Биомеханика. K2R-3

Глава 1

Планета Кей-Джей встретила ярким бирюзовым небом и ослепительным солнцем. Если бы не встроенные фильтры на окулярах, я бы даже зажмурился. А так лишь растянул ротовые заслонки в улыбке. Лучи не жгли как на Кей-Ай, а лишь слегка грели корпус. От обилия зелени рябило в глазах. Вот бы старина Джейноль обрадовался.

Но не кидаюсь обнимать березки и целовать ромашки, держу ушки на макушке. Первый глубокий вдох делаю из баллона. Биологическая угроза, все-таки… Биологическая?!

Рядом рвануло так, что по корпусу забарабанили камни, куски проржавевшего металла, комья земли, оплавленные стекляшки. Обонятельные рецепторы завизжали от жженой резины. Интуитивно отворачиваюсь. Бросаю беглый взгляд на окрестности: диковинный пейзаж борьбы зеленой растительности с металлом и пластиком.

Что-либо рассмотреть в деталях мешают клубы сизого дыма. Поверх него мелькает неясное движение. Нечто огромное бесформенное с шумом рассекает воздух.

Глаза быстро находят укрытие – расщелину между проржавевших до дыр стальных листов и помятых пластиковых контейнеров. Ныряю во тьму, попадаю в достаточно просторное помещение и нос к носу сталкиваюсь с киборгом.

Мы оба опешили. Молча уставились друг на друга. Проникающих сквозь щели солнечных лучей вполне хватало, чтобы хорошенько рассмотреть незнакомца.

Корпус у него был простой, старый и ржавый. Стукни хорошенько – дыру проломишь. Конечности тоже в плачевном состоянии: гнутые, мятые, часть заклепок вырвана, наружу торчат провода. Множество проеденных коррозией дыр залеплены синей изолентой. Местами она отклеилась и болталась на сквозняке. В суставах виднелись темные пятна смазки с прилипшим песком. Голова – горшок. Ротовые заслонки прогнили. Один окуляр треснут. В общем, мусорное ведро на ножках.

Но бродяга не обделен и улучшениями. У левого слухового аппарата медленно вращалась тарелка антенны. С плеч эффектно ниспадал плащ из солнечных панелей. На груди закреплен застежками небольшой синий баллон с кислородом. От него к голове вела прочная гофрированная трубка. Неспроста это.

Застал я местного жителя за легким ремонтом ноги. Арматурина пробила ступню насквозь, и он пытался вырвать ржавый прут. Здоровенный дробовик, оснащенный цепной пилой, стоял рядом. Киборг перевел взгляд на оружие. Шумно вдохнул из баллона.

Похоже, до выяснения отношений разговора не получится.

Активирую Ускоритель. Бросаюсь первым и выхватываю дробовик из-под самой руки незнакомца. Вдобавок тот запутывается в ногах и шмякается на землю.

Я отступил подальше, осмотрел грозное оружие и отставил в сторону, демонстрируя добрые намерения. Затем спокойно сказал:

- В этой норе хватит места нам двоим. Когда снаружи станет тихо, я уйду. А до этого давай вести себя тихо. Ты ведь тоже не хочешь, чтобы пришли гости?

Киборг сплюнул землю, поднялся и буркнул:

- Ты кто?

- Турист, - ответил я и спрятал гравитинит в батарейный отсек.

Вид сверкающего камня нисколько не удивил незнакомца. Он еще раз пробежался по мне окулярами и вновь принялся высвобождать ржавый прут из ступни.

- Что тебе надо?

- Ничего, - ответил я и пожал плечами. – Просто пережидаю заварушку снаружи. Кстати, что там происходит?

Киборг прекратил ковыряться с железкой и вновь уставился на меня. Скользнул взглядом вниз и некоторое время рассматривал чистенькие, только что отремонтированные ноги. Скривился и задал следующий вопрос:

- Откуда ты?

Раскрывать карты перед первым встречным у меня не было никакого желания.

- С севера, - уклончиво ответил я и сразу вернулся к прежней теме: - Так что там снаружи происходит? В дыму сложно было что-то разобрать.

Теперь незнакомец посмотрел на меня как на идиота. Он едва сдержал ругательства и сказал:

- На севере нет Цитадели.

- Что такое Цитадель? – поспешил поинтересоваться я.

- Тебе память отшибло? – фыркнул киборг. – Ты же явно оттуда. Корпус новенький, сверкает, как на витрине. Свежим маслом разит за километр, будто из бочки.

Тут он прав. Наблюдательный попался. Неужто открытый?

Наконец, ржавый бродяга вырвал арматурину, осмотрел, отшвырнул и сказал:

- Отойди от входа, чтобы не заметили.

Мысль дельная. Я зашел немного вглубь, но сильно приближаться к незнакомцу не стал. И не зря. Он шумно вдохнул порцию кислорода и вновь бросился к дробовику. Наивный.

Я легко оттолкнул его плечом и погрозил пальцем.

- Не делай больше так, не то вышвырну отсюда.

Киборг скрипнул ротовыми заслонками и молча уставился на меня.

- Да, ты прав, - сдался я. Растянул рот в улыбке и включил фантазию: – Цитадель. Но ты же понимаешь, что я не могу говорить об этом с кем попало. Мое место не здесь. Мой… Наш антиграв разбился неподалеку и…

- Где твоя маска? – перебил бродяга.

- Ты о чем?

- Кислород, - пояснил он и показал на свой баллон на груди. Затем махнул рукой. – Ааа, мне все равно.

Я не стал рассказывать о возможностях корпуса. Есть куда более насущные проблемы. Снаружи не прекращались выстрелы, грохот и скрип металла. Рядом вновь бабахнуло. В наше убежище ворвалось облако пыли. С потолка полетела ржавчина, тоненькой струйкой посыпался песок.

Я вернул разговор к нужной мне теме:

- Что там происходит?

Киборг не ответил. Лишь отошел поглубже. Я тоже шагнул в тень.

Ну и сосед же мне попался. Слова не вытянуть. Надо было хоть как-то разговорить нового знакомого. Точнее, пока незнакомого. Но это поправимо.

- Как тебя звать? – спросил я.

Киборг проигнорировал вопрос и сразу перешел к делу:

- Если я отведу тебя в Цитадель, то в качестве оплаты хочу, чтобы меня взяли на службу. Любая должность. Мне все равно. Идет?

Ага! Выходит, Цитадель пользуется спросом. Каждый бродяга хочет попасть туда. Но соглашаться на предложение я не спешил. Решил немного разогреть микросхемы этого ржавого ведра. Надменно фыркнул:

- Не похож ты на того, кто сможет дойти до Цитадели.

- Тогда выбирайся сам, - отрезал киборг.

Отказываться от проводника я не собирался. В любом случае, мне надо поскорее убраться отсюда. Не ровен час, явится Кайл. То, что его еще нет, уже хорошо.

- Я не могу доверить свою жизнь первому встречному. Для начала, мне надо узнать, могу ли положиться на тебя. Ответь на вопрос: что там происходит?

Но тот гнул свое:

- Вы все там такие придурки?

На улице канонада не стихала. В ближайшее время покидать укрытие все равно нельзя.

Я продолжил после паузы:

- Ладно, начнем иначе. Как звать-то тебя?

Ответить бродяга не успел. Снаружи послышались скрипучие шаги, брякнула железяка. Незнакомец в очередной раз рванул к дробовику. На этот раз я не стал ему мешать и прижался к стене. Киборг схватил оружие и навел ствол на вход в убежище. Там мелькнула неясная тень.

- Только сунься!.. – просвистел прогнившими ротовыми заслонками бродяга.

И его услышали. Яркий свет на входе заслонила киборгоподобная фигура. Я еще сильнее вжался в стену.

Громыхнул выстрел – незваный гость исчез. Запахло порохом. Но радоваться было рано. В проеме тут же появился новый враг. Бродяга снова прицелился, только на этот раз его опередили. Внутрь ворвался сноп пламени, сыпанули искры, заклубился дым. По слуховым аппаратам будто кувалдой врезали. В голове у меня зажужжало.

Когда дымка немного рассеялась, я увидел, что незнакомец лежит на земле и не шевелится. Во лбу зияет дыра, а из нее медленно вытекает биологический материал.

В проход зашел киборг. Он не сразу меня заметил, а когда все же увидел, то без лишних слов навел ствол причудливой винтовки. К этому времени я уже немного рассмотрел этого сморчка и решил сходу не атаковать. В любом случае, успею вышибить мозги. Но для страховки активировал Замедление времени, в два счета оказался рядом, сместил палец со спускового крючка и вернулся на прежнее место. Выпалил:

- Не стреляй! У меня нет оружия!

Подействовало. Киборг уставился на меня, как на полку с маслом. Но пушку не убрал.

Это был такой же железный бак для мусора, круглая голова с проржавевшими ротовыми заслонками, запыленные окуляры, гнутые простые конечности. Дыры на прохудившемся корпусе заклеены изолентой, левое предплечье замотанно проволокой.

В отличие от незнакомца, пускающего биологический материал из дыры во лбу, у этого не было плаща и радара на плече. Солнечные панели покрывали корпус и голову в хаотическом порядке. Будто он намазался клеем и извалялся в куче фотоэлементов.

Новый гость был не один. В проходе появился другой киборг. Он мало чем отличался от первого. Разве что отсутствовала дверца батарейного отсека. Вместо нее внутрь был вставлен кусок пластика.

Еще одна деталь их роднила: у обоих не было кислородных баллонов. Даже намека на их использование. Киборги дышали полной грудью, если так можно сказать о свисте воздуха в каналах вентиляции биоматериала.

Второй гость тоже поднял винтовку и молча уставился на меня.

Я уже смекнул, что наши корпуса различаются радикально. Значит, надо этим воспользоваться.

- Опустите стволы! – как можно увереннее проговорил я.

Не прошло. Ржавые кастрюли все также тыкали в меня пушками.

Я усилил давление и сказал уже с нотками недовольства в голосе:

- Вы не видите, кто перед вами?!

Вновь мимо. Ладно. Поднимем ставки.

Я выпятил грудь, подбоченился и окинул надменным взглядом этих болванов.

- Грязные жестянки, я с вами разговариваю!

Киборги молчали, словно воды в рот набрали. Не с кулаками же на них набрасываться. А делать что-то надо. Кастрюли не двигались, но и винтовки не опускали. К счастью, Ускоритель уже зарядился. Если диалог не задастся, заставлю гостей замолчать навсегда в два счета.

Снаружи послышались шаги. Вход заслонила тень, а затем в убежище ввалился еще один киборг. Этот уже разительно отличался от ржавых вояк. Нет, корпус хоть и выглядел солиднее, но также был в плачевном состоянии. Давно не знал чистки и пестрил крестиками синей изоленты. Но вошедший был на голову выше, и поведение явно указывало на принадлежность к другой касте.

Киборг бесцеремонно растолкал солдат, встал напротив меня и рявкнул:

- Ты кто?

На поясе у него болталась кобура с лазерным пистолетом. На корпусе каких-либо знаков отличия не наблюдалось. Солнечные панели также хаотично покрывали все свободные участки.

Я продолжил играть важного золотника:

- Ты вроде посмышленее этих болванов. Не видно?

Чистые бока тут, похоже, пользуются уважением. И киборг заглотил наживку.

- Моей семье не нужны ссоры с соседями, - ответил он, бегая окулярами по моему корпусу.

- Правильное решение, - снисходительно проговорил я.

- Но этот трофей принадлежит нам, - киборг ткнуло пальцем в мертвого бродягу. – Мой солдат убил его.

Я взял паузу, чтобы немного поиграть с чувствами и посмотреть на реакцию. Уставился прямо в окуляры. Дылда не отвел взгляд. Но решение было за мной. Наконец, я сдался и спокойно сказал:

- Хорошо.

Ржавый по-прежнему стоял с протянутой рукой в сторону мертвого бродяги. После моих слов он слегка улыбнулся и выпустил из ладони странную белесую проволоку. Она будто живая нашла труп и нырнула в дыру на голове. Послышались мерзкие чавкающие звуки. И этот жгут не собирался оставлять ни капли вытекшего биоматериала. Выпустил сеть отростков, которые мигом подобрали все до капли.

Мне с большим трудом удалось сдержать возглас удивления. Надо держать марку. Если я свой, то такие фокусы не должны смущать.

К этому времени шум снаружи стих. Доносилось лишь завывание ветра в грудах металлолома. Иногда позвякивали жестянки, и шелестел полиэтилен.

- Не буду мешать, - сказал я и направился к выходу.

Но прежде, чем покинуть убежище, подхватил из рук мертвеца дробовик.

Никто не возражал. Тут я угадал. И, кажется, обмен был неравноценный. Уж больно у дылды рожа светилась от счастья. Ну да ладно. У меня все равно нет такой проволоки в рукаве для всасывания биоматериала. И чужие мозги мне ни к чему. А вот зачем они киборгу, да еще в таком состоянии – это уже другой вопрос.

Солдаты расступились, и я беспрепятственно вышел на свежий воздух. Но вдохнул не его. Хоть киборги смело дышали без всяких баллонов и масок, я не спешил уподобляться им и вдохнул припасенный кислород из контейнера в корпусе.

И от увиденного вокруг захотелось хорошенько продышаться.

За навалом металла и пластика возвышался сложенный пополам пятиметровый робот-погрузчик. Из внутренностей валил черный дым. Смердело паленой изоляцией. Досталось бедолаге знатно. Тело пестрело свежими дырами от пуль. Голова превратилась в мятую консервную банку. Из шеи толчками вытекало масло. Правый манипулятор выскочил из плечевого сустава и болтался на проводах и шлангах. Левый искрил в локте.

Убийцами робота-погрузчика были все те же мелкие ржавые кастрюли, что навестили мое с бродягой укрытие. Они суетились вокруг как муравьи. Два командира выпустили из рук белесые проволочные жгуты и всасывали расплесканный по всему корпусу биоматериал. Солдаты же обильно смазывали проржавевшие тела вытекающим маслом. Пили и даже набирали в масленки про запас.

Помимо гиганта, на земле валялись и мелкие киборги. Их участь была такой же. Трупы уже высосали командиры, а корпуса подверглись мародерству собратьев.

Чтобы не вызывать негативные мысли в головах солдат, я закинул дробовик за спину. И пока на меня не обращали внимания, окинул взглядом залитую солнцем округу. Пейзаж впечатлял! Если вначале казалось, что природа тут активно борется с технологиями, то теперь было ясно, что она давно победила. Зелень покрывала все вокруг: развалины некогда гигантского здания, прохудившиеся контейнеры, кучи металлолома и пластика, остовы гигантских тягачей, поваленный кран и вздыбленные дороги.

Сами растения сильно отличали друг от друга. Были тут и толстые лианы, змеями ползущие по земле. И тонкие вьюнки, которые оплетали покосившиеся столбы. И пучки травы разной пышности, строения и размера. Что-то покрывал ковер мха, что-то поросло плесенью. Даже синие и желтые цветы торчали то тут, то там. Чуть в отдалении высились настоящие деревья. А севернее на горизонте синела полоска леса.

Осмотр пришлось резко прервать. Черный жук звонко врезался мне в лоб. Я отшатнулся, замахал руками. Бронированное насекомое упало на спину и неистово замахало лапками. Иногда жук раскрывал твердые чашечки крыльев, выпускал прозрачные крылышки и заводил мотор. Но это приводило лишь к кручению волчком.

Я улыбнулся, присел на корточки, подставил палец – цепкие лапки жука заскребли металл и не сразу нашли за что ухватиться, но все же зацепились крючками за суставы. Я поднялся и вытянул руку. Бронированный летун раскрыл крылья, зажужжал оторвался от пальца и собирался отправиться по своим насекомьим делам, но не вышло. Его резко схватил киборг, невесть откуда нарисовавшийся рядом.

Это был все тот же дылда из укрытия.

- Жук улетел от тебя, - проговорил киборг. – Я его поймал. Он принадлежит мне.

Спорить было все равно бессмысленно. Не из-за насекомого же вставать в позу. К тому же, ржавый чайник уже раздавил жука. А после выпустил из ладони белесую проволоку.

Теперь при солнечном свете я отчетливо разглядел ее. И это была совсем не металлическая проволока или шланг. Эта штука чем-то напоминала силикон, который будто паутина обволакивал биоматериал и всасывал. В считанные секунды на ладони киборга не осталось и следа от жука. Даже бронированный корпус исчез.

Дылда отвернулся и как ни в чем не бывало поспешил к роботу-погрузчику в надежде и там урвать чего-нибудь вкусного. Помнится, на Кей-Джей до закрытия выращивали биоматериал. А теперь за ним гоняются. Странная ценность.

Субстанция в ладони киборга никак не выходила из головы. Я вспомнил, что окуляры инженера-исследователя оснащены сканером и тепловизором. Включил последний и окинул взглядом толпу ржавых кастрюль. Толку это не дало. Киборги светились разогретыми батарейными отсеками, мозгом, шестеренками и суставами в разной степени. Тут ничего удивительного. Но когда я поиграл с настройками сканера и выставил на обнаружение живой материи, то увидел страшное: все киборги были сплошь покрыты белесой паутиной.

Наблюдения пришлось прервать.

- Уходи, - проскрипел измятый вояка и легонько ткнул меня заостренной арматуриной в грудь. – Нечего тут вынюхивать.

Я взглянул на него так, будто из глаз бьют лазеры. И ржавый попятился, потупил взор и забубнил что-то невнятное себе под нос.

Но другие уже постепенно подходили ближе. Я подбоченился и громко сказал:

- Вашей семье нужны проблемы?

Подействовало. Киборги показали спины и вновь принялись копаться в мертвых телах собратьев и шарить по внутренностям гиганта.

Разговаривать с ними мне не хотелось, а вот изучить паутину в телах можно было. Но не успел я запустить сканер, как киборги стали медленно удаляться. При этом они все время оборачивались и поглядывали мне за спину.

Обернулся и я.

Глава 2

Поначалу ничего необычного видно не было. Как и раньше буйство зелени соперничало с ржавым металлом и выцветшим пластиком. И чего так испугались киборги? А они уже улепетывали, только пятки сверкали. Я вновь уставился вдаль, но так ничего и не разглядел. Может, просто не знаю, что искать? С высоты должно быть виднее.

Я вскарабкался по лиане на ближайшую уцелевшую будку из кирпича и оглянулся по сторонам. На юг убегала толпа киборгов. Они были уже достаточно далеко и мелькали среди заросших холмов мусора. На севере по-прежнему ничего толком не разглядеть. Разве что появилась желтоватая дымка. Она клубилась над бугристой землей.

И тут у меня в голове будто щелкнул тумблер! Часть поверхности, размером с десяток футбольных полей двигалась! Она неспешно ползла прямо на меня!

Ждать неведомую угрозу нет смысла. Надо уходить от греха подальше. Только прежде я решил осмотреть труп киборга. Перевернул на спину первого попавшегося и открыл дверцу батарейного отсека. Внутри шаром покати. Все ценное вытащили собратья. Глупо ожидать другого от ржавых кастрюль. Интересовали меня белесые жгуты. Они тонкой паутиной покрывали все внутренности мертвеца.

Я дотронулся пальцем до одного из отростков, и он зашевелился. Лопни конденсатор, субстанция была живая! Я отшатнулся, как от огня. Датчики взвыли от мерзкого чувства склизкой холодной гадости.

Продолжать изучение странной материи с каждой секундой становилось все опаснее. Ползущая громадина приближалась. Стал доноситься скрежет металла, хруст растений и треск пластика. В воздухе начала летать желтая пыль.

Я вдохнул из баллона и поспешил за киборгами. Краем глаза успел уловить, как при попадании пыли на белесую паутину в теле мертвеца, та моментально скукожилась. А раз этой сопле не понравилось, то и мне вряд ли пойдет на пользу.

Нагонять ржавых кастрюль не хотелось. Поэтому едва оказавшись на возвышенности, я оглянулся по сторонам. Оказывается, вокруг раньше было что-то вроде поселения, но необычного. Это не Айронтаун. Домов как таковых не увидеть. Вместо них вся площадь городка покрывалась равными прямоугольниками. Они отчетливо проступали на заросшей поверхности.

Теперь ползущий с севера пласт земли был хорошо виден. Больше всего он напоминал небольшое разрушенное поселение, также покрытое причудливой растительностью. Проглядывались похожие прямоугольники и кучи мусора. Среди них я отчетливо разглядел три ржавых киборга с простыми корпусами. Они топтались на месте и как-то неестественно дергались, будто их периодически било током.

Желтый туман становился все гуще.

Я глянул на восток. Там в паре сотен метров поселение заканчивалось, и начиналась заболоченная низина с ярко-зеленой водной гладью. Но лишний раз мочить корпус незачем. К тому же, неизвестно, что скрывают эти воды.

На западе руины тянулись намного дальше. Затем открывался широкий травянистый простор. Это направление мне показалось более привлекательным.

А Кайла все еще не было. Значит, моя идея сработала. Но сколько осталось времени, до того, как появится оверморф?

Кстати, как он находит меня?

Гравитинит отозвался:

Он чувствует выброс энергии при переходе

Я вздрогнул. Не привык еще к такому диалогу.

Сколько процентов заряда осталось?

41%

На этом хватит расспросов. Лучше сосредоточился на окружении. Не время сейчас болтать. Надо смотреть в оба.

Пробираться по развалинам было несложно. Ноги лишь иногда увязали в мягкой почве. В основном землю покрывала паутина лиан. Они тут вообще были повсюду. Закостенелые мертвые побеги переплетались с гибкими зелеными. Сквозь дыры пробивались хилые деревца, кусты и пучки травы.

Пропетляв немного, я вышел из желтого облака. Ветер нес его на юг. В воздухе лишь совсем немного летало пыли. Ее видно не было, но на растениях образовался легкий налет.

Встреченные ранее киборги уже вышли за поселение и продолжали уплывать ржавым пятном. Их оказалось больше, чем я думал. Мало того, над толпой кастрюль парил самый настоящий дирижабль. И шлак бы с ним, мало ли чего ожидать от здешних умельцев, но серый баллон очень сильно напоминал гигантский рыбий пузырь. Даже с такого расстояния были видны паутины кровеносных сосудов. Рассмотреть что-либо детально мешала усиливающаяся желтая пелена.

До края разрушенного городка мне оставалось не больше сотни метров, когда за очередным навалом хлама показался киборг. Он висел на фонарном столбе на стальной проволоке, обкрученной вокруг шеи, и неистово трепыхался. Бедолага изо всех сил старался высвободиться, рвал путы, раскачивался, дергался, но ничего не получалось.

На вид киборг ничем не отливался от биометаллолома, встреченного ранее. Такой же простой корпус и солнечные панели, расклеенные по всему телу. Кислородного баллона не было. А уже давно понятно, что здешние обитатели делятся как минимум на две группы: те, кто использует для дыхания кислород, и те, кто особо не парится по этому поводу. Неизвестно, как первые, но вторые вдобавок заражены белесой паутиной. Этот наверняка тоже.

Некоторое время я стоял на месте.

Можно просто пройти мимо. Можно воспользоваться моментом и выпотрошить киборга. У меня хоть и есть небольшой запас батареек, но лишней энергия никогда не бывает. А можно поговорить. Для этого, конечно, надо расположить к себе пленника. И в его случае, это дать свободу.

Я подошел ближе к болтающейся жестянке и окликнул:

- Эй, нужна помощь? Или ты на просушку вывесился?

Киборг ничего не ответил. Он, несомненно, заметил меня, но лишь задергался пуще прежнего.

Неразговорчивый попался. Впрочем, солдаты дылды тоже молчали как рыбы. Надеюсь, когда выберется из петли, этот болван все-таки соизволит открыть рот.

Я проследил окулярами проволоку. Она была несколько раз обкручена вокруг столба и крепилась в десятке метрах в стороне за измятую трубу. Я подошел, протянул руку, и тут же слева из-за навала пластика раздался едва уловимый щелчок.

В следующее мгновение вокруг шеи обмоталась тонкая стальная нить с крючком на конце. Я и опомниться не успел, как оказался подвешенным к соседнему столбу. Качаясь из стороны в сторону, затрепыхался, но вскоре понял, что так просто вырваться не удастся. Хвататься за дробовик не стал. Сейчас толку от него мало. Крикнул:

- Что за фокусы?! Опусти меня на землю!..

Я кое-как прокрутился вокруг своей оси в попытке разглядеть ловца киборгов, но никого так и не увидел. Зато прекрасно разглядел ползущий пласт земли с развалинами. Ветер по-прежнему уносил желтую дымку на юг, а вот сама заросшая растительностью поверхность слегка изменила курс. Теперь она краем цепляла и меня.

- Я свой, незараженный!.. Я использую кислород, просто баллон встроен в корпус.

Вражда двух разновидностей киборгов была очевидной. И невидимый охотник наверняка принадлежал к другой группе, нежели висевший по соседству. Не подействовало. Никто не отозвался.

Тогда пришлось подключать тяжелую артиллерию.

- Я из Цитадели!

И тут мимо. А наползающий земляной пласт уже ломал железо и хрустел кустами в десятке метров. Вот теперь пора паниковать. Я задергался, но петля лишь затянулась сильнее. Тогда нащупал крюк и попытался скинуть его, только все тщетно.

Что ж, придутся пошуметь.

Я кое-как стянул дробовик и приставил цепную пилу к тросу. Но запустить не успел.

- Откуда у тебя это оружие? – сзади донесся скрипучий голос.

Я заелозил в петле, медленно повернулся на звук: некого. Кто бы там не был, но он не спешил показываться. Времени хватило, чтобы найти связь между ловцом и тем бродягой.

- Дробовик мне пришлось забрать из рук мертвеца, - залопотал я, на ходу выдумывая историю. – Мы отбивались от врагов, но их было больше. Эти ржавые болты загнали нас в угол. Мне чудом удалось остаться в живых…

Я осекся. Из-за навала пластика вышел киборг в плаще. Один в один, как бывший владелец дробовика. И синий кислородный баллончик на груди имелся. И над левым ухом медленно вращалась тарелка антенны. Только на левой руке у этого была закреплена катушка с тросом. За спиной висела винтовка.

- Что стало с Оувосемь? – спросил он.

- Мне кажется, что лучше обсудить это чуть позже, - я кивнул на наползающий пласт земли.

До того, как он поглотит меня и молчаливого висельника, оставались считанные минуты. Но киборг в плаще ничего не ответил. Он вновь исчез из виду. А через мгновение натяжение троса ослабло, и я плавно приземлился на ноги. Моментально скинул петлю и рванул за навал пластика.

Пробегая уже по самому краю движущейся поверхности, я хорошенько разглядел ее. И теперь стало ясно, что это не земля движется, а некий живой организм. Сверху он просто оброс всяким хламом и лианами. Но снизу субстанция сильно походила на коричневую паутину. Она состояла из толстых жгутов, тонких волокон и почти совсем незаметных нитей. Тысячи отростков тянулись вперед, обвивали лианы, а затем подтягивали основное тело.

Безмолвный солдат остался болтаться на столбе. Его уже нашли вездесущие побеги и активно оплетали. Участь бедолаги незавидна. Не думаю, что ему понравятся объятия коричневой паутины.

- Сюда! – крикнул киборг в плаще и показал на нору в куче металлолома.

Я слегка замешкался. Можно же просто сделать ноги. Тем более что громадная субстанция вот-вот закроет собой это убежище. И что тогда?.. Но киборга этот факт нисколько не смущал.

- Ну же! – крикнул он. – Быстрее!

Я решился. В два прыжка оказался рядом и нырнул во тьму. Включил ночное видение: туннель весь зарос лианами и уходил круто влево. Позади раздался скрежет металла. Я обернулся: киборг спешно закрывал проход всем, что попадало под руку. Но вскоре бросил это занятие и рванул прочь. Пробивающиеся свозь щели солнечные лучи постепенно гасли. Проход с жутким скрипом вминался, будто консервная банка. Отовсюду полезли коричневые змеи отростков.

- Чего встал?! – толкнул меня ржавый. – Топай!

Я развернулся и поспешил по узкому проходу.

Идти долго не пришлось. Уже за следующим поворотом в окуляры ударил яркий свет. Я выключил ночник, и понял, что свет был совсем не ярким. Комнату освещали всего несколько тусклых масляных светильников. Их хватало, чтобы осмотреть все достаточно большое помещение.

И это оказалась самая настоящая лаборатория! Во всяком случае, когда-то такой была. Сейчас, конечно, все выглядело плачевно. Лианы даже сюда добрались. Они оплели и стены, и потолок, и пол. Оборудование тоже было не в лучшем состоянии: поросло плесенью, проржавело.

Но кое-что сохранилось. На столе рядами стояли пробирки в держателях и разных размеров колбы. Часть из них заполняла разноцветная жидкость. В чашечках Петри прорастала не менее пестрая плесень. Рядом на спиртовой горелке булькал и пускал пар стеклянный перегон.

На полках виднелись банки с кислотами и щелочами. Валялись запчасти, мотки проводов, платы, радиодетали. В дальнем углу расположился здоровенный баллон с кислородом. Возле него стоял ящик с маленькими синими баллончиками.

Дальняя стена была полностью заставлена слегка подсвеченными аквариумами с зеленоватой биомассой. От каждого шли провода в контейнер с батареями питания.

Пахло тут сыростью, хлоркой и гарью.

Я так увлекся разглядыванием лаборатории, что совершенно не заметил, как ко мне подошел неизвестный киборг и нагло опрыскал с ног до головы концентрированным раствором хлорки. Затем просканировал каким-то приборчиком с антенной. Деловито кивнул и отошел в сторону.

Корпус у него был получше, чем у всех, встреченных ранее. Не чета моему, но все же. Ржавчина уже изрядно погрызла металл, пластиковые вставки потускнели, местами треснули, защитные накладки в суставах прохудились.

Голова – хоть и простой горшок, однако имела выдвижные окуляры с фильтрами и микроскопом. Конечности тоже ничего: многосуставные пятипалые, густо усеянные датчиками. Вдобавок оборудованы пинцетами, зажимами и другими инструментами. Такие хорошо подходят для тонкой работы. На груди закреплен кислородный баллончик.

- Интересно у вас тут! – подал я голос. – Кстати, меня зовут Кадваер.

- Арпять, - представился киборг с навороченным корпусом.

- Двакьюзед, - буркнул ржавый в плаще. – А теперь расскажи, что произошло с Оувосемь.

Я вкратце поведал все, чему стал свидетелем, утаив некоторые моменты общения с бродягой. В моем рассказе он доверял мне как самому себе. В процессе диалога выяснилось, что Оувосемь и робот-погрузчик были вместе. Они собирали какие-то образцы для Арпять, когда их заметили зараженные киборги. Новые знакомые называли таких микантами.

Когда я в красках описывал наше противостояние, из соседней комнатушки вышли еще два одинаковых киборга-девушки. Обе с пышными шевелюрами из распушенных катушек медной проволоки. Над окулярами синей изолентой приклеены пластиковые завитки ресниц. Ротовые заслонки обильно намазаны свежей красной краской. Вкусовые рецепторы тут же уловили запах растворителя.

Простые корпуса красоток сверкали от только что намазанного масла, но тоже были в плачевном состоянии: вмятины, дыры, вырванные заклепки. Изъяны не скрывали даже юбки из оцинкованной жести, бюстгальтеры из обрезанных баллонов и украшения из фольги.

- Эмтриди и Эмтриси, - представил их Арпять. – Мои помощницы-лаборантки.

- Кадваер к вашим услугам, дамы, - с широкой улыбкой проговорил я и снял воображаемую шляпу.

Те синхронно хихикнули и потупили взоры.

Из глубины подвала донесся неясный шорох, стук, бряцанье железяки. Но никто и ухом не повел. А звук явно шел не снаружи. Значит, в лаборатории собрались не все.

Арпять, нисколько не стесняясь, просканировал меня другим прибором, поднял металлические брови и спросил:

- Откуда ты?

Настал момент икс. Убивать меня уже никто не собирается. Это понятно. Выкинуть на улицу сейчас тоже нельзя. Нас накрыла громадная субстанция. И судя по поведению местных, это входило в их плены.

Надо было выбирать: или признаться, что я прилетел с другой планеты, или представиться жителем загадочной Цитадели. Второй вариант более рискованный, так как я совершенно не понимал, что происходит вокруг и мог засыпаться на любой мелочи. Киборги уже и так переглядывались, когда я называл микантов зараженными. Но если честно скажу, как есть, то смогу задавать вопросы. А их уже накопилось достаточно.

Я выбрал нечто среднее, выпятил грудь и заявил:

- Прилетел с Кей-Кей с визитом в Цитадель, но наш корабль разбился. Уцелел лишь я.

Вышло даже лучше, чем можно было рассчитывать. Арпять поскреб подбородок и взглянул на меня с явным уважением. Девчонки хихикнули и затрепетали ресницами, поправили пышные прически. Лишь Двакьюзед надменно хмыкнул. Он продолжал подпирать плечом стену со скрещенными руками на груди. Киборг в плаще никак не отреагировал даже на пронзительный взгляд Арпять.

Дабы не сесть в лужу и еще больше навеять загадочности и важности, я пресек возможные расспросы:

- Надеюсь, не надо объяснять о невозможности разглашения целей моего прилета. Мне надо в Цитадель. Если поможете, то в долгу не останусь.

- Обсудим за кружечкой масла, - спокойно сказал Двакьюзед. – У нас еще много времени.

Сквозь потолок стали пробиваться коричневые ростки. Они шевелились, будто черви, искали, за что зацепиться.

- Не двигайся, - шепотом проговорил Арпять и взял со стола банку с ручным распылителем.

* * *

Желтоватый туман пришел в движение, закрутился все ускоряясь и ускоряясь. Поднялась пыль, полетели обрывки целлофана, пенопласт, куски пластика. Вихрь стремительно набирал обороты. А после раздался резкий хлопок, мусор безжизненно опал, дымка рассеялась, и в центре воронки появились два киборга.

Один из них был черным бойцом Икстехнос. Второй же имел не менее продвинутый корпус, но все же отличался от бронированного собрата изяществом линий. Пластиковые вставки, нержавеющая сталь, черные накладки из высокопрочных сплавов, датчики, сканеры, антенны – все самое лучшее.

Голова была особенной. Стальной череп обтягивала искусственная силиконовая оболочка. Ее даже вблизи не отличишь от настоящей кожи.

Оба киборга имели встроенные кислородные баллоны, запас батарей питания и оружие. Они знали, куда прилетели и приготовились к здешним условиям.

- Он не мог далеко уйти, - сказал Кайл и принялся исследовать округу биосканером.

Второй пришелец сменил обычное зрение на тепловизор.

Глава 3

Биосканер чуть ли не пищал от многообразия живых организмов, поэтому толку от него было мало. Тепловизор бойца Икстехнос тоже оказался бесполезен. Вся округа светилась. Поди разбери, кто здесь кто. Но из пестрящего многообразия жизни Кайл все же выделил группу киборгов, которые уходили на юг.

- Он может быть там, - заключил оверморф. – Найди и проследи, но ничего не предпринимай, чтобы не спугнуть. Если Кадваера там не окажется, то хорошенько расспроси микантов. Они должны были его встретить. И замаскируйся под местного, чтобы не вызывать подозрений. А мне надо поздороваться и сообщить о визите.

- Слушаюсь, - буркнул черный киборг.

Он словно ищейка, взявшая след, рванул на юг. Кайл же сел на корточки и провел пальцем по лиане. На нем остался желтый налет. Оверморф долго разглядывал его, использовал различные режимы окуляров, обонятельные и вкусовые рецепторы. Затем фыркнул, вытер палец о плечо и поспешил прочь с медленно движущегося пласта земли.

* * *

Арпять не дожидался, когда отростки заполонят комнату, а сразу щедро распылил содержимое банки. Помещение наполнилось едким запахом хлоркой. Коричневые черви тоже оценили адскую смесь. Неистово зашевелились, задергались, чуть в узлы не завязались, и вскоре убрались восвояси.

Несколько хвостиков отвалились, заелозили по полу в агонии. Через пару секунд затихли. Для надежности, киборг опрыскал потолок, и на этом успокоился.

- Не будем тратить время впустую, - сказал он. – Сейчас нас никто не побеспокоит и не заметит активности. Займемся делом. Эмтриди, Эмтриси подготовьте реактивы для сыворотки.

Девушки тотчас засуетились, зазвенели стекляшками. Но украдкой так и поглядывали на меня. Эмтриди, или это была Эмтриси, не знаю, даже споткнулась и едва не расквасила колбу с красной жидкостью. Неизвестный реактив забурлил от такого небрежного обращения.

Арпять злобно сверкнул окулярами, покачал головой. Затем ловко подцепил пинцетом на пальце один из мертвых коричневых отростков и бережно уложил в стеклянный контейнер. Капнул прозрачной жидкости, пододвинул лампу, согнулся и уставился выдвижным окуляром на образец.

- Что-то новенькое, - задумчиво проговорил киборг. – Такой раньше не встречался.

Он выпрямился, нацепил полиэтиленовый халат, натянул на руки резиновые перчатки и повернулся к Двакьюзеду:

- Ты пока не нужен. Если понадобишься, позову. Проверь, пожалуйста, образец девять, оранжерею и зверинец.

Киборг в плаще кивнул, поставил винтовку в угол, взял со стола банку с ручным распылителем и пошел к двери. С протяжным визгом открыл металлическую заслонку и позвал меня через плечо:

- Идем, Кадваер, пропустим по стаканчику масла.

- С удовольствием! – оживился я. – Шестеренки уже скрипят от жажды.

Мы вышли из лаборатории и оказались в тесном коридоре. По обе стороны стояли ящики со всяким хламом, листы жести, оконные рамы, арматура. А с потолка свисали коричневые побеги. Они уже по-хозяйски обвивали все вокруг, выпускали тонкие нити, обволакивали паутиной углы и приглянувшиеся предметы. Двакьюзед тут же опрыскал отростки хлоркой. Через секунду проход был свободен.

Я молча наблюдал. И как мне ни хотелось завалить киборга вопросами, но приходилось сдерживаться и делать вид, что ничего странного не происходит. Я хоть и впервые на Кей-Джей, но по легенде должен иметь хотя бы минимальное представление о местных условиях. Но только минимальное. Пока лучшее, что пришло в голову – отыгрывать правительственного посланца с миссией инспектора. А значит, могу многого не знать, важно надувать щеки и уклончиво отвечать на неудобные вопросы.

Двакьюзед отставил банку с хлоркой, сунул мне в руки две железных кружки, затем достал из ящика на полу канистру с маслом и плеснул тягучей жидкости по самый край.

- За знакомство!

Мы стукнулись кружками и сделали по большому глотку – вкусовые рецепторы взвыли от крепкого напитка. Я даже слегка поморщился. Киборг усмехнулся.

- Старые запасы, - сказал он. – Привыкнешь.

Вскоре масло растеклось по внутренностям. В голове приятно зашумело.

- Что имел в виду Арпять, когда сказал, что этот отросток новый? – начал я, сделав еще глоток.

- Вопрос за вопрос, - отрезал Двакьюзед. – Идет?

- Справедливо, - согласился я. – Но можно отказываться от вопроса, если он не нравится.

Киборг кивнул и поспешил ответить:

- Профессор имел в виду, что нас накрыл вид мицелия, который раньше тут не появлялся. Теперь моя очередь. Скажи, корабль, на котором ты прилетел, можно вернуть к жизни?

- Я не механик, но думаю, можно.

Воин растянул ротовые заслонки в улыбке. Открыл дверь слева и сказал:

- Это наш зверинец.

Челюсть у меня отвисла. Казалось, я попал в сказку: в темной комнате кружились сотни светлячков. В их зеленоватом свете проступили десятки стеклянных контейнеров. Маленькие банки рядами стояли на полках по всем стенам. Большие аквариумы разместились на полу. В одних виднелись диковинные растения. В других ползали насекомые. В третьих бегали мелкие пушистые зверьки. В четвертых суетились хвостатые крабы. Клацанье их клешней напоминало звуки кастаньет.

- Кто выпустил светлячков?! – всплеснул руками Двакьюзед.

Ответа не было. Только послышался мелкий топот где-то за стеной.

Но пока было не до них. Коричневые отростки пробрались и сюда. Они уже оплетали паутиной полки, свисали с потолка, змеились по стенам. Двакьюзед бесцеремонно обдал их хлоркой – вездесущий мицелий моментально исчез.

Пока железный дезинфектор опрыскивал комнату, у меня появилось время обдумать следующий вопрос. Сейчас выпала хорошая возможность прояснить ситуацию на планете. Надо как можно больше узнать, но при этом не сильно завираться. Этому киборгу палец в рот не клади – откусит. Наверняка, свободный.

Я подошел ближе к одному из аквариумов: на меня тотчас взглянули три пары красных глазок белых ушастых крыс. Зверьки были необычными. То, что я сразу принял за мех, оказалось плесенью. Она полностью покрывала тела животных.

Крысы задергали мордочками, зашевелили усами и неистово заскребли стекло коготками. Я повернулся к полке с банками. В них были растения: несколько извивающихся розовых лиан, какие-то зеленые с синими прожилками лопухи и золотистая метелка – все покрыто плесенью, а на лопухах даже проступили гроздья небольших оранжевых грибков с тоненькими кривыми ножками и шляпками-кнопочками.

Я приблизился к широким контейнерам: там, на песчаной подстилке, бегали жуки. Естественно, все обильно заросшие разноцветной плесенью. Насекомые старались держаться группами по цветам мицелия. Будто опасались друг друга.

Теперь все понемногу становилось на свои места. Кей-Джей заражена грибами. Причем, разными видами. Вот почему местные пользуются кислородными баллонами. Споры можно легко вдохнуть. Их в воздухе летают тысячи. Попадут внутрь, и пиши пропало – превратишься в миканта. Правда, что это значит, пока не ясно. В любом случае, за кислородом надо следить.

Глаз зацепился за странное белое создание в одной из банок. Бесформенное существо было сильно похоже на субстанцию в телах встреченных ранее киборгов – такая же живая паутина. Она активно ползала по совершенно пустому сосуду, словно тысяченогий осьминог. Выпускала отростки, исследовала все пространство. Особенно уделяла внимание металлической крышке. Даже напрягала толстые жгуты, будто осознанной в попытке выбраться.

Рядом стояла банка с не менее интересной паутиной. Она была перламутровой, имела меньше тонких нитей и двигалась заметно медленнее. На дне сосуда лежали куски пластика. И вся масса мицелия фактически вырастала из него.

Тут уж я не выдержал и спросил:

- Оно питается пластиком?

- Да, - поспешил ответить Двакьюзед. – Этот мицелий растет на нем. Вид медленный и весьма неустойчивый к конкуренции. Есть более прожорливые представители.

- А чем питается этот? – я отхлебнул масла и указал на первую банку с бодренькой белесой паутиной.

- Сначала ответь на мой вопрос. Какой тип корабля, на котором ты прилетел?

- Я не специалист. Думаю, это истребитель.

Киборг внешне никак не отреагировал. Спокойно сказал:

- Сейчас покажу, чем питается этот.

Он подошел к аквариуму с крысами, открыл крышку и ловко схватил одну из них за хвост. Зверек запищал, впился зубами в металлические пальцы. Да так, что раздался хруст. Не железа, а зубов. Осколки застучали по соседним контейнерам.

Двакьюзед подошел к банке с белым мицелием и потряс перед ним крысой – тот будто почувствовал еду и заелозил еще сильнее, уперся в крышку всеми жгутами. Но киборг охладил пыл существа. Он щедро опрыскал крышку хлоркой, а затем слегка приоткрыл, чтобы едкие пары зашли внутрь. Паутина тотчас скукожилась и распласталась на дне банки. Только после этого, крыса плюхнулась сверху.

Шансов спастись не было. Паутина моментально заключила животину в кокон. Он зашевелился, будто гусеница. Некоторое время клубок катался по дну банки, а после замер.

- Через пять минут от нее ничего не останется, - прокомментировал Двакьюзед и кивнул на дверь у дальней стены комнаты. – Идем, а то эти мелкие уродцы еще чего выкинут.

- Неплохая коллекция, - выдохнул я, проходя между сосудами.

- Капля в море, - отмахнулся киборг.

Мне хотелось еще поглазеть на диковинные существа, но впереди точно ждали не менее удивительные создания. В этом я не сомневался. И не ошибся.

Мы вошли в помещение, освещенное такими же зеленоватыми светлячками. С потолка также свисали коричневые жгуты. Недолго. Они еще раньше почуяли хлорку и упаковали чемоданы, а киборг лишь подогнал особо ленивых. Затем в сердцах воскликнул:

- И тут вы, негодники, выпустили светлячков!

В ответ послышался топот у дальней стены.

В комнате повсюду стояли похожие стеклянные контейнеры. В них уже не было ни насекомых, ни животных. Лишь растения. И эти не были заражены плесенью. Во всяком случае, ее не видно.

- А ну, выходите! – топнул ногой Двакьюзед.

Из дальних углов потянулись абсолютно голые человекоподобные существа без выраженных половых признаков. Ростом они не превышали метра. Все как один лысые, тощие, лопоухие. Лица одинаковые. Глаза выпученные. Тела вымазаны маслом, грязью. Но ни синяков, ни ссадин не видно. А ведь вокруг полно рваного железа, кусков арматуры и торчащей проволоки.

- Это кто?! – выпалил я.

- Клоны, - быстро ответил киборг.

Я скривился. Надо быть сдержаннее. Обдумывать вопросы, а не лепить на эмоциях! И так видно, что существа искусственные. Это же Кей-Джей! Ничего удивительного. Тут раньше выращивали разные биологические виды. Похоже, эти коротышки остались еще с прежних времен.

- Что стало с командой корабля?.. – поспешил спросить Двакьюзед.

- Погибли, - сходу ответил я и улыбнулся.

Он явно имел в виду другое. Но тут уж настала моя очередь отыграться, и я не упустил такую возможность.

Киборг повернулся к мелким созданиям. Восемь клонов стояли вряд. Причем, выстроились согласно номерам, выведенным черной краской на макушках: от единицы до восьмерки. Даже в таком скудном освещении цифры хорошо просматривались.

Первый сосал палец. Второй ковырял в носу. Третий строил рожи Шестому, а тот кривлялся в ответ. Четвертый и Пятый толкались. Седьмой с открытым ртом наблюдал за кружением светлячков. Восьмой что-то прятал за спиной.

- Что у тебя там? – строго спросил киборг.

- Ничего, - пискнул клон и сунул что-то в рот.

- Выплюнь, Восьмой!

- Нет, - закрутил головой тот и с трудом проглотил.

Двакьюзед едва сдержал ругательства, скрипнул ротовыми заслонками и резко бросил:

- Кто выпустил светлячков?!

Клоны продолжали заниматься своими делами, будто он не к ним обращается.

- Зачем?! – выдохнул киборг.

- Красиииво, - протянул Седьмой, не сводя глаз с кружащих зеленых огоньков.

- Девятому нравилось, - сказал Второй.

- Мы хотели порадовать его, - добавил Четвертый и толкнул Пятого.

Тот не остался в долгу. Ответил пинком и сквозь зубы процедил:

- Дааа.

- А где Девятый? - спросил Двакьюзед.

- Там прячется, - Первый показал мокрым пальцем в темный угол.

- Ладно, - вздохнул киборг. – Теперь наведите тут порядок. Соберите светлячков в банки.

Клоны запищали, засуетились, бросились весело гоняться за жуками.

У меня уже созрел логичный вопрос:

- Почему они без кислородных баллонов?

- Для живых организмов бесполезна защита. Спасет только скафандр. Все на планете пропитанно спорами. Они, так или иначе, попадут внутрь. Через кожу, слизистую, с воздухом, с пищей – не важно.

- Почему клоны до сих пор не заразились?

- Это второй вопрос, Кадваер, - отрезал киборг. – Трупы пилотов и членов твоей команды остались на корабле?

- Да, - уверенно соврал я.

Тогда он продолжил:

- Все биологические виды на планете давно заражены. Но с клонами дело обстоит иначе. Они до сих пор встречаются абсолютно свободными от мицелия. Будто кто-то продолжает их делать. Хотя производство давно умерло. Мы, кстати, находимся на одном из разрушенных предприятий.

- А сразу и не скажешь, - скривился я. – Особенно снаружи все выглядит плачевно.

- Когда покрывало на поверхности уйдет, прежние строения немного проявятся, - усмехнулся киборг. – Увидишь, что стало с некогда огромным заводом по производству вот таких мелких оболтусов, и не только таких. В трупах пилотов остались карточки управления кораблем?

- Я не ковырялся в их разъемах. Не знаю.

Клоны продолжали скакать вокруг и ловить светлячков. При этом не забывали толкаться, кривляться, хватать жуков из-под носа друг у друга и верещать как резанным.

- Может, клоны имеют иммунитет? – предположил я.

- И да, и нет. Они легко могут заразиться плотоядным грибком. Но виды, берущие тело под контроль, почему-то не захватывают их на ранней стадии развития. Мозговые паразиты предпочитают тех, кто немного освоился в мире.

- Что ты имеешь в виду?

- Пока клоны не способны говорить, самостоятельно искать пищу, строить укрытия, взаимодействовать между собой и тому подобное, мицелий их не трогает.

И тут у меня сложился пазл: миканты – это киборги, захваченные мозговым мицелием.

- То есть, - я кивнул на скачущих малышей, - они обречены?

- Да. Где лежит корабль?

Я слегка сдвинул заслонки окуляров и искоса глянул на Двакьюзеда. Странные он вопросы задает. Интересуется только кораблем. Уж не собрался ли покинуть Кей-Джей этот прохвост?

- Сбежать намылился? – спросил я с ехидной улыбкой.

- Нет, - тут же выпалил киборг. – Пытаюсь узнать, зачем ты прилетел.

- Я уже говорил. Это миссия в Цитадель.

- Да, Цитадель, - задумчиво проговорил Двакьюзед. – Твой корпус, Кадваер, новый. Мы сразу поняли, что ты не местный. Но почему мы должны верить тебе в остальном?

- В чем проблема?

- Цитадель – не проходной двор. Это особое место для особых киборгов.

- Мне ли не знать, - хмыкнул я и подбоченился.

Двакьюзед долго разглядывал меня, а после сказал:

- Профессор хотел бы поговорить с тобой об этом.

- С удовольствием, - сказал я и сделал последний глоток из кружки. Затем сменил тему: - Значит, тут у вас оранжерея? Что выращиваете?

- В основном пищу для клонов. Они жрут все подряд. Их желудки принимают любую еду. И дерево будут грызть.

Мелкие шалопаи поймали уже почти всех светлячков. Каждый бегал со светящейся банкой, будто с фонарем.

- Где Девятый? – вдруг спросил Двакьюзед.

- Там! Там! Там! – закричали клоны, показывая в темный угол.

Киборг выхватил у одного из них банку со светлячками и шагну в указанном направлении. Осветил темную часть комнаты – там никого не было.

- Девятый!..

Клоны замерли.

- Девятый, отзовись!..

Тишина.

- Это плохо, - медленно проговорил Двакьюзед. Он повернулся ко мне и добавил: - Будь осторожен. Похоже, Девятый больше не с нами.

- Что это значит?

- Это значит, что если ты увидишь его, то сразу пусти пулю в лоб. И не приближайся к нему. Даже к мертвому.

Я медленно поставил пустую кружку на пол и скинул с плеча дробовик.

- Побудь тут, Кадваер. Мне надо увести остальных. Нечего им видеть то, что здесь будет.

Глава 4

- Давайте, мелкие грязнули, проваливайте из оранжереи! – Киборг расставил руки в стороны и погнал клонов, словно гусей. – Топайте к себе в комнату. Займитесь делом. Профессор дал вам задание. Вы сделали его?

Те заголосили:

- Я не хочу уходить.

- Я сделал задание.

- Я голодный.

- Я…

Но Двакьюзед был непреклонен:

- Шагайте-шагайте. Тут небезопасно.

Клоны не унимались:

- А как же Девятый?

- Надо Девятого позвать.

- Ему одному страшно будет…

Киборг перебил:

- Не волнуйтесь за него. Он скоро придет.

Шумная компания вышла из оранжереи. Когда дверь закрылась, в комнате наступила тишина. Еще какое-то время из коридора доносились тяжелые шаги Двакьюзеда и голоса клонов. А после и они стихли. Лишь за стеной клацали кастаньеты хвостатых крабов, жужжали жуки, да шуршали крысы.

Я включил ночное видение – плохо. Свет от насекомых мешал. Они хоть и сидели в банках, но слепили не хуже фонарей. Пришлось выключить ночник. Попробовал биосканер: все вокруг кишело жизнью. М-да, на Кей-Джей она повсюду, пора привыкнуть.

Тепловизор показал себя с лучшей стороны. Комната была относительно холодной, слегка проявились только светлячки. Видимо, еще не остыли после полета. А за стеной отчетливо показалось невысокое худое лопоухое существо. Девятый. Спутать его с кем-то иным здесь было сложно.

Клон сидел на пустой канистре и прижимал к груди мелкого хвостатого зверька. Он светился еще сильнее. В тепловизоре казалось, что это сердце Девятого полыхает огнем.

Я аккуратно двинулся вперед. Разглядел узкий заваленный хламом проход в стене. Мне в него не протиснуться, но и не собираюсь туда соваться.

Клон вел себя спокойно и на меня никак не реагировал. Шаги он точно слышал. Можно изучить его получше. Если искусственный организм захвачен мозговым мицелием, то он должен быть заметен как однородная структура. Но для этого надо выманить коротышку.

- Девятый, - позвал я.

Клон лишь вздрогнул.

- Выйди оттуда, - попросил я.

- Не хочу, - раздалось в ответ.

Тогда я схитрил:

- А покажешь мне своего зверька?

На удивление, сработало. Девятый встал и высунулся в расщелину. Я слегка попятился, поднял дробовик.

- Не шуми, пожалуйста, - вполголоса проговорил лопоухий малец и сильнее прижал мохнатую крысу к груди. – Он не любит громкие звуки.

- Не буду, - успокоил я.

Но оружие не убрал. Неизвестно чего от него ждать.

- Тебя раньше тут не было, - сказал клон, внимательно окинув меня взглядом.

- Я здесь недавно.

Биосканер не показал ничего. Мозг у существа был обычный, без инородных элементов. Небольшой, но для такого создания – в самый раз.

Двакьюзед зря всполошился? Возможно. Но на всякий случай я не расслаблялся и держал клона на мушке. А его это нисколько не волновало. Коротышка улыбался и поглаживал крысу. Та суетилась, шевелила усами и все норовила выскользнуть из рук.

- Тебя как зовут? – спросил он.

- Кадваер.

- А меня Девятый.

- Тебе нравятся светлячки? – спросил я, чтобы как-то потянуть время. Не стрелять же в него.

- Да, - кивнул клон. – Они разгоняют тьму. А еще…

Коротышка не успел закончить. В комнату ворвался Двакьюзед с винтовкой и с порога рявкнул:

- Отойди, Кадваер!

- Девятый в порядке, - запротестовал я и буквально закрыл собой грязного бедолагу. – Он не заражен…

- Отойди, говорю!..

Следом вбежал Арпять уже без полиэтиленового халата и резиновых перчаток. Он чуть не сбил Двакьюзеда с ног, перехватил ствол винтовки и вскричал:

- Остановись!

Тот вырвал оружие.

- Ты сам говорил, если выйдет из-под контроля, то…

- Заткнись! – перебил профессор. – Иди, присмотри за остальными! Я сам разберусь!

Двакьюзед скривился и молча вышел из оранжереи. Арпять растянул ротовые заслонки в улыбке и двинулся к Девятому. Клон стоял с выпученными глазами и все сильнее прижимал к груди крысу. Той уже явно не нравилось такое проявление заботы. Она все настойчивее пыталась вырваться. Глядишь, скоро тяпнет мальца.

Профессор подошел к коротышке, внимательно осмотрел тело, зачем-то заглянул в рот, посветил фонариком в глаза и спросил:

- Почему ты не был со всеми?

- Не знаю, - пожал плечами клон. – Хотел поиграть один.

- Хорошо, - киборг легонько похлопал его по плечу. – Пошли к остальным.

Я не выдержал и спросил:

- Что здесь происходит? Я чуть не пристрелил его!

- Потом объясню. Сейчас нет времени. Идем.

Мы вышли из оранжереи и направились обратно в лабораторию. Там уже дожидались все клоны, Двакьюзед и две лаборантки. На столе в держателе стояли восемь пробирок с мутной серой жидкостью. И отдельно от них еще одна с молочной.

Словно совершенно ничего не произошло, Арпять сказал:

- Как обычно, подходите по одному.

Клоны строго по номерам стали приближаться к столу. Профессор точными движениями вливал каждому в рот мутную серую гадость. Ушастые существа морщились, фыркали, но послушно глотали.

Эмтриди и Эмтриси строили мне глазки. Двакьюзед подпирал плечом стену, скрестив руки на груди. Я же включил биосканер и внимательно осмотрел всех присутствующих. К счастью, ни у кого ничего подозрительного не заметил.

Дошла очередь до Девятого. Как я и предполагал, ему досталась последняя пробирка с молочной жидкостью. Значит, с этим клоном все же что-то не то. Когда и он выпил свою порцию, Арпять сказал:

- Молодцы. Теперь бегите в свою комнату. Двакьюзед, проводи.

- Давайте, коротышки, живее топайте, - вновь он, словно гусей, погнал клонов. – И ведите себя хорошо. Не вздумайте выпускать светлячков… Тройка! Ты куда?! Ну-ка быстро назад!.. Седьмой, чего встал?!

Толпа скрылась в коридоре. Арпять повернулся к лаборанткам и строго приказал:

- Уберите тут все.

А мне кивнул:

- Идем, Кадваер, обсудим одно дело.

Он отодвинул ржавый лист металла и шагнул в темный проход. Я – следом. После непродолжительного пути, звона железа и хруста битого стекла под ногами, впереди зажегся желтый свет масляной лампы.

Мы оказались в небольшой мастерской. Во всяком случае, тут на полках было полно старых запчастей, проводов и просто металлолома. У стены расположился верстак. На нем лежала куча инструментов, стояли тиски. Приятно пахло маслом.

Да, тут Умения не закачаешь и корпус не поменяешь, но выправить молотком вмятины вполне можно.

Арпять уселся прямо на верстак, схватил грязную масленку, влил пару глотков в рот и протянул мне:

- Масла?

Я не отказался и тоже плеснул в горло немного – сморщился. Такая же ядреная гадость. Возле открытого огня пить не рекомендуется.

- Крепкое? – усмехнулся профессор.

- Угу, - процедил я.

Схватил кусок подпаленного кабеля и занюхал – сразу полегчало.

- Привыкнешь, - подмигнул Арпять и влил в себя еще.

Пока он собирался с мыслями, я решил начать первым. Спросил:

- Что это за сыворотка для клонов?

Профессор размазал пролитое масло по роже и ответил:

- Пытаюсь продлить их жизнь без заражения.

- И как успехи?

- Как видишь, они все еще свободны от мицелия.

- Почему Девятый принимает другую сыворотку?

- Он – экспериментальный вариант. Я хочу создать лекарство от мозгового паразита, и знаешь… - Арпять вновь глотнул из масленки, - …у меня почти получилось. Нужны еще испытания… Ну, да ладно, не стану загружать твои микросхемы научное ерундой. Давай лучше поговорим о Цитадели.

Он протянул мне масленку.

- Что ты хочешь узнать? – спросил я и тоже приложился к носику – поморщился, вернул пластиковый пузырек.

- Если мы доставим тебя в Цитадель, ты сможешь впустить нас внутрь? Я хочу поделиться исследованиями. Возможности ученых там в разы выше моих. Сам видишь, где приходится работать! А в Цитадели точно смогут улучшить сыворотку от мозгового мицелия.

Он усмехнулся:

- Может, спасу планету.

Выбора у меня особо не было. В любом случае, надо было убраться отсюда подальше. Кайл рано или поздно появится. Не может он просто так отвязаться. А в этой компании будет проще отбиться. Но сходу соглашаться незачем. Можно выудить немного больше информации. Поэтому я спросил:

- Почему Двакьюзед хотел избавиться от Девятого?

- Он воин, - отмахнулся киборг. – Ему только дай повод кому-нибудь вышибить мозги.

Я сощурился.

- Мне кажется, тут что-то другое.

- Ладно, - махнул рукой Арпять. – Чего скрывать. У нас раньше были неприятные инциденты с клонами. Несколько подцепили мозгового паразита и напали на нас. Двакьюзед чудом тогда уцелел. Да и мы с девчонками едва не поплатились. Не бери в голову, Кадваер. Теперь все иначе.

Прозвучало это как-то фальшиво. Будто он был готов заранее. Нет, тут что-то другое. Прямо спрашивать я не решился. Пока пусть думает, что мне пришлась по вкусу эта лапша.

- В Цитадель не пускают кого попало, - сказал я. – Не могу ничего обещать. Решать буду не я. Но за вас похлопочу.

- По рукам! – воскликнул профессор и вскочил. – Выпьем же за наш договор!

Мы сделали еще по глотку, и на этом посиделки закончились. Арпять буквально вытолкал меня из мастерской.

- Эмтриди и Эмтриси, собирайте все самое необходимое, - выпалил он уже в лаборатории. – Реактивы, сыворотку, установку, оборудование – все! Записи я соберу сам. Живо! Живо!

- В чем дело? – подпрыгнула одна.

- К чему такая спешка? – захлопала ресницами вторая.

- Мы отправляемся в Цитадель! – громогласно объявил профессор.

Девушки забили в ладоши, зашуршали фольгой, не забывая посматривать на меня. Я подмигнул им. А что, неплохо получается. Цитадель не была бы столь желанна для каждого киборга, если бы не давала укрытие. Мне именно это и надо. Внутрь уж я проберусь. Тем более с исследованиями профессора.

Только Двакьюзед не разделял веселья остальных киборгов. Он подпирал плечом стену, скрестив руки на груди, и наблюдал за суетой.

- Чего стоишь столбом? – прикрикнул на него Арпять. – Готовь клонов. Собери еду для них. А ты, Кадваер, просто не мешайся под ногами.

- Помоги мне, любезный, - выпалила одна из лаборанток и поправила волосы.

- Ты и сама справишься, - толкнула ее вторая и скрипнула чашечками бюстгальтера.

Да, мой новенький корпус и волшебное слово Цитадель действовали на них как магнит.

- Не слушай эту кастрюлю, Кадваер, - вздохнула первая. – Помоги отнести канистры с реактивами…

- Сама ты кастрюля! – вновь толкнула ее вторая. – Кадваер, дорогой, помоги мне достать оборудование из кладовки.

А вот и повод прояснить некоторые странности в ответах Арпять наедине с этой железной куклой.

- Рад помочь, - улыбнулся я и шагнул навстречу.

Эмтриди, или это была Эмтриси, растянула ротовые заслонки до слуховых аппаратов, поправила прядь медных волос и поспешила в коридор. Я – за ней. Краем глаза увидел, как скривилось лицо второй лаборантки. Она фыркнула и пнула ногой ящик. Но когда я повернулся на шум, тут же состроила милую мордашку и захлопала окулярами.

Мы зашли в кладовку. Места тут было маловато для одного, не то, что для двоих. Нехотя пришлось прижаться телами. Зашуршала фольга, заскрипело железо. На простом корпусе лаборантки было не так много датчиков, чтобы ощутить касания, а вот мне вполне понравилось тесное соседство.

- Надо достать коробку, - пискнула Эмтриди или Эмтриси.

Лопни диод! Кто из них кто?! Пусть будет Эмтриди.

- Какую? – я обхватил ее за талию.

- Сейчас покажу… Осторожно… Вот… - девушка встала на первую полку, на вторую, приподнялась на носочках, потянулась – юбка из оцинковки скрипнула и разъехалась по шву.

Прямо у меня перед окулярами в разрезе показались черные резиновые трусики с узором автомобильной покрышки. Белье было далеко не новым, и на швах торчали ржавые проволочки.

- Ой! – пискнула Эмтриди.

Она попыталась закрыть дыру, загнув края, но это привело лишь к еще большей катастрофе – юбка полностью раскрылась.

И тут за дверью послышались шаги. Лаборантка пулей шмыгнула вниз и кое-как напялила злополучный наряд. Вовремя. Дверь открылась. В проходе стаяла вторая девушка.

- Вы скоро освободите помещение? – гневно буркнула она. – Мне надо взять реактивы.

Эмтриди выскочила, совсем позабыв зачем шла сюда. Эмтриси фыркнула ей в след и ловко преградила мне путь.

- Помочь? – спросил я.

- Да, прошу, - томно выдохнула лаборантка в целой оцинкованной юбке, накручивая на палец медный локон.

Она вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Как и в предыдущий раз, мы плотно соприкоснулись телами. Я устроился поудобнее и сально проговорил:

- Но просто так я ничего не делаю. Придется заплатить.

- Дааа, - протянула Эмтриси и заелозила в юбке, потерлась об меня чашечками бюстгальтера.

Я провел рукой по кудряшкам медной проволоки на голове и серьезно спросил:

- Скажи, что не так с девятым?

Эмтриси, или это была Эмтриди, слегка опешила, скрипнула ротовыми заслонками, скривилась:

- Арпять не велит об этом говорить.

- Как хочешь, - бросил я и немного отстранился. – Но твоя подруга уже все рассказала.

Попалась.

- В нем живет мицелий, - шепнула девушка и воровато обернулась.

- Тогда почему его… - я осекся.

На меня смотрели большие окуляры лаборантки, в которых была пустота. Ярко красные ротовые заслонки медленно складывались бантиком.

- Не сейчас, дорогуша, - я пальцами вернул рот девушки в нормальное состояние, отодвинул ее в сторону и вышел из кладовки.

- Ааа?.. – пискнула Эмтриси и запнулась, когда перед самым носом хлопнула дверь.

Я быстрым шагом направился к Арпять. Он копошился над аквариумами с зеленоватой массой, крутил отверткой крепления проводов. Ящик с заряженными батареями стоял рядом.

Профессор услышал шаги и повернулся:

- Что-то хотел, Кадваер?

- Да, - выпалил я. – Ничего не выйдет из нашей затеи.

- Почему? – Арпять свел брови. – Что случилось?

Выдавать девчонок я не собирался и заявил:

- В Цитадель не пустят зараженных мицелием клонов. Я долго ждал, что ты сам скажешь, но, похоже, не дождусь.

Киборг отложил отвертку, пару секунд собирался с мыслями, а затем сказал:

- Это моя вина, Кадваер. Извини. Я не хотел тебе говорить раньше времени. В образце девять действительно живет мозговой мицелий. Но в том-то и дело, что он не опасен. Он в сонном состоянии. Сыворотка не дает ему развиваться. Если надо, мы избавимся от клона прямо сейчас. Только скажи.

- Нет, не стоит, - запротестовал я. – Пока он не опасен, в этом нет необходимости.

В коридоре появился клон. Это был Девятый. Я напрягся. Как он узнал, что мы говорим о нем? Где Двакьюзед?

- Подойди, - сказал Арпять.

Коротышка послушно встал напротив.

- Я же говорил тебе не болтать лишнего! – профессор вскинул руку для удара.

Девятый зажмурился. Но я перехватил запястье.

- Он ничего не говорил. У меня биологический сканер в окулярах. Я заметил инородное тело.

Арпять удивленно взглянул на меня.

- Признаюсь, не думал, что его можно заметить таким способом. Ну, ладно.

Он слегка потрепал Девятого по лысине и сказал:

- Беги к остальным, малыш.

В лабораторию ввалился Двакьюзед и выпалил:

- Ты что тут делаешь?!

В руках он держал винтовку.

- Спокойно, - остановил его профессор.

Воин опустил оружие, пропустил вперед клона и молча вышел следом. Арпять вздохнул:

- Перед Цитаделью, я избавлюсь от него. Обещаю. Будь спокоен. Но до этого, было бы лучше еще какое-то время понаблюдать за ним. Согласен?

- Хорошо, - ответил я. – Но мне нужно быть в курсе исследований.

- Не возражаю. У нас будет время поговорить об этом, - успокоил меня киборг. Он поднял окуляры к потолку и добавил: - Покрывало уходит.

Действительно, лаборатория медленно наполнялась светом. А я и не заметил, что сквозь навалы мусора и переплетение лиан уже пробиваются лучи солнца.

- Кадваер, возьми Двакьюзеда, осмотрите окрестности и подготовьте транспорт. Мы с девчонками тут сами управимся.

Я кивнул и двинулся в коридор. Но тут снаружи раздался грохот металлолома.

Арпять замер. Я скинул с плеча дробовик. Из коридора вынырнул Двакьюзед с винтовкой.

Нам не показалось. Снаружи вновь загремело железо. С потолка посыпался песок. Брякнула стекляшка. Кто-то ломился к нам в убежище.

Глава 5

Черный киборг уверенно нагонял толпу ржавых кастрюль. Они хорошо были видны на фоне зеленой растительности. Но даже если беглецы вдруг нырнут в низину или скроются за холмом, то это их не спасет. Серый пузырь дирижабля висел в небе как маячок. Он просматривался на десяток километров. Никаких шансов улизнуть от бойца Икстехнос.

Он мог бы даже поспать часок на солнышке, погонять на лугу бабочек, или собрать букет цветов, а после продолжить преследование. Не каждый день бываешь в командировке на Кей-Джей. Как любому биороботу, ему давно опостылела безжизненная Кей-Кей. Но прежде всего – задание! Бабочки с цветами никуда не денутся.

Черный киборг с каждой секундой приближался к микантам. Теперь стал хорошо виден дирижабль. Если раньше впечатлял серый пузырь, то теперь и корзина заставляла окуляры вылезти из орбит. Она лишь издали казалась обычной металлической бочкой. Вблизи стало ясно, что это нечто иное. Зеленоватая субстанция была покрыта кусками ржавого железа, будто броней. А сама представляла собой желеподобную пульсирующую соплю.

Перед полетом на зараженную планету боец Икстехнос прекрасно изучил местную живность и сходу признал в гигантской биомассе плотоядный мицелий Дельта-типа. Не помогла ему и маскировка. Дельта-тип определяется не цветом организма, а неспособностью влиять на захваченных существ на расстоянии. Ему нужен полный контакт. Поэтому тонкие жгуты постоянно цеплялись к бредущим внизу киборгам. Те, словно бараны на привязи, плелись следом за дирижаблем.

И это не прихоть. Так мицелий раздает приказы, собирает добытый биоматериал, трофеи, информацию и даже лечит раны своих солдат. А еще снабжает их мозг различными химическими соединениями. Вообще, все мицелии вырабатывают вещества, способные влиять на живые организмы.

Дельта-тип ко всему прочему, может генерировать летучие газы. На начальном этапе развития ему это незачем. Мицелий способен достаточно быстро передвигаться самостоятельно. В совсем юном возрасте, он просто путешествует на первом захваченном существе. Затем использует несколько подконтрольных тел как носильщиков. И уже когда совсем разжиреет, то, как правило, надувается газом и превращается в дирижабль. Так двигаться гораздо быстрее, особенно в ветреную погоду. Но и в безветрие, он ловко перебирает по земле многочисленными отростками, словно гигантский паук-сенокосец.

Подойдя достаточно близко, черный киборг перевел плазменную винтовку в боевой режим. Его тотчас заметили. Ржавые кастрюли обрадовались, растянули прогнившие ротовые заслонки в ехидных улыбках. Добыча сама шла в руки. Конечно, они видели, что корпус пришельца не чета их дырявым ведрам, но он один, а их полсотни.

Только почему-то черный киборг нисколько не боялся и шел, не сбавляя шаг. И привычного для врага кислородного баллончика на груди не было видно. А выяснять отношения с микантами других семей не входило в планы.

Дирижабль крепко ухватился жгутами за землю и остановился. Ветром его слегка развернуло. Из-под защищенного листами железа на теле мицелия вылез безногий киборг. Он был буквально надет на толстый отросток зеленой субстанции, словно кукла-марионетка на руку.

Боец Икстехнос встал в паре десятков метров. Ржавые кастрюли разбрелись, заключили его в полукруг, взяли на мушку. Черный биоробот надменным взглядом окинул их заклеенные изолентой, прохудившиеся, мятые корпусы. Хмыкнул над допотопным оружием и поднял окуляры на марионетку. Он знал, с кем надо говорить. Но и не думал расшаркиваться перед пузырем зеленой сопли. Даже не поздоровавшись, сказал:

- Недавно поблизости появился киборг с новым чистым корпусом. Что ты знаешь об этом? Говори.

- Ты кто такой, чтобы приказывать мне? – фыркнула жестянка на жгуте.

Марионетка слегка приблизилась, сверкнула окулярами. Боец Икстехнос молча навел плазмоган на крайнего проржавевшего насквозь киборга в плаще с солнечными панелями и нажал на спуск. Из ствола вырвался раскаленный добела сгусток и с шипением прожег дыру в теле несчастного.

Тот и пискнуть не успел. Так и плюхнулся в лужу собственного расплавленного металла. Из мертвеца повалил черный дым. Из всех щелей полезла паутина мицелия. Белесая масса собралась воедино на голове и полностью высосала мозг. Не пропадать же добру.

Соседние киборги поначалу шарахнулись, но вскоре стали медленно подступать к мертвецу все ближе и ближе. При этом они искоса поглядывали на дирижабль, будто опасаясь разгневать хозяина. Кто-то даже выпустил из руки тонкие отростки в надежде собрать остатки.

- Сейчас биоматериал не пострадал, - спокойно сказал боец Икстехнос. – В следующий раз превращу его в пар.

Марионетка на жгуте вздрогнула. Пузырь дирижабля слегка сдулся. Биомасса выпустила тонкий отросток. Он быстро нашел все еще дымящийся труп и забрал выползший мицелий.

- Ты испортил моего солдата! – рявкнул киборг на жгуте и затрясся от гнева.

Воин навел ствол на следующего биоробота и отчетливо произнес:

- Просто ответь на мой вопрос, и твои ржавые ведра больше не пострадают.

- А что скажешь на это? - ехидно спросила марионетка.

Металлические щиты дирижабля разъехались, и наружу вылезла нейтронная пушка. Такие обычно стоят на звездолетах. Мощная штука. Если пульнет, то лишь подошвы останутся.

Толпа киборгов довольно заскрипела несмазанными суставами. Но черный биоробот лишь криво хмыкнул и достал из контейнера в бедре термобарическую гранату.

- После ее взрыва, - медленно проговорил он, - ты, конечно, жив останешься, но сильно потеряешь в массе. Может, перестанем меряться емкостями варикапов и поговорим?

- Что тебе надо?! - фыркнул мицелий после секундной паузы.

- Киборг с новым корпусом. Видел его?

- Да. Мой солдат встретил такого в развалинах неподалеку. Потом приполз ковер, и мы ушли, чтобы не надышаться спорами.

- Этот ковер? – боец Икстехнос кивнул на желтое облако вдали.

- Да.

- Ты больше не нужен. Попутного ветра.

Боец Икстехнос махнул рукой, словно прогоняя назойливого попрошайку. Марионетка скривилась и молча убралась под защиту металлических листов. Пушка тоже нырнула в зеленую соплю. Дирижабль двинулся дальше, перебирая конечностями. Толпа ржавых кастрюль засеменила следом.

Несколько попытались наспех выпотрошить мертвеца, но черный киборг отогнал их. Возражений у стервятников не было. Спорить себе дороже выйдет.

Воин остался наедине с трупом. Внутренности его мало волновали. Что можно взять у этой консервной банки? А вот плащ с солнечными панелями – вещь нужная. Это и маскировка, и дополнительное питание. Плазма его почти не повредила. Лишь немного оплавила пластиковые застежки.

Вытекшее масло из корпуса тоже пошло в дело. Им киборг вымазался с ног до головы по примеру местных биомашин. Это стандартная защита от коррозии на Кей-Джей.

Затем воин вырвал простые окуляры и наспех приладил поверх своих. Получилось весьма неплохо. Лицо радикально изменилось. Приобрело слегка глуповатый вид. Теперь в грязном киборге элитного бойца Икстехнос не узнала бы и родная сборочная машина.

Чтоб уж совсем сойти за бродягу, он обмотал запястья проволокой, нацепил пару пластиковых накладок и натянул на ноги куски гофрированного шланга, который нашел неподалеку.

Закинув плазмоган за спину, киборг двинулся в сторону обнажившегося производственного городка.

* * *

Проход, который Двакьюзед так тщательно заваливал мусором, а после еще был прижат ковром мицелия, разверзся, словно от взрыва. В коридор ворвался солнечный свет, но тут же его закрыло массивное тело. Будто подземная бурильная машина в лабораторию ломанул здоровенный киборг.

Я машинально вскинул дробовик, хоть и понимал, что картечь не остановит этого железного монстра. Но выстрелить не успел. Остановил Арпять.

- Что случилось?! – крикнул он.

Как мне показалось, скорее не для того, чтобы действительно выяснить причины спешки, а чтобы обозначить себя и не дать незваному гостю пройтись по нам бульдозером.

И тот встал, едва влетев в лабораторию. Несколько банок с реактивами все же упали с полок, брызнула раздавленная пластиковая канистра. Комната мгновенно заполнилась запахом ацетона с примесью яблока.

- Кислород! – выпалила обвешанная рваным полиэтиленом и опутанная арматурой киборг-женщина. – У меня кончился кислород!!!

Она не врала. Синий баллон на огромной груди был скручен в тугой жгут, будто выжатая тряпка.

- Держи, - буднично проговорил Двакьюзед и швырнул баллончик.

Здоровячка попыталась поймать его тонким гибким трехпалым манипулятором, но не смогла. Вожделенный кислород упал на пол.

- Помоги! – взревела она.

- Сама справишься, - буркнул воин и отвернулся.

- Я не могу! У меня пилы! – уже пискнула биомашина и вытащила сквозь ржавые стены две двухметровые цепные пилы. Покрутила ими в воздухе.

Она заметила меня, окинула взглядом и сказала:

- Подай мне баллон, красавчик.

- Восемьпивосемь, - всплеснул руками Арпять, - не выкаблучивайся.

Мадам-бульдозер фыркнула и потянулась за синим баллончиком. Это была настоящая бочка на массивных кривых ногах. Ржавый корпус оснащен не только цепными пилами, но еще и двумя простыми гибкими конечностями. Голова круглая, окуляры размером с блюдца, рот широкий, заслонки кривые.

То, что я поначалу принял за случайно налипший мусор во время тарана туннеля, оказалось одеждой и украшениями. Биомашина не только не спешила избавляться от рваного полиэтилена, а наоборот поправила его. Перевернула со спины на широкую грудь ожерелье из нанизанных на проволоку гаек разного размера. Подтянула повыше сползшую юбку из рубероида. Затем похлопала себя по лысой макушке и скривилась:

- Тресни резистор! Шляпу потеряла!

Она со скрипом развернулась и еще больше разворошила стену. Вновь с полки шмякнулась бутылка с синей жидкостью. К запаху ацетона и яблок добавились нотки миндаля. Бульдозер подняла с пола мятую широкополую алюминиевую крышку с приклеенным париком из монтажной пены и нацепила диковинную конструкцию на голову. Только после этого настала очередь баллона с кислородом. При подключении он издал характерное «пссс» и встал в крепление на груди. Старый был просто брошен на пол.

Киборг-женщина глубоко вдохнула и протяжно застонала.

- Кстати, Восемьпивосемь, познакомься, - сказал Арпять. – Это Кадваер.

- Приятно… очень… любезный, - рвано проговорила она и сверкнула огромными окулярами. – Сразу видно, что ты настоящий отполированный джентльмен, а не эти плуги деревенские.

- Мадам, - кивнул я, с трудом сдерживая улыбку.

- Мадмуазель, дорогой, - поправила биомашина.

- О!.. Пардон, мадмуазель.

- Милок! – Восемьпивосемь щелкнула пальцами, бесцеремонно уселась на стол и раздавила еще пару-тройку пробирок. – Налей мне бокал масла. Я смертельно устала.

Было непонятно, к кому она обращалась. Двакьюзед сплюнул отработку на пол. Я тоже не пошевелился. Арпять же взял канистру, налил в мензурку и протянул мадам-бульдозеру. Та скривилась:

- Я же просила бокал.

Но все равно выхватила из рук стаканчик с делениями, сделала глоток, а несколько капель плеснула себе на грудь и растерла. Затем достала с полки банку с остатками желтой жидкости, понюхала, скривилась, выплеснула содержимое в угол и подставила новую тару.

Стойкий запах ацетона, яблок и миндаля уже ничто не перебило.

Арпять налил масла до краев и спросил:

- Что снаружи?

Восемьпивосемь ответила не сразу. Залпом выпила полбанки, вытерла рукой рот, икнула и только потом проговорила скороговоркой:

- Ковер уходит. Ветер не поменялся, так что можно выходить. Мусорщиков еще нет. Микантов тоже не видно.

- Мы покидаем это место, поэтому на поиски не идем, - сказал профессор.

- Что случилось?! Зачем?! – искренне удивилась женщина. – Сейчас, после ковра, будет тихо. Можно отдохнуть.

- Мы отправляемся в Цитадель.

- В Цитадель?! – переспросила мадам-бульдозер и покосилась на меня.

- Да, - подтвердил я.

Восемьпивосемь сразу поправила шляпу, полиэтиленовую куртку, одернула рубероидную юбку. Приложилась к банке.

- Сейчас Кадваер и Двакьюзед займутся повозкой, - сказал Арпять. – А ты поможешь нам вынести оборудование.

- Я же девочка! - скривила ротовые заслонки мадам-бульдозер. – Девочки тяжести не таскают.

- Хорошо, - быстро согласился профессор. – Тогда прикроешь их снаружи.

Как мне показалось, он так и задумывал. Тем более что ржавая биобочка теперь была не против. Она хлопнула окулярами и медленно кивнула, будто сделала одолжение. Чтобы не успела передумать, Арпять буквально вытолкал нас всех в раскуроченный проход.

На поверхности все сильно изменилось. Будто я заходил в укрытие в одном месте, а вышел совсем в другом. Покрывающая округу зелень, просто исчезла. Теперь пейзаж выглядел серым и безжизненным. Лианы все еще стелились по земле, но это уже были высохшие измятые побеги. Их словно высосали.

Зато теперь хорошо просматривались развалины. Сразу стало ясно, что проступающие на поверхности странные прямоугольники – это обрушившиеся стеклопластиковые однотипные помещения. Внутри они были разделены на двухметровые квадраты. В них-то раньше и выращивали различные биологические виды существ. Сейчас контейнеры заполняла грязь и мелкий мусор.

Повсюду торчал пластик, арматура, кирпичные столбы. На ветру развивался рваный целлофан. Валялись пустые канистры, бочки, ящики. Где-то были целые кучи бесформенного хлама.

- Не отходи от нас далеко, - сказал Двакьюзед Восемьпивосемь.

Та подбоченилась и заявила:

- Чего раскомандовался? И без тебя знаю, что мне делать.

Она расправила мощные руки с цепными пилами, словно стрекоза крылья, размяла суставы и вразвалочку зашагала прочь.

Надо сказать, одежда ей сильно помогала слиться с местностью. Стоило мадам-бульдозер нырнуть в проход между прохудившимися бочками и замереть, как она стала совершенно неотличима от груды мусора.

- Интересная модель, - заметил я.

- Обычная газонокосилка, - буркнул воин.

Чуть в сторонке расположились три металлических контейнера. Они соединялись вместе и были вполне целыми. К ним мы и направились. Под ногами хрустело стекло, скрипели проржавевшие в труху листы металла, чавкала зеленоватая жижа. Ее я раньше не встречал. Видимо, осталась после ковра. Он хорошенько тут все подчистил. Ничего живого не осталось.

Я оглянулся по сторонам: никого. Можно поговорить без свидетелей.

- Почему ты хотел убить девятого? – спросил я.

- Потому что рано или поздно мицелий захватит его, - ответил Двакьюзед. – И клон захочет заразить нас.

- Почему бы его не изолировать?

- Это следующий вопрос. Вначале скажи, где корабль?

Я сощурился.

- Твой интерес к нему слишком подозрителен. Арпять летательный аппарат как-то не интересует. Что он скажет на это?

- Забудь, - отмахнулся воин.

Он открыл дверь среднего контейнера. Внутри было темно. Обонятельные рецепторы взвизгнули от кислого смрада гнилой капусты. Даже окуляры запотели. Я шарахнулся.

Двакьюзед усмехнулся.

- Согласен, биотопливо пахнет не очень приятно.

Он зажег масляную лампу, и помещение наполнилось желтым светом. Оказывается, все три контейнера не просто стояли радом, а были соединены в один. Внутри расположилась огромная повозка на восьми шипастых колесах. По всему периметру бурлили ванны с желтой жижей. От них и шел тот самый незабываемый аромат.

- Проснись, Черепаха! – Двакьюзед бесцеремонно саданул ногой в переднее левое колесо.

Фары тотчас зажглись.

- Не слепи! – киборг прикрылся рукой.

Я зажмурился. И вправду, ярко. Перед глазами даже замаячили белые пятна.

Фары убавили свет.

- Наконец-то! – раздался гулкий голос откуда-то из-под капота повозки.

На кабине открылись огромные окуляры. Сфокусировались вначале на Двакьюзеде, а затем на мне. Бампер слегка расползся в улыбке.

- Едем? – бодренько спросила повозка. – Заводить двигатель?

Она слегка заелозила, скрипнула рессорами.

- Погоди ты! – стукнул в бок воин. – Заправить тебя надо.

- Ну, так чего встал? Давай живее! Не терпится размяться!

Двакьюзед двинулся к ваннам. Я поспешил следом. И тут снаружи раздался крик Восемьпивосемь:

- Мусорщики!

Глава 6

Я схватился за дробовик.

- Не паникуй, - успокоил меня Двакьюзед. – Мусорщики не опасны. Они идут за ковром и собирают все, что вылезает наружу. Если вдруг начнут гнуть пальцы, газонокосилка справится.

- Мусорщики – это миканты?

- Нет. Обычные бродяги-одиночки. Иногда сбиваются в небольшие группы, но в конфликты не вступают. Если, конечно, не увидят в тебе слабака…

Он осекся. Снаружи громыхнул выстрел. А после взвизгнули цепные пилы.

- Видишь, - продолжил воин, - стрелок сделал ошибку и…

Киборг снова замялся. Теперь эхом в гараже отозвался не один выстрел, а целая канонада. И визг пил быстро сошел на нет. Раздался грохот металла.

- Что там происходит? – спросила уже повозка.

- Ничего, - отмахнулся Двакьюзед. – Тебя это точно не касается. Погаси фары.

Та послушно выключила свет. Контейнеры погрузились во тьму.

- Может, надо помочь Восемьпивосемь? – предложил я.

- Ага, - буркнул киборг. – Давай, помогай.

И вытолкнул меня наружу. Я опомниться не успел, как дверь закрылась изнутри. Ну и порядки у них тут! Сразу вспомнился первый встречный бродяга. Он тоже сидел в подвале, а снаружи за него отдувался робот-погрузчик. И мадам-бульдозер никто не ждал в укрытии. Она пережидала приход ковра где-то в другом месте. Правда, когда он надвигался, Двакьюзед все же позвал меня в лабораторию.

Странно все это. Сейчас киборг, видно, обиделся, что я не говорю о корабле. Да и, кажется, он недолюбливает бочку в юбке. С остальными он тоже не очень-то любезен. Впрочем, поведение всех местных жестянок непредсказуемо. И мне это не нравится.

Барабанить в контейнер бессмысленно. Вряд ли этот урод впустит обратно. И шуметь лишний раз не стоит. Звук может заинтересовать незваных гостей.

Я юркнул за груду пластика и осмотрелся: никого, лишь на юге в сотне метрах валил черный дым. Прислушался: примерно с той же стороны доносился скрип металла, хруст высохших лиан и звон битого стекла – очень похоже на неуклюжие шаги киборга немаленького веса. А такой мне известен – газонокосилка в шляпе.

Звук приближался.

Выходить навстречу я не собирался. Вначале надо убедиться, что это Восемьпивосемь, а не враг. И вскоре эта бочка выкатилась из-за оплетенной сухими лианами кирпичной трансформаторной будки.

Вид у биомашины был потрепанный. На корпусе виднелись свежие дыры от пуль. Правая нога в колене искрила. Левая рука с пилой безжизненно болталась, по плечу текло масло. На лице, аккурат между окуляров, красовалась знатная вмятина. Куртка совсем превратилась в лохмотья. Юбка немного оплавилась, и часть смолы прилипло к голени. Шляпы с пенным париком на голове не было.

- Что случилось? – спросил я, выглянув из укрытия.

- Мусорщики! – рявкнула мадам-бульдозер. – Эти ржавые утюги хотели надругаться надо мной! Но я отбила им охоту! Вырвала кривые болты и выкинула в канаву…

О подробностях мне знать не хотелось и пришлось перебить:

- Помощь нужна?

- Да, милок, - она сбавила тон и вильнула бедрами, - будь добр, принеси мою шляпу.

Я скривился. Имелось в виду другое. Ну, ладно, это даже к лучшему. Поберегу батарею. Тащить на себе такую тушу слишком энергозатратно.

Восемьпивосемь проковыляла в сторону входа в лабораторию. За ней оставался масляной след. Просто изолентой тут уже не отделается. Нужен настоящий ремонт. На него, похоже, газонокосилка и рассчитывала, раз так спешила в убежище.

За шляпой я все же решил сходить. Кастрюлю с пышной пеной вряд ли будет сложно найти. Услужу дамочке. Восемьпивосемь язык за зубами держать не умеет. И она точно горазда посплетничать.

Я аккуратно двинулся в сторону черного дыма. Моей сорокапроцентной Скрытности хватало, чтобы почти не издавать шума. Только битое стекло иногда выдавало, глухо похрустывая под ногами. Да сухие лианы порой слегка потрескивали. Но вскоре шаги полностью утонули в низком гуле. Что-то знатно горело.

Проскользнув между уцелевшей кирпичной стеной и перевернутой ржавой тележкой, я выглянул из-за угла: горела бочка с мазутом, не иначе. Шляпы Восемьпивосемь видно не было. Зато можно было разглядеть последствия встречи мадам-бульдозер и мусорщиков. Два раскуроченных тела валялись неподалеку без признаков жизни. Без сомнений, это ее работа. Ржавые простые киборги были изрезаны на части цепными пилами.

Я еще раз окинул округу взглядом, закинул дробовик за спину и подошел ближе. Присел на корточки рядом с первым мертвецом. Перевернул и скривился. Досталось бедолаге. После такого не живут. Голова была разрезана на две дольки, словно арбуз. Биологический материал вытек. Второй киборг был в не лучшей форме. Корпус тоже изрядно пострадал от грозных пил. А голова раздавлена в лепешку.

Газонокосилка даже не потрудилась выпотрошить свои жертвы. Что ж, не пропадать же добру. Две полупустые батареи быстро перекочевали ко мне в закрома. Также на трупах были прикреплены баллончики с кислородом. К сожалению, лишь один не пострадал. Он тоже занял место у меня в батарейном отсеке.

Больше ничего интересного найти не удалось. Мусорщики были доверху набиты всяким хламом. Не зря эти бродяги получили свое название.

Когда я ковырялся со вторым киборгом, первый вдруг слегка пошевелился. Конденсаторы? Поверить в то, что он мог очнуться просто невозможно. Мозг наполовину вывалился наружу. Может, показалось? Но нет! Корпус вновь брякнул.

Я подошел ближе и тут же отпрянул. Биологический материал шевелился. Мне доводилось не раз видеть вытекшие мозги, и они выглядели иначе. Эти походили на розоватую кашицу, переплетенную тонкими белесыми нитями.

Мицелий! Он пожирал некогда живые ткани и разрастался прямо на глазах. Вылизывал каждую каплю. Выпускал тонкие длинные отростки в поисках добавки. Становилось опасно стоять рядом. Не хотелось проверять, что будет, если эта тварь уцепится за ногу.

Шевельнулся и второй киборг. Я уже знал, что происходит, но решил еще раз понаблюдать за процессом. И не зря. Если первый мицелий в считанные секунды поглотил мозги, а движения отростков были резкими, то этот медленно покрывал биологическую массу розоватым пушком, а жгуты выползали совсем лениво. Вытянувшись примерно на метр, они заканчивались веером паутины. Постепенно все пространство вокруг заросло ею.

Первая грибница уже полностью переработала биологический материал и выпускала щупальца все дальше и дальше. Не ровен час, нащупают соседа. А вторая напротив не спешила съедать доставшееся ей лакомство и активно разрасталась в сплошной ковер.

Наконец, один длинный извивающийся змеей отросток белого мицелия коснулся розовой паутины. Резко одернулся, будто обжегся. Но после небольшой паузы принялся легонько трогать биомассу с разных сторон. Он явно изучал собрата. А розовый мицелий никак не реагировал на касания.

Тогда первый вытянул еще парочку жгутов, и теперь нагло лапал паутину. В конец концов, основательно осмелев, он устремился к центру в надежде поживиться остатками мозга. В этом была его ошибка. Розовая грибница будто ждала этого и неспешно оплела наглый жгут тонкими нитями. Вскоре эти нити стали утолщаться и незаметно превратились в тугие проволочины. Они крепко перетянули отросток. Тот заелозил сильнее, но было поздно. Из этих объятий не вырваться. Постепенно паутина покрыла его вначале тонкой вуалью, а затем и сплошным покрывалом.

Белый мицелий сделал еще несколько безуспешных попыток воровства, но потеряв пару отростков, отказался от этой идеи. Он уже полностью покончил с телом киборга, подобрал тонкие волокна и размазанной кляксой двинулся ко мне. Будто чувствовал.

Розовая грибница тоже пришла в движение. Она медленно поползла к первому мертвецу.

Завороженный битвой двух соплей, я вдруг понял, что рядом с трупами нет оружия. Тогда кто стрелял в Восемьпивосемь?..

Вопрос созрел как нельзя вовремя.

- Эй, жестянка, - раздался скрипучий голос слева, - нашел что интересное?

Я повернулся на звук: у перевернутой тележки стоял киборг. И это он меня назвал жестянкой? Простой корпус у незваного гостя просвечивался насквозь от дыр. Ржавчина так и сыпалась. Конечности измяты в гармошку. Из суставов сквозь порванные защитные чехлы торчат провода. Круглая голова испещрена вмятинами, словно луна кратерами. Даже расклеенные по всему телу световые панели покрыты трещинами. Зато на груди висит синий баллончик.

В руках мусорщик сжимал допотопную винтовку, обмотанную проволокой. Ствол смотрел на меня.

- Проваливай, пока цел, - спокойно сказал я.

- Не очень-то ты любезен, - раздался булькающий голос справа.

Из-за угла обрушившегося стеклопластикового здания вышел еще один бродяга. Такое же дырявое ведро, только еще обкрученное полосками жести. Наверное, чтобы вконец не рассыпаться или не потерять внутренности. Мятая голова также знала много приключений. Один окуляр был не закреплен и болтался от легкого движения киборга. Синий кислородный баллончик тоже ходил ходуном в проржавевшем креплении.

В кривых руках мусорщик сжимал автоматическую винтовку.

Я сразу вспомнил слышанные в контейнере выстрелы. Вначале были одиночные, а затем загрохотала очередь. Уж не эти ли ведра пощекотали бока мадам-бульдозер?

- И тебе лучше уматывать, - спокойно сказал я.

Дробовик висел за спиной. Это я дал маху. Расслабился. Резко скинуть не выйдет. Можно воспользоваться модификаторами. Так я выиграю немного времени. Всажу картечь в одного. Даже уложу. Ржавое ведро не выдержит горсть свинца. Вот только второй не будет стоять столбом, даст залп. Винтовки у них хоть и старые, но дыру в корпусе легко сделают. Не хочется проверять.

Я решил сыграть в другую игру. Мусорщики точно не миканты. А у меня не видно кислородный баллон. Думаю, они и не атакуют по этой причине. Побаиваются, прощупывают почву. Беда в том, что я не особо понимал, как повел бы себя в такой ситуации киборг, захваченный мозговым мицелием. Помнится, первые встречные миканты просто открыли огонь.

И я рискнул.

Без предупреждений, неспешно стянул дробовик. Также, по великой случайности, белый мицелий развернулся влево и пополз к скрипучему мусорщику, будто выступал на моей стороне.

Тот попятился, занял удобную позицию за тележкой. Второй справа тоже юркнул за груду кирпича. Булькнул весьма примирительно:

- Нам чужого не надо. Просто оставь то, что взял с мертвецов.

- Зачем тебе кислород? – взвизгнул первый. – Отдай его нам.

Ага! Приняли-таки за миканта. Но что дальше? Я вспомнил диалог с киборгом в подвале и сказал:

- Их убил мой солдат, значит, трофеи принадлежат мне…

На последнем слове бродяга справа решил оспорить мое заявление. Громыхнул выстрел – пуля звякнула по плечу. Ударом меня качнуло. И вторая ушла в молоко. Я нырнул за вздыбленную сухую лиану.

Ну, ладно! Решим проблему иначе. Расстояние небольшое. С моей меткостью легко снесу этот обнаглевший горшок с мозгами.

Активирую Ускоритель. Разворачиваюсь, вскидываю ружье, ловлю в прицел ржавую голову и жму на спусковой крючок – из ствола вырывается сноп огня. Но подводит пробитая рука. Картечь уходит немного в сторону. Лишь несколько кусков свинца попадают в цель. Один основательно разбивает болтающийся окуляр. Второй выбивает заклепки в области щеки. Еще парочка скользит по краю и лишь сбивает ржавчину со лба.

Враг довольно кривит погнутые ротовые заслонки. Припадает к прицелу. Теперь ему даже не надо прикрывать один окуляр.

Скрипучий мусорщик тоже не гвозди в заборе считает. Шмаляет из своей допотопной пушки – в спину бьет пуля. На удивление, корпус держит. Осталась только вмятина.

Позиция у меня – хуже не придумать! – аккурат между двух врагов. Надо срочно менять.

Разворачиваюсь уже в сторону скрипучего киборга и дважды стреляю, особо не целясь. Расчет на то, чтобы он спрятался. Так и получается. Мусорщик ныряет за тележку.

Вскакиваю и рву когти к соседним руинам. Там позиция куда лучше. И черный дым перекрывает обзор одноглазому. Он с автоматической винтовкой наиболее опасен.

На ходу даю еще выстрел и бросаюсь в укрытие. Справа тоже громыхает. Пули выбивают облачко пыли из кирпича. С визгом тают в земле. Повисает тишина. Лишь гудит огонь в бочке, да гремит корпусом киборг за тележкой.

Пока выдается затишье, досылаю в дробовик четыре патрона до полной зарядки.

- Оставь кислород и уходи! – вновь булькает одноглазый.

Включаю тепловизор: он сидит все там же, скрипучий мусорщик жмется к тележке. С него и начну.

Возвращаю нормальное зрение. Для отвлечения бросаю арматурину вправо, добавляю из дробовика, активирую модуль Замедления времени и рву со всех ног к ржавому мусорщику слева.

Он слышит приближение, встает, вскидывает ствол, но все слишком медленно. Шансов нет. Не трачу патроны.

Сходу всаживаю прикладом в челюсть – враг взлетает в воздух, и на этом действие модуля заканчивается. Но для ржавого бродяги это уже не важно. Он падает плашмя на груду битого кирпича. А я довершаю дело. Давлю ногой голову. Прохудившееся ведро не выдерживает, хлопает как лампочка. Мозги брызжут во все стороны.

Краем окуляра замечаю, как оживился белый мицелий. Зашевелил щупальцами вдвое быстрее. Отсюда делаю вывод: эта сопля чувствует биологический материал на расстоянии. Вторая розовая лепешка тоже засуетилась, но скорость у нее не та. Пока доползет, белесая бестия уже все вылижет до капли.

Одноглазый, видимо, понял, что верный товарищ отбросил гусеницы и в отчаянии вдавил гашетку. Пули забарабанили по тележке. Но металл тут толстый, только вмятины остаются. В слуховых аппаратах загудело. Все же, это как в колоколе сидеть, когда по нему барабанят молотком.

Из-за легкого оглушения я проворонил, как одноглазый выскочил из укрытия и рванул в атаку. Опомнился уже, когда кусок трубы взмыл в воздух над самой головой.

К счастью, Ускорение уже зарядилось.

Активирую модуль, ныряю в сторону и всаживаю кулак в челюсть справа. С карточкой на Рукопашный бой получается, будто кувалдой. Мусорщик падает как подкошенный. Вмятина в голове знатная. Рваные металлические края повредили герметичность силиконовой оболочки биологического материала. С бороды закапала юшка. Жить бедолаге осталось недолго. Такую рану без специального оборудования не залатать. А на Кей-Джей – это верная смерть. Заражение грибными спорами не за горами. Возможно, они уже плодятся в мозгах киборга.

Он оседает, заваливается на спину, моргает единственным окуляром. Что-то скрипит гнутыми заслонками. Не разобрать. А к новой жертве ползет белесый мицелий. Этот проглот уже вылизал первого мусорщика и нацелился на второго. Мешать не собираюсь. Заберу лишь трофеи. Батарейка, баллончик кислорода, патроны – все идет в закрома. Винтовка тоже ничего. Хватаю за ремень и оттаскиваю в сторону.

Мицелий тут как тут. Спешно бежит щупальцами по кривым ногам, тянется по туловищу, ныряет в старые дыры, бренчит шестеренками. Затем ощупывает грудь и, наконец, находит приз. Всасывает пылесосом вытекшую жидкость и запускает тонкие нити в голову.

Я стоял и смотрел на это, позабыв обо всем на свете. Понимал ли киборг, что его ждет? Был ли все еще в сознании? Чувствовал ли прикосновение холодной липкой паутины?

Одноглазый часто задрожал, будто через тело пропускали электрический ток. А клякса мицелия уже перетащила все свое тело на корпус. И на этот раз грибница не старалась поскорее выпотрошить ведро с мозгами. Наоборот, белесая сопля принялась заползать внутрь. Она заполнила собой все свободное пространство. Лопни диод! Она даже выбросила все лишнее из батарейного отсека, чтобы освободить место, и закрыла за собой дверцу.

Я склонился над киборгом. Его ротовые заслонки медленно расползлись в улыбке. Единственный окуляр сосредоточился на объекте у меня за спиной.

Резко поворачиваюсь: сквозь клубы черного дыма проходит двухметровый широкоплечий биоробот. Броня что у танка. Картечь для него – горох. Разве что окуляры разбить. Левая рука заканчивается ковшом. Правая – отбойным молотком. Противник серьезный.

Глава 7

Не задумываясь, припадаю к прицелу, жму на спуск. Но верзила не оловом паян, ловко прикрывает голову лапищей-ковшом. Видно, не впервой проделывать такой маневр. Свинец барабанит по защите. И то не весь. Часть уходит мимо. Совсем беда с прицелом. Надо было не за битвой соплей наблюдать, а осмотреть поломку в плече. Поздно.

Враг стремглав несется на меня. На корпусе отчетливо видны свежие царапины – работа мадам-бульдозер, не иначе. Кто еще мог бы посоперничать с ней? Не ржавые же ведра.

Стреляю дважды – та же история. Расстояние до цели меньше, поэтому картечь летит кучнее и точнее, но толку не больше. Ковш не пробить. Грудь тоже. И конечности как рельсы. Даже суставы защищены. Попробовать пробить броню можно разве что винтовкой. Палю только чтобы замедлить противника и выиграть пару секунд.

Еще выстрел, и отшвыриваю дробовик в сторону. Больше он не нужен. Даже цепная пила не поможет. Ею только лианы пилить, а не железо. Это не двухметровая косилка Восемьпивосемь, но и она была тут бессильна.

Здоровяк явно проигрывает мне в ловкости. На это и надо делать ставку. Он уже рядом. Заносит ковш для сокрушительного удара. Жду. Не суечусь. Ковш летит сверху-вниз, как и положено – ухожу в сторону, сближаюсь и хлестко всаживаю двоечку точно в челюсть.

Эффекта ноль. Киборг – бывший дорожник. Он привык работать с отбойником. Мозги не воспринимают тряску. Хоть кувалдой в лоб дай – выстоит. И сейчас лишь скалится. Затем включает молот. Машет им, словно мух отгоняет.

Легко уворачиваюсь, сближаюсь и активирую Удар молнии – гигант вздрагивает, замирает и падает плашмя на спину. Только отбойный молоток продолжает шить воздух, будто жало смертельно раненого шершня. Эффектно! Надо признать, не ожидал.

У меня от силы пара секунд в запасе. Можно зайти со стороны и попытаться разбить окуляры, а можно рвануть назад, поднять автоматическую винтовку и проверить на прочность корпус гиганта. Это не дробовик, легко может пробить броню. А уж после дело пойдет.

Выбираю второй вариант. В запасе еще остается Замедление времени. Бросаюсь к оружию, хватаю и не верю окулярам. Лопни патрубок! Как эта палка вообще стреляет?! Винтовка – такая же проржавевшая насквозь дубина, как и ее бывший владелец!

Припадаю к прицелу. Здоровяк уже перезагрузил микросхемы и встает, меня не видит – лучшее время дать залп. Жму на спуск – щелкает выстрел, второй, третий, и… оружие заклинивает. Пули высекают искры, рикошетят и исчезают в грудах мусора.

Нет, тут базука нужна, а не свинцовая пукалка. Отшвыриваю бесполезную винтовку.

С меня хватит. Осматриваюсь по сторонам в поисках отступления. Вижу, как мусорщик с мицелием внутри неуклюже поднимается. Он будто маслом залился по самое горло. Движения дерганые. Ноги путаются. Руки болтаются словно веревки. Голова свисает набок. А к нему уже медленно ползет розовая лепешка. Посмотреть бы, чем все закончится, но бывший дорожный работник против.

Опустив голову, он несется прямо на меня. Бодаться с этим бугаем – себе дороже. Руки поломаю об его морду. Пальцы и так уже поскрипывают. Да и вообще, зачем он мне? Надо делать ноги, пока могу. Но не хочется приводить хвост к лаборатории. Еще там этот кусок железа дел наделает.

Вновь окидываю взглядом округу: дерганый киборг уже поднялся и самозабвенно исполняет неуклюжий танец зомби-марионетки, розовый коврик вот-вот подползет к нему, бочка с мазутом вовсю полыхает, черный дым клубится. Дальнейший осмотр представления пришлось отложить.

Бросаюсь влево, пропускаю здоровяка. Тот проносится мимо. Резко остановиться инерция не позволяет, но он прямо на ходу крутится и все же достает меня кончиком молота. Стальной отбойник успевает дважды ударить в бок, оставляет две вмятины.

До ближайшей кучи мусора всего-то метров пять. Успею скрыться из виду, а там видно будет. Активирую Замедление времени и со всех ног рву в укрытие, по дороге подхватываю дробовик. На излете действия модификатора замираю. Слышу, как враг топчется на месте, поскрипывает, ломает микросхемы в раздумьях над исчезновением цели. Грохота добавляет шьющий воздух молот. И горящая бочка шумит изрядно.

Нельзя упускать время. Аккуратно двигаюсь к следующему укрытию – ряду заросших лианами ящиков. Под ногами хрустит стекло, сжимаю челюсти от внутреннего напряжения и уверенно двигаюсь дальше.

Бугай выключает отбойник, перестает топтаться, скрипеть ковшом. Догадался ржавый кран. Хватило извилин.

На мгновение останавливаюсь. Следующий шаг делаю вдвое точнее, только внимательно изучив землю. Переношу вес тела и дальше, дальше, дальше в таком же духе. Остается всего пару метров до ящиков. А там можно будет передохнуть.

- Уже уходишь? – басит в спину здоровяк.

Растянутая ты пружина! Нашел-таки.

Поворачиваюсь, цежу сквозь зубы:

- Побереги батарею, приятель.

- Кислород! – рычит гигант.

А это идея. До зарядки модуля Ускорителя еще минута. Только тогда я смогу повторить попытку бегства. Еще лучше самому перестать транжирить энергию. Кислорода у Арпять вдоволь. Чего жалеть мятый полупустой баллончик? Выдыхаю.

- Хорошо, - согласился я. – Стой там и не двигайся.

Киборг замер. Довольно клацнул челюстью. Я достал первый попавшийся синий трофей и швырнул здоровяку. Но специально немного перестарался, чтобы поймать было невозможно. А тот и не думал ловить. Баллончик упал на кучу мусора, скатился и застрял в лианах. Гигант даже не повернулся, осклабился, выдавил:

- Теперь батарейку.

Вот же хитрозадый! Ржавый болт тебе меж окуляров, а не батарейку!

Тридцать секунд до зарядки Ускорителя. Пячусь. Враг шагает за мной. Ускоряюсь. Он тоже. Откровенно бросаюсь наутек. Гад не отстает. Что ж, поиграем в кошки-мышки.

Прыгаю за стеклопластиковую руину, оббегаю вокруг и вновь попадаю на открытую площадку. Там киборг с мицелием внутри уже топчется по розовому ковру. Тот пытается поймать наглеца, но толстые жгуты слишком медленные, чтобы успеть схватить за лодыжки, а тонкие нити не способны удержать танцора. Он шатается, болтает руками, и несется в ту сторону, куда хаотично кивает безжизненная голова.

Пробегаю мимо, ныряю между перевернутой тележкой и уцелевшей кирпичной стеной, сворачиваю вправо, несусь вдоль ряда оплетенных сухими лианами бочек и нос к носу сталкиваюсь с бугаем. Он уже заносит ковш для удара.

Благо, Ускорение зарядилось. В считанные мгновения исчезаю. Но враг видит мой маневр и снова преследует. Не отстает.

Цепляю ногой проволоку, спотыкаюсь и лечу на землю. А киборг довольно ухмыляется, включает отбойник. Брыкаюсь, как заяц в петле. Вскакиваю и падаю. Дробовик не поможет. Даже не тянусь за ним.

До зарядки модификаторов еще минута. Вот я попал! Влип, как болт в битум. От напряжения конденсаторы запищали.

Враг нависает, заносит отбойный молоток. Остается одно – переместиться с помощью гравитинита. Я уже представил лабораторию, но к счастью не успел до конца сформировать намерение.

Невесть откуда взявшийся белый сгусток плазмы бьет в спину гиганта, летят брызги металла, закипают микросхемы, плавятся провода. Киборг замирает. На лице читается недоумение.

Мне нет дела до его внутренних проблем. Как до моральных, так и до физических. И не возникает мыслей поблагодарить таинственного спасителя. Его мотивы мне неизвестны. Вскакиваю, прыгаю на одной ноге, высвобождая от проволоки вторую и рву когти. Не хватало еще одной драки. Плазма ведь не с неба свалилась.

Некоторое время я просто петлял между развалинами, даже не стараясь следить за направлением. Остановился только когда выбежал на край городка. Прислушался: никакой погони нет, лишь шелестит на ветру целлофан, да поскрипывает оконная рама в ближайшей руине.

Полностью придя в себя, я глянул вдаль. Ковер прошелся точно по городку и уничтожил всю живую растительность, а дальше простирались травянистые луга. Кое-где виднелись заросшие кустарником низины. Правее начинался лес. К нему шла старая пластиковая дорога. Покрытие давно потрескалось, вздыбилось. Сквозь трещины проросли пучки травы, и даже небольшие деревца.

Невдалеке у проезжей части стоял покосившийся рекламный щит. Краски выцвели на солнце, но рисунок все еще просматривался. Ротовые заслонки невольно растянулись в улыбке. Картина была мне знакома. Две стройные девушки и мускулистый парень безмятежно лежат на желтом песочке на берегу бескрайнего синего океана. Волны тихо плещутся. Дует легкий ветерок. Солнце ласкает кожу.

Надпись тоже было нетрудно прочесть: «Доступная Земля».

Как же мне захотелось оказаться там! Стать тем самым молодым человеком в полном расцвете сил, купаться в море и греть бока на солнце!.. А ведь это можно сделать. Продать гравитинит, сменить тело и купить билет на… на Землю нельзя, там оверморфы хозяйничают. Но можно подыскать что-нибудь похожее. Цена камешка даже на черном рынке с лихвой покроет все затраты.

Я тряхнул головой. Не на Кей-Джей же искать покупателя. Да и гравитинит – не метеорит с платиной, его так просто не продать.

- А что ты скажешь? – спросил я вполголоса.

Скажу, что меня продать нельзя. Меня можно только использовать.

- Продажа – это в каком-то роде и есть использование.

Гравитинит поправил:

Можно использовать для моих целей. Если ты забыл, то напомню: это я использую тебя.

- И каковы твои цели?

Они известны тебе.

- Не напомнишь?

Нет. Ты должен осознать их сам.

- Если я правильно понимаю, то тебя надо уберечь от оверморфов. Кстати, они уже здесь?

Да, лазутчик на Кей-Джей.

- А разве планета не защищена другим гравитинитом?

На Кей-Джей есть гравитинит, как и на всех планетах системы Кей. Он не дает оверморфам высадиться. Но лазутчики могут безопасно находиться под его куполом.

На этом я закончил странный диалог то ли с самим собой, то ли с камнем, болтающимся у меня в батарейном отсеке. Вскарабкался на ближайшую кучу мусора и осмотрелся. Быстро нашел соединенные воедино контейнеры и поспешил к ним.

Двакьюзед как ни в чем не бывало копошился возле повозки. Двери были открыты настежь. Винтовка стояла у стены. Киборг совершенно ничего не боялся. Услышав мое приближение, поставил канистру на пол и вышел навстречу.

- Молодец, Кадваер, - воскликнул он. – Помог Восемьпивосемь. Без тебя она бы не справилась. Не зря я тебя отправил.

У меня дар речи пропал. А Двакьюзед сощурился, уставился на дыру у меня плече.

- Вижу, немного досталось. Иди сюда, подварю.

Что ж, отказываться от ремонта глупо. Я зашел в гараж. Киборг проводил меня в дальний угол. Там была оборудована небольшая мастерская. Стоял сварочный аппарат, висели инструменты, лежали запчасти.

- Нам предстоит долгая дорога, - сказал Двакьюзед, заправляя в держак электрод.

Я спросил:

- Сколько километров до Цитадели?

Киборг замер и посмотрел на меня как на идиота. Вроде как мне должно быть это известно хотя бы примерно. Я пожал плечами и поспешил оправдаться:

- Пилот знал. И когда летели, я не смотрел в иллюминатор.

Стало только хуже. Двакьюзед свел брови.

- Тебе и по голове досталось? – спросил он.

- Еще не пришел в себя, - отмахнулся я и подставил плечо.

Киборг снял со стены маску и включил сварочный аппарат. Через минуту он сбил пальцем шлак со шва.

- Готово! Что внутри?

Я покрутил рукой во всех направлениях, глянул неисправности: ничего серьезного.

Износ 34%

Вроде, немного, но на меткость влияет. Я озвучил состояние.

Двакьюзед схватил отвертку и сказал:

- Не шевелись, посмотрю, что можно исправить.

Он снял защитную накладку на плече и немного поровнял согнутые спицы, перемотал изолентой сорванную изоляцию на проводе, закрепил в держателе выскочившую трубку.

Через пять минут киборг закончил.

- Проверь.

Износ 22%

- Прекрасно! – воскликнул я, разрабатывая сустав. – Маслом только смазать надо.

- Это, пожалуйста! – улыбнулся воин и протянул мне масленку.

Я сделал пару глотков – скривился. Никак не привыкну к местным напиткам.

- Что с кислородом? – почему-то шепотом поинтересовался Двакьюзед.

Я плеснул в рот еще масла, размазал протекшие капли по лицу, глянул на индикатор и слегка напрягся:

- Пятнадцать процентов.

Киборг швырнул мне новенький баллончик.

- Лови.

Я ловко поймал, покрутил в пальцах.

- Замени, - кивнул воин, - не стесняйся.

В открытую дверь вошла Восемьпивосемь.

Двакьюзед закрыл меня телом и буркнул:

- Спрячь.

Я украдкой сунул баллончик в батарейный отсек и повернулся к мадам-бульдозер. Она прошлепала к повозке с громоздким ящиком в руках, доверху набитым банками с разноцветными жидкостями, колбами и другими химическими стекляшками.

Завидев меня, она спросила:

- Где моя шляпа?

- Мусорщики унесли, - фыркнул я. – Не смогли устоять.

- Так и знала, что ты не справишься, - газонокосилка поставила ящик на повозку, вздернула нос и вышла из гаража.

Она уже тоже была неплохо подлатана: руки исправно работали, дыры на корпусе заварены, протечка масла устранена. Даже на куртке красовались резиновые заплатки. Вышло неплохо. Я бы сказал, стильно. Модная компания Одинкея Великолепного точно бы оценила.

- А что стало с ее шляпой? - спросила повозка, когда бочка с пилами исчезла из виду.

- Ветром унесло, - усмехнулся Двакьюзед. – Ты уже проверила все системы?

- Нет, - сказала Черепаха, слегка растянув бампер в улыбке.

- Так займись делом.

Я спросил:

- Почему ты не хочешь, чтобы…

Но киборг характерным жестом остановил меня, кивнул на повозку и шепнул:

- Ей тоже незачем знать.

- Что в этом такого? – также шепотом поинтересовался я.

- Арпять не любит, когда кто-то без его ведома распоряжается кислородом. Забудь. Не говори никому.

На этом наш разговор закончился. Двакьюзед демонстративно занялся Черепахой. Я пожал плечами и вышел из контейнера. Со стороны лаборатории уже шел Арпять с аквариумом в руках.

- Кадваер, хорошо, что ты вернулся, - воскликнул он, проходя мимо. – Подожди меня в лаборатории.

Я спустился в комнату. Там царил настоящий бардак. Все было вперемежку: и банки с насекомыми, и контейнеры с цветами, и аквариумы с мелкими животными, а также реактивы и прекурсоры, запчасти и приборы. На полу уже валялось стекло, земля и несколько раздавленных растений. Безумно воняло хлоркой.

В коридоре появилась Эмтриди или Эмтриси с коробкой в руках. Заметив меня и окинув взглядом, она отставила ношу, наиграно ахнула и поспешила навстречу:

- Где тебя так угораздило?!

Лаборантка прилипла ко мне словно лента скотча. Чуть ли не обвилась вокруг и провела пальцем по свежему сварочному шву. Томно выдохнула:

- Еще теплый.

- Осторожно, на мне металлическая стружка, - процедил я и кое-как отлепил от себя девчонку.

А в проходе показалась вторая. И реакция у нее была аналогичной: вздохи, ахи, спешное сближение. Но на пути встала соперница.

- Займись делом, я сама позабочусь о Кадваере, - фыркнула первая.

Вторая так просто не собиралась сдаваться.

- Свежий сварочный шов надо обработать, чтобы не было коррозии.

- И без тебя знаю! – всплеснула руками первая.

Но вторая уже ловко отстранила конкурентку и поцеловала меня в плечо – на шве осталась свежая красная краска.

- Вот и все.

Лаборантка игриво подмигнула и толкнула задом первую. Та пнула в ответ ногой.

К счастью, вернулся Арпять, не то могло бы начаться ритуальное вырывание проволоки из голов и битье стекол окуляров.

- Эмтриси займись хлоркой, - сходу приказал он. – Эмтриди, на тебе керосин. Живо, девочки! Живо!

Биомашины с кислыми минами на лицах разошлись в разные стороны. Профессор повернулся ко мне:

- Кадваер, что у тебя с электропитанием?

- Немного осталось, - уклончиво ответил я.

- Если ты не знаешь, то мы заряжаем батарейки биогенераторами. Дают они не так много, поэтому энергию приходится беречь и брать отовсюду. В частности от солнца. Дорога нам предстоит дальняя, и тебе нужен походный плащ.

- Не откажусь.

Арпять открыл железный ящик и выудил оттуда потрепанную накидку с солнечными панелями.

- Примерь разъемы.

Я накинул плащ, подсоединил провода – все подошло! Я поблагодарил и предложил свои услуги:

- Чем могу помочь в сборах?

- Погоди, - остановил киборг. – Что у тебя с кислородом?

- На несколько часов.

- И ты молчал? – удивился профессор.

- Я не придавал этому значения. Вижу, что проблем у вас нет.

- Держи, - он дал мне целый баллончик.

Я вновь поблагодарил и спрятал подарок в батарейном отсеке. А затем спросил:

- Могу сам брать в ящике? Или зарядить самостоятельно?

Арпять посмотрел на меня, сощурив окуляры, а затем холодно процедил сквозь ротовые заслонки:

- Нет. Запомни, Кадваер. Кислородом распоряжаюсь я. Только я! Без моего ведома ты не можешь даже трогать баллоны. Это ясно?

- Да, - спокойно ответил я.

И даже улыбнулся, чтобы немного разрядить обстановку.

Повисла пауза. Арпять сверлил меня взглядом. Где-то в глубине подвала гремели лаборантки. Скрипнула дверь и в комнату вошел клон. Это был Девятый.

- Возьми, - сказал коротышка и протянул мне синий баллончики. – Этот чистый.

У профессора чуть пар не пошел изо всех щелей.

- Где ты его взял?! – взревел он.

Затем молнией бросился к мелкому существу, вырвал баллончик из рук и замахнулся. Но вовремя спохватился. Легонько толкнул Девятого:

- Иди, малыш, не мешай. И не трогай кислород. Сколько раз я просил.

Клон посмотрел на меня и проговорил еще раз:

- Этот чистый.

- Спасибо, - кивнул я и уже сам выхватил из рук Арпять синий баллончик.

Тот сверкнул окулярами.

- Да ладно тебе, - усмехнулся я и панибратски хлопнул киборга по плечу. - Он же клон.

Профессор махнул рукой.

- Займемся делом.

Обошлось. Но баллончики нельзя перепутать. С ними что-то неладно.

Глава 8

Около получаса мы таскали оборудование и нехитрые пожитки команды в гараж. Клоны тоже помогали. Правда, толку от них было немного. Они больше путались под ногами, чем приносили пользы. Мелкие озорники разбили несколько банок с зараженными жуками, бросались водорослями из аквариума и разлили целую канистру дистиллированной воды.

Киборги гоняли их по укрытию, будто стайку мальков. Но те воспринимали это как игру. С визгом разбегались в разные стороны, а через минуту уже вновь сбивались в кучу и шли дальше «помогать».

В сплошной суете мне легко удалось уединиться в укромном местечке. Достав все четыре баллончика, я сразу отделил трофей с мусорщика. По вмятинам его узнать было несложно. К тому же, кислорода в металлическом сосуде оставалось примерно половина. Распознать подарок от Девятого тоже не составило труда. Он стоял крайним в батарейном отсеке. А вот понять где тот, что дал Арпять, а где тот, что сунул Двакьюзед, уже было нельзя.

Рисковать я не стал. Взял пальцем немного свежей красной краски со шва и мазнул только емкость от клона. Быстро спрятал коллекцию баллончиков обратно в закрома и задумался.

В чем здесь подвох? Понятно, почему Арпять контролирует кислород. Если допустить ошибку при зарядке, то можно легко занести споры мицелия внутрь баллончика или на штуцер. И тогда пиши пропало. Профессор просто не доверяет это дело никому из команды. Но почему Двакьюзед втайне от него дал мне кислород?

А Девятый? Клон ведь сам заражен! Пусть и в спящей форме, но мицелий в нем живет. У искусственного коротышки, как ни у кого другого, есть мотив распространять споры.

Что, ржавый болт, все это значит?

Ответа не было. Но загадку надо решить до того, как мой кислород закончится. И первое, что можно сделать – задать пару вопросов Девятому.

Сделав рейс в гараж с каким-то хламом, я подошел к клонам. Они резвились на небольшом чистом от мусора пятачке. Одни выпускали светлячков из банок и бегали за ними, другие таскали пластиковые листы и строили домик. Девятый сидел в сторонке и смотрел себе под ноги, подперев подбородок кулаками.

- Почему ты не играешь с остальными? – спросил я и присел рядом на мятую бочку.

- Не хочу пропустить важный момент, - ответил он, не отводя глаз от небольшого мокрого бугорка земли перед собой.

- А что у тебя там?

- Зернышко.

- Ты ждешь, когда оно прорастет? – усмехнулся я. – Даже мне, киборгу с Кей-Кей, известно, что на это понадобиться несколько дней.

- Глупый киборг. Это зернышко лианы, - сказал клон. – Смотри внимательно.

И точно! Бугорок слегка пошевелился. Земля разверзлась. И на свет показался зеленый росток. Прямо на глазах он расправил семядоли и потянулся к свету.

Девятый хлопнул в ладоши.

- Вот видишь!

- Так у тебя волшебные зернышки! – воскликнул я.

- Нет, обычные, - отмахнулся коротышка и пояснил: – Лианы просто очень быстро растут. Почти как плотоядный мицелий.

Я тут же ухватился за возможность поговорить об этом. Спросил:

- Ты как-то чувствуешь у себя в голове чужой организм?

- Да. Но он мне не мешает, - спокойно проговорил клон и направил росток в сторону ближайшей кучи мусора. – В основном он спит.

- А когда не спит, что делает?

- Говорит со мной.

- О чем? – удивился я.

- Говорит, что мне надо сделать. Но я не всегда его слушаю.

- Это голос в голове?

- Нет. Это как будто мое решение что-либо сделать, но я знаю, что это он приказывает.

Я включил биосканер и внимательно осмотрел мальца: ничего инородного в голове не было. Видимо, мицелий совсем маленький и неразличим сканером. Я осторожно спросил:

- Скажи, это он велел тебе дать мне кислород?

- Нет, - покачал головой Девятый. – Это я сам решил.

Я сощурился.

- Уверен, что сам?

Клон молча кивнул и снова бережно повернул уже десятисантиметровый росток, который слегка отклонился от курса.

Я внимательно проследил за движениями странного клона, глянул на резвящуюся толпу одинаковых коротышек. Девятый определенно отличался от них. Такой себе на уме. Значит ли это, что мицелий все-таки влияет на него, руководит действиями, а он даже не подозревает об этом? Думает, что контролирует свои поступки, а на самом деле нет? В таком случае мог ли коротышка заразить кислород спорами и подсунуть мне? Да, легко! Но почему тогда Арпять не предупредил? Ведь он точно должен знать об этом!

Вопросы росли как стружка у сверлильного станка. Чтобы хоть что-то прояснить, придется поговорить с каждым членом команды.

- Кадваер, вот ты где! Иди сюда! – крикнул профессор, выводя меня из раздумий.

Он махнул рукой и скрылся в лаборатории. Я спустился следом. Киборг уже суетился вокруг большого синего баллона с кислородом. Профессор хотел, наконец, вынести его, но одному было тяжело и неудобно. Откладывать в долгий ящик разговор я не собирался. И как только убедился, что нас никто не слышит, спросил напрямую:

- Может ли кислород от клона быть зараженным спорами?

Арпять замер, повернулся и взглянул на меня как на идиота. А затем и вовсе расхохотался. Отсмеявшись, переспросил:

- Как тебе это взбрело в голову, Кадваер?

Я глупо улыбнулся.

- Ну, подумал, что если в Девятом живет мицелий, то он ведь должен быть заинтересован в заражении других.

Киборг убрал улыбку и серьезно сказал:

- Да, ты прав. Мицелий не просто заинтересован, он только этим и занимается. На Кей-Джей споры повсюду. Но у Девятого мозговой паразит находится в зачаточной форме. Он еще не способен вырабатывать споры. А заражать чужими он точно не захочет. Между грибницами существует жуткая конкуренция за биологический материал. Они убивают себе подобных чаще, чем другие виды существ. Не бойся использовать кислород Девятого. Но впредь, лучше обращайся ко мне. А теперь взяли.

Я подхватил синий баллон снизу и помог вытащить наружу. Это была последняя вещь, которую надо было забрать. Арпять принялся заваливать вход мусором. А я еще раз отсканировал его биосканером – ничего подозрительного. Киборг как киборг.

Пока мы несли баллон до гаража, можно было внимательно осмотреть его. Профессор держал штуцер с вентилем под металлическим колпаком, который вдобавок закрывался на замок. Самостоятельно заправить баллончик точно не получится.

Когда драгоценный кислород был закреплен специальными зажимами на повозке, Двакьюзед выгнал всех на улицу и крикнул:

- Давай, Черепаха, заводи двигатель. Пришло твое время!

Повозка сверкнула фарами, натужно засопела, чихнула, кашлянула и хорошенько рыкнула. Позади контейнеров вырвались клубы серого дыма. Затем машина еще пару раз газанула и перевела двигатель в тихое кошачье тарахтение. Бампер расползся в довольной улыбке.

Киборги захлопали в ладоши. Клоны запрыгали от восторга. Я же запустил сканер и вновь всех прощупал – чисто.

- А теперь поможем нашей красавице собрать панцирь! – крикнул Двакьюзед и стал давать указания, где кому встать: - Эмтриси и Эмтриди идите на корму. Арпять и Кадваер – на левый борт. Восемьпивосемь – на правый борт.

- Почему я одна на правый? – возмутилась газонокосилка. – Я же девочка…

- Ты сильная девочка и справишься, - перебил воин и повернулся к клонам. – Мелочь, вы отойдите подальше, чтобы ненароком не придавило.

Сам Двакьюзед засуетился у кабины. Он подключал какие-то шланги, дергал рычаги и часто поглядывал на приборы внутри.

Когда все киборги заняли свои места, Черепаха вновь взревела двигателем.

- Начали! – дал команду Двакьюзед и опустил поочередно три рычага.

Стены контейнеров задрожали. С них посыпалась ржавчина, порывом ветра сдуло нанесенный песок. Затем борта с жутким скрипом оторвались от земли, местами вместе с уцелевшими пучками травы. Сейчас стало ясно, что гараж был не совсем обычным. Эта сложная конструкция лишь маскировалась под соединенные контейнеры, а на самом деле складывалась в здоровенную будку на повозке.

Я недолго размышлял над своей ролью. Что делать, понятно и без лишних слов. Подхватил за край стенки и стал поднимать. Остальные киборги делали то же самое.

Помощь Черепахе понадобилась лишь вначале. А после борта пошли своим ходом. Поскрипев петлями, они сложились в подобие бронированного панциря. Когда защелки наверху закрылись, машина довольно заурчала.

Двакьюзед вскочил по ступеньке внутрь будки и вручную соединил с кабиной мелкие отсеки спереди. Затем открыл дверь слева, выставил лестницу и выдал:

- Добро пожаловать на борт!

Клоны рванули первыми. Едва они скрылись в полутьме черепашьего панциря, как там сразу же зазвенели жестянки, раздался визг и звон разбившейся стекляшки. Сразу пахнуло уксусом.

Двакьюзед громко выдохнул, закатил окуляры к небу и пошел наводить порядок. Следом внутрь запрыгнули лаборантки. Я тоже поставил ногу на ступеньку, но так и замер. Из-за ближайшего навала мусора вышел киборг в рваном плаще со световыми панелями. В руке он держал шляпу мадам-бульдозер. А за спиной у него весела плазменная винтовка. Корпус совсем не ржавый, обильно вымазан маслом с легким налетом сажи. Обычного для бродяги баллончика с кислородом на груди не было. Мы сразу напряглись. Только микантов нам и не хватало.

Незваный гость поспешил развеять опасения. Он растянул ротовые заслонки в улыбке и спокойно сказал, обращаясь к Восемьпивосемь:

- Кажется, это твой головной убор.

Газонокосилка невольно улыбнулась в ответ и сделала шаг навстречу, но тут же опомнилась. Замерла.

- Не бойтесь, - продолжил киборг. – Я чистый, как и вы.

- Что тебе надо? – совсем недобро спросил Арпять.

Я взялся за ремень дробовика. Приготовился в любую секунду скинуть оружие. В дверях показался Двакьюзед с винтовкой и фыркнул:

- Иди своей дорогой, странник.

Черепаха недовольно зарычала двигателем, повернула шипастые колеса в сторону бродяги. Видя, что остальные не очень-то дружелюбно настроены, мадам-бульдозер завела пилы и рявкнула:

- Оставь мою шляпу и проваливай, пока цел!

Но бродяга будто не слышал угроз. Крутнул на пальце алюминиевую крышку с вздутым пенным париком и спокойно спросил:

- Уезжаете?

- Какое тебе дело? – ответил вопросом на вопрос Двакьюзед.

- В дороге может всякое случиться, - киборг сощурил окуляры. – Лишний ствол вам не повредит, а мне надоело ноги сбивать в здешних развалинах. Хочу сменить обстановку.

- Мы привыкли сами справляться с проблемами, - сказал Арпять.

- Правда? – искренне удивился незваный гость и кивнул в мою сторону, поглаживая плазменную винтовку. – А вот он бы без меня не справился.

Все взглянули на меня. Я кивнул.

- Бисемьджей, - представился киборг. – Батарейки и кислород – вот моя плата.

Он уверенно подошел к Восемьпивосемь, протянул шляпу и, слегка склонив голову, добавил:

- Мадам.

- Мадмуазель, - игриво поправила биомашина.

Она выключила пилы, нацепила алюминиевую крышку и вырвала из пены застрявший кусок проволоки.

Арпять и Двакьюзед переглянулись. Профессор достал небольшой прибор с антенной, подошел к Бисемьджею и бесцеремонно приставил сканер к голове. Затем обвел все тело. Удовлетворенно кивнул.

- Что ж, по рукам. Добро пожаловать на борт, приятель, - сказал Двакьюзед и скрылся в полутьме панциря.

Мы поочередно запрыгнули в повозку. Только мадам-бульдозер осталась снаружи. К счастью. Ей не только места бы тут не хватило, но эта бочка и в дверь бы не протиснулась.

Вообще, места внутри было, мягко говоря, в обрез. Хорошо, что киборги сделаны из металла. Ноги не затекут от долгого нахождения в неудобной позе. Мне, девчонкам и новому попутчику пришлось сыграть в тетрис: грамотно расположить тела в пустующих нишах.

Свободным остался только узкий проход в кабину. В ней заняли кресла Арпять и Двакьюзед. Клоны развалились на полках на стене. А Восемьпивосемь вскарабкалась на крышу кабины и закрепилась цепями. Оказалось, что газонокосилка там не просто будет ворон считать. Она расставила по сторонам пилы. Если что, вмиг прорубит дорогу.

Некоторое время Черепаха лишь тарахтела, не решаясь сорваться с места. В кабине шло совещание. Наконец, дверь открылась, и показался профессор:

- Кадваер, - позвал он. – Ты хотя бы примерно знаешь направление на Цитадель?

- Да, - уверенно соврал я.

Прозябать во тьме ржавого контейнера – не то, что я ждал от поездки по зеленой планете. А чтобы занять лучшее место, добавил:

- Помню ландшафт и некоторые объекты, которые видел с высоты на подлете. Точно сказать не могу, но думаю, если встречу, то узнаю.

- Хорошо. Займи место в кабине. Будешь показывать, - сказал Арпять и стал со скрипом протискиваться в проход.

Я вылез из ниши и двинулся навстречу. Разминуться было сложно. Кому-то надо было падать на пол. Но никто не хотел. Пришлось профессору вернуться в кабину, и уже там мы спокойно поменялись. Я плюхнулся в дерматиновое кресло и сразу махнул рукой вперед.

- На юг!

- Юг не там, - скривился Двакьюзед.

- Но нам все равно на юг, - настоял я на своем.

Почему на юг? Не знаю. Направление надо было выбрать как можно увереннее. Поэтому раздумья были тут лишними. К тому же, помниться, что первый встречный киборг утверждал, что на севере нет Цитадели.

- Черепаха, слышала? – спросил киборг.

- Слышала, - скрипнула рессорами повозка.

Она тотчас взревела двигателем и сорвалась с места с приличной скоростью для такой громадины. Имя ей явно давали за панцирь, а не за медлительность. И развалины ей были нипочем. Широкие железные колеса с шипами настойчиво скребли землю, только грязь и камни летели по сторонам.

Вскоре мы выскочили в поле, и дело пошло еще лучше. Впереди виднелся лес. Но это нисколько не смущало Черепаху. Она самозабвенно неслась, выпучив окуляры и растянув бампер в улыбке. Только ветер свистел в зеркалах заднего вида, да бренчали плохо закрепленные внутренности.

- По пути должен быть твой корабль, - вполголоса сказал Двакьюзед. – Хорошо бы заехать, разжиться запчастями, оборудованием. Что скажешь?

- Если не промахнемся, - ответил я.

- Что у тебя с кислородом? – зачем-то спросил он.

- Еще немного осталось. Хочу израсходовать весь.

- Не забывай следить за ним.

Я кивнул и проверил датчик: три процента. Скоро придется менять. Что поставить сейчас я знал точно – мятый баллончик мусорщика. В нем примерно половина осталась. Надо использовать его, чтобы освободить место в батарейном отсеке. А потом лучше не рисковать и взять подарок от Девятого.

Оставшись один в дальней нише, Бисемьджей выдвинул антенну на голове и отправил короткое текстовое сообщение.

* * *

Цель найдена в составе группы чистых киборгов. Они двигаются на юг в поисках Цитадели. Контакт налажен.

Кайл прочитал сообщение и растянул силиконовые губы в улыбке. Кадваер сам шел в руки. Лучше не придумать! Надо лишь немного скорректировать его направление, чтобы не промахнулся.

Оверморф быстро написал ответ и поднял голову. Он совсем недавно появился на небольшой возвышенности и уже около пяти минут просто любовался диковинным зрелищем в долине. Огромный толстый пласт всеядного мицелия был как на ладони. А на нем стояла настоящая крепость из металла. Цитадель медленно ползла прямо на киборга. После нее оставалась безжизненная иссушенная полоса.

Вот первые упругие жгуты зашевелились в траве неподалеку, будто змеи. Они заползали далеко вперед, вгрызались глубоко в земные недра и тянули основное тело мицелия. Затем показались тонкие желтоватые побеги. Они сплошным ковром накрывали поверхность, выпускали паутину и прямо на глазах поедали все живое.

Кайл ловко запрыгнул на ковер и двинулся к главным воротам по нежному колышущемуся покрывалу Цитадели. Вскоре его заметили. В бойницах показались лазерные пушки. Сверкнули начищенные до блеска головы стражников.

Но оверморф нисколько не испугался. Он остановился, широко расставил ноги, подбоченился и громко крикнул:

- Позови главного!

Глава 9

Полчаса Черепаха пробиралась сквозь редкий лес. Наверняка можно было объехать заросли, но ей нравилось маневрировать среди деревьев, ломать кусты и брать штурмом овраги. Она визжала, ругалась и ревела двигателем в особо трудных местах. И вскоре выскочила на открытое пространство. Перемахнула через небольшую извилистую речушку и покатила по травянистой равнине.

Дышать мне стало заметно труднее. Пришло время сменить баллончик. При этом Двакьюзед внимательно наблюдал за каждым моим движением. Буквально глаз не отводил. Хорошо, что Черепаха сама следит за дорогой. Не то можно было и столбы посчитать с таким водителем.

Киборг видел, что я собираюсь ставить старый баллончик мусорщика. Он хоть и старался не показать никакой реакции, но все же скрипнул ротовыми заслонками, когда я неумело возился со штуцером. А вскоре вовсе не выдержал и сказал:

- Опасно так делать, Кадваер. Можно занести споры внутрь трубки. Вначале надо немного кислорода выпустить, чтобы продуть патрубок, а после вынуть старый баллон и поставить новый.

- Разве фильтр не удержит несколько случайно попавших внутрь спор? – спросил я.

Воин пожал плечами.

- Может, удержит, а может, и нет. Лучше не рисковать.

И тут он прав. Надо быть аккуратнее.

Я закончил манипуляции с баллоном как нельзя вовремя. Глубоко вдохнул, и сразу раздался крик Черепахи:

- Слева миканты! Поохотимся?

Мы прилипли к окну: примерно в километре от нас в небе маячил дирижабль. Не иначе, как старые знакомые.

Двакьюзед скривился и ударил кулаком по панели приборов.

- Остынь, подруга. Это дельта-тип. Кроме разряженных батареек там взять будет нечего.

- Прокачусь рядом, - не унималась Черепаха. – Посмотрим на них. Вдруг ты ошибаешься.

- Нет! – крикнул уже из панциря Арпять. – У нас и так барахла до потолка.

Повозка фыркнула и протяжно затрубила в гудок. Но направление не поменяла. Дирижабль вскоре исчез из виду. А буквально через пять минут Черепаха усмехнулась:

- Не хотели поиграть с дельта-типом, придется погоняться с гаммой.

И снова загудела на всю округу. В крышу кабины нервно забарабанила Восемьпивосемь. Закричала что-то невнятное. Из-за шума колес разобрать слова было нельзя.

- Ржавая телега! – вскричал профессор, гремя ногами по металлическому полу. Он ворвался в кабину и спросил: - Где?!

- Да вон же, прямо по курсу, - выпалила Черепаха и сверкнула фарами. – Большая колония. Что будем делать?

- Что делать?! – вскричал Арпять. – Удирать! Вправо!

Двакьюзед схватился за руль, но повозка уже сама круто повернула и покатила в заросшую кустами низина.

Я силился увидеть загадочных врагов, но кроме моря зелени и серой дымки на горизонте ничего не мог разобрать. А сосед уже выпустил руль и дергал затвор винтовки, посылая патрон в патронник. Восемьпивосемь на крыше забарабанила еще сильнее. Похоже, дело серьезное.

- Где они? – не выдержал я. – Как Черепаха знает, что это гамма-тип?

- У нее стоят молекулярные датчики, - пояснил Арпять. – Гамма-мицелий управляет своими солдатами через химические сигналы в воздухе. Даже я чувствую их на рецепторах.

Киборг пожевал воздух и скривился. У меня тоже на вкусовых датчиках появился привкус сырой земли.

- Они нас заметили, - холодно заявил Двакьюзед.

- Приготовиться! – скомандовал профессор и поспешил обратно в будку. – Действуем как обычно!

Снаружи нарастал странный гул. Взвизгнули пилы газонокосилки.

Я без устали вертел головой, щурился, привставал и, наконец, увидел слева в траве мелькание черных теней. Они быстро приближались.

- Стабилитрон побери! – выругался Двакьюзед. – Колесные!

- Я разве не сказала?.. – удивилась Черепаха.

- Гони! – рявкнул воин.

Он открыл окно слева, высунулся наружу и припал к прицелу. Я занял позицию справа. Но с моей стороны никого не было. А вот со стороны Двакьюзеда уже появились первые враги. Грянул выстрел. Еще один. В кабине запахло порохом.

Гул резко усилился. Я выглянул: позади Черепахи вынырнул необычный киборг и тут же вновь скрылся из виду. Корпус у него был простой и ржавый, как у всех микантов. Но вместо ног неистово вращалось зазубренное колесо. Этакий монобайк с длиннющими многосуставными руками. Сейчас они были собраны в гармошку, чтобы случайно не зацепиться.

Вот киборг показался вновь. Теперь я заметил, что он был не один. На спине висел биоробот поменьше. Он обхватил металлического коня руками и ногами, словно рюкзак. Колесный микант приблизился к панцирю Черепахи, и наездник позади зашевелился. Его намерения считать было несложно.

Я нажал на спусковой крючок – картечь забарабанила по корпусу колесного киборга. Он едва не потерял управление, завилял, но вовремя ухватился длиннющей рукой за борт. Второй биоробот ловкой обезьяной полез на нашу повозку. Я и моргнуть не успел, как он исчез на крыше. Шмальнул еще раз в кибермоноцикл. На этот раз он не выдержал, покатился кубарем, разбрасывая мусор из батарейного отсека.

Десантник тоже долго не продержался. Его уже поджидала газонокосилка. Мерзко завизжали пилы. Огненным шлейфом сыпанули икры. В них мелькнули руки, ноги, сверкнула окулярами голова, а после пролетел и бочонок корпуса.

- Что это за киборги? – спросил я, досылая патроны в дробовик.

- Бывшие работники цехов выращивания клонов, - пояснил Двакьюзед и трижды выстрелил.

- Они такие злые, потому что остались без работы? – усмехнулся я.

- Нет. Им просто не заплатили, - отрезал воин и высунулся в окно.

Я выглянул со своей стороны и дал залп по следующей двойке, которая выруливала из-за повозки. Попал. На корпусе киборга остались дыры от картечи. Он вздрогнул, вильнул и вновь выпустил телескопическую руку, чтобы мертвой хваткой ухватиться за борт Черепахи.

Я прицелился, но выстрелить не успел. Колесный биоробот все же не справился с управлением и шмякнулся на землю. Десантник сразу оторвался и исчез в пыли, а этот еще некоторое время волочился позади повозки. То ли специально, то ли не смог разжать хватку. Через пару секунд тело оторвалось. Рука так и осталась висеть хвостом. Она моталась из стороны в сторону и удачно мешала новым врагам приблизиться.

Кибермоноциклы с десантом стали заходить с боков, но это была ошибка. Целиться в них стало куда удобнее. Теперь и я, и Двакьюзед били без промаха. Он в считанные секунды свалил двоих, и я столько же отправил пахать землю. Но на смену колесным микантам пришли новые противники.

Позади Черепахи замаячили летающие дроны. Звук их моторчиков отличался мерзким визгом. И скорость у них была в разы выше. Четыре мелких миканта быстро приближались. Они несли сеть из мицелия.

- А это кто? – спросил я и припал к прицелу.

- Бывшие контролеры техпроцесса, - фыркнул воин.

- Им тоже не заплатили?

- Нет. Они всегда были ублюдками!.. Задраить люки! Устроим им теплый прием.

Он закрыл окно, схватил меня за плечо и втащил в кабину. Я тоже поднял стекло. И вовремя. Дроны пронеслись мимо, накинули на Черепаху сеть, будто на зверя, и круто ушли влево. Белесый мицелий соплей расползся по окну, запустил тонкие отростки во все щели.

- Ну, чего ждешь? – спросил Двакьюзед и пнул панель приборов.

- Восемьпивосемь копается. Не хочу подпортить ей прическу, - протарахтела повозка.

Мицелий уже оплел все стекла, напрягся. Кабина даже затрещала, того и гляди, лопнет как яичная скорлупа. Но не судьба. Черепаха вздрогнула, утробно загудела, и из-под капота вырвался толстый сноп огня. Потоком встречного воздуха его развернуло в разные стороны словно цветок. Пламя охватило весь корпус повозки. Сопля моментально скукожилась, пошла пузырями, зашкварчала, обуглилась и поползла рваными кусками по стеклу.

Повозка нырнула в низину, оставляя за собой хлопья опаленного мицелия. Зашуршали по дну кусты. А затем мы пожалели, что не пристегнулись. И меня, и Двакьюзеда подбросило так, что головы врезались в крышу. У меня душа ушла в пятки. Так можно и мозги выплеснуть. Но на удивление, удар был мягким. Я поднял окуляры: на потолке оказался приклеен поролон. Киборг лишь ухмыльнулся. Похоже, подобная встряска не впервой.

Только из панциря донесся звук битого стекла и визг клонов, плавно переходящий в смех. Им было весело. Мелюзга и тут не унывает.

Черепаха взревела и пошла на крутой подъем. Нас отбросило на спинки кресел. В панцире завизжали ящики. По крыше кабины заскребли ветки. Но тут же взвыли пилы, и обрубки полетели на землю, словно стриженые волосы.

Чуть ли не на последнем издыхании Черепахе удалось выкарабкаться из низины. Она взвыла двигателем, взяла передачу повыше и стала набирать скорость. Враги пересекли овраг быстрее и уже маячили по левому борту. Теперь это были не только колесные киборги. Мелькали обычные ржавые ведра с винтовками. И оружие они использовали совсем не как дубины.

Загрохотали выстрелы. По контейнерам забарабанили пули. Несколько пробили дверь кабины. Разбили стекло. Двакьюзед грязно выругался и открыл ответный огонь, особо не целясь.

Черепаха взяла круто вправо, чтобы убрать из-под обстрела борт и покатила вдоль низины.

И тут задняя дверь панциря открылась. Изнутри полетели банки с насекомыми и мелкими животными. Даже аквариум с крысами вывалился. Он сразу же разбился, и хвостатые зверьки ломанули в разные стороны. Теперь стало понятно, зачем Арпять брал с собой весь зверинец. Совсем не для продолжения исследований. Это была приманка для микантов.

Сработало. Киборги принялись ловить снующую в траве живность. Миканты падали, стукались корпусами, толкались. Одни даже драку устроили. Но не все повелись на столь малый по сравнению с нами куш. Кибермоноциклы вновь зажужжали позади повозки. Только теперь они сменили тактику. Десант уже не пытались высадить. Газонокосилка дала понять, что это бесполезно.

Миканты быстро сближались и бросали мотки проволоки нам под колеса, в надежде заклинить их. С третей попытки одному врагу это удалось-таки. Клубок проволоки обмотался вокруг вала, и колесо с жутким визгом встало. Черепаха лишь на мгновение притормозила. Затем подняла вставшее намертво колесо и спокойно покатила дальше.

Было еще несколько попыток. Слева их отбил Джейноль, а справа я. И на этом преследование резко закончилось. Киборгов как ветром сдуло.

Когда угроза миновала, воин протер запотевшие окуляры, отставил винтовку и достал из бардачка масленку. Хорошенько глотнув, передал мне. Я не отказывался и влил в себя приличную дозу. Сейчас это было необходимо.

- Большая колония, - выдохнул Двакьюзед и довольно рыгнул. – В один момент мне показалось, что нам пришел конец.

- Микантов же было немного, - скривился я. – Отбились бы, даже если бы Черепаха встала.

- Это был только край колонии. Сам мицелий даже не показался. Из его щупалец мы бы уже не вырвались. И огнемет не помог бы.

Некоторое время мы еще прыгали в кабине, как теннисные мячики, но вскоре повозка снизила скорость и стала тщательно выбирать дорогу. Вернулась на прежний курс. Еще через полчаса Арпять дал команду остановиться. Надо было передохнуть, проверить состояние Черепахи и починить колесо. Она не возражала, заехала за небольшой пролесок и встала.

Я и Двакьюзед первыми вышли наружу. С кабины спрыгнула Восемьпивосемь. Шляпы на ней не было. И теперь лысая голова поблескивала на солнце. Корпус был черным от сажи. На пузе виднелись свежие дыры от пуль.

Затем открылась правая дверь черепашьего панциря, выскочила лестница, и спустился Арпять. На его лице сверкала улыбка. Следом сошел Бисемьджей. Он не успел и пыль стряхнуть, как Двакьюзед окликнул его:

- Приятель, идем со мной, поможешь с колесом.

Киборги ушли распутывать проволоку.

В проеме показалась лаборантка. Она окинула окулярами всех и остановила взгляд на мне. Томно вздохнула, театрально приложила ладонь ко лбу и сделала намеренно неуклюжий шаг на ступеньку. Эмтриди, или это была Эмтриси, явно рассчитывала на помощь. На мою помощь, потому что и не думала смотреть ни на кого другого.

Представление не удалось. Из полутьмы панциря вылезла вторая девушка, моментально оценила обстановку и небрежно толкнула соперницу. Та сбежала по лестнице и едва не воткнулась носом землю. Устояла. Но из роли не вышла. Шатаясь, будто перебрала масла, лаборантка медленно двинулась ко мне. Простонала:

- Ой!.. Кажется, меня укачало…

Вторая спрыгнула на землю молодой горной ланью и бросилась наперерез. Выпучила глаза и выдохнула:

- Ты цел, Кадваер! Я так волновалась…

К счастью, на помощь пришел Арпять.

- Девочки, - властно остановил он этот концерт, - уберитесь внутри панциря. Выгребите землю и стекло. Проверьте канистры.

- Нооо… - завыли они в унисон.

- Живо! – рявкнул профессор.

Лаборанток как ветром сдуло.

- А где клоны? – спросил я.

Арпять свел брови. Позвал:

- Малыши, выходите. Сделаем привал. Разомнетесь.

Но в двери показались только девушки. Они молча спустились и отошли в сторону.

- Что там? – крикнул профессор и поспешил в панцирь.

Он встал на ступеньку, заглянул внутрь и замер. Затем протянул руки и вынес бездыханное окровавленное тело. Я почувствовал, как потекла смазка из суставов. И сразу глянул на лысину мертвого коротышки: там чернела четверка. В груди у него была рваная дыра.

Молча спустились остальные клоны и гуськом засеменили следом за Арпять. Он отнес тело на десяток метров в лес и бережно положил на землю. Вокруг собрались все, кроме Двакьюзеда и Бисемьджея. Они возились с колесом.

Никто не произносил торжественных речей. Все стояли молча и смотрели на мертвеца. Первый клон медленно засунул палец в рот и причмокнул. Второй шмыгнул носом. Третий показал язык Шестому, а тот скривил рожу в ответ. Седьмой с открытым ртом наблюдал, как сочится кровь из раны. Восьмой смотрел по сторонам. Девятый не отрывал взгляда от стеклянных глаз покойника.

Пятый присел на корточки рядом и легонько толкнул кулачком в плечо Четвертого. Тот, естественно, никак не отреагировал. Клон толкнул еще раз. Затем еще. Пискнул:

- Ну, чего ты лежишь. Вставай. Давай играть. Ну…

Окончательно приняв потерю товарища, Пятый всхлипнул и поднялся. Окинул взглядом собратьев, толкнул в плечо Восьмого и натужно усмехнулся. Но тот не хотел участвовать в игре и слегка отошел. Тогда Пятый ударил Первого, но и этот коротышка только замычал в ответ.

Пятый всхлипнул. Вытер нос рукой. И тут его легонько толкнул Девятый. У коротышки рот расползся в улыбке. Он толкнул противника и укрылся за спиной Третьего.

- Ладно, идемте, - буркнул Арпять. – Надо ехать дальше.

Все поспешили назад. Только Девятый остался стоять у тела.

- Пошли-пошли, - профессор вернулся и потянул его. – Находиться тут небезопасно.

Клон послушно побрел к повозке, но через несколько шагов оглянулся. В этот момент труп шевельнулся.

* * *

- Генерал, - полковник звездного флота ткнул пальцем в монитор, - они зашли на орбиту Кей-Джей. Прикажете прекратить преследование?

На капитанском мостике флагманского корабля, гордо подняв голову, стоял широкоплечий киборг со сверкающим корпусом и рядами разноцветных значков на груди. Это был Ютитриэф – гроза пиратов во всей звездной системе Кей. Он свел брови и посмотрел на военного испепеляющим взглядом. Затем рявкнул:

- Офицер Альянса никогда не отступит от своего долга! Эти гнусные пираты не уйдут от меня! Вперед! Я достану их везде: на планете, на комете, на астероиде, на спутнике… Сжечь! Испепелить!..

- Но, капитан, - пискнул полковник, - это же Кей-Джей. Там эпидемия. Это билет в один конец.

Генерал выпятил челюсть и спросил:

- Что ты хочешь этим сказать, солдат?

- Они обречены, - полковник развел руками. – Даже если их не убьет биологическая угроза, то покинуть Кей-Джей все равно не получится. Планетарная охрана сбивает любое судно.

- Я слышу в твоих речах страх! Солдату Альянса неведомо это чувство!

Полковник вскочил со стула, козырнул и проговорил:

- Стальное сердце не знает страха! Но вы, капитан, подвергаете опасности флагманский корабль. В дальнейшем преследовании нет смысла.

Остальные военные в капитанской рубке вжали головы в плечи. Они и так сидели тише воды, а теперь боялись лишний раз клацнуть по клавиатуре, чтобы ненароком не привлечь внимание командира.

Генерал метнул из глаз лазеры. Сжал челюсть до скрипа. А после резко расслабился, улыбнулся.

- Прекратить преследование.

Полковник поднял подбородок. А Ютитриэф повернулся к нему и добавил:

- А тебе, солдат, объявляю наряд в не очереди за пререкания с командованием!

- Но…

- Никаких «но!» Живо чистить корпус звездолета от ежей!

Полковник опустил окуляры в пол и побрел к выходу из капитанской рубки. Когда дверь за ним бесшумно закрылась, Ютитриэф, чеканя шаг, прошелся взад-вперед, развернулся на каблуках, вскинул руки к потолку и выпалил:

- Победа! Мы избавили мир от этих ржавых болтов! Пираты повержены! Добро в очередной раз восторжествовало!

Он открыл батарейный отсек, достал серебряный треугольник и налепил себе на грудь.

Глава 10

Звездолет без опознавательных знаков класса «Исследователь» эффектно зашел на посадку. Сбил верхушки деревьев, поднял клубы пыли и опалил землю. Лишь в последний момент выпустил посадочные ступени. Крутнулся, качнулся и приземлился.

Двигатели еще не успели полностью остановиться, а дверь уже со скрипом откинулась. Изнутри повалил пар. В белых облаках показался массивный киборг. На его голове красовалась ржавая самодельная треуголка со стальным ершиком для чистки стволов пушек вместо пера. Во рту торчал кусок жеваного кабеля. Круглый живот опоясывал широкий резиновый ремень из транспортерной ленты с зубчатой пряжкой-шестеренкой. По бокам болтались кобуры с лазерными пистолетами.

Уверенной походкой пират вышел на обгоревшую поверхность планеты. Глубоко вдохнул свежий воздух, поднял темные стекла окуляров и по-хозяйски окинул взглядом округу.

- Неплохая бухта для стоянки! – пробасил Кардан и поскреб живот. Порывом ветра с корпуса сдуло белесые лохмотья окисла. – Недельку постоим на якоре, пока эти псы Альянса не забудут о нас. Отдохнем, почистим винтики, смажем нутро маслом.

- Осторожно, капитан! Тут небезопасно!

Из корабля вышел тощий киборг с густой бородой из спутанных пружин. Левая нога у нег болталась в бедре, и чтобы не оступиться, пират использовал сваренный из арматуры костыль. Благодаря ему боцман быстро сбежал на обугленную травку.

- Расслабься Саморез. Кто нам тут угрожает? – процедил сквозь зубы Кардан и погладил рукоятки пистолетов.

Хромой отстегнул крышку между ног и принялся спокойно сливать отработку прямо на посадочную ступень звездолета.

- Все же, планета не зря закрыта, - натужно проговорил он.

- Пугалки для тупых чайников, - отмахнулся капитан.

- Написано, биологическая угроза.

- Так это для местных мясных мешков угроза. А нам-то чего бояться?

Саморез закончил дело, закрыл крышку между ног и сказал, всматриваясь вдаль:

- Все равно, лучше пока не отходить от корабля. Надо разведать местность.

Кардан повернулся к звездолету и крикнул:

- Эй, жестянки, вываливайтесь из коробки! Потопчите землю ходулями!

Внутри загремели частые шаги киборгов, и наружу стали высыпать разношерстные пираты. Их объединяли только корпусы с множеством сварных швов и белый налет окисла.

Толпа с диким гоготом разбрелась по округе. Кто сливал отработку в кусты, кто копался в земле, будто ребенок в песочнице, кто устроил драку за причудливую палку.

Но идиллия длилась недолго. За кораблем раздался крик ужаса. Все повернулись: один из пиратов скакал на месте, как заклинивший, а на ноге болталась зеленоватая сопля. Она обвила конечность и, несмотря на усилия киборга, забиралась все выше и выше.

На помощь бедолаге никто не ринулся. Наоборот, космические разбойники окружили соратника и внимательно наблюдали за происходящим. Начали даже подбадривать, посмеиваться и давать советы:

- Выстрели в нее!

- Порви на части!

- Зубами грызи! Зубами, дурень!

Киборг растерялся, и когда все же решился действовать, мицелий уже нашел щели в корпусе и наполовину скрылся внутри. Пират вцепился пастью в вязкую субстанцию, словно щипцами, и вырвал приличный кусок. Зрители заверещали от восторга.

- Как на вкус? – крикнул кто-то из толпы.

- Как старая покрышка, - скривился пират и выплюнул биомассу.

Флибустьеры вновь заржали. Шарахнулись в стороны, когда мицелий быстро пополз к ним. Кардан выхватил пистолет и выстрелил – красный луч лазера прожег дыру в сопле. Она зашипела, затрясла жгутами и прямо на глазах скрылась в земле. Только взрыхленная почва напоминала о ней.

Но львиная доля мицелия уже исчезла в корпусе. Пират шлепал себя по груди, по плечам, по суставам и никак не мог понять, что делать дальше. Странная субстанция шевелилась внутри, запускала щупальца в голову, изучала каждый уголок.

Саморез приковылял к нему поближе и приказал:

- Открой батарейный отсек.

Киборг послушно щелкнул замком и распахнул дверцу: сопля оплела все внутренности. Свет ей не понравился, и она стала перетаскивать биомассу в темные уголки корпуса, забиваться в щели.

Боцман потеребил пружину на бороде, растянул и отпустил – она звякнула, загудела.

- Встань под сопло. Прожарим эту бестию, - буркнул Саморез и поковылял к кораблю.

Киборг с мицелием внутри двинулся следом, но идти ему было сложно. Ноги почти не слушались, движения стали дерганными, руки и вовсе повисли веревками. Биомасса внутри попала в шестеренки, залепила спицы, влезла в суставы. Даже окуляры стали хаотически вращаться под ее воздействием. Хорошо, что эта гадость еще не вырвала чего или не закоротила.

А космическим разбойникам было весело. Они шли рядом и подтрунивали над собратом. Кто-то даже пихнул в спину палкой, чтобы подогнать. Помочь никто не вызвался. Оно и понятно. Неведомая тварь могла легко перепрыгнуть на другого.

Кое-как зараженный пират дочапал до сопла. И как раз вовремя. Из двигателя вырвался сноп пламени, окатил его с ног до головы и отбросил на десяток метров. Толпа взревела.

Киборг поднялся. От него шел дым. А затем из всех щелей полез мицелий. В горячем корпусе ему не понравилось. Оказавшись на земле, куски быстро собрались в кучу и принялись метаться в поисках новой жертвы. Но дураков нет. Пираты выхватили стволы и дали залп. Земля вскипела, повалил пар, а когда его унес ветер, то от мицелия остались лишь опаленные тряпочки. Но и они все еще шевелились.

- Смотрите в оба! – рявкнул Кардан. – Эта живая сопля тут не одна…

Он поперхнулся. Скривился. Схватился за голову, промычал:

- Что со мной?..

- Капитан! – крикнул одноглазый здоровяк с кувалдой за спиной.

Он бросился к командиру, но так и замер, а затем затрясся и упал. Другой пират ринулся бежать к кораблю, но не попал в дверь. Со всей дури врезался лбом в посадочную ногу и растянулся на земле.

Космические разбойники один за другим хватались за головы, падали, кричали. У одних изо рта потекла биологическая жидкость. У других из всех щелей прорастали розовые или зеленоватые щупальца. Кто-то в агонии выстрелил, кто-то рвал себя на части, в тщетной попытке избавиться от паразита. Кто-то бросился под сопло звездолета, но двигатель уже погас.

* * *

Кайл начинал нервничать. Он стоял у ворот уже не меньше получаса, а главного все еще не было. Единственное развлечение – играть в гляделки с солдатами на стене. Те не спускали с оверморфа глаз и стволов пушек. Будто ждали, что он сейчас выкинет какой-нибудь фокус.

Наконец, одна сверкающая голова стражника исчезла. На ее месте появилась новая – не такая начищенная, но зато в белом пластиковом парике. Рядовые киборги не носят такую прическу. Глава Цитадели тоже не спешил приветствовать незваного гостя. Как и вояки, принялся играть в гляделки. Но Кайл уже устал от этого. Скривился и крикнул:

- Не узнаешь?

- Узнаю, - кивнул тот и растянул ротовые заслонки в улыбке. – Кто еще будет ходить с лысой резиновой головой?!

- Не резиновой, а силиконовой! - поправил оверморф. – Откроешь ворота, или будем так разговаривать?

- Открою, конечно. Но тебе придется пройти подробное сканирование. Без этого посторонним запрещено входить в Цитадель.

Кайл некоторое время сверлил взглядом киборга в парике. Затем проговорил:

- Я знаю, что творится на Кей-Джей. Не думаешь же ты, Оуодинплюс, что я не принял меры безопасности?

- Такое правило, дорогой Кайл, - спокойно ответил глава Цитадели.

- Ты, вообще, понимаешь, о чем говоришь?

- Да, - кивнул тот. – Не волнуйся. Информация о модулях, номерах и оборудовании твоего корпуса не будут разглашаться. Все останется в этих надежных стенах.

Оверморф поджал губы и согласился:

- Ладно, но мне нужна особая процедура сканирования.

- Я лично проведу, - заверил Оуодинплюс и улыбнулся. – Это просто формальность.

Он исчез. Еще с минуту Кайл топтался по ковру мицелия, пока ворота протяжно не скрипнули. Встречал его лично глава Цитадели. Его корпус был ничуть не хуже корпуса главы Икстехнос. И при этом еще имел гравировку и щегольские золотые вставки.

- Дорогой, следуй за мной строго по линии, - сходу сказал киборг в парике. – Это стандартный процесс.

- И часто к вам заходят в гости?

Кайл шагнул по белой метке в хорошо освещенный пустой коридор. Чуть впереди справа в стене светилось окошко. Напротив него на линии был отмечен круг. В него надлежало встать и повернуться к сканеру. Дальше на потолке размещались трубы с черными горловинами. Пол и стены рядом были опалены. Нетрудно догадаться, что происходит с теми, кто не прошел проверку.

- Случается, миканты норовят прощупать нас на прочность. А бывает, бродяги хотят укрыться, - ответил глава Цитадели и усмехнулся: - Редко кто проходит дальше этого коридора.

Ворота позади скрипнули. Клацнул замок. Оверморф скривился и произнес с раздражением:

- Особая проце…

Но глава Цитадели жестом остановил его и сам встал в круг. Повернулся к военному за сканером и сказал:

- Проверку проведем в кабинете.

Но солдат не повелся, возразил:

- Это запрещено уставом. Проверку надо…

- Читай дополнительный пункт 24е. Открой дверь, - сказал киборг в парике и поманил Кайла, чтобы тот поскорее прошел мимо окна.

Оверморф все понял и проскочил за его спиной.

Дверь открылась. Внутри в небольшой комнатушке стоял стол с переговорным устройством, шкаф с папками и труба сканера. Это не обычный приборчик с антенной. Эта штуковина видела любого насквозь. Подсвечивала каждый винтик, проводок или шестеренку. Биологический материал она не просто выделяла, а классифицировала и выявляла генетические параметры. В общем, точно бы разглядела тайну Кайла.

Киборги вошли внутрь и закрыли дверь. Солдат на них не смотрел. Он склонился над столом и внимательно изучал пластиковый лист с текстом. Оторвавшись, воин развел руками и сказал:

- Тут нет пункта 24е. Это нарушение правил. Покиньте комнату сканирования и пройдите процедуру согласно порядку.

- Правила здесь устанавливаю я! – резко бросил глава Цитадели.

- Я буду вынужден доложить…

Солдат не успел договорить. Киборг в парике прыгнул к нему, молниеносно вскинул руку и дотронулся пальцем до лба. Сверкнула синяя искра. Солдат замер, закатил окуляры к потолку. Челюсть неистово задрожала. Ноги подкосились.

Кайл не растерялся, подскочил к военному и подхватил под руку. С другой стороны его держал Оуодинплюс. Они аккуратно положили биоробота на пол. Он еще несколько секунд бренчал железом, а после резко замер.

Глава Цитадели схватил переговорное устройство и рявкнул:

- Начальника охраны – в сканерную! Живо! Внештатное происшествие!

Уже через мгновение снаружи послышался топот металлических ног. Дверь распахнулась, и в комнату вбежал грозный киборг с отличительными знаками на груди. Позади него топтались еще двое таких же вояк, как и тот, что лежал бездыханным на полу.

- Что здесь произошло? – спросил начальник охраны, косясь на Кайла.

- Внезапное отключение системы жизнеобеспечения, - спокойно ответил киборг в пластиковом парике. – Вызовите замену. Избавьтесь от биологического материала и разберите корпус на запчасти.

- Есть! – козырнул военный и кивнул солдатам. – Взяли!

Мертвеца унесли. На его место моментально прибыл другой вояка. Задавать вопросов он не собирался.

Оуодинплюс показал на дверь и обратился к Кайлу:

- Прости за этот инцидент. Идем, побеседуем в более уютном месте.

* * *

Наш вынужденный привал продлился около получаса. Ровно столько Двакьюзед и Бисемьджей возились с колесом Черепахи. Этого времени как раз хватило, чтобы лаборантки убрались внутри панциря, мадам бульдозер заварила дыры на корпусе, а коротышки получили порцию сыворотки Арпять.

Я остался не у дел и наблюдал за телом клона с номером четыре. Не побоялся даже подойти совсем близко. И не зря. Можно было видеть мельчайшие подробности преображения.

Вначале мертвец лишь слегка вздрагивал. Затем стал дергать конечностями. Кровь в ране быстро запеклась, покрылась легким белым налетом. Грудь впала. А после из дыры от пули резко полезли серые щупальца. Они будто черви расползались в разные стороны, множились, выпускали паутину и в считанные минуты полностью оплели мертвеца.

Вскоре клон исчез в плотном коконе мицелия. Биомасса шевелилась, булькала и порой с мерзким звуком выпускала зловоние. Земля вокруг напиталась полупрозрачной жидкостью.

Постепенно клубок щупалец стал оседать и расползаться в стороны. Порой выстреливали отдельные толстые жгуты и устремлялись змеями на несколько метров. Они ощупывали пространство вокруг и возвращались обратно. По всей видимости, труп заканчивался, и мицелий начинал искать, чем еще можно поживиться.

С каждой минутой таких попыток становилось все больше и больше. Мне пришлось отойти подальше, чтобы случайно не попасть в лапы этого хищника.

Теперь от меня не ускользнул процесс приема коротышками загадочной жидкости профессора. Он раздавал ее на улице, рядом с Черепахой.

Как и раньше клоны морщились, фыркали, но послушно глотали мутную серую сыворотку из пробирок. Девятому вновь досталась молочная. Выпили все, а в держателе еще осталась одна порция, которая предназначалась Четвертому. Ее Арпять бесцеремонно плеснул под колеса повозки и стал загонять ушастых коротышек в панцирь.

Ко мне подошел Двакьюзед и тоже уставился на шевелящуюся лепешку мицелия. В этот момент из клокочущей субстанции вынырнул череп, взглянул на нас пустыми глазницами. Всплыли кости, ребра, позвонки. Вначале они хаотически плавали на поверхности биомассы, но вскоре начали собираться воедино. Плавно вырисовывался скелет, не без ошибок, конечно, но части тела были на своих местах.

- Что это за тип мицелия? – спросил я, слегка кривя ротовые заслонки.

Двакьюзед пожал плечами и сказал:

- Похож на подражателя. А может, просто плотоядный шалит. Сейчас трудно сказать.

- Но ты видишь, что он делает?! – воскликнул я и всплеснул руками.

- Они все что-то делают, Кадваер.

Протяжно просигналила Черепаха. Двакьюзед легонько толкнул меня.

- Идем, пора ехать.

Подходя к двери, я заметил мокрое пятно у колеса. Это место, куда Арпять вылил лишнюю сыворотку. Трава там побелела. Рассматривать странную кляксу не было времени.

Мы вскочили в кабину, и повозка рванула с места. Направление особо не меняли. Так и катили на юг. Я решил продолжить прерванный разговор. Спросил:

- Если гамма-тип мозгового мицелия контактирует с микантами через химические сигналы, то как это делает бета?

- Хороший вопрос, - усмехнулся воин. – Я не ученый, но знаю, что бета-тип управляет своими солдатами посредством неких невидимых сигналов.

- Это как? – удивился я.

- Мицелий – цельный организм. Процессы, происходящие в нем, едины для всей биомассы. А в каждом миканте есть частичка этого существа. Она захватывает мозг, запускает тончайшие нити во все участки и воздействует на них.

- Получается, у них есть как бы единый центр управления?

- Да.

Я поморщился и снова спросил:

- Разве киборги или другие существа не чувствуют влияния извне?

- Нет. Они чувствуют принадлежность к семье. Знают, что делают общее дело, и готовы на все.

- Какова их цель?

Двакьюзед выпучил окуляры:

- Разве не очевидно?

- Сожрать все живое вокруг?

- Развитие, Кадваер! Развитие! Каждая семья, тип, вид, не просто жрут все подряд. Они эволюционируют, учатся поедать то, что раньше не могли, ищут способы распространиться дальше. Все ведь начиналось с простой плесени в ваннах для выращивания клонов. И посмотри, что теперь творится на Кей-Джей? Поэтому планета закрыта, дружище.

- А что ты знаешь об альфа-типе?

- Ничего! – усмехнулся Двакьюзед. – Альфу никто не видел. Его как бы нет. Он существует лишь теоретически. Вид, который настолько мал, что его не видно. Этот тип полностью встраивается в мозг жертвы, и его никак нельзя распознать.

Я посмотрел на воина с опаской. А потом включил биосканер и внимательно изучил его биологический материал.

Киборг свел брови.

- Ты сейчас просканировал меня?

- Н-нет, - я тряхнул головой. – Просто задумался.

- Ладно тебе, - вновь заржал Двакьюзед. – Если я и заражен, то все равно не узнаю об этом.

Некоторое время мы ехали молча. А затем слева на горизонте показался сверкающий на солнце объект. Я увеличил приближение в окулярах на максимум: на поляне стоял звездолет без опознавательных знаков класса «Исследователь».

- Это он, - шепотом соврал я. – Наш корабль.

Двакьюзед растянул ротовые заслонки в улыбке и тихо проговорил:

- Черепаха, возьми левее.

Глава 11

Поскрипывая рессорами, повозка покатила прямо на корабль. Двакьюзед прилип к окну, а когда мы подъехали ближе, воскликнул:

- Не обманул, Кадваер. Звездолет прилетел недавно. А я уже подумал, что ты свистишь нам в слуховые аппараты.

Я выпятил грудь. Не то чтобы мне было важно доказать свою легенду, но раз уж выпал случай, то почему нет. К тому же, неразграбленный космический корабль, как это ни странно, можно разграбить. И без своей доли я не останусь.

У звездолета показались киборги. Вели себя они странно: шатались из стороны в сторону, валялись на земле, дергались или вовсе лежали неподвижно, будто перепили масла. Но разноцветная паутина вокруг намекала на совсем другое обстоятельство.

- Вижу разные виды микантов! – рявкнула Черепаха и задумчиво добавила: – Эти придурки заразились несколько часов назад.

Я сразу ухватился за такое заявление и спросил Двакьюзеда:

- Как она узнала, что пришельцы заразились не так давно?

Тот ответил:

- Потому что киборги с мозговым паразитом еще не разбежались по своим семьям, плотоядные не слопали друг друга, а всеядные не выкосили траву вокруг. Узнаешь команду?

Я скривился.

- Мы не общались. Они просто выполняли заказ, а я сидел в пассажирском отсеке.

- Капитана среди них нет?

- Не вижу, - соврал я.

Всегда можно сказать, что не узнал. Тем более киборги знатно преобразились. Вблизи они выглядели куда интереснее.

Те, которые неподвижно лежали, поросли белесым воздушным пушком. У одних он отливал розовым перламутром, у других отдавал небесной синевой, у третьих играл морской бирюзой и даже поблескивал золотом. Но за внешним великолепием скрывалось страшное: из каждого мертвого киборга выходили десятки упругих темных отростков. Эти щупальца проникали в тела соседей, переплетались, выпускали яды и кислоты, рвали друг друга на части, растворяли биомассу и спешно пожирали ее.

Некоторые киборги держались на ногах. Дерганой походкой одни пытались уйти подальше от корабля, другие, танцуя не менее причудливо, преследовали их. Но покинуть поляну так никому и не удалось. Зараженные лишь нарезали круги, топтались по паутине и нередко падали. Подняться получалась уже далеко не у всех. Их попросту не выпускали ловчие сети конкурентов.

Помимо шатунов и ковров, тут и там по земле ползали небольшие размазанные коричневые сопли и выедали траву. Эти держались особняком и почти не конфликтовали. Разве что толкались за наиболее сочный пучок растительности.

Вокруг звездолета все бурлило и клокотало. Подъезжать близко не было смысла. Эти твари точно набросятся на повозку. Поэтому Черепаха встала в сотне метрах неподалеку под раскидистым деревом.

- Топливо! – прорычала она. – Хочу реактор, а не эти помои! Ррр… обожаю настоящую горючку!.. И запчасти посмотрите. Запчасти! Мне новый стартер нужен…

- Не волнуйся, - Двакьюзед нежно погладил панель приборов, - без подарка не останешься.

В кабину ворвался Арпять.

- Что происходит?! – крикнул он. – Почему встали?!

Профессор глянул в окно и все понял, скривился.

- Не будем отвлекаться, надо ехать. Черепаха…

Но та перебила:

- Мне надо нормальное топливо! Ты же не хочешь, чтобы я заглохла на полдороги? Снимете реактор, и тут же свалим на всех парах!

Арпять посмотрел на Двакьюзеда:

- Бери управление на себя.

- Нет! Я протестую! – взревела повозка. – Я сейчас сломаю что-нибудь! Вырву шланг! Заклиню…

- Не дури! – вскричал уже профессор.

Воин не спешил садиться за руль. Он развел руками и сказал:

- Она права. Реактор снять не долго, но зато его энергии хватит на несколько лет. И место появится, когда выкинем установку для производства биотоплива. Самому не надоело с ним возиться?

- А если реактор пустой? Только потратим ресурсы на расчистку, - не унимался киборг. – Посмотри, сколько там мицелия!

- Огнеметы заправим, - отмахнулся Двакьюзед. – А хлорки и так достаточно.

Арпять некоторое время смотрел в окно на шевелящуюся массу, затем согласился:

- Ладно. Попробуем.

Сверху свесилась Восемьпивосемь. Она тихонько постучала пилой в стекло и спросила:

- Вскроем консервную банку?

- Вскроем, - кивнул воин с довольной улыбкой, - только вначале поджарим этих тварей. Так что не спускайся пока на землю.

- Поберегите пластик! Сейчас будет жарко! – взревела Черепаха и покатила в сторону корабля.

Пока выдалась минутка, я проверил количество кислорода. Оставалось совсем немного. А так как сейчас будет заварушка, то лучше поставить новый баллончик. Не хватало еще задыхаться в бою.

Я открыл дверцу батарейного отсека, достал синий сосуд. Проверил красную метку – на месте. И в два счета заменил. Теперь процесс занял меньше времени.

Подъехав к первым пластам мицелия, Черепаха выпустила струю пламени. Шевелящийся ковер тут же почернел, скукожился и дал деру. Но куда тут убежишь? Следующий поток огня превратил грибницу в шкварчащую обугленную массу. Лишь некоторым уцелевшим отросткам удалось уползти под землю. Они закопались словно черви.

Только это был не конец. Под раструбом огнемета улыбалась сплюснутая лейка. Из нее выстрелила белесая жидкость и окропила поверхность. Запахло хлоркой. Земля зашевелилась. Отростки полезли еще глубже. Им удастся выжить, но идея не в этом. Надо чтобы они не вылезли наружу раньше времени.

Едкий запах обволок всю округу. Другим мицелиям это не понравилось. Ковры прекратили терзать друг друга и спешно поползли подальше от смертельной опасности. Миканты тоже засеменили прочь.

Чтобы подогнать биомассу Черепаха вдогонку еще несколько раз выпустила струю пламени и распылила хлорку. Через пять минут рядом со звездолетом ни одной сопли не было видно. Для надежности корпус корабля так же подвергся дезинфекции.

Повозка встала напротив входа. Дверь была заперта. И не просто поднята, а задраена, будто звездолет собирался улететь, но по каким-то причинам не смог.

Первой на землю спрыгнула Восемьпивосемь. Подбоченилась и с прищуром посмотрела на металлическую дверь. Затем перевела взгляд на пилы и покачала головой.

- Готовь автоген, - сказала она подошедшему Двакьюзеду. – Я тут бессильна.

Тот с довольной улыбкой потер руки. Прошептал:

- Совсем целый.

И не обращая внимания на слова мадам-бульдозер, подошел к звездолету. Приставил слуховой аппарат к стенке, поднял палец кверху, призывая к тишине, и замер.

Я окинул взглядом корабль: никаких внешних повреждений нет. Это не совсем вязалось с моей легендой о крушении. Но пока об этом никто не вспоминал.

- Там кто-то есть, - медленно проговорил Двакьюзед и повернулся ко мне. – Ты говорил, что все погибли.

- Сам видел команду, - пожал плечами я. – Они не похожи на выживших.

- Миканты? – предположил Арпять.

Он уже тоже вышел. А лаборантки и клоны остались внутри от греха подальше. Им тут не место.

Двакьюзед спросил меня:

- Расскажи, как произошло крушение.

И теперь в голосе прозвучали нотки подозрений. Еще бы. При нашей встрече я сказал, что корабль разбился, но тут видно невооруженным глазом, что он сел. Может и не очень аккуратно, так как след был смазан, но все же сел, а не врезался со всей дури в поверхность планеты.

- Мне не известны подробности, - уверенно заявил я. – Помню, как звездолет потерял управление. Его бросало в стороны, качало, переворачивало кверху пузом. Внутри зажглось аварийное освещение. Дверь открылась, и меня выбросило наружу. К счастью, было не высоко. Но от удара я все же потерял сознание. А когда пришел в себя, то звездолета не увидел. Ну, и решил, что он попросту разбился.

На этом допрос закончились. Я выдохнул. Не хватало, чтобы прицепились еще к классу корабля. Только и тут можно было отвертеться. Я же не специалист в этом.

Двакьюзед вновь повернулся к наглухо закрытой двери. Поскреб ржавчину на затылке. Посмотрел на Восемьпивосемь.

- Даже не думай! – запротестовала та. – Только автоген!

Эта идея ему явно не нравилась. У воина был другой план.

- Те, кто находятся внутри, о нас еще не знают, - вполголоса сказал Двакьюзед. – От них нет никакой реакции. Но это не значит, что когда мы начнем взламывать коробочку, то киборги не попытаются нам помешать. Все надо сделать быстро. Единственный вариант – открыть щиток наружного управления и покопаться там.

Он показал на небольшой люк рядом с дверью и продолжил:

- Но когда мы начнем его открывать, это уже не останется незамеченным. Действовать надо быстро.

- Хочешь, чтобы я занялась этим? - прорычала мадам-бульдозер и скрипнула суставами пальцев.

- Да, - кивнул воин и снял со спины винтовку.

Восемьпивосемь подошла к щитку, зацепила куском арматуры край, немного отогнула и примерилась пилой.

- Погоди, я перестрахуюсь, - сказала Черепаха.

Она выстрелила гарпуном на лебедке. Трос обмотался вокруг посадочной ступни звездолета. Арпять помог закрепить его и отошел подальше. Я взял в руки дробовик.

Теперь все было готово.

Двакьюзед дал отмашку. Взвизгнула пила. Сыпанули искры. Десяток секунд понадобилось, чтобы замок сдался. Дверца щелкнула и открылась. Газонокосилка совсем разошлась и вырвала ее с корнями, отшвырнула словно фрисби. Та описала дугу и воткнулась в землю неподалеку.

Воин подскочил к пульту управления, оттолкнул плечом Восемьпивосемь и уставился на тумблеры и кнопки. Все надписи под ними были затерты и покрыты зеленым налетом окисла. Разбираться что к чему некогда. Воин просто принялся клацать все подряд.

Под брюхом звездолета зашипел пар. Завизжал люк аварийного парашюта. Заскрипели задвижки двигательного отсека. Загорелись красные лампы на крыльях и хвосте. И наконец, загрохотала дверь. Но открыться не успела. Так и замерла, лишь слегка выпустив яркий свет наружу. А затем зажегся двигатель.

Киборги просто так не собирались сдаваться. Мы шарахнулись в стороны, чтобы случайно не получить по голове посадочной ступней и не сгореть в пламени.

Корабль резко взмыл в воздух. Крутнулся и пошел над поверхностью. Но недалеко. Трос натянулся, и звездолет полетел по дуге, сшибая верхушки деревьев. Черепаха уперлась всеми восемью колесами. Зарычала. Лебедка пришла в движение.

Звездолет увеличил мощность двигателя – повозку потащило по земле. Она не собиралась сдаваться и включила заднюю передачу. Из-под колес полетели комья дерна. Трос завизжал как натянутая струна.

Две железных громадины с жутким ревом елозили по поверхности. Одна жгла округу пламенем, вторая копала ямы. Зеленый пейзаж вмиг покрылся опаленными рытвинами.

Космический корабль предпринял отчаянную попытку взмыть в небеса и поволок Черепаху за собой. Передние колеса оторвались от земли. Трос перешел на самые высокие ноты, на которые был только способен. Еще не много, и он лопнет. Несколько ворсинок уже закрутились барашками.

Но тут повозка наскочила на пень и встала колом. От резкого рывка звездолет едва не разбился. Еще немного погудел и сдался. Сбавил мощность и встал на посадочные ступени. Двигатели погасли.

Мы рванули к двери. Она по-прежнему была закрыта. Но внутри уже не было тихо. Там вовсю барабанили ноги киборгов.

- Что вам надо? – раздался металлический голос. – Это мой корабль! Проваливайте!

- Как твое имя, капитан? – спокойно спросил Арпять.

Ответа не было. Профессор улыбнулся и вполголоса протянул:

- Миканты.

- Как ты определил? – удивился я.

- Когда мицелий берет под контроль мозг, то жертва испытывает провалы в памяти, дезориентацию и другие побочные эффекты. Инородная субстанция в голове разрастается, запускает во все отсеки нити управления, проверяет действие химических элементов. В общем, обживается и наводит свои порядки. Поэтому после заражения миканты не сразу приходят в себя.

Уже громко Арпять сказал:

- Открой дверь, капитан. Поговорим.

Киборг в корабле забурчал что-то невнятное. Затем механизм открытия двери скрипнул. Тяжелая громадина стала опускаться. Мы немного отступили.

Изнутри вырывался яркий свет. Его поток становился все сильнее и сильнее. Когда дверь опустилась на землю, в проеме показался толстый киборг в гнутой треуголке с ершиком для чистки орудий, вместо пера. Во рту торчал жеваный кабель.

Окуляры Восемьпивосемь сверкнули. Ротовые заслонки невольно расползлись. Здоровяк был даже немного выше ее. Не каждый день встретишь такого статного киборга.

Она даже открыла рот, чтобы поприветствовать капитана, но тот вмиг развеял все задние мысли мадам-бульдозер. Выхватил лазеры и направил стволы на нее.

- У меня разговор короткий! – пробасил Кардан и нажал на спусковые кнопки.

Восемьпивосемь прыгнула в сторону. Это ее спасло. Два красных луча крест-накрест скользнули по корпусу. Сыпанули искры. На теле бочки остались только раскаленные полоски. Замешкайся она хоть на секунду, и лазеры прожгли бы дыры насквозь. А так газонокосилка отделалась легким испугом и подогревом смазки.

Слева громыхнула винтовка Двакьюзеда. Пуля вошла в грудь киборга, пробила броню и заскрежетала где-то в механизмах. Пират лишь вздрогнул и направил стволы на обидчика. Воин не стал дожидаться, сразу сиганул за посадочную ступню. Лазерный луч рассек воздух, немного задел развивающийся плащ, прорезал дыру и подпортил одну из солнечных панелей.

Я хорошенько прицелился и выстрелил – картечь забарабанила по голове здоровяка. Усиленный череп не пробила, но окулярам досталось. Один полностью рассыпался, а второй покрылся сетью паутины. Обзор у врага снизился втрое. И это привело его в бешенство.

Кардан принялся палить во все стороны, не жалея батарею питания. Я тоже укрылся за ближайшей посадочной ступней. В воздух полетели снопы искр. Из почвы повалил пар. Загорелись сухие переплетения лиан. Запахло паленым пластиком.

Несколько раз лазеры прошлись по Черепахе. Ей это сильно не понравилось. Она взревела двигателем, но сорваться с пня не получилось. Колеса прокручивались. Из-под них в толстяка полетели камни, палки и комья земли. Грязь залепила лицо, окончательно лишив обзора. Это немного охладило пыл пирата. Он прекратил хаотичную пальбу, отступил и стал спешно протирать глаз.

Но на его место встал новый враг – тощий киборг с пружинной бородой. Он быстро оценил обстановку и ловко выскочил наружу на костыле из арматуры. Саморез не собирался атаковать нас. Выхватил лазерную винтовку и нацелился на трос. Луч срезал его в два счета. Теперь корабль был свободен.

Пират рванул обратно. Но скрыться в звездолете не успел. В спину ему ударила пуля Двакьюзеда. И я дважды добавил. Киборг упал. Выронил костыль, пополз. Взревел:

- Дверь!

Кардан уже оклемался и понял, что победить нас не получится. А вот улететь теперь можно попробовать. Он ринулся к стене с пультом управления.

Двакьюзед стал щедро поливать здоровяка свинцом. Я тоже открыл беспощадный огонь. Но тому хоть бы что. Пули оставляли дыры. Картечь – вмятины.

На помощь, как это ни странно, пришла Черепаха. Она выпустила струю хлорки прямо в дверь звездолета. Едкая жидкость окропила микантов. И это дало результат! Бородач закрутился на полу юлой. Толстяк оступился, промазал мимо пульта и со всей дури врезался лбом в дверной косяк. Замер. Теперь Двакьюзед не промахнулся в цель. Пуля вошла в висок и расплескала биоматериал по стене. Кардан упал.

Самореза добила Восемьпивосемь. Пила легко вскрыла его черепушку.

На этом все было кончено. Больше никто не пытался нас атаковать. Осталось собрать трофеи. И тут киборги не церемонились. Тотчас метнулись к поверженным врагам. Двакьюзед выпотрошил толстяка, а профессор осмотрел тощего. Я и окуляром не успел моргнуть, как содержимое батарейных отсеков и разъемов перекочевало к моим новым знакомым. Успел только подхватить один лазерный пистолет. Второй забрал Двакьюзед. Арпять взял себе винтовку и приказал газонокосилке:

- Убери тела.

Та не сопротивлялась. Не напомнила, что она девочка , а просто схватила за ноги мертвецов и потащила в ближайшую канаву.

Из Черепахи вышел Бисемьджей. Он как будто ждал, пока мы разберемся с врагами. Космический корабль его тоже не интересовал. Киборг не подошел к нему, а встал в сторонке и просто любовался пейзажем.

Двакьюзед хотел смело заскочить в звездолет, но профессор его остановил. Достал биосканер и некоторое время водил приборчиком в дверях. После этого аккуратно зашел в освещенное нутро космического корабля. Воин шел позади. Я замыкал процессию.

Внутри не было тихо. Где-то вдали раздавался странный шум. Слышались даже непонятные голоса.

Двакьюзед перезарядился. Я тоже хотел дослать патроны в дробовик, но пошатнулся. Пол ушел из-под ног. В голове зашумело. Чтобы не упасть я ухватился рукой за стену.

- С тобой все в порядке? – спросил Арпять.

- Да, - отмахнулся я.

Профессор двинулся дальше. Двакьюзед глянул на меня и засеменил следом.

Я открыл батарейный отсек и достал баллончик с кислородом: на нем была метка красной краской. Как?! Я вытащил второй – на нем стояла такая же черточка! Лопни диод! Свежая краска отпечаталась на каждом из них! Я использовал не тот, который хотел!

Голову сковала жуткая боль. Перед глазами все поплыло.