Безумное путешествие

Глава 1

Россия. 1995 год.

Жизненное пространство сократилось, ограничившись размерами комнаты, в которой я сейчас находилась. И это меня вовсе не радовало. Сколько могло продолжаться это заточение, исключение моей особы из бурной жизни извне - одному богу известно! А он, похоже, оставил меня, обделил своим вниманием.

Конечно, виновата в своём заключении я сама. И нужно-то было всего лишь придержать собственные эмоции. Сжать зубы крепко-крепко, чтобы невольно не проскочило ни одно слово из моих уст, уносясь в лицо врага…Да…, я уже точно знаю, что люди у которых я нахожусь мои враги. Как это не прискорбно звучит, но это именно так.

Но, теперь-то, когда первые эмоции улеглись, самое время подумать, как выбраться живой и невредимой из логова зверя. А сделать это будет совсем непросто, ох, как непросто. Слишком много поставлено на карту, и какая-то там глупая девчонка, то есть, я, не сможет помешать кровожадному монстру, вершить безнаказанно свои грязные дела, но это лишь на первый взгляд, жизнь порой доказывает обратное.

Это с какой точки зрения рассматривать ситуацию… Всё не так уж плохо. Пока я жива и даже здорова, а значит, способна предпринять кое-какие действия в свою пользу, главное сейчас не торопить события, выждать время, если понадобиться прикинуться дурочкой, ничего и никого не помнящей. И пока я буду такой, если, конечно, смогу заставить поверить их, хозяев, в это, я буду в относительной безопасности…

«Эх, Зойка, Зойка!!! Не будь у тебя взбалмошного и решительного в тоже время характера, не оказалась бы ты сейчас так далеко от дома, неизвестно где, а преспокойненько поедала бы свои любимые, приготовленные мамой блинчики, в квартирке маленькой, но такой уютной», - терзал меня внутренний голос. - «Бедная!!! Ты стала жертвой любви, как многие до тебя! Но ведь тебе-то от этого не легче, нисколько не легче... Любовь всему виной, именно с неё всё началось…»

Невольные слезы зародились в уголках глаз и начали, не спрашивая моего на то согласия, свой путь по щекам, создавая солёный привкус на губах. Я слизнула их языком, яростно сопротивляясь приступу нахлынувшей тоски и, повернувшись набок, обхватила подушку руками, зарывшись в неё вмиг распухшим носом.

За дверью послышались шаги, и незамедлительно за этим последовала возня в замке. Сейчас нужно будет принимать гостей. А настрой у меня для этого неподходящий. Кто бы ни появился, он один из них!!! И видеть его фальшивую морду нет ни малейшего желания, тем более вести с ним светские беседы.

Я притворилась спящей. А моя позиция позволяла мне незаметно из-под руки наблюдать за вошедшим. С моего лежбища хорошо просматривалась входная дверь. Вот она отворилась, и в комнате возник… Артём.

Ну что ж, он был мне менее противен, нежели другие. Парню едва ли стукнуло двадцать пять. Чуть выше среднего роста, несколько худощавый. Но его вряд ли можно было назвать тощим. Он чем-то напоминал натянутую пружину, казалось, ежеминутно готов был действовать чётко и быстро. Правильные линии лица, прямые тёмные волосы, упрямая чёлка, ежеминутно норовящая упасть на глаза и взгляд, внимательный и добрый.

Да уж, добрый!!! Нет тут добрых, нет и быть не может… Всё фальшь и обман… Все действия во благо обмана! И не нужно об этом забывать… Никогда…

Он вошёл и, сделав несколько шагов, оказался около моей кровати. В руках он держал поднос.

Секунду размышляя, он опустил его на маленький столик около кровати, и чуть склонившись надо мной, принялся легонько тормошить меня за плечо. Поверил, что я сплю.

-Зой!!! Проснись.

Но я и не думала просыпаться. Зря, что ли, они три раза в день подсовывают мне снотворные таблетки. Пусть пожинают плоды. Я буду всё спать и спать, полные сутки, а сама их химию и не подумаю пить, лишь сделаю вид, незаметно выплюну…, только бы капсула не успела раствориться во рту…

Я сплю, и ко мне никто не полезет с разговорами. А тем временем я найду решение, оно придёт ко мне само, как бывало не раз в минуты душевных метаний, одно и единственно верное.

Он подскажет мне… Мой ангел хранитель…

Если быть по настоящему честной с самой собой, то ведь он останавливал меня, предупреждая об опасности всеми возможными способами. Его голос исходил из глубины моей души, и я просто-напросто перепутала его вопиющий глас с собственным внутренним голосом и предпочла действовать, как хотелось в данную минуту.

А ведь даже карты Таро предвещали крупные неприятности, но это лишь злило меня. Я отбрасывала их в сторону, не найдя в гадании желаемого ответа. Ответа, который бы меня устроил, успокаивая себя тем, что все гадания сущая ерунда. И если ты не получил ответа, который бы тешил слух и успокаивал душу, то можно им пренебречь.

Карты ложились в упрямой последовательности… И были правы…Мой ангел хранитель пытался меня спасти. Пытался быть услышанным при их помощи!

-Зой. Зой. Проснись.

Артём и не думал оставить меня в покое. Несильно тормошил за плечо.

Пришлось сделать вид, что я просыпаюсь и, приоткрыв глаза, привстать с кровати.

Артём тут же протянул мне стакан, наполовину наполненный водой и знакомую белую капсулу.

-Выпей. И я тут тебе поесть принёс. Обязательно поешь.

-Надо же, какой заботливый.

Он почему-то говорил слишком громко. Принимал меня за глухую? Нет… Наверняка думал, что его слова до меня плохо доходят… Ну и ладненько, пусть так и думает.

А я мгновенно проглотила лекарство, тут же отправив его за щеку, и запила водой, сделав большой глоток. Чтобы не оставалось сомнений в том, что лекарство отправилось куда нужно, то есть в мой желудок. И сразу же опрокинулась на подушки и, закрыв глаза, повернулась к нему спиной. Приняв позу ребёночка в утробе матери. Показывая этим, что разговор закончен.

Он, действительно, ушёл… Звякнули ключи в личине, шаги в коридоре смолкли.

Наконец я осталась одна. Сразу выплюнула таблетку на ладонь и, резво вскочив с постели, поспешила к окну.

Раскопав в горшочке с диковинным растением ямку, запихала туда таблетку и вновь сровняла землю, скрыв «следы преступления». Бедное растение. Вместо того чтобы полить чистой водой я кормлю его химией. Но это легко исправить. Я взяла с подноса стакан с недопитой мною водой и полила сухую серую землю.

Эта моя жалостливость ко всему живому чуть было не закончилась для меня плачевно.

За дверью вновь послышались шаги. Кто-то опять открывал дверь. И я едва успела вернуться на исходные позиции, тщетно пытаясь заставить замедлить стук своего, бешено колотившегося в груди сердца.

Некто вошел и остановился возле моего ложа.

Секундное молчание и затем тишину разорвали громкие резкие слова, относящиеся к тому, кто остался на пороге комнаты.

-Я же сказал, чтобы сегодня ей не давали лекарство? Почему не выполнили? Я же предупредил по телефону, что сегодня буду. Вы нарушили все мои планы. А я приехал специально ради этого разговора.

Мне не надо было видеть лицо говорившего, я знала кто это.

Это он, Арсэн – главный среди них всех. Тот, чьи приказы должны беспрекословно выполняться. А вот на тебе, накладочка небольшая вышла. Объект пристального внимания не готов к беседе.

Как я только удержалась от усмешки!!! Зато душа моя ликовала. На лице же не дрогнул ни один мускул.

Артём пытался оправдаться, именно ему, застрявшему в дверях, принадлежал другой голос.

-Но мне никто ничего не передавал. Я совершенно не в курсе.

-А надо в курсе быть. Иначе для чего вы все мне нужны? Молчишь… Вот и мне непонятно, зачем… Ладно. Я приеду через два дня. И чтобы она к этому времени была способна к нормальной речи…

Человек направился к двери. Поступь его была мягкой, а шаги почти бесшумны, как у пантеры на охоте…

Надо же, первое пришедшее на ум сравнение как нельзя лучше подходило Арсэну. Он так же красив, как этот зверь, так же беспощаден, как обманчиво мягок.

Пока я предавалась сравнениям, меня опять замкнули и оставили на сегодня в покое.

Я подняла голову и посмотрела в окно. Интересно, сколько сейчас времени? В комнате не было часов, поэтому трудно сориентироваться. Судя по тёмному, почти чёрному небосводу – часов одиннадцать, хотя может быть и больше. Весенняя ночь обманчива…

Спать не хотелось, как бы старательно я не сжимала веки.

Опять вернулись воспоминания. Словно огромный бенгальский огонь вспыхнул и мгновенно рассыпался в стороны, каждой своей искоркой вырывая из больной души, высвечивая в её закоулках мельчайшие подробности... И это уже нельзя было остановить. События минувших дней, торжествующе проносились передо мной. Картинка сменялась новой, столь же яркой и беспощадной к моим чувствам. И так до бесконечности.

Глава 2

Я едва успела на последнюю электричку, следующую в родной городок. Ещё пара часов и я буду дома. Устроившись поудобнее у окна, осмотрела вагон. Как-никак время позднее. Угораздило же меня поехать именно сегодня, вполне можно было бы подождать и до завтрашнего утра.

День выдался очень удачный, экзамен в институте, который я очень боялась завалить, вопреки опасениям, сдала благополучно, получив отметку отлично. Впереди были выходные, и мне захотелось провести их дома.

Детство, отрочество и юность я прожила в маленьком провинциальном городке. Где, проснувшись ранним утром не в диковинку было услышать врывающийся в раскрытое окно победный крик петуха, возвещающий о начале нового дня. И где в парке у реки, вместо разрушенной детской площадки, отвоевали себе место под солнцем, козы. Их победное блеянье разносилось далеко за пределами парка.

Раньше мне хотелось вырваться из рутинной, однообразной, как мне казалось жизни и очутиться в огромном городе…

Мечтам моим суждено было сбыться. Теперь я живу в столице нашей родины вот уже как пять лет. И в полной мере ощущаю на себе её скоростной режим жизни, с вечно куда-то спешащими людьми и, почему-то, теперь меня всё чаще тянет домой, в эту самую рутинную жизнь. Ведь недаром в народе говорят «Где родился, там и пригодился».

Но в столице больше перспектив добиться чего-либо в жизни.

Сейчас я работаю секретарём в одной маленькой адвокатской частной конторе и учусь заочно в университете. Меня окружают доброжелательные коллеги по работе и просто друзья.

Я не скитаюсь в поисках жилья и, хотя, своего личного не имею, живу как у Христа за пазухой в двухкомнатной небольшой квартирке. Одна комната предоставлена в полное моё распоряжение.

Квартира принадлежит чудным людям, вовсе не являющимися моими родственниками, но относящимися ко мне как к родной дочери или скорее внучке. Они давно пенсионеры, их родная дочь живёт очень далеко и приезжает редко.

Мы познакомились случайно. И вот, спустя четыре года, я не представляю, сложилась бы моя жизнь в Москве, так не любящей чужаков провинциалов, столь благополучно не будь их. Старики обладали уникальным набором положительных качеств, просто нереальным в наш расчётливо- жестокий век…

В вагоне было совсем мало народа.

Влюблённая парочка, едва устроившись на неудобном жёстком сидении, сразу принялась целоваться, не обращая внимания на присутствующих.

Трое подвыпивших мужичков играли в карты, время, от времени отхлёбывая из стоящей рядом бутылки. По их виду и звучанию с их стороны всё громче непристойных словечек можно было сделать вывод, что скоро данная троица выйдет за границы рамок человеческого вида, перейдя в совершенно новую фазу, называемую скотским состоянием.

Я поудобнее устроилась на своём сидении и сняла шапочку. Прислонившись к холодному стеклу электрички, я собиралась подложить шапочку под голову. Самое время поспать под мерный стук колёс. Тем более что так быстрее проходит время в пути. Но непослушные волосы мешали мне погрузиться в сон, и я принялась разыскивать в кармане заколку, чтобы усмирить непокорные локоны. Мои поиски не увенчались успехом. Вечно я что-нибудь ищу и не нахожу.

Мои волосы всегда были предметом зависти подруг. Сколько бы я их не причесывала, стараясь выпрямить, они опять упорно сворачивались в тугие локоны, принимая первоначальный вид, заданный упрямыми генами.

Такие же волосы имела моя бабушка, и богу было угодно произвести эксперимент, наградив меня светлыми её кудряшками и совершенно некстати тёмными карими глазами деда. Этакий гибрид. Многие находили мою внешность очень привлекательной. Я же так не считала и в зеркало смотрелась лишь по необходимости.

Кстати, нужно подкрасить губы, а то я наверняка съела с них всю губную помаду, вместе с купленным на вокзале и поглощённым в мгновение ока пончиком.

Помада, на удивление, нашлась в сумочке сразу и пудра тоже.

Я, заглядывая в зеркальце, вдруг почувствовала чей-то взгляд. Оторвалась от данного занятия и столкнулась глазами с наблюдавшим за мной мужчиной.

Раньше я его не заметила, так как он был загорожен широкой спиной сидевшей прямо напротив его бабульки. Сейчас же она сдвинулась в сторону, освободив обзор.

Он смотрел на меня и улыбался.

Мне показалось, что я неровно накрасила губы, вот он и смеётся. Ненавижу выглядеть нелепо. Я снова посмотрела в зеркало, чтобы исправить ошибку.

Но, ничего подобного!!! Лицо моё выглядело вполне сносно, а помада лежала как ей и подобает.

Я убрала помаду в сумочку и стала смотреть в темноту окна, демонстративно стараясь не смотреть на смеющегося гражданина. Некоторое время мне это удавалось… Хотя и недолго. Глаза словно жили сами по себе, меня совершенно не слушаясь. И вот я вновь смотрю на него!!!

Хорошо, что он теперь-то не смеётся, а читает журнал. Это обстоятельство дало мне возможность его рассмотреть.

Симпатичный мужчина, приятное лицо. Высокий лоб, прямой нос, в меру пухлые губы, тёмные брови и коротко стриженные чёрные волосы. Наверное, девушкам он нравится. Стоп… Но мне то до этого нет никакого дела!!!

Между тем я продолжала его рассматривать. Ну, и что. Хочу и рассматриваю. Оттого, что просто нечего делать. Куда же мне ещё смотреть? А я просто сижу и смотрю прямо перед собой и я вовсе не виновата, что он попадает в поле моего зрения.

На нем была тёмно синяя лётная куртка, такие же брюки, с большими накладными карманами. Словом было ясно, что это лётчик. А может вертолётчик…

В нашем городке располагалась вертолётная часть, и мне много приходилось видеть людей в похожей форме.

Тут он опять посмотрел на меня, и я сразу же отвернулась, словно была поймана за чем-то очень непристойным.

Чтобы как-то себя занять, я достала из сумки конспект и принялась его изучать. В надежде, что при его чтении меня станет клонить ко сну. Вопреки ожиданиям этого не произошло, сон покинул меня навеки, помахав на прощание тёплой розовой мохнатой лапкой и оставив наедине с исписанной неровным почерком тетрадкой в клеточку.

Неожиданно воздух наполнился ионами страха. Я не сразу поняла, что произошло…

Передо мной стояло, раскачиваясь, огромных размеров существо, доселе развлекавшееся с дружками в карты. Оно, а это было именно – ОНО, иначе и не назовёшь, дышало на меня перегаром и что-то говорило. Я даже не сразу поняла, что слова относятся ко мне, настолько ситуация была нелепа.

-Слышь, ты красатуля. Я сейчас выхожу, а ты со мной…

Видя мои дикие глаза, пояснил:

-Да ты что, дурная что ли? Мы тебя в карты разыграли… и я выиграл. А ты и не рада? Но ничего. Свыкнешься. Давай, шевели копатками живее.

И он, протянув огромную лапу, схватил меня за рукав, попытавшись поднять с места. И это бы ему, без всяких сомнений, удалось, не будь принята на грудь явно лишняя доза алкоголя.

В вагоне повисла тишина, но длилась она недолго.

Бабулька, обернувшись, попыталась усовестить нахала, видимо, нрав её был довольно решителен.

-Что? Допился уже до чёртиков? Отстань от девчонки.

Но детина лишь отмахнулся от неё как от надоедливой мухи.

-Цыц, бабка.

Он опять предпринял попытку стащить меня с сидения.

-Ну, чего упираешься? Не нравлюсь что ли? Так этого и не требуется.

Он больно сжал мою руку и с силой потянул. Но я вовсе не думала сдаваться. Свободной рукой, насколько могла сильно стукнула его в толстый живот.

-Отстань скотина.

Приготовилась врезать ещё раз, так как он нисколько не ослабил хватку, а лишь удивлённо охнул… Но.., как в замедленном фильме увидела его огромную лапу, приближающуюся к моему лицу. И, предвидя неизбежность, закрыла глаза...

Но удара почему-то не последовало, а, напротив, я вдруг ощутила свободу. Меня больше никто не тянул за руку. Только слышалась отборная брань бугая.

Я мгновенно открыла глаза и оценила ситуацию.

Военный, которого я доселе столь пристально рассматривала, как оказалось не зря, оказался в роли моего сказочного спасителя.

Он уже молча волок пьяного нахала к выходу. За ним следовали дружки, изрыгая оскорбления, но, не решаясь перейти к действиям. Вероятно, их смущала лёгкость, с которой трезвый соперник толкал их собрата в тамбур.

Мой спаситель был высокого роста, ничем не меньше моего обидчика и наверняка сильнее, раз смог-таки вытолкнуть всю троицу из вагона. А электричка тем временем замедлила ход, останавливаясь на станции.

Неожиданно в тамбуре возникла возня, и едва электричка остановилась на минуту, троица вывалилась наружу и военный почему-то с ними.

Всё это мне очень не понравилось и я, словно очнувшись от сна, бросилась к выходу. Едва я достигла дверей и рванула их в стороны, раздвигая, электричка тронулась. В последний момент мой спаситель успел прыгнуть внутрь. Что с остальными мне уже было не видно. Поезд быстро набирал ход.

Я уже обдумывала, какими словами выразить свою благодарность геройскому мужчине, избавившего меня от пленения. Но тут только увидела, что он смотрит не на меня, а на руку, которой сжимает предплечье другой своей руки. И я тоже посмотрела в том же направлении.

Увиденное повергло меня в ужас…

Рукав его куртки намок, ладонь его была вся испачкана красным, и красное было ничем иным как кровью. Напрасно он пытался зажать ладонью рану. Кровь быстро-быстро капала на пол, не находя преграды.

Секунду, длившуюся вечность, я пребывала в замешательстве. Очнулась от голосов нарушивших нашу молчаливую идиллию. Вопила девица, подоспевшая со своим другом, наверное, на подмогу, только с некоторым опозданием. Её парень стоял рядом и моргал глазами. Может, чувствовал раскаяние, что не помог в усмирении хама.

Наконец он велел подруге прекратить визг и внёс ценное предложение осмотреть и перевязать рану.

Мы вернулись в вагон и усадили пострадавшего на сиденье.

Он держался отлично, сам снял куртку и даже попытался шутить. Но всем было не до смеха.

Рана была достаточно глубока, перевязочного материала нет, а до города ещё далеко.

Все суетились бестолку, только создавая хаос.

И тут меня осенило.

Я быстро скинула куртку, затем свитер. Расстегнула пуговицы блузки. Сняла и её, оставшись лишь в бюстгальтере.

Я вовсе не сошла с ума и конечно не собиралась показывать стриптиз. Просто моя блузка как нельзя лучше подходила для того, чтобы порвать её на бинты.

Я снова облачилась в свитер и принялась за дело. Безжалостно превращая одёжку в полоски, стараясь сделать это как можно скорей.

Моего временного раздевания никто не заметил, но на треск рвущейся тряпки повернулись все.

-Вот-вот, дочка, правильно. Сейчас мы его перевяжем и делов-то. До свадьбы заживёт!

Оказалось, бабулька в далёком прошлом была, на наше счастье, медсестрой. Поэтому умело сделала перевязку. И, оторвав пропитавшийся кровью рукав рубашки, сообщила, что теперь всё будет в порядке.

-Рана не опасная, но в больницу сходи обязательно. Тут же у нас полная антисанитария.

-Спасибо вам за всё.

Военный провёл взглядом по всем нам и, остановившись на мне, улыбнулся.

-Испугались? Вот успел-таки, паразит, полоснуть ножом. Я не заметил сначала, а когда заметил, поздно было.

Я чувствовала раскаяние. Как-никак всё из-за меня произошло. Хотя и не было в том моей вины, но не будь в вагоне меня, доехал бы он спокойненько до своей станции целым и невредимым.

Однако, несмотря на самотерзания, я уселась напротив него.

Он поморщился от боли, но тут же сделал вид, что рана не доставляет ему беспокойства. Я же не нашла ничего лучшего как задать идиотский вопрос.

-Что, сильно болит?

И, конечно, услышала в ответ.

-Терпимо.

На некоторое время в воздухе повисла пауза. Я не решалась спросить что-то ещё и не знала, куда деть глаза. Спаситель заговорил сам.

Он смотрел на меня внимательно, как-то чересчур уж внимательно.

-Наверное, нам пора познакомиться. Меня зовут Олег. А вас?

Я перестала рыться в сумочке и ответила на вопрос:

-Зоя.

-А куда вы едете?

-Домой. Мне до конечной остановки.

-Мне тоже до конечной.

Олег хотел спросить что-то ещё, но, глядя на меня, передумал, наверное, даже решил, что напрасно бросился на защиту такой буки как я.

Ещё бы. Спасённая девушка смотрела мимо него, куда-то в сторону. Или упорно что-то искала в своей сумочке…

Со мной явно происходило нечто странное. Обычно я охотно общаюсь с попутчиками в дороге. Всегда находится тема для разговора. Если, конечно, человек, находящийся рядом, не переходит границы приличной беседы. Это относится к представителям мужского пола.

В данном же случае я, даже если бы и хотела, не могла проронить не слова. И дело было вовсе не в том, что он мне не нравился, скорее наоборот. Очень даже нравился, именно в этом и скрывалась истинная причина моего непонятного поведения.

Ситуацию разрядила влюблённая парочка. Они подсели к нам и принялись расспрашивать Олега, что он в дальнейшем хочет предпринять, чтобы наказать хулиганов. Парень настоятельно советовал ему сразу по приезду в город обратиться в привокзальное отделение милиции. Но Олег отказался, объяснив своё решение тем, что у него нет времени на хождение по милициям и был, безусловно, прав. Его измучили бы неоднократными вызовами, а положительный конечный результат был довольно призрачен.

Между тем мы приближались к городу. В темных окошках замелькали огоньки.

Сначала вереницей пронеслись мимо маленькие домишки пригорода. Затем поезд начал сбавлять ход, приближаясь к станции, и картинка за окном изменилась, предоставив взору череду светящихся многоэтажек. И вот поезд, печально взвизгнув тормозами и шумно вздохнув на прощание, остановился.

Все поспешили к выходу. И лишь Олег безрезультатно пытался надеть рукав куртки, основательно пропитавшийся кровью, на перевязанную руку.

Он болезненно морщился, и я поспешила ему на помощь. Наши совместные усилия увенчались успехом. Куртка была надета. Но рукав уже был ни на что не годен. Мокрый, он явно не мог выполнить своей функции и защитить от холода. Хотя на улице март, а стало быть, весенняя пора, но почему-то весной и не пахло.

Я нашла-таки выход из ситуации. Стянув со своей шеи шарф, решительно, показывая всем своим видом, что не потерплю возражений, замотала им руку Олега поверх куртки. Тем самым, создавая хоть и призрачную, но все же преграду для холода.

Вот мы и на перроне. Как я и предполагала, продвигаться нам с ним было в одну сторону. Его воинская часть находилась всего в паре остановок от моего дома.

Мы потеряли минут десять в безрезультатном ожидании транспорта и приняли решение совместно продвигаться к дому единственно верным способом, то есть ножками.

Шли мы довольно бойко и ни один автобус или маршрутка нас не обогнали на всём пути следования.

Мы дошли до поворота, где Олегу нужно было свернуть. Дальше нам было не по пути. Я остановилась, чтобы попрощаться. И тут он предложил.

-Зоя, я вас провожу. Темень такая. Мало ли что может случиться.

И он зашагал вперёд, даже не дожидаясь моего ответа. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Нельзя сказать, что я не была готова к этому его поступку. Скорее наоборот, всю дорогу мой мозг сверлила назойливая мысль.

«Неужели мы так и расстанемся. После поворота он отправится своей дорогой, а я своей?»

И я облегчённо вздохнула, когда своим предложением он развеял мои опасения. Дальше мы шли, заметно сбавив темп. Но всё же, как-то слишком быстро, добрались до моего дома.

Тут нам предстояло расстаться и, подойдя к подъезду, мы остановились.

Вечер на пороге ночи высветил яркую лунную дорожку. Круглая, совсем полная, пугающе красивая луна оказалась единственным светилом, не дающим тьме вступить в полное владение городскими улочками. Фонари почему-то не горели. Вероятно, их отключили ради экономии электроэнергии. А как же люди?

А путные люди должны в это время дома сидеть, а не разгуливать по городу…

Мне жутко жаль стало Олега, которому придётся одному брести по этой тьме, и я пробормотала первое, что пришло мне в голову

-А, может, зайдёте к нам. У меня мама врач, перевязку сделает, как положено?

-Да что вы, Зоенька. Не такая уж у меня смертельная рана, чтобы уделять ей столько внимания. Да и время сейчас совсем не подходящее для визитов.

Действительно, моё предложение выглядело глупо, но он-то не знал, что оно как раз в моём репертуаре. Я и правда способна была притащить раненого незнакомца в полночь к себе домой, при этом, ничуть не опасаясь наткнуться на стену непонимания со стороны родителей. Конечно, они изумятся, и далее последует куча вопросов. Но я уверена, что чашка чая и любая необходимая поддержка нам, точно, обеспечены. Такие уж у меня редкой понятливости родители…

Олег вдруг, протянув руку, потрогал мою ладонь.

-А вы ведь совсем замёрзли, рука ледяная.

Он чуть наклонил голову и, поднеся мою руку к своим губам, попытался согреть её своим горячим дыханием.

Я не выдернула руку, а стояла как смирная овечка в загоне…

Я совсем себя не узнавала! Что со мной происходит?

Скольким мужчинам, пытавшимся доселе проделать то же самое, я давала безжалостный отпор. А тут…я стояла и лишь хлопала глазами.

-А у вас дома есть телефон? - Олег задал вопрос, не выпуская моей руки.

-Я должен вернуть ваш шарф. Вы спасаете меня от холода, – он улыбался, глядя в мои глаза.

И тут я порадовалась, что дома действительно есть телефон и продиктовала ему номер.

Нужно было уходить, я-то дома, а ему ещё нужно добираться до части. И попрощавшись, я вошла в подъезд. На минутку, замешкавшись на первом же лестничном пролёте, остановилась и прислушалась. Мне показалось, что Олег продолжает стоять у подъезда.

Но нет. В ночной тиши ясно слышались удаляющиеся быстрые шаги.

Поднявшись на свой четвёртый этаж, я отыскала в сумочке ключи, открыла дверь и зажгла в прихожей свет. Стараясь не шуметь, разделась.

Меня никто не встретил, родители уже спали.

Я на цыпочках прокралась на кухню и поставила на плиту чайник.

В дверях почти сразу возникла мама.

-Доченька, как хорошо, что ты приехала, а мы-то думали, что на выходные ты останешься в Москве.

-А я вот приехала.

Я поцеловала мамулю, и мы уселись пить чай. На столе возникла вазочка с моими любимыми конфетами, и я принялась уничтожать их одну за другой, нисколько не заботясь об объёме талии.

Мама засыпала меня вопросами, а я отвечала рассеянно, думая совершенно о другом. Мои мысли упорно возвращались к происшествию в поезде и непосредственно к Олегу.

-Дочь? Что с тобой? Ты совершенно меня не слушаешь.

-Да нет, мам, я слушаю тебя. Ты спросила про экзамен.

-Ну и как результаты?

-Отлично. Всё оказалось не так страшно. Как всегда, в коридоре я тряслась и пыталась за последние полчаса объять необъятное, терзая конспекты свои и чужие. А, войдя в кабинет, вытащив билет и усевшись за стол, я прочла его содержимое и тут же поняла, что всё знаю, и успокоилась. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

-Вот и хорошо. Сколько ещё будет экзаменов?

-Два. И на этом всё. Сессия закончится.

- Как тётя Тоня? Как твоя работа?

-Тётя Тоня передаёт тебе привет. А с работой всё по-прежнему. Она меня устраивает, равно как и я, её.

Ответы мои были отрывисты и мамин интерес совсем не удовлетворили... Похоже, она обиделась, поднялась со стула и направилась в комнату.

-Пойду, постелю тебе постель, а то видно ты не настроена сейчас на беседу со мной.

-Да нет. Просто жутко хочется спать.

На самом деле я слукавила. Мне вовсе не хотелось спать, просто ни капельки. И я смогла бы хоть всю ночь провести с мамой на кухне.

Но я прекрасно знаю свою натуру. Я ни за что бы, ни удержалась, и рассказала ей и о происшествии в поезде, и об Олеге тоже.

Но я не была уверена, что он появится вновь. Возможно, он исчез из моей жизни навсегда….

Зачем тогда нужны лишние волнения? А ведь, узнав о происшествии, мама неизбежно будет думать, что со мной что-то случилось каждый раз, когда мне случиться задержаться в пути.

Из комнаты меня уже звал мамин голос.

-Иди, ложись. Я уже постелила.

Я допила остывающий чай, сполоснула чашки и пошла спать.

Подушка приятно пахла свежестью. Комнату освещал мягкий свет ночника, я лежала на своём любимом мягком диванчике и вроде бы вся обстановка располагала ко сну. Но он, почему-то, упрямо отказывался брать меня в свои объятия.

Я вертелась с боку на бок, и так, и эдак подворачивая подушку для удобства. Сна не было ни в одном глазу. И излишне было считать слоников или там овечек. Их скопилось бы бесчисленное стадо. Что-то не пускало меня в сладкий мир неги…

Промучившись так часов до четырёх утра и окончательно отчаявшись уснуть, я стала уже подумывать о необходимости встать и заняться чем-то полезным. Например, почитать…

Но тут-то я, как раз, и уснула, незаметно перейдя грань реальности и небытия.

И сразу передо мною возник, осклабившись в злорадной улыбке, огромный шатающийся детина...

Вот уже он тащил меня за руку через вагон, а его дружки плелись за нами, ежесекундно дёргая меня, то за одежду, то за белые мои локоны…. Я обернулась, и наткнулась на взгляд Олега… Он улыбнулся мне и помахал прощально рукой…

Мне хотелось закричать:

-Как же так!!! Олег!!! Олег!!! Спаси меня!!!

Но я не могла произнести ни слова….

Нет… Я открывала рот, но слов не было слышно…. Ни одного слова не слетело с моих губ...

Тут на кухне громыхнула, упав, кастрюля. Это и спасло меня от продолжения столь неприятного кошмара.

Было уже утро. Комната осветилась ярким весенним солнцем. Мама, видно, встала уже давно. Она что-то готовила на кухне. Наверняка, что-то вкусненькое для меня.

Судя по падению посуды, это будет фирменно-семейный яблочный пирог. Именно для него тесто затворялось в рухнувшей так кстати кастрюле.

Так как пробуждение произошло непредвиденно, раньше положенного срока, я перевернулась на другой бок и опять погрузилась в сон. На этот раз спокойный и безмятежный. Без каких-либо погонь и страстей.

Стрелки часов показывали ровно одиннадцать, когда открылись, наконец, мои очи. Ничего себе, поспала немножко…

Отец что-то там паял, сидя за столом, но сразу заметил, что я проснулась.

-Привет, соня. Смотри, так всё на свете проспишь.

-Да брось ты, пап, куда торопиться?

-Ну, как знаешь. А тебе, между прочим, звонили. Я не стал тебя будить.

Я вздрогнула, словно меня облили кипятком…

-Ну почему ты меня не разбудил? Почему?

Душу мою жгла и терзала мысль.

«Это был Олег. Конечно он. Он позвонил, как и обещал, а меня не разбудили. Но почему?»

Я так разнервничалась, что повторяла вновь и вновь свой вопрос, причём отнюдь не тихо, чем очень удивила отца.

Он смотрел на меня изумлённо, даже очки сползли с положенного места и повисли на кончике носа.

-Ты что, белены объелась? Откуда я знал, что ты будешь так переживать по поводу Ленусиного звонка? Она вообще-то обещала перезвонить. Но раз уж ты так переживаешь, иди и позвони ей сама. В чём проблема?

Мне стало стыдно за свою несдержанность.

Конечно же, звонила моя школьная подруга – Ленуся. Она всегда звонит мне в выходные и, если я приезжаю, мы обязательно встречаемся. Обсудить новости и просто поболтать…

-Олег! Олег! Может, он давно забыл о тебе, - ехидно твердил внутренний голос.

-Ничего подобного, ещё не вечер, - успокоила я сама себя. Да и вообще, что это я зациклилась на нём.

А когда вновь позвонила Ленуся и предложила вечерком встретиться у неё дома, я согласилась.

Глава 3

День пролетел быстро в домашних заботах, просмотре парочки кинокомедий по телеку и поедании маминого пирога. Настроение нормализовалось, и я готовилась к походу к подруге.

Надела новые высокие осенние сапожки, купленные ещё зимой. Мороза нет и можно уже в них покрасоваться. Накинула белую мягкую, почти невесомую курточку и, застегнув молнию, придирчиво оглядела своё отражение в зеркале.

Ну что ж, вполне сносно. Только вот шапка совершенно не сочетается с курткой по цвету, я водрузила её обратно на полочку.

Тут в дверном проёме появилась мама и, заметив эти мои манипуляции, произнесла тоном, не терпящим возражений

-И не вздумай. На улице холодно. И вообще, что это ты так разоделась? Совсем по-летнему. Давно не болела?

Она протянула мне шапку.

Пришлось послушаться и надеть ненавистный головной убор.

Маме кажется, что я всё ещё маленькая девочка. А мне, между прочим, скоро исполнится двадцать три.

-А шарф твой где? Потеряла?

-Ну, мам, - отмахнулась я, - ещё шарфа только не хватает! Я же не на северный полюс собралась.

Я чмокнула её в щёку, пообещав вернуться скоро, и уже открыла входную дверь, как меня остановил резко прозвучавший телефонный звонок.

Мама подняла трубку, но я почти выхватила её у неё из рук. И ответила сама, почти наверняка зная, кто это звонит.

Сердце забилось часто-часто, почти вдвое ускорив свой ритм. Но я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно и тихо.

-Да?

-Зоя, это вы?

Точно, я не ошиблась, это был он, Олег, я сразу узнала его голос.

-Да это я.

-Вы меня узнали? Это Олег.

-Конечно, я вас узнала.

Мама проявила такт и вернулась в комнату. А голос в трубке продолжал говорить.

-Зоя, можно с вами сегодня встретиться?

-Можно, а когда?

-Я буду ждать у вашего дома, минут через десять.

-Хорошо.

Я первой повесила трубку. Такой короткий разговор, но он всё перевернул в моей душе. Щёки мои сразу разгорелись, а в горле пересохло. Я, не разуваясь, бросилась на кухню и залпом осушила, наверное, пол стакана воды. Сообразила, что неприлично будет первой прийти на встречу, уселась на стул тут же, на кухне, решив выждать время.

Моё состояние не укрылось от внимательных маминых глаз.

-Дочка? Что случилось? Что с тобой происходит?

Я взяла из вазочки любимую конфету и принялась усиленно жевать.

Это меня немного успокоило, и я ответила, дыша уже ровнее.

-Да что ты, мамуль, придумала? Почему должно обязательно что-то случиться? – я пожала плечами. - Вовсе ничего не случилось.

На выходе, проходя мимо зеркала, я невольно бросила взгляд на своё лицо.

Краска ещё не сошла с него. На щеках играл слишком яркий румянец.

Ну и пусть. Его пудрой не замажешь….

Я медленно спустилась по лестнице и, выйдя из подъезда, сразу увидела Олега. Он стоял и курил, глядя на вход в подъезд. На нём была новая кожаная лётная куртка. И, вообще, у меня даже дух захватило, как он мне нравился.

Он улыбнулся, увидев меня, и поспешил навстречу, отбросив в сторону недокуренную сигарету. Приблизившись, поздоровался и смотрел на меня с явным восхищением.

-Хорошо выглядите.

В ответ на комплимент я буркнула что-то невразумительное, типа: «Стараюсь».

А Олег извлёк из-за пазухи шарф и протянул мне.

Но это был вовсе не мой шарф, не тот, которым я вчера, самолично, обвязала его руку.

Тот был синий и давнишний, а этот - совершенно новый, белый и пушистый.

-Берите, берите. Ваш безнадёжно испорчен, я его неправильно постирал и, в результате, выкинул вовсе. Вы уж меня простите. - Он улыбался мне и казался смущённым.

А я уже готова была отдать ему и свою шапку, в придачу к шарфу, пусть выкидывает. Не жалко!

Я была в замешательстве. Как поступить? Взять новый шарф, означало вроде бы как подарок принять, не брать, означало выставить себя ханжой.

Я выбрала первое и тут же обмотала им, как нельзя, кстати, свою голую шею.

Он остался доволен, и мы неторопливо пошагали по притихшей уже тёмной улице. Чтобы прервать затянувшееся молчание, я поинтересовалась, болит ли его рука.

Он ответил отрицательно, явно бравируя, и рассказал, что утром получил нагоняй от начальства. А, в довершение всего, его на неделю отстранили от полётов.

Прочитав на моём лице, все те раскаяния коими я принялась себя терзать в душе, Олег рассмеялся и предложил переменить тему разговора.

Я вовсе не знала о чём с ним говорить. Какой-то ступор нашёл на меня.

Поэтому говорить по большей части пришлось ему.

К тому же, через полчаса нашей прогулки, меня стал пронизывать холод. Я еле сдерживалась, чтобы не застучать зубами.

Как же права была моя мама!!! Впрочем, как всегда!

Ещё через полчаса новые сапоги натёрли мне ноги. Я поняла, что вот-вот начну хромать… Причём на обе ноги…

Хорошая будет картинка!!! Замерзшая, покрывшаяся мурашками гусыня, с заплетающимися, подворачивающимися ногами, рядом с бравым красавцем военным.

Правда, никто этого не увидит. Прохожих-то совсем мало, да к тому же тьма уже вступила в свои права. Но главное-то не в этом, а в том, что скоро это наверняка заметит объект моего воздыхания. И прощай навсегда созданный образ прекрасной белокурой незнакомки.

Этого уж нельзя было никак допустить!

И вот, когда мной готово было овладеть отчаяние, я заметила, что мы нарезаем круги ни где-то, а вокруг Ленусиного дома.

Я готова была издать победный крик вождя команчей, но, разумеется, в душе! Чтобы не испугать спутника…И тут же предложила Олегу отправиться в гости.

Предложение ему понравилось, и мы зашли в подъезд пятиэтажки.

Ленуся проживала одна в однокомнатной квартирке. Её родители два года назад переехали в северную столицу, а она осталась жить с бабушкой.

Год назад той не стало. На Лену было жалко смотреть, так сильно она переживала утрату. Но недаром же говорят, что время - лучший лекарь. Постепенно Лена смирилась с потерей. Но теперь она старалась, как можно реже находиться дома одна.

Её дом постоянно посещали компании подруг и друзей, и некоторые из них были ей даже не знакомы. Но она не предавала этому большого значения. Незнакомцы становились приятелями через довольно короткий промежуток времени.

Вот и сейчас, нажимая кнопку звонка на её двери, я боялась быть не услышанной.

В подъезде гремела музыка и брала она своё начало именно из Лениной квартиры. Удивительно, как её обитатели ещё не оглохли.

Вопреки опасениям, дверь нам открыли почти сразу. Долговязый, худенький и не вполне трезвый паренёк деловито осведомился.

-А вы к кому?

Его я здесь наблюдала впервые и, поэтому не сочла нужным отвечать на его вопросы. А, лишь небрежно отстранив его, вошла в квартиру, увлекая за собой и Олега.

Ленуся возникла в дверях кухни с огромным ножом в руках. Она как всегда старалась накормить своих прожорливых друзей и, выйдя ко мне, отвлеклась на миг от приготовления капустного салата.

-Зойка! Как рада тебя видеть, - она, привстав на носочки, чмокнула меня в щёку.

Лена, в отличие от меня, была маленького роста. Хотя её и нельзя было назвать красавицей, тем не менее, она была очень хорошенькая. Её круглое личико обрамляли тёмные, средней длины слегка вьющиеся волосы. Но больше всего поражали собеседника её глаза. Большие и бездонные, они, казалось, занимали пол лица.

Так и тянуло заглянуть в их голубую глубину ещё раз. У неё было плохое зрение, но очки Ленуся носила редко, стараясь обходиться без них. Так как они ей абсолютно не шли.

Но отсутствие очков на её лице в данный момент вовсе не помешало ей разглядеть моего спутника.

Она положила мешающий нож на телефонный столик, вытерла руки о свой клетчатый фартучек и, подойдя к Олегу, церемонно с ним поздоровалась, разве что, не сделав книксен.

-Я Лена. А как вас зовут?

-Олег.

-Какое чудесное имя. Правда, Зой?

Было видно, что ей не терпится закончить официальную часть знакомства и утащить меня на кухню. Но она вежливо предложила гостю раздеться, извлекла из стенного шкафа и вручила тапочки, размера на три меньше, чем ему было нужно.

Пока она была занята Олегом, я освободилась от новеньких, но уже ставших столь ненавистными за время прогулки, сапожек.

Только теперь я смогла облегчённо вздохнуть и, сняв шапку, оглядеть себя в зеркале.

Тряхнула головой и примятые шапкой волосы заняли своё привычное положение, скрутившись спиралькой. Вид вполне сносный, а щеки горели огнём. Замёрзнув на улице, сейчас я вновь приняла человеческий облик из плоти и крови.

Ленуся, раскрыв двери в комнату, представила нас честному собранию.

Пять пар глаз рассматривало нас.

Навряд ли, присутствующие расслышали Ленины слова. Музыка орала настолько громко, что сотрясались стены и позвякивали, соприкасаясь стенками фужеры на журнальном столике.

Наконец, рыжая, сильно накрашенная девица, занимавшая ближайшую к музыкальному центру, позицию, сообразила убавить звук. И Лену стало слышно.

Она представила по очереди всех гостей.

Я не запомнила их имён. Лишь где-то в памяти отпечаталось, что рыженькую, зовут Аней. Может, потому, что из них всех она имела наиболее яркую внешность.

Две другие девушки были прямой противоположностью друг другу. Одна светловолосая, полненькая, другая, напротив, с неестественно тёмными волосами, была чересчур худая.

И обе они смотрели на Олега. Ещё бы! Какой интерес могла у них вызвать я? Незнакомка с потенциальным кавалером.

Зато взгляды пьяненького юнца, встретившего нас в дверях и ещё одного представителя мужского пола, восседавшего на диване, возле полненькой девушки, были прикованы ко мне.

Ленуся усадила Олега в мягкое кресло напротив журнального столика и отдала распоряжение светловолосой и её спутнику не давать Олегу скучать.

-Вы тут поухаживайте за гостем, а мы с Зоей быстренько сообразим закуску.

И она потащила меня за руку с собой на кухню.

Там она, вместо того чтобы сразу приняться за дело, уселась на табуретку у стола, закурила сигарету и, понизив голос до театрального шёпота, спросила.

-И где же ты, подруга, откопала такого красавца? В Москве? И ведь даже ничего не сказала по телефону.

-Почему в Москве? В дороге, а точнее в электричке.

-Вот как! - Лена удивлённо округлила свои и без того огромные глаза и выпустила дым в сторону открытой форточки.

-Везёт же людям. А я, сколько езжу, ну хоть бы кто пристал!

-А мы и познакомились именно потому, что ко мне пристали какие-то недоделанные, и ему пришлось за меня вступиться. Иначе не знаю, сидела бы я сейчас рядом с тобой или нет.

-Да прекрати ты страсти навевать, – она недоверчиво махнула рукой. - Вечно ты всё приукрасишь.

-Ничего подобного. Ты не видела, что у него рука перевязана? – обиделась я.

-Видела – сразу посерьёзнев, ответила Лена.

-Так вот это они его и полоснули ножом, когда он их из электрички выкидывал. Столько кровищи было… Хорошо ещё, всё закончилось благополучно.

-И ты, конечно, влюбилась в спасителя героя? - Ленуся снова была в своём репертуаре.

Она сразу попала в точку, высказав то, в чём я боялась признаться.

А ведь я действительно в него влюбилась, как говориться – по уши!

Но Лена быстро прервала мои радужные мечты, вылив на меня ушат холодной водицы.

-А ты хоть паспорт то его посмотрела, прежде чем влюбляться? Может у него жена и семеро по лавкам?

-Да, конечно, сразу и паспорт у него потребую? Ты думаешь, что говоришь? С какой стати? Я что с ним под венец иду?

Да я его второй раз в жизни вижу. И потом, ради чего бы он тогда сегодня появился? Если как ты предположила у него куча спиногрызов и любимая жена на далёкой родной сторонке? Ну, помог, и на том спасибо.

-Хотя, - задумалась я, – он ведь мне шарф принёс.

-Какой ещё шарф?

-Да я ему руку шарфом обвязала, чтоб не холодно было. А он сегодня принёс, только не мой, а другой. Мой- то испорчен был.

-Вот видишь, и не обольщайся на его счёт. И, потом, все военные – женатые люди. Заруби это себе на носу. А шарфик в хозяйстве пригодится.

Если Ленуся хотела испортить мне настроение, то это ей удалось на славу!!!

-Ну и ладно, – я надулась как мышь на крупу. Мне очень не понравилось её предположение. И моё состояние не укрылось от внимательных глаз подруги.

Впрочем, все мои внутренние терзания сразу отражались на моём лице. Да и перед кем было притворяться? Перед моей лучшей подругой, почти что сестрой?

Она встала, подошла к окну, выкинула окурок в форточку и, глядя на тёмный звёздный небосвод, сказала, не повернувшись и не глядя на меня. Словно пытаясь сгладить сказанное.

-А, вообще то, Зой, поступай, как тебе сердце твоё подсказывает. Никто ничего не знает. Как что будет и как всё сложится. Всё слова, слова и только. А жизнь - она штука хитрая. Порой так повернёт…

Она не успела закончить свою мысль. В проёме кухни возник всё тот же пьяненький паренёк и изрёк фразу, относящуюся, несомненно, ко мне.

-Воркуете тут? А, между прочим, вашего кавалера сейчас Анька клеит…

Он наблюдал за моей реакцией на свои слова. Но я сделала вид, что это мне абсолютно безразлично.

Лена вытащила из холодильника блюда с закуской. Одно вручила мне, а другое, парню, и мы отправились в комнату.

Действительно, за время короткого отсутствия, брошенные мной позиции прочно завоевала рыжеволосая. Она устроилась напротив Олега, потеснив на диванчике влюблённую парочку и выставив напоказ свои стройные ножки, слишком уж откровенно оголённые. Едва прикрытые коротенькой юбочкой. А её глаза прямо-таки впились в собеседника. Не знаю, о чём уж они там рассуждали, но увиденная картина мне очень не понравилась.

Я вообще-то, по жизни человек ревнивый. А тут ещё выслушать на кухне поучения Ленуси и предостережения её гостя. Как оказалось, не напрасные! Это уж слишком!!!

Я почувствовала, как мои глаза загорелись, глядя на них, адским пламенем. «Может, научусь ещё молнии метать?»

Ну, уж нет. Моей слабости никто не увидит. В конце концов, я в гостях у Лены. А она уж точно сумеет урезонить, кого угодно, стоит только тому выйти из рамок приличия.

Я водрузила блюдо, которое держала в руках, на столик, еле сдержавшись от нахлынувшего порыва вытряхнуть его содержимое на юбочку рыжеволосой красотки.

Тут Лена пригласила компанию собраться вокруг столика. И я заняла вакантное местечко в притащенном из другого угла комнаты кресле. Как раз напротив Олега…

Ленуся втиснулась ко мне, а остальные устроились, как могли.

Под тост за знакомство выпили приятного, пахнущего розами, вина. И, затем, быстренько поглотили всю приготовленную подругой закуску. И все остались довольны, немного подкрепив пищей, свои молодые, вечно голодные организмы.

Лишь я апатично жевала подсунутый мне заботливой подругой банан, вынужденно выслушивая бесконечную болтовню Анечки, явно адресованную для ушей Олега. С тоской, думая о том, что не надень я злополучных сапог, не сидела бы я сейчас тут. А мы одни, только вдвоём, и сейчас бы бродили по тихим пустынным улочкам.

Музыка вновь гремела на всю катушку, приводя в бешенство несчастных соседей.

Захмелевший ещё больше парнишка пытался вытащить меня из мягкого уютного кресла. А я как могла, сопротивлялась его напору.

Наконец, отчаявшись, он переключил своё внимание на черноволосую Дину, и они, найдя общий язык, отправились танцевать.

Тем временем Анюта и не думала ослаблять свой познавательный натиск на Олега. Однако это её рвение имело несомненные плюсы. Я между делом узнала много новенького о нём.

Он появился в нашем городке две недели назад. Их отряд прислали на переподготовку по лётному делу и чему-то там ещё из далёкого местечка под показавшимся мне смешным названием Могоча.

Именно там располагалась их часть и, оттуда частенько ему приходилось делать боевые вылеты на вертолётах в Чечню.

Но эту тему Олег закрыл сразу, отказавшись рассказывать и о своих подвигах, и обо всём, что было связано с войной. Чем очень разочаровал Анечку, жаждущую крови и зрелищ. Не укрылось от её зорких глаз и то, что рука Олега перевязана. Она явно желала его пожалеть, даже придвинулась поближе.

-А что это у вас с рукой? Ранение?

-Да. Бандитская пуля, – он усмехнулся, глядя при этом на меня. Но вдаваться в подробности не стал.

Кто-то выключил в комнате верхний свет. Теперь её освещало только настенное бра. Его неправильная геометрическая форма отбрасывала причудливые тени вокруг, разливаясь зеленоватым светом и создавая ощущение волшебства и покоя. Музыка уже не гремела так дико громко, а, приглушённая, тихо нежила слух.

В комнате остались только я, Анечка, Олег и Ленуся. Остальные отправились курить на кухню, так как хозяйка категорически запретила задымлять комнату.

Анечка не сдавала свои лидирующие позиции, начав новую атаку на Олега. Она рассказывала ему и нам, конечно тоже, о своих успехах на поприще модельного бизнеса.

Мне, право, было смешно. Какой там модельный бизнес в нашем захолустье!!!

Но я терпеливо слушала её бредни до того момента, пока вдруг не поняла, что Олег её совсем не слушает…

Он смотрел на меня, и меня словно поразило током….

Где-то в животе родился ком и начал своё движение вверх, поднявшись к самому горлу. Смесь восторга и страха перед возникшим новым чувством… Чувством, ранее непознанным. Заставляющим мои щёки вспыхнуть пламенем ещё сильнее.

Хорошо ещё, что в комнате выключен верхний свет. А то бы тот, из-за кого происходили со мной душевные метаморфозы, наверняка бы, всё понял.

Он смотрел на меня, не отводя взгляда, и я не могла оторваться от его тёмных глаз.

Они словно гипнотизировали меня. Магнетизм, исходящий от них, минуя реальный мир, уносил и меня в мир, где существовали только мы с ним. Одни…

Присутствующие в комнате просто перестали существовать…

Но длилось всё это недолго.

К реальности меня вернул Ленин голос.

За время моего витания в облаках кое-что изменилось в окружающем мире.

Оказывается, Анюта пришла на вечеринку в сопровождении молчаливого поклонника своих талантов. И отвела ему незавидную роль, оставив томиться в ожидании своей столь неверной пассии. Слишком уж много сил положила она на то, чтобы завлечь Олега, забыв того, с кем сюда явилась.

Но, заметив, что любовные флюиды Олега направлены вовсе не в её сторону, она, тем не менее, не огорчилась, а перекинулась на другой объект. Пригласив танцевать партнёра Дины, пока та отлучилась на минутку в кухню.

Девушка, вернувшись, застала неприятную картинку. Красотка уже успела обольстить за столь короткое время её, Дининого, как она думала, дружка. И, повиснув у того на шее, целовалась с ним, поправ все приличия.

Мужчина, что пришёл с Анной и теперь незаслуженно покинутый, доселе всё терпевший и черноволосая худышка Дина моментально заключили союз собратьев по несчастью и набросились на них. Вот-вот должны были полететь в разные стороны клочья. Преимущественно Анины.

Судя по раздавшимся воплям, как со стороны нападающих, так и со стороны отбивающихся сценка грозила стать пренеприятной. Но Ленуся как-то вовремя возникла со стороны кухни. И едва зародившаяся драчка была ею вмиг прекращена.

Обиженные быстро ретировались. Они ушли в холод ночи, наверное, соединившись в новую пару. Может и к лучшему. Ссора помогла им обрести друг друга.

Рыжеволосая же виновница скандала, разгладила пёрышки и как ни в чём не бывало, принялась за прежнее. Она увлечённо рассказывала о себе юнцу. Закончилось всё тем, что она увела его с собой в неизвестном направлении. Даже не попрощавшись ни с кем из нас.

Но мы на неё не обиделись. Скорее обрадовались. И ещё пара часов, миновали мирно и спокойно. Из прежней компании с нами осталась лишь полненькая блондинка. Совсем не унывающая, а с неподдельным интересом, впившаяся взглядом в экран телевизора, заинтересованная демонстрируемым там ночным шоу.

Время перевалило далеко за полночь, когда мы попрощались с Ленусей и отправились домой. Вернее, я продвигалась по направлению к дому, а Олег меня провожал.

У подъезда мы остановились и, договорившись увидеться на следующий день, распрощались.

Неожиданно Олег притянул меня к себе и поцеловал.

Сердце в моей груди билось как бешенное, грозя вот- вот выскочить наружу.

Нельзя сказать, что до этого момента меня никто не целовал. Целовали, конечно! Но подобного я никогда ещё не испытывала….

Как будто за моей спиной возникли два прелестных белокрылых ангелочка – близнеца и тут же вознеслись ввысь, захватив и меня с собой.

Мне стало так хорошо и спокойно, что я, пожалуй, не прочь была бы провести ещё пару часиков в обществе Олега. Но, голос разума заставил меня действовать, как подобает приличной девушке после первого свидания.

И вот я уже бежала по лестнице, и перевела дух, лишь открывая дверь ключом.

Стараясь никого не разбудить, быстро разделась и нырнула в разобранную постель.

Мысли носились в голове как сумасшедшие пчёлы из улья, растревоженные рукой любителя сладенького. И я никак не могла привести их в порядок.

Уже стало светать, а улицы ожили звуками просыпающегося городка, когда я заснула. Устав от собственных мыслей…

Глава 4

Новый день пронёсся вихрем и вновь наступил вечер, такой долгожданный, сулящий принести массу приятных впечатлений…

Я слонялась по дому как неприкаянная. И моё состояние, конечно, не укрылось от внимательных маминых глаз.

-Дочка. Что с тобой происходит? Может, расскажешь?

Она присела на краешек стула, оставив на время поливку цветов и вызывая меня на откровенность.

-Ну что рассказывать-то, мам? Всё по-прежнему. Вчера хорошо посидели у Ленуси. У неё, как всегда, новая компания. Тебе, конечно, огромный привет!

-Спасибо. И это всё?

-Всё.

Оглушительный звон телефона был как нельзя кстати. И я бросилась в прихожую, чуть не сбив с ног выходившего оттуда отца.

Это был Олег. И мы договорились встретиться через пару минут.

Я одевалась, учтя печальный опыт предыдущего вечера. Оставив новые сапожки отдыхать на полке, облачилась, в отнюдь не такие красивые, но зато тёплые и удобные. Теперь я была готова хоть всю ночь слоняться по холодным, пустынным улицам.

Мама даже не спросила, по обыкновению, во сколько меня ждать. Лишь вслед перекрестила меня, думая, что я не заметила этого её жеста.

Погода стояла неожиданно тихая, а на землю падал, кружась пушистыми крупными снежинками, снег. Не давая весне вступить в свои законные права…

Олег уже ждал меня. Его чёрная вязаная шапка была покрыта снегом, словно природа пыталась за время ожидания сотворить из него сказочного снеговика.

Он поцеловал меня, едва я к нему приблизилась. И тут же в душе моей возникло, да так и осталось, вовсе не собираясь уходить, чувство радости и покоя, усиленное гармонией окружающей нас природы.

Мы бродили по улицам и разговаривали. И сколько прошло времени неизвестно. Казалось, время замедлило свой ход. А мы двое так и вовсе растворились в нём…

Но, всему когда-то приходит конец…

Мы стояли у подъезда моего дома. И грустили оттого, что нам предстояло расстаться на целую неделю.

Завтра я должна быть в Москве. Да и Олег сюда не развлекаться приехал.

-Я ведь даже не смогу тебя проводить.

Олег держал мою руку в своей, и было понятно, что он не хочет меня отпускать.

-И не надо. Лучше позвони мне в Москву, а к выходным я приеду, и мы встретимся. Запиши телефон.

-Не надо, я запомню.

-Лучше запиши. Вернее будет.

-Да я пока на память не жалуюсь. Говори.

Я продиктовала ему номер и повторила ещё раз для верности.

-Всё. Записано. Жди звонка.

Мы расстались. И я побежала наверх, сожалея о том, как быстро бежит время.

На следующий день мама плотно набила мою сумку. Какими-то баночками с солёными грибками, с вареньем и с чем-то ещё. Она не обращала внимания на мои жалобные призывы сократить количество продуктов питания. Приводя веские аргументы в свою пользу.

-Ещё спасибо скажешь. Всё пригодиться. А ведь такого в своей Москве не купишь.

Я смирилась и через час электричка уже уносила меня в столицу.

Неделя тянулась бесконечно долго…

Олег звонил почти каждый день, и я вечерами сидела дома, забросив своих друзей и подруг. Я боялась, что он позвонит в моё отсутствие.

И удивлялась сама себе.

Разве мало я влюблялась прежде? И разве мало ребят влюблялось в меня?

А теперь я понимала, что всё это было не настоящим. Игра в «любит, не любит…» Сейчас же со мной происходило что-то другое. А хорошо это или плохо я не знала.

Наконец наступила пятница. Мы приближались к городку моего детства. За окном мелькали знакомые очертания привокзальных построек. И я с нетерпением тёрла перчаткой запотевшее стекло. Чтобы рассмотреть встречает ли меня Олег.

Толпа высыпала на перрон и постепенно рассосалась. А я всё стояла неподвижно, и уже пришла было в отчаяние, как увидела бегущего ко мне со стороны головного вагона, Олега.

-А я думал, что ты сядешь в первый вагон. Ведь, в первых двух, трёх, как правило, лучше топят.

Он поцеловал меня и взял из моих рук сумку. Около нас затормозила маршрутка, но мы в неё не сели, так как Олег предложил пройтись пешком.

-Мне сегодня, к сожалению, нужно быть в части.

Он посмотрел на часы.

-Ровно через полчаса и ни минутой позже.

-А потом же ты освободишься? Мы же ещё сегодня увидимся?

-Навряд ли. Это надолго.

Олег был расстроен, и я поспешила его утешить.

-Ну, и ничего страшного, надо так надо. Впереди ещё два дня.

-А ты не обидишься?

-Какие могут быть обиды, ведь это твоя работа.

Голос мой звучал уверенно и вполне убедительно. А на душе у меня скребли кошки.

Он проводил меня до дома, и мы даже ни минутки не постояли около подъезда. Олег опаздывал.

-Завтра в семь я буду тебя здесь ждать.

-Хорошо.

Я согласно кивнула, состроив беззаботную физиономию, словно вовсе не была огорчена отложившимся свиданием. И, не оглядываясь, поспешила вверх по лестнице.

Зато на следующий день Олег никуда не торопился, и мы с ним нарезали километры парочку часов, пока нам не надоело это хождение.

Прямо перед нами светилось яркой рекламой заведение довольно-таки известное в нашем городке. Здесь частенько собирались почти все криминальные элементы и женщины, отчаявшиеся найти себе нормального мужичка для долгой совместной жизни.

Идти к Ленусе не хотелось. Там обязательно наткнёшься на ещё одну Анечку, забредшую на огонёк, и проведёшь вечер по испорченному ей сценарию.

Мы переглянулись и, поняв друг друга без слов, вошли в стеклянные двери.

В ресторане гремела музыка, сотрясая воздух своим бандитски разговорным жаргоном. Было ещё рано. Разгар веселья здесь наступал после двенадцати. Сейчас же многие столики пустовали. Поэтому нам не составило труда выбрать себе местечко за столиком у окна.

Едва мы устроились, как к нам подошла официантка и подала мне меню. А я, вдруг, почувствовала себя зверски голодной. Хотя, вдруг, это неверное определение. Всегда, когда я счастлива, у меня возникает чувство голода. Именно - всегда.

Но ведь это просто неприлично обнаруживать перед любимым мужчиной свои слабости, тем более такого характера. Ещё примет меня за обжору. А посему, я заказала себе лишь бутерброды с красной рыбой и кофе.

Олег с моим выбором не согласился и добавил к моему заказу горячее на две персоны, салаты, вино и фрукты.

Вообщем, мы откушали по полной программе. И от выпитого вина по всему моему телу разлилась тёплая приятная волна спокойствия. Музыка блатного шансона прекратила своё существование. Вокруг остались лишь стены, оформленные на манер непроходимых джунглей, с выступавшими на них животными с почти натурально горящими глазами.

И полумрак… Раскрашенный голубыми, жёлтыми, красными всполохами светомузыки, которая выхватывала из темноты разные уголки зала, переливаясь на листьях пальм, расставленных по всему периметру.

И в этих искусственных джунглях остались только мы вдвоём.

Олег не отводил от меня взгляда. Он налил ещё вина и предложил выпить за нашу встречу.

За это грех было не выпить, и я выпила, мысленно поблагодарив приставшего ко мне в электричке верзилу, за наше состоявшееся знакомство. Не будь его, мы так и остались бы с Олегом лишь попутчиками, едущими в одном направлении.

-Расскажи мне о себе. Ведь я почти ничего о тебе не знаю. А мне кажется, мы так давно знакомы – целую вечность.

-А что рассказывать. Обычная жизнь. Родился и вырос в Казахстане. Родителей туда занесла судьба. Там же окончил школу и поступил, без проблем, в лётное училище. Хотелось поскорее вырваться из дома…

Там не проходило дня без скандала. Родители разводились и обвиняли друг друга во всех смертных грехах. Поэтому я был очень рад оказаться в другой обстановке.

-А родители разошлись всё-таки?

Да. Отец уехал, а мама осталась жить на прежнем месте.

-Одна?

-Нет. У меня есть ещё младшая сестра. Она в школе учится.

-Хорошо. Ей не так одиноко… Они наверняка гордятся тобой?

-Нет. Больше волнуются, чем гордятся. И всё из-за этой войны в Чечне. А главное, по телевизору без конца показывают, как, то тут, то здесь подстрелили нашу вертушку.

-И это на самом деле так?

-А на самом деле гораздо хуже, чем показывают.

Олег залпом осушил свой фужер.

От его слов осталось тягостное ощущение, и я задала ему глупый вопрос.

Возможно, это было результатом принятого спиртного.

-А ты уволься…

Олег усмехнулся.

-Да ты что. Я же лётчик. Я летать должен. И потом, кто-то должен и грязную работу делать.

-Но не убивать. Убийство - это грех.

-Да что ты говоришь… А твои принципы не мешают тебе сейчас поедать кем то убиенную, ни в чём не повинную бедную свинку?

Олег показал на кусок отбивного мяса в моей тарелке…

Я не ответила…Почувствовав, что что-то изменилось… Меня мутило и перед глазами всё плыло…

Виновата, конечно, была не свинка. Вернее, не слова, о её невинно загубленной душе. Я вовсе не была настолько чувствительной особой, чтобы падать в обморок даже при более весомых аргументах живодёрства.

Просто со мной сыграл злую шутку собственный желудок. Показав не к месту и не ко времени, как вредно переедание.

-Что с тобой? Тебе плохо? Прости… Я не знал, что на тебя так подействуют мои слова.

Олег вскочил и склонился надо мной.

-Да нет. Мне просто нужно срочно в туалет.

-Пошли… Я провожу.

Мне действительно было плохо. Может, вино суррогатная подделка?

Какая разница. Главное я не смогу полноценно продолжить вечер.

А это уже серьёзно!

Олег ждал меня у дверей туалета, пока у меня происходила неприятное общение с унитазом.

Меня вырвало и сразу стало легче. Хотя и роились ещё в глазах сумасшедшие чертенята…

Вот это откушали…

Хорошо ещё, что у раковины висит полотенце. Необыкновенно предусмотрительно, со стороны администрации… Чтобы клиент выглядел прилично. Было чем утереться после приятного ужина. Интересно, много ли у них таких, как я? Не случайно тут висит полотенце.

Что-то я прежде не наблюдала в общественном туалете свежего полотенца… Да и вообще никакого.

Впрочем, пора выйти наружу. Олег там наверняка с ума сходит.

Едва я открыла дверь, как он набросился на меня с расспросами.

-Ну, как ты?

-Всё в порядке. Только вот есть уже не хочется, равно, как и возвращаться за столик.

-А и не нужно возвращаться. Я уже расплатился. И мы можем уйти отсюда.

-А жаль. Тут так тепло и уютно.

-Подожди. Ведь тут и гостиница есть. И не нужно будет никуда идти. Сейчас я сниму номер. Если ты, конечно, не против.

-Я, не против. Только выглядеть это будет так, будто ты меня в ресторане подснял.

-А тебя что, так волнует чужое мнение? Прекрати. Сейчас же не каменный век.

Мы подошли к окошку администратора гостиницы. Благо идти было недалеко. Всего лишь перейти по коридору в другой зал.

Дородная тётенька строго обозрела нас с ног до головы. И пока Олег доставал воинское удостоверение, она, постукивая ручкой по столику, успела осуждающе вздохнуть. Нарочито громко. И этот её вздох был адресован, несомненно, мне.

-На сколько дней снимаете номер?

-На один день,

-На один… Понятно...

Она опять посмотрела на меня. И от этого её взгляда мне захотелось превратиться в черепаху и втянуть голову под свой непробиваемый панцирь. Чтобы не достигли цели эти её искромётные взгляды.

Дама записала данные Олега в свой журнал, выдала ему квитанцию об оплате, ключи и сердито предупредила.

-Посторонним в номере после одиннадцати находиться запрещено.

Она опять бросила на меня строгий взгляд.

Я отошла чуть в сторону, чтобы женщина не видела меня из своего окошечка. Мне казалось, что она своим пронзительным взглядом раздевает меня догола.

Олег же просто пропустил это её замечание мимо ушей и, взяв меня за руку, уже тянул за собой по ступеням на верхний этаж.

Он открыл дверь с опознавательной табличкой 56, почему-то сиротливо болтавшейся на единственном гвозде, и мы вошли в комнату.

Ничего, миленькая комнатка. Правда, без всяких там излишеств, но ведь и номер то не люкс…

Кровать, пара кресел, журнальный столик между ними, торшер и телевизор, стоящий в углу на тумбе.

Олег повесил нашу одежду в стенной шкафчик, включил телевизор. На удивление, исправный, судя по тому, что на экране сразу возникли лица, бешено о чём-то спорящих между собой, героев фильма.

Я устроилась в кресле и поджала под себя ноги. В комнате было прохладно. И я начала мелко, мелко дрожать.

Вполне вероятно, вовсе не от холода, а на нервной почве. Как-никак, я волновалась. Впервые мы с Олегом останемся одни…

-Зой. Я сейчас вернусь. Подожди немного.

Олег направился к двери.

-Ты куда?

-Спущусь в ресторан, возьму чего-нибудь съестного.

-Нет… Нет, не уходи. Мы ведь и так только что поужинали, - отчаянно запротестовала я. Отлично помня, чем всё это закончилось, и вовсе не доверяя изыскам местной кухни.

Однако Олег меня не послушался и, уже выйдя в коридор, вернулся, успокоив меня

-Я лишь фруктов принесу да попить чего-нибудь.

Он ушёл, и я осталась одна.

Почему-то меня не оставляло ощущение покинутости и страх, что дама из окошечка может в любой момент возникнуть и выгнать меня вон…

Комнату освещал лишь свет торшера, который я включила, лишь протянув руку, не сходя с кресла, да светящийся экран телевизора…

Но мне не пришлось грустить слишком долго. Дверь распахнулась, и в комнату вошёл Олег.

Он подмигнул мне подбадривающее, видя, что я нахожусь не в своей тарелке и, выложил на столик грозди чёрного винограда в пластиковой одноразовой посуде. И зелёновато-коричневые мохнатенькие киви, которые я, кстати, очень любила. Бутылка пива и газированной воды завершала натюрморт.

Олег присел на корточки передо мной и, обняв мои колени, спросил, глядя на меня снизу вверх.

- Да ты вся дрожишь? Почему? Ведь тут совсем не холодно.

-Не знаю. Просто так.

-Просто так не бывает.

-А у меня бывает…

Ну а дальше события развивались по обычному сценарию, как это происходило со всеми влюблёнными до нас, так и после нас, наверняка…

Менялось лишь время и место действия. А что прикажете делать, двоим молодым людям, которых словно магнитом притягивало друг другу?

Олег взял меня на руки и понёс к кровати и я, вдруг, перестала дрожать. Я прижалась к нему всем телом и слушала, как громко колотиться его сердце…

И нас закрутил водоворот любви, затягивая всё глубже и не давая опомниться…

Нам было так хорошо, что мы словно растворились во времени и пространстве. А наши души, обретя друг друга, пели в унисон, радостно наблюдая за нашими слившимися телами…

За окном уже стало светать.

На экране телевизора мелькали лишь помехи. Ночное вещание закончилось, равно, как закончилась и наша первая с Олегом ночь…

-Как же я люблю тебя. Как здорово, что судьба свела нас.

Олег протянул руку, достал гроздь винограда и, склонившись надо мной, принялся кормить меня им, отрывая по одной ягодке.

-Съешь ещё. Ну, посмотри, какая она красивая. Как ты.

-Тоже мне, нашёл сравнение! - засмеялась я

-Что? Такая же чёрная и круглая?

-Нет. Наоборот, ты такая беленькая и худенькая, но такая же приятная на вкус как та ягодка.

Он поцеловал меня так, что я едва не задохнулась.

-Так не хочется с тобой расставаться, но, к сожалению пора. К шести мне необходимо быть в части, чтобы избежать неприятностей.

-А который сейчас час?

Олег достал со столика часы.

-Уже почти пять.

-Ничего себе. Да у меня мама, наверное, уже все милиции и морги обзвонила.

-Ты что, маленькая девочка? Что она так о тебе беспокоится?

-Да, для неё я всегда буду маленькой девочкой. А потом разве можно приказать сердцу не волноваться? Это всегда происходит помимо нашей воли. Впрочем, вам мужикам, не понять нас, женщин. Все вы толстошкурые!

Олег смеялся и мешал мне одеваться, поэтому процесс затянулся, и мне пришлось напомнить ему о времени, которое неумолимо отсчитывало минуты.

-По-моему, кто-то здесь торопится, или я ошибаюсь?

-Нет. Но мне так трудно оторваться от такой принцессы, как ты.

- Только без лести, пожалуйста. Терпеть не могу, когда меня расхваливают!

-Какая же лесть, это чистая правда, сударыня.

Наконец, мы были готовы к выходу, оставались лишь сомнения по поводу недоеденных фруктов. Оставить здесь или забрать с собой? Но моя любовь к киви пересилила. И я, сложив в пакет, забрала их с собой.

Тем более что в голове моей родились кое-какие мысли о собственной реабилитации перед родителями. С помощью Ленуси, конечно.

Как раз её и собиралась я задобрить с помощью заморских плодов, к коим был не равнодушен и её желудок.

Администраторша проводила нас взглядом, и я знала, что она думает. Поэтому облегчённо вздохнула, лишь оказавшись на улице.

Глава 5

На землю падал снежок, выстилая под нашими ногами неутоптанную ещё, мягкую дорожку.

-Олег. Я не домой, а к Лене.

-Почему?

-Так надо.

-Ну, к Лене, так к Лене.

Мы быстро добрались до её дома.

-Я вечером позвоню, - Олег умчался, так как время уже начало работать против него.

А я летела как быстрокрылая птица по лестничным пролетам, торопясь поделиться с подругой своей радостью.

Заспанная подруга открыла дверь, сразу подрезав той птице крылья и убив первоначальное желание делиться своими эмоциями.

-Ты что, обалдела что ли, будить порядочных людей в такую рань? Совесть бы поимела!!!

Но, увидев, что я решительно обиделась этому её приёму и уже развернулась на сто восемьдесят градусов для того чтобы гордо уйти, она удержала меня за рукав и втянула в квартиру, захлопнув за мной дверь.

-Да ладно тебе. Подумаешь, какие мы обидчивые. А поднимать с постели добрых людей в такую рань это просто неприлично… Но я тебя прощаю, так и быть…

Ленуся зевнула и, найдя в коридоре тапочки, которые вечно теряла, побрела на кухню, продолжая незлобно ворчать.

-Иди за мной. Теперь всё равно сон перебился, придётся кофе пить, - она поставила на плиту чайник и тут только окончательно проснулась.

Резко повернулась ко мне и, пристально вглядываясь в моё лицо, спросила:

-Что-то случилось? Что-то страшное? Плохое? Говори.

-Да, случилось, - в тон ей ответила я, мстя за нерадушный приём, - меня похитили гуманоиды, всю ночь мучили, пытали, только что отпустили...

Она не дала мне договорить.

-А, случайно того гуманоида - мучителя не Олегом кличут?

-Как ты догадалась?

-Да, вообще-то нетрудно было догадаться. И где же происходили пытки? Не в жизнь не поверю, что вы всю ночь по улицам бродили…

-А что, в нашем городе, можно подумать, и пойти некуда… Посидели в ресторане…потом в гостинице… там же…

-Полежали?- невинно продолжила Лена, размешав в чашках кофейный порошок с сахаром и залив кипятком.

-А хоть бы и полежали. Чай нам не по пятнадцать лет.

-Да сейчас и в пятнадцать вряд ли кого удивишь. Ну и как?

-Что как?

-Ну, как он в постели?

-Лен. Ну, ты совсем обнаглела. Я же не спрашиваю тебя как твой Ванёк в постели?

-А что такого? Спроси. Тем более мы с ним навек расстались, - она деланно тяжко вздохнула.

-Да что ты говоришь? И давно?

-Не далее, как вчера. А, кстати, вчера или может уже сегодня, короче, ночью твоя мамуля звонила. И была очень обеспокоена твоим отсутствием.

-И что?

-Что, что… Не делай такие дикие глаза… Я ей сказала, что ты на полчаса вышла к соседке и ночуешь у меня.

-Ленка!!! Как же я тебя люблю!

- Не стоит благодарности. Я просто проявила заботу о твоей матери. Если уж ты обо всём забыла с этим своим Олегом… Кстати, мы отклонились от основной темы.

Тут я вспомнила о киви и высыпала их из пакета на стол.

-Что это?

-Как что? Ты же их обожаешь, как я помню?

Лена поднесла заморский плод к носу и, зачем-то, понюхала.

-Наверняка остатки с барского стола?

-Ленка!!! Брось придуриваться! Ты же их любишь, так скажи мне спасибо и лопай! Пока я их не прикончила.

Я взяла нож и, очистив киви, послала его в рот. Ленуся последовала, не удержавшись от соблазна, моему примеру.

-Ты мне так и не сказала о чём вы там, в гостинице, договорились.

-А что, разве мы должны были о чём-то договариваться? – блаженно улыбаясь, удивилась я.

-Я понимаю, вы были заняты другим. Но должна же ты была его расспросить, уточнить его намерения в отношении себя.

-Да мы и так говорили... О его маме, сестре, как они жили. А о его намерениях в отношении меня как-то неприлично узнавать, да и рано.

-Конечно, рано!!! Смотри, как бы поздно не было…

-Да что ты постоянно каркаешь, как старая вреднющая ворона!

-За ворону спасибо тебе. Но, между прочим, я не о ком-то, а о тебе забочусь. О лучшей своей подруге… Так как слишком хорошо знаю жизнь… И мужиков, подлецов! Ты в облаках-то витай, но не забывай, что он не просто мужчина, а мужчина в командировке! А это вовсе не одно и то же.

Тут Ленуся заметила, что у меня глаза на мокром месте и сменила гнев на милость.

-Ну ладно, прекрати… Ты же знаешь, что я склонна к преувеличениям.

Она передвинула свой стул, подсев поближе ко мне и предложила:

-Между прочим, сегодня моя квартира весь вечер и ночь будет свободна, и я отдаю её в твоё распоряжение. Пользуйся, пока я добрая. Нечего по гостиничным углам мыкаться...

Подружка поглощала киви один за другим, при этом хитро на меня поглядывая. Она ждала мой вопрос, и он последовал незамедлительно

-А сама-то ты, куда денешься на всю ночь?

-К Ивану. У него сегодня день рождения. Намечается хороший такой собантуйчик.

-Ты же сказала, что вы расстались. Навек…

-Ну, навек, это я конечно лишку хватила. А вот до сегодняшнего вечера, это точно.

-Фу ты!!! Вечно шутишь. Иногда я даже не понимаю, когда ты правду говоришь, а когда врёшь!

-Но ведь без шутки скучно жить, согласись?

-Может ты и права. Я посплю у тебя пару часиков, глаза слипаются. А потом домой пойду.

-Что за вопрос? Располагайся на диване. Сегодня тебе нужно будет пережить ещё одну бурную ночку. Так что отдыхай…

Глава 6

Мы ужинали всей своей небольшой семьёй, когда позвонил Олег и сообщил, что жаждет свидания со мной.

Мы договорились встретиться у Ленуси, через час. И я вернулась за стол.

-Ты сегодня опять уходишь? – мама смотрела на меня грустно.

И я её прекрасно понимала. Дочь приехала и постоянно находится в бегах.

-Да, Ухожу.

-И опять к Лене?

-Да.

Я старалась говорить кратко, быстро работая ложкой.

-А ведь тебе сейчас не Лена звонила.

-Ну, не Лена! А ты, мамуль у нас прямо как Шерлок Холмс.

-Будешь тут Шерлок Холмсом, когда от дочери ни слова не добьёшься, с кем она и где.

-Да всё нормально, мам. Я познакомилась с молодым человеком. Разве я не могу с ним пойти в гости к лучшей подруге?

-Можешь, конечно, но и о нас с отцом не забывай. Мы всё-таки за тебя волнуемся. Кто этот молодой человек?

-Человек как человек. Очень даже симпатичный…

-А почему ты не пригласишь его к нам?

-Мам, не гони лошадей. Рано ещё.

-Аня. Оставь ты её в покое, - вмешался отец, - дай ей спокойно поужинать.

-Вот так всегда! А, между прочим, у близких людей не должно быть тайн друг от друга. Именно на доверии и держаться человеческие отношения!

-Тут, ты мамуль, несомненно, права. А пока мне пора бежать. Сегодня меня не ждите.

-Так тебе завтра утром рано уезжать.

-Ну и что. Успею ещё за свою жизнь отоспаться.

Я встала из-за стола, чмокнула маму в щёку и пошла собираться.

Спустя полчаса я была готова и вышла на улицу.

В квартире у Ленуси был переполох. Олег сидел на кухне. А она что-то громогласно доказывала своему Ивану. И, стоило мне появиться, как подруга сразу перевела стрелки на меня

- Вот ты у неё, у Зойки-то спроси, чей это жених. Если мне не веришь! Представляешь, приревновал меня! Надо же, всё настроение праздничное испоганил.

Коренастый крепыш Иван уже понял свою ошибку, и чтобы как-то загладить вину, пытался обнять Лену.

-Ну, я же не знал. Ты сама виновата. Когда не придёшь, вечно у тебя какие-то мужики крутятся.

- А вот и неправда, не было такого никогда. Только в компании вместе с подругами.

-Какая разница?

-Существенная.

Тут я решила вмешаться и поздравила Ивана с днём рождения.

-Спасибо. Но почему здесь поздравляешь? Разве ты с нами не идёшь? Ведь ты первая в списке приглашённых.

-К сожалению, не могу. Мне завтра нужно быть в Москве, а с вами разве уедешь?

-Ну, как знаешь, хотя жаль, многое теряешь…

Ленуся, уже одетая, зашла на кухню, где мы с Олегом пили чай и сделала мне наставления, где оставить ключ.

-Соседке отдашь из квартиры напротив, она всегда дома. И ведите себя прилично.

Лена погрозила нам пальчиком и исчезла, оставив после себя сладкий запах французских духов…

Мы остались одни…И на этот раз меня не преследовали страхи, что кто-то может прийти и выгнать меня вон.

Впереди была целая ночь…

Ничего лучшего и желать-то нельзя.

Я была счастлива! А по Олегу можно было увидеть, что он тоже. Мелодия, доносившаяся из Ленкиного музыкального центра, настраивала на лирический лад.

На миг она унесла меня так далеко от реальности, что я даже увидела нас двоих на берегу тёплого моря, бегущих по упрямым, лижущим песок волнам.

Не такая уж и несбыточная мечта! Скоро настанет лето. И мы обязательно окажемся на берегу этого уже не иллюзорного моря…

А сейчас мы лежали на диване в маленькой комнатке, отделённые от всего мира и Олег медленно накручивал локон моих волос на свой палец.

-Какие у тебя всё-таки красивые волосы. Никогда таких не видел.

-Только волосы красивые? А я сама?

-И сама ничего!

-Ничего – пустое место! Моя бабушка так всегда говорила. Выбери определение поточней.

Олег оставил мои волосы в покое и, склонившись надо мной не давая вырваться из своих объятий, крепко поцеловал.

-Такое определение подойдёт?

Розовый ушастый плюшевый заяц, с кресла напротив, лукаво подмигивал мне одним глазом, мол, соглашайся.

А мне хотелось, чтобы Олег держал меня вот так, близко-близко к себе и как можно дольше не отпускал…

Время перевалило далеко за полночь.

Мы, проголодавшись, принялись уничтожать Ленины запасы из холодильника. Принеся их на подносе сюда же, на диван.

-Как жаль, что придётся уезжать.

Олег отложил бутерброд и откинулся на высокие мягкие подушки.

У меня сразу пропал аппетит, как отрезало.

-И когда?

-Даже не знаю. Но в ближайшие две недели, точно нет. Вчера в Чечне опять наши ребята погибли. Значит, будет усиление.

-А что это означает?

-Это значит, что будет создан новый отряд и отправлен туда. Для устранения очага обстрелов и последующей зачистки.

-Как это, зачистки?

-Это когда после нас проходит спецназ, проверяя каждый уголок селения или другого участка территории. Не оставляя возможности бандформированиям укрыться.

-А твой вертолёт тоже могут сбить?

Меня охватила паника…

Олег это почувствовал и постарался сгладить сказанное.

-Ну почему сразу сбить? До сих пор ведь жив и даже здоров. Или ты в этом сомневаешься?

Он притянул меня к себе, пытаясь прекратить этот разговор.

Но я не могла успокоиться. Слишком страшные картины возникали у меня в голове.

-А сколько раз ты там был?

-Два раза.

Олег всё-таки поцеловал меня, давая этим понять, что разговор на военную тему исчерпан.

-Ты уедешь. А как же я? Я ведь не смогу без тебя теперь жить.

-А тебе и не придётся жить без меня...

Олег замолчал и его молчание, казалось, длилось вечность, хотя миновало лишь несколько секунд.

-Мы будем вместе. Теперь всегда…

Он говорил так, что мне показалось, его слова относились не ко мне. Он словно убеждал себя в этом.

Впрочем, мне всегда что-то кажется. Слишком уж я мнительный человек. К тому же, с буйно развитым воображением.

А, между тем, эта его фраза была ничем иным, как залогом нашего долгого и счастливого будущего.

Впереди ещё целых две недели, а, значит, есть время во всём разобраться. А главное в самой себе…

Заканчивалась ночь, как рано или поздно заканчивается всё то, что нам хочется удержать. Продлить мгновение… Растянуть до немыслимых нереальных границ… Но время нещадно… оно не считается ни с чьими прихотями и желаниями… Отмеряя свой неумолимый размеренный шаг для всех одинаково…

-Мне нужно идти, иначе я опоздаю на электричку. Я переводила взгляд то на Олега, то вновь на стрелки электронных часов.

-Я тебя провожу.

-А разве тебе не нужно в часть?

-Успею. Сначала тебя провожу.

Мы навели порядок в комнате, чтобы не огорчать Ленусю. Закрыли дверь и, передав ключи зевающей спросонья соседке, вышли на тёмные ещё улицы.

За разговором незаметно дошли до моего дома, и я пригласила Олега подняться вместе со мной.

-Нет. Ты за меня не волнуйся. Я тебя здесь подожду. Покурю пока. Ты не торопись, собирайся.

-Пойдём, я тебя с родителями познакомлю. А то мы целую вечность с тобой знакомы, а они ни разу тебя не видели. Это просто неприлично.

- Нет. Второпях не знакомятся с родителями а, насколько я понимаю, время ограничено.

-Да. Ограничено, как всегда.

­-Ты приедешь через пять дней и, тогда я предстану перед ними при полном параде. Так что повода для огорчений нет.

-Ладно. Я скоро.

Войдя в подъезд, я обернулась, я чувствовала его взгляд. Он стоял у дерева, одну руку положив на его ствол. В другой руке он держал сигарету. Он словно ждал, когда я обернусь, и помахал мне. Я в ответ кивнула и улыбнулась. А он не улыбнулся мне в ответ. Мне он показался грустным и задумчивым. Впрочем, его состояние вполне соответствовало моменту. Я чувствовала себя точно также.

Мама уже не спала, она ждала меня. Сумка, которую мне опять предстояло с собой тащить, была готова и стояла в прихожей.

-Мамуль, но мне столько не нужно. Меня и так тётя Тоня ругает. Говорит, что холодильник набит до отказа.

-Ну и пусть. Они же пенсионеры с дедом, не работают. А жизни сейчас такая дорогая. Всё пригодится.

-Мам. Да тётя Тоня меня кормит как на убой. Я не хочу есть, а она так приготовит, что пальчики оближешь. Хочешь, не хочешь, а садишься за стол. Такими темпами я превращусь в жирную курицу, и меня никто никогда не полюбит…

-Бедная ты моя! А мне показалось, что кто-то сейчас стоит во дворе под деревом и ждёт тебя. Или, может, не тебя?

-Точно… Меня…

-Так что на твой век кавалеров хватит.

Мама обняла меня, и я прижалась к ней как в детстве, и мне очень не хотелось уезжать…

Может остаться? Мир не рухнет без меня. Вот только мой начальник Мишка, вернее Михаил Сергеевич, придёт в бешенство. И закончится моя столь успешная карьера в его конторе.

Нет. Нельзя давать поблажку своим эмоциям и чувствам. Иначе можно зайти очень далеко. Лучше я попрошу у него небольшой отпуск и приеду домой, чтобы быть тут, до тех пор, пока Олегу придётся уехать. Я провожу его. А, может??? … Нет, так далеко загадывать не стоит.

-Всё, мне пора бежать. Скоро приеду. Не скучай, мам. И не обижайся, сумку я всё-таки не возьму. Отцу, привет.

Мы поцеловались, и я отправилась в путь.

По дороге на вокзал Олег пытался рассмешить меня, рассказывая анекдоты про армейскую жизнь. Но я смеялась невпопад. Мысли мои витали где-то далеко, и я никак не могла привести их в порядок. Скоро Олег понял, что мне нет никакого дела до этих его анекдотов и на время умолк.

Первой молчание нарушила я.

-Мне так не хочется уезжать…

После этих моих слов Олега словно прорвало.

-А ты думаешь, мне легко тебя отпускать? Вот так стоять и смотреть, как ты уезжаешь. А потом ждать целую неделю, когда ты приедешь опять? Да если бы я только мог, я бы сам к тебе рванул. Но, к сожалению, я военный человек. И пока что не генерал и должен выполнять то, что мне приказывают. Потому что когда-то сам выбрал этот жизненный путь. Но я тебя люблю. Ты это понимаешь?

Эти его слова возымели действие разорвавшейся бомбы. На миг у меня словно заложило уши, мне даже показалось, что я ошиблась, ослышалась. Он сказал то, что я так хотела услышать. Я остановилась резко, словно заупрямившийся ишак, и шедшая прямо за нами женщина, которая явно торопилась, наткнулась на меня и, выругавшись, шарахнулась в сторону.

-Это правда? То, что ты сказал?

-Да…

Олег достал сигарету и никак не мог зажечь её, бесполезно щёлкая зажигалкой. Попытки с третьей это ему удалось и он, с удовольствием, затянулся.

-И я да… Так это же здорово… Я постараюсь отпроситься у босса, правда на уговоры тоже потребуется время, но, я думаю, он сдастся и даст мне отпуск. И я приеду, тебе не придётся меня долго ждать!

-Хорошо, если это будет так.

Олег отбросил сигарету прочь.

Было видно, что он по-прежнему нервничает.

Но размышлять об этом мне уже было некогда. До отправления электрички оставались считанные минуты. Мы ускорили шаг и лишь за минуту до отправления купили билет.

Пришлось даже немного пробежаться, чтобы успеть запрыгнуть в вагон, а не остаться на перроне, махая платочком вслед убегающему вдаль последнему вагону.

Я не успела опомниться, а поезд уже набирал ход.

Олег быстро шел вдоль перрона, махая мне на прощание рукой. Ещё миг и он остался позади не в силах состязаться в скорости с этим чудом человеческой мысли, железным монстром.

Глава 7

До работы оставалось слишком мало времени, я не успевала забежать домой, в своё Московское жилище и поэтому поехала сразу на службу.

Путь предстоял недолгий, но нужно было выдержать двадцать минут толкотни в поезде метрополитена. Где равнодушная толпа старалась сделать человека несколько тоньше, плотно спрессовывая человеческие тела.

Но что делать, час пик… Всем ехать надо!!! А не нравится, так купите себе машину и разъезжайте… Хотя и тут может произойти казус. Вы, в самое неподходящее время можете застрять в пробке. Да и машина, на которой можно ездить, а не нервничать по поводу постоянно выходящих из строя деталей, нынче дорого стоит. Так что терпите и ездите общественным транспортом. Ничего, живы будете!

Эскалатор выплюнул меня наверх, и я облегчённо вздохнула. Давка закончилась. Народ потянулся к выходу, разделившись на два равных потока. Смотря кому, какой выход был нужен.

Я свернула направо и вышла на главную улицу. Миновав два квартала, повернула в переулок и оказалась перед старинным пятиэтажным зданием. Именно здесь и располагалась наша частная адвокатская и, одновременно, сыскная контора. На первом этаже этого самого дома.

Внешний вид здания обманывал. Вопреки внешней неказистости, всё внутри него имело суперсовременный вид. Одному богу известно, сколько денег вбухал в своё детище Михаил! Но дело того стоило, согласно известной поговорке, что встречают по одёжке. Именно поэтому Босс не пожалел денег и на входе посадил охранника с косой саженью в плечах. Мимо него не смог бы проскочить ни один злоумышленник и даже простой мирный гражданин, не предъявив пластиковой карточки работника агентства, либо гостевого приглашения. Короче, наши тылы были хорошо защищены.

Я толкнула стеклянные двери и вошла внутрь.

Предъявила карточку охраннику, затем приложила её к электронному сканеру, тоненько запищавшему в ответ, и автоматическая дверка открылась, пропуская меня в недра нашего окутанного тайной заведения.

Третья дверь по коридору моя. Это был, очень миленький кабинетик. Весь в белом… И лишь зелёные фикусы, пальмы и что-то ещё, чему я не знала названия, разбавляли и оживляли эту безупречную больничную белизну. Здесь я трудилась, не покладая рук, до пяти вечера, отвечая на телефонные звонки клиентов, назначая время встречи или отказывая, судя по обстоятельствам.

В основном звонили покинутые или обманутые жёны, или мужья. Мечтающие уличить свою вторую половину, а ещё лучше так вообще застукать на месте преступления.

Судя по тому, что наша контора процветала, и заказов на наши услуги не становилось меньше, а наоборот, их количество росло, шагая семимильными шагами, наш мир медленно опускался в бездну. Благодаря своей работе я даже начала думать, что верных друг другу семейных пар уже не существует…

Иногда, когда катастрофически не хватало людей, а заказов было много, я отправлялась во многочасовую засаду с видеокамерой в руках. И мы с шофёром в ожидании объекта травили анекдоты и объедались пончиками, предусмотрительно захваченными из дома. Благо тётя Тоня умела и любила их готовить.

Не успела я привести себя в порядок, снять сапоги и переодеться в туфли, как дверь распахнулась, и в комнате возник Михаил.

Он был взбешён, его чёрная шевелюра пребывала в полнейшем беспорядке. Видимо, он, по обыкновению, разворошил волосы пальцами, пребывая в расстроенных чувствах и перепутав собственные руки с расчёской.

Меня так рассмешил его вид, что я, не сдержавшись, фыркнула. Чем разозлила его ещё больше и навлекла на себя гневный выплеск эмоций.

-Что, тебе ещё смешно? Мало того, что ты столько времени пропадала на этой своей сессии, так ещё в пятницу смылась раньше положенного времени!!! А как зарплату получать, так тут мы первые. Денежки нам, видишь ли, очень нужны!!! А за что, спрашивается? Целый отдел тунеядцев… И у всех какие-то веские причины!!! А я один должен объясняться с этой сумасшедшей дамой…

Он бессильно упал в кресло, видимо, исчерпав весь свой запас яда. И продолжил, помедлив пару секунд, совершенно другим голосом и совершенно в другой тональности.

-У тебя есть что-нибудь попить?

-Есть. Минералка.

Я открыла стенной шкафчик с документами и извлекла оттуда бутылку и стакан. Наполнила его до краёв и передала Михаилу.

Он выпил и недовольно поморщился.

-Фу. Она же теплая.

-Не обессудьте. Вы же, мистер, не купили мне холодильник. Пропуская мои неоднократные просьбы мимо ушей.

-Верно, учту.

-А что всё-таки произошло? Землетрясение? Или всемирный потоп?

-Всё шутишь? Настроение у тебя хорошее, как я вижу?

-Ну да, неплохое. Жизнь ведь прекрасна и удивительна!

-Так я тебе его испорчу. Помнишь даму в шляпке? Странную такую.

-Помню. Только ничего в ней странного я не нахожу. Дама, как дама. А ты потому и холостой до сих пор, что у тебя все дамы странные.

-Пусть так. Но речь сейчас не обо мне. Не перебивай. Я и так на взводе. Так вот… Мы представили ей все доказательства верности её мужа. Помнишь – там не муж, а агнец божий. На него без слёз не взглянешь.

-Помню. Мы же с Федюней сами его снимали. Он чист как белый лист бумаги.

-А его жена так не думает. Сейчас она вся в слезах сидит у меня в кабинете и требует продолжить расследование.

-Ну и чего ты взбесился, не понимаю. Требует, значит, надо продолжить. Клиент всегда прав. Поснимаем ещё. Она же бабки платит, чего переживать?

-Знаешь, я профессионал в своём деле и мне не нравится, когда какая-то дамочка учит меня, как нужно следить за её мужем.

-Эко, ты загнул. Так мы и без клиентов останемся…Терпение, мой друг. И ещё раз, терпение!!! Пойду, сама с ней побеседую. Может, всё и утрясётся.

Да… Ну и дела… Если мне сейчас не удастся уломать дамочку, плакал горькими слезами мой отпуск.

Дама сидела в кресле, а её шляпка, лежала рядом на столе. Тонкие пальчики перебирали её поля. Дама нервничала, а нос её распух и покраснел.

Время от времени она подносила к нему скомканный платок. Около неё суетилась Светка. В кабинете сильно пахло валерьянкой. Слава богу, что наш рыжий кот загулял и бродит где-то во дворе в поисках любовных приключений! Вот бы он пришёл в неистовство! Пришлось бы усмирять ещё и его!!!

Увидев меня, женщина обрадовалась.

-Как хорошо, что вы пришли. А то я объясняю, объясняю и натыкаюсь на такую стену непонимания…

Она всхлипнула обиженно, но, по-видимому, взяла себя в руки и продолжала спокойно.

-Всё вроде правильно. Мне представили доказательства верности моего мужа. Фотографии, видео... Как он идёт с работы, на работу, куда заходит по пути. Даже с кем он посещает баню…

-И чем же вы не довольны? Что вас не устраивает?

Дама понизила свой голос до шёпота

-Было одно упущение…У нас есть собака, спаниель. Муж выгуливает его в парке…

-И что? Мы предоставили вам фотографии. Там только он и собака

-Да… Но на фотографиях он лишь входит в парк и выходит из него.

-И что же?

-Как что? Вы не понимаете, - она подыскивала слова, - они же там совокупляются, - дама скромно потупила глазки.

От неожиданности я потеряла дар речи и хватанула воды из стакана с противной валерьянкой, задав совершенно глупую фразу

-Кто с кем?

-Как кто? Муж конечно, с любовницей.

Я даже сразу не нашлась, что сказать в противовес и опять, не блеснув умом, спросила.

-Так холодно же очень в парке-то. Чай не лето красное. И, потом не было никакой любовницы.

-Ну и что, подумаешь, холодно?

-А вы сами пробовали, зимой в парке?

-Да вы что, девушка? За кого вы меня принимаете???

Дама захлебнулась от возмущения и вскочила, разве что, не стукнув ногой о пол. Вся её поза показывала, как она оскорблена.

А я едва сдерживалась от смеха, живо представив себе, как её маленький, тихий, лысый муж развлекается с подоспевшей к нему, прошедшей окольными путями, любовницей. Причём, не отпуская с поводка любимого спаниеля, чтоб не сбежал и, чтобы не оказался съеденным дикими ночными зверями.

Хорошенький сюжетец для кинокомедии …

Между тем дама извлекла из сумочки очечник и, раскрыв его, достала что-то и положила на стол.

-Вот, - победно произнесла она, - это волос… и, отнюдь не с моей головы. Я нашла его вчера на его брюках. Так что я требую, чтобы вы проследили за ним в парке и представили мне полный отчё. Мой телефон у вас есть. Я буду ждать результатов. Прощайте.

Она гордо удалилась.

-Уф, пронесло.

Светка устало свалилась в кресло напротив, а в кабинет осторожно заглянула Мишкина голова. Убедившись, что дама исчезла, он вошел и согнал с кресла Светку.

-Будь добра, свари нам кофе.

-Сию минуту, босс.

Светка сделала реверанс и удалилась исполнять поручение.

Через пару минут она возникла с подносом и уже хотела его поставить на стол, как я вспомнила об оставленном Дамой вещественном доказательстве

-Погоди, - я подняла со стола злополучный волос и внимательно его разглядывала.

-Что это? Опять столы не протирали… Уволю всех, к чёртовой матери!!!

Мишка взял свою чашку прямо с подноса.

-Да нет. Это дамочка принесла волос, как доказательство неверности. Сняла с одежды мужа.

Вот кого тебе надо было на работу брать, а не нас, дармоедов. Знаешь, как бы повысилась производительность труда!

Светка захихикала. А Михаил взял у меня предмет обсуждения и, надев очки, поднёс к глазам.

-Какая у них собака?

-Спаниель. А причём тут собака?

- А притом, что это волос со шкуры того самого спаниеля. Уж вы мне поверьте. Я в этом разбираюсь. Сам когда-то такую собаку держал. Бред какой-то!

Он раздражённо выбросил собачью шерсть и, глотая горячий кофе, проворчал.

-Тут поработаешь, вовек не женишься. Ещё попадётся такая! Бррр!!!

Он передёрнул плечами. Но, потом посмотрел на меня, хитро так посмотрел и вынес вердикт.

-Хотя, возможно, женюсь! На тебе.

-А вот тут ты опоздал. У меня уже есть предмет воздыхания. И, кстати, я хотела просить тебя об отпуске…. Правда, очень нужно.

-Ты что шутишь? Хочешь меня без ножа зарезать? Кого я поставлю выполнять заказ этой сумасшедшей…. Нет уж, я не могу её больше видеть. Я не выдержу и нахамлю ей…

-Но мне положен отпуск, лучше сейчас, чем летом, когда будет гора заказов.

-Нет. И не проси…. Сначала доделаешь дело. Выполнишь прихоть этой взбалмошной тётечки, вместе с Федюней. А уж потом я подумаю насчёт твоего отпуска.

Продолжать уговоры не имело смысла. Я допила кофе и отправилась на поиски Федюни.

Он играл в шахматы, сражаясь с компьютером и, громко комментировал каждый свой ход.

-Привет.

-Привет, - он не оторвал взгляда от экрана

-Что, бездельничаешь?

-Есть немного.

-И за что вам только зарплату платят?

-А вам?

-Вот я и пришла, чтобы сообщить тебе пренеприятнейшее известие.

-К нам едет ревизор?

-Нет. Хуже.

Федюня развернулся на своём крутящемся кресле и сложил руки на груди.

-Ну. Говори.

-Помнишь нашу слежку за лысым дядькой?

-Помню.

-Сегодня вечером опять поедем, будь готов. Жена его приходила. Мы с тобой плохо поработали. Будем рыть доказательства измены.

-Я готов. Но если уж такие представители мужского пола кинулись изменять, то мир перевернулся.

-А ты ещё в этом сомневаешься?

До вечера я разбиралась с бумагами, приводила их в надлежащий порядок и аккуратно раскладывала по папочкам. Отвлеклась лишь для того чтобы перекусить в буфете.

Ровно в шесть появился Федюня и, жалобно так глядя на меня, спросил

-А мы к девяти освободимся?

-Ты что, милый! В девять-то самая работа и начнётся. И надо постараться всё сделать сегодня. Чтобы завтра не начинать всё сначала.

-Тоска…

Фёдор вздохнул и принялся названивать по телефону.

Судя по тому, как он бросил трубку, его доводы на том конце провода не приняли.

Глава 8

В половине восьмого мы стояли у моего дома. Должна же я была предупредить тётю Тоню.

-А ты, как раз вовремя, я холодец приготовила, сейчас ужинать будем.

-К сожалению, не получится. Я забежала на минутку, лишь предупредить, что буду поздно.

-Что опять эти твои слежки?

-Опять.

-И когда же они, окаянные, успокоятся? Всё следят и следят друг за другом, а что толку? Вот мы с дедом полвека вместе прожили, а такого и в уме не держали. Правда, дед?

Дядя Ваня не расслышал и переспросил:

-Чего говоришь?

-Чего, чего? Тетерев глухой… Есть иди говорю!!!

Я не успела ретироваться, тётя Тоня уже спрашивала меня с кухни, шурша целлофановыми пакетами.

-Бутерброды с колбасой класть? Или с сыром?

-И то, и другое.

Я знала, что сопротивляться бесполезно. Пакет с провизией, так или иначе, будет вручён мне в руки.

Я переоделась, приняв более приемлемый для задуманной операции вид.

В джинсах и в ботинках на плоской подошве, я буду чувствовать себя гораздо уверенней, скача по пересечённой местности парка.

Через пять минут я была готова, осталось лишь проинструктировать тётю Тоню, на случай, если Олег позвонит в моё отсутствие.

-Тётя Тоня, если мне позвонит мужчина, скажи ему, чтобы перезвонил позже. Обязательно.

-Иди, иди и не волнуйся, всё передам как надо. Тем более мужчине… Работай со спокойной душой.

Мы приближались к дому, где нам предстояло провести в ожидании энное количество времени. Радовало одно, что, согласно законам физиологии, собачка всё равно захочет писать. И её хозяин выведет. Судя по предыдущим наблюдениям, прогулки эти совершались приблизительно в одно и тоже время. А значит, ждать осталось недолго.

Самое время перекусить.

Мы заняли удобную позицию и принялись поглощать припасы.

Минут через двадцать дверь интересующего нас подъезда отворилась, и из него вышел грустный маленький человечек. Именно тот, за которым мы охотились. Он тащил за собой на поводке собаку.

Протопав мимо нашей машины, он прямым ходом отправился по проторенной дорожке в парк.

Мне стало так жаль его. Выглядел он уж как-то очень потрёпанно.

Всё в той же старой серой курточке, в которой ходил и на работу и, в не выдерживающей никакой критики, кожаной кепке, он не мог вызывать иных чувств.

Действительно, лучше всю жизнь оставаться одиноким, чем так жить! А его ведьма - жена, лучше бы приодела его, чем тратить такие огромные бабки на наши услуги. Больше пользы было бы!

Ехать дальше оказалось невозможно. Машина остановилась на полянке, погасив фары. И мне пришлось из неё выбираться.

После тёплого салона машины, внешний мир показался мне слишком холодным и враждебным. Застегнув куртку под самое горло, я двинулась на поиски.

Собачий лай возвестил о том, что я на верном пути. Теперь главное занять удобную для съёмки позицию.

Я обошла их левее, устроилась за огромным дубом и включила камеру.

Как же преобразился маленький человечек…

От неуверенного, квёлого мужичка не осталось и следа.

Он скинул на пенёк куртку и, оставшись в одном свитере, бегал вместе с собакой, учил её приносить палку, брать препятствия…. Он смеялся и был по-настоящему счастлив.

Собака же, то уносилась прочь с громким лаем, то вихрем пролетала мимо него, таща в зубах палку, как предмет добычи, и как бы дразня хозяина

-Ну-ка, попробуй, отними!!!

Коричнево-шоколадный комок с длинными ушами, резко тормозил у ног своего повелителя. Но тут же, не давая тому приблизиться, бросался прочь в темноту, поднимая вокруг себя миллион снежных брызг с не успевшей ещё освободиться от снежного покрова, земли.

Я так увлеклась увиденным зрелищем и не заметила, как что-то изменилось в окружающем мире.

А когда поняла, что не так, драгоценное время для отступления было потеряно.

Спаниель какие-то доли секунды пребывал в задумчивости. Затем оглянулся на хозяина, предупреждая того о присутствии постороннего на своей территории, и храбро бросился на врага…. То есть на меня…

А я, естественно, применив на деле все свои физкультурные способности, удирала что было сил.

И, возможно, неравный поединок между мной и собакой, закончился бы в мою пользу, такую я проявила невиданную прыть, не попади моя нога на завершающем этапе преследования в злополучную ямку.

Я поскользнулась, лёд предательски захрустел, и нога моя провалилась в ледяную, скользкую жижу.

Ботинок моментально наполнился водой, ограничивая мои спринтерские результаты, сковывая движения.

Вон она, спасительная машина! Какие-то несчастные сто метров, и я у цели…

Но, не тут-то было!!! Зубы настигшего меня спаниеля вонзились в мой, и так пострадавший, ботинок. И животное принялось рвать его, яростно мотая туда- сюда головой.

Моё умиление по поводу собачки бесследно испарилось… Пёс уже добрался до моего белого тела, и вкус крови лишь придал его усилиям большего азарта.

Не знаю, чем бы всё это закончилось, но собака вдруг услыхала настойчивый зов хозяина и ослабила хватку, чем я и воспользовалась. Резко схватила её за ошейник и рванула в сторону. И так как мы с противником находились в разных весовых категориях - победила я!!!

Зверь с железными острыми зубами, отлетел в сторону и попал в ту самую лужу! Посрамлённый он, тем не менее, намеревался продолжить…

Но повторный, приближающийся крик хозяина вывел его, на моё счастье, из этого агрессивного состояния. Пёс потрусил к тёмным кустам, вильнув, на прощание пушистым коричневым хвостом.

А я поковыляла к машине, проклиная всё на свете! И собаку, и мужика, и его жену. Короче, их всех!!!

Стоило мне показаться из темноты, как Федюня, узрев меня в зеркало заднего вида, выскочил навстречу и, причитая, как деревенская старушка, принялся запихивать меня в машину.

-Как это тебя угораздило? Боже мой, какой ужас!

-Не меня угораздило, а собаку. Она ведь меня покусала, а я её нет, к сожалению!

-И ты ещё шутишь? – он пытался стащить то, что осталось от ботинка с моей ноги.

– А шутки то, между прочим, плохие! Вот отвезу тебя сейчас в больницу и впорят там тебе сорок уколов.

-Что, все сразу? Не много ли?

-Не много. Может, собака бешеная. Вон что натворила.

-А представляешь, я взбешусь, и буду носиться за вами по агентству, как в фильме ужасов… Я даже знаю, кому больше всех достанется.

-Кому? Надеюсь не мне, – Федюня оторвал на мгновение взгляд от моей ноги.

-Нет. Михаилу… За то, что подогнал нам такую работёнку…

Я поморщилась от боли.

Федюня снимал пропитанный кровью носок. Хоть я и пыжилась со всех сил, не давая себе заплакать, непрошеные слезы всё-таки появились.

-Надо у Михаила потребовать возмещения ущерба. Как морального, так и материального. Хорошие, чёрт возьми, были ботиночки!!!

-Да, хорошие, но это уже в прошлом. Сейчас надо сматываться отсюда. Нельзя, чтобы нас дядька увидел.

-Почему это? Мы с тобой просто влюблённые… Отдыхаем на лоне природы. Имеем полное право… Мы же не виноваты, что разные там собачники, нам мешают. Ты понимаешь, что мы должны его отснять, выходящим из парка. Иначе вся работа насмарку.

-А как же твоя нога?

-А что нога? Ты же её перевязал. Вот только холодно… Смотри, он уже идёт, снимай, а то мне неудобно.

Федюня всё сделал как надо! Здорово всё же иметь такого помощника!

Когда дядька приблизился к машине на опасное расстояние, мы как заправские шпионы, поцеловались. Изображая настоящую влюблённую парочку…Даже саблезубое животное, покусившееся на меня доселе, ничего не заподозрило, протрусив своей дорогой мимо. Видно, упав в лужу нюх потеряло… Чтоб его!!!

Мы с напарником аккуратно отследили весь путь выгулявшейся парочки. И направились к моему дому.

Я скакала по лестнице, опираясь на крепкое дружеское плечо, стараясь не наступать на забинтованную, уже распухшую ногу.

-Батюшки мои!!! – всплеснула руками тётя Тоня, едва увидев меня. – И что же это делается???

Под её жалостные причитания по поводу моей укушенной особы, я похромала в маленькую комнату. Где и нашла долгожданное пристанище на своём любимом диванчике.

Устроила ногу удобней, и откинулась на подушки.

Фёдор переминался с ноги на ногу, не зная, что делать. И идти, вроде, надо и меня жаль оставлять.

-Ты что, Федь, маешься. Ступай уже…

-А как же ты? Может тебя в больницу надо… Сильные укусы-то. И собака, может, того…

-Чего, того? Обыкновенный здоровенький кобелёк… Из вполне порядочной семьи, наверняка привитый от бешенства. Да иди ты уже домой, не страдай! А то, правда, взбешусь!!!

-Ты, сынок, ступай, ступай, не волнуйся. Я тут за ней присмотрю, – приговаривала тётя Тоня, легонько подталкивая его в спину к выходу.

Уже стоя у двери, он крикнул:

-А как же наши съемки? Что Михаилу сказать завтра?

-Да я сама завтра на работе то так и так буду. Ну, может, с некоторым опозданием, учитывая мою ограниченную ходучесть. А камеру ты возьми с собой на всякий случай, отдашь ему.

Утром я никак не могла себя заставить встать с постели. Нога, несмотря на все тёти Тонины хитрости с примочками и мазями, болела нещадно. Отёк спал, но, тем не менее, легче мне не стало. Ранки саднили и доставляли боль при малейшем движении.

Не знаю, как мне удастся опыт с натягиванием сапог, но работа ждёт. И я всей душой и телом стремлюсь туда попасть. Чтобы получить долгожданный отпуск, в виде компенсации за свои вчерашние героические похождения.

Думаю, Михаил мне не откажет. Ни такой уж он суровый и жестокосердный как может показаться на первый взгляд. Должен же он проникнуться состраданием к бедной моей особе.

Олег не позвонил…Почему?

Ну, конечно, он был занят…. Очень занят…

Противный предательский голосок внутри того потаённого места, под названием душа, начал свою заунывную песню.

-Ну, позвонить то он мог!!! Не так уж много его драгоценного времени заняла эта процедура!!!

-Значит, не мог, и всё тут!

Я отодвинула тревоги и сомнения куда подальше и поковыляла, именно поковыляла, лучшего определения и не найдёшь, в ванную. Почистить пёрышки…

Часы на стене показывали девять, заставляя меня торопиться.

К десяти я должна быть на работе.

А из этого следует что завтрак откладывается… На неопределённое время…

Да есть и не хотелось. По телу гулял противный озноб. Невероятная вялость во всём теле так и подталкивала свалиться обратно в разобранную постель и подремать часиков так – дцать.

Но героическим усилием воли, я заставила себя закончить все утренние процедуры и приступить к столь же затруднительному процессу одевания.

Самым сложным, как и предполагалось, было облачиться в сапоги.

Собачка потрудилась на славу!!! Медаль бы ей вручить за боевые заслуги! А ещё лучше, отвесить хорошего такого тумака!!! Чтоб знала, где проявлять своё безмерное собачье рвение!!!

Бряканье посуды на кухне прекратилось, и оттуда потянулся терпкий запах только что сваренного кофе. В дверях появилась тётя Тоня и смотрела на меня удивленно

-Ты куда это собралась?

-На работу.

-Какая работа? А нога? Неужели твой начальник не даст тебе денёк отдохнуть? Ведь на любой работе в случае болезни положен больничный!

-Вот я и хочу именно это у него попросить.

-Так позвони.

-Нет, я поеду. Как-нибудь до метро дойду, а там рядом.

Хорошо, что путь до метро недолгий, всего пять минут ходьбы. Но и он дался мне с трудом. Идти не хромая я не могла. И представляя себя со стороны, я радовалась, что сейчас меня не видит Олег.

Хотя он, наверняка бы, меня пожалел.

Но лучше уж обойтись без жалости, чем пребывать в таком несчастном виде. Пересадок в метро делать было не надо, и это значительно облегчило мои страдания.

Глава 9

Едва я появилась на своём рабочем месте и стянула с шеи шарф, подарок Олега, в кабинет вихрем ворвался Михаил. И критически осмотрел меня с ног до головы

-Привет!!! А Федюня расписал, что ты вся в кровавых ранах! Что вряд ли сможешь до работы добраться. Я уж хотел ехать проведывать больную, а ты тут как тут и выглядишь очень даже ничего!

Он и правда, был в своём длинном чёрном пальто, словом готов к поездке.

-А что ты ожидал увидеть? На меня же не тигр напал дикий или там лев. Вот тогда уж точно вряд ли от меня что-нибудь бы осталось…. Хотя, кто знает, может, в следующий раз ты меня на задание пошлёшь в зоопарк или ещё лучше в цирк?

-Да ладно тебе, Зой…Кто ж знал…

-Точно… кто знал…но в следующий раз я буду во всеоружии… Хоть баллончик то газовый купишь?

-Конечно, куплю. Какой разговор. Даже два!

Кудрявая Светкина голова осторожно заглянула в приоткрытую дверь

-Можно?

-Заходи, – благодушно разрешил Михаил и, повесив пальто в шкаф-купе, уселся в кресло.

Светка процокав каблучками прошла и встала посередине комнаты, рассматривая меня как диковинную штучку

-Что, ты тоже ищешь на моём теле следы вчерашнего неудачного похода?

Светка отрицательно помотала своей огненно рыжей кудрявой головкой.

-Да я всегда говорила, что Федюня склонен к преувеличениям. Но у тебя лицо горит как-то неестественно.

-А уши не горят? После всех этих ваших коллективных обсуждений? Хотя ты права, что-то мне нехорошо. Только бы не заболеть. Я же вчера замёрзла жуть как, да ещё провалилась в чёртову лужу. А на улице не май месяц.

-А я сейчас тебе чайку принесу горяченького и градусник из аптечки.

Светка исчезла так же быстро, как и появилась.

-Интересно, хоть не зря были все эти мои страдания?

-Да ты что! Вы всё здорово отсняли. Я уже просмотрел плёнку. Теперь дама будет довольна.

-И, значит?

Я ждала, что он продолжит фразу сам.

-Что значит?

Как что? Что мне положен теперь отпуск, как мы и договаривались.

Мишаня состроил задумчивую физиономию.

Тут Светка принесла обещанный чай и пихнула мне под мышку градусник.

Не дожидаясь приглашения, она уселась рядом со мной.

-Понимаешь, Зой, отпуск тебе положен, но я хотел просить тебя немного подождать. Работы много, – Миша смущённо смотрел мимо меня.

-А что, кроме меня работать некому?

-Некому. Кем я тебя заменю?

-Да вот хотя бы Светой. Справится не хуже меня.

-Конечно, справлюсь, – подтвердила Светка, видя временное замешательство начальника, - я ничем не хуже. А то даже обидно. Делаем одно дело, а тут какие-то фавориты вырисовываются. Несправедливо.

Светка помогала мне, подыгрывая, как заправская актриса.

Я вытащила градусник и, взглянув на него, обомлела.

-Ого! Тридцать девять! Ну, теперь-то мне если не отпуск, то больничный точно положен.

Крыть такую весомую карту начальству было нечем, и оно сдалось под натиском женщин.

-Ладно. Уговорили! Что с вами делать…Гуляй две недели, а там посмотрим… Сейчас скажу Фёдору, пускай отвезёт тебя домой… И никаких возражений, никаких метро… Хватит с тебя уже подвигов, героическая ты наша…И деньги пойди получи. Честно заработанная копейка поднимет жизненный тонус, надеюсь.

-Это смотря какой величины копейка. – Светка радовалась вместе со мной.

-Ладно, пойду, поработаю. – Мишаня оставил нас одних.

И Светка сразу задала мне вопрос в лоб.

-Давай, рассказывай, зачем тебе отпуск понадобился, пока Федюня не пришёл. И не ври что без причины… Ни за что не поверю… Ты же у нас известный трудоголик.

-Да что врать-то, просто это длинная история.

-А ты коротенько расскажи, самое главное.

-Ну ладно….Я познакомилась с одним человеком, военным, точнее, лётчиком при довольно неприятных обстоятельствах…ко мне пристали хулиганы, а он меня спас. Он очень хороший человек и я в него влюбилась. И, думаю, чувства наши взаимны…

Светка даже подскочила в кресле

-Здорово, прямо как в кино. А дальше?

-А дальше – проза жизни, ему нужно уезжать, заканчивается его командировка в нашем городе, и я хочу его проводить и побыть с ним последние перед отъездом дни.

-Как уезжать? А ты как же?

- Он дал мне понять, что мы будем вместе.

-То есть, он сделал тебе предложение? - Светка придвинулась поближе ко мне и в её голубых глазах отразилось всё её душевное состояние. Она искренне сопереживала мне. Именно поэтому я с полной уверенностью могла назвать её своей подругой, второй, после Ленуси.

-Предложение руки и сердца, пока не поступало. Но всё и без этих слов ясно…

-У вас уже с ним… всё было?

-Было. И я так счастлива, Светка.

-Как же я рада за тебя, Зойка! Вот только Мишаня, расстроится, когда всё узнает.

-Почему это?

-А то ты не догадываешься, что он имеет на тебя определённые виды?

-Да брось ты придумывать, мы же просто друзья, к тому же нужно субординацию соблюдать – он наш шеф…

-Да уж…

В кабинет вошёл Фёдор, не дав нам посекретничать.

-Привет!!! Как твоё самочувствие? Судя по тому, что тебя отпустил начальник – неважнецкое?

-Привет. Ты прав, неважнецкое.

-Нога?

-Да нет, нога лучше, только вот простудилась, – я проковыляла к шкафу и стала надевать куртку. Очень хотелось поскорее оказаться дома. Видно температура поднялась ещё, ноги прямо ватные стали, а тело, как у тряпичной куклы не слушалось указаний разума.

Заматывая горло шарфом, я опять подумала об Олеге.

Видно, так будет всякий раз, когда я буду касаться белой мягкой шерсти его подарка.

Я получила в бухгалтерии положенные мне деньги, и Федюня быстро доставил меня до дома.

И вот я, наконец, лежала в постели, отстукивая зубами азбуку Морзе, несмотря на то, что тётя Тоня укрыла меня двумя одеялами.

От принятого лекарства меня сильно тянуло в сон. Невозможно было оторвать голову от подушки, даже для того, чтобы попить морса. Я отвернулась к стене и провалилась в небытиё…

Когда я открыла глаза, был уже вечер.

Тётя Тоня, меняла мокрую тряпку на моей голове. Она забрала уже совершенно высохшую, положив мне на лоб другую.

Тётя Тоня стояла передо мной и улыбалась своей неподражаемой доброй улыбкой.

Она была маленького роста. На ней был надет простой ситцевый халатик. Её каштановые, коротко подстриженные и завитые волосы, были причёсаны и заколоты невидимками. На её лице, на котором тяжелая жизнь и работа наложили свой отпечаток времени, особенно выделялись серые глаза. Жизненные невзгоды не смогли ничего поделать с ними, оставив тот же цвет и блеск, что и в молодости. Она была так непохожа на коренную москвичку, скорее на простую деревенскую бабулю. И напоминала мне добрую сказочную фею из детской сказки. Не хватало, разве что волшебной палочки в её руках.

Как же я рада, что сейчас, когда мне так плохо, и нет рядом мамы, она со мной…

-Тебе полегче?

-Да…

Выпей морсику. Или, может, покушать чего хочешь? Я сделаю…

-Нет, есть не хочется. Мне никто не звонил?

-Нет. Никто …

-Позвонят ещё, ты, главное поправляйся.

Она подала мне стакан морса и я с удовольствием его осушила.

Из-за её плеча высунулась дяди Ванина голова,

-Ну что, больная? Как самочувствие?

-Ты что, дед!!! Какое у неё может быть самочувствие при сорока градусах? Иди лучше сериал смотри!

Она не дала нам побеседовать. И закрыла дверь в мою комнату.

- Спи.

Я выпила ещё одну капсулу лекарства. Очень уж хотелось поскорее встать на ноги. И оказаться дома… Там, где ждёт меня Олег…

-Почему он не звонит? Что случилось?

Наступивший вечер принёс с собой все страхи и сомнения темноты, словно солнечный день забрал с собой всё самое хорошее, оставив на вечер лишь грязную изнанку жизни. Всё, что днём рисовалось в выигрышном варианте, теперь преобразовалось в отрицательную сторону. Уличный фонарь высветил тени на стене. Они давили на меня, такую больную, беспомощную и жалкую. Я встала и включила светильник, и сразу мрачные тени улицы отступили прочь.

Всю ночь я боролась с болезнью. При помощи народных средств и импортных, расхваливаемых в рекламе препаратов.

Температура то падала, то поднималась вновь. Ртуть на шкале градусника упорно стремилась доползти до отметки с цифрой тридцать девять.

К утру стало легче, но походы в туалет, как единственно необходимый повод оторваться от кровати, давались с трудом.

Каждый раз, проходя мимо телефона, я с тоской смотрела на этот молчащий предмет развития цивилизации и призывала его нарушить своё упорное молчание…

Меня всё больше охватывало непонятное тревожное чувство. Оно не давало мне покоя и тянуло домой. Я должна ехать туда… Как можно скорее. Сегодня.

Но нет сил проделать и пару шагов и вот я опять лежу на диване и рассматриваю белоснежный, без единого изъяна потолок.

К полудню я приняла решение. И стала одеваться.

-Ты куда собралась?

Тётя Тоня удивлённо взирала на меня, уже одетую в джинсы и свитер.

-Поеду домой.

-Ишь, чего удумала, больная она, чуть живая, домой поедет. Только через мой труп.

Мы не успели продолжить нашу дискуссию, потому что кто-то беспрерывно трезвонил в дверь.

-Кого это принесло?

Едва дверь открыли, в комнату ввалилась запыхавшаяся Светка и, сорвав с головы шапку, уселась на пуфик в прихожей. Она даже забыла поздороваться, выпалив сходу

-Ну, вы даёте, мы вам звоним, звоним, все трубки оборвали!!! Думаем, как там наша Зоенька больная? А у вас телефон отключен. Пришлось ехать.

-Как отключен? – спросили мы с тётей Тоней в унисон.

Я бросилась к телефону. Он был подключен как надо, но в трубке – абсолютное молчание, никаких гудков.

-Господи, он же не работает!!! А я, как дура, жду звонка! Как можно позвонить, если телефон не работает?

Я чуть не заплакала, так было обидно. Стояла, сжимая в руках немую телефонную трубку.

Но Светка-то не была подавлена случившимся, а потому соображала не в пример мне, быстрее и лучше.

Она нырнула на лестничную площадку и, через несколько секунд, раздался её победный крик

-Так я и знала.

Мы выскочили на площадку.

Светка указывала нам на перерезанный телефонный провод

-У меня точно так было, поэтому я сразу догадалась. Соседи, подлецы, перерезали, чтобы насолить мне.

-Но у нас порядочные соседи, – тётя Тоня не могла поверить в произошедшее, -хотя дня три назад я сделала замечание мальчишкам с верхнего этажа, грозила позвонить матери на работу.

-Вот, вот, а ещё удивляетесь. Теперешний молодняк такой, долго не размышляет. Чик!!! И все проблемы решены.

Мы вернулись в квартиру. Теперь уж никто бы не мог меня заставить лежать в кровати.

Тётя Тоня едва открыла рот, чтобы высказать свои доводы против поездки, а я уже застёгивала змейки сапожек и надевала куртку.

Шапку на голову, сумку в руки,

-Всем пока, я еду домой.

-А я? – Светка вопросительно смотрела то на меня, то на тётю Тоню.

-А ты со мной прокатишься на метро, проводишь до вокзала. Если тебе не безразлична судьба подруги.

Я быстро ретировалась, чтобы не слушать возражения со стороны тёти Тони.

Светка догнала меня уже внизу.

-Ну, ты и скачешь. Ни за что бы, ни подумала, что ты больная.

-Заскачешь тут… Кто бы мог подумать, что телефон не работает…Олег должен был позвонить, да и звонил наверняка… Нужно скорей попасть домой…

На электричку я опоздала, но, к счастью, автобус отправлялся через пять минут.

Светка помахала на прощание мне рукой и скрылась за углом здания.

Я ничего не теряла во времени. Правда, нужно было делать пересадку и до городка добираться на другом автобусе. Но не ночь же сейчас и даже ещё не вечер и транспорт ходит исправно.

Я всю дорогу проспала, болезнь давала о себе знать. Через два часа, сделав пересадку и заняв переднее место в стареньком пошарпанном Икарусе, я смотрела на блестящую полосу асфальтовой дороги и радовалась, что скоро окажусь дома…

Глава 10

Мама не ожидала меня увидеть и очень обрадовалась. Но когда выяснилось, что я больна, она без лишних разговоров уложила меня в постель и принялась усердно меня лечить.

Меня же беспокоило пока лишь одно…

-Мамуль, мне кто-нибудь звонил?

-Лена звонила. Сказала, что уезжает в командировку.

-А ещё кто-нибудь звонил?

-Нет, больше никто. А что, кто-то должен был? Почему ты так волнуешься?

-Мам, ты отвечаешь вопросом на вопрос.

-Ну не хочешь говорить, не говори.

Настроение было паршивое. Самочувствие тоже.

Я лежала, отвернувшись к стене, время от времени послушно принимая лекарства.

Мысли в голове крутились самые дурные. Я вздрагивала каждый раз, когда раздавался телефонный звонок, надеясь, что звонит тот, кого я так жду. Но звонили либо маме, либо отцу. Мне же не звонил никто.

Так продолжалось до воскресенья. Я уже почти поправилась и тупо смотрела телевизор. Лишь особенно внимательно просматривала программы новостей, где, как назло, постоянно мелькали кадры военных действий в Чечне. Там постоянно что-то взрывали боевики и демонстрировались ужасающие кадры гибели наших вертолётов и другой боевой техники.

Увиденное приводило меня в панику. Я должна была обязательно увидеть Олега. Если он ещё в городе… В чем я очень сильно сомневалась.

Ленусин звонок был очень кстати. Я находилась почти на грани безумия. От своего вынужденного бездействия…

-Зойка! Привет! Как твои дела?

-Плохо.

-Почему? Что случилось? Почему ты молчишь?

-А что говорить? Я сама ничего не понимаю.

-Ты говоришь какими-то загадками… Знаешь что, приходи сейчас ко мне. Всё расскажешь.

-Хорошо. Сейчас буду.

Я оделась и, предупредив маму, что буду поздно, вышла на улицу.

Шла пешком, чтобы подышать свежим воздухом и привести в порядок мысли.

Но второе мне не удалось. По пути встретилась моя одноклассница и ей, как назло, необходимо было узнать подробности моей столичной жизни и, главное, работы.

Мои короткие, отрывистые ответы её не удовлетворили и она, похоже, обиделась. Даже обозвав меня зазнавшейся гусыней…

Когда я вошла в подъезд Лениного дома и поднималась по ступеням, то не услышала привычного грохота и воя музыки из её квартиры. Значит она одна… Ждёт меня. И никакие неожиданные гости не будут нам сегодня мешать… Их присутствия я бы точно не выдержала.

-Проходи на кухню. Хочешь кофе?

Ленуся сегодня отступила от своей привычки шутить надо мной. Она бросила тряпку в раковину. Видно до моего прихода наводила порядок в квартире. И, не услышав моего ответа по поводу того, буду я пить кофе или нет, всё же поставила две чашки на стол и, насыпав в них растворимый порошок, залила кипятком. Пододвинув ко мне поближе сахарницу и плетёную тарелку, наполненную печеньем.

Сама же пить горячий напиток не торопилась, а села напротив и уставилась на меня, подперев голову ладонями.

-Ну, чего ты молчишь? Почему ты такая бледная, круги синие под глазами,… и почему у тебя нога перевязана? На тебя по дороге опять кто-то напал? И вообще, почему ты дома, а не на работе? Что всё-таки произошло? Давай рассказывай по порядку.

-Нога перевязана, потому что меня покусала собака, при выполнении ответственного Мишкиного задания. Тогда же я и простыла и, как следствие, заболела… Зато это было весовым аргументом, чтоб Мишаня меня отпустил на две недели. А пока я валялась с высокой температурой и ждала с нетерпением звонка Олега, какие-то недоноски перерезали телефонный провод в подъезде, чтобы насолить тёте Тоне.

А хватились мы лишь тогда, когда пришла Светка меня проведать и сообщила, что никак не могла до нас дозвониться…

Я глотнула горячего кофе и не почувствовала его вкуса.

-Ты понимаешь!!! Не могла дозвониться!!! Значит, и Олег не мог!!! А я, как дура, ждала его звонка!!! Приехала домой, а он и сюда не звонил!!! Не звонил, понимаешь ты или нет!!! А он говорил, что будет усиление, и их отправят в Чечню!!! По телеку каждый день такие ужасы показывают!!!

Я не замечала, что уже не говорила, а просто орала и у меня начались самая настоящая истерика. Ленка смотрела на меня своими голубыми, расширившимися от ужаса глазами, но не перебивала, позволяя мне орать во всё горло.

-А, может, его уже туда отправили… Ты же знаешь, всё это быстро делается! А он мне и дозвониться-то не мог! А мама с отцом целыми днями на работе. Куда звонить? Я с ума сойду от этих мыслей!!!

-А я была в командировке, - задумчиво дополнила Лена, - может, он и приходил сюда, но что толку. Дверь закрытую поцеловать?

-А я даже не знаю его фамилию! Значит, даже если что с ним случилось, я этого никогда не узнаю.

-А я тебе говорила!!! Паспорт посмотри!!!

-Не говори ерунду, то-то ты у всех своих женихов паспорта проверяешь!

-Ну, не у всех, а через одного…Ладно… Хватит орать… Нужно подумать…Хорошенько подумать.

Ленуся залпом выпила свой кофе и, достав из пачки сигарету, закурила, вовсе не заботясь о том, что выдыхает дым в мою сторону…

-Ты думаешь, его уже нет в городе?

-Да. Я три дня здесь. Не выходила из дома. Звонков не было.

-А ты не думаешь, что он,…того?

-Чего, того?

-Просто погулял здесь в своё удовольствие и уехал преспокойненько. Ты же по работе каждый день сталкиваешься с такими случаями.

-Ты что? – задохнулась я от возмущения. – Он не такой!

-Все они не такие…

-Он говорил, что мы никогда не расстанемся…

-Все так говорят…

-Я понимаю твой сарказм, но он не обманывал меня.

-Хорошо. Но почему тогда он до сих пор не позвонил? Что там, нет телефонов?

-Может, и нет, или нет возможности позвонить или он вообще ранен. Откуда я знаю?

-Вот сиди и жди, когда он позвонит, лучшего я ничего придумать не могу! Хотя погоди, - Ленуся вытянула из пачки ещё сигарету, но не закурила, а нервно постукивала ей об стол. – Ведь в гостинице вас зарегистрировали? Квитанцию какую-то выдали? По чьим документам?

-По его воинскому удостоверению…

-Ну, ты что, не понимаешь? Они же в книге учёта его данные записали!!! Там всё есть! И номер воинской части и… фамилия!!! Значит, он для нас не потерян.

Ленины пальцы превратили сигарету в крошево, но она этого не замечала.

-И нечего сидеть здесь и ныть. Собирайся. Главное чтобы та тётка была на вахте,… чтобы её смена была.

Ленуся пошла одеваться, а я пила холодный кофе и думала, что администраторша ни за что не даст нам никакие данные. Слишком уж серьёзное и ответственное лицо у неё было. И я ей явно не понравилась.

В дверь настойчиво звонили, и Ленуся выскочила из комнаты, на ходу натягивая свитер.

Открыла дверь и принялась выгонять сразу ворвавшуюся в прихожую как вихрь, подвыпившую компанию

-Всё… Всё… Я ухожу… Надолго… И не надо меня здесь ждать.

-Ну, Ленок, чего ты такая злая? Мы посидим, подождём, пока ты придёшь. На улице холодно.

За спиной парней жались две молоденькие ярко накрашенные девицы.

-А тут вам не дом свиданий. Давайте, отваливайте. Я занята и не в духе. И вообще меня сегодня ни для кого нет.

Компания, недовольно что-то ворча, ретировалась.

Ленка надела ботинки и отругала заодно и меня.

-А ты чего сидишь, ждёшь у моря погоды как каменное изваяние. Мы идём или нет?

Шли долго. У меня ещё болела нога и я прихрамывала. И, вообще, я сильно сомневалась, что мы получим какие-то сведения. Ведь посторонним лицам такую информацию не выдают.

Но Ленуся была настроена решительно, и это вселяло хоть какую-то надежду.

Здесь ничего не изменилось. Всё тоже мелькание огней вывесок перед входом и на фасаде. Череда машин, очень дорогих иномарок и похуже, отечественных. Завсегдатаи уже были здесь, ведя свою азартную игру в бильярдном зале.

К входной двери пришлось пройти сквозь строй накаченных, как на подбор, амбалов. Они, почему-то столпились у входа. И, конечно, не обошли нас своим вниманием.

-Девчонки, вы куда, без нас? Может, вместе повеселимся? Деньги карманы жмут. Поможете потратить?

-Сам потратишь! – рявкнула Лена. – Нам и своих деньжат хватает!

-Посмотрите, какие мы гордые! - крепыш всё же подвинулся, пропуская нас внутрь.

Вот и окно администратора гостиницы.

Женщина на нас не смотрела…

Её взгляд был прикован к экрану телевизора, и действия героев за голубым экраном её очень увлекало.

Я сразу её узнала, это была она. И её трудно было с кем-либо перепутать. Те же гладкие чёрные, убранные в старомодную кичку, волосы. То же полное белое лицо и карие прищуренные глаза.

Ленка толкала меня локтём в бок

-Что? Она? Зой?

-Она, – я как заворожённая смотрела на тётеньку, ещё больше разочаровываясь в положительном результате нашего похода.

Та, наконец, соизволила нас заметить. Она деловито и неторопливо убавила звук своего телевизора и повернулась к нам.

-Что вы хотели?

Её взгляд действовал на меня гипнотизирующе. Я не могла проронить ни слова.

Но на Ленусю никакие подобные взгляды не действовали, поэтому ответила она.

-Понимаете, мы бы хотели узнать данные человека, который в прошлую субботу занимал номер,…- тут она дёрнула меня за руку, вспомнив, что я не сообщила ей номер комнаты, где произошло наше интимное свидание.

-Пятьдесят шесть, – промямлила я.

И дама тут же перевела взгляд с Ленуси на меня.

-А больше вы ничего не хотите?

-Нет, пока больше ничего, - растерялась Ленуся.

-Ну, так и до свидания! – рявкнула тётенька и перевела взгляд на экран.

-Но, позвольте, мы же ещё не закончили разговор! – возмутилась подруга.

-Зато я закончила, – дама начала терять терпение, - или вы, может, сотрудники милиции? Может вы из отдела дознания? Или из прокуратуры? Тогда покажите ваши удостоверения! Надо же, что удумали, данные им предоставь. Сначала спят, с кем ни попадя, а потом ищут!!! Раньше думать надо было…

Я не дождалась, пока она закончит свою речь, меня душили слёзы, и я бросилась прочь.

Подруга догнала меня уже у дверей и поволокла в ресторанный зал. Заставила меня раздеться, почти насильно сняв с меня куртку, и вот мы уже сидели за знакомым столиком у окна. Но на этот раз музыка здесь играла совершенно другая, тихая и мелодичная.

Ленуся заказала немного вина, зная, что я терпеть не могу водку, пожарских котлет с гарниром, кофе, десерт и фрукты.

-Пошли отсюда, – жалобно попросила я.

-Нет… Останемся. Посидим, отдохнём, перекусим немного. Я от переживаний потратила много калорий и зверски проголодалась. И, потом, мы ещё не сделали то, ради чего сюда явились! Сиди и наслаждайся жизнью. Посмотри, как здесь чудненько. Всё такое зелёненькое, прямо не ресторан, а остров какой-то экзотический, ещё крокодилов бы по залу ползать запустили, для достижения большего эффекта.

Нам быстро принесли заказ и Ленуся, как ни в чём не бывало, принялась за еду. Налила вина и, пододвинув ко мне фужер, произнесла тост:

-Выпьем за то, чтобы наше дело удалось. И чтоб мужики не были козлами. Чтоб не зря мы их искали!

Пить не хотелось, но я выпила, поддавшись Лениному натиску. И не зря!

На душе сразу стало легче. Действительность постепенно меняла свою окраску с мрачно чёрной, на синюю, постепенно переходя к радужному, голубому.

Что переживать раньше времени? Зачем рисовать устрашающие картинки будущего? Лена права, можно и подкрепиться. Когда ещё мы с ней вот так будем сидеть в ресторане?

Я стала ковырять вилкой котлету и постепенно вошла во вкус. Съев все без остатка.

Мы выпили ещё по пол фужера вина и закусили десертом.

-Зой!!! А, может, чёрт с ним, с этим Олегом!!! Смотри сколько мужиков кругом. Неужели ты не видишь, вон, за соседним столиком, один на тебя уже полчаса пялится! Симпатичненький такой, ничем не хуже твоего Олега, даже лучше!

-Да ты что! Как ты можешь сравнивать? Олег…такой, такой… Он лучше всех. Он меня любит, он очень хотел быть со мной, и мы бы обязательно были вместе…. Не будь он военным! И если бы не эта проклятая война. Неужели ты не видишь, что твориться? Не смотришь телевизор? Он обязан выполнять приказы, и неизвестно где он сейчас находится.

Вот мы тут сидим, а его, может, сбили боевики. А знаешь, что они с нашими лётчиками делают? Которые бомбят их города и сёла? Нет?

А хочешь, я попрошу специально для тебя плёночку у Мишани. Из частной коллекции боевиков. Ему друг мент привез из командировки, из Чечни. Лично я смотреть не могла.

-Так чего мы тогда сидим? Пошли тётку уговаривать!

-А ты её лицо видела? Ничего она нам не даст! Она же смотрит на нас как на потаскушек…

-Ты бы здесь поработала пару лет, тоже так же смотрела бы. Пошли, только сначала купим кое-что.

Лена тянула меня к стойке бара.

Там она выбрала огромную коробку шоколадных конфет и красочную бутылку самого дорогого коньяка.

-Положите всё это в пакет, – она расплатилась, категорически отказавшись взять деньги у меня, и мы вновь отправились добывать интересующие нас сведения.

Администраторша ужинала. Она откусывала от огромного бутерброда и запивала всё это чаем.

В её планы вовсе не входило беседовать с нами. Это было сразу видно по её лицу.

Мы стояли и терпеливо ждали, пока она закончит жевать. И продолжалось это ожидание довольно долго. Наконец, она вытерла салфеткой рот и изрекла грозным голосом:

-Ну, и? Я вроде всё сказала в прошлый раз.

Ленуся заканючила жалобным голосом, без остановки, торопясь высказаться, пока её речь не прервали.

-Да. Мы пришли к вам опять. Как к женщине, которая тоже любила кого-то. Вы же смотрите сериалы, плачете, наверняка! А у нас в жизни настоящий сериал.

Вот она была здесь со своим женихом, они должны были пожениться, уехать вместе. Но его срочно отправили на задание, в Чечню, а она, - Лена снова показала на меня, - попала в автомобильную катастрофу, вы видели, как она хромает, можем ногу показать, она у неё забинтована. И, к тому же, у неё напрочь отбило память. Никак не может вспомнить его фамилию. Помогите!!!

-Эко загнула! - восхитилась женщина. – Тебе бы книги писать, только врёшь нескладно. Не помнит, говоришь, фамилию жениха? А вот номер комнаты, где с ним была, чётко помнит. Или, тут помню, а тут не помню.

Она показала пальцем сначала на левую часть головы, а потом на правую.

-Во, дают, артистки!!! Сколько живу, первый раз таких вижу!

Ленуся поняв, что дело худо, выставила пакет со взяткой перед ней.

-Что это?

-Подарок, вам… Правда, вы наш последний шанс. Не всё, что я сказала выдумка, а только небольшая часть. Но это ложь во спасение, а за неё не судят! Они и, правда, не успели договориться, иначе мы не стояли бы здесь…. Глупая случайность, она уехала, он звонил, а телефон был сломан. Теперь она здесь, а его уже нет. Служба, дело серьёзное. Вы можете помочь нам его найти.

-А если он не хочет, чтобы его нашли? И вообще, я за это могу вылететь с работы.

-Так кто же узнает? Мы не скажем. А кто ещё? Пожалуйста!!!

Лена замолчала.

Тётечка молчала тоже. Разумеется, её мучили сомнения.

Но это был наш день, и боги смилостивились над нами.

-Какой, говоришь, был номер?

-Пятьдесят шестой, – хором выдохнули мы, - в прошлую субботу.

Мы, затаив дыхание, смотрели, как она раскрыла книгу учёта, и её палец медленно пополз по строкам в поисках нужной записи.

Вот он остановился на нужной строке, и женщина подняла взгляд на нас

-Ну, девки, под монастырь меня подводите.

Прочитав на наших лицах такую неприкрытую надежду и мольбу, она, вздохнув, прочла:

-Пятьдесят шестой номер, десятое марта. Снежков Олег Борисович. Год рождения тысяча девятьсот семьдесят второй. Теперь-то, я надеюсь, вы довольны?

-Не то слово, вы нас просто спасли! Спасибо вам, огромное! – Ленка вся сияла, ведь только благодаря её настойчивости мы получили то, что хотели.

-А, невеста-то, по-моему, не рада?

-Да что вы, у неё просто шок от радости случился, Ленуся дёрнула меня за руку. И я пришла в себя.

-Спасибо вам. Если бы не вы! Я даже не знаю, что бы мы делали. Это был наш последний шанс!!!

-Главное, чтобы не напрасный. Вот, как мы бабы, дуры, их ищем! А лучше бы они за нами бегали…Мы их всё ищем, ищем, а они, ироды, потом нас поедом едят…Вот и думай, стоило ли искать-то!

Видно мужской пол здорово насолил женщине, раз она так агрессивно была против него настроена.

Мы покидали заведение, и в ушах у меня звучала одна и та же фраза.

-Снежков… Снежков… Надо же, какая красивая фамилия…

Мои раздумья прервала Ленуся.

-Ну и что ты теперь намерена делать?

-Не знаю. Не пойду же я его разыскивать в часть?

-Естественно. Хорошо бы это выглядело! Покинутая девица самолично ищет своего парня! Этого не понадобится. Сделаем всё гораздо проще, и приличней… Я сегодня зайду к соседу. Он как раз в той части служит, передам ему полученные нами данные и попрошу его осторожненько поинтересоваться, куда делось искомое лицо. А ты сиди дома и жди. И не надо пороть горячку.

Мы расстались с Ленкой до следующего дня. Разошлись в разные стороны у искрящегося разноцветными призывными огоньками продуктового киоска.

Тяжело было томиться ожиданием. Недаром же народная пословица гласит, что самое неприятное ждать и догонять. Но время всегда спешит вперёд, невзирая на наши хотения. Настал новый день, и я стояла у двери подруги, пытаясь унять своё волнение. Сейчас всё решится, плохо ли, хорошо ли, но решится.

Подруга открыла дверь и смотрела на меня, храня таинственное молчание. На ней был роскошный китайский халат, расшитый золотыми павлинами. Она важно проследовала в комнату и уселась в кресло, приглашая меня царственным жестом занять место напротив.

Моментально скинув верхнюю одежду, я поспешила сесть в мягкое кресло, потеснив законного его обитателя, игрушечного лукавого зайца, и, не сводя с Лены глаз, поторопила её, не в силах больше ждать.

-Ну, не томи душу. Рассказывай скорее? Что-нибудь узнала?

-Всё узнала, - она тяжко вздохнула, - упорхнула наша птичка!

-Как упорхнула?

- А вот так. Улетел наш летунчик на историческую родину. Вместе со своими собратьями.

У меня внутри всё оборвалось.

-Да не тяни ты кота за хвост! Что из тебя каждое слово клещами вытягивать?

-Вот так всегда…. Стараешься, стараешься ради подруги, а в ответ никакой тебе благодарности!

Ленуся состроила обиженную физиономию и извлекла откуда-то из недр кармана сложенный тетрадный листок. Передала его мне.

-Вот, сосед записал для тебя номер его части. Их отряд срочно отправили к месту основной дислокации. Через день после вашей последней встречи.

Я прочла запись на листочке.

-Но здесь какая-то ошибка! Тут написано Чита, а не Могоча. А он говорил, что служит в Могоче.

-Какая разница? Ведь Могоча - это Читинская область. Отряд-то сборный. Вот их собрали из разных частей и отправили сюда всех уже из Читы.

Главное, я узнала, что его здесь уже нет, и что отправка была срочной.

-Да!!! Он наверняка звонил мне в Москву, а там телефон не работал.

Я готова была заплакать от обиды, но Ленуся этого не допустила. Она принесла чашку чая с кухни и вручив её мне в руки, приказала.

-Выпей, я специально чайку с травкой заварила. Хорошо успокаивает растрёпанные чувства.

А волноваться не стоит, сиди и жди. Позвонит, когда сможет. И не терзай ты моего бедного зайца. Ты ему всю шерсть сейчас вырвешь, а лысый он будет не так красив!

Я не обратила внимания на её замечание. Была у неё такая привычка отвлекать пустяками человека, голова которого была забита проблемами глобального масштаба.

-Да, если бы он не в горячей точке был…Знаешь, всякое может случиться там. Ранят или даже убьют! А я и знать не буду.

-Ну, завела печальную песню!!! Сразу так и убьют! Жив он и здоров, твой Снежков. Сиди и жди звонка. Ничего лучшего тут не придумаешь!

Неделя тянулась бесконечно долго, один день сменялся другим, не принося с собой ничего нового. Мысли и чувства будоражили душу, не давая ей покоя ни на минуту. С каждым днём зрела и укреплялась мысль о том, что где-то далеко-далеко произошло событие, сыгравшее в наших жизнях, моей и Олега злую, роковую шутку. И мы больше никогда с ним не встретимся. Я вздрагивала от каждого телефонного звонка и срывала трубку в надежде, что это тот, единственно нужный мне сейчас звонок. Вечерами я пропадала у Ленуси, и та как могла, облегчала мою жизнь. Она успокаивала меня, призывая не торопить события и раскладывая на журнальном столике карты Таро. Пытаясь заглянуть в будущее, кое-что прояснить в прошлом.

Карты упорно складывались в определённой последовательности, грозя разрушениями и неприятностями.

-Вот видишь, потому-то он и не звонит, что всё плохо у него. Наверняка, в таком аду находится… Он предупреждал… Их сразу отправили в Чечню. Мы же ничего не знаем. Может, оттуда им даже и не разрешают звонить.

Ленуся пыталась опровергнуть мои доводы.

-Но я ведь на тебя гадаю. Это тебя ждут разрушения, а не его.

-Конечно. Потому что моя жизнь связана с ним… Если с ним что-то случилось, значит, и со мной…

Однажды вечером я, в очередной раз, схватила трубку телефона, опередив маму.

-Да… Я слушаю…

В ответ молчание и только гул и эхо посторонних звуков. Затем короткие гудки отбоя…

Напрасно я стояла перед телефоном и тупо смотрела на его глянцевое мерцание. Он был нем и не подавал больше никаких признаков жизни.

Тоже самое повторилось и на следующий день. И опять издевательски гордое безмолвие телефонной связи.

Когда же и на третий день телефон сыграл со мной в молчанку, я не выдержала и с силой грохнула его об столик.

Словно в отместку за мои эти неразумные действия, интригующие звонки, хотя бы дававшие волю воображению и призрачную надежду, прекратились вовсе.

Подождав так ещё пару дней, я направилась к Ленусе, уже приняв для себя твёрдое, казавшееся единственно верным, решение.

-Еду! – с порога огорошила я подругу. Ввалившись в её квартиру, в последнее время непривычно тихую. Я разделась и, пройдя в комнату, забралась с ногами в уютное бархатное кресло.

-Что ты сказала, я не поняла? - голос Ленки звучал успокаивающе тихо, словно сейчас она разговаривала с буйно помешанной особой и интонациями своего голоса пыталась создать обстановку мира и спокойствия.

-Еду! Я еду!

-Куда? В Москву? На работу?

-Нет. В Могочу еду….

-Куда??? - Ленусины глаза округлились до невероятных размеров, а рука, в которой она держала печенье, так и не донесла его до рта. Я, как всегда, не дала ей завершить чаепитие, наверняка отбив всякое желание поглощать пищу. Она приглушила звук орущего телевизора, вернулась на место и осторожненько так спросила опять.

-Куда, ты сказала?

-Да в Могочу, в Могочу, – буднично повторила я, упиваясь её удивлением. Мне было спокойно, как никогда… Решение принято, дело стало лишь за малым, осуществлением поставленной задачи. Словно гора свалилась с плеч.

-Какая Могоча? Ты что совсем рехнулась со своей любовью? – подруга задохнулась от возмущения. – Ты хоть представляешь, как это далеко??? Это тебе не в соседнюю деревню смотаться!!! Подумай головой, - она постучала кулаком по лбу, - если она у тебя не совсем пустая. А то я заметила, что ты сильно поглупела в последнее время… Кто тебя там ждёт?

-Олег ждёт. Он звонил несколько раз подряд, а звонки обрывались… это означает лишь одно, что оттуда, где он находится не так просто позвонить.

-Вот именно!!! Наконец-то дошло! Так куда ты поедешь?

-Я же сказала уже, ты что Лен, сначала в Могочу, а там видно будет по обстоятельствам. Пойми ты, не могу я тут сидеть и ждать, сидеть и ждать… Я же просто свихнусь от собственных мыслей и предположений. Знаешь, какие сны мне ночами сняться? Что его сбили боевики и терзают… или вижу его в госпитале…

-Это всё твоё больное воображение виновато, рисует тебе страшненькие картинки, а ты всё воспринимаешь как реальность. Успокойся и посмотри на всё с другой стороны. Себя-то хоть пожалей! Меня аж жуть берёт, как подумаю как это далеко! Б-р-р!!! – Лена передёрнула плечами и вжалась глубже в кресло. - Ни за что бы никуда не поехала.

Первые всплески эмоций улеглись, мы обе молчали. Я, поджав колени под себя, крепко сжимала ладонями мохнатого зайчишку, как залог созревшего своего решения. Сейчас, здесь, гладя его мягкую мордочку, я вспоминала, что именно он был свидетелем той сказочной ночи с Олегом.

Вечер сгустил чёрные краски, погрузив комнату в пугающую своей непредсказуемостью тьму. Лена включила светильник, и сразу же на стенах нарисовались зелёные длиннорукие спруты. Но теперь, в противовес той последней нашей ночи с Олегом, они не были доброжелательны. Они тянули свои жадные щупальца прямо ко мне. И даже развесёлый зайчик не мог стать преградой на их пути. Наваждение было столь велико, что я встала и зажгла верхний свет. Монстры мгновенно исчезли, и вместе с ними куда-то испарилось чувство страха. Вот так всегда!!! В темноте нам всё кажется значительно хуже, события приобретают более мрачный оттенок, мысли отклоняются, словно стрелка метронома в сторону демона, сидящего за нашим левым плечом и внимательно наблюдающим за нашими чёрными и грустными мыслями. Но стоит лучу света выстроить свою тёплую живую дорожку, как Метроном тут же склоняется в сторону ангела сидящего за нашим правым плечом и он начинает радостно нашептывать нам на ушко более светлые мысли, склоняя к богоугодным деяниям. Все человеческие поступки постоянно колеблются, находятся в движении…. И как подчас радуется демон, заполучив в свою копилку наши страхи и сомнения. А бедный добрый ангел? Как же тяжело ему бывает докричаться, направить на путь истинный своего подопечного!

Глава 11

Решение принято, оставалось лишь воплотить его в жизнь. Самой трудной задачей было уговорить Мишаню дать мне отпуск, вернее просто продлить его ещё на неопределённый срок.

Нужно было видеть, как округлились его глаза при произнесении взволнованной особой, то бишь мной, на одном дыхании непонятной и не совсем убедительной тирады.

Ответ последовал незамедлительно.

-Да в своём ли ты уме, голубушка. Какой отпуск? Какая поездка? Я и так отпустил тебя на две недели, невзирая на то, что ты так нужна на рабочем месте, просто необходима! И теперь ты являешься и требуешь добавки!!! Это слишком!!! Придётся тебе либо умерить аппетиты, либо распрощаться с работой! Так и знай!!! – он напоминал в этот момент злого сказочного гнома, только без колпака на голове да раз в несколько повыше. А так, полное сходство. Те же прищуренные глазки и лохматая чёрная шевелюра…. Видно, здорово я его достала!

-Ну что ж, умерить аппетиты не получится. А это означает, что союз наш распадается навеки. Пока! Наши вам наилучшие пожелания.

Я гордо удалилась, пока мой начальник не пришёл в себя и не запустил мне вслед каким-нибудь увесистым предметом. И чего это он так взъелся на меня? Уж не поделилась ли Светка с ним моими любовными похождениями? Вот и открывай после этого душу подругам! Себе же боком и выйдет.

Стоило мне так подумать, толкая дверь своего кабинетика, как взору моему предстала именно обруганная в душе особа.

Светка восседала на моём рабочем месте, задумчиво выводя каракули на листе перед собой.

Я шлёпнулась в кресло напротив и, прервав её высокохудожественные забавы, рявкнула.

-Ну и зачем ты выдала Мишане все мои глубоко личные амурные дела. Никак нельзя без этого было обойтись? Он меня теперь не отпускает. Спасибо тебе, огромное.

-Ты что, Зойка? С цепи сорвалась? Или тебе долго кушать не давали в твоей деревне? Кому я что говорила? Я разве похожа на ненормальную?

Светка опустила глаза, надула губы и пририсовала чучелу на бумаге парочку ветвистых рожек. Но долго обижаться она не могла, а потому, буквально через минуту спросила.

-А куда это ты собралась? Не надоело отдыхать-то? Если в теплые края, то я с тобой!

-Не обольщайся, в холодные.

-Как это в холодные? Туда никто не стремиться. Разве только дураки!

-Ну, если хочешь, можешь считать меня дурой, но я туда отправляюсь очень даже скоро.

Светкины глаза загорелись таким неподдельным интересом

-С Олегом?

-Нет. Одна.

-Как это?

-А вот так. Его отправили срочно в часть. Мы больше не виделись… Теперь я еду туда. Не хочу сидеть и ждать у моря погоды.

-Но ведь это так страшно, ехать в незнакомое место.

-Все места когда-нибудь мы посещаем в первый раз. А люди везде одинаковые. Что на юге, что, на севере.

-А я бы ни за что никуда не поехала!

-Вы что сговорились все что ли? Одна бы не поехала, другая тоже… Так вам и не надо никуда ехать. Сидите себе дома! Это я еду, я и только я и никого не прошу себя сопровождать. Дура или не дура, но опять же это я. И я вполне способна распорядиться своей жизнью!

Видно, мои слова возымели действие, Светка изменила точку зрения на сто восемьдесят градусов.

-А что, и правда, съезди, может, ты и права! Всего боимся, жмёмся как тараканы по щелям и ждём, что кто-нибудь поднесёт на блюдечке все блага и любовь в том числе. А когда вернёшься, если что не сложится там, Мишка тебя опять возьмёт к себе. Попыхтит, попыхтит и возьмёт. Ты же у нас незаменимая!

Когда я оделась и готова была отчалить, Светка вдруг рванула к двери, велев подождать её.

-Подожди минутку, хочу тебя проводить!

-Получишь нагоняй от руководства.

-Их высочество даже не заметит моего отсутствия. Оно опечалено словами одной гражданочки!

И вот мы со Светкой уже шагали по залу аэропорта. Причём Светка ругалась время от времени очень непристойными фразами. Билетов не было ни на сегодня, ни на завтра, улететь можно было только через месяц, что нас, ну никак, не устраивало.

-Чтоб их! Билетов там нет! Никогда не поверю! Зачем тогда самолёты нужны? Такое расстояние и на поезде пилить! С ума можно соскочить! Зой, может, останешься?

-Нет, поехали на вокзал.

Мы поймали такси и уже довольно скоро стояли у окошечка кассы железнодорожного вокзала, вопрошающе вглядываясь в каменное лицо женщины, просматривающей по компьютеру вакансии.

-Есть на сегодня одно место, нижняя полка.

-А на завтра?

-На завтра ничего нет. И это-то не знаю, как уцелело. На ближайшую неделю билетов нет. Так вы будете брать или нет?

-Будем! - выдохнула я и вытащила из кошелька наличность.

Вот и билет на руках. Как специально меня дожидался! Назад пути нет.

Сзади торопили потенциальные путешественники, и мы со Светкой выбрались из гудящей громады вокзала на улицу. Уже в метро она спросила, и столько в её голосе было грусти, словно она видит меня в последний раз.

-А во сколько отправление?

-В десять вечера, время есть. Мои часы показывали лишь три часа дня.

А в моей голове калькулятор подсчитывал предстоящие расходы. И выдал решение, что денежных средств недостаточное количество.

-Светка, у тебя деньги есть?

-Есть, – она вытащила из кармана скомканную сторублёвку и протянула с готовностью мне.

-Да нет. Долларов триста? А то моих скудных средств, боюсь, не хватит, чтоб не умереть с голоду в предстоящей поездке.

-Дома есть. На шубку копила.

-Дашь?

-Дам! – Светка решительно рубанула воздух рукой. – А, бог с ней, с шубкой-то. Всё равно ходить некуда! И не с кем!

-Тогда давай дуй домой за деньгами и сразу ко мне.

Дома я вытащила с антресолей высокую чёрную сумку на колёсиках и принялась укладывать в неё всё то, что, по моему мнению, должно было пригодиться.

Тётя Тоня стояла и наблюдала за моими действиями, скрестив на груди руки. Наконец, она не выдержала.

-И куда это ты намылилась? Можно поинтересоваться?

Ещё одно объяснение, с обязательным после этого нареканием меня отнюдь не лестным эпитетом, я бы не выдержала. Поэтому скрыла истинную причину путешествия. Буднично, стараясь казаться абсолютно спокойной, пояснила.

-В командировку еду. С работы послали.

-Далёко?

-Дня два пути, - опять соврала я, убавив ровно втрое истинное время следования.

-Даль-то, какая. Пойду, приготовлю курицу тебе в дорогу.

-Угу, - кивнула согласно я, уже её не слыша. Моя голова была забита совершенно другими мыслями.

Довольно скоро прискакала Светка и, еле успев отдышаться, вручила мне торжественно свои сбережения.

-Спасибо. Я верну, ты не волнуйся.

-А с чего мне волноваться, я же не на улице лохотронщикам их отдаю, а лучшей подруге. Было бы больше, принесла бы ещё. Никто не знает, сколько тебе денег понадобиться. На чужбине-то… - она грустно вздохнула.

-Тише ты! Тётя Тоня услышит, с ума меня сведёт нравоучениями.

К восьми я была готова. И одета красиво. В невысоких сапожках. В коричневой короткой кожаной курточке, такого же цвета кепке и в черных брюках свободного покроя, я выглядела хорошо. Так и нужно. Я ведь еду к мужчине, предстать перед которым хочется во всей красе.

Проводы не затянулись надолго, мы с подругой постарались ускорить процесс прощания с домашними и спустя минут сорок уже рассматривали на перроне голубой вагончик под номером десять. В котором мне предстояло пожить не много ни мало, где-то с недельку. Ничего. Хоть отосплюсь вволю!

Проводница проверила мой билет, но мы со Светкой не торопились зайти в вагон, торчали на улице, глазея на прибывающих пассажиров.

Не знаю, что уж возомнила там себе подруга, но неожиданно она бросилась ко мне на грудь, и глаза её были полны самых настоящих прощальных слёз.

Я даже испугалась такого её поведения, отстранилась немного и спросила.

-Свет! Чего это ты вздумала реветь?

-Тебя жалко! Не пущу! Сиди дома!

-Ну, ты даёшь! У меня и так на душе гадко, а ты ещё масла в огонь подливаешь. Так друзья не поступают! Нет, чтобы подбодрила, смешное что рассказала…

-А мне не смешно…

-Тогда пошли в вагон, анекдот ты мой ходячий!

Внутри коробочка была полна. Люди старались загодя занять свои места. Мы водрузили мою сумку под полку и осмотрелись.

Наверху, надо мной уже вовсю храпел, распространяя по окрестностям запах перегара, какой-то мужичонка. А внизу, на противоположной стороне, бабуля лет восьмидесяти укладывала в ящик под полкой многочисленные пожитки, сумки и котомки. Судя по тону, каким она с нами поздоровалась, натуру она имела доброжелательную. И это радовало. Всё же лучше путешествовать с мирной старушкой, чем с какой-нибудь злыдней. Одно место пока что пустовало.

Вскоре проводница бросила кличь провожающим освободить вагон. Светка, пожелав мне удачу, поспешила к выходу. Но столкнулась в проходе с крепким пареньком, волокущем на себе огромные клетчатые баулы. Она занервничала. И было от чего. Риск отправится в незапланированное путешествие, был велик.

-Мужчина, дайте пройти! Что вы застряли в проходе! Людям выйти не даёте! -тщетно пыталась она протиснуться. Парень образовывал единое целое со своим скарбом. Он словно монолит преградил ей путь.

Я поспешила на помощь, и мы со Светкой принялись толкать парня, стараясь передвинуть его в проем купе.

Он и сам нервничал, оправдываясь.

-А я что виноват? – но не сдвинулся ни на дюйм.

Проводница подоспела вовремя, опыта общения с пассажирами у неё хватало, и лишний безбилетник ей и вовсе не был нужен. Она втащила нарушителя в соседнее купе, открыв Светке путь. Та пулей вылетела на улицу, и поезд тут же тронулся. Я даже не успела помахать подруге на прощание рукой…

Глава 12

Путешествие началось….

И тут появился виновник инцидента. Он втащил сначала одну сумку и пристроил её на третью полку, затем то же проделал с другой. Причем, когда он пыхтел и сопел от подъёма тяжести, я пребывала в состоянии тревоги. А вдруг да не удержит! Тогда эта громада рухнет прямо мне на голову! Но, слава богу, всё обошлось. Он занял место рядом со старушкой.

Дородная пожилая проводница обходила вагон, собирая билеты, а мы, пассажиры, смотрели друг на друга с любопытством, прекрасно понимая, сколько времени нам предстоит жить здесь бок о бок.

Старушка представилась первой.

-Ну что, знакомиться, будем? Меня зовут Фёкла Ивановна. А по-простому – бабушка Фёкла. Еду вот сына навестить. А тебя, доча, как величают?

-Зоя.

-Хорошее имя, мою сноху так зовут, – она нацепила на нос очки и внимательно меня рассмотрела, - ничего, ты ладная дивчина! А ваше имя? - она повернулась, также пристально рассматривая парня.

-Григорий, - он смущённо пригладил рукой взъерошенные светлые волосы.

-Гриша, значит.

-Можно и так.

-А куда ты, милок, едешь?

-В Красноярск. У меня коммерческий рейс.

-Ну, это мы уже поняли, – бабуля с улыбкой подняла глаза наверх, где он пристроил своё добро.

Вдруг, прямо перед моим носом свесилась с верхней полки нога, затем другая. Пахнуло несвежими носками. И спящий доселе гражданин, спрыгнув со своего законного места, устроился рядом со мной.

Мужичонке, иначе и не назовёшь, было, лет сорок пять. Невысокий, рыжеватый, с маленькими бегающими глазками. В потёртых джинсах и линялой, видавшей виды тельняшке, с терпким запахом пота он единственный, кто произвёл неприятное впечатление. Однако я не торопилась делать выводы. Стараясь не следовать русской поговорке, когда встречают по одёжке…Все мы люди, все мы человеки…

Новоявленный сразу представился.

-А я Игорь Михайлович, можно просто – Михалыч. Мы люди простые, привыкли без всяких там столичных выкрутасов общаться. У нас на прииске народа – раз, два и обчёлся.

-Очень приятно, - улыбнулась бабуля, - а какой такой прииск?

-Небольшой, но золотишко попадается, – мужичок улыбнулся, блеснув рядом золотых зубов, довольный, эффектом, произведённым своими словами.

Порылся в сумке, достав её со своей полки, и извлёк из её недр бутылку пива, покрутил её в руках, открыл и поставил на стол, предложив честному собранию угощаться.

Предусмотрительный товарищ! У него даже нашлись для этой цели пластмассовые стаканчики.

Фёкла Ивановна отказалась составить компанию, сославшись на давление, а я сказала, что голова болит и без пива.

Получилось, что лишь Григорий был способен к налаживанию добрососедских отношений. Чем они с Михалычем и занялись.

Время перевалило за полночь, когда вагон несколько угомонился. Постельное бельё было роздано и матрасы застелены не совсем белыми, влажными простынями. Но народ не торопился заснуть.

В этом здесь не было дефицита. Спи – не хочу, хоть целые сутки. Поэтому долго ещё слышались приглушённые голоса.

Люди в вагоне знакомились и притирались друг к другу как детальки теперь одного, единого механизма.

Я лежала, поджав ноги, давая возможность уже выспавшемуся Михалычу присесть на моей полочке и травить байки, найдя свободные уши Григория.

Утро возвестило о себе звоном ложечек о стенки стаканов.

Народ проголодался и принялся уничтожать многочисленные продуктовые запасы.

В окна светило яркое, уже по-весеннему радостное солнце, вагончик весело катил по рельсам, еле покачиваясь со стороны в сторону.

К Грише пришёл друг по коммерции из соседнего купе. Он нарезал колбаску аккуратными кружочками и беспрестанно шутил, чем завоевал благосклонность бабули.

Увидев, что я проснулась, он отвесил мне комплимент и пригласил вместе с ними позавтракать.

Но мне предстояло ещё совершить утренний обряд умывания.

Выстояв огромную очередь к туалету, я, наконец, смогла промыть заспанные глаза под тонюсенькой струйкой воды. И причесать свои непослушные локоны, стоя в крошечной кабинке перед мутноватым, словно доисторическим, зеркалом.

Вернувшись, я присоединила к общему столу приготовленную тётей Тоней мне в дорогу курицу. И наша дружная компания принялась ублажать свои желудки.

Первый день миновал довольно легко и сравнительно быстро. Второй тянулся бесконечно, а к концу третьего дня уже не было сил ни лежать, ни сидеть, ни болтать. Все журналы прочитаны, все анекдоты рассказаны. На каждой станции наша успевшая сдружиться троица, я, Григорий и его напарник, Алексей, выскакивала из вагона и спешила вобрать в себя побольше животворного воздуха. В вагоне стояла невыносимая парилка. Проводница нещадно раскаляла печурку и титан. От безделья путешественники опустошали его мгновенно. Не знаю, как всю эту маяту выносила бабуля, ведь и нам, молодым, было тяжко.

Но вот, на какой-то крупной станции в вагон, взамен вышедшим пассажирам, появились самые настоящие цыгане. Человек десять. Сразу превратив вагон в кочующую кибитку. Они раскрасили, оживили всё вокруг. Сновали туда-сюда, шурша своими яркими, цветастыми юбками. Играли на гитаре и очень красиво пели романсы.

Одна старая цыганка устроилась в нашем купе на боковом сидении. Она покачивалась из стороны в сторону, перебирала крючковатыми пальцами коричневые чётки и постоянно косилась на меня своими огромными чёрными глазищами.

Я каждый раз, с опаской ловила её взгляд, и по телу моему начинали носиться неприятные мурашки озноба. Я ничего не могла с собой поделать. Похоже, цыганка совсем не нравилась и бабе Фёкле. Старушка даже старалась в её сторону-то не смотреть.

И вот когда Гриша принёс мне большую красочную шоколадку, цыганка вдруг бессловесно поманила меня к себе взмахом руки.

Я удивилась, но, как воспитанная гражданка, посчитала своим долгом выполнить пожелание престарелой дамы, присев на краешек её постели.

Она молча вытащила из-за пазухи колоду старинных, засаленных карт и только тогда предложила

-Хочешь, погадаю.

-Нет. Я и так всё знаю.

Тут вмешался Григорий.

-Я хочу, мне погадай.

Но цыганка так на него посмотрела, что он сразу ретировался в другое купе.

-Так хочешь?

-Я же сказала. Нет. Зачем знать будущее?

-Иногда это полезно. Позолоти ручку, поговорим.

-Нечем золотить.

-А, вон, шоколадку свою мне отдашь, и достаточно будет. Согласна?

-Ладно, - я протянула ей подарок Гриши и приготовилась слушать, ожидая, что сейчас она раскинет карты.

Но этого не произошло. Она по-прежнему лишь держала колоду в руках. Заговорила тихо, и звуки её голоса проникали мне прямо в душу.

-Ты единственная дочь у родителей… Они примерная пара. Ты не видела в жизни от них зла. У тебя душа открыта, а сердце пылкое. Ты всех ровняешь по себе… В дорогу тебя позвала любовь… Она принесёт тебе боль! Дорога будет очень долгой… Бойся ветра и чёрного человека, они опасны тебе… Муж твой будет человек военный… А теперь иди… и помни мои слова.

Я, было, открыла рот, попытавшись, кое-что уточнить, но она уже прикрыла глаза, давая понять, что разговор закончен.

Ну что же, муж мой будет военный, значит не зря я еду. Но почему любовь принесёт боль? Может, Олег ранен? И что за чёрный человек?

Слишком много мистики. А, может, цыганка просто захотела получить мою шоколадку?

Однако кое в чем она права, нельзя этого отрицать. Откуда она, например, знает, что я единственная дочь у родителей? Я же ей не рассказывала!

На следующий день, к моменту моего пробуждения, цыганский табор исчез. И даже как-то грустно стало без их красивых песен и ярких одежд. Или просто безумно надоело это бесконечное путешествие.

Нормальная провизия давно закончилась. Весь вагон перебивался сухим пайком или жуткой китайской лапшой.

В вагоне процветало повальное пьянство и игра в карты.

Стоило поезду остановиться, сразу несколько гонцов из различных его выходов устремлялись к вокзальному буфету за очередной бутылочкой горячительной смеси.

Проводница и не пыталась с этим бедствием бороться.

Да и что толку! Она уже привыкла к тому, что пассажиры к концу пути сходят с ума!

На следующий день мои друзья, присоединившись к одной из шумных компаний, перебрали лишнего.

Диковато было видеть Григория пьяным.

Алкоголь развязал ему язык. На улице, на очередной остановке, он всё пытался меня обнять и, наконец, признался в любви. Это было так неожиданно…

Ну, конечно, на протяжении всего пути и он, и Лёха оказывали мне всяческие знаки внимания. В виде шоколадок и конфет. Но о любви не могло быть и речи. Сейчас же он крепко сжимал мою ледяную руку в своей. И не обращая внимания на мои мольбы вернуться в вагон, предлагал мне выйти вместе с ним из поезда в его городе.

-Нет. Ты что? У меня есть жених. Он военный лётчик… Я к нему еду.

-Да? А я что, рожей не вышел?

-Причём тут рожа? Она как раз у тебя очень даже симпатичная.

-Так в чём тогда дело? Выйдешь завтра со мной?

-Я же уже тебе объяснила всё.

-Ну да! Только имей в виду, все вояки такие сволочи! И что вы, бабы, в них находите? Чем гражданские хуже?

-Да не хуже! Не хуже! Вот ты меня с собой зовешь, а ведь и тебя, наверняка, кто-то ждёт дома?

-Ну, ждёт, - согласился он, по-прежнему не отпуская меня от себя, - но я её брошу!

-Вот видишь, какой ты сам-то, изменщик коварный!

-Ну и пусть! Лучше тебя я никого не встречал… Не согласишься, я завтра вытащу на перрон твою сумку, сама выскочишь! Так и знай!

-Эй вы! – Лёха орал нам, не замечающим, что поезд тронулся. Вы что остаться хотите? Ненормальные!

Мы, действительно, еле успели заскочить на подножку.

Только этого мне не хватало! Правда, не умею спокойно жить!

Я сильно промёрзла на перроне и дрожала так, что, казалось, окружающим было слышно, как стучат мои зубы. Не спасал даже второй свитер, который я достала из сумки.

Григорий не отходил от меня ни на шаг и так меня достал, что я чуть не плакала.

Бабушка Фёкла не выдержала этого концерта и спустила на него собак!

-И что ж ты, ирод, пристал к девчонке-то? Покоя ей не даёшь ни днём, ни ночью. Вот я тебя, ужо, своей клюкой отхожу!

Она действительно вытащила из-под полки тросточку и потрясла ей у него перед носом.

Мои бесконечные выскакивания на перрон и, вдобавок, сегодняшнее промерзание дало свои печальные результаты. К ночи поднялась высокая температура. Градусника, чтобы измерить её не было, но меня колотило как лист осины на ветру.

Бабуля дала мне какие-то таблетки, я их проглотила одну за другой. В надежде на улучшение самочувствия. Но результатов не заметила. И с ужасом думала, какая участь меня, больную ждёт. К тому же я стала жутко кашлять. Скажу пару слов и опять задыхаюсь от кашля. Неужели осложнение?

Конечно, организм и так ослаблен недавней болезнью, а тут повторная инфекция. И нет рядом ни заботливой мамули, ни доброй тёти Тони.

Так, случаем, можно и окочуриться.

Бедная я, бедная, на краю света и одна, больная так сильно.

На следующее утро мне ничуть не стало лучше. Фёкла Ивановна настоятельно советовала мне обратиться в больницу. И это означало, что я должна сойти с поезда.

Ну, уж нет! Не для того я проделала такой громадный путь, чтоб застрять недели на три в городской больничке! Выживу как-нибудь!

Через час поезд прибывал в Красноярск.

Гриша не отходил от меня ни на минуту.

-Зой, пойми ты, я не могу тебя оставить. К тому же ты больна! Пошли со мной, я тебя вылечу! А летун твой тебя всё равно предаст. Пойми, такой шанс раз в жизни бывает. Ты узнаешь, какой я! Я всё-всё для тебя сделаю. Хочешь, я все шмотки продам, которые везу, и куплю тебе что пожелаешь. Мы должны быть вместе, пойми же, наконец!

-Да не нужно мне ничего… Так получилось. У меня есть другой, и он любит меня и ждёт.

-Хорошо! Тогда я тоже не выхожу! Я поеду с тобой и посмотрю в глаза твоего вояки.

Эти слова услышал Лёха и пришёл в бешенство.

Он тряс Григория за плечи, и я думала, что они подерутся не на шутку.

-У тебя что, совсем крыша съехала? Сам-то понимаешь, что несёшь? Давай живо тащи баулы в тамбур, уже подъезжаем. Любви ему, видишь ли, мало… Да тебе девки каждый день телефон обрывают, помимо твоей законной сожительницы. И чего ты к Зойке, как клещ присосался? Говорят же тебе русским языком. Пошёл вон! Вот и иди, куда посылают…

Гриша оттолкнул Лёху от себя и сел за столиком, вовсе не спеша на выход. Он молчал и ничего мне больше не говорил, но смотреть на него было невозможно.

Лёха сам перетаскал в тамбур и свои и Гришины сумки, а когда поезд остановился, выкинул их на перрон и вернулся за другом, продолжавшим безучастно сидеть всё в той же позе, как он его оставил.

-Нет, ты меня с ума сведёшь! Правда! Сейчас поезд отправится, пошли.

-Зой! Скажи ты ему, что он тебе не нужен.

-Ты мне не нужен, уходи.

Мне было очень тяжело говорить эти жестокие слова, но другого выхода не было.

Я отвернулась к окну. А когда повернулась, Лёха уже тащил его за собой к выходу.

Мне так было жаль Гришу, что я не смогла сдержать слёз и задёрнула занавески на окнах. Чтобы не видеть его вновь, когда поезд проплывёт по перрону, набирая ход…

Чем дольше мы ехали, тем холоднее становилось. Здесь совсем не чувствовалось весны. Хмурые облака затянули низкое небо, а сильный ветер гонял по деревьям дрожь, очередным своим порывом заставляя деревья гнуться…

Ночью проехали Читу.

Мне не спалось, и я долго смотрела в окно, наблюдая за ночным мерцанием огромного города, думая о том, что спустя всего несколько часов, я буду в конечной точке своего маршрута.

Сосед с верхней полки, проявлял необыкновенную подвижность. Он сновал туда- сюда по спящему вагону. И за всю ночь ни разу не залез на свою верхнюю полку. Но мне не хотелось размышлять о странностях его поведения, голова моя была забита другими, совсем невесёлыми мыслями.

Будут ли у меня утром силы, чтобы подняться с постели. Ведь мне предстоит ещё добраться до части, где служит Олег.

В Могоче поезд стоял всего пять минут. Я попрощалась с бабой Фёклой, а с Михалычем не удалось. Его нигде не было, он как сквозь землю провалился.

Я вышла на перрон, таща за собой сумку на колёсиках. Подождала, пока поезд скроется за поворотом, и осмотрелась, не имея ни малейшего представления куда идти.

Вокруг было много военных, они то входили, то выходили из приземистого, серого здания вокзала.

Ветер пронизывал меня до самых костей. Короткая кожаная курточка не спасала от холода. Под неё даже невозможно было надеть ещё один свитер. А кепка служила лишь украшением. Только шарф, подарок Олега, приятно согревал шею и грудь. Долго бы я этой пытки холодом не вынесла. И поэтому я задала вопрос, проходящему мимо меня человеку в военной форме.

-Скажите, пожалуйста, как пройти в часть?

-В какую? Их тут две.

-К лётчикам.

-Пойдёмте со мной, я покажу.

-А вы не подождёте минутку, пока я поставлю сумку в камеру хранения?

-Хорошо, я пока покурю.

Я убрала сумку в автоматическую камеру хранения, записав кодовый номер.

На всякий случай пощупала место, где должен был находиться холщёвый мешочек со сложенными в нём русскими деньгами и долларами. Я спрятала его для верности под подкладку куртки, аккуратно после этого зашив дыру. И, к своему великому ужасу, сейчас его там не обнаружила!!!

Я не поверила этому своему открытию и снова, и снова шарила рукой внутри. Затем скинула куртку и внимательно её осмотрела.

На подкладке я заметила аккуратный маленький разрез, словно порез лезвием. Совсем не в том месте, куда я накладывала стежки. Я сунула туда руку, всё ещё надеясь, что моё страшное предположение не оправдается…

И напрасно. Мешочка со всем моим состоянием, не было!!!

Трудно описать какие чувства я испытала в это мгновение. Никогда ещё меня не обворовывали. Да и как?

Ложась спать, я всегда укладывала куртку под подушку. Выходя на перрон, надевала её на себя. Даже направляясь в туалет, набрасывала её на плечи, потому что из окна сильно дуло. Хотя… стоп…сегодня ночью я вышла в купе проводницы узнать скоро ли Могоча и отсутствовала минут пять. Куртка оставалась под подушкой…

Кто вытянул оттуда деньги? Не Фёкла Ивановна же? Старушка – Божий одуванчик…

Тогда кто? Михалыч?

Похоже…Не зря он не спал всю ночь. Боялся, что я могу обнаружить пропажу. А потом он исчез…

Вот растяпа!!! Что же я теперь буду делать без денег-то?

Я вытряхнула из кармана мелочь и скомканные десятки. Вот это да!!!

И ведь теперь ничего никому не докажешь! Не пойман – не вор! И поезд уже далеко! Одним словом, попала ты, Зойка!!!

Хорошо ещё, что я уже на месте…

-Девушка вы скоро?

Военный устал меня ждать и заглянул в зал.

Увидев моё расстроенное лицо, он озабоченно поинтересовался, подойдя поближе.

-Что-то произошло? У вас сейчас такой вид!

-Нет. Ничего. Пойдёмте.

Я не решилась признаться в своей глупости. Да и что объяснять, ведь он ничем бы не смог мне помочь…

Мы перешли железнодорожное полотно и долго шагали по асфальтовой дорожке, присыпанной серым грязным снегом.

Мужчина время от времени поглядывал на меня, наконец, спросил.

- А вы откуда, если не секрет?

-Какие там секреты. Я приехала из Москвы.

-Бог мой, из такой дали… И на поезде?

-Просто на самолёт билетов было не достать. Пришлось.

-А к кому?

-Мой жених здесь служит.

-Какой счастливчик. Интересно, может, я его знаю? Как его фамилия?

-Снежков… Олег Снежков.

Он секунду раздумывал и покачал отрицательно головой

-Нет, к сожалению, не знаю. А почему вы постоянно кашляете? Заболели?

-Да. Простудилась в дороге. А таблеток нет. Температура не спадает никак.

-Да. Воистину, наши женщины самые выносливые в мире.

-Нет. Просто у меня выбирать не из чего.

За разговором мы подошли к КПП. Мой сопровождающий распорядился, и меня пропустили в городок, переписав данные паспорта.

-Я вас провожу в штаб. Там всё узнаем.

Я еле стояла на ногах. Скорей бы добраться до Олега. Мне казалось, что все мои силы вот-вот иссякнут, как тоненький ручеёк не подпитываемый никаким посторонним источником.

Мой добровольный помощник вошёл в кабинет, усадив меня на стуле в коридоре.

Некоторое время спустя он появился, а лицо его было удивлённым и смущённым.

Почувствовав неладное, я поднялась со стула, и вся напряглась в ожидании. Я готова была услышать всё, но только не то, что он произнёс.

-А почему вы решили, что он должен быть в нашей части?

У меня внутри словно что-то оборвалось

-Потому что он сам говорил, что здесь служит.

-Но его здесь нет, и никогда не было! Подождите, а номер его части у вас есть?

-Да… -я протянула ему бумажку, вновь опустившись на стул. Ноги отказывались меня держать. А противный голос демона из-за плеча ехидно завизжал прямо в душу, минуя мой слуховой аппарат.

-Как же так! Ты выглядишь как полная идиотка!!! На краю света, без денег и без искомого Олега!!!

-Но это номер не нашей части. У нас таковой нет. Произошла какая-то ошибка. Вы заранее не расстраивайтесь… Я попробую выяснить, где это находится, – военный опять исчез за той же дверью.

На этот раз его не было долго, но, когда он появился, на его лице играла улыбка.

-Ну вот! Нашли вашего Снежкова! Он служит в Чите. Я вот тут вам написал адрес.

В моей голове тот же заунывный голос затянул свою противную песню.

-Почему в Чите? Он ведь ничего не говорил про Читу! И не так это близко, чтобы перепутать. Всё-таки девять часов пути…Дурочка!!! Да он обманул тебя!!!

-Вы меня слышите? – мужчина коснулся моей руки и, вдруг отпрянув, внимательно посмотрел мне в лицо и коснулся рукой лба.

-Да вы вся горите! У вас огромная температура! Пойдёмте со мной. Моя жена вам поможет…И никаких отговорок, тем более что поезд на Читу будет лишь ночью.

Я пыталась сопротивляться. Неудобно идти к чужим людям, и тем более объяснять, почему жених назвал неточный адрес.

-Спасибо вам, но я лучше на вокзале посижу.

-Ещё чего выдумали. К чему такие жертвы? Отогреетесь, подлечитесь, и мы вас в лучшем виде отправим к счастливчику Снежкову.

-Не бойтесь, у меня чудесная жена, вы с ней подружитесь, – он тянул меня за руку к выходу, и я повиновалась. А что ещё оставалось делать. Моё состояние было критическим. Я вообще удивлялась, как моё тело ещё способно передвигаться в заданном направлении!

Серые двухэтажные здания военного городка выстроились двумя ровными шеренгами, пейзаж не отличался особой выразительностью. Впрочем, у меня и не было особого желания, рассматривать местные достопримечательности. Скорее я даже возненавидела эту пронизанную ветрами и холодом далёкую Могочу! Я так надеялась увидеть здесь Олега. Так хотела прижаться к нему всем телом, заглянуть в его глаза и услышать его голос…

Но призрачная дымка желаний безвозвратно растаяла, оставив меня наедине с седовласым майором у порога его квартиры.

-Семён. Почему так долго?

Маленькая женщина тут же осеклась, увидев незнакомку, выглядывающую из-за плеча мужа.

-Раечка принимай гостью, – он подтолкнул меня, стоявшую в нерешительности, в просторную прихожую, где кареглазый малыш носился на трёхколёсном велосипеде. – Её нужно обогреть, накормить и вылечить. Представляешь, она приехала к своему жениху, аж из самой Москвы. А он в Чите. А девушка, простите, не знаю, как вас зовут, заболела в пути. И, по-моему, у неё сильный жар. Так как вас зовут, милая девушка?

-Зоя.

-А меня Семён Игнатьевич, а это моя жена Раечка…Вот и познакомились. С некоторым опозданием, правда. Но это моё упущение. Очень уж вы меня озадачили своим появлением. Не часто приходится встречать таких решительных девушек, – он помогал мне раздеться, продолжая говорить. - Точнее, во второй раз. Первой была моя жена… Она вот так же приехала ко мне… И, как видите, результат налицо… Этот басурман, - Семён Игнатьевич указал на мальчишку, прекратившего крутить педали и с любопытством поглядывающего на нас, - мой младшенький, а перед ним ещё двое.

-Ну ладно, Семён, - вмешалась женщина, - совсем заговорил гостью, а между тем, нужно поскорее напоить её горячим чаем с малиной… Помойте руки и за стол.

В ванной я открыла кран с холодной водой, сполоснула разгорячённое лицо и ещё сильней застучала зубами. Казалось, всё моё существо насквозь пропиталось холодом, и ничто на свете не сможет прекратить эту противную дрожь.

Я вышла из ванной комнаты, мечтая лишь о тёплой постели и покое.

Но Рая и Семён Игнатьевич уже звали меня за стол.

Заботливая хозяйка уставила его различными самодельными заготовками, а из чашек распространялся сладкий запах малины.

-Кушайте, не стесняйтесь. В поезде какая еда? Немудрено заболеть. Кстати, вот вам градусник, держите, – она протянула его мне.

Я послушно пихнула термометр под мышку и отхлебнула приятно согревающего горло напитка.

-А что это вы ничего не кушаете? - Рая пододвинула поближе ко мне тарелку с бутербродами.

-Спасибо. Но мне, правда, совершенно не хочется есть. Вместе с чаем, разносящим по моему измученному болезнью и ожиданием организму, тепло, пришло чувство немыслимой усталости. Сильно тянуло в сон, и я почти не слушала, что мне рассказывает майор. Меня мучило одно.

Где я возьму денег на дорогу? Той мелочи, завалявшейся в кармане, явно не хватит? А занять негде. Меня окружали совершенно незнакомые люди…

Всё чужое…

-Зоя! О чём вы всё время думаете? Да увидите вы своего Снежкова завтра. И мы ещё погуляем на вашей свадьбе… Надеюсь довольно скоро. Вы ведь нас с Раечкой пригласите? – майор обнял жену за плечи. – Извините за нескромный вопрос, но как получилось, что вы с ним разминулись?

-Мы просто не успели конкретно обо всём договориться, думали, у нас ещё будет время. Его отряд базировался в городке моего детства. Я туда приезжаю к родителям. А вообще, я живу и работаю в Москве. Вот мне и пришлось уехать, для того чтобы взять отпуск… Но Олега срочно отправили в свою родную часть, он пытался со мной связаться, но телефон не работал, вообщем, судьба нас разъединила… И вот я тут… а почему не в Чите, а в Могоче… возможно, нет, скорее всего, я неправильно его поняла…И вот результат.

-Ничего страшного. Сейчас отдохнёте, и всё будет видеться совершенно в другом свете, – Рая добавила в вазочку варенья, - давайте градусник.

Взяв его из моих рук и посмотрев на шкалу, охнула.

-Ничего себе, тридцать девять и пять! А мы тут разговоры ведём. Не удивительно, что ей есть не хочется. Какая уж тут еда… Семён достань-ка с полочки аптечку.

Через пять минут я уже лежала в большой комнате на тахте, укрытая тёплым пуховым одеялом.

Гостеприимные хозяева не приняли никаких моих возражений. Скормили мне пару таблеток аспирина и заставили выпить какое-то народное снадобье. А я на время оставила свои грустные думы и заснула, совершенно забыв, где нахожусь…

Когда я открыла глаза, на улице уже сгустились сумерки. Семён Игнатьевич и его жена сидели в креслах напротив приглушённо работающего телевизора и смотрели программу новостей. Малыша не было видно, наверное, его уложили спать. А двое других детей, постарше, сражались за столиком в домино, то и дело, с интересом, посматривая в мою сторону.

Я вскочила в постели, подумав, что пропустила поезд

-Семён Игнатьевич! Во сколько поезд?

-Ещё два часа в нашем распоряжении. Но я бы не советовал вам торопиться. В вашем состоянии необходимо отлежаться… Со здоровьем шутки плохи!!! Лучше оставайтесь у нас пока не поправитесь. Какие-то два, три дня погоды не сделают.

-Действительно, Зоенька, муж верно говорит. Куда вам сейчас по поездам мыкаться. Вы так кашляете, что страшно даже. Как вы в таком виде перед женихом-то предстанете? А на наших народных травках вы быстро на ноги встанете.

Нет… Не могла я злоупотреблять гостеприимством этих милых людей. И потом, ведь цель так близка… Ещё немного усилий и мои страдания закончатся. Нужно только собрать всю свою волю в кулак.

-Спасибо вам за всё, но мне необходимо ехать сегодня, - я встала, умылась, и хозяева вновь попытались меня накормить.

Рая, сокрушённо вздыхая, складывала в пакет баночки с клюквенным желе и малиной, туда же положила и бутерброды.

-Покушаете в дороге. Нельзя же таблетки глотать на голодный желудок.

Она отправилась укладывать спать засидевшихся старших своих ребяток.

А я, с ужасом думала, отпивая целебный напиток, где взять денег на дорогу?

Может что продать? Но ведь не цыганка же я, чтобы извлекать из сумки и предлагать на вокзале путешественникам шмотки…

Мои раздумья прервал Семён Игнатьевич. Может, он тайный экстрасенс? Раз безошибочно определил неладное, вглядываясь в моё лицо?

-Рассказывайте, Зоя… Я же вижу, что-то с вами происходит. Это всё очень легко читается на вашем лице.

Я думала всего несколько секунд, было очень неудобно рассказывать о собственной глупости, но выхода не было. Стрелки часов неумолимо отсчитывали время…

-У меня нет денег на дорогу. Меня ограбили, и я даже не знаю, как… Обнаружила пропажу у камер хранения, - я выпалила всё это скороговоркой и опустила взгляд вниз, уставившись, в свою пустую чашку.

-Всего и делов-то! Не вы первая и не вы последняя. У нас частенько такое происходит. Здесь же путешествует всякий сброд… Только ухо востро держи. Такие специалисты работают…У нас же здесь золотые прииски… Народ с деньгами крупными разъезжает…Кормушка хорошая, но отчаиваться не стоит…Мы дороже денег!

Он вышел на минутку, а, вернувшись, протянул мне несколько купюр.

-Здесь немного, но, чтобы добраться до Снежкова - хватит.

-Спасибо вам, огромное. Мне так неудобно… Вы же меня совсем не знаете… Но я обязательно верну!

-А я и не сомневаюсь. Не обязательно нужно долгое общение, чтобы понять, кто чего стоит. Я даже рад, что могу помочь такой решительной девушке как вы.

Я записала их адрес в записную книжку.

Вот уж действительно, нет в жизни абсолютно безвыходных ситуаций!

Махая рукой из набирающего ход поезда, оставшемуся на перроне майору, пока тот не скрылся из вида, я не торопилась занять своё место в купе. Стояла и смотрела в темноту окна.

Могоча быстро осталась позади. И она уже не казалась мне такой уж постылой. Из-за тех двух людей, с которыми свела меня проказница судьба. Она чётко определила границы между добром и злом, представив мне сначала безразлично жестокого вора, лишившего меня денег. А, затем, срочно дала в качестве поддержки эту семейную пару. Действительно, всё в этом мире взаимозаменяемо. Зло и добро на равновесных чашечках весов!

В купе, кроме меня, ехали ещё две среднего возраста женщины. Они долго обсуждали какие-то проблемы, связанные с этой поездкой. Им не было никакого дела до меня, умри я сейчас, они, похоже, даже не заметили бы этого.

А мне стало, действительно, хуже. Я никак не могла унять кашель, и температура скакнула вверх, несмотря на принятые лекарства. Я зарылась носом в жесткую, с влажной наволочкой, подушку и постаралась уснуть. Мне очень нужно было завтра утром если не поправиться, то хотя бы быть способной к передвижениям.

Утром я проснулась от собственного кашля и вспомнила, что мне приснилось этой ночью с такой отчётливостью, словно это был не сон, а просмотренный с экрана телевизора фильм.

…Мама грозила пальцем и говорила мне, совсем маленькой, одетой в беленькое воздушное платьице.

-Почему ты, доченька, не послушала меня? Посмотри какое на тебе платье, а ведь на улице зима…Ты ушла, а я так тебя ждала…Где же ты? - мама смотрела сквозь меня и мне стало страшно. Я протянула к ней руки и стала тихонько жалобно звать её.

-Мама! Я здесь, почему ты не видишь меня? Мне холодно! Здесь такой сильный ветер…Возьми меня к себе…

Глава 13

От сна осталось неприятное ощущение. Но я поборола его, стараясь переубедить сама себя, отогнать грустные мысли. Ведь впереди меня ждало только хорошее. Тело предательски ныло, пуская дрожь от шеи до кончиков пальцев. Болезнь упорно не отпускала меня. Радовало одно, я у конечной цели своего путешествия. Ещё пара часов и всем моим мытарствам конец.

Завершив утренний туалет, я смотрела в окно. Мы подъезжали к огромному городу.

Всё как и везде. Те же вечно спешащие куда-то люди, те же монолитные здания вокзала, носильщики, катящие свои нагруженные тележки. Безбилетные, но надеющиеся уговорить проводника, пассажиры, с тоской взирающие на останавливающийся поезд…

Город встретил меня неласково… На утреннем небе не было ни малейшего намёка на солнце. Его загородили серые угрюмые тучи. Только ветер остался прежним. Он всё так же пробирал до самых костей. Забирался под тонкую, не удерживающую тепло, курточку. Нахально лизал своим ледяным языком мои ноги, под широкими порчинами брюк. Не осталось ни единого места, куда бы он, безжалостный, не добрался!

Я пристроила свою сумку в камеру хранения и направилась на автобусную остановку. Уточнила у приветливой старушки как добраться до искомой части. И дождавшись автобуса, через какие-то несколько минут катила в нужном направлении.

Город ничем не отличался от своих собратьев. Та же привычная схема строений. С набором многоэтажек новых районов и старинных деревянных развалюшек, доживающих свой век…

Вот автобус затормозил и остановился, выпустив на улицу народ. И меня в том числе.

Люди спешили по своим делам.

Лишь я стояла на остановке, пытаясь притормозить бешеный стук своего сердца. Оставалось лишь несколько минут ходьбы до того, как я увижу Олега. Как он воспримет моё неожиданное появление? И что меня ждёт дальше? Раньше я об этом не задумывалась. Просто выполняла намеченное, с уверенностью и без сомнений в своих действиях. Сейчас же я, больная, похудевшая от болезни так, что в пояс брюк свободно пролезал кулак, уставшая от всех своих мытарств, думала о нашей встрече и была в себе вовсе не уверена…

Я извлекла из сумочки зеркало, критически осмотрела своё лицо и нашла массу изъянов. Но отступать было уже поздно и я, перейдя через дорогу, зашагала по вымощенной плитами дорожке по направлению к части.

Приблизившись к КПП, с огромными стеклянными окнами по периметру, я на секунду замешкалась, но, всё же толкнув тяжёлую металлическую дверь, вошла внутрь. Дежурный у входа смотрел на меня с интересом. И едва я объяснила цель своего визита, он, не мешкая, проверил мои документы и проводил меня, проведя по широкому коридору, к своему начальству.

Пожилой, но бравого вида полковник, предложил мне присесть и спросил, к кому я приехала, постукивая отточенным карандашом о стол.

-К Олегу Снежкову. Не могу ли я его увидеть?

-Сейчас узнаю…- он пододвинул к себе телефон и, с интересом, время от времени, поглядывая на меня, спросил в трубку.

-Тут к Снежкову приехали. Он где? Дежурит? Передай, чтобы срочно подошел к КПП.

Сейчас подойдет, - посмотрел на меня вновь полковник, - а вы, если не секрет, откуда приехали?

-Из Москвы.

-Ну и как там Москва?

-Стоит, - я поднялась со стула и, попрощавшись, вышла из кабинета. Чувствуя, как он сверлит мою спину взглядом.

Ждать пришлось недолго.

Дверь открылась, впустив того, к кому так страстно все эти дни рвалась моя душа.

Я стояла, затаив дыхание, неспособная сдвинуться с места…

Вот он приближается ко мне, подходит совсем близко…Наши глаза встречаются…

Но в его взгляде я не вижу радости… Одна настороженность… или испуг? Но чем же я могла его напугать так, что он даже не поцеловал меня при встрече?

Слишком много вопросов…И совсем нет ответов…

-Привет, – голос его звучал так, словно эта была не я, не та девушка, которой он признался в любви и которая, чтобы увидеть его преодолела столь дальний путь. А лишь давняя школьная подруга, с которой он случайно встретился и обязан был отдать долг вежливости.

-Здравствуй, - обескураженная его поведением, я тоже не бросилась ему на шею. Слишком нелепо бы это выглядело сейчас, после столь неожиданно холодного приема.

-Давай выйдем на улицу, – он боялся, что наш разговор может быть услышан.

Повернулся ко мне спиной и вышел первым, толкнув дверь рукой, даже не удостоверившись, иду ли я за ним.

Я была ошарашена, если не сказать больше. Слишком уж не вязался его теперешний образ с тем Олегом, которого знала я! Разве могут за столь короткое время произойти с человеком такие очевидно-невероятные преображения?

Олег шёл, по-прежнему, не оглядываясь, остановился лишь у каких-то огромных, проложенных по земле труб.

Земля около них оттаяла, освободив от серого снега пожухлую травку.

Он смотрел на меня и молчал. И от этого его молчания мне стало невыносимо больно и обидно. Сердце моё сжалось от предчувствия беды…

-Как ты здесь оказалась?

Более дикой фразы я не слышала. За тем ли я преодолела тысячи километров? А Олег произнёс её, глядя куда-то поверх моей головы.

-На поезде приехала. По железной дороге, знаешь ли… Очень хотелось тебя видеть… Ты ведь звонил, звонил и никак не мог дозвониться. Вот я и приехала… Переживала. Не случилось ли с тобой чего!

-Но я не звонил! – теперь он смотрел прямо на меня, и по его взгляду и неподдельному удивлению я поняла, что он действительно не врёт. Он мне не звонил!!! Произошла чудовищная ошибка!!!

Чёрный демон за моим плечом упивался своей неоспоримой победой.

-Я же говорил! Не нужна ты ему, не нужна! Сидела бы дома! Так тебе и надо.

А белый ангел пытался меня успокоить.

– Ты не смогла бы усидеть дома. Твоё сердце разорвалось бы от сомнений.

-Но почему? За что? Что я тебе сделала плохого, Олег? Я не понимаю, что происходит. Значит, ты просто исчез и всё? Объясни мне, неразумной!

Молчание длилось вечность…

-Я женат… У меня маленький сын и я не могу уйти от жены…Прости.

Его слова звучали отрывисто, и они больно хлестали мою израненную душу.

Это был крах!!! Мир перевернулся с ног на голову! Ноги мои отказывались меня слушаться, уши не воспринимали сказанное… Может, это сон? Я сплю. Сейчас сожму веки крепко-крепко, а когда открою глаза, всё будет по-другому?

-Почему ты меня обманывал, зачем говорил про свою любовь? Говорил, что хочешь быть со мной всегда? Неужели ты не мог не врать. Ведь тогда бы сейчас меня здесь не было! Я ведь не кукла, а живой человек!

Он поднял с земли ветку и ломал её в руках, чтобы занять себя хоть чем-то, лишь бы только не смотреть в мои глаза.

-Но я действительно влюбился в тебя.

-Влюбился – разлюбился? Не мог предположить, что я рвану к тебе?

-Не мог… Как ты меня нашла?

-Очень просто. Знаешь, если очень захочешь, тем более, когда уверен, что это нужно тому, кто тебе дорог, горы свернёшь. А у нас городок маленький, если хорошо попросить, то можно узнать в гостинице, где с дружком ночку провела, данные того самого женишка пропавшего. Правда, не очень-то это приятно расписываться перед администратором в собственной дурости, но дело прошлое… Что было, то было и быльём поросло. Кстати, я маханула сначала в Могочу! Ведь ты там, вроде, должен был быть, но сейчас о настоящем!

Я уже здесь! И, как выяснилось, совершенно нежданная и не желанная…. Всё бы ничего. Но есть одна проблемка…У меня нет денег на обратную дорогу… Ну просто совсем нет… Как это ни фантастично звучит, но меня ограбили…Просто начисто оставив без средств к существованию. А никаких близких, и даже дальних родственников в данной местности у меня не наблюдается!!! Так что думай, дорогой! Тем более что силы покидают меня. Я сильно заболела в дороге и не смогу бомжевать где-нибудь на вокзале. Не так воспитана. Да и вообще могу кони двинуть в таких сложных жизненных условиях.

Ветер трепал мои распущенные волосы и, забираясь под куртку, старался заморозить меня, превратив в прозрачную льдинку. Не зря цыганка предупреждала меня о ветре, который может меня погубить. При таком раскладе это казавшееся смешным предостережение, теперь стало реальностью.

-У меня есть один неженатый друг, я мог бы с ним договориться, чтобы ты у него переночевала. Но ведь ты не пойдёшь? И потом, он слишком любит девушек, – похоже, он рассуждал сам с собой. Задумываясь о предположительных действиях собственного друга наедине со мной.

-Почему это не пойду? Всё лучше, чем на ночь глядя на улице остаться. И, потом, мне уже абсолютно всё равно, куда и к кому идти.

Я не лукавила, сейчас, когда не осталось ни малейшей надежды на светлое будущее с тем, кто меня попросту предал, мне стало страшно…

Я здесь теперь одна, абсолютно одна. И никто мне не поможет! Совсем никто! И я так далеко от дома…

-Мне нужны деньги на дорогу!

Просить его было неприятно и унизительно, но выхода не было. Мне не на что было даже послать телеграмму или позвонить. Не говоря уже, что на гостиницу потребуется изрядная сумма.

Олег порылся в карманах, заглянул в потёртый кошелёк, и, спрятав его обратно, виновато глядя на меня, изрёк.

-Но у меня нет денег. Совсем нет, – он потёр затылок, – зарплату ещё не давали.

-Займи!!! - он начал меня бесить. – Неужели он не понимает, в каком я безвыходном положении?

-Никто не даст. Все на мели сейчас!

Боже мой! Я не могла больше это выносить. В моей душе было пусто и холодно Совсем, совсем… Там не осталось ни одного уголка где теплился бы огонёк надежды и любви! Она умерла! Оставив лишь израненный колючий след. Он саднил и мучил меня. Я не могла больше стоять и умолять о помощи. Решение созрело быстро.

Я поправила кепку, эту призрачную защиту от холода, и решительно стянула с горла пушистый белый шарф и вручила его в руки несостоявшегося женишка.

-Возвращаю ваш подарок! Может пригодиться, как переходящее красное знамя или вымпел. Подаришь очередной дурочке! Мне пора! Что-то мы разговорились, - я двинулась вдоль труб, направляясь к КПП. И не оборачиваясь, чтобы посмотреть, следует ли он за мной.

Я ждала окрика…Вот сейчас он опомнится… И не отпустит меня одну в незнакомый чужой город…Больную и без денег…

Но шаг за шагом, и вот мы уже миновали пропускные ворота. Вышли на финишную прямую. Я чуть впереди, он, молча, опустив голову, за мной.

Я тупо считала плиты дорожки. И удивлялась себе. Почему я до сих пор не плачу? Самое бы время разразиться градом слёз и причитаний. А вместо этого я занимаюсь дурацким подсчётом этих чёртовых плит!

Молчание… Это безжалостное безмолвие давило на уши. И только стук его форменных ботинок нарушал тишину и отпечатывался в мозгу как стук капли известной древней пытки.

Перекрёсток и знакомая автобусная остановка. Осталось лишь дождаться транспорта. А он и не замедлил появиться из-за поворота дороги, не оставив мне шанса на изменение ситуации.

А, впрочем, она и не могла измениться. Олег всё также молча стоял рядом, внимательно рассматривая нечто на земле под своими ногами, вовсе не собираясь облегчить мне жизнь на чужбине. Он сжимал в руках шарф и поднял на меня глаза, лишь, когда я шагнула в подъехавший автобус.

-Прости, - голос его звучал не громче шелеста травы.

Автобус, шумно хлопнув дверями, тронулся с места. Я стояла на почти пустой задней площадке и видела, как объект моих недавних грёз перешёл дорогу и медленно направился в обратный путь. Мне даже на миг почудилось, что он облегчённо вздохнул, столь благополучно и бескровно избавившись от такой надоедливой чудной особы вроде меня!

Глава 14

Вот и всё… Надежды, взлелеянные в моей наивной душе, рухнули, рассыпались как карточный домик. Оставив на память лишь горечь и обиду.

Пустота… Она появилась вслед за обидой, как неотъемлемая её часть или скорее, как лучшая её подруга…

Странное это состояние. Отсутствие всяческих мыслей в голове…

Я просто стояла и смотрела на убегавшую из-под колёс извилистую линию асфальта.

К реальности меня вернула проза жизни. Передо мной возникла толстая пожилая кондукторша с кожаной сумкой на животе и вопросительно взирала на мою особу, не торопящуюся оплачивать проезд.

Я порылась сначала в одном, затем в другом кармане и, к своему огорчению, не нашла там ничего, кроме нескольких завалявшихся десятикопеечных монеток. Их я и извлекла на свет божий.

Удивлению кондукторши не было границ.

-Это что ты мне тут суёшь? По-твоему, этого достаточно? А ну давай плати!

-У меня нет больше… Правда нет…

-Как же, нет… Кому другому бреши… Сама расфуфыренная, вся в коже, а как платить за проезд, так и денег нет. Что ж тебе твой хахаль, провожающий, и денег на билет не дал?

Мы привлекли к себе внимание почти всех пассажиров автобуса. Им было любопытно, как будет наказан безбилетный заяц. Шоу обещало быть интересным благодаря шумному темпераменту хранительницы порядка.

-Ну, так что, красотуля? Платить будем? Или сейчас останавливаем автобус, и ты дальше пёхом чешешь? – она подбоченилась и стояла передо мной как монолитная скала.

Я шагнула, было, к двери, но была удержана за руку неожиданно появившимся из-за спины кондукторши, человеком. Мужчина отодвинул тётку в сторону и, протянув ей купюру, сказал тоном, не терпящим возражений.

-Билетик оторвите и нечего тут базар разводить.

Тётка опешила и ловила ртом воздух.

Тогда он сам опустил в её сумку деньги и оторвав билетик, пихнул его в мою ладонь.

-Ишь ты, защитник какой выискался!!!

-А это уже не ваше дело. Проезд оплачен… Что ещё?

-Хам!!! - но больше придраться было не к чему и тётке пришлось ретироваться.

-Спасибо вам, – я была благодарна ему, этому совершенно незнакомому человеку. Но жизнь уже наказала меня, показав, как кончаются истории со спасителями. И, посему, я отвернулась, продолжая равнодушно созерцать бесконечное мелькание за окном.

Мужчина не вернулся на своё прежнее место, а остался стоять рядом. Но он не проронил ни слова и не пытался завязать знакомство. Напротив, это мне пришлось спросить его, где находится ближайший узел связи. Нужно было срочно позвонить Светке.

-Я вам покажу. Мне всё равно там же выходить.

-Ещё далеко ехать? – зачем-то поинтересовалась я у него. Можно подумать, мне было куда спешить!

-Да нет. Всего пару остановок, – и он, повернувшись, позвал кого-то.

-Серёга, сейчас выходим!

Теперь я, наконец, рассмотрела того, кто так любезно выручил меня.

Лет тридцати. Ростом выше среднего, с тёмными короткими волосами и серыми глазами, он вызывал приятное впечатление. Он не пожирал меня при разговоре глазами, как это делали многие мужчины ранее. Смотрел на меня равнодушно, но вполне доброжелательно. А в руках он держал тросточку, и эта деталь меня очень удивила. Очень уж не вязалась она с его мужественным обликом.

К нему подошёл и встал рядом паренёк лет двадцати пяти или немного больше, тот, кого он назвал Серёгой.

А когда мы вышли из автобуса, я сразу поняла, зачем моему спасителю нужно эта стариковская палочка. Он прихрамывал и опирался на неё при ходьбе.

-Пойдёмте. Здесь рядом совсем, - он позвал меня за собой.

Действительно, желтое здание почты показалось всего через пять минут.

Я поблагодарила сопровождающих и скрылась в дверях.

У окошечек сидело несколько женщин. Но мне больше понравилась молоденькая худенькая девица за последним в ряду окошечком.

Собрав волю в кулак, я решительно направилась к ней. То, что мне предстояло совершить, было неприятно, омерзительно и как-то по-цыгански, но выбора не вырисовывалось. Надо, значит надо!

-Девушка!

Юное создание подняло на меня свои огромные голубые глаза.

А я сняла с пальца золотое колечко и, вздохнув, выложила его перед ничего

непонимающей, операторшей.

-Возьмите, пожалуйста, и разрешите мне позвонить в Москву. Мне очень нужно! Правда! А денег нет…

-Да вы что, здесь не скупка! - она возмущалась очень искренне, даже пухленькие розовые губки образовали обиженно горизонтальную узкую полоску.

-А я и не предлагаю вам покупать. Я даю его вам как оплату одного единственного звонка.

Я ошиблась в выборе объекта. То ли девчонка не поняла своей выгоды, то ли засомневалась в искренности моих побуждений, либо в подлинности золотого колечка, сиротливо лежащего перед ней. Но одно было фактом. Мы уже привлекли внимание почти всех, кто находился на рабочем месте.

За спиной девчушки возникла дородная дама и, молниеносно схватив предмет торга, рассмотрев со знанием дела на нём пробу, показала мне взглядом перейти к другому окошечку.

Девушка открыла было рот, чтобы возразить что-то, но поезд ушёл. Вернее, колечко ушло, зажатое в пухлой ладони напарницы! Быстрее надо соображать, дорогая!

А дама назидательно произнесла, тоном старшей по рангу.

-Работайте, Зиночка, работайте! Вон уже очередь собрали!

И проплыла обратно, как полновесная баржа, гордо и медленно на своё место за столом.

А мне бросила небрежно.

-Идите же, звоните. Пятая кабина.

Я направилась в указанном направлении и наткнулась взглядом на говорившего по городскому телефону Сергея. Рядом с ним стоял и смотрел прямо на меня и мой спаситель.

Вот это да! Неужели они были свидетелями моего позора? И пятая кабинка, как назло, крайняя, как раз рядом с ними. Я постаралась плотнее закрыть дверь, но она, противно пискнув, приоткрылась, образовав небольшую щелку. Повозившись немного, совершенно безрезультатно в борьбе с дверью, я стала набирать Светкин номер.

Мне повезло, её сонный голос ответил мне почти сразу.

-Да? Я вас слушаю.

-Свет! Это я Зоя!

-Зойка! Вот здорово! - разумеется, она ожидала от меня добрых вестей.

-Свет, не перебивай меня! Дай сказать! Пришли мне срочно деньги. В Читу, на главпочтамт. Так, чтобы хватило на билет домой. Ты всё поняла? Не перепутай! В Читу. Повтори!

-В Читу. На главпочтамт прислать тебе деньги, – повторил изумлённый голос подруги, и далее последовал шквал вопросов, - что там у тебя случилось? С Олегом ты встретилась? И почему у тебя нет денег? У тебя же была порядочная сумма. Зоя, ты меня слышишь?

-Да слышу я, слышу… С Олегом я виделась, но это долго рассказывать. Подробности при встрече. Сегодня же отправь деньги, у меня нет ни копейки! Меня обокрали…. Я прилечу самолётом. Поезд я больше не вынесу. Свет, я надеюсь на тебя!

-Конечно, Зой, сейчас же побегу, отправлю. Не сомневайся! Возвращайся скорее!!! Только как ты сейчас-то без денег?

-Как-нибудь… Ладно пока… - и, не дожидаясь сочувственных Светкиных причитаний, я опустила трубку на рычажки. И вышла прочь из здания.

Напрасно я натягивала ворот свитера, пытаясь закрыть горло. Всё равно я тряслась как осиновый лист. Температура наверняка поднялась выше тридцати восьми, ноги вновь сделались ватными.

Нужно отправляться на вокзал. И прикорнуть в зале ожидания. Благодаря моей приличной одежде, меня не примут за бомжиху, а значит, не выдворят на улицу.... Конечно, у меня есть ещё одна золотая вещица, которую можно задвинуть. Золотой крестик на цепочке. Но с ним я ни за что не расстанусь. Его мне подарила мама…Лучше сдохнуть от голода и холода!

Я направилась к остановке, стараясь поскорее попасть в тёплый салон автобуса.

Я уже почти дошла до неё, как услышала торопливые шаги за спиной и оглянулась. Передо мной стоял запыхавшийся Сергей, а его друг, опираясь на свою палочку, спешил к нам.

-Ну, вы и носитесь! Не успели мы с почты выйти, а вас уже и след простыл. Еле догнали.

-А зачем?

-Что зачем?

-Зачем догоняли-то? - я озабочено рассматривала номер подъехавшего автобуса. Сожалея, что не успела юркнуть в его заботливо-уютные недра, скрывшись от этого проклятого, промозглого ветра.

-А у меня к вам предложение. Поехали с нами, - он, тот, что с палочкой, смотрел на меня и дружелюбно улыбался, - мы с Серёгой будем очень рады, если вы составите нам компанию. Кстати, меня Костя зовут. А вас как?

-Какую компанию? Я спешу. Меня ждут. Вон и автобус мой ушёл.

Зачем соврала, не знаю, но уж я точно не хотела никаких новых знакомств. Тем более с людьми мужского пола. У меня теперь на приятных, на первый взгляд, молодых мужчин – стойкий иммунитет.

-На вокзале что ли ждут? – Костя перестал улыбаться.

-А вот это моё личное дело, - я начала закипать как чайник, который забыли выключить.

-Ну, зачем же грубить? Вам совсем не идёт. Да и на вокзале вам делать нечего без денег. А пришлют их вам не раньше, чем через три дня. Проверено на собственном опыте.

-Вы что, подслушивали?

-Да не подслушивал, а слышал ваш разговор, и кое-что видел.

-Вот и оставьте меня в покое!!! Я не в детском саду, а вы не мой воспитатель!

Я уже было, рванула прочь, но он схватил меня за руку и удержал на месте.

-Подождите! – Костя сунул руку в карман и, достав, надел на мой палец то самое кольцо, которым я расплатилась за телефонный разговор.

-Ну, знаете ли! – задохнулась я от возмущения и удивления.

-А что такого я сделал? Просто вернул на законное место вещь. Правда, пришлось сказать алчной дамочке, что я ваш ревнивый муж.

-И что, поверила?

-Представьте себе, да…Ну так идём?

Он по-прежнему держал меня за руку. Словно боялся, что я опять брошусь убегать.

А я убегать раздумала. Да и что толку. Сидеть три дня на вокзале, когда судьба даёт мне шанс? Если конечно эта парочка не маньяки убийцы? Но, вроде не похожи… Хотя если бы все маньяки были похожи на монстров, у них бы порядочно уменьшилось число жертв… Но мне терять нечего!!! Денег уже нет и души тоже нет. Вся она вымерзла и превратилась в бесцветную сосульку.

Все эти мысли вереницей проскакали в моём мозгу, и я согласилась на предложение следовать непонятно куда и зачем.

-Ладно, пошли. Меня зовут Зоя. И я надеюсь, что вы не монстр с вурдалаком.

-А что, похожи? – усмехнулся Сергей.

Я двусмысленно пожала плечами и мы, перейдя на другую сторону, сели в подъехавший автобус.

Минут пятнадцать прессовались в переполненном людьми транспорте и, наконец, добрались до конечной точки пути. Пройдя вдоль двухэтажных одинаковых домиков, поднялись по лестничным маршрутам на второй этаж, и вошли в квартиру.

Костя помог мне раздеться и, пройдя в приличную, чистенькую, хорошо обставленную комнату, я, к своему ужасу увидела висящую на плечиках военную форму.

О, нет! Только не это! Господь всесильный! Зачем ты опять свёл меня с военным! Ведь я теперь так ненавижу военных! Это что, улыбка судьбы? Или, точнее, её ироничная ухмылка?

Что злой демон? Притаился за плечом и опять ведёшь со мной какую-то, одному тебе понятную игру? Думаешь, что ещё не совсем доконал меня своими злыми кознями? Да разве ж тебе мало? Итак, я разбита, уничтожена морально. Да и физически не в лучшей форме! Или некем больше заняться в этом безумном мире?

Я стояла как вкопанная, чем очень удивила Костю.

-Что с тобой? - он усадил меня в кресло и включил музыку.

-Это чья форма?

-Моя. А что?

-Да нет. Ничего.

Тут он заметил, что я отстукиваю зубами чечётку.

-Ты что так дрожишь? Дома тепло.

-Заболела.

-Заболела? – изумился он и потрогал мою голову, - ого, да у тебя температура огромная!

-Я знаю.

-Так какая же сволочь тебя на улицу больную выпустила? Куда смотрел тот бравый вояка, что тебя на автобус провожал.

-А ты что, видел?

-Конечно, видел. На то и глаза даны, чтобы смотреть. Иди, ложись на тахту. Сейчас я аспирин найду. Он исчез в дверях и через минуту появился с таблетками, водой и градусником.

-Ты почему сидишь как бедная родственница?

-А я и не у себя дома.

-Какая разница. Тебе плохо. Нужно лечь и поспать. А мы с Серёгой тем временем сварганим что-нибудь перекусить.

Не знаю почему, но я согласилась. Может, мне было слишком плохо и не было сил пререкаться? Я выпила все принесённые лекарства, встала и перебралась на мягкую широкую тахту. А Костя вручил мне градусник, укрыл меня пушистым пледом и удалился на кухню к Сергею.

Некоторое время я ещё слышала их приглушённые голоса и, почувствовав себя почти счастливой, на долгожданной постели, согревшись, заснула. Сколько я спала, не знаю. Мне ничего не приснилось. Сначала я даже не поняла, где нахожусь. Градусник валялся рядом. Видно, он выпал пока я спала. Взглянула на него и ужаснулась. Ничего себе, тридцать девять и пять. Как только я передвигалась в таком состоянии? Воистину, бескрайни человеческие возможности! Я была мокра как мышь. Видимо, лекарства возымели действие. И сейчас температура упала.

В комнату заглянул Серёга.

-Ну что, красавица, проснулась! Давай к столу! Мы уже тебя давно ждём!

Я встала, и, пошатываясь от слабости, как ребенок, который учится ходить, вошла в кухню.

И, правда, стол был накрыт. И картошка, только что сваренная дымилась в кастрюльке.

-А можно мне ванну сначала принять? Я больше недели голову не мыла, да и вообще… - мне было неловко, но ещё хуже пребывать в теперешнем, грязном, виде.

-Да ради бога! – откликнулся хозяин квартиры. – Пойдём, я тебе всё покажу. А как же твоя температура? Насколько я знаю, при высокой, ванна противопоказана.

-Мне уже ничего не противопоказано. А температура упала, благодаря тебе.

Костя заткнул отверстие в ванной и открыл воду. – Вот шампунь, мыло и пошли я тебе одежду дам.

В комнате он вытащил из шкафа и вручил мне полотенце, свою джинсовую рубашку и спортивные штаны.

-Великоваты, конечно, будут. Но, я надеюсь, ты не очень привередлива.

Я заперла дверь ванной и погрузила своё измученное дорогами и болезнью тело в горячую воду.

Что это было за блаженство! Я лежала, закрыв глаза, и желала, чтоб это чувство длилось вечность.

Нет, есть всё-таки, бог! Он послал мне приют и друзей в момент отчаяния. И надо же, опять военных. Как тогда, в Могоче…

И вот я уже сижу за столом, Серёга накладывает мне в тарелку картошку и маленькие солёные огурчики, и всякие другие вкусности. И я вспоминаю, что ничего не ела вот уже сутки.

Костя разливает в рюмки водку себе и Сергею и вопросительно смотрит на меня.

И я, не пьющая водку, не выносящая даже её запаха, командую.

-Наливай!

Наверное, я хочу забыть свою обиду и боль. Хочу, чтобы водка заставила меня забыть обо всех злоключениях последних дней.

Я быстро пьянею и стараюсь, чтобы этого не заметили окружающие.

Костя достаёт гитару и поёт, а я сижу на стуле, поджав ноги, обхватив колени руками, и слушаю его, удивляясь, как здорово у него получается. После третьей рюмки и очередной песни я плыву… Сознание не подчиняется мне, и слёзы текут из глаз, совершенно предательски выдавая тщательно скрываемые доселе чувства.

-Зой! Ты как здесь оказалась? Да ещё без денег? Ты откуда? – Костя отложил в сторону гитару.

Не знаю, может, если бы не водка, я не открыла бы цели своего визита, но ведь не зря же говорят, что это зелье открывает душу и развязывает язык.

Так случилось и со мной. Я, утерев кулаком слёзы, выдала как на духу всю грустную историю любви. Без остановки.

-И ты из-за этого козла, Снежкова, проехала полстраны?

-Но я же тогда не знала, что он окажется козлом! Всё было очень даже романтично и достойно.

-И он, зная, что у тебя нет денег и ты так сильно больна, позволил тебе уйти? - удивлялся Костя.

-Позволил…

-Слушай, Серёга! А давай ему морду начистим хорошенько. Чтоб надолго запомнил!!! – Костя, по-моему, уже готов был отправиться и начистить, как он выразился, морду, моему обидчику.

-А что давай!!! Его надо проучить… Нагадил – и в кусты!!! Только позорит звание офицера, – поддержал Серёга, - так отделаем, что мама дорогая не узнает.

-Да вы что!!! Прекратите! Пусть себе живёт.

-Как это пусть себе живёт! Неужели ты думаешь, он сейчас раскаивается, мучается, думает о тебе? Да он преспокойненько попивает чаёк, сидя дома на диване в тепле-то. И радуется, что так легко отделался. Девчонку как собачку выбросил на улицу.

- Я сама ушла.

-Конечно. Ты же гордая. А что бы с тобой было, если бы мы случайно не встретились… Мне даже подумать страшно… - Костя закрыл лицо руками. - Из-за таких как он у нас в Чечне Витёк с Саней погибли.

-А ты что, был в Чечне?

-А ты думаешь, по какому поводу у нас с Серёгой праздник? Мы ведь только вчера вернулись оттуда. Ты что думала я по жизни такой хромой? – Костя засмеялся. - Бандитская пуля…Но до свадьбы заживёт. Хорошо голова на месте. А могло бы быть по-другому.

-Расскажи, как это произошло.

-А зачем вечер портить, мы же, по-моему, веселимся. Правда, Сергей?

-Верно сказано. Не для того мы так хорошо сидим. И нечего вечер поганить. Лучше спой, Константин! – он протянул другу гитару.

Да. Что-что, а петь он умел!!!

Мы долго ещё сидели и пили, и ели, и пели, теперь уже хором.

Но силы мои, наконец, иссякли, и я вернулась на столь полюбившуюся мне тахту. Вытянула конечности и наслаждалась жизнью.

И всё бы было хорошо, лучшего и желать нельзя, если бы не раздался настойчивый звонок в дверь.

-Может, и у этого имеется жена? - шевельнулась в мозгу сумасшедшая мысль, и я постаралась скрыться от посторонних глаз, натянув плед на голову.

В коридоре послышались шаги, и женский голос возопил.

-Так я и знала! Вместо того чтобы к матери с отцом прийти, рассказать обо всём, они тут попойку устроили! А это чьи вещи? Вы что и девок притащили в квартиру?

Я догадалась, что за этим последует и, к своему ужасу, не ошиблась.

Женщина как вихрь ворвалась в комнату и одним махом стащила с меня одеяло.

-Полюбуйся, Борис! Она уже лежит, готова к приёму! И на ней Костюшина одежда. Что, голуба, свою пропила? Моего сына надумала раздеть?

-Мама, прекрати истерику, – Костя выхватил из её рук плед и снова укрыл меня. - Ты что меня маленьким мальчиком считаешь?

-Да! И я не позволю тебе загубить свою жизнь с какой-то шлюшкой.

Я открыла глаза и увидела взирающую на меня дородную женщину и стоящего с ней бок о бок и молчащего сухопарого мужчину.

-Борис! Что же ты молчишь! Или тебе нравится вся эта картина? Вышвырни её вон! Сейчас же!

-Но, Дина! Успокойся! Наш сын взрослый человек. Он знает, что делает!

-Ничего он не знает!!!

Я живо представила, как меня сейчас начнут вышвыривать из квартиры, и пришла в ужас. Боже мой! До чего я докатилась! Нельзя этого допускать, лучше ретироваться самостоятельно!

-А что ты хотела, голубка, - заныл молчащий доселе демон, выглядывая из-за левого плеча, - припёрлась в чужую квартирку, отъелась, помылась, прижилась что ли? Пора и честь знать! Ещё парню из-за тебя попало!

Молча поднявшись с постели, я сняла со стула свою одежду и пошла в ванную, чтобы переодеться.

Костя попытался меня остановить, схватил меня за руку и хотел отнять одежду.

Сразу последовала очередная вспышка гнева его матери.

-Борюсик! Ты посмотри только. Она из него уже верёвки вьёт! Мне плохо. Дайте мне лекарство. Я сейчас умру!

Воспользовавшись возникшим замешательством, я скрылась в ванной и переоделась. Надела в прихожей сапожки прихожей надела сапожки и, войдя в комнату, водрузила одежду Костика на стул. Его мать уже сидела в кресле со стаканом воды в руках и запивала валерьянку. Её стойкий запах успел распространиться вокруг. Костя стоял здесь же и держал наготове аптечку.

Едва женщина увидела меня, она вновь разразилась ругательствами.

-Ну, надо же! И как только у людей совести хватает! Она ещё здесь! Ей ясно и понятно объяснили, что ей нечего тут делать! А она и в ус не дует!

-Мама! – раздражённо воскликнул Костя. - Ты опять за своё! Я же тебе уже объяснил, что это совершенно не то, о чём ты думаешь. Зоя хорошая и порядочная девушка! Она останется здесь! Прекрати на неё нападать!

-Конечно. Попойка и в комплекте с ней порядочная девушка. Знаешь ли, дорогой, так не бывает. И не уляжется порядочная-то девушка на кровать в чужой квартире. С посторонними мужчинами. Или уже не посторонними? А квартира эта моя пока. Это я её тебе купила. Но вовсе не для разврата!

Не знаю зачем, но я вмешалась в этот диалог.

-У вас чудесный сын! И он меня спас… Если бы не он, не знаю, что бы сейчас было со мной. И разврата здесь никакого не было. А лежала я на тахте лишь потому, что заболела и у меня высокая температура. Извините, если в чём-то провинилась.

Слезы появились как всегда незвано. Я вернулась в прихожую, сняла с вешалки куртку и сумочку, и по-английски, не прощаясь, выскользнула на площадку. Даже не закрыв за собой дверь, чтобы хлопком не привлекать к своему уходу внимания.

Глава 15

Как вихрь слетела я на нижний этаж, словно опасаясь погони. Завернула за угол здания и, выскочив на совершенно незнакомую улицу, не ту, по которой мы шли днём, зашагала в неизвестном направлении, на ходу надевая куртку. Скоро я сбавила темп, сообразив, что спешить мне некуда и незачем.

Времени у меня предостаточно. На ночном морозце хмель улетучивался из меня мгновенно, унося с собой и тепло. Чёртов ветер, кружил одинокие огромные снежинки. Они ложились мне на ресницы, стараясь сотворить из меня жалкое подобие снеговика.

Навстречу, раскачиваясь из стороны в сторону, шагало существо мужского пола. Приблизившись, оно раскинуло руки, пытаясь меня обнять, и бормотало что-то нечленораздельное. Я вильнула в сторону, забежала за угол ближайшего дома и спряталась в подъезде. Выждав время, покинула своё убежище, возвратившись на пустынную улицу. Чтобы не замёрзнуть совсем, нужно было двигаться. Своей целью я выбрала вокзал, решив добраться до него, во что бы то ни стало.

Не успела я пройти и сотни метров, как сзади послышался шум подъезжающей машины. Взвизгнули тормоза, хлопнула дверца, и я в испуге обернулась, подумав, что вот он и настал мой смертный час на безлюдной ночной улочке.

Каково же было моё изумление, когда в подошедшем, или, скорее, в подбежавшем, насколько это было возможно с его больной ногой, я узнала Костю.

- Ну и напугала ты меня, - на его лице можно было прочесть неподдельную радость, - мы с Серёгой уже полчаса колесим по городку. И ведь далеко как убежала!!! А скрылась-то из квартиры так, что никто не заметил. Давай садись в машину!

-Зачем это, мне и тут неплохо!

-Конечно, не плохо, только вот ты уже похожа на снежную бабу! Интересно! Куда это ты направлялась?

-Куда, куда! На кудыкину гору.

-Так вот теперь поход отменяется! – он потянул меня за руку, не обращая внимания на мою сердитую физиономию.

-Не пойду я к тебе, лучше здесь замёрзну!

-Да не бойся ты! Маман уже отбыла домой в сопровождении отца. Гроза миновала, и они больше не появятся!

Услыхав столь радостную весть, я решила больше не упрямиться и забралась на заднее сидение Жигулёнка.

-Ну что, пропащая душа, - обернулся ко мне Серёга, сидящий за рулём. - Ты бы хоть предупредила, в каком направлении рванёшь, а то бензин на нуле, не знаю, как доедем обратно… Или толкать придётся.... Машина-то соседская. Игорёк утром расстроится, не найдя её на месте…

Я сидела молча и радовалась, что опять нахожусь в их компании. Не покидало ощущение, что я знаю эту парочку уже очень давно.

Поставив машину около подъезда, мы поднялись в квартиру. Серёга вернул ключи от неё заспанному соседу по лестничной площадке. И наша дружная троица, как ни в чём не бывало, устроилась на кухне, и на сей раз, перед нами на столе стояли лишь чашки с чаем, а не рюмки с горячительными напитками.

-Зой! Ты не обижайся на мать, - Костя протянул мне конфетку, - она вовсе не такая злая. Не знаю, что за бес в неё вселился. Знаешь, она раньше в КГБ работала, у неё и звание – майор. Потому и замашки прежние остались. Хотела нас с Серёгой тёпленькими застукать, а тут ещё ты!!! А она уже давно и безрезультатно сватает меня за дочку своей подруги. И моё ранение ещё её добило…

-Да понимаю я всё, ты вовсе не обязан передо мной оправдываться.

-Но я так испугался, когда увидел, что тебя нет…

-Подумаешь, велика потеря!

-Не скажи, - вмешался Серёга в наш диалог, - когда мы с Костиком носились по городу в поисках тебя, успели пару раз поругаться. Он меня винит, что позволил тебе уйти, а я на него ору!

Вскоре мы отправились спать. Меня, как гостью уложили на всё ту же, так полюбившуюся, тахту. Сами же ребята устроились матрасах, которые кинули на пол.

Утром я проснулась от шума посуды на кухне и удивилась столь раннему подъёму ребят после столь бурной ночи. Но когда Костик заглянул в комнату, вид его был бодр и свеж. В отличие от меня. Я с удовольствием бы задвинула ещё пару часиков!

-Зой, мы сейчас уходим. К девяти нужно быть в части.

-А поняла, - зевнув, кивнула я, - сейчас я оденусь. Я быстро.

-Ты что с нами в часть пойдёшь? – изумился Костя.

-Зачем. По городу погуляю.

-С чего это ты вздумала гулять? Спи. Часам к трём, мы вернёмся.

-Но?

-Никаких, но. Если ты боишься, что сюда опять заявится моя мать, не волнуйся, у неё нет ключа. Просто никому не открывай дверь! И не забудь принять лекарства. Я оставил на столе. Ты всю ночь кашляла, – он подошёл и потрогал мою голову, - температура есть ещё… Надо же, погулять она надумала! Кстати, еда в холодильнике. Нас не дожидайся, пообедай. Маман там принесла много вкусностей!

Возражать не имело смысла, да и не хотелось. Приняв его слова как догму, я опять с удовольствием закутавшись в мягкое, тёплое одеяло, провалилась в сон. Такой сладкий, обволакивающий, выпускающий мою душу носиться, где ей заблагорассудится.

Я проспала до обеда. Мой организм навёрстывал упущенное. И, несомненно, настроился на самоисцеление. Хотя и таблетки помогли ему в этой борьбе за моё драгоценное здоровье.

Есть я ничего не стала. Рыскать по холодильнику без хозяев, не в моих правилах.

И очень обрадовалась, когда моё одиночество было нарушено появлением всё тех же двоих, Кости и Сергея.

Они меня сразу же отругали за умышленную голодовку и всё-таки накормили, почти насильно заставив проглотить многое из того, что наготовила Костина мама.

Да! Если бы она только могла предположить, кто будет угощаться её кулинарными изысками!

День прошёл незаметно. Мы болтали. Пили пиво. Смотрели новые фильмы по видику. Вообщем, наслаждались жизнью.

Правда время от времени на меня накатывала тоска…Видно, глубок ещё был след, оставленный недавним любовным приключением.

А к вечеру поступило предложение…

Костя решил закатить праздник по случаю наступления трёхмесячного послечеченского отпуска и сделал предложение отметить это событие в местном ресторане Астрал. Я, конечно, с большим удовольствием провела бы остаток вечера в этой уютной квартирке. Но очень не хотелось обижать этих двоих, таких чудесных ребят. Было видно, что помпезное веселье со всеми атрибутами им просто необходимо.

И тут я вспомнила, что мне совершенно нечего надеть. Свитер и брюки, выстиранные и сушившиеся на батарее, ещё не высохли. Я проверила это, подойдя и потрогав одежду.

Мой жест не остался незамеченным,

-Ты что, боишься, что тебе не в чем будет пойти туда?

Лица ребят выглядели хитро, а я никак не могла понять отчего.

-Вообще-то, можно забрать мою сумку с вокзала, привезти сюда и попытаться найти в ней что-то подходящее. Но это займёт время…

-А зачем? – Костя принёс из прихожей свёрток и вручил его мне.

-Что это?

-А ты посмотри.

Когда я развернула его, удивлению и смущению моему не было границ.

В моих руках лежало божественно красивое платье. Темно синее, лёгкое, почти невесомое, изготовленное из нежнейшего трикотажа, оно было именно таким, какое мне всегда хотелось иметь. Хоть я и предпочитала спортивный стиль одежды, при наступлении праздничного вечера я всегда давала себе обещание приобрести нечто подобное. А ещё там была коробка, в которой лежали туфли, чёрные, на высоких каблучках.

-Но это же стоит безумно дорого! Нет, я не могу принять такого подарка!

-Ну что ж, Серёга, зря мы с тобой старались. Даме не понравилось! Придётся отложить наш поход до лучших времён, а платье кому-нибудь подарить. Может, Игорюшиной жене пригодится? Жаль, что туфли то ей точно не подойдут. Он, помню, жаловался, что у них с женой один размерчик – сорок первый.

Я положила платье на диван, а Костя тут же схватил и забросил его в угол комнаты.

-Что ты делаешь? – в ужасе бросилась я его поднимать.

-А что? Куда оно нужно?

-Правда, Зой - вмешался Сергей, - бросала бы ты все эти условности высшего света. Или два, заметь, именно два, офицера не могут себе позволить купить одно единственное платье?

Мы, между прочим, сегодня зарплату за полгода получили. И наши денежные запасы нисколько не истощились.

Через два часа наша дружная троица уже сидела за столиком ресторана Астрал, привлекая к себе многие взгляды.

Ещё бы, их было двое, молодых людей, хорошо одетых, с отличной выправкой, а с ними всего одна девушка, в платье, которому могли позавидовать многие присутствующие здесь красотки. За некоторыми столиками веселились чисто женские компании, они-то и бросали косые взгляды в сторону нашего столика.

Мои светлые кудри прекрасно контрастировали с цветом платья. И вообще, мой сегодняшний вид позволял чувствовать себя не хуже многих находящихся здесь особ.

Ресторан был одним из самых дорогих в городе. И публика здесь собралась соответствующая. Можно сказать, цвет города. Те, кто не вёл счёт деньгам! И кого не мучили по ночам мысли о хлебе насущном.

За столиком напротив ужинала странная пара. Мужчина, явно нерусской национальности, может грузин или армянин постоянно пытался расшевелить свою спутницу, худенькую блондинку. Она же решительно отталкивала его руку, отказываясь от предлагаемого им вина. И выглядела так, словно была не в ресторане, а в месте совершенно другом и её мысли витали где-то далеко. Или, может, просто кавалер не вызывал в её душе никаких радостных эмоций, а вечер не доставлял удовольствия. Это было заметно и невооружённому глазу. Иногда она бросала в его лицо отрывистые фразы. Но их заглушала летящая из микрофона песня, исполняемая им вместе с ансамблем на подиуме. Артист очень ловко двигался, совершая немыслимые выкрутасы.

Впрочем, мне некогда было наблюдать за людьми, до которых мне не было никакого дела. Наша компания развлекалась на всю катушку! Вино позволило мне откинуть ненужную робость. Я веселилась и танцевала, частенько выходя в общий круг. А если это был медленный танец, меня приглашал Сергей.

Правда, спустя какое-то время, партнёр по танцам изменил мне. Он привёл за наш столик неизвестную, но очень весёлую девицу, назвавшуюся Людой. И с тех пор его внимание было полностью захвачено ей. Но Костя-то остался верен мне и развлекал меня как мог. Только вот танцевать ему было трудно. Болела нога.

Есть уже не хотелось и многие яства на нашем столе остались нетронутыми. А Серёга всё пытался накормить каким-то чудным салатом хохотушку Людочку. Доказывая, что японцы предпочитают его всем другим, приготовленным из даров моря.

Тут Костя пригласил меня танцевать. Это было в первый раз за вечер, и он не прислушался к моим советам оставить эту затею, решительно прислонив свою палочку к спинке стула.

Под мягкую медленную мелодию мы пошли танцевать, и я вдруг наткнулась на взгляд того самого соседа кавказца.

Он смотрел на меня серьёзно и изучающе. Выглядело это странно и неуместно, притом, что его спутница сидела сейчас, закрыв ладонями лицо. Может, плакала? Но он и не думал её успокаивать. Напротив, он не обращал на неё никакого внимания, словно той и не существовало вовсе. Я старалась не сталкиваться с ним взглядом, но меня так и тянуло посмотреть в его сторону. Было в нём что-то от гипнотизёра, наверное, эти колючие немигающие чёрные глаза. Их то и дело выхватывали из полумрака отблески кружащихся под потолком стеклянных, переливающихся всеми цветами радуги, шаров.

Вот девушка кавказца вскочила и выбежала из зала вон, но он не бросился за ней вдогонку. Продолжая сидеть, как сидел, всё с тем же независимым видом.

Скоро и Костя заметил странное внимание ко мне со стороны незнакомца. И, по-моему, это ему вовсе не понравилось. Когда мы вернулись за столик, он что-то еле слышно сказал, Серёге, наклонившись е его уху. И тот сразу посмотрел именно туда, куда я и предполагала.

Объект же нашего внимания поднялся с места, и, подойдя к нашему столику, пригласил меня на танец.

Пока я хлопала глазами, плохо соображая, как поступить, ведь мне вовсе не хотелось с ним танцевать, Костя уже ответил за меня.

-Она не танцует.

-А она сама говорить не умеет? – не сдавался кавказец.

-Я же сказал. Она не танцует, – Костин взгляд сделался жёстким, и я поспешила подтвердить его слова.

-Я не танцую.

Тогда он кивнул и, улыбнувшись мне, вернулся на своё место.

Секунду за нашим столиком висело молчание. Даже смешливая Людочка молча переводила взгляд с меня на Костика.

А Серёга высказал то, о чём они с Костей оба думали.

-Жируют тут у нас на свои фальшивые доллары! Чувствуют себя хозяевами жизни! С девчонками нашими спят. А их братья тем временем нашим ребятам головы режут в Чечне… Эх, давил бы я их всех, будь на то моя воля!

На душе остался неприятный осадок, и я отправилась в туалет, сполоснуть холодной водичкой лицо.

Там, перед большим зеркалом, над раковинами, стояла девушка того, кто приглашал меня только что на танец. Она плакала, промокая глаза платком, чтобы не потекла тушь.

-Вам чем-нибудь помочь?

-Нет, – она перестала всхлипывать, и посмотрела на меня через зеркало. Затем, аккуратно вытерла салфеткой лицо. И, достав пудреницу из сумочки, припудрила покрасневший нос и щёки и вышла вон.

Я пожала плечами и сполоснула холодной водой раскрасневшееся лицо. Затем, обозрев своё отражение, подправила на губах помаду и тоже вышла в вестибюль.

Он, всё тот же кавказец, стоял на моём пути, а я попыталась его обойти, удивляясь, что он опять без подруги.

Но обходной манёвр мне не удался, так как он схватил меня за руку и притянул почти вплотную к себе. Совсем не обращая внимания на ярое сопротивление с моей стороны!

Я задохнулась от его наглости. Так со мной прежде себя не вёл ещё никто.

-Отпустите меня, сейчас же!

-Если только ты не убежишь.

-А чего это мне бегать?

-Ну, мало ли, - вопреки ожиданиям, он говорил чисто, безо всякого акцента.

Он улыбался мне, хотя глаза его, словно живущие особой жизнью, оставались равнодушно-злыми.

-Оставьте меня в покое. Мне есть с кем общаться.

-Это только ты так думаешь… у меня есть предложение продолжить вечер в другом месте. И тогда, возможно, последуют предложения, от которых ты не захочешь отказаться! – он, по-прежнему крепко держал меня за руку.

-А мне кажется, что наш диалог не на шутку затянулся! И отпустите мою руку, вы делаете мне больно. Я не хочу больше с вами разговаривать.

К своему ужасу я увидела возникшего из-за спины кавказца Костю. На лицо его страшно было смотреть.

Он взял кавказца за плечо и сказал, как-то уж очень подозрительно спокойно.

-Отпусти девчонку, сейчас же.

-А то, что случится? – усмехнулся тот.

-А вот что, – Костя резко и сильно треснул его кулаком прямо в нос. Я оказалась на свободе и не знала, что делать с этой свободой и куда бежать!

Откуда не возьмись, появились крепкие мальчики и набросились на Костю.

Сначала я подумала, что это охрана ресторана. Но, судя по тому, как рьяно они взялись за дело, напав лишь на одну половину конфликта, мне стало ясно, что это охрана… Но только не ресторана, а того самого чёрного.

В мозгу мелькнуло предостережение цыганки в поезде о том, что меня ждут неприятности от чёрного человека. Правильно, всех нерусских у нас принято называть чёрными. Вот оно и сбылось, предсказание! Я дико завизжала, предвидя, что из Кости сейчас сделают отбивную.

На мой визг отозвался именно тот, кому он в первую очередь и предназначался.

Серёга, мигом оценив ситуацию, влез в драку, и скоро нападавших заметно поубавилось. Костина палочка валялась в стороне. А сам он укладывал рядком бойцов противника. Нерусский держался рукой за челюсть, а с носа его капала на пол быстро-быстро кровь.

Охрана ресторана, а на этот раз подоспела именно она, скрутила руки и тем, и другим, а я как заворожённая смотрела на белый мраморный пол весь-весь расписанный красными росчерками.

Вот это называется – отдохнули!!!

Продолжать гулянку не было смысла. Одежда ребят была основательно попорчена. И настроение тоже.

Хорошо ещё нас не сдали в милицию! Мы быстренько ретировались, поймав такси. Причем, Серёга прихватил с собой новую подругу – Людочку.

Возвратившись в привычную обстановку, мы привели себя в порядок. Серёга оторвал висевший на паре ниток рукав и зашвырнул его за кресло. А Косте я отмыла от засохшей крови ранку на брови, заклеив её пластырем.

Затем к нам зашел на огонёк сосед Игорёк, да так и остался в нашей шумной компании. Благо шампанское имелось в холодильнике и закуска, оставленная заботливой мамой Кости, позволяла накормить и напоить ещё человек десять.

Скоро Серёга удалился с подругой в комнату, а мы сидели втроём и пели песни. А потом я рассказывала различные прикольные истории из своей жизни, связанные с работой в агентстве.

Прошло ещё пара часов, и компания как-то незаметно рассосалась.

Серёга удалился провожать свою новую любовь домой, да так и не вернулся. А соседа вскоре забрала, утащив из-за стола чуть ли не за шкирку, взбешённая жена.

Так мы остались за столом одни с Костей. И сразу что-то неуловимое изменилось в обстановке. Я стала почему-то неловко чувствовать себя. Может потому, что была в этом помпезном платье? Или, нет, скорее всего, от взгляда Костика… Он больше не играл на гитаре. Просто сидел и смотрел на меня молча. Глаза его были близко-близко. Полумрак от горящих свечей рисовал на его лице, столе, фужерах, стенах светлые затейливые блики. А по моему телу гулял холодящий озноб. Но на этот раз вовсе не от высокой температуры… Его губы уже целовали меня, и я не сопротивлялась….

Очнулась я уже в кровати… Всё, чего я ранее боялась, произошло…

Костя накручивал теперь мой локон на палец и говорил.

-Какая же ты красивая, ты даже не представляешь!

-Нет, - я вскочила и убежала в ванную.

Там тщательно вымыла холодной водой разгорячённое лицо и, присев на край ванны, задумалась.

Всё повторяется со странной закономерностью…

Сначала спасение героем, причём, военным из трудной ситуации…взаимные симпатии… любовь… секс… или сначала секс, а потом любовь и – пошла вон!!! Конец сюжета.

Нет, я не хочу никаких повторений!!! Я по горло сыта и любовью, и предательством. Никакой любви в моём сердце быть не может!!!

Это лишь игра. Привычная мужская игра!

Ну что же. За всё в этой жизни надо платить… Меня спасли, дали кров и, выходит, я рассчиталась за это? Так кто я? Обыкновенная проститутка. Шлюшка, как выразилась мать Костика? Значит, она не ошиблась? И почему так противно щемит сердце?

-Ну и что, убыло от тебя, что ли? - возник из-за левого плеча демон. Мне даже показалось, что я увидела в зеркале его ехидный оскал. – Подумаешь, проститутка. Эка, невидаль. И чего ты только о себе возомнила? Проститутка ты и есть. Когда Сергей вернётся, и с ним ещё переспи. Ты же у нас добрая на расплату.

Я вскочила в ужасе, опрокинув на пол туалетную воду. Бутылочка разбилась, содержимое пролилось мне на платье, а осколки рассыпались множеством кусочков. Я кинулась их собирать и, конечно, порезалась острой кромкой одного из них.

-Зоя, что случилось?

Я молчала, сидя на корточках и слизывая каплю за каплей с пальца.

Костя рванул дверь, и задвижка отлетела в сторону.

-Что случилось?

-Я разбила твою туалетную воду, - я заплакала от нахлынувшего вдруг чувства жалости к самой себе... И никак не могла остановиться. А ещё от меня воняло стойким запахом мужского парфюма. Он, казалось, намертво въелся в кожу.

-Глупенькая! Разве это горе? Стоит ли из-за этого плакать?

Он не знал, что я плачу не из-за разбитой бутылочки. Я оплакиваю странное своё путешествие и его последствия, так круто изменившие привычную и тихую мою жизнь.

-Ты пахнешь как сто мужчин надушившихся и одновременно застрявших в лифте.

Он смёл осколки в угол. Поставил меня в ванну и, сняв с меня ароматное платье, принялся поливать меня из душа.

-Вот видишь, как просто мы устранили все неприятности, он завернул меня в полотенце и отнёс в комнату.

А я, словно кукла, равнодушная и безропотная, не сопротивлялась.

Костя укрыл меня одеялом, но не лёг рядом. Расстелив матрас, устроился на привычном уже месте, на полу. Он прекрасно понял моё состояние, и я была благодарна ему за это.

Наступил новый день. Я собиралась отправиться на главпочтамт, получить долгожданные деньги и купить билет на самолёт.

Скоро я буду дома. Кончаться мои мучения! А Ленуся снова обзовёт меня наивной дурочкой, напомнив о своих предостережениях относительно Олега. Ну и пусть!

Мы завтракали, вернее, обедали, так как было далеко не утро, когда в квартиру ворвался Серёга.

-Привет! Костя. Нам нужно появиться в части. Командир звонил.

-Куда звонил? Ты же с Людочкой вчера ушёл, – удивился Костя.

-Ну, правильно. Я её проводил до дома и пошёл к своей бабуле, спать. Не могу же я вечно у тебя обитать! Да и старушка уже успела на меня обидеться. Как- никак, она меня вырастила, а я не успел вернуться, и сразу пропал.

-И мне тоже нужно идти, получить деньги на почте, – сообщила я, видя, что Костя мешкает.

- Может, подождёшь, когда мы придём? Вместе сходим. Я не думаю, что это надолго.

-Не нужно. Я сама справлюсь. Деньги получу, заеду ещё и в аэропорт за билетом на самолёт.

-Тогда возьми ключ… У меня есть запасной. Вдруг ты раньше вернёшься.

-Хорошо.

Пока Костя допивал остывающий кофе, он не сводил с меня глаз и, без сомнения, в них можно было прочесть грусть и тот вопрос, который он давно собирался мне задать.

Он мог бы меня не спрашивать. Так как сам знал ответ. Но мы, люди – существа разумные, привыкли сверяться со своими мыслями при помощи вопросов и ответов. Не следовало и сейчас, отходить от этих неписаных правил.

-Ты уедешь?

-Конечно. Мне нужно на работу. И мама не знает, где я нахожусь. Чем раньше я вернусь, тем будет лучше для всех.

-Только не для меня.

-Ты ошибаешься. Я не та, кто тебе нужен.

-Я в состоянии решить сам, кто мне нужен, а кто нет. Останься хоть на недельку ещё и я сумею доказать, что ты не права.

-Но я не могу!

Костя резко отодвинул от себя чашку и вышел из-за стола.

Вот опять я причинила боль…Хорошему человеку…

Я сделала это невольно. Но от этого нисколько не легче. Неприятный осадок остался на душе.

Почему так часто в жизни мы ошибаемся? Ведь каждому при рождении бог даёт ангела…Неважно плохой ты или не очень, он будет охранять тебя. Может, мы виноваты сами? Что не умеем слышать его. Правильно! Ведь его невозможно услышать ни ушами, ни разумом. Только душой…. Ей одной! А душа тоже бывает устаёт! Становится менее чувствительной. А значит, как проводник божественной энергии, негодной… Вот тогда-то и попадаем мы в лапы злых сил! Они, окаянные, начинают над нами трудиться! Они стараются полностью завоевать нас, подчинить себе. А точнее, своему хозяину! Сейчас люди не верят ни в добро, ни в зло. Но когда жизнь ударит их больно, раз, другой, третий приходит их час остановиться, задуматься. Обернуться назад. А вдруг, да и остался за спиной тот, кого они или не заметили, или незаслуженно обидели…

Какими бы значимыми и самодостаточными мы себе не казались, на самом деле мы лишь мелкие песчинки в том смерче бытия, сумасшедшей своей силой смешивающего людские судьбы и не дающего вырваться из этого тесного неуютного плена.

Костя, Костя! Почему не ты мне встретился тогда в электричке? Почему ты возник в моей жизни теперь, когда душа моя остыла, как догоревший костёр, оставляющий после себя только голую выжженную землю. Почему тот, другой, пройдясь по моей судьбе безжалостно, начертил такой четкий незаживающий след. Не оставляя никому другому шанса на любовь…

Я просто устала от всех своих дум! Я как ходячая и говорящая кукла. И только я вижу эти необратимые изменения в себе…

Глава 16

Вскоре мы расстались. Ребята посадили меня в автобус, и перешли на другую сторону улицы. Я долго еще смотрела на них, поднявших воротники, старающихся так спастись от промозглого, казалось, никогда не стихающего ветра.

Что за гнилой город! И как тут только люди живут? Наверное, они особой, морозоустойчивой породы. Бывают ведь нечувствительные к холодам животные.

Например, енот, так тот может на снегу прикорнуть и не замёрзнет! А человек такое, подчас, вытворяет! Ни одному зверю и не снилось! Жаль, что я не енот! Очень бы пригодилась мне сейчас его тёплая шубка…

Как хорошо, что скоро я распрощаюсь и с этим городом, и с ветром, и со всеми своими неприятными ощущениями.

Молодчина, Светка! Я получила от неё долгожданную и достаточную сумму, чтобы отправиться домой на самолёте. Настоящий друг! Наверное, выгребла из дома все деньги, окончательно освободив закрома! Теперь-то точно плакала её мечта о меховой красавице, на которую она так старательно копила. Ну, ничего! Согласно моей, и не только моей теории, ей воздастся за доброту. А если нет, то эту миссию я возьму, так и быть, на себя.

Уже закрывая дверь почтамта, я вспомнила одну важную вещь и вернулась обратно. Нужно скорее отправить деньги Семёну Игнатьевичу! Пусть думает, что мы со Снежковым воссоединились. И порадуется за меня…

Вот и всё…теперь в аэропорт.

Чтобы провернуть все дела за более короткий отрезок времени, я поймала такси. Оно то и доставило меня быстро и мягко к высокому белому зданию, где люди облегчают свою жизнь, получая билет на самолёт, тем самым, значительно сокращая моральные затраты. Ведь, нервотрёпка и скука, это непременные атрибуты многодневной тряски путешественника по земным рельсам.

Никакой очереди у окошечка не было. И это обстоятельство меня сильно порадовало.

Правда, длилась моя радость недолго. Ровно те несколько секунд, пока не услышана была мной привычно чёткая фраза девушки, вершащей судьбы страждущих улететь людей.

-Билетов на Москву нет, и не будет ещё две недели. Все места заранее бронируются.

-Вот это да! Застрять здесь на две недели! Да мама моя просто с ума сойдёт, не дождавшись меня в очередной выходной. А за Костю так я вообще выйду замуж за это время. Если конечно раньше меня не прикончит его воинственная маман. А может, она даже придумает для меня какую-нибудь изощрённую пытку. Недаром же ей звания присваивали? Грустные мысли! Пессимистка ты всё-таки, Зойка! Хотя, будешь тут пессимисткой!

-Девушка! Девушка! Подождите!

-Кому это она, неужто, мне? – я навострила уши и приблизилась к окошечку.

-Девушка, я вам говорю. Нужен вам билет или нет?

Вот она фортуна, молодчина, повернулась ко мне лицом.

-Нужен! Нужен! А как же!

-Давайте паспорт, - она недовольно скривила губки. Видно ей не понравилось моё замешательство.

Дорогая ты моя, строй какие угодно рожицы. Главное, что я лечу! Почти лечу! Но это неважно, главное вот он билет. Мой пропуск под небеса!

-Подождите. Тут написано…. Я правильно поняла, это сегодня? – я рассмотрела дату на билете

-Да. Сегодня. Вылет через четыре часа. Вас что-то не устраивает? - она пожала плечиками. - Странные люди. То им срочно лететь надо. То они сомневаются, когда билет уже на руках.

Я отошла подальше от касс. Нужно было хорошенько подумать.

Итак, время ограничено. Но я, несомненно, успею и забрать с вокзала сумку с вещами, и вернуться обратно… И увидеть Костю! Это главное! Да! Я всё успею…

Через минуту машина уже мчала меня на вокзал…

-Подождите минутку, - попросила я шофёра, - я сейчас, мигом, только вещи заберу.

Господи, зачем только я набрала столько шмоток. Ведь они мне совсем не пригодились!

Я уже тащила сумку к выходу, когда в голове моей созрела идея. Позвоню - ка я, Светке. Пусть встречает меня на папиной машинке. Благо, тот её обожает и никогда не отказывает в транспорте. Тогда и с сумкой надрываться не придётся. У неё, проклятой, постоянно колёсики поворачиваются не в ту сторону, куда полагается. Словно она, как самостоятельное воодушевлённое существо, желает покататься, невзирая на волю своей хозяйки.

Кабинки междугородней связи притулились в конце зала, и я решила, если будет очередь, ждать не буду. Но очереди не было и тогда, заплатив оператору в кассе деньги, я буквально через несколько секунд, уже слышала в трубке Светкин голос.

-Алло.

-Свет это я, Зоя… Спасибо тебе за материальную поддержку! Сегодня вылетаю самолётом в шесть вечера. Встретишь?

-Разумеется. Но как ты в Чите оказалась? Ты ведь оттуда вылетаешь или уже рванула куда-нибудь на северный полюс?

-Оттуда, оттуда… А ты кончай хохмить, времени нет. Меня такси ждёт на улице. Нужно ещё успеть встретиться с одним человеком.

-Со Снежковым?

-Свет, приеду, поговорим. Придержи немного своё любопытство.

-Ладно. Пока. До скорой встречи.

Интересно, ждёт ли меня таксист? Он же частник. Мог и уехать, поймав наиболее выгодного клиента.

Но нет, парень терпеливо ждал меня, прохаживаясь вокруг машины. Он взял из моих рук сумку и только затолкав её в багажник, высказал своё недовольство.

-А говорили, что мигом вернётесь. Ничего себе миг! Благо у меня счётчика нет. Знаете, сколько бы натикало!

-Мне нужно было позвонить, простите.

-Ладно, забыли. Куда теперь?

-На Полевую. Там военные живут, в основном, – принялась, было объяснять я, но водитель прервал меня.

-Я знаю. Я в этом городе с рождения живу. А как восемнадцать исполнилось и права получил, вообще исколесил его вдоль и поперёк.

Только бы Костя был дома! Если он не вернулся, я его подожду…

Скоро мы подъехали к нужному подъезду. И я решила попросить парня отвезти меня в аэропорт.

-Не могли бы вы подъехать сюда через два часа? Я в шесть улетаю. Если вы не будете заняты, может, отвезёте меня?

-Какой разговор. Конечно, отвезу. А пока смотаюсь домой. Тут недалеко. А то желудок в трубочку свернулся от голода.

-А вы меня не подведёте? – засомневалась я.

-Зачем же? У меня, что копейка лишняя?

Он был настоящим джентльменом и даже помог дотащить до двери сумку.

Кости дома не было. Это обстоятельство сильно меня расстроило. Я ходила по комнате из угла в угол и молила.

-Только бы он вернулся. Только бы успел!

…Прошёл час.

Я подогрела чайник, насыпала кофе в чашку и, залив кипятком, проглотила напиток, даже не поняв его вкуса.

Миновало ещё полчаса. Стрелки часов неумолимо приближали время отъезда.

-Ну, где он бродит? Неужели я не смогу с ним попрощаться?

Всё… Осталось лишь пять минут…

Я схватила лежавшую на холодильнике ручку и блокнот. Оторвала лист и, написав записку, оставила её на столе. Положив так, чтобы её невозможно было не заметить.

Если он вернётся, даже через полчаса как я выйду из дома, он всё равно успеет меня проводить.

Напрасно я прислушивалась к шагам на лестнице. Костя так и не появился.

С улицы же раздался настойчивый сигнал, призывавший меня поторопиться.

Пока мы ехали по улице военного городка, я с надеждой вглядывалась в лица людей, шагающих по тротуару.

В аэропорту, я не торопилась проходить паспортный контроль. Время пока позволяло.

Почувствовав необходимость выпить чашечку кофе, я отправилась в буфет. Отсюда хорошо просматривался весь зал, и я старалась не пропустить ни одного входящего через огромные стеклянные двери человека.

И так увлеклась этим занятием, что вздрогнула, чуть не выронив из рук чашку, когда над самым ухом услышала голос.

-Не меня ли вы тут ждёте, красавица вы моя?

Резко обернувшись в сторону говорившего, я остолбенела, а по спине сразу же побежал противный липкий холодок. Передо мной стоял и усмехался, сощурив свои чёрные глаза, виновник вчерашнего скандала в ресторане.

-Что вы тут делаете? – я окинула взглядом окрестности, пытаясь понять, с ним ли сейчас его сторожевые псы. Не увидев поблизости их противных рож, я постаралась успокоиться. Подумаешь встреча! Пусть себе стоит, если ему делать нечего.

-Это вы что тут делаете, неужели, улетаете? – ответил он вопросом на вопрос.

-Какое ваше дело? Оставьте меня в покое. Я вам уже вчера всё объяснила. А вы всё лезете ко мне, словно назойливая муха!

-А вот хамить мне не надо, – его взгляд стал холодным и неприятным. Даже выражение его лица изменилось, - вам это совершенно не идёт. Кстати моё вчерашнее предложение остаётся в силе.

-Меня это совершенно не интересует. Я вам уже всё сказала.

-А вы действительно думаете, что на этом всё и кончится? – кавказец снова насквозь прожёг меня взглядом.

-Да. Так я и думаю.

-Ну что же, воля ваша. Кстати, это не ваша сумка упала? - он смотрел куда-то позади меня.

Я обернулась…И точно, моя сумка свалилась с сиденья. Её колесики обиженно крутились вокруг своей оси. Странно, вроде, я её поставила, надёжно уперев в спинку кресла.

Пристроив сумку возле своей ноги, я допила свой кофе и демонстративно, молча повернулась, решив покинуть эту столь надоевшую мне компанию.

Тут я почувствовала, что ноги отказываются меня слушаться, вдруг делаясь ватными. Перед глазами поплыло снежное марево, перечеркнув реальность. И тело моё стало медленно оседать на пол. Даже сознание стерлось, напрочь. Лишь ещё какое-то время, длившееся миг, я испытывала ощущение полёта над бездной. Но вскоре исчезло и это …

Костя с надеждой открывал дверь… Вот сейчас он войдёт и серьёзно поговорит с Зойкой. Он много думал о ней сегодня и решил, что обязательно уговорит её остаться. Она не может просто так уехать! Она ему нужна, просто необходима!

Его так сильно тянуло домой. И если бы не маман, он бы освободился намного раньше.

Встретившись с ней в автобусе и услышав массу упрёков в свой адрес, он проводил её до дверей квартиры и вынужден был провести в обществе родителей полчаса.

…Квартира встретила его полной тишиной, и Костя сразу понял, что Зойки в ней нет…

Он прошёл на кухню, и устало опустился на стул, смахнув, нечаянно рукой, лежащий на столе лист. Автоматически поднял его и сразу же увидел, что тот исписан аккуратными округлыми буквами.

То, что он прочёл в записке, а это была именно она, заставило его вскочить с места

«Костя, я улетаю в шесть вечера, сегодня. Билетов не было, этот достался случайно. Невозможно улететь, не увидев тебя! Приезжай в аэропорт, я буду тебя ждать! Зоя.»

Что же он стоит, сжимая в руках это короткое послание? Время работает против него.

Костя выскочил на площадку и нажал на кнопку звонка соседней квартиры. Не замечая от волнения, что забыл её отпустить, создавая, тем самым немыслимый звон за дверями.

Игорёк выскочил как ошпаренный и удивлённо уставился на Костю.

-Ты что, ошалел? Руку то от звонка отними. И так тёщу разбудил. Сейчас задаст тебе жару!

-Ладно, потом задаст. А пока дай ключи от машины! Скорее!

-Что за спешка, - сомневался Игорёк, - да и как ты поведёшь со своей-то больной ногой? Подожди, я оденусь и отвезу тебя.

-Нет времени. Давай! – Костя протянул требовательно руку.

-Держи, - Игорь понял, что спорить бесполезно и, вытащив из кармана ключи, передал их другу.

Жигулёнок летел по шоссе, выжимая из себя скорость, на которую вовсе не был рассчитан. Если бы он не был лишь набором железа, резины и прочего, что в комплекте стало машиной, а превратился бы вдруг в живое существо, он, несомненно, завопил бы возмущённо, обращаясь к тому, кто так бесцеремонно забрался на водительское кресло и сейчас жестоко издевался над его стареньким моторчиком.

-Ты что, болван! Перепутал меня с Мерседесом? Опомнись, или я откажусь тебя слушаться! Сейчас же сбавь скорость!

Но он бы не успел закончить свою поучительную речь, как не успел бы удивиться или испугаться. Машину занесло на повороте, развернуло на гладком, подмороженном полотне асфальта и бросило в сторону, столкнув с бесполезно пытающейся уйти в сторону Газелью. Визг тормозов, звон стекла, лязг покорёженного металла. Все звуки смешались воедино…

Глава 17

Двадцать лет назад в Читинском роддоме №1 раздался плачь, только что появившегося на свет нового человека.

Маленькое красненькое существо заявляло о себе громким криком и морщилось. Ещё бы! Выйти в этот холодный пугающий мир из тёплого привычного лона матери, было действительно страшно.

Пожилая акушерка, приподняв ребёнка повыше, чтобы матери было лучше видно, объявила.

-Девочка! - и занялась привычными своими обязанностями.

Она обмыла ребёнка, замерила и взвесила. Затем, ловко завернув малютку в пелёнки, уложила в кроватку, стоящую тут же в палате чуть сзади и левее родильного кресла, где лежала сейчас её мать.

Осмотрев молодую женщину и решив, что её состояние не внушает опасения, акушерка удалилась. Ей нужно было проследить, как протекают схватки у другой роженицы.

Маша приподнялась на локтях и посмотрела в сторону колыбельки.

Надо же! Девочка! Её дочь! Неужели муки, связанные с её рождением закончились? А она думала, что всё это будет длиться вечность. В какой-то миг ей даже показалось, что она умирает, так было больно…

Интересно, а ребёнок чувствует то же самое? Только вот потом он не помнит об этих своих самых первых впечатлениях от мира, в котором появился? И это хорошо. Зачем помнить о боли!

Сейчас малышка успокоилась, и даже личико её уже не казалось таким красным и сморщенным. Глаза её были закрыты, а алые губки плотно сжаты. Девочку не волновало больше ничего. Она просто отдыхала от трудного пути.

Маша закрыла глаза и на какое-то время даже заснула. Ей, как и дочери нужен был отдых.

Потом, уже в палате, к ней вернулись мысли. Словно злые, чернокрылые птицы, носились они в её голове, не давая покоя. Тревожа и заставляя душу терзаться сомнениями.

-Как ей быть? Завтра он наверняка явится в больницу и потребует у неё ответа. А она опять не будет знать, что ему сказать.

Ну почему, почему всё происходит не так, как планируешь?

Всё было так ясно и просто до того дня, когда ей взбрело в голову, что она влюбилась в этого человека?

Ведь он был намного старше её… На целых пятнадцать лет! И должен, просто обязан, был быть мудрее и не поддаваться на её провокации. Он солидный человек, преподаватель ВУЗа, и она несмышленая молоденькая студентка. Влюбчивая, шаловливая хохотушка.

Виноват, конечно, Вадик! Благодаря ссоре с ним она стала вести себя подобным образом. Хотела доказать ему, да и себе тоже, что не грустит, а напротив, весела и беззаботна. Даже может, если захочет, заставить и этого серьёзного педагога взглянуть на неё другими глазами. Вовсе не как на прилежную ученицу.

Задуманное ей удалось. Ей действительно не стоило большого труда влюбить в себя Валерия Сергеевича – Валеру. Как вскоре после их более тесного знакомства стала она его называть. Этот казавшийся таким строгим преподаватель был на самом деле мягок и стеснителен. И спустя всего месяц их почти ежедневных встреч, он сделал ей предложение руки и сердца. В своём классическом варианте.

С букетом алых роз и бутылкой шампанского, он явился к ней в общежитие, не пугаясь злой, скорой на язык молвы. И, крепко сжав её маленькую ладошку в своей, поклялся в вечной любви.

Его золотисто коричневые глаза смотрели на неё с такой искренностью, что она чуть было, не согласилась. Но, вовремя опомнившись от этой волны чувств, попросила его немного подождать…И это ожидание продлилось долгие девять месяцев! До сегодняшнего дня. До того, как на свет появился этот маленький, посапывающий так мирно в своей кроватке, плод их ночных развлечений.

Впрочем, какие могут быть раздумья? Куда она денется с дочкой-то? Уж конечно не в общежитие…

А бросить институт, пустить насмарку четыре года учёбы, тогда как до победного финиша остался всего год, вообще немыслимо.

Да и куда отправиться? В глухую таёжную деревеньку, где коротают унылые однообразные дни её мать и отец?

Нет, разумеется они с радостью примут её и, вероятнее всего, никогда не упрекнут её в ошибках… Но ведь не для того же она оттуда вырвалась, чтобы вновь вернуться в эту рутинную жизнь. Туда, где совсем не осталось молодёжи, а значит, ей светит совсем не лестное будущее, быть, в конце концов, выданной замуж за какого-нибудь запойного тракториста или скотника…

Это её-то, которую, считают признанной красавицей курса?

Даже сейчас, после изнурительной беременности и родовых мук она, рассматривала своё лицо в кругляшек маленькой пудреницы и не находила на нём изъянов. Округлые щечки со здоровым румянцем, глаза без всяких там отёков и припухлостей, а в меру полные губки даже не требуют прикосновения помады. Вот разве только волосы. Они обычно такие пушистые, шелковистые, сейчас выглядят, словно пожухлая солома. Но этот дефект легко устраним. Просто она не ожидала, что начнёт рожать, и не успела помыть их и привести в порядок.

Ладно, что ломать голову! Знать судьба такая, жить с Валерой.

Кстати, подруги считают его выгодной партией.

А что? Он недурён собой. И к тому же, подающий большие надежды учёный.

А кто такой Вадим? Переводчик, закончивший ИНЯЗ, самовлюбленный заносчивый прохвост. Ну и что, что он уехал работать в Париж! Опять же это не его заслуга, не совсем его, а скорее родителей. Будь её родители влиятельными людьми, ещё неизвестно, где бы сейчас находилась она!

На следующее утро подругам по палате принесли детей для кормления. И они нежно держали своих малышей на руках, заглядывая с любовью в их розовые личики. Первородящие были неловкими и пугливыми, а те, кто уже когда-то побывали здесь, давали им наставления.

Лишь Маша лежала на кровати, изучая взглядом неровности окрашенных омерзительно зеленой краской стен. Нет, конечно же, сначала она тоже ждала, когда ей принесут дочку. Но, потом, легла и отвернулась к стене, чтобы не видеть всей этой радостной суматохи.

В полдень её вызвала к себе заведующая отделением. Серьезная сухощавая немолодая женщина. Она пригласила Машу присесть напротив себя и, зачем-то нацепив на нос очки, произнесла.

-Вас, конечно, интересует, почему вам не приносят вашу дочь?

Сердце Марии забилось в убыстрённом темпе и сразу же возникло стойкое и неприятное чувство страха, которое обычно приходит за несколько секунд перед тем, когда человеку сообщают касающуюся его, далеко не радостную новость.

-Не волнуйтесь так, - видя, как побелело лицо сидящей напротив молодой женщины, - сказала врач, - не так всё плохо. Вам сегодня принесут вашу дочку. Но вы должна знать, что у малышки есть врождённый дефект. И вы должны быть к этому готовы.

-Какой дефект? – еле слышно прошептала Маша, чувствуя, что сейчас упадёт в обморок. Перед её глазами уже возникла лёгкая дымка, и противно загудело в ушах.

Умудрённая опытом заведующая была готова к такому повороту событий и пихнула девушке под нос ватку, смоченную нашатырным спиртом.

-Ну что, вам лучше?

-Да.

Тогда она продолжила… Как бы неприятна была эта возложенная на неё миссия, но без этого не обойтись. Матушка природа порой посылает бедным мамашкам испытания вроде этого. И это далеко не самый тяжёлый случай.

Говоря простым языком, не углубляясь в медицинские термины, дело обстоит так, что у вашей дочки одна ножка короче другой. Совсем немного. И она, несомненно, сможет ходить, хотя и в специальной обуви. От вас потребуется много любви и внимания. Готовы вы к этому?

Маша оставила её вопрос без внимания, она думала о другом, поэтому и спросила.

-Отчего это произошло?

-Множество различных факторов влияют на беременность. И перенесённые болезни, и генетика. Одно ясно, что это следствие отклонения от нормы внутриутробного развития плода.

Теперь Машу прорвало. Слёзы текли рекой из её глаз. А она, словно не замечая этого солёного потока, даже не вытирала их. Она, сидя на стуле, лишь тихонько раскачивалась из стороны в сторону, прижав к груди руки. Затем поднялась и молча отправилась в палату. Там легла на кровать, отвернувшись от всех и вся и, закрыв глаза, погрузилась в прострацию. Мыслей почти не было, лишь какие-то не складываемые воедино обрывки.

Так продолжалось до тех пор, пока ей не принесли девочку.

Маленький сверток тоненько и требовательно запищал. Она взяла его в руки и, опустив на подушку, лежащую на коленях, поправила ребёнку сбившийся чепчик. Малышка открыла глаза и посмотрела прямо на мать. Или той просто это показалось? Но, несомненно, она смотрела в её сторону, а глаза её были удивительно голубые. Прямо какого-то небесного цвета! И вдруг Маша поняла, что от этого её взгляда растаял и исчез из души колючий чёрный ком обиды, унося с собой и неприятие случившегося.

Весть о том, что Машенька родила дочку, застала Валерия Сергеевича в институте. Ему предстояло прочитать ещё пару лекций студентам химико-биологического факультета, но он их сразу отложил и отправился прямиком в больницу. Купив по дороге цветы и фрукты, он попросил передать гостинцы в четвёртую палату и с нетерпением ждал, пока закончится кормление детей и его Машенька выйдет к нему в вестибюль.

Уж теперь-то он настоит, чтобы она жила с ним, в его квартире! Сейчас, когда появилась на свет его дочка, у него словно крылья выросли за спиной. Надо же, он отец! Как же прекрасно чувствовать себя отцом. А ведь он никогда не задумывался об этом. А пора бы! Скоро ему стукнет сорок, а он всё один. Ни жены, ни детей.

Конечно, виной всему – работа! Слишком много времени занимают его опыты в институтской лаборатории. Иногда он вспоминает о времени далеко за полночь, когда женатые сотрудники уже почивают в своих постелях. И только он, как одержимый, один просиживает за микроскопом до утра. В поисках ответов на многочисленные, такие трудные вопросы.

Валерий устроился было на кресле в углу, под зеленым многоруким, огромным фикусом, но сразу же вскочил, увидев вышедшую к нему Машу. Он радостно протянул к ней руки, обнял и поздравил её с рождением дочери. Но новоявленная мать, которую он нечасто видел унылой, вдруг расплакалась, прижавшись лицом к его плечу.

-Что происходит? Почему ты плачешь? Ты пугаешь меня!

- Я виновата. Виновата перед этой малышкой.

Он гладил её по голове, но не мог успокоить.

Тогда он усадил её рядом с собой на кожаный диванчик и терпеливо ждал, пока она перестанет плакать.

Действительно, спустя какое-то время она перестала всхлипывать и сказала.

-У нашей девочки одна ножка короче другой, правда совсем немного, как сказала врач, – Маша виновато подняла на него глаза.

-Но мы ведь не будем от этого любить её меньше? И, я уверен, что она вырастет такой же красавицей, как и её мать! Зачем омрачать слезами её появление на свет…

А спустя два года их совместной, такой видимо счастливой жизни с Валерой, на горизонте неожиданно возник Вадим. Снова вспыхнули, казалось бы, угасшие чувства, и Маша, не вполне понимая, что делает, забрав малышку, укатила с ним в Париж. Она не могла и предположить, что жизнь преподаст ей урок. Превратив её существование в сущий ад.

Теперь она часами просиживала в мизерной комнатушке возле окна, ожидая возвращения Вадима. А тот вовсе не спешил…И всё чаще возвращался домой сильно навеселе. Их совместная жизнь потерпела фиаско, а чувства исчерпали себя.

Маша томилась от безделья. И в маленький её мирок была вхожа лишь дочь Майка-зайка, как когда-то любил называть её отец. Она забиралась к матери на колени и гладила её по голове. Что то, говоря, на своём, не совсем понятном языке. Она была похожа на отца, только вот глаза Майя унаследовала от матери. Такие же ярко голубые…

Однажды Вадим жестоко избил Машу. Может, мстил за свою неудавшуюся карьеру? Ведь педантичные французы выкинули его со своей процветающей парфюмерной фирмы после пары, тройки, проваленных не без его помощи переговоров.

Ему просто указали на дверь. А выходное пособие он просадил достаточно быстро, играя в казино. Вовсе не задумываясь о завтрашнем дне…

А, может, ему просто надоела неработающая, сидящая на его шее, жена. И у него сложились доводы в защиту себя?

Что она может, какая работа, если она совсем не знает языка… И ещё эта девчонка, которую не оставишь одну дома… Они просто достали его. А тут Машка ещё закатила скандал, требуя заказать Майе новые ботиночки. Якобы, старые прохудились. А без них, девочка просто не сможет ходить. Знала бы она, сколько стоит заказать здесь эту особую ортопедическую обувь!

Вадим нашёл для себя единственно верное решение. Он просто ушёл и не вернулся, найдя себе обеспеченную и не обременённую детьми и заботами новую пассию.

Глава 18

Когда дома совсем закончились деньги и продукты, а Маша находилась на грани безумия, в дверь постучали.

На пороге стояла владелица квартиры, пожилая чопорная дама. Она огляделась вокруг и на плохом ломаном русском попросила Машу одеться и следовать за ней. Девушка не сопротивлялась. Она решила, что её выселяют за долги. Собрала дочку и стала складывать в сумку вещи, доставая их из шифоньера.

Старушка недоумённо пожала плечами и спросила.

-Что вы делаете? Я просто хочу дать вам работу.

Мария уже ничему не удивлялась. Она просто брела за дамой, держа ребёнка на руках, по узким кривым улочкам.

Вскоре они вошли в старинный особняк.

Маечка с любопытством оглядывала красивую обстановку.

Старушка что-то сказала служанке и та, кивнув головой, удалилась. Почти сразу появилась и сама хозяйка дома. Они долго беседовали со старушкой, причем, последняя, похоже, уговаривала эту высокую, молодую статную даму, называя её, Жеми.

Эта самая Жеми, вроде бы согласилась, поддавшись её мольбам, так как приказала Маше пройтись по узкой ковровой дорожке. Затем, подошла и осмотрела её со всех сторон.

Видимо, результат просмотра её удовлетворил, и она велела новоиспечённой манекенщице приступить к работе со следующего же дня.

Так Маша нежданно-негаданно нашла работу. Вот тут-то и встал остро вопрос с кем останется Маечка на время, когда будет отсутствовать её мать. Сначала всё шло отлично. С девочкой согласилась сидеть всё та же благодетельница старушка. Но когда потребовалось выехать для показов и съёмок клипов в чопорно-строгую Англию, на долгих восемь месяцев, Маше пришлось принимать решение. Или отправить девочку к отцу, или поставить крест на успешно развивавшейся карьере.

После долгих страданий и бессонных ночей, она выбрала первый вариант.

Самолёт доставил её на родину, где она и передала малышку из рук в руки счастливому отцу.

Валера не мучился вопросом, с кем будет его дочь, пока он на работе. К тому времени им было опубликовано несколько научных работ. Денег вполне хватало, чтобы нанять девочке няню, удовлетворявшую всем строгим требованиям.

Шли годы…Майя выросла, превратившись из маленькой девочки в приятную и застенчивую девушку. Она училась в институте, где по-прежнему преподавал её отец. И была вполне счастлива в этой жизни. Вот разве только её огорчало, что парни почти не обращают на неё внимание. Она, глядя на мамин портрет, жалела, что не обладает такой же внешностью. И чтобы хоть немного приблизится к воображаемому идеалу, выкрасила свои русые, как у отца волосы, в совершенно белый цвет. Отец не ругал её за эти опыты. Он сразу понял, кому она стремиться подражать.

А результат изменения внешности не замедлил о себе заявить. По крайней мере, так решила она. Связав воедино два, казалось бы, совершенно различных действия, покраску волос и знакомство с человеком, показавшимся ей героем её любимых любовных романов.

Произошло это, однако, несколько прозаично. Совсем не так как виделось ей в девичьих нежно сладких снах.

Она стояла в очереди институтской столовой, когда за её спиной возник этот высокий черноволосый статный человек. Ставя на поднос тарелку с картофельным пюре, и выжидая, когда получит свою порцию только что поджаренных котлет, она, поправляя сумочку на плече, невольно задела рукой за его поднос. Стакан с чаем опрокинулся, а его содержимое вылилось.

Майя в ужасе обернулась, извинившись за свою неловкость, схватила салфетку и поспешила исправить положение, промокая ей лужицу на подносе. Мужчина улыбнулся и, остановив её руку, отнёс поднос к столику с использованной посудой. Заменив его на другой, он на этот раз благополучно водрузил на него обед и, оплатив чек, направился не куда-то, а к столику, за которым устроилась провинившаяся Майя.

Такого поворота событий девушка не ожидала. Напротив, ей хотелось исчезнуть с глаз долой.

Оказаться же сейчас за одним столиком с ним – свидетелем её невольной неловкости, не хотелось. Но мужчина уже выставлял тарелки на столик.

-Я вам не помешаю? – его чёрные глаза смотрели на неё по-прежнему, с улыбкой.

-Нет, конечно.

Минут пять они поглощали пищу молча. Первым начал разговор незнакомец.

-Вы здесь учитесь?

-Да, - ответила Майя, подумав про себя, что на студента он не похож, скорее на преподавателя.

-А на каком курсе?

-На третьем, – её удивляла его любознательность. Обычно преподаватели себя так не ведут с молоденькими студентками, подчиняясь неписаным законам о субординации. Но у каждого - свои причуды.

-И как, нравится учиться?

-Нравится, – односложно отвечала на его расспросы девушка.

Она торопливо закончила обед и вышла из-за стола, поспешив в аудиторию. Благо звонок уже возвещал о начале лекции.

На занятии, аккуратно записывая за преподавателем, она не раз ловила себя на том, что её мысли вновь и вновь возвращались к происшествию в столовой.

«Интересно, кто он? Почему она ни разу его не видела в институте? Наверняка, новый преподаватель… Такой любопытный и очень даже симпатичный».

В четыре дня, после окончания лекций, она забежала в лабораторию к отцу и сообщила ему, что направляется домой. В надежде, что тот закончил на сегодня свою работу и поедет вместе с ней.

Получив отрицательный ответ и предложение подождать парочку часиков, Майя, зная, на сколько могут растянуться обозначенные временные границы, отправилась домой одна.

Не успела она пройти и десяти шагов по направлению к остановке троллейбуса, как услышала настойчивый гудок. Сигналила большая черная иномарка, стоящая на обочине дороги.

Майе не пришло на ум, что сигналить могут именно ей. И она решительно, даже не поворачивая головы, прошла мимо.

Лишь знакомый голос, исходящий со стороны авто, заставил её остановиться.

-Куда же вы так бежите? Даже не обращаете никакого внимания на сигналы. Так вас когда-нибудь ненароком могут и задавить.

Это был всё тот же мужчина, незнакомец из столовой. Только теперь на нём было чёрное кожаное пальто, и вышел он из этой самой чёрной машины, держа открытой дверцу.

-Ничего подобного. Я иду по тротуару. И дорогу переходить не собираюсь. Поэтому быть задавленной мне не грозит.

-А между тем я сигналил именно вам. У меня есть предложение довезти вас до дома.

Обычно ездить на чужих машинах Майке не приходилось. Всегда вертелась на уме Булгаковское предостережение, никогда не разговаривать с незнакомцами. Но сегодня она от него отступила. Да и какой он незнакомец? Он один из новеньких преподавателей, которому она, кстати, уже успела причинить некоторые неудобства.

-Вы так долго думаете? Вас пугает моё невинное предложение?

-Точно…

-Меня пугает то, что вы решили отомстить мне за разлитый чай, - засмеялась Майя.

-И поэтому я решил завезти вас в темный лес! И там оставить, – тут же поддержал он шутку, - на съедение волкам!

Майка решила согласиться на поездку, тем более что он ей понравился. Ну и пусть он старше. Но он такой весёлый!

-Ну что же, везите!

Девушка уселась на переднем сидении, машина тронулась, и лишь тогда незнакомец представился.

-Меня зовут Арсэн. А как вас?

-Майя… Майя Свирцева.

-А кем вам приходится профессор Свирцев?

-Отцом.

-Так я и думал! -Арсэн не отводил взгляда от дороги. Центр города, оживлённое движение…

-Кстати я не спросил, в каком направлении ехать?

-Но мы едем правильно… Мы живём на Советской…

-А дом? – Арсэн на миг отвлёкся от дороги.

-Дом пятьдесят.

Арсэн включил музыку, и она нежно залила весь салон. Дворники маячили по лобовому стеклу туда - сюда, разгоняя в стороны капли только что начавшегося дождя. Шины мягко шуршали по асфальту. Всё это в гармоничном своём взаимодействии вызывало ощущение покоя и гипнотического сна.

Если бы…

Если бы вновь не пришло оно… То непонятое и непонятное чувство, которое она вдруг ощутила в себе ещё в период сопливого детства.

И оно никогда ещё не подводило её…

Можно было называть его по-разному. Но более всех определений подходило одно – ДАР. ОТСУТСТВИЕ. В такие моменты она и правда, отсутствовала для окружающих. Именно так стала называть его она…

Разумеется, про себя… Пряча его глубоко внутри своей души.

Никто из близких не знал об этих её способностях. Ни отец, ни их домохозяйка баба Даша.

Возможно, она рассказала бы о нём матери. Будь она рядом.

Но мама далеко. Все их связи ограничиваются посылками из Франции с роскошными нарядами и ещё телефонными звонками…

Обида на неё, обида за то, что когда-то она бросила отца, не позволяет Майке видеть в ней самого дорогого на свете человека. Поэтому каждый раз, получая приглашение приехать во Францию, она категорически его отвергает. И ещё одно мучает её, заставляя вертеться в уме назойливый вопрос.

-Видно совсем не любила она ребёнка, раз наградила его дефектом, который всегда напоминал о себе. Лишь стоило ей, Майке снять специальную обувь, будь то туфли или сапожки…

Но бог дал ей взамен телесного совершенства это умение предвидеть опасность… Тот самый ДАР.

Как бы компенсируя физический ущерб, добавив лишнюю струнку в душевном провидении.

Однажды, в детстве они отправились на отдых к теплому Чёрному морю. Она, отец и баба Даша.

Отец стоял по грудь в воде и звал свою Майку-зайку. Ей было восемь, и к тому времени она умела прилично плавать. До него было метров сто.

Майка перевернулась на спину и, загребая руками воду, поплыла к нему. Тут-то и возникло оно…Это чувство, которое она впоследствии назвала полное ОТСУТСТВИЕ. Она действительно совсем перестала ощущать реальность бытия. Ни воды, такой солёной, попадающей в рот, ни солнца, слепящего глаза, словно не существовало. Ничего...Именно оно – ОТСУТСТВИЕ…И вдруг яркая вспышка и такая реальная картинка…Полный людей автобус падает с горной кручи вниз…страх…взрыв и запах гари. Такой противный, заполняющий собой всё вокруг.

…Майка ощутила себя стоящей возле отца в воде. И не могла понять, как здесь оказалась. Только что она была далеко…Вон там, где плещется дамочка в панаме.

Если она заснула, то почему не утонула? Она совсем не помнила, как плыла! Но ей же успел присниться этот страшный сон с автобусом?

Девочка была ещё слишком мала, чтобы загружать голову столь сложными рассуждениями. Но когда на следующий день отец сообщил, что они едут на экскурсию, Майя уточнила.

-На автобусе? По горам?

И получив утвердительный ответ, наотрез отказалась. Дело дошло до плача и невиданных доселе истерик…

Отец уступил. Они отправились вместо экскурсии в дельфинарий.

А вечером того же дня по телевизору в вечерних новостях сообщили о страшной трагедии в горах.

Майка прилипла глазами к экрану. Она точно знала, что там произошло. Ей показалось, что она даже вновь чувствует жуткий запах гари.

-Надо же! Автобус в пропасть сорвался! – причитала баба Даша. - Бедные люди... А ведь экскурсия-то та самая, от которой мы отказались… Если бы не наша Маечка и мы бы там были! Господи! Спаси и сохрани!

С того дня Майка научилась отличать это своё необычное состояние от всех других, более земных.

Оно являлось ей не раз за её ещё такую недолгую жизнь. Но почти всегда она не была готова к встрече с этим таинственным явлением.

Вот и сейчас, в машине появилось ОНО. Исчезли куда-то, бесшумно испарившись, и шум дождя, и музыка, и мельканье за окном машин и прохожих. Вместо этого возникло улыбающееся лицо Арсэна и сразу же стало изменяться, плавно перетекая, подобно живой самостоятельно подвижной субстанции, в другую оболочку. И вот уже это не лицо Арсэна, а чёрное злобное оскалившееся существо протягивает к ней свою зловонную морду.

Превращение было столь реально, что Майка вскрикнула и тут же вернулась из своего туманного ниоткуда.

Арсэн внимательно смотрел на неё

-Что-то произошло? Вы вскрикнули? Мне вообще-то показалось, вы заснули.

-Да, - она никак не могла избавиться от увиденного кошмара, - я и правда уснула. День такой трудный был…Извините.

- За что извиняться. Мне даже приятно было смотреть, как вы спите. А мы, между тем, уже на месте. Вот и ваш дом.

Машина, действительно въехала под арку и остановилась точно у подъезда.

Девушка, поблагодарив мужчину, вышла из машины и, махнув ему на прощание рукой, скрылась за дверью. Лишь поднимаясь вверх по ступеням, она поняла, что её сейчас насторожило и заставило, замедлив шаг, остановиться на площадке.

Она не сказала, в какой квартире живёт, а значит, он не мог знать, у какого подъезда остановить машину. А он знал… Или это случайность? Тогда почему пришло опять видение? Почему вместо его весёлого улыбающегося лица она увидела чудовище?

Баба Даша, открыв ей дверь, отшатнулась в сторону

-Деточка! Что случилось? На тебе лица нет.

-Ничего, ничего, – успокоила девушка старушку, - голова что-то разболелась. Полежу немножко, и всё пройдёт.

Вечером, за ужином, она спросила отца, не знает ли он нового преподавателя, высокого, черноволосого, по имени Арсэн. И очень удивилась, услышав отрицательный ответ.

Глава 19

Костя обнаружил себя сидящим на обочине дороги. Он даже не помнил, как выбрался из машины. Или ему помогли?

Вокруг столпились какие-то люди. Визжала сиреной скорая. А он не понимал, что ему втолковывает, чеканя слова, пожилой врач.

-Мужчина, почему вы сопротивляетесь? Неужели вы не понимаете, что нам придётся доставить вас в больницу силой? Не заставляйте нас делать это насильно! – он сердился, и его мохнатые брови взлетали под углом вверх. - Это просто неприлично так себя вести. Мы с вами не в игры играем! Сейчас у вас шоковое состояние, а через полчаса окажется, что у вас все рёбра переломаны. Всё равно у нас очутитесь. А вообще, честно говоря, вы в рубашке родились, и те двое из Газели тоже. Отделались лишь ушибами.

Костя осмотрел то, что ещё недавно было машиной Игорька. Правая сторона сильно помята, стёкла выбиты.

Да, ему, несомненно, повезло, что машину развернуло перед столкновением, иначе не сидел бы он здесь сейчас…

Газель лежала на боку, а хозяева, два молодых паренька, стояли поодаль. Там, где милиция производила замеры тормозного следа.

Вот они, заметив, что Костя пришёл в нормальное, способное к разъяснениям состояние, подошли и встали рядом.

-Ну что, мужик! Как разбираться будем? Нам машина–то, для работы нужна!

-А ты на меня не нукай, не запряг ещё! А за то, что произошло – отвечу. – Костя потрогал левую руку и поморщился. Сильный ушиб. Ничего, и хуже бывало! Главное раненая нога не пострадала…

-Во сколько вы оцениваете ремонт? – он хотел закончить с этим поскорее.

Ребята замешкались, боясь продешевить.

–Штуки хватит, чтобы старушку восстановить. Ну и за простой сто баксиков. Итого тысяча сто.

-Договорились. Завтра деньги отдам.

-Лады, договорились… Пошли с ментами объясняться.

Тут Костя заметил слева от себя будку строительных рабочих. Там точно должен был быть телефон.

-Я сейчас. Позвоню другу. Хочу, чтобы за мной приехал. А то башка как чугунная.

Седой старичок дремавший в вагончике, молча пододвинул Косте телефон.

Он набирал Серёгин номер, мысленно заклиная, чтобы тот был дома.

-Да, - голос друга звучал раздражённо. Он, наверняка, занимался ремонтом в квартире. В такие моменты голос его звучал именно так.

-Это я, Костя. Приезжай на двадцатый километр, по шоссе на аэропорт. Я тут на Игорюшиной машине в аварию попал. Да не перебивай ты. Со мной все в порядке. Несколько ушибов и прочие пустяки. А вот с машиной дело обстоит хуже…

Через полчаса Серёгина девятка подкатила к месту аварии.

-Ого,– присвистнул он, подходя к Косте, - хорошо покатался! Представляю, как Игорёк обрадуется.

-Ничего, я ему свою четвёрку отдам, всё равно в маманином гараже гниёт. А она поновей этой развалюшки, будет.

-А с ребятами как? Газельку-то можно восстановить.

-Уже договорился. Завтра штуку зеленых отдам.

-Откуда? Мы же ещё боевые не получили.

-А у меня с прошлой командировки остались. Я и не тратил совсем.

- У матери лежат?

-Разумеется.

-Ну, жди бури!

-Ладно, сейчас о другом. Я чего в аэропорт гнал? Домой пришёл, а там от Зойки записка. Она в шесть улетает в Москву. Просила приехать.

-Всё понятно… Только чего это она так резко рванула на родину? Хоть бы попрощалась.

-Наверняка, горящий билет. Ты же знаешь, как у нас самолёты летают.

-Половина седьмого. Уже улетела птичка, - посмотрел на часы Серёга.

-Поехали в аэропорт. Не могла она вот так улететь…. Я чувствую это!

-Просто тебе так хочется думать! Но я не против, поехали, прокатимся.

С милицией они быстро уладили все проблемы. Один из ДПС-ников оказался школьным другом Сергея, и спустя пару минут девятка уже катила по несостоявшемуся ранее маршруту.

Конечно, Зойки нигде не было. Чего и следовало ожидать. Но Костя слонялся по залу аэропорта, не желая поверить в то, что никогда больше её не увидит.

Серёге надоели эти его метания. Надо же! Того, кого не смогла сломать Чечня довела до такого состояния женщина! Верно выражение французов – ищите женщину! От них все беды!

-Костя! – позвал он друга. – Пошли в буфете пива выпьем?

-Хватит с нас одной аварии, – проворчал Костя, но всё же пошёл следом за Серёгой.

Пиво пить не стали. Взяли парочку стаканов кофе и трубочки с кремом.

Серёга не донимал друга разговорами, прекрасно понимая, что тому не до него.

Пожилая маленькая уборщица, в длинном сером, почти до пяток халате, возила тряпкой по полу, скорее для видимости. От её усилий не стало чище. Проходящие мимо неё пассажиры вновь оставляли на только что вымытом полу грязные следы.

-И ходют! И ходют! – громко ворчала она. – То туда, то сюда! Нет, чтоб сидели на месте, дожидались своего рейса! Нет же, не сидится им на месте!

Она прислонила лентяйку к стойке буфета. Тут же пристроив ведро.

– Плесни-ка мне чая Люська. Уволюсь я отседова. Надоели все! И начальство, и эти, которые туда-сюда носятся как огалтелые… Вот я в бухгалтерии работала! Благодать! Всё чисто и пристойно! Прибралась вечерком и всё. Здравствуйте-пожалуйста. А тут бардак! Помнишь, как давеча одна у столика завалилась, я думала, мне весь пол уделает! А молодая ведь совсем и хорошенькая, беленькая такая, – бабка отпивала горячий чай маленькими глотками, и было видно, что ей приятно смаковать подробности случившегося. – Видно алкашка! А с виду непохоже, вроде как приличная. И кепи такая модная, а куртёшка коротенькая. Девка вся в коже. Но не по нашей погоде одета… И всё глазками зырк – зырк по сторонам… Хахаля ждала. Который был потом подошедши. Помнишь, Люськ?

Слова ворчливой старушки отпечатывались в мозгу Кости.

Не мог же он заткнуть уши, чтобы не слышать её. Но, несмотря на то, что её болтовня не имела к нему, вроде бы, никакого отношения, он не мог отделаться от ощущения причастности к данному событию. И насторожился, отставив в сторону стакан, лишь была ей описана одежда обсуждаемой девушки.

Точно так же была одета Зойка… Совпадение? Только какой ещё хахаль? Ведь она ждала его! А он не приехал. И никого другого быть не могло.

Старушка, между тем, допив свой чай, собралась покинуть не уделившую ей должного внимания, Люську. Та обслуживала то и дело подходивших к стойке людей.

Бабка взяла в руки ведро и лентяйку и, вздохнув тяжело, медленно поковыляла к двери подсобки.

-Стойте! – громко крикнул Костик. Он бросился к ней, оставив за столиком Серёгу, пребывающего в полном недоумении. Что могло понадобиться Косте от уборщицы?

Бабка от неожиданности выронила швабру и разразилась громкой руганью.

-И чего ты орёшь, окаянный! Смотри, что натворил!

Костя нагнулся и, подняв, вручил ей то, что она со страха уронила.

Молча, забрав у него предмет своего труда, она направилась дальше.

-Да подождите же вы! Мне нужно у вас кое-что узнать.

-Всем нужно узнать! – пробурчала бабка, - а мне работать надо. Ты за меня, что ли будешь тряпкой махать!

Она ускорила ход, не желая с ним разговаривать.

Тогда Костик, недолго думая, отнял у неё ведро, поставив его на пол. Весьма логично решив, что без него она не скроется.

Бабулька, истерически взвизгнув, тем не менее, осталась на месте.

-И что тебе, ирод, понадобилось?

-Ничего особенного. Просто повторите то, что вы только что рассказывали буфетчице.

-Ничего я такого и не говорила, – она решила держать язык за зубами. А вдруг сболтнёт лишнего и ей же это выйдет боком, тем более что мужик выглядит странно. Рукав куртки порван. Лицо какое-то царапанное. Бровь заклеена пластырем. Брюки испачканы кровью. Такой архаровец прижмёт к тёплой стенке, всю душу запросто вытряхнет, шутки плохи, - ты больше то слушай старухин трёп! Я ещё чего скажу!

-Да от вас же не требуется ничего особенного, - Костя начал терять терпение. На них уже обращали внимание, - лишь скажите мне, как выглядела девушка.

Старушка смирилась, поняв, что так просто назойливый незнакомец её не отпустит.

-Как, как? Беленькая такая. Волоски кудряшками. Высокинькая. В черных брючках и коротенькой курточке. В кепке такой смешной кожаной.

-И куртка кожаная коричневая?

-Ага, точно…

-И что потом? – торопил Костя.

-Что, что? Экий ты прыткий! Стояла, кофий пила, можа и ещё чего употребила для сугрева, пока ейный хахаль не подоспел…А потом, брык, в обморок!.

-Как это, брык? Упала что ли?

-Ну да, упала… Я и говорю! А он с дружками её под белы рученьки и на выход.

-С какими такими дружками?

-А уж вот этого мне никто не докладывал и паспорта не предъявлял. Так бы я тебе, милок, обязательно сообщила…Дружки как дружки, двое всего. А что, жёнка твоя она, чай ты так суетишси?

-А он сам как выглядел? Как она его называла?

Тут бабка искренне возмутилась.

-Да не знаю я. Чего пристал? Что я тебе, шпиёнка?

-Он увёл её к выходу, значит, она не улетела… Тем более в таком состоянии.

-Ну, извини, что не проследила. Ты бы заранее мне приплатил, то я бы полный отчёт бы составила. Уж расстаралась бы ради такого дела!

Она взяла в руки ведро настолько решительно, что не было больше смысла её задерживать.

-Спасибо вам! - Костя понял, что больше у неё ничего не выпытать. Она рассказала, что могла.

-Будьте здоровы!

Костя и Серёга направились к выходу.

Буфетчица Люська проводила их взглядом.

Она могла бы поведать им о многом. Если бы, конечно, захотела! Но она то, как раз и не хотела. Зачем наживать неприятности на свою голову? Она у неё одна!

А с тем, кто увёл девушку, шутить не стоит. Главного из них она узнала сразу. Поэтому и не поддерживала Фроськину болтавню, старательно делая вид, что сильно занята.

Хотя она даже совершенно точно могла сказать, на какой машине он прибыл сюда.

А ларчик просто открывался! Её сестра Галка, когда-то имела на него определённые виды. Но дальше катанья на роскошной машинке и парочки буйных ночек дело не двинулось. Он просто отшвырнул её от себя как надоевшего котёнка. Хотя так ей, Галке, и надо, дура была, дурой и останется, даром, что на физиономию смазливая…

Глава 20

Друзья вышли на улицу. Темнело. Мелкий снежок кружил над землёй.

Он уже успел запорошить крышу их машины и теперь пытался укрыть и их своим большим холодным покрывалом. То тут, то там хлопали дверцы такси. Люди спешили поскорее покинуть аэропорт и очутиться в своих тёплых уютных квартирках. Подальше от всех этих аэропортов, вокзалов. От присущей им всем, без исключения суеты и нервотрёпки.

Лишь двое пока никуда не торопились, потому что не знали в каком направлении им идти.

Они стояли и курили, сохраняя молчание, пока Костя не воскликнул, отбросив прочь сигарету

-Я всё понял! Это был Снежков! Это он её увёз!

-Ты с ума сошёл, - возразил Серёга, - она же его ненавидела. После того как он с ней обошёлся?

-Чужая душа – потёмки. Тем более если это женская душа.

-Не может этого быть! Он не мог знать, когда она улетает! – противился Серёга абсурдным умозаключениям Кости

-Если только она сама ему об этом не сообщила. Почему ты исключаешь возможность того, что она была у него, хотя бы для того, чтобы попрощаться. Или высказать то, о чём не успела ему сообщить. Может, она рассказала нам не всё?

Кое-что оставив в душе для себя!

-Зачем тогда она написала записку с просьбой приехать, не кому-нибудь, а тебе? И ждала, наверняка тебя, – удивлялся Сергей.

-Правильно! Но Снежкову-то она, несомненно, проговорилась, во сколько вылетает. А он пораскинул мозгами. Может даже вспыхнули с новой силой былые чувства. Тем более приревновал, если она ему рассказала, у кого жила эти дни. Представляешь, как он бесился, если, конечно, он мужик, а не тряпка.

Вот и прикатил в последний момент, прихватив для моральной поддержки дружков. А она его как увидела, так в обморок и грохнулась. А им это и на руку. Потащили в машину к женишку, пока невеста не очухалась и не устроила скандал.

-Что-то не сходится! Не будет Зойка просто так падать в обморок! И вообще не нравится мне вся эта история.

-Но кроме этого гуся, Снежкова, и быть то некому! Она никого в городе не знает. Только тебя да меня разве. Хотел бы я на него посмотреть, если не сказать больше, – Костя непроизвольно сжал кулаки.

-Так за чем же дело стало? Поехали. Прямо сейчас всё и выясним.

-Но мы же не знаем, где его искать?

-Ну вот, здравствуйте! Тебе и впрямь при аварии все мозги отшибло начисто. Ты что не помнишь, где Зойка в автобус села? Там иди, не сворачивая никуда, и упрёшься прямо в часть.

-Точно.

-Конечно, точно. И что бы ты без меня делал?

Костя, не дожидаясь ответа, уже открывал машину.

Через полчаса они уже подъезжали к КПП.

Дорогу освещали лишь прожектора. Небо было хмурое, почти чёрное. Снег прекратился, и стало холодней. Зато и ветер унялся.

Костя вышел из машины и поднял воротник куртки. Его шапка после аварии куда-то запропастилась. Он так и не смог её найти. После тёплого салона машины, холод пробирал до самых костей.

-Пошли… Скажем, что мы его друзья.

Они вошли внутрь и, предъявив свои военные воинские удостоверения, попросили вызвать Снежкова.

Молоденький часовой понятливо улыбнулся.

-Сейчас узнаю, – и, тут же сняв трубку, уточнил на месте ли искомое лицо.

Он кивнул головой, давая понять, что объект на месте и прокричал в трубку.

-Давай его на выход. Тут к нему друзья прибыли. Пусть поторапливается.

-Скажи пусть выходит на улицу. Мы его в машине подождём, – Серёга сказал это для вахтенного, а для Кости добавил вполголоса, - а то лишится чувств от таких вот друзей как мы. Пусть впотьмах к нам привыкает.

Они сидели в машине и, открыв настежь дверцы, курили, когда Снежков вышел и, направившись, было, к машине, остановился. Не узнавая сидящих в ней людей.

Он огляделся по сторонам и, не найдя поблизости больше никакого транспорта и никаких людей, в недоумении пожал плечами. Видимо, решив, что его просто разыграли.

-Дорогой, что встал как столб? Топай сюда. Это мы, твои друганы, – Костя вылез из машины и пошёл ему навстречу. За ним Серёга. Он встал по другую сторону Снежкова.

Тот пребывал в растерянности.

-Что вам нужно? Я вас не знаю.

-Зато мы тебя отлично знаем! – процедил сквозь зубы Костик. Он уже ненавидел его. Этого прилизанно мерзкого красавчика.

И что она только в нём нашла? Такие только и могут перед зеркалом крутиться да девчонкам мозги пудрить.

Костя не вынул рук из карманов, для того чтобы поздороваться со Снежковым, сейчас он пренебрёг этим символом мужского приветствия. Он просто подошёл к нему почти вплотную и, без обиняков, спросил.

-Где Зойка?

Снежков смутился, сразу поняв, о ком идёт речь…

Он так и знал! Не закончится так просто вся эта история с её уходом. Он чувствовал, что последует продолжение. И теперь появились эти двое? Почему же она не уехала домой тогда, сразу после их встречи? Ведь версия о краже и то, что она совсем без денег, это наверняка хорошо продуманный ход психологического давления на него, на Олега. Как беспроигрышный шанс остаться…

Молчание затянулось, и Костя вновь задал вопрос.

-Где Зойка?

- Я же ей не нянька! Вам лучше знать!

-Ну, ты! – схватил Костя Снежкова за грудки. – Отвечай, когда тебя спрашивают. Мы с тобой не в бирюльки играем!

-Руки отпусти!

Костя нехотя отнял руки, но был весь на взводе.

-Ты сегодня в аэропорту был? Зойку оттуда увозил?

-Нигде я не был и никого не увозил! И вообще меня вся эта история не интересует. Всё, на этом? – Олег повернулся, чтобы уйти, считая разговор завершённым. Его злило, что Зойка так быстро нашла себе защитников.

Костю же такой расклад дел вовсе не устраивал.

-Стой, гад! Как это не интересует? Только благодаря тебе она здесь оказалась! А ты вышвырнул её больную, без денег, на улицу!

-Однако, не долго она была беспризорной. Выбрав новую тёплую постельку!

Глаза Снежкова, ставшие узкими как щелки, наблюдали сейчас за реакцией стоящего напротив парня. Именно его он видел в Зойкиных объятиях, и это его бесило больше всего!

Та самая реакция не замедлила себя ждать. Костя резким коротким ударом сбил Олега на землю. И видя, как тот поднимается, ещё раз врезал ему в челюсть.

На землю закапала алая кровь. Она разрисовывала девственно чистый снег. Портя гармоничную идиллию красоты вечера.

Потасовка обещала быть долгой. Снежков, не желая оставаться в долгу, старался попасть Косте по лицу. Но это ему никак не удавалось. Перевес сил был на стороне противника.

Сергей не ввязывался в драку. Двое на одного – это слишком.

Неизвестно сколько бы длилась потасовка, но дверь, ведущая в КПП открылась. К ним, со всех ног, летел майор. Он, не мешкая, растащил воюющих в стороны.

-Прекратите это безобразие! Что тут происходит?

Костя отряхивал снег с брюк и молчал. А Снежков, вытащив из кармана платок, вытирал кровь с разбитых губ.

Майор заорал громче.

-Я спрашиваю, что здесь происходит? Ваши документы? – он протянул руку, требуя удостоверение личности у Кости. И так как паспорт Костя уже отдал в залог возврата денег за разбитую Газель, ему пришлось предъявить воинское удостоверение.

-Вот как…Друзья – вояки. Значит из 556 части, соседи, то есть… Итак, Родин Константин Борисович, я буду вынужден сообщить о вашем недостойном поведении в вашу часть.

-Товарищ майор, - вмешался Серёга, - какое недостойное поведение? Ну, подрались ребята. Выяснили отношения. Это ж, личное…

-Отставить, - рявкнул, тот, но документы Косте всё-таки вернул, - личные дела решают дома, при закрытых дверях. А не избивают на службе. И вы учтите, Снежков, это вам тоже гладко не сойдёт. Сейчас же отправляйтесь на боевой пост!

Олег, не оборачиваясь, скрылся за дверью. А майор, сгоряча рубанув рукой воздух, распорядился, обращаясь к чужакам.

-Что встали? Уезжайте… И чтобы я вас здесь не видел больше!

Глава 21

Светка просмотрела все глаза, пытаясь рассмотреть в толпе Зойку. Она заранее приехала в аэропорт, чтобы исключить возможность опоздания. Мало ли что в дороге может случиться.

А ещё пришлось долго уговаривать папулю дать ей ключи от машины. Ну что поделаешь? Он не относится серьёзно к её умению водить машину, хотя она уже два года назад получила права. Кстати, вполне легальным образом. Отучившись в ДОСААФе положенный срок, и благополучно сдав все экзамены. Мимо проходили все кто угодно, но только не Зойка. Когда последний пожилой мужчина провёз мимо неё свою сумку на колёсиках, она поняла, что Зойка не прилетела. Её нет среди пассажиров этого рейса. На всякий случай она уточнила у того же мужчины с сумкой.

-Это был самолёт из Читы, с отправлением в шесть вечера?

-Да. Точно, он.

Как же так? Не могла же она перепутать! Но ведь Зойки-то нет, значит, точно, она прилетает не сегодня, а завтра. И Светка, ругая себя за невнимательность, отправилась домой. Досматривать сны…

На следующий день всё повторилось. Опять она стояла и изучала проходящих мимо людей. Вот-вот ожидая услышать знакомый голос…

Но этого не произошло, и, возвращаясь уныло домой, она почти не обращала внимания на иллюзорно красочную жизнь ночных улиц столицы. С ярко раскрашенными призывно заманивающими витринами. Кричаще подмаргивающими проезжающим мимо по шоссе водителям вывесками ночных клубов и казино.

Обычно она с любопытством наблюдала за пасущимися около них, как коровки на откорме на зелёном лужке, проститутками. Их экзотические наряды вызывали у неё одновременно и смех, и жалость. Чаще она, представляя себя на их месте, содрогалась. Видимая яркая сторона скрывала грязную, страшную изнанку. Это лишь слова, что они продают только тело. Оно неразлучно с душой и когда страдает эта невидимая глазу субстанция, тело отвечает тем же.

Но сегодня её мало беспокоили чужие, такие далёкие проблемы. Она размышляла о Зойке, и то, что ей приходило в голову, ей вовсе не нравилось.

«Бедная моя подружка! Что же с тобой опять произошло? Где ты? Если передумала, осталась в Чите, то почему не позвонила мне.

Ох, как не вяжутся эти действия с твоим обязательным характером. Ты знала, что я буду тебя встречать, ведь сама просила меня об этом…»

Светка загнала машину на платную стоянку, благо та находилась недалеко от её дома и торопливо зашагала домой, поминутно оглядываясь.

Аллейка, которую ей предстояло пройти, не освещалась, да и полная вампирски кровожадная луна, частенько являющаяся непременным атрибутом жутких американских триллеров, заставляла ноги её шевелиться в ускоренном темпе.

Благополучно добравшись до квартиры, девушка нырнула в кровать и, решительно заставив себя отбросить плохие мысли о Зойкиной судьбе, уснула.

Когда утром телефонный звонок вырвал её из какого-то радужно сладкого сна, она, взяв трубку и услышав женский голос, обрадовано подумала что это, наконец, объявилась пропащая Зойка.

-Зой. Ну, ты даёшь. Я тебя встречаю, встречаю!

Голос на том конце провода возмутился

-Я Лена. А что Зойки всё нет?

-Какая ещё Лена? - не могла понять спросонья Светка.

-Из Озерцовска... Зойкина подруга. Помнишь, мы с ней к тебе на день рождения приезжали?

-Всё. Вспомнила. Извини, но у меня башка чугунная после каждодневных, вернее, каждоночных встречаний в аэропорту нашей общей подружки.

-А когда она должна была прибыть?

-Вообще-то ещё прошлой ночью. Согласно её телефонному предупреждению.

-И что, не появилась?

-Нет… Ни вчера, ни сегодня… Я как на иголках.

-Ладно, - было слышно как Лена вздохнула, –всё ясно как божий день. Она опять попала в какую-то переделку. Короче так, я сейчас еду к тебе, а там решим.

-Хорошо. К трём я буду дома.

Лена позвонила в дверь Светкиной квартиры в четыре.

Стоило ей войти в прихожую, хозяйка квартиры не выдержала и расхохоталась.

-Ты в горы, что ли, собралась?

На гостье была надета тёплая куртка с капюшоном, отделанным мехом неизвестного животного, вязаная шапка с ушами и высокие со шнуровкой и на толстой тракторной подошве, вызывающе рыжего цвета, ботинки. В довершении картинки на плече у неё висела объёмная, ядовито-зелёная сумка.

-А хоть бы и в горы, - не смутилась Ленка, она сняла поклажу с плеча и бросила небрежно в угол, - всё будет зависеть от того, где Зоечка наша окопалась.

Пока девушка снимала свои жуткие ботинки, и куртку, она успела расспросить подробности известные Светке. И многозначительно выдержав умную паузу, изрекла.

-Что ж! Мне всё ясно! Снежков, как и следовало ожидать, оказался подонком! Зойка попала в переделку, несомненно, иначе уже сидела бы рядом с нами. А значит ждём два дня, вдруг, да и появится наша ненаглядная красавица… А затем я вылетаю в Читу, так как другого выхода не вижу! Благо у меня отпуск. Посмотрю заодно окраины нашей необъятной родины! Чего стоишь-то, веди гостью чай пить. Тоже мне – Столица! Держишь гостью в прихожей!

Светка хлопала глазами, переваривая всю сказанную скороговоркой Ленкину тираду.

Два дня они находились в состоянии ожидания.

Причём, прибегая вечером с работы домой, Светка, первым делом, в надежде смотрела на невозмутимую, валявшуюся весь день на диване, щёлкающую орешки и уставившуюся в телевизор Ленусю. И сразу понимала, что изменений нет.

Когда подходили к концу третьи сутки, Лена закинув опостылевшие орешки подальше, скомандовала.

-Всё. Хватит. Запрягай тачанку.

-Какую? – Светка обалдело глядела на подругу.

-Как это какую? Эту самую, с мотором, что машиной зовётся.

-Так бы сразу и сказала.

-А я так и говорю. Поедем за билетом. Пора податься в более холодные края!

-Как же ты одна там будешь? Кто тебе поможет? - Светка, приготовившаяся уже выполнять команду, снова опустилась на пуфик и так смешно сложила руки на груди, что Ленуся, не выдержав, фыркнула.

-Ты что это, нас хоронить, что ли собралась? И не надо драматизировать ситуацию. Если Зойки нет, это вовсе не значит, что её - совсем нет! Понимаешь! Не смотри, что она тихоня… Это только с виду! А во всякой пакостной ситуации она активизируется как взрывчатое существо и начинает действовать, – Ленка жестикулировала, чтобы придать своим словам большей убедительности. А что касается помощников, то один на примете уже есть. Снежков, тот самый, незабвенный.

-А если он не захочет? – не сдавалась Светка.

-Не может - научим, не хочет – заставим. Слыхала, такое известное выражение?

-А как у тебя с деньгами? Дорого же всё.

-С этим нормалёк. На жизнь хватит! Отпускные плюс добровольное пожертвование моего Ванюши. Не зря же он у меня бизнесмен, – она делано тяжко вздохнула, - хотя и мелкий. Но ничего, какие наши годы? Годам к сорока до крупной акулы бизнеса, может, дорастёт.

Светка согласно закивала своей огненной головкой и, вдруг, опасливо спросила.

-А ты-то хоть не исчезнешь в неизвестности? Может мне с тобой поехать?

- Вот только тебя мне и не хватает, для полного счастья. А, что касается меня, не боись, я везде прорвусь! Мы озерцовские, знаешь какие выносливые.

Светка сомневалась. Что-то уж больно непохожа была эта маленькая, худенькая девчонка на расписываемую тут так красочно, киношно – боевую дамочку.

В аэропорту, Ленуся, выбравшись из толпы, собравшейся у билетных касс, победоносно махая перед Светкиным носом билетом, заявила.

-Ну, что я говорила! Главное в нашем деле – везение! Завтра вылет. Прощай, Москва, привет Чита!

На следующий день Светка отвезла её в аэропорт, сожалея, что не отправилась вместе с ней.

-Зря она меня со счетов списала. Я-то, как-никак, в сыскном агентстве работаю, уже второй год. Пригодилась бы. Да и легче вдвоём. Но теперь уж что толку локти кусать. Самолёт то вон где, под облаками!

Ленуся как ни старалась, заснуть не могла и с завистью поглядывала на соседа справа. Он спал так сладко, даже время от времени всхрапывая.

Вся её бравада закончилась. Не перед кем корчить из себя неустрашимую героиню. Светка то осталась на земле.

Деланное спокойствие уступило место липкому, противненько разъедающему душу, страху. Ведь предупреждала же она твердолобую Зойку

-Куда мчишься? Сиди на месте, жди…Вот теперь носись по стране, ищи ветра в поле. А что делать? Что она должна была сказать её маме, уже не раз звонившей и с тревогой спрашивающей, не знает ли она, почему так затягивается Зойкина командировка.

Тоже мне, командировичка!

Город показался Ленусе неприветливым, хотя наверняка это было просто предубеждение из-за той неприятной миссии, что ей предстояло здесь совершить.

Она, проехав поближе к центру города, устроилась в гостинице, и, позвонив в справочную службу, уточнила, где именно находится нужная ей часть. Получив ответ, она решила не откладывать дело в долгий ящик и отправилась к Снежкову.

Когда Олег услышал, что его опять вызывают на КПП, то уже не удивился. Он начал привыкать к этим нежданным визитёрам. Кто же явился на этот раз? Если это опять те двое, один из которых основательно попортил его внешний вид, то следует послать их куда подальше. И так пришлось придумывать оправдательные небылицы для жены. Хватит с него всех этих сумасшедших!

Если бы нашёлся юркий фотограф, который бы успел запечатлеть на плёнку тот момент, когда Снежков увидел Ленусю, то, возможно, он бы получил премию за столь экстравагантный кадр. Но, к сожалению, Олег ещё не снискал себе славы Майкла Джексона, чтобы за его персоной гонялись папораци…

Лицо его вытянулось, и он едва удержался, чтобы не замахать на неё руками как бабка, увидевшая в тёмном коридоре приведение – Чур, меня, чур, меня!

А Ленуся, нисколько не смущаясь его реакции, подошла ближе и произнесла:

-Снежков! Закрой рот, ворона влетит! У меня к тебе один очень актуальный вопрос. Куда ты Зойку дел? – поза её была решительна, а в глазах играл дьявольский, злой огонёк.

-Ты-то как здесь появилась? Вы все сговорились что ли? Достали! Не знаю я, где ваша Зойка, не знаю! Сколько можно?

-Ага. Поняла. Нашкодил, и в кусты? Теперь ничего не знаю, и знать не хочу. А я вот тебе что хочу сказать, голубчик. Лишь из-за твоих слюнявых муси-пуси, Зойка здесь оказалась, и я хочу знать, что произошло дальше. Я не уйду отсюда пока всё не узнаю.

-А что говорить-то? Она пришла, а я сказал, что женат. Вот и всё. Она удалилась, а что дальше было, не знаю. Я вообще думал, она уехала домой, пока двое психов не примчались.

-Какие ещё, психи? – насторожилась Ленуся.

-А я откуда знаю. Новые ухажёры, наверное.

-Так… С этого места поподробнее. Говори, как их найти! Иначе я тут такое устрою….

-Ты меня не пугай, уже пуганый.

Тут Ленка заметила следы на его лице, явно оставленные прежними посетителями и, не сдержавшись, рассмеялась.

-Понимаю, тебе перепало…И главное всё по лицу, по лицу. Ну ладно, сейчас речь не об этом… Зачем они приходили?

-Спрашивали то же что и ты. Где Зойка. Не увозил ли я её из аэропорта?

-А ты не увозил?

-Нет, разумеется.

-Ладно. Где искать этих двоих?

-Откуда я знаю.

-Так напряги мозговые извилины! Если не я, то милиция, наверняка, из тебя вытряхнет всё, что знаешь. Шутки кончились… Зоя не прилетела в Москву, хотя у неё был на руках билет… Она пропала.

Снежков думал недолго. Ещё бы, какие могут быть шутки. Только милиции ему не хватало. С женой точно развод замаячит. А её папа, полковник в его части. Считай конец военной карьере…

-Те двое из 556 части. Это недалеко отсюда, три остановки. А вот фамилию не помню, какая- то простая, вертится на уме…

-Ну так вспоминай… Время терпит! А он тебе представился что ли, когда морду бил? – не удержалась от ехидства Лена.

Снежков обиженно надулся, но ответил.

-Просто слышал, как майор в его воинском удостоверении читал, после того, как нас разнял. Зовут то точно – Костя, а вот фамилия?

Минуту длилось молчание. Олег усиленно вспоминал.

–Вертится в голове что-то патриотическое, а вспомнить не могу.

Чтобы подтолкнуть затянувшийся мыслительный процесс, Ленуся уже было собралась его припугнуть, но он, хлопнув по лбу ладонью, изрёк:

-Родинов… Нет Родин. Точно, Родин!

-Ладно, Снежков, живи пока!

Лена пошла прочь, оставив Олега стоять на дороге. Всё что ей нужно было от него, она узнала, и больше их ничего не связывало.

Спустя всего лишь час она, сжимая в руке листок с записанным на нём адресом, поднималась по лестничным ступеням обшарпанного, давно не крашеного подъезда к квартире, в которой проживал некий Константин Родин.

Ленка постояла несколько секунд перед нужной дверью, затем, решительно надавила на кнопку звонка.

Послышались приближающиеся шаги, и дверь распахнулась, представив её взору высокого, темноволосого мужчину.

Он рассматривал её удивлённо и, даже заглянув, нет ли с ней ещё кого, спросил.

-Вы ко мне?

-Ну, если вы Константин Родин, то к вам.

-Тогда заходите.

Самообладания ему было не занимать…

Глава 22

Я повернулась на другой бок! Когда ещё у меня будет время, для того чтобы вот так валяться на постели, мучаясь от безделья? Да никогда! Кстати, верно подмечено! Именно никогда!

Завтра приедет Арсэн и неизвестно как он захочет со мной поступить. Может, как в том известном кинофильме – бритвой по горлу, и в колодец?

Злобный, вечно всем недовольный демон, вновь выставил голову из-под чёрного крыла и поинтересовался:

-Всё шутишь? Всё тебе мало? А ну, как, и, правда, отправят тебя к праотцам. Ты хорошенько подумай. Небось, много за тобой грешков числится? И отправишься ты прямиком ко мне… Вот уж я отыграюсь на твоей шкуре…Ад то он совсем не такой каким его разные идиоты рисуют… Это боль, жуткая, тянущая боль, не дающая покоя… Нет не физическая. Душевная…Что, от сердца отлегло? Что не буду я тебя раскалённым железом мучить? Напрасно, дорогая… Ты просто не представляешь, как это, каждую секунду чувствовать, не переставая глухую тоску и осознавать, что всё могло бы быть по-другому, выбери ты верную дорожку…

-Ну вот, совсем распоясался окаянный, сгинь прочь! - я попыталась отогнать от себя все дурные мысли.

-И где только мой добрый белый ангел? Хоть бы он опять привёл ко мне ту, худенькую светловолосую девушку, что поведала мне очень интересные вещи. Стоп… Почему её лицо так знакомо? Явление её мне было столь мимолётно, что я даже не успела ей задать такие важные для меня вопросы!

Я усиленно шевелила извилинами. До такой степени, что мне даже показалось, что сейчас и волосы на моей голове придут в движение!

Но результат не замедлил себя ждать. Я её вспомнила. Тот вечер в ресторане Астрал. Точно… Она именно та девушка, с которой был Арсэн. Это она плакала в туалетной комнате. И именно ей он весь вечер что-то пытался втолковать. Другая одежда, другая причёска. Они, конечно, меняют внешность, но не настолько, чтобы я ошиблась в своей внезапной догадке.

Теперь необходимо привести мысли в порядок и разложить события по полочкам в хронологической последовательности.

Я стояла у столика в буфете и ждала Костю. Но тут появился он, Арсэн. Мы перекинулись с ним парой неприятных фраз, и я уже собиралась уйти, как он обратил моё внимание на упавшую сумку. Я бросилась её поднимать… Затем, допила кофе и вдруг рухнула, потеряв сознание.

Стоп, но с чего мне вот так отключаться? Причём на довольно-таки долгое время?

Начнём сначала… Упала сумка… Я её подняла…

-Боже, как всё просто! – наконец меня посетило озарение. – Да он просто отвлёк моё внимание и тем временем сыпанул в стакан какой-то усыпляющей отравы.

Но ведь сумка действительно упала? Или ей просто помогли упасть!

Но зачем ему понадобилась я? Глупость какая-то... У меня нет ничего ценного. И я сама не представляю собой ничего важного, что могло бы так заинтересовать криминальный элемент. А то, что Арсэн предводитель бандитской шайки, в этом не может уже быть никаких сомнений. Порядочные, законопослушные граждане так себя не ведут…

Факт остаётся фактом, меня привезли в какую-то глушь, так как никаких посторонних шумов города не слышно, лишь пение птиц за окном. Да видны верхушки тёмных, вековых елей за высоким каменным забором. Там лес и, наверняка, дорога, ведущая в город. Ведь как-то мы досюда добрались. Если, конечно не на вертолёте или самолёте…

Эти умозаключения меня вовсе не радовали. Лес скрывает все тайны, тем более, эта непроходимая тайга… Никто и никогда меня здесь не найдёт!

Так просто, оказывается, украсть человека? Никогда бы раньше не подумала, как безотказна общепринятая схема похищения.

Из моего окна почти ничего не было видно. Только небо, часть того забора и какие- то ангары слева. Именно оттуда время от времени отъезжали огромные фуры. И наверняка, по той же самой дороге, что везли меня, отправлялись в путь…

Итак, после похищения я пришла в себя через энное количество времени и, вскочив с кровати, принялась грохотать в дверь и требовать, чтобы меня выпустили…

Некоторое время на мои дикие выступления никто не реагировал. Словно этот большой дом вымер…

Но вот, неожиданно дверь отворилась, впустив в комнату молоденькую девушку.

Она тут же захлопнула её за собой наглухо и, поднеся палец к губам, велела мне замолчать. По её виду было видно, что она испугана.

-Тише, не кричите… Дайте мне сказать, у нас очень мало времени.

Вы попали к очень страшному человеку, не вздумайте с ним шутить. Просто сделайте, как я вам скажу! Я ваш друг.

Когда придёт Арсэн, сделайте вид, что вы ничего не помните! Совсем ничего! Это спасёт вашу жизнь!

Больше она ничего не успела мне сказать. За дверью послышались громкие голоса, и дверь распахнулась, ударив в спину мою посетительницу.

Вид вошедшего мужчины был грозен. Это был Арсэн. Он грубо схватил незнакомку за руку и, вышвырнув её в коридор, приказал:

-Отведите её в комнату, заприте и не выпускайте оттуда без моего разрешения.

Его прислужники со свирепыми, отвратительными рожами, тут же поволокли её, с двух сторон подхватив под руки. Совершенно не обращая внимания на отчаянные попытки девушки освободиться.

-Подонок! Ты сам не представляешь, что творишь! Тебе придётся за всё ответить сполна!

-Но сначала поплатишься ты за свой длинный язык? - бросил он ей в след и обернулся ко мне.

И от этого взгляда его чёрных, завораживающих глаз, меня пронзило холодом, словно это был вовсе не взгляд человека, а узкий обоюдоострый клинок, вошедший в мягкую податливую плоть.

Невероятным усилием воли, отделавшись от этого мерзостного ощущения, я спросила, стараясь выглядеть абсолютно спокойной:

-Ну и долго вы собираетесь меня здесь держать? Это совершенно не входит в мои планы!

-А ваши планы здесь совершенно никого и не интересуют, - он умолк, продолжая меня внимательно рассматривать.

-Что вы о себе возомнили? Думаете, то, что вы усыпили меня в аэропорту и увезли неизвестно куда, останется незамеченным? Да меня, наверняка, уже вся городская милиция ищет!

Его реакция на эти выкрики показалась мне странной. Его глаза заметались по сторонам. Видно было, что он растерян и удивлён. Чем я и воспользовалась, потребовав.

-Выпустите меня, немедленно.

Арсэн, проигнорировав мою отчаянную просьбу, задал в свою очередь странный вопрос

-Так вы, значит, хорошо помните, что произошло? - его глаза льдинки снова гипнотизировали меня.

-Конечно, помню. А с какой стати я должна не помнить? – тут я осеклась, вдруг вспомнив предостережение девушки.

Вот, дура, и надо мне было распускать язык? Она пришла предупредить меня, а я всё выложила, как на исповеди…Я запоздало постаралась исправить положение.

-Ну не всё… Я просто предположила, то, что мной произошли какие- то события, раз я нахожусь в незнакомом месте.

-А вы, Зоя, совершенно не умеете врать, - он ухмыльнулся и повернулся, чтобы уйти.

Но я бросилась к нему, не собираясь оставаться в этой чёртовой комнате!

-А откуда вам известно, как меня зовут?

-Из паспорта, вашего паспорта. Как и то, что вас никто искать не будет – вы не местная! – он слегка подтолкнул меня вглубь комнаты.

Он уже почти вышел, когда я подскочила к нему и яростно забарабанила в ненавистную спину.

-Выпусти меня отсюда, гад! Что тебе вообще от меня надо? Если выкуп, то ты ничего не получишь! Ты плохо меня знаешь! Я не буду здесь сидеть и терпеливо ждать!

-А куда ты денешься? - он отшвырнул меня как надоедливую собачонку и захлопнул дверь. Я услышала лишь его приказ.

-Успокойте эту стерву, чтобы она больше на меня не бросалась. Дайте ей снотворного побольше!

Едва я рухнула на постель и заплакала, дав волю чувствам, как снова дверь распахнулась и вошли двое. Они не стали меня уговаривать принять успокоительное, а просто без лишних разговоров, применив грубую физическую силу, затолкали капсулу ко мне в рот и беспристрастно влив туда же воды, наблюдали, как я давлюсь и захлёбываюсь.

После этого они отпустили мои руки и скрылись, оставив меня в покое.

В какой-то миг мне показалось, что они меня просто отравили. Слишком уж быстро стали отключаться мои родные конечности, наливаясь свинцовой тяжестью…

…Когда я вернулась в реальный мир, комнату уже осветило солнце. Оно запустило в неё целую стаю солнечных зайчиков. И они как лихие беспризорники вытворяли, бог знает, какие безумные танцы, на подоконнике и на светло-жёлтых стенах.

Через некоторое время послышались шаги, возня в замке и незамедлительно за этим перед моим взором предстал молодой симпатичный паренёк с грустными глазами и смешной чёлкой, которая ежеминутно падала ему на глаза. Он поставил на столик передо мной поднос с завтраком, или, может, с обедом. И выложил знакомую таблетку, которую мне давеча навязали силой.

-Поешь и выпей таблетку!

-Да пошёл ты! Сам ешь свои пилюли!

-Ну и дура! Неужели ты думаешь, они не смогут заставить тебя! – он говорил спокойно и даже не показался мне таким враждебным как его сотоварищи.

-А кормить кашкой они тоже меня будут с ложечки? Отказываюсь есть, и всё тут… А пакость свою лекарственную так и быть, давай. Я выпью. Только позже.

-Нет. Был приказ проследить.

Он был настойчив, и я как будто послушалась. Сунула таблетку в рот и сделала вид, что выпила, одновременно схватив с тарелки яблоко, откусила его сладко-кислой мякоти. При этом, незаметно выплюнув лекарство в кулак.

-А еду забери. Не буду я есть в неволе…

-Ну и дура, - равнодушно констатировал паренёк, - кому хуже от этого будет? Только тебе самой! Заладили, есть они не будут. Подумаешь, невидаль. Фильмов что ли насмотрелись разных глупых?

По тому, что он говорил обо мне во множественном числе, я сделала вывод, что вторая пленница не кто иной, как заточённая по приказу Арсэна девушка.

И, естественно, попыталась кое-что выведать.

-А что, она тоже голодает?

-Майка то? Тоже! – поддался на провокацию парень. - Вот Арсэн приедет, сразу наведёт порядок.

-А ты бы выпустил Майку, тут бежать некуда. Может она ко мне бы в гости зашла, всё не так скучно бы было! Там, глядишь, и аппетит бы наладился!

-Ага, какая ты шустрая! Ищи дурака в другом месте! – парень усмехнулся. Но он не был настроен враждебно. Поэтому я постаралась наладить с ним дружеские мосты. Пока он имел ещё желание со мной разговаривать.

-А тебя как звать?

-Артём.

-Присаживайся, Артём, поболтаем, - я показала ему на место рядом с собой, похлопав ладонью по кровати. - А то делать-то всё равно нечего!

Я тянула время не ради забавы, пытаясь сообразить, где он может хранить ключи от наших комнат. Ведь, он открывает дверь ключом. Значит, держит их в карманах. Только где? В своих широких джинсах, или в куртке-толстовке? Карманы есть и там, и там!

-Некогда мне разговаривать, да и нельзя, – он отошёл к двери.

-А что так? Подумаешь, какие строгости. Наплюй, и все дела… А ты, видно парень ничего! Мне такие нравятся. Заходи вечерком.

Я состроила ему глазки, постаравшись применить на деле всё своё обаяние.

И он, похоже, поддался моим чарам, это было видно по его изменившемуся лицу. Похоже, даже прикинул в уме возможность наших ночных забав. И, разумеется, на секунду потерял бдительность. Чем я не преминула воспользоваться.

-А Майкина комната, говоришь, недалеко?

-Да рядом с твоей, за стенкой, – тут же ответил он мне, не сводя заблестевших шаловливых глаз с моих голых коленок, которые я для пользы дела выставила из-под одеяла.

Но он тут же опомнился, что сказал лишнего и поспешил, глубоко вздохнув на прощание, ретироваться.

После этого он приходил дважды, принося поесть и проследить, чтобы я приняла лекарство. Но больше со мной не разговаривал и старался исчезнуть поскорее. Наверняка опасаясь естественных молодых инстинктов…

А потом появился Арсэн, и у них вышла какая-то накладка с поступлением информации. Уж не знаю, кто у них там халатно сработал, но приказ Арсэна не давать мне снотворное не дошёл до Артёма. Судя по тому, как был разгневан Арсэн увидевший меня спящей, хорошенький нагоняй ждал его толстомордую банду. Так им и надо! Пусть немного растрясут свои жирные задницы.

На месте Арсэна, я не оставила бы меня вот так валятся на постели, а проверила, на самом деле сплю я или нет. Но он поверил. И оставил меня в покое ещё на два дня…

Теперь я лежала, натянув на нос плед, и отчаянно старалась найти выход из создавшейся ситуации. Что меня ждёт в дальнейшем?

А ничего хорошего! Даже не приходится в этом сомневаться… Зачем нужно ему было тащить меня сюда? Когда я услышу ответ на этот вопрос, возможно, от меня уже ничего не будет зависеть. Такие люди как он, считающие себя сильными мира сего, привыкли не заботится о мнении других. Люди для них разве что мелкие ничтожные букашки. Ползают себе под ногами, ну и пусть себе ползают. А лишь станут мешать, один шлепок подошвой – и нет насекомого…

Зачем же дожидаться, когда тебя прихлопнут? Из любой ситуации существует выход. Нужно только постараться его найти. Конечно, без везения тут не обойтись. Но не везёт только тем, кто ничего не делает.

Выбраться из охраняемого здания почти невозможно. Почти…

Если нет помощников. А у меня, один союзник имеется. В этом я абсолютно уверена. Это Майя.

Правда, она такая же пленница, как и я!

Мысли в моей голове совершали своеобразный африканский танец. Они, словно чувствуя бой бубнов и барабанов, дёргались из стороны в сторону, поддавшись сумасшедшему ритму музыки. Но потом вновь возвращались на круги своя.

Необходимо поговорить с Майей, для этого нужно придумать нечто сверхъестественное, чтобы достать ключи. Ведь не буду же я ломать двери, разбежавшись и выбивая их ударом плеча, как в хороших боевиках. Для этого у меня силёнок маловато. Права была Ленуся, когда уговаривала меня время от времени посещать спортзал. Как пригодились бы мне сейчас накаченные мускулы.

Значит, выбивание дверей отметаем, так как это действие создаёт массу ненужного шума.

Шевелим извилинами, ищем другой способ.

Ничего лучшего, чем хитрость, придумать нельзя. И тому есть немало исторических примеров. Трою, например, спартанцы именно так и завоевали, изготовив своего деревянного коня. Будет и у меня свой конь!

Я встала и прошлась по комнате, внимательно изучая окружающие меня предметы.

Ничего особенного. Довольно-таки аскетическая комнатка. Ничего лишнего.

Шкаф-купе у стены. Совершенно пустой.

Не оправдались мои надежды найти там свою куртку. Хорошо хоть сапоги на месте. Валяются под кроватью.

Два кресла и тахта со стоящим рядом маленьким столиком, да мягкий ковёр во весь пол. Вот и вся обстановочка.

Я подошла к окну….

Широкий подоконник. И на нём три глиняных горшка с цветами. На окнах решетка. Зачем? Ведь второй этаж как-никак. Какой предусмотрительно дальновидный хозяин! Может он синяя борода? И прячет в своём особнячке своих бывших и будущих жён за каменными стенами и железными решётками, чтоб не сбежали?

Взгляд мой вновь вернулся к цветочному горшку. И тут меня посетила шальная безумная мысль.

Если бы кто-нибудь наблюдал за мной со стороны, он бы наверняка пришёл к выводу, что я действительно сошла с ума. Иначе, зачем бы мне понадобилось разрывать землю бедного растения. А я рыла и рыла, пачкая пальцы серой, суховатой землицей. Совершенно не заботясь о состоянии своих ногтей. Старания мои были вознаграждены, и вот я уже держала на ладони своё сокровище. Никогда бы не подумала, что мною же собственноручно закопанные пилюли, смогут оказаться полезными. Но это только на первый взгляд. На самом деле, в моей голове начал вырисовываться несколько авантюрный, но всё-таки реально осуществимый план.

Пилюли было только три. Маловато конечно. Но и то ладно, могло бы и этого не быть.

Благодаря моим стараниям напоить бедное растение, остальные закопанные мной капсулы попросту растворились.

Если задуманное удастся, я выберусь отсюда. Благо ночь уже настала. А она сегодня выступала в роли моего верного союзника.

Скоро должен был появиться Артём. Он обязательно посетит меня на ночь, оставить стаканчик сока и забрать грязную посуду.

Кстати, подумав о еде, я почувствовала себя дико голодной. К чёрту все эти голодовки! Мне понадобятся силы и немалые, чтобы привести в реальность задуманное. Подкрепиться совсем не помешает.

Я открыла крышку пластиковой тарелки и обнаружила в ней замёрзшее картофельное пюре и две сосиски.

Ну и что! Подумаешь холодное. Голод – не тётка. Я подчистила в мгновение ока всё её содержимое и, взяв в руки стакан с чаем, направилась к окну. Там я сделала парочку глотков, чтобы унять жажду после плотного ужина. А остатки жидкости вылила на светлый линолеум пола.

Я безжалостно наблюдала, как неопрятное мокрое пятно испортило идеально чистую поверхность. Ничего, пусть ещё спасибо скажут, что я всё тут не порушила от отчаяния. Хотя, ещё не вечер! Возможно всё впереди!

Я с нетерпением ждала появления своего стража. Молясь, чтобы моя рука не дрогнула в решающий момент от жалости к врагу…

Вот, наконец, дверь отворилась, впуская Артёма.

Не успел он поинтересоваться, как обстоят мои дела и поставить на столик стакан кефира, вместо ожидаемого сока, как я обрушилась на него руганью, пытаясь, чтобы гнев мой выглядел абсолютно правдоподобно.

-Вы что, издеваетесь надо мной? Хотите, чтобы я плавала по этой комнате, как рыбка? Бардак какой-то. Хоть бы ремонт сделали, прежде чем порядочных людей пленить.

-Ты что? С ума, что ли от страха сошла? Какая рыбка? Какой ремонт? – Артём смотрел на меня, скачущую вокруг него и жестикулирующую слишком буйно, с недоумением.

-Как хочешь, думай! Но я не хочу, чтобы тут ночью всю комнату затопило. Или сам чини, или давай другую комнатушку!

Я показала пальцем на батарею отопления, где как раз под подоконником, собственноручно и так предусмотрительно создала иллюзию протечки.

Он подошёл и наклонился, уставившись на тёмную лужу.

Я подошла сзади и невинно предложила.

-Ты посмотри, вон там, в самом низу, дырка. У тебя жвачка есть? Давай пока заклеим. И все дела! А то весь ковёр испоганиться. Посмотри, вон там, совсем низко!

И он поддался на провокацию. Встал на колени, пытаясь понять, сможет ли своими силами исправить положение.

Но не дано нам знать все! Так и он не успел сообразить, что собственно произошло. А тяжёлый глиняный горшок уже опустился на его бедную голову. И проделала это не кто иная, а я. Коварная обманщица!

Горшок разбился о твердую голову Артёма, и он безжизненно рухнул на пол. А я секунду, показавшуюся вечностью, созерцала картину кровавой разборки. Тем более, что голову я ему разбила основательно, судя по тому, что пол сразу испачкался кровью из раны. Тупо соображая, не убила ли бедолагу, я опустилась на колени, чтобы послушать, жив он или нет.

Тут же из-за правого плеча появился черный демон и сонно проскрипел:

-Ну что, грохнула его? Наконец-то я дождался! Я же говорил, ко мне попадёшь, в конце концов. Убивица ты – вот тебе верное определение!

Мне было не до его злобных бредней. Тем более, что сердце Артёма стучало ровно, хотя он и находился в отключке.

Самое время приступить ко второй части моего плана.

Я извлекла из-под подушки, выкопанные ранее из цветка капсулы. Автоматически отпила из стакана кефира, вовсе не для того чтобы подкрепиться, а для того чтобы сократить количество жидкости в нём. А то ещё захлебнётся бездыханный объект, когда я его буду принудительно поить.

Бросила все имеющиеся в наличии капсулы в стакан, размешав снадобье ложечкой для скорейшего растворения и, присев над бездыханным телом, влила эту гремучую смесь в рот Артёма.

Приподняв его голову, я проследила, чтобы жидкость отправилась по назначению и только после того как убедилась в успешном результате опыта, я оставила его в покое. Пусть полежит, отдохнёт. Судя по тому, как действовало лекарство на меня, три таблетки должны его надолго выключить из действительности.

Только бы его дружки не надумали его проведать!

Хотя, были у меня смутные подозрения, что об этом ночном походе он им не поведал. Наверняка имея собственные, не предназначенные для чужих ушей, тайные желания в отношении меня…

Видела бы сейчас меня моя мама! Вот бы она пришла в ужас от моих садистских действий. Хотя она пришла бы в ужас уже значительно раньше. Знай она, что я отправляюсь чёрт те знает куда, и неизвестно зачем, она бы легла поперёк рельсов, но не позволила бы мне совершить задуманное.

Но сейчас не время предаваться воспоминаниям и заниматься самотерзаниями, пора приступить к поискам. Если я хочу, чтобы мамуля смогла вновь увидеть меня живой и здоровой.

Я обшарила карманы Артёма и сразу же нашла связку ключей. То, что надо! Однако, меня ждал сюрприз…

Парень лежал так, что толстовка задралась, оголив живот, и за поясом его джинсов… торчал пистолет.

Это обстоятельство меня очень даже обрадовало. И я, не секунду не размышляя, позаимствовала, сей очень нужный при данных обстоятельствах, предмет.

Постояв некоторое время у двери, и поняв, что снаружи всё тихо, я осторожно открыла дверь и выглянула наружу, предварительно выключив в комнате свет... В коридоре никого не было, лишь снизу доносился приглушённый звук телевизора. Охранник нёс службу у экрана. Ближе к ночи ослабив служебную бдительность…

Коридор был погружён в темноту. И это обстоятельство существенно мешало мне. Я еле нашла нужный ключ и, дрожа от страха, заперла дверь, оставив мирно похрапывающего Артема почивать на полу.

Я кралась по коридору, стараясь не создавать ни малейшего шума. Сердце стучало так, словно маленькие живые молоточки в моей груди стремились разорвать его на части.

Расстояние, которое мне необходимо было преодолеть, было незначительно, но и эти несколько шагов могли закончиться печально, вздумай один из охранников прогуляться по дому.

Вот и она, комната Майи.

Я глубоко вздохнула и принялась подбирать ключи. Не то, всё не то…

Ключи упрямо отказывались отпирать замок. Словно были преданными негласными хранителями интересов хозяина дома.

Снизу послышался смех, и вот раздались тяжёлые шаги. Кто-то поднимался по лестнице.

Всё! Конец! Сейчас меня застукают с поличным, и прощай свобода. На лбу выступила испарина, а руки противно задрожали.

Боже! Помоги мне! – я взмолилась о помощи настолько искренне. Что ОН появился сразу. Мой белый светлый ангел. И тихонько шепнул на ухо:

-Вон тот, самый маленький ключик. Именно тот, который тебе нужен…

Действительно, едва я вставила ключ в личину, провернув два раза, как дверь бесшумно распахнулась. Я юркнула внутрь комнаты, радуясь, что в ней не горит свет. Иначе мелькнувший свет, наверняка бы привлёк внимание охранника.

Я стояла, прижавшись к двери спиной, и не в силах пошевелиться.

Мне казалось, что шествующий мимо бугай непременно толкнёт именно эту дверь, и я вылечу на середину комнаты, распрощавшись навеки с мечтами о родимом доме.

Но белый ангелок, похоже, взял меня вновь под своё крыло, оградив от беды.

Шаги протопали мимо. А я облегчённо вздохнула. Замкнула дверь комнаты и постаралась разглядеть что-нибудь в кромешной темноте. В какой-то миг мне даже показалось, что в комнате никого нет.

Неужели Артём обманул, или Майю перевели куда-то ещё.

Но тут я услышала тихий голос, исходящий из глубины комнаты.

-Только не включай свет… Я здесь… Я знала, что ты придёшь! Что ты сделала с Артёмом?

-Стукнула его по голове цветочным горшком и скормила сонные капсулы, которыми меня потчевали… Он без сознания. А ключи у меня.

-Отлично. Ты молодец.

-Тут так темно, я ничего не вижу.

-Это пока. Подойди к окну, там светлее от луны.

Я послушалась совета и подошла к окну. Сразу отметив, что в этой комнате на окне отсутствуют решетки.

Естественное светило, почти полная луна, действительно, заставляла мрак отступить. И сейчас, когда глаза привыкли к темноте, я рассмотрела девушку, сидящую в кресле, недалеко от меня.

Я присела на корточки, не зная, что мне делать дальше.

Майя заговорила сама.

-Ты попала в руки страшного человека. Его бизнес замешан на крови. И он никогда не отпустит тебя отсюда живой. И меня тоже! После того, как ты призналась, что ты всё помнишь. Этим признанием ты подписала приговор. И когда здесь появится Арсэн, мы навсегда исчезнем. Или станем ничего не помнящими, абсолютно НИЧЕГО. Это произошло бы уже в этот его приезд. Будь у него препарат. Но я уничтожила всё, что у него было в запасе.

А когда он похитил тебя в аэропорту, ты должна уже тогда была стать НЕПОМНЯЩЕЙ.

-Фантастика какая-то, - не верила я.

-Называй это, как хочешь, но это реальность. Как и то, что ты попала совершенно не в то место и не к тем людям.

-Но я- то, зачем понадобилась Арсэну?

-Как новая красивая игрушка.

- И всё? - я возмутилась до глубины души.

-И всё, – подтвердила девушка, - просто он всегда привык получать что хочет. Только твои друзья помешали ему в ресторане. Зато, когда он увидел тебя в аэропорту одну, это было для него подарком судьбы. И если бы я не заменила препарат, ты сейчас бы вот так со мной не разговаривала.

-Но откуда ты знала, что он встретит меня там? Ты была с ним заодно?

Майя глубоко, будто перед нырком на глубину, вздохнула.

-Нет. Мне казалось, что я любила его. Но я увидела его истинное лицо при помощи….своего ДАРА.

-Как это? – от всей этой пелены таинственности я чувствовала себя участницей немыслимо неправдоподобной мистической чуши. Со всеми там выключениями памяти и пожирателями красоток.

Майя, между тем, поднялась с кресла, оставив мой вопрос без внимания.

-Пора. Дай мне ключи, – она требовательно протянула руку.

Я положила связку на её ладонь и только потом поинтересовалась

-А ты куда? Я не буду тут сидеть одна.

-Нет, – резко прекратила моё нытьё Майя, - ты останешься здесь, и будешь рвать простыни на полосы. А я попытаюсь найти кое-какие дискетки в комнате Арсэна. Вместе мы будем создавать много шума, а это опасно.

Напарница по несчастью стащила с дивана простыню и пододеяльник и сунула мне в руки.

–Рви на полосы и связывай вместе, чтобы получилась верёвка.

-Мы что, через окно будем удирать, как в кино? - прошептала я, удивляясь её организаторским способностям.

-Именно как в кино. Только второго дубля не будет!

Она бесшумно скрылась за дверями, а я некоторое время пыталась осмыслить сказанное ей. Но так как обстановка не соответствовала правильному, логичному ходу мысли, я принялась исполнять указание своей новой подружки. А именно, портить чужое имущество, превращая постельное бельё в полосы, пригодные для изготовления пресловутой верёвки.

Я так увлеклась данным заданием, что не заметила, как пролетели несколько минут, пока отсутствовала Майя.

Её лёгкая тень уже стояла за моей спиной, когда я завязывала последний узел.

Я вздрогнула, услышав голос.

-Как успехи?

-Нормально. Верёвка готова.

Майя закрыла дверь на ключ и, бросив под ноги то, что принесла с собой, показала мне пару дискеток.

-Теперь он не отвертится. Здесь всё! Давай, одевайся!

Девушка показала мне на ворох одежды, лежащей на полу.

-Это свитера и куртки. Я нашла их в его комнате. Велики будут, конечно. Но ведь мы и не на прогулку собираемся. Главное не замёрзнуть.

Майя шёпотом стала излагать мне план побега.

-Итак, спускаемся вниз. Там собаки. Но ты не бойся, они нас не тронут.

Я вздрогнула, вспомнив, как тогда, в другой совсем далёкой жизни, при выполнении ответственного задания, была покусана в Московском парке маленькой шавкой. Всё внутри меня похолодело, и я робко спросила.

-А может, не надо к собакам. Давай по-другому. Через холл?

-Там охрана. Никак не пройти. Только через окно, к собакам! Иного выхода нет. Да не бойся ты, я же сказала, что они нас не тронут!

Меня поражала её уверенность! Но я-то, на своих собственных конечностях ощутила, как остры собачьи зубы, рвущие плоть. Что там собачка из парка? Здесь, наверняка, овчарки или ротвейлеры!

Но выбора не было и я, перекрестившись, попросила у бога защиты.

Мы с Майей долго возились с рассохшимися, не поддающимися рамами, но всё-таки победили в этой схватке.

Едва мы открыли окна, в комнату ворвался холодный воздух. Он на деле заставил нас ощутить, в какую немыслимую афёру мы ввязываемся. Это вам не шутки! Ночь, ветер, собаки, бандиты. Полный комплект. Не слишком ли много на двух худеньких девушек?

Майка надела на себя куртку и стала привязывать к батарее самодельную верёвку.

Я последовала её примеру. Натянула толстый мохеровый свитер, накинула на плечи большую мужскую куртку и, вспомнив о самом важном предмете обмундирования, извлекла его из-за пояса, намереваясь переложить его поближе, в карман своей верхней одежды.

Майя заметила пистолет и удивлённо охнула.

-Откуда он у тебя?

-У Артёма позаимствовала.

-А обращаться умеешь?

-Было дело, стреляла. У меня парень был, в милиции работал. Вот он то и учил меня не раз в глухом лесу. Пуляли по спичечным коробкам.

-Ну и как, попадала?

-Не всегда…

Майя задумалась. Медленно и тихо проговорила, видимо рисуя себе картину нашего побега.

-Там у ворот должна быть машина охранника. Он всегда там её ставит. Нужно только заставить его открыть ворота. Думаю, оружие нам поможет. Только не забудь снять с предохранителя.

-За кого ты меня принимаешь?

Я проверила количество патронов в пистолете, удостоверившись в том, что обойма полна. И, поставив оружие на предохранитель, чтобы случайно, например, при падении, ничего себе не отстрелить, опустила пистолет в карман.

Майка опустила верёвку вниз и опробовала её на крепость.

Затем, выглянув из окна, сообщила.

-Коротковата, верёвочка получилась, придётся прыгать… Я первая, а ты спускайся только тогда, когда я дам знак.

-Хорошо, – я помогла ей забраться на подоконник и поддержала за руки, пока она не схватила верёвку. Майка медленно спускалась вниз и я, к своему ужасу услышала предупреждающий треск непрочного полотна.

Глава 23

Свесившись наполовину из окна, я заметила серые тени, метнувшиеся к спрыгнувшей на землю девушке. Это были собаки.

При свете луны их, оскалившиеся в последнем предупреждении морды, были ужасны. И я невольно закрыла глаза, чтобы не видеть последнего эпизода нашей дикой эпопеи. Видеть, как острые клыки рвут человека, было непосильным испытанием…

Через секунду, не услышав ожидаемого крика и лая, я открыла глаза и не поверила увиденной картине.

Две овчарки смирно сидели напротив стоящей с вытянутой рукой Майи. Они только тихонечко поскуливали, не сводя глаз с её ладони. Словно девушка их чем-то сильно обидела.

Если бы мне кто-нибудь рассказал нечто подобное, я бы не поверила. Решив, что мне пытаются навязать ещё одну фантастическую байку. А сейчас я, наверное, не удивилась бы, появись ещё с неба спасатели инопланетяне на своей летающей тарелке или Баба-Яга на метле.

Майка подняла голову кверху и кивнула мне, тихонько позвав к себе.

-Давай! Спускайся быстрее! У нас мало времени!

Что мне оставалось делать? Я взяла в руки верёвку и, призвав ещё раз на спасение все силы небесные, начала спускаться.

Метра за два от земли, верёвка оборвалась, и я рухнула вниз.

Но приземление было удачным. Я себе ничего не сломала и даже ушиблась совсем не больно.

Собачки не тронулись с места. Застыли они что ли?

Новая подружка помогла мне подняться и мы, осмотревшись по сторонам и удостоверившись в том, что обстановка вокруг не изменилась, двинулись вдоль кирпичной стены дома.

Обернувшись, я увидела, что собаки побежали в противоположном нам направлении. Это обстоятельство благотворно повлияло на мою расшатанную последними бурными событиями нервную систему, и я несколько успокоилась.

Тем временем мы с Майей обогнули освещаемый светом окон первого этажа квадрат и, придерживаясь, тени деревьев аллейки, поспешили преодолеть расстояние длинной метров в пятьсот до охранной будки возле ворот.

Возле этого маленького приземистого кирпичного строения действительно стояла синяя восьмёрка. Из окон лился голубой свет. Охрана не спала. В не завешанных шторками окнах мелькали тени.

Их было двое. Вопреки нашим предположениям, что на воротах дежурит лишь один человек.

Очень огорчительное открытие… Но на нашей стороне оглушающий эффект внезапности!

Я вытащила из кармана пистолет и сняла его с предохранителя. Мы перекинулись парой слов с Майкой о распределении ролей в предстоящей заварушке, и рывком открыли дверь.

Один из них, толстый, лежал на кушетке, приготовившись прикорнуть до утра.

Второй худой и маленький сидел на табуретке, перед окном.

Его то, я и взяла на мушку, решив, что он представляет наибольшую опасность.

Маленькие всегда такие юркие! А жирный пока поднимется со своего лежака!

Приставив пистолет к башке маленького, я заорала диким голосом.

- Ключи от машины, быстро, а то пристрелю к чёртовой матери!

Одновременно, пока не прошёл момент внезапности, Майка обшарила его, вытащив пистолет у него из-за пазухи, а когда сунула руку в его карман, чтобы достать ключи он вдруг извернулся и отбросил её прямо на меня.

Он уже почти дотянулся до кнопки сигнализации, когда я выстрелом свалила его на землю.

-Сука! Ты меня убила, - завизжал маленький, зажимая рану на животе.

А бесстрашная Майка, нагнувшись, и не обращая внимания на его причитания, извлекла ключи на брелочке.

Затем, рванула к жирному, вжавшемуся в дерево лежака, обыскала и его на предмет оружия, и, не обнаружив ничего, проорала, чувствуя, что мы теряем время.

-Как открыть ворота? Живей соображай, гнида! Нам терять нечего!

И для пущей убедительности она приставила пистолет к пузу толстяка.

Тот ей поверил, живо представив, как разлетятся сейчас в стороны его драгоценные внутренности, и пропищал, заикаясь:

-Там, на стене, чёрная кнопка.

-Если врёшь, гад, сразу порешу!

Я нажала названную кнопку, и ворота разъехались в стороны.

-Живо, вперёд, – скомандовала я толстому. Нельзя было его выпускать из зоны видимости.

Бросив взгляд на «малыша», я решила, что он уже опасности не представляет. Так как потерял сознание от кровопотери.

Мы пулей вылетели из будки, и пока Майка открывала и заводила машину, я не сводила глаз с толстяка.

В доме, разумеется, услышали выстрел, и весь первый этаж осветился иллюминацией. Послышались крики и хлопанье дверей.

Сейчас вся свора кинется на нас!

Если, конечно, успеет…

Я приказала толстому лечь на землю и не вставать полчаса. Он выполнил приказ беспрекословно, рухнув всей своей массой на землю, видно не сомневаясь в реальности наших угроз.

А я тут же прыгнула в машину, рычавшую, как дикий зверь. И мы, подняв за собой снежную пыль, помчались по узкой дороге навстречу свободе…

Сзади слышались выстрелы. Наверное, самые прыткие и меткие, пытались прострелить нам колёса. Но это им не удалось, судя по тому, что мы продолжали движение вперёд всё в том же темпе.

Мы с Майкой прекрасно понимали, что радоваться рано.

Вот сейчас они попрыгают за воротами, попалят из пистолетов нам вслед. А затем, наверняка, бросятся к гаражам и выгонят оттуда свои прекрасные быстроходные машинки. Если уже не выгнали… И ринуться на всех парах за нами вдогонку. Перевес сил и возможностей на их стороне.

Но у нас несомненное преимущество во времени. А это уже не малый аргумент в нашу пользу!

-До города далеко? - спросила я у Майки, напряжённо вглядывающейся в полоску дороги.

-Километров семьдесят или немного больше.

-Как ты думаешь, они нас догонят? – задала я идиотский вопрос.

-Во всяком случае, попытаются это сделать, – Майя на миг оторвалась от дороги и посмотрела на меня, - ты не бойся, Зой, они нас не догонят. Хотя я не всё поняла. Это было странное видение.

Майка замолчала.

Но я не могла смириться со всеми этими странностями и недосказанными фразами

-Какое ещё видение. Что ты там себе выдумала?

-Я не выдумала! У меня есть… ДАР.

-Ты что, Майк, сериалов насмотрелась, про разный там полтергейст?

-Нет, ты не понимаешь… Почему нас не тронули собаки? Как ты думаешь? Как-нибудь я тебе расскажу, а сейчас не время.

- А что тут думать? Ты их заранее прикормила… Или подарила их Арсэну ещё щенками, вот они тебя и вспомнили.

-Ну, ты и выдумщица, Зойка. Смешная…Просто они почуяли мой ДАР. Не посмели тронуть…

Не знаю почему, но я ей поверила…

Я смотрела вперёд на дорогу, и мне стало так страшно…

Словно только сейчас я поняла, что случившееся не затянувшаяся, завораживающая игра, а жуткая реальность.

По бокам дороги стоят черные, покрытые искрящимся снегом деревья и только эта машина, хранилище жизни и тепла, связывает нас с цивилизацией. И не дай бог…

Я не успела додумать свою мысль, как машина зачихала и стала терять скорость.

-Что происходит? Почему мы останавливаемся?

Майка вздохнула и вырулила к обочине. Машина остановилась.

-Всё просто и прозаично…Бензин закончился.

Когда до меня дошёл смысл сказанного, я нервно засмеялась. А потом принялась тормошить спокойно созерцавшую лесные красоты Майку

-Как это закончился? Ты что не видела сразу, что бензина нет?

-Увидела. Но не сразу и альтернативы уже не было. Или мы, постреляв немного, должны были остаться там и поискать бензин?

Я понимала, что она права. Возразить было нечего.

И вот тут я абсолютно реально представила, как сейчас к нам подкатит джип, и довольные ублюдки погрузят нас как хлам в свою машинку и отвезут не в столь отдалённое местечко, где отыграются за своего раненного дружка и за свой стыд, по полной программе.

-Чего же мы тут сидим? – толкнув дверцу, я готова была выскочить наружу. Призывая Майку последовать своему примеру.

-Там лес, Зойка! Тайга! – тихо сказала Майя.

-И в лесу люди живут! Всё лучше, чем опять эти морды видеть!

-Идём! – согласилась подруга и, открыв бардачок, извлекла оттуда спички и нож, положив столь нужные предметы в карман куртки.

Мы пробежали несколько метров вперёд, чтобы запутать преследователей и спрыгнули с обочины в снег. И только теперь я по-настоящему поняла, какую авантюру мы задумали.

Несмотря на то, что весеннее солнце уже изрядно потрудилось, чтобы убрать с земли это белое снежное покрывало, снег, казалось, оставался нетронутым, лишь осел ниже. Но и этого было достаточно, чтобы ноги проваливаясь почти по колено, застревали в нём.

Мы, не обращая внимания ни на что, шли и шли вперёд, всё дальше удаляясь от дороги. Колючие ветки елей больно хлестали лицо. Словно лес был живым, реальным злобным великаном, не пускающим нас, непрошенных и неугодных гостей, в свои владения.

Перед нами возникали неожиданные препятствия. Вот кустарник создал естественную преграду на пути, а вот поваленное огромное дерево пыталось остановить нас своей вековой мощью.

А мы упорно пробирались вглубь, словно чувствуя за спиной злобное дыхание монстра.

Я слышала, как тяжело дышала шагающая рядом Майка. Она устала, точно так же, как и я. Приходилось время от времени помогать ей, выбираться из кучи наваленного то тут, то там бурелома.

И я с ужасом представляла, что наша обувь не выдержит долго над собой этого издевательства. Она просто развалится. Вот тогда- то и прекратиться само собой наше путешествие. Так как мы попросту отморозим конечности. Обидно! Удрать из плена и умереть от холода в лесу!

Благодаря моему столь печальному настрою, из-за плеча вновь выглянул демон, и тронув меня мохнатой чёрной лапой за щеку, злорадно буркнул:

-Ну что я говорил? Мало того, что ты убивица, окаянная! Так ты ещё упряма, как осёл! Говорю тебе, сиди на месте и не дёргайся! Всё один конец будет. Некуда тебе, дорогая, деться!

Сзади послышался шум. И мы знали, что это такое.

Наши преследователи обнаружили стоящую на обочине машину.

Теперь они бросятся за нами в погоню. А там, как богу будет угодно!

Мы устали неимоверно. Ноги отказывались подчиняться, ветки цеплялись за одежду, словно пытаясь нас задержать, оказывая помощь преследователям.

Но мы с Майкой отчаянно рвались вглубь лесной чащи, прекрасно понимая, что этот лес наш единственный шанс…

Едва машина отъехала от ворот, толстый вскочил на ноги и отряхнул снег со спортивного костюма. Чтобы никто не увидел его позора.

Это надо же, его, Слона, эти бабы заставили лечь на землю.

А что он должен был делать? У них стволы. А он свой, перед тем как вздремнуть, положил в ящик стола.

Если бы знать, что произойдёт, он бы с ним не расстался ни на минуту. А Бусю, похоже, они грохнули!

Слон поспешил проверить своё предположение. Он кинулся в охранку и присев перед Бусей на корточки, приподнял его голову. Тот застонал, но глаз не открыл. И Слон облегченно вздохнул.

Ничего! Жить будет! Тощий вылечит. Не зря же он в мединституте пять лет штаны протирал.

Снаружи уже палили вслед машине, а двое из бандюганов влетев в маленькую комнатёнку и увидев не совсем приятную картинку с лежащим в луже крови товарищем и присевшим рядом с ним, Слоном, завопили.

-Кто Бусю завалил?

Слон поднялся, оставив на время напарника, и зло крикнул:

-Кто, кто? Девки ваши! Те, которых вы должны были охранять! Сбежали прямо из-под вашего носа. У них стволы! Что рты пооткрывали? Тощего сюда, быстро! И машину! Надо их догнать, а то Арсэн со всех нас шкуру спустит.

Один бросился выполнять приказ, а другой бандит остался на месте и высказал свои сомнения

-Как же, догоним… Их уже и след простыл! Время потеряно!

Слон злорадно ухмыльнулся, выходя на улицу.

-Далеко не уедут! У них бензин на нуле. Буся жаловался, что еле доехал сегодня, хотел канистру бензина из гаража взять да в машину залить.

Джип подъехал к воротам, и Слон погрузил свои мощные телеса на переднее сидение. А Тощий уже спешил оказать раненому помощь. Ворота бесшумно закрылись за машиной, и джип исчез в ночи.

Слон напряжённо вглядывался в полотно дороги. Вот-вот должна показаться Бусина восьмёрка.

Мощные фары разрывали тьму, освещая помимо дороги ещё и придорожные кустики.

Минуло ещё десять минут. Толстяк начал волноваться

-Неужели Буся что-то напутал и бензин у него в баке вовсе не кончился? Чёрт! – он опять завёлся, представляя в какие последствия выльется эта ошибка. Ведь тогда девок действительно не так просто будет найти.

Но тут, за очередным изгибом дороги, показалась знакомая машина, одиноко стоявшая с распахнутыми дверцами.

И Слон, оживившись, похлопал себя по жирным коленям.

-Вот теперь поработаем! Далеко им всё равно не уйти, силёнок не хватит. Охота начинается. За мной, ребятки!

Он первым выбрался из машины. Следом вывалились остальные.

Один на всякий случай остался у брошенной машины, а четверо, разделившись, отправились по разным сторонам дороги, старательно всматриваясь в следы, уходящие в лес.

И вот уже один из них радостно заорал

- Нашёл! Вот следы! Они тут свернули в лес!

Команда мгновенно собралась в указанном месте. Они долго вглядывались в следы, пока один знаток не констатировал, показав сотоварищу недвусмысленный жест, покрутив у виска пальцем.

-Идиот! Чего орал-то? Это, конечно, следы, но не человеческие.

-А чьи же? – недоумённо процедил коренастый, спортивного телосложения, парень.

-Лося или кабана. А, может, и медведя! - продолжал знаток звериного следа.

Бандиты переглянулись, а парень переспросил недоверчиво.

-Даже медведя?

-А ты как думал! Это же территория бывшего заповедника! Знаешь, сколько их тут развелось!

-Кончай базар! Некогда байки травить! Займитесь делом! – Слон разом прекратил неуместные разговоры, и бригада, увязая в снегу, вновь разбрелась по разным сторонам.

Минут через пять нужные следы были найдены, и группа собралась в ожидании приказа. Они топтались на месте, не решаясь сойти с дороги.

Тогда Слон, на правах старшего, скомандовал, вновь повысив голос, для того чтобы было доходчивей и понятней всей братии.

-Что застряли! Вперёд! Или кому-то здесь нужно особое приглашение?

-А сам то, чего ждёшь? Покажи пример! Не боишься, что эти дуры сейчас притаились за каким-нибудь деревом. Совсем недалеко… И перестреляют нас по одному, как куропаток. У них же ствол!

-А два не хочешь? – буркнул толстяк.

-Как это два? Откуда? - послышались удивлённые голоса.

-Всё оттуда! У Буси отняли. В будке.

-А тогда тот, другой они взяли где?

-Наверняка, у Артёма, я его одного не видел во всей этой заварушке. И, потом, он ведь им жрать носил. Вот и доносился…

-Ну и девки, прямо как Никита зарубежная, из сериала.

Толстый полез первым в снег, показывая пример. За ним пришлось последовать и остальным.

Братия шумно ругалась, пробираясь сквозь кустарник.

Высокие ели закрывали ночное светило, плотно скрестив свои пушистые кроны и не давая полоскам света достичь земли. Внутри леса лежала полная тьма, разве что ещё не растаявшие сугробы, своей белизной, создавали призрачную иллюзию хоть какого-то освещения.

Команда двигалась толпой. Ведущий всматривался в следы на снегу, сожалея, что нет возможности ускорить ход.

Этим ведущим был Слон. И ему было тяжелее других. С его-то стокилограммовым весом только и бегать по лесам, тем более по таким вот, сугробам. Он шел всё медленнее, с трудом вытягивая ноги из снега. Лоб его покрылся потом, а сердце стучало часто-часто. Как-никак он здесь самый старый, ему уже стукнуло сорок пять. А тут бегай как заяц!

-А ведь далеко, паскуды, удрали! – выругался идущий, след в след за Слоном, молодой крепыш. – Догоню, собственноручно прикончу!

-Ты сначала догони! – осекли его сзади.

-А может, это вообще не те следы? Не могли они так далеко уйти!

Слон в ответ искренне хохотнул.

-А ты считаешь, что тут кроме них ещё кто-то прогуливается? Только бы не снежный человек!

Он остался доволен своим остроумием, но недолго.

Идущий справа бандит, своим вскриком заставил группу остановиться.

Он показывал рукой в направлении глухого орешника.

-Смотрите, там! Что-то светится… Какие-то точки!

В воздухе моментально повисла абсолютная тишина. Пять пар глаз одновременно уставились в указанном направлении.

-Они приближаются… Приближаются к нам.

Голос говорившего звучал совсем тихо, но его услышали все и впали в оцепенение. Их всех охватило странное состояние. Невозможно было пошевелить ни рукой, ни ногой.

Несколько секунд они безмолвно наблюдали за этими попарно приближающимися огоньками. Пока Слон первым не озвучил то, о чём, бесспорно, подумали все.

-Это глаза… Волчьи!

Высказанная вслух фраза имела эффект разорвавшейся бомбы.

Вся шайка без приказов и команд бросилась назад, к дороге. Причем обратный путь они преодолевали с гораздо большей прытью.

Слон, изрядно отставший от своей братии, пытался остановить удиравшую команду.

-Стойте, паразиты! Вы куда? У вас же стволы!

-А вот ты сам и стреляй, пока они тебе руку не отхватили!

Кто это крикнул, разозлённый до предела Слон, не понял, но тут же вспомнил одно обстоятельство. То, что в спешке он не забрал из охранки свой пистолет. А это означало лишь одно, теперь перед зверями он беззащитен, а они вряд ли внемлют его мольбам о пощаде.

Он хотел перебраться через поваленное дерево, но, зацепившись ногой за торчащие как щупальца спрута корни, упал. И тут же услышав дыхание зверя за спиной, оглянулся и дико заорал.

Тот в прыжке уже летел на него. И, увидев совсем близко оскаленную ужасную пасть волка, он лишь успел выставить вперёд руку, загораживая лицо.

Когда острые клыки разорвали плоть, теряя сознание от жуткой боли, Слон услышал несколько выстрелов.

Волка отбросило в сторону. Он упал на спину, но ещё какое-то время глаза его горели жёлтым огнём ада. Снег мгновенно поменял свой цвет с белого на красный. А неподалёку, где-то метрах в десяти кружила стая…

Её леденящий душу вой заставлял пробегать по спинам слышащих его людей холодный липкий пот.

Тот, кто успел выбежать на дорогу первым, дрожащей рукой повернул ключ в замке зажигания и развернул джип так, чтобы свет его фар бил прямо в то место, откуда только что раздались выстрелы.

Ланцет, как маятник, поворачивал ствол справа налево. Он вновь ждал нападения.

И как только его угораздило оглянуться вовремя, ещё до того, как он услыхал истошный крик Слона? Несколько секунд опоздания могли стоить жизни толстяку.

Жалкие ублюдки разбежались как тараканы и, наверняка, наделали в штаны. Вон они на дороге, жмутся к машине и не торопятся ему помочь. Они что думают, он вытащит эту жирную тушу сам?

Ланцет зло выругался и, схватив Слона под мышки, поволок его вперёд, оставляя на снегу глубокую, испачканную кровью колею.

От тряски при движении Слон пришёл в себя и, взглянув на изуродованную руку, запричитал неожиданно плаксиво.

-Мне что теперь руку отрежут? Я не дам! Ни за что не дам! Как я без руки то?

-Заткнись! Воешь тут как баба! Когда другим глотки перерезал, не спрашивал, небось, больно им или нет!

Идти оставалось немного, но силы были на исходе, и Ланцет истошно заорал.

-Вы что, гады, не собираетесь мне помочь? Совсем оборзели от страха?

Его слова возымели действие, двое спрыгнули с дороги в мокрый снег и поспешили на помощь. Вместе они гораздо быстрей доставили толстяка до машины.

Погрузив его на заднее сидение, они наскоро перевязали его рваную рану, и некоторое время пребывали в раздумье.

Идти в лес снова никому не хотелось. Слишком свежи были воспоминания!

Первым заговорил Ланцет. Он бросил взгляд на уже молча страдающего Слона и предложил

-Сейчас нечего туда соваться. Всё равно ни черта не видно! Нужно отвезти Слона на базу. Проверить, что там, в доме, начудили эти две дуры и завтра, по светлому, с новыми силами – сюда.

Деваться им всё равно некуда, а если и пожрут их волки, нам меньше хлопот будет.

Остальная братия согласилась с этими доводами. Они подцепили восьмёрку тросом к джипу. Воткнули огромную корягу в сугроб, отметив место начала погони, и покатили на базу.

Джип нетерпеливо сигналил перед воротами. И вот они, наконец, разъехались в стороны.

Даже не притормозив, машина пронеслась к особняку. Братки принесли имеющиеся на всякий случай в доме носилки, вытащили Слона из салона и, погрузив, занесли его в комнату, которую сами прозвали - холодная. Именно здесь Тощий вынимал из них пули и выполнял другие подобные манипуляции, связанные с их здоровьем. Честно отрабатывая свою часть от общего пирога.

В комнате уже лежал прооперированный Буся. Он был без сознания.

Тощий мыл руки перед раковиной и изумлению его не было предела, когда на кушетку положили Слона.

-Что, ещё один? Я с этим то, только что закончил. Не знаю даже, выживет или нет! А вы ещё одного приволокли! Ниток не хватит штопать! С ним то что?

-Волк погрыз!

Тощий хохотнул.

–Что за волк? Двуногий, что ли?

-Да нет, самый обыкновенный серый волк.

Тощий поняв, что они не шутят, быстро подошёл к толстяку и развязал повязку.

-Ого! Никогда такого не видел!

Ланцет позвал ожидавшего продолжения Грана.

-Пошли, нечего пялиться! Успеешь ещё насладиться его обществом, когда в следующий раз сам здесь окажешься. Он свою работу выполняет. А мы пойдём, посмотрим, как там дела наверху. И где Артём… Чую, ещё работки подкинем Тощему.

Они постояли секунду перед закрытой дверью комнаты, где держали не так давно Зойку и, недолго думая, выбили её.

Включив свет, они увидели картинку, возможно, при других обстоятельствах, вызвавшую у них смех.

Артём лежал на боку, прямо на полу и сладко спал, сжимая в руках растение с сочными крупными листьями. Голова его лежала прямо на кучке земли, но это, судя по всему, ему не мешало. А жалкие остатки, ранее называвшиеся глиняным горшком, были разбросаны возле него.

Заметив ранение на голове Артёма и маленькую, запёкшуюся лужицу крови на полу, Ланцет выругался.

-Всё ясно! Этот болван схлопотал от неё горшком по башке! Только я не понимаю, чего это он дрыхнет, пока мы по его вине по лесам мотаемся.

Он подошёл и пнул Артёма ногой в бок. Никакой ответной реакции не последовало. Парень продолжал спать как невинное дитя.

Тогда Ланцет нагнулся и несильно потряс его, пытаясь разбудить. Опять безрезультатно…

-Странно, водярой не пахнет. Значит, на грудь ничего не принимал. Но, дрыхнет же, зараза, без задних ног. Сгоняй-ка к Тощему, пусть зайдёт, посмотрит его, когда освободится.

Гран отправился выполнять поручение.

Когда же вернулся, то застал Ланцета задумчиво стоящим возле соседней двери, тоже оказавшейся запертой. Оттуда сильно тянуло сквозняком.

Тогда Гран, чтобы не ломать дверь, принёс отмычку и, ковырнув ею пару раз, личину открыл.

От встречного потока воздуха хлопнули, закрывшись, рамы.

Ланцет и Гран зашли внутрь. И, подойдя к окну, зачем-то заглянули вниз. Остаток самодельной верёвки по-прежнему сиротливо болтался на батарее.

-Я только одного не пойму! Почему собаки их не тронули? Ведь даже не лаяли. Я не спал, а телек совсем тихо работал. Я бы услышал, – Гран недоумённо потёр затылок.

-Жрать им надо было давать через раз! А то совсем нюх потеряли!

Они закрыли окна и, спустившись на первый этаж, вошли в «холодную».

Едва они открыли дверь, как столкнулись с выходящим из неё Тощим, он пропустил их в помещение, а сам стал подниматься по ступеням наверх.

-Гляну, что там с Артёмом.

Слон сидел на кушетке с забинтованной по самое плечо рукой и держа её на животе курил, то и дело поднося сигарету ко рту.

-Ну что, жив, и почти здоров? – Ланцет присел рядом.

-Если бы! – буркнул Слон. - Тощий руку обколол, когда шил, а теперь заморозка отходит, так больно жуть как.

-Рука на месте и ладно. Мы вот зачем пришли. Звонить Арсэну будем?

Надо сообщить ему о том, что произошло! Чтобы он в курсе был!

Слон, подумав немного, решил:

-Думаю, три-четыре часа опоздания ничего не изменят. Рассветёт, баб на место доставим, разберёмся, что к чему. Вот тогда и позвоним, выправив ситуацию, – он щелчком отбросил сигарету в ведро. – А пока нужно немного передохнуть, хотя бы пару часиков.

Вернулся Ланцет и, вздохнув, сообщил:

-Артём спит. Не просто спит…, а в результате принятого сильного снотворного.

-Ну, он же не дурак его пить? – удивился Гран.

-А он и не пил, то есть, не по доброй воле. Это его хитроумная заключённая каким-то образом охмурила. Да ещё горшком по башке он тоже от неё, наверняка, получил!

Глава 24

Мы с Майкой не понимали, что происходит…

Почему преследователи оставили нас в покое? Мы ведь ясно слышали, что они шли по нашему следу.

Затем раздался истошно дикий крик…

И незамедлительно за этим хлопок выстрела свалил нам на головы снег с веток. И всё. Дальше тишина…

Словно и не было никакой погони. Мы долго стояли, прислушиваясь, настраивая свои уши, словно локаторы… Ничего. Только звук крыльев слетевшей с дерева птицы, да хруст наста под ногой.

-Май, в кого они там стреляли? Может, поссорились и друг на друга накинулись?

Похоже, им не понравилось играть в догонялки!

Майка не ответила. Она стояла и смотрела мимо меня…

Лицо её было безучастно, а глаза прикрыты. Казалось, что она заснула…

Но это было так неправдоподобно, спать, в такой ответственный момент. К тому же, холодно.

Теперь, когда мы стояли на месте, я начала замерзать. Противненькая дрожь пробегала по лопаткам.

Хорошо ещё куртка велика. Она прикрывает мне ноги, почти до колен. Рукава сползают до самых кончиков пальцев. А капюшон я застегнула на липучку. Так было теплей. Но только теперь мне, чтобы посмотреть в сторону, приходилось поворачиваться всем телом.

А вот с ногами дело обстояло хуже. Они у меня ужасно замёрзли. Приходилось постоянно отплясывать на месте, чтобы разогнать по ним кровь….

Майкино затянувшееся молчание начинало меня беспокоить. И я, подойдя ближе, потормошила её за плечо.

-Май, ты что, спишь на ходу? Сейчас не время…

Девушка открыла глаза, и в них читался неподдельный ужас, а лицо её стало белым, словно чистый лист бумаги с которого разом стёрли все яркие жизненные краски.

-Волки! – её голос был так тих, что я не расслышала и переспросила:

-Что ты сказала?

-Волки! На них напали волки, и поэтому они вынуждены были бежать, - губы её по- прежнему еле шевелились, - я видела, как один из них упал. Его начал рвать волк…Зверя застрелили… Но их много, они злы и совсем рядом…

Если бы земля сейчас разверзлась у меня под ногами, я и то удивилась бы меньше…

-Какие ещё волки? Серые существа, похожие на собак? Которых я видела лишь в зоопарке да ещё в кино.

Этого просто быть не может! Не нужны нам сейчас никакие дикие звери!

-Ты что специально меня пугаешь? Не надо! Я и так порядком напугана! Могу и в обморок упасть невзначай…Не шути так!

Майка смотрела на меня, не мигая.

-Я не шучу! Скоро они будут здесь! - она извлекла из кармана оружие и напряжённо вглядывалась во тьму.

Лес враждебно насторожился. Ещё недавно он выступал в роли нашего союзника, скрыв от преследователей. А сейчас пустил по нашему следу новых, ещё более страшных и беспощадных врагов.

Я судорожно выхватила из кармана пистолет и, сняв его с предохранителя, сказала, стараясь унять дрожь в руках, сжимавших холодный металл.

-Я не хочу быть ужином! Меня дома мама ждёт! Может ты всё-таки это придумала, от страха? – в моей душе ещё теплилась слабая надежда, что это Майкино предостережение, всего лишь результат нервного срыва.

-Нет…Я же уже говорила тебе, что обладаю ДАРОМ. Могу предвидеть события…

-Вот это называется – обрадовала! - я переводила взгляд с дерева на дерево, и за каждым мне уже виделось злобное чудовище.

Минуло пять минут, и они не принесли с собой ничего нового. Обстановка вокруг нисколько не изменилась.

Майка, порывшись в кармане, извлекла на свет божий спички.

-Попробуем разжечь огонь. Они его боятся. Неси скорее ветки потоньше и посуше.

Я бросилась без промедления на поиски корма для огня. Ломая ногти, я отрывала сухие ветви от кустов неподалёку, а когда Майка передала мне нож, я стала орудовать им, гораздо быстрее справляясь с поручением.

Кучка росла на глазах. Я сняла куртку, а затем и свитер. Решив принести его в жертву. Для лучшего возгорания костерка.

Уж лучше умереть от гипотермии, в случае неудачи с огнём, чем быть съеденной заживо.

Вновь запаковавшись в куртку, я разорвала свитер на полосы, сварганив из них и веток что-то наподобие гнезда, и, поднеся спички, постаралась разжечь всё это сооружение.

С первой попытки опыт не удался. То спички гасли, то ткань лишь тлела, упрямо не желая дать жизнь пламени.

Только у меня стало что-то получаться, как я, услышав крик Майки, вскочила, а рука моя сама собой потянулась за пистолетом.

-Они уже здесь! Их много!

Я, плохо соображая, что всё это происходит в реальности, заняла позицию рядом с Майей. Теперь мы стояли спиной к спине.

Вот тут я их и увидела…

Вернее не их, а сначала лишь эти страшные глаза. Они появились из темноты и мелькали то тут, то там. Видно волки кружили около нас, не решаясь напасть. Но, судя по тому, что круг сужался, они всё плотнее сжимали это живое кольцо. И вот я уже услышала их быстрое дыхание и увидела бегущую прямо на меня серую тень, состоящую только из одной разинутой, оскалившейся, пасти. Именно в неё то, я и выстрелила, вновь и вновь нажимая на курок.

Волка отбросило в сторону. Он визжал и скулил. Но мне не было дела до его смертельной боли…

Я ощутила, что меня откинуло в сторону. И, падая, услышала несколько, прозвучавших подряд, выстрелов, одновременно с Майкиным криком. Я мгновенно вскочила, еле удержав равновесие и не понимая, почему не могу наступить на правую ногу.

Напротив меня находилось ещё одно серое животное, и оно не отводило от меня взгляда своих завораживающе жёлтых глаз, но и не бросалось ко мне, оставаясь в стороне.

Я пальнула по нему раз, другой, но не попала. Слишком велик был мой страх. Руки просто отказывались слушаться приказа мозга. Они дрожали так, словно самостоятельно отплясывали странный залихватский танец. …Зверь скрылся за деревьями. И, повернувшись в поисках новой угрозы, я сразу поняла, почему он не напал.

Прямо за моей спиной горел костёр. Самый настоящий. Огонь бурно жил внизу, пожирая, хрупкие ветки и поднимаясь вверх по тонкому стволу берёзки, пуская в небо гарь и запах палёной шерсти, почти прекратившего своё существование свитера.

В этом освещённом кругу живительного света лежала Майка. У её ног, задрав в небо окровавленные морды, с оскаленными зубами, валялись два волка.

Я, проскакав на одной ноге и рискуя упасть прямо в костёр, опустилась рядом с ней на ставший красным снег и, видя, что она без сознания и что нога её в рваном сапоге промокла от крови, жалобно завыла от горя.

Я трясла её и просила бога, чтобы он оставил её в живых! Меня охватила такая жуткая тоска, что мне показалось – я и сама умерла!

Все окружающие предметы закружились, понеслись вскачь. И эти огромные враждебные деревья, и костёр, хищно трещавший, пожирающий белый ствол берёзки, и трупы серых тварей.

Не знаю, чем бы закончился этот безумный круговорот, но только тут Майка открыла глаза.

Она морщилась от боли… Её губы были такие бескровные, а рука, которую я сжимала в своей, такая холодная! Но всё же она была жива! И лучший подарок судьба, навряд ли, могла мне сейчас предложить.

-Где мы? - спросила подруга, словно последние события начисто стёрлись из её памяти.

-Всё там же, в лесу. Но волков больше нет. Они убежали. А вот трое их собратьев, остались здесь навсегда. Давай посмотрим, что у тебя с ногой. Успел, таки проклятый, тебя хватануть!

- А я и не помню, как всё было. Главное, не в горло вцепился. А нога что! Заживёт. Нам повезло!

Я помогла Майе сесть поближе к костру, подложив на снег веток. Мы осторожно сняли ей сапог и, отрезав ножом пропитавшуюся кровью порчину брюк, осмотрели рану.

Кровь с внутренней стороны голени ещё сочилась, а края раны были рваными. Но, похоже, кость не задета. Всё равно, картина печальная. Нужно обработать и зашить рану. В больнице. А её то, как раз по близости и не было.

Майка стоически терпела боль, пока я обматывала её ногу шарфом, снятым с её же шеи. Конечно, ни о какой стерильности не могло быть и речи, но от холода это широкое шерстяное полотно её всё же спасёт.

Необходимость добавить хвороста в огонь подняла меня с места.

Почему так болит нога?

Ответ прост. При падении, я её подвернула. Нога уже распухла, и я не смогла бы снять сапог, чтобы посмотреть, что с ней происходит.

Превозмогая боль, я поковыляла к ближайшим кустикам, и скоро наш костёр заполыхал веселее и жарче.

Мы с Майкой молча грелись около него, прекрасно понимая, что попали в самую настоящую западню. Расклад очень простой.

Мы обе не в состоянии передвигаться резво, если вообще способны! Дым нашего костра виден издалека. И он, наверняка, приведёт прямо к нам преследователей. А затушить его, означало вынести себе смертный приговор. Поэтому мы и бездействовали.

Смотреть на пламя было приятно. Помимо того, что огонь согревал нас, он ещё уносил страх из сердца. Не зря же издревле люди приписывали ему особую магическую силу!

Сколько прошло времени, неизвестно, но небосвод начал светлеть. И лес уже не казался таким сердитым. Он ожил после ночной спячки голосами пичуг и шорохами веток. При других обстоятельствах я, пожалуй, даже полюбовалась бы красотами окружающей природы. Но только не сегодня…

Маленький рыжий зверёк с пушистым хвостом, молниеносно спустился вниз по стволу, стоящего напротив нас дерева и, устроившись на снегу, быстро-быстро зашевелил передними лапками, поднося к мордочке шишку. Но стоило нам только пошевелиться, и белка взлетела почти под самую крону.

Вот бы и нам передвигаться с подобной прытью.

Белка оказалась не последним живым существом, которое явилось нашему взору…

Справа послышался шум и хруст.

К нам во весь опор неслось нечто, и я уже отточенным быстрым движением сунула руку в карман, считая в уме, сколько в пистолете осталось пуль.

Этим нечто, оказалась огромная белая собака, ростом с телёнка, с длинной густой шерстью. Она сделала круг по поляне, остановилась и, оглядев нас умными коричневыми глазами, грубо и отрывисто гавкнула.

Продолжения долго ждать не пришлось, из-за деревьев показалась пожилая женщина.

Она стояла на лыжах, но только каких-то особенных, коротеньких, и держала в руках верёвку от санок, которые тащила за собой.

Выглядела она несколько странно. На ней были синие спортивные штаны с белыми лампасами по бокам, на голове – мужская шапка ушанка и совершенно несовместимый с этой одеждой, современный, по колено, светлый пуховичок, с меховой опушкой на капюшоне. Сколько ей лет, понять было невозможно. Может пятьдесят, а, может и все шестьдесят…

Она молча подошла на этих своих лыжах к костру и внимательно осмотрела живописную картину, представшую, её удивлённому взору. Ещё бы! Тут было на что посмотреть…

Две испуганные девушки в странном окружении убитых волков.

Она даже не поздоровалась с нами, а сразу спросила, указав пальцем на трупы серых разбойников.

-Кто это их?

Я ответила ей так же однозначно.

-Мы!

-Чем?

-Этим! – я достала пистолет и показала ей.

Женщина подошла ещё ближе, а собака злобно заворчала, видно ей не понравился вид оружия.

-Цыц, Мишка! - прикрикнула она на своего белого красавца и вновь повернулась к нам.

-Что с ногой? – голос её стал более мягок.

И я сразу подумала, что она появилась неспроста. Это бог послал нам её! Вне всяких сомнений!

-Волк успел хватануть. Когда она, - я показала на Майку, -выстрелив, упала.

-Понятно, – женщина, наконец, сняла эти свои непонятные лыжи, и присела к костру, грея у пламени замёрзшие руки.

-А как вы вообще здесь появились? Тут плохое место для прогулок! И вот тому отличное подтверждение, - она кивнула в сторону волков, - что здесь произошло всё-таки? И не говорите мне, что вы оказались здесь по собственной воле.

-Нас держали заложниками на базе, тут, неподалёку. А мы сбежали на машине. Но в ней, как назло, кончился бензин. Чтобы нас не поймали вновь и не вернули на прежнее место, пришлось скрываться в лесу… Тут то и появились волки…Сначала они напали на наших преследователей, прогнав их прочь а, потом, на нас. Не знаю, как нам это удалось, но мы их подстрелили… Это факт! А теперь мы не знаем, куда податься. Наступает рассвет, а это значит, что нас опять будут искать. Следовательно, выходить на дорогу нельзя. К тому же наши двигательные возможности ограничены. Я подвернула ногу, и она теперь жутко болит. Уж не говоря о Майе! Ей вообще нужна медицинская помощь.

Женщина вздохнула, выслушав мой краткий рассказ и, поправив выбившиеся из-под ушанки русые волосы, встала.

-Ну и натворили вы, девки, дел! Значит так! Нечего рассиживаться. Давай-ка, поможем ей сесть на санки.

Она подкатила свои сани к костру и с моей помощью усадила на них Майку.

-Ты сама-то, идти можешь?

-Могу. Правда, не так быстро, как раньше…

-Тогда давай загасим костёр и, не мешкая, покинем это место.

-А куда мы пойдём? – спросила я для порядка. На самом деле мне было абсолютно всё равно, куда меня отведут. Лишь бы не к бандитам и подальше от кровожадных зверей.

-Идти придётся долго… Судя по тому, что у тебя болит нога, - медленно говорила наша лесная фея, помогая мне забрасывать костёр снегом, – часа два. Там мой дом.

-Вообще, Мишка бы её мигом докатил, - она размышляла с минуту, с сомнением глядя то на меня, то на Майку но, видимо, что-то решив для себя, сказала, обращаясь к Майке,

-Поедешь с Мишкой! Не бойся, он к дому тебя привезёт. Там нас подождёшь. Дом не заперт, а лишь на засов закрыт. А Мишке скажешь. - Ищи Сашу. Он тогда к нам вернётся. Только санки не отвязывай. Он потом и подружку твою докатит…

Она похлопала пса по лохматому боку и привязала к нему что-то наподобие сбруи, приспособив за его спиной санки.

-Домой, Мишка! Домой! Давай, дорогой, беги!

Хорошая лошадка получилась!

Собака повернулась и осуждающе посмотрела на хозяйку своими печальными коричневыми глазами. Было видно, что ей не хотелось оставлять её.

Хозяйка вновь повторила приказ:

-Мишка, я кому говорю! Домой беги.

Пёс послушался и потрусил, уже не останавливаясь, вдоль рядка жиденьких, молодых еще, деревьев.

Мы остались одни. И женщина, вновь надев свои лыжи, спросила.

-А тебя как звать то?

-Зоя.

-Хорошее имя, необычное, забытое. А меня - тётя Саша или Александра Ивановна, но я не люблю, когда меня по отчеству величают. Просто - Тётя Саша. Иди вперёд по следу санок. А я тебя догоню. Хочу немного запутать тех, кто отправиться за нами.

Вскоре она появилась, но не сзади, а откуда-то справа. И дальше мы шли уже вместе, медленно удаляясь от места, ставшего мне столь ненавистным.

Благодаря обществу тёти Саши, лес уже не казался мне таким враждебным.

И деревья, уже не были грозными великанами. А просто деревьями, уставшими от долгой зимы и мечтающими покрыть свои обнажённые ветви новой зелёной одеждой.

Звери с горящими глазами исчезли вместе с густой темнотой, уступив свои дневные владения другой мирной живности. Их следы, исчертили снег вдоль и поперёк, не оставив свободными и трёх метров. А птицы, те и вовсе развлекались на все голоса, словно соревнуясь, у кого песня получится мелодичнее и звонче.

Примерно минут через сорок из-за деревьев показался знакомый силуэт. К нам во весь опор нёсся Мишка. Он радостно залаял, увидев хозяйку, и распугал всех окрестных пичужек, своим грубым голосом. Остановившись рядом с ней, пёс начал быстро-быстро мотать хвостом из стороны в сторону и тяжело дышать, высунув из пасти свой огромный розовый язык.

Тётя Саша похвалила его за службу, потрепав по загривку.

-Молодец, Мишка. Но придётся тебе ещё потрудиться, собачка моя. Видишь, девочка устала, и ножка у неё болит!

Собака, словно поняла. Она обвела поляну своим печальным взором и остановилась на мне.

Вот и думай после этого, что собаки слов не понимают, лишь одни команды. Ничего подобного, ещё как понимают!

Я взгромоздилась на санки, и мы вновь отправились в путь. Санки мерно раскачивались, и меня стало клонить в сон. Глаза мои закрылись сами собой, и я, не заметив, как задремала, на какое-то время переместилась совершенно в другое место.

Мама выставила на стол пирожки и спросила, словно не видя меня, сидящую тут же, за столом.

-Доченька, где же ты? Иди скорее! Я приготовила твоё любимое лакомство! Попробуй, они ещё горячие… С картошкой и с грибами!

Я удивилась и сказала:

-Ты что мама, я же здесь, перед тобой! Вот она я! - я протянула руку, чтобы взять горячий пирожок.

Но блюдо с ними стало удаляться, а мама, присевшая устало на стул, вдруг заплакала и я отчётливо поняла, что она не видит меня и не слышит. Невыносимая грусть сжала сердце и слёзы, как непрошеные гости, покатились по моему лицу, и я тут же проснулась. Ощутив и в реальности на губах их солёный привкус.

Путешествие наше было недолгим. И вот уже санки остановились перед большим деревянным домом.

Он занимал почётное место посреди большой поляны, которую охраняли от постороннего глаза великаны кедры.

Рядом с домом стояла добротная банька и несколько хозяйственных построек.

Прямо перед входом в дом был выстроен загончик из высоких жердей. И там стояло, и сейчас настороженно наблюдало за нами, небольшое грациозное большеглазое существо на высоких тонких ножках. Это была косуля.

Вид этого дома и косули и белой собаки, со смешным именем Мишка, был настолько нереален, словно был частью декорации, снимаемого здесь умелым режиссером сказочного фильма. Подойдя к заборчику, я протянула руку сквозь его щели, пытаясь дотянуться до косули и убедиться в реальности увиденного.

Пугливое животное, немедленно отскочило в сторону, подняв острыми копытцами снежную пыль.

Мы поднялись по ступеням и, держась за резные перильца, вошли в дом.

Майя сидела на скамейке и, прислонившись к горячей печке, грелась. На лице её читалось истинное блаженство.

Ещё бы! После ночи, такой холодной и полной страшных событий, это место было обиталищем тепла и покоя, истинным раем для нас!

Не без удовольствия, скинув опостылевшую куртку, я попыталась избавиться и от сапог. Но это удалось мне лишь частично. Нога опухла, и я никак не могла снять ещё и мокрый, к тому же, сапог.

Тётя Саша усадила меня рядом с подругой и мы, общими усилиями, всё же избавили меня от обуви.

Заботливая тётушка велела скинуть нам с Майкой мокрую и грязную одежду, дав взамен чистую и сухую. Она налила тёплой воды в таз и велела мне вымыть ногу, налив туда какого-то снадобья из маленького флакона. Затем, принесла бинт и наложила тугую повязку.

После того, как с моим лечением было покончено, она занялась Майкой. Снова налила в тазик чистой воды, сама аккуратно, присев на маленькую табуреточку, отмыла её ногу от крови, вытерла чистым полотенцем и велела перейти на другую лавку, поближе к окну.

Я видела, что Майя вся трясётся, предвидя предстоящую экзекуцию. Но помочь ничем не могла. Разве только поддержать словом.

-Не бойся. Видно, она знает, что делает. Придется потерпеть.

А Тетя Саша тем временем вернулась из комнаты, неся под мышкой металлический ящичек с красным крестом на крышке. Она поставила его на стол. И развернув чистую салфетку, выложила на неё его содержимое.

Я думала, что подруга грохнется в обморок, увидев все эти шприцы и ампулы. Но она держалась стойко, лишь робко спросила:

-А что вы хотите делать?

-Ничего особенного! Сейчас обработаю рану, зашью, наложу стерильную повязку, потом поделаю тебе антибиотики. И будешь ты у нас как новенькая!

-Я не выдержу! Это очень больно шить по живому! – Майка попыталась сбежать, но тётя Саша вернула её на место, успокоив.

-Глупенькая! Да кто же тебя пытать собирается? Сейчас я тебе ногу-то обезболивающим обколю. Ничего даже и не почувствуешь.

-А есть? – засомневалась Майка.

-Конечно! В лесу живу! Тут всякое может произойти. Приходится быть во всеоружии.

Я не смогла смотреть на всю эту операцию и спросила, нельзя ли мне переждать это мероприятие в комнате.

-Конечно. Ты там ляг, поспи, пока я закончу. А потом завтракать будем.

Войдя в комнату, я плотно закрыла за собой дверь, чтобы не было слышно лязганья металла использованных хирургических инструментов о поддон.

В комнате было мало мебели, зато в углу, в деревянной кадке, разросся огромный фикус. Его широкие тёмно-зеленые листья глянцево блестели. Было видно, что хозяйка в нём души не чает, регулярно протирая с листьев-великанов пыль. Рядом с кадкой блаженно развалился на полу, застеленном светлыми домоткаными половиками, совершенно чёрный кот. Он даже глазом не повёл в мою сторону. Как и Мишка, он подозрительно относился к чужакам…

В комнате было тепло. Огонь в печи еще потрескивал, а я почувствовала, что мне нестерпимо хочется спать.

Облюбовав диванчик, я, положив под голову маленькую бархатную подушку-думочку, свернулась калачиком и почти мгновенно заснула. Без всяких снов…

Едва утро тронуло землю первыми лучами солнца, большой каменный особняк, спрятанный за высокими монолитными стенами, ожил.

Бригада собиралась отправиться на поиски беглецов.

Напрасно уговаривали Ланцет с Граном Слона остаться дома. Он непременно хотел сам руководить процессом поимки. А потом, с него ещё никто не снимал обязанности старшего. Его и так терзали сомнения.

Зря всё-таки не доложили Арсэну об изменении обстановки. А ведь он не любит подобной самодеятельности…Но, не дай бог! Слон даже в уме побоялся закончить фразу. Никаких - но, и быть не может. Они должны достать девчонок, во что бы то ни стало. Альтернативы нет. Сегодня они должны быть на месте. А потому, Слон торопил команду. И вскоре джип, отъехав от ворот, неторопливо покатил в известном всем направлении.

Ехали молча. Свежи ещё были воспоминания минувшей ночи. Лезть вглубь леса и ползать там по сугробам никому не хотелось. А у Слона, так и вообще сильно ныла рука!

К тому же бригада не выспалась. Какой там сон! Дом гудел как улей. Побывавшие на этой дикой охоте делились впечатлениями об происшедших там событиях, значительно приукрасив реальность. А потом, успокаивая расшатанные нервы, все дружно выпили водки…

Вскоре Гран увидел оставленный на обочине знак и остановил машину.

-Всё, приехали, - он открыл дверцу, впуская в салон свежий воздух, достал сигарету и сделал несколько затяжек.

Слон сердито проворчал.

-Что расселись, как на именинах? Пора работу делать. Время не ждёт!

Братия послушно повиновалась приказу и, покинув машину, отправилась прямиком по натоптанному уже следу в лес.

Дойдя до места, где лежал застреленный давеча Ланцетом волк, они остановились, созерцая картину при свете дня, а Гран так даже попинал его в бок

-Хорош, волчара! Представь Слон, что бы с тобой было, не поспей Ланцет вовремя!

-Ещё бы! – буркнул тот. - Вы то драпали, только пятки сверкали. Наверняка, штаны обделали от страха.

Банда примолкла. Все понимали, что Слон прав. На высоте оказался только Ланцет. А все они, действительно, сдрейфили.

Две пары следов уводили их всё дальше в лес. Слон уже успел несколько раз пожалеть о том, что вновь, забыв о собственной массе, отправился в поход. Сидел бы себе в комфортной машине, слушал бы музычку. А распоряжаться можно и по мобильнику. Он шумно дышал и сейчас действительно был похож на массивного африканского слона, ненароком заброшенного в русский лес.

Через полчаса пути они оказались на полянке, увидев картинку, с очень живописным названием – «не ждали!»

Они действительно не ожидали увидеть здесь такое побоище.

Гран бродил от одного волка к другому, с любопытством осматривая их со всех сторон.

-Интересно! А девок они успели сожрать? Вроде, непохоже, бока у них очень уж тощие. Хотя и девки были не ахти какие, совсем не откормленные.

-Тебе бы всё шутить, - осёк его Слон. – А куда они делись? Видишь тут кровь, и сапог валяется рваный… Значит, одна из них точно ранена! Причём, в ногу! И что из этого следует?

-Не знаю! – промямлил Гран.

-Ну и болван!

-То, что они не смогли бы уйти, – вставил своё веское слово Ланцет.

-Правильно! – одобрил Слон его догадку. - Но между тем, их здесь нет!

Куда они подевались? Костерок тут у них горел… Грелись… Не подались ли они обратно на дорогу. Может, бредут себе потихоньку, пока мы тут по лесу рыскаем…

-Они что, дуры? На дороге мы их быстро словим. И они это понимают.

-Понимать - то понимают, но деваться некуда, –Слон задумчиво ворошил веткой угли костра. –А ну-ка, двое шустро назад, на машину и поезжайте вперёд километров двадцать… На всякий случай. А мы тут пока облазим окрестности, они не могли далеко уйти. Объявятся… Да! И ещё! Съездите на базу! Там в гараже два снегохода, пригоните их сюда. А то вечно будем по лесам лазать!

Гран с Кузей пошли назад. Приказ касался именно их. Они в банде самые молодые, а, следовательно, скорые на ногу. Хотя Кузю никто бы не мог назвать шустрым. Он всегда любил поспать дольше других, а любые поручения при малейшей возможности переложить на чужие плечи.

Ланцет бродил по поляне, всматриваясь в следы на снегу

-Я что-то не пойму, почему тут так много следов. Всё вокруг истоптано, а вон за тем деревом, след узкий идет параллельно другому. Что это такое? Хорошо они здесь порезвились.

Слон подошёл и долго смотрел на странные полосы. Затем, задумчиво произнёс:

-Санки… Точно! Очень похоже на след от санок…

-Ты что, - хохотнул Ланцет, - откуда у них санки? У нас на базе никаких санок не было. Да и зачем они им? Покататься?

-Если тут не было ещё кого-нибудь. А ну-ка, облазь всё вокруг и ищи такие же следы, - толстяк первым отправился обследовать окрестности. Уж очень ему не нравились всякие там неясности и загадки. Чем больше загадок, тем хуже результат. А время не ждёт.

Вскоре Ланцет позвал его к себе

-Вон, ясный такой след. Сначала вроде его и не было, а метров через пятьдесят, неожиданно за кустом появился. И, смотри, за ним глубокие одиночные следы и ещё какого-то зверя отпечатки. По ним колея проходит.

-Какого ещё зверя?

-Ну, собаки, может, – высказал предположение, Ланцет.

Только где ты собаку с такими ногами видел? Посмотри, какого размера отпечаток, – он, присев на корточки, принялся изучать след.

-Не скажи. Собаки, как и люди. Есть большие, а есть маленькие собачонки. Вон возьми, например, себя и меня, Слона? Лучшего сравнения не придумаешь.

-Да. Не хотел бы я с той собачонкой, как ты выразился, встретится. Башку откусит и не подавится!

Сигнал рации прервал их рассуждения. И Слон, выслушав доклад с дороги, сообщил.

-Так я и думал! Нет их там. Будем здесь искать, - тут он хлопнул себя по лобастой башке рукой. – Вот я болван! Я же видел раньше на карте охотхозяйства домишко. Ещё подумал, что там может быть! Точно они там.

И обрадованный внезапной догадкой Слон, принялся звонить Грану, приказав ему привезти карту местности.

Глава 25

Арсэн пребывал в состоянии неприятном и пугающем его самого. Почему не покидает чувство тревоги? В чём его ошибка?

Противно заныло сердце…

Ошибки в его делах недопустимы. Они могут в одно мгновение перечеркнуть его бизнес, а значит, и эту его сытую денежную жизнь. А он привык к деньгам. Привык что их столько, что невозможно даже потратить за всю жизнь.

Арсэн усмехнулся, и не заметил, как пропустил светофор. И чуть не врезался в выехавшую справа машину. Резко нажав на педаль тормоза, он остановился. Переждал время, пока загорит зелёный, и покатил дальше, стараясь лучше следить за дорогой.

Случайность может перечеркнуть жизнь. Как это случилось с его отцом. Он, так же, как и Арсэн, сейчас, катил на своей Волге, только далеко отсюда, по Тбилисской трассе, и погиб, как все потом говорили случайно. То ли он не справился с управлением, то ли шофёр едущего навстречу, гружёного КамАЗа… Но факт остаётся фактом. Отца не стало…

Арсен плохо помнил события тех дней. Слишком велико было его горе от утраты самого дорогого ему человека. А вот кладбище, с его монолитными грустными памятниками и мать в чёрной одежде, рыдающую на могиле отца, он запомнил хорошо…Он стоял тогда рядом с ней, прекрасно понимая, что с этого дня их жизнь круто изменится.

Если до этого трагического события, он, студент Тбилисского Государственного Университета, не испытывал ни в чём нужды, благодаря постоянным денежным вливаниям из дома. То после гибели отца, ручеёк быстро иссяк. Не стало отца, не стало и денег. Сбережения, скопленные за годы совместной жизни, быстро таяли. Да и много ли их было? Почти все средства пошли на строительство нового дома, незадолго до кончины отца.

Отец, возглавлял один из крупных совхозов в пригороде Тбилиси, а мать, сколько он себя помнил, занималась только домом и детьми. Их у неё было ещё трое, кроме Арсэна. Он, самый старший. И теперь, согласно традициям, должен был кормить семью.

Но на последнем курсе института, он загремел в тюрьму, не оправдав надежд матери и своих собственных. Опять же благодаря случайности…

Группа ребят отмечала день рождения сокурсника в ресторане. Арсэн был в числе приглашённых. Они долго пили и гуляли на всю катушку. Так, что он стал плохо соображать, что происходит вокруг. Всё кружилось в бешеном ритме. Лица друзей, девушек, знакомых и не очень. А потом они вывалились всей толпой на улицу и, тут-то и началась заварушка.

Одна группа ребят вошла в противоречие с другой. Завязалась драка, и одного из ребят пырнули ножом в живот.

Когда толпа в ужасе расступилась, то в круге остался только Арсэн. И в его руке был нож, с которого капала на землю кровь. Потом он не мог вспомнить, как всё произошло. Откуда у него взялся нож? И почему он убил этого незнакомого парня? Но факт оставался фактом. И оспаривать его было бесполезно…

Десять лет он провёл в тюрьме, где научился быть жёстким и непримиримым. Сокамерники его не трогали, называя Бешенным. А он действительно приобрёл черты характера, которые, как он сам считал, были ему раньше не свойственны.

После освобождения в Грузии он не остался, решив, что всё здесь уже продано и разделено между кланами правящей верхушки. А подался к другу, освободившемуся раньше.

У того был свой домик в Чите. И налаженный криминальный бизнес по наркоте. Сокамерник принял его радушно и даже ввёл в своё дело.

Но, вскоре, Арсэн сообразил, что не в его натуре занимать второе место. Необходимо было придумать что-то своё.

Через некоторое время он сколотил, опять же не без помощи своего давнего знакомого, сплоченный коллектив, состоящий из разношёрстной братии.

В состав его входили, в основном, невостребованные спортсмены и просто отдельные криминальные элементы, привыкшие перекладывать ответственность за собственную жизнь на чужие, более крепкие плечи.

Его группировка контролировала городские притоны и местных проституток.

Доходы были немалыми, но не достигали масштабов, которые представлял себе в мечтах Арсэн.

Но тут судьба подкинула ему лакомый кусочек, который вскоре превратился в большой и сладкий пирог!

Однажды, празднуя в ресторане свой день рождения, Арсэн увидел сидящего за соседним столиком, сокурсника, товарища по институту, Гиви Свиладзе. Разумеется, он пригласил его пересесть к себе, а по окончании вечера отвёз к себе домой. В особнячок, которым так гордился.

Там они вспомнили юность, и выпили ещё коньячку. Вот тогда-то гость и поведал ему, что приехал в составе делегации на научную конференцию, где выступал один поразивший его своими разработками человек. Профессор Свирцев.

Гиви восторженно рассказывал о том, какой это великий учёный. Как он одержим своими опытами. И каких потрясающих результатов он достиг в своей лаборатории, которую Гиви уже посетил.

Гиви, пьяно улыбаясь, прижал палец к губам. И поведал другу детства, понизив голос до шёпота, историю о том, что шесть лет назад институт выполнял заказ военных. А потом программу профессора Свирцева, посчитав неэффективной и опасной, быстренько свернули, направив работу института в мирное русло. Неугомонный же Валерий Сергеевич продолжил свою работу и вроде бы получил уникальный препарат, способный лишать человека памяти, начисто, стирая все события предыдущей жизни. Сам профессор подобные слухи отклонил. Но у Гиви сложилось твёрдое убеждение, что Свирцев лукавит. Не выставляя открытие на обсуждение научного совета, а готовит пока противоядие для собственного препарата…

Арсэн сделал вид, что услышанное его вовсе не волнует. А сам, подпоив друга ещё и доведя его до кондиции полной отключки, всю ночь думал о том, что узнал.

Если препарат действительно существует, то он, несомненно, будет у него. И принесёт ему огромные барыши. Безо всякого риска быть пойманным…

В его голове уже отпечатался план будущих действий…

На следующий день он посадил друга в самолёт, отлетающий в Тбилиси, и велел ему передать матери пакет, куда сложил толстенькие пачечки купюр. И не откладывая дело в долгий ящик, плотно занялся изучением профессора Свирцева и его ближайшего окружения.

Минуло всего четыре дня, а Арсэн уже знал всё, или почти всё об этой семье.

Профессор Свирцев проживал в старинном пятиэтажном здании по улице Советской, пятьдесят. Во втором подъезде на третьем этаже, в трёхкомнатной квартире. Имел дочь, Свирцеву Майю Валерьевну, двадцати лет отроду, студентку ЧГУ. Того самого, где преподавал и занимался научной работой сам Валерий Сергеевич.

Дом и хозяйство держала в своих руках, уже много лет проживающая в семье и пользующаяся всеми правами полноценного члена благородного семейства, бойкая старушка – баба Даша.

Жена Свирцева оставила его с малолетней дочерью много лет назад, переложив все заботы, по её воспитанию на плечи отца.

Сама проживала во Франции, и возвращаться на историческую родину не собиралась.

Из предоставленного доклада Арсен сделал вывод, что подступиться к Свирцеву лучше всего через его дочь.

Молоденькая неопытная девушка – отличный ключ к ларчику с заветным препаратом.

Он не сомневался, что обязательно завоюет её сердце. Ведь у женщин он всегда имел успех. Им нравились, как они сами частенько ему признавались, его красивое лицо, выразительные глаза и спортивное подтянутое тело. А уж умением красиво и грамотно обходиться с женщинами, он был обязан природному чутью, своему отцу, известному в округе ловеласу, и институту, который ему так и не пришлось закончить.

На следующий же день, он, оставив машину у входа, вошёл в здание института. И, подождав пока закончится лекция, направился прямиком в столовую, надеясь застать там Майю. Лучшего случая невозможно себе было придумать, и он рассчитывал на удачу.

Ещё раз, взглянув на фотографию девушки, чтобы не ошибиться в этом цветнике, с изобилием симпатичных молоденьких мордашек, он, запомнив образ, убрал фото в бумажник.

Ему сегодня везло. Не пришлось долго ждать и ежедневно ошиваться в этой столовке, подкарауливая нужное лицо. Лань сама бежала в расставленные им сети.

Девушка встала в конец очереди, и он поторопился занять место за ней.

Когда она неловко повернулась, он специально пододвинул поднос под её руку, и она опрокинула его стакан. Он видел, как она смутилась и покраснела, попросив прощения за неловкость. И понял, что пока всё идёт как надо. Девушка не обладала нахальным нравом нынешней продвинутой молодёжи, а была воспитана в лучших традициях прошлого. И он понял, что не остался без её внимания. А далее он, получив заказ, подсел за её столик и завязал разговор. Опять же для того, чтобы оставить отметку в её молодой, полной смятения, душе.

Когда обед был закончен, Арсэн вернулся в машину и подождал завершения занятий.

Вот Майя вышла и направилась к остановке. Он посигналил ей. Но девушка продолжала движение, даже не повернув головы в его сторону.

Ему ничего не оставалось, как окрикнуть её.

И вот Майя уже сидела в его машине…

Он был рад. Первый раунд завершён в его пользу. И следующий, он в этом нисколько не сомневался, тоже будет за ним.

Арсэн добился цели, влюбив в себя девушку. Он был предельно осторожен.

Выжидая время, и не бросаясь с места в карьер.

Их встречи стали регулярными. Он встречал её каждый день у института. Водил по дорогим ресторанам и поражал своей неземной любовью. Оставался последний шаг. Нужно было затащить её в постель. Но Майя категорически отказывалась от близости.

Однажды, после ужина в ресторане, где он усиленно спаивал её, они всё-таки оказались в его роскошном доме.

Он уже почти раздел её, но, когда дело дошло до сапожек, Майя расплакалась и оттолкнула его руки. Он успокаивал её, применяя всё своё умение. И тогда она, размазывая по лицу слёзы, рассказала ему, что никогда не разувается при посторонних. Из-за врождённого дефекта ног.

Он не поверил ей, и тогда она, зло, смотря ему прямо в глаза, сама скинула сапожки и прошлась босиком по комнате. Действительно, она шла, покачиваясь из стороны в сторону. Не очень заметно, но всё же.

А он решил, что так даже лучше, ведь теперь он знал её секрет, а люди, поведавшие о своих слабостях, обычно особенно привязаны к тем, кому доверили самое сокровенное. Он пожалел её и сделал это вполне искренне, хотя и не питал к ней нежных чувств, и они в ту ночь были вместе.

Некоторое время Майя скрывала от отца своего возлюбленного. Но всё тайное когда-то становится явным.

Однажды отец увидел, как она возле института садится в роскошную машину Арсэна и потом, дома, учинил ей допрос.

С этого дня они встречались легально, хотя отец и не одобрял её выбор, но счастье дочери всегда стояло у него на первом месте, а свои сомнения Свирцев постарался спрятать подальше.

Арсен получил возможность бывать у них дома и также посещать лабораторию, в которой частенько любящая дочь помогала отцу.

Ему стало известно, что дома Валерий Сергеевич никаких препаратов не держит. Значит, следовало искать в институте.

Плохо было то, что он не знал, что именно ищет. И как это выглядит. А Майя ни разу не обмолвилась об открытии отца. Лишь однажды она резко осадила его в лаборатории, когда он, увидев сейф под полкой с пробирками, поинтересовался, что там храниться, пошутив, что они прячут там золотые слитки.

Девушка ответила, не отреагировав на его шутку, что в сейфе всего лишь лекарства, новые разработки.

И Арсэн сразу понял, это именно то, что ему нужно.

Подобрать ключи к сейфу, не представляло для него трудности. И скоро он стал лишь выжидать удобное время, для того, чтобы взять то, ради чего он затеял всю эту игру.

И случай, действительно, скоро представился.

Свирцева не было, а Майя на минуту отлучилась из лаборатории. Ей нужно было отдать подруге тетрадь с лекциями.

Как долго Арсэн ждал этой минуты… В одно мгновение он открыл сейф.

Внутри стояли две пластиковые коробки с сыпучим веществом. Названия на крышках ничего ему не сказали.

Он мгновенно раскрыл свой дипломат, вытащил из него приготовленные баночки с заворачивающимися крышками и отсыпал порошок поочерёдно из одной и другой коробки. Взяв совсем немного, чтобы не было заметно недостачи.

Когда Майя вернулась, он, как ни в чём не бывало, читал местную газету, сидя в кресле у двери. Он поторопил её и Майя, закрыв лабораторию, оставила ключи вахтенной дежурной.

В этот день Арсэн пораньше отправил Майю к отцу, а сам, вернувшись домой, приказал Бусе срочно доставить к нему какого-нибудь бомжа с вокзала.

Вскоре неприятный объект прибыл. Это был мужчина неизвестного возраста.

Лохматый, грязный, вонючий и в меру пьяный. Он плохо понимал, где находится, но, видно, был рад разнообразию. Улыбаясь во весь рот своей беззубой улыбкой, он требовал водки.

Но сей напиток, ему не дали, а для протрезвления заперли в маленькой холодной комнатушке.

Через некоторое время лохматое существо готово было к беседе. И тогда Арсэн вошёл в комнату и долго разговаривал с ним на различные темы. Потом он вышел и, насыпав немного вещества из первой своей баночки с порошком в стакан, долив туда воды и тщательно размешав, отнёс смесь испытуемому.

Мужичок в один присест осушил стакан. И ….с ним ничего не случилось… Абсолютно. Похоже, он даже стал бодрее и опять потребовал водки. Он сидел в углу комнаты, на тюфяке, выставив ноги в рваных ботинках вперёд, и не понимал, что от него хотят.

Арсэн, видя, что эксперимент не принёс желаемых результатов, вышел. Велев Бусе наблюдать за объектом.

Когда через два часа обстановка не изменилась, он, не желая больше ждать, проделал тот же опыт, применив теперь другой порошок. И с нетерпением смотрел, как жидкость в стакане исчезает.

Не успел бомж допить до конца, как, схватившись за голову и коротко охнув, свалился, словно подкошенный.

На этот раз Арсэн не покинул комнату, а наблюдал, что последует дальше.

Прошло минут сорок и мужичок, открыв глаза, сел на своём матрасе и, оглядевшись по сторонам, спросил:

-Где я?

Арсен сразу начал допрос. И вскоре убедился, что рассказ Гиви, не шутка и не пьяный бред. Чудо-препарат действительно существовал! Мало того, он ещё находился в его, Арсэна, руках. Открывая путь к новому роду деятельности.

Мужичок не помнил ничего! Ни имени, ни фамилии, ни места рождения, ни того, как здесь оказался. Он был испуган и озирался по сторонам как затравленный зверь.

Его оставили в покое, но ежедневно, принося ему еду в комнатушку, допрашивали, пытаясь выяснить, не вспомнил ли он чего из своего прошлого.

А Арсен уже разрабатывал план действий для успешного воплощения в жизнь своего нового бизнеса.

И банда начала действовать…

Схема была разной, а результат один.

Чаще всего бандиты, подъехав на машине к придорожному кафе, садились за столик к выбранному и отслеженному объекту. А это были, обедавшие тут же, водители гружёных под завязку фур. И заводили нехитрую беседу. И стоило объекту отвернуться или отвлечься, ему вливали в тарелку с супом или в стакан с чаем заранее разбавленное вещество. А когда шофер отключался, «заботливые друзья» отводили его в свою машину.

Место же в фуре занимал другой водитель – человек из банды.

Дальше она следовала уже по другому маршруту. А водителя или водителей отвозили подальше и оставляли, где придётся. Уже не заботясь о его дальнейшей судьбе.

Страна большая! Никому нет дела до одинокого, потерявшего память человека.

Шагая семимильными шагами по человеческим судьбам, Арсэн думал лишь об одном, как наладить нескончаемый поток чудесного порошка. Его формула хранилась в гениальной голове профессора Свирцева, и никакие силы не могли бы его заставить отступиться от собственных высокоморальных принципов и войти в преступное сообщество. Принеся в качестве залога свои бесценные знания.

Подобные желания были утопией чистейшей воды. И Арсэн это очень хорошо понимал.

Его же собственные попытки найти в лаборатории записи или дневники исследований не увенчались успехом.

А между тем в любимой Грузии уже нашлись люди, заинтересованные в приобретении препарата.

Арсэн понимал, что ходит по лезвию ножа, и поэтому был предельно осторожен. Конкуренты ему были не нужны. Ведь все союзники, рано или поздно, становятся самыми опасными врагами. Согласно законам криминального бизнеса…

Почему пошёл сбой в его налаженной схеме? Виной всему Майя…

Тогда, в ресторане «Астрал», она закатила ему сцену и требовала рассказать о его бизнесе. Он услышал от неё много странных фраз…Она назвала его вором! Опасным вором! Да, именно так…

Но как он не пытался выведать у неё смысл этих слов, всё безрезультатно.

Может, он тогда не воспринял её слова всерьёз. А надо было!

Просто тогда его поразила эта девчонка…Зойка!

Его, повидавшего в жизни очень много красивых женщин! Она выглядела просто великолепно! Это тёмно синее облегающее стройную фигуру платье, светлые волосы тугими спиральками лежащие на её плечах, так забавно подпрыгивали в такт движениям. И эти глаза, такие прекрасные и строгие.

Да! Ему нужна именно такая! Он сразу это понял и попытался удержать её. Но какие же прыткие у неё были кавалеры! Сразу в драку без лишних разговоров…

Они всё ему испортили тогда. Да ещё влюблённая в него дурочка – Майка.

Он уже смирился с потерей. Но каково же было его удивление, когда именно её, девушку из «Астрала», он увидел в аэропорту. И, увидев, не смог удержаться, подсыпав ей в кофе чудесный препарат.

Всё так просто…

Если бы не Майя, ненаглядная доченька профессора Свирцева!

Напрасно тогда, в ресторане, он не воспринял её слова всерьёз.

Именно в тот вечер у него дома, после заварушки в «Астрале», она подменила ему препарат на простое снотворное.

А он дал его потом Зойке, не подозревая, что это пустышка! Всё вышло скверно. Она просто хорошо выспалась, а потом забросала его злыми обвинениями…

А ведь могло было быть гораздо хуже. Достанься фальшивка тому, кому изначально предназначалась.

Но, почему Майя совершила подмену? Как она вообще могла что-то разузнать о том, что он крадёт зелье её папочки. Ведь он всегда был осторожен. Предельно осторожен. Препарат лежал в кабинете, в ящике стола, закрытого на ключ… А Майя знала, где он находится.

Он всегда носил его с собой, на общей связке с остальными ключами.

Но теперь тайн нет. И после Зойкиных выкриков там, на базе, Майя стала опасна. Именно она ворвалась в комнату к пленнице и предупредила её. А разозлённая дурочка проболталась.

Когда он вышвырнул Майку из комнаты, где находилась Зойка, заперев в соседней, такой же маленькой комнатушке, то потребовал ответа, объясняющего её приезд на базу. Без его на то разрешения. Но не смог добиться от неё связных объяснений.

Какие могут быть объяснения?

Она сунула свой нос туда, куда не следовало. Теперь осталось одно – прищемить его, чтобы знала, с кем имеет дело.

Как бы теперь и папочка не выкинул фортель. Наверняка, измучил автоответчик своими звонками, пытаясь дозвониться до него, Арсэна, волнуясь о судьбе доченьки. Как бы он не наделал глупостей. По его постоянно настороженному лицу было видно, что он недолюбливает его как избранника Майи. Пусть себе ненавидит, только бы не забил тревогу и не подключил к розыску ментов. С него станется.

Этого допустить нельзя… Придётся доставить папашу к ненаглядной доченьке и открыв карты, силой заставить его сотрудничать.

Как не вовремя свалились на его голову неприятности! На базе стоит новая к отправке фура. А ему предстоит отвлечься на этих неугомонных людишек.

Арсэн, нажав на кнопку пульта, открыл ворота и въехал во внутренний дворик.

Он вошёл в дом и, дав знак домработнице, чтобы его не тревожила, выслушал записи на автоответчике. Теперь он убедился в правильности своих предположений относительно Свирцева. Взволнованный его голос, пять раз, спрашивал пустоту, о том, где находится Майя. Арсэн отправился в спальню и, упав там, на широкую кровать, закрыл глаза, собираясь хотя бы на полчаса, выбросить, прочь из головы все тревожные мысли…

Глава 26

Ленка стряхнула снег с ботинок, тщательно вытерла ноги о лежащий у двери резиновый коврик и вошла в маленькую прихожую.

Не дожидаясь предложения раздеться, она сразу сняла свою шапку, куртку, передав её в руки изумлённого молодого мужчины стоящего рядом. И, нагнувшись, стала расшнуровывать свои жуткие жёлтые ботинки.

Из кухни появился Серёга, и, показывая рукой на девушку, спросил, многозначительно поглядывая на друга.

-И откуда взялось такое чудо?

Ленуся нисколько не обиделась, а, пыхтя над запутавшимися шнурками, подняв кверху лицо и оценив собеседника взглядом, сказала.

-Чудо появилось из Москвы. Вернее, сначала из Озерцовска. Если данное название о чём-нибудь вам говорит.

Пока молодые люди раздумывали, она, закончив, наконец, борьбу со шнурками, заглянула в комнату и направилась на кухню. Обернулась, проверив, следуют ли хозяева квартиры за ней и, убедившись, что следуют, спросила.

-Зойка-то где? У меня к ней много вопросов. Нельзя так мучить близких людей...

Возможно, она решила отложить своё возвращение в родные пенаты и остаться здесь с вами, - Ленуся уселась на табуретку и, положив ногу на ногу, многозначительно взглянула на Костю, застывшего в дверях кухни и с любопытством наблюдающего за гостьей, - или, может быть, с вами? – девушка перевела взгляд на Серёгу. - Нет, я ничего против вашего миленького общества не имею, но наше ожидание вышло за рамки допустимых границ. Я-то ладно, привыкла к таким вот выкрутасам, а вот её мать сильно хочет лицезреть свою ненаглядную дочь как можно быстрее. Так, где же наша гулёна?

Девушка вытащила из кармана сигареты и, вытянув одну из пачки, закурила, пуская дым в сторону открытой форточки.

На столе стояла недопитая бутылка водки, рюмки, две тарелки жареной картошки, еще одна с солёными огурчиками, нарезанными кружочками. А нетронутая банка пива и две воблины, видно, были оставлены хозяевами на десерт.

Высокий сероглазый мужчина, одетый в тельняшку с закатанными рукавами, опустился на табурет, и, пригласив друга крепыша последовать его примеру, молча налил в рюмки себе и другу сорокоградусной жидкости. Затем, секунду подумав, извлёк из настенного шкафчика ещё одну рюмашку и, подставив её прямо перед Ленкой, плеснул горячительного напитка и ей тоже.

Молчаливый крепыш устроился в уголке у холодильника и выпил первым, не торопясь закусить уже остывшей картошкой.

Тот, что был в тельняшке, напротив, выпив, закусил огурчиком, подцепив кружок с цветастой тарелки. И обратился к другу, даже не соизволив ответить на поставленные Ленусей вопросы.

-Ты понял кто она? Это Зойкина подружка, из Озерцовска. Там и мать её живёт. Зойка мне рассказывала. А эта, - он показал вилкой на Ленусю, загасившую сигарету в пепельнице, - подружка лучшая её, если я правильно понял.

Крепыш согласно кивнул.

-Похоже она.

Костя встал и отлучился на миг в комнату. Когда он вернулся, в руках его был какой-то свёрток. Он развернул его и протянул девушке. Прямо ей на колени упало красивое тёмно-синее платье. Ленка удивлённо рассматривала сей незнакомый предмет, размышляя, что бы это означало. Однако мужчина не стал её томить новыми загадками, а сказал просто и горестно.

-Это всё, что осталось от Зойки.

Крепыш, заметив, как побледнела незнакомка, предложил.

-Вы выпейте. Легче будет. Мы вон с Костей потому и раздавили бутылочку, чтоб мозги совсем в сторону не свихнулись от всяких безумных размышлений. Мы ведь сами не знаем где Зоя. Она пропала из аэропорта…

Когда мы приехали туда, её уже не было. Но нам удалось узнать, что ей вроде бы стало плохо, и она упала в обморок в буфете, а какой-то мужчина её оттуда увёз.

-Чушь собачья! Зойка никогда не падает в обморок. Скорее другого заставит упасть, – Ленка залпом осушила стопку. И налив себе ещё, выпила и эту, не обращая внимания на изумлённых мужчин. Щёки её раскраснелись и, отбросив в сторону платье, девушка вскочила с места и как разъярённая пантера принялась мерить шагами маленькую кухоньку, при этом гневно обличая присутствующих.

-И что это тут за бардак происходит? Сначала Снежков открещивается от своей неземной любви! Но он то, ладно, подлец, это было видно с самого начала невооружённым взглядом. Этакий бравый красавчик военный, решивший поразвлечься на стороне! А вот как потом она с вами оказалась, уже вроде бы наученная горьким опытом, я вообще не понимаю. Ну ладно, это её дело. Она вообще в людях видит только прекрасное. Так что же вы такие хорошие, её одну в аэропорт отправили? Проводить, что ли не могли? Правильно! Полагаться нужно только на себя. И думать только о себе, любимом! Я только не пойму, почему она так притягивает неприятности?

Выпустив пар, Ленуся уселась опять к столу и уставилась вопросительно на оппонентов.

Тот, что в тельняшке, ответил ей, глядя прямо в её голубые огромные глаза, спокойно и медленно чеканя фразы.

-Вот вы, барышня, ворвались как вихрь и сразу принялись обличать нас. А ведь совсем не разобрались в ситуации. Мы вовсе не бросали Зойку.

Напротив, узнав, что она одна в незнакомом городе, к тому же больная, с высокой температурой, без денег, мы привели её сюда и как могли, выхаживали её. Никто не мог предположить, что, поехав в аэропорт, она купит билет на самолёт с вылетом в этот же день. Когда я пришёл домой, на столе меня ждала записка, где Зоя просила меня приехать в аэропорт… И я старался успеть, но не успел, по воле случая… Когда мы прибыли всё-таки в аэропорт её уже не было. И лишь случайно нам удалось узнать от уборщицы, что всё-таки произошло. Была, правда, надежда, что всё это ошибка. А бабка что-то напутала, и Зоя, всё-таки, улетела в Москву. К сожалению, ни её адреса, ни телефона мы не знали, чтобы проверить эту версию. Сначала мы ведь думали, что Снежков её из аэропорта увёз. Но предположение оказалось ложным. А в милицию обращаться, смысла нет. Лишь через три дня заявление о пропаже человека примут, но опять же не от нас…ведь близкими родственниками мы ей не приходимся…

Ленуся поняла, что незаслуженно обидела этих двоих и запоздало решила соблюсти порядок знакомства.

-Меня, вообще-то, Лена зовут. А вас как?

Девушка выглядела виновато. Она явно нервничала. Её пальцы то вынимали сигарету из пачки, лежащей на столе, то пытались затолкать её обратно.

Костя встал и поставил на газ чайник. Попутно представив друга и себя.

-Это Сергей. Мы были с ним в автобусе, когда с Зойкой познакомились, она как раз от Снежкова ехала… А я, Костя.

-Ага! Я уже поняла, Костя Родин.

-Откуда ты знаешь мою фамилию?

-А как вы думаете, я сюда попала? По этому адресу? – Лена многозначительно хмыкнула и была похожа сейчас на Шерлока Холмса, разве только без трубки во рту.

–Я у Снежкова побывала. Ведь он единственный, кого я в городе знаю. Он то и поведал, что двое сумасшедших… извините, - осеклась она на полуслове, - его уже допрашивали по поводу Зойки. И он, похоже, ещё не отошел от общения с ними, то есть вами…

Но Зойку он не видел после первого их разговора. Это точно. Ему врать, резона нет. А вообще, у него память хорошая, поднапряг мозги, и даже сумел вспомнить фамилию того, с кем дрался. На моё счастье. Вас ещё майор разнимал.

-Точно, разнимал. И документы смотрел. Правда, потом отпустил с миром. Нет худа, без добра. А как ты адрес то узнала?

-Так Снежков мне с испуга и номер части назвал. А дальше, проще простого. Не составило труда пойти туда и узнать твой адрес.

-Как интересно? С каких это пор у нас кому попало, адреса дают…

-А кто тебе сказал, что я кто попало. Обижаешь! – Ленуся надула губы, но, помолчав лишь секунду, привела убийственный по своей сути аргумент.

-Я, между прочим, корреспондент газеты. Правда, нашей, Озерцовской. Но мы пишем не только о местных новостях. Частенько в командировках бываем. И кто знает, может, мне очень нужно было взять именно у тебя интервью для очерка о героях чеченской компании. А удостоверение редакции у меня всегда с собой.

-И главное ты не ошиблась, – вставил словцо Сергей, - он у нас, действительно, герой. Даже ранен.

-Прекрати, - прервал его Костя. - Сейчас не время рассуждать обо мне и не к чему. Теперь, когда мы точно знаем, что Зойка не улетела, а исчезла в неизвестном направлении, нужно что-то делать. Не может такого быть, чтобы не было никакой зацепки. Человек пропал в таком людном месте. Не в лесу, а среди людей. Среди множества глаз, что-то видевших, ушей что-то слышавших.

-Только как заставить эти уши и глаза проявить себя. Сейчас люди придерживаются иной политики. Моя хата с краю – ничего не знаю. Сколько раз в своей работе я с этим сталкивалась. Едешь в командировку по плачевному письму. Ну, думаешь, такую разгонную статью напишешь! А не тут-то было, человечка уже успели обработать, и он уже ни на что не способен. Вот и получается, как кричать, так у нас голоса громкие, а как дела коснётся, особенно когда власть нужно задеть, тоньше комариного писка вдруг станут, если вовсе не стихнут…

На город уже спускался вечер, за окном быстро темнело, а странная компания всё сидела за столом кухни, по очереди задымляя её маленькое пространство. Уже была допита водка, а к пиву так никто и не притронулся. Нужные мысли не приходили в голову. А Ленусю не покидало ощущение, что она пропустила что-то важное в рассказе ребят, какое-то ключевое слово в ребусе.

Она обхватила ладонями голову и, сосредоточившись на поставленной задаче, попыталась в уме прокрутить всё ранее услышанное.

Сознание услужливо предоставило её встречу со Снежковым…

Нет! Не то! Она даже не успела огорчится, как ответ пришёл сам собой, и она почувствовала холодок волнения. Как всегда бывает перед неожиданным решением головоломки. Ты не можешь его найти, а оказывается оно, совсем рядом. И такое простое….

-Постойте, вы говорили, уборщица видела, как Зойку забрал с собой какой-то мужчина?

-Да. Но она не сказала ничего путного. Она даже не смогла его описать… бабка старая. Она говорить то разучилась, а уж видит не дальше своего носа.

-Не скажи! Старые люди они внимательнее молодых в несколько раз. Недаром старушки всегда осведомлены о том, что творится не только в их подъезде, а и во всём доме. Поехали в аэропорт! Нужно допросить бабульку ещё! На этот раз с пристрастием! Не волнуйтесь, если она что-то знает, это будет известно и нам. Есть у меня свои методы опроса вредных старушек.

Серёга встал и отправился в прихожую.

-Тогда пойду, выгоню машину из гаража, а вы пока одевайтесь и выходите на улицу.

Хлопнула дверь и Костя, убирая грязную посуду в раковину, вздохнул:

-А я-то теперь безлошадный. Если бы не авария, я тогда успел бы в аэропорт, и ничего этого не произошло бы. И с Зойкой ничего бы не случилось…

-Какая авария?

-Да я у соседа, Игорька, взял машину, чтобы успеть в аэропорт. Времени оставалось в обрез, некогда было Серёгу искать. А машину на трассе занесло. Короче, тачка в хлам, а я сижу на обочине и ничего не соображаю. Потом, когда немного пришёл в себя позвонил Серёге, он приехал и мы быстрей в аэропорт. Но, как сама знаешь, опоздали. Чёрт бы её побрал, эту аварию!

-А как же с соседом разобрался? Он тебя не убил за угробленную собственность?

-Убить не убил, но сильно расстроился, правда, ненадолго, потому что я ему за это свою машину отдал.

-Жаль, что так произошло.

-Могло бы быть гораздо хуже. А так! Были б мы, а деньги будут. Главное, Зойку найти целой и невредимой! Ладно, пошли одеваться, а то уже вроде Серёга подъехал. - Костя выглянул в окно,

-Точно, сейчас сигналить будет. Давай одеваться…

В салоне было тепло и уютно, и Лена, устроившись на заднем сидении, чуть не заснула. А, может, и заснула. Хотя ей показалось, что она прикрыла глаза лишь на миг.

Они оставили машину на стоянке и вошли в здание аэропорта. Прямым ходом, направляясь к буфету в конце зала.

Костя сразу узнал пышногрудую, томного вида буфетчицу. У неё было такое лицо… словно ей овладела смертная тоска. А посетители ей настолько наскучили, что нет больше сил, мило им улыбаться, создавая вид радушной хозяйки.

Выдавая очередные гамбургеры и чисбургеры, она почти не смотрела на подходивших граждан, отмечая только их руки. Ухоженные и не очень. Тонкие и толстые пальчики, протягивающие ей деньги.

Поэтому, когда появилась эта троица, Люська автоматически, не поднимая на них глаз, спросила, раскладывая в ящичке кассы деньги.

-Что вам?

-Мы бы хотели узнать…

-Тут не справочная, - сразу осекла она их. Слишком уж надоедливы эти непонятливые горе-путешественники. Недослышат что-нибудь или перепутают и норовят у неё выпытать.

А у неё уже в ушах звенит от противного Зинкиного голоса, объявляющего очередной рейс. Зарплату получает в два раза больше, чем она здесь на пончиках, так хоть бы над голосом потрудилась, а то гнусавит, не пойми, что…

Посетители были настойчивы, и Люське пришлось обратить на них своё драгоценное внимание.

Молодой мужчина, приятной наружности, хорошо одетый, ей понравился, чего не скажешь об остальных. Второй, пониже ростом и смотрящий на неё исподлобья и играющий сейчас ключами от машины, чем-то напоминал «крутых», частенько здесь бывающих и очень ей неприятных братков.

Деваха вообще какая-то странная, закуталась в воротник куртки по самый нос, только глазищами огромными стреляет в стороны.

-Мы просто хотели бы узнать, работает ли сегодня уборщица? Маленькая такая старушка, – высокий, несомненно, был вежлив, и Люська соизволила ответить.

-Фроська Шмакина, то? Она всегда работает. За двоих пашет, не сидится бабке дома. Хотя, через полчаса она отчалит, какое-то у неё сегодня мероприятие намечается. Вы в другой зал пройдите, она там сейчас полы трёт.

Действительно, стоило им войти в соседний зал, как они увидели знакомую фигуру, без особого энтузиазма драящую пол. На ней был тот же серый, по самые пятки халат. Седые волосы собраны в пучок на затылке яркой резинкой, которой обычно пользуются дети.

Люди, проходящие мимо неё, испуганно шарахались в стороны, так как она норовила сунуть швабру непременно прямо им под ноги. Не переставая при этом ворчать.

-И ходют, и ходют, грязищу таскают… дать бы каждому по тряпке, а то вон, сколько бездельников развелось. Никто работать не хотит. Всё лётают, чтоб у них крылья поотрывало! Земли им мало. И так в небе дыр понаделали своими самолётами! Зато погода сбесилась, то дождь, то снег, и так каженный день.

Она, конечно, заметила слушателей, но продолжала возить тряпкой по одному и тому же месту, изредка кося глазом в их сторону.

Костя понял, что разговор злобной личности с самой собой не закончится никогда, поэтому решил ускорить процесс общения.

-Бабушка! Можно вас на минутку?

-Я тебе не бабушка, а ты мне не внук. И минуток нет для разговоров…все кончились.

Ей, видимо, грубость доставляла величайшее удовольствие. Она продолжала работать, но глаз её всё больше косил в их сторону.

-Я же у вас ничего особенного не прошу…Дайте сказать.

-Ишь ты, прыткий! Дай ему! Это ты у своей подружки спроси, можа она даст!

Она, довольная шуткой, нагнулась, чтобы поднять ведро. Но тут Серёга не выдержал и, отняв его у шустрой не по годам старушенции, сказал:

-Кончай базарить, бабка. Говори по делу! Перед тобой не клоуны и это тебе на цирк! Расскажи нам кое-какие подробности об упавшей на твоих глазах в обморок девушке в буфете, и мы разойдёмся с миром по разные стороны. Нам тоже время терять не резон.

Бабка подбоченилась и приняла гордую позу, сразу став похожей на сварливую старуху их мультика о золотой рыбке, причём и швабру она держала гордо, словно жезл.

-А ну-ка, вон отседова! И чтобы я вас больше здесь не видела! Нашли себе следопыта! Никого я не видела, ничего не знаю, и знать не хочу!

Она вырвала ведро из рук изумлённого Сергея и быстро-быстро прошаркав подошвами тапок по полу, удалилась, скрывшись за дверями служебного помещения.

Троица осталась ни с чем.

-Ну и стервоза… и откуда только такие берутся? – Серёга озадаченно потёр ладонью затылок.

-Она продукт нашего времени. Что выросло, то выросло.

-Какого это нашего, - не согласился с Ленусей, Серёга, - ты посмотри, ей сто лет в обед! Старушка божий одуванчик! А кусается, как пиранья!

-А ты тоже, умник! Напугал бабулю, надо было проявить терпение и расколоть её постепенно.

Костя обернулся к Лене.

-А ты, тоже хороша! Где же твоя хвалёная тактика? Почему ты её не применила на деле?

-Ещё не вечер! Бабка от нас никуда не денется. Слыхали, что буфетчица сказала? У бабульки сегодня ответственный вечерок намечается. Так мы её на улице и подождём. Может она и посговорчивей станет! Сейчас подгоним машину к выходу, и будем ждать, -Ленка первой поспешила на улицу.

Минут через двадцать ожидание закончилось. Машина медленно ехала за ходко шагающей Ефросиньей Шмакиной. Она была в чёрном приталенном пальтишке с мехом непонятного животного на воротнике. С сумкой, перекинутой через руку, она шагала очень ходко, но на автобус не села. Значит, проживала неподалёку от места работы.

Через десять минут преследования ребята свернули за ней на тёмную боковую улочку.

Здесь выстроились в ряд дома богатые, кирпичные, спрятанные от посторонних глаз за высокими заборами, и домишки попроще, деревянные, старенькие, доживающие свой век. С покосившимися крышами и маленькими, почти у земли, сиротливыми оконцами. Именно в такой домик и вошла, открыв калитку и, цыкнув на залаявшего, сидящего на цепи вислоухого пса, гражданка Шмакина.

Судя по тому, что в домишке не светилось ни одно окошко, в жилище её никого не ждал. Ефросинья повозилась в темноте с замком и вошла внутрь.

Троица, затаившаяся в машине, приготовилась к боевым действиям, благо команда была дана не кем-либо, а маленькой пигалицей из Озерцовска.

-Пора! Действуем быстро и напористо! Стучим в дверь и заходим внутрь, а там смотрим по обстановке.

-Легко сказать заходим! Так она нас и пустила! Да ещё шавка на привязи все штаны оборвёт.

-Не оборвёт…у неё глаза добрые!

-А ты будто усмотрела в этой темноте, какие у неё глазки. Такие вот маленькие шмакодявки именно и кусаются, когда надо и когда не надо.

-Ну и ладно. Хочешь, я первая пойду! Тоже мне мужик, маленькой собачонки испугался.

И Ленуся, действительно выбравшись из машины первой и оттолкнув попытавшегося вырваться на лидирующие позиции Сергея, уверенно открыла калитку и вошла во внутренний дворик.

Она заискивающе ласково повторяла одну и ту же фразу, но в голосе её явно проглядывали тревожные нотки страха.

-Хорошая собачка…хорошая собачка….хорошая собачка…

С каждым произнесённым словом, она всё ближе приближалась к крыльцу.

Пёс дёрнулся на привязи и вдруг неожиданно легко просунул голову в ошейник и оказался на свободе.

Ленкино сердце ёкнуло, и она зажмурила глаза. А охранная зверина, вместо того, чтобы исполнить свой служебный долг, завиляла хвостом и потёрлась мордой о коленки нарушителя территории.

Девушка победно задрала нос и помахала рукой, приглашая попутчиков присоединиться к ней.

-Ну, что я говорила, очень миленькая собачка!

-Плохо Шмакина её воспитала, на наше счастье, - ребята подошли к крыльцу и постучали в дверь.

-Кого ещё нелёгкая принесла? – в голосе хозяйки дома сквозило неприкрытое недовольство.

И тут Лена плаксиво противным голоском проныла:

-Это я, бабушка Фрося, ваша соседка! Меня мама к вам за солью послала. Возьми, говорит, немного, а мы завтра отдадим.

За дверью послышалось знакомое ворчание.

-Всё им дай, будто у меня дома склад продовольственный, -но дверь Шмакина всё же отворила.

Это было существенной промашкой с её стороны. Так как, увидев Ленусю, а вовсе не соседскую девчонку, она сразу попыталась захлопнуть дверь. Но это ей не удалось, из-за подставленной в проём Серёгиной ноги.

-Пусти дверь, ирод! А то сейчас милицию позову!

-Да они сейчас и сами подъедут, если мы вызовем и заявим, что вы скрываете известные вам факты.

-Какие факты! – взвизгнула старушка. – Ничего не знаю, и знать не хочу! Пошли все вон!

-А вот это вы напрасно, - ласково так, проворковала Ленуся. - Мы же вам ничего плохого не делаем. Нам просто надо знать, что случилось с моей младшей сестрой. И мы пока неофициально пытаемся это выяснить. А в противном случае, я обращусь в милицию. Вам это надо, бабуль? Всё равно как свидетель по делу пойдёте. Затаскают ведь вас по ментовкам. А возраст не тот, бегать туда каждый день.

-Ты на мой возраст не пинай! Я ходчее тебя буду!

Видно было, что гражданка Шмакина сомневается. Но нелюбовь к родимой милиции пересилила нежелание общения с надоедливой троицей и она, молча, открыв дверь настежь, отправилась в дом.

Стоящие на улице люди переглянулись и последовали за ней, натыкаясь по пути на какие-то вёдра и бутылки, рискуя на пути свернуть себе шеи.

После уличной тьмы свет неприятно резал глаза. Но вскоре они привыкли, и стало возможным разглядеть необычайный беспорядок маленькой комнатки, служившей одновременно и кухней, и столовой, и прихожей. Везде валялись пластиковые бутылки, пустые стеклянные банки, старая обувь. На столе также царил хаос. Видимо, старушка чистюлей не была.

Кроме этого бардака, в комнатке витал явно ощутимый запах бражки. Может, из-за этого старушка и смилостивилась над нами, не желая лишний раз попадать в поле зрения служителей закона.

Шмакина закинула в топку печки угля из стоящего тут же ведёрка и уселась на табуретку у стола.

-Ну! Говорите чего надоть! У меня времени мало. Я гостя жду!

Ленка сразу приступила к допросу:

-Вы хорошо рассмотрели человека, который тогда подошёл к девушке? Как он выглядел? Во что был одет? Какого возраста? Куда потом её повёл?

-Ты не мельтеши! Стрекочешь как из пулемёта!

И в свою очередь задала вопрос:

-А вот вы откель узнали, как меня кличут? Я-то с вами не знакомилась!

-Всё очень просто. Нам буфетчица сказала.

-Вот стервоза! Чешет языком, как попадя! Лучше бы за собой смотрела. Да за своей прошмандовкой Галькой! Чем ко мне посылать…Ну, я ей устрою жизнь краше майского праздника!

-А причём здесь она и какая-то Галька?

-Галька-то, сестрица ейная! Путанкой прирабатывает! А дура, Люська, леший её побери, скрывает это ото всех. Ей богу, дура! Это всем известно давно!

-А при чём здесь Галька то?

-Да не трындычи ты, а то передумаю Люську закладывать.

Ефросинья пододвинула к себе пепельницу и закурила.

-Так вот я о чём. Галька-то как раз и путалась с тем хмырём, что вашу девку увёл.

Заявление было более чем неожиданно. И Лена затаила дыхание.

-Именно с ним. И я видела не раз, как он её на своей красивой машинке подвозил, а она потом к Люське своей бежала в буфет.

-Значит, они хорошо знакомы? – не верила такой удаче Лена.

-А как же, я и говорю, знакомы, очень даже знакомы. Расплодилось их тут, и девок наших всех в оборот взяли. А они-то дуры, тёлки безмозглые, глазищи накрасят и хлопают ими…

-Что вы имели в виду?

-Да черноту эту, – бабка плюнула в пепельницу.

-Он что, не русский?

-Такой же русский, как Папа Римский, негр!

Час от часу не легче. Ребята переглянулись, но обсуждать сей интересный факт, не стали. Сейчас главное было вытянуть из Шмаковой как можно больше информации, пока не закончилась её словоохотливость.

-А где можно найти эту Галю?

-А проще простого. Вот вы мне деньжат подкиньте, тогда скажу. А то за бесплатно стараться лень, - милая старушка вопросительно посмотрела на всех поочерёдно.

-Сколько?

-Три сотни!

Видя, что Ленка без промедлений и колебаний, вытащила из кармана и протянула ей купюры, Шмакина поняла, что продешевила, но отступать было уже поздно.

-Вот сейчас и найдёте её недалеко от вокзала, у ресторана «Астрал». Я её там частенько вижу, когда тару пустую собираю. И с ним, с чёрным-то она там была не так давно, в позапрошлое воскресенье. Она меня не заметила, а я её, нахалку, сразу узнала, как она его ласково называла…То ли Армен, толи как-то ещё, на букву а. Не помню. Катите туда часиков в десять, не ошибётесь. Только обо мне, чур, ни гу- гу.

-А как мы её узнаем?

-Да просто. Лохмы крашенные белым цветом. Сама высоченная, тощая, а сиськи, как у дойной коровы. Короче, узнаете. А нет, ваша беда, я всё сказала!

Они покидали дом Ефросиньи Шмакиной в приподнятом настроении. Наконец то дело сдвинулось с мёртвой точки. И план действий был ясен как божий день. Теперь путь лежал прямиком к упомянутому «Астралу», двоим из этой компании знакомому не понаслышке.

Вислоухий пес на прощание лизнул Ленкину руку, и девушка искренне его пожалела. Не приведи бог никому иметь такую хозяйку как у него!

Но, надо отдать ей должное, она пролила свет на таинственное Зойкино исчезновение, несмотря на отрицательные черты своего характера.

Вскоре машина остановилась у знакомого заведения, и люди в ней сидящие стали пристально изучать обстановку.

Действительно, чуть в стороне от припаркованных машин, ближе к дороге, кучковались молодые особы, в намереньях которых не приходилось сомневаться. Но, к сожалению, ни одна из них не подходила под описание Шмакиной. Костя уже хотел выйти и задать красоткам наводящие вопросы, но тут из дверей ресторана выпорхнула молодка в коротенькой белой шубке, на широкий воротник которой, ложилась грива волос, идентичного с этой самой шубкой цвета. Девушка была достаточно высока и стройна. Короче, очень похожа на разыскиваемую особу. А направлялась она, горделиво выводя худенькими бёдрами плавный танец, к стайке подружек по древнему ремеслу.

-Ну, кто пойдёт? Надо заманить её в машину. И вообще, может, это не она.

Ленуся многозначительно смотрела на ребят.

– Чего сидите-то? Ждёте, пока её кто другой снимет?

Серёга вздохнул и выбрался из машины.

Он шёл неторопливо, вразвалочку, и сразу же в него вцепилось взглядом несколько пар глаз. Представительницы прекрасного пола вычисляли, кому достанется такой хорошенький…

Молодой мужчина, не теряя времени, сразу направился к предполагаемой родственнице буфетчицы. Он подозвал её жестом и предложил прокатиться.

Девушка согласилась, но уточнила, есть ли у клиента деньги, и, видя, как тот вытаскивает портмоне, прикидывала в уме, нельзя ли с него запросить больше обычной таксы.

-Сколько?

-Стольник!

-А по курсу, в рублях берёшь?

-Беру! Лишь бы не фальшивые были.

Серёга отсчитал купюры и передал ей.

Едва денежки перекочевали к другому владельцу, а точнее владелице, она, попросив Сергея подождать, скрылась за углом здания.

Незадачливый конспиратор, уже было решил, что плакали денежки, но его избранница вновь показалась и сообщила о своей готовности следовать за ним хоть на край света.

Открыв дверцу машины, и увидев в ней ещё двоих, она озадаченно спросила.

-А что это нас так много?

-Да садись ты, это мой приятель и его подружка. Чтоб веселей было! – Серёга подтолкнул деваху на сиденье и захлопнув дверцу.

Когда машина отъехала, он поинтересовался:

-Тебя как зовут?

-Анжела. А тебя, котик?

«Котик» не ответил, а лишь разочарованно присвистнул. И, пожав плечами, произнёс, словно оправдываясь.

-А я откуда знал…

Путана не понимала, что происходит. Компания ей вовсе не нравилась, мрачные все какие-то. А тут ещё замухрышка с заднего сидения, подвинувшись ближе, чуть ли не на ухо, спросила:

-А может, всё-таки Галя? Не отпирайся. Я голову могу дать на отсечение, что никакая ты не Анжела.

-А в чём, собственно, дело? Может, вы у меня ещё паспорт, спросите?

-Надо будет, и спросим.

Машина остановилась на тёмной улочке. И девушка решила, что попала в руки извращенцев. Любовью тут и не пахло. Они знают, как её настоящее имя. А, значит, выслеживали именно её. Грустные эти мысли быстро согнали с неё весь видимый лоск.

-Что вы хотите от меня?

-Ничего особенного. Только правду! – голос пигалицы звучал зловеще.

–Тебя ведь Галя, зовут? Не так ли!

-Так, так! И что из этого следует? Как хочу, так и назовусь, кому какое дело?

-И ты сестра буфетчицы в аэропорту, так?

-Так.

-У нас к тебе есть пара вопросов, после ответов на которые, мы тебя отпустим на все четыре стороны. В противном случае, - Лена выдержала многозначительную паузу, - никто и никогда тебя больше не увидит.

Галина взвесила аргументы за и против, и решила не перечить странным незнакомцам.

-Спрашивайте.

-В позапрошлое воскресенье с кем ты была в «Астрале»?

-Спросили бы чего полегче…мало ли с кем? Работа у меня такая, что всех и не упомнишь!

-Этого кавалера ты должна была запомнить. Я тебе помогу. Он не русский и зовут его Армен?

-Какой ещё Армен? Отродясь такого не знала! Только артиста Армена Джигарханяна припоминаю, в кино видела…

-Кончай острить, а напряги мозги! – потерял терпение Костя.

-Может, Арсэн? Точно, мы с ним тогда в кабак затесались… А что? Он выкинул какую-то пакость? Раз вы им интересуетесь?

-А он может?

-Вполне.

-Чем он занимается?

-Не знаю, он мне не докладывал.

Девушка слукавила, скрыв тот факт, что Арсэн когда-то контролировал городских проституток. Почему она должна выкладывать им всё на блюдечке с голубой каёмочкой?

-Где он живёт? Ты знаешь?

-Нет.

-Не ври! У нас совсем другие сведения. Ты сама сделала выбор, теперь будешь везде кататься с нами. Либо пока не просветлеет твоя память, либо, пока мы сами его не найдём.

Костя говорил так убедительно, что трудно было усомниться в его намерениях.

-Да кто вы такие? Из милиции? – голос Галочки уже звучал плаксиво, словно она готова была в любую минуту разрыдаться.

-Нет. Хуже. Гораздо хуже.

Что могло быть хуже, девушка не знала, но ясно поняла, что упрямство не сулит ей ничего хорошего.

-Дай сигаретку!

Когда Ленуся протянула ей пачку, рука девушки заметно дрожала. И Лена поняла, что она панически боится этого самого Арсэна. Поэтому попыталась её успокоить.

-Да не бойся ты, он никогда не узнает о нашем разговоре. И вообще никто не узнает.

-Вам хорошо говорить, а он меня просто прикончит, если выяснится, что я на него навела.

-Никого ты не наводила, просто покажи, где он живёт, и гуляй себе. Главное сама держи язык за зубами, и никому не болтай, где была. Ты работала с клиентом. Тем более что деньги ты уже получила.

Галя выбросила докуренную сигарету в окно и, горестно вздохнув, сказала:

-Ладно. Покажу… Он живёт на окраине, на Речной. Последний дом. Только, ради бога, не подъезжайте близко к коттеджу.

-Хорошо.

Мотор взревел, и машина тронулась с места. А сидящие в ней люди были довольны. Удача сегодня повернулась к ним лицом!

Глава 27

Арсэна поднял с постели телефонный звонок. Он не мог заставить себя встать и накрыл голову подушкой, чтобы ничего не слышать. Но включившийся автоответчик заорал злобно голосом профессора Свирцева и волей- неволей, но пришлось выслушивать его выкрики.

-Что происходит? Почему вы не отвечаете на мои звонки. Где моя дочь? Она не звонит домой и не появляется ни на занятиях, ни в лаборатории. Если вы немедленно не свяжетесь со мной или она не появится дома сейчас же, я буду вынужден принять меры и обратиться в милицию.

Арсэн запустил в телефон подушкой.

-Проклятый старикашка. Не будь так необходимы его гениальные мозги, он давно бы отправил его к праотцам. Вместе с его ненаглядной доченькой.

Как же она ему надоела….

Вся такая порядочная и честная, умненькая и высокоморальная. Будь она как все, ворующие что плохо лежит и не испытывающие угрызений совести, его жизнь значительно бы упростилась. Она одна имеет доступ и к делам отца, и к его бумагам. Препарат, отнимающий память не закончился бы никогда. А там, глядишь, её папашка изобрёл бы ещё что-нибудь уникальное. Внеся ещё один значительный вклад в его валютный фонд.

Арсэн вышел из спальни и направился на кухню, распорядиться, чтобы домработница Милка, приготовила ему кофе. Проклятый звонок прервал его сон, и голова теперь раскалывалась. Надо срочно привести своё состояние в порядок. Завтра утром предстоит трудный разговор с профессором. Для того чтобы разговор был результативен, необходимо хорошенько обдумать порядок беседы и предусмотреть все его возможные выходки. Или лучше поехать пораньше на базу и заставить Майку позвонить папочке, чтобы усыпить на время его бдительность.

На кухне слышался девичий смех и громкий бас охранника.

Опять он крутится около Милки. Эдак, они вовсе перестанут работать. Видно пышногрудая деревенская девка притягивала своим аппетитным молодым телом рыжего верзилу Юрика.

Но голоса и шутки влюблённой парочки сразу же смолкли, едва они увидели в проёме коридора приближающегося хозяина. Тот был не в духе, а в такие моменты лучше всему окружению стать тише воды ниже травы, чтобы не навлечь его гнев на себя.

Мила так и застыла с чашкой в руке, не обращая внимания на вовсю кипевший чайник. А Юрик быстро сглотнул кусок аппетитного блинчика с черничной начинкой, даже как следует его не разжевав.

-Мила, принеси в мой кабинет кофе и что-нибудь болеутоляющее… Да! И пару бутербродов.

Арсэн вышел, и двое облегчённо вздохнули.

-Ладно, пойду…ты сразу ужин Гришке передай, - позаботился верзила о своём напарнике, - а то он там слюной истекает, представляя, какими вкусностями ты меня тут кормишь!

Арсэн поднялся на второй этаж. Туда, где находился его кабинет. Он не успел открыть дверь, как снова зазвонил телефон.

В душе возникло щемящее необъяснимое чувство тревоги.

-Да!

-Арсэн! – он сразу узнал голос Слона и понял, что предчувствие его не обмануло, - у нас произошло Ч-эП-э…. Девки сбежали! Мы их ищем, но пока не поймали. Они в лесу… Нашли след, но снег пошёл… и всё испортил….Но ты не волнуйся! Мы их обязательно возьмём. Никуда не денутся!

Арсэн задохнулся от ярости.

- Когда?

-Рано утром.

-Да вы что, охренели, что ли совсем! Семеро не могли справиться с двумя девчонками. Чем вы там занимались? На что тогда нужна ваша чёртова охрана? Если вы их не найдёте сегодня, я с тебя первого шкуру спущу. Почему сразу мне не сообщил об этом?

-Надеялся, что поймаем, - толстяк пытался оправдаться, - они Бусю ранили, а у Артёма сотрясение мозга, они его по башке шарахнули. У Тощего работы много.

-Чем это, ранили?

-У них два ствола. Один Артёма, а другой,…. – Слон замялся, - другой – мой!

У Арсэна не хватало слов, он рычал в трубку как разъярённый лев.

-Хоть весь лес на пузе проползите, но чтоб вы их мне нашли! А если они вас всех перестреляют, мне плевать. Тебе, Слон, нужно всё исправить. Девки должны быть утром на базе. Из-за твоего разгильдяйства, дело поставлено под удар. Я скоро приеду!

Арсэн метался по кабинету и никак не мог понять, почему вдруг и так сразу всё не заладилось. Какие-то бесконечные накладки.

И так хватает в последнее время головной боли, а тут ещё этот побег. Хотя Слон и уверяет, что они всё ещё находятся в лесу, но не может же он это гарантировать. А что если им каким-то образом удалось добраться до города? Чем чёрт не шутит!

И тогда весь план с профессором Свирцевым летит в тартарары.

Появившаяся дома доченька наверняка бросится в рыданиях на грудь папочки и выложит ему всю правду и о нём, Арсэне, и о препарате.

Ладно, не стоит пороть горячку! Лишь недавно ему звонил с угрозами Валерий Сергеевич, из этого ясно, что Зойка там не появлялась. Но может, несомненно, может, возникнуть там в любой момент.

Значит, настала пора действовать. И без промедления отправляться к профессору.

Арсэн принял решение и, одевшись, вышел из дома. Он предупредил охрану, что, возможно, сразу отправится на базу. И, уже выгоняя машину из гаража, решил захватить с собой рыжего верзилу, Юрика.

Нечего штаны протирать на кухне, жрать оладьи в несметных количествах и таращиться на Миланью. Пусть занимается своими прямыми обязанностями.

Хотя с престарелым упирающимся профессором он и сам справится безо всякого труда.

Черный Мерседес медленно выехал за ворота и направился по дороге по известному маршруту, к дому профессора Свирцева, на улицу Советская, пятьдесят…

…Люди в машине, припаркованной недалеко от указанного Галей коттеджа, пребывали в раздумье, какие шаги предпринять на следующем этапе. Не будешь же вот так сидеть, и ждать у моря погоды. Так никогда не узнаешь, в доме Зойка или нет. Но пока ничего путного, стоящего внимания их головы не посетило.

И вдруг… ворота бесшумно раскрылись, выпустив на свободу новенькую чёрную машинку. Она медленно проплыла мимо них и стала удаляться, набирая ход.

Костя тряс за плечо замершую от ужаса и сползающую всё ниже по креслу Галину.

-Это его машина? Это он в ней поехал? Отвечай же!

-Его….Это он, Арсэн! – девушка еле разлепила вмиг пересохшие губы.

-Давай Серёга, гони за ним, да только так чтобы он тебя не заметил.

-Не боись! Сейчас посмотрим куда это мафиози, на ночь глядя, намылился…

Они не выпускали мерс из вида, но и не приближались близко, держа его на безопасном расстоянии…

Вскоре машина заехала под арку и остановилась у дома под номером пятьдесят. Из неё вышли двое. Один, верзила с копной ярко рыжих волос, в коричневой кожаной куртке, зашёл в подъезд первым. За ним другой, тоже высокий, но всё-таки поменьше ростом, с черными немного вьющимися волосами, аккуратно зачёсанными набок, одетый в короткую чёрную дублёнку. Их было очень хорошо видно при свете горящего над подъездом фонаря.

У преследователей мужского пола, одновременно вырвался невольный крик. И они сразу же поняли, что их предположение верно, хотя они сейчас лишь несколько секунд видели мужчину, вошедшего в подъезд вторым.

-Это ж он! Тот, который в «Астрале» к Зойке пристал! Он был тогда со своими головорезами. А то бы огрёб по полной программе!

Серёга даже присвистнул от удивления.

- Пойду-ка я, осторожненько посмотрю, в какую они квартиру поднимутся.

Он выскользнул из машины и скрылся в подъезде.

-Вот какой расклад получается….И этот хмырь прилизанный и есть твой дорогой Арсэн? – Костя никак не мог поверить в такое совпадение.

-Да…- еле слышно пролепетала Галя, - это он.

Видно было, что она смертельно напугана, судя по тому, что она заканючила на одной заунывной ноте.

-Отпустите меня теперь! Зачем я вам нужна? Я уже всё сказала. Ну, пожалуйста! Дальше сами с ним разбирайтесь. Зачем вам я?

Видя, что её словам никто не внемлет, она даже сделала попытку выпрыгнуть из машины. Но Ленкина рука цепко вцепилась в её шубку и втянула её назад в салон

-Сиди здесь, ты можешь ещё нам понадобиться.

Убедившись, что девушка притихла, она, сгорая от любопытства, поинтересовалась у Родина.

-А вы что, его знаете? Этого Арсэна?

-Не то чтобы знаем, но стычка с ним и его бойцами, у нас была. Мы гуляли в «Астрале», а этот типчик, всё проявлял к Зойке излишнее внимание. Когда он стал слишком назойлив, пришлось ему объяснить, что к чему. А дальше, разумеется, нам пришлось ретироваться, чтобы не провести остаток ночи в столь неприглядном месте…

-Тогда выходит, он её преследовал, может, шпионил за вами? А потом, увидел, что Зоя одна, и цап, её сразу?

-Скоро мы это выясним. Главное не потерять из виду этого загадочного Арсэна!

Вернулся Серёга и, забравшись в машину, объявил:

-Третий этаж. Квартира тридцать два.

Валерий Сергеевич Свирцев не находил себе покоя. Такого с ним никогда ещё не случалось, но ведь и Майя раньше не отсутствовала дома больше одного дня.

Он пытался успокоиться, уверяя сам себя и находя новые доводы отсутствия дочери.

-Девочка влюблена, и она совсем забыла о своём бедном отце. Молодость жестока!

Может, её богатенький избранник увёз её на отдых куда-нибудь на Канары? Тем более уже давно велись эти разговоры. А его девочка боялась, что он её не отпустит.

Нет, это предположение абсурдно. Она слишком рассудительна, чтобы выкинуть подобный трюк. Она обязательно поставила бы его в известность. Валерий Сергеевич отогнал прочь эти мысли и выпил валерьянки.

Звонок застал его на кухне, и он бросился в прихожую к телефону, надеясь, что это объявилась Майя.

Он так ждал её звонка, что даже не сразу понял, что говорившая не его дочь.

-Валера! Это ты! Я не узнаю твой голос? Ты заболел?

Несколько секунд спустя, он узнал его. Голос его бывшей жены, Маши.

Она звонила время от времени из Парижа. И он всегда с радостью с ней общался.

Он уже забыл давнюю и глубокую рану, что она ему нанесла много лет назад. И даже был ей благодарен за то, что она когда-то привезла и оставила у него их маленькую дочь….

Она стала его сокровищем. Единственной ценностью, ради которой стоило жить.

Голос в трубке тревожно вопрошал.

-Валера! Ты слушаешь меня! Позови к телефону Майю. Сегодня ночью мне приснился кошмар. Пожалуйста, дай ей трубку.

-Я не могу позвать её к телефону. Она уехала.

Собственно, он и не покривил душой. Майи, действительно не было дома. А всю правду Маше и знать не стоит. Да и какую правду? Ведь он сам находился в неведении.

-Жаль! А когда она вернётся? – расстроилась женщина.

-Скоро… Скоро вернётся.

-У вас всё в порядке?

-Всё нормально, не беспокойся, - Свирцев старался говорить так, чтобы голос не выдал его чувств. А Мария всё же уловила в нём интонации не свойственные бывшему мужу. Но расценила его односложные ответы по-своему, решив, что он просто не в духе. Поэтому и постаралась поскорее закончить разговор.

-Передай Майе, когда она вернётся, что я очень хочу её видеть и хлопочу об открытии визы. Может, она надумает ко мне приехать. Я была бы очень рада.

-Хорошо! Я ей всё передам.

Они попрощались, и Валерий Сергеевич положил трубку телефонного аппарата.

Тут же прозвучал звонок в дверь и Свирцев, вспомнив, что Даша, их домоправительница, уехала на два дня в деревню к сестре, пошёл открывать сам.

Он был ещё под впечатлением звонка, поэтому открыл дверь сразу, не посмотрев в глазок и не поинтересовавшись, кто стоит на площадке.

В прихожую вошли двое. Одним был Арсэн. Другого же Свирцев видел впервые.

Этот второй, по-хозяйски, закрыл дверь и провернул в замке ключ. А затем отправился бродить по комнатам, словно кого-то искал, абсолютно игнорируя хозяина квартиры.

Профессор поразился его поведением и возмущённо спросил, обращаясь к Арсэну.

-По какому праву этот тип рыскает по моей квартире? Вы забыли, что пока это мой дом? Вы пришли по поводу моей дочери? Где она?

-Слишком много вопросов Валерий Сергеевич, слишком много. Вы торопите события.

Арсэн небрежно толкнул профессора, отодвинул его в сторону и прошёл в гостиную. Там он уселся на диван и, положив ногу на ногу, закурил. Прекрасно зная, что Валерий Сергеевич не переносит сигаретного дыма, с тех пор как бросил курить сам.

Свирцев стоял рядом и удивлялся его наглости, а в это время вернувшийся из спальни рыжий бугай сообщил.

-В квартире никого нет, я всё проверил.

-Вот и хорошо! Значит, никто нам мешать не будет. А куда вы старушку, бабу Дашу дели? А, профессор?

-Она в деревне. Но вы же, как я понимаю не к ней пришли.

-Вы правильно понимаете, не к ней. А к вам. И я хочу вам кое-что сообщить.

Вы спрашивали меня о Майе. И ваши намёки были недвусмысленны. Вы, профессор, даже изволили пугать меня. Вы не правы. Не стоило этого делать. Я не привык бояться… Напротив, когда меня пугают, это сильно портит мне настроение. И тогда я способен натворить глупостей. Так вот, ближе к делу. Ваша дочь находится в моём доме. Она повела себя неправильно, и поэтому ей пришлось остаться там, на неопределённое время. Но если вы проявите благоразумие, вы опять сможете быть с ней.

-Я вас не понимаю. Вы что, удерживаете её силой? – Валерий Сергеевич не верил собственным ушам. Казалось, что ему снится страшный сон, и он вот-вот закончится. Оставив после себя лишь мимолётный неприятный осадок.

-Да…Вот видите, вы уловили смысл моих слов на лету…

Именно силой… Даже более того, её жизнь полностью зависит от вашего дальнейшего поведения. От того найдём ли мы с вами общий язык.

Свирцев побледнел и опустился в кресло. Ему показалось, что силы разом покинули его.

Он всю жизнь растил и оберегал свою дочь словно нежный ранимый цветок. Старался оградить её от неприятностей и злых людей. И вот, нате вам, не уберёг. Этот человек был вхож в его дом, он сам позволил ему приблизиться к Маечке. Хотя и не покидало его чувство, что он совершает ошибку. Надо было прислушаться к этому тревожному набату души, отдающемуся болью в сердце.

-Что вы хотите от меня взамен моей дочери? Я прекрасно понимаю, что взывать к вашим чувствам бесполезно. Ведь вы никогда не любили её.

-Сейчас не время для слюнявых определений - любил, не любил. Какая разница? Если вам будет легче от этого, то я скажу, что испытывал к ней некоторую привязанность. Но уж больно она правильная, а это скучно. А теперь к делу. Мне нужен препарат… Вы, конечно, понимаете, о чём я? Препарат, отнимающий память.

-Нет. Не понимаю. Это утопия чистейшей воды. Никакого препарата нет и быть не может.

-Да что вы говорите профессор? Вас разве в детстве не учили, что врать нехорошо. Взрослый ведь, дяденька, - усмехнулся Арсэн, - и я даже поверил бы вам на слово, если бы самолично не опробовал его действие.

-Да вы с ума сошли! Вы вор, и к тому же непонимающий что творит.

-Нет. Творить это ваш удел, а нам этого не надо. Нам, что попроще! Короче, вы даёте мне препарат прямо сейчас, и впоследствии работаете на меня, или ваша дочка распрощается со своей молодой жизнью. Согласны? У вас нет выбора. Либо да, либо нет. Всё очень просто…

Свирцев решил выиграть время. Пусть он согласится сейчас, но это не значит, что у него не будет возможности исправить ситуацию. Главное вернуть Майю.

-Хорошо. Я согласен. Когда я увижу свою дочь?

-Скоро. Очень скоро. Давайте препарат.

-Но я не держу его дома. Только в лаборатории. И к тому же, он почти на исходе.

-Хорошо, – Арсен встал с дивана, тем самым, давая понять, что время разговоров прошло. – Сейчас мы едем в лабораторию, и вы возьмёте всё, что необходимо для его приготовления.

-Это невозможно. Тогда мне придётся просто забрать с собой всю лабораторию.

-Не преувеличивайте, профессор. Возьмите только компоненты препарата, а необходимое оборудование будет вам предоставлено. Кстати записочку оставьте, для бабы Даши. А то старушка мнительная, может в панику кинуться.

Арсэн встал рядом с Валерием Сергеевичем, и стал смотреть, какой текст тот напишет. Результат его удовлетворил. Из записки следовало, что профессор уехал в командировку.

-Вот теперь поехали в институт. Только не говорите мне, что там никого нет. Охрана давно привыкла, видеть вас в лаборатории в любое время суток. А ключи вам всегда дают беспрепятственно.

Трое вышли из подъезда и сели в Мерседес.

Едва машина заехала за арку, Костя скомандовал:

-Давай за ними, - затем, повернувшись, спросил у Гали,

-А ты, случайно не знаешь, кто это с ними был, третий, пожилой мужчина?

-Случайно – нет. Я не обязана в городе всех мужиков знать.

Преследуемая машина остановилась у ЧГУ. За ними, у здания напротив, припарковался Жигулёнок Сергея.

-Чего это им среди ночи понадобилось в университете? Ладно, будем ждать.

Свирцев, в сопровождении Арсена поднялся по ступеням и нажал кнопку сигнала. Тут же в маленьком окошке на двери, показалась заспанная физиономия охранника. Он сразу узнал профессора и удивлённо спросил:

-Что это вы так поздно, Валерий Сергеевич?

-Кое-какие документы забыл, а завтра вылетаю в командировку. Нужно забрать их сегодня. Со мной мой новый ассистент. Пропустите нас, будьте любезны.

Дверь открылась, и охранник запустил их внутрь здания. Затем нашёл ключи от лаборатории и передал их профессору. Едва они скрылись в длинном коридоре, он, раскрыв газету принялся разгадывать напечатанный там кроссворд.

Люди, томящиеся от ожидания в Жигулёнке, нервничали. И их головы стали посещать бредовые идеи, одна нелепее другой.

Первой высказала свои мысли Ленуся:

-А давайте захватим эту троицу, когда они выйдут на улицу, затащим в машину и узнаем где Зойка.

-Ты что, боевиков американских насмотрелась? Это там подобные захваты проводятся по счёту раз! У них, наверняка, стволы имеются, а ты из чего стрелять будешь?

Лена пожала плечами. Они были, безусловно, правы. Тогда она предложила другой вариант:

-Может, она в квартире, где они только что были? Надо проверить.

-Да! И упустить эту троицу! Очень умное предложение.

Прошло минут двадцать, и вновь появился Арсэн и с ним тот же пожилой мужчина. Только теперь он нёс в руке дипломат.

Они сели в машину, и она тут же отъехала, набирая скорость на шоссе.

Костя заволновался и нервно торопил Сергея.

-Смотри, не упусти их.

-Да ты что! То близко не подъезжай, то не потеряй из виду… Садись сам за руль, тогда и командовать не придётся. Хотя нет, на водительское место я тебя не пущу, а то угробишь нас. Ты на нервной почве становишься отвратительным водилой.

Галочка сидела, прижавшись к двери, и не отводила взгляда от спинки переднего сидения, или может от Костиного затылка. Она явно сократилась в размерах, и если бы смогла, то просто растворилась бы и вытекла из салона как некая жидкая субстанция в любую появившуюся ненароком щелку. Её совершенно не устраивало кататься с этой безумной командой по городу. Она проклинала тот день и час, когда прельстилась заработком и села в эту чертову тачку…

После получаса преследования стало ясно, что они выехали за черту города.

-Куда это их черти несут? Там же ничего нет. Эта дорога ведёт в заповедник. Уж не поохотиться ли они собрались? - Серёга в нерешительности, загнал машину на обочину, не зная, как поступить, - что делать-то, будем? Ведь они быстренько вычислят на этой пустынной, богом забытой дорожке, за собой слежку.

-Да! Ты прав! Нам нельзя за ними в открытую ехать. А они, точно, не охотиться собрались. По крайней мере, не на бедных зверушек! Одеты и экипированы несоответственно этому. Значит, есть и конечный пункт следования. Не может быть, чтобы они решили вот так прогуляться среди ночи.

Костя не знал, как поступить, чтобы решение было правильным, и принесло положительный результат. Он думал ровно минуту и вдруг предложил.

-А что, если мы всё-таки поедем по этой дороге, но, только не включая фар?

-Ты что? Рехнулся совсем? Чтобы мы оказались в кювете или в нас врезалась встречная тачка?

-А ты попробуй. Смотри, какая сегодня луна Она же, как фонарь светит. Да и какие встречные машины в лесу?

Сергей размышлял и взвешивал в уме все аргументы за и против, недолго.

Мотор взревел и вот уже машина, повернув направо, съехала с трассы и покатила по узкой, занесённой по обоим краям снегом, дороге.

Метров через пятьсот пути, Сергей выключил фары и дальше они продвигались под покровом ночи, по дороге освещённой лишь небесным светилом.

Ехали медленно и довольно долго, пока темноту внезапно не разорвал свет мощных фар, бьющих из развёрнутого поперёк дороги джипа. Из него выскочил на дорогу человек и, жестикулируя руками, приказал им остановиться.

Лена вздрогнула от вскрика сидевшей рядом Гали. Девушка трясло так, что она чуть ли не стучала зубами. Боясь быть узнанной, она вжала голову в высокий воротник шубки, спрятав лицо так в его пушистом мехе, что наружу торчала лишь макушка.

-Спокойно, без паники, мы просто загуляли на пикнике и перепутали в какой стороне город, - прошептал еле слышно Костя. Он достал из-под сидения бутылку пива и теперь держал её в руке. Видно, рассчитывая в случае чего применить её в качестве оружия. Серега уже открывал дверь машины.

Тут же перед ними возник наглого вида парень и, заглянув в салон, процедил сквозь зубы.

-Ну и куда вы прёте? Здесь закрытая зона…ну-ка разворачивайтесь обратно. И почему без света чешете?

-Да ладно тебе, командир, - Серёга очень правдоподобно сыграл пьяного. - Мы тут с девочками погуляли, шашлычков натрескались, водочки попили и теперь в город едем, продолжать пьянку. Только вот машинка барахлит. Хочешь с нами?

-Ты что? Нажрался так, что не соображаешь куда едешь? Тебе в обратную сторону, болван! Город-то там!

Гран, а это был именно он, пнул ногой колесо жигулёнка и грязно выматерился.

С какой бы радостью Серега сейчас вмазал по этой наглой роже. Как приятно было бы стереть эту ухмылку! Накаченные мальчики они тоже хорошо падают! Расправа не заняла бы много времени. Но Сергей сдержал свои эмоции, продолжая играть пьяного мямлю- дурачка.

-Да оставь ты их! - подал голос из джипа парень с забинтованной головой. - Пусть сваливают.

Он вышел и, подойдя к наглому товарищу крепышу, сказал спокойно и чётко:

-Разворачивайтесь и уезжайте. Туда нельзя, там закрытая зона.

Схватив крепыша за рукав, он тихо сказал:

-Да ладно, тебе Гран, оставь их, пусть едут. Зачем тебе лишняя кровь?

-Арсэн приказал быть внимательными.

-Ну, эти то лохи ни причём…

Машина, взрыв снег, развернулась и покатила по направлению к городу.

А двое на дороге вдруг опомнились.

-А в машине-то, что за девки сидели, ты рассмотрел?

-Конечно. Чухонки какие-то. Не боись, не те, что удрали…Надо же, выберут себе таких баб. Видно, с водярой пойдёт!

Когда девятка отъехала достаточно далеко, Серёга включил фары и, продолжая движение, спросил:

-Ну, что делать будем? Может прорываться вперёд? Но я думаю, всё будет не так просто. Шум эти двое успеют поднять. У них в джипаре, я заметил, «калаш» на сидении лежал, а невоспитанный мальчонка, руку из кармана не вынимал. Думаю, ствол у него там… Серьёзные ребятишки. Только вот что они на дороге забыли? И какую это запретную зону они прикрывают?

-А вот ты у них бы и узнал, – голос Кости звучал раздражённо. Он был явно недоволен их отступлением.

-Нет. Я не понял? Что ты предлагаешь? Лезть напролом неизвестно куда. А ты не думаешь, что в это время Зойка в городе, в доме Арсэна.

-И что ты предлагаешь? Достать стволы и пару гранат и взять приступом домик?

-Их и доставать не надо. У меня это всё есть, не при чужих ушах будет сказано.

Серёга многозначительно показал взглядом на Галю.

-Постойте ребята. Не надо лезть напролом и раньше времени поднимать шум. У меня в голове созрел кое-какой планчик.

Ленуся сказала это настолько загадочно, что все головы повернулись к ней.

-Излагаю! -она соблюла незначительную паузу и продолжила. – Значит сейчас, в городе, подъезжаем к дому Арсэна, и играем маленький спектакль, запуская в дом предварительно напоив Галину.

-Как это, запускаем? Не надо меня никуда запускать! – очнулась, наконец, девушка. Она бешено вращала глазами и готова была вцепиться Ленусе в причёску.

-Да не ори ты! Дай изложить до конца!

-Да пошла ты! Мало того, что вы меня украли, так ещё и издеваетесь. Хотите на амбразуру меня бросить? Нет, так мы не договаривались.

- А я говорю, не ори! Не всё так страшно… Ты в этом доме раньше была с Арсэном?

-Ну! Была! И что из этого?

-А то…Прикинешься пьяной и будешь ломиться в дом. Требовать Арсэна на разговор. Охрана тебя, наверняка, знает. Подвоха не заподозрит. А дальше ты постараешься так понравиться, тому, кто откроет, чтобы он тебя в дом пустил. Примени всё своё мастерство и затащи его в постель, а сама постарайся пробежаться по дому и проверить, нет ли там девушки, которую мы ищем. Потом, сошлёшься на головную боль или что-нибудь там ещё и уйдёшь домой. То есть к нам. Мы тебя будем ждать на соседней улице, чтобы не светиться. Вот и всё!

Выговорив свой гениальный план на одном вдохе, Ленуся замолкла.

-Всё сказала? - зло буркнула Галка. - А ты не подумала, что со мной будет, если этих самых охранников в доме целая свора? Что они со мной сделают? Или если Арсэн вернётся и застанет меня в своём доме? Он же предупредил, чтоб сама его не искала. И почему они должны меня в дом пустить?

-Потому что Арсэна нет, и у него вообще интерес к другой, которую он украл. А на тебя ему начхать. Почему бы им ни подобрать лакомый кусочек? А ты девушка видная, думаю, они на тебя клюнут.

-А если я просто не хочу туда идти? Не хочу и всё! Боюсь! Почему я должна всё время плясать под вашу дудку? У меня своя жизнь, а у вас своя. И я в вашу не лезу, как вы в мою.

-Ну, я просто прошу тебя, по-человечески. Мою сестру украл этот хмырь. А ты можешь нам помочь её спасти. Я бы сама пошла, но меня в дом не пустят. Это однозначно! Помоги!

В машине повисла тягучая тишина. Галя думала. И ей, действительно, трудно было решиться на этот шаг. Мужчины это прекрасно понимали и не влезали в женский диалог.

-Ладно. Попробую…Я сама ненавижу этого Арсэна. Сначала в постель меня затащил, попользовался, а потом на панель бросил, как тряпку ненужную. У меня, может, чувство настоящее к нему было…а ему плевать. Он никого не жалеет…Я просила отпустить меня из этого бизнеса, а он только смеялся. Говорит, где ты столько бабок заработаешь… Гнида, что и говорить!

Мужчины переглянулись, удивляясь Ленкиному умению вести переговоры.

Тем временем девятка вырулила вновь на трассу и помчалась по знакомому маршруту.

В центре города они остановились и купили водки и закуски. Галя пила прямо из горлышка бутылки, закусывая чипсами. Щеки её зарделись, и она явно подобрела. Судя по её поведению, во хмелю, она была не злобной. Рука её лежала на Ленусином плече и Галина уже не обижалась на новую подругу, доверительно жалуясь на мужиков и на собственную жизнь. А та, видя, что объект созрел, отняла бутылку у Галины и спрятала её под передним сидением. Всё хорошо в меру! А то шпионка может не справиться с заданием.

Девятка затормозила, не доезжая до коттеджа метров триста. Её невозможно было увидеть из дома, так как она стояла за углом здания. Зато с этой позиции хорошо просматривалось жилище Арсэна. Лена вышла из машины вместе с девушкой, давая последние наставления.

-Ты, Галка, поаккуратней там. И постарайся поскорей оттуда смыться. Сразу, как что-нибудь разузнаешь.

-Да ладно тебе! Сделаю всё в лучшем виде! Не волнуйся. Вообще мужики на меня западают, осечки быть не должно.

Она махнула рукой на прощанье, вышла из-за угла, и направилась к дому.

Ленке стало жаль её, зябко прячущую голову в воротник своей белой шубки. Но вот она встряхнула лохматой головой, опустила ворот, провела рукой по пушистому меху, расправив несуществующие складки. Распрямила плечи, гордо вскинула подбородок и продолжала движение уже совершенно другой натренированной сексуальной походкой. Это опять была прежняя, независимая девушка, которую они встретили пару часов назад у «Астрала».

Галя приблизилась к дому и, не мешкая, нажала кнопку домофона. Она знала, что сейчас за ней наблюдает видеокамера и охранник по монитору, рассматривает её внимательно. Пауза длилась всего лишь несколько секунд. И тут же грубый голос спросил:

-Чего надо?

Галка сделала томное выражение лица и, распахнула шубку, зная наверняка, что взгляд охранника прилип сейчас к её большой, непропорционально фигуре, груди. Обычно, этот жест срабатывал беспроигрышно.

-А мы что, так и будем по микрофону общаться? Может, выйдешь поздороваться с дамой? Или задницу свою от кресла не оторвать?

Человек по ту сторону забора загоготал.

-Так чё мне выходить, ты же не ко мне пришла?

-Точно, к Арсэну, дорогому.

-Так его нет. Зря ты припёрлась. Поворачивай оглобли и отваливай.

-Жаль, что Арсэна нет… У меня сегодня игривое настроение. А мужики настоящие все вывелись! Не кому даже раскрыть свою ласковую душу! Чёрт бы их подрал! А я идти не могу, ножки не держат, и тачку я отпустила уже. Слышь, ты, по ту сторону, может, ты меня до дома подкинешь? Я в долгу не останусь. А то я здесь спать буду…прямо на снегу.

Галя присела на корточки, сделав вид, что и впрямь собралась провести остаток ночи перед воротами.

-Ты что, сдурела? А ну шагай прочь!

Галя и ухом не повела, словно грозные выкрики её вовсе не касались.

Некоторое время через домофон слышались ругательства и злобное сопение, но вскоре все звуки стихли, а фигура охранника материализовалась около Гали. Он небрежно подёргал девушку за рукав,

-Слышь, вставай, чего расселась.

Галя подняла лицо и спросила не без издёвки.

-А чего это ты такой грубый стал, Григорий? А где потерял своего любвеобильного рыжего дружка? Может, позовёшь его. Он всегда со мной ласков, в отличие от тебя, хама.

Ой, что-то плохо мне! Видно, водочка палёная попалась. Мне бы водички попить.

Галя ухватилась за руку парня и попыталась встать, но вместо этого упала, оголив ножки почти до самых трусиков.

Такой соблазнительной картинки парень не выдержал. Он одним движением поднял её с земли и повёл за собой, приговаривая:

-А что, и пойдём… Почему Рыжему можно развлекаться с Милкой в любой подходящий момент, а мне нет.

-Какая это тут ещё Милка? – пьяно спросила Галя и повисла у парня на шее, пытаясь поцеловать его в губы.

-Ты что забыла? Домработница Арсэна.

-А, ну да, помню такую жирную корову!

Они миновали маленькую аллейку перед домом и вошли в холл. Из которого выходило множество дверей. И лестница, ведущая на второй этаж.

Не успели они скрыться в комнате охранников, как из коридорчика, по которому можно было попасть на кухню, возникла Миланья и, подбоченившись, строго спросила, словно именно она была здесь единовластной хозяйкой.

-Так! И что это за явление?

-Иди и занимайся своей работой. Тоже мне, хранительница порядка! Думаешь, я не знаю, как ты с Рыжим кувыркаешься?

Характер Гришки был вспыльчив, и с ним у неё не было взаимопонимания, поэтому домработница обиженно фыркнула и скрылась в том же направлении, откуда только что появилась.

А Гришка затащил, наконец, Галочку в маленькую комнатку, откуда велось наблюдение за внешним контуром дома.

Сейчас на мониторе застыла неподвижная картинка, подтверждающая спокойствие в окружающей обстановке. И парень расслабился. Он, недолго думая, повалил Галю на маленький мягкий диванчик, стоящий у стены напротив стола с монитором, и, сорвав с неё шубку, сапожки, принялся шарить руками по её телу. Потом освободился от собственной толстовки и спортивных штанов.

Он сопел так недвусмысленно, что девушка решила немного охладить его пыл.

-Подожди! Мне срочно нужно в туалет и в ванную. Меня мутит…Ты же не хочешь, чтобы я тебя облевала?

-Нет, конечно.

Галочка вскочила, и, зажимая рот ладонью, выскочила из комнаты. Успев, напоследок попросить недоумевающего парня:

-Ты меня не провожай! Я помню, где туалет. Надеюсь, меня никто не увидит?

-Да нет, в доме кроме меня и этой дуры, Милки, никого нет.

Девушка, захлопнув дверь, в одно мгновение взлетела по лестнице на второй этаж. Она жутко боялась быть пойманной и ежесекундно оглядывалась. Ей казалось, что на её плечо вот-вот опуститься тяжёлая Гришкина рука. И тогда ей несдобровать!

Он сказал, что в доме нет больше охраны. Но разве можно верить таким как он?

Галя открывала поочерёдно дверь за дверью, каждый раз зажмуривая глаза от страха и с радостью обнаруживая, что все помещения пусты.

Осталась последняя комната, в конце коридора, ведущая в кабинет Арсэна. И хотя она собственными глазами видела, как тот уехал на своём черном мерсе, не могла преодолеть себя и, нажав на блестящую ручку, открыть дверь. И когда она всё-таки решилась и надавила на неё, ощутив приятную гладкую поверхность дерева, оказалось, что дверь в кабинет заперта.

Всё правильно. Когда однажды Арсэну срочно что-то понадобилось в кабинете, он открыл её ключом, вытащив связку из кармана. Она прекрасно это помнила, ведь тогда осталась ждать его в коридоре.

Сейчас, она, прильнув ухом к двери, прислушалась. Если за ней кто-то есть, то он должен издавать хоть какие-то звуки.

А в комнате стояла абсолютная тишина. Или только этот некто притаился, почувствовав её приближение. Но как почувствовал, ведь двигалась она бесшумно, мягко касаясь разутыми ногами коврового покрытия пола.

Осмотр был закончен, и Галя мгновенно переместилась на первый этаж. Там она проделала то же самое, убеждаясь, что Гришка её не обманул. В доме, действительно никого не было, только они двое да Милка.

Задание можно было бы считать выполненным, если бы не оставалась одна деталь. В комнате ждёт ненавистный ухажёр. И без интима он навряд ли выпустит её отсюда. Хорошо хоть, что мальчонка смазлив, значит, процесс будет даже приятен…

Девушка уже подходила к двери, когда объект её раздумий, выскочил из охранки и возопил:

-Ты что! Умерла в туалете? Сколько можно ждать!

-Да иду, я иду…

Их общение было долгим. И это вовсе не входило в Галкины планы. И вообще ей всё и все так надоели. Но Гриша раздухарился не на шутку. И заставлял её выделывать такие выкрутасы, что пришлось ему напомнить о времени.

-Позабавились и хватит. А то, ишь ты! Дорвался до бесплатного! Мне пора, лимит исчерпан! У вас и без меня девок хватает. Небось, каждый день новенькую пользуете?

-Если бы! А то надоела Милкина постная рожа! И больше ни одной тёлки на горизонте.

-Как же так! Арсэн девочек любит!

-Только собирает их в лесу, чтоб не сбежали! – загоготал Гришка и схватил Галочку за голую коленку.

-Как это в лесу?

-Никак! Много будешь знать, плохо будешь спать…

Галка натянула на себя трусики, колготки и кофточку. Только юбку Гришка постоянно выхватывал у неё из рук. Поэтому процесс одевания несколько затянулся. И ей даже пришлось на него прикрикнуть, вырывая в очередной раз из его рук теперь уже сапоги.

С горем пополам, но она всё-таки оделась и, чмокнув Гришку на прощание в щёку, пообещала новую встречу. Дав понять, что в восторге от его сексуальных способностей.

Когда фигура в знакомой белой шубке вновь оказалась в поле зрения уставшей от ожидания троицы, раздался вздох облегчения, троекратно же помноженный на количество людей в машине.

Едва Галя свернула за угол, её уже тащила за руку в девятку нетерпеливая Ленка.

-Ну что? Ты смогла осмотреть дом?

-Да! – устало кивнула девушка, - там никого нет. Кроме одного охранника и домохозяйки – совершенно никого… Я была и на первом, и на втором этаже. Заходила во все комнаты… Во все, кроме кабинета Арсэна. Она одна была заперта на ключ. Но навряд ли он будет держать пленницу в своём собственном кабинете.

-Как всё прошло?

-Довольно гладко. Все мужики одинаковы! Просто похотливые бараны! Им вообще нельзя охрану доверять, слишком падки до коротких юбок!

-Только вот обобщать не надо, – возмутился Родин.

-Да ладно! Все вы одинаковы! Хоть бы спасибо сказали! А, между прочим, это далеко не вся информация. Самое ценное на закуску!

-Так не томи душу!

-Так вот, - многозначительно произнесла Галя, оглядев присутствующих, - Гришка, охранник, проговорился, что Арсэн своих пассий собирает в лесу. Я не знаю, что это означает. А спрашивать было опасно.

-Значит в лесу…Конечно, именно туда он и отправился сегодня.

Костя молчал, обдумывая сказанное, а Галя взмолилась:

-Ну, хоть теперь-то вы меня, надеюсь, отпустите? Я сделала всё что могла. И даже больше!

-Конечно, - согласилась Ленуся, - только ещё один вопрос. Ты не знаешь, сколько человек у Арсэна?

-Точно не знаю, но около десятка наберётся.

-Ладно, Сереж, отвези её домой. Хватит с неё сегодня приключений. Тебе, в какую сторону?

-Я живу недалеко от аэропорта, у сестры.

-Уж не там ли где Шмакина проживает?

-Точно, там. На этой же улице, только в следующем переулке. А её то вы откуда знаете?

-Да было дело, – Лена предпочла отмолчаться.

На лице Галочки четко прослеживался мыслительный процесс и когда он завершился, она буркнула:

-Ага. Теперь всё понятно! Это вездесущая старушка Шапокляк вам на меня накапала. Эта, стерва, всё обо всех знает. Что надо и что не надо.

-Да ладно тебе! Зато если бы не она, нам бы туго пришлось! А тебе спасибо за всё! Только о нас никому не говори. От этого зависит человеческая жизнь.

-Зачем мне болтать-то! Кому? Сестре я вообще давно о своих делах не докладываю. А Арсэна ненавижу ещё побольше вашего. Сволочь он. Тут лучше не скажешь!

Девятка остановилась недалеко от маленького, такого же подслеповатого, с вросшими в землю окошками домика, как у гражданки Шмакиной.

Галя выбралась из машины и, махнув на прощание ребятам рукой, быстро побежала к калитке.

Серёга не стал дожидаться пока девушка войдёт в дом, развернув машину, уехал с этой кривой тёмной улочки.

Скоро девятка уже стояла в центре города. Сидящие в ней люди усиленно жевали купленные тут же, неподалёку, в ларьке, пирожки и чипсы, запивая их газировкой, передавая пластмассовую бутылку по кругу друг другу.

После того как они немного заморили червячка, головы их заработали значительно лучше. И они принялись обсуждать план действий. Благо накопленной информации прибавилось.

-Если Арсэновских головорезов около десятка, а в доме остался только один плюс двоих мы видели на дороге, где остальные семь? Арсэна на дороге тоже не было. Следовательно, дальше по курсу мы обнаружили бы их логово…

Серёга усмехнулся, поняв друга с полуслова.

-И ты, конечно, предлагаешь взять его штурмом?

-А ты видишь другой способ? На мирные переговоры вряд ли можно рассчитывать.

-А может обратиться в милицию? - робко вставила словцо Ленка.

-И как думаешь, что они тебе ответят? Как ты докажешь, что Зойку действительно похитили? Никаких требований выкупа не поступало. Оснований для поисков нет. Одни наши предположения. А если сюда ввяжется милиция, то уж точно банда припрячет её куда подальше. Ведь зачем-то девушка ему, Арсэну, нужна?

Костиным словам трудно было возразить. И Лена замолчала, понимая правоту его слов. А он продолжал:

-Надо сделать по-другому. Попасть туда, где они находятся не сложно. Будь то дом или что ещё. В Чечне и покруче бывало! Десяток архаровцев - это не так много. В конце, концов, нас учили не зря. Достать бы оружие!

-А ты разве не слышал, что я говорил у дома Арсэна? Да, брат, плоховато у тебя с памятью дела обстоят.

-А что ты говорил? – удивился Костя.

-То, что оружие как раз есть. На даче, за городом, где тесть Игорюшин живет.

-Вот, басурманы! – догадался Костя, - так вы, что не сдали, как положено, то что в схроне у чеченцев лежало?

-Представь себе, не сдали! И нечего тут орать! Сам сидишь и охаешь, если бы…если бы, - и Серёга пояснил для открывшей изумлённо рот Ленуси.

-Понимаешь, мы в одном ауле брали банду, нашли три схрона с оружием. Ну, два сдали, как положено, а третий оставили и забрали с собой. На всякий случай. Не очень много… Пяток гранат, два калашникова, два макарова, винтовка с оптическим прицелом, бинокли, и так кое-что, по мелочи.

По мере того как он перечислял с невинным видом вооружение, Ленины глаза раскрывались всё шире и шире.

-Так что, устроим маленькую войну? – просто спросил Костя.

-Конечно… Они решили поиграть, но не на тех напали. Сейчас отвезём девушку к тебе на квартирку, уложим баиньки, и за дело. Заберём стрелялки и посмотрим, как наш ответ понравится этому ходоку по чужим девушкам!

Лена, до этого момента разговора пребывающая в ступоре, вдруг очнулась и отчаянно замахала руками.

-Нет! Нет! И ещё раз, нет! Я не поеду ни на какую квартиру! Как до дела дошло, вы меня списываете со счетов! А не будь меня, вы до сих пор сидели бы на кухне и жрали водяру! Что хотите, со мной делайте, но я не выйду из машины. Ни за что!

По её виду можно было сделать вывод, что она не шутит, и тогда ребята постарались достучаться до её разума.

-Ты хоть понимаешь, что это не просто загородная прогулка? Это опасно. Очень опасно! Если придётся, мы будем стрелять и по нам тоже, наверняка, начнут палить… Могут и попасть. Ты понимаешь, что это такое и как это больно? И частенько даже смертельно…

-Хватит меня пугать! Всё я понимаю, - буркнула сердито Лена, - но всё равно поеду с вами!

-Ну и чёрт с тобой, упряма, как осёл!

-Сами вы ослы! – молниеносно парировала Лена и, нисколько на них не обижаясь, достала из бумажного пакета оставшийся про запас пончик и с аппетитом впилась в него зубами.

-Что с ней поделаешь! Поехали в деревню. Здесь рядом. Игорюшин тесть в Селище постоянно живёт. В город его теперь и калачом не заманишь.

Ехали недолго. А можно было бы и ещё быстрее добраться, но уж слишком много на сельской дорожке было неровностей.

Серёга проклинал всех и вся. Но машина всё же достойно выдержала эту неравную борьбу с бездорожьем, и вот уже девятка остановилась у добротного деревянного домика, с резными ставнями и высоким крыльцом.

Ребята выбрались из машины, а Лена осталась сидеть в ней.

Открыв калитку, Костя прошёл по узкой протоптанной дорожке и постучал в окошко.

Ранним утром, в четыре утра, самый лучший сон. Тревожить человека, вырывая его из сладкой неги – просто преступление. Но что делать! Костя постучал ещё раз и сразу же услышал сердитое.

-Кого ещё черти носят по ночам?

В доме зажёгся свет. И белые занавесочки на окошке раздвинулись, показав лицо пожилого мужчины, с прищуром всматривающегося в темноту.

-Дядь Вов! Это мы, Игорюшины друзья. Сергей и Костя.

Хлопнула дверь в сенях, послышались торопливые шаги и стук открываемого на входной двери засова.

-Вы что ребятишки, лучше время для визита не могли подобрать?

-Так получилось, срочно нужно.

- Но раз срочно, тогда заходите, - седовласый, небольшого роста сухопарый мужчина пропустил их вперёд.

Тут ребята вспомнили о Лене.

-Владимир Васильевич, с нами девушка, она в машине ждёт.

-Идите, идите в дом. Я позову вашу подружку.

Он и, правда, привел Лену, едва они уселись к кухонному столику.

-Садитесь, барышня, за стол, к ребятам. Я сейчас чайку погрею.

Он воткнул в розетку шнур электрического чайника. А сам начал выставлять перед гостями поочерёдно то чашки, то банки с вареньем.

-Дядя Вова! Нам некогда чаи гонять! Мы по делу.

-Нет таких дел, которые нельзя на пять минут отложить. А чего это вы Игорька с собой не захватили?

-Да некогда было. Нам бы кое-что забрать в подполе.

-Знаю я, это ваше «кое-что». Видел! А дело то хоть правое? А то много вам накатят, если попадётесь с таким арсеналом.

- Конечно, правое. У нас других и быть не может… а насчёт того чтобы не попасться уж мы позаботимся.

Владимир Васильевич налил кипятку из закипевшего чайника в три чашки, пододвинул ближе к Ленке банку с вареньем.

-Угощайтесь, барышня. А мы пока достанем некоторые вещицы из подпола.

Он, кряхтя совсем по-стариковски, откинул в сторону домотканый половик и открыл, потянув за железное кольцо, люк лаза, ведущего в подпол.

Ребята спустились за ним и вскоре извлекли оттуда пятнистую армейскую сумку.

Когда они выносили имущество в сени и переоделись в камуфляжку, то попросили, воспользовавшись Ленкиным отсутствием.

-Дядь Вов, пусть девушка побудет у тебя, тащить её с собой, сам понимаешь, преступление. Она как воробей, хоть и задиристый, а толку мало, и шуму много лишнего.

-Понял! Будет сделано! А вы, ребята, поосторожней! Куда и зачем идёте, не спрашиваю, всё равно не скажете.

Друзья погрузили боевой арсенал в машину, попрощались с хозяином и отъехали от дома, довольные, что избавились от ненужного груза, то есть вездесущей Ленки.

-Как ты думаешь, сильно она разозлиться, когда увидит, что мы уехали без неё?

Костя открыл, было, рот, чтобы ответить, но таки не успел. Между сидениями возникла Ленкина голова, и девушка обличающе- строго спросила.

-Что? У вас так заведено, исчезать, даже не попрощавшись? Очень нехорошая привычка, я вам скажу!

-Как ты тут оказалась?

-Просто предугадала ваш следующий шаг и подсуетилась. А чтобы насильно из машины не вытолкали, прилегла, прикрывшись Серёгиной курточкой. Здорово?

-Здорово, - грустно подтвердил Костя, понимая, что им теперь от этой хитрюги ни за что не отделаться.

На улице светало, утро вступало в свои законные права, заставляя хмурую ночь отступить. Всполохи поднимавшегося из-за горизонта солнца разбивали тьму, прогоняя её, стелившуюся по земле тёмным покрывалом, прочь.

Глава 28

Я проснулась от звука голоса, такого протяжного и спокойного, что мне сразу захотелось перевернуться на другой бок и забыться во сне вновь. Но голос обращался ко мне. Он называл меня по имени и звал к столу.

-Зойка! Соня! Поторопись, а не то мы с Маечкой скушаем твою долю блинчиков.

Я села на диване, откинув плед и заодно нечаянно сбросив на пол чёрного котяру. Оказывается, он изменил своей привычке обходить чужаков стороной и сейчас, пока я спала, устроился у меня в ногах. Кот недовольно мяукнул и последовал за мной на кухню.

Я с трудом наступала на больную ногу и чувствовала себя так разбито, словно всю ночь рубила дрова или таскала тяжести.

Майка, напротив, выглядела жизнерадостно. Она уплетала толстые румяные блинчики, макая их в блюдце с вареньем, наверняка земляничным, так как его сладкий запах распространялся по всему небольшому помещению, разбавляя своим ароматом больничный запах.

Видно тёте Саше операция удалась. Майкина перевязанная нога лежала почетно на маленькой скамеечке, а сама больная пребывала в хорошем настроении.

Светлые Майкины волосы были аккуратно причёсаны и перевязаны ленточкой. На ней был белый хозяйский шерстяной свитер и спортивные штаны с начесом, закатанные по колено.

Сама хозяйка неторопливо отпивала маленькими глоточками чай из блюдца с яркой синей полосой, которое держала в руках. Её добрые глаза смотрели на меня с прищуром. А на лице, на котором жизнь начертила множество мелких морщинок, играла улыбка.

Стоило ей отнять от губ блюдце, как та же улыбка появлялась вновь. Она чем–то напоминала мою бабушку. Только была значительно моложе её.

Кот выгнул хвост дугой и, мяукнув, потёрся своей шелковисто пушистой спиной о ногу хозяйки. И был сразу же поощрён кусочком блина.

У меня чуть слюнки не потекли от вида того, как троица поглощает лакомство. И я моментально присоединилась к ним, подставив свой стул ближе к столу. Свернув трубочкой первый блин, я послала его в рот. И только сейчас поняла, какая я голодная. Прикончив их так, с пяток, я почувствовала насыщение, но остановиться уже не могла. И, заталкивая в рот очередной кусочек, задала очень меня интересующий вопрос.

-Тетя Саша! А как вы вообще в этой глуши оказались. Ведь страшновато здесь одной?

-Привыкла! Я ведь не так давно одна. Здесь раньше был заповедник. Большое хозяйство. Дом большой, постройки разные. Не здесь, я неправильно выразилась, а дальше по дороге, если ехать и направо свернуть, там он и покажется.

Мы с Майкой переглянулись, похоже, теперь тот дом стал резиденцией Арсэна.

-А этот дом, так, пристанище для тех, кто хотел уединиться в первобытной природе, - продолжала рассказывать Александра Ивановна. - Вообще то тут лишь местная элита отдыхала. Начальство всякое и заезжие гости. А потом, как-то быстро, всё пришло в запустение. А тут ещё мужа моего медведь помял...- женщина тяжко вздохнула, - Не спасли родимого! В больнице скончался.

Мы с Майкой раскрыли от удивления рты.

-Как помял?

-А вот так. Пошёл капканы проверять, а тут медвежище – шатун, огромный, откуда не возьмись. Муж за ружьё, а там осечка вышла. Он за нож, но не успел, медведь порвал его сильно, пока люди подоспели, поздно уже было. Крови много потерял, да и позвоночник зверь ему повредил…

Она замолчала, молчали и мы, живо представив, что с нами могло произойти, останься мы с Майкой в лесу ещё на денёк.

-Да полно уж кручиниться! Что было, то было и быльём поросло. Обратно не воротишь!– её крупные ладони легли на колени, и женщина с любопытством спросила, обращаясь к нам обеим.

-Как я понимаю, вас держали взаперти в том самом доме, про который я давеча рассказывала. Только непонятно мне почему. Что вы такое натворили-то?

-Да ничего не натворили, - начала первой Майка, - мой отец учёный. Он сделал одно важное открытие. Оно ещё находилось на стадии доработки, когда было похищено нечистоплотными людьми. Они – банда! И для них все средства хороши для достижения собственных целей. Я узнала обо всём случайно и помешала их главарю. Получилось так, что я подменила один препарат другим, безвредным, как раз в тот момент, когда он намеревался вновь его применить.

Но на этот раз цели его, человека без совести, были отнюдь не коммерческие,- она посмотрела на меня и продолжала, - я думаю, он просто влюбился, вот в неё, - тут Майя показала на меня, - и решил добиться взаимности самым простым способом. Просто отняв её прошлое…

Открытие моего отца, как раз состоит в том, чтобы при помощи препарата избавлять людей от трагических, травмирующих душу воспоминаний, не дающих покоя. Это должно было помочь нашим военным, вернувшимся из горячих точек, забыть картины массовых убийств. Которые долго еще после окончания боевых действий, сводят их с ума…

Возможно, препарат должен был послужить и для других, более секретных миссий. Но, как я уже сказала, он не был доработан. Препарат просто начисто стирал память человека… Программу отца свернули… Но он продолжал работать…

Арсэн, главарь преступной группировки, через меня, манипулируя чувствами влюблённой дурочки, получил доступ к препарату моего отца. Украл его и применил в своих преступных целях.

Перед тем, как мы совершили побег, я взяла дискету из его кабинета. Думаю, она многое прояснит. В ангарах на базе стоят машины с разными грузами…

У меня сложилось впечатление, что тут не обошлось без преступления. К тому же у меня было видение….

Майка замолчала, а мы, слушавшие её произнесённую на одном дыхании исповедь, не удержались от вопроса:

-Как это, видение?

-Зое, я уже говорила, но она мне не поверила, что я иногда вижу будущее в картинках, таких ощутимо реальных, что подчас мне самой становится страшно. Они появляются ниоткуда, показывая события, которые должны произойти или уже произошли. Я ничего не могу с этим сделать…Не могу вызвать их по своей воле. Пока тот, кто свыше не захочет показать мне их. Бабуля, воспитавшая меня. Нет, не родная, но ставшая родной за эти годы, говорит, что бог дал мне ДАР. Взамен физического несовершенства.

Я удивлённо возразила:

-Кто бы говорил о несовершенстве. Тоже мне, уродина!

-Зой, ты просто не знаешь, - грустно улыбнулась Майка, - А вот Тётя Саша заметила.

-Да, - подтвердила Александра Ивановна, - у неё одна нога немного короче. Поэтому и обувь специальная? С рождения так у тебя?

-Да! Но я привыкла и почти не замечаю этого. Маленькая хитрость с подошвой, и я, такая как все. Но сейчас не об этом речь! Нам с Зойкой нужно выбраться отсюда. Предупредить отца! Что-то делать! Арсэн злой, страшный человек. Он амбициозен и к тому же помешан на деньгах. Я уничтожила весь препарат, но он, наверняка, не смирится с потерей.

Александра Ивановна задумалась.

То, что она услышала, было очень серьёзно. Навряд ли девчонки это выдумали. Слишком последователен был рассказ. Правда, казался не очень правдоподобным. Но, подчас совершенно немыслимые вещи оказываются реальными и возможными. Жизнь не раз это доказывала.

-Хорошо, - женщина встала и, подойдя к теплой ещё печи, прислонила к ней ладони. Они у неё почему-то стали вдруг холодные как лёд. – Что делать будем? Вы-то до города сейчас не ходоки! А отца, действительно, надо предупредить. Да и милицию поставить в известность.

Я побледнела, и это не укрылось от тёти Сашиных глаз.

-Ты что это? На тебе лица нет!

-Да так…Милиция-то, как раз меня и посадит в каталажку.

-За что это? - изумлённо воскликнула Александра Ивановна.

-А мы, когда с базы удирали, я, по-моему, одного застрелила… Точно. Я ему в живот попала. А за убийство надо отвечать по всей строгости закона! Они и разбираться не будут. Руки скрутят – и вперёд! Мало не покажется! И тому немало примеров! А пока разберутся что к чему, если, конечно, вообще разберутся, я лет пять отсижу на зоне! А у Арсэна этого, денег, наверняка столько, что он всегда сможет откупиться! От всего!

-Хорошо! Тогда нужно отца Майиного предупредить, а ещё лучше, спрятать на какое-то время в городе… Можно у моего брата… Он не откажет… Да! Так и надо сделать.

Она говорила медленно и тихо, как бы рассуждая сама с собой. А мы с Майкой, молча её слушали. И нам нечего было возразить.

-Я поеду, на лыжах я быстро доберусь до дороги. Не той, по которой вы ехали. Тут другая есть. По ней частенько возят лес. Ближайшая машина меня до города и подхватит. А когда с отцом твоим проблему решим, определим его в безопасное место, тогда с братом и за вами приедем. Тем же путём. Лучше ничего я не могу предложить. Говори адрес, где с отцом живёте?

-Советская, пятьдесят, квартира тридцать два. Там баба Даша дома всегда. Только куда вы, на ночь глядя, и одна?

-Мне не привыкать. Я почти ничего не боюсь. Разве что нечистой силы. Да и с той можно сладить. А вы сидите дома, и не высовывайте нос наружу! Они, ваши преследователи, вас не найдут. Я ведь следы им попутала, да снежок пошёл и до сих пор валит. Бог даст всё обойдётся! Печурку ещё раз истопите. Сумеете, чай?

-Сумеем. Давненько, правда, не приходилось это делать.

-Вот и ладненько. А еду в доме найдёте. Кота с собакой накормите…Да! И косуле подкиньте сенца, да на ночь в сарае закройте, что сразу за загончиком. Она смирная, только пуглива очень…Пойду одеваться. Нечего время тянуть. Не успеешь оглянуться, ночь подступит.

Через пятнадцать минут она была готова к походу. Мы с Майкой вышли на улицу проводить её.

Скоро мелькавший за деревьями светлый пуховичок скрылся за деревьями, а мы, постояв ещё минут пять на крыльце, наблюдая за падавшими на землю лёгкими пушистыми снежинками, вернулись в дом.

Там мы удобно устроились на диване, поджав ноги, соприкасаясь плечами и, закутавшись в одеяло, некоторое время были заняты каждая своими мыслями. Сытый и довольный котик свернулся калачиком у меня на коленях и завёл свою утробно монотонную песню.

Первой молчание нарушила Майя:

-Зой, а ты ведь не местная. Так каким ветром тебя занесло в наши края?

У нас было много свободного времени, и я поведала ей грустную историю своей любви, со всеми вытекающими последствиями.

Майка слушала очень внимательно, не перебивая, и лишь когда я закончила, она, вздохнув, произнесла:

-Видишь, все мы когда-то попадаем в сети любви. История стара, как мир.

И никто не делает выводов из чужих ошибок, предпочитая наделать собственных.

-Ты сейчас думаешь о нём? О Снежкове?

-Нет. Я отрезвела в тот момент, когда он больную выбросил меня на улицу.Давай больше не будем о нём вспоминать.

-Хорошо! А как же другой? Костя?

-А он, наверняка, думает, что я давно уже в Москве. И что я самая настоящая дрянь! Уехала, не простившись с ним…Надо же, я сейчас вспоминаю предостережение цыганки в проезде, показавшееся мне смешным. Она говорила, чтобы я опасалась чёрного человека. Тогда речь шла об Арсэне. Это, без всякого сомнения, ведь у него чёрная душа!

Майка, в свою очередь, рассказала мне о себе и мы, обнявшись, заснули. Надеясь, что всё плохое в нашей жизни уже свершилось…

Проснулась я оттого, что Майка тормошила меня за плечо. Она уже не лежала рядом со мной, а сидела, обняв руками колени и положив на них подбородок.

-Ты проснулась? Прости! Это я тебя разбудила! Просто мне стало страшно. Очень страшно!

Действительно её глаза расширились до невероятных размеров. Минуту она молчала. Затем слова полились из неё потоком, как из прохудившегося сосуда.

-У меня снова было оно – ОТСУТСТВИЕ. И я увидела, что отец в опасности. С ним рядом Арсэн…И ещё я видела нас с тобой… Много крови…Темнота…Боль и страх…Жуткий страх…

Несколько секунд длилась пауза, и снова её слова разрезали мёртвую тишину.

-Нам надо уходить отсюда! Они идут сюда! Идут за нами!

-Да кто идёт-то? – со сна я плохо соображала.

-Люди Арсэна. Они ищут нас!

-Ну и пусть себе ищут. Лес большой! Ты, Майя, натерпелась страха, вот и видится тебе всякая чертовщина. Посмотри, как на улице темно! Разве они сунутся в лес, на ночь глядя? Тут, между прочим, полно диких злобных зверей бродит. Это тебе не городской парк! Ты просто накручиваешь себя и меня заодно! Ничего, выберемся отсюда, нервишки подлечим.

Я встала и включила в комнате свет. И сразу стало как-то приятней. Воистину, свет – это жизнь!

-Кстати, пора накормить животных, и отвести в сарайчик косулю. А то от твоих слов мурашки по телу бегают. Вообще, со страху, за каждым кустом бандиты будут видеться.

Я отправилась на кухню и налила молока коту. Затем нашла и положила в миску кашу для большой белой собаки.

Едва я вынесла и поставила её у крыльца, мохнатое животное, не дожидаясь команды, миску опустошило и благодарно дало погладить себя по шерстяному боку.

Вернувшись домой, я нашла и надела огромные валенки, старую куртку и отправилась загонять косулю в сарай. Майя по-прежнему сидела на диване и не изъявляла желания мне помочь.

Ну и ладно, мы не гордые, сами управимся!

Темнота уже обступила дом. Она длинными тенями протягивала свои лапы от ветвей к сарайчикам и загону, почти достав до жердяного заборчика.

Я открыла калитку и вошла внутрь. Молоденькая косуля задрожала, видя в своей обители чужого, и вся напряглась, наблюдая за мной своим огромным миндалевидным глазом.

Я дружелюбно протянула в её сторону руку с зажатым в ней кусочком чёрного хлеба.

Животное размышляло несколько секунд, не двигаясь с места. А, затем, осторожно сделало первый шаг сближения.

Когда с корочкой было покончено, и ласковые мокрые губы подобрали с моей ладони остатки крошек, я, взяв за тонкую верёвку, привязанную к ошейнику на грациозной шее, отвела её в сарай и заперла там. Исполнив тем самым все поручения Александры Ивановны.

Минутку я постояла на крыльце, вдыхая морозный воздух и размышляя о бренности нашей жизни.

Кто бы мог подумать, что я окажусь в этой глуши. Меня будут держать взаперти какие-то отвратительные типы. И я, вдобавок ко всему, пристрелю одного из них. И так реальна будет опасность для меня и моей новой подруги оказаться съеденной серыми кровожадными хищниками. А подруга к тому же совершенно серьёзно утверждает, что обладает сверхъестественным даром предвидения. И регулярно пугает меня бесконечными страшилками. И ещё этот чёртов препарат!

Представляю, что было бы со мной, не подмени вовремя его Майка. Сейчас бы уже мне не было дела до того, кто и где меня ждёт. Это была бы уже не я, Зойка, а какое-то безликое существо без прошлого и, пожалуй, без настоящего.

Видели бы меня сейчас мои подружки, Светка с Ленусей! Вот бы удивились! Хотя нет! Ленуся, наверняка, обозвала меня совсем не лестными эпитетами, заявив, что она была права в отношении Снежкова! А ведь, действительно, она оказалась права… Как ни крути!

Холодные пушистые снежинки плавно опускались на мою непокрытую голову, грозя сотворить из меня снежную бабу. В тонкой курточке с чужого плеча меня пробирал холод, заставляя дрожать как осиновый лист и торопя вернуться в дом.

Я так и сделала, решив, что заболеть вновь, это уж слишком! Хотя мой организм, возможно, теперь привык к холоду, ветру и экстремально травмирующим ситуациям, сотворив из меня теперь некое подобие отважного Рембо. Которому всё нипочем, знай, карабкается по скалам почти что голяком. Но, несмотря на это обстоятельство кое-какого сходства закалки характера трудностями, искушать судьбу не стоило.

Мишка проводил меня своими печальными глазами, и у меня возникло острое желание запустить его внутрь дома. Может, его имя напомнило мне о другом двуногом существе, моём московском начальнике? По утверждению Светки безответно в меня влюблённого…

Но я вовремя опомнилась, вспомнив, что не вправе хозяйничать в чужом доме и, прикоснувшись на прощание замёршими пальцами белой собачьей головы, вернулась в уютное тепло.

Да! С какой радостью я бы оказалась сейчас в своём милом агентстве. И не прочь была бы выполнить ещё не одно Мишкино поручение. Пускай, даже потакая бредовым идеям взбалмошных ревнивых дамочек.

Майка сидела там же, где я, удалившись, её оставила. На том же самом диванчике. Только теперь поза её изменилась. Она сидела, подтянув колени к самому подбородку и сжимая обеими руками голову, словно отпусти она её ненароком, и та сразу же треснет как спелый арбуз.

Стоило Майке увидеть меня, она резко вскочила и, раздвинув занавески, стала вглядываться во тьму. Я видела, что её колотит дрожь, и, чувствуя, что и меня от этого её непонятного поведения начинает охватывать паника, спросила, стараясь придать голосу беззаботные нотки.

-Сядь спокойно, а то мелькаешь перед глазами. Лучше ляг и поспи. Хочешь, я поищу у тёти Саши аптечку. Наверняка, у неё есть какие-нибудь успокаивающие травки…

-Не разговаривай со мной как с больной, причём на голову! Не хочешь верить мне, не верь. А только приготовь наши пистолеты. И выключи в доме свет…Скоро они будут здесь…Я знаю, что они уже близко…

От этих её слов мерзкие мурашки начали своё победное шествие от лопаток к ногам, и я бессильно опустилась на диван, почему-то именно сейчас поверив в реальность её пророчеств.

Майка же, напротив, проявила двигательную активность, притащив с кухни, спрятанные в ящике стола, наши пистолеты. Открыв обойму, она пересчитала, сколько там осталось пуль.

-В моём- три, а у тебя- четыре. Не густо!

Подойдя ко мне, она вручила мне пистолет и снова принялась носиться по дому, словно что-то искала. Я молча созерцала это хаотичное движение, не двигалась с места, и лишь мои глаза повторяли за ней эту сумасшедшую пляску.

Вскоре это мне надоело, и я задала вполне разумный вопросец:

-Так что мы ищем в настоящий момент?

-Куда спрятать дискету из Арсэновского компьютера, - без обиняков заявила Майка. И тут же, победно вскрикнув, затолкала её в пластмассовый кувшин с клубками и спицами. Скрыв её за пушистыми разноцветными комочками.

-Всё, теперь ни за что не найдут.

-Ты и впрямь думаешь, что они доберутся до нас?

-Так я же уже сказала. Доберутся и очень скоро. Если уже не добрались. Ты дверь заперла? Хотя это их не остановит.

Вот тут-то заносилась по комнате и я. Теперь мы поменялись местами. Я проверила, заперта ли дверь, накинув на неё ещё и крючок. Сорвала с вешалки и кинула в руки Майке уже высохшую куртку, из чуланчика извлекла старые валенки, велела в них облачиться. Наши вещи спрятала в стоявший там же в чуланчике сундук. Забросав его сверху старыми одеялами. Затем, открыла люк в кухне, ведущий в погребок под домом, разыскала фонарик, и, увидев, что подруга одета скомандовала:

-Быстро вниз.

Зажгла фонарик, пихнув его в Майкины руки, и выключила в доме свет.

В погребе было холодно. Естественно! Что же ещё можно было ожидать! Кругом на полках, расположенных по стенам, стояли банки с солениями и варениями. На полу притулились старые рассохшиеся деревянные бочки и ещё какая-то рухлядь.

Мы сдвинули в углу две бочки вместе, сварганив наскоро для себя призрачное и ненадёжное убежище, сели там и приготовились ждать.

Фонарь - предатель, вдруг начал мигать и вскоре погас совсем, оставив нас в кромешной тьме.

Вот тут-то я и пожалела, что мы с Майкой не отправились в лес. Там, по крайней мере, светила луна! А что до волков, то может, они на нас второй раз не покусятся? Согласно теории, что снаряд дважды в одну воронку не попадает?

Я плотнее прижалась к Майкиному боку и, чувствуя живое человеческое тепло, невероятным усилием воли заставила себя успокоиться.

Но и воли, и самих усилий надолго не хватило. А ровно до того момента, когда рядом послышалось какое- то движение и полную жутковатую тишину разрезал тоненький писк. И незамедлительно за этим, длиннохвостая серая тварь, под названием крыса, прошлась по рукаву моей куртки. А что это была она, сомневаться не приходилось.

Деревенея от ужаса, я отбросила прочь мерзкое животное, едва удержавшись от крика, и тут же почувствовала, как вздрогнула Майка. Видно, атака полновластными хозяевами погреба была проведена в полном объёме и на неё. Боясь своей догадки, Майя спросила:

-Это кто тут бегает? Крысы?

-Да брось ты, какие красы? Мышки! Безобидные маленькие серенькие мышки!

Я с отвращением отбросила прочь очередную безобидную «маленькую» тварь, сантиметров так двадцати длиной. Серьёзно рискуя остаться с оттяпанными пальцами. Ибо странные эти животные, насколько мне известно, из книжных источников, очень уж не любят такого пренебрежительного к себе отношения.

Страх перед ними скоро отошёл на второй план, уступив место другому чувству, более сильному, чувству опасности. И мы сразу забыли, что находимся в обществе столь неприятных существ.

Снаружи послышался грозный басистый лай Мишки. Собака, не слывшая пустобрехом, прямо надрывалась от лая. К дому приближались чужие, и она предупреждала их, напоминая, что нарушители вошли на охраняемую ею территорию. Затем лай на несколько секунд, смолк и, возродившись, вновь напоминал собой клокочущий вулкан.

Звук автоматной очереди заставил его замолчать. Мы слышали лишь короткий визг, и вот ночь поглотила и его. Майка сжала мою руку. Я слышала, как она тихо заплакала.

Было от чего! Бедный пёс лишь недавно сильно помог нам, и теперь его не стало! В этом не было никаких сомнений.

А я вдруг четко и ясно осознала всю бессмысленность наших игр в прятки.

Раз они добрались сюда, то, безусловно, не для того чтобы удалиться ни с чем!

Мы с Майкой не слышали звука их шагов. Благодаря изоляции толстого деревянного люка. Но точно знали, что в этот момент они кружат вокруг дома, словно та стая волков в лесу, всё уже, сжимая своё смертоносное кольцо.

Глава 29

Майя и я стали единым целым, чутким и осторожным. И, конечно, безумно напуганным. Не тьма сейчас была нашим врагом, как ещё всего лишь несколько минут назад, и не гадкие звери. Люди …

Они были для нас страшней всего. И потому наши уши, словно первоклассные локаторы, улавливали сейчас шумы и шорохи извне.

Люди на улице не поверили в то, что дом пуст. Сначала они барабанили в дверь и окна. Потом попытались вышибить дверь. Затем, автоматной очередью выбили личину и, довольные результатом, ввалились в дом. Над самой нашей головой топали тяжёлые шаги. Комнату обшарили вдоль и поперёк, но нас, естественно, в ней не нашли и очень огорчились. Судя потому, что долго ещё наверху раздавалась грязная брань в наш с Майкой адрес.

-Куда эти стервы делись? Не в лес же удрали! А это единственный дом в округе. Я больше не могу по сугробам лазать. Вот пусть Арсэн и попробует сам их поймать. Может, они давно в городе мусорам нас закладывают. А мы всё в догонялки играем. Собачара ещё чуть башку не оттяпала!

Слон тяжело опустился на диван.

-Ты что, Слоняра! Нашёл время отдыхать! Печь тёплая. Жрачка на столе! Они где-то здесь прячутся. Вместе с хозяевами! Зачем им ночью по лесам гонять! Надо сараи осмотреть хорошенько. Ну-ка, Кузя сгоняй-ка, по-быстрому во двор. Осмотри все постройки. Да повнимательней будь. Может они не все патроны расстреляли.

Ланцет, отдававший сейчас распоряжения вместо Слона, казалось, не знал усталости. Что ему эти километры…

Бывало на соревнованиях, он и больше на лыжах отмахивал. Это Слон, старый мешок с требухой, движение постоянно задерживает. Привык жрать в три горла, пузо отращивать. А как дела коснулось, быстро сдох!

Пока младший состав банды выполнял поручение, а Слон дышал как паровоз, не делая попыток оторвать от облюбованного дивана свой жирный зад, Ланцет исследовал все уголки жилища. И вскоре взгляд его привлёк лючок на кухне.

-А это у нас что такое? Никак подпол? - и сам подтвердил свою догадку, открыв его и заглянув внутрь, в кромешную холодную темноту.

Слон соизволил подойти. Он тоже вглядывался в это мрачноватое нутро домика и скоро высказал свои сомнения относительно пребывания там разумных живых существ.

-Девки ни в жизнь не полезут туда, они ж мышей боятся! Вот сучки! Думай теперь, мозги из-за них ломай! Надо было просто их пристрелить тогда и искать бы не пришлось.

-Ну, раз так уверен, что их там нет, проверь! – подначивал его Ланцет. Самому ему что-то очень не хотелось спускаться вниз.

-И проверю! Мне только лень потом опять наверх взбираться. Преодолев всё же собственную лень, Слон начал, кряхтя, спускаться вниз по хрупкой лестнице.

-Не видно ни черта. Кинь фонарь.

Ланцет сбросил ему небольшой карманный фонарик.

Слон, прищурив глаза, рыскал лучом света по полкам и не найдя ничего интересного уткнулся в стоящие в углу бочки. И решив рассмотреть их вблизи начал приближаться.

Когда он высветил лучом нас с Майкой и увидел смотрящее на него дуло пистолета, то, не раздумывая долго, выхватил свой ствол и пальнул в нашу сторону.

Естественной защитной реакцией организма, явилось рефлекторное нажатие на курок. Вследствие чего грузное тело Слона упало как подкошенное прямо перед нашими бочками.

Я не верила, что я сделала это. Никогда не думала, что так просто отправить человека на тот свет. А в том, что я его укокошила, сомневаться не приходилось. Это было просто омерзительно! Непередаваемое ощущение. И одновременно этот пронзительный визг в ушах. И тут до меня дошло, что визжала, подняв невероятный шум, Майка.

Моя рука задрожала, а оружие вдруг показалось слишком тяжёлым.

…Вдруг туша поднялась на четвереньки и со скоростью, совсем не свойственной полным людям начала своё отступление на изначальные позиции, при этом несусветно матерясь и наступив на фонарик, этот единственный источник света!

Но я, за то короткое время, пока мы ещё были освещены, успела рассмотреть, что за врагом тянется кровавая полоска. Это означало только одно, я его ранила! Побеждённый и озверевший толстяк поднялся наверх.

Ланцет не рискнул спуститься вниз сам, не желая получить свою порцию свинца. Он изрыгал проклятия, грозя наделать из наших шкур ремни. Мы слышали, как он утешал раненого, видно делая перевязку, что ранение сквозное. Пуля навылет пробила его ногу. Больше испугав, нежели нанеся существенный вред здоровью.

Когда вернулся услышавший пальбу Кузя и узнал, что в их рядах на одного полноценного члена команды убавилось, он попытался пристрелить нас через дубовый пол, но наученный горьким опытом вниз лезть не решился.

Сначала группа пыталась подавить нас морально, осыпая грязными ругательствами, а потом решила изменить тактику военных действий. Они стали нас выкуривать. В полном смысле этого слова!

Раздобыли в сарае бензин, облили им фуфайку и сбросили вниз. С наслаждением наблюдая, как столбы дыма тянуться вверх.

Пламя быстро обхватило маленькое помещение. Оно яростно принялось пожирать сухую древесину, наполняя едким дымом подпол и отнимая у нас призрачную надежду на спасение…

Жизнь моя пронеслась мимо, как разгоряченный, сверхбыстрый конь на ипподроме, на которого поставили кучу денег. Она, почти вся, проскользнула перед глазами за несколько мгновений. Милостиво предоставив на прощание дорогие сердцу образы близких.

Видя моё предобморочное состояние, Майка, схватив меня за шкирку, потащила к люку. Не знаю, как ей это удалось, но она молниеносно преодолела эти несколько метров. Ей так не хотелось умирать! Огонь уже лизал рукав её куртки, наполняя воздух вонью палёной синтетики.

Кузя вылил на неё сверху ведро воды и помог затащить наверх сначала меня, бездумно машущую оглумевшей от дыма головой, а затем и Майку.

Забрав у нас оружие, он бросился помогать Ланцету заливать пожарище. А раненый, сидевший на табуретке с перевязанной ногой Слон, поднялся и прохромав к нам, зло, наотмашь, отвесил мне пощечину. Раз, другой.

Он, видимо, проводил испытания на прочность. Моя голова дергалась из стороны в сторону, словно воздушный шарик на тонкой верёвочке, когда игривый ребёнок бьёт по нему.

А маленькие глазки Слона с удовольствием наблюдали за тем, как мгновенно меняется цвет моего лица с белого на красный.

Оно, конечно, понятно… Обидно, когда тебя подстрелит, какая-то там девчонка. Но тут он явно переусердствовал. И мой нежный организм решил выпустить из меня немного крови в ответ на хамские действия грозного толстячка.

Кровь быстро-быстро капала из распухшего носа на деревянный пол, неопрятно раскрашивая яркими пятнами светлый тряпичный половичок. А верхняя губа мгновенно распухла, совсем испоганив и так не лучший вид моей физиономии.

Майка, подпрыгивала, стараясь повиснуть на руке противника, норовящей врезать мне ещё раз, но Слон с лёгкостью устранил эту помеху, отбросив девушку в сторону.

Как же мне было больно! А ещё больше обидно! И почему только я не послушала прозорливую подругу, предрекавшую нам быть пойманными? Лучше бы мы окоченели где-нибудь в лесу!!! А так, попались как мыши в мышеловку! И стоило для этого удирать из особнячка!

Я прижала ладонь к носу, пытаясь остановить кровотечение, и поспешила на помощь подруге.

Толстяк отбросил её к кладовке, где она сейчас и находилась. Сидела на полу, видно, стукнувшись головой о стенку дубового сундука.

Она терла рукой больное место и бросала полные негодования взгляды в сторону неучтивого мужлана. С её головы и куртки капала вода. И выглядела она как мокрая курица. Мокрая, но зато гордая. Из её глаз не выкатилось ни одной слезинки…

Я помогла ей подняться на ноги, нашла сухую фуфайку и заставила снять мокрую верхнюю одежду. Слава богу, её валенки не успели намокнуть.

Взгромоздила на её голову какую-то, тут же найденную жуткого вида шапку.

Следовало думать, что сейчас нас выпроводят на улицу, для того чтобы доставить в место дальнейшего заключения. Конечно, если они не захотят грохнуть нас прямо здесь, не утруждая себя дальнейшими передвижениями!

Действительно, не успели мы завершить процедуру с переодеваниями, как нас бесцеремонно вытолкали на улицу.

Там-то и выяснилось, как они собираются нас транспортировать!

Рядом с домом стояли два снегохода…

Но не они меня интересовали!

Несмотря на грозные выкрики надзирателей, я бросилась, а за мной следом и Майка, к распластанному рядом с крыльцом мохнатому лесному чуду…

Только теперь белая шкура Мишки была не такой чистейше белой. Она была испачкана кровью, и около его передних лап тоже расползлось проклятое красное пятно. Его мохнатая большая голова лежала на вытянутых лапах, и глаза его были закрыты.

-Мишка! Мишка! – звала я его, не сдерживая предательски подоспевших и уже скользивших по щекам слёз.

Я стояла на коленях и гладила его по большой лобастой голове, еле касаясь пальцами. Словно боясь разбудить спящее животное.

-Сволочи! Вам всё воздастся! – Майкины слова летели в сторону врага, но не вызывали ответной реакции. Они просто не обращали на нас внимания, направляясь к снегоходу и обсуждая возникшую проблему транспортировки.

Двоим из них, до лагеря предстояло добираться пешком. И этими избранными быть никто не хотел. Толстяк подошёл ближе и спросил, роя носком ботинка землю, видно с трудом преодолевая искушение пнуть меня тем самым ботинком в бок.

-А куда хозяева подевались?

-Какие ещё хозяева? Тут никого не было кроме этой собаки!

-И что она вас так в дом и запустила?

-А она безошибочно определяет кто хорошие человек, а кто…, - я выдержала недвусмысленную паузу, скривив свои подпорченные губы в улыбке.

Толстяк намёк понял, но не озлобился, а продолжал допрос.

-Собака жить без хозяина не будет. Ты всё врёшь, сволочь! Лучше по-хорошему расскажи, пока зубы тебе все не повыбивал.

-Фу, как некрасиво выражаетесь. Сами вы тогда, сволочь. А на ваш вопрос отвечу так. Не верите, сами поищите по тайге. Может хозяин вместо дичи вас и подстрелит, не ровён час. Тут люди-то дикие живут. Сами понимаете, лес кругом…

-Что-то ты разболталась. Видно, тебе мало попало.

Толстяк понял, что разговор бесполезен и отошёл в сторону.

Мишка вдруг откликнулся на мои прикосновения и открыл глаза.

В них было столько боли и страдания!

Казалось, его коричневые зрачки заглядывают прямо в самую душу и просят помощи!

Но чем мы с Майкой можем помочь? Мы ведь и сами не в лучшем положении. Разве что только не ранены. Но опять же, что может прийти в голову этим идиотам в любую минуту, никому не известно!

Недолго думая, я решила предпринять попытку перевязать его прострелянные лапы. Нужный перевязочный материал был в доме. И я в два прыжка оказалась на крыльце.

Слыша, как сзади раздалась грязная брань в мой адрес, я, тем не менее, продолжила движение, вдвое ускорив скорость и успев-таки выхватить из стоящей на полке аптечки бинты. Когда я прятала их в карман, рука подоспевшего бандита уже тащила меня за шиворот к выходу. Другой рукой он проверял, что я пыталась спрятать.

Не найдя ничего криминального, он вытолкнул меня вперёд себя на улицу так, что я слетела с подмёрзших ступенек, рискуя сломать себе шею, и хохоча заявил приятелям озабоченно ждущим объяснений.

-Эта дурища решила зверюгу перевязать! Может помочь псу отправится в мир иной? – маленький и плюгавый с виду он, видимо, вообразил себя богом и царём на земле.

Толстяк, удовлетворённый уже пущенной из меня кровушкой, распорядился.

-Оставь! Он сам подохнет!

Я быстро орудовала руками, делая перевязку Мишке. Прекрасно понимая, что времени в обрез. Ровно столько, сколько будут продолжаться препирательства бандитов.

И их окрик не замедлил себя ждать

-Эй вы! Ну-ка быстро сюда! Чего расселись?

-Прощай, Мишка! Может, тебе и повезёт. Если твоя хозяйка появится здесь вовремя, то у тебя будет шанс выжить!

Я не сказала этих слов вслух, боясь, как бы банда не лишила жизни его прямо сейчас… С них станется!

Самый маленький из этой команды и самый заносчивый подтолкнул нас в спину к стоящим рядом со снегоходами саням. Тем самым, на которых ещё совсем недавно прикатил нас сюда Мишка…

Видно было, что им так и не удалось прийти к обоюдному решению вопроса.

Или на глаза им вовремя попались санки?

Ясно было только одно, что нам опять придётся на них проделать отрезок пути отделявший нас отсюда до основного лагеря банды.

Маленький крепко связал нам за спиной руки, нисколько не заботясь о том, что причиняет боль, и бросил сначала Майку, а потом и меня на деревянный остов саней. Мой нос плотно уткнулся в плечо подружки.

Моторы взревели почти одновременно и снегоходы, подняв за собой облако снежной пыли, отчалили в юго-западном направлении. Мне совсем ничего не было видно. Жутко затекли руки. А ноги промёрзли до самых косточек. Холод стал пробираться под одежду. Ведя извечную войну природы с человеком…

Под гул мотора я размышляла о том, какую бы принять новую попытку для освобождения. Но стоящая внимания идея по этому поводу мой ум не посетила. Оставалось лишь довольствоваться нынешним положением.

Я постаралась облегчить своё неизбежное существование и, повертевшись немного на жёстких досках, приняла-таки более удобное положение. Теперь я хотя бы могла общаться с подругой!

Из высоко поднятого воротника свитера торчал лишь Майкин нос. Она молча наблюдала за моими отчаянными движениями, и её голубые глаза смотрели на меня очень печально. Потом она тихонько что-то прошептала, чуть высвободившись из шерстяного своего ошейника.

-Зой! А дискетка-то Арсэновская осталась в доме. Видно они не заметили пропажу!

-Ну и, слава богу, что не заметили! А то бы постарались вытряхнуть её из нас всеми возможными способами…

-Как ты думаешь, Александра Ивановна добралась уже до города? Она увиделась с моим отцом?

-Думаю, нет. Слишком мало прошло времени. Впрочем, если её сразу подобрала машина, то она наверняка успела добраться до города.

-У меня плохое предчувствие насчёт отца.

-Отбрось все предчувствия, и так тошно. Наслаждайся жизнью, пока есть время…

Напрасно Александра Ивановна утапливала пальцем чёрную кнопку звонка на двери, обтянутой коричневой искусственной кожей, под номером тридцать два по улице Советской. Ей никто не открыл. Хотя Майя уверяла, что в квартире должны находиться как минимум два человека, её отец, профессор Свирцев и престарелая женщина, поддерживающая дом в надлежащем порядке уже много лет.

Решив, что ей просто боятся открыть дверь ночью, а вернее ранним утром, Александра Ивановна оставила бесполезные попытки и отправилась к брату…

Она придёт сюда ещё раз, когда добрые люди начнут приводить себя в порядок перед длинным рабочим днём.

Девчонки справятся одни, уж худо - бедно, а печурку растопят. Так размышляла уставшая женщина в светлом пуховичке и смешной шапке ушанке, садясь в такси на пустынной улице спящего города…

Глава 30

Ну вот мы снова очутились в столь знакомом постылом месте… Не так долго продолжалась наша свобода!

Главный мучитель встретил нас с довольным выражением лица прямо за железными воротами, с готовностью распахнувшими свои объятья. Обитатели бетонно - кирпичного монстра ждали нашего появления. Довольный поимкой беглецов Толстяк ещё в лесу сообщил по рации о скором возвращении в стойло двух заблудших овечек.

Когда нас извлекли из неудобной колыбельки как спелёнатых, безмолвно терпеливых кукол и поставили на ноги перед Арсэном, этот изверг с интересом и выражением полного удовлетворения на лице, спросил, даже не вынув рук из карманов куртки.

-Что? Набегались? Не надоело по лесам-то рыскать? Надо же, как непонятливы некоторые люди! Ведь ясно же, как божий день, что нет смысла показывать свой поганый норов! Людей моих калечить! А от тебя, Маечка, я вообще такой прыти не ожидал. И потом, где твоё хвалёное воспитание? Разве тебя папенька, профессор, не учил как нужно себя вести?

Мы, набычившись, молчали, не считая своим долгом отзываться на его издевательские речи.

Тогда Арсэн, приблизившись ко мне почти вплотную и пользуясь моей полной беззащитностью, благодаря связанным по-прежнему за спиной рукам, приподнял холодной ладонью мой подбородок и, сузив свои красивые глаза до тонких щёлок, тихо произнёс:

-А личико то у тебя уже не такое красивое, как прежде и вообще ты такая грязная, что как-то сразу мне перестала нравиться и вызывать естественные мужские побуждения.

Но у моих ребят с этим попроще дела обстоят, планка ниже расположена и, я думаю, они с удовольствием с тобой позабавятся.

Он резко оторвал руку от моего лица и, отвернувшись, отойдя в сторону, распорядился:

-Отведите их в дом, заприте в комнате, обоих в одной, чтобы веселее было. Но руки не развязывайте. А то устроят ещё погром вселенского масштаба!

Артём молча проводил нас в знакомую обитель зла. На тот же второй этаж, в ту же самую комнатку, где я не так давно проводила свой скромный досуг. Только теперь тут не было на окне роскошного длиннолистого цветка в глиняном горшке, который я приземлила на бедную головку Артёма.

По тому, как плотно и основательно была сейчас замотана бинтами голова надзирателя, совершенно очевиден был тот факт, что достались ему не на шутку, зато в том крылась и своя прелесть. У парня отпала сама собой необходимость ежесекундно поправлять взмахом головы свою длинную чёрную чёлку. Сейчас его гордость загораживали обыкновенные, лишённые всяческой художественной изюминки, бинты.

Лицо Артёма не излучало прежнего доброжелательства. Видно оно само собой испарилось при ранении. Он молча окинул грустными очами комнатушку. Наверняка прикидывая, чем здесь мы могли бы в него запустить при удобном случае. Но, не найдя сего подозрительного предмета, парень удалился, замкнув нас на ключ и оставив в гордом одиночестве.

Мы с Майкой свалились на кровать, скинув со своих израненных ног надоевшие подмокшие валенки, и приготовились страдать от жары. В комнате было очень тепло, а с нас никто не удосужился снять куртки. Самим же проделать это со связанными руками было проблематично, если не сказать больше, просто невозможно!

И тогда мы нашли себе развлечение, пытаясь освободиться от верёвочных оков.

Какие только коленца мы не выкидывали…

Наконец, мне удалось зубами вытащить конец верёвки на узле, прочно сжимавшем мои запястья. Я пыхтела и ругалась, но всё-таки героические усилия не пропали даром. Верёвочные оковы пали к моим ногам, предоставив долгожданную свободу.

Я незамедлительно, плохо сгибающимися, непослушными пальцами, освободила и Майю. И тогда мы смогли сбросить с себя провонявшую гарью одежду, кинув её в свободный от мебели угол комнаты.

Не знаю, сколько прошло времени, может час, а может и два, но нас не посетил хозяин дома. Он не выставил нам счёт за причинённый ущерб по потере боеспособных братков своей бригады. Но зато дверь комнаты открылась, пропустив внутрь Артёма.

Он принёс нам поесть. Всё также молча выставил на стол тарелки, стаканы и даже не обратил внимания на то, что мы сбросили с себя путы.

Интересно, они, что нас сначала откормят, а потом уже подвергнут экзекуции? Или как?

Несмотря на постигшие нас неприятности, мы не утратили аппетит и потому, дождавшись, когда Артём выйдет вон, переглянулись с Майкой и накинулись на бутерброды и кофе.

После приёма пищи жизнь показалась не такой отвратительной.

Мы осознавали, что являемся свидетелями грязных делишек Арсэна, но питали надежду на оставшуюся за высоким забором Александру Ивановну и Майкиного отца.

Уж вместе-то они не оставят нас в беде. А милиция не оставит без внимания рассказ известного в городе профессора…

Подмога придёт. Но когда?

Пока мы с Майкой наслаждались временным бездействием, наблюдая, как весеннее солнышко гоняет солнечных зайчиков по стеклу, в подвале этого большого дома происходил тяжёлый разговор между Арсэном и профессором Свирцевым.

В комнате, которая предположительно должна была стать лабораторией, в крутящемся чёрном кресле перед длинным дубовым столом сидел Валерий Сергеевич. Он выглядел устало. Бессонная ли ночь дала о себе знать или мучительные думы о дочери, не представшей, как было обещано, его родительскому взору, но голос его звучал так монотонно, словно профессор отвечал заученный на зубок сложный урок.

-Я же сказал, что не буду вам помогать творить зло. Препарат должен приносить пользу. Помогать людям, избавиться от посттравматических синдромов… Он находится в разработке. Я же вам уже объяснял. В том виде, в котором он сейчас находится, он способен вместо пользы принести огромный вред человеческой психике. Лишая человека памяти он отрезает его от прошлого, не приносит результатов даже восстанавливающая ретроспекция. Впрочем, что я вам объясняю. Наверняка вы преследуете совершенно иные цели, нежели я, и вас не интересует конечный результат данного продукта.

-Именно так, профессор! – оживился сидящий в кресле напротив Свирцева Арсэн. – Меня совсем не интересуют, какие-то там синдромы. А препарат меня устраивает целиком и полностью. Не устраивает только его малое количество. Пока я предлагаю вам мирное сотрудничество, а вы упрямитесь как строптивая невеста перед венцом. А между тем, я ведь могу и надавить на вас… И то, что произойдёт…повиснет тяжким грузом на вашей шее. А уж если неприятность с вашей дочерью случится к тому же и на ваших глазах…Вы уже догадались, что я имею в виду? Вы ведь видели команду моих голодных до молоденьких девушек мужиков?

Лицо Свирцева стало совсем белым. Да! Он отчётливо представлял, что свора может сделать с дочерью. Однако он тешил себя надеждой, что её здесь нет…

-Где Майя? Вы блефуете!

-Вот как! – Арсэн встал и вышел из комнаты, отдавая кому-то за дверью указание.

Внутри у профессора всё похолодело. Неужели они и Майю, его милую Майку-зайку, держит в этом проклятом доме? Он, как отец, обязан был уберечь её от этого страшного человека…

Что уж теперь говорить, это его вина, только его…

Ожидание длилось недолго и вот, во вновь раскрывшиеся двери, ввели девушку. И это была она, его дочь. На её ногах не было привычной обуви, лишь какие-то старые штопаные шерстяные носки и потому она сильно хромала. К тому же нога её в лодыжке была перевязана. И когда Валерий Сергеевич увидел столь печальную картину, сердце его сжалось от внезапной резкой боли под левым ребром. Он извлёк из кармана и послал в рот таблетку валидола.

Майка изумлённо смотрела на отца, меньше всего, ожидая увидеть его здесь. И сразу же бросилась к нему, прижав к груди его седую голову.

-Папа! Почему ты здесь? – она отстранилась от него и старалась заглянуть в его глаза. А он только молчал и смотрел на неё, не отводя ни на миг взгляда от дорогого ему лица.

Вместо отца ответил Арсэн. Он стоял у двери, наблюдая душещипательную сцену их встречи, сложив руки на груди и склонив к плечу голову. Сейчас он чувствовал себя режиссером хорошо поставленного спектакля. Теперь следовало лишь заставить актёров завершить начатую сцену.

-Папуля останется здесь ровно столько, сколько понадобится мне. И чем упрямее он будет, тем хуже это обернётся для его драгоценной дочурки.

-Дурак! Ты просто дурак! – Майка выпрямилась и вытерла слёзы, она бросала в сторону Арсэна гневные слова, нисколько не заботясь о том, во что это выльется для неё.

-Мой отец известный человек! Его будут искать! И меня тоже! Ты допустил ошибку! И не строй тут из себя бога! Ты им никогда не будешь!

-А вот тут ты, дорогуша, ошибаешься. Профессор отбыл в командировку, о чем собственноручно сообщил в своей записке, оставленной дома на столе. Да и охранник в институте это подтвердит. Так что не скоро хватятся. А к тому времени много воды утечёт! Не тебе, детка, меня пугать. И не такие пугали…, а будешь грубить, я быстро найду на тебя управу. Ишь ты! Угрожать она вздумала. Посмотри на себя! Ты на чучело похожа! Что-то плохо на тебя повлиял лесной простор. И цвет лица не тот уже и сапожки свои где-то потеряла. Ты выглядишь жалко! А находишься сейчас в моих полновластных владениях, не следует об этом забывать…

А сейчас отправляйся к своей подружке. Можешь поплакаться ей в жилетку, - Арсэн обнажил в широкой улыбке свои белоснежные зубы.

Тут его рация разорвался громкой трелью и Арсэн, приложив трубку к уху, отошёл к двери, показав жестом стоящему в узком коридоре Грану, чтобы девушку увели.

Сам же, поднимаясь по широким ступеням наверх, слушал монотонный голос заказчика, время от времени, отвечая ему.

-Хорошо! Груз уже готов. Сегодня машина будет отправлена. Значит, завтра прибудет на место. Оплата наличными при прибытии. Сопровождающих, два человека, как всегда.

Арсэн поднялся в кабинет, думая кого лучше отправить на этот раз с фурой. Ну, Кузя, это однозначно, он первоклассный шофёр, а груз требует осторожного с собой обращения. Фура под завязку набита дорогущей косметикой.

Новый хозяин с нетерпением ждёт в Иркутске её прибытия. А незадачливые водители или просто лопухи, поплатившиеся за свою доверчивость, собственной памятью, бродят теперь где-то в районе Балея, перебиваясь на помойках отбросами.

Вторым сопровождающим, пожалуй, будет Гран. Он не первый раз выполняет подобные поручения, да и в бухгалтерии силён, такого с деньгами не обманешь…

Арсэн устроился в кабинете за столом и, вытащив из ящика готовые бумаги на груз, ещё раз проверил пакет документов.

Всё в порядке, можно отправлять фуру, а потом уж плотно заняться обработкой профессора Свирцева. Его упрямство будет недолгим. Хорошо, что девчонку поймали, тем самым, избавив его от лишних хлопот.

Задвигая ящик стола, Арсен наткнулся на хаотично разбросанные там дискеты. Не веря собственным предположениям, он принялся сверять их номера. Не хватало одной. На ней он хранил информацию о заказчиках и сведения о передвижении грузов.

Взбешённый, он выскочил в коридор и заорал, призывая к себе Артёма.

Только у него хранились дублирующие ключи от всех комнат в доме.

Когда парень появился и вытянулся по струнке перед хозяином, Арсэн, не желая, чтобы лишние уши слышали их разговор, втянул его за рукав в кабинет и закрыл дверь.

-Кто рылся в моём столе?

-Никто, - испуганно возразил Артём.

У хозяина было такое лицо, словно он только что случайно проглотил жабу!

-Никто? Тогда скажи, как могли девки, когда удирали открыть запертые двери? Их то держали в разных комнатах? А мне докладывали, что дверь в комнату, где ты валялся с проломленной башкой, была заперта. Они отобрали у тебя ключи, пока ты был в отключке. Это ясно, но как они опять оказались у тебя?

-Ключи мне принёс Гран. Он подобрал их возле охранной будки. Видно, девки садясь в машину, их выронили.

-Растяпа! – Арсэн коротким сильным ударом врезал Артёму в лицо. - Из-за тебя пропала кассета. Из моего кабинета! И никто кроме них не мог бы этого сделать!

Артём, держась рукой за подбородок, огрызнулся:

-А разве у девчонок было время шарить по комнатам? По-моему, они заняты были побегом.

Напрасно он стал перечить хозяину, тот не переносил этого!

Уже не контролируя себя, Арсэн врезал парню ещё пару раз, свалив на пушистый ковёр. И, дождавшись пока тот поднимется и выйдет из кабинета, запер дверь.

Артём с ненавистью смотрел в спину уходящего по коридору хозяина. Он вытер кровь рукавом и вновь вспомнил о странном своём появлении здесь.

Арсэн всегда говорил, что Артём обязан ему жизнью…

Что он подобрал его в небольшом скверике Красноярска. Привёз домой и, выходив, оставил у себя. Но была в его рассказе одна загвоздка. После избиения в памяти Артёма не осталось ни малейшего воспоминания о прошлой жизни.

А после того, как в банде стал очевиден факт, что водителей пичкают препаратом якобы на время лишающим памяти, Артёма стали посещать очень неприятные мысли относительно своей особы. Особенно после случая с бомжом, которого притащили с вокзала. И он видел, что тот потерял память вовсе не на день и не на два!

Парень отгонял от себя страшные предположения относительно себя, но каждую ночь ловил себя на мысли, что пытается выудить из памяти хоть какие-то крохи из своего потерянного прошлого…

Арсэн чувствовал себя на грани нервного срыва. В тот момент, когда, казалось бы, жизнь его полностью наладилась, а криминальный бизнес встал на широкую ногу, принося огромные барыши, и ничто не сулило ему неприятности, надо было попасться ему на глаза этой смазливой девчонке. Как будто ему не доставало женского внимания и ласки. Словно сорванный запретный плод она принесла ему несчастья.

А, впрочем, все события смешались. Майка, чёрт бы её подрал, спутала все карты! И зачем он только показал ей, где находится база! То, что ей вовсе не надо было видеть. Просто когда-то давно, в момент его нежных ухаживаний он показывал ей здешние красоты. Вот она и примчалась, уговорив Грана привезти её сюда из города, как раз тогда, когда он привёз сюда же Зойку.

И откуда только она могла всё так точно знать про него. Словно ненароком читала самые потайные его мысли. Правда она постоянно твердит о своём ДАРЕ. Но это же выдумки чистейшей воды! Какое там провидение.

Она такая же дура, как все бабы, просто глупая ревнивая дура! Впрочем, не так уж она и глупа, раз стащила у него дискету. Кроме неё некому. То, что ключ от ящиков стола лежит в тайнике под пепельницей, знала только она. Видела случайно, зайдя в кабинет, как он задвигал её на место.

Он докурил сигарету и, отперев ключом нужную дверь, посетил пленниц.

Не успела я утешить плачущую подругу, уверяя её в том, что ни с ней, ни с её отцом ничего страшного не случиться. Хотя сама не очень верила в искренность своих слов, как на пороге появился Арсэн.

Его вид ясно показывал, что ничего хорошего его появление нам не предвещает.

Так и случилось. Он быстро подошёл к Майе и, легко приподняв её с кровати, где она только что предавалась печали, безжалостно моча подушку своими слезами, поставил на ноги и нагло обыскал.

Она пыталась сопротивляться и отбивалась от него руками и ногами, но он, совсем не обращая внимания на хаотические движения жертвы, продолжал молча делать своё дело. Когда же обыск не принёс желаемых результатов, он в ярости швырнул её опять на кровать и спросил, или вернее сказать, прошипел как змеюка.

-Куда дискету дела?

Майя перестала всхлипывать и изобразила из себя полнейшую невинность

-Какую ещё дискету?

-Простую. Я знаю, что она у тебя…Ты совершила ошибку ещё раз, своей кражей подписав себе приговор. Теперь–то я вытрясу из тебя всю душу. И ты всё равно расскажешь всё, о чём я тебя спрошу. И даже больше того… Шутки маленькой несмышлёной девочки закончились. Ты начала войну, в которой заранее известен победитель. А победителей не судят. Подумай на досуге над тем, что я только что сказал. Может, мозги твои и прояснятся.

Он вышел, хлопнув дверью с такой силой, что со стены посыпалась штукатурка, а я вздрогнула и непроизвольно зажмурила глаза. Стало совершенно ясно, что над нашими головами нависла гроза. Арсэн в ярости способен на безумство. Видно, ценную дискетку умыкнула Майка. Но нет худа без добра! Когда станет совсем туго, можно и пошантажировать его этой ценной малостью.

Майка уже растёрла слёзы по щекам и пребывала в состоянии обманчивого покоя. Я тихонько присела рядом с ней, так как во время издевательства Арсэна над бедной девушкой скакала рядом с ним как горный козёл, норовя в случае усиления атаки оказать противнику посильный отпор.

Арсэна ждали неотложные дела. Через полчаса фура должна выехать. Несмотря на постигшие его неприятности, он обязан действовать как хорошо отлаженный механизм. А время для эмоций наступит позже. Всему своё время. Главное, что все шахматные фигуры он собрал на одном игровом поле, подвластном ему. А заставить их ходить в определённом порядке, дело техники…

Вызвав к себе в кабинет Кузю и Грана, Арсэн дал им последние наставления и показал маршрут следования по карте, поставив маркером жирную точку на конечном пункте.

-Накладок быть не должно! Вас там уже ждут! Как получите деньги сразу обратно, машину вам дадут. Фуру оставите, где покажут местные.

Он проводил их до ангара и проследил, как машина покинула территорию.

Едва ворота закрылись, Арсэн, облегчённо вздохнув, вернулся в дом.

Глава 31

Серёгину девятку они спрятали, не доезжая метров пятьсот до злополучного дома с мощными воротами и добротными стенами, там, где дорога уходила, сделав резкий изгиб направо.

Миновав небольшие мохнатые ёлочки, они, наконец, выбрали подходящее место для наблюдения за домом.

Отсюда хорошо просматривался особнячок, хотя они сами оставались вне зоны видимости.

Серёга, кряхтя, как столетний дед, утонул по колено в снегу. Но был полон решимости, справиться с поставленной задачей. Не Косте же, с его больной ногой взбираться на злополучное дерево. И уж конечно не Ленке! Хотя с неё станется. Очень уж настырная девчонка!

Всю дорогу она не давала им покоя со своими бредовыми идеями. Подумать только, она учила их освобождению заложников! Их-то с Костей! Тех, кто проделывал это уже не раз! Вот и сейчас она скакала под деревом, рискуя набрать снега в свои идиотские жёлтые ботинки, показывая на какую ветку ему лучше наступить и предлагая подержать бинокль.

Бинокля он, конечно, ей не дал, но сделал вид, что послушался её советов.

Рискуя сломать себе шею, скользя ботинками по скользким веткам, Сергей всё же добрался на высоту, где мог видеть как на ладони то, что творится за высоким забором.

Он медленно осматривал дворик, и то место где стояли ангары. Пытаясь прикинуть, какими боевыми единицами располагает противник.

Пока он насчитал пятерых. Хотя в доме могло быть сколько угодно народа.

Если верить Галке, уверявшей, что у Арсэна не наберётся и десятка вояк, то схватку, безусловно, они выиграют. Противники всего лишь уголовники, стрелять метко вряд ли могут.

Только вот как попасть внутрь. Заборчик-то основательный. Да и светло…Утро высветило все тени и закоулки, а ждать до ночи нельзя. Что там, на уме у Арсэна?

Значит, штурм через забор отпадает. Тогда что? Думай, думай, голова! Для того ты на плечах и сидишь, чтобы извилинами шевелить.

Снизу уже раздавались нетерпеливые Ленины возгласы.

-Ну что? Что ты видишь? Не молчи, нам же тоже интересно! Зойку видишь? Она там? А дядька, которого Арсэн вёз там? А сам он там? Ты по окнам, по окнам посмотри, может, кто знакомый промелькнёт?

-Да помолчи ты. Он сам скажет, когда надо! – осадил её Костя.

И Ленуся действительно смолкла, обидевшись на всех и вся.

Вскоре Серёга, не отнимая бинокля от глаз, действительно прокомментировал то, что не могли увидеть Ленка с Костей.

-Смотри-ка, оживление в зале! Арсэн отправился к ангару… Там у них что-то интересное наверняка имеется... Жаль, что слышать не можем…

Ага, фура выезжает. Что он её в лесу-то прячет? Подальше от людских глаз…По-моему, эта фура готовится на выезд…Теперь около неё крутятся двое… Точно! Они прыгают вокруг…А Арсэн им что-то, жестикулируя, объясняет. Похоже, наставления перед дальней дорогой. И по этому поводу у меня возникли некоторые соображения.

Сергей моментально очутился внизу и изложил свой план.

-Давайте в машину быстро! По пути расскажу! – он первым направился к тому месту, где они её оставили.

Ленуся бежала следом, сгорая от любопытства, но не одолевала Сергея вопросами, помня ещё свою обиду.

Когда машина выехала на дорогу, Серёга изложил свои мысли кратко и ясно.

-Во двор нам не попасть без шума! Значит, эффекта неожиданности ждать не приходится! Ждать до ночи нельзя. Неизвестно что в доме за это время произойдёт…Значит, необходимо воспользоваться шансом и захватить эту самую фуру.

Сейчас отъедем подальше и встретим её! А уж на фуре мы снесём эти ворота к чёртовой матери и посмотрим, на что способны Арсэновские вояки!

Сергей вопросительно смотрел на Родина. Ему нужно было удостовериться, что товарищ одобряет, изложенный на одном дыхании, план.

Костя молчал лишь несколько мгновений, затем кивком принял его к действию.

Ленкины глаза метались от Кости к Сергею. Они же не обращали на неё внимания. Даже не удосужились поинтересоваться её мнением по данному вопросу. Она вела молчаливый диалог лишь с их бритыми затылками. А, между тем, в её голове уже созрела и приобрела чёткую, логически завершённую форму шальная мысль относительно её, Лениного, участия в предстоящей операции.

Она крутилась на заднем сидении, пытаясь обратить на себя внимание, совсем недолго. И выпалила свои предложения разом, приблизившись к самому уху Кости. Тот даже вздрогнул от неожиданности, и сразу же обернулся в пол-оборота, соизволив-таки обратить на неё своё драгоценное внимание.

-Ну и что вы, стрельбу поднимите? Или как вы хотите заставить их остановить фуру? Шум поднимете, тогда прощай неожиданность! А я предлагаю другой вариант. Наиболее уместный.

Вы меня оставляете на дороге. Сами проезжаете вперёд и ждёте. Когда машина появиться, я попробую её остановить. Получится или нет, не знаю, но попробовать можно. Во всяком случае, мы ничего не теряем…

А вот когда я окажусь внутри, буду действовать по обстоятельствам. По крайней мере, я думаю, против оружия они не попрут, остановят машину!

-Какого ещё оружия? - изумился Костя.

-Обыкновенного! Что вы мне дадите! Не бросите же вы на вражескую амбразуру беззащитную, безоружную девушку!

-Да! Ничего более глупого я в своей жизни не слышал!

Костя отвернулся. И тогда не желавшая сдаваться Ленка, вцепилась ему в плечо и заставила вновь обратить на себя внимание.

-Знаешь ли! В конце концов, Зойка моя лучшая подруга и она в беде. Я ничем не рискую!!! А вот помочь могу. Я чувствую, что они остановятся…Прикинусь брошенной заблудшей овечкой. В случае же осечки, мы ничего не потеряем.

-А что… она права…и её слова не лишены смысла. Увидят молодую одинокую девушку, может, и остановятся, - Серёга остановил машину, съехав на обочину.

-Ты предлагаешь бросить её прямо к ним в лапы? - возмутился Костя.

-Точно! Прямо к ним в лапы. Только не забывай, мы-то будем рядом. И никуда они от нас не денутся. Серёга извлёк из внутреннего кармана куртки пистолет и показал Ленусе, как им пользоваться.

Проведя инструктаж, и убедившись, что она хорошо усвоила урок, он вложил холодную тяжёленькую штуковину в узкую ладошку девушки. Предупредив её напоследок

- Если нужно будет стрелять, не забудь снять с предохранителя и целься в конечности, руки или ноги. Этого будет достаточно! Мы рядом…

Ленка, недолго думая, пихнула пистолет в широкий рукав своей куртки. И потренировалась, выйдя из машины, быстро извлекать его оттуда.

Ребята не сводили с неё глаз, поражаясь её открывшимся новым способностям.

Пожелав удачи и помахав на прощание рукой, они оставили её стоять на дороге, утешая себя мыслью, что с девушкой не может произойти ничего непредвиденного. В любом случае она чувствует их поддержку. И потому будет держаться спокойно и естественно.

Кузя уверенно вёл машину, а Гран дремал рядом. Путь долгий, пускай дрыхнет! Ничего, зато Арсэн воздаст им потом по заслугам. Денежных знаков отвалит, хоть стены ими обклеивай… Не так плохо за два дня работы!

Кузя уже строил мысленные планы относительно будущего недельного отдыха, как на дороге показалась одинокая девичья фигурка. И она отчаянно махала руками, требуя остановиться. Выскочив почти на середину, пигалица, разве что не легла под колёса мчащейся на предельной скорости, фуре.

-Оба, на! – выдохнул Кузя, резко тормозя, чтобы не снести прочь это неожиданное препятствие. Он уже было объехал смешную маленькую фигурку. Но безлюдное место и эта её одинокость натолкнула его на совсем непристойные, если не сказать больше, мысли. А что! Гран поведёт машину, а он развлечётся с девчонкой…

Видно кто-то выбросил её из машины, раз она скачет здесь в последней надежде добраться до города.

Кузя утопил ногой педаль тормоза, и огромная гружёная машина остановилась, глубоко и натружено вздохнув.

Гран озадаченно тёр лоб. При резком торможении он ударился о боковое стекло и сейчас был готов по полной программе отыграться на напарнике. Но, увидев причину их остановки, он сразу понял тайные мысли Кузи и улыбнулся при мысли, что ему тоже может перепасть лакомый кусочек.

Ничего, что деваха выглядит не очень привлекательно в этом своём бесформенном балахоне. Главное, что под ним. А мордашка у неё ничего! Очень даже симпатичная. Вон как глазищами своими огромными синими зыркает.

-До города подбросите? А то тут транспорта никакого нет. А я с парнем своим поссорилась, он меня здесь и оставил.

-Ай какой нехороший мальчик! – сочувственно причитал Кузя, - такую кралю оставил дожидаться такси! Забирайся! Что с тобой делать. Он помог ей залезть в салон и взглядом приказал Грану занять водительское место. Напарник понял его намерения без слов. И после передислокации, машина тронулась с места.

Как Ленка и предполагала, атака на неё похотливым водилой началась почти сразу.

Его лапища легла на её колено и поползла вверх, вызывая у Ленки приступ раздражения. Но она, сделав над собой невероятное усилие, мило и одобряюще улыбнулась Кузе и, сомкнув колени, зажав между ними эту нахальную руку, спросила:

-И чего ж вы, мужики, все такие нетерпеливые. Не успеете девушке оказать услугу, как сразу требуете расплату?

-А почему бы не сделать друг другу приятно? Или ты против, красотуля? Тогда сейчас остановимся, и дальше чапай ножками.

-Не то чтобы против, а просто где? Тут тесновато, вроде.

Ленуся озадачено осмотрелась, остановив взгляд на спальном месте позади себя. Там развивалась весёленькая занавесочка в горошек. И Кузя молниеносно смекнул, что означает этот её взгляд. Он молча наклонился и помог расшнуровать её ботинки и уже протянул руку к молнии куртки, но это не входило в стратегические планы девушки и потому она, отстранившись, забралась наверх. Как только голова Кузи оказалась на уровне Лениного лица, холодное дуло пистолета упёрлось ему в лоб и голос, кардинально отличавшийся от только что заискивающего перед ним, скомандовал.

-Руки вверх, быстро, стреляю без предупреждения. И будь уверен, прямо в башку.

Кузин рот открылся от изумления сам собой. И он не нашёл ничего лучшего чем повиноваться этой дерзкой малышке. Кто её знает, шарахнет сдуру - и мозги прочь. Обратно не соберёшь!!!

Машина вильнула в сторону. Это Гран изо всех сил пытался понять, что же происходит.

Его рука потянулась к бардачку за оружием, и тут же предостерегающий окрик сзади заставил его отказаться от этой мысли.

-А ну-ка, не балуй! Останавливай машину. Я долго упрашивать не буду.

Кузя попробовал облагоразумить сумасшедшую девку.

-Так бы сразу и сказала, что интима не хочешь. Чего ж стволом то махать. Так невзначай и убить можно. Гран, тормози, пусть дама выйдет.

Мозги его работали в ускоренном темпе.

-И откуда только у этой дуры пистолет, может на испуг берёт, а это всего лишь «пукалка»?

Машина тормозила, и Ленку по инерции повело вперёд. На миг она потеряла равновесие и Кузя, воспользовавшись этим, боднул её головой в живот. Девушка охнула и, увидев взметнувшуюся к ней руку, не раздумывая, выстрелила прямо в неё. Она зажмурила глаза, а когда открыла их вновь, то под бешенный аккомпанемент отборной Кузиной брани, увидела Серёгу и Костю возле распахнутой настежь двери. Они уже выволакивали наружу, на девственно белый снег, противника.

Гран, лёжа лицом вниз, никак не мог понять, откуда здесь взялись спецназовцы. И почему их так мало? Всего двое, если не считать полоумной девки…

Одно ясно, Арсэн влип. И эти явились по его душу! Он узнал их машину. Это она крутилась ночью недалеко от этого места. Только тогда они были в гражданской одежде. У спецслужб много хитростей.

Висевший на плече у крепыша автомат отсекал все мысли о попытке освободиться. Эти шутить не будут!

Кузя паниковал.

Он потерял много крови, а помощь ему никто оказывать не спешил.

Проклятый снег лез ему в нос, а простреленная рука ужасно болела.

-Сволочи! Я же так всю кровушку потеряю!

-Сдохнешь, не велика потеря! Сначала поиграем во что, где, когда.

Крепыш ткнул его носком ботинка в бок.

-Где девушка? Зоя…Запомните, вам в молчанку играть не выгодно. Грохнем вас прямо здесь и все дела!

-Откуда я знаю, - взвизгнул Кузя, - Зоя или Маня, или кто ещё! Я с ними не знакомился.

-Короче, и по порядку.

-Короче некуда. Две девки-то на базе. Одна хроменькая, и другая, что повыше, кудрявая такая, как кукла.

-Где их держат?

Кузя молчал… И тогда, Костя, чтобы ускорить мыслительный процесс, врезал ногой по его больной руке.

-Ты что? Охренел?

-А вы думали мы с вами цацкаться будем? Так, где они?

-На втором этаже, по лестнице направо, вторая дверь.

-Сколько человек на базе?

-На вас хватит! - огрызнулся Гран и сразу же получил пинка от Кости.

-А всё-таки?

-Семь, но один уже не боец. Ему ваша, кудрявая, живот продырявила!

Костя с Сергеем недоумённо переглянулись. Они уже видели Ленусю в действии, видно и Зойка не прочь пострелять при случае.

-Арсэн на базе?

-А куда ему деться? Там.

Наконец, высокий парень, принёс аптечку и соизволил сделать перевязку. Теперь Кузя успокоился и очень пожалел о своей болтливости. Арсэн ему не простит!

Гран скрежетал зубами от злости! И надо же было этому болвану, Кузе, остановится. Так хотя бы успели предупредить Арсэна по мобиле. А теперь длинный забрал телефон.

Ребята ремнями связали ноги и руки бандитам и, оставив их валяться на дороге, отошли в сторону.

Ласковое солнышко разбивалось искрами на снежных верхушках деревьев, стараясь создать людям радостное весеннее настроение, но они не замечали прелести весеннего утра. У них было много забот. И все их предстояло решить в ближайшее время…

-Лен! Мы с Серёгой поедем сейчас прокатимся на фуре. А ты архаровцев постереги. Не побоишься?

-Нет. Только я с вами хочу.

-Хотеть не вредно. Но дело, прежде всего. Не можем же мы их тут без присмотра оставить. Или ты предлагаешь, принять на душу смертный грех и попросту пристрелить их?

Костя, несомненно, давил на неё. Но не мог же он допустить, чтобы она отправилась с ними…

-Нет. Ты что! Но я бы вам могла пригодиться.

-Но ты уже отработала свою часть предстоящей операции. Теперь наша работа.

Костя подошёл к пленникам и, подумав секунду, проверил, хорошо ли они связаны. Он вместе с Костей отбуксировал пленных к машине и посадил на заднее сидение, затем, достав из кармана наручники, пристегнул руку Грана к верхней скобе салона. Прокомментировав свой поступок словами.

-Так спокойнее будет. Неизвестно сколько мы будем отсутствовать. А то этот уж очень прыткий. А так прыти у него поубавится.

-Ладно, Лен, нам пора. Вот тебе оружие. Инструктировать больше не буду, у тебя уже есть опыт. В случае чего пали в них и не жалей. Они- то уж точно никого не жалели. Жди на этом месте. Если нас не будет через полчаса, вызывай милицию и сматывайся отсюда. Надеюсь, машину водишь?

-С горем пополам.

-Вот и ладно!

Они перенесли в машину сумку с боевым снаряжением, забрались в кабину и поехали вперёд, искать развилку для разворота. Минуты через две Лена вновь увидела проезжавшую фуру и, выйдя из девятки, незаметно перекрестила её вслед.

Глава 32

Арсэн лежал в своём кабинете на мягком кожаном чёрном диване. Он устал и намерен был привести себя в порядок перед долгой изнурительной треплей с профессором. Его интеллигентские штучки сводили с ума! Выдержки у него могло не хватить. А между тем проклятый профессор многого стоит.

И почему только бог одаривает великолепными мозгами того, кто не умеет с пользой ими распорядиться. Не будь его, Арсэна, препарат Свирцева так и находился бы в стадии разработки.

А он уже сумел найти ему полезное применение.

А мальчишка-то, паршивец похоже, о чем-то догадывается, раз стал показывать ему, хозяину и спасителю, зубки.

Надо будет придержать поводья. А то не ровён час, лошадка выбьется с проторенной беговой дорожки.

Что же поделаешь, раз в нём, Арсэне, погиб великий испытатель. Вот он, результат эксперимента, ходит теперь по дому и ему же, злодею, лишившему его памяти, прислуживает. Наивно веря, что его спасли избитого в тёмном парке Красноярска.

А дело то было совсем не так.

Девчонка Артёма училась в Красноярске, в институте. Смазливая, даже очень, надо признать, девица. А парень рванул к ней на пару дней, сбежав из дома, и влюблённая парочка ворковала, прожигая небольшие свои деньги за столиком ночного бара. Туда же волею судеб забрёл и Арсэн с местными братками. Ну и надо же было тем привязаться к парочке!

Дело кончилось тем, что они, вызвав Артёма на улицу, отметелили его по полной программе. А потом и деваху его, выскочившую следом, увезли куда-то в лесок и, поимев её молодого тела по очереди, там и оставили.

А у Арсэна возникла в голове идея избавить парня, а заодно и себя, от лишней головной боли. Так Артём оказался на базе…

Солнечные зайчики лезли в глаза, отражаясь в висевшем на стене зеркале. Арсэн повернулся набок и прикрыл голову подушкой, пытаясь избавиться от их назойливых игр.

Он не сразу понял, что за грохот раздался во дворе. А когда до него дошло, что все шумы снаружи вовсе не сон, где-то рядом раздалась автоматная очередь и взрыв гранаты, бросил его к окну.

Перед его глазами предстала странная картина.

Фура, его фура, выбила железные ворота, подняв столбы пыли из развороченной кирпичной кладки. Его люди выскакивали из охранного помещения и палили без перерыва в сторону злополучной машины. Арсэн успел рассмотреть, что за рулём восседали вовсе не Кузя и Гран, а чужаки в камуфляжной форме спецназа.

Тем временем, машина, преодолев оставшиеся до дома метры, почти что врезалась в его розовую стену.

Арсэн понял, что его тайное предприятие рушится и, метнувшись к столу, судорожно стал смахивать лежащие там документы и дискеты в небольшую спортивную сумку.

Пока на улице продолжалась пальба, он, не имея времени на уничтожение сведений из компьютера, просто вырвав провода, грохнул процессор что было силы об пол, и для верности ещё выстрелил в него пару раз. Затем он выгреб из сейфа все деньги и открыл потайную дверь в стене за стеллажом, предназначенную именно для таких случаев.

Спустился по лестнице на первый этаж и, открыв небольшую дверь на задней стене дома, выбрался на улицу.

Преодолев сотню метров до гаража, расположенного недалеко от ангара, забрался в джип и, подъехав к скрытым от постороннего взгляда маленькими ёлочками воротам, нажал кнопку, замаскированную в неприметном постороннему глазу кирпиче кладки. Он подождал, пока ворота отъедут в сторону, освободив проход, и был таков.

Набирая скорость и минуя главную дорогу, он мчался по другой никому неизвестной узкой дорожке, идущей почти параллельно главной. Она выведет его к городу. Главное, чтобы его не настигли сейчас. А потом он будет уже далеко отсюда…

В солнечных теплых краях на берегу лазурного моря в обществе ни к чему не обязывающих молодых особ, пить шампанское и с сожалением вспоминать своё рухнувшее в одночасье предприятие. Ну что же, главное вовремя остановится. Остановится, пока тебя не определили на казённые нары, на долгие-долгие годы, лишив всех привычных прелестей жизни.

Мы с Зойкой прилипли носами к стеклу. То, что происходило сейчас на улице, не вписывалось ни в какие рамки. Сначала мы подумали, что это бандитские разборки с другой враждебно настроенной шайкой. Но увидев мелькание камуфляжки, отмели прочь неверное мнение. Решив, что это тётя Саша явилась нам на подмогу, в сопровождении отряда отважных милиционеров. Однако слишком хил был тот отряд. Мы с Майкой насчитали всего двух нападавших. Вряд ли милиция обошлась столь малыми силами. На Арсэновскую банду предусмотрительное милицейское начальство бросило бы более внушительные силы!

Вскоре смутные подозрения закрались в мою уставшую от всяких разборок, душу.

Кого-то эти двое мне сильно напоминали…

Я, рискуя поймать шальную пулю, рванула раму на себя. И она, конечно же, мне не поддалась. Тогда я схватила со столика бронзовую статуэтку, так, кстати, забытую надзирателями, и принялась яростно долбить ей стекло. Осколки летели в разные стороны. Но ни один из них, по счастливой случайности, ни попал в меня. И под сольный концерт Майкиного верещащего на высокой ноте голоса я завершила начатое дело и, высунувшись почти по пояс на улицу, удостоверилась в своей догадке.

Те двое были не отважные незнакомцы! А очень даже знакомые! Слишком знакомые! Костя и Серёга!

Моим восторгам не было конца и края! И я даже не задала себе логичный вопрос, как они меня нашли! Я просто смотрела на них и орала радостно, махая руками, как ветряная мельница своими лопастями.

-Мы здесь! Мы здесь! Мы здесь!

Пока не оказалась на полу, усыпанном осколками.

Это Майка, решив, что я окончательно рехнулась, и что меня сейчас непременно подстрелят, лишив молодой и многообещающей жизни, грубо, за шкирку, втащила обратно в родные пенаты.

Едва отдышавшись, я, бешено вращая глазами, поведала ей истину.

-Майка! Это же ребята! Костя и Серёга! Они пришли выручить нас. И будь уверена, сейчас они будут здесь! А всем этим сволочам – крышка! Они же спецназовцы! Ты понимаешь!

-Понимаю, – не разделила моего оптимистического настроя, Майя, - если их самих до этого не подстрелят.

-Что ты говоришь!

-То самое!

Не успели мы закончить дебаты по этому поводу, как кто-то стал ломиться в нашу комнату, выбивая личину выстрелами. Две пары наших глаз, уставились в одну точку, и тут в комнату ввалился совсем не тот, кого мы ожидали увидеть. Вовсе не спасители! Это был отвратительный толстый тип под названием Слон. Он противно хрипел. Видно его жирные телеса не привыкли к таким физическим упражнениям, которые ему пришлось сейчас совершать.

На его лице можно было прочесть всё, что он о нас думает и то, что он сейчас намерен с нами проделать.

Слон держал в руке пистолет и сейчас живописно грозил им, размахивая перед нами.

Наверняка в нём умер великий оратор! Его речь состояла всего из нескольких слов, но как они были сказаны! С какой искренностью!

-Ну, всё, суки! Ну, всё! Наконец-то я могу вышибить вам мозги!

Конечно, мы оценили его речь! Но осуществить задуманное, красочно разбрызгав наши драгоценные мозги по пушистому ворсу ковра, ему не удалось…

Сзади раздался выстрел, и туша упала лицом вниз.

Но не Серёга и не Костя стояли в дверном проёме.

В комнату шагнул Артём. Он словно не замечал нас. Смотрел на расползающееся по жирной спине Слона пятно, и что-то еле слышно говорил.

Хотя я находилась близко, до меня не сразу дошёл смысл его слов, но он повторил фразу вновь, и только теперь я разобрала его слова.

-Я убил человека! Я не хотел никого убивать!

Он выронил пистолет. А я тут же его подняла, решив, совершенно справедливо, что Слон не последний враждебно настроенный гость двух милых дам. То есть нас!

Артём присел на корточки перед Слоном, видно теша в душе надежду, что тот ещё жив.

А я всегда думала, что бандиты безжалостны, и им абсолютно всё равно скольких людей отправить на тот свет. Подумаешь, одним больше, одним меньше!

На всякий случай я держала парня на прицеле. Кто знает, что у него на уме? Может это всего лишь очередной хитроумный ход?

Хотя за время заточения он не причинил мне вреда. Скорее наоборот…

Это я огрела его горшком по башке. Причинив, заметный ущерб его здоровью. Может, благодаря этому он и сдвинулся мозгами, раз пошёл против своих и прикончил собрата по шайке.

Пока я предавалась раздумьям, на улице вдруг как-то сразу стихла стрельба. И меня вновь посетили противоречивые мысли. Чья взяла? Какая сторона вышла из схватки победителем. Я бросилась к окну, но ничего не успела рассмотреть, так как на лестнице послышались торопливые тяжёлые шаги.

Мы с Зойкой замерли, так как изуродованная только что Слоном дверь, находилась в открытом состоянии, а, следовательно, не являлась хотя и призрачной, но всё же преградой для идущего.

Мои руки, сжимавшие пистолет, дрожали мелкой дрожью, а сердце стучало как бешенное…

На пороге мелькнула фигура в камуфляжной форме, вызвав у меня вздох облегчения. А мои руки безвольно опустились вниз…

Это был Костя! Он схватил меня в охапку и молча прижал к себе. Но лишь на миг.

Поставив меня на место, он спросил, указывая на только что поднявшегося с пола Артёма.

-А это что за хмырь?

-Он только что нас спас от смерти. Видишь, - я показала на Слона, -это его рук дело. А где Сергей?

-Усмиряет там внизу особо прытких!

-А как вы узнали, что мы здесь?

-Это длинная история…Потом расскажу. А пока меня интересует, где Арсэн. Его нужно найти.

Тут Майка напомнила о своём существовании.

-А как же мой отец? Он в подвале! Вдруг Арсэн убил его?

-Как туда попасть?

-Вот ключи, –Артём вытащил их из кармана и передал Косте. - Самый большой от той комнаты, где её отец. Надо спуститься по лестнице вниз в подвальное помещение, третья дверь справа.

-Останешься здесь, присмотришь за девчонками, я скоро.

Костя скрылся так же быстро, как и появился.

Отсутствовал он недолго, и вот уже на лестнице послышались голоса.

Майка, узнав баритон отца, выскочила ему навстречу.

Пока отец и дочь радовались чудесному избавлению, мы с Костей обследовали кабинет Арсэна.

Ну и погром он учинил! По виду устроенного тут хозяином беспорядка стало ясно, что он ретировался в спешном порядке, прихватив с собой документы, обличающие его преступную деятельность. Приоткрытая потайная дверь, замаскированная под книжный стеллаж, указывала, каким путём исчез Арсэн.

-Надо же, какой хитрый гусь! Оставил бригаду на произвол судьбы, а сам благополучно смылся.

-Ещё какой, гусь! – согласилась я.

Кто-то обнял меня сзади за плечи. - Что, бойцы, бдительность потеряли?

Серёга, улыбаясь, развернул меня лицом к себе. – Больше теряться не будешь?

Я, уткнувшись носом в его плечо, буркнула.

-Не буду! – и заплакала.

Нет, конечно, я не хотела пускать слезу, но сказывалось напряжение последних дней. И теперь, когда я на самом деле находилась в безопасности, мой организм дал слабинку, выжимая из моих глаз эту солёную водичку.

-Как Арсэн мог смыться, минуя главные ворота?

На Костин вопрос ответил Артём.

-Там есть ещё один выход, на задней стене ограждения. А джип его стоит в гараже рядом с ангаром. Он вполне мог улизнуть незаметно.

-Пойду, гляну! Может, удастся его достать.

Серёга скрылся в том самом потайном проходе, где и Арсэн несколькими минутами раньше.

Мы не могли больше находиться в этом проклятом доме ни минуты, поэтому вышли на улицу. Яркое солнце заставляло жмуриться, а весёлая звонкая капель с крыши, совсем не сочеталась с той кровавой картиной, что предстала нашему взору.

Фура с пробитыми израненными боками и колёсами зияла разбитыми стёклами как слепой монстр, лишенный недругами своих очей. Около неё, на спине, раскинув руки и смотря раскрытыми глазами прямо в нежно голубое небо, лежал детина огромного роста с огненно рыжими волосами. Лицо его хоть и было спокойно, но от этого было ещё страшней. Он был, безусловно, мертв. А вид мертвого человека, хоть и бандита, неприятен, Если не сказать больше!

Профессор Свирцев сразу узнал его.

-Это он с Арсэном приезжал ко мне домой и привез потом сюда.

Ещё один в «холодной» на первом этаже. Но тот уже был готов, когда мы сюда прибыли. Его кто-то другой укокошил… Ранение в живот.

-Я даже знаю кто!

Мне было не по себе, но, тем не менее, я призналась, что это моих рук дело.

-Это когда мы с Майкой удирали, пришлось пальнуть в него, правда это была суровая необходимость. Не мы его, так он бы нас!

-Как это удирали? –удивился Костя.

-А вот так… Не только удирали, но и удрали! Только нас потом вернули на место! Но это тоже длинная история. Кстати Майка тогда стянула у Арсэна очень ценную дискету! И мы её обязательно при случае заберём.

Из-за угла дома появился огорчённый Сергей. По его виду было без слов ясно, что Арсэна и след простыл.

-Ушёл, гад! Но его можно в городе достать!

-Так он там и появится. Он же наверняка уверен, что это наше нападение, мероприятие официальных правоохранительных органов.

-Может, ты и прав, - согласился Серёга, и они отправились проверить пленных. А я, конечно, увязалась за ними.

-Я их собрал, тут же, в «холодной». В обществе их покойного дружка. Кстати, почему Длинный с перевязанной головой не с ними.

Я вмешалась и пояснила.

-Он безопасен. И он сильно помог нам с Майкой.

-Все они тихие, когда им хвост прижмёшь!

В «холодной» бандитов было двое, если не считать их покойного дружка на столе, закрытого белой простынёй. И их взоры были обращены к нам. Вернее, ко мне.

Одного я узнала, он участвовал в моей поимке. А второй, скорее напоминал интеллигентного скромного студентика. Как мне объяснил подошедший Артём, это был их мед.брат или врач, по кличке – Тощий. Короче, он латал их подпорченные в перестрелках шкуры.

Они, связанные по рукам и ногам, лежали прямо на плиточном полу комнатки и тот, кого звали Тощим, подслеповато щурился. Его очёчки с круглыми стёклами валялись неподалёку.

-А где остальные, – удивилась я. - Их должно быть больше!

Правильно двоих не хватает. Они в машине отдыхают, тут недалеко.

-Как это, отдыхают?

-Скоро сама увидишь. Пора ехать…

Костя закрыл комнатку на ключ и прокомментировал свой поступок, видя моё недоумение.

-Что ты на меня так смотришь. Посидят, отдохнут, подумают о своих плохих поступках.

- Ты их здесь собираешься оставить?

-А ты предлагаешь забрать их с собой. Тебе нужно такое счастье?

-Может в милицию?

-Ага. Где ты будешь долго, долго давать показания. Кстати, особенно нудно по поводу тобой убитого бандита. Может ведь оказаться что он и не бандит, а мирный, законопослушный гражданин… Возможно, всё закончится благополучно, но маме твоей придётся ещё неопределённое время подождать свою исчезнувшую дочку. А за этих не волнуйся, они часа через два освободятся от своих пут. А нет, им же хуже.

Тут возразить было нечем!

Сергей пригнал конфискованную из гаража, знакомую нам с Майкой по неудавшемуся побегу, «восьмёрку».

Мы с подругой переглянулись, но к машине, всё-таки, подошли.

Свирцев уже занял место на заднем сидении, и мы намеревались забраться туда же, но тут нас задержал Артём.

Он обращался ко всем сразу.

-Возьмите меня с собой!

-Куда? В город? Где ты живёшь?

Артём растерялся и молчал. На лице его читалось недоумение. А мы все смотрели на него и ждали, когда же он, наконец, выдавит из себя адрес.

Вместо этого он тихо произнёс загадочную фразу.

-Я не хочу здесь оставаться. Но я не помню где мой дом…И есть ли он у меня вообще.

-Ну, это уже не смешно… Куда мы тебя должны отвезти?

Серёга не мог понять, что парень от него хочет.

Тогда Артём повернулся и пошел к дому. Он даже ни разу не обернулся. И вид его был жалок. Эта понуро опущенная, перевязанная бинтами голова, руки, безвольно болтающиеся вдоль туловища…Сейчас он был похож не на бравого молодого парнишку, а на древнего старичка.

И вдруг Майка, завертелась на месте как ужаленная и, шлёпнув себя ладошкой по лбу, заорала.

-Постой! Я всё поняла! Это он, Арсэн сделал! Вернись!

Артём обернулся и, подумав лишь мгновение, быстро пошёл обратно к нам.

Пока он не приблизился, я тихонько шепнула в маленькое Майкино ушко.

-Что, опять видение?

-Нет. Не сейчас. Я видела его раньше, только не поняла, кого оно касается.

-И что там нам нашептали сверху? Что на этот раз?

-Не хочешь, не верь. Мне всё равно! – обиделась Майка. –Только это Арсэн сделал его таким… Произошла трагедия и там была замешана девушка.

Майка вздохнула и произнесла совсем уж безрадостные слова.

-Её убили! Я ясно видела безжизненно свернувшиеся калачиком тело. Может отец сумеет вернуть ему память… Тогда он вернётся к своей семье. Наверняка у него кто-то есть! Кроме этой девушки!

Хорошо, что Майка шептала еле слышно и парень ничего не услышал. Вести то для него были далеко не радостные!

-И давно ты стал таким забывчивым? – Майка внимательно провела взглядом по объекту, словно пытаясь разглядеть в Артёме нечто новенькое, непознанное.

-Год… Да, год назад меня привёз сюда Арсэн. Он подобрал меня избитого в парке. И с тех пор я ничего не помню, видно мне здорово отшибли мозги.

-А Арсэн, значит, такой милосердный! Пожалел бедного мальчика и пригрел на своей груди! Это просто смешно!

Я действительно хихикнула. Не засмеялась, нет, именно хихикнула. Может, я разучилась смеяться в полную силу?

Майка тут же сделала мне замечание.

-Ничего смешного я тут не вижу. Всё очень даже печально! Бедняга! Садись в машину! Мы что-нибудь придумаем.

Свирцев покачал головой с сомнением. Ему ещё не удалось повернуть процесс с потерей памяти вспять. Сколько ему понадобится на это времени, неизвестно. Но Майя права, не бросать же его здесь, обрекая, тем самым, на растерзание бывших сотоварищей.

Против Майкиного предложения никто не возражал. Мы быстро забрались в машину, жалея, что она не может растянуться до габаритов микроавтобуса, и выехали за ворота. Вернее, это уже были не ворота, а груда строительного мусора.

Люди сидящие в машине хранили молчание.

Сильные эмоции, которые нам пришлось испытать за последние несколько часов, значительно истощили наши силы. Теперь можно было и расслабится. Моя голова медленно клонилась к плечу Артёма, сидящего рядом. Сон уже манил меня, рисуя завлекательные картинки в моём воображении. Только мне так и не удалось побегать по зелёному лужку, собирая огромные белые ромашки.

Машина, резко остановилась и я, испуганно вздрогнув, моментально открыла глаза.

И что предстало моему взору!

Какая-то машина стояла на обочине. А перед ней на дороге топталась странно знакомая фигура! Я сонно протирала глаза, а эта самая фигура уже летела к нам со всех ног. Мои глаза отказывались признать её.

Но, тем не менее, как ни странно это выглядело, но это была ЛЕНУСЯ! Собственной персоной. Она уже открывала заднюю дверцу машины с моей стороны. И на лице её сияла довольная улыбка. А голубые огромные глазищи смотрели прямо на меня.

Она почти что, выволокла меня наружу, где сразу же осмотрела и ощупала.

-Ну, привет, подруга! Как вижу, ты цела и вроде относительно здорова. Это здорово! Просто отлично!

-Ленка! Как ты здесь оказалась? Этого просто не может быть!

-Как это не может быть, когда я стою перед тобой! Очнись! Это же я, твоя подруга. Я приехала за тобой! Тебя мама ждёт. Пора домой!

Тут я поняла, что это не обман зрения, а самая настоящая Ленка, моя Ленуся! И слезы хлынули из моих глаз, а я, прижавшись лицом к плечу подруги, дала волю своим чувствам.

Мне не было дела до того, что сейчас за мной из машины наблюдает несколько пар глаз…

Я просто стояла и плакала. А ещё я очень сильно хотела домой! Теперь, когда я увидела Ленусю, я поняла, как сильно устала от всех этих скитаний и непредвиденных событий!

-Ладно, хватит! Что было то прошло, обратно не воротишь. Поехали отсюда!

Костя и Сергей, недолго посовещавшись, что делать с пленниками, вытолкали их из салона машины и, освободив лишь ноги от пут, дали последние наставления и пинком придали им скорости.

-Зачем вы их отпустили? - недоумевала Лена, усаживаясь в машину. Они же бандиты.

-А что прикажешь с ними делать?

-Отвезти в милицию.

-Ну, ты даёшь! А мы то с Серегой на той базе хорошего шороху навели, постреляли, между прочим, немного. Кое-кого отправили прямёхонько в ад. Жаль, что не Арсэна. Он вовремя смылся! И ты теперь хочешь, чтобы мы надолго завязли в милицейских разборках. Кто кого и за что! Из автоматов-то палить никому не разрешается! Это тебе не американский боевик! Где всё можно!

-Ладно, уговорил, – согласилась с доводами девушка. – А что это у вас там так много народа в машине набралось. Ехали только за Зойкой, а привезли полную коробочку.

-Я тебе сейчас всё расскажу, – торопливо прошептала я, наклоняясь к самому её ушку.

Костя вёл девятку, а я весь путь до города рассказывала Ленусе про профессора, его дочь и про печальный результат действия препарата на бывшего адъютанта Арсэна, молодого парнишку Артёма. К чьей судьбе мы не смогли остаться равнодушными.

Ленка только ахала в ответ и слушала не перебивая.

Раскатывать по городу среди бела дня с полной машиной оружия было опасно. Поэтому Костя, Ленуся и я отправились прямёхонько в деревеньку Селище. Сбросить «железки» в подвал дяди Вовы.

Профессора же с Майкой и Артёмом Серёга взялся отвезти домой. Мы договорились встретиться после удачной разгрузки в их квартире. Профессору необходимо было обеспечить охрану. Кто знает, что за мысли посещают сбежавшего Арсэна!

Селище, со своими новомодными постройками показалось довольно скоро.

Владимир Иванович расчищал дорожку от снега, когда появилась наша машина. Он нисколько не удивился нашему появлению, высказав лишь недоумение по поводу изменившегося состава.

-Ты куда Серёгу дел? Я, конечно, понимаю, что ещё одна девица лучше, чем еще один мужик. Но всё-таки? - он оперся на деревянную ручку лопаты и внимательно разглядывал новую, незнакомую особу, то есть, меня.

-Да всё нормально, дядь Вов. Операция прошла успешно. Объект освобождён,- при этом он показал на меня. – А Серёга сейчас везёт домой остальных заложников, бывших заложников.

-Ой, как интересно. Но ведь не расскажешь?

-Нет. Меньше знаешь, лучше спишь.

-Ну и ладно. Ты небось «имущество» привёз?

-Ага.

-Так тащи его опять в погреб, и все дела. А вы девицы идите в дом. Там чайник поспел. Похозяйничайте.

Мы с подругой так и сделали. Пока мужчины выгружали армейскую сумку в подвал, налили себе и им чай в бокальчики с рисунком яркими горошинами.

Нарезав батон, и густо намазав вареньем толстые его дольки, принялись аппетитно жевать. Запивая сладкое лакомство горячим чаем с привкусом мяты.

-Мама моя, наверное, тебе звонит постоянно? Она ведь даже не предполагает где я! – вздохнула я и отложила в сторону недоеденную булочку.

-Точно! Разве можно такое себе представить. Она уверена, что твоя командировка растянулась до невероятных размеров! Что ты вот-вот появишься! И Светка твоя с ума сходит!

Стой! –Ленка вдруг закашлялась, поперхнувшись на полуслове, и рысью метнулась, к стоящему на тумбочке телефону. –Совсем вылетело из башки, что я обещала ей позвонить. Я же ей слово дала не теряться!

-Дядь Вов, можно я позвоню, очень нужно!

-Да, звони, конечно, - ответил тот, выглянув из-за занавески.

Ленуся долго выслушивала Светку.

- Ты нашла Зойку? –громко кричала она.

-Да не ори ты! Не было времени по телефону болтать! А Зойка твоя жива и здорова! Вот тут вместе со мной сейчас булочки с вареньем трескает.

-Какое ещё варенье?

-Какое, говоришь? -Ленка повозила ложечкой по вазочке. -А чёрт его знает! Ассорти, наверное, сразу и не поймёшь!

-Ты что совсем там поглупела! Причем тут варенье! Когда вы приедете?

-Ну, матушка! Кто ж это знает! Как только, так сразу. Не боись, она теперь под моим контролем.

Ленка, косилась на меня одним глазом, но трубку не давала.

-Дома наговоритесь! Надеюсь, мы скоро отбудем в Москву.

Светка, обидевшись, дала отбой. Но Лена не огорчилась, наоборот она с удвоенной силой принялась за булочки.

-Ну и нервная у тебя подруга! Обиделась! А на что обиделась, спрашивается. Побывала бы на моём месте. Нервно тут, однако!

Костя не дал нам вволю насладиться чаем и гостеприимством хозяина. Лишь было покончено с опасным грузом, мы распрощались с дядей Вовой и покинули его тёплое уютное жилище.

Меня сильно клонило в сон. Теперь, когда я чувствовала себя в полной безопасности, глаза мои закрывались сами собой.

Путь наш лежал в город.

Он ещё недавно, так враждебно ко мне настроенный, теперь растратил все свои злые чары, обратившись ко мне радикально противоположной, доброй стороной, подарив новых друзей. Не будь их, всех этих людей, не оставшихся безучастными к моей судьбе, кто знает, как закончилось бы моё путешествие!

Безумное путешествие!

Кстати, давно не было слышно черного демона, его глумливо ехидного голосочка, раздающего «полезные советы».

-Что! Сложил свои крылышки и оставил меня, наконец, в покое? Или сказать нечего? Пора найти тебе другой объект для насмешек!

Мой односторонний диалог происходил во сне. Машина изредка подскакивала на дорожных рытвинах, а голова моя покоилась на Ленкином плече. И она заботливо придерживала её рукой, не давая маленьким дорожным неудобствам нарушить мой покой.

Подруга разбудила меня только тогда, когда машина остановилась, подкатив к подъезду профессорского дома. Я не могла понять, где мы находимся, но послушно шевелила ногами, поднимаясь наверх следом за Костей по ступеням.

Дверь открыл Серёга.

Он поступал абсолютно правильно. Зачем испытывать судьбу дважды. За дверью вполне мог оказаться и Арсэн. Его поступки нельзя было предугадать. А значит, необходимо соблюдать осторожность…

Едва мы вошли в гостиную, как я увидела Александру Ивановну. Женщина была заплаканная. Конечно, ведь Майка наверняка рассказала ей, что случилось с нами и с бедным Мишкой во время её отсутствия! Хоть бы он остался жить! Собака-то в чём виновата?

Я обняла женщину и постаралась её утешить, как могла

-Всё будет хорошо! Мишка обязательно поправиться! Ведь мы перевязали его раны. А собаки, они ведь очень выносливые.

-Знаю! Он должен поправиться, столько лет жил со мной бок о бок… Я не смогла бы без него жить в лесу! Он как человек! И слова понимает. Бывало, смотрит своими коричневыми глазами прямо на меня, будто человек это, а не собака! В самую душу смотрит, и тепло так становится там, внутри то... Сейчас вот дождусь брата, и поедем с ним за Мишкой. Если жив – выхожу его!

В комнате возникла полненькая старушка. На ней была надета серая пуховая кофточка, а ноги шаркали по полу подошвами расшитых китайских тапочек. Она подсунула под нос тете Саше успокоительные капли, а сама, тем временем, с интересом поглядывала на меня. И я сразу догадалась, что это и есть женщина, которая была в этом доме нечто большем, чем домоправительницей. Когда-то она заменила маленькой Майке мать.

Майка подошла, и, обняв за плечи эту самую старушку, представила меня. -Бабуль! Это и есть Зоя! Та, про которую я тебе рассказывала. Это с ней мы волков пугали в лесу.

-Господь с тобой! – испуганно замахала руками старушка. - Надо же так сказать, и не вспоминай об них, окаянных, я до сих пор не понимаю, как вы живы остались. У нас то, в деревне, волки бабу одну взялись со станции провожать, так километрах в трёх от домов и сожрали!

-Так у неё пистолета не было!

-Да что ты такое говоришь! Шутки плохие! Волк зверь умный! А вы- то глупые девчонки! Стоило мне оставить дом на пару дней, всё кувырком пошло.

Она, обиженно поджав губы, удалилась на кухню.

-Пельмени пошла лепить, – прокомментировала этот демонстративный уход, Майка. – Она всегда чтобы успокоить нервы, этим занимается. А я так обожаю пельмешки.

Майка потёрла ладошкой об ладошку в предвкушении предстоящего лакомства.

За окном раздался звук автомобильного гудка, и Александра Ивановна заспешила к выходу.

-Это брат мой приехал. Пора… Дай вам бог счастья, девчонки! А будете в наших краях, заезжайте. У меня летом благодать! Ликование природы, да и только!

Мы пошли проводить её до двери, и Майка попросила

-Тетя Саша! Я кое-что припрятала у вас дома. В кувшине с клубками. Это дискета, очень важная. Если вас не затруднит, привезите её мне, когда вернётесь в город.

-Ну, раз такая важная, завезу!

Мы обнялись на прощание, и она скрылась из виду, спускаясь вниз по ступеням. Майка задумчиво слушала звук её торопливых шагов и захлопнула дверь лишь когда они смолкли.

Я удобно устроилась на большом кожаном диване, а Костя, присев рядом, молча гладил мою руку. Мы ждали, томясь от безделья, когда профессор Свирцев сделает компетентное своё заключение относительно Артёма.

Мне не терпелось оказаться в знакомой Костиной квартирке. Хотя я и опасалась появления в ней его строгой мамочки.

Но на этот раз нас было двое! Я и Ленка! Вдвоём мы наверняка стойко сможем перенести её лавинообразный напор.

И вот дверь, ведущая в кабинет профессора, открылась и лица людей, находящихся в комнате, как по команде, повернулись к входящим.

По выражению лица Свирцева стало ясно, что результат беседы неутешителен.

Валерий Сергеевич в подтверждении огорченно развёл руками.

-К сожалению, ничего нельзя сделать, пока нельзя… Слишком большая доза препарата была применена. А моя работа над тем чтобы обратить процесс вспять, еще находится в стадии разработки. Мне нужно время.

-Но у меня нет времени, - взмолился Артём. Мне некуда идти…

-Но вообще то, тебя на улицу никто не гонит, - обиженно заявила Майка. –Ты можешь жить у нас сколько будет нужно! Места хватит.

Она взглядом просила поддержки у отца, и тот не задержался с ответом.

-Разумеется, вы можете остаться у нас, молодой человек. Не в этом проблема…

И тут меня, слушающую этот диалог, осенило.

-Стоп! У меня, кажется, есть верный и быстрый вариант возвращения в былую реальность!

Мы заберём его в Москву и покажем по телевидению. Его родные сами его найдут.

Есть такая передача «Жди меня». Мой шеф в агентстве, где я работаю,...-тут я осеклась, так как сомневалась, не выполнил ли еще Мишаня свою угрозу уволить меня, - имеет связи. Однажды ему удалось таким образом найти близких ребёнка, получившего в аварии черепно-мозговую травму… Я думаю, он не откажется помочь! Я почему-то верю в благополучный исход! По крайней мере, он не затянется на долгое время. Телевидение – великая вещь!

Выпалив эти слова на одном дыхании, я посмотрела на Артёма

-Ты согласен?

-Да! Разумеется, согласен.

Казалось, он не сомневался ни минуты. Его глаза радостно засияли.

Конечно! Ведь я сейчас вселила надежду в его сердце!

И тут он произнёс фразу, которая подействовала на меня как ушат холодной воды.

-А как же мы полетим на самолёте? Ведь у меня нет паспорта и вообще нет никаких документов!

Вот это да! Ведь у меня самой то нет документов! Как же это могло вылететь из моей головы! Видно, со всеми этими нервными встрясками такая маленькая, но важная деталь не нашла пристанища в моих измученных думами мозговых извилинах!

И в ту же минуту, совсем забытый, злобный демон, высунувшись из-за моего плеча, гордо расправив свои черные крылья, ехидно произнёс.

-Ну что голубушка! Допрыгалась? А документики-то тю-тю! Растаяли как призрак в тумане? Не видать тебе Москвы как собственных ушей!

Наверное, у меня было такое глупое и расстроенное лицо, что Ленуся отреагировала сразу.

-Зойка! Что с тобой! На тебе лица нет!

-У меня нет паспорта! Его забрал Арсэн! Меня не пустят в самолёт! Да и на поезд тоже…

Я закрыла лицо руками, и едва сдерживалась, чтобы не разреветься.

Мягкие, приглушённые пушистым ковром шаги и вот кто-то трогает меня легонько за плечо.

Я подняла кверху полные слёз глаза, и не поверила увиденному.

Артём протягивает мне паспорт. Мой, именно мой, а не чей-то ещё паспорт.

-Возьми. Я знал, что он тебе пригодится

-Откуда он у тебя? - изумлённо развернула я книжицу.

-В комнате Арсэна под столом валялся, видно, он второпях, когда документы и бумажки разные забирал из ящика, его и выронил. Ну а я подобрал, в карман пихнул. А сразу забыл отдать. Как ты сказала, сразу вспомнил.

Я повисла на шее у парня

-Спасибо тебе! Какой же ты молодчина!

-Подумаешь, герой! – ревниво произнёс Костя, обижаясь, что не ему досталась изрядная порция нежных поцелуев - между прочим, можно и на поезде ехать. А билет можно по любому паспорту купить…

-Но я больше не выдержу путешествия в поезде. Там дорога кажется вечной! А уж Артёму придётся потерпеть. Мы с Ленусей его встретим в Москве. И ко времени его прибытия успеем прозондировать почву на телевидении. Как раз будет время помириться с Мишаней и уговорить его нажать на могучие связи для ускорения процесса.

-Жаль с тобой расставаться! Я успела привыкнуть к тебе! Как к родной…

Майя грустно вздохнула.

-А кто тебе сказал, что мы расстаёмся надолго! Может, ты надумаешь перебраться в столицу? Мы тогда тебя живо пристроим в своё агентство. Нам люди с такими способностями как у тебя нужны! Можешь значительно облегчить нашу сыскную жизнь!

-Нет уж, я отца не оставлю! Ни за что! - Майя вызывающе подняла бровь.- А вот в гости к вам непременно наведаюсь.

Ей было приятно, что я, наконец-то, поверила в её незаурядные способности.

-Если что случится, ты знаешь, как меня найти.

-Ничего уже случиться не может, – встрял в наш разговор, молчавший до этого момента, Сергей. – Я за ними присмотрю.

Судя по тому, как в ответ на его слова Майка вспыхнула, заливая краской щёки, мне стало ясно, что она испытывает симпатию к парню.

Вот и ладно! И мне спокойней, и у моей новой подружки, похоже, появилась надёжная опора. Теперь я могла уехать без угрызений совести.

-Я приеду в аэропорт проводить вас.

-Не надо! Ненавижу прощаться! Долгие проводы, лишние слёзы!

-Может ты и права…

Мы уже одевались в прихожей, как появилась баба Даша с испачканными мукой руками и возмущённо замахала ими, словно стирая слова в воздухе.

-Куда это вы? Я уже водичку под пельмени поставила!

- Спасибо большое. Майка съест их за нас! А нам пора!

-Вот так всегда! Всё не по-людски!

Мы с Майкой обнялись и она, быстро отстранившись от меня, вытащила из кармана платок и жалобно зашмыгала носом.

Слова прощания застревали внутри и противненько щекотали горло. Не хватало только и мне расплакаться.

Так уж устроен человек! Сначала он стремиться вырваться из экстремальных жизненных ситуаций, а, достигнув желаемого, начинает лить слёзы на груди того, с кем разделил часы горестных метаний. Подчас не в силах оторваться от дружеского плеча…

Спустя всего лишь пять минут мы наблюдали через заднее стекло нашей отъезжавшей от дома машины за профессорским семейством, высыпавшим на балкон. Они, зябко кутаясь в то, что им удалось прихватить с вешалки в прихожей, прощально махали нам руками.

Тут девятка свернула за арку и выскочила на шоссе.

Мы мчались в аэропорт, где нам предстояло купить билеты.

В здании аэропорта царило оживление. Пробираясь к кассам Ленуся обнаружила знакомую маленькую фигурку в сером халате. Она так же уныло возила тряпкой по полу, привычно ворча.

-И ходют…и ходют…сидели бы дома. Всё им неймётся. Подошвы скоро сотрут своими походами…

На миг она оторвалась от своего занятия и Ленуся уже открыла, было, рот чтобы поздороваться с ней, но гражданка Шмакина схватила ведро и быстро-быстро ретировалась. Стараясь прошмыгнуть мимо незаметной мышкой. Неизвестно чем ей не угодила данная компания. Но факт остаётся фактом!

С билетами на этот раз трудностей не возникло. И этот радостный для нас с Ленусей факт очень огорчил Костика. Уж очень ему не хотелось расставаться со мной. Это можно было заметить невооружённым глазом. Но бремя ответственности требовало, чтобы он проявил абсолютную лояльность в данном вопросе. И он постарался с чувством собственного достоинства бросить вызов обстоятельствам. Он сам купил нам с Ленусей билеты, не позволив добавить ни копейки.

Самолёт вылетал ранним утром следующего дня. Так что у нас еще оставалось время на сборы. Хотя какие сборы, когда Ленина поклажа умещалась в небольшой дорожной сумке. А моя знаменитая сумка на колёсиках, с так тщательно отобранным дома барахлом, растворилась, исчезла в неизвестном направлении, словно некая неуловимая летающая тарелка залётных пришельцев во время моего похищения!

Артему пришлось отправляться значительно раньше нас. Поезд на Москву отъезжал всего через пару часов. Так что означенное время мы провели в диких гонках, запасая парню провизию для долгого муторного пути. Стараясь обеспечить ему безбедное, в продуктовом смысле, существование.

И только благополучно пристроив его в купе, мы вздохнули облегчённо и, дождавшись отправления состава, отчалили по направлению к дому. Костиному дому…

Ранним утром, когда самолёт поднялся в воздух, и голова моя покоилась в углублении мягкого кресла, а рука сжимала Ленкину ладонь, меня вдруг охватило тревожное чувство недосказанности. Словно что-то важное было упущено… Упущено мной безвозвратно! На моих коленях лежал пакет, который Костя вручил мне перед самым отлётом. В нём было то самое синее платье и туфли, которые он мне купил для выхода в свет. Именно в нём я блистала в «Астрале».

Тогда, в первую свою неудачную попытку возвращения домой, я забыла этот подарок. Теперь он со мной и напоминает мне, обо всех злоключениях прожитых дней. Картина в целом рождала мысли о несгибаемой решимости окружавших меня людей. Не давших мне сгинуть в неизвестности. Первоначальный образ того, кто невольно позвал меня в дорогу, маячил где-то вдали, оставив после себя лишь размытое ощущение неловкости.

Да! Теперь Снежков не был для меня тем кумиром, возведённым на пьедестал, что прежде. Да и я сама была уже не та наивная девочка, руководствовавшая более чувствами, нежели разумом. Жизнь преподала мне хороший урок! Расставив все фигуры на шахматном поле жизни по местам. Убрав, прочь злодеев и выставив на передний фланг любимых и дорогих мне людей. Только вот почему так ноет сердце?

Костя! Вот тому объяснение. Вечера и ночи с ним было мало…

Слова, казавшиеся такими скупыми, не смогли вместить всю гамму чувств, проносившихся легкокрылыми птицами сквозь нас. Наверное, его губы, такие нежные и в тоже время сильные, сказали мне гораздо больше о тех чувствах, которые он таил в себе. Но нам пришлось расстаться… Такова неизбежность всех расставаний. Когда-то, это должно произойти. Но, несомненно, мы встретимся вновь, обязательно. Время всё расставит по местам, внеся должный порядок в хаотически разбросанные мысли и чувства. И кто знает, может оборванная ниточка разлуки будет соединена? Прочь грустные мысли! Жизнь продолжается!

В аэропорту нас будет встречать Светка! Я вновь увижу близких мне людей, наконец, смогу обнять мамулю. И непременно помирюсь с Мишаней. Он будет долго на меня дуться, но на работе восстановит и уж конечно поможет найти родных Артёма.

Прощай Чита, встречай Москва заблудших своих дочерей!

Послесловие:

Когда самолёт поднялся в воздух, Майку вновь посетило ОНО – ОТСУТСТВИЕ. Она старалась отогнать это пугающее её чувство, но оно плотно обхватило её своими холодными щупальцами, заставив принять созданный только что расплывчатый вначале, но всё более четкий с каждой секундой, образ.

Она сразу узнала тёмный силуэт… Это был Арсэн…. Его окружало черное облако негативной энергии и злая черная её лапа тянулась в направлении светлой Зойкиной головки. Вот она окутала её, стерев с лица девушки улыбку и сильно затуманив образ… Что произошло дальше, Майка не видела. Она, громко вскрикнув, проснулась и взмахнула руками, словно пытаясь отогнать наваждение.