Блог наблюдателя

Пролог

Меня зовут Арквейд Либерт. Это мой первый год обучения в академии для людей со сверхспособностями, где я, ввиду некоторых обстоятельств, стала членом студенческого совета. В мои обязанности входит… Да, в общем-то, много чего. Так, сейчас, в преддверии Дня всех влюбленных, я после занятий направляюсь в фойе, чтобы забрать коробку с письмами учеников и после заняться их сортировкой. Если хотите знать мое мнение, то я скажу вам, что считаю этот праздник и подобную традицию тупыми. Но кто я такая, чтобы обсуждать это? В ответ я все равно услышу лишь то, что я асоциальна и у меня какие-то комплексы, проблемы. Да, пожалуй, так и есть. В любом случае должность обязывает меня чтить традиции и стараться делать жизни здешних обитателей лучше, красочней, а им подобное как раз таки нравится. Так что, если меня спросят, то скажу, что праздник прекрасен как орхидея. Ха.

И почему я должна начинать свое утро с подобных философских мыслей? Наверное, потому что человек, который крутится возле коробки, хочет спросить меня об этом празднике, не иначе. Девушка по имени Астарта делает вид, будто бы что-то изучает, но я, только завидев ее, сразу понимаю, что она ждет именно меня. И дело тут не в моей способности — читать человека по жестам, взглядам, мимике, а просто в интуиции. А вообще эта девочка из тех людей, пообщавшись с которыми, вы начинаете довольно легко определять их намерения, настроение и прочее.

— О, Арквейд, привет! — Астарта одаривает меня радушной улыбкой.

С такой подачей никто действительно не подумает, что встреча не случайна.

— Доброе утро, — без интереса отвечаю я, вставляя ключ в дверцу, чтобы достать ящик.

Обычно этот ящик используется как некий отклик от учеников. Если лень на местном форуме строчить, где вас, скорее всего, заигнорят, удалят, а может и еще что-то произойдет, или если ваши намерения серьезны, а идеи круты, берете, пишете и кидаете сюда. Так с вашими задумками модернизаций наверняка ознакомятся и что-то предпримут. Да. Наверняка. Если они, конечно, попадут не ко мне в руки. Но письма по какой-то совершенно странной причине попадают всегда ко мне. Незадача, однако.

— Ты чего это не в настроении с самого утра? — делая миленький голос, интересуется девушка. — Все вон ходят, улыбаются, кажется, будто грядущий праздник придает им больше сил. Мне вот это очень нравится, на душе становится как-то теплее.

Манера речи данного персонажа изобилует излишними фактами и уточнениями. Иногда это превращается в какой-то длинный, бессмысленный монолог. К такому нужно просто привыкнуть. Не заметишь, как начнешь просто пропускать слова мимо ушей, а диалоги скипать. Подобный скил выработать несложно. Вы уж поверьте мне.

— Я, ты знаешь, дорогая, человек простой, почти всегда не в настроении, — отвечаю с иронией я.

А кто бы на моем месте был? Работа в совете — такое себе удовольствие. Резонно спросить: почему же тогда я в нем состою? А я отвечу: потому что потому. Свои секреты сразу не раскрываю! Интрига! Иначе зачем тогда будет читать дальше? Не ради же магии, битв и приключений вы тут? Вот и я так считаю.

— А что могло бы тебя порадовать? Мне интересно, о чем ты, например, мечтаешь? — поинтересовалась Астарта.

Вопрос показался мне настолько идиотским, что я, выдохнув, выпрямилась, повернулась лицом к девушке и молча стала смотреть ей в глаза, чтобы она по ним все поняла.

Тлен.

— Если решила поделиться со мной своими мыслями и мечтами, тем, что тебя радует и вдохновляет, то, пожалуйста, валяй, рассказывай. Я все пойму. Необязательно начинать диалог издалека, чтобы потом перейти на себя, чтобы тебя выслушали. Понимаешь?

— Нет, ты не думай ничего такого, я серьезно. Просто иногда вижу тебя то там, то тут и как-то невольно задаюсь такими вопросами. Не то чтобы прямо точно такими же, как вопрос о мечте, но примерно такими же. Разными, в целом. Мне правда интересно, ты ведь мой друг.

Друг? Вот так новость! Мы знакомы уже приличное количество времени, но я вряд ли могу назвать ее другом. Или это такое влияние? Другу ведь в просьбе отказать будет сложнее, правда?

— Вот смотри. Предположим, я в детстве мечтала стать полицейским, только об этом и думала. Казалось, это будет супер. Все представлялось в ярких красках и ничего лучше этой профессии в жизни быть не может. Для этого я начала изучать боевые искусства. Познакомилась с разными людьми, которые так или иначе на меня повлияли. Побывала в разных передрягах, которые научили смотреть на вещи по-другому, заставляли задумываться над тем, над чем раньше никогда не думала. Вот так прошло десять лет, теперь у меня появилась возможность стать полицейским. Но уже нет никакого желания, это вдруг перестало быть моей мечтой, и вообще потерялся интерес. Почему так произошло?

— О, так ты поэтому вступила в совет? У тебя с детства было желание помогать людям. Это здорово! — восхищалась девушка.

Иногда слышать такие искренние слова очень больно. Начинаешь думать, что ты вообще не умеешь говорить и выражаться так, чтобы тебя слышали и понимали. А я, вообще-то, просто хотела сказать, что к своей мечте, если ты и придешь, то будешь уже другим человеком. Потому, по моему мнению, мечтать о чем-то глобальном глупо, а кратковременные желания я за мечты не считаю. А может это все просто цинизм, и я на самом деле думаю не так, но правды никто не узнает. Короче говоря, я просто хотела соскочить с диалога. И после этого «прекрасного» ответа я беру коробку в руки, закрываю дверцу и собираюсь уходить.

— Если это все, зачем ты меня тут поджидала тогда, я, пожалуй, пойду, — даю девчонке возможность прямо высказать свои намеренья.

— Чего ты так сразу такими заявлениями разбрасываешься? — демонстрируя обиду, отвечает она. — Говоришь «поджидала»! Никого я не поджидала! Вернее, я ждала, но не с корыстными целями. А в твоих устах это звучит именно как что-то плохое. А я вообще не хотела никакими просьбами заваливать, а даже наоборот…

—Понятно, — я прерываю ее речь, чтобы быстрее покинуть место. — Ты извини меня за подозрительность. Спасибо, что решила меня поприветствовать. Это мило, подруга. Я ценю.

Естественно, это был сарказм.

— Не надо вредничать, — Астарта пошла за мной. — Я просто видела, как много людей кидали письма все эти дни, и подумала, почему бы мне вам не помочь завтра? Я могла бы вместе с вами разнести их. Вот.

Дело в том, что из-за некоторых неприятных событий прошлой осени прежний состав студенческого совета пришлось распустить, и в нем осталась только я. Мне повезло не принять участие в инциденте, поэтому вопросов ко мне не было. Позже назначали нового главу, и нас стало двое. Было уже не начало года, так новых членов набрать нам не удалось. Потому с тех пор нас работает всего двое. Соответственно, рук нам действительно не хватает, и помощь лишней бы не была.

Да, теперь вы знаете, почему почта всегда оказывается в моих руках и почему форум так плохо модерируется. Хах. Если хотите, можете прочитать мне нотацию по этому поводу, поругать, поделиться негодованием насчет моей личности, я не против. Одними плохими словами в мой адрес больше, одними меньше, разницы уже нет. Пожалуй, что это даже тот случай, когда ты не против и ждешь, чтобы тебя уволили, а тебя не увольняют и даже иногда, наоборот, хвалят. Мир — штука странная.

— Помочь хочешь? А взамен?

Я человек достаточно мудрый в этих вопросах, потому прекрасно понимаю, что не бывает искреннего альтруизма. Да и девушка помогает нам не в первый раз, поэтому у нас в какой-то степени сложились рыночные отношения.

— И ничего мне не нужно взамен… — пробухтела она. — Правда.

Силушка моя так и шепчет, подсказывая, что нужно еще немного дожать, искренне поинтересоваться, и мне расскажут о мотивах, но я к способностям не прислушиваюсь. По крайней мере, не в этот раз.

— Прекрасно. Правда. Приходи завтра за час до занятий, а лучше даже за полтора, — я ускоряю шаг, давая понять, что на этом диалог закончен. — Завтра тогда увидимся.

— Угу, — как-то неразборчиво слышу я позади.

Может, это не очень красиво и культурно, но мне какая разница? Не я выстроила так диалог.

******

Пройдя в кабинет, я вываливаю массивную кучу писем на стол и усаживаюсь, планируя начать разборку. Мысль о том, что все уже отдыхают, а мне предстоит потратить уйму времени на благо других, удручает. Из-за этого довольно сложно заставить себя начать, но я успокаиваюсь мыслью, что я, наверное, сейчас бы ничего не делала и валялась бы на кровати, бессмысленно прожигая жизнь.

Звучит как мечта…

Лучше об этом вообще не думать, а то так недолго прийти к мысли, что за это тебе никто даже спасибо не скажет, а то и вообще наоборот могут быть недовольные тем, что руки Арквейд касались их прекрасных писем. Фу.

Ну вот, я уже об этом думаю...

В общем, нужно рассортировать и разнести эти письма. И сделать это тут чуточку сложнее, чем было бы в любой другой академии. У большинства современных академий есть общежития. У нас же это массивный жилой комплекс на пару квадратных километров, где куча рядов с домами, в которых живут по пять-шесть человек. Фишка это или пережиток прошлого? Каждый решает сам для себя. Короче говоря, на письмах есть только имена, а мне еще предстоит выяснить, где кто из этих ребят живет, ведь всех, даже если захочешь, не упомнишь. А я, тем более, не хочу. В общем, предстоит работать с электронной базой. И тут я вспоминаю, что еще не обедала, а работать на голодный желудок вредно. Жаль, что эта база меня не накормит. Ха.

Не веселое занятие — сортировка, но в ее ходе я обнаруживаю немало забавных вещей. Например, есть человек, который написал письмо КАЖДОЙ девочке в академии, включая меня. Он не подписывал письма, но благодаря идентификации почерка я узнала его имя. Спасибо, заботливый мой Кимото, что увеличиваешь количество моей работы. Впрочем, он, наверное, тоже приложил немало усилий, создавая письмо для каждой девочки. Мило ли это? Не знаю. Как не знаю, и что внутри письма, так как свое я в благодарность ему выкинула. Бездушно? Возможно. Но чего стоят чувства того, кто готов ответить каждой?

Еще я обнаруживаю, что некоторые письма не запечатаны. Совесть меня не гложет, так что я пусть и удлиняю время работы, но читаю их. Я бы даже сказала, что, если человек не запечатывал, значит, он не только не против, но даже хотел, чтобы его письмо прочитали. Так что я делаю благородное дело, удовлетворяя эго этих людей.

Я вынимаю бумажку из очередного письма, как тут в кабинет без стука заваливается глава. Он смотрит на это непотребство, но ничего не говорит, а лишь проходит и садится на свое место. Судя по его раздраженному лицу и выдоху, у него день тоже не особо заладился. В любом случае, если сам президент, а он парень серьезный, ничего мне не сказал, значит, я делаю все правильно, по совести.

— Что-то случилось? — интересуюсь я.

Я знаю, что он был у директора, от чего могу сделать вывод, что новостей хороших ждать не стоит.

— Нет, — развязывая узелок галстука и расстегивая верхние пуговицы рубашки, чтобы чувствовать себя комфортнее, ответил Адам. — Просто сильно не сошлись взглядами.

— Вот как… — протягиваю я не столько в ответ главе, сколько в ответ письму.

«Перестань крутиться возле него».

Возможно, президент мне ничего не сказал на то, что я копаюсь в письмах потому, что это письмо с некоторой угрозой было адресовано мне. И я нахожу его забавным, так как не сразу понимаю, о ком идет речь. Но ответ приходит быстро, так как чаще всего я нахожусь с главой. Но я вас уверяю, девчонки и мальчишки: вот уж мне не все равно?! Я, пожалуй, даже знаю его лучше, чем вы. Вы думаете, он такой статный, строгий, красивый, справедливый, красноречивый принц, а на деле это простой парень. Вон, не стесняется, сидит себе скрючено и недовольно кликает мышкой. Нет, конечно, на публике нет такой эстетики, которую можно наблюдать в данный момент. Поначалу я тоже думала: «ну и человек, мне писец», но со временем все стало как-то проще. Банальная ли это привычка или влияние моей халатной личности? Мне ведь все равно, поэтому он постепенно становился все менее и менее строг. Правда, это отражается только на мне и моей компании. Впрочем, до других мне и дела нет. Короче говоря, девчонки и мальчишки, уверяю вас, мне он не интересен.

Мне, откровенно говоря, вообще никто не интересен, и письма подобные я никому никогда не писала. А если удариться в размышления, то тогда кому бы могла? Вопрос непростой… Вот если бы у нас была какая-то статная, надменная, своенравная, с сильной способностью, да не одной, богатая особа аристократических кровей, тогда бы я еще подумала. Резонно спросить: почему особа? Ты, что, по девочкам? Нет, просто люди со схожей характеристикой мужского пола у нас в академии уже присутствуют. Короче говоря, придумываю того, кого в природе быть не может. Ха.

— Но новости на самом деле есть, — спустя пару минут проговорил Адам, не отвлекаясь от набора какого-то текста. — Некоторые из них не очень хорошие. Наверняка сказать мне сложно, но одна, думаю, конкретно тебе особо не понравится.

Когда используется фраза «конкретно тебе», уровень угрозы как-то резко вырастает. Сложно представить, что это может быть и в чем глава сомневается, ведь я недовольна всегда. Просто потому что не люблю работать.

— Опять работа? — усмехнувшись, говорю я, готовясь выслушать. — В принципе, ничего нового.

— Работа. Это универсальное слово в целом подойдет для большинства новостей студенческого совета, — ответил холодно парень. — Насчет тебя пока до конца непонятно, поэтому забегать вперед не хочу. Об остальных новостях поговорим после праздников, в начале недели. Не хочу нагружать тебя мыслями заранее.

Давление какое-то чувствуется. Его вроде как в атмосфере нет, но где-то на уровне сознания оно все равно формируется. Ох, уж эти интриги.

— Это не слишком рабочая схема — делать подобные вбросы. Люди после такого обычно только об этом и будут думать.

Я хорошо это знаю, потому что часто использую такую методику. Вбросы и недомолвки работают прекрасно. Особенно, если вы, как я, получаете удовольствие от созерцания того, как люди прокручивают разные мысли и варианты в своей голове.

— Понимаю. Просто хочу, чтобы ты была заранее готова к переменам и неожиданным новостям.

Я молча смотрю на парня, пытаясь продемонстрировать свое «особое» отношение к таким словам, но он даже бровью не ведет в мою сторону. Увлеченно что-то печатает, явно пытаясь не сбиться с мысли.

— Твои письма положу на край стола, — не добившись результата, я возвращаюсь к работе.

— Спасибо, — сухо отвечает он.

Кажется, президенту, как и мне, плевать на эту чепуху. А ведь ему пришло аж шесть писем. И думаю, там не такая ерунда, как у меня. Правда, это утверждение относительное, ведь в таких конвертерах вряд ли можно прочитать что-то, что будоражило бы кровь и завораживало душу. Уж я-то знаю. Ха.

«Умри, придурок <3».

Сразу видно, писала девушка. Уж очень мило как-то. Этому человеку, которого зовут Дмитрий, как-то слишком много писем адресовано, и те, что были не запечатаны, все с негативом. Я конечно никого не осуждаю, так как сама в силу некоторых причин его не люблю, но праздник вроде как не для разборок. Но у нас всегда было много людей, которые любят портить картину. На действия их не хватает, а вот на слова всегда щедры. Должна ли я с этим что-то делать? Думаю, нет, ведь я и читать их по идее не должна. Не читала, не видела — проблем нет. А еще я демократ и, если меня тыкнут носом в проблему, скажу, что выступаю за свободу слова и свободу самовыражения.

Уже под конец работы я вижу конверт с аккуратно выведенным словом «Арквейд». Я сразу подумала об одном видном человеке, но тот, если бы и написал подобное, то только, чтобы поиздеваться надо мной, как обычно это и бывает. В данном случае я ясно вижу, что почерк это не его, хотя он мог бы и попросить кого-то другого. Сейчас моя фантазия видит, будто буквы имени написаны с какой-то любовью и старанием. Поехала крыша от работы, но я решила взять этот конверт домой. Просто открывать пока не буду. Как-то сегодня не хочется попасться в очередную ловушку, потому отложу до лучших времен.

******

Ранним утром первого весеннего дня я направляюсь в академию. Расстояние от жилого района до главного корпуса внушительное. Наша академия находится далеко от города. Рядом с ней нет ничего помимо лесного массива. Поэтому внутри здесь в целом излишне просторно. Раньше мне это не очень нравилось, казалось непрактичным, но со временем, когда привыкла, мое мнение изменилось. Здесь красиво, много зданий различной направленности, много зелени, много различных украшений и мест, где можно провести время. Мест, где тебя вряд ли найдут.

В такое время на улице никого нет. Никого, кроме неофициального легкоатлетического кружка, члены которого каждый день, не отлынивая, приходят на стадион в шесть утра. Неофициальный он потому, что не зарегистрирован, все его члены состоят в других кружках, да и в целом он возник как-то спонтанно. Вообще на самом деле только я его так называю. В моей памяти еще свежо воспоминание о том, как он образовывался…

Минутка бессмысленной истории образования неофициального легкоатлетического кружка:

«Прошлой весной одно время меня мучила бессонница. От нечего делать, чтобы не страдать, я поднималась и выходила на воздух прогуляться. И каждый день, когда бы я ни приходила, на стадионе видела одну девушку — Саватари Ювао. Я встречала ее и раньше. Рыжая, жизнерадостная, слишком энергичная девчонка, которая часто нарушала правила поведения, от чего становилась нередким гостем в кабинете студенческого совета. Запасу ее сил можно было лишь позавидовать. Поскольку мы были знакомы, она, видя меня, частенько подбегала, о чем-то говорила, пыталась подружиться, приглашала бегать с ней. Но, как вы видите, раз я не в этом кружке, ничего не получилось. Жертва в виде меня в скором времени сменилась на недавно поступившего парня — Дмтирия. Да, это тот самый, который получит сегодня немало отрицательных отзывов о своей личности. Он решил бегать с этой девочкой практически сразу. Спустя примерно месяц к ним присоединился еще один парень — Аким, а после, через короткий промежуток, — Астарта. Наблюдая за ними, я заметила кое-что забавное. Это не сборище любителей здорового образа жизни, а клуб влюбленных. Мол, цель у нас благая, а на деле намерения совсем другие. Заметила я это, когда в их компании нарисовался пятый член, еще один парень — Ашура. Получалась такая цепочка симпатии: Аким → Юви, Ашура → Астарта → Дмитрий. И когда вступил еще шестой человек, я поняла, что это не мои домыслы, а все действительно так и есть. Но потом я перестала следить, а сейчас этот неофициальный кружок насчитывает аж четырнадцать человек. Прямо какой-то проект по построению отношений. И большинство, я уверена, прекрасно понимают ситуацию, но продолжают в этом участвовать.

Когда-то давно было немного интересно наблюдать за их формированием, сейчас же, когда им всем весело и когда все освоились, становится как-то скучно. Привыкание, вот что, пожалуй, довольно легко убивает интерес. Какие-то увлекательные события на самом деле всегда быстро кончаются. Но из-за того, что я член студенческого совета, я часто нахожу что-то новое, за чем можно понаблюдать.

Размышляя о данном клубе, я прислоняюсь к дереву и наблюдаю за тем, как все делают зарядку и готовятся к забегу. Жду. Интересно, обратит на меня внимание Астарта или нет? Повезло, девушка довольно быстро заметила меня. Мне лишь оставалось зашагать в сторону академии и большим пальцем сделать жест, который обозначает «пора, следуй за мной». Она кивает, что-то говорит ребятам, хватает сумку и, спотыкаясь, бежит в мою сторону.

— Знаешь, чего тебе не хватает для того, чтобы быть отличным членом студенческого совета? — обходя приветствие, спросила, догнав меня, Астарта.

— Всего, полагаю, — с иронией отвечаю я.

По факту, если бы я не была хорошей актрисой и не умела заливать в уши всякую ерунду, то меня в совете даже и не было бы. Отбор при вступлении все же какой-то есть. Такие, как я, обычно не проходят. На самом деле, люди вроде меня в большинстве своем даже не рассматривают вариант подобного кружка.

— Улыбки! — уголки ее губ радостно ползли вверх.

Произнесла она это так подбадривающе жизнерадостно, что других это даже могло бы, пожалуй, действительно заставить улыбнуться.

— Я что-то подобное и ожидала от тебя услышать.

Хотела сказать, что наш тандем с президентом создает баланс. Но так и не нашла положительных черт, которые есть у меня и нет у него. Грудь, разве что. Можно сказать, что я там для разнообразия. Подобных мне там больше нет. Ха.

— Нет, правда! В такой праздник было бы здорово.

Честно признаюсь, что праздники не люблю. Многие сейчас в силу юного возраста и максимализма говорят подобное, но у меня в отличие от этих дурачков есть гораздо более объективные причины. Это моя пассивная способность, которую я, даже если захочу, контролировать не могу. Так, дни вроде этого, когда в деле замешаны чувства, бывают невыносимыми. Сила пропускает через меня все эмоции людей. Радость. Любовь. Ревность. Ненависть. Горечь. Раздражительность. Гнев. Смотря на других, не всегда, но чаще всего я могу это почувствовать. Так, даже если я проснусь в хорошем настроении, после прохождения через десяток, сотню разных чувств с их перепадами, мне становится дурно. Я чувствую слабость, головокружение, а от этого настроение как-то само портится. Да и в целом после таких дней остается какое-то мерзкое чувство внутри. Не особо радостно видеть, когда обманывают влюбленных. Когда злобно разводят на чувства. И разные другие ситуации, которые меня не касаются, но подпитывают мою силу. Возможно, из-за этого я так не люблю людей. Хотя и без этого причин немало.

— Человек не виноват в том, что внутри него нет подобного желания. Так что обещать ничего не буду, вы уж извините.

Если призадуматься, то я на самом деле не так и редко улыбаюсь. Просто эта улыбка не та, которая нужна людям. Не та, которая заставит улыбнуться другого. Не обнадеживающая. Люди назвали бы ее саркастичной, самодовольной, гадостливой. Так сказать, «Арквейд, мы видим, что Вы считаете себя умнее других, но на самом деле шутки Ваши паршивые». Ну, тут все по факту. Мне крыть нечем. Я, правда, не фанатка сортирного юмора. Про говно, дичайший пердеж и чужих мам не шучу.

— Да и ладно бы этот праздник. Если не нравится он тебе, то и ладно, но сегодня ведь особенный день! День твоего совершеннолетия! День твоего рождения! Это важный праздник!

Так уж получилось, что первый день весны и этот праздник совпадают с днем моего рождения. И это довольно тупо, потому что я родилась в другой день. 29 февраля. И можно было бы отшутиться, сказать, что мой день рождения раз в четыре года, но это крайне тупая шутка. Серьезно, если вы родились в один день со мной, никогда так не шутите. Это всех бесит. Но если вы хотите, чтобы люди были раздражены, то делайте наоборот, не останавливайтесь. Хах. Можно еще упоминать про то, что вам на самом деле не семнадцать, а четыре года.

— Ну… — не найдя быстро адекватного ответа, протягиваю я.

Я не умею принимать поздравления. Меня никто никогда не поздравлял или делал это чаще всего не потому, что хотел, а потому, что надо. Я почти всегда это чувствовала. И сегодня я не ждала от кого-то поздравлений. Мамы у меня нет, отец не так давно умер, родственников не наблюдается, друзьями за свою жизнь не обзавелась, в академии я тоже другом никого не считаю. Забавно, что об этом помнит Астарта.

— А вот и маленький подарочек. Это от меня и Амаи. Не то чтобы он очень ценный, но мы старались придумать что-то, что могло бы тебе понравится. Вот, — радостно улыбаясь, она протягивает мне небольшую, перетянутую лентой коробочку.

— Слабо верится, что Хофлер принимала участие в выборе, — отшучиваюсь я, принимая подарок.

Амая Хофлер — это лучшая подруга Астарты. Они дружат с детства. Соответственно, с ней знакома и я. Мы даже иногда общаемся. В реальном мире не видимся, но в виртуальном ввиду схожих увлечений, бывает, проводим время вместе. Играем.

Коробочка была хоть и маленькой, но довольно увесистой. Сложно так определить, что может быть внутри.

— Нет, нет, это мы именно совместно решили, — с этими словами, не спрашивая разрешения, девушка решила меня обнять.

Я съеживаюсь. По спине пробегают мурашки. Но выбора нет, приходится перетерпеть.

— Спасибо, — по окончанию говорю я. — Не против, если я открою его потом? Когда буду дома.

— Конечно. Только ты поосторожней, не тряси сильно, а то вещь немного хрупкая.

Если судить по тому, как она, спотыкаясь, с особой «осторожностью» догоняла меня, то содержимому коробочки наверняка уже писец. Ха.

Я не люблю сумки, поэтому несу подарок в руках. Оставлю пока его в совете.

— Как собираешься праздновать? — интересуется девушка.

— Да никак. Я обычно не праздную.

— Это не дело. Я бы поняла это, если бы ты сказала, это на шестнадцати- или восемнадцатилетние, но семнадцатилетие важно и должно запомниться!

Я почему-то не сомневалась, что моя провожатая из тех людей, которые любят праздники, застолье и веселье.

— Но мне так нравится. Я могу позволить себе купить и съесть что-то, что хочу и чего обычно не покупаю. Этого достаточно. Люблю в этот день быть в тишине.

Для меня это просто обычный день. Если бы давали выходной, то, возможно, тогда я могла бы считать это праздником.

— Ладно, — как-то неодобрительно соглашается девушка. — Если нравится, лезть не стану, но если передумаешь, то мы можем что-то придумать.

Мне как-то неловко от подобного разговора.

******

Спустя полчаса мы втроем стояли возле жилого квартала.

— Арквейд возьмет левые ряды, Астарта — правые, а я — центральные, — вместе с указаниями, президент раздавал нам стопки с конвертами. — Есть вопросы?

— Нет, — машинально ответила я.

— В таком случае приступаем. Как закончите, можете быть свободны, — произнеся это, Адам направился в свою сторону.

— Давай, удачи, — говорю я Астарте, собираясь уходить.

— Постой, — Астарта аккуратно схватила меня за руку. — Не могла бы ты со мной поменяться?

— Зачем? — без задней мысли спрашиваю я.

— Ну… — протянула она, подозрительно задумавшись над ответом. — В левом ряду живем мы с Амаей. Я бы хотела сама вручить ей письмо. Вот.

«Мы ведь не вручаем их лично» — могла бы ответить я. Но в таких словах нет смысла. Сосед Астарты — это ее возлюбленный, Дмитрий. Девушка напротив кажется глупой, но на самом деле это не так. В делах любовных она очень изобретательна. Видела и могу сказать, что завоевывать она умеет. А сейчас случай защиты или устранения конкурентов? Как мило — оберегать своего любовника. Выходит, только, что, отдавая ей письма, я защищаю Дмитрия от хейтеров, а ведь мне все же в глубине души хотелось бы, чтобы они дошли до адресата. Правда, не уверена, что это как-то повлияло бы на него, но все же.

— А, это дело святое, да, — наигранно демонстрирую понимание, после чего протягиваю ей пачку, но стоит ее руке приблизиться, как я убираю ее назад.

— М? — непонимающий звук издает она. — Что-то не так?

Да, я задумалась над тем, а стоит ли мне уличить ее во лжи? Разве она не видит, что я все понимаю? Она же знает о моей силе. Или только мне, как человеку, который знает правду, кажется все таким очевидным?

Я как-то глупо улыбнулась сама себе и выдохнула.

Ладно, мне в принципе нет до этой девчонки и ее любви никакого дела. Если эта ложь, по ее мнению, стоит того, то пусть так.

— Да нет, — я снова протягиваю пачку, и мы производим обмен.

— Спасибо, — довольная, она идет работать почтальоном.

— Слушай, — недолго посмотрев Астарте вслед, громко говорю я, — ты меня, конечно же, не послушаешь, но серьезно тебе говорю, отношения с этим человеком, даже если и будут удачными в какой-то момент, по итогу все равно не приведут тебя ни к чему хорошему.

Даже не знаю, зачем ей это говорю. Просто чутье мне подсказывает, что этот парень не то что не сделает девочку счастливой, а банально испортит ее. Эгоистичный, циничный, жестокий человек, без целей в жизни, без воспитания, лишенный чувства стыда и совести, который ведет себя так, будто он герой романа — непринятый, непонятый, но такой особенный. И это почему-то нравится девочкам, ведь Астарта не единственная, кто попал под эти неведомые мне чары.

— Извини, — развернувшись, она одарила меня широкой улыбкой и, положив руку на грудь, поклонилась.

Выглядела девчонка счастливой, от чего мне совершенно непонятно, за что она извиняется. За то, что поняла, что я раскусила ее ложь, или за то, что не послушает меня? Или за что-то совершенно другое? Почему-то я склоняюсь к последнему варианту. В любом случае, я поступила по совести, а остальное меня не касается. В конце концов, ее лучшая подруга полностью со мной согласна. Она тоже не видит в Дмитрии ничего хорошего. И если уж ее Астарта не слушает, то я-то какой могу иметь тогда вес?

******

Подарок! Им была фигурка дельфина ручной работы. Это одно из хобби Астарты. Мило, что она помнит, что я когда-то зачем-то говорила о том, что они мне нравятся. Жаль только, что она не уточняла причины такой симпатии. Поскольку данный текст могут прочитать и дети, то расписывать эти невероятно интересные факты я не стану. Такого намека должно быть достаточно. Хах.

Это шутка если что.

Наверное.

1.Четверг, 2 марта

Во время большой перемены, прогуливаясь по территории, в парке недалеко от фонтана я замечаю сборище учеников. Они столпились полукругом, из-за чего издалека было тяжело разглядеть, что ребята закрывали своими телами.

— Здорова, Фуджишими, — подойдя, я приветствую свою знакомую. — Что у вас тут происходит?

Фуджишими Фуджино — сильнейшая девушка в академии. Познакомились с ней мы просто потому, что выбрали одно и то же место для отдыха. Она была тихой, не мешала, и поэтому мне было все равно, что мы делили территорию. Спустя некоторое время таких наших случайных встреч девушка решила впервые со мной заговорить. И у нас оказалось немало общего. Например, отсутствие друзей и неоднозначная репутация. Только меня не любят за паршивый характер, а ее — за странное поведение. Она совершает очень много неординарных поступков, объяснения которым порой так просто не найти. И хоть я знаю ответ на вопрос, почему эта дама ведет себя так, для других он остается загадкой, так как девушка предпочитает не распространяться и не трудится что-то объяснять.

В знак солидарности я пока что сохраню ее секрет и не буду вас нагружать.

Единственное, чего я не понимаю, почему она красит волосы в черный? В нашей стране — Сампии — почти все люди со светлыми волосами и преимущественно серыми или зелеными глазами. К иностранцам или людям с нетипичной для Сампии внешностью тут относятся достаточно негативно. И дело не только в осуждающих взглядах и высказываниях, а, например, Вас вполне могут не взять на работу, не пустить в ресторан, могут возникнуть проблемы с оформлением документов, покупкой жилья, машины, и прочие радости жизни. И я знаю, о чем говорю, так как, хоть я и родилась в этой стране, корни и внешность у меня совершенно не сампийские. Взять хотя бы мои черные волосы и темно-голубые глаза — подобных вы тут не встретите. Так, если даже у меня возникают проблемы, то иностранцу и вовсе в этой стране будет некомфортно. Впрочем, попасть вам сюда так просто и не получится. Короче говоря, покрасить волосы в черный — идея достаточно глупая. Но, наверное, нет проблем, пока ты находишься на территории академии. Тут как-то этому не придают особого значения. Разве что на Фуджино после перекраски все посмотрели с непониманием, но это в целом обычное выражение лица учеников, когда речь идет о ней.

— Нужно отвечать? — с легкой иронией ответила девушка. — Ты и сама можешь все оценить.

Да, подходя, я уже все поняла, но хотелось завести диалог, чтобы разобраться, с чего все началось. А картина была простая: Дмитрий ссорился с Ямато. Второй парень занимал первое место арены. Ясно как день было, что это выяснение отношений ради того, чтобы состоялась дуэль за первое место. Дмитрий мог бы просто вызвать на дуэль Ямато, так как сам на данный момент занимает третье место, но первым бросать вызов — не его стиль. Я не знаю причин, но на бой всегда вызывали его. А наш топ — не тот человек, который дерется со всеми подряд, да и первому месту это ни к чему. Так, похоже, парень нашел выход в провокации. Впрочем, этим он занимался постоянно, чем меня уже изрядно задолбал.

Картина меня не удивляла. Я подозревала, что рано или поздно это произойдет.

— С чего же все началось? Трудно представить, что могло бы так задеть нашего хладнокровного плейбоя, — интересуюсь я.

Я никогда не видела, чтобы Ямато был так недоволен. Внешне он спокоен, но я явно чувствую гнев.

— Нууууу… — протянула Фуджино и покосилась на меня. — «Эй, Ямато, я тут нашел старую местную газетенку, где написано, что тебя мать в детстве била, оставляла с незнакомыми алкашами, не любила, а ты, наоборот, ее обожал. Ты, что, серьезно подобное так просто рассказываешь, да еще и прессе? Ну, даешь. Но ладно, это неважно. Просто это натолкнуло меня на мысль, не является ли такое важное царское поведение последствием тяжелого детства? Мол, эдакая гиперкомпенсация, которая вылилась в акцию по привлечению к себе внимания, которого не хватило в детстве?». Точно уже не скажу, но что-то такое.

Это не совсем то, что было в местной газете полгода назад, но парень действительно о таком рассказывал. Его мать была обычным человеком и отец тоже, а родился в их семье мэс. Способности мэсов начинают проявляться в период полового созревания, в среднем в двенадцать-тринадцать лет, а до этого определить можно только по сканированию скелета на наличие особых мариальных вкраплений, которые есть исключительно у людей со сверхспособностями. И его мама знала о том, что у них родился особенный ребенок, но боялась и скрывала, так как не понимала, как у двух обычных людей мог родиться мэс. Но такое рано или поздно стало бы явным, и в день, когда проявились способности, муж уличил свою жену в измене, в том, что она ему столько лет врала, и ушел из дома. А дальше обычный сценарий: алкоголь, наркотики, непонятные знакомые, моральное падение, избиение своего ребенка, обвинения его во всех своих бедах.

К сожалению, для мэсов такие истории не редкость. Так уж сложилось в силу исторических обстоятельств, что люди со сверхспособностями не особо радушно воспринимаются обществом. Сверхсилы — это явление, которому меньше сотни лет. Возникновение их сопровождалось огромными потерями, разрухой, миллионами искалеченных судеб. Воспоминания о тех событиях еще свежи в памяти многих людей. Сампия, несмотря на закрытость, страна миролюбивая, и в ее истории крайне мало войн. А мы — мэсы — сеем разрушения и ассоциируемся с бедствиями. Так что за нами установлен особый контроль.

Представляете, каково в этом мире, в этой стране, мне? Мало того, что я такая выделяющаяся внешностью девчонка, так еще и мэс. Сразу видно, баба фартовая. Ну как, в вас уже проснулась жалость? НЕТ?! Вообще я заранее знала, что вашим ответом будет «нет». Может, потому что варианта «да» тут и не было? Ха.

— Господи, ну что за дебил, — выдыхая, произношу я.

— Не хочу защищать его, но вообще я где-то краем уха слышала, что он на самом деле в арену влез не ради себя. Хочет взять первое место и отдать его Инес.

Инес — это девушка из его команды.

Первый курс академии — подготовительный, стандартный, несколько предметов на выбор, экзамены. В середине его люди начинают собирать собственные команды по пять-шесть человек и проходят регистрацию. Дальнейшее обучение проходит уже не в стандартном формате, а учителя индивидуально работают с этими командами. И домики как раз приспособлены под команды. Многие, как например Дмитрий, вступили в группы со своими соседями, мол, коли поселили нас вместе, коли мы привыкли друг к другу, то и работать будем вместе. В принципе, логично. Я же, как гордый член совета, имею определенные преимущества. Например, без моего ведома никого ко мне не подселят. Да и вообще, распределяю все места я сама. Потому и не подселят. Вы уже, наверное, догадались, что я, соответственно, живу одна и группы у меня нет. Ха. И на самом деле это проблема, так как уже почти все, кто хотел, собрали свои группы, а это значит, что остались одни неудачники. И этих индивидов ждет распределение при помощи жеребьевки. По крайней мере, так по рассказам было раньше. Одиночки — это либо лузеры, либо отбросы, либо умники, но с тяжелым характером, либо, как чаще всего бывает, люди с очень слабой или бесполезной способностью. Либо это Арквейд Либерт, которая, слишком хороша для какой-либо из команд. Но не будем сейчас о моих грустных перспективах.

— Постой-ка, постой-ка, — я с недовольством и подозрением смотрю в глаза собеседницы. — Только не говори мне то, что я думаю. Ты же не хочешь мне сказать, что вот эту чепуху, которую я только что услышала, он сказал тебе, и ты поэтому его взяла и пропустила. Только не говори мне этого. Не надо.

Способности Фуджишими это:

Обмен: присваивает способность оппонента себе, подменяя ее на какую-нибудь бесполезную. Спустя некоторое время сила возвращается к владельцу. Не работает с пассивными способностями и с теми, что завязаны на трансформациях, измененных формах тела и способностями.

Копирование: дублирует способность оппонента, однако она становится в разы слабее. Может держать при себе несколько таких способностей одновременно.

Вы не можете победить человека, который лишит Вас способности и который всегда в запасе имеет несколько других. И так уж сложилось из-за системы, что именно Фуджино решает, кто будет в десятке арены. А работает это так: вы начинаете с конца (предположим, это 1000 место); вызов вначале вы можете бросить только людям, которые на сто позиций выше вас, то есть всем, начиная от 901 места; после того, как вы дойдете до сотни, вы сможете бросать вызов только тем, кто выше вас на десять позиций; таким образом, предположим, вы доходите до 11 места; и это переломный момент, вы не можете драться с 1-9 местом, пока не победите 10. 10 место обычно является проходным и часто меняется. Но не в нашем случае. У нас эта неизменная позиция занимается Фуджишими. Войдя в десятку, вы можете драться с любым местом, хоть сразу с первым, но войти туда невозможно, и все это прекрасно знают. В этом году поступившая новенькая решает, кто пройдет дальше, а кто уйдет на эшафот.

К слову, это я придумала сделать такой костыль. Решила, что это забавно. Сама не знаю почему. Просто. Посчитала, что какая-то идиотская система с десятым местом. И, мол, смешно, если самый сильный ученик на деле будет на такой тупой позиции. Фуджишими со мной согласилась. Так и сделала. Так все и продолжается.

И я понимала, что она не просто так пропустила Дмитрия в эту секту, но не знала, почему. Спрашивала, но она ответила мне, что решила дать Хроне шанс показать себя. Хрона —это фамильяр Дмитрия, при помощи которого парень сражается. И меня устроил такой ответ. К слуге вопросов у меня никаких нет. Скажу больше, она мне даже нравится. А тут, выходит, на деле причина другая, да?

— Хорошо, я молчу, — на ее лице появилась довольная улыбка.

— Ты, конечно, кадр… — наигранная разочарованность. — Ты понимаешь, что то, что там сейчас происходит, это твоя вина! И мне сейчас идти туда и разбираться с этим из-за тебя! И взгляды других учеников я ловлю сейчас на себе из-за тебя! И они понимают, что нужно бы разойтись, но все равно стоят! И хоть я сейчас говорю громче, никто почему-то не уходит. Интересно, почему?

Не то чтобы я пыталась сейчас намекнуть окружающим, что я не в духе. И что в анкете любого, кто тут сейчас находится и потакает этому непотребству, могут появиться нехорошие заметки, которые непременно повлияют на их потенциальную карьеру. Делать я этого, конечно, не буду, потому что мне лень. Но кто его знает? Никто не знает, что у меня на уме. Даже я.

— Не нужно на меня все перекладывать, — говорит Фуджишими, явно наслаждаясь сложившейся ситуацией.

— Но ты ведь, моя дорогая, прекрасно знала, кого пропускаешь. И вообще, у меня есть причины держать на тебя обиду, так-то, — собираясь с силами, чтобы исполнить свою работу, говорю я.

Набиваю баллы. Обида — это значит, что в будущем я смогу что-то с этого получить.

— Мне, вообще-то, тоже есть за что на тебя обижаться, — ее тон стал более серьезным.

Не припомню, чтобы я что-то плохое ей сделала хоть когда-то. Я бы даже сделала ей комплимент, ведь с ней мне легче всего общаться. Пусть и общаемся мы очень редко.

— Выдуманные причины не считаются, — прищурившись, я смотрю в ее глаза, пытаясь разгадать, о чем она говорит.

— Они не выдуманные.

Фуджино — девушка достаточно умная, и зная, как работает моя способность, она говорит безэмоционально, что сильно мешает пониманию. Мне остается только демонстративно издать недовольный пшик, который означает что-то типа «как скажешь».

— Расходимся, здесь не на что смотреть! — громко говорю я, заходя в центр круга. — Давайте, давайте, расходитесь! Вы же не имеете никакого отношения к происходящему, правда?! Или кто-то причастен?!

Не люблю заниматься таким, но иногда приходится.

Люди недовольно ворчат, понимая, что конца представления не увидят, но в конечном итоге расходятся.

— Рад видеть Вас здесь, Арквейд, — поприветствовав меня сдержанной улыбкой, как всегда вежливо говорил Ямато.

— Не потрудитесь объяснить, что за разборки, что не поделили, что произошло?

— Молодой человек, судя по всему, очень хорошо осведомлен о деталях моей биографии, чем не преминул воспользоваться, чтобы попытаться задеть меня. Видимо, он хочет, чтобы я вызвал его на бой.

— А ты что скажешь? — интересуюсь я у Дмитрия чисто из-за формальности.

— Ничего, будто ты сама не видела, — с неохотой грубо отвечает он.

Так и хочется треснуть палкой по голове. Но мне и правда не нужно вести следствие. Я уже в курсе.

— Я не знаю его мотивы, и, врать не стану, знать после этого не хочу, — заговорил снова Ямато. — Не понимаю, зачем было прибегать к такому. Достаточно было просто бросить вызов или прийти, поговорить. Я бы не отказал человеку, который так быстро забрался наверх арены.

Да, система устроена так, что можно отказываться от боев. Правда, если вы решили влезть в таблицу рекордов, отказывать вечно не получится. Пять раз, или точнее пять дней, и ваше место просто отдадут, без проведения боя.

— Не хочешь принести свои извинения? — скорее намекаю на действия, а не спрашиваю.

— Не хочу, — парень не стеснялся демонстрировать свое недовольство.

Типичный подросток, разве нет?

— Не желаю больше терять на это время. Арквейд. Зарегистрируйте нас, пожалуйста, на бой, — сказав это, Ямато поспешил удалиться.

У нас так-то век технологий, на бой можно вызвать просто онлайн, нажав на пару кнопок, но да, это могу сделать и я…

Вслед за нашим топом, не сказав мне ни слова, демонстративно развернувшись, ушел и Дмитрий.

Мне остается только тяжело выдохнуть. После этого я смотрю на небо, задумавшись о том, какой ценой даются мне подобные разборки, и чувствую, как кто-то легонько теребит меня за рукав. Я разворачиваюсь.

— Дмитрий купил Хроне новые трусики, — девушка поднимает подол платья, демонстрируя мне свое белье.

Белые, средней длины волосы. Светло-зеленые глаза. На правом зрачке, как отличительная черта, едва заметно виднеется некая галочка, крылья которой напоминают неровные стрелки часов. Направление указателей будто застыло на двойке и тройке. Маленький рост, всего сто пятьдесят сантиметров. Готическое платье. Так выглядит фамильяр парня, который только что ушел. Фамильяр — это искусственно созданное существо вроде гомункула. До встречи с Хроной я даже не знала, что такие существуют, но почитав литературу, узнала, что они, оказывается, есть, но в природе их не больше пары десятков, и вы вряд ли их когда-либо встретите. Все они в основном находятся где-то в лабораториях.

Откуда же она у этого мальчишки?

Вопрос не ко мне. Особенностью этих существ является нестандартное мышление и нелогичное, непредсказуемое поведение. В случае этой девочки это почему-то меня подкупает. Возможно потому, что она очень миленькая. Ведет себя как-то немного по-детски и во мне просыпаются не чуждые любой женщине материнские чувства? Да нет, бред какой-то.

— Миленькие, — протягиваю оценивающе я.

Я понимаю, как это выглядит со стороны…

Можно только позавидовать мне. Ха.

— Да? А Дмитрий сказал, что они сексуальные… — с неким непониманием проговорила девочка и повернулась ко мне спиной. — Вот тут, сзади, бабочка такая с прозрачными крылышками.

Получив подобную информацию, что я как член студенческого совета должна сделать? О чем я должна подумать?

— Вот как… — задумчиво отвечаю я.

— Хроне они нравятся, а тебе нравятся? — отпустив подол, она повернулась ко мне лицом и стала с неподдельным интересом смотреть в мои глаза.

— Конечно, нравятся, повезло тебе, — отвечаю, поддерживая ее довольство.

Мне в вопросе дали ответ, так что думать долго не пришлось.

— Вот. Это тебе, — буквально из воздуха появилась коробка, которую она протянула мне. — Второй комплект. Вчера ведь у тебя был день рождения? Это подарок тебе. От Хроны.

В книгах также говорилось, что, несмотря на то, что у фамильяров есть особенные характеры, большинство из них не обладают знаниями, и что ты вложил в них, о том они и будут говорить, то они и будут знать. Так чему же учил ее наш гениальный ученик?

— Ты такая внимательная, Хрона, — любезничаю я. — Спасибо большое.

То, что она знает, когда у меня день рождения, это очень мило. Не помню, чтобы, общаясь с ней, мы о чем-то таком говорили, обычно я просто несла бред или подыгрывала ее дурачеству. Так что это, можно сказать, меня покоряет. Правда, подарок… В любом случае, мне польстило такое внимание, этого достаточно.

— Надевай, — однозначно говорит девочка. — Хрона хочет посмотреть.

Спорный вопросик, но, если вы скажете мне, что тоже хотите посмотреть, тогда да, я надену. Тренды обязывают и, если хочу быть на позицию выше конкурентов, должна соответствовать. Разве я могу оставить людей без легкого эччи? Ха.

— Простите, сержант, но сейчас не могу, я не службе, — стараюсь быть деликатна. — Давайте как-нибудь в другой раз, хорошо?

Сержантом я назвала ее лишь потому, что помню, как она когда-то насмотрелась зарубежных военных фильмов и бегала по академии, играя в солдата. Я тогда ее так назвала и ей это понравилось.

— Так точно, капитан, — она отдала мне честь. — Тогда Хрона пошла!

Капитан, значит… Ладно.

— Постой. У тебя ведь тоже недавно был день рождения, на день раньше моего. Не смогла тебя тогда найти, — я вынула то, что нашла в кармане, и протянула ей как подарок.

А в кармане у меня была пачка не самой дешевой соломки в шоколаде, которая мне нравится.

— Аааа…. Ууууу…. Мммм… — смотря на пачку, она издавала задумчивые звуки. — Спасибо…

И не взяв пачку, она развернулась и зашагала в сторону академии.

Обидно…

Создалось впечатление, будто в ее глазах я выглядела очень глупой, а она такая умная, воспитанная, и потому терпима и снисходительна ко мне…

Зато у меня осталось больше сладостей! Ха.

2.Пятница 3 марта

Иногда в такие дни, как этот, приходится делать работу, которая, как мне кажется, не должна быть связана со студенческим советом. Так, этим утром, переступив порог кабинета, я слышу:

— Доброе утро, Арквейд. Сегодня тебе нужно создать брошюру «О передаче способностей от родителей к детям».

— Зачем? — спокойно интересуюсь я, усаживаясь за свое рабочее место.

— Это для ифартитов, — уточняет глава.

В этом году наша академия стала вторым в стране учебным заведением, открывшим курс обучения по данному направлению. Оно появилось буквально пару лет назад, когда обнаружилось, что способности мэсов можно запечатывать. В переводе «ифарит» буквально означает «накладывающий печать». Правда, система еще далека от идеала. Есть возможность запечатывать только мэсов с активными и не сверхсильными способностями. А обучаются на этом курсе люди, в скелете которых содержание мариальных вкраплений едва достигает 0.1-0.2%, и у них нет никаких способностей. Вообще, факультет больше напоминает юридический или адвокатский, где акцент смещен в сторону работы с преступниками или правонарушителями. И к этому добавилась лишь небольшая особенность.

— Понятно, но разве информации и так не предостаточно в интернете? Зачем вся эта возня и перевод бумаги? Вроде как все и так элементарно, разве нет? Ха.

По мне, так работенка чушь полная. Все и так все знают. В школе проходили или в инете читали. А даже если нет, то почему вдруг такую элементарную информацию изучают ближе к концу года?

— Ты сама все прекрасно понимаешь, — собираясь куда-то, говорит Адам. — Студенческий совет обязан оказывать ученикам информационную поддержку и обеспечивать их необходимым для учебы реквизитом.

Я считаю, если это нужно для изучения, а не для каких-то галочек, но даже если и для них, то заниматься этим должен курс, которому это понадобилось. Разве информация не усваивается лучше, когда ты ее ищешь и упорядочиваешь? Так ведь, да?

— Ах, да, действительно, иногда забываю об этом…

Мне стоило бы быть более сдержанной, и хоть я стараюсь скрыть, но все же выражаю свое недовольство в виде легкого сарказма. И моей вины в этом нет, меня избаловали излишним снисхождением. Да, так оно и есть.

— Послушай, от нас требуется не просто информация, а также статистика учеников, — взяв свое портмоне, президент направился к выходу. — По академии и отдельно по этому году.

Почему-то где-то глубоко внутри ощущение, будто наш глава решил сбежать от меня. Я нахожу это несколько забавным.

— Просто разве у нас не достаточно другой, более важной работы? Мы с тобой, вроде как, и так не совсем успеваем справляться, чтобы браться еще и за такую мелочь.

Тем более, что я привыкла по пятницам работать с новой информацией, обрабатывать ее, заполнять анкеты, форум, сайт.

— Пожалуй, тут ты, как ни посмотри, права, — приоткрыв дверь, Адам остановился и повернулся ко мне. — С брошюрой, думаю, можно что-то придумать, отложить, а вот вопрос по клубам у нас действительно стоит давно нерешенным. Раз уж сегодня ты расположена к этому, то я буду только рад, если ты все их обойдешь и…

— Хорошо, я уже делаю брошюру... — перебивая, даю свое согласие на работу.

Мои слова и реакция заставили парня довольно улыбнуться.

Да. Неудачница. Проиграла битву.

В вопросе клубов я действительно задолжала и все откладываю да откладываю. Президент, естественно, об этом прекрасно знает и хоть не упрекает, но пользуется. Так, как, например, сейчас. И работа-то с кружками вроде суперпростая, но не люблю я коммуницировать с людьми. То тут не так, то там не то, то еще не-пойми-что. На это нужно настроение особое. Ничего не могу с этим поделать.

В дополнение, уходя, президент говорит мне, мол, было бы здорово скооперироваться с разными клубами, такими как, например, художественный кружок, которые могли бы помочь с макетом и нарисовать иллюстрации. А для литературного слога можно к книжечникам заглянуть. Давайте тогда уж сразу всей академией делать хрень, которая, если и долетит до куда-то, то только до помойки. К сожалению, знаем, проходили уже такое. Такими словами я заглушаю свою совесть, когда бессовестно, словно работник по созданию лэндингов, тырю стоковые картинки с интернета.

Оформление и текст я и сама сделаю, а вот как напечатать это и сверстать, представления не имею, благо есть клуб журналистики, отдам макет им. Думаю, с остальным они всяко лучше меня справятся.

Единственная проблема — это обилие информации, которая вряд ли нормально поместится на обычной, сложенной в несколько раз бумажке. Так, с позволения президента, за основу я взяла союз двух мэсов, дабы исключить множественные варианты способностей ребенка от союза человека и мэса. Получилось следующее:

(Как человек особо старательный, для вас я информацию укоротила и добавила примеры из жизни. Хах.)

Первый вариант: Эволюция — собственно, улучшение способности. Например, отец или мать могли выпускать небольшую струю огня из пальца, тогда как ребенок стал пускать цельные огненные шары. Шанс при рождении получить такой эффект крайне мал. Среди наших учеников есть такие индивиды, например, наша бывшая глава студенческого совета — Селина. Хоть ее случай и уникальный, мы вписываем его под общие рамки и получаем следующую картину: мать Селины могла обмениваться мыслями, однако способность была ограничена временным промежутком в десять секунд, после чего становилась недоступной на неопределенное время (в районе часа). Отец же мог обмениваться способностями с другими, но тоже на короткий промежуток времени, после чего все возвращалось на места. Такие способности можно отнести к классу С или B- с натягом, довольно посредственно, лучше большинства, но перспектив не особо много. На выходе мы получаем девушку, способную спокойно копировать способности других на длительный срок. Такая способность из класса С переходит в класс А, однако овладеть ей очень непросто, так как нужно мастерски владеть способностью своего оппонента, а это немалый труд. Благо, Селина у нас трудяга. Ха.

Второй вариант: Деградация — способности ребенка становятся слабее, чем у родителя. Родитель пускал струю огня из пальца, а ты едва ли можешь высечь искру, а другой способности не получил. Процент появления такого ребенка немного выше, чем эволюции. Это мой случай.

Союз моих родителей был идейным, созданным с целью соединить способности обоих и родить гения. Любви как таковой между ними не было. Обладая рангом А, моя мать могла читать мысли по голосу. То есть, если человек заговорит, то она будет слышать его настоящие мысли. Мой отец обладал рентгеновским зрением, его способности пользовались спросом в медицине, так как он более четко видел болезни, нежели машина. Этих людей свела работа и некая одержимость идеей о людях со сверхспособностями. Они долго изучали родословную, производили расчеты и, поняв, что шанс деградации почти нулевой, решились завести ребенка. Иронично, у них появилась я, со способностями, едва дотягивающими до ранга B. Все, что я могу, это «читать» человека. Я не слышу мысли, не знаю, кто о чем думает, но легко отличаю ложь от правды, понимаю на уровне чувств истинные цели и мотивы людей. Мои способности можно отнести к неосознанно-аналитическим, ведь все эти чувства приходят ко мне только, когда я вижу и слышу, что и как говорит человек, ошибки в его речи, неловкие движения, частоту моргания и т.п. Я отлично понимаю, что такому чтению при должном желании может научиться любой человек, но мне это дано от рождения, и прилагать усилий никаких не нужно. Кроме того, это все происходит несознательно, я не могу отключить эту способность, она пассивная. Что касается моих родителей: осознание того, что это их ошибка, пришло только спустя пять лет. Отношение ко мне резко изменилось, я стала ненужной вещью, а они сделали вторую попытку. В последний месяц второй беременности мать поплатилась жизнью за свои способности. Мой отец не особо убивался по этому поводу. Почему? Тогда меня это не волновало, а ответ пришел спустя годы. Я рождена от измены матери. Она выбрала более сильного мужчину, чьи способности не уступали ее, позволяли читать человека по принадлежащим ему вещам, что-то на уровне ясновидения. Похоже, что на момент смерти моей матери отец был в курсе, что я не его дочь. Пусть второй ребенок был от него, но похоже, что с годами он оставил идею молодости. Отец не питал ко мне особого тепла, но все же не бросил и воспитал, считая это отчасти, наверное, своей платой за ошибку. Тут все непросто.

Вариант номер три: Заимствование — самый распространенный вариант. Ребенок полностью заимствует способность одного или обоих родителей, с незначительными изменениями. Родитель пускал струю огня из пальца, а ребенок в свою очередь стал пускать струю огня из носа. Таков каждый второй, в кого не ткни, потому личностный пример приводить не будем.

Последний, четвертый вариант: Метабола — замена способностей. Родитель пускал струю огня из пальца, а ребенок перемещает предмет на три метра. Такой наш президент. Его отец умеет создавать различную по диаметру ауру, которая может защитить его или другого человека. Мать обладает разновидностью левитации — заставляет различные предметы и объекты парить в воздухе. Адам в свою очередь получил навык пирофакелизма. Он может поджигать то, до чего дотронется, или устанавливает время, через которое объект загорится, но не более пяти минут.

Проведя небольшую статистику учеников академии, мы получаем следующий результат:

Учеников с эволюцией — 1%.

Учеников с деградацией? Их всего 1, это я. Ха.

Учеников с заимствованием — 84%.

Учеников с метаболой — 12%.

Учеников без информации — 3%.

Без информации — это те ребята, чья сила до сих пор не проявилась, или у них есть определенные договоренности, и мы хоть и владеем информацией, но не распространяем ее.

Эта усредненная статистика неплохо отражает не только положение дел в нашей академии, но и в стране в целом, не считая, конечно, деградации. Ну, я надеюсь на это.

Вышла довольно грубая брошюрка, потому что включает в себя всего четыре варианта, но глава сказал, что этого более чем достаточно. И хоть мне дали добро на печать, но похвалить не похвалили. И вы, наверное, хотите спросить меня: «А чем же все это время занимался президент? Какие обязанности у этого жадного до комплементов гражданина, коли все делаешь ты, Арквейд?». А вот я, если честно, даже и не знаю! Ничего не делает, только указания раздает да перед директором отчитывается! Эх, вот бы мне на его место, а?

******

Я решила не откладывать бой в долгий ящик и зарегистрировала наших дуэлянтов на сегодня. Несмотря на то, что информация о предстоящем сражении появилась в сети совсем недавно, арену сегодня решили посетить очень много людей. Это большая редкость. Обычно сие место пустует, а сейчас трибуны забиты до отказа. Впрочем, интересные захватывающие бои происходят редко, а Дмитрий у нас еще и локальная «звезда». Видимо, большинство не хотят дожидаться момента, когда запись будет выложена в сеть.

Придя на место, окидываю трибуну взглядом и понимаю, что мне для своего самочувствия, из-за силы, лучше будет понаблюдать за всем из рубки, пялясь в экран. Впрочем, разницы особо нет, дело только в атмосфере, ведь все, как и я, будут смотреть на бой с экранов. Все сражения проходят в виртуальной реальности. Дуэлянты, выходя на поле, забираются в специальные капсулы, которые погружают их в полусонное состояние, сканируют и проецируют образ в созданном компьютером мире. И по ощущениям он мало чем отличается от реального мира. Вы даже можете чувствовать там усталость, изнеможение, сонливость, силу и боль. В общем, идеальная среда, чтобы показывать себя, совершенствоваться, но не тратить на лечение годы жизни, как это было еще лет десять назад. Ха.

Ямато против Дмитрия с фамильяром Хроной. Первый — парень, который возглавляет список арены. Его способности поразительны. При поступлении он получил высший ранг — S. Его сила — это возможность создать все, что угодно. Все, на что хватит фантазии: землетрясение, призыв демона, метеорит гигантских размеров, нападение тентаклиевой жижи и так далее. Однако использовав что-то однажды, он уже никогда не сможет использовать это снова. Его способность ограничивается его фантазией. Он избегает частых битв, потому что каждая забирает часть его карт. Его противник — Дмитрий, поступил к нам в октябре и особо ничем не выделялся, его способности пока не проявились, потому он в ранге D. Пару месяцев назад его стали раз за разом вызывать на бой, так он быстро оказался в десятке лучших, а дальше вы уже знаете. Парень — тот еще показушник и клоун. В битвах позиционирует себя как суперкрутой, хотя сам ничего не делает, ничего не умеет и чаще всего просто стоит на месте, унижая противника разными выкриками. Зуб даю, то, что его никто не может коснуться, ему очень нравится и льстит. Просто дела обстоят так, что до двадцатки люди и вправду не особо сильны, чтобы добраться до него, а учеников на местах выше интересует самосовершенствование. Они желают вести бой не с ним, а с его фамильяром, потому даже и не пытаются нападать на мальчишку. Короче говоря, залог его побед и кроется в фамильяре — Хроне. Ее полные способности неизвестны, так как почти все битвы она завершала за минуту или две при помощи грубой силы, редко прибегая к иным методам. Сам парень утверждает, что не знает всех ее способностей, но это чистая ложь.

Этот бой был словно отрывок из какого-то фантастического фильма или аниме. Вся эта магия и способности оставляют грандиозные впечатления. Тебя вроде как уже ничем не удивить. Ты столько видела, но почему-то все равно не верится, что подобные монстры существуют в нашем мире.

На первых минутах битвы Хрона вела себя как-то совсем иначе, не так, как обычно. Куда-то пропали присущие ей грубость и неуклюжесть, как мне показалось. Она стала использовать оружие и владела им так мастерски грациозно. Ее атаки были просты, но точны. Ей не составляло абсолютно никакого труда избегать нападений и давить на своего оппонента. Девушка будто бы играла с ним, несколько высокомерно демонстрируя свое превосходство. Ямато в свою очередь это, похоже, только раззадоривало. Он полностью игнорировал присутствие Дмитрия, наслаждаясь битвой с Хроной.

Спустя пару минут ход сражения полностью поменялся. Хрона словно пришла в себя и вернулась к своему привычному стилю. Из ее рук пропало оружие, атаки стали прямолинейны, довольно сильны, но предсказуемы. Этот легко заметный контраст моментально изменил темп битвы, и чаша весов склонилась в сторону Ямато.

Да, я понимаю, что по-хорошему мне бы стоило описать эту невероятную схватку поподробнее, заткнув за пояс всех этих фантастов с их размахиванием мечами на пять страниц… Да. Но, к сожалению, или к счастью, я хоть внешне, может, и выгляжу человеком немного самодовольным, но на деле очень добродушная и честная, а посему хлеб у других отнимать не стану. Пускай они и дальше думают, что они в этом хороши. Мне не жалко. Ха.

Вообще, бой закончился достаточно быстро, и конец его был неожиданным. Дмитрий сдался, не доведя битву до конца. Все были поражены и невероятно возмущены его поступком. Как всегда, он смог отличиться. Особенно взбешен такой выходкой был Ямато. Так, стоило соперникам выйти из виртуальной реальности и сойтись на мостике для рукопожатия, всегда спокойный Ямато схватил его за воротник и начал кричать на парня. Я даже через экран чувствовала эти гнев и разочарование. Судья остановил нашего топа, призвал к порядку и по привычке объявил победителя. После этого Ямато встал на одно колено и поцеловал руку Хроны, поблагодарил и сказал, что надеется как-нибудь сразиться с ней еще раз, без ее хозяина. Он совершенно не скрывал своего отвращения к Дмитрию.

Представляю, как мерзко сегодня у Ямато на душе. Выкинуть сотку приемов в никуда и получить такой плевок. Но не он один чувствовал опустошение. Чувства всех зрителей остались в несколько подвешенном состоянии. Их дух словно захватили, а после резко облили ведром воды, сказав, что конца не будет, смиритесь с таким исходом. Непонимающе шушукаясь друг с другом, народ не спешил расходиться.

Даже не знаю, как после этого будут относиться к Дмитрию. Впрочем, смотря на его лицо через камеры, я понимаю, что ему все равно. Может, другие люди и не заметили, но я видела, как он тяжело и разочарованно вздохнул. Чувствую, будто Дмитрий тоже чего-то ждал от Ямато, а не получив этого, сдался. Интересно только, чего? Мне, в целом, не сложно прочитать этого мальчишку, но вот правильно истолковать и понять, увы, я не могу. Думаю, в этом вопросе мне мешают еще и мои чувства, которые этой личности не импонируют.

******

Вы наверняка подумали, что я, мягко говоря, лукавлю и набиваю себе цену, говоря о том, что хороша в описании битв. Доказывать, что это не так, не стану. Просто мне кажется, что от описания сражений я уже тупею. Это моя обязанность, как члена совета, заполнять данные о сражениях на арене, и то, как она меня запарила, отлично видно на дистанции, если начать читать биографии наших учеников. Если раньше я старалась и пыталась каждой способности, каждому приему дать соответствующее название, которое бы отражало суть происходящего, то сейчас я в большинстве своем пишу то, что придет мне в голову, или что-то стебное. Так, по названию частенько сложно определить, что вообще должно произойти. Данный феномен возник не из-за лени, как многие бы подумали, а из-за того, что, когда ты в сотый, нет, тысячный раз пытаешься дать название «сильному удару рукой», начинаешь выдумывать всякую чушь. Если вы увидели у себя в анкете «радужный пинок», «удар сгоряча», «ядовитая дичь», то не стоит удивляться — вам просто не повезло придумать уникальный прием, который смог бы пробудить во мне творца. Прошу прощение за прямолинейность, но вы — посредственность. Хах. Одно отрицать не стану, я нахожу забавным слышать изумленные крики комментаторов с названием приема, который звучит крайне нелепо. Когда от таких возгласов у меня по спине пробегают мурашки от стыда, которые пробуждают мою совесть, я стараюсь что-то придумать и переписываю информацию. Правда, вспомнить такие случаи я почему-то не могу… Иногда я, к слову, даже иду дальше и не стесняюсь давать людям боевые никнеймы, отражающие всю суть бойца. И да, в основном они тоже крайне тупые, все равно никто не знает, что анкеты заполняю я. Но есть ощущение, что многие подозревают, чьих это рук дело…

Как я уже упоминала ранее, в пятницу я обычно дополняю информацию и загружаю видео. После битвы я сразу решила заняться этим вопросом, а потому и думаю над тем, что же написать в анкетах. В профиль Ямато просто загружаю видео, ставлю пару различных галочек и закрываю страницу. Что-то описывать смысла не вижу. Его способность всем понятна, а если я начну выдумывать названия для одноразовых приемов, то останусь тут до утра. Да и профиль превратится в огромное полотно текста. Описание Дмитрия я тоже не трогаю, запариваюсь лишь над способностями его фамильяра. Вроде ничего нового, но я добавляю информацию о первой половине раунда, в которой Хрона использовала алебарду.

— Я решил не откладывать до понедельника, как хотел раньше, и создал тему на форуме, — внезапно заговорил Адам, сидевший все это время за своим компьютером. — Мы решили, что пора открыть набор новичков. Как показывает статистика, выходные — это то время, когда ученики чаще всего посещают форум. Поэтому лучше было сделать это сейчас. В понедельник, я думаю, уже будут какие-то заявки, и мы начнем обучение.

Новички? Это отлично. Наконец-то дело о кружках сдвинется с мертвой точки. Ха.

— Это хорошая новость, — говорю я.

Почему сейчас, в начале весны? Думаю, потому что к этому моменту появилось немало людей, кому их кружок не подошел, они отвалились или хотят сменить вид деятельности, а тут мы. Также это время удобно тем, что сейчас клубы не начали свои новые наборы.

— Рад это слышать, — удовлетворенный моим ответом, президент едва заметно улыбнулся. — Я также сделал и выведу объявления на электронные доски.

Похоже, глава думал, что мне это не понравится. Новость и вправду двоякая, ведь ты никогда не знаешь, кто придет, что это будут за люди, да и возиться, обучать их никому не хочется, не хочется знакомиться, привыкать. Но если работы станет меньше, то можно и потерпеть.

Диалог был недолгий, так что я вернулась к работе.

«Гадкий ты человек, Арквейд,» — иронично осуждаю себя я, когда сижу и мотаю видео туда-сюда, пытаясь придумать для Хроны что-то нормальное. Можете считать это выражением симпатии, но я уверяю вас, она — последний человек, который прочитает о себе эту информацию. Так, в десятый раз проглядывая запись, я понимаю, что некоторые мои суждения, догадки и выводы были ошибочны. А сейчас я уверена в нескольких вещах:

1) У Хроны раздвоение личности.

Первую половину боя мы видим совершенно иного человека. Более холодный взгляд, слегка высокомерная улыбка, совершенно другая мимика. Четкие, уверенные, легкие движения — она словно бывалый боец. Перед нами человек, которого язык не повернется назвать ребенком. Девушка, которая рождает ощущение того, что происходящее для нее — полная ерунда, не имеющая значения. Переломный момент происходит в конце второй минуты и занимает буквально пару секунд. Во время очередной атаки ее взгляд меняется, на лице проскальзывает легкая растерянность, после чего она получает удар от Ямато и ее оружие пропадает. С этого момента мы видим привычного нам фамильяра. Озорной взгляд, сильные, но неумелые удары, использование клонов, тактика, построенная на грубой силе. Постоянное ощущение того, что она сдерживается.

Пусть я уверена в раздвоении личности на 100%, но писать об этом в портфолио, думаю, будет не совсем правильно. Да, я не питаю к Дмитрию теплых чувств, но если он это скрывает, то наверняка у него на это есть какие-то причины, и без его одобрения я делать подобного не стану. Почему же я решила, что он знает?

Что ж…

2) Сам парень о раздвоении прекрасно знает.

Я бы не дала 100% гарантию своей теории, если бы не его реакция. Он и сам заметил подмену, но лишь на мгновение загадочно улыбнулся, закрыв глаза. Я легко могу прочитать одну мысль, проскользнувшую в его голове, и звучит она как: «Ну, так даже интереснее».

3) Остановка боя.

Парень сдался, чтобы не раскрывать способности Хроны. Хоть я и не могу утверждать, что точно права в этом вопросе, но это кажется мне логичным. Это могло бы все объяснить. В последнюю минуту, перед концом, я замечаю, как девочка то и дело оглядывается назад на хозяина, будто бы ожидая от него чего-то. Будто бы спрашивая у него разрешения. Она прекрасно понимает, что не справляется, что противника сейчас не одолеть при помощи старых уловок. Разрешения, судя по всему, не было. Однако мысль о том, что хозяин желает эту победу, которая наверняка его порадует, толкает Хрону на большее. Девочка останавливается, по воздуху раздается хлесткий удар, и ладонь словно касается какого-то невидимого барьера. Это словно некая подготовка, но она прерывается, потому что Дмитрий тяжело вздыхает и сдается.

Мою голову посещает мысль, что я ошиблась, и парень был разочарован не Ямато, а Хроной. Сложно судить, не зная наверняка, но я бы предположила, что Дмитрий запретил ей использовать свои способности. Именно поэтому она всегда полагалась на грубую силу. В любом случае, он любит свою слугу и вот уже через минуту гладит ее по голове и хвалит. Он не выглядит расстроенным, скорее выражение лица говорит: «Ничего не поделаешь, не получилось и пофиг». До этой мысли дошел и Ямато, именно это, похоже, его и взбесило. Я могу его понять, ведь во время битвы он был рад сильному сопернику, и я уверена, что парень готов был признать свое поражение, если оппонент окажется сильнее.

Как мне прокомментировать полученную информацию? Не знаю. Но что я знаю наверняка, так это то, что трачу жизнь на какую-то фигню и ухожу домой в последние дни позже главы. Эх… Остается утешать себя тем, что, наверное, прикольно быть тем человеком-наблюдателем, который знает чуть больше остальных, но при этом никто, даже сами участники не знают, что этот человек что-то знает. Сумбурно, но думаю, вы поняли.

3.Суббота, 4 марта

В первую субботу каждого сезона студенческий совет проводит для первокурсников инструктаж по правилам академии, которые в последнее время активно дополняются. В этом сезоне, как и в прошлом, нас всего двое, поэтому я уже заранее понимаю, что о переменах сегодня можно даже не мечтать. Грустно, но ничего не поделаешь, бланки с подписями сами себя не заполнят. Давая наставления перед обходом, Адам также просит меня в конце лекций ненавязчиво объявлять о том, что студенческий совет ведет набор, а посему мы рады будем принять желающих.

Похоже, президент планирует серьезно подойти к этому вопросу и набрать как можно больше людей. Наверное, это неплохо, но я особо не знаю, чего ждать. И не знаю, радует это меня все же или нет.

Мы разделяем группы и расходимся читать правила еще до начала занятий. Лично я планирую работать в темпе и как можно больше классов обойти задолго до начала, когда во многих кабинетах еще нет преподавателя. Это позволит мне сократить свод правил, с которыми и так все плюс-минус владеют, и просто собрать нужные «с правилами ознакомлен». Сделаю только акцент на нововведениях и лишний раз напомню о том, что если вы хотите выйти за пределы академии, то будьте добры обратитесь в студсовет для получения пропуска и придумайте причину поуважительней.

— Доброе утро, Арквейд, — вслед за мной после инструктажа из класса вышел и поздоровался Сугата.

— Привет-привет, — я невольно улыбнулась, увидев его. — Что-то хотел, малой?

Важного вида малец передо мной (возможно, это из-за очков) — мой знакомый, с которым мы познакомились при забавных обстоятельствах. Ну как забавных — в браузерной игре. Зная отношение людей к таким вещам, я бы предпочла об этом умолчать, если бы не одно «но» — мне все равно. Поскольку фантазия, как вы уже могли заметить по книге о моих буднях, у меня небогатая, я сделала в игре ник Арквейд. Я всегда его делаю. В случае, если занято, меняю букву «е» на «е» из другого языка или букву «а», а если не прокатит, дописываю букву л. Как по мне это лучше, чем ники вроде «Альбыдло» или не пойми какое сочетание, величие которого не ясно никому помимо создателя. Так, в один день мне написал в личку незнакомец, который захотел поинтересоваться, а не совпадает ли мое реальное имя с игровым. Какая неожиданность, меня и вправду так зовут! А после он спросил, а не учусь ли я в академии Догард? А я учусь.

— Пожалуйста! НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК, — он как-то недовольно и в то же время безысходно повысил голос. — Это жутко раздражает. Кроме того, я младше тебя всего на полгода.

Я, честно говоря, уже сама не помню, почему его так называю. Просто когда-то раз сказала, увидела его бурную реакцию и поняла, что это то, что надо, а потом оно как-то само закрепилось.

— Извини, — я сделала паузу, смотря на парнишку. — Сказала бы я, если бы не знала, что на самом деле это тебе нравится. Мою силу не обмануть.

Естественно, ничего такого он не испытывает. Его это бесит.

— Ну, да, конечно… — он выдохнул, набираясь терпения.

Все, что вам нужно знать об этом молодом человеке, — это то, что он любит аниме. И он обладает половиной присущих таким персонажам черт характера. Сугата — достаточно тихий и не силен в общении с дамами. Активируется, когда спор заходит о какой-то интересующей его вещи. Так, со временем сложилось, что в наших отношениях я чувствую, что занимаю доминирующую роль.

— Уже жалеешь, что подошел поздороваться, да? — не скрывая иронии, говорю я.

На самом деле мы довольно редко видимся в реальном мире, а в интернете как-то общаться ему попроще. Да и мне тоже. Просто, когда вижу на лице мальчишки живые эмоции, меня так и тянет пороть чушь.

— Тебе самой-то не надоело?

Открытые вопросы без уточнений, пожалуй, являются одними из моих любимых. Они позволяют отвечать тебе на все, что тебе самой захочется. И это будет раздражать людей, потому что они считают, что вполне ясно сформулировали свой вопрос.

— Как тебе ответить на это? Просто вот есть на свете люди, которых стебать вообще не забавно, а есть те, которых очень даже прикольно. Иногда даже сложно сказать почему, но просто прикольно. Угадаешь, из какой ты группы?

Сугата — парень неплохой, добродушный, но очень легко ведется на провокации и легко вспыхивает. И вспышки его не сопровождаются агрессией, а просто выражаются эмоционально в голосе.

— Сочту за комплимент, — его губы как-то недовольно скривились. — Я вот иногда думаю о том, а не энергетический ли ты вампир? Мы вроде только начали разговор, а я уже устал. Может, и местные негативные отзывы о тебе возникают из-за чего-то подобного?

Нет, ну несомненно, конечно кого-то я достала тупыми шутками, сарказмом и иронией, но в большинстве случаев, я думаю, причина в ином. С кем-то не договорилась, что-то не захотела делать, не пошла на уступки, нагрубила вместо того, чтобы выслушать, высмеяла и все в таком духе.

— В таком случае я скорее малкавианка. Ха, — шучу я про свою невменяемость. — Хочешь поговорить об этом?

— Я подошел, чтобы сказать о том, что тут недавно виделся с Карлом. Я думал, что ты просто, как всегда, не можешь остановиться в своих шутках и этот спор несерьезный, но, похоже, был не прав, так?

Что-то настроение в воздухе меняется на какое-то серьезное. Я чувствую, к чему идет разговор, и это мне не очень нравится. Речь идет о том, что ему важно, о том, к чему он относится с теплом, а потому я легко могу прочитать, о чем он думает. Он наверняка думает о том, чтобы помочь мне.

— Слушай, Сугата, — я встаю сбоку от него и перекидываю руку через плечо своего собеседника, — понимаю, что ты парень не слишком социальный, но я дам тебе небольшой совет. Не всегда стоит говорить все вот так в открытую. Так, из-за твоих слов сейчас одному, как оказалось, не очень надежному человеку предстоит пройти через несколько проблемный диалог. Смекаешь?

Парень делает игры. Не то чтобы вау-какие: классическая индюшатина, но определенный круг фанатов у него есть. Так, он в свои годы уже зарабатывает этим неплохие деньги. Не столь давно, общаясь на тему игр, мне посчастливилось сказать о том, что время сейчас такое, когда игры может абсолютно каждый дурак делать. И не сказать, что эти игры вообще похожи на то, во что должны играть люди, но им удается иметь положительные отзывы, собирать аудиторию, деньги. Плодятся, как грибы, и ценности, по моему мнению, никакой не имеют. А люди хвалят и хавают любую хрень. Естественно, что Сугата был иного мнения и говорил, что я не понимаю, о чем говорю. Так, в ходе дебатов я как ляпнула, что возьму да сделаю игру, которая наверняка будет паршивой, потому что у меня ноль опыта, но даже у нее будут положительные отзывы. В ответ мне сказали, что так не будет. Мол, он разбирается лучше, а я не права. Что все не так просто, и я не понимаю аудиторию, да как вся система работает. А после с моих уст соскочило стандартное «спорим?».

Да. Именно так все и было. А потом появился этот блог. Хах.

— Но озвучивая свои планы на спор, ты сама говорила, что сделаешь все с участием Карла, — начиная взмокать, возмущаясь и оправдываясь, Сугата повышал голос. — В данном контексте у нас был общий план.

— Ладно, гляжу, смысла ты, к сожалению, не уловил, — я отпустила паренька, поправила его рубашку, смотря в глаза, и похлопала по груди. — Очень жаль.

— В любом случае, я рад этому обстоятельству, — неловко говорил парень, приходя в себя. — Если тебе понадобится помощь, я готов буду тебе помочь.

Он, что, думает, что я серьезно к этому отношусь? Ну да, как же! Естественно, это не моя вредность и принципиальность.

— Дорогой мой Сугата, понимаешь ли, в чем был смысл? В том, чтобы сделать все, не имея опыта и навыков, в одиночку. Привлечение сторонних сил подобно поражению.

А как же Карл? Ну, Карл в данном случае скорее мера необходимая. Участия он в разработке не принимает, а скорее выступает в роли издателя. Своеобразная вынужденная прокладка. И вам, наверное, интересно узнать, зачем ему в этом участвовать? Я как член студсовета могу дать ему определенные привилегии, за которые нужно заплатить. Обозначим эту сторону отношений как пряник. Но, как все привыкли, должен быть и кнут. К нему я прибегать не хочу, но, скажем так, все люди не без греха, и так уж вышло, что есть у меня на него кое-что, о чем он вряд ли бы захотел рассказать другим.

— Я не говорю о вмешательстве, но я мог бы поделиться опытом, просто обозначить аспекты, в которых у тебя могут возникнуть проблемы, — он поправил очки. — Ничего особенного, просто советы.

— Мило, — я усмехнулась.

Даже если бы я действительно была настроена заниматься чем-то подобным, сей поблажкой я бы не воспользовалась.

— Расширяете совет? — Сугата перевел тему.

— Помнится, ты в кружках не состоишь, неужто решил вступить? — с иронией говорю я.

— Нет. Это уж точно не для меня.

Я и так понимала, что ответ будет «нет», и это просто неудачно подобранная тема, потому что не знаешь, о чем еще поговорить, а это какие-никакие новости. Правда тупо, что они прозвучали с моих уст десять минут назад.

— Я тоже так думала, и что? И ничего. Вот работаю уже сколько времени.

Правда, иногда думая, сама не понимаю, почему и зачем.

— Нет, ты и я слишком разные. Но даже если бы я и мог вступить, боюсь, при всей моей любви к тебе, вместе мы работать бы не смогли. Я бы не вывез, — мой собеседник добродушно улыбнулся.

— Как лестно звучит, — я включаю все свое женское обаяние и понижаю голос, делая его немного томным. — Это такое признание было, да, Сугата?

— Это не признание! — одернул он. — Это фигура речи!

— Вот грубиян, — я усмехнулась. — А мог бы и сказать, что я девушка мечты, которую тебе не достичь. Еще что-нибудь бы наплел, чтобы съехать, оставив при этом красивое впечатление. Ты ж мастер слова, разве нет? Тебе за сюжет баллы накидываю. Это твоя сильная сторона. Впрочем, я не достойна такого, понимаю. Я не сногсшибательна, не умна, не хозяйственна. Знаю, что не особенна, так что можешь не трудиться. Спасибо.

Классический бабский прием — сморозить фигню и сделать вид, что меня задело. Говорить слова, в смысле которых нет претензии, но таким тоном будто она есть. В конце обидеться. Такая вот игра с совестью.

— Не начинай, пожалуйста, — взмолил Сугата, не зная, куда деться от неловкости.

Не умеет заканчивать диалоги, а я могу продолжать сколько угодно. Благо, ему везет, и звенит звонок на урок.

— Ты, Сугата, негодяй. Из-за тебя я выбилась из графика работы!

— Извиняться не стану… — безысходно соглашаясь с претензией, он развернулся и направился обратно в класс.

Я усмехнулась. Посмотрела по сторонам коридора на других учеников. Выдохнула, задумавшись, почесала в области макушки и пошла на пары.

******

В дополнение к обходу во время обеденного перерыва мы с главой составляем объявление и расписание о предстоящем обязательном медосмотре, который состоится в среду. После мы загружаем объявление на сайт и выводим на электронные доски первого корпуса.

******

Суббота — день сокращенный. Если обычно лекции и клубная деятельность заканчиваются в 16-18 часов, то в субботу ближе к 14 все желающие свободны. Я закончила свою половину работы до окончания пар и решила, что на сегодня с меня хватит. И хоть в моем расписании есть еще один урок, я решаю в качестве награды за труды прогулять его.

Уже наслаждаясь чувством свободы, я иду по коридору к лестнице и вижу, как из ниоткуда вылетает Саватари Ювао. Она мчится сломя голову в обнимку с гитарой прямо в мою сторону. На ее пути блюститель порядка в виде меня, а она, приближаясь, бессовестно смотрит прямо в мои глаза, приветливо улыбается и даже не сбавляет скорость.

В академии бегать запрещено! Запрещено нарушать покой и порядок! Раньше, когда я только начинала свою карьеру, я останавливала эту девушку и, как полагается, вела разъяснительную беседу, пыталась пригрозить, воззвать к пониманию. Потом забила и лишь для виду просто делала замечания. Я бы и сейчас так поступила, потому что с ней бороться толку нет. У Адама не вышло, а у меня-то? Но…

— Постой-ка, Саватари, — я перехватываю Юви, останавливая ее буквально физически. — Ты ведь в курсе, что сегодня читают правила и расписываются за них?

— Да, а что? — спокойно отвечает она.

— Просто, я тут, знаешь ли, только что закончила читать их твоей группе, а ты где была? — интересуюсь серьезно я.

— А я как раз туда и направлялась! — заявила нарушительница. — Просто, не могу же я не вернуть инструмент, раз уж поручили.

Она врет. Никто ей ничего не поручал, я более чем уверена. Ювао состоит в музыкальном кружке и обожает проводить время там. В большинстве случаев, там ее и можно найти. Я точно это знаю, так как этот класс сильно выделяется на фоне других, ведь вместо обычных стен у него прочные стекла. С внешней стороны видно, что происходит внутри, с внутренней же стороны не видно ничего. Дизайнерская задумка, конечно, интересная, но мне, находясь там, как-то не по себе от осознания того, что кто-то может наблюдать. Правда, этим, как правило, никто не занимается помимо, конечно же, меня. Ха.

— Это вообще-то шутка была, — я усмехнулась. — Я читала правила вам на прошлой перемене. Мы тогда еще взглядами пересеклись, помнишь?

— Ах, ну да, точно! — подтверждает нарушительница. — Я что-то растерялась сначала!

Прием называется «вселение ложных воспоминаний». Обыгрываешь все так, будто бы это было на самом деле, добавляешь детали, играя с фантазией, и человек внезапно начинает что-то вспоминать. Мол, не мог же он забыть такое. Прокатывает обычно на эффекте неожиданности или на дурачках вроде этой дамы. Лекцию ее группе читал Адам, но я решаю не говорить об этом.

— А что было в этих правилах, не напомнишь мне? — словно учитель тяну я ответ, прямо намекая.

— Не бегать? — осторожно интересуется она, прекрасно все понимая.

— А что делаешь ты?

— Спешу на репетицию! — заявляет пациент.

— Но ты же только что сказала, что на лекцию бежишь… — уличаю во лжи.

— Но разве я могу на пару с гитарой? Ее надо бы сначала вернуть! — продолжала упорно гнуть свою линию защиты Саватари.

— Ладно, понятно, — я усмехнулась. — Мне-то все равно, наверное, но Адам из-за тебя частенько бывает сильно недоволен. Нарушаешь ты, он в свою очередь старается устранить угрозу, но ничего не выходит, и по итогу ему приходится все выслушивать. Понимаешь?

— А что я могу? — непонимающе возмущается девушка. — Если бы я могла, но я не могу!

Аргументировано, однако.

— Ты ведь, надеюсь, в курсе, что одним из предстоящих экзаменов будут правила? За них поставят отдельную оценку, которая может повлиять на общее положение дел. На твое будущее. Уверена, что справишься, если не можешь соблюсти элементарное?

— Не переживай, у меня суперспособность — сверхпамять, — хвастается Ювао.

Так сразу и не скажешь, но да. Девочка с фотографической памятью. Это не ее сила, а скорее особенность.

— Прямота твоя, конечно, мила. Рада, что ты уверена в своих силах. Но тут есть еще кое-что. Видишь ли, студенческий совет набирает новых людей. Будут новые патрульные, которые вряд ли будут к тебе так снисходительны, как я.

— Студенческий совет расширяется? — переспрашивает она, искренне интересуясь.

Смотрю в ее глаза, а они так же чисты и глупы, как у большинства котов. Сказать, что мне от этого больно, это ничего не сказать, ведь данная особа старше меня на год. Жила дольше, видела больше и, соответственно, должна быть мудрее. Держа в голове этот факт, просто чувствую себя как-то странно.

— В общем, у тебя неделя, чтобы научиться наконец-то не бегать по коридорам, понимаешь? — строго говорю я, оглашая вердикт.

— Понимаю, — пациент кивает, прижимая к себе гитару покрепче. — Я пойду?

— Иди, — освобождаю путь, отходя в сторону.

И что же она сделала через секунду? Правильно, побежала. Впрочем, зачем сдерживаться, когда есть еще целая неделя?!

Хотела бы я сказать, что не понимаю, откуда берутся такие индивиды, но! Наблюдая за людьми в целом и за мэсами тут, я невольно пришла к одному интересному выводу. Абсолютно все мэсы имеют какие-то ненормальные странности в поведении. У одних больше причуд, у других меньше, но, наблюдая, общаясь, ты видишь это. В книгах об этом не пишут, научных работ на подобную тему нет, но я лично уверена в своих выводах. Я серьезно вижу крайне много мэсов, отличающихся своим поведением от обычных людей. Это никому особо не мешает, наверное, это у всех происходит на бессознательном уровне, но это есть, и я не понимаю, почему это не преподносят как факт? Конечно, я не могу объяснить, с чем это все связано. Могу только предположить, что силы как-то влияют на мозг и восприятие мира. Такая моя теория хорошо объясняет особенности многих повстречавшихся в моей жизни персонажей. Кроме того, я же сама мэс. И у меня тоже есть свои странные пристрастия. Но какие они, я не скажу. Ха.

4.Воскресенье, 5 марта

Обычно за различными видеоиграми мой воскресный день пролетает незаметно, но иногда бывают такие дни, как этот, когда залипать нет никакого желания. Так, оттарабанив тренировку, я, не зная, чем себя занять, решила посвятить время вопросу сбора команды. Я уже говорила раньше, что у меня ее нет, а судный месяц апрель все ближе. Возможно, стоит хотя бы попытаться что-то сделать? Не знаю. Головой понимаю, что меня может ждать, если я не заберу хотя бы кого-то из тех, кто мог бы быть полезен, а внутри энтузиазма никакого нет. В любом случае, первый шаг я делаю — пробиваю анкеты тех, кто еще без команды. Результаты не особо впечатляют. Людей, в общем-то, оказалось приличное количество, но я знаю, что у большинства из них есть сопартийцы, просто они по какой-то причине откладывают регистрацию. У таких есть соответствующие заметки. Их я даже не рассматриваю. А вот людей без пометок и статус которых мне неизвестен уже не так много. Сила и анкеты учеников не то что не радуют, а порою даже удручают. Я даже не припомню большинства из этих ребят. Если и пересекалась, то особо не общались, не запомнились они мне. Знаком мне тут только один. Я бы даже сказала, что знаком он мне ой как хорошо. Правда, вряд ли сей контакт можно назвать отличным. Если взглянуть с какой-то нестандартной стороны, то он по-своему интересный, но если не морочить голову, ища оправдания, то я бы предпочла не иметь таких связей.

Я, оттолкнувшись, отъезжаю на стуле на середину комнаты. Закинув руки за голову, расслабляюсь и задумываюсь. Оцениваю всю информацию и в какой-то момент ловлю себя на мысли: а может позвать этого своего особенного знакомого в команду? Хах. Нет. Бред какой-то. Я вроде как не мазохист. Правда, при всей моей неприязни, если взглянуть трезво, от него может быть толк. Человек, хоть и с мерзким характером, но далеко не глупый.

Тфу. Что за дебильные мысли? Я такому сожителю рада точно не буду. Чтобы развеять их, я решаю пойти прогуляться. Может, хоть ученики смогут меня как-то отвлечь и развлечь?

******

Бродила я себе разными тропами. Думала о нашей белой форме, которая несомненно мне нравится. Несмотря на свою непрактичность, она прекрасно сидит на учениках и делает их вид более строгим, что ли. Видимо, не только я нахожу ее красивой, раз даже в выходной день ученики ее надевают. А может, они просто разнашивают ее, потому что зима сменилась на лето, а вместе с ней и форма? Не знаю. Но знаю точно, что жизнь — забавная штука, так как именно в тот день, когда я думала о нелюбимом мною парне — Нео, меня угораздило его встретить. Нахожу подобное забавным. Можно даже подумать, что я специально подстроила эту встречу, чтобы рассказ сложился более лаконичным. Ха.

Он меня не видел, так как просто сидел и смотрел на игру каких-то ребят в бейсбол. Я могла бы просто уйти, как обычно раньше и делала, но решила подойти, поинтересоваться, что он думает о ситуации. Возможно, сей поступок — показатель того, что во мне присутствует какая-то доля суеверности.

— Интересно наблюдать за любительским бейсболом? — присаживаюсь рядом, начиная диалог. — Не впервой замечаю тебя тут.

Если покопаться в воспоминаниях, то раз пять-шесть я его точно видела у бейсбольной площадки. Вывод напрашивается сам собой — ему подобное зрелище по нраву.

Нео слегка повернул голову и, едва прищурив глаза, посмотрел на меня с кривой улыбкой, будто бы собираясь в ответ выдать какую-то гадость, но промолчал и снова уставился на поле. Я сразу почувствовала, что мой визит его очень порадовал. По этой самодовольной улыбке было легко понять, что в его голове одновременно прокрутилась масса различных колких шуток.

— Было бы куда интереснее, если бы можно было сделать какую-нибудь ставку, — спустя минуту ответил он.

Парень с немытыми нечесаными волосами, которые были похожи на не-пойми-что, был любителем азартных игр. Я сей страсти не разделяю, но именно она нас и познакомила. Так как в начале семестра приходилось решать проблему с азартными играми, которые запрещены у нас в академии.

— Да? — я усмехнулась. — И что бы ты поставил в данный момент?

Обычно наши диалоги довольно едкие и быстро заканчиваются, но сегодня все как-то иначе, потому решаю внести немного разнообразия, посмотреть, как он ответит на байт.

— Вы, я уверен, мадмуазель, могли бы меня подловить, но не так просто, — безынтересно ответил Нео.

Неплохо-неплохо, правда, вряд ли я собиралась что-то предъявлять в случае иного ответа.

— Разве ты сам не хотел, чтобы диалог пошел в этом направлении? — с иронией говорю я.

— Слышал, студенческий совет расширяется. Поздравляю, — последние слова с его уст прозвучали весьма едко. — Надеюсь, с этой модернизацией твоя самоуверенность не пропадет.

Недолго длился мирный диалог, похоже. Вы скажете: «Ты сама провоцируешь, Арквейд!» Уверяю вас, это не так. Если б хотела, могла, но я тут, все-таки, с благими намерениями.

— Забота твоя, конечно, мила, но с чего бы вдруг тебя это так волновало? Ха.

— Разве это не взаимно? — он одаривает меня язвительной улыбкой. — Иначе, с чего бы тебе быть здесь и говорить со мной? Ты ведь обычно просто уходишь, закатив глаза, а сегодня такая инициативность. Или есть причина?

Иногда мне казалось, что парень специально попадался мне то там, то тут на глаза. Как-то мерзковато пошло улыбался, когда мы пересекались взглядами. Казалось, будто бы ему просто в кайф, что меня это раздражает. И предъявить ему за такое особо нечего, слишком легко съехать. В общем, ничего удивительного, что с таким человеком не хочется говорить. Тупое поведение, тупые диалоги. Раз за азартными играми теперь особо следят и наказывают жестко — исключая, так он нашел новое развлечение в виде подколов той, из-за кого вся подпольная структура развалилась.

— Предположим, что есть, — усмехнувшись, говорю я. — Например, учеба!

— Учеба? Сейчас будут наставления от лучшей ученицы? — от негодования у него на секунду расширились глаза. — Я бы, может, и поверил в такое, если бы не знал твой средний балл, а знал только то, что ты состоишь в совете.

Обычно в студенческом совете люди, чей балл значительно выше среднего, те, кто мог бы быть образцом, но, увы, что-то не срослось. Просто у меня, как и у всех поистине умных людей, другой склад ума, не исчисляющийся банальными баллами и голыми ответами в тестах. Бывшая глава, как человек гениальный, легко это разглядела.

— Будь ты отличник, я, может быть, бы и поняла твое хамство, — с иронией говорю я. — В любом случае, речь не о баллах. Скажу прямо: как насчет того, чтобы вступить в мою команду?

Предлагая, я почти не сомневалась. Можно сказать, решила моментально. Но, несмотря на это, выбор был обдуманный. Просто, если говорить о команде, о ее формировании, то у него есть качества, которых нет у меня, которые могли бы помочь мне в моей главной цели — ничего не организовывать. Есть и другое желание, о котором я уже говорила — убийство скуки. Только в данном случае сие стремление скорее извращение.

— Раньше мне казалось, что ты значительно умнее большинства девушек, — самодовольно щурясь, он смотрел в мои глаза, — а ты, оказывается, тоже дура.

Слова звучат не слишком красивые, но чувствуется так, будто ему это предложение очень льстит. Я знала, что ему это польстит. Мы не враги, но можно сказать, что между нами какое-то непонятное соперничество. Поэтому нет ничего удивительного в том, что его подобное забавляет. Он в выигрышной позиции, и я признаю его величие, как-никак. Ха.

— Лестно слышать сей комплимент, но не изволите ли объясниться, что не так? Я ведь вижу, что Вам оно нравится, — не могу говорить без иронии.

— Шутка смешная, — в подтверждение слов он усмехнулся.

Сила парня не проявилась, соответственно он бесполезен. Моя сила тоже довольно узконаправленная и для команды имеет практически нулевую ценность. Мы — два балласта. Вдобавок у нас достаточно скверные характеры. Но почему-то, в отличие от меня, он умеет располагать к себе людей, и ему всегда удавалось достичь своей цели и договориться с людьми, что меня, собственно, и привлекает. Правда, вместе мы — ужасное комбо. Друг с другом мы не ладим и общаемся, постоянно опускаясь до колкостей. Мало кому такие индивиды будут по душе в одной команде. Уверена, никто не захочет это постоянно слушать. Я и сама не хочу. Так что могу понять, если он говорит об этом. Но можно же пойти и от обратного, да? Сказать: «Ммм, какое экстравагантное сочетание. Вот так вкуснятина, пойду к этим ребятам в группу. Хах.».

— Ладно, как скажете, — я встаю со скамейки. — Было интересно услышать Ваше мнение.

Вознамерившись сделать такое предложение, я была готова услышать подобные слова. Можно было бы попытаться поговорить по существу, но конструктивный диалог с этим парнем, увы, практически невозможен. Это не плохо, просто таков его стиль. Короче говоря, целесообразности в споре особо нет.

— Знаешь, если выиграешь меня в карты, я, может, и соглашусь, — произносит Нео.

Заманчивое предложение, жаль, что оно не так уж и ново. Ставка только другая. Какое уныние.

— Не хочу демонстрировать дурной тон, отрывая Вас от сего прекрасного матча, — я махаю рукой на прощание. — Бывай.

Ухожу ни с чем? Внутри меня нет подобного ощущения. Можно сказать, что сейчас я просто сделала вклад в будущее. Мне хотелось, чтобы это предложение и мысль остались в голове парня. Не исключаю того, что это просто мое самодурство, но я вполне удовлетворена результатом.

5.Понедельник, 6 марта

Класс студсовета. Вхожу. Глава отсутствует, а на его месте вразвалку, закинув ноги на стол, сидит Нео. Стоит мне переступить порог, как его взгляд моментально устремляется в мою сторону. Судя по тому, что он даже не дернулся, ему не было разницы, кто вошел в кабинет. Либо он совсем туп и думает, что ему все дозволено. Что ж, ругаться за сие свинское поведение в святом месте я не намерена. Даже замечание делать не буду, пускай лучше президент увидит поведение этого чуда. Наверняка будут жесткие разборки. Только возникает вопрос, где Адам и почему кабинет не закрыт?

— Что привело Вас к нам? — спокойно спрашиваю я, проходя к ящикам.

На нашем сайте несколько учеников оставили комментарии, изъявив желание присоединиться к студенческому совету, и я хочу полистать их досье на бумажном носителе. Разница между электронным и бумажным носителем невелика, но для меня значима. При поступлении к голому досье прилагаются рекомендательные письма, также сам ученик пишет о себе сочинение в вольной форме. Проходные тесты и некоторая информация, которая не выкладывается на сайт, также имеют значение. Профиль на сайте — это скорее визитка, дающая представление об ученике другим ученикам. Информация тут, конечно, скорее всего ничего не изменит, но я буду лучше понимать, к чему готовиться и что представляет собой человек.

— А, присоединяюсь к совету, — небрежно произнес он, следя за моей реакцией.

— Вот, значит, как, — ровным тоном произношу я. — И зачем тебе это?

После вчерашнего разговора поди специально приперся, чтобы лишний раз развлечь себя. Видать, делать совсем нечего, либо велико было желание взглянуть и услышать, что я скажу по этому поводу. Упустить такую возможность он ну никак не мог. Лестно, лестно. Хоть и льщу я, по сути, сама себе, придумывая намеренья, которые могут быть иными.

— Слышал, тут платят. Деньги лишними не бывают, правда? — он ехидно улыбнулся, закинув руки за голову.

Это правда, работаем мы не только за «спасибо» и чтобы навыки какие-то развить. В нашей мотивации не последнюю роль играют деньги. Но заоблачная сумма, как вы видите, не столь соблазнительна, раз нас тут только двое. И я не то чтобы состою в совете по этой причине, но в список плюсов данный пункт включить все же стоит. Правда, работаем мы не по трудовому договору, поэтому больничные и отпускные оплачиваются из кармана сотрудников. Хах.

— Это мне говорит человек, который платит аренду за дом, чтобы жить одному?

Это единственный ученик в академии, который провернул подобное. Как ему удалось договориться об этом с директором? Деньги? Связи? Кто знает… У нас есть и куда более выдающиеся личности, нежели этот недотепа, но они живут себе по общим правилам. На самом деле, о том, что он один занимает дом, рассчитанный на пять-шесть человек, никто не знает, и это в целом не разглашается, но благодаря некоторым источникам я владею такой информацией. Вообще академия не нуждается в деньгах. Думаю, узнай ученики, что кто-то платит за площадь, недовольства или, скорее, негодования было бы не избежать. На самом деле, мне даже не интересно, как ему это удалось. Наверняка ответ банальный. Но я понимаю, зачем ему это. Парень, как и я, одиночка: он не прочь пообщаться и зависнуть с кем-нибудь, но это никогда не перерастает в более тесные или дружеские отношения.

— Так и аренда не из дешевых, — сегодня он не опускается до едких колкостей, а просто с подозрительной улыбкой спокойно отвечает мне.

Я чувствую эту улыбку по голосу и, хоть стою к нему спиной, могу поклясться, что он выжигает меня своим дурацким прищуром. Я ведь знаю, видела, что он может смотреть на мир обычными глазами, но большинство времени у него эти узкие подозрительные мерзкие щелочки.

— Понятно.

Эти слова — чистая ложь, но я не горю желанием выяснять истинную цель, понимая, что трата сил не будет равна результату. Вместо диалога мы скорее опустимся до саркастичной перепалки, полного бреда, колкостей и желчи, как это бывает всегда. Если человек захочет сказать, он и без этого скажет. А если нет, то время покажет. К чему лишние усилия? А так, если включить логику, то зная, какой педантичный, своенравный и гордый наш президент, можно легко прийти к выводу, что Нео тут делать нечего. Его банально не примут.

Я, откопав досье кандидатов, сажусь в самом конце конференц-стола. Пролистываю анкеты двух парней. Эти ученики без каких-либо залетов, средняя успеваемость, посредственные биографии. Ничего особенного.

Второкурсник Арманд с неплохими инженерными способностями ранга B.

Первокурсник Жан, обучается дисциплинам, связанным с владением мечом, тактикой и ведением боя, способность ранга С — покрывать небольшую часть кожи непробиваемым материалом неизвестного происхождения.

Иииии… Это все. Да. Всего два кандидата. Негусто, правда? Неужели так мало людей ушли из своих кружков и жаждут вступить к нам? Хах.

Выходит, собирается преимущественно мужской коллектив? Это получается, что я буду героиней седзе?

— Не похоже, что ты рада новичкам, — все это время Нео не отрывал от меня взгляда.

Кого-то подобное смутит, заставит волноваться, но у меня уже вырабатывается иммунитет. Правда, это все равно жутко бесит.

Я молча закрываю папки, подхожу к месту главы и бросаю их на стол, прямо возле Нео.

— Тут не рады только тебе, свин, — усмехнувшись, произношу я, смотря в глаза парня.

— Свин? — он посмеялся. — Думаешь, что ваш своенравный глава не примет такого, как я?

Рука парня залазит в карман рубашки. Он, словно победитель, демонстративно достает персональный значок и легонько кидает его на стол возле меня, чтобы я прочитала выгравированное на нем имя «Нео». Такой жетон выдают каждому участнику студенческого совета.

Ай, царь во дворца, царь во дворца. Смотрите-ка, какой важный.

— Поздравляю, — от мысли «очередные понты» у меня невольно закатились глаза. — И что, стоило оно того?

Выходит, я ошиблась. Если ему уже выдали именной значок, это значит, что он пришел сюда заранее, а не из-за вчерашней беседы. Вероятно, он заглянул в тот же день, когда подали объявление или на день позже. Все-таки на гравировку требуется время. Но, в любом случае, он не упускает возможности подоставать меня. Только я не понимаю, почему Адам его принял и ничего мне не сказал? Похоже, я переоцениваю президента. Одним разочарованием в жизни больше. Какая досада. Ха.

— Конечно, — удовлетворенно ответил парень. — Давай вместе постараемся на благо академии.

— Как скажешь, братан, — иронично произношу я, после чего возвращаюсь на место, усаживаясь за ноутбук.

Сегодня я проявляю чудеса пофигизма. Казалось бы, его присутствие в студенческом совете должно внести некий хаос в мою голову, но мне все равно. Смотрю на его довольную рожу, и она, безусловно, меня бесит, но я не испытываю, как обычно, желания уйти. Даже интересно, что же он теперь тут делать будет? Сложно представить.

Хотя мой пофигизм оказался не так силен, как мне казалось. Ожидание прихода главы для меня постепенно превращается в психологическую пытку. Как-то некомфортно становится. В отличие от меня, Нео не парится, скорее наоборот, он смотрит на меня словно победитель. Я не то от его пристального взгляда, не то от скуки задаюсь вопросом, а на кой черт он достает меня? Мы знакомы достаточно давно, и ему уже должно было надоесть. С другими-то он долго не играется. Испытывает от этого особое удовольствие? Несомненно! Ха. Влюбленность? Я невольно улыбаюсь от того, насколько тупа и вместе с тем забавна эта мысль. За полгода между нами много всякого произошло, и потому причин возвращаться ко мне, чтобы лишний раз попытать удачу в игре «подтрунивание», довольно много. В этой условной игре он далеко не всегда выходит победителем, а потому это подогревает спортивный интерес? В такие моменты понимаешь, что иногда лучше промолчать и не отвечать людям, проявляя чудеса остроумия. Не доставать из кармана сарказм и иронию. Не идти на поводу у гордости, вредности и желания ответить. Если бы я просто молчала, то его бы уже на моем горизонте не было. Ну вообще, если бы я еще нос иногда не совала куда не следует, мы б тоже не встретились… Жаль, что ни первым навыком, ни вторым я не обладаю. Какой ужас.

— Уже уходишь? — спокойно спрашивает парень, когда я закрываю крышку ноутбука и встаю из-за стола.

— Душно как-то стало... Пойду подышу. Буду позже, — не дожидаясь ответа, выхожу из кабинета.

Я идиотка. Не иначе. Вместо того, чтобы пойти на пары, я уже который раз трачу время на какую-то ерунду. Вот сейчас я прохожусь по так называемым «местам славы Нео». Места, в которых он чаще всего торчал, торчит и, наверное, будет по привычке торчать. Понимаю, насколько это тупо, но мне захотелось постоять на местах его обитания и попробовать посмотреть на всех его глазами. Всегда ведь есть причина, по которой человек постоянно находится в одних и тех же точках? Что-то же его сюда тянет. Психология личности, так сказать. По идее, исходя из силы, это должно быть моей специальностью.

Надо ли говорить, что идея была так себе? Думаю, пытаясь смотреть на мир чужими глазами, я все утрирую. Полагаю, объективности мешает мое предвзятое отношение. Или у меня ресницы слишком длинные и из-за прищура ничего не видно. Хах.

******

Было обозначено условное время для собрания новичков — большая перемена. В это время в кабинет студенческого совета подошли те, чьи досье я читала, а вместе с ними еще пара человек.

Очередной парень. Второкурсник Кай. Способность ранга С — абсорбция: может впитывать в себя жидкость.

Первокурсница Аврора. Учится на медика. Первоначальный ранг способности B — усиление: полный потенциал способности неизвестен.

Наличие девочки несколько исправляет мое положение, правда, выглядит она зажатой, скромной. Я бы рискнула предположить, что с коммуникацией у нее могут быть проблемы.

Хоть в этом и нет нужды, но президент все равно представляет меня новичкам. Момент, когда я могу почувствовать себя важной. Редкий случай, когда меня хвалят. Ха.

— Проследи за ними и скажи, что думаешь, — в конце представления шепчет мне на ухо Адам.

Это указание, поэтому мне отвечать не нужно. И виду подавать тоже.

Президент усаживается в кресло и начинает свой монолог о совете и обязанностях, который плавно перетекает в диалог, целью которого является узнать о ребятах побольше. Так кажется новичкам, на деле же Адам разбалтывает их только для меня, чтобы те проявили эмоции, на лицах появилась мимика и прочее. Мой глаз засечет даже случайные жесты, которые помогут узнать об истинной сущности кандидатов, их целях и намерениях. На худой конец всегда понятно, врут они или же говорят правду. Приятно, что на мои способности полагаются, однако такое доверие позволяет мне манипулировать мнением главы. Честная ли я девочка? Ну, мы мою ложь назовем корректировкой взгляда, ведь у главы свой характер, вдруг он еще не так поймет то, что я хочу сказать. Нам ведь это не нужно?

Ладно, может, я и хотела бы поиграть в серого кардинала, но зачем мне это? В этих ребятах почти нет ничего такого. Интересно мне было скорее то, что Нео, который выглядит незаинтересованным, на деле слушает слова президента и, я уверена, запоминает. Это так мило. Хах. Второкурсники знакомы меж собой, и у них приятельские отношения. Это только плюс. Аврора — серая ворона, ей тяжело даются новые знакомства, непросто адаптироваться к новым условиям. Невольно закрадывается вопрос, зачем она вообще тут? Хотя я, конечно же, рада девушке и хвалю ее решимость. Ведь идя сюда, ты знаешь, что берешь на себя ответственность. С другой стороны, если верить моему опыту, то такие девочки обычно неплохо себя показывают в какой-то бумажной работе. Между делом я подсаживаюсь к ней и подбадриваю, говоря, что не стоит так переживать.

Последний — первокурсник Жан. Парень много недоговаривает, однако ясно как божий день, что это вследствие того, что он не любит говорить о себе и своей жизни. Его можно понять, но его раздражение легко может перейти в агрессию, пускай сейчас он себя и сдерживает. Решение за главой, однако мое мнение таково, что брезгливая речь Жана и его закрытость могут плохо отразиться на результате работы студсовета.

Президент заканчивает вести диалог, после чего дает кандидатам время до завтра на подумать о том, действительно ли они хотят вступить в студенческий совет, ведь сюсюкаться с каждым он не собирается. Тех, чьи намерения тверды, он ждет завтра. Также предупреждает, что кандидату могут отказать. После он говорит всем разойтись, а меня и Нео просит остаться. Я рассказываю свои мысли по каждому из новичков, отвечаю на вопросы. Хоть я и пыталась представить в лучшем свете единственную девушку, но глава ставит под вопрос ее кандидатуру, считая, что девушка слишком робкая и неуверенная. Здорово, если все будет идти гладко, но если возникнут проблемы, то они могут сильно на нее давить. Такие люди склонны замалчивать о недовольстве и копить его, а это рано или поздно может сильно отразится на совете.

— Она тут лучший кандидат. Если ты даже этого разглядеть не можешь, то тебе, пожалуй, пора оставить свой пост, — выдал внезапно Нео.

Неплохо. Подумала про себя я и невольно улыбнулась. Мой взгляд упал на Нео, а после на Адама. Реакция главы была мне интересна, но, к сожалению, в ней не было каких-то ярких и волнительных эмоций.

— Может, ты и прав, — спокойно ответил президент, посмотрев на Нео. — Я учту твое мнение, но не забывай о субординации. Ты теперь в совете, так что будь поуважительней, если твои намеренья серьезны.

— Да, конечно, извини, — парень расплылся в улыбке.

Это звучало так неотесанно и брезгливо. Было очевидно, исправляться он не собирается. Глава это тоже легко понял. Я чувствую его недовольство и внутри меня зарождается ощущение, что сейчас то и начнется шоу, которого я жду.

— Нео, — произнес он, нахмурившись, а после замолчал секунд на десять и, как ни в чем не бывало, улыбнулся. — Подумай над своими и моими словами. Можешь быть свободен.

Что? Я чего-то не понимаю. Что за облом? Настроение президента резко изменилось, придя в норму, хотя полминуты назад я была уверена, что будут разборки. Тот ли этот глава, которого я знаю? Человек, при виде которого раньше буйные ученики затихали, пасует? Человек, который строго наказывает за нарушение правил и такую манеру речи? Я явно чего-то не знаю об отношениях этих двоих. Может, они любовники, а? Нет. Ну а что? Я просто предполагаю.

— Скука — этот ваш студсовет, — на выходе, закинув руки за голову, говорит Нео.

Интересно, однако. Кажется, мне будет за чем понаблюдать, убивая скуку. Ха.

— Я тогда тоже пойду? — условно отпрашиваюсь, уже собираясь.

— Нет, удели мне, пожалуйста, пару минут, Арквейд, — обращается ко мне президент. — Присядь. Есть разговор.

— Расстроен? — интересуюсь в ироничной форме я, чувствуя в нем некую усталость. — Из-за Нео?

— Вовсе нет, — он вздохнул. — Честно сказать, я рассчитывал, что придет куда большее количество учеников.

— Специфика совета сама по себе не слишком привлекательная. Кто хотел, вступили в начале года и теперь ты сам знаешь где. А тех, кто никуда не хотел или в кружках не закрепились, не так много. Поэтому нет ничего удивительного. Хоть реклама была куда более крупная, чем обычно, на деле она давалась для довольного узкого круга лиц. До поступления следующего курса не стоит чего-то ждать. Я думаю, с учетом времени и обстоятельств, пришло немало людей.

Лично я заранее понимала, что это мало кого заинтересует. Все-таки, браться за такое практически под конец учебного года, когда впереди экзамены, затея не из лучших.

— Я прекрасно все это понимаю. Просто иногда, как сейчас, бывают завышенные ожидания.

— Вообще, есть теория, что если бы в нашем совете не было меня, то могло бы прийти куда больше людей, — шучу я, пытаясь подбодрить и разредить обстановку.

Но, как говорится, в любой шутке есть доля правды.

— У всех свои минусы, — Адам улыбнулся мне. — На язык, может быть, ты и остра, но на деле довольно трудолюбива. Я это ценю, даже если это идет иногда в ущерб совету.

— Ого, какой комплимент, — я расплылась в улыбке, которая была, пожалуй, саркастична. — Я тронута. Правда.

Я не рассчитывала на подобное, хоть и лукавить не стану, разводила на то, чтоб услышать что-то положительное о себе.

— Ладно, давай не будем тянуть время, — обрезал любезничества президент. — Я хотел поговорить насчет тебя.

— Насчет меня?

Вынужденный вопрос-переспрос, чтобы подтолкнуть. Иногда люди будто бы специально ждут его. Зачем? Вот и я не знаю, но паузы они делать любят.

— Да. Готова ли ты пойти на повышение? Стать вице-президентом?

Интересное предложение, однако… Только, насколько я могу судить по первым месяцам работы, когда совет еще не развалился, то… Ну, как бы это верно сформулировать.... В общем, вице-президент — это тот человек, который недостаточно высок, чтобы сидеть командовать, ничего не делая, а потому он делает то, что и другие члены совета, но при этом он достаточно хорош, чтобы исполнять обязанности главы. Короче говоря, должность — говно. Не дает тебе ничего помимо красивого названия.

— Думаешь, хорошая идея? — невольно я усмехнулась.

Говорю с намеком, чтобы не отказывать прямо.

— Этого хочет директор. Уже не так много времени до того момента, как я перейду на третий курс, а он, сама знаешь, будет за пределами стен академии. Сейчас момент подготовки, и я, возможно, не всегда буду успевать исполнять все обязанности, поэтому нужен заместитель. Лучше тебя кандидатов нет. Вернее сказать, они совсем отсутствуют.

Третьекурсники с командами в 95% случаев учатся где-то вне стен академии. Преподаватель выбирает место учебы. Чаще всего это места, связанные со специальностями учеников.

— Безвыходная ситуация, да? — задумчиво произношу я.

— Я просто заранее сообщаю и интересуюсь твоим мнением, чтобы назначение не было для тебя неожиданностью. Это не навсегда. Сама понимаешь, нужно подготовить учеников, обучить, а там, возможно, все изменится.

Возможно? Насколько я знаю, обычно, если ты залез в эту кабалу, просто так уже не вылезешь. Оно тебя сожрет.

— А если я, чисто теоретически, скажу «нет»? — намекаю достаточно прямо.

— Ладно, буду с тобой честен. Мы с директором обсуждали перспективы совета. В скором времени, вероятно, работа изменится. И мне сказали не спрашивать тебя, а просто назначить на новую должность, мол, ты справишься. Еще до конца не известно, как все решится и будет ли реализовываться план вообще, но я решил заранее тебя спросить и предупредить. Полагаю, если ты не хочешь этого, то у тебя всего несколько выходов. Первый — уйти из совета вообще. Второй — пойти к директору и поговорить, но тогда ты немного подставишь меня. Третий — принять все, как есть. Тебе, на самом деле, не стоит переживать на этот счет, я уверен, ты со всем справишься.

Вот так новости…

— Даже и не знаю, что ответить. Все как-то немного неожиданно, — безысходно говорю я.

— Понимаю. Возможно, мне не стоило говорить, пока все не решено, но все же. В любом случае, я буду тебя поддерживать, — убеждал меня Адам.

— Уходить я, вроде как, не собираюсь, а не согласиться варианта мне не дают? Какого же ответа ты тогда от меня ждешь? Хах.

Не могу выразить свое мнение, но на данный момент радости я не испытываю. Я растеряна, что ли. Хорошо, что хоть предупредили, есть время обдумать. Может, пора все-таки свалить? Меня, вроде как, особо ничего не держит. Наверное.

— Мне нравится твой позитивный настрой, — глава улыбнулся.

— Ладно, сказать мне нечего пока, — поднимаюсь со стула. — Я, пожалуй, пойду.

— Если захочешь поговорить или спросить что-то, не стесняйся, — любезничал Адам.

— Ученики от такой новости будут в шоке, мягко говоря, — открывая дверь, отшучиваюсь вслух я.

— Хорошо, что с подтиранием форума ты прекрасно справляешься, — отвечает мне президент.

Взамен я могла лишь одарить его щедрой улыбкой. Интересно, когда он заметил? Местные программисты меня, что ли, сдали? Или кто? Правда, как подтирание форума влияет на ситуацию с недовольством, если я его все равно буду видеть, читать и чувствовать? Непонятно. Не особо логично.

Черт! Не спросила, повысят ли зарплату = осталась с прежней. Как всегда, обули, сыграв на неожиданности, а после уже хрен что выпросишь. Тфу!

6.Вторник, 7 марта

5:00

Звонит будильник.

Переворачиваюсь на спину, отключаю этот раздражающий звук и тяжело вздыхаю. Я редко использую его, в основном по вторникам. Это день, когда мы, то есть совет, и желающие ученики, которые заранее записались и получили разрешение, выезжаем в город. Сегодня глава просил новичков и меня прийти пораньше.

Бывает, просыпаешься иногда и чувствуешь себя убитым. Тело словно свинцовое, полное отсутствие желания что-либо делать, еда не лезет, а душ не помогает. Самое неприятное в этой ситуации — это отсутствие причин. Со мной периодами случается такое, да и со многими людьми, думаю, тоже. В таком состоянии у меня уходит довольно много времени, чтобы собраться.

Я опоздала на сбор.

Президент уже проводил инструктаж с новичками. Завидев меня, Адам, улыбнувшись, кивнул. У меня нет обоснования его хорошему настроению. Это немного напрягает. Подойдя, я окидываю взглядом собравшийся коллектив. Похоже, никто не решил, что совет ему не подходит. А зря, начало дня уже должно было дать понять, что их ждет. Впрочем, такая прилежность мне только на руку. К чему жаловаться? Скажу им лучше: «Добро пожаловать в коллектив!» и пожелаю удачи. Но так, чтобы они почувствовали неладное. Пусть заранее думают и морально готовятся. Хах.

Во время прослушивания инструкции до меня внезапно доходит, что сегодня моя очередь сопровождать учеников в поездку. Твою ж налево. Теперь понятно, почему у главы такое прекрасное настроение. Вся эта свора сегодня на моих плечах.

Минут пять требуется президенту, чтобы закончить свое повествование, в конце которого он поздравляет всех со вступлением в студенческий совет. Уточняет, что в пятницу будет официальное зачисление. А после, неожиданно для меня, сообщает о том, что сопровождающим в обучающей поездке будет он.

«Ответственность за академию на тебе, Арквейд».

Эти слова меня почему-то веселят, раньше он никогда такого вслух не произносил, хотя каждую вторую неделю я оставалась тут одна. Неужели новые лица побуждают к действию и улучшают самочувствие? Все немного застоялось, а это разнообразие? В любом случае, сегодня я могу с этим согласиться и тоже порадоваться, пусть мной и движут корыстные цели. Отдельный балл настроению добавляет не слишком довольная рожа Нео. Прекрасное зрелище.

*******

Свободна!

Можете порицать меня, однако сегодня я обычный, но не самый прилежный ученик. Возвращаясь домой, я снимаю с себя значок участника студенческого совета. Не собираюсь идти на пары, потому вместо формы наряжаюсь в обычную мерзкую одежду. Сегодня у Арквейд день отдыха и созидания. Может, это самовнушение, но от такой поблажки я физически чувствую некоторое облегчение.

Весна. Коротко о погоде. Эта фраза в моей голове звучит голосом телевизионного ведущего. Ха. Но в отличие от него сказать мне особо нечего. Мне нравится любоваться красками весны, однако описывать свои впечатления я не мастер. Прохладно. Светит солнце. Весь снег давно растаял, а потому вокруг довольно чисто и свежо. Птички поют, студенты идут на учебу, сосед вон помахал мне рукой и улыбнулся. Радуется встрече с соседкой? Или это потому, что за ее спиной идет девочка, которая люба ему? Подозрительно как-то. В общем, все так себе. Обычно.

Я направляюсь в центр академического сада, где у аппарата закупаю пару пачек соломки в шоколаде. В начале весны сад не блещет своей красотой, потому, как мне кажется, народу за день мимо меня пройдет не много. Тут, в центре, возле работающего фонтана, на одной из скамеек в этот раз моя наблюдательная точка.

Открыв первую пачку, я достаю палочку зубами и вразвалку усаживаюсь на скамейке. Жилой квартал для второкурсников располагается в другом конце академии, многие ученики, которые любят прогуляться, прокладывают свой путь ко второму корпусу через сад. Проходя мимо, некоторые из них озираются на меня, кто-то, узнав, здоровается, но я не обращаю на это никакого внимания, либо тупо смотрю на ученика и молчу. Некоторых такое поведение ставит в ступор, создавая неловкую ситуацию, от чего хочется усмехнуться, но я сохраняю невозмутимость.

Спустя минут десять звенит звонок, все стихает. Я тяну третью палку, кладу ее в рот, откидываю голову назад и закрываю глаза, эта тишина расслабляет. Из-за недосыпа невольно понемногу начинаешь засыпать.

Проходит час. От раздумий покашливанием меня пробуждает учитель. Это преподаватель ифаритов. Тех ребят, для которых я брошюру делала.

— Расслабляешься? — с доброй, но в то же время несколько неловкой улыбкой интересуется он.

— А, да, — растерянно говорю я, усаживаясь ровно. — Прошу прошения. Вы не подумайте...

— Нет-нет, ничего, все в порядке, это же я тебя разбудил, — оправдывался учитель, — и, Арквейд, мы ведь уже обсуждали, что без присутствия учеников ты можешь обращаться ко мне на «ты».

Звучит не очень, правда? Будто это какой-то подкат или что-то в таком роде. Все так бы, пожалуй, и подумали, если бы не знали, что парню передо мной всего двадцать лет. Только закончил обучение и сразу оказался тут. Без стажа стать преподавателем абсолютно новой дисциплины, отказаться от лучших годов жизни, взвалив на себя такую ответственность и отлично выполнять поставленные цели — это, наверное, достойно уважения. Необычно, но проблем нет, если он отлично справляется, всех все устраивает и самому парню нравится.

— Отвечу Вам, как и в прошлый раз. Положение у нас разное, и трудно вести непринужденные беседы так, чтобы при этом сохранился Ваш авторитет как учителя.

Правда, наверное, можно было бы закрыть на это глаза, ведь он мне ничего не преподает, как и, на самом деле, большинству тут. Но друзья в преподавательском составе мне не нужны. В данном случае, несмотря на то, что парню, кажется, не совсем удобно говорить на «Вы» с теми, кто почти близок к его возрасту, я предпочитаю соблюсти субординацию.

— Да, я понимаю, ты права, — соглашался учитель, усмехнувшись. — Просто никак не привыкну. Многие второкурсники тут всего на год меня младше. Понимаю, что это чувство пройдет со временем, но пока оно сохраняется. Ладно, ты прости, что я тебя решил отвлечь.

Какой-то неловкий разговор выходит.

— Да, нет ничего, — я подвинулась с середины на край. — Вы присаживайтесь.

— Нет-нет, — вежливо отказывался преподаватель. — Я просто мимо проходил и решил проверить, не спишь ли ты тут. Просто, раз уж ты отлыниваешь, то, может, стоит это делать как-то более деликатно? Ты ведь все-таки лицо студенческого совета, а значит, лицо академии. С тебя берут пример другие ученики. Понимаешь?

А, да? Так вот почему многие тут такие несобранные, безответственные, беззаботные, разгильдяи. Хорошо, что наконец-то мы нашли источник сей проблемы!

— Да, я понимаю, — своей улыбкой, пытаюсь вселить чувство того, что я надежный человек. —Спасибо за совет, но я на самом деле просто смотрю на все со стороны. Когда ты в форме, то ученики смотрят и ведут себя более собранно. А когда ты вот так в штатском, расслабленно ведешь себя, то и ученики вокруг как-то расслабляются. Это своего рода ловушка, чтобы посмотреть и понять, как ведут себя окружающие, когда над ними не наблюдает око совета. Так сказать, изучение.

Наш молодой преподаватель, выходит, идеалист? Мило. Жаль, что на деле у всех свои тараканы, и им дела нет до меня. Скорее это, как и всегда, всех позабавит.

— В любом случае, напомнить лишним не будет, да? — ответил он с неким скептицизмом.

Было бы глупо, если бы на мои слова повелись. Но не давят, лекций не читают, и на том спасибо. Выбрав сие место, я была готова к тому, что могу встретить учителей. Он —это лучший вариант, в целом. Хотя мне, в принципе, без разницы. Я правила знаю. А в правилах сказано, что я имею право не посещать все лекции. Нужный минимум я соблюдаю. Ко мне так просто не пристанешь. Но признаю, я вижу, что преподавательскому составу не очень нравится мое, как они выражаются, халатное отношение к учебе. «У тебя, девочка, все-таки есть потенциал, зачем его вот так губить?!» Сама не знаю зачем, но вот так. На самом деле знаю, но так просто не откроюсь. В женщине должна быть загадка, да не одна! Так ведь говорят? Правда, во мне какие-то они тупые выходят. Но, полагаю, это лучше, чем ничего.

— Да, понимаю, — подтверждаю я.

Парень кивнул мне и развернулся, собираясь уйти.

— Ах, да, еще по поводу пар! — он остановился, будто бы что-то вспомнив.

— Что-то не так? — интересуюсь я, с непониманием посмотрев в его глаза.

— А, нет, ничего, не бери в голову… — как-то неуверенно ответил он. — Приятного дня.

Мне как-то не слишком понравился этот вброс. Я бы подумала, что мне просто хотели сделать замечание, но передумали, однако сила ощутила что-то совершенно иное. Понять, что это за чувство было, я не успела, но из-за этого внутри остался какой-то неприятный осадок. Это заставляет размышлять и гадать, пытаясь найти описание. Жутко бесит такое.

******

Каково это — не думать ни о чем? Я бы хотела расслабиться. Просто смотреть в небо, откинув мысли. Это, наверное, здорово. Постоянно слышу «да ни о чем не думаю», «расслабься, не думай ни о чем» и тому подобные фразочки. Даже знаю людей, чьи глаза становятся пустыми, словно избавляясь от мыслей. Мне подобное кажется странным. Я так не умею. Хотела бы, но увы. Постоянно размышляю о всякой чуши, о жизни, обязанностях, планах, академии, истории, новостях, играх, других людях. Даже, элементарно, когда пытаюсь не думать ни о чем, начинаю строить диалог с собой, воображаемыми людьми или вести некий повествовательный блог. Иногда могу ухмыльнуться от забавной мысли или вздохнуть. Со стороны, наверное, выглядит глупо. Хотя не то чтобы мне не было все равно...

Проходит первая пара. За ней вторая. Часовой обеденный перерыв. Первая пачка палочек сменяется второй. Мне сегодня везет, больше не было никаких преподавателей, а души, что снуют туда-сюда, не обращают на меня никакого внимания. И хоть я помираю от скуки, но все равно продолжаю упорно сидеть тут. Так плохо провожу время, что даже хорошо. Ха. А все почему? Почему я здесь? Потому что идут технические работы. В игре, в которой я обычно залипаю, ставят крупное обновление. Эх...

В середине третьей пары ко мне подсаживается четырнадцатилетняя девчонка — Мито. Среди всех поступивших ребятишек-ифаритов она самая младшая, но, несмотря на это, по моему субъективному мнению, самая адекватная. Она состоит в одном из двух моих самых нелюбимых кружков — кружке журналистики. Второй, к слову, кружок членов магической общины или сокращенно ЧМО. Не слишком культурно звучит? Возможно, но они сами себя так называют. В общем, история второго клуба долгая, так что оставим ее на потом, и вернемся к девчонке, которая достает из сумки школьную газету и молча протягивая ее мне. Мито — мой связной, то есть, все полезные новости я узнаю от нее.

Типичный заголовок капсом на главной странице «ЗАКОН В СИЛЕ! КОНЕЦ НИЗКИМ РАНГАМ?!». Это экстренный выпуск, потому жирно выделено повторяющееся слово «срочно». Я протягиваю девчонке пачку соломки в шоколаде, принявшись бегло читать статью, а она вынимает пару штучек, после чего начинает ждать. Я читаю скорее, чтобы убедится, что там то, о чем я думаю, и это действительно так.

Краткий экскурс с сутью:

Примерно полгода назад в интернет была запущена утка о том, что, мол, способности мэсов ниже ранга B будут запечатываться. В то же время наша академия стала одной из двух в стране, что создала факультет и взяла на обучение людей, которые в будущем будут представителями новой профессии. Ифариты присутствуют на судах в качестве присяжных, а после вынесения решений запечатывают способности. Новый закон ясно давал понять, что мэсы с заурядными способностями — для страны своеобразная обуза. Я не думаю, что закон имел такой смысл, но большинство толковали это так. Надо ли говорить, что тогда это была самая обсуждаемая тема, но поскольку никаких подтверждений не было, она быстро утихла. Месяц назад закон вступил в силу, но претерпел некоторые изменения. Так же, как и раньше, планировалось запечатывать способности людей ниже ранга B, но теперь способности запечатывали, если после окончания специализированных заведений они не достигли ранга B. Сейчас уточнений в законе нет. Нам непонятно, что будет с запечатанными мэсами. Смогут ли они наравне с людьми легко поступать в колледжи, институты? Будут ли их брать на престижные работы? Положение рядовых мэсов в обществе и так, судя по статистике, было незавидным, а теперь это для многих словно объявление: «Вы, слабаки, для нас не более, чем скот». Я, конечно, немного утрирую, ведь, приложив усилия, все равно можно поступить куда хочешь, добиться чего хочешь, устроиться на хорошую работу. Отчасти все, как и с обычными людьми, просто сложнее, просто требует больше упорства, больше времени, нервов, чаще будешь сталкиваться с несправедливостью. Короче, главное — желание и стремление.

Вздохнув, я возвращаю газету Мито. Эта статья подтверждает, что закон действительно принят, и я уже представляю, как на меня наваливается дополнительная работа. Личные сообщения будут завалены вопросами вроде: «А что теперь?», «Академия ведь придумает что-нибудь?». Наша академия славилась тем, что сочиняла свои правила, которые иногда могли даже слегка нарушать законы, тестировала их на закрытой территории и, так сказать, на примере показывала тем самым их несостоятельность. Это все поддерживалось общественным резонансом, впоследствии чего законы либо отменяли, либо пересматривали. Можно сказать, академия не только обучает учеников, но и является авторитетной организацией, отстаивающей права мэсов в обществе.

— Дашь свои комментарии? — убирая газету, спрашивает, как обычно, она.

— Нет, — я беру палочку соломки.

Ясно, что закон еще доработают, но я вопреки недовольству считаю его годным.

«Почему?» — спросите меня вы.

Ха.

Так или иначе, 80% выпускников отправляются на условно-обязательную службу. Конечно, в топтании плацдарма нет ничего такого, но если, предположим, вдруг будет война и всех, проходивших когда-либо службу, призовут, то заурядный ранг С годен лишь быть живым щитом. Не буду говорить за всех, но большинство точно. Так что, можно сказать, что это обуза, а закон освободит их от призыва. Грубо говоря, не даст подохнуть почем зря. Также, если посмотреть, большинство преступлений совершается мэсами с низкими рангами. Хоть уровень преступности в стране сам по себе не особо высок, но факт остается фактом. И эта проблема тянется уже не один десяток лет. Предположим, что даже с запечатанными способностями они все равно станут преступниками, но только так они не будут разрушать все вокруг и снизят ущерб. Так обществу будет спокойней. Может, и агрессия в сторону мэсов снизится. С моей позиции — доработай закон, и он будет неплох. Пусть эти мэсы направят свои усилия в другое русло и поступят в обычный университет. Какая-то отличительная способность — это, конечно здорово, но нафиг эти крупицы силы, если можно их поменять на состоятельную и благополучную жизнь.

— Не вижу смысла что-то комментировать.

— Президента сейчас нет, а газеты уже распространили и статью опубликовали на сайте, — Мито намекает, что людей нужно успокоить, а для этого нужно авторитетное мнение.

— Не теряете времени в погоне за просмотрами и комментариями? Ха, — иронично подмечаю я. — В любом случае, Адам вернется и озвучит свои мысли по этому поводу. Сама знаешь, я не в восторге от интервью. Как не в восторге будут и те, кто будет слушать меня.

Ранг С при желании за несколько лет обучения может перейти в B. Более того, примерно 10% учеников с начальным С заканчивают с B. Как говорится, было бы только желание, и я в это искренне верю. Потому, если я что-то и могла бы сказать, то непременно использовала бы сарказм, пытаясь задеть побольнее. Это, по идее, должно было бы мотивировать, но обычно рождает лишь недовольство и нелестные пожелания в мой адрес. Ха.

— Я пойду, — улыбнувшись от моих слов, журналистка встала со скамейки. — До встречи.

Мне нравится, что Мито не задает лишних вопросов и не лезет, как другие члены кружка, с расспросами. Странно, что девчонка вообще вступила в этот клуб, но мне это только на руку.

— Спасибо, что держишь меня в курсе.

******

Вечер.

Я за компьютером. Ни одного письма, но на форуме довольно активно обсуждают новость. По первым впечатлениям не скажешь, что ученики сильно переживают. Интервью главы всех немного успокоило, вот уж у кого ораторские способности и сила убеждения. Хотя он сам по себе такой. Кажется, что он серьезен и, несмотря на строгость, на него можно положиться. Ну, по крайней мере, всем так кажется. Однако, лично у меня устойчивое впечатление, что большинство в тихой панике, и их гложет эта недосказанность, неопределенность. Особо хорошо заметно это в словах будущих выпускников, которым до возвращения в академию и выпуска осталось месяца три. Те из них, что еще не получили ранг выше С, уже скорее всего не получат его, а значит, закон распространится на них в первую очередь. В довесок еще директор со вчерашнего дня в отъезде. Потому всем остается только ждать.

Между тем, на государственном сайте была опубликована статья, что за первый месяц действия закона цифра запечатанных мэсов достигла двадцати пяти тысяч.

7.Среда, 8 марта

Утром я проверяю почту, но там, как и вчера, пусто. Правильно, нафиг нам официальная почта совета, когда можно найти Арквейд в соцсети и забахать ей вопросов туда! Прекрасно. Ха.

Первым был вопрос от нашего нового участника студенческого совета, второкурсника Кая. Добавляясь в друзья, он описывал мне свою ситуацию и спрашивал, что делать. Я решаю без шуток поставить себя на его место. Отвечаю так: «Тренируйся с давлением, будешь впитывать воду и выпускать ее под высоким давлением», мол, не хуже резака. Осталось научиться впитывать большое количество влаги и заготовить тазик для воды. Постаралась, но перечитываю и ловлю себя на мысли, что слова звучат как издевка, хотя вариант кажется мне вполне дельным.

Вопросы абсолютно от всех одинаковые: «Что делать?» или «Что сделаем мы, чтобы всем было круто?». Если Каю я ответила хоть немного серьезно, то остальным пишу всякий бред. Что-то вроде: «Время валить из страны». Ну, а что поделать? Пока вариантов-то немного: либо тренироваться в надежде дотянуть до В, либо смириться, либо действительно слинять из страны. Я понимаю, что должна давать нейтральные или успокаивающие ответы, но…

******

Сегодня день медосмотра первокурсников. И мы, доблестные члены студенческого совета в лице меня и Авроры, идем помогать главврачу с осмотром женской половины. С нами также Астарта. Правда, сегодня она не помогает, а берет блат. Так сказать, за различные заслуги отплачиваем добром, пропуская ее без очереди. Правда, с ее инициалами АА она и так была бы первой, но ей об этом знать необязательно. Пусть радуется иллюзорному преимуществу.

Каждые полгода, осенью и весной, среди первокурсников проводится медосмотр. Осенью мы узнаем начальные параметры наших студентов, а весной смотрим на их прогресс и выставляем точную оценку их способностей на данный момент. Остальные курсы разбиты на группы по пять-шесть учеников, к каждому из которых приставлен преподаватель, он-то и решает, когда его группа будет проходить осмотр. Некоторые преподаватели заставляют своих подопечных ходить сюда каждую неделю в то время, как другие могут ограничиться разом в год. Тут уж роль играет характер преподавателя и его методы.

Мы приветствуем доктора в медкабинете и потихоньку приступаем к подготовке. Этот медосмотр лично для меня будет довольно веселым.

«Почему?» — совершенно естественно поинтересуетесь у меня вы.

Что ж. Я отвечу просто: «Вот из-за него».

Доктор ставит на стол обмотанную в несколько слоев полотенцами коробку, сверху плотно перевязанную лентами. Пока Камила, так зовут доктора, распаковывает нашего эксперта, я обращаюсь к девчонкам, говоря о том, что не стоит пугаться и обращать внимание на слова этой штуки. Астарта странно улыбается, что совершенно точно говорит о том, что с этой коробкой она уже сталкивалась и впечатления остались не самыми лучшими, но довольно яркими.

— Ироды, я вас всех засужу, права живых существ нарушаете! Хотя, учитывая то, как от вас несет смрадом, то лучше б я остался обмотан этой тряпкой, — стоило распечатать наш подарок, как он недовольно начал кричать.

— Это Монрат, — представляю устройство двум моим помощницам. — Если кратко объяснять, то эта говорящая коробка, собственно, будет определять ваш ранг и давать оценочные комментарии способностям.

Так-то Астарта, как я уже намекнула, в курсе, как происходит процесс определения ранга. Сие чудо-устройство появилось у нас вскоре после осеннего медосмотра, и мы двое уже успели увидеть его в деле. Но для Авроры инструктаж провести надобно.

Несмотря на мерзкий характер, Монрат довольно точно определяет статус способности. Сканируя руку, коробка может читать человека и, похоже, часть его воспоминаний и мыслей. Раньше собирали комиссию, приглашали мэсов с подходящими аналитическими способностями, оценка которых была довольно субъективной, но теперь это больше не нужно. Устройство предоставило новый, простой и удобный способ, который экономит кучу времени, и не нужно запариваться с организацией всего.

— Кто коробка, а? Ты бабища мерзкая! Ты мне еще с прошлого раза не понравилась! Не академия, а позор какой-то, раз лучше тебя никого не нашлось. Гляжу, еще с собой какую-то оборванку захватила. И доску эту.

Уточню. Обрванка — это Аврора, а доска — Астарта.

— Я продемонстрирую, — спокойно говорю я. — Просовываем руку в отверстие.

Вообще, лучший способ общения с ним — это игнорирование, хотя от этого он только больше бесится.

— Куда ты свои потные руки суешь, ты...

Вам, наверное, интересно, почему эта штука разговаривает? Все довольно просто. В его создании использовали SP-кристалл, тот же, что используют в создании механических кукол. Это позволяет иметь ему свой характер и самосознание. Естественно, цена этого устройства довольно высока.

— Заткнись уже и работай, — я, не жалея сил, бью по коробке.

— Ну ты и тварь! Неудивительно, что мужика у тебя нет! — он самодовольно посмеялся, а после приступил к работе. — Что тут сказать. Ранг, как и полгода назад, В. Потенциал к развитию есть, однако с твоей дурной башкой на А тебе за три года не вытянуть. Как и раньше, не вижу смысла твоего нахождения тут. Только дыру в бюджете проедаешь.

— Как-то так, — подвожу итог я. — Аврора, твоя задача фильтровать и записывать слова этой коробки, а также информацию, которую диктует наша многоуважаемая Камила, о каждом ученике, после мы все обработаем и занесем в карточки. Ясно?

— Поняла, — в знак согласия девушка кивнула.

— Я вообще-то не договорил! Несмотря на свою мерзость, личность довольно забавная. Из интересного… Хотите знать, например, почему она такая довольная сейчас? В прошлый раз я думал, мне показалось, однако она действительно угорает по...

Еще во время его монолога я достаю складной нож и, не раздумывая, втыкаю его в корпус коробки. Как знала, что он пригодится.

— Упс. Рука соскочила, — наигранно нелепо смеюсь.

Вы, наверное, хотите узнать конец фразы от коробки?

Хах.

— Ты-ты-ты-ты! — от злости он чуть не взрывается. — Эта царапина сделает из тебя раба, ты никогда не сможешь расплатиться! Да я тебя...

Минутка бесполезных знаний:

Пока агрегат расщедрился на комплименты, давайте поговорим о том, откуда у нас такое устройство? Ведь его даже у спецслужб нет, а у нас есть!

Взглянув на нашу академию невооруженным взглядом, можно сразу понять, что денег в нее поступает достаточно. Однако эта коробешка — подарок ученика, выпустившегося около десяти лет назад и ставшего довольно знаменитым изобретателем. Так, в качестве благодарности мы получили эксклюзивное устройство. Если честно, мне кажется, что создатель знатно постебался, поработав над характером своего творения, а после отправив к нам. Я, правда, не знаю, возможно ли сформировать характер. Никогда не интересовалась, как происходит процесс создания и работы с кристаллами, но хочу думать, что возможно. С другой стороны, мысль о том, что от неудачного изобретения так деликатно избавились, тоже вполне забавная.

— Слышь, — я головой прильнула к его деревянному корпусу, пробуждая весь свой быдло-потенциал, — че-то не ясно? Моя рука сорвалась. Да и вообще, никто ничего не видел, все только с твоих слов. Так ведь?

Я смотрю на Астарту, ожидая подтверждения.

— Ну, я вроде ничего такого не видела, — с улыбкой подтверждает девушка.

— Да-да, я тоже ничего не заметила, — Камила посмеивается, подыгрывая нашей глупости.

Мне нравится несерьезность этой женщины. С ней легко вести диалог, она по-своему странная, но бывает иногда довольно милой. Возможно, это просто мудрость, и мне позволяют так себя вести потому, что на другом языке с этим творением не поговорить.

— Так, давай расставим точки над i. Веди с учениками себя нормально, а то, знаешь, твои оскорбляющие меня выдумки могут стать вполне реальными. Понимаешь?

Подобный вид общения для меня непривычен. От этого внутри странное чувство, но довольно занятное. Возможно, я впервые качественно исполняю свою работу, в смысле, ищу подход, компромисс.

— Эй! Она разве мне не угрожает?! — взывал он к людям вокруг. — Это же нарушение закона!

— Что конкретно в моих словах тебе непонятно? — угрожающе уточняю я. — Я достаточно ясно изъяснилась или нет?

— Ведьма! Не зря ты мне не нравишься.

Полагаю, это было согласие.

— Вот и славно, — слегка похлопав коробку, будто человека по плечу, говорю я.

А-то не хватало мне тут успокаивать и выслушивать претензии от особо впечатлительных учениц.

Первой, как и планировалось, была Астарта.

— Я аж прослезился. Вспоминается господин Флоренс. Как и раньше, двоякий ранг. S — у способностей и C — у боевого потенциала. Если давать оценку прогрессу, то скажу, что относительно хуже, чем полгода назад. Гениям советов не даем, кроме одного: хочешь привлекать мужика — расти сиськи, доска.

Имя, которое он вспоминал, принадлежало его создателю.

Без колкостей это устройство не может, но отсутствие агрессии — уже неплохой результат.

— Ну, я, это, сделала в последнее время акцент на маленьких хозяйственных изобретениях. Ну, то есть, не совсем хозяйственных, разных безделушках, но боевой пользы они особо не несут. Хотя, наверное, некоторые из них можно использовать в домашних разборках, как средство обороны. Однако это будет нелепо. Поэтому, наверное, мои развлечения снизили боевой ранг. Хотя это особой роли для меня не играет, куда важнее саморазвитие. Я все-таки не хочу стать военным технологом, а скорее подумываю о…

— Спасибо за объяснения, Астарта, мы поняли, — останавливаю девушку я, чтобы монолог не затянулся. — Ты лучше скажи мне, где Амая? Почему она не с тобой?

— Я честно пыталась ее вытащить из дома, но у меня ничего не получилось. Только зря силы потратила на ругань. А физической мне не хватает, чтобы силком привести.

— Ответ меня не радует, — вздыхаю я. — Плохая из тебя подружка.

— Прости, — премило извинялась девушка.

Извиняется она, понимая, что вытаскивать из дома и переть ее подругу сюда придется мне. И зачем все так усложнять, а, мисс Хофлер? Знаю, что она не увидит этих претензий, но уж больно хочется спросить это.

— Аврора, твоя очередь, — игнорируя извинения, произношу я.

— Ого, необычная способность. Помнится, смотрел мой хозяин одно аниме, и там главному герою посоветовали применить свою способность к грудям других девушек. Может, и тебе попробовать к той доске приложиться? Авось че вырастет.

— Кхм… — кашляя, я бросаю многозначный взгляд на Монрата.

Не то чтобы меня не повеселила его шутка, но сейчас не время для этого. Он должен понимать, что не стоит сегодня распускать язык.

— Кхе, кхе… — прокашлявшись, продолжает. — В целом довольно необычно. Способность — усиление, первоначально ранг В, но только из-за необычности. Ее потенциал сильно зависит от других людей, потому важно верно подобрать напарников.

— Отлично. Вот примерно так и будет проходить оценка способностей. А теперь — время основного осмотра. Аврора, Астарта, прошу, раздевайтесь.

— Это, я… — девчушка застеснялась.

Мисс Алексакис в это время, не думая, снимала форму.

— Давай быстрее, не догола же, — я усмехнулась, записывая данные о способностях Авроры.

— Я просто немного стесняюсь, — она, нервничая, улыбалась и расстегивала рубашку.

Я мельком смотрю на процесс обнажения. Хочется отметить, что легкая краснота делает новенькую достаточно миленькой. И если я думаю об этом про себя, то Астарта не стесняется и напрямую заявляет об этом. Звучит как комплимент и слова поддержки, но это только больше смущает девчушку, замедляя процесс. Монрат же ворча произносит: «Оборванка».

— Мои глаза повидали тысячи женских тел, так что мне пофиг, — без особого вдохновения проговариваю я, пытаясь ускорить Аврору.

— Ну да, как же, — послышался смешок от коробки.

В силу своих способностей что-то он понимает и знает обо мне. Тут ничего не поделать. Да, мое безразличие — на самом деле только маскировка. Я ловлю какой-то фан от собирания данных и лицезрения женских тел. Что есть, то есть. Мой научный интерес и любовь к эстетике здесь сливаются воедино. В любом случае, я никого не хочу этим смущать.

Сняв форму, пациент отправляется к доктору, та измеряет параметры тела, рост, взвешивает, а после отправляет за ширму. Там ученицы раздеваются полностью и проходят основное обследование. Основа состоит в следующем: ученик залезает в капсулу, та наполняется специальным газом и после собирает данные: строение скелета, наличие заболеваний, состояние органов, процент мариальных вкраплений в скелете и прочее. В общем — полный анализ тела. После мы на руки получаем распечатанные данные анализа.

За Авророй анализ проходит Астарта, а после я. Далее идут остальные ученики. Я выхожу в коридор и вызываю по два человека из списка. Они проходят обследование, после заходит следующая пара, и так по кругу.

Несомненно, я могла бы огласить параметры каждой ученицы, тем самым, возможно, порадовав некую часть аудитории. Да... Однако делать этого, увы, не буду.

Маленькая подсказка — все это есть на нашем сайте. Только вот доступ туда для рядового пользователя закрыт. Ха.

Как по мне, самое интересное — это реакция девчонок на Монрата и его не самые лестные, а бывало и пошлые комментарии. К сожалению, контролировать его полностью невозможно. Меня так и тянет расписать эту дичь, но тогда повествование растянется надолго. Боюсь, что вы на данный момент к этому не готовы.

******

Мы начали в десять, а закончили в половину второго. После сидели до восьми вечера, занося данные в карточки и на сайт, благо, на выручку нам пришла Ивая. Это дочь директора, которая точно так же, как и Астарта, частенько помогает нам. Ей, конечно, спасибо, но почему-то создается устойчивое впечатление, что помогает она нам не совсем по своему желанию. Может, я не права, и дело просто в ее довольно меланхоличном характере. Говорит тихо, ровно, безэмоционально, словно не живой человек, и это достаточно сильно раздражает мою силу, заставляя думать о всяком разном. Она всегда вежлива, тактична, и, наверное, не виновата в том, что я ощущаю далеко не позитивные чувства, но нормально говорить о чем-то нам как-то ни разу не удавалось. В общем, по большей части у нас чисто официальные отношения.

Одно меня радует: совет расширился, в нем Нео, но его рожи я не вижу, так как сейчас он под опекой главы. Ха.

8.Четверг, 9 марта

Сегодня медосмотр мужской половины. Как бы забавно в моей голове это ни выглядело, но свора парней во главе с президентом помогают нашему главврачу в осмотре других мальчишек. Мне же нужно обучать Аврору. Подходя к кабинету после первой пары, я раздумываю над тем, с чего бы начать. Вариантов довольно много, но обстоятельства решают за меня, так как вместо новенькой у кабинета стоит какая-то незнакомая мне девушка.

— Добрый день, — первой поздоровалась она.

Симпатичная, стройная, зеленоглазая дама с волосами, заплетенными в две средней длины косы, одна из которых была перекинута через плечо. Форма слегка неопрятна, местами помята и выглядит так, будто ее одевали наспех. На ее лице улыбка, и кажется, что глазами она также мне улыбается. Хотелось бы польстится тем, что это меня так рады видеть, но, увы, это скорее просто отличное настроение. Не могу не заметить, что такое настроение в сочетании с ее внешностью располагают к себе. Мне от этого даже немного некомфортно. Чувствую себя злом. Ха.

— Привет, — отвечаю я, всматриваясь в ее лицо.

Нет. Правда. Весьма привлекательная девушка, и я точно видела ее вчера на осмотре, но не могу вспомнить, когда мы встречались раньше. На такую, как она, я бы точно обратила внимание, но в голове почему-то пусто. Похоже, я не так внимательна, как мне казалось раньше.

— Ваше объявление еще актуально? — интересуется незнакомка. — Я бы хотела вступить в студенческий совет.

Это, что, в темном царстве свой ясный луч появится? Интересно, понравится ли ей атмосфера нашего нового совета, которую я описываю, как «серьезность и уныние»?

— Хах, — от таких мыслей я расплылась в улыбке, а после вставила ключ в дверь. — Заходи.

— Если я не вовремя, то могу зайти и позже.

Кажется, моя реакция обескуражила незнакомку.

— Как тебя зовут? — интересуюсь я, повернувшись к ученице.

— Эла, — представляется она. — Нацукаши Эла.

— Послушай, Эла, — я сделала шаг к ней навстречу и положила руку на плечо, смотря в глаза. — Если бы не твоя неопрятная форма, то ты, хоть я тебя и не знаю, была бы идеальным членом студенческого совета. Мне так почему-то показалось. Сия мысль меня всего-навсего позабавила, поэтому не обращай внимания. Я не хотела показаться грубой. Извини.

Просто, в своей голове я уже вижу ее тем, кто идеально подходит для работы с кружками. Не знаю, как у нее с терпением, но в голове представляю, что люди будут реагировать как: «О, Эла, привет!», а не «А, Арквейд, это ты…». Мне кажется, что она не будет вызывать у людей раздражения. Думаю, посыл вы поняли. Хах.

— Простите. Я просто после тренировки. Думала, не успею забежать, поэтому немного торопилась и не успела полностью привести себя в порядок, — девушка, смутившись от моего замечания, отвела взгляд.

Мне нравится то, что эта дама совестливая. Достаточно редкое явление нынче. А еще она торопилась и пришла раньше меня, как же так выходит? Как-то странно. Ах, ну, наверное, потому что я пришла почти под конец перемены. Может, потому Аврора меня не дождалась? Минусану-ка ей балл за эту нетерпеливость. Что за халатное отношение к работе? «А что касательно тебя, Арквейд?» Тут все просто. Я все-таки потенциально готовлюсь к роли начальника. У руководителя рабочий день, как известно, начинается не тогда, когда у рабочих, а тогда, когда он придет. Короче говоря, начальство не опаздывает. Хах.

— Не мне тебя упрекать, — я шутя попыталась улыбнуться, чтобы подбодрить. — Проходи давай, присаживайся. Рассказывай, почему ты хочешь вступить в студенческий совет?

Буду честна, считаю этот вопрос дурацким. Банально скучный и такой избитый, но как ни крути необходимый. В целом, от ответа на этот вопрос можно понять, что представляет собой человек. Построение фразы, слова, тон и прочие атрибуты часто говорят сами за себя.

— Я не состою в кружках, потому что считаю это довольно глупым и не нахожу интересным для себя. Мне нравится помогать людям, и я хотела бы, насколько могу, поучаствовать в жизни учеников. Еще мне кажется, что работа в студенческом совете также поможет развить полезные навыки, которые действительно пригодятся в будущем, — она немного волнуется, но говорит достаточно уверенно. — Я и раньше хотела вступить в совет, но мне отказали.

— Отказали? — не понимая причины, интересуюсь я, копаясь в поисках досье ученицы. — Почему?

Не в обиду другим, но на первый взгляд и по ощущениям силы, мне кажется, этот кандидат лучше, чем все предыдущие. Мол, есть какие-то общепринятые стандарты, и я бы сказала, что она подходит под них. Но я, конечно, могу чего-то и не знать.

— Не знаю. Просто, без объяснения причины, — ответила Нацукаши.

Зная Селину, она могла отказать просто потому, что была без настроения. Девушка постоянно уставала, была в напряжении, потому неудивительно, что человек, который часто улыбается, мог ее раздражать и потенциально мешать работе. Наверняка, отказ был направлен на то, чтобы усталость не вылилась в агрессию в сторону Элы.

— Вот значит как, — усаживаясь рядом с девушкой, произношу я. — Всякое могло быть тогда, не стоит беспокоиться об этом. Я рада, что ты не сдаешься.

Решаю ограничиться общей фразой, чтобы не разбирать ту ситуацию. Это сейчас точно ни к чему.

Открываю папку и, попросив пару минут у гостьи, начинаю изучать ее портфолио.

Первокурсница. Состоит в команде из пяти человек. Способность — перемещение, однако телепортироваться она может только в места, которых коснулась. Максимальный радиус перемещения в начале учебного года был сорок метров. При поступлении была оценена на ранг B, однако на вчерашнем обследовании получила ранг A-. Высокий потенциал перейти в А в течение нескольких месяцев. За полгода увеличила радиус телепортации на десять метров. Изучает дисциплины, связанные с ближним боем. Достигла по ним отличных результатов. Не раз получала похвалу от своих преподавателей. Судя по отзывам, они не ожидали того, что в этой девушке и ее способности заложен такой высокий потенциал. Отзывы с прошлого места учебы тоже можно назвать идеальными, хотя академическая успеваемость весьма посредственная.

Я мельком смотрю на Элу, которая ловит мой взгляд и неловко улыбается. Настораживает, что я ее раньше не замечала, но она превосходный кандидат. В совет раньше принимали только тех, кто обладает высоким боевым потенциалом. Это сейчас мы берем всех подряд, потому что с народом туго... Стоит ли говорить, что только глава и способен проявлять силу, а меня приняли на условии того, что я буду расти в сфере самообороны. Тогда с этим было строже. Пока первокурсники приживались, бывало, приходилось применять силу, чтобы усмирять некоторых индивидов, а теперь все устаканилось, и никто уже ей не пользуется. К слову, мои результаты в сфере самообороны неожиданно неплохи. В общем, ее боевые навыки незаменимы для нас, а милое личико можно неплохо использовать. Светись она на людях побольше, я уверена, смогла бы войти в двадцатку красавиц. Что ж, подобное, в перспективе, я бы могла организовать. Ха.

— Что-то не так? — поинтересовалась гостья после того, как я уже с минуту молча смотрела на нее.

Знаете, иногда мне говорят, что я выгляжу жутко, когда задумываюсь о чем-то и невольно начинаю улыбаться. Сейчас, похоже, тот случай, так как девушка в некой растерянности от моего взгляда.

— У тебя красивый почерк, — произношу я, не найдя, что сказать поумнее после выхода из раздумий.

В любом случае, это правдивый комплимент. Когда нужно будет заполнять документы вручную, я обязательно обращусь к ней. Если только это будет не письмо врагу. С этим я и сама справлюсь. У меня-то каракули настолько кривые, что я частенько и сама не понимаю, что написала. Особенно, когда пытаюсь прочитать это через месяц или два. В такие моменты невольно просыпается ненависть к самой себе. Ха.

— Правда? — ее улыбка стала какой-то нервной. — Спасибо.

Эла вызывает во мне какие-то противоречивые ощущения. Нет, при взгляде на нее только позитивные чувства, но есть некоторые вопросы, ответы на которые было бы интересно получить. Так сказать, разногласия силы и логики. Ладно, надо переставать наводить кринж, копаясь в своей голове, а то еще отпугну лучшего кандидата.

— Не могла бы ты, пожалуйста, продемонстрировать свои способности?

— Конечно, — она кивает.

Девушка поднимается со стула. Обходит кабинет кругом, касаясь пальцами различных мест, а после выходит из комнаты. Через мгновение девушка появляется за моей спиной, потом оказывается у стола главы, возле окна. Мелькает туда-сюда несколько секунд, а в конечном итоге оказывается снова на стуле возле меня.

Представление вне всяких сомнений прекрасное, но я сказала способности, а не способность. Но не будем акцентировать на этом внимания, а то, начни я рассуждать и оправдываться, окажусь в невыгодном положении.

— Неплохо, — хвалю я. — Окончательное решение принимаю не я, но можешь считать, что ты уже принята.

— Правда? — мои слова вернули ее бодрость духа.

Слышится стук в дверь.

— Да, если понадобится, я за тебя поручусь, — усмехнувшись, говорю я, понимая, что мне даже говорить ничего не надо будет. — Войдите.

В кабинет заваливается пять человек.

— Добрый день! Мы хотели бы зарегистрировать команду.

Я на 100% уверена в том, что Эла будет в совете, потому говорю ей, что, если хочет обучаться, может остаться и помочь. Убиваем двух зайцев: обучаем новичков и облегчаем себе жизнь. Регистрация — довольно унылый процесс. Заполняем стандартные регистрационные бланки, выселяем, ищем, куда заселить свору, пересчитываем бюджет новой команды, складывая индивидуальный бюджет, заполняем продовольственные бланки и доставку, после переносим данные на электронную карту. По окончанию всех пар назначаем сопровождающим Аврору, даем краткую инструкцию и отпускаем ее вместе с новой командой, пусть заселяются. Девушка должна проследить за процессом переселения, взять коменданта, проконтролировать готовность домов и наличие всех нужных атрибутов. Пронаблюдать весь процесс перетаскивания вещей и т.п.

Сегодня какой-то уникальный день, так как команды во время перемен посещают наш кабинет одна за другой, желая зарегистрироваться. Создается очередь, не хватает рук. Мне на сопровождение после пар приходится назначать не только себя, но также и Элу. Ох, узнай о моей халатности президент, то моя голова пошла б на плаху. На четвертый раз уже вписываю парней. Так, когда они после обеда возвращаются, преподношу на блюдечке сей прекрасный сюрприз.

Спросите меня: «С чего такая активность, если до этого всем было без разницы?»

Хотела бы я знать. Похоже, это последствие новости о запечатывании способностей.

Как это связано?

Все довольно просто. Есть шанс проявить себя в команде. Как на показательные индивидуальные, так и на командные соревнования и фестивали часто приходят большие шишки, присматривающие для себя учеников, которым предлагают после выпуска работу. Вообще, это главный источник финансирования академии, и ни для кого не секрет, что многие поступают сюда именно из-за этой возможности. Можно сказать, твои старания, твои способности, игра на публику дают тебе билет в нормальную жизнь. Вокруг этого и строится политика академии, тут никто не будет за тобой бегать, никто особо за тобой не следит. Хоть и есть какое-то расписание, нормы, но по большей части ты сам выбираешь, что и в каком количестве изучать, сам выбираешь, с кем связать свою жизнь, сам выбираешь практически все. Поступить сюда не слишком сложно, но после тебя бросают, говоря: «Тут есть все, что нужно, однако найди это сам, покажи, что ты можешь». Странная политика, которую привнес нынешний директор Акира Ватершайн. Но она оказалась чрезвычайно эффективной. Политика естественного отбора «если не сможешь ты — сможет кто-то другой» повысила успеваемость учеников. Первоначально, при таком раскладе было много проблем, много бунтарей и недовольства, но всех исключали, даже не моргнув глазом. Казалось бы, исключили, и что? Но исключение практически приравнивается к печати неодобрения. На тебя будут косо смотреть, с недоверием. Теперь ты, скорее всего, чернорабочий, которому никогда не поручат нормальную работу. Так сказать, без бумажки ты букашка, а с бумажкой — человек. Для нас, мэсов, это как показатель того, что ты адекватен и можешь отвечать за себя, контролировать свою способность. Короче говоря, тебе можно доверять. А теперь вспомним про запечатывание. Исключение на данный момент не только приравняет тебя к низшему классу, но и лишит способности. Такая вот она, политика академии. Потому в начале года атмосфера тут была специфичная. Когда говоришь об этом, звучит как-то серьезно и печально, но на деле все довольно обычно. Не сказать, что тут прямо борьба за выживание. Учеба и учеба, за тобой все равно следят и помогают. У нормальных — свой путь, у дурачков — свой. Есть, конечно, особые забавные моменты, но об этом позже. Разберемся по ходу.

Также стоит отметить, что зачастую командная работа может увеличить твой ранг. Индивидуально он останется С, но командно может быть даже на уровне А, что поможет избежать запечатывания. Найди союзников посильнее, организуй командную работу, покажи, что ты будешь полезен в группе, и шанс возрастет. Главное — дотянуть до выпуска, и успех у тебя в кармане. Ха.

******

Второй день подряд мы просидели допоздна с этими регистрациями и занесением данных мужской половины. К слову, Адам, как я и думала, без особых вопросов принял в нашу команду Элу.

9.Пятница, 10 марта

После первой пары мы все собираемся за конференц-столом.

— Рад, что все пришли, — приветствуя состав, начал президент. — Прежде чем перейти к новостям, мы начнем с официального оформления и принятия новых членов в совет. Вы увидели часть работы, попробовали свои силы, теперь трезво можете оценить, подходит вам это или нет. На ваши плечи ляжет ответственность, поэтому хорошенько подумайте над тем, готовы ли вы идти дальше. После того, как на вашей форме окажется значок, я уже не приму жалобы и не буду закрывать глаза на нытье и сопли. Потому тех, кому данная работа не по душе, прошу встать и покинуть кабинет.

Президент сделал длинную паузу, ожидая отказов.

— Я ухожу, — поднявшись, заявил первокурсник Жан. — Вся эта дичь не для меня.

Совсем не удивлена данным заявлением. Лично мне с самого начала было видно, что его склад ума и характер не подходят для данной работы. У него был какой-то запал поначалу, из-за чего я и промолчала, однако все же столкнувшись с трудностями, парень решил спасовать. Не мне судить, искать себя, в целом, неплохо, но довольно тупо идти в совет, когда заведомо представляешь его работу.

— Хорошо, — совершенно спокойно ответил глава. — Если есть еще желающие покинуть нас, прошу, не задерживайте остальных. Я не буду отчитывать вас или вставлять палки в колеса в дальнейшем, если вы по какой-то причине вдруг обеспокоены подобным.

Когда Адам в хорошем настроении, его слова звучат куда более разумно, он даже кажется приятным и понимающим человеком. Обычно, от его слов возникает чувство давления.

Аутсайдер что-то невнятно, но недовольно бурча, вышел из кабинета. Не знаю, что происходило с ним в эти стажировочные дни, но его мина всегда выражала недовольство.

Все просто молча переглядывались, ожидая продолжения.

— Думаю, мы можем приступить к вручению значков, — оценив ситуацию, обращаюсь я к президенту.

—Хорошо, — глава улыбнулся и кивнул. — Я буду называть имя, а вы подходите ко мне.

Президент открыл ящик стола. Достал коробку. Снял крышку. Вынул первый значок, вызвав к себе Арманда. Вешая каждому на грудь именной значок в порядке очереди, Адам улыбался и произносил что-то вроде: «Добро пожаловать в команду. Давай постараемся вместе на благо академии», каждый раз немного видоизменяя текст. Значка не досталось только Эле. Оно и не удивительно, его просто не успели подготовить. Глава сказал, что вручит его на следующей неделе, не стоит беспокоиться. Также в коробке не было значка с именем Жана. Похоже, президент заранее знал, что парень тут не задержится. Невольно задаюсь вопросом, зачем он вообще тратил на него время, если не планировал принимать? Подозреваю, что Адам хотел показательно исключить парня, повысив важность остальных. Также это скажет, мол, не каждый может стать членом студенческого совета, не будете стараться, вас так же выгонят. Вполне в духе главы.

— Теперь, когда вы все стали полноправными членами совета, перейдем к основному. Если точнее, к изменениям в работе. Вчера вечером вернулся из командировки директор. Мы обсуждали с ним работу, устройство студенческого совета и новости, о которых позже. Поскольку нам не удалось набрать так много участников, как хотелось бы, было выдвинуто новое предложение. Мы временно разделим совет. Как вы знаете, уже долгое время мы с Арквейд работали вдвоем. Наших сил и времени на все не хватало, и мы полностью отказались от участия в жизни второго корпуса. Сейчас там скопилось достаточное количество проблем, в связи с чем я, Арманд и Кай временно полностью переедем во второй корпус и посвятим себя ему. В это время Арквейд будет руководить первым корпусом, а в помощниках у нее будут Нео, Аврора и Эла. Номинальным президентом буду я, однако Арквейд будет обладать всеми полномочиями главы на территории первого корпуса.

Это не совсем то, что я ожидала услышать. Меня, конечно, предупредили, но это совершенно не то, чего я ждала. Быть главой совета — не то же самое, что быть вице-президентом или замом.

Смотрю на реакцию остальных и замечаю некое изменение в гнилой улыбке Нео. Следя за ним, создается ощущение, что он знал, что так и будет. Спустя какое-то время парень переводит взгляд на меня, усмехается и машет рукой так, словно говоря: «Ну что, глава?». Последнее слово в моей голове звучит с некой издевкой. Что за говнюк.

Раньше студенческий совет был устроен так:

Всеми руководил глава через замов. Замы в свою очередь могли либо полностью руководить и давать указания каждому отдельно, либо могли разделить обязанности. Чаще всего выбирался второй вариант. Президент мог решать, обсуждать ли политику академии со всеми членами, своими замами или полностью решал все сам и согласовывал только с директором, ставя остальных перед фактом новых изменений. Однако все планы и решения проходят через директора, перед которым глава отвечает за интересы всех учеников. После осенних событий, когда людей не осталось, долгое время было так:

Собственно, тут и объяснять-то нечего. В данной схеме, как мы видим, положение у Арквейд незавидное. Больше всех работала, отвечая чуть ли не за все. Ее эксплуатировали, как хотели, часто забывая, что девушка-то одна!

Вскоре же все будет так:

Теперь я отчитываюсь перед директором за первый корпус, а глава за второй. Также глава каждую неделю будет проводить собрание, на котором он сможет контролировать всю систему в целом и выражать свое мнение. Он может критично высказаться и даже отменить мое решение. Однако отчитываться и докладывать о планах и изменениях по первому корпусу перед директором все равно буду я. Примерно так объясняет все глава. Для меня это звучит странно и тупо, по сути ничего не изменилось. Только теперь на мне больше работы, да и к директору в гости заглядывать придется. Руководить все равно будет он, хоть и уверяет меня в том, что руки развязаны и я могу вносить изменения.

Мое мнение по данному поводу? По сути я понимаю, что такое позволит вести две политики и решать, какая из них более эффективная, но по факту это игра, где первый игрок всегда в плюсе. Отстой. Не столько важно, что я не знаю, что делать в таком положении, сколько важно то, что я буду получать со всех сторон. Выслушивай от директора, старясь делать то, что просят. Считайся с мнением Адама, который наверняка будет недоволен мной. Мирись с недовольством всех, кто учится в первом корпусе. Они, поверьте, уж вообще не порадуются тому, что теперь босс, которого надо слушать и с которым надо считаться, я. Мое слово, условно, теперь более весомо. И из-за этого веса недовольство будет куда более ощутимо, нежели, когда меня назначили бы замом. Мы же не будем обрисовывать новую схему всем. Для них президент теперь я. Последняя сторона — это мои подчиненные, за чьи поступки и решения я должна буду отвечать. Для меня, человека, который достаточно асоциален и все делает в одиночку, это полный писец. Настроение у меня от такого не портится, но сердце переполняется недовольством.

— Не стоит переживать, это все временно. Можно сказать, пока что на испытательном сроке, — смотря на меня, проговаривает с улыбкой глава, успокаивая.

Говорит так, чтобы не было возможности отказаться? Правда, меня сейчас вообще не спрашивали.

— Да, я понимаю, — отвечаю я.

— Хорошо, — президент кивнул. — А теперь перейдем к новостям.

Новостей как таковых не особо много. Все касалось поездки директора, нового заключенного договора, новых преподавателей, которые приедут сюда в конце марта, и всех волнующая проблема запечатывания, которая пока, как я и думала, остается без решения. В конце глава всех еще раз поздравил, отдельно поздравил меня с назначением, после чего все стали расходиться.

В кабинете остались я и Нео.

— Хочешь узнать, почему я вступил в студенческий совет? — хитро улыбаясь, спросил он и подошел к столу главы.

— С чего такая щедрость? — произношу я с долькой сарказма.

На самом деле мне сейчас нет до этого никакого дела. Зная его, могу предположить, что из-за какой-то амбициозной ерунды. Ждать от него чего-то умного будет ошибкой.

— С твоей помощью я изменю академию. Помогу избавиться от лишнего, — он пристально посмотрел на меня и, опираясь на стол, показал свою пятерню.

Это что? Что-то в духе, мол, смотри какой у меня план? Еще и сказал с такой необычайной серьезностью. Если отбросить мою предвзятость, то кажется даже, что говорит он без всякого сарказма. Но отбросить ее крайне сложно, так что, как я и сказала, опять какая-то ерунда.

— Круто, — без интереса отвечаю я. — Держи в курсе.

Парень поплыл, впрочем, все, как обычно. Я, усмехаясь, собираю манатки и направляюсь к выходу. «Это всего лишь тупые провокации» — говорю себе я, но мой мозг невольно задумывается над его словами. Мне нет никакого дела, однако я нахожу это забавным. Забавно, что привыкаю и предугадываю его поступки. Но через минуту мне эта мысль начинается казаться подозрительной. Что-то вроде: а вдруг мои догадки — часть его плана? Да ладно, это все мое самовнушение. Я слишком мнительна. Что серьезного может вообще произойти? Правильно, ничего. Мир не изменится в любом случае, так что плевать. Другое дело, что это чудовище теперь в моем подчинении. Ха. Да, конечно, будет он мне подчинятся. Как же. А еще его реакция в кабинете и ощущение, будто бы он заранее знал, что меня назначат главой. В таком случае, конечно, его слова об «изменю академию с твоей помощью» приобретают некий смысл. Мол, визуально я глава, но все идеи и реализация на его плечах. Учитывая, что я особо не люблю напрягаться, то такое меня вполне могло бы устроить. У меня-то идей никаких нет. За изменениями я люблю наблюдать, это интересно, но тут есть «но». В таком раскладе парень бы занял супер-удобную позицию, где придумывает он, а реализовываю и получаю за косяки я. Прекрасно, ничего не скажешь!

******

Я решаю сильно не нагружать себя и не думать о том, что будет. К чему переживать? Мой стиль всегда был — плыть по течению и думать по ходу. Может, мне вообще понравится, а? Уйти в любом случае всегда успею. Меня ж не убьют за это. Все только обрадуются, если я ливну. Ха. Я бы на одной вредности могла сидеть на посту назло всем, пока меня саму не выпнут. И знаете, это ведь отличная мысль! Почему я загоняюсь? Они знали, кого назначали. Соответственно, ответственность лежит не только на мне, а также на них. Это их выбор. Действительно. Неправильно было думать, что только я буду всем должна. Нет. Сделаю, что могу, но, если что, вы уж извиняйте, такой вот я человек. Опять все упирается в совесть. Хах. Ладно. Я думаю, сейчас лучшим вариантом будет консультация у предыдущей главы — Селины. На ее опыт всегда можно положиться. Уверена, она тоже особо не порадуется такой новости, но по доброте душевной даст советы, поможет с организацией.

******

В обеденный перерыв я возвращаюсь домой.

Входная дверь слегка приоткрыта. Это не особо меня беспокоит, воровать-то все равно нечего, да и кому воровать то? Я заглядываю в узкий проход и встречаюсь взглядом с Нео, который, закинув ноги на стол, развалился на диване в гостиной. Знаете, меня это совсем не удивляет. Нет, скажу больше, это его стиль, и он мне хорошо известен. До тошноты дебильный, раздражающий, вызывающий, но меня он уже давно не удивляет. Из-за таких, как он, я все больше привыкаю к человеческой тупости и все меньше удивляюсь и проявляю эмоции. Мне иногда кажется, что с самого детства мне жизнь подкидывает людей с причудами. Но сейчас не об этом.

Я прикрываю дверь, выдыхаю и улыбаюсь. Понимаю, что «это» не уйдет, пока не добьется того, чего хочет. И я догадываюсь, чего он хочет. Даже рискнула бы предположить, что в совет он вступил только ради того, чтобы иметь доступ к запасным ключам каждого домика. Больше вызова в действиях, больше! Ха. Пускай желания говорить с ним сейчас у меня нет, как, впрочем, и всегда, но я ждала его хода. Подозревала, что в скором времени могла состояться подобная встреча. Такая предсказуемость меня даже радует.

— Ну-с, уважаемый, какими судьбами Вы у нас? — я захожу в дом.

Иногда мне кажется, что есть у нас что-то общее. Ему так же, как мне, скучно. Только, если я развлекаюсь, наблюдая за странностями других, он ловит фан при помощи азартных игр и манипуляций.

— Не спросишь, как я сюда попал?

Знаете, раньше у него была привычка курить, однако она нарушала правила академии, потому ради нахождения тут он смог ее побороть. Хотя, мне кажется, что по выпуску он вернется к этой пагубной зависимости. Почему я говорю об этом? Не знаю. Просто факт. Что-то же он должен говорить о персонаже?

— Обойдусь своей дедукцией, — я прохожу в гостиную и сажусь напротив, так же закинув ноги на стол.

Какой путь действий вы выберите, встретив такого человека? Приспособиться, игнорировать, поговорить, подраться? Это не мои варианты.

— Помнится, давеча мы имели некую дискуссию насчет присоединения меня к Вашей команде. Все обдумав, я решил принять Ваше предложение, — он быстро перенял мою манеру разговора.

— Действительно? — я усмехнулась, услышав эту глупость.

Моим вариантом было изучение. Такая уж у меня натура. И знаете, судя по всему, я достигла определенных успехов.

— Искренне не понимаю Вашего негодования, — все с тем же прищуром он продолжал смотреть на меня.

— Делайте, что хотите. Команда так команда, я не против, — встаю и направляюсь к своей комнате.

Почему я обратилась к нему раньше? Я довольно критичный человек, и собрать полноценную команду — задача для меня не из простых, вернее подметить, адекватную команду с нормальными в ней отношениями. Он же, пусть и невыносим, но, как я уже и говорила раньше, легко завоевывает авторитет у людей. Я не приемлю его методы, но они эффектны и помогают развиваться, на фоне чего доверие других к нему повышается. Другие почему-то даже и не думают ему противоречить, закрывают глаза на фривольное поведение. Уж за полгода это я хорошо разглядела. В общем, даже из низкого потенциала он при желании смог бы извлечь выгоду, а значит, собрать неплохую команду. Сделает все за меня.

— Постойте, давайте обсудим наши планы.

Я приоткрою вам чуть-чуть занавес моих мыслей. Этот парень думает, что может манипулировать людьми, и его непредсказуемые поступки, поведение, решения и колкие слова располагают к подчинению, однако на мне это не работает. Или, правильнее сказать, уже не работает. Конечно, я, как и прежде, путаюсь в чтении его, но тогда точно знала, что он придет и примет мое предложение. Есть у него дебильные привычки, которые не дали бы ему отказаться от такого моего приглашения. Хотя вот вступление в студенческий совет предугадать я не могла, так как не видела в этом смысла. Тут уместно сказать, с кем поведешься, от того и наберешься. Потому вам не стоит удивляться моему спокойствию в данной ситуации.

— Чего обсуждать? Ты сказал, что хочешь изменить академию. Пожалуйста, используй мои способности, как тебе будет угодно. Или мое теперешнее положение? Неважно. Сообщай мне о своих планах только по мере необходимости. Знаешь ли, в неведении жить интереснее, — я говорю это, не скрывая саркастичной улыбки. — Мало ли я в тебе гения не разглядела? Так удиви меня! Может, ты и репутацию мою сделаешь лучше, чем она есть? А?

От моих слов на лице парня проскакивает мимолетная, едва заметная эмоция удивления, которой мне достаточно, чтобы испытать некое удовольствие от условной победы.

Странно, да?

Наверное, мерзко, но я довольствуюсь чувством превосходства. Сейчас я, условно, смогла общеголять его в его же игре, и мне это приятно. Это, конечно, не отменяет того, что жить с ним — то еще удовольствие. Да и рожа у него все равно мерзкая, воротит от нее, но можно и потерпеть.

— Здорово, — закидывая руки за голову, он откидывался назад на спинку дивана, — но как насчет второй половины моей фразы?

Чтобы не давать шанса на реванш, нужно уметь не вестись на провокацию и деликатно сливаться. Дальнейший разговор все равно будет бессмысленным. Я шла домой не для распрей, а ради обеда. Не хочу портить аппетит.

— Да, кстати, — я на секунду остановилась на лестнице, — даже не думай, что я буду тащить на себе хозяйство и все в таком духе.

Обозначив рамки, спешу удалиться.

******

После полудня продолжился регистрационный забег команд. Количество учеников без команд стало довольно быстро уменьшаться.

10.Суббота, 11 марта

Иногда, когда мне лень учиться или совсем нет настроения, я посещаю практически бесполезные лекции. Чисто так, для отметки. Сегодня это урок медицины. Стоит ли говорить, что научилась на таких занятиях я не многому? Если уж говорить совсем прямо, то ничему.

— Выглядишь уставшей, — не успела я приземлиться на средний ряд, как меня уже приветствует Кейчи.

Это парень Селины, нашей бывшей главы, и мой давнишний знакомый. Он всегда дружелюбно улыбается, даже если у него море проблем. Я бы сказала, что герой он сугубо положительный и довольно простецкий, открытый к общению.

— Да завелся в моем доме один паразит, — выдохнув, отвечаю я.

Знаете, я не хочу описывать сегодняшнее утро или вечер вчерашнего дня. Скажу одно: если Нео продолжит вести себя так, вторгаться в мое личное пространство, то я не гарантирую, что парень останется целым.

— Ты это про Нео? — Кейчи посмеялся. — Ну ты же сама изъявила желание, так сказать. Поначалу всегда тяжело привыкнуть к новым сожителям. Непросто выйти из зоны комфорта, когда так долго жила одна и максимально оттягивала этот момент. Поверь, ты и заметить не успеешь, как привыкнешь, поэтому сильно не…

Мы еще не заносили данные о переселении, а он уже в курсе? К тому же ведет себя совершенно естественно и спокойно, а значит это, что информация стала общедоступной. Кроме того…

— Что, прости? Я сама? — перебиваю я парня.

Мои подозрения сразу же падают на Нео. Очевидно. Кто же еще мог распространить информацию?

— Ты ведь на форуме призвала собирать команды, поторопиться и, чтобы быть примером, предложила вступить к себе Нео.

— А, ну да… — протягиваю я, делая вид, что вспомнила. — Слушай, не одолжишь мне ненадолго свой планшет?

— Да, без проблем, — Кейчи передает мне устройство.

Я захожу на местный форум и вижу, что от моего имени была создана тема. В ней я действительно призывала людей быстрее регистрировать свои группы и приглашала вступить в свою Нео.

«Вот говнюк!»

Невольно я усмехаюсь. Похоже, я забыла разлогиниться на одном из компьютеров студенческого совета, чем он не побрезговал воспользоваться. Теперь понятно, откуда растут ноги и почему в последнее время у нас такой наплыв посетителей. Молодец парень, ничего не скажешь.

Что ж, раз теперь совет пополнился людьми, то мне, пожалуй, нужно выработать привычку стирать за собой данные. И историю чистить надо не забывать тоже. Ха.

******

В начале учебного года, когда я только вступила в студенческий совет, мне поручили несложную работенку — распределить учеников по домикам. Основная масса была уже заселена, и мне всего лишь нужно было заселять вновь прибывавших учеников. По инструкции я должна была поговорить с учениками, спросить, хотят ли они жить с кем-то, есть ли у них тут знакомые или предложить свободные (если таковые имелись) домики, найти лучший вариант. Но это, конечно же, не мой метод. Я подселяла учеников к другим. Селила к одной девушке четырех парней или наоборот, к парню девушек. Знакомила робких дам с оторвами, ну и, в общем, развлекалась, как могла. Конечно, стоит отметить, что все это часто происходило без ведома других жителей домика. Приятно представлять, как кто-то выпадает в осадок от того, что после пар приходит домой, а там уже три новых соседа, о которых он и знать не знал.

Вы спросите меня, к чему это я веду?

Рассказываю.

Прихожу я, значит, домой после сокращенного дня. В гостиной в своей коронной позе в развалку сидит Нео, а на кухне хозяйничает Эла. Эта девушка теперь, конечно, человек для меня не новый, но ощущение все равно странное. Дом будто бы теперь живет своей жизнью.

Я в ожидании объяснений молча смотрю на гостью. Та улыбаясь рассказывает мне о том, что я выглядела удрученной, потому она решила приготовить что-нибудь вкусное, чтобы порадовать меня. Говорит, что отпраздновать назначение было бы тоже неплохо.

Что это екнуло? Сердце? Неужто радость от такой заботы и искренности? Милая женщина на кухне. Великолепная картина, от которой наконец-то в моей душе расцветает весна. По телу разливается тепло, а мир начинает приобретать краски. Шучу. Нет. Такое меня не трогает. Однако врать не буду, поесть вкусно я люблю, потому, всего лишь проронив безразличное «понятно», направляюсь в свою комнату, чтобы переодеться.

******

Я сижу напротив Нео, а сбоку Эла. Перед нами тарелки со спагетти с морепродуктами в сливочном соусе. Выглядит довольно аппетитно.

— Морепродукты? — негромко, скорее у самой себя, интересуюсь я.

В моем списке нет таких пунктов, а это значит, что девушка, похоже, принесла их с собой. А свин этот из продовольствия помимо чипсов ничего не притащил.

— Да, я их очень люблю, — скромно отвечает Эла.

— Я как-то раз заказывала морепродукты, готовила. Не к столу сказано, но на вкус все было как блевота, — делюсь воспоминаниями я. — Серьезно, какая-то готовая смесь, нужно было только пожарить. Ну и сыра натереть сверху. Но, по-моему, от этого только стало хуже.

Неудачный опыт. Подобное теперь не заказываю. Только что-то простое и избитое.

— Кажется, где-то была допущена ошибка, — девушка широко заулыбалась. — Конечно, подобные продукты не всем по вкусу, но я постаралась сделать универсальное блюдо, в котором морепродукты дополняют вкус, а не составляют его основу.

Я ничего не отвечаю, только смотрю на Нео, который уже начал есть. Следую его примеру и пробую блюдо.

— Довольно вкусно, — делаю комплимент, так как вижу, что от меня после таких слов ждут вердикта.

После просмотра нескольких кулинарных шоу в моей голове автоматически продолжается оценка. Что-то вроде: «Нежнейшее мясо просто тает во рту. Идеально проваренная лапша. Специи. Просто божественно». Эх, отпусти меня, деградация.

— Вот видишь, ты уже улыбнулась, — гостья пытается быть дружелюбной, чтобы пропала эта странная атмосфера.

Я кошусь на девушку, которая с улыбкой смотрит то на меня, то на Нео. Подозрительно все это. Вроде ничего особенного, но меня не покидает какое-то странное чувство. Чувство неловкости это или что-то другое? Сложно понять, но мне и вправду ужинать вот так не слишком комфортно. Нео молчит, а я не знаю, о чем поговорить. Нет тем и желания. Становится не по себе и хочется уйти, но обижать эту невинную душу не хочется. Тупая ситуация.

— Арквейд, ты ведь можешь по движениям определить, говорит правду человек или врет? Мне просто интересно, как это по ощущениям. Как это происходит? Это кажется очень занятной способностью, но я лично не представляю, как она работает.

Этой темой Эла, видимо, пытается завести беседу, ведь мы только и делаем, что едим, молча уткнувшись в свои тарелки да периодически переглядываемся. Это, полагаю, рождает в ней чувство неловкости.

— Не могу сказать, что чувствую что-то особенное...

Я сама особо над этим никогда не задумывалась. Сила все-таки у меня с самого рождения.

— Я поясню, — вклинился Нео, перебив меня. — По сути, ничего особенного на первый взгляд. Ее уровня может достигнуть любой человек, который хорошенько изучит книги по психологии и будет обладать аналитическим складом ума. Но у нее есть особенность, которую я заметил. Она кроется в ее глазах. Ее глаза подмечают любые, абсолютно все детали, будь то движение рук, ног или мимолетная улыбка, изменение взгляда, изгиба бровей, но при этом ей не нужно быть сосредоточенной. Глаза сами собирают информацию и посылают ее в мозг как констатацию факта, а там она уже решает, как с ней поступить, поверить или нет. Но это, конечно, лишь мои наблюдения, догадки.

Тоже мне умник нашелся. Решил повыделываться перед дамой? Ха. А той, похоже, это даже и нравится. Слушает с таким интересом. Впрочем, до этого может дойти любой, кто долгое время будет видеться со мной, ничего особенного.

— Вот как, это довольно круто, — Эла посмотрела на меня и улыбнулась.

Ее улыбка выглядела почему-то раздраженной. Похоже, она чем-то недовольна. Мной?

— Да, только есть у нее изъян. Можно обойти эту способность. Довольно трудно научиться этому, но система в целом простая. Веди себя так, как не повела бы. Вот, к примеру, ты сейчас на секунду, задумавшись, направила взгляд вверх и прищурилась. Видимо попыталась что-то представить. Поменяй эту привычку на другую. Например, так же улыбайся и смотри живыми глазами на нашу Арквейд, и она не сможет понять, что ты о чем-то таком думаешь. Можно считать ее игроком, который следит за своими соперниками, читает по мимике лица и знает их мысли наперед. Да только игрок еще зелен, потому провести его не трудно.

Скомкано, сумбурно, но отчасти он прав, пускай и не до конца. К этому я и мои глаза со временем также приспосабливаемся. Если хочешь врать постоянно, то придется придумывать новые фишки, потому что старые перестанут работать. Вообще, старайся я развивать свою способность, может, и подобное бы не прокатывало. Но, как бы это ни было глупо, я над ней не работаю вообще.

— Это правда? — Нацукаши посмотрела на меня.

— Наверное, — небрежно ответила я, пожав плечами.

Кажется, я понимаю, почему она выглядит раздраженной. Нео вообще довольно сложно разговорить, а с ней он сам вписался в диалог и при этом пускай еле заметно, но улыбается. Конечно, это улыбка от того, что он видит мое недовольство, но не суть... В общем, кажется, что приход сюда ради меня был только предлогом, а на деле она тут ради этого свина. Гостья часто поглядывает на парня, а когда я встречаюсь с ней взглядом, вижу некую раздраженность. Картина сама собой легко складывается в голове. Похоже, у нас завелась мазохистка. Ха.

— Кроме того, есть еще один косяк. Способность сильно зависит от ее эмоционального состояния. Если она неспокойна, то ей будет тяжелее анализировать поступающую информацию. В дело вступит, к примеру, импульсивность. Арквейд не сможет трезво разобраться и впоследствии примет неверное решение. То есть, ее глаза дают голый каркас, а что она из него слепит, решают аналитические способности.

Да, моя сила завязана на сомнении. Чаще всего я точно все знаю, но есть немало людей вроде Нео, где не скажешь, врет он или играет? О чем думает на самом деле? Может, он вовсе пытается тебе навязать ложные мысли? Не стоит также исключать индивидуальность и наличие людей с девиантным поведением. А для мэсов иметь странные наклонности и вовсе обычное дело. Короче говоря, способность у меня такая себе.

— Так вот почему глава всегда такая угрюмая и однообразная.

Я однообразная? Интересный вброс. Ха. Если ты про коридоры и улицы, то это простая социальная маска. Не думаю, что ты, подруга, будешь рада увидеть, что скрывается за ней. Но такое знакомство может быть неизбежно, если нас ждут длительные отношения. Просто меня-то общение как таковое не особо интересует. Я не этот ваш экстраверт.

Я, что, только что начала набивать себе цену?

Неважно.

Вернемся к Нацукаши.

Похоже, она раздражена тем, что предмет ее воздыханий так много знает о другой девушке. Да и речь он ведет так, словно хвастается своими наблюдениями. Для Элы это, наверное, выглядит, словно он посвящает мне и моему изучению много времени, то есть, проявляет интерес, симпатию. Хотя, конечно, такой стиль речи и надменное хвастовство призваны лишний раз побесить меня, но она-то этого не знает, не понимает.

— Спасибо большое! Было вкусно, — поднимаясь из-за стола, беру в руки тарелку. — Простите, что оставляю вас, но у меня есть еще дела.

Я ж баба не глупая. Где моя скромность? В общем, пусть воркуют, а я пойду

— Я тебе помогу, — Эла начинает подниматься.

— Я сама справляюсь и тарелку за собой смогу убрать тоже, не переживай, — проходя мимо, кладу руку на ее плечо и слегка похлопываю.

Быстренько мою тарелку, еще раз говорю излишне вежливой мисс, что мне помощь не нужна, благодарю за ужин, а после вынужденно удаляюсь на прогулку.

Любовь — это, конечно, хорошо, но как мне относиться к этой паре? Хорошо было бы, если бы девушка избавила Нео от его дурных привычек. А если произойдет наоборот? Тогда мне станет ее жалко. Очень милая, привлекательная, способная ученица. Хорошо готовит и, наверное, есть еще плюсы, о которых я не знаю, а симпатизирует такому ущербу. Вот уж действительно — любовь зла. Это так иронично.

******

Возвращаюсь домой. Никого нет. Поднимаюсь в комнату. Сажусь за компьютер. По привычке открываю ящик. И тут я обнаруживаю, что кто-то покопался в моих вещах. На первый взгляд все круто. Все лежит на своих местах, однако я всегда подгибаю угол последних бумаг так, чтобы они упирались в заднюю и правую стенку ящика, соответственно, если их тронуть, то угол выпрямится. Зачем я это делаю? Эта привычка осталась с подростковых лет. У отца не было времени, и за мной ухаживали, следили, воспитывали разные няни. Короче, я не любила, когда копались в моих вещах, и хотела знать, когда это происходит. Сейчас в моих вещах нет ничего важного и интересного, но подобное наталкивает на мысль о том, что, похоже, пора ставить себе в комнату замок. Надеюсь, что теперь он доволен и успокоится?

Последним у меня лежал конверт, который я получила на день всех влюбленных. На нем красиво было выведено слово «Арквейд». В тот день, начитавшись говна в адрес разных людей, я открывать его не захотела. Мало ли что внутри? Я личность, все-таки, не самая приятная. Имя на конверте это все же не что-то вроде слов «Я люблю тебя». Проводя ногтем под язычком, я распечатываю конверт. Раз уж попался мне на глаза, решаю прочесть.

Вопреки мои сомнениям, это действительно оказалось письмо с признанием в любви. В целом, ничего необычного. Этот человек влюблен меня с самого поступления. Ха. Мило и вместе с тем немного жутко. Имени моего возлюбленного тут, естественно, нет. Я бы могла запариться и начать сравнивать почерк с почерком всех учеников и найти того самого, но что с этим делать потом? Наверное, многим было бы приятно получить такое, а у меня от этого возникает лишь чувство обузы. Тяжело вздохнув, я небрежно кидаю конверт с письмом обратно в ящик.

11.Воскресенье, 12 марта

С утра я пишу Селине и договариваюсь о встрече. Вопросов у меня, в принципе, не так много, главный среди всех: «C чего начать?». Предположительно я уже и сама на него ответила, но хочется получить подтверждение.

К 11:00 я подхожу к ее домику и стучусь. Никто не открывает. Это довольно странно, Селина — пунктуальный человек. Постучав еще пару раз в пустоту, я сажусь на ступеньки и жду.

«Эй, Арквейд, как насчет телефона?»

Смиритесь, я им не пользуюсь и причину объяснять не буду. Причина просто не одна, их довольно много. Каждый раз, когда меня кто-нибудь спрашивает о том, почему у меня нет телефона, я выдумываю новую.

Проходит пятнадцать минут.

Я хоть и стараюсь следить за собой, но ухаживать за своей внешностью мне не особо нравится. Вот уже волосы достаточно длинные, надо бы обрезать. Не люблю стричься. Мне нравятся длинные волосы, но с ними много мороки. С моими желаниями нужно постоянно подравнивать кончики, чтобы сохранять одну длину, но лень штука такая, вроде стрижка занимает пару минут, а ощущение, что весь день. Для таких случаев, конечно, всегда можно использовать прическу — хвост.

Завязыванием хвоста без резинки я и решила заняться, пока нечего делать. Да только это не особо много времени заняло…

Не то чтобы это было бы какое-то откровение, но знайте — когда девушке скучно и нечем занять себя, она начинает думать, что бы такого сделать со своей внешностью. Ха.

Спустя еще пятнадцать минут подходит Селина. По правде говоря, не знаю, сколько времени я тут сидела, ведь у меня и часов нет. Сужу чисто так, по солнцу и ощущениям. Возможно, на самом деле прошло всего десять минут, и я тот еще нагнетатель. Придется вам поверить мне на слово.

Бывший президент извиняется, рассказывает о том, что ее команду срочно вызвал преподаватель. Говорит, не рассчитывала, что это надолго.

— Ничего страшного, — отвечаю я.

Заходим в дом, она начинает заваривать чай, спрашивая, к чему такая срочная и внезапная встреча. Я обрисовываю ей ситуацию и говорю, что с понедельника стану главой первого корпуса. Она по-доброму улыбается, некоторое время смотря на меня.

— Это не очень хорошая идея, Арквейд, — произносит Селина. — Наверное, не совсем красиво будет с моей стороны говорить подобное, но тебе лучше бросить все и уйти из совета. Ты большая молодец и сделала куда больше для совета, чем я могла ожидать, но все когда-то должно заканчиваться. Ты уж не обижайся на меня за такие слова.

Не то чтобы у нас с ней плохие отношения, просто в ее глазах я максимально халатный человек. Мне хватило навыков красноречия, чтобы пройти в совет, но вот навык доблестно трудится не завезли. Из ее уст я часто слышала фразы, контекст которых был «жалею о том, что приняла тебя». Тем не менее, она была мила и не исключила меня. Так, я вполне понимаю, что для нее это может выглядеть, как катастрофа.

— Адам бы с тобой не согласился, — иронично подмечаю я. — Я думаю, справлюсь, наверное.

— Адам, значит? — она безысходно выдохнула. — Уверена, что он рад этому?

— Неа, не уверена, — я усмехнулась.

Он, конечно, улыбается, поддерживает меня и все такое, но есть ощущение, что в глубине души парень не особо в восторге. Скорее президент просто убедил себя, что все будет в порядке, и он все контролирует. В конце концов, мы много работали вместе, держали все вдвоем, и Арквейд знает, что надо делать.

— Я всего лишь хочу уберечь тебя от ошибки. Тебе не подходит эта должность, будет тяжело с ней справиться, — заботясь не то обо мне, не то об участи студенческого совета, говорит девушка. — Ты ведь понимаешь последствия этого выбора?

Ох, уж это давление. Я уже все решила. Максимум, что меня ждет в случае обсера, это порицание, выговоры и осуждающие взгляды. Как хорошо, что в этом плане Селина меня уже успела натренировать. Ха.

— Все понимаю. С тобой сложно не согласиться, но попробовать-то можно, да? Я все-таки не просто так к тебе зашла. Пришла, чтобы набраться опыта. Росту и работаю над своей личностью, — вру как дышу. — Рассчитываю на помощь, поддержку и понимание. Ошибки были, но они учтены.

— Попробовать, значит… — подчеркнула она крайне недовольно мои слова.

Хотите сказать, что я подведу миллионы людей своей игрой в президента, да, госпожа? Может, Вы, конечно, правы, и с психологической точки зрения для меня это может быть проблемой. Я все-таки по большей части была исполнителем и находилась в тени, а тут, знаете ли, выход в свет и все такое. Нужно иметь авторитет и быть уважаемым человеком. Такая ли я? Нет. Вот по сути главная проблема, которая будет на меня давить. Однако решение уже принято. Меня это не волнует. Прозвучит тупо, но неверие других в мои силы меня раззадоривает. Это как своеобразный вызов. А так есть как минимум три причины, почему я не могу покинуть студенческий совет.

Первая — это интересно. Моя способность мне подходит, она мне нравится. Наблюдать — это мое. Способность, конечно, топорная, в смысле с ней нет особых перспектив. В отличие от других учеников мне некуда развиваться, мой потенциал будет расти с опытом. Все. Других вариантов нет. Мне незачем быть учеником этой академии, она мне не особо поможет. Я уже прекрасно понимаю, какое меня ждет будущее, кем и где потенциально я буду работать, и это меня устраивает. Мэсы с пассивными психологическими способностями не пользуются популярностью в академии. Большинство из них берут в команды шестым слотом, как довесок. Там они развивают свое тело, а не способность. Что в пять лет, что сейчас способность никак не изменилась, нет прогресса. Наверное, печально, но она всегда статична. Как вывод, мне не поможет учеба, а в студсовете я полезна, и меня он развлекает. Можно побывать в таких местах и стать свидетелем таких сцен, которые обычным ученикам недоступны.

Вторая — деньги. Они практически сравнимы с обычной минимальной зарплатой. Зачем деньги, если академия и так обеспечивает учеников всем необходимым? Банально. Маленькая девочка хочет быть самостоятельной. Есть в этом пункте еще одно. Но это останется моей маленькой тайной.

Третья — саморазвитие. Тут и объяснять ничего не надо. Работа настолько разнообразна, что позволяет выработать уйму навыков в разных сферах, которые так или иначе могут пригодиться в будущем. Это будут ценить. Это пойдет в плюс при трудоустройстве. Неважно, что я на самом деле не планирую работать. Факт остается фактом.

Четвертая — домашний компьютер! Да. Для работы нам выдают компьютеры домой. Использую ли я его по назначению? Ну да, бывает, использую. Не будешь в совете — компьютер придется вернуть! Понимаете, да?

Если что, этот пункт основополагающий, но давайте сделаем вид, что он не так важен, хорошо? Хочется выглядеть в глазах других более возвышенным человеком.

Можно и пятый пункт вытащить. Мол, своеобразное обещание помочь Нео, но это такое. Не буду обманывать себя и вас, мне как-то по барабану. Да и пункта изначально было всего два. В общем, причины у меня есть.

Несмотря на скептицизм и легкое недовольство, Селина берет бумагу и, проговаривая, расписывает все по пунктам. Объясняет мне всю подноготную, советует, с чего лучше всего начать, а что отложить на потом. В процессе у меня рождаются мысли, как можно распределить всю работу.

Бывший президент сильно мне помогла, пусть и в конце мы вернулись к начальному разговору. Она настоятельно просила меня подумать о своем решении. А у меня уже есть крутые идеи. Возможно, пост главы не так плох, как я думаю, и, приложив немного усилий, я смогу делать еще меньше работы, чем делаю! Это ли не счастье? Ха.

******

Я не спешу возвращаться домой, а решаю сделать кружок вокруг академии, чтобы обдумать и уложить всю полученную информацию. По пути на аллее я вижу Фуджишими с каким-то парнем. Девушка что-то с ироничной улыбкой говорила ему, а потом ее собеседник развернулся и с крайне недовольным лицом пошел в мою сторону. Он прошел мимо меня, направившись в жилой корпус. Я проводила его взглядом, а потом посмотрела на Фуджи. Она, выдыхая, со странной улыбкой на лице потерла в области лба, а после приветственно махнула мне рукой.

— Что-то случилось? — подойдя, интересуюсь я.

— Да нет, — девушка усмехнулась. — Я просто сказала ему, что он гандон.

Интересно.

— О, Фуджи, да ты оказывается поэт! — восхищаюсь я.

— Да, иногда приходится, — улыбка на ее лице говорила о том, что мое снисхождение она оценила по достоинству.

Кажется, я понимаю, в чем тут дело. Сможете угадать? Если читаете по второму кругу, то я наверняка уже все рассказала в одной из глав, и тогда вы точно угадали. Поздравляю!

— Извиняться планируешь? — интересуюсь чисто условно я.

Сочувствие к парнишке проснулось. Но оно не сильное.

— Не знаю… — протянула Фуджино. — Пока настроения на подобное нет.

— Нет, ну я-то точно судить тебя не стану, — с иронией отвечаю я. — У тебя в отличие от меня хотя бы более обоснованная причина. Это я невоспитана, нетерпима, недипломатична и глупа.

Правда, я не опускаюсь до прямых оскорблений, скорее просто люблю подтрунивать. Но нынче все это любят делать, как я погляжу. Или это просто в интернете так модно.

— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя необычный голос? Действительно выделяющийся на фоне остальных, — внезапно девушка решила сменить тему. — Я, знаешь ли, нахожу его по-своему очаровательным и сексуальным.

Кто-то точно говорил, что он своеобразный, но такого деликатного уточнения я еще не слышала. Ха.

— Ты первая, — отвечаю я, — но к чему ты говоришь это?

— Да просто, слушала тебя сейчас и снова подумала об этом. Вот решила, что подходящее время сообщить о своих мыслях. Захотелось мне просто, — Фуджишими усмехнулась. — Просто ты так осуждала себя, перечисляя негативные стороны, что я решила внести позитивный момент. И раз уж никто тебе такого не говорит, то я попала в цель, найдя уникальный плюс.

В дело пошли плюсы из разряда «когда не могу найти позитивных черт»? В целом это не так плохо на самом деле. Я тоже один такой знаю о ней. Однажды заметила, задумалась и уже не могу это развидеть и не думать об этом.

— Спасибо, — я широко улыбнулась, собираясь ответить ей тем же. — А у тебя очень четкая нижняя часть головы. Ну, то есть, отличный нос, скулы, подбородок, красивые губы. Тебе бы их красным накрасить и есть на камеру всякое разное. Если ты видела хоть раз эти видосы, то должна понимать, о чем я говорю. Там как раз только эта часть лица и шея с руками.

Мы несколько раз обедали вместе, и тренды интернета разных стран я люблю посмотреть. Теперь вы понимаете, откуда взялась эта мысль.

— И что? Подобное популярно? — приподняв брови, выражала сомнения моя подруга.

Я сама не понимаю, кому это впирает. АСМР-извращенцы. Или просто извращенцы. Не в укор сказано. Я лично рада, что в мире есть место всему и на все есть какой-то спрос. Это круто.

— Насчет Сампии не уверена, но определенно есть страны, где это пользуется большим спросом. Последнее время мне почему-то часто рекомендует подобные видео. Стоило один раз открыть и все, попала в ловушку. А основной плюс в этом деле это то, что говорить не надо. Главное — разнообразие еды и умение жевать. А у тебя эта часть прямо секс. Достойных конкурентов тебе я не встречала еще. Пора врываться.

— Хочешь сказать, что можно хорошо заработать? — Фуджи выделяет главное.

— Конечно. Интернациональный контент, так сказать.

Талант, которому действительно можно позавидовать. Хах.

— Возьму на вооружение.

Это значит, что ничего делать не буду. Легко было понять это.

— Зря ты так. Поизучай. Я ведь серьезно говорю.

Правда, не знаю, зачем я упорствую. Вдруг она сделает, а я потом буду спрашивать себя, почему это реализовала не я? Такое ведь уже со мной случалось. Я как-то давно, еще в школьные годы, по приколу сказала, что скоро будут просто читать мемы с картинок монотонным голосом и это будет трендом. Кому такое говно может быть интересно, когда у тебя уходит секунда на то, чтобы прочитать самому? Идиотская идея, подумала я и не придала ей значения, хоть и задумалась о том, что, может быть, стоит попробовать. И ЧТО Я ВИЖУ? Спустя два года миллионы просмотров на видосах, где чел читает мемы. Просто читает, без комментариев, смеха и прочего. До сих пор не могу простить себя за это упущение и успокоиться. Моя больная тема.

— Просто знаешь, комплимент весьма необычный, — девушка улыбнулась.

— Я понимаю, да. Твой из этого же разряда, разве нет? Ха.

— Не значит ли это, что ты часто смотришь на мои губы? — чувствуя атмосферу разговора, Фуджи решила не упускать инициативу и попыталась меня подколоть. — Думаешь о поцелуе, да?

— Конечно! — подтверждаю я. — Да кто бы, смотря на эти губехи, не думал? А?

— Твой ответ меня устраивает, — ее улыбка стала широкой.

Вот так я легко сбавляю градусы. Правда, это работает только с ней. Другие скорее не поймут.

— Ага.

А главное, что так можно легко скрыть правду. Хах.

— Я тут слышала, что тебя новым президентом назначили. Поздравляю!

Почему мне всегда слово «поздравляю» кажется каким-то едким? Может, я сама себя убедила в том, что все в этом в вопросе надо мной угорают?

— Откуда слышала? — интересуюсь с подозрением я.

Мы решили до понедельника не публиковать эту новость и не распространять информацию. Кто же тогда такой болтун у нас? В таком случае, полагаю, слухи расползаются быстро, и об этом уже знают если не все, то многие.

— Да так, птички напели, — уклончиво отвечает Фуджино.

— Птички напели, значит? — покачиваю осуждающе головой. — Ладно. Понятно.

— Так какие у тебя, будучи президентом, на меня планы? — серьезно поинтересовалась девушка, посмотрев в мои глаза.

Довольно необычный вопрос. Понимаю, что он с намеком, но я не особо догоняю.

— Хочешь, чтобы я провела реформу арены? — предполагаю я.

У президента в этой академии есть особые полномочия. Он может влиять на политику академии и вносить крупные изменения. Так, возможно, все переживают из-за этого, считая меня тем еще дураком? Мол, наделает ерунды. Но это все происходит с одобрения администрации и директора. Так о чем переживать?

— Ладно, я пойду, — произнесла она после минуты молчания, с загадочной улыбкой на лице.

— Постой, постой, — я хватаю Фуджи за предплечье. — Признаю, намека не поняла, но кто бы его понял?

— Помнишь, как-то давно, в середине осени, мы говорили с тобой о том, что бы ты сделала, если бы стала президентом? И что бы сделала я? — девушка посмотрела на мою руку, после чего снова повернулась ко мне лицом.

— Довольно смутно, — копаясь в воспоминаниях, произношу я. — Нет, я помню, что такой разговор был, но сути не помню. А что, была какая-то дельная мысль? Что-то хотела сделать с твоим участием? Если это что-то важное, скажи!

Хоть убейте, не помню. Много времени прошло, всего уже и не упомнишь. Особенно, если это, как сегодня, говорилось в шуточной форме. Где важное, а где просто рофл, не всегда поймешь.

— Арквейд, — уголки ее губ как-то самодовольно слегка приподнялись, после чего она наклонилась к моему уху. — Я тут стырила силу у вашей новенькой — Элы. В общем, у тебя есть день, в течение которого, если она даже захочет, то сбежать не сможет.

— Чего? — я негодующе покосилась на свою собеседницу. — Что за намеки такие?

По-моему, она уже просто издевается.

— А еще смотри, что умею, — ее настроение и тон голоса резко изменились на более позитивные.

Она лицом ко мне стала перемещаться назад. Отдаляясь каждым скачком на пять метров, она слегка смещала поднятую руку. Получалось так, будто бы она, покадрово скрываясь в закате, медленно махала мне рукой на прощанье.

Вот же ж странная баба. Озадачила меня. И не понять сразу серьезно, что-то я ей пообещала тогда или она просто стебануться надо мной решила? Мол, специально, чтоб я думала и гадала. Заставляет думать о том, что моя компания не идет ей на пользу. В первые месяцы нашего общения она казалась мне куда более скромной. Или это просто привыкание так раскрепощает? Да уж, внатуре, женщина, оставляющая вопросы.

******

— К бывшей главе ходила? — по возвращению ко мне прилипает Нео.

По выражению его лица я ясно понимаю, о чем пойдет речь. Парень беспокоится о том, не отговорили ли меня? Ой, как мило.

— Не переживай, я не собираюсь отступать, — не скрывая иронии, отвечаю я.

Мы перекидываемся еще парой предложений бессмысленных, после чего я поднимаюсь к себе в комнату. Записываю свои идеи и предположительно раскидываю обязанности между участниками совета.

******

Вечером мне пишет Адам о том, что значок для Элы готов. Похоже, завтра президент уже будет во втором корпусе, а толкать речь вроде «Давай постараемся вместе» и пожимать новенькой руку придется мне.

12.Понедельник, 13 марта

Понедельник — по всемирным неписаным правилам это лучшее время для новых начал. Адам уже забрал свои вещи, и я занимаю его место и кресло главы. Вроде бы нет в этом ничего необычного, но испытываю странные чувства от того, что перед моими глазами, как на ладони, весь кабинет и новые члены совета.

— Доброе утро, господа. Как вы знаете, теперь глава первого корпуса я. Сейчас мы будем распределять обязанности. Первично их будет немного. Как попривыкнете, я начну увеличивать нагрузку. Буду постепенно видоизменять вашу деятельность, координировать, так сказать, — стараюсь говорить громко, четко и ясно, как это делали предыдущие главы. — Все понятно?

Все бывшие президенты, которых я знала, говорили подобным тоном и образом. Я никогда не задумывалась над тем, является ли это какой-то негласной нормой. Наверное, нет, просто все копируют. Стоит, пожалуй, задуматься над переменами. Не хочу быть важным командиром. Не мое это. Раз уж мне взаимодействовать только с этими ребятами, то можно и как-то попроще.

— Да, — отвечают мне не очень дружно девушки.

Точно, коллектив у нас выходит женский. Вернее сказать, рабочий коллектив. Нео у нас, судя по всему, будет выполнять чисто декоративную функцию. Если представлять парня в виде игрушки, то его купили бы чисто из жалости для того, чтобы посмеяться или подарить тому, кого не любят. Кто же интересно нас так не любит, что подкинул нам это?

— Хорошо, но прежде чем приступить к рабочей части, начнем с приятного. Эла, прошу, подойди ко мне, — я беру в руки значок и, улыбаясь, вешаю его на грудь девушки. — Не буду скрывать, у меня на тебя большие надежды. Давай поработаем на благо академии вместе!

От этих слов по моей спине пробежали мурашки. Ужасно звучит, когда ты сама это произносишь.

— Спасибо, — пожимая мою руку, Нацукаши немного смущенно улыбалась. — Я сделаю все, что в моих силах.

После поздравления девушка хочет вернуться на место, но я останавливаю ее и разворачиваю лицом к другим участникам.

— Сразу перейдем к рабочей части и начнем с Элы. Она будет лицом первого корпуса, — я немного поправляю челку девушки, чтобы та выглядела милее. — Ты у нас будешь представлять интересы студенческого совета, общаться с журналистами, публикой и выступать.

— Но... — растерянно начинает возражать девушка.

— Порядок! — перебиваю ее я. — Ты, Эла, у нас красавица, студентка, пионерка, комсомолка. Хоть поначалу будет непросто, но, думаю, ты справишься. Всем всегда нужно время.

Кто сказал, что президент обязан представлять академию? Никто! Мой совет — мои правила. То, что мне не нравится, то, что мне не по душе, я могу переложить. Я не обязана придерживаться классики, вот что я поняла вчера.

— Пионерка? Комсо-что? — негромко произносит Аврора, пытаясь понять мои слова.

— Не знаю, так один мой сосед по лестничной клетке, когда хвалил, говорил, — вспоминая, с улыбкой говорю я. — Честно сказать, дядька в целом был странный. Его потом окончательно шиза хватила, и закрыли мужичка... Ну да это сейчас неважно. В общем, Эла, ты девушка привлекательная, милая и, самое главное, улыбчивая. Мне нравится то, что на твоем лице всегда легкая непринужденная улыбка. Это располагает. Думаю, с этим никто не поспорит. Да? Ты приятна в общении, и есть у тебя харизма, что ли. Вот. Это важно. Смотреть на тебя всем будет приятно. Хорошее мнение о студенческом совете повысит наш авторитет, ну и, что немаловажно, привлечет новых членов в будущем.

Вот так я решаю проблему публичности. Это избавит меня от выступлений и толкания речей. Никого не будет тригерить моя недовольная рожа или тупые неловкие шутки.Это ведь моя главная проблема. Да, Селина?

— Если ты считаешь, что так будет лучше, то я, конечно, попробую... — неуверенная в своих силах девушка соглашается.

Если соглашается и не отпирается, значит, просто переживает, а не боится публичных выступлений. Это главное. Это значит, что она справится.

— Неуверенность — это нормально, когда речь идет о том, чем ты никогда раньше не занималась. Я вижу, что это то, что тебе подойдет и будет лучшей сферой для набора опыта, за которым ты пришла. Сама не заметишь, как привыкнешь и забудешь о волнении. Тексты, конечно, писать тебе буду я, так что с этим проблем не будет. Да и в общем-то ты всегда можешь сымпровизировать, я не буду против, скорее даже за. Мои тексты для тебя должны быть скорее опорой, — я делаю паузу и смотрю на листок с планом, а после, не теряя времени, пихаю Нацукаши инструкцию. — Также на тебе будут все кружки и арена. Вернее, еженедельные отчеты о сражениях. Причина та же — харизма, тебе легче найти общий язык. Тут все подробно написано: что, как и где делать. Кроме того, первое время я похожу с тобой и помогу. Не думаю, что тебе будет сложно. Я подумала и решила, что с твоей силой обходы будут занимать меньше всего времени, наставишь меток и будешь летать туда-сюда.

— Правда, метки действуют всего полтора дня, — с улыбкой рассказывала она о своем недочете.

Учитывая, что раньше кружками вообще никто толком не занимался, и они по нужде сами приходили, то наличие того, кто вообще будет интересоваться их жизнью, уже огромный прогресс. В этом направлении ее ждет немало «интересной» работы. Хах.

— Косяк, конечно. Но ты все равно лучше нас всех подходишь для этой работы. Не переживайте, я каждому из вас помогу. С каждым поговорю отдельно, потому хотя бы попробуй. Просто начни двигаться в этом направлении, и все будет получаться.

— Конечно, я не отказываюсь, — Эла одарила меня лучезарной улыбкой, полной понимания. — Сделаю все, что смогу. Я много слышала разного от кружков. У меня даже есть кое-какие мысли по этому поводу и предложения по улучшению.

Вероятно, я не замечаю, но сама проявляю какую-то неуверенность, потому что чувствую, как эта девушка пытается подбадривать меня. Это проявляется в том взгляде, с каким она смотрит на меня. Как мило. Эта честная мимика прекрасна для работы. Если такой термин, конечно, можно применить к мимике. Ха. Попросту говоря, ее мысли соответствуют ее поведению и словам. Из этого могу сделать вывод, что человек она добрый. Ей ученики захотят доверять, смогут говорить, как с другом. В работе с аудиторией это огромный плюс.

— Хороший настрой, — я усмехнулась. — Можешь уже вернуться на место.

— Спасибо, — усаживаясь на свое место, ответила девушка.

— Перейдем к Авроре, — я беру в руки лист, предназначенный для упомянутого члена совета. — Ты будешь моей правой рукой.

— Но это слишком для меня, — спешила ретироваться сразу девушка

Робость — это прекрасно, но мы будем работать над тем, чтобы ее становилось меньше. Адекватность, разумность и базовая рассудительность — ее сильные стороны, и этого более чем достаточно.

— Говоря это, я не имею в виду большую ответственность. Просто я планирую в основном заниматься бумажной работой и находиться тут. Так вот и ты по большей части будешь находиться здесь и иногда подменять меня. Будешь принимать гостей, консультировать, работать с бумагами, сайтом, заносить данные, делать публикации и выполнять мои мелкие поручения, — я протягиваю ей бумагу с инструкциями. — Всему обучим. Это не сложно, у тебя есть все, чтобы справиться с этой работой.

— А, вот как, — пробегая листок глазами, успокаивалась Аврора. — Звучит не сложно.

— Да, я старалась учитывать ваши особенности и склонности, так что не переживайте. Буду стараться не поручать вам того, что не по силам. Однако ничего не обещаю.

Так ведь всегда. Сначала ты делаешь простенькую работу, втягиваешься, а потом на тебя вещают все больше и больше, а зарплату не повышают. Ха.

— Хорошо, — соглашалась с обязанностями девушка. — Мне все понятно.

Следующий. Я слегка вздыхаю и кошусь в сторону Нео, когда беру в руки листок, заготовленный для него. Подобрать работенку было не особо сложно, но я очень сомневаюсь, что он хорошо с ней справится.

— Нео, справишься с патрулем и слежкой за порядком?

Что-что, а следит он прекрасно. Этот вариант пришел мне в голову сразу. Единственный минус, что в физическом плане он почти никакущий, да и навыками медицины не обладает. Да, раньше в идеале такую работу выполняли пары, где один мог оказывать первую помощь, а второй — усмирять. Но сейчас бунтарей не осталось, так что с этим у него проблем возникнуть не должно. Убеждать он вроде как умеет. Если захочет, сможет навести порядок. Правда, он может доубеждать до того, что кто-то захочет ему вмазать. Хах.

— Ага, — на отстань ответил парень.

Не похоже, что жизнь студсовета его вообще волнует. Все, как я и думала.

— Никаких телефонов в коридорах, громких разговоров, криков, бега, нарушения порядка и всего в таком духе, понятно? Вот тебе правила, — я кладу бумагу рядом с ним.

— Ага, — даже не посмотрев на бумагу, бурчит он.

— Справишься? Сможешь пригрозить? Напишешь отчет?

Сильно сомневаюсь, что он будет делать хоть что-то.

— Без проблем.

Ощущение, что этот кадр будет лишь лишней морокой.

— Что ж, пока так. Посмотрим, как пойдет, а там что-нибудь придумаем, распределим остальные обязанности. Если не будете справляться, дайте мне знать, хорошо?

— Хорошо, — дружно ответили мне девушки.

— Последнее. Насчет выездов в город. Поздравляю. Второй корпус успешно слился с этой работы, аргументировав тем, что у них дел по горло, так что кататься теперь будем только мы, — преподношу я офигенскую новость. — Значит завтра едем я и Эла. Она не получала инструктаж, потому во вторник будет обучаться. Соответственно, пары такие: я плюс Эла и Нео плюс Аврора.

Прости меня, Аврора.

Возможно, поэтому Адам и был такой радостный в прошлый вторник, что больше не будет кататься в город со всеми учениками. А я ведь чувствовала, что что-то не так…

******

Дни никогда не идут по плану, и мне это нравится. Уже на второй перемене на мою голову свалилась первая проблема в виде ученицы по имени Мэй.

Немного предыстории.

Полгода назад из нашей местной музыкальной группы ушла вокалистка. На ее место появилось три кандидата. Мы устроили концерт, где зрители решали, кто займет свободное место. Для голосования использовались билеты, которые продавались за чисто символическую сумму. Мы установили три урны, по одной на вокалистку, куда зрители кидали свой билет — отдавали голос. По результатам победителем стала рыжеволосая Саватари Ювао. Девушка Мэй также была одним из участников, и сейчас она собрала свою группу и пришла заявлять права, требуя создать еще один кружок. Мы конечно же не можем создать еще один кружок с тем же направлением, потому логично предлагаем Мэй присоединиться к Саватари. Девушка уже рассматривала этот вариант и сначала говорила с Юви, но та наотрез отказалась принимать новых членов.

Я посылаю Аврору за главой музыкального кружка. По пришествию та начинает активно жестикулировать, кричать, отказываясь присоединить к себе этих самозванцев.

Я прошу пригласить остальных членов группы, желая услышать их мнение. Результат тот же, они не принимают новых членов, полностью поддерживая Саватари. Честно, я удивлена. Помнится, еще недавно они совсем не ладили с этой бестией. Она бесила их и раздражала. Если говорить обо мне, то я за создание второй группы и потому пытаюсь внести в перепалку конструктив.

Во-первых — у них разный стиль исполнения, это большой плюс для академии. Внесение разнообразия в жизнь студентов и концертов. Удовлетворение разных вкусов. Кроме того, в группе Мэй есть мужской голос.

Во-вторых — конкуренция. Именно она должна заставить группу и исполнителя расти, создавать более интересные цепляющие композиции.

В-третьих — обмен опытом. Сейчас девушки ссорятся, но в целом они разные, потому у них есть чему научить друг друга. Заимствование идей и доработка.

Рыжая упрямая девчонка даже не хочет слушать мои доводы и доводы сидящей тут Авроры. Мы тратим время впустую. Это в какой-то момент вконец достает меня. Повышая голос, я ставлю их перед фактом объедения, но все же иду на компромисс. Мы разделим часы посещения музыкального класса на две группы, время выступления на концертах также будет поделено на двоих. В довесок мы вернем систему голосов, где зрители при помощи своих билетов будут голосовать за первую или вторую группу. Победителю будет выделяться больше часов на репетиции (естественно, за счет времени проигравших), а также больше времени на концерте. И так до следующего концерта.

Соревнование, разве это не круто? По-моему, прикольно.

Я составлю расписание, и теперь все будут следовать ему. Группа Мэй с радостью принимает такое условие, а группа Ювао — нет. Однако у них нет выбора, ведь я говорю: «либо так, либо можете распускать свой коллектив». Скрипя зубами, все соглашаются.

Проблему мы с Авророй решили, а контроль всего этого дела ляжет на плечи Элы. Она же у нас занимается кружками. Ха.

******

Время проходит довольно быстро. Почти весь день я хожу с Элой, помогая ей освоиться. Начинаем мы с клубов, где нужно собрать статистику, проконтролировать их деятельность, узнать, что нужно, выслушать пожелания, перераспределить бюджет, поставить вопрос о роспуске неактуальных.

Дальше веду девушку на арену. В начале учебного года вопросами арены занимался студсовет, но в последующем, поскольку за битвами всегда следил исследовательский кружок, мы спихнули все на них. Они регистрируют участников, назначают время дуэли, доносят информацию до всех посредством сайта, регулируют рейтинги (места), снимают видео, иногда меняют правила проведения боев, согласовывая это предварительно с нами. В общем, занимаются всеми нюансами. Сейчас я хочу оставить все так же, как есть, и Эле остается забирать у них материалы, фильтровать, загружать в досье учеников и расписывать способности. Часть работы, связанную с занесением информации, я думаю в последующем делегировать Авроре.

После всего я знакомлю девушку с кружком журналистики. Теперь они будут знать, у кого брать интервью. Ее лицо уже через пару дней будет красоваться на обложке газеты. Меня же теперь если и будут беспокоить, то только по каким-то важным вопросам.

Отдельно знакомлю Элу со своим связным — Мито. Ей она может свободно выражать свое истинное мнение, та отфильтрует и напишет все, как надо. В смысле, подправит слова и сделает статью-конфетку, которая будет играть на руку студенческому совету. Маленькая миленькая девчонка, разве подумает кто, что она засланный агент, находящийся в сговоре с девушкой, которую обычно здесь видеть не рады. Ха.

13.Вторник, 14 марта

Рано утром я подхожу к воротам академии, где уже ждет автобус. К шести подтягивается и Эла. Пока все загружают в машину свои вещи и рассаживаются по местам, я кратко инструктирую новенькую.

Путь до пункта назначения занимает около двух часов. Уныние. Заняться нечем, даже наблюдать за лицами остальных не интересно, ведь ездят постоянно одни и те же люди. Преимущественно это ученики, способности которых связанны с изобретением чего-то нового. Они собирают свои поделки и продают на местном рынке. Большинство времени мы работаем и помогаем им. Иногда встречаются новые лица. Это те, кто, получив разрешение у совета, собрался зачем-то выехать в город. В целом, в академии есть все, а чего не хватает можно заказать и тебе это привезут в конце недели, поэтому выезжать надобности у ребят как таковой нет.

— Послушай, Арквейд. Помнишь, я спрашивала о твоей способности, — минут через пятнадцать пути робко начала диалог Эла.

Похоже, ей тоже скучно.

— Появились еще вопросы? — не смотря на девушку, спрашиваю я.

Я, на самом деле, человек не слишком разговорчивый, особо с малознакомыми людьми, но сейчас не против поболтать, если это поможет убить время.

— Не совсем, — сказала она, после чего замолчала.

Я повернула голову, взглянув на девушку, а она улыбнулась мне. Сейчас ее улыбка была не такой, как обычно, а слегка грустноватой что ли. Похоже, госпожа Арквейд, Вам хотят излить душу. Что ж…

— Говори уже, — я усмехнулась, давая понять, что готова выслушать.

— Помнишь случай чуть больше года назад? Когда мэс с пассивно-психическим типом силы сошел с ума и начал нападать на людей, крича, чтоб они все замолкли? Он говорил, что все люди исчадия ада.

Интересные у нее в поездке мысли, однако.

— Нет, а что, есть в этом что-то особенное? — спокойно отвечаю я.

Ни для кого не секрет, что мэсы с пассивными психическими способностями редко доживают даже до тридцати. Мозгу сложно постоянно быть в напряжении и обрабатывать всю информацию, потому многие начинают сходить с ума, вести себя неадекватно или умирают от инсультов. Меня ждет такая же участь. Надеюсь, помру от инсульта.

— Просто у того мэса была аналогичная твоей способность, — она, перебирая пальцами, смотрела на свои руки. — Парню было всего двадцать лет. Слышала, что симптомы подобного начинают проявляться довольно рано. Меня это немного беспокоит.

Мне аж неловко от того, что она беспокоится обо мне, словно близкая подруга, хотя знаем мы друг друга пару дней. Наверное, она сама по себе такой человек, и нужно просто к этому привыкнуть.

На самом деле, да, я припоминаю, что в тринадцатилетнем возрасте головная боль на неделю приковала меня к кровати. Да и вообще, при большом скоплении народа мигрень — стандартное дело, особо, если долго находиться в большой компании. Приходится стараться избегать подобного. Правда, не то чтобы мне не пофигу. Доживу до двадцати и ладненько. Сейчас ведь лучшие годы жизни, а дальше все равно уже ничего не ждет. Ха.

Раз уж затронули эту тему, то стоит отметить, что выезды, подобные сегодняшнему, для меня не очень хороши. Много людей, при этом надо за всем следить. Всегда есть вероятность заглохнуть. Волнует ли это руководство? Нет. Никто даже не спросит. И ничего. Вроде как живу пока с этим спокойно. Разве что ночами могу плохо спать после столь активного дня. Вот это действительно бесит.

— Вот как… — не зная, что ответить, невнятно пробурчала я. — Да, наверное, у многих это действительно проявляется рано. На самом деле не знаю, не изучала сей вопрос.

Настроение разговора мне не особо нравится.

— А у тебя? Все ли у тебя в порядке с этим? — интересуется Нацукаши, подняв на меня глаза.

— Прекрати. Ты слишком миленькая, так ведь и влюбиться можно, понимаешь? — саркастично отвечаю я, невольно улыбаясь ей. — В любом случае, у меня все в порядке.

— Прости, — она отводит взгляд, кажется подумав, что лезет не в свое дело.

Ну вот, как всегда, одна саркастичная фраза оттолкнула, и теперь назревающей дружбе уже не быть. Вот так у меня обычно и выходит. Волнует ли это меня? Да, наверное, не особо. Не зря же у меня нет друзей. Они мне и не нужны. Простого знакомства и деловых отношений вполне достаточно. Я так действительно думаю, но внутри от подобного разговора и реакции какое-то слегка гадкое чувство. Все из-за того, что я прекрасно вижу, что девушка, сидящая слева от меня, в целом-то добродушная. А я, выходит, в этой ситуации герой отрицательный.

Ну, думаю, в любом случае все само собой рассосется. Не она первая, не она последняя. Просто, в других случаях можно уйти, а тут приходится сидеть вместе.

Прошло полчаса.

Мы по-прежнему молчим. Бесит. Невозможность уйти оказывается куда более критичной, чем я предполагала. И хочу я или нет, невольно задумываюсь над ситуацией. Она ведь просто пытается со мной подружиться, но меня это напрягает. Если бы это происходило как-то несерьезно, как, например, с Фуджишими, я бы, наверное, не парилась, но эта девочка явно другого толка. С ней не понести всякий бред так, чтобы не чувствовать себя неловко. Не думать, что ты дура. С такими людьми я обычно никогда долго и не общалась.

— Будешь? — открыв коробочку с шоколадной соломкой, не поворачивая головы, протягиваю ее девушке.

Эла берет палочку, и в отражении стекла я вижу ее улыбку. Она считает это жестом дружелюбия и поводом завести новый разговор. На этот раз она начинает говорить о видеоиграх. Довольно неожиданно. Послушав ее минут пять, я вписываюсь в этот диалог. Странная точка соприкосновения и выбор темы, ведь, как оказывается, играет она довольно мало. Больше ностальгирует.

******

Поскольку, как я уже отмечала ранее, ученики ездят одни и те же, студенческий совет в последнее время выполняет роль охраны. Мы просто следим за порядком, улаживаем конфликты и предотвращаем попытки саботажа (со стороны покупателей). Все знают свои места, кто-то даже подружился со своим арендодателем. Все знают правила, никому не надо объяснять, что да как, ничего не нужно организовывать.

Ученики начинают расходиться по торговому кварталу, раскладывать товар и открывать палатки. В это время я веду Элу к заведующему и знакомлю девушку с этим приятным пятидесятилетнем мужчиной. Именно он договаривается с продавцами об аренде и решает все технические вопросы, взамен мы в конце дня подсчитываем общую выручку студентов и забираем у них 10%. Эти деньги идут в уплату аренды торговых мест, автобуса, а оставшаяся часть нам — студенческому совету. Отмечу, что некоторые держатели точек настолько подружились со студентами, что не берут деньги за место, эту часть мы забираем себе. Алчные, скажете вы? Не отрицаю.

******

Проходит полчаса, уже все палатки открылись, и квартал потихоньку стал наводняться людьми. Помнится, впервые приехав сюда, я ожидала другого. Не думала, что на товар студентов найдется много покупателей. Необычно, но маленькая улочка легко заполняется людьми, которые окружают палатки учеников. Спрос всегда был довольно высок, и это должно быть странным, ведь сам город и его жители сильно недолюбливают мэсов. Тенденция здесь такова, что чем старше человек, тем дружелюбнее он относится к мэсам. Люди до двадцати пяти настроены к нам довольно негативно и даже этого не скрывают, потому процент покупателей такого возраста очень низок.

Если верить статистике, то этот город — один из самых проблемных. Соотношение мэсов к людям тут примерно 1 к 35, тогда как в других городах 1 к 175. Стоит упомянуть, что город находится на стыке трех академий, одна из которых — наша. Встретить тут студента другой академии — обычное дело. Сейчас здесь строится школа, по слухам в ней будут учиться только мэсы. И это здорово. Полагаю, это позволит избежать травли детей другими, обычными детьми. Знаю, о чем говорю, сама через это прошла. Да только местных жителей это не радует. Уже не помню поездки без разборок, чтобы кто-нибудь из детей специально не сломал товар, который продают ученики, или взрослый не начал словесные перепалки с продавцом. Вроде бы уже все должны привыкнуть и смириться с наличием людей со способностями, однако, увы... И все причины нелюбви сложно назвать сразу. В общем, не люблю вторник, сплошной негатив, никакого спокойствия.

Кстати, как насчет мемасиков с местными учениками? Иногда это служит неплохой провокацией, знаете ли. Из-за того, что на это ведутся, создатели не прекращают клепать картинки, стараясь придумать что-то поизысканнее. К слову, наивная Астарта, которая часто выезжает в город, чтобы продать свои безделушки, полюбилась им особо.

Ладно, не продолжаю.

******

Эла — хороший патрульный. Ходит между палатками, помогает ученикам в продажах, улаживании назревающих споров и конфликтов, мне и напрягаться не надо. У нее получается решать все по-доброму, а не выливая негатив. Похоже, она подходит для совета даже больше, чем я думала. Каеф. Я могу позволить себе просто стоять и наблюдать за всем со стороны. Ха.

Довольно часто мы сталкиваемся с Нацукаши взглядами, и она будто говорит мне: «Все в порядке, я все уладила». Однако у меня создается устойчивое впечатление, что как я слежу за ней, так и она за мной. Впрочем, я не против. При этом она не думает обо мне плохо. Похоже, девушка решила, что я так проверяю ее. Вы не представляете, как тяжело стоять и наблюдать за всем, не двигаясь, осознавая, какая же ты на самом деле негодяйка. Хах.

******

Спустя пару часов девушка решает взять перерыв и встает на противоположной стороне улицы, прямо напротив меня. Эла смотрит на меня, а я на нее. Словно играем в гляделки. Она явно проигрывает в этом соревновании, прогибаясь под моим вялым взглядом. Сдает позиции, начиная елозить. А я ведь даже не пытаюсь изучать ее. Думаю о своем, просто смотря только на нее. Для меня это некое забавное развлечение.

Не проходит и десяти минут, как к Эле подходит один мой старый знакомый. Он достает телефон и начинает с ней разговаривать. Стоило бы сразу подойти и спасти девушку, но я решаю немного понаблюдать за ее реакцией.

Почему спасти?

Все просто. Этот человек, местный житель — мэс. Он довольно часто шляется тут в поиске какого-нибудь новичка и, найдя такового, пристает. Ублюдок, извините меня за выражение, который использует свои способности, чтобы промывать мозги ученикам. Его способность «полное доверие»: тот, кто посмотрит на его руки, будет верить всему, что он скажет. Мы обычно, проводя инструкцию, предупреждаем об этом человеке, но, видимо, из-за того, что я давно уже никого не наставляла, сегодня предупредить о нем забыла. Знаете, я выяснила, что он — местная звезда, если можно так сказать. Снимает видео, монтирует и выкладывает на свой канал. Люди пишут в комментариях, что сказать новой жертве, как промыть мозги, и он это делает, тем самым забавляя аудиторию и собирая больше просмотров, подписчиков. Тупорылое развлечение. Не понимаю, почему его не забанили и почему подобного рода контент вообще есть. Вернее, я понимаю, что спрос рождает предложение, просто я не считаю это веселым и чем-то нормальным. В законах я не особо сильна, но, думаю, за такое нужно привлекать.

Спустя пару минут я понимаю, что пора вмешаться. Выдохнув, я набираюсь терпения. Подхожу сзади и бесцеремонно заламываю парня, взяв в захват его правую руку.

— Давно не виделись, — произношу брезгливо я.

Я веду себя смело, так как знаю, что ему никто не придет на помощь. Если придут, то получат все. Силу мэса не сравнить с силой человека, а команда у него из людей. Да и оборудование, которое непременно будет разбито, стоит денег.

— Это снова ты, тварь! Я ничего не делал, — он начинает сопротивляться, но это бесполезно.

Обычно у мэсов количество мариальных вкраплений равномерно распределяется по всему скелету, у меня же полностью отсутствуют вкрапления в телесной области, зато в руках и ногах их в несколько раз больше. Это говорит о том, что мои руки и ноги сильнее, чем у большинства мэсов, а учитывая, что большинство времени я уделяю урокам обороны, то шансов выбраться у данного индивида нет.

— Как грубо, — пшикнув, проговариваю я. — Эла, что он тебя наговорил?

— Ну… — девушка поначалу была шокирована моим поведением, но, услышав мой вопрос, замялась, а после и вовсе раскраснелась.

Явно разговор был о чем-то пошлом. Мы уже проходили эту тему раньше. Где же оригинальность? Или подобная тема интересна большему количеству людей? В любом случае, видимо, это того стоит. В смысле, материал стоит того, чтобы получить за него люлей. Или он крутит лотерею, надеясь, что попадает на Адама? Последний, я слышала, в отличие от меня физическую силу если и применяет, то только, чтобы прогнать. Я же стараюсь сделать больно. Чтобы запомнилось и больше желания приходить сюда не возникало. Но, видимо, я все равно слишком мягка.

— Понятно. Дай-ка свой телефон! — командую я.

Вся информация и вопросы в нем.

— У меня ничего нет, — отвечает агрессивно пациент.

Ощущение, что ему стирают память, и каждый раз все идет по одному и тому же сценарию. Одни и те же фразы. Мы все это проходили.

— Ответ неверный, — я медленно отклоняю его средний палец назад до предела, чтобы парень чувствовал боль.

Маты, увы, написать не могу, цензура.

Раньше он был большой проблемой. Пройдоха зарабатывал деньги, ловил фан, а в это время из-за него некоторые ученики покинули академию. Мы пытались решить проблему словами, и я, конечно, поначалу тоже, но это было неэффективно. Он продолжал докучать ученикам, получая от этого удовольствие и славу. И сейчас он тоже здесь. Сколько это еще будет продолжаться? Почему не принимаются какие-то радикальные меры? Почему наши обращения в органы были проигнорированы? Лично мое терпение не резиновое. Если он не может бросить свое увлечение-работу, то найти другое место для этого ведь можно? Что за мания переться именно сюда?

— Хрен тебе, — левой рукой он достал телефон и разбил его об землю.

Уважаю, мужской поступок, но, увы, неверный.

— Арквейд, хватит! — в диалог вклинивается Эла.

— Все в порядке, — уверяю я, посмотрев на девушку. — Разве я тебе не говорила, чтобы ты тут больше не появлялся? Сколько можно повторять? В чем проблема найти себе другое место? Другое место, где нет наших учеников, понимаешь?

Я отклоняю палец сильнее и чувствую, как тот ломается. Воздух пронзает крик, который, естественно, привлекает внимание людей.

— Прекрати! — Эла не выдерживает и, применив силу, вступается за парня, отталкивая меня от него.

Кто-то из учеников покидает свою палатку и подбегает к нам, интересуясь, что случилось. В это же время Нацукаши начинает заливать речь о том, что так неправильно, так нельзя поступать, нельзя прибегать к насилию. Давит на то, что это все происходит на глазах других людей. Из-за такого поведения и возникают проблемы взаимоотношений. Я молчу, а парень, воспользовавшись моментом, убегает, крича, что убьет меня.

Общество, да? Отснятое сегодня видео попадет в интернет, и главным злодеем буду я. И я специально даю этому случиться. Не против стать антигероем, если это поможет остальным остаться незапятнанными. Да и, думаю, люди вокруг понимают, что происходит, а потому никто даже полицию не вызывал. А если бы даже они приехали? Это все равно бы закончилось ничем. Уверена, что увечье и потеря телефона не заставят этого парня прекратить свою деятельность, но, может, он наконец хотя бы задумается о том, чтобы больше не появляться тут по вторникам.

— Забудь все, что он тебе сказал. Это его способность. Ты поверишь каждому его слову, — спокойно говорю я. — Есть у нее изъян: если ты будешь знать о его способности, она не будет работать. Запомни и будь начеку.

Мне нет смысла размусоливать эту тему и оправдываться.

— Тебе, что, вообще все равно?! — Эла повышает голос, и стоит мне развернуться, как она хватает меня за плечо. — Разве это нормально? Разве так должна вести себя глава? Так решать проблемы?

— Это да, ты права, мне все равно, — говорю иронично я, смотря в ее глаза. — Какие-то проблемы? Слушаю.

Чувствую, как ее хватка постепенно ослабевает, а после она отпускает меня. Похоже, моя ирония звучала, как насмешка. Она не знает, что сказать, а в ее глазах разочарование. Кажется, теперь между нами пропасть. Есть ли мне до этого дело? Нет. Я одиночка, мне не нужна подобная дружба, эти правозащитные речи меня не интересуют, и т.п., и т.д. Я не считаю свой поступок неправильным и не испытываю угрызений совести. При этом я прекрасно понимаю чувства Элы, но не вижу смысла вступать в спор, отстаивая свою позицию. Даже потрать я время и объясни всю суть, это не избавит меня от «так неправильно, всегда можно решить все мирно». Увы, нет, нельзя. Прости, тебе придется смириться и принять меня такую, какая я есть.

******

Мы продолжаем наблюдать за кварталом и друг за другом, правда, атмосфера слегка изменилась. Со времен автобуса в пачке осталось еще немного палочек, и я начинаю доедать их. Подумалось мне, что заедаю стресс. Может, и так. Это помогает мне думать. Внешне, похоже, что Эла обиделась, но на самом деле ее съедает чувство несправедливости.

«Почему она ведет себя так?» — полагаю, такой вопрос ее терзает.

Не знаю, что она себе напридумывала, какой образ меня вычертила у себя в голове, но я не обязана соответствовать ему.

******

Время близится к часу. В два мы сворачиваемся и подсчитываем прибыль.

— Кто тут у нас, — я хватаю за руку мальчонку лет двенадцати и поднимаю его на уровень своих глаз.

С характерным металлическим звоном на землю падает значок. Секунду назад он сорвал его с моей груди, порвав форму, и собрался удрать с трофеем. Если вам кажется, что я выгляжу задумчивой и не слежу за происходящим, то это ошибочное мнение.

— Отпусти, — корчась, произнес мальчишка. — Мне больно!

— Да? — иронично произношу я. — По…

— Беги! — в щеку мне прилетает камень, и я по инерции отпускаю руку парнишки, хватаясь за место ранения.

— Умри, чудовище, — он плюет мне в лицо и убегает.

Все происходит так быстро, что я не успеваю спохватиться, как дети уже разбегаются.

Да, два пожелания смерти за день — почти рекорд. Ха.

— Я догоню их, — ко мне подбегает Эла.

— Не нужно, — я останавливаю ее, схватив за запястье.

Есть и такая проблема. Местные дети и подростки часто воруют всякие предметы, которые потом продают. Особо ценятся уникальные штуки вроде значков из нашей академии или, к примеру, опознавательные личные карты из женской академии Альмаден, которая находится по соседству от нас. Есть люди, с радостью покупающие такие редкости, собирая целую коллекцию.

— Их нужно проучить, — все еще намереваясь догнать уже скрывшихся обидчиков, заявляет девушка.

Забавно. Чем же эта ситуация отличается от предыдущей? Почему в прошлый раз ты не хотела проучить обидчика? Потому что нарисовалось гораздо большое зло в виде меня?

— Какой в этом смысл? — ровным голосом спрашиваю я, вытирая рукавом слюну мальчишки.

С одной стороны — не обращай внимания и оставь все, как есть, а с другой — проучи детей и спровоцируй их прилагать больше усилий. К сожалению, с детьми чаще всего это работает именно так. Возможно, я не права, но опыт из детства заставляет меня думать именно так.

— Что это значит? А если бы ты без глаза осталась?! — охваченная эмоциями, возмущается девушка.

— Ну, не осталась же, — я поднимаю значок. — Может, со шрамом мое лицо будет хотя бы красивым.

Дырка на форме достаточно большая. Неприятно.

— Эй, ты в порядке? У тебя кровь идет, — к нам подбегает один из учеников, который уже свернул продажу и, похоже, являлся свидетелем сложившейся ситуации.

— Что за глупости ты говоришь... — моя фраза почему-то оскорбила Нацукаши. — Слушай, такой поступок — это ведь прямое оскорбление тебя.

Почему мне хочется пожалеть ее, а не себя?

— Все в порядке, — одной фразой отвечаю сразу всем.

— Пожалуйста, проследи за всем тут, а я позабочусь о главе, — прося о помощи парня, Эла смело хватает меня за руку.

— Да, хорошо, — одобрительно кивает он.

Таща меня в дом к заведующему, девушка причитает о том, что вести себя так, как я, неправильно и реагировать так неверно. Нужно заботиться о себе, и все в таком духе.

Приведя меня на место, Нацукаши достает антисептик из своей сумочки и начинает обрабатывать мою рану. Девушка улыбается мне так, словно я ее ребенок, а она мама, которая, заботясь, говорит, какая же у нее бестолковая дочь. После она наклеивает мне пластырь и просит снять форму.

Буду честна, от ее доброты я ненадолго растерялась. Не знаю, что ей ответить, как принять ее слова, потому просто молча снимаю форму и отдаю ей. Она бежит до заведующего, а возвращается с белыми нитками. Молча начинает зашивать.

— Помнишь, с утра я рассказывала про мэса, который сошел с ума, — говорит Эла.

— Припоминаю.

Я просто не могу принять заботу, вот на какой мысли ловлю себя я. И я не понимаю, почему она одаривает меня своим теплом, когда еще недавно злилась. Вернее, я могу понять, если это было бы чисто вынужденной условностью, но я чувствую, что ей это нравится. Она испытывает позитивные чувства.

— Он мой брат, — спокойно произнесла она, не отрывая взгляда от иглы. — Последний год своей жизни он отчасти был похож на тебя. Задумчивый, немного потерянный взгляд, странные поступки, меланхолия. Не хочу сказать, что ты похожа на него. Просто не держи все в себе, если тебе хочется высказаться, можешь все выложить мне, я пойму, поддержу.

Вот как. Чужой образ наложили на меня? Тфу! Выходит, из жалости к своему брату ты пытаешься заботиться обо мне?

— Спасибо за внимание, конечно, но милосердие мне не нужно, — отвечаю сухо я. — Если ты беспокоишься обо мне только из-за сходства с твоим братом, то переживать не о чем. Не хочу, чтобы чьи-то чувства пережитой трагедии переносились на меня. Я не он, и забота, чтобы только ты была спокойна, мне не нужна. Прости за грубость, знаю, что так говорить некрасиво, но я не собираюсь помогать твоей ране зарастать.

— Я совсем не то хотела сказать. Ты все неправильно поняла, — она отложила форму и посмотрела на меня, улыбнувшись.

Нацукаши в целом, как человек и сотрудник, мне нравится, но от этой излишней необоснованной дружелюбности мне не по себе.

— Слушай, так получилось, что из-за своих способностей я ценю честных людей. Но твоя честность навязчивая. Если говорить прямо, то меня бесит твое отношение. Не нужно крутиться возле меня, искать точки соприкосновения, давить на жалость или еще что, а тем более поучать. Не люблю правильных. Если хочешь нормально общаться, просто будь проще. А если ты думаешь, что со мной нужно подружиться, потому что сейчас я президент, то нет, не нужно. Меня более чем устроят нейтральные деловые отношения. Они такими ведь и должны быть по идее?

Наш разговор продолжился. Ничего особенного, но, кажется, каждый понял позицию другого, и все устаканилось. Я в качестве жеста примирения даже объяснила ту ситуацию с парнем-блогером. Эла по натуре своей человек активный. Она хочет дружеских отношений со мной, с другими, только вот ее метод таких как я скорее отталкивает. Я же хочу спокойствия, но в принципе не против приятельских отношений, если это не обременяет. И я прямо говорю об этом сейчас, чтобы никогда больше не возвращаться к этому.

Разговор о ее брате мы как-то завернули и, надеюсь, к нему больше не вернемся.

******

Считаем заработанный капитал учеников. Забираем десять процентов. Делим деньги. Часть отдаем заведующему, часть забираем себе. В четыре — автобус, который отвезет нас назад в академию.

В запасе, как обычно, полтора часа свободного времени. Ученики идут в город закупать материалы для изготовления следующей партии своих товаров (многие, кстати, делают вещи под заказ) и прочее барахло. Я же обычно в это время брожу по городу или зависаю в каком-нибудь тихом местечке, убивая время, но сегодня Эла тащит меня за собой. Да... Надо было брать в пару Аврору, вот уж кто от скромности и слова не скажет. Милаха...

Магазин. Магазин. Еще один. Четвертый. Пятый. Кафе. Куча эмоций, мол, смотри какая вещь, смотри туда, идем сюда. Пофиг. Уныние. Она пытается меня развлечь, пытается заинтересовать, хочет, чтоб я улыбалась. Ха. Пусть так, за Элой хотя бы интересно наблюдать. А еще я купила игрушечную свинью, которая издает дикий хрюк при нажатии. Поставлю этого младшего брата Нео у себя в кабинете. Буду в качестве ответа нажимать, когда тот «смешно» пошутит. Надеюсь один вид этой игрушки оставит на его лице пусть и мимолетный, но след недовольства. Или такое ему наоборот польстит? Хм… Скажу, что нашла эту игрушку на помойке, чтоб этот дурак не подумал, что я на него еще деньгу трачу. Это ведь все ради моего удовольствия, а не ради выдуманной лести! Кто бы мог подумать, что сравнивать человека со свиньей будет лестью…

В целом, время пролетело незаметно, и вот мы уже в автобусе возвращаемся в академию.

******

Пишу отчет о поездке. Распределяю остаток денег между членами совета первого корпуса. Может, стоит делить между теми, кто ездил? Почему нет?

Возвращаюсь домой. Игнорирую нападки Нео. Принимаю душ. Сажусь за компьютер. Открываю ящик с бумагами, где сверху лежит то самое письмо с признанием. Меня вдруг переклинивает. Знаю, обещала себя не искать адресата, но... Трачу время и в конце нахожу того самого — единственного.

Ха.

14.Среда, 15 марта

С самого утра сижу в бумагах, не зная, за что бы взяться. Надо подготовить отчет и совершить свой первый визит к директору. Эх, тоска, и работы под настроение нет. Мои заунывные раздумья прерывает стук в дверь. В кабинет входит Селина. Она приветствует всех и просит меня выйти поговорить.

— Ты все-таки решила занять кресло главы, — утвердительно проговорила она.

В ее руках вижу свежую газету, на обложке которой Эла. Смотрится неплохо, хороший был выбор. Похоже, это разведывательный визит, посмотреть, как я справляюсь.

— Ага. Почему не попробовать?

Пока я особо не чувствую перемены, ведь прошло не так много времени.

— Дело просто не в твоей лени, а в том, что ты личность специфичная. Не особо дружелюбная, и часто твои слова можно неправильно понять, если не знать тебя хорошо. Думаю, тебе будет тяжело сохранять хорошие отношения и, тем более расширять совет. Могут возникнуть проблемы, — последнюю фразу она произносит на тяжелом выдохе, словно намекая на то, что уже есть недовольные.

Да, это в принципе и не новость, отношения у меня и вправду с немалым количеством людей не заладились, но мне пофигу. В конце концов, я все же не глава в плане ГЛАВА, а условный исполнитель обязанностей. Кто знает, может, на моем месте через месяц или два уже будет кто-то другой.

— Есть к чему стремиться. Лишний повод и мотивация поработать над собой, — с иронией говорю я, намекая, что меняться-то не собираюсь.

По глазам Селины вижу, что мою самоиронию она не оценила.

Может, я не замечаю, но мне не кажется, что я совсем недружелюбна. Просто, что не делаю, все не так. Прямое выражение мыслей вызывает негатив. Ирония, сарказм считаются насмешкой. Намеки вызывают непонимание. Тут, видимо, только стирание памяти поможет устаканить мою личность. Но ведь есть и те, с кем я хорошо общаюсь и неплохо лажу. Правда, их личности тоже у всех под сомнением. Подобное притягивает подобное? Хах

— Раз уж ты все равно все решила, то знай, что если нужно, то я всегда помогу, — она сделала паузу и посмотрела на газету. — Я вообще зашла по другому поводу поговорить. Ты знаешь, что полгода назад я отвергла кандидатуру Элы?

— Да, я в курсе, — спокойно отвечаю я. — Честно сказать? Считаю, с твоей стороны это было довольно глупым решением. Прекрасная девушка. В смысле, в плане работы идеальный кандидат для совета.

— Глупое решение? — на ее лице появилась непривычная для нее ироничная улыбка. — Не часто мне выпадает случай с тобой согласиться. В любом случае, если ты в курсе, то почему не спросила меня об этом?

Спросить? В моей голове ситуация, где я захожу и спрашиваю о подобном, выглядит глупо. Да и какая разница, она хорошо мне подходит. Я уже в своем рейтинге работников поставила ее на первое место. Нет никаких причин ей отказать или выгнать.

А еще эта улыбка. Она мне очень нравится. Я понимаю ее значение, потому что уже в курсе всей ситуации.

— Она подходит нам, разве этого недостаточно? — саркастично отвечаю я.

— Да, более чем, но знаешь, как бы сказать… — бывшая глава на секунду задумалась, перебирая фразы в голове. — Ты ей нравишься. В смысле, как девушка. Понимаешь?

Да-да, как вы уже догадались, письмо было от Элы. Не сложно было сложить 2+2, правда?

— Я в курсе.

Пускай только со вчерашнего дня, но уже поздно. Да и даже так, я б все равно ее приняла. Интересно только, откуда об этом знает Селина? И как вы понимаете, та ее улыбка значит — признаю, взять тебя вместо нее было ошибкой. И я наверное не очень хороший человек, если получаю удовольствие от такого. Но на это у меня много причин.

— Вот как, — совсем не удивленно отвечает девушка. — Потому я и отказала ей. А сейчас вот думаю. Это, конечно, не мое дело. Я не приветствую подобные отношения, но и не хочу, чтобы ты разбила девушке сердце. Странно это говорить, но постарайся как-нибудь помягче все уладить.

Вот уж действительно, странно слышать это от нее. Я даже невольно улыбнулась от такой заботы.

«Может Вы, бывший президент, и предложение выдвинете, как это сделать?»

— Да все путем, не переживай.

Звенит звонок, спасая меня от длинных моральных разглагольствований.

— Я серьезно, Арквейд, — не приветствуя моей халатности, говорит Селина.

— Знаешь. Может, это мой единственный шанс? Она милашка, умница, руки у нее рабочие, готовит вкусно, так глядишь, и я полюблю ее, — отшучиваюсь я, собираясь вернуться в кабинет.

— Обещай мне, что отнесешься к ситуации с пониманием и постараешься! — Требовала девушка, не оценив моей шутки.

— Это всего лишь шутка. Можно же было уже привыкнуть? — вздохнув, уточняю я. — Не делай из меня тирана. Ситуация непростая, но я постараюсь.

Правда, так смело во времена ее президенства я не общалась. Вылететь, все-таки, не хотелось. Но разве по мне не видно? Я сама серьезность, о чем речь?

— Ладно, — произнесла бывшая глава. — Еще увидимся.

— Это звучало как-то угрожающе…

Стоит мне приоткрыть дверь, как в спешке, чтобы успеть на пару, выходит Аврора, а за ней Эла. Интересно, почему последняя просто не телепортнется? Это же так удобно и время экономит! Или есть какой-то побочный эффект, о котором никто не знает? Обычно, именно это является веской причиной не юзать силу постоянно. Ладно, это сейчас неважно. Коли подвернулась, то прошу ее задержаться. Решаем проблемы сразу.

Мы усаживаемся на соседние друг от друга стулья.

— Что-то не так? — будто бы ощущая, какой разговор предстоит, она, слегка нервничая, заговорила первой.

Или нервничала она от того, что я просто молчала. Неизвестность, так сказать. А я просто не могу подобрать подходящие слова, с которых можно было бы начать диалог. Просмотрела за жизнь много всякого говна, а вычленить в критический момент оттуда какую-нибудь идеальную фразу не могу. Не найдя ничего в своей голове, решаю говорить прямо.

— Такое дело... — сказать, оказывается, такое куда тяжелее. — Ну, короче, это о твоей симпатии ко мне и том письме, что было от тебя. Хотелось бы поговорить об этом и сразу расставить все точки.

Услышанная фраза заставила ее лицо слегка исказиться в испуге.

— Я, это, не, ни на что не рассчитываю… — направив взгляд в пол, прерывисто отвечала Эла.

Она вся напряглась и начала краснеть, но не от стеснения, а от неожиданности, словно ее застали за каким-то интимным делом, которое она скрывала. В каком-то плане, так оно и есть.

— Расслабься, — пытаюсь деликатно сказать я. — Я не хочу сказать ничего плохого. Мне не особо есть дело, я не собираюсь тебя осуждать или что-то еще, каждый выбирает для себя сам.

Вот вам еще один факт — нестандартный вид отношений, который я не взяла в расчет, и, вуаля, мои способности обхитрили. В итоге я приняла симпатию ко мне за чувства к Нео. Хоть в нашей стране однополая любовь вполне естественна и нет ни для кого в этом ничего такого, но все же общество в большинстве своем ратует за традиционные отношения, а потому я о таком варианте даже не задумалась. Мой косяк.

— Я… не… — еще голос начал отдавать хрипотцой.

— Хочу узнать, не из-за брата ли твоего это? Ты во мне увидела его и прониклась симпатией, а там спустя время чувства переросли во что-то большее. Так?

Самый очевидный вариант, она сама преподнесла мне его, мол, невзначай.

— Я… — произнеся лишь одно слово, девушка молчала, смотря не то на свои колени, не то на руки, лежащие на них и слегка дрожащие.

— Ну же, смелее. Я не собираюсь смеяться над тобой или еще что.

Странное чувство. Из-за нестандартности ситуации я начинаю переживать. Еще ее чувства благодаря силе передаются и мне. От того хочется поддержать ее, положив руку на колено или что-то в таком роде, но я не поддаюсь этому позыву.

— Нет, это не из-за брата. Мне всегда нравились девочки, — не поднимая взгляда, говорит она.— Я заметила тебя осенью на церемонии посвящения, и это была любовь с первого взгляда. Все, как написано в письме, я не врала. Тогда я даже не знала о твоих способностях.

Отлично видно, как тяжело ей даются эти слова. Может, не стоило садиться так близко, а то она и взгляда не поднимет. Глупость. В данной ситуации такая близость необходима. А в ответ на ее слова хочется сказать лишь стандартную фразу о том, что вокруг столько красавиц, а ты нашла в кого влюбиться. Но это будет причитанием. Я ведь все-таки личность яркая. В смысле, выделяюсь внешне. Хах.

— Понятно... Думаю, ты понимаешь, что я ответить взаимностью на твои чувства не могу. Потому ты решай сама, как поступить. Если захочешь уйти из совета, я пойму. Но мне хочется, чтобы ты осталась. Не знаю, как это будет для тебя, но лично для меня, пока твои чувства и присутствие не навязчивы, я не буду против общения и совместной работы. Даже виду не подам. В общем, если тебя такое устраивает, не будет в напряг и больно, так сказать, от безответной, то...

— Я прекрасно понимаю и изначально, когда шла в совет, ни на что не рассчитывала. Мне устроит, если все будет оставаться так, как есть, — собравшись с силами, отвечала мне Эла. — Можно только задать пару вопросов?

Все, значит? Порешали? Полагаю, да. Думаете, это как-то жестоко? А я вот не думаю. Ха.

— Хорошо. Можешь задать три любых вопроса, но и тебе я тоже задам три, — я выдохнула, сбрасывая напряжение, и улыбнулась. — Спрашивай, но только сейчас, чтобы мы больше не возвращались к нашему разговору. Обещаю отвечать честно. Так что прежде, чем задать вопрос, хорошенько подумай. А то в обычных беседах я люблю приврать.

Из всего надо извлекать выгоду. Правда, я не особо знаю, о чем спросить, но разберусь. По крайней мере, есть одна интересующая меня вещь.

— Как давно ты об этом узнала?

Я ожидала более провокационных вопросов, но если она желает тратить свои очки так, то пожалуйста.

— Вчера вечером, — честно отвечаю я — Пока ты не пришла вступать в студенческий совет, я тебя не видела. Почему?

Это не то, что меня интересует, но я об этом задумывалась, а потому спрашиваю.

— Селина попросила меня не попадаться тебе на глаза. Кроме того, я хорошо знала о твоих способностях и понимала, что пересекись мы пару-тройку раз, пообщайся, и ты рано или поздно поймешь, что к чему.

Так и тянет потратить следующий поинт и спросить, не сталкер ли баба?

— Как ты относишься к тому, что девушка проявляет к тебе симпатию? Ну и к такой любви в целом, — задавая вопросы, девушка проявляет особую осторожность и робость.

Кажется, несмотря на мои заверения, она все же боится осуждения. Видимо, я все-таки не убедительный человек. Мне бы в пору расстроиться от того, что мне даже собственные сотрудники не доверяют.

— Это два в одном, но, так и быть, я отвечу на оба вопроса за раз. Нормально отношусь. В принципе, мне безразлично, кто кого любит, лишь бы отношения свои специально на показ не выставляли.

Не могу сказать, что мне всегда противно от показушных отношений, но чаще всего хочется убить обоих. Вы думаете, вы такие милые, все радуются, что вы так любите друг друга, что не сдержаться? Нет. Всех от вас тошнит. Вот. К слову, искренне не понимаю, почему при нашей политике и истории люди до сих пор удивляются однополой любви. Глупо как-то.

— Это все? — неловко поинтересовалась Эла, видимо ожидая от меня куда более развернутого ответа.

— В целом, да. Знаешь, вообще довольно необычно узнать, что единственный человек, который в тебя влюблен, — девушка. Я бы сказала, иронично. Но что так, что эдак, мне пофиг, пока это не обременяет. Даже думать об этом особо не буду. Касательно меня, чтоб ты и третье очко на это не сливала, я могу полюбить как девушку, так и парня, особой разницы не вижу. Она, конечно, есть, но ты поняла, — я усмехнулась, задумавшись на мгновение над последней парой своих предложений. — Теперь мой вопрос. Итак, откуда о твоих чувствах знает Селина?

Комментарий касательно любви.

Главное не наличие или отсутствие органов, а душа. Не правда ли? Ха.

— Я сказала ей прямо.

Иногда бывает, слышишь какую-то фразу от человека и его айкью в твоих глазах резко понижается. Я даже начала улыбаться от того, насколько это тупо. Ну серьезно. Тут уже естественно понятно, почему девушка получила отказ.

— Тебе нравится Нео? — она поднимает взгляд и смотрит мне в глаза.

Серьезно? Тебе дают три вопроса, спроси что угодно. Хотя бы, девственница ли я, а ты так банальна, скука. Спасибо, что потратила свои очки так бесполезно.

— Нет, — равнодушно отвечаю я. — Какого цвета на тебе нижнее белье?

Что хотела, я уже узнала, а потому решаю внести хоть какую-то дольку интереса в этот диалог.

— Эм… — столь неожиданный вопрос смущает ее и на некоторое время ставит в тупик. — Черного.

Даже интересно, о чем она подумала? Нормально ли девушке, которой я нравлюсь, слышать такой интимный вопрос, поданный, пусть и с шуточной целью, но в серьезной форме?

— Уже представляю, довольно миленько, — с ухмылкой говорю я, поднимаясь со стула. — Что ж, каждый узнал, что хотел. Надеюсь, мы больше не вернемся к этому разговору.

— Прости, если я что не так сказала, — извиняется Нацукаши.

— Да все путем, — уверяю ее я. — Беги уже на пары, любовь моя.

У меня аж ком в горле встал от такой фразы. По тошнотворному необычно. Пускай девушка и улыбается, но я вижу, она расстроена. Последняя фраза, кажется, была жестковатой. Я не мастер, просто попыталась подбодрить, как могла. Увы, не вышло. Ладно, отойдет еще.

******

На следующей перемене мне приходит поручение от главы. Поправочка, номинального главы. Как же глупо звучит новое звание. Неважно. Суть такова: нужно разобраться с парой-тройкой учеников, которые уже не один месяц не ходят на пары и пропустили медосмотр. Нужно узнать, в чем дело, оценить их моральное и физическое состояние, а после решить, что с ними делать. Помочь им, либо пригрозить, либо пнуть под зад и выкинуть из академии. Теперь вся власть в моих руках. Ха.

К сообщению президент прикладывает список и досье тех учеников.

— Что-то случилось? — стоит моей голове удариться об стол, как Аврора начинает за меня беспокоиться.

Эта работа — полный отстой. Ковыряться с проблемами не совсем здравомыслящих студентов — ужасно. По мне, проще всех выкинуть. Для чего ты приложил много усилий на поступление? Чтобы все бросить на полпути? Хотя будем честны, чаще всего проблемы исходят от тех, кто был зачислен, не парясь, по блату. Да, есть и такие. Они лишь чье-то место заняли почем зря. Помнится, зимой уже отчислили десяток таких учеников.

— Надо выполнить отстойную работу, — лежа на столе, я перевожу взгляд на Аврору. — И ты пойдешь со мной.

Контраст ее взглядов и отношения к людям с моими может дать неплохой результат. Вдвоем, к тому же, убеждать обычно проще.

— А что надо делать?

Я ставлю ее в курс дела, и мы выдвигаемся. Операция будет носить кодовое слово «Амеба». Почему? Ну, я не особо запаривалась над изучением пациентов и пролистала досье лишь одного. Исходя из него, могу сделать вывод: это человек — «я у мамы домашнее растение». Потому, полагаю, все остальные недалеко ушли от него.

Амеба # 1

Звучит сильно, будто хуже тебя никого не будет. На деле тебе просто выпала честь быть первым в списке. Ладно, иронично, но я действительно, полистав мельком остальных, выбрала не самый простой случай. Благо, клиентов в нашем весеннем списке не много, при желании можно даже за день справиться. Это хотя бы какой-то плюс.

Первый у нас парень, Виктор Крото. С ним я уже знакома. Какой проблемный человек-то. Помнится, он был участником инцидента с печатями на сердцах, но ему тогда повезло не вылететь. Потом были проблемы с его способностями, а теперь он заперся и хиккует у себя в комнате.

«Может, ну его нафиг?» — шуточно говорю я Авроре, а та ведется и говорит стандартную фразу про то, что так нельзя.

Нас встречает один из членов команды Виктора и проводит до его комнаты, говоря: «Надеюсь, вы сможете помочь». Удивительно, что даже у такого индивида сформировалась и осталась команда.

— Здравствуйте, — стуча в закрытую дверь, начинаю я. — Не желаете ли впустить в свою укромную берлогу главу студсовета?

— Уходи, — едва слышно доносится из-за двери.

— Аврора, что-то я не расслышала. Кажется, он сказал нам заходить? — саркастично говорю я, обращаясь к моей помощнице.

— Уходи, — громче повторил парень.

По тону можно легко понять, что он не настроен разговаривать. Состояние депрессивно-агрессивное.

— Конечно, сразу, как только назовешь вескую причину для прогулов. Ты один из немногих, кто сумел отличиться, и даже последние промежуточные зачеты не сдал. На медосмотр тоже не ходил. Почему?

Что делать с таким? Да фиг его знает.

— Академии плевать на своих учеников! Всем плевать! — слышу, как он подходит к двери и садится возле нее.

Вообще, отчасти он прав. По статистике, до второго курса дотягивают всего 70% поступивших. И так стало благодаря политике, установленной нашим директором Акирой. Политика свободы, основанная на отсеивании. Делай что хочешь, но, если ты слаб — выбываешь, если не можешь адаптироваться — выбываешь, не можешь найти общий язык с другими — выбываешь, можно еще долго продолжать этот список. Впрочем, об этом я уже говорила. Как и говорила о том, что на самом деле, чтобы продолжить учится, просто не нужно быть совсем тупым.

— Ты прав, всем плевать на таких отбросов, как ты. Не мерзко самому-то жалеть себя?

— Послушай, разве правильно так говорить, это ведь не нормально… — Аврора шепотом начинает поучать меня.

В ответ я лишь жестом показываю ей молчать.

— Уходи, — задетый моими словами, произнес парень.

— Ой, моя способность причиняет мне боль, а никто не понимает. Я создаю всем лишь проблемы, как с этим жить? Я лучше закроюсь в своей комнате, ведь все меня ненавидят. Не буду ничего делать. Не хочу. Лучше я буду осуждающим все додиком, — пытаюсь делать максимально раздражающий тон голоса, якобы имитируя его. — И почему мне досталась такая сила? Я так старался, поступил в крутую академию, а что получил? Вот это?!

У 85% мэсов способности проявляются в возрасте двенадцати-шестнадцати лет, так что при поступлении в академию они уже могут их использовать и контролировать. У 6% способности активны с рождения. Это, например, я и почти все мэсы с пассивными способностями. У 1% они не появляются вообще. У 8%, соответственно, они проявляются в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. И этот парень входит в число последних.

— Заткнись! — не выдержав, выкрикнул парень. — Ты. Ты совершенно ничего не знаешь! Я устал. Это невероятно больно — каждый раз ломать руки. Они не успевают восстановиться, как я снова их ломаю. Другие смотрят с опаской и во всех разрушениях винят меня, а я не могу это контролировать. Надоело! Все из-за этой дурацкой печати!

Его способность — это невероятной силы удары. Он, похоже, не может ее контролировать и потому постоянно вредит окружающим, разрушает все вокруг. Стоит отметить, что при использовании силы он ломает себе конечности. Пожалуй, это и есть решающий фактор проблемы.

— Бедняжка, — саркастично говорю я.

Жалость к себе или желание оградить себя, чтобы не вредить окружающим, загнали его в эту клетку? Думаю, первое.

— Я не хотел этой силы! Печать исчезла, а сила осталась. Почему?! Почему, скажи мне, я должен страдать от такого дара?

Его сила была пробуждена преждевременно, искусственно, с помощью печати, поставленной на его сердце.

Рубрика: Все, что нужно знать о...

Печать на сердце

1. Печать на сердце — своеобразный подвид техники усиления. Человек, в этом случае, ведьма, наносит на грудь человека определенные символы, а затем кладет на нее свои руки. Прикладывая силу, ведьма впечатывает эти символы через кожу непосредственно на само сердце, оно видоизменяется и деформируется.

2. Печать ускоряет кровообращение и учащает сердцебиение. Заставляет организм работать по максимуму, тем самым сокращая жизнь жертвы. Взамен ты можешь пробудить свою силу, либо увеличить мощность уже имеющейся в несколько раз.

Ходит слух, что взамен ведьма получает годы жизни жертвы. Но это не точно. Некий бредовый миф. Ха. На деле же человек, промышляющий таким, берет за это плату. Банально, но чаще всего это деньги. В нашем случае человек брал услугами. Правда, когда я с ним общалась, мне показалось, что ему просто это было интересно и доставляло удовольствие. Мол, освоение, развитие и совершенствование в запретной сфере, которое в последующем может принести ему какой-то профит. Преступный шарм или просто наклонности. Что-то такое.

3. Как уже было замечено, эта печать ставит под угрозу жизнь носителя, потому она является противозаконной. Наказание несут как ведьма, так и жертва. Конечно, размер наказаний разный.

4. Вы, естественно, спросите меня: «Арквейд, но что там было-то? Зачем, для чего и почему?» Вот что я вам скажу: «Мое эфирное время ограничено. Может, как-нибудь потом расскажу». Может (нет). В любом случае, мне кажется, предоставленной информации достаточно, чтобы понять общую суть. Там все не так уж и замудрено было. Я бы сказала, даже очень тупо.

Когда зимой мы столкнулись с этой проблемой, была крупная разборка, и он тоже попал под раздачу. Всех, кто воспользовался такими услугами, исключили, а саму ведьму посадили, и только этот парень остался в академии.

— Что ты, черт возьми, такое несешь? Ты такой жалкий, — насмехаюсь я, провоцируя. — Давай проверим твою силу! А? Ничего у тебя нет, только себя жалеешь. Давай, выходи и покажи мне, чего ты стоишь!

Один он не попал под раздачу. Почему? При первой проверке у него и еще у пары десятков учеников была печать. Поднялся шум и стали проверять абсолютно всех повторно, но при второй проверке ее уже не было. Не могу сказать почему, скорее всего ее кто-то снял. Однако Виктора решили оставить.

— Если тебе так угодно. Если ты уйдешь, — дверь открывается и перед нами предстает светловолосый потрепанный парень. — Если вы оставите меня в покое.

Получается, ты, зная о последствиях своей сверхсилы, готов разнести дом, чтобы только остаться в одиночестве? Совсем не эгоистично.

— Ой, заткнись уже. Моя сила — это поглощение любого урона, — обманываю я, подвергая себя риску. — Давай, бей. Оценим твою мегамощь. Не бойся, ты даже ничего не сломаешь, так как удар будет словно по подушке.

Я открываю ладонь и показываю, что бить надо в нее. Как до дела дошло, так тут сразу Виктор начал мешкать, сомневается. Мне приходится подталкивать его. Он, закрыв глаза, наносит удар. И? Ничего не происходит. Я жива.

— Все в порядке, — утвердительно огласила результат Аврора.

— Точно! — подтверждаю ее слова я. — Я, к слову, обманула тебя. Нет у меня подобной силы. Ты ведь должен знать о моей особенности, так? И вердикт тут таков, что твой удар не сильнее обычного человека. Только и можешь, что ныть.

Все в принципе так, как я и думала. Я могла отхватить, но догадка, построенная на импровизации, оказалась верной. Те 8% мэсов первый месяц после проявления способности не могут ее контролировать. Часто это происходит и со всеми остальными мэсами. Но если там все индивидуально и варьируется от случая к случаю, то эти запоздалыши абсолютно всегда сталкиваются с этой проблемой. Уверенности, что при искусственном пробуждении все так же, у меня не было, но надо было проверить. Так, даже испытывая ко мне негативные чувства, он сдерживался, не желая навредить, потому удар был заведомо слабый. Удар без активации способности, потому что он может ее контролировать.

— Почему? Как так? — Виктор изменился в лице. Злость сменило негодование. — Если печать не работает, почему тогда исключили остальных, а меня оставили? Если ее последствия проходят спустя время. Почему вы выбросили Артура? Почему ему досталось больше всех? Он вообще был не при чем!

— Какой ты мерзкий, — я вздыхаю. — От одной проблемы к другой. Что с тобой не так-то?

Кто такой Артур? Эта история особо меня не коснулась, но даже я знаю, что этот персонаж заварил всю кашу. Человек с рангом D, поступивший по блату, по совместительству, лучший друг Виктора. Похоже, он был первой жертвой ведьмы. Был первым, кто принял предложение и вступил в сотрудничество, а после стал подыскивать немощных учеников, которые желали стать сильнее. Местный бегунок, так сказать.

— Он хотел мне помочь! Во всем виноват я, а козлом отпущения стал он! Почему?!

— Хорошо, если ты желаешь, я отвечу на твой вопрос. Ты знаешь, что даже после пробуждения у него остался ранг D. Он понимал, в какой ситуации оказался ты и он, потому взял всю вину на себя. У тебя большие перспективы, а у него нет будущего. Он пожертвовал собой, возложил всю ответственность на свои плечи, чтобы ты смог пробиться, смог дальше учиться здесь и добиться успеха. Он умолял нас оставить тебя, — я хватаю парня за рубаху. — А ты что?! Посмотри на себя! Во что ты превратился? Разве это хотел видеть твой лучший друг? Артур верил в тебя, а ты...

— Арквейд, — робко произносит Аврора, заступаясь.

— Мне противно от тебя, — отпускаю Виктора, и тот, падая на колени, начинает плакать.

— Все хорошо, — моя помощница присаживается на колени рядом с парнем, начиная успокаивать его.

— Даю тебе время до понедельника собраться, пройти медосмотр и наведаться в студсовет. Если не уложишься к этому сроку, я лично позабочусь о твоем исключении. Кроме того, думай, о чем говоришь. Твои слова могут неправильно понять, и тебе придется за них отвечать. Виноват он во всем, понимаете ли, — я закатываю глаза и ухожу, оставляя Аврору с этим недоучеником.

Вот это я актриса! Все равно никто ничего не узнает. Никто не узнает, что Артур всю вину спихивал на Виктора, говоря, что это он его заманил сюда и вообще стер у себя печать, чтобы выйти из воды чистим. Мерзкий ублюдок.

— Это было неожиданно, — ко мне подошла девушка, которая впустила нас в дом. — Простите, я подслушала ваш разговор. Вы хорошо его встряхнули.

— А, ага, — на отстань[DD1] отвечаю я.

Чувствую эмоциональную усталость. Подобное меня сильно изматывает.

— Спасибо, что поговорили с ним, — она поклонилась мне.

— Это моя работа, — монотонно проговариваю я.

Девушка улыбнулась и оставила меня.

— Это был перебор, — спустя несколько минут спустилась Аврора.

— Думаешь?

Моя помощница улыбается. Видимо, с Виктором все будет хорошо, а значит, не зря я ее брала и свою реанимирующую роль она смогла выполнить.

— Да, мне даже жалко этого парня. Особенно обидно за его друга. Но мне кажется, что он справится. Правда, мне не понятно, что с его силой не так?

Мы покидаем дом, и я объясняю Авроре всю ситуацию с его способностью.

******

Первый Амебный Поход меня утомил, потому я решаю отложить остальные визиты на завтра. Наверное, все же стоит получше изучить досье будущих пациентов, чтобы знать, к чему готовиться.

******

Вернувшись под вечер домой, в прихожей я сталкиваюсь с Нео.

— Я хочу, чтобы ты научилась читать по губам? — c порога заявляет он, одаривая меня своей хитрой улыбкой и мерзким прищуром.

— Тоже мне, я и так умею.

Этот навык с моими способностями было освоить довольно просто. Помнится, еще в четырнадцатилетнем возрасте мне захотелось научиться этому.

— Ты ведь не против, если я проверю? — он припирает меня к стенке, берет прядь волос и беззвучно проговаривает: «Черный цвет такой скучный, тебе стоит поэкспериментировать. Например, каштановый. Ты будешь выглядеть куда милее и нравиться мне», после чего нюхает мои волосы.

— Это так мерзко, — скорчив кислую мину, я отвожу в сторону его руку, освобождая свою прядь из плена, после чего беру курс на свою комнату.

— Подожди, — он усмехнулся. — Повтори дословно то, что я сказал.

— «Говорят, если год не мыть волосы, то можно искусственно пробудить способность».

Естественно я не собираюсь повторять весь этот бред, а лишь дам намек, что сказанное было связано с волосами. Парень ведь у нас без способностей, и внешний вид бомжеватый.

— Хорошо, — усмехнувшись, сказал он, очевидно поняв, что колкая фраза — это камень в его огород. — И на каком расстоянии ты можешь читать по губам?

— Пока вижу движение губ, — логично отвечаю я.

На деле это хороший вопрос. Точного ответа на него я не знаю. Не проверяла, но думаю, мой ответ более чем верный.

— Ладно, стой там и читай, — он отошел подальше, чтобы произнести: «Не обижайся, ты мне и такой нравишься».

Ужас. Опасное растение-кринжевик в доме.

— Я ухожу.

15.Четверг, 16 марта

— Нашла, — с лукавством и радостью в голосе произносит Астарта, выглядывая из-за двери. — Кто бы подумал, что ты тут. В совете тебя нет, никто не знает, где ты! У Такего (мой основной преподаватель) не светилась, прогуливаешь пары, и дома тебя тоже нет. Пришлось поработать головой.

Девушка подходит ко мне, оглядывается вокруг и смотрит вниз с крыши.

— Основательный у тебя подход, — я бросаю взгляд на гостью, а после снова продолжаю смотреть на занятия учеников.

Вот уж кого я не ожидала здесь увидеть, так это ее. Если она так упорно искала меня, значит, ей что-то взбрело в голову, и она намеривается загрузить этим меня. Эх, никакой тишины.

— Ты выглядишь уставшей, — Астарта садится возле меня на край и свешивает ноги вниз через решетку, так же направив свой взгляд куда-то вдаль. — Это не то чтобы я хочу навязаться или лезть в твою жизнь, просто это не похоже на тебя. Ты грустная, что ли, вот. А, и, ну, я не для услуги тебя искала. Вернее, мне нужна услуга, но не совсем услуга, а скорее мнение твое. Вернее сказать, я просто хотела поговорить.

— Просто поговорить? — я усмехнулась. — Со мной?

Вот уж действительно странно. Когда она села возле меня, ее настроение изменилось. Глаза задумчиво смотрели вдаль, а улыбка стала более печальной. Похоже, что-то ее тревожит. Я бы рискнула предположить, что это что-то личное, связанное либо с подругой, либо с окружением, либо с Дмитрием.

— Звучит странно? Мы ведь серьезно никогда не разговаривали. То есть, мы, конечно, общались, но не на какие-то глубокие и личные темы. Ты поэтому, наверное, думаешь, что я хочу как-то использовать тебя? — затараторила девушка. — В смысле, не использовать, а вытянуть информацию. Или это и называют использовать? Мы проводим много времени вместе, и я уже давно считаю тебя своим другом, хотя ты, кажется, совсем так не думаешь. Ты, конечно, отвечаешь мне всегда и, иногда даже кажется, будто бы беспокоишься. Вот. Но внутри почему-то создается ощущение, что я для тебя иногда словно обуза, и ты говоришь со мной чисто так, из вежливости. Не хочу сказать, что это меня беспокоит...

Вот, значит, как она думает обо мне. Не могу сказать, что это не правда. Я иногда действительно так думаю и делаю. Знаете, она считает, что если обратилась, то нужно что-то рассказать и о чем-то поговорить, а у меня не всегда есть на это настроение.

— Как бы ты ни считала, Астарта, но плохо я к тебе не отношусь, — моего настроения хватает только на общую фразу.

— В общем, я тут захватила кое-что для тебя, — она достает из-за пазухи любимую мной соломку в шоколаде и протягивает ее мне. — Вот, держи, это тебе.

Милый жест или подкуп, который лишний раз рождает мысль о том, что от тебя что-то хотят? Даже если вариант второй, то, в любом случае, щепетильная внимательность к моим пристрастиям достойна похвалы. Она первая, кто обратил внимание на то, какое лакомство мне по душе. Можно сказать, я ей явно небезразлична. Ха.

— Вот же ж ты, пройдоха, — я саркастично улыбнулась. — Ладно, тебе удалось подкупить меня.

Не могу отказать этой милой даме и палкам, а потому принимаю этот дар. Открываю пачку и достаю пару штучек. Плату взяла, получается, согласилась. Легко купилась.

— Так у тебя что-то случилось? — поинтересовалась Астарта. — Почему грустишь?

— Да не грущу я, — ответила я, задумавшись. — Просто думала об одном человеке. Невольно предалась воспоминаниям, вот и настроение создалось подобное.

Раз уж ей удалось меня подкупить, решаю не ерничать, а сказать правду. Все равно в этом нет ничего такого.

— Понимаю. У меня тоже такое бывает, хотя мне, на самом деле, не особо есть по кому скучать. У меня помимо Амаи никого нет. Но все равно я представляю, что это за настроение. Все же у меня есть какие-то общие теплые или наоборот грустные воспоминания из интерната. А что за человек такой у тебя, о котором ты думаешь, не скажешь?

Девушка рядом со мной и ее подруга, как вы уже поняли, выходцы из интерната. Я никогда особо не интересовалась этим, но, кажется, жизнь у них там в целом была не сахар. Нахожу удивительным, что оттуда выпустилась подобная Астарте девушка. Я имею ввиду ее наивный характер.

— Да это неважно.

Не хочется беседовать об этом.

— Я знала, что ты так ответишь, — девушка повернула голову в мою сторону и улыбнулась. — Ты можешь не говорить, я понимаю. Наверное, этот человек для тебя очень важный. Скучаешь, да?

— Мои размышления были скорее полуфилосовскими. По типу, где сейчас человек, чем занимается, какие люди его окружают, где работает, как сложилась судьба. Многие ведь о таком время от времени думают?

Я вообще пришла сюда, просто чтобы перевести в тишине дух, но поскольку я не умею не думать, на меня накатили подобные мысли.

— Но если это близкий тебе человек, то ты можешь ему позвонить! Написать письмо! В интернете найти! Сейчас это сделать совсем не сложно! Амая может помочь, если нужно! Я бы так и поступила. Нет ничего такого в том, чтобы поинтересоваться. Вниманию любой будет рад, особенно если вы раньше общались. Даже если вы поссорились когда-то, можно помириться! Я думаю, сердце человека растает, когда он поймет, что он тебе не безразличен. Или все совсем плохо?

Господи, что за глупая девчонка.

— Ладно, смотри. Мой отец хороший врач. Он воспитывал меня одну, но работал много, а потому времени на меня у него практически не было. Зарабатывал хорошо и, желая для меня лучшего, тратил деньги на услуги нянь. Они жили со мной, готовили, с уроками помогали, убирались по дому и все в таком духе. Долго не задерживались обычно, часто менялись. Но была одна, которая задержалась не на один год. Звали ее Намики. Копаясь в мыслях, о ней я почему-то и задумалась. А теперь вопрос. Как часто ты звонишь своим нянечкам из интерната или воспитателям? Полагаю, никогда.

— Ну, если бы я захотела, то могла бы… — протянула моя собеседница. — Но это ведь совсем другое?

— Другое? Твои няни, как и мои, получали за это деньги. Это работа. Да, возможно у нас с Намики сложились доверительные отношения, но тем не менее. Я просто раздумывала о своем, тратя время. Я не человек действий, и во мне нет желания созвониться, списаться. Интерес пропадет, как только я спущусь с крыши. Это напускное.

В целом, мысли о моей бывшей няне меня посещают время от времени. Я считаю, это нормально, ведь эта девушка внесла немалый вклад в мое воспитание. Оставила свой след, так сказать. Хах.

— Вообще я тоже часто загоняюсь на какие-то разные темы, хотя это того не стоит. Настроение штука такая, странная, особенно когда это связанно с воспоминаниями. В моих воспоминаниях так и вообще куча дыр. Вот Амая, бывает, говорит о том, чего я не помню. А я хотела бы, но не могу разделить ее чувства. Просто не могу вспомнить то, о чем она рассказывает, и это повод для грусти, — девушка задумалась и замолчала на некоторое время. — А я, поднявшись сюда, сначала было подумала, что ты такая уставшая из-за совета и новой должности. Тяжело, наверное, быть главой студенческого совета? В смысле, ты всего несколько дней на посту, но надо все распределить, реорганизовать работу, всех обучить и объяснить, что да как.

Во время ее странного монолога я смотрела на то, как пшеничные волосы назвавшейся моей подругой дамы во всю длину развеваются на ветру. Знаете, если бы у хобби наблюдения был подвид, то я могла бы сказать, что люблю наблюдать за людьми. Астарта, в целом, приятна глазу. Если составлять мой топ тех, кого приятно чисто эстетически созерцать, следя за тем, что делает человек, то я бы дала ей высокое место. Ее волосы длинные и ухоженные, чему непременно можно позавидовать. Никакущее лицо, в том плане, что в нем нет ничего, за что мог зацепиться бы глаз. Чего-то, что делало бы это лицо особенным. Ровные черты, серые глаза, маленький нос, мягкая умиротворенная улыбка. Небольшой рост, аккуратные ножки и ручки, грудь второго размера. Вообще ничего особенного, она никакая. Но эта «никакущесть» и есть ее плюс. Кажется, ей подошел бы любой образ от милой стесняшки до надменной садомазохистки. Сейчас же передо мной женственно-нежная грустная девушка.

— Какая-то усталость от этого и вправду чувствуется. В целом ничего не изменилось. Сложностей особо нет. Просто до этого я молча следила за порядком, работала с документами и мелкими поручениями, а теперь только и делаю, что разговариваю да взаимодействую с людьми. Нужно время, чтобы к подобному привыкнуть и перестроиться.

Я слишком много раньше молчала и проводила время в одиночестве. Была себе на уме, а теперь покоя даже дома нет. Недооценила я как-то то, что эта суета так будет меня утомлять. С утра еще с Адамом пересекались и… Знаете, просто какая-то забавная ситуация выходит с другими «президентами» по отношению ко мне. Я бы описала это как: «Мы верим в тебя, но тайно ждем, пока ты обосрешься». Лучше бы консультировалась с Мюриель — президентом, которая была еще до Селины. Может, она бы не осудила. Хах.

— Вот ты и спряталась тут, чтобы передохнуть, а потом думала о всяком? — девушка попыталась подбодрить меня своей улыбкой.

— Можно и так сказать, — подтверждаю ее правоту.

— Ты не могла бы не смотреть на меня так пристально. Просто ощущение, что я под сканером. Ну, в смысле, не то чтобы я против, чтобы ты смотрела, просто неловко, будто бы я что-то не то говорю или у меня грязь на лице. Ты ничего такого не подумай, я не хочу тебя оскорбить и это не из-за твоих способностей. Вернее, как раз таки из-за них, но не то чтобы я...

— Я понимаю, — перебиваю я Астарту и перевожу взгляд. — Так, о чем ты хотела поговорить со мной?

Многие, кто знает о моих способностях, от пристального взгляда начинают переживать. Я уже привыкла.

— Это... — Протянула девушка и подперла голову правой рукой, направив глаза в небо. — Ты ведь знаешь, что мне нравится Дмитрий, да?

Наблюдая за ее общением с другими, я заметила одну особенность. Когда она говорит о чем-то серьезно или о чем-то, что ее волнует, ее речь становится более простой и стройной.

— Правда? — я не удержалась от сарказма. — Ладно, без шуток. Не говори, что я тебя не предупреждала.

Их отношения сложно назвать любовью. В них девушка дурачится, ведет себя несерьезно. Преспокойно заявляет всем, что он ее парень, а тому без разницы. Она везде тянет его за собой словно близкого друга, а он и не против, хотя особого интереса не проявляет. Отношения у них хорошие, но внешне выглядят очень странно, особенно для парочки якобы влюбленных.

— Нет-нет, все в порядке. Просто я чувствую какую-то опустошенность. Отношения никуда не двигаются, и создается ощущение, что меня вообще не воспринимают всерьез. Не знаю, что делать.

Кто мне даст награду за заранее угаданную проблему? Ох, уж эта любовь. Ужасное, должно быть, чувство.

— А как насчет Амаи? Разве такое не лучше всего обсудить с близкой подругой?

— Она мне давно сказала, что ей это не интересно, чтобы я даже не подходила к ней с этими дурацкими отношениями. Совсем меня не поддерживает, — Астарта вздохнула. — В последнее время с ней вообще невозможно говорить. Она полностью поглощена своей силой и сидит в компьютере. Что ни говори, не реагирует и почти не отвечает. Я только, как служанка, ей еду таскаю да убираю в комнате, хотя, кажется, ей вообще плевать на то, что вокруг происходит.

— Понимаю, — улыбнувшись от представленной мною картины, отвечаю я.

Мисс Хофлер у нас девушка не самая обычная. Но поговорим об этом позже, ведь она тоже есть в амебном списке, и я собираюсь сегодня к ней наведаться. Если, конечно, найду в себе силы и желание.

— В общем, я не прошу у тебя совета. Просто хотела воспользоваться твоим взглядом, спросить, а что чувствует он? Мне бы хотелось немного ясности и понимания, чтобы знать, что делать.

Стоило бы заметить, что мнение будет субъективно, но она должна это и так понимать.

— Думаю, ты ему нравишься. Больше как хороший друг. Если точнее, может, он и видит в тебе девушку, но не думает о чувстве любви всерьез. Тут ты сама виновата. Ты слишком заигралась, слишком смелой была и, возможно, слишком навязчивой.

Своим отношением Астарта сама загнала себя в такое положение. Это дурачество продолжается уже почти полгода, потому парень и думать забыл о ней как о партнере. Он сам не знает, что у нее в голове, а это отталкивает. Возможно, когда-то был упущен важный момент, который должен был перевести на новую ступень. Не додавила, не поцеловала или еще что, и это все откатило. Послужило знаком, что у них тесные дружеские отношения. Но это я так думаю, ведь не слежу за ними 24 на 7. Это было бы тем еще удовольствием.

— Вот как… — мои слова расстраивали ее.

— Большую симпатию он проявляет к Ивае. Можно сказать, что он сдержанно влюблен в нее. Они общаются, соблюдая дистанцию, но мне кажется, что твой Дмитрий хотел бы ее сократить. Просто эта девушка не та, к которой можно легко подступиться. Сделай ошибку и любым отношениям может настать конец. Но суть в том, что он ей тоже нравится. Это сложно заметить, и я вряд ли смогу объяснить, потому просто поверь на слово. Но они оба такие идиоты, что их отношения будут всю жизнь стоять на месте. Может, алкоголь помог бы им сблизиться, но я не эксперт в этих вопросах. Но даже в таком раскладе, если делать ставку, то я бы поставила на их пару, а не на тебя. Просто потому что в любой момент может произойти какой-то толчок. Ты, моя дорогая, думаю, на самом деле это и без меня знаешь. Уверена, что ты чувствуешь если не ее симпатию, то симпатию своего друга к ней. Но это не значит, что у тебя нет шансов. Я не гуру в отношениях, но я бы сказала, что они вполне себе неплохие. У тебя инициатива, ты можешь и не боишься действовать, это главный плюс. Нужно просто, наверное, внести какую-то конкретику. Как-то дать понять, чего ты хочешь. Поцеловать там, или я не знаю. Это уже не мне разбираться. Как-то так. Надеюсь, помогла.

Но я по-прежнему считаю, что лучше все бросить. Что этот союз в итоге будет трагичным. Ивая ему подходит куда больше. У них больше общего, они чем-то схожи. А Астарта ему подходит примерно так же, как и мне. Ха. Правда, если уж углубляться в тему, то иронично, но если слушать сердце, то я питаю намного больше симпатии к сидящей справа от меня девушке, потому выбрала бы ее вопреки своей логике. Значит, она может получить то, чего хочет. В конце концов, гормоны сделают свое дело. Близость и все такое. Этого ведь хотят преимущественно в таком возрасте? И это играет немалую роль.

— Спасибо, мне важно было это услышать, — она мне улыбнулась, и я улыбнулась ей в ответ. — Раз уж ты грустишь, посижу с тобой. Чтобы не было так одиноко.

— Я же уже говорила, что не грущу, а впитываю тишину. Набираюсь сил, чтобы снова пойти работать.

Или скорее занимаюсь самовнушением.

— Неважно! Ты прогуливаешь, я прогуливаю. Считай, сбежали вместе. — удивительно быстро с меланхолии она переключилась обратно.

Видимо, получив ответ, решила, что больше нагружать меня незачем. Мило.

— Слушай. Может, тебе вступить в студенческий совет? Как-никак почти с самого поступления вместе работаем. Ты ведь хороший кандидат, уже все знаешь, в курсе, что делать, — это серьезное предложение, но я маскирую его за иронией.

Астарта у нас гений с силой ранга S. Ей вообще находиться тут незачем. Ее силу так просто не развить. Единственное, что ей необходимо — финансирование академии. Девушка рядом со мной — бог инженерии. Создает то, что можно вычитать только в книгах. Например, меха-воинов. Академия ее поддерживает, она продает свои изобретения и на выручку покупает материалы для новых, а в это время о ней ползут слухи. В городе Астарту хорошо знают и ждут ее новых открытий. Многие фирмы уже положили на нее глаз и ждут выпуска, не стесняясь при случае вербовать девчонку. Некоторые склоняют ее покинуть академию раньше срока и приступить к работе. Ее ждет прекрасное будущее, высокий доход и, не исключаю, мировая известность.

Эх, был бы у меня телефон, то можно было бы сфоткаться, мол, сижу с будущей звездой, а потом детям втирать, что дружили. Какая-то чушь в голову лезет.

— Я бы с радостью, да только разве я могу бросить своих технарей? Они без меня совсем пропадут! Чуть что, ноют как дети. Жалуются, что я мало им времени уделяю. И что, что я глава кружка? Я ведь не нянька, правда? Мне и свои штуки мастерить некогда, но я все равно стараюсь всем помогать. А все доброта моя душевная. Ну, или не совсем, может, чуточку хитрости. А так кружок у нас все же один из самых крупных, они меня без боя не отдадут. Хочу или нет, но я там пробуду до самого выпуска.

Как выходец из детского дома, Астарта попала в академию по социальной программе. Она провалила все тесты, но ее талант стал ее билетом. По сути, эти три года в академии — ее время на адаптацию в мире вне стен интерната.

— Да уж, таким словам можно только позавидовать, — усмехнувшись, радуюсь за столь завидное положение.

Меня-то бы сразу сплавили, если бы хоть кто-то захотел забрать. Ха.

— Вот когда я выпущусь, создам «Астарта корпарейшн» и найму только тех, кто старается и не ноет. Тебя возьму, например. А? Круто ведь?

Старается и не ноет. Прямо про меня. Да. Несомненно!

— Название не очень, — подмечаю я. — И что я буду делать в твоей фирме со своими-то способностями?

Какие милые ребяческие амбиции. Всегда немного завидовала таким людям. Все из-за того, что у меня амбиций нет. И для меня это вроде как не проблема, но из-за общества почему-то в глубине души чувствуешь, что так быть не должно. Мол, неправильно это. Навязали чувства. Но с годами я все более успешно забиваю на осуждение и мнение других. Решаю тут только я.

— У тебя отличная способность! Будешь подбирать персонал. Плохие корыстные люди, чьи помыслы грязны, а сердца черны, не смогут пройти мимо твоих чудо-глаз. О, как загнула-то! Не то чтобы прямо красиво, но неплохо. Да, точно, именно неплохо. Еще ты будешь хороша в политике и переговорах. Будешь понимать, чего хотят люди, и сможешь доносить до них всю суть. Ты будешь словно движущая сила. Столп, благодаря которому будет строиться персонал и расширяться база поставок, контрактов.

Кажется, я начинаю понимать ее лучшую подругу, которой приходится постоянно это слушать. Она ведь не просто рассказ ведет, а еще и сопровождает его активной жестикуляцией.

— Вот как…

Звучит наиотстойнише.

— Также будешь следить за балансом, чтоб не было недовольных, чтоб все, как большая семья, или что-то в этом роде. Творческий дух чтобы был, вот так. Да, дух творчества и любви. Создать что-то новое со своими правилами, чтобы приносить пользу людям. Буду той, кто работает на благо людей, а не на свой карман. Ну как, не то чтобы карман исключаем, вас всех тоже содержать нужно. Немного корыстно. Совсем чуть-чуть. Может, в будущем мы даже сможем изменить отношения между людьми...

Так мы и просидели всю пару, разговаривая обо всем и ни о чем. Пожалуй, за последний год это первый столь простецкий разговор, где я особо не задумываюсь над словами и отвечаю по инерции. Благо, Астарта отлично справляется с ролью рассказчика и совсем не чувствует себя некомфортно на этом поприще.

******

Разговоры разговорами, а работа сама себя не выполнит. Эх.

Амеба # 2

Я беру в охапку Аврору, и мы направляемся в дом к некому Оскару Линду. Ранг B, способность — «покрытие руки высокопрочным материалом с последующей трансформацией в клинок», ничего необычного, у нас с примерно такой же способностью только первокурсников человек восемь-десять наберется. Особенность: состоит в одной команде с Авророй. Та, объясняя причину, впаривает мне какую-то дичь. Решаю разобраться на месте и действовать по ситуации, не думаю, что с ним будет много мороки.

— Здравствуйте, месье, — переступив порог, говорю я.

На кухне с бутылкой молока в руке в одних джинсах стоит высокий светловолосый подкаченный парень. Всю его правую руку обвивает татуировка чешуйчатого дракона. Так и хочется сказать, самец.

— Ты кто? — интересуется парень, понимая, что я обращаюсь к нему.

Высокий бархатистый голос с нотками грубости. Как обольстительно. Аврорушка, что ты делаешь с ним в команде, а?

— Мое имя Арквейд, я глава студсовета. А эту милую даму зовут Аврора. Думаю, вы знакомы.

Почему-то меня тянет улыбаться при виде этого чуда. Это не от прекрасного вида, который радовал бы глаз, а скорее просто человек забавный. Важный такой, серьезный.

— Хватит дурачиться, ближе к делу, — он делает глоток и убирает молоко в холодильник.

— Извольте объяснить причину. Почему Вы уже который месяц не ходите на занятия? Пропустили медосмотр, уважаемый, — я продолжаю говорить в той же манере, потому как вижу, что она злит пациента.

— Я жду второго курса, — сдержано ответил он. — На первом учатся лишь отбросы, которые ничего не могут. Только со второго начнется нормальное обучение.

Чисто теоретически, есть в его словах зерно истины. Первый курс лишь выводит тебя на определенный уровень. Лепит некую базу, которой должен обладать каждый. Со второго же все меняется, условия порой ужесточаются в десятки раз. Конечно, тут все зависит от учителя команды, целей учеников и других мелких факторов.

— Да коли Вы такой крутой, что ж Вас сразу на второй курс не закинули?

Первый курс, так или иначе, дает очень много знаний. Даже я без боевых способностей, но с определенной подготовкой могу побороть если не большинство, то многих неподготовленных с неплохой силой. Если твой набор знаний и умений будет достаточно высок, при поступлении тебя могут закинуть на второй курс. Правда, такое происходит крайне редко, ведь есть еще и социальная составляющая. Да и, будем честны, в силу юного возраста, большинство те еще «умники» — без царя в голове. Этот год многое решает.

— В комиссии свою работу делают на от****ь, лишь бы побыстрее закончить. Из-за них лишь год на ветер. А занятия ваши — полная чушь. Ходил я на них немало, а толку? Ерунда одна.

«Аврора, тебя силой затащили в команду? Подай знак, если да».

Ладно, ладно, отставим шутки. Вообще он парень неплохой, просто, похоже, раздражительный и не слишком сообразительный. По лицу его не скажешь, что он агрессивен или что-то в этом роде. Вижу, Оскар свято верит в то, что говорит. Заговоры — это так прекрасно. Особенно, когда ты силен и красив, а мир этого не замечает. Скажу единожды. Да, ребят, я часто использую сарказм. Стоит к этому привыкнуть.

— Понимаю, ты хорош, а с хорошими людьми часто случается несправедливость. Их склонны недооценивать, — без какой-либо насмешки, с пониманием говорю я. — Но! Что если я докажу обратное? Что если занятия не так бесполезны, как кажется? Обязуешься ли ты тогда ходить на занятия и пройти медосмотр?

— Пхах, — в ответ он просто пшикнул, подавив смешок.

Это что? Типа попробуй? Ха.

— Давай так, если я выиграю тебя в армрестлинге, ты обязуешься выполнять вышепоставленные условия.

Я меняю манеру речи на вызывающую. Берем мачо на слабо.

— А что, если ты проиграешь? — наивно ведясь на провокацию, он уже хочет получить что-то взамен.

Я думала, что Оскар спросит, как армрестлинг показывает силу системы обучения, но в его голове, видимо, этого вопроса не возникло.

— Такого не произойдет. Но если выиграешь, я исполню любое твое желание, например, стану твоей служанкой на неделю-другую и надену костюм поэротишней. Неплохо звучит, да?

Моральное давление путем несопоставимых по размеру наград. И вот я вижу, как он уже сомневается.

— Так не пойдет. Тут какой-то подвох. Я не знаю твоих способностей. Что, если у тебя нереальная сила? Внешность-то обманчива, сама понимаешь.

Повелся на блеф. Ха.

— Одолжи телефон, Аврора, — я беру телефон у стоящей в стороне девчонки и ищу свою анкету, после чего показываю ее пациенту. — Видишь, никаких физических способностей, только мордашку твою анализирую.

— Тут все равно что-то не так, — здравый смысл покинул голову парня и прихватил с собой последний интеллект. — Что, если твою руку заранее усилила Аврора?

Да уж. Неудивительно, что в мире так много разных разводов и обманщиков. Некоторые люди так легко ведутся. Ты только обустрой все получше, чтоб выглядело посерьезней, поубедительней. Так ловушки и не заметят. А ведь я наоборот давала тебе шанс.

— Ладно, изменим условия. Держи в уме, что это битва твоей силы против моих знаний первого курса. Предлагаю, значит! Ты что есть мочи ударишь мне в предплечье, при этом Аврора усилит твою руку. Если оставишь хоть какое-то повреждение, победил ты. Если нет, то я. На всякий случай попрошу Аврору лишить нас физических чувств, чтоб не чувствовать боли, а то мало ли что. Она ведь у нас медицину изучает. Никаких виртуальных миров, решаем все на месте. Здесь и сейчас. Идет?

— Звучит получше, — он начинает разминать плечо и кулаки. — Только потом не жаловаться и не отступать. Каждый выполняет свою часть сделки. Если останешься без руки, то не вини меня. Аврора была всему свидетелем.

Дежавю прямо какое-то. Второй день подряд провоцирую парней бить меня. Кажется, у меня взаправду паршивые методики. Надо что-то менять.

— Надеюсь, ты запомнишь свои слова.

Битва специализаций, оборона против нападения.

— Вы что? Это дурацкая затея, — возражает, не одобряя, Аврора. — Я против. Вы не будете тут драться.

— Да все в порядке будет, не переживай, — успокаивает своего соратника Оскар. — Мы просто уладим спор. Никаких драк не будет. Только один удар.

— Да. Доверься мне, — в довесок говорю я.

— Я сделаю, как вы хотите, но все равно не одобряю, — соглашалась девушка, о чем-то волнуясь.

— Прости, что заставляю участвовать тебя в подобном, Рори, — извинялся парень. — С меня будет причитаться.

Мило.

— Ты только бей что есть мочи, второго удара я тебе не дам, — подливаю масла в огонь битвы.

— Не обессудь, — рука парня покрывается черным материалом, а жилы и вены становятся красными.

Оскар, особо не думая, наносит свой удар. Его руку разрывает отдачей, и стоит только черной оболочке исчезнуть, как кровавая каша из мяса, мышц и крови вываливается на землю. Воздух моментально заполняет запах крови. Зрелище далеко не для слабонервных. Руку парня размолотило по локоть, но кость осталась цена. Повезло.

Каждый дурак знает о базовом навыке отражения. Каждый, но не он. И вот результат: весь урон пришелся на его руку, а удар был неслабый. Таким и убить можно. Нет сомнений, что в лучшем случае от такого удара я бы лишилась руки.

Аврора начинает паниковать и кричать на меня. Парень не чувствует боли, потому просто прибывает в шоке.

— Теперь понимаешь? Ты на базовом уровне. Надеюсь, ты сдержишь свое обещание.

Все с ним будет в порядке, поваляется пару недель и будет как новенький. Главное, что кость цела.

— Ты с ума сошла, Арквейд! Это тебе не простая рана! Тут лечения минимум на месяц! А если мышцы нарастут не так? Тогда придется снова снимать кожу и все остальное?! — кричит Аврора. — Ты понимаешь, что вся ответственность ляжет на тебя? Что нам с этим делать?

— Что-что? Веди в медпункт его, — говорю спокойно я.

— Я отведу, но… — начинала заводиться снова девушка.

Кажется, ее это слишком шокировало. А я подобного в начале года насмотрелась. Да и до поступления видала, так что не паникую. Ничего такого нет. Думаю, с помощью способностей наших врачей он вообще за неделю сможет вернуть свою руку.

— Забей, я все прекрасно понимаю, чай не ребенок уже, — перебиваю я девушку, повышая голос. — Полежит, подлечится, заодно осмотр пройдет. Иди. После жду тебя тут.

Она недовольно берет страдальца, который молча посмотрел на меня и усмехнулся. Похоже, я и мое хладнокровие его порадовали. Очень лестный комплимент. Авроре стоило бы поучиться оптимизму у этого парня.

******

Обычному человеку такое событие покажется дичью. Одна девушка спокойно убирает кровавое месиво, а другая дама тащит на себе семнадцатилетнего парня, у которого одна кость вместо руки. Да и, в целом, доводить события до такого исхода — это норма? Я отвечу: «Да, это норма». Увидев израненного в этих стенах, никто не удивится, ему помогут, но спрашивать и кричать не будут. Конечно, сейчас для выяснения отношений и тренировок без травм есть виртуальная реальность, а раньше кровавое месиво было обычным делом, как, впрочем, иногда и смерть. Благо, не только технологии, но и медицина шагнула вперед, потому такую травму, как у Оскара, можно отнести к средней тяжести, словно перелом. Поживите тут месяцок-другой, и это будет казаться вам нормой.

— Ты переборщила с ним, — Аврора вернулась и уселась на диван рядом со мной.

— Кто ж знал, что он реально со всей дури ударит? Я 100% могла остаться без руки в лучшем случае, если бы он знал о том, что я собираюсь использовать отражение. Какой бы ни был спор, надо же думать, что делаешь, не? — я выключаю телевизор.

— Прости, что накричала. Это просто было неожиданностью, — извиняется девушка. — Камила сказала, что он быстро оклемается, но просила тебя к ней заглянуть.

Значит, объясняться все же придется? Эх... Но думаю, пройдет без проблем. Оскар ведь на моей стороне? Да и это всего лишь главврач, а не директор или администрация. Переживать не о чем.

— Да все в порядке. Я почитала о твоем друге заранее, потому знала, что мне ничего не грозит. Расскажи лучше, как ты в команду к этому чудику попала.

— Оскар вообще хороший парень. Мы с ним еще на вступительных познакомились. Он всегда мне помогал. Был внимательным и чутким, а потом позвал меня в команду, ну я и согласилась. Он не всегда ведет себя так грубо.

Довольно банальная история. Хорошо, что ей все нравится.

— Что ж ты тогда делала вид, что не при делах, когда я провоцировала твоего напарника? Не заступилась за него?

Я ведь не слишком красиво себя вела, а она молчала до последнего. Мне кажется, было понятно, к чему все идет.

— Потому что мне нечего сказать. Да, метод мне не нравится, но… Это будет здорово, если он действительно вернется к занятиям. Оскар и правда думал, что сила решает многое. Потому... — она кланяется мне. — Спасибо!

Как неловко.

— Забей, это просто наша работа. Идем дальше.

Мне ведь нет дела до того, в одной ли они группе или кто еще он, главное — быстрее решить проблему.

Амеба # 3

Девушка по имени Амая Хофлер.

Честно говоря, мне не хотелось бы причислять ее к категории Амеб, ведь ее случай уникальный, но раз наш обход несет такое кодовое название, пусть будет так. Девушка — очередной гений, на этот раз компьютерный, с рангом S. Вероятно, ей приходится соответствовать своей подруге Астарте. Или подобное притягивает подобное? Не знаю. Но дружба таких личностей кажется мне забавной. Их силы образовывают неплохой тандем. Судьба, не иначе.

Дверь нам любезно открывает Астарта и проводит до комнаты Аи, после чего желает нам удачи в решении маленькой проблемы.

— Проходи, не стесняйся. Бери стул, ведь нам придется подождать, — я без разрешения усаживаюсь на кровать хозяйки.

В комнате девушки довольно темно. Входя сюда, словно попадаешь в другой мир. Мисс Хофлер игнорирует наше присутствие. Она полностью погружена в игру. Я смотрю в экран, наблюдая за процессом.

— Ничего не понимаю, — следя за движениями героев на мониторе, произносит Аврора.

— Да тебе и не нужно. Или ты об Амае?

Девушка очень красива, несмотря на то, что она хикки-задрот. Не хочу описывать ее внешность. Мне больно. Заметили, сколько в целом красивых вокруг? У меня аж комплексы.

Рубрика: Факты от Арквейд[DD1]

Мною был проведен анализ последних восемьдесят лет. Это время с появления мэсов. В результате выяснилось следующее: каждые двадцать лет каждое новое поколение становилось более и более привлекательным. В смысле, внешне. Улучшение генофонда. Вот то-то вокруг все красивые или просто приятные на вид. Эх, что же мне обычной делать? Или как жить людям с их заурядной или непривлекательной внешностью, когда все вокруг такие красивые?

Шучу.

Конечно же я тоже на самом деле очаровашка, просто прибедняюсь, пытаясь прировнять себя к массе. Мол, нужно быть ближе к народу. Ближе к читателям. Ха.

Ладно, шутка на самом деле не об этом была, а о том, что нет никакой статистики, просто давно подметила факты. Ха. Мэсы действительно с каждым поколением становятся более привлекательными внешне. Это некое своеобразное выделение среди людей. У отдельных личностей вообще появляются свои странные особенности вроде быстрого роста волос или красивой гладкой кожи на протяжении всей жизни.

— У нее глаза словно стеклянные, — подмечает Аврора.

— А, это ее способность, киберпатия, она компьютерный гений. Сейчас она где-то там, в игре, наедине со своей силой. Используя ее, она теряет связь с реальностью. Переходит в аморфное состояние, оттуда и глаза такие, как монитор. Побочный эффект силы. В целом, способность крутая. Взламывать может все, решать в уме все словно компьютер. Но вместо этого она тратит свой талант на игры. Берет саппорта, покупает кэрри-вещи и идет в разнос. В общем, делает все кроме главной обязанности саппорта — помогать команде. Не командный игрок, только другим все портит, — словно пытаясь достучаться до Амаи, говорю наигранно я.

Только спустя десять минут наш пациент просыпается.

— Здрасте. Заскочили к Вам сказать, что в десятых числах апреля Вам назначат преподавателя и он будет последним.

Эта дама и Астарта совместно обучаются по отдельной программе. Для особо одаренных, так сказать. Им подыскивали учителей соответственно их способностям, и те на дому занимались с ними. Словно они второкурсники со своей группой и учителем. Да только если Астарта старалась подружиться с преподавателем и пыталась учиться, то эта устроила бойкот. Один за другим преподаватели менялись, но только всему есть предел. Видите ли, ей не нравится учитель как человек, ни тот, ни другой, ни пятый-десятый.

— Поняла, — ответила девушка словно робот.

— Понравится тебе он или нет, уже никого не волнует. Будешь обучаться, либо до свидания.

— Угу, — равнодушно смотря мне в глаза, пробубнила она.

Ощущение, что она продолжает играть, только в своей голове. Амая практически постоянно внутри себя и только отдаленно слышит других. Я даже не вспомню, видела ли вообще ее в обычном состоянии? Но могу сказать, что в переписке человек она совершенно другой. Со своеобразным чувством юмора, так сказать.

— Второе. Что ж Вас Астарта на медосмотр не приволокла? — я беру девушку за локоть, поднимая со стула.

— Я не знала.

Слова истинного школьника, а не совершеннолетней девушки. Нет тебе веры! Все ты знала!

— Берите под руку пациента, — говорю я Авроре.

Беру Амаю с правой стороны, а Арвора с левой, и так все вместе мы идем в медкабинет. Маразм, а что поделать? С ней можно особо не церемониться. Заодно побеседую с Камилой.

16.Пятница, 17 марта

Просыпаюсь довольно рано. Накидываю на себя футболку и направляюсь в ванную.

— Нет ничего прекраснее для меня, чем вид Ваш красочный с утра, — слышу я, едва открыв дверь.

Напротив моей комнаты, прислонившись к стене, с мерзкой улыбкой на лице стоит Нео. Учитывая свой вид, я могла бы принять эту улыбку за похотливую. С какой стати он в такую рань торчит возле моей комнаты? Только одно слово приходит на ум — бесит.

— Как насчет того, чтобы провести остаток своей жизни без носа? — я слегка наклоняюсь вперед и, делая такой же прищур как у него, смотрю в его глаза.

— Ваши голубые глаза вне всяких сомнений великолепны, — он усмехнулся и скрестил руки на груди. — Нужно поговорить.

— Жди, меня, внизу, — выделяя каждое слово, отвечаю я и направляюсь в душ.

Мы разделили территорию дома, весь второй этаж помимо ванны — мой, весь первый помимо кухни — его. Целью разделения было желание как можно реже видеть его рожу и избегать таких столкновений. Но, видимо, придется снова вернуться к этому разговору.

— Тебе стоит научиться принимать комплименты, — вдогонку язвительно говорит парень.

Я умею, когда они честны и уместны. Наверное. А вы подкатываете только с целью лишний раз меня побесить.

******

Принимаю душ. Надеваю форму. Спускаюсь вниз. На диване вразвалку сидит Нео. На столике возле него стоит ноутбук и две чашки с кофе. Основательно подготовился. Неужто и обо мне подумал?

Сажусь напротив. Он двигает мне чашку кофе. Мило.

— Внимательно слушаю Вас. О чем говорим? — начинаю диалог я.

Парень разворачивает ноутбук.

— Изучи это.

Я беру мышку и перевожу взгляд на экран.

Просто досье пары десятков учеников без группы. Все либо ранга D, либо обладают психическими способностями на уровне С. Мало у кого хоть мало-мальски толковые способности. Неудивительно, что они без команды, те еще балласты. В последнее время мне кажется, что людей с рангом D вообще не стоило бы брать. Хотя были случаи, когда их ранг становился B. Наверное, хорошо, что со следующего года все изменится и меньше ранга B в академию уже не примут. Даже интересно посмотреть на это новое поколение. Думаю, приток учеников уменьшится в разы. Прокликиваю дальше. Среди учеников есть как мое досье, так и Нео.

— Это все, кто на данный момент остался без зарегистрированных команд? — Делаю вывод я.

— Верно.

В сумме их двадцать девять. Верно, мы же так и не добрали еще троих, а потому не зарегистрировались. Но тут остались просто ужасные кандидаты... Кандидаты без перспектив на развитие, не говоря уже о поднятии своего ранга. Только парочка еще может себя показать, но почему тогда они не сделали этого за год обучения?

— Хочешь выбрать троих из них? — отпиваю из кружки и начинаю листать по второму кругу, пытаясь лучше понять способности каждого.

— Нет. Подумай.

Мы переглядываемся, и он самодовольно усмехается: «Что не можешь догадаться?».

Я вспоминаю жалобу Авроры: «Нео занимается какой-то фигней и притаскивает по пять человек, склоняя их к регистрации команды. Устала возиться с ними». То-то число так быстро сократилось. Тут стоит отдать ему должное, молодец. Так сейчас осталась лишь требуха. Те, кому нет смысла объединяться. Да и шестыми их не возьмут — обуза.

— Если что-то придумал, выкладывай.

Если сейчас вопрос не в доборе и формировании нашей команды, то что еще я должна из этого понять? Не вижу вариантов помимо моего.

— Ты ведь сегодня к директору идешь? — ответ на этот вопрос он уже знает, потому продолжает. — Хочу, чтоб ты предложила ему провести игру среди этих учеников и рассказала то, что расскажу тебе я.

— Слушаю.

Звучит, как бред, но как бы критично я не относилась к идее, сначала надо узнать, в чем соль. Желаю услышать, какая околесица в его голове крутится.

— Сама прекрасно понимаешь, что они уже плотно увязли и, даже если их в случайном порядке объединять, они вряд ли найдут себе учителя и через пару месяцев вылетят.

— Это верно, — я усмехнулась.

Никто в здравом уме не захочет обучать мусор (извините за бестактность). На втором курсе один из главных элементов — соревнование с другими командами, а мы все заранее в аутсайдерах. Команды без перспектив не живут. Потому часто слабые ищут покровительство сильных, которые тащат на себе команду. Например, такая команда у Фуджишими. У нее не полный отстой, но на ее фоне ребята немощные.

— Кроме того, с этим новым законом всех кроме тебя запечатают. Потому мы дадим им шанс. Проведем серию игр, в которой будет единственный победитель, который получит личного учителя, а остальные будут исключены и запечатаны.

К слову, меня тут вчера Эла шестым слотом в команду звала. Так что, если что, у меня теперь есть запасной вариант.

— Я уж ненароком подумала нормальное что… — не скрывая своего отношения, саркастично отвечаю я.

Никто на такое не согласится, какая-то дичь. Личный учитель для ученика D-ранга? Смешно.

— Кроме того, ты попросишь директора привлечь спонсоров. Так, у каждого помимо победы будет шанс устроиться на хорошее место, если смогут себя показать. — Нео встает и садится возле меня.

— Ты понимаешь, что на такое никто не согласится: ни ученики, ни директор. Спонсоры для низкосортного товара? Личный учитель? Игрульки...

Видимо, это из-за любви к азартным играм в его голову взбрела такая идиотская идея. Уже вижу, как при первом же тесном знакомстве предлагаю директору такую херню. Зайду, так сказать, сразу с козырей, покажу, какие идеи могу генерировать.

— Не переживай, — он нашептывает мне на ухо информацию, которая начинает менять мою позицию.

— Ты что думаешь, нас кто-то прослушивает? — ухмыляясь, интересуюсь я его действием.

Нас все-таки тут только двое, к чему такая конспирация? Может, он от вас что-то скрывает? Или скрываю я? Подумайте над этим.

— Нет, для антуража все делаю, — отшучивался самодовольно Нео. — Вернемся к делу. То, о чем я тебе сказал, мы сообщим лишь в конце всех игр. И другим членам совета тоже ни слова. В курсе только я, ты и директор. Соответственно, ты уже должна была понять, что я говорил с директором на эту тему, собственно, он и выдвинул идеи модернизации. Конечно, у него еще есть сомнения, так что, если предложишь и надавишь, он даст добро. Возможно, что-то доработаем, поменяем.

Ладно, все в целом не так плохо, как звучит. Задумка интересная, но выглядит в моей голове крайне сыро. После его слов мне хотя бы становится понятно, в чем абсурдность идеи. Все это лишь показуха, чтобы избавиться от учеников, да так, чтоб никто ничего не понял. Развлечение для масс, призванное замаскировать истинную цель, которая может вызвать определенное недовольство среди учеников. О конечной цели я сказать, увы, не могу, но благая суть мне даже немного импонирует.

— Хорошо, я донесу информацию, а там посмотрим. И что за игры предлагаешь?

Я все больше думаю также о том, какие связи у Нео с директором? Или все могут так легко взять прийти и предложить какую-то фигню?

— Об этом позже. Когда будет больше уверенности. Одно скажу, они будут больше психологическими, — он расплылся в улыбке, словно уже уверен в победе своей идеи. — Поскольку ты B ранга, то участие принимать не будешь. Ты глава студсовета, а значит — будешь ведущим. Вся организация, конечно же, ляжет на твои плечи. Потому ты мне и нужна.

Похоже, время пришло этих его «перемен». Однако он даже не стесняется говорить, что использует меня. Я бы никогда не подумала, что изменения будут такими. Да и кто бы подумал?

Изменения. Да уж. Ха.

— Хорошо.

Хотя я пока понятия не имею что, как, куда, зачем и почему, и стоит подумать, как это преподнести директору, чтобы не нести чуши. Одно скажу — у идеи абсурдная обложка, но интересная суть. При хорошем раскладе и желании участников все останутся в плюсе.

— Ты, на мое удивление, мало вопросов задаешь и быстро соглашаешься, — с насмешкой говорит парень.

Я сторонник того, чтобы разбираться по ходу, сейчас я слышу одно, а на деле может оказаться другое. Главную суть я уловила. Если мы не уверены в том, что что-то вообще из этого выйдет, то зачем заранее все продумывать?

— Ты же хотел меня использовать? Я позволяю тебе это делать. Смотрю лишь на результат. Какие вопросы?

Может, это будет хотя бы весело. Как-то разнообразит жизнь, развлечет. Заниматься всякой ерундой всяко интересней, чем бытовуха студсовета. Появится законная отговорка, с помощью которой можно переложить обязанности.

— Знаешь, твой нрав мне по душе, — Нео резко меняет стиль речи на едко-саркастичный.

Почему каждый разговор надо заканчивать так?

Я закатываю глаза и прощаюсь. Он в ответ говорит, что еще свидимся сегодня.

Конечно, свидимся.

То, что директор в курсе, облегчает мою задачу с донесением сути. Но почему не сделать все это нормально, а нужно играть в интриги? Неважно. Если хотят так — я подыграю. Думаю, нашего номинального главу в курс дела лучше не ставить, а то он запретит мне об этом даже говорить. Узнает уже у директора. Ха. Хотя выговоры слушать, конечно, придется мне.

******

Погодка сегодня пасмурная. Небо хмурое, свинцовое, солнца не видно. Дует холодный, сильный ветер. Тоска прямо, но мне нравится. Единственно, ветер и холод — бррр. А так, унылость — это мое.

С утра в пятницу, как и было оговорено, мы с участниками студсовета первого и второго корпуса проводим собрание. Ничего интересного, делимся недельными достижениями, обсуждаем планы, скука. Я и Адам планируем встретиться в 16:00 и отправиться к директору на отчет.

На большой перемене я хватаю Аврору, и мы идем к очередной нашей жертве.

Амеба #4

Первокурсница Лулуди Ливиану. Способность ранга С — ингибиция реакций (замедление реакции веществ). Ее рожу я даже видеть не хочу и прямо говорю об этом Авроре. Предлагаю ей идти одной и послушать эту историю. Если будут идеи решения проблемы, я, так и быть, не исключу ее. А моя отказывается взаимодействовать с этим объектом. Авроре ничего не остается, как пойти и разобраться со всем самой. Даю ей двадцать минут, а сама пока поброжу вдоль аллеи.

Такую историю выдает нам эта девушка:

В школе еще с самых первых классов ее травили. Для мэсов это не ново. Как-то в классе один мальчишка разбил вазу с цветком, и учитель стал выяснять, кто это сделал. Все молчали. Наша Лулу сдала мальчонку. После ее обозвали тварью. И все в классе с этого момента стали обращаться к ней не по имени, а по этому слову — тварь. Шли годы, ее травили, продолжали называть тварью, но уже никто не помнил, почему у нее это прозвище. Как-то на день рождения родители купили ей дорогой телефон, о котором она мечтала. Уже тогда у нее была психологическая травма. Она думала так: а достойна ли тварь такой вещи? Стоит ли твари каждый день ходить в школу? Питаться? Так вот. Ха. Кто-то из ее одноклассников заприметил новую вещицу и с криком что-то вроде: «Эй, смотрите у твари что-то крутое» (так это я представляю) подбежал и вырвал у девчонки из рук телефон, а после с фразой: «Фу, на нем что-то налипло» бросил его в стену.

Лулу со слезами бросилась к телефону, экран был разбит, но вещь осталась цела. Она решила, что все правильно. Такой телефон подходит для твари больше. После в школу заявились родители девчонки, и было разбирательство. Лулу не сдала виновника, и вся ответственность легла на учителя. Тот собрал деньги с родителей учеников и оплатил починку телефона. Наша героиня после всего подошла к учителю и стала извиняться, говоря, что не хотела создавать проблем. Тот в ответ, лишь вздохнув, ответил: «Лучше б тебя вообще не было, от тебя одни проблемы».

Стоит ли говорить, каково ребенку слышать такое? Даже я посочувствовала. Ха.

В общем, сокращу сопливую историю.

Шли годы, девушка выпустилась. С мыслью, что начнет новую жизнь с нуля, она приложила все силы и поступила сюда. Да только здесь оказался ее знакомый из параллельного класса, который также был мэсом. Возможно, он неудачно пошутил, я не знаю, но при приветствии он назвал ее тварью. Все стремления, все мечты рухнули в один миг.

«Да, тварь может сбежать, поменять окружение, но все равно останется тварью». Так думает сейчас она. «Твари нет места возле других, нет места среди нормальных».

Конечно, как я, так и Селина воодушевились такой историей и стали разбираться, пытаться помочь девушке. В ее классе учился парень Селины, потому мы подробно расспросили о Лулуди. Кейчи не замечал, чтобы кто-то называл ее тварью, да и остальные пытались с ней нормально общаться, но она отстранялась, потому все прекратили попытки. Мы попросили Кейчи следить и попробовать сдружится с девушкой, но ситуация не изменилась. Единственное, парень подметил, что девушка ходит и достает учителей, указывая без оснований на их недостатки. Я нашла того парня с параллельного класса и поговорила с ним. Приятный малый, на самом деле. Он сожалел, что так вышло. Парень не думал, что это его приветствие так сильно заденет ее. Он был готов помочь, извиниться. И я устроила им встречу, на которой парень сильно извинялся, краснел, сказал, что она ему нравится, и он хотел бы подружиться. Та в ответ вылила на него словесные помои, обвинив чуть ли не во всех своих проблемах. Я присутствовала при разговоре, потому, не задумываясь, влепила Лулу пощечину. После Селина в отсутствие Ливиану попросила весь класс помочь девушке адаптироваться. Пусть и с не особой охотой, но ученики пошли навстречу и дали девушке второй шанс, стали интересоваться ее жизнью и персоной. Но вот она стала вести себя агрессивно. Даже со мной как-то в драку ввязалась. Ха. Было решено отправить ее к нашему психологу. Она сходила на один сеанс, после чего сказала, что больше туда не пойдет. Убеждения в том, что так будет лучше, и ей хотят помочь, не действовали. Угрозы исключения тоже особого результата не давали. Ну, а пару месяцев назад она засела дома и не выходит.

Мы сделали все, что могли. Никто не испытывает к ней ненависти, никто не называет ее тварью, все пытались помочь. Нужно ли говорить, что меня это допекло? Я помогала, несмотря на то, что она мне сразу не понравилась (ну люди разные бывают, приходится закрывать глаза на различия). Не можешь адаптироваться в социуме — становись затворником и работай удаленно. Не создавай проблем другим. После всего я уже слабо верю в ее историю, скорее всего многое там гиперболизировано. Каждого второго мэса в школе травили, включая меня, но мы все как-то с этим справляемся.

******

В ожидании Авроры я брожу по аллее вдоль домиков, пересекаясь взглядами с проходящими мимо учениками. Кто-то приветливо здоровается со мной, но в основном все смотрят на мой значок, а после безынтересно или недовольно отводят взгляд. Видимо, оценивают и думают о моей новой должности. Не очень их это радует.

— Поздравляю со вступлением в должность главы! — подкравшись сзади, мне на плечи кладет руки моя однокурсница Изуми.

— Прекращай, — я убираю ее руки.

Мне не по душе такие проявления дружелюбности.

— Кто бы мог подумать, что наша агрессивная серая мышка когда-то станет главой? — проговорила девушка, одаривая меня улыбкой.

Моя знакомая выглядит крайне счастливой. Создается ощущение, что она искренне рада за меня, но я подозреваю, что эта радость никак не связана со мной.

— Ага, — сухо отвечаю я.

«Агрессивная мышка» звучит как-то неприятно.

— Ну правда. С твоей репутацией и нежеланием коммуницировать с другими стать главой — это нонсенс. Я всегда думала, что тебе не место в совете, а тут такая вот новость.

Не подумайте, я рада ее хорошему настроению, но она словно пытается навязать свою радость мне. Словно говорит: «Смотри, как у меня все здорово. Не поинтересуешься почему?». Такой вот контекст несет ее ненавязчивый диалог.

— Вообще-то это звучит обидно.

Я познакомилась с Изуми на вступительных. Заприметила эту незаметную личность в толпе и решила познакомиться, когда узнала, что мы идем по одному направлению. Можно сказать, выбрала того, с кем можно скооперироваться, чтобы не чувствовать себя уж совсем отбросом общества без друзей и связей. Знаете, это такой человек, с которым общаешься только на парах, без обязательств дружбы. Поддерживаешь отношения, чтобы в случае чего тебя могли подстраховать.

— Нет, что ты! Я наоборот рада. Просто это так странно. Вспоминаю год и твое время в совете, фразы вроде «забей», «забей, неважно», «забей, пофиг», «не суть», «да неважно», «как-то пофиг», «мне все равно», «да пофиг» и все в таком роде. Представляя, как ты решаешь проблемы, становится немного смешно.

Каштановые волосы до плеч, зеленые глаза, обычное лицо, которое выделяет только едва заметная родинка, затесавшаяся на самый краешек дуги правой брови. Стандартная фигура, средний рост. Обычный, скоромный, шаблонный характер второстепенного героя без ярких нот в нем. Выделяется разве что только ее слегка странноватый голос, с хрипотцой. Иногда кажется, что он вот-вот сорвется.

— Понятно, — отвечаю односложно я, надеясь, что разговор дальше не пойдет.

Мы не виделись несколько недель, и я не чувствую, что особо соскучилась и хочу пообщаться, а если я спрошу: «Почему ты такая счастливая?», то наверняка получу тот ответ, о котором думаю. А он мне не нужен.

— К слову, где твой значок президента? — подмечает девушка. — Слышала от других, что его у тебя нет, а теперь сама вижу. Не сделали еще?

— Я просто не президент, а как написано на сайте — исполняющий обязанности президента. Это несколько иное. Новая должность, так сказать. Полномочия у меня есть, но руководителем по-прежнему является Адам. Как-то так.

Возможно, поэтому на форуме и в сети никто особо обо мне ничего не пишет. Те, кто воняет и подкалывает, никуда не делись, но реакция в целом приемлемая.

— Вот как. Понятно, значит, вроде вице-президента, — озвучивала свой вывод Изуми. — Назвали бы тогда так, чтобы понятнее было.

— У меня обязанности немного другие, схожие с президентом, потому и название новое. Не бери в голову.

— Хорошо. А что ты тут делаешь? — интересуется моя однокурсница. — Выглядишь слегка удрученной.

Я смотрю на ряд домиков и припоминаю, что она живет неподалеку отсюда.

— Обучаю новичков. Вот жду одного из них. Дел сейчас много, потому как-то не до веселья.

Я даже не припомню, чтобы мы вообще с ней общались вне занятий. Может, было, конечно, пару раз, но как-то не запомнилось. Даже несмотря на то, что нам бывало довольно весело на парах, мы прекрасно понимаем, что наш союз сугубо деловой.

— Вот как, — Изу тяжело вздохнула. — Занята, значит? Потому уже пару недель не появляешься на занятиях?

Ох, уж это свойство некоторых людей... Ты отвечаешь односложно, делаешь вид, что тебе не скучно, чтобы закончить разговор и не интересоваться темой, с которой к тебе пришли, а они все равно так или иначе ее выкладывают.

— Вроде того.

Я ходила, просто не на те, где была Изуми. Так уж получалось.

— Я думала зайти к тебе как-нибудь, узнать, в чем дело. Такего, конечно, не сделает тебе замечание, и правилами не запрещено пропускать занятия, если с успеваемостью порядок. Он не подает виду, но я вижу, что переживает о том, что ты не ходишь на занятия, и так или иначе невзначай да спросит, как там у тебя дела. А я не знаю, что и ответить.

Такего Шинрот — учитель самообороны, специализации, которую мы выбрали. Очевидно, что к этому и шел разговор. Она переживает не за меня, а за этого двадцатипятилетнего парня. И так было всегда. Изуми влюблена в него. Такего — хороший учитель, я так считаю. Он молод и потому стремится работать с каждым учеником, готов позаниматься со студентами и после занятий. Улыбчив и дружелюбен. Преподаватель словно добрый старший брат для своих учеников, хотя может и надавить где нужно. Может поговорить с каждым отдельно и прямо сказать, что не стоит тратить время на его уроки. Обучаться у него приятно. Я — человек без физических способностей, и, понимая, что уступаю большинству, посвятила все время обороне, практически отказавшись от других дисциплин. Не ради того, чтобы быть на уровне с другими, а ради того, чтобы иметь запасной билет. Мои способности едва дотягивают до B, и если сегодня на них есть спрос, то завтра, когда появится еще десяток человек с такими же способностями, спрос упадет. Так мой ранг понизят до С. Но достигни я B в самообороне, я всегда буду полезна. Потому я приложила много сил, лишь бы выстроить себе запасной вариант, и Шинрот это высоко оценил, чуть ли не назвав меня особенной ученицей. Ученица без склонностей, которая смогла обогнать почти всех только трудом. Для других это должно быть показательным примером. Но на деле для многих я выскочка-задрот. Хотя мне плевать на мнение этих людей. Все понимают, что без способностей ты не сможешь перепрыгнуть определенную планку, и дальше время и тренировки будут играть против тебя. Но мне важны только эти три года обучения, а что будет потом, мне все равно.

— Хорошо, я зайду как-нибудь.

Изуми тоже не обладает выдающимися способностями, но была оценена на ранг А-. Ее сила — при помощи песни отключать способности других, однако работает это на расстоянии в один метр. Согласитесь, не очень удобно, правда? И как бы она ни старалась, у нее не выходит увеличить это расстояние. И так уж вышло, что ее объект воздыхания постоянно хвалит меня, ставя в пример, а ей не уделяет должного внимания, лишь говорит не сдаваться и прилагать больше усилий. Вроде глупая вещь, но в наши отношения это внесло немалый раздор. Думаю, она часто испытывала чувство обиды. Возможно, пока я отсутствую, Такего больше внимания уделяет ей и другим. Так встает вопрос. Из-за воспитания, вежливости или заботы об учителе Изуми зовет меня вернуться к посещению занятий? Остается только гадать, но я думаю, что все эти элементы в той или иной степени фигурируют в этом предложении.

— Таки сказал, что хочет на втором курсе попробовать свои силы и взять команду себе на обучение. Директор уже дал согласие, — она отвела взгляд, пальцем вертя кончик своих волос. — Я предложила ему рассмотреть мою команду, и он согласился. Сказал, что возьмет нас, если мы хорошо сдадим зачеты и неплохо покажем себя до конца года. Пообещал заняться нами. Отшутился, что ему самому было бы проще работать с кем-то знакомым.

— Что ж, могу только поздравить тебя. Ты уж постарайся тогда.

Так вот почему она пышет счастьем? Знать я этого не хотела, но занятное дело. Хотя эта идея мне кажется плохой. Я могу ошибаться, но мне казалось, что Шинрот знает о влюбленности своей ученицы. В таком случае глупо ведь брать девушку с командой в ученики? Забавляет, что в этой ситуации Изуми думает, что никто не знает о ее влюбленности.

— Потому я хотела кое-что спросить, — она делает небольшую паузу и смотрит на Аврору, которая подошла к нам. — Хотела попросить тебя.

— Я подожду там недалеко, — кивнув незнакомке, негромко произносит Аврора.

— Стоять! — я хватаю Аврору. — Увидимся на занятиях, там и поговорим.

Пора бы уже закончить этот разговор. Должны ли меня касаться любовные драмы? Нет.

— Да, в принципе, это неважно… — Изу снова расплылась в улыбке. — Надеюсь, что ты вскоре освободишься и вернешься к занятиям.

По улыбке я понимаю, что она хотела спросить не то, о чем я подумала. Не о моем отношении к Такего. Но о чем тогда? Увы, пока узнать этого мне не дано.

— Да я постараюсь…

Мы прощаемся.

— Ты прогуливаешь занятия? — с загадочной улыбкой на лице интересуется Аврора.

— Это неважно, — отговариваюсь я. — Что скажешь?

По виду могу точно сказать, что поход не был удачным.

— Я не знаю. Можем мы ей помочь? — слегка удрученно интересуется моя помощница.

Ха. Похоже, кого-то растрогал рассказ девицы.

— Нельзя помочь тому, кто не хочет, чтобы ему помогли, — я рассказываю о том, сколько для нее мы пытались сделать и к чему пришли. — Похоже на то, что говорила она?

— Не совсем, — Аврора пребывала в замешательстве. — Она говорила, что все пытаются навязаться, все лишь лгут и обманывают. Издеваются над ней.

— По-любому. А я больше всех. Отвесила ей еще по первое число. Вот я зараза, правда? Я просто думаю исключить эту даму. Мне ее проблемы уже поперек горла... — смотрю на Аврору. — Расстроена?

— Да нет, — она, помотав головой, усмехнулась.

— Вот и правильно.

Говорю своей помощнице, что на этом наш поход кончается. Дальше я справлюсь сама. Из вежливости она упирается, хочет пойти со мной. Я уточняю, что это моя знакомая, и она будет только мешать нам. Потом шепчу ей на ухо фамилию и имя знакомой. Она с удивлением и пониманием охает, кивает мне и желает удачи. Девушка хотела было удариться в расспросы, как так вышло, но я сразу говорю что-то вроде: «Все вопросы потом».

Амеба #5

Первокурсница Канашима Лиона.

Не знаю, зачем она в этом списке. Девушка никогда не ходила на занятия, а медосмотры — часть ее жизни, но глава почему-то решил включить ее в список. Вообще посещение ее входит в мои обязанности, и я регулярно с ней вижусь.

Сила ранга S. Может трансформировать любую часть своего тела в прочные гибкие шипы. Если точнее, шипы становятся продолжением ее костей или волос. Превосходит всех в академии в технике защиты и нападения, может совмещать их. Она, пожалуй, самая странная и подозрительная личность в нашей академии. В ее биографии нет никакой информации о прошлом вплоть до поступления. А те характеристики, которые есть, довольно специфичные. О ней знают почти все. Ее считают пугающей, потому чисто интуитивно предпочитают держаться подальше. Лиона учится по спецпрограмме, и все думают, что для нее, как и для некоторых мэсов ранга S, выделен личный преподаватель, но я назвала бы его скорее надзирателем. С ней я вижусь каждые две недели, если, конечно, она находится в пределах этих стен. Можно сказать, что в свое время студсовет спихнул ее на меня, но обо всем по порядку.

Подходя, я вижу Хрону, которая стоит, направив взгляд в окно второго этажа домика моей подопечной. Какая неожиданная встреча.

— Здравствуйте, — улыбнувшись, приветствую девочку.

Я некоторое время стою в ожидании ответа, но та меня не замечает. Она просто смотрит на домик и даже не моргает. Вздохнув, я обхожу Хрону кругом и сажусь на пятки перед ней, начав изучать ее лицо. Спустя еще пару минут она переводит на меня взгляд.

— Хроны здесь нет, — с тем же безэмоциональным лицом фамильяр кладет руку мне на лоб и медленно опускает ее вниз, закрывая мои глаза. — Пуф!

Я открываю глаза и вижу, как она сверкая пятками убегает. Мне остается лишь ухмыльнуться, ведь это странное нелогичное поведение вполне в ее стиле. Миленько. Но что она здесь делала? На что смотрела? Может, фамильяры, чьи инстинкты превышают человеческие, чувствуют опасность, исходящую от этого домика? Вернее, чувствуют жажду крови. Иначе почему она остановилась и залипла именно тут? Только это логически разумно. Иначе я не знаю, что предполагать. Случайно? Ха.

Ладно. Такие встречи — это хорошо, но пора заняться делом.

Я стучусь, но никто не открывает. Дверь не заперта, потому, негромко извиняясь, вхожу. Я всегда прихожу в один и тот же день и время, потому как не хочу встречаться с учителем Каны. У нас не очень получается вести диалог, потому мы договорились, что в это время он будет уходить, чтобы я могла побыть с ней. А так он ввиду специфики поведения девочки живет и находится с Лионой 24 на 7. Наблюдает, присматривает, помогает.

В прихожей пусто, в зале тоже никого нет, на кухне брошены полу-нарезанные овощи и зелень. Похоже, наша Кана готовила обед, но ее отвлекли, и она все бросила.

После проверки первого этажа я поднимаюсь на второй. Осторожно заглядываю в ее комнату. Пусто. Прежде чем покинуть ее, решаю покопаться в ящике стола. Не из каких-то корыстных целей, а ради интереса. Может быть, это сентиментальность, но я хочу узнать, читала ли она письмо, которое я приносила ей на День влюбленных? Да, я обманула вас. На самом деле я написала одно письмо. Ей. Но это скорее дружеское письмо поддержки, чтобы она не чувствовала себя обделенной, если вдруг этот праздник для нее что-то значит. Я же не думала, что найдется чел, который всем без исключения девочкам настрочит письма. Вообще свой конверт я хотела вручить лично, сказав пару слов, но она была в отъезде, а потому получилось, как получилось. К сожалению, писем я не нашла. Так, остается лишь гадать, что с ними случилось. В целом, это неважно.

Обхожу остальные комнаты. Голяк. Осталась только ванная. Вхожу в предбанник и слышу шум воды. Верчу ручку двери.

— Канашима, тебе стоит научиться закрывать двери, — произношу я.

Вода через края ванной перетекает на пол, медленно собирается в струи и стекает в сток. Сама девушка голой сидит на плитке под душем. Вид у нее совершенно убитый. Ничего нового. Стоит мне зайти в комнату, как она направляет свой пустой взгляд на меня. Я осматриваюсь. Все плитки на стенах комнаты пробиты, треснуты, либо точечно истыканы. Следы довольно свежие, но раз осколков нет, значит, были поставлены не сегодня. Похоже, последние несколько дней Лиона часто использует тут свою силу. Здесь словно в парилке. Все поверхности запотели, покрылись мокрой пленкой. Душно, даже дышать тяжело.

С минуту мы смотрим друг другу в глаза. Пустой потерянный взгляд. Не знай я ее, подумала бы, что она собирается покончить жизнь самоубийством.

— Буду ждать тебе внизу, Лиона, — я выхожу и встаю напротив двери ванной.

Рубрика: Факты от Арквейд

Вам, наверное, кажется, что иметь силу ранга S — круто. Ты гений, а значит, весь мир подстроится под тебя. Отчасти это так, но есть тут одно «но»: у каждого обладателя такой способности есть свой косяк. Для примера рассмотрим уже знакомых нам личностей.

1 — Ямато. Может использовать любую магию, создать все, что только в голову придет, однако сделать он это может лишь единожды. Один раз создал огненный шар, все, больше не сможешь. При этом неважно, создал ты его в реальном мире или в виртуальной реальности. Его минус заключается в самой способности.

2 — Астарта. Во сне видит изобретения, которых нет в реальной жизни, а после создает их. В подарок получает нарколепсию. Ее могут одолевать приступы сонливости, либо бессонница, в худшем раскладе может вырубить в любой момент. Помимо всего она никогда не видит обычные сны.

3 — Амая. Киберпатия — может решать в уме любые задачи и взломает все, что взламывается. Минус — настолько погружается в решение, что не видит ничего вокруг и не слышит. Крайне уязвима в эти моменты.

4 — Канашима. Превращает любую часть своего тела в гибкие шипы, которыми может легко управлять. Взамен ее организм выделяет большое количество МОАО-L, фермента, который способствует проявлению агрессии, ярости. Девушку сопровождает жажда убийства, с которой тяжело справляться.

Все мэсы с высоким рангом имеют свои минусы. Чаще всего эти минусы кроются в самих способностях или связаны с ними.

Кана одержима. Потому вы никогда не увидите ее на территории академии. С ее слов, убить для нее все равно что моргнуть. Да, возможно, это так, и это легко почувствовать в момент приступов, но я не склонна верить такому заявлению. Жертв нет. Девушка не сидит в тюрьме. В пределах академии никого никогда не трогала. По рассказам Канашимы ее используют, как оружие, и каждый месяц вывозят из академии, давая волю ее жажде. Смотря на нее в такие моменты, моя сила подтверждает, что это правда. И поначалу я задавалась вопросами. Что подобный человек делает у нас в академии? Зачем ее держат? Разве это нормально? Но когда привыкла, когда перестала ее опасаться, поняла, что это все ложь. Моя сила думает, что такие рассказы правда, потому что сама Лиона верит в это, но на самом деле ничего этого нет. Лиона принимает вымысел за правду. И у меня было достаточно времени, чтобы в этом убедиться. Все же я сколько уже общаюсь с ней, и ничего со мной не произошло. Ну или почти ничего.

— Я так и знала, — обнаженная, с ног до головы мокрая девушка выходит из ванны.

— Мои вещи, они в комнате, — спокойно проговаривает она, направляясь в свою комнату.

Вода стекает с ее тела и волос на пол, образовывая лужицу.

— Сначала вытрись, — я хватаю ее за руку и заталкиваю обратно в комнату, закрывая дверь с обратной стороны. — Нельзя так ходить, ты ведь живешь со взрослым мужчиной.

Я знаю ее полгода, потому уже привыкла к подобным выходкам. Правда, Канашима не всегда была такой. Когда мы познакомились, она была активной, вспыльчивой, нетерпеливой и агрессивной. Она сдерживалась, но ее желание убивать было просто невероятно пугающим. Одна встреча с ней глазами бросала в дрожь. У нее был достаточно тяжелый характер, и поладить с таким человеком было непросто. В своих приступах ярости раньше она совсем не стеснялась применять силу. Любила покружить, попугать меня, и, готова поклясться, это приносило ей удовольствие.

— Мне все равно, — едва слышно доносится из-за двери.

Теперь она такая. Ты либо видишь в ней желание убивать, либо не видишь ничего. Пустой сосуд, в котором еле теплится жизнь. Такой ее сделал курс лечения, который направлен избавить девушку от жажды убийства, подавить ее.

— Вытирайся, давай! — слегка командую я. —Жду тебя внизу.

******

— Как себя чувствуешь?

Лиона, одевшись, спускается на кухню. Я всегда задаю одни и те же вопросы. Больше для галочки, нежели из интереса.

— Как обычно, — она подходит к столику и начинает нашинковывать брошенные овощи.

— Что готовишь? — сидя за столом, я наблюдаю за Каной.

Ее организм выделяет специфичный зеленоватый пигмент, который выходит из нее со слюной и потом. Ее светлые волосы также имеют необычный зеленоватый оттенок. Некоторые из прядей имеют более едко-зеленый цвет, некоторые темнее остальных, другие обычные, светлые. Раньше мне казалось это странным, отталкивающим, а сейчас, когда я привыкла, нахожу это довольно милым. Вообще, если подумать, она симпатичная, обладает невысоким ростом и, если бы не ее сила, она была бы до завидного миловидной девушкой.

— Тушеные овощи, — девушка останавливается, слегка поворачивает голову и косится на меня.

Ее устрашающий взгляд заставляет меня напрячься. Спустя несколько секунд Кана возвращается к готовке и начинает что-то напевать под нос. Мелодия знакомая, но в ее исполнении звучит жутковато. Не могу вспомнить, где ее слышала.

— Что ты там напеваешь? — все-таки решаю спросить. — Кажется, я знаю это песню, но никак не вспомню.

— Ну где же Кана? Ну где же наша Кана? Давай отыщем Кану и будем убивать! — она отложила приборы и закрыла глаза руками. Повторив все еще раз, открывает лицо и смотрит на меня в ожидании оценки.

— Миленько, — улыбнувшись оцениваю я.

Я знаю, что Лиона для своих семнадцати лет мыслит вполне здраво, но чем больше проходит времени, тем все чаще кажется, что это совсем не так. Ну, зато теперь я знаю, что за песня. Ха.

— Я не люблю, когда меня отправляют на зачистку в заброшенные здания. Там мерзко, грязно и страшно. Потому, чтобы не волноваться, я иногда напеваю песенки.

Здорово, что ты нашла способ взять себя в руки, но после такого заброшенное здание превратится в завод по производству кирпичей.

— Понятненько. Ты знаешь, что мне нужно пересчитать и забрать использованные флаконы с лекарством, шприцы, ну и на руки твои посмотреть.

Стандартная процедура контроля. Не знаю, зачем ее делать, ведь уверена, учитель следит за этим и без меня. Может, в этом есть какая-то психологическая составляющая? Или маскировка, чтобы моя работа не выглядела тупо курьерской.

— Хорошо. Я подготовила коробку, она под раковиной, — девушка продолжает готовить, а я начинаю считать.

Четырнадцать флаконов, четырнадцать шприцов на четырнадцать дней. Я более чем уверена, что это не просто препараты, которые нужно вкалывать, а наркотические средства. Потому как сложно представить, чтобы обычное лекарство медленно умерщвляло больного. Эти полгода я только и делала, что наблюдала, как Кана увядает, превращаясь в амебу.

— Все на месте, — я отодвигаю коробку в сторону — Давно вернулась?

— В среду вечером, — Лиона ставит тушиться овощи на медленном огне и садится за стол напротив меня. Она берет сливу из рукодельной вазы с фруктами и начинает катать ее указательным пальцем по столу.

— Как прошло? — задаю все те же вопросы, чтобы услышать что-то новенькое.

Такие вопросы, в целом, также помогают мне нащупать какую-то нить разговора, потому что я не особо знаю, о чем с ней говорить. Ведь общаться, как когда-то давно, чтобы видеть хоть какое-то недовольство или интерес, не выходит.

— Не особо весело. Знаешь, дети хумендов на удивление живучие. Меня закрыли в комнате с пятью детишками и отдали приказ убить их. Они плакали и боялись меня. Так мило, но скучно, — она ложится головой на стол и смотрит на сливу. Ее указательный палец превратился в лезвие, располовинив сливу. — Я отрезала им нижнюю часть тела, но они не умерли. Они кричали, ныли, но продолжали ползать по полу.

— И? — подталкиваю я после того, как она замолчала.

Судя по появившейся на ее лице жуткой улыбке, девушка, похоже, воспроизводила в голове картины своего рассказа.

— Круто, подумала я. Детишки намного выносливее взрослых. Мне стало интересно, о чем они думают? Находятся на грани смерти, но продолжают просить о пощаде. Жалкие, даже если я не убью их, кому они нужны будут такие? Я подходила к каждому и спрашивала, — она начала медленно тыкать кончиком лезвия в половинку сливы. Кана улыбалась, следя за своим пальцем. — Никто не ответил. Потому я поочередно просто раздавливала их. И даже последний, зная, что его ждет, не дал мне ответа. Никто не ответил.

— Вот как… — я выдохнула.

Одна история лучше другой, ей-богу. Сколько ни слушаю ее рассказы, а все равно становится не по себе. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы Канашима вот так рассказывала мне о своих приключениях. И со временем у меня выработалось чувство жалости к этой девчонке. Хочется, чтобы она жила нормальной жизнью, а не так. Хотя я разумно понимаю, что удовольствие ей приносят только мысли об убийстве. Только говоря о смерти, пытках, боли и страданиях, она улыбается. В остальном она, кажется, потеряна.

— Скука… — она вдавила сливу в стол, вернув пальцу привычную форму. — Не было никаких сражений. Ко мне только на убой и приводили. Если что, все спихнут на меня.

Откуда же берутся столь жуткие истории? Все, в целом, не сложно. Лиону периодами вывозят на лечение в клинике. Как я поняла, ее часто помещают в условия виртуальной реальности, чтобы оценить результаты лечения. Смотрят на поведение в различных ситуациях. Похоже, эти ситуации она мне и рассказывает. Мне лишь интересно, о чем думают врачи? Что они хотят узнать, создавая подобные ситуации? Корректно ли это? Ладно, они же специалисты. Всяко лучше меня знают, что нужно делать.

— Не думаю, что тебе стоит переживать об этом, — я усмехнулась.

Еще я думаю, что это могут быть вовсе не сцены из ВР, а ее сны. Но ответа я не узнаю. Не могу же я прямо спросить у Камилы о том, какие сцены показывают Лионе. Прекрасно понимаю, что лезть куда не надо мне не стоит. Достаточно уже того, что со мной любезно делятся подобной информацией. Селина или Адам, например, не в курсе всего этого. Можно сказать, мое уникальное достижение. Правда, им Канашима и не интересна, она для них скорее геморройный ученик. Я вообще иногда думаю о том, что в совете так долго оставалась только из-за этой девчонки. Селина спихнула ее на меня, не желая иметь с ней общих дел, а я вроде как преуспела. Выгони меня, придется вернуться к этому вопросу. Такой вот забавный пункт.

Знаете, то, что я столько времени в совете, в целом, состоит из кучи разных мелких удачных обстоятельств. Когда на одной чаше весов скапливалось большое количество косяков и недовольства, на другую резко падало какое-то обстоятельство, которое перевешивало все в другую сторону. Нахожу это забавным. Но сейчас не об этом.

— Ты когда-нибудь убивала детей? — взглянув на меня, поинтересовалась девушка.

— Ты же знаешь, я человек мирный, — я смотрю в ее глаза. — Канашима, возможно, мой вопрос покажется тебе странным. Тебе никогда не было жалко своих жертв? Ты никогда не испытывала муки совести?

За время общения с этой девушкой я узнала, что она не родилась с жаждой крови. До пятнадцати лет она вела обычный образ жизни, а после все изменилось. Когда я пытаюсь узнать, что было, когда проявилась сила, она всегда отвечает что-то вроде: «Мне запретили об этом говорить». Даже если я утверждаю, что никому не скажу, она все равно держит рот на замке. Кто запретил, непонятно. Почему? Что такого? Не знаю, но ее карточка является лишним подтверждением, ведь в ней практически пусто. Лишь один раз она поделилась со мной тем, что убила своих родителей. Верить этому или нет, не знаю, ведь на остальные уточняющие вопросы мне не отвечали.

— …

Пара молчаливых минут, похоже, говорят об ответе — нет.

— А что насчет влюбленности? — во мне вдруг заиграл интерес. — Хотела бы ты влюбиться?

— Влюбиться... — смотря на меня, задумчиво протянула девушка. — В кого?

Действительно, в кого? Ее круг общения ограничен парой-тройкой человек. Сомневаюсь, что помимо меня с ней хоть кто-то говорит о чем-то обычном.

— Например, в актера или певца. У всех был или есть какой-то кумир. Или хотя бы человек, который привлекал, пусть даже внешне.

Доступ к СМИ у нее есть, правда, я никогда не видела, чтобы она что-то смотрела, искала или общалась в соцсети. Единственное, это музыка исполнителей двадцатых годов. Когда эти песни писались и были популярны, я была только в планах, и то не факт. Песни для дискотек, но с глубоким грустным текстом. Большинство из них я слышала не раз. Многие культовые, а многие стали частью истории разных музыкальных стилей. Так что эта музыка и сейчас пользуется спросом. Лично у меня от этих треков мурашки по коже. Тогда под них танцевали, а сейчас эти мотивы кажутся медленными и обретают иной смысл. Ей, похоже, они особенно нравятся, но от этого становится только грустнее. Бывало, я смотрела со стороны, как Кана с пустым взглядом слушает такую музыку и... Даже у довольно черствого человека вроде меня сердце кровью обливается. Хотя это, наверное, потому что я давно ее знаю и жалею. А если посмотреть глазами незнакомца — вызывает отвращение.

— Если подумать, — она пальцем перемешивает кашицу из сливы, продолжая смотреть на меня, — ты довольно симпатичная.

— Понятно, — я вздыхаю и сажусь возле Каны. — Ты не против, если я посмотрю на твои руки.

Иногда кажется, что мне лучше было бы, как и все остальные, общаться с ней в повелительном тоне. Быстро делать свою работу и уходить, а не пытаться составить ей компанию, поговорить. Есть предположение, что для нее такая забота — обуза, и девушка терпит меня.

— Ага, — она обсасывает испачканные пальцы, после чего протягивает мне руки.

Я закатываю ее рукава. Места проколов имели нездоровый фиолетово-синий цвет. Провожу по этим местам пальцем. Сморщенная сухая кожа. Как давно это появилось?

— Тебе стоит показаться врачу.

— Все в порядке, — она расправила рукава.

— Нет, не в порядке. Это не нормально, возможно, начнется гниение... В лучшем случае поди останешься без рук.

Я не специалист, но именно такие мысли возникают. В фильмах так обычно и заканчивалось. Ее надзирать, к слову, должен был подобное заметить. Или ему все равно? Да ладно, вы же не хотите сказать мне, что я одна по-человечески к ней отношусь?

— Не в первый раз, пройдет, — безразлично говорит она.

— Как знаешь…

Я настаивать не буду, проще спросить у главврача.

— Вот смотри, я научилась.

Часть волос Лионы превратились в длинные шипы. Девушка села в пол оборота. Одна часть волос обвилась вокруг лопаточки, другой частью, словно палочками она подняла крышку казана. Лопаточкой она перемещала овощи, после чего закрыла крышку. Закончив все, ее волосы снова стали нормальными.

— Молодец, — я усмехнулась. — Смотрю, для тебя это было простой задачей.

При прошлом посещении я для красного словца сказала, что с ее способностями можно научиться орудовать шипами и выполнять часть работы, не вставая с места. Как пример — читать книгу, а волосами обвивать ложку или вилку и кормить себя.

— Наверное, — Канашима снова легла на стол.

— Не думала, что ты послушаешь меня, — встаю. Беру коробку. Иду к выходу. — Если тебе нужно что, ты говори.

— Конечно, — смотря на меня, Кана задумчиво выбивает какой-то ритм пальцем.

— Нуууу, — протягиваю я спустя десяток секунд. — пойду, пожалуй. До скорого.

Кана меняется в лице и начинает улыбаться. Ее волосы превращаются в шипы, которые моментально движутся в мою сторону и окутывают все мое тело, приподнимая его. Коробка выпадает из моих рук, падая на пол.

— Канашима! — с угрозой в голосе произношу я.

Не первый прецедент, потому я знаю, как действовать. Девушка игнорирует мою угрозу и своими шипами обвивает мою голову, затыкая мне рот. Внеочередная вспышка одержимости. Это пугает. Я не могу даже пошевелиться, находясь словно в коконе. Могу только смотреть, думая о том, что паниковать нет смысла.

— Знаешь, — она подходит, опускает меня на пол и берет рукой за горло. Ставит свой большой и указательный палец на мои яремные вены. Слегка прижимает так, что я чувствую пульсацию своего сердца. — Там, откуда я родом, власть принадлежит женщинам. Девушки делают первый шаг и выбирают себе спутника жизни, ухаживают за ним.

Палец девушки превратился в лезвие. Кана кровожадно смотрит в мои глаза, я же стараюсь не менять своего взгляда. Пытаюсь не показывать волнение, хоть и не могу пошевелить ни одной мышцей.

— Кроме того они жуткие собственницы. Раньше, если их половинка изменила, они имели право безнаказанно убить ее, — она убрала свои шипы с моего лица, придала пальцу обычную форму и схватила своей рукой меня за подбородок, приблизившись. — Эта особенность уже в нашем нутре, нашем менталитете. Сейчас, конечно, не убивают, но это считается преступлением и несет за собой серьезное наказание. Изменник никогда не будет принят обществом.

Канашима прильнула к моим губам, обхватила голову руками и начала целовать. Я попыталась вырваться, но ее напор лишь усилился. Она не стесняется и пускает язык в дело. Похоже, у меня нет выбора. Ха. Перестаю оказывать сопротивление. Я стараюсь анализировать. Мои глаза открыты и направлены на Лиону, которая целует словно возлюбленный — закрыв глаза, со страстью. Поцелуй от безумной девушки вызывает на моем лице саркастичную улыбку.

— После такого на моей родине ты обязан жениться, — Кана отпускает меня, а ее глаза снова становятся пустыми. — Это мой первый поцелуй.

Знаете, исходя из ее слов, я так понимаю это заявление — «Теперь ты моя». Ха.

— Понятно, — на полувздохе отвечаю я.

Во время поцелуя я не отрывала глаз от Каны и осознала одну вещь. Похоже, я сама спровоцировала ее на такой поступок, заставив задуматься о любви. В ее окружении всего несколько человека, среди которых только я стараюсь относиться к ней, как к равному, как к обычному человеку. Если бы кто-то был на моем месте и заботился о Кане, то ее поцелуй достался бы ему. Пол, возраст, социальный статус, ничего для нее не имеет значения. Хотя это только догадка. Фиг пойми, что на самом деле в ее голове.

Я поднимаю коробку, которая выпала из моих рук и закидываю в нее пару убежавших ампул.

— Я серьезно, — безэмоционально говорит Лиона.

— Увидимся через неделю, — не найдя внятного ответа, прощаюсь я.

— Если что, я узнаю об измене, — сухо проговаривает девушка.

Я лишь неловко улыбаюсь и выхожу на улицу.

Идет дождь. Я ставлю коробку на голову и так иду до корпуса.

Мне интересно, как бы я реагировала, о чем думала, если бы это был мой первый поцелуй? Иногда мне самой кажется, что я слишком безразлична. На то, конечно, есть свои причины, но все же. Как бы на такую ситуацию реагировали другие? Как бы ни реагировали — все проходит. Я ведь, если захочу, больше никогда не увижу Кану. Хотя с таким-то надзором она может свободно выходить из дома... Как ни посмотри, не могу воспринять его серьезно. Полагаю, это была чистая импровизация, неосознанно спровоцированная мной. Что ж, с ней стоит тщательнее фильтровать мысли и не говорить обо всем, что взбредет голову. Но она все равно заставила меня поволноваться. Прекрасно понимаю, что такая в любой момент может действительно решить убить тебя и никакие дружеские отношения или любовь тебя не спасут. Скорее даже, хорошее отношение и может стать этим поводом убить раздражителя. Ха.

******

16:00

Как и было запланировано, мы с президентом встречаемся возле кабинета директора. Перекинувшись парой слов, проходим внутрь. Глава официально представляет меня директору, словно в первый раз, на что тот, кивая, говорит: «Мы уже знакомы, давайте приступим к делу». Сдаем отчеты. Акира быстренько пробегается по ним глазами и откладывает бумаги в сторону, начиная задавать вопросы. В основном все вопросы адресованы мне. Что-то вроде: «Как мне на месте главы? Справляюсь ли я? Что чувствую? Готова ли дальше брать на себя ответственность? Какие планы?». Как только мы касаемся планов, я завожу речь об оставшихся учениках, игре и том, о чем рассказал мне Нео. Конечно, подаю это, как свою идею. Адам извиняется, высказывает свое недовольство, возражает. Мол, сначала я должна была сообщить ему, а не своевольничать. Директор останавливает его и говорит, что идея интересная. Просит главу, если у него нет больше вопросов, оставить нас. Парень кланяется и покидает нас. Видно, что он недоволен, но вынужден подчиняться.

— Присаживайся, — вежливо просит меня директор. — Если ты не против, давай побеседуем более свободно, хорошо?

— Да, хорошо, — сажусь на кожаный диван.

Оставшись одна, чувствую себя как-то неловко. Я совсем не хотела бы оставаться с ним один-на-один. Физически ощущаю напряжение. Почему? Наверное, все дело в его способности — чтение воспоминаний при прикосновении к голове. При этом тот, чьи мысли читают, выпадает из реальности, то есть он даже не вспомнит об этом происшествии. Если быть точной, то директор видит, что было с человеком, какие-то воспоминания, глазами самого человека, но не слышит звуков. Я знаю, что она работает как-то выборочно, но не знаю, как это выглядит точно. В любом случае, даже если речь идет о случайных фрагментах, мне бы очень не хотелось, чтобы в моей голове копались. Ха.

— Скажи мне, Арквейд, что думаешь обо мне? — мужчина поправил очки, пристально смотря на меня. — У нас ведь похожие способности. Всегда было интересно узнать, каков я в чужих глазах. Глазах человека со способностью чтения.

Мне на секунду показалось, что у них с Нео одинаковая надменная улыбка. Паршивое чувство. Честно говоря, директор никогда не был мне по душе. Уж больно много, как мне показалось за год, противоречий в его действиях. Гримасы на его лице либо слишком официальные, либо лживые. Нет, я не говорю, что он человек плохой, отнюдь. Мужчина добр к ученикам, многие его любят, он много сделал для академии и науки, но мне почему-то тошно. Я бы сказала, дело в физиогномике. Думаю, у всех бывает такое. Когда смотришь и понимаешь, что человек тебе неприятен.

— Давайте лучше поговорим о деле, — стараюсь вежливо переключить тему.

— Только не говори мне, что ты одна из тех людей, которые верят в то, что я копаюсь в воспоминаниях учеников? — свою самоироничную шутку он сопроводил смехом.

Знаете, я тут вдруг вспомнила еще кое-что. Информация такая себе. Под БОЛЬШИМ вопросом, ведь звучала с уст Канашимы. Доверять этой девчушке дело такое... Однако она сказала, что на самом деле Акира не только может читать воспоминания, но и переписывать их. Я тогда не придала им особого значения, но сейчас задумалась. Если это действительно так, то я могу понять, почему Кана стала более покорной. В таком случае, эта способность опасна и напрягает еще больше.

Да нет, это бред. Тогда бы уже все потеряли свою уникальность и были бы такими, какими их хотел бы видеть наш директор. Да и вообще, как Лиона может знать такое, если ей все переписали? Нашла, кому верить. Ладно, не лучшее время для раздумий на такую тему. Лучше вообще забыть.

— Нет, вовсе нет. Просто мне немного неловко, — я невинно улыбнулась, чтобы выдать стандартную речь. — Все же это наша первая официальная беседа. Сложно вот так сходу вести непринужденные беседы, когда ты уважительно относишься к человеку.

— Ничего, я понимаю, — директор одобрительно кивнул. — Касательно твоей идеи. Я думаю, стоит оповестить учеников, на которых у вас свои планы. Если хотя бы половина согласится на подобное, я дам добро. В противном случае, сама понимаешь, принуждать не могу.

— Хорошо, я проведу собрание на следующей неделе.

Мне слабо верится, что согласится половина.

— И еще одно, — мужчина слегка вздыхает, откидываясь на спинку кресла. — Насчет награды. Она не реализуема. Думаю, понимаешь, насколько это глупо. Потому предлагаю внести изменение. Что, если победитель в награду получит обучение в престижном университете, например, Колью. Будет обучаться на одном уровне с обычными людьми, а наша академия покроет оплату обучения и поручится за ученика. Я бы мог такое организовать.

С самого начала было очевидно, что награда идиотская. Даже вариант забросить победителя в хорошую команду выглядел бы бредово. А тут уже здравая мысль. От такой награды я бы и сама не отказалась. Я бы сказала, что для такой идиотской идеи приз уж слишком щедр.

— Звучит намного лучше, чем начальная награда. Мне нравится, — выражаю я свое мнение. — Но не будет ли недовольства? Приз уж слишком хорош.

— Люди все-таки на кон свои способности поставят. Какими бы плохими они ни были, плата серьезная. За деньги академии беспокоиться не стоит. Мне на самом деле нравится эта идея. Я считаю, система, в которой мы оставшихся учеников смешиваем в случайном порядке в одну группу, изжила свое. Это все наработки предыдущего директора. Я давно думаю о том, чтобы избавиться от них, как-то реорганизовать. Хорошо, что так совпало и остались ученики одного уровня и их не так много как обычно. Конечно, после собрания мне бы хотелось подробнее услышать о том, как вы собираетесь все провернуть. Что за игры, будут ли они демонстрировать способности учеников? Все в подробностях. Спонсоров мы также привлечем, это не проблема.

Любая школа, обучающая мэсов — это, как ни крути, чистый бизнес. Деньги от крупных спонсоров, корпораций поступают сюда, в распоряжение директора, а взамен академия растит учеников, которые в будущем заключают контракты с этими самыми спонсорами. И все об этом прекрасно знают и понимают. Потому директор и говорит, что беспокоиться о деньгах не стоит. Вероятно, такое мероприятие — лишний повод привлечь внимание к себе.

— Я попытаюсь составить план и обрисовать, как вижу это, если собрание пройдет успешно.

Хорошо, что не сейчас. Мне ведь нечего рассказать. У меня в голове перекати-поле.

— Замечательно, — Акира выдержал короткую паузу. — Я хотел поговорить с тобой не только об этом. Скажи, считаешь ли ты, что политика в академии какая-то неправильная? Слишком мягкая? У наших учеников слишком много свободы?

Вероятно, я была слишком легкомысленна, идя сюда, подготовив только стандартный отчет. К подобным вопросам я не готова. Да и вообще, подобное стоит обсуждать с учениками? Я, конечно, знаю, что главы советов влияют на политику учреждения, но всегда представляла, что это происходит в одностороннем порядке. Мол, предлагает президент, а там уже рассматривают.

— Почему Вы решили спросить об этом меня? Мне кажется, Вам лучше обсуждать это с Адамом, а не с той, кто временно выполняет обязанности главы.

— К слову об этом, — мужчина достал из ящика в столе коробку. — Я подумал и решил немного модернизировать нашу новую систему. Теперь ты официальный глава студенческого совета первого корпуса со всеми полномочиями.

Он открыл коробку. Достал значок главы. Встал из-за стола, направившись в мою сторону.

— Но... — Протягиваю я, вставая с дивана. — Быть псевдоглавой и главой — разные вещи.

Отсутствие особого значка говорило о том, что хоть я и на посту, но это несерьезно. Мол, вынужденная мера, временная. А теперь что? Да и вообще, почему меня никто не спрашивает? Или это тот самый хитрый момент, чтобы прочитать мои воспоминания? А?

— Не переживай, думаю, ты справишься, — заверяет меня директор. — Новость о твоем полном назначении мы, конечно же, тоже опубликуем, чтобы все было официально. Чтобы у учеников больше не было вопросов о том, какую должность ты занимаешь и почему нет значка; относиться ли к тебе как к президенту или как к человеку, который неофициально занимает его место. Вы с Адом теперь наравне. Более он не будет на тебя влиять, ты вольна не прислушиваться к его мнению и поступать так, как считаешь нужным. С этого момента он не твой начальник.

Акира снимает старый значок с моей формы и вешает новый. Пожимает руку, отпуская стандартное: «Давай постараемся на благо академии вместе». Возразить мне даже не дали. Возможно, так даже лучше. Избегу разборок с Адамом насчет этих дурацких игр. Так вообще можно подумать, что это вынужденная мера, чтобы уберечь меня от нападок другого главы. Хах. Смириться с такой гениальной идеей и помогать в ее реализации ему было бы непросто.

— Спасибо, — не знаю, что ответить. — Это немного неожиданно.

Мужчина отвечает мне лишь понимающей улыбкой, после чего возвращается на место.

— Вернемся к нашему разговору. Касательно Адама. Уже не так много времени осталось до момента, когда он перейдет на третий курс и покинет стены академии. После отъезда его заменит Мюриель.

Еще одна неожиданная, но приятная новость. Не в обиду Адаму.

— Разве она тоже не переходит на третий курс? — я улыбнулась.

В первые месяцы моего нахождения в совете Мюриель много помогала мне и другим новичкам. Хоть она и довольно строга, но, как человек, приятна. За год до моего поступления главой была именно она. Девушка мне симпатична хотя бы тем, что не осуждала мою личность и методики. С ней можно прийти к взаимопониманию.

— Нет, ее группа остается тут, — он прокашлялся. — Несмотря на смену главы, я хочу, чтобы система пока осталась такой же. Потому ты будешь главой первого корпуса, а она — второго. Твое слово и мнение с этого момента будут иметь свой вес. Я хочу посмотреть, какие результаты выдаст каждый из вас. Вы, в силу обстоятельств, сконцентрировались на поддержании системы, но не стоит забывать, что раньше совет занимался также организацией досуга, дополнительных занятий и влиял непосредственно на систему в целом. Потому интересуюсь я не просто так.

Мне, правда, за полгода работы не довелось увидеть, каким образом студсовет менял хоть что-то. Разделение на две части — это первое нововведение. Поэтому я не особо представляю, как эта фича работает. Насколько гибкая, насколько широкая и все в таком духе.

— На данный момент я не могу выразить свое мнение по вашему вопросу. Однако тенденция этого года такова, что из поступивших слишком много учеников не дойдет до второго курса.

Возможно, свободы, и правда, многовато и в таком возрасте еще не все понимают, чего хотят, куда стремятся и как им адаптироваться. Но даже тут я не могу похвастаться компетентностью. Нужно изучать бумаги и смотреть, как все было в прошлых годах. Может, это просто конкретно в этом году такой поток додиков.

— Понятно, — Акира внезапно потерял интерес и стал копаться в бумагах. Кажется, обобщенный ответ не пришелся ему по душе. — Подумай об этом. Хочу услышать твое полноценное мнение. Все-таки, мнение молодежи мне очень интересно, я считаю, нужно к нему прислушиваться. То, что есть сейчас, исходило из идей предыдущих глав. И, как видишь, показало себя лучше, чем старая система. Ученики стали демонстрировать в среднем гораздо более высокие результаты. Потому вернемся к этому разговору позже.

Ну, спрашивать, какая была старая система, наверное, будет неуместно. Да? Сделаю вид, что все знаю и соглашусь. Ха.

— Хорошо, — отвечаю я, давая тем самым обещание подумать.

Мужчина нашел какой-то документ и положил его на край стола.

— Это список людей, которые на следующей неделе пополнят преподавательский состав. Первые прибудут в среду, остальные будут приезжать постепенно вплоть до воскресенья. Прошу встретить их и все показать.

— Да, конечно.

Стандартная задача. Беру листок и пробегаю по списку. Ого, многие имена мне знакомы. Офицеры, ученые и в целом люди, чьи имена я когда-то слышала. Похоже, ученикам придется побороться за их внимание. Ха.

— Буду ждать результатов вашего собрания.

Мы прощаемся, и я покидаю кабинет. Вздыхаю. Боже, какой же фигней меня напрягли. Теперь думай еще о политике. Лично я менять ничего не хочу, и идей у меня нет. Если хотите, можете называть меня ретроградом.

Адам не стал дожидаться меня, чтобы высказать свое «мнение». Вместо него за углом коридора меня поджидал Нео. Интересовался, как прошло, саркастично поздравлял с назначением, лишний раз подкалывая. После моего рассказа, парень усмехнулся, сказав что-то вроде: «Тогда остальное после собрания».

17.Суббота, 18 марта

Ужасная ночь. Как же хреново.

— Чертова Канашима, — эту фразу я не раз шипела за ночь и еще не раз скажу за день.

Всю ночь я не могу уснуть. Раскалывается голова. Ощущение будто падаю или вот-вот упаду в обморок. Крутит живот, тошнит. Вся еда вперемешку с зеленой жижей уже вышла наружу. Увидев цвет этой массы, я сразу поняла, в чем дело. Слюна Каны. Похоже, она отравила меня. Дерьмо. Лучше бы просто убила. Сейчас мне именно этого и хочется. Глаза опухли, клонит в сон, а уснуть не могу.

Я еле доползаю до первого этажа и там плюхаюсь на диван в ожидании Нео. И ладно бы только все это, так еще и ноги не слушаются, не могу пройти и метра, чтобы не подкосило. В такой момент можно только порадоваться, что живу не одна. Прибегать к помощи сожителя мне ой как не хочется, но самой путь до медкабинета мне не осилить.

Когда ты ждешь, даже минута в таком состоянии, кажется, тянется бесконечно... А за окном вот уже второй день подряд предательски тарабанит дождь.

— Эй! — завидев парня, протягиваю я, подзывая.

— Жалкое зрелище, — мерзкая ухмылка, взгляд сверху...

Похоже, такая картина ему по нраву, но сейчас мне все равно.

— Заткнись. Мне нужно в медкабинет.

Что ж ты гордая такая, Арквейд? Язык не поворачивается попросить.

— Какие-то проблемы? — он понимает, к чему я клоню, но нарочно вынуждает меня просить.

Винить его в этом я не могу, наверное, тоже бы не упустила своего шанса.

— Мне нужно, чтобы ты мне помог. Еле стою на ногах, — я вздыхаю. — Потому помоги мне, пожалуйста, добраться до врача.

— На, — парень достает телефон и кидает его мне. — Позвони и она сама придет.

Вариант, в принципе, логичный, но я номера нашей сестры не знаю. Стыд.

— Че ты меня бесишь-то, — ругаюсь я.

— Ладно-ладно, — довольно проговаривает он. — Шучу.

Нео протягивает руку. Помогает мне подняться. Я перекидываю руку через его плечи. Ощущение, будто я контуженый солдат и меня собираются тащить. Ну, почти так и есть.

— Какие мягкие у тебя волосы, — рукой он перебирает мои неопрятно раскиданные пряди. — Обычно черные волосы твердые и жесткие, а у тебя приятно шелковистые.

Ведь специально делает это, гад. Меня прямо пробирает злость. Тоже мне нашелся специалист по черным волосам. Фетишист? похоже.

— Я тебя убью! — со злобой кошусь на него.

— Какие мы нежные, — с ухмылкой произнес парень, — но не все так плохо, как кажется, сил на эмоции тебе, смотрю, вполне хватает.

— Сделай еще одно одолжение. Заткнись, а?

Свин лишь самодовольно улыбнулся. Довел меня до входа и взял зонтик. Отворил дверь. На улице не просто дождь, а ливень. От этого сырого запаха и прохлады мне, кажется, становится немного легче. Нео открывает зонтик, и мы начинаем свой путь.

— Давай иначе. А то так мы час потратим, — Нео усмехнулся.

Особо радостным свин не выглядит, но его улыбка мне все больше кажется похотливой. Прошло десять минут, а мы едва ли проделали четверть пути. Мне неловко от того, что я в прямом смысле валюсь с ног, то и дело заставляя Нео меня поддерживать.

— Залезай на спину, — он присел.

О боже, как это мило, словно романтическая книжка. Ой, девочки, таю. Тфу, идиотизм, но всяко, шиперам на радость, не так ли?

— Годное предложение, — говорю я, но забираюсь не сразу, так как ощущаю некоторую неловкость. — Надо было сразу так сделать.

Я беру зонтик, прижимаюсь к спине и перекидываю руки через его плечи. Он поднимается и обхватывает мои ноги. Продолжаем путь. Вот интересно, а думает ли он о том, что думаю ли я сейчас, что это мило и романтично? Какая разница. Это покачивание... Так хреново, что приходится сдерживать рвотные массы. Очень мило. Каждый раз, закрывая глаза, кажется, что вот-вот усну. Другие ученики смотрят. Перешептываются. Смеются. Думаете, мне приятно от того, что моя голова лежит на плече этого господина? Я ведь запомнила ваши лица. Хотя мне и дела до этого нет. Просто сейчас все раздражает...

******

— Эй, прием, приехали! — просыпаюсь от резкого толчка. — Сладко спится на спине любимого?

— Краснеть не буду, не надейся, — безэмоционально отвечаю на его язвительность.

Меня вырубило. Зонтик был в его руке, а значит, он сразу это заметил, но решил промолчать. На секунду представляю картину, как он несет меня спящую. Жуть. Мне аж снова поплохело. Так меня воротит, когда смотрю на него. Всегда такое ощущение от его рожи, будто мой желудок сворачивает узлом. Отвращение, перерастающее в брезгливость.

— А ты вообще это умеешь? — иронизировал Нео.

— Не души, — наотмашь говорю я. — В любом случае, благодарю за содействие.

После короткого сна добавилось ощущение побитости. Спасибо Каночке за это.

Я встаю на ноги и стучу в дверь медкабинета. После характерного «да-да» вхожу, а вслед за мной входит и Нео. Усаживаюсь и рассказываю о своих ощущениях и симптомах.

— Зеленая слизь, говоришь? — женщина загадочно и в то же время довольно улыбается, берет ватную палочку и подходит ко мне. — Открой рот.

Можно уже понять, что она уже знает причину и хочет убедиться.

Что-то напевая, врач проводит палочкой по слизистой щеки, после возвращается на место и берет микроскоп. Изучая мою слюну, Камила продолжает, мурлыкая, напевать и игриво покачивает ногами. Смотрю ей в спину, а вижу, как она довольно улыбается. Ее всегда забавляли болезни, особо специфичные. Что-то вроде: «О, я нашла что-то крутое, как это здорово». Это доставляет ей радость. А пациента, пожалуй, пугает.

— Ну так что? — интересуюсь я после того, как она закончила смотреть в микроскоп и начала что-то писать.

— Давай попросим молодого человека подождать в коридоре. Тут сейчас будет разговор о сугубо женских проблемах, — она говорит это так, будто я беременна.

— Сбегать домой не стану, — строя из себя джентльмена, с ухмылкой на лице, парень покидает нас.

— Все, как я и думала, — начала Камила. — Канашима залила тебе своей слюны?

В точку. Хотя «залила» не очень уместно.

— Можно и так сказать.

Врач скромно улыбнулась. Пару раз щелкнув ручкой, она бросила ее на стол. Развернулась к компьютеру, начав печатать что-то в моей карточке.

— Почему ты об этом ничего мне вчера не сказала? — интересуется женщина.

— Просто ситуация была такая неловкая и нелепая. Я подумала, это очередной приступ. О подобном, честно говоря, как-то и рассказывать совсем не хочется. Похвастаться нечем.

— Твоему оптимистичному взгляду и отношению можно только позавидовать, — ответила Камила, увлеченная процессом печати.

— Да уж, — я усмехнулась.

Где тут оптимизм я, правда, не особо уловила.

— Ты вторая ее жертва. Полтора месяца назад уже был похожий случай, — слово «похожий» она растянула, словно задумавшись о чем-то своем. Замечала, что у врачей такое происходит довольно часто.

— Случай? — мне пришлось подтолкнуть ее к продолжению беседы.

— Когда мы возили девочку в реабилитационный центр, к ней был приставлен на время младший лейтенант. Похоже, она некоторое время собирала свою слюну в пробирку, а после схватила молодого парня и насильно влила ему всю эту массу.

— Вот как…

Да я еще счастливица. Поцелуй куда приятней этого.

— Пару дней его крутило так же, как тебя, а потом все прошло. Ее слюна — безвредный вирус, так что беспокоиться не о чем. Похоже, единожды помучившись, организм человека вырабатывает иммунитет к этой заразе. Только, зачем она это делает, остается гадать. Ответа от нее не дождешься. Может, у тебя есть какие-то мысли?

— Нет. Не знаю.

Может, конечно, и есть какие-то мысли, но невнятными теориями делиться не хочу. Да и они дебильные, призваны потешить мое ЧСВ.

— В общем, тебе переживать не о чем. Состояние быстро придет в норму. Лейтенанту хватило пару дней. После он спокойно пробыл с Каной до ее отъезда. Правда, спустя месяц следующий визит девчонки чуть не стал для него фатальным. Только завидев молодого парня, она попыталась убить его, — Камила говорит об этом совершенно спокойно.

Вообще не о чем, конечно.

— Это нормально? — интересуюсь ее мнением я.

Выглядит, словно Канашима проводила эксперимент, он провалился, а теперь подопытный я.

— В смысле? Попытаться убить офицера? — она закончила печатать и развернулась ко мне. — Вывод очевиден: у тебя есть один безумный солдат, который может убить десяток мэсов с силой ранга А и выше, и офицер, который выполняет мелкие поручения. В случае смерти его жертва была бы малой платой за контроль такой силы. Он военный человек, а на войне ведь свои правила.

— Вы серьезно? — я вопросительно приподнимаю бровь.

Кажется, сейчас эта дама меня разводит, пытаясь зачем-то нагнать жути.

— Да шучу я, — улыбнувшись, сказала Камила. — Лейтенант был предупрежден, однако сам проявил инициативу, подписав согласие. Он ведь и должен был обеспечить безопасность. Ты беспокоишься о том, не случится ли с тобой такого?

Похоже, мне чего-то не договаривают. Иногда я жалею, что мои способности ограничиваются пониманием того, что вот человек знает что-то большее, но не дает узнать это большее.

— Да нет, я не о том... — я вздыхаю. — А в каких отношениях были Кана и этот офицер?

— Ну, они особо не общались. Канашима видела его пару раз, на этом, пожалуй, все, — проговорив эту фразу, женщина отвела взгляд и встала со стула, подойдя к шкафу.

Видимо, действительно есть то, чем со мной делиться не хотят. Но если меня не предупреждают, значит, опасаться мне нечего, так? В этом вопросе немного не хватает откровенности. Впрочем, Камила никогда не была слишком честна. Да, она довольно дружелюбна и добра, но я прекрасно знаю, что это лишь маска. Наблюдая за ней, я заметила, что она часто крутится возле директора. Настолько часто, что раньше я видела ее чуть ли не каждый день. И с ним она совершенно другой человек. Более холодный, более грубый, расчетливый. Кроме того, похоже, с Акирой они знакомы очень давно. Это не мое дело, но судя по всему их связывает нечто большее, чем дружба. В общем, наш главврач — человек двуличный. А таких людей не всегда легко понять.

— Мы пока не особо много выяснили, но похоже, эта зелень не выводится из крови. По крайней мере, за тот месяц, что мы следили за офицером, этого не произошло. Кроме того, ее молекулярная основа содержит большое количество МОАО-L фермента, способствующего проявлению агрессии, ярости. Так что не исключаю того, что у тебя могут проявляться вспышки агрессии. Могут быть перепады настроения, — она достала какой-то цветок, отломила от него отросток с парой листков, а после поставила его обратно в шкаф.

— А как с этим было у лейтенанта?

Не хватало стать такой же, как Кана, только без способностей. Я и так-то особо добротой не выделялась.

— Никак. Все было в порядке. Но один случай не показатель, поэтому заранее предупреждаю о возможных симптомах. Если это будет тебя беспокоить или будут осложнения, ты всегда знаешь, где меня найти, — женщина протянула мне отросток с листьями. — Вот. Измельчить. Добавить в воду, прокипятить и пить весь день. Поможет быстрее оклематься.

Привет, народная медицина! Забудьте о том, что я там говорила о технологическом прогрессе и современных методах лечения…

— Это, что, и волосы у меня позеленеют?

Вообще, наверное, проще напрямую спросить обо всем Кану. Главное, чтобы при встрече мне голову не отвернули.

— Вот на твоем примере все и узнаем, — врач хлопает меня по плечу и впихивает в руку растение, не желая слушать мои бредни.

Видимо, прием окончен и меня подгоняют уйти, при этом тонко намекая, что теперь я «подопытный кролик».

— Спасибо, — закатив глаза, стандартно благодарю и прощаюсь.

«Да не стоит благодарности». Камила перед уходом просит меня как-нибудь зайти и сдать кровь для анализов. Похоже, за мной будут присматривать.

— Закончили? — задает очевидный порос Нео.

— Да, спасибо, что подождал, — вынужденная вежливость. — Возвращаемся.

— Как же не подождать, — парень прикусил нижнюю губу и слегка улыбнулся, с налетом презрения посмотрев на меня. — Не хотелось бы, чтобы ты померла раньше, чем закончишь мое поручение. Не думаю, что с Адамом смогу сработаться.

— Миленько.

Он протягивает зонтик. После подставляет спину. Возвращаемся.

******

Остаюсь один на один со своей болячкой. Следую инструкциям медсестры. Не знаю, что это за растение такое, но после кипячения оно воняет хуже помоев. Один запах вызывает рвотный рефлекс. Вкус соответствующий. Держись, женщина. Затыкаем нос и пьем залпом. Бежим в уборную, пытаясь не растерять все внутренности по дороге.

Чертова Канашима...

Обессилено падаю на диван в гостиной. Пытаюсь поспать.

Просыпаюсь от того, что кто-то упорно стучит в дверь.

Три часа дня.

Чувствую себя получше. Уже могу уверенно стоять на ногах.

За дверью стояла Эла.

— Тебя не было, вот и решила заглянуть, спросить, все ли в порядке, — сходу начала она. — Выглядишь неважно. Как себя чувствуешь?

— Нормально. Отравилась, но к понедельнику оклемаюсь.

Сначала хотелось сказать что-то вроде: «Ой, иди отсюда», но так я никогда не научусь быть вежливой.

— Понятно. Если тебе нужна помощь, ты не стесняйся, говори, я буду рада помочь, чем смогу.

— …, — я молчу.

Мол, если нечего больше сказать — вы свободны.

— В понедельник праздник. День равноправия. Я уже всех попросила, потому прошу и тебя. В общем, кружок традиций и праздников хочет провести концерт и устроить конкурсы. Потому им нужна помощь с организацией.

— Что, у нас и такой кружок есть? — возмущаюсь, негодуя, я.

Они постоянно организовывают гулянки, им только повод дай.

— Арквейд… — ведясь на мою шутку, выдыхает она.

— Просто шучу. Что конкретно они хотят?

— Всего-навсего пару организационных моментов. Украсить зал, проработать программу, подготовить все. Много мелких разных дел. На сайте информацию я уже разместила.

Все ж Эла была правильным выбором. Молодец. Я совсем забыла об организации мероприятий. Не люблю это все. Теперь этим занимается она.

— Вот в чем дело. Так это без проблем. Приходи завтра в девять утра, я познакомлю тебя с нашим топ-помощником. Она тебе все расскажет, покажет, да и техническую часть организует. В общем, крайне нужное знакомство. И других напрягать не надо будет.

Похоже, мы всегда будем в долгу у Астарты. Хах.

— Еще одно. Не могла бы ты переодеться в мужской костюм. Все смотрят на студенческий совет, потому это подтолкнуло бы к действию и других.

Это давняя традиция. В этот день меняются ролями во всем, в том числе и в одежде. Конечно, сейчас этот праздник не значим, он даже не дает выходного, но многие до сих пор с радостью отмечают его. Любой парень может надеть платье, накраситься, и никто ничего не скажет и не подумает. Всем весело. Я лично обычно воздерживаюсь от такого. Но примерно 70% людей по всей стране не брезгуют наряжаться и выходить на улицу.

— Без проблем.

В конце концов, мужская и женская форма не сильно-то отличаются друг от друга. Мужской стиль меня не стесняет.

— Спасибо, я знала, что ты поддержишь. Аврора тоже согласна. Только насчет Нео я не уверена.

Не думаю, что он захочет. А жаль. Я бы посмотрела. Даже фоточку бы себе сделала на память.

— На него можешь не рассчитывать, — выдерживаю паузу. — Что ж, если это все, пойду отдыхать. Буду ждать завтра с утра.

— Ты уверена, что тебе не нужна помощь? — строя невинное личико, интересуется Эла. — Лицо у тебя не слишком здоровое. Ты, наверное, ничего сегодня не ела. Я могу сварить что-нибудь легкое и питательное. Что-нибудь, что не будет нагружать желудок.

Глупая женщина ищет повод провести немного времени со мной. Вот же ж проблема, все-таки…

— Иди уже отсюда. Ты мила, но все, что мне нужно, это покой и сон.

Она неловко улыбается, извиняется, желает мне здоровья, после чего мы расстаемся.

Время снова пить эту дрянь...

18.Воскресенье, 19 марта

9:00

По договоренности к этому времени подошла Эла.

— Слушай, а почему ты никогда не надеваешь юбку? Даже в выходные ходишь в штанах, — после приветствия, стоя на крыльце, спрашивает она.

Никогда? Вроде только недавно зима закончилась (неважно, что уже почти конец марта). Я не из тех девушек, которые по холоду любят коленками светить. Или она про прошлую осень? Намекает на то, что следила за мной? Выходит, все-таки баба сталкер!

Смотрю за спину гостьи. Солнечная погода, но после двухдневных дождей на улице довольно прохладно. Свежий воздух еще отдает запахом сырости.

— Стой тут, — я закрываю дверь, оставляя девушку ждать на крыльце.

Иду переодеваться.

У девушек две весенних формы:

Первая — довольна строгая. Белый верх: блузка, пиджак, галстук (по желанию), и белый низ в виде брюк. Я в последнее время придерживалась этого стиля.

Вторая — более просторная. Все тот же белый верх (без пиджака), галстук (по желанию), черный низ в виде юбки. Длина юбки может быть разной, все зависит от самой девушки и ее стеснительности.

Мне нравится носить брюки, джинсы, штаны, обтягивающие шорты. В них я чувствую себя комфортно. С другой стороны, летом юбка спасает от жары, да и если нужно двигаться активно, то тоже предпочту ее. Возможно, за полгода нахождения тут я, и правда, почти не надевала юбку. Вернее, даже не так. В первое время я ее носила. Также форму на свой манер напялила, но это уж очень не нравилось Селине. Мол, слишком расковано, вызывающе, сексуально. И после очередной ссоры меня в добровольно-принудительном порядке заставили прилизаться, форму носить, как положено. С того момента я и закинула юбки подальше, специально изменив стиль на противоположный. А так-то я не против. Свою идеальную форму я вижу именно с юбкой. Раз уж я глава, может, стоит задуматься о возвращении к старому стилю? Просто он уж совсем не то, чего ожидают от «лица академии».

— Что, так лучше? — интересуюсь, усмехнувшись, я. — Нравится тебе?

Не постеснялась, надела короткую юбку, черные полупрозрачные колготки и черную матроску, которая открывает живот. Конечно, я выбрала такой наряд специально. Мол, делаем посимпатичней — открываем ножки и животик, закрываем грудь. Многие ведь считают это милым?

— Ты странная… — девушка улыбнулась. — Я ведь понимаю, что ты специально играешь на моей симпатии.

Я этого и не скрываю. Можно сказать, что я и хотела услышать что-то подобное. Главное, что твоя понурая улыбка выдает твое стеснение и негодование. Ты не знаешь, как вести себя с таким человеком, как я, и с моими выходками. Это ставит в тупик? Если такое будет постоянно повторяться, то желание общения со мной и сближения пропадет само собой. Не захочется приходить ко мне домой, заводить непринужденные беседы, делать какие-то комплименты, интересоваться всяким, например, здоровьем, делать намеки. Это ведь неприятно, верно? Особенно, если ты понимаешь, что я делаю это специально.

— Неважно, — я прохожу мимо нее, отпуская дверь. — Пойдем, проведем бабское собрание.

Мы направляемся к дому Астарты. Я предупредила ее, а также попросила к девяти утра подтянуться туда еще и Иваю.

******

«По приходу я выстраиваю всех девчонок перед Элой.

— Знакомьтесь. Это Ивая, — кладу руку на светлые волосы девушки.

Да тут все светловолосые! Одна я как вдова — черная. В принципе, чему удивляться? Страна такая. Светлая. Хах.

— Я…

— Ничего не говори, я еще не закончила, — перебиваю я Нацукаши, прежде чем та успевает произнести свое имя. — В общем, Ивая у нас спец по организации различных мероприятий. Всегда за всем следит и остается до самого конца. На нее можно положиться и спросить совета, как лучше все сделать, с кем договориться и т.п., и т.д. Ну вы поняли, в общем. Думаю, ее ты и так знаешь. Даже если не лично, то заочно. А это Эла. Ну, она просто Эла.

— Очень приятно, — произносят девушки, кланяясь друг другу.

— Это Астарта, она наш технарь, — кладу руку на голову второй участницы. — Вся техника, настройка, копание в проводах и прочей фигне на ней. Устроит вам светодиодное шоу и набахает остальной мишуры. А это Эла. Она член студсовета. Да...

— А я было подумала, что буду с вами тремя. Вы все такие милые, не особо общительные. Ну не то чтобы я была против ваших особенностей. Наоборот мне даже это нравится, хотя я часто чувствую себя на фоне вас болтушкой. А ты привела новенькую. А еще так миленько оделась, никогда такой тебя не видела. Тебе идет, да. По девчачьи, что ли, вот. Почаще бы тебе так одеваться. И то-то я думаю, какое-то странное сообщение было, мол, в нем...

Я закрываю ей рот рукой и заставляю поклониться.

— Очень приятно, да?! — с легкой грубостью говорю я вместо Астарты. — Все разговоры после. Итак, осталась у нас Амая. Она все настраивает и отлаживает, чтоб техника работала идеально, звук шел оттуда, откуда нужно, картинка была, и так далее. А это Эла. Она у нас заведует кружками, так что встречаться вы будете часто.

— Очень приятно, — говорит Нацукаши.

Пусть вежливость проявила только наша активистка, но поклонились они обе друг другу.

— Теперь вы моя секретная группа агентов. Ха. Ха. Ха. Ха.

Никому не было смешно.

— Забейте, это шутка-самосмейка. В общем, сделайте из нее гуру, а я ухожу, — разворачиваюсь и махаю рукой, собираясь покинуть здание, но меня хватает Астарта и притягивает к себе, чуть ли не обнимая.

— Я тут кое-что хотела у тебя попросить... — шепчет мне на ухо она, закрываясь от остальных.

— Это срочно? — в полголоса уточняю я.

— Ну, мне надо бы сегодня... — улыбается мне девушка с хитрющими глазами.

— Хорошо, тогда, как закончите, приходи ко мне. Устроит? — предлагаю я.

— Уху, — издает радостный звук Астарта, кивая мне.

Как ребенок, ей-богу.

— Так, новенькую не стеснять! Надеюсь, вы поладите. Ну и ты, Эла, тоже постарайся!»

— Эй, все было совсем не так! Выглядит как-то наигранно, что ли, — возле меня, пялясь в экран компьютера, стоит, наклонившись, Нацукаши.

Обозначить свое присутствие, видимо, не надо. Не одобряю.

— Что ты тут делаешь? — я вздыхаю и поворачиваюсь к ней.

Довольно странное чувство, когда кто-то читает твой блог в офлайне.

— Нууу, они там занимаются технической частью, а меня отпустили, типа дальше я им не нужна. Вот я и решила зайти в гости.

Ни стыда, ни совести. Втихаря втерлась в мое пространство, не дав о себе знать, и теперь строит из себя невинную овечку. Думает, что милое лицо поможет избежать моего гнева? Вполне может быть.

— Понятно.

Я вздыхаю, разворачиваюсь, беру весь старый текст в кавычки, подчеркиваю и пишу новый:

«Дверь была открыта. Амая сидела на диване, держа ноутбук на коленях. Астарта недалеко от нее, лежа на полу, собирала какое-то очередное изобретение, Ивая же тусовалась на кухне. Они не особо спешили собраться вместе, и пришлось повысить голос.

— Короче, это Эла. Она заведует кружками и теперь организовывает всякие мероприятия. В общем, намек, думаю, вам ясен. А я ухожу.

Вдруг Астарта вскакивает с дивана, хватает меня за предплечье и тащит в сторонку, при этом что-то бормоча про мой внешний вид. Там она говорит мне о своей затее, и я предлагаю ей зайти ко мне вечером, как освободится. Она, мило улыбаясь, кивает мне, издавая что-то наподобие радостного «уху». Как ребенок, ей-богу. После я ухожу, оставляя Элу в руках профессионалов»

— Так лучше? — интересуюсь я.

— Ну, не совсем. Астарта как бы схватила тебя, уложила на свои колени и начала тискать, говоря, что-то вроде: «Ты такая миленькая. Тебе стоит чаще одеваться поэлегантнее. Если нужно, я одолжу тебе свою одежду. Хотя она, наверное, мала, но у Амаи есть пара миленьких платьев, которые точно должны подойти по размеру. Прямо няша!», — вспоминала она с улыбкой. — Вот так примерно было, да.

— Об этом читателям знать не обязательно. Понимаешь? — демонстрируя недовольство, обращаюсь к гостье. — Вообще я тут автор, пишу для себя, а не для вас, имхо.

Эх, что за морока. Вот так и выходит, когда вклиниваются в работу.

— Да ладно, я же не против. Просто никогда бы не подумала о том, что ты пишешь что-то вроде личного дневника в виде блога. Хотя, знаешь, хоть файл и называется «блог», но он на него совсем не похож, это чистая книжка! Понимаю, что это сделано, наверное, для интерактива...

…

..

.

Точками я выражаю свое терпение.

— И вообще, — встаю со стула и хватаю Элу, выталкивая из комнаты, — кто Вам разрешил использовать свою силу и перемещаться в мой дом? Заходить по-тихому в комнату и шпионить?

— Да ты, что, обиделась что ли? — она упирается. — Я ведь не против того, что ты пишешь. Это мило. Я бы, знаешь, это почитала. Может, дашь мне? Довольно интересно, особенно про себя. Приключения Арквейд, а? Или мысли? Правда-правда, здорово! Да и силу я не применяла, просто ты вообще не замечаешь, что происходит вокруг. А в дом меня любезно пустил Нео.

— Иди уже отсюда. На первый раз прощаю, но в следующий раз заходить только по предварительной записи. Или по приглашению.

Которого не будет.

******

22:00

Уже совсем темно. Стою на подходе к жилому корпусу первокурсников. Астарта написала мне сообщение, попросив подойти сюда к этому времени. Дует холодный ветер, развевая волосы. На небе блекло мерцают редкие звезды. Вот уж выбрала время для встречи. Обычно к этому часу я уже готовлюсь ко сну. Что это за просьба такая срочная? Только намеком и сказала.

— Это, — спустя пять минут появляется виновница, которая заставила меня тут мерзнуть. — Ты выглядела такой задумчивой и, ну, совсем немножечко злой, что я даже побоялась подойти. Подумала, ты будешь злиться, что так поздно попросила тебя о встрече, а не зашла, как планировалось изначально, ну и... Мы просто немного подзадержались, ведь праздник уже завтра. Надо было все закончить, чтобы потом не это, ну... Хотя все равно придется ковыряться, но...

— Вовсе не злюсь, — вздыхая, говорю я и смотрю на девчушку.

На этом ветру развеваются и ее волосы. В длине с ней мне, конечно, не потягаться. Но сейчас я отчетливо вижу, что пора подстричься, а иначе через месяцок догоню эту дурочку. Я ведь с самого поступления не стриглась.

— Так, что за просьба у тебя такая срочная?

— Понимаешь, — Астарта начала перебирать руками край платья. — В чулане студенческого совета я видела несколько военных форм, вот. Завтра, как бы, праздник, и мне хотелось бы примерить их и взять на день себе. Так сказать, приодеться краше других.

— Вот как. Надо было сразу сказать, что ключи понадобятся, хотя полагаю, что сам корпус тоже уже закрыт.

Понимаю, что тут ничего не поделать, придется сходить да глянуть

— Я, наверное, и правда, припозднилась, но мне бы очень хотелось. Может, завтра с утра пораньше еще до занятий сходить, пока никого не будет? А-то она наверняка мне не по размеру...

— У меня есть ключи от запасного входа, — перебиваю я. — Идем.

Мы направляемся в мой дом за ключами. Весь путь, не прерываясь ни на секунду, девушка о чем-то да говорит. О событиях в своей жизни, о впечатлениях, об Эле и о том, как она к ней относится. Похоже, что все в порядке. Теперь Эла сможет сама организовывать праздники. Главное, что про наших новоиспеченных соперниц в музыке тоже не забыли. Берем ключи, направляемся к академии.

Ощущение, что Астарта может говорить вечно. При этом я не могу назвать ее речь совсем бестолковой, ниочемной. Ее пусть и тяжело слушать, но довольно-таки приятно. Интересно, ощущает ли она сейчас дискомфорт от того, что ее оппонент молчит, практически ничего не отвечая? Может, она просто считает своим долгом развлекать меня, раз уж обратилась?

******

Ночью здание выглядит совершенно иначе. Здесь только я, Астарта и охрана. К слову, они-то нас сюда и пустили, ключи не понадобились. Да и вопросов лишних новоиспеченному президенту совета не задают. Понимание и доверие — это приятно. Астарта притихла, и в темных коридорах слышны только наши шаги. Ей некомфортно? Боится? Я вот не из пугливых. Подумаешь, темнота.

Открываю кабинет совета. Включаю свет.

— В складской комнате была пару-тройку раз всего и то по большей части в начале года, — подбирая ключ к замку, говорю я. — Заходите.

— А вот и они, — стоит мне включить свет, как девушка сразу же бросается к костюмам. Начинает, причитая, отряхивать их от пыли. — Я, когда тут была в первый раз, сразу же их заприметила. Такие симпатичные, а лежат, как тряпки ненужные. Хоть бы на плечики их повесили. Какое неуважение. Хорошо, что хотя бы вся одежда в чехлах. Может, и стирать не придется!

— Давай по-быстрому. Примеряй, бери что нужно, и возвращаемся.

Да, тут, пожалуй, действительно стоило бы прибраться. Надо взять на заметку. Правда, кого я обманываю. Я-то подобным точно заниматься не стану. Просто, наверное, после ухода Селины сюда никто не заглядывал. Хотя за Адама я отвечать не могу, но, судя по слоям пыли, он тут не бывал.

— Так-так-так. Кажется, нашла кое-что интересное.

В руках она держала белый военный парадный костюм старого образца, который уже лет пять как не носят.

— Нравится тебе, смотрю, все это, — я, стоя у стены, наблюдала за тем, как девушка восхищенно перебирала костюмы, отряхивала их и, прислоняя к себе, примеряла на глаз.

— Угу, словно касаюсь истории. Такое прекрасное чувство, — Астарта подходит ко мне и всучивает только что поднятый костюм. — Держи, это тебе. Примерь. Отказа я не приму, ни в какой форме! Даже не пытайся отпираться! Уверена, тебе форма пойдет!

Она говорила так по-милому серьезно, что я понимала, с ее настроем мне не потягаться.

— Ладно. Только ради тебя, — усмехнувшись, я принимаю костюм.

Почему бы и не примерить, все равно жду ее. Ведь мои слова о «побыстрее» она проигнорировала.

— Видишь — очень, очень здорово! Так, сейчас мы еще твои волосы поправим, — Астарта берет фуражку, встает на цыпочки и начинает собирать мои волосы в охапку.

Рост девушки сантиметров на десять-пятнадцать меньше моего.

— Не вижу, зеркала-то тут нет, — отвечаю терпеливо я.

Закончив с волосами, она надевает мне на голову фуражку.

— Вот так. Какой женственный офицер. С таким вместе не стыдно в обществе появляться, — девушка игриво улыбается. — Ты обязана идти так. Будешь одной из лучших. Точно, точно, я не вру!

Комплимент такой себе. Звучит даже как: «С тобой сейчас стыдно рядом ходить». Но докапываться до слов я, так уж и быть, не стану.

— Ладно, — я расправляю волосы и снова надеваю фуражку. — Пойду, посмотрю на себя.

До ее льстивых слов мне нет никого дела. Спорить желания нет, поэтому я просто выхожу из чулана. Подходу к зеркалу. Смотрю на отражение. Усмехаюсь. И правда, должна признать, неплохо. Сидит только так себе, надо подшивать. А еще форма кое-что мне напоминает. Взявшись за край козырька, я слегка приспускаю фуражку, чтобы прикрыть глаза. В моей голове проносится что-то вроде: «Яре Яре Дазе». Да уж. Влияние формы ли это или массовой культуры и пабликов? Ужас. У меня аж мурашки по спине пробежали. Хорошо, что хоть ума хватает подобное вслух не произносить.

— А я себе, вот, возьму эту, самую обычную — серую. Еще я меч откопала. Ты ведь не против одолжить его?

— Бери что хочешь, главное — верни после праздника, — я снимаю форму. — Но, если кто умрет, мы сразу будем знать, по чьей вине.

— Вот уж ты совсем не понимаешь, — девушка вынула меч.

Он оказался неплохо заточен. Странно, что он тут, а не на складе оружия. Серьезно, будто для сценария оставили. Ха. Но тут на самом деле много всякого барахла, так что, думаю, это не единственное завалявшееся оружие. Да, похоже, действительно стоит провести инвентаризацию, пока это не сделала проверка.

— Куда уж мне… — прибегаю к иронии.

— Это для образа! Разве не здорово? Конечно, я его из ножен даже вынимать не буду. Вроде просто форма и меч, а ощущения совершенно иные. Будто бы ты действительно офицер. Чувство важности прямо зарождается и вести себя хочется иначе, более строго, что ли.

Только вот, этому офицеру волосы спрятать будет куда труднее. Да и личико гораздо более невинное и женственное, чем мое.

— Ага. Правда, если я и ты так заявимся, сразу будет понятно, чья это идея, а кто позволил ей воплотиться.

Могу только позавидовать ее рвению и желанию сделать что-то особенное, свое, что отличит ее от других. И меня она затянула туда же. Но почему-то мне от этого приятно. Чувствую какое-то умиротворение. Чур меня, чур. Ничего не знаю. Это влияние усталости и ночи!

— Ну, какая разница, зато это здорово! Я не против того, чтобы люди думали, что мы сотрудничаем. О, точно! — она снова начинает перебирать костюмы. — Надо и для Амаи что-то взять!

— Даю тебе минуту. Времени и так уже полдвенадцатого.

А мне этот костюм еще подшить надо и выстирать было бы все же неплохо, но это уже вряд ли. Может, ну его нафиг...

— Не стоит злиться, — Астарта подбадривает меня улыбкой. — Разве могла я забыть о лучшей подруге? Было бы обидно уйти с пустыми руками.

Думаю, ей пофиг. Я даже уверена, что ей это будет не в радость, но разве ты спросишь ее? Заставишь надеть, а она и слова не скажет. Хотя это будет похоже на мой случай, мол: «На, тебе идет, ты будешь очень красивой». А я: «Ну ладно, раз ты так говоришь».

Девушка довольно быстро находит схожую с ее форму. Я выключаю свет. Закрываю кладовку, кабинет. Мы покидаем здание и отправляемся по домам. Эх, теперь еще час гемора с этим костюмом. А все ради чего? Ради праздника, который мне даже не нравится...

19.Понедельник, 20 марта

Недосып был обеспечен. Вздыхая, смотрю на плод своих ночных трудов — подшитую форму. Недолго думая, беру ее и волоку с собой в ванную. Умываюсь холодной водой. Не особо бодрит, но вид, вроде как, не убитый.

Натягиваю белые брюки. Протягиваю ремень с эмблемой внутренних войск. Надеваю хлопковую белую рубашку с длинным рукавом; черный галстук в виде вытянутой трапеции, заканчивающейся острым углом; закрепку из белого золота с эмблемой войск; белый пиджак; черные туфли. В руки беру белую фуражку. Такая вот она — старая военная парадная форма. Совпадение, но, кажется, она отлично подходит нашей академии. Не хватает разве что атрибутики разной, но мне эта мишура ни к чему. Пиджак я решаю не застегивать, да и фуражку надевать пока не вижу смысла. В кои-то веки меня взяла гордость за навыки моего шитья, все сидит идеально, и следов нет, хотя с внутренней стороны лучше не смотреть на творящийся хаос из ниток. Но кому какое дело, что внутри, если снаружи красиво? Ха.

Не люблю дискотеки, шум, концерты, а сегодня день всего этого безобразия. Потому мое настроение сложно назвать боевым. Налив себе кофе и настругав пару бутербродов, я возвращаюсь в комнату. Сажусь за компьютер. Думаю о предстоящем дне. Учебный день сократили, но не особо сильно, всего на час. После, в четыре, празднование, концерт, конкурсы, веселье, и все это где-то до восьми вечера, либо до той поры, пока основная масса не начнет расходиться. И раз теперь я на посту и это мой первый своеобразный выход, значит, тусить мне до конца. Эх...

К слову о новости моего вступления в должность. Сейчас листая форум, я вижу следующее:

«Было очевидно. Разве нет? Ничего нового.»

«Серьезно?! Я думал, это временная мера, чтобы заняться вторым корпусом. Куда катится эта академия.»

«Вот вам и традиции! Вот вам и сильный глава! Вот вам и десятка на арене!»

Здесь, конечно, все очевидный сарказм. А суть его в том, что главу всегда выбирали по достижениям. Грубо говоря, глава студсовета должен быть авторитетом, должен быть образцом для подражания, должен быть на голову лучше остальных. Отдельным пунктом стояла сила. Да, очень важно, чтобы у президента были хорошие способности, которые позволили бы ему забраться хотя бы на десятое место арены. В целом, сила нужна для подавления конфликтов учеников, которые часто бунтуют и не стесняются использовать свои способности по отношению к другим. Такое, конечно, в основном случается с первокурсниками, которые только поступили и еще не знают всей подноготной. Многие из них считают себя дофига особенными и часто пытаются подмять под себя тех, кто слабее. Такие обычно и полгода не могут продержаться. Это косяк системы, ничего с ним не поделать.

А теперь обратим свой взор на меня. В следующем году среди поступивших не будет никого ниже B ранга. Смогу ли я совладать с появившимися бунтарями? Ответ очевиден — нет. И кем я буду в их глазах? Полагаю, кем-то жалким. Думаю, если бы мы написали, что Адама заменит Мюриель, все бы успокоились. Вот уж кто авторитет и силой никому не уступит. Только вот не ей с первокурсниками барахтаться.

«Донылись?»

А здесь суть такова. После осеннего фестиваля урожая, когда Селину отстранили от поста главы и остатки студсовета развалились, в совет пришел Адам. Мы, как вы уже знаете, работали вдвоем. Не было времени на все. Мы перераспределили обязанности и многое переложили на кружки, которые, так или иначе, были связаны с отдельными функциями совета. Также изменили правила, чтобы было проще все контролировать вдвоем, так как новичков на тот момент у нас не было. Они просто не хотели идти к нам. Все это вызывало недовольство, и ученики шли на форум, в местную соцсеть, и жаловались, обсуждая это между собой.

Со временем все стало как-то спокойней, и первая неприязнь народа к новому главе переросла в глубокую симпатию. Мол, ему было непросто все переделать, организовать все так, чтобы справляться вдвоем — он молодец. Немалую роль тут сыграли его терпение, улыбка и харизма. На публике он прямо оратор. Силен, красив, хорош, строг, но добродушен, такой наш Адам в глазах аудитории. А я что? Мой закатанный взгляд, вздохи, сарказм и грубость вроде «сами разберетесь» знают все. Так что признания я особого не получила. Понимаете? Мне и сейчас хочется сказать, что в принципе мне пофиг на признание, любовь, нелюбовь. Ха.

Вообще, поскольку профили на форуме привязаны к анкете и нет как таковой анонимности, то они выглядят вполне сдержано. Но даже так чувствуется несколько негативное отношение к такому известию. Новость активно обсуждается, ведутся споры и это в принципе нормально для такого события.

Мое отношение к такой реакции? Мне плевать. Я уже смирилась и нахожу это в какой-то мере забавным. Наша академия довольно известна, и почти все, кто поступает сюда, знают, чего от нее ждать. Знают, что президент — это авторитет, лицо академии. Вот так сюрприз их тут ждет. Если я досижу, конечно. И у нас еще не все так плохо. Слышала, где-то президент словно идол, на которого равняются, словно местная звезда. Представляете меня в такой роли? Хах. Хотя для меня подобное звучит, как глава какой-то секты.

Получив заряд сил на день грядущий, я спускаюсь обратно на кухню. Убираю посуду и слышу, как из своей комнаты вываливается Нео. Бросив оценивающий взгляд на меня, он самодовольно усмехается и выходит на улицу. Как и думала, ему этот праздник и просьба Элы по барабану.

******

Я вхожу в кабинет совет.

— Здравствуйте, господа, — в форме я чувствую себя как-то иначе, более величественно, из-за этого невольно говорю чуть бодрее и громче обычного.

— Ого, как круто, — сорвавшись, ко мне подбежала Эла и начала рассматривать форму.

— И правда, здорово! — с теплой улыбкой поддакивала Аврора.

— Где ты достала такую форму? — интересуется Нацукаши.

Эла и Аврора выбрали легкий путь — просто натянули мужскую форму и собрали свои волосы в хвост. Один Нео в нашей компании наплевал на все.

— Остались у нас в совете со времен революции, — шучу я.

Вот уж какие вещи меня совсем не интересуют, так это — откуда взялся тот или иной инвентарь.

— Ты в ней выглядишь так… — она делает паузу, стесняясь выразиться.

— Тупо?

Принижаем себя, чтобы получить противоположный ответ и усилить его значимость. Я готова принять ваши восхищения!

— Нет, сексуально, что ли, — немного смущенно выразила свои мысли девушка.

Аврора, услышав это, загадочно улыбнулась. Подумала, наверное, что не очень-то уместен такой комплимент. Увидев ее реакцию, я ухмыльнулась и перевела взгляд на Элу.

— Ты бы мне отдалась? — серьезно интересуюсь я.

Всегда мечтала спросить такое. Ну, насколько можно мечтать о таком? Ха. Почему бы не воспользоваться случаем. Раз уж я сегодня парень, то буду внатуре прямой.

— Что? — не ожидая такого подхода, переспрашивает, опешив, девушка.

— Возбуждает ли тебя такой вид? — переформулирую вопрос.

Я пытаюсь включить свои актерские навыки, но по ощущениям у меня выходит взгляд Нео. Дурацкий прищур. От этого пробегают мурашки по спине, но отступать уже поздно.

— Это, в смысле…

Неловкая ситуация, правда, Эла? Но ты сама ее создала. Да-да.

— Думаешь, под формой есть лифчик?

Внезапно мне подумалось, если давить на ее ориентацию, то, может, это ударит по женским чувствам? Мое мерзкое поведение убьет всю симпатию. Вызовет отвращение. Ведь сейчас она растерялась и негодующе поморщилась, явно задавшись вопросом: «Что за?».

— Нет, правда, — я расстегиваю форму. — Смотри. Черный. Будоражит твое молодое сердце? Или лучше было белый, под такую форму то?

— Арквейд… — произносит она без какой-либо дрожи в голосе. Уголки ее губ начинают ползти вверх.

Встречаюсь взглядом с Нео, и меня передергивает от его мерзкой улыбки. Аврора же делает вид, что не замечает нас.

— А, забудь, — я застегиваю рубашку.

Эта свинская рожа отбила все желание. Смотрю на Нацукаши, а она, слегка покраснев, так мило улыбается, словно я для нее сделала что-то приятное. Я хотела сказать, это был перебор, извиниться. Но теперь мне думается, а не фетишистка ли наша Эла?

— Пойдем, выйдем, — она хватает меня за руку и тащит за собой, выводя в коридор. Все так же мило улыбаясь, девушка вздыхает. — Арквейд, ну зачем ты пытаешься поставить меня в неловкие ситуации? Ты думаешь, что если я раз за разом буду чувствовать себя не в своей тарелке, то и симпатия пройдет? Я права?

Возможно, я действительно думала об этом, но не серьезно. Просто иногда одно слово тригерит тебя, побуждая к действию, и ты делаешь это.

— Нет, — невозмутимо отвечаю я. — Просто хотела показать, что нашла способ сделать мужской причесон.

Включаю режим максимальной серьезности. Пусть Эла и сделала смелый шаг, выведя меня на диалог. Но мне не нужны серьезные разговоры по душам с выяснениями отношений. Тем более, она все и так понимает. Умная девочка.

Я беру фуражку и прячу волосы под ней.

— Видишь, никаких хвостов, и волосы не мешают. Словно мальчик, — ровным тоном говорю я.

— Что? — лицо Нацукаши наполнено негодованием.

Я пожимаю плечами и, не теряя ни секунды, возвращаюсь в кабинет, закрывая за собой дверь. Вот так решает проблемные ситуации новый президент. Дааа.

Недолго постояв за дверью, я усмехаюсь.

— Расслабься, я, ну, это, просто того. Ну, ты поняла... — выглянув в коридор, с улыбкой на лице успокаиваю я Элу.

— Нет, — складки на ее лбу подтверждают непонимание.

— Да шучу я так, — отвечаю я. — И да, я знаю, что юмор у меня не из лучших. Расслабься.

******

Размещаю на сайте и электронных досках академии объявление с требованием подойти в среду перед началом пар всех, кто не смог найти себе группу. В этот день я планирую провести собрание и донести «свою» идею. Дать время подумать, а в четверг собрать всех снова и посмотреть, сколько человек захочет участвовать. После этого можно будет делать выводы — продолжаем или бросаем эту затею.

Аврора сообщает, что пока меня не было на месте, заходил Виктор Крото, наша первая амеба. Судя по ее улыбке и рассказу, пациент идет на поправку. Хотя время, похоже, он выбрал специально так, чтобы не встретить меня. Вот гад неблагодарный!

******

В перерывах между парами я работаю с документами, вернее с бланками отчетности, которые за эти дни насобирала Эла. После обеда мы — я, Аврора, Астарта, Эла, Амая и Нео — направляемся к месту проведения праздника и до упора по времени помогаем с подготовкой. В основном это разные косметические доработки, смотрины репетиций выступлений, проведение инструктажа для нашей новой музыкальной группы, настройка аппаратуры и прочее. К слову, пришлось быстро составить график выступления и то, как и в какое время две группы будут сменять друг друга. Таких жарких споров о том, кто же будет открывать торжество и разогревать публику, я, пожалуй, еще никогда не видела. Ведущей этого праздника и программы — Кристине, участнице кружка традиций, культуры и еще чего-то там, будет непросто сработаться с этими двумя.

******

16:00

Начинает играть музыка, которую сегодня для нас ставит наша Амая. Двери открываются, и зал медленно начинает заполняться людьми. На входе всех встречает Эла, я же занимаю наблюдательную позицию возле одной из стен, недалеко от сцены. Теперь моя работа сводится к наблюдению, контролю порядка. И то, можно честно признаться, что следить за порядком мне не нужно. Есть пара второкурсников, которые помогают нам с этим, и преподаватели, при которых вряд ли кто станет скандалить. Мое присутствие здесь — формальность. Мол, новая глава должна быть вишенкой на торте. А еще достойно вести себя. Да... Побольше общаться, интересоваться жизнью учеников, преподавателей, других сотрудников вроде консьержек, администрации, охраны и прочих.

Казалось бы, кто из взрослых пойдет на этот праздник? Наденет платье или костюм? Но смотря на поток посетителей, я понимаю, что много кто. Впрочем, никто всерьез никогда не воспринимал это мероприятие. Это время подурачиться, и неважен возраст, никто не осудит. Порою завидую беспечности людей. Я бы так не смогла, если бы не было надо. Интересно, заявится ли директор? Я бы с радостью посмотрела на костюмы отдельных преподавателей. От этой мысли я даже невольно злорадно начинаю улыбаться.

******

Спустя десять минут я замечаю, как Эла со стопкой билетов мечется по залу, раздавая их каждому встречному. Она протягивает билет и всем повторяет: «Я совсем забыла, возьмите, пожалуйста, это для голосования», а любому, кто спросит, пытается объяснить ситуацию. Безнадега.

Внезапно меня посещает одна идея.

— Что случилось? — интересуюсь я у девушки.

Придется ей помочь, а то она начинает паниковать. Да и объясняя каждому, что облажалась, она просто теряет время. Выставляет себя и совет некомпетентными.

— Я совсем забыла про билеты для голосования за группу. Уже большинство зашли, а билеты мы не раздали.

Смотрю на довольно внушительную пачку в ее руках, а после поворачиваю голову в сторону, где стоят урны для голосования. Далее мой взгляд падает на входные двери, где торчит Аврора, раздавая билеты вновь прибывшим. Похоже, Эла попросила ее помочь, так как у нее другой функционал.

— Понятно. Давай билеты, я раздам, — особо не церемонясь, забираю пачку. — Иди, встречай гостей и не парься, я все сделаю.

— Спасибо, — девушка, улыбаясь, благодарит меня.

— Ага, — я попыталась улыбнуться ей в ответ. — Иди-иди.

Она кивает и оставляет меня с билетами. Наверное, нужно было ее проинструктировать на будущее. Сказать, что не стоит демонстрировать свои неудачи. Делай вид, что так и было задумано. Ладно, время еще будет.

Я подхожу к урнам и оцениваю обстановку. Больше чем семь билетов за раз в дыру не пролезет. Придется повозиться. Саватари Ювао меня изрядно достала за эту неделю. Как ни встречу в коридоре, начинает загонять про свою группу и Мей. В один момент мне даже показалось, что она специально меня выслеживает. Не знаю, чего она ожидала добиться, но нервы мои потрепала. В наказание я распределяю билеты 70% к 30% в пользу Мей. Пусть развивается, а не думает, что с парочкой нормальных песен будет все три года тут выступать. Ну, а что? Если не хочет, то придется ей немного помочь с этим. Больно уж много в ее голове детской капризности.

— Чем занимаешься? — я оборачиваюсь и вижу перед собой Мюриэль.

Девушка в белой футболке, поверх которой накинута незастегнутая клетчатая рубашка. На ногах джинсы и кроссовки, а волосы спрятаны под кепкой. Похоже, она неслабо утянула грудь, но плоской сделать ее не удалось. Гиковский прикид, но, несомненно, это мальчишеский стиль, и он ей неплохо подходит.

— Да так, выполняю функцию контроля, улучшая и разноображивая жизнь студентов, — над ответом я не задумываюсь.

Смотря по сторонам, замечаю, как некоторые студенты косятся на меня, обсуждая мои действия. Это неважно. Возвращаюсь к запихиванию билетов в ящики. Главное, этого не видит Эла и девчонки из групп, а значит, все в порядке.

— Так сразу и не скажешь, — протягивает Мюриэль.

— В двух словах не объяснить, но поверь, ничего плохого не делаю, — я усмехнулась. — Давно что-то тебя не было видно. Тренируешься?

— Можно и так сказать, — девушка локтем оперлась на урну. — Похоже, наш куратор решил сделать из меня полк ходячей артиллерии. Не столько работаем над качеством, сколько над количеством. Упор на осадное оружие и дальность стрельбы.

Мюриэль — сила ранга S, создает любое огнестрельное оружие в любом количестве и снаряды к нему. Может использовать все одновременно. Снаряды и оружие пропадают, если не использовать их больше двух минут, пропадают также, если попадают в другие руки. Минус заключается в ограничении мобильности. А еще, можно ли считать правый глаз в виде прицела минусом? Поначалу это немного пугает.

К слову говоря, вообще считается нетактичным спрашивать о слабой стороне и о плате за силу. У нас с Мюриэль и разговора о таком никогда не заходило. Мэсы, как правило, предпочитают не говорить о силе без надобности. Обсуждение способностей — редкая тема. Если вы вдруг, ни с того ни с сего, без причины, решите заговорить об этом, то вас скорее всего посчитают невоспитанным.

— И как успехи? Не нравится такой вариант?

Я уже вошла в состояние конвейера и без особых проблем быстро проталкиваю билеты.

— С одной стороны я согласна, все верно. С другой, для команды я не очень полезна, хотелось бы тренироваться в ближнем бою и на средней дистанции. Второй вариант все-таки случается чаще всего, и командная работа важна.

— Ну, судя по твоему свободному времени, вас неплохо муштруют, — заканчивая с билетами, подмечаю я.

И это действительно так. Первый курс — баловство общей информацией, так, разминка, отсеивающая совсем никудышных, а вот второй будет похлеще всякой армии, но почему-то многие этого не понимают.

— Это так, это так, — вздохнув, произносит Мюриель. — Не зря же у второго курса и корпус отдельный и стадион свой и территории выделено для нас больше. Если раньше я и могла жаловаться, то сейчас все обвыклось и нагрузки уже не кажутся адовыми, а скорее — ну такое...

Действительно, первый и второй курс отличаются, как небо и земля. Второй курс наполнен различными тренировками, целью которых является максимально раскрыть потенциал учеников. Немаловажно, что на втором году обучения прививают навыки командной работы и взаимодействия с социумом. Занимаются проектированием боевых действий, воспитанием характера, совершенствованием в подходящих для твоей способности дисциплинах. Так, даже такие, как Мюриель, с силой, превосходящей многих, начинают думать о своей команде, о других.

— Твоя речь лично для меня не звучит одобряюще, а скорее пугает.

Правда, меня вряд ли будут муштровать. Скорее всего, пойду по стезе психологии. Может, законы заставят зубрить, может, с уголовниками буду работать, а может, просто всякие психо-приемы применять или еще что. Даже не знаю, что лучше. В книгах сидеть и работать с людьми или нарезать круги по стадиону?

— Да ладно, на самом деле ничего такого. У меня даже много времени свободного теперь. Так, поскольку мне важен ближний бой, я стала много экспериментировать вне занятий и кое-что открыла для себя, — Мюриель хитро улыбнулась.

За год работы в команде эта девушка сильно изменилась. Я помню ее еще с того времени, как писала вступительные. Строгая дама, не позволяющая себе лишнего. Всегда спокойна, на ее лице вряд ли можно было увидеть улыбку. У нее всегда были четко поставленные цели, к которым она стремилась, и не было времени на смех, друзей, гулянки. Конечно, все человеческое ей было не чуждо, и с ней можно было спокойно говорить обо всем подряд, но строгость была ее главной чертой, которая вызывала мое уважение. Был лишь один минус — поведение, продиктованное ее заморочками. А вот какими, я не знаю. Сейчас же это намного более простая, более открытая девушка. Вот она уже и о ближнем своем думает и некую теплоту истощает. Эх, сломал тебя преподаватель, слабачка. Но ее это, походу, устраивает. Я этому рада. Как говорится, в жизни будет проще. И мне будет легче.

— Ждешь, что я спрошу, чего открыла? — иронично интересуюсь я, понимая, что со мной хотят поделиться.

— Вот, смотри, что покажу.

Она выпрямляет руки и под ними появляется клубок желтого света. Воздух пропитывается запахом железа. Свет быстро начинает приобретать форму. Выглядит так, будто тысячи мелких светлячков кружат в воздухе, собираясь в кучу, тем самым пытаясь придать этой несуразности какую-то форму. Все происходит невероятно быстро, появляется ручка меча с прикрепленным курком, левая часть лезвия, потом правая, все это соединяется, а сбоку прикрепляется тонкое дуло ружья. Две секунды, и в ее руке уже меч, скрещенный с мушкетом. С точки зрения дизайна выглядит все это дело не-ахти-как.

— Ты, конечно, молодец, — я смотрю на меч и на людей, которых привлек яркий свет и демонстрация силы. — Но мне нужно сделать тебе замечание. Пожалуй, не стоит использовать свою силу при людях. А? Как думаешь?

Раньше она никогда такого бы себе не позволила. Выходка, так сказать, смелая. Я бы даже сказала, немного бунтарская. Именно в рамках этого мероприятия.

Девушка извиняется перед всеми и так же быстро разбирает меч, растворяя его в воздухе. Остается лишь неприятный запах железа.

— Кажется, я нашла лазейку: если ко всему прикреплять огнестрел, то можно смастерить любое оружие. А там, с тренировками, глядишь, и от огнестрельной опции можно отказаться. Все равно оно не стреляет.

Она, конечно, красотка, и стоило бы ее похвалить за терпение, упорство и труд, но страсть к ближнему бою мне не понятна. Она всегда говорила о своем намерении тренироваться именно в нем, хотя ее сила располагает совершенно к другому.

— Действительно круто, Мюриэль! — подойдя к девушке сзади, Фуджино положила ей руку на плечо, — но боюсь, что это тебе никак не поможет в стремлении меня победить.

Не знаю почему, но если посмотреть историю дуэлей Мюриэль, то самым частым ее противником будет сами-угадайте-кто. И это не моя «подруга» ее вызывает, а она сама.

— Это никак не связанно с тобой, Фуджишими! — возмутилась девушка.

— Не сомневаюсь, — она похлопала новоиспеченную «мечницу» по плечу. Потом приветливо махнула мне рукой и, не сказав больше ни слова, шурша костюмом, растворилась в толпе.

Честно сказать, не ожидала Фуджи вообще здесь увидеть. Я думала, она, как и я, одиночка, сторонится мероприятий. И если есть выбор, она никогда не появится в таких местах, как это. А она даже костюм подготовила. Рабочий костюм законопослушного семьянина по кличке Хайзензерг. Респиратора только не хватает.

Выбор интересный, и внимания совсем не привлекает, но разве это не универсальный наряд?

— Вот же ж какая, — цокнула Мюриэль.

Задела подколом? Молодец. Горжусь. Повторюсь, но я не очень хороший человек, если подобное меня радует.

— Не обращай внимания, — ободряю ее я.

— На самом деле это было очень непросто. С дизайном еще есть проблемы. Но благо, оружия за все время создано много, можно воспользоваться чужими наработками.

Я смотрю на ее правый глаз в виде прицела. Сам зрачок черный, после него идет белый отступ, а дальше два красных круга вокруг ядра, соединены между собой сверху и снизу. Иронично, что глаз, словно снайперская наводка, прямо выдает ее силу. Левый глаз обычный, зеленый. Это всегда давало и дает необычное ощущение, что-то вроде отталкивающего уродства. Но в основе этого отталкивания лежит скорее страх неизведанного, а не отвращение.

— Да ладно. Тебе незачем оправдываться. Я поддерживаю твою гибкость, — уверяю я. — Мне только непонятно, зачем ты тратишь силы на это? Весело, что ли, махать десятью мечами, которые летают вокруг тебя, как в каком-нибудь аниме?

Это действительно вызывает у меня непонимание, так как я знаю, что она хоть и трудолюбивый человек, но не тот, кто будет тратить силы на что-то малоэффективное, непродуктивное. Она многих за это осуждала, а сейчас делает то же самое.

— Хочу быть полезна в любой ситуации. Как в ближнем бою, так и в дальнем, везде. Мне кажется, у этого высокий потенциал.

Отговорка? Нет. Ложь. Она кажется неочевидной, но ее выдает движение глаз. Впрочем, даже без этого я неплохо знаю саму Мюриель, а потому сразу понимаю, что этот ответ, очевидно, был заготовлен заранее. На тот случай, если, мало ли, кто упрек захочет сделать.

— Не, не, не, — я расплываюсь в улыбке от понимания того, что она лжет. — И почему все забывают о моей силе? А? Ну не хочешь говорить правду, так и скажи: «Не скажу, не твое дело!», но обманывать не стоит. Все ж, дело личное.

Может, это какой фетиш — рубить туши в мясо? Чтоб кровушки побольше да запчасти отлетали? Так и не определишь сразу, но всякое может быть.

— Прости, — неловко извиняется девушка. — Ты права, мне вправду не очень хочется об этом говорить.

Многие люди, которых поймали на обмане, почему-то начинают испытывать чувство легкого стыда. Но, как по мне, нежелание что-то рассказывать вполне нормально. Просто, когда вопрос такой простой, а ты не можешь дать на него ответ, начинает закрадываться много разных мыслей.

— Забей. Не думай об этом, — отмахиваюсь я. — Хотела о насущном спросить. Решила в совет вернуться?

На сцену выходит Кристина, которая приветствует всех собравшихся и объявляет торжество открытым.

В качестве разогрева выходит группа Саватари Ювао. Также в зал в костюмах официанток выходят члены студсовета Кай и Арманд. Миленько. Они сегодня пополняют праздничный стол едой и разносят напитки. Это их работа на часа полтора, после они присоединятся к празднику в качестве гостей. Держитесь парни, я с вами. Ха. Каю, похоже, все это в прикол, да и Арманд не выглядит недовольным.

— Меня вызвал к себе директор и попросил заменить Адама. Я сначала отказалась, — мы отошли от урн для голосования и стали двигаться по направлению к сцене, — но он был напорист, сказал, что мне только корпусом второкурсников заправлять, а с ними проблем мало. Попросил подумать. Решила согласиться, будет основание порою пропустить некоторые тренировки, которые я считаю не столь важными.

— Вот как.

Я понимала, что скорее всего первый корпус оставят за мной, но до последнего в глубине души хранила надежду, что буду заниматься вторым. Мол, там все иначе, у учеников просто нет времени создавать проблемы, а если и есть, то за эти косяки они и так получат от своих наставников. Тут жесткая рука совета не нужна, только так, чисто бумажной волокитой, политикой да мероприятиями заниматься, а это дело плевое.

— Мюриель, — к нам подошел Адам и слегка поклонился девушке, тем самым выказывая свое почтение. Та кивнула в ответ. Обратившись ко мне, президент проделал то же самое со мной, — простите, что мешаю. Могу я поговорить с тобой, Арквейд?

Адам сделал довольно правильный выбор наряда — платье-кимоно. С точки зрения придания мужчине женской формы оно неплохо подходит. Кимоно призвано подчеркнуть такие части тела, как шею и руки, закрывая талию и грудь, однако макияж на его лице соответственный. На самом деле он выглядит хорошо и волос на его голове достаточно, чтобы сделать нормальную прическу, но я так привыкла к его строгому образу, что меня просто всю пробирает желанием подколоть или хотя бы издевательски улыбнуться. Хотя вместе с тем хочется похвалить президента. Парень шарит и к традициям отнесся с уважением. Выглядит хорошо и является примером того, как надо все подавать.

— Да, конечно. Прости, Мюриэль, мы быстро, — проявляя вежливость, извиняюсь.

— Ничего страшного. Я, пожалуй, пойду к своим ребятам.

Мы попрощались.

— Решил отчитать меня за пятницу? Валяй.

Знаю, что не об этом хочет поговорить, но что-то внутри меня так и зовет начать язвить. Скверный характер, полагаю.

— Вовсе нет, — он осудительно улыбнулся, поняв, что это подкол. — Хотя, возможно, и стоило бы. Просто хотел поздравить тебя с назначением.

— Спасибо, но не похоже, что это назначение радует тебя и учеников.

Чувствую, сегодня будут поздравлять все, кому не лень, и большинство будут с издевкой. «Поздравляю, глава!», где слову «глава» будет придан эксцентричный оттенок.

— Ничего не поделаешь. Не стоит придавать этому большое значение. Так ведь всегда случается? Сначала к тебе относятся с недоверием, осуждают, поливают нелестными отзывами, так сказать, проверяют. Со мной ведь тоже так было. Когда проявишь себя, завоюешь доверие, тогда все и поменяется. Дальше обсуждений это все-таки никогда не заходит. Всегда тяжело принять кого-то нового, когда уже полюбил старого.

Да-да, стандартная речь. В 50% случаев так и есть, однако в моем есть несколько жирных «но». И одно «но» — это ты, Адам. За стандартной речью решил съехать с темы того, что тебе тоже не нравится мое назначение? Четко вижу, что ты не хочешь говорить о своем отношении, потому что знаю, что оно такое же, как и у большинства. Обычно глава в хороших отношениях со своими приемниками и поддерживает их, помогает, так сказать, признает, а у нас скорее посредственно-вынужденные. Мы вроде нормально общаемся, но по расставанию никогда бы не зашли друг к другу, чтобы поинтересоваться, как дела.

— Знаю, меня, в принципе, это не волнует. Полагаю, ты не ожидал, что так выйдет? — с язвительной улыбкой говорю я.

Ювао сменяет группа Мей и публика немного оживает, ожидая чего-то большего от новой вокалистки.

— Это правда, — глава усмехнулся. — В любом случае, я хотел поговорить о твоей идее. Я перегорел, обдумал все и решил, что, если тебе нужна будет помощь, я готов поучаствовать в этом всем. Через три недели я покину свой пост, потому, возможно, я не прав, и это будет последнее, в чем я могу поучаствовать.

— Вот как, — я выдохнула. — Возможно, лишние руки не помешают. Спасибо. Приму к сведению.

Слышать это неожиданно приятно, пускай он и лукавит, говоря: «Возможно, я не прав».

На этом наша беседа заканчивается.

Тем временем со сцены слышится припев мужским вокалом.

«Но дождь был не простой,

Он лил как золотой,

Золотой дождь, лил и лил,

И всегда оставлял золото.

Золотой дождь, лил и лил,

И мне было хорошо!»

Даааа… Похоже я не зря закидывала билеты. Дополнительное время им действительно нужно. Ха.

******

Эла — невероятно активный человек. Носится по залу, то и дело подходит ко мне. О чем-то рассказывает, что-то спрашивает, разговаривает с учителями, учениками, персоналом, улыбаясь каждому. Она-то помогает девчонкам — Мей, Ювао, Ивае, Астарте, то что-то обсуждает с Кристиной. Похоже, налету составляют программу праздника и дорабатывают конкурсы. Невольно радуюсь присутствию этого кадра в нашем совете, потому как на ее месте должна была быть я. Аврора тоже, пусть и не столь активно, но постоянно общается с гостями. Нео иногда болтает с каким-то парнями, учителями, но постоянно что-то ест и то выходит из зала, то снова возвращается, не забывая одаривать меня своим гнилым взглядом. Я же, скрестив руки под грудью, только стою возле стены и наблюдаю за происходящим, ну и время от времени говорю спасибо тем, кто поздравляет с назначением. Если учителя поздравляют искренне или из вежливости, то ученики, как я и думала, в 80% случаев пытаются подколоть.

Праздник оказался не таким уж и плохим, каким представлялся в моей голове. Удачная программа. Хорошо подобрана музыка. Хах. Благодаря Мей стали присутствовать разные направления, которые так или иначе удовлетворяют большинство вкусов. Различные конкурсы и интерактив, который, похоже, нравится ученикам. А главное, на мой взгляд, это игра на чувствах. Кристина со своей командой объединились с историческим кружком и подняли архивы со всеми учениками, которые учились здесь раньше. Нашли информацию о том, как раньше праздновали тут этот праздник, их истории, фотографии. Были даже записи обращений к будущим ученикам. Кто-то из тех старых учеников на фотографиях сейчас стал учителем и присутствовал на этом празднике. Что довольно забавно. Все эти презентации, вставки между выступлениями и конкурсами подавались так, что то вызывали улыбку и смех, то заставляли взгрустнуть, почувствовать атмосферу ушедшего времени. Некоторых старых учеников мы знали и знаем их судьбу, какими они стали людьми: учеными, военными, бизнесменами, героями сражений, которые отпечатали свое имя в истории, принеся в жертву свою жизнь. Последнее имело особо сильный эмоциональный окрас, когда вот человек на видео/фото смеется, но ты знаешь, что он уже мертв. Даже мое безразличное сердце это задевало, что уж говорить о других.

******

По программе настало время вспомнить, какие танцы были популярны и всегда танцевались. Многие танцы были настолько специфичными, так что желающих продемонстрировать свои силы было немного, потому большинство просто слушали старую, уже ставшую своего рода классикой музыку. Хотя в некоторых танцах участвовало довольно много народу.

На сцену вышла Кристина и объявила, что следующим будет танец, который уже двести лет исполняется на светских мероприятиях, где так или иначе присутствуют военные. Короче, почти на всех — военный вальс. Желающих конечно не наблюдалось.

— Можно пригласить Вас на танец, Арквейд, — ко мне подошел второкурсник Ларс и, держа левую руку на сердце, поклонился и подал свою правую руку.

От этой манерной речи у меня аж под ложечкой засосало. Шучу.

— Разве девушки так приглашают кавалеров? — с легкой иронией упрекаю я.

Знаю этого парня.

Довольно часто встречаю его, когда прогуливаю пары. Он — красив и элегантен, прямо кавалер, ох. Ларс постеснялся надевать женскую одежду и выбрал нейтральный стиль, который подошел бы как мужчине, так и женщине. Эх, любимец многих девчонок снизошел до меня. Но приглашает меня на военный вальс. Ха. А для чего? Да для того, чтобы дискредитировать мою личность, выставить, так сказать, в плохом свете.

Такие заковыристые методики мне импонируют.

Нет, ну глава без физических способностей, и правда, не пользуется особым уважением, особо среди второкурсников. Откажись от танца, скажи, что не умеешь, и все поймут, но это будет автоматическая моральная победа парня. Это не мой путь.

— Прошу простить, — он выпрямился.

— Отставить извинения. Я буду вести Вас, — я прячу волосы под фуражку и беру парня за руку, провожая к танцполу.

Танцор из меня фиговый, но военный вальс в роли ведущего — легко. Также медленные танцы тоже особых проблем не доставят. Хотя я иду лишь потому, что это может позлить некоторых недалеких особ. Тех, кто тащится от смазливого, но мужественного парня или тех, кто только и ждет того, когда новый глава облажается и повеселит народ. Понимаю, что этот танец добавили «забавы ради», потому неудивительно, что желающих больше нет.

Я вывожу парня в центр. Он из семьи военных, потому наверняка движения знает. Нас окружают люди. Немного неловко. До этого другие танцы также привлекали внимание и интерес, но сейчас только мы вдвоем. Это давит, когда видишь в улыбке некоторых учеников насмешку вроде: «Да что она может-то» или «Сейчас будет весело». Но я, знаете ли, не лыком шита. Тупо, но будь я в роли девушки, у меня были бы проблемы, а так мне пофиг — вызов принят. Не спрашивайте, почему я знаю мужскую партию, но плохо знакома с женской. Тяжелое детство. Класс, в котором девочек больше, чем парней. Ну вы и так все поняли. Ха.

Начинает играть музыка. Я натягиваю улыбку и начинаю вести. Проходит минута. Кажется, Ларс не ожидал такого поворота, хотя с женской партией справлялся неплохо. Но его слегка нервная улыбка не может не радовать.

Вторая минута. Мой оппонент подсобрался, старается держаться достойно. Хотя аж забавляет, насколько нелепо смотрится наша пара.

Третья минута. Танец переходит в более активную фазу. При резком наклоне назад с меня слетает фуражка и собранные волосы распускаются, но я не придаю этому значения, делая вид, что ничего не случилось. Не знаю, как это выглядело со стороны, но судя по лицам, большинство оценило это как что-то спланированное, эффектное. Ха.

Танец заканчивается. Мы кланяемся. Все аплодируют.

— Спасибо за танец, — поблагодарив в поклоне, партнер покинул меня.

Все же, актер женской роли из него никудышный. Жаль, что люди вроде него даже при неумелой игре все равно остаются в плюсе.

— Это было так здорово, — ко мне с широкой улыбкой на лице подбежала Эла. — Не знала, что ты умеешь танцевать военный вальс, да еще в мужской позиции!

— Вы еще много чего обо мне не знаете, — иронично отвечая, я подняла фуражку.

Тем временем Кристина объявила, каким будет следующий танец, и на сцену снова вышла группа Мей.

— Особенно момент с фуражкой, это ты здорово придумала. Выглядит так, будто сегодня ты исполняешь роль мужчины и военная форма показатель мужественности и силы, но какую бы ты роль не выполняла, ты все равно девушка.

Что? Слышится длинный крик в моей голове. Что? Надеюсь, другие не истолковали эту случайность так же. Это толкование просто выносит мне мозг своей нелепостью. В моей голове даже нарисовался давно позабытый выдуманный мною образ азиатского негодующего мужчины, которого я назвала — Чжеки Дан.

— Да, именно так я и задумывала, — главное сохранять невозмутимость.

— Пойдем! — она взяла меня за руку, потащив за собой, — Я хочу, чтобы все сфотографировались!

— Но я не хочу, — бурчу я, плетясь за Элой.

Ощущение, что праздник и движение не разряжают ее, наоборот, подзаряжают.

— Перестань, это же здорово! — девушка нашла Аврору и, схватив ее, потащила нас за собой. — Воспоминания приятные и все такое.

Ну да, а после, через лет десять, о нас так же запилят презентацию. Интересно, кто же умрет к тому моменту?

Осторожно, спойлер!!!

Это буду я. Да. Добавлю в будущую презентацию это великолепное чувство сожаления. Ну да, конечно. Уже представляю, как кто-то пустит слезу на моменте со мной. Ха.

В любом случае, отказать Нацукаши в столь простом желании ей я не могу.

Эла подводит нас к месту возле окна, которое закрывали кремового цвета шторы. Она ставит меня по центру, Аврору справа, а сама встает слева.

— Давайте, улыбаемся!

Эла делает селфи, и я поначалу просто корчу недовольную мину, но на третий-четвертый щелчок все же как-то стараюсь улыбаться. Если особо не задумываться, то, может, все даже и мило. После активистка не успокаивается и просит проходящего мимо ученика сфотографировать нас всех вместе. Потом она посылает Аврору за Нео, и та через несколько минут приводит его.

— Эээ… — недовольно протягиваю я. — Может, ты лучше меня просто отдельно разок сфоткаешь, а потом отдадим Амае. Она приделает меня на все твои фотки, сколько бы ты их не наделала сейчас. Обработает так, что ты даже и не поймешь фальши. Если надо, встану в позу свидетеля.

— Потерпи. Это недолго, — в предвкушении следующего фото-раунда говорит Эла. — Скоро все закончится.

Нео она втыкает, конечно же, в центр, ближе ко мне, так что его рожа едва ли не касается моего лица. Сделать довольный вид в такой ситуации оказалось непростой задачей. После этого ее энтузиазм не угас, и она собрала всех остальных — Адама, Кая и Арманда. Теперь мы фотографировались всем советом, а после еще и по отдельности. Только после этого аппетит красавицы был удовлетворен.

Вот и сбылась моя мечта, теперь есть совместное фото, где только я и Нео. Счастье-то какое. Ха.

Похоже, я рано заикнулась об удовлетворении Элы. Пролистав фотографии на фотоаппарате, она задумалась, а потом, посмотрев на меня, улыбнулась и, схватив, снова потащила за собой. Теперь мы перефоткались со всеми, с кем сотрудничали в последние дни. Совместная фотография организаторов праздника — Арквейд, Эла, Ивая, Мей, Астарта, Кристина, Ювао, Амая. Все члены обеих музыкальных групп и прочие ничем не примечательные личности, имена которых не играют роли, также должны были быть в кадре, но почему-то их никто не позвал.

Ха.

******

Чертова Эла высосала все мои силы, которые я копила на то, чтобы мирно простоять у стеночки до заката праздника. Недосып тоже играет немаловажную роль в моей усталости и понемногу начинает болеть голова. Я доползаю до стульев и упираюсь на один из них коленями, лбом прислоняясь к стене. Фото — это стресс. Особенно, когда тебя буквально заставляют изображать радость. Все, решено! Следующий праздник будет полностью лежать на плечах новенькой. Я даже не появлюсь, если только он не будет сверхважным. Вот мое новое правило, которое я введу: доверенное лицо главы студсовета целиком и полностью представляет интересы совета, и его присутствие на каком-либо празднике приравнивается к присутствию президента. Замечательно. Так я не буду обязана где-то присутствовать просто из-за статуса. Как некое украшение.

— Все в порядке, Арквейд? — послышалось сзади.

— Учитель? — я, не отрывая лба от стены, слегка поворачиваю голову.

— Похоже, ты вымоталась? — Такего дружелюбно смотрит в мои глаза.

Вздохнув, приходится подниматься, принимая нормальное положение.

— Простите, — так и хочется добавить «главу-распиздяйку». — Просто немного голова разболелась.

— Шумные праздники все же не для тебя?

Когда мужчина улыбался уголками рта, в его глазах появлялся блеск, который все принимали за доброту. Наверное, так оно и есть, хотя чаще мне кажется, что это какая-то неловкость. Такего тоже проявил оригинальность и нарядился в платье-кюлот. Если верить истории, то раньше это была одежда для мужчин-буржуа, а уже после стиль слегка изменился и наряд стал женским. Напоминает обычный комбинезон, только со свободной нижней частью а-ля юбка-брюки. Невольно задаюсь вопросом, где он его достал.

Изуми на празднике я не видела. Похоже, она решила не приходить. Какая оплошность, пропускает интересные картины. Хах.

— Хочу я или нет, но так уж решила природа, — отшучиваюсь я.

— Стоит поздравить тебя с назначением на должность главы? — мужчина словно спрашивал разрешения, а не поздравлял.

Слышать в двухсотый раз поздравление уже даже не хочется.

— Наверное, не стоит.

Слегка неловко от того, что я не хожу уже вторую неделю на его занятия. И вроде собираюсь зайти, но все как-то откладываю. А теперь четко вижу, что учитель хочет узнать почему. Не хочется врать, хотя я и не обязана ходить. Такего сам сказал, что я могу тренироваться без занятий, сколько мне угодно, и приходить, когда достигну хоть чего-то. Просто сдавать зачеты. Я, собственно, так и делала, тренировалась. Не верите? А зря. Если я не пишу о своих тренировках, это не значит, что их нет. Просто это не интересно. Да, я не могу сказать, что являюсь фанаткой спорта, но мне нравится подтянутая форма, потому так или иначе приходится стараться. Еще задолго до поступления сюда я выработала привычку ежедневных тренировок.

— Как проходят твои тренировки? Должно быть, сложно освоить технику энергетического щита?

— Не сказать, что я профессионал, но успехи есть. Думала как раз зайти на неделе для оценки, проверить. Хотелось бы услышать Ваше мнение. Еще я нашла кое-какую фичу в этом. Мне кажется, что успехи мои вполне неплохи.

Наношу удар на упреждение, чтобы не было вопросов, когда я начну посещать занятия. Ведь это все, что вас интересует. Верно, учитель?

— Приятно слышать, — мужчина поправил очки. — Я хотел как-нибудь наедине обсудить твои перспективы. Есть у меня кое-какие мысли, о которых тебе, пожалуй, лучше узнать пораньше. Это, конечно, всего лишь мои домыслы, но учитывая твою ситуацию, информация для тебя не будет лишней.

Ситуация, о которой говорит преподаватель, это то, что у меня психическая сила ранга B, с которой не берут на службу, так как ей можно найти более важное применение. Я сообщила учителю, что я не собираюсь идти на службу, а занимаюсь самообороной, только чтобы быть полезной для команды. Он сказал, что понимает и ничего страшного в этом нет. В принципе, это все. С одним огрехом, что если я подниму боевую силу до ранга B, то велика вероятность стать частью вооруженных сил.

— Вы прямо загадками говорите.

Он ведь не знает, что я уже в курсе того, что учитель будет курировать в следующем году группу и наверняка хочет позвать меня в нее. Сделать одолжение. Так мне можно будет развиваться, а достижения будут скрывать.

— Не во время же праздника беседовать об учебе, верно? — с улыбкой ответил мистер Шинрот. — Буду ждать тебя тогда на неделе.

Но мы о ней и беседуем, разве нет?

— Да, скорее всего зайду в среду или четверг. Делайте ставку на среду.

Это самый свободный день из всех самых свободных.

— Буду ждать. До встречи.

Мы попрощались.

******

Программа подходила к концу, и сейчас начинали объявлять победителей разных голосований.

Первое — это голосование между нашими музыкальными группами, и победитель конечно очевиден — Мей. Я уверена, что кидала билеты с разницей 70 к 30, но победа была с разницей 80 к 20. Следовательно, люди также отдали голоса за новую группу, и я понимаю, почему. Все мы понимаем, почему. Правда?

— Ну, а теперь попросим группу победителей исполнить песню.

Перевожу взгляд со сцены на учеников, которые собрались в круг посредине зала и что-то активно обсуждали, жестикулировали. У каждого из них в руках был либо планшет, либо телефон. С минуту я смотрела на них, не особо стараясь понять, о чем они говорят. Просто они выделялись на общем фоне. Один из них заметил мой взгляд и сообщил об этом другим. Все повернулись и с ехидной улыбкой помахали мне, словно говоря мое любимое «здрасте». Я лишь поморщилась, но не пошевелила ни единой мышцей, чтобы хоть как-то им ответить. Недолго думая, один из них сказал «расходимся», все кивнули и быстро разбежались по залу. Они стали подходить к другим ученикам и о чем-то спрашивать их, тыкая в свои планшеты и протягивая их оппонентам. Если читать по губам, то можно понять, что говорили они о голосовании. Видимо, собирали голоса на следующий конкурс. Эла тоже говорила мне о голосовании, и судя по тому, что я видела, победители конкурсов уже определенны и очевидны. А голосования всего два: за «прекрасных дам» и «мужественных мужчин». Есть еще какие-то бонусные, но это все равно все скука.

Я продолжаю бродить взглядом по залу и натыкаюсь на Амаю, которая стоит у противоположной стены, возле комнаты, откуда она ставит музыку, и наблюдает за мной. Столкнувшись с ней взглядом, я замечаю, как на ее лице появляется ехидная улыбка, такая, словно она знает то, чего не знаю я. Будто издевка какая. Приходит в голову слово «тролль».

— Я присяду? — подойдя ко мне, скромно спросила Эла.

— Если хочешь.

Я мельком смотрю на гостью, а потом возвращаюсь взглядом на место, где стояла Амая, но ее уже там нет. От это у меня пробежали мурашки по коже. Амая улыбается? Да еще и самодовольно? Показалось, что ли? Вот чью улыбку я никогда не видела, это точно. От шума уже начинает зудеть в висках, неудивительно, что всякое мерещится.

— Завтра Нео с Авророй едут в город? — интересуется девушка.

— Ага.

Хотя я подумываю изменить порядок. А-то в их паре непонятно, кому и за кем нужно следить. Раздолбай Нео, которому ничего не интересно, будет следить за робостью и скромностью Авроры? Или Аврора, которая вряд ли сможет управлять Нео, должна следить за тем, чтобы парень хотя бы находился на месте, а не ушел бродить по городским заведениям. Чувствую, накосячат, а отвечать мне.

Тем временем стали объявлять победителей в номинации самых милых и прекрасных дам. В этот список умудрился на третье место залезть наш глава — Адам. В это голосование они добавили бонусную рубрику — самый мужественный женский образ. Звучит тупо, но смысл в том, что за женскими атрибутами не скрыть мужское нутро. Не хочу описывать, мне просто стыдно за победителя. Гомо-гомо-зек.

Осталось последнее — наши мужественные мужчины. После все начнут потихоньку расходиться. Однако я понимаю, что все равно еще часа полтора тут торчать, но хотя бы будет не так людно и шумно, перестанут кидать косые взгляды и спрашивать, почему я сычую одна, а не поднимаю свой авторитет.

На третьем месте оказалась Мюриель. Как и подметила Кристина, она выбрала довольно неочевидный стиль, однако победительница уже покинула место празднования, потому ведущей оставалось лишь сказать, что ее все равно поздравят, и перейти к другому кандидату. Девушка открывает конверт и произносит — Камигата Муджи.

— Странно, я думала, она будет на первом месте, — подметила Эла.

Я бы, наверное, тоже отдала ей свой голос. У Камигаты и в жизни стиль близок к мужскому. Короткие волосы, короче, чем у многих парней, маленькая грудь, которую в классическом костюме и не заметишь, потому было бы очевидным, если бы она выиграла, но, похоже, большинство нашли другого кандидата.

— Итак, время назвать победителя.

Девушке передают конверт, и она с улыбкой на лице открывает его. Достает карточку, после чего ее брови вопросительно приподнимаются. Похоже, она удивлена результату. Наверное, загвоздка в том, что она придумывает свою речь на ходу, импровизируя, что получается у нее неплохо, а тут кто-то, кого не ожидали.

— Похоже, что-то не по плану у вас идет, — усмехнулась я, будто бы упрекая Элу.

— Прошу прощения, — произносит она и подзывает парня-помощника.

«Здесь, что, какая-то ошибка?» — читаю я по ее губам.

Парень подтвердил, что ошибки нет, показав что-то на планшете. Вижу, как некоторые в зале усмехаются, перешептываются. Что поделать, у всех случаются форс-мажоры.

— Не знаю, обычно Кристина не теряется, да и, честно говоря, голосование шло очень ровно. Победители были давно известны, — говорила Нацукаши. — Она даже заранее подготавливать речь начала.

— Извиняюсь, произошла небольшая техническая накладка, — девушка еще что-то спрашивает, после чего продолжает. — Еще раз прошу прощения. Продолжаем. Похоже, ничто так не придает мужественности, как военная форма. Оно и понятно, ведь охрана отечества издревле была сугубо мужской профессией, а форма неотъемлемая ее часть, потому она всегда будет ассоциироваться с мужественностью и силой. Встречаем аплодисментами победителя — Арквейд Либерт!

— Вот так да! — удивилась Эла, но не растерялась и начала выталкивать меня на сцену. — Давай-давай, иди на сцену.

— Ну ясно.

Я поднимаюсь и направляюсь к сцене. Вот к чему была такая суета с собранием. Это что-то вроде способа не напрямую сказать, что я мужик? Или что? Мне непонятно, что в этом обидного? Если только, конечно, не сказать девушке про внешность, что ты на мужика похожа. Но не думаю, что это ко мне относится. Тогда мне совсем не ясен этот намек. Может, суть в моем характере? Наверное, так и есть.

Поднимаюсь на сцену, мне жмут руку, вешают на грудь значок, вручают приз в виде сертификата на покупку в салоне украшений на сумму три тысячи есси, после еще о чем-то говорят. Я бегаю глазами по залу в поисках тех парней и девчонок, чтобы понять, в чем соль.

— И прежде чем мы назовем победителя в номинации «Самая женственная в мужском образе», дадим слово победителю.

Мне протягивают микрофон. Твою ж мать! Речь? Ее толкал и победитель девушек, правда, он что-то несуразное сказал. Ну, а что тут скажешь-то особо?

— Довольно неожиданно, — я беру микрофон и начинаю свою речь. — Ощущение, будто это какой-то розыгрыш или тонкий намек. А?

По залу проходит смешок, так как я преподношу все это в форме самоиронии. Просто прощупываю почву, пытаясь убедиться, что это не случайность. И, судя по ухмылкам, все верно.

— И правда, смешно. Как и сказала Кристина, защита, политика и война были издревле мужскими занятиями. И мы все знаем из истории, что пока мужчины воевали, женщины плели интриги, устраивали заговоры, пускали в ход хитрые улыбки, маскируя свою натуру, так как не могли прямо высказываться, но хотели возвыситься в глазах любимого мужчины. Но сейчас ведь все равны, и глупо видеть в выборе какой-то заговор. Потому я рада, что вы считаете меня человеком не слова, а дела, возлагаете надежды, как на защитника. Спасибо всем!

Ну а что вы хотели услышать? Я не мастер быстро импровизировать, особенно, когда хочется задеть тех, кто подстроил это все, но при этом нужно быть сдержанной, отбросить токсичность, ведь на все это смотрят учителя. Но те, кто решил, что это будет смешно, похоже, поняли, что это было обращение к ним.

— Какая неоднозначная речь, — под аплодисменты с улыбкой говорила Кристина, забирая у меня микрофон.

После ведущая объявила лидера бонус-рубрики. Победителем стала Астарта. Это было неудивительно, слишком уж миленько она смотрится. Нас фотографируют в очередной раз и после объявляют об окончании программы праздника и переходе ее в вольный режим. То есть, режим дискотеки.

******

Играет музыка, все танцуют, веселятся, расслабляются, общаются, бродят по залу, доедая остатки еды на столах. Сначала песни чередовались — одна зажигательная, другая медленная, но после каждой песни народу становилось все меньше и меньше, и потому бодрая музыка стала преобладать над медленной.

— Может, тебе стоит пойти домой? Я пробуду до конца, — Эла танцевала со всеми и после очередного танца подошла ко мне. — А то, когда из зала смотрю на тебя, кажется, что ты хочешь всех убить.

— Может, так оно и есть?

Эта попсовая музыка, долбежка, бессмысленные тексты о цепях на шее, деньгах да половой жизни, и правда, раздражают. У многих песен так вообще слова фиг разобрать. Не понимаю, как людям хочется под это танцевать. И ладно бы один-два танца, но целый час. Как это может расслабить?

— Иди, отдыхай, — заботливо проговорила Нацукаши.

— Да все в порядке, не бери в голову, — я попробовала улыбнуться.

— Может, тебе тоже пойти танцевать? — предлагает девушка. — Никто на тебя косо не посмотрит за это, не переживай.

— Может. Но не думаю, что мне нравятся энергичные танцы.

Даже представляя себя чисто теоретически в танце, чувствую какую-то скованность. Не лежит душа к такому. Лучше тихо в горячей ванне посидеть, вот это расслабляет.

— Может, тогда на медленный пригласишь кого?

Похоже, слово «может» стало ведущим в нашем диалоге.

— Может, но ты видела мой значок? Я мужчина честной судьбы. Мужчины честной судьбы не нуждаются во внимании. Они по жизни одинокие волки. Только это и позволяет выглядеть мужественно, — иронично отвечаю я.

— Может, если на медленный танец Вас пригласит возлюбленный, Вы согласитесь? — в разговор, как всегда опускаясь до колкостей, вклинился Нео

— Может, если он сможет из рожи сделать человеческое лицо, — шучу я.

Меня не смутить такими жалкими попытками.

— Может, он и может, — парень самодовольно усмехнулся, а после закрыл лицо руками. Потер и медленно опустил руки, после кое-как, насколько было возможно, прилизал растрепанные волосы. — Ну как?

Удивительно, что он, как и я, не отступает до конца и скорее всего не хочет танцевать, но идет напролом. Оказывается, и у него лицо может быть обычным. Но и в такой ситуации я вижу, как он сдерживается, чтобы ехидно не улыбнуться.

— Может, и может, — я протягиваю ему свою руку.

Придется подарить ему медленный танец. Ну, не умру же я от этого? Если постараться, можно представить, что передо мной нормальный парень.

— Идемте.

Это было тяжелее, чем кажется. Наш танец со стороны, наверное, выглядел крайне нелепо, мы будто шарахались друг от друга. То сходились, то расходились. Поскольку условия того, что его рожа будет нормальной на протяжения танца не было, к нему буквально моментально вернулись прищур и мерзкая улыбка. Мы танцевали, держась за руки, но при этом с презрением и брезгливостью смотрели друг другу в глаза. Как ему хотелось поморщиться, так и мне. Отвести взгляд, закатить глаза — мы не могли себе это позволить, потому молча танцевали. Предполагаю, что как я опускалась до колкостей в своей голове, строя диалог, так и он. Но победителем в этом конфликте вышла я, так как после танца первый вздох облегчения проронил он. Иногда я думаю о том, что стоит научиться отступать сразу и сдаваться, но последний его вздох стоил этих пяти минут терпения.

— Вы такие милые, — после моего возвращения сказала Эла.

— Чего? — с возмущением произношу я, намекая на то, что сейчас даю шанс ей задуматься и отказаться от своих слов.

— Хорошо смотритесь. Похоже, есть у вас что-то общее, о чем знаете только вы. Словно фишечки какие-то.

— Убейте меня. Ты мне больше не подруга! — заявляю серьезно я. — Вон из моего студсовета, юродивая!

— Что бы ты ни говорила, похоже, он тебе нравится.

— Хочешь, я тебя поцелую, чтобы доказать тебе, что мне пофиг? А? С ума сошла, что ли, где ты это увидела, а? Фу!

Наверное, стоит просто избегать компании Нео, тогда и говорить ничего не будут. Почему я вообще должна оправдываться? Вы не знаете всей нашей внутренней политики, не знаете всей сути, потому и видите какую-то романтику. Все же, Нацукаши девочка простая, ее сердце предрасположено к этим всем любовным делам.

— Я ведь просто выразила свое мнение... — негромко произнесла Эла.

Похоже, я переборщила в своей игре эмоций.

— Да забудь. Просто я поступаю так, как поступаю, не из тех побуждений, которые ты себе навыдумывала.

— Тогда я не понимаю, кто тебе нравится? Тебе все равно девушка или парень, так? — после короткой паузы негромко проговаривает себе под нос девушка.

Почему мне вообще кто-то должен нравиться? Из-за возраста, из-за гормонов или моды? Какова причина того, что у каждого есть тот, кто ему симпатичен? Или это просто она так решила?

— Эх, — тяжело протягиваю я и встаю напротив девушки, смотря в ее глаза. Я, находясь вплотную к ней, поднимаю рукой ее челку и лбом упираюсь в ее лоб, смотря прямо в глаза. — Эла, ты вроде умная девушка. Я уже говорила, что для меня нет никакой разницы между мужчиной и женщиной. Ты довольно симпатичная. До твоих губ меньше десяти сантиметров, и я могу спокойно поцеловать их, при этом получу такое же удовольствие, как и от поцелуя с мужчиной. Никакой особой разницы.

— Арк… — растерянно произносит девушка, моментально заливаясь краской.

Я чувствую, как усиливается биение ее сердца.

Миленько. Ха.

— Слушай. Объясни мне. Я действительно не понимаю. Откуда у нашего народа предрассудки? Разве это в нашем менталитете? А? Уже почти как сто лет у нас равноправие и свобода любви. Это нормально — встретить целующуюся пару девушек или парней, идущих за ручку. В нашей истории есть куча примеров любви двух людей одного пола, даже были однополые свадьбы меж правителями. Блогеры, кумиры молодежи на ТВ рассказывают разные истории и целуются на камеру, выражая чувства. Много примеров. Их никто не осуждает, никто не говорит об этом, это норма.

Я говорю негромко и спокойно, прислушиваясь к биению ее сердца. Она не дергается, не отводит взгляда, ничего не говорит, только краснеет, и мне это даже доставляет определенное удовольствие. Я знаю, что у меня своего рода фетишистские наклонности, но какая разница? Ха.

— Так почему же люди все равно ратуют за стандартные отношения и до сих пор удивляются, если им скажешь, я люблю, например, Элу? — последним словам я стараюсь придать особый акцент, будто я действительно нежно признаюсь ей в любви. —Почему, когда люди спрашивают: «Кто тебе нравится?», ожидают, что ты назовешь имя своего парня, и могут закончить интересоваться, если узнают, что это девушка? Вроде мы привыкли к такому поведению, такой реакции, но разве это не странно, а? Объясни мне причину. Ведь ты такая же, как они, а ведь тебе, по твоим словам, нравятся девушки. Думаешь, это природный инстинкт? Ведь продолжать род нормальнее, чем создавать тупиковую ветвь. Объясни мне, пожалуйста, как вы...

Меня кто-то осторожно дергает за пиджак, прерывая мою речь. Как-то я совсем не подумала, что со стороны может казаться, что мы тут целуемся. Пожалуйста, пусть это будет не преподаватель. Не хотелось бы объяснять. И так с репутацией проблемы.

— Хрона тоже хочет танцевать! — девчонка смотрела на меня, не отпуская край пиджака.

— А где твой хозяин? — я вздыхаю и, улыбнувшись, поворачиваюсь к Хроне.

— Вон там, — она указывает на угол, где стоит банкетный стол, возле которого Дмитрий о чем-то разговаривает с Иваей.

Я сказала «разговаривает»? Нет. Скорее устраивает личную жизнь. Так что ему сейчас не до своего фамильяра. ОСУЖДАЮ!!! Но это так мило, что она пришла именно ко мне. Я готова расплакаться.

— Ну разве я могу отказать такому кавалеру, — мой шарм и внимание покидают Элу, переключаясь на другую, не менее замечательную особу.

На девушке был обычный костюм, а волосы собраны в хвост.

— Вообще-то Хрона девушка, — с каменным выражением лица подметила девчушка.

Всегда сложно было понять, о чем она думает. Потому вышло как-то неловко. Вероятно, она даже не понимает, в чем суть сего праздника. Эх…

— Тогда тем более я никак не могу отказать Хроне! Идемте танцевать, — я протянула ей руку, и девчонка схватилась за нее.

— Это… Арквейд... — робко останавливала нас Эла.

— А, да, прости, забудь, не суть, — улыбнувшись, извиняюсь я. — Не бери в голову.

Мне выпала уникальная возможность, я не могу сейчас не воспользоваться ей, понимаешь? Тем более, я ведь знаю твои ответы, а потому не стоит себя напрягать. Несправедливо? Обидно? Понимаю. Жизнь, она такая. Что поделать, сердцу ведь не прикажешь?

Так и вышло, что до конца вечера моей дамой сердца была Хрона. Я вообще не танцевала, просто находилась рядом, но ей этого было достаточно, чтобы веселиться. Она вела себя очень странно, рассказывала какие-то дурацкие выдуманные истории и постоянно куда-то убегала. В конце я подарила ей свой великолепный значок настоящего мужчины, который она почему-то так хотела себе.

20.Вторник, 21 марта

Вчера я пробыла на празднике до самого конца. Я испытывала некоторую радость от того, что провела столько времени среди большого количества народу, а взамен получила терпимую головную боль. К такой боли я привыкла, а потому немного расслабилась, подумав, что все обойдется. А зря…

Праздник окончился, люди ушли, стихла музыка, мы убрали помещение и разошлись. Я уходила последней. Выйдя на улицу, я вдохнула полную грудь прохладного воздуха и тут же почувствовала сильный приступ головной боли. Виски начали невыносимо пульсировать, а перед глазами все поплыло. В тот момент мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок. Уже не помню, каким чудом в таком состоянии добралась до дома. Очнулась в три часа ночи у себя в комнате на полу. Похоже, меня вырубило, как только переступила порог и закрыла дверь. Видимо, почувствовала облегчение, когда доползла до своей цели. Ха.

Сейчас стоило мне подняться с пола, как голову снова пронзила боль. Я чувствовала, как болезненно пульсируют вены в верхней области лба. Резкий приступ тошноты заставил бежать меня в ванную. Лучше бы все вышло наружу, но нет...

Включив воду, я стою над раковиной. Потерянным взглядом смотрю куда-то в область слива, пытаясь унять рвотный рефлекс, успокоить желудок. На самом деле такое случается не часто, обычно все ограничивается головной болью. Однако бывало и хуже, но все быстро приходило в норму, потому главное сейчас это перетерпеть.

Я набираю воду в руки и умываю лицо. Вода окрашивается красным. Кровь пошла из носа. Провожу рукой под носом и смотрю на след, после оцениваю масштаб трагедии в зеркале. Устало вздохнув, достаю аптечку.

******

Какой бы страшной ни казалась моя болячка, проходит она внезапно и быстро. Однако уснуть в эту ночь мне больше не удалось.

Лежа на диване в гостиной, я смотрела в потолок и много думала. В этой ситуации мне не могут помочь ни врачи, ни лекарства, ни терапии. Это то же самое, как у людей с рангом S, некая плата за способности. Выход один — избегать ситуаций, которые приводят к такому исходу. Однако, живя в современном обществе, это сделать довольно непросто. Излишняя чувствительность, раздраженность и постоянное мозговое напряжение приводит нас — мэсов с психическими способностями — к планке средней продолжительности жизни в двадцать два года. И мой оптимизм вполне доволен такой цифрой. Ха.

******

— Стоять! — завидев Нео, выкрикиваю я.

Сегодня его очередь ехать в город. С Авророй. Да.

— Это все, конечно, мило, но моя спина сегодня занята, — не сделав ни шага в мою сторону, с подколом говорит он.

Если я лежу на диване, это значит, что я больна? Заставляет вставать.

— Ты сегодня никуда не едешь, — я сажусь на край, перекидываю ногу на ногу и опираюсь на ручки дивана. — Вместо тебя поедет Эла.

Все же, мое беспокойство свелось к тому, что пришлось просить Нацукаши об одолжении. Боюсь, в паре Нео-Аврора никто бы ничего не делал, и это не есть хорошо. В последнее время мое мнение об Авроре стало меняться. Боюсь, что за скромно-милой оболочкой, которая возникла от непривычной обстановки, крылось нечто большее. В общем, если ее не подгонять сверху, она будет сидеть, сложа руки. Девушка вроде и выполняет все хорошо и не жалуется, но ей нужен своего рода надзиратель. Вот пример: если в поездке Нео будет следить за всем и выполнять свои поручения, то будет и она, а если будет сидеть бить баклуши, то и она делать ничего не будет. Не назвала бы эту черту странной, вполне себе обычная, стадная.

— Значит, мы в одной паре? — на его лице появилась легкая самодовольная улыбка.

Похоже, он невероятно доволен таким положением дел.

— Возможно. Посмотрим.

На самом деле, этот вариант выходит самым продуктивным. Активность Элы заставит действовать Аврору. А я как-то переживу... Хотя полтора часа пути с лицезрением его рожи, то еще удовольствие. Ну вот и скажите, что я плохая глава и не думаю о том, как бы было лучше?

— Понятно, — он усмехается и выходит на улицу.

Видать, у него и без поездки были какие-то планы.

******

Возле кабинета меня поджидала Мито. Приветствуя свою связную, я интересуюсь, что привело ее сюда в столь ранний час. Важные новости?

Девчонка, улыбаясь, мотает головой и объясняет ситуацию. В связи с тем, что я стала главой и интерес к моей персоне возрос, ее послали взять у меня интервью. Надо делать новости, которые привлекут учеников, и плевать, что интересна я всем в негативном плане. Все в кружке журналистики прекрасно знают, что я терпеть их не могу, да и чего таить, они меня тоже. Если мы и общаемся о чем-то, то сугубо по-деловому, сухо, на отстань. Потому они послали того, с кем у меня сохранились хорошие дружеские отношения — Мито. Ту, которая все подстраивает под меня; ту, которая устраняет проблемы коммуникации меня с кружком журналистики; ту, которую я за эти полгода успела по-своему полюбить.

Подло, подло.

Я ведь не могу просто взять и отказать этому ребенку. И Мито это прекрасно знает и понимает, потому сразу протягивает мне список с вопросами. Умная девочка. Наверное, в следующем году стоит взять ее в студсовет. Не место ей в змеином гнезде.

Хотелось бы сказать, что теперь этим занимаюсь не я, а Эла, но, увы, в данном случае вопрос сугубо личный. Увильнуть не получится.

Ладно, вернемся к вопросам. На первый взгляд они вполне стандартные. Немного о биографии, немного о планах, о команде, немного о личной жизни и на что я трачу время вне совета, какую политику буду вести. Но в них же и кроется загвоздка. Многие простые вопросы несут в себе подтекст. И вот тут, исходя из моего ответа, Мито должна цепляться за слова, пытаясь выудить что-то интересное. Что-то вроде:

«Вы сказали, что в школьные годы Вас, как и большинство мэсов, травили, так? Связано ли это с тем, что Вы довольно агрессивно общаетесь с учениками? Возможно, у Вас остались какие-то детские травмы, которые не позволяют Вам открыться другим?»

Я не мастер журналистики, но представляю это примерно так. И они ждут ответа вроде:

«Да, было очень тяжело. Возвращаясь домой, я постоянно плакала, но никто этого не видел, никто не поддерживал. Мне было сложно завести друзей…» и все в таком роде.

Вот это повеселит всех. А если ответишь типа:

«Да нет, я всегда такой была», будет другой заковыристый вопрос, либо читатель решит, что я съехала с ответа.

Ни мне, ни Мито такое не нужно, потому я говорю, что обдумаю вопросы до четверга, а там мы вместе сядем и решим, как написать все культурно и красиво. Без всяких там откровений и вопросов с подтекстом. Все это мы поправим и исправим. Уж извините, я не собираюсь вас развлекать, скажите спасибо, что вообще согласна.

Перед уходом девчонка говорит, что встретила по пути сюда директора, и тот просил передать, чтобы я сегодня зашла к нему в два часа дня, без опозданий. В кабинете висит телефон и, казалось бы, можно позвонить и лично попросить подойти, но директор всегда передавал свои просьбы через случайных учеников. Поначалу это казалось странным, а теперь стало нормой. Похоже, ему такой вид посланий доставляет какое-то особое удовольствие. Думая об этом, я все больше удостоверяюсь в том, что мои выводы о том, что абсолютно все мэсы имеют свои странности, более чем верны. Может у всех есть плата за силу? Просто на бессознательном уровне. Мол, не такая явная как у меня или людей ранга S. А?

Плюс одна теория в копилку.

******

Забираю костюмы у Астарты и сажусь за работу. Цель — распределить места проживания для новых преподавателей. Я думаю, можно особо с этим не запариваться и поступить так же, как и с учениками: довериться рандому, а там уж сами разберутся. Я, если честно, только мельком была в районе, где проживают учителя. У них-то вместо домиков нормальные квартиры в трехэтажных домах. Сложно сопоставить, что лучше, когда все условия комфорта есть и там, и там. В домиках есть какой-то свой особый шарм, в то время как квартиры практичней. В общем-то неважно. Наверное, персон поважнее стоило бы заселить в однокомнатные квартиры, а остальных в двушки, трешки, с соседями, но меня это не волнует. Теперь-то они все учителя, а значит, профессия у всех одна, следовательно, все они равны, вследствие чего у всех должны быть равные права и привилегии. Да, именно так я и буду оправдываться, если будет недовольство. Арквейд за равные права. Кажется, я только что придумала свою политику. Ну и бред.

******

Заканчивая свою работу, я думаю о том, а чем занимается этот придурок Нео? На часах 12:00, а он даже не появлялся в кабинете, свои обязанности патрульного тоже не выполняет. Распечатав несколько копий планов расселения, я смотрю на то, что при печати расположение домов немного съехало.

А, и так сойдет.

Вроде все понятно. Все равно они попадут только в мои, Аврорины да Элины руки. Бросая инструкции на стол, я собираюсь перед обедом пройтись по этажам с обходом, потому как сегодня подозрительно тихо.

******

Очень странный день, в том плане, что у меня возникает ощущение, что сейчас каникулы. Практически не слышно шума в коридоре, нет никакой активности, самих учеников стало в разы меньше и даже из музыкального класса не доносится никаких звуков. Хотите сказать, что все отдыхают после вчерашнего праздника? Но вчера же держали речь, отстаивая позицию, что праздники и есть отдых. Активное времяпрепровождение, веселье — отдых. Следовательно, праздник не причина, чтобы массово на следующий день прогуливать занятия. А может, это бойкот мне, новой главе, а? Мол, мы не будем ходить на занятия, а, как тебе такое? Что будешь делать? Не, не, не, что за бред! О чем только не подумаешь, пытаясь объяснить случайность.

******

Возвращаюсь на обед домой.

Нео вразвалку сидит перед телевизором. Ощущение, что он даже телевизор хочет прожечь взглядом. Смотрит на него с прищуром, словно пытается оценить происходящее и порою, доходя до каких-то мыслей, усмехается.

Лень готовить, потому я просто беру пакет мюсли, высыпаю в чашку и заливаю молоком. В последнее время из-за лени мой рацион стал ограничиваться самыми простыми блюдами либо быстро доступной едой вроде этой. Стоит отметить, что это отличный способ напрочь отбить желание есть такую еду. Поставив молоко на место, я тяжело вздыхаю. Хоть бы звук сделал потише, а не выкручивал так, будто у него проблемы со слухом. И смотрит он что? Футбол...

Да уж, его увлечения только разочаровывают.

Почему-то мне в очередной раз захотелось оценить эту скучную игру, попытаться понять, что же в ней веселого. Сидеть за столом одной все равно не особо интересно. Закинув ложку в миску, я хватаю корку хлеба и направляюсь к Нео.

«Ты что, Арк, ешь мюсли с хлебом?» — возмущенно спросят меня эстеты.

«Нуууу... Да?! Пожалуй, вам лучше не знать моих вкусовых пристрастий. Ха.»

Усаживаюсь на противоположный край дивана. Хотя знаете, сложно назвать это противоположным краем, так как, сидя вразвалку, Нео занимает большую часть дивана. Наверное, правильнее было бы сказать, не вразвалку, а полулежа.

Похоже, это не обычный футбол. Совсем не обычный. Игроки бегают быстрее, бьют сильнее. Вот один игрок в середине поля запрыгивает на руки другому, тот подкидывает его на метров десять в воздух, и он бьет по летящему мячу через себя, после приземляется на землю и смотрит на результат. Вратарь даже не повел глазом и остановил летящий на огромной скорости мяч одной рукой. Зрители в восторге.

— Это что? — интересуюсь я.

В детстве я видела какой-то похожий мультик, где били сильно, бегали быстро, игроки подкидывали других в воздух и мяч так же с невероятной скоростью летел в ворота. Только по сюжету играли в футбол межпланетные команды. И выглядело все крайне нереально.

— Ты не в курсе? — с усмешкой спрашивает он. — Это первый в нашей стране чемпионат по футболу между командами мэсов.

— Вот как, — закидывая очередную ложку мюсли в рот, отвечаю холодно я.

Я, и правда, не знала, но тогда вполне логично, почему все выглядит так живенько. Похоже, они не используют силы, а только полагаются на свои физические навыки. Это здорово, что для мэсов открывается все больше отраслей, которые доступны обычным людям. Вот они уже пробрались в спорт и это транслируют по ТВ. Больше прав, быстрее привыкнут люди, будет меньше недовольства. Так, глядишь, и в обществе когда-нибудь к нам будут относиться как к равным, как к чему-то нормальному.

— Знаковое событие. Это второй матч подряд, многие прилипли к экранам, чтобы не смотреть потом в записи, — Нео говорил об этом, как о какой-то ерунде.

Честно говоря, игра от этого лучше не стала, все равно какая-то фигня. Но залипнуть можно, особо поначалу, думаю, интересно. Фанаты такого найдутся. Постойте, неужто из-за футбола академия наполовину опустела? Вероятнее всего, ведь и это чудовище торчит тут у экрана.

— Ну, здорово, че.

Мне больше нечего сказать по этому поводу. Скука.

Я доедаю, ставлю миску на стол и смотрю на часы. Половина второго. Надо уже собираться и идти к директору, нет времени залипать в футбол.

— Я подумал и решил заранее рассказать тебе об предстоящих играх. — Вдруг снова начал разговор парень.

— Давайте, рассказывайте.

Хотелось бы поиронизировать, спросить, чего вдруг, но на это нет времени.

— Ты же понимаешь, поскольку я в них участвую тоже, то придумать тебе все придется самой.

Это было вполне логичным, хотя особо я об этом не думала.

— Я догадывалась. Но ты ведь тогда что-то хотел рассказать. Что-то там о психологии.

Ясное дело, если все будет придумывать он, то преимущество всегда будет на его стороне. Даже чисто теоретически, думаю, будут недовольные тем, что член студенческого совета тоже участвует, мол, у него преимущество, он наверняка знал об игре и прочее.

— Да, это скорее пожелание. У нас у всех нет особых сил, которые сильно выделяли бы кого-то, потому мне кажется игры, не связанные с силой, будут наиболее честными и интересными. Психологические, типа покера, чтобы у каждого был шанс выйти победителем, делая ставку лишь на свой ум. Если кто-то и возьмет нас к себе на работу, то только за смекалку и ум.

Ну, нормально, соберем людей, чтобы те смотрели на то, как двадцать тел в карты перекидываются. Вот это мощное мероприятие.

— Какая скука, — я сгибаюсь, зажимая голову своими коленями.

Мэсы могут кидаться фаерболами, махать ледяными мечами, творить беспредел на уровне топовых фэнтезийных фильмов, но моя жизнь складывается таким образом, что ничего интересного не происходит. Я организовываю сомнительное мероприятие для мэсов, которые от людей отличаются в основном только физически. Вот уж ирония. Невольно тяжело вздохнула от осознания того, как тупо все складывается в моей жизни. Весь экшен проходит мимо меня...

— Тут уж все в твоих руках, — с насмешкой и укором проговорил Нео. — Ты ведь можешь сделать что-то вроде Игры в Медузу. Хотелось бы, чтобы игра была не одна и люди отсеивались постепенно. Примерно в каждом раунде по половине участников. Так, через три-четыре игры будет победитель, а зрителям шоу. Больше интереса.

Игра в Медузу — это довольно-популярный у нас сериал, в котором люди, приговоренные к смерти, играли между собой за приз — жизнь. Игры там были разного характера, но основа всегда была одна: это тактика и взаимодействие с другими. Там все думали о себе и были теми еще тварями, из-за чего выходило интересно и запутанно. Интриги, убийства, предательства, все там было. Но и большинство игр были довольно жестокими, хотя не исключаю, что были и те, что, как говорит Нео, построены на психологии. Хотя под психологией тут скорее подразумевалась умелая игра с людьми, манипуляция, давление, поиск единственно правильной тактики, методики победы.

— Медуза... — шепотом произношу я и поворачиваю голову, смотря на телевизор. — Ну...

Вратарь ловит в полете мяч, потом хватается за штангу, на ней делает финт и заскакивает на перекладину, поднимая победно мяч над головой. В таком футболе мяч летит в ворота в десять раз чаще, потому, думаю, вратарь становится ключевой персоной. Хотя выглядит игра больше как понтование: «О, смотрите, я с середины поля прямо в нижний левый угол пробил, да как сильно».

Возможно, это кажется таким из-за непривычки.

Эта идея с сериалом звучит уже интересней, осталось только выпилить жестокость и опасность. Стоит подумать, вспомнить, что там было... Да и игры должны быть уникальными, так? Придумать несколько разных, для разного количества людей, та еще проблема... Я пару минут, задумавшись, смотрю на экран телевизора, и тут меня внезапно осеняет, от чего на лице появляется улыбка. В моей голове родились варианты. Думаю, что можно придумать что-то свое уникальное. Стоит попробовать. Почему нет? Время есть. Все продумать, додумать и может получиться. А если что, можно и других привлечь.

— Я попробую, — поднимаюсь, хватая миску в руки. — На крайняк будем играть в покер, домино, или еще что.

Пора валить. Придется поторопиться, чтобы успеть к назначенному времени.

— Вдохновилась? — по его прощальной улыбке я понимаю, что он изначально и хотел подвести меня к этой концепции, но сделать это, как-бы, невзначай.

Думает, что он на месте главного героя фильма? У него будет больше шансов, чем у других? Ну, ну... Уже хочется придумать что-то такое, чтоб он в первом же раунде выбыл и задумался о своей беспечности и всепоглощающей уверенности. Наверное, стоило бы почувствовать гордость за то, что он возлагает такие надежды на мой ум. Главное — не облажаться. Но выходя из дома, я думаю о том, что торопиться все же не стоит. Придумывать что-то сейчас, когда даже не провели собрание, пустая трата времени.

******

14:00

Стучу в дверь кабинета. Если директор зовет к себе не в пятницу, то вероятно, это означает, что меня ждет какая-то дополнительная работа. Только вот ее мне сейчас и не хватает.

Слышу характерные «да-да», после которых вхожу. Акира, улыбаясь, приветствует меня. Улыбка у него странная. Она говорит о хорошем настроении, но при этом есть в ней какая-то сдержанная язвительность. Знаете, словно ты сделал какую-то пакость человеку, которого ненавидишь, и теперь не можешь сдержать улыбки, ожидая, когда ловушка сработает, уже представляя этот момент в голове. Как-то совсем не по-взрослому, но предполагаю, что это как-то связано с девушкой, сидящей на диване.

— Хотелось бы уточнить по поводу твоего мероприятия, — начинает директор. — У меня было время все обдумать, и я начал сомневаться в его успешности. Авантюры такого типа с привлечением сторонних людей всегда бок о бок идут с репутацией академии. Если все провалится, это может плохо отразиться на финансировании. Поэтому я хочу назначить вам куратора. Если собрание пройдет успешно, то мы приставим к вам преподавателя, который проследит за организацией, и решит, стоит ли это все того или нет.

Такое было вполне ожидаемо, потому я даже не удивлена.

— Да, я прекрасно Вас понимаю. Пожалуй, что трезвый взгляд со стороны в данном вопросе действительно не будет лишним. Наверное, человек с опытом даже сможет помочь избежать ошибок, — отвечаю я, не отрывая взгляда от девушки.

Мероприятие? Кого волнуют эти очередные обсуждения? Правильно, все уже устали от размусоливания одной темы. Гораздо интересней сосредоточить внимание на этой незнакомке.

Гостья была невероятной красоты дама лет двадцати двух. Серьезно, встретить кого-то краше крайне тяжело. Дело вкуса, конечно, но вряд ли кто будет спорить с тем, что она девушка статная и притягательная. На ней было надето довольно сдержанное черное платье в пол. Аккуратное приятное лицо с плавными чертами. Чистые зеленые глаза, тонкие, слегка нахмуренные брови и пышные пепельные волосы. Собранные в хвост, именно они привлекали все внимание. Распущенными они, наверное, доставали бы до поясницы, в этом ничего особенного. Завораживала их густота. Я встречаю такое впервые. Это словно водопад волос, в который так и хочется запустить свои руки. Это желание кажется мне слегка нездоровым, но так и хочется узнать, каким будет ощущение. Эх, у нее, наверное, много завистников. Девушка смотрела в окно за спиной директора, совершенно не обращая внимания на меня. Ее взгляд был задумчивым, наполненным скукой и грустью. Вот иногда смотришь и сразу видишь, один человек туп, как пень, другой — обычный, третий — весельчак, а у четвертого котелок варит. Тут же случай такой — интеллект есть, но явно будут проблемы, если ты захочешь вторгнуться в мир этого человека и узнать его поближе. Что-то наподобие одиноких геморройных людей, которые разочарованы в жизни, но себя все равно считают умнее и лучше других, пусть и отрицают это. Однако это лично мое впечатление, и тут оно очень субъективно...

— Если тебе будет удобно, то ты можешь сама выбрать преподавателя, с которым тебе будет легче работать и договориться с ним. Он в свою очередь уже будет отчитываться мне.

А мнение мое субъективно, потому что на нее не действуют мои способности. Ощущение, которое я почти никогда не испытывала. Оно и заставляет меня смотреть на нее. Я прикладываю усилия, но в ответ получаю тишину. Ничего странного в голове. Никакой информации. Я впервые в оценке человека полагаюсь лишь на свой опыт и взгляд. Для меня это очень необычное ощущение. Настолько, что это сбивает с толку.

Да, вот это полезная у меня сила. Прямо топ. От этой саркастичной мысли я невольно усмехнулась, чем привлекла внимание гостьи.

— Да, пожалуй, я попробую найти кого-нибудь сама, — я отвечала по инерции. — Не уверена, что смогу с кем-то договориться, но все же попытаюсь.

— Хорошо, перейдем тогда ко второй теме.

Я не смотрю на директора, но слышу, что его голос прямо-таки наполнен какой-то особой радостью. Такой, что у меня даже мурашки по спине пробежали. Видимо, он прекрасно знает об особенностях гостьи, и ему весело смотреть на мою реакцию.

Чувствую, не к добру все это.

— Вижу, ты уже обратила внимание на нашу гостью. Знакомься, Шико Аглаофотис!

На удивление знакомая фамилия. Кажется, передо мной человек из семьи владельцев одной довольно известной компании. Да, наверное, она спонсор, и мне, как главе студсовета, должно быть, полагается знать таких людей в лицо. Настало время собирать связи, налаживать контакты?

Кажется, ее способность — подавление, потому моя сила и не работает. Очень странно, я уже раньше встречала человека с похожей силой, и на него моя пасивка работала.

Мы молча смотрим друг другу в глаза. Спустя несколько секунд, Шико едва-едва заметно улыбнулась уголками губ, так, словно усмехнулась, поняв, что я догадалась о ее особенности. Гостья поднялась. Девушка перевела взгляд на мои ноги, моргнув, посмотрела на тело, потом на лицо, а после снова стала смотреть в глаза. Оценив меня, она подошла и протянула свою руку.

— А это Арквейд Либерт, — продолжал директор. — Она глава студенческого совета в главном корпусе.

— Очень приятно, Арквейд, — вежливо, негромко произнесла она.

Дама была выше меня и на каблуках, потому разница в росте достигала примерно двадцати сантиметров. Я взяла ее руку, чтобы пожать. Подняла голову, и, как только наши взгляды снова встретились, мое сердце внезапно екнуло, от чего я поморщилась. В голову ударила какая-то странная слабость. Мозг будто затуманивается, отказываясь думать.

— Взаимно, — произношу я, пожимая руку.

Отпустив руку, я закрываю на несколько секунд глаза. Слегка мотаю головой, чтобы прийти в чувства. Выдохнув, открываю их снова. Ощущение меняется. Чувствую, будто проваливаюсь в сон. Надеюсь, это не утренняя болячка решила снова меня посетить.

— Шико недавно перевелась к нам. Мы оформили все документы, и с сегодняшнего дня она начинает учиться здесь. Шико поступила на второй курс, но изъявила желание уже сейчас приступить к учебе, потому пока у нее свободное посещение. Период адаптации. За это время она познакомится с правилами и традициями.

Девушка все это время смотрела на меня, и когда я почувствовала некоторое облегчение, она одарила меня каким-то многозначительным взглядом, после чего встала рядом.

— Новая ученица? — переспросила я, слегка негодуя.

Мне иногда в качестве комплимента говорили, что я выгляжу старше своего возраста. Взрослой. Ха. Но эта дама больше похожа на преподавателя, чем на ученика, который только поступил. Перед собой я вижу скорее взрослую женственную состоявшуюся леди, а не простую ученицу, как все. Знаете, если взять ее и Саватари Ювао с первого курса, поставить их рядом, то можно будет одну принять за воспитательницу в лагере, а другую за школьницу, приехавшую отдохнуть. И сейчас вы хотите мне сказать, что они практически одного возраста? Мир — странная штука. С другой стороны, ведь вполне возможно, что кто-то двадцатидвухлетний может поступить. Как второе высшее в институте, а?

— Да. В своей академии Шико была главой совета, потому здесь она также изъявила желание присоединиться к совету, но в качестве рядового члена. Ты уж помоги ей адаптироваться, — Акира протягивает бумаги.

— Поняла, — я беру документы, начиная мельком просматривать их.

Вспоминаю странную улыбку директора, которую увидела, когда зашла в кабинет, и меня вдруг снова посещает тревожное ощущение. Знаете, будто бы зная мой и ее характер, он заранее понимает, что это будет путь, полный сюрпризов. Новоиспеченный президент и глава совета из другой академии. Поладят ли они? Судя по моему опыту… Да и судя по моей оценке новой героини… Действительно забавно. Понимаю.

— Не буду задерживать вас. Да, чуть не забыл. В академии, где училась Шико, не было электронной базы, потому надо создать новую карту и все, что есть на бумагах, перенести туда.

— Хорошо.

Будто для других учеников мы делаем по-другому. Новый член совета, да? Все парни и девчонки, которые приходили раньше, были довольно простыми, потому с ними никаких проблем, а эта девушка уже вызывает у меня мысли вроде: «Как быть и что с ней делать?». Ладно, это все моя мнительность. Нужно просто привыкнуть. И если я раньше считала, что поступить в середине октября странно, то поступить в конце марта на второй курс заставляет думать меня, что первый вариант вполне нормальный.

— В скором времени будет еще пара новичков.

Вот обрадовал-то, что им сложно дождаться мая и поступать со всеми другими?

******

Мы попрощались до пятницы и вышли в коридор.

— Либерт? — задумчиво произнесла Шико, стоило только нам ступить в коридор. —Знакомая фамилия. Кто твой отец?

— Врач, — не задумываясь особо, отвечаю я.

Хирург, нейрохирург, ученый? Мой отец занимался всем, что связанно с медициной. К тому располагали его способности. Обычно, если говорят, что знают мою фамилию, то значит либо они, либо кто-то из родственников были пациентами моего папы и, скорее всего, тяжелобольными.

— Маскуты? — задает точный короткий вопрос девушка, который понятен только нам двоим.

Наши с отцом отношения трудно было назвать теплыми, скорее они были посредственными. Я не была ему родной дочерью, но он содержал и воспитывал меня, хоть теплых чувств не питал. Мы нормально общались, но почти никогда не проводили время вместе, не говоря уже о чем-то большем. Я мало что знаю о его работе, лишь иногда слышала благодарности тех, кого спас отец. Когда мне было тринадцать лет, отец подписал контракт и отправился в деревушку, расположенную в горах Маскут. Меня он оставил на няню. Чуть больше года я жила с няней, а после отец забрал меня к себе, и я жила до поступления сюда в близлежащем городке. Чем он занимался там в деревне в горах, я знаю только условно, потому и ответить нормально на этот вопрос не могу.

— Вроде того, — отвечаю невнятно я. — Откуда ты знаешь?

Возможно, стоит узнать побольше у нее. Хотя мне все же не столь интересен мой отец, сколько связь Шико с ним.

— Моя мать финансировала этот проект, —спокойно сказала девушка. — Мы редко виделись, а когда виделись, она говорила только о своей работе. Слышала фамилию краем уха, она довольно легкая, вот и запомнилась. Лично я с ним не знакома.

— Понятно.

После этого сомнений не остается, что передо мной наследница компании «Пион». Хоть сейчас начинай подмазываться, чтобы в будущем за дружеские отношения получить шикарную работу. Ха.

******

Кабинет совета пустовал, и это отлично. Можно разобраться со всем в спокойной обстановке.

— Не возражаешь, если я пару минут почитаю твою анкету? — я сажусь на стул.

Шико садится рядом в полуметре от меня.

— Нет, — спокойно отвечает девушка. — Могу тогда и я почитать о членах совета?

— Хорошо, — я беру ноутбук и открываю досье всех участников студсовета, после чего ставлю компьютер возле девушки и сажусь рядом.

Шико Аглаофотис

18 лет

Да, она действительно одного возраста с Саватари. Хотя, чему я удивляюсь. Слышала, дети сейчас растут быстро. Уже в четырнадцать не поймешь, сколько им лет. Так что мой вам совет — всегда спрашивайте паспорт.

С восьми лет училась в закрытой женской школе-академии Хару, которая располагается на юге нашей страны. Способность ранга S — создавать лед и управлять им.

Я смотрю на девушку, проверяя, не показалось ли мне ранее, что мои способности на нее не работают. Нет, не показалось, но об этом не написано.

Шико быстро пролистала досье всех членов совета, почти не читая их, и остановилась на мне. Взаимное изучение? Лестно.

— Здесь написано, что твоя сила лед, но есть еще что-то. — интересуюсь я. — Ведь так?

Среди мэсов крайне редко встречаются случаи, когда человек обладает более чем одной способностью. Кроме того, из известных ни у кого нет ранга S.

— Выходит, мне не показалось, — негромко произнесла она и, отодвинув ноутбук, перевела взгляд на меня. — Ты все же заметила. Почувствовала это?

— Разве с моей способностью можно это не заметить? — я слегка усмехнулась.

Почему-то мне показалось, что мы говорим о разных вещах.

— Так ты о сопротивлении… — сделав вывод, спокойно произнесла девушка.

— А что, есть еще что-то? — интересуюсь, недоумевая, я.

Три способности? Что за бред?! Я вспоминаю и задаюсь вопросом, что я могла еще упустить? В голову ничего не приходит.

— Есть, — ответила она, после чего выдержала паузу. — Если ты не против, я могу продемонстрировать.

— Да. Хорошо, — я улыбнулась. — Давай.

Девушка как-то грустно улыбнулась в ответ, пододвинулась ко мне чуть ближе. Не теряя времени, положила свою холодную руку на мою щеку и начала пристально смотреть в глаза. Я снова почувствовала, как екнуло мое сердце. Накатила слабость, все словно в тумане. Пытаюсь сопротивляться, убрать ее руку с лица, но тело не слушается. Не могу пошевелиться, не могу что-то сказать, даже думать становится тяжело. Ее лицо не выражает никаких эмоций, и только в глазах читаются какие-то печальные нотки. Рука девушки проскальзывает до подбородка, приподнимая его, второй она приобнимает меня, словно держа, чтобы я не упала. Я будто вижу сон, которым не могу управлять. Чувство того, что ты находишься в сознании, но не можешь управлять своим телом, по-странному приятное, но при этом пугающее. Я пытаюсь сопротивляться, пытаюсь сделать хоть что-то, и, кажется, у меня даже получается пошевелить пальцем.

— Кажется, я помешал, — как всегда, бесцеремонно в кабинет врывается Нео и с ухмылкой смотрит на нас. — Я, знаешь, не думал, что тебя привлекают женщины.

Парень садится напротив нас и закидывает ноги на стол. Как же стыдно за него. С другой стороны, он избавил меня от сцены, которая становилась какой-то неловкой.

Шико опустила глаза, отпустила меня, выдохнула через нос и села прямо, придвинув к себе ноутбук.

— Нео… — произношу я, выдыхая.

— Вы знаете, я, как бы, сторона нейтральная, без мнения, потому делайте, что хотите, можете продолжать, — они пересеклись взглядами с гостьей, и той парень явно пришелся не по душе. — Но если хотите комплимент, то отрицать не стану, вы вполне горячи.

— Хрююю! — в ответ на его «шутку» комнату пронзает дикий хрюк.

Теперь Шико косится на меня. А я что? Я не могла упустить момента. Свин-младший уже неделю тут стоит без дела. Ради чего деньги уплачены? Нео то не было, то он, будто бы что-то подозревая, молчал или говорил, не опускаясь до тупорылых шуток. Понимаю, что в первый же день знакомства демонстрирую себя не с лучшей стороны, но что? Я все равно долго свою дурную сущность скрывать не смогу, как бы ни старалась. За меня все равно другие все могут сказать или достаточно форум прочитать.

— Не, если вы стесняетесь, я выйду, — усмехнувшись на мою выходку, добавил Нео.

— Будь добр, — сдержанно проговорила Шико.

Колкостей она явно не оценила.

— Все в порядке. Ты не помешал. Это Шико, новый член студсовета, и она демонстрировала мне свои способности.

Прозвучало как-то двояко.

— Я так и подумал, — все с той же самодовольной ухмылкой проговорил парень.

— Это позор — иметь в студсовете парней, — девушка спокойно выражала свое мнение, но от того звучало даже обиднее. — Особенно, подобных этому.

— Так бы и сказали, что я не к месту, — съязвил он и встал, направившись к выходу. — От имени природы прошу простить меня за то, что родился мужчиной.

Остановившись у двери, Нео развернулся, сделал низкий поклон, будто бы указывая на аристократичность гостьи, а после вышел.

Кажется, его задели слова новой участницы. О боже, как это прекрасно! Я аж воспылала! Глядишь, сейчас Нео подумает над тактикой и, может, перекинется на нее. Будет покорять и выводить холодную безэмоциональную принцессу? Да, это в его стиле. Потешить самолюбие победой над такой соперницей. Какой прекрасный расклад вырисовывается.

— Животное… — со вздохом произнесла Шико.

В ее голосе нет недружелюбности, скорее некое разочарование и смирение, приправленное ноткой раздраженности.

— Шико, — произношу я, пытаясь подавлять улыбку. Что-то мое настроение резко улучшилось. — Я понимаю, что до этого десять лет ты училась в окружении одних девушек и привыкла к той обстановке, но у нас академия смешанная, потому будь терпелива. Прояви понимание.

Не заставляйте меня читать нотации. Чувствую себя старушкой. Сложно сказать, что она не права и ее поведение неверно. Если смотреть с позиции главы совета, поведение Нео отвратительно, тут не поспоришь. А если это первый парень, ну или один из немногих, с которым она разговаривает за последние годы, то он явно не лучший представитель. Ай, нафиг, разбирайтесь сами, кто виноват.

— Неважно, дело не в этом... — она хотела мне что-то ответить, но решила, что я не пойму ее мысли.

Я понимаю, в чем дело, но что вы предлагаете мне — извиняться и оправдываться за Нео? Не дождетесь.

— Прости, поначалу тебе, наверное, будет тяжело привыкнуть к новой обстановке, и все такое. Этот парень, он не всегда такой. Если хочешь, я поговорю с ним. Он поймет. Наверное.

Последнее слово является ключевым.

— Не нужно, — ответила она, уставившись в экран ноутбука.

Понимает, что ничего не изменится или я тоже в ее глазах не отличилась? Не вызываю доверия? Признаю, проявила не лучшие свои качества.

Решаю не вдаваться в объяснения, а потому возвращаюсь к изучению досье новенькой. Ничего интересного, в основном одна вода о достижениях, успеваемости и тому подобное. Никакой информации о самой академии и том, что в ней происходило. Не то чтобы это должно быть в досье, но причина перевода мне интересна. Впрочем, как я и думала, она единственная дочь семьи Аглаофотис, владеющей крупной компанией «Пион», то есть она прямая и единственная наследница всей компании. Мне вот интересно, какова ее плата за силу? S —лед, примерно С — подавление способностей, полагаю, пассивных психических вроде моей, и B — что-то вроде гипноза? Сложно оценить сходу, но, наверное, так. Я смотрю на девушку, думая, стоит ли спросить об этом. Вздохнув, решаю не спрашивать. Возможно, найдется случай получше, а то сейчас это будет довольно бестактно и некрасиво.

— Хорошо, давай подберем тебе форму, — я встаю и закрываю дверь, чтобы теперь никто нас не потревожил.

Шико без лишних слов снимает платье, и я беру мерки. Ухоженное тело, стройная фигура, белая кожа. Тело вызывает нездоровое желание касаться его, гладить, обнимать, а на лицо приятно смотреть и, отрывая взгляд, невольно хочется взглянуть снова. Такие ощущения возникают, а ведь я девушка, тогда каково парням? Я уже не понимаю, это природная красота такая или часть силы, той, что связана с гипнозом? Полагаю, первое. Просто не хочется признавать, что такие люди существуют. Ха. С одной стороны — завидно, с другой — грустно. Трудно назвать такую красоту везением. Сама обладательница этого клада не особо придает значение внешности. Ее взгляд — это явно не взгляд человека, которому легко живется, который нежится в роскоши и ни о чем не думает — житель поднебесной. Слегка уставший, наполненный загадочной грустью. Иронично думать об этом, учитывая предполагаемое денежное состояние. Наверное, для меня в ее внешности именно глаза играют главную роль. Они добавляют в эту идеальную внешность реализм, то, за что в ней мне хочется видеть человека, а не кого-то возвышенного. Ладно, я просто рада, что она не тупая, как пробка, а то по вселенским законам именно мозга она и должна была лишиться в качестве оплаты за красоту.

— Что-то не так? — негромко спросила Шико.

Похоже, философствуя, я невольно залипла и стою перед ней, измеряя размер бюста.

— А, прости, — запоминая цифры, я сворачиваю ленту. Эх, как хочется в такой неловкой ситуации пошутить про грудь, но... — Просто подумала, твоя школа была вроде интерната, да? То есть, вы там жили весь учебный год, как тут, а летом уезжали?

— Нет, все десять лет я жила там, почти не покидая стен.

Отдельно хотелось бы отметить ее голос, вернее тон — ровный, спокойный, немного умудренный опытом. Знаете, будто к ней постоянно приходили за советами, и она для образа отвечала спокойно, ровно, словно человек более мудрый, а потом этот образ вошел в привычку. Чем-то напоминает мне Иваю. Спокойствием и ровностью тона — бесхарактерностью. Стоит их познакомить, наверняка им вместе будет весело. Ха.

— Понятно.

Сложно представить ее жизнь. Я бы сошла с ума, десять лет безвылазно жить тут. Для нее смена обстановки, наверное, стресс. Еще бы, мир, ограниченный стенами, в котором одни бабы. Кошмар. Ужас. Или рай? Тогда ужас — это наша академия?

— Ты иностранка? — спрашивает Шико.

Копаясь в шкафу в поисках подходящей формы, я останавливаюсь и украдкой смотрю на девушку.

— А ты как думаешь? — на вопрос отвечаю вопросом.

— Темно-голубые глаза ближе к синим, густые черные волосы с мягкой структурой, не совсем стандартные для Сампии формы фигуры. Предполагаю, твоя родина Парна?

Это должно быть странным, но в академии никто ни разу не интересовался моей национальностью, и я уже успела позабыть об этом. А ведь в школе это было серьезной проблемой. Мало того, что все не любят мэсов, так еще и темноволосая девочка, отличающаяся от всех светленьких детишек, лишний раз привлекала к себе внимание. Дети не любят тех, кто отличается и выделяется, а при моем сочетании это был ужас. Еще и способность дебильная... И как я выросла нормальной? Ха. Но не будем ворошить прошлое.

— Нет. Но отчасти ты права. Моя мать родилась и выросла в Парне, — дивясь тому, как легко она угадала страну, объясняю я. — Я же там никогда не была. Родилась и выросла я здесь, в Сампии.

Голубые глаза для здешних жителей большая редкость, а синеватые будут намекать на то, что кровь не чиста. Черных волос и подавно просто не может быть. У кого в академии они такого цвета? У меня, да у Селины с Мюриэль. Больше, пожалуй, я так сразу никого вспомнить и не могу. Нет, постойте, есть еще один парень — Дмитрий. «Фуджишими!» — скажете вы, подловив меня на беспамятстве. Но нет, тут вы не правы, у нее крашеные. В общем, черные волосы — признак того, что ты не отсюда.

— Признаться честно, впервые вижу темноволосую девушку вживую. Необычно. Ты довольно симпатичная, привлекательная девушка, — Шико делает мне дружелюбный комплимент.

Вообще, я сама за все свои годы жизни встречала не больше десятка людей иностранных кровей.

— Держи, примерь, — я протягиваю ей форму.

— Немного великовата, — она без интереса посмотрела на себя в зеркало и, похоже, подумала о том же, о чем и я — платье ей идет намного больше. — Мне не по душе унисекс.

— Понимаю. Этот вариант все равно нужно иметь при себе. Но сейчас обратимся к более женственному.

Я открываю кладовку и после недолгих поисков протягиваю девушке блузку и три юбки разной длины. После примерки Шико говорит, что заберет все и подошьет.

Мы переходим к следующей стадии — выбор места проживания.

Помнится, когда я еще не была главой, Адам сказал, что пустые домики для первокурсников пока занимать запрещено, в район второго курса я заселить ее также не могу, так как там уже живут командами. По старинке я бы могла подселить ее к кому-нибудь случайному, где еще есть места, но тут случай особенный. Девушка у нас необычная, со своими странностями и характером, прекрасна внешне, да и еще, походу, терпеть не может мужскую половину человечества. Вывод — к парням нельзя. Следовательно, почти все варианты сразу отпадают, так или иначе, во всех командах есть парни.

— Так ты как относишься к парням? — задаю прямой вопрос я, так-как только и делаю, что руководствуюсь догадками.

Чай сложно не согласиться, что Нео ужасен.

— Нормально, но мне хотелось бы оградить себя от общения с ними.

Какой культурный ответ с намеком. Она феминистка?! А стойте, у нас этого понятия уже много лет как не существует. Да и за права она ничьи не борется, просто предпочитает женскую компанию мужской. Я тоже, по большей части. Да.

— А кого предпочитаешь, как партнера?

Не могу не поинтересоваться, пусть и бестактно, но вдруг Эле подружку нашла.

— Не отдаю предпочтений. Мне нравятся мужчины постарше, — ее грудь слегка вздымается. Видимо, это был такой вздох. — Я просто озвучила свое желание, раз уж мне предоставляют выбор.

Я вроде не говорила ничего о выборе...

— Прости, что вот так бессовестно интересуюсь подобным. Просто тогда твои слова заставили меня задуматься о том, что ты терпеть не можешь парней. Вот я и пытаюсь понять, чтобы подобрать для тебя место получше.

Приходится объяснить ей довольно очевидную ситуацию, мол, мест без мужчин у нас нет.

— А что насчет тебя? В твоей карточке видела заметку о том, что ты живешь одна.

Несмотря на то, что я говорила о взаимном изучении, мне казалось, она для виду открыла мое досье. По бегающим глазам казалось, что она не особо вчитывалась, но, видать, я ошиблась.

— Понимаешь, это не совсем так. Еще пару недель назад я жила одна, но теперь… Ну, как бы, я живу с тем парнем, которого ты видела ранее. Вот.

Мы ведь, и правда, решили не обновлять данные, а после и вообще забыли об этом.

— Так вы встречаетесь?

Даже не поняла, вопрос это был или утверждение.

— А что, похоже? — спрашиваю я. — Как ты считаешь? Мы подходим друг другу?

Почему бы не поинтересоваться мнением человека, который впервые видит нас. Исходя из предыдущей ее фразы, чую, что ответ меня разочарует.

— Сложно судить, вы всего парой фраз перекинулись. Но если обратить внимание на ваши взгляды друг на друга, то, наверное, многие думают, что вы милая пара. И, похоже, у вас есть какие-то шутки, которые понятны только вам.

— Эх… — подставляю руку к лицу, тяжело вздыхаю и с минуту молчу, переваривая сказанное.

— Я что-то не так сказала? — поинтересовалась Шико.

— Нет, мы не встречаемся. Более того, я его терпеть не могу. И это серьезно так, — я останавливаюсь, задумавшись о том, что, когда речь заходит об отношении к Нео, постоянно оправдываясь, наверное, только усугубляю ситуацию. — Короче, по какой-то нелепой причине мы живем вместе. История долгая и неинтересная. Так что, думаю, такой вариант тебя не устроит.

— Вот как… — смотря в экран на карту, задумавшись, произнесла Шико.

— Точно! — вскрикиваю я, вспоминая. — Есть один домик, где живут две девушки. Подружки. И у них обеих, как у тебя, сила ранга S. Кажется, вариант более чем подходящий.

Амая и Астарта. Скажут ли они мне спасибо? Первая точно нет, но вариант-то прекрасный.

— Меня устраивает вариант с тобой. Раз ты можешь жить вместе с ним, то и я смогу, — после минутного раздумья сказала она и, попытавшись улыбнуться, одним глазом подмигнула мне.

Если это было заигрывание, то вышло не слишком правдиво. Возможно, она, как и я, чувствовала какую-то напряженность от того, что разговоры наши были очень сухими, неловкими, и так девушка попыталась проявить дружелюбие. Однако мне хочется сказать: «Спасибо, судьба, что не даешь мне расслабиться и подкидываешь «особенных» людей».

******

Так вот и получилось, что теперь живем втроем. Нео на первом этаже, я с Шико на втором, по-прежнему деля территорию, только теперь по принципу: первый этаж для мальчиков, второй — для девочек. Нео рад новому соседству. Ведет себя с ней примерно так же, как и со мной. За ужином не упускает возможности спросить что-нибудь эдакое. На холодные ответы Шико он язвит, подкалывает, да только в ответ ничего не получает. С остальными членами совета новенькая пока не знакомилась. Можно сказать, что весь остаток дня мы наблюдали друг за другом, присматривались. Ну, во всем нужно искать плюсы, верно? Так, плюсы... Вот! Самая красивая девушка в академии теперь в студсовете и украшает его и мой дом. Ха. Звучит, будто я повесила ее перед входом, как гирлянду...

21.Среда, 22 марта (часть 1)

Потратила вчерашний вечер на то, чтобы набросать адекватный текст, который объяснял бы всю ситуацию ученикам, которые придут на сбор. Проснувшись с утра, перечитала и ужаснулась от сумбурности изложенных мыслей, скомкала листок и выбросила его в мусорное ведро. Села писать по новой, однако успехов особых не достигла. Сложно нормальным языком объяснить все, да так, чтобы все понимали, о чем идет речь, и это не вызывало негодования и недовольства. Сложно отчасти из-за того, что полной картины в моей голове пока нет. Похоже, придется импровизировать.

******

Спускаясь по лестнице, вижу недалеко от входной двери Шико, которая, скрестив руки под грудью, стояла, прислонившись к стене. Стоило мне появиться, как она сразу же посмотрела на меня. В таком положении ее и без того большая грудь казалась еще больше. Если у меня почти тройка, то у нее… четверка? Впрочем, как вымя не смотрится, это главное.

— Чего стоишь? — обращаюсь я к девушке.

— Мои вещи привезут только сегодня вечером...

Точно! Я даже не обратила внимания, что вчера она была совсем без вещей. Везет же некоторым: не надо корячиться, тащить кучу чемоданов на поезде, потом на автобусе, а после на своем горбу.

— Я поняла, — перебиваю ее я. — Зонт?

На улице с самого утра тарабанит дождь, а зонта у нее нет. Тут же всего один, и тот принадлежит Нео.

— Да, — кивнув, ответила мне девушка.

Юбка до колен, блузка, галстук, пиджак. Подшила? Стало всяко лучше, чем было, но, похоже, шитье не ее конек. Судя по тому, что верхние пуговицы расстегнуты, форма стала ей слегка мала. Но в этом, несомненно, есть свои плюсы.

— Придется пойти вместе, — я подхожу и хватаю зонт. — Вижу, ты постаралась, но форму идеально подогнать не вышло? Давай загляну к тебе сегодня вечером, попробую сделать ее более удобной.

Оборачиваюсь и смотрю на комнату Нео. Похоже, он уже ушел. Есть у него привычка — если он не дома, то дверь в свою комнату оставляет слегка приоткрытой. Значит, хоть я и похищаю зонт, совесть моя останется чиста.

Погоду обещали солнечную, но что-то ею и не пахнет. Расправляю зонт, бросаю взгляд на Шико и спускаюсь по ступенькам вниз.

По пути я, как обычно, смотрю на проходящих мимо учеников и тех, кто прячется от дождя под кронами деревьев, и почти все они уставились на нас. Сегодня новенькая в центре внимания, и все обсуждают ее. Неудивительно. Парни восхищаются красотой, а девушки перешептываются и хихикают. Одни обсуждают внешность, другие спрашивают, кто это, третьи смеются над мальчиками, которые следят за нами. Поскольку я нахожусь рядом с нашей красавицей, то невольно тоже становлюсь объектом обсуждений. Мной, правда, по какой-то совершенно непонятной причине не восхищаются.

— Ты кого-то ищешь? — интересуется Шико, смотря на меня.

— Да нет, — протягиваю я и перевожу взгляд на мокрый асфальт. — Просто из-за способности моим хобби стало наблюдение за людьми и их реакциями. Невольно вникаю в их диалоги, проникаюсь настроением.

— И о чем же они говорят?

— Они? — я с ухмылкой снова кошусь на девушку. — Восхищаются твоей красотой. Говорят, что рядом с тобой я словно гадкий утенок.

Слегка утрирую, преувеличиваю, опускаясь до иронии, но общую суть это передает.

— Это не так. Я вчера не врала тебе, говоря о том, что ты довольно симпатичная девушка. Если кто-то и совершает нападки на тебя, опускаясь до подобных заявлений, то это исключительно из-за менталитета. Предрассудки общества часто влияют на взгляды, делая их необъективными.

В целом Шико права насчет необъективности. Правда, стоит отметить, что в моем случае она рождается не только из-за банального менталитета. Я сама виновата в том, что меня видят, возможно, хуже, чем я есть. Мол, когда человек не нравится ввиду каких-то личных причин, то и внешность его со временем начинает казаться хуже, чем есть, более отталкивающей. А все из-за того, что я почти всегда все делала на отстань, стараясь решить все побыстрее. Да еще не упускала возможностей постебаться над ребятами. Нравилось мне поиграть в словесные перепалки без использования ругательств и ссор, на оригинальности и контексте, задеть поглубже оппонентов, даже тех, кто сам по себе безобиден и ничего мне не сделал. Не знаю, что со мной не так, но сложно отказать себе в такой маленькой радости. Видать, жизнью обиженная, вот и вымещаю на других. Ха.

— Да мне, в целом-то, все равно, — улыбнувшись сама себе, отвечаю я.

— Я говорю серьезно. В твоей внешности есть то, чего нет у большинства других. Конечно, это выделяет тебя, но это и делает по-особенному привлекательной. Нужно просто не смотреть на все под углом стандартов. Лично я считаю, что у тебя нет ни одной причины переживать по этому поводу.

— Да? Здорово, — невольно я опустилась еще ниже, до сарказма.

Ладно, вы правы, я не умею принимать подобные комплименты. Но мне как-то неловко от того, что меня пытаются утешить, хотя повода, вроде как, и нет.

— Похоже, у тебя есть определенные проблемы?

Второй день подряд меня не отпускает ощущение, что ее манера речи похожа на манеру Иваи. И чего меня так раздражают безэмоциональные люди?

— Вот вопрос от учеников, чисто риторический. В кого пошла ты своей красотой?

Не горю желанием обсуждать свои проблемы, которые я и проблемами-то не считаю. Скверный характер, спасибо, я и без вас это знала. Какой-то неудачный вышел диалог.

— Я не настаиваю. Если не хочешь говорить об этом, то не будем. Но если захочешь высказаться, буду рада послушать.

Не так ты проста, Шико, да? Съехать с разговора не выйдет. Миленько. Я не понимаю. Она говорит так же ровно и спокойно, словно это то, что нужно сказать. Так прописано этикетом или что-то вроде того? Может, это попытка сдружиться? Но почему-то от этого мне так противно. Чувствую от нее какой-то холод и пустоту, ту же наигранность, которая в начале учебного года исходила от Иваи. К ней я привыкала и позабыла о том ощущении, а сейчас его будто вернули снова.

— Не то чтобы я не хочу об этом говорить, просто проблемы нет. Я лишь обобщила и выразила мысль, которую прочитала по губам других. У меня же нет проблем с самооценкой. Мнение других меня мало заботит. Тут речь даже, наверное, не столько о внешности, сколько о контрасте образов. Как-то так. Ты все-таки для них загадка, а я уже себя раскрыть успела.

— В таком случае есть ли какие-то особенные причины, чтобы люди выражались в твой адрес подобным образом? — посмотрев на меня, спросила Шико. — Обычно о главах студенческого совета плохого не говорят. А даже если есть какие-то обиды в силу разногласий, свои негативные мысли люди не выражают вот так в открытую. Когда они знают, что есть вероятность быть услышанными. Когда все в курсе, что твои особенности позволяют без особого труда узнать, что думают и чувствуют другие.

«У меня точно будут с ней проблемы» — такая мысль пронеслась в моей голове. Она слишком быстро соображает и делает логические выводы.

— Ну, наверное, человек я гадкий. Сторонник радикальных методов. Решаю все быстро и сразу, часто не прислушиваясь к мнению других. Считаю, что знаю лучше других как надо, а они не понимают, не ценят моего гения, — свожу все к шутке, пытаясь избежать разбора личности. — Но раз я столько времени в совете и стала президентом, значит, мои методы на самом деле действенны, да? Каждому мил не будешь.

— Гадкий? — повторила она задумчиво мое слово. — Смотрю, ты любитель пошутить?

— К слову говоря, это, вероятно, тоже одна из причин, — я усмехнулась.

— Интересно, — произнесла Шико.

От этого слова мою голову словно пронзила молния. Она же была президентом в другой академии! Короче говоря, под меня копают.

— Я не считаю, что все президенты должны одинаковыми. Сдержанными, строгими, беспристрастными. Не это ведь главное. Да?

Реабилитироваться уже поздно, но что мне скрывать? Были бы у меня актерские навыки и терпение, то я была бы сейчас в другом положении. Меня бы все любили. В общем, придется Шико принимать меня такой, какая я есть.

— Да. Тут ты права.

Знаете, лет пять назад все угорали по одной книге, где главный герой мог читать мысли окружающих, а у одной девушки не мог. Не буду советовать вам это бабское чтиво, но почему-то мне подумалось, что я начинаю понимать этого героя. Все плохо, если я начинаю сравнивать себя с чем-то таким. Кто-нибудь, убейте меня! Неважно, это просто довольно необычно — забыть о своих способностях и полагаться на логику, домыслы. А тут еще и дама по ощущениям ну очень специфичная. Прямо как я люблю, с припездью. В такой ситуации главное — не влюбиться и не начать вести себя, как идиот.

Ха.

******

Знакомство Шико с остальными членами студсовета проходит довольно гладко. Аврора тепло приветствует новенькую, радуясь пополнению, а вот Эла пускай и делает вид, что тоже рада, но с неким скептицизмом принимает девушку в команду. Кажется, элегантная особа заставляет Нацукаши чувствовать себя немного некомфортно.

— Так, сейчас здесь соберется народ, оставшийся без команд. В связи с этим намечается одно мероприятие. Я буду доносить до них информацию об изменениях, и вы, пожалуйста, тоже внимательно слушайте, потому что это то, чем мы будем заниматься в ближайшее время. После нам нужно будет провести собрание, дабы внести поправки в вашу работу. Эла, ты же можешь перемещаться с предметами?

— Да, если они не живые, — спокойно отвечала она, в это время развешивая фотографии с праздника на доске.

Любит же эта девушка заниматься всякой девчачьей чепухой. Да, действительно, только она и привносит в наш совет краски...

— Выше нас кабинет какого-то кружка, нужны стулья оттуда. Много стульев для наших гостей. Поручаю это тебе.

******

Мы прождали до звонка. К этому моменту подтянулись двадцать семь человек. В сумме с членами совета вещаю на тридцать одно тело. Большинство пришедших — парни. Девчонок всего три. Среди них одна хорошо нам всем знакомая Ивая. И это не ошибка. Я не акцентировала внимание на личностях, так как проматывала досье пару раз и то в тот период, когда общалась с Нео. Перепроверив, я убедилась, что она действительно не нашла команды и обладает рангом D.

— Еще раз приветствую всех, — начинаю я громко, прося тишины. — В этом году меняется система распределения, и мы не будем, как обычно, объединять оставшихся учеников в группы между собой.

— В смысле? — выкрикивает недовольно один из присутствующих.

— Давайте я попробую вам все объяснить, а после вы зададите мне свои вопросы. Так получилось, что каждый из тех, кто остался без команды, не имеет ранга выше С. Объедини мы вас вместе случайно, ваши шансы найти преподавателя, который захочет вас обучать, были бы практически равны нулю. Вследствие вас вероятно исключат из академии, а в связи с новым законом вдобавок еще и запечатают силу. Потому мной было выдвинуто предложение провести между вами соревнование, где определится один победитель, — уже начинается недовольство, но я прошу дослушать. — Ему в качестве награды будет обеспечен перевод в университет Колью, и оплату за обучение покроет академия. Также победителю будет присвоен ранг B, что защитит его от запечатывания силы. Проигравшие же будут вынуждены покинуть академию досрочно. Для проведения соревнования мы привлечем спонсоров, и у каждого будет шанс, если не выиграть, то, возможно, получить контракт на нормальную работу.

— Что за бред? — взрывается парень из толпы.

На лицах большинства я вижу негодование. Хотя пара человек вроде как заинтересованы.

— Звучит, может, и странно. Но я попытаюсь разъяснить. Соревнование пройдет в формате серии игр, никак не связанных с вашими способностями. То есть преимущества не будет ни у кого. Они будут направлены на то, чтобы показать ваши личностные и умственные способности, то бишь, раскрыть вас не как мэсов, а как людей с потенциалом роста. Возможно, показать навыки вроде смекалки, логики, умения работать в команде, коммуникации, социализации и координации. Именно это и будет всем интересно. Соответственно, на одной чаше лежит, в худшем случае, потеря способностей и отчисление, на другой — потеря способностей и отчисление, но спустя какое-то время. В первом случае у вас есть шанс зарекомендовать себя и устроиться на работу, вы ничего не теряете. Сейчас вы все в проигрышном положении, потому мы пошли на такое. Директор дал свое согласие. Если вы не желаете в этом участвовать, то никто вас заставлять не будет, вы свободны.

Ой, сама не верю в то, что говорю, хотя звучит вроде неплохо. Не зря готовилась. Правда, сложно оценить, звучит ли все понятно для слушателей.

— Не стоит слушать ее, — спокойно произнес парень слева от меня. — Раньше спокойно всех объединяли, и бывали команды с С рангом, и ничего, как-то же окончили обучение.

— Верно, но ты, наверное, не услышал, что в этом году объединения не будет. Если вы хотите, то сами можете прямо сейчас объединиться между собой.

Я выдерживаю минуту. Народ оценивающе смотрит друг на друга.

— Видите, особым желанием никто не горит. Донесу до вас еще одну особенность изменений.

В голову пришла одна мысль, и пускай это ложь, но никто о ней не узнает, ведь если игры проведут, то к моменту их окончания этих людей уже не будет в академии, а значит, меня не вычислят.

— В этом году будет новый учительский состав, и директор решил поменять правила. Если раньше вы сами общались, преподаватели присматривались к вам, и даже если вы никого не заинтересовали, то вам все равно предоставляли учителя и все в таком духе, то сейчас преподаватели будут сами выбирать команды. Будут проведены показательные состязания, по итогам которых преподаватели решат, кого они хотят видеть у себя в учениках. Если одной команде поступит несколько предложений, она сможет выбрать себе преподавателя по душе, а те учителя, которые получили отказ, найдут себе кого-то другого. Количество учителей, конечно же, ограничено, потому те, кто останется без преподавателя, самые слабые, в любом случае будут отчислены. Думаете, у вас много шансов? Единственный вариант, это напроситься к кому-то шестым слотом. Но вы бы, если могли, давно это сделали, верно?

Я выдумываю на ходу, но, похоже, люди начинают верить. Возможно, все из-за того, что в этом году много кого отчисляли. Для них все может звучать, как закручивание гаек потуже.

— А что насчет тебя? И этого? — выпалил один из присутствующих, указывая на Нео. — У вас тоже нет команды!

— Верно подмечено, — поскольку мы не смогли набрать еще троих участников или скорее даже не собирались их набирать, официально команду мы так и не зарегистрировали. — Мой ранг B, потому мне нет смысла участвовать. Кроме того, студсовет под моим руководством организует это мероприятие. Потому было принято решение, что после окончания игр я вступлю в команду Элы Нацукаши шестым участником. А Нео, как ученик без команды, примет участие в играх.

Сама девушка, конечно же, была не в курсе моего решения. Поскольку ранее она мне предлагала вступить, то сейчас она довольно улыбалась, радуясь такому исходу. Хотя это нам еще предстоит обсудить, ведь сейчас я напропалую вру.

— Поскольку я тоже состою в студсовете, но буду участвовать в играх… — встав с места, слово взял Нео, который, сняв с себя значок участника совета, кинул его на стол в мою сторону. — Чтобы были равные шансы и не было недовольства, я покидаю ряды совета. Я не знаю планов и правил, потому буду участвовать как обычный ученик, наравне со всеми. Соответственно, я подтверждаю, что готов принять участие.

Играет на публику? Неплохо.

— Да, прежде чем продолжим, внесу еще одну поправочку. Вам не нужно давать свой ответ сейчас, у вас есть время подумать до завтра. После того, как вы решитесь, нужно будет подписать договор, — я показываю бланк. — Тут вы подтверждаете, что ознакомлены с правилами и готовы следовать им. То есть, в случае поражения мы запечатываем ваши способности и отправляем в добрый путь. Ничего серьезного.

Еще до собрания, пока люди собирались, внезапно активизировалась моя мозговая деятельность. В результате мне подумалось, что могут возникнуть проблемы, когда люди проиграют, но не захотят соблюдать установленные правила. Я нашла типовой договор согласия в интернете и быстренько переделала его под себя. Конечно, наверное, юридически он вообще не имеет ценности, но сам факт его наличия уже наведет какой-то порядок в головах. Стоило бы, пожалуй, уточнить этот момент с директором, но разве ж это мой путь? Ха.

— Я готов, — Нео подошел ко мне, попросив договор.

Кажется, своим поведением он пытается подтолкнуть людей дать согласие. Что ж, стоит поблагодарить его за облегчение моей работы.

— То есть ты главный организатор? — недовольно спрашивал один из присутствующих.

— Да, это так. Я буду придумывать и организовывать игры. Главным судьей также буду являться я. Другие члены студсовета, включая Адама, конечно, тоже будут участвовать. Если мой авторитет вас не устраивает, то спешу сообщить, что в организации и надсмотре также будут фигурировать преподаватели, — контраргументирую я, видя, что этот выпад — наглый вброс.

— Если так, то я не буду участвовать, — все с тем же недовольством произнес он, вставая.

— Погоди, — негромко произнес его сосед. Положив руку ему на плечо, он усадил парня на стул и что-то начал шептать на ухо.

— Что ж, если вопросов больше нет. Жду вас завтра в то же время. Неявку или опоздание буду считать за отказ. Всего доброго.

Я смотрю на Нео, который закончил подписывать договор, а после осматриваю толпу. Мой взгляд останавливается на девчушке, которая выглядит совсем потерянной. Ощущение, что она вот-вот заплачет. Что поделать, меня не должны касаться ее личные причины, чувства и то, что она девушка. C этого момента я буду относиться ко всем одинаково, никакой жалости. Да, Арквейд? Люди некоторое время смотрели друг на друга, перешептывались, а после начали вставать со стульев, направляясь к выходу.

— Я готов подписать соглашение, — заявил парень, который совсем недавно осадил своего товарища, что-то нашептав ему на ухо.

Он подошел ко мне и взял бумагу и ручку. Люди медленно начали выходить из кабинета.

— Ивая, задержись ненадолго. Присядь и подожди, пожалуйста.

— Хорошо, — скромно ответила девушка.

Заполнив бумаги, парень сказал что-то вроде: «Должно быть интересно», многозначно улыбнулся мне и покинул кабинет.

Кажется, все прошло лучше, чем я думала. Результат уже лучше, чем я могла ожидать.

— Так, — я хлопаю в ладоши, привлекая внимание членов совета. — Давайте, взбодрились и расселись по местам. Проводим небольшое собрание! Тех, кто не является членом совета, прошу покинуть помещение.

— Да ладно тебе, — заметив, что я смотрю на Нео, с улыбкой говорит Эла. — Он же все равно в команде, так?

— Нет, с чего вдруг? — я подхожу к парню и слегка толкаю его бедром. — Давай, давай на выход, тут закрытая информация.

— Не очень-то ваш совет закрытый, раз вы разрешаете присутствовать на сборах гостям, — мерзко улыбаясь, он тонко намекал на Иваю.

— Я смотрю, ты сильно дерзкий стал, — я показательно разминаю кулаки. Наверное, стоит напомнить тебе, кто тут главный. А?

Конечно, я не буду его бить, хотя для профилактики иногда, думаю, стоило бы. В нашей истории уже был случай, когда мой кулак отправил его в нокдаун. После этого он стал себя вести более сдержанно. А до этого, поначалу, это был просто до отвращения невыносимый и хамоватый человек.

— Какой ужас. Глава совета — тиран, распускающий руки. Знает ведь, что я, как мужчина честной судьбы, в ответ ничего не смогу ей противопоставить, — язвит парень, припоминая слова, которые я обронила на празднике в понедельник.

Такая память к деталям меня немного даже подкупает. Ха.

— Ивая — другой случай. Она — наш тайный член совета. Она знает больше меня и находится тут дольше меня. Она бывала там, где я никогда не буду, — это я про официальные встречи, на которые ездит директор и берет с собой свою дочь. — Можно сказать, она — настоящее лицо академии и мой наставник в прошлом! Ясно? А ты только уши погреть приходил.

— Вас понял, — с ухмылкой произнес парень и направился в сторону выхода. — Жаль, что не смог быть вам полезен.

Сказал так, словно был тут самой важной персоной.

— Может, не стоило так? — только Нео вышел за дверь, как за него снова вступилась Эла.

— Думаешь, слишком мягко с ним обошлась? Стоило быть пожестче? — сажусь на место главы, начиная собирать бумаги с заданиями.

— Нет. Если я правильно поняла, то по окончанию игр Нео покинет академию?

— Да. Все правильно, — подтверждаю верность догадки.

— Вот как, — слегка расстроено протянула Нацукаши. — Потому, наверное, не стоит давить так. Разве ты не будешь скучать?

— Ой все. Наматывай сопли на кулак, пожалуйста, вне поля моего зрения, ладно? А я и сама разобраться могу, как поступать.

Такое бесит меня, пожалуй, больше всего. Ну, давайте на прощание падем ниц и будем служить ему, чтобы он запомнил нашу доброту.

Встречаюсь глазами с холодным взглядом Шико, а после смотрю на Элу, которая мило улыбнулась. Похоже, она почувствовала в моей грубости что-то родное. Какой-то мазохизм. Меня такое чувство теплоты и наклонность настораживают. Да…

— Ладно, неважно. Вот возьмите, — я протягиваю бумаги Авроре, чтобы та передала другим. — Сегодня в академию начинают приезжать новые учителя. Их надо встретить, если попросят, все показать и сопроводить до места проживания. Это продлится до воскресенья, так что на это время вы дислоцируетесь на место встречи, а именно — к главным воротам. Чтобы не было лишних вопросов, я настрочила вам инструкцию, список имен и фамилий, а также приложила карту с расположением домов и квартир. Напротив каждой фамилии написан номер квартиры, в которой преподаватель будет проживать. Задача ясна?

— У меня вопрос, — проявляет активность Нацукаши. — Тут карта какая-то странная.

Как всегда, разговаривает только Эла. А как иначе? Аврора у нас тихоня, а Шико пока вообще не при делах.

— Где? — интересуюсь я, делая вид, что не вижу проблем.

Кажется, это мой вчерашний косяк.

— Вот тут, — девушка подходит ко мне и показывает карту.

— Что-то ничего не замечаю, вроде все так, как должно быть, — даю прямой намек на то, что не стоит лезть ко мне с этой ерундой.

По отведенному взгляду Шико могу понять, что ей не по душе мой метод ведения дел. Наверное, она была хорошей главой, строгой и ответственной, не то, что я. Ха.

— Это пятый или четвертый дом? Почему квартиры поверх друг друга?

Психология — не самая сильная черта этой милой девочки.

— Эла, — я кладу руку на ее светлые волосы, — солнце мое, я уверена, ты со всем справишься. А потому назначаю тебя главной в этой операции.

— Но если вдруг кто-то что-то напутает? — возражает Нацукаши. — Потом ведь эта проблема снова вернется в совет и придется решать.

Убираю руку с волос и наклоняюсь к уху девушки, шепча:

— Если хочешь, можешь переделать бумаги, я не против.

— Но... — спешит возразить деловая особа.

Я резко подставляю палец к ее губам.

— Ты справишься, — едва-едва слышно говорю я, подмигнув Нацукаши. — Обычно на таких мероприятиях присутствует директор. Нравится ему проявить гостеприимство или это банальная вежливость? Не знаю. Знаю только, что особых проблем возникнуть не должно. Вначале он сам будет все делать с вами, а дальше вы поймете схему и без труда справитесь. Просто делайте все по инст-рук-ци-и.

Наверное, я так думаю. Я ведь сама не знаю, как это все там устроено. Ха. Мне говорили, что так. Ну как мне? Кому-то другому Селина рассказывала, но я присутствовала и все слышала. Можно спросить у присутствующей Иваи, конечно, но зачем ее нагружать такой ерундой?

— А что насчет игр? — задает другой вопрос Эла.

Какая неугомонная девушка. Не получилось узнать одно, взялась за другое.

— Обсудим это как-нибудь в другой раз. По ходу событий, ладно? Все, что надо, вы слышали. Остальное в процессе. Сейчас вас должно другое заботить. Все, — я хлопаю в ладоши. — Хватит нагрузку на пол создавать. Идите, творите добро.

— А ты не будешь с нами? — поинтересовалась Аврора.

— К сожалению, нет. У меня есть более важные дела, — отвечаю я с легкой иронией в голосе, понимая, что особо ничего не планировала. — Например, мне нужно обучить Шико и показать ей все.

Мне так приятно, что в нашей новой компании кто-то стал понимать, где я лукавлю или опускаюсь до иронии и сарказма. На этого кого-то не работают мои способности, но они мне не нужны, чтобы почувствовать, что мой намек понят. Неважно, что Шико это не по душе. Одно наличие такой особы не может меня не радовать. Мне просто на сердце теплее от того, что есть те, кто все понимает.

******

Наконец настала очередь Иваи. Мы вышли в коридор, чтобы не вмешивать в нашу беседу Шико.

— Судя по твоей реакции на мой рассказ, ты уже была в курсе всего, — начинаю диалог я.

— Да, — она скромно кивает.

Неудивительно, большинство информации, поступающей ее отцу, нередко доходит и до нее, особо, если это касается жизни учеников.

— Я не понимаю, как так получилось, что ты осталась без группы?

Наверное, это не совсем корректный вопрос, я ведь тоже осталась без группы, и причиныа-то простая: я — говно, откладывающее подобное на последний момент, а еще не особо дружелюбна. В ее случае все сложнее и одновременно проще.

Итак, три минуса и три плюса Иваи Ватершайн:

Плюсы:

1 — Довольно мила и скромна

2 — Присутствует в топе красавиц (его составляют ученики)

3 — Дочь директора (это, так или иначе, дает бонусы)

Минусы:

1 — Нелюдимость

2 — Тихая манера общения (часто вызывает желание прекратить с ней говорить)

3 — Образцовое поведение

Поясню. Хорошо учится. Присутствует на всех более-менее важных мероприятиях. Помогает студсовету совершенно безвозмездно. Является дочерью директора, что условно делает ее важнее остальных, хотя это вовсе не так. Люди смотрят на нее как на образец того, как надо, нет, как должна вести себя дочь кого-то столь важного, а вследствие думают, что должны обращаться к ней по-особому. Конечно, никто никогда не поднимал эту тему, но есть такое вот ощущение где-то на уровне интуиции. Если говорить о директоре, то он всегда относился к Ивае, как к обычной ученице, не выделял, не давал никаких привилегий. Понимая, что она его дочь и к ней будут относиться по-другому, он старался избегать этого, ставя ее на один уровень со всеми. Но не вышло. Отчасти в этом виновата сама девушка. Ее манера поведения, сдержанный стиль общения с другими, воспитание и хорошие оценки в какой-то момент оградили ее от остальных, словно давая понять, что она лучше. И это, конечно же, связывали с тем, что она все-таки дочь знаменитого ученого, директора академии Акиры Ватершайна. Не буду лукавить, поначалу мне и самой она жутко не нравилась. Пришлось привыкнуть, так как работали мы с ней часто. А за привычкой уже не особо придаешь значение этим особенностям. Даже начинаешь испытывать какую-никакую симпатию. Хотя порой все равно возникает устойчивое чувство неприязни.

— Ладно, я понимаю, всякое бывает. Но может, тебе нужна помощь?

— Нет, все в порядке, — ровным тоном произнесла Ивая.

— Но ты ведь не собираешься участвовать в этих играх?

Это было бы очень странно. Как для меня, так и для других учеников. Никто бы не смог это нормально воспринимать. За ней бы тянулся шлейф дочери директора. Особое отношение, привилегии, все дела... Думаю, она это прекрасно понимает.

— Нет, — тихо отвечает девушка. — Просто в объявлении было написано явиться всем, кто без группы и не имеет ранга B. Я вхожу в их число.

Понимаете, что раздражает? Вот эта безэмоциональность, словно она делает все, как запрограммированная кукла. Сказали прийти, я иду, сказали танцевать, я танцую, убить — убиваю. Ха. У нее будто нет своих желаний, своих мыслей, чувств. И она такая почти всегда. Редко когда ты увидишь на ее лице какие-то эмоции или изменения тона в голосе.

— Так что насчет помощи? А? Вон у Элы шестой слот свободен, думаю, она не будет против, если ты его займешь.

Конечно, будет, но я смогу договориться. Девочкой легко управлять, легко играть на жалости, да и симпатия играет немалую роль.

— Нет, не нужно, у меня все в порядке, — все так же спокойно отвечает Ивая.

— У Авроры тоже свободен, если хочешь к ней, пристроим к ней.

Она внезапно слегка улыбнулась, и я тут же поняла — ей стало приятно от моего беспокойства. А вот мне, наоборот, неловко.

— Не стоит беспокоиться. Я покину академию, —девушка решила сразу дать мне ответ на мой основной вопрос о ее планах.

Я не понимаю, какой в этом смысл. Неужто директор позволит такому случиться? Может, он всегда и ровнял ее со всеми, но в такой-то ситуации можно сделать исключение. Хотя в данном вопросе, я думаю, с позиции отца, а не с позиции директора отдавать столь явное предпочтение кому-то одному из-за родственных связей неверно.

— Подожди. У тебя ведь нет никаких способностей. Они не проявлялись, верно? Тебе только семнадцать. Еще есть еще несколько лет для их раскрытия. Может, у тебя ранг А? Ты же понимаешь, что твою силу запечатают и она уже никогда не проявится, если ты уйдешь сейчас? Глупо вот так все потерять.

Это, к слову, интересный вопрос. Глупо было бы запечатывать тех, кто не учится, но их сила еще не проявилась. Нужно бы прояснить, как поступают с теми, чья способность еще не активировалась.

— У меня есть сила, — ели слышно проговорила она.

Кажется, мой напор слегка сбивает ее с толку.

— И что у тебя за сила?

Я впервые об этом слышу, в ее карточке она не указана. На медосмотре мы никаких данных не получили. Следовательно, либо она только-только появилась, буквально на днях, либо ее скрывают. Последнее с появлением в медкабинете Монрата — не вариант. Я была на осмотре и услышала бы все, что озвучено. Это автоматически сделало бы меня звеном в цепи молчания.

— Она просто бесполезная. Я никогда ей не пользовалась.

Стоило вывести ее хоть на какие-то эмоции, как заработала моя сила, давая понять, что это все ложь. Что это за сила такая, которую надо скрывать? Которую ты готов запечатать?

— Бесполезная? — негодую я. — Настолько, что ты готова ее просто так слить? У твоего отца ведь ранг А. Неужто ты намного хуже него?

В теории, деградировать до D практически невозможно. Ранг D равносилен тому, что ты только и можешь, что, например, удлинять указательный палец на полметра. Сильные гены отца просто не позволят такому произойти и хоть мало-мальски да склепают тебе то, что потянет на С. Даже если мать особо не блистала способностями.

— Моя мать была обычным человеком.

Кажется, мы переходим к теме, которой мне не хотелось бы касаться — семья и история взаимоотношений.

Отмечу, что в случае если партнер обычный человек, то деградация до D уже не кажется такой невозможной. Но даже в таком случае — ложь остается ложью. И ее сила не бесполезна. А если она не бесполезна, значит ее ранг не D.

— Вот, значит, как… — задумавшись над информацией, протягиваю я.

— Ты беспокоишься обо мне? — скромно интересуется Ивая.

— Да нет, — неловко отвечаю я. Осознавая, что слишком наседаю, сбавляю тон голоса. — Просто не хотелось бы терять рабочие руки. Сейчас совет не в лучшем положении, а ты, можно сказать, ветеран. Может, мы и не особо тесно с тобой общаемся, но немного обидно.

С ее уходом, и правда, пришлось бы делать больше обычного. Заниматься работой, которой занималась только она. Это не может не удручать. Те же выездные встречи, на них должен быть глава студсовета, а была дочь директора. Если бы катался Адам, то вопросов ноль, а мне совсем не хочется участвовать в подобных турне.

— Спасибо, — девушка впервые за время диалога взглянула в мои глаза и улыбнулась. — Мне приятно, что ты на самом деле волнуешься и так заботишься обо мне.

Какая неловкая благодарность. А неловко от того, что еще не так давно я совсем не лестно о ней отзывалась. Впрочем, я и тогда говорила, что в целом она неплохая, просто совместимость наших характеров крайне низкая.

— Не понимаю, твой отец согласен с таким исходом?

Даже с позиции не выделять никого, чтобы смотреться авторитетней в глазах учеников, можно было бы под шумок пропихнуть девушку в какую-нибудь команду.

— Мы приняли это решение совместно, — Ивая вернулась к привычному негромкому тону. — Это будет не скоро, лишь через месяц, потому я смогу помочь вам с организацией.

— Спасибо. Но если вдруг передумаешь, обращайся, места свободные есть.

Диалог никуда не двигается, поэтому у меня нет выбора, кроме как принять такой исход. Все равно мне не добиться от нее ответов. Немного досадно. Одно дело — потерять бесполезного Нео, другое дело — работящую Иваю.

******

Досадно мне от мысли, что работать придется больше. Ездить куда-то. Да… В таких условиях быть главой совсем невесело. Да и эта ложь не дает мне покоя. Так, стоило нам с Иваей расстаться, как я решаю выяснить, что у нее за сила, почему ее скрывают, где дыра. Я уже не думаю о том, чтобы помочь девушке, нет. Просто личный интерес. Могу я получить свой бонус в качестве компенсации за досаду? А? Тайная жизнь учеников академии и их секреты. Миленько. В конце концов, это же никаким боком мне не встанет, верно? Здесь ведь нет заговора? Ха.

Первое, что приходит мне в голову, это обратиться к медсестре.

— Хорошо, что ты зашла, — произнесла Камила, стоило мне заглянуть внутрь. — Мне надо взять у тебя кровь на анализ.

Говорит она серьезно и прямо. Видимо, не в настроении. Обычно она более приветлива и, прежде чем приступить к делу, любит поболтать о том о сем да пошутить. Наверное, это даже к лучшему.

— Ладно… — монотонно бормочу я.

Уже и позабыла о своей новой болячке.

Стандартная процедура. Усаживаюсь. Зажимают запястье жгутом, протирают антисептиком, втыкают иглу, кровь набирается в пробирку. Не вижу в ней никакой зелени. Ха. После первой пробирки идет вторая. Я смотрю на женщину и вижу, как она, смотря на набирающуюся в пробирку кровь, думает о чем-то своем. Ощущение, будто ее тело делает все по инерции, а она сама где-то далеко. После второй капсулы пошла третья.

— Это как бы нормально? — интересуюсь я.

Начинаю чувствовать слабину.

— Голова кружится? — спрашивает врач, приходя в себя.

Думаю, сейчас ей нужно побыть одной, а она вынуждена работать. Чувствую тяжесть в ее словах. Настроение похожее на «как же все надоело… как же я устала, а что делать непонятно…». Такое оно по ощущениям, и чувствовать это неприятно. Человек из последних сил пытается скрывать свою депрессию, а ты со своими способностями прямо проникаешься ей.

— Да нет, чувствую слабость. Я просто вроде в доноры не записывалась.

— Прости, думала взять побольше, чтобы потом тебя не беспокоить, — Камила добирает третью капсулу, ставит ее на стол, после касается пальцем места прокола. От прикосновения маленькая дырочка затягивается. — Все.

— Я хотела спросить. Вы знаете что-нибудь о том, что Ивая покидает академию?

Женщина близка с директором, потому я и пришла к ней. Проше всего узнать все через третьи лица. Возможно, для меня это возможность узнать, а для нее — выговориться. Я, конечно, мысли не читаю, но в навыках наблюдения достигла определенных успехов, потому могу ручаться, что ее проблемы связаны с Акирой. Ну, а где директор, там и его дочь.

— Нет. Впервые об этом слышу.

Она говорит так, что не нужны никакие способности, чтобы понять, что это ложь. Да такая обидная, словно сказали: «не лезь не в свое дело». Будто причиной ее плохого настроения являюсь я. От этого мне стало как-то противно. Совершенно пропало желание не то что спрашивать ее о чем-то, а просто, банально, говорить. Понимаю, что я, возможно, со своим корыстным намереньем просто попала под горячую руку. Ошибочка вышла. Не стоило лезть в тему, которая связана с плохим настроением. Любовные отношения с директором. Ха. Признаю, просчиталась. А ведь, будучи взрослым, какое бы настроение и проблемы у тебя ни были, тебе все равно надо отработать свое время, оставляя свои проблемы за порогом. Когда-то и я приду к этому, ацтой.

— Хорошо, спасибо, — условно благодарю я, поднимаясь. — Я пойду.

Знаете, не будь у меня моих способностей, я, наверное, могла бы обидеться. А ведь наша Камила для всех обычно предстает в образе потешного дружелюбного врача, потому я думаю, что это было дело времени, когда ее выбьют из колеи. Исполнять свою роль, будучи удрученной, не так просто, да?

— Ты прости, я не хотела тебя обидеть, — она быстро поняла, что, кажется, переборщила с контрастностью своего выражения.

— Да, все в порядке, — я попыталась улыбнуться. — Я понимаю. Вам лучше всего отдохнуть. Работа никуда не денется.

Сейчас проще всего было по-тихому уйти, оставив ее одну. Сделанного все равно не воротишь.

******

Мое дальнейшее решение кажется мне самой весьма нелогичным.

Выйдя в коридор, я закидываю руки за голову. Тяжело вздыхаю и, прислоняюсь к стене, смотря на потолок. В голову приходит только один вариант — пойти прямиком к директору. Выбор, лишенный логики. Да… Однако, постойте-ка. Я ведь хорошая добродушная глава, и мне небезразлична судьба учеников. Верно? Порой за рутиной я совсем забываюсь, насколько тепло и чувствительно мое сердце. Ха.

Стучу. Ответа нет. Смотрю на свое запястье. Нет, часы я не таскаю. Просто делаю вид для мимо проходящих учеников, что жду чего-то важного. Вроде сказали зайти через пять минут без стука. Они думают, что я долбанутая. Я думаю, что я долбанутая. Цель достигнута. Все довольны. Я довольна. Вхожу.

— Простите за вторжение.

Дверь не закрыта, хотя в кабинете никого нет. Я придерживаю дверь, ожидая ответа. Ответа не последовало.

— Могу я подождать директора здесь?

Молчание — знак согласия. Отпускаю дверь и прохожу внутрь, садясь на диван. Похоже, директор встречает гостей. Что ж, не беда, подождем. Никто не смеет меня упрекнуть в безделии, ведь я торчу у директора, а это всегда несет за собой некую печать важности. Ха.

Проходит пять минут.

Никогда не замечала, что кабинет такой просторный, даже со всеми этими шкафами, столом с креслом, диваном, журнальным столиком и прочими мелочами здесь столько места, что можно разместить целую бригаду рабочих. Наверное, поначалу сидеть тут одной было бы стремно. Все ж тяготею к более узким комнаткам.

Десять минут спустя.

Кажется, я уже в сотый раз оббегаю кабинет глазами, но ничего нового в нем не нахожу. Эх, скукота-то какая. Закидываю ноги на диван. Ложусь, положив голову на подлокотник. Смотрю на потолок, вслушиваясь в тиканье часов.

Двадцать минут спустя.

Так, зачем я сюда пришла? Вроде важное что-то было или не очень? Ход секундной стрелки начинает раздражать. Это ожидание кажется вечным. Блин, я ведь так и задремать смогу. Резким движением поднимаюсь на ноги. Осматриваю комнату. Ничего не изменилось. Неудивительно. Бегаю взглядом по столу директора, читая какие-то строки из беспорядочно разбросанных бумаг. Походу, сегодня все против меня. Никаких вам ответов. Ну да ладно. Лениво смотрю на фоторамку на столе. Она всегда была повернута лицом к директору. Я еще при первом нашем знакомстве, до того, как стала главой, обратила на нее внимание. Обращала и потом, но спрашивать, естественно, не спрашивала, ведь это совсем бестактно. Я и так примерно понимаю, что там, но интерес, он такой... Ну, думаю, в качестве компенсации за то, что потратили мое драгоценное время, я могу взглянуть на вашу тайну одним глазком. Хватаю рамку. Закрываю глаза. Резко разворачиваю ее фотографией к себе. Открываю один глаз. Улыбнувшись, открываю второй глаз.

На фото директору лет, наверное, двадцать пять, а рядом с ним, полагаю, его жена. Лучезарно улыбаясь, они выглядят крайне счастливыми. Директор совсем не похож на себя. Обычный, лохматый парень, больше напоминающий студента последних курсов. Помятая одежда, слегка неопрятный вид, глаза, наполненные радостью. Вот уж диссонанс. Так и хочется спросить: «Что с тобой случилось, парень?».

Все мы понимаем, что. Даже отбросив истории, банально, возраст. Ну, не будем разводить полемику, а то тема печальная. Уже наперед думаю про социальные ячейки, ожидания, ответственность, разочарования, кредиты, желание обычной жизни и прочее, прочее, прочее. Больше на фотографии меня привлекает девушка. Несложно догадаться, что это мать Иваи, так как они похожи как две капли воды. Серьезно, один в один, только возрастом старше. Слегка неопрятные светло-русые волосы собраны в два небольших редких хвостика, которые перекинуты через плечи вперед. Эти хвостики словно обтекают грудь по бокам. В них с обеих сторон органично вплетены тонкие красные ленты, которые на кончике завязаны узелком. Прическа один в один, как под копирку. Светло-зеленые глаза, аккуратный нос, милое личико. Сходство просто пугает. Но эта девушка на фото наполнена жизнью, от чего кажется невероятно обаятельной и милой. Ивае почему-то эта жизнерадостность не передалась. Ха. Если в свои двадцать пять она будет такой же, как мать, то ей прямо невероятно повезло. Даже интересно, а как ее мать выглядит сейчас? Так, директору сейчас тридцать семь, да? Значит Ивае тут лет пять должно быть. Странно. Обычно ставят семейные фото, где все вместе. Да и не похожи они совсем на людей, у которых уже есть довольно взрослый ребенок. Смотрю на фото, и меня не покидает ощущение, что в нем что-то не так.

*вздох*

Ставлю рамку на место. Похоже, от скуки я совсем поехала. Люди ведь разные бывают. Да и причина, почему такое фото, а не семейное, тоже должна быть своя. Может, связана с каким счастливым моментом жизни. Почем мне знать. Необязательно же во всем видеть заговор? А то так недолго начать думать, что людям ставят вакцины с чипами, что всех прослушивают спецслужбы или что вся еда отравлена и питаясь натурально вы очиститесь и станете думать в сто раз быстрее. Знаете, чего в интернете только нет, даже у червей там есть камеры. И ведь кто-то верит. И ведь одной из них могу стать я через пяток лет. Ужас. Правда, без таких людей было бы жить чуточку скучнее. Хах.

******

«Их семейная жизнь и проблемы меня никак не касаются. Не стоит вмешиваться, беспокоя их из-за пустяка» — думала я так, выходя из кабинета директора. А все потому что мой мозг нашел решение, как узнать о силе, никого при этом не беспокоя. И почему я раньше об этом не подумала, а? Правда, для этого придется немножко подготовиться…

******

— Скучаешь? — возвращаясь в кабинет совета, спрашиваю Шико, которая сидит, уставившись в ноутбук, и вяло прокликивает страницы нашего сайта.

— Нет, — спокойно ответила девушка. — Изучала вашу местную соцсеть и форум. Там довольно много всего интересного.

Не сомневаюсь. Основательный, однако, подход у мадмуазель.

— Например? — усаживаясь в свое кресло, интересуюсь я.

— Люди у вас в академии активные, любят пообщаться в сети, — расплывчиво ответила девушка.

— Да, есть такое.

И это немного удивительно для меня. Подобные узкоспециализированные страницы обычно всегда мертвы.

— Немало разной информации, про совет, тебя и других президентов.

Утренний разговор не дает покоя? Похоже, у нас завелась любительница копнуть поглубже и получше разобраться в вопросе. Несомненный плюс я нахожу в том, что она сначала изучает, а потом уже задает вопросы. Ценю таких людей. Правда.

— Понятно дело, — я усмехнулась.

— Много из этого правда? — посмотрев в мои глаза, поинтересовалась Шико.

— Про совет не знаю. А если насчет меня, то, пожалуй, процентов восемьдесят. Примерно. Все же, как говорится, больше людей — больше мнений. А чем больше разных взглядов, тем объективней мнение в целом. Люди ведь всяко все понимают, лучше видят ситуации и объективнее оценивают мой характер. Я по отношению к себе, все же, субъективна. Так же, как и любой человек. Согласна? — понимая, чего обо мне начитались, отвечаю с иронией.

— То есть, ты намекаешь на то, что форуму доверять не стоит? — оценив мою речь, выдала девушка.

А она, знаете, забавная.

— Не знаю, — протянула я, после чего, откинувшись на спинку стула, стала покачиваться из стороны в сторону. — Зависит от того, насколько ты доверяешь людям, Шико. Часто ли в твоей академии про тебя говорили то, что не соответствовало действительности? Вопрос риторический. Можешь не отвечать. Просто в любом случае, если тебя заинтересовала моя личность и ты решила побыстрее в ней разобраться, то включить в оценку сторонние взгляды все же стоит. Как я и сказала, больше мнений — больше объективности. А через месяц знакомства и общения со мной расскажешь, согласна ли ты со всеми ораторами или нет. Будет интересно послушать.

Девушка отвела взгляд в сторону. Есть ощущение, что мой ответ ее не особо впечатлил. Несколько секунд о чем-то думая, она смотрела непонятно куда, а после сменила тему.

— Есть у вас какой-нибудь исторический архив? — поинтересовалась Шико. — Что-нибудь об истории академии, ее культуре, традициях, учениках?

— Да, что-то такое было.

Подойдя к ней, я открываю архив, который ведет кружок культуры и истории. На самом деле их название никак не могу запомнить, ну, в общем, те ребята, которые праздники организовывают, они вроде как и занимаются летописью. Вообще это, наверное, один из самых старых кружков. Можно похвалить их за то, что ведут такой архив с самого основания академии. Знаю, что в данный момент они все с бумажных носителей переносят в электронный формат. Распределяют все по годам, курсам, мероприятиям, факультетам и т.д. Можно прямо отследить все, что хочешь. Например, тебе интересна только оборона и ты хочешь знать, кто ее изучал, какие были преподаватели, как менялось все именно в этом направлении, так на, пожалуйста, читай. Молодцы ребята, ничего не скажешь. Потому как сотню раз одну и ту же инфу по разным разделам пихать, это надо запастись терпением.

— Спасибо, — благодарит меня Шико.

— Да без проблем, — махнув рукой, я усаживаюсь за ноутбук, за которым обычно торчит Эла.

Итак, время креатива. Пора создать что-то, что может задеть тонкие струны одной личности, а именно — порно журнал. Заходим в поисковик и находим пару десяток обнаженных красоток.

«Да, именно этим и должна заниматься глава студсовета»

Невольно улыбаюсь, сохраняя очередную картинку.

Запихиваем все в один документ. Одна страница — одна картинка. Выравниваем. Делаем обложку с названием «Мокрые щелки». Печатаем в цвете.

По ироничному стечению обстоятельств принтер стоит возле Шико. Стоит первой странице — обложке — вылезти, как девушка обращает на это свое внимание. Не успевают ее глаза пробежаться по названию и картинке, как сверху вылезает вторая. В этот момент мне стало жутко интересно, о чем она подумала? Она едва улыбнулась уголками губ, а после прикрыла рот рукой, косясь на выплывающие один за другим листы.

Принтер закончил свою работу. Шико, убрав руку ото рта, стала потирать левый висок. Смотря на меня, она вопросительно приподняла одну бровь.

— Да-да, подай, пожалуйста, бумаги, — говорю максимально серьезно и строго. — Ты можешь мне не верить, но это очень важный проект.

Встав со стула, девушка закрыла ноутбук и взяла распечатку из принтера. Обойдя вокруг, она протянула мне листы. Я беру бумаги за низ, потянув их на себя, но Шико крепко держит их сверху, не отпуская. Пару секунд мы смотрим друг другу в глаза. Похоже, она может контролировать свою способность. Мы довольно близко друг к другу. На таком расстоянии я уже должна была почувствовать слабость, но ее нет.

— Тут заходил парень, которому ты сломала руку, — продолжая смотреть в глаза, ровным тоном говорила девушка.

По ее глазам я ясно вижу, что она хочет понять, что у меня на уме. Я бы тоже хотела понять, что у тебя на уме, Шико.

— Чего хотел?

Это она про друга Авроры. Не помню, как там его звали… Неважно. Но болтушка он та еще, видимо. Нехорошо.

— Не знаю. Сказал, что зайдет как-нибудь потом.

Раз сказал, что сам зайдет, то и париться по этому поводу не вижу смысла.

— Вот как, — я усмехнулась. — Ну, спасибо, что передала.

— Пойду, осмотрю окрестности академии, — безэмоционально произнесла Шико, отпуская бумаги.

Что-то между нами какой-то холодок. Показавшаяся мне забавной ситуация ей такой не показалась, что породило, наверное, некоторое недопонимание. Впрочем, не то чтобы мне было до этого дело.

— Это полезно, ты только не заблудись.

Она уходит, а я продолжаю свою работу.

Беру ножницы, срезаю все лишнее. Плотненько складываю. Скрепляю степлером. Я специально делала картинки небольшими, так чтобы этот журнальчик можно было спрятать, например, в коробку. Ха. Расстегиваю две нижние пуговицы блузки. Прячу журнал под нее, просовывая в брюки. Конспирация.

Напоследок дам вам дельный совет. Если лазаете по сомнительным сайтам, то стирайте историю браузера и заметайте следы, удаляя скачанный контент. Многие ведь забывают про папку «сохраненные», да? Я же делать этого, конечно, не буду. Ноутбук-то все-таки не мой. Эла такая Эла.

22.Среда, 22 марта (часть 2)

Кабинет научного кружка.

Приходя сюда, я могу быть точно уверена, что здесь кто-то да будет в любое время дня, а то и ночи. Чаще всего это Карл — глава кружка. Иногда мне кажется, что он тут живет, забив полностью на обучение. Здесь много важного оборудования, которое используют для учебы. Самое ценное — это, конечно, капсулы виртуальной реальности.

— Карл. Дело есть.

Парень в белом халате одиноко сидел в углу комнаты, поставив ноутбук на колени. Завидев меня, он приветственно улыбнулся и, отложив компьютер, поднялся на ноги.

— Слушаю, — как обычно, без лишних вопросов, ответил он.

Ценю эту черту.

— Эта коробка у тебя?

Что, как не прибор для определения ранга учеников, знает больше всех? Он ведь вроде и часть мыслей считывает, как я понимаю. Уж проще всего узнать все у него. Нейтральное лицо. Так я ни в чью жизнь не вторгнусь. Никого не потревожу.

— Монрат? — Карл поправил очки и, махнув, развернулся. — Идем.

Парень завел меня в коморку, которую уже давно обустроил под себя. Добрую треть и без того маленькой комнаты занимало одно устройство для погружения в виртуальную реальность. Оно стоит тут с октября и, похоже, используется в личных целях. Это устройство доступно лишь избранным, членам научного кружка или важным людям вроде меня. Пришел и вне очереди попал на сеанс виртуальных тренировок или еще чего поинтереснее. Рядом с капсулой стоял стол с компьютером, большинство проводов которого вели к ВР-машине. Пара крупных шкафов вдоль стены. В итоге, свободного пространства оставалось совсем немного, в движениях не разгуляться. На единственном окне висели очень плотные шторы, потому комната плохо освещалась, даже свет от ламп был тусклым, словно его так настроили специально, для атмосферности. Прямо идеальное место для уединения и раздумий. Даже вон кулер умудрился в уголок воткнуть, чтоб спокойно потягивать кофеек. Повесил пару плакатиков из любимых фильмов и на стол фигурку какой-то героини из аниме поставил. Ничего не скажешь — миленько.

— Как дела идут? — из вежливости задаю обобщенный вопрос. — Ничего вам не нужно?

— Да все хорошо. А вопросы нужды мы вроде как уже с Элой обсудили, — он буквально на секунду скрылся за шторой, а после поставил плотно закутанную в ткань коробку на стол.

— Как ты достал меня! — стоило только развязать ее, как тут же прокатилась первая волна возмущений. — Снова будешь жаловаться на то, что тебя не понимают? А, или про красавицу свою расскажешь? Серьезно, сколько можно? Я же те сказал, с бабами нужно быть смелее, а не сидеть в тухлой коморке и философствовать.

Парень неловко улыбнулся, словно говоря мне: «Собственно, вот».

— Решил сдружиться с этим творением? — усмехнувшись от услышанного, интересуюсь я.

— Творение — это ты, ведьма! — ответно оскорбляла коробень. — Что за принижения достоинства с ходу!

— В научных целях. Все же, объект крайне интересный для исследования. Сама понимаешь, вызывает много разных вопросов, — оправдывался Карл.

— Я не осуждаю, если что, — уверяю парня. — В общем, спасибо, не мог бы ты оставить нас наедине?

Слушать рассказы о личной жизни учеников, конечно, интересно, но я тут не за этим, потому перехожу сразу к делу.

— Стой! — вскрикнул Монрат. — Ты это, если хочешь, сыграем снова в твои эти шахматы, а? Я поразмыслил и понял, что мне очень понравилась эта игра.

Ну вот, стараешься ради этой неблагодарной сущности, а она…

— Удачи, — слегка улыбнувшись, негромко произнес Карл и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Ну, здравствуй, — начинаю я.

Беру стул и сажусь напротив него, поворачивая коробку к себе лицевой частью. Можно, наверное, считать часть, куда кладут руку, лицевой, а? Ему даже глаза специфичные приделали. Как у больших кукол. Правда, двигаются они так глупо и беспорядочно. В совокупности с постоянно открытым, условно говоря, ртом это делает его чрезвычайно наркоманским устройством. Когда я была мелкой, по телевизору шла одна телепередача, «Улица (не помню название)». Так там роли исполняли куклы со стеклянными глазами, внутри которых при движении беспорядочно болтался черный шарик, аля зрачок. У них были яркие дебильные характеры. Вот это воспоминание во мне и пробуждает Монрат. Если серьезно думать о том, что у него есть интеллект, и смотреть на лицевую часть, можно неплохо повеселить себя низкоинтеллектуальными шутейками.

— Ага, давно не виделись, — недовольно бурчит он.

— Вот мне интересно, как ты видишь нас?

Было бы забавно услышать, что видно через эти маленькие шарики за стеклом.

— Я, что, по-твоему, кладезь знаний, а? Вроде нет. Если это Ваш единственный вопрос, то все, валите, валите, не тратьте мое драгоценное время!

Очень драгоценное — сидеть завернутым в тряпки, иногда, похоже, составляя компанию одинокому Карлу. Мог бы и ответить на такой вопрос. Он как бы несложный, основывается на опыте.

— Ладно, давай перейдем к делу, — расстегиваю пару нижних пуговиц блузки и достаю из широких штанин созданный мною журнал, демонстрируя обложку Монрату. — Вот, для тебя принесла.

— Ну, отлично, просто замечательно, — саркастично начала кричать коробешка. — И как я его читать должен, а? Может, ты мне руки приделаешь, коли такая умная?

Я более чем уверена, что он спокойно может его читать, если я положу этот журнальчик в область, куда обычно кладут руку. Мол, как сканер.

— Тише будь, — говорю я. — Может, у тебя есть, где звук убавить?

Я поднимаюсь и осматриваю коробешку. Знаю, что, конечно же, нет никаких рычажков для звука, но не могу отказать себе в удовольствии лишний раз побесить его.

— Эй, ты куда лезешь своими немытыми ручонками! — взвыло устройство.

— Какой интересный дизайнерский ход, стильная рана. Я бы сказала, мужественная, — провожу указательным пальцем по отметине, которую тогда на медосмотре оставил мой нож.

— Я сдеру с тебя все до последней нитки. Ты станешь моей рабыней и будешь служить мне, пока не умрешь голодной смертью, — взорвался он. — Я все еще верен своему обещанию и подам на тебя в суд. Вот только избавлюсь от этого сопляка, найду настоящего понимающего мужика, и тебе конец! Ты будешь первой, кто будет просить прощения!

— Интересные у тебя проблемы, — ставлю Монрата на место. — Наши человеческие прям меркнут перед ними. В любом случае, раз такое дело, то, видимо, зря я старалась.

Двигаю ногой ведро для мусора поближе к себе. Переворачиваю журнал и делаю вид, что собираюсь его разорвать.

— Стой! Чего ты хочешь от меня? — выкрикнул он, стоило оказаться журнальчику над мусоркой.

— Другое дело, — я кладу журнал на стол и достаю фотографию. — Меня интересует эта девушка. Почему ты дал ей ранг D? Что у нее за сила?

— Эээ... — недовольно и вяло протянул Монрат. — Почему бы тебе у нее не спросить?

— Но ведь ты же у нас распределяешь ранги? Значит, в тебе загвоздка. Али ты неисправен, тогда какой от тебя толк? Скольким ученикам вынесен неверный вердикт? Вот, к примеру, Дмитрий. Может, у него тоже не D? А? Что скажешь?

Когда раньше собиралась комиссия, то скрыть свой ранг было довольно просто, достаточно было не пользоваться способностью, и чтобы о ней не знали родители и кто-то из окружения. Ты мог соврать, и если никто тебя не поймал, то тебе присваивали ранг D. Проверить-то ложность информации никто никак не сможет. Разве что чтением мыслей, но и это можно обойти. В такой системе было много косяков. Этот аппарат был призван устранить проблемы оценки. Мол, он считывает не только информацию, но и анализируют сознание людей, скрыть что-то такое просто не выйдет. Соответственно, он с легкостью должен был определять ранг и потенциал учеников. Но практически все осталось таким же.

— Послушай, — спустя минуту спокойно начал он. — Я же не рассказываю о том, что ты по физическим параметрам практически достигаешь ранга B. Не говорю о том, что ты по каким-то своим причинам не хочешь, чтобы знали об активной фазе твоей силы, а ведь она могла бы тебя продвинуть. Может, даже до ранга А. Упорно тренируешься, но при этом не желаешь, чтобы хоть кто-то знал о твоем прогрессе, не хочешь переходить на новую ступень. Почему? Не хочешь загреметь на службу? Возможно. Но ведь это не основная причина, да? Есть ради чего постараться или ради КОГО? А?

— Хах, — я усмехаюсь, не находя подходящего ответа.

Моя пассивная способность, оцененная на B-, никак не развивается. Понимая, что это шаткое положение, я бросила силы на развитие физической силы. И если сравнивать с другими ребятами ранга С, то смело можно сказать, что достигла определенных успехов. Я всегда условно думала о грани повышения, догадываясь, что, наверное, при определенных условиях смогла бы дотянуть до B. Об этом мне говорил также учитель Такего, считая, что оценка является не столько оценкой способности, сколько оценкой потенциала, роста на фоне основной массы. Но к чему такие старания, если у тебя есть козырь в виде активной стадии А ранга. Что насчет этого, Арк? Да, у меня есть сила, о которой я не говорю. Причина даже не в том, что в армейку уйду или еще что-то. Все гораздо проще. После ее использования мне почти всегда становится плохо. В болях, кровоизлиянии и бессилии мало приятного. Не нужны никакие врачи, чтобы понять, что ее использование сокращает срок моей жизни. Знай о ней люди, мне наверняка пришлось бы использовать ее в работе или тренировках. Это, вероятнее всего, быстро бы свело меня с ума.

— Послушай, я анализирую не только ваши способности, но и личность. Если я посчитаю ваши причины скрывать что-то адекватными, весомыми и аргументированными, то пойду навстречу. У каждого человека свой характер и переживания. Свой мир и причины. Вы сами понимаете, что это за собой влечет, и соглашаетесь с этим, так что, наверное, не стоит копаться в чужом белье, как думаешь?

— А ты прямо моралист, — я вздыхаю, расплывшись в улыбке. — Не знала, что в тебе есть такая здравая часть.

Он прав, у всех свои причины. Что изменится от того, что я узнаю? Только себя потешу, а толком-то ничего и не сделаю больше. Быстро же угасла моя вспышка интереса. Я проиграла в состязании с коробкой. Даже обидно. Ха.

— Ой, ну не льстите мне, — Монрат расхохотался во весь голос. — В качестве благодарности не откажусь от твоего предложения обнажить передо мной свою грудь. Это будет поинтереснее, чем всякие журнальчики.

— Что ж, — я поднимаюсь на ноги и рву журнал. — Раз ответов не было, то и платы, соответственно, не будет.

— Нет!!! — кричит он. — Я же всего лишь пошутил! Разве это не твой прием был, а? Ведьма! Лживый удар по живому! У тебя научился столь несмешным шуткам! Я все расскажу, остановись!

Рву на все более и более мелкие кусочки, похоже, не только эти бумаги, но и чью-то «душу».

— А ведь, и правда… — задумчиво говорю я. — Но уже все равно слишком поздно.

Формула такой процедуры довольно проста. Достаточно знать, какому человеку что и как сказать, чтобы это дало нужный результат. С моими способностями можно было бы легко манипулировать людьми. Одному тут польстить, с другим жестче, и вот тебя уже любят и уважают. А я вот так бездарно просираю свой талант. Не тому вы дали эту способность, не тому. Сегодня я ковыряюсь в чужих проблемах, пытаюсь понять людей, вот и нахлынуло чувство, что, возможно, им-то неприятно. Как неприятно было бы и мне, узнай кто мои тайны. Хотя по сути мне пофиг, какая разница, знает кто причину или нет? Что, мне это мешать будет? Или, может, изменит меня, а? Однако другие-то, думаю, не столь бессердечны, как я.

— Я соберу этих дам, как пазл, внутри себя. Раньше мы с господином Флоренсом лежали на пляже, любуясь красавицами в купальниках, созерцали красивых богинь, смотрели фильмы, восхищаясь изящностью милых девушек, — быстро говорил он, пока еще обрывки плакатов обнаженных девушек находились в моих руках. — А теперь я только и делаю, что слушаю нытье этого Карла, да стою в углу! Сжальтесь надо мной! Неудачная шутка была! Дайте мне мою дозу.

— Ну, прости, — иронично отвечаю я, выбрасывая всю кучу в мусорное ведро, после ногой задвигаю его обратно под стол. — Понимаю. Жизнь у тебя несладкая сейчас.

— Вот именно! Даже покоя нет! Если хочешь, расскажу все тайны этого парня! А? Будет чем шантажировать. Там есть, о чем послушать.

— Слушай. А можешь мне продать тайны кого-нибудь другого? Карл мне неинтересен, но есть те, чьи истории я бы послушала, — решаю проверить, насколько надежен этот господин.

— Нет, ну истории я вряд ли расскажу и всех тайн людей не знаю, но кое-что сказать могу, особенно, если с силой связано. Все же, я не жизнь вашу просматриваю, — он усмехнулся. — Всегда жалею о том, что картин поинтереснее не вижу, только какой-то невнятный мусор.

Как день ясно, что он говорит о каких-нибудь видах вроде душевых процедур. Да уж.

— Какой ты ненадежный, однако. Я такое не уважаю, — похлопывая коробку, говорю я, а после открываю дверь в комнату. — Сворачивай его, Карл.

«Ведьма! Ведьма! Ведьма! Сжечь ее на костре!» — примерно такими совами провожает меня коробень.

Можно сказать, что я получила условный ответ на свой вопрос. Где дыра в этой системе? А вот она, в одном похотливом устройстве. Легально ли допускать его до медосмотра женской половины? Все же там девушки ходят в одних трусах. Надо серьезно задуматься над этим вопросом. Ха.

******

Обеденное время.

Это история о том, почему меня никто никогда в жены не возьмет.

Знаю, у меня много минусов, но сейчас не о них.

Тошно было бродить по людным коридорам академии. Ученики парами сидели на окнах, слонялись без дела, стояли у стен, о чем-то общаясь, тащились в столовую за перекусом — ничего нового. Обычные скучные будни. Эта унылость даже сподвигла меня пойти и посмотреть, как там Эла с Авророй. Может, помощь нужна? Однако в итоге мной было принято решение пойти побродить по улице да поискать Шико. Понаблюдать за новой ученицей издалека.

К обеду погода наладилась. Как и было обещано, вышло солнце и воздух стал пропитываться теплом.

Бродить долго мне не пришлось. Мое внимание привлекли ученики, столпившиеся полукругом возле Шико. Они общаются между собой, обсуждая новенькую, иногда что-то спрашивая у нее, но сама девушка просто молчит. Только изредка она отвечает на вопросы, которые требуют ответа «да» или «нет». Она смотрит куда-то в сторону, лишь иногда поглядывая на учеников. Словно пытается не придавать этой толпе никакого значения, хотя ясно как день, что такое внимание ей не очень-то по душе. Ученики также ведут себя странно, они не пытаются расшевелить Шико, не высказывают ей каких-то претензий из-за такого общения, но и расходиться не думают. Большинство времени они общаются между собой, обсуждают сплетни, высказывают догадки, спорят на разные не самые пристойные темы, но все это крутится вокруг новенькой. Я вижу такое впервые, и все это довольно странно и отчасти мерзко. Новая ученица ведь, наверное, прекрасно слышит то, о чем вы перешептываетесь.

«Как думаешь, смог бы я встречаться с такой, как она?»

Я выбрала самую простецкую фразу, но даже она звучит странно, когда понимаешь, что тот, о ком говорят, находится в метре от источника вопроса.

— И что у нас здесь происходит? — громко проговаривая, я нагло вклиниваюсь в толпу, ломая их полукруг, и встаю рядом с Шико.

— Знакомимся с новенькой.

Около двадцати человек, среди которых как парни, так и девушки. Конечно, парней тут подавляющее большинство.

— Давайте расходитесь, — однозначно говорю я.

Не хотелось бы разборок вроде лидер против толпы.

— Эй, мы ведь культурно себя ведем, не пристаем, не издеваемся. Мы просто хотим пообщаться с необычной ученицей, которая перевелась в конце семестра. Мы ведь имеем на это право? Да и она не сказала нам «нет». Не просила уйти.

Толпа поддакивала парню, поправляя и дополняя его, кто как мог. Можно ли назвать их поведение культурным? В этом случае стоит полагаться только на свои ощущения. И несмотря на то, что вреда они не несут и обращались со своими вопросами спокойно, без агрессии и насмешек, мне эта ситуация не по душе.

— Знаю я его, этот ваш «интерес». Кто, по-вашему, так делает? Хочешь познакомиться, так подойди один и заговори, а не собирай толпу, доставляя неудобство ученику, — я вздыхаю, смотря на реакцию народа, понимая, что, похоже, ссоры не избежать. — Вы, что, думаете, я слепая? Может, вы забыли о моих способностях? Так я вам расскажу. Как насчет сыграть в игру: «Кто первый завоюет сердце красавицы»? А? Да только вот поджилки трясутся одному подойти к такого уровня девушке, черт! Вот незадача-то! Правда, от такой красоты сердце замирает? Да? И в этом случае я вполне могу понять и оправдать парней. Но вы, дамы? Вы, и правда, мерзкие. Хотите…

— Арквейд, — положа руку мне на плечо, спокойно произносит Шико, останавливая меня.

— Да нет, раз уж я начала, то закончу! — я поворачиваюсь и смотрю на девушку.

Она лишь покачала головой, словно говоря: «Не стоит». После Шико правой рукой резко берет меня за подбородок, направляя свой взгляд в мои глаза. Ее левая рука, проскальзывая, обнимает меня за талию, слегка наклоняя. Снова это чувство тяжести на сердце, все словно в тумане. Я не могу шевелиться, не могу закрыть глаза, отвести взгляд от ее глаз. Она медленно приближается к моим губам. Ее палец проскальзывает вниз по подбородку, приоткрывая рот. Она улыбается мне глазами, будто говоря: «Все будет в порядке, не переживай», а через секунду уже целует. Нежный, чувственный, затяжной поцелуй. Но ее губы такие холодные.

— Понимаете, мое сердце уже занято, — произносит Шико. Не отрывая свой взгляд от моих глаз, она начинает гладить меня по щеке. — Мы с президентом любим друг друга, потому прошу простить меня.

— Жесть... — со смехом произнес кто-то из толпы, а после, извинившись, развернулся и ушел.

Вслед за ним стали расходиться и остальные. Кто-то был раздосадован, но большинство наоборот рады представлению и такому «трешачку». Сложно не согласиться с шепотом какой-то девочки, которая говорила о том, что это было неожиданно. Получен новый повод для сплетен, повод упрекнуть меня.

— Прости, я займу у тебя еще минуту, — Шико достала телефон и снова поцеловала меня, сделав несколько селфи-снимков.

— Извольте объясниться! — возмущаюсь я, как только она отпускает меня. — Может, в вашей лесбийской академии это и норма, но тут будь добра, следуй правилам!

Я, может и грубый человек, но по натуре не вспыльчивый, и даже если буду злиться, то могу только нагрубить. Происходящее здесь — абсурд, который, пожалуй, выходит за пределы нормы. Но, знаете, я привыкла к такому. Вот есть нормальные, ничем не выделяющиеся люди: Аврора, Мюриэль, Селина, Амая и так далее. С ними и знакомство обычное, человеческое. А есть Астарта, Шико, Канашима, Нео и другие. С этими «особыми личностями» даже стадия знакомства была дикой. С Нео спустя пару дней знакомства мы подрались, и я отправила его на больничную койку. Астарта отправила на больничную койку меня: я просто шла по улице возле стены главного здания, как раздается взрыв и меня заваливает кирпичами. Итог — чудо-баба, родившаяся в рубашке, всего пару конечностей сломала да сотрясение получила. А виновницей сего происшествия была Астарта. Приходила потом, навещала меня, извинялась. Канашима изрядно в первую встречу поиздевалась надо мной и моими чувством страха и желанием жизни. А теперь Шико. Второй день — поцелуй и публичное заявление об отношениях. Это было бы печально, если бы не было так тупо и забавно, потому я вовсе не злюсь. Эх. Я ненормальная, понимаю. Стремлюсь за разнообразием, развлечением, интересом. Да, сейчас неприятно, даже не от поцелуя, а от использования такой силы, но это новые ощущения... Ага. Пусть лучше уж так, чем понурые будни. Правда, тут нужно сделать одну МАЛЕНЬКУЮ пометку, что я предпочитаю наблюдать за такими событиями, а не быть их участником.

— Ты же сама хотела помочь, — девушка просматривает получившиеся фото. — Разве проблема не решилась? Все ушли, и никаких ссор.

— И вообще, дай сюда, — я пытаюсь выхватить телефон, но у нее довольно хорошая реакция. Моментально успевает его убрать.

— Хочешь, чтобы я удалила фотографии?

Если так подумать, она, судя по всему, как и я, сторонник радикальных мер. С этой позиции она выбрала наилучший вариант. И цель подобрала идеально. Ту, которая не будет особо из-за этого париться и доставать после. Или все совсем не так? И это все из-за моих слов и личности?

— Было бы неплохо, — сейчас, в попытках забрать телефон, я нахожусь меньше чем в 30 см от ее глаз и, смотря в них, ничего не чувствую.

— Я просто решила проблему твоим способом, быстро, так, чтобы к ней не возвращаться больше.

Ах, значит, все как я и подумала. Это типа все-таки мне в наказание? Правда, в таком случае способ дебильный. Разве ты себе хуже от такого не сделала? Мое положение не поменялось. Научилась ли я чему-то? Нет. Вынесу ли какой-то урок? Нет. В чем тогда прикол?

— Вот как…

— Что ж, если выполнишь мою просьбу, я удалю их, — спокойно произнесла Шико.

Еще и так, значит? Шантаж? Ха.

— Ясно, — прекращаю попытки достать телефон, — делай что хочешь, мне пофиг.

— Как сложно с твоим характером… — беспристрастно произносит Шико.

Девушка делает несколько кликов, а после разворачивает телефон, показывая экран. На заставке красуется наше совместное фото. Это почти так же ужасно, как слышать свой голос в записи. Это, что, вызов такой? Задеть меня хочешь? Насмешка? Шантаж? Доминирование? Унижение?

— А вышло довольно мило, не находишь? — оценив, интересуюсь я.

Вообще не трогает. Я ведь мыслю позитивно. Меня поцеловала чуть ли не самая красивая девушка. Ах, как это божественно. Можно сказать, я счастливица. Сейчас эти двадцать вестников разнесут слухи, и я стану той, кто встречается с очаровательной миллиардершей. Все будто бы сон.

Сон, светлый счастья сон мой, Шикулина!

Стон, грешной страсти стон мой, Шикулина!

Он сорвался с губ и покатился камнем вниз,

Разбилось сердце белокурой Нацукаши.

Рифма не очень, но претензии к тому, у кого я это своровала. Что, нельзя было текст под Элу с Шико подогнать?

— Более чем, — согласилась моя партнерша.

В сложившейся ситуации она проявляет верх спокойствия и непоколебимости.

— К слову, раз ты теперь в студсовете… — я то смотрю в ее глаза, то на блузку. Медленно застегиваю верхние пуговицы ее формы. Поправляя галстук, говорю тихо и нежно, проявляя всю свою женскую заботу, копившуюся семнадцать лет. — То будь так добра, носи форму как положено.

— … — Она молча смотрит на меня, позволяя поправлять форму.

— Ты все же лицо академии, — закончив фразу, резко меняю тон, разворачиваюсь и ухожу, небрежно на прощанье махнув рукой. — Лан, долго не гуляй, простудишься, чай еще не так тепло.

Вот так ваш покорный слуга вчера обзавелся соседкой, а сегодня любовницей. Пишите письма с поздравлениями, можно в личку (анон гарантирую).

Отойдя метров на пятьдесят, я обернулась, чтобы посмотреть на реакцию Шико. Девушка зубами скребла язык, а после провела указательным пальцем по кончику своего языка. Она внимательно, посмотрела на свой палец, потерла его и понюхала. Знаете, так делают, когда остается какой-то неприятный привкус после еды. Похоже, мисс спокойствие самой это не особо понравилось. Не знаю, радоваться этому или огорчиться?

******

Вы можете подумать, что я прогуливаю слишком много пар. Это правда. В последнее время хожу только на основные теоретические предметы, и то только потому, что скоро сдавать зачеты. Я особо не вижу для себя смысла в групповых тренировках или в теории моего основного предмета — обороны. Жду второго курса, когда занятия будут тяжелыми, и преподаватель непосредственно будет заниматься с каждым. А пока тренируюсь одна, по мере возможности. Наверное, если бы у меня не было пассивной силы B ранга, я бы расстроилась. Да, создать прочный щит, который может остановить пулю, наверное, здорово, но вокруг-то люди куда более талантливые. Куда мне с простецким техниками до них? Я даже не понимаю, как мои навыки боя могут тянуть на B. Это удручает, а еще желания во мне нет, и усердия тоже боженька не дал, потому просто плыву по течению. Вот так занимаешься ерундой, ничего особо не планируя, а тебя хвалят за старание. Ха. Оставлю это на своей совести.

На первом этаже располагается кабинет, в котором преподает учитель Такего. Пара вот-вот должна закончиться. Я открываю дверь в аудиторию и, проходя, встаю возле двери, опершись спиной о стену. Учитель практически сразу замечает меня и лишь слегка приветственно улыбается, продолжая вести урок.

Прозвенел звонок, и ученики стали собирать свои вещи.

— На сегодня это все. Следующей парой настоятельно рекомендую вам посетить лекцию учителя Цудо. Он будет рассказывать о барьерах, печатях на пулях и показывать их воздействие на практике. Вам стоило бы знать об этом, чтобы быть готовыми противостоять техникам огранки.

Студенты один за другим поднимались по ступенькам и выходили из аудитории. Почти каждый обратил на меня внимание, но никто не здоровался. Пришла любимица учителя, ясно. Не знаю, с какого перепуга так стали считать. Не особо-то я старалась, не особо-то меня хвалили, не особо-то уделяли внимание. Мол, каждый может подойти, с каждым позанимаются отдельно, каждому уделят внимание. Даже не знаю, как так вышло. Впрочем, мне все равно.

— Привет, — едва слышно произнесла Изуми.

Слегка махнув рукой, она украдкой посмотрела на меня, а после, оглядевшись по сторонам, растворилась в потоке учеников, выйдя из класса. Я даже ничего ей не ответила. Возникло ощущение, что она поздоровалась только из-за того, что мы знакомы, но при этом видеть меня она не рада. Будто водиться теперь со мной какой-то зашквар. Ну, для нее всегда было важно общественное мнение, и если масса будет настроена против меня, то она, конечно, не будет противостоять мне, но и водиться не станет. Я прекрасно это знала и всегда считала эту черту дебильной, вечно упрекая девушку за недалекость. Потому я даже не удивлена такому поведению.

— Рад, что ты пришла. Идем. Меня тут ребята из кружка обороны попросили с ними отдельно заниматься после занятий, помочь им немного усилиться, — закрывая дверь на ключ, с улыбкой говорил мужчина. — Я поощряю стремление, потому согласился. Сейчас там, наверное, никого нет. Потому лучше будет поговорить в их кабинете

Не понимаю людей, которые готовы свое нерабочее время добровольно превратить в рабочее. Кажется, с ними что-то не в порядке. Или со мной?

******

Ничем не примечательный кабинет на третьем этаже. Особенность лишь одна — все столы стоят плотно прижатые друг к другу возле стены и окна, стулья же расставлены кругом в середине комнаты. Невольно подумала о клубе анонимных алкоголиков. От таких занятий я бы быстро сошла с ума. Ха.

— Как твои тренировки? — с заведомо очевидного для меня вопроса начинает учитель.

— Не могу сказать, что хорошо.

По сути, все, что я делала — тренировала форму да прочность щита.

— Что ж, давай проверим, — Такего направляется к шкафам, а я присаживаюсь на стул. — Ты всегда была слишком придирчива, потому, думаю, все хорошо.

— Я реалист и смотрю на вещи объективно. Оцениваю свой прогресс относительно других, а не по каким-то личностным качествам. Может быть, среди ранга С я и окей. Однако если брать в расчет принятый закон и то, что скоро все вокруг будут не ниже B, то мои физические показатели можно оценить как низкие.

Опять же повторюсь, что мне до этого нет никакого дела. Получу свою квалификацию, диплом и вообще перестану тренироваться. Мол, проку-то от меня не так много. Я оборону-то и выбрала для чего-то вроде гопоту раскидать, если что. Вы, может, и не знаете, но женщиной быть не так просто. А так я все просчитала. Оборона — это то, что ограждает тебя от стычек. Мол, я драться не умею, только защищаться и от защиты действовать, а если скажете побить, уж извините, не знаю как.

— Снова ты о своем, — учитель, повернув голову, слегка улыбнулся, а после открыл шкаф. — Мы хоть и обладаем магией, но все же не в фэнтези-мире, потому выше головы не прыгнешь, это правда. Ты не сможешь поравняться с Мюриель, Ямато или Бренданом, но тебе природа дала потенциал, чтобы ты могла противостоять им. Ты ведь всего лишь хочешь оставаться в ранге B, а для него твоих способностей более чем достаточно.

Так и представляю картину, как в каком-нибудь аниме героя избивают, а он поднимается снова и снова, чтобы в конце все равно проиграть. Я не настолько идиотична, чтобы вступать в схватки, в которых мне не победить.

— Ну да, — однозначно проговариваю я.

Спорить глупо. Просто я-то говорю о том, что не очень-то все это круто выглядит. Эла могла бы гордиться своими способностями. А я чувствую себя человеком, который в двадцать лет научился читать. Круто? Не очень. Хотя, конечно, всегда найдутся люди, которые и за это похвалят.

— Мэсы появились всего лишь полсотни лет назад, — он подошел ко мне и, положив клинок в ножнах на стол, сел напротив. — Мы еще не знаем, кто на что способен. По сути, мы только на пороге открытий. Нам еще предстоит понять наши силы. Все, что мы сейчас умеем, техники, печати и прочее придумали совсем недавно. И я уверен, что каждые несколько дней кто-то в мире придумывает что-то новое. Открывает новые грани своих сил. Это все довольно странно. Сейчас всего лишь три поколения мэсов. И все они собрались здесь, под крышей этой академии. Я из второго, ты из третьего, учитель Дарий из первого. Все мы здесь учимся друг у друга чему-то. Между поколениями всего лишь двадцать лет разницы, вроде бы не так много, а сила совершенно разная. Третье поколение с рангом С может отражать спокойно пули, а для первого это казалось чем-то недостижимым.

Это факт. С недели метеоритных дождей в 1707 году, события, которое получило название «Плувиам», прошло всего лишь 58 лет. Первое поколение мэсов стало появляться на свет спустя неделю-две, а массы узнали об этом лишь через 15 лет. В возрасте, когда начинают проявляться способности. Тогда в течение долгих лет за младенцами с мариальными вкраплениями в скелете следили и изучали. Но поскольку эти особенности никак не влияли на здоровье детей, это считали просто патологией, вызванной метеоритом. Эпицентром дождя был остров Хуменд и соседняя от него наша страна Сампия. Нас разделяет лишь море. Большинство метеоритов упали в море, реки и водоемы, заразив их. Спустя годы ученые уверили людей, что это все безвредно. Метеориты стали поднимать из водоемов, продавать как сувенир, импортировать в другие страны. А после вдруг выяснилось, что эти вкрапления в костях и есть частицы метеорита, проникшие в организм ребенка или матери с водой или воздухом. Детишки с такими отложениями были здоровее, крепче и сильнее. В принципе так и есть — мы, мэсы, намного крепче и сильнее обычных людей. Такое заявление сподвигло людей по всему миру бросать свои купленные куски метеорита в воду, дробить их в порошок, посыпать этим порошком еду и чего еще по рассказам только не делали. Женщины вынашивали своих детишек, рожали их, радовались, если они были с патологией. Тогда это было модно. Да-да, мода — странная штука. Сейчас-то мы конечно знаем, что это не патология, но тогда, по прошествии 15 лет, когда у людей начинали проявляться способности, была куча проблем. Тогда и появилось слово мэс. М — обозначало магию, то, что мы получили. А буквы Э и С обозначали строение скелета. Молекулы этих вкраплений имели внешнее сходство с буквой Э, крепко переплетенных между собой. Этому дали название «экзо», что дословно означало внешний вид. И буква С означает скелет, то есть основу, в которой кроется суть изменений человека.

Чего это я в историю ударилась? У меня вот, например, есть вопросы к компетенции ученых того времени, которые изначально сказали, что метеориты безопасны.

В общем, если, чисто теоретически первый мэс родился 58 лет назад, а способности проявились спустя 15 лет, значит, изучают техники и способности примерно 43 года. Не так уж и много, если призадуматься.

— Сейчас такое время, когда каждый может вписать свое имя в историю развития и становления мэсов.

— Мне кажется, что-то Вы совсем размечтались, — вклиниваюсь я в его речь.

Знаю, что он подведет к чему-то типа: «Потому не стоит судить по способностям. И ты можешь внести свой вклад», но мне неинтересно. Все в моих руках. Ага. Мы поняли.

— Я все же не намного старше тебя. Хочу что-то привнести в этом мир, потому, наверное, и стал учителем. Благодаря ученикам можно много чего узнать. Ты, наверное, не задумывалась, почему ты можешь достигнуть ранга B тренировками, а другие, сколько бы ни тренировались, все равно останутся в С?

— Да не особо. Я не думаю, что есть какое-то особое объяснение.

Просто другие распыляются на все. Попробуют себя там, попробуют тут, а я четко ограничила свой круг интересов.

— Объяснения таких феноменов в книжках не найдешь, только и остается что гадать. Понимаешь, сколько мы еще всего не знаем? Я взялся рассмотреть твою персону и смежных, похожих на тебя, которые учились раньше. У вас всех есть одна схожая особенность. Это концентрация вкраплений. У тебя их много в руках и ногах, но само тело их лишено. Могу только предполагать, но, кажется, в этом и есть ответ. Я знаю, что ты не можешь защитить свое тело, но взамен ты можешь концентрировать больше энергии в конечностях, что позволяет использовать более сильные техники. Соответственно, тебе доступны более ограниченные, но сильные умения. При этом более простые, связанные со всем телом, недоступны. Грубо говоря, твои ноги и руки способны получить ранг B, а вот все остальное — не выше D.

Есть в мире люди, которых вроде и не спрашиваешь, а они все равно расскажут. Знакомьтесь, один из них мой учитель, Такего Шинрот. Придется слушать и терпеть. Да… Ну, может, что о себе узнаю.

— На научную работу не тянет.

Таких теорий в интернете накидано тьма тьмущая. Эй, смотрите, я нашел сходства, нифига, я молодец! Но это логично. Я думаю, и без сравнения и книг можно до этого дойти. Я, в принципе, и так знала о своих сильных и слабых сторонах. Потому для меня ничего нового.

— Почему-то раньше мне казалось, что характер у тебя более мягкий и покладистый, — с доброй улыбкой произнес Такего и взял в руки ножны.

— Как вы могли так во мне заблуждаться? — выдаю вторую ироничную фразу подряд.

Даже не знаю, прогрессирую я или деградирую?

— Давай приступим к тесту, — он достает оружие из ножен, и клинок оказывается тонким и острым стилетом.

— Я думаю, если положиться на мой щит, то придется мне обратиться к врачу, — напоминаю я о предохранении, так как вижу, что учитель уже ждет, когда я создам барьер.

Не хотелось бы мне чувствовать, как лезвие пронзает мою тонкую женскую ручку. Не испытывала такой боли и не желаю.

— Мало кто знает, но изначально я поступал на факультет медицины, — учитель усмехнулся. — Потому я неплохо владею ей. В моей семье из поколения в поколение все изучали медицину. Даже когда способностями мэсов еще не обладали. Мне была уготована судьба врача. Спасибо моему учителю и деканату, что, увидев во мне потенциал к защите, позволили мне обучаться обороне, оставив меня на факультете медицины для спокойствия родителей. Так вот с родителями и не сложилось, и я стал учителем.

— Повторяетесь, учитель, — замечаю я.

Вот бы на моем месте была Изуми, она бы с радостью слушала эти «прекрасные» истории из биографии. Тем более, что я уже их слышала и не один раз.

После подготовки мы начали. Я создала небольшой барьер от кончиков пальцев до запястья. Глазу он не видим, однако прикосновением можно его ощутить. А если полить сверху водой, то можно увидеть форму в виде радужки.

— Что ж, похоже, центр довольно прочный, — не жалея сил, он ладошкой вдавливает стилет в щит. После обхватывает рукоятку и проверяет края.

— Ага, — оценивая результат своих тренировок, поддакиваю я.

— Но самое сложное место — вот это, — он показывает на область между центром и краем. — Вот, а ты прибеднялась. Теперь выровняй его.

Щит отлично выдерживает воздействие силы. Он предназначен для поглощения прямых колотых ударов вроде копья. В целом, неудивительно, что он прочен. Когда ты представляешь, как клинок пронзает твою руку и кровь брызжет во все края, волей-неволей приходится концентрироваться. Не хватало еще форму стирать.

— Я бы рада, но у меня пока не получается.

Звучит вроде бы просто, а на деле совсем не так. Не дается мне пока барьер, предназначенный для поглощения размашистых тяжелых ударов, вроде удара булавы.

— Понятно, — учитель, почесав подбородок, убрал стилет в ножны. — Обтекание?

Из самого названия понятно, в чем суть. Энергетический щит как будто становится второй кожей, плотно обтекает выбранную область или все тело. Он предназначен для длительного ведения боя. Останавливает множественные удары кулаков, меча или, банально, простых пуль.

— Вот, — следую указаниям. — Но если проверять, то, пожалуй, попрошу обратиться к ВР. Не хочу пойти по стопам предыдущей главы, став одноруким бандитом.

— Надо будет обязательно заглянуть тогда, — прощупывая мои руки, он слегка покачал головой. Не оценил моей шутки про Селину. После Такего убрал клинок в шкаф и достал пистолет. — Что ж, теперь твоя любимая часть — точечные барьеры.

Могу лишь усмехнуться. Не любимая, а скорее сильная. Я умею растягивать барьер между руками практически на любую область, например, на метр. Или могу сделать его совсем маленьким, не больше сантиметра. Так сказать, точечно манипулировать. Особо это хорошо получается на кончиках пальцев.

Я встаю к стене, на которой висит стальная пластина, специально предназначенная для выстрелов. Поднимаю руку вверх и отвожу в сторону. Так сказать, техника безопасности, а то, если случайно тебе при тренировке пуля вышибет мозги, залатать уже никто не сможет.

— Я не очень искусен в стрельбе, потому выстрелы будут не сильными. Для проверки тебе этого, конечно, будет недостаточно.

Он делает несколько выстрелов, все они летят в область указательного и среднего пальца и, сталкиваясь с барьером, падают замертво на пол.

— Это можно было бы и не проверять. В целом, ничего не поменялось, — говорю я.

— Подожди немного, — преподаватель улыбнулся и снова полез в шкаф.

Он достает шестизарядный кольт с патронами 45 калибра. Такое оружие немного может компенсировать неумение концентрировать энергию в стволе оружия и пуле. Зарядив патроны, он крутит барабан и встает на позицию. Первая пуля летит в центр ладони и пробивает щит, пролетая насквозь.

— Хах, — смотря на результат, я усмехнулась. Я не чувствую боли, потому даже не одергиваю руку.

Кажется, учитель меня решил обмануть.

— Прости, — извинялся Такего. — Решил попробовать гравированные пули.

— Я догадалась, что тут был подвох. Раньше я спокойно защищалась от таких выстрелов, — задумчиво смотрю на свою ладонь, дыру в ней и вытекающую кровь.

Выглядит довольно мерзко.

— Лекцию об этом я и попросил сегодня посетить учеников. Тебе тоже стоило бы ее посетить. Не переживай, — учитель подходит и затягивает мою рану. — Тебе ведь еще многому предстоит научиться.

Эти пули предназначены для разрушения энергетических полей. Если этого не ожидать заранее, то не сможешь справиться. На деле выходит игра в угадайку, один барьер поглощает гравировки, другой — обычные пули. Догадайся, что использует противник, а может у него две таких, одна такая?

— Еще. Стреляйте еще! — требовательно говорю я.

Вызов принят. Все я знаю. Над этим и работала, да. Развивала свою сильную сторону.

Учитель улыбнулся и вернулся на позицию. Разредив пять патронов, он с удивлением стал заряжать пистолет снова.

— Я ведь не учил тебя этому…

Похоже, он меняет порядок пуль, потому как до этого они чередовались.

— Меня научил интернет с его анонимными форумами.

Что технологии животворящие делают! При желании, кажется, можно всему научиться на дому. Ну как на дому… Специально оборудованный зал все равно потребуется, но, в целом, вы поняли.

— Интересно. Могу лишь только гордиться тобой, — разрядив обойму, учитель положил пистолет на стол и похлопал в ладоши.

— Да ладно, я немного схитрила. Научилась совмещать оба барьера, но делать их очень маленькими. Я ведь заранее знала, куда прилетит пуля, потому особого труда покрыть именно ту область, мне не составляло.

— Вот как, — Такего запустил руку в свои густые волосы, задумчиво почесав голову. — Но ты же понимаешь, что это уже может тянуть на уровень B. Если, мало ли, будешь сражаться, то используй его осторожно.

— Вы вообще видели, чтобы я с кем-то дралась?

Может быть, немножко, но и то дракой не назвать. Один-два удара. Да и в битве не так-то просто понять, куда тебе прилетит пуля. А у меня радиус парного барьера едва ли достигает сантиметра. ТЯНЕТ НА B, не иначе. В жаркой схватке размер играет больше значения, нежели качество. Хах.

— Первый курс можно пройти ни с кем не сражаясь, но во втором так не получится. Собственно, я хотел об этом с тобой поговорить.

Мы усаживаемся на стулья для беседы. Я заранее знала, о чем пойдет разговор. Еще тогда, в пятницу, когда встретила Изуми. Я сразу стала подозревать, что мужчина предложит мне вступить в группу Изуми. Об этом он сейчас и говорит. Стать его ученицей, заняв шестой слот в группе. Так он бы мог мне помочь скрыть мои способности и спокойно закончить обучение. И мне будет приятнее, ведь группа с подругой. Да, с подругой… Я думала об этом. Вариант, вроде бы, для меня идеальный, однако группа Изуми… С ней будут проблемы взаимоотношений на уровне: «ей нравится учитель, а тот отдает предпочтение мне, не замечая ее». Юная леди ревнует, хотя поводов никаких, мы ведь тут не любовь строим. Ревность — штука слепая и тупая. Судя по рассказам девушки, знала она Такего еще до поступления сюда. В общем, мне этот потенциальный геморрой не нужен, но я обещаю подумать, мол, еще есть время. Выбор между Элой и Изуми, ну такое.

Раз уж ведем беседу, то я рассказываю о том, чем сейчас занимаюсь и что планируется за мероприятие. Прошу стать мужчину нашим куратором. Заранее знала, что он согласится. Других вариантов у меня и не было.

Вот же ж неплохо у меня получилось уболтать учителя! Он совсем забыл о классической проверке боем. Как же не проверить-то мои навыки айкидо и тхэквондо! За год они не особо развились, и победу я в спарринге с преподавателем не одержала ни разу. Вообще не люблю такие бои, но от этого никуда не деться. Вспомнил учитель об этой традиции только тогда, когда уже пришли члены кружка. Потому сказал, что обязательно проверит в следующий раз. Только вот следующий раз будет неизвестно когда. Ха.

******

20:50

И дернул же меня черт вмешаться и дать обещание Шико. Дал слово — изволь выполнять.

— Швею вызывали? — произношу я, бесцеремонно распахнув дверь в комнату девушки.

Она, сидя на полу, разбирает сумки. Сумок у нее, к слову, немало, аж семь штук. И, похоже, она только открыла первую.

— Арквейд, — спокойно произнесла девушка, взглянув на меня.

— Давай поднимайся, — закрыв за собой дверь, прохожу в комнату и сажусь на кровать, закинув инструменты на тумбочку. Как зовут твоего друга?

Посредине тумбочки красовался небольшой плюшевый динозавр. Пухленькое округлое тело, длинная шея, маленькая голова. Если не ошибаюсь, это аламозавр, правда, хвоста у него почему-то нет. На плюшевой маленькой головке красовались два черных глаза. В совокупности с легкой улыбкой он выглядел крайне упорото. Он словно кричал мне: «Убейте меня, кто-нибудь». Понять, тебя, динозавр, я могу, но помочь, увы, нет.

— Аюми, — девушка сразу поняла, о ком я говорю.

— Миленько.

Распаковать первой вещью плюшевую игрушку — говорит о многом. Правда, о чем, я не знаю. Сентиментальность?

— Вот, — Шико протягивает мне блузку, которую только что сняла.

— Чего вот то? По себе, что ли, мерить буду? Одевайся и иди сюда.

В целом все сидит не так плохо. Рукава на уровне, длина нормальная. Похоже, проблема в ширине. Отрезать и добавить я, конечно, смогу, но вот мастерством прошивки я не особо блещу. Без машинки много не сделать.

— Придется распарывать боковые швы. Не самое простое дело, потому за качество ручаться не могу. Я уже сделала заказ, но как скоро тебе пришлют новую форму, сказать точно не могу. Обычно с новичков снимают мерки весной, а летом уже все готово, но ты у нас случай уникальный, так что придется исходить из того, что есть. Давай и пиджак тогда посмотрим?

С пиджаком дела обстояли лучше. Практически и менять-то ничего не нужно. По окончанию примерки каждый занялся своим делом. Я, сидя на кровати, боролась со швами, а Шико воевала с чемоданами. Мы молчали. Я, правда, и не знаю, с чего можно начать разговор. Дружеские диалоги вообще не моя сильная черта, потому молчание меня вполне даже устраивало.

— У вас в академии есть сурью? — первой нарушила тишину Шико.

— Что есть? — впервые слышу такое слово, и значения его, соответственно, не знаю.

— Неважно, — взглянув на меня украдкой, спокойно произнесла она.

Не хотите объяснять, я настаивать не буду. У меня в соседней комнате есть компьютер. Вернувшись, я просто спрошу поисковик, что это, и все.

— Надо бы тебе в комнате лампы поменять.

Свет был совсем тусклым. Казалось, будто бы он идет от свечей. Добавляет, конечно, атмосферности, особо, если ты сидишь и шьешь. Да… Можешь ощутить себя бабулей, которая, сидя в деревенском ветхом домике, что-то клепает для своей любимой внучки. Такая вот аллегория возникает по ощущениям в моей голове.

— Мне нравится. Располагает к неторопливости и раздумью, — вешая платья в шкаф, делилась своим мнением Шико.

С ней не поспоришь, иногда такое освещение в тему, но по большей части вгоняет в унылость. Я не музыкант, не писатель, не художник, чтобы радоваться такому свету. Я — празднолюбец. Слово-то какое заковыристое подобрала! Так и не поймешь сразу, что лентяйка. Ха.

— У нас ведь теперь с тобой очень близкие отношения, да? — без шуток интересуюсь я.

Раз уж разговор завязался, то почему бы не воспользоваться случаем и не задать пару бестактных вопросов. Что мне терять то?

— Хочешь спросить про обед? — не поворачиваясь, интересуется девушка.

— Да не, я ж говорю, мне как-то пофигу. Это мне только на руку. Буду детишкам своим рассказывать, что наследная принцесса крупной компании в молодости была моей любовницей. И даже фотографии есть. Маман была той еще обольстительницей. Шикарно, да? Связи, все дела.

Слышу совсем тихий вздох разочарования, который прямо греет мою душу.

— Тогда о чем ты так осторожно пытаешься меня спросить? — она заканчивает с третьей сумкой и приступает к четвертой.

— Да не переживай, ничего такого. Мне-то ты теперь можешь довериться. В общем, написано в твоем досье только про лед, а про гипноз и невосприимчивость к пассивным способностям ничего нету.

Я бы могла описывать процесс своего шитья, но я без понятия, как все это называется на нормально-портняжном языке. У меня все просто: нитку в ушко и вперед. Ножницами лишку обстригай да запчасти добавляй.

— Я ими почти не пользуюсь, потому о них мало кто знает. О невосприимчивости к пассивным способностям я сама узнала не так давно, — отвечает Шико, хотя вопроса я еще не задала.

— Детали, конечно, интересные, но вопрос-то я еще не задала, — опять вынуждают меня прибегнуть к иронии. — Дело в том, что слишком много у тебя способностей с главенствующей силой S. Я понимаю, что это бестактно, но меня интересует, какие последствия такого букета. Какова плата за обладание?

Вот подумала, будь я на ее месте, ответила: «Взамен боженька забрал у меня все уродство». Этого конечно быть не может, но интересный был бы казус. И звучит неплохо.

— Не хотелось бы мне называть это платой, скорее особенность. Есть несколько особенностей. Например, я не могу демонстрировать сильные эмоции, — она села на сумку, направив свой взгляд на меня. — Практически не могу смеяться в голос, не обладаю широкой улыбкой, не могу изобразить грусть, злость, восхищение, даже заплакать будет весьма непросто. Выражение чувств при помощи мимики для меня, можно сказать, некоторая проблема.

Шико попыталась улыбнуться. Уголки ее губ немного приподнялись. Такое скорее примешь за хитрую улыбку или за милую, скромную, воспитанную. Зависит, наверное, от обстоятельств. Сейчас, с ее томным взглядом, улыбка воспринимается, как обреченно-грустная. Словно ты понял, что все вокруг тебя идиоты, и от этого ты можешь только печально улыбнуться, приняв такую ситуацию.

— Вот как.

А я думала, это в целом у нее образ такой. Вполне подходит ей.

— Честно говоря, я вообще не особо чувствительна. У меня нет, как у других, яркого чувства радости, влюбленности, трепета, счастья или горести, грусти, гнева, обиды, досады. Все какое-то тусклое и блеклое. Редко бывает, что что-то вызывает хоть какие-то особые чувства. Из-за этого проблема с выражением чувств мне не доставляет какого-то особого дискомфорта.

Как-то совсем просто она об этом говорит. Обычно мэсы мнутся, рассказывая о таком или стараются сказать на отстань, так, чтоб без особых подробностей.

— И многим ты об этом рассказываешь? — не могу не поинтересоваться.

— Ты одна из первых, — спокойно ответила девушка и снова принялась разбирать сумки.

— В смысле?

Сложно поверить, что за 18 лет это почти никто не заметил и не спросил. Да, даже если сила появилась лет в шестнадцать, два года — более чем достаточно. Легко заметить, когда человек меняется. Похоже, меня все-таки разводят.

— Никто никогда не спрашивал меня об этом. Айдору такой и воспитывают. Она не должна быть излишне эмоциональной и чувствительной, должна быть выше других. Должна всегда быть эмоционально устойчива и сохранять трезвый ум.

С принятием такой особенности понимать ее становится только сложнее. Наверное, многие бы не захотели сближаться с человеком, чувства и мысли которого понять и истолковать верно практически невозможно.

— Кого, прости?

Сыпет словами, которых я не знаю.

— Айдору? Это я или кто-то вроде тебя. По-простому — та, на которую все ровняются. На самом деле, это немного другая, более высокая должность, которая заставляет тебя вести себя определенным образом, подавая пример. Я считаю это некоторым пережитком прошлого, но такова традиция академии.

Суровая академия. Похоже, людьми вроде Шико там жестко занимаются. Ну и фигня, господи. Я б тоже оттуда ливнула. Ха.

— Да уж… — протянула я. — Звучит отстойно.

— Помимо перечисленного, температура моего тела ниже, чем у остальных людей, но от этого никаких проблем у меня нет, — продолжила вещать о минусах Шико.

Если призадуматься, все это связано со льдом. Снежная королева. С холодным телом, умом и сердцем, практически лишенная бессмысленных чувств. Какое клише. Ха.

— Да, это, к слову, я заметила сегодня. Да и вчера тоже, — произнеся эти слова, я вдруг повеселела. — Что ж это получается? Два дня, два приставания?! Что же ждать завтра?

Может, первое и не считается, но все равно было похоже. А еще я атмосферу испортила.

— Есть еще пара мелких особенностей… — одарив меня лишь не особо довольным взглядом, добавила Шико.

Об этих особенностях за время нашего диалога мне рассказать не удосужились. Понимаю, виновата сама. Что ж, думаю, это и не так важно.

Сидела я с ней еще недолго, потому и разговор вышел коротким. Перед сном я все же нашла, что значило это сурью. Похоже, у кого-то наклонности замечать и интересоваться иностранцами. Не знаю, кто из наших учеников — выходец из этого небольшого народа, да и разницы во внешности тоже никакой особо у них не вижу. Ну, у каждого свой фетиш.

23.Четверг, 23 марта (часть 1)

Все вокруг, как чайки, кричат и повторяют: «Глава-глава, глава-глава!». Вот мне и подумалось, пора пользоваться своими возможностями. Потому теперь я могу вернуться к своему старому стилю.

А стиль мой таков: стандартная белая рубашка, рукава которой я закатываю по локоть; расстегиваю две верхних пуговицы, слегка приоткрывая вид на свои формы, и одну нижнюю; ослабляю галстук, опуская его на уровень груди так, что узелок висит там, где находится первая застегнутая пуговица; вешаю значок главы на правое плечо; короткая черная юбка с узкими односторонними складками (да, уже и забыла каково это юбчонки такие таскать, миленько, ага); черные непрозрачные чулки выше колен и под цвет им кеды; распускаю волосы.

Вы скажете мне: «Арквейд, что за фигня? Разве так должна ходить глава? У тебя и так со всеми отношения не ахти!».

А я отвечу вам: «Расслабьтесь».

Может показаться странным, но я так чувствую себя гораздо комфортнее. Сложно объяснить. Мол, раздолбайский вид ограждает меня от массовой людской тупости. Вытесняет меня из строки общества, где одна ячейка оставлена мне. Наверное, это юношеское, вроде чувства свободы или самовыражения. Хочется сохранить это, как-то выделиться. Так по виду все будут понимать, кто я и что собой представляю. Никаких завышенных ожиданий. Да... Шучу. А-то вы уже и поверили. «Арквейд намного глубже, чем кажется, со своими ранами и тараканами на душе». Ха. «Она такая классная». На деле — просто авторская концепция, ничего больше.

******

У кабинета меня ждала Мито.

— Здрасте.

— Доброе утро, — девчонка, улыбнувшись, кивает мне.

Прикусив нижнюю губу, я почесываю макушку, смотря на гостью. В голову, как и раньше, пришла лишь одна мысль — превратить все вопросы в чернуху, чтобы не было понятно, где я говорю правду, а где обманываю и стебусь. Я не представляю, каково это — ответить на все серьезно, а после не чувствовать себя идиоткой?

— Интервью, да?

— Ну... — она все с той же умиротворенной улыбкой быстро мотает головой. — Тут внезапно все изменилось. Сейчас главред еще хочет видеть интервью с новой ученицей, которая поступила недавно.

— Вот как, — ощущаю, как выпадает шанс отмазаться. — В таком случае могу лишь поставить вас перед выбором: либо я, либо Шико.

По логике вещей сейчас всем намного интереснее наша новенькая красавица. Старая тухлая курица Арквейд никогда и никому не нужна была. Кроме ненормальных вроде Элы. Следовательно, выбор очевиден.

— Я почему-то догадывалась, что ты не упустишь шанса съехать, — пожав плечами, девочка протянула мне листок с вопросами.

Видимо, выбор был очевиден.

— Слушай, — читая мельком вопросы, протягиваю я. — Как насчет того, чтобы в следующем году вступить в студсовет, а?

Эта девчонка в плане взаимодействия со мной куда смышленей всех, кто есть в студсовете. Мне определенно нравится, что мне не нужно особо распыляться, чтобы она поняла, что я хочу и чего жду. Определенно вижу ее идеальным секретарем. Ты только начал говорить, а тебе уже отвечают: «Понял, сделаю».

— Я не знаю.

Решительностью она никогда особо не обладала. Не могу представить, чтобы Мито кому-то слово поперек сказала. Ничего, с возрастом придет и такое. Неотъемлемая часть процесса социализации.

— Любить тебя будем, холить и лелеять. Отдадим бумажную непыльную работу. Не надо будет всякой фигней заниматься. Ты — девчонка хорошая, перспективная. В общем, научим тебя всему, ты ведь тут учиться будешь дольше меня. Потому, уходя, передам корону тебе. Будешь первым главой-человеком. Сломаешь систему, здорово, правда?

У них не как у нас — три курса, а полноценных пять. Совмещенная школьная, юридическая и своя программа печатей.

— Я не уверена, — слегка смущаясь, она неловко мнется.

Жесткости Мито, и правда, не хватает. Ей бы поучиться у своей подруги, которой палец в рот не клади. Когда встречаю последнюю, невольно думаю, что чем-то напоминает меня. Может, потому мы с Мито неплохо ладим? Круг для общения девчонка выбрала себе странный. За грубым характером чувствует себя более защищенной? Компенсирует недостатки, уравновешивая пару? Я не знаю. Но выглядит классической комбинацией.

— Ручка у тебя есть с собой?

Не собиралась настаивать. Мои слова должны просто дать ей понять, что если надоест журналистика, то добро пожаловать к нам.

Покопавшись в кармане, девчонка протягивает мне авторучку. Щелкнув пару раз, я чешу макушку, думая, чего бы такого позаковыристей придумать. Я не могу с помощью силы читать Шико, но почему-то отчетливо слышу в голове, как и что она отвечает на эти вопросы. Наполняет чувство уверенности, что интуиция меня не подведет. Пары дней, пожалуй, достаточно, чтобы предугадать ее ответы. В тех же вопросах про симпатию наверняка будет фигурировать мое имя. Передо мной выбор: либо усугубить ситуацию, и пусть все думают, что я по девочкам угораю, либо поставить вопрос так, чтобы отмазаться. И вот она я, девушка из приличной семьи. Мне привили этикет, и воспитание нормальное тоже имеется. Но, блин, характер всегда был говнистый. Ничего не могу с собой поделать... Вариант номер один прямо шепчет мне на ухо: «Давай же, сделай это!». И я не могу отказаться. Никто не поймет, никто не оценит, но мне от этого будет радостно. Даже такой ситуацией, думаю, я смогла бы воспользоваться.

— Аркуша, — негромко слышится за спиной.

Так называет меня только один человек. Конечно же, это она, Астарта.

— Ладно, делайте, чего хотите. После собрания отправлю к тебе Шико.

Я возвращаю листок, не внося никаких изменений. Тут на мою голову свалилась новая проблема, которая, хлопая своими невинными серыми глазами, потерянно смотрит на меня.

— Спасибо, —Мито, попрощавшись со мной и Астартой, удалилась.

— И чего Вы хотите? — обращаюсь я к внезапной гостье.

Судя по ее обеспокоенному виду, что-то случилось, и она пришла за блатом в совет.

— Ты не видела Амаю? — интересуется девушка.

Почему-то говорит она это негромко, так, чтобы помимо меня никто не слышал, озирается по сторонам.

— Нет, не видела, — делаю такой же тон, как у нее.

— Это не то чтобы я волновалась, — обеспокоенно говорила девушка. — Просто обычно она всегда дома, а тут с самого утра ее нет. Я подумала, может, по связи ее, ну, по центральной связи попросить подойти в кабинет студсовета.

Я слегка приобнимаю девушку, пристраиваясь к ней сбоку так, чтобы стоять плечом к плечу. Разворачиваю нас к стене и слегка пригибаю. Такой важный разговор нужно скрыть ото всех. Потому теперь мы совсем близко, почти касаемся друг друга лбами.

— Астарта. Мы с тобой, конечно, друзья, и все такое, — говорю шепотом, — но абсурдность твоего мышления меня порою просто поражает. Вот скажи мне, ты видишь, чтобы тут поезда ходили?

Не хватает только накинуть сверху покрывало и зажечь свечу, чтобы в полупустом коридоре нас не только не слышали, но еще и не видели. Вот они, теплые дружеские отношения

— Нет, — шепчет она, а после смотрит по сторонам. — Не вижу, а что?

В этот момент со стороны слышится топот. На второй этаж забегает девочка-комета Юви. Остановившись ненадолго, она смотрит по сторонам и, натолкнувшись на мой взгляд из-подо лба, оскалившись, шаловливо улыбается и бежит на третий. Кажется, в ее глазах я углядела готовность совершить какую-то очередную проказу. Стоило бы сделать ей замечание, но что толку? Может, ее по шуму и можно сравнить с паровозом. Вообще, эта рыжая бестия своим мельканием поломала атмосферу.

— А то, что мы не на вокзале, чтобы через связь потеряшек искать. Хорошо, вопрос номер два: сколько дней прошло с момента ее исчезновения?

— Ну, я не могу сказать точно в днях, — задумавшись, протянула она.

Настолько она открыта, что ее глаза сами собою за мыслью покатились вверх, начиная ковыряться в воспоминаниях и оценивать время.

— Не можешь? — я усмехнулась.

— Если судить с момента, когда я видела ее в последний раз, то примерно 2/5 от дня.

— Боюсь, полиция не сможет принять наше заявление. Придется ждать, — я слегка сжимаю ее плечо. — Но ты не переживай, она вряд ли сможет уйти за пределы академии.

— Думаешь? — она косится на меня.

Я понимаю, что природа одарила ее незатуманенным взором и скорее всего она мне подыгрывает, но мой мозг упорно твердит, что она наивная дурочка, которая не понимает столь безобидный намек. Миленько.

— Думаю, да.

— Просто, понимаешь, в последнее время она странно себя ведет. Не так, как всегда, ну и я немного волнуюсь. Знаешь, мол, в голову тихони всякое может прийти, а я об этом даже не узнаю. Может, ее кто обидел? У тебя глаз наметан, ты вчера, заходя, ничего не заметила странного?

«Почему в среду ничего не было об Астарте?» — спросите меня вы. Ну, я все-таки не всю жизнь описываю. Есть и некоторая закадровая деятельность. Это вполне логично.

— Нет, все вроде было нормально, — и неважно, что я заходила на пару минут и не видела Амаю вообще. — Вот бы за меня кто так переживал.

— Так я и за тебя переживаю!

Приятно и одновременно немного обидно, потому что мой мозг подтверждает правдивость слов девушки. Она ведь считает меня своим другом, даже не зная меня толком, а я, такая гадина, эти чувства отрицаю. Знаю, что возникни у меня проблемы, она действительно впишется. Понять ее простодушность и взгляды мне достаточно сложно, но все равно, признаюсь, немного радостно иметь такую знакомую.

— В любом случае, — я возвращаю голос в норму и, выпрямившись, кладу руки на ее плечи, — Амая о тебе волнуется не меньше твоего, так что не пропадет. Вот не встретишь ее до вечера, тогда и приходи. Обещаю, что в таком случае помогу тебе в поисках.

— Хорошо, я так и сделаю. Не то чтобы я хотела создавать проблему или поднимать шум. Просто, ну, чувство какого-то беспокойства внутри. Будто бы что-то случилось, а ты пока об этом не знаешь. Это вроде как в фильмах. Ты можешь подумать, что это немного сопливо, — все так же шепотом затараторила Астарта.

— Ну, все, все, все, я поняла, — разворачивая девушку в сторону коридора, обрываю я ее речь. — Шагай уже отсюда, чудо гороховое. У тети Арквейд и других дел много.

Сделав пару шагов, Астарта остановилась и, слегка повернув голову, улыбнулась мне, будто говоря спасибо. У меня аж сердце екнуло от того, как это мило. Да... Она часто улыбалась, но это не обесценивало ее улыбки, наверное, потому что каждая была искренней.

Мне определенно стоило бы вписать дополнительные вопросы к первому варианту. Вокруг меня в последнее время столько баб, что будь я альфой, то создала бы свой гарем. А может, и создам? А? А? Кто знает? Потому-то я и не удаляю жанр юри. Ну, мало ли, всякое бывает. Ха.

******

Вхожу в кабинет. Все на месте, и Нео тоже здесь. Он, как всегда, в своей фирменной позе — руки за головой, ноги на столе. Только сейчас подумала о том, что он один занял весь левый ряд столов. На правом же расположились: поближе к моему месту — Эла, с другого края — Аврора. Шико же с безучастным видом торчала у окна.

— Животное, — позаимствовала обращение от Шико, — ноги со стола убрал!

Удивительное послушание демонстрирует наш гость. Помимо него из других ребят никто не пришел. Что ж, еще есть полчаса. Какой смысл переться заранее.

— Как дела обстоят с заданием? — интересуюсь, проходя к своему креслу.

— Да, все хорошо. Решили, что будем встречать учителей по очереди, сменяя друг друга, — как всегда отвечает только Эла.

Аврора уставилась на меня, изучая внешний вид, а Шико смотрит в окно и вообще не обращает на мой визит внимания. Не совет, а прям мечта.

— Что ж, решение правильное, — подмечаю я.

— Много известных в узких кругах личностей приехало.

Хорошая попытка от Элы — выдать шутку, сделав акцент голосом на «узких кругах», но, увы, конструкция и подача ее хромают.

— Что с твоей формой? — уверено и внятно спрашивает Аврора, чем даже немного меня удивляет.

Шико ненадолго поворачивает голову, оценивая вид, и, выразив недовольство лишь слегка приподнятой левой бровью, снова поворачивается к окну.

— А ты как думаешь? — смотря в глаза адресату вопроса, я, ни на что не намекая, вожу пальцем по области ключицы и груди.

— Не знаю…

Ее настороженный взгляд ясно дает понять, что она не сечет, чего это я такого хочу от нее услышать. Скорее даже думает, что со мной что-то не так.

— Тэк, — думаю, что настало время переложить ответственность на кого-то другого. — Эла, посвяти плебеев в тайны бытия.

— Нууу. Это ее старый стиль. В начале поступления она ходила в таком виде, — вторя кивком моей просьбе, девушка, улыбнувшись, взяла руками заплетенные в одну массивную косу волосы и задумчиво стала их поглаживать.

Это был вопрос-ловушка, чтобы лишний раз убедиться в том, что Эла — сталкер. Если с начала года меня заприметила, как и говорилось в письме, то об этой особенности должна была знать. Думаю, теперь все всем понятно.

— Ага-ага, — усмехнувшись, подтверждаю я.

— Я уже даже успела позабыть об этой особенности, — слегка смущенно проговорила Нацукаши.

Позабыла такое? Не очень ты внимательна к моей личности. Разочаровываешь! А мне ведь ранее, учитывая все факты, вопрос: «Почему я не ношу юбки?» показался странным. Правда, я все равно предпочитаю джинсы.

— Кто я без своего значка? Обычная, ничем не примечательная ученица. А так сразу издали видно, вон глава идет. Какая важная особа!

Аврора подумала о том, что лучше бы не спрашивала, и потупила взгляд в компьютер.

— Знаешь, а с длинными волосами этот вид тебе даже идет больше прежнего, — отвесила мне комплимент Эла. — Мне очень нравится.

Как хорошо, что у нас есть Нацукаши. Каким тухлым был бы совет без нее. Тупо лучшая девочка!

— Спасибо, только ты меня и понимаешь.

******

Резюмируем. В сумме с двумя подписавшими соглашения людьми вчера мы получили восемнадцать человек, готовых участвовать в играх. Намного лучше, чем я ожидала. Среди них семнадцать парней и всего одна девушка, которая не настроена побеждать. Выглядела она потерянной, и на вопрос: «Зачем вообще участвуешь?» ответила, что не знает. Что-то типа: бог не дал ей особого ума, таланта, напористости, потому она знает, что проиграет. Я б сказала, жизненно. Но жалеть кого-то отдельного я все равно не буду.

— Вернемся к вопросу об играх. Матчей будет несколько, в которых количество победителей не будет иметь точной цифры, но проигравшие будут всегда.

Подумав об играх, я решила, что можно строить их так, чтобы в одной выбыло, например, 70%, а в другой — всего пара человек.

— Потому игр может быть три, а может — четыре или пять. Все будет зависеть от вас самих. Вариантов развития событий может быть много. О самих играх и правилах вы всегда будете узнавать непосредственно на месте проведения. Так никто не сможет подготовиться, ни у кого не будет значимого преимущества. О дате, месте и времени проведения будет сообщено заранее. Потому смотрите сайт, держите лички открытыми и проверяйте свои почты. Все понятно?

Люди переглядываются, ожидая, что кто-то задаст вопрос, но никто не осмелился что-то спросить.

— Что ж, хорошо. Первая игра будет несколько отличаться от остальных, потому я сразу скажу, чтобы вы могли немного потренироваться и почитать правила. Это бейсбол.

От них требуется лишь умение кидать, отбивать, ловить мяч и знать поверхностно о ролях, потому я решила сказать заранее. Пущай попробуют свои силы.

— Но ты же говорила, что ни у кого не будет преимущества. А это, очевидно, не та игра, которая всех равняет, — неуверенно спросил один из присутствующих, когда увидел, что некоторые заулыбались, явно показывая, что они что-то да умеют.

Было очевидно, что кто-то из студентов будет знать эту игру. Скажу больше, я изучила досье каждого и уверено могу сказать, что среди присутствующих есть несколько человек, которые увлекались игрой в бейсбол.

— Не стоит переживать на этот счет. Я заранее об этом подумала. Правила игры будут совершенно иными, потому неважно, умеете ли вы играть или нет. Просто знайте позиции и, пожалуйста, попробуйте покидать и поотбивать мяч. Неважно, насколько хорошо вы это будете делать, главное, чтобы могли. Уверяю, ни ваши способности, ни умения и знание игры не будут сильным преимуществом. Помните, что в первую очередь игры будут построены на мышлении, психологии, умении взаимодействовать, правильно выстраивать стратегию и уметь, наверное, предугадывать.

Уверенных в своем преимуществе такой ответ напряг. Уже вижу, что некоторые люди пытаются понять, чего это такое я там выдумала.

Еще пара незначительных вопросов, замечаний, бубнежа, и все расходятся. Теперь все ясно — играм быть. Остается согласовать с директором и набраться терпения и нервов. Да, последних у меня уйдет немало. Как это все организовать? Да кто ж его знает. Надо еще все детально продумать, опробовать... Эх, а ведь раньше, пока я не была главой, все было так хорошо.

Девчонки расходятся. Эла заступает на пост встреч. Аврора уходит на пары. Шико я отправляю в гости в кружок журналистики. Вы спросите: «А что ты делаешь?». Ну, а я напрягаю свои извилины. Теперь я только то и буду делать, что думать об организации. Все! Не трогайте меня. У меня много важной работы. Ха.

******

Последнюю неделю я нашла себе новое, не очень-то продуктивное развлечение — смотреть на Элу. Да, просто смотреть, не изучать, не прожигать взглядом, а просто наблюдать. Это забавно. Она сначала не видит, а когда замечает, начинает смущаться, ерзать, волноваться, переживать. Начинает спрашивать меня: «Что-то не так?», но я просто молчу, продолжая смотреть. Пока мне не надоест или пока это не доведет ее до кондиции, и она просто уйдет. Кажется, закрыв глаза, я уже четко могу нарисовать ее портрет в уме. Вот и сейчас я убиваю время за тем же самым. Эла уже поймала мой взгляд, но продолжает заниматься своими делами, лишь изредка поглядывая на меня, чтобы узнать, не надоело ли мне это.

— Чем ты занимаешься? — вернувшись в кабинет, Шико пару минут смотрела на меня, прежде чем решилась спросить.

— Да вот любуюсь не налюбуюсь Элой, — едва улыбнувшись, отвечаю на вопрос. — Правда, у нее замечательные зеленые глаза? Они напоминают мне... Лук. Репчатый лук.

Это первое слово, которое пришло в мою голову, а значит, самое верное. Все потому что цвет ее глаз какой-то пожухлый, отдает желтоватым оттенком.

Перевожу взгляд на Шико, чтобы узнать реакцию на мои слова. Не возьмусь судить, но ощущение, что она мысленно приложила руку к лицу. Ничего мне не ответив, девушка села за стол прямо напротив меня.

Пора и делами заняться. Что у нас там... Так. Амебный поход? Осталась еще пара человек. Ну, Аврора занята, да и нервы мне сейчас нужны на другое. Обучение Шико? Скорее всего, этим я и займусь, пусть и неохота. Визит к особо важным ученикам из состоятельных семей? Да... Я ведь новая глава, нашим «особым» гостям стоило бы и представиться. Но меня вроде бы и так уже знают, может, и не стоит тратить их и мое время на такие формальности? Не так уж и важно, что их семьи вносят значительную долю в капитал академии. Почему этот пункт вообще есть? В чем смысл? Что он меняет?

— Шико, — распластавшись по столу, я поворачиваю голову набок, подперев ее рукой, и привлекаю внимание девушки. — Есть для тебя дело важное. Эла у нас является лицом совета, дает интервью, речи толкает, на публике выступает. Вот. Ты тоже у нас дама видная, фигура значимая, потому мне подумалось, что ты самый подходящий кандидат для общения с нашими учениками вроде тебя. Ну, то есть, ребят голубых кровей. Ты наверняка лучше понимаешь, как диалог строить. Может, тебе полезно будет связи наладить, пообщаться с ними, узнать, как дела, нравится ли им в академии и все такое. Может, жениха себе присмотришь заодно.

Не могу не добавить ироничную шутку, обрисовывая преимущество этой работы.

— Ты сама вообще что-нибудь делаешь помимо трепания языком? Только и можешь, что перекладывать обязанности на других!

Кажется, это было последним гвоздем в крышку гроба ее терпения. Хлопнув обеими руками по столу, она поднялась на ноги. От неожиданного громкого удара Эла вздрогнула. Несмотря на столь вызывающий жест, говорила она спокойно.

— Время обеда. Хочется кушать. Умный человек работать на голодный желудок не может.

А на сытый не хочет. Ха.

Д — дипломатия. То, чем я не обладаю. Одна из причин, почему меня терпеть не могут. Конфликтная ситуация. Мы можем разрешить ее мирно. Но Арквейд подливает масла в огонь, потешаясь над источником.

— Это все, что ты можешь сказать? Хочешь просто уйти от разговора? Думаешь, проблемы от этого решатся сами собой?

Какие проблемы? У нас только одна проблема — недовольство Шико.

— Разве руководитель должен что-то делать сам? Он на то и руководитель, чтобы грамотно выстроить всю работу. Я, вроде, это и делаю. Скажешь, нет?

— Кто тебя вообще назначил на место главы? — смотря в мои глаза, предъявляла девушка. — А главное, за какие заслуги?

От ее рук по столу медленно начала расползаться ледяная корка. Мне думалось, что развести ее на хоть какие-то эмоции будет куда сложнее. Хотя эмоции эти, конечно, специфичные, я бы даже сказала, культурные. Несмотря на явное неодобрение, агрессии я не чувствую, только злость от того, что я задеваю чувства, нет, честь бывшей главы студсовета.

— Сиди, — говорю я спокойно Эле, которая начала подниматься, кажется, собираясь меня защищать. — Понимаешь, само собой как-то получилось. Назначая меня на эту должность, никто моего согласия не спрашивал. По всей видимости я хороша или банально не было кандидатов получше.

Именно так оно и есть. Моя река пофигизма, по которой я, не сопротивляясь, плыву, каким-то чудесным образом донесла меня до кресла главы. Меня ведь и сейчас никто не спрашивал, хочу я вас, дамочка, видеть в студсовете или нет.

— Тогда, может, мне занять твое кресло? — ее прямой взгляд в мои глаза словно заявляет о соперничестве.

В ответ я могу лишь слегка улыбнуться.

— Отличное предложение, — я встала с кресла.

Давно ждала, кто бы освободил меня от обязанностей. Даже думала, кому бы можно было передать их, Эле или Авроре? Правда, ни та, ни другая особо на роль главы не подходят. Ни опыта, ни перспектив.

— Не ссорьтесь! — попыталась вмешаться Нацукаши, желая нас успокоить.

— Все в порядке, лукофка, не беспокойся, — проходя мимо Нацукаши, я положила руку на ее плечо, похлопав.

— Я говорю серьезно, — заявляла Шико.

— Не будем терять тогда времени, да? — подойдя, я с улыбкой смотрю ей в глаза и хватаю девушку за запястье. — Идем. Прямиком к директору!

******

Шико не просто интересовалась академией, в которую поступила, и личностью президента. Она собрала практически все, что можно было собрать обо мне и моей деятельности с начала самого поступления. Даже удивительно. Оказывается, за полгода моего обучения здесь, я много где засветилась. Интересно было послушать все эти претензии, историю моих косяков, о моем характере и о том, почему я не подхожу на роль главы. Вот уж не думала, что кружок традиций будет кропотливо все описывать, и меня, стоящую на заднем фоне, тоже вплетут в события. Я — часть истории этой академии и, судя по всему, довольно мутная. Директор молча слушал, иногда с улыбкой почесывая затылок. Похоже, он и без этих рассказов понимал, кого садит в кресло, и о поведении, косяках и характере, соответственно, тоже знал. Мне также остается лишь молчать, терпеливо ожидая конца монолога. Вот уж похвальное стремление стать главой. Готова изучить и закопать конкурента. Мне прям даже приятно стало. Я готова передать корону в ее цепкие ручонки. Удивительно, что спустя долгое время мое поведение, вызванное желанием, чтобы ко мне больше не обращались за помощью, вот так сыграло мне на руку.

Выслушав Шико, директор просит ее подождать в коридоре, чтобы поговорить со мной с глазу на глаз.

— Длинная была речь, не находишь?

— Дааа… — протянула я, неловко пожав плечами.

— Похоже, непросто тебе справляться с Шико?

— Да нет. Я бы так не сказала. Вроде бы все не так плохо, не считая того, что мы вот тут перед Вами, — отшучиваюсь я.

— Наверное, стоило сразу рассказать тебе о ее особенностях, — последнему слову он придал какое-то особенное двусмысленное значение.

Не понимая, о чем речь, я, нахмурившись, вопросительно посмотрела на Акиру. Тот, улыбнувшись, замялся и почесал лоб.

— Так Вы об этом...

Пытаясь изобразить неловкость, он, похоже, непрямо намекал мне на женскую любовь. Ведь Шико не постеснялась в тот же день в созданном профиле местной соцсети поставить нашу совместную фотографию в качестве аватарки. Не знаю, как и оправдаться за такое.

— Все в порядке. Если тебя это не беспокоит, то никаких проблем. Личная жизнь учеников меня не волнует, — уверял директор. — Скрывать не стану, мне хотелось посмотреть, как вы поладите. Мне сразу сообщили о том, что Шико — человек непростой и у нее много тараканов.

Да, директор, как я могла забыть, Вы же экспериментатор! Как еще развлекаться, сидя в кресле руководителя? И чем я тогда хуже, чем директор?

— Мне так не показалось. Да, она девушка специфичная, но, думаю, ее можно понять. Нужно только получше узнать.

Я в целом могу проследить логику ее мышления. Просто соединить и понять не могу, но это уже другое.

— Мне импонирует твой настрой, — улыбнувшись моим словам, ответил мужчина. — И мне бы стоило извиниться за то, что я не сообщил о ее способности к гипнозу, но меня просили не рассказывать об этом. Опекун Шико уверял меня, что они все обсудили и что она больше не будет использовать эту свою особенность. Не будет никому причинять неудобств.

— Так она бунтарка, получается? — я усмехнулась.

Хреновая, но все же бунтарка.

— В каком-то роде это так. Думаю, Шико просто показывает свой характер. Не тебе или мне, или кому-то из нашей академии, а своему опекуну, с которым у нее не самые простые отношения. Если бы не ты, то, возможно, кто-то другой попал бы под ее руку.

Я, конечно, не знаю, что и как, но мне показалось, что Шико просто не понравилась моя персона в качестве президента. Видимо у меня ЧСВ, но… Если она преследовала какую-то другую цель, то обстоятельства для нее легли как-то очень удобно.

— Вот как.

— По рассказам ее опекуна с Шико было немало проблем в прошлом. Академия Хару очень старая, существовала еще до появления мэсов. Там свои особенности, свои традиции. Она полностью закрытая, и учатся только девушки. Как ты понимаешь, между ученицами складывались разные отношения, в том числе и романтические. Просто такова особенность окружения. Шико находилась в академии с самого детства, потому, полагаю, у нее сформировалась модель поведения, немного непривычная для большинства людей. В академии Хару три корпуса, так же, как и у нас. В одном обучались мэсы, в двух других — обычные девочки разных возрастов. В каждом корпусе свой студенческий совет. Но кроме членов совета есть еще одна важная ученица, которая условно может контролировать деятельность всех советов. Ее слово гораздо весомее и важнее. Она решает споры, улаживает конфликты. Такую девочку называют айдору. Это будет тяжело понять, но ты попробуй. Столетней традицией сложилось так, что айдору — это не просто глава, отвечающая за порядок, а нечто большее. Это своего рода «звезда», на которую равняются. Идеальная ученица, образец для подражания. Когда уходит одна айдору, на ее место приходит другая. Таких готовят заранее. Берут одну из поступивших на начальные курсы маленькую девочку. Самую красивую, самую прилежную, умную, желательно с положением в обществе, и воспитывают ее, прививая определенную манеру поведения и навыки. Такой айдору и была Шико в академии Хару много лет. Потому она получала больше внимания, и относились к ней по-особенному. Она привыкла быть в центре.

— Что ж такая важная персона делает у нас в академии? Зачем перевелась? — задаю резонный вопрос. — Как-то это нелепо, с какой стороны не посмотри. Зачем терять того, в кого столько сил вложено? А тому, в свою очередь, положение?

— Скажу честно, я бы на самом деле такую девушку и не принял к нам, если бы не был в неоплатном долгу у ее покойной матери, — он несколько раз выбил пальцами легкую дробь по столу и продолжил. — Родители Шико год назад погибли. Теперь ее воспитанием занимается опекун. Человек, невероятно верный семье Аглаофотис. Занимается делами фирмы и приглядывает за девушкой. Когда Шико исполнится двадцать и она закончит обучение, она унаследует абсолютно все. И Дэвид, ее опекун, прекрасно понимает это, потому хочет помочь девушке. В этом году по некоторым причинам академию Хару временно закрыли. Управляющий состав полностью сменили, а учебный год закончили заранее, распустив учеников. Приостановили образовательную деятельность. Сейчас там, если говорить на языке бизнеса, происходит процесс ребрендинга. Опекун Шико в диалоге со мной не скрывал, что был рад подобному стечению обстоятельств. Шико до совершеннолетия не имеет права принимать решения самостоятельно. И видя, как академия негативно влияет на будущую наследницу компании, Дэвид решил воспользоваться случаем и перевел Шико сюда, поставив ее перед фактом. Полагаю, что, все же, это делается для ее блага и блага корпорации, которую вскоре она унаследует. Но, возможно, у девушки были свои планы, а она оказалась здесь против воли. Для людей вашего возраста вполне нормально своим поведением демонстрировать протест.

Какой-то обрывистый рассказ. Видно, что директор выбирал, что сказать, а что нет. И причины умалчивания мне тоже в целом ясны. Банальная деловая этика, неразглашение, возможно, обещание. Никто не обязан отчитываться перед какой-то ученицей.

— Понятно. И что прикажете с ней делать?

— Я не думаю, что с ней будут какие-то проблемы. Ей нужно просто время все принять и привыкнуть. Шико тут на особом положении. Ее обучение полностью оплачивает ее семья. Ей наймут разных преподавателей, выстроят индивидуальную программу, которая будет направлена на подготовку к вступлению в семейный бизнес. Всем этим будет заниматься ее опекун. От нас требуется только окружение. Парни. Смена обстановки, атмосфера. Тем более, раз ты о Шико хорошего мнения даже после произошедшего, то значит, беспокоиться не о чем. Все наладится.

Похоже, девушке самое место было бы где-то среди обычных студентов какого-нибудь университета на факультете бизнеса и управления. Но из-за того, что она мэс, да еще такой выделяющийся, она логично отправилась сюда, к нам. Есть тут личности и помимо нее с индивидуальной программой.

— Хорошего мнения? — повторила я его слова, усмехнувшись.

«Арквейд, ты молодец, ты справишься. Я возлагаю на тебя большие надежды!» — вот как слышу это я.

— Но, возможно, есть то, что тебе немного поможет, — мужчина встал со стула и вынул из-под горы бумаг сложенный в несколько раз листочек. Подойдя, директор протянул бумажку мне. — Это телефон бывшей главы студсовета в академии Хару. Мне сказали, что они вместе много работали. Она должна неплохо знать Шико. Возможно, разговор с ней как-то поможет тебе. Если нужен будет совет или помощь, можешь позвонить ей. Вероятно, опекун девушки предполагал, что такой контакт может понадобиться кому-то вроде тебя.

— И ведь все это Вы могли сказать в первый день, — с ухмылкой проговаривая, я беру листок и, не разворачивая, прячу его в нагрудный карман рубашки.

Теперь-то понятно, что значили его странные многозначительные улыбки. Эх, директор, директор, а Вы сами — тот еще школьник. А говорят, что взрослые — люди серьезные.

— Мог. Но поскольку о силе говорить не планировалось, и мы верили обещанию Шико, то я не думаю, что это изменило бы обстоятельства, — Акира самодовольно улыбнулся, а после неспешным шагом вернулся к своему креслу. — Да и разве ты не из тех людей, которые любят сперва сами во всем разобраться? Адам так тебя характеризовал.

Адам, значит? Не уверена, что он вкладывал тот же смысл в эти слова, что и Вы. Я-то конечно из таких, но любителем сюрпризов не являюсь. Но должна согласиться, вряд ли бы что-то сильно изменилось.

— Я так понимаю, главой останусь я?

Главный вопрос этого визита.

По правде говоря, я шла сюда, зная наперед, что, конечно же, новенькую не сделают главой. Еще в первый день я поняла, что студсовет для нее — что-то по-особенному важное. Это странное необычно придирчивое внимание и интерес к президенту тоже были неспроста. Вот я и решила воспользоваться возможностью и узнать о девушке побольше, при этом не задавая прямых вопросов. Теперь-то ясно, в чем проблема. В ее глазах я должна выглядеть как идол. Не зная этой особенности, я сделала верную ставку, начав в ее присутствии дискредитировать свой образ. На руку мне сыграли и достижения из прошлого. В общем-то, думалось мне, что не придется ей по нраву такой руководитель, как я, и, разозлившись, она пойдет к директору и скажет что-то по типу: «я не буду частью этого, пока она здесь!». Тут, соответственно, директор и скажет «нет» и будет вынужден рассказать мне побольше о девушке. Ведь по той улыбке Акиры было понятно, что он знает гораздо больше, чем говорит. План был авантюрный, долгосрочный. Первостепенной целью было, конечно же, развлечение, а только потом узнавание новой информации. Сама-то она все равно бы не рассказала. К таким нужно втираться в доверие, а оно мне надо? Удивительно, что все разрешилось так быстро, и результат превзошел мои ожидания. А стоило всего-то форму переодеть. Да, конечно, я прекрасно понимаю, что это очень своеобразный способ.

— Думаю, этот вопрос в ответе не нуждается? Прошлая академия Шико абсолютно отличается от нашей, другие правила, другие традиции, другие ценности. Потому, конечно, она не подходит на роль главы. Ты, пожалуйста, тоже постарайся понять ее. Ты ведь девушка специфичная, — задумавшись, он стал почесывать свою легкую щетину. — Сильно отличаешься от всех, кто был до этого. В глазах общества ты кажешься не лучшим вариантом, а в глазах Шико так и тем более.

— Извольте поинтересоваться? — предчувствуя, что сейчас разговор снова сместится в сторону Шико, я вмешиваюсь со своим вопросом. — Почему Вы меня, такую безалаберную, допустили до столь важной роли? Я ведь, как понимаю, и на внутреннюю политику могу влиять.

— Я и сам порой задаюсь этим вопросом, — честно ответил Акира. — Кажется, я уже ранее дал косвенный ответ. Были в истории такие правители, которых называли тиранами, жестокими и бесчувственными, про кого-то из них говорили, что своими действиями они пускают страну «под откос». Но как мы знаем, они вписали свои имена в историю, и только после их смерти люди поняли, сколько всего они для них сделали. Не каждый поймет твои мотивы, а ты подаешь все так, будто делаешь одолжение. Я встречал таких людей ранее, особо в студенческие годы. Люди-то они, если узнать их получше, были неплохие. Просто оградили себя от остальных своим поведением.

Слишком сильное сравнение. Мне кажется, мною манипулируют, пытаясь призвать к ответственности. «Ты, Арквейд, лучше, чем есть, просто скрываешь это». Со мной такое не работает. Нет. Нет.

— Ясно.

Эта условно-хвалебная речь могла вызывать у меня только негодование. Что за чушь? Где тут про меня-то? Герой в глазах философов? Чего? Самопожертвование. Да, именно этим я и руководствуюсь. Изменю академию, а после и мир. Осталось только пацифик нацепить.

— Ты, пожалуйста, будь к Шико снисходительней. Не нужно над ней подтрунивать.

Таки вернулся к разговору о новенькой. Видимо, Акира легко понял, что его монолог я не оценила. Похоже, он даже немного раздосадован тем, что я не захотела понять его мысль и дослушать.

— Я и так была к ней максимально снисходительной, — замечаю я, — но все равно постараюсь.

— И форму бы тебе тоже не помешало привести в порядок.

— Мы собрание провели, потому я хотела бы еще об играх поговорить.

В книгах по психологии советуют следующее: не хотите общаться на какую-то тему или она зашла в тупик, переводите разговор на что-то другое. Думаю, с замечаниями это работает так же. Проверенный метод.

Директор интересуется тем, как прошло собрание и сколько человек согласилось, а после говорит о том, что детали лучше будет обсудить завтра, а сейчас не стоит заставлять нашу новую ученицу ждать.

Шико возвращается, и ей с излишней щепетильностью объясняют, что наша академия сильно отличается от прежней. Что ей стоит присмотреться, понять, изучить традиции и правила, а после, как обоснуется, ближе к началу нового учебного года, ее кандидатуру рассмотрят. Если, конечно, к тому времени ее желание не поугаснет. В это объяснение меня, мое назначение и мое поведение решили не включать.

24.Четверг, 23 марта (часть 2)

Возвращаюсь домой в пять часов. Поднимаюсь в свою комнату. Прикрываю дверь. По инерции сразу включаю компьютер. Снимаю галстук и кидаю его на кровать. Расстегиваю рубашку, заваливаясь на стул. Не снимая уже расстегнутую рубашку, задумываюсь, уставившись в загрузочный экран. В раздумьях начинаю постукивать пяткой о ножку стула. Достаю бумажку с номером, которую дал мне директор. Разворачивая, смотрю на номер. Звонить или не звонить? Какую помощь мне окажет человек на другом конце провода? Советы? А нужны они мне? Ну, такое... Решаю все же набрать. Покопавшись в ящике, достаю гарнитуру и подключаю к компьютеру.

— Да, алло, слушаю, — послышалось после нескольких гудков.

— Да, привет. Меня зовут Арквейд. Звоню по поводу Шико Аглаофотис. Мне дали твой номер, сказали, ты можешь помочь.

Не желанием найти помощь я ведома, а глупым интересом. Ну и раз уж сегодня разбираемся, то идем до конца, чтобы после не возвращаться к этому вопросу.

— Вот как, — девушка усмехнулась. — Так это ты стала новым развлечением Шико?

В голосе ясно прослеживались нотки недоброжелательности. Говорила девушка ровно, без лишних эмоций, но настроена была недружелюбно.

— Как грубо, — протянула я.

— Видела вашу фотографию, — голос на несколько секунд замолк. — Слушай, может Шико на тебя и обратила внимание, но ты многого о себе не думай, ни на что не рассчитывай. Факт покажется тебе горьким, но ты для нее очередная игрушка. Если думаешь, что я помогу тебе с обольщением, то тут ты ошиблась.

— Понятненько, — внезапно меня пробило на смех.

Какой абсурд. Это вот она должна была мне помочь? Она, что, думает, что я новая любовь их драгоценной айдору? Чего? От слов так и веет ощущением того, что ей самой нравится или нравилась Шико. Представляю эту борьбу девушек за сердце нашей красавицы. Тупизм.

— Что смешного? — раздраженно произнесла девушка.

Я тяжело вздыхаю, говоря себе — «хватит ржать!».

— Ничего, наверное. Ха, — с улыбкой говорю я, пытаясь привести голос в норму. — Повеселила ты меня просто своим заявлением. Боюсь тебя разочаровать, но мне, честное слово, на любовь пофигу… Я просто хочу внести ясность, понять, что Шико вытворяет и чем руководствуется. Может, узнать что-то и все такое. Понимаешь? Если тебе вдруг нравится Шико, ну, как девушка, то тогда такая помощь должна быть в твоих интересах, да?

— Интересно. Впервые она выбрала девушку с характером, — после минутного молчания проговорила дама. — И, нет, я не претендую на сердце Шико. Просто подумала, очередная фанатка думает, что раз такая дама обратила на нее внимание, поцеловала, то она сможет быть с ней. Мне эти приставания с расспросами «а как и что?» с целью завоевать внимание айдору сейчас ну совсем не интересны.

Иногда мне кажется, я начинаю чувствовать человека на том конце провода. Готова поклясться, что, произнося это, она улыбнулась.

— Выходит, это часто происходило? — слегка развалившись на кресле, я начинаю следить за тем, как тикают секунды на таймере с отчетом времени разговора.

— Часто? — голос на том конце задумчиво замолчал. — Раньше не особо. Казалось, она просто проявляет интерес, ну, знаешь, как и все, но в последние несколько месяцев, перед закрытием академии, вокруг нее стало виться неприличное количество девиц. Каждый день ее можно было видеть в компании кого-то нового, и девочки действительно хотели с ней общаться, сближаться.

Во время монолога девушки дверь открывается и в мою комнату входит Шико. Я перевожу взгляд на нее. Она смотрит на мой компьютер, видимо, разглядывая аватарку моего собеседника. Распознав знакомое лицо, девушка приставляет палец к губам и подходит ко мне. Встает сзади и, нагнувшись, прислоняется к моему уху. Надо избавляться от привычки, которая появилась у меня от жизни в одиночестве. Короче, надо снова начать закрывать дверь на ключ. Это очень неприятное чувство. Чувство, когда в твое личное пространство бесцеремонно вторгаются. И несмотря на то, что у меня оно вызывает особое раздражение, я решаю промолчать.

— Можно как-то поподробнее? — интересуюсь я, после того как она ответила на мой первый вопрос.

Шико пальцем демонстрирует мне: «Продолжай разговор», после чего ее рука ложится на мое плечо. Обычно мне было забавно наблюдать за такими ситуациями со стороны. В академии они, благо, происходят довольно часто. Порою я создавала их сама, посылая одних специфичных учеников к другим. Но в последнее время все попритерлись, все поутихло, потому в этом скудном мирке стать героиней такой ситуации — неплохой такой расклад. Веселуха. Ага...

— Поподробнее? Ну, знаешь, в течение пары лет было несколько случаев, когда она интересовалась разными девочками. В основном выбирала серых неприметных девиц. Через пару дней — первый поцелуй, через неделю — публичная демонстрация любви, а через две — уже разбежались. Она доводит дело до постели, а когда девушка раздевается, готовая к ласкам — бросает ее. Такое вот у нее развлечение.

Шико слегка улыбнулась и, покосившись, заглянула в мои глаза, явно пытаясь узнать мою реакцию.

— Интересно, откуда такая интимная информация? Обычно о подобном предпочитают молчать. Неприятный опыт, все такое, — подмечаю я.

Я баба-кремень, никаких эмоций. Вы не сможете узнать мою реакцию, мысли. Я примерно, как тот лысый сверхсильный герой из сенен-манги, унаследовала его беспристрастное выражение лица.

— Девочки сами рассказывали, — дала очевидный ответ она.

— И вы верили?

— Не было причин не верить.

— А Шико что говорила на подобные заявления?

— Ничего. Кажется, ей без разницы, кто и что думал. Честно сказать, с Шико беседовать было непросто, особенно на подобные темы. В какой-то момент беседы ей удается создать впечатление, что она права, а все вокруг дураки, и если они желают верить в то, что выдумали, то кто она такая, чтобы перечить. За эту черту ее, пожалуй, даже все ценили.

Не сомневаюсь, что у нее есть такая способность.

— Мне сказали, что у вас Шико была важной шишкой. Мол, чуть ли не боженька местного разлива. И что, подобное для такого человека нормально?

— Именно потому что она была значимой фигурой, никто особо не обращал внимания. Это никак не вредило. Она кого-то находила, ей быстро надоедало, а после вела себя долгое время нормально, как обычно, а потом по новой. В принципе, мы привыкли к этому. В ее случае это даже стало плюсом. Многие, смотря на это, думали, что это очень романтично. А девочки помладше и вовсе стремились стать той самой избранной. Странное окрыляющее развлечение, похожее на игру в «Венамор». Получивший благословенный поцелуй феи десять лет бед не будет знать.

Это своеобразная традиция на день всех влюбленных, где множество парней/девушек борются между собой за благословление феи, грубо говоря, ведущего. Очередная древняя дурацкая традиция, завязанная на мифологии.

— А ты точно уверена, что не являешься одной из жертв, которая думает вернуть любовь назад? — интересуюсь я, чтобы уточнить.

Шико оценила мою дерзость одобрительным кивком.

— Ладно, — девушка выдохнула. — Похоже, наш разговор на этом заканчивается.

— Прости! Прости! — резко извиняюсь я. — У меня и вправду характер дурной. Решила пошутить, вспомнив начало диалога.

— Да уж, — она усмехнулась. — Выбор Шико в этот раз действительно совершенно другой.

— Прости, — еще раз извиняюсь я для удержания. — В целом я поняла твой рассказ, но что было пару месяцев назад?

Она произнесла «ну», а после на длительный период замолчала, будто бы что-то обдумывая. Я посмотрела на Шико, а та в ответ только плечами пожала.

— Сложно сказать. Ощущение, будто бы она решила проверить, насколько обаятельна. Сколько персон в короткий срок она сможет обольстить. Каждый день она была в компании новой девочки, а часто даже не одной. И ученицы были от нее без ума. Они в буквальном смысле готовы были сделать все ради Шико. Могли расстаться с последней рубашкой, лишь бы снова пообщаться с ней. Мне казалось, будто бы они одержимы, будто бы они все влюблены в нее, будто бы они под гипнозом. Даже некоторые учителя стали относится к Шико иначе.

Я снова смотрю на незваную гостью. Та, встретившись со мной взглядом, расплылась в загадочной улыбке. Не знаю, что ее веселило — рассказ или моя беспристрастная рожа. Но такая ее реакция даже радует мое сердце.

— К нам перевелась альфасамка, выходит. Ты потому и подумала, что меня за два дня покорили? Хах

Либо Шико нереально крута, либо есть то, чего я не знаю. После пары дней общения я склоняюсь ко второму варианту. В противном случае, я надеюсь, всем оказывают психологическую помощь. С ними явно что-то не в порядке.

— Если бы ты видела то, что видела я, то сомнений у тебя бы даже не возникло.

— А закрыли-то вас из-за чего? Не из-за любви же? — иронизирую я.

— Нет. Мы просто не прошли проверку. Из-за Шико. Да, мы были академией не без проблем. У всех есть недочеты, без этого никак. Мы о них знали и старательно скрывали, пытаясь решить. Шико же, в свою очередь, решила, что совет испортился, академия устарела, ученики недалекие, а потому она может потешить свое самолюбие в последний раз, раскрыв комитету все.

— Как легко ты рассуждаешь, Рика, — в разговор вклинилась Шико. — Значит, во всем виновата я?

— Госпожа Аглаофотис!? — ее голос задрожал.

Госпожа. Вот так титул! Сразу видно — равноправие.

— Давай и я расскажу Арквейд свою версию. Ты говоришь, раньше дело доходило до постели. Говоришь, что спрашивали меня об этом. Нет! Вы не спрашивали. Вы решили за меня. Решили, что так и есть. Потому что это играло вам на руку. Вы никогда меня не спрашивали. Ни ваши студсоветы, ни руководство, ни учителя. Повесели на белую ворону титул идола и стали ей поклоняться. Решили, что я удобная фигура, раз не задаю лишних вопросов, раз молчу, раз я была робкой и просто наблюдала. Когда что-то происходило, вы просто закрывали глаза. Мирились со странным поведением. Вас никогда не волновали ни мои чувства, ни мои отношения, ни моя личность, ничего. Вы всегда делали все, как вам было удобно.

— Шико, это не так! Вы снова не хотите нас услышать, — Рика повысила голос, словно пытаясь достучаться до девушки.

— Ваши попытки оправдаться мне не интересны. Скажете, что вы не знали о том, что у меня несколько месяцев назад появилась новая способность? Конечно, поначалу никто не знал и не понимал, как и я, но позже же разобрались? И это, как оказалось, не гипноз, а способность очаровывать и влюблять в себя на некоторое время. И пока я разбиралась с последствиями того, что сделала в момент, когда не могла управлять силой, что сделали вы? Вы за моей спиной построили пирамиду. Решили воспользоваться чувствами учеников и ободрать их. Захотели денег. Кто больше принесет, тому сегодня организуем встречу с Шико! Кто пожертвует мне миллион, тот вообще в совет попадет, станет ближе к нашей айдору! И обстоятельства ведь удобные! Если что, виноватой выставим Шико. Прикроемся ее именем. И я бы могла даже не узнать, если бы кто-то не проболтался. Из-за ваших действий я начала узнавать, что еще вы скрывали. И я, как вы знаете, нашла.

— Нет, мы, может, и виноваты, но я могу все объяснить! — возражала Рика.

— Комиссии я всего лишь показала документы, которые попали мне в руки, когда я пыталась разобраться в делах совета. То, что они узнали о присвоении академией денег, после чего начали крупную проверку и обнаружили то, что руководство скрыть не смогло, это уже вина их некомпетентности. О продажном совете и об обманутых учениках я не сказала ни слова, хоть и могла.

— … — послышался лишь тяжелый вздох.

Похоже, ей либо нечего ответить, либо она не знает, что сказать. В такой ситуации, если ты действительно виноват, сложно найти верные слова.

— Я уже говорила о том, что больше не желаю всех вас знать и слышать. Надеюсь, в этот раз прощаемся навсегда. Думаю, лишние слова не нужны, у тебя и без них есть, о чем подумать. Например, о том, кем вы были для меня, несмотря на все, и как сильно я ценила вас все это время. Но если ты продолжишь считать меня эгоисткой с дурным характером, я отрицать этого не стану.

Шико, положив руку на мышку, отключает девушку.

— Да, Шикуля… — протягиваю я. Снимаю наушники и поворачиваюсь к незваной гостье.

— Если у тебя есть какие-то вопросы, спрашивай у меня, а не пытайся выяснить все за моей спиной.

Как грозно. Или это шаг навстречу? Жест дружбы?

— Хорошо, — не сдерживая улыбки, отвечаю я. — И, что, ты скажешь все, как есть?

— Насколько возможно.

Одно я точно поняла — отношения в их академии были непростыми. Вернее будет, наверное, сказать — специфичными.

— Ладно. Теперь, когда я знаю об особенности твоего гипноза, возникает один вопрос. Зачем ты сходу в первый же день применила его на меня? Я тебе так понравилась как девушка или ты хотела сделать из меня свою игрушку? Давай, ответь честно.

Наверное, было бы правильным сначала задать уточняющие вопросы по услышанному ранее. Мол, когда-то публичная демонстрация отношений с разными девочками все же была, и мне интересно услышать позицию Шико. Могу только предположить, что эту айдору все считают безэмоциональной, бесчувственной. А она стремится всем показать, что это не так. Верно я понимаю? Только если вспомнить ее слова, что она сама ничего не чувствует, получается, что она врет не только окружающим, но и самой себе. Пытается пробудить какие-то чувства, но ничего не выходит? И в самом конце приходит разочарование, после которого опускаются руки. А потом по новой. От себя не уйдешь?

Дедукция.

Теоретик я от бога, хотя ручаться за высказанные догадки не могу. Лишь сопоставляю собранные за пару дней факты.

На мой вопрос Шико лишь молча и несколько задумчиво отводит взгляд куда-то вбок.

Что и требовалось доказать. Ответ был очевиден.

— Полагаю, на этом наша с Вами арка закончена? — я встаю на ноги и разворачиваю Шико, направляя ее к двери. — Некоторые зрители не смогли нормально воспринять Ваше появление, наши рейтинги падают, потому прошу на выход.

— Подожди, — возле самой двери она начинает оказывать сопротивление. — Все не так просто, как тебе кажется.

— Не так просто? Какая стандартная фраза, — я усмехнулась. — Но действительно, если бы ты могла ответить сразу, ты бы ответила. А так приходится найти оправдание, которое меня бы удовлетворило. Я не хочу ничего сейчас слушать, мне и так все понятно. Просто дай мне отдохнуть. Обсудим все как-нибудь в другой раз.

Я была недовольна еще тогда, когда она в комнату без разрешения ворвалась и решила подслушать, а теперь и подавно настроения на выяснение отношений у меня нет. Когда в чувствах есть нотки недовольства, трезвого разговора априори выйти не может.

— Нет. Послушай… — Шико разворачивается.

— Не беси меня, иди уже отсюда. Что хотела, я поняла и узнала. Я все равно не смогу сейчас трезво оценить все, что ты мне скажешь. Как мне отличить, где правда, а где ложь?

Ко мне приходит осознание, что на мне до сих пор незастегнутая рубашка, и я решаю хотя бы уделить внимание пуговичке посередине, застегнув ее.

— Выходит, времени высказаться ты сейчас мне в любом случае не дашь? Ты ведь в студенческом совете только ради денег? Что если я заплачу тебе за твое время? Я могу платить тебе каждый раз по две тысячи есси, когда потревожу тебя.

Зачем? Неужели так важно оправдаться передо мной? Кажется, еще с утра меня готовы были выкинуть. Меня терпеть не могли, разве нет? Или это ради собственного чувства удовлетворения? Я перестала понимать, походу. Какая сложная личность. Но плати мне каждый день по две тысячи, и я буду получать побольше любого студента на подработке. Даже не знаю. Звучит заманчиво.

— Хм... Интересное предложение, — я приставляю руку к лицу, изображая, что ее предложение меня заинтересовало. — Боюсь, я вынуждена от него отказаться.

Мое мнение о Шико резко начинает падать. Пытаясь его реабилитировать, я прикладываю силу и выталкиваю девушку за порог. Но не успеваю я закрыть дверь, как она резко хватает меня, наклоняя, приобнимает, убирает челку и смотрит прямо в глаза.

— Знаю, что ты будешь злиться за то, что я делаю, но ты все поймешь. Если бы я хотела, то могла бы использовать силу на ком угодно, даже на вашем директоре. В твоем случае все…

— Я не пойму, нафига ты постоянно меня наклоняешь? — я делаю все ту же беспристрастную мордашку. — Фетиш такой? Можно же прямо смотреть в глаза, эффект будет тот же. Или так он только мигрень создает?

Эта часть ее силы бесит меня больше всего. Потому вчера я обратилась за помощью к Астарте, попросив у нее линзы для глаз. Да, решила, что если не будет прямого контакта с глазами, то и сила работать не будет. И оказалась права. Сейчас, подумав о ее способности, я задаюсь вопросом, почему не влюбилась, как все остальные? Видать, чувство любви не для меня. Хах.

Она хотела меня разозлить? Поздравляю, ей это удалось. «Не хочешь слушать, так я силой заставлю». Отвратительно.

— Что? — отпустив меня, Шико пыталась понять, почему не работает сила.

Это уже переходит все границы.

— Думаешь, это хороший вариант? Не знаю, чему тебя там обучали, но разве тебе не сказали, что вторгаться в личное пространство человека без спроса — это ненормально? Не говоря уже о том, что заставлять человека выслушивать тебя силой это, откровенно говоря, перебор. Так ты хороших отношений не выстроишь. Впрочем, я не уверена, что они вообще тебе нужны.

Высказав это, я закрываю дверь. Быстро открываю ящик стола, хватаю оттуда ключ и вставляю его в дверь, провернув пару раз. Закрыв лицо руками, с тяжелым вздохом падаю на кровать. Обнимаю подушку, а после прячу под нее голову. Как же вы меня достали. Хочется кричать. Какие же вы тугие. Я хватаю уголок подушки и, засовывая его поглубже в рот, кусаю. Даже если хочу, не могу, не умею кричать. Еще раз вздохнув, я переворачиваюсь на спину и кладу подушку сверху на лицо. Расправляю руки так, что они начинают свисать с обоих боков кровати.

******

К делу всегда нужно подходить серьезно. Ха.

Я написала Эле и назначила встречу на 20:00. Попросила захватить ее весь необходимый реквизит для того, чтобы мы могли покидать и поотбивать мячик. Я человек далекий от бейсбола, потому стоит посмотреть, смогу ли я, взяв в первый раз биту в руки, отбить мяч. Если смогу я, смогут и другие. Мне не кажется это сложным.

Надев футболку и шорты, я собираю волосы в хвост и отправляюсь на встречу.

— Вот же ж сын собаки, — расплываясь в довольной улыбке, произношу негромко я.

Не то чтобы довольной. Я скорее оценила эту колкость. Распечатанная на обычной бумаге формата А1, неплохо обработанная, наша с Шико совместная фотография. Сделанная в виде плаката с надписью: «Без стука не входить, занят», фотография была закреплена на двери, ведущей в его комнату. Учитывая его шуточки в последние дни и то, что он заметил наши не очень теплые отношения, это должен был быть очередной тонкий подкол, но меня почему-то это только веселит. Надеюсь, Шико тоже оценит его усилия.

******

На улице довольно прохладно. Но думаю, это не проблема. Все же спортом каким-никаким заниматься собрались, разогреемся.

Кажется, я пришла рановато. Место встречи — многолетний одинокий дуб возле стадиона — было занято какой-то девчушкой. Пришлось дислоцироваться. Недалеко, под один из фонарей на алее. Девушка, стоявшая под дубом, глянула в мою сторону, улыбнулась и быстрым шагом направилась ко мне.

— Это ведь ты глава первого корпуса? Арквейд, правильно?

Приятный голос, от которого веяло озорным теплом, будто бы какой-то старый друг подошел. Говорила она быстро, но разборчиво, и ее вопросы были скорее утвердительными выражениями.

— Ты что-то хотела? — интересуюсь я.

— Я третьестепенный персонаж, зовут меня Яна, — девушка протянула руку, сопроводив действие добродушной улыбкой.

— Очень приятно, — пожав руку девушки, я попыталась ей улыбнуться в ответ.

Чувствую ее интерес и позитивный настрой. Такие люди — редкость, я с ней еще не общалась, а уже чувствую себя в зоне комфорта, будто мы знакомы. Важное умение — говорить как-то так ненавязчиво, что ли.

— Сразу отвечу на твой резонно возникший вопрос. Я в одной команде с Элой. Когда ты ей написала, я сидела у нее в комнате и невольно увидела сообщение. Решила прийти и познакомиться, — свою быструю речь девушка сопровождала обилием различных эмоций, которые легко мог бы прочитать и понять любой. — Эла немного задержится. Боюсь, у нее возникнут проблемы с поиском некоторых вещей. Я их спрятала, чтобы выиграть немного времени.

Большие карие глаза, светлые волосы чуть длиннее плеч. Прическа у нее слишком запоминающаяся для третьестепенного персонажа: стрижка короткая, но на висках с обоих боков свисают густые пряди длиной чуть ниже плеч, челка не слишком аккуратно обрамляет лицо, а у пробора свисает пара коротких и тонких прядей, которые, как бы перекрывая друг друга, образовывают странноватый треугольник. К слову, вписывался он весьма органично. Все волосы были растрепаны. Заметно, что собиралась она наспех, не особо заботясь о внешнем виде. Об этом говорила и одежда, явно не предназначавшаяся для ночных прогулок. Помятая белая рубашка на пару размеров больше, такую используют некоторые девчонки для сна, и юбка до колен. Могу сделать вывод — встреча не была запланирована.

— Ты, наверное, хочешь узнать зачем? Я честно не знаю, как-то спонтанно возникло это желание. Почему бы не узнать, кто потенциально будет в твоей команде? Да, ты права, все уже знают тебя. Но одно дело, что говорят люди, а другое — узнать все самой.

Яна заранее отвечала на каждый из вопросов, которые возникали в моей голове.

— Знаешь, не особо читаю форум или местную газету, меня это не интересует, — она встала поближе и прикрылась рукой так, чтобы типа другие не слышали. — К слову говоря, пишут сплошные гадости.

— Хах, — я усмехнулась.

После этой фразы она снова вернулась на место.

— Но у меня почему-то наоборот возникает какая-то странная симпатия к людям, о которых плохо говорят и судачат, — говоря это предложение, девушка туда-сюда возле лица помахивала правой рукой, будто потешаясь над своей особенностью. — Моя способность — радиолокация, легко обнаруживаю предметы и объекты, все такое. Надеюсь, ты не будешь шутить про пульт и прочее. Мысли я не читаю. Просто пока шла, думала, о чем говорить, и вот заранее заготовила ответы на потенциальные вопросы.

Отличительными чертами ее речи были быстрота, информативность и шутливость. Не было в ней лишней воды, как у некоторых персонажей.

— Вот как. Может, хочешь тогда спросить меня о чем, раз знакомимся? — не зная, что ответить на всю эту речь, интересуюсь я.

Да уж, положительный персонаж, но странный. Вроде и создает приятное впечатление, но слегка сбивает с толку своими чудными манерами.

— Незачем, — она широко улыбнулась. — Мне достаточно посмотреть на человека, постоять с ним рядом, чтобы понять, нравится он мне или нет. По лицу можно определить, по внутренним ощущениям. И мне кажется, ты неплохой человек.

— Ну, спасибо.

В целом мне такое отношение даже нравится, оно простое, что ли. Без лишней заковыристости. Такой человек в команде меня устраивает.

— Эла поступила немного неверно. Она пришла сегодня и заявила всем, что Арквейд будет шестым членом команды. Парням это не понравилось, и они сказали, что не готовы принять нового участника. Я воздержалась от голоса. В общем, были жаркие споры, возникла небольшая ссора, а по итогу Эла осталась в расстроенных чувствах, — девушка пожала плечами. — Сама она не расскажет, потому об этом говорю я. Чтобы не было потом неожиданностью для тебя. Я ведь ее знаю, она будет ходить до последнего, уговаривать, настаивать, сценки разводить, но, боюсь, успеха, наверное, ей не добиться. Нашим ты не по душе. Особенно капитану. Если другие еще как-то нейтрально относятся, то он радикально против.

— Не стоит беспокоиться. У меня есть другие варианты. Спасибо, что сообщила.

Я пока и сама всерьез не задумывалась над вопросом команды. Мне не хочется ни в команду Элы, ни в команду Изуми. Первый вариант мне, конечно, был больше по душе, но теперь выбора-то особо не остается.

— Рада была познакомиться. Я пойду, — девушка развернулась, а спустя пару секунд повернулась обратно. — Не хотелось бы встретиться с Элой, ей моя выходка не понравилась бы. Потому ты не говори ей, что мы знакомы. А если возникнут какие проблемы, пиши. Найти меня легко. Запоминай. Я, — девушка, слегка нагнувшись вперед, прогнула спину и выставила указательный палец. — Н, — методично вслед за указательным был выставлен средний палец. — А, — последним стал безымянный. — Яна! В академии больше ни у кого нет такого имени, — одарив меня лучезарной улыбкой, девушка махнула рукой и направилась в противоположную от домиков сторону. — Не хочу столкнуться с подругой, потому сделаю крюк.

Сложно сказать, что сейчас было. Странное знакомство с каким-то самотроллингом.

******

Спустя пять минут подтянулась Эла.

— Я тебя позвала, потому что ты самый светлый человек в нашей компании. А ты и без того тоскливую жизнь делаешь еще тоскливей, — заметить изменение в ее настроении можно было бы даже без помощи Яны. — Чего случилось?

— Да нет, ничего, — она как-то вяло улыбнулась. — Просто немного вымотана.

Ах ты лгунья!

— Взбодрись! — протягиваю руку, прося биту, и Эла подает ее мне. — Твоя любовь позвала тебя на необычное свидание, а ты... Должна была мне свое настроение передать, убрать мой негатив.

Это что-то вроде ободрительной речи. Извините, не умею подбадривать без колкостей.

К слову, впервые держу биту в руках, ощущение приятное.

— Я из тех, кого легко расшевелить, втянув в авантюру, потому обещаю, что по ходу приду в норму, — она улыбнулась чуть шире.

Моя не слишком-то воодушевляющая речь, кажется, пришлась ей по душе. Вот она уже, как обычно, поправляет свои распущенные волосы. Прихорашивается. Да... Она часто делает это в моем присутствии. Поправляет волосы, смотрит, нет ли чего на лице, приводит в порядок форму. Знаете, тот случай, когда девочка делает это бессознательно, пытаясь понравиться. Ага. И раз ее волнует такая чушь, значит, не все так плохо.

— Идем, хочу попробовать покидать-поотбивать мяч.

Как я и думала, это оказалось не так сложно. Конечно, я не выбиваю хоум-раны, но это и не нужно. Могу отбить, и мне потребовалось не так много времени, чтобы начать как-то отбивать одну за другой подачи. Даже в какой-то момент возник интерес, желание отбить дальше и сильнее. Подавать оказалось сложнее. Вернее, подавать правильно. Так, чтобы мяч летел в страйк-зону, а не пролетал возле нее. Оказалось, что Эла уже раньше играла в бейсбол, и потому научила меня и как правильно стоять, и как биту держать, и как подавать. Хвалила меня, мол, я талантливый ученик, быстро все схватываю и реализую. Ну, а как иначе, это ж я! Ха. Мы разговорились, говорили в основном об игре, о ее прошлом, о том где, как и почему она обучилась этому ремеслу. Ее настроение, и правда, быстро пришло в норму, все стало, как и всегда, простым и непринужденным. Даже комплименты мне начала отваливать, мол, идет мне спортивная форма и все такое. Ее способность в такой игре оказалась невероятно эффективной: и мяч словит, и на место вернет в считанные секунды. В такой игре она просто читак, ей и команда не нужна. Хорошо, что все участники не сильно далеко ушли от обычных людей.

Становилось все темнее и темнее, время переваливало за половину десятого.

— Давай напоследок мяч просто покидаем, половим и разойдемся.

Пора и поверхностно о правилах поговорить, узнать мнение.

— Хорошо, — Эла улыбнулась и отошла примерно на двадцать метров.

— Слушай, это что за персонажи такие?

Вот уже минут пять как издалека в нашу сторону смотрят пара человек. По силуэту, кажется, рослый мужчина, а с ним какая-то девушка.

— Это? — Нацукаши обернулась и приставила руку ко лбу, пытаясь сквозь тьму получше разглядеть гостей. — Кажется, это новые учителя. Я вроде бы встречала и провожала этого мужчину. А с ним, наверное, его невеста.

— Рановато они на самом деле все приехали, не думаешь? — я кинула мяч. — Им и заняться-то нечем сейчас особо, наверное.

— Мне некоторые преподаватели говорили, что будут приходить на пары, читать лекции, с учениками беседовать. Изучать обстановку, обмениваться опытом с учителями второго курса.

Мяч летит в мою сторону. Ловить во тьме его не так-то просто. Благо, Эла подает довольно точно, словно на автомате, не то, что я.

— Ладно, это неважно. Давай лучше поговорим об игре предстоящей. Правила, которые я придумала, довольно сырые, я в них совсем не уверена, потому мне подумалось, что надо провести тренировочные игры. Собрать людей. Желательно найти 18 человек, которые никому ничего не скажут, согласятся прочитать правила бейсбола и пару дней уделить играм. Может, попросишь кого из своей команды присоединиться к нам?

Я рассчитывала, что Эла мне с этим поможет, приведет команду, но после полученной информации, думаю, особо можно теперь не рассчитывать. Разве что Яну она может попросить.

— Понимаешь, — девушка замялась и пару раз перекинула мяч из перчатки в руку и обратно. Она посмотрела на кончик своих кроссовок, а после перевела взгляд на меня и, кажется, улыбнулась. — Боюсь, не получится. Тут кое-что случилось, и я хотела попросить тебя кое о чем. Можно я у тебя несколько дней перекантуюсь?

Неужто все настолько плохо?

— Я двери на ночь закрываю, — прямо говорю я.

— Эй! — уловив мой посыл о том, что она извращенка, девушка, возмутившись, запулила мячом в меня, но промахнулась.

— Ладно, что уж с тобой поделать… — я усмехнулась и пошла за мячом. — Только есть одно условие.

Мой великолепный храм одиночества все равно уже разрушен совместными усилиями двух идиотов. Хуже уже точно не станет.

— Какое?

Именно желая услышать интонацию этого слова, я и решила взять паузу, отправившись за мячом. По нему я могу оценить, на какой жесткости условия она согласна. Тон — «примерно согласен, но не на все». Отчаянность тянет на 5 из 10.

— Сущий пустяк. Ты вроде готовишь неплохо. В качестве платы за жилье ты станешь на время проживания моим личным поваром. Но... — я делаю акцент на «но», чтобы девушка понимала, что это важное условие. — Готовить ты будешь только и только для меня и себя! Если я узнаю, что хотя бы часть порции досталась шакалам, живущим со мной, то все, можешь собирать вещи и уходить!

Всегда хотела попробовать попитаться хотя бы с неделю нормально.

— К чему такое условие странное? — Нацукаши находила это забавным. — Мне не сложно готовить на всех.

Доброй души девушка, что тут еще скажешь.

— Нет, только так! Ты будешь моим личным шеф-поваром и никак иначе! И да, продукты тоже с тебя. Поняла? — кидаю мяч.

А то съестные бланки никак не заполню, и еду до сих пор привозят на одно тело, а рта в доме три. Или уже четыре.

— Хорошо.

Она хотела спросить, чего это я такая жесткая, но не осмеливалась, опасаясь ответа вроде: «Мне такие надоеды не нужны». И правильно, что опасалась. Увидит плакат... Ой, сердце бабы разобьется. Надеюсь, она не яндере.

— Что ж, добро пожаловать, но знай, что дверь я все равно закрываю, так что ночью... — я на секунду задумалась. — Погоди! Что тебе дверь-то, да? Зашла с утра, оставила след, а ночью переместилась и, пожалуйста, насилуй. Что-то у тебя дофига опасная способность, нужен магический барьер.

— Да я никогда так не сделаю! — возмущается Эла. — Если бы я хотела, то давно могла бы уже это сделать, и мне не нужно даже в дом входить!

— АГА! Вот ты и созналась! Подловила тебя! Откуда ты знаешь, что тебе не надо в дом входить? Проникала уже, значит, ко мне, да? Смотрела на то, как я сплю! А ведь я, когда одна жила, почти всегда спала без верха! Вот же ж ты извращенка!

— У меня даже мыслей таких никогда не было!

Кажется, мои издевки задевают ее и немного злят. Легкая жертва. Знаю я, что не поступила бы она никогда подобным образом, однако вероятность всегда есть. А теперь и подавно! Возраст, гормоны, симпатия и объект страсти теперь будет рядом, искушение велико. По секрету скажу, что я бы непременно воспользовалась таким шансом. Не столько ради удовлетворения, сколько ради посмеяться, поиздеваться. Ух, Эла, несладкая жизнь тебя ждет, ох, несладкая. Ха.

— Но теперь-то они в твоей голове поселились. Да?

— Я сейчас обижусь! — не зная, чем контраргументировать и как прекратить этот диалог, заявила Нацукаши.

— Прости-прости, не могла упустить возможность. В общем, давай вернемся к играм, — мяч снова летит ко мне. — Сразу говорю, правила сырые, и я буду активно менять их, исходя из результатов, которые буду видеть.

— Понимаю.

Нам приходится говорить друг с другом, повысив голос, и это начинает немного напрягать.

— В общем, мы скрестим бейсбол и игру «Один на вылет». Два капитана, две команды, по 9 человек в каждой. Каждый участник будет выполнять все роли. То есть, вначале капитан определяет позицию каждого, и дальше игроки будут меняться. Предположим, ты питчер, подал мяч, переходишь в следующем раунде на позицию кетчера, то есть ловишь мяч, затем становишься игроком первой базы, после правым аутфилдером, потом центральным, после идешь на вторую базу, левую внешнюю, третью, потом на место шортстопера, а после становишься беттером. И так по кругу. Так каждый должен будет отыграть на всех позициях. Естественно, чем меньше людей, тем меньше позиций, и уже придется выбирать, например, оставить центральный аутфилд открытым. Потому я думаю сделать что-то вроде — капитан команды может раз в три раунда менять роль одного из игроков, например, отправить его отбивать. Тогда игроки просто меняются местами. В общем, так будет выглядеть — растасовка и перемещение. Дальше все сложнее, и мне нужно знать, на что способны люди, которые не играли, но я предполагаю следующее: как и в обычном бейсболе, питчер подает, беттер отбивает. Однако подача будет всего одна. Вернее, раунд один, три попытки отбить одному игроку, после команды меняются местами. Если беттер не отбил, то ничего не происходит. Если отбил, он должен добежать до дома. Вроде кажется сложным, однако за неумением ловить и силой и скоростью мэсов, мне кажется, сделать это будет не так трудно. Поживем — увидим. Добежав до дома, получает очко, то есть команда может лишить противоположную одного любого игрока. Например, у них хорошо кто-то подает, можно убрать его или еще кого. Это и будет камнем преткновения, мол, надо понять, кого эффективнее всего убрать. Изучить оппонентов, их досье. Людям придется притворяться, чтобы лучшие игроки дожили до конца. Использовать какие-то уловки и не всегда играть эффективно. Потому я и сказала, что преимущества не будет. Так как хорошие игроки могут тут же отвалиться. Так вот и будет идти игра, пока в одной команде не останется 0. Вернее сказать, правила изменятся, когда в одной из команд останется 3 игрока. Тут уж нормально обороняться не выйдет, как ни крути. Потому счет пойдет на хиты, хит будет считаться очком. Сумбурно пока, но как-то так.

У меня очень много вопросов, но, думаю, они все легко решаются простой пробной игрой, когда будешь видеть расклад. Главное в этом деле — адекватно и понятно расписать правила. Думаю, нужно будет проводить пробные раунды.

— Ты, наверное, разозлишься, если я попрошу повторить еще раз? — неловко спросила Эла.

На время мы перестали кидать мяч.

— Да нет, я понимаю, что все, ну, такое. Думаю, пропишу правила более ясно и нарисую все, но это уже будет ближе к самой игре, — я подошла ближе к девушке и заново повторила сказанное ранее.

— Звучит интересно, — задумчиво протянула Эла. — Но мне кажется, что тут нет как таковой психологии и многое зависит от команды.

— Я бы так не сказала. Я еще подумываю о введении некоторых элементов. Один игрок, конечно, игру не выиграет, но может внести неплохой вклад, если поведет себя верно. Да и психология не должна быть основой. Взаимодействие и стратегия тоже важны. Подумываю также оставить окно, чтобы и люди из команды проигравших могли пройти в следующий тур. Но об этом говорить рано, надо додумать, — вздохнув, я кладу руку на плечо Элы. — Для этого мне и надо набрать 18 человек, чтобы воспроизвести игру и доработать правила или переработать.

— Прости… — с неким сожалением сказала она, намекая на то, что помочь с этим не сможет.

— Да ладно.

Я, конечно, рассчитывала на то, что она привлечет хотя бы двоих, но как-нибудь разберемся. Буду думать завтра о том, где найти людей.

— Также нашим куратором будет Такего Шинрот. Мой учитель по самообороне. В сумме мы имеем 7 человек.

— Ты уже неплохо подготовилась, — девушка откровенно льстила мне. — Да, а почему семь? Если восемь?

— Понимаешь, — я убрала руку с ее плеча и сняла перчатку, готовясь покидать место тренировки. — С Шико есть определенные трудности, потому на нее я бы не рассчитывала.

— Вот как, — она также сняла перчатку и стала собирать инвентарь. — А какие роли будем выполнять мы непосредственно, когда стартует сама игра?

— Да все одинаковые: судьи, да те, кто следит. Придется привлечь сторонних людей. С этим проблем не будет. Единственное скажу, что ты прямо находка. Тебе будет отведена особая роль в этой игре. Ты не будешь с нами в команде судей, а станешь частью игры.

— И, конечно же, ты мне не скажешь, в чем будет заключаться моя роль?

Фраза Элы наполнилась сарказмом. Умеет же, когда хочет. Но в ее озвучке этот сарказм все равно звучит по-доброму.

— Скажу. Просто попозже.

******

В этот же день Эла перебралась ко мне в дом.

«Ответственность за поведение своих жителей я не несу и за происходящее в доме тоже» — сказала я ей, пытаясь переубедить девушку, но, увы, безуспешно.

Фраза ясно давала понять, что тут творится какая-то дичь и удивляться нечему, но Эла все равно была немного ошарашена. Однако это уже совсем другая история.

25.Пятница, 24 марта (часть 1)

«Знойный день. Как всегда, стрекочут кузнечики. Почему-то в поле возле железной дороги они делают это особенно активно, увеличивая свою громкость, когда приближается поезд. Вот и сейчас они вторили о скором приближении очередного, скорее всего грузового состава. По левую сторону от железнодорожных путей — заасфальтированная дорога, по которой изредка проходят фуры, неспешно перевозящие грузы из одной точки в другую. За дорогой метр песочной обочины и обрыв. Обрыв, по которому спуститься крайне непросто, но все же возможно. Даже если сорвешься, то вряд ли сильно покалечишься, до земли метров десять-пятнадцать, а там небольшой пляж и море. У берега на вбитый в землю кол привязана пара старых, едва пригодных для хождения, деревянных лодок. Дальше только бескрайнее море и горизонт. И кто только додумался устроить населенный пункт в таком богом забытом месте, а главное — зачем?

Я стою в метре от железной дороги, вдали доносится гудок поезда, а я смотрю на нее. Девушка в легком летнем платье, с длинными, доходящими до колен волосами, собранными в два хвоста. Ветер развевает ее волосы и подол платья. Она, придерживая панамку, едва выглядывает из-под нее, посматривая на меня, и как-то грустно улыбается. Приближается ко мне и останавливается в паре метров. Мимо проносится поезд, издавая громкий гудок. Я знал, чего ожидать, но все равно вздрогнул от неожиданности. Поезд принес за собой волну сильного ветра, и панамка слетела с головы девушки. Она посмотрела ей вслед, пытаясь бороться с неугомонными волосами, которые по инерции стремились в сторону уходящего поезда.

«..............»

Она что-то произнесла, но из-за шума я не услышал ни одного слова. Я решил подождать, пока поезд проедет мимо, чтобы переспросить. Держа одну руку на голове, она, как и раньше, грустно улыбнулась, а после ее глаза налились слезами. Девушка заплакала. Она забыла о своих волосах и пыталась вытирать слезы, которые без устали стекали по щекам. Стоило последнему вагону пронестись мимо нас, как она принялась бежать в сторону деревни, закрывая свое лицо руками. Я хотел было крикнуть ей что-то вслед, но не мог. Как не смог и побежать. Ноги словно стали ватными и приросли к земле. Я видел эту девушку впервые, но почему-то мое сердце сжало тисками боли. Словно я обидел самого дорого мне человека. Человека, которого люблю больше всего…»

Мое чтение прервал стук в дверь. Вы могли подумать, что ошиблись произведением, но нет.

Называть блог произведением? Да уж.

Неважно.

Началась моя пятница именно с этих строк. В последнее время мне что-то совсем плохо спится. И вот, лежа в кровати, я решила запустить ее. Визуальную новеллу, прохождение которой откладывала в долгий ящик. Отзывы у нее были хорошими, вернее сказать, «крайне положительными», но я почему-то всегда с опаской подхожу к такому рода феноменам. Как-то невольно начинаешь относиться плохо к тому, о чем навязчиво говорят многие, и доходит это до стадии полного отторжения. К тому же я не являюсь любителем жанра новелл. Пробовала играть в несколько десятков игр такого жанра, но едва ли смогла закончить и пару. А уж пройти полностью и то смогла всего лишь одну. Но порой возникает желание дать шанс таким твореньям.

— Завтрак ждет Вас, — едва приоткрыв дверь, в комнату заглянула Эла. — С самого утра уже сидишь за компьютером.

— Ну, мам, — протянула я в ответ на ее укоряющий меня тон.

Девушка улыбнулась и, еще раз повторив свою фразу про завтрак, попросила поторопиться. Похоже, не судьба мне пройти сей шедевр. Стоило запустить игру, как внешние факторы говорят мне остановиться. А я в таком деле — человек настроения, и вряд ли скоро захочу к ней вернуться, уповая на лучшие времена.

******

Не об этом я мечтала. Рисовая каша с кусочками фруктов. Что за мерзость? Уже скучаю по ставшей мне родной яичнице с кетчупом или мюсли с молоком на завтрак.

— Тебе не нравится? — спустя какое-то время интересуется Эла.

— Определенно, — однозначно говорю я.

Я ем медленно, пытаясь скорее проглатывать все не жуя. Смотрю в тарелку на кашу и мысленно борюсь с ней, разговаривая.

— Но разве не вкусно? А главное — полезный завтрак.

Вкус такой себе сладости поутру меня совсем не прельщает.

— Думаю, настрочу тебе список того, что мне интересно. Мясо, например, да. Мясо было бы неплохо.

— Мясо с утра? — девушка улыбнулась. Поднеся ко рту очередную ложку каши, она задумалась. — У тебя нет проблем с кожей и телосложение спортивное. Я думала, ты правильно питаешься.

— Деревня, — протянула я, усмехнувшись. — Я баба молодая, метаболизм повышен, обмен веществ, все дела. А еще я мэс, как бы. У кого из нас подобные проблемы? Жри, не жри, не поправлюсь. Пока есть возможность, надо пользоваться. Отказать себе еще успею.

— Понятно, — протянула она, оценивая мои слова. — Ты напиши, чего тебе хочется, а там я посмотрю.

На этом беседа прервалась. Ей-то наоборот такая еда была по душе. Быстро и с удовольствием съела, а после еще и остатки загребла. По этому пункту мы бы не сошлись. Хорошо, что характер у нее покладистый, легко манипулировать. Не думала, что буду рада, что кто-то будет испытывать ко мне симпатию. Ну, вы понимаете, какого плана. Неплохо играет на руку. И где ты, моя совесть?

— Чего? — спустя некоторое время я ловлю на себе задумчивый взгляд Элы, которая уже доела и, похоже, ждала меня. — Меня можешь не ждать, дела есть кое-какие.

— Да нет, — девушка отвела взгляд, поняв, что мне не очень нравится, когда так пристально смотрят, изучая, во время еды. — Просто вот подумала о том, почему ты так легко согласилась и разрешила мне переехать? Не похоже на тебя.

— Доброй души баба я, да? — конечно же, это ирония. — Рассказать тебе почему?

Да не почему, я просто почувствовала, что ей нужно где-то побыть, обдумать сложившуюся ситуацию, и раз уж попросили, то... Ну и настроение она удачно подловила.

— Угу, — мило просила она.

— Есть у нас в академии одна ученица. Были у нее кое-какие неполадки со своей командой, но деться ей было некуда. Ситуация накалялась, и вместо решения проблемы она перестала общаться с членами своей команды и заперлась в своей комнате. Обособилась. Дверь в ее комнату специфичная, просто так не войдешь и не выломаешь, если хозяйка сама того не захочет. Ну да не суть. В общем, жила она на втором этаже, вылезала наружу через окно, а залезала через окно соседа, с которым ей пришлось познакомиться, дабы не контактировать со своими сожителями.

Это история об одном персонаже, которого мы все давно знаем...

Астарта, это я о ней.

— И что было дальше? — утоняла Эла конец истории.

По лицу Элы вижу, что она не понимает, о чем я говорю, хотя общую суть о том, что ситуация похожая, улавливает. Это главное.

— И ничего. Позже она влюбилась в этого соседа. Достала меня и Селину тогда, просто ужас. Пришлось даже разрешение ей выписать, чтобы она проход новый между домами сколотила. Думаю, если ты хоть раз обходила кругом жилой корпус, то должна была видеть этот особенный по строению домик. В общем, к чему это я? Не хочу, чтоб ваше недопонимание переросло во что-то большее. Под конец-то учебного года. Я понимаю, иногда надо подумать, сменить обстановку. Так что поживи тут, передохни, а после решишь свои проблемы. Лучше уж так, чем после вовлекать студсовет.

Проблема Астарты решилась сама собой в один момент. Дмитрий, через окно которого она лазила, усадил всех за стол переговоров. В итоге все переехали, а дом достался девушке, которая пообещала помочь ребятам с их мехой. Правда, пришлось совету немного со всем этим помочь.

— Спасибо. Мне очень приятно, что ты понимаешь.

Благодарность из разряда: «Какая ты добрая и чуткая». Ха.

— Ты, как-никак, лицо совета. А на лице проблем быть не должно. Ясно? — с некой угрозой говорю я, хотя фраза должна была нести ободряющий тон.

— Что у нас есть? — не то спрашивая у нас, не то задавая риторический вопрос, на кухню вваливается Нео и сразу же ползет к холодильнику.

— Ладно, мне пора, — замечая, как на кухню еще подтягивается Шико, спешу ретироваться. А то наши утренние сцены всегда заканчиваются взаимными подколами, которые больше похожи на упреки. Не хватало еще и Элу в них вовлекать.

— Да, мне тоже надо собираться, — вслед за мной поднялась Нацукаши. — Только посуду помою.

— Не забывай об условии, — напоследок сказала я Эле и, не обращая внимания на невнятное «доброе утро» от Шико, поспешила покинуть дом.

******

Время собирать вместе весь честной народ. Тех, кому я могу доверять.

Первой в моем списке была Ивая, куда ж без нее. Ей я еще вчера вечером настрочила и все объяснила. Она, конечно же, сразу согласилась помочь.

Следующим в моем плане был Кейчи, парень нашей бывшей главы, хороший малый. Мне не пришлось его уговаривать. Быстро согласился, даже не поинтересовавшись, для чего это все. Единственное, пришлось попросить его молчать и ничего не говорить Селине. Не тащить ее с собой. А то мало мне было времени, когда только и слушала ее упреки и ворчания. Уверена, что и сейчас она бы тоже завелась. Она, в отличие от меня, до сих пор ощущает некую ответственность перед учениками, хотя главой уже и не является.

Пробный матч планирую провести завтра в четыре часа дня. Сегодняшний день — это день операции с кодовым названием N. Почему N? Да потому что нам надо собрать людей, а сколько их будет — неизвестно, вот и N. Шучу. Просто подходящего названия нет. Да и взрослая я уже придумывать всяким операциям названия. Конспирироваться. Чушь какая. Ха.

******

Важной частью миссии является ее детальное продумывание — подготовка. Оценка ситуации, расклада, выбор целей, а главное — минимально энергозатратное распределение сил — вот залог моего успеха. Для размышления нет в академии лучше места, чем ее крыша. Здесь я могу уединиться, и никто меня не потревожит, ибо доступа нет, нет ключей. Я решаю лечь прямо на крыше. Негигиенично? Форму стирать? Плевать. Теперь тут только я, безграничное небо, шум, едва доносящийся с округи, и мои размышления. Так я завуалировала мысль о том, что мне лень все делать.

******

Иногда так не хватает музыки. Может быть, с ней было бы легче найти решение и настроиться на нужный лад. Уже больше полугода, как не использую наушники за пределами дома. И почему я не обзаведусь плеером? С завидной периодичностью думаю об этом, но в итоге все равно на все забиваю и продолжаю баловаться наблюдением за другими, слушая создаваемые ими словесные шумы. Звуки природы, чириканье птичек, завывание ветра и шум местных учеников — вот чем мы наслаждаемся за пределами дома.

С характерным звуком щелчка распахивается одно из окон верхнего этажа, нарушая мою тишину.

— Ну что за придурок! Зачем ты ее слушаешь вообще?

Знакомый голос, но кому он принадлежит, не вспомню. В нем нет злобы или чего-то негативного. Дружеское порицание с нотками недовольства и раздражительности.

— Мне не страшно, — послышался ровный мужской голос. — Нас, и правда, учили лазить по зданиям! В этом нет ничего такого.

— Ну и куда ты полез! — все тот же недовольный женский голос.

Повернув голову, я вижу кончики пальцев, которые хватались за край крыши.

— Мне не сложно выполнить просьбу и показать свои навыки, — кажется, парень совершенно не понимал возмущений останавливающего его голоса.

— Ну что за идиот… — безысходно произнесла девушка, после чего послышался глухой удар.

— Эй, за что ты меня бьешь? — с тем же непониманием ровным тоном интересовался парень. — Я ведь так и свалиться могу.

— Вот придурок, они тебя просто разводят, а ты и повелся. Слезай давай! — с возмущением говорила она.

Кончики пальцев пропали. Кажется, чтобы не получить очередной удар, он решил последовать просьбе дамы. Вернувшись в класс, он снова что-то стал говорить, но разобрать, что конкретно, я не могла. Однако после его слов донесся тихий смех нескольких девушек. После они о чем-то активно стали спорить, а я лишь слышала часть от той девушки, которая стояла возле окна.

— Вот еще...

— И ничуть я не боюсь...

— Тоже мне...

— И что с того? — каждая фраза была приправлена небольшой долей раздраженного сарказма.

— Хорошо.

Это послышалось отчетливо, и я сразу по тону определила бойцовский настрой. Такой, который был призван доказать неправоту собеседника.

— Тогда, если не смогу, то поцелую этого придурка.

Из класса донесся девчачий смех.

— Что ж, поехали, — на козырьке снова показались кончики пальцев.

— Тебе вовсе не обязательно это делать, — донесся слегка взволнованный голос парня.

— Отпусти ногу, придурок! — возмущалась девушка.

— Но ты ведь можешь упасть.

А еще на крыше ты можешь встретить главу студсовета, которая по головке тебя не погладит за такие выходки. Ха.

— Если я и упаду, то только из-за тебя! — с этими словами на крыше показалась ее нога.

Неплохой размах. Можно сказать, уже на половину пришла к успеху.

— Хорошо, но я на всякий случай подстрахую.

Она забралась руками по локоть, плотно ухватившись. За руками показалась голова. Нарушителем тишины и по совместительству нарушителем правил была моя новая знакомая Яна. Увидев меня лежащую на крыше, смотрящую прямо на нее, она замерла. Ее лицо исказило глупой улыбкой, которая доносила одну простую мысль: «Вот попала».

— Эй, что-то случилось? — спустя тридцать секунд спросил взволнованно парень, решив, что что-то пошло не так, так как она просто висела, не отводя от меня взгляд. — Ты же сама сказала, что они просто шутят. И тебе вовсе необязательно что-то доказывать.

В свою очередь я тоже не отводила свой взгляд от нее, ожидая дальнейших действий или оправданий. Несмотря на то, что я лежала на крыше, лицо мое выражало полную серьезность. Лицо человека, готового сделать выговор.

— Да, наверное, ты прав, — она быстро начала слезать, возвращаясь в класс. — Чего это я ведусь на глупые провокации…

С этой фразой окно закрылось, оградив меня от прослушивания конца этой сцены.

******

В очередной раз кто-то нарушает мою тишину, упорно дергая за ручку двери, ведущей на крышу. Спустя секунд тридцать незнакомец прекращает свои попытки.

— Эй, я вижу, что ты там! — после недолгого перерыва доносится голос Астарты.

Вот уж не думала, что увижу ее в своем укромном местечке вторую неделю подряд. «Тогда почему дверь закрыта?» — спросите меня вы. И правда, почему же? Странно!

Итак, одним из путей выполнения миссии является вербовка. Этот метод, пожалуй, сейчас я и испробую.

— Палки у тебя? — поднявшись, я отряхиваю форму и подхожу к двери.

Этот вопрос призван проверить частоту ее намерений.

— Нет, — с неким удивлением произнесла девушка. — Я как-то не подумала. Если нужно, то я, конечно, сейчас схожу.

— Не надо, — я открываю дверь и жестом приглашаю ее войти. — Следишь за мной, что ли?

По ее лицу сразу понятно, что настроение у нее наипрекраснейшее. Широкая довольная улыбка, блеск в глазах с нотками игривости.

— Нет, ты не думай, что я специально. Совсем не специально. Может, по мне и не скажешь, но я очень наблюдательная, — она одарила меня улыбкой. — Наш кружок самый крайний на этаже, никто обычно в нашу сторону не ходит, а если и ходит, то я уже наверняка всех знаю. За ним лестница, ведущая на крышу. Вот. Дверь в кабинете была открыта, я сидела в тишине, создавая чертеж. Услышала шаги и по инерции подняла голову, заприметив тебя. Знаешь, я вообще заметила, что по весне ты стала чуть ли не каждую неделю захаживать сюда. Ты не подумай, я не слежу. Вернее, не то чтобы я следила, но иногда хожу, проверяю, нет ли тебя тут. Мне до крыши рукой подать. И вообще, я не знаю, стоит рассказывать или нет, но тут постоянно торчит Фуджишими. Причем она всегда приходит в те дни, когда тебя нет. Будто бы знает все о тебе и избегает. Правда, в отличие от тебя, она и зимой сюда захаживала. Однажды я тут довольно жуткий круг снеговиков через щелочку видела. Он отдавал налетом какого-то сатанизма или чего-то весьма страшного. Нелепо измазанные красной краской, они будто бы хотели убить друг друга.

Да, крыша — то место, которое свело нас с Фуджишими. Это я научила ее открывать и закрывать дверь без ключа. И чтобы не нарушать покой друг друга, мы поделили дни. Я взяла себе четверг и пятницу. Но мне, похоже, придется теперь искать новое место отдыха.

— Вот как, — я усмехнулась.

Девушка как-то мечтательно вздохнула и, задумавшись на долю секунды, продолжила:

— Такое может показаться некрасивым, но я волнуюсь, да, — тараторя, она умудрялась подкреплять свою речь мелкими действиями. Например, сейчас она кивнула, будто бы давая понять, что, и правда, волнуется. — Видела, как ты переживаешь, ходишь угрюмая, вздыхаешь. Я не очень хороший психолог, могу и ошибаться. Чужая душа — потемки. Но вот, когда решилась подойти на прошлой неделе, убедилась совершенно точно, что тебе нужна компания. Вот, потому, так сказать, чем могу...

Я держу дверь открытой, а она, безостановочно болтая, стоит на пороге, будто ожидая разрешения войти, которое я и так уже дала.

— Я хожу и вздыхаю!? Тебе явно показалось…

— Нет, если ты хочешь побыть одна, я пойму, не обижусь, — в ответ на мое замечание отвечала Астарта. — Ты только скажи. Мне просто подумалось, разве не приятно, что в трудные моменты друг рядом и поддерживает тебя?

— Друг, да? — скептически произношу я, отпуская дверь. — Проходи, давай. Выглядишь крайне довольной. Что-то случилось?

Возвращаюсь к своему старому месту, на край крыши.

— Да! — восклицая, поддакивала гостья, после чего присела возле меня. — Не то чтобы случилось что-то такое прямо, что ух. Мне, в общем, штука одна приснилась здоровская.

— Обычно с такой фразы, зная тебя, и начинаются все беды, — не могу не подколоть ее, ведь это правда.

— Нет-нет, ничего такого, это совсем не то. Она не опасная, и я прямо загорелась желанием побыстрее ее создать. Правда, я пока не знаю, как точно. Но это неважно. Я уверена, она будет открытием открытий, изменит жизнь и мир мэсов. А после я и бизнес свой с этого начну. Вот сейчас основательно подготовлюсь и схожу с этим к директору, посоветуюсь, попрошу помощи. Не то чтобы я прямо не могу как хочу эту штуковину, но, наверное, так и есть, не могу как хочу ее! Такое, знаешь, редкость. Наверное, как это часто говорят, возлагаю на нее большие надежды. Вот так.

— И что за штука? — с опаской спрашиваю я.

Не хочу получить ответ вроде «принтер, скрещенный с тостером» или что-то в таком духе. Однако я впервые вижу ее настолько вдохновленной.

— Нууу… — протянула она с нескрываемым озорством и поболтала ногами. — Это пока секрет. Вернее, не секрет, а небольшой секретик. Обидно, если у меня не получится, досадно будет. Потому, лучше расскажу, как достигну результатов. Хотя, знаешь, я уверена, что все будет нормально, но сглазить не хотелось бы. Вот как сделаю, обязательно похвастаюсь своим изобретением, а пока — интрига. Я в поверья не верю, но сомнения почему-то есть.

— Ясно. Могу тогда только удачи пожелать.

И позавидовать энтузиазму. Невольно задумалась о том, а я когда-нибудь вообще пребывала в таком расположении духа, хотя бы отдаленно приближенном? Ответ однозначный — нет. Даже не знаю, что за чувство такое.

— Уху, — как-то по-особенному мило протянула она. — Выбираешь же ты ветреную погоду для вылазок на крышу.

Я кошусь на Астарту. Она, улыбаясь мне, придерживает свои распушенные волосы, которые треплет ветер. Обычно она с двумя хвостиками ходит. Я не люблю делать прически и привыкла ходить с распущенными волосами. Ветер для меня — дело естественное, а для нее, похоже, проблема.

— Так уж совпадает, погоду не выбираю.

— Я вообще подумывала разговор не с этого начать. Вернее, я не планировала. Но когда в щелочку смотрела, увидела, что ты лежишь на крыше. Вот. Мне, раз уж никто тебя не видит, стоило бы тебя поругать за то, что портишь белую форму, лежа в ней на грязной крыше.

Внезапно.

Рубрика: Лайфхаки от Арквейд

— Грязь? О чем ты? Раз так, то научу тебя жизни, — я поднимаюсь на ноги и становлюсь перед Астартой. — Я не буду снимать рубашку, так как у меня под ней ничего нет, а лежала я на спине. Но могу показать, как очистить ее на примере передней части. Нам понадобится рука. Берем ее и начинаем похлопывать так, будто отряхиваем. Ткань такая, что все хорошо сходит, — Я демонстрирую сказанное. — Грязь уходит, будто ее не было! Спасибо спонсорам за хорошую форму. Если какие-то более серьезные проблемы — майонез там капнула на краешек или кетчупа немного — не беда, смачиваешь руку, можно даже слюной, если никто не видит, и так аккуратненько по касательной идем вниз. Так же и спину можно. Правда, со стороны это выглядит, наверное, немного тупо. Не благодарите за бесплатный урок!

— Но я и не собиралась ругаться, — дослушав мое выступление до конца, с улыбкой на лице сказала девушка. — Я и сама, знаешь, иногда хочу полежать там, где не очень чисто. Странное желание, думаю, у всех такое бывает. Форму выстирать можно, впечатления-то важнее! Просто кто-то бы другой наверняка бы тебя отчитал, а я тут как бы одна. Вот меня и посетили невольно мысли о том, как поступили бы другие.

— Да я поняла твой настрой, — усмехнувшись, возвращаюсь на место. — Не могла не воспользоваться случаем.

— Вот как… — ее зрачки с левого края медленно по дуге переместились на правый. Астарта о чем-то задумалась. Спустя короткий промежуток она бодро она продолжила речь. — Ну так, о чем грустишь, о чем вздыхаешь? Давай делись.

— Да так, ни о чем особо.

— Обманываешь опять?

Некоторое время мы смотрим друг другу в глаза. Вот он, момент, когда можно осторожно подвести мою гостью к сути, склонив занять свою роль в моем плане и привести в него еще нескольких человек.

— Нет, сегодня все иначе. У нас тут одно мероприятие непростое намечается. Думаю, вот, как все организовать, провести. По этому поводу также и к тебе собиралась зайти. Нужна не только техническая помощь, но и, возможно, непосредственное участие.

— Без проблем. Помогу, чем смогу. На этот раз даже платы за помощь не попрошу, вот! — она снова улыбнулась мне. — Не то чтобы мне вообще когда-то нужна была плата. Это, знаешь, скорее условность, чтобы не чувствовать, что меня просто используют. Ну и запасной вариант всегда пригодится. Это еще с поступления сюда, когда с Селиной общалась, возникла эта условность, а после все пошло по накатанной, хотя мы никогда не чувствовали себя обязанными друг другу.

— Да-да, мы — вам, вы — нам, — я махнула рукой, показывая, что я и так знаю обо всем и понимаю.

— Так в чем суть? Что мне нужно делать?

— Мне нужны люди, которые до начала мероприятия не растреплют информацию о нем. Надежные. А люди мне нужны для тестов: устроить, так сказать, пробную игру, проверить мои планы, чтобы довести идею до идеала. Желательно собрать 18 человек, но я уже думаю, что и 12 хватит. Просто на само мероприятие будут приглашены некие шишки, да и учителя новенькие, думаю, придут посмотреть, потому не хотелось бы ударить в грязь лицом.

Немного приукрашиваю, на самом деле мне все равно, кто смотреть будет. Главное, чтоб все просто прошло гладко.

— Людей притащить надо? Надежных? — подвела она краткий итог моей речи и задумалась. — Ну, в связи с небольшой ссорой из-за жилплощади, договориться с большей частью участников клуба мне не удастся, но кого-то, я думаю, смогу уломать. 18 человек, я, конечно, не приведу, но пару участников привести смогу. По крайней мере троих я точно гарантирую. А что за игры, не скажешь? Просто мне бы хотелось знать больше информации. А то меня будут спрашивать, а я не смогу ответить. Буду чувствовать себя неловко, вот.

Она так улыбнулась, что я уже поняла, кто будут эти трое. Безвольные бедняги. Амая и Дмитрий. А где парень, там и его фамильяр Хрона.

— Не игры, а игра. Пока одна, это бейсбол, с сильно измененными правилами. Но, несмотря на то, что правила изменены, желательно, чтобы участники почитали о стандартных правилах, просто чтобы время не терять. И неважно, если они никогда не играли. А об изменениях скажу на месте проведения.

Потому как в них я и сама не уверена, будем шлифовать по ходу. Да и времени на объяснения уйдет немало. Уж я-то знаю, что у этой девочки может возникнуть много вопросов.

— Это хорошо, что уровень игры неважен, — Астарта посмеялась. — А то я в бейсболе совершенно не понимаю и играла всего раз в жизни, и тот опыт был не очень удачным. Видимо, спорт — это не совсем мое. Вернее, спорт в плане спорта, а не простых занятий. Но я постараюсь сделать все, что могу. А когда и где мы будем собираться, куда пойдем, во сколько? Надеюсь, вопросов не много. Если ты и сама не знаешь, то ты так и скажи. И еще главный критерий отбора — это умение держать язык за зубами, да? Можно позвать даже тех, кто совсем далек от спорта?

— Верно. Неважно, умеют ли они махать битой или ловить, главное, чтоб они хотели помочь, а не шли, потому что кто-то их заставил, — тонко намекая, я смотрю на девушку. Та сразу уловила мой намек, но ответила мне лишь хитрой улыбкой. — Думаю, завтра в 16:00 будет лучшим решением. Собираемся возле моего домика, оттуда и направимся на место проведения.

Его ведь еще найти нужно.

— Вас поняла, мэм! — она отдала мне честь и, в очередной раз улыбнувшись, запустила руку во внутренний карман пиджака. — Ты, наверное, думала, что я забыла. И вопрос еще такой задала хитрый-хитрый. Вернее сказать, совсем неожиданный.

— Хах, — усмехнулась я, увидев в ее руках пачку с соломкой в шоколаде.

Протягивая лакомство мне, девушка отводит скромно взгляд вбок, словно ожидая порицания от меня. Что сказать, удивила. Но мне от этого хитрого хода хочется только улыбнуться. Что-то она явно соображает. От нее не ожидала такой подлости и лжи, а потому ничего не почуяла.

— Я, видишь, не забыла, принесла тебе вкусняшек. Ты просто оградилась от всех и думаешь, раз я пришла, значит, мне что-то нужно. А я просто беспокоюсь... Вот. И я почувствовала, что, если скажу, что взяла их с собой, ты меня не пустишь. Подумаешь, что вот «опять подкупает меня», а отказать некрасиво. Я знаю, как это происходит. Проходила с Амаей. Я заметила, что тебе нравится соломка в шоколаде и запомнила. А мне ведь ничего не нужно, просто...

— Ладно, хитрая жопа, на этот раз победа за тобой. Но хвалить тебя за то, что ты знаешь о моей маленькой слабости и используешь ее, я не буду, — вижу, ей непросто даются сложные диалоги с выражением чувств, потому я прерываю ее и беру упаковку с лакомством.

Она с опаской смотрит на меня, пытаясь понять мой настрой к данной ситуации, а я лишь распечатываю пачку и, улыбнувшись, протягиваю ей пару палочек. Сообразительность-то я наоборот ценю.

— Видишь, оказывается, не такая уж и проблема твоя проблема, — схватив палки кончиками зубов, гордо заявляет она. — Главное ей поделиться. Если есть кому помочь, то и груз делится пополам, вот так вот. А мне ведь и самой радостнее, если Вам, мой коллега, радостно. Совместными усилиями соберем людей.

— Не хочу тебя огорчать, — внутренний критик все же не может терпеть этот бескрайний оптимизм. — Мой геморрой на этом не заканчивается. Понимаешь, мне и без тестов еще много чего делать. Там договориться, тут проверить. Место найди, инвентарь собери, все просчитай, будь везде и всюду. Это, пожалуй, моя главная проблема. Активность — не мое. Еще и эта новая переведенная ученица, по совместительству новый член студенческого совета, проблема еще та. За ее обучение я тоже еще даже не бралась.

Я невольно вздыхаю, подумав о том, что чем дольше я сижу, тем меньше у меня времени на все остальное, а значит, и делать придется быстрее. А я все равно тяну и тяну...

— Знаю! — девушка вскочила на ноги и пару раз похлопала в ладоши, радуясь своей идее.

Похоже, это стандартное состязание оптимизма с пессимизмом. Как я не могу слушать, что все хорошо, и верить в лучшее, так и она не может принять мою позицию о том, что все плохо.

— Не надо меня пугать, — смотря на нее, я начинаю предчувствовать худшее.

Кажется, сейчас мой интроверт подвергнется пыткам.

— Хочешь, я тебя обниму? — это был не столько вопрос, сколько утверждение. — Никто с тобой теплом не делится, не передает свою энергетику и добро! Я ведь все вижу и молчу. Люди не принимают тебя как главу. Осуждают, сплетничают, но дальше обсуждений дело не уходит, а потому никто не придает этому особого значения. Но воздух вокруг тебя все равно пропитывается негативом. Говорят, что Адам уйдет и начнется темная эра. Договариваются, что свои проблемы будут решать с другими и игнорировать тебя. Все это влияет на твое состояние.

А я-то думаю, чего в моем присутствии почти нет посетителей, а как меня нет, девчонки жалуются на то, что постоянно кто-то приходит, а они в силу неопытности не знают, что делать. Неплохо вышло. Мне так лично даже проще. Ха.

— Да, наверное, ты права, — с иронией отвечаю я.

— Когда читаю темы о тебе, мне становится как-то обидно, а тебе, наверное, и вовсе тяжело такое переносить. Я только выражаю свое мнение, но это все равно какая-никакая травля. Да, без жестокости и насилия, но с выражением протеста. Они ведь знают, что ты это видишь. Вот. Я вообще не понимаю этого недовольства, правда. Эти глупцы просто не осознают еще, как им с тобой повезло.

— Думаешь, повезло? — начинаю набивать комбо-сарказм.

Чтоб не засмеяться, приходится делать лицо кирпичом.

— Точно тебе говорю! Вот ты весь этот негатив людей впитываешь, обдумываешь, ходишь с этим грузом, но ничего не делаешь, а лишь миришься с тем, что есть. И никто тебе не помогает, а ты сама и не умеешь избавляться от мыслей негативных. Точно! — воскликнула она, позабыв о предыдущей мысли. — Наверное, лучше всего терапия крика! Да, говорят, она неплохо разряжает.

— Эээ… — мое лицо скривилось в непонимании.

Астарта как-то грустно и неловко улыбнулась, поняв, что ее идея вовсе не такая радужная. Подумала, наверное, о том, что слишком навязывается, перегибая со своей инициативностью. Смотря на нее, я даже почувствовала какую-то жалость. В ее глазах, словах и движениях читается одна простая проблема в виде — не мне она пытается помочь, а себе. Мой косвенный отказ, кажется, слегка осадил ее, подпортив настроение. Девушка постоянно радуется и помогает другим. Если она опечалится, это заметят все, но разве может кто-то представить ее грустной? А она часто унывает. Просто никто не видит ее печали, не хочет видеть ее под этой радужной маской. А я вижу. Мои способности видят. Но говорить об этом я с ней, конечно же, не буду, не хочу. Не мое это дело. Не могу я лезть в душу. Для меня это как оскорбление — пытаться разобраться в душевных проблемах человека, который мало тебе интересен. Я не готова их принимать. Вот она и помогает другим, чтобы сбежать от своих страданий. Сколько сил она прилагает, чтобы оставаться на своей позитивной волне? Обычно это искренне, вы не увидите печали, только в редкие моменты, такие, как этот. Тогда я и вижу, что все это подбадривание, сопереживание, в конце концов, поведение дается ей ой как нелегко. Потому, если другим я могу сказать: «Нет, я хочу побыть одна» или банальное «отстаньте», то ей не могу. Мне даже немного неловко стало от того, что она расстроилась, потеряв уверенность.

— Ну, раз тебе не нравится, тогда вернемся назад. Все делать надо постепенно.

Я отворачиваюсь, а она, пристроившись сзади, крепко обнимает меня. Прижимаясь, она продолжает свою речь. Что-то бормочет о повседневных похождениях, своей жизни, мыслях и прочих маловажных вещах, а я молчу, жую соломку, пытаясь не думать о том, что позволяю кому-то себя обнимать, пусть и так по-глупому — сзади.

Спустя какое-то время она замолкает. Ее хватка слабеет, руки расцепляются, и она просто заваливается на меня. Чувствую, как девушка медленно начинает сползать. Повернув голову вбок, я кошусь на Астарту и замечаю, что она уснула. Развернувшись, я перехватываю ее и, держа в наклоне, пытаюсь разбудить.

Бесполезно. Приступ нарколепсии.

Смотря на лицо девушки, я вздыхаю и укладываю ее так, чтобы голова лежала на моих коленях. Делать нечего, придется ждать. Они вроде у нее недолгие. Не часто я становлюсь свидетелем такого приступа. Обычно я только слышу, что она уснула там, здесь, в парке, на лекции, еще где. Это стало для нее немалой проблемой. Люди не любят мэсов и ищут поводы посмеяться над ними, и она была хорошим кандидатом на роль девочки с мемов. С одной простой мыслю «устал? — отдохни». Выезжая в город, она, бывало, засыпала прямо за прилавком или приступ заставал ее в кафе, где-то на улице. Люди смеялись, фотографировали и загружали фотографии в интернет, а там все это легко подхватывали другие и обыгрывали, посмеиваясь над странной девчонкой, что то и дело вырубается. Астарта старается не придавать этому особого значения, но мы все знаем, что ей обидно. Она-то вроде и не виновата. А с интернетом бороться бесполезно: то, что попало туда и обрело популярность, уже никак не устранить.

******

Прошло где-то полтора часа, прежде чем Астарта проснулась. Она растерялась, стала просить прощения, сделала неловкий комплимент моей косе, которую я заплела за это время, и покраснела. Застеснялась, поняв, что я все это время заботливо сидела с ней, позволяя ей лежать у себя на коленях.

После девушка поделилась со мной своими переживаниями, сказала, что в последнее время приступы стали довольно частыми, чуть ли не каждую неделю и не по разу. Она не знает, что с этим делать, и Камила тоже особо ничем помочь не может. Стала переспрашивать меня об играх, времени и месте. Также рассказала о том, что вчера видела пару человек, которые тренировались в отбивании и сегодня тоже. Она думала, что это странно, с чего вдруг, а теперь-то понятно почему. Звучало это, конечно, как лесть, но меня обнадеживает, что ребята действительно решили попробовать свои силы в бейсболе. В любом случае она пообещала, что даже если никого не найдет, то к четырем все равно будет стоять возле моего дома как штык. Мы попрощались и разошлись.

Да...

Потратила времени больше, чем планировала, но зато закрыли на один пунктик миссии больше, добавив N человек к нужной цифре.

******

Кабинет студенческого совета.

На месте только Шико. Снова сидит за ноутбуком. Копает? Я, недолго думая, подхожу к ней и вольным движением руки закрываю крышку ноутбука, говоря о том, что самое время обучаться. Вообще не самое подходящее время, но идти куда-то еще мне пока лень, а создать иллюзию работы нужно. Моя подопечная, как всегда, не выражала ярких эмоций, но раздраженность чувствовалась явно, потому обучаться согласилась она не сразу. Видимо, в ее поисках было что-то важное, и мой грубый жест вызвал простую подростковую реакцию в виде недовольства. Запрещают делать, что хочется.

Понимаю, понимаю.

В общем, в ходе общения я узнаю, что в работе студсоветов наших академий разница на самом деле не так уж и велика. Если в процентах, то пятьдесят на пятьдесят. Большая часть связана с технологиями. Компьютерная база, устройства ВР, информационные доски, сайт, соцсеть, арена и прочие мелочи — всего этого у них не было. Этим мы и займемся.

Да, учитель бы вышел из меня плохой. Не потому что я не умею объяснять, а потому что меня так и тянет измываться в очевидных для меня моментах, которые другим кажутся не явными. Ну и когда просят повторить, тоже возникает странная тяга все исковеркать. Надеюсь, что она понимает, что из сказанного мной делать не стоит, хотя я не против, чтобы Шико унаследовала мои традиции и портила жизнь ученикам, устраивая, например, схватки на арене между теми, кто их не планировал или вообще избегал. Почему нет? Досадное недоразумение, но что поделать. Никто не виноват, что система багует. Ха. Зовите программистов!

******

Поймав в обеденное время Аврору в столовой, я рассказала, что ждет ее завтра, и попросила спросить, не желает ли кто из членов ее команды нам помочь. Она обещала похлопотать.

******

Следующими целями моей миссии были члены совета второго корпуса в виде трех парней. На самом деле главе я написала еще вчера, но он не был онлайн и, соответственно, даже не видел моего сообщения. Потому, выяснив его местоположение, я решаю пойти и встретиться лично. Проще поговорить с ним, чем разговаривать с каждым отдельно. Адам уж там сам донесет информацию до остальных. Они парни хорошие, потому, думаю, против не будут.

Прежде чем преподнести сюрприз в виде себя Адаму, я решаю зайти к своему учителю — Такего Шинроту. Быстро рассказываю ему о завтрашнем мероприятии и прошу подойти сегодня в 16:00 к кабинету директора. Да, мне ведь еще и к директору нужно сегодня наведаться. Плотный график, плотный график. Ужас. Потому я быстро открещиваюсь от дальнейшей беседы и разговоров, говоря, что все подробности будут у директора, а сейчас мне еще кучу дел сделать нужно. Зачем рассказывать каждому, когда можно собрать важных персон в одном месте и рассказать сразу всем.

******

Недалеко от главного здания, в сквере, на одной из скамеек расположился Нео. Он, сидя спиной к аллее, наблюдал за двумя парнями, которые тренировались в бросках и отбивании мяча. Похоже, изучает будущих участников. Через пару скамеек от Нео, на противоположной стороне дороги, собрав вокруг себя зрителей, с гитарой в руках сидела Юви. Она, наигрывая мелодию, пела какую-то необычную, отдающую легкой грустью песню, которая не входила в ее репертуар. Возле ног девушки лежал раскрытый чехол от гитары, в который, по всей видимости, ученики кидали деньги. Неплохой способ заработка. После песни девчонка благодарила хлопающих зрителей и зевак, общаясь с ними. Судя из разговоров, это для нее стандартная практика, так как ее просили спеть какие-то песни, а она либо соглашалась, либо говорила, что к следующему разу подучит и обязательно сыграет. Неплохо она устроилась. Наблюдая, чувствую какую-то приятную атмосферу, исходящую от этой небольшой группы людей. Полюбилась же ученикам девочка-ракета.

Прежде чем начать следующее выступление, она глазами оббежала присутствующий народ и, наткнувшись на меня, стоящую вдалеке, напряглась, сжала покрепче гитару, кажется, собираясь убегать. Я улыбнулась и, подняв руку, показала, что не стоит переживать, я не против. Она улыбнулась мне в ответ и, набрав в грудь воздуха, начала исполнять следующую композицию. Правил тут она не нарушает, деньги не вымогает, а наоборот устраивает досуг других учеников, да и атмосферности местечку добавляет. Пожертвования добровольные, осудить не за что. Еще минуту я стояла, следя за кидающими мячик парнями, после чего села на скамейку возле Нео.

— Изучаешь соперников? — спустя пару минут наблюдения за игрой произношу я, не найдя фразы получше.

— Скучно, — монотонно процедил Нео, после чего откинул руки назад, почти разлегшись на скамейке. Повернув голову набок, он наклонил ее и уставился на меня томным взглядом. — Учебный год здесь был словно пытка. Ужасно скучным. Надеюсь, что хоть перед уходом удастся себя развлечь. Ты ведь постараешься ради меня?

Его манера речи изменилась, стала какой-то простоватой, без яда и сарказма. Также изменился и взгляд, нет тех суженных зрачков, которые презрительно смотрели на оппонента, говоря о нежелании общаться. Сейчас он словно обычный скучающий парень, если не считать этой дебильно растрепанной прически с зачесом назад. У меня всегда было такое ощущение, что волосы у него как будто постоянно грязные. Иначе как объяснить, что они держат свою дурацкую форму? Честно говоря, от таких изменений мне почему-то не по себе. Вполне вероятно, что это его очередная прихоть. Ход, чтобы запудрить мои мозги и способности.

— Конечно, — спустя несколько секунд прямого контакта с его глазами проговорила иронично я.

— Красивая коса, тебе идет.

Между нашими лицами было едва ли полметра, и мы молча смотрели друг другу в глаза. Произнеся этот специфичный комплимент, он едва уловимо улыбнулся. И улыбка эта была наполнена самодовольством. Готова поклясться, что он наслаждается моими реакциями вроде закатывания глаз, усмешки, тихих вздохов. В общем, ему, похоже, нравится, что я считаю его глупым самодуром. И так устала от этого, что уже сама не замечаю, как бессознательно выдаю такие реакции в его присутствии. Сейчас он бил наперед по слабому месту, моей внешности, понимая, что я всегда относилась к этому с долей иронии, отмахиваясь и уходя от этой темы. Что действует лучше всего в такой теме? Правильно, комплименты!

— Что, решил стать обычным парнем? — я игнорирую неинтересную мне тему.

Нео сразу понял, что я говорю об изменениях во внешности и поведении. Усмехнувшись, парень направил взгляд в небо.

— Может, и решил. Что-то в жизни должно меняться. Эти полгода для меня не прошли незамеченными. С чего-то надо начинать.

Он сказал это настолько обычным мечтательным тоном, что я даже готова была поверить в то, что этот человек действительно решил измениться.

У нас всегда было тяжело с диалогами. Если беседа не переходила в спор, упреки или откровенный стеб, то она всегда выстраивалась как-то странно, топорно, что ли. Мы, наверное, оба всегда понимали, о чем говорим, потому никого не смущало, что фразы звучат как обрывки. Такие разговоры быстро заканчивалась за неимением общей темы и нежеланием кого бы то ни было продолжать беседу. Потому тут она и оборвалась, и мы просто молчали. Он, сидя вразвалку, смотрел на двух ребят, перекидывающих мяч, и я тоже просто смотрела на мяч, прислушиваясь к голосу Саватари, в попытках ухватиться за какую-нибудь мысль в потоке своего сознания.

— Тебе-то, наверное, и не с кем потренироваться? — нарушила я тишину логичной догадкой

Его репутация намного лучше моей, но, тем не менее, хороших друзей нет, и вряд ли кто-то захотел бы с ним объединиться. С другой стороны, я частенько его видела и вижу в тусовке разных групп парней. Просто, так сказать, нет среди них основной.

Одарив меня безучастным взглядом, наполненным скукой, Нео молча встал со скамейки и направился в сторону парней. Подозвав их жестом к себе, он что-то начал им втирать.

— Было бы неплохо, — прочла я по губам одного из ребят.

Сказав эту фразу, он кивнул и боком кулака ударил по своей левой ладони. Очевидно, ему пришла какая-то идея.

— Нам как раз всем было бы неплохо попробовать себя в роли кетчера. Втроем мы уже полноценно можем разыгрывать подачи.

Я закидываю ноги на скамейку, распластавшись на ней, подпираю голову рукой, решая понаблюдать и оценить, каковы навыки юного дарования, носящего имя Нео.

Итоговая оценка — 1.

Из троих навыки у него самые низкие. Несмотря на то, что он явно пытался копировать движения профессиональных игроков, выходило у него все из рук вон плохо. Возможно, влияло и то, что у него отсутствовало желание играть. Уж я-то могу оценить, что он имитировал дружелюбность. И все это ради меня. Ха. На зло делает, гад. Даже не смотрит в мою сторону, игнорируя мое присутствие, хотя точно знает, что я здесь. В общем-то, ничего нового.

Пора отправляться в путь, продолжать свою операцию. А то за время своего лежания я только и слышала осуждающие перешептывания учеников, проходящих мимо. Глава у нас — то еще бескультурное быдло. Зато порадовала некоторых особей мужского пола. Ножки, видите ли, у меня неплохие. А в позе «лежа на боку» да еще и в юбке можно разглядеть и что-то поинтереснее.

26.Пятница, 24 марта (часть 2)

Место назначения — небольшое крытое стрельбище возле полигона.

Я тут была пару раз. Так, баловалась с оружием. В здание вела крупная, металлическая, насквозь проржавевшая дверь. Неподготовленный человек, наверное, не сможет ее открыть, но с моим жимом в 400 килограмм это не составляет труда. Каждый раз, открывая ее, я задумываюсь, чего дверь не заменят? Да, это, конечно, забота студсовета, но дверь была такой всегда, еще до моего прихода, а значит, для чего-то это нужно. Традиция какая, может? Тренировка? Или что-то вроде — слабакам вход воспрещен! Доводчик на двери не работает, потому, пройдя внутрь, приходится вручную ее закрывать.

Описывать обстановку внутри не имеет смысла. Ничего необычного. Если вы когда-нибудь бывали в специализированных тирах, то тут практически то же самое, с поправкой на то, что для создания различных механических мишеней и небольших полигонов нанят специальный человек. В общем, тут часто меняется обстановка, хотя кардинальных изменений я не вижу. Я не шарю во всем этом, потому, для чего это делается, сказать не могу. Может, разные позиции, траектории стрельбы, еще что. Остается неизменным здесь запах сырости, пыли и пороха.

Встретила меня девушка из команды главы. Узнав цель моего визита, она попросила подождать и направилась к Адаму, который тренировался в стрельбе по движущимся мишеням, имеющим человеческий вид.

— А ты неплохо так за полгодика подкачался, — начинаю я, стоило парню подойти.

Совсем не умею экономить свое время. Можно начать с дела, но нет. А все почему? Да потому что неведомые силы тянут меня поизмываться над некоторыми личностями. Например, над Элой. Зная ее особенности, не могу лишний раз не пошутить, поставив девушку в неловкое положение. И да, иногда я могу перейти границы дозволенного. Часто говорю себе, что все, больше так делать не буду, надо исправляться. Итог, думаю, вы знаете.

— К чему это ты? — на лбу Адама появились складки.

Он неплохо знает об этой моей манере и потому сразу пытается понять, в чем подвох. А подвоха-то и нет особо. Просто вот проверяю. Заметила я, что люди, которые раньше состояли в совете, стали, как бы это правильно выразить, более мягкими. Стали улыбаться, закрывать глаза на какие-то косяки и непотребства. Могу понять Мюриель и Селину, они сейчас не при делах. Но вот Адам всегда славился именно своей жесткостью и несгибаемостью. Мол, слова поперек ему не скажи, а если не дай бог нарушишь правила — все, пиши пропало. Даже я согнулась и подчинилась, согласившись следовать уставу. А теперь что?

— Да так. Накачаться накачался, бицепс неплохой приобрел, тело вон какое, а с пистолетом 48 калибра справиться не можешь.

Наблюдая всего минуту, увидела, что он не справляется с отдачей, а если делает несколько выстрелов подряд, то точность стрельбы с каждой выпущенной пулей уменьшается в геометрической прогрессии.

— Вот оно что, — он тяжело выдохнул, понимая, что я просто пытаюсь его достать и, сделав пару шагов в сторону, взял бутылку воды со стола. — У меня плохой контроль. Не получается концентрировать энергию в одной точке, потому было принято решение взять оружие помощнее, чтобы компенсировать этот недостаток. Люди вообще стараются не использовать такое оружие. А те, кто все же использует, обучаются этому годами, постоянно шлифуя свои умение.

— То-то и оно, что ЛЮДИ, — люблю слушать, как все зачем-то объясняют очевидные вещи и оправдываются, хотя мне и дела-то, по правде, никакого до этого нет, — а мы вроде как в другой находимся категории.

— Как ты узнала, что я здесь? — присосавшись к бутылке с водой, парень решил сменить тему.

— У Кая спросила.

На самом деле нет. Есть способ гораздо легче. У их преподавателя в сторонней, довольно популярной социальной сети есть своя страничка, где он постоянно выкладывает тонну фотографий. В час по пять-шесть, а то и больше. Об их содержании мы говорить не будем...

Он там кривляется.

Да...

В общем, по ним легко можно определить, где он и чем занимается. Вот так вот. Интересно, а Адам в курсе, что они на попечении какого-то шизанутого? Иначе мне тяжело объяснить, зачем он это регулярно делает. Хотя есть у меня другое предположение. Возможно, до него вы и сами уже дошли, а если нет, то скоро наверняка все поймете.

— Не припомню, чтоб говорил ему о том, где буду, — копаясь в воспоминаниях, отвечал президент.

— Это уже к нему вопросы, откуда он знает. Но отвечал он уверено, — я специально складываю руки под грудью, чтобы она казалась объемнее и привлекала больше внимания. — Так ты хочешь сказать, что три года — это мало?

— К чему ты это ведешь?

Простой трюк работает, и глава невольно обращает внимание на мою грудь. В его глазах виднеется недовольство как моей формой, так и моим поведением, но он не делает мне замечания. Игнорирует даже то, что я специально намекаю, а ведь прекрасно понимает это.

— Куда потерялся твой стержень? — я опускаю руки и невольно улыбаюсь. — Мягким ты стал. Глава уже не тот.

— Тебя это беспокоит? — парень улыбнулся, поставив бутылку на стол.

Специфичная улыбка, знаю я ее. Попытка зайти с другой стороны. Ладно, ладно.

— Нет, просто сомневаюсь в твоей компетентности. Можно ли доверять человеку ответственное дело, если он вот так меняется, теряет хребет?

Конечно же, говоря это, я при помощи тона пытаюсь максимально поддеть чувства собеседника, чтобы услышать рассказ о том, почему натура глав совета такая изменчивая. А то, может, и я скоро стану милой дамой? Подружусь, к примеру, с Шико, начну как-то ласково называть Элу и вообще завоюю популярность у местных учеников при помощи добрых дел и дипломатии.

— Вот как, — Адам усмехнулся и, сложив руки, оперся о край стола. — Глава студсовета — тоже человек. Мне выпала честь сесть на пост в непростое время. Когда репутация академии стояла под вопросом, а к часто сменяющим друг друга главам не было уже доверия. Самый простой и верный путь без особых сложностей — это полный контроль. Ты должна помнить, скольких учеников нам пришлось выгнать, сколько проблем решить. Требовался глава, который может действовать радикально, не давая поблажек никому, и я дал его вам. Сейчас, когда все устаканилось и состав учеников стал стабильным, жесткость не нужна. Самые злостные нарушители — это всего лишь те, кто нарушает тишину, не посещает занятия или люди со сложным характером, вроде твоего.

— Вот, значит, как, — я косым взглядом смотрю на парня.

Вы намекаете на то, что глава совета — это самый главный нарушитель? Ха.

— Будешь так смотреть на людей, никогда парня себе не заведешь, — спустя тридцать секунд после моего ответа говорит с улыбкой Адам, выводя меня из раздумий. — Так что, о цели визита поведаешь? Обычно ты брезгуешь личными встречами, предпочитая всему пару сухих сообщений.

Люди довольно часто делают мне своеобразные замечания насчет взгляда. Мне говорят что-то вроде: «Твой взгляд пугает, смущает, мешает, вызывает мурашки». А кто получше со мной знаком, пытаясь описать его, говорит что-то вроде: «Он глубокий, с нотками презрения, высокомерия, недоверия, разочарования, грусти». Сквозной — будто тебя видят насквозь и за это презирают. Смешно. Я ведь даже усилий особых не прилагаю и просто думаю о своем. Но я не против плюсика в образ, по описанию мне даже нравится. Надеюсь, что это делает меня властной. Ха.

— Ты вроде как хотел принять участие в моей затее.

Я по-быстрому говорю ему о моем завтрашнем тесте. Прошу принять участие в нем и донести информацию до остальных парней. Адам-то их точно уломает. На самом мероприятии мы не заостряем внимание, так как я сразу говорю, что сегодня будем говорить о нем на ковре у директора. Парень дает свое согласие, а после его подзывает преподаватель. Я говорю, что на этом в целом у меня все, я пойду, но он просит подождать.

— Послушай. Мы тут собираемся устроить лазертаг с другой командой. В общем, — Адам положил руку на шею, кажется, сомневаясь в том, стоит ли мне говорить о чем-то или нет. — Директор просил меня не говорить, но я не хочу, чтобы твое недовольное лицо испортило впечатление от ежегодного мероприятия. Потому скажу.

— Звучит обидно, — недовольно говорю я.

— Понимаю, но тебе это и вправду не придется по душе. Дело в том, что на следующей неделе в четверг приедет фотограф. Он будет беседовать с каждым членом совета. Подбирать образы для последующей ежегодной фотосессии совета. Будь готова к нему, но девочкам ничего не говори.

— Что это за ежегодная фотосессия для студсовета? Впервые слышу.

Я не стала реагировать на такое заявление, но бредом это все же считаю и участвовать в нем не хочу.

— Адам! — поторопила девушка главу, указывая на то, что у них не так много времени, нужно собираться и отправляться на встречу.

— Я догоню, — крикнул парень в ответ. — В общем, мы пытаемся оставить ученикам воспоминания об академии, в свою очередь администрация пытается оставить приятные воспоминания членам совета. Это уже традиция — устраивать эту фотосессию. Если интересно, ты можешь найти альбом и посмотреть, как это было раньше. Взглянуть на ту же Селину. Тебе может это казаться глупым, потому надеюсь, к моменту приезда фотографа ты сживешься с этой мыслью и смиришься.

Мне, и правда, не по душе такое мероприятие, но выбора, мне, конечно же, не оставляют. Ну, полагаю, что Эла от такого будет просто в восторге. Балдеж…

******

После встречи с Адамом я в голове произвожу подсчеты и прихожу к выводу, что людей должно быть достаточно. Да просто мне и некого позвать больше, а если и есть кто-то, например, Изуми, то в таких кандидатах я сильно сомневаюсь или попросту видеть их не хочу. Время перейти к подпункту 3.14 моей миссии — найти место, где собраться всей оравой для игры, да так, чтобы от чужих глаз место было сокрыто.

Если ты хочешь найти то, не знаю что и не знаю где, то территория академии для тебя станет сущим адом. С другой стороны, пока я занята поисками, могу смело сказать, что стараюсь на благо учеников, и никто не смеет меня упрекнуть, что я вот снова ничего не делаю, да еще и занятия прогуливаю. Я жертвую своим обедом! Вот насколько я самоотверженна.

Да... Настолько, что пробродила в поисках аж до половины четвертого. В конце концов нашла небольшую песчаную полянку, окруженную парой рядов деревьев. Однако мне совсем не доставляет радости то, что над ней придется еще поработать. Хотя бы элементарно создать поле для игры. Кажется, я знаю, чем сегодня вечером займемся я и Эла.

Вы скажете: «Нашла себе раба!».

Но уверяю вас, это не так. Эла — мой бессменный компаньон, соратник. Тот, кому можно доверять больше остальных. Да-да, именно так, не удивляйтесь.

******

К обычному времени — 16:00 — к кабинету подошли Адам, Такего и я.

Для вас, дорогие мои, смело скажу, что во встрече не было никакой новой информации. Я говорила о правилах, мыслях, идеях, своем представлении, уточняя, что это все не окончательный вариант и надо проверить. Мне же сообщили о том, что я должна уложиться в срок две недели. Две недели на все игры и первая состоится в среду, 29 марта. До этого времени я могу шлифовать свою идею. Также директор пообещал всячески помогать. Первой такой помощью стало место проведения игры в бейсбол. С понедельника в моем распоряжении крытый стадион для второкурсников. Это хорошо, он оборудован так, что будет не сложно настроить трансляцию и привести в порядок поле. Остаются только условности: так называемые «может» довести до «точно» и договориться с нужными людьми, чтобы все настроили и были готовы в среду приступить к делу. Работа, вот что меня ждет.

=_=

******

После собрания я направляюсь в кабинет совета, чтобы заполнить бланки доставки. Постоянно забываю о них. Количество ртов в моем доме растет, а количество еды нет. Поскольку выбор продуктов предоставлен мне, то сделаем упор на мясо. Все ведь любят мясо, правда?

******

Сделав дело, я, не задерживаясь ни на секунду, спешу домой.

Дома возле порога под дверью лежит аккуратно закрепленное в углу красное письмо. Увидев его, я невольно встревожилась, почувствовав, как на секунду екнуло мое сердце. Поднявшись по ступенькам вверх, я подняла письмо и медленно развернула. На обороте черным тонким маркером печатными буквами было написано «Арквейд». По спине пробежали мурашки, и я обернулась, посмотрев по сторонам. Понимаю, что адресант скорее всего давно покинул это место, но организм делает это по инерции, поддаваясь чувству опасности. Тяжело вздохнув, я ногтем провожу по контуру, распечатывая письмо. Внутри ничего не было. Наверное, письмо и не нужно, конверта с именем более чем достаточно.

Зарисовка

Красный конверт для капитана Арквейд

— Пираты! Слушайте все, на деревню идут пираты! — пробегая между ветхими деревянными домиками, кричала Арквейд. — Спасайтесь, кто может! Сюда плывут пираты! Десяток кораблей! Хватайте вещи и бегите! Пираты! Пираты плывут! Пираты, пираты, пираты!

Без устали надрывая горло, повторяла девушка.

— Вот заладила с самого утра, — вываливаясь из дома, ворчал толстоватый мужчина лет сорока.

За ним выходила жена, протягивая мужчине метлу.

— Опять она, сколько можно!

Один за другим жители выходили из своих домов, держа в руках различные предметы: от простых сковородок и кастрюль на ручках до лопат и грабель.

— Пираты, на остров идут пираты! — махая руками, с улыбкой говорила Арквейд, радуясь своему успеху. — Там плывут пираты!

— Пираты, значит? — неодобрительно говорила худощавая женщина.

— Сейчас мы тебе покажем пиратов! — засучив рукава, рявкнул один из жителей и побежал в сторону Арквейд.

— Вот и не поймаете!

Заливаясь смехом, девушка убегала от разгневанных жителей, которые грозились, поймав, поколотить нарушителя спокойствия, который изо дня в день повторял одну и ту же выходку, раздражая этим жителей.

******

— Слабаки! — закричала самодовольно девушка, стоило ей оторваться от жителей деревни, забежав в лесную чащу. — Вы словно черепахи! На свете нет никого быстрее капитана Арквейд!

Упав на пятую точку, она завалилась на траву, пытаясь отдышаться. Настроение у девушки было на высоте.

— Эх, как же хорошо, спокойно. Чем бы заняться? — она, задумавшись, закинула руки за голову, следя за плывущими по небу облаками.

Пару минут она наслаждалась тишиной и живописным видом неба и качающихся на ветру крон деревьев.

— Точно! — вскочив на ноги, воскликнула девчонка. — Некогда разлеживаться! Надо позавтракать и отправляться на тренировку!

С этими словами она направилась к своему дому.

******

— Это же… — подойдя к дому, девушка увидела красный конверт, который лежал под входной дверью. — Не может быть!

Ее руки затряслись, стоило пальцам коснуться конверта.

— Полундра! — закричала девушка.

Сжав конверт в руках, она помчалась через деревню в сторону моря.

— Мне, отважному морскому волку Арквейд, грозит опасность!

******

— Капитан? Куда вы так спешите? — удивившись, спросил десятилетний мальчонка с вытянутым лицом, увидев взволнованного друга.

— А, Кабачок, — девушка остановилась и нагнулась к мальчику, опираясь руками на колени. — Экстренное собрание! Собери всех! Встречаемся через пятнадцать минут на нашей базе.

— Слушаюсь! — приложив руку к голове, произнес мальчик и помчался в деревню!

******

— Ну, есть какие идеи? Кто мог написать это письмо?

Арквейд рассказала троим мальчонкам о ситуации и продемонстрировала конверт с письмом. На красной бумаге было написано лишь одно слово «прекращай». Красный конверт с письмом на красной бумаге означал, что общество недовольно поведением индивида или тот кому-то перешел дорогу. Послание было предупреждением: исправляй то, что натворил, либо тебя ждет смерть.

— Я не знаю, — пробубнил Кабачок.

— Я тоже, — поддакивал Редис.

— Это мог быть любой житель, — посмелее в теориях был Батат. — Капитан многим не по душе.

— Вот как… — негромко произнесла девушка, сжимая в руке конверт. — Значит, мы должны всех проверить, выяснить, кто угрожает, и наказать обидчика!

Недолго поспорив, они пришли к выводу, что найти этого человека не выйдет, как ни старайся. Слишком плоха была репутация Арквейд, а подозрения все будут строиться на догадках.

— Что вы тогда предлагаете? Как поступим? — обращалась к мальчишкам девушка.

— Устроим слежку за домом капитана! — воодушевленно выдвинул идею Кабачок.

— Да, давайте устроим слежку! — поддакивал ему Редис.

— Молодцы! Вы умны! Не зря вы в моей команде! — идея слежки была Арквейд по душе, от чего она залилась смехом.

— А, — неловко начал Батат, пытаясь вклиниться в смех трех своих друзей, — как насчет того, чтобы просто перестать понапрасну пугать народ?

— Батат! — грозно произнесла девушка, встав на ноги. — Я, отважный морской волк, вот уже восемь лет пытаюсь расшевелить нашу родную деревушку! Благодаря моим усилиям все сохраняют позитивный настрой и свежий вид! Разве могу я испугаться какого-то хулигана и прекратить нести людям радость?

— Но капитан... — пытался возразить Батат.

— Возражения не принимаются! Мы устроим слежку и поймаем этого злопакостного злодея! — наполненная уверенностью озвучивала свой план девушка. — Команда Арквейд, за мной!

******

Изо дня в день Арквейд продолжала бегать по деревне и кричать о том, что к острову приближаются пираты. Мальчишки следили за домом, но злодея поймать не удавалось. Пришло еще пару писем, но на них никто не обратил внимания. Прошло две недели, капитан Арквейд и ее команда уверовали в то, что это всего лишь злые шутки и жизни отважного капитана ничего не грозит. Спустя пару дней девушку нашли мертвой.

Конец

Ремарка:

Упоминания о красном конверте появились около пяти сотен лет назад и стали плотной частью нашей истории. Конечно, раньше предназначение конвертов было другим. Посылали их знатным людям, чьи поступки были не по нраву обществу. Своеобразное выражение общественного мнения. Исправляйся, действуй на благо общества или умри. Но с десятками-сотнями лет все поменялось. Сейчас это скорее просто угрозы или недовольство какой-то конкретной личностью. Мол, такой намек на то, что вы, госпожа, кому-то перешли дорогу. Сейчас такое редко используют, но если верить прессе, то все случаи за последние годы заканчивались смертью.

Да. Это не особо радует. В целом неважно, есть ли в послании текст или нет, суть одна — меняйся или умри. Дальше лишь ответвления, интерпретации послания, если угодно. В моем случае это — покинь кресло главы или поработай над собой и своим характером. А может, перестань вести себя неподобающе или извинись перед кем-то. В общем, я не знаю, чего хочет от меня этот аноним. Ха. Не могу знать также, кто осмелился на такое. Поймают — крышка. В лучшем случае исключат. Если оценить время, проведенное здесь с августа, и вспомнить все, что было... То мы обнаружим несколько мистических смертей учеников, незаконные усиления, случайное или нет убийство, бывшую главу студсовета, лишившуюся рук, разбои, что наталкивает меня на мысль о том, что от смерти меня ничего не защищает. Миленько.

Нет, ну а что? Слишком уж спокойно было в последнее время.

Стоя на пороге, упираясь головой в дверь, я думаю о том, что мне пофиг. Я не чувствую страха или переживаний. Первая волнительная реакция прошла, и остался лишь пофигизм. Рано или поздно хулиган объявится, тогда и будем разбираться. А сейчас зачем мне эта головная боль? В конце концов, что это меняет? Я выпью кефир и лягу посплю, зачем монолог этот вообще я веду? Я должен прекратить, став обычным. Чуваком... История учит нас тому, что паиньками люди не становятся, и я не исключение. Все равно все умрем.

Мои раздумья прерывает смех, доносящийся из дома. От этого у меня снова прошли мурашки по коже. Вернее сказать, от мысли о том, кому принадлежат голоса. Я аккуратно приоткрываю дверь, и мой взгляд сразу же падает на сидящих на диване в гостиной Шико и Нео. Парень сидит вполоборота, потому лица его почти не вижу, но по мышцам правой щеки можно сразу понять, что он улыбается, причем широко. Я приоткрываю дверь чуть шире, чтобы увидеть лицо Шико. Она не улыбается, но по глазам видно, что ей этот диалог приятен. Самое страшное — догадка подтверждается, этот смех принадлежал этим двоим. Чтобы они нашли общий язык и над чем-то искренне смеялись и общались, улыбаясь друг другу? Такое я могла представить только в своей фантазии, и то, только в пределах похабного фанфика, где такого взаимодействия требовал бы сценарий. Но вот оно, тут! Взаимоотношения жителей моего домика — дело важное, потому я просто не могу стоять в стороне и должна пронаблюдать.

— Да, слышала о таком. А после она призналась ей в любви, но они сохранили рабочие отношения, — сказав это, Шико как-то скромно рассмеялась. — На самом деле это не смешно, хотя она и сама всегда шутила над этим.

Читать я могу лишь по губам девушки. Сначала мне показалось, что они говорят обо мне, но, похоже, они говорили о своих родителях и бизнесе семьи Аглаофотис. Говорил в основном Нео, потому нить разговора я уловить не могла. И совершенно не понимала, над чем постоянно смеются то он, то она. А уж понять, как они пришли к этому разговору и нашли взаимопонимание, было за гранью мои возможностей. Однако чувство, захлестнувшее меня в момент слежки, было очень странным. Я бы сказала, что никогда такого раньше не чувствовала, и не знаю, как это описать. Вернее, литературным словарным запасом я выразить это не могу, но вот нецензурно хватит и одного слова. Ха.

Спустя пару минут я встречаюсь взглядом с Шико. И без того еле заметная улыбка сползает с ее лица. На секунду закатив от неловкости глаза, я, не растерявшись, машу ей рукой, а после медленно, не отрывая от девушки взгляда, закрываю дверь. Выждав несколько секунд, я захожу внутрь, поворачиваю голову в сторону гостиной, бросаю взгляд на сидящую пару и, сделав вид, что мне неинтересно, отправляюсь в свою комнату.

Конспирация.

******

Нет ничего лучше, чем, сняв с себя рубаху, упасть на кровать лицом вниз, уткнувшись в подушку, закинуть куда-то руки в случайной позе, закрыть глаза и ни о чем не думать, наслаждаясь тишиной. Конечно, ни о чем не думать у меня не выходит, но все равно я получаю от этого долю кайфа. Правда, доля эта невелика, так как один ошалевший житель без стука вламывается в мою комнату и, судя по звуку, что-то ставит на стол. Готова взять в жены Элу, если это не Шико.

— Ты должна выпить это, — я слышу спокойный холодный голос, которому наплевать, что перед ней лежит дама в одном лифчике и юбке.

Вздохнув, я прижимаю подушку к лицу и переворачиваюсь на спину. Как же меня это злит. Какая же она...

Глубоко вдохнув, я убеждаю себя, что не стоит срываться, а нужно быть мудрой и рассудительной. Терпеливой.

Убрав подушку от лица, я молча встаю с кровати и натягиваю футболку. На столе лежит купюра в две тысячи есси, а рядом с ней стоит бутылка с бело-розовой жидкостью, напоминающей молоко с примесью клубники или чего-то такого. Взяв деньги со стола, я подхожу к гостье, правой рукой беру ее руку, после чего левой вкладываю купюру в раскрытую ладонь. Закрывая обеими руками ладонь, я смотрю в ее глаза, видя там, в глубине, недоумение. Да уж, кому и выражать непонимание в этой ситуации, так это явно тебе, Шико. Мои действия и реакции такие странные, просто ужас.

— Что ж, а теперь потрудись объяснить мне, что ты снова делаешь в моей комнате и почему я должна выпить это? — отпуская руку, максимально спокойно говорю я.

Мне почему-то невероятно сильно хочется взять и укусить ее побольнее за какое-нибудь чувствительное место, например, ухо. Да так, чтоб больше и близко не подходила к моей комнате.

— Мне кажется, ты какая-то агрессивная и нервная. Это поможет тебе немного прийти в себя, — девушка взглядом оббежала комнату и остановилась на небрежно брошенной на стул рубашке, точнее на конверте, торчащем из кармана. — Пить два-три раза в день в течение пяти дней.

— Отказано!

Мило, но почему моего согласия никто не спрашивает? Да и от ее голоса не веет маминой заботой, скорее, холодный напор, мол, ты должна выпить это. Настораживает.

— Мне пришлось постараться, чтобы найти все нужные ингредиенты. Я сварила его специально для тебя.

Какое внимание. Тратили на меня свое бесценное время? Варили, думая обо мне. Я, как натура тонкая, нахожу это трогательным. Ха.

— Если хотите меня отравить или избавиться от моего присутствия, только скажите, не надо так изгаляться.

Кажется, ядовитый тон моего голоса задел ее.

— Смотри, — одарив меня неодобрительным взглядом, Шико прошла к столу и, схватив пластиковую бутылку, открыла ее, сделав пару глотков.

— Или, может, это варево какое для того, чтобы приворожить? Кажется, в наше время такое возможно осуществить.

Силушка-то не сработала, нужно найти обходной путь! Может, в этом и дело? Ее задело, что чары на мне не прокнули, а цели она привыкла добиваться, чего бы это ни стоило. И вот зелье готово!

— Я не уйду, пока ты хотя бы не сделаешь глоток и не пообещаешь мне все выпить.

Замечаю, что ей приходится прилагать немало усилий, чтобы менять свой тон на повелительный. Когда нужно проявить лишние эмоции, ее лицо начинает как-то странно морщиться, будто она силой заставляет мышцы принять хотя бы минимально отличающееся от обычной манеры выражение лица.

— Хорошо.

Раз от этих уродцев понимания не добиться, дело придется брать в свои руки. Сделать то, чего я делать не люблю. Просто поговорить. Я выхватываю бутылку из рук, после усаживаю девушку на кровать, беру стул и сажусь напротив. Раздвинув ноги, я прижимаюсь поплотнее к спинке стула, облокачиваюсь на нее и показательно делаю пару глотков. После сразу же подставляю ко рту руку, пытаясь сдержать рвотный позыв. Это омерзительно. На вкус как просроченное молоко с привкусом имбиря и крови.

— Вот, ничего сложного, — спокойно произнесла Шико.

— Что это? — спрашиваю я.

Запах ничуть не лучше, чем вкус.

— Семейный рецепт. Ты можешь относиться к этому скептически, но увидишь, это тебе поможет. Вкус может казаться мерзким, но потом привыкаешь.

Судя по тому, с каким безукоризненным выражением лица пила она, готова поверить в это. Но пока считаю, что лучше быть агрессивной бабой, хоть таковой я и не являюсь, чем пихать в себя это. Вся моя агрессия, если и имеется, возникает из-за ваших дебильных поступков, которые заставляют мозг вскипать.

— Ладно, неважно, — закручиваю пробку и возвращаю бутылку на стол.

Будем считать, с этим разобрались. Наверное, лучше не знать, что туда входит.

— Ты можешь мне не верить, но я делаю это не из злого умысла, — говорит Шико.

— Забыли. Давай, знаешь, просто поговорим с тобой, — я скрещиваю руки на спинке стула и кладу на них подбородок. — Я понимаю, что после всего, что между нами было, мы очень близки. Но вот скажи мне. Почему нельзя, как все люди постучать в дверь, сказать: «Арквейд, мне кажется, ты какая-то нервная. Хочешь, я отвар сделаю, которой поможет прийти в норму, а?». Поинтересоваться там, нужна ли мне помощь или нет. Может, проблемы у меня какие психологические и мне поговорить надо? Не думаешь, что так было бы правильнее и результат был бы значимее?

— Ты права, сладкий пирожочек, — на ее лице появилась естественная теплая улыбка, которая сбивала с толку. — Но какой смысл спорить о моем поведении, если в итоге я все равно получу от тебя отказ?

Я ожидала, что разговор будет тяжелый и скорее всего мы не придем к пониманию. А получила странный лукавый ответ, который почему-то удовлетворял мой изощренный мозг, заставив улыбнуться. Нравится мне ощущение, когда одна неожиданная фраза развеивает всю твою заготовленную речь. Многих это ставит в тупик и пугает, а мне наоборот доставляет.

— Ты же говорила, что эмоции тебе тяжело даются? Улыбка, смех, злость. Даже демонстрировала, что никак не улыбнуться. А что же теперь? Судя по моим наблюдениям, человеческие эмоции тебе не чужды.

Правда, после сцены в гостиной я вообще думаю, что меня разводили.

— Если говорить точнее, то мне с годами все тяжелее становится проявлять их, — улыбка быстро сошла с ее лица, но по сохранившемуся тону голоса я понимала, что она тоже настроена прийти хоть к какому-то взаимопониманию. — Я показывала, что практически не могу специально улыбаться или злиться. Все реже возникают ситуации, когда эмоции проявляются сами собой. А когда это происходит, я чувствую жуткий дискомфорт. Например, улыбнешься ты, а после по телу пройдет волна холода, сердце будто сдавливает тисками, и чувства пропадают сами собой, появляется равнодушие. Организм будто сам стремится поддерживать одно состояние, а любое проявление эмоций расценивает, как опасность, и стремится ее устранить. Я никогда не была сильно эмоциональной, но с годами непременно приду к тому, что перестану проявлять эмоции вообще.

— Вот как, — протягиваю я, думая о том, что сейчас не лучшее время заострять внимание на столь щепетильной теме. — Давай так, я обещаю, что выпью эту гадость. А ты, в свою очередь, научишься стучать в дверь, прежде чем входить. Договорились? И деньги свои при себе оставь.

Пить я ее, конечно же, не буду, но кто об этом узнает?

— Я постараюсь, — давая согласие, Шико кивнула.

— Ладно, на этом и разойдемся, — я встаю со стула и, на секунду задумавшись, смотрю на потолок, а потом на Шико, которая не спешила уходить. — Хотя, знаешь, есть еще один вопрос. Ты ведь, как я погляжу, уже неплохо ознакомилась с академией?

Видела в истории браузера, сколько всего она прочла. Такой подход вызывает уважение. Может, мне стоило бы поучиться этому? Ха.

— Да, в целом я составила для себя картину.

— Может, есть, что тебе понравилось? В смысле, чем бы ты хотела заниматься, будучи в совете. Может, есть что-то, что тебе по душе?

Я тут думала о том, что было бы неплохо, чтобы каждый забрал себе какую-то отрасль и занимался только ей. Мой план таков: каждый занимается своим делом, а я только руковожу, наслаждаясь всеми привилегиями. Остается найти людей и... И переложить ответственность выездных встреч на кого-то другого. Как хорошо, что глав у нас двое и будущая замена Адама просто идеальна для такого дела.

Лирическое отступление:

Еще раз здравствуйте! Меня зовут Арквейд Либерт, и я люблю спокойную размеренную жизнь. Вот только меня окружают: миловидная девочка-лесбиянка с замашками сталкера, придурок, который вечно меня достает ради своей забавы, девушка-аристократка, чье исключительное воспитание вызывает опасения. Помимо всего, каким-то образом я стала главой студсовета. Моя репутация оставляет желать лучшего, потому большинство учеников меня терпеть не могут. Вот так мы и живем. Короче, с недавних пор моя спокойная жизнь разбилась в дребезги. Это полная жопа, но я не сдаюсь. Есть проблески надежды все вернуть на круги своя, вспомнив девиз «беспечная жизнь». Будет непросто, но я все расставлю на свои места. Буду отдыхать, наслаждаясь происходящим вокруг хаосом, который меня касаться не будет, а будет лишь развлекать.

— Да, — холодно произнесла девушка.

Она словно смотрела сквозь меня. Такой эффект создается, когда человек смотрит не в глаза, а тебе на переносицу. Знаю, потому что сама часто этим пользуюсь. Собеседник от этого начинает чувствовать себя некомфортно, хотя часто так выходит лишь потому, что ты задумался. И сейчас именно такой случай.

— И что же это? — с интересом спрашиваю я.

— У вас есть зимний сад, о котором, похоже, плохо заботятся. Думаю, раз главой мне не быть, то, наверное, было бы неплохо уйти из совета и заняться им. Хотелось бы вдохнуть в сад жизнь.

Начинаю видеть в этой особе обычного человека, а не не-пойми-кого. Я уж невольно начинала думать, что второй Нео в мой дом поселился. Ну, или что-то похожее на него.

— Ну, зачем же уходить?! Понимаю, что ты мной недовольна, но я, ты знаешь, не командир. Наседать не буду и властвовать не люблю. Было бы здорово, если у нас в совете был бы тот, кто заведовал бы флорой и фауной не только зимнего сада, а и всей академии. Следил за природным убранством и брал все это дело под контроль. У нас с Адамом чисто физически не было времени заниматься всем, потому такую мелочь, как природное убранство, мы отложили в долгий ящик. Есть кружок садоводов, любителей природы, флористов. Кроме того, есть персонал, который поддерживает все в должном виде. Но непосредственного руководителя у них нет. Некому, знаешь, силы их правильно распределить. Не хочешь этим заняться? Заберешь себе эту отрасль, я и вклиниваться в твою деятельность не буду, только разве что в вопросах финансов. Что скажешь?

До моего прихода, как мне рассказывали, был человек, в обязанностях которого был пункт, связанный с природой. И кто, как не человек, который предпочитает работе с людьми общение с природой, подходит больше всего?

— Мне надо подумать, — после небольшой паузы констатировала Шико.

— Подумай, — я невольно коварно улыбаюсь. — Я рассчитываю на тебя.

Есть у меня чувство, что согласится она. Слыхала, конечно, что есть у нас зимний сад, но в глаза его не видела. Никто о нем не говорит, даже когда кружок любителей растительности посещала, ничего о нем не слышала. Следовательно, тело, которое узнало и заинтересовалось им, наверняка любит копаться в грязи, пересаживая цветочки. Миленько.

Не скрываю, есть во вступлении ее в эту должность еще один плюс. Это вовлечение других учеников в мир ботаники. Девушка она красивая, видная, отрицать это глупо. Всегда найдутся девочки, мальчики, которые захотят пообщаться с загадочной дамой, сдружиться. Для этого они вступят в кружок садоводов или студсовет, мол, теперь мы коллеги, давай поработаем вместе. Кто-то быстро сдуется и пойдет дальше, но наверняка будут и те, кому это понравится. Повода проверить не было, а тут открыл в себе что-то новое. И все благодаря моим организаторским способностям.

— Хорошо, — уклончиво ответила Шико.

— Как надумаешь, сообщи. Мы сразу же все организуем, — я поднимаюсь со стула и говорю о том, что была бы рада побеседовать еще, но дела не ждут.

В моем храме нечего ловить.

******

По-быстрому для Элы я накидываю список блюд, которые должны быть в моем рационе. 95% из них я сама бы приготовить не смогла. Я — дама без особых навыков готовки. Знаю- знаю, можете не делать мне замечаний. Мне все равно.

— И в кого ты такая пошла? — С улыбкой спрашивает Эла, стоит ей пробежаться глазами по списку.

Это претензии к мясу, хотя в рацион я и рыбу включила. Людям почему-то нравится делать акцент на том, что мясо не совсем то, чем должны питаться особи женского пола. Люблю я мясо, ничего не поделать. Разве может что-то заменить вкус сочной котлеты из говядины, которая растекается по твоему рту при укусе? Или мягкие обжаренные куриные ножки в панировке? Мне говорят — грибы. Нет. Грибы мяса не заменят.

— В дедулю с бабулей по папиной линии, — вспоминая о них, на лице невольно появляется улыбка.

Правда, не вкусовыми предпочтениями я в них пошла, а определенными особенностями, сдвигами. Ха. Разглагольствовать о них я не буду. Может, кто-то уже догадался, а может, догадается со временем. Я тщательно их скрываю, но это существенный минус к моему авторитету. Никто не придает этому особого значения, а я без зазрения совести пользуюсь этим, не упуская лишний раз потешить свою наклонность, воспользовавшись случаем. Иногда думаю: «Ну что такого? Можно же воздержаться!». Но, блин, нет. Словно мозг переклинивает, и ты видишь цель, не видя препятствий. Скажу вам одно: маскировка и прочее неплохо так развивают мозг.

— Что-то у меня мурашки по спине пробежали от этой улыбки, — с опаской произнесла Нацукаши.

И я знаю эту улыбку. Прекрасно представляю ее. Но не могу контролировать, само собой выходит, когда вспоминаю, чем занимались бабуля с дедулей, ну и о себе тоже. Что она напоминает? Ну... «Хо-хо-хо. Что же мне с тобой такого для начала сделать? — прищкрившись, парень потирал ладошки, придумывая наказания для девушки».

Извращенный пример почему-то придумать было проще всего. Да, не мастер я описаний. А чего вы хотели? Вон откройте карточки учеников. Разве человек, который окрестил твои способности «Радужным пинком», может хорошо описывать? Сомневаюсь.

— Забудь, — махнув рукой, я направляюсь на кухню. — Заплетай косы свои золотые, готовь ужин и собирайся в путь. Нам многое предстоит подготовить к завтрашнему.

С появлением Элы в нашем доме стало немного светлее. Язвительный гадюшник, где, если все не ходят с каменными лицами, то улыбаются лишь для издевки, наполнился проблесками тепла и искренности. Вот, например, сейчас, подойдя к холодильнику, она открывает его и, оценив обстановку, смотрит украдкой на меня и, перехватив мой взгляд, улыбается. Искренне, по-доброму, с некой заботой. Даже взгляд такой нежный, что ли. Вроде незначительная мелочь, а немного приятно. В глубине души она считает нас глупыми, а наши отношения по странному милыми. Не понять мне оптимистов. Однако, даже если бы все относились друг к другу с должным уважением и добром, я бы все равно предпочла жить одна.

Эла сообщает мне о том, что у нее есть еще какие-то дела помимо наших, связанные с театральным кружком. Пообещала что-то там кому-то там и не может подвести остальных. Горжусь ей, конечно. Выполняет обязанности. Молодчина. Так держать. Но теперь в плотный график работ вклинился еще один пункт.

Ну ладно, составить компанию особого труда не нужно.

******

Эла первым делом повела меня в кабинет совета. Там полезла в кладовку и достала те самые костюмы, которые мы с Астартой примеряли, готовясь к недавно прошедшему концерту. Собрав все имеющиеся в наличии экземпляры в охапку, она, недолго думая, захватила с собой и всю прилагающуюся к ним мишуру. По дороге к театральной сцене, которая располагается ближе ко второму корпусу, она рассказывает мне, что костюмы нужны для нового спектакля. Об этом ей сказала глава драмкружка, а она вспомнила, что у нас на складе как раз есть несколько экземпляров и, конечно же, пообещала предоставить нужный реквизит. Я, конечно, рассчитывала, что возьму и все вещи, что нужны нам для создания подобия бейсбольного поля, но, похоже, судьба распорядилась так, что идти придется дважды.

******

— Я уже совсем забыла, что ты по театральной сцене угораешь.

Эла покинула меня, отправившись прямиком к сцене, где стояла глава кружка, а я, пройдясь глазами по рядам, заприметила Мюриель и, не раздумывая, подошла к ней, чтобы скоротать свое время.

— Арквейд?

— Здрасьте, — стоило девушке взглянуть на меня, как я, слегка кивнув, приветствую ее и падаю на соседнее кресло.

— Не ожидала увидеть тебя в таком месте, — она улыбалась, давая понять, что такая неожиданная встреча ее радует.

— Помогала тут одной обормотке, — с ухмылкой проговорила я, обратив свой взгляд на Элу, которая приветливо беседовала с заправляющей всем тут девушкой.

Испытываю от такого созерцания чувство гордости, что ли. Гордости за свою находку и навыки руководителя. Это ж надо так подобрать работу, чтоб человеку и самому нравилось то, что он помогает другим. Ха.

— Да, Эла молодец. Хорошая девочка, быстро находит общий язык, и, кажется, ей самой это нравится.

Мне нечего ответить. Так все и есть. Мы обе молча смотрим на Нацукаши. Спустя секунд десять я отвлекаюсь, перевожу взгляд на Мюриель, потом на Элу, после снова на Мюриель, и тут меня осеняет.

— Даже не думай об этом!

Едва легкий прищур и специфичная улыбка на лице девушки прямо диктуют мне фразу: «Было бы неплохо потом забрать ее себе».

— Ты о чем? — моя резкая фраза приводит ее в чувство, и она с каким-то недоумением смотрит на меня.

— Ты ведь подумала о том, что когда станешь главой, то неплохо бы было забрать Элу к себе в команду? — прямо выражаю свои мысли.

— Ну, — она расплылась в смущенной улыбке. — Наверное, само так вышло. Как ни посмотри, она идеальный кадр.

— Эла принадлежит мне и душой, и телом. Так что забудь и даже думать не смей!

Единственный адекватный член совета. Отдать ее кому-то было бы верхом глупости. Я уже не представляю, как буду раздавать команды и вести отчеты без этой дамы. Кто мне будет отвечать, поддакивать? Я и так не сильна в соблюдении литературных законов, а без нее вообще швах в диалогах будет. Ха.

— Не буду, не буду, — произнесла Мюриель так, что сразу стало понятно, что к этому разговору мы еще вернемся спустя какое-то время, — не переживай.

Нотки ее своенравного характера в голосе мне почему-то пришлись по душе.

— Так ты, что, в кружок вступила?

— Да.

Девушка и раньше, когда помогала совету, часто зависала в драмкружке. Для меня эта страсть загадка. Считаю театр скучным местом. Особо театр самодеятельности.

— И что, когда станешь главой, откажешься от сцены?

— Нет. Буду совмещать, — дает без раздумий ответ Мюриель.

На любимое дело всегда найдется время? Хотя быть активным участником уже не выйдет.

— Понятно, — бормочу я, переводя взгляд с потолка на сцену.

На сцене стояли три девушки и четыре парня. У всех были лисьи хвосты и ушки. Девушки с накладными животами, изображающие рожениц, что-то обсуждали меж собой. В то же время троих парней инструктировал о чем-то четвертый. И этот четвертый — один мой старый знакомый, Сугата. Да и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что за спектакль они ставят.

— Я справлюсь, не переживай.

Да мне то что. Я и не переживаю. Хах.

— И какую же роль ты играешь? — отсеивая никому не нужные вопросы, которые подводили бы к этому, интересуюсь я.

— Главную, — она вздохнула и оперлась на впереди стоящее кресло, сложив руки на него. Ее взгляд стал задумчивым, а глаза устремились на сцену. — Это моя первая столь важная роль.

— Чернобурка, значит, — с ухмылкой произношу я.

Это было весьма очевидно. Кто, как не девушка с черными волосами, подходит на роль черной лисицы? Спектакль о дискриминации. Суть проста. В один день в сказочной лисье-человечьей деревне рождаются две девочки, одна с белыми волосами, белым хвостом и ушками, имя которой Серебрянка. Событие, происходящее раз в сто лет. Такой девочке уготована судьба стать жрицей, главой деревни. Ее рождение приносит радость и счастье. Вторая девочка, с черными волосами, черным хвостом и ушами — Чернобурка. Как не сложно догадаться, она противоположность первой. Рождение такой девочки-лисички несет за собой проклятье, и ей уготована одна судьба — смерть. Но матери с ребенком помогают сбежать, и она выживает. Так все и начинается. Своеобразная сказка, призванная донести простую суть, что какими бы внешне разными все ни были, они ничем не хуже, а порою даже лучше. Забавно, что она появилась в нашей стране, где проблема дискриминации иностранцев тянется тысячи лет. А еще дискриминация мэсов добавилась. В общем, ничему она, по сути, не учит, просто очередная красивая история с грустным, но счастливым концом.

— Угу… — вяло подтверждает она.

— А сценарий, значит, под вас подогнал... — я смотрю на своего старого знакомого.

— Ага, Сугата, — Мюриэль сразу поняла и завершила фразу.

— И как вам удалось его уговорить?

Этот с виду простой, но достаточно своенравный молодой человек в моем представлении испытывал отвращение к такому роду самодеятельности. Он сам мне так говорил. А сейчас они ставят самую начальную сцену?

— Чернобурка, — на выдохе тяжело произносил Сугата. — Это одно слово, но оно очень важное, постарайся передать его суть как можно точнее. Важно, чтобы зритель понимал, что это трагедия для деревни. И что сейчас нужно будет убивать младенца. Ты уже не молод, потому довольно спокоен. Поэтому по эмоционалу голос должен быть схож, пожалуй, с разочарованием.

И, похоже, объясняя, он очень старается. Хочет сделать все хорошо?

— Это все благодаря Алисе. Не знаю, как она смогла договориться, но мы все ей обязаны. Без Сугаты мы бы не смогли поставить этот спектакль.

Не знаю, кто это такая, но спрашивать не буду. Девушка, которая смогла уговорить его, должна обладать неплохим таким волевым характером. Когда речь заходит о принципах, Сугата становится человеком нереально упертым.

— Вот как.

Я кошусь на Элу, оценивая, сколько времени еще мне ее ждать, и, похоже, она не собиралась заканчивать. Вместе с главой кружка они пошли куда-то за сцену. Глазами проводив их, я перевожу томный взгляд на Сугату, который заметил меня, но решил не подавать виду, что мы знакомы. Поправив показательно очки, он направился к другим парням и что-то стал им объяснять. Миленько.

И раз уж мы говорим о Сугате, то так и быть, я признаюсь вам. Я вам лгала! Спор с ним не был связан с играми. Он был связан с книгами. Суть та же самая, разница лишь в сфере. И это из-за него я экспериментирую с блогом. Просто, этот парень неплохо пишет. Настолько, что имеет некую популярность, о которой знают даже местные. Так, однажды во время обсуждения современной литературы между нами и завязался спор. А дальше вы уже знаете — недалекая и упрямая я приступила к работе.

— И когда же вы собираетесь произвести на нас свой фурор? — интересуюсь я.

— Этот спектакль к выпуску третьекурсников. Примерно в середине мая, — она повернула голову ко мне. — Он также будет первым платным спектаклем. Для выпускников — бесплатно, а другим, если хотят посмотреть, придется заплатить. Плата, конечно, будет символической.

— Ах вот как! — есть повод докопаться, включаю режим недовольства. — Значит, денег, которые выделяет вам совет, вам мало, да? И вы честной народ обворовываете?

— Я же говорю, это будут небольшие деньги, 50-100 есси, не больше, — старательно поясняла девушка. — Кружку нужно развиваться, нам нужно закупить большое количество реквизита. И это не говоря уже о масках различных, макияже.

Ох, Мюриель, я всегда думала, что ты поумнее других будешь, не поведешься на провокации. Так я никогда еще не ошибалась.

— Вот откуда идет утечка информации, — я встаю с кресла и указываю на девушку пальцем. Превратим эту скучную фигню в фарс. — Собираетесь сделать власть в академии коррумпированной? Сейчас сядете в кресло, а после за собой потащите бандитов, криминалов и агентов спецслужб!? Да вы просто кружок жуликов и воров! Хотите разграбить все!? С вами академия никогда не добьется успеха! Вам плевать на обычных учеников! Гнать вас в шею!

— Арквейд! — на мое плечо ложится рука. — Стоило мне оставить тебя на пять минут, как ты уже с кем-то ссоришься.

Не похоже, что Эла возмущена моим поведением. Ради лица Мюриель, которое выражало одно «что за фигня», стоило постараться.

— Она собирается захватить власть в академии! А еще она собирается забрать тебя у меня!

Эла начинает тащить меня за собой, пытаясь остановить мой бред. Хотела позвать девушку с нами на пробную игру, но решила отказаться от этой идеи. И без меня занята. Неудобно нагружать еще, она ведь не откажет.

— Прошу простить нас, — извиняется перед Мюриель Нацукаши и, приложив больше силы, тянет меня за собой. — Не обращай внимания на то, что она говорит.

Девушка лишь улыбнулась. Наконец дошло, что я просто дурачусь. Эла повела меня за собой, и я лишь успела махнуть на прощание рукой.

******

Мы направились к заведующей складом. Набрали кучу всего: краску, флажки, мешок земли, лопаты и многое другое, что пригодилось бы нам в нашем нелегком деле. Погрузив все в тележку, дотащились до места и, прежде чем начать, немного размялись, покидав мячик. Думала, по-быстрому сварганим что-то, что напоминало бы бейсбольное поле. Я почитала инструкцию и думала, что и на глаз смогу все сделать, но Эле мой подход был не по душе.

«Как же можно так подходить к делу?»

В общем, с этой дурацкой точностью застряли мы тут надолго. Провозились до девяти вечера, а еще и завтра придется до встречи вернуться и все доделать. Сейчас бы так стараться... Делать питчерскую горку, базы и прочее... Ради двух дней не-ахти-каких тренировок...

Я вот думаю о том, как бы заставить собравшихся ребят отнестись к этой игре посерьезнее. Чтобы это не было похоже на то, что друзья собрались поиграть в бейсбол да попробовать свои силы.

******

Вернувшись домой, я принимаю душ и сажусь за компьютер. Уже вошло в привычку проверять почту и личку в местной соцсети. Как ни странно, мне написал один человек. И такой вышел у нас диалог:

Сугата: Видел тебя сегодня.

Арквейд: И что?

Сугата: =)

Очень содержательно, не правда ли? Это называется дружеская беседа. Понимание без лишних слов.

После недолгой переписки, пока сохнут волосы, я проверяю, что творится на форуме и в целом о чем болтают в темах ученики, и натыкаюсь на вышедшее интервью Шико. Странно, но в нем нет ничего интересного, чтобы писать о нем полностью. Одним словом — скука. Лишь пара фактов. Я упоминаюсь там только вскользь и фигурирую, как объект воздыханий. Только вот подробностей никаких. Не стала она изгаляться и придумывать что-то, а просто замяла тему. Думала, будет интереснее, но мне приятно, что она поступила, как обычный человек, а не стала взращивать семена раздора. Из интересного: логично было бы полагать, что ей нравятся девочки, но нет. Судя по ее ответу о первой любви, ее возлюбленным был парень. Подробностей, опять же, нет. Стандартное скучное интервью. Для меня ничего интересного, но ученикам должно зайти. Более-менее знакомство с новым персонажем. Мне скорее интересно, кто же был ее первым возлюбленным, что случилось и что пошло не так, раз после она увлеклась девчонками? Ну, при удобном случае обязательно спрошу. Тема, знаете ли, деликатная, личная. Надо быть осторожней.

27.Суббота, 25 марта

Наглости тебе не занимать, но, знаешь, это интересно. И хоть я согласилась внести свой вклад в твою задумку, но говорить о чувствах и мыслях я не обещала. Верить или нет в то, что напишу, решать тебе. Я скопирую твой размер, стиль, однако…

******

02:00

В коридоре слышатся шаги, а после скрип дощечек верхних ступенек лестницы. Отложив книгу обложкой вверх, я встаю из-за стола, выключаю свет в комнате и, подойдя к двери, слегка приоткрываю ее.

Арквейд.

Ты, спустившись по лестнице, включаешь свет в прихожей. Тебе, как и мне, не спится. Надевая кроссовки, бросаешь взгляд на лестницу, где у стены стою я. Как и всегда, глаза, наполненные скукой, говорят, что тебе нет никакого дела до меня. Слегка закатив глаза, отводишь взгляд, выключаешь свет, покидая дом.

******

Ты сразу заметила, что я иду за тобой, но не придала этому никакого значения. Между нами около пятидесяти метров. Ты просто бесцельно бродишь, иногда наматывая круги меж одними и теми же объектами. Не останавливаясь, не сбавляя темп, не оборачиваясь.

— Не спится? — спустя десять минут, догнав тебя, я завожу диалог.

— А я все думала, когда же ты подойдешь, — с нотками иронии отвечаешь ты. — Энергия, которая понадобится мне днем, решила посетить меня ночью. А ты чего? Перешла на двадцатичетырехчасовой режим слежки за мной?

— Зачиталась. Что сподвигло тебя в такое время выйти на прогулку?

Какой бы ответ я ни дала на этот вопрос, он прозвучит как оправдание. Я много интересовалась и наблюдала за тобой, президент. Ты расцениваешь это как слежку. И вот сейчас, когда вокруг нет ни единой души, я здесь. Неудивительно, что в голову закрадываются подобные мысли.

— Ну… — задумчиво протягиваешь ты, почесывая область над правым ухом, после чего кладешь руку на свою шею, смотря на небо. Задумалась, говорить ли правду или уйти от разговора. — Есть несколько причин. Днем, когда обшаривала академию, невольно в очередной раз задумалась, зачем такая большая территория? Как все работает в техническом плане? Куча мест пустоватых или тупо забитых насаждениями, за которыми особо не следят. Вот, захотелось побродить и подумать, сколько уходит денег на это. Зачем оно все, и что тут было раньше? Вернее сказать, каков был план у администраторов, архитекторов, или кто там этим занимается.

— Могу рассказать, что знаю, если тебе действительно интересно.

Несмотря на то, что от некоторых точек до других довольно большое расстояние, все органично вписано в природу и продумано в плане перемещения лучше, чем в академии Хару.

— Рассказывай, раз уж составляешь мне компанию. Ты ведь много читала об академии. — свою речь ты сопроводила коротким смешком.

Это создает впечатление, что все было подстроено и я часть твоего плана, чтобы узнать ответ на интересующий тебя вопрос. Забавный способ повернуть случайное стечение обстоятельств в свою сторону.

— В ваших архивах об этом особо нет информации. Только что, когда и для чего строилось. Воспользовавшись связями, я узнала, что раньше на месте академии была крупная тюрьма. Главное здание было на месте второго корпуса. Также было несколько загонов, приспособленных под фабрики, заводы, в которых заключенные работали.

— Такую информацию и я бы предпочла скрыть, — перебиваешь меня ты.

Тогда эта обширная территория использовалась в разы меньше, чем сейчас.

— Думаю, тюрьма была лишь прикрытием. Если верить чертежам и заметкам, то по сей день существует подземная сеть, она-то и занимает всю прилежащую территорию. И помимо важных объектов вроде арелитовой энергостанции или водоснабжения и прочего, обеспечивающего всем необходимым тюрьму, там располагались куча лабораторий.

— Так периодически пропадающие ученики, значит, становятся жертвами экспериментов? — с твоих уст снова срываются ироничные слова.

Такой способ выражения похож на нежелание верить в то, что что-то подобное происходит прямо под нашими ногами.

— Не думаю. Сейчас нет никаких упоминаний об этом. Раньше там проводили опыты над людьми и создавали лекарства. После появления мэсов тюрьму расформировали. Территорию по госконтракту выкупила ассоциация «Прометей», которой сейчас и принадлежит эта академия. Этой организации принадлежит также ряд других академий, в которых обучают мэсов. Все они на коммерческой основе, и только эта работает по иной системе.

За пятнадцать лет до появления на месте тюрьмы академии все записи и упоминания исчезают. Проверить возможности у меня нет, но я привыкла доверять своим информаторам. Причин скрывать что-то от меня у них фактически нет. Только если не стороннее вмешательство или излишняя забота моего опекуна.

— Надо было сразу на кладбище строиться, — ровным тоном произнесла ты. — Там хотя бы был бы шанс, что призванная душа будет нормальной, а не получишь в напарники уголовника. Хотя соглашусь, идея, где главный герой — шестнадцатилетняя девочка, а ее напарник — дух-уголовник, звучит интересно. И таких девочек и мальчиков с духами-уголовниками — целая академия, и все они сражаются друг с другом. Шикарный сенен с кучей побочных трагичных и душещипательных историй. Ха.

Твое разыгравшееся воображение, граничащее с бредом, тебя действительно веселит?

— Похоже, ты совсем не разбираешься в том, как работают силы мэсов, которые связаны с призывом и душами.

После того, как я подошла к тебе, наш путь выровнялся, и мы брели в сторону рощи. Выходит, до этого ты специально ходила извилистым путем. Но если ты видела меня, то что должна была поменять траектория, если ты даже не пыталась избавиться от преследователя?

— Ай, — ты отмахиваешься от меня рукой. — Мне и не надо. У меня есть то, что позволяет мне не умереть от скучной реальности. Фантазия. Ага.

Мне оставалось лишь пожать плечами. Заметила, что ты часто сводишь разговоры к абсурду. Это раздражает.

На самом деле, если подводить итог этого разговора, то можно заметить, что столь обширная территория используется для тренировок на мехах. В нашей академии их не было, а у вас их достаточно, и пространство позволяет разгуляться.

— Почему ты поступила сюда? Ты ведь жила далеко отсюда. Есть другие академии, и лучше, и ближе.

Ты на пару секунд остановилась и, не поворачивая головы, покосилась в мою сторону. Во взгляде сквозь тьму едва можно было прочесть некое неодобрение.

— Это долгая история, — ты, усмехнувшись, закатила глаза, задумавшись, а после твой взгляд снова стал безразличным. — Был один челик. Мэс. Ему никак не удавалось сдать экзамены и поступить куда-либо. Он раз за разом получал отказы. Сильно переживал по этому поводу, волновался, что ему придется идти в обычный универ. Так, он пробовал поступать во все академии и удалялся все дальше и дальше от дома. В один день он увидел свое имя в списке поступивших в академию Догард... Этим челиком была я.

Такой конец истории заставил меня улыбнуться. Судя по ответной улыбке, моя была лучшей похвалой для тебя.

— Значит, с учебой у тебя не ахти?

Я как-то упустила из виду и не интересовалась твоими оценками, успеваемостью, так как пост главы абсолютно везде сам по себе подразумевает, что с успеваемостью все в порядке и человек способен помимо деятельности в совете успевать по учебе.

— В пределах нормы, — ты даешь уклончивый ответ. — В моем случае оценки скорее показатель заинтересованности.

Это только больше путает меня. У тебя нет черт, присущих президентам, нет способностей, которые могли бы поставить выскочек на место, нет достижений и нет успехов в учебе. Многие ученики тебя не жалуют и, похоже, как и я, сами не особо понимают, почему именно ты в кресле главы. Большинство проблем решают за тебя другие, в остальных вопросах преобладает наплевательский подход. Это досадно и очень странно.

— Послушай, почему ты не используешь по максимуму свои способности? Ты могла бы добиться любви учеников, к каждому найти подход и с каждым иметь хорошие отношения. Твои способности отлично подходят для бизнеса и ведения переговоров, можно наладить любые контакты и связи. С этой силой ты буквально могла бы добиться всего, чего хочешь. Получить то, чего другие получить не могут. Так почему ты так безобразно ее используешь?

Этот вопрос беспокоит меня с того момента, как я узнала о способностях и оценила твое поведение. Сопоставила силу с нелюбовью учеников и своими наблюдениями, придя к выводу, что ты бездарно тратишь такую без сомнений прекрасную причуду.

— Это слишком личный вопрос, — монотонно проговариваешь ты, а после, повернув голову в мою сторону, усмехаешься. — Давай так, я отвечу на этот вопрос, а ты ответишь на личный вопрос о себе.

— Хорошо. Я согласна.

Меня устраивают условия сделки. Я заранее предполагаю, о чем ты хочешь спросить. Это поможет устранить наше недопонимание.

— На самом деле на твой вопрос сложно дать однозначный ответ, — ты закинула руки за голову, сцепив их в замок, и подняла голову вверх. Зрачки бегали то вправо, то влево, задерживаясь в углах на несколько секунд. Пару минут ты, похоже, думала над тем, как лучше сформулировать свои мысли. — Я туповатая. Да. Силу дали не тому. Что поделать… Стоит начать с того, что она работает не совсем так, как я объясняю, как написано и как думают многие. Это просто сложно передать. Считай, это как шпаргалка, что я замечаю то, чего многие не замечают, ну и чувствую настроение собеседника, понимаю его намерения, улавливаю мысли, правду или ложь, вот и все. Хотя, по сути я это же всегда всем и говорю. Ха. Неважно, короче. Что, если я тебе скажу, что у моей силы есть активная стадия? В ней даже у такого человека, как ты, я буду чувствовать настроение и понимать ход мыслей. В активной стадии мои глаза двигаются сами по себе, улавливая все возможные движения. Чувства обостряются в десять раз. Но никто о ней не знает, а почему? Потому что я ее не использую вообще и использовала всего пару раз в жизни. Может, конечно, потому что она выглядит ужасно и больше пугает, чем помогает. Самой становится жутковато от своего вида. В любом случае, характер у меня поганый. Даже зная, что вот сейчас скажи человеку: «Ты молодец», и впредь он будет всегда рад тебя видеть, мне не хочется этого говорить, а хочется сказать что-то другое. Совсем другое. Ха. И если в такой простой ситуации язык не поворачивается похвалить, хотя ты точно знаешь, каким будет результат, тогда чего говорить об остальных? Только в редких случаях могу переступить через себя, когда того требует ситуация. Плевать мне, в общем, на окружающих и их чувства. Даже если меня прямо кто-то спросит: «А какой я?», то я солгу. Хотя врать не придется, большинство людей не очень-то хороши, но им будет обидно, потому что послушать-то они хотели не о своих плохих сторонах. Подытоживая, лучший ответ — сила досталась не тому, кому должна была. Если подумать, я использую ее для удовлетворения своего эго, значит, она вполне себе приносит пользу для меня. Бизнес, деньги, связи — это же тоже выгода для себя. Да? А значит, я прекрасно использую свои способности, и Вы, госпожа Аглаофотис, не правы.

Простой ответ в виде: «У каждого своя точка зрения на использование способностей» вполне логичен. Большинство будет считать, что это отличная способность для социализации во всех ее аспектах. Но твоя точка зрения иная. Совсем иная. Наверное, такое использование и правда для тебя забавно. Будет поздно, когда ты поймешь, что от такого отношения добра можно не ждать.

— Вот как. А что за активная стадия? Не продемонстрируешь мне ее?

Раз об этом нигде не сказано, значит, есть причины ее скрывать?

— Отказано.

Этому слову ты за несколько дней моего общения с тобой всегда придавала специфичный акцент. Словно это слово — выражение какого-то персонажа, которого должны знать все. Я в это число не вхожу.

— Почему? Есть какие-то особые причины?

— Не уверена, что даже своей второй половинке... Если таковая, конечно, существует, я об этом расскажу и покажу. Так что нет. А причины — это уже другой вопрос, правильно? — ты усмехнулась. — Придется отложить на другой раз. Что важнее. Перейдем к тебе! Я тут интервью почитала твое. Да. Вот. Не особо оно содержательное, конечно. Но у меня назрел один вопрос. Там пунктик интересный такой проскальзывал. Насчет любви первой. Хочу интересную любовную историю послушать. Вот о ней и расскажи, о парне этом.

Думая о том, что заранее знаю твой вопрос, я ошибалась. И такое происходит уже не в первый раз. Не знаю почему, но мой мозг находит это забавным. Возможно, это, банально, из-за того, что в старой академии все диалоги для меня были довольно предсказуемы.

— Ты уверена, что это все, что тебя интересует? Ты бы могла узнать что угодно. Более чем уверена, что ты считаешь мое поведение по отношению к тебе странным. Почему бы не попросить дать объяснение этому? О мыслях, целях?

— Не нуди, — ты помахала ладонью, подталкивая меня начинать рассказывать. — Ты передо мной. Твой характер я и так могу оценить, да и времени впереди еще много. Разве не прекрасно разгадывать девушку-загадку? Предыдущие дни были великолепны, и у нас все только впереди. Эх, романтика…

Этим высказыванием ты разве не противоречишь сама себе?

— Хорошо, прежде чем я начну рассказ, я хочу спросить тебя. Когда ты впервые увидела меня, что ты подумала? Сколько, тебе показалось, мне лет?

В моей истории нет ничего особенного и интересного. Мне, честно говоря, не особо приятно об этом говорить. Сейчас я нахожу те чувства и воспоминания несколько лживыми. Первое впечатление порою обманчиво.

— Кто-то важный, скорее всего, спонсор, поддерживающий академию, приехал сюда, и меня пригласили для знакомства с ним. Стандартная практика для президентов, — ты едва слышно усмехнулась, давая понять, что считаешь такие формальности глупостью. — Красивая дама лет двадцати трех, независимая и в то же время самодостаточная, расположилась на краю кожаного дивана, не удостоив главу даже краткого холодного взгляда. Какая жалость. Наверное, ей совсем не интересно тут быть. Сейчас же, конечно, зная, что тебе восемнадцать, думаю, ну, наверное, восемнадцать, да… Каждый взрослеет по-разному. Есть же у нас парни — горы мышц, которым тоже не дашь их возраст. Или девочки-певички, которые ведут себя как тринадцатилетки и выглядят так же. Только грудь дает намек на какую-то зрелость. Как жаль, что у той, о которой я говорю, ее почти и нет. Ха.

Ты дала именно тот ответ, который я и ожидала. Никто не дает мне мой возраст, хотя, кажется, не так давно все было совсем по-другому.

— Понятно, спасибо за ответ. В свои почти полноценные шестнадцать лет я физически отставала в развитии от других. Я была довольно низенькой девочкой. Стройной, с тонкими руками и ногами. У всех уже была какая-никакая грудь, а у меня ничего не намечалось. Все говорили, что я маленькая прекрасная куколка с глубокими мыслями и сильным характером. Сравнивали с книгами, фильмами, рисованными историями, где такие девочки были одиноки, но наделялись особым статусом. Я вроде смирилась с этим, но в какой-то момент, как и у всех, в дело вмешались гормоны. Меня стали интересовать окружающие, их тела и прочее. В тот момент проявилась моя сила. Лед. Обжигающе холодный, контролировать который я по началу не могла. Я морозила все, к чему прикасалась, на чем лежала, где ходила или сидела. И с каждым днем сила становилась все сильнее, и контролировать ее не удавалось. Так я стала жить в отдельной специальной комнате, которая полностью покрылась льдом. Он покрывал все, что только можно, перебрасывался на вещи и людей, не трогая лишь свою обладательницу. Лед обжигал, колол, было ужасно холодно, больно. Лишь голоса за дверью говорили мне терпеть, держаться, что в скором времени все должно нормализоваться, просовывая в отверстие тарелку с горячей едой. Да только та, коснувшись пола, сразу покрывалась льдом, и мне приходилось класть в рот ледышку, ждать, пока она растает, и потом, прожевывая безвкусную смесь, глотать. Многие девочки приходили, поддерживали меня, разговаривали, рассказывали о том, об этом. В общем, в один день дверь в комнату открылась, и вошел он. Молодой парень, двадцать два года от роду, только закончил академию, и это его первая работа — временно быть моей нянькой. Он мог повышать температуру своего тела. И вот он, молодой, красивый, стоит и улыбается мне, приветствует, а вокруг него тает лед. Забавно, в женскую академию, несмотря на всю строгость, наняли мужчину, чтобы тот помог справиться с небольшой проблемой их драгоценной айдору. Несложно догадаться, что он кормил меня теплой едой, проводил со мной время, разговаривал, грел в своих объятьях. Сила все росла, и со временем он даже стал спать со мной в одной кровати. Я проводила с ним все время, много общалась, потому и влюбилась, ведь никого больше не было. Ледяная клетка, гормоны и обстоятельства сами все расставили по местам. Он не верил, что девочке через пару недель шестнадцать, а теперь никто не поверит, что мне восемнадцать.

— Занимательный парадокс, конечно, — язвишь ты. — Что, проды не будет? Мне интересны подробности, все поэтапно, ну и, конечно, конец, чем все кончилось?

— Подробности? Не уверена, но думаю, что своей второй половинке, если таковая существует, могла бы рассказать.

Стоило попытаться сыграть по твоим правилам, но оставить окно, ведущее к взаимовыгодному диалогу.

— Интересный способ сделать мне предложение. В таком случае стоило сказать, что на твои деньги и я, и мои дети с внуками могут жить и ничего не делать. Тогда бы я задумалась. В любом случае, не ожидала узнать, что в тебе есть какая-то черта романтизма.

Ты сразу поняла, чего я хочу, но решила, что такой обмен невыгоден? Или же это банальное проявление нрава?

— Все не совсем так, как ты себе представляешь.

Если этой небольшой истории дать условный конец, то тогда она бы получила жанр «трагедия».

— Все так, как я себе представляю, — ты остановилась, повернула голову и улыбнулась мне как-то так, будто и без моих рассказов понимаешь конец истории.

— Не сомневаюсь, у тебя ведь, как ты и сказала, богатая фантазия.

Вдруг резко, не церемонясь, ты хватаешь меня и, применив немного больше силы, чем нужно, наклоняешь и силой волочишь в ближайшие кусты.

— Тихо! — поставив палец к губам, прошептала ты и стала осторожно выглядывать из-за кустов. — Истории о большой силе чаще всего сопровождаются плохим концом. В виде смерти, утраты или разрушений. Детали можно додумать.

— Что случилось? — поинтересовалась я, отряхивая колени от грязи.

— Коли увязалась за мной, будь тише.

Это замечание?

Я осторожно выглянула. Посреди рощи было небольшое озеро. Луна висела прямо над этим маленьким островком посредине чащи, не стесняясь одаривать водную гладь своим светом. Недалеко от нас, в метрах тридцати, на большом камне сидел парень, возле которого в платье танцевала светловолосая девушка. Судя по движениям, танцы были частью ее жизни.

— Твои знакомые? — тихим тоном поинтересовалась я.

— Можно и так сказать, — вздохнув, произнесла ты и, развернувшись спиной к кустам, уселась, вытянув ноги. — Хотела развлечь себя и убедиться, что они, как и прежде, тусуются здесь.

— Беспокоишься? Почему бы тогда тебе не подойти и не пообщаться с ними?

Похоже, это пара романтическая. Закончив танец, девушка бросилась в объятья парню.

— Интересное время они выбрали для своих похождений, правда? — ты переводила тему на ту, о которой я как раз было подумала.

— Наверное, — я могла лишь пожать плечами.

— Забавные они, эти мэсы. Многие странно себя ведут. Эти проводят тут практически каждую ночь. Кто-то выстраивает ненормальные отношения. Кто-то экспериментирует, пытаясь летать. Кого-то прет делать нарезки местных боев под музыку и демонстрировать это всем. Казалось бы, извращенные наблюдения и вызывающее поведение — удел парней, но у нас тут этим одержима пара девчонок. Готовить по четвергам различные блюда на свежем воздухе и продавать их ученикам за бесценок. Почему нет? Стать чудиком, который сколотил из досок маленький сарай в лесу и теперь называет это своим додзе. Почему нет? У всех свои заморочки, свои истории, наблюдать за этим забавно. Можно увидеть скандалы, слезы, интриги, а если повезет, то станешь свидетелем сцен вроде «принял на грудь и в путь». Ха. Серьезно думаю над теорией «Чем выше сила, тем страннее человек, обладающий ей». Может, в мозгу какие изменения происходят, мировоззрение меняется? — после небольшой паузы ты продолжаешь: — Что интересно, в академии много персонала, но мы его практически не видим. Так создается ощущение, что детишкам позволено строить свой маленький мирок. Но они тут работают, и многих уже помимо работы связывают более тесные отношения. Интересная выстраивается структура.

— Так ты любишь наблюдать? Контролируешь издалека?

Я невольно улыбнулась. Последние два года я тоже больше наблюдала за всем, нежели принимала участие. Стала замечать то, чего раньше не видела.

— В общем, они не будут рады меня увидеть.

Ты словно издеваешься надо мной, специально перескакивая с темы на тему. Вроде игнорируешь, но отвечаешь на вопросы в своей манере. Так, чтобы была общая концепция, а остальное я додумала.

— Почему? — приходится поинтересоваться мне, потому что ты замолчала.

— Я приметила их еще в начале года, когда бродила. Каждую ночь, за редким исключением, торчат тут. Парень — второкурсник, не так давно признался ей в любви. Да. Песню спел. Даже слова помню. «Танцы под луной, ослеплен тобой. Тысячи планет дарят счастья свет. Танцы под луной, вечно будь со мной. В сердце ты одна, с ночи до утра.». Вот так.

Ответа, значит, не будет? Хочешь что-то скрыть, оставив чувство недосказанности? Зачем тогда было вести меня сюда? Не понимаю. Есть ли в этом какой-то намек?

— Так это ты для них те письма писала? — вспоминаю я.

В четверг я заметила, как в течении минут двадцати ты грызла ручку, что-то периодически шкрябая на бумаге. Закончив писать, ты разложила бумаги в два конверта, которые выделялись нежными цветами и сердечками, которые ясно давали понять, что это письма с признаниями. После я видела, как аккуратно, словно это для тебя обычно дело, ты подкинула эти конверты адресатам.

— Не, это для других идиотов. Одна интересная парочка поссорилась, и нужно было их подтолкнуть, а то вообще скука. Нечем заняться. В последнее время даже у меня больше происходит, чем у кого бы то ни было еще. Видимо, все обвыклись. Короче, неважно.

Серьезно, если бы ты направила силы на что-то полезное, например, на учебу или работу в студсовете, то добилась бы огромных успехов. Подумай над тем, чтобы поработать над собой. В будущем сама себе скажешь спасибо. Будет меньше сожалений.

— А знаешь, мы с тобой чем-то похожи. Твое отношение и образ мыслей другие, но в целом наши взгляды довольно близки. Я так думаю. Мне так кажется.

Я не против твоих странных увлечений, только вот они и твое отношение тебя губят. И ты и сама это понимаешь. Я так считаю. Не понимаю одного, почему это приносит тебе удовольствие или зачем ты продолжаешь?

— Уууу... — протянула ты и положила руку себе на лоб и мне, чтобы сравнить температуру. — Кажется, кто-то заболевает. Не стоило весенней ночью выходить в столь легком одеянии, Шико. Кто позаботится теперь о тебе? Ты вот уже и бредить начинаешь.

— Арквейд… — вздохнув, неодобрительно произношу я.

Звучало это довольно обидно и грубо. Почему ты совсем не хочешь слушать мои слова?

Твой спектакль привлек внимание пары. Они, раздвинув макушку кустов, молча смотрели на нас.

— Ох, и вы здесь? — ты вскочила на ноги, повернувшись к ребятам. — Какая неожиданность. Но погодите. Вы слышите?

Мы все переглянулись. На лицах четко прослеживалось непонимание. Никто ничего не слышал и не понимал, к чему ты ведешь. Смотря на то, как ты прикладываешь к уху руку, создавалось впечатление, что что-то и вправду есть, просто нас подводит слух.

— Слышали что? — первым поинтересовался парень.

— Кто-то кричит, — с этими словами ты взяла старт по направлению к жилому району.

— Кричит? — переспросила негодующе девушка, но ты ее уже не слышала.

— Это моя кровать соскучилась по мне! — удалившись на сто метров, выдала ты, не останавливаясь, а лишь повернув голову в нашу сторону.

Давно я не испытывала чувства стыда за кого-то, не говоря уже о неловкости, которая возникла после твоего ухода.

******

— Тебе нравится Арквейд? — не отрывая глаз от чашки с кофе, интересуюсь я у Элы.

— Да, она хороший человек, — не раздумывая, отвечает девушка.

Стоило ей снять крышку со сковороды, как кухня наполнилась запахом жареного риса с морепродуктами.

— Я о симпатии как к партнеру, — я посмотрела в зеркало, висящее напротив меня, чтобы увидеть в его отражении реакцию. — Тебе нравится она как девушка?

— Почему ты спрашиваешь об этом так внезапно? — Эла не смутилась, а лишь тепло улыбнулась, повернувшись в мою сторону.

— Хочу понять, что ты в ней нашла, — мне нет смысла лукавить, поэтому я спрашиваю прямо. — Ты проводишь с ней больше времени, чем кто-либо еще. Когда она рядом, ты будто расцветаешь. Другие могут и не заметить, изменения в поведении не особо сильные, но я вижу сразу. Кроме того, ты готовишь с улыбкой, в хорошем настроении и только на двоих, себя и ее. И это не просто какая-то обязанность, а проявление заботы. Я могу ошибаться, но мне кажется, ты сама этого хочешь.

— Так заметно? — она с недоумением почесала за ухом, потом возле лба, взяла лопаточку в руки и, вздохнув, повернулась к плите, начав помешивать рис. — Да, мне она нравится. И я хочу позаботиться о ней, раз у меня есть такая возможность. Мне самой только в радость. Это странно?

— Я так не считаю, — заверяю я.

— Мне понравилась она, когда мы еще не были знакомы. Среди массы людей, которые искали свои имена в списке поступивших, стояла девушка с короткими черными волосами. Я с любопытством разглядывала ее. Помню тот момент, когда она с задранной головой покосилась в мою сторону. Ее тяжелый взгляд был направлен прямо на меня. Тогда я и почувствовала то, что почувствовала, — девушка глупо посмеялась. Ей было немного неловко говорить об этом. — Я смутилась, а ей, похоже, было безразлично.

— С первого взгляда, значит? — подвожу итог я.

— Ага. Я узнала ее характер, потом познакомились лично и... — Эла пожала плечами, подумав о том, что слишком много рассказывает. — Я не знаю. Сложно объяснить. Она мне просто кажется очень... Крутой.

Раздумывая над тем, какое слово она скажет после этой паузы, я такого не ожидала. Думала, скажет одинокой, нестандартной или что-то такое.

— Понятно.

Я немного удивлена тем, что девушка так спокойно рассказала мне все это. Мне казалось, диалог будет более скромным на информацию.

— Я вот думаю и понимаю, что не могу объяснить это чувство. Какое-то странное влечение, но оно мне нравится.

— Я понимаю, — поддерживаю собеседницу, ведь я лишь планировала убедиться в том, что мои глаза меня не обманывали, а получила больше, чем хотела. — Так тебя не смущает плакат на двери Нео?

— Арквейд посчитала, что будет забавно посмотреть на то, как я отреагирую, увидев это, — она покачала головой. — Я видела эту фотографию и до этого. Мне было слегка обидно, но я понимала, что Арквейд сама этого никогда бы не сделала. Пусть она и любит пошутить в этом стиле, повисеть на тебе, играя с чувствами, поприставать с неоднозначными намеками, но она никогда не перейдет черту. Не в ее это стиле. Она в тот же вечер пришла ко мне в комнату и все рассказала. И теперь я знаю, что у тебя есть сила, о которой ты не хочешь распространяться. Говорю тебе, потому что не хочу скрывать, что знаю. Ты не беспокойся, я никому не расскажу.

Видно, что для нее эта тема не самая приятная. Осуждает меня? Возможно, она даже хотела бы спросить, почему я так сделала, но ей не позволяет воспитание и скромность.

— Вот как. Тебе не обидно от того, что она тебя использует? Поручает тебе намного больше, чем остальным. Причем ту работу, которую сама не хочет делать.

Дипломатичный подход, Арквейд, но мне не хотелось бы, чтобы ты распространялась о моей силе, хотя не отрицаю, что сейчас этого требовали обстоятельства.

— Это не так, — девушка долила воды и все накрыла крышкой. — Она никогда не поручит ту работу, которая кому-то будет тяжело выполнить. В этом плане она очень добра и чутка. Мне...

— Утро, — на кухне появился Нео.

Он, не реагируя на приветствие меня и Элы, сразу полез в холодильник. После того, как мы пошли навстречу друг другу и нашли общий язык, он перестал приносить мне дискомфорт. Парень оказался самой простой и понятной фигурой. В наших историях есть довольно много общего, потому он мне неинтересен. Несмотря на то, что мне хотелось задать Эле еще пару вопросов, узнать о том, что она думает насчет меня, девушка в присутствии Нео стеснялась продолжать наш разговор.

Спустя некоторое время порог кухни переступила ты, Арквейд.

«Здрасьте» — тут же язвительно поприветствовал Нео.

Проигнорировав парня, ты холодным взглядом оценила обстановку, после чего подошла к Эле. Закрывшись от всех, что-то шептала ей на ухо. Девушка, впитывая информацию, наморщила лоб, после вопросительно покосилась на тебя, а в конце улыбнулась, кивнув. Все так же показательно игнорируя наше присутствие, ты покинула комнату, а вслед за тобой, разложив блюдо по тарелкам, оставила нас и Эла.

— Похоже, у них сговор, — с довольной улыбкой произнес Нео, обратившись ко мне.

После вчерашней беседы я поняла, что проживание здесь доставляет этому молодому человеку особое удовольствие. И некую извращенную симпатию он питает к тебе, Арквейд.

— Не могу не согласиться.

******

Трудно назвать официальное принятие в ряды студсовета с вручением именного значка событием радостным. Не решила, что хочу вместе с вами трудиться на благо этого места. Подозреваю, что столь быстрому созданию значка поспособствовала ты, Арквейд. Зачем? Я ведь ясно давала тебе понять, что мне не нравится ваш совет.

После вручения значка ты вновь взялась за мое обучение. Если раньше тебе надоедало через полчаса, и ты все бросала, то теперь ты была настроена подозрительно серьезно. После недолгих посвящений в различные тонкости жизни академии ты повела меня знакомиться с важными людьми. Стоит ли говорить, что большинство личностей были весьма специфичными. Особенно их профили. На мои вопросы ты отвечала уклончиво. У меня закрадываются некие подозрения.

******

Прошло два часа. Мы возвращаемся в комнату совета. Догадываюсь, что ты зацепилась за мои слова о зимнем саде и решила отдать природную отрасль мне. Чтобы это не было так очевидно, ты не последовательно водила меня по разным людям, но примерно каждый четвертый так или иначе был связан с фитологией. Пусть так. Посмотрим.

— Стоять! — схватив за запястье, ты перехватила проходящую мимо Элу, которая шла быстрым шагом, опустив голову. Явно на кого-то злилась. — Что случилось?

— Это. Ну, — девушка довольно быстро справилась со своими эмоциями и улыбнулась нам. — Просто девчонки там травили одного парня.

— И ты за него вступилась, — ты преподносила фразу как что-то очевидное. — Ну и? Каким же образом травили?

— Они называли его дураком, извращенцем, обезьяной. Уродцем, на которого никто никогда не посмотрит.

Видно, что подобное задевало Элу.

— Дураком?! Да?! Обезьяной? Боже мой! — ты даже не пытаешься понять чувства девушки, ударяясь в откровенную иронию. — Извращенец! Как же теперь с этим жить-то? Ужас.

— Это не смешно! — сорвалась Эла.

Кажется, если так будет продолжаться, ссоры не избежать.

— Арквейд, — дабы избежать этого, в разговор решаю вмешаться я, чтобы сказать тебе, что ты неправа и в данном случае совсем неуместно перегибаешь палку.

— Эла, — ты, не поворачиваясь, выпрямляешь руку передо мной, говоря тем самым мне не вмешиваться. — Ответь мне, ты разобралась в ситуации?

— Разобралась, — невнятно проговорила Эла, посмотрев на меня.

Она чувствует себя неловко от того, что дала волю эмоциям, а теперь осознала это. Твой пристальный взгляд тоже заставляет ее чувствовать себя некомфортно.

— Понятно, не разобралась, — ты усмехнулась. — Ну и что за парень? Ты его знаешь?

— Ну. Немного знаю, — девушка отвела взгляд, понимая, что сейчас ты говоришь с ней, опираясь на свои способности.

— Есть причины для того, чтобы его так дразнили?

Это больше похоже на наседание с твоей стороны, и не для того, чтобы выяснить правду, а для того, чтобы быть правой.

— Может, и есть, — она сжала в руке тетрадку. Ей было неприятно осознавать, что ее собираются отчитать. — Но это все равно не повод для того...

— Эла! — перебиваешь ты оправдывающуюся девушку, а после вздыхаешь.

Возникает пауза. Похоже, тебе не хочется говорить громкие речи о том, как правильно поступать, но пост главы обязывает следить за своими подчиненными.

— Что? — В голосе едва улавливались нотки обиды.

— Пожалуйста, будь рассудительней. Хорошо?

— Хорошо, — согласилась девушка, однако напряжение это не развеяло.

— Спасибо, — ты кладешь руку на светлые волосы подчиненной. — Я рассчитываю на тебя, Эла.

Не стесняешься же ты пользоваться симпатией девушки. Но в этом случае это плюс.

— Извини, — невнятно просила прощения она.

— Что это у тебя тут? — ты хватаешься за тетрадку, которую держит в руках девушка, и украдкой смотришь ей в глаза. — Знакомая тетрадка, не у тех ли девчонок ты ее отобрала?

— Да, я забрала ее у них. Это просто... Кому-то может быть неприятно.

Тетрадка быстро оказалась в твоих руках, и ты уже разглядывала ее содержимое, особо не придавая значения словам подчиненной.

— Понятно-понятно, — без интереса проговорила ты и развернула тетрадку. — Полазай на форуме по темам на досуге. То, что есть здесь, есть и в общем доступе. Обычное дело, это часть развлечения наших студентов. Голосуют и делают выбор они. В этом нет ничего такого. Голосования всегда были вещью модной, и нас это явление не обошло стороной. Просто прими это. В общем, неважно. А вот что действительно важно, так это то, что моя пиар-программа работает.

После того, как ты развернула тетрадку, выстроился длинный список из нескольких скрепленных между собой страниц. Листы были умело порезаны и склеены. Нужно отдать должное тому, кто это делал. Ты встала так, чтобы было видно и мне, и Эле, и указала пальцем на девятнадцатое место. Список девушек по популярности/обсуждаемости. В нем была и ты, причем повыше Элы, на четырнадцатом месте. И я на третьем. Это, судя по всему, своего рода рейтинг, разбитый по неделям. Тут видно, как меняются позиции. На прошлой неделе меня не было, а Эла была на шестьдесят седьмом месте.

— Но это не так важно, — ты, не обращая внимания на смутившуюся Элу, свернула листы и начала листать дальше. — Сопоставим все факты.

Следующим был список по красоте/женственности/милоте. Пройдясь по нему глазами, ты снова нашла в нем Элу.

— В целом неплохо, — девятнадцатое место вместо пятьдесят шестого. — Мой выбор был верен, надо было тебя только в свет вытащить.

— Ну… — девушка скромно улыбалась, не зная, что ответить.

Судя по всему, в этот список входит больше параметров, чем написано. Например, характер. Именно он придает этой девушке милоту или, в определенных ситуациях, женственность. Она легко со всеми общается и излишне дружелюбна, потому многие в ней могут увидеть хорошего друга и собеседника, с которым не будешь чувствовать себя неловко. Ей бы не помешало почаще волосы распускать, это делает ее более нежной.

Недалеко от Элы, на двадцать четвертой позиции расположилась и ты. В твоем случае попадание в такой список было очевидным. Я так думаю. У тебя довольно необычный характер и, если даже большинству он не по нраву, всегда найдутся те, кого твое поведение будет радовать. Меньшинство также осознанно будет голосовать за тебя для поддержки, из-за солидарности. Плюс ко всему, у тебя необычная внешность. Аккуратное лицо, редкого для Сампии цвета волосы, необычный цвет глаз, приятное лицо, отличная фигура, ровные ноги, неплохая грудь. Всегда были и будут те, кому по нраву редкость. Экзотика, если хотите. Я бы тоже отдала за тебя свой голос, но по другим причинам. Твоя позиция не изменилась с прошлой недели. Поскольку Эла стоит выше тебя и в списке появилась еще и я, на восьмом месте, то твоя позиция должна была уйти вниз. А раз она не изменилась, значит, ты приобрела новых поклонников.

— В любом случае, это тупо. Достаточно и пары голосов, чтоб войти в топ. На двадцатое место нужно голосов пять-шесть. Но ничего, мы это поправим в скором времени! — ты сказала это так, что Эле стало максимально некомфортно.

Выражение ее лица показалось мне довольно забавным.

— Ну хватит, — сквозь стеснение сказала девушка.

— Или, может, нам сменить нашего айдола? — ты покосилась на меня. — Надо над этим подумать.

Ты снова сложила тетрадь и перевернула пару страниц, перейдя на страницу с парнями. У них было одно отличие, которое явно говорило о том, что обладательницами данной тетради были девушки. Дискриминация. В топе парней было последнее место, которое обозначалось символом бесконечности. На нем стоял некий Извращенец Кимото. Слово «извращенец» было написано с большой буквы. Подозреваю, что его и дразнили.

— Но тут есть списки и поинтереснее, — ты полезла в конец тетради. — Например, топ девушек по размеру груди. Как вам? Круто? И кто только сливает эту информацию?

Мы с Элой переглянулись и дружно улыбнулись. Слишком уж очевидна была твоя интонация. Я заметила, что некоторые сами оставляют такую информацию в общем доступе. Насколько я поняла, профили учеников устроены так, что они могут выбрать, какую информацию помимо основной сделать видимой.

Судя по тому, как ты обращаешься с этой тетрадью, ты с ней знакома неплохо.

— Но, к сожалению, мисс Нацукаши, Вы тут не так высоко, и нам, наверное, этого не изменить. Но и расстраиваться из-за этого смысла нет. Вот мне, например, Эла, твой размер очень даже по душе. Впрочем, размер Шико тоже меня не оставляет неудовлетворенной. Хах.

Похоже, это поведение было лишь для того, чтобы развеять атмосферу. Как только скованность пропала, ты отпустила Элу, оставив тетрадь у себя. После этого ты вернула тетрадь ее владелицам и как-то небрежно извинилась, сказав, что они сами виноваты. Они с непониманием посмотрели на тебя и молча ушли. Я начинаю осознавать, почему тебя не жалуют. Ты вроде пришла с благими намереньями, но зачем ты говорила с ними так, будто делаешь им одолжение?

******

На часах без десяти четыре. Вы с Элой спускаетесь вниз. Поверх книги я бросаю взгляд в вашу сторону. Эла, заметив это, машет мне рукой, ты же даже не смотришь в мою сторону. Надев спортивную обувь, вы выходите на улицу.

За окном слышится шум, который со временем становится сильнее. Отложив книгу, я подхожу к окну и, приоткрыв занавеску, смотрю на происходящее. Возле домика кучно столпились около двадцати учеников. Почти все, как и ты, были в спортивной форме. Ты, пообщавшись с несколькими учениками, встала напротив толпы и, громко попросив тишины, начала что-то говорить. Судя по жестам, ты что-то объясняла, показывала направление, в которое всем предстоит идти, предлагала разбиться на группы.

Все разделились на две кучки: во главе одной была ты, другую возглавила Эла. Еще пару минут ты что-то объясняла, после чего все разбились на пары. Первыми покинули место сбора Эла с незнакомым мне парнем. Следующей была ты в компании какой-то девушки и молодого человека. Вы направились в противоположную сторону. Спустя какое-то время стали уходить и другие. Они, следуя своим группам, шли либо в сторону Элы, либо за тобой. Между парами была довольно большая дистанция. Я думаю, что целью было не привлекать внимание, но не потерять впередиидущую пару из виду. Интересная конспирация.

******

Это странно. На твоей спине, перекинув руки вокруг шеи, висит девушка. Ты, обхватив ее бедра руками, похоже, совершенно не чувствуешь дискомфорта, катая ее на себе. Не сбавляешь темпа, при этом разговаривая со своим провожатым. Интересно, кто она? Волосы едва светлее моих, но роста она невысокого. Учитывая твой характер, не думала, что есть тот, к кому бы ты настолько хорошо относилась, позволяя в прямом смысле кататься на себе.

Вы почему-то ссорились с парнем по имени Дмитрий, который, судя по темным волосам и легкому акценту, был иностранцем. Кажется, он решил покинуть свою группу, уступив место кому-то другому. Тебе это почему-то было не по нраву. Эта информация сделала тебе агрессивно настроенной, и ты не стеснялась опускаться до ругательств вроде «идиот», «придурок». Послушав немного, я поняла, почему ты так недовольна. У него ранг D и теперь он без команды. Это ставило его личность под угрозу отчисления. Он должен был принять участие в этих ваших странных играх, но его это совершенно не волновало. Он прямо говорил, что сделал это специально, чтобы был повод без лишней мороки покинуть академию. Парень, кажется, не хочет находиться тут, но и не хочет уходить без причины. Думаю, он просто ищет оправдание. Явно не для себя, а для кого-то другого.

Через несколько минут твои эмоции поутихли, и разговор переключился на какую-то девушку по имени Астарта. Диалог о его, ее чувствах, планах на будущее и о том, что в сложившейся ситуации он рассчитывает делать с ней? Дмитрий отвечал уклончиво на твои вопросы, не горя особым желанием обсуждать свои мысли и объяснять причины своих решений. Забавно, как плавно ваша беседа переросла в спор. Теперь я знаю, что в прошлом у вас было много стычек, которые оставили неприятные впечатления друг о друге. Вы оба не можете признать свою неправоту, потому прийти к пониманию для вас проблематично.

Путь был неблизким. Прошло уже около десяти минут, а до запланированного места мы не добрались. За активными обсуждениями ты перестала следить за тем, что происходит вокруг, и так и не заметила меня. Нужно отдать должное, так ты вызываешь меньше подозрений, если не считать этой девушки на твоей спине. Пассажир посмотрела на небо, а потом, задрав голову, стала смотреть на меня. Совершенно бестолковый взгляд. Пустые безучастные глаза, в которых можно было разглядеть свое отражение. В ее голове будто нет никаких мыслей. Она смотрит, потому что смотрит. Что важнее, ее левый глаз. Светло-зеленый овальный зрачок внутри имел странные стрелки, похожие на часовые, указатели которых будто застыли на двойке и тройке. Фортис? Вернее сказать, его подделка.

Интересная у вас академия. Действительно, как ты и говорила, много всяких странных личностей. Забавно, что здесь есть и оригинал, который, между прочим, скоро станет главой второго корпуса. Но, кажется, это совершенно никого не волнует. Думаю, никто даже не знает, что среди них ходит что-то подобное. Если оригиналы я ввиду интересов мамы раньше встречала, то подделку вижу впервые. Им даже дали серийное название. Сомниум, если не ошибаюсь. Правда, общего у них нет ничего, только концепция отражения силы посредством глаза. Большинство подделок этой серии уничтожены в результате террористических актов, а оставшиеся убиты, так как были нестабильны. Их поведение было странным и часто по каким-то причинам перерастало в агрессию. В общем, они опасны. Интересно, как много ты знаешь об этом? Знаешь ли ты, что ваш директор тесно связан с этими штуками? Уверена, он хорошо знаком с той, которая у тебя на спине.

— Хрона, невежливо пялиться на прохожих, доставляя им дискомфорт, — парень положил руку на ее голову и посадил ровно.

Он вроде пытался ее поругать, но говорил с теплотой, и в голосе чувствовалась некая забота. Вот уж странная вещь. Дмитрий вполоборота развернулся ко мне и поставил руку параллельно и слегка наклонился вперед, кивнув. Жест извинения.

******

Теперь понятно, это подготовка к мероприятию. Ты планируешь посмотреть, как будет работать твоя идея. Правильный подход.

Все выстроились в ряд. Ты, Эла и какой-то взрослый мужчина, по всей видимости, учитель, стоите перед участниками, и ты что-то им говоришь. Я стою довольно далеко, потому не слышу разговора, а лишь наблюдаю. Все по очереди стали говорить. Думаю, вы знакомитесь. Спустя какое-то время вы снова начали разбиваться на группы. Вышло три группы по 6 человек. Одна под твоим контролем. Второй занимается Эла, а третьей — уже знакомый мне парень с оборванной татуировкой на правой руке. Имя его я не помню, но это он тебя тогда искал. Группы для разминки? Один подает, один отбивает, один ловит. Бейсбол. У всех есть какие-то особые названия, но я спортом не интересуюсь, потому, кто как называется, сказать не могу.

Все приступили к тесту своих сил, а ты, заметив меня, быстрым шагом направилась в мою сторону.

— Действительно перешла на круглосуточный режим слежки? — еще даже не дойдя до меня, задаешь тот же вопрос ты.

— Ваша конспирация привлекла мое внимание, — прямо отвечаю я.

— Да? — ты огляделась вокруг. — Только твое внимание и привлекла. Странно, да? В любом случае, раз ты здесь, не желаешь присоединиться к нам?

— Откажусь. В таких делах предпочитаю оставаться на заднем плане и просто за всем смотреть. Можно сказать, я наблюдатель.

Активные игры меня никогда не интересовали

— Наблюдатель? — произнося это слово, ты расплывалась в теплой улыбке. На дне твоих безжизненных глаз вдруг забрезжил игривый свет. — Ну хорошо.

Твой тон изменился, и на секунду меня это сильно смутило и насторожило. Он стал каким-то подозрительно дружелюбным и, я так думаю, хитрым. Очень хитрым.

— Что ты задумала? — невольно поинтересовалась я.

— Ничего. Просто ты тогда не стесняйся, подходи ближе и все-привсе запоминай, — ты еще раз одарила меня хитрой улыбкой и неспешно направилась к своей группе.

Я не постеснялась воспользоваться предложением и подошла ближе. Наблюдаю за тренировками. У кого-то получалось хорошо, у кого-то — не очень, а кто-то вообще ничего не мог, но не падал духом.

Я следила за всем опосредовано, пытаясь понять, какие мои слова вызвали такую реакцию. Ты не думала, что ты тоже странная? Такая же, как и те, о ком ты говорила. Такой же мэс со своим бзиком?

Мне было интересно посмотреть, как ведет себя эта подделка. Когда пришла ее очередь, девушка взяла в руки биту, но мяч не отбивала. Он просто пролетал мимо, а она даже не шевелилась. Совершенно не понимала, чего от нее хотят. Все пыталась ей объяснить девушка, которая сама отбить мяч не могла. Астарта. Это она — та, о которой вы с Дмитрием говорили? Она довольно милая. Значит, о ней ты так беспокоишься.

— Похоже, мы больше его никогда не увидим, — отшутился Дмитрий, стоило отбитому Хроной мячу удариться о купол защитного барьера.

Все следили за этой подачей, так как мяч летел почти параллельно, поднимаясь все выше и выше, пока не раздался едва слышный электрический звук, сопровождаемый мелкой вспышкой. Все посмеялись с шутки и поддержали девчонку, оценив ее силу. Меньшего я и не ожидала.

Не прошло и тридцати секунд, как на поле появился охранник, чтобы разобраться, что произошло. Ты в своей привычной манере объяснила, что никакого вторжения не случилось, и вы всего лишь тренируетесь, а тот в свою очередь попросил быть аккуратнее.

Закончив тренировку, вы жеребьевкой определили капитанов. Первым был какой-то веснушчатый парень. Электроник, вроде бы? Я точно не помню. А второй была девушка по имени Изуми. Ее я запомнила. Вы пытаетесь казаться друзьями, но испытываете дискомфорт, общаясь друг с другом. Между вами что-то не так? Вы с одного курса, и этот мужчина ваш учитель? В любом случае, вмешиваться в ваши отношения я не собираюсь.

За ненадобностью правила не задержались в моей голове.

Бейсбол на выбывание? Почти каждый раунд кто-то выбывает, и число участников уменьшается. Первыми исключают тех, кто лучше всего показал себя на тренировке. Вы придумываете стратегии, меняете расстановку, что-то обсуждаете. Довольно необычно, если бы не одно «но». Почти все присутствующие играют несерьезно, от того это не так занимательно, как могло бы быть.

Это все мне неинтересно, потому я ушла на середине игры.

******

— Похоже, ты много времени проводишь здесь? — поднявшись по лестнице на открытое крыло зимнего сада, я снова встречаю девушку по имени Ксана.

— Это снова Вы? Рада Вас видеть, — она, стоя на коленях, повернулась вполоборота и улыбнулась мне. — Совсем нет. Просто Вы всегда приходите, когда я здесь. Мне нравится ухаживать за растениями. Это мое хобби, поэтому, когда есть время, я всегда тут.

Возле нее находилось три горшка с цветами, которые она собиралась пересаживать.

— Позволишь мне тебе помочь? — я встала возле девушки на коленки.

— Что Вы?! Не нужно. Вы запачкаете свою одежду, — ее голос был довольно тонким, от чего манера речи казалось неуверенной.

Ксана сама по себе была довольно робкой особой.

— У тебя ведь должен быть запасной фартук, платок и перчатки?

Пары встреч хватило, чтобы понять, что она не особо общительная. Таких людей нужно подталкивать и помогать принимать решение. Для нее общение с кем-то вроде меня — своего рода стресс.

— Ах, да, — она еще раз улыбнулась и быстро встала на ноги, поспешив к шкафу, где хранились нужные материалы.

— А где твой напарник?

Из прошлых встреч я узнала, что садом они занимаются вдвоем, а иногда им помогает кто-то из персонала. Состояние сада довольно печальное, нескольких человек не хватает, чтобы справится со всем, да еще и на добровольной основе.

— У него занятия с классом.

В такое время, в субботу? Местного уклада я не знаю, но по субботам вроде бы занятия сокращены. Поспешных выводов делать не буду.

— Ты ведь состоишь в кружке садоводства, если я не ошибаюсь?

— Да, — Ксана, направляясь в мою сторону, кивнула, а после, подойдя, протянула мне нужные для работы вещи.

— Остальные члены вам не помогают? Чем они занимаются?

— Наш кружок немногочисленный, — с налетом грусти произнесла она. — Другие помогают, но не так часто. У каждого есть свой участок, свои интересы. Людей в клубе мало, поэтому у нас не так много финансов в распоряжении. Мы не можем позволить себе купить лишнего, а потому и занимаемся, чем можем. Все-таки академия нанимает персонал, они закупают нужные вещи и поддерживают все на уровне, а наш кружок занимается деталями. Природа мало кого интересует. Личная инициатива и увлечение учеников, это и поощряют.

— Вот как, — я начинаю одеваться.

Все правильно, кружки служат поддержанием увлечений учеников, и потому строгим ограничителем бюджета является количество его участников. Нельзя идти на поводу интересов каждого клуба. Хотя здесь решает студсовет, сколько и кому достанется, а администрация служит регулятором, а не наоборот.

— Но нам повезло. Вчера на наше собрание приходила новый президент совета. Она сказала, что со следующего месяца нам увеличат бюджет.

Какое интересное совпадение. Не находишь, Арквейд?

— Это хорошее решение со стороны совета.

— Простите, Вам, наверное, неинтересно слушать мои россказни.

Я задумалась, не слушая, о чем говорила девушка, а она продолжала рассказывать о кружке и, уловив мой взгляд, чуть добавила в голосе, возвращая тем самым меня в реальность.

— Ксана. Я уже просила тебя раньше, обращайся ко мне, пожалуйста, по имени. На «ты».

В первую встречу она по ошибке приняла меня за одного из новых преподавателей, а потому обращалась на «Вы». Я сказала, что она заблуждается, и просила говорить на «ты», но она все равно по какой-то неизвестной для меня причине продолжает вести диалог на «Вы». Я привыкла к такому. Но с таким обращением дружеских отношений не выстроить, а нам еще долго сотрудничать. Я так думаю. Мне так кажется.

— Но как же. Я не могу вот так просто. Все-таки Вы — человек из высокого общества. Кроме того, Вы так красивы, что мне, такой обычной, немного некомфортно.

Ее честность мне по душе, но причины… Проблема, над которой придется поработать.

— Послушай, ты не против, если я вдохну в это место жизнь? Возьмусь за него всерьез?

******

Слышится стук в дверь, и после короткого «да-да» в комнату нелепо заваливаешься ты. В руках ноутбук, на нем мышка, зарядное устройство и стопка плотных бумаг.

— Таинственная техника, «Стук в дверь» называется, — навалившись на дверь спиной, ты закрываешь ее. — Позволяет проникнуть в хранилище, не вызывая агрессию у местных НПС.

Улыбка на твоем лице и хитрый взгляд дают понять, что ты что-то задумала. Не теряя времени, ты подходишь к моему рабочему месту и, толкая локтем книгу, которую я читала, ставишь на стол все, что принесла с собой.

— Арквейд, — выражаю я недовольство такому варварскому методу.

— Я так рада, что ты согласилась стать нашим специалистом по ботанике! — не отрывая рук от стопки бумаг, ты поворачиваешь голову в мою сторону и смотришь прямо в глаза.

— Но я не...

У меня не было времени всерьез подумать об этом. Меня поставили перед фактом, вручили значок, сказав: «Ничего страшного, если ты решишь уйти».

— Как любому ответственному члену совета, тебе полагается компьютер для работы, — повышая голос, перебиваешь ты и начинаешь подключать зарядное устройство к розетке. — У меня словно камень с души упал, когда ты сама захотела взяться за работу. Я действительно счастлива, что у тебя есть то, что тебе по душе. Ты, конечно, можешь не верить в эти мои слова, но я реально хочу видеть тебя в нашем совете.

Судя по голосу, что я слышу из-под стола, спорить с тобой бесполезно.

— … — мне остается лишь вздохнуть и подождать момента, когда это показушное настроение спадет.

— Рада, что ты есть у меня, — выбравшись из-под стола, произносишь ты, похлопав меня по плечу. Открыв крышку ноутбука, ты демонстрируешь мне, что все работает. — Вот. Раз уж мы познакомились с нужными для работы людьми, то не будем тянуть кота за хвост и продолжим обучение прямо сейчас!

Вот как. А я-то подумала, почему те, с кем ты меня знакомишь, довольно специфичные люди. Теперь ясно точно. Ты все решила сама и продумала стратегию, не поинтересовавшись моим мнением. Похоже, ты считаешь, что я в любом случае бы согласилась. Может, ты поступаешь так, потому что думаешь, что я поступаю с тобой так же?

— У нас в среду мероприятие намечается, и для наших комментаторов нужно заполнить карточки участников. У меня почерк корявый, а у тебя, видела, красивый, разборчивый, — ты говоришь без передышек, специально, чтобы я, не дай бог, слова поперек не сказала. — Перенесешь всю нужную информацию в карточки. Строки подписаны, так что не запутаешься. Вопросы?

Открывается браузер, и ты демонстрируешь мне досье учеников. Судя по закладкам, все также заранее подготовлено.

— Всего один. Почему я должна это делать?

Я заметила, что в совете у тебя к каждому свой подход, и, похоже, ты считаешь, что такой метод лучше всего подходит мне?

— Что за глупый вопрос? — ты медленно обошла меня вокруг, взяв книгу со стола в руки. Перевернув ее, ты без особого интереса смотришь на обложку, а после твои глаза пробегают по тексту, на котором я остановилась. — Я же говорю, это часть твоего обучения. К тому же, так совпало, что у тебя довольно красивый почерк. Как раз подходит этому делу. Кроме того, у меня нет времени. Пока ты будешь заполнять карточки, я буду прямо здесь пополнять кладезь своих знаний и готовиться вести мероприятие.

Похоже, это коварная ложь.

С этими словами ты захлопываешь книгу, подходишь к кровати и падаешь на нее. Повернувшись боком, опираешься на руку и открываешь книгу на случайной странице, начав читать.

— Еще раз объяснить? — совершенно естественно спрашиваешь ты после того, как спустя секунд десять сталкиваешься с моим недовольным взглядом.

— Нет, — развернувшись, я приступаю к работе.

Спустя полчаса меня снова посещает мысль, почему я должна это делать? Это откровенное перекладывание работы, которую тебе не хочется делать. Развернувшись вполоборота, я смотрю, чем занимаешься ты. Скучаешь. Книга тебе не интересна. Ты переворачиваешь страницу за страницей, читая лишь пару строк на каждой. Похоже, уйти тебе мешают лишь принципы.

— Ты устала, что ли? — спрашиваешь ты тихим голосом, бросив на меня взгляд поверх книги.

От твоего тона создалось впечатление, что работа писарем была сущей безделицей.

— Нет, конечно, как Вы могли подумать так, а? — специально усмехнулась я. — Разве что я понять не могу, почему Вы бездельничаете, пока я делаю вашу работу?

— Не будь занудой, Шико, тебе не идет, — ты завалилась на спину и положила книгу на грудь корешком вверх.

— Лучше уж быть занудой, — вздыхаю я, понимая, что достучатся до твоей совести дело гиблое.

— Ну не дуйся, — твое лицо исказило хитрой улыбкой. — Есть у меня одна награда. Когда закончишь работу, получишь ее.

— Спасибо. Не нужно.

По одному тону мне становится понятно, что ты имеешь ввиду «лучшая награда за работу — это новая работа».

— Хорошо, — судя по твоей улыбке, моя догадка была верна, и именно это ты и имела ввиду. — На самом деле я пришла за кое-чем другим.

Ты, встав с кровати, ловко кончиками пальцев расстегнула две верхних пуговицы на черной рубашке. После, стрельнув глазами в мою сторону, улыбнулась, прикусила губу и, подойдя к входной двери, выглянула быстро наружу.

— Шико… — закрыв дверь, ты встала к ней спиной, держась руками за ручку. — Я вся в нетерпении.

Ты отпустила ручку двери и медленно начинала подходить ко мне.

Твое поведение сбивает с толку.

— Арквейд? — я начинаю вставать.

— Сиди, — положив руку мне на плечо, ты предотвращаешь мою попытку сопротивления. — Днем, когда я подошла к тебе…, — Ты встаешь за спинкой стула. Твои руки с обеих сторон проскальзывают вверх по моим от запястий до плеч. Попытка вызывать мурашки? — И ты сказала, что любишь наблюдать, я почувствовала что-то здесь, — медленно говоря это, ты приобнимаешь меня, пропустив руки подмышками и сложив их на моей груди. — Это нам не понадобится, — Тихо шепча мне на ухо, ты кладешь голову на мое плечо и левой рукой отодвигаешь бумаги в сторону, роняя их на пол. Описывая это, приходит только одно слово в голову — сексуальность. — Я ведь тоже не так давно могла назвать себя наблюдателем, а потому я хочу поделиться с тобой своим маленьким секретом и попросить тебя в нем поучаствовать

Ты наклонила голову, и твои черные волосы плавно последовали за движением и словно занавески оградили территорию моего взгляда, заставляя меня смотреть прямо в голубые глаза, наполненные коварством.

Надо же так уметь подделывать страсть. Кажется, ты выбрала не ту академию.

28.Воскресенье, 26 марта

— Время, — постучав в дверь, Эла слегка приоткрыла ее и произнесла заветную фразу.

Это я попросила сообщить, когда будет 9:30, чтобы у меня было время подготовиться к нашей сегодняшней встрече.

— Погоди, зайди-ка в комнату, — успела проговорить я, прежде чем закрылась дверь.

— Чем ты занимаешься? — спустя некоторое время наблюдений за мной спросила она, морщась.

— А на что это похоже? — в стойке на одной руке головой вниз я отжимаюсь.

Даже форму надела: спортивные шорты в обтяжку и лифчик. И волосы завязала, все по канону. Одеяло, вот, положила вместо коврика. Ничего необычного, но Эла смотрит так, будто я сейчас навернусь или что-то себе сломаю.

— У меня мурашки по коже. Ощущение, что твоя рука сейчас того. Не могу смотреть, — она закрыла половину лица руками, прищурив один глаз. — Если честно, я не думала, что ты занимаешься спортом, вот. А тут упражнение специфичное.

Большинство по какой-то странной причине считает так же, как Эла, но мне все равно. Не выставлять же на показ? Кроме того, мои упражнения нацелены на то, чтобы затрачивать максимальное количество энергии за минимальное количество времени. Ибо мне лень тратить свое время на такую мелочь. Поддержание формы, обычные тренировки, самооборона, развитие умений, студсовет, учеба, уроки и так до бесконечности. Когда жить-то? Мне говорили, это будет лучшей порой в моей жизни, говорили, времени много будет. Где? Где, спрашиваю я вас, мое время? В школе-то его и то побольше было. Везде обман.

Вообще подобные упражнения, как говорят в интернете, помогают лучше концентрировать энергию в руках. Потребовалось немало времени, знаете ли, чтобы дойти до этого. Сколько было падений и разных болячек, пока я достигла этого уровня. Правда, я не знаю, повлияло ли это как-то на эффективность владения щитами, но предпочитаю думать, что да.

— Стоит подумать логически, взглянуть на мои ляхи и живот, и ответ сам придет. Вроде как есть очертания, нет? Неважно. Я не за тем тебя позвала, чтобы обсуждать, что я делаю, — закончив упражнение, я ложусь на пол, чтобы сделать растяжку. — В центральном ящике найди какую-нибудь тетрадь, ручку и положи на стол. Нужно записать идеи, пока не забыла.

Во время тренировок я обычно думаю о всяком. Так, сейчас, вспоминая вчерашнюю игру, в голову пришло пару мыслей. Пора вносить коррективы.

— Могла бы и сама это сделать, — ворча, она пошла в сторону стола. — Это заняло бы куда меньше времени, чем ты потратила сейчас на объяснения.

— Я себя знаю: если отвлекусь, достану тетрадь, то наверняка сразу захочу ее открыть. Короче, к упражнениям не вернусь, а без растяжки велика вероятность, что через пару часов начнут ныть мышцы. Вот.

*Звук выезжающего шкафчика*

— Ну и бардак… Арквейд, ты же девочка! Могла бы хоть немного соблюдать порядок на своем рабочем месте?!

— Что это за дискриминационные вещи такие? Я ведь и в суд могу подать за это! — перегибаю, конечно, но чисто теоретически... — Может, ты забыла, но мы живем в свободном государстве, где нет разделения по гендерным ролям. А тут ты говоришь, что раз я девушка, то должна заботиться о чистоте. Да так, будто это свойственно женскому полу, а мужчинам, значит, норм, можно и свиньей жить. Стоит напомнить тебе, что разница между мужчиной и женщиной лишь физическая?

Я говорила ровным тоном, будто бы это само собой разумеется. Естественно, это просто такое выражение, ничего такого она ввиду не имела. Но разве я могула упустить такую возможность? И вот моя награда — тяжелый вздох безысходности. Он позволяет мне чувствовать себя живой.

— Не против, если я немного приберусь? — она что-то разгребала, а после достала тетрадь и положила ее на стол, а вслед за ней и ручку.

— Валяй.

Верхний шкафчик с важными вещами более-менее прибран, так что я всегда могу найти, что мне нужно, буквально сразу. Шкафчик по центру с менее важными вещами. Я в него скидываю все то, что когда-то может пригодиться, что жалко выбрасывать или что когда-то привезла с собой незнамо для чего. Тупо склад барахла. Третий, нижний ящик. Что в нем? Откуда мне знать. Возможно, благодаря ему мне когда-нибудь дадут премию за открытие новой формы жизни. Или на худой конец, если его откроет Эла, то решит, наконец, съехать или покалечит меня. Вероятность пятьдесят на пятьдесят.

— Что ж, давай посмотрим, что тут у нас.

Сама того не подозревая, на манер бьюти-блогера проговорила Нацукаши. Это заставило меня улыбнуться. Уж очень хорошо у нее получилось передать тон.

— Ты прибираешься или изучаешь?

Я стащила полотенце с кровати и, закончив, начала вытираться.

— Ножницы, степлер, булавки. Рука? — с удивлением произнесла девушка, после того как приподняла пачку бумаг и достала из-под них силиконовый макет. Ее вопросительный взгляд смотрел на меня, требуя объяснений.

Видимо, все же изучает.

— Да, это рука директора.

Ну, а чего ты ждала еще от моего шкафчика?

— Что? — от моих слов ее передернуло, но макет она из рук не выпустила, начав рассматривать. — Что это у тебя делает?

Рука была проработана до мелочей, повторяла весь рисунок ладони и пальцев.

— Да неважно. Когда-то Селина дала поручение отнести заготовку, по которой сделают такую штуку, вот. С тех пор она у меня и лежит. Подробностей я не знаю, но это, видимо, вместо пропуска. Сканирование и все такое.

Ее сделали, я забрала, кинула ее в шкаф, забыла о ней. Селина забыла о поручении и потом сделала все сама, а у меня этот макет остался. У меня завалялось немало вещей и из других поручений бывшей главы. Наверное, не лучший вариант — просить что-то сделать меня. Не знаю.

— Может, ее тогда отдать директору? — она проявляет излишние чувство ответственности.

— Ты бы поберегла свои силы, а я и сама с этим как-нибудь разберусь. Просто положи на место, — собрав всю волю в кулак, я перемещаюсь за стол, откуда слежу за Элой и параллельно пытаюсь записать свои мысли.

На ее пути попадалось много странных вещей, происхождение которых мне приходилось описывать улыбкой. Трудно объяснить, откуда, например, у тебя взялась музыкальная шкатулка, да еще и не одна. Или вот еще портсигар. Благо, всегда можно сказать: я доблестный член студсовета, бескорыстно выполняющий все поставленные задачи. Приходится конфисковывать личное имущество, которое не отвечает требованиям устава!

Смотря на свалку вокруг нее, понимаю, что нормально это все разложить не получится. Главное — защитить третий шкафчик.

— Это же… школьный альбом? — ее лицо оживилось, порозовело, а уголки губ начали расходиться в улыбке.

Как же иначе?! Вещь, несущая в себе историю объекта, который тебе интересен.

— Ага, — самодовольно усмехнулась я.

— Могу я посмотреть его? — интересовалась девушка, прибывая в нетерпении.

— Валяй. Там все равно особо ничего нет.

Сам сценарий велит мне дать согласие, иначе в этой сцене нет никакого смысла. Я не была особо общительной, потому не думаю, что Нацукаши порадуется тому, сколько в этом альбомчике моих фотографий. Скорее наоборот, увиденное ее расстроит.

— Здесь почти нет твоих фотографий, — она достаточно быстро пролистывала страницу за страницей, останавливаясь только на тех, где среди светленьких детишек мелькало черное пятно в виде меня.

— А я говорила.

Сначала она смотрела с улыбкой, но постепенно та сходила на нет.

Она не спрашивала меня ни о чем. Я не комментировала фотографии, только иногда проскальзывали фразы вроде «Фотка начальных классов», «мне девять/десять/одиннадцать/двенадцать лет». По фотографиям видно, кто в этом классе — нежелательный элемент. Эла понимает, кого там в те годы не любили, кого унижали и кто терпел. На самом деле, от того, какой злобный взгляд у черноволосой девочки, которая стоит позади веселых ребят, мне почему-то сейчас смешно и немного стыдно. Почти все мэсы ведь сталкиваются с этим? Возможно, и Нацукаши тоже. Единственное, что мне «повезло» выделяться не только силой. Ха.

— Почти на всех фотографиях ты выглядишь отстраненной, недовольной, злой.

— Я, если ты заметила, и сейчас не особо блещу жизнерадостностью.

Трудно судить, стала ли я лучше или хуже относительно того, какой была. Мне кажется, я была более неуправляемой, может быть, злой, а со временем поднабралась ума и забила.

— А это кто? — поинтересовалась Эла, указывая на девушку с черными волосами, которая, довольно улыбаясь, обнимала меня. — Она выглядит такой счастливой, а ты хоть тут такая недовольная бука, но очень милая. Видимо, ты не против того, чтобы она тебя так обнимала, и вредничаешь просто потому, что это не в твоем характере. Видно, что эта девушка любит тебя, и для тебя она тоже, наверное, дорога. Судя по возрасту, это, наверное, сестра твоя, да?

Эта фотография вернула улыбку на лицо Нацукаши. У меня аж в сердце защемило от осознания того, что на этой фотографии, где мне четырнадцать лет, она увидела сходство со мной теперешней. Наверное, это от того, что я тоже его увидела. Ужас.

— Давно ли ты стала такой проницательной? — в моем тоне было недовольство, но девушка восприняла это как похвалу и взбодрилась. — Нет, это не сестра. Я — единственный ребенок в семье. У отца не было на меня времени, потому у меня были няни. Они часто менялись. Это одна из них, последняя.

— Понятно, — довольно протянула Эла так, будто все поняла про меня и наши отношения с этой няней. Девушка продолжала рассматривать фотографию, словно запоминая детали, пытаясь выжать все из них. — Для няни она как-то совсем молода. Красивая, чем-то на тебя похожа.

— Цветом волос, полагаю, чем еще то? Потому ты и решила, что сестра. Как глупо, ей-богу, — шучу, усмехнувшись, я.

Девушка, скривив губы, недовольно косится на меня, а после продолжает листать альбом. Еще несколько страниц, и Эла дошла до того момента, когда я вынуждена была из-за работы отца сменить школу. Страница с пожеланиями, комментариями, отзывами других ребят и знакомых из школы. Сложно поверить в написанное там, ведь, хоть я и сама ходила с альбомом и собирала пожелания, его видели взрослые, которые должны были все проконтролировать. Факт остается фактом: в альбоме пожелания болезней, мучений, страданий, обращение к моим будущим одноклассникам, чтобы те не давали неудачнице спуска. Звучит, наверное, жестко, но на самом деле там все завуалировано. Нет яркого негатива, но контекст предельно ясен. Были там и положительные пожелания, правда, они слабо читабельны, потому как были замазаны или зарисованы другими учениками.

— Твоя Намики, — прочитала негромко Эла только конец фразы, так как остальное было зарисовано. — Кто такая Намики?

— Та же персона, которая заинтересовала тебя пару минут назад, — отвечаю, не думая, я.

Почему в моем школьном альбоме есть пожелание от няни? Не знаю. Прозвучит глупо, но, несмотря на то, что это ее работа, она стала, наверное, единственным человеком, которому я действительно была небезразлична. Возможно, ей хотелось внести какой-то позитив. Она особо не спрашивала, делала, что хотела. Считала, что это как-то нивелирует все. Что, когда я открою спустя много лет этот альбом, несмотря на все, увижу в нем и что-то позитивное, вроде это глупого текста. Правда, толку от этого, как мы видим, мало. На месте теплых слов — только белая блямба штриха.

Нацукаши быстро пролистала до конца, где были отзывы и пожелания из другой школы. Они уже были в основном нейтральные. Написанные, потому что надо что-то написать. На новом месте было намного легче, проблем практически не наблюдалось, может, с десяток случаев, но на фоне прошлого, можно сказать, ничего и не было. Возможно, это потому, что я к тому моменту поднабралась ума, опыта и научилась сосуществовать с окружающими и даже противостоять им. Да и в том городе в целом люди были гораздо лояльнее к мэсам.

— Арквейд, — обратилась ко мне Эла. — Зачем ты хранишь его у себя?

Сейчас я чувствую, что, похоже, зря позволила ей взглянуть в этот альбом.

— Так вышло. Не буду говорить, что случайно взяла его с собой, все равно никто не поверит, — начинаю с шутки. — Да ладно, что было, то было. Я давно всех простила, всем все отпустила. Дети, что раньше, что нынче — злые. Такое уж у нас воспитание. После всех событий, всех бед, разрушений люди негативно настроены к мэсам, и эту злость передают через воспитание детям. Со временем отношение меняется, и к нам начинают относиться лояльнее, так что в чем смысл злости? Те дети уже выросли. Изменились. Возможно, кто-то из них стал хорошим человеком, влюбился в мэса и теперь думает, как же был не прав. А может, стал еще тупее, чем был. В любом случае, пускай лежит себе. Меня он не обижает, а значит, и тебя обижать не должен. Верно?

Идеалистические речи. Псевдотерпимость и толерантность, но мы и правда в начале пути к взаимопониманию, равноправию. Трудно избавиться от ощущения, что когда-то люди с силой перестанут быть помехой для обычных, ведь сейчас это та еще проблема. Неважно. Нацукаши такая речь должна успокоить.

— Наверное, — неуверенно говорила она, пролистывая фотографии с моего последнего места обучения.

— Я пойду, приму душ, а ты, как закончишь тут, на тренировку пойди, пожалуйста, первой. Ну, знаешь, для конспирации.

Или скорее — для моего спокойствия. Так, она пока весь этот бардак сложит, времени на остальные ящики не останется. А то в соседнем еще ее письмо лежит. Не хочу придумывать ответ на вопрос, почему храню его. Сама не знаю.

От разговора остался какой-то неприятный осадок. Пожалуй, я не люблю, когда сочувствуют, жалеют меня. Мне неприятно от того, что кто-то вмешивается. Сама не понимаю, что конкретно мне не нравится, но, пожалуй, стоит, как и раньше, придерживаться позиции не говорить с кем-либо о прошлом, мыслях, чувствах, временных изменениях.

******

Привожу себя в порядок. Переодеваюсь. Выхожу из комнаты. Подхожу к лестнице и вижу, как на ее нижних ступеньках, прислонившись спиной к стене, тусует Нео. Стоит мне появиться в его поле зрения, как он сразу же устремляет свой взгляд на меня. Мой любимый мерзкий прищур, куда же без него? Сделав невозмутимый вид, я спускаюсь.

— Есть разговор, — стоит мне дойти до нижних ступенек, как он, ногой упершись в поручень, перегораживает мне путь.

— Какое же ты хамло, — недовольно выражаю свое мнение я. — Хорошо, пойдем поговорим.

Парень убрал ногу и встал лицом ко мне. Одной рукой уперся в стену, другой взялся за поручень. С раздражающей улыбкой на лице он смотрел прямо в мои глаза, блокируя путь.

— Лады, давай здесь, — скрестив руки под грудью, я опираюсь плечом о стену и принимаю более удобную позу.

— В последнее время ты совсем не удостаиваешь меня своим вниманием.

Эта фраза, словно стрела, пронзает мой мозг и разрывает его силой тупости. Хочется схватиться руками за голову, вздохнуть и просто уйти, чтобы только не травмировать свою психику.

— Серьезно? — меня хватает лишь на одно слово.

— Мы же одна команда, а значит, должны общаться и сближаться друг с другом.

— Чего? — без каких-либо раздумий срывается с моих уст.

Я понимаю, что это просто очередной вброс для его развлечения, чтобы позлить меня, но ничего не могу поделать, ведусь на это. Бесит меня. Выстроили тут сложные отношения, игру слов, где кто не найдет, что ответить, тот и проиграл. Иногда бывает забавно, но чаще всего это неуместно и только вызывает раздражение. Полагаю, это и есть то, чего он хочет: причинять мне дискомфорт, получая от этого моральное удовлетворение.

— Как насчет того, чтобы провести время вместе? Например, потренироваться и сыграть вечерком в пару азартных игр? Или если хочешь, сходим куда-нибудь, — его улыбка и взгляд прямо кричат мне, что его вставляет от того, что он достает меня.

— У меня нет времени на твою тупость, — я пытаюсь пройти мимо, убрать руку, но он крепко вцепился.

— Хорошо, тогда как насчет пари? Если я пройду первый тур твоей игры, то ты сходишь со мной на свидание, — ухмылка сошла с его лица, а веки чуть приоткрылись. Теперь он как-то загадочно улыбался.

Какая мерзопакостная картина, однако, скажу я вам.

— В этих условиях я не вижу для себя выгоды. Меня радует, что я скоро больше не увижу твоей наглой рожи. Только ради этого стоит постараться и придумать игру, в которой, Вы, господин, будете не в выгодных условиях.

Вчера после тренировки он меня доставал, расспрашивая, чем я занималась весь день, о чем думала, сегодня до тренировки тоже достает. В моем храме осталась только одна комната, где спокойно, и то я уже в этом сильно сомневаюсь. От этой мысли хочется удариться головой о стену и начать ныть. Как так вышло? Все же было хорошо! Наверное, таким образом господь хочет, чтобы я перестала заниматься фигней, лениться и встала на путь просветления. Стала личностью с большой буквы. Ха. Как бы не так. Ничего у вас не выйдет!

— Ах, кажется, от этих слов мое сердце забилось сильнее, — Нео моментом перехватил мою манеру речи. — Никто раньше для меня так не старался.

— Вот и поговорили. А теперь, позвольте мне пройти и пойти заняться делами. Ок?

Парень, нагнувшись, выпрямил руки, встал в позу кавалера. «Прошу, мадам». Меня аж выворачивает наизнанку, хоть вид мой и невозмутим. Испортил начало дня. Выходного, между прочим.

******

В тренировках, моих тестах, в принципе, нет ничего нового. Поскольку вчера за всем наблюдала Шико, подмечая мельчайшие детали, то сегодня я не вижу смысла в том, чтобы снова заострять внимание на игре. Ха. Были лишь внесены некоторые коррективы в правила игры. Многим, как оказалось, довольно трудно ловить мяч, потому концепцию с захватом баз пришлось пересмотреть и отказаться от нее полностью. Также внесен ряд мелких изменений. К ним мы еще вернемся. Это не окончательный вариант, есть еще над чем поработать, что обдумать.

Я прошу всех собраться еще раз. На крытом стадионе второкурсников, во вторник вечером. Там уже правила и игра примут свою окончательную форму. Я посоветовалась с Адамом, и мы приняли решение: чтобы у наших добровольцев был интерес к игре, мы сделаем призы. Все, кто есть сейчас, точно так же, как и участники игры, пройдут через все этапы, и три победителя получат свои награды. Они довольно простые, но значимые. Награды в виде «закончить учебу на месяц раньше других», «на неделю раньше» или «поехать отдохнуть на один из местных курортов». Это совет может себе позволить. Надеюсь, это будет достаточной мотивацией и заинтересует наших добровольцев. По крайней мере, некоторые из них уже вдохновились.

******

Тренировка окончена. С завтрашнего дня нам предстоит сделать самое важное. Сюда входят следующие пункты: обустройство стадиона, отладка оборудования, настройка вещания и все в этом роде. Как же мне повезло, что у меня есть связи и нужные люди, которые все сделают за меня. Ну как все? Я сделаю самое важное: соберу всех и проконтролирую. Остальное на их плечах.

Мы всей сворой разбираем поле, которое так старательно отстраивали, убираем местность, собираем атрибутику и относим ее в дом Элы. Поскольку она кантуется у меня, то комнату в ее домике мы временно используем как склад. Просто потому что ее жилище ближе к крытому стадиону, чем мое. Это я называю целевой экономией сил и времени на транспортировку.

******

Эла ушла по каким-то «важным делам», а я вернулась домой, где на пороге встретила крепкого двухметрового ухоженного незнакомца в черном классическом костюме.

— Эй, дядь! — я тыльной стороной кулака легонько ударила его в предплечье, чтобы привлечь внимание. — Ты кто?

— Добрый день! — он повернулся ко мне, манерно улыбнулся, положил левую руку на сердце и слегка наклонился. — Меня зовут Герхард Тедер, я...

— Он мой паж, — показавшись на верхних ступеньках лестницы, перебила Шико.

Слово-то какое пафосное подобрала. Паж. Ха. Так бы и сказала, слуга. Но выглядит она не сильно довольной.

— Госпожа, — мужчина поклонился Шико.

Бедняга, не пускают тебя дальше порога? Ну и правильно! Дом-то мой, не хватало мне еще тут мужика тридцатилетнего! Или ему двадцать пять? Не пойму. Сложно определить точно, да и неважно.

— Надзорного для тебя прислали? — вбрасываю, чтобы проверить свою догадку.

Не слышала, чтобы на старом месте учебы за ней кто-то присматривал. Если бы присматривал, разве она натворила бы делов?

— Тебя это не касается, — холодно проговорила девушка.

Вот все и встало на свои места. Нам прислали контролера, чтобы госпожа Аглаофотис подобающе вела себя на новом месте. Ха.

— Ну как же не касается? Мне и тебя с Нео предостаточно. Не хватало, чтобы еще один чудик здесь поселился.

Я все еще чувствую себя здесь главной, хотя, похоже, пора съезжать. Кроме того, когда мне еще выпадает возможность развести Шико и лишний раз позлить ее? Я не я, если не использую этот шанс!

— Выбирайте выражения, когда обращаетесь...

Видно, что Герхард натренирован или, правильнее сказать, воспитан. Ему не нравится мой тон. Его, возможно, это злит, но он очень сдержан и просто следует канону, делая мне замечание.

— Тедер! — грубо оборвала речь Шико. — Не смей указывать ей, как говорить со мной.

Это было жестко. Не завидую я этому дядьке. Называйте меня отбитой, но я чувствую, как от обострившейся ситуации и злости этой дамочки у меня поднимается настроение. Ха. Эти неявные эмоции на лице и тон — просто бесценны. Хочу запечатлеть их в своей памяти.

— Прошу простить мне мою опрометчивость, — мужчина снова кланяется, прося прошение.

Не понимаю. Для надзирателя ведет он себя странно. Да и в целом такое отношение для меня в новинку. Непривычно. В этой ситуации я вижу Шико в новом амплуа. Что же будет с компанией, когда она закончит обучение?

Маленькие пометки о Шико или мои мысли и догадки, если хотите:

Первое — не любит контроль.

Второе — чувствует себя главной.

Третье — не церемонится со своим подчиненным. И это несмотря на то, что он тут для, походу, слива информации. Это в принципе возвращает нас к пункту один, увеличивая его значимость многократно.

Шико, что бы не происходило, довольно безэмоциональна. И если такая штука вывела ее из себя, значит, контроль ей не просто не нравится, он ее оскорбляет.

И последнее — резкий настрой говорит о том, что в известность о том, что прибудет какой-то там паж, ее не ставили.

Вот что я думаю о ситуации.

— Не беспокойся, он не будет жить с нами. Его поселят в корпус учителей, — успокаивала меня девушка.

Типа успокоила. Будто это многое меняет. Я же понимаю, что он тут будет торчать постоянно, за исключением перерыва на сон. Хотя кто его знает. Я в любом случае не рада новым знакомым.

— Это все потому, что ты отбитая. Вот не сосалась бы с кем попало по приезду в академию, вела бы себя тихо, тогда и дозорный не был бы нужен. Правда же, да?

«Арквейд, ты ведь специально обостряешь ситуацию?»

Ну да. Так и есть.

Шико закатила глаза, тяжело вздохнула и направилась в свою комнату.

— Похоже, победа в этом раунде за мной. Ха, — я выждала пару секунд, пока довольная улыбка спадет с моего лица, а после повысила голос. — Не обижайся, я просто правдоруб, оцениваю ситуацию объективно! Я ведь, ты знаешь, в любом случае все равно люблю тебя и твои странности.

Вроде как попросила прощения, а вроде и вдогонку добавила. Тут уж решать вам, какой из вариантов истинный.

— С этого момента, пожалуйста, проявляйте уважение в общении с госпожой Аглаофотис и аккуратнее подбирайте выражения, — повернувшись ко мне лицом, поставил меня перед фактом Герхард, выждав примерно минуту после ухода Шико.

Несмотря на показушную вежливость, это была не просьба, а скорее угроза.

— Дядь, разве Шико не сказала тебе не указывать мне, как себя вести? — с иронией проговорила я, закрыв глаза. — Но это не суть. Главный вопрос. А то что?

Я открыла один глаз, направив взгляд в глаза мужчины.

— Вы позволяете себе слишком много, юная леди, — прошипел Герхарт, схватив меня за горло. — Я здесь не для того, чтобы нянчиться с безродными особами, которым не удосужились привить элементарные нормы этики.

— Дядь, ты когда на календарь в последний раз смотрел? — сохраняя полное спокойствие, с улыбкой говорю я. — Чай не четырнадцатый век уже, нравы сейчас другие. Свобода слова и самовыражение, слышал что-нибудь об этом?

— Я Вас предупреждаю, что не собираюсь смотреть сквозь пальцы на Ваше неуважительное поведение.

Он сжал руку чуть сильнее и приподнял меня. Инстинкт самосохранения говорит, что пора бы дать заднюю, но в этот момент вмешивается Шико. За считанные секунды от ее ноги по лестнице до нас дошла ледяная волна. Моментально отреагировав, слуга, топнув ногой, обрезал дорожку. Лед за долю секунды сросся, после чего под углом резко устремился к Герхарду.

Мужчина отпустил меня и с разворота тыльной стороной руки разбил массивный сталагнит. Лед от места разлома разошелся в две стороны, обошел руку, снова сросся в единый поток, образовав на месте разрыва толстый бублик, и через мгновенье острый кончик, словно лезвие шпаги, уже находился у горла мужчины. Битва длилась секунды три-четыре, не больше.

— А Вы неплохо научились управлять своей силой, госпожа, — тон его голоса сменился, в нем слышались нотки гордости, хотя говорил он так, будто в этой силе для него нет ничего особенного. Так, словно она ему не конкурент.

— Ты как? В порядке? — она не отрывала взгляда от Герхарда, а тот лишь загадочно улыбался.

— Это, конечно, милая сцена воссоединения. Очень милая. Я уже в голове сделала вас парочкой и прикинула пару вариантов развития ваших отношений. Но если вы собираетесь выяснять отношения, то делайте это, пожалуйста, на улице.

Ее сила — это просто бедствие. Кто эти ошметки теперь убирать будет и дорожку отскребать? Шико, конечно, может нейтрализовать свой лед, превратив в воду, но извините меня... Я оцениваю толщину ледяной дорожки и эту сосулину. Эх. Хорошо, что в прихожей один единственный маленький коврик.

— Тебе действительно иногда стоит быть серьезнее, Арквейд, — девушка переводит взгляд на меня, делая замечание.

Я лишь пожимаю плечами.

— Эй, дядь, — как и при встрече, я ударяю его в предплечье тыльной стороной кулака, привлекая внимание. Он косится на меня, а я встаю на носочки, приближаюсь к его уху и негромко говорю: — Если тебя уволят в первый рабочий день, то ты сам в этом виноват.

Чувствую, я создаю себе только больше проблем, но что поделать, пути назад нет.

Улыбнувшись, машу рукой и иду к лестнице.

— Тебе стоит поработать над выдержкой, моралист. Набраться терпения и все дела, ты ведь все-таки видный человек, а не кто-то безродный вроде меня. Если тебя такая, как я, легко из себя может вывести, то, ух, мир интернета точно тебе не понравится. А если просто с нервами проблема, то тебе повезло. У твоей госпожи прекрасный талант к зельеварению. Ты только попроси, и семейный рецепт семьи Аглаофотис сразу приведет твои нервы в порядок, — поднявшись по лестнице до Шико, кладу руку на ее плечо. — Правда ведь, да?

Мы пересекаемся взглядами.

Похоже, я тут всех достала. Ха.

Я направляюсь в ванную комнату. Беру пару тряпок в руки. Возвращаюсь. Вместо льда, как я и думала, все в воде.

— Я так рада, что вы у меня такие солидные и ответственные личности, — стоя на вершине лестницы, бросаю к ногам незваного гостя и Шико тряпки. — Давайте, убирайте все это, серьезные мои. Ведро, если нужно, сами возьмете.

А я покидаю место бедствия.

******

Времени в выходной так много, а стамины так мало. Ох уж эти современные антизадрот-игрули.

После недолгих скитаний по просторам интернета я решаю посмотреть, а что же меня ждет в четверг? Не найдя фотосетов на сайте, я отправляюсь в комнату студсовета. Быстро прошвырнувшись по шкафчикам, я не обнаруживаю альбомов и решаю спросить, где интересующая меня вещь, у бывшей главы — Селины. Альбомы, оказывается, у нее. Дома хранит. Да. Вот это безалаберное отношение! Столь важная вещь у левого человека. Дела... К ней в гости я и отправилась. Она всяко лучше меня все знает, может, что занятное расскажет. Хотя я сомневаюсь, что в фото ради фото может быть что-то интересное.

******

Как всегда, встретил меня Кейчи. Либо я настолько везучая, что, как ни приду, сталкиваюсь с ним, либо он тут прописался насовсем, а я не в курсах.

Говорим по делу, никакой сверхъестественной информации я не получила. Меня проводили в гостиную, куда через пару минут пришла Селина, захватив с собой стопку альбомов. Скорее гору, их было действительно много. В районе сорока штук, но все они не толстые. Нелепо оправдывается, говоря, что, мол, места не было для всего, вот она у себя их и хранила. Гостеприимно наливают чаю, после чего начинают показывать альбомы. В прошлом году и правда студсовет был довольно большим. Девятнадцать человек. Мне бы их хватило, чтобы распределить всю работу и ничего не делать. Ха. Суть такова. Есть общая концепция, в которой делают совместное фото, например, военно-морской флот, фэнтези-мир, ангелы, слуги, средневековье и так далее. Общее фото, где собраны все. После — каждый по отдельности в той же форме. Также у каждого члена совета свой фотосет. Там каждый предстает в нескольких образах. Встречаются даже достаточно откровенные, я бы сказала. Уровень работ высок, и на самом деле все это даже достаточно забавно. В том плане, что видеть ту же Селину с другим характером и в необычной одежде интересно. Я получаю какое-то специфическое удовольствие от созерцания других в разных амплуа, но сама бы я участвовать в таком не хотела. Однако традиция есть традиция, придется с этим смириться. Даже чувствую некую гордость и ответственность, смотря на эту гору альбомов. Но я не настолько сентиментальна, чтобы думать что-то вроде того, что каждый из этих ребят когда-то так же, как и я, был членом студсовета, а значит, мы едины. Ну вы понимаете. Ага. А еще все альбомы и фотографии на сайте есть, просто они в не самом очевидном месте...

******

За всеми этим рассказами-показами время пролетело незаметно. Сделав крюк, я зашла в студсовет, чтобы отнести альбомы, после чего вернулась домой. На часах половина седьмого. Возле комнаты Шико, словно караульный королевы, неподвижно стоял этот новый персонаж. Ровная осанка, руки по швам, глаза устремлены в стену напротив, на лице ноль эмоций. Не обращает на меня никакого внимания. Я пару минут стою, разглядывая его. Мне он кажется даже симпатичным. Наверное, все дело в дорогом костюме и ухоженном виде. Такое бы многих украсило. Ха. Эх, что-то мне даже стало жалко дядьку.

— Эй, дядь, — это будет моим фирменным приветствием для него — удар тыльной стороной кулака в предплечье. — Не скучно тебе?

Он, не поворачивая головы, лишь мимолетно покосился в мою сторону, ничего не ответив.

— Это, что, работа такая — весь день стоять по стойке смирно? Не ценит она тебя.

Я жду примерно минуту ответа. Мужчина продолжает хранить молчание.

— Ладно, перейдем к делу. Скажи честно, я ведь тебе понравилась. А?

— Мой график с семи утра до восьми вечера. Если хотите пообщаться, то только после окончания моего рабочего дня, — монотонно проговорил Герхард.

Уже хоть что-то.

— Это такое приглашение на свидание?

Он не отвечает. Это и не нужно. Главное — хоть какие-то движения, эмоции на лице. Например, улыбнуться можно и глазами. А значит, женский шарм и ирония работают и на таком мужчине, как он. В его взгляде есть что-то тяжелое, а значит, человек он не глупый.

— Тебе запретили разговаривать? Можешь не отвечать, — я усмехнулась. — Мне, знаешь, и твоего лица достаточно, чтобы понять ответ. Давай тогда поговорим обо мне, о тебе, о Шико. Ты ведь хочешь знать, что я думаю о ней?

Хочет-хочет, я уверена, но, если бы мог говорить, наверняка сказал бы мне «нет». Мол, не его это дело.

— Хорошо, я скажу, но только после тебя. Полагаю, вы давно знакомы? Может, я ошибаюсь, конечно, но, судя по контексту твоих слов, вероятно, пару лет!

— Арквейд, — послышалось за дверью, после чего ручка двери скользнула вниз, и показалась Шико. — Пожалуйста, хватит. Не нужно разговаривать с ним.

Моя дорогая выглядит довольно уставшей. Тому вторит тихий тон голоса.

— Не, ну ты тиран! У нас тут все же лучшая пора наших жизней. Вокруг царит атмосфера дружбы, любви, веселья, — это я, конечно, перегнула, но выражение не мое. — А ты нагоняешь тоску. Я, смотря на него, чувствую, что через пару лет так же буду уныло целыми днями трудиться, выполняя дебильные поручения своего начальника. Ты бы дядьке хоть телефон дала поиграться. С ума ведь сойти можно от скуки.

— Как ты и сказала, это его работа. Не нужно мешать ему, — ровным тоном проговорила девушка. — Послушай, я хотела сказать тебе, что согласна принять должность.

Я и не сомневалась в Вас, госпожа «я не такая, как все»

— Ты уже разве не день как в ней? — с иронией негодую я. — Тем более смотри, как тебе повезло, добавились одни лишние рабочие руки!

Я покосилась на Герхарда, а вслед за мной на него посмотрела и Шико. Кажется, я подала кому-то хорошую идею. Девушка всерьез задумалась над этим, не отводя взгляд от своего слуги. Прости, дядь, кажется, из-за меня ты теперь станешь огородником.

******

Я немного не уследила за временем. 20:10, а этого дядьки уже нет. Эх, а мне так хотелось поболтать. Кажется, разводить его на эмоции должно быть веселым занятием.

29.Понедельник, 27 марта (часть 1)

Не то чтобы мне было дискомфортно, но я скучаю по времени, когда жила одна. Когда ты с утра идешь в ванную в чем мать родила, а потом, особо не парясь о внешнем виде, не стесняясь упрека, плетешься на кухню, вяло вытирая мокрые волосы. А сейчас, даже надевая одну футболку, ты рискуешь. Внушительные формы, облегает, просвечивает, неприлично. Нужно заботиться об эстетическом восприятии и комфорте других. Или скорее о своем спокойствии.

Ах, так о чем это я?

Правило: верхний этаж для дам, нижний — для кавалеров. Ха. Забудьте о нем. На часах пять минут восьмого. Наш новый персонаж уже по стойке смирно стоит возле двери своей принцессы. К этому еще предстоит привыкнуть.

— С добрым утром, — небрежно проговариваю я, проходя мимо Герхарда.

Он ничего не отвечает, но с едва уловимым неодобрением косится в мою сторону. Судя по всему, мужчина не имеет права делать мне замечания, но мне все понятно и без слов. На мне лишь футболка и трусы. В нашей компании все домоседы. Из своих комнат носы почти не кажут. Если я с кем и сталкиваюсь, то только с Элой. А ей только на пользу, потому как говорят, что румянец на лице предотвращает раннее появление морщин. Я сохраняю ее красоту, а никто не ценит моих стараний.

— И все же я чувствовала, что понравилась тебе, — я на секунду остановилась, повернула голову в сторону мужчины и игриво подмигнула.

Мне нравятся специфичные реакции. И Герхард — отличный экземпляр для моих тренировок. Он не может мне ответить, не может быть чересчур эмоциональным, не должен позволять себе быть несдержанным, но имеет нрав и какие-то взгляды, которые разнятся с моими. Из-за последнего в нем явно рождается желание указать мне на мое место, но Шико ему запретила это делать. В итоге у него связаны руки, он должен выполнять свою работу, терпя мои выходки. Я уже испытываю удовольствие от мысли, что он будет думать что-то вроде: «когда же эта баба оставит меня в покое», но будет продолжать терпеть. Ты сам виноват. Вторгся в мои владения и думаешь, все будет так легко? Нет. Будь добр, плати свою плату хозяйке дома. Мне.

Честно, даже немного жаль его. По сути, он-то ни в чем не виноват.

******

— Эй, дядь, — после стандартных процедур по умыванию, я, взяв щетку в зубы, выхожу в коридор и подхожу к новичку. Смотрю прямо в его глаза. — Понимаю, что ты не в курсе. Но чтоб ты знал. В нашем доме есть одно правило: верхний этаж для женского пола, нижний — для мужского.

Небольшая пауза — для лучшего усвоения информации. Важный господин хоть и делает вид, что меня не существует, но все же слушает. Да и не может не слушать, не глухой же.

— А теперь на основе этого правила найди мне, пожалуйста, лишний элемент на этом этаже, — видя, что он и бровью не ведет, я вытащила щетку изо рта и в раздумьях почесала ее ручкой возле правой стороны макушки.

— С добрым утром, Арквейд, — из-за спины раздался голос Элы.

— Прическу сменила?

Привычная коса исчезла, и это трудно было не заметить. Распущенные волосы стали короче, сантиметров на пять-шесть ниже лопаток. Рваная челка, несколько боковых прядей, собранные вместе на макушке, сплетаются в легкую косичку. Аккуратно обходя ухо спереди, едва касаясь щеки, стекали несколько густых прядей, доходя до плеч. Судя по тому, как хорошо она пострижена, занимался ей кто-то умелый.

— А, да, — опасаясь моей критики, неловко произнесла девушка.

— В перемены ударилась? — это скорее был риторический вопрос с моей стороны. — Сначала поменяла запах. Старый только стал ассоциироваться с тобой, как, бац, тут новый. К слову, прежний мне нравился больше.

— Правда? — Нацукаши начало заливать краской от осознания того, что я внимательна к деталям.

Наверное, она не понимает, что это касается всех, а не только ее, от того и краснеет. К своим-то девчонкам я особенно внимательна. Ха.

— Не буду же я тебе говорить «возвращай!». Просто вижу Ваши эксперименты с формой. Например, там пуговицу застегнуть, тут расстегнуть. Надеть что-то поверх или не стоит? Какую длину юбки подобрать? Другие бытовые мелочи вроде банального маникюра я тоже примечаю, — я буквально чувствую, как она начинает переживать. — А сейчас вот до прически добралась. Осторожнее нужно быть со стилем. От внешнего вида зависит и отношение к тебе людей. Скажем так, меняя что-то в себе, ты ломаешь уже сформировавшийся о тебе образ в головах людей.

— Так тебе не нравится? — негромко произнесла, успев расстроиться, Эла.

— Я не об этом говорила. На самом деле тебе идет такой стиль. Мне нравится. Так ты выглядишь намного милее, что ли. Воспринимаешься проще и приятнее. Эта перемена должна помочь тебе подняться в рейтинге.

Рассыпаться в комплиментах не стала, но так и вправду лучше. Коса все-таки прическа такая, мягко говоря, устаревшая. В совокупности с ее характером она делала ее слишком сдержанной, что ли.

— Ну вот, опять ты за свое, — она попыталась изобразить что-то наподобие обиды, но слишком была рада моей оценке и потому не могла скрыть улыбки. — Смотришь только с позиции выгоды.

— От того, что ты не можешь определиться в своих чувствах, ты так только милее стала. Жаль, что это единичный случай, — ее смущенное лицо заставило меня улыбнуться.

Эмоции, вызванные моими усилиями, — хоть какая-то радость с утра.

— О чем ты? — не поняв моих слов, поинтересовалась девушка.

— Да не суть. В общем, что поделать, ты лицо совета, это важный фактор, как ни крути. Тебе должно в целом льстить, что я пытаюсь посмотреть со стороны и представить, как я, будучи простым учеником, восхищаюсь милотой оратора, который сейчас держит речь.

— Но разве такой человек не должен быть авторитетом? Люди должны внемлить его словам, запоминать, прислушиваться, воспринимать человека серьезно, а не умиляться…

— Одно другому не мешает, — говорю я, указывая на девушку щеткой. — Общество меняется, меняются устои. Слушать речи не пойми о чем на серьезных щах большинству молодежи тупо скучно. Даже уроки бизнеса, тупорылые тренинги и прочее сейчас наполнены всякой мишурой. Время такое, что нужно теперь удерживать внимание зрителя, чтобы он хоть что-то запоминал. Мы, так сказать, делаем так, что человек на тебя посмотрит и в течение пяти минут не захочет отводить взгляд. Этого достаточно, чтобы зачитать все. Да и смотри: вот беспристрастный мужчина, которому все по барабану, смотрит на тебя! Ты уже завладела его вниманием! Тебе немного тренировок, смелости и все, зал твой. Харизма у тебя есть в виде прекрасной улыбки, нужно просто научиться раскрепощаться.

В это время Герхар молча стоит и смотрит в стену, игнорируя все происходящее. Понимаю, у нас режим игнора Арквейд, такое бывает, но Эла-то тут причем? Можно было и подыграть.

— Хорошо, если ты так считаешь, то я доверюсь тебя, — растекаясь от моих комплиментов, соглашалась Нацукаши.

Как же просто ездить по ушам.

— К слову о незаконном слушателе нашего диалога, — я хватаю мужчину под локоть. — Уже познакомилась с нашим дядькой?

— Пожалуйста, прекратите вести себя неподобающе, — он вырвал свою руку из моих цепких лап и, поправив галстук, хмурым взглядом посмотрел на меня.

— Да, Шико нас еще вчера познакомила, — Эла лишь сочувственно улыбнулась Герхарду, решив воздержаться от того, чтобы сделать мне замечание.

— Ну и? Что скажешь? — интересуюсь я ее мнением. — Видишь, какая фигня постоянно происходит в моем доме? Что ни день, то не пойми что. Хотя, по правде говоря, появление настоящего мужчины не может не радовать!

Последнюю фразу я сказала, специально повысив голос, так как услышала, что кто-то внизу покидает свою комнату.

— Мне кажется, что у всех богатых и важных личностей должен быть свой телохранитель. Потому это, наверное, вполне естественно, что кто-то должен присматривать за Шико. Правда, я, честно говоря, не особо знаю, как живут состоятельные личности. Никогда не интересовалась, но думаю, что так и должно быть.

Взгляд Элы довольно простой. Как и всегда. Чего еще было ожидать. Скучно. Даже интерес пропал.

— Ясно, понятно. Ладно, ты иди, не буду задерживать. Нам ведь перед занятиями еще вещи утащить нужно успеть?

— Да, дел еще много у нас.

Девушка понимала, о чем я говорю, потому отправилась делать свои дела.

— Рад, небось, что в доме столько красивых дам? — я ткнула Герхарда локтем в бок, и, судя по его реакции, попала в слабое место, а может, это просто было неожиданно. — Хотя твоя принцесса такая красавица, что ты на других и не взглянешь? Ну, еще бы! Выглядит взрослее нас, статней, красивее, фигуристее. Негоже взрослому дядьке на малолеток засматриваться.

Я говорю эти не совсем приятные вещи лишь для того, чтобы убедиться в своей догадке. Я могу доставать и говорить о нем, что хочу и сколько хочу, но вот, если речь идет про нашу ненаглядную Шико, то тут все — пиши пропало. Да, моя хамоватая фраза его злит. Конечно, если бы не сила, я бы, наверное, даже и не заметила бы ничего, но сила-то у меня есть, так что… Мое чутье почему-то подсказывает, что тут дело не ограничивается только рабочими отношениями.

— Ладно, дядь. Я бы рада была с тобой еще потусить, но, знаешь, я на тебя обижена. Назначить свидание и не прийти на него? Тебе повезло, что это была я. Та, кто может донести до тебя простую суть, что девушкам такое не нравится. Подумай над этим. Не исключено, что именно из-за этого ты сейчас здесь. Вынужден забить на себя, терпеть меня, находиться в кругу шизанутых школьников вдали от дома, потому что у тебя нет друзей и девушки. А ведь все могло быть иначе. Но никогда не поздно начать. Никогда не поздно меняться. Сейчас вот, например, ты должен был просто посмотреть на нашу скромную девочку Элу. Я не говорю даже о том, чтобы сделать комплимент. Простого взгляда было бы достаточно, чтобы отношение к тебе не было таким холодным, — я вздохнула, не найдя отклика в его глазах. — Ладно, интроверт бессовестный, стой и копайся в своем мирке дальше, а я пойду.

******

Чудеса писательского искусства позволяют перенестись нам из одного места в другое, а именно в дом Элы. Тут, на полу возле дивана в гостиной, в одном нижнем белье, положа голову на подушку, спит Яна. У меня сразу возникает один вопрос, но Эла, наперед предугадав его, говорит мне: «Ни о чем меня не спрашивай, я сама ничего не знаю», после чего сразу же убегает за вещами в свою комнату.

— Здрасте, — говорю я.

Шум разбудил девушку, она приподнялась и сонными глазами посмотрела в мою сторону, а я лишь саркастично улыбнулась.

— А что ты здесь делаешь? — совершенно спокойно поинтересовалась Яна.

Ну, мы тут все привыкшие к странностям мэсов, так что... Другое дело, какой вид открывается, если смотреть сверху вниз. Ммм, красота. Даже не знаю, что бы я сделала, будь я парнем, состоящим в команде Элы, но настроение мое от такого вида непременно приподнялось бы. Если память мне не изменяет, то в команде Нацукаши парней трое. Одного мы уже знаем, тип не менее странный, чем эта дама, но безобидный. О других я ничего не знаю, но уверена, они бы оценили.

— Да вот, мы за тобой пришли, — спокойно говорю я. — Помощь твоя нужна.

В любой непонятной ситуации поворачивай все в свою сторону. Лишние руки никогда не помешают, особо, когда нужно таскать тяжести.

— Вот как? А в чем? — она посмотрела вниз на свою грудь, внезапно смутилась, взяла подушку и прижала ее к себе, после чего отбросила ее, чтобы не демонстрировать смущение, и зашла за диван, взяв лежащую за ним мятую одежду.

— Будем вещи таскать до стадиона, — я говорю это так, будто Яна уже в деле. — Дак что тебе в своей комнате уже не спится?

— Ты не подумай. Я такой персонаж, который не хочет, чтобы ты меня запомнила только по каким-то странностям, — говорила она это уверенно, будто действительно этого хочет, но боюсь, что я уже запомнила ее только благодаря странностям. — Просто мы с парнями вчера играли, я проиграла, вот и исполняла желание.

— Желание, значит, — я усмехнулась.

Так все-таки это кто-то из местных. Молодчага. Неплохо, неплохо. Вот бы и мне кого-нибудь так раскрутить. Меня устроит любой житель моего домика. Даже Нео или Герхард, которые будут спать в одних трусах на ковре в прихожей, меня более чем удовлетворят.

— Они такие идиоты. Даю гарантию, что сговорились за моей спиной! — она села на диван и со злостью сжала кулак. — Ну ничего, я еще им покажу. Я еще отыграюсь.

— Не сомневаюсь. Ты уж отомсти с размахом, — скрывая иронию, поддерживаю стремление.

Кажется мне, что это путь в пропасть. Она безнадежна.

— Так как там Эла?

Лестница на второй этаж в доме Нацукаши располагалась иначе. Тут вы не сможете увидеть, кто спускается по лестнице, пока человек N не спустится. Так вот, наверху послышались быстрее шаги, а после кто-то, явно перескакивая через одну, две, а то и три ступеньки, спускался сюда. Через секунду, словно придя на финиш, на пол спрыгнул низкорослый парень в пижаме. Можно же назвать низкорослым парня, в котором на первый взгляд сто пятьдесят сантиметров роста?

— Какой замечательный день, — негромко произнес он.

Вдыхая воздух через нос, парень поднимал руки вверх, потягиваясь, и широко улыбался. Не опуская рук, он медленно стал поворачиваться и замер в ступоре, увидев меня. Выражение его лица застыло в виде «писца». Мне даже не надо напрягаться, чтобы прочитать: «ну все, попал». Не знаю, как это комментировать, но было сложно удержать себя и не выдавить смешок. Но я смогла и вместо этого наоборот нахмурила вопросительно брови.

— Добрый день, — очень медленно и осторожно произнес парень, словно пытаясь прощупать почву.

Молодой человек явно пытался понять, с какими намерениями я заглянула сюда. Не по его ли душу?

— Добрый, — тон мой вышел слегка надменным.

Мы секунд десять смотрели друг на друга. Готова поклясться, что его лицо побледнело от волнения.

— Ну, я пойду, — тихо произнес он, словно спрашивая разрешения, а после вдруг сгорбатился и с каменным выражением, медленно, на носочках, словно лестница — это минное поле, стал подниматься наверх.

Похоже, утро уже не такое и замечательное. Подпорчено. Но разве я виновата? Вероятно, он где-то что-то натворил, провинившись, но я пока еще не знаю что.

— И что это сейчас было? — за объяснениями я обратилась к Яне, которая даже не удивилась поведению своего сожителя.

— А, это Кимото, — небрежно сказала девушка.

Где-то я слышала уже это имя. Сейчас быстро уже не вспомню, где точно.

— Это должно мне о чем-то говорить? — интересуюсь я.

Просто, сказано это было так, что от него ждать чего-то другого и смысла нет. Мол, все уже это знают. Мол, фигура знаменитая и узнаваемая.

— Людей из совета он избегает, но я думала, что ты так или иначе должна была слышать о нем. В общем, он всегда такой. Наверное, снова натворил дел и подумал, что все настолько плохо, что теперь президент студсовета пришла по его душу. Он всегда всех достает, устраивает не пойми что, из-за чего вечно получает. Не то чтобы это было всегда что-то серьезное. Скорее просто девушек подоставать любит.

Да, Эла... Теперь я знаю трех из четырех членов твоей команды. И как бы это сказать... Как ты сформировала свою команду? Руководствуясь чем? Из чувства ли жалости или потому что ты сама ненормальная?

******

Мы отнесли вещи. Яна сказала, что поможет нам и придет сюда после занятий. Мы вернулись в совет. Отдохнули, попили чаю и после звонка разошлись. Занятий у меня нет, потому я предоставлена сама себе. Вернее, они есть, но в мое личное расписание они не входят. Для меня вообще составили странный график, почти все клетки в нем пустые. Ха. Сначала обязательно нужно купить соломку в шоколаде, без нее никак. Сейчас мне важно все обдумать, поразмыслить о том, как все настроить, прикинуть варианты развития событий, заготовить речь, хотя бы примерную, потому я иду на улицу, рассчитывая подыскать себе спокойное местечко, где меня бы никто не побеспокоил. А то знаю я одну девушку, кабинет кружка которой находится прямо возле лестницы, ведущей на мою любимую крышу. И никак ты ей не скажешь: «ваше присутствие не к месту», а лишь нарвешься на «давай помогу». Да и очередь сегодня не моя, хотя Фуджи, я уверена, была бы не против составить мне компанию.

30.Понедельник, 27 марта (часть 2)

— Арквейд? Это ты? — cзади послышался какой-то до боли знакомый голос, который звучал неуверенно.

— Амая? — произношу я после того, как оборачиваюсь, чтобы узнать, кто этот незнакомец, потревоживший мой покой.

Радует, что это она, а не, например, Эла. Та бы наверняка начала меня отчитывать и ныть о том, что я не только работу всю на них переложила, так еще и пары прогуливаю, занимаясь не пойми чем. И неважно, что я всегда занимаюсь ерундой. Все равно нужно попытаться воззвать к совести. Учителям на глаза мне бы тоже попадаться не хотелось, особенно по общим предметам. Они хоть и не скажут прямо, что недовольны моим отношением к учебе, но ясно дадут это понять. Это и без того было проблемой, а раз теперь я президент, то давление становится сильнее. Старая байка о том, что ты лицо академии… Бла, бла, бла. Скоро зачеты, пора бы хотя бы к ним одуматься. Хах.

— Да, — ответила спокойно она в ответ на мое легкое удивление.

Если она тут, значит, где-то поблизости и ее подруга Астарта. Ну вот... дислоцировалась.

Сейчас всего лишь конец марта, а солнце что-то так печет. Аномалия, не иначе. Но для этой страны капризы погоды — вообще норма. Вот потому сегодня я и выбрала место поближе к воде. Сижу на скамеечке за оградой, неподалеку от бассейна, в котором занимается какая-то группа.

— Что Астарта силком вывела тебя на прогулку? — еще раз, мельком взглянув на девушку, я разворачиваюсь в сторону бассейна.

— Да нет, вообще, ты знаешь, — в ее дружелюбном голосе слышались нотки иронии, — я сама решила прогуляться.

Словно некая вспышка молнии, этот тон пробился мне в мозг, вызвав негодование. Несознательно я наморщила лоб, приподняв брови, и снова повернулась к Амае, чтобы еще раз на нее взглянуть. Эта девушка живет, словно амеба: всегда сонная, еле передвигается, пустой взгляд, неопрятный вид, отсутствие эмоций, монотонные ответы. Это... Что-то я не уловила момент, когда все изменилось. Кроме того, эти слова… Сама решила прогуляться?! Серьезно? Да тебя из дома вытащить практически невозможно. За пределами дома никогда не видела ее одну, только и только в сопровождении Астарты! И то только по праздникам или когда есть важные дела.

— Сама, значит, гуляешь? Без Астарты? — спрашиваю я, уточняя даже не у нее, а скорее у себя.

— Да, именно так, — девушка приветливо улыбается мне и смотрит в мою сторону обычными живыми голубыми глазами. — Так чем занимаешься?

Кажется, кто-то промыл ей мозг, сделав из замкнутого задрота обычную ухоженную девушку. Поменялось буквально все кроме оболочки. Эмоциональный план, мимика, внешний вид, стиль одежды, тон голоса. Видя такое, вспоминаю директора. Может, это не миф, что он может переписывать воспоминания? А?

— Я что-то не понимаю, — напрягая извилины, проговариваю я. — Что-то не так? Что-то случилось?

Обычно наш разговор выглядел бы так:

«Чем занимаешься, Арк?» — конечно, она бы даже не задала такого вопроса вообще, но просто представим. — «Амая? А, это ты». — «Угу». — «Да, ничем». — «Понятно».

На этом наша насыщенная беседа была бы окончена. Никакого живого интереса даже ради приличия с ее стороны просто быть не могло. Только в интернете. Там все по-другому. В жизни всегда казалось, что эта красивая заводная кукла работает на последнем издыхании. А сейчас ее голубые глаза полны жизни и эмоций. Теперь я могу читать и чувствовать ее, а не видеть перед собой безразличное ко всему тело. Вернее сказать, моя сила может читать, но во мне бушует чувство диссонанса, и я не могу трезво все оценить. Вот уж странная штука.

Единственный вариант, который приходит — это тот, при котором действительно что-то произошло. И, наверное, так оно и есть. Припоминаю, что Астарта не раз спрашивала меня насчет Амаи, не вижу ли я каких-то изменений, а я лишь отмахивалась, говоря, что это наваждение. Была бы у меня совесть, попросила бы прощения за то, что мне и дела-то не было по сути.

— Ты, наверное, никогда не видела меня такой, да? — Хофлер усмехнулась, а после медленно и осторожно, как будто вслепую, направилась в мою сторону.

Остановилась девушка возле скамейки тогда, когда уперлась в нее ногами. Рукой проверила место, будто убеждаясь, а скамейка ли это вообще, и только после этого уселась. Говорить о том, что это странно, не буду. В голову лезут не самые хорошие мысли.

— Пожалуй, что так…

— Как и большинство людей, — Амая слегка наклонилась вперед, вцепившись руками в решетку, которая отделяла нас от бассейна и стала вглядываться внутрь. Взгляд ее, правда, был направлен не на группу, которая, похоже, заканчивала заниматься, не на воду, а не совсем понятно на что вообще. — Считаешь меня, поди, не более чем фриковатой бабой, чья душа живет по ту сторону монитора?

Нужно сказать, я ни черта не понимаю, что происходит. Чувствую только, что ее слова наполнены самоиронией, а действия отдают какой-то меланхолией. Сочетание не очень приятное.

— Я такого не говорила, — отшучиваюсь я.

— Не осуждаю. По правде сказать, большинство времени так оно и есть. Такая вот моя способность. Иногда я думаю, что сама не понимаю, где я реальная, а где нет? А может, во мне кто другой сидит и высасывает все чувства и эмоции?

Моя сила говорит о том, что она сама так не считает, а лишь подкалывает меня. Но я не знаю, можно ли этому верить. Стоит подметить, что с пропажей аморфного состояния пропало и ощущение того, что она глубокий и загадочный человек. Вместо типичной слегка мешковатой одежды, которой место скорее на свалке, чем на человеке, на ней было легкое платьице и босоножки. Открытые ноги и неглубокое декольте вкупе с ее миловидным лицом, редкими для здешних жителей светло-голубыми глазами и едва-едва отличимым розоватым цветом волос делали из нее прямо-таки красавицу. Не должно мне оценивать девушек, но лично на мой вкус, такую Амаю я бы поставила куда выше большинства местных дев. Она приятна моим глазам.

— Я пока не понимаю, что случилось, — бормочу я, все еще не отрывая глаз от девушки. — Но да, я все же склонна полагать, что ты заложница компьютера. Насчет остального не знаю.

Если хорошенько подумать. Она обладательница ранга S. Следовательно, шиза — это обычное дело. И если я раньше думала, что она заключается в амебности, то теперь склонна полагать, что ошибалась, или, что звучит куда страшнее, их две. Надеюсь, она не скажет, что в ней есть кто-то еще, и они периодически меняются местами.

— Спешу разубедить Вас. Все это работает не так, как Вам кажется, и есть не так, как выглядит со стороны, — девушка говорит все с тем же задором, но теперь мне ее улыбка кажется несколько нервной.

Обычно такое я вижу у людей, которые знают о моей способности и что-то пытаются скрыть. Или это не нервная улыбка? Не-по-нят-но. Бесполезные, блин, способности.

— Знаешь, не то чтобы кто-то особо вникал в особенности твоей силы и личности. Думаю, помимо Астарты, меня и, возможно, Дмитрия всем вообще по барабану, как там и что. И кто ты вообще. Не думаю, что тебя вообще кто-то из местных знает. Хах.

Спешу зарофлить над тем, как высоко она оценила свою личность, говоря обо всех людях.

— Ну, я вроде как с тобой общаюсь, а тебе, как ты только что сказала, небезразлично. Я, честно сказать, даже польщена.

Фига. Что это такое?

— Твоей новой личности палец в рот не клади, — я усмехнулась. — А ведь я всего лишь из вежливости сказала, чтобы не признаваться, что сохраняю приятельские отношения, дабы использовать тебя.

— Я догадывалась, — она выдохнула и направила свой взгляд куда-то выше. Взгляд был все так же рассеян. — В любом случае ты говоришь это без негатива. Правильно?

— Так ты что-то хотела мне показать? — возвращаю диалог в прошлое русло, а то он становится не слишком приятным.

— Если тебе действительно интересно, — Амая положила руки на свои колени. Повернулась ко мне. Закрыв глаза, она глубоко вдохнула и на выдохе медленно открыла глаза. — Смотри.

Ее глаза стали привычными — мертвыми. Нужно сказать, что сейчас я явно вижу изменения. Сразу и не заметишь, если не видел глаза этой девушки живыми. На них словно образовывается пленка, которая делает весь зрачок монотонным, серовато-голубым. Затирается граница лимба, черный центр становится темно-голубым и от центра к краям становится все бледнее, и уже не замечаешь, как он сливается со склерой.

— Вот так я и выкачиваю жизнь. Представь, что сейчас я словно смотрю в монитор, а системный блок — это моя голова. Я полностью могу воспроизвести все с точностью до мелочей, что есть в обычном компьютере, и легко выполню все те же функции. Могу все смоделировать и в своей же голове включить какую-нибудь игру и играть в нее силой мысли. Конечно, только онлайна не будет. Я вижу все совершенно хорошо и четко. Без лишней скромности скажу, что мой мозг мощнее любого существующего на земле процессора, — она демонстративно пыталась улыбаться мне, говоря все это, но ее голос становился постепенно все монотоннее. — Трудно держать при этом связь с внешним миром, и часто я вообще теряю чувство реальности. Считай, я могу использовать компьютер в любом месте, лишь захотев этого, и если маменька выгонит меня на улицу гулять, то я смогу и дальше играться: кадрить баб, возить их на мотоцикле и топить в воде. Кроме того, подключаясь к устройствам, я становлюсь частью системы и могу управлять ей силой мысли.

— Я вроде как и понимаю все, но, не побывав в твоей шкуре, представить детально довольно сложно. В любом случае, основную мысль я поняла. Но вот у меня возник вопрос, если ты можешь легко переходить их одного состояния в другое, то почему я тебя никогда такой не видела раньше?

Я готова смириться с тем, что все это — последствия использования силы, но вот хочу убедиться в своей мысли о том, что ей самой нравится быть вне этого мира.

Амая вернулась к нормальному состоянию.

— Ну, теперь-то часто будете видеть меня такой, — она перевела взгляд в сторону девчонок, которые, заканчивая занятие, медленно одна за другой выходили из воды. Они обсуждали свои достижения, учебу, возлюбленных и задорно смеялись, подкалывая друг друга. — А что было, то было. Теперь это будет редкостью.

Выражение ее лица едва заметно изменилось, и я сразу почувствовала какую-то грусть. Вкупе с ее словами уже было очевидно, что что-то произошло. Осталось лишь узнать, что. И эта дамочка, похоже, сама хочет мне все рассказать.

— Что же такого произошло, раз ты решила, что я лучший собеседник, чтобы рассказать о своей проблеме? Переосмысление жизни?

Амая рассмеялась от того, насколько наглой была первая фраза, и тем самым привлекла к нам внимание пловчих. Столкнувшись со мной взглядом, они как-то неловко улыбнулись, одна из них что-то негромко сказала другим, после чего все направились в душевую.

— Хорошо бы, если так.

А мне нравится ее самоирония.

— Ну, не тяни тогда, — я усмехнулась. — Несмотря на свой тон, я отнесусь серьезно к твоим словам. Наверное.

— Рассказываю. Однажды в один прекрасный пятничный день сидела в двухэтажном домике одна девушка по имени Амая. Она мирно играла в игрули на своем компьютере и никому не мешала. Тут к девушке в дом вламывается, не спросив разрешения, злобный доктор со своим компаньоном, — она изменила тон на нагнетающий, при этом хлопнула себя по коленке.

Да, к слову, если вдруг кто не понял, это история обо мне с Авророй и Амае.

— Не успевает девушка очнуться, как ее заламывают и тащат в лабораторию. Девушка кричала, но прохожим словно было все равно.

Нет, она не кричала, вы не подумайте. Она словно кусок мяса была. Да, да, не удивляйтесь.

— Они делали вид, что ничего не замечают. Предпочитали не вмешиваться, оставаясь в безопасности. Равнодушие... «Мы хотим знать все об этой красавице» — сказал доктор, принеся героиню в лабораторию.

Да, это моя прямая цитата. Ха.

— Оказалось, доктору вовсе не нужна была девушка, его интересовала лишь информация. Потому как с этими словами они с компаньоном бросили Амаю на произвол судьбы, отдав ее тело на растерзание незнакомке. Та раздевала девушку, исследуя каждый миллиметр ее тела, пихала различные штуковины во все отверстия.

Ну да, ну да. Кого-то понесло. Но кто знает, что было в кабинете? Ведь на время обследования я и правда ушла. Решила подкрепиться перед предстоящим разговором с Камилой насчет безрукого.

— Различными машинами проверяла все характеристики нашей героини. Тогда-то и вылезла наружу проблема. Выяснилось, что девушка давно ослепла. Но благодаря мозгу-компьютеру весь мир, все окружение сохранились в ее голове, и она с легкостью могла воспроизводить все, опираясь лишь на оставшиеся чувства. При этом произошел сдвиг. Ее прежний взгляд считали мертвым, а сейчас она получила живые глаза, которые ничего не видят. Иронично, правда? Остался лишь мир, запечатленный в ее кибернетической голове. Если построят новые дома, постареют друзья, появятся новые люди, то она никогда их не увидит, но по прежнему миру, что запечатлен в ее голове, может передвигаться легко, словно запрограммированная машина.

— Это… — я смотрю в глаза девушке, которая смотрит мне в глаза.

Неужели она ничего не видит? На ее лице никаких эмоций, только уголки губ, едва заметно улыбаясь, подергиваются. Сейчас меня врасплох застало чувство не то обиды, не то досады, и к горлу подступил ком. Не знаю, что сказать. Я молчу, молчит и она. Мне сложно понять, как это. Как она могла раньше этого не заметить? Не понимаю. Но тогда понятно, почему она так странно двигалась, и ее взгляд, который смотрит скорее сквозь меня. Хотя, подождите, как же она тогда, когда мы пришли, играла в онлайн-игру? А? Как она настраивала оборудование и понимала все? Да даже банально, подойдя сейчас, как она узнала, что тут сижу я, а не кто-то еще, если не трогала меня, не слышала голоса и все остальное?

— Ты меня, что, тролишь, что ли? — с опаской спрашиваю я.

Потому как если ее рассказ был правдой, то мой вопрос, ну, мягко говоря, ужасен.

— Ага, — спокойно произносит она и расплывается в широкой улыбке. В ее глазах появляется блеск, который присущ победителям. — Всегда хотела увидеть яркие эмоции на твоем лице. Впервые вижу у тебя выражение испуга и растерянности, которые еще и сомнениями сопровождаются. Это бесценно. Значит, и бездушной главе человеческое не чуждо?

Мне хочется, не сдерживаясь, выругаться. Ух, прямо злость берет, от которой я чувствую прилив крови к лицу. И вовсе это не из-за сочувствия. Просто, с ее стороны это совсем нечестная игра. Да. Я закрываю глаза и тяжело вздыхаю.

— Да иди ты... — идя на поводу у чувства обиды, говорю я. — Надеюсь, над Астартой ты не собираешься так же подшутить? Или уже?

Я-то еще могу понять иронию, а вот она такое не оценит. Сейчас я даже думаю, молодец баба, смогла меня подловить. Воспользовалась единственной попыткой с толком. А я, дура, даже не поняла, хотя все карты были на руках. Ха.

— Нет, конечно, потому как есть вероятность, что я не оправлюсь от последствий такой шутки. В лучшем случае она бы дулась на меня недели две. Игнорировала. Моя совесть на себя такой груз взвалить не готова. То ли дело ты. Совсем другой характер. Считай, что в качестве компенсации за такую шутку я скажу тебе о том, что ты первая из учеников, кто узнал о моей проблеме. Немного утрированно, но все же, — она говорила дружелюбно, с улыбкой, но звучало обидно, так, будто бы я та, кому вообще пофиг на все, потому можно и сказать, проверить, как оно воспринимается, потренироваться.

— Раз такое дело, снова задам тот же вопрос. Вернее, у меня их два, — я посмотрела на едва колышущуюся воду в бассейне, подумав о том, что, похоже, на сегодня я могу забыть о тишине и своем времени на раздумья, а после достала полупустую пачку соломки. — Будешь?

— Нет, спасибо, я не особый любитель сладкого, — отказывается Амая.

Хотелось бы сказать «мне больше достанется», но я не такая жадная, какой могу казаться. Нет у меня чувства того, что, делясь с кем-то, я лишаю себя части. Но незнакомцам ничего не дам.

— Да я в общем-то тоже, — я закрываю упаковку и убираю ее в карман. — Насчет вопросов. Первый: почему ты мне решила рассказать? И второй: какая часть из этого правда? Насколько все изменено?

На самом деле я примерно догадываюсь, потому как большинство случаев и последствий использования силы довольно-таки похожи. А значит, и в ее случае речь скорее всего идет о рисках и ограничениях.

— Отчасти это случайность, — иронично признавалась Амая. — Ты, бывает, проводишь свое время у нас, переписываемся, обсуждаем не очень культурные темы, смешнявки кидаем друг другу, да и в онлайн игры мы с тобой вместе играли, играем? У такой хикки, как я, близких друзей, да и просто друзей просто помимо Астарты, нет. Ну, а раз ты поладила с Астартой и времени мы вместе провели прилично, то логично, что второй по значимости человек в моей жизни — это ты. Можно же назвать тебя другом?

— Как хочешь, — я слегка дернула плечами, покачав головой.

Благодаря Астарте я как-то снисходительнее стала воспринимать это слово. Хочет звать меня другом, пускай. Это не особо имеет значение. Учеба закончится, и вот друг уже вдруг и не друг.

— Так или иначе, есть какая-то привычка, понимание того, какой ты человек. Вот я и говорю, что характер твой сильно помогает в том, чтобы сказать какую-то личную вещь, которая тебя беспокоит. Я ведь знаю, что ты не будешь церемониться и скажешь все как есть. Если я дура, то ты так мне и скажешь. Если мои проблемы ничего не значат по твоему мнению, значит, так ты и скажешь, просто в своей манере. И мне хочется услышать твое честное мнение, а не получить то, что мне даст Астарта или другие. Мне бы не хотелось сейчас слышать слова утешения, помощи и прочего, — ее тон становился более серьезным. — Хотя, если бы ты тут не сидела, я думаю, что, скорее всего, даже и не возникло бы этой беседы. Или она была бы другой. Спонтанное решение. Не обидишься же, если скажу, что ну очень хотелось посмотреть на твою реакцию? Пришлось постараться, знаешь ли!

— Молодец ты, молодец, хвалю. В следующий раз тебе будет сложнее пробить меня на сочувствие.

Надеюсь, что эта Амая — не такой человек, который всю жизнь будет вспоминать тебе твою оплошность. И как я дожила до того, что реакция стала оплошностью? Что-то в моей жизни когда-то пошло не так.

— Кстати говоря, — она ехидно улыбнулась. — Тогда в понедельник на празднике я ведь специально стояла напротив тебя, хотела, чтоб ты заметила и благодаря своей силе все поняла. Как только мы пересеклись взглядами, я прикусила губу и игриво улыбнулась тебе. Та, которая никогда такого бы не сделала. Что скажешь?

Мне понравилось, как она подчеркнула голосом слово «игриво». Словно тогда она это сделала не специально, а потому что, возможно, сама хотела показать мне свою симпатию. И сейчас будто бы она тоже играет со мной, как такая кокетка. Неоднозначные намеки: может, ты мне нравишься, а может, я так угораю. Ну вы понимаете, да? Я так тоже делаю. Ха. Сила игры тоном, тембром, акцентом, в общем, голосом. Да. Это я люблю.

— Может, тогда я и обратила внимание, а может, и нет, не помню. В любом случае, даже если заметила, то значения не придала. Народу и так было много. У всех свое настроение, свои заморочки. Для моей силы — это стрессовая ситуация, так что какую-то такую мелочь я могла и не заметить. Уж простите, что не настолько искусна.

— Ладно уж. Касательно второго вопроса, — девушка сделала короткую паузу и вздохнула. — У меня довольно большие проблемы со зрением. Я его теряю. Стандартная штука с платой за силу. Где-то в глубине души я давно догадывалась об этом. Это не типичная ситуация, где зрение постепенно ухудшается, а совсем другое. Бывало, что после применения силы, когда я выходила из этого состояния, я ничего не видела помимо кромешной тьмы. Но это было обычно уже под ночь, потому я добиралась до кровати, засыпала, а с утра все уже было в порядке. Это не частое явление, и мне казалось нормой. Прошлое обследование говорило, что все было в порядке, я потому и не переживала совсем. А теперь вдруг все стало очень плохо. Мне сказали, что если я продолжу в том же темпе использовать силу, то через пару месяцев ослепну совсем. Добавили, хорошо, что это выяснилось сейчас. Опустим медицинские показания. В общем, на данном этапе мой лимит использования силы — это примерно час в день без вреда здоровью.

Вот так один раз решила сходить покушать и пропустила такие новости. Впрочем, Камила, наверное, меня бы попросила выйти. Все-таки это личное.

— Ну дак... В чем проблема? Сиди за компом в очках, а силу используй по надобности. Час — вполне себе норм. Конечно, вне дома уже не походишь как киборг.

Я примерно так и предполагала. С ее подругой ведь то же самое, только вот она не может контролировать свою силу, и если что случится, то тут уже ничего не сделаешь.

— Ох, — Амая закрыла лицо руками, тяжело вздохнув. Сделав небольшую щель между ладоней, она медленно выдохнула, а после стала подушечками пальцев правой руки водить по своим бровям, при этом издавая звук мозговой боли. — Не буду говорить, что ты сказала полную чушь, и что знание подобных вещей входит в общую программу преподавания здесь, и что большинство и так знают о том, что проблемы и болезни мэсов отличаются от человеческих... Не буду, да. Даже я, та, что не посетила ни одного занятия...

— Никто не идеален. — Саркастично отвечаю я.

Ох уж эти упреки. Ну да, тяжело мне будет сдать зачеты, но на минималку вытяну, не переживайте. Да и вообще у меня есть предметы, по которым у меня сотка, они отбалансят средний балл.

— Ладно, неважно. Очки, по сути, мне никак не помогут. Зрение у меня как таковое идеальное. Проблема, наверное, заключается в понимании того, как работает моя сила. Я не совсем могу ее контролировать. Смотря на любой экран более пятнадцати секунд, я автоматически перехожу в, назовем это, как вы любите, амебную форму. Будь-то телефон, телевизор, компьютер, доска электронная или еще что, все приводит меня к такому состоянию. Просто, скажем так, разница только в том, что от каждого предмета получаешь свои ощущения и параметры. Я не могу просто сидеть за компьютером, как обычный человек. За все то время, что эта сила есть у меня, я так и не научилась контролировать это. Если бы могла, то и проблемы, наверное, не было.

Знание этого многое меняет. Я бы тогда, думаю, не хотела такую силу. И ограничение такое в современном мире для меня было бы пыткой.

— Да… — протянула сочувственно я.

— Сейчас ситуация сложилась так, что у меня нет выбора. Все то, что у меня было, все, что я любила и ценила, должно уйти. Хочу или нет, мне нужно полностью изменить свой образ жизни, образ мышления и цели в жизни тоже.

Позавидовать тут нечему. Беседа намечается не из простых. Эх... А потому надо внести какое-то разнообразие. Раскрепостить обстановку. На самом деле мне эта мысль пришла еще до этого. В самом начале разговора...

— Слушай. Как насчет того, чтобы пойти поплавать?

— Это... — Амая призадумалась. — Я, в общем-то, не против, но мне не хотелось бы идти за купальником.

Я достала связку ключей из кармана. Многие замки тут дублируются, так что один ключ может открывать, например, десяток кабинетов. Очень удобно, не нужно миллион ключей носить.

— Не переживай насчет купальника. Для главы студсовета нет ничего невозможного. Все-таки все создавалось для учеников, а потому в раздевалке можно взять любой из, так сказать, запасных. Размер мы уж подобрать и тебе, и мне сможем, — я, приложив руку к подбородку, оценивающе прошлась взглядом по габаритам девушки.

— Нет, я что-то передумала, — девушка скрестила руки на груди, приобняв себя. — Ты смотришь, словно маньяк, который только и ждет, чтобы раздеть свою жертву. Как-то неловко от мысли, что только ради этого ты меня и зовешь.

Моя случайная собеседница абсолютно права. Это и есть кульминация моей идеи. Ха. Вот и пойми, что у этих баб в голове.

— Отрицать не буду, так и есть. Знаешь ли, все девушки академии раздеваются передо мной, проходя медосмотр. Каждую из живущих здесь девчонок я видела полуголой, а может, и больше того, и только ты осталась не тронута моим взглядом. Я чувствую какую-то несправедливость. Разве я могу не воспользоваться этой возможностью? Вот скажи мне. Тем более мы в равных условиях. Ты увидишь обнаженной меня! Главная героиня во всей красе! Что может быть лучше? Это важнее смысла, важнее сюжета, важнее силы, магии, прокачки! Об этом чуть ли не каждый зритель мечтает, а удостоишься такой чести только ты! Ха.

Знаете, как сказать правду о своих тараканах, но при этом выйти сухим из воды, да так, чтобы никто не подумал, что ты и правда извращенец? Легко, превратите все в фарс. Да. Я ведь просто дурачусь? Ха.

— Речь, прямо скажу, душевная, но твои наклонности... — она усмехнулась, давая согласие. — Вода, наверное, холодная.

— Не переживай, тут есть система подогрева. Я и сама в холодную воду ни ногой.

******

Внимание: Специфичные сцены!

Переодевание и принятие душа содержат в себе львиную долю легкой эротики. В связи с этим, чтобы уберечь особо впечатлительных читателей, я решила, что исключу описание всех эротических элементов. Не благодарите. Те, кому все же интересно читать о форме бедер, сосков, изгибах талии или о том, как колыхается грудь во всех подробностях, вплоть до миллиметровых перемещений, могут воспользоваться бесплатной утилитой, встроенной в ваш организм при рождении, — фантазией.

Ладно, я жестока, но не настолько, чтобы не дать вам лакомый кусочек. Я провела анализ большинства эротических произведений. Оттуда я выделила пару слов. Они, по-видимому, будоражат фантазию и заставляют животный инстинкт подняться из самых глубин. Более того, точность описания женской фигуры этой связкой слов просто поражает. Эти слова — «песочные часы».

Мы, наверное, на время отошли от основной темы, и перешли к более обыденной беседе. Не самой интересной, повседневной.

«А что, в предыдущих тридцати главах включая пролог были какие-то другие диалоги, что ли, а, Арк?»

«Оо...» — простонала я, получив неожиданно больной удар под дых. — «Да, за что вы так жестоко то со мной?! Это больно… Я…я… Я думала, нам было весело…»

В общем, по дороге в раздевалку мы говорили об интересах и тому подобном. Я пыталась узнать, насколько велика разница во вкусах, восприятии и поведении у Амаи с той амебой. Что насчет того треша в переписках? Нужно сказать, что по большей части это та же самая девчонка, только характер другой и поведение, подача фраз и мыслей, а в основном все то же самое. Впрочем, это было логично.

Мы прошли в раздевалку и, выбрав шкафчики, стали раздеваться.

— Я тут недавно по нашему сайту академии шарилась и наткнулась на фотографию, где все, кто поступил на этот курс, были вместе, — говорила Амая. — Нашла тебя на ней и заметила, что у тебя были короткие волосы. Сейчас они достаточно густые и длинные. Люди отращивают такие волосы годами. Неужто у тебя такая же особенность волос, как и у Астарты?

Если вы вдруг не знали, у обсуждаемой нами дамы волосы растут с невероятной скоростью.

— Помимо текстуры и того, что при такой мягкости они на удивление густые, в них нет ничего особенного. Растут, как у всех.

Я думала, что с возрастом начну лысеть. Вы, наверное, знаете, что, когда волосы мягкие, они обычно редкие. Благо, все обошлось. Надеюсь, и в будущем все будет нормально.

— Кстати говоря, это тоже интересная особенность. Можно сказать, тебе повезло. Выходит, ты ходишь с наращенными?

Амая прямо специалист в раздевании. Я только рубашку расстегнула, а она уже стоит в одних трусах. Если одевается она так же быстро, тогда армия — это то, что ей отлично подходит.

— Сколько себя помню, почти всегда ходила с короткими волосами. В начале года было каре. Менять это не собиралась, если бы не одно «но»... Все дело в нашей не очень далекой общей знакомой, — я сделала такой акцент, чтобы сразу было понятно, о ком речь. — Помнится, под конец октября вздумалось ей волосы свои обкорнать.

Смотрелись они миленько. Молодили ее на пару лет. Однако без злобной улыбки на это было невозможно смотреть. Так и хотелось подтрунивать.

— Астарта? — Амая усмехнулась. — Почему я не помню такого?

— Видимо, решила тебе не показываться. Ты сидишь в компьютере безвылазно. Не трогай тебя, ты и не заметишь. Да и ходила она так не долго. Через неделю уже все вернулось на круги своя. Но в общем, тогда, когда она подстриглась, пришла ко мне расстроенная чем-то. Несла всякую чушь и на вопрос «Зачем постриглась?» тоже отвечала что-то невнятное. А уж когда сказала, что хочет одну штуку проверить и волосы благодаря ей обратно отрастить, я выпала в осадок. Насколько это было тупо. Но одной ей, видите ли, было страшно пробовать, вдруг все накроется, и она останется без волос вообще. Вот она за мной и пришла. Полдня за мной ходила доставая. Согласилась только, чтоб она отстала. Сели обе в непонятный аппарат, опустили волосы в какой-то жутко вонючий раствор. Запах был такой едкий и резкий, что я уже смирилась с тем, что ближайший год буду ходить лысой. Зато не одна.

Примечание: нет ничего страшнее лысых женщин.

Амая слушала мою историю с широкой улыбкой. Сейчас мне и самой кажется это забавным, хотя тогда так не казалось.

— Но все обошлось. Хотя после двух часов терапии эти новые «длинные» волосы походили скорее на безжизненные бесцветные сопли. Казалось, что они умерли и вот-вот отвалятся. Однако все обошлось и через недели две они насытились цветом, стали как обычные. С тех пор и хожу с длинными волосами. Может, они еще отросли сантиметров на пять, не больше. Можно сказать, это мой новый образ, специально для этой академии. Хотя, знаешь, мне даже нравится, наверное. Не исключено, что после выпуска постригусь обратно.

Я подхожу к Амае и, протягивая руки, хватаю ее за грудь.

— Да, Астарта мне и вправду ничего не говорила об этом. Все прошло мимо меня. А познакомились мы в реале с тобой, когда ты уже была такой, как сейчас. К слову, тебе бы стоило поучиться ухаживать за своими волосами. Они у тебя вечно растрепаны. Можно было бы хотя бы причесаться или уложить. Каре вон какое ровное было, а эти в разные стороны, — говорит ровным тоном девушка, смотря в мои глаза, и не обращает никакого внимания на то, что я активно обеими руками прощупываю ее бюст.

По размеру такой же, как мой, но более мягкий. Правда, свою грудь оценить объективно довольно тяжело.

Касательно волос: мне нравится быть слегка растрепанной. Прикольно, модно, под стать характеру. Да и главное, чтобы они не мешали, а остальное уже не так важно.

— Ага, — ответила я и отпустила ее грудь. Вернувшись к своему шкафчику, взяла ключи и направилась в соседнюю маленькую комнату, которая служила кладовой.

— И что это было? — поинтересовалась Амая.

— Это мой особый навык, — безэмоционально отвечаю я, открыв дверь. — Благодаря ему я могу безошибочно определить размер груди и подобрать подходящий бюстгальтер.

«Где ты получила такой навык?» — спросите вы меня.

Ну, кто знает. В каждой девушке должна быть своя загадка. Моя не слишком умная.

— Больше было похоже на наглое удовлетворение своего желания, — самодовольно подметила Амая.

А эта дамочка заметно отличается от остальных героев, что кружат вокруг меня. Плюс ли это? Для меня, наверное, да. Другие эмоции, впечатления, другое поведение дает моей силе и моему мозгу прокачиваться и искать альтернативные пути развития своей личности. Своего рода новое противостояние.

— Так и есть, — я перебираю купальники в поисках подходящего. — Кстати говоря, для той, кто круглые сутки сидит за компьютером и ничем не занимается более, не говоря уже о спорте, у тебя очень хорошее тело.

Не подкаченное, конечно, но стройное. Ранее я уже говорила, что у мэсов в принципе ожирение или полнота встречаются редко, организм стремится к какому-то балансу, но это не отменяет того, что те, кто не занимается спортом, не сидит на диетах, получают дряблости, корки, черные точки и тому подобное.

— Спасибо, — Хофлер специально ответила так, хотя понимала, что это была скорее констатация факта, а не комплимент.

— Вообще это был не комплимент, — подобрав, как мне кажется неплохой вариант для Амаи и для себя, я выхожу из коморки и протягиваю купальник девушке.

— Черное бикини? Думаешь, это хороший вариант? Мы же все-таки не на пляж собрались, — с улыбкой на вздохе произнесла она. — На территории учебного заведения, как-никак.

Создается ощущение, что примерно этого девушка и ожидала от меня.

— До меня студсоветом управлял Адам, вся ответственность за инвентарь лежит на нем. Не знаю почему, но, к сожалению, там больше нет подходящих вариантов. Остальные еще более изощренные и открытые. Думаешь, стоит ему высказать за это? А в принципе, какая разница? Тебя что-то смущает?

Внезапный ход конем. Переложила ответственность.

— Себе, значит, открытый танк взяла? — глаза девушки ясно говорили о том, что она легко раскусила мою ложь. — Понятно.

Несмотря на свои слова, моя спутница без раздумий взяла купальник и стала примерять.

Значит, Амая, ты из тех, кто принимает вызовы? Ха. Отлично!

31.Понедельник, 27 марта (часть 3)

В моем детстве, еще в начальных классах, для детей нашей школы выделялись места в различных спортивных клубах. По нескольку мест на разные дисциплины: легкая атлетика, футбол, волейбол, теннис, различные боевые искусства и прочее. Занятия были бесплатными, но мы в обязательном порядке должны были посещать их раз в две недели. Составляли список, и дети из имеющихся мест и дисциплин могли выбрать то, чем они могли заниматься. Естественно, юному отщепенцу общества — Арквейд — выбора не предоставили, и потому она попала на плавание. Не самая плохая дисциплина, но радости от этого девочка не испытывала. Она, конечно, научилась плавать: дельфин, брас, кроль и все такое, но осталось много не самых приятных воспоминаний. Вернее сказать, сейчас они вызывали некую улыбку, но тогда это злило девчонку. Больше всего запомнилась старая злобная женщина, которая била мокрыми тряпками всех, кто ходил в душ в купальных принадлежностях. Возможно, у вас тоже такое было, но с тех пор, благодаря этой милой старушке в привычку вошло принимать душ нагой. И другим делать замечания она тоже стала. Ха.

— Я хотела извиниться, — спустя короткое время молчания снова начала наш диалог Амая.

— За что это? — не поворачиваясь к девушке, интересуюсь я.

Не припомню, чтобы она чем-то передо мной провинилась.

— Чуть меньше месяца назад у тебя был день рождения, а я тебя даже не поздравила, — в ее голосе не было раскаяния.

И зачем она вообще завела эту тему?

— Какая разница. Забей, я не обижаюсь. Могла не говорить, я бы и не вспомнила.

Настолько мне, в принципе, плевать.

— Все же, это твое совершеннолетие... — попыталась возразить девушка.

— Какой день рождения, если я родилась двадцать девятого числа? Разве на календаре в этом году есть этот день? — опускаюсь до несмешной шутки. — Не хочешь же ты сказать, что это особый день, который говорит мне, что все, теперь я взрослая? Кроме того, за тебя меня поздравила от вас обеих Астарта. Она, между прочим, говорила, что подарок выбирала ты!

— Выходит, врала, — девушка усмехнулась.

— Не зря я отнеслась к ее заявлению с должным скептицизмом. Кроме того, чего ты вообще эту тему завела? У тебя у самой день рождения на неделю раньше моего был. Я, что, поздравляла тебя? Ну да, написала пожелание, но подарками не одаривала. Разве что бесплатный стикер в сети послала. Хах

Все ведь любят эти стикеры?

Нет?

Удивительно.

— Ты хотя бы вспомнила.

— Давай не будем развивать эту тему, хорошо? Можешь в следующем году за два подарить, я буду не против, если это тебя так волнует.

Чувствую себя не в своей тарелке от подобного разговора, когда не понимаю к чему он.

На минуту мы обе замолчали.

— А знаешь, в чем главная моя проблема? — снова начала разговор Хофлер.

Это был риторический вопрос, потому как мой ответ очевиден — не знаю.

— Ну? — я, взяв шампунь в руки, бросаю вопрошающий взгляд в сторону девушки.

— Мой ранг понизили с S до А.

— Разве такое возможно?

Система рангов работает примерно следующим образом:

В основном оценивают твою силу и потенциал, так ты получаешь ранг от D до А. В зависимости от того, как ты владеешь своей силой, насколько она полезна и насколько чисто теоретически она может развиться. Так, пусть случаи и крайне редки, но ты можешь с С подняться до А, если, например, овладеешь силой и найдешь способ показать ее полезность. Зачастую не сразу понятно, как может пригодиться тот или иной навык. Также можно и понижение получить. Например, моя сила B. Она не очень хороша, и если таких, как я, будет много и они будут на одном со мной уровне или лучше, то я уйду в C, так как рынок спроса такого вида силы будет переполнен. Думаю, в целом, вы понимаете, причин может быть много. Суть в том, что ранги могут варьироваться, расти и понижаться. Другое дело ранг S. Его присуждают тем, чьи способности за гранью понимания. Они очень сильны. Зачастую настолько, что кажется, словно мы в фэнтези-мире. И, конечно же, S-ранг налагает большую ответственность на носителя. Попробую привести пример разницы сил. Возьмем Шико. Она может создавать лед, скорее всего в любом количестве, любой формы, за короткое время. Это оценивают как S. а ранг А может, например, создавать лед только определенной формы и обладателю приходится подстраиваться под особенности своей силы. В S-ранг невозможно попасть, если ты изначально не получил его. Также и понизить тебя не должны, так как твою силу оценили как сверхчеловеческую. Ты особенный. Даже контроль усиленный, дополнительные регистрации, за тобой внимательно следят и все такое прочее. Ага.

— Мне тоже так казалось, — она усмехнулась, но грусти я никакой не почувствовала. Звучало так, словно она уже успела сжиться с этой мыслью. — Но все оказалось иначе. Я пошарилась в интернете и узнала, что мой случай не первый. Их не так много, но есть примеры, когда понижали мэса второго поколения, а все остальные случаи, как и мой, — третьего.

Мне сразу в голову взбрела мысль, что это, наверное, логично. Чем больше мэсов, чем больше проходит времени, тем больше вариантов генов. Так S-носителей стало явно чуть больше, чем раньше, а значит, если раньше такое происходило, дальше будет только чаще.

— От тебя только новое и узнаю, — не зная, что ответить, нелепо шучу я.

— Моя сила уже не такая, как раньше. Пускай ограничения и условные, но, грубо говоря, я не могу использовать ее в любое время и в любом месте столько, сколько хочу, без вреда для себя. Считай, что теперь мне нужно подстраиваться под нее. Кроме того, если я не могу использовать силу на протяжении длительного времени, то, считай, нет и возможности обучать меня по специальной программе. Потому, раз теперь мой ранг А, более меня не будут обучать по спецпрограмме.

— И что теперь? — я выключаю воду и беру в руки купальник. — Искать пати?

— Ну, — протянула Амая, выключив воду, и улыбнулась мне. — Нет. Чтобы идти дальше, мне надо сдать зачеты, не только письменные, но и практические. Если с письменными я еще, запотев, как-то, наверное, могу справиться, то с самыми важными, практическими, увы, у меня шансов нет. Следовательно, путь дальше мне закрыт. Но даже если предположим, что я все сдала, то что делать с документами и электронной базой? Отчеты по всем ученикам, включая меня, лежат в центральной администрации, нельзя просто так взять и сменить направление, закрыв глаза на то, что я не прошла программу обучения и не посетила ни одного занятия. Я бы могла ломануть базу, но, увы, я была ранга S, особый статус, такое изменение заметят сразу. В общем, опуская никому не нужные варианты и подробности, резюмирую, что мне предложили пройти обучение с первого курса по общей программе. Обучиться всем основам, все сдать с нуля, научиться тактике и прочему.

— Вот как... — я, задумавшись, почесывала затылок. — Свалилось же на тебя проблем. Ну и? Рассказывай, о чем же ты думаешь? Что планируешь делать со всем этим?

Никогда не завидовала особо элите S, а теперь завидую еще меньше. Сейчас я понимаю, что она попала в непростую ситуацию. Не то чтобы она с ней не могла справиться. Просто это тяжело с моральной точки зрения. Потому что у нее никого нет. Она, как и Астарта, выпускница школы-интерната для мэсов. Нет родственников, нет родителей, знакомых. Никто не решит, банально, материальную сторону вопроса. Есть только Астарта, у которой и своих тараканов полно. Которой еще как-то нужно все это сообщить. Да и она вряд ли чем-то может помочь, только поддержкой. Глаза девушки улыбаются мне, но я чувствую в них переживание и смятение. Раз я первая, кому это рассказывают, значит, она решила со всем справиться сама. Все обдумывала и решала одна, в то время как ее подруга донимала меня, беспокоясь за эту куклу. Ха.

— Администрация и директор понимают, что я оказалась в непростой ситуации, а потому дали мне пару недель на принятие решения.

Амая надевает купальник, и мы выходим в коридор, который ведет к бассейну.

— Дай угадаю, ты решила, что примешь решение, не совещаясь с Астартой?

Наверное, в этой ситуации лучше было бы промолчать и послушать, но я герой нешаблонный.

— Так и есть, — она широко улыбнулась, посмотрев на меня. — В данной ситуации я не могу на нее полагаться. Вернее, лучше на нее не полагаться, а то она решит все сама и потянет за собой. Для нее это бы прозвучало обидно, но я должна все решить сама, а то она имеет на меня большое влияние. Не хочу потом жалеть о содеянном.

Мы вышли к бассейну. Повезло, поблизости ни единой души. Хотя мне все равно, пускай смотрят, какую красоту я в свет вывела. Это я не про себя, если что, а может, и про себя. Я даже не знаю.

— Тебе виднее, — улыбнувшись, я мельком посмотрела в глаза Амаи, и с разбегу, вытянув руки над головой, нырнула в бассейн.

Мой взгляд значит, что не стоит терять время. Вода уже теплая. Солнце пусть и греет, но стоять на воздухе в марте довольно холодно, в подогретой воде куда приятнее. Я проплываю десяток метров под водой, после чего ноги по привычке начинают выписывать волну, толкая меня дальше. Я уже позабыла об этом необычном ощущении.

— Я еще даже не знаю, что за решение ты приняла, но мне уже интересно, как ты собираешься сказать о нем Астарте? Для нее даже твое новое состояние должно быть шоком, — выныривая, продолжаю разговор.

Мой образ мышления с несколькими параллельными мыслями и вопросами одновременно, кажется, ломает стройность разговора.

— Я ведь говорила, что не всегда была такой. Уверена, Астарта тебе уже рассказывала про интернат. Так вот, когда мы познакомились, я ведь была обычной. Она должна это помнить и понимать, кто кроется за способностью, — девушка не спешила присоединяться ко мне. Она медленно подошла к краю бассейна и уселась, опустив ноги в воду. — Тут дело другое. Захочет ли она принять и примириться с этим человеком? Когда мы познакомились, нам было по десять лет. Я была не самой доброй девочкой. И мне жуть как не понравилась эта новая переведенка. Мерзкая девчонка с фальшивой улыбкой, которая со всеми пыталась подружиться. Улыбалась, даже когда у нее что-то не выходило, ее обижали или она переживала. Особой популярностью я не пользовалась, постоянных друзей не было, да и неинтересно мне было. Эта новенькая вечно лезла в мои дела, пыталась поговорить, и я помню, как меня это бесило. Мы даже с завидной периодичностью дрались. До того времени, пока спустя год моя сила не стала усиливаться, наши отношения были натянутыми. После я стала более спокойной, проводила много времени наедине со своими фантазиями, пересматривая какие-то файлы, фрагменты, сохраненные в своей голове, занимаясь анализом. У меня уже не было сил активно сопротивляться внешним раздражителям, потому я дала Астарте подступиться ко мне. Много слушала, о чем она говорит, что думает и чувствует, но ничего не отвечала. Мое отношение к ней постепенно менялось, сначала мне было пофиг, а потом я стала считать ее по-своему неплохим человечком. В наших отношениях она была ведущей, а я ведомой. При этом она никогда не пользовалось мной или моей силой, а скорее наоборот, защищала.

— О чем тебе тогда переживать? Ты лучше меня знаешь ее. Понятно было, что ты любишь свою подругу, а она примет любого, кто готов быть искренним и идет к ней с открытыми объятьями.

Эх, жаль, что мы ограничены цензурой. Теплая вода, красивые тела. Как они сверкают на солнце...

— Так-то оно так... — протягивает Амая. — Но дело не в этом. У нас разные взгляды на жизнь, и по многим аспектам будут возникать споры. Принять-то она меня сможет, но понять — не думаю. В любом случае просто грустно думать о том, что наши отношения изменятся. Я не знаю, как сильно, но они уже не будут такими, как прежде.

— Все когда-то меняется, — я подплываю к Амае и, сложив локти на бортик, смотрю на нее. — Такая девушка, как Астарта, быстро найдет себе мужа. Не будешь же ты жить и спать в доме, где через стену своими делами занимается семейная пара? Кроме того, ты, что, плавать не умеешь?

Да, я девушка настойчивая, но не прямолинейная

— Умею, — Хофлер усмехнулась. — Правда, только на спине.

— Чего тогда ждать, если все равно не позагорать?

Да и загар, наверное, не был бы ей к лицу. Бледно-розовая кожа нравится мне куда больше.

— Эх, — Амая негромко вздохнула и спрыгнула в воду.

— Мне, знаешь, вообще тошно осознавать, что все меняется и мне когда-то придется работать, решать проблемы, возиться с документами, кредитами, платить по счетам.

Я на досуге продумываю бизнес-план. Полгода как у меня тоже никого не осталось. Мать уже давно умерла. Единственные родственники по линии отца умерли несколько лет назад. И вот ушел и отец. Осталась я одна. За мной числится несколько квартир, неплохой счет в банке и еще ряд мелкой недвижимости и транспорта. Если часть задвинуть и вложить куда-нибудь, например, в банк под проценты, то, наверное, можно жить до конца дней своих, не работая, занимаясь всякой фигней. Но даже это сделать должно быть геморройно. Сначала надо получить хотя бы диплом. Да...

— Менять все непросто, — девушка вслед за мной легла на воду. — Я всю ту неделю провела в раздумьях и работе над собой. Отказаться от компьютера и силы, оставив лишь час, сразу невозможно. Я пыталась постепенно сократить время использования. Сначала до восьми часов, а после до шести, пяти, четырех, сейчас вот на трех. Это просто ад. Как люди живут? Мне нечем заняться, ужасно скучно, не могу заставить себя даже книгу прочитать. Читать, переворачивая страницы, строка за строкой, тратя на это часы, когда я могла все шестьсот страниц прогнать за полчаса? Спасибо, но нет. Как здесь жить? Все такое тусклое и неинтересное. Все вокруг серое. Ощущение, будто меня пытают, и время идет так медленно-медленно. Я словно сходила с ума. И что вы находите в этой повседневности?

Несмотря на контекст, в голосе звучала ирония, и она не показалась мне отчаянной.

— Кажется, это называется ломкой.

Не могу не посмеяться над этим. Но отчасти я понимаю. Добро пожаловать, здесь вам не рады. В полку тех, кто не смотрит на мир через розовые очки, новый рядовой.

— Даже не представляю, в чем себя теперь реализовывать, что меня вообще заинтересует? Я много думала, потому как заниматься-то больше и нечем. И одно решила точно: на второй круг обучения я не отправлюсь. Физические нагрузки или даже спецгруппа саппортов — это не мое. Я не хочу даже думать о работе в команде.

Меня слегка удивило ее решение. Я думала, в ее ситуации логично будет согласиться. На самом деле, слушая ее, могу лишь позавидовать спокойствию и выдержке. Все это она говорит с улыбкой на лице, и сами слова не звучат фальшиво. Это трагедия в ее жизни, но она преподносит ее мне с юмором.

— А в мою команду бы вступила? — я могу отплатить ей лишь таким же подходом, говорить с иронией.

«Но, Арквейд, ты ведь всегда так себя ведешь!»

Правда, что ли?

— Это была бы довольно странная команда.

Мне приятно от того, что она не сливается, как большинство людей, или не устраивает фарс, а поддерживает.

Вот, Амая, я, например, тем и занимаюсь, что собираю коллекцию разнохарактерных персонажей, как-то взаимодействую с ними, угораю с них и все дела.

— Действительно.

Можно было бы взять еще Шико, которая наверняка бы не согласилась, но кто бы спрашивал? С ней нужно брать инициативу в свои руки. Она, видите ли, у нас сноб из высшего общества, фигура важная. Дама с характером и чувством собственной важности. Повезло вам, что есть я, укротительница строптивых. Даже несмотря на то, что мои способности на нее не действуют, могу, умею, практикую, подчиняю и властвую. А вы-то что бы делали с такой, не будь меня? В нашей команде она бы была атакером и тащила нас вперед, по возможности вливая донат в наш рост. Осталось найти еще двух отмороженных. Ну, Астарта, может, но вариант такой...

— Но спасибо за предложение.

— А если серьезно, как же диплом? Без него совсем непросто, а в твоей ситуации так и вообще проблематично.

Один маленький факт. Диплом об образовании — для мэсов один из самых важных документов. Без него не устроиться на хотя бы минимально приличную работу, не взять кредит, ипотеку, займ и так далее. Это своего рода показатель того, что ты добросовестный гражданин, умеющий контролировать свою силу. Ты обучен и воспитан, ты доказал обществу, что ты не отмороженный и не используешь свою силу во вред. Ты получил образование, отдал долг родине, отслужив в армии и, возможно, даже поработал. Да, в большинстве учебных заведений нужно отучиться, отслужить, поработать по контракту год, и только после ты получишь свой диплом и станешь почетным гражданином. Такой вот геморрой. Но я и все, в принципе, относятся к этому нормально. Если ты мирный законопослушный человек, то у тебя никаких вопросов к этой системе и возникать не будет. Вполне все по-обычному. Пункт с работой так и вообще сильно помогает в будущем. Есть, конечно, и механики обхода некоторых стадий, например, не служить, но не будем растягивать время, увеличивая количество символов. Не беспокойтесь, я служить не буду.

— Отучиться три года, скипнуть службу, год проработать, чтобы что? — девушка повернула голову набок и улыбнулась мне. — Чтобы выйти замуж, взять ипотеку и жить в кредит? В моем случае еще работая какой-нибудь официанткой. Просто чтобы общество тебя приняло с твоими особенностями? Жила себе как-то, не смотря на мнение других, и тут проживу. На дворе вторая половина восемнадцатого века. Сейчас интернет — неплохой такой источник дохода. Мне хватит и часа, чтобы заработать. Хакну, уведу деньги, никто и не заметит. Ты знала, что, чтобы взломать банкомат, мне достаточно пятнадцати секунд?

— Хочешь сказать, пойдешь по скользкой дорожке?

Она пока сама скорее всего не знает, как все будет. Может лишь предполагать. Но что-то мне подсказывает, что такая шутка вполне могла бы стать правдой в ситуации, когда решение не будет найдено или все пойдет не по плану.

— Нет, на самом деле с моей силой работа — не такая проблема. Мне уже предлагали работу в Ионе, даже с тем условием, что я могу работать час в день. Готовы даже предоставить переводчика и помочь с обучением их языку. Я давно с ними общаюсь, вот и на неделе списывалась.

Ионическая Федерация — продвинутое в технологическом плане государство. У них даже нет денег в твердой валюте. Они делают большой упор на сети и интернет, потому такие, как Амая, там нужны.

— И что, неужели уедешь? — интересуюсь я, косясь на девушку.

Мы, наверное, выглядим как два рельефных бревна, которые плавают себе по кругу. Хотя, если закрыть глаза и попытаться представить этот вид с берега, не так уж и плохо.

— Конечно, нет, — словно это было очевидно, отвечает Амая. — С уходом силы моя мечта поставить всех раком в кибер-мире разбилась. Моя вера в успех пропадает. И светлые мысли в тоске увядают. А мечта моей напарницы напрямую связана с этой страной. Она за мной не поедет, а мне нет резона бросать ее ради не пойми чего.

— Но ты намерена все равно уйти?

Все это довольно печально. Герои, к которым я привыкла — Амая, Адам, Селина, Ивая, Хрона, да даже тот же Нео, в скором времени покинут академию. Кто-то будет отчислен, кто-то по своей воле уйдет, а кто-то перейдет на третий курс и уедет. Ребята, с которыми я долгое время работала и строила отношения, пропадают. Кто-то обучал меня, кто-то делал за меня работу, а что теперь? На кого полагаться? Основной главой стану я. Часть рабочей незаменимой силы у меня заберут. Заберут все мои связи, которые я так долго оттачивала и выстраивала. Эх. А на место этих старых добрых механизмов придут новые, вроде Элы или Шико. Поступят первогодки, но будут ли они лучше? Будет ли с ними так же легко? Смогут ли они заменить эти шестеренки, а главное — выполнят ли их функции? Думать об этом мне сейчас не хочется, но такие мысли все равно лезут в голову. Обидно. Сколько можно работать-то?!

— Да. Это я решила точно, просто пока не знаю, как существовать за пределами стен. Наша школа-интернат была закрытого типа, потому можно сказать, что с миром что я, что Астарта совсем не знакомы. Непонятно, куда идти и что делать. Но я не думаю, что не справлюсь.

Да уж, ей предстоит тяжелый разговор со своей подругой. Ту ведь тоже покидают. Не знаю, сообщил ли ей Дмитрий о своем ахринительно благородном муве с ливом из команды, а в последствии и из аккадемии, но это первая потеря. А вторая — лучшая подруга. Классные новости ждут мою болтливую подружку. Походу, и мне пора уходить. Я ведь понимаю, что Астарта будет чувствовать себя покинутой и переключит свое внимание на меня, потому что ближе никого не будет. Спасибо за новые проблемы.

— Я решила, что пойду вперед. И пока Астарта будет тут, я все изучу и подготовлю почву для того, чтобы она могла спокойно влиться в этот мир. Я вправду все обдумала. Ей будет непросто, но нам нужно побыть поодаль друг от друга. Ей нужно научиться быть одной и справляться с проблемами. Она должна понять, что мир движется вперед, все меняются и нельзя держаться все время за кого-то. Она ведь думает, что помогает своим присутствием другим, убедила себя, что самопожертвование дарует ей счастье, но ведь это не так. Она совсем не понимает, почему от нее шарахаются люди, а все просто. Может, многие не понимают, но интуитивно чувствуют тяжесть, скрытую в ее душе. Такое никто не готов взвалить на себя под предлогом дружбы.

Амая озвучивает то, что я думала в отношении Астарты. Для меня это пару баллов в ее копилку с варильным горшком.

— Она хороший человек, и я думаю, многого добьется в жизни, но нужно ей помочь. И кто ей поможет, если не я? — девушка сделала паузу примерно в тридцать секунд, а после рассмеялась. — Подумала, что звучит как жертва ради гения. Обстоятельства сложились так, чтобы помочь ей в ее пути. И силу потому по высшему велению я должна была потерять. Вообще, когда я уйду, она наверняка спустя неделю прибежит к тебе, так что тебе тоже придется постараться.

— Великолепно.

Жду не дождусь этих времен. Нет.

— Не злись, я ведь знаю, что, как бы ты не отрицала, все равно ты любишь нас.

Смелое заявление.

— Ладно, ладно, — ровным тоном произношу я. — Раз уж я вас так люблю, то тогда помогу еще немного. У меня есть ключ от квартиры в Эфесе. А также, если хочешь, есть еще два варианта: квартира в Таки-пон на севере и Моден на юге возле гор Маскут. Можешь поселиться в одном из этих мест, если хочешь. Мне до выпуска все это все равно не нужно, а тебе всяко будет проще. У тебя ведь наверняка без диплома будут проблемы с арендой. Возможно, ты так не думаешь, но просто поверь на слово, бумажка значит больше, чем тебе может казаться. Да и денег наверняка у тебя не шибко много. Деньги за аренду уплачены и горят почем зря, так шо...

Так шо пользуйтесь моей добротой, пока я не решила, что можно, наверное, за коммуналку с Амаи взять. С каждой секундой эта идея мне нравится все больше. Система, настроенная моим отцом, автоматически снимает с моих счетов деньги за коммуналку и прочее. К моменту моего выпуска я потеряю немалую сумму. Жаль, что я не могу сейчас никакую из квартир продать…

— А ты у нас, оказывается, богатая девочка, — с упреком говорит мне Амая, пытаясь задеть, но я на такое уже давно не ведусь.

— Я — зажиточный крестьянин с наследством. Но если не хочешь за бесплатно, то можешь просто платить за коммуналку мне как арендодателю.

По меркам общества, довольно сильно зажиточный крестьянин. Иметь в столице квартиру с пятью комнатами — что это, как не роскошь? Ну в любом случае все претензии к моему отцу.

— Да нет, ты знаешь, я соглашусь. Как я могу отказаться, если та, которую не любит большинство, предлагает мне ТАКОЕ. Только из-за чувства того, что я особенная, стоило бы согласиться. Но что скажут твои родители?

Тон-то, тон какой! Ах. Сейчас развернусь и укушу ее за самое больное место — кончик груди. И тут начнется, как в этих ваших аниме. А на деле просто сохраню лицо кирпичом.

— Ну как тебе сказать. Никто ничего мне не скажет, я сама на все заработала, а значит, являюсь собственницей. Поскольку мы разобрались с моим отношением. То возникает вопрос, когда же ты собираешься поставить в известность о своих планах Астарту?

В столь острой ситуации, когда мне могут предъявить за мою наглость или посочувствовать, нужно сразу переводить тему.

— А какое твое отношение ко мне? — девушка заигрывает со мной.

— Ты специально это делаешь?

Будь мы на публике, я бы с радостью позаигрывала в ответ, дабы создать больше сплетен и непонимания, но в данной ситуации это все превратит в фарс. Я перевожу взгляд с неба на Амаю и сразу все понимаю. Она этого и хочет. КОПИРОВАНИЕ. Наглое копирование. Я получила ответ. Можно тикать... Ничего не напоминает? Нет?

******

Дальнейшие сцены были то ли настолько эротичны, то ли настолько жестоки и безжалостны, что их не пропустила цензура. Я хочу, чтоб вы думали в сторону первого варианта, представляя, где я своими ручонками забираюсь под купальник Амаи, приобнимая ее сзади, но, увы, в жизни не случается и второго варианта. На самом деле я все завуалировала, чтобы вы не подумали, что я, ну того, как Шико, короче. А может, и нет.

Мы говорили еще о том о сем. Думаю, разговор с Астартой состоится в скором времени, и результаты мне будут известны. Полагаю, Астарта все поймет и поддержит, ведь Амае сейчас совсем непросто. Она потеряла все, что у нее было — виртуальный мир, в котором она жила, и теперь брошена в реальный. Поставлена перед фактом, что нужно продолжать, но измениться и начать все с нуля. Мы смеемся, но я-то понимаю, что смеяться не над чем, но не могу не похвалить Амаю за силу. Главное, чтобы она, уйдя за стены академии, не раскисла и не начала катиться вниз. Такой вариант вполне возможен. Благо, это будет нескоро. Она сказала, что примерно месяц еще пробудет тут. Поговорит с администрацией, директором на этот счет. Это время ей нужно, чтобы обработать свою подругу. Несмотря на то, что теперь способность она старается использовать реже, помочь с организацией и играми она все же обещала. Сказала, что с этим проблем быть не должно. Отшутилась, что теперь в ее работе будет хоть какая-то рациональность и обдуманность. Ну, сложно не согласиться.

******

Минуя душ, где нет ничего интересного (только вода стекает по отлично сложенным женским телам, да легкий пар пытается прикрывать прекрасные формы) мы переносимся в раздевалку.

«Отлично поплавали и поговорили» — могла бы сказать я, если бы не одно «но»...

— Неееееет! — стоя на коленях возле растоптанных поломанных тел моих любимых, моих дорогих солдат в черной форме с белыми ножками, кричу я, пытаясь выдавить из себя слезу. Осторожно указательным пальцем я сгребаю прах их тел в кучку. Тех, кто сломлен пополам, беру и осторожно запихиваю в помятый гроб.

— Меня, конечно, радует, что ты с позитивом реагируешь на ситуацию, но... — конец фразы Амая опустила.

О чем говорить? Конечно, это ненормально.

— Я найду и убью того, кто это сделал с моими любимцами! — прижимая коробку из-под соломки в шоколаде к груди, кричу я, взглянув на Амаю.

Я еще не открыла шкафчик с одеждой, но уже все понимаю. Вокруг меня разбросаны такие вещи, как связка ключей, карточки, кредитка, значок студсовета на отрезанном рукаве рубашки и всякие мелочи вроде монет, что были в карманах моей формы. Я вздыхаю и, поднимаясь на ноги, открываю шкафчик.

— Все лучше, чем я думала, — спокойно произношу я. — Просто украли все вещи.

Полагала, что форму порезали или что-то такое, но нет.

— Ну, раз и нижнее белье забрали, то, скорее всего, это твой ярый фанат-фетишист, — пошутила девушка. — Ты как-то слишком спокойно на все это реагируешь. С тобой, что, такое часто происходит?

— А чего плакать, что ли? Биться в истерике? Как это поможет? Никак, только силы потратишь. Тут подобное со мной впервые, но в детстве частенько что-то крали, чаще всего обувь.

Инцидент неприятный, но я не переживаю. Судя по тому, что грабитель не забрал с собой ни одного предмета из моих карманов, а просто вытряхнул все на пол и оторвал рукав со значком, он понимал, что возьми он чуть больше, чем просто одежду, то ему 100%, ну вы поняли. А так, если, мало ли, его поймают, то тут есть вариант выхода, пусть и последствия будут плачевными. Выходит, это всего лишь угрозы. Или желание поглумиться, унизить мое достоинство, ведь мне в теории придется идти через весь корпус в одном купальнике.

— В любом случае, стоит проверить на наличие отпечатков и посмотреть записи с камер. Прощать такой вандализм нельзя, стоит сообщить, пусть разбираются, — возмущалась девушка.

Амаю, кажется, это беспокоит больше, чем меня.

— Ну, тебе повезло. Вот она, та, кто должен разбираться с этой проблемой. Стою перед тобой, не скрывая ничего, полностью голая. Давай, сообщай.

Да, решать такое должен студсовет. В более трудных ситуациях подключается персонал и директор. Их приплетать сюда я не хочу. Меня не погладят по голове за то, что я тут в бассэинах, понимаете ли, плаваю. Ха.

— И что, ты все так оставишь?

Я подхожу к двери, прислоняюсь к ней телом, на всякий случай, чтобы не радовать окружающих наготой, если вдруг там в коридоре есть люди, и приоткрываю дверь, выглядывая наружу. Дверь, к слову, ранее была закрыта.

— Замок взломан, — после проверки констатирую я факт. — Не думаю, что имеет смысл проверять тут все на наличие следов. Тот, кто был тут, пусть и принял спонтанное решение, но почему-то мне кажется, что действовал с умом.

Уж я-то знаю, о чем говорю, я тоже познала искусство взламывания чужих замков, да так, чтоб механизм не ломать.

— Но я все равно на всякий случай заберу этот рукав, — Амая не одевалась, будто бы поддерживая меня своей обнаженной натурой. — Но что с твоей одеждой и формой делать?

— Ну, для начала обещай мне, что никому не расскажешь, что тут произошло.

Не хочу получать втык. Я уверена, мне помогут, но, как все наладится, пропишут по первое число. Они и так это могут сделать, когда хотят, но тут как бы официальный случай. Мало того, что ты правила нарушаешь, так посмотри, к чему это привело. Да-да. Хейтеры.

— Хорошо, но ты будешь мне должна.

Хитрая лиса Амая понимает, почему я не хочу распространяться.

— А ты та еще зараза, — я вздыхаю. — Твоя прошлая личность была куда сговорчивее.

— Готовлюсь к реальному миру, — отшучивалась Хофлер.

— Ладно, я просто пойду и возьму новую форму. В кладовке есть комплект, который почти подходит мне по размеру. По поводу остального: посмотрим записи с камер, а там уже решим, что дальше.

Камера висит прямо над входом в раздевалку. Но у меня почему-то есть большие подозрения, что это нам ничего не даст.

— Тогда ты возьми мое платье и босоножки, а я пока тут тебя подожду, — сразу предложила девушка.

Мне ведь и вправду не в чем выйти, разве что в купальнике.

******

— Эй, красотка! — услышав окликивающий меня мерзкий голос, я лишь негромко вздыхаю. Не оборачиваюсь, не сбавляю темпа. — Красивое платье, тебе очень идет.

Догнав меня на лестничном пролете, передо мной встал Нео. Эти комплименты всегда были едкими и звучали скорее как оскорбительные насмешки.

— Для тебя стараюсь. Нет у меня времени возиться с тобой. Если это все, то я пойду.

— Ты и вправду стала избегать меня? — произнес он с усмешкой, оценивающе пробегаясь по мне взглядом с ног до головы. — Совсем нет времени на меня?

Смешно, сейчас бы, живя в одном доме с человеком, избегать его. Но нужно сказать, что в последнее время на территории академии мы и вправду сталкиваемся все реже и реже. Это не может не радовать.

— Ладно, хорошо. Валяй, давай поговорим, — я, скрестив руки под грудью, встаю у стены. — Даю тебе пять минут. Время, чтобы заинтересовать меня.

— Я, знаешь, прямо мечтаю увидеть, когда разобьется твоя защита, а под ней окажется милая девушка с блеском в глазах и милой улыбкой, — начал затирать свою тупую тираду парень. — Будь у меня больше времени, я бы мог с этим справиться.

— Я бы сама с радостью посмотрела на это. Удачи тебе, — сарказм не заставлял себя ждать.

Я бы и правда хотела бы взглянуть на такое, но со стороны. Интересно, насколько это противоестественно? Было бы мне отвратно? Может кто об этом фанфик напишет и скинет мне? Ха.

— Боюсь, с оставшимся временем мне не справиться, может, подкинешь мне свой номерок? — мастерский подкат от Нео.

Естественно, это все часть шутки, чтобы посмотреть на мою реакцию.

— О, как это мило, — подыгрываю я, пытаясь быть в этой фразе доброй и ласковой. — Конечно же, нет! Ты видел, чтобы я хоть раз пользовалась телефоном? Не такой ты и внимательный ко мне, каким себя нарекаешь. Хах. Осталось четыре минуты.

Этой фразой я обозначаю, что продолжать данную тему нет смысла, лучше найти что-то поинтереснее.

— Я знал, что в качестве первой игры ты выберешь спортивное состязание. Правда, думал, что благодаря моей подсказке это будет футбол, — парень сменил тему.

И вправду ведь понял.

Спортивная игра? Это намек на тот момент, когда мы сидели в гостиной, смотря футбол? Похвала себе, мол, какой я мастерский манипулятор. Возможно, это было толчком, не отрицаю.

— Даже если так, то какая разница? Хочешь, чтобы я тебя похвалила?

Я тут подумала, что есть один такой маленький момент. Мне так неприятен этот парень, что я, похоже, самовнушилась настолько, что и моя сила стала говорить о том, что он просто издевается надо мной, хотя это не всегда так. Он так часто менял манеру своего поведения, мимику и речь, экспериментируя со мной, что сила как-то сама подстроилась под этот фактор, находя во всем мерзопакостные побуждения.

— Я просто надеюсь, что остальные игры не будут такими банальными, — с его уст сорвался упрек. — Есть пожелание, добавь немного азарта.

— Опять двадцать пять.

Это началось давно, еще в конце сентября. Я уже была членом студсовета и исполняла свои обязанности. Мне тогда было скучно, я изучала местную среду и жителей, много времени проводила, бродя по жилому корпусу, невольно заглядывая в окна домов.

Как сейчас помню: седьмой ряд, третий с конца домик, в котором собирались ученики и играли в азартные игры на ставки. Там был он — Нео. Я навещала это место каждый день в течение недели, не как участник, как зритель. Тот, что в кустах обычно сидит. Это было то, что нарушает правила: игры на деньги, вещи и прочее. Нео был в этом неплох, но сейчас не об этом. Я подумала, раз я особо ничем не занималась, слушая упреки главы и угрозы о том, что меня выкинут, то... Раз тут подвернулась возможность, решила подняться в глазах Селины, выставить все так, мол, вот, следила, смотрите, нарушают, а вы говорите, бесполезная. Совесть, как тогда, так и сейчас меня не гложет, не я ведь нарушаю, я исполняю свои обязанности. Лавочку прикрыли, а я познакомилась с Нео. Парень сразу просек благодаря кому случилось то, что случилось. Решил познакомиться, но был так груб и невежественен, что вынудил меня отправить его на больничную койку. И пусть после он сбавил обороты, но не успокоился и стал с тех пор терроризировать меня. Со временем он решил, что моя личность довольно интересная, и в его башку взбрела идея.

Иногда проклинаю себя за то, что решила сделать благое дело и последовать правилам. Если бы не это, не было бы у меня этого свиного геморроя.

Короче, решил Нео поиграть в азартные игры со мной. Постоянно он меня склонял к тому, чтобы сыграть с ним. В какой-то момент мне казалось, что парень одержим этой идеей. Настолько часто и под разными предлогами он склонял меня. Все это со временем стихло, и причиной тому был клуб развлечений. Да, и такой был. Там, впрямь как раньше, стали собираться люди и играть в азартные игры, только ставки были шуточными. Вроде это клубная деятельность, псевдо-игры с псевдо-рисками для поддержания интереса. Правил не нарушает. Там Нео и завис. Его, похоже, интересовали не столько ставки, сколько сам процесс или чувство победы, я не знаю. Могу сказать одно: кайф он от этого ловит явный. Это видно по его глазам и улыбке. Его мимика всегда говорила о том, что ему скучно, но я чувствовала обратное.

Этому клубу тоже не суждено было просуществовать долго. Во время одной из партий в такую обычную игру, как шахматы, у одного из оппонентов случился сердечный приступ.

Парень помер.

Вот так вот. Да.

Долгое было разбирательство, и могу заверить вас, все не так чисто, как кажется. Виновных не нашли. Да и какие виновные могут быть в чем-то таком естественном? Короче говоря, у парня была печать на сердце, что и послужило причиной приступа. Ну, вы помните о такой штуке, я как-то уже рассказывала об этом.

Вернемся к клубу.

Его прикрыли, учеников распустили. Это была середина ноября. Селина решила, что теперь все, кто будет организовывать что-то подобное и регулярно играть в азартные игры, будут исключаться. Сами игры запретить нельзя, но условия создать мы можем. Нео вдруг вспомнил о старой знакомой — Арквейд. Буквально через пару дней после роспуска клуба он снова предложил мне сыграть, и я согласилась. Лишь потому что условия не были ему на руку. Ха.

Играем до трех побед в карты. Покерный дурак.

Различие с обычным в том, что перед тем, как отбить карты, игрок имеет право поменять две карты на две карты с колоды. Разница небольшая, но на деле довольно значимо усложняет игру, внося элемент психологии.

Условия: если выигрывает он, то получает награду в виде чувства собственного самоудовлетворения, ведь такая девушка, как я, снизошла до того, чтобы сыграть с ним. Если же выиграю я, то он до конца обучения здесь больше никогда и ни при каких обстоятельствах не будет играть в азартные игры. Отнять самое дорогое, самое важное. Кто бы согласился на такие условия? Даже при минимальном риске, никто бы не согласился. Никто, кроме этого идиота. Он еще до начала игры посчитал себя победителем, а такие условия могли только раззадоривать. Чтобы вы думали, счет три ноль в мою пользу. Никогда не забуду, как его скучающее лицо признало поражение. Едва заметный вздох и смирительная улыбка, которой он пытался мне сказать, что он все так и планировал. Парень тогда просто молча ушел и лишь через пару дней вернулся, чтобы сказать, что сдержит обещание. Из того далекого разговора я уже поняла, что нашла себе геморрой и теперь новой целью его психологических игр стала я. И похоже, мои навыки игры покорили его, так как он сказал, что при возможности хотел бы сыграть со мной снова и понять мое мастерство. Вернее подметить, парень хотел знать, почему я победила с таким счетом, в чем мой секрет? А секрета-то и нет на самом деле. Ха.

Должна сказать, что обещание он держит по сей день. Может, где-то и играл, не знаю. Мы решили устроить ловушку: подставные притончики, в которых бы собирались ученики и играли. Опуская подробности — всех желающих испытать судьбу, вкусить вкус азартных игр поисключали. Нео среди них не было. Так эту небольшую проблему мы решили.

— Выйдешь отседа через пару недель и будешь играть в свои азартные игры, сколько хочешь, с кем хочешь и где хочешь. Должна признать, мне приятно, что ты сдержал свое обещание. Так что осталось немного, потерпишь.

— Это было непросто, знаешь, — парень подошел ко мне, уперся рукой о стену и наклонился. — Может, тогда в качестве награды сыграешь со мной? Как тогда? В дурака. Что скажешь?

Его лицо находилось примерно в сорока сантиметрах от моего. Зрачки сузились и смотрели прямо мне в глаза, словно бросая мне вызов. Он говорил медленно, членораздельно, пытаясь понять, что я чувствую в этот момент. Я так думаю, это оценка того, есть ли шанс того, что я соглашусь в ближайшее время. Ха.

Какое разочарование. Вот уже конец марта, а мы так ни разу больше и не сыграли.

— Скажу, что у тебя какие-то слишком узкие взгляды, — усмехнувшись, я пальцами показываю на свои глаза, а после тыльной стороной руки отворачиваю его мерзкую рожу от себя. Второй рукой убираю его руку. — В общем, время вышло, свин. Я ухожу.

— Да, — произнес на глубоком вздохе Нео. — Похоже, вторую партию тебе не осилить.

Мне вслед летят монотонно сказанные слова, переполненные наигранным разочарованием. Я не оправдала чьих-то ожиданий. Какой ужас.

— Конечно, конечно, — произношу я, поднимаясь по лестнице, и даже не разворачиваюсь в его сторону.

Прости меня, Амая, что заставляю тебя там ждать.

******

Мне повезло, что в студсовете никого не было, и я спокойно поковырялась в кладовке и, не теряя времени, переоделась в форму, после чего вернулась к Амае.

— Милая девушка. У нас тут маньяки ходят, а вы пузом кверху лежите, раздвинув ноги, — я ставлю пакет с одеждой ей на живот.

Главное, что она нижнее белье натянула, а поза так-то нормальная для расслабления. Видать, совсем скучно было. Это все из-за одного идиота.

— Ну, значит, на одну жертву было бы больше. Сил сопротивляться у меня, все равно, нет, — она поднялась, поправила волосы и полезла в пакет. — Я тут записи с камер, пока ты ходила, посмотрела.

— Ты слишком беспечна, — без всякого удивления ровным тоном произношу я.

Шатаясь по академии, обязательно заглядывайте в самые дальние уголки. Там вы можете встретить светловолосую девушку, которая в нижнем белье будет стоять на месте, пялясь в камеру. Она будет проводить синхронизацию, отключаясь от внешнего мира, и потому вы сможете насладиться этим зрелищем в полной мере. Благо, уверяю вас, посмотреть есть на что.

— В какой-то момент абсолютно все камеры в академии отключаются на две минуты двадцать одну секунду, — не обращая внимания на мое замечание, говорила Амая, доставая из пакета платье.

Ну, это, конечно, объясняет, почему рукав просто оторвали, хотя снять значок много времени не занимает. Паника, что ли? Или, может, это намек? Порву тебя, как порвал этот рукав! Оторву тебя от общества, как оторвал рукав от формы! Фиг знает, я, наверное, не понимаю таких намеков.

— Вот как…

— Могу накидать список учеников, которые за пять минут до отключения двигались по направлению в эту сторону. Правда их много, так как ближайшая к раздевалке камера находится довольно далеко на стыке нескольких направлений и движение там довольно интенсивное. В тот момент была перемена, потому людей проходило много.

Это плохой вариант. Я имею представление, о каком месте она говорит. В принципе, неудивительно, что камера так далеко, так как бассейн располагается не особо то и близко к корпусу. А в сам бассейн в это время помимо спортивного кружка никто не ходит. Может, только после занятий, и то вряд ли.

— Есть другая мысль. Как насчет того, чтобы прошерстить анкеты учеников на наличие силы, которая могла бы отключить все камеры? Судя по тому, что наш неизвестный торопился, он знал, что время ограниченно. То есть у силы есть какое-то условие, это должно облегчить поиски. После посмотреть, где кто из кандидатов примерно находился в это время. Я проанализирую их поведение. Так мы найдем того, кто отключил камеры, а после и сообщников.

— Дельная мысль. Хорошо, я все организую. Записи с отрывками предоставлю, но полагаю, что в такой концепции главный подозреваемый — это я, — шутит Амая.

Кайфовое чувство, когда ты даже не просила об услуге, а тебе отвечают так, словно все сделают за тебя и помощь не нужна.

— Тогда мне остается понять мотивы твоих действий и узнать, как ты все это провернула, не уходя с поля моего зрения, — в ответ на шутку мне остается только так же отшутиться. — Я тогда накидаю список кандидатов помимо тебя.

— Да не надо, — Амая надела платье и улыбнулась. — Ты будешь полдня ковыряться только с анкетами, а у меня на просмотр профилей и записей уйдет минут сорок.

— И ты потратишь свой час на меня?

Сейчас я подумала, что для большей милоты мне не помешало бы умение расширять зрачки. Мол, мне приятно, я польщена.

— Конечно, любимая, никаких проблем, — съязвила девушка.

Мы договорились созвониться, списаться, встретиться, обсудить все вечером. Когда все это уже кончится... С другой стороны, что-то мне подсказывает, что, найдя этого пакостника, я найду и того, кто письмо мне подкинул.

32.Понедельник, 27 марта (часть 4)

В комнате четыре человека: я — раз, Аврора — два, Шико — три и по идее четвертой тут должна быть Эла, но нет, это кто-то лишний — Герхард. Мне не стоит обращать на него внимание, ведь он просто стоит позади Шико и молчит. Как мебель, как часть интерьера.

Я пришла, чтобы заняться делами, но почему-то занимаюсь фигней. Торчу в интернете, смотрю видео. Да... Когда-то сеть была местом творческим. Но это длилось долю секунды. После интернет стал свободным. Появилась куча новых лиц, вывалилась вся толпа бездарностей. И всем своим количеством они уменьшили долю талантов до ноля целых фиг его знает сколько десятых процента. Вот смотрю на экран, где проигрывается очередное видео, и думаю, как мы упустили тот момент, когда выключили зомбо-ящик, потому что там шлак и реклама, и теперь смотрим в интернете на какую-то унылую морду недалекого человека с плохой дикцией и маленьким словарным запасом, который рекламирует нам какие-то майки и прогнозы футбольных матчей. И вот интернет победил телевидение при помощи парня, орущего на компьютерные игры? Помнится, когда я еще была маленькой и только-только познавала интернет, все и вся вокруг — взрослые, фильмы, игры, книги — пугали тем, что мы погрузимся в сеть, перестанем друг с другом общаться. Интернет захватит весь мир. А ведь этого ничего не произошло. Интернет так и остался местечковым развлечением, очередная простая деталька в жизни. Кажется, я начинаю сходить с ума. Мне настолько скучно, что я от этого ударилась в размышления. Надо-надо работать. Ха.

— Мне кажется, кто-то из присутствующих здесь лишний, — закрыв очередное бестолковое видео, я смотрю на Шико. — Не могу работать. Своим присутствием Ваш паж держит воздух в комнате в напряжении.

Не смириться мне с этим. Совет все-таки — тоже клуб для учащихся. Своеобразный, но все же. У нас тут атмосфера была, мы дружили, общались на темы, от которых люди постарше кринжевали бы, рассуждали о том, что сиськи переоценены, ударялись в философию, пытаясь разобраться в том, какие сложные жизненные обстоятельства заставили людей тащиться от аморальных недалеких имбогероев. А теперь тут тишина. Все рушится из-за одного человека. Жизненно, я бы сказала, но сейчас я в силах предотвратить этот развал!

— Вас устроит, если на момент моего нахождения в классе студенческого совета, он будет находиться за дверью, охраняя вход? — не отрывая глаза от экрана ноутбука, интересуется девушка.

— Более чем.

Герхард покинул кабинет.

Мне казалось, это даст мне возможность чувствовать себя свободнее, появится рабочее настроение, но, увы, ничего не поменялось. Даже не получила чувства удовлетворения от достигнутого.

Прошло пять минут.

Бывают моменты в жизни, когда и делать ничего не хочется и при этом хочется что-то сделать. Какая-то ломка от скуки, и все задолбало, а решения никакого нет. Надо пересиливать себя, заставляя. Есть во мне одна плохая черта: делать все в последний момент. Если сейчас я еще могу получить снисхождение, оправдывая все предстоящими мероприятиями, то что мне придумать после? Список дел вгоняет в уныние...

Я закрываю лицо руками, пытаясь собрать всю волю в кулак. Я даже амебный поход не закончила. О боже. Я сдвигаю указательный палец вправо и открываю правый глаз, косясь на Аврору. Та, похоже, уже некоторое время смотрела на мою ломку и потому, встретившись со мной взглядом, смутилась, улыбнулась и потупила взгляд в экран своего ноутбука. Все сидят, уставившись в экраны своих мониторов, молчат, как, впрочем, и всегда. А да, все в порядке, я ж занимаюсь тем же самым. Амая сидит в сети, но не отвечает мне. Даже Сугата, который всегда что-то да пишет в ответ из вежливости, сейчас игнорирует мой спам.

— Аврора, ты, что, влюбилась, что ли?

Я пару минут в безысходности смотрела на нашу тихоню и заметила в ней изменения. Девушка, которая старалась особо ничем не выделяться, стала выглядеть более ухоженной. Появилась совсем легкая волна на волосах, тени на веках, яркий лак на ногтях. А главное, что с ее лица почти не сходила улыбка. Раньше подобное было редкостью. Особенно, когда она молчала. Кто вообще улыбается, когда молчит? Никто. Кроме Элы, конечно. Выходит, с весной девчонка расцвела?

— Да нет, — мечтательно произнесла она, улыбнувшись чуть шире.

— И кто же этот человек?

Я ничего не знаю ни об Авроре, ни о ее жизни, и, в принципе, меня это более чем устраивает. У нас что-то вроде деловых отношений с маленькой долькою тепла. Мы знаем друг о друге ровно столько, сколько нужно, чтобы здороваться, сохранять хорошие отношения и полагаться друг на друга в работе.

— Да мы как бы давно знакомы, — скромно проговорила девушка.

Сейчас можно узнать о ней чуть больше, но оно мне надо?

— Это замечательно, что у тебя хорошее настроение, — монотонно проговариваю я. — Самое то, чтобы продолжить нашу спецоперацию по удалению из академии ненужных амебных элементов. Может, своим настроением ты вдохновишь людей на подвиги!

— Я уже все сделала! — блеснув глазами, она улыбнулась мне, достала из бумаг возле нее документ и пустила его до меня по столу. — Вот отчеты по всем.

Ждала момента, когда я спрошу, да?

— Правда, что ли? — как-то внезапно улучшилось настроение, но я сохраняю ровный тон голоса.

Беру папку и начинаю пробегаться глазами по отчетам. Назовем это отчетом. Кто с какой проблемой, что сказал и какое решение принято. Мне надо лишь согласиться, и все вытекающие дела. Как это прекрасно! Так я могла бы быть главой вечно: давать указания, критиковать и просто читать бумаги по итогам. Идеально.

— Да, я вроде бы поняла, как нужно делать, и решила проявить инициативность. Попробовать себя в том, чем раньше не занималась.

— Молодец! — хваля свою лучшую подчиненную, я усмехнулась. — Даже с «осеменителем» разобралась?

Кто бы сомневался, что встанет вопрос об исключении. Мерзкий тип, который гоняется за каждой юбкой. Покоритель женских сердец. Даже если придешь с серьезным разговором, он все равно будет пытаться покорить тебя своим блистательным видом, комплиментами и умением говорить. Не самые приятные воспоминания. Вот уж с кем повторно видеться мне бы не хотелось. Как и сказал директор, контроль и правда должен быть более жестким. Конечно, разваленный совет тоже виноват. Но мы делаем, что можем. Так и выходит, что у каждого здесь своя цель: кто-то пришел ради бумаги, кому-то интересна учеба, кто-то ищет связи, для кого-то это время решить внутренние конфликты, а кто-то ставит в приоритет соблазнение учеников, восхождение на вершину авторитета, которую он сам себе выдумал, посредством силы, а кому-то подавай развлечения, и т. д., и т. п. Жаль, что вступительные экзамены, собеседование и тесты так легко можно обойти. Насколько меньше было бы проблем со всякими типами. Некоторые отбитые до сих пор ведь не вылетели и как-то держатся. Постойте-ка, но при ужесточении правил мне бы тоже было сюда не попасть. Господь, храни директора, храни систему! Но, пожалуйста, избавь меня в новом году от дебилов. Спасибо.

— Да я вот еще подумала о чем: разве это нормально, что ученики вступают в половые отношения друг с другом? — интересуется Аврора. — Мы не должны это контролировать?

— Да все в порядке. Добро пожаловать в реальную жизнь. Нам тут в основном всем по шестнадцать, семнадцать, восемнадцать лет, а это, как известно, возраст полового созревания, когда гормоны шалят и все дела. Нам хочется любви, а нас призывают к ответственности и сдержанности. Домики по пять-шесть человек, где все не знакомы друг с другом. Разве не романтика? Благоприятные условия, вода, отопление, кровати-полуторки. Девочки обращают внимание на девочек, мальчиков. Мальчики — на мальчиков, девочек. Все тут располагает к любви. Ограничивают тебя лишь твои рамки и нормы морали. Это нормально, пока ученики не говорят о том, кто, где и с кем спит. Пока мы не знаем об этом, пока они предохраняются, пока детей не рожают, все путем. За этим должны следить наставники команд, а мы лишь ведем контроль среди первокурсников и вмешиваемся, если уж дичь какая будет. Предотвратить подобное мы все равно не сможем.

— Арквейд, а ты уже не девственница? — негромко спросила Аврора.

Вопрос неожиданный. По крайней мере, от нее я такого ожидать не могла, но отношусь к такого рода интересу нормально. Я почему-то покосилась на Шико, а та, в свою очередь, оторвав глаза от монитора, посмотрела на меня.

— Я еще глупа и невинна, — спокойно отвечаю я, переводя взгляд обратно на документы. — Не встретился мне еще тот, от кого бы я сходила с ума. С мужиками нынче туго, поэтому…

Даже представить чисто теоретически такое не могу. Я больше верю в то, что если такой момент наступит, то это будет не по любви, а чисто физическим влечением.

— Прости, я совсем забыла, что ты отдаешь симпатию девушкам, — все тем же шепотом извиняется Аврора.

Вместо того чтобы посмотреть на Аврору, я почему-то снова кошусь на Шико, а та, подперев руками подбородок, с легкой улыбкой смотрит на меня. Она, что, считает, что это неловкая ситуация для меня?

— Я считаю, что глупо отдавать предпочтение чему-то одному. Чай культура располагает. Да и с чего ты вообще решила, что я по девчонкам?

Мы с Шико продолжаем смотреть друг на друга. Думаю, все, включая нашу скромницу, понимают, благодаря какой ключевой фигуре имеет место быть эта высказанная только что теория.

— Ну, — Авроре становится неловко, и она, наверное, жалеет о том, что начала этот разговор, — просто слухи разные ходят. Например, что ты некоторых девочек за грудь трогала, целовала.

Прошел всего лишь час с инцидента. Кто уже успел настучать? Нас было всего двое. И если я этого не делала, то...

Или это совпадение?

— Ну-ка, ну-ка, расскажи нам, кого ты там за грудь трогала? — масла в огонь подливает Шико, пытаясь устроить тут сцену ревности.

Тоже мне! Чтобы я заботилась о том, что обо мне думают люди? Да хоть на доске объявлений напишите, что я развратная кошелка. Мне по барабану. Есть одна древняя поговорка: «Проигрывает тот, кто признается первым». Например, если два человека влюблены друг в друга, и один из них признается в любви, то он проигрывает. Он добровольно загоняет себя в проигрышную позицию, при которой второму уже не нужно ничего говорить. Сдается мне, что большинство моих близких с людьми отношений именно на этой «цитатке» и построено. Мы знаем правду, мы знаем правила, но упорно продолжаем гнуть линию. Это забавно.

— Да, трогаю баб за грудь, и что с того? Да, много кого трогаю! Кто дает, того и трогаю. Разве это не прикольно? Приятное ощущение так-то. Я бы и мужчин потрогать не отказалась. Протестить прокаченность мышц в разных местах. Однако с парнями такая проблема, что понимают они все неправильно, чай еще ЧСВ свое повысят или подумают, что ты влюбилась, или того хуже — влюбятся сами. Начнут вести себя странно, склоняя сами понимаете к чему. А девчонок трогать весело, смотреть на их реакции. Я ведь только особенных, тех, кому на это по большей части наплевать, или тех, кто будет думать, а зачем это я сделала. Не трогаю скромняг, стесняшек, скучных, недалеких и еще много кого. Вот, например, Аврора мне неинтересна. Это все психология, вам не понять. Создать ситуацию, при которой можно будет потрогать грудь девушки, чтобы та не сочла тебя дурной, это настоящие искусство.

Я тут поняла, что вообще почти никого не трогаю! Как же много я упускаю. Новый день — новые разочарования.

— То есть мы с тобой недостаточно близки для этого? Мне стоило бы обидеться, — мисс Аглаофотис продолжает давить.

Мило. Я ведь запомню это, так и знай!

А еще мне что-то подумалось о том, что Шико так утверждает свои права на меня при Авроре. Шучу, конечно. Ха. Сейчас я жалею, что своими стараниями выгнала Герхарда. Интересно было бы посмотреть, как он отреагировал бы на такие вот заявления. Что сказал бы? Что сделал бы? Ему ведь небезразлична госпожа Аглаофотис.

— Просто я слишком люблю тебя и хочу, чтобы у нас все было по обоюдному согласию. По наитию, как в романах о чистой любви, — я отвела взгляд от Шико, посмотрев на Аврору, которая уже поняла, что это все шутка. — Мне интересно, чего тебя вдруг вообще такой вопрос заинтересовал, а, Аврора?

— Да я… — девушка, обратив взгляд на свои руки, водила большим пальцем правой руки по ногтю большого пальца левой. — Просто совета хотела спросить, а не у кого.

— Так вон у Шико спроси. Она — специалист в этих делах, стольких соблазнила, что ты и представить себе не сможешь. Даже меня смогла обольстить, а это, скажу я вам, о многом говорит.

Мяч неловкости переходит моей «возлюбленной».

Кто бы мог подумать, что самый скромный человек среди нас в интимных делах продвинется дальше остальных. Я не завидую. Просто говорят, что скромные девушки более привлекательны для партнера. Видимо, это правда. Судя по настроению, кого-то ждет свидание, и она рассматривает более тесную связь? Ха.

— Я тоже девственница, — скупо открещивается Шико.

Кто бы сомневался, мисс совершенство. Юная обольстительница, не доводящая дело до конца. Ох, уж эти мне странные развлечения! Ладно, может, ничего этого и не было, но разве я могла упустить момент, не вспомнив о таком?

— Боюсь, с вопросами твоей невинности мы тебе не помощники, — подытоживаю я. — Извини.

Хотя благодаря интернету и обществу кое-какими знаниями я все же обладаю. Чужим опытом. Правда, не могу сказать, что это полезные знания. Вы и сами понимаете, какого рода истории от грешников в интернете обычно бывают.

— Да нет, — усмехнулась Аврора. — Я не по этому поводу. У меня немного иная проблема.

И тут вдруг до меня снизошло озарение, что наша девочка уже, так сказать, женщина. В принципе, да. Разве это не норма?

— Вот как. Тогда тебе помогут женские форумы. Или постой, кажется, у Элы есть в этом опыт. С ней ты легко можешь поговорить о своих интимных проблемах.

Да, я не знаю, есть ли у нее опыт. Подозреваю, что нет. И поэтому, даже не видя этой сцены, я радуюсь, представляя этот неловкий разговор.

— Арквейд! — не то привлекая мое утраченное внимание, не то делая мне замечание, произносит Шико.

— Ладно, забыли! — сворачиваю тему я. — Вернемся к нашим баранам. Нужно все занести в компьютер и опубликовать результаты твоих стараний, а после выкинуть лишние элементы из академии.

— Я уже все подготовила. Зайди в админку на сайте, там в черновиках все лежит. Для досок я скину документ тебе на почту, — своей учтивостью удивляет меня Аврора.

Вся работа в этом направлении сделана за меня, осталось только совершить пару кликов, опубликовать результаты и сопроводить отщепенцев. Это меня радует, однако Аврора ждет своей награды. В первый раз я проигнорировала это, но сейчас она снова в ожидании. Девушка вроде и не говорит о ней, но всем видом демонстрирует. «Ну спросите же меня уже, чего я хочу. Я ведь не зря старалась?»

— Ну и чего же ты хочешь получить в награду за проделанную работу?

Если не поощрять работу, то за меня ее выполнять не будут. Хороший работодатель всегда поощряет. Сотрудники будут чувствовать себя нужными, понимать, что их труд ценят, и начнут отдаваться работе больше, иногда получая бонусы. Иногда это не так уж и много, если думать о том, сколько работы они будут делать ради этого. Сейчас я кладу первый кирпичик в свою империю ничего не деланья, где я при этом буду важной фигурой.

— Да ничего... — застенчиво отказывается Аврора.

— Говори уже. Если смогу, помогу, — подгоняю я нашу скромницу.

— Не могла бы ты разрешить мне уехать на пару дней, если это возможно, — осторожно интересуется девушка.

Думаю, она понимает, что под конец года это не самое простое — получить разрешение на выезд на несколько дней. Но глава студсовета в принципе может такое организовать.

— На свидание, что ли, собралась? — ямочки на ее щеках говорят сами за себя. — Эх, не самое удачное время ты выбрала для романов. Уж скоро экзамены, и все такое. Я, конечно, попробую выпросить для тебя пару дней, но если откажут, то не серчай. Какие дни тебе нужны?

Для подобного нужна моя подпись и подпись завуча, а она — женщина у нас со своими тараканами. Не очень-то мне хочется к ней идти. Аврора говорит, что ей нужны спаренные дни. Я предлагаю ей пятницу и понедельник вместе с выходными, а во вторник она должна будет подойти на станцию в Сибасте, куда обычно подъезжают наши ученики. Там она сразу станет помощницей Эле, а вечером вернется вместе со всеми в академию. Такой вариант, естественно, ее более чем устраивает.

33.Понедельник, 27 марта (часть 5)

Я спускаюсь на первый этаж. Мой взгляд по инерции смотрит на нужное мне место — выход. Там, слева от двери, держа две баночки кофе, стоит учитель ифаритов. Он смотрит по сторонам в поисках кого-то в потоке учеников. Хватает пары секунд, чтобы понять, что пришли за мной. Его взгляд едва уцепился за меня, а он уже поправляет пиджак и выдвигается в мою сторону. Инстинкты подсказывают мне, что надо валить. Я разворачиваюсь. Делаю вид, что не заметила учителя, что что-то забыла. Топаю вверх по лестнице.

— Арквейд, подожди, пожалуйста, — окрикивает меня преподаватель.

Бежит, чтобы догнать меня. Ха.

— Ваше поведение слишком очевидно, — произношу я, развернувшись к парню. — Вы еще ничего не сказали, а я уже все понимаю.

Эннио, двадцать лет. Учитель наших горячо любимых школьников-юристов, класс которых располагается во втором корпусе. Корпус второй, а это вроде как первый, ему тут делать нечего, и вряд ли он просто хотел заглянуть в учительскую. Кроме того, мимика на его лице, как и всегда, была уж слишком очевидной. Только дурак не понял бы его намерений. Я уж молчу о дурной традиции с баночками кофе. Используют такой жест обычно на работе в каком-нибудь офисе. Начальник подходит к столу сотрудника и молча ставит на стол баночку кофе, что является приглашением на разговор. В такой ситуации подчиненный сразу понимает, что разговор будет серьезный, скорее всего, о повышении, переводе, увольнении или чем-то таком. В общем, намерения мне примерно понятны.

— Если ты сразу все поняла, то зачем убегаешь от меня? — поинтересовался, слегка улыбнувшись, учитель.

— Мне хотелось, чтобы мужчина хоть раз в жизни побегал за мной.

Причины моего побега кажутся мне предельно ясными, потому озвучивать их нет смысла. Не уверена, что Эннио их понимает, но буду надеяться на его сознательность.

— Вот как, — он усмехнулся и протянул мне банку. — Нам с тобой нужно поговорить о твоей учебе, посещаемости и успеваемости.

Вот опять! Ну сколько можно? Когда думаю об учебе, начинает болеть голова. Или это от того, что я осознаю, что сейчас будет тирада о важности посещения и оценках?

— Хотелось бы мне польститься Вашей заботе обо мне, но скажите честно, учитель, кто и зачем Вас подослал? — беря банку, я соглашаюсь на разговор.

Будто бы у меня есть выбор... Еще и кофе, судя по упаковке, горький, без сахара. Никакой заботы.

— А ты, как всегда, проницательна, — парень опустил плечи, словно почувствовав облегчение. — Давай перейдем на «ты», пока мы один на один.

Кажется, эта просьба в наших диалогах становится обыденностью. Несмотря на то, что Эннио — учитель, парень он довольно простой. Я бы даже сказала, чересчур простой. С клишированными идеалами, ценностями, понятиями о добре и зле и т. п. Это «Вы» причиняет ему некий дискомфорт, так как разница в возрасте у нас едва заметна. Наблюдая за ним со стороны, кажется, что он уже привык к этому «Вы». Но, судя по всему, это лишь видимость.

— Простите, но я не могу. Вокруг нас снуют ученики, которые невольно да слушают разговоры. Кроме того, серьезной беседы не выйдет, если мы будем общаться на «ты». Ваш авторитет затеряется, и мне больше не нужно будет прислушиваться к вашим словам, — в который раз повторяюсь я.

Да и общаться на «Вы» куда забавнее. В данном случае, полагаю, он будет выступать по просьбе и от лица каких-то других учителей. Значит, это «Вы» будет грузом ответственности, а этим я бы могла воспользоваться.

— Пожалуй, ты права, — он вежливо слегка нагибается и одним жестом расправленной ладони, указывающей направление вперед, приглашает пройтись.

— Не хотите же Вы мне сказать, что в данном случае о разговоре со мной Вас попросил Такего?

Это было бы в его стиле. В связи с предстоящими играми мы с учителем видимся каждый день, но об учебе не говорим. Разве что он мельком интересуются, как там моя успеваемость. Хоть ему и не по душе мое игнорирование большинства предметов, но вроде как у нас есть какое-то взаимопонимание. Учитель осуждает меня, но не давит, не пытается менять мое мнение. Обычно в спорных ситуациях он прибегает к привлечению кого-то третьего. Нейтральная сторона в большинстве случаев соглашается с его позицией, и весы начинают перевешивать в сторону Такего. Так это, по идее, должно стать для меня призывом задуматься, показать, что мои суждения неверны. Я думала, что он давно должен был понять, что, хоть весь класс учеников будет против моего мнения, я все равно не соглашусь со всеми, меня это только больше раззадорит. Я знаю, никто не любит таких упрямцев. Они создают проблемы.

— Нет, — Эннио усмехнулся, и сразу стало понятно, что моя теория даже не близка к истине. — Такего Шинрот как раз таки наоборот защищал тебя и пытался объяснить твою позицию.

— Вот как, — услышанное заставило меня улыбнуться.

Мне хотелось сказать: «Ах, учитель, я не ошиблась в Вас», но после в голову закрались подозрения. А зачем? Ответ вроде лежит на поверхности: меня приглашали вступить в команду. Так, посредством сарафанки, я узнаю об этом, и мое мнение меняется в лучшую сторону, сердце оттаивает, и я на радостях соглашаюсь терпеть Изуми и ее новых друзей. Но тут в тупик меня ставит мой старый вопрос. За каким чертом такая, как я — кривуля от мира мэсов, с небоевой способностью — ему в команде? Как говорит Шико: чтобы что? Ответ находится только в его доброте и желания помочь мне в моей нелегкой игре «Скрой, что ты, может быть, не так уж и плоха, и не пойди в армейку». И как должен чувствовать себя ученик, который понимает, что он в команде только из жалости? Нормально! Пожалуй, стоит согласиться.

— Скоро экзамены, в учительской часто обсуждают учеников и их успеваемость. И есть те, кто обеспокоен твоим отношением к учебе. Многие думают, что ты можешь провалиться. Тех преподавателей, кто постарше и ранее уже к тебе подходил, ты не слушаешь, потому все решили, что кто-то твоего возраста смог бы наладить с тобой контакт. Найти общий язык.

— Да нет, не было ничего такого, я всем нормально отвечала. Говорила, что беспокоиться не о чем, я справлюсь.

Давайте убедимся в том, что я всех заверяла, что все хорошо. Три примера:

1) Учитель по праву

— Мисс Либерт, когда Вы порадуете нас своим присутствием?

— Да, в скором времени. Загляну, когда придет время сдавать зачеты.

— Помнится мне, прошлую аттестационную работу Вы едва осилили. Как Вы собираетесь сдавать эту, если перестали посещать лекции совсем?

— Да ладно Вам, учитель. Как-нибудь сдам. Не самый полезный предмет, он мне все равно не пригодится.

— Как же Вы собираетесь жить, не зная законов и правил? Во взрослой жизни многое устроено иначе. Как Вы, будучи мэсом, сможете избегать возникновения затруднительных ситуаций?

— Если что нужно будет — найду в интернете.

2) Учитель по командной работе и тактике

— Арквейд, я все понимаю, ты — девушка смышленая, но если не начнешь посещать практические занятия, то наверняка провалишься на зачетах, как и в прошлый раз. Ты ведь совершенно не умеешь работать в команде и без практики вряд ли устранишь свои недостатки.

— Да все путем, просто мне не повезло с моими сопартийцами. Какой-то монах, желающий стать богом, перец, утверждающий, что он из другого мира, баба-ролеплейщица, которая типа раньше была мужчиной, и деградант, кричавший, что у него какая-то система и он всех нагнет. Вы серьезно? Думаю, второй раз мне такая беда не грозит. Кто вообще придумал работать в команде со случайными союзниками?

— Только вот все вышеперечисленные получили от семидесяти балов, в то время как у тебя ноль.

— Вот уж действительно необъяснимое явление. Истинные таланты никогда не признавались обществом.

3) Учитель по естествознанию

Забудьте, что я говорила о праве. Вот это уж реально бесполезный предмет! И зачем он вообще в программе обязательных предметов?

Таким образом, мы понимаем, что моей вины нет. Спишем все на обстоятельства. У меня просто не было шанса доказать, что я могу. Плохой вариант теста, отбитые члены команды, неподходящее поле битвы. Везде был элемент случайности, а я в таких случаях всегда вытаскиваю самый несчастливый билет.

— В любом случае, почему обо мне так пекутся? Помнится мне, правила позволяют не ходить на ненужные мне лекции, занимаясь только тем, что интересно, — лучшее правило за всю историю системы образования. Ха. — А если я не справлюсь, завалю промежуточные зачеты, экзамены, то со мной просто попрощаются. Никто ни за кем не следит, никто никого не принуждает. Разве не так? Если ты слаб, то до свидания.

— Арквейд, — преподаватель вздохнул так, что я сразу поняла, мое возражение для него как кость в горле. Назвать имя — это в данном случае призыв послушать. Парень несколько секунд молчит, после чего открывает свою банку кофе и делает глоток. — Учителя видят в тебе потенциал, в твоем взгляде виднеется ум и понимание. Это то, чего у многих нет. Мы просто пытаемся помочь тебе раскрыться, реализоваться и не понимаем, почему ты так упорно не хочешь постараться приложить немного усилий. Как учитель, скажу тебе, что часто чувствую разочарование, когда кто-то из моих учеников может достичь успеха, может справиться с проблемой, но не хочет. Порою это ставит в тупик. Правила — это скорее условность, обстоятельства, в которых ученики могли бы лучше себя раскрыть. Другие, вроде тебя, из тех, кто не ходит на занятия, справляются намного лучше, и их оценки говорят сами за себя. У тебя же нет успехов. Я посмотрел на твои оценки. Твой средний балл — тридцать пять. Учитывая, что двадцать девять — это неудовлетворительно, результат не самый лучший, правда? Я молчу про предметы, связанные с взаимодействием с другими учениками. Там у тебя вообще ноль и письменные жалобы от тех, с кем ты была в команде. Они считают, что если бы не ты, то их балл был бы выше. В чем проблема? Почему ты так пренебрегаешь социальными навыками? Почему ты не хочешь никого слушать?

Не нравится мне тон его голоса. Ощущение, будто я на приеме у психолога, который пытается разгрести мусор из моих воспоминаний в поисках проблемы. Полегче, учитель, Вы слишком далеко пытаетесь зайти.

— Как насчет того, чтобы поговорить о том, что по защите и самообороне у меня сотня? — да, это два разных предмета. — Почему за это меня никто не похвалит? Учитель Такего говорил, что при хороших оценках в одной области, закроют глаза на другие. Я не хочу распыляться на все подряд и сконцентрировалась на чем-то одном, что мне наиболее интересно.

Правда, тогда я думала, что это поможет мне найти более-менее сносную команду, а не попасть в категорию отсталых, чтобы потом соединили со всякими ущербами. Увы, не срослось.

Тем временем мы вышли на улицу. Я бы хотела написать об убранстве, о том, что происходит вокруг и так далее, но, увы, я даже цвет стен правильно не смогу определить. Не моя сильная сторона, но если хотите, я могу поискать в интернете описание и нагло вставить его, переставив слова местами. Благо, подобная практика у меня уже была. Ха.

— Это не совсем так. На первом курсе зачеты, так или иначе, тебе придется все закрывать. Со второго, когда у твоей команды будет учитель, уже он будет определять направление твоего развития. Ты можешь изучать что-то одно в усиленном темпе, но твои незачеты все равно должны исчезнуть. Я тебя ни в коем случае не осуждаю, — «я тебя еще как осуждаю». — но если у главы совета находится время, чтобы нарушать и игнорировать правила, то у нее, наверное, нашлось бы время и немного поработать над собой. Не думаешь?

Да, это ни в коем случае не звучало грубо. Ладно, на самом деле мне даже немного жалко этого парня. Жертва учителей. Он так старается, говорит мягко и за свои слова чувствует угрызения совести. Такой вот у нас пациент. Это тот тип людей, которые после разговора еще полдня ходят и думают, а все ли правильно они сказали. Винят себя за то, что были слишком резки, неправильно изложили мысль или чего-то не досказали.

— Разве теми, кто нарушает правила, не восхищаются?

В книгах ведь всегда так? Правда, в итоге герой кого-то побеждает, спасает, а я же только выбиваю материалы на крафт.

— Я начинаю понимать других учителей. С тобой невозможно нормально разговаривать.

Такими темпами учитель выпьет содержимое банки быстрее, чем я притронусь к своей. Нервы. Итого нам понадобилось полгода и четыре с половиной страницы, чтобы прийти к верному выводу. Еще чуть-чуть и придет понимание того, что меня лучше не трогать. Как Вы и сказали, учитель, я девушка умная, как-нибудь разберусь со всем этим сама.

— Я сама, бывает, соболезную людям, которым приходится общаться со мной…

Шикуле, например. Прекрасная возвышенная дама, а вынуждена быть в моем обществе.

— Я не хотел тебя отчитывать или просить взяться за ум. Я хотел поговорить о тебе, понять, чего ты хочешь, кем ты видишь себя после выпуска, какие у тебя мечты, цели…

— Я хочу взять грандмастера в одной компьютерной игре, — говорю первое, что пришло в голову.

— Я про нормальные реалистичные цели, — терпеливо говорил учитель. — Про дом, работу, семью. Чего ты хочешь достичь в жизни?

Уместно ли будет сейчас перед учителем ударяться в бредовую полемику? Парень, все-таки, молодой, понимающий, так что…

— А это, значит, цель нереальная? Почему никто не хочет принимать чужие цели и стремления? Какова конечная цель мечты? Обретение счастья, правильно? Вот Вы, учитель, хотите купить машину, иметь дом в городке под названием Ходмезевашархелии, перевезти туда свою возлюбленную, сделать ей предложение и преподавать там в университете, верно? — не спрашивайте, откуда я знаю. Я ведь говорила, что человек он приземленный. — Это сделает Вас счастливым. И Вы считаете это правильным, потому что многие хотят того же самого. Но вот я говорю Вам, что хочу стать грандмастером в какой-то компьютерной игре. И Вы смотрите на меня и думаете: «Ну не идиотка ли?». А ведь это в абсолютно той же степени сделает меня счастливой. Это то, к чему я стремилась на протяжении многих лет так же, как Вы — к покупке дома и машины. Вы прилагали силы, работая, а я прилагала силы, совершенствуя свой скилл.

— Я не совсем понимаю, — морщась, Эннио пытался вразумить, что я несу.

— Я приведу пример попроще. Работа. В офисе, в цеху, неважно. Все поощряют работу, но вот я говорю Вам, что хочу стать художником. Вы нехотя согласитесь, пожелаете мне удачи в этом непростом пути, хоть и посчитаете, что художников и так много и профессия не самая удачная, не самая прибыльная. Но вот я говорю, что хочу стать киберспортсменом, и Вы уже думаете, что за чушь. Это вообще профессия? Какой от нее толк? Вы скованы рамками общества. Вы не хотите принять то, что спустя пять, десять лет, возможно, станет нормой.

— В твоих словах есть рациональное зерно, — принимая позицию, соглашался учитель, — но если ты собираешься добиться успехов в компьютерной игре, то где ты возьмешь деньги на проживание?

Мою пламенную речь он воспринял серьезнее, чем я думала. Наивность поражает. Сейчас бы мне мечтать стать киберспортсменом.

— Я девочка богатая, у меня достаточно денег, чтобы жить и не работать, — я открываю банку, решая все-таки попробовать кофе на вкус.

— Ты противоречишь сама себе. Когда-то ты говорила, что в студенческий совет вступила только ради денег. Те, у кого есть лишние средства, не преследуют таких целей, — подметил учитель.

Признаю, я такое и вправду говорила.

Кофе без сахара пить невозможно. Гадость. Во мне вообще, знаете, много противоречий. Вот, например, если я люблю наблюдать, стоя сзади, то почему я выбрала роль танка, который должен вести всех за собой? Разве, как бы смешно это ни звучало, мне не подходит больше роль поддержки?

— И ради компьютера еще. Не забывайте о целях в играх. А так, когда вступала в совет, деньги были важны, а тут на мою голову обрушилось наследство. Да и кто откажется от лишних денег?

Я иногда сама задаюсь вопросом: «А зачем мне нужен этот совет?». Прихожу к ответу, что тут довольно забавно, есть много кнопок для манипуляции во всех сферах. Я — президент, со мной считаются, меня любят и ненавидят, потому что мои руки могут дотянуться до любых уголков жизни обычного студента. Улучшить ее или испортить.

— И совесть тебя не будет мучить за то, что ты растрачиваешь впустую оставленный тебе капитал?

Мы вышли на аллею. Проходя мимо урны, Эннио сделал последний глоток кофе и выкинул банку, пригласив меня присесть.

— Человек, оставивший мне капитал, — «совершил большую ошибку». — хотел, чтобы эти деньги достались мне. Чтобы я их тратила. Он полагал, что с ними я смогу жить так, как хочу. Если бы он не доверял мне, то наверняка бы отдал все правительству или на благотворительность. Но он оставил свои деньги мне, зная какой я человек. Да и какой смысл в накоплении?

— Слушая твою речь о том, что все у тебя есть и ничего больше не нужно, я задался одним вопросом. Зачем тогда ты вообще сюда поступила? — парень выглядел довольным, будто бы осознал, что мои слова не несут в себе никакого здравого смысла, в них нет логики, и потому преимущество на его стороне.

Пора заканчивать этот разговор. Было весело, но я потеряла слишком много времени ни на что.

— Учитель. Не буду Вас мучить. Вы пришли, чтобы я дала Вам ответ на вопрос об учебе. Когда я начну учиться? Когда улучшатся мои отметки? Что я собираюсь делать? Не переживайте, мне и без Вас уже проели весь мозг этим. По большей части делая упор на то, что я важная уникальная незаменимая личность. Часть академии, ее лицо, глава студсовета! Короче, директор мне уже намекнул, что пора взяться за ум. Я возьму себе репетитора и быстро подтяну знания. Можете даже не спрашивать, кто это, не скажу. Уверяю, что это будет один из лучших учеников.

Просто достали меня. Говорили, никакой заботы о вас не будет. А тут сам директор так невзначай спрашивает, мол: «А как у тебя с учебой? Как насчет сдать хотя бы на шестьдесят баллов? Слабо?». Я, конечно, немного утрирую, но это был явный вызов. Польщена, что великий ученый Акира Ватершайн обратил на меня внимание и, заприметив мою слабость, решил воспользоваться ей во благо мне. Такой хитрый, острожный и мягкий голос был, мол, ему все равно, но... Еще и Шико по этому вопросу приставала. А мы-то Ваших оценок вообще в глаза не видели, уважаемая! Вы поступили на второй курс, где система баллов уже совсем другая. Нет тупых предметов. А на словах вы все отличники.

— Не понимаю, правда ли это или ты так пытаешься от меня отделаться? — с подозрением посмотрел на меня Эннио.

— Хотелось бы мне, чтобы это было ложью, но, увы, — я встаю со скамейки и кладу руку на сердце. — Клянусь, что говорю чистую правду. Чтоб мне век Нео не видать. Обещать высоких баллов не буду, но меры будут приняты.

— И ради чего была вся наша беседа? — положив руки на колени, он вздохнул и встал на ноги. — Тебя, что, действительно веселит так общаться с людьми?

— Нет, конечно, — я улыбнулась. Пыталась сделать улыбку доброй, и, судя по реакции моего собеседника, у меня получилось. — Я просто не умею вести беседу. Теряюсь. Не знаю, с чего начать, а после не могу остановиться. Неудобно. А мне ведь просто хотелось спросить у Вас о том, как так выходит, что люди без силы могут запечатать силу мэса? Как можно победить магию без магии? Просто не знала, как подвести к этому беседу, которая начиналась совершенно с другого. Каюсь, преследовала корыстные цели.

— Вся суть в том, что подбираются специальные люди. Те, у кого невероятна малая концентрация мариала, — это то, из чего состоят вкрапления. — И тот находится не в скелете, а в виде мелких точек в сердце. Таким образом, кровь содержит невероятно совсем небольшой процент мариала, но этого вполне достаточно, чтобы мы могли концентрировать энергию, применяемую в запечатывании. Таких людей очень мало, они по-своему ценны. Кроме того, используется специальная краска в состав, которой входит...

Он и вправду стал рассказывать…

— Да я шучу, — прерываю я преподавателя, предполагая, что сейчас эта скучная лекция затянется надолго. — Мне не особо интересно. Просто хотелось провести время с приятным мужчиной. Вы ведь не часто удостаиваете меня своим вниманием, учитель. А так я немного узнаю о Вас и Ваших взглядах.

Неоспоримое преимущество девушек — это обаяние и умение заигрывать. Тебе простят многие вещи, если вдруг ты станешь милой и стеснительной. Ха.

******

Раз уж мы вышли на аллею и стали двигаться в сторону жилого корпуса, то я решила допройти этот путь и заглянуть домой. Наконец сниму этот пресловутый купальник и верну его на место. Заодно перекушу, хотя время уже далеко не обеденное.

В гостиной, уныло водя пипидастром по вертикальным поверхностям моего замка, наводит чистоту Эла. Что значит «уныло»? Расстроенная чем-то девушка погружена в себя, от того движения лишены энергии и часто бессмысленно повторяются. Впервые вижу ее такой. Нет улыбки, и от того, что смотришь на нее, сам начинаешь чувствовать тяжесть. Я некоторое время наблюдаю за ней, плечом опираясь о дверной косяк.

— Решила прибраться? — стоит ее глазам наткнуться на меня, как я тут же начинаю разговор.

Не думаю, что у Элы могло приключиться что-то серьезное. Наверняка поссорилась со своей командой из-за меня или что-то в этом духе. В любом случае лучше поддержать ее и разобраться сейчас, а то мы лишимся единственного, кто несет в народ позитив под флагом студсовета.

— Да, — девушка вздохнула. — Давно думала об этом, потому как, похоже, здесь довольно редко убираются. Ты ведь не против?

У каждого свои срок и понятие чистоты. Раз в пару месяцев прошелся тряпкой — и нормально. Но если ей хочется тратить так время, то мне все равно.

— Не против. А с настроением что?

— Да все в порядке, — теребя пальцами кончик пипидастра, она задумчиво отвела взгляд куда-то в сторону. — Ничего такого, в принципе, не произошло...

— Ну так?

Такой уклончивый ответ с ее стороны будто сам просил меня поинтересоваться, в чем дело. Остается только протянуть руку и подтолкнуть.

— Просто звонила мама, — сказав это, она замолкла. — И мы с ней снова поссорились.

Никогда бы не подумала, что такая девушка, как Эла, не в ладах со своими родителями. Вот так дела. Семейные драмы, конечно, не мой профиль

— Если хочешь, могу обнять.

Ее убитый вид так и подталкивает ее пожалеть. Это все, что я могу предложить в качестве поддержки. И это не потому, что я на сто процентов уверена в том, что она откажется от такого предложения. Сам факт будет большим плюсом к морали.

— Хочу.

Похоже, где-то моя система дала сбой. Немного моего тепла взамен плюса к отношениям и мотивации к работе — не такая уж и большая плата.

Я раскрываю объятья. Эла бросает пипидастр на диван, после чего, обнимая, прижимается, положив голову мне на грудь.

Да... Неловкая ситуация.

— Я устала. Не знаю, что мне делать, — прошептала она. — Мама очень любила брата и после его смерти долго приходила в себя. Но она справилась, продолжила жить и работать, ведь у нее была я. Мама всегда много работала, и у нее практически не было выходных, потому дома она бывала не часто. Хоть и работала она иногда, пару дней не возвращаясь домой, на нескольких подработках, но всегда была на связи, всегда контролировала меня. Мама уже забыла, что такое отдых, какие-то отношения, любовь. Она всегда жила ради нас с братом, а после — только ради меня. Я все, что у нее есть. Я чувствую, что должна ей, что не могу оставить ее, не могу спорить с ней, потому что, если против нее пойду я, она не выдержит. Пока жили вместе, часто ссорились из-за всяких пустяков, но как-то справлялись, мирились. А теперь, на расстоянии, мы перестали находить взаимопонимание совсем. Ругаемся, да так, что каждый раз кажется, куда еще больше, куда хуже, но... Я люблю ее и скучаю, иногда хочется поговорить, и мне кажется, что ей тоже хочется услышать меня, но каждый раз все кончается одинаково. Она не хочет услышать меня, а я ничего не могу сделать. Разговоры кончаются всегда тем, что мама говорит, что лучше бы меня не рожала. А сейчас сказала, что вместо брата лучше бы умерла я.

Мне интересно, но, полагаю, неуместно спрашивать, с чего должна начаться ссора и как развиваться, чтобы дойти в итоге до этого.

— Я правда не знаю, что тебе сказать, что посоветовать. У меня самой в отношениях с родителями всегда были проблемы.

До такого, конечно, никогда не доходило. Да и не сказать, что мы ссорились. Отец хоть никогда и не говорил, но я и без слов понимала, что он меня, несмотря на все, любит. Думаю, и он тоже понимал, ведь я поступала так же. Только моя любовь — скорее благодарность. А в разговоре понимания найти нам, увы, было не дано.

— Все в порядке, — по голосу я поняла, что эти слова Эла произнесла с улыбкой, кажется, поняв, что от темы и ситуации я на какое-то мгновенье почувствовала себя неловко. — Спасибо.

— Я ничего не сделала, — в ответ на благодарность отвечаю я.

Девушка выпустила меня из объятий и, подняв голову, улыбнулась. В уголке ее глаз поблескивали слезы, которые она одним легким движением руки вытерла.

— Просто из-за того, что ей приходилось много трудиться, бороться и жить, проглатывая обиды, у нее сложился такой скверный характер. Она прямолинейна, упряма, никого и никогда не слушает. Мне остается только улыбаться, поддерживать и соглашаться.

Ну, будь на ее месте я, то легко бы решила такую проблему своим наплевательским отношением. Тебя не заденут оскорбления, если тебе пофигу. Вот уйду, не будет у Вас поддержки, тогда Вы, может, и поймете, что не стоило так себя вести. Увы, у Элы совсем другой характер, она так поступить не смогла бы.

— Да уж… — не находя слов, произношу я.

— Не переживай, я привыкла, — звучали эти слова не очень ободряюще, и казалось, что они сказаны совсем не для меня. — Я пока не оставила надежду прийти к взаимопониманию.

Вот эти слова уже в ее стиле. Наполненные верой в людей. Я бы сказала, глупо, но в ее случае это лучший вариант. Надеюсь, разочарование и осознание того, что люди в большинстве своем не меняются, придут к ней уже после того, как закончится моя смена.

— В случае других я бы сомневалась, но ты, уверена, справишься, — пытаюсь польстить я.

— Вот. Не знаю, как она туда попала, но я нашла ее забитой между сиденьями, — Эла еще раз, смутившись, улыбнулась, прошлась до шкафчика и вернулась назад, протянув мне рамку с фотографией.

Презент от Нео. Рамка с его фотографией, на которой написано «Люблю тебя, твой Нео». Взгляд на нее пробуждает какие-то не самые приятные чувства.

— Это я ее туда забила, — монотонно проговариваю я, брезгливо взяв рамку в руки. — Это подарок на Новый Год от Нео. Только вот эту рамку он у меня спер. Думала, будет забавно, если я никогда ее больше не увижу, а кто-то спустя лет пять найдет и подумает, что это романтично. Видимо, придется просто сжечь.

Эта вещь проклята. Наверняка из-за нее моя спокойная жизнь пошла по наклонной. Мало того, что меня воротит от одной мерзкой фотографии, так она еще и находится в моей любимой рамке, которую подарил один близкий мне человек. Я тогда слегка расстроилась ее пропаже, думала, что пора начать бережливее относиться к вещам, а тут вот такое.

— Зачем ты так? Это довольно мило, — говорила Эла, веря в свои слова.

Да уж, человек, который поступает подобным образом, проникая в твой мир и воспоминания, несомненно не ушлепок, а милаха.

— Внатуре, — бормочу я и разворачиваюсь, собираясь отправиться к себе в комнату.

— Постой. Я хотела спросить насчет Авроры, — как-то неумело говорит девушка, останавливая меня. Лицо Нацукаши при этом приукрашивается некоторыми нотками стеснения. — Просто у нее проблема такая, и как-то неловко получилось. Зачем ты сказала ей, что я смогу помочь?

Неожиданно, но как невероятно быстро подлетели результаты. Я думала, Аврора поняла, что я всего лишь шутила, как и всегда.

— В чем вопрос-то? Я просто не в курсе. Она хотела о чем-то поговорить. О чем-то важном. Сказала, нужен совет. Но у меня не было времени ее слушать, да и я не мастер раздавать советы, а ты как раз стремишься всем помочь, вот я и сказала, что лучше обратиться к Эле, она наверняка даст дельный совет, — во избежание непонимания включаю режим дурака. Говорю, умело обходя все препятствия, а после сразу перехожу в наступление. — Так что там за проблема? В чем вопрос?

— Это... — она замялась, ведь вопрос касался чего-то интимного. — Да, ничего такого. Это личное, потому я, ну, наверное, лучше оставлю разговор между нами.

Я лишь улыбнулась и оставила Элу в покое.

******

Рабочий день совета практически уже подошел к концу, а мне нужно еще посетить директора. Обсудить детали мероприятия, договориться о бонусах и утрясти вопросы финансирования. Возвращаться после этого домой, чтобы переодеться, мне не хочется, а потому я решаю, что нет ничего такого в том, что я приду к Акире на ковер не в форме, а в обычной одежде. Волосы собираю в хвост. Черная блузка, юбка чуть выше колен, чулки и, конечно же, мой билет на плече в виде значка. Сойдет и так. Довольно миленько. Наверное. Делаю это просто для экономии времени, так как после меня ждет много работы на стадионе. Командирской работы.

******

Планы, как всегда, идут не так, как тебе хотелось, и после диалога с директором мне приходится вернуться в совет, чтобы сразу уладить возникшие вопросы. Раз есть возможность и время, стараюсь сделать все сразу, а то потом забуду.

— Привет! — дверь в комнату бесцеремонно открывается, и на пороге оказывается Фуджино.

— Госпожа Фуджишими, будьте так добры, перед тем, как входите в совет, стучать, — делаю я замечание.

Она молча смотрит на меня. Я смотрю на нее. Дуэль взглядов.

— Госпожа в сочетании с моим именем как-то не звучит, — в итоге произносит она. — С фамилией, впрочем, тоже.

— Да, наверное, — соглашаюсь я. — Но сути проблемы это не меняет.

— Эх, а я было подумала, что я уже в совете и имею какие-то права, — протянула удрученно девушка.

— Нет, ну чисто в теории, если воспринимать совет как комнату, то ты действительно уже в ней, — я усмехнулась. — Так и что Вас сюда привело?

Гость, так сказать, редкий. Если и была тут, то, наверное, один раз.

Девушка посмотрела на свою руку, в которой у нее была упаковка какой-то еды. Когда она достала из пачки кругляш и поднесла его к губам, откусив кусочек, я поняла, что это гречневые хлебцы. Я сразу обратила внимание, как только она вошла, что ее губы были накрашены ярко-красной помадой. Начав жевать кусочек, она молча, как-то соблазнительно секунд десять смотрела на меня.

— Хлебец хочешь? — невозмутимо предлагала девушка.

Сказать ей, что там просто едят, а не делают это с сексуальным подтекстом, или не стоит? С другой стороны, она, скорее всего, специально это делает.

— Спасибо, но откажусь. Не хочу перед ужином аппетит портить.

— Зря. Мне они нравятся. Конкретно эти, — откусив кусочек побольше, Фуджишими стала подходить ко мне. — Чем занимаешься?

Я польщена тем, на какие подвиги ради меня идет эта молодая особа. Это мило.

— Да вот, план составляю. Так сказать, заметка о том, что нужно делать, если вдруг ты не знаешь, что делать, — я возвращаю взгляд на монитор, смотря на написанное.

— Серьезно? — Фуджишими улыбнулась. — Не знала, что ты все планируешь. Впрочем, ты ведь из тех людей, которые на самом деле гораздо ответственнее, чем кажутся.

Какой интересный комплимент.

— Нет, Фуджи, — усмехнулась я, смотря на то, как она начинает читать настроченное мной. — Я как раз таки из тех людей, которые являются теми, кем кажутся.

— Делать вид, что ты занята чем-то крайне важным, но при этом ничего не делать, — читает задумчиво вслух один из пунктов девушка. — Уделять внимание Эле. Делать ей отдающие легкой пошлостью, смущающие комплименты. Любоваться ей, пока той не станет дискомфортно. Стараться переложить все на других. Браться за работу только в крайнем случае. Расслабиться, не париться ни о чем и получать удовольствие… Что это?

Не то, чего вы ожидали? Но благо, конкретно эту девочку прочитанное даже веселит. Это только часть пунктов, а там их, поверьте, в целом немало.

— Это не для меня инструкция. А просто на всякий случай, если вдруг кто-то со мной обменяется телом и не будет знать, что делать. Затруднительное положение, а тут оп — инструкция. Скажи же, удобно?

Я подняла голову, чтобы взглянуть в глаза стоящей надо мной девушке, а та, столкнувшись со мной взглядом, улыбнулась и снова откусила хлебец.

— Интересный план, — выразила свое мнение она после того, как недолго поразмыслила.

— Хочешь сказать, что это бред? Что это неважно? — возмущаюсь я неудовлетворившему меня ответу. — По-моему, все правильно.

«Вот это — то важное, что поручил тебе директор, да, Арк?» — спросите меня вы.

А я отвечу: «В точку!».

В шоке была, но возражать не стала. Дядька взрослый, опытом умудренный, наверняка знает лучше меня, что делать. Сказал написать инструкцию по работе президента — я написала!

— Забота милая, я не спорю, просто никогда бы не подумала, что ты веришь в подобное.

— Это чисто перестраховка. С годами на ТВ, в интернете, в книгах, в аниме все больше сюжетов, связанных с так называемыми попаданцами. Растут в геометрической прогрессии. Ты скажешь мне: «Арк, так популярная тема же! Каждая бездарность может отхватить долю внимания, просто закинув героя куда-то. Даже причины и обстоятельства не важны, важен сам факт». Я отвечу тебе: «Да, возможно, ты и права, но! Что, если нас к чему-то готовят? А? Подумай над этим!».

— Ты, что, фанатка конспирологии? — поинтересовалась с должной иронией Фуджишими.

— В некоторой степени. Заговоры определенно есть, просто в разных масштабах. В любом случае можно как минимум проследить причинно-следственные связи. Вот, например, ты, Фуджи. Что ты мне так упорно пытаешься сказать? — я поднимаюсь со стола и, схватив ее, прижимаю к стене. Ставлю руки, закрывая пути отхода. Мы близко друг к другу. Говорим прямо и жестко, без компромиссов. — Что за намеки? Почему не сказать прямо? Заговор одной личности получается! На вопрос «Что тебя сюда привело?» так и не ответила! Я сама должна догадаться, да? Ты бы, я знаю, просто так, по приколу или по старой памяти, заглядывать бы не стала.

— Жестко, — спокойно произнесла Фуджишими, а после достала очередной хлебец. Резким движением она засунула его мне в рот, а после откусила часть с другого конца и, проскользнув, вынырнула из-под руки. — Но вообще ты права, пришла я не просто так. Хотела поближе взглянуть на твою пассию. Воочию желаю лицезреть, что за искра между вами. Оценить, как ты устроилась, новую обстановку. Должна же я знать, о чем все говорят, раз ты та единственная, кому я доверилась.

К сожалению, в реальности все выглядит не так радужно, а потому я нагибаюсь, чтобы поднять развалившийся при ее откусывании хлебец.

— Может, тогда в студсовет просто вступишь? А? — вкидываю я, предлагая. — Чего ходить-то вокруг да около.

— Я подумаю, — она как-то слегка грустно усмехнулась.

— Веришь, что я и Шикуля вместе? — чисто по рофлу интересуюсь я.

— Шикуля? Ммм… — словно смакуя это нежное слово, протянула девушка. — Фоточка, знаешь, довольно страстная.

— Мне тоже нравится.

— Пальчики у нее очень ловкие, — выдала Фуджишими, выбив пару раз дробь на столе. — Натура тонкая, творческая, неординарная. Ее ночная соната явно была переполнена чувствами. К тебе ли? Не знаю, но я сразу подумала, что такая не могла тебе не приглянуться.

Что за бред пошел! Опять троллить меня надумала? А я всегда ее считала славной. Ошибалась, выходит?

— Знаю я еще одну творческую натуру, которая кровавую инсталляцию зимой из снеговиков на крыше вылепила, — вбрасываю ответно я. — Такое тоже о многом говорит, знаешь ли. О переживаниях. Чувствах. Проблемах.

Жаль, что не знаю, о чем говорю, но представляю в голове это живо.

— Картина вышла неплохой, правда? — вспоминая это, Фуджи рассмеялась. — Не поверишь, но я просто не нашла никакой краски помимо красной. Начала рисовать, а потом как-то кисточка сорвалась, ляпнула пятно на грудь. Подумала, как исправить, и придумала слепить пистолет снеговику напротив. Можно было просто сверху снега налепить, но это показалось мне куда более забавным, а после полет фантазии был неудержим.

— Я не психолог, но фантазия твоя, конечно…

Неплоха. Да, неплоха. Всяко лучше, чем обычно делают. Наверное.

— К слову, возможно, проблемы и вправду есть, — девушка взяла один из стульев и, развернув его ко мне, села. — Я, знаешь, как-то раньше особо не задумывалась, а недавно поймала себя на мысли, что по сути не могу не воровать способности. Надобности никакой нет, но я все равно это делаю. Мне тупо некомфортно, если внутри меня нет чьей-то силы.

Как быстро сменилось направление разговора.

— Нет, ну, если у тебя нет с этим проблем, то воруй, — я села напротив.

— Ты и сама знаешь. Я, конечно, уже привыкла, но подобное само по себе ведь является проблемой.

Пора раскрыть карты: странное поведение девушки напротив — это плата за силу. Использование способности рождает в голове Фуджишими желание, которое она в итоге исполняет. Сначала оно существует в мозгу как вполне обычное мимолетное желание по типу «хочу мороженого». Со временем становится более навязчивым и все чаще заставляет думать о себе. В итоге, если игнорировать, это доходит до одержимости, и ты уже не можешь мыслить ни о чем, кроме этого желания. Словно зубная боль, которая заставляет думать тебя только о ней, медленно сводя с ума, и ты готов на все, чтобы только перестало болеть. По словам девушки, между начальной и последней стадией обычно проходит около одного-двух дней, бывает по-разному, но чаще всего срок такой. И она привыкла жить с этим, а потому, если желание не шибко заковыристое, она старается сразу исполнить его. Кажется, к такому привыкнуть сложно, но она смогла, и ей уже плевать на мнение окружающих, объяснять ничего никому она не трудится. Конкретно, чем руководствуется Фуджишими и почему не рассказывает об этом, я не знаю. Думаю, ей просто неприятно и вряд ли хочется, чтобы ее жалели или, что более вероятно, старались помочь и брали под «особый» контроль. В итоге для людей она фриковатая баба, не дружащая с головой. И несмотря на то, что я знаю правду, отчасти согласна с таким утверждением, потому что эта особенность переросла в ее привычку, и она часто ведет себя странно просто потому что, а не из-за «платы за силу». Вот так иногда воздействуют способности на характер личности.

— Да, знаю…

— Просто я стала думать, а нормально ли это желание? Я ведь могу не брать, но нет, иду и беру. Знаешь, чисто морально мне неспокойно, пока я чего-нить не позаимствую. Даже уснуть тяжелее. Сложно описать.

— Звучит как своеобразная ловушка, — задумавшись, делаю вывод я. — Что так дискомфорт, что так… В итоге все сводится к тому, что тебе нужно будет сделать что-то странное.

— Да, пожалуй, что так.

— Слушай, может тебе сходить к психологу нашему, а? Это ведь скорее проблема психологического уровня. Может, он поможет, а если нет, лишним не будет.

— Да, ладно, — Фуджишими положила руку мне на колено и улыбнулась. — Спасибо, что переживаешь. Пока в этом нужды нет. Я поделилась и уже почувствовала, что стало как-то легче.

Видимо ей, как и мне, мозгоправы не по душе. Особенно, когда у них есть еще и сила похожая на мою, а то и похлеще. У нашего есть.

— Уверена? — слегка нахмурившись, интересуюсь я. — Я, конечно, сама тяну до последнего, даже если дело касается болячек, поэтому не мне учить, но о подобном стоит думать, по идее, заранее.

— Похоже, мы не просто так с тобой познакомились и сошлись, — она встала со стула и направилась к выходу. — Загляну тогда, как-нибудь, еще раз, если ты не против.

— В следующий раз только сделай это до шестнадцати часов, — я усмехнулась. — Хотя бы для виду, ладно?

Она остановилась у двери и вполоборота покосилась на меня. Смотря друг другу в глаза, мы обе улыбались. Так сказать, всем все понятно. Я все понимала, а она особо не маскировалась, но мы обе делали вид, что все так и должно быть.

******

Дел много. Все снова с нуля. Отстроить поле для игры, поставить свет, камеры и прочее, прочее, прочее. Техчасть — не моя сильная сторона, чтобы все расписывать. Не может не радовать, что народу у нас собралась много. К старичкам присоединились Яна, Амая, человек пять из персонала, которые занимаются разными техническими штуками, и два парня, которые комментировали матчи на арене, теперь будут комментировать эту игру. Все по классике. Обрисовываю картину, что как вижу и что делать в общем плане, остальные реализовывают идею, а я хожу и говорю, что это не так и это не эдак, переделывайте. Ха.

Времени уходит много, и проходит за работой оно незаметно, но не все делается быстро. Уверена, мы успеем, есть еще завтра и половина среды. Переживать не о чем.

******

Судя по всему, с Астартой Амая пока не говорила, так как все время изображала из себя немощь, лишь иногда игриво улыбаясь мне. Поговорить, короче, о моей проблеме нам не удалось.

Когда вернулась домой, в личных сообщениях уже лежал отчет с приложенным видео от Амаи. Она нашла того, кто отключил камеры. Это было несложно, ведь человек, который смотрит на камеру в момент ее отключения и после включения некоторое время продолжает смотреть, а после озирается по сторонам, достает телефон, что-то проверяет, еще раз смотрит на камеру и уходит, явно не вызывает никаких подозрений. И соответствующая этому сила — тоже просто совпадение. Не могу сказать, что найденная личность меня порадовала, ведь мы уже виделись раньше. Так, это тело может стать своего рода проблемой.

34.Вторник, 28 марта (часть 1)

Я просыпаюсь в пять утра от звонка будильника, а это значит... Правильно! Сегодня моя очередь ехать в город. В данный момент я легко могла бы уйти от этой обязанности, так как на носу важное мероприятие, но нет. Всю работу я уже вчера попросила сделать Элу. Переложила обязанности контроля, пущай собирает всех и отстраивает стадион, а я поразвлекаюсь в городе. Кроме того нужно закупить пару вещей для предстоящих игр. И прикупить подарок для одной особы, у которой скоро день рождения. Да и обучение Шико еще продолжается, потому поеду я в компании с ней. Жду не дождусь. Ха.

******

Пробуждение

Перво-наперво надо разбудить нашу принцессу и преподнести ей сюрприз в виде новых обязанностей.

В столь раннее время нет никакой охраны в виде пресловутого Герхарда, и это не может не радовать. Мы смотаемся прежде, чем он успеет заступить на пост. А то, знаете, мне не особо хочется таскать за собой полдня несговорчивое бревно.

Дверь в комнату закрыта.

Не беда. Нет таких мест в доме, куда я не могла бы попасть. На каждый замок в этом помещении найдется дополнительный ключ, изготовленный Арквейд. Осталось вспомнить, куда я его запихнула.

В итоге через пару минут при помощи толстой проволоки и спицы дверь была взломана.

— Сова! Просыпайся, к тебе медведь пришел! — произношу я, слегка толкнув спящую девушку за плечо.

Никак не реагирует.

Я обхожу. Сажусь на корточки перед ней. Дама спит на боку, потому я смотрю прямо на ее лицо. Лишний раз думаешь о том, какая у нее приятная мордашка.

— Эй, просыпайся, говорю, — еще раз толкаю ее за плечо, но реакции ноль. — Вот иногда встречаются люди, которые спят так, что шуми не шуми — не проснутся. Везет же вам. Хотя, Шикуля, не знаю, плюс ли это или минус. Особенно сейчас, в твоем положении.

Мои намерения предельно ясны: надо что-нибудь сотворить со спящей девушкой. И чтобы себя повеселить, и чтобы ее разбудить.

В поисках решения я обшариваю шкафчики в столе Шико.

Нашелся только маркер.

— Ну…

Не, это как-то по-детски, глупо и не смешно. Да и отмывание время займет, а его у нас мало.

Я встаю посредине комнаты, начиная оглядывать все подряд в поисках варианта.

Телефон.

— Ну…

Можно было бы найти какую-нибудь жесть в интернете, вроде криков блекметалистов, но, боюсь, такое никто не оценит, испорчу только и без того не слишком гладкие отношения. Функция вибрации в данном случае тоже бесполезна. Говорить о том, что на ее телефоне так и стоит наше совместное фото, я вообще не хочу.

В голову пришел вариант вроде зажать нос.

— Ну…

Я обычно считала таких людей дебилами. Не буду же я опускаться до их уровня?

Остается мой первоначальный план. Да. Самый, так сказать, приятный. Ну, а что? Это ведь моя половинка, и разрешение получено. Я человек простой, мне вчера намекнули, сегодня я уже делаю!

— Окей, динозавр, ты еще слишком мал, чтобы смотреть на такое, — я поворачиваю упоротое плюшевое животное лицом к стене, после чего снимаю пиджак, бросая его на спинку стула, а за ним летит и блузка.

Остановимся на нижнем белье.

Не знаю, откуда это пошло и почему до сих пор осталось, но знаете, у нас в обществе осуждают ситуации, когда разница в возрасте между партнерами внешне заметна. Если тебе тридцать пять, и ты встречаешься с молодой девчушкой лет семнадцати, вы ходите за ручку и все такое, никто вам ничего не скажет, но готовьтесь ловить косые осуждающие взгляды. Вот я что-то и подумала о том, что пусть мы практически одного возраста с Шико, но, наверное, у нас бы разница была заметна. Или я все еще чувствую себя ребенком? Наверное, так, ведь мы обе молоды. Да кого это ваше волнует? Пофигу!

18+ сцена

У нас тут одна девушка ложится в постель к другой. Нет, ну а что? Мне говорили, что годноты не будет, если нет постельных сцен. Как гласит народная мудрость — где нет годноты, там нет подписоты.

Я ложусь под одеяло. Для меня это тоже новый опыт. Лежу близко, так что моя грудь едва касается ее спины. Сделаю то, что давно хотела.

— Вот это дело, — запустив руки в ее волосы, с улыбкой произношу я.

Подозревала, что такое обилие волос создаст приятные ощущения. Вроде как ничего такого, а на деле — тактильный кайф. Да...

Это никак не помогает в пробуждении.

— Ну, — я собираю ее волосы и кладу их себе на лицо.

Повезло тому, чьей женщиной станет Шико. Я, конечно, слабо представляю ее половинку, но... Волос так много, они мягкие, сладко пахнут. Это приятно расслабляет. Вот не надо мне говорить, что я фетишистка! Вы бы и сами от такого не отказались! Можете оправдываться, но я-то знаю точно!

Купание в волосах никак не помогло нам в нашем деле. Мне подобная крепость сна неизвестна, а потому это меня даже немного поражает.

Переходим к более серьезным вещам.

Анализ

Пациент спит спиной ко мне.

Смотрим под одеяло.

Ночнушка. В материале я не разбираюсь, но наощупь что-то приятное. Наверное, дорогая. Со спины смотрится неплохо, сразу видны все достоинства фигуры. Верхняя часть нижнего белья отсутствует.

Подведем итоги

Весь анализ никому нафиг был не нужен, потому что я все равно сделала бы то, что задумала, какими бы ни были условия.

Операция

Действую с максимальной осторожностью.

Нужно вспомнить все, чему меня учили. Важный момент. Бабуля, дедуля, если вы смотрите на меня, то знайте, я вас не подведу. Закрыть глаза и собраться. Надо пропустить левую руку под Шико, при этом теперь я не хочу, чтобы она проснулась.

Концентрирую всю силу в одной точке. Так воздействие на нужное мне место должно образовать небольшую ямочку, под которой я смогу провести свою руку. Все так и работает. А вы говорите, по тактике ноль? Просто мотивации не было!

Шико пошевелилась, и я подумала, что вот оно — пробуждение, но нет, ложная тревога.

Этап номер два

Первый был где-то там, наверху, когда я только начинала.

Я ложусь еще ближе, прижимаясь к спине. Плавно, медленно и аккуратно проникаю сначала правой рукой под ночнушку, смотря сверху на лицо девушки. Главное — не упустить момент, когда она проснется.

— Вам должно польстить то, с какой заботой я это делаю, — шепчу я на ухо девушки, левой рукой убирая прядь своих волос за ухо.

Момент, когда моя рука ложится на грудь девушки, слегка сжимая ее. Вот чего вы так хотели, госпожа Аглаофотис? Это своего рода также эксперимент над собой. Смущусь ли я, покраснею, ускорится ли мое сердцебиение от волнения? Похоже, нет. Я черствый бесстыжий баклажан. Что ж, вернемся к делу.

— Неужели тебе этого мало? — шепчу я, забираясь второй рукой под ночнушку. — Вот, значит, ты какая девчонка.

Правая рука ложится на ее грудь, и вот я уже, буквально прижимаясь, обнимаю ее. Просто какой-то бред. Пусть я и работаю нежно, но разве такого недостаточно, чтобы проснуться? Это, что, анабиоз?

У ее груди наощупь правильная форма. Она значительно мягче моей, а от того ощущение в руках очень приятное, даже несмотря, что она слегка прохладная. Не хочется отпускать. Так! Стоп!

Развратная Арквейд, лапая других девушек, вдруг кое-что осознала.

Да, когда трогаешь себя, ощущения, искажаются, но не в этом суть. Кажется, я слишком интенсивно тренируюсь, вот в чем проблема. Тело крепчает, формы становятся более упругими, появляется рельеф. У меня серьезные проблемы, я становлюсь качком...

Я трогаю ее вот уже пару минут. Сдерживаю свою силу, но не хотите же вы мне сказать, что этого мало для того, чтобы она проснулась?! Я даже большим и указательным пальцем ее сосочки повертела. Ну, теперь я завидую меньше. Так как, если кто будет знать о такой особенности, то, ну вы понимаете, можно воспользоваться. И что, мне теперь ее оберегать? Или воспользоваться таким?

Эх…

Интересное времяпрепровождение. И закрыв глаза в такой позе, от тепла тянет уснуть, но… На счет три я сожму ее грудь так, что от этого только мертвый не проснется. И раз, два... Я не прикладываю всей силы, так как понимаю, что место деликатное, но сжимаю грудь достаточно сильно.

— С добрым утром, солнце мое. Как же крепко ты спишь, — произношу так нежно и сладко я, едва завалившись на девушку. Я специально мну ее грудь и легко улыбаюсь, пытаясь заигрывать с ней глазами. — Прошлой ночью ты была так великолепна. В моей памяти это воспоминание будет, несомненно, одним их самых ярких.

Другие бы вскрикнули, всполошились или хотя бы дернулись, но тут никакой реакции. Она просто открыла глаза и с каменным выражением лица посмотрела на меня. Типа «ок». Да, пускай на ее лице нет никаких особенных эмоций, но сердцебиение слегка участилось, будем считать это достижением. Хотя я бы предпочла какое-нибудь стеснение и красноту или банальный крик, негодование, да что угодно. Но у нас-то тут все особенные. Королева льда.

— Повторим? — мягко проговаривает Шико.

То, как упоительно и в то же время соблазнительно было произнесено это слово, кольнуло мне сердце. Да. Заигрывать она, когда хочет, умеет, и, нужно отметить, получается у нее это женственно, а не как у многих — обычно или глупо. У нее слегка изменился взгляд, и в движении ресниц было что-то особенное. Такие дамы, наверное, одним взглядом завоевывают мужские сердца. И этому Вас учат в женской академии?

Я польщена. Оно того стоило. Прекрасное начало дня. Я даже почувствовала себя влюбленной. Ха.

— Я бы рада, но, увы, нас ждет работа, — с этими словами я, как любящая половинка, поцеловала ее в щеку и поднялась с кровати, подойдя к стулу. — Мы с тобой сегодня едем в город.

Цель достигнута. Пробуждение произведено, а посему пора сворачивать всю самодеятельность.

— Может, нам плюнуть на все? Мы ведь можем себе это иногда позволить? — очаровывала меня девушка. — Забыть о мире, насладившись друг другом.

Это работает. Так и хочется согласиться. Странное ощущение на сердце. Гормоны, походу. Что ни день, то открытие. Необычное чувство. Мне нравится.

— Прости, дорогая, не в этот раз. Иногда, хочешь или нет, нужно переступать через свои желания, — я надеваю блузку, после чего поворачиваюсь к своей любимой.

Шико, сидя на краю кровати, о чем-то задумалась, потупив глаза в пол. Взгляд напомнил мне нашу первую встречу. Холодный и отстраненный. Я бы сказала, что он наполнен тоской и разочарованием. Ах, если бы только моя сила работала на ней. Без четкого ответа я невольно чувствую, что ошиблась. Что мое поведение и игра только расстраивают. От того и сама чувствую какое-то расстройство. Как же это глупо.

А может, мне просто теперь стоит ждать ответных действий от нее? Ну, я-то в любом случае сплю не так крепко, а когда просыпаюсь от чего-то стороннего, то становлюсь такой злой, что беги, всяк меня разбудивший!

— Обойдем всю прекрасную философию и перейдем к сути, — после небольшой паузы продолжаю я. — Каждый вторник члены студсовета сопровождают учеников в поездке, и сегодня наша с тобой очередь. Расскажу обо всем по дороге. Собирайся. И поживее. Мы с тобой потратили слишком много времени.

— Мне запрещено выбираться за пределы академии, — совершенно спокойно сообщила Шико, не поднимая головы.

— Хорошая попытка увильнуть от обязанностей, дорогая, но нет, — я надеваю юбку и беру пиджак. — Какой бы ты там особенной ни была и в какой бы там закрытой академии ни училась, тут правила другие. Мне никто ничего на этот счет не говорил, а значит, все можно.

— Я серьезно, — девушка посмотрела на меня. — Если я покину академию, то у нас обеих будут проблемы.

Что, меня Герхард отругает или кто? Опекун Ваш? А я что? Мне директор не говорил, что, мол, так и так, освободите ее от такого вида работ. Вы помните такое? Я вот нет.

«Так тебе Шико же сказала, Арк! У Шико будут проблемы из-за твоей упрямости».

Эх. Читатель как всегда прав!

— Ну, мы как-нибудь разберемся с ними. Раз ты теперь член совета, то будешь исполнять обязанности наравне со всеми. Сказано езжать, значит едем! Никто тебя там не убьет и не похитит. Твоя компания не пострадает от того, что ты на один день выберешься в город. Тебе ничего не угрожает. Для меня, что бы ты мне ни сказала, нет ни одной объективной причины запирать тебя тут.

Мне не понять ее проблем, да и не хочу я их понимать.

— В таком случае стоит взять с собой Герхарда, — ровным тоном продолжает раздражать меня Шико.

Я тут, понимаете ли, пришла, чтобы не тащить его за собой, а Вы мне предлагаете такое.

— Кто из нас старше, опытнее, мудрее: я или ты? Ты, что, чего-то боишься? А? — это мой классический ход — задеть гордость. — Владелица крупной компании — ребенок? Всю жизнь будешь сидеть взаперти и полагаться на других. Так, что ли?! Едут только члены студсовета в лице меня и тебя и те, у кого есть допуск в виде специальной карты, у старика твоего его нет, значит, он с нами не едет! Его не допустили до поездки, все, справимся без него! И не вздумай ему звонить, пока автобус не тронется. Если ты так боишься, то я возьму все ответственность на себя. Мне терять нечего. Мне не привыкать выслушивать. Ты сообщила о своей проблеме, но я решила ее проигнорировать. Так ведь было?

С этими словами Арквейд стремится покинуть здание.

— Постой, — останавливает Шико, которая, поднявшись с кровати, взяла меня за руку. — Не считаешь, что этот твой утренний поступок был чересчур?

— Думаешь? — совершенно спокойно произношу я, смотря в ее глаза. — Разве ты сама вчера не намекнула на то, что ждешь, пока я тебя потрогаю?

Мы обе понимаем, о чем идет речь. Не только о груди, но и о взломе замка, проникновении на чужое поле. В этой ситуации можно было бы пойти на конфликт, предъявить встречный иск, расставив все точки в наших отношениях, но я человек, склонный избегать такого рода столкновений. Да и я не злюсь, не таю обид. Все, что было, по итогу было довольно забавно. И что значит «чересчур»? Ну, возможно, с какой-то стороны да. Но не я это начала. И пусть я не против поиграть в эту игру псевдо-отношений, но значит, взять и насильно просто поцеловать незнакомку — это нормально, а сделать то, что сделала сейчас я с человеком, который заявляет, что я его девушка — это перебор? Как скажете!

— Ты мне не доверяешь? — все тем же ровным тоном интересуется Шико.

— С чего ты взяла?

Ход ее мыслей мне не ясен.

— Линзы, — произнесла девушка и, сделав паузу, отпустила мою руку. — Почему ты их продолжаешь носить?

Действительно, почему же?

— Не люблю, когда что-то заставляют делать против воли, подчиняя, — я усмехнулась. — Понимаешь?

Да, я продолжаю носить линзы, и, по всей видимости, не зря. А я-то от всего сердца искренне еще похвалила Ваш взгляд. Ха. Я не против, поцелуй Вы меня насильно, если это Ваше желание. Пусть так, я бы, может, и сопротивляться даже не стала. Все же обольстительная дама, умница, миллиардерша и все такое. Кто знает. Но заставить, используя силу — это совсем другое. И ей, в отличие от той же Канашимы, оправдаться нечем. Она не безумна. Она прекрасно отдает отчет своим действиям и должна знать о возможных последствиях.

— Да, я понимаю… — потупив взгляд куда-то вбок, тихо произнесла девушка.

Наполненное перепадами настроений утро. Балдеж.

— Буду ждать тебя внизу. У тебя есть минут десять, не больше.

35.Вторник, 28 марта (часть 2)

Ничего необычного. Стандартная процедура посвящения в то, чем нам предстоит заниматься, суть которой по большей части из-за моей лени сводится к «по ходу разберешься». Слежка и контроль есть слежка и контроль. Остальное на месте.

— Слушай, — интересуется Шико. — Я хотела спросить насчет той парочки, что мы видели в субботу ночью.

— Валяй.

Подошли к воротам мы довольно рано. Эх, не стоило торопиться.

— Я нашла того парня в списке учеников, а вот девушку что-то не приметила...

— Ты же хотела увидеть призрака, — отвечаю я, улыбнувшись. — В следующий раз, когда будет нечем заняться, лучше обратись ко мне, направлю твои способности в полезное русло, детектив.

И не лень же ей всякой фигней заниматься, ковыряться в списке учеников в поисках чего-то там. Удивительно, что никаких догоняющих вопросов от девушки не последовало.

Мы проходим охрану. Мое лицо тут уже всем знакомо, потому дядьки и глазом не ведут в мою сторону и Шико не трогают. Раз она со мной и у нее значок, то всем ясно, что она — мой компаньон. Мне, как члену студсовета, особо не надо париться, у меня уже есть перманентные электронные карты-пропуски, потому, проходя мимо системы регистрации, я прикладываю сразу две, отмечая тем самым, что мы вдвоем заступили на свой пост. Ученикам же нужно постараться раздобыть их. Да и отличаются они от наших тем, что проходы ограничены. Схема такая: ты получаешь от совета разрешение покинуть академию на определенный срок, мы заносим твои данные на специальную карту. Ты, проходя охрану, прикладываешь ее к регистрационному окну, так система получает информацию, что ты покинул академию во столько-то и направляешься туда-то с какой-то там целью. По возвращению ты совершаешь те же действия, давая системе понять, что ученик вернулся, не помер, не потерялся и все в таком духе. Отдаешь карту охране, а она после снова возвращается в совет. А вот если посеешь карту, то все, капец тебе. Поставим к стене и будем кидать в тебя камнями, пытаясь научить уму-разуму и привить чувство ответственности. Короче говоря, новую купим за счет твоей стипендии.

Первое, что бросается в глаза, — это два автобуса. Аврора, конечно, молодец, старается, добросовестно исполняет обязанности. Нет. Ну какого черта ты навыписывала столько пропусков? Подозреваю, что один автобус у нас, как обычно, для торгашей, а второй, значит, для тех, кто поразвлечься захотел вместо пар? Окей. Хорошо. Понятно. Обсудим это, когда вернусь. Народу пока немного, оно и неудивительно, до отправки еще двадцать минут. Но и среди этих студентиков я вижу знакомые мне лица. Ха.

— Здарова, малой, — приветствую я Сугату.

Это тот паренек, из-за которого началась вся эта заварушка с блогом.

— Арквейд… — неуверенно произносит он и разворачивается, после чего вздыхает. — Прекрати, пожалуйста, меня так называть. Ты всего лишь на полгода старше меня.

— Ну, так я уже совершеннолетняя, а ты все еще нет, — я делаю шаг к парню, а после мои руки ложатся на его плечи, пальцы ловко начинают оценивать уровень прокачки мышц, от двуглавой мышцы плеча и далее вниз по руке.

— Что ты делаешь?! — несмотря на возмущенный вид, он несколько секунд довольно смирно стоял, смотря то на меня, то на Шико, прежде чем одернул руки и сделал шаг назад.

— Ты вроде подкачаться собирался? Прогресса что-то не видать.

Я просто развлекаюсь, убивая время за счет старого знакомого писателя-новеллиста.

— Никогда не собирался таким заниматься, — его возмущение быстро пропало, перейдя в смирение. — Мне это не нужно.

Парень из типа людей, которые сначала реагируют, а после думают, оценивают и успокаиваются. Так несерьезность моих слов доходит до него уже после того, как он успел слегка смутиться.

— Ладно, лентяй, как скажешь.

Сугата то и дело косится на Шико, так как именно эта незнакомка заставляет чувствовать его себя некомфортно. Пока мы с Сугатой говорим один на один, он, пусть и безуспешно, но как-то пытается противостоять моему напору. Я бы сказала, смиренно терпит мои эксперименты. Ха. Но поскольку тут незнакомый ему человек, а он мужчина, который не может сопротивляться выходкам какой-то дурной бабы, то это ударяет по его самолюбию. И вроде нужно показать себя с лучшей стороны, но как-то не выходит, и в итоге он думает о том, когда же все это закончится. Парень он хороший, но нет в нем стержня. Или он проявляется в совершенно тупых вещах. Выходки Арквейд мы стерпим и промолчим, а вот защищать 2D — вот это дело!

— Насчет лентяя я бы поспорил, если бы в споре с тобой был бы какой-то смысл, — невнятно ответил парниша.

— Ах, да, знакомьтесь. Это моя будущая жена — Шико.

— Очень приятно, — девушка не повела и бровью от моего представления, а лишь слегка поклонилась.

— А это Сугата. Из-за него у меня геморрой на триста с лишним страниц.

— Очень приятно, — парень поклонился в ответ.

Чисто теоретически, геморрой у меня из-за моей тупости. Иногда мне хочется, чтобы Арквейд из будущего прилетела и больно ударила меня, говоря: «Какого черта?! Не стоит этого делать!», когда мне в голову снова взбредет дебильная идея из-за моего упрямства.

— Так куда ты лыжи навострил? — интересуюсь я.

— У меня автограф-сессия, где мы также будем продавать копии игры, — ровным тоном ответил он.

Не присуще ему было чувство гордости за свои достижения. Он никогда не будет ими хвастаться. Потому и сейчас не хвалился. Для него это все словно что-то обычное. К своим достижениям он относится посредственно, но вот если будет помогать продвигать чужое, то, что нравится ему, то тут у него энтузиазма хоть отбавляй. Можно сказать, глаза загораются. Жаль, что это касается по большей части аниме и всего, что с ним связано. Да.

— Во сколько? Где? — без раздумий слетают с моих уст очевидные вопросы.

— Прости, Арк, — Сугата слегка улыбнулся. — Хоть ты теперь и глава студенческого совета, но для собственного спокойствия я предпочту скрыть эту информацию. Скажу лишь время, в половину второго. Вернуться на станцию успею, не переживай.

— Психолог из тебя никудышный, — я смотрю в глаза парню, а уголки моих губ расходятся в улыбке.

Вы ведь не знали, что я так давно хотела получить Ваш автограф, новеллист? Вы вводите персонажей, создаете им характеры, люди это читают, им нравится, но постойте-ка, почему Вы не разбираетесь при этом в психологии обычных людей? Как же так? Абсурд.

— Никто раньше не жаловался, — продолжая скромно улыбаться, говорил он.

— Если не хочешь говорить мне, то, может, скажешь Шико? Чисто для галочки. В свою очередь я попрошу ее ничего мне не говорить, даже если я буду умолять ее или пытать. Ты ведь сможешь сохранить секрет, да?

Девушка лишь нахмурила брови, и Сугата тоже напрягся.

— Не беспокойся, — слегка вздохнув, сказала Шико. — Лучше сделать так, как она хочет. Обещаю, я ничего не скажу.

Не могу не похвалить то, как она говорит. В эти слова, этой даме хочется верить. Она выглядит серьезнее и взрослее нас, и это успокаивающе действует на парня.

— Вот и хорошо. Оставлю вас тогда.

Я говорю так, будто веду себя по-дурацки чисто для галочки. Контроль ради контроля, чтобы собеседнику казалось, что я делаю это ради того, чтобы держать его в напряжении. Играю с нервами. Да. Типа в этом и была моя задумка, мой заскок.

Я поворачиваюсь спиной к Сугате и делаю шаг вперед.

— Не одолжишь мне ненадолго свой телефон? — шепотом прошу я, обращаясь к Шико.

Девушка несколько секунд смотрит в мои глаза, явно догадываясь о том, что я задумала.

— Разве ты не говорила о том, что хотела бы просто спокойно жить, стоя в сторонке? — не удержалась и спросила меня девушка.

— Так уж вышло, что благодаря всем вам я стала главным героем. Потому я, как и все, хочу просто сойти с ума от собственной тупости, — я протягиваю руку, ожидая получить нужную мне вещь.

Шико, словно моя мама, больше не в силах объяснять неразумному ребенку что-то еще, безысходно вздыхает и, смиренно вытаскивая из кармана, протягивает мне телефон.

Будь ты хоть сколько-то известной личностью, то, естественно, в интернете о тебе найдется информация. Ты можешь скрываться за никнеймом, но раз устраиваешь публичное мероприятие, то мы увидимся в ТЦ Рубин на пятом этаже. Время не самое удобное, но я что-нибудь придумаю. Мероприятие будет длиться час. Похоже, это какая-то сходка, так как там будет немало авторов и их фанатов.

Народ все прибывает.

Оторвав взгляд от экрана телефона, я еще раз оббегаю окружение глазами. Тут действительно много личностей, которые мало мне знакомы. Хотя вон еще одна знакомая мне особь.

— Эй, рыжая! — окрикиваю я нашу певичку, подойдя со спины. — А ты чего забыла в городе?

Она вздрогнула, явно узнав меня по голосу, и аккуратно медленно начала поворачиваться. Выглядит, как нашкодивший кот, который готов получать люлей, только при этом он не понимает, за что конкретно его хотят отругать, потому что он много чего сделал, и поэтому насторожился просто по инерции.

— Я? — осторожно произносит она и слегка надувает щеки, смотря прямо мне в глаза. Несколько секунд она смотрит на меня, пытаясь понять мои намерения.

Похоже, решив, что я не собираюсь ее отчитывать, она со звуком лопнувшего пакета выпускает воздух из своих щек и улыбается мне. В ее глазах, как и всегда, загорается дружелюбный озорной свет.

— Да, Саватари, я с тобой говорю, — я усмехнулась.

— Я весь год копила деньги и накопила. Еду покупать себе гитару.

— А что насчет той гитары, с которой ты вечно носишься по коридорам? Зачем тебе еще одна?

Я не разбираюсь в инструментах. Наверное, есть какая разница в звучании или еще что такое, подумала я уже после того как задала вопрос.

— Ну…. — Саватари вдруг насторожилась. Посмотрела по сторонам и почесала макушку. — Она не моя.

— А чья?

Юви всегда относилась к ней, как к главной драгоценности своей жизни. Если девчонка спотыкалась и падала, то в первую очередь смотрела не на свои царапины и раны, а на то, не повредилась ли гитара. Удивительно, что инструмент в ее руках вообще оставался цел. Логично было думать, что при таком отношении к вещи, она принадлежала бы ей.

— Понимаешь. Ну, — она перебирает варианты в голове, так неумело пытаясь скрыть правду. Ее зрачки в поисках ответа ушли наверх, а после медленно по контуру стали перемещаться в правую сторону, а вслед за ними как-то нелепо вправо наклонилась и голова. — Она не моя.

Несмотря на то, что я интересуюсь просто для целостности картины, девушка реагирует так, будто я следователь и, узнав правду, посажу ее за решетку.

— Ладно, — столь нелепый ответ заставил меня улыбнуться. Ювао всегда обладала выдающейся мимикой, по которой можно было понять все без слов и силы. — Ты в городе-то не потеряешься?

— Мне вообще-то уже восемнадцать!

Мой невинный подкол, похоже, легко достиг цели. Несмотря на то, что девчонка надулась, о своем возрасте говорила она с гордостью. «Эй, я уже не ребенок!». Да-да. Миленько.

— А разве не тринадцать? Я всегда думала, ты самая молодая ученица, и потому в тебе больше всего энергии.

— Нет, — в ответ она лишь больше надулась.

— Ты, смотрю, в компании сопровождающего.

В пределах двадцати метров, смотря на нас, стоял парень, которому нравилась эта бестия.

— Ага, — Саватари улыбнулась.

Не в ее характере было обижаться. Повернувшись в сторону парня, она помахала ему рукой, а тот лишь, смутившись, отвел ненадолго взгляд, почесав возле виска. Аким был тихим, скромным, немногословным человеком, которого вы вряд ли бы заметили в толпе людей. Он не любит выделяться. Удивительно, что ему приглянулась такая девушка, как наша Ювао. Она-то полная противоположность ему и всегда находит приключения на пятую точку из-за своей неугомонности.

— Понятно. В любом случае, не опоздай на остановку к четырем.

Мы сталкиваемся взглядами с Акимом. Я показываю двумя пальцами на свои глаза, после на него, а потом указываю на девчонку. Следите за своей пассией, я рассчитываю на Вас. Ха. Я ведь и так закрываю глаза на ее гиперактивность, а какие проблемы она может создать в городе? Кто знает.

******

Похоже, Сугата и Шико решили не контактировать друг с другом. Стоят потерянные в ожидании непонятно-чего. Стоит мне вернуть телефон девушке, как она сразу же лезет в историю просмотров, которую я специально для нее не очищала. Найдя ответ, она лишь украдкой посмотрела на меня. А мне оставалось лишь развести руками, мол, «а чего Вы еще ожидали?».

— Привет, — ко мне подошла Амая, которая держала за руку Хрону.

Ни ту, ни другую я не ожидала тут увидеть. Ая хоть и выглядела свежо, улыбалась, однако по глазам можно было понять, что настроение ее чем-то подпорчено.

— Сержант, — обращаюсь я приветственно к Хроне.

— Капитан, — девушка подставляет руку Амаи к своей голове, отдавая мне честь.

— Похоже, вы неплохо поладили, — подмечает моя новоиспеченная подруга.

— Вроде того.

Наши отношения с сержантом очень непросты. Чаще всего, после того, как мы пообщаемся с ней, я провожу анализ своего поведения и прихожу к выводу, что я деградант.

— Миленько, — усмехнувшись, произносит мисс Хофлер.

— Однако вот уж какую пару я тут точно не ожидала увидеть, так это вас.

— Кое у кого сегодня свидание. Потому мы с Хроной оставили нашу пару наедине, — отвечает девушка. — Да и я все равно хотела развеяться, выбраться в город, посмотреть, что да как там, а то вне амебного состояния я там и не была ни разу. Так что не проблема.

— Понесло что-то всех по весне отношения выстраивать. Главное, чтоб предохранялись, а то понаделают мне тут детей. Астарта же знает, что такое резинка?

Скорее главное, чтобы это пошло ей на пользу, а не во вред. А то мало ли чего, отношения у них не самые простые. Парень испортит ей настрой своей тупостью, а она в столь ответственный для меня момент будет в нерабочем состоянии пребывать. Нафиг мне такое не нужно. Любовь — отстой.

— Какая ты грубиянка, Арквейд, — пусть это и было замечанием, но улыбка на лице девушки была для меня похвалой.

Извините, но я просто вынуждена скрываться. Чтобы никто не знал, что я — прилетевший из будущего, сладостный амурчик, который всегда и всем дарит мечты о любви и радости. Такие дела. Сложное тут время, приходится действовать втихаря, нося маску плохого героя.

— Она всегда такая, — где-то за спиной едва послышался голос Сугаты.

На его замечание никто не обратил внимания.

— На самом деле я тоже об этом подумала. Не думаю, что дойдет до этого, но в любом случае, ребята взрослые, — спокойно проговорила Амая.

Почему-то мне кажется, что девушка сама сомневается в своих словах. Могу ее понять. У одной ветер в голове, когда речь о любви, у другого не пойми что, мутный он, я бы не полагалась на его. Я ведь уже говорила, что девушка передо мной тоже не особо жалует этого Дмитрия, но свое мнение предпочитает, насколько это возможно, держать при себе, веря в выбор своей подруги. Или, говоря мне такое, она просто отшучивалась?

— Судя по всему, вы уже поговорили с ней о твоей проблеме?

Вряд ли бы Хрону доверили той старой амебной Амае. Или вы хотите сказать, что наоборот, Амаю доверили этому чуду? Да вы посмотрите на нее — она, когда отпустила руку Аи, встала на месте. Ее зрачки словно метроном держали ритм. Центр, лево, центр, право, центр, лево, центр, право. Некоторое время сержант стояла, смотря так по сторонам, после чего развернулась на сто восемьдесят градусов, подошла к стене и, упершись в нее лбом, стала стоять на месте. Не ждите, что я объясню, что это значит... Я не знаю, она всегда ведет себя странно, но при этом так мило. В этом и есть ее прелесть. Она то кажется вполне нормальной, то игривой, то развратной, то упоротой, то еще какой. Хотела бы я узнать, как работает ее мозг, о чем она думает. Короче, не думаю, что она надзиратель Амаи.

— Не совсем так. Мы поговорили, я сказала, что теперь часто буду вот такой, но о причине не говорила. Довольно много болтали, вспоминали детство и все дела. Наверное, это первый раз, когда мы вот так общались. Ее глаза светились, и она выглядела счастливой, — Амая усмехнулась, и я почувствовала, что ей от этого разговора легче не стало. — Наконец-то кто-то с ней поговорил о всяком разном. Но о проблемах я пока рассказать не решилась. Думаю, подавать все порционно, так, чтобы картина постепенно и мягко складывалась воедино. Чтобы Астарта понимала, что это не трагедия и я не центр вселенной, не умру от этого.

— Что ж тогда тебя беспокоит? — интересуюсь я.

— Да на самом деле ничего. Все то же самое, — она улыбнулась и, взяв меня под локоток, отвела подальше.

Пусть Шико и Сугата стояли в сторонке, неподалеку, не вмешиваясь, но, думаю, разговор наш они волей-неволей слышали. Для такой серьезной беседы нужно уединение?

— Просто, общаясь с ней, я лишний раз подумала о том, что я уже никогда не буду заниматься, чем хочу, отказываюсь от мечты. Я хотела рисовать картины, а мне придется стать фюрером. Только меня не общество отвергает, а собственная сила, — в свой межличностный конфликт она не могла не вставить шутку. Это не столько защита, сколько способ сказать о том, что «жалеть меня не нужно, я сильная, я справлюсь». — Я понимаю, что со временем все это пройдет. Проблема перестанет иметь значение. Я найду свое занятие и буду, может быть, если повезет, этому рада. Жизнь будет продолжаться, семья, друзья и прочее. Но сейчас почему-то от осознания этого немного грустно. Хотя все это, по сути, не имеет вообще никакого значения, проще просто плыть по течению и не париться...

Мне ее по-своему жаль. Нужно немало сил, чтобы хранить свою проблему в себе, улыбаясь при этом остальным. Но я нахожу милым, что она делится своими мыслями и переживаниями со мной. Действительно считает другом? Думаю, это отчасти влияние взглядов ее лучшей подруги.

— Если у нас похожая философия, это не значит, что мы сможем, валяясь под горой мусора, жить вместе, воняя на мир и на то, как несправедлива судьба.

Этого недлительного времени общения с Амаей мне хватило, чтобы понять, что мне особо не нужно стараться, подбирая слова. Она и так вроде бы понимает, что я хочу сказать.

— Спасибо и на этом, — Амая подавила смешок. — Не думаешь, что тебе было бы сегодня лучше не ехать? Как-никак у тебя мероприятие на носу.

— Забей, с ним мы разберемся по приезду. Я верю в Элу. Встречный вопрос: что с твоей стороной обязанностей?

— Я уже все подготовила, мне хватит пары часов для отладки, и на этом все, — девушка отпустила мою руку. — Что насчет того парня? Когда собираешься разобраться с ним?

— Я думаю, завтра после игры.

Наш взломщик — это участник предстоящих игр. Зовут его Шанкар, сила ранга С — отключать все одинаковые электроприборы. Одинаковые — в смысле совсем одинаковые. То есть, например, все телевизоры одной марки, одной модели. Если будет хоть какое-то различие, то сила не сработает. Даже так сила, по моему мнению, должна тянуть на B. Но, похоже, у нее есть какие-то условия, которые заставляют парня находиться в группе С. Об этом ничего не сказано, но все же. Первое — полагаю, он может использовать ее, только держа объект в поле зрения, возможно, при этом ему нельзя моргать, не знаю, сужу по обрезкам видео. Второе — маловероятно, но все же, может, она имеет какие-то последствия в виде, например, мигрени. Тут вариантов может быть множество, гадать бесполезно.

Это-то меня и печалит, что нарушитель — участник игр. Раньше я думала, что это одни мои старые знакомые, которые меня недолюбливают, но они слишком тупы, чтобы провернуть такой план. Потому я сразу их отмела. Вот теперь я думаю, что некоторые участники могут быть в сговоре, и этот вариант мне малоприятен. Случай с конвертом и письмом произошли после собрания, а учитывая, что там были недовольные и ребятам терять, в принципе, уже нечего, то они вполне могли сотворить такое.

— Пускай пока думает, что он в безопасности. Не хочу, чтобы из-за его нестабильности и нервов мероприятие оказалось под угрозой. У нас тык-впритык участников. Случись что, придется быстро подстраиваться, менять правила. Проще для спокойствия разобраться во всем в тот же день после игры.

Из-за этого мне пришлось внести коррективы в свою идею. Ужесточить правила и добавить систему бонусов, о которой мы поговорим позже. Просто подозреваю, что есть вполне реальная вероятность, при которой участники будут пытаться сорвать мероприятие или превратить его в фарс. Стараюсь не думать о таком варианте, чтобы не накручивать себя почем зря.

— Ну не знаю. Может, это и хороший вариант… — неуверенно проговорила Амая, задумавшись над ситуацией.

Если бы у нас было больше времени, то можно было бы подумать о том, чтобы сразу прижать его и разобраться со всем, а уже после подстроиться.

В этот момент к нам подошел Адам. Я невольно задумалась о том, что сегодня что-то как-то слишком активно.

— С добрым утром, — глава, улыбнувшись, по-джентельменски поклонился сначала Амае, а после и мне. — Арквейд, возможно, тебе не стоит сегодня ехать?

На мое удивление, хоть Адам и не поддержал мою идею сначала, но он отдал немало сил подготовке к мероприятию. Мне даже приятно смотреть на то, с какой самоотдачей он старался, руководил и мотивировал других. Все же у меня нет этого умения быть красноречивой и в меру строгой. Вот и сейчас парень заботится об успехе моей авантюры.

— Раньше ты себе такого не позволял, — с иронией произношу я. — После того, как мы разделили совет на два, сделав тебя главой второго корпуса, ты стал уделять мне больше внимания, заботиться, давать поблажки. Скучаешь, да? Или, может быть, влюбился в меня? Как говорится, истинные чувства начинаешь понимать в разлуке.

— Как же не соскучиться? — Адам слегка улыбнулся. — Во втором корпусе теперь все более-менее тихо и спокойно. Я держал главного бунтаря первого корпуса ближе к себе, а теперь он в кресле главы.

— Мне льстят Ваши слова.

Подобные выражения нечасто услышишь из его уст. Даже порадовало.

— В любом случае, если считаешь нужным ехать, возражать не буду. Я пришел сказать, что в соседнем городе объявился преступник. Возможно, это тот самый охотник на мэсов. Маловероятно, что он переместился в Сибасту, но в целях безопасности администрация просила меня провести беседу со всеми, кто собирается покидать пределы академии. Чтобы оставаться в сохранности, ученики должны держаться кучно, разбиться на пары, сильные со слабыми...

Год назад был один мэс с силой ранга S, который ненавидел и убивал других мэсов. Было много шумихи, некоторые люди даже поддерживали его, делая соответствующие посты на анонимных форумах. Это уже отдельная история. В конце концов, его так и не поймали. Тогда все как-то само собой стихло. Даже удивительно. Надеюсь, это не он. Не хотелось бы еще одной шумихи и волнения учеников. Всегда найдется идиот, который для развлечения будет подливать масла в огонь, говоря, что вот, может быть, он уже среди нас в академии, может, он убил работника и теперь скрывается под его личиной. Да-да...

— Хрона сильная, — в разговор вклинился персонаж, о котором уже все позабыли.

— Если будет критическая ситуация, то не вмешиваться, а убегать в безопасное место... — игнорируя девчонку, продолжил глава.

— Хрона защитит Амаю! — быстро, смотря то на меня, то на Адама, проговаривала сержант.

Капитан расстроен. Почему Вы не хотите защитить меня, сержант? Амая схватила девчонку за руку и подтянула к себе, закрыв ее рот рукой.

— Только в безвыходном положении давать отпор и применять силу, — Адам продолжал говорить и с пониманием отнесся к заскоку нашей нарушительницы.

— Хрона может сделать множество своих копий и защитить всех! — слева и справа от Амаи стояли копии девчушки, которые дружно говорили эти слова.

Если кто и привлечет внимание преступника, то это будет либо рыжуха Ювао, либо Хрона. За вторую я почему-то совсем не беспокоюсь, она-то сможет дать отпор, если, конечно, разберется и сможет понять, что вообще происходит и кто преступник. Прецедент был. Осенью прошлого года в момент, когда нужна была ее сила и активность, она ситуацию не прочитала.

— Прекращайте эту самодеятельность, сержант! — пригрозила Амая, схватив обе копии за руки и притянув их к себе.

Зависть. Теперь она в объятии трех Хрон.

— Лучше всего стараться не привлекать внимания. Повторюсь, не думаю, что он объявится, но на всякий случай будьте осторожны. И да, ответственность за всех лежит на тебе, — глава не мог закончить свою речь, не попытавшись разбудить во мне чувство ответственности.

Получилось ли у него? Нет.

— Ты поднялся в такую рань и пришел сюда только ради этого? Мог бы и написать.

Я бы так и поступила. Да, наверное, я не очень хорошая глава.

— А я писал, только кто-то не проверяет личные сообщения, — после моих слов этот упрек со стороны главы вдруг возымел двойную силу.

А я тоже ему писала в тот день, когда на полигон ходила! Прочитал ли он? Нет! Значит, и предъявлять права не имеет! Вот так вот!

— Что же ты тогда на стадионе ничего не сказал? Ты же видел, как мы усердно работали. Естественно, что, придя домой, я сразу легла спать. Я забочусь об учениках. Понимала, что вставать рано, тут не до компьютера.

Рокировка. Или говоря по-человечески — переобувка.

— Позаботься, пожалуйста, об этом, — с этими словами президент откланялся.

Адам поступил верно, решив не вступать в спор. Ну, он бы и не стал.

Стоит главе скрыться за воротами, как меня тут же посещает одна идея

— Слух, Амая. Не поможешь мне? Что, если мы разобьемся на пары? Я хотела бы, чтобы ты помогла Шико, проинструктировала ее и все дела. Вы бы взялись за гуляк, которые едут просто поразвлечься. Объяснишь там всем, что да как? — я сразу излагаю всю суть своей просьбы, понимая, что девушка не откажется.

Возможно, просить человека, который ничего в городе толком не знает, инструктировать другого человека, также ничего не знающего, идея так себе, но понадеемся, что обе по ходу разберутся.

— Тогда за это я потребую с тебя одно свое желание.

Не откажется, но выдвинет свои требования. Эх...

— И что же ты хочешь?

В правильных переговорах сначала выслушивают требования сторон, а только потом принимают решение.

— Скажу после поездки, — по ее глазам явно было видно, что она уже что-то придумала. Что-то эдакое, что развлечет ее. — Не беспокойся, ничего такого, ничего серьезного.

Я некоторое время еще пыталась выяснить, что же она такого выдумала, но девушка ни в какую не выдавала тайну. Пришлось согласиться. Чувствую, это мне еще аукнется. От этой бабы можно ожидать чего угодно. Она может воспользоваться моей слабостью. Ладно...

Я подзываю к себе Шико и Сугату, после чего громко командую всем выстроиться. Проводим инструкцию безопасности по просьбе Адама, после делимся на две группы.

— Итак, гуляки вольные садятся в правый автобус, — громко доношу я информацию до учеников. — Ответственными за вашу группу назначаются Амая Хофлер и Шико Аглаофотис. Купцы честные, соответственно, загружаются в левый. Возглавлять вашу секту будем я и Сугата. Все. Удачи всем. Расходимся по автобусам. И пусть выживет сильнейший.

— Хрона поедет с Арквейд! — всю нашу команду вожатых ставит в известность девчушка.

— Иначе и быть не могло, — словно заморский принц со всей своей грациозностью, говорю я, выписывая поклон.

Шико как-то странно косится на меня, после чего разворачивается и идет к автобусу гуляк.

— Слушай, Арк, почему ты записала меня в добровольцы? — полушепотом интересуется Сугата. — Я же говорил, что у меня дела. Кроме того, я не давал своего обещание помогать тебе и совету.

— Потому что ты этот, как его там... — я делаю вид, что забыла термин. — Сояш, Вояж? Короче, обычный парень бесхребетный. Теряешься, когда о чем-то тебя девушка просит, я же знаю, потому сразу все за тебя решила, чтобы тебе не было неловко.

Естественно, это не так, у него, может, и есть какие-то сложности с пониманием женской половины человечества, но краснеть он не стал бы.

— Ты знаешь, что это звучит как оскорбление?

— Ничего такого. Я к Вам, мой дорогой друг, Вы знаете, только с добром. Вы, может, не замечали, но ведь при всем том, что я сказала, Ваша открытость и честность перед девушками и самим собой так и манит женский пол. Парадокс. Такой вот он, мой друг Сугата, — немного лести. — Потусуешь с нами до половины одиннадцатого, а после свободен, можешь даже не отчитываться. Ты же слышал, сильные должны защищать слабых. Потому положись на меня!

Я поднимаю палец вверх.

— Ну да, чего еще было от тебя ждать, — после вздоха он почему-то улыбнулся и поплелся в сторону автобуса.

Это верно, этот парень, наверное, немало знает обо мне, как никак вместе во всякую фигню играем. Через многие ситуации прошли, так сказать. Нас связывают браузерки, о которых стыдно кому бы то ни было рассказать. Общая тайна всегда делает людей ближе.

— Амая, постой, — останавливаю я девушку, которая вслед за Сугатой направилась к автобусу. — Насчет Шико. На всякий случай, чтоб ты знала, она, это, по девочкам.

По появившийся на ее лице самодовольной широкой улыбке, я сразу поняла, что она уже все знает о наших с Шико отношениях. На секунду просто задумалась о том, что, может быть, стоит сказать ей об особенностях силы моей возлюбленной, но быстро передумала. Меня же просили не распространяться. Да?

— Ничего страшного. Кто знает, может быть, я тоже, — Амая игриво подмигнула мне правым глазом и была такова.

Вот же ж чертовка!

36.Вторник, 28 марта (часть 3)

Одна группа учеников расходится по своим делам, другая, как обычно, разбредается по торговому кварталу к своим арендодателям, где каждый начинает открывать свою палатку и раскладывать товар. В это время мы своей бабской сворой направляемся к заведующему. Вы уже, наверное, и не помните этого пятидесятилетнего старика. Да это и неважно, роль он играет посредственную. Он — часть системы. Очень везучая часть системы. Неудивительно, что он достаточно добр и улыбчив, ведь его постоянно посещают молодые красавицы, которые вежливо общаются с ним. И ряды этих юных дам с завидной периодичностью пополняются новыми лицами. Не будь этот дед довольно крепким и работящим мужиком, сердце его могло бы не выдержать той игривой доброты и вежливости, которую Шико использует в разговоре с ним. Привитое воспитание, да? Она делает это специально, чтобы польстить, подбодрить и придать сил старику. Ее стиль быстро подхватила и Амая, а после даже Хрона каким-то чудом тоже смогла его скопировать. Одна я иду против системы. Мне это ни к чему, этот мужчина и так знает, что я за фрукт. Эх... Хочу, чтоб в старости и ко мне приходили молоденькие девочки и мальчики и вот так общались. Неважно, что это будет всего лишь вежливостью.

******

Где-то далеко-далеко в космосе не произошло никакого сбоя, система работает стабильно, а это значит, что Арквейд достался один из самых неудачных дней для вылазки. Дело не в Амае, Сугате, Хроне или Шико, тут все путем.

Читатели, заинтересованные в том, чтобы узнать, кто и как исполняет свои обязанности, пожалуйста, переходите на следующий абзац. Те же, кто не заинтересован в качестве выполняемой учениками работы, а лишь хотят узнать о проблеме, пожалуйста, отправляйтесь вперед, пропуская рубрику.

Приступим.

Очередная бесполезная рубрика

Топ-пять рабочей силы вторника 28 марта:

Пятое место: Арквейд

Девушка, которая стоит возле стены в центре квартала. Она делает вид, что это самое лучшее место для наблюдения, с которого видно обе стороны. Так, в случае чего она быстро сможет добраться до точки опасности и решить проблему. На деле же наша главная героиня просто бьет баклуши, смотря по сторонам. Лишь взгляд Амаи, которая периодически поглядывает на президента студенческого совета, заставляет девушку напрягаться. Эта улыбка — не упрек, это заигрывание, от которого Арквейд все больше кажется, что желание, которое она должна будет исполнить, будет ну очень извращенным. Ая в свою очередь видит, как ее поведение влияет на нашу героиню, и потому специально строит глазки.

Четвертое место: Шико

По исполнительности эта девушка недалеко ушла от главы совета. Единственное значимое отличие состоит в том, что она просто ходит туда-сюда по кварталу, делая вид, что следит. Иногда даже что-то кому-то говорит. На деле же это всего лишь маскировка. Наша главная героиня прекрасно это видит, но упрекнуть за нежелание трудиться не может, потому как отлично понимает это чувство.

Третье место: Сугата

Обычный скромный парень, руководимый чувством ответственности, пусть и не особо смело и умело, но пытается что-то делать. Вопреки словам Арквейд, в обязанности совета не входит только слежка. Она является основополагающей, но не доминирующей. Ответственный член совета обязан помогать ученикам в их непростой деятельности: продажах, выкладке товара и прочем. Сугата это знает и потому помогает тем, кто наиболее открыт для общения, с кем ему легко найти понимание.

Второе место: Хрона

Этот персонаж является самым недооцененным. Несмотря на то, что для нее это всего лишь игра в продавца, инспектора, отважного героя, защищающего купцов. Да... Неважно. Она ответственно исполняет свои обязанности. У девчонки уже есть опыт в этом деле, потому после инструкции Амаи она легко со всем справляется. Однажды по осени она со старой главой — Селиной — даже на фестиваль урожая выбиралась, где исполняла важную роль охраны. Там она и набралась опыта.

Первое место: Амая

Нет никаких причин для столь ответственного подхода к заданию, ведь она даже не член студенческого совета. Это и напрягает нашу главную героиню. Что же задумала эта странная девушка? Никто не знает ответа помимо нее самой. Тем не менее она делает все: следит, помогает, инструктирует, еще и по-доброму посмеяться над другими успевает. Большинство не понимают ее шуток, так как они всегда с некой издевкой, похожи на стиль Арквейд, но почему-то воспринимаются, как жест доброты. Ее это забавляет.

Между делом говоря, я подумала о том, что зря, наверное, предупредила Шико о нашем завсегдатае — блогере-пранкере. Интересно было бы поглядеть, как бы с ним повела себя наша принцесса, ведь на нее-то силы такого рода не действуют. Правда, пока его что-то не видно.

На часах чуть больше половины десятого.

Обычно и вправду вполне достаточно стоять здесь, смотря по сторонам, так как видно почти все палатки и люди как на ладони, но сегодня все иначе. В это время всегда не так много народу, но сегодня людей в несколько раз больше, чем обычно бывает в прайм-тайм. Из-за плотности видно мало чего вообще. Не люблю людей, не люблю толпы. Плевать. Я не сойду с этого места, ведь сегодня у меня больше помощников, чем когда-либо было вообще.

Итак, перейдем к моим наблюдениям, почему же народу прибыло? Примерно шестьдесят процентов среди этой толпы — это молодые люди от тринадцати до двадцати пяти лет. Они, конечно, растянулись по всему кварталу, но большая часть находится в одном месте, где-то с правого краю. И те, что здесь, ближе к центру, или дальше слева, постоянно смотрят в ту правую часть. Если отсеять все темы и выделить главные, то люди обсуждают еду и приезд каких-то медийных личностей, как я понимаю, блогеров. Отсюда можно сделать вывод, что, скорее всего, где-то там, в конце улицы, открывается ресторан или забегаловка, которая для пиара своей жратвы использует блогеров. Те, в свою очередь, привлекают глупых школьцов, готовых вытрясти все из своих кошельков в угоду кумира. Великолепно.

******

Изумрудный смех детей.

Я.

Любовные парочки.

Я.

Чавкающие мразоты.

Я.

Толкающиеся жиробасы, пытающиеся протиснуться дальше.

Я.

Искрометный юмор тупых комментаторов.

Я.

Брызжущая слюна всезнаек.

Я.

Недовольные яж-матери.

Я.

Слышите этот бой барабанов? Это призыв убить всех! Я постоянно слышу его в своей голове. Убить, убить их всех! Этот бой, он сводит меня с ума. Я должна его заглушить, убив всех!

Просто пытка какая-то.

******

Смотрю на тело и не понимаю, человек это или петух. Сложно. Выбритые виски. Подкрашенные пряди. Опущенные штаны. Подвороты. Яркая мешковатая одежда, будто для пятилетки. Существо с виду двадцати лет украдкой смотрело на меня, отрывая взгляд от экрана своего смартфона. Я, заметив это, стала смотреть на него прямым взглядом, наполненным брезгливостью и призрением. Существо не отличалось особым интеллектом, потому ему это польстило. Оно стало смотреть на меня, а после еще и в теплой улыбке расплылось. Пара минут, и вот оно уже движется ко мне.

— Тебя Арквейд зовут, верно? — его взгляд упал на значок на моем плече.

— Сам догадался или кто подсказал?

Любой неподготовленный к такому тону человек сразу же должен был бы насторожиться и, поняв, что ему не рады, быстренько слиться, но это по-доброму усмехнулось.

— Характер твоего персонажа неплохо проработали, очень похоже, — кажется, он был на грани от того, чтобы прийти в восторг.

— Что ты несешь? Пшел отседа, наркоман.

Ничего не понимаю и разбираться не хочу.

— Вот смотри, — парень, не обращая никакого внимания на мою грубость, протянул мне телефон.

Моему нежеланию общаться он по какой-то совершенно странной причине радовался, как подарку на Новый Год, не меньше.

Не хватает психов в жизни? Вот вам еще один, не благодарите.

Тфу.

— Вот как, — протягиваю я.

Открыто приложение, где на экране красуется НПС, помеченный как «президент студсовета Алейда Лимберт», с внешностью похожей на меня, только стиль анимешный. Интересная ситуевина. Я в приложениях ориентируюсь на пять с плюсом, потому быстро тыкаю кнопку закрытия диалога, и пред моим взглядом предстает знакомый кабинет совета. Ха. Первое, что приходит мне на ум, это нажать на навязчиво мигающий сбоку кружок с ивентом.

Да уж.

Новый, конечно же, донатный персонаж S класса — Мико Лафотис. Мои губы кривятся в улыбке. Ну и дичь. Шико они изменили цвет волос на фиолетовый, видимо, чтоб проблем не было. И почему я ничего об этой игрульке не знаю? А?

— Походу, ты не в курсе. Прикол, да? — он легко понял, что я впервые вижу сие творение, и это ему казалось веселым.

— Ага, и не говори, прикол. Что это за игра? Поподробнее, пожалуйста, — мне приходится сменить гнев на милость ради добычи информации.

— Это достаточно популярное приложение. «Мир мэсов». Смотри, — он встает сбоку, поближе ко мне, задевая мое плечо своим. Меня аж передернуло. — Вот, есть три академии, и ты можешь выбрать, в какую из них поступить.

Одной из них была наша, вторая — женская Альмаден, которая находится не так далеко от нас. Насчет третьей ничего не знаю, но, похоже, эта та, что тоже в районе этого городка. Все названия, естественно, изменены.

— Ага.

— Потом там создаешь персонажа. У каждой академии свой стиль, свои персонажи и НПС с историей. ПВП на арене внутри каждой академии и сражения между ними.

— Я шарю. Ясно, короче, — я отхожу от этого неприятного мне типа.

Стандартное приложение с системой выносливости, наймом персонажей посредством гачи, фармом ивентов, какой-то историей, бесконечной прокачкой, бессмысленным ПВП, морем доната и так далее.

— Понятно, — парень принял к сведенью, что рассказывать так подробно не нужно. — С последним апдейтом много изменений, ты стала, например, НПС главой первого корпуса.

Какое совпадение!

— А мой играбельный персонаж есть? — интересуюсь я.

И кто смастерил это чудо? Надо об этом Сугату спросить, может, он чего и знает. И самой поиграть, конечно, тоже нужно. Интересно, это легально? Проблем не будет у ребят, если, например, наш директор узнает о таком? Несмотря на косметические изменения, совпадения уж слишком бросаются в глаза. Даже это тело заметило меня.

— Есть. Правда, не особо сильный.

Несмотря на то, что парню доставляла моя грубость, он выглядел напряженным, а теперь как-то подрасслабился. Помимо всего мой специфичный стиль ношения формы позволял определить, что его интересует не только мое сходство с персонажем, но и кое-что другое. На вырез волей-неволей он смотрел едва ли чуть реже, чем в свой телефон. В лицо и глаза он не смотрел практически вообще. Кажется, я переборщила с дружелюбностью.

— Ясно, отстой, — пора сворачиваться. — Что ж, и на том спасибо, буду знать, что где-то в игре есть мой прототип.

— Но на начальных уровнях, примерно до пятидесятого левела ты топовый танк среди простых персонажей. Кто играет без доната, берут все без исключения, — незваный гость разговор заканчивать не планировал.

— Хотя бы так.

Сомнительная популярность, но чего было ждать.

— Че, может, селфанемся? — наглым образом спрашивает парень.

— … — я молча кошусь на него.

Ответ очевиден.

— Это ведь ты также та девушка, которая сломала руку Акли? Давно пора было это кому-то сделать.

Видимо, так зовут уже ранее упоминавшегося пранкера, который к ученикам пристает. Больше никому ничего ломать не доводилось, поэтому вывод очевиден. Да, слава в интернете у меня специфичная. Правда, я палец сломала, а не руку, разница большая.

— Ты, что, мэс? — интересуюсь я.

Эта информация мне чисто для галочки. Для статистики, потому как такое мое поведение в большинстве своем вряд ли кто из людей бы поддержал.

— Нет, к сожалению, но я бы очень хотел.

Не из вежливости им была сказана эта фраза, это его желание.

Иметь силу, конечно, круто, хотя в большинстве случаев это будет что-то вроде плеваться соплями через уши или еще что-то тупое, но даже так ты получишь более красивое и крепкое тело, здорово, разве нет? Однако люди вроде него совершенно не понимают, чем приходится платить и каково жить мэсам. Им давай силу, чтобы прямо крутым был. Наверняка относился бы к той малой части неадекватов, которые еще себе костюмы делают, чтобы пафоснее казаться, чувствовать себя важным. Вряд ли кто думает о социальной части, не говоря уже о стараниях, которые нужно приложить, чтобы стать полноценной частью общества.

— Ладно уж, давай сфотографируемся, и на этом все, — мое великодушие не знает границ.

Эксклюзив.

— Давай сходим в паб? — с улыбкой смотря на готовое фото, не успокаивается назойливый гость. — Я угощаю.

— Полегче. Откати свои яйца куда-нибудь в другое место. Окей?

Говорим прямо, я понимаю ваши намеренья. Ну что сказать... Меня еще никто не приглашал выпить, и я представляла это как-то иначе, более романтично, что ли, а жизнь говорит мне, что я интересна только бестактным разряженным быдло-петухам. Кто-нибудь, позовите любимую Шико.

— Нет, ну а что, мне нравятся девушки с таким характером, как у тебя. Это ведь все понты. На деле ты обычная, как и все, не злая, а просто такая, острая на язык.

Вот, значит, как? Понты? Интересно, и как ты это определил? Что-то я начинаю сильно сомневаться в соответствии возраста и внешности.

— Обычная? — я усмехнулась.

— Я парень вроде бы симпатичный, и ты внешностью не обделена.

По чьим меркам симпатичный? По маминым? Даже если так, то кое-чем другим тебя природа явно обделила, взамен дав твердолобость.

— Просто посидим, выпьем, поговорим, приятно проведем время, ничего такого.

— Хах.

Выпьем, приятно проведем время? Все понятно. Ты хотя бы, предлагая такое, глаза от телефона оторви.

— Ты ведь уже совершеннолетняя? Проблем с алкоголем быть не должно.

— То есть ты у нас парень смелый, и тебя совершенно не беспокоит, что сейчас я при исполнении своих обязанностей? — я делаю акцент на первой половине фразы, тонко намекая, что еще немного и кому-то деньги вместо паба нужно будет потратить на лечение.

Не знаю, что меня бесит больше: его поведение и несомненный спермотоксикоз или то, что в момент общения он уже загружает новое фото, ставя его на аватарку, и прописывает геолокацию с хештегами. Смотря на него, невольно радуюсь тому, что я телефоном не пользуюсь, а то, поди, это заразная штука…

— Ничего страшного, я могу подождать. Если хочешь, пробуду с тобой хоть до вечера, — он убрал телефон и наконец-то посмотрел мне в глаза.

Мое лицо было сдержанно-спокойным, и в конце концов, по нему он, кажется, начал осознавать, что что-то не так.

— Так, сколько, ты говоришь, тебе лет? — я и голос выровняла, сделала его безэмоциональным.

Это своего рода давление. Возможно, на подкорке это мамино поведение, знакомое многим, отложилось в памяти, и глаза тела передо мной понемногу наполнялись пониманием.

— Девятнадцать, — соврал парень.

— … — мои брови вопросительно приподнялись.

— Хорошо, восемнадцать.

Это тоже было ложью. Понять это можно было только по одному глупому смешку.

— Точно?

— Ладно, семнадцать, только никому не говори, — более серьезным тоном снова соврал он.

Разницы никакой между семнадцатью и восемнадцать…

— А если быть предельно честным? — я, вздохнув, усмехнулась.

Нынче по внешности уже не определить возраст. Эх... Меня кадрит школьник, дожили.

— Ну пятнадцать, какая разница? — он выходит на эмоции. Раздражение с нотками возмущения. — Не сильно-то большая разница. У меня есть знакомые, которые легко проведут нас внутрь, никаких проблем.

Замечательно.

— Тоже мне, ловелас. С таким видом тебе светит разве что дружка подцепить, — стараюсь быть мягче, чтоб не нанести травму ребенку. — Если хочешь перестать просыпаться один, чтобы твои сексуальные сны воплотились в жизнь, то для начала научись отжиматься больше пяти раз, прочитай пару книг, обзаведись манерами и штанами нормальными. Ладно, про одежду ничего не говорю, она, может, кому-то и понравится, но явно не дамам моего толка.

Парень набрался сил подойти, так что в целом у него есть шансы, просто надо играть на своем поле, с девчонками, которые такие же вальяжные, цветастые и не шибко далекие.

Он улыбнулся, кажется, снова подметив и возрадовавшись моей похожести характером на НПС в игре. Фетишист, не иначе.

Молча незваный гость развернулся, собираясь покинуть меня.

— Слух, а что тут за сбор?

— Фестиваль шаурмы.

С этими словами в стороне, где толпились люди, заиграла песня.

«День без тебя —

И я снова в слезах.

Манит меня твой божественный запах.

Имя твое на губах замерло...»

Да... Можно было потерпеть минуту, и ответ сам бы ко мне пришел. Какой отстой — называть словом «фестиваль» открытие какой-то забегаловки.

— Кстати, а что случилось с той симпатичной светленькой девушкой? Она в порядке?

Я почему-то сразу поняла, о чем речь. Раз со мной не прокатило, решил переключиться на Элу?

— В порядке, в порядке. Иди уже отсюда, бабник малолетний.

На самом деле, если он такой напористый, то не исключена вероятность, что он уже и не девственник в свои годы. Хах.

******

Разболелась голова.

В конце прошлой осени проводился традиционный фестиваль урожая, который окончился печальными событиями — нападением банды преступников. Тогда погибли люди, а Селина, которая руководила охраной, лишилась руки и поста президента. Руку заменили на протез, некоторых членов преступной организации поймали, но для репутации академии это было ударом. Именно после этого в совете осталась только я, потому как именно меня на фестивале не было. Ситуация, в которой я сейчас нахожусь, почему-то кажется мне очень похожей на ту. Конечно, меня там не было, но... Фестиваль, только вместо урожая шаурма. Глава студенческого совета в толпе, только вместо Селины — я. Пара учеников в качестве охраны. Угроза в виде каких-то преступников. И, что немаловажно, как и тогда, Хрона здесь. И почему я об этом думаю, накручивая себя?

******

Начинают болеть глаза, тянет в сон.

До меня докопалась девушка, на которую я довольно долго смотрела, не отрывая взгляда

— Думаешь, раз у тебя есть сила, то ты лучше нас? Смотришь на всех брезгливо, свысока.

Она некоторое время игнорировала мой монотонный взгляд, а после вдруг ее глаза налились кровью, быстрыми шагами она подошла ко мне, и началось.

— Айла, не стоит, пойдем.

Один из трех парней, что были в ее компании, подошел к девушке и взял за запястье, пытаясь успокоить.

— Нет. Она меня бесит. Ты видел, как она смотрела на нас?! Она считает нас идиотами, на ее лице прямо так и видно отвращение, — девушка повысила тон. Тыкая меня в грудь указательным пальцем, она смотрела прямо в мои глаза. — Вы, мэсы, просто ошибки природы. Отвратительные существа, возомнившие себя чуть ли не богами. Вас никто не любит. Вы мусор, способный лишь разжигать конфликты и войны. Вы как кость в горле. Откуда только берется в вас это высокомерие? Вы только и можете, что сеять хаос и разрушать. Смотришь на меня так, будто ты лучше. Почему мы должны вас бояться?

Я молчу в ожидании продолжения сцены. У меня нет никакого желания конфликтовать, защищать себя, говоря, что я ни о чем таком не думала. Кто поверит?

— Айла, прекрати, это уже перебор, — вмешался и второй парень.

— Нет, я выскажу ей все, раз уж начала, — ее прямо начинало трясти от злобы.

Во многих людях примерно такая злоба и таится. Многие люди так устроены, что им неважно, что девяносто процентов мэсов в целом нормальные добропорядочные граждане. Они в основном видят лишь тех, о ком говорят, кого показывают по телевиденью, кто попадает в интернет — идиотов, людей, пропагандирующих сверхрасу, и тех, кто приносит разрушения. Смотря на них, люди проецируют эти образы и на других. Среди тысячи митингующих людей достаточно найти одного наглухо отбитого идиота, показать его по телевиденью, и этого будет достаточно, чтобы те, кто увидел дурачка, считали всю тысячу такими же отбитыми. СМИ в погоне за рейтингами отлично справляются с тем, чтобы выставлять мэсов в плохом свете. А мы уже знаем, что мэсов со своими заскоками и странностями не перечесть.

— Что у нас тут происходит? — подбежав, поинтересовалась Амая. Она положила руку на мое плечо и плечо девушки, разделив нас.

— Идем, — стараясь избежать разборок, сказал один из парней, потянув за собой девушку.

— Надеюсь, вы все передохнете, — недовольно фыркнула она на прощание.

— И какие проблемы ты успела устроить на этот раз? — заметив, что у меня не особо есть настроение, Ая подбадривающе улыбнулась и придала фразе шутливый акцент.

— У меня всего лишь болит голова от людей. Я ничего не делала, просто смотрела на нее. Мне показалось ее лицо довольно необычным и интересным. Симпатичная девушка. Наверное. Не знаю.

Это не ложь.

— Правда? — Амая пару секунд смотрела на мое ничего не выражающее лицо, пытаясь понять, вру я или нет. После тяжело вздохнула. — У тебя такой вид, будто бы тебя все достало и ты хочешь всех убить. У людей какой-никакой праздник. Естественно, что им не нравится то, как ты на всех смотришь. Ничего не поделаешь. Расслабься, я тоже терпеть не могу людей, но ты просто не обращай внимания на всех. Сходи прогуляйся, развейся. Глядишь, и голова пройдет.

— Да, пожалуй, пойду пройдусь.

******

На грани от того, чтобы упасть в обморок.

— Ты в порядке? — ко мне подошла Шико и, слегка приобняв, подставила свое плечо. — Плохо себя чувствуешь?

— Да просто голова кружится, — я оперлась на девушку и положила голову на ее плечо.

Стоит мне прикрыть глаза на пару секунд, как возвращается чувство того, что меня сейчас вырубит. Отстой. Все из-за людей и силы. Нет выбора, приходится полагаться на поддержку этой девицы.

— У тебя кровь из носа идет, — она достает платок из грудного кармана рубашки и заботливо промакивает им кровь под носом.

— Это все из-за перевозбуждения, — пытаюсь отшутиться я. — Не часто мне выпадает возможность прижаться к груди красавицы.

Слабость. Сейчас все силы и концентрация уходят на поддержание меня в минимальном режиме сознания.

— Это из-за твоей силы? — ровным негромким тоном интересуется девушка.

Ты слишком догадлива, хотя, полагаю, зная о способностях, можно дойти до этого, выстроив логическую цепочку. По части знаний всякой фигни вряд ли кто-то с Вами сравнится, госпожа Аглаофотис.

— Что у вас стряслось? — к нам подбежала Амая.

За всем успевает следить, хороший вышел бы из нее дозорный. Надо пригласить в совет на подработку, пока не покинет стены академии.

— Кому-то тут плохо, — отвечала Шико, продолжая держать платок у моего носа. — Кажется, кто-то перетрудился.

Почему в этом холодном тоне я слышу сарказм? Думаю, из-за того, что это в контексте понятно.

— Наверное, простудилась после наших совместных купаний, — выдвигает теорию в шутливой форме мисс Хофлер.

— Не думаю, — Шико кладет руку мне на лоб, проверяя температуру. — Вроде порядок.

Разве из-за разницы температур тебе не должна даже моя нормальная температура казаться горячей?

Из-за того, что температура ее тела априори ниже, я сразу чувствую расслабляющий холодок.

— Уверена? — забавляясь, интересовалась Амая.

— Скорее всего, Арквейд беременна. Кажется, наша последняя совместная ночь была слишком бурной, — не собираясь уступать Амае, отвечала мисс Аглаофотис.

— Я пойду полежу, — выдавила я.

Шутники... Но я не держу на них зла. Уж нечасто наша холодная дама выдает шуточки. Жаль, я не в состоянии ответить.

— Да не дуйся, мы же волнуемся за тебя, — подбадривала Амая.

— Мне все равно, — я лишь закатила глаза и, собрав все силы, попыталась встать ровно на ноги.

— Помоги нашей недотроге, Шико, а я тут за всем пригляжу, хорошо?

Шико стала моей провожатой. Мы добрались до домика заведующего. Меня положили на диван. Потом мудрили что-то с аптечкой. Слабо помню, что происходило, потому как меня покидало сознание. Я даже не помню момент, когда меня вырубило.

37.Вторник, 28 марта (часть 4)

Открываю глаза и слегка приподнимаюсь, опираясь на локти. Возле меня, сидя на краю дивана, читает книгу Шико. За эту неделю она прочла книг больше, чем я за всю жизнь. Этой любви мне не разделить. Услышав шорохи, девушка сразу переводит взгляд на меня. Смотрю на часы.

12:21

Символично.

— Проснулась? — она закрывает книгу. — Знаешь, спящей ты очень даже милая.

Глупо пытаться меня смутить.

— Сколько баллов из десяти ты дала бы спящей мне по шкале милоты?

Странно. Чувствую себя отлично, ничего не болит, не тошнит и прочее. И что более странно, настроение хорошее, наверное, это из-за довольно приятного сна. Подобные сны редкость. А может, это от осознания того, что всю работу я проспала, и теперь в сложившейся ситуации у меня есть основание к ней не возвращаться, а по-тихому свалить погулять.

— Десять? Я так думаю. Мне так кажется, — она как-то заботливо улыбнулась и положила книгу на подлокотник. — Как себя чувствуешь?

Хорошее это средство — болезнь. Эх… За мной могли бы поухаживать, но… Почему-то мне сейчас лень притворяться больной.

— Довольно странно, но отлично, даже ничего не болит.

И это хорошо, впереди у меня много дел. Предоставленные мне сегодня возможности упускать нельзя.

— Это хорошо.

— Ты что все время тут сидела?

— Нет. Минут десять назад пришла, — девушка подсела чуть ближе и положила руку на мой лоб.

Я лишь поморщилась, но позволила ей удостовериться, что температуры нет. Откуда ей взяться, если и до этого ее не было?

— Как мило, — усмехнувшись, произнесла я, польстясь ее заботе.

— Это все из-за твоей силы?

Раз уж догадалась и спрашивает второй раз, то, думаю, нет смысла скрывать

— Ну да. Когда вокруг много народу, у всех разное поведение, разная мимика и эмоции. Они снуют туда-сюда, попадаясь мне на глаза, и мой мозг против моей воли получает какую-то часть информации о каждом. Думаю, из-за быстро поступающей в большом количестве разной информации нагрузка на мозг возрастает в разы, из-за чего и происходит такое.

— Я так и думала, — она несколько секунд молчала, смотря на меня. — В таком случае, что же ты будешь делать с этим завтра? Я так понимаю, ты будешь в центре событий, ведущей, а на стадионе соберется немало людей, верно?

— Ты, что, переживаешь за меня?

Жаль, моя сила на Шико не работает. Хотелось бы мне понимать, когда сменяется гнев на милость и почему. Пока не могу до конца разобраться в ее мотивации, целях и поведении.

— Тебе самой стоило бы позаботиться о себе. У тебя ведь, как и у всех тебе подобных, эта сила с детства? Значит и конец будет такой же, — ее глаза оббежали комнату, а после голова повернулась в сторону входной двери. — Вряд ли тебе хотелось бы сойти с ума через пару лет или умереть от инсульта.

Да-да. Очевидные вещи. Вот только я не особо ценю жизнь, и для меня это скорее нормальный расклад. Мне хватит денег, чтобы прожить лет до двадцати пяти ни в чем себе не отказывая, сделать, что хочу, а после и помирать можно.

— Не переживай, — я невольно усмехнулась. — Есть вероятность, что ничего не произойдет. Иногда становится плохо, иногда нет, конкретно не сказать, от чего это зависит. Я просто не буду пялиться на всех подряд, вот и все. Лучше пообещай мне, Шико, что не будешь делиться своими наблюдениями с Амаей.

На самом деле я не думаю, что мисс Хофлер стала бы отговаривать меня от проведения мероприятия или что-то говорить по этому поводу. Полагаю, она лучше всех осознает, что я и сама все прекрасно понимаю без чужих слов. Но мне не хочется, чтобы кто-то даже думал о моей болячке или пытался помочь мне. Пусть даже это будет моральная поддержка. Нет, спасибо.

— Мне нет в этом необходимости, — взглянув на меня, ровным тоном произнесла Шико.

Да, это в твоем стиле. Как бы это назвать? Холод или своего рода отчужденность. Многие сочли бы эту черту минусом, но для меня же это плюс. Мне это даже нравится. Хотя в отношениях такое добавляет непонимания и остринки. Ну оно и хорошо. Правда? Ха.

— С работой чего у нас там? Отлыниваем?

Только мне вздумалось перетянуть одеяло в свою сторону, как в дом вошла та, которую мы только что вспоминали.

— Уже проспалась, болячка? — судя по тому, как была произнесена фраза, Амая изрядно подустала.

— Вы, что, обе вложили все свои очки навыков в чутье? — монотонно проговариваю я, поднимаясь с дивана.

Судя по секундному выражению лица Шико, значение этой фразы она не сразу поняла, в отличие от матерой геймерши Амаи. Просто иначе я не знаю, как объяснить, почему через несколько минут после моего пробуждения обе дамы находятся тут. Возможно, это такой ход автора, чтобы не растягивать сцену?

— А то как же, — с иронией ответила Амая.

— Не одолжишь мне резинку для волос? — обращаюсь я к Шико.

Точно знаю, что она всегда таскает с собой пару.

— А ты наблюдательна, — делая комплимент, она достает и протягивает мне резинку.

— Я смотрю, ты в порядке. Не думала, что работа так влияет на тебя, — несмотря на усталость, Амая все равно улыбалась, пытаясь подкалывать меня. — Теперь я хотя бы понимаю, почему ты так старательно избегаешь ее.

— Хорошая попытка заболтать меня, — подхожу к зеркалу. — Почему вы обе тут? Что, Хрона одна со всем справится?

Планирую завязать конский хвост, оставив челку. Не ради красоты, ради удобства. Когда настроение хорошее, то почему-то и выглядеть хочется чуть лучше обычного.

— А мы уже заканчиваем, — усмехнулась, будто заранее ожидая мой вопрос, Ая. — Народу было много, потому сегодня распродали все быстро. Минут десять, и можно переходить на новый этап.

— Вот как. И что? Ничего не произошло за время моего сна?

Мне сегодня прямо благоволят звезды. Куча времени в запасе. Успею всюду.

— А что должно было? — интересуется Амая.

— Ну не знаю, — протянула я. — Может быть, на вас напал охотник на мэсов, кто-то без руки остался или еще что.

Просто в бреду мне почудилось, что ситуация сильно похожа на ту, что уже когда-то была.

— А… Ты об этом, — протягивает она и проходит в комнату, присаживаясь возле Шико. — Нападало одно тело, перепугало весь народ. Поднялся шум, паника, но все благополучно закончилось. Хрона со всем разобралась. Раз все закончилось без жертв и последствий, то мы подумали, что тебе не стоит об этом беспокоиться, но я все же решила сказать, раз уж ты поинтересовалась. Все равно бы узнала.

Я смотрю через зеркало в глаза Амаи, а она, хитро улыбаясь, смотрит на меня. Врет напропалую, зная, что я понимаю эту ложь.

— Похоже, реальность довольно скучна.

Сколько не накручивай себя, вряд ли что-то произойдёт. Увы.

— Амая, ты тоже это заметила? — поинтересовалась Шико.

Пытаясь понять, о чем она говорит, я, не поворачиваясь к девчонкам, смотрела на ее отражение в зеркале. Она едва заметно улыбалась, повернув голову в сторону Амаи.

— Да. Я думала, показалось, но раз ты тоже это приметила.

Если по Шико я и не могу читать, то по другой бабенке явно понимаю, что речь идет обо мне.

— Может, вы где-то на спине и нарисовали мне причиндалы, но на лбу вроде ничего нет, — сохраняя хладнокровие, произношу я.

— Ох, — Амая тяжело вздыхает, расплываясь в улыбке. — Арквейд, скажи честно, ты, что, влюбилась?

— Полюбому.

Дебильные шуточки продолжаются. Да и ладно. В этой ситуации меня напрягает кое-что другое…

— Конечно, ты, наверное, открыла, наконец, свое сердце для меня. Или же, все-таки, для Амаи? — в этой анархии активную роль принимает и Шико.

— Я полигамна, люблю вас обеих, — поворачиваясь к дамам, произношу я. — Одно мне непонятно, и как вы догадались? А?

За последние несколько часов их совместные нападки повторяются не первый раз. Кроме того, по моим наблюдениям после их поездки в одном автобусе они как-то подозрительно стали понимать друг друга без слов. Не хотите же вы мне сказать, что Шико нашла общий язык не только с Нео, но и Амаей?

Нет!

Не хотите же вы мне сказать, что это со мной что-то не так?! Тфу! Конечно же, нет! Если вдуматься лучше, среди нас всех нормальной больше всего выглядит Эла. Нацукаши с Шико общается посредственно. Заботливо любит и отдает предпочтение мне, значит, я нормальная, а Шико может только с такими же отбитыми, как она, ладить. Мне приходится довольствоваться обычными людьми. Ух. Слава богу. Все хорошо. Нужно, пожалуй, больше ценить Элу.

— Ты подозрительно улыбчива, — начала Амая.

— Но естественная улыбка тебе идет, — поддакивала ей Шико.

— Кроме того, с чего-то вдруг уделяешь внимание своей внешности, прихорашиваешься. Поправляешь прическу и форму, — продолжает Хофлер.

— Хвост позволяет выглядеть тебе чуть моложе. Придает некоторой естественной женственности, — свой комментарий под фразу Аи снова вставляет наша королевна.

— Обычно ты более груба, а сейчас отвечаешь довольно сдержанно, — подмечает Амая.

— Характер не исправить, но это помогает создать атмосферу дружеского уюта, — и снова дополняет фразу первого оратора Шико. — Возможно, все дело во сне? Когда сон приятный, то и пробуждение сулит хорошее настроение.

— Выходит, тебе приснилась любимая, которая сладко заботилась о тебе во сне? Человек, который может справиться с твоим нравом? — последней фразой Хофлер намекала на себя.

Интересные приписывает достижения себе мадам.

— Остается лишь выяснить, кто этот человек. Но вариантов не так много должно быть, правда?

Вот уж представление.

— Чаво? — протягиваю, поморщив лоб я. — У нас, что, кто-то из учеников на спайсах навариться решил?

Амая рассмеялась, ну и Шико тоже как-то скоромно поддержала ее. Только не говорите мне, что это называется дружбой? Ха. Вот и имей после такого хорошее настроение.

******

12:55

Мы посчитали деньги. Поделили их, оплатили услуги аренды и прочее, прочее, прочее. Все как обычно. Ученики идут по своим делам, а мы своей бабской компанией по своим. Вместо привычных двух часов сегодня в запасе три.

Всей сворой мы проходим около сотни домов до конца улицы и останавливаемся на перекрестке возле кинотеатра. Тут я и планирую разделиться, оставшись одна. Понимаю, что от этой компании отделаться будет не самой простой задачей. Проще всего было сбежать, но, увы, меня не вовремя застала болячка. Здесь, как всегда, пригодился навык красноречия, ну и немного лжи. Все время дороги я потратила на то, чтобы подвести к тому, что нам предстоит разделиться, мне нужно в город по делам и все такое. Главной проблемой, конечно же, была Амая, которая намеривалась поехать со мной и помочь, но Шико, догадываясь о моих истинных намереньях, подыграла мне, склонив девушку в нужную сторону. Отдельное ей за это спасибо. Да. Отрабатывает заработанные прежде минусы.

— Что ж, прежде, чем мы разделимся, Амая... — я беру последнюю под локоток и отвожу в сторону. — Позвольте поинтересоваться, какое же вы желание хотите, чтоб я исполнила.

— Может, лучше после? — спокойствие и безмятежность, вот, что выражало ее лицо.

— Говори уже. Хочу знать, к чему готовиться.

Это спокойствие скорее напрягало. Невольно подумалось, что это будет что-то серьезное. Что-то вроде помощи в деле с Астартой. Не хотелось бы.

— Хорошо, — девушка выдохнула и улыбнулась. — Я займу у тебя немного твоего времени в воскресенье. В этот день рано утром, примерно в половину восьмого, ты придешь к нам и приготовишь для нас с Астартой завтрак и немного побудешь у нас в роли заботливой хозяйки.

— Не хочу расстраивать тебя, но боюсь, ты будешь разочарована. Готовка — не моя сильная сторона. Лучше придумай что-нибудь другое, если не хочешь слечь вместе с подругой.

Вы ведь осведомлены о моих навыках готовки?

— Ты не дослушала, — она хитро улыбнулась чуть шире. — Я, конечно же, осведомлена об этом. Потому ты будешь готовить конкретное блюдо, а именно омлет с рисом и мясом. Если твоя еда не будет съедобной, то каждое воскресенье ты будешь приходить снова, пока у тебя не выйдет нормально.

Вот ведьма.

— Не слишком ли ты много хочешь, а? — возмущаюсь я. — Я на это не подпишусь.

— Неужто столь простое блюдо тебе не под силу? — она начинает подтрунивать, чувствуя, что все козыри у нее на руках. — Ты ведь честный игрок? Желание есть желание. Ты забрала немного моего времени, а я заберу немного твоего.

— Прошлая Амая нравилась мне куда больше, — я вздыхаю. — Ладно, пусть так.

С одной стороны, не хочу париться, учиться что-то делать, с другой стороны, не хочу морочиться с тем, чтобы вывести ее на что-то другое. Эх… В итоге, как всегда, делаю тупой выбор. Все проблемы откладываем на потом.

В то время, пока мы общались с Амаей, Шико и Хрона залипали в какую-то огромную афишу, наклеенную на стену кинотеатра. Стандартный анонс фильма, за исключением того, что надписи были почему-то не на нашем языке. Тупая какая-то мода, связанная с иностранными языками. Учите их сами. Уже и о фильме не прочитать. Дожили. Или это типа романтика такая? Красивый и загадочный чужой язык. Ну ок.

— Что, нравится этот фильм? — интересуюсь я у Шико.

Уж больно пристально она смотрела на плакат. Единственный нюанс, который я поняла из этой афиши, не считая дни показа, это то, что фильм в формате куба. Это комната, в которой помещаются от двух до пяти человек, где крутят фильм в виртуальной реальности. Ты будто часть происходящего, находишься там вместе с актерами, можешь ходить смотреть на декорации, наблюдать за сценой со всех ракурсов и все такое. Удовольствие не из дешевых.

— Нет, не то чтобы. Просто, это фильм, снятый по книге. Я читала ее когда-то давно. Книга об авантюрах, романтике и путешествиях. В ней герои ищут себя и так называемую свободу. Там просто должно быть много пейзажей, незамысловатых, естественно, красивых мест, которые доступны каждому. Для формата куба это, наверное, лучшее, что можно придумать, — она говорила это, не отрывая глаз от плаката. Уголки ее губ едва заметно, естественно разошлись в мечтательной улыбке.

Смотря на нее, мне казалось, что я впервые увидела в ней что-то естественно простое, что делало ее обычной девушкой. В моей голове что-то переклинило, и пришло осознание в виде простой мысли. Шико всю жизнь сидела взаперти. Я, условно говоря, тоже, но делала это по своей воле. Но даже так повидала много чего. Она же, если верить ее словам, вот уже сколько лет сидит в четырех стенах. И я сомневаюсь, что это ее собственное волеизъявление. А там из одной академии в другую, и в этой никакой свободы. В том плане, что кто еще будет опасаться выехать на полдня в город? Ее естественно-мечтательный тон будто обнажал простое желание свободы. Желание любоваться тихими и естественными пейзажами природы, путешествиями и прочими мелочами жизни, которых она, вероятнее всего, была лишена.

Как мило. Ха.

— Хочешь сходить на него? — мой изучающий взгляд был прикован к Шико.

— Не сказала бы, — девушка, оторвав глаза от плаката, посмотрела на меня и едва заметно на секунду смутилась, догадавшись, что я что-то о ней поняла и почувствовала ее настроение. — Он довольно слащавый, да и куб мне кажется некомфортным.

Нужно отдать ей должное, в анализе она была хороша. Несмотря на секундную слабость, она быстро взяла себя в руки.

— Ясненько, — с улыбкой проговариваю я, загоревшись новой идеей. — К слову говоря, где твои лбы? Что-то не вижу, чтобы были проблемы из-за выезда.

— Да, — ее тон снова стал холодным. Она взглянула на меня, а после, моргнув, отвела взгляд. — Все обошлось.

Мне не нужна сила, чтобы понять, что это значит. Это больная для нее тема. Девушка думает, что я ничего не знаю, и проще согласиться, чем вступать в спор. Наверное, тут ты права, Шикуля.

— Ладно, девчонки, тут и разойдемся.

Время смотаться.

— Подожди, — останавливает меня Шико. Достает телефон из кармана и протягивает его мне. — Вот возьми, мало ли, что случится с тобой.

— Отказано! — говорю бескомпромисно я.

Забота или контроль? Смотрю на Амаю. Ей, кажется, эта инициатива пришлась по душе.

— ОТКАЗАНО! — выкрикнула Хрона, как попугай, услышав что-то знакомое.

Ну вот, теперь все знают, у кого я своровала эту фразу. Недалекая дамочка…

— Мне стремно таскать с собой столь дорогую штуку, — дополняю я. — Не хочу из-за такой мелочи попасть в рабство.

Аппарат последней модели, стоимость которого около семидесяти тысяч есси. Другого у нее быть и не могло

— Ничего страшного, если потеряешь или сломаешь его нечаянно, я не обижусь, — делает поправку Шико.

— Давай же, — в разговор вклинивается Амая. Она берет телефон у Шико и нажимает на кнопку, ждет, пока включится телефон, и стоит экрану загореться, как она переворачивает его вниз, протягивая мне. Видимо делает она это, чтобы не подключиться ненароком к устройству — После того, что с тобой произошло, лучше на всякий случай подстраховаться. Мало ли чего. Это всего лишь проявление нашей заботы. Если хочешь, можешь взять мой. Он не такой дорогой.

— Да ладно, что случится за пару часов? — иду на принцип.

Не возьму, и все тут.

— Упрямая же ты. Что ж с тобой поделаешь, не хочешь — не бери. Но тогда хотя бы приведи форму в порядок, — Амая делает шаг ко мне и начинает застегивать мою блузку. — Бюст ты, конечно, отъела прекрасный, но давай не будем им светить направо и налево вне стен академии, окей?

— И что мне мешает после того, как мы разойдемся, все вернуть обратно? — с иронией интересуюсь я.

— Заботливое ощущение того, что ты раздавишь наши чувства. А мы ведь просто хотим, чтобы ты не заболела и не привлекла своими формами беду, — после того, как верхняя пуговица была застегнута, Амая, не теряя времени, ударила меня по заду и, улыбнувшись, развернулась. — Ладно, идемте, оставим эту зануду одну. Смотри, главное — не помри там только.

И что это было?

******

Не проходит и десяти минут, как я чувствую вибрацию в заднем кармане своих брюк. Телефон? И как я могла его не почувствовать. Амая? Какого? Откуда у тебя такие навыки? Ты же была просто комнатным растением половину своей жизни. Что за дела?

— Приветик, — на том конце раздался голос Аи.

Другого я и не ждала.

— Амая!

Когда-то ты была милой куколкой, даже нравилась мне, а что теперь? Что за змею я пригрела?

— Я тоже тебя люблю, — протянула нараспев она. — Еще услышимся.

С этими словами девушка бросила трубку.

Хофлер, значит. Неплохо-неплохо, что еще сказать. Молодец.

Экран звонка сменился на заставку, и внизу возле книжки контактов я волей-неволей заметила количество пропущенных звонков. Цифра их достигала шестидесяти семи. Я кликнула по иконке пальцем. В основном звонили с трех номеров, изредка фигурировали и другие. От этого немного стремно. Можно сказать, что за все это время звонили чаще, чем раз в десять минут. Эти звонки были обращены не ко мне, но даже я почувствовала напряжение. Кто-то там явно стремился поговорить с Шико. Кто-то наверняка пребывает в ярости от того, что не может связаться с девушкой. И это был не только Герхард, а кто-то еще. Почему-то у меня не очень хорошее предчувствие.

******

Метро. Одно из моих самых нелюбимых мест. Если оно занимает не первое место, то точно входит в тройку самых неприятных.

Прежде чем войти туда, я снимаю значок с плеча, убирая его в карман. Если не сделаю этого, то велика вероятность, что вернусь без него. Не потому, что кто-то сопрет, хотя и это вероятно, а потому, что текучка такая, что отвалится значок, а ты и не заметишь. В аду обязательно специально для меня построят метро. Я терпеть не могу людей, а тут их концентрация всегда на уровне максимума, и избежать этого невозможно. Под людьми я имею в виду всех человеков, неважно, с силой или без. Что среди одних, что среди других достаточно отвратительных и малоприятных личностей. Да и с серой массой, в которую вхожу и сама, я смириться не могу. Видимо, эта неприязнь родилась вместе со мной, и потому мне ее не перебороть. Хотелось бы мне, терпя случайные соприкосновения с другими, молчать, не обращая внимания ни на что, но, увы, даже если буду стараться, ничего не выйдет, моя сила сама все сделает. Выход один — побольше смотреть в пол. Да

******

— Мало мне твоего похотливого взгляда, так ты еще и руки распускать начал?! — я хватаю за запястье мужчину лет тридцати пяти и сильно сжимаю, заламывая руку назад. Говорю с оскалом, смотря прямо в его глаза. — Если тронешь меня еще раз, я трону тебя в ответ. Ты меня понял?

Этот нахал некоторое время похотливо любовался мной. Я не против, смотрите, но руки держите при себе. Я слыхала, что девушек лапают в электричках, особенно если много народу, и сама сталкиваюсь с таким не первый раз. Кто-то терпит подобное в силу разных причин, но я не из таких.

— Эй, ты чего это удумала! — на весь вагон возмутился мужчина. — Хочешь денег из меня выжать, стерва?

Хороший вариант — повернуть ситуацию в свою сторону, обвинив меня в том, что я сама подставлялась, пытаясь заставить его лапать меня, мол, в этом случае его вины тут нет. Есть ведь подобный вид мошенничества. Правда, где тогда мои братки, которые должны прийти на подмогу?

— Заткнись. Не ломай комедию. Все и так понятно, — я смотрю на людей, а те отводят глаза, пытаясь делать вид, что не причастны к этой ситуации. — Еще одно слово, и я сломаю тебе руку, ты меня понял?

Мне не нужно много силы, чтобы доказать серьезность моих намерений.

— Да, — понимая это, мужчина, посмотрев по сторонам, кивнул.

— Ущерб, — с этими словами я отпускаю его руку. — Эй, вы там, в конце вагона, вас это тоже касается.

Мы пересеклись взглядами с тремя молодыми парнями, которые, смеясь, приставали к каким-то школьницам. Меня все это изрядно подзадело, потому моего угрожающего взгляда было достаточно, чтобы они поняли, что я шутить не собираюсь. Думаю, они также поняли, что я мэс, иначе откуда во мне такая уверенность и наглость.

Мне всегда казалось странным, почему девушки позволяют подобное? А если даже и нет, то почему мужчины в большинстве случаев оказываются в выигрышной позиции, если виноваты они? Как такое возможно при равноправии? Впрочем, такое происходит не только в этом вопросе, но и в ряде других. Где-то преимущество у женщин, где-то у мужчин. Это, как по мне, тупо.

Пристававший ко мне мужчина вышел на следующей станции, назвав меня на прощание сукой. Вслед за ним слиняли и те парни. Потихоньку, будто по сговору, через каждую станцию, одна за другой выходили и школьницы, к которым приставали. Им было очень неловко и некомфортно, наверное, поэтому ни одна из них не сказала мне спасибо. Да и ладно.

******

Мобильник Шико трезвонил почти каждые пять минут. Понимая, что телефон включен, кто-то будто стремился при помощи раздражения заставить меня взять долбанную трубку. Поначалу мне было все равно, но поскольку приходилось проверять, а не Амая ли это, постепенно это все больше и больше стало раздражать. Несмотря на все это, телефон я держала включенным. Постоянно поглядывала, кто звонит. Номера стали меняться все чаще. Ни один из них не был подписан. И в памяти телефона также не было никаких номеров и подписей. Видимо, Шико знает все наизусть или отвечает и ориентируется на месте.

Возможно, это вообще просто атака спамеров, пытающихся впихнуть, карту, кредит, телевизор, поинтересоваться моим мнением с предложением пройти опрос или еще какая-нибудь новая хрень. Лишняя причина не любить и не иметь телефон. Ха.

******

— Эй, девушка, постой, — меня догоняют три нелицеприятных тела.

— Прости, ты не поможешь нам? — положив руку мне на плечо, произносит один из них.

— И что же вы хотите? — спокойно интересуюсь я, повернувшись к мужчинам.

Лица как на подбор. Два бугая, один из которых брит под горшок, и дрыщ, рожа которого вся была в ссадинах и порезах. Дрыщ сильно выделялся на фоне двухметровых парней, так как был на голову ниже их. Примерно моего роста или даже чуть ниже.

— Нам нужна помощь, — говорил с опаской бритоголовый качок. — Ты, это, только не пугайся, не убегай, мы ничего тебе не сделаем.

Они не хотят, чтобы я сбежала? Миленько.

— Да, мы тебя не тронем, — второй бугай был гнусавым и говорил так, что создавалось впечатление, будто айкью у него на одном уровне с обезьяной. — Все почему-то убегают от нас, даже не выслушав просьбу.

Интересно, почему это? Подходят сзади и кладут руку на плечо, смотря на тебя своими страшными глазенками, которые находятся на бандитских рожах. Действительно, и почему у людей срабатывает инстинкт самосохранения?

— Выкладывайте уже, слушаю, — я не блещу дружелюбием, но и агрессии не проявляю.

Несмотря на то, что лица они сомнительные, моя сила тревоги не бьет.

— Нам бы тут это… — потирая руки, начал дрыщ. — Три биты купить.

Этот мужчина выглядит как шакал. Даже смешно.

— Вон в том магазине, — сказал бритый, мотнув в сторону спортивного магазина. — Деньги мы тебе дадим, не беспокойся.

— Продавщица говорит, что мы похожи на уголовников, а потому она не продаст нам то, что мы можем использовать в качестве оружия, — промычал гнусавый. — Бандюками обзывает.

— А вы, значит, не бандюки? — с усмешкой говорю я.

Что за комедия, ей-богу. И почему я притягиваю к себе сомнительных и отбитых личностей? Господь, ответь мне, пожалуйста, на этот вопрос.

«Потому что ты сама такая!» (с) Бог.

— Нет, конечно, просто лицом не уродились, — глупо посмеявшись, почесал репу качок.

Вслед за ним глупо посмеялись и его друзья.

Ну все понятно, что тут скажешь.

— Мы, это, из курьерской службы. Товары там разные доставляем, вот, — подхватил дрыщ.

Почему-то сила моя решила, что в этом есть доля правды. Наркоту, видимо, перевозят. Окей.

— Мы просто любим бейсбол, а нас выпирают из магазина, а потому…

— Пожалуйста! — произнесли они все вместе, сложив руки по швам и наклонив голову.

Эта представление заставило меня улыбнуться. Репетировали, видать. Настолько отчаялись? Должна сказать, это работает. Достойно уважения.

— Мне без разницы, бандюки или не бандюки, у всех должны быть равные права! — я усмехнулась своим же словам. — Выкладывайте, что кому чего.

Вот, значит, какие нынче проблемы у современной мафии. Кризис, видать, в сфере. Ужас. Стоит похвалить этот магазин за то, что он не следует уставу «сделай и продай все, что потребует от тебя клиент».

Они, оживившись, долго рассказывали мне о желаемых битах. Называли марку, цену, где лежат, и даже пытались описать различия каждой. Так разошлись, что стали рассказывать истории из жизни и о своих увлечениях. Здрасте, походу, у меня новые друганы.

История пошла не в ту степь.

Я могла бы забрать себе деньги и просто уйти. Мне и так предельно ясно, как будет использоваться этот спортивный инвентарь, а потому…

Нет. Я так не поступлю. Их честные глаза и такая кропотливая любовь к используемым вещам, разве могу я предать такое?

Я покупаю биты и беру мяч для приличия. А то как-то подозрительно, сначала бугаи просят одни биты, а потом еще и хрупкая девушка интересуется теми же битами.

Возвращаюсь к мужикам. Эх… Ну и выражения я использую.

Они, словно дети, с блеском в глазах разбирают свои биты, осыпая меня комплиментами и благодарностями. Мне даже показалось, что я сделала доброе дело, а не помогла в чем-то плохом.

— Я знал, что на тебя можно положиться, — довольно проговорил бритоголовый.

— И как ты это определил? — интересуюсь я.

Мы уже давно перешли на «ты». Зачем эти формальности.

— У тебя глаза, как у нашего шефа, — с некой гордостью заявлял он, показывая на свои глаза.

— Но у него же зеленые глаза… — недоумевал худощавый.

— Да нет же, болван, — бритый ударил тощего по спине. — Я про взгляд.

— Да-да, он такой же злой и недовольный, — подхватил недалекий.

— Да нет же, я не это хотел сказать, — повысив голос, перебивал бритый. — Он такой… Побитый, что ли. Видно усталость, но при этом есть в нем доброта. Шеф вечно нас ругает, подкалывает и злится на нас, но никогда не бросит. Несмотря на улыбку, его взгляд наполнен грустью, но доброта — это его основа. Добро с кулаками и агрессией, вот. И ты нам показалось такой же.

— А ты тот еще льстец, — усмехнувшись, говорю я.

О своем шефе этот бугай говорил с теплотой и уважением. Сразу видно, послушный сотрудник, который чтит своего начальника. Ха.

— Это да, ты будь осторожна, он тот еще бабник! — с радостью сдавал своего друга щуплый.

— Вот еще, ничего подобного! — возмутился обвиняемый.

Сразу видно, у кого из троих интеллекта больше.

— Правда-правда, — поддерживал хилого гнусавый. — У него хорошо получается изображать бактрийский акцент. В разговоре с девушками он этим пользуется. Многие ведутся, считая это милым.

— Ладно, ребят, — я достаю телефон и смотрю на время. — Приятно было познакомиться, но мне пора.

— Вот так, — стоявший по центру худощавый бандит бесцеремонно выхватывает мой телефон и быстро начинает что-то набирать. — Теперь у нас есть твой телефон, а у тебя наш.

Раздается звонок, и он достает из кармана свой телефон. После со своего он звонит на мобильник Шико

— Ловко ты это, — подмечал, поддерживая друга гнусавый.

— Ага. Если что приключится, ты звони. Мы подъедем, разберемся, — подключился, улыбнувшись, бритый.

Лишний раз убеждаюсь, что они «не бандюки».

— Повезло тебе, — с мечтательным вздохом, мне протягивают телефон. — Красивая у тебя пара. Прямо мечта.

Я, взяв трубку, лишь усмехнулась. Сложно не согласиться, заставка миленькая. Вот уж, стоит помочь сомнительным личностям, как услышишь комплиментов от них больше, чем от других за всю жизнь. Стоит задуматься о выборе жизненного пути.

— Что ж, кореша, — судя по дружелюбности и искренности, именно это слово подходит для определения наших отношений. — Может, когда еще свидимся, бывайте.

Я разворачиваюсь и напоследок махаю рукой.

— Удачи. Еще раз спасибо!

Они еще не знают, что в их руках номер телефона Шико. Жаль, я вряд ли узнаю, чем закончится их потенциальный звонок. Если такой вдруг произойдет. К слову, это первый телефон в ее контактной книжке после Амаи. Последнюю, возможно, она в конце этого дня удалит.

Как бы мне их подписать…

38.Вторник, 28 марта (часть 5)

Я впервые на такого рода мероприятии. Несмотря на то, что народу тьма тьмущая, все выглядит цивильно. У стендов нет толкучки, соблюдается очередь, люди передвигаются по определенной траектории, что позволяет избегать ненужной суеты. Те же, кто пытается куда-то протиснуться, ведут себя довольно вежливо, извиняются. Наверное, такое поведение обусловлено спецификой собравшейся аудитории. Любители почитать новеллы, ранобэ, мангу независимых авторов и все в таком роде. И я среди них…

Сугату найти было несложно. Парень собрал вокруг себя довольно большую аудиторию. Оно и неудивительно: его игра в электронном магазине достаточно популярна, и потому желающих получить физическую копию с автографом автора, естественно, достаточно много. Всегда знала, что на такого рода выставках много народу, но никогда не разделяла и не понимала этой страсти к коллекционированию чего бы то ни было.

По Сугате видно, что ему нравится эта автограф-сессия. Хотя он и выглядит слегка напряженным и явно пока не привык к такому, но старается изо всех сил. Несмотря на то, что очередь все растет, он с каждым разговаривает, каждому старается уделить внимание, ответить на какие-то вопросы. Такое наверняка должно радовать фанатов его визуальной новеллы. Единственно, делает он это странно. Как бы это сказать, на большинство людей он не смотрит вообще, смотрит обычно на копию с игрой и с легкой улыбкой на лице задумчиво отвечает посетителям. Выглядит он при этом добрым и искренним, потому у людей это не вызывает негативных чувств, а наоборот, располагает. Благодаря этому я заметила одну особенность. Наверное, он делает это не специально, а просто из-за волнения, но выходит так, что на трех из четырех человек он не смотрит. И это происходит стабильно, потому можно легко просчитать, на кого он посмотрит, а кого пропустит. Ха.

Этим можно воспользоваться.

Раскошеливаюсь на копию игры. Некоторое время считаю людей в очереди. Надеюсь, этот его паттерн не даст сбоя. Точно определив, когда он не должен будет смотреть на меня, я встаю в очередь.

Очередь, знаете, тоже неплохая пытка.

— Добрый день, — кладу диск с игрой на стол. Говорю с придыханием, стараясь изменять свой голос. — Напишите, пожалуйста, следующее: «Мэд, вернись, я нашла игру, сюжет которой круче “Мести боксера”».

Вряд ли Сугата поймет, что таким незамысловатым образом я назвала его игру говном. Ха.

— Это ваш друг? — интересуется он, открывая маркер.

— Не то чтобы друг, но в определенной степени он повлиял на мою жизнь.

Как и думала, парень не собирается смотреть на меня. Стоя здесь, я лучше чувствую его настроение. Он открыт к разговору. Я бы назвала такое — душа нараспашку. Состояние, в котором ты готов с теплотой в сердце рассказать о своем любимом деле или узнать о том, что чувствуют другие. Миленько.

— Ваш голос похож на голос одной моей знакомой, — выдал Сугата, начав писать на обложке диска.

Я уж было подумала, если он заметил это, то обязательно, чисто по инерции, посмотрит на меня, но нет. Таких дураков еще поискать нужно.

— Правда? — с улыбкой произношу я.

Сложно удержаться…

— Да, только у Вас он более мягкий, — честно отвечает он.

Именно такой голос я и делаю. Чувствую себя при этом какой-то дурой. Будто манера речи меняет характер.

— Надеюсь, она хороший человек?

Не думала особо, о чем буду с ним говорить. Планировала ориентироваться по ходу. Но вот как все повернулось. Отличный повод узнать о себе побольше, ведь сейчас он, кажется, готов сказать то, что думает на самом деле.

— Сложно ответить однозначно, — произнеся это, он молча дописал слова и, расписавшись, стал держать диск в руках. — Она определенно неплохой человек. С доброй душой, но сложным характером. Не всегда понятно, чего она хочет и какую цель преследует. Часто кажется, что этой цели и вовсе нет. Она будто просто что-то пытается скрыть. Не хотелось бы признавать это, но скажу по секрету, что в проекте, над которым я сейчас работаю, эта девушка стала прототипом одной из героинь.

Странно слышать такое. То ли мне польститься от предоставленной чести, то ли взбунтоваться от такой наглости.

— Она Вам нравится?

Не буду уточнять, как человек или как девушка. Из ответа, думаю, будет понятно.

— Наверное. В некоторой степени, да. Хотя иногда мне кажется, что лучше ее и не знать.

Судя по всему, ближе всего к другу.

— Приятно слышать это, малой, — уже нормальным голосом произношу с издевкой я.

А то Вы все чувства свои скрываете. Говорите, мол, я такой плохой человек. Невыносимая бабища, которая только привносит хаос. А тут вот оно как получается, Вам это нравится. Скажете мне спасибо? А то ведь в один прекрасный день молча уйду, а Вы потом жалеть будете, что не высказались.

— Арквейд, — произнес он и посмотрел на меня. Тяжело вздохнув, закрыл глаза и медленно положил диск на стол, после чего сжал правую руку в кулак.

— Ну что? Отдохнул и хватит. Мне нужны твои эскорт-услуги.

Я бы могла поиздеваться над его чувствами, обмусолив все то, что он сейчас сказал, и непременно бы так сделала, если бы не была уверена в том, что из-за этого не пострадают бедные фанаты. В смысле, не потеряют настроенного на общение автора. Потому сохраню для них этого парня в норме. Не благодарите, ребят.

— Зачем ты говоришь так неоднозначно!? И как я это должен понимать!? — в своей привычной манере завелся он.

Его интонацию сложно описать, она уникальна в своем роде. Едва громче обычного голоса, больше похоже на возмущение, но скорее это негодование и желание достучатся до оппонента.

— Хорошо-хорошо, — отмахиваюсь я. — Составишь мне компанию в походе по магазинам. Нужна твоя консультация и все такое.

— Но почему это должен быть обязательно я?! — продолжал возмущаться парень. — Ты же видишь, я занят!

Люди вроде него и меня терпеть не могут походы по магазинам. В этом и суть. Отличное же объединение. Не?

— Перестань, ты же сам сказал, что мы друзья. Других мужских плеч мне не найти, — я усмехнулась. — Ну так что, идем?

Правда, в плане таскания грузов этот мужчинка не лучший вариант.

— Нет. У меня тут вообще-то автограф-сессия! — Сугата еще немного повысил тон. — Я не могу вот так все бросить и пойти с тобой!

Повелся на мою провокацию. Наивность.

— Не зуди, я, конечно же, подожду тебя.

Уже и позабыла, как легко и забавно его разводить.

— От тебя лишь одни неприятности! — с тем же возмущением проговорил он, кажется, уже начав мириться с тем, что я никуда не денусь. — Я знаю, что проще согласиться, чем спорить с тобой, потому подожди меня тогда в гримерке.

— Да я и тут могу посидеть, составлю тебе компанию.

Не стоит ради меня напрягаться. С фанатами, должно быть, интересно общаться. Ха.

— Нет, я не смогу в твоем присутствии сосредоточиться, — с этими словами он встал из-за стола и подошел к какой-то женщине, которая помогала продавать диски.

Она подошла ко мне и, поклонившись, сказала, что покажет дорогу.

— Я буду ждать тебя в гримерке, любимый! — отойдя на несколько метров с провожатой, громко произношу я, развернувшись. Подмигнув парню, я посылаю ему воздушный поцелуй. — Постарайся тут со всем побыстрее разобраться!

Естественно, все, как в очереди, так и у ларька с дисками, обратили на это внимание. Сегодня в Вашей девственной биографии появится девушка. Радуйтесь. Разобьем сердца паре фанаток. Да. Но самое ценное — это офигевше-возмущенное лицо Сугаты. Только провожатая, подставив руку ко рту, миленько хихикнула, кажется, поняв всю ситуацию. Ха.

******

Я примерно так и представляла комнаты, которые выделяют для звезд. Диван, полшага от него до стола и все. В длину также пара метров и выход. Тут я и обустроилась. На этом вашем диване.

Делать нечего, я лажу в этом вашем интернете на телефоне Шико. Правда, радости от этого мало. То и дело окно браузера перекрывает окно звонка. При таком раскладе можно забыть о нормальном просмотре видео. Не знаю, какой раз это был, но меня доконало, и я решила взять трубку. Сейчас решу все проблемы разом!

— Шико, — на том конце прозвучал холодный, слегка надменный, грубый мужской голос. — Твои родители были бы разочарованы твоим поведением. Когда ты поймешь, что это все делается ради твоего блага?

Первый, кто приходит мне на ум после Герхарда, это опекун нашей принцессы. Вряд ли кто-то помимо него способен говорить с ней на «ты». Хотя кто знает…

— Понятно, так вот из-за кого Шико такая злая. Дядь, разве можно быть таким грубым?

А то я уже с ходу чувствую давление.

— Добрый день, юная леди, — мужчина изменил тон на более снисходительный. — Кто вы? Представьтесь, пожалуйста.

— Если просишь представиться меня, — бывает иногда такое, слышишь человека, его манеру речи, и он тебе сразу не нравится. — то сначала представься сам.

«Почему на «ты», а не на «Вы», когда человек незнакомый и старше тебя!? Фу какая ты невежливая, Арквейд. Мы тебя осуждаем!».

— Юная леди, Вы хоть понимаете, с кем разговариваете таким тоном? — несмотря на угрожающее замечание, грубый тон он сдерживал.

— Не-а, не понимаю, — с улыбкой произношу я и бросаю трубку.

Сложно ориентироваться только по голосу. Манеры у него есть, но, кажется, из-за нервов он волей-неволей переходит на угрожающий тон. Оно и неудивительно, полдня-то трезвонить.

И минуты не прошло. Тот же номер.

— Пожалуйста, позовите к телефону Шико, — стоит мне нажать кнопку ответа, как тут же доносится из трубки тот же голос.

— Не позову.

Не по тому Вы пути пошли, сеньор. Вот представились бы, поговорили по-человечески, я, может быть, и сговорчивее была, а Вы вот так сразу. Не люблю двойственных личностей.

— У меня нет времени на Ваши шутки, — его раздражение только усиливалось.

— Да? — я усмехнулась. — А мне кажется, его у Вас как раз таки предостаточно. Только и делаете, что названиваете да названиваете, достали уже меня.

— Почему телефон Шико у Вас? Где она? — после тяжелого вздоха мужчина, кажется, осознал, что нужно говорить со мной в другой манере. Голос стал более ровным и терпеливым.

— Понимаете, тут такое дело, — решаю рассказать, как есть. — Мне против воли Шико всучила свой телефон. Не знаю, поверите Вы мне или нет, но это так. Я тут, а где она, не знаю, такие дела. Но переживать не стоит, ничего за день с вашей королевой не случится.

— А Вы, собственно, кто? — на те же грабли наступает…

Когда ответ меня удовлетворяет, я буду вежливой, когда нет, буду переходить на «ты».

— Ты ведь опекун Шико, да? Можешь не отвечать, я догадываюсь. Ты должен знать, кто я, наверное, — ведь я уже какую-никакую, а сыграла роль в жизни нашей королевны. Иначе откуда взялся Герхард? Я верю в силу логики. — Дядь, ответь мне лучше на один простой вопрос. Зачем так сильно ограничивать свободу Шико? Зачем вся эта насильная гиперопека? Какой бы важной шишкой в вашей системе она ни была, она ведь тоже простой человек со своими желаниями. Какими вы делаете самые прекрасные годы этой молодой особы? Объясни мне…

— Дела воспитания Шико Вас не касаются, юная леди, — грубо обрезает он.

«Юная леди» в данном случае используется, как намек на мой недалекий интеллект, неспособный понимать вещи в силу возраста? Естественно я не пойму, если мне нормально не говорить. Ха.

— А ведь мы могли подружиться… — я снова кладу трубку.

Что же это за фирма такая — «Пион», и почему они так держатся за Шико? Все это мне хочется почему-то сравнить с каким-нибудь тупым фильмом. История фирмы начинается с времен, когда еще и мэсов-то не существовало. Имен я не знаю, да и роли они не играют особой. Был один человек, который открыл свой цветочный магазин, название которого, соответственно, было «Пион». Время шло, за магазином второй, третий, четвертый… Так этот предприимчивый дядька, прежде чем умереть, успел открыть цветочные ларьки по всей стране. Появились мэсы, бизнес старика перешел к дочери, которая оказалась предприимчивой дамой. История говорит о том, что она была неприхотливой и деньги на себя практически не тратила. Сперва она инвестировала все в научную деятельность и исследования. Поскольку мэсы тогда только появились, исследования в этой области были прибыльным делом. Спустя время женщина стала искать мэсов с выдающимися способностями и с их помощью занимать многие сферы бизнеса и открывать новые направления. Так, например, благодаря аналогичным Астартиным способностям появилось направление по созданию искусственных частей тела вроде рук, ног, которые в случае утери конечности могли полностью заменить ее. Они были настолько хороши, что быстро приобрели популярность и стали важным продуктом. Такой протез, например, есть у нашей предыдущей главы — Селины. Следующим направлением стало исследование и добыча полезных ископаемых. Вследствие катастрофы изменились не только люди и животные, но и некоторые горные породы и почвы приобрели ресурсы, которые раньше не встречались в природе. Добыть добыли, что с этим делать? Правильно, нужно переработать и найти сферы, в которых все это можно применять. На этом этапе эстафету перенял сын той женщины, отец Шико. К слову, почему-то в семье Аглоафотис всегда был один ребенок, но, насколько я знаю, все они с радостью продолжали дело своих родителей. Сын оказался самым предприимчивым из всех. За какие-то двадцать лет он не просто составил конкуренцию, но и обогнал многих в машиностроении, производстве техники и оборудования, строительстве. К слову, вместе с нашим директором, Акирой Ватершайном, компания «Пион» разработала механических кукол — фиройдов. Сейчас эти куклы потихоньку внедряются в разные сферы и заменяют людей на тяжелых и вредоносных работах. В жены мужчина нашел себе также предприимчивую даму с бизнесом в сфере связи. Ей понадобилось пару лет, чтобы перенять опыт своего мужа, после чего она стала покорять сферу услуг. Короче говоря, сейчас эта корпорация «Пион» присутствует примерно в тридцати процентах всех сфер деятельности. Хоть они и не являются монополистами, но доход их невероятно велик. Эта еще довольно молодая парочка погибла на чужбине, оставив все наследнице. А кто наследница? Правильно, Шико! Столь крупная корпорация несет за собой большую ответственность, требуя от наследника крепкий характер и пытливый ум. Могу только догадываться, но все говорит о том, что все это в нашей Шико и воспитывали с самого детства. Где-то далеко взаперти, с кучей учителей и прочим. Потому мне и хочется сравнить все это с фильмом. Только вот наша принцесса не спешит особо сопротивляться этому. Видимо, в наследство ей также досталось желание продолжить дело своих родителей, ведь, как я понимаю, она уважает своих мать и отца. Не знаю почему, и ответа мне никто не дает. Только вот руки Шико до бизнеса дотянуться не могут. Условие — закончить образование? Логичное, наверное, не знаю. Тут ее жестко ограничивают и контролируют. Это ей жуть как не нравится — ядреный характер. Но у нее нет выбора. Могу лишь предположить, что таково условие ее отца. Типа, как на трон, пока не достигнешь двадцати — ни-ни. Этот дядька мог бы дать мне ответ. Эх…

— Арквейд Либерт, — спустя пять минут этот перец позвонил снова. — Почему столь бестактная и безответственная девушка на посту президента студенческого совета?

Интересно, и кто же слил инфу обо мне?

— Ну вот, можете же, когда хотите, узнать информацию. Только вот почему мы вдруг с Шико переключились на меня? Ах, да, понимаю, я, наверное, Вам приглянулась.

— Прекратите идиотничать, — его терпение, кажется, было очень шатким, так как проскальзывали нотки злости.

— Дядь, твои обвинения необоснованны. Я, видишь ли, исполняю свои обязанности и заставляю других членов совета также их исполнять. Раз уж ваша ненаглядная Шико — член совета, то она и будет выполнять то, что ей положено по уставу. Достаточно ясно объясняю? Инструкций свыше никаких на ее счет не было, а значит, она обычная ученица. Никто ее в совет вступать не заставлял. Да и вообще, дядь, ты ж важная шишка, почему ты решаешь проблемы по телефону? Информацию, как мы выяснили, ты добыть можешь. К твоему сведенью, до середины дня мы торчали в одном месте. Времени вроде предостаточно, приезжай, забирай, увози, никто ничего тебе не скажет. Вместо этого вы со своими коллегами звоните на телефон, чтобы, как мамочка, отругать за непослушание? Серьезно, что ли?

Не, ну я понимаю, что он, скорее всего, в другом городе, это логично.

— С Вами у нас будет отдельный разговор. Позовите к телефону Шико.

От этой фразы у меня пробежали мурашки по коже. Все, что было до, не сравнится по уровню опасности с этим. Плевать, не привыкать. Не убьют же меня, правда? Надеюсь, это будет быстро.

— Мне приятно твое внимание, но, дорогой, я же говорю, что не могу. Она где-то там, а я тут. Давай лучше по душам поговорим, ты мне расскажешь о том, почему вы держите Шико на привязи. Почему это так важно? Я в свою очередь расскажу тебе о том, как стала главой или о тех сторонах вашей принцессы, о которых никто, скорее всего, не догадывается.

— Тут — это где? — холодно произносит голос, пропуская почти все, что я говорю, мимо ушей, зацепляясь только за то, что ему нужно.

Бесит.

— Слушай, — я вздыхаю и перевожу взгляд на стену, где висел плакат какой-то анимешной девчонки. — На дворе тысяча семисот шестьдесят четвертый год, отследи мое местоположение по JPS или еще чего там. Может, у вас в штате мэс есть с силой, которая по карте мое местоположение определит. На переговоры-то пойдем, нет? Я ведь в подобной манере говорю не потому, что хочу оскорбить, а потому, что Вы не хотите слушать.

— Это специальный телефон, его местоположение отследить невозможно, — проговорил мужчина.

Хочу не хочу, но нужно пойти на компромисс, а то это все слишком далеко зашло

— Ладно, я вижу, мы не хотим услышать друг друга, но я пойду навстречу. Извините за такое начало разговора. Я понимаю, что Вам не нравится, что я с Вами говорю на «ты». Но послушайте меня. Я человек посторонний, но даже меня достал этот контроль. Объясните мне, зачем вы это делаете, и наш конфликт будет улажен. Я ведь понимаю, что это не просто страх за жизнь вашей драгоценной наследницы, верно?

— Родителем Шико не понравилось бы то, во что она превращается. Она нарушает планы. И то, что Вы сблизились с ней и пытаетесь защитить ее, лишнее тому подтверждение.

Удивительно, пусть он и говорит скупо и холодно, но хотя бы пытается пойти навстречу.

— Какие планы? Разве жизнь можно расписать? Против воли мил не будешь.

Не думала, что во мне возникнет стандартная дилемма, поднимающаяся во многих фильмах и книгах

— Вы с ней не равны. Возможно, когда-нибудь Вы поймете, а сейчас я не желаю тратить время, общаясь с такой упрямицей, как Вы. Вы уже внесли достаточный вклад в жизнь Шико. Я ничего не имею конкретно против Вас, но, пожалуйста, прекратите доставлять нам проблемы.

И чего за эти пять минут обо мне наговорил Герхард? Вот гад, ломает мне все. Ведь по тону явно слышно, что он верит в то, что говорит. Бестолковый диалог.

— Ну офигеть, теперь еще и я виновата во всем. Вы же лучше меня знаете Шико. Так подумайте над тем, кто все это устраивает. Вы же говорили, что прошлая академия плохо влияла, а сейчас тогда что изменилось? — я кладу трубку.

Злость. Мало того, что меня бабы домогаются и их прислуга душит, так это еще все из-за меня выходит? Вы ломаете мой покой, а виновата я?! Какая-то больная логика. Да ну вас всех!

Не проходит и минуты, как снова звонят.

— Послушай, я тебе честно скажу, твоя настойчивость, паника или чего еще не имеют никакого смысла. Через пару часов мы вернемся в академию, и на этом все, понимаешь? Ничего не произойдет, ничего не случится. Так что прекращай звонить, это делу не поможет. Если уж спустя половину дня вдруг стало так невмоготу, то ищите Шико сами. Но лучше просто оставьте ее в покое, вашего повседневного контроля и так более чем достаточно, — я снова кладу трубку.

Разговор, который не несет никакой информации, мне неинтересен. Одна нервотрепка. Я даже через телефон чувствую, что он не хочет со мной говорить и даже не слушает, просто талдычит одно и то же.

Только положив трубку, я замечаю, что последний звонок был с другого номера. Впрочем, без разницы. Главное, что больше никто не звонил. Я ведь говорила, что решу проблему сейчас? Вот.

******

Дверь открылась. В комнату вошел Сугата. Он молча посмотрел на меня и, подойдя, поставил рядышком стул и уселся, начав смотреть в экран ноутбука.

— Ты чем это занимаешься? — поинтересовался он спустя пять минут.

— Вампирю.

Я хожу по произведениям и среди десятка хороших отзывов ищу негативные, читая только их.

— В каком это смысле «вампирю»?

— Ну, я открыла ноутбук, а тут во вкладках сайт с работами авторов, вот я хожу по ним и читаю плохие отзывы. Иду на самые топовые произведения, которые восхваляют больше всего, и там ищу грязь. Мне все равно, о чем произведение и что там. Мне доставляет удовольствие, что кто-то, исходя слюной в чувстве разочарования от прочитанного, строчит гневный отзыв, пытаясь достучаться до людей, раскрыть глаза. «Посмотрите же — герой тупой, и вот тут косяк, и вот тут». А его никто не слышит. Люди исходят на него говном. У меня от этого прямо энергия возрастает.

Я знаю, о чем вы подумали, но мне все равно.

— Ты ужасный человек, — пробормотал Сугата. — Тебе это, что, действительно нравится?

Просто ерундой страдаю от скуки.

— Да неважно, это я так. Просто вот параллельно думала, как раньше все было хорошо. Еще месяц назад круг моего общения был ограничен тобой, Адамом, Астартой, Изуми, да Нео периодами доставал. Никакой нервотрепки, пара ненавистников, пара фанатов, а сейчас с каждым днем все больше и больше знакомых, и не самых простых.

— Что поделать, ты ведь сама согласилась стать главой студсовета, — с улыбкой подметил парень.

Не будь я главой, то не было бы у меня сомнительных знакомств. Блог наблюдателя должен был быть о других людях, за которыми я наблюдала, а не обо мне.

— Да не в этом дело даже. Это хоть немного развлекает. Ты собрал себе пати. Адам ушел во второй корпус. Изуми бросила меня, как только нашла новых друзей. Астарта строит отношения. Со мной остался только черт Нео, да Канашима, пожалуй, еще. А ваши места позанимали сомнительные личности. Не говоря уже о том, что круг моих знакомств растет день ото дня и некоторые еще грозятся меня убить. Это утомительно.

— Ты, что, устала? Решила пожаловаться? — его улыбка была теплой и дружеской, готовой поддержать.

— А что, нельзя? Пока сидела в тишине, подумала, что скучаю по времени, когда была одна. Не мое это все. С таким шумом откину коньки раньше срока.

Одиночество — моя любовь. Эта любовь больше, чем доставание других, хотя... Может, и нет.

— Знаешь, рано или поздно, это должно было случиться. Может, все было бы по-другому. Но тебе ведь еще место в группе искать, — Сугата, как всегда, относился к словам с пониманием.

— Слабо представляю себя в группе с кем-то. А если это будет Изуми? Полный отстой. Ну да неважно. Просто, все у меня через жопу. Не бери в голову.

— Ты всяко сильнее нас всех. Вот, кстати, ты оставила его там, — он протягивает мне диск с игрой.

— Точно, я же заплатила за нее, — я берусь за край, но он не отпускает.

— Слушай, Арк, — его взгляд ушел в себя, а тон стал ровным, слегка грустноватым, — Ты ведь читала мою новеллу?

— Ну да, читала.

Мы, помнится, начинали читать, но что-то пошло не так, но ведь немного-то прочли. Уже можно давать оценку?

— Знаешь, читая обсуждения в интернете и слушая сейчас похвалу и благодарности людей, мне все больше кажется, что с игрой что-то не так. Чем больше о ней хороших отзывов, тем больше мне кажется, что она плоха. Может, в этой истории нет места для фантазии? Ведь не может быть такого, чтобы обходили изъяны, не поливали грязью за какие-то аспекты, — спокойно говорил он, не поднимая глаза. — Ощущение, что история просто хорошая, и это все. Не хватает какой-то остроты или чего-то такого, что оставляло бы неоднозначные впечатления. Я пытаюсь найти, что в ней не так, но не могу понять. Как автор я слишком привязан и не могу оценить ее объективно. Скажи, что ты думаешь об игре?

Не ас в таких темах. Да и вообще мало чего понимаю. Это, что, типа нужна дыра в сюжете, нужен косяк в решениях героя, чтобы люди обожали это или ненавидели? Эта тема далека от меня. Сама-то за жизнь прочла пару книг, и те по школьной программе. Какой из меня критик?

— Разве это не хорошо, что ты задаешься таким вопросом? Раз задаешься, значит растешь, как автор. Это ли не прекрасно? Вроде это нормально —испытывать подобные сомнения.

— Ты ведь не читала? — он улыбнулся и снял очки, отпустив диск.

— Не то чтобы не читала, — протягиваю я, улыбнувшись в ответ. — Просто читала не все. Да и знаешь, все же это не моя тема. Чтение в любом виде не мое. Очень сложно даются букавы. Не люблю букавы. Скучно. Мне, чтобы прочитать что-то, надо сделать не один десяток подходов, да и постоянно отвлекаться на что-нибудь стороннее, чтобы мозг не сплавился. Так что извиняй. Вот.

— Что ж, спасибо за честный ответ, — он положил очки на стол и, вздохнув, потер глаза. — Знаешь, твоя дурацкая выходка нанесла непоправимый ущерб моему образу.

— Ты должен быть мне благодарен, теперь все посчитают тебя самцом. А то выглядишь как девственник-задрот.

Что, в принципе, и является правдой. Хотя вот в костюмчике вполне симпатичный парень, только немного щупловат.

— Для аудитории это только плюс.

— В любом случае, теперь хотя бы все будут понимать, что ты что-то шаришь в отношениях, а не просто свои похотливые мечты на электронную бумагу переносишь.

— Да чего ты понимаешь-то? — он завелся, перейдя на свой привычный тон. — Настоящая любовь, настоящие отношения и чувства существуют только внутри человеческих сердец и воплощаются в образах милых 2D-девушек. Это совсем другой уровень отношений, который так просто не прочувствовать. Каждый из нас понимает, что ни одна реальная девушка не может сравниться с тем милым и невинным образом в игре. Девственность автора является важной частью в этой системе. Читатель понимает, что автор, как и он сам, — тонко чувствующий человек, чтящий культуру моэ.

— Так и скажи, что расстроился из-за того, что пара фанаток перестанет воздыхать об авторе. Типа парень-то занят. А когда парень занят, даже мечты портятся. Не зря же модели всегда говорят, что они свободны, даже если заняты.

Правда, не могу представить, кто будет мечтать о нем, но на свете много чудаков.

— Дело совсем не в этом! — еще громче возмутился он. — Как же ты не понимаешь...

В общем, все как обычно, наш разговор пошел не в ту степь, так что просто пропустим его.

******

Это только звучит страшно — поход по магазинам. На самом деле нам не нужно мерить платья, таскать сумки, выбирать всякую чушь. Все, что нам нужно — закупить оборудование и предметы по списку, который нам начеркала Астарта вместе со своими дружками-инженерами из обслуживающего персонала. И даже это оборудование и запчасти нам не нужно таскать. Все закупается в одном специализированном торговом центре. Мы платим деньги, а все наше барахло завтра с утра доставят в академию. Разве не круто? Остается лишь выбрать подарок для нашей горячо любимой именинницы Элы. И раз так уж сложилось, что у меня есть купон на три тысячи есси на покупку в одном ювелирном магазинчике, то мы туда и отправляемся.

******

Магазинчик, который называется просто «Ю». Располагается он на втором этаже гипермаркета. Довольно просторный, с кучей стеклянных витрин, за которыми и находятся украшения. Два охранника в зале, а за прилавком возле кассы стоит девчонка лет девяти-десяти.

— Собственно вот. Тут твои навыки и нужны. Мне нужно выбрать украшение в качестве подарка для Элы, — посвящаю в суть дела я.

— И с чего ты вдруг взяла, что я разбираюсь в украшениях?! — опять этот негодующе-возмущенный тон.

— Ну, я где-то в интернете видела обсуждения текста, вырезанного из твоей новеллы, про украшения и как они подходят под характеры. Что-то такое. Там все было довольно детально описано, без знаний и навыков такое не настрочить, наверное.

Было это, правда, месяца два назад, но я почему-то запомнила.

— Да я просто прочитал парочку статей в интернете, чтобы лучше понимать, что хочу видеть. Это была лишь абстрактная философия, — раскрывает карты мой друг.

— Неважно, в любом случае ты разбираешься лучше меня. Не напиши ты фигни, я бы тебя не взяла с собой и ты бы не страдал. Как тебе такая философия?

По правде говоря, украшения были расписаны очень детально, потому я и уверовала в то, что он смог бы подобрать что-то путное. Чтобы не облажаться и не купить безделушку или что-то, что будет значить «будь со мной на веки вечные», я обратилась за помощью. Но, видать, зря.

— Почему ты вообще решила покупать украшения? Разве это хороший подарок для друга? Не лучше ли купить что-нибудь интереснее и полезнее, раз уж ты готова потратить такую сумму!

Мне на самом деле доставляет этот призыв к пониманию.

— У меня вот, — я демонстрирую свой приз. — Купон на три тысячи на покупку в этом магазине.

— Купон? — он тяжело вздыхает, прикладывая руку к лицу. — Понятно... Ты всегда была жадной до денег. Несмотря на то, что они у тебя есть, никогда не тратила. Тряслась над каждой копейкой. Даже на вещь, которая тебе очень нравилась и была нужна в игре, стеснялась донатить. Что уж говорить, даже из траты электронной валюты в игре разводила трагедию. Теперь понятно, почему мы здесь...

— Поныл? — улыбнувшись, интересуюсь я.

— Арк, мне вот интересно, — он убрал руку от лица и покосился на меня. — Скажи, на что ты тратишь деньги, которые тебе выплачивают за студсовет?

— Тебе на донаты на стримах.

Это чистая правда. Хоть и было всего пару раз, и сумма была невелика. А в целом вы представляете, сколько денег уходит на соломку в шоколаде?

— Это не смешно! — снова завелся парень. — Ты лишь пришла и испортила всю атмосферу своими дурацкими шутками! Почему нельзя просто мирно побеседовать со всеми?

— Но людям было весело.

«Крышечка, нижнее подчеркивание, крышечка. Я @, ты @, я @, ты @, я @, ты @». Все по классике, плюс смешные пасты про автора. Что люди зря изгалялись, что ли?

— Ясно, — Сугата успокаивался, решая не продолжать спорить. — В качестве кого ты хочешь сделать подарок? Подруги? Главы студсовета? Возлюбленной? Что ты хочешь сказать своим подарком?

— У меня просто есть купон на три тысячи. Вот, что я хочу сказать, — мы начинаем ходить по магазину, смотря на украшения. — В качестве всех сразу, полагаю. Считай, это подарок от всех членов совета и меня отдельно.

Вряд ли кто-то знает о ее дне рождения. Придется мне обо всем позаботиться.

— Как насчет этого? — спустя пару минут он показал на кольцо.

— Старайся больше.

Не думаю, что кольца — лучший подарок. Если призадуматься, не замечала, чтобы Эла носила украшения вообще.

— Понял, кольца плохой вариант для тебя.

— Наверное, — неуверенно отвечаю я. — Слух, Сугата, тут мне показали одну игрушку, «Мир мэсов» называется, слышал что-нибудь о ней?

— А, это мобильное приложение с кучей доната, ничего интересного. Как тебе это? — он указал на ожерелье.

Парень был в курсе всего, а мне не сказал. Вот дела.

— В смысле «ничего интересного»?! Там есть я! И другие, наверняка, тоже! — возмущаюсь я. — Кто смастерил это чудо?

— Это объединение учеников из разных академий, включая нашу. Каждый работает над своей частью игры, над своей академией, если точнее. У них даже разрешение есть. Изначально, как я понял, они хотели взять другие академии, но возникли проблемы, потому их заменили. Звучит вроде интересно — разделить игру, где каждый будет делать свою часть, своих персонажей и историю, а на деле это обычное приложение, похожее на десяток других. Графика, конечно, привлекательная, но все равно такие игры не для игроков вроде тебя, которые не желают ничего вливать в пиксели. Вот, лучше посмотри еще на этот вариант.

Вот оно что, значит. И директор в курсе, выходит?

— Ожерелья мне, конечно, нравятся больше, но я даже не знаю, слишком в глаза бросаются, что ли. Но почему ты мне хотя бы просто не сказал об этом? Это же интересно!

— Нет там ничего интересного. Поверь, — в сотый раз повторил Сугата. — Игра завязана на донате, без хотя бы одноразового влива денег никак. Будет сложно. Даже если будешь пару дней реролить, пытаясь выловить что-то годное, все равно будешь унижена другими. Учитывая, как ты относишься к деньгам и тратам, для тебя там и вовсе нет ничего! Кроме того, она же на телефоне, а у тебя его нет.

— Эмуляторы никто не отменял, как бы.

Человечество придумало много полезных штук.

— Там специальная система защиты, которая не дает заходить в игру с эмулятора, — он будто бы защищается от моих нападок. — Вот, может, тогда серебро?

— Я бы смогла достать планшет или одолжила бы телефон, знаешь ли.

Похоже, парень считает ожерелья лучшим подарком. Либо он по моей реакции понял, что они нравятся мне больше, чем кольца и прочее.

— Я не думаю, что ты бы стала так заморачиваться для такого, — пробубнил Сугата.

— Ах, ты решил за меня подумать? — я хватаю парня и зажимаю его голову подмышкой, начиная теребить волосы. — Мог бы ведь просто мне хотя бы сказать! Я бы ролики посмотрела. Но ты и этого не сделал!

— Я лишь хотел позаботиться о тебе! — он стал упираться, пытаясь выбраться, но сделать это, увы, не так-то просто. — Она не стоит того, чтобы тратить на нее время.

А по мне, еще как стоит! Хотя бы оценить дизайн знакомых мне личностей.

— Поглядите, какой заботливый.

— Простите, — послышалось сзади. Я, продолжая держать Сугату, поворачиваюсь. — Акаги, это и правда Вы! Я просто мимо проходила и, увидев, задумалась, Вы это или не Вы…

Акаги — авторский псевдоним того, кого я держу.

— А, да, это он, — я, не отпуская, аккуратно беру парня за подбородок и приподнимаю голову, чтобы его глаза смотрели на эту скромную девушку.

— Так у Вас и вправду есть девушка? — мило улыбаясь, поинтересовалась она.

Ее улыбка чем-то напомнила мне Аврору.

— Это не… — начал оправдываться Сугата.

Попытки выбраться он почему-то прекратил.

— Конечно! — перебиваю я. — А что, мы плохая пара?

— А, нет-нет, — она слегка опешила. — Вы кажетесь довольно дружными и по-своему милыми.

Да, особо милым было кислое лица нашего Акаги.

— Так ты, что, автограф хотела получить? — интересуюсь я.

— Нет. Автограф я уже получила, — она демонстративно достала коробку с диском из своей сумочки. — Думала сфотографироваться, если Вы, конечно, не против.

— Он не против, — я отпускаю парня и, схватив за воротник, поворачиваю его к себе, смотря в глаза. — Ведь правда?

Сугата, конечно же, против. Сфотографироваться для него — это под стать пытке, но выбора у него нет, если он хочет избавиться от меня. Вот что значит — быть бесхребетным. Или же ему это нравится?

******

Пока писака прохлаждался в компании фанатки, я выбрала украшение. Серебряная подвеска с двумя сердечками на разных концах. Скоромно и мило. Наверное, Эле такое понравится.

— Жить вместе с тобой, наверняка, невозможно, — вернулся он с претензией.

— Вот смотри, я выбрала, как тебе это? — я указываю на подвеску.

— Даже не знаю. Симпатичное, но… — он призадумался.

— Решено, значит, беру ее.

Нет места сомнениям, а то так можно полдня проторчать, в итоге не выбрав ничего.

— Если ты сама выбрала и все решила, то зачем тогда тебе нужен был я! — мое однозначно принятое решение возмутило его.

— Ты указал мне нужное направление, — я так думаю, мне так кажется. Ха. — Идем, расплатимся и пойдем дальше.

******

— Простите, можно нам увидеть кого-нибудь из продавцов? — обращаюсь я к пышноволосой темно-русой девочке, стоящей у кассы.

— Я перед вами, — серьезно проговорила она, слегка закатив глаза.

— Нет, а можно нам увидеть кого-нибудь из взрослых, — вклинился Сугата.

Охранник на него посмотрел почему-то с какой-то брезгливостью.

— Это я. Я — заведующая этого магазина, — как идиотам, объясняла она нам.

Голос у нее был сварливый. Эх, милота.

— Ах, простите моего недалекого друга, — дружелюбно улыбаясь, извиняюсь я. — Вот у нас купон на покупку, и мы хотели бы взять украшение, которое лежит вон в том стеллаже, на второй полке снизу, третье с правой стороны.

— Аттакоро, — пробубнила она название украшения и спрыгнула с подставки, на которой стояла.

Раз настолько хорошо знает, что и где лежит, значит, и вправду работает тут. Стоило ей спрыгнуть, как она тут же пропала из виду. Да, рост был совсем невысок.

— Судя по вещам, которые тебе нравятся, в тебе дремлет материнский инстинкт, — прошептал Сугата, стоило девчонке удалиться.

— Ненавижу детей.

Убила бы их всех или почти всех. Даже себя мелкую бы застрелила. Чтобы завести ребенка, нужно иметь стальные нервы. Просто мне нравятся необычности, это другое.

— Вот ваше украшение, — она вернулась, встала на подставку и поставила коробочку с украшением.

— Что скажешь? — интересуюсь я еще раз у Сугаты.

Вблизи оно кажется даже еще лучше.

— Ничего нового, — ответил парень.

Девчонка некоторое время терпеливо ждала, пока мы налюбуемся на украшение.

— Будем пробивать? — произнесла она так, будто мы причина проблем всей ее жизни.

— Да, конечно.

Не лечится! Вот мой диагноз, раз мое настроение улучшается от того, что маленькая миленькая девочка своеобразно оскорбляет меня, смотря задолбанными глазами дохлой рыбы.

— Две тысячи шестьсот есси, — бубнит она, вводя данные. — Оплата купоном. Остаток четыреста. Будете еще что-то брать?

— Простите, что? — я отвечала на какой-то бесполезный вопрос Сугаты, который мне даже не запомнился, а потому не расслышала сразу, что она спросила.

— Я говорю, еще что-то будете брать на остаток? — терпеливо повторяла она. — У вас остается четыреста есси, дешевые украшения можно посмотреть вон там. В левом углу.

— Нет, нам больше ничего не нужно, остаток можете забрать себе.

Хотелось сказать «на конфеты», но, кажется, мы ее и без шуток достали. Может, ей не понравилось, как мы себя тут вели? Или ее убивает моя улыбка?

— Хорошо, — она распечатала чек с гарантией и положила их возле украшения. — Благодарим за покупку.

Ощущение, будто мы вытянули всю последнюю энергию из нее, которую она так тщательно копила на остаток дня. А еще Сугата думает, что это карлик. Я с ним категорически не согласна, но скорее всего это так.

******

Станция метро.

Двери поезда открылись, люди начали заходить внутрь вагона. Я невольно посмотрела по сторонам и в толпе людей, которые поднимались по лестнице наверх, заметила человека, образ которого со спины мне показался до жути знакомым. Не раздумывая ни секунды, я, поддавшись внутреннему позыву, пошла против толпы.

— Арквейд? — удивленно произнес Сугата и пошел за мной. Парень был слабее меня, потому двигался он медленнее.

Выбравшись из людского месива, я подбежала к лестнице, взглянув наверх. Лишь на долю секунды я уловила скрывающийся из виду силуэт. Я, обрадовавшись, усмехнулась. Вот так встреча. Удивительно, что в моем дневном бредовом сне именно этот человек мне и снился. Так и в вещие сны можно поверить. Ха.

Волнообразно сигая туда-сюда промеж людей, я бегу вверх по лестнице.

— Арк, подожди! — где-то за спиной доносится голос Сугаты.

Я уже стою наверху, всматриваясь вдаль, пытаясь найти нужного человека. Это должно быть несложно, ведь среди светлых волос черные сильно выделяются. Куда? Лево, право, вперед? Краем глаза заметив темные волосы, я двигаюсь в правую сторону.

...

..

.

— Да подожди же, Арквейд!

Парень все больше отстает от меня, но я не обращаю на это никакого внимания. Сейчас нет времени его ждать.

Проходит пара минут, когда я понимаю, что потеряла того, за кем гналась. Как такое могло произойти, если я практически бежала, а человек просто шел? Я перестаю идти вперед и, сдавшись, встаю на месте.

— Догнал! Думал, потеряю! — воскликнул, догнав меня парень. Он нагнулся вперед и, пытаясь отдышаться, уперся руками о свои колени. — Что случилось? Ты кого-то увидела?

— Да, не знаю, наверное, показалось.

Я даже не уверена, что это был он. Тот самый человек.

— Ты расстроилась из-за этого? — Пытаясь отдышаться, Сугата смотрел на меня.

— С чего это вдруг?

Нужно признать, есть некое чувство неудовлетворения от того, что я никогда не узнаю, чего мне привиделось. Пораскинув мозгами, прихожу к выводу, что не с чего вообще этому человеку быть тут. Глупо вышло.

— Прости, просто показалось, что тебя съедает обида. Мне показалось, что я почувствовал, как, ну… — ему не хватает смелости говорить о своих догадках прямо. — Просто не думал, что ты способна вот так за кем-то взять и побежать, игнорируя всех вокруг.

— Всякое в жизни бывает, — отшучиваюсь я.

— Мне даже интересно, что же сделал такого этот человек, — парень, отдышавшись, встал ровно.

Сугата всегда был искренен в своей тупости. Как бы абсурдно это не звучало. Он интересуется, потому что считает меня каким-никаким, но своим другом. А друзей нужно поддерживать, и жизнь друзей и чувства друзей тоже немаловажны. Это вызывает желание быть иногда хоть мало-мальски честной.

— Как бы это сказать. Этот человек кое-что сильно задолжал мне, вот, — я вздохнула. — Да и я тоже кое-что задолжала ему.

Я перевела взгляд с мелькающих людей на парня. Тот, распахнув глаза, с интересом смотрел на меня.

— Не совсем понимаю, что это значит. Такое бывает? Это как так вообще?

Он не мог однозначно истолковать мои слова. Ну, а я так и хотела. Пусть помучается, пытаясь разгадать эту загадку. Ответ-то на нее простой.

— Да вот так просто, — я улыбнулась. — Знаешь что? Пойдем-ка свожу тебя в кафе, угощу, чем хочешь.

Я ведь даже не обедала. Можно совместить приятное с полезным, сделав добрый жест.

— Откажусь, пожалуй, — Сугата нахмурил брови, пытаясь понять, в чем подвох и почему сменилось мое настроение.

— Да не парься ты так. Ты помог мне, и я просто хочу отблагодарить тебя.

Может, мне не улыбаться? Это из-за улыбки ощущение, что я собираюсь сделать что-то такое?

— Это с чего вдруг? — его сомнения только усиливались. — Ты хочешь поесть за мой счет?

— Идея неплохая, как-нибудь обязательно ей воспользуюсь, — я наступаю на его ногу. — А сейчас это просто жест доброты. Понятно?

И нужно быть таким противным? Никто мне не доверяет. Печально это.

Я приближаюсь к нему, смотря пристально в глаза. Это доставляет ему кучу дискомфорта.

— Я тебя понял, — констатирует парень. — Я больше не спрашиваю тебя о том человеке, и ты перестаешь себя так вести.

Вот идиот.

— Ответ неверный! — я, приложив силу, надавливаю на его ногу.

Он недолго покорчился, пока не привык к новой нагрузке. Продолжаю пристально смотреть в глаза. Учитывая, что расстояние между нашими глазами стало еще меньше, примерно пятьдесят сантиметров, то он приходит в еще большее недоумение.

— Это? — произнес он, не найдя ответа. — Что тогда?

— Ну так что, идем?

39.Вторник, 28 марта (часть 6)

Кафе располагалось на безлюдной улочке, но посетителей при этом было достаточно. Пока готовился наш заказ, нам принесли по чашке бесплатного кофе с молоком. Вроде бы такая мелочь, а приятно, располагает к тому, чтобы придти сюда еще раз.

— Насчет нашего небольшого спора, — первым тишину нарушил Сугата.

— Так ты уже заметил.

Спор, возникший по тупости. Условия были простыми. Мы нашли сайт, быстро пробежались по нему, оценив чужие произведения, и условно отметили середину. Под серединой я подразумеваю размер главы, среднюю оценку и количество глав. Условия: настрочить сорок глав, при том что оценка не должна упасть среднего показателя. И по сути, это конец бессмысленного спора — я проиграла. Возможно, если вы из будущего, обстоятельства изменились, оценка, возможно, стала выше или еще ниже, но в данный момент все так.

— Конечно, — парень по-доброму улыбнулся, после чего открыл пакетик с сахаром и высыпал его в кофе. — Ты изначально сделала большую ошибку, выбрав неинтересный читателю формат. Неудачная концепция и сочетание жанров. Я молчу о размере глав. Поначалу не было претензий, но потом... Да и писать о себе?

— А о ком еще писать, когда фантазия — не твоя сильная сторона? — я усмехнулась.

— Просто повседневность без интриг, без накала страстей, без отклонения от реальности, без схваток, без стычек, без расхождения интересов и взглядов, без общепринятого юмора. Читателю не за что зацепиться, нет никакого интереса перелистнуть страницу дальше, нет интриги, которая заставляла бы хотеть и ждать новую главу. Твой юмор, какие-то отсылки, пасхалки, эксперименты по большей части понятны только тебе. В большинстве своем люди их не поймут, не оценят, а может даже и наоборот, их это оттолкнет. Такую книгу сложно читать. Человеку ее захочется закрыть.

— Ну вот, снова тебя понесло в разбор полетов, — монотонно проговариваю я.

Если тема ему интересна, а эта тема ему интересна, то он может говорить о ней часами. Это проблема...

— Кроме того, характер главной героини весьма специфичный. Вряд ли она… Извини, вряд ли ты будешь многим интересна. Твои беспринципность, лень, отношение к окружающим и жизни ничем не цепляют, а иногда и вовсе кажутся лицемерными. Часто ты перегибаешь палку не только в выражениях и мыслях, но и в отношениях с другими людьми. Привязаться и полюбить такую девушку многим читателям сложно. Начало книги довольно странное. А ее размер? Сначала он был стандартным, а после стал расти и расти. Смысла в нем нет, а читателя нагружает. Не в силах справиться с собственной неумелостью, с неумением убрать лишнее, ты стала дробить главы, что не очень хорошо. Две, три, пять частей в одном дне? Знаешь, когда кажется, что вот-вот что-то случится, вот он сюжет, сейчас все начнет набирать обороты, ничего не происходит, это оставляет читателя в негодовании. Таким читателей не привлечь. Стоило подумать о каком-нибудь фэнтези, посмотреть на то, что пользуется спросом, почитать и сделать так, как там. Работать на читателя. Или же в твоей книге добавить чего-то сверху, уйти от реальной жизни. Например, придумать что-то с Канашимой. У тебя поехала крыша, и ты начала резать учеников ночью, но этого не помнишь, и тебе надо выяснить, кто виноват. А вместо этого что? Ничего.

Да, ибо на деле я вернусь в пятницу к Лионе, меня снова изнасилуют, и такая фриковатая баба, как я, посчитает это милым. Я соберу шприцы, пойду в медпункт, сдам анализы и продолжу дальше жить. А чего вы хотели? Такая она, моя жизнь. Я уже говорила, что реальная жизнь наполнена скукой. Все, что я могу — это сама себя развлекать. Для меня все это и так было неплохой тренировкой, ведь пишу-то впервые, чисто мотивированная вредностью.

— Какой фантазии ты ждешь от девушки, которая всех своих персонажей во всех онлайн играх называет Arcueid, а если этот ник занят, то просто добавляет L. Да и вообще-то в этом и был смысл! Привлечь как можно меньше людей. Таким образом, оценка была бы более стабильная. Да только специфику я не учла и поведенческий фактор тоже. Меня никто не предупреждал, что все оценки делятся на пять и один. Да только единицы ставят не от того, что я плохой автор. Как и пятерки не от того, что я хороша. Короче, это не имеет значения. Мне, знаешь, как-то пофиг. Спор есть спор. Я проиграла. Чего ты хочешь?

— Зная тебя, не думал, что ты действительно в это ввяжешься из-за какого-то маленького разногласия, — он улыбался мне так, как никогда и никто не улыбался.

Так по-заботливому, по-доброму. Меня аж тошнит. Я чувствую, что он горд за меня. Ага. Да.

— Я тоже не думала…

До сих пор не понимаю, что мной тогда руководило.

— Я, знаешь, всегда думал, что в любой момент, когда тебе надоест, ты позвонишь и скажешь: «А не пойти бы тебе с твоим спором подальше? Мне пофиг». И неважно, что этот спор навязала мне ты, — парень посмеялся. — Мне приятно, что ты так долго писала. В каком-то роде я горд за тебя и твои успехи. Теперь, надеюсь, ты понимаешь, что быть автором не так просто, как ты думала. И больше не будешь говорить, что все это пустяки и бред.

— Предлагаешь мне целый день косплеить твою любимую героиню из игры? — я преподношу эту фразу так, словно он фетишист и извращенец.

Благо, я похожа на нее, и он об этом знает.

— Да о чем ты таком говоришь?! — он подавился кофе, а после слегка покраснел. — Я бы никогда такого не попросил!

Вот теперь мы играем по моим правилам. Больше не будет занудных лекций о том, где мои ошибки и как надо или не надо делать.

— Ну так чего ты хочешь? — я подгоняю его принять решение.

Приз у нас был банальный — одно желание.

— На самом деле я подумал о том, что ты могла бы поработать над текстом и улучшить свое произведение. Стоит внести ясность, добавить интригу, драму, которой у тебя и не пахнет, сократить ужасно огромный объем. Сделать главы пропорциональными, чтобы количество знаков в них не плясало. Подумать, как преподносить юмор, например, объяснять некоторые феномены или шутки. Если читатель будет понимать больше, это будет большим плюсом, — снова начинает парень. — После длинного тире ты зачем-то пишешь с большой буквы, это неправильно. Ознакомься с правилами того, как пишутся диалоги.

— Я делаю это специально. Это уникальный авторский стиль! Мне так захотелось!

Никто ни разу не пожаловался на то, что так неправильно! Все же все понимают, правда? Среди моих читателей нет дураков, все умные и за фишки секут!

А, как подмазалась! Достойно пятерки, не иначе! Согласны? Ха.

Ладно, на самом деле, может, вы — читатели — фишку и сечете, но вот администрация сайта явно нет. Так, после блокировки произведения за нестандартное правописание, того, о чем идет речь, вы уже не видите. Пришлось все переделать. Хах

— Не думаю, что многие оценят это, лучше исправить. Также ты уделяешь слишком много внимания второстепенным персонажам, сократи это. Учись передавать через детали. Читатели не дураки, все и так поймут. Многие события и вещи просто висят в воздухе, непонятно для чего они. Ответа нет, а будет ли он? А если будет, то вспомнит ли читатель, к чему это сейчас было? Скорее всего, нет. Нужны некие триггеры, акценты на важных вещах.

— Все сказал?

Он начинает меня раздражать. Я кладу локти на стол, уставившись на его нахальное лицо, и начинаю постукивать ногой по ножке стола. Явный намек на то, что девушка не может терпеть, и если вы сейчас, сэр, не закончите свою речь, то вам не поздоровится.

— Да, конечно, твой так называемый блог не станет лучшим произведением, но с поправками привлечет больше людей, и спустя какое-то время тебе самой будет приятно его перечитать. Будет повод для гордости. И читатели пристрастятся, захотят поддержать тебя не только комментариями, но и материально. Это будет тебя мотивировать.

Он прекрасно понимает, что мне неинтересно слушать все это, и от того чувствует напряжение, но все равно продолжает испытывать судьбу.

— Может Вы не знали, господин «я топовый писатель», но я не собираюсь зарабатывать на этом деньги, издаваться или еще что. Ясно? — я чуть наклоняюсь вперед и добавляю недовольства в голос.

— Твое упрямство поражает, — на выдохе произнес Сугата, пытаясь принять реальность. — Столько сделать, так далеко зайти. Ради чего? Чтобы получить свое желание? Доказать мне мою неправоту? Или это собственное эго?

— Я, ты знаешь, тут людям пальцы ломаю за их нахальство, — я перестаю стучать ногой и упираюсь подбородком на правую руку, не отрывая глаз от парня. — Как думаешь, что произойдет с тобой, если ты продолжишь в том же духе?

— Но, Арквейд...

Я притопнула ногой, и он тут же замолчал.

— Просто скажи, чего ты хочешь, и на этом закончим этот разговор!

На секунду я подумала о том, что он ведь может пожелать, чтобы я закончила свою писанину. Ужас.

— Дай подумать, — парень посмотрел в зал, а после примерно минуту залипал в окно, смотря на пустынную улочку. — Да мне, наверное, ничего не нужно. У меня нет желаний, которые ты могла бы исполнить. Правда, есть одна просьба.

— М? — парень сделал паузу, вынуждая меня издать характерный звук заинтересованности.

— Могла бы ты быть более сдержанной, выслушивать и пытаться понять чувства людей. Я не говорю о переменах в личности и поведении, просто добавь мягкости. Это помогло бы тебе в отношениях с людьми.

Да уж. И сказать-то нечего.

— Как скажете, сэр рыцарь, — от коварной улыбки и смешка удержаться я хоть и хотела, но все ж не смогла. — Я попытаюсь, однако гарантировать ничего не могу. Внутренний демон уже давно взял надо мной контроль.

— Мне будет достаточно этого. Если ты действительно попытаешься.

Давайте сделаем прогноз, насколько эта затея успешна? Ха.

******

— Слушай, а что, если я помогу тебе все поправить? Распечатаю все, вычитаю и позачеркиваю ненужное, подав пару идей? — через несколько минут он снова это начал.

— Повтори? — я наступаю ему на ногу. Довольно ощутимо и сильно, так, чтобы сразу дошло.

— Но ты же не собираешься закончить на этом?! — перешел на свой привычно-возмущенный тон парень, терпя боль.

Видимо, ради моральных ценностей можно и физическую боль стерпеть.

— Собираюсь, а что?

Будет уроком моему упрямству, которое никак не могло сдаться.

— Но как ты можешь бросить тех, кому уже понравилось твое произведение!? Нельзя просто вот так брать и заканчивать ни на чем!

Нажимаю на его ногу все сильнее, и он быстро сдается.

Три минуты спустя:

— Арк... — негромко произнес Сугата. — Не могла бы ты убрать свою ногу с моей, а то я уже ее не чувствую.

Не могла бы, ведь было достаточно предупреждений. Но в тот момент ему повезло.

— Простите, пожалуйста, — к нам подошла официантка и слегка поклонилась. — Ваш заказ готов, но прежде чем мы принесем его вам, не могли бы вы, пожалуйста, пересесть?

— Но почему мы должны пересаживаться? — поинтересовался парень.

— Простите. Дело в том, что девушка иностранной внешности, сидящая возле окна, может отпугивать потенциальных посетителей, — она была вежлива, и чувствовалось, что ей самой не очень приятно об этом говорить, но у нее нет выбора.

— Но простите... — Сугата было хотел защищать мои права.

— Все хорошо, мы пересядем, — перебила его я и, улыбнувшись официантке, встала из-за стола.

******

Раздается взрыв, панорамные окна кафе разбиваются, и их осколки разлетаются во все стороны. Один из таких прилетает прямо в голову девушке, которая сидела на когда-то принадлежавшем мне месте. Исход? Моментальная смерть. Карма? Скорее везение. Это могло быть моим избавлением. Эх. Иногда стоит быть более настойчивой и наглой. Крики людей. Паника. В кафе заваливается банда крепких мужчин в черных костюмах и масках.

— Заткнулись все быстро, — прорычал один из членов банды.

Только этот мужчина с темными волосами и узкими глазами был не в маске. Дабы придать его словам значимости, соседний от него человек сделал пару выстрелов из автомата в потолок. Как ни странно, это заставило людей замолчать.

— Все на колени, руки за голову. Если будете сидеть тихо, то никто не пострадает.

Примерно тридцать секунд понадобилось людям, чтобы выполнить указания. Большинство, правда, попрятались под столы, но, видимо, это устраивало местных гэнгста. Сугата тоже быстро сполз под стол.

Узкоглазый, который, скорее всего, у них был главным, махнул головой в сторону двери, ведущей на кухню, и все бандюки ринулись туда, оставив начальника в одиночестве. Этой ситуацией решила воспользоваться официантка, которая не так давно просила нас пересесть. Мужчина был безоружен, потому девушка, откинув поднос, смело ринулась вперед с кулаками. Судя по ее уверенности, скорее всего, она была мэсом. Не проходит и секунды, как из ступни неподвижного гангстера вырывается костяное лезвие, которое насаживает на себя голову девушки.

Ботинки-то были неплохие, а теперь в них дыра.

— Будете оказывать сопротивление, с вами произойдет то же самое, — с ехидной улыбкой проговорил он.

Лезвие затянулось обратно, и тело девушки упало возле ног мужчины. Зрелище мерзкое. Уже два трупа. Люди старались не смотреть, а многие позакрывали рты, сдерживая не то панику, не то рвотные позывы.

— Арк, — выглядывая из-под стола, шепотом зовет меня Сугата, привлекая мое внимание дерганьем за край штанины. — Ты что делаешь?

— Ничего, — спокойно произношу я, втыкая вилку в сочный стейк.

Сказали просто сидеть тихо. Это я умею. Мясо само себя не съест, а от меня проблем не будет.

— Эй, ты там! — кажется, долбаный Сугата привлек к нам внимание. — Тебе что-то неясно?

Быстрым шагом подойдя ко мне, мужчина пристально смотрел мне в глаза. Он прищурился, от чего казалось, будто зрачков у него нет вообще.

— Ни кипишуй, я просто ем, — отвечаю я спокойным голосом, смотря на него максимально невинными и тупыми глазами.

По крайней мере, я старалась смотреть так.

Кто-то, воспользовавшись ситуацией, попытался вызвать подмогу, но безуспешно. Мужчина не поворачивался, а из его пят снова вырвались два костяных лезвия и, растянувшись через все кафе, пронзили телефон посетителя, который осмелился на такой шаг. Молчание в такой ситуации было лучшей угрозой.

— Заткнись и следуй требованиям, если не хочешь, чтобы твой ужин закончился в другом мире, — произнося эти слова, он взял тарелку и швырнул ее в стену.

Тарелка разбилась, а ее осколки разлетелись, и один неглубоко прошелся по моему лицу, оставив след.

Да...

Очередная поездка оставляет шрамы на моем лице. Все в этой жизни идет по кругу.

— Ладно-ладно, я все понимаю, — на распев произношу я, плавно утекая под стол.

Ничего не ответив, мужчина вернулся на свой пост в центре кафе. Вот тебе и тихое местечко не в центре города. Когда ждать подмоги? Я не знаю.

— Арк, иногда ты меня поражаешь. Тебе, что, жить надоело? Совсем не страшно? — косясь на меня, все тем же шепотом интересуется Сугата.

— Жизнь — говно. Даже мясца не поесть. Если меня убьют сразу, без боли, то никаких проблем.

На кухне слышатся выстрелы, погром. Громкие шаги на этаж выше. Видимо, разборки местных шеф-поваров. Понимаю. Не поделили важный рецепт. Эх, конкуренция.

— Это разве не те охотники на мэсов? Если так, то нам лучше не привлекать внимания, — выдвигает тупую теорию мой недалекий друг.

— Я не думаю, иначе нам была бы уже крышка. Там, как бы, работает один человек, а тут же явная банда.

— Тоже верно, — согласился парень.

Мы молча сидим минуту, ничего не происходит. Скука.

— Слух, Сугата. Го слиняем, — заявляю я.

Да, мне в голову пришла отличная идея.

— Прекрати, — вспыхнул парень. — Хватит создавать проблемы, скоро придет подмога. Что ты снова выдумала? Просто посиди тихо.

— Нам с тобой, Сугата, улыбнулась удача. Это отличный шанс, чтобы уйти, не заплатив.

Сама фортуна благоволит мне. Аж настроение поднялось. А я уже почти смирилась с тем, что мой кошелек станет худее.

— Арквейд, хватит. Это не шутки, я сам оплачу, если… — он начал отчитывать меня, что-то бормоча.

Мне уже по барабану, я, выстроив примерный план в голове, поползла.

— Эй, ты там! Ты, что, совсем припухла? — возмутился узкоглазик.

Как такими глазенками он все замечает? Эх… В любом случае, я на него зла не держу. Понимаю, мне бы тоже не понравилось такое, будь я на его месте.

— Слушай, дядь, — режим красноречия включен. Стоит мне встать на ноги, как к горлу сразу же подступает лезвие. — Мне уже все равно, можешь убить меня. Я задолбалась. Я бедный студент. Цена, чтобы посидеть в кафе с другом, такая, что я лучше умру. Раз посидели, и месяц на одних бичах. И то поесть не дали, а деньги платить придется. Лучше умереть сразу, чем убивать себя медленно, впихивая вонючую лапшу. В кой-то веки мне выпала возможность слинять, не заплатив. Но нет же! Вы не можете не обратить на это внимания.

— Вот как, — его губы искривились в улыбке, и лезвие затянулось обратно. — Понимаю, деньги — для студентов больная тема. Я сам из-за этого ушел из университета, и теперь вот здесь. Честными путями на жизнь не заработать.

— И не говори, братан. Кажется, с такой мелочи все и начинается. Я даже смартфон себе обычный позволить не могу, — это намек на то, что я никому не позвоню. — А еще из-за того, что я типа иностранка, ко мне относятся по-свински, даже тут заставили от окна пересесть в место, где меня никто не увидит. А потом возмущаются, почему уровень преступности растет! А как честному мэсу прожить?

Плавно переходим на «ты», давая понять, что я тоже типа человек, ущемляемый обществом, таким образом втираясь в доверие. Дядька, побитый жизнью. Все мы люди, все мы глубоко в душе добрые.

— Ты свободна.

Кажется, мой растрепанный вид и умные глаза внушают доверие сомнительным личностям. Ну все, второй инцидент за день дает мне понять, что проблем с работой у меня не будет, буду работать в курьерской службе, возя наркоту.

…

Все должно было быть так, а что в итоге? Никаких взрывов, никаких разборок. Смотря на свой счет, я лишь вздыхаю. Было вкусно, но я все еще не смирилась. Да.

— Эй, у вас карты принимают?

******

Вот мы почти и вернулись, осталось пройти прямую дорогу от кинотеатра до остановки.

— Слух, Сугата, — я указываю на плакат, которым заинтересовалась Шико. — Что это за фильм?

— Я не знаю, — посмотрев некоторое время на вывеску, отвечает парень.

— Тогда самое время узнать. Сходи-ка, купи пару билетов нам.

— Но разве у нас есть время смотреть фильм?! — он возмутился не столько от того, что нет времени, сколько от того, что не хочет его смотреть.

Да и я не хочу так-то.

— Ой, ну сходи, возьми на следующий вторник часов на десять-одиннадцать.

Все равно билеты не для тебя и меня. Только я об этом умалчиваю. Вот.

— Но я не хочу смотреть фильм! Не сочти за грубость, но с тобой я хочу смотреть его еще меньше.

— Да все в порядке, это не для нас, просто сходи и купи.

Арквейд сегодня щедра на подарки. Пускай Герхард меня подставил, но я девушка незлопамятная. Мое сердце наполнено теплотой. Кто еще бескорыстно поможет ему с Шико? Ха.

— Ладно, — выдохнув, Сугата успокоился. — А деньги?

— У тебя, что, нет денег?

— Это не смешно, — недовольно пробормотал он.

— Ладно, на вот карту, — улыбнувшись, я достаю и протягиваю ему карту. — Пароль ****.

— В смысле? — нахмурил брови он, ведь я так и сказала: «пароль: звездочка, звездочка, звездочка, звездочка».

— Вместо звезд ноли. Иди уже.

******

На месте наших девчонок нет. Автобусы уже подъехали, и некоторые ученики уже сидели там. У нас в запасе еще пятнадцать минут. Странно, что Амая ни разу мне не звонила. Какая забота, дать телефон просто для спокойствия.

******

На горизонте показалась наша компашка. Правда, стала она больше на пять человек. Четверо мужчин в костюмах, и впереди них девушка с каре в такой же одежде. Идут все молча. Лица девчонок тоже что-то не наполнены весельем. Моя логика подсказывает, что ничего хорошего можно не ждать.

— Арквейд Либерт? — все остановились, а ко мне подошла та девушка. — Верните, пожалуйста, телефон.

В ее глазах едва виднелась недоброжелательность, голос также был холоден. Она, раскрыв ладонь, протянула мне левую руку, таким жестом требуя вернуть устройство.

— Пожалуйста, — достаю телефон, положив его на руку незнакомки.

Стоило трубке коснуться ладони, как девушка правой рукой хлестко ударила меня по щеке, от чего на той остался красный след.

— Вы слишком много себе позволяете...

— Кира! — грубо оборвала ее Шико. — Извиняйся. Быстро!

Сказала она таким тоном, что на месте этой девушки я бы собирала вещи и уезжала из страны.

— Да, госпожа, — смиренно произнесла дама, сжала в руке телефон и, тут же сложив руки по швам, наклонилась вперед. — Прошу простить меня за мою дерзость.

— На колени, — произнесла Шико.

Воздух вокруг становился все тяжелее. Я посмотрела на Амаю, которая молча делала вид, что ничего не замечает, пытаясь просто переждать это все. Мой взгляд пробежал по остальным. Все пусть и не явно, но напряглись. Только Хрона как-то загадочно властно улыбалась. От этого становилось только более стремно. Шико холодно и безжалостно демонстрировала свою власть, и все понимали, что сейчас ей нельзя сказать и слова поперек.

— Прошу простить меня, — Кира, не поворачиваясь, покорно, без колебаний встала на колени и склонила голову в пол.

Создается впечатление, что это обычная практика.

— Шико, — произношу я, собираясь остановить все это.

Она отрывает свой взгляд от Киры и переводит на меня.

— Достаточно. Телефон.

Чувствую, будто Шико хочет выместить гнев на ком-то, но не может. Не столько из-за побочного эффекта своей силы, сколько из-за воспитания и того, что ее подчиненные более не дают причин сорваться.

— Вот, прошу, — вежливо отвечала на просьбу девушка, поднявшись с колен.

На ее лице не было никакой обиды или злости, кажется, она заранее знала, на что идет, и о последствиях догадывалась.

— Мы сейчас садимся в автобус и возвращаемся в академию, — судя по всему, Шико звонит своему опекуну. Говорит она холодно, слегка грубовато, без лишних эмоций, при этом постоянно смотря на меня. — Смысла в контроле больше нет, потому отзови своих псов.

Уловить суть их разговора было невозможно, потому что дальше Шико отвечала на все однозначно, «нет» и «да».

— Еще одна вещь. По поводу Арквейд. Если с ней хоть что-то случится... Ты знаешь, что будет, — она продолжает смотреть на меня, будто ожидая какой-то реакции.

А я что?

Ситуация необычная. Да. Но какая честь. Лестно. Получен бафф на иммунитет. Хотя, судя по дальнейшему разговору, мне и так нечего было опасаться. Дядя зла на меня не держит. Видимо, и вправду приглянулась ему я. А все благодаря моему шарму и одурманивающему голосу. Шико хоть и угомонилась, положа трубку, но злости, судя по всему, в ней не поубавилось.

Раздался очередной звонок. Отвечала Кира. Минута, и охрана расходится.

Первым, молча возвращаясь в автобус, нас покидает Сугата.

— Не спрашивай меня, — проходя мимо меня, иронично проговорила Амая. — Я сама не понимаю, что происходит.

Все она прекрасно понимала, но предпочитала свалить.

— Шико, — наша королева собиралась также молча, вслед за всеми проследовать в автобус, но ее остановила я.

— Не беспокойся. Через два года я их всех...

Уничтожу. Это должно было быть в конце. Я так думаю, мне так кажется. Ха. Эта фраза была произнесена серьезно, будто это ее скрытое желание, управляемое злостью. Сейчас это, конечно, сказано на эмоциях, но я всеми фибрами тела от одного ее тона ощутила, насколько глубоко сидит в ней это недовольство. Это фраза про два года дала мне понять, что и вправду спустя это время вся власть перейдет в ее руки. А пока у нее нет выбора, приходится мириться. Ох, не завидую я всем работникам. Ну, у вас есть два года, ребят. Пора задуматься.

— Что? — интересуюсь я концом фразы.

— Неважно, — быстро осознав, что сейчас ей руководят эмоции, закончила она фразу. — Ты в порядке?

— Серьезно? Шико, вот скажи мне, зачем ты меня так защищаешь? Мы с тобой, если ты вдруг не помнишь, знакомы-то всего неделю. И, несмотря на предупреждение, это я потащила тебя в город.

Да и я вообще не понимаю, то ты за меня, то ты против меня. То то, то это, чего ты хочешь-то от меня и в целом? Эти бабы.

— Кому-то достаточно и пары дней, чтобы потом всю жизнь помнить о человеке, — королевишна вдруг подобрела и слегка улыбнулась.

Бе. Звучит, как ванильная фраза из книги.

— Да? — иронично произношу я.

— Мне нравится твоя беспринципность. Не смотря на то, кто перед тобой и с кем ты говоришь, ты не изменяешь свои взгляды. Это достойно уважения. Я это ценю.

— И че, это все?

Звучит, как какая-то фигня, которая первой пришла в голову, чтобы тут не говорить о своих мыслях и чувствах.

— Как знать...

Продолжения банкета не будет, так как, произнеся это, она решила, игнорируя меня, вернуться в автобус.

— Эй, Хрон, я тебе конфет купила! — я достаю из внутреннего кармана пиджака кулек, демонстративно подняв его вверх.

Девчонка, несколько секунд посмотрев на меня, вдруг взорвалась от смеха, а после с какой-то снисходительной улыбкой, одарив меня понимающим взглядом, отправилась вслед за всеми.

Ну все. Приехали. Они сломали мне Хрону. И какая теперь тут радость?

******

Помните, как-то я выдвигала теорию о раздвоении личности Хроны? Теперь я уверена в этом на сто процентов. Более того, это прямо профессиональное раздвоение. Я бы сказала, что это два абсолютно разных человека. Я наблюдала почти все время поездки за этой дамой. Намного более умный, слегка уставший взгляд, другая мимика лица вплоть до сжатия губ, другая манера движений. Все кардинально отличалось от той Хроны, которую я знаю. Она лишь раз за время поездки оторвала взгляд от окна и покосилась на меня. Сразу же поняв, что я заметила разницу, она, оценив мои способности, расплылась в улыбке и снова вернулась к созерцанию пейзажей. Этого действия было достаточно, чтобы больше не сомневаться. Жаль, что в тот момент решимости заговорить у меня почему-то не возникло.

******

Несмотря на некую эмоциональную истощенность, я иду в кабинет студсовета, чтобы накатать отчет. Сейчас, пожалуй, это лучшее место для тишины. Хотя времени впритык, ведь скоро тренировка.

******

Возвращаюсь домой. Поднимаюсь на второй этаж, где меня караулит Эла.

— Арквейд, — она подходит ко мне и демонстративно перед лицом держит красный конверт. — Что это?

Нет сил и желания объясняться. Эла найти его у меня не могла, так как я хорошо все запрятала, да и она не такой человек, чтобы рыться в чужих вещах. Следовательно — очередной гостинец. Да... Эта девушка — худший из всех вариантов, к кому могло попасть письмо.

— О что, мне письмо пришло? Дай-ка посмотрю, — включая дурака, я протягиваю руку к конверту, а она убирает ее назад.

— Ты же понимаешь, что это значит? — звучало как наезд, но на деле было беспокойством.

— Ну и что теперь?

Девушка недовольно смотрит прямо мне в глаза. Об этом я и говорю. Возникает чувство вины от того, что я знаю, заранее понимаю, что она добра от природы и хочет помочь, а я хочу, чтобы она не вмешивалась.

— Позволь мне помочь.

— И что ты сделаешь? — я лишь тяжело вздыхаю.

Хорошо, что мы поговорим с тобой завтра, Шанкар, а то сейчас я бы тебя убила. И пофигу, что это мог и не ты делать. Печальный был бы у меня конец и тупой. Я слишком устала и пресытилась этим днем.

— Я разберусь, — в ее голосе слышится уверенность, хотя глаза ясно говорят о том, что она сама не знает, что делать.

Ей главное вписаться.

— Нет. Конкретно, поэтапно. Как ты вычислишь, кто это послал мне?

— Ну... — протянула она, задумавшись. — Не знаю, но я обязательно выясню, поспрашиваю людей или попрошу помощи у персонала и директора.

— Вот. То-то и оно, я хочу разобраться со всем без лишнего шума, не привлекая внимания, понимаешь?

Я так и думала, что она скажет что-нибудь в этом духе. С помощью других-то решить все проще. Только хуже-то будет мне.

— Но, Арквейд, это все серьезно, разве ты не понимаешь... — я чувствую, что она хочет повысить голос, пытаясь достучаться до меня, но не может из-за особого отношения.

— Послушай меня, Эла, — перебиваю я. — Мы с тобой не знакомы и месяца. Я мало чего знаю о тебе, а ты мало чего знаешь обо мне. Мы не настолько близки, чтобы называться друзьями и решать личные проблемы вместе, понимаешь? Это касается только меня, и я сама разберусь с этим! Не беспокойся, у меня уже есть план действий. Твоя любовь не пропадет и не утонет в беде, не переживай.

— Дело не в симпатии, Арквейд... — она снизила тон, пытаясь зайти с другой стороны, чтобы еще раз воззвать к пониманию. — Может, из-за нее я беспокоюсь чуть больше. Я не спорю, но это неправильно. Я ведь всего лишь хочу помочь тебе. Мы можем все обсудить, я ведь не предлагаю принимать решения сгоряча. Это просто был один вариант.

— Слушай, лучшей помощью будет, если ты просто не будешь вмешиваться, — спокойно произношу я, отведя взгляд в сторону.

— Вот ты всегда такая! — вдруг сорвалась Эла.

Она сжала конверт в руках и хотела было бросить его на пол, но сдержалась. Девушка стиснула зубы, в ее глазах виднелись отблески слез. Еще раз недовольно взглянув на меня, она развернулась и быстрым шагом направилась в свою комнату, демонстративно хлопнув дверью.

— Если хочешь убить меня, то сделай это, пожалуйста, ночью, когда я усну.

Я обращаю внимание на Герхарда, который стал невольным свидетелем этой сцены. Он смотрел на меня сверху вниз с неким осуждением.

— Когда к Вам придет осознание, то будет уже поздно, Вы останетесь одна, — выдал он.

Это было то ли порицание, то ли призыв задуматься, я так и не поняла. Думала, он только молчать может, а тут такое. Тоже мне учитель!

— Я себе друзей и не искала...

******

Эла собрала вещи и, не сказав ни слова, покинула наш дом. Не пришла она также и на тренировку. Зато пришел поглазеть, все ли в порядке, директор в сопровождении каких-то неизвестных мне лиц. Думала, спонсоры, но Аврора сказала, что это новые учителя. Подготовка с технической стороны шла хорошо, и тесты тоже прошли успешно. Для большей мотивации участников мы даже призы ввели. Чисто символические. Эти участники также пройдут все этапы, победитель сможет сдать экзамены и свалить на месяц раньше, занявший второе место — на две недели, и третье, соответственно — на неделю. Это, к сожалению, все, что мы можем. Завтра с утра привезут недостающее оборудование, детали, и перед игрой мы сможем все доделать.

Эле в завтрашнем матче отведена особая роль, а я о ней еще ничего не рассказывала даже самой Нацукаши. Тупо, что все вот так вышло. Но она у нас девушка ответственная. Думаю, что придет, даже несмотря на обиду. Я ведь не ошибаюсь? Все-таки завтра не самый легкий будет день.

******

Подведем краткие итоги:

Блог появился благодаря спору, став его частью. Возможно, я много косячила, что-то неправильно донесла, из-за лени и неопытности была не слишком интересна. Но это неважно, правда? Смысл один — спор окончен, и мне больше нет резона писать дальше, а потому…

С вами была Арквейд! Даст Бог, свидимся!

Может, и вправду стоит иногда прислушиваться к людям? Ха.

40.Среда, 29 марта

Половина седьмого. В это время меня почему-то посещает желание часочек понежиться в ванне. Бывает иногда и такое. Только вот обычно такое желание возникает под вечер из-за усталости, а тут...

— Эй, красавчик, какими судьбами? — я подхожу к Герхарду и толкаю его локтем в бок. — Да ладно тебе, Шико все равно спит как убитая. Можем и поговорить, никто не узнает. Даю слово.

Кажись, после вчерашнего у кого-то сменился график работы.

Я некоторое время смотрю на него, а он, как всегда, молчит. Вот такого парня можно и себе на работу нанять. Что-что, а язык за зубами держать умеет. Так просто не разболтаешь. Я сажусь на пол напротив него и прислонясь к стене.

— Это ведь вы сюда понаехали, а дом-то все-таки изначально был в моем распоряжении. Понимаешь? Я с самого начала предлагала Шико другие домики, более подходящие ей и ее характеру, но нет, она сама решила, что хочет сюда, ко мне. Хочется ей почему-то быть в моей компании, хотя причин вроде как никаких нет. Ты и сам видишь разницу наших характеров и взглядов. Так если происходят какие-то изменения, то я хотя бы имею право знать о них?

— В связи с вчерашними событиями я вынужден перейти на другой график работы, — скупо проговорил мужчина, решив, что в моих словах есть разумность.

— А поточнее можно?

Дядька он, конечно, ухоженный, строгий, видный. С этим не поспоришь. Правда, не скажу, что я мечтала о том, чтобы проснувшись с утра, первым видеть его лицо, а также и перед сном, возвращаясь с ванны.

— Я буду жить здесь, — он словно поставил меня перед фактом.

Какого черта все решают без меня? Я уже молчу о нарушении правил! В этой академии на них вообще всем плевать. Вон, даже наша глава студсовета постоянно их нарушает. Нашла, куда поступить...

— Интересно вы придумали, — я вздохнула. — Не буду спрашивать, знает ли Шико. Скажу лишь о том, что, может быть, ты не в курсе, но поскольку ты не являешься учеником, то это нарушение правил, я буду вынуждена принять меры.

— Если для безопасности госпожи Аглаофотис потребуется стать учеником данной академии, то думаю, что я без проблем смогу поступить в нее.

Охотно верю, что дело в безопасности.

— Понимаю…

Но самое смешное, что я действительно не сомневаюсь, что учеником этой академии может стать кто угодно. Пошли бы нафиг, администрация и директор! Я вас ненавижу!

— Вам не о чем беспокоиться. Я не буду занимать пространство, приносить беспокойство или вмешиваться в Вашу жизнь. Я могу спать на диване в гостиной, на полу или, если потребуется, стоя. Одной фазы сна достаточно. Если Вас это не устроит, я могу спать в палатке напротив вашего дома.

Ты это серьезно? Мне почему-то так интересна мотивация этого персонажа. Не верю, что дело только в деньгах. Впрочем, есть вероятность, что я просто недалекая и все как в фильмах — кланы, верность, иерархия и прочая ерунда имеют место быть.

— Неужто ты не мог найти работу получше, чем эта? Неважно… — спустя секунд тридцать произношу я, потому как личные вопросы он просто игнорирует. — Займи тогда комнату внизу, раз уж тебе нужен только сон для работы.

— Благодарю за заботу, — он посмотрел на меня и чисто из-за манер слегка поклонился. — Предпочту спать в гостиной в то время, когда все жители этого дома расходятся по кроватям.

Больше нет сомнений в том, что это чистой воды слежка. С дивана отлично просматривается входная дверь. Если что, то все будут проходить мимо него. У такого парня, наверное, чуткий сон. Любой шорох будет будить, и он уже готов поймать бунтарку, которая собралась сбежать. Не работа, а пытка. Двадцать четыре часа быть наготове и водиться с отбитыми школьниками. Но мне тебя не жаль, дядь. Потому что ты сам со странными замашками. Или мне так кажется?

— Слух, Герхард, — спустя пару минут говорю я. — Это из-за меня, да? Давай я тебе просто на полном серьезе дам обещание, что не буду без вашего ведома похищать больше Шико, и будем жить как раньше, а?

— Дело не в Вас, это касается только госпожи Аглаофотис. Вы и Ваша жизнь не имеют ничего общего с этим. Живите, как жили раньше, не обращая внимания на наше присутствие.

Ну-ну.

— Это ты имеешь ввиду, что я и ваша госпожа не должны общаться? Тогда стоило бы позаботиться о переселении, а не подселении еще кого-то.

Хотя, думаю, такое уж Шико запретить не могут.

— Вы можете быть друзьями. Я говорю о том, что Вам не следует обращать внимание на особое положение Шико и связанное с этим отношение. Примите мое присутствие тут как должное.

Что-то я запуталась. То нас, то я. Так бы просто и сказал: харе доставать мою принцессу.

— Тебе ведь нравится Шико?

Хватит ходить вокруг да около. Спрошу в лоб. Он не ответит, но я буду цепляться за эмоции и мимику. Надо же мне определить, что я не ошибаюсь и билеты купила не зря.

— Я не уполномочен говорить о личных отношениях и чувствах, — Герхард не повел и бровью. Сказал так, будто репетировал эту фразу половину жизни.

— Тебе она нравится? Как девушка? — продолжаю я, смотря на мужчину, который снова стал играть в молчанку. — Это хорошо, что тебе все равно.

Вдыхаю и снижаю тон, включая актерские навыки. Я видела это в фильмах. Сейчас будет откровенное, якобы случайное признание, потому как сердце переполнено чувствами, а высказаться некому, и Вы — тот случайный господин, который может дать мне совет. Начну говорить тихо, чтобы ему было едва слышно. Мол, так робко. А дальше перейду на свои переживания. Возможно, это поможет мне получить какую-то реакцию, которая хотя бы намекнет мне о том, что там на самом деле.

— Мне нравится Шико, но... Я совсем не понимаю ее. Ты, наверное, знаешь, она тоже проявляет свою симпатию по отношению ко мне, но все такое неоднозначное... На словах одно, а на деле другое. У нас возникают конфликты, но потом все стихает, и на сердце становится как-то тоскливо. Снова тянет прийти к ней.

Никаких эмоций практически не было. Но с помощью силы я могу разглядеть, что Герхард посмотрел на меня с едва заметным неодобрением. Он словно оценивал мою кандидатуру, явно не радуясь тому, что перед ним. Это сразу говорит мне о неком чувстве отцовской любви и заботы. Ха.

— В общем, не буду говорить о всяких глупостях, я хочу пойти на решительный шаг, кое-что сделать. Знаю, что не должна тебя просить и тебе оно не надо, но не мог бы ты мне помочь с этим? Пожалуйста.

Этот вброс заставил его взгляд измениться. Сложно описать его, проще объяснить. Чем-то похоже на то, что было при нашей первой встрече, но сейчас он более сдержан. Кажется, Шико ему нравится, но это не чувство любви, как к девушке, а что-то действительно иное. Его холодно-порицательный мимолетный взгляд просто слал меня далеко-далеко. Он готов был приструнить меня. Почему-то думается, что это чувство любви из благодарности, как желание защитить. Как я пришла к такому? Да все просто. Я поделюсь своими наблюдениями за эти дни. Герхард с Шико улыбчив и обходителен. Пусть девушка и не ценит, но он старается потакать ей и особо деликатно уделять внимание. Не как слуга, а как тот, кому в радость позаботиться, будто это все, что он может сделать. Такое вот ощущение возникает, если убрать тот факт, что он вынужден противостоять своей госпоже. Скорее всего, он и сам этого не хочет, но по-другому, увы, нельзя. И тогдашняя реакция на мой вброс при знакомстве, и нынешняя говорят о том, что он не позволит никому обидеть свою госпожу, и если понадобится, то может и силу применить. Самой Шико это все не по душе. Понять бы почему.

— Герхард, — дверь в комнату открылась, и на пороге появилась Шико. — Зайди ко мне в комнату, нам нужно серьезно поговорить.

Мужчина смиренно поклонился и молча прошел в комнату.

Эй, а как же билеты? Я тут такой вброс только ради них делала. Мутила подставу. Что, в другой раз говорите? Ну ладно, все равно ты теперь всегда тут...

Значит, когда надо, моя принцесса спит мертвым сном, а когда не надо, встает и подслушивает? А еще в то время, как нормальные люди накидывают на себя футболку или рубашку, она надела платье. Ну а что?! Кто-то в этом доме должен радовать глаз своей красотой. На месте этих слов должна быть цитата о женской красоте, типа о женственности Шико, но я, увы, знаю только фразы из мемов.

Зашибись, внатуре четко! Умеет, могет, радует!

— Мне что-то тоже вдруг захотелось посидеть в твоей комнате, — я поднимаюсь на ноги. — У тебя, знаешь, атмосфера такая, склоняет к раздумиям.

— Арквейд, — негромко произносит девушка и, встав в проходе, перекрывает мне путь руками.

— Ты, что, дорогая, против? — заигрываю я. — Обещаю, мешать не буду.

— Мне бы тоже хотелось о многом с тобой поговорить. Нам многое стоит обсудить.

— К слову, прекрасное декольте, — усмехнувшись, говорю я, специально смотря на ее вырез. — Сразу чувствуется, что ты хотела меня к себе пригласить. Ну так давай поболтаем.

Толкаю ее руку грудью, но она не пускает. Эх.

— Сейчас не время, но когда-нибудь я обязательно хочу посидеть вместе с тобой и поговорить начистоту.

Если бы это говорила Эла, то я сочла б эти слова милыми и теплыми, а тут, когда их говорят без каких-либо эмоций, даже не знаю…

— Не говори мне, что ты собираешься из-за меня отчитать Герхарда. Парень, бедняга, и так спит стоя, а ты его дрючить собралась. Я просто поинтересовалась, что он тут делает в такую рань. Вот.

Я ведь и так понимаю по этому холодно-повелительному тону, с каким она к нему обратилась, что они не о дружбе и магии будут беседовать. Может, это черное платье похоронное?

— Это никак не связано с тобой, — убеждала моя дорогая. — Нам просто нужно внести кое-какую ясность.

Почему, когда Шико и Герхард говорят, что я тут ни при чем, у меня ощущение, что я тут — главный антигерой?

Походу, вчерашнее заставило всех поменять свою позицию. Ну, могу похвалить — решать проблемы разговором по душам всяко лучше, чем врываться в комнату, говоря «просто сделай так». Прогресс на лицо.

— А мое время когда? — интересуюсь я.

Вместо ответа девушка как-то странно, то ли тепло и заботливо, то ли загадочно, то ли стремно улыбается и просто закрывает дверь.

Видимо, не сегодня…

Ну ок.

Ничего необычного. Пойду приму ванну.

******

Я пришла к воротам академии, чтобы встретить машину, которая должна была доставить оборудование и все такое, а там уже и без меня собрался народ. Для чего, спрашивается, если машина все равно въедет на территорию и все сами погрузят-разгрузят? Не знаю.

В ходе расследования выясняется, что все тут для поддержки. А пришли: Адам со своей бригадой в виде Кая и Арманда, учитель Такего и еще кто-то пропустил сюда парня по имени Шейн. Это мужской вокал в нашей второй музыкальной группе. Он один из тестеров, команда которого вчера, условно говоря, прошла во второй тур. На мой вопрос, чего он тут забыл, он с загадочной улыбкой ответил, что ему так понравилось и он, вдохновившись, решил помочь и сегодня. Ну да, он был очень активен и полностью отдавался игре, пытаясь помочь мне. Лишние руки не помешают. Пусть будет. Не стоило вчера, правда, наверное, ясно говорить всем о своих планах насчет оборудования.

Хрен с ним.

Я ради интереса у каждого отдельно спросила, что он тут забыл, и каждый уклончиво отвечал, сводя все к одному вопросу: не переживаю ли я, не волнуюсь? Нет, не особо, если хотите знать. Ощущение, что все присутствующие тут переживают за успешность мероприятия больше, чем его организатор. Ха. И если учителя я еще могу понять, то других — не особо. Только Кай сказал, что сам не знает, что тут делает, его притащили. Это звучит лучше, чем выдуманная причина ради того, чтобы косвенно поддержать меня. Сборище дураков встречает одну машину, сотрудники которой сделают все за них. Да.

Одно меня радует: впервые за долгое время я в компании одних мужиков. Раз значок главы студенческого совета, который служит контролем, тут есть и без меня, то, отшутившись, что вы должны справиться без всяких баб, я отправляюсь на стадион.

******

Пройдя мимо контрольно-пропускного пункта, я натыкаюсь на Иваю в компании Астарты. Две конкурентки за сердце одного мужчины вместе. Миленько. Почему вы претесь все сюда, а не на стадион, а? Ивая у нас, похоже, вместо своего отца следит за всем. Так называемый контроль для галочки. У меня она, как обычно, невнятно и скромно попросила пропуск и отправилась составлять компанию парням. Вторая девчонка пришла не столько ради работы, сколько ради болтушек.

Господи.

Чтобы как-то снизить темп ее невнятной речи и сэкономить время, мне пришлось проявить настойчивость и предложить поговорить по дороге.

Говорила она много, эмоционально, в своей этой привычной манере с кучей ненужных словесных шумов. Но мы-то привыкшие. Плавно от чего-то левого перешла на вчерашний день, который у нее был особенный. По-хорошему особенный, а не так, как у некоторых личностей, вроде меня. Эту глупую девчонку вырубило на свидании, и она все время проспала на коленях парня. Да уж, как она и говорила, приступы стали действительно слишком частыми. Я бы уже задумалась о том, что делать. Но сейчас у нее на лице не было никакого беспокойства, она выглядела крайне счастливой. И в какой-то момент разговора даже показалась мне невероятно милой, от чего я стала ей глупо улыбаться в ответ.

Да...

Но вот чего я действительно не понимаю, так это чего она нашла в таком отвратительном парне, как Дмитрий? Отчасти я считаю, что ему повезло с такой славной девушкой, но вот он этого не ценит и не осознает. Как меня, так и Амаю этот мутный тип раздражает. Я разговаривала с ним в субботу насчет будущих планов, Астарты и... Звучит тупо. Но мой анализ привел меня к тому, что я, сама того не замечая, невольно защищаю эту светловолосую девчонку, причем довольно агрессивно. Ха. Все его ответы на мои вопросы сводились к одному — безразлично. «Не знаю, посмотрим, как сложится, мне все равно». Да, я и сама понимаю такую манеру речи и часто ее использую, но в тот момент мне хотелось дать ему леща. И это было только потому, что Астарта рассчитывает на него, а он... Ну вы поняли. Надо было сказать ему: «Ивая уходит, ты уходишь, вы оба те еще тугодумы, вроде нравитесь друг другу, проявляете симпатию, но не понимаете, что чувствует другой. Дебилы... Как раз подходите, чтобы быть парой. Вот там, куда вы уйдете, мутите, разбирайтесь, а Астарту оставьте. Пусть ее заберет тот, кто хотя бы интеллектом врожденным обладает и будет ценить ее чувства». Нафиг, короче, эту лабуду, разбирайтесь сами. А еще у этого парня есть Хрона...

В жизни нет справедливости. Если все достается тугодумам, то подскажите мне, пожалуйста, действенный способ по избавлению от лишних баллов айкью.

Сейчас раздумывая об этом, я пришла к новой теории: а что если он решил уйти из-за Иваи? Может же быть и такое? Да? Но даже если и так, ответа мне никто не даст, увы.

Разговор об отношениях с парнем перетек на подругу. В очередной раз лишь удивляюсь искренности эмоций этой дурынды. Она ведь еще не знает всего. С каким изумлением надо говорить мне о том, что произошло с Амаей.

«Ты представляешь, да?»

Уж поверь мне, Астарта, еще как представляю. Ха. Ты нашла себе непростую заразу. Только жаль, что ты вряд ли узнаешь о всех ее «прелестях». Надеюсь, Амая-то, если что, и разберется с этим Дмитрием. Она имеет на это все права.

******

Работа на стадионе со всеми вытекающими. Потом работа в студсовете с его прелестями. Ничего интересного. Провожаем, наконец, наших амеб, прощаясь с ними навсегда. Не сильно-то большинство из них и расстроены. Потом в компании с Авророй печатаем билеты для предстоящего мероприятия. День проходит скучнее скучного...

******

Вот уже осталось чуть больше часа до мероприятия. Я собираюсь выдвигаться. Эх... К приближению игры вдруг появилось какое-то легкое чувство беспокойства. Может быть, это связано с тем, что Элу за весь день я так и не увидела?

41.Четверг, 30 марта (часть 1)

Открываю глаза из-за головной боли.

Вчера меня вырубило. И ко всему прочему теперь у меня добавился провал в памяти. Почти ничего не помню с начала времени, когда вошла на стадион, и до того момента, когда очнулась в медпункте. До такого у меня еще никогда не доходило...

Медсестра посоветовала быть осторожнее со своей силой, интересовалась моими выделениями и самочувствием. Думала, что это может быть связано с Канашимой. Пришлось пройти обследование. Отпуская меня домой, она сообщила о том, что память должна со временем прийти в норму. Сказала, что ничего страшного, но я должна впредь позаботиться о том, чтобы как можно реже находиться в местах большого скопления людей.

Когда пришла в себя, возле меня была Эла. Она уже не дулась. Судя по ее речам, мы успели помириться. Ха. Теперь помимо всего она знает и о моей слабой стороне силы. Камила без моего ведома все рассказала. Эх...

Выхожу из комнаты, направляясь в ванную.

Да, точно, тут же теперь круглосуточно Герхард. Как ни странно, об этом я не забыла.

Эла поддержала меня. Просила не беспокоиться. Сообщила о том, что игра прошла хорошо. Несмотря на то, что вначале были какие-то неполадки. Она не уточняла, какие. Многим зрителям в целом понравилось. Даже прямая трансляция для спонсоров по закрытому каналу работала нормально. Рассказала мне о том, кто победил. Группа, в которой состоял Нео, проиграла, а победителями стала команда парня, который в школьные годы был капитаном бейсбольной команды. В следующий тур прошли одиннадцать человек, среди которых, как ни странно, оказался и Нео. Почему одиннадцать, когда команды были по девять человек, и почему проигравший свин прошел дальше? Все просто. Я планировала вмешать в игру зрителей, добавить немного серьезности, игры на публику, тактики. Смысл был в том, что вначале я бы сообщила о том, что на обратной стороне билета есть строки, куда зрители могут вписать имена лучших игроков. Всего их три. Мы соберем их после матча и подсчитаем голоса. Если среди лучших окажется тот, кто и так победил, он будет иметь право провести кого-то в следующий тур или ничего не делать. Если же этим лучшим окажется кто-то из команды проигравших, он автоматически проходит дальше. Так, мне казалось, можно будет реабилитироваться, если твоя команда не очень, а также можно было бы работать на победителя, сливая информацию или поддаваясь, охотясь за этим местом в билете, которое будет у победителя. Благодаря этому и получилось так, что в следующий тур прошло одиннадцать человек. Два человека, выбранные зрителями, были из команды выигравших. При этом один из них решил никого не выбирать. Ну а третьим был Нео. Сложно поверить словам Элы, что свин был хорош...

Включаю воду и умываюсь.

К слову об Эле. В этой схеме со зрителями и взаимодействием команд Нацукаши играла особую роль. Благодаря своей способности она должна была перемещаться между игроками, а также судьями, которые особым жестом подзывали бы ее к себе. Можно было сказать ей, например: «Спустя два раунда передай “привет” игроку под номером двенадцать», и Эла бы так и поступала. Считайте, она как конверт с посланиями, который позволяет условно анонимно общаться командам между собой.

Мне сказали не думать о вчерашнем, не пытаться специально вспоминать, все придет само. А ведь мы, как назло, условились на том, что записей всех игр делать не будем, только одноразовая прямая трансляция. Можно понять, ведь это авантюра, которая, условно, нарушает правила, да еще и имеет неопределенный конец. Пришлось постараться, включить дар красноречия, чтобы замазать косяки в правилах. Договориться с директором о том, чтобы команда победителей в этой игре получила бумагу об образовании. Это, конечно, не полноценный диплом, но хотя бы что-то вменяемое. На самом деле я просила об этом не из-за переживаний о нарушении правил академии, а из-за банальной осторожности, чтобы избежать бунта. Нужна была мотивация игрокам, а это довольно значимая штука.

После умывания мне становится легче, и я вспоминаю о том, что мне нужно идти в медпункт и провести в добрый путь наших выбывших участников. Я спускаюсь вниз и, надев обувь, открываю дверь, где на пороге ждет меня баба-сталкерша.

— Ты не подумай ничего такого, я просто волновалась, вот и пришла рано, но не хотела беспокоить и потому решила подождать, — стесняясь, начала Эла. — Как ты себя чувствуешь?

— Да нормально, наверное.

Даже неловко, что с момента того, как я проснулась на больничной койке, я только и помню, что заботу Элы. Может, еще немного Амаи, но та скорее, подбадривая, шутила. Остальные как-то так, посредственно, но это даже лучше. Хорошо, что до Астарты не дошло...

— А с памятью как? — интересуется как-то осторожно она. — Я надеюсь, она тоже в порядке?

— Ну, — я пожимаю плечами. — Ощущение, что я плыву по реке в обратном направлении. Что-то вспоминаю, но почему-то с конца в начало. Немного стремно, но всяко лучше, чем ничего.

Пока умывалась, вспомнила, как запечатывали силу проигравших. И еще кое-что, из-за чего Амая, когда я ее увидела после пробуждения, выглядела обеспокоенной и чувствовала себя не в своей тарелке, не зная, то ли говорить мне о чем-то, то ли промолчать. Неловко Хофлер было из-за того, что она видела, как я использовала свою активную стадию силы на нашем взломщике Шанкаре. Я уже говорила, что это довольно жуткое зрелище, так как мой взгляд становится безумным, глаза двигаются сами собой, реагируя на любое движение. Кажется, в тот момент я в грубой форме сказала Амае заткнуться и просто стоять смирно, не двигаясь. Мда... Лучше об этом, наверное, было и не вспоминать. Думаю, уже к тому моменту я чувствовала себя неважно, и использование силы меня окончательно добило, отправив в койку.

— Это хорошо, что все приходит в норму, ты просто перепугала меня. Положила голову на стол, сказала, что устала, и после перестала реагировать на все, а разбудить тебя было невозможно. Я уже было всякого надумала... — Эла зачем-то снова начала говорить о своих переживаниях. — О таких вещах, наверное, стоило бы сообщать другим. Чтобы знать заранее, что делать.

Здесь должна была быть какая-то другая фраза, наверное, более резкая, но после случая во вторник она не решалась быть более напористой.

— Наверное, — в ответ на ее слова я лишь могу безразлично пожать плечами.

— Ну, раз все хорошо, то я, пожалуй, пойду, просто переживала... Если у тебя будут вдруг какие вопросы, про вчера или еще что-то, ты спрашивай...

— Постой, — девушка собралась было уж уходить, но я останавливаю ее, положив руку на плечо. — Чего-то ты не договариваешь, что-то случилось?

Просто в ее словах есть доля какой-то надежды и ожидания. Ха.

— Нет, все в порядке, не считая, конечно, твоего состояния, — она слегка растерянно улыбнулась.

— Я что-то, может быть, тебе обещала? Что-то предлагала? Что-то странное рассказала? Только давай честно и быстро, не хочу время терять. Все равно ведь вспомню потом, наверное.

— Ты просто попросила меня сегодня не идти на первую пару, хотела, чтобы я тебя научила готовить омлет с рисом.

— Аааа... — протянула понимающе я.

Помнится, что-то такое я действительно планировала.

— Сказала, что я должна тебя научить готовить, а ты мне расскажешь о своей няне. И немного о себе.

— Я расскажу? О Намики? Серьезно? — осторожно интересуюсь я, все еще не веря самой себе из прошлого.

Эла не врет, но и я такого сказать не могла. Нет, ну правда ведь, не могла.

— Тебе ближе к концу стало плохо, и ты направилась в уборную. Нео, заметив это, подозвал меня к себе и, решив использовать свое время, попросил меня сходить за тобой, узнать, все ли в порядке.

Между раундами у каждой команды было время в виде одной минуты на обсуждение тактики и всякого такого и полторы минуты в момент, когда они получили очко и могли выгнать кого-то из другой команды. Сверх этого времени каждой команде давалось по десять минут. Его капитаны команд могли использовать по своему усмотрению. Вот о нем она и говорит. Да, и это ну очень прямо мило. Нео-Нео-Нео. Даже не знаю, о чем я тогда подумала, узнав о таком жесте со стороны свина. Ха.

— И?

— Ты, включив воду, стояла у умывальника. Я заметила, что тебе тяжело. У тебя шла кровь носом. Мне ну... Стало... Это захотелось позаботиться о тебе, помочь, вот, — девушка все больше покрывалась краской. Ей было очень неудобно, ведь это, так или иначе, выражение своего желания узнать больше, а тут еще и о чувствах говорить приходится, ведь я пока ничего такого не вспомнила. — Я и позаботилась. Ты сказала, что все в порядке, что такое бывает, не стоит беспокоиться, а после попросила прощения за позавчерашнее.

— Да? — недоумеваю я.

Я первая попросила прощения? Видимо, действительно была не в себе, не было сил, чтобы характер проявлять.

— Ага. Я сказала, что не обижаюсь, что мне просто хочется, чтобы ты была в порядке. Я ведь не хочу тебе навредить, а хочу помочь. Мы разговорились. Разговор зашел про чувства и воспоминания. Слово за слово я как-то спросила у тебя о няне. А ты, по-доброму улыбнувшись мне, сказала, что сейчас не время говорить о об этом. Лучше поговорим об этом завтра в другом месте. Сказала, что я научу тебя готовить, а ты взамен расскажешь о себе, вот...

— Вот как... — вздохнув протягиваю я.

Натворила делов. Какой инопланетянин меня подменил тогда? Мне не особо-то хочется говорить о Намики, но раз дала слово, придется сдержать. Сделанного не воротишь. Не портить же снова выстроенные отношения из-за нежелания говорить о прошлом? И так жалко смотреть на девчонку. Переживает за меня больше, чем я за себя.

— Но если ты не помнишь, то ничего страшного. Я понимаю, что это был момент…

— Все в порядке, Эла, — перебиваю девушку, пытаясь ободряюще улыбнуться гостье. — Ты тогда уж постарайся. Иди и подготовь все. Ведь научить меня готовке — это труд не из простых. Я схожу в медпункт и сразу после к тебе. Так что рассчитываю на тебя.

******

Процесс запечатывания был не самым приятным. Оно и неудивительно. Обычно вынимают кость правой или левой руки, в зависимости от того, какая из рук является доминирующей, из сустава, наносят специальную краску, а после ифарит, в нашем случае учитель Эннио, применяет свою силу. После этого кость с помощью специальных препаратов сращивается за ночь. Конечно, все это делается под обезболиванием при помощи способностей. И даже несмотря на то, что ученики заранее знали, что их ждет, и подписали договор, все равно многие были не готовы. На некоторых даже пришлось прилагать силу.

******

Палата, в которой лежали наши запечатанные ученики, находилась под охраной. На всякий случай перестраховались, чтобы никому ничего дурного в голову не взбрело сотворить напоследок. Они, конечно, были подавлены, но и им повезло, у меня для них есть приятные новости. И об этих новостях знаем только я, директор и учитель Такего. Даже Адам не в курсе. Собственно, мы втроем, по одному, и будем сопровождать с вещами наших учеников к выходу, сажать их в машину, сообщать, что их ждет, и желать всего доброго.

******

К моменту, когда я заканчиваю с первым учеником, в моей голове всплывает какая-то странная сцена. Весьма странная... Это вообще довольно необычное чувство — вспоминать какие-то сцены и чувства с конца, не зная, что было перед этим и почему я так себя вела.

Прежде чем я попытаюсь объяснить, что я почувствовала, я расскажу об особенности игры. Как я уже и говорила раньше, это бейсбол, скрещенный с «один на вылет». Только здесь нет никаких баз. Одной стороне нужно, отбив мяч, добежать до дома, чтобы получить очко. А другой либо — сделать три страйка, либо просто поймать мяч. Практика показала, что, несмотря на странность, такое упрощение хорошо работало, так как игроки по большей части играли впервые или играли плохо. Получив очко, команда выбирает игрока соперников, который покинет матч, и так, пока в одной команде количество игроков не станет равно нулю. Играют до трех страйков. Три страйка — смена сторон, и так по кругу. О том, что каждый круг позиция всех игроков также меняется, я уже говорила и даже рисовала вам схему. Тут все осталось неизменным. Единственным изменением было то, что с начала игры после трех раундов капитан команды мог поменять местами игроков. Следующую замену он мог сделать через четыре раунда, потом через пять и так далее. Когда в одной команде оставалось всего три игрока, правила упрощались, превращаясь просто в «отбей мяч и очко твое». Почему так? Потому что поймать мяч, имея в команде трех игроков, почти нереально. Одно «но» — теперь нельзя было бантовать, только отбивать мяч полным взмахом. Но даже при таких правилах было не так-то просто выиграть.

Итак, теперь о воспоминании:

Нео остался играть один против четверых. То есть он и бросал, и отбивал мяч. Каждый его мяч становился страйком, а каждый взмах биты попадал в цель. Постоянно побеждая, он вечно подавал мне знаки внимания. Это жутко бесило меня. Ха. Команда Нео, которая хейтила его, когда он остался один, стала вдруг благосклонной, начала радоваться такому повороту, тогда как команда соперников злилась. Все прибывали в шоке. А я ведь думала о том, что суть игры и сводится к тому, чтобы скрыть свои способности и показать их в последний момент. Игра началась еще тогда, когда все участники собрались в комнате студсовета. Почему-то с каждым выбывшим игроком меня все больше переполняло чувство обиды. И вроде бы мне все равно, почему я должна огорчиться победе Нео? Мне непонятно это. Но факт остается фактом, я была разочарована. И тут произошло то, что произошло.

Нео остался один на один с капитаном другой команды.

— Простой фастбол по центру, — произнес Нео после чего, замахнувшись, бросил мяч.

Мяч стал первым страйком.

— Ты, что, тупой? — перекидывая из руки мяч в перчатку и обратно, с улыбкой интересовался парень. — Я ведь сказал, что это будет простой фастбол по центру.

Соперник молчал. Он полностью был в своих мыслях, пытался анализировать.

— Давай еще раз повторим этот трюк, обезьяна, — Нео был высокомерен и явно измывался над соперником. — Простой фастбол, прямо по центру.

Парень бросил мяч, в то время как соперник даже не замахнулся.

Второй страйк.

Я точно помню, что говорил Нео, и даже помню, как это все обыгрывали комментаторы. Но от этого только снова начинает болеть голова, не говоря уже о том, что я мало чего понимаю.

— Ты, что, уже сдался? — Нео сверлил соперника взглядом. — Извини, если слишком давлю. Может мне не озвучивать свои броски?

Ситуация была критическая. Следующий бросок решал все. И если предыдущие два можно было отбить, то теперь неизвестно, каким будет этот третий. Возможно, предыдущие два были заманухой, чтобы третий сделать крученым, а может быть, он хотел, чтобы соперник думал, что третий будет крученым, а на деле это будет простой фастбол. Или, может, он умеет бросать флайболы?

— Тайм-аут, — произнес парень с битой и отправился к своей команде.

Здесь сильно помогало мое умение читать по губам и наличие бинокля. Они говорили о том, что Нео до этого все раунды кидал только фастболы, потому нужно просто отбить, не заморачиваясь. Спустя минуту парень вернулся на позицию.

— Что ж. Надеюсь, сейчас-то ты не сдрейфишь, — Нео усмехнулся и взглянул на меня.

Стоя в позиции для броска, он замер секунд на пятнадцать, смотря в мою сторону. Я, закатив глаза, скрестила руки под грудью и, развернувшись, куда-то собралась.

— Тайм-аут, — произнес свин и поднял обе руки вверх.

Это было условным знаком для Элы. В ход пошло время, оставшиеся у него в запасе, а именно три минуты двадцать восемь секунд. Эла быстро переместилась к нему, и он стал что-то шептать ей на ухо, закрываясь от меня рукой.

— Нео спрашивает у тебя, проиграть ему или выиграть? — телепортировавшись ко мне, Нацукаши передавала слова парня.

Не знаю почему, но это на какое-то время вогнало меня в ступор. Я, выглядывая из-за девушки, смотрела на Нео, а тот смотрел в ожидании на меня. Прошла минута, пока Эла не потребовала от меня ответ.

— Разве суть игры не в победе? — сказала я. — Конечно же, ему следует победить.

Пусть я и сказала это, но чувствовала в тот момент другое. Мне было все равно, выиграет или проиграет конкретно Нео, но мне, скорее всего, хотелось, чтобы проиграла его команда.

— Эх, Арквейд… — Эла по-доброму мне улыбнулась, после чего отправилась к парню.

Игра продолжилась.

— Что ж, продолжим, — Нео встал в стойку. — Простой фастбол по центру. Жаль, что бант запрещен, а то я уже сомневаюсь в твоих способностях.

Мяч был отбит. Победила команда водорода. Да, я всех игроков назвала химическими элементами для разнообразия.

Могу сказать лишь то, что мне кажется, Нео сделал это специально, словно он почувствовал что-то и решил исполнить мое желание. Своего рода это было знаком внимания, которые меня так бесят. Если я все правильно помню, то больше мы с ним не виделись и не говорили. В итоге он стал одним из лучших игроков этого матча и прошел дальше...

Такое вот воспоминание. Я не радуюсь, не огорчаюсь победе и поведению Нео. Сейчас мне все равно. Я хочу скорее понять, почему я так вела себя? Мне ведь не особо свойственно поддаваться каким-то чувствам. Хотя стоит отметить, что в моменты приступов боли от способности я часто поступаю так, как никогда бы не поступила. Когда тебе хочется избавиться от боли и раздражающих факторов, ты готов на многое согласиться. А в тот момент организатор ведь не мог покинуть мероприятие?

******

Среди проигравших в команде Нео был и этот парень, взломщик Шанкар. Я берусь его сопровождать. По дороге он интересуется, разузнали ли мы, кто это был? Смогли взломать счет? Еще раз извиняется. Говорит о том, что не думал, что кто-то пострадает из-за такой мелочи.

Он, конечно, тоже виноват, но не так как другие, установить личности которых нам с Амаей не удалось. Вчера я применила на нем свои активные способности. Настолько, видимо, меня все допекло и хотелось узнать правду. Шанкар просто подумал, раз уж все равно уходить, то почему бы не обогатить свой карман, раз подвернулась возможность. Ему пришло сообщение с предложением подзаработать, но только здесь и сейчас. Парню сообщили о том, что нужно сделать, и перевели сразу аванс. Это даже на камерах было видно, как он переписывался, стоя у стены. Он согласился и сделал то, что сделал. Ему перевели часть суммы и сказали, что если хочет получить все, то должен стереть переписки, а после позвонить в офис кошелька и попросить удалить историю переводов. Да, такая функция есть в некоторых банках, правда, она не бесплатная и требует проверки. Не суть, короче. Парень согласился и сделал все, как просили. Это показалось ему странным, но он решил, что уйдет раньше, чем выяснят проблему, если вдруг будут какие-то неприятности. На самом деле он был напуган и потому совсем не врал. Даже Амая была слегка ошарашена и пыталась защитить от меня парня. Уж слишком был силен мой напор. Хофлер сказала, что они не могут удалить все полностью, по закону не имеют права, это где-то хранится у них, потому она могла бы взломать базу и проверить все, найти отправителя, для этого ей только нужен номер кошелька. Парень шел нам навстречу, но, увы, даже взлом не дал результата. Перевод был осуществлен с карты, которая зарегистрирована на непонятно-кого в другой стране. Так в итоге мы вернулись к точке старта.

42.Четверг, 30 марта (часть 2)

Пока я шла до домика Элы, заморосил дождь. Постепенно он становился все сильнее, потому, чтобы не вымокнуть, пришлось пробежать небольшой марафон.

******

В гостиной, обложившись журналами, с чашкой чего-то горячего, на полу валялся Кимото. Он, подняв голову, лишь мельком взглянул на меня, безразлично выпалив «привет». Я махнула ему рукой, и он снова уставился в журнал. Вот у него уют. В это время, все подготовив для моего обучения, на кухне торчала Эла.

— Я уже поставила отвариваться курицу и рис, они скоро будут готовы, — после приветствия сразу перешла к делу Нацукаши. — С этим ты ведь можешь справиться?

— Ну да, наверное, могу, — протягиваю я.

— Ох, Арквейд, — вздохнула девушка, поняв, что я могу облажаться, и полезла в холодильник. — Хорошо, что у меня есть размороженная запаска. Прежде чем готовить, нужно обязательно размораживать мясо, и не в микроволновой печи, а просто выложив его. Например, перед сном достаешь, кладешь на тарелку и оставляешь.

Тут были долгие объяснения о том, что и как нужно делать с курицей, которые сопровождались демонстрациями. Ну а с рисом я и сама могу управиться — все, шо готовится само по времени, я умею. Все эти объяснения я опущу, чтобы не занимать ваше время.

— Мне вот интересно стало, почему ты решила научиться готовить?

Эла сказала просто повторять все за ней. Будем делать несколько порций. Уверяла, что ничего сложного тут нет.

— Да я тут спор один проиграла, и в наказание мне сказали научиться готовить эту фигню.

Я могла бы закатить речь о том, что я уже совершеннолетняя девушка, скоро то да это, а я и готовить не умею, что за хозяйка такая… Но кому мне врать? Доставка еды — тупо топ.

— Хотя бы с помощью спора хоть этот кто-то позаботился о твоем будущем.

Как всегда, сама наивность.

Она нарезает курицу и бросает ее и рис на сковороду.

— Реалии таковы, что это просто Амая решила надо мной посмеяться, зная, что я кулинар от бога.

Я, не задумываясь, повторяю за ней.

— Она мне не показалась человеком, который мог бы шутить по-злому. Если она и поступила так, то наверняка заботилась о тебе и преподнесла все так, чтобы помочь тебе, но ты при этом не восприняла это как жест доброй воли.

Без комментариев.

— Да, ты знаешь, мои способности многое видят, я так и подумала, но ничего ей не сказала, — серьезно отвечаю я.

Просто добавляем в сковороду томатную пасту, зелень...

— Я вот тут подумала, а почему у тебя была няня? Разве не лучше было бы, если бы кто-то из родственников помогал, раз твой отец занятой человек?

Это был смелый переход со стороны Элы к интересующей ее теме.

— Особо родственников-то и не было у меня. Только отец и дедушка с бабушкой по его линии. Они были довольно старыми и жили в пригороде. Им уже особо не до меня с моими тараканами.

Хотя тут вмешивались и личные отношения моего отца с родителями. Он их хоть и любил, и ладили они хорошо, но бабуля с дедулей были личностями специфичными. Тогда мне казалось, с ними весело, да и сейчас так кажется, но вот как воспитатели они... Да. Неважно.

— Вот как… — запоминала информацию Нацукаши.

— Вообще, ты знаешь, у меня было довольно много нянь. Я даже и не вспомню всех. Не смогу пересчитать. Некоторые продержались не больше недели. Как ты и подметила, отец много работал, часто ездил в командировки, потому ему было не до меня. Он старался уделять мне какое-то время и находить общий язык, но что-то у нас не ладилось. Поскольку я была еще мелкой, а отца не бывало по несколько дней, то он только то и делал, что постоянно подыскивал на место старых бабулек новых.

Сейчас я с Элой щедра на слова. И это все ради того, чтобы создать у нее определенную атмосферу, за которой можно будет скрыть некоторые факты. А то ведь я знаю, как этот интерес и эти недосказанности потом сказываются. А я, увы, не тот человек, который любит говорить о себе и чем-то таком.

— И почему же они так часто менялись? — с улыбкой поинтересовалась она, уже догадываясь, что я отвечу.

— Вот вы скажете, что у меня сейчас характер скверный, но вот тогда... Тогда он был действительно ужасный. И чем старше я становилась, тем больше во мне, что ли, злости появлялось. Даже мне теперешней немного стыдно за ту девчонку. Была агрессивной, тусила не с самыми приятными личностями, вредила окружающим и изводила своих нянек.

Когда вспоминаю, какой была, и невольно задумываюсь над прошлым, хочется попросить прощения у отца за всю ту дичь, что я творила, и свое поведение. Благо, переросла.

— Но та девушка смогла найти с тобой общий язык?

У меня почему-то создается впечатление, что Эле все это дело кажется милым, хотя ничего такого «милого» не было.

— Так уж вышло, что ни у меня, ни у нее не было выбора. Тогда мы жили в Эфесе, а отцу в скором времени нужно было отправляться в долгую командировку в Моден. Мы довольно часто ссорились, и весь этот процесс постоянного поиска его порядком подзадолбал, — сейчас прекрасно могу его понять. — Он выдвинул ультиматум, что эта няня последняя, кого он ищет мне. Если меня не устраивает такое, если я не найду общий язык, то он пришлет кого-то из специального заведения, кто уже не будет со мной церемониться. Ей, в свою очередь, было всего восемнадцать, приехала откуда-то из глубинки. Она училась на заочке, и ей нужна была эта работа и деньги, чтобы оплачивать обучение. Платили-то за меня весьма недурно.

Я уж точно и не помню, но тогда мне этот ультиматум показался чем-то жестким. Была по телевизору передача про нянек-мужиков, которые воспитание превращали в армию. Мой впечатлительный детский мозг почему-то уверовал, что такое реально может быть. Хотя, знаете, я все равно не следовала наказу и навстречу этой новенькой не шла.

— Не слишком ли она молода для няни? Как-то это странно, — Эла ненадолго отвлеклась от готовки, слушая мой рассказ, но поняв, что стоит и ничего не делает, включила огонь и начала подогревать и размешивать начинку.

— Да, молода, — протянула я, подавив смешок. — Обычно отец брал женщин от двадцати пяти лет с соответствующим образованием, но позже расширил рамки, так как мой случай был нестандартный. Я уже все же была не совсем маленькой, и мне не требовалось столько внимания. Скорее мне нужно было воспитание и понимание. Вот тут, похоже, отец и решил, что она подойдет. Наверное, подумал, что молодой девушке, возможно, будет проще найти общий язык. Поскольку у нее и внешность такая, ну, ты видела, то наверняка отец провел параллели, решив, что она испытывала раньше те же проблемы, что и я в школьные годы, потому она смогла бы помочь. Было в ней что-то внушающее доверие, верилось в то, что она со всем справится, да и всегда оставался испытательный срок. Как-то так и вышло все.

— Рассказывай, — однозначно проговорила Нацукаши, подбадривая меня улыбкой. — Я ведь, знаешь, увидев, сразу почувствовала что-то особенное в этой девушке. Да и ты выглядела довольно милой и счастливой, что ли. Вот мне и стало жутко интересно, как человек смог найти к тебе подход, особо, если ты говоришь, что была ужасна.

— Ну, у нее было стройное тело. Она регулярно занималась спортом, ей нравилось каратэ. Внушительные формы, наверное, как у меня сейчас, а может, и больше, сложно оценить. Черные длинные волосы, которые она чаще всего собирала в хвост. Светло-карие глаза, лицо такое довольно приятное. Добрые глаза и улыбка. Что еще? Иногда она казалась взрослее своих лет, а иногда почему-то младше.

— Арквейд! — перебила меня девушка, взывая своим недовольным голосом к серьезности.

Она-то ждет рассказа не о внешности, но стоило попробовать.

Пока шла сюда, заранее думала, о чем буду говорить. Многого ей я, конечно, рассказать не могу, многое останется за занавесом, о многом нужно умолчать. Это вынужденный жест доброты для поддержания дружеских отношений. Видишь ли, Эла, ты, понимая это, уже должна быть счастлива

— Я попробую, но ты не жди супер-рассказа с интригами. В целом-то ничего такого. Она мне поначалу жутко не понравилась, как, в принципе, и все остальные. Было осознание того, что все это делается ради денег, как-никак. Один этот фактор уже заранее заставлял меня плохо относиться к людям, ну и контроль мне тоже жутко не нравился. Я особо с ней не церемонилась, грубила, говорила то, что думаю. Не самые приятные вещи, которые помогали мне замечать мои способности, но она оказалась не робкого десятка. Правильно будет отметить, что она была искренней в своих поступках и мыслях. Намики шла наперекор мне не потому, что надо приструнить ребенка, а потому, что была убеждена в том, что мне нужна помощь. Она хотела быть мне другом, понять меня. Девушка думала, что, узнай я многие вещи, увидь разные ситуации, это как-то повлияет на мой характер. Раньше я не встречала в людях такой искренности и рвения. Не чувствовала, что значу для них хоть что-то, кроме геморроя за деньги. Или еще хуже — пациента, которого надо исправить. Это так или иначе заставляло меня быть к ней снисходительной, считать, что вариант в лице ее не такой уж и плохой, жить можно, — а еще она неплохих таких подзатыльников прописывать умела. Ха. — Возможно, из-за неопытности, а может, по доброте душевной и наивности, но ей действительно была интересна я. Вернее сказать, ей было интересно, почему я такая, что мной движет и что сидит внутри меня. Пусть и безуспешно, но она пыталась понять это. Сейчас уже сложно вспомнить все и проследить развитие. Кажется, что в какой-то момент она решила, что мне нужна любовь и забота, типа то, чего я не получала раньше. Она не очень-то умна была. Вернее сказать, скорее наивна. Верила в то, что в каждом есть что-то хорошее, что каждому нужна любовь или что-то такое, я не знаю даже. Намики совершала много странных поступков по отношению ко мне, посылы которых даже сейчас сложно объяснить. Так пытаясь показать мне, что ли, что ей можно доверять. А я, ты знаешь, что тогда, что сейчас люблю странные вещи. Бзик у меня такой, наверное, от природы. Не знаю почему, но подкупает меня это. Ну и как-то все само собой пришло потихоньку к тому, что я просто смирилась с тем, что она тут живет в одном доме со мной и как-то заботится. Забота была в большинстве своем ненавязчивая, почти, не считая тех странных случаев. Потому в какой-то момент я подумала: повезло. А еще она любила пошутить, и ее шутки меня бесили, пока я не привыкла. А как привыкла, начала считать их даже забавными иногда.

Относительно того, что меня в принципе могло ожидать, вариант с сосуществованием в нейтрально-положительных отношениях — вполне себе норм. Не считая разных добровольно-принудительных прогулок, поездок и посещений мероприятий.

«Надо же развивать свою личность, Арквейд! Сколько всего прекрасного и интересного ты не видела. Мне аж завидно. Всего-то надо перетерпеть, а потом — оп, и уже тебе все нравится», — говорила иронично Намики.

Или это часто было так:

«Давай собирайся! Тебе будет неинтересно, но я все равно тебе это покажу. Без компании мне просто скучно»

Вариации второго случая были чаще, но это у нее такая подача — шутливо-правдивая.

— А что за поступки странные? Я не понимаю.

— Ну, я так всего не расскажу, но попробую привести условный пример. Намики могла прийти ко мне среди ночи и лечь со мной в одну кровать. Обнять, прижать к себе и так и уснуть. А я ведь при этом терпеть ее еще тогда не могла, подобную близость не приемлила, потому такое, ну, вызывало как минимум недоумение. Пример, конечно, грубоватый, но что-то в таком духе, наверное. Любила поприставать без причины, поделиться теплотой души и тела.

Всякое странное было. Но, видимо, со мной тогдашней это работало, хотя я и жутко бесилась.

— Это же не конец истории, а только завязка? — она, будто издеваясь, подталкивала меня рассказывать дальше.

— Не скажу, что дальше есть что-то интересное. Просто считай, эта завязка, это привыкание и есть вся суть. Ты привыкаешь к человеку и как-то лучше, что ли, к нему относишься, вот и все.

— Все? — Нацукаши с каким-то подозрением посмотрела на меня.

— В любом случае, Намики просто не остановилась на достигнутом. Волей тупого случая, как в дешевых книжках, она решила заглянуть ко мне в школу под предлогом занести обед. Конечно же, об этом мне заранее не сообщали. Увиденное там ей не понравилось. Девушка и так в принципе все понимала, но тут почему-то это ее сподвигло к действиям. Она решила глубже проникнуть в мою жизнь, да не просто проникнуть, а решить мои проблемы. Такое я уже терпеть не могла, но, увы, в этой битве характеров я проиграла. Сначала она помогла мне разобраться с травлей и после, несмотря на то, что была обычным человеком, научила управляться с силой, обороняться. В заключение вынудила меня бросить плохую компанию. Заменила их собой, что ли. Естественно, если с ее подачи я смогла разобраться со всем этим, то больше не могла относиться к ней как к обычному человеку. Считай, симпатии моей ей удалось тогда добиться.

— Она тебе действительно нравится, — улыбаясь мне, утвердительно сказала Эла.

— Ну, не сказать, что прямо так, — я слегка смутилась, так как поняла, что, несмотря на первоначальную цель сократить свой рассказ, невольно сказала больше, чем планировала, да еще и на протяжении всего повествования глупо улыбалась. Ностальгия, что ли, накатила. — Так или иначе, она сильно повлияла на мою жизнь, можно сказать, наставила на путь истинный, многое изменив во мне. Потому я ей по-своему благодарна. В некоторой степени, конечно, люблю ее. В общем, не могу назвать эти воспоминания плохими. Все же человек относился ко мне искренне, по-доброму, и мои способности впервые почувствовали что-то такое по-настоящему приятное. Такие дела. Ха.

— Мне это сразу бросилось в глаза. Прозвучит странно, но по фотографии я будто почувствовала между вами что-то особенное, — Эла действительно была довольна тем, что я столько ей рассказала. — Я рада, что кто-то тогда смог позаботиться о тебе. Так, а что потом?

— Да ничего, в принципе. Мы жили с Намики вместе достаточно долгое время, а после за мной приехал отец. Сказал, что мы переезжаем в Моден. У него теперь больше времени, да и я уже взрослая. Мне предстоит поступить в новую школу, и все такое. Мне тогда, конечно, жутко не хотелось, но кто меня спрашивал. Да и Намики тоже подталкивала к тому, что на новом месте я смогу лучше адаптироваться и уже знаю, как и что делать. Смогу завести друзей и все в этом духе, элементарная забота. Не знаю, перемены всегда были мне не по душе, а потому у меня почему-то появилось неприятное предчувствие, — наверное, это было связано с тем, что за пару месяцев до этого поведение моей няни как-то странно изменилось, и я не понимала, почему и что это. — Но все путем. Уехала, новая школа, новые лица. Все было нормально, даже приятелей завела, и проблем особо не было. Можно сказать, старшая школа прошла, как у типичного серого ученика.

— И вы что, больше не виделись?

Закончив с начинкой, мы сваливаем все в одну миску и приступаем к омлету. Берем яйца, молоко и все в таком духе.

Пора заканчивать мой затянувшийся рассказ.

— Не забывай, что это ведь была всего лишь работа, как-никак. У нее свои дела, институт, нужно искать другую работу, устраивать жизнь. Как-то все так... За полгода до поступления сюда, где-то в конце зимы, мы виделись с ней. Она приезжала в Моден, но встреча была странная. Особо, знаешь, ни о чем таком не говорили. Это как встреча старых знакомых, у которых теперь свои разные жизни. Тебе, наверное, сложно поверить в то, что когда-то так сблизившиеся люди вдруг стали друг для друга просто знакомыми, без всякого тепла. Но вот так как-то в моей жизни все и происходит. Вот.

Как это всегда и бывает, люди просто уходят, вот и все, ничего сверхъестественного.

Взгляд Элы сначала слегка погрустнел, и я уже подумала, что она поверила в эту историю, но после ее брови почему-то нахмурились, она засомневалось.

— Подожди. Вы что, совсем не общались, не переписывались, не оставляли телефоны? Вы же все-таки сдружились, и если она столько для тебя сделала, если она тебя действительно полюбила, то... — свое вопросительное предложение она закончила, задумчиво протянув это «то».

В тот момент, когда девушка задумалась, отведя от меня взгляд, вольным движением руки как-то так вышло, что содержимое миски из молока и яиц оказалось на мне.

— Прости, это слабость из-за вчерашнего, — я оперлась на стол, изображая из себя немощь.

У нас тут трагедия, теперь не до болтовни! Ну а раз основная часть рассказана, то вряд ли мы к ней уже вернемся за деталями, верно? Но стоит сказать, что слабость я и правда чувствую, постепенно все больше вспоминая странных деталей о вчерашнем дне.

— Арквейд? — она, сразу среагировав, подхватила меня. — Ты в порядке?

— Да в порядке, — я устало улыбнулась. — Просто вдруг почувствовала секундную слабость, и вот тут это...

— Ох... — Нацукаши тяжело вздохнула, не понимая, как можно было забрызгать всю одежду, — вот оно, твое нежелание надеть фартук, да еще и эта грудь...

Да, я немного перестаралась, и в вырез попало немало так смеси, которая затекла мне под лифчик.

— Прости, я не специально.

— Понимаю, но это можно было предотвратить, если бы ты сделала так, как я просила тебя в начале! — девушка еще недолго попричитала, прежде чем стала решать проблему. — Ладно, пойдем, переоденешься, я закину твою форму в машинку и найду тебе что-нибудь на это время. Часок придется посидеть у нас, пока форма не будет готова.

Я взглянула в сторону Кимоты. Он, услышав, что на кухне какой-то кипиш, вдруг заинтересовался. Его доселе безразличное лицо было наполнено странной заинтересованной, недоверчивой подозрительностью. Своей необычной мимикой он напомнил мне одного героя из манги...

******

Мы поднимались на второй этаж, в комнату, которая, по словам Элы, была свободна. Типа гостевой, раз шестого члена нет. Там я перекантуюсь, подожду, пока добрая хозяйка закинет мою одежду в стирку и что-то подыщет.

— Посторонись! Мне срочно! — вверх по лестнице, держа в правой руке журнал, промеж нас сиганул Кимото.

Выглядел он и вправду так, будто должен был сделать что-то важное.

— Кимото! — строго произнесла Эла, стоило парню ступить на второй этаж.

— Что-то не так? — он осторожно повернул голову в нашу сторону, словно кошка, которая боялась получить люлей.

— Будь, пожалуйста, аккуратнее, — по-доброму улыбнувшись, произнесла Эла.

— Хорошо, — от этой магии добра он прямо расцвел, улетая в мечты. Через десять секунд придя в себя, он взял старт в одну из комнат. — Точно, дела!

— Не обращай внимания, он немного странный, — словно защищая парня, проговорила девушка.

Вы еще не знаете, но помимо Яны в тестовых играх участие принимал еще один член команды Элы. И что мы имеем в итоге?

Эла — баба, которая долгое время следила за другой бабой и угорала, да и угорает по ней. Не может идти против своей любви, не может даже долго обижаться.

Кимото — странновато-фриковатый парень с незаурядной мимикой.

Яна — третьестепенный персонаж, который не хочет выделяться. Что тут и добавить-то. Такое представление говорит лучше всего о том, кто это сказал...

Итан — парень, который не разговаривает вообще. Вместо этого он постоянно таскает с собой скетчбук и рисует все в нем или пишет слова. И да, при этом он не немой.

О последнем члене команды мне ничего не известно, но что-то мне подсказывает, что он не лучше. Неплохой подбор, да. Ну что сказать, Эла? У матросов нет вопросов....

******

Нацукаши забрала все и оставила меня в одном нижнем белье наедине с полотенцем для вытирания своих заляпанных мест. Я не спешила приступать к обтираниям, а, встав посредине комнаты, стала оценивать ее убранство, заглядывала под кровать, под стол, под шкафы. Не знаю, чего я хотела найти там. Вероятно, просто элементарная перестраховка. Знаете это стремное чувство дискомфорта, которое иногда возникает в подсознании, когда тебе надо раздеться в незнакомой комнате? От этого процесса меня отвлек какой-то звук громыхания в соседней комнате. Ощущение, что свалилось что-то весомое.

Эта ведь комната Кимото? Есть ли от этого какая-то разница? Нет, полагаю, но этот звук заставил меня посмотреть в сторону стены, откуда доносился шум. Если приглядеться, то она была какой-то неровной. А также на ней, в самом уголке, даже была мелкая трещина. Чисто потенциально эта комната могла бы быть моей, если бы я попала в команду Элы. В таком случае я бы обязательно ее чем-то заставила или заделала. А то волей-неволей эта трещина постоянно бросалась бы мне в глаза, раздражая внутреннего перфекциониста.

Ладно, хватит страдать фигней, прицениваясь к потенциальному жилью. Я отказалась от умываний, потому надо бы вытереться, а то придется объяснять Эле, почему вдруг я решила все же принять душ. Да потому что все слиплось! От безалаберная, даже о себе позаботиться не может!

Я повернулась лицом к кровати. Взяла полотенце, закинув его на плечо. Завела руки назад и расстегнула лямки лифчика. В этот момент в моей голове что-то щелкнуло. Я будто почувствовала на себе взгляд. Шестое чувство, интуиция, если хотите. Я застегнула лямки и направилась к трещине.

То, что казалось на первый взгляд трещиной, оказалось настоящей дырой. Издалека ты никогда этого не заметишь, уж очень необычная. Да и, к слову, по ту сторону трещины на меня смотрел чей-то взгляд. И я знаю, чей.

— Я тут это, пробоину у себя какую-то странную заметил… — произнес Кимото спустя секунд десять играния в гляделки. Его сдержанно-безмятежное лицо выражало одну мысль «мне звездец». — Закрою ее, пожалуй.

Он, громыхая чем-то, прикрыл дыру.

Я, не теряя ни секунды, направилась в его комнату.

Открываю дверь, а он уже стоит на столе спиной к открытому окну, собираясь улизнуть.

Кимото сиганул в окно, но мне удалось схватить его за край штанины. Силой инерции по параболе парня притянуло к стене дома, и он шандарахнулся об нее так, что я невольно подумала, что вот и билет на тот свет подвезли. Однако удар такой силы ему был по барабану. Парень слегка приподнял голову, посмотрев на меня. Достать его из такого положения будет непросто. Я пытаюсь ухватить его ногу второй рукой, перевалившись через раму окна. Кимото быстро отреагировал, поставил два пальца к виску и, послав мне жест прощания, одним движением вырвал ремень и выскользнул из штанов. Ударившись головой о землю, он резко вскочил на ноги. Еще раз оценивающе взглянув на мою грудь, парень широко, удовлетворенно улыбнулся и в одних трусах куда-то в припрыжку пошел, довольный, игнорируя дождь.

Ладно, топ этого дома забирает себе Кимото. Мои поздравления. В награду Вы получили лицезрение во всех позах Арквейд в одном нижнем белье, пока она ползала, изучая комнату.

Самоирония. Ха.

******

— Арквейд? — дверь в комнату Кимото была открыта, и потому через пару минут сюда пришла Эла. — Что ты тут делаешь?

— Понимаешь, кто-то подглядывал за мной в замочную скважину, — спокойно сообщаю я, приукрашивая правду. — Я хотела было схватить его, но он улизнул от меня, сиганув в окно.

Я еще теперь думаю, что, похоже, действительно существует такая вещь, как интуиция, и все в таком духе.

— Это, ну, понимаешь, просто он такой... — Нацукаши растерялась и от того смутилась. — Ты не обижайся на него.

По реакции Элы все понятно. Она знает об извращенных наклонностях парня. Да уж.

— Да все в порядке, я не злюсь. А кто живет в комнате под этой и слева?

Я тут по-быстрому исследовала его комнату. И помимо интересных журнальчиков нашла женские трусики, пару странных вещей и еще кое-что...

— Под этой? Яна. А слева я. А что?

Она совсем не понимает, почему я спрашиваю. А все просто: под ковром есть дыра в комнату Яны, в левой стене дыра в комнату Элы. Все они неплохо так заделаны, сразу и не поймешь. Заставлены, что, взглянув в них с той стороны, ты ничего не увидишь. Вот оно, настоящее желание вживую лицезреть жизнь девушек или кое-что другое.

— Просто вдруг стало интересно, кто где поселился, — я усмехнулась. — Так что там у тебя по одежде?

Рассказывать о своих находках я Эле не буду. Нужно уважать увлечения настоящего мужчины. Да и самой Нацукаши так будет спокойнее. Да и парень будет целее. Я-то, знаете, не против. Так сказать, отношения членов одной команды должны оставаться внутри команды. Если они, зная о наклонностях, не видят в этом проблемы, то и я ее не вижу. Ха.

43.Четверг, 30 марта (часть 3)

«Далекая-далекая маленькая сампийская деревушка поваров-отшельников.

Шли тяжелые роды. В одном не слишком большом доме одновременно рожают две женщины. Их разделяет только тонкая стена. Первая женщина лет двадцати восьми, и это ее третий ребенок, а вторая — совсем молоденькая, залетевшая по своей глупости будущая мамочка.

— Какая красивая девочка, — акушерка взяла на руки ребенка взрослой женщины.

Вопреки всем законам природы, ввиду моей небогатой фантазии и нежелания объяснять, в этой деревушке все рождались с волосами на голове.

— Какие красивые светло-пшеничные волосы. Словно само поле благословило ее делать выпечку. Ей отлично подходит имя Эла, — ее будущая профессия уже была определена. — Кажется, теперь у нас будет хлеб! Ребенок станет пекарем. Зовите скорее жрицу! Пусть она благословит ее!

В абсурдности этих слов не было никакой логики, автор ее тупо туда не вложил, но все вокруг вдруг завосхищались, засуетились, стали радоваться. Лишь один молодой парень выбежал из дома, поспешив привести жрицу.

Из второй комнаты также послышался детский плач. Спустя некоторое время из комнаты вышел мужчина лет пятидесяти. Он оперся спиной о дверной косяк и, тяжело вздохнув, достал из кармана трубку. Мужчина долго тупил, искал табак, потом набивал его в трубку, поджигал. Минут десять прошло. Все молча смотрели на него, но когда он всех достал...

— Ну что там? — не выдержав, поинтересовалась акушерка первой.

— Черненькая, — сказал он, словно вынеся приговор.

— Черненькая... — все начали вздыхать и перешептываться.

— Вот так не повезло.

— Что же теперь делать?

Рождение ребенка с черными волосами означало одно: на деревню пало проклятье. Светловолосая богиня готовки ниспошлет проклятье на каждую деревню, в которой родится темноволосый малыш.

У нее там какие-то терки с сестрой, но мы не будем ударяться в мифологию. Если уж вам совсем интересно, то можете придумать, из-за чего у них разногласия, сами и тем самым развить фантазию, а мы тем временем вернемся к нашей истории.

Все перешептывались, но никто не знал, что делать.

— А что это значит? — поинтересовался самый недалекий человек, который не хотел уподобляться массе.

— Нам придется принести ее в жертву! — стоило этим словам сорваться с губ старца, как за окном ударила молния, — Мы отнесем ее на алтарь, который находится посредине леса, и оставим там на пару часов! — молния ударила второй раз! — Если она выживет, то впитает в себя все проклятье! — в третий раз ударила молния.

— Эй, Робин, прекрати играться со своей силой! — акушерка погрозила рыжему парню.

— Да, я просто для антуража... — начал оправдываться парень, но сломавшись под взглядом женщины, ему пришлось извиниться.

— Чтобы наша поварская деревня сохранила свое доброе имя, чтобы навыки продолжали расти, ей придется стать жертвой. Впитав проклятье, она уже никогда и ничего не сможет приготовить так, чтобы было это съедобно!»

Здрасте, меня зовут Арквейд, и этой девочкой, что пережила ночь в лесу и впитала в себя проклятье, была я. Такая вот она, моя история. Иначе я не могу объяснить ни себе, ни Эле, почему, делая все в точности так же, как она, у меня получилось говно. Я не говорю даже о внешнем виде. Да, сложно сразу все перенести из сковороды, напихать внутрь и сохранить форму, но вкус-то, вкус-то куда подевался?! Я использовала те же ингредиенты, в том же количестве, в той же последовательности, но почему вышло то, что вышло? Объясните мне? Кажется, чтобы Амая осталась довольной, придется идти на ухищрения...

******

Пока стиралась и сохла форма, не удалось мне избежать разговора о долбанных конвертах. Но удалось как-то обыграть и скрасить сложившуюся ситуацию. Смогла донести мысль, что не стоит беспокоиться, все путем, ничего страшного в этом нет. Правда, пришлось все же согласиться держать ее в курсе. Не особо большая плата за то, чтобы она не начала активно действовать, если не брать в расчет то, что пришлось быть милой и интересоваться ее жизнью и мнением по каким-то незначительным вопросам. Чувствую себя от этого какой-то змеей. Ха.

******

Форма, как вы знаете, у нас белая, и, казалось бы, куда такое годится, легко ведь пачкается. Но она из специальной ткани, которая легко отстирывается, легко чистится, потому проблем никогда с ней нет. Час — и она как новая, хотя могла быть до этого хоть вся черной.

Краткий урок жизни и приемов литературы, наверное:

Когда не знаешь терминов и структуры, а поисковика нет под рукой, всегда используй слово «специальный», это придаст значимости и важности какой-то простой вещи. Вау-эффект. Ага.

Спонсор урока — «магазин на диване» с его специальными штуками на все случаи жизни.

Конец урока.

В общем, к моменту, когда форма была готова, я уже многое вспомнила о вчерашней игре. Появились и некоторые вопросы, которые я адресовала Эле. На какие-то она ответила, на какие-то — нет. И не сказать, что сильно помогла мне...

******

Уже привычно, хотела было я сказать, ждет меня у кабинета Мито. Но вот у кабинета теперь и Герхард торчит, словно дозорный.

— Йо, Герхард, давно не виделись! — я беру Мито за руку, прижимаю к себе и поворачиваю ее лицом к мужчине. — Как тебе моя лоляша? Правда, она миленькая?

Девочка молчаливо терпит и ждет своего слова, а дозорный смотрит в стену, пытаясь делать вид, что не замечает меня. Я выдерживаю паузу, смотря в глаза Герхарду, но тот и бровью не ведет.

— А ведь я могла познакомить тебя с ней, старый извращенец, — по-дружески, шуточно произношу я с улыбкой и отвожу свою связную в сторону. — Прости, просто у меня тут новые знакомые нарисовались. Не слишком сговорчивые, не слишком воспитанные, не слишком дружелюбные...

— Да, ничего страшного, — тихо произносит она, поправляя форму.

— Ну да, не будем о нем, просто хотела вас познакомить. У тебя ко мне какое-то дело? Новости?

— После вчерашнего глава хочет, чтобы мы взяли у тебя интервью.

— Вот как...

Этого, наверное, стоило ожидать. Где движня, там и эти чудики-недожурналюги местные. Откуда-то же надо брать новости. Не писать же каждую неделю о том, что в топе мальчиков все тихо, новых парочек тоже не образовалось.

— Я знаю, что ты не хочешь, но глава загорелась этой идеей. Для тебя специально освободят кабинет, и ты будешь наедине с интервьюером. Публикация будет в печатном виде на форуме и в газете, никакого видео и записей. Вопросы будут в основном по игре, по планам и другие от учеников. Возможно, немного стандартных, я точно не уверена.

— Если сделаете интервьюером Шико, то я согласна.

Я знаю, что помимо членов кружка журналистики часто берут интервью разные люди, связанные с тем, у кого берут интервью. Например, друзья, знакомые, человек, которого ты ненавидишь, мол, для контраста, ради забавы.

— Боюсь, мы уже нашли того, кто будет брать у тебя интервью. Это не Шико, но кое-кто из твоих знакомых, — она почему-то улыбнулась, и это смутило меня. — Тебе должно понравиться. Я думаю, ты не будешь чувствовать дискомфорт, общаясь с кем-то знакомым.

Если Мито недоговаривает и улыбается, значит, там какая-то подляна.

— Если это Нео, то, пожалуй, я сразу откажусь.

Только он и приходит мне в голову.

— Нет, это не он, — девочка продолжала скромно улыбаться.

— А кто тогда? Эла, что ли? — прибегаю к анализу при помощи своей силы. Начинаю перечислять имена всех знакомых, смотря на непроизвольные реакции. — Астарта, Амая?

Точно, новая Амая могла бы прийти потроллить меня.

— Прости, я не могу тебе сказать, — она наклонила голову и потупила глаза в пол, скрывая свой взгляд. — Я, правда, думаю, что у тебя не будет проблем с нашим интервьюером.

Стоит прийти просто ради того, чтобы узнать, что это Амая. Но интервью могло бы быть полезным, чтобы уточнить некоторые моменты. Директор тоже еще в начале, при подготовке к мероприятию, вскользь говорил о том, что если будет такая возможность, то не отказывать.

— Я даже не знаю. В случае положительного ответа, в какие сроки ждать?

— Мы можем организовать все сегодня или тогда, когда тебе удобно, — посол доброй воли поднимает свои очи, смотря на меня.

— Не, сегодня день забит под завязку, не дробить же мне его еще больше? — ну, вы поняли. Ха. — Как насчет субботы, часов в пять вечера? Мне стоит обсудить некоторые вопросы с директором, уточнить, о чем стоит или не стоит говорить.

На том мы и порешали.

******

Собрание. На него я заранее пригласила Амаю, Астарту и Иваю. Тема простая — фотосессия студсовета, и я хочу, чтобы эти дамы на ней также присутствовали. Индивидуальных фото у них не будет, но на общем, я думаю, они должны быть. Как-никак в этом году эти трое очень много времени уделили совету и сильно помогли, став его частью. Я просто сообщаю, что в четыре часа жду их и всех членов совета в назначенном месте, и рассказываю о том, что нас ждет.

******

Собрание закончилось, и в комнате остались только двое влюбленных. Казалось бы, уединение должно способствовать их отношениям. Уделите друг другу внимание, но... Тут случай иной, каждый залипает в свой экран. Я, чтобы узнать побольше о вчерашнем, ползу на форум. Там наверняка должна быть какая-то информация. Люди любят обсуждать, сплетничать, делиться впечатлениями, спорить. Недалеко от меня, так же как и я, читая что-то свое в компьютере, сидит Шико. Ее паж так и торчит снаружи. Приходим к нормальному типу поведения.

На форуме глухо, все сводится к тому, что было забавно, хоть что-то интересное и все в таком духе. Ну, у нас ведь и вправду нечасто что-то происходит, потому любая мелочь в радость. В целом, ничего интересного и информативного, даже записей с телефона никто не делал...

Я поднимаю глаза и ловлю на себе взгляд Шико. Почему-то от неожиданности у меня пробежали мурашки по коже. Она смотрит на меня с легкой улыбкой и о чем-то размышляет. Я пытаюсь понять, что это значит...

— Чего? — спустя какое-то время интересуюсь я.

Девушка мотает головой и переводит взгляд в экран своего ноутбука.

От постоянной легкой головной боли и слабости мое настроение все больше становится меланхоличным. Пропадает всякое желание делать хоть что-то. Но я уже почти все вспомнила и готова обрисовать картину того, что происходило вчера. Могу даже предположить, почему я была тогда так взвинчена...

— Послушай, Арквейд, — обратилась Шико ко мне. — Хочешь, чтобы я съехала?

Порою забавно слушать новые идеи этой дамы, но сегодня я что-то не в настроении разбираться в женской тупости.

— Подумала, что испытываю дежавю, — после минутного молчания с прямым зрительным контактом я невольно вздохнула. — А, это не дежавю, а одна и та же фигня каждый день происходит.

— Я серьезно, — убеждала девушка.

— Я ведь еще в первый день сказала тебе, что свободных мест нет.

Или она в этом зимнем саду уже успела себе друзей завести? Не поверю.

— Если скажешь да, то для меня не будет проблемой договориться об этом, — не отводя от меня глаз, ровным тоном говорила девушка.

— С какой вдруг радости такая забота?

В моей голове выстроился сразу целый ряд вопросов по этому поводу. Главный из которых был «какого хрена?».

— Я не знаю, как ты жила до моего приезда, но, судя по поведению, соседство со мной тебя явно стесняет. Также, поскольку Герхард теперь постоянно рядом со мной, обычному человеку вроде тебя должно быть некомфортно.

На самом деле мне как-то по барабану. Стерпится — слюбится, все дела. Да, как быстро я привыкла к шуму в доме.

— Погодь, — говорю я, когда ловлю себя на мысли, что все звучит притянутым за уши. — У тебя не выйдет спрятать от меня Герхарда. Рано или поздно он мне все расскажет о вас и ваших отношениях. Я вижу, парень он более разумный и сговорчивый. Нужно просто подкараулить момент и расспросить его. Ты его отчитаешь, он уставший, поздно вечером сядет на диван, начнет стягивать галстук вздыхая... И тут я с чашкой кофе с молоком подойду к нему, протяну кружку, скажу: «Понимаю, братан, Шико порой бывает невыносима». Он нехотя примет презент и, посмотрев на меня, сухо скажет, что это меня не касается. В воздухе повиснет тишина, а после он произнесет, что раньше все было иначе... И тут понеслась. Даже если вы съедете, ничего не мешает мне торчать у вас, да. Так что ничего у вас не выйдет.

— Арквейд, — Шико едва заметно улыбнулась. — Мы решили начать обучение раньше, потому с понедельника ко мне будут ходить преподаватели. Это может причинять некий дискомфорт.

— Зачем ты пытаешься ответственность за принятие решения переложить на меня?

— Твое мнение просто важно для меня, — невозмутимо проговаривает девушка. — Я хочу услышать его.

— Если ты с самого начала могла заехать в любой домик, то какого хрена тогда ты подселилась ко мне? Чтобы что?

Это мой главный вопрос, который всплыл сразу и который просто выносит мне мозг.

— Мне была интересна ты, — все с тем же спокойствием отвечала Шико.

Похоже, она заранее у себя в голове уже выстраивала этот диалог. А у меня вот такие ответы только больше вопросов вызывают. Я что, скатилась, больше не интересна? А ведь мы только начали, только познакомились с Вами. Только начали жить и действовать в этом мире вместе…. Обидно ведь...

— Спасибо, капитан очевидность. А поподробнее нельзя, а?

— Дело в моей силе. Неделю назад, в четверг, я хотела тебе объяснить, но ты не стала слушать.

— Потому что ты вломилась в мою комнату без разрешения, подслушала разговор, который был не для твоих ушей, да еще и силу в конце решила свою в очередной раз потестить на мне. И почему я должна после этого хотеть слушать твои объяснения? Короче говоря, это был не лучший способ что-то показать.

Способности контроля неприятны и омерзительны сами по себе, но часто их владельцы даже не понимают, что в этом такого. Беседовать об этом с ними зачастую бесполезно. Тысяча оправданий в попытках донести свою позицию. Проходили с другими, знаем.

— Да, я признаю, что была неправа, — извинялась девушка.

— Хах, — я усмехнулась от того, как это трогательно.

— Дело в моей силе. В гипнозе, который заставляет людей любить меня. Я думала, что уже все знала о своей силе, но оказалось, что это не так. Твой случай оказался уникальным. На самом деле моя сила работает только на тех, кто не находится в состоянии любви или влюбленности, на тех, чье сердце никому не принадлежит. Если быть более точной, на тех, у кого не повышена выработка дофамина и окситоцина. Как ты знаешь, пока я буду смотреть прямо в глаза, применяя силу, ты не сможешь двигаться, и кроме того, ты еще почувствуешь, что я та, которую ты обожаешь, та, с которой ты хочешь провести свою жизнь. Ежели у тебя есть возлюбленный, то моя сила на тебя не подействует вообще. В твоем же случае моя сила работала, заставляя твое тело цепенеть, но при этом ты не проникалась теплым чувством ко мне. Когда я была в кабинете вашего директора впервые, тот сказал, что глава студсовета — девушка с характером. Ничего такого в целом, но, когда я увидела тебя, когда ты посмотрела в мои глаза и как-то самодовольно, высокомерно улыбнулась, будто бы поняв все обо мне, мне захотелось сбить с тебя эту спесь. Ты спрашивала меня, почему я наклоняю человека и смотрю так? Это потому, что после того, как неконтролируемая фаза прошла, способность ослабла и только в таких условиях может иметь тот эффект, что был раньше. В случае же простого зрительного контакта эффект значительно слабее. И чем дальше мои глаза от глаз цели, тем меньше эффект. Стоя рядом, ты просто начнешь смущаться, краснеть, чувствовать, как твое сердце сжимается от странной окрыляющей боли, но причин при этом понимать не будешь. И мне захотелось, чтобы у этой самодовольной незнакомки появилась смущенность и краснота на лице, но вместо этого я получила какую-то необычную реакцию. Не скрываю, это показалось мне странным и заинтересовало. Потому, когда ты в совете спросила про способности, я решила, с твоего же позволения, попробовать еще раз, чтобы убедиться, что мне не показалось. Обычно, как я и говорила, при использовании силы было два варианта. Первый, при котором сила не работала совсем, и второй, где щеки того, кого я держу, начинали краснеть, взгляд становился затуманенным, добрел, человек начинал улыбаться, и хоть говорить и делать ничего не мог, лицо его выражало симпатию и стеснение. У тебя же при каждом контакте начинал морщиться лоб, зубы сжимались, взгляд хоть и затуманивался, но становился слегка брезгливым, что ли. Такая реакция ставила меня в тупик, рождая в моей голове множество вопросов. Потому я и решила: раз у меня есть возможность, чтобы узнать больше, мне нужно находиться рядом с тобой. Почему сила работает, проходит контроль, но все остальное — нет? В поисках ответа на свой вопрос я стала следить за тобой, ходить за тобой, просто чтобы понять, чем ты живешь, есть ли у тебя кто-то или нет. Мне казалось, что ты в своей привычной, слегка грубой, ироничной манере тогда говорила по компьютеру с тем, кто тебе нравится, но я была удивлена, увидев аватарку Рики. В конце концов, ответов я так и не нашла. Не сочти за грубость мой интерес и мой вопрос. Не влюблена ли ты в кого?

Какой длинный рассказ. И не поскупилась же. Решила прийти к взаимопониманию? Ее слова кажутся мне вполне логичными, учитывая, что у нее какой-то нездоровый интерес к чтению о всяких экспериментах, способностях, аномальных зонах и прочем. Да и, помнится, после того, как я стала использовать линзы, она прекратила следить за мной.

— Может быть, в себя? — отшучиваюсь я. — Или знаешь, если дело в гормонах, то я ненавижу людей всем сердцем, наверняка это тоже что-то вырабатывает. Хоть контроль и проходит, но моя ненависть сильнее, чем Ваше дарованное чувство любви, и это дает мне сопротивление.

— Понятно, — она с каким-то неодобрением и подозрением посмотрела на меня. — И хоть мне и до сих пор интересно, просить тебя о том, чтобы ты дала мне еще раз использовать свою силу, я больше не стану.

— Мне приятно, что мы приходим к какому-то пониманию, но, знаешь, обидно, что я интересна лишь как объект, на который сила работает иначе, — снова ударяюсь в сарказм. — Во мне, оказывается, больше нет ничего интересного, объект больше не подвергается исследованиям, а потому можно съезжать. А ведь я уже, знаешь, начинала верить в судьбу.

Я хоть и верю в ее рассказ, и он объясняет некоторые аспекты нашего знакомства, но почему-то чувствую какую-то неудовлетворенность. Ощущение какой-то недосказанности, будто бы я что-то упускаю. Полагаю, я слишком мнительная. Или нет?

— Это не так, — Шико впервые улыбнулась чуть шире и даже усмехнулась. — Я впервые сталкиваюсь с таким человеком, как ты. И если бы не мой интерес из-за силы, мое мнение о тебе было бы сугубо негативное. Человек, который впервые общается с тобой, рассчитывает на понимание, а ты даешь ему лишь ложь и сарказм, который принимается за чистую монету и вызывает отторжение. Я уже говорила, что от этого большинство твоих проблем. Не буду скрывать, я планировала поцеловать тебя, чтобы посмотреть на реакцию и свою силу, но то, как это вышло, было чистой импровизацией. Твоя реакция на подобное удивляла и почему-то веселила меня. Я находила это интересным и шла дальше, чтобы узнать, где твой предел, что ты скажешь, как ты будешь действовать. Все это было лишь из-за того, какая ты есть. Благодаря наблюдениям я многое узнала о тебе, многое поняла. И помимо начального интереса из-за силы добавился интерес к личности. И знаешь, что конкретно мне интересно?

К этому вопросу она приложила все силы, чтобы сделать его слегка загадочным и игривым. Таким, чтобы это меня поставило в тупик и смутило. Но удалось ли ей это? Не знаю, мне стало скорее неловко и жутко. Что-то вроде: узнай она еще и о том, что внутри меня течет какая-то зеленая хрень, переданная Каной, то меня выкупят и будут эксперименты проводить. Точно, может быть, это из-за Лионы на мне сила покривилась? Сказать ей тогда, что ли, спасибо, что уберегла от любви? Или, наоборот, побить, обвинив в том, что из-за нее у меня было две недели геморроя. В любом случае, доказательств того, что это ее заслуга, у меня нет. Буду просто считать себя особенной. Главное, чтоб с этого момента наши с Шико отношения стали более согласованными.

— Моей группе нужно больше часов для занятий! — бесцеремонно распахнув настежь дверь, влетает в деловой наш разговор рыжая бестия.

— Саватари, ты не слишком ли приборзела? Выйди из кабинета и зайди как полагается!

Мне приходится быть с ней строгой. Если ей сейчас не дать понять, что я не буду, как раньше, когда не была главой, с ней доброй и снисходительной, то она так и будет себя вести.

Девушка призадумалась, потом недовольно надула щеки и вышла из кабинета. Я переглянулась с Шико. Кажется, наша беседа бесцеремонно, бестактно оборвана, не уверена, вернемся ли мы снова к ней.

— Моей группе нужно больше часов для занятий! — постучав в дверь, она вошла снова, в очередной раз заявляя права.

— Как насчет того, чтобы быть немного вежливее, а? Все же не ты наш начальник, чтобы таким тоном говорить.

Я понимаю, что ей в принципе объяснять что-то бесполезно, но надежда, как говорится, умирает последней.

— Выделите, нам, больше, часов, для, занятий, пожалуйста, — после недолгих раздумий проговорила она, выделяя каждое слово.

В глазах ее ни грамма понимания. И почему ее оценки лучше, чем мои?

— Я, ничем, тебе, помочь, не, могу, понимаешь? — в ее же манере отвечаю я. — Правила были установлены, и ты с ними согласилась, хочешь больше часов? Пожалуйста. На следующем концерте просто собери больше голосов.

— Вот как, — пробурчала она и, яростно вдыхая воздух через нос, снова надула щеки. — Когда следующий концерт?

— С этим вопросом тебе следует обратиться к Эле.

Надеюсь, со всем весельем, кружками я и эту шмакодявку смогу свалить на Нацукаши.

— Тогда я пойду и найду ее! — заявила девочка и, развернувшись, уже была готова уходить.

— Постой-ка, Ювао, — останавливаю ее я.

— Что? — она напряглась и посмотрела по сторонам.

— Расскажи-ка мне, что там у тебя за последнее время по нарушениям правил?

— Ну... — протянула девчонка, почесывая затылок в раздумьях, чего бы эдакого придумать.

Мне путем психологического давления пришлось выяснить обо всех ее косяках и отчитать. Как-никак, моя обязанность. Хоть я и пыталась воззвать к совести, попросила как можно меньше причинять дискомфорта другим, но, думаю, толку от этого не особо много.

Стоило Саватари уйти, как я обратилась к Шико с вопросом, что же ее во мне заинтересовало помимо особенной реакции на способности, на что та как-то уклончиво ответила, сославшись на «всякое-разное».

Момент упущен. Я предполагала, что так наша беседа и закончится...

Единственное, девушка продублировала свой вопрос снова, на что я ответила: «Ну что уж там, съезжай», на что она многозначительно улыбнулась, будто ожидая такого ответа от меня, и сказала, что завтра с утра соберет вещи и переедет. «Будем ходить в гости», — сказала она. «В этом больше романтики», — считала она. А я чего? Сокращаем эфирное время Шико. Во второй раз уже. Тьфу-тьфу.

44.Четверг, 30 марта (часть 4)

Время похлопотать над вопросом Авроры. Поскольку ей нужен не просто пропуск, а так называемый отгул, мне нужна подпись и печать секретаря. К ней я и отправляюсь.

Секретарь — это такой персонаж, который хоть и выполняет зачастую важную работу, но почему-то всегда остается в тени. Я даже не вспомню, кто был секретарем в моей первой школе, во второй, на работе у отца. Я ведь виделась с ними, решала какие-то вопросы, но почему-то они не запомнились. Тут должно быть то же самое, но отнюдь. Эта девушка запоминается. Она, как и некоторые мэсы, весьма странная. Во-первых, она работает в своей квартире в жилом корпусе и редко появляется в самом главном здании. С этим обычно проблем нет, почти все вопросы можно решить на удаленке, если только не нужна шифрованная водяная печать, но все равно это весьма странно. Пожалуй, это из-за особенностей нашего директора. Второе, чем она и запоминается, это ее внешний вид. Она живое воплощение органайзера. Это я про ту штуку, которая в офисах стоит на столе и в нее карандаши, ручки, скрепки складывают. Так вот, эта дама все вешает на себя и свою одежду. Скрепленные между собой скрепки в обоих ушах, ручки или карандаши за ушами. Прищепки для папок на бровях образуют острый угол, куда она также пристраивает клей-карандаш и корректор. Линейка в волосах. В ключице у нее были небольшие ямочки, куда она сложила резинку и кнопки. Степлер и циркуль висят на грудном кармане рубашки, а внутри кармана сами скрепки. Даже дырокол умудрилась на себя примостить. В общем, этим внешним видом она и запоминается. Да. В целом же девушка ничем не примечательная, слегка замкнутая, любит быть «в себе». Этим, полагаю, и можно оправдать ее странность, но я бы не стала нанимать такую на работу. Ха. Для меня единственный минус — это то, что, прежде чем что-то разрешить, подписать и прочее, она любит, чтобы ей доходчиво все объяснили, чтобы в случае чего она смогла все донести до тех, кто сверху. Только вот я не помню, когда этот случай наступал.

******

Дело сделано, и я держу обратный путь домой. После вчерашнего я только и чувствую, что какую-то слабость, клонит в сон, и настроение само собой становится все хуже. Совсем не хочется ничего делать, ни с кем говорить. Моя память восстановилась и... Знаете, наверное, нет там ничего особенного, мне так кажется. Чего-то подобного можно было ожидать.

Мероприятие началось.

Комментаторы всех представили, рассказали по заранее подготовленному тексту о событиях, после чего было мое короткое слово. Все участники были пронумерованы, и вместо того, чтобы все запоминали их непростые имена, я дала каждому позывной соответственно номеру. Это были химические элементы: водород, гелий, литий и так далее. Подумала, будет забавно слышать комментарии по типу: «Водород присоединяет к себе Кислород», «Азот вступает в реакцию с Гелием» и все в таком духе. Разнообразие, творческий подход. После путем жребия были определены капитаны. Я еще до игры знала, кто ими станет. Я взяла все палочки с коротким концом, потому первые, кто решится, и будут капитанами. И конечно же, это были Нео, он же Хлор, и парень, который уже раньше, в школьные годы, был капитаном бейсбольной команды, — Водород. Жребий был брошен, и капитаны по очереди стали набирать игроков в команды. В то время как Водород с умом подходил к выбору и заранее подготовился, изучив всех учеников, Хлор брал всех от балды. Названия команд не имеют значения. Обозначим их как: команда Нео — Шакалы, команда второго тела — Гиены. Небольшая речь, а после короткая показательная игра, в которой участвуют по пять человек из каждой команды, для лучшего понимания правил. Хоть это и преподносилось как тренировочный матч, но на деле это и было началом игры. Тут важно было выбрать людей и понаблюдать за скиллами участников, заранее прикинув, кто опасен, а кто нет.

— Здравствуй, красавица, чего ж ты такая грустная? Чего не весела?

Как символично и в то же время иронично, что по пути мне встретился Нео. Его манера речи напомнила мне озвучку старых рисованных сказок, в которую добавили немного яда.

— От чего ж мне веселиться, коли рожа ваша снится? — в таком формате импровизировать, похоже, не мое. — Нет у меня на тебя и твою тупость настроения, короче.

— Странно-странно, — протянул он усмехнувшись. — И сколько же мне тогда ждать, пока Вы осознаете и оцените все мое великолепие? Я ведь так старался ради Вас.

— Не выдавай желаемое за действительное.

После тренировки началась игра. Для команды Нео настоящим бедствием стал Азот, силой которого было смещение траектории падения или полетов мелких предметов в шестидесяти-семидесяти метрах от себя. Этот парень вначале встал на позицию питчера. Чтобы заработать очко, нужно отбить мяч, только вот его мяч отбить не удавалось, потому как он использовал свою силу. Брошенные питчером мячи вместо страйк-зоны летели в судью, находившегося возле дома. И выглядело это так, будто мяч летит в цель, а после чудесным образом в самом конце изменяет траекторию. Даже беттер думал, что все в порядке и делал взмах битой, а после удивлялся. К слову о судье возле дома... Этим судьей была я. Мы заранее думали о том, что возможны варианты, при которых игроки будут кидать и отбивать не туда, куда нужно, потому попадание в судью считалось просто аутом, в то время как попадание в беттера оставалось мертвым мячом. Несложно догадаться, что все последующие мячи также летели в меня. Смена позиций, мяч отбивает команда Водорода, очко они не заработали, но тут все было в порядке. Смена, и теперь Азот — кетчер, готовый ловить мяч, сидит в позиции возле меня. Ситуация, как и в первом раунде, все мячи летят в судью. И не докопаешься — использование силы разрешено, и игроки кидают в цель... Нет ничего такого. Ха. Кажется, цель выбрана случайно, для забавы, чтобы внести в ряды Шакалов смуту, но вот усмешка Азота говорила сама за себя. И хоть я уворачивалась, и мячи не попадали в меня, но осознавать, в чем дело, было весьма неприятно. Наш Хлор, кажется, еще в первом раунде все понял, но его это забавляло, а вот его команда пришла к ответу только сейчас и от этого напряглась. В следующем раунде команда Гиен заработала очко и выгнала одного соперника.

Игра девять на восемь.

Азот на первой базе, откуда его сила все еще работает. Все, как и раньше, — мячи мимо цели. Смена — очко не заработано. Азот уходит в аутфилд, и там его сила уже не достает до мяча. Команда Шакалов наконец заработала свое первое очко и была рада этому. Можно выгнать Азота и дальше играть спокойно, только вот капитаном был Нео. Одарив меня усмешкой, он оставил Азота в игре и выгнал кого-то левого. Нужно ли говорить, что команда шакалов была готова разорвать на куски своего лидера, но тот лишь сказал, что волноваться не о чем, парень торчит в зоне, где его сила действовать не будет.

Это была ложь.

Прошло уже несколько раундов, и теперь капитаны команд могли сменить позиции игроков. Вы уже догадались, Азот стал питчером, а значит, все по новой. Тут ко мне подошел Адам и предложил поменяться с ним местами. Он полагал, что так игроки перестанут направлять мяч в судью. Я отправилась на третью базу, и, казалось бы, все должно было измениться, но нет. Поменялся просто способ. Азота выгнали, и он сел на скамейку, а третья база как раз находилась неподалеку от места, где отдыхала команда. Если мяч команды Шакалов направлялся в мою сторону, то он обязательно летел в меня, а также и игроки посноровистее из команды Гиен специально отбивали на третью базу. Это была своеобразная травля, при которой команда Нео еще и проигрывала. В какой-то момент меня это задолбало, и я направилась к скамейке Гиен, где прямо сказала их капитану, чтобы он прекращал делать то, что делает, или я их дисквалифицирую. Тот понял, о чем я, но включил дурака. Мне лишь оставалось, пригрозив им, вернуться на позицию. Стоило мне отойти, как Водород сразу подозвал к себе Элу и что-то нашептал ей на ухо. Через раунд Эла передала сообщение кому-то из команды Нео, и тут все изменилось. Теперь мячи в мою сторону чаще всего летели от Шакалов. Не трудно догадаться, что тут имел место быть сговор, и можно было вычислить, какие игроки состоят в нем. По нескольку человек в каждой команде, целью которых является травля меня, а не победа.

Пять к семи — таким был разрыв, когда ко мне подошел учитель Такего и предложил поменяться. Я согласилась и ушла в аутифилд. В аутфилде было попроще: мяч, если попадал в мою зону, то пролетал где-то рядом. На этой стадии игры люди начали активно использовать Элу, о чем-то договариваться, стали использовать знаки для подач, делать сливы ходов.

Раунд за раундом. Разрыв сократился до пять к шести.

Тот момент в моей голове весьма странный. Видимо, тогда у меня уже начались боли. Меня что-то заинтересовало на трибуне. Я, покусывая губу, всматривалась в непривычное для Сампии лицо парня в капюшоне, которое украшали странные неровные черные полосы, как тут удар и я на земле. Кружится голова, разорвана губа, вкус крови. Бежавший за мячом игрок из команды Нео извиняется, а ко мне подбегают судьи. Аврора латает мою рану, в то время как начинаются разборки. Парень говорит, что ни в чем не виноват, просит прощения и на повторе видно, что он бежал за мячом. Я тоже говорю, что сама виновата, отвлеклась, и вроде конфликт улажен и все расходятся, но перед этим я замечаю ухмылку виновника. Это было сделано специально.

Стоя на питчерской горке и наблюдая за всем издали, Нео поднимает руки вверх и подзывает к себе Элу. Он косится на меня, убеждаясь, что я смотрю, и произносит: «Я их уничтожу», после чего закрывает рот перчаткой и что-то говорит девушке. Не знаю, что я тогда подумала, но сейчас кажется, будто он просил научиться меня читать по губам именно ради такого момента. В его стиле нагнать какого-то пафоса, дебильного и бестолкового. «Смотри, я сделаю это для тебя». Жаль только вот, что эта фраза не имеет никакого значения, так как ты с самого начала понял, в чем дело, и позволял им это делать и с удовольствием наблюдал за всем процессом, мистер «герой для нее». Будь я тупее, может быть, и не заметила этого и порадовалась такой показушности.

— Твоя психология порою сама заходит в тупик, — Нео усмехнулся.

— Не спорю, некоторые личности сильно постарались, чтобы я начала на них смотреть сквозь призму неодобрения.

Наверное, зря я иногда, когда не говорю с ним и не вижу его рожи, думаю, что, в принципе, парень не так и плох. Хотя бы есть зачатки интеллекта, не уверена, правда, плюс ли это в его случае. Определенно, зря.

— Я, знаешь, тут подумал. Ты ведь любишь споры? — он как-то по-особенному взглянул на меня, будто бросая вызов, словно был уверен, что это чистой воды правда, и я готова в омут с головой нырнуть в какую-то аферу. — Предлагаю тебе небольшое пари. Если я выйду победителем из придуманных тобою игр, то ты даруешь мне поцелуй, а если нет, то взамен можешь пожелать что угодно. Можешь не ограничиваться, если захочешь, я, проигнорировав приз, запечатаю свою силу.

Ничего умного от него я и не ждала. Вот подумалось мне, можно ли считать самым мерзким из того, чего я не могла бы сделать, — поцелуй с ним? Эх... Прихожу к ответу «да». Слабачка. Не могу, хоть и живу с ним под одной крышей, но воротит меня, хоть убейте.

— Знаешь, в чем тут проблема, дорогой? — я невольно усмехаюсь. — Я ведь уже говорила. Дело в том, что я уже в выигрыше. Каким бы результатом не окончились эти игры, тебя после них здесь уже не будет. Проиграешь или нет, твоя рожа скроется за горизонтом, и мне уже будет все равно, какая у тебя сила проявилась. Мне ничего не нужно, потому что, как только тебя тут не будет, мне станет все равно, бритый ли ты там налысо ходишь или, может, женские платья таскаешь. Мне не доставляет удовольствия представление того, как плохо где-то там моему врагу. Понимаешь логику?

— Лестно слышать, что ты считаешь меня своим врагом, но позволяешь с собой жить. Позволяешь использовать в своих целях. Разве это не мило? Недоступная девушка, которая все же заботится о том, кого терпеть не может. Сложно даже догадаться, что она чувствует. Может, ею руководит любовь?

— Это зовется жалостью и воспитанием. Видеть в животном человека — это признак доброго сердца. И что ж поделать, коли доброту приходится скрывать под личиной равнодушия. Да и нафиг ты мне нужен, если у меня есть Шико?

Мне ведь и вправду пофигу. Сначала я думала решить проблемы, но что-то пошло не так. Потом показалось, будет весело, но чет веселья особо не подвезли. Теперь, когда я думаю, на кой черт я согласилась, обратного пути уже нет. Остается довольствоваться конечной целью. Развлечение зрителей и благо участникам. Ага.

— Так ты все-таки из этих? — Нео, как это обычно и бывает, расплылся в мерзкой улыбке.

— Да, — в этом ироничном ответе я издала звук цоканья, подмечая «вот незадача-то». — Я и вправду из этих. Уж извини.

С этими словами я спешу покинуть парня. Больше сил общаться в таком ключе у меня нет.

Вернемся к вчерашнему дню. После столь громогласной фразы в стиле игры почти ничего не изменилось. На меня покушений больше не было, но участники команды Нео стали выбывать еще быстрее. Если раньше парень хотя бы делал вид, что пытается играть, то тут даже самый легкий мяч он пропускал, отдавая очки команде соперников. План свина в этом и заключался, свести игру к одному на вылет, где все решать будет он. Шакалы уже были готовы выместить злость на своем лидере, из-за которого игра пришла к этому. А ведь Нео нашел себе союзника в команде соперника, который помогал ему избавиться от остальных игроков.

Столько махинаций с использованием Элы, договоров. Шакалам приходилось подыскивать теплое местечко под крылом победителей. Пытаться быть тем, кого назовут лучшим игроком, чтобы пройти дальше. Только вот был ли в этом смысл? Нео остался один против четверых. А дальше? Дальше вы уже знаете. Похоже, вся эта канитель с нападениями на судью и моя болячка изрядно потрепали мне нервы. К тому моменту, когда было ясно, что победит наш Хлор, я была расстроена. Наверное, тогда я думала о том, что этот взломщик Шанкар, который оказался в команде Шакалов, в сговоре с теми, кто устроил эту травлю, и во мне невольно возникло желание, чтобы он не прошел дальше. Это желание, похоже, и было отражено на моем лице, и Нео это заприметил, хоть сам и не понимал, что конкретно меня волнует. Я ведь помню, как после допытывала Шанкара, спрашивая о том, что было на поле, а он честно говорил, что хоть и знал, но не участвовал во всем этом. Ха.

******

Слышится дверной звонок. Я открываю входную дверь.

— Приветики, — с улыбкой произносит Амая.

Закрываю дверь, оставляя девушку за ней.

От ее радостного коварства не стоит ждать чего-то хорошего.

— Эй, я же к Вам пришла, госпожа Арквейд! — в ее наигранном недовольстве все еще слышалась радость.

Походу, после того как на использование способности установили таймер, ей стало совсем нечем заняться. То и дело замечаю ее слоняющейся то там, то здесь. Лучше б хобби себе нашла новое.

— Ну, Аркуша, я не буду вмешиваться в твой блог, а просто покручусь вокруг, понаблюдаю, — произнесла она это на манер Астарты.

Мне показалось? Вы тоже это поняли?

— Чего ты сейчас сказала? — открывая дверь, интересуюсь я. Невольно моя фраза прозвучала как предъявление.

— Да это абстрактное выражение, — девушка стрельнула глазами в мою сторону и улыбнулась.

И вроде бы это оправдание. Да. Но скажите мне, зачем вдруг оправдываться? И что это за игривость такая, а? Понятно... Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что она знает о блоге.

— А, да? — я усмехнулась.

— Мне просто скучно, знаешь. Ты ведь не против, если я просто поброжу тут, а потом мы вместе отправимся на встречу с фотографом?

— Проходи, — я запускаю девушку внутрь, закрываю за ней дверь и хватаю за руку, разворачивая к себе лицом. — А теперь расскажи-ка мне, что там в блоге?

— В смысле? — она смотрит на мою руку, которая держит ее за запястье, а после в глаза. — Что-то не так? Я просто назвала твою жизнь блогом, раз мы с тобой большинство времени проводим в интернете. Можно сказать, нашу сферу обитания обозначила.

— Я не понимаю, ты кого провести пытаешься, лиса?

У нее-то нет никакой защиты. Я явно вижу, что она тролит меня.

— Ничего не понимаю, у тебя что, есть какой-то блог о личной жизни в интернете?

Играет в дурака, но улыбка ее выдает.

— Ты, просто, говно. Нет, серьезно! — отпускаю руку. — Понимаешь?

Я думаю, мы уже обе все поняли, не стоит говорить прямо.

— Что за необоснованные претензии? — мисс Хофлер продолжает делать вид, что не понимает, о чем идет речь. — Я вот подумала, что ни разу не была у тебя дома, интересненько стало.

— Что тебе на месте-то не сидится? Доставала бы свою Астарту. Чего тебе от меня-то нужно?

По моему расписанию у меня было запланировано время тишины, пока тут никого нет, а то что-то совсем сил нет.

— А я ее уже достала. Она что-то там мастерит и сказала, что я ей мешаю, попросила свалить куда-нибудь подальше. Вот я и решила, пройдусь до своей второй самой лучшей и самой любимой подруги, посижу с ней.

Девушка специально преподносила все так, чтобы попытаться максимально задеть мои самые фейспалмные чувства. Вот он, самый опасный враг — знакомый, который представляется тебе другом. Если уж она Астарту умудрилась задолбать…

Шатала я ее, короче. Верните мне амебу!

— Вот и сидите здесь, пейте чай, а я пойду в свою комнату. Закроюсь там. Мои полчаса интима, — никто не смеет отобрать их у меня. — Усе, увидимся позже.

Она не пыталась меня остановить. Ничего не говорила мне. И в это время даже не тревожила. Мои благодарочки Вам, Амая Хофлер. Только вот почему Вы вдруг ливнули?! Неужто получаса ожиданий для Вас слишком много?

******

Когда я пришла, все уже были в сборе. И Ивая уже была у фотографа. Два небольших кабинета, которые разделяла дверь. В одном, как в приемной, сидим мы, в другом, соответственно, расположился фотограф. Значит-с, сегодня у нас план следующий. Никаких фотографий. С нас снимают мерки и проводят беседу, чтобы якобы понять лучше, что каждый из нас за фрукт. Это поможет нашему профессионалу создать концепцию для общего фото, а также подобрать несколько индивидуальных образов и костюмов. После каждому из нас предоставят выбор, где мы сами определим, что из подобранного больше по душе. О созданных больным воображением образах мы узнаем только завтра. Завтра также будет и основная часть со съемками и выбором.

Следом за Иваей было решено отправить Астарту и Амаю. Им не нужно особо общаться, так как девчонки будут присутствовать только на общем фото. За ними пойдет глава всего совета Адам, после Аврора, Шико, Арманд, Кай, а после всех них, как герой, пойду я. Эла решила, что тоже останется со мной до конца, поможет следить за всем и станет последней жертвой маньяка.

В студсовете второго корпуса одни мужики, в то время как у нас одни бабы. Можно ли считать это гендерным соревнованием? Интересно, Адам так же, как я, пристает к своим мальчишкам? Хах. Может, для баланса нам махнуть кого-нибудь? Хм.

— Как себя чувствуешь? — поинтересовалась Эла.

Ивая быстро справилась и, скромно помахав рукой на прощанье, оставила нас. На пост заступила Астарта.

— Идет процесс восстановления. Побочные эффекты — слабость, сонливость, — на манер робота отвечаю я.

— Почему бы тебе тогда не поспать, раз уж ты последняя, — с иронией предложила Амая, сидящая слева от меня.

Она, конечно же, шутила, но...

Некоторые сидят в телефонах, догадайтесь сами, кто читает книгу, а кому-то и ждать недолго. Мне же как убивать время? Общение, да? Фи. Краткий сон — польза для организма.

— Внатуре, неплохая идея, — я прощупываю плечо Элы, оценивая мягкость. — Ты ведь не против, правда?

Конечно же, Эла — лучший выбор. Она воспитанная и не даст мне просто так проснуться, не будет ерзать, не будет стебаться надо мной и других не подпустит. Разбудит в нужный момент. В силу ее ко мне симпатии и скромности можно еще и эффекта красноты добиться. Милота, радующая окружающих. Не благодарите меня, парни.

— Но... — девушка исключительно из-за скромности хотела что-то возразить.

— Я сегодня просто что-то совсем... Чувствую весь день усталость, а до конца дня еще столько времени... — проявляя актерские навыки, которые должны были воззвать к сочувствию, я уже пристраивалась к плечу.

— Ладно, если так, то... — скромно соглашалась Нацукаши. — Я разбужу, как будет твоя очередь, хорошо?

— Хорошо. Только вот плечо что-то неудобное. Лягу-ка я лучше на твои ляжки, — немедля я сделала то, о чем сказала.

Так и вправду намного удобнее. Только приходится сгибаться в три погибели. Вот бы выставить стулья в ряд и лечь на них, но уж не буду совсем наглой и показывать дурной пример. Вон уже Адам косится на меня, а я, лишь усмехнувшись, закрываю глаза.

******

Я задремала и проснулась от движения мышц Элы. Она совершала какие-то активные действия руками, похоже, привлекая внимание Адама. После того как он обратил на девушку внимание, та негромко спросила, не долго ли Астарта торчит у фотографа. Президент согласился, что и вправду долго, и пошел разбираться с проблемой.

— Усе, нет тебе больше доверия! — я подняла голову. — Босс пробудился и сильно огорчен этим.

— Прости, — извинялась Эла. — Тут уже столько времени прошло, а все просто ждут и ничего не происходит.

— Сколько прошло?

Я смотрю по сторонам, оценивая обстановку. Ничего не изменилось, тел меньше не стало.

— Двадцать минут.

Мое недовольство тяжело выразить словами. Это просто поразительно. Я даже не думала о том, что одна низкорослая дамочка может растянуть процесс снятия мерок на такое длительное время, а, видимо, стоило.

Из кабинета выходит Адам, а вслед за ним и Астарта.

— Здрасте! — недовольно произношу я, стоит нашим с ней взглядам пересечься.

— Приветики, — миленько улыбаясь в ответ, произносит она и приземляется на стул возле меня.

— И чего ты там столько торчала? Тебе же нужно было просто снять мерки, блин! — культурно интересуюсь я.

— Ладно, болтайте, а я пойду, — произнесла Амая, направляясь к фотографу.

— Только не повторяй подвига подруги своей.

Девушка лишь улыбнулась и отмахнулась от меня рукой.

— Знаешь, он оказался таким интересным человеком, — с какой-то особой милотой произнесла Астарта, одарив меня улыбкой. — Я понимаю, что мне нужно было снять мерки и ответить на пару вопросов. А тут, понимаешь, такое дело, что первый вопрос мне показался каким-то странным, я думала, что будет что-то вроде рассказать о себе, но... Я засомневалась и потом долго отвечала, немного запуталась. А он мне так по-доброму улыбнулся и сказал, что я очень интересная девочка. Мы разговорились, и я спрашивала о том, об этом, а он рассказывал о своей работе и интересовался тем, что интересно мне. Время пролетело незаметно, а потом зашел Адам и сказал нам, что пора бы закругляться, а то другие не успеют. Вот.

— Времени у нас все равно достаточно. Думаю, все успеют, потому не переживай, — подметила Эла, тем самым защищая от нападок моего настроения Астарту.

— Разве не ты теребила Адама, переживая за время?

Я предупреждала, что, если меня разбудить, мое настроение чаще всего будет плохим, и тогда я впадаю в ярость. Хотя сейчас это скорее вредность.

— Фотограф сказал, что у меня довольно необычная внешность и с ней было бы интересно поработать. Не то чтобы я хочу похвастаться или горжусь этим. Это не мои слова, просто он сказал, что я мечта для фотографов, что со мной можно экспериментировать. Было бы интересно примерить многие образы. Он стал описывать картины в своей голове и предлагать варианты, сказал, что к завтрашнему подберет множество макетов, и если я захочу, то он будет рад поработать со мной. На самом деле мне это даже немного польстило. Совсем чуть-чуть, мне просто никогда люди такого плана...

Мой мозг сейчас думает не в том направлении, но да, я тоже это подметила давно. Так что я первая, месье фотограф.

— Мне стоит повторить, что у тебя нет личной фотосессии? — я сразу перебиваю девушку, потому как, дай волю, расскажет обо всех мыслях и чувствах, а после занесет ее еще куда-нибудь.

— Да, Аркуша, я, конечно же, помню об этом, — Астарта улыбнулась. — Мне предложили остаться и после того, как все закончится, пофотографироваться. Бесплатно, в качестве исключения. Это профессиональный интерес, и фотографии не будут входить в общий альбом. А я, ты знаешь, не против, было бы интересно посмотреть, что из меня могут сделать. Вот. И время у меня есть, потому смогу составить вам компанию завтра. Не то чтобы я навязывалась, но могла бы помочь скрасить ваше ожидание. Это ведь все небыстро, а я могла бы рассказать много разных историй. Вернее, не то чтобы прямо много, но парочка интересных у меня есть. Вернее сказать, не совсем интересных, а скорее занимательных и забавных.

Радость-то какая, жду не дождусь завтрашнего дня. Великолепные истории.

Хотите, я отдельно запилю вам главу под них?

Что значит «нет»? А почему? Мне ведь несложно! Все вам на радость. Но если не хотите, то что поделать, я все понимаю, вам и так, должно быть, непросто.

— Не думала я, что ты морально изменишь своему Дмитрию с фотографом.

Это я про ее глупую открытость, искренность и болтливый язык, который, помимо близких людей, готов доверчиво растрепать все какому-то незнакомцу.

Из-за этой фразы Астарта начала теребить меня в попытках узнать, что это значит, пока не пришла Амая и не уволокла ее. Благо, Хофлер управилась с мерками за несколько минут.

******

Пришла моя очередь, и я ожидала чего-то волшебного, так как на всех, кроме Шико, ХА!, этот дядька произвел хорошее впечатление. Но чего-то особенного не произошло. Мужчина лет пятидесяти, и вместе с ним тридцатилетняя ассистентка. Ну да, вид у него добрый и работу он свою любит. Повезло, что сказать. Особенность лишь в том, что, похоже, он проходил курсы психологии или имеет образование в этом направлении, а может, книги читает, я не знаю. Просто вопросы он подбирает очень умело и взаимодействует тоже, пытается какие-то подходы использовать. Ха. Но со мной такое не работает. Я просекла это еще после первого вопроса. Дядька просил рассказать о себе, а я и рассказала всякую хрень, смотря на его реакцию, которая мне и подсказала, как дальше будут развиваться события. Прости, Адам, я подготовилась, но что-то пошло не так. Мужчина старался, мужчина пытался узнать обо мне что-то такое особенное, интересное, что-то, что раскрывало бы мою личность. Я вот и раскрыла то, что я отбитый дебил, хейтящий все подряд, с непростым характером, несущий какой-то несвязный бред о себе и всем остальном. Вроде нигде не схитрила.

******

Эла вышла от фотографа довольная. И довольна она была не тем, что он дядька хороший, а тем, что старик, как она сказала, много спрашивал обо мне. Глупая баба посчитала, что он увидел во мне интересного человека, и потому ей стало от этого приятно. Немного дурно представлять, как наша активистка с радостью и гордостью рассказывает о том, какая я на самом деле хорошая и это просто у меня оболочка такая защитная, а сердце-то доброе и вообще я милаха. С гормонами-то и не только такое увидишь в человеке. Ну, говорить ей о том, что я там наплела ему бред, за который другим было бы стыдно, и он интересуется, чтобы как-то выполнять свою работу, пожалуй, не буду. Пусть хоть кто-то живет в счастливых иллюзиях. Удивительно, как быстро проходит ее злость, обида, и она снова готова дружить и любить. Повезет кому-то словить отходчивую дурынду.

******

Даже если у тебя нет настроения или неохота ничего делать, нужно пересиливать себя и совершать ежедневную силовую тренировку. Я такой человек, что, если пропущу разок, на следующий день подумаю, что можно еще немного расслабиться, а после можно скипнуть денек и еще, и еще, и еще. Приступить снова будет непросто, хотя, собственно, меня никто особо не заставляет тренироваться...

Где-то в середине тренировки слышится стук в дверь, и не дожидаясь моего ответа, едва приоткрыв дверь, в комнату заглядывает Шико. Я, стоя на мостике, снизу-вверх смотрю на нее. Девушка несколько секунд смотрит на меня, а после проходит в комнату.

— А у тебя хорошая растяжка, — как и обычно, безэмоционально произносит она.

— И что Вас привело ко мне? — я перекатываюсь назад, усаживаюсь на коврике в позу йога и поправляю волосы. — Нужна помощь?

— Нет, — Шико закрывает дверь и опирается на нее спиной. — Ты не видела моего динозавра?

— Какого динозавра еще? — я почему-то не сразу поняла, о чем она говорит.

— У меня на тумбочке стоял такой плюшевый лиловый динозавр, — она говорила как-то тихо и осторожно.

— А, этот динозавр. И что с ним?

Да, помню такого. Очень специфичная игрушка, учитывая, какая у нас госпожа Аглаофотис. Я бы сказала, что есть какое-то психологическое несоответствие между владельцем и вещью.

— С утра он был, а после пропал, и я нигде не могу его найти. Нео даже не знает о нем, потому, может, ты его видела?

Я прямо чувствую какую-то досаду, переживание и заботу. Ха. Повезло тебе, динозавр, цени это.

— Нуууу… — протягиваю я, в то время как мои зрачки, пытаясь вспоминать, уплывают в правый верхний угол. — Нет, сегодня я его не видела.

Твою мать! Амая, на кой хрен тебе сдался этот динозавр?! Епт.

— Ты не возвращалась сегодня на обед домой?

Кажется, в главных подозреваемых оказалась я.

— Вот скажи, Шико, зачем мне твой динозавр? Если не веришь мне, то можешь обыскать мою комнату.

Стоит начать придумывать годную историю, где я нашла этого динозавра и как он там оказался.

— Я не говорю, что это ты, может быть, просто кто-то заходил?

Весьма продуманные вопросы, мне аж неловко обманывать. Хотя у меня тоже нет доказательств, что это Амая, но почему-то я уверена на сто процентов.

— Просто купи другого динозавра, какая разница? — говорю я. — Ты можешь на заказ сделать хоть полную копию его.

Сложно вспомнить, происходило ли что-то более до тупого абсурдное в моей жизни.

— Дело не в том, что я не могу купить другого динозавра, понимаешь? — Шико намекала на важность вещи. Вроде «ценный подарок», «воспоминания».

— Не думала, что ты такая сентиментальная, — эта мысль позабавила меня, от чего я невольно улыбнулась. — Хочешь, я сама выберу и куплю для тебя замену ему?

— Хочу, — произнесла твердо девушка после минуты раздумий.

Конечно, мой подарок не может сравниться с памятной вещью, и соглашаться нормальному человеку нет смысла, но у нас ведь особенные отношения. Подарок от такой дамы, как Арквейд, адресованный конкретному человеку, резко возрастает в своей ценности. И наверное, это называют романтическим подарком. Правда, я в этом не шарю.

— Что ж, тогда постараюсь ради Вас, попробую порадовать.

Конечно же, за счет Амаи.

45.Пятница, 31 марта (часть 1)

Шико решила времени не терять и съехала еще вчера, приблизительно в половину одиннадцатого. Вроде и жили мы вместе недолго, всего две недели, а ощущение, что прошло месяца два.

Открываю глаза и набираю в грудь едва прохладного легкого утреннего воздуха. Выдыхаю и, медленно потягиваясь, расслабляюсь.

По сути, ничего не изменилось, дом стал пустее, но ощущение, будто произошло что-то невероятное. Еще вчера мое сердце наполнила радость, и я легла в кровать с хорошим настроением. И проснулась, что удивительно, с тем же боевым настроем.

Неспешно встаю и осматриваю комнату. Темновато в ней как-то. Шторы плотные, и я практически никогда их не открываю, а сейчас, видимо, из-за настроения, мне захотелось запустить внутрь немного солнечного света.

Хоть я с Нео контактирую мало, и вроде это не сильно мешает жить, но есть еще какое-то моральное неудовлетворение от осознания того, что он просто тут есть. Но я не унываю. Еще неделя-две, и этот свинтус съедет. Останусь одна. Да. Вернусь к стартовой точке.

Я приоткрываю штору, смотрю в окно дома напротив, а там... Шико.

— Драсте…

Конец

46.Пятница, 31 марта (часть 2)

До занятий чуть больше часа. Я почему-то совсем не сомневаюсь и иду в сторону стадиона, где рано поутру каждый день занимается наш неофициальный легкоатлетический кружок. Подозреваю, что Амая там, так как Астарта — часть этого кружка и наверняка потащила бы обновленную подругу за собой, а если бы не потащила, то та от скуки поперлась бы сама.

Что-то в моих расчетах пошло не так. Человек десять во главе с Ювао, как и всегда, занимаются. Астарта тоже тут, но вот Амаи нет. Переоценила я их обоих.

Несмотря на отсутствие нужного мне человека, я все же некоторое время решаю понаблюдать за ребятами издалека. Давно тут не останавливалась.

В скором времени Дмитрий покинет эту академию, прихватив с собой Хрону. Вслед за ним уйдет и Ивая. Легкоатлетический кружок лишится трех членов. Если здесь не будет этого парня, Астарте не будет резона ходить. А если она перестанет посещать занятия, то за ней пропадет и Ашура. Затем симпатизирующая ему девушка и так далее. Этот любовный круг как домино развалится, и рыжая девчонка придет к тому, с чего начинала. Останется только Аким, который питает симпатию к нашей певичке. Я стала свидетелем образования этого клуба, когда Дмитрий встретил Саватари и за компанию стал бегать. И я стану тем, кто увидит его развал. Наблюдатель. Ха. Все будет, как и всегда. Медленно, не говоря ничего, один за другим люди будут испаряться, и когда Юви будет с ними сталкиваться в коридоре, радостно по-дружески приветствуя, те будут лишь отводить глаза и оправдываться. А эта дуреха даже не поймет, в чем дело. Этот кружок, в целом, был для меня неплохим показателем того, как строятся отношения между людьми. Даже интересно — буду ли я скучать по нему?

Посмотрев на ребят пару минут, я развернулась и направилась в сторону жилого корпуса. Стоило мне сделать пару шагов, как через мое плечо перелетает туфля и падает на тротуар. Я поднимаю ее и оборачиваюсь, чтобы посмотреть в глаза смельчака. Смотрю, но никого не вижу. Пришлось постараться, чтобы разглядеть в кроне многолетнего дуба, под которым я стояла пару минут назад, Фуджишими.

— Не замечаете меня, а потом спрашиваете, откуда ты так много знаешь, Фуджи, — стоило нашим взглядам пересечься, иронично произнесла девушка.

— Да даже если смотреть на дуб, тебя не сразу заметишь, шпион! — на моем лице появилась ухмылка. — И часто ты тут бывала? Много интересного видела?

Может, она была здесь всегда, а я ее не замечала? Что, если она куда лучший наблюдатель, чем я? Что, если она знает больше, чем я? Что, если ее картина как наблюдателя более целостная, так как она видела не только что происходит с этим кружком, но и что происходило со мной? Видела, как я взаимодействовала с Ювао?

— Как знать! Может быть, я здесь была всегда, а может, меня не было никогда, и я появилась тут только что, чтобы заменить собой кого-то другого. А? — говоря это, она свесила соблазнительную босую ногу с дерева, словно намекая мне вернуть туфлю.

— Слишком сложно выражаешься, — я усмехнулась. — Хочешь меня запутать? Не хочешь отвечать? В любом случае. Не могу сказать, что ты не имеешь на это права.

В последнее время я думаю, что Фуджишими совсем нечем заняться. Хотя, может быть, так всегда было? Да, пожалуй, что так было всегда.

— Какой неконкретный вопрос, такой неконкретный и ответ. Именно за это место не скажу, но что-то я, как, в общем-то, и все, видала, — она подняла палец, указав им на меня, и как-то странно улыбнулась.

Приятная улыбка. Радует, что у нее хорошее приподнятое настроение. А то обычно у нее оно какое-то нестабильное.

— Например? — решила поинтересоваться компроматом я.

— Не хотите ли подняться с пола, Арквейд? — с минуту подумав, проговорила она.

Чтобы понять смысл этой фразы, придется запилить новую рубрику:

Флешбеки!

Октябрь.

Устало плетясь по коридору, я замечаю девушку с пепельными волосами, которая валяется на полу возле кабинета директора и смотрит на потолок. Такая необычность вызывает у меня нездоровый интерес. Я нависаю над девчонкой, смотря в ее глаза. Мы пару минут молча смотрим друг на друга. Я изучаю ее необычное безэмоциональное лицо, после перевожу взгляд на ее готического вида платье. Похоже, ей все равно, что над ней кто-то навис и смотрит, столь пристально изучая.

Будь на моем месте Селина, она бы давно подняла пациента и отчитала, но я не такая. Я питаю слабость к странностям, а учитывая, что вижу впервые эту девчушку, то и проявляю некую осторожность.

— Что тут у нас? — интересуюсь я. — Как тебя зовут?

— Хрона, — однозначно отвечает незнакомка.

Ее лицо остается таким же каменным и безэмоциональным, но почему-то кажется мне довольно милым.

— Не хотите ли подняться с пола, Хрона? — вежливо спрашиваю я.

Судя по местоположению — кабинет директора — это новая ученица. Но причина, почему она себя так ведет, мне не ясна.

— Нет.

Уверенный отказ заставляет меня задуматься о том, как вести диалог дальше.

— Тогда я тоже прилягу, — я ложусь рядом с ней, смотря в потолок.

С нелогичными надо поступать нелогично, верно? Я не знаю, но попробовать стоит. Вот если сейчас выйдет директор или Селина заявится, будет сложно объяснить, что мы делаем. Пять минут мы молча продолжаем лежать. Кажется, мой план был тупым, но вариантов, помимо поднять против воли, у меня нет.

Внезапно девчушка поднимается и нависает надо мной.

— Что тут у нас? — она пытается воспроизводить мою интонацию, и у нее это довольно-таки хорошо получается. — Как тебя зовут?

Пытаюсь не улыбаться и реагировать также как она — молчать, тупо смотря в глаза. По ее лицу я совершенно не могу понять, о чем она думает и что чувствует. Сбивает с толку необычность.

— Арквейд.

Это самое необычное знакомство в моей жизни. От него я чувствую себя тупее, чем есть. Ха. Звучит так, будто я не очень умна, но нет, я очень умная. Шучу. Относительно умная. А вот относительно кого — не уточню.

— Не хотите ли подняться с пола, Арквейд?

Кажется, после этой фразы я почувствовала желание сказать «нет». И это желание продиктовано тем, что меня будто заставляют сделать то, чего я не хочу. Так, словно я ребенок, а мама в очередной раз мне запрещает что-то делать, не прямо, но с укором осуждая.

— А я поднимусь, — встаю на ноги, разминая шею.

— Глупая, — невежественно, но в то же время мило протягивает она, явно пытаясь указать мне на мою недалекость.

Столь милое оскорбление заставляет мое сердце наполниться теплотой. Как же это мило. Я невольно улыбаюсь ей. Может, у меня есть отклонения?

Фуджишими намекала на сцену знакомства с Хроной. Тогда она лежала на полу, ожидая, когда из кабинета директора выйдет ее дорогой Дмитрий. По всей видимости, свидетелем этой сцены стала, так сказать, моя подружайка. Неплохой такой намек и ответ на мой вопрос.

— Ладно, Фуджи, я сюда так-то по делу пришла, искала одно тело, но его тут нет. В общем, времени болтать нет. Бывай!

— Эй! — окрикнула меня девушка, когда я развернулась. — Туфлю-то верни!

— Лови, — я замахнулась.

— Не надо кидать! — с опозданием сказала она. — Ладно, проехали. Неплохо!

Я была не уверена в своей меткости из-за веса объекта в руке, но все прошло хорошо. Мне оставалось лишь, развернувшись, махнуть рукой на прощание.

******

Звоню в дверь. Никто не открывает. Продолжаю. Проходит минут пять. Я собираюсь уходить, но слышу шаги.

— Ты что, спала? — интересуюсь я, стоит двери открыться.

Ответ, конечно, был очевиден — достаточно увидеть ее заспанное лицо.

— Проходи, — спокойно говорит девушка и, не дожидаясь меня, поворачивается спиной, направляясь в свою комнату. — Я тут вдруг обнаружила, что мне жутко нравится спать.

— Могу понять. Раньше ты упорно игнорировала нагрузки из-за силы, а сейчас тебе бы не помешало общей физической подготовкой заняться всерьез. Тогда и в сон клонить перестанет, и силы будут.

Раньше я была примерно такой же, а сейчас слабо представляю себя спящей больше восьми часов. Организм сам собой пробуждается, полон сил. Редко даже когда такое бывает, что звонит будильник. Обычно внутренний таймер срабатывает минут за пятнадцать до звонка.

— Не думала, что ты такая зануда, — мы прошли в ее комнату. — Спорт не для меня. Мне Астарта говорит, что я и без спорта хороша и сладка как конфетка.

Не думаю, что мисс Алексакис такое говорила. Да и я вроде акценты на другом расставляла.

— Согласна, спорт — не самая приятная штука, но сложно отрицать те плюсы, которые он дает.

Наверное, я и вправду звучу как зануда. Да, пару лет назад я бы никогда такого не сказала. О нет! Спортакус захватил мою душу!

— Мэ... — протянула брезгливо в ответ Хофлер.

— Смотрю, твоя комната никак не изменилась.

— С чего бы ей меняться? Личность-то моя не поменялась, — Амая включила свет. — Мне все так же по душе темные убежища. Есть в этом битардовская романтика.

— Прикольный динозавр! — я беру в руки плюшевое существо. — Не замечала его раньше что-то.

Я не сомневалась, что увижу его тут. Могла хотя бы спрятать для приличия, а не ставить на самое видное место.

— Да, он совсем недавно у меня появился, — спокойно проговаривает она. — Нравится?

— Упоротый, — время более прямых намеков. — Кажется, у Шико был точно такой же.

— Да? Вот так совпадение, наверное, серийное производство, — отобрав у меня динозавра, Хофлер пытается говорить с недоумением и показательно рассматривает его.

На ком-нибудь другом могло сработать.

— На кой хрен он тебе, Амая? — все уже все поняли, потому я спрашиваю напрямую.

— Ой, ну разве мы с ним не похожи? — она подставила динозавра к своему лицу, пытаясь казаться максимально милой. — Правда, милахи?

— Это все, что ты придумала?

Я прямо чувствую, как у меня в висках запульсировало от тупости происходящего.

— Арквейд, — девушка вздохнула, бросила динозавра на кровать и взяла меня за предплечья с обеих сторон. — Я хочу тебе все рассказать, но боюсь, что ты мне не поверишь.

— А ты попробуй.

Да, понимаю, что услышу полный бред, но все же.

— Как-то давно, бороздя интернет в амебном состоянии, я наткнулась на картину. На этой картине была я. Сходство просто поражало, вызывая дрожь по телу. На ней я выглядела старше и в руках держала динозавра. Позировала ли я для кого-то? Ответ очевиден — нет. Я сразу поняла, что эта картина из будущего. Но что за динозавр, подписанный как Аю? Ответа я не нашла. Я сохранила картинку, забила и забыла уже, — Амая уселась на кровать. — А вчера, когда я была у тебя, увидела его. У меня вдруг заболела голова, и я все осознала. Это он. Мне не очень-то он нужен, но я вынуждена была его забрать лишь для того, чтобы запустить пространственно-временную цепь событий. Я вчера полезла проверять, искать снова эту картину в интернете, но не нашла ее! Она есть только у меня! Если картина должна появиться, то мне просто необходимо было поступить так, иначе вселенной кабзда. А мне этого динозавра не очень-то и хотелось.

— Хочешь сказать, отсутствие какой-то картинки уничтожило бы землю? — усмехнулась я.

— Какая-то картинка?! — возмутилась Амая. — Судя по всему, ты не много-то понимаешь в кривых и вселенных. Ты, конечно, можешь сказать, что мы лишь песок среди триллионов и триллиардов галактик и ничего не значим, но будешь неправа. Впрочем, ничего удивительного. Люди вроде тебя всегда смеются над подобным. «Ой, смотри-ка, бабочка, дай-ка, я ее раздавлю. Глупые бабочки летают тут тысячу лет»

— Упоролась? — я усмехнулась.

Могла бы сказать, что просто понравился. Хотя я обычно примерно так же выкручиваюсь. Ха.

— Ты что, мне не веришь?! — пуще прежнего возмущалась Амая, проявляя актерские навыки. — Включай компьютер! Давай-давай! С такими, как ты всегда только проблемы.

— Как скажешь, — я делаю, как она хочет.

— В углу картинка, — проговорила девушка, когда компьютер включился.

Я тыкаю по иконке. Почему-то у всех фоток не было миниатюры, потому сразу не увидеть, что там.

— Очень смешно, Амая. Прямо оборжаться, — говорю я, смотря на нашу с Шико фотку.

Люди что, реально думают, что, тыкая ее мне в лицо, они вызывают у меня раздражение? Да, пожалуй, что так. За неделю я ее видела уже не посчитать сколько раз. Видать, другим смешно.

— Да, нет. В правом углу. Это так, чисто рабочий материал, — она сделала такое выражение, будто бы, на эту фотку она… — Забудь, в общем.

— То есть, это ты и динозавр? — говорю я, смотря на какого-то чибика с игрушкой. — Ниче, что динозавр даже другой породы? Да и девочка на картинке вообще на тебя не похожа, честно говоря.

Я ожидала чего-то такого.

— Не похожа?! Да ты посмотри на меня и нее. Мы одно лицо! И динозавр тоже! Мы точно видим одинаково? Может, тут дело в искажении?

— Знаешь, ты могла бы просто сказать, что ты клептоман. Это было бы куда убедительней. Я бы в таком случае тебе даже ничего не сказала.

— Точно! — воскликнула Амая. — Протупила.

Понимая, что нести бред — тупо, она решила согласиться.

— Но ты, Амая, поступила, ну, как бы это сказать, не то чтобы тупо, но очень некрасиво.

Может, это из-за того, что в детском доме не было чего спереть, а желание возникало, и тут оно реализовалось. Все же мы в детстве утаскивали чужие игрушки? Я не знаю. Знаю точно, что детей заводить не буду.

— Понимаю, — Ая грустно улыбнулась и пожала плечами. — Клептомания, она такая.

Господи, идиотизм.

— Забей. Можешь оставить его у себя. Я уже пообещала Шико нового купить. Так что готовься платить за замену.

— Ну, что поделать. Я заплачу, — она с минуту залипала в плюшевого монстра, о чем-то раздумывая. — И сколько же ты хочешь?

— Как найду и закажу нового, дам тебе знать. Через пару часов напишу или вечером.

Я думала, она скажет: «Денег нет». Но раз она осознает свой проступок и готова платить, то окей, забудем, проблем нет.

— Хорошо, — встав с кровати, она поставила динозавра на полку.

— Второе, что меня интересует, Амай, это то, откуда ты узнала о блоге, а?

О том, где и как он публикуется, знали только я, Сугата и Карл. У последнего сила, благодаря которой он может шариться в интернете другого мира. Не без последствий для здоровья, но может. Обходя детали производства и страданий этого парня, скажем просто, что вот так блог и оказывается у вас. Ах, да, еще участниками блога были Шико и Эла, но они не в курсах, что, как и где.

— Ну... — почесывая макушку, Хофлер обошла меня вокруг и снова встала возле кровати. — Как бы тебе это сказать? Раз уж ты пошла мне навстречу и не отчитываешь. Говорим начистоту. Понимаешь, я автор этого произведения, и в какой-то мере я для вас Бог, давший каждому жизнь.

— Может, хватит, а?

Эту теорию разбить легче легкого.

— Я думала, тебе нравится в таком ключе общаться. Ты ведь часто так делаешь. Да и в такие вещи все равно никто не поверит, даже если я говорю правду. Потому считай, просто знаю и все. Видишь, я даже не скрываю. Намеком дала понять тебе, что я в курсе и мой рот на замке. Я сторона нейтральная, мне по барабану. Эту историю все равно ведь пишу я. Зачем мне как-то воздействовать на события, если я и так могу сделать все, что мне вздумается?

— Ладно, Амая, скажи мне тогда, нафига ты сделала меня главным героем?

Спрашивать о том, почему я могу поговорить с автором вживую, я не буду. Скажет еще, что она просто какой-нибудь аватар, а настоящая Амая сидит там, за компьютером в другом мире.

— Кто-то же должен был стать им. Почему не ты?

— Тогда расскажи мне, в чем смысл твоей писанины? Какая у меня главная проблема? Что я должна донести, какие цели преследую, к чему приду, где кульминация?

И почему так много воды?! Почему мы во второй раз пытаемся стебать себя?

— В том и смысл, что его нет. Я устала от всяких героев и всех этих событий активных, попаданцев, перерожденцев, ЧСВшных ребят. Борцов за хрен-пойми-что. Это просто мое развлечение, без особой интриги и кульминации. Просто вот есть и все, иначе почему столько нелогичности? Пишу что хочу. Если я вдруг захочу, чтобы ты обнималась со мной, то ты будешь обниматься со мной. Осталось только придумать логичную причину для красоты. Ясно? Плевать на остальное, я делаю что хочу. От этого возникают коллапсы. Похищение динозавра, абсурд же, ну? Амая автор? Бред! Что завтра? Кимото сдуется в чибика-извращенца? В академию вместе с учителем поступят брат и сестра хуменды? Этот учитель в конечном счете станет обучать тебя и возьмет в команду? Не ищи логики там, где ее нет. Тут просто все, что мне хочется.

Эта бредятина зашла слишком далеко, вызывая у меня какую-то нездоровую улыбку. Да, меня это забавляет. Больная баба.

Вы спросите меня, кто? Ты или Амая? Я думаю, обе.

— И вправду, — я подхожу и обнимаю девушку.

Сегодня все равно буду заходить к медсестре, попрошу проверить психическое состояние этой дамочки, а пока подыграю. Может, она и стебется, но что-то я немного переживаю. Так что пусть на всякий случай. Вдруг тут расстройство на фоне потери компьютера и неспособности справиться с этой проблемой. Скрывали за улыбкой обиду, да так тщательно, что крыша потекла.

— Вот ты думаешь, что подыгрываешь мне, — она улыбнулась, а после несильно укусила меня за плечо, отпустив. — Но на самом деле все так и было запланировано. Неважно, все равно никто в это не поверит. Просто расслабься. От того, что я там знаю или не знаю, ничего не изменится. Я человек нейтральный, мне больше всех класть на события вокруг. У меня есть много информации о тебе и о людях в академии, о том, что вообще происходит вокруг. Знаю о разной дичи, которую никто не замечает, но какой в этом толк? Думаю, что могла бы повлиять на события этого мира и даже на тебя, но не вижу в этом смысла. Вот чего я не знаю только, так это то, что делать с самой собой, куда податься, чем заняться? То и дело какая-то депрессуха и апатия накатывают, но потом все быстро проходит и ты продолжаешь эксплуатировать Арквейд, рандомно направляя ее в разные места в надежде, что когда-то в голову взбредет что-то стоящее, а то рейтинги стоят на месте.

Нифига не поняла, помимо того, что, несмотря на свои проблемы, она пытается меня стебать. Похоже, дело во внутреннем конфликте.

— Ну, Амая. Как насчет того, чтобы потрудиться на благо студсовета и академии до отъезда? Как раз время скоротаешь, избавившись от лишних мыслей.

— Если я буду трудиться на благо академии, то кто будет поддерживать мою депрессию? — она усмехнулась. — Не, слишком напряжно.

От перепадов настроения в ее речи внутри какое-то странное ощущение, усиливающие мое беспокойство.

— Не в моей манере, конечно, Амай, но кто-то должен тебе это сказать. Ты точно справишься со всем сама? Может, тебе стоит выговориться? Или помощь нужна? Я понимаю, что ты уже все рассказала о проблеме и планах, но переживания остались где-то внутри тебя, это, просто, знаешь, напрягает меня и мою силу.

— Где это видано, чтобы главный герой заботился об авторе? — девушка игриво улыбнулась. — Если уж сама Арквейд Либерт с ее неприступностью заботится обо мне, то я точно смогу оправдать надежды и справлюсь со всем. Может, тогда чаю тебе сделать, раз уж гостишь?

Прозвучало немного обидно, будто я нелюдь какой.

— Спасибо, но нет, мне нужно топать в головной корпус.

Шутки шутками, но вот смотрю на нее и не знаю, как тут поступить.

— Подожди тогда меня, пойду вместе с тобой. Прогуляюсь, поболтаем, — не дожидаясь ответа, она стала прямо при мне переодеваться.

Возможно, это потому, что все, что можно было, я уже видела, а может быть, у нее остались навыки игнорирования окружающей среды от затворника-пофигиста.

— Жду-жду, — вздохнув, говорю я.

Походу, меня ждет еще немало офигительных историй сегодня.

— Я в активных поисках себя. Пробую то то, то это, слоняюсь то там, то тут, но пока что-то никак... Не знаю даже. Никогда не думала просто о таком.

******

Мы прогулялись. Болтали. Да. Прямо как эти самые. Друзья.

******

Странный сегодня день. Директор впервые звонил по телефону. Мы говорили о прошедшем мероприятии, о выбывших участниках, о спонсорах, и мне дали добро готовиться к следующему туру. Это неважно, я и так все знала. Сегодняшнее собрание было отменено и перенесено на завтра. Освободилось часовое окошко взамен завтрашнего. В связи с этим пришлось внести коррективы в мое расписание.

Когда я стала жить по плану? Надо что-то с этим делать.

Я связалась с Мито и попросила перенести интервью с завтрашнего дня на сегодня.

«Нет проблем», — ответила она.

******

Не знаю, как назвать это окошко, но есть время, в которое я сижу в кабинете студсовета и якобы жду учеников с их проблемами. В общем, в этот отрезок я решаю покопаться в карточках учеников и подыскать себе репетитора. Не быстро, но я нашла подходящего кандидата с высокими оценками, и с ним меня связывают общие знакомые. Отлично. Но начну я, пожалуй, с Элы, у нее хороший балл по естествознанию.

План выстроен. Со следующей недели и приступлю к учебе. Вы еще увидите всю мощь моих знаний и умений! Один раз покажу, что могу, а после уже никто не сможет мне ничего сказать. Вот аргумент! И прогуливаю я, потому что знаю, что со всем справлюсь.

******

Чтобы не жить по расписанию, после подбора репетитора я решаю ничем не заниматься и до посещения Канашимы идти туда, куда ноги ведут.

47.Пятница, 31 марта (часть 3)

Я стою по ту сторону решетки, наблюдая за тем, как мой знакомый — Кейчи — гоняет в футбол с парнями. Заметив меня, парень махнул приветливо рукой и, видимо, посчитав, что мне что-то нужно, направился в мою сторону.

— Вот ответь мне, что ей надо от меня? — не успел мой товарищ подойти ко мне, как я на опережение задаю вопрос. — Не понимаешь!?

— А? — издал вопросительный звук Кейчи, скривив мину.

— Вот и я не понимаю. Может, мне стоит быть более агрессивной и вызвать ее на поединок? Ха.

— У тебя какие-то проблемы? — парень, стоя в шаге от решетки, почесывал затылок, глазами бегая по сторонам.

Все как всегда — Шико. Не знаю, когда она заприметила меня, но в какой-то момент я заметила, что она всюду слоняется за мной, пытаясь особо не привлекать внимания. Но если бы вы хоть раз увидели эту даму, то, поверьте мне, после этой встречи вы легко бы стали замечать ее в толпе.

— Постарайся не привлекать внимания к себе и смотри на меня, — прошу я. — Далеко позади меня девушка с пышными пепельными волосами. Скажи мне, что ей надо от меня, снова?

Мой знакомый тяжело вздохнул, после чего, одарив меня улыбкой, вскользь взглянул на Шико и, развернувшись, сел на скамейку, спиной слегка промяв решетку.

— Я не понимаю, что ты хочешь мне сказать, — расслабленно проговорил он. — Заметил тебя минут пятнадцать назад, и раз ты все еще тут, то подумал, что хочешь поговорить со мной о чем-то, а тут такое, оказывается...

Да я-то ничего не хотела, просто достала меня эта дамочка.

— Забей. На эту девушку не действует моя сила, и я не понимаю, что ей надо. Что ни день, то новый сдвиг. Сегодня вот преследует меня. Еще вчера я думала, что все хорошо, а тут опять какая-то фигня.

Ну переехала в соседний дом, выселив оттуда четырех парней и бабу, что еще-то поменялось?!

— Так вот в чем твоя проблема? — парень рассмеялся. — Вот так мы, люди, и общаемся, часто не понимая, чего от нас хотят другие. Попробуй просто поговорить с ней, узнать, чего она хочет. Ничего зазорного нет в том, чтобы подойти к человеку и поинтересоваться. Может, она этого и ждет, намекает так, понимаешь?

— Когда ей хочется, когда ей надо, то она особо не церемонится, заводит диалог на раз-два, а тут вдруг скромницей стала. Подозрительно это. С другой стороны, она особо не скрывается, знает, что я точно в курсе ее слежки.

— Сейчас обеденное время, — Кейчи глянул на часы, которые висели вдалеке. — Может, ты просто голодная и оттого взвинченная? Если хочешь, чуть позже вместе пойдем, посидим в столовой, я угощаю.

— Пожалуй, откажусь от обеда по купонам.

У этого парня свой особый ритуал питания. Он в свое время набрал у Селины купонов, да столько, что до сих пор остались. Эти купоны были в основном на не самые популярные и вкусные блюда. Парень напихивает их в карман и рандомно достает один. Что выпало, то и ест, хочет он того или нет. К этому делу он пристрастил и своего друга Дмитрия. Я же в таком участвовать не собираюсь. Иногда думаю, что он с Селиной начал встречаться только из-за этих самых купонов.

— На случаи вроде твоего у меня припасены пара особо ценных купонов, и я не прочь поделиться одним из них с тобой.

Доброй души человек этот Кейчи. Иногда я совсем не понимаю, что он нашел в нашей бывшей главе совета.

— К сожалению, на обеденное время у меня есть планы, не терпящие отлагательств.

Не хочу столкнуться с надзорным Канашимы, а то у того тоже особая привычка покидать Лиону в обеденное время. Впрочем, я уже все объясняла.

— Кейчи! Хватит рассиживаться, а ну, марш на поле! — свистнув в свиток, через все поле кричал тренер.

Парень ведь предупредил, что отойдет поговорить с главой студсовета. Или это для меня был намек?

— Еще пару минут, тренер! — с улыбкой крикнул в ответ парень.

Мужчина недовольно фыркнул и отвернулся в сторону поля.

— Если подождешь минут двадцать, то я бы мог помочь тебе расслабиться. А то, когда замечаю тебя, вечно вижу недовольство на твоем лице. Выглядишь слегка замученной, — он, запрокинув голову, взглянул на меня. — Кажется, это пост главы на тебя так повлиял. Раньше ты как-то поозорнее была, повеселее.

Парень говорил про свою силу, которая действует как некий наркотик. Расслабляет и дарует приятные ощущения, вызывая галлюцинации в виде желаемых тобой сцен.

— Я думала, что по жизни недовольная, а тут выходит, что нет? В любом случае в совете сейчас живее, чем когда бы то ни было, наверное. А вообще, наркота Ваша не лучший вариант. Десять минут радости, чтобы потом еще больше замечать, как все вокруг плохо.

— Может, ты переживаешь из-за того, что игра прошла не очень гладко? На тренировке было вроде лучше и организованнее все.

Я вообще не поняла, почему от общей картины он вдруг переключился на единичный случай.

— До нас никто такого не делал, это первый опыт, потому, думаю, все нормально. На недочеты люди закроют глаза, потому как понимают, что это впервые проводимое местечковое мероприятие. Оно меня не волнует.

— Да, наверное, так и есть, — согласился Кейчи. — Может, Селина была права и пост президента тебе не по силам. Слишком большая ответственность, слишком много дел, тяжело справиться, с твоим-то типажом.

— Ты был хорошим парнем, но эта баба промывает твой мозг, — отшучиваюсь я, на что он лишь улыбается. — Единственная разница в том, что раньше я могла говорить с тем, с кем хочу, и делать то, что хочу, а сейчас мне дают людей, не оставляя выбора, а я должна с ними работать.

И это я сейчас не о Шико, Эле, Авроре и прочих, а о закадровых личностях, чьи дебильные проблемы мне нужно решать и с чьими закидонами я вынуждена мириться.

— Селина тоже часто жаловалась на это и, ворча, рассказывала о различных учениках, — когда он говорил о бывшем президенте и воспоминаниях, его глаза по-особенному поблескивали, сразу видно — влюбленность. — Это будет всегда, но со временем должно стать легче. Скажу тебе честно, Селина не верит в тебя, и хоть не говорит другим, но осуждает твои идеи, действия и выборы, но мне думается, что ты со всем неплохо справляешься. Иногда слушаю ее, думаю, что взгляды на тебя у нее совсем необъективны.

Так и представляю, как девушка поздно вечером заходит на форум и читает мои саркастичные ответы на комментарии и проблемы учеников. Ее жутко бомбит, и она идет жаловаться Кейчи, а тот лишь улыбается, считая это милым, и успокаивает ее.

— Такая себе поддержка.

Это ведь была она?

— Никто не может сделать сразу все хорошо. Селина просто сварливая, ей нравилось работать в совете, потому она все равно чувствует какую-то ответственность. А зная тебя, ей не верится в серьезность твоих действий. Она скептик, ничего с этим не поделать, — Кейчи положил руки на колени и встал на ноги, повернувшись ко мне. — Попробуй поговорить с той девушкой. Я уверен, если ты будешь открытой, то вы сможете прийти к взаимопониманию. Вы ведь все-таки не чужие друг другу, насколько я знаю. Ладно, мне нужно идти, а то я и так не очень хорошо играю.

Такой подход в его стиле. Нечего сказать, возможно, он и прав, но, когда мне приходит такой вариант в голову, хочется лишь тяжело вздохнуть. Не верю я в его успешность. Скорее представляю, что это будет какой-то странный водянистый диалог.

— Давай, бывай, спасибо, что время уделил, — говорю я.

Парень разворачивается и делает пару шагов к полю.

— Когда у нас следующий тур?

Кейчи — один из тестеров, пожалуй, самый ответственный в силу своей добродушности, потому такой интерес вполне в его стиле.

— В воскресенье, наверное. Я всем напишу позже. Не стоит об этом переживать.

На следующей неделе у нас прямо марафон, нужно провести три тура плюс все тесты за одну неделю. Эх.

*******

Уже дошла до жилого корпуса и направляюсь к домику Канашимы. Шико следует за мной. Своего суженого она где-то потеряла. Теперь девушка действует гораздо более открыто, чем раньше, и преспокойно демонстрирует, что идет со за мной. Это немного раздражает. У каждого действия есть какое-то логическое объяснение. Ну и что чисто логически эта дамочка хочет мне показать своей открытой слежкой? Без понятия.

Выбора нет.

— Ну и чего опять у нас случилось? — я подхожу к Шико. — Чего ты опять за мной слоняешься?

— Ты ведь идешь к этой девочке-сурью? Зовут ее... Канашима, кажется, — спокойно отвечает мне мисс Аглаофотис.

Сурью?

Да, я помню, что Шико уже по приезде спрашивала меня о таком. Так это она о Кане говорила, получается? Ха. А я думала, об иностранцах каких-то.

— Слушай, — я ставлю руки в бока и, слегка выгнувшись вперед, смотрю прямо в ее глаза, — мне не нравится твой нездоровый интерес к моей жизни. Мне не нравится, что ты лезешь туда, куда тебя не просят. Элементарная этика и правила поведения, взаимоотношений. Знаешь о таких, дорогая?

— Я ведь не мешаю тебе, — она тоже смотрит мне в глаза, но ее взгляд ничего не выражает, — ничего не делаю, не говорю, просто наблюдаю.

— Даже если так, — а это не так, иначе почему большая часть академии думает о том, что мы встречаемся? — Твое поведение, может, доставляет мне дискомфорт, ты не думала об этом? У каждого человека свои замашки, но не переноси их на меня или, будь добра, доходчиво объясни мне, почему ты ведешь себя так? Почему в твоей голове сегодня одно, а завтра другое. То ты против меня, то ты за меня. То говоришь, что оставишь меня в покое, то вот это снова.

Терпеть не могу такие беседы, но какой у меня выбор?

— Я не собираюсь вмешиваться в твои дела, мне просто интересно взглянуть на эту девочку. О ней ведь много разных слухов ходит интересных. И ты по какой-то причине посещаешь ее каждые две недели.

Уровень ее спокойствия был равен сотне.

— Мне также не нравится твой нездоровый интерес к разным вещам и информации, — на выдохе, безысходно произношу я. — Тебя все равно не остановить, так что плевать, пойдем. Но! Обещай мне, что не будешь дразнить Кану! Не будешь применять силу! Задавать неудобные вопросы, вести себя странно, проявлять нездоровый интерес.

Сложный выбор. Даже если я скажу ей сейчас «нет», что это ее правда остановит? Ха. Как же. Я не знаю, чего можно ждать как от Шико, так и от Канашимы. Это может быть опасно.

Веселуха. Как раз то, что мне нужно.

— Я не могу обещать этого, — Шико не отводила взгляда и практически не моргала.

— Просто знай, что какой бы странной девочкой Кана ни была, относись к ней как к обычному человеку. Даже если она будет пугать тебя, не давай ей отпора, она ничего не сделает. Ты у нас дама специфичная, и я не хочу, чтобы ты ее травмировала своими замашками. Не хочу, чтобы случилось что-то плохое.

Наверное, Кана ничего не сделает… Шучу. Ничего она не сделает. Никому ведь не делала! Впрочем, всегда можно стать первой. Ну или, если взять в учет ее родителей, то не первой… В любом случае вы поняли — я верю в Лиону. Даже смешно стало от мысли, что Канашиме я доверяю больше, чем Шико.

— Арквейд, я же уже сказала, что просто посмотрю и ничего ей не сделаю. Просто всегда может случиться любая ситуация, при которой у меня не будет выбора.

— Смотри, это последний шанс для тебя пройти проверку! Я баба, может, и с припиздью, которая играет на руку Вам, но у всего есть предел. Я ведь серьезно могу обидеться! Поверь, у меня и сейчас есть на то причины, а после этого и подавно могут быть.

— Я не думала, что ты можешь защищать кого-то, проявляя особую заботу, — девушка улыбнулась моим словам.

Почему, когда мне говорят о каких-то вполне нормальных человеческих чувствах, я слышу в этом упреки?

— Ничего себе, ты у нас модница!

Я только сейчас обратила внимание на ее обувь. Вполне обычные туфли на толстом низком каблуке, только вот весь каблук изо льда.

— Я так тренируюсь поддерживать силу долгое время, — вводила меня в курс дела Шико.

Если подумать, то мне кажется это неплохим решением. И внешне вполне подходит, подчеркивая эксцентричность личности.

— А паж где твой?

Выучила новое слово и теперь везде его пихаю, даже не зная, что конкретно оно значит. Почему нет? Прикольное оно. ПАЖ. Будто что-то благородное, значимое. Хе. Ну и в упрек напыщенности Шико, конечно же, тоже.

— Есть места, которые он не может посещать, — спокойно ответила девушка.

Я так и подумала, что сбежала.

— Главное, чтобы Герхард не обнаружил тебя в моей компании, а то как-то все так заворачивается, что... Вибли-вобли, и виновата я!

Магия.

Проблему отсутствия взаимопонимания мы не решили, зато вместе отправились к Кане... Да.

48.Пятница, 31 марта (часть 4)

Молчание наше было совсем недолгим.

— Я тут недавно общалась с Адамом, — совершенно непринужденно начала Шико, словно до этого мы о чем-то говорили и сейчас продолжаем беседу.

— Да? — незаинтересованно протягиваю я, предчувствуя в этом начинании что-то нехорошее, — Адам отличный парень, тебе бы он подошел.

— Мы обсуждали вашу игру, студенческий совет и по большей части тебя. Адам сказал, что не стоит лезть к тебе, такова твоя манера вести дела, и ты со всем сама разберешься. Но я все же хочу разобраться и понять тебя, помочь.

Поставлю свечку за здоровье нашего президента, как буду в храме.

— Зачем?

Мысленно прошу бога дать мне терпения.

— Люди не указывают тебе прямо на твои недочеты, потому что ты их не послушаешь. Ты отталкиваешь от себя других, стараясь держать всех на дистанции. Возможно, никто не говорил тебе о том, как все выглядит, а ты сама не замечаешь. Я так думаю. Мне так кажется. А если замечаешь, то я хочу понять, почему ты так поступаешь?

Мое лицо само собой скривило недовольную мину.

Нам что, обсудить больше нечего, кроме как друг друга? Да, наверное… Общего у нас действительно маловато.

— Валяй, вещай, — прежде чем ответить, я желаю выслушать все.

С какой-то периодичностью мы возвращаемся к этому вопросу. И чего нового я узнаю? Я необразованная? Невоспитанная, грубая, невнимательная, эгоистичная? Вот так да...

— Ты знаешь, что добрая половина учеников академии тебя на дух не переносит? Ты дала мне написать об одном дне, и там я тебя прямо спросила, разве ты не замечаешь, в чем проблема? Задавая этот вопрос тебе, я ждала ответа, но его так и не последовало, отчего я предположила, что ты, возможно, не понимаешь, что не так.

Я лишь скривила очередную мину, говоря ей: «Че?».

— Понимаешь, дело тут не в твоих намереньях и поступках, а в том, как ты это все преподносишь и как общаешься с людьми. Каким бы хорошим ни был твой поступок, чаще всего ты выставляешь все как некое одолжение, будто тебя заставили это сделать, и ты за это предъявляешь претензию тому, для которого это делала.

— Царь соизволил постараться для вас, а вы не то что в ноги ему не кланяетесь, а еще и недовольны, — иронично произношу я.

Терпения мне бог не дал, потому мой мозг начинает вскипать от этой фигни. Да за что?

— Вот еще одна проблема. Твой сарказм. Понимаешь? Ты практически каждый день отвечаешь людям на форуме, которые интересуются, как решить проблему, влезаешь в споры, беседы, но только и делаешь, что по большей части издеваешься и смеешься над остальными, тем самым зачастую только разжигая конфликт. Никакой помощи не предоставляешь, а только провоцируешь всех и непрямым текстом оскорбляешь их, — Шико говорит спокойно, без каких-либо эмоций, оттого все звучит как некая констатация фактов. — Иногда это бывает очень бестактным и не к месту. Я видела, как люди обсуждали какую-то идею, прописывали решения, а ты влезла и все сломала, сравнив их концепцию с одной достаточно глупой детской книжкой. И хоть они не обратили на тебя внимания, но это было очень некрасиво. Даже если ты посчитала их идею глупой, то должна была просто пройти мимо. Ты не должна была портить им настроение, ломать мировоззрение. Шутки — это прекрасно, но они почти никому не понятны.

Что, нотации будем читать? Я и так знаю, что должна была, что не должна. Может, когда-нибудь и не буду, а сейчас я молода, кровь горяча, хочу самовыражаться. Не могу удержаться. Разве не лучше так, чем пить, курить, гулять, буянить, или что там сейчас делает эта ваша молодежь? Да и вообще, я предпочитаю прямо выражать критику. Не нравится? Ломает тебя она, коробит? Ну тогда и нечего напоказ выставлять.

— Если мы сейчас начнем спорить о разнице наших взглядов, это может плохо закончиться. Да и, скажем так, место для обсуждения они выбрали неподходящее. Идите в личку, обсуждайте своих мехароботов, а не в теме c предложениями для студсовета ведите беседу. Я им тонко намекнула, что, ребят, здорово все, но идите-ка отседова. Понимаешь? Кроме того, меня жутко раздражают тупые, «всезнающие» и идиоты, — и еще много разных категорий граждан, но не будем перечислять. — Ты, мать твою, каким-то чудом проучился тут полгода, но создаешь отдельную тему, чтобы спросить, где прочитать правила арены. Серьезно? Как насчет разуть свои зенки и взглянуть на верхнюю панель, где для таких дебилов, как ты, сделали отдельную вкладку и даже цветом ее выделили, подписали по-особому. Нет! Я лучше залезу поглубже внутрь, найду, как создать тему, и задам интересующий меня вопрос. Это ведь требует меньше сил и внимания, чем найти долбанную кнопку? Простите меня, но Вы, батенька, идиот. Когда ты в сотый раз будешь отвечать на один и тот же сраный вопрос, хочешь не хочешь, нервы сдадут. Остается только стебаться, пытаясь подтолкнуть к тому, чтобы автор сам поискал ответ. Без негатива, чисто деловые особенности. Профессиональная деформация.

— Понимаю, но дело не в этом. Ты отвечаешь на все так. Люди разные и не все осознают твою иронию и сарказм, большинство не понимает, и это оставляет о тебе весьма неоднозначное или, вернее сказать, дурное впечатление. Я ведь тоже не исключение. Когда я сюда поступила и встретилась с тобой, согласно твоему статусу и скидке на то, что мы не знакомы, ждала от тебя какой-то искренности, а что получила? Понимаешь, возможно, люди, которые с тобой знакомы хотя бы пару недель и общались несколько раз, привыкли и примерно понимают твое поведение. Но большинство судит лишь по увиденному, а многие и вовсе редко сталкиваются с тобой.

Имеет ли право Шико предъявлять мне за искренность? Вопрос риторический. Да и я вроде как нормально вела себя, вполне себе сдержанно. Да и почему такая наблюдательная особа, как моя собеседница, до сих пор не поняла, что я все вижу и обо всем знаю, все понимаю и осознаю расклад? Этот разговор просто насилует мой мозг.

— Я все это знаю, Шико, — спокойно произношу я, — но ты мне так и не ответила на главный вопрос. Чего ты хочешь? Зачем тебе все это мне говорить?

Она достала из кармана красный конверт и протянула его мне.

Какие активные люди мне попались, не лень же им так часто подкидывать эту фигню. Будто частота как-то повлияет. Глупости.

— Это ведь не первый уже, как я понимаю, — девушка и раньше замечала их, но не придавала значения, как, впрочем, мне кажется, и сейчас не придает. — Понимаешь, что из-за того, что ты со всеми недружелюбна и многие нелестно отзываются о тебе, определить, кто конкретно тобой недоволен, невозможно. Я даже подумала, что с определенной вероятностью это может быть тот, кому ты наоборот импонируешь, и он так намекает, что пора бы измениться. Пора бы избавиться от всей этой занавесочной недоброжелательности. Кроме того, что это было на игре? Это ведь многие заметили. Я так думаю. Мне так кажется.

Не хватало мне тут помимо Элы еще этой маразматички. Зачем раздувать из мухи слона? Ну да, может, я и позлилась тогда на игре, а теперь мне пофигу. Все равно все уедут. Пусть это будет для них наградой. Если они хотят отыграться, так пусть сделают это на мне. Ха

— Ну, Адам же сказал тебе не вмешиваться. Все в порядке. Смысла искать специально, поднимая шум, паниковать или еще что-то я не вижу. Кто бы там что ни делал, если он хочет повлиять на меня, то ему придется столкнуться со мной лицом к лицу, или ему надоест и он сдастся.

Или все закончится, если очевидные карты сами лягут в руки, дав подсказку к нахождению нашего героя.

— Ты разве не осознаешь, что твое поведение влияет и на других? Например, ученики из-за твоих манер избегают встреч с тобой и приходят в студсовет за решением своих проблем, когда ты отсутствуешь.

— В этом и был мой план. Я только руковожу, а остальные выполняют всю работу.

Опять-таки, не вижу проблем. Совесть, разве что, но я ее продала дьяволу, сказав, что это моя душа. Все ради того, чтобы сюда перевели Шико. Никто не ценит моих жертв. Или это эгоизм? Хм. Надо обыграть это все как-то получше. Представим, что девушке грозила опасность и я пожертвовала собой ради нее.

— Вот я и хочу понять, почему ты так поступаешь и почему тебя все устраивает? Разве тебя это совсем не беспокоит? Я не буду говорить о том, что глава не должна быть такой. В этом плане я уже приняла тебя. Скажу просто, что все это с конвертами и ситуацией на игре — ненормально...

Я смотрю на нее, не понимая, ради чего она действительно интересуется этим? Может, стоит воспользоваться силой? Не, не стоит. Она для критических ситуаций.

— Понимаешь, когда-то я была злобной и так пыталась оградиться от мира, а потом научилась прятать боль и переживания за сарказмом, а после не заметила, как по инерции перенесла эту модель поведения в обычную жизнь и стала всегда себя так вести. Такого ответа, что ли, ты от меня ждешь?

В каждой шутке есть доля правды. Подумайте об этом, но знайте, что я люблю обманывать. Хах.

— Возьмем, к примеру, Элу. Она видит в тебе хорошего человека, которому хочет помочь, но ты для нее непреодолимая стена, к которой девушка даже не подступится, — не сдаваясь в своих попытках достучаться до меня, говорила Шико Аглоафотис. — Ты, может, не замечала, но она так улыбчива, ухожена и дружелюбна, только когда ты рядом, в другое время ее поведение хоть и не сильно, но меняется.

Да все я знаю. Но это «не сильно» настолько несильно, что роли-то не играет. Я помню, что, когда она впервые пришла в совет, у нее был странный, слегка неопрятный вид, а сейчас она прямо... А еще я не так давно фотки ковыряла, там Кая, Арманда, Авроры, Элы, и оказалось, что я-то и раньше замечала эту дамочку, просто она выглядела, ну... Несколько иначе, скажем так.

— Так, а ну, убрала руки от Элы! Она ангел и вообще ни при чем тут!

Сделаем вид, что она маскировалась раньше и следила за мной, чтобы охранять. А теперь, когда опасность совсем близко, ей пришлось отречься от небесной миссии и быть ближе. И то, что она хорошо управляется с ножом, двумя мечами и тренирует ближний бой, всего лишь совпадение.

Да ладно вам, я же специально поддерживаю этот образ. Ну вы поняли. Как в этих ваших аниме. Ха.

— Возможно, это и вправду последствия какой-то проблемы и переживания из прошлого и тебе надо помочь преодолеть это? Вполне вероятно, что ты могла долго работать над вещами, которые тебя задевали и прийти к тому, что есть сейчас. Или, может, ты обижена на людей, потому что за твои старания тебе никто не говорит спасибо?

Последнее звучало несколько обидно, может, потому что в этом есть часть правды.

— Все! — я останавливаюсь. Схожу с тротуара. За неимением выбора ложусь на землю между двух домиков. — Ты меня достала, и я буду лежать тут!

— Арквейд, что ты делаешь? — она смотрела на меня, а ее брови негодующе приподнимались. — Ты выглядишь как взрослая женщина, а ведешь себя совсем как ребенок!

— Ну а что ты хочешь от меня? Что ты хочешь от меня? Что ты, хочешь от меня? Что, ты, хочешь, от, меня? У меня нет ответа на твой вопрос, понимаешь? Мне нравится так себя вести, и плевать на остальное. Просто потому что мне пофигу, понимаешь? Как встречусь лицом к лицу с проблемой, так и решу ее. Мне так нравится, я так хочу, нет чего-то особого, понимаешь?

Шико тяжело вздыхает, озираясь по сторонам.

— Поднимайся, люди уже на тебя смотрят. Не создавай дурных сплетен.

Поскольку время обеденное, то иногда можно было встретить проходящих мимо учеников. Вот сейчас пара девчонок, похоже, шли домой и странно посмотрели в нашу сторону. Их лица я на всякий случай запомнила.

— Меня не волнует. Да и должно ли? Нет во мне черты, присущей многим. Меня не заботит, что будут обо мне говорить окружающие, — я смотрю на небо. — Что ты теперь будешь делать? Ты выжрала мой недельный запас выносливости, и теперь я буду лежать тут, восстанавливаться. Канашима очень чувствительна к вещам типа раздражительности, а я, знаешь, дорогая, шатала тебя. Ты не представляешь, как меня достала. Этот диалог — просто убейте меня!

Я уже и прямо говорила, и так намекала, и эдак, все без толку. Не лезьте в мою личную жизнь!

— Ну хватит. Я ведь просто хотела понять тебя, что в этом такого? Я уже говорила, что раньше не встречала таких людей, как ты, и мне интересно. Возможно, потому что в моей академии так или иначе всем прививали нормы воспитания и была некая общая форма поведения. Люди не сильно из-за этого контрастировали между собой, — девушка нависла надо мной и томно смотрела в мои глаза, кажется, пытаясь улыбаться.

Получалось у нее не очень, но улыбка выглядела приятной, и я даже задалась вопросом: может быть, стоит пойти навстречу, раз она пытается разрядить атмосферу?

— Я чую в этом какой-то подвох.

За время нашего знакомства любой такой интерес потом вставал мне боком.

— Возможно, тебе кажется странным, что такая статная начитанная девушка, носящая платья, цена которых начинается от ста тысяч есси, за спиной которой пятая доля от всего производства страны, интересуется тобой?

Эта фраза прямо кольнула меня в сердце, и я широко улыбнулась. Да, я падка на иронию, особенно если эти слова слетают с уст такого человека, как наша Шико. Как же меня легко подкупить. Это ужасно.

— Да. Если призадуматься, это и вправду, наверное, странно.

Я как-то особо об этом и не думала. Возможно, богатенькие детишки должны общаться с другими богатенькими детишками, хвастаться вещами, коллекцией кроссовок или чем там еще, я не знаю. Мне невдомек, как там и что. Возможно, на их месте я бы не хотела говорить с теми, кто ничего не значит. Но разве я могу судить о высоком с позиции бедняка?

— Но ведь ты сама из довольно состоятельной семьи, — тон ее голоса был ровным, и только по улыбке можно было хоть как-то понять, что она пытается быть дружелюбной.

Еще мне подумалось, что этот тон голоса в некоторой степени довольно эротичный и она могла бы работать в сексе по телефону. Ха.

— Ну, знаешь, может и так, но мой гардероб по общей стоимости, пожалуй, равняется одному или двум твоим платьям.

Несмотря на то что деньги у нас были, я не избалована дорогими цацками. Думается мне, почему-то, что попроси я у отца на вещь сто тысяч есси, он посмотрел бы на меня как на сумасшедшую.

— У меня нет предрассудков на этот счет, — она посмотрела в сторону аллеи, а после подошла к ступенькам правого домика и, проведя рукой по верхней ступеньке, присела, продолжив смотреть на меня. — Мне интересны личности людей, с которыми я проведу, возможно, несколько лет. К примеру, я разговаривала с Авророй, и хоть в сравнении с тобой она девушка довольно простая, но у нее есть свои проблемы. Ты отмахнулась от неловкой темы, в шутку послав ее к Эле, а я все же после поинтересовалась, в чем дело. Не знаю, как она поступит, но думаю, мой совет должен ей как-то помочь.

— Ты хочешь сказать, что я здесь антигерой? — я кошусь на нее. — Делаю что хочу, никого не слушаю, если и помогаю, то так, в силу обстоятельств?

Ну да, так, в принципе, оно и есть.

— Не думаю, что это так. Не хочу сказать, что дело в этом, но и не могу понять в чем. Просто интуиция моя подсказывает, что ты далеко не такой человек, каким себя выставляешь. Можно сказать, что я так вижу и уверена, что это действительно так.

— О, великий Сайкогокучи, дай мне сил, — бубню я молитву Кейчи, поворачиваясь набок. Я вздыхаю, подпираю рукой голову и смотрю на Шико, решаясь последовать совету вышеупомянутого парня. — В любом случае от какого-то там разговора мое поведение не изменится, и не стоит искать какой-то глубокий смысл. Пофигу есть пофигу, и нет в этом чего-то большего. Но так и быть, я пролью свет на некоторые вещи, которые на самом деле мне кажутся вполне очевидными.

Вернее сказать, с ресурсами Шико и ее логикой она вполне могла бы дойти до этого. Возможно, она даже дошла и просто ждет подтверждения.

— Приятно видеть, что ты идешь мне навстречу.

Знаете, когда Шико пытается вести себя наиболее естественно, дружелюбно, она выглядит даже вполне милой. Такую даму любить не стыдно.

Да мне, тащем-то, и повседневный образ было любить не стыдно…

О какие откровения!

Да-да.

— Ну, начинать с того, что жизнь была не особо сладка, меня травили, я не вижу смысла. Обычная школа, все дела, у многих такая же шляпа. Ты ведь понимаешь, у меня сила с самого рождения, и это, пожалуй, сильно повлияло. Еще с малых лет я всегда чувствовала, что испытывают окружающие, и, хоть опыта у меня не было, я не понимала, что все это значит, но ощущала весь негатив, позитив по отношению ко мне, к окружающим и прочее. Дальше стандартная история о том, что Арквейд росла, появлялись лишние баллы IQ, и спустя время я, естественно, начала лучше разбираться в чувствах окружающих и понимать, что подсказывает мне сила. Занималась анализом, самокопанием, всякой дичью и лет в тринадцать-четырнадцать пришла к мысли, что если относиться ко всему этому серьезно, то можно сойти с ума, повеситься или еще чего. Не хочу долго размусоливать там о социальных ролях, масках, отношениях и прочей ерундистике. Сами понимаете, вокруг много лжи. И раз ты в курсе моей активной способности, то я скажу тебе больше. Может, я немного приврала насчет того, что не использовала ее. Когда она появилась и как-то стабилизировалась, я пользовалась ей довольно часто. Она давала много разных интересных возможностей. Да... Мне тогда, и сейчас, впрочем, нравилось наблюдать за людьми откуда-то издалека. Все они такие разные, и порою находились интересные. И знаешь что? Вот ты смотришь на человека в продуктовом магазине, который мельком смотрит на тебя, и нет в нем ничего необычного на первый взгляд, а он на самом деле думает о том, каково это — покончить с собой или, например, каково это — убить тебя? Я сталкивалась с таким. И если бы не моя активная способность, о таких мыслях окружающих людей я бы, пожалуй, даже не узнала. Скорее истолковывала бы по-другому. Да, она работает странно, и иногда мне кажется, что я могу совершенно точно понять, о чем думает человек. И прозвучит страшно, но я считаю, что такие мысли о смерти и о вещах, о которых не принято прямо говорить, вполне себе даже нормальны. Каждый задумывается о чем-то подобном, но все равно по первой это довольно стремно для подростка. Краткий итог: сначала из-за силы тебя все парит, ты депрессуешь, агрессивничаешь, по большей части в силу возраста и самоидентификации, потом появляется активная стадия, ты офигеваешь от некоторых вещей, а после привыкаешь и забиваешь на все. Приходится прибегать к иронии, когда осознаешь многие вещи, но говорить о них прямо тебе нельзя.

— У меня в голове крутился такой вариант, но, сравнивая тебя с другими знакомыми мне мэсами с такого же рода способностью, я его отмела, — Шико призадумалась, видимо, пытаясь понять, почему этот вариант она упустила.

Ладно, раз уж мы начали опрокидывать рояли для Шико, то поможем еще немного. Дай бог, Кейчи, чтобы это помогло, а то это будет твоя вина! Я тут через себя переступаю, понимаешь?

— Ну знаешь, все же у всех жизненный опыт разный. Разные люди встречались, разные семьи и прочее, естественно, все влияет, — ваш кэп. — Вот слушай, что если я скажу тебе, что на самом деле я не хотела сюда поступать? Не хотела вообще учиться в академии для мэсов? Я думала поступить в обычный институт, стать врачом, прямо как отец. Забавно, правда?

— Наверное, — девушка, зная меня, усмехнулась, и вправду посчитав это забавным.

— Было бы непросто, полагаю... Многие относились бы ко мне предвзято, но это все пустяки. А знаешь, почему не хотела? Лет в одиннадцать я нашла себе компанию из мэсов и тусила с ними. Как бы это сказать, они были долбанутыми. Каждый по-своему. Хотя я была не лучше, но не суть. Столкнулась я там с немалым количеством дичи и даже после того, как покинула их и стала старше, продолжила встречать на своем пути дикарей. Мне было пятнадцать, шестнадцать, и я как магнит продолжала притягивать к себе других мэсов. В какой-то момент даже стала думать, что, возможно, это нормально, я не знаю. Вообще, все они были личностями специфичными и создавали в моей жизни такие проблемы, что все, что тут происходит в академии, просто не имеет значения, это пустяки. Я прошла настоящую проверку на психологическую прочность. Возможно, даже тронулась умом и потому стала такой. В итоге, благодаря некоторым личностям, я нифига ничему не удивляюсь практически. Не хочу показаться грубой, но я всем сердцем терпеть не могу людей вроде тебя, с психологическими способностями, способностями контроля, и тех, кто лезет во все дыры. От вас слишком много проблем. Ты общаешься с нормальным парнем, а после его клинит, и жизнь вокруг превращается в гей-парад: вокруг одна однополая любовь, один сплошной анал-карнавал, в котором ты стала главным героем-мужиком. И самое интересное — ты постепенно начинаешь верить в происходящие, а после узнаешь, что над тобой просто проводили эксперимент. Смешно. Да?

Для некоторых девушек это рай, полагаю. И да, я утрирую, не думайте, что со мной обходились настолько жестоко. Мне лишь достался психологический хоррор в виде отомэ-симулятора, где мне нужно было влюбить в себя одного из персонажей. Брр.

Это тоже неправда. Ха.

— Не очень, полагаю.

— В общем, как-то под давлением отца и еще некоторых личностей я сломалась и поступила вот сюда, в обитель долбанутых людей. Тут-то я и решила, что буду наблюдать издали, стараться не вмешиваться особо. И хотела бы я сказать, что специально веду себя и говорю так, чтобы от меня держались подальше, но это не работает в реальной жизни! Вот ты сегодня хочешь помочь мне, а завтра тебя переклинило, и ты уже пытаешься меня убить. Хотя то, что тебе уже восемнадцать и ты еще жива и не поехала крышей, уже хороший показатель. Короче говоря, мне просто насрать, я устала и хочу просто закончить долбаное обучение, забрать долбаный диплом и начать свободно распоряжаться своими долбаными деньгами, на остальное мне плевать. Я закончу обучение, уйду, и то, что было тут, не будет иметь никакого значения. В ваших воспоминаниях я останусь какой-то странной бабой, но мы больше никогда не увидимся, так что смысла надевать маску, подлизываться к кому-то, попросту нет. Да и так-то я тоже двинутая, — я изменяю голос, ударяясь снова в сарказм. — Хочет она наблюдать, ага, а потом бах, и в какую-то задницу для развлечения от скуки влезает, и так постоянно. Наблюдатель, блеать.

Взгляд Шико как-то прояснился, она молча улыбнулась мне чуть шире и продолжила смотреть прямо мне в глаза.

Мне пришлось подтолкнуть ее.

— Все? Этой информации, надеюсь, более чем достаточно? Все это вокруг весело, конечно, но, пожалуйста, не доставайте меня лишними вопросами, окей? Причин могло быть больше тысячи, но все они просто привели к тому, какой вы видите меня сейчас. Как я и сказала, я могу умалчивать о своем прошлом, чувствах, но в поведении я предельно честна.

А еще я примерно знаю, куда давить, чтобы сказать не так много, но удовлетворить человека.

— Послушай, Арквейд, — своим обращением девушка призвала на мою спину мурашек. — После выпуска не желаешь ли работать на меня?

Я усмехнулась. Не могу сдержать улыбку оттого, что не понимаю, как устроена ее логика и чего она вдруг решила предложить мне это. Эта улыбка даже стремится перерасти в смех. Я поднялась на ноги, пытаясь осознать сказанное. Отряхнулась и подошла к девушке.

— Ути, моя милашка, — я наклоняюсь поближе, беру ее за щеки, делая такой «милый» голос, которым в приступах нежности обычно общаются с детьми недалекие мамочки. — Мой рассказ тебя так растрогал, что ты прониклась чувствами?

Мой мозг: — Неееееет! Что ты делаешь, дура!? Ты просираешь единственную возможность в своей жизни устроиться на нормальную престижную высокооплачиваемую работу!

Я: — Ок.

Сценарист: — Так, стоп! Послушайте, дорогуши, сколько можно переходить на экспромт? Вам за что платят? Этого не было в сценарии! Арквейд должна была ответить серьезно, а после Шико должна спросить, почему та не любит книги, на что Арк в виде задела на будущие флешбеки уклончиво отвечает: «Я, конечно, не особо их жалую, это правда, но понимаешь, тут дело в другом. Были у меня в школе пара человек, из-за стараний которых, собственно, я и терпеть не могу литературу». Как-то так.

Режиссер: — Заканчиваем, просто обрежем сцену и снимем отдельным дублем концовку.

Сценарист-постановщик постельных сцен: — Но из этого экспромта можно было бы сделать неплохую постельную сцену...

Режиссер смотрит на сценариста постельных сцен.

Сценарист постельных сцен смотрит на режиссера.

Буря, искра, порыв творческой страсти.

Сценарист-постановщик постельных сцен: — Работаем?

Сценарист: — В принципе, добавить подобный контент не будет лишним. Это определенно привлечет больше аудитории.

Режиссер одобрительно, не переставая, качает головой. Сценарист постельных сцен довольно улыбается и тоже кивает. Его рука тянется за рупором.

Вот так это и работает. Не заметишь, как ты плавно стал частью другой вселенной, созданной чьей-то больной фантазией.

49.Пятница, 31 марта (часть 5)

Не успевает дверь открыться, как тентакли маленького монстра, набирая скорость, направляются к нам. Мгновенье и, закрывая вход передо мной, появляется ледяная стена. Это все произошло всего за пару секунд и выглядело так, будто все было заранее спланировано и Шико была готова к такому. Хорошая реакция, и каблучки внезапно так в тему...

— Похоже, ты ей не понравилась. Ну, ее можно понять отчасти, — своей искрометной шуткой разряжаю атмосферу я.

Девушка молча, с неким недовольством, не поворачивая головы, косится на меня.

Я слышу легкое похрустывание льда. Удары по ту сторону стены. Полагаю, кто-то пытается сломать ее, но не особо усердно. Если бы хотела, полагаю, стены бы уже не было. Похоже, настрой у нее несерьезный.

Тут всего несколько вариантов:

1. У Лионы дурные манеры, и она так знакомится с людьми. Да, меня вот так при знакомстве и обмотали, устроив аттракцион страха и выносливости. Может, это ритуал особый? После ведь все было нормально, на меня особо не обращали внимания. Подружились даже. Да.

2. Девушка не жалует незваных гостей. Я тоже гостей не люблю, но у меня нет такой силы, шоб сходу выгнать.

3. Конечно же, я помню, что произошло пару недель назад и рассказ Камилы. В таком случае — нам конец. Зная это, я привела сюда Шико? Ну да, а что? Маленький такой просчет.

Впрочем, судя по ленивой долбежке, Кана не собирается никому вредить. Может показаться странным, но я довольно спокойна.

— Это хорошо, что ты стену льда поставила снаружи, а то после тебя в доме был бы бардак, — оцениваю я. — Не надо так.

Шико достала телефон из заднего кармана.

— Подержи, — передав мне трубу, она сняла пиджак и также протянула его мне.

— Ты ведь не собираешься тут бойню устроить?

Дело принимает серьезный оборот. Придется как-то объяснять все, чтобы устранить непонимание.

Девушка берет в зубы резинку и собирает свои волосы в хвост.

— Это, по-твоему, забавно? — поинтересовалась она, смотря на мою улыбку.

Вместо решения, в мою голову залетела другая чушь, которая заставила меня улыбнуться.

— Да вот думаю, что в рубашечке с закатанными рукавами, волосами, собранными в хвост, и таким настроем ты выглядишь более мужественно, по-обычному героически, — сумбурный необъяснимый бред вышел. — Миленько, знаешь, так возбуждающе сексуально, короче, каеф. Мне нравится.

— Ты дурная? — холодно спросила она. — Ты не понимаешь, что происходит?

Что-то все как-то быстро развивается.

— Да понимаю, пвп, все дела, — протягиваю я вздыхая. — Я скорее не понимаю твоей логики и настроя, нафига в это ввязываться?

Я приду, устрою махач. Парам-пам-пам. Несмотря на напряжение Шико и осознание того, что сейчас будет, я по-прежнему не чувствую беспокойства. Я давно знаю Канашиму и видела, на что она способна. Если бы она хотела, то для нее эта стена была бы, как для меня картонная коробка.

— Не понимаешь? — спокойно спросила девушка.

— Ладно, неважно. Может, просто пойдем отсюда? Кажется, ваше знакомство не самая лучшая идея. Кана за нами все равно не последует. Так что все в порядке.

Не знаю, по какой причине, но девочка боится покидать пределы дома.

— Я разберусь с этим монстром, затем у меня будет несколько вопросов к тебе.

Мне не нужна была сила, чтобы сразу понять по этой выпущенной фразе, что она обо всем знала и это был ее план — прийти разобраться с Леоной. Девушка-интрига.

— Где там у тебя диктофон? — я, держа пиджак, копаюсь в телефоне. — Мне нужно подтверждение, которое сняло бы с меня всю ответственность. Ты же не собираешься грохнуть Кану?

«Мне писец. Мне писец»!»

— Не собираюсь, — ровным тоном проговорила она. — Раз я вмешалась, то всего лишь устраню созданную проблему.

Нифига не поняла, но ок.

— Аааа, вот оно как… Слушай, ты своим быстрым стартом тут делов сейчас натворишь. Нам сначала стоит поговорить, обсудить все, прежде чем что-то предпринимать. Или, похоже, мне лучше пойти найти Герхарда и рассказать ему все, чтобы он тебя образумил?

Пропишет, может, ей чего, там уж сами разбирайтесь.

— Поступай, как знаешь.

Вместо того чтобы пойти на компромисс, она, похоже, решила продемонстрировать свой великолепный нрав.

Когда часть стены была растоплена, оказалось, что там был невероятно толстый слой, и сейчас освободился целый квадратный метр, который позволял спокойно войти в дом. Девушка уже прошла внутрь, и мне оставалось проследовать за ней.

Без ущерба, похоже, не выйдет.

— Слушай, это просто недоразумение, — это мой последний мирный заход. Если меня не услышат, я просто по-тихому свалю. Не хочу быть активным участником всего этого недоразумения. Если меня тут не будет, то объяснить все и найти оправдание мне будет проще. — Я понимаю, что это нападение, но поверь моему опыту, Кана ничего не сделает. Лучше просто уйти, оставив ее одну, понимаешь? Я не хочу, чтобы ты переусердствовала или с вами обеими что-то произошло.

Еще я не хочу объяснять администрации, директору или еще кому, чего тут произошло и почему. Мне тошно от предчувствия новых проблем и нотаций, а может, и еще чего похуже.

Произнося это, я осматривала ледяную клетку, оценивая способности Шико. Она запечатывала нас в некий куб. Так, чтобы не подступиться ни с одной стороны, даже сверху. Передняя сторона, к слову, была прозрачной, хоть и немного мутной, но через нее можно было видеть Канашиму.

Я как-то расслабилась. Вернее сказать, не ожидала того, что произошло. Стена слева от меня в мгновенье ока растаяла, и Шико резким движением сильно толкнула меня, выбив за пределы куба. Стоило мне коснуться пола, как вокруг меня тут же появилась такая же клетка. Короче говоря, в начале действа от меня избавились, чтобы я не докучала разговорами, а главное — не мешала.

— Эй, ты что творишь!

В таком положении я могла только сидеть или стоять на четвереньках. У меня было весьма мало места. Спасибо, что обзор мне хотя бы оставили. Прозрачный купол для наблюдения. И, судя по всему, он неплохо изолирует звук. Докричаться до девушки мне не удастся.

Великолепно. Вот и свалила.

Канашима, убрав шипы, стояла возле лестницы, ведущей на второй этаж, и из-подо лба, не отрывая глаз, пристально смотрела на Шико.

Прошла минута. Ничего не происходит. Видимо, ледяная королева выстраивает стратегию, а тентаклевый монстр почему-то просто стоит, ничего не делая. Что творится в головах этих баб, я не знаю.

У меня, конечно, плохо получается делать энергетический щит острым, превращая его в подобие чего-то боевого, но я все же пробую и ударяю получившейся фигней в лед.

Толку ноль.

Вздохнув, я закрываю глаза, массирую виски, пытаясь собрать мысли воедино. Похоже, мой удел просто ждать.

Открываю глаза, и меня передергивает от пристального взгляда Каны, направленного на меня. По телу пробегают мурашки.

Миленько.

Я, смотря в глаза Лионы, беру в руку телефон и лишь едва кошусь на экран, чтобы набрать номер. Новая заставка вдруг заставляет меня на секунду забыть о «добродушном» взгляде девчонки. У меня возникло только три вопроса:

— Кто сделал эту фотографию?

— Где она ее откопала?

— И сколько лет мне дадут за убийство автора фото?

Не то чтобы я была недовольна, это довольно забавно, видеть такое тут. Но вот папарацци-то явно не эту цель преследовал.

В общем, там, заключенная в рамку в виде сердечка, была я. Акцент был сделан на моем лице. И на фото я жрала. Нет, не ела, а именно жрала. Ну, не будем вдаваться в подробности описания. Ей будто Нео подсказал, как стоит на меня оказывать влияние. Меня зацепило. Столько старания. Она догадывалась, что рано или поздно я это увижу. Госпожа Аглаофотис? Серьезная девушка? Увольте. Это так мило.

— Алло, Эла?

Мне больше некому звонить перед смертью. Мне запомнился только ее телефон.

— А, А-арквейд? — с заиканием и удивлением произнесла девушка. — Это ты? Откуда ты знаешь мой номер? И у тебя же нет телефона…

Почему-то уверена, что она смутилась. Забавная реакция.

— Да, это я с телефона Шико, не бери в голову. Твой номер легко запоминается просто, как в той рекламе, где в номере одни пятерки и тройки, три-три-три-пять-три-пять-три. Разок увидела и не могла не оценить такое сходство. Слушай, Эла, тут такое дело, знаешь... Мы хоть и знакомы с тобой недавно, но я уже поняла, что ты хороший человек и лучше тебя мне никого не найти.

Канашима смотрит то на Шико, то на меня, и ничего не делает. Это бездействие с обеих сторон меня напрягает, чувствуется давление. Как-то неестественно это совсем. Не того я могла ожидать.

— Что-то случилось?

Меня кольнуло в сердце дозой милоты, ее и вправду волнует то, что со мной что-то не так. Ах, забота, хоть прямо сейчас иди и бери ее в жены, только вот....

Все ждут бойни, битвы, мясо, жести, экшона, а у нас тут зарисовка наклевывается:

Арквейд

выбирает себе

будущую половинку

из

потенциальных кандидатов

(→_→)----------------------------------------------> (◕‿◕)♡

[̲̅$̲̅$̲̅]<------------------(←_←) (¬_¬'')--------> (￣ヘ￣) ✿

( — (..) — )<--------------------(－‸ლ) (→_→)------------>[̲̅$̲̅$̲̅]

(^◔ᴥ◔^) ?

✿(￣ヘ￣) ノ [̲̅$̲̅$̲̅]-----------------------ヽ(￣ー￣ヽ)

[̲̅$̲̅(̲̅ ͡°͜ʖ ͡°̲̅)̲̅$̲̅]

Прости, Эла. Ты, несомненно, лучше, чем свин, но, чтобы соревноваться с Шико, тебе придется как минимум начать зарабатывать. К сожалению, у парня по имени Нео, который явно человек небедный, нет даже никаких шансов в сравнении с кем угодно. Или почти кем угодно.

Продалась…

— У тебя нет, случайно, знакомого нотариуса? Нужно составить завещание, и я хочу передать свое наследство тебе. Можно это сделать как-то по телефону?

Девушка сбросила трубку.

Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать ту боль и унижение, которые я испытала сегодня. Моя жизнь поломана навсегда...

А в это время из-под клетки Шико быстро стала выходить, расползаясь по полу, корка льда. Она шустро охватывала все больше территории, начиная перекидываться на стены, а также покрывать и мое убежище, медленно лишая обзора.

— Эй, эй, эй, Шико! Погоди! — крича, я пытаюсь выбраться, упираясь ногами и спиной в ледяные стены, но все без толку, моих сил мало.

Понимаю, что сейчас лед захватит территорию и потом будет большой ледяной бум, и все вокруг... Полный ужас. И дело даже не в этом, а в том, что это понимаю не только я... Волосы Каны превращаются в длинные шипы. Они упираются в пол и поднимают девушку над землей.

Ну вот...

Теперь она похожа на паука. Через ее одежду также вырываются волосы и быстро закутывают тело в кокон, оставляя лишь разрез для глаз — абсолютная защита.

Ну теперь точно все…

Это, можно сказать, ее боевая форма: выглядит не очень, а в целом она значит «до свидания». Серьезный настрой, все дела.

И окончен тут должен быть мой рассказ...

И о муках моих страшных никто бы не узнал...

И продолжения бы некому было бы написать...

Но увы, штука в том, что раз вы читаете это, значит, я жива и все закончилось хорошо. Ха.

Лиона продвинулась где-то на метр ближе и, ступив на ледяную корку, остановилась, покосившись на меня как на жертву. Обычно она не осторожничает, действует быстро, а тут несколько замедлилась.

— Приветик, — нервно улыбнувшись, проговорила я, помахав рукой.

А что мне оставалось?

К слову, Шико не учла то, что она ограничила не только мои движения, но еще и воздух. И я начинаю это чувствовать.

Секунд десять девчонка как-то странно смотрела на меня, а после перевела взгляд и одним движением своих шипов распилила крышу куба Шико, откинув эту ледяную глыбу куда-то в сторону. На месте старой крыши тут же появилась новая. Будто в этом, после продемонстрированного, был какой-то смысл.

Это действо длилось пару секунд, а далее Лиона снова посмотрела на меня. Ощущение, будто ей был безразличен ее враг и она в любую секунду могла с ним разобраться. Ударь девушка ниже, все так бы и закончилось. Она будто хотела произвести впечатление на меня и смотрела на мою реакцию.

— Ты чего сбросила?

Разговор неплохо так отвлекает от всего действа. Не сидеть же просто наблюдать, нервничая от ожидания?

— Прости, Арквейд, — Эла вздохнула. — У меня еще много дел и нет времени на шутки. Я ведь серьезно подумала, что у тебя проблема, и заволновалась. А тут... Понимаешь, просто я сегодня и так устала, прости...

Волосы Канашимы, которые окутывали ее тело, стали затягиваться обратно, оставляя о себе лишь воспоминания в виде многочисленных дыр на одежде. Те шипы, что выходили из головы, поднимая девушку над землей, также были убраны. Лиона встала на землю, и тут же ее ноги обхватила ледяная корка.

— Я же говорила тебе… — прочла я по губам Лионы. Произнеся это, она расплылась в безумной улыбке.

Я придаю этому, наверное, много значения, ведь я не слышала интонации, да и мимики не поняла, потому как с обзором стало совсем плохо, но почему-то мне кажется, что в этих словах было какое-то разочарование. Я ясно вижу, что она не хочет сражаться. Да и мне кажется, что никогда не хотела. Просто иногда я об этом напрочь забываю. Даже при вспышках ярости, когда дело доходило до применения способностей, она никогда не вредила мне и никому из окружающих. Она пугает и говорит, что легко всех порешает и на практике в виртуальной реальности это легко демонстрирует. Ее то и дело увозят, а привозят с кучей новых, не самых приятных историй, которые говорят о ней как об убийце, но самом деле ведь ничего этого нет. И раз уж мне и бывшей главе разрешали с ней общаться, и другим ученикам, сотрудникам тоже не запрещали, то люди, отвечающие за безопасность, понимают, что она не настолько одержима, чтобы просто так убивать. Не идиоты же тут сидят, в конце-то концов?! Вообще, говоря с ней, я выяснила, что она не хочет всего этого, и пусть она молчит, но я вижу, что она старается бороться со своим изъяном, притом довольно успешно.

А так, если говорить начистоту, то я, это, в общем, перестала понимать как логику Шико, так и Канашимы. Это не самое дикое, что происходило в моей жизни, потому просто плывем по течению.

— Устала, болвашка? — я слышала раньше и слышу сейчас какой-то шум, непонятные разговоры других людей. — Чем же ты таким занимаешься?

Мир укутало белой пеленой. Нас всех замуровало под ледяной глыбой. Наверное, всех, я ведь теперь ничего не вижу. Воздух ощутимо похолодел.

— Завтра ведь первое апреля, праздник весны, вот мы к нему и готовимся, — сообщила Эла.

— Какой еще праздник? Вы ток недавно праздновали какую-то другую фигню.

Действительно, только праздников мне не хватало.

— Это не масштабный праздник, он не является выходным, просто мы организовываем его для учеников, которые хотят повеселиться, отдохнуть. Тебе необязательно на нем присутствовать, он просто по желанию, — она начала оправдываться.

Кружок этих традиций для того, наверное, и был создан, чтобы народ развлекать. Я хоть и против, но понимаю, что это, в принципе, нормально — организовывать досуг. Он хотя бы как-то связан с культурой.

— Ну раз мне не нужно присутствовать, то все в порядке.

Мне остается только ждать результата стычки. Момента, когда Шико соизволит растопить тут все. Надеюсь, он наступит раньше, чем я задохнусь.

— Хорошо, что ты перезвонила, а то я совсем забыла сказать, что встретила директора, и он просил передать, чтобы ты зашла к нему через час.

— Ясно-понятно, — я только и могу, что подавить тяжелый вздох. — А для чего, не уточнял?

Задолбали. То говорят «не приходи», то «приходи». Что творится с моим графиком? В любом случае было бы неплохо согласовать некоторые вопросы по интервью.

— Нет, не уточнял, сказал, что это ненадолго, и просил не опаздывать.

— А если я умру, можно не заходить?

Несмотря на то что воздух похолодел, мне стало душно.

— Можно, — она произнесла это как-то по-особенному добро. — Ну, я, пожалуй, пойду, мне нужно помочь тут.

Я услышала, как кто-то зовет Элу.

— Иди-иди, кто я такая, чтобы насильно держать тебя?

Хотела спросить, какие новости, но что-то желание пропало.

— Не обижайся! — произнесла девушка, после чего положила трубку.

Я убрала телефон и, закрыв глаза, тыльной стороной головы прислонилась ко льду. Самое время расслабиться и подумать над тем, как я буду объяснять все то, что произошло тут...

******

Не знаю, сколько прошло времени с того момента.

Звезды (вот такие ******), много звезд. А появились они тут от того, что меня окатило потоком ледяной воды и я ударилась головой о пол, так как позади меня исчезла стена. Растопили лед...

— Спасибо за бодрящий душ, сеструня.

Беда. Весь коридор залило водой. Однако, оценивая масштаб бедствия, можно сказать, все закончилось хорошо. Техника в комнатах не пострадала, и в целом все в порядке, ограничились коридором. Аж от сердца отлегло.

— Надеюсь, ты довольна? — несколько раздраженно произнесла Шико. Она, приобнимая, держала Кану, смотря девчонке прямо в глаза. — Из-за твоей прихоти мы обе могли лишиться жизни.

— Вас что, тренировали перекладывать вину на других? — я выжимаю волосы. Снимаю рубашку. — Это не я устроила тут погром и не я решила ввязаться в драку. Я так-то отговаривала вас от этой затеи.

— Но ведь это ты хотела, чтобы не было разрушений? Мне куда проще было решить все полной неконтролируемой заморозкой всего вокруг. Но из-за тебя мне пришлось постараться.

— Спасибо, царь батюшка, мне приятно, — я подошла ближе.

Какая щепетильная ситуация. Похоже, Шико не может отвести взгляда, а Канашима залилась краской, взгляд ее помутнел, подобрел. Она, кстати, тоже вся промокла до нитки. Хотя бы не одна я страдаю. Вот оно как работает, значит? Как мило видеть девочку такой. Правда, я думала, что на меня сила нашей принцессы так работает из-за зеленой жижи Лионы.

...

...

...

Видать, я и вправду особенная. Не зря я все-таки главный герой!

— Можно мне теперь-то узнать, какого черта тут было и нафига это было делать?

— Эта девочка — переносчик заразы. Она передала ее тебе, а ты мне, понимаешь? Я уже сталкивалась с этим раньше и потому пришла сюда, чтобы помочь тебе и разобраться с ней. Не знаю, в курсе ли ты, но эти существа, похоже, таким образом помечают своих избранников и после могут чувствовать передачу яда — это считается изменой. Потому если бы я не вмешалась, то, вероятнее всего, ты была бы уже мертва.

— Шико, — я, тяжело вздохнув, закрываю глаза, почесывая возле виска. — Если ты знала больше меня, то почему, ответь мне, пожалуйста, нельзя было просто прийти и поговорить об этом? Всего этого можно было избежать, просто поговорив!

Не знаю, че меня больше бесит в этой ситуации: то, что я мерзну мокрая, стоя и смотря на них, или долбанутость этой бабы.

— В той ситуации ты бы послушала меня? Я слабо в это верю, — раздражительность пропала, и теперь девушка говорила спокойно.

— Можно было хотя бы попытаться, чисто логически я бы пошла навстречу, поняв, что ты знаешь то, о чем знать не должна, не? И да, если тогда я бы плюнула на все, сказав «проваливай», то почему сейчас, перед всем этим, нельзя было просто нормально все объяснить?

— Я ориентировалась по твоему отношению к ней. Думала, что поскольку ты позволила мне прийти сюда, значит, ты ни о чем не знала. Сложно было бы все объяснить, чтобы ты прислушалась ко мне. Чтобы не отговаривала меня. Следовательно, я считаю, что поступила верно, и вот сейчас я могу тебе обо всем рассказать, — она старалась говорить очень сдержанно и спокойно, хотя понятно, что ситуация сейчас не самая удобная.

— Я привела тебя сюда, потому что запретить тебе что-то невозможно, ты все равно поступишь по-своему.

Верно я говорю?

— Видишь, у тебя абсолютно такое же предвзятое отношение ко мне, как и у меня к тебе. Мы друг друга не поняли, неправильно оценили. Такое бывает, ничего не поделать, — девушка сделала небольшую паузу. — Давай ненадолго отложим этот разговор, мне нужна твоя помощь.

Меня аж распирает от злости. Наверное, это из-за того, что, когда есть физический дискомфорт, моральный только добавляет остроты. Что поделать. Нужно как-то по-быстрому познать дзен.

— И что ты хочешь, чтобы я сделала?

И кто еще мне скажет, что я не добрая душа? До последнего иду навстречу. Я ведь понимаю, что у нас положение такое себе, но было бы забавно просто взять и уйти, оставив ее с Каной наедине.

— Я хочу, чтобы ты вскипятила воду, налила ее в какую-нибудь большую миску и добавила туда сахар.

— Зачем? — логично родилось в моей голове.

— У твоей проблемы, связанной с ней, есть решение, потому мы будем готовить отворот для этой девочки.

— Дичь какая-то. А та белая фиговина, наверное, была приворотом для меня? Не академия у вас была, а прямо ведьминский очаг.

Не могла не вспомнить об этой мерзкой жиже и не оценить все тонкости, которые я узнаю об их учебке. Да, может быть, зельеварение никак не связано с их школой, но какая разница-то, когда передо мной венец всех учеников той шараги.

— Пожалуйста, Арквейд, — деликатно говорила Шико, намекая, что сейчас не лучшее время для шуток.

— Ладно, как скажете, пойду, заодно полотенец наберу себе.

******

Пока кипятилась вода, я убирала коридор, хотя стоило бы заставить ледяную барабашку это делать. В это время Шико рассказала мне о том, что в их академии была девушка с тех же краев, что и Лиона, и у нее была точно такая же проблема. Она пыталась убить нашу королеву, только сил у нее было в десяток раз меньше, чем у Каны. Изучением этого феномена занималась ее мать, но, к сожалению, исследование закончить не успела. Мать Шико погибла, а потому все исследования были прекращены, однако девушка собирается продолжить то, что начала ее маменька, и докопаться до сути. И такая проблема присуща только жителям острова Сурью, который принадлежит Сампии.

Также Шико сказала о том, что есть способ вывести эту заразу на ранней стадии (она обозначила срок в полгода). И это была та дрянь, которую она приносила мне. Это стало лишним поводом сказать мне, что я не ценю заботу. Ну, мне ведь сказали, что это от нервов все-таки.

Мы приступили к зельеварению и процессу отворота. Да, я в такую фигню, конечно же, не верю. Но факт остается фактом. Шико предупредила меня о том, что вещь будет нелицеприятная и это может изменить мое представление о ней, и потому попросила меня подождать ее снаружи, но я сказала, что я не из пугливых, так что останусь тут и помогу, раз уж начала помогать. Да и как она сама все сделает, если она ограничена в движениях и обзоре?

Не скажу, что это прямо изменило мое мнение, но называть ее милой принцессой язык не повернется. Девочки ведь так не делают. Ха.

И поскольку рейтинг нашего повествования 16+, а происходила какая-то дичь, которая может вызвать у читателя неприятные ощущения, нам придется уйти на рекламу.

Рекламное место свободно, и вот оно. Вот тут. Прямо в этой рамке.Оригинальная и необычная реклама от Арквейд.Пихну такую рамку в любое место в главе. Кроме начала. А можно и в начало, если доплатите.Прорекламирую ваши произведения, изобретения, рисунки и вообще все, что угодно.Дорого, неэффективно, но зато весело.Гарантий не будет.Пишите в лс. Договоримся!Я талантливый рекламщик, та-та-та-да-да, а все говно!

Шико отпустила девчонку. Канашиму затрясло, она схватилась руками за голову и подавила рвотный позыв. Ее охватила паника, и она убежала куда-то по лестнице вверх.

— Не иди за ней, — Шико схватила меня за руку, остановив. — Скорее всего, она не понимает, что происходит. Я не знаю, что сейчас творится в ее голове, но она будет в порядке.

— После такого и я бы уехала из страны. Или убила бы тебя и всех свидетелей, а после месяц прочищала бы желудок и рот. Но у меня осталась бы психологическая травма на всю жизнь. Можно ведь было что-то более приемлемое придумать?

Если так подумать, то в принципе-то ничего особенного, но, как бы это сказать, очень противоестественно, мерзко. Если нужно было бы описать, то я сказала бы, что это почти как пчелка мед делает. При просмотре сложно становится удерживать содержимое желудка. Кто понял, тот понял, а кто нет, интернет у вас всегда под рукой.

— У меня был ограниченный запас времени, потому что есть, то есть.

******

Мы до конца убрали все за собой, и я, как обычно, собрав шприцы и банки, забрала коробку. Наш разговор продолжился уже на улице.

— Скажи мне, Арквейд, тебя совершенно не смущает, что такая девушка как Кана находится здесь?

— Может быть, раньше и смущало, но сейчас нет.

Не буду скромничать и скажу, что я не робкого десятка. Потому я хоть сначала и обалдела, увидев Лиону, но мне стало интересно, и спустя время я нашла к ней подход, общий язык и привыкла. Девчонка-то она в целом неплохая, своеобразная. Сейчас она довольно аутична, но могу сказать, что я хорошо к ней отношусь. Не хочу признавать, но даже поддерживаю ее в чем-то и помогаю.

— То есть, ты считаешь нормальным, что девушка с такой силой, которую настигают приступы ярости, проживает тут? — Шико говорила спокойно, но было внутреннее ощущение того, что моими словами она не была довольна. — Ты понимаешь, что даже если вероятность того, что она выйдет и убьет кого-то, равняется одной сотой процента, то ее априори не должно быть тут?

— Такая вероятность выйти и убить кого-то есть и у меня, но я же тоже тут. У всех свои особенности, — и это не шутка. Достаточно вспомнить брата Элы. — Даже в правилах есть отдельный пункт на этот счет. Он призывает быть внимательным и толерантным, если мне память не изменяет.

— Я утрирую. Ты же понимаешь, что она ненормальная? Эта девочка была готова убить тебя и меня заодно. Понимаешь? — в ее спокойном ровном тоне накапливалось недовольство. — Мне стоит пойти и разобраться с этим, побеседовав с директором.

— Послушай. Давай не будем торопиться. Кана девочка хорошая, и она совершенно не виновата, что стала такой. Начнем с того, что она бы никого не убила. Лиона дала тебе взять себя, потому что, несмотря на свои вспышки, она не желает убивать. Девочка прекрасно осознает, что это плохо. Ты видела, на что она способна? Стоит ей захотеть, не то, что твой лед, ей зигованная сталь по барабану. Она могла спокойно атаковать, разбив окна, пробив стены, но она этого делать не стала.

— Ты что, пытаешься защитить того, кто тебе угрожает? Не хочу тебя расстраивать, но она уже не человек. И то, что она ведет себя как человек, это не значит, что она является им. Это дело времени, когда Канашима превратится в животное и выйдет на улицу всех убивать. Ты же не хочешь этого допустить?

— Не разбрасывайся такими заявлениями. То, что было у вас там, и тут —даже не слишком-то и похоже.

Та история закончилась не очень хорошо, да и в целом была иной.

— Нельзя судить, ведь у твоей истории еще нет конца.

— Слушай. Ты ведь ничего о Лионе не знаешь. Она вполне обычная девочка со своими интересами и увлечениями. Мы уже довольно много времени провели вместе, и иногда было даже весело. Может быть, она странная, но она так же, как и все, грустит. Скучает. Она слушает музыку прошлых десятилетий только потому, что в ней хранятся воспоминания о ее детстве, родителях, школьных годах. Это отчасти ее сожаление. Кана так же, как и все, учится, развивается. Только из-за этих лекарств она становится аутичной, — я показательно тряхнула коробкой.

— Ты прониклась чувствами к монстру? — мадам взяла одну ампулу из коробки и начала вертеть ее в руках, разглядывая и нюхая.

— Думай как хочешь, но давай просто не будем торопиться, не лезь в это дело, не усугубляй положение Каны.

Почему-то мне представляется картина, как Шико забирает ее себе и препарирует в какой-нибудь лаборатории.

— Как же ты глупа, — с некой надменностью проговорила девушка, бросив ампулу обратно.

Надо бы разрядить атмосферу. А то что-то очередной ссорой попахивает. А мне ведь начинало казаться, что если постараться и прислушаться друг к другу, то мы вполне можем прийти к взаимопониманию.

— Вот, смотри, Канашима научила меня лунной походке, — я ставлю коробку на землю. — «А Шико Аглаофотис не моя любовница! Хотя и утверждает, что я ее единственная! У!»

Я делаю паузу, заканчивая демонстрацию.

— Здорово?

Она прямо очень тяжело вздохнула, видимо, посчитав меня идиоткой.

Разрядить атмосферу не вышло.

Шутка была не особо удачной.

— Я так понимаю, что ты не можешь решить эту проблему? И, кроме того, за долгое время общения с ней ты даже не задала вопрос другим, почему это тут? Не держи на меня обид, но я пойду к директору и лично поговорю обо всем. Интересно услышать его аргументацию, ведь, похоже, у него какой-то свой взгляд. По крайней мере, он хотя бы взрослый человек.

Под словом «взрослый», я думаю, она имела ввиду серьезный. Серьезен ли директор? Ну не знаю. Иногда кажется, что нет. В любом случае я лишний раз убеждаюсь, что была права, и если ей что-то взбредет в голову, то все, останавливать бесполезно.

— Слушай. Хорошо, разбирайся. Но знаешь, ты ведь богатая, умная, исследования всякие проводишь вместе с другими, да? Так если можешь, то лучше помоги Кане и вылечи ее. Для тебя ведь нет ничего невозможного? Ты ведь можешь сделать что-то такое?

Приходится немного задеть ее, сыграв на чувстве собственной важности.

— Я не господь бог. И кроме того, похоже, ей и без меня пытаются помочь, — она бросила взгляд на коробку, а после повернулась ко мне спиной и медленным шагом пошла прочь.

— Да ладно тебе, подруга! — кричу я ей вслед. — Ты отдохни. Остынешь, а там и поговорим! Не действуй на горячую голову!

Мне кажется, мы просто и не особо пытались разложить все по полочкам.

Шико остановилась.

— Кто сказал тебе, что я твоя подруга? — не поворачиваясь, произнесла девушка.

«Вооооооооооооу» — пронеслось в моей голове.

— Это было жестко! Но ок, я тебя услышала.

Мы прогрессируем. Ссоримся и миримся на дню уже не по разу. Помнится, в школе учителя в шутку сводили подобные пары вместе. Какие страстные отношения.

На этом диалог и закончился, она просто ушла, а я, конечно же, не из тех, кто пойдет следом, чтобы доставать.

******

Вернувшись домой, я принимаю душ и оставляю вещи сушиться. Раздумывая о ситуации и Шико, вспоминаю о номере девушки, который дал мне Акира. Прежде чем я отправлюсь к нашему доктору, а после к директору, я решаю потратить время и узнать побольше о поведении моей дорогой подруги. Попытаюсь в очередной раз понять, о чем она думает, и, возможно, немного успокою себя.

На самом деле разговор вышел неинформативный, потому я попробую обрисовать общую структуру.

Я звоню.

Рика сразу узнает меня, жалуется на прошлый раз, интересуется Шико.

Я не отказываю себе в том, чтобы вспомнить прошлое и пошутить, задев чувства врунишки.

Бомбежка. Ссора. Негодование.

Я извиняюсь. Объясняю, что не могу удержаться. Говорю, что характер у меня паршивый.

Она оттаивает. Смеется. Что-то минуты две рассказывает о Шико из воспоминаний, никак не относящихся к делу. Говорит о том, что хоть их дорогая айдору и не показывает своих чувств и намерений, но она жутко не любит, когда ей перечат, прямо бесит это ее.

А я-то как раз постоянно этим занимаюсь. Неудивительно, что ее разносит.

Еще их учили делать дело, а не болтать языком. Я понимаю, что имеется в виду, но не могу не отметить, что как-то все исказилось в голове моей любимицы. Рика строит теорию о том, что, кажется, госпожа Аглаофотис позволяет себе здесь больше, чем там, в их академии.

Позволяет больше? Видать, хочет отойти от образа.

Она удивляется тому, что мы продолжаем довольно тесно общаться. Значит, я ее действительно заинтересовала. Говорит не обращать особого внимания, скорее всего, Шико так подбирает ключик к моему сердцу. В смысле, подход, это я утрирую. Ха.

Ясно. Что мне тут еще сказать?

Я уже поняла, что девушка была довольно далека от Шико. Наша айдору, похоже, держала ее на приличном таком расстоянии и рассказывала намного меньше, чем мне. Даже показалось, что персонаж Рики значительно отличается от моего.

Девушка говорит о том, что мне лучше было бы спросить об этом у Морган, ведь с ней Шико общалась гораздо теснее.

Я интересуюсь, кто такая эта Морган.

Она, как и я, президент энного корпуса. Девушка, которая должна была поступить вместе с мисс Аглаофотис, по крайней мере, собиралась. Рика была искренне удивлена, узнав, что я не понимаю, о ком идет речь. Сказала, что, наверное, отложили, и возможно, позже она приедет к нам. Что-то там про заморочки с бизнесом плести начала.

Тут как гром среди ясного неба меня пробило на гениальную мысль:

— Шико съезжает за день до новости о таинственной девушке — подготавливается.

— Мне рассказывают о Морган, которая якобы должна была перевестись с Шико.

— С утра не было никаких планов, и тут внезапно меня к себе зовет директор.

7/7/7

Мы, верно, скатываемся в коллекционирование большого числа женских персонажей.

Собственно, меня переклинивает. Я напрягаюсь и прошу рассказать мне о новой личности, что заблистала на горизонте.

«Тизер? Уже, похоже, совсем близко, пора готовиться»

Услышанное меня совсем не обрадовало.

Мне представили ее как девушку принципиальную, с тираническими наклонностями.

Ну, зная мою айдору, я чот не удивлена, но…

В общем, эта Морган была президентом одного из корпусов. Девушка беспринципная и жутко не любила нарушения правил. К другим корпусам она относилась холодно и не говорила, что делать и как им поступать, не вмешивалась в работу, но в своем ни с кем не церемонилась. Похоже, таких, как я, она на дух не переваривала и все делала для того, чтобы девочки были «хорошими», все ради своего корпуса и академии. Меня предостерегли, что, скорее всего, у меня будут жуткие конфликты и, возможно, на мой престол посягнет еще одна сумасшедшая баба. В общем, замотивировали меня по самое не хочу. Страшно представить меня, Шико и эту Морган вместе. А еще, учитывая последние события, я явно не в выигрышном положении.

Мээ, пора бросать этот студенческий совет, на кой он мне.

Тут Рика берет быка за рога и начинает свои расспросы.

Тикаю.

Как и прошлый раз, трубка мистическим образом сама собою кладется.

Пойду за антидепрессантами, а после на казнь.

50.Пятница, 31 марта (часть 6)

Удивительный факт — помимо нашего главного врача, Камилы, есть и другой медицинский персонал, в частности, у нас имеется пара психиатров. Это очень важно — следить за психическим состоянием учеников и замечать отклонения, и все такое. Вот Шико говорит, что у Каны одна сотая процента вероятности слететь с катушек. Да у всех такой процент, а у меня и того выше. Ха. Так что это вам не... Ну вы поняли, важно контролировать состояние, особо второкурсников, чья нагрузка в разы выше. Так, психотерапевтов у нас двое: один в первом корпусе и один во втором. Можно периодически встретиться с ними в коридорах, на улице, где они просто наблюдают за всеми со стороны. Я ведь обещала разобраться, потому попросила Камилу отправить нашу Амаю во второй корпус, на проверку к дядьке, который может поверхностные мысли читать. После сама с ним побеседую, послушаю результаты. Ведь лучше сразу решить эту проблему с ней, перестраховаться, а то потом она станет большой проблемой на мою жопу. Уж извините, госпожа Хофлер, я из чувства заботы.

Стандартный отчет. Проверки, после которых можно двигаться дальше...

********

Немного опоздала.

Что поделать.

Я останавливаюсь перед дверью, ведущей в кабинет директора. Оглядываюсь по сторонам, а после смотрю в дверную скважину. Это моя перестраховка. Когда знаешь заранее, проще как-то себя морально настроить. Учитывая, что мне, наверное, и про Кану надо как-то рассказать.

Не видно ни черта. Я прислоняюсь к двери ухом. Если услышу беседу, значит, мои догадки верны.

— Арквейд Либерт, что Вы делаете? — директор подошел как-то совсем незаметно.

Я медленно повернула голову, взглянув на мужчину.

— Понимаете, я тут за ручку когда взялась, она хрустнула так, и вот я подумала, что что-то сломала, наверное, нечаянно. Решила вот проверить, послушать, — я показательно несколько раз опускаю-поднимаю ручку, а после выпрямляюсь.

К слову о джек-поте, где в награду была получена информация о новой девушке. Да, это была правда, и передо мной была она.

Мы посмотрели друг на друга и, встретившись взглядами, улыбнулись. Ее дружелюбная улыбка, говорящая о забавности ситуации, полностью рушила в моей голове выстроенный доселе образ. Она казалась мне вполне обычной. Голубые глаза, взгляд, не лишенный интеллекта, с долькой лукавости. Мимика не слишком умного, не слишком злого и не слишком ветреного человека, вполне себе обычная, добродушная. Не было ни раздражения, ни недовольства, ни порицания, ничего такого, доля интереса и скорее иронии. Вполне располагающее к себе лицо, мимика которого говорила о том, что ситуация выходит забавная. Светлые волосы, отдающие какой-то легкой синевой. На ногах черные чулки и, в лучших традициях секты Аглаофотис, платье. В нем она выглядела достаточно элегантно. В отличие от Шико впечатление она произвела на меня хорошее. Моя сила посчитала ее самой обычной, самой нормальной, самой невинной из всех моих знакомых. У меня будто камень с души упал, и от того сразу повысилось настроение. По девушке я сразу могла определить ее отношение ко мне и к тому, что она теперь учится тут. И оно самое ОБЫЧНОЕ, в плане, Морган явно была готова и к встрече со мной, и к поступлению. Не было каких-то завышенных ожиданий. Вероятно, она вообще ничего не ждала.

— Хорошо, я попрошу посмотреть, что с ней, а пока пройдемте в кабинет, — наблюдательный директор подметил, что мы по-доброму улыбнулись друг другу, и решил пока отложить представление.

В этом, пожалуй, и есть особенность моей силы: ты либо сразу напрягаешься, либо сразу расслабляешься, либо, либо, либо. Ха.

********

Нас представили друг другу, и все по стандартной программе. Немного информации, и в добрый путь. Вот вам новая ученица, пожалуйста, посвятите ее в тонкости жития-бытия.

Я попросила директора об аудиенции, и Морган ненадолго оставила нас наедине. Начала издалека. С интервью. Ответ в виде «ты и сама все знаешь» и «возлагаю на тебя надежды» — это явно не то, чего я ждала, но да неважно. Плавно перетекаю на Канашиму и то, что произошло, опуская подробности. Лучше нанести упреждающий удар, чем ждать, пока все само всплывет. Ответ меня удивил. Сказали мне, что все в порядке, не стоит об этом думать. И еще, похоже, Шико все же заглядывала, но вопреки моим ожиданиям не пошла в разнос, а наоборот, они культурно поговорили, и я так понимаю, она взяла всю вину на себя.

Моя ты зайка, я знала, что ты доброй души человек. Мне приятно.

В подробности меня не посвящали, но я почему-то чувствую, что от моего взгляда явно что-то ускользает.

********

— Большая у вас академия, — стоило мне выйти, как Морган тут же начала диалог.

Сделала она это специально, чтобы не возникло неловкости. При этом она снова улыбнулась мне, и ее улыбка была довольно скромной, я бы назвала ее деловой. Ей она просто хотела показать, что «не стоит из-за меня напрягаться».

— Это да, что есть, то есть.

— Сложно представить, как используется вся эта территория.

— В двух словах и не расскажешь, — я усмехнулась и показала ей следовать за мной.

Все, чего я хочу, чтобы сейчас Шико не было в кабинете совета. Хотя можно было бы передать ей подругу и свалить под шумок. Тогда без разницы.

Логика — моя верная подруга.

— И не нужно. Мне интересней будет узнать все самой, — голос девушки был спокойным и ровным, только в отличие от ее подруги, по ней можно было понять, что она чувствует. — Я так полагаю, тебе уже обо мне рассказывали, ты совсем не удивилась новому ученику.

— Полагаю, и тебе обо мне тоже?

Как говорится, заочно знакомы.

— Да, но то, что увидели мои глаза, не совсем соответствует тому, что мне о тебе рассказывали, — одобрительно кивнув мне, Морган слегка улыбнулась.

Это несколько напрягает, учитывая ожидания. Если рассказывала Шико, то… Пожалуй… Доля правды в ее словах, наверное, была... Не стоит возлагать большие надежды и принимать мою вежливость за что-то большее.

— Ну, мне тоже преподносили тебя как деспотичную девушку с жестким характером. Можно сказать, условно мой враг, — я преподнесла это как шутку.

— В некоторой степени это так и есть, — тон ее голоса сменился на более серьезный. — Я тиран, не терпящий неподчинения. Пресекающий нарушения. Но это касается только работы. Это мой взгляд на вещи, я считаю, что пост главы обязывает к этому.

Неудивительно, что вы с Шико подружились. Да, нам будет непросто.

Мы добрались до студенческого совета. Внутри было пусто, но почему-то дверь была открыта. И кто это такой халатный?

— Хочешь тут также стать главой студенческого совета?

Если мне сейчас скажут «да», завтра я пишу, как говорится, по собственному желанию. Нервы дороже.

— Нет. Тебе не о чем беспокоиться. Я предпочитаю не вмешиваться в чужую работу. Даже в Хару, когда в других корпусах были беспорядки, я стояла в стороне, управляя только своей областью. У каждого свой взгляд и свое виденье. Если твоя работа неэффективна и глупа, тебя и без моего участия сместят, — она заметила, что я слегка напряглась из-за прошлых слов, а потому ободряюще улыбнулась мне снова, посчитав это забавным. — В целом мне хватило времени на посту в Хару, тут я не хочу этим заниматься. Лучше буду думать об учебе и бизнесе. А к вам присоединюсь в качестве рядового члена совета. Если ты, конечно, не против.

— Лишние руки никогда не помешают, — я прохожу к своему креслу и кладу отданные директором бумаги на стол, падая в кресло. — Подходи. Давай начнем со снятия мерок, посмотрим, есть ли у нас форма под тебя.

— Не бери в голову и веди дела, как ведешь, я тебя не осужу, — Морган подошла ко мне и начала снимать платье. Снималось оно как-то заковыристо. — Мне по большей части все равно. Отношения и происходящее меня беспокоят, только пока я на посту главы. У меня свой взгляд на вещи, а если у тебя другой, то я приму его. Буду просто исполнять порученные мне обязанности с должной долей старания.

Это новый луч света в нашем царстве хандры? Деловая дама без дебильных заморочек — это то, что мне надо.

Она была хорошо сложена, и по ее телу было видно, что новенькая занимается спортом. Кожа бледноватая. Грудь чуть меньше моей, где-то на размер или половину. В росте она уступала мне всего на пару сантиметров. А еще у нее был изысканный выбор нижнего белья, однако такое мы не оглашаем. Но я всеми руками одобряю ее вкус.

Не знаю почему, но при снятии мерок обычно всегда тишина. Видать, процесс интимный. Ха.

— Так в каких вы с Шико отношениях? Вы ведь, я так понимаю, уже нашли общий язык и сблизились? Перешли в более тесную связь?

Что-то в этой ее интонации было не так. Я, сидя на стуле, меряла талию и тут остановилась, взглянула снизу-вверх в ее глаза. Мне показалось, что во взгляде Морган было что-то хищное, от чего я невольно подумала о разных там наклонностях мэсов.

— Не то, чтобы так.

Я бы могла сказать «нет», но мне стало интересно узнать, нет ли действительно каких-то отклонений в голове новенькой. Типа как, может, в их академии, там все повернуты на Шико. О таком лучше знать заранее.

— Просто, понимаешь, скажу тебе сразу, не тая, я — ее невеста, — как гром среди ясного неба прозвучали ее слова.

К такой фигне меня никто не готовил.

— Вот как... — протягиваю я, отпускаю ленту и берусь за ручку, начиная записывать цифры. — Ясно.

— Ты не подумай, я не против, — Морган скрестила руки на груди. — Шико всегда была девушкой, слегка любвеобильной. Часто заводила легкие интрижки. Ей они нужны для поддержания нормальной работоспособности, чтобы всякая чушь в голову не лезла. Я принимаю ее особенность. Что бы там ни было, в конце мы все равно будем вместе. Так уж решили наши родители. В целом-то мне все равно, делайте, что хотите. Просто не хочу, чтобы в будущем из-за этого возникло недопонимание.

— Ладно, пойду посмотрю, есть ли что в кладовке, — взглянув на девушку, я отправляюсь за формой. — Мы не в тех отношениях, о которых ты могла подумать, потому мне безразлично, что там между вами. Меня это касаться не должно.

Судя по улыбке, то, что эта вещь застала меня врасплох, ее позабавило. Лучше не думать и абстрагироваться от всего этого.

Я захожу в кладовку не так часто, но могу точно подметить, что содержимое склада как-то подозрительно быстро уменьшается. Тут довольно много всяких разных специфичных вещей... И не столько меня волнует вопрос, кто это растаскивает, сколько — на кой черт и как он использует эти вещи, вернее она.

— Выгляни, пожалуйста, посмотри на меня, — услышала я через минуту.

Я вздыхаю, но следую просьбе девушке.

— Что-то не так?

Она улыбается, смотря на меня, заводит руки за голову, поправляет волосы, а после выпрямляется.

— Неужели ты и вправду поверила в это? Я ведь пошутила. Мы просто партнеры по бизнесу, — Морган, так скромно прикрываясь рукой, рассмеялась.

— Откуда мне знать, что у вас там, у богатых, за отношения? В любом случае подъеб засчитан.

Неплохо проделанная работа. Ценю.

Не понимаю, как эта девушка подружилась с нашей принцессой.

— Понимаешь, производство моих родителей не особо большое, но конкурентоспособное. Мы уже обо всем договорились. По планам мы присоединимся к корпорации Пион и продолжим торговать, но уже под ее брендом. Там свои условия и прочее. В итоге это должно повысить нашу прибыль и помочь производству. Я в будущем буду входить в совет директоров, заведуя своей областью. Потому я тут, рядом с Шико, чтобы мы могли вместе обучаться и иметь возможность налаживать контакты. Это важно, — объясняла девушка, и по голосу чувствовалось, что она после своей шутки прибывает в прекрасном расположении духа. — Так, а что между вами? Я слышала кое-что от Шико, но так и не поняла до конца.

Кажется, у Морган более серьезный взгляд на пребывание здесь, чем у любого другого.

— Наверное, сейчас большинство в академии верят в то, что мы с твоей подругой встречаемся. И я, и Шико делаем все, чтобы поддерживать этот слух, хотя на самом деле все не так, — я нахожу подходящую юбку и блузку, больше ничего нет. Выношу что есть. — Просто впервые дни ее поступления как-то все завернулось, что, ну... Мы поцеловались, короче, а после по накатанной пошло. Не знаю, что там Шико решила для себя, а мне всегда было интересно смотреть на развитие событий. Вот так. Сейчас мне все равно, даже забавно. Миллиардерша, красавица, какой-то там идол встречается с непутевой главой студенческого совета. От такого чувствую себя важнее. Как банальный сюжет, разве не весело?

Почему-то мне так неудобно говорить о поцелуе с девушкой. Хотя должна сказать, с каждым разом все проще. Начинаешь иронизировать над этим. Стебаться.

— Эх, Шико, Шико, — она надевает форму. — Ее, наверное, я еще могу понять, но вот ты довольно странная. Обычно девушки либо идут к ней, либо наоборот, но, чтобы так, это впервые. Неудивительно, что Шико решила поддерживать этот слух. Она любит странности, а я, еще когда по телефону говорила с ней, сразу поняла, что ты ее заинтересовала. Любишь создавать образы для публики?

Я ведь тоже люблю странности. =_=

Да, у меня нет слов, чтобы описать, что я не особо рада такому сходству. И да, я только сейчас обратила на это внимание, когда малознакомое лицо произнесло это.

А еще я, несомненно, рада, что есть человек, который утверждает, что понимает Шико. Если сдружимся, смогу к ней обращаться за разъяснениями. Судя по тому, какой выстраивается непринужденный диалог, найти общий язык должно быть несложно.

— Нет, я просто тупая, — утверждаю я. — Не люблю проблемы и скуку, но, когда развеиваешь скуку, тебя находят проблемы. Парадокс.

Мой ответ вызывал у Морган смешок.

— Специфичные, выходит, у тебя способы развеять скуку.

Несмотря на то что после платья я слабо представляла ее в форме, удивительно, она ей очень шла. Из-за чулок, юбки и сочетания черного и белого она выглядела очень элегантно. Надо тоже Эле юбку покороче сделать, надеть на нее чулки и приталенную блузку.

— И не говори.

Мне стало жутко любопытно посмотреть, как же она с моей возлюбленной общается.

— Ваша форма показалась мне довольно интересной, — девушка подошла к зеркалу. — Думала, будет не очень, но на самом деле сморится отлично.

Я взглянула на часы. Полчаса до моего интервью.

— Слушай, у меня на самом деле не так много времени, есть еще запланированные дела, потому я пока не буду смотреть твою анкету и рассказывать обо всех тонкостях. Ты ведь, полагаю, подселиться хочешь к Шико?

— Да, конечно, если это возможно.

Вот наша госпожа Вам все и расскажет, объяснит, если она, конечно, дома. В любом случае увидитесь вечером, если что. А я уже познакомлюсь с новенькой получше завтра или вечерком. Я рада, что она разрушила мои ожидания.

Несмотря на то что мы собирались закругляться, возились еще минут десять.

Видать, сегодня мне на судьбе написано опаздывать.

Я повела ее в жилой корпус. Мы говорили о том о сем. Вправду приятная девушка. Не напрягает. Единственное, жаловалась на то, что от академии до жилого корпуса идти непомерно далеко, как-то это глупо. Дело привычки. Мне тоже так казалось, а теперь даже не замечаю, как хожу туда-сюда. Она оказалась не такой богатой, и слуг у нее нет. Это скорее плюс. Но вещи ей, как и Шико, привезут вечером.

********

В доме Аглаофотис я почувствовала себя лишней. Герхард проигнорировал меня и поздоровался только с Морган. Он даже улыбкой приветливой ее одарил. Похоже, они уже давно знакомы. Впрочем, это меня не удивило. Я на прощание сказала лишь «обустраивайтесь, а я пойду» и, уходя, пересеклась взглядом с Шико. Походу, она обижена на меня. Ее неприветливость показалась мне показушной. Пусть подуется, это мило, учитывая, что я знаю, что она пошла мне навстречу.

51.Пятница, 31 марта (часть 7)

— Ну и почему интервью у меня берешь ты? — после нескольких минут молчания интересуюсь я.

Когда я пришла, напротив, сложив ноги на стол, сидел Нео. Мы, окинув друг друга взглядами, лишь брезгливо поздоровались. Этого ведь стоило ожидать?

Но это была всего лишь шутка.

Один очкастый товарищ, знающий о наших отношениях, случайно по пути сюда встретил Нео в коридоре и подумал, что это будет забавно. Устроил, так сказать, маленький розыгрыш. Может, это и забавно. Не знаю. В общем, потом из-за ширмы показались глава кружка журналистики и Сугата. Баба, хитро улыбнувшись, утащила с собой Нео, закрыв дверь с обратной стороны, и вот мы с задротом остались наедине.

Парень сложил бумаги в стопку и, постучав ими по столу, посмотрел на меня, широко улыбнувшись.

Не к добру это.

— Я являюсь главным фанатом Вашего творчества! — начал парень. — А также считаю, что Вы лучшая глава студенческого совета из всех известных мне.

Воу, полегче с восхищением. Не перебарщивай с игрой.

— Тебе сразу сказать, куда пойти?

Я даже не думала о нем как об интервьюере. Он не тот человек, который любит выходить из дома и помогать кому-то, мне так казалось. Правда, если вспомнить о пьесе…

— Считаю своим долгом раскрыть глаза обществу и показать, какой Вы на самом деле хороший человек, — вдохновлено улыбаясь, говорил он.

Парень даже надел костюм и причесался. Так он выглядит даже вполне симпатично. Миленько.

Я, выдохнув, ставлю руку на стол и, подпирая голову, смотрю на Сугату.

— Ты что, так волновался, что что-то выжрал перед интервью для успокоения?

На самом деле, когда он чем-то воодушевляется, такая речь вполне в его стиле. Только вот не мог он мной воодушевиться. Ну не мог, и все тут! Сложно оценить, чего он хочет. Полагаю, у него какая-то своя идея, которая вертится вокруг меня. Может быть, это как-то связано с какой-то там героиней из новой новеллы? Так, интервью со мной не только отправится на сайт и в газету, но еще и на будущей игре отразится. Ну-ну.

— Что ж, давайте начнем, — Сугата положил на стол диктофон. — Расскажите о себе. Мы ведь мало чего знаем о Вас как о человеке. Чем Вы увлекаетесь?

— Кушать, спать, играть. Пожалуй, эти три пункта великолепно описывают всю мою жизнь. Ты ведь и сам все это знаешь, вот и напиши чего-нибудь.

Мы ведь с Сугатой давно знакомы, и я рассчитываю на него и его понимание меня. Давай опустим все левые вопросы и просто зададим основные, остальное сам. А то я уже чувствую боль от этих расспросов. Нечего рассказать-то даже. Просто боль в голове и звук «эээээ» в виде горлового пения. Я догадывалась, что это не мой формат. Если мне не пойдут навстречу, то, пожалуй, мне стоит попытаться плавно перетянуть этот диалог в другое русло.

— Так. Посмотрим, — он взглянул на листок. — Какую музыку Вы предпочитаете?

И чем этот вопрос лучше предыдущего? Такой же дебильный, учитывая наши отношения. Видимо, можно не ждать понимания. Что ж, хорошо.

— Эла, как-то зайдя ко мне в комнату, сказала, что я слушаю какой-то пиксельный пердеж и ор гамадрилов под звуки из ада.

Что-то такое и вправду было, да.

— Значит, Вы любите тяжелую музыку и треки из старых игр? Как это необычно. Мне тоже нравится музыка из ретро-игр. Люди прикладывали много усилий, выжимая все из восьми и шестнадцати бит.

Смотрю то на Сугату, то на свои ногти, думая о том, что раз мне не удастся избежать всей этой нудятины, то как бы внести во все это дело разнообразия? Прошло две минуты, а мне уже душно.

— Да я в курсе, — перебиваю я. — Я вообще все слушаю: и классику, и попсу, и метал, и прочее. Особо люблю трешак и песни, которые у тебя в мозгу на полдня застрянут, а то и на всю жизнь.

— Это что за песни такие? Приведите пример, — поинтересовался парень.

Сугата, дорогой мой, у тебя же тоже брали интервью. И да, ты другого типажа человек, но опыт-то можно было перенять?

— Ууу, это ты зря спросил.

Сейчас я выжру немного ваших нервов, а дальше будет легко. И тут понеслась родная знания выпячивать.

Стоп!

Уроки музыки с Арквейд Либерт:

Ребята, музыка — это самое прекрасное искусство, что когда-либо было создано человеком. И сегодня мы с вами поговорим о залипательных мелодиях, а точнее, об авторской классификации треша.

1) Андеграунд — песни, которые мало кто знает, но от этого они не теряют своего шарма.

Примеры просты: «Я лучший, потому что я лучший», «На ранчо живет цыпленок/курица/петух/кошка/собака/коза» и «Не нужны колготки, такой как я, красотке».

Это всего лишь примеры, ведь тут композиций очень много...

Возможно, вы ни о чем таком не слышали. Нужно сказать, вам повезло.

2) Современность — важно быть модным, идти в ногу со временем. Благо у нас сейчас с этим все хорошо.

Пример:

«Это модный блог, написал текст сам, написал текст сам, написал текст сам. Мне никто-никто, никто не помогал. Только динозавр, только динозавр...»

3) Классика — куда без нее? Многими любимая, задевшая струны души однажды, глубоко засевшая в подкорку музыка, которая будет радовать еще не раз. Спустя годы вы все равно будете вспоминать о ней.

Пример:

«Здесь первые мучения. Здесь только унижение. Здесь Адаму служение, дорога в ад. Здесь по долгам шатаются. И в первый раз сражаются. Да, только так рождается новый глава. Я стал новым главою, где же ты, мой совет? Все, что мне в жизни надо. Взять от жизни я рад».

Неважно, что мне приходится писать о себе в мужском роде. Вынуждена отказаться от привязки к полу ради звучания.

О многом можно здесь рассказать, но, к сожалению, уже звенит звонок и вам, как и мне, пора бежать. Мне ведь даже за урок никто не заплатил! Но мы еще увидимся с вами, детишки!

Ах, молодость, ах, музыка, как она прекрасна. Я веду уроки, м, я веду уроки, э, я веду уроки, а. На моей доске вся современная попса. Ха. Великолепно. Но! Возможно, спустя годы, когда блог станет классикой, а музыка устареет, половина, а то и вся эта рубрика будет вызывать чувство стыда.

Это все был сарказм. Не думаете же вы, что я настолько отбитая? А может быть, и настолько. Кто знает.

Парень не был в восторге от моих песен и пытался меня успокоить. Но так просто меня не остановить. Моя цель — убить в Вас побольше сил. Итого, мы слили на треш минут десять.

— Ну правда, Арквейд, хватит. У нас хоть время и не ограниченное, но... Лучше вот... — мальчонка явно не представлял, какой вопрос сможет меня заинтересовать. — Скажи, с каким существом ты себя ассоциируешь?

— С боссом-вертолетом. Битва со мной такая же тупая и не несет в себе никакого смысла. Ты что, вопросов из интернета понатырил? Тоже мне, интервьюер. Как же психология? Как же раскрутить оппонента, чтобы он рассказал даже то, чего не хочет?

— Это мой первый опыт в такой роли. Кроме того, мы не стремимся копаться в чужом белье и вытаскивать наружу всю подноготную. Понимаешь, чем больше я буду знать о тебе, тем лучше. Но если Вам это не по душе, то тогда перейдем к другим вопросам, — он снова оживился и, не дожидаясь ответа, тут же начал. — О чем мечтаете? Чего хотите добиться? Чем планируете заняться после выпуска?

Да, дорогой мой товарищ явно плохо знаком с устоями кружка журналистики. Им-то как раз только и нужно грязное белье. Они не будут рады услышать о моих мечтах. Такое интервью будет очень скучным, и после можно не ждать чего-то интересного. Он на стандартные «вопрос-ответ» наложит свою творческую жилку и накарябает какую-нить дичь, в которой я буду не я.

— Мечты, да? Ни о чем не мечтаю особо. Но, знаешь, до того, как в моей жизни появилась Шико, я мечтала о том, чтобы выучить авестийский язык и уехать в Маргиану и там стать женой Ферике Арлесиаса. Однако, поскольку сейчас в моей жизни появилась Шико, то все это не имеет никакого значения.

Кому вообще нужен какой-то певец, когда есть она. Как же я была глупа.

— Насчет Шико, это, пожалуй, один из самых часто задаваемых вопросов. Что между вами на самом деле?

Судя по всему, ему этот вопрос не очень приятен, но выбора нет, надо спросить.

— Ты ведь знаешь ответ и как обстоят наши дела на самом деле? По реакции вижу, в курсе. Но ты знаешь не все. На самом деле мы любим друг друга. И наши отношения намного глубже... — закрываюсь рукой и, перевалившись через стол, шепчу: — Просто я постельные сцены оставляю где-то вне. Ну, ты понимаешь...

— То есть вы встречаетесь? — он вздохнул и потупил взгляд в листы.

— За ее ледяной коркой много страсти. Люблю ее.

Такие слова очень легко говорить, когда ты угораешь.

— Так Вы знаете авестийский язык? Он Вам нравится? — Сугата решил перейти на более удобную для него тему.

— Конечно, я была целеустремлена, когда в семь лет увидела этого парня, — ни черта не знаю на нем помимо всяких песенок. — Этот язык мне кажется весьма эротичным, сексуальным, а еще там прикольная буква Р. Прямо не могу, доставляет мне. Вот смотри:

V̛̠̭͕̻͘͝a̛̯̦̫̳͈̜̹̫̝̥̞̯̪̩m̶̷̧̛̯̩͖͔̻̻̮͇̻̞̹̫̗͓̩͖͔ͅ/n̴̴̸͚͇͍͕̪̥̮̩̱̥̲̣̗̻̺̺̖̕͜ơ̡͖̥̣͙̝͇̰͇̻̲͕̝̳̪̠̮̮͡͞'̢̛͓͕̘̘͙̀͘ ̷̮̟̣̹͠ą͜҉͎̹͖̥̹̫̩͓̪̦̖̘̤̥̣̩ ̶̴̧̬̜̫̳̣̥̦̮̹̼l͖͚̲̟̠̲͙̙̬̭̲̲̀́̀̀a̸̡̛̲͔̤̞̞̟̩̥̙͎͖̼͖͇͓̠͢͞ͅ ̷̴̨̠̝̻͍̤l̴͟͏̬͎̪̹̜͍͉͎̭̹̞͎̲͔͓̰̭/n̸̝̗̩͈̭̱͎͈̫͔̞̣̭͖̻͘͟͟a̴̷̷͏̧͉͉̟̹̹̝̻̰̫,̀҉͔̹̱ ̨̛̱̗̱͕̕͝v̡̤̜͓͔̣͎͟͞á̗͖̘̳͔̞̗͉̙̳̞̜̠̙̹̫͘͟͞͞ͅḿ̵̢̛̩͇̯͚͍͇̭͎̺̘͕̱̟̹͖̞̱ó̷͟҉̼̥̖̣n͏̵̵̡͙̤͉̠͉̯͚͎͚̱̝̥͔̗͖̱o̸͇͍͍̱̜̬͍͟'̴̛͍̪̹̼̠̻̕͝͡ ̵̡̧̛̺̟̜̖̻͉͉̤̖͓͓͞p̷̷̡̨̛͉̪͇͙͙̞͕͙͇̝/l̶̯̬̪̜̠͉̪̲̪͇̖͡͞'̀̕̕҉̺̣̠̱͚̯̙̭̫ ̢̛̥̩͎̻͔̜̙̪̻̳̦̖̠̹̜́͜͠c̛̫̹̝̭̠͎͟͠͠i̴̜͎̺͉͓͚͎̲̫͟n҉̷̸̝̦̫͍̜̫͓̲̭̱̠̣̠̲͓͔͚̝̼͟e̡̯͎͚͉̱̼͇͚̗̰͙̕

V̷̴̩͇̠̯͔̞̭͉͇͚̳̫̪̜͚̻́͟ͅą̶̡̭̬͎̠͜m̶̵͈̘͉̥̘̕͠ǫ̶̺̺͍̞̗̯̺̲͙̠̥̠͚͓̟̖̗́́͟'̤͓̫̘̳̗͎͕͚͚̝̮̬͖̬͢͞͞ͅ ̶̨͉͕̠͓̮̫̻̬͎͖̮͠á̷̟̠̻͚͝ ̶̶̠̩̝͓͚̖̻́d̴̢̗̘̖͎̺͙̻̺̦̹̥̻͎̪̼͎̯͡a̴͡҉̸̰̗̥̬̦͈̳̹̘͚̺̖̱̪͖̲͢r̢͔̝͍̥̳̭̥̺̱̩̳͎̕͝n̴̢̧̘̩̦͕̤̬̻̩̙̗̜̣̹͢ͅ/'̴҉҉̷̡̝̭͉̬̹ ̶̠̮͎͖̥̼̮̘̲̲͕̙̘ͅͅu͏̛̺̜̞̘̮̟̟̞̼̹͈̗̟n̵̦̹̤̮͙̫͍͇͎̟̗̖̙̪͢͟ͅ ̡̩͈̣̘̣̠̗̮͕̣̤̮̮͕̱̳̙͢ͅͅb̴̼̻̯͇̩͎̦͓͜é̢̡̖̖͕̱̯͍̗̜͜s̵̢̝̝̰͙̣̬̰̙̮̩̤͕̖͍̤͠ờ̸̰̬͎͙̥̜̼̬̯̙̻̘̰͘,̷̼̤̰̫͞ ̷̷̸̝͎̜͈̲͈͓̜̳̦̳̘̕͞q̷͝͏̢̘̮̠̠̫̘̦̼̟͖͈͎̫̟̻̗u̵̢̙̫̥̝̠̺̹͔͓̙̣͔̤̕ͅͅe̸̛̦̞͇̘͍̲̠̜͖̕͟͝ ̶̫̞̼͈͉͍͚̳̖̯͙͍̬͡ͅn̵̶̛̥͕̠̲̭̟͉͞ứ̴̹̮̩͔ń̶̶͢͏̥̰̺̖͉̝̺̬̻͚͉̦͉̥͈c҉̧̡̧͚͈̠̻͓̠̮̯͇͓̲̳̘̮͢a̸̹̱͓͎͇͞ ̶͢͏̦̺͓̬̭̻̩ś̢̧̱̘̳͇̱̠̼̣̬͚̣̞̗̖͟ͅe͖͍͚͚̰͇̥͖̖͉̳͖͙͘͡ͅ ̢̠̞̺̩̗̟͔͈̼̟͕ͅͅt̸͇̫̙͎͈͓͖̟̪̤̖̘̫̬͓͢͟͜͞ȩ̛̟̩͙̠͇̗̫̦̠͙̲̯̘̜͚̲̜͈̭r̵̵̭̞̳̬m̴̯͕̞͓͔͇͚̬̝̹̮̹͚̩̰̻̩̣̬i̶͏҉̻͉̯̘̯̝͍̮̗͉̲n̷̠͈̼̺͕͍͔͓̩͕̤̪̗ͅe҉̸̵̨͈͓̟̪̗͈̥̮̠̣͎̪̫͓̹͍̤

S̶̨̤̘̭̞͕͉̮̰͓͓̬̪̞̟̤̕i̷̢̦͇̗͕̻͖̭̻͎̭̭̲̞͘͘ ̢͈̝͚͕͈͢͠͞ͅq̡̡̗͈̫̰u̧̝͙͚͇̼̙̝̰̞̫̻̥i̵̜̟͇͈̟̟̰͈̣͈͜͜ę̴͈̜̤͠ŗ͉͇͎͈͙̪͖̘̲̤̣͚͝/s̸͖̺͔͇̥͢ ̸̧͎̻̟̦̟͕͚͍͍̭̘̙͎͎̕͢à̴͙̙̺͖̜̞̺̮̙͝͞l̡̨͍̭̪̪̲̖̠͢͟͠g̡͘͞҉͔̩̳̙̹͍̹͓͉͜o̤͔̝͕̭͉̩̼̼̪̻̭̝͔͟ ̸̡̳͈͕͈̟̘̼̣̗s̴̨̛̤͎͕̰͖̬̯̪̗̖̯͖̱͟/i͟҉̪̠͓̣̠ͅǫ̀͢͝͏̘͉̣̤̮̳͈̱̳͔̘̖̹̺̥̯͚̺̮,͏̴̟͍͍̰̞̲̹̝͎̝͔̝͢ ̸͏̵̙̮̲̤̪͖̜̯̼͔̬͡h̶͔̣̰̘̯͔̫̦̺͓̙̥̤̗̰̺̩͙͜͡a̴̴̝̻͈͈͖͙͖̩͍̗̦̠̪͙̱̕̕y̸̟̠̣͚̲͕̜̬͈̖̗͚͞ ̸̢̢̛̗͚̹̲̬̟͕͜q̢͇̱̣̦͝ͅų̦̝̠̳̫̗̩̭̰̻̹͍̕͟͞ȩ̸̛̻̮̻͔̳͈̮̤̯̱͡ͅ ̛͖̼̗̲̖̮̯́͢ͅv̶̶̶̢̬̤͉̥͓͍̖̞̟͚͚̰̫è̶̦̘͎̫̘̥̞̙̘̥r̵̸͍̱̹̰͓̥̣̳̕͡ ͝͏̶̯̣̹̞̜m̵̢̟̹̩͎̯̺͙͕̫̮̪̝̲̖̝̪͙ͅͅa̴̷̡͇͙̲͖̝̳͉̫̫͚̣̗̳̹͉ͅṋ̷͓̬͔͔͙̮̃̕á̵͓̞̬̘̟̥̪̺̣̪̕͝ǹ̸͟҉̬̪͖̫͓͓̝̹̰̫̜͍̗̲̪̤̤ͅà̛̖͎͖̹̯̰̜̱̹͈̳͜ͅ

S̵̛̹̱̥̩̗̟̣̗̼̳̦̲̳͚̯̖͢͢i̛̠̲͕̭̰͖͘͝ͅ ̵̱̠͔̻̗̠̳͈̱̠̤̰̝͓̪̤̱͘ͅş̲͇͇̣͉͓̤͔̪̪̪͔̪͝͞ơ̴̠̮̜̬̣̼͙͢͞m̸̸̧̮̭̫͎͇̙̹̖̗͖͓̭̼̺̙̳̼̳͍̀ǫ̶̶̧̭̖͈͚̦̪̫͕̺͎̞ͅs͞͏̰͉̳̲̖̬͔̭́ ̧̞͍̬̤̤̯̺̲͔̬̦̥̘͇͇̀n̷̡̙̼͉̰̫̮̫̠͍̼͜͠ͅ/v̸̬͍̤̦̗̺̦͚̤͘i̶҉̡̨͈̝̀ͅͅǫ̡̡͏̛̠̪̞̣̳̹͔͚͓̮̪ş̡̦̻̼̞͎̗͎̭̖̼̹ ҉̡̜̫̬̘̯̟̥͈̜̪̻̗̞͚͓̭́͢o̵͉̝̬̞̳̙̜̫̬̫͇͕̪͓͜ͅ ̧̢̯̘̯͎͙̪͍̻̠̳̰͔̭͓̻͇̪̗͘s̷̞̲̰̟̺͇͡o̴̵͍̹̣̞̘̰̩͓̫͖͇̱̕͜ͅm̡̨̥̼̳͎͔̥͎̝̥͈̭̀o̵̭͚̦̯͈̭̮͔͕͉͔͕̳͔͕ş̛̘̮͕̱͍̹̠̖̳̩̻̥̼̺ ̸̶͎̱̜͕̯͉͓̕̕͘p̶̴̟̖̣͕͍͉̯̭͈͢ͅa̕͏͞҉̤͖̖̲̼̻͖̲͕͙̙͍̼͔̩n͏̨̧̞̹̗̤̜̮͙͔̟̙͙̀ͅa͖̯͕̩͖͝s̞̻̹̪̼͕͔͙̟͚̺͕̣͎̬̮̳̗͘

— Это песенка для Шико. Я хочу, чтобы ты так и написал. Прямо так и написал, моими словами, что это для моей любимой королевы, — я ведь знаю, что она прочитает это. — И да, перестань говорить на «Вы», это раздражает.

— Ты хоть знаешь, что это значит?

Его лицо говорило о том, что он уверен, что я понятия не имею, чего сейчас сморозила. Оно еще и неодобрение выражало.

— Предположим, знаю, что с того?

Подумаешь, сексуальный подтекст, тоже мне. Мы уже взрослые девочки.

— У тебя неплохо получается имитировать акцент, — вздыхая подмечает парень. — Но должен сказать, что это просто песни такие мелодичные, ты же не думаешь, что все разговаривают вот так? Сам по себе язык-то эмоциональный, тебе не слишком подходит.

Бывают люди. Вот ты знаком с человеком давно. Человек вроде неплохо тебя знает, но почему он не отличает, где правда, а где просто дичь? Почему он не понимает, что я просто развлекаюсь? Постоянно. Как ни углубляйся в содомию, все равно все за чистую монету принимают. Как ни старайся, как ни измывайся. Ни слова, ни голосовой окрас, ничего не помогает. И ведь на самом деле таких людей очень много.

— Не ломай мой мир.

— Так получается, вы давно знакомы с Шико?

— Вроде того.

— А где познакомились?

— Твои вопросы идут вразнобой, как ты писать собрался?

— Я знал, что с тобой будет нелегко, потому я задам все имеющиеся вопросы, а после уже сложу их в стройный текст.

— Но ты же понимаешь, что в интервью главное это характер персонажа? Его манера, речь? Я вот такая и хочу, чтоб на тексте тоже было такое.

— Я справлюсь с этим. Давай вернемся к вопросам. Их еще много.

Его настроение скачет туда-сюда, впрочем, как всегда. Сейчас он был спокоен. Хотя бы та наигранная радость пропала, уже прогресс.

— Да давно, в интернете. Помнишь пару месяцев назад нас бустил фланкер 4к? Так вот, это была она.

Даже не представляю, что значит «много вопросов». О чем говорить-то? Или типа спрошу все, а после решу, что запихнуть? Плохой из вас интервьюер. Чего еще было ждать от шараги и задрота.

— Серьезно? — парень удивился. — То есть она любит онлайн-игры и хорошо в них играет?

Парень прямо-таки сам, своими руками, создает для меня возможности нести бред.

— Представь себе. Приходит каждый день ко мне в комнату и чуть ли не вымаливает пойти с ней за компанию поиграть. Я занимаюсь делами, а ей, видите ли, скучно одной. На публике холодная важная дама, а на деле та еще зараза. Разве это не мило?

— После общения с ней вживую сложно в это поверить.

— Порой наше поведение на публике и наедине с близкими сильно отличаются. Все-таки увлечение такое, сам понимаешь, его иногда лучше скрыть.

— Пожалуй, — о чем-то призадумавшись, интервьюер сделал паузу. — Почему ты решила стать главой студенческого совета?

— А, меня Адам с директором посадили…

Когда лень выдумывать, можно и правду сказать.

— Мы знаем из речи Адама, что идея разделения совета на две части принадлежит ему. Но это правда, что президент решил, что лучше тебя никого нет?

Это публика думает, что все сделал Адам, а на деле-то не так. Сугата, ты же читал блог, что за тупые вопросы? Или ты, как и большинство, читал по диагонали?! Все с вами понятно, читатели. А я тут стараюсь, значит…

— Вообще-то, это было грубо, месье интервьюер, — я наступила парню на ногу. — А как же лучшая глава студенческого совета?

— Просто зная Адама и ваши отношения, мне казалось, что он несколько предвзято относится к тебе! — в своей привычной истеричной манере стал оправдываться он.

Эх, от этого на душе потеплело. А еще, похоже, он говорит то, что думает.

— Помнится, представляя меня публике, он довольно тепло отзывался о моих навыках, — я беру Сугату за галстук, подтягивая его к себе, и убираю ногу. Смотрю прямо в глаза. — Сначала никто не планировал разделять студсовет, но потом директор, увидев мой потенциал, сказал, что я как радуга после дождя для академии. Понимаешь? Столь же невероятна и прекрасна. Он-то и разделил нас. Конкуренция, больше идей и все в этом роде. У кого лучше выйдет вести дела, ну ты понимаешь. Так уж получилось.

Интересно, почему он терпит это? Неужели ради своей героини? Ах да, он же всегда был таким. И как я забыла? А я и не забыла. Ха.

— Если это выбор директора, тогда все встает на свои места, — Сугата, собрав всю волю, терпел, но глаза отводил куда-то в сторону.

— Директор странный человек, — я отпускаю парня, и он приземляется на свой стул, — но, как видишь, я неплохо справляюсь.

— Несмотря на недовольство, и вправду должен отметить, что все хорошо, — парень поправляет галстук и набирает в грудь воздуха. — Ты на посту не так давно, но есть ли у тебя какие-то планы? Хочешь ли ты что-то изменить в правилах? Как-то повлиять на систему?

— Да, на самом деле у меня есть кое-какие планы, но они не направлены на академию, а скорее на сам студенческий совет и его работу, — на этом я оборвала свою речь.

— И? — приподняв бровь, подталкивал меня продолжить речь интервьюер.

— Хочу, чтоб все делали за меня, а вся слава доставалась мне. Все. Больше пока ничего не скажу.

Это мой реальный план, но на него как-то времени пока не хватает. Позже обязательно займусь его реализацией. Я уже все продумала. Просто нужны силы, надо поработать, чтобы потом бить баклуши. А поработать это… Меня ведь учеба ждет!

— Приятно слышать, что есть то, что ты хочешь изменить, — он улыбнулся мне. — По поводу мероприятия, которое состоялось в среду. Чья это была идея?

Это, по сути, было то, ради чего я сюда и приперлась. В шутку сказала, что это была идея Нео. На эту провокацию Сугата легко повелся. Неважно. В общем. Выложила все как есть, о том, как было, о том, что будет, без спойлеров и подробностей, о результатах, о планах и ради чего все это. Честно не помню, о чем говорила. Сток бреда наплела, придумывая историю создания этой фигни. Прочитаете это все потом на нашем сайте в интервью, если вам будет интересно. Вопросов было много, в целом все бестолковые, и сути-то как таковой они не имеют. Все, что нужно знать, что впереди еще несколько раундов и вся следующая неделя будет утыкана ими. После — грустное расставание с участниками, с Нео и конец этого дебильного мероприятия. Больше в такое я не полезу.

Это просто реклама мероприятия. Будем рады видеть вас, наши дорогие ученики! Ждем ваши отклики! Что-то вроде того.

Сугата и вправду плавал по вопросам, после игр он снова перешел на студенческий совет и его участников, а после мы вернулись к «вопросу-ответу». Только на этот раз вопросы были от учеников. Как я поняла, они заранее создали закрытую тему для этого в разделе, который я никогда не проверяю. Должна сказать — хитро.

Сейчас он, достав телефон, выборочно начитывал их.

Вопросы были скучными. Вернее сказать, подозрительными. По мимике Сугаты было ясно видно, что он на ходу переделывает их. Пытается облачить в приемлемый вид.

— Что больше всего Вам нравится в себе? — очередной скучный вопрос задает парень.

Сомневаюсь, что кого-то это интересует.

Сугата осторожно держал телефон возле себя, так что экран мне было видно плохо. Но я уже давно заметила, что вопросы несколько иные. Например, этот звучит как: «Есть ли хоть что-то, что тебе нравится в себе?». Согласитесь, акцент совсем другой.

— Ну знаешь, — протягиваю я, убирая руку от лица, и, выпрямляясь, встаю из-за стола. — Вообще, мне повезло. У меня великолепная грудь. Как размер, так и форма.

Кладу руки под грудь, демонстрируя формы

— … — как-то скептически смотрит на меня интервьюер.

— Нет, серьезно. Мне нравится! Прямо везение. Ты думаешь, почему я всегда расстегиваю пару пуговиц? А все потому, что это моя главная гордость. Я бы могла показать ее, но боюсь, что у женской половины аудитории возникнут неисправимые комплексы.

— Да, пожалуй, лучше не стоит, — покривившись, ответил парень.

— Надеюсь, что с возрастом все так и останется, — вздохнув, я отпускаю грудь. — Надеюсь, они не станут бидонами. Было бы обидно.

Это был отвлекающий маневр. Пыль в глаза. Очкарик бы фейспалмил у себя в голове, отведя глаза от меня, а я в это время выхватила бы у него телефон. И такой момент был, но парень оказался не промах.

— Какого черта у тебя руки такие длинные! — я, переваливаясь через край стола, тянусь за телефоном, но не достаю.

Да, можно было бы просто отобрать его силой, но это будет бесчестно.

— Арквейд, пожалуйста, успокойся, скоро уже конец! — левой рукой толкая меня обратно, правой он ловко изворачивался.

Ощущение, что у него часто что-то пытались отобрать, и уворот он прокачал неплохо.

— Ты что-то интересное от меня скрываешь.

Он даже из стула вылез, чтобы только телефон был в безопасности.

— Сколько можно! Арквейд! Сядь, пожалуйста, на место! — в своей истерично-возмущенной манере взорвался он. — Хватит превращать все в фарс! Я ведь стараюсь ради тебя!

— Просто отдал бы мне телефон… — я, недовольно вздыхая, усаживаюсь на место. — Что, я не понимаю, что ли, что там вопросы нелицеприятные? Понимаю. И готова, видишь, идти навстречу. Читали бы как есть, а отвечали нормально. В чем проблема? Я же не виновата, что Вы за столько времени так и не поняли, что я за фрукт. Вот ты спросил про мечту, и я тебе ответила. Что там было правдой? Правдой было то, что ее нет, но Вас бы такой ответ не устроил, потому я вкинула про певца и Шико. Шико — это стеб. Про певца — ирония, потому как это мечты глупой малолетки-меня. И ты, мой дорогой интервьюер, должен был понять это, но ты та еще бестолочь. Решил идти дальше. Вы сами провоцируете меня.

Прямее объяснять мое поведение уже некуда.

— Не думал, что когда-либо кому-то скажу такие слова, — выслушав мою тираду, вздохнув, начал он, усаживаясь на стул. — Но тебе бы найти себе в пару мужчину. Он бы угомонил твои гормоны и, возможно, изменил бы тебя, повлиял на поведение. Все же отношения часто меняют взгляды людей. Тебе бы это могло помочь. Если ты не хочешь стараться быть лучше ради себя, то могла бы ради него.

Бред. Моя самооценка не дает мне представить такого. Я буду милой? Я буду краснеть? Не, это вызывает у меня странные чувства. И почему мы вдруг забыли, что у меня моя дорогая Шико есть?! А, господин интервьюер? Разве может быть кто-то лучше нее? Естественно, нет!

— Мужчину, говоришь? — я задумчиво улыбнулась, посмотрев куда-то в сторону. — Где ж найти этих мужчин?

— Сейчас это вроде как не так сложно.

Несложно? Несложно найти на ночь, это да. Впрочем, судить не могу, никогда подобным не интересовалась. Да и вообще, как мы уже выяснили, я по девочкам.

— Это ж надо будет парой быть? — я встаю со стула, обхожу стол и подхожу к Сугате. — Делать то, что делают другие пары?

— Арквейд? — мы пересеклись взглядами, и я сразу поняла, что он ждет от меня чего-то нехорошего.

— Ходить за ручку, улыбаться, сидеть на коленях? Я такого никогда, к слову, не делала, — с этими словами я перекидываю через его ноги свою ногу и усаживаюсь на колени, лицом к парню. — Нужно понять, прежде чем с головой окунуться в отношения, понравится мне такое или нет.

Он аж позеленел. Гамму эмоций в его голосе и на его лице передать было невозможно. Чего там только ни было. Конечно, больше всего там было возмущения. Параллельно своим крикам он пытался сбросить меня с себя, но так просто не выйдет, особенно когда ты не хочешь прикладывать много силы, касаясь девушки. Тут-то мне и удалось достигнуть своей цели и забрать телефон.

— Что, в штанах резко как-то тесновато стало? — не выдержав, шучу я и перекидываю руки через его плечи.

Теперь телефон в моей власти.

Он не понял моей шутки. Что-то кричал о морали и что люди так не должны себя вести. Что есть какая-то зона комфорта, интимная зона, и я сейчас ее нарушаю.

— Успокойся. Возьми в себя в руки! Ты ж мужик! — я правой рукой сдавливаю его щеки, смотря в глаза. — Мне нужно понять, что значит близость отношений. И где мне найти парня? Кто мне может помочь, если не мой горячо-любимый товарищ? Ничего такого. Тебе всего лишь 3Д уделила немножко своего внимания. Разве это не мечта?

И тут понеслась речь о 2Д, о том, что они идеал и никогда бы себе такого не позволили, и потому они лучше, чем мы. Что-то такое. 3Д не нужны. Я слабо помню этот бред. Пришлось ждать, пока он успокоится. Я знала, на что шла.

Когда он утихомирился, я стала читать и отвечать на вопросы. Конечно же, с парня я не слезла, так ведь забавнее. Не скажу, что сидеть так, правда, удобно, но сойдет.

Кимото: Почему-то в вашем профиле скрыты многие данные? Нам бы хотелось знать ваш рост и размеры. Не сообщите ли нам эти данные? Это очень важно.

— Специально для тебя, мой дорогой Кимото. Рост ---, вес --, параметры -- -- --[DD1]

Надеюсь, ты остался доволен.

Пеперот: С каким вкусом был бичпакет, который ты в пятницу уплетала, сидя на одной из ступенек, на крыльце главного здания?

— Я думаю, что начинаю лучше понимать, почему у тебя дурная слава, — пробубнил Сугата.

Кажется, он решил просто перетерпеть.

— Все ж в порядке. Я, как и многие ученики, люблю поесть на свежем воздухе, — я перекидываю голову через плечо парня. — Итак, ответ. Со вкусом говядины. Вообще, сама лапша в курином стакане лучше, но дороговато выходит по деньгам, если брать лапшу из куриной и заправлять ее говяжим соусом.

Вдруль: Сколько? Сколько вы зарабатываете, занимая пост главы студенческого совета?

— Вообще, зависит от того, сколько продадут ученики… — так ведь надо отвечать, разливая воду? — Обычно мы берем процент от выручки, а так в целом выходит немного. Я первый месяц на посту, потому узнаю о зарплате главы только сейчас.

ДонКорнишон: Кто из вас с Шико занимает «доминирующую позицию» в ваших отношениях?

Вопрос явно с подтекстом, иначе к чему эти кавычки? Вот такие вопросы мне по душе.

— Это, Арквейд, ты слишком прижимаешься ко мне. Я чувствую твою, ну… грудь.

Способный малый, быстро адаптируется к любой малокомфортной ситуации. Горжусь.

— Мягкая? Должно быть приятно, — интересуюсь нежно я. — Или нет?

— Дело не в том...

— Ну раз дело не в этом… — я сразу же обрываю его речь и глажу Сугату по волосам. — То я не против, не стесняйся. Итак, ответ насчет отношений. Все сложно. Зависит от настроения. Мы обе любим доминировать, от того у нас много недопонимания. А недопонимания на фоне гормонов и эмоций превращаются в страсть.

Много вопросов было необычных, с подтекстом. Не на все я отвечала, ведь время не резиновое. Моя очкастая красавица держалась до последнего и даже после не окатила меня волной порицания. Видя это, я в очередной раз пошла ему навстречу. Сказала, чтобы он не обижался, это все шутка. Он, конечно же, больше не будет работать в таком направлении, но все же я посоветовала ему быть более чутким, научиться направлять людей в нужное русло. Есть разница между тем, когда ты приходишь на интервью и когда к тебе. Стоит подстраиваться под человека, а не быть собой. А то как лошок, ей-богу. Интервью — не стезя для хики. Ты должен был понимать, чего хочу я, какая есть я, тем более раз ты говоришь, что мы друзья. Тем более раз ты хочешь показать меня в хорошем свете. Не стоит напяливать на меня выдуманный образ. Ему от моих напутственных слов, кажется, даже стало приятно. Вот дурак. Эх, искренность, она такая. А я тем временем отстрелялась, и теперь осталось ждать результатов.

******

Рассказывать о фотосессии особо-то и нечего.

Первая стадия — общая фотография

Стиль — стимпанк в светлых тонах. Не сказать, что я в восторге, но вряд ли меня порадовало бы и что-то другое. Всякие кальсоны, береты, шляпы, платья и прочая ерундистика со вставками на сгибах в виде шестеренок. Девушки в этих костюмах, на мой взгляд, смотрятся весьма необычно и немного странно. Хотя мне повезло с обтягивающими кожаными штанами и вырезом на груди, в каком-то плане сексуально, если закрыть глаза на дебильную фуражку и что все волосы убрали под нее. Эх. Вот Шико досталось платье викторианской эпохи в светлых тонах. С капором на голове она выглядела как кукла. Такое даже немного пугает. Лучше всего данный стиль, пожалуй, подходил мужской половине. Сорочки, сюртуки, фраки, смокинг, прям то, что надо, и шляпы вкупе с короткими прическами отлично дополняют образы.

Вторая стадия — парные фото

Раньше такого не делали, а тут вдруг решили попробовать что-то новенькое. Ну спасибо, больше мучений на мою голову, хотя некоторые личности вроде Элы этому рады. А помимо Элы еще и Астарта. И ее тут быть не должно, но... У нас ведь нехватка людей, если создавать пары. Фотограф предложил поучаствовать в этом Амае, но та, как и я, на одном месте вертела это все, а потому она сказала «не» и ливнула с мероприятия вслед за Иваей. Осталась только одна «левая» девчонка. Ей, собственно, и была Астарта. Тут уж без вариантов, а она ток рада.

Итак, коротко о парах. Адам с Элой. Аврора с Каем. Астарта с Армандом. Ну и, конечно же, раз у нас не хватает мужских персонажей, то я с Шико. Думаю, нас поставили в пару, потому что мы обе негативного мнения о фотографе. Дядька прям чувствует. Я не против. После сегодняшних происшествий наша принцесса ведет себя холодно по отношению ко мне, разве это не добавляет остроты в такое мероприятие?

Как парные, так и индивидуальные фото решили оставить за занавесом. В смысле, мы не будем знать, что там у других. Я бы могла спросить, но мне на самом деле по барабану. Будут готовы фото, там и посмотрим.

Нам с Шико достались довольно банальные образы. Где Шико богиня света, а я, соответственно, тьмы. Только вот внесли дебильное разнообразие в виде: свет будет злом, а тьма добром... Я хочу быть злой, тьма призвана уничтожать. Что за фигня? Но я не против, если своей злой страстью свет в виде госпожи Аглаофотис поглотит меня полностью. У меня, кажется, какие-то извращенные наклонности. Кхе-кхе.

Это было забавно. Когда ты не хочешь взаимодействовать с человеком, но вынужден. Да, покажи мне всю свою злобу. Дай мне почувствовать себя говном. Ладно-ладно, хватит. Ничего такого.

Третья стадия — индивидуальные фото

И снова мы разделились на пары. На этот раз на произвольные. Это для быстроты, пока одного фотографируют, другой переодевается, потом идет второй, а первый наряжается в другой образ и так далее. Первыми ушли Шико и Аврора. Авроре ведь уезжать, потому она и идет в начале. А я, как и вчера, буду последней и снова сижу с Элой. Лучшего варианта-то и нет для меня.

Не хочу сказать, что Астарта меня достала за предыдущие пару фотосетов. Совсем нет. Она милая девочка, но вот на третьем кругу ее за собой утащил Кимото. Парень как-то нашел нас и, подозвав к себе главу кружка, начал демонстрировать ей какую-то штуку, похожую не то на пистолет, не то на фен для волос. Похоже, девушка была заинтересована в помощи ему, а потому, извинившись, что не сможет побыть с нами, пошла за ним, сказав, что успеет вернуться к концу. Да-да, идите, мы особо ни на что не рассчитывали.

Не знаю, как так вышло, видать, было очень скучно, но мы разговорились с Элой. И говорили, наверное, как обычные друзья. В какой-то момент, смотря на нее, я поймала себя на мысли, что она очень рада вот так разговаривать со мной. Эх. И еще как-то так вышло, что мы договорились как-нибудь собраться у меня дома и поиграть в одну старую стратегию — Герои III. Видать, игры моя слабость, не могу не ввязаться в диалог. Я ведь и забыла, что Эла тоже играет. Хотя она сказала, что с возрастом желание на самом деле как-то проходит и уже не так интересно. Игра скорее что-то посредственное, нежели, как раньше, потребность. Ладно, неважно.

Я уж думала, наша очередь никогда не наступит. Это было очень долго.

Нам дали карточки с образами. Там схематично были нарисованы люди, позы и костюмы на них. Было описание характеров и, так сказать, ролей. Всего их пять, а выбрать надо три. И я чего-то такого и ожидала. Из меня хотят сделать женственную, чувственную, добрую девушку. Раскрыть женское начало и все такое. Типа моя противоположность. А все, что я хочу, досталось Эле. По-хорошему отмороженные девушки. Пацанки, куча крови, белые волосы, безумные взгляды и улыбки, тоже, так сказать, противоположность Элы. Зависть. Мне бы доставило такое, и, думаю, я бы могла легко справиться с ролеплеем чего-то подобного.

Я знаю. Вы ведь хотите видеть поехавшую Элу? Кровь, ножи, безумие. Как вы там это называете в коопе с любовью... яндере? Я тоже хочу, мило должно быть. Все эти образы немного ставят в тупик девочку, и она склоняется к наименее странным. Благо среди них был и один нормальный. Приходится вмешаться. Включаю обаяние. Говорю, что хотела бы увидеть ее в таком-то и таком виде. Мне было бы приятно, и вот она берет самое дикое из представленного. Поступая так, я начинаю понимать фотографа. Интересно, должно быть, наблюдать за тем, как люди отыгрывают несвойственные им вещи. Ах ты, старый... Напомнил мне моих дедулю с бабулей. Конечно, это все мои фантазии, но это вполне может быть и правдой.

Что же касается меня?

1) Домохозяйка на манер Алвы. Это государство на северо-западе третьего по величине континента. Недалеко от моего стандартного образа, в целом. Расстегнутая рубашка, закатанные рукава, джинсы, растрепанные волосы. Нужна только легкая улыбка, забота и все такое, чем обладают добродушные девушки, любящие своих половинок и заботящиеся о них.

2) Образ чувственной певицы. Главные черты — это изящность, чувственность и нежность. Меня подкрасят, на меня напялят закрытое платье в пол и выпрямят мне волосы.

3) Хоть что-то... Сложно объяснить это. Деловая сексуальность? И как она сюда попала? Неважно. Итак, черное нижнее белье, чулки, ремни, все дела. Вроде звучит здорово, интересно. Но я буду выглядеть ухоженной, мои волосы будут выпрямлены, а позы такие, что в них мало чего можно разглядеть. Вроде сексуально, а вроде и сдержанно. Все на белом фоне, с минимальным количеством предметов. Например, только одно кресло. Но все равно, это хотя бы интересно.

Первый образ позади. И вот я уже сижу накрашенная в платье перед зеркалом. Есть и правда в этом какая-то магия. Я, смотря в отражение, чувствую себя более женственной. Видать, я легко вхожу в образы. Так и хочется вести себя несколько иначе.

Вот приходит моя побитая пацаночка Эла. Она садится рядом и смотрит меня. А я томным взглядом, слегка улыбаясь, смотрю на нее. Клянусь, я почувствовала ее волнение и как участилось ее сердцебиение. На лице девушки появилось смущение. Это мне польстило. Никогда не чувствовала чего-то подобного. Чтобы кто-то под моим взглядом начинал таять. Я слишком испорчена, потому что это тешит мое самолюбие.

— Ну как тебе, нравится? — я кладу руку на лицо Элы, и оно тут же заливается краской. Я говорю тихо, пытаясь выжать из себя максимум шарма. Правда, я почему-то чувствую себя не милой нежной дамой, а сукой. — Хочешь, чтобы я позаботилась о тебе, мой мальчик?

Приближаюсь еще ближе, смотря прямо в глаза. Какая странная реакция. Она что-то хочет мне ответить, открывает рот, но ничего не говорит. При этом глаза девушка не отводит, не сопротивляется. Эла, смущаясь, получает от этого удовольствие.

Тут я и вспомнила, почему перестала приставать к ней. Почему оставила идею отвадить ее странным поведением, которое прямо ударяло бы по ее чувствам. Потому что приставания с целью постебаться или отвадить доставляют ей извращенное удовольствие. Мне не понять, что она в этом находит. Любой другой на ее месте, наверное, оскорбился бы.

Кладу руку на ее колено, улыбаюсь.

Не хочу говорить ничего дурного об Эле и о том, что говорят мне реакции ее тела, но, кажется, я окончательно убедилась и нашла ее странность.

— Что ж, похоже, мне идет такой образ, — одарив девушку улыбкой, я оставляю ее.

Никто мне ничего не сказал насчет того, что сейчас было, только ассистентка гримерши как-то неодобрительно странно посмотрела на меня.

******

Отстрелялись.

Фотографий сказали ждать через неделю. Там и узнаем, что из всего этого вышло.

Осталась только одна дурочка. Астарта. Мне приходится быть с ней, сидеть в кресле, смотреть, как из нее делают то очаровательную малышку, то демона, то снежную принцессу, то еще кого и слушать параллельно ее разговоры.

Она одна торчала там, пожалуй, дольше, чем любая пара. Ей, похоже, больше всех это понравилось. Как ребенок, ей-богу.

Возвращаюсь домой уже с ней. Девушка делилась впечатлениями, все мне рассказывала, будто бы я там не находилась. Хотела бы я понимать, чего эти солнечные люди вроде Астарты находят в разных вещах, от чего ловят вдохновение. Через какую призму они видят этот мир.

******

Поздно вечером я решаю наведаться в дом Шико. Якобы нужно познакомиться с Морган.

На самом деле это лишь прикрытие.

И хоть я не против узнать новенькую, но мне нужен Герхард. Пора бы уже вручить билеты. Я основательно продумываю план и беру с собой сумочку. Не люблю сумочки, но куда-то нужно прятать предметы, которые чисто теоретически могли бы мне пригодиться. Перед выходом я посмотрела в окно. В комнате Шико горел свет. Было бы странно, если бы в восемь часов вдруг кто улегся спать.

На самом деле я хотела посмотреть, что происходит в комнате, но окна были занавешены.

Входная дверь закрыта. Но у меня есть ключи. На первом этаже тихо, свет выключен, вся движуха на втором.

Я тихо поднимаюсь на второй этаж.

Как и всегда, в коридоре возле комнаты торчит элитный сторожевой пес. Тут он, похоже, чувствовал себя более расслабленно, так как, заметив меня, он выпрямился. Я ставлю палец к губам, показывая, что не нужно шуметь.

Похоже, новенькая торчит в комнате моей любимой. Слышу, как Морган скромно смеется. Они о чем-то беседуют, но разобрать что-либо невозможно. А ведь этот мужчина наверняка в курсе всех этих разговоров. Слышит все.

Ладно, неважно. Можно сказать, что сейчас мне повезло. Предполагала, что такое возможно. Они ведь так давно не виделись.

Подхожу к Герхарду и достаю записную книжку.

«Здарова, дядь, как дела?»

Я заранее подготовила текст и крупно написала его на разных страницах.

Мужчина, прочитав написанное, лишь нахмурил брови, подумав наверняка: «Что опять нужно этой малолетке?».

«Я знала, что ты будешь молчать. Ха. Ты предсказуем», — написано на другой странице.

«Не находишь?»

«Ну да, неважно».

«Тут такое дело».

«У нас с тобой и с Шико возникло некоторое недопонимание»

Каждую страницу я переворачиваю с покерфейсом и лишь мельком смотрю на листы, чтобы, мало ли, не перевернуть на что-то не то, а то я ведь много вариантов накатала.

«Наверное, я была не права и немного подпортила ваши отношения»

Конечно же, я так не считаю и все это лишь замануха. Проще всего сыграть на чувствах, так мне не откажут в принятии подарка.

«Я хотела бы извиниться».

Герхард неодобрительно смотрит на меня, а потом на билеты.

«Это в качестве извинения».

«Билеты в кинотеатр».

«Этот фильм по книге, которая очень нравится Шико».

«Я подумала, что это отличная возможность принести свои извинения».

«Это должно помочь вам наладить отношения, поговорить».

«Шико будет рада, если ты пригласишь ее».

«Все-таки это внимание к ее увлечениям».

Какими бы вы там оба ни были, я же вижу, что помимо работы между вами есть что-то большее. Видать, что-то у них произошло, скорее всего, после чего все пошло по накатанной. Этот момент был не особо важен, но и о Герхарде я спросила у Рики. Она так и сказала, что когда-то Шико души не чаяла в этом мужчине, он иногда приезжал в академию Хару, привозя разные вещи, и она была рада его видеть, но после появления силы у них стали довольно холодные отношения. Она сама даже не уловила момент, когда вдруг все так изменилось. А я все равно все узнаю, у меня ведь еще столько времени!

«Пригласи ее, я не думаю, что она откажет».

Герхард смотрит на меня, и ему эта затея, кажется, совсем не нравится. После десятка секунд ожидания он решает вернуться к стандартным нашим отношениям — буду исполнять свои обязанности, стоя как статуя и игнорируя все вокруг. Приходится быть настырной.

Я беру его руку и вкладываю в нее билеты.

Приходится пролистывать несколько листов вперед. Рояль-мастер заранее подумал о таком варианте и, конечно же, подготовился. Это я о себе.

«Возьми. Это мои извинения перед тобой».

«Что делать с ними, решать тебе».

Он смотрит на билеты, потом на меня, на мою наглую рожу. Пусть смотрит куда хочет, главное, что подарок он все же решился принять. Судя по виду, мужчина посчитал, что принятие билетов поможет ему избавиться от меня.

«Еще раз прошу прощения».

«Всякое бывает».

«Непонимание и прочее. Ха».

Я и сама тут усмехнулась, потому что глупо все это. В том плане, я, мол, тут раскаиваюсь, а на деле только подлости делаю. И у меня ведь есть еще планы на них двоих. Что за баба. Ужас.

«Пойду я, в общем».

Думаю, свой эффект должна также произвести и мысль о том, что я вот заранее подготовилась, а значит, думала над тем, как поговорить, раскаяться. Разве можно не простить?

«Удачи».

«Надеюсь, фильм вам понравится».

Главное, чтобы это дерево пригласило Шико. Будет тупо, если он решит проигнорировать все мои старания. Все же билеты-то он взял, лишь бы я отстала. Если что, то придется просить с него возмещение стоимости. Мои чувства будут сильно задеты. Вы прямо в душу плюнете мне! Потому я надеюсь на Вас!

52.Суббота, 1 апреля (часть 1)

Открыв глаза, я с минуту туплю, а после перекатываюсь на край кровати и, свесив руку, смотрю вниз. Тут на полу, распластавшись, скинув с себя одеяло, лежит одна особо наглая особа. Угадайте, кто это?

Меня, конечно, забавляет описывать все подряд, но я решила прошлую главу не разбавлять еще большей водой. Но если у вас нет с этим проблем, то дайте знать, мы что-нибудь придумаем.

Мисс Амая Хофлер заглянула ко мне в гости поздним вечером. Сказала, что нужно подмазаться, чтобы у меня не было ощущения, что ей от меня нужны только ключи от квартиры. Мы друзья, и все такое. Я, в принципе, не против ее компании. Сама, бывало, торчала у них дома, правда, обычно в комнате Астарты, но какая разница.

Девушка валялась на моей кровати, страдая ерундой, пока я сидела за компьютером. Мы говорили о том о сем, ничего интересного.

Было совсем поздно, и я сказала ей проваливать, ведь пора бы уже на боковую, а та сказала, что переночует у меня. Ладно, можете оставаться в любой комнате. Понимаю, иногда возникает желание чего-то такого. Ничего не имею против Амаи и ее подруги. Не чувствую ущемления или дискомфорта. Но этой даме такого было мало, и вот она, собственно, тут, на полу.

Я большим и указательным пальцем сжимаю подушечку ее средней фаланги, приподнимая руку.

— Поднимайся, ужо утро.

Она издала какой-то непонятный звук мычания. Эдакое пробуждение медведя.

— Мне не надо на учебу, потому я еще посплю, — пробубнила она и, повернувшись спиной ко мне, стала натягивать одеяло.

Похоже, у нас тут любитель поспать.

— В принципе, логично, — поднимаюсь с кровати и начинаю одеваться. — В любом случае вставай, собирайся и выметайся. Я ухожу, и мне надо дом закрыть.

— Пусть за мной Нео закроет, — девушка спряталась от моего взгляда под одеялом.

— Он обычно уходит еще раньше меня.

Мне даже на долю секунды интересно стало куда.

— Ну не закрывай дверь, все равно никто не зайдет!

— Даже если так, мне будет спокойней, если я буду знать, что все закрыто.

— Хорошо, буду тут до твоего прихода, — она идет на все, лишь бы дали еще поспать.

— Ладно, спи. Зайду позже. Надеюсь на твою разумность и что урок усвоен и ничего не пропадет.

Оставляю ее одну.

Когда я уже спустилась вниз, мне пришла в голову мысль, что можно было бы закрыть ее, а захотела бы, вышла через окно. Ну не подниматься же мне теперь обратно?

******

Удобно быть главой студенческого совета. Могу достать ключи от любого домика. В общем-то, ими я снова и открываю входную дверь дома Шико. На кухне, за ноутбуком, с чашкой чая сидит Морган. Она разговаривает по телефону и потому, заметив меня, просто приветливо кивает.

Усаживаюсь за стол напротив девушки.

Патрубки, леерные тросы, горловины, кринолины... Все это мне незнакомо, но я поняла, что говорит она по работе. Точнее, консультирует клиента. Похоже, бизнес в сфере водного транспорта.

— Ты что это, работаешь? — интересуюсь я, стоит девушке закончить разговор.

— Подожди минутку, пожалуйста, — она улыбается мне, отпивает из чашки и что-то внимательно начинает печатать. — Да, я работаю. Тебе кажется это странным?

— Не думаю, что много студентов хотят свое свободное время тратить на работу.

Уж точно не я.

— Не хочешь чаю?

К слову о чае. Его терпкий аромат я почувствовала, как только переступила порог кухни. Это явно не то, к чему я привыкла.

— Не откажусь.

Не являюсь любителем чая, но для поддержания отношений и беседы порой лучше проявить вежливость и согласиться.

— Какой предпочтешь? Черный? Зеленый? Улун? — вставая, интересовалась она.

— Черный, пожалуй.

«Наливай какой есть» — обычно говорю я. Но тут по тону голоса понятно, что такой ответ не покатит. Человек уделяет этому излишнее внимание.

— К сожалению, здесь у меня пока не так много видов чая. У меня заварен Даржилинг. Есть также Ассам и Сиккимский чай, но их придется подождать, — доставая чашку, она продолжала интересоваться моим выбором.

— Ну… — мои глаза задумчиво устремляются к потолку. — Давай первый тогда уж.

Выбирать особо не приходится. Я нифига не знаю.

— Не скажу, что мне нравится выполнять некоторые обязанности. Но пока учусь тут и у меня есть время, я хочу вникнуть в каждый вид работы, который выполняют мои сотрудники, — Морган стала заваривать чай.

Все понятно. Она делает это столь щепетильно, что, увидев, как это делаю я, думаю, ее хватил бы инфаркт. Можно ведь и в третий раз использовать один пакетик?

— Похвальное стремление.

Наверное, хороший лидер должен уметь и знать все, но... Есть в этом и свои минусы. По крайней мере, для меня, как для потенциального подчиненного.

— Так я лучше начинаю понимать, с какими трудностями сталкиваются люди и сколько по-настоящему тратят времени на свою работу, — Морган поставила передо мной небольшую чашку с чаем. — Вот. Осторожно, он горячий.

Чувствую себя теперь быдлом, потому что мне этого хватит на пару глотков, а придется как-то растягивать...

— Спасибо.

— Так, недавно я закончила работать логистом, — возвращаясь на место, продолжала девушка. — И поняла, что его восемь часов работы на самом деле в среднем занимают четыре часа. В некоторые дни больше, а в некоторые, наоборот, меньше.

— Что поделать, работы разные бывают.

Работать у нее я бы не стала, вот. Когда начальник знает, что ты ничего не делаешь, он обязательно нагрузит сверху. Нужно уметь создавать иллюзию, что я, в общем-то, всегда и делаю. Ха. Но тут Морган знает, что я на самом деле ее обманываю, и тогда уже никуда не деться. Отстой.

— Я не против того, чтобы сотрудник уделял время себе и саморазвитию, но не половину же рабочего дня! Так, логист мог бы помогать другим и, например, печатать часть паспортов, — своими голубыми глазами она смотрит на меня, и по ним я вижу, что девушка ожидает, когда же я уже попробую чай. — Вот теперь пробую себя в роли менеджера.

— Какой странный душистый запах, — ломаясь под давлением, плету я первое, что приходит мне в голову.

— Цветочно-миндальный аромат, — Морган порадовала подмеченная мною особенность. — Тебе он нравится?

Передо мной необъятное поле. Я чувствую, как ко мне на плечо ложится чья-то рука.

— Что ты видишь здесь, друг мой?

— Поле, полагаю?

— Да, на первый взгляд кажется, обычное поле. Вот только оно заминировано. Один шаг не туда и все, конец. Куда идти, я не знаю, все на вид одинаковое. Тут я тебе не помощник. Потому удачи! — похлопав меня по плечу, чайный дух растворяется.

Вроде обычная, но несколько щепетильная ситуация у меня короче.

— Довольно необычно, впервые пробую такой.

Стараюсь отвечать нейтрально.

— Да, это один из самых дорогих чаев, — она сказала это вполне ровным тоном, но полученная информация добавила груза, обострив ситуацию.

Я теперь в роли эксперта? Если мне не понравится, я должна буду сказать, что понравилось, или обосновать, что не понравилось? Обосновать я не могу. Придется сказать, что мне понравилось. Если скажу, что мне понравилось, попаду в чайную ловушку, где воодушевленная Морган будет рада мне продемонстрировать и другие сорта. Мне так кажется. Ну...

Я отпиваю с чашки и молчу.

— Что скажешь? — через секунд двадцать спокойно интересуется она.

Я отпиваю еще. Да. Пить понемногу я не умею. По секрету, только вам скажу, что для меня вкус, на самом деле, не сильно-то отличается от других чаев. Есть что-то свое, но это все равно чай.

— Не скажу, что я разбираюсь в чае. Мне сложно ориентироваться в отличиях, что-то есть в нем необычное, но что, я сразу не разберу.

Я продолжаю держать нейтралитет.

Она посмотрела куда-то в сторону и улыбнулась, а после взяла свою чашку и пригубила ее. У нас одинокого размера чашки, но при этом моя уже пустая, хотя мне лишь только что налили, а ее еще наполовину полная, хотя стояла тут до моего прихода.

— На самом деле это Дарджлинг третьего урожая. Он менее душист, а на вкус более грубоват, — юная леди говорила это почему-то с некой мечтательной улыбкой, но при этом сопроводила фразу смешком. — В следующий раз, если захочешь, я угощу тебя действительно хорошим чаем. Увидишь разницу.

Похоже, это был тест. Который я не прошла.

— Хорошо, я не против. Полагаю, что ты сразу поняла, что я не эксперт, да?

Остается лишь согласиться, приняв поражение.

— Шико говорила мне, что ты довольно груба и бесцеремонна с незнакомцами, а со мной ты вела и ведешь себя достаточно осторожно. Позволь поинтересоваться, почему?

Легкая напряженность сразу спала.

— Сложно назвать учеников, с которыми ты уже полгода под одной крышей, незнакомцами. Я не всегда такая, какой представляет меня Шико. Да и ты все же теперь член студенческого совета. Попервой стоит понять, с кем мне предстоит иметь дело. Смотрю, я — у вас с Шико одна из основных тем для обсуждения.

А вообще, я еще вежливая, да. Бываю, иногда. Просто госпожа Аглаофотис у нас девушка специфичная, и она, похоже, немного преувеличила.

— Ты не подумай ничего плохого, — тут зазвонил ее телефон. Она некоторое время смотрела на экран, а после включила беззвучный режим. — Шико не ведет себя так же, как другие девушки, и интересуют ее несколько иные вещи. Она всегда была довольно сдержана и по-своему строга. Странно слышать от нее какие-то истории и что-то такое обычное, понимая, что ее это веселит. Мы раньше не могли обеспечить ее таким. Можно сказать, что приезд сюда и ты снабдили ее эмоциями и воспоминаниями. Меня это радует. В той академии все было непросто. А это все, что происходит, внесло разнообразие в ее будни. Мне приятно думать, что и в ее жизни может происходить что-то такое. Стоит поблагодарить тебя за это.

Говорить об этом ей приятно. Сразу видно, что Морган заботится о своей подруге. Как бы странно ни звучало, напоминает мне Амаю. Несколько иная вариация, но суть, пожалуй, та же.

Значит, Шико весело, да? Что-то я действительно не понимаю. Не улавливаю сути, что ли. Ладно-ладно. Похоже, в моей стратегии где-то что-то не так. И я уже немного постаралась и наперед обеспечила ее весельем. Ха. Но об этом позже.

— Так... — протягиваю я, переключаясь на другую тему. — Ты уже обустроилась? Выгрузила вещи?

— Нет. Пока нет. Вещи привезли вчера, но я разобрала только одну сумку. Думаю, сейчас, пока есть время, этим и займусь.

Я предложила ей свою помощь. Она вежливо отказала, но под моим напором с раза третьего согласилась.

Что, если не вещи, лучше расскажет о своем владельце? Мы узнали, что она чайный наркоман, а копание в вещах нам дало? Да ничего, собственно, не дало. Все вполне стандартно. Только вот у нее очень много нижнего белья. Очень много. И среди него нет чего-то стандартного. Все оно довольно изысканное, а есть и что-то более интересное, откровенное и острое, что ли. И я как бы не против. Это интересно. Забавное увлечение. Ее будущей половинке явно оно придется по душе. А если нет, то, скорее всего, Морган интересуется евнухами.

Шико в поле зрения так и не показалась. Ну хотя бы с Герхардом поздоровалась. Передаст ли он мой привет?

******

Покидаю гостей. Делаю пару шагов по направлению к своему дому и вижу приближающуюся Элу. На ее голове ушки, за спиной лисий хвост, а на лице какие-то мазюки. Она сразу замечает меня. Улыбается. Что-то прячет за спиной. И я догадываюсь что...

— С добрым утром, — воодушевленно здоровается Нацукаши.

— Что привело Вас в наши края? — спрашиваю ее я.

Она хитро улыбается. А после достает из-за спины ободок с черными лисьими ушками и надевает мне его на голову. Поправляет мои волосы, пытаясь скрыть ими ободок.

— Вот! — любуясь, произносит девушка.

И пока я стою с каменным выражением лица, ожидая конца, она начинает крепить мне черный хвост.

— И че это за хрень? — довольно сдержано и деликатно интересуюсь я.

— Сегодня же первое апреля! Праздник весны, я ведь рассказывала, — девушка пребывает в прекрасном настроении, оттого совсем не замечает моего тихого недовольства. — Все переодеваются в животных, чтобы отпугнуть злых духов зимы.

Вы спросите меня, почему праздник по изгнанию злых духов зимы празднуется в апреле? Это как-то связано с северной частью Сампии. Больше я нифига не знаю. И я могла бы сейчас спросить об этом Элу. Но я не хочу воодушевлять ее еще больше, проявляя дружелюбие, да и мне не особо интересно.

— Не, ну косплей — это круто, но я-то тут причем? Мне, помнится, сказали, что меня это обойдет.

Она заканчивает с прикреплением хвоста и смотрит на меня.

— На празднование ты можешь не приходить, я все проконтролирую! Но раз ты глава, то поддержи нас, пожалуйста! Ты порадуешь этим и других. Раз президент студенческого совета за такого рода инициативы, то и мы, ученики, тоже позволим себе немного расслабиться и принарядиться! — подобными мотивирующими речами она пытается произвести на меня впечатление. — Кроме того, ты выглядишь очень-очень мило с этими ушками и хвостом! Очень обаятельная лисичка.

— … — мои губы только, плотно сжавшись, недовольно скривились.

Обаяние прет из всех щелей.

Фигня какая-то.

— Ты ведь поддержишь нас? — она скрестила руки под грудью и повернула лицо вбок, говоря это так скромно-скромно, негромко, пытаясь казаться максимально милой. — Правда?

Ох уж эти бабские методы воздействия. Я уже понимаю, что это выбор без выбора. Я не могу не согласиться. Я же знаю, сейчас Вы так по-доброму просите меня, потом более серьезно, потом умоляете, а после — обида. И виновата я.