажи, что я успела? — девушка состроила умоляющую гримасу и с вежливым поклоном отдала флешку.

— Ты почти успела. Чхве орал как белый медведь, — поджимая губы, девушка недовольно поправила очки.

— Пусть купит крем от раздражения и не раздражается.

Хисон красноречиво округлила глаза, указательным пальчиком показывая куда-то Чон за спину.

— А?

— За спиной, — одними губами произнесла верстальщица и уткнулась в компьютер.

Нахмурившись, Джу медленно обернулась, предчувствуя, как у неё за спиной у кого-то подгорает, поскольку недовольное сопение стало слышно слишком отчётливо.

— Вот вы где, Джухён? — сладкий мёд лился из уст господина Чхве.

Впору было задрожать коленкам от такого голоса, пропитанного ядом. Джухён в первые секунды струхнула, но, вспоминая, как водила у него пальцем перед носом, приосанилась. Если идти, то до конца.

— Здрасьте. А я вот тут статью сдаю: интервью, фото, всё как положено, — нагло лыбилась Чон, понимая, что немного перегибает, но отступать уже было поздно.

— Почему материалы не у меня? Кто вам дал разрешение сдавать статью верстальщику, обходя выпускающего редактора? Вы забыли про субординацию?! Или интервью нет, и вы решили обойти это таким способом?

Господин Чхве кричал, кажется, на всю редакцию. Столь сильное неуважение и неприязнь ему не выказывал ещё никто. Джухён стояла молча и ошеломлённо слушала тираду начальника. Да, она обошла его стороной, но только для того, чтобы журнал вышел вовремя. Виновата, что уж тут скажешь, но сладкий запах выходных дурманил голову. Впрочем, недосып из-за написания статьи и нарезки интервью (по своим личным соображениям она не стала скидывать на флешку весь разговор с Мингю) тоже сыграли немаловажную роль.

— Мне слишком нужны эти выходные, поэтому я справилась с поставленной задачей, — парировала Джухён без тени раскаяния на лице. В конечном счёте она заслужила эти выходные.

— Извините, господин Чхве, — вмешалась в разговор Хисон, подзывая начальника просмотреть, как будет выглядеть разворот в журнале.

Редактор хмурился. Ещё чуть-чуть, и явно заскрипел бы зубами, потому что всё вышло более чем хорошо. В своё время у него не смог взять интервью у господина Ким, хотя тогда он только начал управлять ювелирным домом вместо своего отца.

— Журнал в печать, флешку мне на стол. Я должен убедиться, что ты не врёшь, — тыкал мужчина пальцем сначала в разворот, а затем в Чон.

Громко хлопнув дверями, господин Чхве вышел за дверь и из себя. Этим интервью Джухён его окончательно и бесповоротно добила.

Девушка уже готова была радоваться своей маленькой победе, когда затрезвонил телефон.

— Ты где? За коллекцией приехали. Ты платье принесла?

— Ащ! — закатила глаза Джу, позабыв о самом важном. — Кики задержи их, через двадцать минут оно будет у тебя.

— Я тебя убью! Ты знаешь, что…

Но Джухён уже отключилась, не было времени слушать японку и её гневные тирады. Если надо, она потом помолится перед статуей Будды и сделает харакири, одевшись в красивое кимоно, но точно не сейчас.

Подъезжая к дому, Чон заметила красивый дорогой чёрный автомобиль, рядом с которым стоял Ёнджэ. Если это не учитель, который приехал за ним, чтобы привезти в школу, потому что он явно проспал, то впору было не просто говорить по душам, куда вляпался племянник, а делать ноги. Забыв о платье, Джухён направилась к машине, готовая разорвать на полоски кого угодно.

— Я, конечно, всё понимаю, но почему ты не в школе?! — быстрым шагом она подходила к машине, снедаемая любопытством пополам со страхом от того, кого увидит на водительском кресле.

— Нуна? — сконфузился Ёнджэ, совсем не ожидая, что тётя вернётся так скоро.

— Ён, ты… — она не договорила. Не успела Джу поравняться с племянником, из машины вышел знакомый мужчина. — Мингю?

— Привет.

Тёмные брюки, оксфорды, белая рубашка, незастёгнутая на три верхних пуговицы, очки, которые он тут же снял, и очаровывающая улыбка. Даже более чем очаровывающая улыбка сияла на лице мужчины. Скулы не сводило от приторности, наоборот, всё было естественно с небрежной элегантностью. Просто и сам Ким не ожидал такого поворота и внезапной встречи. Джухён же застопорилась окончательно, не понимая, что происходит. Вчера мужчина улыбался ей, а сегодня приехал зачем-то к племяннику. Дуализм или... Мысли явно уносили её не туда, и разгребать ещё и эту проблему сейчас хотелось меньше всего.

— Я хочу услышать объяснения от вас двоих. И! — подняла она палец кверху, заранее предупреждая молчать Мингю, который явно хотел что-то возразить. — Сейчас мне плевать, кто вы и насколько круты яички у тебя в штанах. Ён должен ходить в школу и закончить её. Хотя бы закончить. Поэтому…

Договорить она не успела, звонивший телефон с высветившейся аватаркой Кики, кричал: «где моё платье?!». Джухён сбросила и ломанулась домой, оставив мужчин снова наедине, обсуждать, насколько женщины бывают вспыльчивы.

Впрочем, об этом она думала меньше всего. Отчего-то больше её волновал вопрос: «ты» или «вы». Она никак не могла выбрать для себя самой, как общаться с господином Кимом, и это почему-то оказалось достаточно важной проблемой. Такой же, как и незаводившееся авто, подло решившее, что опаздывает его хозяйка и так, чего уж спешить.

— Ну давай, заводись, миленькая, — умоляла машину Джухён, в зеркало заднего вида поглядывая на платье, лежащее сзади.

Жалко было расставаться с частичкой воспоминаний, но и позволить его себе купить она точно не могла. Пока Джу думала обо всем, пытаясь уговорить своё старенькое авто завестись, в стекло постучали. Глянув на стоящего рядом мужчину, она недовольно закатила глаза и приспустила стекло.

— Я могу предложить тебе свою помощь? Довезу, куда скажешь. — Мингю не шутил и был настроен решительно, хотя озорство и искрилось в глазах.

— Это всё из-за тебя! Бесит! — почти зарычала девушка. Ей оставалось принять неизбежное — окончательную поломку машины, вместе с подоспевшей помощью. А напускное ворчание как выход негатива.

— Я принимаю это как согласие и капитуляцию к переходу на «ты», — лицо Мингю озарила лукавая сияющая улыбка.

— Сонгбук-гу, 36. Об остальном поговорим позже. Но то, что всё это возмутительно, я заявляю прямо сейчас! — Джу негодовала и чуть ли не тыкала пальцем в Мингю, который только опалял взглядом, принимая всё во внимание, но не расценивая как угрозу.

— Как скажешь.

Он не сопротивлялся. И это делало его привлекательным для Джухён. Не было глупого фырканья и лёгкой скептичности, так и веющей первенством в битве между полами. Пальмовая ветвь оставалась на пальме, а возмущение женщины принималось во внимание и не оспаривалось, потому что сейчас это были лишь эмоции и не более того.

К офису они доехали за считанные минуты, на удивление миновав светофоры и пробки. Джухён уже схватила платье, чтобы в буквальном смысле влететь в редакцию, когда застопорилась, приотворив заднюю дверь машины.

— Ёнджэ, чтобы когда я вернулась, ты был уже в школе или хотя бы на пути к ней. Ясно? Учти, я проверю.

— Нуна, ты опаздываешь. Тебя наругают, — пытался поторопить её племянник, хотя прекрасно знал, что такое с ней не работает.

— И ещё.

Чон протянула руку ладонью кверху и замерла в ожидании.

— Ну Джу, не позорь меня, — насупился парнишка, понимая и без слов, чего от него хотели. Но Джухён была непреклонна. Слушаясь и повинуясь, он достал из рюкзака вэйп и вложил ей в ладонь. — Всё?

— Да!

За секунду девушка вбежала в большое стеклянное здание и скрылась из виду. Мингю смотрел ей вслед, решая, что ему делать дальше. В зеркало заднего вида он видел Ёнджэ, с которым так и не договорил. Джухён своим появлением всех переполошила. Какой-то ураган — отметил про себя мужчина и вновь завёл машину. Он ничего не обещал, но Ёна надо было отвезти в школу.

— Ёнджэ, мы не договорили, но моё предложение в силе. Для тебя это отличная возможность познать себя и попробовать что-то новое.

Мужчина припарковался у школы, в который учился Со. Они стояли на улице у главных ворот. Ён не ожидал, что к нему проявит интерес господин Ким, а сам Мингю просто хотел помочь парню обрести себя, как когда-то ему помог друг отца.

— Спасибо, господин Ким, — вежливо поклонился Ён, будучи в замешательстве от таких предложений и внимания. — Нуна, наверное, будет против, но я хочу попробовать.

— Я думал, ты не любишь слушаться нуну.

— Она моя семья. Господин Ким, а вы не хотите поехать с нами в Кимджэ, к бабушке. Мы с Джу планировали подняться к храму, там есть много старинных украшений. Вы же для мудборда материал собираете, или как там оно называется?

— Да, мудборд. Если Джухён не против, то я с удовольствием.

— Ну, она… Вам ведь нравится Джухён? — Ён спрашивал на свой страх и риск, не ожидая в ответ ничего. Ведь господин Ким мог просто не ответить на его дерзость.

— Вы с тётей похожи, тоже задаёшь щекотливые вопросы, — усмехнулся Мингю. Он был спокоен и не выдавал и толики волнения, забившего волной внутри.

— И всё же, — не отступал парнишка. — Я видел, как вы смотрели на неё. И она на вас…

— Как бы ни смотрела девушка, это ровным счётом ничего не значит, пока она сама не поймает тебя в свои сети.

Мингю замолчал и вдруг задумался над сказанными своими же словами. Обычно он не любил высокопарных слов и вдумчивых высказываний, но явно не сегодня.

Ён только прикусил губу, это очень ему напоминало Джу, она тоже любила изливать свои мысли, но делала это в своём блоге. Неожиданные совпадения.

— Так каким будет ваш ответ? — парень поджал губы в тонкую линию, стараясь не зажмуриться из-за накатившего страха, и затаил дыхание.

— Склонен к положительному ответу, хотя и боюсь непредсказуемости Джухён, — честно признался мужчина, вспоминая их скомканное прощание.

Ёнджэ заметно и с облегчением выдохнул, что довольно позабавило Мингю. Лёгкая улыбка коснулась губ мужчины. От яркого солнца он надел очки и подставил лицо его лучам. Этот несмышлёный ещё во всех аспектах жизни, но достаточно упорный мальчишка предлагал ему авантюру, в которой было желание поучаствовать. И даже не из-за Ёнджэ, которого он хотел взять в ученики, и не из-за Джухён, хотя она и привлекала его, в большей части из-за себя. Мингю нужно было сделать паузу. Остановиться и осмотреться вокруг. В последнее время он слишком зациклился на новой коллекции и своём собственном проекте, что силы для творчества истощали уже жизненные ресурсы. А это уже было неприемлемым.

— Отлично. Тогда до завтра!

Ён помахал рукой и забежал в школу. Кленовая аллея шумела листвой, покачивая кронами из стороны в сторону. Листва, опалённая солнцем, понемногу желтела. Мингю ещё немного постоял у школьных ворот, вспоминая свои ушедшие школьные деньки, и, сев в машину, быстро уехал.

Глава 5

— Объясни мне только одно: почему мы должны ехать вместе? Кто был генератором этой гениальной идеи?

Джухён возмущённо махала руками, стараясь не прибить родного племянничка, пока эвакуатор грузил её машину. Порывы ветра бросали в лицо волосы, из-за чего девушка ещё больше злилась.

— Это для мудборда, — пытался как-то выплыть в расплывчатых пояснениях Ён. — К тому же у тебя машина сломалась.

— Спасибо. Я заметила.

— Джухён! — окликнул девушку седовласый мужчина, заполнявший документы.

Сентябрьские деньки радовали теплом и хорошей погодой. Ёнджэ в очередной раз прогуливал школу, хотя и с позволения тётушки. С минуты на минуту должен был приехать Мингю, а они собачились почём зря. Парню отчасти было боязно выкладывать всю правду, а с другой стороны, ничего криминального-то и не было. Кроме того, что Мингю отвезёт их к бабушке и проведёт вместе время. Сущий пустяк.

Пока Чон разговаривала с мужчиной, который, на счастье, был соседом через пару этажей и работал эвакуаторщиком, к подъезду подъезжал Мингю. Ёнджэ завидел его чёрную машину издалека. Время на раздумья и действия неумолимо сокращалось, и то, что ещё не было сказано, нужно было озвучить уже сейчас. И на свой страх и риск.

— Нуна? — окликнул Ён тётю, пытаясь привлечь к себе внимание.

— Да. Да, спасибо большое, Вонби-ши, — Джу поклонилась мужчине средних лет и, отдав ключи от машины, направилась в сторону племянника.

— У меня для тебя две новости. Нет, три! — затараторил парнишка, изрядно нервничая.

Он хотел выложить всё как есть, до появления Мингю, чтобы свести к минимуму локальность конфликта.

— Говори, — тяжело вздохнула Джу, принимая неизбежность как данное.

— Господин Ким предложил мне стать его учеником. Я согласился.

— А третья какая? — спокойной спросила Джу.

— Он едет с нами.

— Это я уже поняла. А третья какая? — приподняв брови, девушка требовательно, в упор смотрела на племянника.

Джухён не очень-то любила сюрпризы, поэтому молчание Ёна воспринимала с насторожённостью. Парнишка же, наоборот, не знал, как сказать про симпатию к ней мужчины, да и стоило ли. Ляпнул с горяча и теперь пытался выпутаться.

— Ну… э-э-э… Добрый день, господин Ким! — быстро переключив внимание, Ёнджэ замахал рукой, приветствуя Мингю, стараясь всеми силами игнорировать Джухён.

Мужчина отсалютовал Ёнджэ и одарил Джу лёгкой тёплой улыбкой. Она же сделала вид, что смутилась. Её душило чувство вины из-за неправильного поступка со статьёй. И всё, возможно, можно было бы пустить на самотёк, но они пересеклись и, видимо, будут делать это часто, а она не сдержала слово. Для Джу это равнозначно позору.

— Спасибо, что согласилась принять меня в вашу компанию. Надеюсь, наша поездка окажется увлекательной.

Мингю говорил искренне без малейшей толики каких-либо подтекстов, а у Чон зудело внутри и хотелось ёрничать.

— Ты всегда такой «милый», — девушка согнула пальчики в жесте кавычки, скорчила умильное личико.

— Простите, господин Ким, я просто не сразу сообщил Джухён, — тут же вмешался Ён, опасаясь, что нуна наломает не просто дров, а снесёт ураганом всё к чертям. — Точнее, только сегодня. Прямо перед вашим приездом.

— Это не страшно, — спокойно воспринял критику Мингю, лишь бросил колючий взгляд на девушку. — Я всё равно настаиваю на своём обществе и буду рад побыть в качестве водителя. Джухён?

— Люблю молчаливых таксистов, — не удержалась она от колкости и хлопнула племянника по спине, чтобы тот выровнялся.

Мужчины переглянулись. Ёнджэ хотелось провалиться сквозь землю. Конечно, отчасти он был виноват в упрямстве Джу, но дело уже было сделано. В следующий раз он точно не оплошает. Мингю же молча проглатывал уколы, держась будто бы отстранённо. Она просто была женщиной, для которой вдруг всё пошло не по плану. Во всяком случае он так думал и был уверен, что прав.

Они ехали уже с добрый час, а у Джу всё не смолкал телефон. Тариф «популярный» без доплаты за входящие. Девушка только закатывала глаза и не отвечала. Было много неизвестных номеров, но она прекрасно догадывалась, кто это. По времени номер уже наверняка оказался на прилавках, а она тот, кто смог разговорить знаменитого владельца ювелирного дома.

— Беспокоят с работы? — нарушил молчание Мингю.

Он смотрел на неё сквозь тёмные очки, и сложно было догадаться о его мыслях. Наверняка мужчина ещё не видел вышедший журнал, а если видел, то почему согласился на встречу? Вопросы роем кружились в голове, и это казалось невыносимой пыткой. Ён тихонечко сидел на заднем сиденье и просто смотрел в окно, пытаясь разглядеть мелькающий пейзаж. Чем дальше они отъезжали от города, тем больше деревьев было вдоль дороги. Чарующая осень принялась за краски, сменяя буйство зелени на более спокойные и желтеющие цвета.

Джухён в последний раз отклонила звонок и отключила телефон. В конечном счёте она просто выполнила задание и заработала эти два выходных дня. Всё остальное не её забота.

— Я включу музыку. Ты не против?

Джу только кивнула головой, сминая пальцами губы. Беспокойство снедало изнутри, гремучей змеёй извиваясь под кожей. Мингю украдкой поглядывал на сидящую рядом девушку и сравнивал с той, которую встретил на показе. Нет, она была всё той же дерзкой, удивительно милой и прямолинейной. Пусть и без ярких теней и помады, но она нравилась мужчине такой, какая есть. Внутренняя сильная харизма очаровывала больше, чем любые феромоны.

— Почему ты согласился на предложение Ёнджэ с нами поехать? — нахмурив брови, она кусала губы, бросая непонятные мужчине взгляды.

— Это секретная информация, — хитро усмехнулся Мингю. — Просто для развлечения.

— Хм… Что ж… — Джухён взвесила всё «за» и «против» и решила рискнуть. — Чтобы не было недомолвок, предлагаю всем сыграть в одну интересную игру. На счёт три раскрываем свои секреты. И не обсуждаем их. Просто как факт. Идёт?

— Нуна, может, не надо? — взмолился племянник, кусая губы.

Он чувствовал волнение тёти, но никак и ни с чем не мог его связать. Она держалась спокойно, и Мингю, казалось, её вовсе не интересовал, хотя он делал ставку на обоюдную симпатию. Ошибся?

— Учти, Ён, я узнаю, если ты соврёшь, — повернувшись назад, Джу пригрозила ему пальцем.

— Ащ! Нечестно!

Прикрыв глаза, Джухён набралась решимости. Лучше сделать это сейчас, чем ехать в полной тишине, которая гнетёт и давит на уши. А последствия? Девушке хотелось о них не думать. Авантюра чистейшей воды.

— Давайте, — скомандовала Джухён. — Раз. Два. Три!

— Ты нравишься Мингю!

— Вышел журнал с твоим интервью. Прости.

— Я с вами ради медальона.

Секундная тишина оказалась вечностью. Каждый переваривал услышанное. Ушки Ёна горели огнём, он ещё никогда не был так близок к фиаско. Да и в целом ляпнуть такое — надо было не иметь мозгов. Но он всего лишь хотел счастья для своей нуны. Мингю и Джухён же уставились друг на друга. Мужчина предусмотрительно сбавил скорость. Он прекрасно слышал, как его с потрохами сдал Ён, но ничего не имел против. Постыдно для мужчины не признать, что девушка красива, даже если вы больше никогда не увидитесь. Джухён же с широко раскрытыми глазами смотрела на обоих, пытаясь состыковать услышанное с ощущениями и тем, что было наяву. Но вот медальон…

— Медальон? — изумилась девушка, машинально пытаясь нащупать его на своей шее. — Но ведь в нём нет ничего особенного.

— Тш, — мужчина приложил палец к губам. — Мы не обсуждаем. Это были твои правила.

— Но… Айгу.

Ей оставалось только сокрушаться собственной непредусмотрительности. За каких-то пару минут произошли открытия, которые ей казались невозможными и где-то даже неважными. И оставалось только мучиться вопросами, когда так хотелось расспросить и не без пристрастия.

Мингю внешне оставался спокойным, он лишь краешком губ ухмыльнулся, коснулся взглядом её искусанных губ и продолжил следить за дорогой. Трасса была длинной, извилистой и где-то в конечном пути должна была к чему-то привести.

«Мужчины, которые держат слово… Не надо думать, что их не существует. Они есть, здесь и сейчас, вообще и в целом. Они примагничивают…

Осень в Корее такая красивая. Скоро начнутся дожди, но вы успейте насладиться этим жёлтым листопадом. Он прекрасен…»

Джухён с задумчивым видом писала пост, на ходу делая фото из окна машины. Ей импонировал Мингю, особенно его манера держаться невозмутимым. Только глаза его всегда выдавали. Глаза, которые ярче всего могли объяснить, что он чувствовал.

Приятная музыка из динамиков хорошо расслабляла. Вскоре Джу перестала быть в напряжении. Она призналась в своём жульничестве, и если её до сих пор не высадили из машины, значит, не всё критично. А может, Мингю и так подозревал, что его будут записывать. В любом случае уже всё было сделано и номер вышел в продажу. Заглянув в зеркало заднего вида, Чон обнаружила мирно спящего племянника. Она тепло улыбнулась, но тут же нахмурились, вспоминая его любовь к компьютерным играм.

Мингю всё это время украдкой, деланно невзначай наблюдал за Джухён. Её естественность и подача себя, особенно эмоции, хорошо отпечатывающиеся на лице, — всё это словно палитра с красками. Вот только какой-то нерадивый художник смешал каждый цвет. Мингю даже в какой-то мере восхищался ею, ведь признаться в содеянном, пусть и вот так, мог не каждый. Хотя с первых минут знакомства уже было ясно, что Чон Джухён «не каждая».

— У меня в багажнике есть плед. Остановить машину?

— А? — девушка чуть дёрнулась, потревоженная в своих мыслях. — Да, наверное.

С заботой накрывая племянника пледом, она вдруг почувствовала, как у самой затекла спина от долгого сидения и хотелось вздремнуть. Путь до Кимдже был не близкий, но всё же быстрее, чем автобусом.

— Можно вопрос про Ёнджэ? — заговорил Мингю, тоже порядком уставший от долгой езды. — Как так вышло, что ты стала его опекуном?

— Ну… Его мать и младшая сестра погибли в автомобильной аварии. А отец скончался ещё раньше от пневмонии. Я с ним вожусь почти с самого рождения. Так что когда встал вопрос, с кем останется Ён, то сразу оформила документы. Он хороший пацан, но немного балбес. Если честно, даже не представляю, что ты в нём разглядел.

— Считаешь, у него нет ни к чему способностей? — приподнял брови Мингю.

— Есть. Конечно есть. Но чтобы их найти, нужны поиски и время. А он не настолько настойчивый.

— Посмотрим, — пожал плечами Мингю.

Мужчина не осуждал Джухён. Оставшись главой семьи, она больше волновалась, как всех прокормить и не сгореть на работе. Она выполняла свои обязанности, но Ёнджэ, несмотря на всю заботу и строгость, нужен был хотя бы наставник. Мужчина-наставник. И Ким отчасти видел в нём себя, ему хотелось помочь и направить, а станет ли он его учеником или нет, уже дело третье.

В Кимдже стояла золотая осень. Жёлтые шапки деревьев трепетали на ветру, будто перешёптываясь.

Машина припарковалась у обочины и Джухён вышла, чтобы издали сделать несколько фото виднеющегося храма на горе Моаксан. В детстве ей нравилось забираться туда и смотреть с высоты вниз. Оттуда открывался потрясающий вид на бескрайние равнины и далёкий синий горизонт, манивший свободой и вольными мечтами. Ветер продувал и будто подхватывал, и казалось, что расправь руки в стороны, и он подхватит тебя и полетишь как птица. Кимдже для Джухён это город детства и забытых грёз.

— Мы что, уже приехали? — парнишка щурил глаза, высовывая взлохмаченную голову из машины.

— Почти, — отозвалась Джу и, сделав фото Мингю, который стоял поодаль, рассматривая пейзаж, быстро направилась к машине.

— Ты его сфоткала, — заговорщицким шёпотом наклонился Ён к тёте.

— Ты тоже заметил? — с азартом спросила Джу, будто это сделала не она, а кто-то другой.

— Он тебе нравится?! — сощурился Ён, расплываясь в улыбке.

— Кто? — округлила глаза девушка, окончательно делая вид, будто не понимает, в чём дело.

— Он! — чуть ли не выкрикнул племянник, показывая пальцем на Мингю, и быстро обернулся, видя, что мужчина идёт к авто.

— Враньё! — с деланным видом фыркнула Джухён и приняла до нельзя серьёзный вид.

— Поехали? — сел в машину Мингю, заводя мотор. — Только тут подсказывайте, я в этих местах никогда не был.

Дом бабули Гу находился почти на самой окраине города. Старые мощёные улицы ещё помнили вторжение двух королевств и веяли стариной. Традиционный дом с деревянными половицами скрипел, но был очень светлым и уютным. Бабуля на всю округу славилась своими знаменитыми рисовыми палочками, которые каждый год выпекала к празднику горизонта.*

— Бабуля! — входя в дом, заголосила Джухён, снимая обувь и оставляя за порогом. — Бабуля Гу!

— Ба!

— Да здесь я, здесь, — шаркающей походкой спешила к гостям сухонькая пожилая женщина. — Джухён, Ёнджэ! Отчего ж не позвонили? Я б рисовых пирожков напекла. А это кто? — щурила один глаз бабуля.

Мингю стоял у порога, ожидая личного приглашения хозяйки. Джухён даже сразу не догадалась, что мужчина будет соблюдать давно ушедший этикет.

— Ба, познакомься, это… — начал было Ён, но бабуля, не слушая правнука, вышла вперёд, чуть наклоняясь.

— Джухён, ты наконец-то приехала с мужчиной? А он красавчик. У тебя хороший вкус, детка. — Бабуля Гу одобрительно улыбнулась и позвала мужчину войти.

— Бабуля, он просто мой знакомый друг, — стараясь говорить спокойнее, Джухён взяла женщину под руку и помогла пройти в гостиную.

— Милая, если он не собирается предлагать тебе свой суповой набор, который можно сварить или пожарить на сковородке с рисом, то больше не приводи его в мой дом, — сурово заговорила женщина и недобро прицокнула. — Эх, видимо праправнуков так и не дождусь.

— Бабуля!

— А ты что же, к пожилой женщине без гостинца приехал?

— Ба! — снова попытался влезть Ёнджэ, но Джу суровым взглядом отправила его на кухню разбирать пакеты.

Несмотря на свой преклонный возраст и слепоту на один глаз, женщина была с огоньком, что Мингю не мог не отметить. Вежливо склонившись в пояс, приветствуя, он передал в руки купленную на рынке сладость.

— Кусочки рафинированного тростника? А он мне нравится. Эх, была б я помоложе…

— Эх, был бы я чуточку старше, — вторил ей Мингю, и бабуля Гу рассмеялась.

— Вот чертяга. А он мне нравится. Джухён, приглядись повнимательнее, не то уведут.

Девушка только по привычке прикрыла глаза. Наставления, преследующие её ещё с восемнадцати лет, до сих пор вызывали раздражение и полное негодование. Заводить семью, когда свою надо было содержать, казалось ей неправильным. Отец много работал на железнодорожных путях, часто и подолгу бывая в командировках. Мать, хотя и работала, больше помогала младшей сестре, которая часто занимала у них в долг, чтобы в очередной раз вытащить из неприятностей своего мужа. Поэтому Джухён приходилось всё тянуть на себе и частенько оставаться с маленьким Ёном и Лисон. Детство прошло в ожидании чуда, которое не происходило.

Хлопоча на кухне и готовя куксу, Джухён раз за разом выходила в коридор, чтобы подслушать, о чём болтают бабуля и Мингю, оставшиеся один на один в гостиной. Она волновалась, прекрасно зная свою родственницу, которая не упустит случая сосватать великовозрастную невесту.

— Да успокойся ты, у них там всё ок. Мингю рассказывает про свою коллекцию украшений, а бабушка послала меня принести её реликвии, — застукал тётушку за подслушиванием Ён.

— Зная её характер…

— Вот-вот, бойся, — пригрозил пальцем парнишка и тут же сделал два шага назад, чтобы не получить ложкой по лбу. — Хотя вы с ней друг друга стоите.

— Лучше иди накрой на стол, умник. Суп уже готов.

— Знаменитый суп нуны, — загорелись глаза парня, и он потянул носом, корча довольную гримасу. — Обожаю!

***

Равнинное плато возвышалось над городком. В тёмном небе сияли звёзды. Они были ослепительнее и ярче, чем в столице. А ещё приятная тишина. И лишь где-то стрекотали сверчки. Ночь была наполнена насыщенным запахом горных трав и удивительным спокойствием, будто накинутым на плечи уютным пледом.

— Красиво, — Мингю остановился у большого камня, задрав голову к небу.

Джухён стояла рядом и нет-нет, да поглядывала на мужчину. Было в нём что-то особенное — твёрдый стержень, решительность, которые он умело прикрывал загадочностью. К тому же в приятном полумраке можно было не опасаться, что тебя заметят.

— А теперь мы можем поговорить? — вышла немного из-за угла Джу, чтобы сразу не получить отказ.

Ветер ерошил волосы мужчины, раздувая длинную чёлку. Красивый профиль в отблесках луны казался даже немного сказочным. Девушка только успела себя одёрнуть и взять в руки.

— Спрашивай.

— Вот так просто? — Джухён хитро прищурилась, стараясь найти подвох.

Мужчина пожал плечами и лишь улыбнулся. Он всегда открыт к диалогу, к тому же догадывался, о чём пойдёт речь, поэтому и самому было интересно, к чему это всё приведёт. В очередной раз решил рискнуть, что совсем не вязалось с его характером.

— Не люблю усложнять, поэтому спрашивай.

— Хм… — задумалась Джу, кусая губы от нетерпения спросить всё и сразу. Ей хотелось с чего-то начать, но вопросы слишком крепко переплелись, не желая уступать друг другу. — Ты сказал, что тебя интересует медальон. Что в нём такого особенного?

Мингю поджал губы и посмотрел Джу прямо в глаза. Из трёх вопросов она выбрала последний. Это немного огорчало, но и в тоже время было возможностью подготовиться к каверзам. Отчего-то он был уверен, что Джу не преминет ими воспользоваться.

— Мы ведь завтра поднимемся к храму?

— Да, — нахмурилась девушка, не понимая, к чему он клонит.

— Там и расскажу. А может, Ён и сам знает, — загадочная улыбка коснулась губ, а девушка не сразу поняла, к чему здесь её племянник.

— Ён? Это мой медальон!

Мингю окончательно запутался. Всё с этой семейкой казалось каким-то калейдоскопом. Вроде привык к одной картинке, а она тут же сменялась на новую. Такой ураган чувств и эмоций он испытывал впервые, наверное, поэтому и согласился на поездку. Несмотря на всю хаотичность Джу, ему очень нравилось находиться рядом и в эпицентре событий, ведь знать, что она выкинет в тот или иной момент, просто было невозможно. Впрочем, бабуля Гу была не менее эксцентричной особой. Всё же гены вещь очень значительная.

— Давай я поясню, — заулыбалась Джухён, видя совершенно непонимающее лицо мужчины. — Я забрала Ёна со школы, и в ходе некоторых событий ему пришлось поехать на твой показ вместе со мной. Ну, я и подправила его образ, чтобы явно не бросалось в глаза, что он школьник. А ты, наверное, подумал, что это его медальон, и решил взять в ученики?

— Отчасти, но это роли не играет, всё остаётся в силе, — быстро ответил Мингю, чтобы не возникло сомнений, что он честен в своём выборе. — Но… — мужчина выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. — Честно, ты кружишь мне голову.

Его улыбка, слова и движения тела — всё было таким двузначным, что Джухён немного растерялась. Ей сложно было понять, что именно он имел ввиду. Ночь прятала тени, лишь прибавляя таинственности. Джухён бы так и застыла статуей, пытаясь разгадать мысли Мингю, если бы не зацепившая её крылом летучая мышь.

— Уй! — вскрикнула девушка и отскочила в сторону, тут же пойманная в кольцо рук мужчины. — Ненавижу этих тварей!

Она стала тереть себя по оголённому плечу, с которого сползла клетчатая рубашка, и коснулась пальцев Мингю. Горячая рука обжигала кожу, отзываясь в месте прикосновения приятным покалыванием. Учащённое биение сердца казалось оглушающим. Чон нервно сглотнула, обманывая себя, что это из-за мыши, но не спешила делать шаг назад. Приятный тонкий парфюм мужчины щекотал ноздри. Казалось, и сам Ким не прочь такой близости, потому не спешил выпускать Джухён из своих рук.

— Эта летучая мышь, видимо, охотится где-то неподалёку, — прозвучало над самым ухом, и Джу чуть приоткрыла губы, непроизвольно проводя по ним языком, прикусывая.

Затаив дыхание, девушка боялась поднять голову и посмотреть Мингю в глаза. Слишком близко, в локте от доступности. Её бросило в жар. Сам же Мингю, пойманный в собственную ловушку, не спешил действовать, давая возможность самой Джухён разобраться во всём.

— Это все вопросы? — наконец нарушил тишину Мингю и чуть склонил голову, чтобы заглянуть в глаза смущённой Джу.

— Думаю, да, — робела девушка, пытаясь совладать с табуном пробежавших мурашек, и поёжилась, ощутив холод.

Ким натянул рубашку ей на плечи и отстранился с усилием воли. Он чувствовал её прерывистое дыхание, и голова шла кругом.

— Что ж…

— Это правда?! — тут же выпалила Чон, где-то на грани сознания понимая, что упускает момент.

— Правда что? — сглотнув, спокойно переспросил Мингю и в упор посмотрел ей в глаза.

— Что я тебе нравлюсь?

Джухён зажмурилась, чувствуя, как краснеет. Такого с ней давно не бывало. Хорошо, что темнота скрадывала все краски, но обнажала душу. Впервые она чувствовала себя так неловко перед мужчиной, и это пьянило не хуже соджу.

— Да, — спокойно ответил Мингю и не отвёл взгляда.

Такая разная и такая милая. Джухён словно девочка робела перед взрослым мужчиной и тем самым ловила его в свои сети. Ещё пять минут назад она была непоколебимой и волевой, чуточку насмешливой и дерзкой, а теперь смущалась, но горела изнутри. И этого он не мог не заметить.

Он чувствовал её трепет и внутренний огонь, и сам робел, боясь, что опалится и сгорит. Медленно склонившись, он робко коснулся губ и, не почувствовав сопротивления, прильнул, проникая языком внутрь. Где-то внизу живота у Джухён всё сжалось, она отвечала на поцелуй, играла с языком, подчиняясь чужим правилам, и обмякала в сильных руках, не чувствуя земли под ногами. Мингю понимал, что окончательно теряет голову, поэтому, ослабив объятия, чуть отстранился, заглядывая в глаза.

— И это всё? — вдруг выпалила Джухён, прикусывая губу, явно плохо соображая после произошедшего.

Мингю только усмехнулся, понимая, что и в этот раз она поставила его в тупик, и резко притянул к себе.

— Я, конечно, настойчивый, но ты…

— Наглая? — нахально улыбалась Джу, ластясь словно кошка.

— Очень!

Мингю провёл большим пальцем вдоль щеки Джу, нежно поглаживая и, приподняв лицо за подбородок, коснулся губ. Горячий, нежный, такой чувственный и в то же время невинный поцелуй только ещё больше кружил голову. Джухён в томлении, с затаённым дыханием, прикрыла глаза. Она хотела тонуть и чувствовать эту невесомость и приятные покалывания, но… Мингю отстранился.

— Спасибо за этот день, — тихо прошептал мужчина, делая шаг назад.

Ему бы хотелось её сжать в объятиях, увлечь и не отпускать, но нельзя. Не такого она заслуживает, хотя и играет по-грязному. Это проверка для обоих, и каждый получил щелчок по носу за несдержанность.

— Спасибо, — прошептала Джухён в ответ, и улыбка коснулась краешка губ.

«Лучше лёгкая недосказанность, чем сорванные одежды.

Что вы думаете о сексе на первом свидании? Это слишком или не является чем-то таким? Мужчина должен быть мужчиной всегда и не поддаваться на провокации, даже если вы провоцирует его специально. А если не специально… Тогда просто сходите в сексшоп и купите запчасть!»

Джухён сидела в своей комнате и смотрела в окно. Молодой месяц блестел в ясном небе среди россыпи звёзд. В голове кишмя кишели вопросы, недосказанные ответы, обрывки фраз и прикосновения губ, до сих пор вызывающие мурашки. Она провоцировала, а он не поддался. И хотелось реветь от разрывающих чувств и радоваться, что зрелые мужчины ещё существуют.

«Эльрин, ты просто сделала мой день!»

«Это было очень смело!»

«Покажу подруге, надеюсь, она больше не будет выбирать мудаков».

Комментарии сыпались ручьём. Джу привычно пролистала первые и отбросила телефон. Завтра предстоял новый день. И каким он будет, теперь она даже не могла представить.

*Ежегодный фестиваль горизонта в Кимдже. Посвящён корейской культуре сельского хозяйства, а главной темой является горизонт — неосязаемая линия встречи неба и земли..

Глава 6

— Нуна-а, нам ещё долго идти?

Ёнджэ в прямом смысле канючил, не желая подниматься наверх к буддийскому храму. Подъём в гору был достаточно крутым, а неровности дороги добавляли ещё больше хлопот. Джухён и сама устала подниматься, но стойко терпела, зная, какой открывается вид с горы. Мингю шёл рядом, не отставая ни на шаг, и просто молчал. Не избегал, но и не пытался завести беседу. Из-за этого девушка чувствовала себя не в своей тарелке, хотя… Этим утром именно она первая выстроила дистанцию, а он следовал правилам.

— Доброе утро, — первым поздоровался Мингю, войдя в кухню.

— Доброе утро, господин Ким, — поприветствовал сидящий за столом и уплетающий за обе щеки виноград Ёнджэ. — Как вам спалось?

— Хорошо, спасибо, — мужчина приятно улыбнулся и подошёл к Джухён, справляющейся у плиты. — Давай я тебе помогу?

— Нет! — резко выпалила она и будто в защитном жесте выставила вперёд руку. — Ён, ты сейчас наешься винограда и будешь ныть, а нам ещё в гору подниматься. Мингю, присядь за стол, завтрак почти готов.

Мужчина чуть нахмурился, но подчинился. Ёнджэ переводил взгляд с одного на другую, чувствуя неловкость и сгущающуюся тучу с электрическими разрядами. Между ними что-то произошло, но парень мог только гадать, что именно.

— Уже с утра хлопочешь, внучка? — вошла бабуля, и Ёнджэ помог ей присесть за стол.

— Хотим сходить к храму, посмотреть окрестности.

— Правильно. Помолиться не забудьте и на табличке желание оставить. Ты, Мингю, не робей. Джухён у нас с характером, но быстро отходчивая, — бабуля ободряюще подмигнула мужчине, чем заставила кончики ушей Джу покраснеть…

— Смотрите! Там впереди вход в храм. Мы спасены! — возвёл руки к небу Ён и будто на открывшемся втором дыхании поспешил к воротам. — Надеюсь, у них там есть вода. Умираю от жажды.

Джу и Мингю замедлились, позволяя парню обогнать их. Это была прекрасная возможность поговорить, и оба понимали, что лучше сделать это сейчас.

— Я сделал что-то не так? — задал мучивший вопрос мужчина и перегородил девушке дорогу.

— Просто неприятности по работе, — отворачиваясь, ответила она, стараясь избегать зрительного контакта.

Ей было страшно. Ведь дальше начиналась неизвестность. Она столько раз ошибалась, позволяя другим мужчинам собой управлять, что когда, наконец, встретила достойного, вдруг испугалась. Мингю был взрослым, готовым разобрать любой вопрос по крупинкам, что и пытался сделать сейчас. И умом она понимала, что взрослые люди именно так и поступают, но открываться кому-то вновь, когда в голове уже засели некие устоявшиеся собственные клише, было как-то странно. Диссонанс чувств и желаний резонировал, не давая прийти к общему знаменателю.

— Пока ты не ответишь, я не дам тебе пройти.

Серьёзный тон, как и намерения — прочнее стали. Джухён, тяжело вздохнув, подняла взгляд на мужчину. Полные отчаяния, влаги и тревожности глаза смотрели упрямо. Она сглотнула, окончательно решаясь на диалог, побеждая усилием воли привычную дерзость к противоположному полу.

— Насчёт работы — правда. Получила несколько голосовых от начальства. Но это не суть важно. А насчёт тебя…

— Нас! — тут же поправил Мингю и взял её за руку.

Она улыбнулась, прикрыв веки, и чуть качнула головой, не веря в услышанное. Не может же всё так быстро произойти. Так не бывает.

— Насчёт вчерашнего. Я… Не знаю.

Губы сжались, ей захотелось заплакать — впервые за долгое время. Потому что была симпатия и она обоюдна — это чувствовалось интуитивно, отражалось в жестах и глазах. Но комок, застрявший в горле, не позволял поддаваться эмоциям...

— Идём, ты хотела показать мне храм. И Ён нас ждёт, это некрасиво — заставлять ждать.

— Идём, — Джу коротко кивнула, а грудь наполнилась радостью и каким-то приятным облегчением.

Она уверена, что они непременно вернутся к этой теме, Мингю не даст забыть, но тогда она точно будет готова.

Огромные ворота со старинными рисунками, которые лишь угадывались по очертаниям. Ступенчатый подъём в молельню и буйство цветов. Казалось, что здесь возник свой особый мирок с неспешным течением времени. Ёнджэ припал к родниковому ключу, бьющему из питьевого фонтанчика прямо у входа. Приятный, чуть терпкий запах хризантем щекотал ноздри. А открывающийся с горы вид захватывал дух, приводя в восторг. Джухён тут же схватилась за телефон, делая красивые фото. Её захватили пейзаж и общая атмосфера спокойствия, и она совсем не замечала никого вокруг. Мингю только наблюдал за ней, иногда улыбаясь, видя её восторженную улыбку. В этом они были с ней похожи. Он так же увлекался, когда делал эскизы, наработки и первые пробные изделия. Поэтому очень хорошо понимал и знал эти ощущения окрылённости и азарта.

— Джу! Джухён! — уже в третий раз кричал ей со ступенек Ёнджэ, махая рукой.

— А? — наконец откликнулась девушка и, заозиравшись по сторонам, увидела мужчин.

— Мы пойдём в храм. Ты с нами?

— Нет. Я пока тут поброжу.

Статуи Будды и других священных богов незримо следили за прихожанами. Людей, несмотря на погожий ясный тёплый день, было мало. Джухён остановилась на краю одной из дорожек и устремила взгляд вдаль. Линия горизонта сливалась с линией земли, переходя в тонкую синюю линию. Прохладный ветер забирался под одежду и играл в волосах, унося с собой все беспокойные мысли. В одиночестве, без покинувших её мужчин, Чон могла подумать обо всём и договориться сама с собой. Побыть честной и правдивой в истинных желаниях, ведь врать себе в таких святых местах — преступление.

Они встретились у входа в даццун. Мужчины что-то обсуждали, выходя из дверей, не обращая внимания на Джухён. Сама Джу решила пройтись вдоль стены, завешенной табличками с пожеланиями, и внезапно застопорилась.

— Пресвятой Будда! Бабуля и здесь отметилась.

На одной из табличек было пожелание, подписанное Гу Пхусон. Видимо, чтобы высшие силы точно знали, кто просит, и не ошиблись с исполнением. «Подари детей моей внучке Чон Джухён».

— Когда она уже перестанет думать об этом? — раздражённо бурчала себе под нос Джу, спускаясь по ступеням вниз.

— Ты так сильно не хочешь детей? — нагнал её Мингю, заинтересовавшись данной темой.

Мужчина заметил некое напряжение в общении Джухён с бабулей Гу. Подслеповатая пожилая женщина, несмотря на характер, казалась очень переживающей за свою семью. У неё остались только внуки и правнуки, и было очевидным желание лучшей жизни своим потомкам. Однако конфликт возрастов присутствовал, а избегание его было довольно сложным.

— У меня уже есть «ребёнок», — назидательно махнула головой в сторону Ёнджэ Джухён.

— У меня тоже.

— Ну вот вид… Стоп! Что-о?! — резко остановилась Чон и уставилась огромными глазами на мужчину.

Она не верила в то, что услышала, и хотела доказательств. Вернее, ей казалось это какой-то шуткой, только Мингю не шутил.

— Чуть позже расскажу, — усмехнулся мужчина, заведомо зная, что это было своего рода ударом под дых. И счёт теперь сравнялся: один — один. — Так что по поводу детей?

В замешательстве и полнейшем шоке, Джухён пыталась как-то выдохнуть. Справиться с полученной информацией и не улететь мозгами в космос. Было сложно, особенно когда Мингю будто с насмешкой улыбался. Расплата за вчерашнюю ночь прилетела словно подзатыльник. И поначалу ей казалось, что он шутит, но глаза были слишком серьёзными, несмотря на внешнее спокойствие и милую улыбку. Мингю ждал её ответа. Доверился в том, о чём не рассказывал никому, и знал, что она поймёт. Странное чувство, но оно вселяло уверенность, что не сделал ошибку, поделившись тайной.

— У меня не было в детстве времени на себя, — наконец справилась с мыслями Джухён, молча делая пометочку не оставлять прозвучавшие выше вопросы открытыми. — Я сидела с Ёном и его сестрой, помогала в пекарне бабуле, по дому, рано начала работать. Да и уже упущен момент.

— Но медицина…

— Да, я знаю. Но природу не обманешь. Мне надо поставить Ёна на ноги, и если я сейчас забеременею, то что будет тогда? Может, это и эгоистично, но если у меня не будет времени на себя сейчас, то оно не появится уже никогда.

Положить свою жизнь ради кого-то и исчезнуть однажды — ужасающая перспектива. Но и кажется слишком эгоистичным думать только о себе. Но если не стараться жить жизнь полноценно, то упускается возможность хотя бы иногда быть счастливым. Джухён апеллировала, настаивала на своём видении, считая, что права. И Мингю не имел права, как и не считал нужным, её осуждать. Каждый волен поступать так, как велит ему совесть. Он ведь тоже не благодетель и не без греха.

— Тебе не кажется, что ты слишком реально подходишь к жизни? — Ким слушал внимательно, окончательно убеждаясь, что перед ним не просто красивая девушка, которая ему понравилась, а взрослая и зрелая женщина, чётко знающая свою позицию.

— Когда на твоих хрупких детских плечах две взрослые несостоявшиеся женщины, младенец и его сестра, а тебе всего двенадцать… Нет, не кажется, — она усмехнулась, говоря это слишком очевидным тоном, а мужчина нахмурился, пряча руки в карманы брюк.

Мингю замолчал. По сравнению с ней он чувствовал себя ребёнком. Только сейчас осознал, насколько был несостоятельным по отношению к своей разрушенной семье. К жизни, которую он и его бывшая жена испортили, потому что слишком рано решили пожениться, не узнав друг друга лучше. Упуская в мелочах звоночки, явно говорившие о том, что они не пара. А сколько таких лодочек разбилось о волны быта и прочих неурядиц, списанные на вынужденное терпение и общую несовместимость? Не смогли и не захотели понимать друг друга и разговаривать. Он понял это только к тридцати, Джу — ещё подростком.

— Как думаешь, сколько мне лет? — он встал напротив неё, чтобы не было возможности уйти в сторону или ускользнуть.

Хитрый прищур глаз и чуть приоткрытые губы. Волей-неволей, а Джу не могла оторвать взгляда от губ, которые так нежно целовали её ночью. Он знал, какую именно ловушку использовать, чтобы заполучить ответ. Коварно и нечестно.

— Не знаю. Тридцать пять? — пожала плечами девушка, не понимая, к чему эти вопросы, но всё же заулыбалась, чуть смущаясь от озорства в глазах мужчины.

— Почти. На пару лет больше. В двадцать я решил жениться, и у нас родилась дочь. Семейная жизнь не сложилась. Но с дочерью я общаюсь до сих пор и почти каждый день. Ей семнадцать, и она очень схожа с Ёнджэ, ищет себя, свой путь и часто бросает что-то на середине. Отчасти это даже стало причиной взять его в ученики.

Джухён слушала, где-то не верила и верила всем сказанным словам. В жизни случается всякое, и у всех по-разному. И мы не в праве кого-то винить, если наши окна напротив.

— Чего ты молчишь? — спросил мужчина, когда они уже выходили из храма. Он запереживал, ведь она притихла, будто замкнулась в себе, не давая и намёка на свои мысли.

— Я… Немного в шоке.

Уголков губ коснулась грустная улыбка. Самое неожиданное то, что у него есть ребёнок. Завидный жених оказался по-настоящему опытным. Но не это больше ошарашивало Джу — его откровенность. Правда, которую многие бы мужчины скрыли, оттягивая момент истины до последнего, крайнего случая. Мингю был настолько открыт и честен, что это не могло не подкупать и шокировать одновременно.

— Ты первая, кому я об этом рассказаю, — настолько серьёзно и без тени улыбки, что Джу невольно сглотнула.

Отношения начинаются с доверия и честности. И уже хочется не врать и выкручиваться, а просто говорить, как оно есть. Когда встречаешь человека, схожего в мыслях и действиях, вздыхаешь с облегчением и отчасти расслабляешься, теряя бдительность. Мингю отчётливо понимал, на что шёл, рассказывая о себе подробности, которые не знали даже некоторые друзья. И несмотря на статью, которую она написала, используя интервью с ним, Ким всё равно верил в её честность.

— Ты доверяешь мне свои тайны, хотя я тебя обманула и сделала статью, используя интервью? — пожалуй, больше всего у Чон не укладывалось в голове именно это.

Ведь она обманула. И чувствовала вину и стыд за содеянное. А вновь возникшая неловкость не давала смотреть в глаза. Всё же, чтобы быть журналистом, надо иметь не только наглость, но и отсутствие некоторых моральных принципов, от которых она не хотела отказываться.

— Да, — просто ответил Мингю и взял её за руку.

Снова выбрал момент, чтобы не получить отказа и дать ей возможность привыкнуть к нему и почувствовать рядом поддержку, дающую возможность быть слабой. И Джухён, хотя и приоткрыла в немом вопросе рот, быстро вспомнила про настойчивость и смущённо улыбнулась, делая вид, что смотрит себе под ноги.

— Мне кажется, откуда-то вкусно пахнет. Чувствуете? — потянул носом нагнавший их Ёнджэ и ещё больше ускорился. Энтузиазма в парне изрядно прибавилось. — Здесь, наверное, где-то внизу закусочная. Поспешим?

Бодро шагая вниз, будто и не чувствуя былой усталости, парнишка остановился и, обернувшись, быстро сконфузился, увидев держащихся за руки Мингю и Джухён. На лице застыла глуповатая улыбка, а глаза шарили из стороны в сторону, не зная, куда смотреть.

— Э-э-э… Ну, я пойду. Разведаю, что там, — и махнув рукой, поторопился поскорее скрыться из виду, чтобы не мешать и самому не смущаться.

Однако не удержался и, повернувшись, широко улыбнулся, подмигивая мужчине, при этом показывая поднятый вверх большой палец. Джухён только закатила глаза и еле сдержалась, чтобы не застонать, но Ён уже отвернулся, уходя вперёд.

— Дурачок, — беззлобно сказала Джу и перевела взгляд на Мингю, пытающегося сдержать смех. — Что?

— Твой племянник, — пожал плечами мужчина, широко улыбаясь.

— Твой ученик, — не осталась в долгу Джу, показывая язык.

— Хорошо смотритесь вместе, — прокричал издалека Ён и помахал обоим рукой.

— Ёнджэ!

Но в оправдание парень показал нуне сердечко, скорчив умильную гримасу, и чуть ли не пустился в бег, хорошо зная, что может выхватить нагоняй. Хотя, с другой стороны, никто не гарантировал, что ему не достанется за всё потом.

У подножья горы и правда оказалась закусочная. Странно, что на подъёме они её не заметили. Хотя, возможно, дело в том, что поднимались они с другой стороны. Изумительные запахи приманивали проходящих мимо людей. Ён уже во всю истекал слюнками, топчась снаружи у входа, ожидая новоиспечённую парочку.

— Ну, давайте уже быстрее. Мой желудок не выдержит сейчас, — уже чуть ли не плакал парнишка. Его молодой организм требовал углеводов, впрочем, не только его.

Свежие горячие пигоди, пуктяй, рис, кимчи, соджу и печёная сладкая картошка, так обожаемая Ёном и, на удивление, Мингю. Надышавшись кислородом, все трое сильно проголодались. Ёнджэ, кажется, ел за двоих без устали и совсем не обращал внимания на сидящих рядом взрослых.

— Так что ты хотел узнать про медальон? — начала разговор Джухён, чуть отставляя тарелку в сторону.

— Меня интересует история его возникновения. Вообще всё, что ты знаешь о нём.

Мингю с наслаждением ел батат, и Джу украдкой улыбалась, наблюдая за ним. Он был совсем другой: простой, очень милый, без тени этой загадочности и шарма, но очень тёплый и будто родной.

— Джухён? — вновь позвал её мужчина, вырывая из приятной задумчивости.

— М-м-м… — Вопрос про медальон ставил в тупик. Ведь она мало что знала о нём. — Мне дала его бабушка, а ей её мама. Он передаётся у нас по женской линии. Хотя, насколько помню, этот медальон от прадеда. Прапрадеда. В общем, долгая ветвь.

Мингю замолчал, как-то нахмурившись. Казалось, он терзается сомнениями, говорить или не стоит. Даже Ёнджэ притих, перестав жевать, и переводил взгляд с Джу на господина Ким.

— Существует, так скажем, легенда, — чуть помолчав, начал Мингю, сделав сложный выбор. В конечном счёте он отправился в поездку за возможными ответами, которые вдруг перестали казаться настолько важными. — Что был у императора при дворе искусный мастер Чанын, и пришёл как-то к этому мастеру путник Гио. Он был такой же мастер и хотел разгадать тайну мастерства и плетения Чанына, славившуюся на всю округу. Изделия его были прочны, легки и изящны. Много дней провёл Гио в доме у Чанына, но ничего не смог разузнать, пока однажды не проследил за Чаныном, идущим в ночи к горе, где он творил и мастерил свои украшения для императорского дома. Там-то и подсмотрел секрет сложных плетений, а на утро исчез. А после пошла молва, что лучшие украшения теперь и смертным купить можно. Прогневался император и проклял своего мастера и его род аж до сотого колена. И с тех пор в роду Чанына рождались лишь девочки. И некому было передавать секреты мастерства.

Джухён слушала внимательно, нечто подобное припоминая из воспоминаний бабули. Позже похожее читала и в книге легенд давних времён эпохи Чосон. Но всё казалось обычной сказкой давно минувших дней.

— То есть ты хочешь сказать, что мы потомки того самого Чанына? — Джухён невидящим взглядом смотрела куда-то вдаль, сминая пальцами губы.

Было что-то резонное и обоснованное в старой легенде, но правда ли всё это или просто выдумка?

— Если так подумать, то в нашей семье я первый мальчик, родившийся за последние лет двадцать, — задумчиво заговорил Ёнджэ, почёсывая затылок. — А что-то в этом есть.

— Это всего лишь легенда, которой нет достоверного подтверждения. Наша семья владеет секретом плетения цепочек, как твоя, — указал он на медальон Джухён, — уже очень давно. Но и так же сравнительно недавно из семейного архива мой отец узнал, что этому мастерству моего прапрадеда обучил неизвестный мастер, имя которого стёрлось в старых записях. Я соврал, что это наша семейная разработка. Поэтому, увидев на шее Ёна знакомое плетение, я заинтересовался. Потому что такое не купишь в обычном ювелирном магазине и даже антикварной лавке.

Джухён надолго задумалась. Ей отчего-то вдруг в голову пришла давно услышанная от бабули фраза: «Хвала всем богам! В нашем доме наконец-то появился мальчик». Девушка никогда не задумывалась, но в действительности в их роду за последнее время рождались лишь девочки, и каждая со своей не очень лёгкой судьбой. Поэтому легенда Мингю казалась ей достаточно правдивой и убедительной. Она часто задавалась вопросом, почему медальон пустой, нет в нём ни намёка на какую-то гравировку. Тем более он передавался из поколения в поколение. Лишь однажды мама обмолвилась, что надеется, что у самой Джухён появится мальчик. Тогда она не понимала, будучи ребёнком. А потом, возможно, где-то на подсознательном уровне уже и не хотела детей, ведь все женщины, которые воспитывали и окружали её, имели нелегкую долю.

— Нуна, — потряс её за плечо Ён, — всё в порядке? Ты чего зависла?

— Я думаю, нам стоит поднять свой семейный архив. Наверняка у бабушки многое сохранилось.

Кусая губы, Джухён в разрозненных чувствах смотрела на Мингю. Перед ней сидел красивый, умный, интересный и до чёртиков обаятельный мужчина. И ей не хотелось ошибаться, но он поехал с ними из-за медальона, а поцелуи, видимо, были приятным дополнением для обоих. Это не могло не печалить Джухён.

— Джухён? — Мингю ласково позвал её по имени и хотел взять за руку, но она сделала вид, что хочет взять телефон со стола и отстранилась.

— Давайте уйдём отсюда. Уже час дня, а нам ещё в Сеул возвращаться. — Изменившаяся в лице девушка быстро встала из-за стола и, подхватив рюкзачок, вышла на улицу, перед этим поблагодарив хозяйку закусочной за вкусную еду.

— Чего это с ней? — не смог сдержать свои мысли Ён и перевёл взгляд на Мингю.

Мужчина и сам хотел бы знать, что такого произошло за эти пять минут, что он говорил о медальоне. Ясно было только одно, что она его избегает по какой-то неизвестной ему причине.

Мингю тяжело вздохнул. Женщины… Часто строят догадки на пустом месте и страдают из-за них сами же. Чётко он знал лишь одно, что должен поговорить и как можно скорее, пока всё не обросло как снежный ком.

«Всё в жизни кажется обманом, когда в определённый момент жизни перестаёшь верить людям — мужчинам. Только глаза никогда не врут. И губы?.. Прислушивайтесь к себе, зачастую первые чувства самые правильные. Не дайте себя обмануть и не обманитесь сами».

Смахнув с лица непрошеные слезы, девушка шмыгнула носом и быстро написала пост в своём блоге, подкрепив всё фото осенним пейзажем. Подувший ветер холодил по спине, и она невольно передёрнула плечами. Далёкие глыбы серых туч надвигались на горы. Погода портилась, хотя осадков по прогнозу не ожидалось. Джухён стояла спиной и смотрела вдаль, обуреваемая самыми разными мыслями, большую часть которых занимал Мингю. Она чувствовала искренность в нём, но и понимала, что так удачно он может её использовать. И эти два аспекта вызывали диссонанс, из-за которого хотелось банально истерить.

— Нуна, ты чего ушла? — подошёл к ней племянник, но увидев суровое выражение лица тёти, немного нахмурился. — Джухён?

— Ён, пойди, пройдись, — сухим тоном отрезала Джу, пряча руки в карманах ветровки.

— Х-хорошо.

Мингю подошёл тихо, не пытаясь прикоснуться. Видел, как она отшила родного племянника, поэтому не хотел рисковать и лезть на рожон. Повисшее напряжение как грозовая туча, того и гляди прольётся. Джу в упор смотрела на мужчину, пытаясь зацепиться взглядом хоть за какой-то изъян, каплю лжи, но ничего не было. Мингю казался спокойным и не отводил взгляд. Пропал блеск в глазах, но читалось волнение. А внутри играла буря, но он молча стоял и ждал, когда она заговорит первой. Чон ломала себя, не зная, с чего начать, потому что мысли крепко сплелись и, оттесняя друг друга, никак не хотели выйти наружу. Её обуревали эмоции. И вроде стоит мужчина, от которого подкашиваются ноги, и в тоже время читается его меркантильный интерес. А есть ли последнее? Внутренний голос нашёптывал, что нет. Но от долгих разочарований в мужчинах уже не ожидалось ничего хорошего, ведь рано или поздно проявится истинная натура.

— Я скажу только раз, и больше мы к этой теме не вернёмся, — сухим тоном отчеканила Джу и сглотнула, давя в себе комок слёз.

— Как скажешь, — и бровью не повёл Мингю, а на телефон пришло оповещение, но он проигнорировал, внимательно смотря на девушку.

— Если в этой поездке ты преследуешь цель разузнать всё о медальоне, используя меня и Ёна, то то, что случилось ночью, останется навсегда здесь. Нужна информация по нашему семейному архиву? Я помогу. Но больше не прикасайся ко мне!

Последнее она чуть ли не выкрикнула и, поджав губы, прикрыла глаза, пытаясь совладать с чувствами. Сквозь стиснутые зубы набрала в лёгкие воздуха, чтобы медленно выдохнуть и успокоиться.

— А если нет? — уголки губ дрогнули, выдавая подобие ухмылки.

Чон выгнула одну бровь в непонимании, ведь она считала, что права. Иначе зачем успешному и богатому мужчине возиться с девушкой не его уровня? Да ещё и брать в ученики незнакомца. Ведь по сути они знали друг друга считанные дни.

— Что? — непонимающе переспросила Джухён, скрещивая руки на груди. Кажется, её бравады чуток поубавилось, но она всё равно грозно смотрела на мужчину, не желая сдавать позиции.

— Другой вариант ты не рассматривала? — Мингю еле сдерживал просящуюся улыбку и кашлянул в кулак.

Воинственная и отважная — такой он её ещё не видел, и это до жути ему нравилось. В его обыденной рутинной жизни появился сгусток невероятных эмоций. Джу накрывала не хуже цунами, и захлёбываться в умело ею дозированных чувствах, ведь эмоции она проявляла осознанно и не поддавалась им полностью, хотелось с каждым разом всё больше и больше. Как и вновь коснуться губ, которые она чуть приоткрыла от недоумения из-за услышанного.

— Скажи, что я не права, — ёрничая, парировала Джу, кусаясь с ядом, но быстро была захвачена в кольцо сильных мужских рук.

— Не права!

Не мешкая, он впился ей в губы, с ходу углубляя поцелуй. Мингю был таким настойчивым и отчаянным, что Джухён не могла не сдаться. Вся скованность и агрессия улетучились, когда он крепко прижал её к себе, притянув за талию. Она чувствовала его искренность, жар, который исходил от тела, и отвечала на ласки умелого и настойчивого языка. Так её убеждали в своей правоте впервые, и это не только подкупало, но и вновь выбивало почву из-под ног. Мингю умел убеждать и подтверждал свою убедительность в очередной раз.

— Ещё остались какие-то сомнения и вопросы? — насилу оторвавшись от припухших губ Джу, Ким коснулся своим лбом её и чуть отодвинулся, чтобы не рисковать. Ведь страсть и возбуждение — тонкая грань, начинающаяся с поцелуя.

Чон только отрицательно качнула головой, пытаясь перевести дух. Не такой она ожидала ответ. Мингю вновь разрывал шаблоны, выстраивая прочный мостик доверия.

***

В Сеул они приехали ближе к позднему вечеру. Джухён мирно спала на переднем сиденье, заботливо прикрытая пледом, а Ёнджэ копался в семейном альбоме и дневнике прапрабабушки. Возможно, вся эта история, связанная с медальоном, окажется пустышкой и обычным совпадением. Но азарт уже играл в жилах, и хотелось докопаться до истины.

— Мы уже приехали? — спросонья спросила Джухён, потирая глаза.

— Ещё немного, и будем около вашего дома, — отозвался Мингю и тепло улыбнулся на то, как Джу поморщилась, потягиваясь и разминая затёкшие мышцы спины.

— Господин Ким, я кое-что нашёл!

Ёнджэ углубился в чтение старых дневников под свет фонарика телефона. Каллиграфический почерк на потрёпанных ветхих пожелтевших страницах будто и неподвластен времени. Дневник вела далёкая родственница, рассказывая о тяжёлом времени в дни второй мировой войны, и тоже упоминала старую легенду, но о мастере Чан.

— Немного расходится с вашей, но в целом… Она пишет, что история берёт своё начало с гор Моаксан, где была пещера мастера.

— Ён, не порть зрение. Дома посмотришь дневники, — заговорила Джухён, повернувшись к племяннику.

— А хотя… может, она просто записывала старые легенды? Потому что на следующей странице написано о тигре и юноше О, завладевшим его шкурой и освободившим деревню от зверя.

— Я предлагаю обсудить это завтра, — Мингю припарковался у обочины и заглушил мотор. — Ён, завтра после школы жду тебя в мастерской с теми набросками, что мы сделали в храме.

— Да. Хорошо, господин Ким. Я и дневники прихвачу.

— Отлично.

В машине повисла пауза. Время было прощаться, но застывшая неловкость оглушительным эхом звенела в ушах. Мингю не хотел расставаться, но и знал, что впереди много работы и подготовки к новой коллекции. И времени для всего не так уж много. Джухён не спешила выходить, ожидая чего-то, но мужчина молчал, а ей не хотелось говорить просто «пока». Ёнджэ, сидящий на заднем сиденье, копошился с архивом, который откопал на чердаке у бабули с её разрешения. Украдкой он переводил взгляд с одного на другую и пытался поскорее собрать все записи в кучу и удалиться, чтобы не мешать этим двоим.

— Спасибо, что подвёз и вообще поехал с нами, — грустно улыбнулась Джу, первой нарушив молчание.

— Спасибо большое, господин Ким, — поклонился Ён, и они все втроём вышли из машины.

На улице заметно похолодало. Вытащив из багажника вещи, парень поклонился Мингю, вновь благодаря за всё, и собрался уходить, ища по карманам ключи от квартиры. Джу быстро достала свои и, помахав мужчине, развернулась спиной, когда Мингю остановил её, взяв за руку.

— Задержись на пару минут, пожалуйста, — свободная поза и руки в карманах брюк. Всё тот же знакомый гипнотический взгляд, но отчего-то Джу казалось, что он немного нервничал. Хотя, может, это только она: кусала губы и шарила глазами по сторонам, опасаясь сталкиваться взглядом с мужчиной. Потому что от него прошибало током.

— Ён, я скоро буду, — неловко заправила прядь за ухо Джухён и, быстро взяв себя в руки, ответила более нахальным взглядом, чуть выгнув одну бровь, как бы говоря, кто у нас тут с яйцами.

— Вы только не ругайтесь, ладно? А то очень интересно, что там за история с нашими предками.

— Иди уже, — шикнула на него Джухён, округляя глаза, а Мингю усмехнулся и помахал рукой на прощание.

Тишина вечерних улиц спального района хранила много секретов. Зажжённые фонари ловили тени двух человек, стоящих друг напротив друга. Мингю отчего-то не решался начать, а Джу в очередной раз ловила себя на мысли, что всё может закончиться прямо сейчас. Но разве она хотела бы этого? Точно нет.

— Может быть, на счёт три? — предложил Мингю, понимая, что не знает, с чего начать. Впервые пасовал перед девушкой, поэтому пошёл на уловку, чтобы знать наверняка о её чувствах. Немного коварно, зато действенно.

Джухён только усмехнулась и кокетливо опустила взгляд себе под ноги. Томление недосказанности сковывало грудную клетку, и оба не решались на первый большой шаг. Джухён из-за опасений вновь обжечься, а Мингю…

— Говорим первое, что пришло в голову, — спокойно предложил Мингю, и Джу почти выдохнула, думая, что в безопасности, но тут он добавил: — Про нас.

— Ладно. — Она кусала губы, понимая, что это чистой воды провокация, но тонула в глубине мужских глаз, замечая, что он сам с неё их не сводит.

Притяжение было слишком велико, и ответ вряд ли требовался, но поиграть обоим — словно пощекотать нервы: сладостно и до мурашек.

— Один. Два. Три!

— Я сломала шпильку и… — виновато призналась девушка.

— Не хочу с тобой расставаться. И… — выдохнул Мингю, беря за руку дрожащую Джухён.

— Я тоже! — не дослушав, выпалила Джу и больно прикусила губу.

Подавшись вперёд, Мингю взял в ладони лицо Джу. Поглаживая большим пальцем щеку, игриво задел своим носом её и заискивающе заглянул в глаза. Только она уже их прикрыла, а дрожащие реснички выдавали нетерпение. Почти невесомо коснулся губ и, не ощутив сопротивления, победно усмехнулся. Захватил в плен нижнюю губу, сладко посасывая и придавив зубами, словно дразня, сильнее прижал податливое девичье тело к себе. Джу только жарко, со стоном, выдохнула в ответ, и сама подалась вперёд, углубляя поцелуй и сплетаясь языком с Мингю. Запуская руки в густую шевелюру, девушка окончательно расслабилась, отдаваясь накрывающей страсти и порыву.

Насилу разорвав поцелуй, Мингю потемневшим взглядом смотрел в глаза Джухён. Оба рвано дышали. Её руки наглым образом исследовали его тело, в то время как он усилием воли оставил свои на её талии. Но не был уверен, что не сделал больно, потому что слишком сильно сжал её бока, вжимая в себя. Ему окончательно сносило крышу, а выпуклый бугорок в штанах был тому подтверждением. Поэтому считал просто необходимым оставить сейчас место для манёвра, чтобы продолжение было более желанным. Он не хотел просто секс на одну ночь. Джухён не заслуживала такого отношения, да и он не посмел бы сам.

— Я хочу кое в чём признаться, — прошептал он в губы, не выпуская из объятий.

— М? — Она подняла на него свои большие глаза, ощущая, как горячее дыхание обжигало кожу лица, и переложила ладони ему на грудь. Он сглотнул, понимая, насколько она ему сейчас доверяла.

— Оказывается, я давно подписан на твой блог. Я понял это, только когда ночью, после поцелуя, ты написала пост. Обычно я не читаю и смотрю лишь фото, которые ты выкладываешь. Люблю путешествия. Но здесь что-то заставило меня просмотреть твой блог. Знакомое платье в холле моего ювелирного дома и… всё встало на свои места. Прости, что не нарочно читал твои мысли. Эльрин.

Джухён застыла от услышанного. Всё это казалось каким-то сном. Полным бредом. Сначала медальон, а теперь и блог. Судьба неумолимо сталкивала обоих, пытаясь что-то сказать. Чон молчала, будто проглотив язык, и шокировано смотрела на мужчину. Теперь стала понятна его уловка на её игру с провокациями. Вот только последний пост был слишком личным и касался Мингю. И он его прочитал. Чуть отстранившись, она сделала шаг назад и посмотрела на мужчину. Нет, он не врал. Сожаление, раскаяние, вина и нежность — всё это переплеталось между собой, отпечатываясь на лице, на которое падала чёлка. И она не знала, что сказать. Впервые. Даже не хотелось ёрничать.

— Это всего лишь блог, — собирая мысли в кучу, попыталась отстранённо ответить Джу, а у самой горели щёки и шумно отдавались глухие удары сердца о рёбра. Захотелось сбежать и не оглядываться. Только Мингю вновь поймал в объятия, словно боялся всего этого. Боялся ранить и отпустить.

— Обещай, что доверишься мне, потому что я не отпущу. — Он шептал и целовал одновременно. Заглаживал косвенную вину, стараясь держать себя в штанах. И Джухён сгорала от его слов и прикосновений. Будто улетучивались все страхи и предубеждения. И эти руки на талии и твёрдость в паху, которую она задевала бедром, только ещё больше сносили крышу.

— В тебе есть хоть что-то отрицательное? — чуть отстранившись, она посмотрела в глаза мужчины, понимая, что окончательно тонет. Тонет и хочет его прямо здесь и сейчас. Только место и время явно нерасполагающие к утехам, поэтому её не обижала его такая не-настойчивость.

— Я иногда слишком правильный, — усмехнулся Мингю, роняя голову, глядя на неё снизу вверх, словно нашкодивший кот.

— Это мы исправим, — коварно усмехнулась Джу и, развернувшись, мазнув его волосами по лицу, походкой от бедра поспешила к дому...