Безымянные: Дело безумного доктора

Дело 1. Вылазка

Участники:

23 “Серебряная Лисица”

28 “Тёмная Молния”

Цель:

Изгнание призраков

Статус:

Успешно выполнено, без потерь

Я не думаю, что стоит начинать с того, как я стал таким - оставим эту историю на потом. Вместо этого я расскажу о таких, как мы - Безымянных. Безымянные - это специально обученные люди, которые истребляют потусторонних нарушителей границ между Пустотой (где обитают все духи и призраки) и Миром Смертных. Таких нарушителей мы называем Призраки (здесь ничего необычного). Они вселяются в людей и творят различный хаос (от обыкновенных ограблений или разрушений до серийных убийств; все зависит, что за призрак вселится в человека). А наша цель изгнать этого призрака.

Вы спросите: «Почему нельзя навсегда изгнать всех и закрыть их в Пустоте?». Ответ прост: мы бы с радостью, но пока люди наполнены негативом, они постоянно будут возвращаться сюда, ведь они питаются им, он привлекает их. В особенности под угрозой те люди, которые совсем потерялись в жизни - это их главные источники, так сказать, «деликатесы».

Для борьбы с ними у нас есть специальное оружие, которое внешне похоже на обычное холодное оружие, типа мечей или ножей, но наш металл особенный. Он способен ранить призраков и создать разлом в Пустоту, при помощи которого мы можем быстро перемещаться. Но здесь множество нюансов, о которых Вы, как читатель, потом поймете - не хочется нагружать большим количеством информации, особенно тех, кто только открыл книгу и погружается во все происходящее. Просто доверьтесь мне, и вы всё поймете сами. Самое главное здесь - что это орудие для нас очень важно, его нельзя ни в коем случае потерять или сломать. Ещё у нас есть различные амулеты, которые помогают нам сдерживать призраков и отделить их от человека, чтобы взаимодействовать непосредственно со «вторженцем».

Безымянных не так много, как хотелось бы, но мы пытаемся помочь каждому, кто оказался под воздействием призрака и изгнать каждую блуждающую душу обратно в Пустоту. Такими как мы не рождаются - такими становятся. Человек, переживший какую-то трагедию, связанную с призраком, потерявший кого-то близкого, и у которого ничего не осталось , что связывало бы его с Миром Людей, - идеальный кандидат в Безымянные. Таким был и я сам. Кстати, Вы, наверняка, хотите знать как меня зовут и кто я, собственно, такой. Что же, я Безымянный, охраняющий Мир от потусторонней угрозы. А зовут меня…

— Кайл! Призрак уходит! — крикнула Кендис, которая только закончила с обрядом очищения и держала бедную девушку-жертву на руках, потому, не могла оперативно погнаться за беглецом.

— Далеко не уйдет! — я достал свой охотничий нож из ножен на моём бедре и метнул в удаляющегося призрака. Лезвие заставило его замереть на месте. Металл нашего оружия мог ранить и призраков, которые обычно проходили сквозь все материальное. Я моментально оказался у призрака из другого угла просторной гостиной, — пора домой, нарушитель.

Я достал из кармана длинный листок бумаги, полностью исписанный иероглифами с двух сторон, и прислонил его к призраку. Когда листок оказался внутри призрака, символы засветились синим светом, становясь все ярче вместе с самой фигурой. Вскоре этот свет озарил всю комнату, а истошный крик призрака мог оглушить любого. Хлопок. Свет вместе с самим призраком пропал. Это был обычный призрак, поэтому ничего сложного в его изгнании не было. Обыкновенная вылазка, каких в день было множество, мне к этому не привыкать, как и, собственно, Кендис.

— Покойся в Пустоте, и больше не возвращайся, — произнёс я, вернув свой нож в ножны. Кендис заканчивала процедуры с девушкой. Она стирала память о произошедшем с ней, залечивая вместе с этим её душевные раны, специальными талисманами - теми самыми листочками с иероглифами, но они были немного другими в написании. Применялись они для людей, чтобы помочь им с последствиями вселения призраков.

— Недавно она порвала со своим бойфрендом-козлом, из-за чего у неё была затяжная и трудная депрессия, бедняжка, — девушка поднялась на ноги и отряхнулась, — если бы она знала, что в мире так много других хороших парней, было бы намного проще.

Она повернулась ко мне со словами: «Она справится!» - и взмахнула своим веером с металлическими остриями в воздухе, образовав разрыв, который представлявший собой серый дымчатый порез в воздухе. Она вошла в него и исчезла, следом в разрыв зашёл и я. Комната превратилась в туманное дымчатое пространство без отчетливых линий. Обычный человек, оказавшись здесь без подготовки и особого оружия, сошёл бы здесь с ума от множества голосов и криков и просто бы превратился в Блуждающего, потеряв свою физическую оболочку. Грубо говоря, человек умирал, но так как Безымянные обладали всеми необходимыми средствами и навыками, то с лёгкостью могли перемещаться по Пустоте, чтобы в мгновении ока переносится из точки в точку, ведь здесь время не идет совсем. Создается впечатление, что мы перемещаемся из точки А в точку Б практически моментально, но на самом деле нужно пробыть в Пустоте какое-то время, чтобы преодолеть расстояние между точками.

Стоит рассказать ещё одно правило пребывания в Пустоте. В Пустоте нельзя оставаться слишком долго. Нет определённого количества времени, которое может негативно сказаться на человеке (мы сейчас говорим о Безымянном, обычный человек и пяти минут не протянет), но никто не рискует там задерживаться больше дня. Человек может потерять свою физическую плоть, став Блуждающим или Фантомом, который в Мире Людей будет просто дымчатой фигурой. Это не совсем призрак, но и человеком назвать это нельзя.

— Надеюсь, на сегодня она была последней… Я уже порядком устала. Скольких мы изгнали сегодня? Десять? Одиннадцать? — Кендис натянула маску на лицо, фильтрующую пропитанный негативом воздух Пустоты. Специальный защитный иероглиф на маске служил в роли фильтра, так мы могли безболезненно для себя перемещаться в этом опасном измерении.

— Двенадцать, если быть точным, — поправил я, также натягивая маску, на что получил взгляд с закатанными глазами. Мне нравилось поправлять Кендис, ведь её всегда это бесило, а мне нравилось её бесить.

— Пошли уже, иначе не вернешься больше! — Кендис помчалась вперёд. Идти до базы минут пятнадцать, и я не понимал, к чему спешка, ведь за это время с нами ничего не случится, но у Кендис были свои предрассудки. Она не любила Пустоту и при любой возможности хотела поскорее из неё выйти. Мне ничего не оставалось, как бежать за ней.

Пустота была отражением нашего мира, но безлюдной и практически бесформенной. Все четкие грани здесь были затуманены, поэтому ориентироваться было затруднительно. Но после частых путешествий здесь начинаешь привыкать и различать объекты из реальности. Так, свет вывесок мог подсказать, что это какой-нибудь круглосуточный магазин или барбершоп. Где же призраки и остальные твари? Они здесь. Здесь они как люди, но нас они не видят и не ощущают, пока на нас надеты особые амулеты, поэтому мы здесь в безопасности. Хотя всегда нужно оставаться настороже.

Вот уже виднелась прачечная «У Джоунси». Ничем не примечательная, обыкновенная прачечная на первом этаже какого-то жилого дома, в которую приходили жильцы ближайших домов, чтобы воспользоваться машинками и постирать своё бельё. Однако для Безымянных это была непростая прачечная, а именно в подсобке был потайной проход, скрывающий Храм Обезличенности, нашу базу, так сказать. Попасть туда через Разлом нельзя (вы же не думаете, что те, кто сражаются с потусторонним миром, не обезопасят себя от проникновения со стороны Пустоты), поэтому приходилось выходить в подсобке. При помощи рычага (обычная метла в ведре, на которую мало кто подумает) открывалась дверью, естественно, открыть которую можно было лишь ключом-амулетом, выдаваемым каждому Безымянному из этого Храма.

За дверью скрывалась темная лестница, ведущая куда-то вниз. Там внизу находился тот самый Храм, вернее заброшенная станция метро, которая когда-то строилась правительством города, но по непонятным причинам проект был заморожен. Остался только огромный тоннель в несколько ярусов, который потом был переделан под нашу базу. У самого входа сидел дежурный, который следит за проходимостью и помечает в журнале тех, кто уходит и приходит. Это нужно, чтобы отслеживать потери и незваных гостей.

— О, вы наконец вернулись! Мы уже думали, что вы того, коньки откинули! — с ухмылкой на лице встретил нас дежурный специалист “16” - Тёмная завеса, или, как мы его звали, Вейз. Это был крупный темнокожий мужчина с афро-косичками, собранными в один большой пучок ниже затылка, больше напоминающий пучок из маленьких змеек, и выбритыми боками, — распишитесь о своём прибытии. Кстати, вам тут как раз просили передать, чтобы по возвращении вы оба зашли к Хранителю.

— Зачем? — взмолилась Кендис, пока расписывалась в журнале, — мы же только вернулись, да и на вылазке ничего такого не натворили. По крайней мере, я. За него я не отвечаю.

— Подробностей мне не рассказали, поэтому это предстоит выяснить вам.

Цокнув, Кендис направилась в штаб Хранителя, совершенно забыв о своём напарнике. Я же быстренько черканул в журнале о своем возвращении и побежал за ней вдогонку. Хранитель не часто вызывал кого-то к себе лично. Вернее сказать, слабых по рангу Безымянных он не вызывал к себе лично, а передавал распоряжения через дежурного или других старших по званию. Видимо, ситуация серьёзная, раз он пренебрег этими негласными правилами. Меня это несколько насторожило, и, как я мог понять, насторожило и Кендис, хотя та очень тщательно скрывала своё волнение.

У вас, как у читателя, может возникнуть вопрос: “Кто такая эта Кендис?”. Задайте мне этот вопрос неделей раньше, я бы не ответил вам, сказал лишь общую информацию: её номер и позывной. Но поскольку я работаю с ней в паре уже неделю, мне удалось как-то с ней сблизиться, и она назвала мне своё прошлое имя, что говорит о неком доверии ко мне, несмотря на то, что она всё равно относится ко мне как к недотёпе или неумехе. И это понятно, ведь она стала Безымянной задолго до меня и вот-вот перейдёт в Третий ранг, поэтому опыта у неё намного больше, чем у меня.

Кендис, или “23” - Серебряная Лисица. Безымянная второго ранга, в процессе перехода на третий. Оружие - веер. Основная способность - Лунный ветер. При помощи взмаха веера она способна разрезать врагов на дистанции. Элегантно и красиво, уж поверьте, видел на деле. Также она овладела мастерством написания талисманов, поэтому может быстро напечатать исцеляющий или изгоняющий талисман из подручных средств. Это часто спасало в трудной ситуации. Своё прозвище получила за свою хитрость и серебристый цвет волос, однако это не её истинный цвет.

Кабинет Хранителя представлял собой заваленную документами и картами комнату, которая по планам метро должна была принадлежать охране. Но она отлично подошла для того, чтобы устроить здесь неплохой кабинет главного из Безымянных. В комнате стоял высокий мужчина, который рассматривал что-то на карте с задумчивым лицом. Его длинные черные как смоль волосы были собраны в высокий хвост. Вместо лица нас встречала катана в ножнах, красующаяся на его спине. Как только дверь отворилась Хранитель, не поворачиваясь целиком, повернул голову (насколько это возможно) в нашу сторону, а затем и вовсе повернулся. Он приветственно улыбнулся и указал на стулья перед его столом, сам усаживаясь за свой стул.

— Прекрасная работа, двадцать восемь и двадцать три! Вы прекрасно справились с сегодняшней вылазкой, хотя я думал, что без инцидентов не обойдётся, — начал Хранитель, — из вас получился прекрасный дуэт. По сравнению с первым днём - это определенно успех!

Он повернулся к Кендис, которая была зачинщицей бойкота молчанием. В ответ на это она промолчала, пропустив мимо ушей. Я невольно улыбнулся, прикрыв рот кулаком. Кабинет Хранителя не то место, где позволено давать волю эмоциям.

— Нам сообщили, что вы хотели видеть нас, мастер. Что-то произошло? Мы где-то оплошали? — странно было видеть такую неуверенную в себе Кендис, обычно это очень уверенная и бойкая девушка, словно немецкая овчарка, но здесь, сидя перед Хранителем, она словно маленький и миленький шпиц.

— Нет, напротив, вы справились очень даже хорошо, что похвально, но всё-таки кое-что случилось, — он подвинул к нам папку, которую тут же схватила девушка, — участились случаи необычной безэмоциональности людей. Они не представляют какой-либо опасности, но все как один стали холодными и отстранёнными, что вызывает подозрения, что ими могли завладеть призраки. Ваша цель - выяснить, что стало с этими людьми. Все досье на пострадавших в этой папке, ознакомьтесь с ними и завтра отправляйтесь на разведку. Найдите всё, что сможете по ним. Дело беспрецедентное.

— То есть… Если такого ещё никогда не было, почему бы не направить кого-то постарше по званию? От них толка будет больше, разве нет? — спросил я, немного испугавшись последним словам мастера. Обычно Безымянным моего ранга достаются простые задания по изгнанию слабеньких призраков, однако эта миссия звучит как что-то более серьёзное.

— В твоих словах есть доля правды, двадцать восемь, но дело здесь в том, что, как я уже сказал, эти люди не подают признаков угрозы. Они лишь стали безэмоциональными, поэтому перераспределение сильных единиц без подтверждения агрессии будет нерациональным с моей стороны. Я прошу вас не вступать в бой, если это окажутся призраки, а бежать сразу. Ваша цель - разыскать больше информации об этой аномалии. Всё понятно?

— Да, сэр, — в оба голоса произнесли мы, после чего с позволения мастера мы покинули кабинет.

— Держи, ознакомься, завтра выдвигаемся, — сказала Кендис, стукнув по мне папкой после того, как закрылась дверь кабинета, — отоспись, не хочу, чтобы из-за тебя сорвался мой шанс стать третьим рангом, напарничек.

— Хорошо, спокойной ночи, — сказал я вдогонку удалявшейся девушки, на что та лишь махнула рукой, не оборачиваясь. Теперь я узнал Кендис, с которой мне приходится работать вот уже неделю. Высокомерная выскочка. Бесит меня это? Не особо. Хотел бы я что-то поменять? Возможно, добавить человечности по отношению ко мне. Но, кажется, это произойдёт ой как не скоро.

Я вернулся в свою комнату, это было небольшое квадратное помещение с кроватью, столом и шкафом, освещаемое одной лампой на потолке. Лежа на кровати, я раскрыл папку и стал читать досье, находившиеся в ней. Хлоя Миллер, Бенджамин Фостер, Вайолет Хейз. В их биографиях нет каких-то страшных моментов, которые могли бы стать магнитом для призраков. Они самодостаточные взрослые люди, у некоторых есть свои семьи, дети. И лишь одно связывает их - все они потеряли цвета жизни, лишились эмоций, став лишь физической оболочкой. Но куда делась душа? Это предстояло выяснить.

Я не заметил, как заснул. Во сне я снова возвращаюсь в тот роковой день, когда моя семья погибает от рук кровожадного привидения. И я вижу её лицо с безумной улыбкой и такими же безумными зелёными глазами. Волосы растрёпаны, а на лице виднеются капли крови. Тогда она шла на меня, постепенно ускоряя шаг, занесла нож и была готова проткнуть меня им. Та, которую я любил всем сердцем. Та, по чьим венам текла та же кровь. Мгновение, и я вижу совсем другую картину. Безумная улыбка расплывается в лике отчаяния и досады, глаза медленно закрываются, а тело обмякает. И теперь стою я, мои руки запачканы кровью. Теперь этот дом - не место уюта и любви, а страха и ненависти. Бездыханное тело девушки звало меня: «Кайл, Кайл! КАЙЛ!»

Казалось, что во сне прошли сущие секунды, минуты, а в жизни уже наступило утро, и перед мной вновь стоит Кендис со злобной гримасой на лице. Увидев, что я проснулся, она сложила руки на груди.

— Ты долго дрыхнуть собираешься? Я же предупреждала тебя, чтобы ты даже и вздумать не мог, испортить мне это задание! Собирайся, мы выходим! И надень что-нибудь повседневное, сегодня мы работаем публично! — после чего она оставила меня одного в комнате, чтобы я мог собраться. Но я долго не мог подняться с кровати, вспоминая сон. Если это сном вообще можно было назвать.

Мне понадобилось минут пятнадцать, чтобы прийти в себя и собраться, за что я снова получил нагоняй от Кендис. “Копуша!” — сказала она, после чего пошла к выходу из Храма. Я оставил свою роспись в журнале, что покидаю Храм.

— Сегодня она особенно не в настроение. Не повезло тебе оказаться рядом с ней в таком расположении духа, друг! — сказал Вейз.

— Да уж… Это всё из-за миссии. Хранитель лично поручил это дело нам. Волнуется, видимо, и вот так она выказывает своё волнение на других. Если я не вернусь с миссии, то вероятно я был убит ею, — ответил я дежурному.

— Ты идёшь, нет?! Сколько можно тебя ждать?! — донёсся грозный голос девушки сверху лестницы.

— Иди давай, а то она реально убьёт тебя прямо тут. Мне таких зрелищ здесь не нужно! Удачи тебе, двадцать восемь!

— Спасибо, — с некой досадой сказал я, после чего стал подниматься, боясь получить подзатыльник от грозной Кендис. Но её уже тут не было, она покинула прачечную и шла в своём направлении. Пришлось догонять.

— Слушай внимательно, мы разделимся. Ты поедешь к Бенджамину и расспросишь его, а я возьму на себя двух женщин. Как только закончишь, возвращайся в Храм, потом всё обсудим. Оружие при себе?

— Обижаешь! — радостно сказал я, приподнимая левый конец толстовки, откуда красовалась ручка охотничьего ножа.

— Как только почувствуешь опасность беги, нож используй лишь в крайнем случае. Ты меня понял?! — она обернулась на меня, её лицо было полностью серьёзным, отчего становилось не по себе.

— Понял, — Кендис остановилась.

— Вот адрес жертвы и деньги на такси. Придумай себе легенду, и узнай как можно больше о жертве, если приедешь пустой, я убью тебя!

— Эм… Я понял.

— А теперь пошёл! — После этих слов она ушла, оставив меня одного. Да уж она слишком серьёзно относится к этой миссии, что нельзя сказать про меня. Хотя я должен относиться к ней также, ведь сам Хранитель велел нам разобраться с этим. Но ознакомившись с материалом дела, я так и не понял всей серьёзности. Поэтому, поймав первое попавшееся такси, я направился на адрес. Ох, как же я глубоко ошибался по поводу этой миссии.

Дело 2. Пропавшие эмоции

Участники:

23 “Серебряная Лисица”

28 “Тёмная Молния”

Цель:

Стали поступать жалобы о резкой потере эмоциональности некоторых людей. Пострадавшие перестали реагировать на различные аспекты жизни, что тревожит родных и близких. Жертвы стали холодными и отстраненными. Цель - узнать подробности о данной аномалии.

Статус:

В процессе.

Квартира Хлои Миллер находилась в квартале от прачечной, поэтому я решила немного пройтись пешком. Всю ночь я не могла сомкнуть глаз. Мысли одна за одной одолевали меня, я придумывала каждый возможный исход событий, вероятные пути и их последствия. Каждое слово было мысленно отрепетировано, но, несмотря на это, я боялась провалить эту миссию. Редко выпадает такой шанс - чтобы Хранитель самолично вручил это дело. «Нужно показать себя во всей красе. Даже если этот придурок провалится, с моей стороны всё будет безупречно. А что если Хранитель будет оценивать успех в командной работе и не будет учитывать индивидуальные достижения?! Бред. Хотя шанс такого исхода есть. Остается лишь надеяться, что этот идиот справится с этим мужиком, и мне не придется отдуваться за него. А вот и нужный дом!»

Перед входом я надела парик цвета каштана и собрала волосы в хвост. Безусловно, мои серебряные волосы мне нравились (не стала бы она их красить, будь иначе), но в этой ситуации мне нужна скрытность и тактичность, а с такими волосами первого добиться практически невозможно. Моя легенда проста, хотя в её надёжности я уверена не была. Я представлюсь студенткой факультета психологии, работаю над курсовой работой об эмоциональном интеллекте человека. Провожу анкетирование, чтобы собрать статистику для работы, поэтому я и здесь. Вот дверь нужной квартиры. Стук. Не забыть бы легенду. Я - студентка факультета…

— Кто там? — раздался голос из-за двери, такой холодный, что чувствовалось по ту сторону дверного проёма. Услышав такое в обычных условиях, я бы даже не продолжила диалог, но дело как раз в этом холоде.

— Добрый день, меня зовут Сьюзан, я студент факультета психологии и провожу анонимное анкетирование по поводу эмоционального интеллекта, это займет пару минут, — начала свою отрепетированную речь я. Дверь все ещё была закрыта, но ожидание было недолгим. Замок повернулся, и дверь раскрыла стоящую за ней личность, вместе с этим и помещение.

Это была небольшая квартирка-студия, на пару человек. Однако кроме неё сейчас никого не было. Кухня объединена с залом, отделенная барной стойкой рядом со входной дверью. По левую руку от входа ещё дверь, видимо ванная. Напротив входа красовалось большое окно, издававшее больше всего дневного света, из-за чего квартира казалась светлой и живой. Интерьер выполнен в стиле минимализма: белые стены, простая фигурная люстра. Мебель была выполнена из нейтральных цветов с угловатыми формами. Все было в примерно одном стиле, что придавало эстетичности и свежести ремонту.

— Ах, — все так же безэмоционально произнесла девушка, хозяйка квартиры, отчего могло сложиться впечатление наигранности или саркастичности фразы, — я когда-то также анкетировала соседей по дому, когда была студенткой. Нелегкое это дело. Вспоминая то время, я уставала больше морально, чем физически, ведь люди - такие сволочи скажу я вам. Проходите, мне хочется угостить вас чаем, чтобы хоть как-то помочь вам, ну и ответить на ваши вопросы, конечно же.

«Бинго!» — ликовала я у себя в голове, легенда сработала, да ещё и так эффективно.

— Прошу вас, присаживайтесь на диван, я сейчас сделаю вам чай, и отвечу на ваши вопросы, — Хлоя указала на кушетку, перед ним стоял небольшой журнальный столик, а напротив телевизор на тумбе. Он был выключен, а на столике лежала раскрытая книжка, корешком вверх. Видимо, до моего прихода Хлоя читала её. Книга называлась «Учение об исцелении», неизвестного мне автора.

— Я вижу, что прервала вас от чтения, — я перевела взгляд на хлопочущую над чаем девушку, — интересная? О чем она?

— Ох, эта книга, — девушка замялась, она оторвалась от заварки чая, и повернулась ко мне, — мне посоветовали её в кружке, который я посещаю, после инцидента. Там мне помогают оправиться.

Она вернулась к чаю, переведя взгляд с меня. Когда она произносила все это, на её лице ничего не дрогнуло, словно ей было все равно. Хотя если она ходит реабилитироваться, значит это сильно ударило по ней. Эта холодность и отстраненность пугала меня, так что взять в себя в руки получилось не сразу. Хорошо же её обработали в этом кружке. Весь этот разговор он ужасно пугает. Я хоть и борюсь с различной нечистью, но в такой ситуации я нахожусь впервые. Холодность человека пугает сильнее, чем призраки, будьте они прокляты.

— А вот и чай, — голос вернул меня из мыслей в реальность. На лице не было и намека на улыбку, хотя по обыкновению в таких ситуациях она должна быть, хотя бы малюсенькая. Хотя бы намек на это в голосе. Я чувствовала себя не в своей тарелке все больше и больше.

— Спасибо большое, не стоило, — я натянула улыбку, думая, что она просто забыла, как улыбаться. Но мой урок не помог ей вспомнить, как сделать перевернутую дугу из её губ. Жаль, это облегчило бы ситуацию. Я сделала вид, что чуть-чуть отхлебнула, но даже и не думала это пробовать, неизвестно что она там намешала. Вмешательство привидений не исключалось. Пока я делала «глоток», девушка убрала книгу, чтобы она не мешалась. Но мне показалось, что истинным мотивом было не привлекать лишнего внимания к её кружку.

— Извините, что задам немного личный вопрос. Вы упомянули какой-то инцидент. Что произошло? — в досье, насколько я помнила, никакого упоминания о каком-то инциденте не было, значит это произошло недавно, но тогда пазл в моей голове совсем не складывался. Потеря эмоций произошла до или после трагедии? Если после, то почему в досье об этом ничего не было? Если до, то тогда моя теория о том, что в этом как-то замешан её кружок отваливается.

— Ничего страшного, все хорошо, — она сделала довольно уверенный глоток чая, который не выпускала из рук, — мой муж покончил с собой.

Я невольно охнула. Не знаю точно отчего: от этой шокирующей информации или от того насколько легко и невозмутимо произнесла это девушка. Словно это сделал какой-то незнакомый ей хрен, и об этом говорят по телевизору, а вы с подругой просто сидите и обсуждаете всё что увидели или услышали. Даже в такие моменты есть долька сочувствия, но здесь и этого не было, словно робот, будто она и вовсе не живая.

— Простите, я не знала, не стоило мне задавать этот вопрос, — актерски отыгрывала я вежливую неуверенную девушку, но мысленно я отметила, что она может быть также под властью привидения, нужно это проверить.

— Ничего страшного, я уже проработала это, и меня это сейчас совсем не трогает. Кажется, вы хотели задать мне какое-то вопросы для вашей работы, — тактично сменила тему девушка. Она положила ногу под себя, укрывшись пледом.

— Да, верно, — я достала планшет с бумагой и ручкой и стала задавать вопросы, которые были связаны с эмоциональным интеллектом. Я была очень далека от темы, поэтому, чтобы моя легенда не провалилась я скачала какую-то первую попавшуюся анкету из Интернета, поэтому содержание её не столь важно.

С анкетированием было покончено. Я зафиксировала ответы. Казалось бы, делать мне здесь нечего. Но я добыла слишком мало информации, чтобы уходить. Нужно было что-то придумать. Срочно. Чай! Точно! Я взяла чашку, собираясь сделать глоток, но, КАК ЖЕ ТАК, чай попал не в рот, а прямо на мою белую футболку. Холодный чай окрасил мою одежду в коричневые цвета, однако реакции девушки на лице я так и не дождалась. Словно по скрипту она произнесла: «О нет, как же так?». Но никакой эмоциональной поддержки этим слова она не дала. Хлоя поднялась с дивана и пошла на кухню за салфетками.

— Могу я воспользоваться уборной? Мне ещё в университет, а другой такой я не взяла. Вот растяпа! — и снова игра в неуклюжую студентку

— Конечно! Рядом с выходом, — тем временем девушка занялась полом, на который также попал чай. Я схватила планшет и ручку и пошла в ванную, якобы оттирать пятно. Да, за этим тоже, но первостепенно я хотела нарисовать отталкивающий талисман, чтобы проверить девушку на наличие призрака в ней. Призрак должен почувствовать силу символов и избегать его.

Я зашла в ванную, закрыв за собой дверь. Включив кран я начала вырисовывать символы на обратной стороне анкеты девушки. Талисман был средним по сложности, но все равно требовал достаточно много времени, чтобы нарисовать каждый необходимый элемент. На сложные узоры времени не было, поэтому я обошлась обыкновенным, не столь эффективным. Если призрак дотронется до него, то его несильно вытолкнет из тела буквально на несколько секунд, но потом он с легкостью сможет вернуться обратно. Я сложила листок в прямоугольник, так, чтобы символы не были видны, потерла немного пятно. Спойлер, футболка пошла на выброс.

Выйдя из ванной, я ещё раз извинилась за чай и стала собираться на выход, специально обронив листок-талисман. Девушка увидела это и подняла его. Никакой реакции не последовало, символы тоже не загорелись. Призрака нет. Или мой талисман не работает, но я надеялась, что все-таки призрака нет. Никаких зацепок, я уходила пустой, какой позор. Хлоя передала мне листок, я попрощалась с ней, но вместо прощания из её уст вышли совсем иные слова: «Воспоминания вызывают эмоции, а эмоции - это яд. Не будет воспоминаний, не будет эмоций, не будет боли». Дверь закрылась, но уйти я смогла не сразу. Это было сказано так неестественно четко, что пугало, хотя вся эта встреча пугала, но последняя фраза. Её голос при этом звучал иначе, будто он исходил откуда-то из глубины, он ей не принадлежал. Но кому если, не ей.

Выйдя на улицу, я впервые почувствовала облегчение. Несмотря на малое количество зацепок, даже их было достать тяжело. Мне нужно было навестить ещё Вайолет, но после произошедшего мне совсем не хотелось идти к ней. Я почувствовала невероятную усталость, поэтому было решено отложить Вайолет, хватит на сегодня злоключений. Нужно было спать, Кендис.

***

Путь до дома Бенджамина занял полчаса. «За это время можно было бы придумать адекватную легенду, дубина!» - звучал голос Кендис у меня в голове. И я в некотором роде с ней согласен, но муза меня так и не посетила, поэтому придется импровизировать на месте. В досье была сказано, что Бенджамин работал в юридической компании («Лоуренс и ко.», насколько я помню), воспользуюсь этим. Представлюсь общественным работником, к которому обратились сотрудники, заметив что-то неладное в поведении своего коллеги. Дом находился в обычном жилом районе, наштампованном такими же двухэтажными домами. Отличались они только цветом и ухоженностью двора. Собравшись с мыслями, я постучался. Но никто на стук не отреагировал. Я попробовал ещё раз, за дверью послышались шаги.

— Кто там? — раздался грубый голос из щели приоткрытой двери. Ничего странного в голосе я не услышал. Я бы ответил так же если бы мне кто то постучался.

— Здравствуйте, Бенджамин, меня зовут Кайл, я соцработник, помогаю людям с ментальными проблемами. Ваши коллеги сообщили, что у вас есть проблема с вашими эмоциями, поэтому я хотел бы вам помочь, — в глубине души я надеялся, что эта легенда сработает.

— Мне не нужна помощь, уходите, — дверь начала закрываться.

Я подставил ногу под дверь, чтобы не дать ей окончательно закрыться. Нужно было оперативно что-то придумывать, иначе ничего достать из него не получится, а это означало лишь одно. В голове начал всплывать гневный силуэт Кендис, которая готова была убить меня за неудачный поход к Бену.

— Послушайте, я понимаю, что иногда очень сложно принять чью-то помощь со стороны. Порой мы сами не замечаем, что нуждаемся в помощи, до тех пор, пока не станет слишком поздно. Но я Вас прошу, дайте мне возможность хоть как-то облегчить ваш недуг, — умоляюще сказал я, шансы на успех уходили сквозь пальцы.

Дверь открылась полностью. Передо мной появилась фигура мужчины, ростом чуть выше меня. Его смуглая кожа намекала на то, что он родом из испаноговорящих стран. Он был в серой домашней футболке, немного грязной, и больших широких семейниках. Бен выглядел неопрятно. Видимо, он давненько не выходил из дома. Сальные волосы, щетина, и небольшой неприятный запашок.

— Слушай, парень, — начал мужчина. Несмотря на ситуацию, голос его оставался холодным. Вернее сказать, обычно, когда на тебя злятся, тебе окатывают либо горячим гневным криком, либо холодным презрением, но здесь тон был ни холодный, ни горячий, ни даже тёплый. Он просто был никакой, что создавало непонятное ощущение. Словно этот человек не знал, как правильно пользоваться эмоциями и как придавать словам эмоции, — я уже обращался за помощью, как видишь результат на лицо. Больше мне ничего не нужно, уходи.

— Подождите! А куда вы обращались за помощью? И, если подскажите, по какому поводу? — спросил я у спины мужчины, который уже уходил в глубь своего дома, закрывая за собой дверь.

— Тебе не стоит ходить туда, уж поверь, — слышать эту фразу таким сухим голосом было непривычно. Мне не сразу удалось правильно обработать эту фразу, пришлось самому окрашивать слова мужчины в голове.

— Просто понимаете, — я решил идти ва-банк - глупо и безрассудно, но иного выхода не было, — на днях в моей семье произошло горе, чудовищное событие лишило всю мою семью. Чтобы хоть как-то пережить это, я решил стать социальным работником, чтобы поддержать таких же раненых людей, как я. Мне самому это очень сильно помогает.

Мужчина выслушал меня, но ничего не ответил и захлопнул дверь. Ставка не зашла. Результат нулевой, это поражение, Кайл. Я развернулся, и стал было уходить, но сзади открылась дверь из которой торчала рука, а в руке была листовка. Я взял её, но не успел заглянуть в неё, как перед моим лицом появился Бен. Он был непозволительно близко ко мне, что я сначала опешил. Глаза были широко распахнуты, были безумными.

— Воспоминания - это эмоции, эмоции - это яд, яд - это смерть. Не будет воспоминаний, не будет и эмоций, не будет и смерти, — мужчина исчез за закрывшейся дверью. Сказать, что я испугался - это сказать ничего. Моё лицо изображало шок еще долгое время после этой сцены, но потом я опустил взгляд на листовку. Это был лист обычной белой бумаги. Шрифтом печатной машинки были выведены слова:

«С вами произошли необъяснимые события? Жизнь дала трещину? Не можете пережить это? Не стоит торопиться с выводами о конце!

Доктор Ли поможет Вам справиться с этим. Годы практики и изучения современных методик избавят Вас от безумных мыслей и помогут вернуться в русло нормальной жизни.

Позвоните по этому номеру, звонок бесплатный»

Это победа. В руках у меня находилась ценнейшая зацепка, которая могла бы привести нас к источнику всех аномалий. Доктор Ли. Он точно связан с потерей эмоций. И неужели он довел людей до такого безумия. Придется узнать, что за доктор он на самом деле. Я достал телефон, чтобы сообщить о своих успехах Кендис.

— Кендис, я закончил с Беном. У меня есть важная зацепка. Нужно встретиться все обсудить!

— Приходи в «Макдоналдс» недалеко от прачечной. Я тоже закончила с Хлоей, есть несколько мыслей.

— А вторая девушка, как её? Вайолет? Ты ходила к ней?

— Я тебе что-то сказала про неё? Сказала приходи, нужно все обсудить!

***

Обратно я добирался на автобусе. Это заняло гораздо больше, чем на такси, но Кендис все также ждала в обещанном место, хотя я думал, что она давно свалила. Она сидела за столиком у окна, что можно было видеть как она уминает картофель за обе щеки. Я быстро зашел в зал и сел напротив неё.

— А вот и работница месяца! Вся в работе, как погляжу, — я потянулся к картошке, но хлесткий удар девушки, отразил атаку на её лакомство.

— Заткнись. Я всю ночь не спала, пока ты пускал слюни на подушку, я заслужила перекусить.

— И долго ты тут трапезничаешь?

— Какое тебе до этого дело? Выкладывай, что узнал! — ещё одна картошина полетела в топку по имени Кендис.

Я достал листок бумаги, который мне вручил Бенджами. Девушка взяла его и стала изучать. На её лице появилось недоверие.

— Что это? Если это глупая шутка, то считай, что ты уже не жилец.

— Эту листовку дал мне Бен. Как и говорил Хранитель, эмоциями он не блещет, вернее сказать, он будто и не знает, что это такое. Очень странно было разговаривать с ним, хотя и много с ним мы не поговорили. Он даже и слушать меня не стал, сказал лишь, что ему помощь не нужна. А и ещё перед уходом, он очень странно повел себя, — последняя фраза привлекла внимание девушки, которая все ещё разглядывала листовку, ища в ней хоть какой-то подвох, — он словно машинально с безумием приблизился ко мне и выдал что-то про воспоминания, эмоции и яд. Типо не будет того, не будет и другого. Точной фразы я уже не помню. Но перепугался я знатно.

Лицо Кендис переменилось, словно она поняла о чем я и уже строила цепочку мыслей в голове. Она уставилась в одну точку, мысленно она была далеко. Я воспользовался этим и стащил одну картофелину, не одной ей хочется есть.

— Хлоя сказала то же самое, с таким же безумием. Мне в целом разговор с ней не очень понравился, но это было пиком безумия, — слышать подобное от нее, было странно, ведь обычно напугать её было сложно, — куда же мы влипли…

— Что ещё тебе удалось узнать? — спросил я, засовывая ещё одну картошку себе в рот.

— Что в этом деле нет призраков - по крайней мере в ней не было его, здесь что-то иное, — она заметила, что я беру ещё один картофель, и тут же переменилась в лице, — ещё раз, и ты останешься без руки, ты меня понял?

— А что с твоей футболкой? Откуда пятно?

— Так нужно было, сейчас не об этом. Ещё Хлоя пережила потерю мужа, он сделал суицид. В досье этого не было.

— Я подозреваю, что Бен тоже что-то нехорошее пережил, хотя этого мне не удалось узнать, — добавил я, постукивая ногтями по столу.

— В конечном итоге жертвы пережили что-то и обратились к этому доктору Ли, и после этого они потеряли эмоции, тогда нам нужно узнать о нём, о его методике, и понять замешан ли он в этой аномалии, — выпалила свое умозаключение Кендис

— А ты уверена, что Хлоя была у того же доктора, что и Бен? Вдруг в городе орудует целая группировка таких. И ещё одно, — начал я, но меня прервала Кендис.

— Может в этом деле вовсе и нет призраков…

— Бинго! Сто очков Гриффиндору!

— Не смешно! Мы в тупике, идиот! Ты можешь хоть иногда быть серьезным? — гнев Кендис подходил к точке кипения.

— Зачем? У нас есть ты. Ты серьезная, я веселый, баланс вселенной, — я откинулся на спинку дивана с легкой улыбкой на лице.

— За что мне достался такой напарник? — она обратилась к небесам, и тоже откинулась на спинку, но уже с раздосадованным лицом, — у нас осталась ещё Вайолет. Можем сходить к ней, если факты совпадут, то дело продвинется.

— А если нет?

— А если нет, то… — она задумалась, — да я не знаю.

Её настиг гнев, она в тупике. Каждый, кто будет загнан в угол, будет злиться, но Кендис, загнанная в тупик, хуже любого зверя. Она гневно схватила стакан колы и сделала большой глоток напитка. По ней было видно, что она не знала, как поступить. Обдумывала план, но всё тщетно. Ей нужна была помощь.

— Предлагаю сходить к Вайолет и узнать, что случилось с ней. А уже потом думать. Пойдет?

— Угу, — Кендис продолжала потягивать колу. Было решено идти к Вайолет, но только после небольшого перекуса.

***

Как только Кендис закончила уничтожать свою картошку фри, запив это литром колы, мы отправились наведаться к третьей жертве неизвестной аномалии. Вайолет жила в двух кварталах от МакДональдса. Это расстояние было решено пройти пешком. И хотя Кендис настаивала вызвать такси, я высказывался «за» прогулку пешком. Решающим словом стал мой аргумент о том, что так мы утрясем весь жир, который она только что наела. И хотя эти слова дорого мне стоили (шишка на моей голове заживала несколько дней), я победил в этой маленькой битве мнений. Вайолет жила в многоквартирном доме, на последнем этаже (выше только чердак). Мы отошли от выдумки легенды, и решили прямо выяснить всю информацию (прости нас, Вайолет). Но каково было наше удивление, когда мы постучались в дверь девушки:

— Да? — прозвучал робкий и напуганный голос из-за двери, — кто там?

— Мы можем услышать Вайолет Хейз? — Кендис прислонилась к двери, чтобы расслышать, что происходило за дверью.

Дверь открылась, и за ней показалась девушка ростом около метр шестьдесят (ну это я так, на глаз). Она была одета в простое хлопковое платье, а её голубые глаза излучали испуг. Длинные распущенные коричневые волосы ниспадали до бёдер.

— Это я. Вы что-то хотели? — она осмотрелась по сторонам, высматривая кого-то. Мы с Кендис переглянулись. Вайолет совсем не выглядела как тот, кто потерял эмоции, она прямо-таки излучала страх и панику. Ошибки быть не может, она назвалась Вайолет Хейз, и лицо совпадает с тем, что было изображено на досье. Тогда что здесь происходит?

— Простите за беспокойство, — Кендис взяла на себя инициативу продолжить разговор, — мы с моим напарником расследуем дело об исчезновении эмоций у людей. Может звучать странным, но за этим может стоять опасный человек, который уродует психику…

— Вы детективы? Вы из полиции? Славу Богам, проходите скорее! — девушка удалилась в глубь своей квартирки, если это можно назвать квартирой.

Маленькая комнатка на одну персону только. Одна кровать, маленький телевизор. Кухня представляла из себя переносную плиту и скромный холодильник. Все окна были занавешены, из-за чего в квартире была темень. Вайолет включила свет, указала на диван, а сама уселась на стул. Она была явно чем-то обеспокоена.

— Расскажите, вам знаком доктор Ли? — я молчал. Кендис так хорошо влилась в роль детектива, что не хотелось вмешиваться.

Вайолет пыталась что-либо сказать, но слёзы опередили её. Были слышны какие-то слова, но разобрать их практически невозможно. Кендис головой указала мне принести воды, чтобы успокоить бедняжку. Я послушно метнулся на кухню, взял стакан и набрал воды из под крана. Вайолет воспользовалась моей услугой, сделала несколько глотков и утёрла слезы:

— П-п-простите меня… М-м-мне сложно об этом говорить, — она утирала потёкшую тушь руками из-за чего ещё сильнее грязила своё лицо.

— Давайте начнём издалека, хорошо? — Вай утвердительно мотнула головой, — из-за чего Вы обратились к доктору Ли?

— Ох… Это было около месяца назад, может чуть больше. Моя сестра-близнец Биа вернулась домой раньше обычного. Я в это время уже была дома… Она была вся в крови, и потом… — девушка собиралась с силами, чтобы вновь не заплакать, — она взяла нож с кухни и перерезала себе горло.

— О господи, — вырвалось из уст лисицы. Мы оба поняли, что это дело рук призрака.

— Нам очень жаль, что вы пережили такое, — вступил в разговор я, постучав по плечу Вай.

— Она ни сказала мне ни слова! Лишь потом полиция сообщила, что та убила нескольких людей… Это на неё не похоже! Это была не она! Она и мухи бы не обидела! Про какое убийство они говорили? Но потом они показали мне видео с камер, я увидела, что это была взаправду она! Это был такой ужас! Но я до сих пор верю, что это была не она, что кто-то завладел её волей, понимаете?

— К сожалению, да, — Кендис опустила голову. Пазл начинал складываться, к сожалению, в негативном для нас ключе.

— Я не могла смириться с её смертью, я понимала, что мне нужна помощь. И потом на меня вышел доктор Ли, вернее, мне посоветовали к нему обратиться. И я обратилась. А потом… Потом начались жуткие вещи…

— Что за вещи? — спросил я. Вай посмотрела на меня и продолжила.

— Доктор Ли после группового собрания посоветовал мне обратиться к нему для индивидуальной беседы. Якобы групповые при моей ситуацие мало чем помогут. Назвал очень маленькую цену, и я согласилась. Денег у меня было не так много, а квалифицированной помощи мне хотелось. И после двух таких бесед доктор Ли сообщил, что моя ситуация ещё хуже, чем он думал, и посоветовал лечь в его частную больницу. Он предоставит мне бесплатное место.

— И ты согласилась? — Кендис взглянула на Вай осуждающе.

— А как бы вы поступили на моём месте? Вам предлагают бесплатную квалифицированную помощь, чтобы справиться с потерей буквально частички себя, и вы сможете отказаться от такого? — девушка понимала, что поступила глупо и опрометчиво, но в тот момент это был самый разумный и логичный вариант, от чего злилась, и злилась на прошлую себя за её глупость.

— Вайолет, мы не осуждаем тебя, а просто хотим разобраться во всём, чтобы прекратить это — защищала себя Кендис.

— Сначала в этой больнице ничего не предвещало беды, но потом, в один день, доктор Ли пришёл ко мне в комнату и позвал куда-то с собой. Мы спустили в цоколь, откуда доносились крики и мерцал яркий свет. Я испугалась и стала отступать, но громилы сзади остановили меня. Мне повезло, ведь в тот момент из комнаты, куда меня вели вырвалась женщина, и громилы побежали останавливать её. И я воспользовавшись моментом побежала. Не знаю, как мне удалось сбежать оттуда, но теперь я здесь, общаюсь с вами, и каждый день это большой страх. Я обращалась в полицию, но мне, естественно никто не поверил, кто поверит душевно больной?

— Мы поверим, — Кендис протянула руку, чтобы поддержать бедную девушку. Вай взяла её руку, — мы знаем, что с тобой случилось и причину этого, но сначала нам нужно сделать очень важный звонок, хорошо?

— Хорошо, — с недоверием сказала Вай, после чего убрала свою руку. Кендис мотнула головой. Как я понял, она хотела, чтобы я остался здесь и проследил за ней, а сама она вышла за дверь, — знаете, вы совсем не похожи на детективов или кого-то из полиции. Кто вы? Вас прислал доктор Ли?

— Нет-нет-нет, мы… А… Как бы сказать… — этого я и боялся, что самое трудно достанется мне.

— О, господи, вы пришли меня вернуть доктору Ли — выпалила Вай и рванула к выходу, с силой открыла дверь и помчалась прочь по проходной.

Я побежал вслед за ней. Несмотря на маленький рост, бегать она умела очень быстро. Я достал сбоку нож и метнул в стену напротив, куда как раз бежала Вай. Нож воткнулся в стену. Сзади раздались возражения Кендис. Вспышка. Я стою перед Вайолет, в моих руках нож, который только что торчал в стене. Девушка опешила и остановилась. Этим я и воспользовался. Спрятав нож в ножны, я схватил малютку, а потом подбежала Кендис. Лисица недолго вырисовывала символы на пустом талисмане, а потом приложила ко лбу убегающей. Бумажка растворилась, а бедняжка уснула, обмякнув у меня в руках.

— Нужно предупреждать о таком в следующий раз! — выпалила Кендис, ожидая моих оправданий.

— Знаешь, я даже не думал о том, что она вздумает бежать! — я взял Вайолет на руки, и понёс обратно в квартиру. Кендис вернулась к разговору. Но уже в квартире.

— В общем, эта девушка, жертва приведения, и как я понимаю, у неё никого нет. К тому же она обладает важной информацией об аномалии, и её могут преследовать. Считаю, что её нужно перевести к нам, — отрапортовала лисица, расхаживая туда-сюда по комнате, — я вас поняла, мастер, скоро будем.

— Ты что, только что с Хранителем разговаривала? Откуда у тебя его номер? — спросил я, как только та положила трубку.

— У меня нет его номера, я позвонила Вейзу, а он передал трубку хранителю, олух. Бери её, нам нужно отвезти её в Храм! И поскорее, талисман долго работать не будет, а нам нужно, чтобы она очнулась уже внизу! — Кендис направилась к выходу, вызывая такси, а я схватил девушку, и потащился вниз по лестнице. Кендис осталась, чтобы закрыть дверь, а потом пошла за мной.

Вайолет очнулась как раз вовремя. И первый её вопрос был: «Где я?»

Интервал-акт. «Минуя прошлое и настоящее, мы вступаем в будущее»

Участники:

??? «???»

Цель:

???

Статус:

???

Все изменилось с того момента, когда она загадочным образом умерла. Она была моим светом, я была её тенью. Тень не может существовать без источника света, значит и моё существование не могло продолжаться. Так я думала до этих пор.

С самого рождения я была слабой. Этот момент появления на этот свет был омрачен моим слабым сердцем. Я едва могла сделать вдох. Врачи тут же увезли меня в реанимацию, пока моя сестра громко кричала на руках у матери. Врачи назвали «везением», что им удалось меня откачать, и я могла жить дальше. Что же, видимо, на этом мое везение закончилось.

Я и моя сестра Синди - полные противоположности. Она бойкая и уверенная в себе, пока я тихая и кроткая девочка. У меня никогда не было много друзей, пока Синди была самой популярной в группе в детском саду. Мне никогда не было завидно, я радовалась, когда подруги сестры приходили к нам в гости, ведь тогда я становилась и их подругой. Мы с Синди были не разлей вода. Когда меня обижал очередной мальчик-грубиян, она всегда вступалась за меня и оставляла пару тумаков этим невоспитанным детям. Хоть ей и доставалось, но я была ей очень благодарна, что в тот момент она была со мной. Она всегда была со мной, и будет со мной, так я думала.

В школе ситуация не изменилась. В силу своего характера я была магнитом для задир, и они этим часто пользовались. Я не могла дать сдачи, не могла ответить грубым словом, поэтому это делала Синди. Она помогла мне в социальном плане, а я помогала ей с уроками дома. Это был отличный симбиоз.

Мы росли, обе хорошо закончили школу, поступили в университет, и здесь начались сложности. Нам впервые жизни пришлось разлучиться. Для меня это стало большим ударом, чем ей. Она с легкостью могла подстроиться под новые условия, пока у меня на это уходили многие месяцы:

— Ты же понимаешь, что я не смогу быть рядом с тобой в университете? Тебе придется самой себя защищать. Ты уверена, что сможешь? — Синди помогала мне собирать мои вещи. Она была обеспокоена моим скорым уездом, не хуже, чем я. Хотя я и не показывала это, мне это было несвойственно, я каждый день переживала это. И чем ближе был этот день, тем хуже всё становилось. Мысли не давали мне уснуть целые ночи. Я понимала, что это нужно для моего будущего, но не была готова уехать от неё, оставить её далеко от себя.

— Да, я понимаю, — тихо ответила я. Это единственное, что я смогла выдавить из себя, иначе бы просто разрыдалась, и не поехала бы ни в какой университет.

— Послушай, Вай, — Синди отложила сбор вещей и подошла ко мне, взяв мои плечи в свои крепкие, но нежные руки, — ты можешь подать документы в университет поближе ко мне, если понимаешь, что не готова. Столько лет вместе могут сильно по тебе ударить.

— Синди, спасибо тебе. Н-но… Ты же понимаешь, что в какой-то момент на придется зажить свои собственные жизни. И чем раньше мы сможем это пережить, тем легче будет, — я сама не верила своим словам, но такую установку я дала себе после долгих бессонных ночей.

— Вай, не верю, что это говоришь ты, — Синди улыбнулась, не отпуская мои плечи, — знай, что ты можешь позвонить в любое время дня и ночи, я всегда отвечу и помогу.

— Спасибо тебе, Синди. Я рада, что именно ты моя сестра, — я обняла её, а потом мы продолжили собирать вещи.

Как я и думала, первое время без неё дались очень тяжело. Я сторонилась всего, боялась начать разговор, видя в каждом потенциального врага, даже если ко мне относились с добром. Но привыкнув, я поняла, что ничего страшного в этом нет. Здесь все впервые, и все привыкают к новым условиям. И куда проще это будет делать совместно с кем-то, кто в таких же условиях, что и ты. В тот момент я сдружилась со своей соседкой, она была тоже первокурсницей. В моменте мне стало легче. Мы все также созванивались с Синди каждый вечер, и я рассказывала ей все, что происходило со мной с последнего звонка. Я видела как она была рада за меня, как ей становилось легче, от того, что я смогла адаптироваться, и что все налаживается.

Так продолжалось до третьего курса. День был обычным. Дело шло ко Дню Благодерения. В университете обещали отпустить нас, чтобы мы смогли провести его в кругу своей семьи. Мы с родителями договорились, что будем встречать его у бабушки:

— Что значит ты не можешь? Почему? — кричала я в экран телефон, где было лицо Синди, — мы же договорились, что будем встречать этот День Благодарения всей семьей у бабушку! Что значит, что у тебя не получается?!

— Вай, я расстроена не хуже тебя, но нас не отпускают на выходные. Я не могу просто взять, и уехать, ты же понимаешь.

— Ну скажи, что ты заболела, и всё! В чем проблема?! — я никогда не была такой злой, как в тот момент. И я не понимала почему, но именно тогда злость взяла надо мной верх.

— Я уже болела недавно, мне просто не поверят, да и это столько бумажной возни с этими справками. Извини, но, видимо, в этом году не получится, — Синди говорила тихо и виновато. Впервые жизни она была на моем месте, пока я была на её.

— Ну и ладно! Без тебя проведем этот День, а ты учись, это же важнее, чем семья! — и я сбросила звонок. После того, как я успокоилась, я поняла, что наговорила лишнего, и пыталась извиниться перед Синди, но, как только я начинала писать сообщения, эмоции снова возвращались, и я со злостью убирала телефон из рук.

Это была первая наша ссора с Синди. Возможно, это случилось из-за того, что я окрепла отдельно от неё и смогла наконец воспользоваться сильным словом. А возможно, на это воздействовала моя обида. Обида на неё, за то, что она так просто может променять на меня на свою долбанную учёбу. Так и не ясно, что стало причиной моих эмоций, но в тот момент я почувствовала себя отдельной личностью, а не тенью своей сестры.

Родители решили выехать к бабушке раньше меня, чтобы подготовить всё к моему приезду. Я собирала свою сумку на пару недель: одежда, книжки, которые нужно прочитать за выходные. Я уже мечтала, как я съем индейку, а потом буду качаться на качелях в саду. Как тут раздался звонок от незнакомого номера.

— Вайолет Холланд? — раздался женский холодный голос из трубки телефона.

— Да, а кто спрашивает? — мне редко, кто звонил с незнакомых номеров, обычно это были рекламщики, но те не знали моего имени, поэтому сразу начинали впихивать мне ненужный хлам. Но тут я поняла, что дело серьёзное. Моё сердце стало усиленно стучать, а я села на кровать.

— Вас беспокоят из Городской больницы округа Нью-Йорк! Вам знакомы Теодор и Роза Холланд? — продолжал женский голос, и тут всё стало хуже. Волнение нахлынуло огромной лавиной на меня. В это время родители как раз должны были ехать к бабушке. Что-то точно случилось!

— Да… Это мои родители… А что произошло? Что-то случилось? — слова еле выходили из моего рта, это случалось, когда волнение брало надо мной верх. Нога стала судорожно отбивать ритм, при этом очень быстрый.

— Они попали в аварию. Состояние критическое, шансы на выживание - крайне малы. Вы сможете подъехать в ближайшее время?

— Д-да… — всё, что я смогла сказать. Мысли смешались в голове. Они давили на меня тяжким грузом, не позволяя мне подняться с постели. Что мне делать? Ехать в больницу? Сообщить Синди? Нужно ли говорить об этом бабушке? Почему именно они? Именно сейчас?

Я точно не помню как оказалась в больнице. Но я помню лицо врача, который подошёл ко мне. Рядом была Синди, видимо, я сказал ей тоже, или врачи это сделали. На его лице было сожаление, и я поняла, что всё. Это конец. «К сожалению, мистер Холланд скончался, мы сделали что могли». Эти слова врезались в подкорку моего сознания. Нет, они даже не старались. Если бы они делали реально, что могли мой бы отец был жив. Пускай в инвалидной коляске, но живой. Всё это брехня. Гнусная ложь.

— А мама? Что с ней? — спросила Синди, пока я обвиняла врачей в их халатности.

— Она сейчас в коме, но состояние также критическое.

— Понятно, — ответила Синди, и обняла меня. Она начала рыдать. Я впервые видела, как она плакала. Девушку, которую я считала непробиваемой стеной плачет у меня на плече. Потом до меня дошло, что папы больше нет, и эта мысль заставила плакать и меня.

День Благодарения я провела у маминой больничной койки. Её тело было сильно покалечено. Лицо опухшее, тело практически полностью состояло из синяков и ссадин. Она тяжело дышала в маске от аппарата, который поддерживал её жизнь. Рядом пиликал монитор, обозначая её пульс. Поначалу я не могла смотреть без слёз на неё, но потом, я благодарила всех, что хотя бы она была жива. Так продолжалось две недели. Каждый день я навещала её, пока в пятничный вечере мне не позвонили. В этот момент я жила у родителей в квартире. Мы с Синди готовились к папиным похоронам. Это были ужасные дни полные слёз и горечи. Дом опустел. Несмотря на отопление, внутри него чувствовался холод. Мы с Синди практически не разговаривали эти дни, лишь изредка вместе плакали и обменивались взглядами. А потом врачи сообщили, что мама тоже умерла.

***

Похороны отца мы отложили, в связи со смертью матери. Мы решили провести их в мир иной вместе. Все эти дни я была полностью убита. Я не говорила ни слова, ничего не ела и не пила, всё время проводила в постели. Бабушка тут же приехала, как узнавал, что мама умерла. Она стала помогать Синди вместо меня. Всем было тяжело, не спорю, но я не могла ничего с собой поделать. Я была потеряна, и единственное, что мне хотелось - это уйти от этого всего. Не чувствовать эту горечь утраты, забыться. А забыться я могла лишь во сне.

Как назло на похороны выпал дождь, делая этот день ешё печальнее, чем он был. Весь день я была сама не своя. Даже последних слов сказать не смогла. Я просто смотрела в никуда, пока тела моих родителей опускали в землю. Я долго винила себя за это, но ничего с этим поделать совершенно не могла. После похорон я должна была вернуться на учёбу. Но я совсем не была к этому готова. Несмотря на все старания моей подруги, я не покидала комнаты общежития, а продолжала лежать на кровати как овощ. Мне нужна была помощь, но я ни к кому не обращалась, а молча продолжала лежать.

Ситуация стала хуже после вести о том, что бабушку умерла от инфаркта. Об этом мне сообщила Синди через недели три после моего возвращения в общежитие. И снова похороны, и снова мой потерянный взгляд. И снова я не обронила ни слова.

— Вайолет, я не могу отпустить тебя в общежитие, не в твоём состоянии! Ты совсем потеряна, ты вообще видела себя? — сказала Синди после похорон бабушки, — ты поедешь со мной, ты поняла?

Я снова ничего не сказал, а лишь утвердительно мотнула голова. Именно этого мне и нужно было. Нужен был родной человек, который сможет помочь мне, а она осталась единственной, кто может мне в этом помочь. Синди записала меня к психотерапевту и к психологу. Прошли долгие месяца как я смогла вернуться в привычное русло жизни. Да, жизнь определённо не была прежней, но я продолжала идти по пути судьбы. К сожалению, из университета меня отчислили из-за неуспеваемости, поэтому необходимости возвращаться туда не было. Я решила остаться жить у Синди, устроилась в сеть гипермаркетов неподалёку с домом, чтобы финансово помогать сестре. Так мы жили около года, или двух. И вот Синди на последнем году обучения, и именно в этот год произошло то, что изменило мою жизнь навсегда. Сильнее, чем смерть родителей и бабушки.

В этот день Синди пошла на учёбу, а я на работу. Так происходило каждый день на протяжении этого времени, что я живу с ней. Но посреди обеденного перерыва я получила сообщения от Синди, что сегодня она вернётся поздно, потому что хочет потусить с подругами в клубе. Она недавно рассталась со своим парнем-абьюзером. Я изначально не взлюбила его, и говорила об этом ей, но отговаривать не стала, ведь это был сугубо её выбор. Кто я такая, чтобы мешать ей. В конечном итоге, вся грязь вскрылась, а её розовые очки спали с глаз, и она тяжело рассталась с ним. Был огромный скандал, который сильно ударил по сильной девушке. Поэтому она вот уже неделю как отходит от этого всего. И я поддерживала её в этом, поэтому даже и встревать не стала, чтобы она не ходила в клуб. Я и подумать не могла, что что-то плохое может случиться с ней в этот вечер.

Я по обычаю после смены принялась готовить ужин, чтобы Синди смогла перед сном поесть и лечь спать. Оставив еду на плите, я со спокойной душой отправилась в свою комнату читать какой-то очередной роман, который вот уже второй день взахлеб читаю. Чтение лишь ускорило моё погружение в сон после тяжёлого рабочего дня, и я без озарения совести закрыла глаза. Разбудило меня громкое открытие двери посреди ночи. Взглянув на часы, я поняла, что было уже пять утра. Обычно Синди возвращалась к часу или двум ночи, а если задерживалась, то писала об этом. Но на телефоне не было ни одного уведомления от неё. Поднявшись с кровати, я пошла посмотреть кто же пришёл. Хоть я была и уверена в том, что это была Синди, ради собственной безопасности нужно было взглянуть, не зря же я проснулась.

Это была вправду она. Однако вся её одежда была в чей-то крови, а сама она была вся взъерошенная. Я встала в дверном проёме комнаты, а она сразу пошла на кухню, совершенно не заметив меня. А потом шум. Я вышла, чтобы посмотреть, что произошло. На полу кухни лежало бездыханное тело Синди, а от неё разливалась лужа крови. Её синее короткое платье полностью пропиталось кровью, от чего стало черным.

— Синди? Синди? Что с тобой? — звала я свою сестру, понимая, что она навряд ли ответит. Но я продолжала верить, что она просто прилегла, видимо перебрала. Тело так и не ответила, — Синди, нет. Только не ты! Не оставляй меня, прошу! Пожалуйста! Нет!

Слезы заполнили мои глаза, я бросилась к бездыханному телу. Я продолжала трясти её, но все было тщетно. Она была мертва. Она покинула меня. Я осталась без света. Тень не может существовать без источника света. Видимо, в этот день умерла и я. Так я решила для себя. Я закрылась в квартире. Не помню как прошло расследование, похороны. Словно мой мозг отказал, и я просто существовала, где-то на отшибе жизни. Если я была Вайолет Холланд, то теперь я была никем. Просто человек, просто существо. У меня ничего не осталось.

Моя подруга из университета нашла меня никакой в квартире моей сестры. Я лежала на кровати, спала. Спала я потому что мне ничего не оставалось. Так, думала я, может все скорее закончится. Весь этот ужас, который я испытала за последний год. Она вытащила меня оттуда, заставила ходить к психологу, который посоветовал мне доктора Ли. Я сходила к нему на групповое занятие, и он понял, что групповыми здесь не обойтись. Он пригласил меня на индивидуальные консультации.

***

Я совру, если скажу, что эти занятия не пошли мне на пользу. Вскоре я смогла вернутся на круги своя, вернулась на работу, отпустила подругу жить отдельно (да, все это время она жила со мной и всячески поддерживала меня, может оберегала от различных глупостей). Я также продолжала ходить к доктору Ли на консультации. Однажды он предложил мне новейшую методику, которая бы навсегда излечила меня. Это было после того, как я рассказала ему о бессонной ночи, когда мне постоянно снились мои родители, бабушка и сестра. Он помотал головой, и сказал, что сейчас испытывает новую методику исцеления, но для этого мне нужно временно перебраться в его больницу.

Сначала я не особо хотела идти на это, но подруга сказала, что вдруг это вправду поможет мне наконец перестать думать об этом, и я наконец заживу нормально. Да, мне хотелось этого, и в этот же вечер после разговора с подругой я дала согласие доктору Ли. Собрала вещи и двинулась в лечебницу. Снаружи она выглядела очень привлекательно и опрятно, внутри оказалось также. Все было на современном уровне и внушало доверие. Меня разместили на комфортабельную палату, где я разложила свои вещи. Вскоре пришёл и сам доктор Ли. Он рассказал о наших планах, и пообещал, что в течение двух-трёх дней я вернусь домой. Но все оказалось совсем иначе, чем мне рассказал доктор Ли.

В первую ночь за мной пришла медсестра с двумя громилами позади. Она попросила пройти с ней. Мы вошли в лифт и начали спускаться. По ощущениям это было глубоко под землей. Все вокруг было окутано тьмой, и только дверь впереди излучала свет. Потом раздался истошный крик, а свет замерцал. Я испугалась и начала отступать, но громилы, что все время шли сзади схватили меня и подтолкнули вперед. Я понял, что пути назад нет. И я покорно шла вперед. Казалось, что вот он - конец. История семьи Холланд окончится здесь, глубоко под землей. Какая же я глупая и наивная, что согласилась на все это.

Дверь впереди с грохотом распахнулась, и оттуда выбежал источник криков. Он ринулся метаться по пространству в поисках пути побега. Следом за ним вышел доктор Ли и приказал громилам, что были сзади схватить беглеца. Вот Вайолет твой шанс. Как только громилы пустились на поиски, я тут же развернулась и понеслась к лифту. Девушка, что вела меня стала кричать мне вдогонку, но я не слушала её, а просто бежала. Бежала, что есть мочи. А потом я бежала из больницы все дальше и дальше. Мгновение и я у подруги. Я рассказала ей все. Мы вызвали полицию, но те не смогли ничего сделать. Я вернулась в свою квартиру, и стала бояться. Бояться, что доктор Ли найдет меня и вернут обратно. Я сменила замок, купила новый телефон и симку, и все-равно боялась.

А потом пришли они. Двое неизвестных. Девушка и парень, которые представились полицейскими. Но я им не поверила, не в этот раз. И снова побежала, но убежать не смогла. Доктор Ли настиг меня. Вот и все. Я очнулась в тесной комнате. Надо мной светила лампа, а сама я была привязана к стулу. На веревке виднелись какие-то бумажки.

— Где я? — первое, что вырвалось у меня из рта, я пыталась выбраться, но безуспешно. Ко мне подошёл мужчина с длинными волосами. Это был не доктор Ли, но его лицо все равно не вызывало доверия. Позади него стояли те самые парень и девушка, что пришли ко мне. Что они со мной сделали?

— Не беспокойся, Вайолет, мы тебя не обидим. Мы не доктор Ли, и с ним никак не связаны, — произнес мужчина, вставая передо мной на колени.

— Точно также сказали бы доктор Ли и его помощники

— Послушай, мы те, кто борется против доктора Ли и ему подобных. Я думаю, тебе стоит об этом знать.

И он рассказал про призраков, людей без эмоций и паранормальных явлениях. А также он рассказал про Безымянных. И он сказал, что я могу стать одной из них.

— Я? Вы уверены, что не ошиблись? Из меня такой себе боец, если честно. Единственное, что я хорошо умею - это бегать.

— Да, я уверен, что ты станешь отличным Безымянным, но для начала, ты должна нам помочь с делом о докторе Ли. Расскажи всё, что знаешь и видела, в мельчайших подробностях. Сможешь?

И я доверилась. Надеюсь, что правильно. Но мне уже нечего терять. Пусть это будет последней моей ошибкой. Я устала убегать, и больше не буду. Если это конец, то ему суждено случится здесь. Я рассказала о произошедшем мужчине. Он многозадачно почесал подбородок, а потом сказал парню и девушке отвести меня в комнату и выдать комплект одежды. Хоть это было и не похоже на то, что было в больнице Ли, намного скромнее: просто кровать и тумбочка, а одежда представляла из себя черный спортивный костюм.

— Поздравляю, теперь ты станешь Безымянной! — произнес парень и похлопал меня по плечу. А я и не знала как к этому относиться. Я просто надеялась, что сейчас я буду в безопасности. Сейчас я найду семью и дом. Как говорила моя бабушка: «минуя прошлое и настоящее, мы вступаем в будущее».

Дело 3. Подземный переполох

Участники:

3 «Молот»

Цель:

День подходил к концу, но за час до конца суток поступил звонок. Станция метро на реконструкции. Странности, очень похожие на проникновение Пустоты. Однако это проникновение сильнее обычных, на дело отправлен один из сильнейших Безымянных. Цель - устранить угрозу Пустоты.

Статус:

Успешно.

Этот день не отличался от остальных. Пустота не дремлет, она постоянно действует. И это невозможно остановить. Был бы способ раз и навсегда запереть этих тварей, там откуда они пришли. Жизнь тогда была бы во много раз спокойнее. Я смог бы обзавестись семьёй. Снова. Жить свою обычную жизнь, и не думать о том, что завтра я могу погибнуть на очередном задании. Я дал клятву. Но я устал. Десятки лет борьбы не дали никаких плодов. Я до сих пор здесь, рядом с этим деревом, которое так важно для нас. До сих пор на этой станции, до которой нет дела местному правительству. И я в этой темной одежде, как отшельник. Но я дал клятву, что посвящена жизнь такому отшельничеству, чтобы оберегать мир от проникновения Пустоты. Я сам выбрал этот путь, и ничего не вернуть назад. Ни моей жены, ни дочери, ни моего прошлого имени. Сейчас я «Номер Три, по прозвищу Молот».

Мне никогда не удавалась эта чёртова медитация. О какой бы пользе не говорил Хранитель, она не давалась мне, сколько раз не старайся. Мысли вечно не давали мне отпустить разум и перейти в транс. Я открыл глаза, вокруг не было ни души. Все явно были заняты патрулем, только я оставался на базе без дела. Хранитель ясно дал понять, что не хочет разбрасываться бесценным ресурсом и отправлять сильных на обычные ежедневные патрули. Но сидеть без дела мне тоже не хотелось. Почему я, тот у кого есть большая сила, должен оставаться на базе, пока остальные менее опытные товарищи жертвуют собой на патрулях. Хотя я уверен, что даже новобранец сможет справится с патрулём, но всё же. Я один на базе, без дела.

Я лёг на дерево, что было позади меня. Увидя это Хранитель, он бы точно сказал что-то вроде: «Нельзя так обращаться со Священным древом, ты же знаешь как оно важно для Безымянных». Но его здесь сейчас нет, поэтому почему бы и нет. Об этом вряд ли кто узнает. Оставался час до полночи, а на базе всё также тихо. Хотя если бы здесь было полно людей, я бы желал, чтобы они все уже разбрелись по заданиям. Старый ворчун. Я часто говорю себе об этом, и корю за это себя, но мало что могу поделать с этим. Такой у меня характер, и никто, даже я, не в силах его изменить.

Скукота. Я поднял взгляд на дерево. Его тёмно-синие листы слегка шелестели, слегка убаюкивая. «Ну хоть ты подскажи, что мне поделать сейчас?». Оно осталось безмолвным, как всегда. Оно же дерево. Издали послышались лёгкие шаги и шелест ткани по камню. Я поднялся с дерева и сделал вид, что медитирую. Я точно знал источник звука, и того, кому он принадлежал. Хранитель, и он направляется сюда.

— О, «Молот», ты тут! Как раз ты-то мне и нужен. Заскучал небось тут, без дела? — сказал Хранитель, как только появился в главном зале. Я не ответил ему, якобы я в трансе.

— Не нужно делать вид, что ты в трансе. Ты же знаешь, что я, как никто, знает, что медитация и ты вещи несовместимые. Даже Номер Тридцать быстро освоила её, хотя стала Безымянным лишь неделю назад. А ты Безымянный уже почти второй десяток, а так и не смог освоить такую банальную технику. Для тебя есть задание! — на этом моменте я с неловкой улыбкой открыл глаза, — да-да, ты не ослышался, именно для тебя. На «Девятой улице», что сейчас на реконструкции возникла пустотная аномалия. И как мне удалось узнать, она будет посильнее тех, что возникает обычно. Я бы назвал её - код красный. Я уверен, что она под силам лишь тебе. Поэтому выдвигайся как можно скорее, пока она не вышла из-под контроля!

— Код красный? Давно таких не было… — этот момент меня смутил, но не напугал. За свою жизнь я много раз расправлялся с таким типом опасностей, но резкое появление такого кода никогда не обозначало чего-то хорошего.

— Я знаю о чём ты хочешь сказать. Меня самого это настораживает. Тучи сгущаются, ты сам это чувствуешь, не хуже меня. И хочу тебе сказать, что приближается кровавая луна. Пустота готовится к ней. И мы должны быть готовы к этому.

— Как кровавая луна?! Уже?! — я вскочил с земли, отряхиваясь от пыли, — но я думал, что ещё будет время, и быть может я не застану этот момент. Ведь прошлая далась нам совсем нелегко.

— Но мы тогда были ещё молоды. Мы только-только стали Безымянными. Много времени прошло, мы уже выросли, стали сильнее. Да и нынешнее поколение гораздо талантливее нас в их годы. Я уверен, что эта кровавая луна пройдёт намного легче, — он улыбнулся мне. Я улыбнулся в ответ. В этом он был прав, многое изменилось. Он стал Хранителем, я стал вторым по силе в отряде, а новобранцы уже выглядят сильными. Я ещё раз взглянул в его пустые серые глаза, и уверил себя ещё раз. Многое изменилось.

— Ты же видишь мою улыбку?

— Не сомневайся в этом, — Хранитель развернулся, уже собирался уходить, но остановился прямо перед самым выходом из зала, — и прошу тебя, пожалуйста, используй сближение лишь в самом крайнем случае. Не рискуй. Ты нам ещё нужен.

После этого он окончательно ушёл. Я пошёл за ним следом, но перед уходом обернулся к дереву. «Спасибо», мысленно поблагодарил я древо и покинул зал. Моя следующая цель: «Девятая улица».

***

Город уже спал. По безлюдным улицам проносились редкие машины. Видимо, мужья возвращались домой после блудной ночи, которые называли задержками на работе. И только я мчался по шоссе на своём байке. Мотор громко раздавался по округе. Вероятно, меня сейчас ненавидит добрая половина людей с чутким сном. Но это их проблема, нужно было устать за день, чтобы отрубиться и не слышать ничего, кроме сна. Волосы развивались на ветру. Ночной воздух будоражил, волновал. Это то чувство мне было и нужно. Я уже приближался к месту назначения. Новички мне бы сказали, что по Пустоте было бы быстрее. Но кто они такие, чтобы раздавать советы. Моё тело уже не в том состоянии, чтобы постоянно путешествовать там, да и я уже не в той форме, чтобы носиться там как угорелый.

Стали появляться знаки, говорящие о том, что станция «Девятая улица» на реконструкции из-за чего движение на месте ремонта перекрыто. Но эти знаки написаны для обычных людей, не для меня. И вот я уже на месте. Вход перекрыт знаками с жёлтыми фонарями с надписью «Вход закрыт». Один ловкий прыжок, и они уже позади. Внизу была тьма, словно вернулся на базу. Тот же влажный воздух, та же непроглядная тьма. И ещё что-то. Что-то не из этого мира. Запах смерти, разложения и негатива. Лишь опытные Безымянные могут его различить. Призрак здесь, а значит наводка Хранителя верна. Осталось узнать, настолько он силён, насколько его описали. Из бокового кармана я достал тёмные металлические кастеты с выгравированными рунами на них. Как только я надел оружие, руны засветились голубым огнём. Они всё ещё работают.

Спустившись, я обнаружил брошенную технику, какой-то строительный мусор, и не души. Ещё бы в такое позднее время здесь был хоть кто-то из рабочих. Но что странно, обычно на таких объектах на время нерабочего времени здесь сидит охранник и сторожит, чтобы никакие вандалы ничего не сломали или не украли. Но сейчас здесь нет ни единой души. Видимо, бюджета правительства не хватило, чтобы нанять ещё ночного сторожа. На что же тогда уходят налоги? Я скитался по пространству ещё минут пять, но так ничего и не нашёл, однако запах Пустоты всё ещё был здесь. «Чёрт, видать, сбежал», подумал я и собирался уходить, однако меня остановило холодное дыхание со спины, а потом резкий удар в спину, совершенно обездвижил меня, заставив рухнуть на землю. Я перекатился, чтобы увидеть напавшего, но он уже успел скрыться в тень. Я успел заметить лишь очертание ступни.

Я быстро поднялся, принял боевую стойку. Этот тип, кем бы он ни был юркий, нужно быть осторожным. Но снова ничего, я посмотрел направо, но удар по ноге пришёл слева, и я снова упал, но уже на колени. Поднялся. Если так будет продолжаться дальше, то он просто меня забьёт. Нужно действовать иначе. Я вновь поднялся, принял стойку, сделал глубокий вдох, замедлив выдох. Полная концентрация. Всю силу я сконцентрировал на кастетах, руны зажглись, что означало, что «Дыхание Пустоты» активно. Навык позволял отследить движение потусторонней сущности и вовремя среагировать. Сзади! Я мигом развернулся и ударил по руке, что уже летела в мою сторону, чтобы нанести удар, но отбил её, чего мой противник явно не ожидал. Мне наконец удалось разглядеть того, кто всё это время бил меня исподтишка.

Им оказался охранник, которого так не хватало здесь, но его тело было всё искореженное. Конечности были неестественно вывернуты, кожа побелела, а лицо искривлено. Картина не самая из приятных, и увидя это обычный человек точно убежал бы прочь. Но таково последствие долго нахождения призрака в человеческом теле. Мужик, изначальный владелец тела, давно уже умер, а призрак внутри управляет трупом, но делает он это очень умело.

— Эй, скотина, не стыдно тебе убивать обычного госслужащего? Это закрытая территория! — призрак поднялся, он будто смотрел на меня, но я не был в этом уверен. Глаза уже были пустыми.

— Уходи п-прочь! Это моё м-место! П-прочь! — раздался безэмоциональный и холодный голос. Это говорил вторженец.

— Кажется, ты перепутал… Это станция метро, и она не может тебе принадлежать, поэтому кому уходить, так это только тебе — рывок с замахом, но мне удалось ударить лишь воздух. Призрак словно паук сидел уже на потолке. Я усмехнулся, — Питером Паркером себя возомнил? Староват ты для него.

Тело охранника принадлежало мужчине лет 50, с небольшим пивным пузом и седыми пышными усами. Я сконцентрировал силу в кастетах и махнул в сторону мертвеца. Из кулака вырвалась энергия Пустоты, способная сбить его оттуда, но он вовремя увернулся, оставив после себя лишь пыль и трещину от удара. Несмотря на это тело, он очень юрок. Дальними атаками к нему не добраться.

— Умри-и-и, — от моей атаки призрак разозлился не на шутку. Он напрыгнул на меня и стал очень быстро наносить удары ногтями. Они были поразительно устными, что прорвали мою куртку и задели верхний покров кожи, оставляя кровавые ссадины.

Мне ничего не оставалось как отпрыгнуть, иначе он бы раскромсал меня. Но призрак не желал оставлять меня, напрыгивая на меня снова. Этого то я и ожидал. Апперкот снизу с полностью заряженными кастетами. Тело отлетело. Было едва заметно, что призрак чуть покинул тело, но обычно при таком ударе они тут же вылетали. Крепко засел, зараза. Призрак успел среагировать на удар и довольно удачно приземлился на четыре конечности.

— А ты крепко засел в теле, как я погляжу. Кто ты? Как давно живёшь в Пустоте? — я любил разговоры во время драки, особенно провокационные. Они заставляли противника выйти из себя и начинать бездумно атаковать, чем я успешно пользовался.

— Н-н-не твоё дело, смертн-ный. С-скоро, эт-т-та з-з-земля станет на-ашей. С-сгинь!

Его скорость после этих слов заметно возросла, он стал едва заметен, а движения стали едва предсказуемы. В ногах стала ощущаться режущая боль от царапин, которые возникали словно из воздуха. Этот гад, и впрямь код красный. Если простоять так ещё, то я вряд ли смогу стоять на ногах. Нужно было остановить эти невидимые атаки. Я ударил кастетами друг о друга, от чего образовалась энергетическая волна, отбросившая призрака от меня, но она также временно обездвижила меня. Отдача, которая раньше бы откинула меня также как и призрака, уронила меня на колени.

— Не вынуждай меня идти на крайние меры, и просто уже возвращайся откуда пришёл! — я оправился от удара быстрее, чем призрак, чем я и воспользовался. Теперь мой черед наносить удары. Я прыгнул к месту, где лежало обездвиженное тело с намерением нанести оглушающий удар заряженными кастетами. Налёт сверху. Но вместо удара по призраку удар пришёлся по земле. Кастет вместе с кулаком ввонзился в землю, оставив от себя множество трещин. Я осмотрелся. Гад уже полз по стене на потолок. Как он так быстро смог оправиться от удара? Я его недооценил.

— А ты я вижу сильнее, чем кажешься на первый взгляд. Я тебя, кажется, предупредил, но ты ослушался. Что же… На этом шутки закончились, — я собрал волосы в пучок на макушке, чтобы не мешали. Я уже изрядно устал возиться с ним. Раны на теле ныли, а возраст уже говорил о себе. Пора заканчивать с этим отродьем Пустоты.

Удар в стену, отчего та стала трещать. Трещина дошла до потолка, где всё это время сидел призрак, от чего ему пришлось спуститься вниз. Этого я и добивался! Переходим к крайнему плану. Сближение границ. Сблизившись с призраком максимально сколько это возможно, я ударил обеими руками в землю и произнес: «Сотритесь границы, сблизте миры, высвободите силы!». От удара не было никакого урона земле, но в радиусе 10 метров от удара по земле между плитами разошёлся голубой призрачный огонь, ограничивая территорию перемещения.

— Ч-ч-что это? — призрак был в недоумении от произошедшего, а я поднялся с надменным лицом и ухмылкой на лице, поправил кастеты.

— Знакомое тепло? Добро пожаловать! Это конечная остановка… Для тебя! — боевая стойка. Я ощущал тепло по всему телу, а вместе с этим и прилив сил и энергии, — а если быть точным, мы в проломе границы. Это место, грубо говоря яма, где граница между мирами очень тонка, буквально один удар, и мы упадем в Пустоту.

— Глуп-п-пец! Эт-т-то же твой конец! Раз-з-зве ты не знал, что Пустота т-т-только делает меня сильнее? — призрак хотел было рвануть на меня, но тело перестало слушать, дух покидал тело, а потом труп просто рухнул на землю, «оголив» призрака.

— А еще я знаю, что призраки не могут контролировать тела в близости с Пустотой. Разве ты не знал? — я вновь дразнил его, призрак уже выходил из себя. Осталось совсем чуть-чуть, и его охватит гнев.

— А ты оказался смышленее, чем казался на первый взгляд. Хотя меня предупреждали о том, что меня могут остановить кто-то, вроде тебя, — искажение голоса прекратилось, все из-за того, что призрак был в своем истинном обличии. Это был парень лет двадцати, длинная прямая челка закрывала его левый глаз, а сам он был очень худой. Он перебирал пальцами на уровне груди, явно смущался.

— Ну и кто же тебя предупредил? Я его знаю?

— Не твое дело, тебе бы лучше внимательнее смотреть под ноги, — в это же мгновение я почувствовал какое-то движение моим ступням. Маленькие, щекотливые шаги. Я опустил взгляд. Пауки. Все ясно, этот гад может контролировать различных ползающих тварей, — мои друзья хотели бы познакомиться с тобой.

Я в миг отскочил, но пол уже устилался множеством паукообразных. Они ползли отовсюду. В этом была проблема моей техники. Она не позволяла выходить, но вход всегда был свободным, словно яма, куда каждый может свалиться, но не каждый может выбраться оттуда. Вскоре куда бы я не ступил, пауки все-равно заползали на меня. Я стал смахивать, и это стало критичной ошибкой. Призрак влетел меня, поскольку мы были еще не совсем в Пустоте, но и не совсем в мире людей, тело его был физическим, и я врезался в невидимый барьер, стукнувшись затылком. Я ненадолго обездвижил, этого было достаточно, чтобы пауки залепили все мое тело. Тварь.

Призрак подлетел ко мне ближе. Слышался тихий смешок. Он радуется победе, зря, он еще не победил. Я резко схватил его за шею, он была слишком широкой, что я почти полностью мог обхватить её. Я со всей силы ударил его об землю, от чего тот издал еле слышимый «Кх…». Тело призрака обмякло, а пауки мигом пропали. Кажется, он вовсе не может их контролировать, а способен создавать галлюцинации, что еще страшнее. С этим нужно быть осторожным. Видимо, поэтому он и код красный. Его галлюцинации могут доставить много проблем. Время изгнать гада обратно. Достав талисман, я приставил его к телу призрака и начал произносить заклинание изгнания. Этот призрак сильнее обычных, поэтому чтобы его изгнать недостаточно только поднести талисман. Призрак почувствовал это, и стал брыкаться.

— Не смей! — вскрикнул он и распахнул свои глаза. Чёлка что прикрывала его правый глаз поднялась, открывая светящийся зрачок, — умрёшь тут только ты!

Пространство вокруг погрузилось в тьму, а призрак, что только что лежал подо мной исчез. Только я и непроглядная тьма. Такая же холодная как станция, где мгновение назад я был. Я поднялся, чтобы оценить обстановку, но ничего вокруг не было. Неужели это очередные галлюцинации? Возможно, но не исключено, что это ещё одна его способность.

— Папа? — раздался детский голос позади меня, до жути знакомый, от того ещё страшнее. Нет, это точно не враг, а тень. Печальная тень прошлого, которую я так старательно пытался отпустить и забыть, и теперь она стоит позади меня и зовёт. Я обернулся. Мои догадки были верны, эта была моя дочь - Белла. Она всё также держала своего плюшевого мишку. Её светлые волосы были собраны в два небольших хвостика по бокам, на ней был джинсовый комбинезон с розовым единорогом на грудном кармашке. Другой свободной ручкой она сжимала штанину женщины, к которой она прижималась.

Элис. Моя первая и единственная любовь. Ещё со школы, впервые когда мы встретились в первом классе уже тогда она показалось мне самой красивой девочкой на свете. Ее бледные сливочные волосы, голубые глаза и такая светлая улыбка, которую невозможно забыть. Тогда, на беззубого мальчугана она даже и не могла ничего подумать, а я все время твердил ей, что когда-нибудь она станет моей женой, и у нас будет много сыновей. В ответ она могла лишь рассмеяться. Мы росли, но мое мнение о ней никак не изменилось, как и мои планы. В подростковом возрасте я был тем еще хулиганом, но для нее я был защитником. Мы медленно, но верно влюблялись друг в друга, я был уверен в этом. И на выпускном, собравшись с силами, я признался ей в любви, и она ответила мне взаимностью. Тем же вечером случился наш первый поцелуй. Мы жили с ней душа в душу, пока на третьем курсе я не сделал ей предложение. Тогда она уже носила под своим сердцем Беллу. Мы сыграли свадьбу, переехали, потом родилась Беллочка. Мой ангел, счастье. И все было замечательно, словно в сказке. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается.

— Папочка, ты пришёл спасти нас? — на глазах Беллы были видны слёзы, она всё сильнее хватала мамину ногу, но было чувство, что она также тянется ко мне, но боится.

— Не говори ерунды, Белла, папа не сможет спасти нас, — Элис погладила дочку за волосы, чтобы успокоить, та лишь в ответ посмотрела на неё, но слезы так и не пропали.

— Что? Что ты такое говоришь, Элис, конечно я вас спасу, будьте уверены в этом! — я подошёл к своей дочке, присел на колени, чтобы взглянуть в её глаза. Они были мамины, такими же красивыми. Я всегда благодарил всех святых, что девочка унаследовала мамины черты, — доченька, я клянусь, что спасу вас. Для этого и нужен же папа, чтобы спасать.

Я вытер слезы, стекающие по её щеке. Она неловко улыбнулась, отчего на душе стало так приятно.

— Нет, Ллойд, ты знаешь, что нас уже не спасти, — вдруг резко раздался голос Элис, — Нас. Уже. Не. Спасти.

С каждым произнесенным словом земля начинала дрожать, а вокруг всё больше и больше разгорелся огонь, пока на последнем слове он совсем не окружил нас, не давая возможности уйти. Всё как в тот злосчастный день, который забрал у меня счастливую жизнь и двух главных женщин.

— Элис, что ты такое говоришь? Я стал сильнее, мудрее, теперь я точно смогу спасти вас, не стоит даже сомневаться в этом! — я поднялся, схватил любимую за плечи, но в её глазах не было и доли той любви, какая была при жизни, лишь холодное безразличие. Я не верил своим глазам, это не могла быть она. Это не моя Элис. Слёзы начали наворачиваться на глазах. Я думал, я смог пережить это, но я врал себе все эти годы, потому что стоя здесь перед ней, пускай и не настоящей, мне всё также больно, как и много лет назад, — Элис, не говори так! Я вас спасу!

Её голубые глаза стали фиолетовыми, и именно тогда я понял. Каким идиотом я показал себя. Это лишь глупая галлюцинация, и я попался на эту ловушку. Несмотря на опыт, несмотря ни на что, я угодил в неё. Я стал отходить от неё со страхом на лице. Что делать? Призрак может выскочить откуда угодно, я жертва в его капкане. Я стал идти всё дальше от неё, но огонь остановил меня. По боли в руке, которую я задел, он был что ни на есть настоящим. Тем временем Элис медленно шла ко мне навстречу, словно кошка готовая напасть на добычу, чтобы разорвать на кусочки. Из-за огня всё её тело представляло лишь тень и фиолетовые глаза. Я понял, что сейчас умру, либо я, либо глупый призрак в виде моей возлюбленной.

— Сраный призрак. Как ты смеешь принимать её образ? Ты, урод, как ты можешь осквернять её честь? Это вы убили её, вы превратили мою жизнь в Ад!

— О чём ты, Ллойд? Разве ты не узнаешь свою любимую? Разве не ты её убил? Разве не ты устроил пожар в доме? Так кого же ты тогда винишь? — призрак приближался, было заметно, что на его руках образовались когти, способные пронзить любую плоть. Я встал в стойку, готовый к нападению.

— Мразь! — призрак рванул на меня, я рванул в ответ. Удар за ударом, уворот за уворот. Призрак хотел проткнуть меня, но я не давался, словно видя каждый его удар. Лишь иногда ему удавалось поцарапать меня, но не более. Я больших успехов тоже не добился. Бить свою любимую было тяжело, поэтому за каждый удар мне было больно, не физически, а ментально. Я не смог до конца отделить призрака от жены, но сейчас шла борьба за жизнь, поэтому просто стоять и принимать удары я не мог.

Вскоре мы оба выдохлись. По всему моему телу бежала кровь, а призрак едва мог держать форму. Его волосы уже темнели, принимая истинное обличье призрака, огонь вокруг стихал, а из тьмы проглядывались очертания станции метро. Все эти галлюцинации и бой затратили слишком много сил. В его планах было выбить меня из колеи появлением жены и быстренько убить меня. Он никак не думал, что я буду сопротивляться. Что же, он сам виноват в своём просчёте. Пора покончить с ним.

Я сделал шаг вперёд, призрак тут же собрался, готовясь к обороне, но идти в атаку он не мог. Я откинул кожанку в сторону, и шёл к нему навстречу, всё ближе и ближе. Призрак скалил зубы, поднял когти, готовясь к защите.

— Кажется, вот и всё, ты проиграл, призрак, — оставалось ещё пару шагов до него, — тебе лучше сказать, кто тебя прислал сюда.

— Сдохни! — призрак ошибочно накинулся на меня, к чему я был готов. Я присел, поднял кулак с кастетом и ударил его со всей скорости в корпус, а потом кинул, что было силы, вперёд, что тот врезался в невидимый барьер. От удара он плюхнулся на землю, обмякнув.

— О силы, дарованные мне Пустотой, пусть земля моя будет очищена от захватчиков, забери их обратно, — я достал талисман, приближаясь к призраку, — да пусть границы будут восстановлены!

— Ллойд… — успел произнести призрак, прежде чем его охватил голубой огонь, вызванный талисманом.

— Прощай, Элис, — от призрака не осталось даже и пепла. Огонь на полу погас, что означало конец действия моего навыка. Граница восстановилась. Я победил.

Я сел на пол у трупа охранника, который так и не сдвинулся ещё с самого начала нашего боя на поврежденной границе. Несмотря на то, что он уже давно был мёртв, мне, как Безымянному, нужно было проводить в последний путь, чтобы тот больше не вернулся в виде мстительного призрака. Но сначала мне нужно было отдышаться. Хранитель был прав, этот призрак был кодом красным, и об этом говорят раны по всему моему телу и ужасная усталость. Немного погодя я достал талисман из другого кармана, тот что предназначен для людей, приложил к трупу и произнёс: «Покойся с миром». Талисман поглотило голубое пламя. Однако меня привлекло следующее: вместе с талисманом сгорела и отметка на теле охранника. Она была в форме завитка. Я предполагал для чего она была нужна, но не был в этом уверен, поэтому я запомнил эту деталь, об этом обязательно нужно доложить Хранителю.

Я немного посидел, а потом, пошёл к выходу со станции, прихрамывая. Раны на теле ныли, а сил практически не осталось. Давно я так не сражался, я даже соскучился по этому. Но я точно был уверен, что ещё одного такого боя в ближайшее время не хочется.

***

Час спустя я уже был на базе. По галдежу, раздаваемому повсюду, стало понятно, что все закончили свой патруль. Но как только появился я все замолкли. Никто не ожидал, что номер Три вернётся весь израненный и изможденный. Всех это повергло в шок. Я молча пробирался к кабинету Хранителя, но он меня встретил сам, желая проверить, что случилось. Не знаю как, но он увидел моё состояние, будучи полностью слепым, видимо навык Хранителя. Он подбежал ко мне и позвал врача, чтобы залатать раны, и провёл меня в свой кабинет.

Вскоре, когда врачи закончили свою работу Хранитель стал спрашивать меня про миссию:

— Ну что, ты справился с призраком? — начал Хранитель, он стоял у стены, скрестив руки на груди. Он опустил свою голову, готовясь к моему рассказу.

— Да, я изгнал его, — я сидел на его столе, моя голова была опущена, а локти опёр на ноги.

— Мои догадки оправдались?

— Более чем… Этот гад почти убил меня

— Я вижу это по твоим ранам.

— Он управлял галлюцинациями, и воспользовался моими страхами, из-за чего я потерял самообладание. Он умело воспользовался этим, — Хранитель спокойно мотнул головой, — и ещё… На теле жертвы, которую захватил призрак я нашёл метку в виде завитка. Видимо, кто-то специально подсадил его в это тело.

— Метка? Неужели?…

— Да, та самая, которую мы видели в прошлую луну.

— Этого я и боялся. Пустота уже начала действовать, нам тоже нужно быть на полном готове. Иди отдыхай, ты заслужил его.

— Но как же метка? — я вскочил, о чём тут же пожалел, ведь по всему моему телу раздалась адская боль.

— Сейчас ты не в том состоянии, чтобы помочь мне, поэтому иди отдыхай, это мой приказ.

— Хах. Не думал, что ты когда-нибудь будешь мне приказывать. Слушаюсь и повинуюсь, Хранитель, — и я отправился в свою комнату. Сон не заставил себя долго ждать. Только коснувшись подушки, я тут же уснул. Во сне я вернулся к себе домой, где меня ждала Белла, а на кухне уже вовсю был готов ужин, приготовленный Элис. «Я вас спасу, чего бы это мне не стоило!»

***

Темная комната, без единого источника освещения. Тишину периодически прерывали падающие капли. Кто-то вошёл в комнату, где были только голые стены и зеркало. Как только некто пересёк порог комнаты, зеркало засияло серым светом, освещая входящего. Это был мужчина лет 30-40, азиатской внешности с прилизанными назад тёмными волосами. Его белоснежная гладкая рубашка, отражала свет от зеркала. Он приблизился к зеркалу и стал ожидать кого-то с другой стороны. Но так и никто не объявился, лишь голос холодный и будоражащий.

— Зачем пожаловал, доктор Ли? — произнёс голос.

— Я пришёл доложить, что Мистер Галлюцинация не справился с задачей. Его метка пропала с радаров, — доложил мужчина. Голос нисколько его не напугал, он даже не шелохнулся.

— Хм… Я нисколько не сомневался в его провале, но он был нам нужен совсем не за этим. Теперь наши противники знают о начале наших действий, поэтому мы переходим к следующему этапу. Начинаем пробуждать остальные метки. Вскоре город будет охвачен захваченными, этим мы и воспользуемся.

— Понял вас! Будет исполнено! — ответил мужчина и низко поклонился.

— И ещё… — доктор Ли поднялся. В зеркале появился силуэт высокого мужчины его глаза светились синим огнём, но больше ничего невозможно было различить. Силуэт поднял руку, и зеркало разбилось вдребезги. Осколки полетели во все стороны. Один из них попал мужчине в глаз, отчего тот прикрылся рукой, корчась от боли, но вскоре выпрямился будто только что ничего и не было, — для этого этапа мне понадобится твоё тело.

Этот голос исходил из доктора Ли, но ему не принадлежал. Мужчина ответил ему своим голосом: «Ради общей цели, я не против». И они оба покинули комнату. Тучи сгущаются, спокойные дни закончились сегодня.

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА.

Глава 5. Пробуждение

Эта ночь была без сна, как все те ночи, что я была здесь. Не то чтобы это место не внушало доверия или мне всё ещё страшно, что меня может найти доктор Ли. Просто череда событий, которая свалилась на меня, не давала мне покоя. Постоянные мысли о том, что будет со мной в будущем, необходимость отказаться от имени и прошлого - все это невероятно пугало меня. Кем я буду и стану, когда откажусь от имени Вайолет, забуду ли я его окончательно, если ко мне будут постоянно обращаться по моему номеру. И смогу ли я найти здесь новую семью или также останусь одиночкой, как и до этого.

Завтра ожидался большой день, Хранитель сообщил мне, что уже на следующий день будет проведён обряд обезличивания, где мне придётся отказаться от своего имени и прошлого, и взять номер, а потом получить позывной. Я устало вздохнула и выдохнула. Я устала от этого. Моя голова пухнет, и никто мне не может помочь. Только я. Я снова одна среди множества людей. Я повернулась на бок, отшвырнула мысли в самый дальний угол подсознания. И сама не заметила, как провалилась в сон. Видимо, я слишком устала гонять страшные мысли по кругу.

Обычно я не вижу снов, а если и что-то есть, то я не воспринимаю их. Но этот сон оказался куда реалистичнее той самой реальности, из которой я только что сбежала. Я стояла среди пустоты, на меня откуда сверху светил одинокий источник света, такой слепящий, что зрение восстановилось не сразу. Я опустила взгляд, стала рассматривать всё вокруг. Картина начала складываться. Я стояла посреди пустого и холодного кабинета. Серые стены из плитки говорили о том, что я снова в больнице. Неужели всё то, что было ранее было сном, а сейчас я пробудилась в реальности, где я всё таки оказалась в лапах доктора Ли.

Дверь в кабинет открылась и внутрь вошли две неясные фигуры. Они были расплывчатые, и лишь две яркие синие точки в районе лица обозначали, что здесь их глаза. Первая фигура выглядела элегантно, статно. Прямая спина, сложенные сзади руки обозначали, что это кто-то важный и статусный. А вторая вся скрюченная и горбатая, так и кричала о своём статусе прислуги. Но тем не менее незваные гости пугали меня. Я слезла с кушетки и стала отходить назад к стене, но вскоре я уперлась в одну из стен, пока две фигуры медленно плыли ко мне.

— Кто вы? — испуганно спросила я. На моих глазах стали наворачиваться слёзы. Я - зверёк, загнанный в угол хищниками.

— О, это не так важно, милая Вайолет! — ответила первая элегантная фигура, — мы тебя не хотим обидеть! Подойди ближе, не нужно нас бояться. Просто пойми, что ты одна из тех, кто будет творить историю. Мир изменится навсегда, а ты сыграешь в этом немаловажную роль.

Фигура наклонилась ко мне, она оказалась в два раза выше меня. Я начала задыхаться, словно он меня душил, хотя он лишь смахнул слезу на моей щеке. Потом он выпрямился, и щёлкнув пальцами в мою сторону, ушёл прочь. Этим щелчком он дал сигнал своему товарищу действовать. Горбатый силуэт стремительно приблизился ко мне и схватил меня за обе руки.

— Ничего не бойся, доверься нам! — сказала высокая фигура, а потом мы вместе с его товарищем стали падать в пропасть. Палата пропала, сменившись тьмой.

Руки силуэта стали вливаться прямо в мои, доставляя невыносимую боль, которую я не могла выразить, словно мои связки онемели, а воздуха не хватало даже на одно слово. Он постепенно вселялся в меня, пока мы падали всё ниже. Хотя его рта не было видно, но было ощущение, что на его лице сейчас сияла самая зловещая улыбка. Я ничего не могла сделать, не могла пошевелить ни единым мускулом. Я была полностью парализована, и всё что мне оставалось - терпеть невыносимую боль. И снова я ничего не могу сделать, снова я бесполезная. Впрочем, как и всегда. Видимо, моя участь будет получить прозвище «Бесполезная».

Призраку оставалось совсем чуть-чуть. Боль уменьшилась, а я уже совсем смирилась, отдавшись вселению полностью. Но тут какое-то тёплое чувство возникло в груди. Что-то приятное и знакомое, словно приятное воспоминание, возникшее поздним зимним вечером. Или как кружка горячего и мягкого какао, чтобы согреться после дня, проведённого на улице в зимнюю стужу. Я опустила взгляд, из моей груди исходил яркий жёлтый свет, готовый вырваться наружу. Призрак тоже заметил его, глаза-огонькие выражали сильное удивление.

— Вай, ничего не бойся! Я с тобой! — произнёс неизвестный, но в то же время знакомый голос, которому я подсознательно доверилась.

Я закрыла глаза, а потом яркий свет и истошный крик призрака пробудил меня ото сна. Пробуждение оказалось не самым приятным. Острая тянущая боль в районе предплечья левой руки, словно кто-то во сне резал меня в этом районе очень острым концом ножа, заставило меня сморщиться и схватиться за рану. Пот стекал с меня ручьём, а дыхание было тяжёлым, словно я всё это время не дышала. Это был просто кошмар, или какой-то вещий сон. Нужно будет об этом сообщить Хранителю.

Но от новых мыслей меня отвлекла суета, происходящая за дверью. Множество ног носилось по коридорам, что-то обсуждая. Я вышла осмотреться. Как оказалось, этой ночью все были на базе, что очень редко происходит. Кто-то в форме, кто-то, как я, в пижаме только проснулся. И все бегают туда-сюда. Кто-то пока шёл в главный зал обронил своё оружие и тяжёлый металлический звук оружия раздался по всему помещению, но этого никто даже не заметил. Все спешили, все были чем-то обеспокоены. Только я одна не понимала, что происходит.

Я не могла сфокусироваться на чём-либо, потому что столько лиц мелькали в одну секунду. Нужно было разобраться в происходящем. Только я сделала шаг из комнаты, как на меня налетел Кайл в форме, который явно меня не заметил. Но когда осознал в кого врезался на его лице появилась удовлетворенная улыбка. Но глаза его были так широко раскрыты, что было страшно в них смотреть. Он явно был на адреналине от происходящего. Кайл схватил меня за предплечье, как раз в том месте, отчего мне стало в два раза, нет, в три раза больнее. На моём лице так и было написано. Кайл моментально это понял и убрал свои руки.

— Ой, извини, — сказал виновато парень.

— Ничего страшного! Я, видимо, хорошенько где-то поцарапалась, — ответила я, схватившись за левое плечо, словно моя рука обладала исцеляющим эффектом, — что здесь происходит?

— Ты не знаешь? — удивился Кайл, а потом понял, что я в пижаме и в целом словно только проснулась, стукнул себя по голове, — ты вправду не знаешь! Хранитель объявил внеплановое общее собрание. Такое происходит только в чрезвычайных ситуациях. Поэтому все на таком нервяке!

— А что произошло?

— Никто не знает, — пожал плечами Кайл, — Хранитель скажет об этом на собрании. Пошли скорее!

Он подтолкнул меня со спины вперёд в направлении главного зала, где уже собралось много народу. Стоял гул. Все обсуждали, что могло стать поводом для такого собрания. Все были обескуражены и не знали чего ожидать. Я села рядом с Кайлом, который стал обсуждать с соседями происходящее. Я же просто ожидала, слушая людей со всех сторон. Кто-то считал, что грядёт сама Сатана, кто-то считал, что Пустота пала. Каждый выдвигал идеи безумнее другой. Я осмотрелась. В толпе я заметила Кендис, которая была вся сонная и еле удерживалась, чтобы не уснуть, но уже в полном обмундировании. Она оперла голову на руки, которые, в свою очередь, были опёрты на коленях. Обсуждения продолжались до тех пор, пока не появился Хранитель, а за ним Молот. В зале воцарилась мертвая, зловещая тишина.

Фигура Хранителя всегда мне казалась очень загадочной. Его повязка, закрывающая глаза, его балахон, длинные, собранные в хвост волосы, делали его самым таинственным лицом на базе. Практически никто не знал его настоящего имени, не видел цвета его глаз и его взгляда. Его голос одновременно близкий, но такой далекий. Словно он обращается к тебе, но в то же время он исходит из другого мира. Я не могу точно понять могу ли я ему доверять, но в моменты, когда Хранитель озаряет меня улыбкой на сердце отчего то становится спокойно, словно это тот человек, кому можно доверять несмотря ни на что. Несмотря на его загадочное прошлое, покрытое самым сильным туманом, путь сквозь который знал только он сам.

— Внимание, Безымянные! Благодарю всех за оперативность! Всех вас наверное волнует, почему я всех вас сейчас собрал. Есть две на то причины, — Хранитель убрал руки за спину, опустил взгляд, по нему стало понятно, что эта тема для него не самая легкая из возможных, — во-первых, Кровавая луна взойдет уже через три недели.

После этой фразы некоторые из более опытных оперативников шокировано вздохнули, другие менее опытные, в том числе я и Кайл, с недоумением переглянулись, в попытках понять, что означает Кровавая луна, и почему старшие так перепугались от услышанного.

— Я понимаю вашу реакцию. Я сам был далеко не рад тому, что Луна так близко. Но, к сожалению, нам нужно быть готовыми к этому! — продолжил Хранитель. Он мельком взглянул на Молота, тот сидел молча внимал словам лидера.

— Извините, — послышался голос Кайла с левой стороны от меня, — а что такое Кровавая луна? И почему все так боятся этого?

Могу поклясться, что в толпе я услышала сильный хлопок ладони о лоб. И я даже догадывалась, что это была Кендис, которая вновь была разочарована глупостью Кайла и не смогла сдержать эмоций и не отреагировать на данный дерзкий, но в то же время глупый вопрос.

— Хороший вопрос, Двадцать Восемь! Я совсем забыл, что среди нас много новых, поэтому не все понимают о чем я говорю. Прошу прощения, — Хранитель виновато улыбнулся, — чтобы всем стало понятно скажу словами первых Хранителей Храмов Безымянных. «В моменты, когда луна наливается кровью, два враждующих мира сближаются максимально до предела, а границы практически стираются. В ночи Луны Кровавой враги наши, обретают невероятные силы, отчего теряют рассудок. И кровь проливается не только на Луне, но и на Земле».

После этого Кайл сел на свое место. По лицу его было понятно, что он не до конца все понял, но спросить ещё раз не осмелился.

— Однако Луна не самое главное о чем я хотел вам сказать. Боюсь, что наш враг начал действовать уже сейчас. Ужасы, которые случаются в момент Кровавой Луны, уже начались. Обратите внимание на карту, — Хранитель перевернул, стоящую за ним доску на колесах. На ней была карта города, в разных его частях были обведены шесть непонятных кружков, — внезапно в городе вспыхнули шесть, как я их назвал, очагов, где произошла сильная вспышка пустотной энергии. Разведка говорит, что сейчас там собралось большое количество людей, по подозрениям, все они захвачены призраками. Поэтому, наша первостепенная задача - очистить все очаги и узнать источник всплеска энергии. Сейчас я распределю каждого на отряды. Это задание повышенной сложности, поэтому всегда будьте начеку.

После этих слов Хранитель стал формировать отряды. В самый большой очаг, который пришелся на стадион он отправил отряд из пяти самых сильных оперативников, потом очаг на вокзале. Кайл и Кендис были отправлены на самый последний очаг, который находился на автосвалке. К ним были приставлены ещё двое до этого неизвестных мне оперативника. После чего все разошлись на задания. Осталась я и Хранитель. Если описывать свои чувства, то могу сказать, что это было паршиво. Тот момент, когда всем нашлась работа, а ты одна-одинешенька осталась без поручения делает тебя такой беспомощной, что слов, чтобы описать это просто невозможно придумать.

Когда все удалились и собрание на этом считалось оконченным, Хранитель начал удаляться. И тут я поняла, что собиралась рассказать ему о своём сне, поэтому в этот же момент я подскочила и побежала вдогонку за лидером.

— Хранитель! Хранитель! Постойте! — кричала я ему в след. Мужчина остановился и повернулся ко мне, на его лице читалось небольшое удивление, — Я хотела вам кое-что рассказать.

— Я внимательно слушаю, — после чего я рассказала ему о своём сне, о двух расплывчатых фигурах, о том, как я падала вместе и о вселении в меня, но как только я хотела рассказать о том, как мне удалось спастись от этого, в моей голове раздался голос: «Не говори об этом!». И я замолчала. Хранитель не мог этого не заметить, — а потом что?

— А потом я проснулась и… — я впервые после пробуждения вздёрнула рукав. На моей руке образовалась рана в виде спирали, которая уже затянулась, но всё ещё болела, — моя рука болела, словно кто-то вырезал на ней вот это. Но в комнате в этот момент никого не было.

Хранитель провел своим пальцем по моей ране. Мужчина замолчал и немного задумался, а потом махнул рукой, ведя идти за ним. Так я и сделала. Мы оказались в его кабинете. Он запер за мной дверь и велел сесть на стул, пока он что-то искал в столе. Оттуда он достал амулет и стал проводить им около меня. Это продолжалось около минуты. Всё это время я боялась лишний раз вздохнуть, но потом Хранитель убрал амулет обратно и сел на стол напротив меня.

— Очень интересно. Эта метка, — он указал на рану, — спираль вселения. При помощи неё призрак с легкостью вселяется в свою жертву. При этом выселить такого «незваного гостя» намного сложнее, нежели обычного призрака, так как эта метка создает между призраком и жертвой сильную связь. Но интерес не в этом. Метка на тебе есть, но призрака в тебе нет. По крайней мере, амулет его не обнаружил. Ты хорошо себя чувствуешь, Вай? Можешь полностью себя контролировать?

— Всё хорошо, мистер Хранитель, — после его вопроса я уже была не уверена в своих словах.

— Можно просто Хранитель, — мужчина задумался, потирая подбородок, — вероятно, такая метка на каждом, кто сейчас в очагах. И это точно как-то связано с Ли. Это точно всё связано.

— Эти очаги, — внезапно начала я, но Хранитель даже ухом не повел, — они опасны?

— Я уверен, что они не представляют смертельную угрозу для Безымянных, но также я уверен, что они не будут уж слишком простыми. А что, ты волнуешься за своих друзей?

— Не то, чтобы я волнуюсь. Точнее, я уверена, что они справятся. Просто… Когда все ушли, и осталась одна я, мне показалось, что я тут лишняя и ничего не смогу, — я опустила взгляд, чтобы удержаться от слез, я с силой сжала ткань пижамы.

— Тут я не могу с тобой согласиться, — Хранитель положил руку на моё плечо, — тот факт, что ты сейчас не захвачена призраком уже делает тебя сильной. И здесь точно найдется тебе место.

Возможно Хранитель был прав, но однако он не знал о голосе в моей голове. Быть может, это и есть тот призрак, и что я давно захвачена и просто не догадываюсь об этом. Вдруг этот момент уже закрывает передо мной двери, чтобы вступить в ряды Безымянных. Вдруг я здесь - враг, и как только остальные узнают об этом они тут же от меня избавятся.

— Хранитель, я бы хотела спросить… Кровавая луна. Я правильно поняла, что в такие ночи призраки становятся сильнее и творят сущий хаос? — спросила я, желая отвлечься от гнетущих мыслей.

— Я думаю, что у меня есть история, что лучше всего опишет весь кошмар этого события, — мужчина, что только что рисовал талисманы, которые моментально сгорали, вдруг поднял взгляд на меня и сложил руки на груди, предаваясь воспоминаниям. На его лице возникло то же выражение, что и тогда на собрании, — когда я был молод, примерно твоего возраста, может чуть старше, я только-только вступил в отряд. Вместе со мной вступили ещё двое. Одного ты знаешь под прозвищем «Молот», а вот третьего звали Маверик.

— А где он сейчас, и почему вы назвали его по имени?

— Он, к сожалению, сейчас не в отряде. Именно поэтому я назвал его по имени. Но это конец истории, не торопись. Так вышло, что вскоре после нашего посвящения взошла Кровавая луна. Тогда на улицах призраки стали словно люди. Они ходили и творили что хотели. Нас не хватало, чтобы разобраться с каждым. Но это не самое страшное, что было. Под рассвет я возвращался на базу, неся на руках раненого оперативника. В этот момент Маверик был на базе и что-то делал с деревом. Я спросил у него, что он задумал. И тут он поведал мне, что понял как избавиться от всего этого раз и навсегда. Эмоции - это источник всех наших бед. Не будет эмоций - не будет и страха. Он хотел завладеть силой древа, чтобы лишить каждого человека эмоций. Я сначала не воспринял его слова всерьез, но оказалось, что это и вправду его план. Я попытался его остановить, и мы схлестнулись в битве. Эта битва навсегда оставила мне шрам, — в этот момент Хранитель снял свою повязку. От одного до другого глаза виднелся огромный шрам, оставленный очень острым клинком, — я проиграл ту битву. Маверик добрался до древа, но не смог обуздать его, оно поглотило его. С тех пор его никто не видел. Так вот к чему этот рассказ. Кровавая луна - это не просто ночь, когда призраки выходят наружу. Это ночь, которая сводит с ума всех, даже тех, кто не должен быть подвержен этому.

Хранитель снова надел повязку. Наступила неловкая тишина. Я не знала, что сказать, как реагировать на услышанное. Эта история казалась такой сокровенной и личной, что я не имела права слышать её, а что уж говорить о том, чтобы хоть как-то высказываться об этом.

— Эта луна будет такой же? — я надеялась, что не стану такой же как этот Маверик, но в глубине души понимала, что шанс на такой исход событий велик.

— Я не могу сказать. Единственное, в чем я уверен так это то, что эта Кровавая луна станет поворотной во всей истории Безымянных. Я это чувствую.

«Эта Кровавая луна станет поворотной», — эти слова врезались в меня и снесли с ног. И я в этом буду вынуждена принимать участие.