Бездомный ЛОРД

Глава 1. Бездомный

Ночь.

По слабо освещенной улице, быстро семеня ножками на каблуках, шла стройная молодая девушка. Длинные каштановые волосы были распущены и развивались на ветру. Глаза девушки были очень выразительны, длинные тёмные ресницы и большие карие глаза. Она продолжала идти по тротуару вдоль домов, иногда опасливо оглядывалась, проверяя: не идёт ли кто за ней следом. Этот район Нью-Йорка хоть и считался относительно безопасным, но поздней ночью сюда мог забрести кто угодно. На улице становилось прохладнее, девушка вся продрогла, озябшими руками она застегнула кожаную ветровку и поспешила в сторону своего дома.

Крис была уже совсем близко, осталось пройти метров 300 – не больше, как внезапно воздух наполнился тревожным привкусом безвыходности. По телу Кристин побежали мурашки. До этого момента, она еще никогда не ощущала себя такой напуганной, без какой-либо на то причины.

Тут она заметила, что впереди — на крыльце одного из домов, сгорбившись и почесывая руками голову, сидит бездомный. Мужчина яро спорил с кем-то невидимым, периодически он бил себя по голове:

— Это его ошибка, пусть и разбирается! Не моя, не моя, это не моя ошибка, — повторял он, глядя в сторону жутким, пустым и безумным взглядом.

Крис стало совсем не по себе. Она отчаянно не хотела привлекать к себе внимание бродяги. Отрезок улицы около этого дома, был хорошо освящен несколькими фонарями. Кристин тихонько выдохнула, собрала всю свою смелость в кулак — и пошла дальше.

"Это просто бездомный, обычный бездомный, — повторяла она мысленно".

Чем ближе Крис подходила к крыльцу дома, где сидел бродяга, тем больше ее охватывала, какая-то необъяснимая паника. В ярком освещении фонаря, Кристин смогла разглядеть, что одежда у мужчины изорвана и вся в грязи. На ногах нет обуви, а толстый слой грязи будто заменил ему ботинки. Она старалась делать вид, что смотрит не на него, а куда-то выше. Но совсем выпускать сумасшедшего из виду, ей не хотелось. Когда девушка уже почти поравнялась с ним, что-то заставило ее внимательнее посмотреть на его лицо. Мужчина встретился с ней взглядом, он молчал и не отводил глаз.

Несмотря на дикую панику внутри себя, Кристин заметила, что у бродяги очень красивые черты лица, высокие скулы, выразительные глаза, которые в свете фонаря, казались такими темно, темно-зелеными. В уголке его полных губ были следы запёкшейся крови. Бездомный, конечно, заметил, что Кристин пялиться на него и вопросительно приподнял бровь.

Крис поспешила отвернуться и ускорила шаг.

"Такой молодой, но сумасшедший и живет на улице... очень жаль..." — промелькнула мысль в ее голове. Кристин решила не оборачиваться, но все эти несколько минут пути до дома, ей казалось, что бродяга все еще смотрит на нее и этот взгляд будто прожигает на сквозь.

Крис вбежала в свою квартиру и быстро закрыла дверь на все замки. И в эту самую минуту зловещее напряжение спало. Да-а... Идея прогуляться в одиночку пару кварталов до дома, была не самой лучшей, похоже она словила какую-то паническую атаку. Повезло ещё, что она встретила на пути всего лишь какого-то бездомного.

Приняв душ, Кристин уже окончательно успокоилась. Она пыталась понять — почему её так сильно напугал этот несчастный сумасшедший? Конечно, все дело в том, что на улице было темно, и она просто накрутила себя. Встреть она бродягу средь бела дня, то даже не обратила бы на него внимания.

В этот вечер Крис быстро уснула, но нормально выспаться ей не удалось, ночью девушке не прекращал сниться сумасшедший, сидящий на крыльце. Он зловеще смотрел на нее и говорил кому-то невидимому, что Крис нельзя отпускать... девушка готова была поклясться, что за секунду до пробуждения услышала отчетливый шепот:

— "Держись от него подальше".

Кристин вскочила с постели. Но, конечно, рядом с ней никого не было, дома было очень тихо и спокойно. Всего лишь дурацкий кошмар...

Сегодня у Крис был выходной день, ее соседка Джессика тоже вернулась поздно и еще спала в своей комнате. Несмотря на то, что Кристин проснулась немного позже обычного, она решила не отменять субботнюю пробежку в парке и стала быстро собираться. Благо Проспект-парк находился не очень далеко: минут 5 до остановки и около 15 минут на автобусе.

Погода, для осени, стояла просто прекрасная. В ушах, как всегда, играл инди-рок. Крис бежала не очень быстро, наслаждаясь великолепными видами. Это одно из ее любимых мест в Нью‐Йорке, здесь удивительно красиво. Сам парк просто огромный, чего только тут нет: площадки для выгула животных, детские площадки, велодорожки, озеро. Для отдыха горожан были доступны: зона барбекю, огромные поля с мягкой травой, на которой можно расположиться на пикник и конечно лес! А ещё в парке жили гуси, лебеди и даже черепахи.

Девушка свернула на одну из тропинок лесопарка, сейчас с обеих сторон её окружали высокие густые деревья. Она зашла уже довольно далеко вглубь лесопарковой зоны, как неожиданно, почувствовала себя также, как перед встречей с бездомным. Чувство тревоги было таким сильным, что она остановилась. Казалось все вокруг стало серым и блеклым. Крис заметила, что рядом совсем нет людей. В выходной день здесь такое было просто невозможно. Она достала и отключила наушники – опустошающая тишина...

Тут вдалеке Крис увидела чьи-то силуэты, и быстро пошла вперед. Если это снова, какая-то паническая атака, возможно ей станет лучше, как только она присоединится к другим людям, гуляющим в парке. Приблизившись к месту где, как ей показалось, она кого-то видела, девушка замерла.

Свернув с тропинки вглубь паркового леса, шёл тот самый бездомный, которого она видела вчера. Он вел за руку маленького мальчика, который был прилично одет, ребенок что-то оживлённо рассказывал бродяге.

Сумасшедший куда-то уводит ребёнка... Кристин понимала всю опасность ситуации, на которую она смотрит. Бежать и звать на помощь? Она может не успеть. Кинуться отбивать мальчика у бездомного? Но она может погибнуть сама. На долгие раздумья не было времени.

— Стой! — крикнула она громко, и бросилась в сторону бродяги, благо на ней была удобная одежда и обувь, одной рукой она набрала 911, — отпусти ребенка!

Кристин надеялась, что мужчина испугается и побежит, но он не сдвинулся с места. Она уже не могла остановиться, и решила — будь что будет!

— Отпустите мальчика! Я позвонила в 911!

На том конце провода сказали:

" Алло, Алло вас неслышно", — и после, телефон вдруг погас.

Кристин не знала, что ей делать, единственный выход схватить мальчика за руку, и попытаться убежать. Она была уже совсем близко к ребенку, как вдруг бродяга подпрыгнул на несколько метров в высоту. Сумасшедший перелетел через Крис и оказался у нее за спиной. Она с криком обернулась, ожидая нападения, но бездомный смотрел совсем в другую сторону. Еще через секунду из-за деревьев показались трое мужчин в тёмной одежде. Она обрадовалась — кто-то услышал ее крики и пришел на помощь. Крис взяла ребенка за руку, собираясь увести его.

— Нет! — Вдруг резко сказал мальчик. Их может быть больше, если мы уйдём — нас схватят.

— Что?

Мальчик в ужасе смотрел на людей, которые вышли из лесопарка, Крис тоже повернулась в их сторону.

Но кто бы это ни были, они вдруг перестали быть похожи на людей... Вместо человеческих лиц у них были огромные рты с несколькими рядами зубов, кожа почернела, как смоль, а глаза горели красным огнём. Они атаковали бездомного, словно свора бешеных собак. Но и он, явно был не человеком, бродяга спокойно отражал удары пугающих существ.

Кристин замерла, испуганно наблюдая за этой битвой. Разум кричал ей — беги! Но она не могла пошевелиться.

В какой-то момент существа окружили бездомного, он явно сдавал свои позиции. Нелюди прыгали на него один за другим, пытаясь схватить за горло. Бродяга продолжал отбиваться, активно нанося удары прямо в морды страшных монстров. Один из существ увернулся от удара и впился зубами в запястье бездомного. Он глухо выругался и нанес удар по шее нелюдя, тот отцепился от его руки и рухнул на землю. В туже секунду, другие темные монстры, пользуясь сложившейся ситуацией, прыгнули на бездомного. Но он будто предугадал действия нелюдей и перескочил их в полете! Бездомный оказался у массивного почти высохшего дерева. Он обнял его руками и вдруг вырвал из земли с остатками корней. Теперь существам было сложнее, сражаться с ним, ведь он размахивал большим деревом налево и направо.

Кристин все еще пребывала в шоке и не могла оторвать взгляда от сражавшихся, поэтому она не заметила, как сбоку появился ещё один монстр. Мальчик потянул её за край спортивного костюма. Она повернула голову и испуганно вскрикнула.

— Спрячься за мной, — сказал паренёк и уверенно вышел вперёд.

Крис потянула его к себе за капюшон, в попытке защитить, но тут малец мощно дыхнул огненным пламенем прямо на нелюдя, тот загорелся и покатился по земле, размахивая руками в попытке погасить огонь.

Кристин обычно не сквернословила, но тут от неожиданности громко ругнулась.

А после попыталась прийти в себя:

— Что здесь вообще происходит?

Мальчик заинтересованно посмотрел на нее, но ничего не ответил.

Бездомный к тому времени смог вырубить нападавших, избив их огромным деревом.

Он подошел к ним с ребёнком:

— Если поспешим, то успеем до закрытия. Думаю это были все мракроны на сегодня.

— А если нет? Как они выследили нас? — мальчик озадаченно посмотрел на бродягу.

Похоже они следили не за нами, — он обернулся, оценивающе посмотрев на Крис, — это она их привела.

— Я? Но я никого не приводила!

Бездомный не сказал больше ни слова, а лишь достал из кармана рваных штанов серебристый блестящий порошок, высыпал себе на руку совсем немного, а потом сдул его прямо ей в лицо.

***

Крис очнулась на медицинской кушетке в окружении медиков из службы 911.

— Мэм, вы потеряли сознание во время пробежки. Перед этим вы успели набрать номер экстренной службы. Не вставайте, вы в безопасности. Сейчас вас осмотрят наши специалисты.

В тот день Кристин, ещё долго отвечала на вопросы службы спасения. Она понимала, что её история, вряд ли покажется кому-то реальной, поэтому сообщила лишь, что почувствовала себя очень плохо и попыталась вызвать помощь. Состояние её здоровья не вызвало у медицинских работников больших подозрений, все показатели были в норме и её отпустили домой с рекомендацией пройти полное обследование.

Крис и правда решила, что такое обследование ей не помешает, такие "галлюцинации" и приступы паники, точно не возникают у здоровых людей....

Попав домой уже только поздно вечером, Кристин застала свою соседку Джессику за просмотром срочных новостей. Ведущая скорбным голосом произнесла:

"Девятилетний мальчик, пропал из дома сегодня утром. Маленький Джон, ушёл на прогулку с друзьями и не вернулся. Мы просим всех, кто видел этого мальчика, связаться с полицией немедленно".

На экране появилось фото того самого ребенка, которого Кристин встретила сегодня в Проспект-парке...

Глава 2. Школа - интернат.

Этой ночью Кристин практически не спала — тревожные мысли одолевали её:

"Должна ли она сообщить, что видела мальчика? Но что она может сообщить? Пропавший ребёнок изрыгал огонь в сторону напавших на него монстров? А если это все жуткие галлюцинации? Но почему у нее галлюцинации? Что если там произошло, что-то более страшное, и теперь мозг Кристин, защищается. И все эти галлюцинации, скрывают более страшные события? Что если ребенка уже нет в живых, а она спит дома в тёплой постели и размышляет нужно ли сообщать полиции о том, что она видела? А как же бедные родители мальчика?"

Рано утром Кристин смотрела в зеркало на свое невыспавшееся лицо. Под глазами успели появится синяки от нервов и недосыпа. Крис причесалась и немного накрасилась, чтобы привести себя в порядок после беспокойной ночи. Она должна сообщить, о том что видела мальчика в "Проспект - парке". Она поедет в участок, сошлётся на то, что ей стало плохо и она не сразу вспомнила, то что видела. Про странных существ, сражение и огонь она, конечно, не скажет ни слова.

Кристин вышла на улицу, думая вызвать убер, но ей повезло поймать проезжающее мимо такси. Она назвала адрес полицейского участка и стала задумчиво глядеть в окно. "Нужно успокоиться, ее галлюцинации — это последствия стресса. Сама она ничего противозаконного не сделала, ей волноваться не о чем... — мысленно успокаивала себя Крис. Но почему же она чувствует себя так, будто едет не в полицейский участок, а на смертную казнь?

Кристин отрешенно разглядывала проплывающие мимо дома и золотистые осенние деревья... Как вдруг поняла, что они едут совсем не туда, погода резко стала пасмурной и по дороге одиноко едет только её такси, и больше не единого автомобиля. Она быстро очнулась из своего задумчивого состояния. И осознала, что совершенно не понимает, где находится.

— А где это мы едем? — спросила она у водителя, — мне нужно в 78 полицейский участок в Бруклине!

Водитель сделал вид, что не слышит ее и молча продолжил увозить Кристин в неизвестном направлении. Она схватила его за плечо:

— Немедленно остановитесь!

Таксист зашипел и обернулся, смотря на нее горящими красными глазами, его кожа постепенно чернела, а рот увеличивался, открывая ряды острых зубов.

Кристин закричала, вжавшись в кресло автомобиля, параллельно дергая за ручку двери — заблокировано! Лихорадочно перебирая в голове варианты того, как ей спастись, Крис случайно увидела в окно заднего вида, что за ними едет кто-то на мотоцикле.

— Помогите мне! — закричала она повернувшись к заднему стеклу машины, не зная, услышит ли ее кто-нибудь.

Вдруг мотоциклист нажал на газ и подрезал такси, монстр попытался вырулить и остаться на дороге, но врезался в мусорные баки.

Ее спаситель снял шлем и она поняла, что на мотоцикле сидел тот самый бездомный парень. На этот раз на нём была ещё и тёмная старая куртка. А на ногах вместо грязи — серые потертые кроссовки. Он подъехал к машине с ее стороны и рывком открыл дверь, практически вырвав ее.

— Если хочешь жить, быстрее садись! — прорычал он, подавая ей шлем.

Кристин никогда не доверяла незнакомым людям, но в шоковом состоянии, она не была способна осознать, кто из присутствующих представляет для неё большую опасность. Крис быстро села на мотоцикл обхватив бродягу руками. Только они сорвались с места, из-за ограды, словно яблочки с трясущейся яблони, посыпались другие пугающие монстры. Ветер сильно бил в лицо, и Крис спряталась за спину бездомного.

"Куда они едут? Он помогает ей? Или похищает ее?"

— Куда мы едем?! — громко спросила Крис.

— В безопасное место!

— Где мальчик? Его ищут родители!

— Ты помнишь мальчика???

— Конечно, это же было вчера!

Он и так ехал очень быстро, но тут ещё больше ударил по газам.

Кристин прижалась к нему и закрыла глаза. Она не знала сколько времени они с огромной скоростью неслись по улицам города. Когда мотоцикл немного замедлился, Крис подняла голову и увидела, что они подъехали к Проспект-парку.

— Что мы тут делаем?

— Быстрее, нужно спрятать тебя, пока они не нагнали нас!

Он припарковал мотоцикл, взял её за руку и они побежали по парку.

Через несколько минут бездомный привел её к тому месту, где Кристин видела их с ребёнком.

Бродяга коснулся руками земли и вдруг все вокруг стало серым, будто солнечный свет, ненадолго приглушили.

— Да что тут происходит! — не выдержала Крис.

— Некогда объяснять, времени мало, пошли!

— Я не пойду с тобой никуда! Почему мальчик, который был с тобой не вернулся домой? Он жив???

— Сказал же некогда.

Он грубо схватил её и закинул на плечо.

Крис кричала и била его руками по спине, пыталась изогнуться и вывернуться. Но куда уж там, вчера бездомный с лёгкостью вырвал дерево из земли. Хорошо бы, чтобы он случайно не сломал её.

Кристин обессилела и осознала, что его руки словно бетонные тиски, и вырваться ей не удастся. Она замолкла и повисла на его плече, чувствуя, что сейчас зарыдает.

— Мальчик жив, — безразличным тоном бросил бездомный, как только она замолкла, а потом добавил, — кричать бесполезно, тут территория иномирья.

"Какая территория? Что с ней вообще происходит, разве галлюцинации бывают такими реалистичными? — думала Крис свисая с плеча бродяги".

— Можно я пойду сама?

— А ты пойдёшь?

— Пойду, — буркнула она, голова уже начинала кружиться от такого неудобного положения.

Сумасшедший бродяга поставил её на ноги и сказал:

— Мы как раз пришли.

Крис повернула голову и ахнула, они стояли перед огромным, мрачным зданием, чем то напоминающим готический храм.

— Что это?

— Школа-интернат!

— Это школа???

Бездомный не ответил. Он подошел к высокой двери на которой висел достаточной большой серебряный молоток и постучал в дверь.

Вход открыт, а у Крис по всему телу бегут нервные мурашки: зачем он привёл её сюда?

Она все же зашла за ним внутрь. Огромный старинный холл, две витые лестницы на второй этаж. Из двери справа вышла высокая, стройная, седая, но очень красивая женщина.

— Кого сегодня ты привёл к нам Джейден?

Она улыбалась, пока не увидела Кристин.

— Кто это? Да как ты смеешь? Пошли вон отсюда! — кричала она в ярости.

— Дэбра, это особый случай. Я бы не привёл её сюда...

— Убирайтесь!

— Мы уйдём, но сначала поговорим наедине? Это важно!

Дэбра замолкла, но грозно смотрела на Джейдена.

— Подожди меня в холле, — сказал он Кристин.

Они вышли.

Тут же наверху послышался шорох и шепот:

— А кто она? — Директриса так кричала... — Я её уже видел... — Да ну! Где?

По лестнице на носочках стали спускаться дети.

Среди них Кристин увидела Джона. Она тут же бросилась к нему.

— Почему ты здесь? Тебя ищут твои родители!

— Я знаю... И очень скучаю по ним. Но так лучше... для всех.

— Для каких всех? Как же твоя бедная мать!

— Я чуть не сжёг наш дом, пока они спали. Я просто чихнул...

— Что?

— Они думают, что я пытался поджечь дом... специально.

— Но... — тут Крис оглядела всех остальных детей.

Некоторые выглядели вполне по-человечески. Но вот другие: пернатый мальчишка с большими крыльями за спиной; конопатая рыжая девочка, волосы которой, то и дело вспыхивали ярким пламенем; ребенок, без остановки меняющий свою внешность и даже пол. А иногда превращающийся в кого-то из рядом стоящих детей.

К Кристин подошла девочка, кожа которой чем-то напоминала змеиную или может даже крокодилью. Малышка взяла Крис за руку и спросила:

— Вы будете с нами жить?

— Нет, нет, не думаю. У меня есть свой дом. Я буду жить там.

— Если тебя преследуют мракроны, то не сможешь... — вмешался Джон.

— Почему? Что за мракроны?

— Они охотятся на таких, как мы, — ответил мальчик, тело которого было покрыто корой дерева. Он икнул и у него на лбу выросла новая веточка, — наши способности проявляются с определённого возраста, а контролировать мы их не можем... Это выдаёт существование таких как мы.

— И мракроны избавляются от нас... — добавил мальчишка в руках которого сверкала и искрилась маленькая молния.

— Избавляются?

— Убивают!

Кристин услышала, как директриса снова закричала.

Дети с испуганными лицами убежали на второй этаж.

Дэбра и бездомный вышли из кабинета продолжая говорить на повышенных тонах.

— Если её не спрятать— она умрёт!

— Джей! Всех не спасти, но подвергать школу опасности!

— Как ты не можешь понять! Дело не в спасении! Нам нужно знать зачем она им! Они ничего не делают просто так!

— Если бы она была блёклой, её сила проявилась бы в детстве!

— А вдруг она проявилась только сейчас, и они ее почуяли?!

— Это невозможно! Забирай её и уходите, пока я сама не избавилась от вас!!!

Джей взял Кристин за руку и вышел на улицу, таща её за собой. А потом громко хлопнул дверью.

— Не вышло...

— Я заметила... Теперь мы не спешим? Можно задать вопрос.

— Валяй... — он сел прямо на сырую землю, сорвал травинку и начал её жевать.

Кристин присела на камень напротив.

— Тот мальчик, Джон. Ты сообщишь его родителям, что он жив?

— Они не его родители.

— Но...

— Они усыновили его, когда ему было пять. Когда он случайно поджёг дом, они решили, что он маленький поджигатель и даже думали вернуть его обратно в систему...

— Сейчас они ищут его.

— А что им остаётся? Они люди, которые, буквально, потеряли ребенка...

— Думаешь они лгут о том, что хотят найти его?

— Нет. Они лгут себе, что любят его. А вот он любит их искренне. Жалеть тут нужно его. Но ничего не поделать. Мракроны быстры и беспощадны. Они бы не оставили его в живых.

— Кто эти мракроны?

— Монстры служащие высшей касте ярких... Обращенные в монстров не по своей воле...

— Блеклые? Яркие?

— Блеклые это мы... жители пустоши, существа второго сорта, по мнению ярких. Наши с ними силы не равны. Редко, способности блеклых превышали, хотя бы половину тех сил, которые были у ярких. Всегда лишь одна способность, иногда даже бесполезная, но часто влияющая на внешность... Мы не представляли для них опасности, но они решили поработить нас, а потом и уничтожить... — с болью в голосе произнес Джей, — А вот яркие почти безупречны, только внутренние силы, всегда множество способностей, но пустая и черствая душа...

— И это все... вы все находитесь в нашем мире? В Нью-Йорке?

— Нет. Это все что в прошлом было в нашем мире. Когда иномир вообще существовал. После большого взрыва — всё уничтожено. Жалкие остатки обеих рас прячутся в человеческом мире. И стараются себя не выдать... чтобы не быть изгнанными... Потому что им некуда возвращаться... Нам некуда возвращаться, — поправил сам себя Джей.

— А это место? — продолжила Крис, пытаясь осознать все сказанное.

— Осколок нашего мира, параллельного с вашим. Он пока держится на плаву. Тут детям легче переносить изменения. Когда они вырастут, смогут вернуться в человеческий мир и контролировать способности...

Он резко встал.

— Я долго думал, выбора у нас все равно нет. Мракроны настигнут тебя если ты вернёшься в свой дом...

— И что мне делать?

— Отправиться в мой...

— Что? Это куда?

— Туда, где тебе не понравится и соседи ужасные. Но там, относительно, безопасно. Уж точно безопаснее, чем в твоей квартире на... — и он назвал её адрес.

— Откуда ты знаешь, где я живу?

— Я уже давно следил за мракронами... которые следили за тобой...

И тут он вдруг весь скорчился, упал на землю и стал бить себя по голове, повторяя:

— Сам все знаю, сам все знаю, иди прочь, проваливай из моей головы...

Кристин не знала, что ей делать. Она растерянно смотрела на Джейдена.

Тут он ненадолго сменил пластинку и перестал выгонять кого-то навязчивого из своих мыслей:

— Если мои соседи сожрут её, это будет моя ответственность! Моя ответственность, слышишь? И я не дам им её сожрать... Это не твоё дело!!!

Кристин широко распахнула глаза: "кто-то там, может её сожрать???"

Глава 3. Дом, в котором живет Джей

Кристин еще некоторое время продолжала в страхе смотреть, как Джей, корчась, стучит по своей голове. Но тут он резко встал на ноги будто ничего и не было, и произнес:

— Нам пора.

— Но... — сильные сомнения одолевали Крис, — может мне лучше просто переехать?

— Не поможет, они найдут тебя. Пошли!

И он быстрым шагом направился в сторону той дорожки, где Крис встретила его и маленького Джона. Кристин поспешила за ним, все еще сильно сомневаясь: действительно ли ей будет безопаснее в том месте, о котором он говорил?"

Когда они вышли из лесопарка, Джейден коснулся рукой земли. Все вокруг снова стало ярче, появился шум улиц и послышались голоса людей, отдыхающих в парке.

Крис хотела задать Джею множество вопросов, но он больше ни на секунду не останавливался, а она еле поспевала за ним.

В какой-то момент Кристин словно очнулась и поняла, что для других людей это был обычный воскресный день. Несколько семей с маленькими детьми устроили на поле пикник, чуть поодаль молодые ребята в голос пели, играя на маленьких барабанах, гитаре и маракасах. Все они даже не подозревали о существовании каких-то там непонятных параллельных миров. Им не нужно было сейчас ни от кого бежать, не надо было прятаться. Тут Крис задумалась: "А что теперь будет с ее жизнью? Почему именно она? Что такого могла сделать обычная девушка?"

Когда они были возле мотоцикла Джейдена, Кристин попыталась предложить вызвать такси. Ей не очень нравился этот вид транспорта. Джей проигнорировал её предложение, уселся на мотоцикл, немного приподнял бровь и спросил:

— Ты едешь?

— Ты уверен, что для меня там будет безопасно? — задала она вопрос, вспоминая о приступе Джея и его словах о том, что её могут сожрать...

— Со мной да! Главное далеко не отходи.

Кристин зависла на несколько секунд, оценивая, кого она должна бояться больше: мракронов или сумасшедшего бродягу, часто спорящего с кем-то живущим в его голове...

Но все таки села на мотоцикл позади Джея, крепко обхватив его руками. Они снова неслись с огромной скоростью. Кристин, как и прошлый раз, ехала зажмурив глаза и молилась, чтобы мотоцикл не влетел в какой-нибудь из проезжающих мимо автомобилей.

Вскоре они были в районе Бед-стай в Бруклине, неподалёку от Миртл-авеню.

Это место считалось одним из самых неспокойных в Бруклине.

— Ты живёшь здесь?

— Можно сказать так...

Джейден остановился у одного небольшого, ветхого двухэтажного дома. Они обошли здание, Кристин подумала, что они просто зайдут через заднюю дверь. Но Джей коснулся земли рукой и все опять поблекло, а у основания дома появился вход в подвал.

— Нам сюда, держись за мной, — и он открыл проход.

Пока они спускались, Крис все размышляла: "А в своём ли она уме? Этот парень явно нестабилен, а она по своей воле идёт за ним в тёмный подвал..."

И это был не просто подвал, а мрачный большой холл с множеством дверей. Тут сильно пахло сыростью и плесенью. Крис стало не по себе: неужели ей нужно будет провести тут ночь?

Внизу их встретили пятеро крупных мускулистых мужчин, они оживленно разговаривали пока не заметили Кристин. Девушка и моргнуть не успела, как жители подвала с искаженными от злости лицами бросились в ее сторону. Двое из них резко преобразились: один покрылся густой серой шерстью и увеличился в размерах, а второй обнажил огромные острые клыки. Джей загородил её собой и громко рявкнул на них:

— Стоять! Она со мной!

Они замерли, но морды у них, все еще были очень злыми.

— С чего ты взял, что имеешь право приводить сюда людей? — прошипел самый высокий из них.

— Не ругай его Кариб, это просто закуска, — подхватил здоровенный мужик, покрытый шерстью, жадно глядя на Кристин.

— Если сожрешь человека, точно станешь мракроном, Ронан. Так что держи себя в руках, — произнёс Джей сквозь зубы и взял Кристин за руку, — она переночует в моей комнате.

— Думаешь если ты полоумный, тебе простят любой проступок? — продолжал Кариб.

— Нет, я думаю это потому, что я могу разнести это место к чёртовой матери, — продолжил Джей крепко сжимая руку Кристин. Его лицо все напряглось, глаза сузились, а ноздри раздувались от гнева, — и не оставить ни кусочка: ни от вас, ни от этого гадюшника!

Кристин уже не сомневалась, что сейчас будет драка и уже 1000 раз пожалела, что последовала за Джейденом. Но тут, к её удивлению, Кариб отступил, пропуская их, остальные последовали его примеру.

— Зачем, ты вообще, позволяешь... этому, жить с нами, а Кариб? — спросил кто-то, пока Джей тащил Кристин за руку к одной из дверей.

Ответа она уже не услышала, они вошли в комнату и Джейден стал запирать ее на множество замков, которыми сверху до низу была усыпана дверь.

После он повернулся к Кристин:

— Будешь спать на кровати, — указал он на одну единственную в комнате кровать, которая стояла в самом углу.

Крис огляделась, комната была небольшой и практически пустой. Железная кровать, рядом стол с ящиками, на котором стоит небольшая тусклая лампа и стул, вот и все богатство ее нового пристанища. Стены комнаты когда-то были покрашены, матовой зеленой краской, но сейчас она облупилась и кусками валялась на полу. Стены были больше серыми, чем зелеными.

Только сейчас Кристин осознала, насколько зыбко положение в котором она оказалась. За дверью — не самые дружелюбные ребята, один из которых назвал ее закуской. А в комнате — не совсем адекватный парень, которого она едва знает. Просто отличное завершение дня!

Кристин стояла посреди комнаты, не зная куда себя деть: садиться на кровать, как-то совсем не хотелось, но и занимать единственный стул было, как-то неудобно. Джейден достал из-под кровати большой клубок одежды и стал расстилать куртки на полу у входа:

— Я буду спасть у самой двери, на случай если они взломают ее.

— Они могут ее взломать? — переспросила перепуганная девушка.

— Не ис-клю-че-но... — медленно по слогам проговорил Джей, усаживаясь на расстеленные куртки и потирая виски руками.

Он глубоко зевнул и закрыл глаза ладонями, потом глубоко вздохнул и достал из кармана своих рваных штанов круглые старинные часы, и смотрел на них несколько секунд.

Кристин тоже зевнула, это действие всегда очень заразительно, а потом она все таки села на кровать и ощутила всю усталость этих последних дней. Давненько она не испытывала столько стресса, да и бессонная ночь давала о себе знать. Крис казалось, что она сейчас уснула бы где угодно, хоть на скамейке в парке.

Но только не тут. Крис не только побаивалась, что пятеро здоровенных мужчин из иномирья снесут дверь в комнату и не станут с ней долго церемонится, но и боялась самого Джея. Даже если предположить, что ему можно доверять. То что это за приступы? Может ли он себя контролировать? Кристин заметила на столе за лампой небольшой нож, она украдкой взглянула на Джея, тот убрал часы и что-то искал в других карманах. Крис быстро протянула руку, схватила нож и спрятала его под подушку.

Вдруг Джей резко встал и направился к ней.

"Черт! Он точно заметил, как она прячет нож. Нужно было подождать пока он уснет, какая же она дура, — Крис со страхом смотрела на приближающегося Джейдена, он как на зло, шел к ней нарочито медленно".

Она стала быстро шарить рукой под подушкой, чтобы на всякий случай иметь возможность быстро схватить нож. Не спуская глаз с Джея, она сжала оружие в руке за спиной.

Вдруг, уже почти у самой постели , иномирец резко наклонился и достал из-под кровати два пистолета - пулемета FN-P90. Кристин резко отпустила нож и положила ладони на колени.

— Держи, — Джей вложил оружие ей в руки, — это надежнее будет. Только стреляй не раздумывая... В любого, кто приблизится ближе, чем на полтора метра.

А потом развернулся и направился к своей самодельной лежанке.

Уже отвернувшись от нее к стене, он вдруг сказал:

— Люди так рано спать не ложатся, если что, во втором ящике сверху, есть книги.

Крис так и осталась сидеть неподвижно, держа в руках оружие причудливой формы, ей было необходимо время, чтобы прийти в себя. Пистолеты были очень тяжелыми, каждый из них, точно, весил больше килограмма. Она положила огнестрельное оружие на стол. Потом достала нож и вернула его на место.

Послышалось тихое сопение Джея. Как он так быстро уснул? Она достала телефон и посмотрела на время — три часа дня. Действительно, рано для сна. Но глаза слипались. Кристин взбила старую, не самую чистую подушку и прилегла.

Крис сама не заметила в какую секунду уснула. Ей показалось, что она только успела сомкнуть глаза, как услышала щелчки открывающихся замков.

Джей стоял у дверей, куртки на которых он спал были скинуты в угол. Она вскочила с кровати:

— Ты куда?

— Не я, а мы. Сейчас моя смена. Думаю тебе лучше пойти со мной, я не доверяю своим соседям.

— Хорошо, — Кристин не надо было уговаривать, оставаться в этом месте ей совсем не хотелось, — куда мы пойдем?

— Мракроны оживились, где-то на востоке Бруклина, — он продолжал медленно открывать замки, прислушиваясь нет ли кого за дверью, — поедем туда, возможно они выследили одного из наших. Нужно успеть раньше них... Возьми серый портфель, там твой пистолет. Сам он накинул на плечо черный рюкзак.

Крис посмотрела на него, высоко подняв брови.

— Для защиты, на всякий случай.

Кристин взяла портфель и накинула его на спину. За дверью никого не было и они свободно вышли из подвала.

Глава 4 Девочка

Кристин и Джейден остановились в начале улицы, вдоль которой выстроились ровные кирпичные домики. Это был приличный тихий район. Но сегодня здесь было необычайно тихо.

Джей припарковал мотоцикл и они медленно пошли вдоль домов.

— Где-то здесь должны быть мракроны? — тихим дрожащая голосом спросила Кристин. Эти существа приводили её в ужас и она робко оглядывалась.

— Не здесь. Но мы не поедем искать их на шумном транспорте, — Джей отряхнул старые рваные штаны. — Пройдём по улице, будто просто прогуливаемся. Я поищу их следы.

— Вдвоём? — спросила она, понимая, как это будет выглядеть со стороны. Бездомный бродяга и молодая прилично одетая девушка...

— Нет, ты пойдёшь по противоположной стороне. Повесь портфель на левое плечо и приоткрой его, — Джей немного расстегнул замок её рюкзака, — Будь готова достать пулемет в любой момент.

— Пулемёт? Я? Я и стрелять то не умею!

— Направишь на мракрона и кричи. Они знакомы с человеческим оружием, замешкаются на некоторое время. А там и я подоспею.

— А если ты не успеешь?

— То буду чувствовать себя виноватым... некоторое время...

— В смысле? — Кристин вздернула брови и широко открыла глаза.

— В прямом, но будем надеяться на наилучший исход. Тебе на правую сторону дороги, — он указал ей на пешеходную зебру.

Кристин перешла улицу. Она старалась не смотреть в сторону бездомного, который медленно шёл по противоположной стороне. Тем более, в тот момент, когда она все же смотрела на него, Джей вёл себя не очень прилично: он то и дело поднимал что-то с земли, обнюхивал и пробовал это на вкус. Выглядело сие действо, просто отвратительно.

Кристин медленно шла вперед, готовясь в любую секунду схватиться за пистолет-пулемет. Девушка совершенно не понимала, что она должна была делать.

Ничего необычного Кристин не замечала. В одном из домов пожилая женщина поливала цветы, чуть дальше мужчина гулял со своей собакой. Та пугливо скулила, прижимаясь к земле и не желая выполнять команды хозяина.

— Бонго! Да что с тобой такое сегодня?! — мужчина тянул пса за поводок.

Кристин прошла ещё несколько метров и посмотрела на Джея. Тот свернул в маленький проулок между домами, там он поднял что-то с земли и принялся обнюхивать.

Кристин отвернулась и пошла вперёд, чтобы не наблюдать эту картину. Пройдя ещё немного, она увидела девочку лет двенадцати. Всё бы ничего, но на дворе осень и погода прохладная, а ребёнок сидит у торца дома босиком и в какой-то серой поношенной пижаме.

"Может она блеклая? — подумала Кристин, не зная, звать ли ей Джея или не стоит отвлекать его".

Она решила подойти к девочке сама.

— Привет! Милая, что ты тут делаешь? Тебе нужна помощь?

— Нет! — резко сказал ребёнок, испуганно выпучив глаза! — Не подходите! Тогда они и вас... и с вами тоже, нет...

Девочка говорила спутанно и дрожала то ли от страха, то ли от холода.

Кристин решила идти, как говорится, "напролом".

— Ты видела людей, кожа которых чернела?

— Чернела и зубы... Откуда вы знаете?

— Я думаю мы можем тебе помочь, пойдём со мной?

— Кто мы? Кто вы такая! Не подходите ко мне!!! Убирайтесь! Вы с ними заодно!

Кристин поняла что нужно, как-то исправлять ситуацию.

— На меня они тоже напали, мой друг спас меня. Он тут неподалёку. Возле того дома, — и Кристин указала рукой на дом, за который зашёл Джей.

— Это мой дом! — произнесла Девочка перепугано. — Они ещё где-то там... И мои родители... Мои родители тоже.

Малышка заплакала.

— Ты расскажешь мне, что случилось?

— Я не знаю. Мама кричала на меня. Она достала провод, которым... — ребёнок обнял свои колени, — которым иногда меня воспитывала... Я испугалась и закричала. Просила маму не наказывать меня. И тут появился он... Выполз прямо из под моей кровати... — девочку трясло, у неё начиналась истерика.

Кристин побежала к ней и обняла.

— Я с тобой, все хорошо, теперь все будет хорошо. Не бойся милая, расскажи, что было дальше.

— Этот монстр набросился на маму. Он... он... — захлебываясь слезами продолжила малышка, — напал на неё... и убил, а потом снова шмыгнул под кровать.

Девочка, всхлипывая, вздохнула и продолжила.

— Отец был в ванной, он вышел и спустился со второго этажа. Он кричал, чтобы я перестала орать, как резанная. А потом увидел маму. Папа стал кричать на меня, что это я... Что это я... убила маму.

Кристин ещё крепче обняла малютку.

— Я хотела сказать ему, предупредить. Показывала ему в сторону кровати. Но он не слушал, шёл прямо на меня, хотел ударить. Монстр выпрыгнул из-под кровати и напал на него...

Джей перебегал дорогу, направляясь в их сторону.

— Вот и мой друг, он сможет помочь, — сказала она девочке и повернулась к бездомному, — Джей!

— Быстро! Идемте в дом!

— Но там!

— Сейчас там чисто! А вот на улице нет. Вы привлекаете внимание.

Кристин взяла ребёнка за плечи, шепча, что все будет хорошо и им нужно вернуться в дом. Девочка не хотела идти, она боялась увидеть монстра и мертвых родителей...

Когда они зашли в двери, Кристин осмотрелась, в доме была идеальная чистота.

— Где твоя комната? — спросила она у ребёнка.

— Дальше по коридору, — она показала рукой в сторону дверного проема на первом этаже...

— Джей, там мракрон, он убил её родителей.

— Там никого нет, — глухо ответил Джей.

— Да, наверное он ушёл, но родители девочки.

— Их там нет!

— Но она сказала...

Девочка вырвалась из рук Кристин и бросилась в свою комнату. Девушка и бездомный последовали за ней.

В комнате было чисто, ни следов крови, ни бездыханных тел. Идеально белые стены, и чистый серый ковролин. Все было в идеальном состоянии, за исключением того, что комната совсем не походила на милую девчачью детскую, да и вообще на детскую была не похожа. Скорее на дешёвый хостел. Большой старый шкаф, письменный стол, старая ветхая кровать, застеленная рваным постельным. Ни игрушек, ни других детских принадлежностей здесь не было. Эта комната будто бы была совсем не из этого дома, прихожая и гостиная были богато обставлены...

— Но как такое возможно? — Кристин вопросительно посмотрела на Джея, тот молчал и продолжал осматривать комнату, — Я посмотрю на втором этаже.

Кристин быстро вбежала по лестнице на второй этаж. Дверь ванной комнаты была открыта, с душа медленно капала вода. На втором этаже дома было всего две комнаты: спальня родителей, в которой был легкий беспорядок. И настоящая детская, в которой стояла большая красивая кровать с белым покрывалом, обои с цветными бабочками, зеркальный шкаф и просто невероятное количество мягких розовых мишек и зайчиков. Но комната будто бы была нежилой...

Кристин спустилась вниз. Джей вместе с ребенком уже были в гостиной. Бездомный не сводил глаз с девочки. А потом он подошел ближе, осторожно взял ребенка за руку и задрал рукав пижамы — сплошные синяки.

Кристин подбежала к малышке:

— Родители так сильно били тебя?

Девочка вся сжалась и заплакала.

— Там наверху еще одна детская комната, там живет другой ребенок?

Малышка отрицательно покачала головой:

— Нет, это моя вторая комната, мама переселяла меня туда, когда приходила женщина из социальной службы...

— Что? Но... — Она не знала, что и сказать...

— Мама говорила, что я все только порчу, все ломаю...

Кристин растерянно посмотрела на Джея.

— Они ей не родители, приемная семья. Но мракроны не свободны, они действуют лишь по приказу ярких. Им нужны только дети блеклых. Родителей они не трогают. Здесь что-то не так.

Девочка долгое время была на холоде, поэтому Кристин прошла на кухню и заварила всем троим чай.

Когда она вернулась в гостиную, Джей сидел в кресле не отрывая взгляда от малышки, которая вся сжалась в углу дивана, она обнимала колени и немного покачивалась. Бездомный явно что-то обдумывал, но молчал. Кристин села рядом с девочкой и подала ей теплый чай. А потом, устав ждать, когда Джей наконец заговорит, обратилась к нему сама:

— Почему мракроны напали на её приемных родителей? И где следы преступления?

— Здесь явно успели прибрать... — медленно проговорил Джей.

— Ты видела тут кого-нибудь еще? — обратился он к ребёнку.

— Когда я пряталась за соседним домом, к моему подъехала машина. За рулём был человек с чернеющей кожей, — глаза девочки забегали. — А из автомобиля вышел богато одетый мужчина, он зашел в наш дом. Я не выходила из укрытия, пока они не уехали.

— Какие у тебя способности?

— Что? — девочка непонимающе посмотрела на него.

— Чем ты отличаешься от людей? — повторил Джей.

— Ничем, совсем ничем.

Он встал, подошёл к ребёнку и приложил руку к её лбу.

— Ничего не чувствую... Ты либо человек, либо...

Тут его словно озарило... Он отпрянул от девочки.

— Нам нужно уходить, быстро!

— Я возьму её вещи, — Кристин было направилась к комнате малышки...

— Нет! — резко выкрикнул Джей, — ребенка оставим здесь!

— Но как? А если они вернутся за ней!

— Они вернуться, и очень скоро! Тогда нам не поздоровится.

— Я её не брошу!

— Они не угроза для неё. А вот я — да!

— Что? Почему?

— Она яркая!!! Это по её приказу мракрон напал!

— Нет! — вскрикнула девочка испуганно вскинув брови, — это не я, это не я... — слезы катились по ее щекам.

— Ты не осознавала своего приказа, мракронам достаточно было твоих мыслей.

Малышка зарыдала в голос.

— Ты не должна себя винить, странно, что ты не сорвалась раньше, учитывая, что происходило с тобой, в этой семье... — Джей сочувствующе посмотрел на девочку, — Нам нужно уходить.

— Но что с ней будет, — не унималась Кристин.

— Ну, по регламенту, я должен убить её. Она меня видела... — он замолчал смотря на их перепуганные лица, — но я не опускаюсь до уровня ярких. Я не детоубийца. Она может призвать мракрона в любой момент. Он сообщит о ней ярким, и они заберут её.

Бродяга повернулся по направлению к двери:

— Нам тут делать больше нечего.

Но не успев выйти, Джей снова скорчился, прямо, как возле школы-интерната, и упал на пол. В его голове опять начался ожесточенный спор:

— И что? Убить ребенка?! Я на такое не подписывался! Пшёл вон! — Джейден катался по полу и лупил себя по голове, — Тебя это не касается. Если они найдут меня я разберусь, я сам разберусь!

Вдруг он замер, все еще лежа на полу и тяжело дыша. Видимо и на этот раз ему удалось победить, кого-то живущего в его голове. Джей поднялся с пола и не смотря в сторону Кристин и ребенка, вышел из дома.

Крис колебалась ещё какие-то секунды, потом повернулась к малышке:

— Дождись помощи. Если никто не придёт в ближайшее время, звони в 911. Про монстра ни слова. И ты не знаешь, где твои родители. Поняла?

— Поняла... — растерянно проговорила девочка. А потом добавила. — Про вас я тоже никому не скажу, честное слово...

— Спасибо милая, — Кристин вышла из дома скрепя сердцем, но чем ещё помочь ребёнку, она не знала.

Джей ждал ее у выхода:

— Поторопись!

И они направились в ту сторону, где Джейден припарковал мотоцикл.

Глава 5 Подпольный бар

Как и в прошлый раз, Кристин еле поспевала за Джеем, он ходил очень быстро. Чтобы догнать его, она почти перешла на бег.

— Что теперь? Мы возвращаемся в твой дом? — последние два слова она произнесла неуверенно, то ли от того, что это место сложно было называть чьим-то домом. То ли потому, что тёмный подвал приводил её в ужас и ещё долго будет сниться ей в кошмарах.

— Сейчас моя смена, нужно быть в этой части города или хотя бы неподалёку, — не сбавляя шаг, Джей достал из кармана куртки устройство напоминающее пейджер, — пока все тихо, нужно ждать вызова. Мне сообщат если в моем районе будет скопление мракронов.

— И? Что мы будем делать сейчас? — Она с ужасом представила, как Джейден усядется на тротуар с шапкой для мелочи, а ей все это время придётся стоять подле него.

— Пока, зайдём в одно место. Тут неподалёку.

Они были уже у мотоцикла и Джей уверенно оседлал своего железного коня. Он вопросительно посмотрел на Крис, как будто бы у неё был какой-то выбор. Она не была рада, постоянно находится рядом с Джеем, который выглядел, мягко говоря, не совсем адекватным. Но мракронов, с их ужасными зубами, она боялась гораздо больше.

Крис села позади Джейдена и крепко обняла его за торс. Они снова неслись по улицам города. На этот раз она попыталась не жмуриться от страха, а смотреть куда они едут. Но ничего не вышло. Кристин ужасно боялась скорости, а тем более на таком опасном транспорте. Поэтому девушка зажмурилась и еще сильнее прильнула к Джею. От него очень приятно пахло. И тут Кристин осознала, что это очень странно для бездомного, живущего в грязном подвале...

Вдруг они притормозили. Кристин открыла глаза. Джей припарковался у лавки старьевщика. Этот магазин антиквариата выглядел неухоженным и похоже был давно закрыт. Джей подошёл к ветхой выцветшей двери: ручка была сломана, а замочная скважина забита мусором.

Кристин проследила за взглядом Джейдена. Он смотрел в Нижний угол двери. Там было странное устройство, напоминающее стремя, но с литым железным носком. Джей вставил туда ногу и постучал в дверь трижды.

— Кто там? — спросил слабый старческий голос, послышалось медленное шарканье ног.

— Бездонная пустошь, — сказал Джей.

— Добро пожаловать! — сказал голос, но уже более молодо и бодро.

Дверь открылась. За ней никого не было и они зашли в лавку. Крис огляделась: старая мебель, книги, глобусы, пара проигрывателей. От пыли ей очень захотелось чихнуть, но она смогла сдержаться — шуметь лишний раз, ей не хотелось

Джей прошёл к еле заметной двери в конце комнаты.

— Нам сюда, — повернулся он к Кристин.

Девушка последовала за ним. За дверью, в полумраке, она смогла рассмотреть хлипкую лестницу, ведущую вниз. И вот, словно дежавю, Крис снова спускалась в какое-то тёмное место, следуя за мало знакомым бродягой, пришельцем из другого мира. Может она зря не обратилась в больницу и не прошла обследование на вменяемость? На этот раз, в самом низу ее ждала музыка и слышались смех и голоса.

Джей подошел к двери, которая пряталась за лестницей и смело открыл её. На этот раз они оказались... в подпольном баре.

— Джейден! — радостно воскликнул полный бородатый бармен, — тебе как обычно?

— Да, конечно, дружище! — он подошел к стойке и сел на барный стул, кидая несколько купюр бармену, — Хочешь чего-нибудь выпить? — Джей взглянул на Кристин.

— Колы? — произнесла она неуверенно.

— И стакан колы, — обратился Джей к бородачу.

Крис огляделась, помещение было небольшим, длинная барная стойка занимала половину пространства, вся стена за ней была уставлена бутылками с различным алкоголем. Круглые барные стулья с желтыми сидениями без спинок, стояли в доль барного стола. В оставшейся части помещения было несколько маленьких столов со стульями за которыми сидели посетители. В баре было всего пятеро гостей. Тусклое освещение круглыми выпуклыми лампами, создавало довольно уютную атмосферу. Музыка была ей не знакома, какой-то иностранный рок. Крис села рядом с Джеем.

Вдруг кожа одного из мужчин стала покрываться чёрным,как смоль, цветом, прямо как у мракронов. Но в какой-то момент, это прекратилось и вместо кожи у него оказалась зеленая чешуя. Посетитель бара закричал и кинулся в сторону Кристин.

— Человек! — орал он, смотря на нее.

Джей прыгнул между ними.

— Она со мной! — Джей загоррдил собой Кристин.

Ноздри агрессора раздувались, глаза наполнялись кровью.

— Ты привёл человека!!!

Джей не ответил, но продолжил за собой Кристин.

Тогда трясущийся от злости мужик, стал снова чернеть. Он очень сильно напоминал Кристин мракрона. Агрессор бросился на Джея, но тот оказался проворнее и скрутил бедолагу, прижимая его к полу.

— Укушенный больше не может, контролировать себя, — сказал Джейден, — ему опасно появляться на улицах. Может в открытую нападать на людей.

Бармен недовольно хрюкнул, но вышел из-за стойки и помог Джею увести вырывающегося и вопящего угрозы посетителя бара куда-то в дальнюю дверь.

Когда они вернулись, Крис все ещё была очень напугана, боясь шевельнуться и привлечь к себе внимание, ещё кого-то из присутствующих в баре. Но другие молча смотрели на нее, не двигаясь со своих мест.

— Пусть проспится. Теор хороший парень. Неплохо держится, хотя мракрон цапнул его около месяца назад. Может ещё сможет побороть превращение...

— Судя по его реакции на людей, это уже мало вероятно, — сказал Джей, садясь на свое место.

Джей сделал глоток бренди и посмотрел на Кристин. Та, в свою очередь, вцепилась в бокал с колой, и вздрагивала от каждого шороха.

— Ну а ты, как справляешься Джей? Тебя тоже цапнули уже давненько. Как твоя нога?

Джейден задрал штанину, его голень почернела, а потом снова стала обычного телесного цвета. И тогда Кристин заметила укус. Тут она вспомнила, как в парке, один из мракроном укусил Джея за руку.

Она посмотрела на его запястье, Джейден поймал её взгляд.

— Ах да... — Он закатал рукав, конечно, там тоже красовался укус! И рука в этом месте то чернела, то возвращалась в нормальное состояние.

— Ох, разрази меня... — бармен запнулся, посмотрев в сторону Кристин, — а потом повернувшись к Джею, тихо сказал, — два укуса дружище? Серьезно? Ты таскаешь с собой человека, чтобы понять, когда всё станет совсем плохо?

— Нет, она со мной по другой причине.

Крис все ещё не понимала, что все это значит. Почему Джейден и другие блеклые чернели совсем как мракроны, хоть и не полностью. Любопытство брало верх над страхом.

— Укусы мракронов, заражают вас чем-то?

Услышав её вопрос, бармен в голос рассмеялся, видимо теряя контроль над собой, смеясь он стал менять цвет кожи. Но не на чёрный, а на мраморно синий. В какой-то момент Кристин поняла, что его кожа становится камнем.

— Заражают нас чем-то! — он прекратил смеяться и наклонился к Крис так близко, что ей стало совсем не по себе. Бармен прошептал, — А что ты вообще знаешь о мракронах.

Крис сначала растерялась. А потом вспомнила, что ей рассказал Джей.

— Они подчиняются ярким. А мракронами становятся не по своей воле.

— А ты знаешь не так уж и мало, — он посмотрел на Джея, — тебе башку то, не оторвут, твои? Ходишь и каждой встречной девчонке, рассказываешь, то что знать не положено!

— Мракроны выслеживали её.

— Её? — бородач снова смотрел на Крис, но теперь с большим удивлением и заинтересованностью, — а на кой черт она им сдалась?

Бармен приложил руку к её лбу, Кристин не ожидала этого, и не успела отреагировать.

— Ничего, пусто! Она не блеклая.

— Знаю... — произнёс Джей устало.

— Очень интересно, — пробормотал бармен, — неужто нас так мало осталось, что яркие теперь устраивают охоту и на людей.

— Не думаю, — спокойно ответил Джей, — тут что-то другое, только не могу понять что. Может блеклая с сильной задержкой в развитии...

— Никогда о таком не слышал. Да и если нет развития, как они её почуяли?

— Слишком много вопросов. Слишком мало ответов, — произнёс Джей, снова отпив из своего бокала.

Из–за двери, куда увели разозленного посетителям бара, послышались громкие звуки, будто кто-то бился о стену.

— Совсем плох, — сказал Джей грустно. — Не сегодня – завтра, станет мракроном.

— Он сильный парниша, — ответил бармен, опустив глаза в пол.

— Мракроном? — переспросила Кристин, которая кажется начала что-то понимать.

— А ты все ещё не догадалась? — пробасил бородач.

Кристин вопросительно посмотрела на Джейдена.

Тот выпил оставшийся напиток и поставив пустой бокал на стойку, произнес: "повтори".

Пока бармен наполнял бокал Джея, тот повернулся к Кристин.

— Все мракроны, когда-то были блеклыми. Эта зараза передаётся через укус. Что-то вроде ваших фантазий о зомби.

Кристин в ужасе посмотрела на его руку, а потом на ногу.

Заметив куда она смотрит Джей отвернулся от неё к стойке.

— Я держусь дольше других. Есть большая вероятность того, что я не опасен.

— Вероятность? Почему блеклые вообще стали... как это все началось? — недоумевала Кристин.

Тут в разговор снова вмешался бармен:

— Ха, ну это очевидно, ты ведь знаешь, кому подчиняются мракроны?

— Ярким... — произнесла Кристин.

— Да, все дело в этих самодовольных ублюдках, — сердито выругался бармен и продолжил, — считают себя высшей расой, веками они пытались полностью поработить наш народ! Угоняли в плен наших людей — целыми деревнями. Оставляя после себя разруху и пустоту. Им было мало того, что они заняли все земли Изобилия, а мы прозябали в землях Пустоши. Яркие решили поработить нас всех, а потом истребить.

Крис слушала бородача с широко раскрытыми глазами, ловя каждое слово.

— Относились к нам, как к животным. До наших дней сохранились свидетельства того, как они выставляли наших детей напоказ, как животных в зоопарке. Привязывали малышей к деревьям и заборам, ради потехи! Всю тяжёлую и грязную работу они отдавали нашим женщинам, не платя им за это ни гроша, кормя объедками со стола! Мужчин же уводили на рабскую работу, где токсичные пары убивали их за пару лет... Но наш народ не из трусливых. Мы были слабее в силе, но сильнее духом!

Бармен ударил кулаком по столу так, что стойка треснула, а Кристин чуть не упала со стула. Но Джей вовремя подхватил её и помог удержаться на месте.

— Ты очень разошёлся мой друг, — сказал Джейден бородачу.

— Злости не хватает! Давил бы этих ярких голыми руками. Только дайте дотянуться до любого из них, хоть до взрослого, хоть до ребёнка!

У Кристин перед глазами встал образ малышки, которую они с Джеем оставили в доме одну, пару часов назад.

— Не горячись Кэрвис, — Джей постарался успокоить своего друга.

— Я в порядке, — прорычал бармен, и продолжил,— наши были сильны духом, и по землям изобилия прошли крупные восстания. Сдерживать народ блёклых стало все сложнее. А яркие не любили, когда что-то идёт не по их плану. Тогда один из высших ярких, элита этих поганцев, стал проводить над нами эксперименты. Он хотел подавить нашу волю и сделать послушными марионетками. И вскоре, его издевательства дали страшные плоды. Блеклые, попавшие в экспериментальную группу, потеряли свою сущность, свою душу. Все их способности исчезли, а внешность приняла однообразный мерзкий образ. Все они мутировали в жутких существ. Сейчас, все зовут их мракронами, но когда-то у них были имена...

В кармане Джейдена что-то запищало.

— Меня вызывают, нам пора, — он пожал руку бородачу, кивнул Крис и направился к выходу.

Кристин за два глотка допила колу и отправилась вслед за ним. Уже подходя к двери она обернулась:

— До свидания.

— Всего доброго, — сказал Кэрвис, и вдруг пробасил, — что за тишина здесь повисла? Кому ещё бренди?

Крис вышла из бара и стала подниматься по лестнице...

Глава 6 Мирая

Когда они с Джеем вышли на улицу, Крис поняла, как быстро пролетело время: стемнело, а на часах — 11 ночи.

— Куда мы теперь?

— К школе.

— К той, где меня не приняли?

— Нет, — Быстро проговорил Джей, — к человеческой школе, и нам стоит поспешить.

Крис снова обнимала Джея, сидя на мотоцикле. Может она сможет привыкнуть к этой бешеной скорости, с которой Джейден снова несся по улицам Нью-Йорка? Это вряд ли. Кристин порядком поднадоел такой способ передвижения. Но деваться было некуда. В голове лишь мелькали мысли о том, что же будет дальше. Не может же она всю свою жизнь провести скрываясь от мракронов в компании Джея, скитаясь по улицам, ночуя в грязном тёмном подвале. А как же её работа? Завтра понедельник. У нее дневная смена в ресторане. Крис даже не предупредила, что её не будет. Она так долго старалась заполучить должность администратора, а теперь... просто не явится на свою работу. В голове всплывали рабочие моменты и тут Крис поняла, что она сегодня почти ничего не ела, только стакан колы...

Мотоцикл притормозил на одной из улиц. В далеке Крис увидела здание школы.

— Зачем мы здесь?

— Сегодня днем тут произошёл инцидент. Особенности блеклого ребёнка проявились на глазах у всей школы.

— Что? И что теперь будет?

— Наши смогли зачистить свидетелей?

— Они их убили?

— Нет, конечно! Обсыпали всех серебристым порошком! Тем, что я...

— Я помню.

— Да, но не должна. Эффект должен был быть, как раз противоположным. Я надеялся, что ты обо всем забудешь.

— Порошок перестал работать?

— Нет, на других он все также работает.

— Подожди, если это случилось днем, что мы делаем здесь ночью?

— Собрали всех свободных блеклых из патруля. Ребёнок сбежал и хорошо спрятался.

— Может его схватили мракроны? — с ужасом в голосе произнесла Кристин.

— Не думаю. Они снуют тут повсюду, ищут его. Если бы схватили, то уже убрались восвояси. Возможно у него есть способность скрываться от мракронов. Иначе они бы почувствовали его и уже нашли.

— А как нам его искать?

— В этом и вся сложность. Мы не чувствуем друг друга издалека. Наши патрулируют улицы днем и ночью. Следят за мракронами и по их поведению понимают, что где-то рядом у блеклого ребёнка проснулись силы.

— А до этого момента? Вы не можете отличать своих от человеческих детей?

— Нет, в детстве мы совсем как люди. Даже мракроны не способны их почуять, до момента проявления их сущности.

Кристин и Джейден шли по тёмной улице мимо домов, окружающих школу.

— Куда нам идти? Как понять, где он прячется? — не унималась Крис, слабо представляя, где искать маленького ребёнка в таком большом городе.

— Нам выделили участок, нужно обыскать здесь каждый закоулок. Дети плохо владеют своими способностями. Вряд ли он сможет долго скрываться от мракронов. Нам нужно найти его раньше монстров, иначе он погибнет.

Кристин была в ужасе от того, что жизнь ребёнка буквально висит на волоске. Не меньше часа они медленно осматривали улицы, коридоры многоквартирных домов, ямы и подвалы, все больше и больше отдаляясь от школы. Крис совсем позабыла о своих переживаниях по поводу работы и всей её дальнейшей жизни. Сейчас ничто не волновало её больше, чем жизнь ребёнка. Когда они проходили мимо одного из домов, её внимание привлекла женщина в окне на первом этаже. Незнакомка внимательно следила за ними, сквозь небольшую щель в шторах, но как только заметила, что Крис смотрит в ее сторону, отошла от окна.

— Джейден, — девушка окликнула бродягу, — Я не совсем уверена. Но мне кажется, я сейчас видела, что-то странное.

— Что именно?

— Женщина в окне, она наблюдала за нами, а потом спряталась.

— Люди часто так делают.

— Но я чувствую, тут что-то не так.

— У нас мало времени. Нужно проверить большой участок.

— Я понимаю. Но я просто не могу двинуться дальше.

— Можешь остаться тут, пулемет все еще у тебя на плече. Только не пали в кого попало. Я проверю соседние дома и вернусь за тобой.

Джей продолжил поиски, а Кристин думала о том, как ей попасть в дом. На двери был домофон. Только она хотела набрать какую-нибудь квартиру, как из двери вышел мужчина. Он придержал ей дверь, и Крис смогла войти.

Направляясь в сторону нужной ей квартиры, Крис вся дрожала... А что если эта женщина мракрон? Женщины вообще могут быть мракронами? Она не знала ответа на этот вопрос, но рюкзак с оружием поправила. Кристин подошла к двери и постучала. Тишина. Потом за дверью послышался шорох. Но к двери так никто и не подошёл. Тогда Крис постучала настойчивее.

— Доброй ночи, — громко сказала она, — извините, что беспокою вас так поздно. Но это очень важно! Я ищу пропавшего мальчика. Ему нужна моя помощь.

Неожиданно дверь распахнулась. На пороге появилась невероятной красоты женщина, на вид ей было не больше 35 лет.

— Тут нет никаких детей. Вы ошиблись.

Кристин все еще была немного в ступоре от этой неземной красоты. Она будто сияла изнутри.

— Прошу прощения. Я заметила, что вы наблюдали за мной из окна. И подумала, что вы могли видеть пропавшего сегодня днем школьника. Ему угрожает большая опасность. Мне очень нужно найти его.

Женщина пристально посмотрела Крис прямо в глаза.

— У вас очень знакомое лицо...

Крис не ожидала такого...

— Где я могла вас видеть?

— Не знаю, мэм.

— Вы точно не видели тут мальчика?

— Как он выглядел?

Черт! Крис только что поняла, что она представления не имеет о том, как выглядел ребёнок...

— Ну-у-у, — протянула она, — на нем была бледная куртка, даже блеклая, я бы сказала...

Что она несёт? Зачем она это сказала. Как будто эта женщина поймёт о чем идёт речь. Да и куртки у него вообще могло не быть, а если и была, то цвета она бы все равно не угадала.

— Извините за беспокойство, я пожалуй пойду...

— Подождите! — женщина резко подошла к ней ближе и неожиданно положила руку ей на лоб. — Но ты не блеклая!

Хозяйка квартиры была очень удивлена этим фактом.

— Вы знаете о блеклых? Вы видели мальчика?

— Заходи быстрее. Пока нас никто не видит, — прошептала незнакомка.

Кристин вошла в квартиру. Женщина быстро заперла двери на несколько замков.

— Кто ты? Зачем тебе нужен ребёнок? — спросила она строго.

Из-за её спины появился мужчина. Его кожа быстро чернела, глаза горели, а улыбка превращалась в зубастую пасть.

Кристин схватилась за свой рюкзак, сунула туда руку, нащупала пулемет и резко наставила его на монстра.

— Я буду стрелять!!!

— Уходи! — скомандовала женщина, — мракрон обрёл человеческий вид и вышел в другую комнату. Она посмотрела на Крис, — опусти оружие!

— Боюсь, я не могу этого сделать, — дрожащим голосом сказала Кристин. — Не думаю, что смогу также быстро снова его достать, когда вы опять натравите на меня мракрона.

— Откуда ты знаешь о мракронах? Кто ты?

— Это не важно. Что вы сделали с мальчиком! — Крис держала женщину на прицеле, но не была уверена, что она способна выстрелить в неё.

— Я спасла его.

— Ну конечно! Вы управляете мракроном. Вы яркая! А значит лжете!

— Ты определяешь лжецов по их расе? — вкрадчиво произнесла хозяйка квартиры.

И тут Крис стало немного не по себе. Действительно, как вся раса существ может быть одинаково плохими? Неужели такое бывает?

— Я не... — Она замешкалась.

— Для чего тебе нужен ребёнок?

— Я хочу, чтобы мракроны не успели убить его. Хочу отвести его в... — Крис запнулась. Какой кошмар, она чуть не проболталась яркой, о школе интернате для блеклых. Какая же дура, — в безопасное место.

— Но ты не блеклая?

— Нет, я обычная. Но это не значит, что я позволю кому-то навредить ребёнку. Отвечайте! Он у вас? — Крис крепче сжала пистолет - пулемет. Руки уже болели от напряжения и тяжести оружия.

Вдруг из комнаты, куда ушёл мракрон, выбежал мальчик, он встал между Крис и хозяйкой дома.

— Не трогай её! — ребёнок загородил собой женщину. Ребёнок блеклых, загородил собой одну из ярких. Что-то Крис совсем ничего не понимает, либо Джей ей что-то не досказал. Глаза мальчика заискрились и он выпустил световой удар, который чуть не задел макушку Кристин. Девушка охнула от испуга и опустила оружие, не могла же она целиться в маленького мальчика.

— Что тут происходит? Разве яркие не пытаются уничтожить детей блеклых, чтобы не выдать существование в нашем мире, подобных им?

— Тебе известно и это? Кто же ты все таки такая?

— Так это правда или нет? Почему мальчик заступился за вас?

— Она спасла меня! — ребёнок вышел чуть вперёд, — после того, как я взглядом чуть не убил своего школьного учителя, я бежал. За мной гнались, куда бы я не направлялся и как бы не прятался, они меня чуяли и кидались вдогонку. Пока мадам Мирая не остановила их и не спрятала меня здесь.

— Вы и правда помогли мальчику? — Крис была удивлена, Кервис из бара, очень уверенно говорил о вражде между яркими и блеклыми, — Почему вы ему помогли?

— Потому, что посчитала это своим долгом. Я скрываю его силу, она не выходит за пределы этой квартиры. Пока он со мной, другие мракроны не чуют его. А мракрон в этой квартире мне подчиняется. Он не опасен.

— Так вы хотите оставить ребёнка у себя?

— Нет, это невозможно. Рано или поздно об этом станет известно и я не смогу противостоять высшим ярким. Я надеялась вычислить одного из блеклых и отдать ребёнка.

— Тогда я знаю, кому вы можете его отдать. Я не блеклая. Но он — да.

Крис услышала шаги в коридоре и посмотрела в глазок. Это был Джей, он искал её.

— Он здесь, у вашей двери.

— Ты уверена, что он сможет увести Микки и доставить его в безопасное место. Тут все кишит мракронами.

— Я думаю да. Он сильный. Сражался с мракронами... Я видела, однажды...

Мирая встала и подошла к двери, она посмотрела в глазок, а потом аккуратно приоткрыла дверь.

— Лучше ты пригласи его войти. Если он увидит меня, боюсь ситуация с оружием может повториться.

Кристин взглянула из-за двери. Джей был очень удивлён.

— Скорее заходи, но никого ту не трогай! Я серьезно!

Джей зашёл в квартиру. Крис закрыла дверь.

Теперь он стоял в коридоре недоумевая и растеряно смотря на Кристин, яркую и блеклого ребёнка. Через секунду из комнаты вышел мракрон и тут Джей уже чуть было не потерял самообладание.

— Стой, тут безопасно, — Крис кинулась к нему, загораживая собой всех остальных.

— Боюсь ты не понимаешь, кого видишь перед собой! — прорычал Джей.

— Яркую, маленького блеклого и мракрона. Что тут непонятного?

Лицо Джея поменяло выражение со злого, на сильно удивлённое.

— Мирая спасла Микки, и хочет чтобы ты отвёл его в безопасное место!

Джей с презрением посмотрел на женщину к которой прижимался ребёнок.

— Зачем тебе это? — бросил он ей, — за такое яркие не погладят тебя по головке.

— Я знаю. Но я поступаю так, как считаю нужным. И не жду ничьего одобрения, — Мирая гордо поднялась со своего места, — так ты проводишь Микки к безопасному месту?

— Да, — ответил Джей, уже с меньшей враждебностью в голосе.

Мирая увидела чернеющий укус на руке Джейдена встала и взяла с полки у стены тюбик с какой-то мазью. Она протянула средство Джею.

— Это не лечение, но сильно сдержит распространение!

— Я и сам справляюсь! Помощь ярких мне не нужна!

— Я вижу, но насколько долго ты продержишься?

— До самой смерти, — Джей оскалился, — нам пора, я созову ещё наших. Мракронов в округе слишком много. Одному будет не отбиться. Пусть Микки собирается, я подожду у дома.

Джей вышел. Микки пошёл за своим рюкзаком и верхней одеждой. Мирая протянула Крис мазь.

— Возьми, это действительно поможет. Пока что, я не изобрела ничего более действенного.

Крис взяла мазь и положила её в рюкзак.

— Я знаю ещё одну яркую, она маленькая и добрая, прямо как вы... — Крис взяла салфетку со стола, карандаш с полки и принялась писать, — это её адрес. Если её ещё не забрали. Может вы захотите, помочь ей.

— Спасибо, — ответила Мирая, — если вы с Джеем встречали яркого ребёнка, и после этой встречи он остался жив, то я точно отдаю Микки в руки хорошему блеклому. Не такому как все...

Микки собрался и уже стоял у двери. Крис попрощалась с Мираей и они с мальчиком вышли на улицу к Джею.

Глава 7 Битва

Крис и Микки вышли на улицу. Джей курил. Дым от его сигары рассеивался фиолетовым свечением. Вдруг всё вокруг померкло, и свет фонарей стал холодным и серым.

— Что происходит? — Кристин испуганно смотрела на Джея.

— Яркие не хотят, чтобы нашу битву с мракронами, увидел кто-то из людей...

— Битву? — Крис не ожидала, такого поворота.

— Я уже сообщил своим, что мы направляем к школе.

— Почему не позвал их сюда?

— К дому яркой? — Джей приподнял бровь, — а я думал, она тебе понравилась.

— О чем ты? — Кристин многозначительно посмотрела на него, а потом до неё дошло: блеклые и яркие ненавидят друг друга. Джей не стал подвергать Мираю опасности.

Но теперь они трое находились в незавидном положении. Школа, конечно была неподалёку. Но мракроны были уже здесь. Кристин заметила вдалеке, за одним из домов, несколько монстров... Потом увидела одного на крыше соседнего дома. А потом ещё двое мракронов в человеческом обличии вышли из припаркованной машины. Монстры все прибывали и окружали их, ближайший из монстров находился на расстоянии 10 метров... не больше.

Она уже плохо представляла, как им прорваться к школе.

— Возьми в руки пулемет, — медленно сказал Джей, — почему они медлят и не нападают на нас?

— А ты бы этого хотел? — спросила Крис дрожащим голосом.

— Нет, конечно, просто это странно.

Джей тоже достал пистолет - пулемет из своего рюкзака. Потом посмотрел на мальчика:

— Не бойся! Прорвемся!

— Я не боюсь! К бою готов! — паренёк сверкнул глазами.

Джейден улыбнулся ему.

— Ну все, по моей команде! Крис, ты стреляешь в тех, что слева, Микки в тех кто прямо, я беру на себя мракронов с права. Там их больше всего.

Крис никогда ещё не стреляла. Тело сотрясала мелкая дрожь.

— Раз, два, — считал Джей.

Вдруг из-за дома, где жила Мирая, вынырнул мракрон и понесся в толпу других монстров, которые загораживали проход. Он стал расскидывать их в стороны, словно это были куклы.

"Это мракрон Мираи, — догадалась Крис".

— Вперёд! — крикнул Джей.

И они побежали следом за мракроном, паля по остальным монстрам.

Крис была рада, что крепко держала оружие двумя руками. Отдача была неслабой, после первого выстрела она чуть не потеряла пулемет. Кристин не была уверена, что стреляя первый раз в жизни, она сможет попасть хоть в одну цель. Но к её удивлению, ей удалось ранить нескольких монстров.

Микки стрелял искрами из своих глаз, меткости ему было не занимать, а вот перебои с выстрелами были заметны. Мальчик плохо контролировал свою способность.

Их стрельба пугала мракронов и не позволяла им подойти слишком близко. Джей успевал убирать монстров и справа и иногда со стороны Кристин, когда она не справлялась. Помощь мракрона Мираи, разорвавшего кольцо из монстров, позволило им прорваться вперёд. Теперь преследователи были позади них. Кристин вдруг поняла, что Джейжен может двигаться гораздо быстрее, но из-за неё не увеличивает скорость. Сейчас она ему только мешала.

Мракроны тоже были очень быстрыми, видимо только выстрелы сдерживали их, не позволяя набросился на свою цель в прыжке. Они бежали на ровне с Джеем, некоторые прыгали по крышам домов и электрическим столбам, чтобы не упустить их из виду.

— Мы здесь! — вдруг крикнул Джей.

Кристин увидела, что к ним приближаются, недружелюбные к ней, соседи Джейдена. Хорошо, что на этот раз, им было не до неё, все блеклые были погружены в сражение.

Теперь Крис и Микки оказались в кольце защитников иногда буквально прячась за их спинами.

Покрытый серой густой шерстью блеклый, по имени Ронан, разгонялся и прыгал на мракронов, давя их своим весом. Кариб никак не изменял свою внешность, как и Джейден, но вместо оружия, он наполнял лёгкие воздухом и сдувал монстров на несколько десятков метров, от места сражения.

— Торсон! Их все больше! — крикнул Джей, беловолосому блеклому.

— Понял! -—Торсон вдруг исчез, как будто его и не было.

— Только побыстрее!

— Уже ушёл! — услышала Кристин ответ, откуда-то из пустоты...

Невидимка? Серьёзно? Вот это да... — подумала она... Но вдруг, с открывшейся после ухода Торсона, стороны, на них прыгнули двое мракронов.

Кристин выстрелила и к своему удивлению, попала мракрону прямо в голову... Второй монстр был уже слишком близко, Микки никак не мог сосредоточиться, чтобы сверкнуть глазами и послать выстрел в монстра. Но тут подоспел Джей, он сбил мракрона в прыжке и продолжил обороняться.

Монстров, становилось всё больше, в панике Кристин стало казаться, что это конец!

Но это было совсем не так, из-за угла одного из домов появился белый форд. За его рулём сидел Торсон. Он въехал прямо сквозь толпу мракронов.

— Джей, увози мальчишку! Я остаюсь!

— Бегом в машину, — крикнул Джейден, посмотрев на Кристин и Микки. Они буквально впрыгнули на заднее сидение. Джей быстро сел за руль, только он успел закрыть двери и завести машину, как на нее накинулись несколько мракронов.

Натан, самый мускулистый из всех соседей Джея, раскидал их в стороны.

— Удачи, Джей! — крикнул им вслед Натан.

Джей приложил ладонь ко лбу, будто мерял свою температуру,, а потом развернул ее в сторону Натана. Крис решила, что это какой-то уважительный жест. Потом Джейден резко нажал на газ и они понеслись по тёмной улице. В последнюю секунду, Кристин обернулась и успела заметить, как из темноты, на Натана бросилось несколько мракронов. Через несколько минут они словно выехали из мрачной зоны, свет фонарей снова стал тёплым и ярким. Кристин услышала знакомый гул города. По трассе рядом с ними проезжали другие автомобили.

— Что это за эффект "помрачения" всего вокруг? — Кристин уже понемногу приходила в себя, дыхание восстанавливалось и она могла говорить.

— Создание полу-параллельной реальности. Всё вроде бы происходит в этом мире, но не совсем. Мы не хотим, чтобы люди узнали о нас и это очень помогает...

— Почему тогда вы не живёте в ней постоянно?

— Мы не можем скрывать происходящее надолго. И это отнимает много сил. Даже у ярких. Что уж говорить о блеклых.

— А школа? Она постоянно скрыта?

— Школа, как и мой дом, и бар в котором мы были сегодня, находятся в тех местах, где сохранились остатки моего мира. Это буквально осколки. Мы не знаем почему они сохранились, а не распались, как и всё остальное.

Они уже подъезжали к Проспект - парку, когда Кристин снова задала вопрос:

— А если ваш мир распался на осколки, как вы смогли выжить и оказаться здесь?

— Выжили далеко не все, — ответил Джей, припарковывая автомобиль на стоянке, — больше всего выживших среди детей, их силы были еще не сформированы, возможно они походили на людей и ваш мир их притянул. А вот почему взрыв выкинул в ваш мир некоторых взрослых до конца непонятно. Некоторые из выживших потеряли память, а некоторые свои способности. Как и всегда ярким повезло, их выжило больше, чем блеклых. Мы предполагаем, что дело в том, что они больше похожи на людей, внешне их силы не заметны.

Все трое вышли из машины.

— А мракроны?

— Их перенеслось достаточно, и мало того, их укусы превратили в мракронов часть выживших. Блеклых осталось катастрофически мало. Единственная наша надежда, это дети, — Джей посмотрел на пищащий пейджер и грустно продолжил, — и мы готовы отдать за них свои жизни... Как Натан...

— Натан погиб?

Джей молча кивнул и они быстро пошли по ночному парку. Ночью здесь было также красиво, как и днем. Они прошли два тоннеля, дальше дорога вела их мимо озера, где обитало более двухсот видов рыб. Кристин вспомнила, последний рыболовный турнир в этом парке, на котором она была со своим бывшим парнем Гарри. Воспоминания снова заставили её задуматься о будущем, о том, что же будет дальше...

Они прошли ещё немного вглубь парка и вышли на дорожку ведущую к школе-интернату. Пройдя ещё немного Джей, как обычно, коснулся земли, они погрузились в тишину и серость. Дорога до школы отняла у них ещё около двадцати минут. Кристин так устала за этот сумасшедший день. Что не представляла, как ей хватит сил вернуться к машине и потом ещё доползти до комнаты Джея, которая уже не казалась настолько ужасной. Сейчас Кристин готова была уснуть где угодно.

Джейден постучал в двери интерната и они открылись. Снова оказавшись в школе, Кристин готовилась услышать, как на него ругается Дебра. Но директриса, стоявшая в холле, в домашнем халате и шапочке для сна, молчала.

Она недовольно смотрела на Джея, будто прожигая его глазами. Но потом её взгляд опустился на Микки, и она засияла в радостной улыбке.

— Это кто к нам приехал? Как тебя зовут мой мальчик.

— Микки, — ответил он, робко оглядываясь по сторонам.

— Добро пожаловать Микки! — Директриса подошла и взяла ребенка за руку, — пойдём, я провожу тебя в детскую спальню, и дам чистую одежду. Тебе нужно выспаться. А завтра я познакомлю тебя с новыми друзьями.

— Хорошо, — пробормотал мальчик покорно следуя за Деброй по закрученной лестнице.

Когда они скрылись из виду, где-то на втором этаже, Кристин выдохнула, она не хотела, чтобы Дебра снова ругалась с Джейденом.

— Мы можем идти? — спросила она у него.

— Нет, сегодня мы останемся здесь.

— Но Дебра сказала...

— Дебра — строгая, но справедливая женщина. На этот раз, она поймёт то, о чем я говорю.

Они так и стояли в холле школы, пока директриса не вернулась.

— Вы ещё здесь! Что вам нужно?!

— То же, что и прошлый раз!

— Я уже все сказала тебе Джейден, убирай её отсюда!!!

— За сегодняшний день, она уже дважды встретилась с яркими...

— И что???

— То, что она знает дорогу сюда. И если ты не поможешь её защитить, она попадёт в их лапы... Думаю ты понимаешь, чем это чревато...

— Ах ты мелкий... — Дебра была вне себя от гнева, но она понимала, что Джей прав, — хорошо! Пусть остаётся! Но тогда и ты с ней! Я не нянька людям!

— Я не уверен, что могу остаться...

— Только если ты будешь находиться здесь с ней! Я не знаю чего ожидать от людей!

— Сегодня я останусь здесь, а завтра мы обсудим это ещё раз, — спокойно проговорил Джей, — нам нужна еда...

У Кристин закричала в животе, она была безумно голодна.

— На кухне остатки еды, сегодня у нас был "День пиццы". У нас всего одна свободная комната, она дальше по коридору на первом этаже. А за комнатой прачечная, там на сушилке найдёте во что переодеться.

Кристин еще никогда не была так рада таким простым вещам, как еда и ночлег.

Глава 8 Друг или враг.

Кристин и Джей прошли на кухню, там был почти целый круг пиццы. Джейден поставил чайник и заварил горячего чая. Кристин лопала холодную пиццу, будто это была самая вкусная еда на свете. А со сладким чаем, просто сказка. Когда они перекусили, Крис зашла в маленькую комнату, где была всего одна большая кровать, и небольшая тумбочка для вещей.

Джейден вернулся из прачечной уже переодевшись в чистую свежую одежду. Он принёс ей длинную ночную рубашку и большое полотенце.

— Следующая дверь за прачечной, это душ. Я уже искупаться. Если хочешь...

Он не успел договорить, Кристин мечтала о горячем душе, даже усталость не могла её остановить. Она схватила ночную рубашку и полотенце и побежала в душ.

Какое блаженство, эта прекрасная горячая вода и мыло... Кристин, почувствовала себя гораздо лучше, теперь жизнь снова начала обретать более яркие краски.

Когда она вернулась в комнату Джей спал на левом краю кровати, она была достаточно большой, чтобы там поместилось трое людей. Но Кристин не очень хотелось спать в одной кровати с малознакомым мужчиной. Комната была очень маленькой, и свободное место на полу было лишь у порога. Кристин взяла подушку и попыталась осторожно стянуть одеяло с кровати — спать на голом холодном полу не самая заманчивая идея... Но на одеяле спал Джей. И когда Кристин потянула за край постели, он в туже секунду вскочил:

— Я не сплю! — сонно пробормотал он, а потом посмотрел на Кристин, которая держала в руках подушку, — куда это ты собралась?

— Я...

— На полу могу спать я. Джей взял подушку и просто лёг на холодный пол у двери.

— Возьми, на полу же холодно, — Крис протянула ему одеяло.

— Тогда ты замёрзнешь...

Кристин стало жаль Джейдена, так отчаянно жертвующего своим комфортом ради неё:

— Кровать большая, я думаю мы поместимся, так чтобы не мешать друг другу...

— Да? А не боишься меня? — сказал он с усмешкой...

"Конечно, боюсь!" —подумала Кристин.

Но вслух сказала:

— А стоит?

— С самоконтролем у меня не всегда хорошо. Но обычно это приступы, которые тебя разбудят, даже если я буду спать в другой комнате. Как ты могла заметить, я спорю сам с собой достаточно громко... в остальном можешь не переживать.

— Это радует.

Джей встал с пола, положил подушку на кровать, повернулся к ней спиной и тут же стал мирно посапывать...

Крис выключила свет, забралась на кровать и только её голова коснулась подушки, она уснула.

Ночью её мучили кошмары, мракроны сновали там и тут. Монстры угрожающе скалились, поглядывая на нее из темных углов. А потом появилась Дэбра, она кричала на Кристин, говорила, что по её вине мракроны пробрались в школу и убили всех детей. Крис в ужасе проснулась.

Она не была уверена, что выспалась, но и спать дальше после такого кошмара уже не получалось. Из под темных штор пробивался свет. Кристин хотела узнать время, но её телефон, так долго и стойко державшийся, наконец выдохся и разрядился. Крис не нашла свою одежду, поэтому тихонько, чтобы не разбудить спящего Джея, выскользнула из комнаты и направилась к прачечной. Там на сушильной машине лежали её чистые и сухие джинсы, футболка и куртка. Кто-то постирал их пока она спала. Крис переоделась и вернулась в комнату.

Джей тоже спал неспокойно, он ворочался и что-то невнятно бормотал во сне. Когда он перевернулся на другую сторону Крис заметила, что его запястье очень сильно почернело. Укус мракрона... Тут Крис вспомнила про мазь, которую дала ей Мирая. А что если...? И Крис недолго думая достала тюбик из рюкзака. Девушка выдавила себе на пальцы буквально с горошину средства и осторожно подошла к Джею. Затаив дыхание и стараясь не разбудить его, она намазала лекарством небольшой участок почерневшей кожи. Чернота стала уменьшаться и вскоре то место, которого касалась Кристин, стало обычного розоватого цвета...

Помогает! Обрадовалась Крис. Она взяла на пальцы ещё немного лекарства и теперь постаралась намазать участок побольше. Вдруг Джей подскочил, его взгляд был безумным. Он резко схватил её за плечи и уложил на постель, нависнув над ней с рассерженной гримасой лица.

— Что тебе нужно от меня!

От испуга глаза Крис наполнились слезами. Джей резко отпустил её и сел на кровати:

- А это ты... Мне, кажется, приснился кошмар. Что ты делала?

Он посмотрел на свою руку. Черноты стало ещё меньше.

— Мирая дала мне мазь. Ты не хотел пробовать... и я...

— Решила все за меня? Ты доверяешь всем малознакомым ярким?

— Нет. Только малознакомым блеклым, — она многозначительно посмотрела на него.

— Понятно. А ведь и правда помогает, — рассматривая свою руку, медленно проговорил Джей, — может яркая и не соврала. Хотя какая разница, если укусы мракрона рано или поздно все равно должны меня убить...

— Ты умрёшь? — спросила Крис испуганно, осторожно поднимаясь с кровати, будто опасаясь, что Джей снова схватит её.

— Мы все когда-нибудь умрём. А в моем случае, не прямо сейчас. Сначала я начну превращаться в мракрона, а потом уже меня пристрелят свои же. Хотя я могу оказаться в числе избранных, переживших укусы мракронов.

— И много их? Избранных?

— Единицы. Всё держаться какое-то время, кто больше, а кто меньше. Но потом эта зараза, все равно расползается по всему телу. И в момент перевоплощения нас одолевает такой голод, что мы не видим перед глазами ничего и никого. Мракроны не опасны так, как блеклые переходящие в мракронов. В этот момент блеклый может сожрать даже свою семью.

— Что? — выдохнула Кристин, не сумев скрыть свой испуг.

— Да, первые полу-мракроны сожрали своего создателя и почти всю его семью. Этот сумасшедший яркий получил то, чего он заслуживает. Жаль только, что его страшный эксперимент уже было не остановить.

— И ты уже чувствуешь, такой голод?

— Иногда, но я сдерживаю его. Пока могу держать себя под контролем, я не опасен.

Кристин очень сомневалась в этом.

— Если блеклому удаётся остановить свой голод, то эта мерзкая зараза может отступить, — продолжил Джей, — Но я пока не встречал никого из таких. Может это просто байка...

— И Дебра пустила тебя в школу?

— Она почувствует если я взбешусь раньше, чем я смогу кому-то навредить. Она одна из самых могущественных блеклых. Тем более, что в переходном периоде полу-мракронов сильнее привлекают люди и яркие.

— Звучит не очень обнадеживающе... — прошептала Кристин, думая о себе, — поэтому те блеклые, у тебя дома и парень в кафе, так накидывались на меня?

— Да, думаю причина в этом.

— И ты...

— Я тоже могу слететь с катушек. Но я не чувствую такой сильной тяги. Как только ты станешь вызывать у меня такой интерес, я избавлю тебя от своего общества... Надеюсь до этого времени, я успею узнать, зачем ты так сильно понадобилась ярким.

— Может мракроны просто решили меня сожрать?

— Готовенькие мракроны действуют только по приказу, я уже говорил. В основном у каждого яркого свой или свои мракроны, и они подчиняются своим хозяевам. Но есть ещё и высшие яркие, элита, яркие королевской крови. Им подчиняются все мракроны без исключения. Независимо от того, кто их хозяин. Учитывая количество существ, которые следили за тобой. Ты понадобилась высшим.

— Но для чего я могу быть им нужна? — Кристин совершенно не понимала, как могла заинтересовать каких-то существ из параллельных миров.

— Если бы я знал, все было бы проще. Пойдём поедим.

Крис прислушалась, судя по времени и нарастающему шуму детских голосов, в школе как раз обед.

Они вышли из комнаты. Прежде чем пойти обедать Джей заскочил в прачечную и переоделся в свою обычную рваную одежду. Правда выглядела она гораздо чище, чем прежде. Когда они появились в столовой, которая находилась на первом этаже, с другой стороны лестницы, маленькие блеклые повскакивали со своих мест. Дети облепили мужчину со всех сторон, не давая ему сделать и шага.

— Джей ты приехал!

— Ты что тут ночевал?

— Ты теперь живёшь вместе с нами?

Дети стали забрасывать его вопросами, пока кто-то громко не ударил по столу. Это была директриса. Дэбра выглядела великолепно, как всегда, аккуратная и ухоженная она восседала за отдельным от детей столом.

— Сели за свои столы! Сейчас время обеда!

Дети разочаровано поплелись по своим местам. Крис заметила знакомые лица, Джон помахал ей, также сделали ещё несколько детей, которых она видела, когда в прошлый раз была в школе. Она заметила и Микки, который сидел поодаль от остальных и грустно смотрел в свою тарелку.

Джей уверенно пошёл в сторону директорского стола. А Крис застыла, от взгляда Дэбры ей было не по себе. Джейден повернулся, почувствовав, что она не идёт за ним.

— Нам накрыли здесь! Пойдём, — позвал он её.

Крис, поспешила за ним, стараясь не смотреть директрисе в глаза. Она села за стол рядом с Джеем и стала быстро есть.

— Приятного аппетита, — медленно проговорила Дэбра.

Блин, какая же я невежливая, подумала про себя Крис.

— Приятного аппетита. И спасибо, что разрешили мне остаться.

— Боюсь твой новый друг не оставил мне выбора.

Крис поняла, что дальше ей лучше помолчать и продолжила есть. Джей и Дэбра тоже ели молча.

После обеда дети заполнили холл школы. Они веселились, играли друг с другом и весело смеялись.

Только Микки стоял в стороне опасливо поглядывая на других детей.

Джей с Дэброй снова удалились в ее кабинет. Наверное опять спорят, стоит ли ей оставаться в школе.

Крис подошла к Микки и села на пол возле него.

— Как ты? С тобой никто не дружит?

–— Я и не хочу тут ни с кем дружить.

— Почему?

— Не хочу быть блеклым.

— Я тебя понимаю. Такие перемены даже взрослому были бы не по плечу, — Крис решила, что мальчик переживает о своей людской жизни, и наверняка скучает по родителям. — Но так вышло, что ты тот, кто ты есть. И здесь ты в безопасности.

— Почему я не яркий! Мои способности мощные, а я не меняю своей внешности! Я мог бы жить, как дети ярких! А не гнить в этой отвратной школе.

Крис опешила. Такого ответа она не ожидала.

— Мирая рассказала мне, — продолжил Микки, — что дети ярких контролируют свои способности. Они живут в семьях, ходят в школы, путешествуют. Почему я родился мерзким блеклым.

Микки с отвращением смотрел на других детей.

— Но Микки, — Крис не знала, как подобрать слова, — блеклые вовсе не мерзкие. И эта школа, это же не навсегда. Когда ты подрастёшь и сможешь контролировать свои способности...

— Я уже могу. Как только Джей привёл меня сюда, я это понял.

— Джейден говорил мне, что в школе вам легче управлять способностями. Но, когда ты снова выйдешь в мир, ты окажешься в опасности. И Мирая хотела, чтобы ты попал сюда.

— Ненавижу эту жизнь! Лучше бы мракрон меня сожрал!

— Не говори так Микки. Все наладится. Пожалуйста, попробуй пожить тут, не думая о плохом. Вон тот паренёк, — Крис указала на Джона, — спас меня от мракрона. Он тоже не меняет своей внешности, но очень силен. Может тебе подружиться с ним?

— Не уверен. Я подумаю, — равнодушно сказал Микки, скорее просто для того, чтобы закончить этот разговор.

Кристин еще немного понаблюдала за детьми. В этот раз они не подбегали к ней, хотя смотрели с интересом. Видимо директриса запретила ребятам подходить к незнакомке.

Крис подумала, что Джея нет уже очень долго. Она прошла вглубь коридора, который находился немного правее столовой. Вот и дверь кабинета. Джей снова спорит с Деброй. Кристин прислушалась.

— Я бы не стал подвергать школу такой опасности! Мне лишь нужно узнать, зачем она им нужна!

— Ты заражён Джей! Сколько ты сможешь не давать им забрать её? Или ты хочешь, чтобы они пришли за ней сюда?! Такое количество мракронов, которое ходит за ней, не охотилось еще ни за одним ребёнком! Что если она нужна им, чтобы навредить нам?

— Значит, я сделаю так, что она им не достанется!

— Убьешь ее?

— Да, — без колебаний ответил Джей.

От страха у Крис подкосились ноги.

Глава 9 Лаборатория...

Крис со всех ног бежала по лесопарку, иногда девушка испуганно оглядывалась. Она приняла решение спонтанно и даже немного сомневалась, правильно ли она поступает? Джей спас её... Но он же сказал, что без колебаний её убьёт, если это понадобится.

Кристин была словно в тумане. Она толком не помнила, как забежала в комнату, схватила севший телефон и выбежала из школы.

Уходить нужно было сразу, пока Джей ещё разговаривал Дэброй, так он позже заметит её отсутствие. Крис не была уверена, что никто из детей её не видел. Но выбор был невелик: или бежать сразу, или остаться с опасным безумцем, который если не убьёт её, когда превратится в мракрона, то убьёт по другой причине.

Крис была у границы, именно тут Джей касался земли и все меркло или снова становилось ярким. Как ей выйти из этого отрывка параллельного мира? Вряд ли она обладает способностями блеклых...

Кристин решила просто продолжать бежать дальше, если это лишь вырванный кусочек иного мира, она рано или поздно должна попасть в свою реальность. И она побежала. Сколько бы девушка не оглядывалась, за ней никто не гнался. Джей был очень быстрым, если бы он заметил, что она убежала, то уже догнал бы её.

И тут в одно мгновенье весь мир стал ярче, Крис услышала городской шум и пение птиц.

Выбралась! Теперь ей нужно... А что теперь? Куда бежать? Где спрятаться? Крис стояла посреди парка недалеко от прекраснейшего озера. Все вокруг заливал солнечный свет, тёплые лучи ласкали её лицо. Она смотрела на беззаботно отдыхающих в парке людей и не представляла, что же ей теперь делать дальше. Её преследуют мракроны, для Джея её жизнь не имеет никакого значения и мало того, именно он может оказаться её убийцей...

Ничего не приходило в голову. Безумно хотелось оказаться дома, запереть дверь, залезть в свою уютную постель и не выходить из комнаты... Никуда, никогда... Но мракроны найдут её там... Они могут найти её где угодно...

Как вдруг её озарило... Мирая. Она спасла мальчика, дала блеклому мазь, хоть он и её враг. Может быть она сможет помочь ей. Крис помнила адрес. Осадок после её прошлой поездки на такси, конечно, остался... Но выбора не было, на этот раз она не будет ловить машину на улице. Кристин надеялась, что мракроны хотя бы не трудоустроены в службе такси, и на вызов приедет обычный человек.

Крис проверила карманы у нее с собой было немного наличных. Ее разряженный смартфон был бесполезен, поэтому она направилась к компании молодых ребят отдыхающих на берегу озера.

— Привет! Прошу прощения за беспокойство, мой телефон сел. Мог бы кто-нибудь из вас вызвать мне такси?

— Конечно! Без проблем! — молодой темноволосый парень достал свой номер и вызвал для неё "убер".

Крис поблагодарила парня и поспешила к выходу из парка, чтобы дождаться автомобиля. Каждую минуту ей казалось, что она видит в толпе Джея, но каждый раз это, это оказывался не он. Сердце бешено колотилось. Нужно успеть сесть в такси и тогда он уже не сможет последовать за ней.

Когда Крис добежала до выхода, машина ожидала её. Это невероятное везение, что водитель оказался поблизости. Девушка быстро нырнула на заднее сидение и назвала адрес.

Всю дорогу до дома Мираи, таксист без умолку болтал по телефону. Но несмотря на это, Крис не спускала с него глаз. Ей казалось, что его кожа может начать чернеть в любой момент. Даже когда убер уже подъехал к дому Мираи, Крис боялась, что водитель вдруг обернётся и бросился на нее. Она бросила деньги на переднее сидение:

— Сдачи не надо!

И выбежала из такси.

Так! Домофон. Она вспомнила числа на двери Мираи и набрала её квартиру. Все! Открыто! Девушка побежала на первый этаж. Дверь была не заперта, она влетела внутрь заперлась и почувствовала, слабость в ногах как, они её не слушались. Крис упала прямо на пороге и зарыдала.

Она ожидала услышать голос Мираи или увидеть её рядом, но женщина не появлялась. Тогда Кристин постаралась успокоиться и перестать реветь.

— Мирая! Мирая ты здесь? — позвала Крис, — если никого нет дома, кто же открыл мне дверь? Покажись!

Из дальней комнаты медленно вышел мракрон в человеческом обличии, он был одет в строгий костюм, невыразительное каменное лицо и пустые глаза, делали его ещё более пугающим.

Крис хотела закричать, стала искать рюкзак с оружием, но тут вспомнила, что не стала брать пулемет с собой.

Мракрон не двигался. Крис понимала, что его хозяйка Мирая. Но сейчас её не было рядом, и Крис не знала, что можно ожидать от монстра.

— Уйди обратно в комнату!

Мракрон послушно ушёл. Крис поднялась с пола прошла на кухню и принялась ждать Мираю. Постоянно косясь на дальнюю дверь. Страх того, что мракрон выскочит от туда и нападет, никак не отпускал её.

Кристин просидела на кухне до позднего вечера. Но Мирая все не появлялась. Крис уже значительно проголодалась, и забыв про приличия, она открыла чужой холодильник.

Но вместо еды там ровными рядами стояли скляночки с разными жидкостями, в некоторых из них двигалось что-то тёмное, оно билось об стекло, будто хотело выбраться из банки. Крис быстро закрыла холодильник. Джей ел обычную еду, но он блеклый, неужели яркие питаются чем-то странным... Или это не еда?

Из любопытства и все еще надеясь найти что-то съедобные, Крис стала открывать кухонные шкафы. Там она не увидела ничего необычного. Ей удалось найти газировку и пару булочек.

"Надеюсь Мирая не будет против" - подумала Крис и откусила бок булки запивая напитком.

В комнате, где находился мракрон послышался звук разбившегося стекла.

Крис вздрогнула.

— Мирая?

В ответ тишина.

Крис поднялась со стула и медленно пошла к двери во вторую комнату. Она неуверенно взялась за ручку и повернула её.

В полумраке у стены без движения стоял мракрон. Посреди маленькой комнаты находился большой стол, заполненный склянками с цветными жидкостями. Некоторые из них были разбиты. Жидкости перемешались и медленно капали на пол. Крис заметила несколько блокнотов, разбросанных по комнате, тот что лежал на столе, был залит цветной жижей. Крис подошла ближе и взяла тетрадь в руки, она попыталась прочитать, что там написано, но буквы растекались по мокрым листам. Другие блокноты были изорваны, повсюду валялись вырванные листы.

"Что тут случилось? — Крис растерянно смотрела на хаос творившийся в комнате, — это какая-то за домашняя лаборатория?".

На какой-то момент она забыла про мракрона и когда обернулась, он стоял прямо за ней. Крис вскрикнула! Мракрон не двинулся с места и протянул ей жёлтую тетрадь. Она была целой. Видимо мракрон хранил ее у себя. После монстр встал на свое место к стене и застыл. Он совершенно не двигался, будто живой манекен.

Крис открыла тетрадь Мираи. Этот язык не был ей знаком... Хотя... Крис казалось, что она уже где-то видела такие буквы... Но где? Она уже хотела отложить тетрадь в сторону, как вдруг смогла прочесть первую строчку и понять её смысл...

"Что? Но как? — недоумевала Кристин".

Она быстро побежала глазами по записям.

" Эксперимент Мракрон - день 367.

Подопытный номер 3.

Ожидаемых реакций не наблюдается. Удалось добиться незначительной доли волеизъявления, незначительного контроля трансформации. Номер 3 отличается меньшей агрессивностью и более спокойной реакцией на препарат."

Крис пролистала к середине тетради.

Доза препарата увеличена. Номер три хорошо усваивает препарат. Есть незначительные проявления способностей. Предположительно именно тех, которыми подопытный обладал до трансформации.

Крис пролистнула ещё немного.

"Эксперимент мракрон — день 489.

Подопытные 1, 2, 4 - Мертвы".

Успехи с номером 3 незначительны. Препарат не работает. Я вынуждена начать исследования заново".

Крис захлопнула тетрадь. Что за страшные эксперименты проводит Мирая? Кристин стала рассматривать надписи на стеклянных баночках. В основном это были неизвестные ей названия. Но на склянке с темно красным веществом было написано: "Кровь молодых блеклых".

Ей нужна кровь блеклых? Поэтому она спасла Микки? Ради своих странных экспериментов? Тогда почему она отпустила ребёнка с ними?

Может быть она создаёт тут, что-то хорошее? Крис нащупала в кармане мазь, которая помогла Джею.

Зачем Крис взяла с собой этот тюбик? Девушка уже и не помнила, как схватила мазь с тумбочки и сунула в карман. Но ведь этот препарат нужен Джею...

На секунду Крис ощутила себя виноватой. Но потом вдруг очнулась: Джей готов убить её, а она переживает за него! Как глупо!

Кристин решила остаться у Мираи на ночь. Может быть она все же вернётся сюда. Комнату со склянками и мракроном Крис закрыла, подперев дверь стулом. Она понимала, что в случае чего, монстра не сдержит, ни дверь, ни стул. Но так ей было спокойнее.

Крис легла на диван, он был не очень удобным, она долго не могла уснуть ворочаясь из стороны в сторону. Мысли о разрушенном будущем не покидали её. Зачем она сдалась этим мракронам? Если Мирая не вернётся или не согласится помочь ей, то куда ей идти? Несмотря на жёсткий диван и непрекращающийся поток мыслей, усталость все же взяла верх и Крис задремала.

Её сны опять были мрачными и пугающими, ей снова снился Джей. Только теперь бездомный выглядел ещё более устрашающе он надвигается на нее, постепенно превращаюсь в мракрона. Крис закричала во сне и вдруг проснулась. И тут уже закричала по настоящему. Вокруг неё ровным строем стояли мракроны...

Глава 10. В окружении монстров

Крис в панике смотрела на окруживших ее существ. Мракроны не нападали, но жутко глядели на нее своими пустыми глазами. Дура! Какая же она дура! Как глупо было надеяться, что она сможет спрятаться от мракронов! Джей хоть и был опасен, но все же этот бездомный защищал ее... А теперь? Кристин судорожно оглядывалась, пытаясь найти хоть какие-то пути к отступлению.

Но на расстоянии руки были лишь диванные подушки. Кристин в отчаянии схватила одну из них и бросила в мракрона. Тот даже не шелохнулся. Монстры пребывали в человеческом обличии. Один из них, тот что стоял справа, стал двигаться в сторону Крис, он явно намеревался взять её за руку. Кристин резко дернулась назад и упала на диван. Мракрон навис над ней.

— Нет! Убирайтесь! Пошли вон! — Кристин кричала, что было мочи, — Не прикасаться ко мне!

Мракрон послушно отстранился. И снова встал в круг. Они будто чего-то ждали. Или кого-то? Того кому нужна Кристин? Крис надеялась, что сейчас, прямо как в кино, появится Джейден и поможет ей бежать... Но поможет ли? Вдруг он появится, когда за ней уже придёт кто-то из ярких? Тогда он убьёт её? Чтобы она им не досталась и не выдала место нахождения школы для блеклых? Кристин была в замешательстве и сама не понимала, ждёт ли она Джея или же наоборот, боится его появления.

Вдруг со стороны входа, в сторону одного из монстров, пронесся искрящийся луч! Кристин увидела Микки:

— Держи! Готовься стрелять! — мальчик бросил ей портфель с оружием, которое она так непредусмотрительно оставила в школе.

Мракроны бросились на Микки. Он отстреливался с помощью своей силы, но естественно мальчик был слишком мал, а монстров много. Крис успела вытащить пулемет, в тот момент, когда один из мракронов в своём мерзком чёрном обличии уже схватил мальчика за руку.

— Отпусти его! — закричала Кристин направляя оружие на монстра.

Тот злобно скалился, но похоже замешкался, тут Микки снова выстрелил в него лучами из своих глаз. Раненый Монстр увеличился в размерах.

— Стой на месте! Не трогай ребёнка, мерзкий монстр!

Мракроны застыли, а нападавший выпустил Микки из своих когтистых лап.

Мальчик бросился к Кристин.

— Не выпускать их! — в комнату вошёл молодой мужчина.

Он был высоким светловолосым и невероятно красивым. Мужчина был одет с иголочки, светлый элегантный костюм, тёмный джемпер с высоким воротом. Крис встретилась с ним глазами, они были ярко голубыми и сверкали, словно драгоценные камни. Свечение вокруг него напоминало ту ауру, которая окружала Мираю...

"Яркий, — догадалась Кристин, — теперь Микки ещё в большей опасности, нужно бежать".

"Не нужно! Ты в безопасности!" — Крис услышала голос в своей голове. Среди своих собственных мыслей.

— Что? — выпалила она в слух.

Мракроны все также окружали их. Микки прятался за Кристин, а она застыла на месте со вскинутыми вперёд руками в которых держала пистолет-пулемет. Мужчина стоял напротив нее и смотрел прямо в её глаза.

"ТЫ В БЕЗОПАСНОСТИ — громко повторил голос внутри её головы, — бежать не нужно".

Кристин сомневалась, что этому ярком можно доверять. Может она и сдалась бы, если бы была одна. Но Микки — блеклый, ему угрожает опасность.

— Не подходите! — Крис твёрдо держала оружие перед собой направляя его на яркого.

Мужчина бесстрашно шагнул в её сторону. Крис выстрелила в потолок. Монстры вздрогнули. А я яркий ослепительно улыбнулся.

" Тебе нечего бояться. Пойдём с нами", — голос снова появился в ее голове.

Она чувствовала, что яркий не просто смотрит на нее, он будто бы пытается подавить её волю. Микки в страхе сжал ее руку. Крис, почувствовала прилив сил. Она не отдаст им ребёнка! Ни за что! Девушка сосредоточилась и вдруг смогла выбросить чужой голос из своей головы. Мужчина немного пошатнулся назад, будто бы она его толкнула.

Вдруг окно разбилось и в комнату влетела дымящаяся шашка. Крис вскрикнула от неожиданности. Комната быстро заполнилась дымом.

— Схватить их! — крикнул Яркий.

Кристин потеряла ориентацию в пространстве, она крепко сжимала пулемет. Тут она почувствовала, как огромные холодные лапы хватают её. Рядом закричал Микки. Крис пальнула из пистолета куда-то в пустоту. И через мгновение они с Микки оказались во дворе дома Мираи, а ее "ручной" мракрон держал Крис и Микки на руках.

К ним подбежал молодой русоволосый паренёк лет 20 - ти. Он был худой и высокий, на лице была нескрываемая паника.

— Быстрее в машину, — крикнул он им.

Мракрон поставил Крис и Микки на землю, принял человеческий облик и побежал вслед за пареньком. Крис взяла мальчика за руку и бросилась следом. Парень подбежал к припаркованной неподалеку, старенькой импале синего цвета и сел за руль, мракрон метнулся на пассажирское сидение. Через несколько секунд Крис и Микки тоже прыгнули в автомобиль. Парень дал по газам, и они понеслись по улицам Нью-Йорка.

Все еще пребывая в шоке, Крис попыталась понять кто перед ней. На яркого не похож, Кристин видела вокруг них некую ауру. Скорее всего блеклый...

Беспокойное лицо паренька отражалось в зеркале заднего вида, Крис заметила выразительный шрам между бровью и переносицей. Парень улыбнулся, в каре-зеленоватых глазах отразился солнечный блик.

— Вы как? — спросил он, так невзначай, будто бы вёз их на повседневную прогулку.

— Мы... мы в порядке, — заикаясь произнесла Кристин.

— Ты видела Мираю? Где она?

— Когда я вчера пришла, её уже не было дома. Я ждала её весь день и всю ночь. Пока утром не заявились мракроны.

— Они пришли ещё ночью.

— Что?

— Мальтифер пришёл ко мне ночью. Доложил обстановку. Мракроны стояли окружив тебя большую часть ночи.

— Мальтифер? — переспросила Кристин.

— Мракрон Мираи. Ты не знала его имени?

— Нет, он как-то не представился.

Кристин не понимала, почему мракроны сторожили ее пока она спала. Машина резко повернула и они понеслись ещё быстрее.

— Куда мы едем?

— Подальше отсюда. Нужно сбросить хвост. А дальше решим.

— Ты блеклый. Откуда ты знаешь Мираю?

— Я не блеклый. И не яркий. Я человек. Ярослав, можно просто Ярик.

— Человек? Какое странное имя...

— Я из России, я здесь по некоторым делам, — загадочно протянул он, — почему тебя удивляет, что я человек? Тебя должно удивлять, что ты столкнулась с яркими и блеклыми. Ведь они не люди.

Парень выдавил смешок.

И правда, подумала Кристин, с каких пор она удивляется людям.

— Ну, а ты кто? Почему мракрон Мираи так хотел, чтобы я помог тебе сбежать. Тебе и этому мальчику, который неожиданно появился и чуть не сломал весь мой план.

— Я Кристин, тоже человек, и у меня вопросов еще больше, чем у тебя... А как ты связан с Мираей?

— Помогаю ей в одном деле. Она кое-что изобретает.

— Но как она нашла тебя? И почему именно ты?

— Я несколько раз безуспешно поступал здесь на театральный факультет. Она работает в приёмной комиссии. Там она меня и заметила.

— Что? Она работает?

— Ну, конечно! Яркие скрываются среди нас. Блеклые тоже, но их меньше. Они, часто, очень заметны. Особенно те, кого мракроны покусали. Не могут сдерживать себя, находясь среди людей.

— Я тоже видел Мираю, ещё до того, как проявились мои способности, — тихо пробормотал Микки, он явно был подавлен тем, что не застал свою спасительницу дома, — она приходила в нашу школу, чтобы проводить театральные мастер классы для детей...

Машина резко затормозила.

— Снежка! — крикнул Ярослав, и в окно автомобиля прямо на колени к мракрону запрыгнула здоровенная дворняжка.

Кристин удивлённо посмотрела на парня. Да и в общем компания собралась странная: два человека, блеклый, мракрон и огромный пёс.

— Извините за задержку, пес просился погулять, пришлось выпустить его здесь и поехать за тобой.

— Мирая вот так просто тебе обо всем рассказала? О блеклых и ярких? Зачем ей это? И ты нормально отнёсся ко всему этому?

— Ну как сказать, — Ярослав немного сбавил скорость, смотря удалось ли им сбросить хвост, — на самом деле, недалеко от университета на меня напал укушенный блеклый. Если бы не Мирая, то я бы не выжил. Она и раны мои залечила. Ну и оказалось, что человек покусанный "почти мракроном", имеет ценность для нее... В ее исследованиях...

Ярик показал укусы на руке. Крис ужаснулась.

— А шрам на лице? Тоже блеклый оставил?

А, это! Нет! — Ярик рассмеялся, — когда мне было 13 лет, я отдыхал на море. И там мы с одним пареньком кидали камни перед собой в воду. А я решил проплыть вперёд. И когда вынырнул, мне прилетело камнем прямо в лицо.

Он продолжал улыбаться. И так спокойно вёл себя, будто его совсем не заботило, что в человеческом мире, столько опасных разумных существ.

— Так, за нами снова хвост... Все не получается оторваться. Впервые они преследуют меня так настойчиво...

— Наверное это из-за меня... Я боюсь ты в опасности пока помогаешь мне. И даже если я уйду... Они же смогут тебя найти!

— Не беспокойся, Мирая скрыла моё жилище и там безопасно. Но мы не можем туда отправится, пока они так настойчиво следуют за нами.

— Отвези нас с Микки в Бруклин, я скажу адрес. Быстро высадишь нас и поедешь дальше. Надеюсь они так и будут следовать за тобой какое-то время. А когда поймут, что меня нет в машине, отстанут и ты сможешь вернуться домой.

— Можем попробовать, другого выхода не вижу. Сколько бы не отрывался от мракронов, они все равно нагоняют нас.

Машина свернула за угол громко скрипнув шинами. Когда Кристин увидела знакомые очертания улиц, очевидного хвоста за ними не было. Крис и Микки быстро выскочили из машины и смешались с толпой. Синяя импала скрылась за поворотом.

Кристин, взяла мальчика за руку, рюкзак с оружием висел на спине и девушка осторожно оглядывалась по сторонам. Она решила отвести ребенка к себе домой. Выбора нет. Если она отправится сразу в школу, мракроны могут последовать за ней и она выдаст их местоположение.

Через несколько минут Микки стал вырваться:

— Я не пойду с тобой!

— Что?

— Я пойду искать Мираю! Я сбежал к ней! Может ей нужна помощь!

— Сейчас мы пойдём ко мне домой! А потом мы отправим тебя в школу! А Мирае будут помогать взрослые!

— Ну и кто же?

— Я, например! И зачем ты вообще сбежал! Мирая же сказала, что ты не можешь остаться у неё?

— Я не хочу жить как блеклый!

— Значит хочешь умереть!

В глазах Микки появился страх, а потом они наполнились слезами. Нет только этого не хватало.

— Микки! Ну, пожалуйста, не плач! Все будет хорошо!

Мальчик рыдал в захлеб, а прохожие оборачивались на них, глядя на неё, как на нерадивую мать.

— Микки, пожалуйста, пойдём. Обсудим все у меня дома. Мы привлекаем много внимания.

Мальчик послушно поплелся за ней все еще всхлипывая.

Когда они без происшествий добрались до её квартиры, Крис не могла поверить, что сейчас она наконец-то примет душ дома и сменит одежду.

Когда девушка заперла двери она тяжело вздохнула и почувствовала, будто бы все позади. Приятное чувство. Может ей поспать в своей постели, а на утро все это окажется страшным сном?

Джессика вышла из своей комнаты.

— Кристин! Где ты была? Что за ребёнок? И почему ты не рассказывала мне о своём парне? Он уже сутки ждёт тебя в твоей комнате. Надо же так поссориться с парнем, что пропасть на несколько дней...

— Мой парень?

— Иди уже мирись с ним! Бедняга места себе не находит. И скажи, спасибо, что я позвонила тебе на работу! И рассказала, как же сильно ты больна! Может быть тебя даже не уволят!

Глава 11. Взрыв.

Крис подошла к двери своей комнаты. Кто в ней? Очередной преследующий её яркий? Безумный блеклый? А может мракрон в человеческом обличии?

Она открыла дверь. Прямо перед ней стоял Джей. Напряженное лицо, холодный взгляд темно-зеленых глаз. Крис почувствовала, как по ее телу побежали мурашки...

Бездомный изо всех сил старался держать себя в руках, он резко сжимал руки в кулаки, а потом медленно разжимал, тихо выдыхая воздух сквозь сжатые губы.

Крис замерла, оглядывая его с ног до головы, Джей все еще пребывал в образе бездомного, но одежда была совсем другой, теперь он скорее был похож на бунтующего подростка, чем на бродягу. Рваные джинсы, мятая светлая рубашка и темный пиджак с заплатками, который был ему явно не по размеру. Хотя если извалять его сейчас в грязи, возможно он снова станет похож на безумного парня, которого она встретила на улице...

— Я не вернусь в эту школу! — Микки зашёл в комнату, прервав поток её мыслей. Мальчик бросил на Джея презрительный взгляд.

— Вернёшься, конечно! — Кристин словно вышла из оцепенения, — и не будешь больше сбегать.

— Сбегать? — Джей вопросительно посмотрел на Микки. Тот сел на кровать и скрестил руки на груди, — Так ты не похищала ребёнка из школы?

— Я что? — Крис аж поперхнулась от неожиданности, — Нет! Конечно, нет!

— Это меняет дело, — Джей устало потёр лицо, — тяжёлый был день...

Он медленно опустился на пол и сел скрестив ноги. Джейден глубоко вздохнул и посмотрел на Кристин.

— Вы пропали в одно и то же время. Дэбра решила, что ты похитила ребёнка.

— Зачем мне это? Я же вместе с тобой привела его в школу!

— Теперь это уже не имеет значения, прямо сейчас Дэбра переносит школу в другое место. На случай, если ты сдала ярким её местоположение.

В комнату вошла Джессика.

— Кто-нибудь хочет чаю?

— Нет!!! — хором ответили трое, и Джессика поспешила выйти из комнаты.

— Я ушла из школы одна. Микки не было со мной. Он появился только сегодня утром! — Кристин повернулась к мальчику и вопросительно посмотрела на него, — где ты был все это время?

— Я заметил, что ты уходишь. Решил тоже уйти. Но за тобой не успел. Сначала прятался недалеко от интерната. Ждал подходящего момента, чтобы убежать. Потом бродил по парку почти до самого утра — думал, как лучше добраться до дома. И на самом раннем автобусе поехал к Мирае.

— Ты вернулся к Мирае? Но ведь её квартира пуста, — Джей потёр укушенное запястье и немного поморщился от боли в нем.

— Откуда ты знаешь, что Мираи нет в квартире? — и тут Крис побледнела. Ну, конечно — блеклые! Джей рассказал о Мирае кому-то из своих, — это твои друзья с ней расправились?

— Нет, — холодно произнес Джей, — когда я попросил Торсона разузнать о ней, было уже поздно. Её уже забрали. Думаю, сами же яркие. Она помогла блеклому. Этого достаточно для ареста...

Кристин, только сейчас поняла, что блеклые и яркие буквально ведут войну друг с другом. А помощь другой стороне — предательство...

— Что они с ней сделают?

— Откуда мне знать? — устало ответил Джей, — Микки, пойдём, нам пора возвращаться. Пока мракроны не выследили тебя.

Джей встал с пола и взял мальчика за руку, хоть тот и упирался. Но другого выхода не было и Микки поплелся за Джеем. Они были уже у выхода из квартиры, когда Крис осознала, что Джей не зовёт ее с собой. Он просто уходит. Блеклый заметил замешательство на её лице.

— Убегать было необязательно. Я тебе не нянька. Да, я опасен... Но со мной у тебя было больше шансов выжить. И ты сделала свой выбор.

Крис оцепенела. И что это все? Он сейчас уйдёт. А мракроны... и тот мужчина в светлом костюме, они схватят её?

Не успел Джей, шагнуть за порог, как из гостиной послышался визг Джессики. Все вокруг резко поблекло.

Кристин бросилась в гостиную. В окно пролез огромный чёрный монстр. Его острые зубы щелкали, а лапы тянулись к Крис. Джессика лежала на полу без сознания.

"Пулемет! — вспомнила Кристин и побежала к выходу, где бросила портфель".

Джея уже не было. Он не шутил. Теперь Кристин сама по себе. Монстр был уже близко, он шёл прямо на неё. В голове снова послышался голос: "Не бойся, бежать не нужно". Крис сделала над собой усилие и выбросила голос из своей головы. Мракрон хотел схватить ее. Но девушка вытянула руки с оружием перед собой.

— Стой! — громко закричала она.

Мракрон замер...

***

Джейден услышал выстрел. Он ускорил шаг буквально таща за собой Микки. Затем прозвучал второй выстрел.

—Ты и правда не поможешь ей? — мальчик удивлённо посмотрел на Джея.

— Нет. Твоя безопасность мне важнее. Я должен вернуть тебя в школу.

— Она же там... умрёт... По-настоящему... — последние слова он произнёс так медленно и вкрадчиво, будто бы сам пытался это осознать...

Послышался новый выстрел.

— А-а-а, черт! Ладно. Держись за мной и без лишнего героизма.

Джей побежал обратно в квартиру Крис.

***

Кристин смотрела на замершего мракрона. И что дальше? Стрелять? Вдруг в окне показался второй монстр.

Кристин выстрелила в воздух.

— "Стоять"— что было мочи крикнула она.

В голове снова появился голос: "Послушай меня, Кристин. Остановись. Тебе не нужно бежать".

— Пошёл вон из моей головы! — громко закричала девушка и снова выстрелила. На этот раз ранив одного из мракронов в плечо. Его чёрная кровь пролилась прямо на светлый махровый ковёр.

"Только не ковер— промелькнула мысль в ее голове, — Боже, о чем она думает... Ей бы выжить". Раненый мракрон спрыгнул с окна. Крис заметила, что по дому напротив взбираются ещё несколько монстров. Это конец, она попала в засаду.

Кристин не выпускала оружие из рук.

— Джессика, Джессика очнись! — Кристин присела и одной рукой потрясла подругу. Но та не очнулась. Хотя дыхание есть.

Нужно бежать. Но как ей вынести из дома Джессику, она еле сможет поднять её.

Крис готова была выть от безвыходности.

Тут она увидела в окне яркого. Мужчина просто парил в воздухе и смотрел ей прямо в глаза. В голове снова послышался голос "Кристин, ты в безопасности. Сложи оружие". Девушка почувствовала спокойствие, так хотелось верить ему... Она поняла, что медленно опускает руки с оружием.

Нет! Крис напряглась и на этот раз снова смогла избавиться от наваждения. Что это за магия такая, ещё немного и она бы, как заворожённая пошла к нему на встречу.

Мужчина в светлом костюме явно был зол. Его глаза сузились, а скулы напряглись. Мракроны стали прыгать в сторону её окна и заползать внутрь.

Кристин принялась беспорядочно палить по ним из пистолета. Но даже раненые мракроны продолжали двигаться в ее сторону.

И когда один из них уже нависал над ней. Откуда не возьмись появился Джей. Он закрыл собой Кристин и стал стрелять мракронам прямо в головы.

Яркий замер с открытым от удивления ртом. Видимо, он никак не предполагал увидеть здесь Джея.

— Беги! — Джейден подтолкнул Кристин к выходу.

— Я не могу! Джессика!

Крис подбежала к подруге и стала бить её по щекам. Та очнулась и тут же перепугано закричала, увидев, что вся гостиная наполнена монстрами из которых сочится чёрная кровь.

— Скорее, нам нужно уходить, — Крис схватила девушку за руку и потащила за собой.

Джей продолжал отстреливаться от мракронов. Крис заметила Микки, который стоял в коридоре.

— Скорее, пока выход из дома ещё свободен, бежим!

— Джессика, это Микки, иди с ним. Я помогу Джею.

— Что происходит? — Джессика пребывала в полном шоке.

— Объясню всё потом. Бегите.

Джей уже не отстреливался, он дрался с мракронами выбрасывая их из окна. Яркий вдруг направился прямо к нему. Крис выстрелила в сторону мужчины в светлом. Тот увернулся и зло посмотрел на нее. Голос в голове вдруг закричал: "Ты не можешь быть с ним! От него тебе нужно бежать! Глупая!" Крис опешила. Голос в голове продолжал, настаивать на своём: "Беги от него, пока он не узнал кто ты! Ты и сама чувствуешь, что нужно бежать" Крис замерла. В этот раз голос действовал на нее намного сильнее. В себя её привёл только испуганный хриплый крик Джея.

— Уходи, иначе ты погибнешь! Прямо сейчас! Немедленно!

Тут она увидела, что Джейден стал совсем не похож на себя. Его глаза были красными, просто налитыми кровью. Он корчился от боли, но на ногах стоял. Вены на его теле вздувались, словно кровь в нем кипела...

Яркий испуганно смотрел то на Кристин, то на Джея. Мужчина явно не мог на что-то решиться.

— Если не уйдёшь, я сам убью тебя! Быстро! — зарычал Джейден.

Крис поспешила к выходу. Когда она бежала вниз по ступеням послышался жуткий грохот. Похоже было на огромный взрыв. Она было побежала обратно, но тут услышала голос Микки.

— Кристин! Мы здесь! — ниже этажом стоял испуганный Микки, с еще более испуганной Джессикой.

— Что это за звук? — ее подруга была бледной, казалось что в любую секунду она снова потеряет сознание.

— Я не знаю. Быстрее! На улицу!

Когда трое выбежали из дома. Ни мракронов, ни яркого нигде не было. А на месте квартиры девушек зияла огромная дыра, из которой валил чёрный густой дым. И что странно, остальные квартиры остались нетронутыми.

— Н-наша квартира! М-мои вещи! — пропищала Джессика, заикаясь.

— Джейден, — испуганно произнесла Кристин и побежала обратно в дом.

Подбегая к квартире, Крис увидела, что и от двери ничего не осталось.

Она вбежала внутрь. Из-за дыма ничего не было видно, но дыханию он не мешал.

— Джей! Джей! — повторяла она, стараясь не терять надежду.

Она была уже где-то в районе гостиной, когда услышала тихий стон.

— Джей! — Кристин смогла разглядеть, через немного рассеявшийся тёмный дым, очертания мужского тела.

Она подбежала к нему. Джейден был полностью обнажен, но на нем не было и царапинки. Крис не обращала внимания на его наготу. Она взяла его за руку и пыталась нащупать пульс. Хотя кто знает, где именно проходит пульс у блеклых и есть ли он вообще... Джей открыл глаза.

— Ты жив! Слава Богу Но что это было? Куда делись все мракроны?

Джей стал сильно кашлять, а потом приподнялся и сел.

— Со мной все в порядке, где Микки?

— Внизу с Джессикой.

— Нам нужно побыстрее выбираться отсюда... — он встал на ноги.

И только тут Кристин осознала, что на нем совершенно нет одежды. Она невольно покраснела. Джей сделал вид, что ничего не замечает. Среди обрывков закопчённой и искорёженной мебели и других пострадавших вещей он достал обрывок шторы и обернул его вокруг бёдер. После Джейден отыскал и поднял свое оружие. Иномирец посмотрел на Крис, ее рюкзак с пулемётом висел на плече, вряд ли она теперь с ним расстанется.

— Уходим. Если хочешь, можешь идти с нами.

Он быстро пошагал к выходу... Кристин поднялась и поспешила за ним. Все еще ожидая разъяснений по поводу того, что же здесь произошло...

Глава 12 Ночлег.

Джейден, обернутый в обрывок шторы, уверенно вышел на улицу. Как ни в чем не бывало, он подошел к Микки и взял у него свой рюкзак. Достал оттуда запасную одежду и убрал пулемет.

Джессика в панике приближалась к Кристин, ее глаза были широко распахнуты, а нижняя губа подрагивала.

— Что происходит? Что за мерзкие твари лезли к нам в окно? — подруга схватила Кристин за плечи и начала, что было мочи её трясти, — Что с нашей квартирой? Моя комната уцелела?

Крис не знала с чего начать. Джейден спокойно переодевался прямо на улице у дома, не обращая на них никакого внимания. Это снова были рваные на коленках брюки, футболка с разорванным воротом и старая чёрная кожаная куртка. Видимо, запасной обуви у Джея с собой не было, снова будет ходить босиком.

Переодевшись, Джей пошарил рукой в своём рюкзаке и что-то оттуда достал. Он подошёл к Джессике, которая все ещё не могла перестать трясти Кристин и сдул ей прямо в лицо серебристый порошок.

Джес такого совсем не ожидала. Сначала девушка резко замерла, потом её лицо стало спокойным, она улыбнулась и сонно зевнула. А в следующую секунду соседка Кристин потеряла сознание, благо Джейден успел вовремя подхватить её на руки.

— Это тот самый порошок? Так и должно быть? Почему она упала? — Крис сильно переживала за подругу, мало того, что у них обеих теперь нет жилья, так ещё и действие этого странного порошка.

— С ней все в порядке, она немного поспит, а когда проснется, то ничего не вспомнит. Нам не нужны свидетели, — Джей осторожно положил Джессику на скамейку у дома.

Потом блеклый коснулся рукой земли под своими ногами и все вокруг перестало быть таким бледным и тихим, город снова продолжил жить своей прежней жизнью. Крис надеялась на чудо, но на месте их квартиры так и осталась огромная дыра. А под окнами дома стояли покорёженные машины. Это прямо на них с окна падали раненые мракроны.

— Эти разрушения так и останутся здесь?

— Ярким тоже не выгодно, чтобы люди о нас знали. Они вернутся сюда и разберутся. А нам надо быстрее уходить.

— Нам нужно отвезти Микки в интернат?

— Пока нет, боюсь что из-за тебя за нами могут следить. Я ни за что не приведу ярких в школу. Мне надо подумать.

Джей направился к своему мотоциклу. Он посадил Микки перед собой, Крис поместилась позади Джея. И вот они опять неслись на огромной скорости по вечернему Нью-Йорку.

В этот раз Джей снова остановил байк у лавки старьевщика.

— Мы пойдем в бар? С Микки?

— Это не просто развлекательное заведение, тут ещё и ночлежка.

Джей провел их через лавку и они трое спустились в бар.

Сегодня там не было посетителей. Только огромный бородатый бармен, стоял за своей стойкой.

— Джей, дружище, ты вернулся! — Кэрвис был рад видеть Джея, но его глаза были красными, будто он рыдал весь день...

— Теор? — грустно спросил Джей.

— Не стало парнишки, не справился, — по лицу бармена катились слезы. А ведь он не одинокий был, как многие из нас. С сестрёнкой. Только вот недавно, смог её отыскать... И всё...

Джей подошёл к нему и обнял. Кэрвис разрыдался как ребёнок.

Крис стояла в стороне, держа Микки за руку. Она поняла, что речь идёт о том парне, который хотел наброситься на нее в баре...

Ещё несколько минут Кэрвис старался успокоиться, а Джей похлопывал его по спине.

Когда бармен перестал всхлипывать он вдруг заметил, что Джей пришёл не один.

— А это кто здесь у нас? — обратился он к Микки и заплаканный взгляд бармена заметно повеселел. Мальчик сверкнул искрами из глаз, — грозный малый! В нашем полку прибыло, новый боец на нашем фронте! Добро пожаловать!

Микки молчал.

— Нам необходимо жилье, есть свободная комната?

— Для тебя всегда есть, дружище! Проходите, я провожу вас!

Бармен повёл их к дальнему входу в тёмном углу бара. Там находился длинный коридор, вдоль которого располагалось множество разноцветных дверей: красная, жёлтая, синяя, зелёная и т.п.

Кэрвис подвёл их к тёмно-зелёной двери.

— Номер с двумя спальнями, — прохрипел бармен и открыл комнату, — голодные?

— Да, — ответил Джей за всех.

Кристин готова была съесть слона... Да и Микки, не ел больше суток.

— Отлично, попрошу моего нового помощника приготовить что-нибудь особенное. И десерт, для нашего самого молодого постояльца, Кэрвис подмигнул Микки и вышел.

Комнаты напоминали номер в недорогой гостинице. Стены и мебель в простеньких бежевых тонах. В первой комнате находилось все необходимое: диван, маленький телевизор на невысокой тумбе, холодильник, небольшой диван за спинкой которого располагалась двуспальная кровать. На противоположной от входа стене находилась дверь во вторую комнату, она была немного меньше первой. Но в ней тоже был небольшой телевизор, односпальная кровать, рабочий стол и дверь в ванную комнату.

— Это моя комната, — Микки улегся на односпальное место.

— С чего это? — устало усмехнулся Джей.

— А что? Мне спать с кем то из вас на большой кровати? Или вообще занять неудобный диван? Это моя комната!

— Мне все равно, где спать, решайте этот вопрос с Кристин.

Крис не очень хотелось спорить с маленьким блеклым, который имел привычку сбегать, если ему что-то не нравилось. Поэтому она тяжело вздохнула и сказала:

— Пусть будет твоя комната, Микки. Главное больше не убегай.

Джейден посмотрел на Крис с лёгкой ироничной ухмылкой.

"И правда, кто это говорит, она и сама сбежала, — подумала Крис".

Как только взрослые вышли из маленькой комнаты, дверь туда захлопнулась и через мгновение зашумел телевизор.

— Я займу диван, — Джей бросил на него свой рюкзак.

Крис села на кровать, только сейчас она поняла, что не так с этим номером — здесь совсем нет окон...

— Джей.

— Что?

— Что это был за взрыв? Яркий все взорвал?

— Нет, это моя способность... Я живая бомба...

— Что? Как это так?

— Долго все объяснять... — он задумался, будто решая, говорить ли ей правду, а потом все же продолжил, — Если вкратце, могу копить чужую энергию, в основном в сражениях, а потом использовать её для взрыва. Зона поражения зависит от того с кем сражаюсь. Чем сильнее противник и чем дольше я буду с ним сражаться, тем крупнее будет взрыв... У блеклых редко есть способности, которых реально бояться яркие. А мне вот повезло... Разрушать и убивать все, что охватит зона взрыва...

— Ты прям взрываешься? — Кристин вспомнила, как вены на теле Джея вздувались и увеличивались.

— Моё тело нет. Но все вокруг да. Так же, как и моя одежда.

Кристин снова залилась румянцем.

— Энергии от мракронов я получаю слишком мало. Но сегодня появился яркий. Очевидно, что один из высших. Его сил мне как раз хватило на этот небольшой взрыв... Я давно не видел, чтобы яркие сами выходили на охоту. Всю чёрную работу за них делают мракроны... Хотя я уже понял, что ты очень сильно нужна им... Мне вот только одно непонятно...

— Что?

— Почему он не сбежал сразу, как только увидел проявление моих сил? А завис в воздухе, колеблясь, не отрывая от тебя глаз... Мне показалось, ещё секунда и он бросится спасать тебя...

— Спасать меня? Но ведь он меня и преследовал, натравил этих бешеных мракронов...

— Слишком много вопросов, слишком мало ответов...

Джей о чем-то задумался, Кристин очень сильно хотелось услышать его мысли. Он думает о ней? И какие выводы он делает? Зачем она понадобилась ярким?

Джей вдруг упал на пол и забился в конвульсиях. К нему в голову снова влез кто-то посторонний:

— Я и сам все знаю! Это мне решать! — Джей со всех сил бил кулаками по своей голове, — это здесь не при чем! Ты мелкий пошлый извращенец, вон из моей головы и забери с собой свои глупые шуточки!

Вдруг Джей замер и тяжело задышал. Видимо и на этот раз он победил своего невидимого противника, который засел в его голове.

Крис было немного страшно спрашивать его об этом, но Джей сегодня так охотно отвечал на её вопросы, поэтому она решилась...

— А, тот с кем ты постоянно споришь?

— Это не то, о чем я бы хотел сейчас говорить... — Джей поднялся с пола и повернулся лицом к Крис.

Тут девушка заметила, что его нога совсем почернела. Джей поморщился от боли. Кристин вспомнила, что зачем-то прихватила с собой мазь, которую дала ей Мирая. Она где-то в рюкзаке. Крис поспешила найти её.

Джей уже лег на диван, потирая укушенное запястье которое тоже стало чернеть. Когда Крис подошла к нему, задрала штанину и стала быстро втирать средство в почерневшую ногу. Она заранее выдавила мазь себе на руки. А потом девушка резко отскочила от него на пару метров.

Джей немного потерялся от неожиданности.

— Я знаю, что ты не хочешь помощи от ярких, — выпалила она, — но эта мазь и вправду помогает! Смотри, — Крис указала пальцем на то, как уменьшается потемнение кожи вокруг укуса мракрона.

Джей улыбнулся. Крис была готова только к тому, что он разозлиться на нее, поэтому даже стояла ближе к входной двери, чтобы если что выбежать в коридор... Но блеклый совсем не злился.

— А это приятно... Когда кто-то о тебе заботится... — медленно произнес он.

"Неужели о нем, никто никогда не заботился? — подумала Кристин".

Она подошла к Джею и отдала ему в руки мазь:

— И запястье намажь, оно тоже чернеет.

Вдруг Микки выбежал из комнаты:

— Включите скорее телевизор! Там показывают квартиру Кристин.

Джей щёлкнул пультом.

Симпатичный репортёр рассказывал о происшествии с места событий:

— Сегодня в одном из жилых районов Бруклина произошел крупный пожар. Причиной стало нападение неизвестных, которые похитили одну из проживающих здесь женщин, а после подожгли квартиру.

Камера переключилась на зареванную Джессику:

— Моя лучшая подруга... — Джес рыдала во весь голос и громко всхлипывала, — моя Кристин. Они похитили ее...

На экране появилось фото Кристин и фоторобот отдаленно похожий на Джея.

"Все кто видел жертву похищения или ее похитителя, мы просим связаться с нами по номеру..."

— Что?... Да как такое может быть? — от удивления у Крис челюсть отвисла...

Глава 13 Собрание Высших

Мирая сидела на стуле в тёмной маленькой комнате. Помещение походило на небольшую кладовую, здесь не было окон, только один единственный стул и пара офисных стеллажей. В помещении было прохладно и она потирала озябшие руки. Пошли уже вторые сутки, как Мирая была заперта в этом месте. Со смятением она вспоминала события, приведшие ее сюда. Но Мирая не могла поступить по другому. Микки надеялся на ее помощь. Когда она увидела какое количество мракронов окружило ее дом, ей не оставалось ничего другого, кроме как отправить на помощь Мальтифера. Хотя все мракроны подчинялись высшим ярким. Мальтифер был ее маленькой победой, ее первым значимым достижением за много лет работы. Этот мракрон получил какое никакое, но собственное сознание, и мог не подчиняться высшим. Когда её мракрон побежал вперёд, расчищая дорогу для блеклых. Она уже понимала, чем это грозит ей. Но она не могла позволить агрессивным существам схватить мальчика.

Как она и ожидала. Яркие пришли за ней, той же ночью. Их было трое. Хотя с ней справился бы и один. Это были две женщины, одну из них Мирая знала. Знала буквально с самого детства. Кариандра была ее лучшей подругой, пока их взляды на мироустройство не разошлись. С женщинами был молодой человек, он не был ей знаком, но его надменный взгляд сразу выдавал его положение — это он руководит этой операцией... Бежать уже поздно. Да и раньше в этом не было смысла. Высшие яркие в совершенстве владели телепатией, левитацией, гипнозом и множеством других сильных способностей, которые делали их практически всемогущими. Они отыскали бы ее, куда бы она не сбежала.

Поэтому эти трое так легко прорвались в ее квартиру, несмотря на поставленную защиту. Она была достаточно сильным представителем своего вида, но ее силы уступали силам высших. Для них её защитные барьеры не были особой преградой. Мирая видела, как Мальтифер успел припрятать одну из её тетрадей. Она мысленно приказала ему разнести все в маленькой комнате, где она проводила эксперименты, чтобы её исследования не достались высшим. Мирая сдерживала защитный купол вокруг своей квартиры, до последнего, но долго сопротивляться непрошенным гостям она не могла. Кориандра схватила ее в заключающую оболочку и Мирая не могла и пальцем шевельнуть. Мужчина вошел в ее маленькую домашнюю лабараторию, там царил хаос. Он поднял с пола несколько уцелевших дневников и произнес:

— Этого достаточно! Уходим!

Сейчас, сидя взаперти, Мирая прислушивалась к каждому шороху за дверью. Она старалась уловить мысли тех ярких, что были поближе к ней. Но они умело скрывали их. В этом она тоже была сильна, Мирае не раз приходилось прятать то, о чем она думает. Женщина догадывалась, что сегодня её поведут на суд и морально готовилась к этому.

Дверь медленно открылась. Мирая встала, щурясь от непривычно яркого света ламп. Служащий было хотел сковать её, но Мирая заключила себя в прозрачную защитную оболочку:

— Я пойду сама! — женщина гордо подняла подбородок и величественно направилась к выходу.

Служащий кивнул и заторопился следом.

Они шли по коридору большого офисного здания. Огромные окна от потолка до пола вдоль всей стены, открывали просто потрясающий вид на город.

После уничтожения миров Изобилия и Пустоши, просто в одно мгновение, яркие и блеклые оказались на ночных улицах земных городов. Испуганные и растерянные существа, пытались понять — что же произошло? Искали своих родных и близких. Но, к сожалению, спаслась только малая толика их мира. И многим так и не суждено было найти своих близких. Плохо организованные блеклые, разбредались кто куда, их детей увозили в детские дома, а сами они сбивались в небольшие кучки и прятались от людских глаз.

А вот высшие яркие, пользуясь возможностью общаться мысленно на большом расстоянии, быстро организовали своих, они оценили обстановку за несколько часов, нашли и изучили информацию о земном мире и составили план по выживанию ярких в этом мире...

К их счастью, люди не обладали никакими сверх способностями. И захватить управление крупными компаниями не составило труда. По прошествии нескольких лет, все должности в захваченных фирмах занимали яркие. Они могли спокойно обеспечить себя жильём, транспортом и прочими необходимыми вещами.

Мирая и её сопровождающий подошли к дверям лифта. Когда они зашли внутрь. Служащий нажал на кнопку последнего этажа. Они едут на самый верх. Мирая напряглась. Обычно судебные заседания не проходят так высоко. Здесь что-то не так...

Мирая вошла в скромный зал для совещаний. Во главе большого овального стола она заметила руководителя компании, одну из самых уважаемых высших. Это была женщина с медовыми светлыми волосами. Светло-серыми глазами и полными аккуратным губами. Её кожа была белоснежной, слегка покрытой золотистыми веснушками и поблескивала на свету. Когда руководительница заметила Мираю, она ослепительно улыбнулась.

В это время Мирая была в замешательстве, меньше всего сие собрание походило на суд. Здесь были самые сильные и именитые высшие. Что же здесь происходит?

Служащий отодвинул от стола свободный стул и Мирая грациозно присела к остальным. С интересом оглядывая присутствующих, она все ещё терялась в догадках.

Первой заговорила руководитель компании. Возле неё была табличка с именем — Лилана.

Мирая, конечно, и так знала её имя. До краха всего, что они имели, Лилана была одной из самых приближенных к императрице высших. Мирая замерла, внимательно слушая обращенную к ней речь:

— Добро пожаловать Мирая. Мы давно наблюдаем за твоей жизнью в людской мире и не раз предлагали тебе работу в одной из наших компаний, но ты предпочитала оставаться в стороне от общего дела... И мы, в память о заслугах твоего выдающегося прадеда, благородно закрывали глаза на многие твои действия.

Мирая гордо и смело смотрела в глаза Лилане. Чему быть, того не миновать...

— Но некоторые вещи, все же стали переходить все границы. Помощь блеклым? Дорогая, ты осознаешь последствия своих поступков? Что бы сказал твой прадед? Выдающийся высший! Изобретатель вируса беспрекословного подчинения, создатель новой расы — мракронов?

Мирая крепко сжала губы, боясь что из её уст вырвется какое-то ругательство. А вот ее мысли бушевали и скрывать их было все сложнее. Мирая собралась и ответила:

— Величие моих предков относительно. Относительно того, с какой стороны на него смотреть.

— И с чьей же стороны смотришь ты? Твой предок пожертвовал жизнью и почти всей своей семьей ради этих исследований и нашей победы! А ты выступаешь против себя? Против своих?

— Я никогда не была против ярких! И не сделала ничего, чтобы навредить своей расе!

— И помощь врагу, по твоему не вред?

— Помощь любому живому существу, миссия моей жизни, — Мирая резко встала и ударила по столу, — а истребление, отличающейся от нас расы — это преступление...

— Это уже откровенно лишние высказывание, — седой мужчина с густой серебристой бородой и яркими синими глазами, перебил Мираю, — Ты абсолютно не держишься за свою жизнь. Слава твоего деда и уважение к его жертве — это то, что укрепилось в нашем сознании... То что ты его единственный выживший потомок, не даёт тебе права...

— Спокойнее Астрикс, — вмешалась Лилана, — Мирая просто заблудшая яркая душа. А наша задача заботится о каждом ярком, особенно после событий большого взрыва уничтожившего весь наш мир.

Лилана пронзительно посмотрела на Мираю:

— Ты ведь знаешь, что наш мир был уничтожен блеклым?

Мирая молчала. Она прекрасно помнила день сражения блеклых и ярких в столице земель изобилия... Это и так была кровавая бойня, а после взрыва... Мирае было страшно вспоминать об этих событиях и она немного прикрыла веки...

— Опустила глаза, значит знаешь. Знаешь сколько ярких погибло, сколько невинных детей? А знаешь, что весь наш мир уничтожил тот самый блеклый, которому ты помогла!!!

— Микки? — Мирая на мгновение забыла, что помимо мальчика, к ней в тот день пришел ещё один блеклый...

— Речь, конечно не о ребёнке!!! О блеклом, которому ты отдала мальчика! Ты помогала бежать монстру, уничтожившему целый мир. Самому опаснейшему существу из всех известных нам!

Мирая все еще стояла у стола. Её глаза широко открылись, а потом она почувствовала себя дурно. Служащий стоявший неподалёку подхватил её, когда у неё стали подкашиваться ноги, и усадил на стул.

— Я понимаю, что ты не знала, кому помогаешь. Мы тоже были уверены, что этот монстр погиб во время взрыва, — медленно почти пропела Лилана, она явно упивалась тем, как подействовали ее слова на Мираю, — но ты можешь помочь нам. И искупить свою вину перед всеми яркими, которые потеряли своих близких по вине этого монстра.

Мирая подняла на Лилану свои удивленные глаза... Так вот в чем дело, поэтому ее преступления не рассматривает суд. Им всем что-то нужно от нее... Но что?

— Очень важная для нас фигура, сейчас находится рядом с этой бродячей бомбой. Арэн, расскажи что ты видел.

Молодой и очень красивый парень в светлом костюме встал изо стола.

— Мракроны сообщили мне, что обнаружили объект в квартире Мираи. Я поспешил туда, но она ускользнула с помощью неподконтрольного никому мракрона.

— Мальтифер, — прошептала Мирая. Он все еще жив... Она боялась, что яркие убили его...

— После я продолжил поиски с помощью большого количества мракронов и отыскал объект в ее собственной квартире. Она отказывалась идти со мной на контакт, несмотря на мои заверения о том, что она в безопасности.

Арэн недовольно посмотрел на Мираю и продолжил.

— А потом произошло, то чего я никак не мог ожидать. В квартире появился блеклый, я сразу почувствовал, как энергия покидает мое тело. Он собирался снова взорвать всех вокруг. Мне пришлось бежать, иначе я бы погиб. Сейчас объект находится в руках блеклого, уничтожившего наш мир.

Мирая все не могла понять о ком идет речь, что за объект, кого захватил блеклый? Неужели кого-то из ярких.

Тут на большом экране справа появилось фото девушки. Той самой, что пришла к ней в дом, что бы помочь Микки.

— Кристин? Но она же человек! — Мирая сама не заметила, что произнесла это вслух...

— Мы знали, что ты знакома с ней. И раз Кристин сама вернулась в твое жилище, ты смогла заслужить ее доверие. Ты сказала, что готова спасать любую жизнь... Что насчет этой?

Мирая непонимающе оглядывала присутствующих — чего они от нее хотят? Для чего им нужна эта девушка?

Глава 14 Ночное свидание

Ночью Кристин снова плохо спала...

Тихий, но такой знакомый голос, тревожно нашептывал ей: "Беги от него, он твоя погибель!" Из темноты в сторону девушки двигалась знакомая фигура. Это Джей. Крис было побежала к нему на встречу, но чья-то холодная рука схватила ее за плечо.

— Беги, — снова услышала она шепот.

Тусклый свет озарил лицо Джея и Кристин попятилась назад. Глаза Джея были налиты кровью, ноздри раздувались, а губы скривились. Вены по всему его телу вздувались. "Сейчас взорвется", — мелькнула мысль в ее голове.

Кристин в ужасе закричала и побежала прочь.

— Кристин! Кристин! Проснись! — Крис услышала голос Джея совсем близко.

Она открыла глаза. Джейден навис над ней, удерживая за плечи.

— Тебе приснился кошмар? Тебя всю трясло!

Она в страхе смотрела ему в глаза, а потом опустила взгляд на его руки и обнаженный торс. Никаких признаков того, что он взорвется нет. Это просто сон. Но ее все еще подергивало.

— Да, кажется кошмар, — она высвободилась из его рук. Села на кровати, подтянув к себе одеяло и крепко обняв его, словно оно могло ее защитить.

- Обо мне? — Джейден сделал несколько шагов назад, Крис выглядела испуганной и ему не хотелось пугать ее еще больше.

— Что? С чего ты взял? — Кристин быстро перебирала руками одеяло, явно нервничая

— Ты кричала мое имя.

Крис смутилась. Не зная, что сказать ему.

На несколько секунд повисла немая пауза.

— Мне нужно выпить... — Джей направился к дивану.

Несколько секунду он искал что-то в полутьме, нащупав футболку он надел ее и повернулся к Кристин:

— Хочешь со мной?

Она, неожиданно для себя, кивнула и встала с кровати, завернувшись в одеяло. В любом случае она еще долго не уснет после такого кошмара, может ей поможет бокал чего покрепче. Крис нащупала в полутьме тусклой лампы свои брюки, которые висели на спинке стула, и быстро натянула их на себя, прикрываясь одеялом.

Перед выходом она заглянула в комнату Микки. Мальчик спокойно спал в своей кровати. Хорошо, что своими ночными криками она не разбудила ребенка...

Когда они подходили к бару, Кристин ожидала услышать там шум и увидеть других гостей и постояльцев. Но вокруг царила полная тишина. Джей нащупал на стене выключатель и подсветка барной стойки и пара маленьких лампочек осветили стенд с напитками.

— Но ведь бар не работает... может в другой раз...

— Садись. Что будешь пить? — Джейден уверенно прошел за барную стойку.

— Даже не знаю... — Крис нечасто пила алкоголь.

— Виски с колой? — Джейден потянулся за бутылкой.

— Да, думаю можно и так, — тихо сказал Кристин, наблюдая, как он наполняет бокалы.

Себе Джей виски разбавлять не стал. Он пошарил в кармане, достал купюру и положил ее возле кассы. А потом вышел из-за стойки прихватив с собой бутылку, и сел рядом с Крис за баром.

Некоторое время они оба молчали, тишина еще никогда не казалась Кристин такой неловкой. Она не знала, о чем говорить с Джеем, на какие вопросы он ответит, а на какие она не услышит ответа. И хочет ли он сейчас говорить об этом всем или Джей просто решил отдохнуть в тишине... Блеклый молча смотрел вперед, на подсвеченные бутылки.

Крис выпила несколько глотков и тоже стала разглядывать барный алкоголь, как вдруг Джей повернулся и посмотрел на нее:

— Свободно двигаться по городу, ты теперь не сможешь... Тебя ищут.

— Но я просто могу сообщить полиции, что меня никто не похищал... и что...

— Тебя схватят, — Джейден говорил так спокойно, будто происходящее это что-то само собой разумеющееся.

— Кто? Полиция? За что? — быстро проговорила Кристин, широко распахнув свои карие глаза.

— Яркие. Они поняли кто я.

— А кто ты? — выпалила Крис, немного поддавшись вперед ближе к Джею, будто она и правда сейчас сможет узнать какой-то страшный секрет.

— Тот с кем они сами, ни за что бы рядом не сидели... А раз ты им важна.

— Яркий говорил, что мне нечего боятся... Он звал меня пойти с ним... — Кристин опустила глаза, пытаясь рассмотреть узор на полу.

— Может и так. Может это я, тот кого тебе следовало бы боятся.

Крис подняла взгляд. Джей смотрел прямо на нее, по спине девушки побежали мурашки.

— Но... — растеряно пролепетала она.

— Страшно? — Джей грустно улыбнулся, — это правильно, страх – это то, что помогает людям выжить...

— В последнее время, я не уверена, что, кто-то или что-то поможет мне выжить... Кажется, я уже даже начинаю смиряться с этой мыслью, — Кристин обреченно взглянула на полный бокал и опустошила его. В тот же момент она почувствовала, как алкоголь разбежался по ее телу приятным теплом и ей стало как-то чуть-чуть спокойнее.

"Похоже этим вечером, я знатно напьюсь", — подумала Крис про себя, смотря на пустой стакан.

— А вот смирение в этой ситуации, это все равно, что сдаться и опустить руки, — Джей, не спрашивая, снова наполнил бокал, и придвинул его к Крис.

"Определенно напьюсь", — вздохнула Крис и потянулась к бокалу.

А вслух произнесла:

— Я не сдаюсь. Просто, я теперь ни в чем не уверена. Иногда мне кажется, что все происходящее, это какой-то страшный сон. И я никак не могу проснуться...

— Я давно живу в похожем сне, что уже и не надеюсь проснуться, — Джей посмотрел на Крис, а потом вдруг резко встал, подошел к краю барной стойки и негромко включил медленную мелодичную музыку, — потанцуем?

Джей протянул ей руку.

— Но все же спят? И бар не работает?

— Здесь идеально шумопоглощение, иначе, о баре знала бы уже вся округа, — Джей опять улыбался.

Крис неуверенно взяла его за руку. Джей притянул ее к себе и плавно закружил в танце.

Крис чувствовала под ладонью его мощное плечо. Она не забыла, как просто он поднял ее и нес всю дорогу до самой школы-интерната. А с какой легкостью блеклый вырвал из земли огромное дерево...

— О чем ты думаешь?

Крис поняла, что задумавшись она сильно сжала плечо Джея. Поспешно разжав ладонь она пролепетала:

— Ни о чем, точнее, о том, что ты очень сильный... Мне бы быть, такой сильной... Тогда я бы смогла сама защищать себя...

— Моя сила — мое проклятье. Не стоит никому такого желать.

— Ты о том, что взрываешься?

— И об этом тоже.

Они оба замолкли. Медленная музыка закончилась и заиграла известная танцевальная композиция Тейлор Свифт.

Джей проводил Крис за барную стойку, и сделал музыку потише.

— Давно, не танцевал. Захотелось на секунду забыть, о том кто я и кто ты...

— И прожить несколько минут обычной жизни, — продолжила за него Крис попивая свой коктейль из бокала.

В какой-то момент она перестала считать сколько уже выпила. Они с Джеем больше не затрагивали больные темы. А просто болтали как будто бы познакомились в обычном баре. Видимо это было нужно им обоим. Крис была удивлена, кто бы мог подумать, что за этой серьезной и хмурой физиономией, скрывается совсем другой человек. Джей рассказывал ей забавные истории из своего детства. Как однажды, он перепутал свой дом с соседским и решил, что родители просто сделали перестановку и поменяли мебель, пока он гулял. Маленький Джей завалился спать в чужую кровать, а вся деревня в это время отправилась на его поиски. Или как, он дразнил соседскую девчонку, а та зарядила ему ботинком прямо по голове. Потом Джей еще несколько раз приглашал ее танцевать. А во время танца с легкостью поднимал ее на руках и кружил. Кристин было так весело, что она и правда на какое-то время забыла о том, в каком серьезном положении она находится... Куда-то исчезли все переживания о будущем, мысли о кошмарах, о зловещих преследованиях мракронов. Вопросы о том, зачем она понадобилась ярким и об опасностях, которые могли поджидать ее на каждом шагу.

В какой-то момент Крис поняла, что она очень пьяна. Джей убрал все с барной стойки и погасил свет. Выходя из бара Крис споткнулась, но он поймал ее. В его объятьях было так тепло. А его зеленые глаза... Мысли Кристин путались.

Джей подхватил ее на руки.

— Не нужно, я могу идти сама!

— Ты просто не видишь себя со стороны, — Джей тихонько посмеивался, — я и забыл, что алкоголь действует на людей гораздо сильнее.

Он принес ее, к их комнате. Осторожно поставив Крис на ноги Джей открыл дверь и они вошли. Кристин не знала, сколько сейчас времени. А в комнате ни одного окна. Ей тянуло в сон. Она хотела поскорее дойти до кровати, но снова за что-то запнулась. Джей успел удержать ее и снова поднял на руки.

— Я никогда столько не пила.

— Похоже на правду.

— Но мне было весело, — Крис обняла Джея за шею.

— И мне, — Джей поставил ее возле кровати, придерживая одной рукой, а другой откинул одеяло, чтобы она смогла лечь.

Тут вдруг Кристин так сильно захотелось его поцеловать. А когда еще, если не сейчас. Ведь она пьяна, а это то самое время, что бы поступать так, как тебе вздумается. И она прильнула к его губам.

И в туже секунду ее будто окатили ушатом ледяной воды, перед глазами в бешеном темпе стали проноситься мутные, но такие знакомые картинки:

Война. Очень шумно, люди кричат. Кто-то плачет.

Их дом окружен.

Ей нужно сражаться, враг уже рядом.

Ей нужно убить его раньше, чем он убьет ее.

Его лицо... лицо полное ненависти и злости... лицо Джея...

— Фууу, вы тут целуетесь, предупреждать же надо, — они отпрянули друг от друга, Крис увидела, как Микки выглянул из своей комнаты.

Джей ошарашено смотрел на Кристин.

"Он тоже что-то видел? То же самое что и она?"

— Да кто же ты такая? — Джей смотрел на нее и в его взгляде впервые читался неподдельный испуг.

— Я, я не знаю, я что-то видела... Но я не знаю, что это...

Опьянение Крис куда-то исчезло. Ей казалось, что именно сейчас она мыслит, как никогда ясно.

И вопрос о том, кто она, волнует ее ничуть не меньше, чем Джея.

— Да ладно, вам так пугаться, — Микки не понимал отчего их лица были такими перепуганными, — ну поцеловались, подумаешь. Есть кто-нибудь хочет? Как тут завтрак заказать?

Джей вдруг весь скрючился. Снова этот его приступ:

— Нет, хватит! Хватит! Я все это уже видел. Я знаю. Пошел прочь! — тут Джей, вдруг заплакал и затрясся, — Я не виноват, я не виноват.

Приступ отступал, видимо спор внутри его головы закончился. Крис осторожно подошла к нему и положила ладонь ему на щеку. Джей вдруг схватил ее за руку, да так сильно, что она взвизгнула от боли. А на ее глазах появились слезы.

— Кто ты такая? Отвечай? Ты не можешь не знать?

— Но я не знаю! Правда!

Микки вдруг выстрелил взглядом в стену, недалеко от Джея.

— Зачем ты обижаешь ее? Следующий выстрел будет в тебя!

Джей отпустил Крис, та в страхе отпрянула назад, потирая ушибленную руку и вытирая слезы.

— Я... Прости, — Джей поднялся с пола, — я не хотел... Эти приступы... Не подходи ко мне во время них.

Джей не смотрел на нее. Он быстро вышел из комнаты.

Микки подбежал к Кристин:

— Тебе очень больно? Он тебе руку не сломал?

— Все в порядке Микки, не бойся, со мной все хорошо. Думаю это обычный вывих.

— Давай уйдем отсюда? Без Джея. Я смогу защитить тебя. — Микки ударил кулаком в грудь, — Найдем Мираю. Она нам поможет и...

— Микки, со мной все в порядке, я думаю нам пока не стоит никуда уходить.

Крис сама до конца не верила в то, о чем она говорит. Но куда уходить? И где они будут в безопасности? Она не знала.

В комнату вошел Кэрвис.

— Так! Микки, для тебя наш повар приготовил, самый вкусный завтрак, — бородач озорно улыбнулся, — пойдем я отведу тебя на кухню.

Он пропустил Микки в перед, а потом повернулся к Крис:

— Джей, сейчас вернется, спустился в подвал за льдом. И... — Кэрвис замешкался, — он нестабилен чуток... Сама наверное заметила, но такое пережить, как он. Тут любой с ума бы сошел. Не думай, что это он со зла...

Кэрвис вышел из комнаты. А Крис поняла, что она так и сидит на полу и все еще держится за больную руку. Дверь открылась и вошел Джей. Он молча поставил чашу со льдом и аптечку на стул у кровати. А потом подошел к Крис и уже наклонился к ней, чтобы поднять, но она вскочила на ноги.

— Я сама, я и руку обработаю сама.

Джей вдруг стал выглядеть очень виноватым. Он сразу отступил, давая ей самой пройти к кровати. Он сам не понял в какой момент схватил ее за руку. Видения вызванные их поцелуем напугали его так, что даже вызвали очередной приступ. Быть опасным для окружающих — это его проклятье. Он как мог, старался контролировать себя. Но рано или поздно, что-то все равно случалось.

Джей подошел к Крис, которая сидела на кровати и уже открывала аптечку.

— Позволь мне, — он сел рядом с ней и медленно протянул руку, — я должен, хоть что-то сделать...

Крис положила больную руку к нему на ладонь. Джей открыл обезболивающую мазь, быстро и осторожно намазал ее руку. После достал из аптечки большую марлю, завернул в нее лед и приложил к ее запястью.

— Есть хочешь? Или поспишь?

— Есть не хочу. И спать кажется тоже...

— Это только кажется, — Джей помог ей лечь.

И он оказался прав, стоило Кристин коснуться головой подушки, как ее глаза стали слипаться.

Глава 15 Тайная комната

Кристин проспала весь день и большую часть ночи. Проснувшись, она включила свет и посмотрела на часы, висевшие на стене у входной двери. 4 утра. И сна ни в одном глазу. Джея в комнате не было. Крис заглянула к Микки. Мальчика нет, а кровать аккуратно заправлена. Где они, и сколько Кристин проспала? Может Кэрвис выделил Микки отдельную комнату?

Очень хотелось есть. Кристин понимала, что прокрадываться ночью на кухню, как-то не совсем прилично. И она уже смирилась с тем, что ей придется дождаться утра, как вдруг заметила на тумбе рядом с телевизором тарелку с сэндвичами и стакан сока.

"Это другое дело!" Кристин уселась на диван и врубила телевизор, шел повтор какого-то старого шоу, она принялась уплетать свой ранний завтрак.

Рука почти не болела. Крис как могла старалась не думать о видениях, которые появились, как только она поцеловала Джея. Но мысли все равно настойчиво лезли в ее голову: "Что же это было? Возможно она увидела чьи-то воспоминания? Но чьи? Джея? Это вряд ли, ведь она видела его со стороны. А может это галлюцинации? Ведь незадолго до этого, ей снился кошмар про Джея.

Крис доела сэндвичи и попыталась вникнуть в суть телевизионного шоу, чтобы хоть, как-то отвлечься от тревожных мыслей. Но не тут-то было, в коридоре послышался шум разбившегося стекла. Крис решила, что это может быть Джей. Вскочила с дивана и открыла дверь.

— О, прости Кристин, — Кэрвис в раскорячку собирал с пола стекло и разбросанную еду, — решил устроить себе ночной перекус, и вот не вышло, как видишь!

— Ничего страшного, я не спала, — Крис заметила, что у бармена вокруг запястья намотана тонкая железная цепь, — а где Джей?

— Ушел. Сильно переживал, что тебя задел, очень сильно, — Кэрвис говорил об этом с таким виноватым видом, будто это он сам схватил Кристин за руку.

— Это ничего, я все понимаю. Уже не болит. А куда он ушел?

— Повел Микки в школу для блеклых, да и собрался у наших поспрашивать. Вдруг родные мальца живы, — Кэрвис сгребал мусор с пола на поднос, — У него такая крупная родинка на спине. Трудно не заметить. Может, и найдется кто, — А потом бородач тяжело вздохнул, — хотя это вряд ли. Очень мало кто в живых остался... Очень мало...

Кэрвис поднял поднос с осколками и направился в сторону кухни, которая находилась в конце коридора, чуть дальше от входа в бар.

Кристин вернулась в комнату. Она не успела попрощаться с Микки. Ей стало от этого так грустно, что на глазах навернулись слезы. Она рухнула на диван и закуталась в плед.

"Микки не хотел возвращаться в школу - интернат. А что если он снова сбежит? Нужно было сначала обсудить это все, принять правильное решение", — Крис очень злилась на саму себя, как она могла все проспать? Хотя не удивительно, что Джей не стал спрашивать ее мнения относительно Микки. Кто она такая? Никто. Она не имеет права голоса.

Вдруг Крис услышала плач, очень похожий на детский. "Это Микки!" — подумала она. И быстро вышла из комнаты.

Звуки доносились откуда-то слева. Крис поспешила на звук и дошла до самого конца коридора. Но тут глухая стена, посередине которой висит маленькая картина. На ней изображены разноцветные ромбы разных размеров, переплетающиеся в причудливый узор. Ох, уж это современное искусство. Звуки ненадолго пропали. Крис прислушалась. Вдруг звуки стал громче. Но как же так? Кто-то точно плачет прямо за этой стеной! Она огляделась вокруг — ничего подозрительного. Только вот картина висит кривовато. Кристин двинула предмет искусства немного в сторону и тут же в стене открылся проход. За ним темно, но благодаря свету из коридора, она увидела лестницу, ведущую вниз.

"Ну что ж, опять спускаться не пойми куда, — Кристин сделала шаг вперед, — как же Микки забрался сюда? Так сильно не хотел возвращать в школу, что нашел какую-то потайную комнату".

Крис спустилась вниз и вдруг сам по себе загорелся свет. Она охнула от ужаса: посреди почти пустой небольшой комнаты сидела маленькая девочка, привязанная цепями к кольцам, вбитым прямо в стену. Ребенок был очень грязный и растрепанный. Такие проникновенные голубые заплаканные глаза. Девочка будто смотрела прямо ей в душу.

— Я помогу тебе! — Кристин двинулась к малышке, но та в испуге отпрянула.

— Не бойся, я постараюсь тебя освободить. Кристин оглядывала комнату, в поисках чего-то подходящего, чтобы разбить цепи.

Но тут на лестнице послышались тяжелые шаги. В этот темный подвал спускался Кэрвис. Спустя несколько секунд Крис увидела, что он нес поднос с едой.

— Что ты тут делаешь! Уходи отсюда немедленно!!! — Кэрвис был ошарашен присутствием Кристин и чуть не выронил поднос.

— Ты держишь ребенка в подвале! На цепях! Я никуда не уйду без нее.

— Ты не понимаешь! Это яркая! — Кожа Кэрвиса синела и превращалась в камень, — Она яркая! Эти сволочи похищают и убивают наших детей! Ты это понимаешь?!

— Кого из ваших детей похитила эта девочка?

— Что? Что за чушь ты несешь! Она не похищала! Но такие, как она!

— Они поступают ужасно! Но ты поступаешь не лучше!

— Тебе не понять этого! — Кэрвис достал из кармана маленький бутылёк с серебристой пылью, быстро открыл его и махнул рукой в сторону Крис.

Пыль полетела прямо в лицо. В ее глазах потемнело.

***

Крис проснулась от звуков телевизора, шла реклама спортивного бренда. На тумбе все также стояла пустая тарелка из-под сэндвичей. Опять уснула. Сколько она проспала на этот раз? Девушка глянула на часы, ну вот пропустила обед...

Кристин не понимала, отчего ей так тревожно. Тревожнее обычного. Будто она должна сделать что-то важное, и должна сделать это как можно скорее. Но что? Она огляделась. В комнате не было ничего необычного. Реклама закончилась и на экране показали продолжение какого-то фильма, в кадре появился плачущий ребенок. И его плач... Вдруг в голове Кристин появились странные картинки: коридор, картина со странным рисунком, открывшийся проход и малышка в подвале. Крис подскочила. Что это? Сон? Ей снова приснился кошмар?

Крис вышла из комнаты и направилась в конец коридора. Раньше она сюда не ходила, и издалека не видела, что изображено на картине. Да и саму картину не замечала.

"Не может быть!" — Крис увидела рисунок из цветных ромбов.

Либо ее сны вещие, либо это был не сон. Тут Крис вспомнила, что в подвале Кэрвис, достал бутылёк с серебристой пылью, очень похожей на ту, что использует Джей. Ей снова пытались стереть память. Только вот бармен не догадывался, что на нее это почти не действует. Крис понимала, что спуститься в подвал средь бела дня не лучшая затея, как она выведет ребенка на свободу? Кэрвис мог появиться в любую секунду, не стоит ей околачиваться возле входа в подвал.

Крис вернулась в комнату. Но никак не могла усидеть на месте. Что же ей делать? Кристин ходила из стороны в сторону, то лихорадочно потирая ладони, то ежесекундно поправляя волосы. Так, ей нужно собраться! Сейчас главное не привлекать внимания. Не выдать Кэрвису то, что она все помнит. Но сидеть на месте и пялиться в телек это не то, что Крис сейчас может сделать. Из головы никак не выходила испуганная малышка. Кристин еле сдерживала слезы, когда образ ребенка появлялся в ее голове.

"Держись маленькая, я спасу тебя, обязательно спасу! Чего бы мне это не стоило!" — говорила Кристин про себя.

Она и не заметила, как заправила свою кровать и принялась прибирать на диване Джея, аккуратно складывая покрывала и подушки. Ей нужно было чем-то занять себя, а иначе она просто сойдет с ума. Вдруг на полу она увидела аккуратно сложенный листок бумаги. Развернув его, Крис поняла что это письмо от Микки:

"Кристин, мне жаль, что не могу попрощаться. Джей жуткий зануда, не разрешает тебя разбудить. Отправляться нужно прямо сейчас, пока все его друзья могут нас сопровождать. Джей дал мне честное слово, что будет тебя защищать. Только поэтому я согласился вернуться в школу. Если с тобой что-то случится, ему несдобровать! Ты говорила, что мы поможем Мирае. Я верю, что ты мне не врешь. Дай мне знать, когда найдешь ее. Джей обещал передавать мне твои сообщения. Удачи и спасибо за все. Микки."

Видимо записка лежала на тумбе, но упала на пол. Крис и так почти плакала, а после письма Микки и вовсе разрыдалась.

Всхлипывая и вытирая слезы пледом Крис сидела на диване и пыталась прийти в себя. Джей все еще не вернулся, а ей дико страшно встречаться с Кэрвисом. От одной только мысли начинает трясти. А вдруг она не совладает с собой и бородач поймет, что она все помнит? Крис еще больше укуталась в плед, мысленно стараясь успокоить себя.

Тут она подумала, что стоит рассказать все Джею. Они уже встречали ребенка ярких. Джей не напал на девочку и вовсе не выражал никакой агрессии по отношению к ней. Может быть он поможет Крис вернуть малышку ее родителям, пусть они и яркие. Потом Крис вспомнила отвращение на лице Джея, когда Мирая предложила ему свою помощь. Нет... Джей непредсказуем. Крис и так должна спасти ребенка от одного блеклого, а если против нее их будет двое... Тут она серебристым порошком уже не отделается, Джею известно, что она все равно все запомнит.

Но что же ей делать? Крис встала с дивана и снова принялась ходить взад-вперед. Ну почему она опять попала в какую-то непонятную передрягу? Почему Кэрвис не мог быть обычным добряком – другом Джея и все! Почему он оказался похитителем детей?! Что вообще за привычка у всех этих странных существ — Красть детей друг друга!!! Что это за дурдом???

Кристин остановилась и посмотрела на часы. Прошел всего час. А ей казалось что пролетела целая вечность. Тут в дверь постучали и в комнату заглянул Кэрвис, он добродушно улыбался.

— Проснулась, соня? Голодная небось!

Крис на секунду оцепенела, но огромным усилием воли взяла себя в руки и с улыбкой ответила:

— Добрый день, Кэрвис! Я что-то пока не хочу есть. Завтрак был очень сытным. Лучше дождусь Джея, — она очень надеялась, что ее глаза не сильно покраснели от недавних слез.

— Джей, может и не придет сегодня. У него же еще и работы полно, улицы патрулирует, детишек от мракронов защищает.

— Но ведь его ищут, фоторобот даже показали по ТВ.

— А это не в первой для него, он бывалый. Тем более в образе бездомного, еще если и грязью лицо вымазать, то никакого дела никому до него нет!

— Все равно это опасно, лучше бы ему вернуться.

— Не беспокойся, вернется конечно. Ну что, может обед?

— Нет, нет Кэрвис, спасибо. Может немного позже.

— Ну нет, так нет...

Кэрвис закрыл дверь в комнату и Кристин выдохнула. Держать себя в руках было очень тяжело. Она надеялась, что говорила естественно и Кэрвис ничего не заподозрил.

Значит Джей может не вернуться сегодня... С одной стороны это хорошо, она сможет беспрепятственно выйти из комнаты этой ночью. Но с другой, с Джеем Крис чувствовала себя спокойнее. Хоть разумом и понимала, что его непредсказуемость и странное поведение говорят об обратном.

Весь оставшийся вечер Кристин посвятила тому, чтобы продумать план освобождения малышки и их побега. Ребенок был одет в легкое светлое платьице, а на улице уже далеко не лето. Так... у нее есть куртка. Это уже хорошо, малышке она будет как пальто... Но как же ноги? Точно плед! Кристин свернула покрывало и положила его в свой рюкзак, сверху еле уместился пистолет пулемет, она застегнула сумку и снова села на диван.

Как это оптимистично, она собирает рюкзак, будто точно знает, что сможет сбежать с малышкой. Крис понимала, что даже в случае успеха, она проигрывает. Ведь после такого, она уже не сможет вернуться сюда. Джей не захочет больше помогать ей. Кристин придется прятаться самой, а тут велика вероятность, что ее очень быстро схватят... Ну а если она не справится, то скорее всего, падет от рук блеклых, за такое вмешательство в их дела и помощь ярким.

Во что вообще превратилась ее жизнь? Какое отношение она имеет к этому чокнутому параллельному миру и их безумной войне, в которой разменная монета — дети? Может они еще и меряются, кто сколько детей погубил? Даже думать противно...

Пусть Джей считает ее предателем, но Крис не даст невинному ребенку прозябать в темном подвале! Ничем, кроме гибели девочки, это не закончится! Крис наконец-то смогла поймать волну решимости и от этого ее накрыло спокойствием и уверенностью. То что она хочет сделать — правильно! Остальное неважно!

Глава 16 Спасти нельзя оставить!

Кристин надеялась, что сможет вывести ребенка ночью. Но когда вечером она вышла на разведку, дверь соседней комнаты тоже открылась, оттуда вышли мужчина и женщина. Они выглядели довольно обычно, если не знать где находишься, можно было бы подумать, что они такие же люди, как и она сама. Женщина смерила Крис подозрительным взглядом, и пара двинулась ко входу в бар. Кристин пошла за ними и обнаружила, что сегодня там множество посетителей. В коридоре музыку было совершенно не слышно, но как только Крис ступила на порог бара, услышала что играет джаз, а блеклые громко разговаривают. Кэрвис что-то рассказывал парню за баром, тот закашлялся и из его рта вырвались лепестки пламени. Тут окружающие замолкли, заметив незваную гостью, и все как один уставились на нее. Кэрвис посмотрел на замешкавшуюся девушку застывшую в проходе и громко сказал:

— Кристин! Проходи, сегодня для тебя безопасно. Укушенных нет, — он улыбнулся и подмигнул ей.

Крис совсем не планировала оставаться в баре. Но пока здесь столько народа, как ей провести девочку к выходу? Нужно осторожно выспросить у бармена, может здесь есть еще один вход.

Кристин боязливо подошла к бару и заняла свободное место. Нужно было ненавязчиво подвести разговор к ее вопросу, не может же она спросить Кэрвиса об этом прямо в лоб.

— Что будешь пить?

— Я... — Крис занервничала, тяжело сохранять спокойствие в толпе незнакомцев, — я буду колу.

— Ну это не серьезно! — парень сидевший у бара придвинулся к ней, — можно тебя угостить? Кэрвис, давай свой фирменный!

— Нет, нет, не стоит, — поспешила отказаться Кристин, — мне только колы. Я вышла посмотреть не вернулся ли Джей.

Кэрвис отрицательно помотал головой:

— Джей еще не возвращался.

— Подружка Джея — человек. Так не похоже на него, — парень дышащий огнем с интересом рассматривал ее.

— Я не его подружка, просто так вышло, случайно, что... — Кристин не знала, как объяснить незнакомцу, почему она здесь.

— Не приставай к моей гостье, Кортьен, — Кэрвис нагнулся к парню, и продолжил уже шепотом, — подружка, не подружка, но Джей за нее любого порвет. Это я тебе точно говорю.

Кристин стало немного не по себе, с чего это Кэрвис решил, что она так важна Джею.

— От этого, мне становится только интереснее, — Кортьен хитро улыбнулся, — а ты сама знаешь, отчего Джей с тобой возиться?

— У меня есть некоторые предположения относительно этого, — парень навострил уши, — но я не планировала делиться своими мыслями с незнакомцами.

Она повернулась к бармену, решив, что просто постарается игнорировать назойливого блеклого.

— Спасибо за колу, — она взяла из рук Кэрвиса бокал, — у меня с собой нет денег...

— Не волнуйся, Джей внес предоплату, запишу на него.

Кристин отпила из бокала.

— Когда Джей вернется, он пройдет через бар? Тут же нет второго входа?

— Нет, вход только один. А что? — Кэрвис вопросительно посмотрел на Крис, и у нее внутри все сжалось.

— Ну, просто... Передай ему, что я очень хочу поговорить с ним.

— Конечно, передам, если он вернется до закрытия бара, после я уже буду крепко спать, — Кэрвис наполнил бокалы мужчине и женщине, подошедшим к стойке, — не переживай так, с Джеем точно все в порядке.

— Спасибо Кэрвис, я пожалуй вернусь в свою комнату.

— Уже уходишь? — Кортьен ухватил ее за руку, — останься, давай выпьем, у меня столько вопросов.

Крис выдернула руку, будто ошпарившись.

Кэрвис влепил парню подзатыльник:

— Сказал же тебе, не приставай к ней! Иди Кристин, Кортьен у нас немного перепил, не обижайся.

— Все хорошо, — Кристин поспешила выйти из бара и поскорее направилась в их с Джеем комнату.

Закрыв дверь она наконец выдохнула. То что бар сегодня работает, рушит все ее планы. Придется дождаться закрытия, ей не провести ребенка мимо всех этих блеклых. Ситуация осложнялась тем, что звуков из бара совершенно не слышно. Как ей понять, что заведение закрылось и там никого нет?

Кристин остается только ждать. Когда наступила полночь она тихонько вышла из своей комнаты, оказавшись на пороге бара, она увидела, что посетителей значительно поубавилось. Кортьен спал прямо за одним из столов, еще двое блеклых о чем-то громко спорили.

— Не спиться? Может быть бренди? — спросил, заметивший ее Кэрвис.

— Нет, спасибо, я только хотела узнать, не пришел ли Джей.

— Как видишь нет. Ложись спать, он никуда не денется.

Кристин вернулась в комнату. Судя по внешнему виду гостей, бар закроется ближе к двум часам ночи. Кристин то сидела бездумно пялясь в телевизор, то ходила по комнате. Время тянулось мучительно медленно, а ей становилось все тревожнее. Справится ли она? Что ей делать, если их поймают? Кристин проверила внешние карманы рюкзака, ее севший смартфон все еще был с ней, жаль не от чего его зарядить. Если им с малышкой удастся оказаться на улице, поймать такси в этом районе будет довольно сложно. Крис, долго придумывала, как снять с ребенка цепи, они были скреплены небольшим навесным замком, его точно можно чем-то сломать. Не найдя ничего лучше, чем железная ножка стула, Кристин скрутила ее, и положила на тумбу у телевизора

Наконец, наступили заветные два часа ночи. Крис снова подошла к бару. На этот раз там было тихо и темно. У нее совершенно не было денег, а пешком с ребенком на руках, далеко не убежишь. Кристин медленно прошла за барную стойку. Касса была закрыта на ключик, который торчал прямо в замке. Она еще никогда в жизни ничего не воровала. Но сегодня у нее не было времени на муки совести. Она тихонько открыла кассу, и вытащила пару крупных купюр и несколько мелких. Осторожно закрыв все обратно на ключ, она вышла из-за барной стойки и направилась в комнату, там она одела на плечи свой рюкзак, взяла в руки куртку, а после вышла в коридор. Подойдя к стене с картиной Кристин прислушалась. Тишина. Никто не плачет. Остается только, надеется, что Кэрвис не спрятал ребенка в другом месте. Она повернулась назад и убедившись, что за ней никто не следит, открыла проход. Бегом спустившись по лестнице, Крис увидела девочку на том же самом месте. Малышка спала прямо на голом полу. Кристин подошла к ней и тихонько разбудила.

— Тшш, я пришла тебя спасти, только не кричи.

Малышка неожиданно обняла ее.

— Не бойся, все будет хорошо. Как тебя зовут?

Девочка молчала.

Больше всего Крис боялась, что когда она будет разбивать замок, кто-то услышит ее. Но какой у нее был выбор, она стала бить четко по корпусу навесного замка, и меньше чем через минуту он раскололся. Кристин надела куртку на девочку, а потом взяла ее на руки, она была очень худой и легкой. Ребенок явно был истощен. Быстро поднявшись по лестнице Кристин сдвинула картину на место, проход закрылся и они с ребенком поспешили к бару. Стараясь двигаться как можно тише, Крис добралась до выхода, дернула за ручку, но дверь не поддалась. Но на ней нет никакого замка. Как же открыть? Кристин была готова разрыдаться от бессилия, она посадила девочку на пол и стала ощупывать дверь. В кромешной тьме, было практически ничего не видно. Все! Это конец... Дверь не поддается, никаких замков и защелок на ней нет. Им не выйти отсюда. Холодок пробежал по спине Кристи. И что делать? Отнести ребенка обратно? Ни за что! Прятать в их с Джеем комнате? Бессмысленно... Но что тут поделаешь. Она уже собиралась поднять девочку и отправиться в комнату, как вдруг услышала стон и шорох со стороны стола.

— Кто тут? — спросил очень пьяный сонный голос.

— Это Кристин, я хотела выйти... э-э-э... встретить Джея. Но дверь заперта, я уже ухожу. Кристин отошла в сторону загораживая девочку, надеясь, что в темноте ее будет не видно.

— А-а-а, Кристин, не захотела сегодня пить со мно-о-ой, — парень чихнул и бар ненадолго осветился от пламени вырвавшегося у него изо рта.

Это Кортьен.

— Да, извини меня, не было настроения.

— Ладно, беги встречать своего Джея, сейчас открою.

Крис отодвинула ребенка подальше в угол. Шатаясь и цепляясь за все подряд, Кортьен двинулся в сторону выхода, он взялся за ручку и с легкостью открыл дверь.

— Эти двери только для блеклых, тебе не открыть, — Кортьен пошатнулся еле держась за дверь.

Крис схватила ребенка и бросилась через проход к лестнице.

— А кто это с тобой? — услышала она пьяный голос, но отвечать Кристин было некогда, она быстро поднималась на верх, прижимая к себе девочку.

Кристин с малышкой поднялись в заброшенную лавку старьевщика. Молясь, чтобы последняя дверь была не заперта, Кристин бросилась к выходу. К счастью, тут была огромная щеколда, на которую запиралась дверь. Без особых усилий Крис открыла ее и в это же мгновение лицо обдало прохладным ветерком. Так пахнет свобода! У нее получилось! Получилось оказаться на улице!

Прикрыв за собой дверь, Кристин, что было мочи побежала как можно дальше. Через некоторое время, все что недавно было серым, окрасилось яркими цветами. Кристин поняла, что они вышли из зоны охраняемой блеклыми. Она поставила ребенка, сняла рюкзак, достала покрывало и быстро укутала в него девочку. Малышка почти не двигалась, словно это не ребенок, а кукла. Она явно была без сил, а может в добавок и больна.

— Вот, теперь не замерзнешь, — Кристин укутывала девочку одеялом, как можно плотнее, — давай постараемся поймать такси.

Кристин взяла ребенка на руки и побежала вдоль дороги. Надеясь, что мимо проедет такси или любой другой автомобиль. Через несколько метров она увидела машину, которая припарковалась у одного из домов. За рулем была пухленькая женщина. Кристин подбежала к ней и постучалась в окно автомобиля.

— Прошу вас помогите, моя дочь сильно больна. Мой телефон сломан. Вызовите нам такси, умоляю. Нам срочно нужно попасть в ближайшую больницу, — Кристин не придумала ничего лучше, чем поехать мед. учреждение. Там о ребенке точно смогут позаботиться.

Сначала, женщина посмотрела на них с испугом, но потом, увидев лицо девочки, смягчилась:

— Садитесь скорее я вас отвезу!

Кристин открыла заднюю дверь и они сели в машину.

— Огромное вам спасибо!

— Что случилось с вашей дочерью?

— У нее... кажется сильная аллергия, еле дышит. Такое у нас впервые, — Кристин сочиняла на ходу, стараясь не запутаться в собственных мыслях, — Мы живем неподалеку, телефон сломался, соседей не было дома. Я запаниковала, и побежала искать помощь.

— Все будет хорошо, мы уже недалеко от столичного больничного центра.

Глава 17. Больничный центр

Кристин забежала в больничный центр держа девочку на руках. Дальше врать о том, что это ее ребенок нет смысла. Единственное, что ей остается, это сказать правду. Точнее полуправду, иначе и ее захотят вылечить... в психиатрическом отделении. Кристин подбежала к стойке регистрации.

— Прошу помогите мне! Я нашла эту девочку на улице совсем одну!

— Простите мисс, вы нашли ребенка на улице? — полненькая афроамериканка разглядывала их с очень серьезным лицом.

— Да!

— С ней точно не было никого из взрослых?

— Я же говорю, никого не было.

Кристин заметила, как второй администратор, рыжий бородатый парень, набрал номер и поднес трубку к уху:

— Это столичный больничный центр, к нам доставили ребенка, найденного на улице, это девочка, — администратор глянул на малышку, лет 5 - 6, пришлите к нам офицера и службу защиты детей, спасибо.

Кристин с малышкой прошли в зону ожидания, ей пообещали, что ребенка осмотрит первый же освободившийся врач. Ждать пришлось около получаса, а потом к ним подошла медсестра. Она попыталась забрать малышку у Кристин, но та со всех сил вцепилась в свою спасительницу. Тогда ей ничего не оставалось, как только проводить их обеих в смотровую комнату. Крис усадила девочку на кушетку. Нашла пульт от телевизора и включила детский канал. Через несколько минут в палату вернулась медсестра, она принесла горячее одеяло для ребенка. Это было очень кстати, ведь в комнате было прохладно.

"Интересно, где они хранят их, раз приносят такими горячими", — думала Кристин, укутывая малышку.

Спустя еще полчаса ожидания к ним зашла молодая врач, ее русые волосы были завязаны в тугой хвост.

— Представитель опеки задерживается, она должна подписать документы, но мне разрешили провести внешний осмотр, — врач улыбнулась девочке, — не бойся меня милая, меня зовут Джорджиана, а тебя?

Девочка молчала.

— Сколько тебе лет? Можешь сказать или показать на пальцах?

И снова тишина, девочка будто не слышала вопросы, она крепко вцепилась в руку Кристин и сжимала ее все сильнее и сильнее.

— Ну хорошо, давай осмотрим тебя...

Врач улыбалась и смеялась осматривая малышку, пела и пританцовывала, изо всех сил стараясь завоевать ее доверие. Кое-как она все же смогла осмотреть ребенка.

— По внешним признакам все в порядке, заметно небольшое истощение. Я назначу несколько анализов. Детское отделение на третьем этаже, думаю вам лучше пока подняться вместе с ней.

— Хорошо, я не спешу, — Кристин не могла бросить перепуганного ребенка, хотя понимала, что ей нужно поскорее уходить, яркие и их мракроны могут появиться в больнице в любой момент.

Крис вместе с малышкой поместили в отдельную палату, здесь было светло, белые стены и большое окно, оно сразу привлекло внимание ребенка. Не удивительно, ведь она провела бог знает сколько времени в подвале без окон. В палате также был телевизор, холодильник, и специальная кушетка. Медбрат принес девочке еду и небольшого мягкого мишку. Увидев игрушку девочка заулыбалась. Кристин села на кровать рядом с ребенком и стала играть с ней:

— Я мишка Тедди, твой новый друг! — Кристин смешно коверкала голос и двигала медведем, — а ты умеешь говорить? Как твое имя?

Кристин услышала детский шепот внутри своей головы: "Лария".

— Тебя зовут Лария? — произнесла она в слух.

"Да", — ответил все тот же голос.

"Интересно, а она слышит мои мысли", — Кристин с интересом смотрела на ребенка.

"Слышу", — девочка смотрела на Кристин своими большими голубыми глазами и улыбалась.

Кристин немного отпрянула назад от удивления.

Вдруг в коридоре послышался шум и голоса.

— Я думаю девочка знает сопровождавшую ее девушку. Она доверяет ей, — судя по голосу, это была пожилая женщина, — Не похоже, что ребенка нашли на улице.

— А полиция? — Крис услышала голос молодого человека, наверное это медбрат.

— Уже едут, нужно разобраться в этой ситуации, может эта женщина сама похитила девочку, а когда подумала, что ребенок заболел, решила соврать, что нашла ее.

— Мне так не кажется, но это не наше дело, полиция во всем разберется.

— Что здесь за собрание? — третий голос был невероятно мелодичным, но одновременно строгим и холодным, — займитесь своей работой.

В палату вошла высокая темноволосая женщина в белом халате. "Главный врач Оливия Перри" — прочла табличку Кристин.

— Лария... Это ты... — на глазах главного врача появились слезы.

Кристин такого не ожидала и немного опешила. Она, конечно, предполагала, что у ярких могут быть свои люди в больнице, но что их обнаружат вот так, спустя меньше чем пол часа.

Женщина коснулась Ларии, и та стала выглядеть намного лучше, нездоровая худоба пропала, щечки налились румянцем, девочка вся расцвела и улыбалась. Главврач посмотрела, на сидящую рядом с ребенком, Кристин:

— Где ты нашла Ларию? Скажи мне как можно точнее.

— Прямо на улице, недалеко от... — Кристин пыталась выдумать место, как можно дальше от бара, чтобы Джей не пострадал, но в голове был какой-то туман.

— Кто такой Джей? Кого ты покрываешь? Похитителя?

Она читает ее мысли! Черт! Не думать! Не думать! Мысли вдруг пришли в норму вся замутненность рассеялась.

— Умеешь скрывать, то о чем думаешь? Интересно...

Кристин удивленно посмотрела на нее.

— Я не понимаю. О чем вы говорите?

— Ты все прекрасно понимаешь. Не покрывай похитителей ребенка! Они все равно ответят за это, — женщина стала приближаться к Кристин, глядя прямо в ее глаза. Словно пытаясь снова попасть в ее мысли.

Тут девочка бросилась к Крис и загородила ее от Оливии. Несколько секунд врач и ребенок молча смотрели друг на друга.

"Мысленно разговаривают", — Кристин уже ничему не удивлялась.

Лицо Оливии смягчилось, она обратилась к Крис.

— Лария сказала, ты спасла ее, несмотря на опасность для себя. Тебя зовут Кристин, кажется я знаю кто ты...

— Откуда...

— Тебе уже известно, что мы телепаты. Но не известно, что мы не твои враги. Твои враги, похитили эту девочку. И тебе не стоит защищать их.

— Я сама решу, кто мои враги, а кто нет.

— Ты не в состоянии решать. Тебе нужно поехать в наш головной центр. Тебя там ждут уже очень давно.

— Я никуда не поеду.

— Мирая, очень хочет увидеть тебя, она скоро будет здесь, чтобы тебя проводить.

— Мирая? Что вы с ней сделали?

— Что мы могли сделать с ней? Она ведь одна из нас?

— Я видела ее квартиру! То что вы сделали с ее лабораторией!

— Это были не мы, Мирая сама уничтожила свои исследования.

— Что?

— Спроси у нее, если не веришь, она уже совсем близко. Мирая едет сюда вместе с опекуном девочки, только они двое, никаких мракронов. Прямо сейчас она просит, чтобы ты дождалась ее здесь.

— Я не могу остаться.

— Я не стану тебя задерживать, это не принесет плодов. Мы не твои враги и ты не в плену, — в этот момент Лария крепко обняла ее, — советую тебе дождаться Мираю, чтобы узнать всю правду. Насчет полиции не переживай, мы уже сообщили своим людям, тебя не будут допрашивать, Лария передала нам достаточно информации.

Главный врач вышла из палаты.

Что им передала Лария? Джей... Лицо блеклого всплыло в ее голове. Участвовал ли он в похищении ребенка?

"Нет, его я не видела. — Лария снова мысленно говорила с Кристин. Похоже она не только слышит мысли, но и видит образы из ее головы, — я покажу, кто похитил меня".

Кристин увидела, словно в своем собственном воспоминании, как девочка бежит по парку за воздушным шариком. Она оборачивается на группу других детей, воспитатель смотрит в другую сторону. Лария не хочет потерять шарик, блокирует от сопровождающей свои мысли и убегает вглубь лесопарковой зоны, все дальше и дальше. Шар застревает в кустах и ей наконец-то удается схватить его за ниточку. Когда она поворачивается, собираясь вернуться, но над ней нависает Теор.

Кристин сразу узнала блеклого, который накинулся на нее в баре.

Блеклый хватает ребенка. Но тут появляется мракрон. Теор весь покрывается зеленой чешуей и плюет в монстра зеленой едкой жидкостью. Мракрон взвывает от боли, но не отступает. Он кидается на Теора и кусает его. Блеклый выпускает девочку из рук, выругавшись, он прыгает на мракрона и скручивает ему голову. Лария бежит к своим со всех ног, мысленно зовя на помощь, но блеклый настигает ее. Тут воспоминание оборвалось.

Вот значит, как Теор получил свой смертельный укус... Малышку всю трясло, от таких воспоминаний, тут и взрослому будет жутко, не то что ребенку. Кристин обняла девочку.

"Не уходи, я знаю что ты хочешь уйти," — на глазах малышки навернулись слезинки.

— Я не могу остаться, но ты теперь в безопасности. Ты же слышала, что твой опекун уже едет.

— Но ты тоже должна остаться со мной, ты моя... — девочка не успела договорить, но Крис догадалась, что она хочет сказать "спасительница".

Дверь в комнату открылась, вошел медбрат.

— Может быть вам что-нибудь нужно?

— Нет, нет. Нам ничего не нужно.

— Если что-то понадобиться, обращайтесь.

Медбрат вышел из палаты.

— Милая, я очень рада была познакомиться с тобой. Но мне нужно бежать. Я должна предупредить одного человека, о том что ему грозит опасность. — Кристин поцеловала девочку в лоб, — прости меня, мы еще увидимся, я это чувствую.

Очень быстро, чтобы не разрыдаться, Кристин вышла в коридор. Далеко впереди из лифта вышла Мирая, и тот самый яркий, который говорил с ней в квартире Мираи, а потом сбежал, когда Джей стал превращаться в "динамит". Он опекун Ларии?

— Кристин, — она услышала голос Джея.

Повернувшись направо она увидела Джейдена. И блеклый и яркие могли видеть ее, но не видели друг друга. Мирая направлялась в ее сторону, Кристин услышала ее голос внутри головы, и тут стала повторять про себя: "Не думать!" Чтобы они не увидели в ее мыслях Джея.

"Кристин, нам надо поговорить," — голос Мираи был спокойным и твердым.

Джей все еще стоял у входа на лестницу и ждал, когда она пойдет с ним. Кристин замешкалась вспоминая слова главного врача: "Мы не твои враги", "узнать всю правду". Возможно они лгут ей, чтобы заманить в ловушку. А может нет? Но если она останется, то не сможет предупредить Джея о том, что ему нельзя возвращаться в бар, Лария наверняка могла запомнить названия улиц. И теперь там соберется не малое количество ярких и мракронов — это точно. Крис бросилась в сторону Джея. Он взял ее за руку, и они побежали вниз по лестнице.

Глава 18. Воспоминания

После собрания высших Мираю отвезли на одну из квартир, принадлежащих высшим ярким. И, конечно, с ней поехали несколько сопровождающих, высшие не доверяли ей.

Мирая всегда была неким изгоем в своем обществе. Она не поддерживала общую ненависть к блеклым и не считала их угрозой для существования ярких. Она была достаточно образованной, чтобы хорошо знать историю, но она изучала ее не с одной точки зрения. Блеклые жили не так, как привыкли яркие. Но они не были агрессивны и практически не совершали набегов на земли изобилия. Пока яркие сами не пришли к ним. А вот уже после этого и появилась та самая агрессия, о которой трубили из каждого угла.

Будучи своего рода гуманисткой их мира, она желала прекращения вражды и искала пути для мирного сосуществования с блеклыми. Задолго до большого взрыва, уничтожившего весь их мир, она смогла найти сторонников, ее голос и влияние в обществе крепчало. Это не могло не вызывать недовольства у высших ярких, но Мирае повезло родиться во влиятельной семье. Поэтому не так просто было закрыть ей рот. Ее прадеда — выдающегося профессора, превозносили за удавшийся эксперимент над блеклыми. Мракроны были его личным достижением. Несмотря на то, что они и погубили его самого и почти всю его семью. Во время перехода из блеклого в мракрона, подопытные становились более всего агрессивными и неуправляемыми, они и расправились со своим создателем, а точнее мучителем. Выжить тогда удалось только маленькой дочери профессора, которая и была бабушкой Мираи.

В небольшой квартирке, куда доставили Мираю, было две комнаты. Она первым же делом заперлась в одной из них. Теперь ей нужно было немного поспать, чтобы завтра были силы обдумать все, что она узнала на собрании. Но обилие мыслей в ее голове не давали уснуть.

Идея о сотрудничестве с высшими не радовала ее. Мирая ненавидела все то, за что высшие восхваляли ее выдающегося прадеда. И на это, конечно, были свои причины. Однажды, будучи ребенком, Мирая попросила маму взять ее с собой в лабораторию, которая была названа в честь ее прадеда. Тогда она и представить не могла, что это изменит всю ее жизнь. Сначала родители сомневались, не слишком ли она мала для посещения подобного места. Но после решили, что ей будет полезно знать о своем наследии. Маленькая Мирая в тот день одела свой лучший наряд. Мама заплела ее волосы в корзиночку, множеством цветных резиночек. Маленькая девочка жаждала узнать, почему ее семья так важна, что именно сделало ее прадедушку таким знаменитым.

В тот роковой для нее день, они подъехали к большому красивому зданию, в котором было не меньше десяти этажей. "Научный центр имени Глобалиуса Злия" гласила большая золотистая вывеска.

Маленькая Мирая хотела заглянуть в каждый кабинет, поговорить с каждым ученым, ее жажда знаний была необузданной. Сейчас Мирая уже и не помнила, что именно видела в кабинетах нижних этажей, да это сейчас и не важно. А вот десятый этаж она не сможет забыть никогда. Как раз там последователи ее деда пытались усовершенствовать мракронский вирус, они желали чтобы блеклые быстрее становились мракронами после укуса и были более послушны. В узких клетках вдоль стен находились подопытные. Настоящие, живые мужчины и женщины в светлой больничной одежде. Тот ужас и отчаяние, которое она видела в их глазах, остались с ней навсегда. Блеклые или яркие, для нее это не имело никакого значения, будучи ребенком, она не увидела никаких различий между их расами. Но она увидела боль, поразившую ее до глубины души. Именно в тот день, Мирая решила, во что бы то ни стало, она изобретет противоядие, и будет возвращать монстрам человеческие обличия. Но одного желания, конечно, было мало.

Повзрослев Мирая переехала в столицу земель изобилия — Ярдинбург и поступила в лучший научный институт. Родные гордились ею: их малышка пошла по стопам именитого прадеда. Только вот о реальной цели Мираи они и не подозревали. Девушка хорошо умела скрывать свои мысли, ей стало это удаваться еще в раннем детстве. Она в принципе была очень способной и сильной яркой.

Закончив учебу Мирая продолжила изучать мракронский вирус и его влияние на блеклых. Ей даже удалось собрать команду молодых ученых, которым была интересна возможность того, что вирус может быть обратим. Это было бы крупным открытием, и все причастные к нему могли бы сыскать славу выдающихся ученых. Только вот Мирае не нужна была слава. Она хотела лишь помогать блеклым, излечить их от вируса и искоренить его навсегда. И ей повезло быть не единственной, кто хотел этого также сильно. В ее команде был Алан, молодой перспективный ученый, который разделял ее взгляды.

Их команда провела не одну попытку, добиться хоть каких-то малейших результатов, но все было безуспешно. Больше всего Мираю угнетали смерти подопытных мракронов. Она понимала, что если бы не ее ошибки, они могли бы жить. Если их существование можно было назвать жизнью...

Она помнила свой самый тяжелый период, когда мракроны погибали массово, один за другим. И самое страшное, что в тот момент Мирае и ее коллегам удавалось вернуть им зачатки сознания и мракроны начинали понимать, что происходит, осознавали кто они и где находятся. Мирая словно погружалась в свой детский кошмар: эти обреченные глаза, полные страха и боли. Они преследовали ее, не давая нормально спать. Если бы не поддержка Алана, она наверное сошла бы с ума и бросила свои эксперименты.

Но не она одна была полна разочарования... В какой-то момент почти вся ее команда опустила руки, яркие отказывались работать с ней один за другим, уходили в более перспективные исследовательские команды. Алан тогда стал единственным, кто остался с Мираей. Он верил в успех, несмотря на все неудачи, жажда триумфа сияла в его глазах и Мирая, конечно, не могла не влюбиться в эти глаза. Он и без того был хорош собой, рыжие волосы, большие серые глаза, высок и худощав. И, конечно, воспитан и умен. Но все это было лишь приятным дополнением к его способности поддерживать ее, это было бесценно.

Мирая вспомнила, как они были увлечены наукой, ничуть не меньше, чем друг другом. Они были так заняты исследованиями, что даже предложение он сделал ей прямо в лаборатории. Мирая невольно улыбнулась, когда в ее мыслях появился образ Алана неуклюже вставшего на колени и протянувшего ей цепочку и "кулон обещания". (В человеческом мире аналогом такого кулона было кольцо). Вся ее родня была против этого брака. Алан был не из высшего сословия, и даже не из среднего. Такая простая семья не могла удовлетворить аппетиты потомков великого ученого. Никто из них даже не приехал на их свадьбу, но Мирая и не хотела видеть их. Она вообще никого не видела, кроме Алана. Такого яркого, такого талантливого и невероятно убежденного в их успехе.

Он не дал ей опустить руки, вдохновлял на новые исследования и вместе с ней переживал все их провалы. Казалось бы еще немного и они ухватят удачу за хвост...

Тут Мирая почувствовала как по ее щеке предательски течет слеза.

Война. Война началась так ожидаемо и в то же время так неожиданно. Очередное восстание блеклых... Да сколько их уже было... и все подавлены. Их всегда убеждали, что физические силы блеклых — ничто, по сравнению с ментальными силами, которыми обладают яркие. Но такое гонение и притеснение целого народа не могло длиться вечно. Среди блеклых появился настоящий лидер, необыкновенно сильный и ведущий за собой армию разъярённых, уставших от притеснения и издевательств существ. Блеклые прозвали его Лордом бездонной пустоши.

Со всех сторон сообщали о тяжелых боях, огромных потерях, насилии, убийствах и других ужасах войны. Такого яркие еще никогда не видели. Все пророки и мыслители заявлявшие, что блеклые несут погибель для ярких, воспряли в своей правоте. Никто не знал, как остановить происходящее. Не знала и Мирая. О ее взглядах было всем известно, в обществе стали ненавидеть их семью. А ведь в какой-то момент ей казалось, что она сможет достучаться до высших. Но не теперь.

Мирая вытерла слезы.

Алан ушел на войну. Ее добрый, ласковый Алан, противник любого насилия, не признающий политику высших, не поддерживающий угнетение другой расы, отрицающий превосходство одних над другими... Ушел на войну. Ему не оставили выбора. Просто одним днем, всех мужчин на их улице увели воевать... Никто не спрашивал их мнения. Никто не интересовался их взглядами. Никому не было дела до их планов, их мечт и желаний.

Алан погиб в самом начале войны. Мирая сама не знала, как она пережила тот период. Сейчас она пыталась вспомнить, ту себя: абсолютно разбитую, заплаканную, не способную дышать. И все как в тумане. Тогда она не понимала, что ей делать дальше и жила как будто по инерции. Может это была и не она вовсе.

А потом блеклые вошли в столицу. На улице было небезопасно, повсюду слышались вопли, плач и мольбы о пощаде. Мирая была в ужасе. Страх сковывал ее, а чувство безвыходности и обреченности окутывали ее словно цепи. Блеклые врывались в дома, в магазины и больницы, грабили и рушили все на своем пути. Мирая пряталась в квартире на протяжении нескольких дней. Она окутала свое жилище самым мощным ментальным куполом, на который только была способна. Она боялась спать, ведь стоило ей заснуть, как ее защитный купол сразу исчезал. Но как оказалось, все это было бессмысленным. Когда в ее двери стали ломиться захватчики, она не спала. Мирая всем своим нутром почувствовала, как купол разрывается на части. Блеклый рвал его голыми руками. Она и не подозревала, что существуют блеклые с такими способностями. Мирая как могла, старалась воздействовать на пришедших мыслями о мире, добре и милосердии, чтобы снизить их агрессивность, но кто-то из блеклых блокировал все ее силы. Захватчики вошли в ее дом. Мирая вжалась в угол своей комнаты, не в состоянии вымолвить и слова.

— Здесь только женщина, больше никого.

Трое блеклых рыскали по квартире не обращая на нее никакого внимания.

— Заночуем здесь? — один из блеклых с яростью посмотрел на Мираю.

— Нет, успеем вернуться к своим, — ответил голос блеклого, которого Мирая не видела, он был в другой комнате, — заберите все что съедобно и уходим.

Блеклый, яростно смотревший на Мираю, вдруг кинулся в ее сторону, и она уже попрощалась со своей жизнью, как вдруг услышала.

— Не трогать! Это приказ! Собираем припасы и уходим! — грозно скомандовал блеклый, которого Мирая сначала не видела.

— Но Джейден...

— Никаких "но", у нас нет на это времени, — в комнату вошел высокий молодой мужчина, темные каштановые волосы, выразительные скулы и зеленые глаза.

Мирая хорошо запомнила его, ведь тогда он спас ей жизнь. И, конечно, она сразу его узнала, когда встретила в этом мире вместе с человеческой девушкой. Только вот могла ли она предположить, что это и был тот самый блеклый, уничтоживший целый мир? Мирая и вовсе была уверена, что тот, кто в ответе за взрыв — погиб. Знал ли Джейден, что способен на такое? Хотел ли он полного уничтожения всей их цивилизации? Или это была роковая случайность? Почему Кристин была с ним? И зачем она нужна ему? И зачем она нужна высшим ярким? У Мираи не было ответов. Но одно она знала точно — Джей опасен. И из двух зол, девушке лучше выбрать ярких. Поэтому Мирае придется согласиться помочь высшим и убедить девушку покинуть блеклого.

Глава 19 Тайная больница

Кристин была уверена, что они бегут к выходу из здания. Но Джей резко свернул на лестницу ведущую на -1 этаж, уводя ее за собой. Крис успела мельком увидеть табличку "морг". Думать было некогда, она просто бежала следом за Джеем.

В помещении морга было очень холодно, да и в общем обстановочка не самая радужная. Кристин заметила справа несколько кушеток на которых под простынями, очевидно, лежали тела. Кристин постаралась не смотреть по сторонам.

Джей подбежал к стене и прикоснулся к ней рукой.

В стене открылся проход и они вбежали туда.

В какой-то момент Кристин показалось, что она ослепла. Так темно там было. Но потом она услышала щелчок, и ряд тусклых ламп осветили небольшой больничный коридор. Стены здесь были серыми, а лампы в защитных решетках выглядели, как-то зловеще. Из двери напротив вышла молодая обаятельная медсестра. Она строго посмотрела на них.

— Что вы делаете у этого выхода? Хотите чтобы про нас всем стало известно?!

— Прошу прощения, мы заблудились, — Джей крепко держал Крис за руку.

— Основной выход в противоположной стороне!

— Конечно, мы как раз уходим!

Джей направился прямиком к двери, из которой к ним вышла медсестра. Они оказались в общем больничном коридоре, который сильно отличался от поликлиники, где Крис только что была. Здесь было прохладно и как-то мрачновато, несмотря на светлую плитку пола и светло-серые стены. Вдоль коридора были красные скамьи со спинками. На них сидели мужчины, женщины, старики. Из кабинета по правой стороне, вышла полненькая кудрявая женщина:

— Мистер Лоргинс!

— Это я, — со скамьи поднялась пожилая женщина, она громко чихнула и в больнице на секунду погас свет.

— ой простите, МИССИС Лоргинс. Проходите, пожалуйста.

Пожилая женщина тихонько покашляла и вокруг нее засверкали небольшие электрические разряды, она последовала за медсестрой в кабинет.

Крис старалась держаться поближе к Джею и не отставать, здесь было очень много блеклых и смотрели они на нее совсем не по-доброму. Они почти дошли до конца коридора, как с одной из скамеек в их сторону с громким криком бросилась женщина, она покрылась шипами и почти дотянулась до Кристин, но Джей уже на автомате закрыл ее собой и буквально поймал нападавшую. Крис заметила, что ноги женщины сильно почернели. Где-то в толпе заплакал ребенок. Джей успел схватить женщину, но она сильно поранила его шипами из своего тела.

Из кабинета у самого выхода выбежал седой старичок:

— Тут укушенная быстрее! Быстрее! — Откуда-то прибежали двое здоровенных мужчин в белых халатах и схватили женщину.

Из толпы выбежал мальчик в слезах, на вид лет шести - семи.

— Мама! — он хотел кинуться защищать женщину, но Джей вовремя подхватил его на руки.

Врачам удалось скрутить укушенную мракронами. Старичок достал из кармана маленький шприц с полупрозрачной желтой жидкостью и поставил блеклой укол. Она тут же замерла, а потом перестала сопротивляться.

— Уносите в нижнее отделение.

— Мама! Нет! — мальчик вырывался из рук Джея.

Когда женщину перекладывали на носилки, она уже приняла полностью очеловеченный вид, и смотрела куда-то в пустоту, словно не слыша криков сына.

От всего увиденного Кристин еле сдерживала слезы. Одна из мед сестер взяла упирающегося ребенка из рук Джея и куда-то повела.

Врач, заметил раны Джея от шипов:

— Зайдите без очереди, обработаем ваши раны.

— Не стоит, — Джейден было уже двинулся к выходу, но врач загородил собой проход.

— Джей, я знаю о твоем состоянии и то, что ты укушен не означает, что нужно поставить на себе крест. Тебя не было на обследовании уже больше месяца, я думал ты погиб.

Джей тяжело выдохнул: "Хорошо!"

Тут до Кристин дошло, что во всей этой суматохе она не рассказала ему про то, что в бар в любой момент могут нагрянуть яркие. Она уже хотела открыть рот, но Джей взял Кристин за руку и направился в кабинет.

Кристин села на стул, недалеко от кушетки, куда врач усадил Джея. Это был совсем небольшой кабинет. По потолку, на котором не было ни краски, ни штукатурки, проходили какие-то серые трубы. Окон не было, но на стенах и потолке было несколько тусклых светильников. В углу справа от входа, были большие комоды, заваленные бумагами и громоздкими бежевыми папками. На стенах были полки с книгами, несколько картин и небольшое зеркало.

Крис ерзала на стуле, не зная можно ли ей говорить с Джейденом о подпольном баре и ярких при докторе.

Бородатый мужчина подошел к Джею, чтобы осмотреть раны от шипов. Рубашка блеклого была вся в крови. Он снял ее, небольшие, но глубокие раны были на его руках, плече и груди. Кристин заметила, что Джей перемотал второй укус мракрона бинтом. Если приглядеться, то почерневшая кожа немного выглядывала из-под бинта.

— Затягиваются медленнее, чем обычно, — доктор осматривал раны, не обращая внимания на забинтованную руку, — укус мракрона все же действует на тебя. Прошло так много времени, и ты все еще не превратился, чудеса!

Бородатый мужичок взял с медицинского столика небольшой бутылек и ватный тампон. Смочив вату жидкостью он стал обрабатывать раны Джея.

— Как самочувствие? — доктор бросил взгляд на Кристин, — водишь с собой человека, не чувствуешь желания напасть на нее?

— Чувствую...

Кристин невольно вздрогнула от его слов.

— Но укус мракрона тут точно не причем, — и Джей выдавил смешок.

— Все шутишь! — доктор невесело хмыкнул, — а вот мне не до смеха. Если твоя подруга окажется рядом с яркими, и они прочтут в ее мыслях о нашем центре? Об этом ты подумал?!

— Я делаю все возможное, чтобы она не оказалась радом с ними...

— Считаешь это в твоих силах? — доктор закончил обрабатывать раны и убрал бутылек обратно на медицинский столик.

— В своих силах я уверен... — Джей посмотрел на Кристин, похоже он не был уверен в ней...

— Ладно, не выпустить вас из центра я не могу. Надеюсь нашей защиты хватит, чтобы не пустить сюда ярких. Но чтобы я больше не видел здесь людей Джей!

— Я понял тебя Магнер.

— Это хорошо. Дай взгляну на твою ногу.

Джей поднял штанину. Первый укус мракрона тоже был забинтован. Тут врач посмотрел на его руку и заметил черноту выбивающуюся из-под бинта.

— Да чтоб тебя, Джей!!! Второй укус? — воскликнул Магнер.

— Есть немного, — Джей стал разворачивать бинт. Вся кожа вокруг укуса была черная как смоль.

— Но это же верная смерть! Как давно тебя снова укусили?

— Недавно, пару недель назад.

— Это ты называешь это "недавно"? Я не понимаю, как ты вообще остался в живых!

Доктор снял бинт и с почерневшей ноги Джея. Кристин заметила, что укус на ноге стал значительно хуже. В руках она сжимала свой портфель. Мазь! Она даже не подумала выложить ее из рюкзака, когда убегала из бара. Значит она все еще в маленьком кармашке.

Крис достала тюбик, осталось только половина... Но это лучше, чем совсем ничего.

— Джей... — робко произнесла она и протянула ему мазь.

Джей нахмурился, но мазь взял.

— Что это? — доктор был в недоумении.

Джей открыл тюбик и смазал малью укусы. Прямо на глазах чернота стала уменьшаться. А вот глаза доктора только расширялись от удивления.

— Что это такое? Где вы это взяли?

— Подарок от одной яркой.

— От яркой! Что ты несешь Джей! — доктор Магнер был поражен и испуган одновременно, — и даже если так, зачем яркой помогать тебе?!

— Я не совсем понял ее мотивы. Да и брать у яркой мазь не собирался. Но моя спутница, — Джей покосился на Кристин, — более доверчива, чем я. И, как оказалось, на этот раз она была права.

— Это невероятно, оставайтесь здесь. Это должна увидеть доктор Рикенсон, она будет поражена, — он выбежал из кабинета.

Кристин поняла, что ждать больше не имеет смысла, ей нужно сказать Джею, что бар скомпрометирован и что она виновата в этом...

— Джей! В баре опасно! Это срочно, яркие скоро буду там!

— Я знаю. Всех уже предупредил. Они успели покинуть бар и переместиться в более безопасное место.

— Что? Но откуда?

— Я видел, как ты садилась в машину с девочкой на руках.

— Ты знал про девочку... — внутри Кристин все рухнуло: он знал о ребенке в подвале, и ему это было безразлично...

— Нет, — сухо сказал Джей, — пока не увидел ребенка на твоих руках, я ничего не знал. Да и когда увидел, не понял что происходит. Я последовал за автомобилем. Но перед этим отправил сообщение Кэрвису. Он мне во всем признался. В двух словах, конечно. Подробности мне неизвестны. И когда я увидел, куда ты едешь, то понял, что яркие окружат тебя в ту же секунду.

— Почему просто не уехал?

— Ты же знаешь, что для меня уже дело принципа — не дать ярким заполучить тебя. Не важно почему ты им так нужна, я решил победить в этой битве.

— Дело принципа, — тихо произнесла Кристин...

Джей посмотрел на нее каким-то странным взглядом, но ничего не сказал.

— Я думала, ты возненавидишь меня за то, что я выкрала ребенка ярких у Кэрвиса и даже захочешь у...

— Убить? - прервал ее Джей, — если так думаешь, почему не осталась в больнице? Я видел, что туда ехала Мирая... Очевидно, что за тобой.

— Я хотела предупредить... я боялась... за тебя.

— Тебе стоит начать бояться за себя, у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения... — сказал он зло.

— Мне жаль, что я подставила тебя и твоих друзей! Но я бы поступила так снова! Я бы ни секунды не выдержала в том темном подвале, где Кэрвис держал ребенка не одну неделю! Мне все равно, яркая она или "серебристая в крапинку"!!! Она этого не заслужила!!!

Кристин ждала, что Джей разозлится, закричит на нее или еще что... похуже. Но он молча смотрел в пол.

— Я не могу тебя осуждать. Я очень зол, что ты не дождалась меня и не рассказала все... Я бы придумал как поступить... Но кто я такой, чтобы ты могла мне доверять?

— Я доверяю тебе, но я могу доверять только свою жизнь... А рискнуть жизнью ребенка... я не знала, на чьей ты будешь стороне...

— Сейчас это уже неважно. Повезло, что пока никто не пострадал, — Джей потер укушенную руку, — тем более, что я сейчас не способен гарантировать ничью безопасность...

В кабинет вернулся доктор Магнер с ним была глубоко пожилая женщина, она шла очень медленно.

— Это удивительно, Гранлин! — восклицал доктор, — Ты такого еще никогда не видела!

Он подвел женщину к ближе к Джею.

— Посмотри на его укусы. Кожа вокруг только что была чернее ночи! Но эта мазь смогла уменьшить поражение!

Старушка Гранлин медленно достала из нагрудного кармана очки. Надев их она осмотрела руку Джея.

— Гранлин и ведь у него не один укус! Мазь помогает даже в запущенных случаях! — не унимался доктор.

Джей поднял ногу повыше, чтобы доктор Гранлин Рикенсон могла осмотреть второй укус.

Несколько минут она молчала, но потом протянула руку:

— Можно мне немного мази, я хотела бы посмотреть на ее действие.

Джей выдавил мазь из тюбика на руку пожилой женщине. Чернота на ноге пропала не полностью. Гранлин намазала кожу вокруг укуса. И снова, чернота стала уменьшаться. Но не так хорошо, как на руке.

— Невероятно... Но это не панацея... — женщина тяжело вздохнула, — но это то, что могло бы помочь выиграть хоть какое-то количество времени...

— Мазь изготовила яркая, вряд ли она станет нам помогать, — доктор Магнер почесал свой затылок, — да и принимать помощь врага...

— Я могу оставить вам мазь для изучения, — Джей протянул оставшуюся мазь доктору.

Крис чуть не закричала "нет", но вовремя остановила себя. Все же Мирая отдала мазь Джею. И он отдает ее не просто так, а хочет помочь и другим зараженным.

— А как же ты? — Гранлин словно прочла мысли Кристин, — эта мазь — твое время...

— Никто не знает сколько мне отмеряно, похоже я самый стойкий из укушенных за все время существования мракронского вируса, — Джей грустно улыбнулся, — если есть хоть малейший шанс, что вы приблизитесь к созданию лекарства, благодаря этой мази... Она должна быть у вас.

— Мы тоже надеемся на этот шанс.

Врачи бережно убрали тюбик с мазью в стеклянный контейнер.

— Нам пора! — Джей встал с медицинской кушетки, — спасибо за то, что обработали мои раны.

Джей и Крис вышли в больничный коридор. Посетителей в больнице стало только больше. Джей протянул ей руку, она сжала его ладонь и они направились к выходу.

Выход был в конце коридора, достаточно далеко от входа, через который они вошли. Оказавшись на улице, Крис сразу увидела мотоцикл Джея. Выход из больницы для блеклых оказался с обратной стороны Нью-Йоркского больничного центра.

— Яркие могут нас увидеть, — тихо сказала Кристин Джею.

— Не бойся, это самое защищенное место для блеклых, и да оно прямо под носом у ярких!

— Но как?

— Это доктор Гранлинг. Ее способности. Она невероятная. В молодости она одна могла скрыть от ярких целый город. Сейчас с возрастом ее способности уже не те, — Джей садился на свой байк, продолжая рассказывать, — но больницу она в состоянии защитить. Даже если они забредут сюда, то ничего подозрительного не увидят, а если и увидят — забудут. Она защищает и больницу и часть территории прилегающей к ней.

— А зачем было так рисковать? Можно же сделать больницу не так близко к ярким? — Крис усаживалась за Джеем, морально готовясь к очередной поездке "с ветерком".

— Нам нужен доступ к человеческим лекарствам и оборудованию. А яркие захватили управление всеми крупными больницами в этом городе.

— Вы крадете лекарства из больницы?

— Получается так, — Байк сорвался с места и они понеслись, по еще темным улицам, прямо навстречу рассвету.

Глава 20 Дети на заднем дворе

Джей снова привез Кристин к своему дому и они спустились в подвал. Ей повезло, никого из соседей Джея в коридоре не было, возможно они были на задании или спали в своих комнатах. Кристин так устала, что комната и кровать Джея уже не казались ей такими неуютными. Она легла в кровать прямо поверх покрывала и закрыла глаза.

Джей снова достал кучу старой одежды и лег у двери.

— Джей, — тихо произнесла Кристин.

— Что?

— А все кто жил в баре у Кэрвиса, где они теперь?

— Дэбра перенесла школу интернат для блеклых в более безопасное место. Кэрвис, и все кто жил у него, заняли старую школу. Дэбра зря боялась, что ты выдала местоположение школы. Яркие не появлялись там...

— Я и местоположение бара не выдала, это девочка, она показала, где находится бар, а я закрыла свои мысли от яркой...

— Что ты сделала? — резко переспросил Джей немного привстав.

— Я как-то закрыла мысли, и яркая не смогла их прочитать.

— Это невозможно, люди так не могут.

— Но яркая сказала, что не может ничего прочесть. Да и я перестала чувствовать ее в своих мыслях. Еще я мысленно говорила с маленькой яркой...

— Ты уверена в этом?

— Да, со мной что-то не так?

— Нет, просто возможно, ты выбрала не ту сторону, — немного помолчав, Джей тихо произнес, — Спи, у нас на сон всего часа три - четыре. Я подумаю об этом позже.

Что значит не ту сторону? Кристин не давали покоя слова Джея. Но несмотря на бегущие в ее голове мысли, Кристин все-таки уснула.

Сквозь сон Крис слышала, как Джей собирает свою "постель", и нехотя открыла глаза.

— Нам пора, — Джей стоял у дверей.

Кристин ахнула, он был не похож на себя, лицо его было покрыто густой бородой, под носом красовались длинные усы, на голове черная шапка, темная куртка и старые джинсы.

— Тебе тоже не помешает изменить внешность. У нас нашлась мужская одежда небольшого размера, и убери волосы под шапку. Наши фото по всюду, нам нельзя просто разгуливать, как ни в чем не бывало.

Джей отвернулся, чтобы она могла переодеться. Кристин совсем не хотелось выглядеть, как бездомный подросток. Но какой у нее был выбор, последнее время ее жизнь совсем перестала зависеть от нее самой.

Одежда была старой, но чистой, хоть какой-то плюс.

— Пока тебе придется везде следовать за мной. Я не придумал, где ты можешь быть в безопасности, в мое отсутствие. К Кэрвису тебе лучше не приближаться.

— Не очень и хотелось, — ответила Кристин.

Крис взяла свой рюкзак, и они вышли из дома.

Проехав некоторое время они оказались на окраине города. Джей припарковал мотоцикл. И дальше они пошли пешком. Это был уютный район. Несмотря на то, что здесь резко контрастировали новые ухоженные дома с уютными двориками и старые ветхие домики с захламленными дворами. На пути им попалась маленькая церквушка, и похоронная лавка.

На одном из столбов она увидела свое фото и фоторобот отдаленно похожий на Джея. Их действительно разыскивали.

Мимо проехала полицейская машина, Крис отвернулась, чтобы ее не узнали.

Джей остановился на одной из улиц и просто сел на газон. Крис ничего не оставалось, как сесть рядом.

— Зачем мы здесь?

— Патрулируем район. Мои ребята уже здесь. Мы окружили несколько домов по периметру.

— Но почему именно здесь?

— Тут было замечено несколько мракронов. Ищут здесь наших детей. Возможно мы сможем найти первыми.

— А почему вы не смогли забрать своих детей сразу? Как появились здесь?

— После большого взрыва, был хаос. Мы буквально оказывались на улицах города в абсолютно непредсказуемых местах. И это, конечно, не осталось незамеченным для людей. Яркие быстро организовались. Собрали своих. Смогли повлиять на память местных и все успокоилось. А у нас не было возможности связаться друг с другом, так быстро.

— Подожди! А ведь я припоминаю, что лет пять назад, я видела в новостях, что выросло число брошенных детей...

— Да это был именно тот год. На память людей яркие повлияли. Но не заметить на улицах бездомных детей, младенцев и подростков сложно. Тем более никто из них не понимал, где мы все оказались. И до сих пор не знаем почему именно тут. Поэтому большая часть детей блеклых, оказалась в человеческих приютах. Если подростков мы еще можем отличить от людских детей. То вот младший возраст ничем не отличается. Поэтому многие дети буквально затерялись в системе приемных семей.

— А если нам как-то заполучить информацию обо всех детях, которых нашли именно в тот год?

— Мы пытались. Но яркие уже заняли все руководящие позиции, которые только возможно. У нас нет доступа к данным. Они есть у ярких, но они не забирают детей, пока их способности не проявятся. Видимо бояться ошибиться и спутать с человеческими детьми.

— Почему вы думаете, что они убивают детей?

— Потому, что на большее они не способны. Они и до взрыва считали нас угрозой. А сейчас в человеческом мире, где нет людей со способностями. Дети блеклых могут выдать наше существование. А изменять людскую память это сложный процесс. Яркие решили, что им проще избавиться от наших детей и от нас самих. Тогда они смогут спокойно жить в этом мире. И люди никогда не узнают об их существовании. Им не нужна война с людьми.

— Но убивать детей? Думаешь они настолько бессердечные?

— Они не считают нас равными себе. Ты видела мракронов? Яркие превращают нас в монстров и даже не морщатся...

Кристин стало так грустно. Она вспомнила маленькую яркую, которую спасла из подвала Кэрвиса и девочку из того дома, где мракроны напали на жестоких приемных родителей. Они такие же дети, как и малыш Микки, и малыш Джон. Как они вырастают в таких жестоких ненавидящих друг друга существ?

Кристин не нравилось быть частью этого всего. Она вообще не понимала, почему все это происходит с ней. Почему яркие, так хотят чтобы она пошла с ними и почему Джей появляется каждый раз, чтобы спасти ее от них...

Мимо них по узкой мощеной дорожке шла пожилая женщина с большой тележкой. "Горячие обеды для бездомных" - гласила надпись на листке А4, который был криво приклеен скотчем.

Джейден подошел к женщине с тележкой. Та подала ему горячий обед завернутый в фольгу. Они о чем-то шептались.

Кристин подошла ближе. Женщина тут же умолкла и быстро сунула ей в руки обед.

— Я спрашиваю, насчет нее, — тихо сказал Джейден.

— Это очень опасно, — женщина недоверчиво косилась на Кристин.

— Но, у меня нет другого выбора, нужно попробовать обратиться к нему.

— Ладно, ладно, вот адрес, — женщина сунула в руку Джея, скомканный обрывок листа, — но этого разговора никогда не было!

Джей кивнул.

Женщина покатила свою тележку дальше, а Джей уселся на газон подальше от дороги и открыл свой обед. Тень от высокого куста укрывала его от посторонних глаз. Кристин села рядом и развернула фольгу. На контейнере лежала маленькая вилочка. Она открыла обед. Горячие макароны с курицей в сливочном соусе. По вкусу не хуже, чем в ресторане. Джей подал ей маленькую упаковку сока.

— О чем вы говорили? Чей адрес она дала тебе? — Кристин вопросительно смотрела на Джея, который быстро уплетал макароны.

— Хочу отыскать старого друга.

— А кто он? Почему эта женщина не хотела давать тебе его адрес?

— Он немного не в ладах с остальными блеклыми, да и с яркими тоже не особо дружен. Отшельник. Я лишь недавно узнал, что он тоже здесь. Долго считал его погибшим.

— А зачем он нужен тебе?

— Теперь только он согласится помочь мне. Учитывая, кто ты...

— А кто я?

Джей, не успел ответить. Раздался резкий писк его пейджера. Джейден резко отбросил свою еду в сторону.

— Оставайся здесь.

— Что случилось?

— Мракроны нашли ребенка, нужна моя помощь. Оставайся здесь, поняла!

Он бежал на другую сторону улицы. А Кристин замерла не зная, то ли ей продолжать есть свой обед, то ли все же броситься за ним.

Ладно, раз приказано оставаться. Крис собрала контейнеры от обеда и направилась к ближайшему мусорному баку.

Портфель с оружием был за спиной, от этого Крис стало немного спокойнее. Вдалеке она увидела старый заброшенный дом. Почему она не заметила его раньше. Краска у дома была облуплена. В одних окнах треснувшие стекла, а другие и вовсе закрыты фанерой. Двор было плохо видно, вдоль забора росли высокие колючие кусты.

Вдруг, у входа в дом, Кристин заметила мужчину в темном костюме и шляпе. Так одеваются мракроны, когда они в человеческом обличии.

Кристин испуганно огляделась. Джейдена нигде не было. Она выбросила упаковки от их обеда в мусорный контейнер и осторожно перебежала дорогу. Оказавшись у ветхого заборчика, Крис спряталась за кустами. Она стала разглядывать мужчину, который стоял неподвижно. Его пустые глаза смотрели в одну точку.

"Это точно мракрон" — подумала Кристин. И стала обходить забор, все еще прячась за кустами, чтобы найти обзор получше.

В этот самый момент она услышала шаги по пешеходной дорожке и оглянулась. Мимо шла женщина с маленькой собачкой. Она с презрением глянула на Крис и тихо сказала:

"Опять эти бездомные, лезут в дом старика Стертона".

Женщина потянула поводок так, что собачка вплотную прильнула к ее ногам, потом многозначительно "фыркнула" и пошла дальше отвернувшись от Крис.

Да в этой старой рваной одежде, Кристин и не могла вызвать других эмоций. Когда девушка повернула голову обратно во двор дома, мракрона там уже не было.

"Куда он делся?" - Кристин стала быстро обходить территорию дома, двигаясь медленно и прячась в кустах у забора.

За домом, на заднем дворе она увидела двоих детей лет по 8, они во что-то играли.

— А покажи еще раз, — умолял светловолосый паренек, — ну, пожалуйста!

— Ладно, — рыженькая девочка вдруг очень напряглась и у нее за спиной появились красивые сиреневые крылья. Она взмахнула ими и немного поднялась над землей.

— Ты наверное Фея! Как в сказках! — сказал светловолосый мальчик.

— Только это большой секрет, — девочка спрятала крылья, — никто не должен знать.

— Я никому не скажу, — мальчишка все еще заворожённо смотрел на свою подругу, — я тоже хотел бы быть феей. Как это классно!

Кристин заметила, что из-за угла дома за детьми наблюдает мракрон. Он пришел за девочкой! А почему ждет? Боится быть увиденным мальчишкой?

Тут Крис увидела, что поодаль в кустах стоит еще один мракрон. Взгляды обоих были пустыми и отрешенными.

Кристин думала о том, как ей вывести детей с этого злосчастного двора. Но в голову ничего не приходило.

Но тут мракроны, словно по команде вышли на свет.

Дети вскрикнули, мальчишка загородил собою подругу, а девочка испуганно выглядывала из-за его спины.

— Мы тут просто играем! Дедушка Стертон нам разрешает! Он сейчас больнице, но мы играем тут каждый день!

Мракроны молчали, они не меняли своего облика, и все еще походили на людей. Один из них двинулся в сторону детей. Те с криками разбежались в разные стороны. Но мракроны были проворнее. Они в три счета догнали малышей.

Крис не могла больше ждать. Она перелезла через забор, ободрав себе все руки об колючие кусты, и почти кубарем выкатилась на задний двор.

— Отпустите детей!

Мракроны замерли, удерживая все еще вырывающихся ребят.

Тут Крис услышала чьи-то мысли: "Что это? Какой-то бездомный решил заступиться за нас?"

Крис огляделась, пытаясь понять, чьи мысли она слышит. Прямо на нее смотрел светловолосый мальчишка. Она может слышать мысли людей? Крис стояла держа рюкзак перед собой, готовясь достать оружие в любой момент.

Мысленный голос, не заставил себя долго ждать:

"Так, это обычный бездомный. Ну и что, пусть он меня увидит. Ему все равно никто не поверит!"

Тут паренек резко рванул руку и освободил ее от хватки мракрона. Ладонь он направил на второго монстра, и в это мгновение Крис и вовсе опешила, мракрон удерживающий девочку разжал свой захват и завис в воздухе, как тряпичная кукла.

"Это мальчишка сделал? Неужели он Яркий?" — подумала Крис.

"А ты откуда о нас знаешь?" — мальчик зло посмотрел на Крис, — видимо он услышал ее мысли...

— Джоанна, беги! — крикнул паренек девочке, застывшей от ужаса.

Девочка пустилась наутёк. Кристин на секунду растерялась, не зная остаться ей или бежать за девочкой. Но потом, все же бросилась вслед за Джоан.

Девочка бежала маленькими улочками между домов, Кристин еле поспевала за ней. Ну, конечно, она только еще больше пугает ребенка своим видом. Крис сняла шапку прямо на бегу и выпустила длинные волосы.

— Джоан! Постой! — Кристин, совсем запыхалась, вот это скорость у ребенка, — постой! Я хочу помочь.

Но девочка не останавливалась. Пробежав еще несколько метров она юркнула в калитку небольшого, но ухоженного домика.

И вдруг все вокруг поблекло, и Кристин услышала детский крик. Если все блекнет, то кто-то опустил здесь защитный купол, где-то поблизости яркие, ну или блеклые.

Крис вбежала в калитку, за которой только, что скрылась девочка.

Глава 21 Старый друг

Во дворе дома было несколько мракронов. Все они уже лишились своего человеческого обличия, и девочка застыла от ужаса.

Кристин достала из портфеля оружие и направила в сторону монстров. "Что ей теперь делать? Их слишком много".

— Убирайтесь! — громко крикнула она.

Мракроны на удивление стали пятиться назад.

— Пошли прочь, отсюда! Быстро! — закричала Кристин, воодушевившись их отступлением.

Мракроны и правда отступали. Они вновь приняли человеческий облик и пятились к противоположному выходу.

— Я пришла помочь тебе, — Крис обратилась к девочке, не опуская оружия, — я твой друг!

— Кто ты такая? Что вам всем от меня нужно?

— Я помогаю, таким как ты, особенным детям. Спрячься за меня. Мракроны еще не ушли.

Монстры вышли за калитку, и выстроились в ряд прямо вдоль забора. "Почему они отступили?" — недоумевала Кристин. Но обдумывать причины происходящего было некогда.

Крис взяла девочку за руку:

— Бежим!

Но ребенок не сдвинулся с места.

— Я никуда не пойду, это мой дом!

— Ты же видишь, тут сейчас не безопасно!

— Но моя мама! Она скоро вернется!

— Твоя мама умеет летать как ты?

— Нет...

— Значит ей ничего не грозит!

Девочка недоверчиво посмотрела на Кристин.

— Пока ты здесь, твои родители в опасности, эти монстры пришли за тобой!

Крис снова потянула ребенка за руку. На этот раз девочка послушно поддалась и побежала за Крис.

Кристин бежала обратно к заброшенному дому, там недалеко то самое место, где Джейден велел его ждать. Если им повезет, он уже там. Крис постоянно оглядывалась, но хвоста не было. Когда они подбегали к старому дому, дорогу им преградил светловолосый мальчишка.

— Гарри! — выдохнула девочка и бросилась к нему на шею.

— Джоан, тебя не ранили?

— Нет!

Мальчик повернулся к Кристин.

— Кто ты такая?

Волосы Крис были распущены и теперь он понял, что она не мужчина.

— Я просто хочу помочь. Джоан ведь блеклая, а ты, ты...

— Я яркий и что?

Крис торопливо оглядывалась, не появилось ли по близости мракронов.

— Ну если коротко, то такие, как ты, охотятся на таких, как она...

— А что значит, такие, как ты? — Джоан вопросительно посмотрела на Гарри, — что значит яркий?

— Ну тоже немного, как ты, но не совсем. — Быстро проговорил мальчик, а потом снова повернул голову к Крис, — я знаю кто мы, а вот тебя мы не знаем. Я сам буду защищать Джоан!

— И ты справишься? А твои родители? Они позволят?

— Они ничего не знают и не узнают!

— Мракроны все им передадут! Дай мне увести ее в безопасное место!

— Куда?

— Тебе я не могу сказать.

— Но тогда мы больше не увидимся!

— Если мракроны до нее доберутся, вы точно не увидитесь! А если ты не сбежишь, до тебя доберутся блеклые.

— Я сильнее любого блеклого, — гордо выступив вперед прорычал паренек.

— А десятерых? А ведь они уже близко.

Мальчишка огляделся. К счастью ни мракронов, ни блеклых рядом не было.

— Самое лучшее решение — отпустить Джоанну со мной, — я отведу ее к блеклым, они спрячут ее до ее совершеннолетия, а потом вы найдете друг друга.

— Но ты не блеклая! Кто ты такая?

— Я секретный агент! Помогаю детям! Всем! И блеклым и ярким! — сейчас Кристин почти не врала, она и правда помогала всем, кому могла.

— Я пойду с ней, — вдруг сказала Джоан.

— Нет! — Гарри схватил ее за руку.

— Я пойду, не хочу чтобы эти монстры пришли к моим родителям.

— Прощайтесь, и прячься, — резко сказала мальчику, Кристин, — я не уверена, что способна защитить тебя от своры блеклых.

Дети обнялись.

Джоан плакала, а Гарри держался, хотя казалось вот, вот захлюпает носом.

Крис заметила вдалеке Джейдена и еще двоих.

— Беги к старому дому, скорее!!!

Мальчик быстро перескочил через ветхий заборчик и скрылся в зарослях неухоженного сада.

Крис взяла девочку за руку и побежала с ней навстречу Джейдену.

Джей встретил их широко раскрытыми глазами.

— Где ты была? Кто это?

— Блеклая, за ней охотились мракроны.

— Мракроны? И как ты отбила у них ребенка, — прохрипел Ронан, тот что в случае чего покрывался густой шерстью. Ронан подозрительно смотрел на нее, а его тело напряглось, будто сейчас бросится...

— Я...

— Оружие... — перебил ее Джейден, — оно ведь у тебя с собой?

— Как ей могла помочь эта "пукалка"? Мракроны бы вырвали ее у нее в тот же миг!

— Хорошо, что не вырвали, — Джей заметно нервничал, — разберемся с этим позже. Мракроны преследовали вас?

— Нет, они... — но Джей снова не дал ей договорить.

— Отлично, мы попали в засаду, еле оторвались, — он наклонился к девочке, — как твое имя?

— Джоан...

— Мы доставим тебя в школу, для таких же детей, как и ты.

— Но мои родители, они...

— Они не твои родные родители, не так ли?

— Откуда вы знаете? Я сама узнала совсем недавно...

— Там, куда ты отправишься, тебе помогут найти твоих настоящих родных, если они живы. А если ты останешься здесь, то и ты, и твои близкие... все будут в опасности.

— Я уже поняла, — по щекам Джоан катились крупные слезы.

Кристин очень хотела обнять ее и успокоить, но на это не было времени. Торсон уже подогнал автомобиль, и девочка покорно села на заднее сидение.

— Они все, так просто соглашаются уезжать с вами от своих родителей?

— Обычно нет, — грустно ответил Джейден, — чаще это похоже на похищение, а все объяснения мы даем им уже позже. Точнее даже не мы, а в школе...

— Я поняла.

Кариб, Ронан и Торсон уехали с Джоан. Крис еще долго не сможет забыть грустные глаза девочки, которая смотрела из окна удаляющегося от них автомобиля.

Джей и Кристин остались вдвоем.

— Что дальше?

— Моя смена закончилась, — устало проговорил Джейден. Он направился в сторону улицы где они припарковали мотоцикл, — настало время, навестить моего старого друга.

Крис поковыляла за ним, чувствуя себя полностью разбитой и опустошенной.

Но Джей и Кристин, рано расслабились. Когда они были у мотоцикла, на углу улицы появилась Мирая, в сопровождении того самого яркого, который постоянно пытался убедить Кристин идти за ним.

— Мракроны сообщили им, что я здесь, — испуганно прошептала Крис.

— Была здесь, — Джей вскочил на мотоцикл, — Быстрее!

Крис быстро уселась сзади. Мирая и яркий приближались. Она снова услышала голоса в голове.

"Кристин, не беги! Выслушай нас!" — Крис узнала голос Мираи, — "Тебе ничего не угрожает, ничего, кроме того, кто сейчас рядом с тобой!"

Но мотоцикл уже несся по улице, оставляя ярких далеко позади. И голоса их стали утихать.

— Они не напали на нас...

— Побоялись, что могут тебе навредить, ну или думали, что в случае опасности, тебе могу навредить я.

— Они так и говорили...

— Когда?

— Их голоса в моей голове. Я их слышу.

— Эм-м да, — сказал Джей и прибавил газу.

Яркие не преследовали их. Возможно и правда боялись навредить Кристин. Джей несся просто на бешеной скорости. Кристин вся прижалась к нему и не открывала глаз.

— Все хорошо, мы не разобьемся, — повторяла она шепотом, пытаясь успокоить саму себя.

Джей сбросил скорость и Кристин открыла глаза. Они оказались у западных склонов реки Гудзон. Ехали они очень долго, по ощущения Кристин дольше часа. Парк медвежья гора? Почему они здесь...

Джей вдруг остановился, припарковав мотоцикл прямо у обочины, он взял Кристин за руку и повел за собой в густой лесопарк.

Через некоторое время вдали она увидела маленький, одноэтажный, покосившийся домик.

— Сейчас только ничего не бойся, просто иди за мной, — Джей чуть крепче сжал ее руку.

Чем ближе они приближались к маленькому домику, тем холоднее и темнее становилось на улице. Крис вся продрогла. Но это было не самое страшное, за деревьями явно кто-то прятался и наблюдал за ними. По спине у Кристин побежали мурашки.

— Джей, мне страшно, — прошептала она.

— Ничего не бойся и продолжай идти.

Тут Крис заметила, что идут они уже довольно долго, а домик ближе не становится. А вот фигур прячущихся за деревьями становилось все больше. И вот уже совсем стемнело, а холод пронизывал ее насквозь, шорохи за деревьями стали громче, а потом и вовсе послышался жутки вой и вдруг на них из темноты посмотрели десятки красных горящих глаз. Крис закричала и упала на колени, споткнувшись о что-то на земле. Джей выпустил ее руку и исчез в темноте. Пытаясь подняться она оперлась руками о холодную землю, и тут почувствовала что-то твердое и круглое. Крис подняла предмет и поднесла его ближе к глазам, это череп! Она вскрикнула еще громче, отбросив череп в сторону и вся задрожала. Вдруг откуда-то из темноты появились сильные руки, и подняли ее с земли. Она перепугано сопротивлялась и кричала. Но кто-то очень сильный прижал ее к себе держа на руках, как маленького ребенка.

— Крис, это я, — услышала она голос Джея, почему она сразу не узнала его?

— Что происходит? — спросила девушка всхлипывая.

— Все хорошо не бойся, осталось еще немного, я тебя понесу.

Джей нес Кристин на руках, прижимая к себе. Ей стало так тепло и спокойно, и она обняла его шею руками и закрыла глаза. Мирая сказала, что он опасен для нее, но она этого не чувствовала. Напротив, с самого начала, Джей стал необъяснимо притягивать ее. А сейчас на его руках у нее и вовсе появилось чувство, что спустя много лет, она впервые по-настоящему в безопасности.

Тут вдруг Джей остановился и поставил ее на ноги рядом с собой. Вокруг резко посветлело и холод куда испарился. Они стояли прямо на пороге небольшого деревянного, трехэтажного дома. Совсем не того, который они видели вдали.

Джей постучал в дверь.

— Убирайся Джейден! Мракроновский ты подкидыш!

Джей никак не отреагировал и снова постучал.

— Пошел вон! Вонючий проходимец!

Джей продолжил стучать, и каждый раз выслушивать шквал оскорблений. Раз на пятнадцатый, дверь все же открылась. Маленький, скрюченный сердитый старикашка плюнул Джейдену прямо под ноги, а потом прошипел: — Входите.

Глава 22

Войдя в дом, Кристин и Джейден оказались в просторной прихожей с высокими потолками, украшенными резными деревянными фигурами. Деревянные полы, слегка поскрипывали под ногами. Прихожая вела прямо в гостиную. Старик сидел в большом объемном кресле у догорающего камина. Он не был рад видеть Джея, да и на Крис посматривал не по-доброму. Девушка пряталась за спину Джейдена и опасливо оглядывалась. По другую сторону от камина стоял старый диван в мягких оттенках зеленого цвета, на стенах висели замысловатые старинные картины, на них были изображены пейзажи, которых не существовало в человеческом мире. Но Кристин не отпускало ощущение дежавю, оно сбивало ее с толку. По периметру гостиной расположились высокие полки, на которых громоздились книги и прочие мелочи. Еле живое пламя в камине придавало помещению мягкий теплый свет.

Джей бесцеремонно снял с себя куртку и сумку, бросив их на пол у дивана. Кристин хоть и была похожа на бродягу, но манерам была обучена. Когда Джей плюхнулся на диван у камина, она тихонько присела рядом.

— Как-то не рад ты старому другу! — Иди в зад, Джей, — прошипел старик. — Да, и я рад видеть тебя! — Чтоб тебе всю жизнь мракроном жить, — зло проговорил старик, а потом вдруг спросил, — есть будете?

Спустя некоторое время Кристин уже сидела за небольшим круглым столом и за обе щеки уплетала картофельную запеканку. Джейден и его 'старый друг' сидели за этим же столом и напряженно молчали, глядя друг другу в глаза.

— Ну-у, — протянул старик, — что тебе нужно от меня на этот раз?

— Кто она? — Джей кивнул в сторону Кристин, а она от неожиданности чуть не поперхнулась.

— Это я у тебя хотел спросить. Мне-то откуда знать, кого ты притащил, — проворчал старик.

— Это важно, Арен, мне нужно знать, кто она такая!

Старик тяжело вздохнул, а потом неожиданно для Кристин дотронулся до ее лба.

— Человек она, из этого мира и больше не откуда. Если все, тогда чеши отсюда.

— Мракроны за ней по пятам ходят, мысли ярких слышит, самые высшие яркие за ней бегают, но близко не подходят! Человек, говоришь, она?!

Крис даже вздрогнула, когда Джейден так повысил голос. Арен удивлено поднял брови. Потом снова дотронулся до ее лба.

И вдруг Кристин услышала его голос у себя в голове: 'И кто же ты у нас такая?' 'Никто' — подумала Кристин про себя, а потом резко выбросила старика из своей головы.

— Это же... надо же...

— Вы яркий?

— Яркий для блеклых, для ярких – блеклый. Ни то ни се.

Арен все еще внимательно рассматривал Кристин.

— А как это так? — осторожно спросила Крис.

— Долго и умело маскировался, вот и выжил.

— Если у блеклой и яркого рождается ребенок, то его... — Джей не успел закончить фразу...

— Да вы все с какого дуба-то рухнули? Что вам дети то сделали?! — Кристин и сама не заметила, как начала кричать. Похоже все... нервишки не выдерживают.

— Эти законы придумывали не блеклые... — Джей тоже не ожидал такой тирады от Кристин, но быстро взял себя в руки.

— Да... блеклые у нас самые правильные, а главное самые мирные, — вдруг зло сказал старик.

— Не начинай, — Джей закатил глаза.

— Что не начинать? Историю о том, как ты начал войну? Как блеклых полегло столько, сколько и не сосчитать? Я уже про ярких и не говорю! А ведь был у тебя шанс. Императрица у ярких совсем молодая, юная просто, только на престол взошла. Были у тебя моща, чтобы встретиться с ней, мог ты силы тех блеклых направить на то, чтобы случилась эта встреча. А не разбивать весь наш мир в дребезги! И что теперь? А? Лорд?! Бездомный! Но не ты один, все теперь бездомные!

— Я пытался встретится!!! Хоть и не было в этом никакого смысла! Ее, всю ее жизнь в ненависти к нам растили. А ты думаешь, с главой повстанцев она бы так просто встретилась.

Кристин так заслушалась, аж жевать перестала...

— Пытался он встретиться... А их движение за мир между яркими и блеклыми? С ними почему не встретился?

— Встречался. Мало их было, по пальцам пересчитать. Искал я другие пути...

— Плохо искал! Война — последнее дело, худшее решение. Так всегда было. Лучше худой мир, чем добрая война. А теперь что? Уничтожили все, ничего не осталось!

— Да не было у меня выбора! Ты же сам видел! Сколько мракронов шныряло! Откуда они, по-твоему, взялись?

— Знаю я откуда, да и блеклые хороши были, нападали и грабили города ярких, вот и они в ответ. Все хороши. Был лишь один выход — дипломатический. Но ты не его выбрал.

— Если и грабили, то от нищеты и голода. Выбрал я, то, что смог выбрать. Не было у меня других вариантов.

Крис слушала их перепалку с широко раскрытыми от удивления глазами.

— Думал так просто все? Заявитесь прямо на свадьбу императрицы, схватите ее и победа у вас в кармане? А сколько там будет ярких со сверхсилами, ты, конечно, не подумал...

— Думал я. Думал, но просчитался. Откуда я мог знать, что могу впитать столько силы...

— Ты ходячий динамит! Все бесы тебя побери! Тебя даже свои боялись, глупый, несмышленый засранец!

— Да хватит уже! — зло, но устало пробормотал Джейден, — дай нам ночлег. Завтра поговорим.

Кристин проснулась ни свет ни заря несмотря на то, что так поздно заснула. На кухне уже шумели кастрюли. Крис встала с постели. Волосы растрепались, в растянутых штанах и футболке, одолженной ей стариком, Крис выглядела как бунтующий подросток. Она вышла в коридор. Услышала голос Джея и детский плач. Здесь живет ребенок? Крис поспешила спуститься на кухню. Там на сковороде шипела яичница с овощами, а в кастрюле побулькивала молочная каша. Недалеко на высоком стуле сидел удивительной красоты ребенок, и лепетал что-то на своем.

— Проснулась, — Джей был в хорошем настроении, — садись будем завтракать.

— А это сын Арена? — Крис растеряно смотрела на мальчика.

— Нет, — губ Джея коснулась легка я улыбка, — это он и есть.

— В каком смысле? — Крис села за стол, где Джей уже поставил перед ней тарелку с завтраком.

— В прямом, к обеду станет постарше, днем он молод, к вечеру совсем взрослеет, ночью старик, к утру младенец и так по кругу.

Глаза Крис округлились.

— Ну вот такая способность. Редкая очень. Говорят, и не такое еще бывает, если родители блеклый и яркая.

— А как вы…

— Оказались знакомы? — Джей стал кормить мелкого кашей, — он много сделал для блеклых, оказался умен чертенок! Помогал спрятать целые города… Помнишь пожилую докторшу, которую мы видели, Гранлинг. Он создал защитный купол на основе ее сил. И пока яркие не выкрали эту технологию, Блеклые успешно от них прятались. Но, а теперь как видишь, с помощью этого купала удается скрываться от людей. Но, раз и яркие пользуются этой технологией, гораздо сложнее стало скрываться нам самим. Ну вот, когда он стал настолько полезен для блеклых, тогда он и смог жить более открыто. Да и вращался в особых кругах – сильных блеклых, там и познакомились.

— Он сказал ты начал войну…­— Кристин, не могла не затронуть эту тему, хоть и боялась реакции Джея на ее вопрос.

— Я ее не начал. Я тот, кто должен был ее закончить, — Лицо Джея скривилось, будто от боли, он потер рукой у виска, — Но вышло все немного иначе. А я даже не помню этот, не помню последний день существования мира.

Кристин не стала продолжать эту тему. Она помогла Джею убрать на кухне. Он снял ребенка с высокого стульчика и выпустил бегать по полу.

— Но как же он справляется тут один?

— Ну, по началу несколько часов орет в кровати, потому что голодный. Потом немного взрослеет, начинает понимать, где, что, и находит бутылку с молоком, специально оставляет ее себе с вечера. Дальше больше, к обеду он уже способен о себе позаботиться.

— Удивительно…

— Ну а что поделать, сложно, но и к такому привыкаешь… Мальчик и правда рос прямо на глазах. В час дня перед ними стоял красавец парень. Он был молод и силен. У Кристин в голове никак не укладывалось, что старик, мальчик и этот красивый парень это все один и тот же человек.

Теперь Арен был гораздо менее угрюмым и ворчливым, в нем было так много жизни, он то и дело подтрунивал над Джеем и сам же смеялся со своих шуток. Но Джей то и дело, возвращал его к разговорам на серьезные темы. Они сидели в гостиной у разожжённого камина, Арен покачивался в старом кресле-качалке.

— Арен, нам надо понять, как возможно, что у человека есть некоторые способности ярких? Она не может быть ребенком человека и яркого, тогда ей должно быть не больше четырех.

— Согласен, но яркие похожи на людей больше, чем блеклые, может она яркая с очень мало выраженными способностями? Немного недо-яркая, так сказать?

— Никогда о таком не слышал.

— Да, но какие еще варианты? Я чувствую, что она человек, но при этом могу мысленно общаться с ней.

— Я понял тебя, но зачем она высшим ярким я понять не могу. Если способностей у нее практически нет, она не высшая, и скорее всего никак не относится к каким-то выдающимся ярким.

— Ну тут остается только гадать, да и, по сути, она может быть сводной родственницей высшего или вроде того. Ты сам посмотри, какая красивая, люди такими, конечно, бывают, но часто ли…— Крис, молча хлопала глазами, говорят о ней так, будто она их речь не понимает, — А то, что считает себя человеком… После взрыва память потеряла, например.

Тут уже Кристин не выдержала и вмешалась:

— Ничего я не теряла. Помню себя с двух лет - просто прекрасно. Могу почти всю свою жизнь вам пересказать.

Арен и Джей переглянулись.

— А ты ведь друг мой Джей, не сейчас понял, что она возможно яркая, а гораздо раньше. И все возишься с ней, защищаешь, до дома моего на руках ее нес. Интересно… — Арен, с любопытством посматривал на Джея своими красивыми блестящими глазами.

— Отвали, Арен, мне не до твоих шуток.

Джей подал Кристин чашку с чаем, к которой она потянулась, их пальцы ненадолго соприкоснулись, и они встретились взглядами. По коже побежали мурашки. Кристин скорее взяла чашку и поднесла к губам.

Арен хмыкнул и подмигнул Кристин. Та почувствовала, что к щекам приливает румянец.

Она не понимала, какой смысл был в их странных обсуждениях, ведь ей было абсолютно очевидно, что она не может быть никакой яркой, если только яркие не имели способности и раньше перемещаться в этот мир, и каким-то образом она потомок одного из них. Но такая версия даже не обсуждалась.

К позднему вечеру, Арен смотрел в зеркало и причесывал поседевшие волосы, он был относительно стар, но все еще очень красивым мужчиной. Но в том, что он был одинок не было ничего удивительного, с его странной способностью, вряд ли он с легкостью мог заинтересовать женщину… Не каждая сможет привыкнуть к такой перемене возраста в течение суток.

Кристин вышла на улицу, в окрестностях дома можно было прогуляться, купол, скрывающий жилище Арена был достаточно большим. Кристин пошла вперед, опавшие листья хрустели у нее под ногами, она задумалась, и просто двигалась дальше, иногда преодолевая небольшие спуски, вдруг она услышала приближающиеся шаги. Крис обернулась, к ней шел Джей, а дом виднелся так далеко. Неужели она так далеко ушла?

— Еще немного и ты выйдешь за купол, — Джей стоял на возвышении, он протянул ей руку, чтобы помочь подняться, — нам лучше вернуться.

— Хорошо.

Джей притянул ее к себе. Он смотрел на нее так близко…

Почему ее глаза кажутся такими знакомыми? Почему его к ней так тянет, будто все, кроме нее, в его жизни лишь пыль? Поэтому он так не хочет отпускать ее, даже понимая, что у ярких ей ничего не угрожает?

Кристин смотрела на него не отводя взгляда. В полутьме одинокого фонаря его глаза так блестели. Кристин вспомнила те видения, во время их первого поцелуя, тогда эти глаза взирали на нее с ненавистью. Ей стало так больно. Могла бы она выдержать, если бы он возненавидел ее? Одна мысль об этом пугала ее. Видимо этот страх отразился на ее лице.

Джей резко отдалился, отпустив ее руку:

— Я чем-то напугал тебя?

— Нет, совсем нет, я просто подумала… это не важно… Ни о чем. — Она сделала шаг к Джею, взяла его под руку, — давай пойдем обратно, тут прохладно.

Крис вышла без куртки, и действительно немного озябла.

Джей вдруг остановился, повернулся к ней, снял свою куртку и накинул на ее плечи. За края куртки он притянул ее к себе, снова слишком близко. От его приятного запаха закружилась голова. Поцелуй. Такие теплые губы. Она обвила его шею руками. Он обнял ее за талию и приподнял. На этот раз видения настигли ее не сразу, она успела насладиться мгновением. И вдруг: она смотрит на белоснежный пол, яркий, который преследовал ее, лежит на полу, по его плечу течет кровь, вокруг множество цветов и все они покрыты каплями крови.

Крис, отпрянула от Джея. Он не выпустил ее из объятий и смотрел на нее сощурившись.

— Что ты видишь?

— Я? Ты тоже что-то видишь?

Джей кивнул. Крис попыталась отдалиться от него насколько это возможно в таких объятиях. Джей сразу же поставил ее на землю и немного отдалился.

— Я вижу странные картины, но не узнаю ничего из происходящего, — ответил Джей.

— Я тоже… вижу нечто странное, — Кристин не хотелось говорить, что она видела Джея, который смотрел на нее с ненавистью.

— Похоже, чтобы досмотреть это кино, нам нужно целоваться дольше, — Джей усмехнулся, — но тогда я не уверен, что все ограничится только поцелуем.

— Тебе кажется это смешным? — Крис вся залилась румянцем, — почему так происходит? Что с нами не так?

— Со мной все не так, а вот что с тобой я не знаю.

Он подошел ближе, но Крис резко отстранилась.

— Не знаю, что ты там видишь, но то, что я вижу, не кажется мне смешным.

Крис повернулась чтобы отправиться к дому, но Джей поймал ее руку, притянул к себе и мягко обнял.

— Прости, — прошептал он, — шутки и правда неуместны то, что происходит, пугает и меня.

Кристин замерла в его объятиях, так тепло и спокойно, будто бы все плохое уже позади.

По дороге к дому ее догнала мысль о том, что он поцеловал ее чтобы увидеть продолжение своего видения… Вот же… А она уже напридумывала себе. Что же видит в этих видениях он, тоже что и она? Или что-то другое?

На следующий день после обеда, все трое снова собрались в гостиной.

Джей продолжал обсуждать с Ареном различные теории ее происхождения и что делать дальше. Крис, как и прежде, слушала их разговор с некоторым недоумением.

Тут пейджер Джея запищал. Он достал его и читая стал изменяться в лице.

— Что случилось? — Кристин потянулась к нему, надеясь увидеть, что написано на устройстве.

— Мракрон нас раздери, — Джей вскочил и бросил пейджер в угол комнаты, он разлетелся на куски.

Арен спокойно встал с кресла, собрал кусочки, пейджера:

— Я починю, — а потом, будничным тоном спросил, — убить ее хотят?

Джей кивнул. Крис застыла от ужаса.

— Ну это не удивительно, учитывая, кто она… Зря ты отдал бразды правления шайке Ронана, я предупреждал тебя…

— Как бы не отдал? Сколько моих людей выжило? По пальцам пересчитать. Кто бы меня поддержал?

— Ты хоть и не лучший правитель, по моему мнению, но Ронан, серьезно? Хуже него никого не придумать. И много ли поддержки тебе надо было, с твоими способностями? А теперь как разгребать?

В голове Кристин лихорадочно роились мысли: Ее приказали убить? Бежать? Куда? Кто приказал? Он убьет ее прямо сейчас? Он может ослушаться приказа? Он захочет ослушаться?

Тук, тук, тук — детальки сломанного пейджера тихонько стучали о столешницу, но звук гулом отдавал в ее голове. Арен, медленно сложил все кусочки устройства на журнальный круглый столик. Время будто замерло.

Глава 23

— Ну что? Закопаем её во дворе? — весёлый голос Арена вернул Кристин в настоящее. — Хотя её и убивать не придётся. Смотри: от страха вся побледнела и, кажется, даже не дышит.

Кристин растерянно посмотрела на него.

— Та-а-к, я заварю нам чаю. — Арен улыбнулся ей, будто происходящее было самой обычной утренней суматохой.

Кристин всё ещё не могла прийти в себя.

— Джей, да хватит уже мельтешить. Остановись! — прикрикнул Арен на Джея, который быстро ходил по комнате из угла в угол.

— Не мешай, Арен. Я думаю.

Вдруг Джея снова всего скрутило, голоса в его голове опять пытались взять над ним верх, он закричал от боли.

Кристин едва не бросилась к нему, но Арен остановил её жестом.

— Лучше не трогай его, он очень сильный и может случайно навредить тебе.

— Давно у него эти приступы? — спросила Кристин, надеясь, что Арен наконец объяснит, что происходит с Джеем.

— Приступы начались после большого взрыва. Наши врачи не знают, что с ним и чьи голоса он слышит.

Джей распрямился, лежа на полу. Он все еще держался за голову и тяжело дышал.

— Так переживаешь за него, что уже забыла про приказ убить тебя? — Арен прищурился.

— Интересная вы пара. Очень интересная.

— Мы не пара.

Арен усмехнулся и вышел на кухню.

Джей поднялся с пола, отряхнулся и потряс головой из стороны в сторону.

— Здесь безопасно. Тебе придется остаться у Арена, пока я во всем не разберусь. Я не дам им убить тебя, не разобравшись.

— А разобравшись? Дашь? — Кристин грустно улыбнулась.

— Сделаю все, что в моих силах, а там видно будет.

— Ну или останешься со мной навсегда, — Арен вернулся с мятным чаем и озорно подмигнул. — Вы же с Джеем не пара. Будешь моей девушкой? Я всё равно всегда в бегах, ты тоже в бегах. Мы идеально подходим друг другу.

— Заткнись уже, Арен! — огрызнулся Джей.

— Сам заткнись, говнюк. Иди уже разбирайся со своей сворой, пусть твоя «не пара» пока у меня живет. Ко мне вряд ли кто-то сможет добраться. Как же ты бесишь меня своей инфантильностью.

— Достаточно, Арен! — Джейден сжал кулаки.

— Соберись уже, Джей! Не будь тряпкой! Хватило смелости собрать армию и пойти войной — будь готов разгребать последствия своих решений.

Арен протянул Джею собранный пейджер. Джей выхватил его и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стены.

Кристин так и осталась сидеть на кушетке в гостиной, будто превратилась в каменное изваяние.

Ситуация становилась всё хуже. Её преследовали мракроны и яркие. Её искала полиция. А теперь на неё охотились ещё и блеклые — потому что она, возможно, была немножко яркой. Хотя такого, конечно, не могло быть.

Жизнь в доме Арена была довольно странной. С утра и до обеда Крис чувствовала себя нянькой, а с обеда и до вечера, нянчились уже с ней.

Арен оказался очень добрым, веселым и заботливым парнем. Он хоть и привык жить один, но ее компании был страшно рад. Он восхитительно готовил, рассказывал интереснейшие истории, каждый день предлагал новые настольные игры — некоторые Кристин видела впервые. Арен был умен, эрудирован, явно хорошо образован, ему удавалось поддержать любую беседу.

Кристин на какое-то время даже забывала, в какой странной ситуации она находится, и что от Джея уже больше недели нет вестей.

Она зарядила телефон и периодически читала новости, когда удавалось поймать интернет. Каждый раз с облегчением выдыхала: сообщений о задержании Джея полицией не было. Арен отслеживал новости блеклых — там тоже пока не появлялось сведений о задержаниях или погибших.

По утрам интернет ловил лучше. Может, потому что Арен становился ребёнком, и защита его дома немного ослабевала. А может, причина была в чём-то другом.

Кристин покормила маленького Арена молоком. Тот перестал кричать и ненадолго уснул. Она вышла во двор, чтобы подгрузить видео с ютуба, и вдруг связь стала почти идеальной.

Телефон запищал.

Видеозвонок.

МАМА.

Кристин испугалась.

Мама наверняка увидела новости о ее похищении, нужно сказать ей, что все в порядке. Кристин так надеялась, что родители, которые почти не смотрят телевизор, ещё не знали, что её разыскивают. Мама с отцом жили так далеко от Нью-Йорка, их все это не должно было коснуться. Хотя бы они должны были оставаться вне опасности.

Кристин расправила футболку, поправила волосы, заставила себя улыбнуться и ответила на вызов.

— Привет, мам!

Испуганные лица родителей появились на экране.

— Кристин, где ты? Где ты, милая?

— Мам, пап, со мной все в порядке. Я уехала на природу с подругой. Скоро вернусь.

— Кристин, мы в Нью-Йорке. К нам приставили охрану, — мама говорила шепотом, — тебя ищут.

И тут на заднем фоне Кристин увидела мракронов в человеческом обличии.

— Мама! Где вы? — Кристин вся дрожала.

Трубку у родителей перехватили. На экране появилось лицо яркого, которого Кристин уже видела в квартире Мираи.

— Здравствуй, Кристин. Мы все беспокоились за тебя.

— Что с моими родителями?

— С ними все хорошо. Это ты сейчас в опасности. — проговорил он многозначительно, — Мы не можем найти тебя. Я пришлю адрес гостиницы, где остановились твои родители. Приезжай. Как только они убедятся, что с тобой все в порядке, они поедут домой. Даю слово.

Он повесил трубку. Через секунду на телефон пришел адрес гостиницы.

— Черт! — Кристин охватила паника. Ее трясло.

Чудом взяв себя в руки, Крис забежала в дом. Быстро преодолев лестничный пролет, она оказалась в своей комнате.

Рюкзак, пистолет-пулемет, обычная одежда.

Она переоделась за считанные секунды.

Когда Крис была уже у выхода, она услышала, как заплакал Арен. Девушка вернулась и подала заметно подросшему пупсу вторую бутылочку молока.

— Прости, Арен. Мне нужно бежать. Мои родители… они в опасности.

Крис не знала, понимает ли он её. На столе лежали записная книжка и карандаш. Она вырвала листок и быстро написала:

«Мои родители у ярких. Я сдамся им. Скажи Джею, чтобы не искал меня».

Кристин бежала так быстро, как только могла. Из-под купола выбралась и тут же потеряла ориентир. В какой стороне был дом Арена? Пути назад нет.

Крис направилась к выходу из парка. Утром людей почти не было. Прохладный ветер обдувал лицо и раскидывал ее волнистые волосы в разные стороны. Парк был огромным. Она устала бежать и задыхалась. Нужно вызвать такси: пешком до гостиницы она не доберётся.

Крис остановилась у выхода. Из только что подъехавшего такси выходила семья. Кристин запрыгнула в машину, протянула деньги и назвала адрес.

— Я очень тороплюсь, пожалуйста, поедем как можно быстрее.

Водитель принял оплату и автомобиль тронулся.

«Хоть бы с родителями все было хорошо».

Крис было страшно осознавать, что они могут пострадать из-за нее. Но ведь она ничего плохого не сделала. Может яркие поймут, что она обычный человек и отпустят их всех?

Гостиница был уже недалеко. Еще пару минут — и они на месте.

Вдруг вокруг все поблекло.

Водитель резко затормозил. Перед машиной возник Ронан — один из тех блеклых, которых она видела в подвале Джея. Он подлетел к водительской двери, распахнул её и сдул водителю в лицо серебристый порошок. Тот тут же отключился.

Крис открыла заднюю дверь и бросилась бежать. Тут из ниоткуда возник Кариб — еще один сосед Джея.

Ей конец.

Кариб схватил её и поволок в переулок между зданиями.

— Отпустите меня! — взмолилась Кристин. — Вы ошибаетесь. Я не та, кто вам нужен.

В переулке был еще один блеклый. Его она тоже уже видела. Он обнажил острые клыки и с ненавистью смотрел на нее.

— Ну что, Ронан? — спросил Кариб, всё ещё крепко удерживая её. Рядом с ним Кристин чувствовала себя лёгкой тряпичной куклой. — Нужно разобраться с ней быстрее.

— Нет! — вырвался отчаянный крик. — Вы ошибаетесь! Ошибаетесь!

Ронан был близко. Он уже занес над ней руку. Ей хватило бы одного удара…

Но его рука вдруг застыла. А потом он и вовсе отлетел в сторону.

Кариб выпустил Кристин и взвыл от боли. Рядом с ним материализовался Торсон — тот самый невидимка из их команды.

— Беги! — скомандовал он.

И она побежала.

У выхода из переулка ее настиг третий блеклый, имени которого она не знала. В его пасти блестели огромные белые клыки, и он кровожадно улыбался, глядя на нее. Еще миг — и бросится. В это мгновенье бармен Кэрвис сбил острозубого с ног и схватил его за шею своими огромными ручищами.

Кристин было некогда думать, почему они помогают ей. Она снова рванула к выходу, но ударная волна воздуха сбила её с ног. Ладони скользнули по асфальту, кожу обожгло болью. Где-то над головой просвистел кусок кирпича и разбился о стену в нескольких сантиметрах от её лица. Она вскочила на ноги и уже собиралась бежать дальше, когда услышала крик бармена:

— Я держу его, Джей! Разберись с Ронаном!

Крис обернулась.

Рядом Кэрвис, каменная кожа которого, пошла трещинами от шеи до щиколоток. Бармен схватил острозубого блеклого и впечатал в стену.

Справа Торсон держит Кариба за горло, не позволяя ему снова набрать в грудь воздуха.

В центре стоит Ронан. Он вскинул голову.

Кристин проследила за его взглядом.

Джей стоял на крыше неподвижно.

Ветер рвал его куртку, лицо исказилось от злости, но взгляд был совершенно ясным.

На этот раз в нём не было растерянности.

Не было сомнений.

Был тот, за кем когда-то последовали все воины блеклых.

На мгновение Джей застыл на фоне серого неба, а потом сорвался вниз.

Удар пришёлся прямо в Ронана. Асфальт под ними треснул, мусорные баки подпрыгнули,

в окнах соседнего здания жалобно звякнули стёкла.

«Если он убьёт Джея?»

Страх сковал Кристин. Она не могла двинуться с места.

— На чьей ты стороне, Кэрвис? Она же яркая! — прошипел острозубый, которого все еще удерживал бармен.

— Может, и так, — Кэрвис нанёс удар. — Но наш лорд приказал её защитить. И мы встанем на защиту. Раз он решил вернуться к власти, нас ждут перемены, Ридик. Тебе бы тоже стоило подумать, почему ты не с лордом.

Драка продолжалась, казалось, что о Кристин все забыли.

Но вдруг Ронан перестал смотреть на Джея.

Его взгляд нашёл Кристин.

Джей понял первым.

— Нет!

Огромный мусорный бак сорвался с места и полетел прямо на нее.

Она видела ужас на лице Джея — будто в замедленной съёмке.

Крис зажмурилась и закрылась руками.

Но тут кто-то закрыл её собой и удар пришелся по его телу.

Она открыла глаза.

Мракрон.

Тени в переулке стали гуще.

Потом они зашевелились. Мракроны вытягивались из-за крыш, стекали со стен, вылезали из разбитых окон покореженных зданий.

Одна за другой фигуры распрямлялись вокруг неё — слишком высокие, слишком мощные. Десятки. Сотни. Сотни горящих красных глаз.

И все они смотрели не на неё.

Они смотрели на тех, кто пытался её убить.

Огромные полчища мракронов заполняли собой переулок. Окружали ее, будто верная армия.

Так же неожиданно, как и само их появление, мракроны вступили в бой и бросились на блеклых. Те уже не могли сражаться друг с другом — теперь их задачей было выжить и победить мракронов.

Кристин подхватила неведомая сила. Она медленно поднялась вверх из круга мракронов и оказалась на крыше дома. Оттуда, с высоты, она могла в полной мере наблюдать кошмарную бойню, творившуюся внизу.

Рядом с ней на крыше появился тот самый яркий, который преследовал её.

«Меня зовут Орион», — раздалось в её голове.

Кристин посмотрела на него. За его спиной стояла Мирая. Она тоже с ужасом смотрела на происходящее внизу.

Глава 24

«Нам пора идти», — услышала она в голове голос Ориона.

Кристин смотрела вниз и не могла отвести взгляда.

Джей из последних сил раскидывал мракронов. Блеклые точно погибнут. Погибнут все. Мракронов было слишком много.

Кариб сносил их мощным потоком воздуха, но после каждого выдоха ему требовалось время, чтобы снова набрать грудь. Этого мгновения хватало монстрам. Мракроны двигались так быстро, что Кристин едва успевала понять, что происходит. Двое мракронов метнулись Карибу за спину, повалили его на землю и сомкнули длинные пальцы на его горле.

Торсона видно не было, только иногда кто-то из мракронов падал на землю со сломанной шеей. Но твари будто чувствовали его, и в какой-то момент все же прижали его к земле. Блеклый материализовался, его одежда была изорвана и испачкана кровью.

Скрежет металла. Бармен Кэрвис сжимал мусорный бак в огромный искорёженный шар, который с огромной скоростью летел в разбегающихся мракронов.

Вдруг Джей громко выругался. В сражении один из мракронов вцепился ему в руку чуть ниже плеча. Другой монстр подскочил с другой стороны и швырнул блеклого в стену. Хруст кирпича. По стене пошла трещина. Джей распластался на земле. Его глаза были закрыты, по лицу бежала кровь.

— Нет… — выдохнула Кристин.

А потом бросилась вперёд.

Она хотела спрыгнуть с крыши прямо в гущу боя, не думая ни о высоте, ни о падении. Ни о чём и ни о ком — кроме Джея.

Но невидимая сила обхватила её и удержала на месте.

— Ты должен отпустить ее, Орион, — Мирая положила руку ему на плечо.

— Нет! — отрезал яркий.

— Она сама должна уйти с тобой. Помнишь? Или хочешь, чтобы того, кто ей важен, убили у неё на глазах?

— Я не могу, — в голосе Ориона прозвучали горечь и отчаяние.

— Можешь. И должен.

Мирая крепче сжала его плечо.

Путы исчезли так внезапно, что Кристин едва не потеряла равновесие. Но уже в следующую секунду она прыгнула.

Воздух ударил в лицо. Земля рванулась навстречу. Где-то внизу мелькнули вытянутые руки, горящие глаза, чёрные спины мракронов.

Один из них поймал её прямо в полёте. Монстр приземлился вместе с ней и бережно поставил её на землю.

Мракроны тут же сомкнулись вокруг неё защитным кругом.

— Остановитесь! — крикнула Кристин.

Она бежала к Джею.

Мракроны замерли. Сначала один. Потом второй. Потом все разом, будто её голос оборвал невидимую нить, тянувшую их в бой.

— Не трогать блеклых! Убирайтесь прочь!

Монстры расступались. Их тела дрожали, вытягивались, ломались в обратную сторону. Чудовищные силуэты один за другим принимали человеческие обличья и отходили к стенам переулка.

Джей открыл глаза.

Он смотрел, как Кристин, захлёбываясь слезами, бежит к нему сквозь отступающих мракронов. Мракронов, которые подчинялись её приказу.

Блеклые тоже замерли. Но не расслабились. Они готовились к новой схватке, хотя шансов против такого полчища у них не было.

Кэрвис потирал укушенную руку и мрачно оглядывал переулок, будто высматривая мракрона который успел его цапнуть.

Крис упала на колени рядом с Джеем и стала стягивать с него куртку.

— У тебя кровь… — Она всхлипнула. — И рука… Тебя снова укусили. А у меня больше нет той мази.

Мазь.

Мирая же здесь.

Кристин резко подняла голову и посмотрела на крышу. Орион стоял неподвижно. На его лице смешались боль и отвращение. Мирая стояла подле него.

Она вдруг легко воспарила над крышей и стала приближаться к ним, паря над землей. Блеклые тут же напряглись, готовясь броситься на неё.

Мракроны зашевелились, готовясь ответить на атаку.

— Стоять!!! — Джей и Кристин выкрикнули одновременно.

Блеклые и мракроны снова замерли.

Мирая протянула Кристин баночку с мазью. Девушка, всё ещё всхлипывая, принялась намазывать укусы Джея.

— Не надо плакать, я в порядке, — Джей попытался приподняться.

— Ничего ты не в порядке! — Кристин с трудом удерживала мазь в дрожащих пальцах. — Прости меня. Я не должна была уходить. Не должна была.

И тут она вспомнила, почему ушла.

— Мои родители? — Она посмотрела на Мираю. — Где они?

— Они в порядке, милая. Но тебе нужно пойти с нами.

— Я не брошу Джея. Я не могу.

— Если эта бойня продолжится, Джею точно не станет лучше. Я пообещала Ориону, что уведу тебя, если он заберёт мракронов и оставит блеклых в живых. Он видит, что они дороги тебе. Поэтому согласился. Но его терпение не бесконечно.

— Но Джей…

Мирая повернулась к нему.

— Ты сильнее всех блеклых, которых я когда-либо видела. Ты очень долго сопротивляешься мракронскому вирусу. Я вспомнила, где видела тебя. Это было во время вашего наступления на город.

— И?

— Я не твой враг. Я из сопротивления. Однажды ты уже встречался с нашими людьми. Думаю, я смогу вылечить тебя от вируса.

Джей прищурился.

— Хочешь обменять её на мою жизнь?

Мирая усмехнулась.

— Ты сейчас и не можешь её у нас забрать, — мягко, но снисходительно сказала она. — Это не обмен. Это помощь. Ты ведь даже не знаешь, кто она.

Она поняла всё по его взгляду.

— Ты лишь догадываешься, — яркая будто читала мысли Джея по его лицу. — А я знаю. И ещё я знаю, что ей лучше уйти с нами. Но если ты позволишь, ради неё я попробую спасти твою жизнь. Пока используй мазь. Позже я свяжусь с тобой.

Она посмотрела на Кристин.

— Нам пора.

— Уходи с ней, Крис, — прошептал Джей, — здесь оставаться небезопасно.

— Ты правда поможешь ему? — Кристин смотрела на Мираю, всё ещё всхлипывая.

— Всенепременно.

Мирая обернулась к блеклым.

— Мы уходим. Битва не в ваших интересах. Надеюсь, вы будете благоразумны.

— Она слишком много знает, — прошипел Ронан.

Мирая резко повернула голову.

— И она прыгнула в самую гущу мракронов, рискуя своей жизнью, приказывая им не убивать вас, — холодно сказала она. На её лице отразилось отвращение.

Ронан прикусил язык.

Он бы напал. Конечно, напал бы. Если бы не огромная армия мракронов, которой они явно проигрывали.

Не сейчас.

Не сегодня.

Но он доберётся до них. Это он решил твёрдо.

Мирая заметила укус на руке Кэрвиса и бросила к его ногам ещё одну баночку.

— Если начать мазать сразу, заражение будет распространяться медленнее.

Она протянула руку Кристин. Та всё ещё сидела возле Джея, который немного приподнялся на локтях.

— Пойдём, дорогая. Они помогут ему. Если ты останешься, никто из них не выживет.

Кристин поднялась с колен и пошла за Мираей.

В переулке было тихо. Слишком тихо после грохота, криков и ударов.

Когда они оказались на крыше, Кристин, остановилась.

— Я не уйду, пока не уйдут все мракроны. Они должны выпустить блеклых.

— Невыносимо видеть, как ты беспокоишься о тех, кто хотел убить тебя, — тихо сказал Орион. — Но скоро ты поймёшь: любое твоё желание для меня закон. Поэтому я и правда отпущу их всех.

Кристин смотрела на него с недоверием. Взгляд Ориона всё ещё был полон боли. Мракроны бросились врассыпную. Через несколько мгновений от них не осталось и следа.

В мягком полёте они спустились по другую сторону от дома, у которого проходило сражение. Там их уже ожидала тёмная машина. Кристин послушно села в неё с Орионом и Мираей.

Только бы Джей был в порядке.

Мирая обещала помочь. Это была уловка? Или она и правда могла вылечить мракронский вирус?

Машина тронулась.

Поездка казалась Кристин вечностью.

Куда они ехали, если гостиница была в двух шагах?

Мирая считала её беспокойство, и Кристин услышала голос у себя в голове:

«Мы едем в главное здание. Туда, где восседают высшие яркие».

«Зачем? Где мои родители?» — мысленно ответила ей Кристин.

«Мы все расскажем тебе по приезде, твои родители в полном порядке».

Орион всю дорогу с тревогой поглядывал на Кристин, будто боялся, что она исчезнет.

Они подъехали к двум одинаковым небоскрёбам — таким высоким, что их верхушки терялись в ночном небе. В них было явно больше ста этажей.

Когда они вошли в лифт, Мирая нажала кнопку «101».

Кристин всё ещё не понимала, что происходит.

Лифт открылся в маленький коридор, где была всего одна дверь. Орион отпер её ключом и жестом пригласил их войти.

Квартира занимала весь сто первый этаж небоскрёба.

Пространство было огромным и почти невозможным после тесного, окровавленного переулка. Воздух здесь пах ветивером и мандарином — тем самым запахом, который Кристин всегда представляла, мечтая о собственном доме.

Большие окна от пола до потолка. Нью-Йорк лежал внизу, как на ладони: огни Таймс-сквер мерцали далеко под ногами.

От входа открывалась просторная гостиная. В центре стоял огромный угловой диван цвета пыльной розы, обитый бархатом. Перед ним — низкий овальный столик из матового стекла на тонких золотых ножках. Рядом — два глубоких кресла и пуф с небрежно брошенной шёлковой подушкой. Над всем этим висела хрустальная люстра, похожая на замёрзший водопад; её мягкий свет не раздражал, а будто приглушал тревогу.

Слева располагалась кухня, отделённая длинной мраморной стойкой. Белые глянцевые шкафы, розовато-серые прожилки мрамора, встроенная техника, барные стулья с бархатными сиденьями, ваза с пионами на островке — всё выглядело безупречно. Слишком безупречно.

В глубине, за прозрачной ширмой из розового стекла, начиналась спальная зона. Она была приподнята на две ступеньки, словно сцена. Там стояла огромная кровать с высоким мягким изголовьем, шёлковым бельём цвета увядшей розы и лёгким тюлевым балдахином, который едва колыхался от прохладного воздуха.

В дальнем углу у окна стоял старинный секретер из светлого дерева — единственная вещь, казавшаяся по-настоящему живой среди этой роскоши.

Кристин медленно сделала шаг вперёд. Её кроссовки тихо шаркнули по светлому паркету.

— Где мы?

— Это твоя квартира, — сказал Орион.

— Что?

Она непонимающе посмотрела на Мираю. Но та только кивнула.

— А мои родители? Где они? — Кристин было не до великолепия вокруг.

— Уезжают. Их сейчас видно из окна.

— Орион, я же предупреждала тебя, — зло сказала Мирая.

Кристин подбежала к окну. Но люди, садившиеся в тёмную машину внизу, были похожи на муравьёв.

— Кристин, с ними всё в порядке, — осторожно сказала Мирая, уже готовясь к её реакции.

— Почему они уезжают? Как они могут уехать, не увидев меня? Что здесь происходит?

Мирая зло смотрела на Ориона. Он оставался невозмутимым.

— Я больше не вынесу этого обмана, — сказал он, сжав кулаки. — Мне больно смотреть на это.

— А о ней ты подумал? — Мирая повысила голос. — Ты и правда так глуп?

— Уходи, — приказал он.

— Серьёзно? — Мирая не сдвинулась с места. — Ты в своём уме? Хочешь остаться с ней наедине? Она же боится тебя!

Мирая словно обожгла его словами. Орион поник.

Кристин не понимала, что происходит, но оставаться с ним одна точно не хотела. Она потянулась к Мирае и вцепилась в её руку чуть выше локтя.

— Ты ведь не уйдёшь?

Мирая многозначительно посмотрела на Ориона.

— Мракрон всех раздери, — выдохнул он и ударил кулаком по столешнице.

Кристин вздрогнула.

Орион заметил это, медленно выдохнул и заговорил уже спокойнее:

— Она не уйдёт. Если захочешь, она будет рядом с тобой постоянно. Но здесь тебе нечего бояться.

Он посмотрел на Кристин.

— И меня… — Орион запнулся, наблюдая страх в её глазах. От этого ему, кажется, стало ещё больнее. — Меня тебе тоже не нужно бояться.

— Орион, мне правда очень жаль, но торопиться нельзя, — Мирая с грустью посмотрела на яркого.

— Я только это и слышу, — зло ответил он. — С самого моего выздоровления. Все принимают решения за нас. Все знают лучше нас, как нам будет лучше.

Он резко развернулся и вышел из квартиры.

Кристин услышала шорох лифта.

— Мирая, мне нужно увидеть родителей. Что тут происходит?

Мирая устало посмотрела на неё.

— Милая, я даже не знаю, с чего начать.

Глава 25

Кристин сидела на пудровом диване посреди огромной, невероятно красивой квартиры и снова пересматривала видеосообщение, которое прислали родители.

Мама улыбалась. Отец подмигивал. Они извинялись за то, что им пришлось так срочно уехать: хозяйство, дела, как там всё без них. Повторяли, что очень рады: с ней всё хорошо.

Кристин не понимала.

Ей это снится?

Как они могли уехать, не увидев её? Не обняв? Не убедившись собственными глазами, что с ней правда всё в порядке?

Она перевела взгляд на Мираю. Та стояла у окна и хмуро смотрела на город. Плечи у неё были напряжены, будто это она удерживала на себе небо.

И что теперь? Почему Кристин вообще здесь? Кто-нибудь наконец объяснит, что происходит?

Мирая хотела начать разговор — Кристин это почувствовала. Не услышала мысль, не увидела жест, а именно почувствовала: короткое движение намерения, словно Мирая уже открыла дверь, но кто-то с другой стороны захлопнул её перед самым лицом.

Видимо, другие яркие запретили ей говорить.

Громкий стук.

Кристин вздрогнула.

Но это был не Орион. На пороге стоял другой яркий — высокий, худой, в светлом костюме, с безупречно спокойным лицом.

— Совет ждёт вас в главном зале. Прошу следовать за мной.

Мирая обернулась к Кристин и мягко улыбнулась:

— Нам нужно пойти туда. Но сначала тебе стоит принять душ и переодеться. Они подождут столько, сколько понадобится.

Она открыла светлый шкаф позади дивана. Внутри висела одежда — слишком красивая, слишком дорогая, слишком тщательно подобранная. Пальто, платья, брюки, свитеры, обувь. Всё новое. Всё её размера.

От этого стало неуютно.

Кристин приняла душ и переоделась в мягкий кашемировый свитер цвета красного вина и тёмные брюки.

Она словно попала в подростковый ромком про простушку и богача. Только вместо романтики — мракроны, тайные советы… и родители, которые почему-то уехали, так и не дождавшись её.

Ей ничего не оставалось, кроме как послушать Мираю, а затем последовать за ярким, который всё это время ожидал за дверью.

Они спустились на несколько этажей ниже и пошли по широкому коридору. Он был светлым, почти стерильным: белые стены, бледно-золотые линии подсветки, матовый пол, в котором отражались их силуэты.

Люди в светлой офисной одежде оборачивались им вслед. На Кристин смотрели широко раскрытыми глазами, перешёптывались, некоторые слегка кланялись.

Они вошли в большой зал.

За длинным столом сидели яркие. Во главе стола восседала молодая красивая женщина с гладко убранными волосами и холодным, собранным взглядом.

Она поднялась:

— Кристин. Мирая. Проходите. Вот ваши места.

Все сидящие резко встали, поклонились им и снова сели.

Кристин застыла на полшага.

Что тут происходит?

Они хотят выведать у неё информацию о блеклых? О Джее? О его штабе, людях, слабостях?

Она старательно спрятала мысли о них глубже. Сама не знала как, но внутри будто захлопнулась тяжёлая дверь.

Мирая проводила Кристин к их местам, и они сели за стол.

— Меня зовут Лилана, — сказала женщина. — Я временно занимаю пост главы.

По правую руку от Лиланы сидели несколько пожилых мужчин и женщин. Самый статный из них поднялся.

— Астрикс. Глава по вопросам безопасности.

Он поклонился Кристин.

В голове прозвучал голос Мираи:

«Рядом с ним лучшие лекари и лекарки».

Кристин с интересом посмотрела на пожилых ярких. Теперь их спокойные лица казались не просто важными, а пугающе внимательными — как у врачей, которые уже поставили диагноз, но не знают, как сообщить его пациенту.

— Как твоё самочувствие, Кристин? — спросила Лилана.

Все присутствующие разом посмотрели на неё.

— Моё самочувствие было бы гораздо лучше, если бы я поняла, что здесь происходит.

В дальнем углу зала что-то шевельнулось.

Кристин перевела туда взгляд.

Там, облокотившись на высокий узкий стол, стоял Орион. Он подкидывал в ладони маленький ярко-зелёный шарик и смотрел в пол.

Лилана поймала её взгляд.

— Кристин, ты помнишь Ориона?

— Конечно, — ответила она.

Орион поднял глаза. В них было столько надежды, что Кристин на мгновение растерялась.

— Он преследовал меня вместе с мракронами.

Надежда в его взгляде погасла. Он снова опустил глаза.

— Может, ты помнишь ещё что-то необычное? — осторожно продолжила Лилана.

— Эм-м… — Кристин начинала злиться. — Вы про толпы чудовищ, которые во главе с вашим Орионом гонялись за мной по всему Нью-Йорку? Или, может, про блеклых, которые в кого только не превращаются?

Лилана вопросительно посмотрела на пожилых ярких.

Седовласая женщина поднялась со своего места.

— Я бы всё же подождала. Ей нужно дать ещё немного времени для восстановления.

— Чтобы она сбежала к нему? — зло спросил Орион, выходя вперёд. — И только потом узнала, кто он и кого убил?

По залу прошёл едва слышный гул. Не голосами — мыслями. Воздух стал плотнее, будто в комнате одновременно заговорили десятки людей, не раскрывая рта.

— Тише! — громко сказал Астрикс.

Гул оборвался.

— Мы знаем твою позицию, Орион, и понимаем тебя. Но сейчас речь идёт о жизни и здоровье. Нам нужно принять оптимальное решение.

Яркие продолжили обсуждение.

Кристин сидела, всё больше теряясь в происходящем. Её обсуждали так, будто она не человек, а сложный механизм, который может сломаться от неверного прикосновения.

И тут она услышала в голове голос Мираи:

«Чтобы помочь Джею, мне понадобится моя лаборатория. Встань и скажи, что хочешь, чтобы Совет восстановил её. Добавь: «без предварительного голосования». Говори чётко и без сомнений. Посмотрим, что они смогут сделать».

У Крис задрожали колени.

Она медленно поднялась.

Яркие сразу замолчали и посмотрели на неё.

«Говорить чётко…»

Кристин собрала всю смелость в кулак.

— Я хочу, чтобы Совет восстановил лабораторию Мираи и предоставил ей всё необходимое для её работы.

— Но… — Лилана попыталась возразить.

— Без голосования, — отрезала Кристин.

Лилана резко посмотрела на Мираю. Та сделала вид, что не замечает её взгляда.

Кристин всё ещё стояла и смотрела на ошеломлённых ярких.

Сердце колотилось так громко, что она почти не слышала тишины в зале.

— Хм. Хитро, — Астрикс поднялся со своего места. — Кто же подсказал вам такую чудесную идею — выдвинуть столь интересное требование на вашем первом совете?

— Это неважно, — сказала Кристин.

Она была почти уверена, что сейчас ей откажут. И совершенно не понимала, на что рассчитывала Мирая.

— Так что насчёт лаборатории?

— Как скажете.

Астрикс подошёл к одному из ярких у выхода и тихо отдал распоряжение.

— Лабораторию восстановят. Также Мирае предоставят всё необходимое для продолжения работы.

Кристин удивлённо посмотрела на Мираю. Та едва заметно кивнула.

— Я говорил! — Орион снова вышел вперёд. — Посмотрите! Она хочет управлять ею. Это должен быть я. Я должен быть рядом с ней. Это я её…

— Замолчи, Орион! — Лилана строго посмотрела на Ориона, у которого от ярости пульсировали вены. — Мы всё это уже обсуждали.

Кристин испугалась, что Совет теперь обозлится на единственную яркую, которой она доверяла.

— Я хочу, чтобы Мирая была рядом со мной.

Воздух в зале сгустился от невидимого напряжения. Кристин буквально ощущала, как десятки мысленных нитей тянутся к ней: прощупать, прочитать, разгадать. Но что-то внутри неё — древнее, спящее, упрямое — отталкивало эти прикосновения, словно невидимый щит.

— Я хочу, чтобы Мирая была рядом со мной, — повторила она громче. И, к собственному удивлению, ее голос не дрогнул.

По залу пронёсся тихий шелест — не слова, а общий мысленный вздох.

Лилана сжала губы. Астрикс приподнял бровь.

А Орион смотрел на неё так, будто она только что вонзила ему нож между рёбер — и сама же вытащила его.

— Хорошо, — наконец произнесла Лилана. В её голосе сквозил лёд. — Мирая останется при тебе. Пока. Совет объявляет перерыв. Мы продолжим, когда… когда будет больше ясности.

Кристин опустилась обратно на стул. Дрожь в коленях стала почти невыносимой.

Мирая легонько коснулась её руки под столом — тёплое, успокаивающее прикосновение.

Когда их наконец отпустили, Орион исчез первым — стремительно, почти бегом, будто больше не мог находиться с ней в одном помещении.

Обратный путь казался длиннее.

Коридоры. Слишком много белого. Слишком много света, а ей так хотелось спрятаться.

— Ты справилась лучше, чем я ожидала, — тихо сказала Мирая.

— Я вообще не понимаю, что происходит, — ответила Кристин. — Это пугает.

— Иногда неведение — лучшее состояние, — Мирая посмотрела на неё с едва заметной грустью.

Когда двери квартиры закрылись за ними, Кристин почувствовала облегчение.

Оно продлилось недолго.

— Орион не отступит, — сказала Мирая, подходя к окну.

— Что ты имеешь в виду? Что ему вообще нужно? — Кристин села на огромный светло-розовый диван, поджав ноги. — Он… странный.

— Он сломлен, — тихо ответила Мирая.

Кристин подняла глаза и вопросительно посмотрела на яркую.

Но та сменила тему:

— Завтра начнут восстанавливать лабораторию, — продолжила Мирая. — Мне нужно будет начать работу как можно быстрее. Пока Джей ещё жив.

Внутри Кристин похолодело… Пока…

На пороге снова появился яркий, который провожал их в зал Совета. Мираю опять вызвали. Она, кажется, совсем этому не удивилась.

— С тобой всё будет в порядке? — с тревогой спросила Кристин.

— Не волнуйся. — Мирая мягко положила руку ей на плечо. — Они просто хотят устроить мне допрос. Им нужно знать, что у меня на уме, раз я имею влияние на тебя. Уже поздно. Ложись отдыхать. Завтра я расскажу тебе всё, что смогу.

Мирая вышла. Её снова сопровождал тот же яркий.

Кристин осталась одна.

Первая мысль — позвонить маме.

Короткие гудки.

Номер занят.

Вторая попытка.

Третья.

Она позвонила отцу. Он не взял трубку.

Беспокойство нарастало. Кристин вспомнила, что несколько лет назад установила на мамин телефон приложение для отслеживания местоположения.

Тогда у её одногруппницы пропала мама. Позже выяснилось, что у женщины развивалось серьёзное заболевание, о котором никто не знал: она постепенно теряла память. В тот роковой день после сильного стресса она не смогла ничего вспомнить и просто бродила по улицам, пока её искали.

После этой истории Кристин стало тревожно за родителей. Она решила, что с таким приложением ей будет спокойнее. Им о своих переживаниях она ничего не сказала. Да и пользоваться приложением ни разу не пришлось: родители стабильно выходили на связь не реже раза в неделю.

Крис открыла приложение и отследила сначала телефон мамы, потом телефон отца.

Оба были в Нью-Йорке. Но в совершенно разных концах города.

Что они могут делать порознь ночью — да ещё в чужом для них городе? Здесь что-то не так.

Может, яркие где-то заперли её родителей и врут, что с ними всё в порядке?

Кристин выглянула в коридор. Охраны не было.

Она вызвала лифт и нажала кнопку первого этажа. Минуя пост охраны высотки, она ловила удивлённые взгляды рядовых ярких, но никто не бросился её останавливать.

Спустя несколько улиц ночного Нью-Йорка ей удалось поймать такси. Она достала из рюкзака последние деньги и протянула водителю.

Нужно было решить, к кому ехать. В спешке она выбрала адрес, который был ближе к маминому местоположению.

Кристин постоянно оборачивалась, смотрела в заднее окно. Казалось, её никто не преследовал. Или, по крайней мере, она не замечала ничего подозрительного.

Такси уезжало всё дальше от центра Нью-Йорка. Местоположение мамы вело в какой-то бедный, небезопасный район. За окнами становилось темнее: меньше витрин, больше заколоченных дверей, граффити, мусорных баков и редких человеческих фигур.

Периодически Кристин слышала крики. Один раз — хлопок, слишком похожий на выстрел.

Бедная мама. В таком опасном месте, ночью, одна…

И тут Кристин осенило: а ведь телефон могли просто украсть.

Может, мама сейчас рядом с отцом, а Крис разъезжает неизвестно где в поисках украденного телефона.

Но она уже почти на месте. Денег практически не осталось. Ладно. Выйдет здесь и осмотрится. Если что — вызовет такси обратно к высотке ярких, а на ресепшене попросит заплатить за неё. В деньгах яркие точно не нуждаются.

С этими мыслями Кристин вышла из машины.

Напротив, через дорогу, находился бар. Изнутри гремела музыка. Над входом мигала неоновая вывеска, окрашивая мокрый асфальт в красно-синий свет.

Вдруг в дверях появились две взрослые женщины. Обе явно были выпившими. Они достали сигары. Одна щёлкнула зажигалкой — и короткая вспышка света осветила лицо.

Кристин застыла.

— Мама? — громко выдохнула она, раскрыв рот от удивления.

Что мама здесь делает? Почему она так одета?

Кристин перебежала дорогу. Машин было немного, и водители, обругивая её, всё же притормозили.

— Мама! Что случилось? Что ты тут делаешь? Где папа?

— Вот жеж дерьмо, — выругалась женщина, испуганно округлив глаза.

Глава 26. Свадьба и смерть

— Девочка, ты назвала её мамой? — женщина с сигарой недоумённо посмотрела на Кристин, потом резко повернулась к подруге. — Ты же говорила, у тебя только сыновья.

Кристин будто не сразу поняла смысл слов.

Сыновья?

У мамы?

Она посмотрела на женщину перед собой — на родное лицо, знакомый изгиб губ, любимые морщинки у глаз. На ту самую женщину, которая когда-то пекла ей панкейки по воскресеньям. Которая ругалась, если Кристин забывала шарф. Которая умела одним движением ладони убрать волосы с её лба. Та, от объятий которой, ей становилось спокойнее.

Только сейчас это словно была не она. От мамы пахло алкоголем, дорогим табаком и резкими чужими духами. На ней было короткое блестящее платье, помада легла неровно, а взгляд бегал.

— Деточка, тебе нельзя здесь быть, — женщина поспешно взяла Кристин под руку и потянула в сторону от входа в бар. — Тебе лучше уйти. Мы всё обсудим потом.

— Потом? — Кристин едва узнала собственный голос. — Мама, что происходит? Почему она сказала, что у тебя есть сыновья? Почему ты не с папой?

Женщина сжала её руку сильнее.

— Тише. Не здесь.

Из распахнутых дверей бара ударил бас. Внутри кто-то громко смеялся, звякали стаканы, лёгкий дождик выбивал по железной крыше тихое: тук-тук-тук. Свет вывески всё так же падал на асфальт красными и синими пятнами. Всё происходящее казалось страшным сном.

— Милая, ты там скоро? — из бара вышел мужчина с помятым лицом и расстёгнутым воротником рубашки.

Это был не отец.

Кристин отступила на шаг.

В голове всё смешалось. Мама пьяна. Папы нет. Какой-то чужой мужчина зовёт её «милая». Незнакомка говорит, что у её мамы нет дочери…

— Мама… — Кристин сглотнула. — Кто этот мужчина?

Женщина, которую она всю жизнь называла мамой, на секунду закрыла глаза.

— Поговорим завтра, доченька. Хорошо? Сейчас ты просто поедешь туда, откуда приехала.

— Нет.

Кристин схватила её за руку обеими ладонями.

— Мы поедем домой. Прямо сейчас. И ты расскажешь мне, что происходит.

Женщина резко выдернула руку.

— Да нет у нас никакого дома!

Слова прозвучали слишком громко. Даже музыка будто на мгновение стала тише.

Кристин застыла.

— Что?

— Господи, как же я устала… — женщина провела ладонью по лицу, размазывая тушь. — Они всё равно сказали, что контракт скоро закончится. С меня хватит.

— Какой контракт?

— Деточка… — Она посмотрела на Кристин почти с жалостью. Почти. Но жалость была слабее раздражения. — Я не твоя мама.

Кристин не сразу услышала это. Словно фраза ударилась о неё и отскочила, не сумев пробить кожу.

— Нет, — сказала она тихо. — Нет, ты… ты просто пьяная. Ты не понимаешь, что говоришь.

— Чья ты не мама? — мужчина подошёл ближе и обнял женщину за талию. — Нашим сыновьям ты мама. А эта, кто?

— Дорогой, не вмешивайся. Это работа, — раздражённо бросила она. — Уже прошлая работа.

— Работа? — повторила Кристин.

Женщина перевела на неё мутный, усталый взгляд.

— Я актриса. Ак-три-са. Понимаешь? Меня наняли. Нас обоих наняли.

— Обоих?

— Меня и твоего «отца». Контракт был на семь лет: фотографии, звонки, иногда праздники, родительские дни в универе — все эти милые семейные штуки.

Кристин медленно покачала головой.

— Нет. Я помню… я помню, как ты…

Она осеклась.

В памяти вспыхнули обрывки: мама завязывает ей волосы перед школой. Отец чинит велосипед. Новый год. Поездка к озеру. Запах пирога. Смех.

Всё это не могло быть ложью.

Не могло.

— Я уж не знаю, чем ты там болеешь, что не помнишь своих родителей, — женщина сказала это быстро и тут же испугалась собственных слов.

Кристин подняла на неё взгляд.

— Что это значит?

— Ничего. Я ничего не говорила.

— Что это значит?!

Женщина отступила.

— Я должна была улыбаться в камеру, отвечать на звонки, иногда приезжать, создавать видимость семьи. Всё.

Женщина побледнела.

Её подруга выбросила недокуренную сигару и пробормотала:

— Слушай, мне это вообще не нравится.

Мужчина тоже напрягся.

— Может, хватит? — сказал он. — Пойдём внутрь.

Но Кристин уже не слышала их. Земля под ногами стала мягкой, ненадёжной. Она смотрела на лицо «мамы» и пыталась найти там хоть что-то настоящее. Хоть один след любви, которая была не ролью.

— А папа? — спросила она почти шёпотом. — Где он?

— Не знаю. Получил деньги и уехал к себе. У него тоже семья.

Семья.

Это слово добило её окончательно.

У её отца была семья.

У её матери были сыновья.

А у Кристин, выходит, не было никого.

Горло сжалось. Воздух исчез. Музыка, голоса, неон, мокрый асфальт — всё поплыло.

— Я… я не понимаю…

— Извини, — сказала женщина, но в этом «извини» было больше усталости, чем раскаяния. — Правда. Ты хорошая девочка. Просто… это была работа.

Кристин сделала шаг назад и пошатнулась.

Сильные руки подхватили её прежде, чем она упала.

На одно мгновение сердце болезненно дёрнулось.

«Джей».

Но когда она подняла глаза, то увидела Ориона.

Он смотрел на неё так, будто весь мир только что разбился у него на руках.

— Я заберу её, — сказал он тихо.

В его голосе не было угрозы, но мужчина у бара почему-то сразу отступил.

— Послушайте, — женщина, которая больше не была её мамой, вскинула руки. — Я не знала, что всё так обернётся. В контракте не было такого пункта.

Орион не ответил.

Он бережно поднял Кристин на руки. Так осторожно, будто она могла рассыпаться от неловкого движения.

Она не сопротивлялась.

Сил не было даже на это.

Белый спортивный автомобиль стоял у тротуара, слишком чистый и чужой для этой улицы. Орион открыл дверь и усадил Кристин на переднее сиденье. Он потянулся, чтобы пристегнуть её ремнем безопасности.

— Не трогай меня, — прошептала она.

Орион замер.

— Не буду, — ответил он, и сразу отстранился.

Он закрыл дверь, обошёл машину и сел за руль.

Некоторое время они просто молчали.

За окном тянулись ночные улицы. Неон сменялся тусклыми фонарями, фонари — чёрными витринами, витрины — стёклами высоток. Нью-Йорк жил, шумел, мигал огнями, будто ничего не произошло.

Кристин смотрела в окно пустыми глазами.

Орион крепко держался за руль. Слишком крепко.

Он хотел протянуть руку. Хотел накрыть её пальцы своими. Хотел прижать её к себе, согреть, сказать, что она не одна. Что никогда не была одна. Что он всегда был рядом, ждал, помнил каждый день.

Но она сказала: «Не трогай меня».

— Они и правда не мои родители? — спросила Кристин.

Голос был безжизненным.

Орион не сразу нашёл в себе силы ответить. Просто кивнул.

— И ты знал?

Он снова кивнул.

Кристин медленно повернула к нему голову.

— Но у меня ведь есть какие-то родители? Они яркие?

Пальцы Ориона сжались на руле. Перед глазами поплыл свет фар.

Он не хотел плакать.

Не сейчас.

Но слеза всё равно сорвалась и покатилась по щеке.

— Ты плачешь? — тихо спросила она. — Почему?

Он не ответил.

Потому что в этот миг вместо ночной дороги снова видел розовый рассвет.

Тот самый день, пять лет назад.

Он не спал большую часть ночи.

Теперь он сидит на широком подоконнике своей спальни и смотрит, как за окном медленно загорается рассвет. Сегодня их свадьба. Гораздо раньше, чем планировалось: им едва исполнилось по семнадцать. Война с блеклыми и древнее пророчество не оставили выбора.

Но Орион был рад, несмотря на события, ускорившие их свадьбу. Для него существовала только она — Кристин.

Возможность наконец прикоснуться к ней по-настоящему. Не украдкой, не случайно, не под пристальными взглядами родителей и наставников.

Он был так счастлив, что почти не чувствовал страха. И так глуп, что принимал это за храбрость.

— Они живы? — голос Кристин вернул его в машину.

Орион моргнул.

Ночная дорога. Руль под ладонями. Девушка рядом, такая бледная, такая родная, но потерянная.

— Орион? — Кристин смотрела на него. — Мои настоящие родители живы?

Он сглотнул.

— Я не могу…

— Не можешь или не хочешь?

Он снова промолчал.

Тихий стук в дверь заставил его спрыгнуть с подоконника на пол босыми ногами.

— Входите!

В комнату входит отец и старшие братья. Они переглядываются и подмигивают ему. Отец молча помогает ему одеться.

Белый камзол строгого кроя, чуть приталенный, расшитый тысячами прозрачных кристаллов. Они ловят свет восходящего солнца и рассыпают по стенам дрожащие блики.

Его светлые волосы зачёсывают назад — точно так, как любит Кристин. Орион закрывает глаза и на мгновение чувствует её теплые пальцы в своих волосах.

Они росли вместе.

Когда им было по шесть, они прятались под большим столом, который стоял посреди огромной гостиной, загородного доме её родителей. Тогда он сделал ей предложение впервые.

— Мы вырастем и поженимся, — сказал он без тени сомнения.

Кристин фыркнула.

— С чего это? Может, я выйду за Кэролайла.

— За моего тупого брата? — возмутился Орион, а потом быстро добавил, — Я видел, как он козявки ест.

— Фу-у-у!

Она сморщила нос, а Орион торжествующе улыбнулся.

Бедный Кэролайл потом долго не понимал, почему Кристин смотрела на него с подозрением. На самом деле он, конечно, ничего такого не делал. Орион всё выдумал.

Орион тихонько хихикает. Отец строго смотрит на него, поправляя его воротник.

— Сегодня ты должен вести себя достойно.

— Я всегда веду себя достойно.

В комнату вдруг влетает Лария. Его маленькая сестрёнка, с длинным плюшевым кроликом в руках — она тащит его за уши, как пленника. Ей всего полтора года. Девочка шлёпается на попу прямо посреди ковра. Все смеются. Даже отец.

— Лария, где ты?! — доносится из коридора встревоженный голос няни.

— Здесь она, — отец подхватывает дочь на руки и передает няне.

Лария тянется к Ориону пухлыми ручками.

— О-о!

— Увидимся позже, маленькая разбойница, — он улыбается сестре.

Тогда ему казалось, что после свадьбы у него будет бесконечно много времени. Для Ларии. Для братьев. Для отца. Для Кристин.

Для жизни.

— Как я попала в человеческую семью? — спросила Кристин.

Орион резко повернул руль в сторону — чуть не пропустил поворот.

Она сидела, отвернувшись к окну, но теперь её плечи дрожали.

Он видел это отражением в стекле.

Каждая дрожь отзывалась в нём болью.

Он хотел остановить машину. Обойти её, открыть дверь, опуститься рядом на колени и попросить прощения за всё. За то, что не смог защитить её. За то, что позволил Совету решать. За то, что сделал для неё недостаточно.

Вместо этого он сказал:

— Некоторые воспоминания ложные.

Кристин медленно повернулась.

— Что?

— Не всё, что ты помнишь, — правда. Мне очень жаль.

Она смотрела на него так, будто он только что предал её лично.

Орион снова сбежал в воспоминания, прячась от её тяжелого взгляда.

Зал Вечного Света. Путь туда лежал через сердце земель Изобилия — огромный лабиринт живых садов. В тот день он шёл по светлой гранитной аллее почти бегом, а свита едва поспевала за ним.

Воздух был густым и сладким: бергамот, мята, цветы и что-то ещё — неуловимое, как сама сила ярких.

Чем ближе он подходил к залу, тем громче становились голоса гостей и пение арф.

Двери из полированного янтаря распахнулись сами.

Зал бракосочетания был сердцем их мира. Круглый, огромный, высотой в пять этажей. Купол из прозрачного кристалла пропускал мягкий свет. Белый мрамор стен почти исчезал под водопадами цветов: белые и алые розы, пионы цвета слоновой кости, нежно-голубые гортензии, золотые лианы. Бутоны раскрывались при каждом дуновении ветра и выпускали крошечные искры пыльцы.

Гости — только высшие яркие — уже сидели на местах. Около трёхсот человек. Их кожа сияла, одежды казались сотканными из света.

Орион шёл по центральному проходу.

Сердце колотилось так, будто собиралось вырваться из груди.

Он поднялся на две ступени чёрного мраморного алтаря и остановился лицом к дверям. Руки сцепил за спиной, чтобы никто не увидел, как они дрожат.

Он ждал. Ждал Кристин.

— Орион, — тихо сказала она в машине.

Он вздрогнул.

— Почему ты молчишь?

Потому что, если он начнёт говорить, ему придётся рассказать всё.

Как она стояла в дверях Зала Вечного Света в нежно-пыльно-розовом платье, сверкавшем тысячами крошечных звёзд. Как длинные волнистые юбки из фатина и кружева колыхались при каждом шаге. Как её каштановые волосы рассыпались мягкими кудрями по открытым плечам. Как большие карие глаза смотрели на него с такой любовью, что он почти перестал дышать.

Когда Кристин поднимается на пьедестал и тянется, чтобы взять его за руки, Орион почти перестаёт дышать. Это происходит. Сейчас она станет его женой.

И в этот миг стены зала содрогаются.

Он нажал на тормоз резче, чем собирался.

Кристин вздрогнула.

— Прости, — быстро сказал он.

Перед машиной пробежала мокрая грязная собака.

Кристин снова отвернулась к окну.

Орион позволил себе посмотреть на неё дольше, чем следовало. На мокрые ресницы, на побледневшие губы, на пальцы, вцепившиеся в край сиденья.

Светофор сменился на зелёный.

Машина двинулась дальше.

Стены зала содрогаются и изо всех дверей к центру устремляются блеклые.

Кто-то из них подавляет силы ярких. Ориона будто невидимой плитой прибивает к земле. Он не может пошевелиться. Он беспомощен.

Только она остается стоять прямо.

— Кристин! — кричит он, тянет к ней руку, но она не видит его. Она в ужасе смотрит на бойню.

Яркие пытаются обороняться голыми руками. Без своей ментальной силы они слабы как дети. Блеклые режут их, как траву.

Молодой мужчина в тёмном камзоле громко отдаёт приказы. Его голос эхом разносится под куполом. Он пробивается прямо к ней.

Орион собирает остатки сил, вскакивает и бросается вперёд. Но один из блеклых отшвыривает его, как тряпичную куклу. Орион врезается в статую. Мрамор разлетается осколками. Белый камзол мгновенно пропитывается кровью.

Кристин смотрит на него в ужасе.

Главный блеклый возникает у неё за спиной. Она оборачивается. Они стоят вплотную.

Орион видит в глазах блеклого ярость и ненависть.

И потом случается то, чего никто не ждал.

Из груди Кристин вырывается ослепительный свет. Она раскидывает руки — и ударной волной сбивает сразу нескольких блеклых. Они падают, обмякшие, как пустые мешки.

Силы вернулись. Ко всем высшим ярким сразу.

Начался настоящий бой.

— Я хочу знать правду, — сказала Кристин.

Орион открыл было рот, но слова комом застряли в горле.

Он мог сказать: «Ты почти стала моей женой».

Мог сказать: «Я любил тебя до того, как ты забыла меня».

Мог сказать: «Я люблю тебя до сих пор так сильно, что иногда это похоже не на любовь, а на болезнь».

Но что даст ей эта правда сейчас?

Она только что потеряла родителей, пусть даже ненастоящих. Потеряла детство. Потеряла опору.

Если он сейчас добавит к этому свадьбу, смерть, войну и пророчество, она может не выдержать.

— Пожалуйста, — сказала Кристин. — Хоть что-нибудь настоящее.

Он крепче сжал руль.

Кристин поднимается в воздух вместе с блеклым в тёмном камзоле. Разъярённая, сияющая, страшно прекрасная. Она собирает всю свою мощь для последнего удара. Её примеру следуют ещё несколько высших.

Удар.

Но блеклый не падает. Он вдруг улыбается. Странно, спокойно. Его вены вспыхивают огнём, мышцы наливаются и раздуваются.

Орион понимает: что-то не так.

Он взмывает вверх, накрывая Кристин защитным куполом.

Её платье развевается в воздухе, как лепестки горящей розы.

Яркая вспышка.

Невыносимая боль.

Тьма.

Машина остановилась у высотного здания.

Орион ещё несколько секунд сидел неподвижно, глядя перед собой.

Потом вышел, обошёл автомобиль и открыл дверь со стороны Кристин.

Он протянул руку — и тут же остановился.

Она посмотрела на его ладонь.

Долго.

Потом всё-таки позволила помочь себе выйти.

Её пальцы коснулись его пальцев всего на мгновение.

Для неё — случайное движение.

Для него — удар в самое сердце.

Он отпустил её сразу, как только она встала на тротуар.

В лифте они молчали.

Цифры этажей сменяли друг друга слишком медленно.

Кристин смотрела на своё отражение в зеркальной стене. Орион — на неё. Не прямо, только краем взгляда.

На сто первом этаже двери раскрылись.

— Вы должны мне всё объяснить, — сказала Кристин. Голос был тихим, но твёрдым. — Я больше не хочу ждать.

Орион опустил взгляд.

— Совет боится…

— Чего он боится?

Он посмотрел на неё.

На девушку, которая когда-то шла к нему по лепесткам белых роз.

— Что правда может тебя убить.

Глава 27

Кристин подошла к панорамному окну.

Город внизу светился, как россыпь драгоценных камней, но это не вызывало восторга. Только странное, липкое чувство: будто всё в её жизни было ложью. Не просто отдельные слова, не один обман, а весь фундамент, на котором она стояла.

Дом. Родители. Детство.

Она смотрела на огни Нью-Йорка и пыталась вспомнить хоть что-то, что точно было настоящим. Запах маминого пирога? Отец, который гулял с ней каждый вечер воскресенья и покупал её любимое мороженое? Мамины ладони на её плечах перед школьным праздником?

Теперь каждое воспоминание казалось чужой фотографией, которую кто-то вложил ей в голову и заставил полюбить.

Мирая вернулась через несколько минут после того, как Орион привёз Кристин обратно.

Она вошла тихо, но Кристин всё равно вздрогнула.

— Почему ты ещё не спишь? — спросила Мирая.

— Мне совсем не спится. — Кристин медленно повернулась к ней. Глаза снова наполнились слезами, хотя она думала, что уже выплакала всё. — Ты знала, что они мне не родители?

— Ох, милая…

Мирая подошла и обняла её за плечи. Кристин сначала напряглась, но потом всё же позволила себе опереться на это тепло.

— Когда мне поручили тебя разыскать, тогда я и узнала, — тихо сказала Мирая.

— Расскажи мне. — Кристин сжала пальцами край рукава. — Расскажи хоть что-то. Я хочу понимать, что происходит. Почему они так быстро согласились восстановить твою лабораторию? Просто по моей просьбе?

— О-о, дорогая… — Мирая горько улыбнулась. — Ты даже не представляешь, что ещё они могут сделать лишь по твоей просьбе.

— Отпустить меня домой? Отозвать мракронов?

— Первое — вряд ли. А вот про мракронов ты ещё не поняла?

— Что я должна была понять?

— Ты имеешь над ними власть. Они слушаются тебя.

Кристин хотела возразить, но слова застряли.

Она вспомнила, как часто мракроны замирали, когда она кричала им стоять. Вспомнила переулок, Джея на земле, армию чудовищ, которая остановилась после её приказа. Тогда она была уверена: их удерживают яркие. Орион. Кто угодно, только не она.

Но мракроны расступались именно перед ней.

— Лекари запретили рассказывать тебе правду, — продолжила Мирая. — Но многое тебе и так уже понятно, правда?

— Я яркая… — Кристин произнесла это спокойно, но сама не верила своим словам. — Мои родители — не мои родители. А настоящие родители… тоже яркие.

Мирая смотрела на неё с такой грустью, что Кристин стало ещё страшнее.

— А ещё то, что я помню, — неправда. А правду я и вовсе не помню.

Голос сорвался. Кристин всхлипнула.

Мирая, только что заварившая ароматный апельсиновый чай, подала ей чашку.

— Ты очень умна. Высшие яркие боятся за твоё здоровье. Боятся, что воспоминания вернутся слишком рано. Это всё, что я могу тебе сказать.

Кристин отхлебнула тёплый чай. Апельсин, мёд, лёгкая горчинка трав. Вкус был уютным, почти домашним, и от этого хотелось плакать ещё сильнее.

— А если я сама хочу знать?

Мирая помолчала.

— Иногда желание знать правду появляется раньше, чем силы выдержать её.

Кристин опустила взгляд в чашку.

— Все теперь будут говорить со мной загадками?

— Нет, — Мирая мягко коснулась её руки. — Просто не все двери открывают сразу. Некоторые лучше приоткрывать медленно.

Усталость навалилась внезапно. Кристин почувствовала её всем телом: тяжёлые веки, ватные ноги, пустоту внутри. Ей захотелось только одного — оказаться в постели и хотя бы на несколько часов перестать думать.

Она сделала ещё несколько глотков чая, подошла к кровати, где на покрывале лежала мягкая выглаженная хлопковая пижама, сбросила верхнюю одежду, натянула пижаму и рухнула на кровать.

Проводив Кристин, Орион спустился на этаж ниже — в свою квартиру, которая также занимала почти весь этаж. Он не включил свет. Прошёл прямо в душевую, открыл прохладную воду и встал под струи воды прямо в одежде. Вода мгновенно намочила волосы, рубашку, брюки. Ткань прилипла к телу, холод прошёл по коже, но легче не стало.

Его снова накрыли воспоминания.

Орион стонет. Веки не слушаются. Тело будто не принадлежит ему.

— Очнулся… он очнулся! — рядом плачет детский голос.

— Я же говорила вам: ему станет лучше, если привести к нему сестру.

Орион моргает. Свет режет глаза. Сначала всё расплывается белыми пятнами, потом контуры медленно возвращаются.

Рядом стоит Лилана — одна из высших ярких. На руках она держит Ларию.

Маленькая сестра смотрит на него огромными мокрыми глазами и тянет к нему ладонь.

«Кристин?» — спрашивает он мысленно.

«Она выжила», — отвечает Лилана.

Мир на мгновение становится легче.

«Родители? Братья?»

Глаза Лиланы наполняются слезами.

Тогда Орион ещё не понимает масштаба катастрофы. Не знает, что несколько месяцев лекари боролись за его жизнь. Не понимает, что мир, который он знал, исчез навсегда.

Вода текла по телу, даря минутное облегчение. Одежда насквозь промокла, но Орион продолжал стоять под холодными струями, будто может смыть эти воспоминания.

Не может.

Кристин собирали буквально по кусочкам. Она была так близко к взрыву, что даже его защитный купол разлетелся осколками. Но именно этот купол дал им шанс выжить.

В день, когда Кристин очнулась, он был рядом.

Она звала его слабым, тихим шёпотом.

— Я здесь, моя хорошая. Я рядом, — шептал он в ответ, боясь даже шелохнуться, чтобы не спугнуть надежду на выздоровление.

Она была такой слабой, такой уязвимой, её кожа казалась почти прозрачной. Никто не решался рассказать ей о масштабе трагедии. Она звала отца. Иногда просила привести братьев. Ночами в бреду кричала имена подруг.

Чем лучше ей становилось, тем труднее было скрывать правду. И этот день всё равно настал. Лилана и Астрикс долго готовились к разговору. Подбирали слова, спорили с лекарями, откладывали на завтра, потом ещё на одно завтра. Но правду невозможно было удерживать вечно.

В день её свадьбы погибли почти все, кого она любила.

Орион будто наяву снова услышал её крик. Крик, полный такой боли и отчаяния, что у него до сих пор сжималось сердце. Это известие сломало Кристин.

До этого она едва пережила смерть матери, умершей за полгода до дня их свадьбы. А теперь потеряла отца, братьев, друзей, наставников — всех.

Кристин начала угасать. Не метафорически. По-настоящему.

Лекари разводили руками.

«Её горе убивает её», — сказал тогда один из них. — «Боль настолько сильна, что сила внутри пытается избавиться от неё вместе с носителем».

Кристин была одной из сильнейших ярких. И одной из самых уязвимых. Прогноз был безжалостным: она могла умереть в течение нескольких дней. Её несколько раз погружали в искусственный сон, надеясь, что это поможет. Но она просыпалась — и всё повторялось.

Орион вышел из душа. Вода стекала с него на пол ванной. Он снял мокрую одежду и закинул её в стиральную машину, надел махровый халат и прошёл в глубь квартиры, к огромным панорамным окнам.

Нью-Йорк сиял внизу, равнодушный и прекрасный.

Тогда Совет принял тяжёлое решение: заблокировать силы и воспоминания Кристин. Дать ей обычную человеческую жизнь в Нью-Йорке. Высшие буквально создали ей новую память. Наняли актёров на роль родителей. Те навещали её раз в полгода, звонили пару раз в месяц, привозили еду и подарки. Им хорошо платили. Они не задавали лишних вопросов.

Орион налил себе горячий кофе и сжал кружку обеими ладонями. Он помнил, как умолял Совет разрешить ему быть рядом. Другом. Соседом. Случайным знакомым. Кем угодно. Лекари отказали: его лицо могло спровоцировать воспоминания слишком рано.

Так прошло почти пять лет. Пять лет, в течение которых он видел её только издалека.

Он знал, когда она впервые устроилась на работу. Знал, как она смеялась с подругой возле кофейни. Знал, что зимой забывает перчатки, а когда нервничает — закусывает нижнюю губу. Но не мог подойти. Не мог сказать: «Я здесь». Не мог даже произнести её имя вслух так часто, как хотелось.

Орион сделал глоток обжигающего кофе, не чувствуя вкуса.

Совсем недавно он наконец-то радовался: Кристин справляется. Лекари, наблюдавшие за ней, говорили, что ещё пару лет — и воспоминания начнут возвращаться сами. Тогда они уже не будут такими травмирующими. Будут ощущаться как прошлая жизнь. Как сон.

Главное — ничего не провоцировать раньше времени.

А потом в дверь постучали.

На пороге стоял один из мракронов, приставленных к Кристин.

Он передал сообщение мысленно:

«Лорд, вокруг её дома бродит блеклый. Следит. Мы засекли его трижды».

Орион сжал кулаки.

— Значит, увозим её. Совет будет против, но мне плевать.

Утром мракроны доложили: она уже в машине. Едут сюда.

Орион спускался вниз, и сердце колотилось так, будто ему снова семнадцать и он ждёт её в Зале Вечного Света. Он придумывал легенду. Слова. Объяснение. Пытался представить, как увидит её глаза так близко, впервые за пять лет.

Но машина подъехала пустой. Кристин в ней не было.

«Блеклый, который следил за ней, — передал мракрон. — Он похитил Кристин. Прямо из машины».

Руки Ориона снова сжались в кулаки. Из груди вырвался глухой стон. Орион упал на колени и ударил кулаками о землю. Он должен вернуть её домой. Вернуть во что бы то ни стало.

От этих воспоминаний ему стало дурно. Уже слишком поздно.

Он закрыл глаза.

«Как там Кристин?»

Орион попытался уловить её мысли, но наткнулся на тишину.

Следующим утром Крис проснулась ни свет ни заря. Её разбудил запах кофе и малины. Мирая, пританцовывая, раскладывала по тарелкам кашу с фруктами.

— Проснулась? — спросила она, даже не оборачиваясь.

Видимо, с утра мысли Кристин было особенно трудно спрятать.

— Вроде того. Как приятно пахнет.

— Я сварила нам малиновый кофе. Ты пьёшь с молоком?

— Да.

Кристин улыбнулась и поспешила к столу.

Нужно было отдать должное ярким: их окружал уют. Каждый уголок здания, даже зал Совета, был красивым, тёплым, продуманным. Здесь всё словно говорило: «Ты в безопасности».

Кристин вспомнила жилище Джея, школу для блеклых детей, скрытый бар. В каждом из этих мест веяло холодом, усталостью, выживанием.

Как же там сейчас Джей?

Образ блеклого сразу возник в голове: его лицо, кровь, укус, взгляд, которым он провожал её, когда она уходила с Мираей.

— Сегодня вечером я отлучусь в лабораторию, — сказала Мирая, мгновенно считав её мысли. — Нам действительно необходимо помочь твоему другу.

— Надолго?

— Думаю, до позднего вечера. Даже если мне предоставят всё необходимое, мне нужно сначала восстановить работу, чтобы я могла продолжить исследования.

— Думаешь, у тебя получится?

Мирая задумчиво помешала кашу ложкой.

— Я слишком долго была зациклена на попытках обратить мракрона обратно в блеклого. Это моя самая сложная работа. Помнишь моего мракрона, Мальтифера?

Кристин кивнула.

— Мне удалось вернуть ему часть собственного сознания. Поэтому он не подчиняется высшим ярким. Вообще никому теперь не подчиняется. Но согласился иногда помогать мне.

— И ты сможешь снова сделать его блеклым?

— Пока не знаю. Не уверена, что всё, что происходит с ними, обратимо. Но это моя мечта.

Мирая опустила взгляд.

— Я хочу исправить то, что натворил мой прадед.

— Твой прадед?

— Да. Моя семья, мой род приложили руку к созданию мракронского вируса.

Она сказала это тихо, но в голосе не было попытки оправдаться.

— Смыслом моей жизни стало это исправить.

— Но ты не виновата. Ты ведь не изобретала вирус.

— Я понимаю. Разумом. — Мирая грустно улыбнулась. — Но из-за того, сколько бед этот вирус принёс другим, я всё равно плохо сплю по ночам. Не знаю, смогу ли обратить мракронов обратно. Но на основе препарата, который вернул часть сознания Мальтиферу, я могу создать средство для тех, кто укушен.

— Для Джея.

— Для Джея, — подтвердила Мирая.

После обеда она ушла в лабораторию.

Кристин хотела напроситься с ней, но Мирая предупредила, что работы много и ей лучше сосредоточиться в одиночестве.

Тогда Кристин попросила принести несколько книг. В квартире был и огромный телевизор, но смотреть что-либо оказалось невозможно. Сюжеты фильмов казались плоскими, чужими, смешными. Люди на экране ссорились из-за любви, денег и недомолвок, а Кристин думала только о том, как странно устроен мир: иногда самое страшное — не монстры с горящими глазами, а люди, которые улыбаются тебе из видеосообщения и называют дочкой по контракту.

Она попыталась читать. Потом ходила по квартире. Потом снова стояла у окна.

Если всё получится, уже со дня на день Мирая придумает, как помочь Джею. Нужно только отыскать его.

Вечер опустился на сто первый этаж тяжёлым бархатным покрывалом.

Кристин снова стояла у огромного окна от пола до потолка и смотрела, как Нью-Йорк внизу переливается огнями, будто город тоже не спит, а лихорадочно пытается что-то вспомнить. Пыльно-розовый свет ламп делал её отражение в стекле призрачным.

Она всё ещё была в одежде, которую выбрала после завтрака и быстрого утреннего душа: уютном светлом трикотажном платье и бежевых колготках.

Раздался тихий стук в дверь.

Кристин вздрогнула.

Мирая ушла в лабораторию несколько часов назад и обещала вернуться поздно.

Значит…

— Кто там? — спросила она, не подходя близко к двери.

— Это я, — голос Ориона был низким, почти хриплым. — Можно войти?

Глава 28. Это он забрал у нее все?

Она молчала несколько долгих секунд. Сердце стучало так громко, что в ушах стоял настоящий гул. Страх окутал её.

— Зачем? — наконец спросила она.

— Потому что я больше не могу так. Потому что ты смотришь на меня, как на чудовище, а я… — он замолчал, а когда заговорил снова, в голосе звучала боль, которую невозможно было подделать. — Я просто хочу поговорить. Пожалуйста, Кристин.

Она закрыла глаза. Часть её кричала: «Не открывай».

Кристин подошла к двери, взялась за ручку и застыла. Она понимала: если он захочет, он и так войдёт. Она собралась, тихонько выдохнула и открыла.

Орион стоял в коридоре в простой чёрной рубашке и тёмных брюках. Просто молодой мужчина с усталым, бледным лицом.

— Я уже говорил, — тихо сказал он. — Я не причиню тебе вреда.

Она отступила в сторону, позволяя ему войти.

«Ну вот. Теперь действительно страшно. Может, не стоило открывать?» — мысли Кристин лихорадочно заметались в голове.

Он вошёл медленно, словно боялся спугнуть её. Остановился посреди гостиной и посмотрел на город за окнами.

— Красиво, правда? — произнёс он после паузы. — Я сам выбирал эту квартиру. Знал, что тебе понравится вид. Ты всегда любила высоту…

— Мы были знакомы?

— Да. — Он повернулся к ней и сделал шаг навстречу. — Больше, чем просто знакомы. Мы были…

Кристин испуганно попятилась.

Орион замер.

Повисла тишина, тяжёлая, как грозовая туча.

— Я не хочу, чтобы ты боялась меня, — наконец сказал он. В его голосе было столько боли, что Кристин невольно отвела взгляд.

— Я и не боюсь. Я просто не понимаю, что вам нужно от меня. И никто не желает мне ничего рассказать.

— Я желаю. Больше всех желаю рассказать тебе всё, — его голос стал мягче. — Я борюсь с Советом уже долгое время.

— Так расскажи тогда.

Кристин посмотрела ему в глаза. Они были большими, голубыми и такими тёплыми… Она слегка встряхнула головой. Что это за наваждение?

— Я не могу нарушить распоряжение Совета. Да и если бы мог… мне страшно, что они могут быть правы и…

— И что это может навредить мне, — закончила за него Кристин. — Это я уже слышала.

Она недовольно посмотрела на него.

Орион немного смутился, а потом неуверенно улыбнулся.

— Я устроил кое-что. Небольшой ужин. На крыше. Там тихо.

«Если он начнёт задавать вопросы о блеклых, получится ли у меня скрыть свои мысли?» — пронеслось у неё в голове.

— Я не буду задавать вопросов о блеклых, — сразу сказал Орион, он успел уловить её мысль. — И ты можешь уйти, как только захочешь.

Кристин напряглась, старательно запечатывая всё, что творилось у неё в голове.

— Я больше не буду пытаться прочесть, о чём ты думаешь.

Она с недоверием смотрела на него, пытаясь прочитать хоть что-то в его глазах. Но видела только боль и отчаянную надежду.

— Зачем тебе это? — прошептала она.

— Потому что я теряю тебя во второй раз, — ответил он так тихо, что она едва расслышала. — И я не знаю, переживу ли это снова.

Сердце Кристин сжалось. Теряет? Страх всё ещё сковывал её. Но любопытство оказалось сильнее.

— Хорошо, — сказала она наконец, удивляясь собственным словам.

Орион едва заметно улыбнулся.

— Договорились.

Он протянул ей руку — ладонью вверх.

Кристин посмотрела на его пальцы, потом — ему в глаза. И отрицательно покачала головой. Она не была готова взять его за руку. Не доверяла ему.

В мыслях возник образ Джейдена: его тёплая рука, уверенный взгляд. Как быстро она поверила сумасшедшему незнакомцу, которого едва знала? Как быстро взяла его за руку?

Она встряхнула головой, и образ Джея рассеялся.

Орион заметил её жест и будто сразу всё понял. Он поджал губы и вышел.

Кристин последовала за ним.

Двери лифта закрылись за ними с тихим скрипом, унося их выше — туда, где звёзды ближе, а правда где-то рядом.

Лифт мягко остановился.

Кристин шагнула вперёд и подняла взгляд.

По всему периметру крыши тянулись провода с лампочками, дававшими тёплый, мягкий свет. В углу была устроена уютная зона: на полу лежал светлый ковёр, поверх него — большая круглая подушка из белого и кремового меха, вокруг — множество мягких подушек в оттенках пыльной розы и слоновой кости. Над ковром был растянут полог, с которого свисали китайские бумажные фонарики. Сбоку стоял низкий столик, уставленный серебряными блюдами с фруктами, ягодами, тёплым хлебом и маленькими десертами. Вокруг горели высокие белые свечи в стеклянных подсвечниках; их пламя танцевало, отбрасывая на всё вокруг живые блики.

Вдруг к ней в объятия бросилась маленькая девочка.

— Лария? — удивлённо выдохнула Кристин, едва успев подхватить её на руки.

Маленькая яркая, с серебристыми волосами и огромными сияющими глазами, крепко обхватила её за шею.

— Ты пришла! Брат обещал тебя привести! — радостно прощебетала она. — Я ему всё рассказала. Как ты спасла меня из подвала у блеклых. Как не дала мне погибнуть.

Кристин замерла, глядя на ребёнка.

Воспоминания вспыхнули обрывками: тёмный подвал, страх, маленькая дрожащая рука в её ладони…

Она инстинктивно прижала девочку к себе крепче.

— Твой брат? — Кристин медленно повернулась к Ориону.

Тот стоял чуть позади, засунув руки в карманы, и улыбался — широко, искренне, почти мальчишески.

— Лария — моя младшая сестра, — тихо сказал он. — Блеклый похитил её прямо на прогулке, недалеко от детского сада. Мракрон не успел её спасти, но укусил того мерзавца. Это точно.

Кристин вспомнила парня, который бросился на неё в баре у блеклых. В живых его уже не было. Тот укус не прошёл даром.

Лария ещё крепче обняла Кристин.

— Спасибо тебе. Посмотри, как мы всё тут устроили. Тебе нравится?

Кристин посмотрела на Ориона поверх головы девочки.

Он заметил, что в её взгляде всё ещё был страх, но теперь к нему примешивалось что-то новое — что-то тёплое. Орион снова улыбнулся. Не мог перестать улыбаться. Ведь она снова была рядом. Почти как прежде.

— Вы всё это украсили… ради меня? — тихо спросила она.

— Ради нас, — мягко поправил Орион, делая шаг ближе. — И чтобы Лария могла поблагодарить тебя лично. Она три дня не давала мне покоя.

Девочка засмеялась и спрятала лицо у Кристин на плече.

Ветер с высоты трепал волосы. Фонарики покачивались, свечи мерцали. На несколько мгновений весь мир — война, яркие, блеклые, потерянные воспоминания, Совет — отступил куда-то далеко. Остались только свет ламп, запах фруктов и маленькая тёплая девочка на руках.

— Останешься? — спросил Орион едва слышно. — Хотя бы на час.

Кристин посмотрела ему в глаза. Потом осторожно опустила Ларию на землю, но девочка не отпустила её руку и продолжила радостно подпрыгивать.

— Пойдём! Брат приготовил самые вкусные пирожные! И клубнику со сливками — мою любимую!

Орион тихо рассмеялся, и в этом смехе не было привычной горечи. Он выглядел почти… обычным. Молодым мужчиной, который просто хотел порадовать свою сестру и девушку, которую…

Которую он когда-то любил.

Кристин видела всё в его глазах, и от этого было ещё больнее. Она не чувствовала к нему ничего подобного.

Они прошли к мягкой зоне в углу крыши. Кристин опустилась на большую подушку. Лария тут же прижалась к ней сбоку, словно боялась, что та исчезнет. Орион сел напротив, но не слишком близко — оставил пространство, будто понимал, насколько хрупким было её доверие.

— Я немного умею готовить, — признался Орион, ставя перед ней серебряную тарелку с изящно украшенными пирожными и свежими фруктами. — Поэтому попробовал приготовить пирожные, которые ты любила в детстве.

Кристин взяла одно пирожное и поднесла ко рту.

Этот вкус…

Мурашки побежали от кончиков пальцев до самых пяток. Как объятия мамы. Мамы… В голове возник нежный образ: мягкая, утончённая женщина. Но лица не разглядеть. Кристин поняла, что по щекам текут слёзы.

Она стала вытирать соленые капли руками, а они все текли. Орион испуганно смотрел на неё, протягивая белоснежный платок.

— Спасибо, — тихо произнесла она, глядя не на него, а на огонёк свечи.

Лария крепче обняла Кристин.

Что делать? Как перестать плакать?

Кристин чувствовала, как ком подкатывает к горлу.

Орион подал ей воды, потом сока. Кристин пила большими глотками, а затем глубоко дышала, пытаясь прийти в себя.

— Почему ты плачешь? — Лария приблизилась к её лицу, заглядывая в глаза и, наверное, в мысли. — Ты скучаешь? Но не помнишь, по кому скучаешь? Как это так?

Лария повернулась к Ориону и вопросительно посмотрела на него.

Он опустил глаза и уставился куда-то в пол. Казалось, он и сам сейчас заплачет.

Лария переводила взгляд с Ориона на Кристин и обратно. Ей было непонятно, почему все вдруг стали такими грустными.

Девочка неожиданно начала быстро говорить: рассказывала, как её похитили, как она жила в заточении в подвале, как боялась блеклых и как Кристин появилась, словно волшебница, и вывела её на свет.

Кристин успокаивалась, слушая её звонкий голос. И вдруг слёзы высохли — будто их и не было.

Орион заметно испугался, но старался не подавать виду. Он очень хотел, чтобы её воспоминания вернулись, но не хотел, чтобы она снова впала в то страшное состояние, когда собственная сила убивала её.

Так они просидели ещё полчаса, слушая болтовню Ларии. Девочка прыгала с темы на тему, рассказывая обо всём на свете, но больше всего — про любимого брата.

Орион смущённо улыбался.

Кристин смотрела на звёзды, а Орион — на неё.

Вскоре Лария начала зевать и устраиваться возле Кристин поудобнее. Орион мягко поднял сестру на руки.

— Пора спать, маленькая звезда.

— Но я хочу ещё… — сонно пробормотала девочка, закрывая глаза и прижимаясь к его плечу.

— Может быть, завтра, — шепнул он и поцеловал её в макушку.

Кристин поднялась на ноги. Орион прижал сестру к себе.

— Ты тоже устала? Пойдём?

Кристин кивнула.

Они зашли в лифт.

— Хочу, чтобы Кристин меня уложила, — сонно протянула Лария, тянув к ней руки.

— Но Кристин устала, — мягко возразил Орион, притягивая сестру обратно к себе.

— Я могу уложить, — сказала Кристин.

Она перехватила девочку и заключила в объятия.

Они остановились на сотом этаже. Орион вышел первым и открыл дверь.

Эта квартира была такой же уютной, как и ее. Но в полумраке, она заметила, что здесь было чуть больше хаоса. Детские вещи, игрушки. Галстук и рубашка небрежно валялись на большой кровати.

Чуть поодаль она увидела дверь в детскую и направилась прямо туда. Чего там только не было: кровать-карета принцессы, обои с мягко светящимися светлячками, ночник со звёздным небом. Целая стена, уставленная куклами, машинками и плюшевыми зайцами.

Кристин уложила малышку в постель. Та сразу заворочалась, укрываясь одеялом, и мирно засопела. Кристин вышла из детской, тихо закрывая за собой дверь.

Орион держал в руках два бокала с вином. Один он протянул ей, глядя прямо в глаза.

Теперь они были одни.

Орион подвинул для неё высокий стул. Тусклый свет у узкого барного стола слабо освещал кухонный угол. На этот раз он сел ближе — прямо напротив неё, но всё ещё на безопасном расстоянии.

Кристин застыла с бокалом в руке.

— Ты всё ещё боишься меня, — тихо сказал он.

Это не был вопрос.

— Я не боюсь тебя, — сказала она. — Я просто не чувствую к тебе… того же. Я даже не помню тебя.

Орион поморщился.

— Больно, — выдохнул он.

Кристин почувствовала, как внутри неё что-то болезненно шевельнулось, будто они и правда делили одну боль на двоих.

— Я никогда не был твоим врагом, — сказал он. — Даже если ты не вспомнишь меня, я всегда буду на твоей стороне. Буду защищать тебя. Даже от тебя самой.

Кристин медленно крутила в руке бокал и наблюдала, как в нём кружится вино.

— Ты преследовал меня. Мракроны охотились на меня…

— Мракроны защищали тебя, — устало ответил Орион. — По моему приказу. В твоём районе появлялись блеклые. Кто-то из них мог вспомнить тебя и напасть.

Он протянул руку чтобы коснуться ее. Кристин невольно отстранилась.

— Я скучал по твоей улыбке, — его голос дрогнул. — Помню, как ты заплетала мне волосы, когда мы были детьми. Ты вечно вплетала в них цветы. Я возвращался домой так, будто был цветочной поляной.

— Как такое возможно? — Кристин смотрела прямо ему в глаза, пытаясь вспомнить хоть что-то. — Я так ясно помню, что родилась в Нью-Йорке, а ты говоришь о другом мире. Я словно схожу с ума.

Она почувствовала, как в груди что-то болезненно сжалось.

Орион грустно улыбнулся.

— Я понимаю. Но я буду ждать. Сколько угодно. Даже несмотря на то, как меня рвёт на части, когда ты защищаешь его. Того, кто забрал у нас всё.

В голове Кристин возник образ Джея: тёплые глаза, сильные руки, то, как он защищал её от мракронов, как рисковал жизнью и пошёл против Ронана и других блеклых ради неё.

Это он забрал у неё всё?

Глава 29

Арен проснулся от громкого стука в дверь. Кого опять нелёгкая принесла? Это уже не секретное убежище, а проходной двор какой-то. Старик, похрамывая, направился к двери.

— Какого чёрта вы долбитесь в мои двери? — прохрипел он.

— Открывай, Арен. Это я, Джей.

— А с тобой кто?

— Друзья. Они меня доставили. Я был немного не в состоянии был идти.

— Ты всех подряд ко мне таскать будешь? — Арен начал открывать замки.

В прихожую ввалились двое здоровенных блеклых, на плечах которых висел Джей. Все трое были насквозь мокрыми, а ещё грязными и в крови.

— Да чтоб вас… Что случилось? — Арен отступил в сторону, пропуская нежданных гостей.

— Потрепали нас мракроны, гром их разрази, — Кэрвис уложил Джея на диван в гостиной. — Натравил их один из высших ярких. Он за девчонкой пришёл. Говорил я Джею: с ней что-то не так. Армию мракронов подняли ради неё. Ясно же, кто она такая.

— И кто же? — Арен презрительно прищурился, глядя на здоровяка.

— Погибель Джеева, вот кто она, — буркнул Кэрвис. — Его уже третий раз серьёзно куснули.

— Тебе бы свой первый укус сдюжить, Кэрвис, — слабо огрызнулся Джей с дивана. — Тогда и посмотрим, чья это погибель.

— Притащил ещё и искусанных… И что мне с вами делать?

Торсон молча пожал плечами и сел в кресло у окна. Части его тела то появлялись, то исчезали — невидимка явно устал держать форму.

Арен тяжело вздохнул, почесал седую бороду и принялся за работу. Он помог Джею снять изорванную куртку. На правой руке зияли два глубоких чёрных укуса, от которых по коже медленно расползалась тёмная паутина.

— Я учёный, а не врач, — проворчал Арен, внимательно рассматривая раны. — Но могу предположить, что правая сторона не успевает регенерировать. Слишком много укусов в одном месте. Если замедлить распространение этой дряни, твой организм, возможно, снова возьмёт верх.

— Кэрвис… мазь… — простонал Джей, корчась от боли.

Кэрвис несколько секунд недоумённо смотрел на него, а потом хлопнул себя по лбу и начал судорожно рыться по карманам. Сам он, конечно, брать мазь от яркой не собирался, но Джей приказал.

— Вот. Вот она. — Он вытащил слегка помятый тюбик. — Но её дала яркая. Та, что девчонку увела. Проверить бы. Может, отрава какая.

Арен взял тюбик, открыл, понюхал.

— Да мажь уже, старый дурень! — не выдержал Джей. — О чём тебе её запах скажет?

— Помолчал бы ты, Джей, пока я тебя за дверь не выпер! — огрызнулся Арен, но всё-таки начал аккуратно наносить мазь на укусы.

Чернота под кожей дрогнула. Тёмные прожилки перестали расползаться, затем начали медленно бледнеть. Раны не исчезли, но края их словно стянулись, а дыхание Джея стало ровнее.

Кэрвис вытаращил глаза. Неужто яркая и правда дала им лекарство от этой заразы? Он выхватил тюбик и принялся яростно мазать свой укус. Чернота под кожей тоже уменьшилась. Боль отступила. Через минуту здоровяк неожиданно громко разрыдался, уткнувшись лицом в огромные ладони.

— Если бы у Теора была такая мазь…

— Он прожил бы немного дольше. Это не лекарство, — отрезал Арен. — Вирус остаётся внутри. Мазь лишь на время замедляет его.

Кэрвис зарыдал ещё сильнее.

— Прожил бы дольше… Смог бы выменять свою сестрёнку на ту яркую мелкую девчонку, что он похитил.

Арен неловко похлопал его по плечу.

— Но не успел он, — рыдал Кэрвис. — Молил меня, чтобы я её выменял. А я испугался к ярким идти. Трус я. А потом девчонку прямо из подвала Джеева подружка выкрала… И ничего я не сделал для него.

Торсон подал Кэрвису платок. Тот громко высморкался.

— Не факт, что будь у Теора мазь, он бы смог успешно вернуть сестру, — грустно сказал Торсон. — Похищать яркую вообще было плохой затеей. Мы не должны опускаться до ярких. Мы такими методами не действуем.

Арен закончил мазать ногу Джея и выпрямился.

— Согласен. А что до мази… может, только для Джея от неё и есть весомая польза. Его регенерация обгоняет вирус. Организм почти мгновенно создаёт новые клетки взамен поражённых.

Повисла тишина. Только потрескивал старый камин да тяжело дышал уснувший прямо в кресле Торсон.

— Ладно, — буркнул Арен. — Раз уж притащились — оставайтесь. Вы двое в комнате наверху. Джей пусть лежит здесь, на диване.

Кэрвис разбудил Торсона, и они поднялись на второй этаж. Джей провалился в тяжёлый, болезненный сон прямо на диване. Все они были измотаны.

Арен ещё долго сидел в кресле рядом с Джеем и смотрел на огонь. Его успокаивала мысль, что он не один такой. Полукровка. Ни яркий, ни блеклый. Что-то между.

Утро пришло неожиданно тихо. Джей проснулся от детского плача. Он сел на диване. Рука почти не болела, чёрные прожилки стали едва заметны. Тело всё ещё ломило, но сила возвращалась. Из кухни доносились голоса. Джей встал и, потирая лицо, пошёл на звук.

На кухне, за столом, в детском кресле уже сидел… малыш Арен. У плиты хлопотал Кэрвис.

— Выспались?.. — хрипло спросил Джей.

— Выспишься тут, — буркнул Кэрвис. — Чей это малец без присмотру? И куда твой старик делся?

Младенец недовольно загулил и стукнул крошечной ладошкой по столу. В этот момент в кухню вошёл Торсон, протирая глаза. Увидев младенца, он замер с открытым ртом.

— Это… это что за?..

— Это Арен, — устало ответил Джей. — У него способность такая. Забыл вас предупредить. Будет мелким примерно до обеда.

Следующие несколько часов превратились в настоящий цирк. Арен-младенец быстро рос. К десяти утра он уже был капризным трёхлетним ребёнком, который требовал сладкое и называл Кэрвиса «большим глупым камнем». Торсон умело материализовывался тогда, когда нужно было поймать убегающего Арена, который выглядел уже лет на пять и пытался залезть на шкаф. Джей только похихикивал. Никогда маленький Арен ещё не вёл себя так безрассудно. Прошло всего несколько часов, а Кэрвис и Торсон уже были эмоционально вымотаны.

— А ведь я говорил своей жене: «Что ты весь день дома с ребёнком делала, что ничего сделать не успела?» — Кэрвис вытер рукой пот со лба. — Забираю слова обратно. Все до единого.

К обеду Арен снова стал молодым парнем лет двадцати — тем самым учёным, которого все знали: высоким, худощавым, с вьющимися волосами и красивыми внимательными глазами. Торсон и Кэрвис наконец поняли, кто перед ними. Портреты молодого Арена были у многих. А его изобретения давно облегчали жизнь блеклых.

Арен сидел за столом, пил чай и морщился.

— К этому невозможно привыкнуть. Каждый раз — будто заново рождаешься.

Джей сидел напротив, осторожно разминая руку. Он чувствовал, что силы почти полностью вернулись.

— Спасибо, что приютил нас, — спокойно сказал он.

Арен махнул рукой.

— Будто у меня был выбор. Что дальше делать будешь?

Джей опустил взгляд.

— Пока сам не понимаю.

Кэрвис тяжело вздохнул, глядя в окно.

— Яркие если её забрали… Да ещё и с такой армией за ней пришли… Теперь будут охранять. Забыть про неё надо. Хорошо, что все места, где она бывала, мы перенесли. Ярким информация от неё ничего не даст.

— Почти все места, — поправил его Джей, вспомнив о больнице и подвале, где он жил с другими блеклыми.

Торсон появился рядом с холодильником, держа в руках бутерброды.

— Если она яркая, — сказал невидимка, жуя с набитым ртом, — то она изначально с ними должна была быть. Там её место.

Арен посмотрел на Джея долгим, тяжёлым взглядом.

— Я и сам всё понимаю.

Джей прикрыл глаза.

Перед ним вспыхнули карие глаза Кристин. Потом — обрывок видения при поцелуе: она совсем близко, в ярком свете, но смотрит на него с яростью и страхом. Больше он ничего не видел. Видение не менялось и быстро исчезало, когда заканчивался их поцелуй.

— Я уже встречал её однажды, — наконец сказал Джей. — И, похоже, не помню ничего о той встрече.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Я знаю лишь один день, который ты можешь не помнить, — тихо произнес Арен.

Кэрвис сжал огромные кулаки. Торсон поднял глаза на Арена, исчезая и появляясь снова.

Джей медленно повернулся к нему.

— Ты о дне взрыва? Думаешь, она была там тогда?

Слова Арена словно открыли дверь, за которой давно стояла тьма. Джей не помнил. Но тело помнило усталость, тяжесть в груди, запах крови.

Он и сам не желал войны, не желал быть причиной взрыва, который уничтожил их мир. Он и не знал, что, если столь сильные яркие нападут на него разом, он сможет впитать столько силы, и получится взрыв такой силы…

Он вспомнил время до взрыва, старый штаб, тусклые лампы над картами, горький кофе в помятой кружке.

И постепенно настоящее начало отступать. Кухня Арена растворилась. Вместо неё пришла ночь.

Ночь в штабе. Почти никого не осталось. Только Джейден, их стратег Анита и одна из военачальниц — Верея.

Сегодня они снова провели голосование. Джейден устало потёр глаза.

Большинство блеклых голосовали за начало полномасштабной войны. Тем более Джей и сам понимал: они готовы. Блеклые с аномальными силами, способными блокировать силы ярких, были завербованы и распределены по секретным военным отрядам.

Яркие не обладали особыми физическими силами. Стоило отобрать у них ментальные способности — и они становились беззащитны. Даже самый слабый блеклый был сильнее яркого.

В дверь постучали. Все в штабе напряглись.

Верея стояла у карты, висевшей в центре стены, скрестив руки на груди. Анита сидела ближе к двери, за небольшим пультом связи, поэтому первой поднялась, когда раздался стук.

— Пароль? — спросила она, подойдя ближе к двери.

Штаб располагался в старом подземном помещении, которое когда-то, вероятно, служило техническим этажом. Низкий потолок пересекали трубы, кое-где обмотанные изоляцией. Стены были серыми, шершавыми, с тёмными пятнами сырости. В центре стоял длинный металлический стол, заваленный картами земель Изобилия и Пустоши, схемами тюрем для блеклых, списками отрядов и помятыми металлическими кружками с давно остывшим кофе.

Над столом тускло мигали две лампы.

Весь штаб охранял купол, который создал Арен. Но с тех пор, как технологию создания куполов заполучили яркие, они научились их находить. Да, это всё ещё было сложной задачей. Но уже не невозможной.

Из-за двери послышался ответ:

— Амедала, победившая страх и раскрошившая на кусочки наших врагов!

Джей был против такого пароля.

Раньше он каждый раз вздрагивал, когда слышал имя матери. Но теперь пароль произносили так часто, что раз за разом слышать её имя становилось всё менее больно.

Он старательно выгонял образы из головы, но на этот раз они всё равно захватили разум.

Он совсем малыш. Ему, может, лет пять. Мама с испуганным лицом прячет его за потайной стеной в их доме и велит молчать. В стене, за которой он прячется, есть маленькая, едва заметная щель. Через неё поступает воздух и немного света.

Джею почти ничего не видно.

Но он слышит, как кто-то врывается в дом. Звон посуды, крики. Мама сражается до последнего.

Потом он узнает, что она была очень сильной блеклой. Сражалась за свободу их народа. Собрала большой отряд блеклых, и они нападали на места, где держали заключённых, освобождали своих. Потом он узнает, что она и сама попала в плен, но даже там не перестала сражаться: подняла бунт и сбежала.

Всё это он узнает потом. А сейчас она — просто его мама. Та, кого он любит больше всех в мире. И она кряхтит, задыхаясь. Яркий своей силой поднял её в воздух и душит.

Джей слышит, как мракроны разносят их дом.

— Где это существо?

— Уме-е-рло… — голос мамы тихо хрипит. — Я сама его убила.

Хруст.

Обмякшее тело падает на пол. Голова неестественно вывернута.

Джей не уверен, видел ли её тело сквозь щель. Возможно, уже потом, когда яркий ушёл и он выбрался из укрытия. Но в памяти всё будто происходило прямо перед его глазами.

Анита отворила дверь.

На пороге появился старик — Арен. За ним переступил порог яркий.

В огромной комнате сразу стало тесно.

Джейден занимал место во главе стола, но сейчас это место больше напоминало край пропасти: перед ним лежали результаты голосования, и от одного взгляда на них становилось тяжелее дышать.

Верея оттолкнулась от стены и медленно положила ладонь на плечо Джея, будто говоря: «Я с тобой. Держись».

Анита замерла у двери, не закрывая её до конца.

Джейден сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.

— Кто дал пароль этому миротворцу?

— Не кипятись, Джей! Сначала выслушай.

Арен, не дожидаясь приглашения, прошёл к столу и сел на край свободного стула в середине стола — как всегда, слишком расслабленно для человека, который только что притащил яркого в сердце штаба блеклых.

Яркий остался стоять у двери.

— Сядь, — коротко прошипел Арен, даже не оборачиваясь.

Яркий медленно прошёл вперёд и сел за другой конец стола, напротив Джея, оставив между собой и остальными весь длинный стол.

Джейден наполнил грудь воздухом, а потом тяжело выдохнул.

Этот вечер обещал быть длинным.

Арен первым прервал напряжённое молчание.

— Сопротивление существует, как я и говорил тебе. Это Алан. Он возглавляет небольшую его часть. — Арен твёрдо смотрел на Джея. — Среди них есть потомок учёного, который создал мракронский вирус.

— Ты сейчас серьёзно? — Джей не понимал, Арен совсем сошёл с ума или просто прикидывается.

— Она хочет разработать лекарство от мракронского вируса, — вступил в разговор Алан. — Я работаю над лекарством вместе с ней.

— И? Я должен поблагодарить вас? — иронично спросил Джей.

Алан замялся.

— Если она потомок учёного, которого они ставят в культ, она сможет добиться аудиенции у молодой императрицы. И тогда нам всё же удастся назначить с ней встречу.

— Когда это случится? — Джею были неинтересны призрачные возможности.

— Она уже пыталась, но пока ей отказали. Императрицу с самого детства прятали от широкой публики. Даже после вступления на престол её берегут и не хотят открывать личность до совершеннолетия.

— Серьёзно? Вы хотите, чтобы мы ждали до её совершеннолетия? — Джей смотрел на них так, будто они сошли с ума.

— Нет. Мы продолжим добиваться встречи с ней.

— Сколько это займёт времени?

Джей снова посмотрел на результаты голосования. Он не сможет долго их сдерживать. Блеклые на пределе.

— Мы не можем гарантировать точное время, — Алан опустил взгляд.

— Но это реальный шанс, не призрачный! — не унимался Арен.

— Мы уже пытались назначить встречу. Сколько писем и знаков было отправлено с нашей стороны.

— Ты же и сам всё знаешь! — Арена потрясывало. — Ты слышал о её указе в первый же день после восшествия на престол?

— Слышал. Она запретила помещать детей блеклых в тюрьмы. Запретила использовать детей как подопытных.

— Она чуть не потеряла власть из-за этих изменений, — Алан снова обратился к Джею. — Это уже показатель. Она неравнодушна к судьбам других рас.

— И что? Она отпустила этих детей? Вернула им родителей? Или просто приказала держать их в клетках помягче?

— Но… — попытался возразить яркий.

Но ярость Джея было уже не остановить.

— Может, она остановила нападения на наши жилища? Остановила захват целых семей блеклых в плен?

— Она ребёнок и сама только взошла на трон! — перебил его Арен.

— Пробуйте, — Джей резко выдохнул. — Пробуйте назначить с ней встречу. Но времени мало. Да и толку от этого, скорее всего, не будет.

Глава 30

Орион всё ещё с надеждой смотрел на Кристин.

А она смотрела, как вино медленно кружится в бокале. Тёмно-рубиновая жидкость цеплялась за тонкое стекло, оставляя на стенках прозрачные следы. Кристин так и не сделала ни одного глотка.

Она находилась в квартире Ориона от силы минут двадцать, но казалось, что время тянется, как липкая слизь. Она понимала, что ей нужно идти, но что-то заставляло её остаться.

Она задумчиво оглядывала квартиру. Мягкий свет настенных ламп, небрежно оставленная книга на подлокотнике кресла, детский плед с вышитыми звёздами на спинке дивана, несколько игрушек у окна. На кухонном островке стояла чашка с недопитым кофе, рядом — раскрытая коробка с карандашами Ларии.

Из детской послышалось ворочанье. Потом тихий стон. И наконец — детский плач.

Кристин резко поднялась, поставив бокал на стол. Вино дрогнуло, но не расплескалось. Орион опередил её. Он уже был у двери детской, когда Кристин только сделала первый шаг.

Лария сидела на кровати, сжавшись в комок, и плакала так, будто всё ещё была в том подвале. Орион опустился рядом с ней.

— Всё хорошо, ты дома, милая. Ты дома.

— Он тут, — сквозь всхлипы прошептала Лария. — Он снова тут. Он заберёт меня и запрёт в подвале.

Кристин замерла в дверях. Малышке снился Кэрвис и его подвал в баре.

В груди Кристин поднялась горячая волна ненависти ко всем, кто был причастен к этой войне. К ярким, к блеклым, к тем, кто отдавал приказы, и к тем, кто исполнял их, не думая о детях. Потому что в любой войне, как бы её ни оправдывали, первыми страдали те, кто не мог себя защитить.

Орион осторожно коснулся виска Ларии. Свет под его пальцами дрогнул. Девочка всхлипнула ещё раз, потом постепенно расслабилась.

— Смотри, — прошептал он. — Это только сон.

Он включил ещё несколько ночников. Один был в форме луны, другой — в виде маленького стеклянного кита, внутри которого плавали золотые искры. Третий стоял у кровати и отбрасывал на потолок мягкие розовые облака.

Лария совсем не могла спать в темноте. Орион укрыл её одеялом, провёл рукой по серебристым волосам и долго сидел рядом, пока дыхание девочки не стало ровным.

Когда он вернулся на кухню, лицо его было совсем другим. Усталым. Жёстким.

— Ей приснился кошмар, — сказал он. — Я видел в её воспоминаниях того, кто запер её в подвале. А потом ты пожелала, чтобы я отпустил его и его дружков.

Орион поднял на Кристин тяжёлый взгляд.

— И я сделал это ради тебя.

Кристин сжала пальцы.

— Яркие превращают блеклых в мракронов.

— Потому что они это заслужили, — резко отрезал Орион.

— Яркие крадут их детей.

Орион стиснул зубы.

— Блеклые дети опасны. Они не умеют держать себя в руках. Они выдают людям наше существование. А потом вырастают такими же безжалостными тварями, как их родители.

Он осёкся, увидев её лицо.

Если ему и удалось ненадолго разбудить в ней что-то тёплое, то сейчас всё снова было потеряно. Кристин смотрела на него так, будто перед ней действительно стояло чудовище.

Орион почувствовал, как внутри всё болезненно сжалось.

Она симпатизировала блеклым. Этим тварям. Они просто добрались до неё раньше. Посеяли в её голове этот сумрак, эту жалость…

Кристин тяжело было слышать его слова. Перед глазами вставала школа для блеклых детей.

Те самые дети были «врагами» Ориона: пернатый мальчишка с большими крыльями за спиной; конопатая рыжая девочка, волосы которой то и дело вспыхивали ярким пламенем; ребёнок, без остановки меняющий свою внешность и даже пол. А иногда превращающийся в кого-то из рядом стоящих детей.

Кристин вспомнила, как к ней подошла девочка, кожа которой чем-то напоминала змеиную. Малышка тогда взяла Крис за руку и спросила:

— Вы будете с нами жить?

Сердце Кристин сжалось от этих воспоминаний. Это в тот день один из детей рассказал ей о том, что яркие натравили мракронов и на детей.

В голове как наяву прозвучали слова мальчика, в руках которого искрилась маленькая молния:

— Мракроны избавляются от нас...

— Избавляются? — спросила она тогда, и ответ заставил волосы на коже встать дыбом.

— Убивают! Иногда ловят и отдают ярким, нам мадам Дебра рассказала.

Кристин стало больно от такой несправедливости к детям.

— Мне пора, — твёрдо сказала Кристин. — Уже поздно.

Она направилась к выходу.

Орион хотел остановить её, но не сделал ни шага. Понимал: станет только хуже. Эмоции снова захватили его, и он всё испортил.

Кристин поднялась на свой этаж.

В её квартире было темно, пусто и прохладно. Огромные окна отражали слабые огни города, а просторная гостиная казалась слишком большой для одного человека. На диване лежал плед, оставленный Мираей утром. На мраморной стойке кухни стояла чашка, к которой Кристин так и не притронулась.

Мираи всё ещё не было. Сможет ли она сделать лекарство для Джея и других блеклых так быстро? Успеют ли они помочь ему до того, как он станет мракроном? Сколько у него осталось времени? Кристин не оставалось ничего, кроме как лечь спать и надеяться, что Мирая вернётся к утру.

Кристин спала беспокойно, несколько раз просыпалась. Мираи всё ещё не было. Не вернулась она и утром. Тогда тревога стала нарастать.

Крис не знала, где находится лаборатория Мираи, но догадывалась: если она прикажет, её туда отведут. Оставался один вопрос — как позвать кого-то из ярких? Стоило ей подумать об этом, как в дверь постучали.

Кристин быстро надела тёмно-синие джинсы, светлую майку и накинула джинсовку. За дверью стоял тот самый яркий, который провожал её в зал Совета. Высокий, спокойный, безупречно вежливый. Слишком вовремя. Кристин нахмурилась. Надо не забывать закрывать мысли. Похоже, они постоянно её слушают.

— Я хочу увидеть Мираю.

Яркий кивнул и направился к лифту. Они долго спускались вниз. Этажи сменялись один за другим, пока лифт не проехал первый, затем нулевой и наконец не остановился на минус первом. Двери раскрылись.

Кристин ожидала увидеть обычный подвал, но перед ней оказался широкий стерильный коридор. Белые стены, серый пол, тонкие линии холодной подсветки под потолком. Воздух пах металлом, озоном и лекарствами. Где-то глубоко за стенами гудела вентиляция. Лабораторию организовали прямо под зданием. Кристин вошла вслед за проводником в просторное помещение.

Внутри стояли длинные металлические столы, заставленные пробирками, колбами, микроскопами и экранами с бегущими рядами данных. У стены мерцали холодильные камеры с образцами крови. В углу стояла узкая кушетка, на которой лежали скомканный плед и подушка. Похоже, Мирая спала прямо здесь. Если вообще спала.

Сама Мирая сидела за столом и лихорадочно что-то записывала в журнал, периодически поглядывая в микроскоп. Волосы у неё выбились из причёски, глаза были уставшими и красными. Рядом стояли банки и склянки со странным содержимым: серебристая слизь, тёмная густая жидкость, тонкие кристаллы в прозрачном растворе. Что-то похожее Кристин уже видела дома у Мираи.

— Мирая? — тихо позвала она, будто боялась спугнуть учёную.

Та вздрогнула и наконец подняла голову.

— Ты здесь? Сколько времени?

— Скоро обед.

В дальнем углу кто-то зашевелился.

— Обе-ед? — зевая, протянул парень. — Я голоден.

Кристин сразу узнала его.

Тот самый паренёк, который помог ей сбежать, когда мракроны окружили их с Микки в квартире Мираи.

— Ярик!

— Привет, Кристин! — Ярослав сонно приподнялся на кушетке. — Рад, что с тобой всё в порядке.

На руке всё ещё виднелись следы укуса мракрона. Ярик то и дело чесал кожу возле укуса.

— Ярослав! — устало проворчала Мирая. — Я же просила тебя укусы не чесать.

— А я просил не брать у меня кровь каждые двадцать минут, — тихо, так, чтобы слышала только Кристин, прошипел он. — Мы оба разочарованы.

Кристин растерянно посмотрела на него, потом на Мираю.

— Но как?..

— Как Ярик оказался тут? — уточнила Мирая. — Его вчера ночью привезли ко мне. Ты пожелала, чтобы у меня было всё необходимое для работы.

— Рад быть полезным, — Ярик приподнял здоровую руку. — Хотя в следующий раз предпочёл бы помочь чем-нибудь менее болезненным. Например, принести кофе. Или моральную поддержку. Я отлично морально поддерживаю.

Он говорил легко, но пальцы у него дрожали.

Кристин стало не по себе.

— Ему можно здесь быть? А потом его отпустят?

— Всенепременно отпустят, — ответила Мирая. — Куда им деваться? Это их мракрон укусил его. Людей яркие не трогают. Максимум — сотрут воспоминания.

— Очень обнадёживающе, доктор, — иронично произнёс Ярослав.

Мирая продолжала смешивать что-то в пробирках и будто не заметила его колкости.

— Я никогда ещё не была так близка. Раньше у меня не было одновременно крови недавно укушенного блеклого и укушенного человека. Все эксперименты приходилось проводить на мракронах. А теперь…

Она обернулась к Ярику.

— Благодаря ему у меня есть кровь, которая полностью и почти сразу побеждает мракронский вирус. Мне удалось выделить из неё антитела.

Мирая улыбнулась впервые за всё утро.

— Иди сюда. Просто посмотри.

Кристин подошла к микроскопу.

— Я ничего в этом не понимаю.

— И не нужно. Просто смотри.

Кристин наклонилась к окуляру. В красной живой крови копошилось что-то тёмное. Не просто пятна — крошечные существа, будто обрывки тени. Они двигались рывками, цеплялись за клетки, расползались, оставляя после себя сероватые дорожки. Кристин отпрянула.

— Оно живое.

— Мракронский вирус, — торжественно сказала Мирая. — Живой. Активный. Голодный.

Ярик с кушетки поднял палец вверх и беззвучно произнёс:

— Супер.

А потом добавил громко:

— Я, кстати, тоже голодный!

Мирая не ответила. Она схватила пипетку. Из маленькой колбы она набрала мутную жидкость с бордовым отливом.

— А теперь смотри.

Она капнула жидкость на образец. Кристин снова заглянула в микроскоп. Сначала ничего не изменилось. Тёмные частицы всё так же шевелились в крови, медленно расползаясь между красными клетками. Потом в самой крови начали появляться маленькие круглые частицы бледно-розового цвета. Они собирались группами, как стая крошечных рыб, а затем бросались на тёмные сгустки.

Кристин задержала дыхание. Розовые частицы буквально пожирали тёмные.

— Прививка, — прошептала Мирая, и в её голосе впервые за всё утро прозвучало настоящее, почти детское восхищение. — Мы обучим организм сопротивляться. Покажем ему врага и заставим вырабатывать ответ. Видишь? Видишь, как они атакуют?

— Вижу, — Кристин не могла оторваться от окуляра.

Тёмные сгустки исчезали один за другим. Кровь будто очищалась на глазах.

— Это прорыв. Настоящий прорыв.

— Значит, нужно просто поставить эту прививку всем блеклым?

— Если бы всё было так просто… — Мирая выдохнула и провела пальцами по растрёпанным волосам. — Нет. Каждая вакцина индивидуальна. Её придётся изготавливать на основе крови конкретного укушенного.

— Но почему?

— Из-за способностей блеклых. У каждого мутация идёт по-своему. Вирус цепляется не только к телу, но и к силе. Меняется вместе с ней.

— Чтобы помочь Джею, нам нужна его кровь?

— Да, — кивнула Мирая.

— Я пойду к нему.

— Нет, — слишком быстро ответила Мирая.

Ярик поднял брови.

— Обычно, когда кто-то в лаборатории говорит «нет» таким тоном, это значит, что идея очень плохая.

Кристин даже не посмотрела на него.

Она стояла посреди лаборатории и думала, как доставить сюда кровь Джея. Вряд ли яркие дадут ей просто так уйти. Но если она могла приказывать Совету… если мракроны слушались её…

Мирая смотрела на неё с тревогой.

— Ты понимаешь, что будет, если ты снова отправишься к блеклым?

Кристин не успела ответить.

Из коридора донёсся детский крик.

Тонкий. Испуганный. Сорванный.

Кристин резко повернулась.

— Кто это?

Мирая побледнела.

— Думаю… дети. Захваченные дети блеклых.

— Что?

Кристин выбежала из лаборатории.

Коридор за дверью казался ещё длиннее, чем прежде. Холодный свет бил в глаза. По обе стороны тянулись одинаковые двери с гладкими панелями без ручек. За одной из них снова раздался плач.

Мирая побежала следом.

— Кристин, стой!

Но Кристин уже не могла остановиться.

Она не знала, с какой двери начать. Их было слишком много.

«А какая, впрочем, разница?»

Кристин бросилась к ближайшей двери. Заперто. Она дёрнула сильнее. Ничего.

— Откройся, — прошептала она.

Ничего.

Тогда отчаяние поднялось в ней горячей волной. Внутри проснулась сила. Тёплые нити света потянулись от её пальцев к замку. Замок щёлкнул. Дверь распахнулась.

За ней оказалась большая светлая комната. Не камера в привычном смысле. Скорее детская, устроенная теми, кто не понимал детей. Мягкий ковёр, несколько низких кроватей, подушки у стен, полки с игрушками, столы с карандашами и книгами. На двери — скрытый замок. В углу — камера наблюдения.

В комнате было около тридцати детей.

Самым маленьким едва исполнилось шесть. Старшим — лет двенадцать. Все блеклые. И все испуганные.

Когда дверь открылась, многие сразу выстроились посреди комнаты, будто их уже учили: при проверке стоять тихо. Несколько малышей сидели у стен, обнимая подушки. Девочка с белыми ресницами прижимала к груди деревянного кота. Худенький мальчик лет семи пытался заслонить собой двух малышей. У темноволосой девочки за спиной дрожали прозрачные крылья, похожие на тонкую слюду, — то появлялись, то исчезали от страха.

У одного мальчика вокруг пальцев бегали синие искры. Он сжал кулаки, но искры всё равно просачивались между пальцами и тихо потрескивали.

Другой ребёнок — совсем маленький, рыжий, с веснушками — сидел на полу и плакал беззвучно. Вокруг него периодически загоралось кольцо огня и тут же гасло.

Кристин почувствовала, как сердце болезненно сжалось.

— Не бойтесь, — сказала она. Голос дрогнул, но она заставила себя говорить твёрже. — Я что-нибудь придумаю. Я освобожу вас.

Дети молчали.

Тогда мальчик с синими искрами сделал шаг вперёд. Между его ладонями вспыхнул электрический шар. Воздух запах озоном.

— Не подходи, — хрипло сказал он. — Мы не пойдём на опыты.

— Тихо, Иль, — маленькая девочка схватила его за рукав. У неё были огромные серые глаза и волосы, заплетённые в две неровные косы. — Они сильнее нас. Ты только разозлишь их.

— Да, я правда зла, — сказала Кристин.

Дети вздрогнули.

Кристин опустилась на одно колено, чтобы не смотреть на них сверху вниз.

— Но не на вас.

Электрический шар в руках мальчика дрогнул.

— Я хочу, чтобы вы пошли со мной. Все.

— Куда? — спросила девочка с прозрачными крыльями.

Кристин не сразу нашлась, что ответить.

— В мою квартиру, — неуверенно произнесла она, — для начала. А там будем решать, что делать дальше.

И тут она заметила, что у маленького рыжего мальчика на руке темнел укус мракрона. Кожа вокруг раны была серой, тонкие прожилки расползались к локтю.

— Да чтоб вас… — выдохнула Кристин, а потом резко обернулась к Мирае. — Уводим детей в лабораторию. Нужно осмотреть всех. У тех, кто укушен, взять кровь. Срочно.

Мирая стояла в коридоре, потрясённо глядя на распахнутую дверь.

— Кристин…

— Потом.

Кристин пошла дальше по коридору и открыла ещё несколько дверей.

За одной оказалась пустая лаборатория с холодными столами и выключенными мониторами. За другой — помещение с большими металлическими клетками. Видимо, для новообращённых мракронов. Сейчас клетки были пусты, но на полу остались глубокие царапины. За третьей дверью стояло медицинское оборудование: капельницы, сканеры, кресла с фиксирующими ремнями.

Кристин почувствовала, как ярость становится почти осязаемой.

Она вернулась к детям.

— Все за мной.

Дети не двигались.

Тогда рыжий мальчик с укусом поднял на неё глаза.

— Ты правда не сделаешь нас мракронами?

Кристин медленно покачала головой.

— Нет.

— И не отдашь нас этим ярким?

Она посмотрела на Мираю.

— И ярким не отдам.

Мальчик поднялся первым. За ним девочка с крыльями. Потом Иль, всё ещё держа электричество в ладонях, но уже не направляя его на Кристин. Остальные потянулись следом.

Дети выходили в коридор осторожно, прижимаясь друг к другу. Некоторые были босиком. У одной малышки волосы сами собой поднимались в воздух, будто вокруг неё было невидимое течение. Другой мальчик становился прозрачным каждый раз, когда кто-то громко говорил. Мирая тихо назвала это защитной мутацией.

Откуда ни возьмись рядом с ними возник яркий. Кристин видела его только однажды, в коридоре, когда она впервые шла на Совет ярких.

— Что вы делаете? Кто вам разрешил?!

Дети тут же отпрянули назад. Иль вскинул ладони, и электрический шар снова вспыхнул. Девочка с крыльями поднялась в воздух и повисла под потолком. Рыжий мальчик с укусом спрятался за Кристин.

Она поняла: детей она здесь не оставит. Ни за что.

Кристин мысленно обратилась к Мирае:

«Срочно скажи мне, кто я такая».

«Кристин… я не могу».

«Срочно. Мне нужно знать, насколько я высоко стою в их иерархии, чтобы вывести этих детей отсюда».

Мирая молчала всего секунду.

Но этой секунды хватило, чтобы сердце Кристин успело ударить несколько раз.

«Ты императрица, — наконец прозвучал голос Мираи в её голове. — Действующая императрица ярких. Выше тебя никого нет».

Глава 31

Кристин догадывалась, что является кем-то важным для ярких. Тут сложно было не догадаться, она же не дура. А вот поверить в это было сложнее. Тем более поверить в то, что она императрица? Как такое вообще возможно?

Кристин всё ещё стояла, застыв на месте. В себя она пришла, только когда маленькая девочка с прозрачными крылышками приземлилась рядом и взяла её за руку. Кристин оглядела испуганных детей. Их лица, дрожащие губы, сжатые пальцы, босые ноги на холодном полу — всё это придало ей сил.

Она медленно повернулась к яркому. Она не знала, как должна говорить императрица. Не знала, как должна стоять, смотреть, приказывать. Но осознание того, что жизни детей сейчас в ее руках придало ей сил.

Кристин выпрямилась.

— Я разрешила, — наконец сказала она. — Я ваша императрица. И я приказываю привести всех детей в мою квартиру. Передать мне всю информацию о них. А также не препятствовать их лечению.

Яркий побледнел.

— Но… приказа от Лиланы не было…

— Так кто императрица: я или Лилана?

Яркий задрожал.

— Мирая, осматривай детей. Все, кто здоров, едут со мной на сто первый этаж. Все, кого укусил мракрон, сдают кровь, а потом я заберу их тоже.

Яркий больше ничего не сказал. Он почти бегом направился ко второму лифту — видимо, чтобы сообщить Лилане о происходящем.

Мирая стала быстро осматривать детей, одного за другим. Кристин вызвала большой грузовой лифт. Испуганные дети нерешительно заходили внутрь, жались друг к другу, оглядывались на коридор и на Мираю.

— Я отвезу тех, кто здоров, и вернусь за вами, — сказала Кристин. — Всё будет хорошо. Ждите меня в лаборатории у Мираи.

Мирая осталась внизу с детьми, у которых обнаружила укусы мракронов.

Двери лифта с мягким шелестом закрылись.

Когда они вновь открылись на сто первом этаже, Кристин впервые по-настоящему обрадовалась, что её квартира занимает целый этаж.

— Проходите, — сказала она детям. — Пока это будет ваш дом. До тех пор, пока мы не разберёмся, как найти ваших родных или другое безопасное для вас место.

— Вы нам что, помогаете? — спросила маленькая девочка, всё ещё державшая за руку Иля, того самого мальчика, который хотел бросить в Крис энергетический шар.

— Я вам помогаю, — сказала Кристин. — И клянусь, что продолжу помогать, несмотря ни на что.

«Даже если это будет стоить мне жизни», — добавила она про себя.

Из легкового лифта вдруг вышел Орион.

— Отлично, — сказала Кристин. — Пойдём. Нам надо вниз, за остальными детьми.

Она зашла в грузовой лифт.

— Но что тут происходит? — Орион вошёл следом, и двери лифта закрылись.

— Помнишь, я нашла твою сестру в подвале?

— Конечно.

— Тут, оказывается, тоже есть подвал. Пойдём, покажу.

Когда они вышли из лифта, дети в лаборатории, увидев Ориона, испугались и сбились в кучку. В лаборатории было тесно. Мирая выстроила укушенных детей в цепочку и брала у них кровь.

— Всего одиннадцать укушенных, — сказала она. — Сейчас закончу брать кровь, и можно будет забирать всех. Вакцину приготовлю в течение этой ночи. Утром мы сможем им помочь.

Она обернулась к Ярославу, который молча наблюдал за происходящим.

— Тебе лучше отправиться домой. Если мне еще понадобится твоя помощь, могу я…?

— Снова прислать за мной ярких в 12 часов ночи? Конечно, без вопросов, — усмехаясь, сказал Ярослав, — пойду хоть собаку накормлю.

Он пошёл к выходу.

Тут Мирая увидела ошарашенного Ориона.

— Ты помогаешь Кристин?

— Да, конечно, помогает, — Крис не дала ему ответить.

— Но я… — начал было Орион.

— Он же лучше всех понимает, каково это, когда твоего ребёнка держат в подвале, не так ли?

— Но они блеклые, — наконец выговорил Орион.

— Ну естественно. Ещё бы яркие держали в подвале собственных детей! — отрезала Кристин. — Чужих ведь не жалко, да?

Она зло посмотрела на него. От ее взгляда Ориона будто обдало холодом.

Кристин и сама не понимала, откуда в ней столько дерзости и смелости. Себя бы так она защитить не смогла. Но сейчас на кону была не её жизнь.

Орион ничего не ответил. Он просто замер, не зная, как ему быть.

Кристин погрузила всех оставшихся детей в лифт.

— Среди них есть укушенные… Они могут быть опасны… — вдруг к Ориону вернулся голос.

— Я разберусь, — твёрдо сказала она, глядя ему прямо в глаза, пока двери лифта закрывались.

Дети тихонько шептались. В этот раз Крис показалось, что лифт поднялся на её этаж за считаные секунды.

Когда они вышли, в квартире Кристин было непривычно шумно. Дети наперебой что-то громко обсуждали. Кто-то кидался подушками, некоторые уже играли в догонялки. Несколько малышей осторожно трогали бархатный диван, будто не верили, что на нём можно сидеть. Девочка с крыльями зависла под потолком и разглядывала хрустальную люстру.

И тут Кристин услышала звон бьющегося стекла.

Кто-то уронил розовую полупрозрачную напольную вазу, стоявшую в углу кухни.

Дети испуганно замерли.

— Это всего лишь ваза, — быстро сказала Кристин. — Ничего страшного. Главное — не порежьтесь об осколки.

Она поспешила за совком и веничком, чтобы собрать стекло.

В коридоре появился Орион. Он прошёл к ней, пытаясь скрыть отвращение к детям блеклых. Взмахнул кистью, и все осколки взмыли в воздух.

Кристин убрала совок в сторону.

Плавным движением руки Орион отправил стекло в мусорное ведро.

Дети притихли, глядя на него. Кристин оглядела их и громко произнесла:

— Так. Я ещё не придумала, что мы с вами будем делать. Но, наверное, для начала всех вас нужно покормить. Кто-нибудь хочет еды из «Макдональдса»?

— Да-а-а-а!

Крик был такой громкий, что Кристин даже рассмеялась.

Она повернулась к Ориону.

— Закажи нам еды из «Макдональдса» на… — она попыталась пересчитать детей, но те постоянно двигались. — Примерно на тридцать человек.

— Я?

— Не закажешь? — Она вопросительно посмотрела на него.

Орион перевёл взгляд с неё на детей, потом снова на неё.

— Хорошо. Сейчас закажу.

Тут в коридоре появились Лилана и Астрикс.

— Что ты себе позволяешь? — резко спросила Лилана.

— Упиваюсь властью, — ответила Кристин, расправив плечи.

— Что? — хором повторили высшие яркие.

За ними в коридор зашла Мирая. Она понимала, что Высшие всё так просто не оставят, поэтому решила быть ближе к Кристин.

— Хочу свой трон обратно, — сказала Кристин. — Или вы искали меня не для этого?

— Но ты больна…

— Я здорова. Больны те, кто детей в подвалах держит.

— Но это блеклые…

— Да хоть серо-бело-малиновые! — не выдержала Кристин.

— Ты не можешь поступать как вздумается, — вокруг Лиланы вдруг разгорелось белое свечение.

Дети испуганно ахнули. Кто-то заплакал.

И тогда Кристин откуда ни возьмись почувствовала в себе такую мощь, какой ещё никогда не ощущала.

На лицах всех присутствующих отразился страх.

Кристин посмотрела на свои руки, потом на тело. Вокруг неё появился сине-фиолетовый перламутровый свет. Она медленно подняла кисти рук, отделила Высших ярких от остальных, а после будто поместила их под купол.

Ни Лилана, ни Астрикс не могли пошевелиться. Никто из них не ожидал, что силы Кристин проснулись. И уж тем более не ожидал, что они настолько возросли.

— Мы всё поняли, ваше величество, — еле-еле смогла произнести Лилана. — Что прикажете делать с этими детьми?

Кристин убрала купол.

В тот же миг она почувствовала, как Лилана и Астрикс попытались схватить её своей силой. Но Орион и Мирая опередили их и резко отразили удар.

— И ты? — Лилана с широко открытыми глазами посмотрела на Ориона.

— Я всегда был на её стороне, — сказал он. — Странно, что ты удивилась.

— Но она безумна! Она ничего не помнит и творит что попало!

— А если я всё вспомнила? — спросила Кристин. — Я Императрица и творю то, что считаю нужным? Тогда что?

— Ты не могла вспомнить!

— А если могла?

«Скажи, что завтра собираешь внеплановый экстренный Совет по вопросу повторной инаугурации», — вовремя прозвучал в её мыслях голос Мираи.

Кристин уверенно повторила всё слово в слово.

— Кто-то из них подсказал тебе? — Лилана сузила глаза.

— Завтра Совет. И на этом точка.

Орион выпроводил Астрикса и Лилану из квартиры Кристин. Дверь за ними закрылась. Несколько секунд в квартире стояла абсолютная тишина.

Потом кто-то из детей шепнул:

— Она правда императрица?

— Кажется, да, — ответил другой.

— А императрицы всегда так делают?

— Не знаю. Я раньше императриц не видел.

Кристин опустила руки и вдруг почувствовала, что колени стали ватными. Вся храбрость, державшая её на ногах, будто схлынула. Она медленно села на край дивана.

Мирая сразу оказалась рядом.

— Ты как?

— Не знаю, — честно ответила Кристин. — Кажется, я только что объявила переворот.

— Не переворот, — сухо сказала Мирая. — Возвращение законной власти.

— Звучит не легче.

Орион стоял у двери, всё ещё напряжённый. Он смотрел на детей так, будто они были маленькими бомбами, разбросанными по всей квартире. Особенно на тех, у кого на руках темнели повязки после укусов.

— Укушенных бы лучше держать отдельно, — сказал он.

Кристин подняла на него взгляд.

— Нет.

— Кристин…

— Нет, Орион. Они и так напуганы. Мы будем наблюдать за ними. Мирая сказала, что возьмёт кровь и подготовит препарат. Но запирать детей я не буду.

Он сжал челюсти, но промолчал.

В этот момент в дверь снова позвонили. Все дети одновременно обернулись.

Орион открыл. На пороге стояли трое ярких с огромными бумажными пакетами и коробками. Запах жареной картошки, булочек, соусов и сладкой газировки мгновенно заполнил коридор.

— Ваш заказ, господин Орион, — неуверенно сказал один из ярких, косясь на толпу детей за его спиной.

— На кухню, — коротко велел Орион.

Дети оживились так быстро, будто полчаса назад не стояли в подвале за запертой дверью.

— Еда!

— Мне картошку!

— А мне бургер!

— А можно два?

— А что такое «наггетсы»?

— Это курица!

— Я не ем курицу!

— Тогда тебе картошку!

Кристин невольно засмеялась.

Орион, кажется, был не уверен, что происходящее вообще законно. Он стоял у кухонного островка, раздавая коробки с таким выражением лица, будто командовал военной операцией.

— Так, по очереди, — сказала Кристин. — Сначала малыши. Потом все остальные. Не толкаемся.

— А газировку можно? — спросил Иль.

— Можно. Но не всю сразу.

— Почему?

— Потому что много газировки вредно!

Через десять минут гостиная превратилась в весёлый хаос. Дети сидели на ковре, на диване, у столика, прямо на полу. Кто-то впервые пробовал молочный коктейль и смотрел на стакан с подозрением. Рыжий мальчик с укусом макал картошку сразу в три соуса и пытался решить, какой лучше. Девочка с крыльями осторожно держала бургер обеими руками, будто это было что-то драгоценное.

Один мальчик, тот самый, который становился прозрачным от громких звуков, случайно исчез по пояс, когда Иль громко рассмеялся. Дети сначала замерли, потом дружно захихикали.

— Я не специально! — возмутился мальчик, постепенно проявляясь обратно.

— Ты был как желе! — восторженно сказала малышка с волосами, которые поднимались в воздух.

— А ты как одуванчик!

Малышка обиделась и от возмущения подняла в воздух сразу три подушки.

Одна из них мягко ударила Ориона по плечу.

Он медленно повернулся.

В комнате мгновенно стало тише.

Кристин уже хотела вмешаться, но Орион посмотрел на подушку, потом на виноватую девочку и вдруг тяжело вздохнул.

— Если вы собираетесь устраивать подушечный бой, хотя бы уберите еду.

Дети переглянулись.

— Это разрешение? — шёпотом спросил Иль.

— Это предупреждение, — сказал Орион.

Но было поздно.

Через минуту подушки уже летали по гостиной.

Кристин пыталась навести порядок, но быстро поняла, что это бесполезно. Дети смеялись, визжали, прятались за диваном, появлялись из-под стола. Девочка с крыльями зависла над ковром и оттуда сбрасывала подушки на Иля. Тот защищался маленькими искрами, которые больше щекотали, чем били.

Мирая стояла у стены, скрестив руки, и впервые за долгое время улыбалась.

— Это безумие, — сказал Орион.

— Это дети, — ответила Кристин.

Он посмотрел на неё, потом на смеющихся блеклых детей.

— Они опасны.

— Лария тоже могла бы быть опасной, если бы испугалась и не умела контролировать силу.

Орион резко замолчал.

И именно в этот момент из коридора донёсся звонкий голос:

— А что вы тут делаете?

На пороге стояла Лария в мягкой пижаме со звёздами и с плюшевым кроликом под мышкой.

Орион побледнел.

— Лария? Что ты здесь делаешь?

— Я услышала шум, — совершенно спокойно сказала девочка. — И пришла.

— Тебе нельзя здесь быть.

— Почему?

Орион бросил взгляд на блеклых детей.

— Потому что… здесь много незнакомых.

— Я тоже им незнакомая, — логично сказала Лария. — Сейчас познакомимся.

— Лария, нет.

Но Лария уже прошла мимо него и остановилась посреди гостиной. Дети смотрели на неё с таким же удивлением, с каким она смотрела на них.

— Я Лария, — объявила она. — А вы кто?

Девочка с прозрачными крыльями медленно опустилась на пол.

— Я Эли.

— У тебя красивые крылья.

Эли смутилась.

Частей дети тоже представились, другие опасливо смотрели на маленькую яркую.

Но больше всего Ларии нравились крылья Эли. И она не отходила от неё. Девочка улыбнулась и протянула Эли плюшевого кролика.

— Хочешь подержать?

Эли осторожно взяла игрушку, будто ей доверили что-то невероятно важное.

Девочки стали перешёптываться и хохотать.

Орион стоял у входа, мрачный как грозовая туча.

— Лария, ты сейчас же возвращаешься к себе.

— Нет.

— Это не просьба.

— А я не одна пойду.

— Что?

Лария обняла Эли за руку.

— Эли пойдёт со мной?

Эли испуганно посмотрела на Кристин.

— Она никуда не пойдёт, если не хочет, — сразу сказала Кристин.

— Тогда я останусь здесь, — заявила Лария.

— Лария…

— Я хочу играть. Они хорошие.

Орион закрыл глаза на секунду, будто считал до десяти. Или до ста.

— Ты не знаешь, хорошие они или нет.

— Знаю, — уверенно сказала Лария. — Эли добрая. И она боится темноты. Я тоже раньше боялась. Мы можем бояться вместе.

Кристин почувствовала, как у неё защипало глаза.

Даже Орион, кажется, не нашёлся, что сказать.

— Ладно, — наконец произнёс он. — Но я остаюсь.

— Оставайся, — радостно сказала Лария. — Ты можешь быть драконом.

— Кем?

— Драконом. Мы будем строить замок из подушек, а ты будешь его охранять.

И вот тут даже Мирая не выдержала и тихо рассмеялась.

Через полчаса в гостиной стояла крепость из диванных подушек, пледов и стульев. Лария и Эли сидели внутри, прижавшись плечами, и кормили плюшевого кролика картошкой фри. Иль пытался сделать для замка «молниевую защиту», но Кристин строго запретила использовать его искры, вдруг силы не рассчитает и что-то вспыхнет

Орион сидел на полу возле входа в крепость, мрачный, но покорный.

— Ты дракон, — напомнила Лария. — Драконы не сидят с таким лицом.

— А с каким сидят драконы?

— Страшным.

— У меня и так страшное.

— Нет. У тебя обиженное.

Кристин отвернулась, чтобы скрыть улыбку.

Орион заметил это. И, кажется, впервые за вечер не стал спорить.

Время шло. Еда закончилась. Смех стал тише. Самые маленькие начали засыпать прямо на ковре, обнимая подушки и недоеденные коробки. Девочка с волосами-одуванчиком свернулась клубком у дивана. Прозрачный мальчик проявился полностью и уснул, уткнувшись лбом в колени Иля.

Кристин оглядела гостиную и вдруг поняла: тридцать детей в одной квартире — это не только подвиг, но и бытовая катастрофа.

— Так, — сказала она. — Нужно придумать, как всех уложить.

Кристин посмотрела на Ориона.

— Нам нужны спальные мешки.

— Сейчас? — уточнил он.

— Сейчас.

— На тридцать человек?

— Думаю, да, даже с запасом. И одеяла. И подушки. И зубные щётки. И пижамы. И что-нибудь на завтрак.

Орион молча смотрел на неё несколько секунд.

— Ты понимаешь, что сейчас почти ночь?

— Ты же Орион. Высший яркий и дракон подушечного замка. Неужели тебе это не под силу?

Лария радостно захлопала в ладоши.

— Дракон всё сможет!

Орион бросил на сестру укоризненный взгляд, но достал телефон.

— И чтобы тёплые.

— Понял.

Через сорок минут на этаж начали прибывать яркие с коробками. Они приносили спальные мешки, пледы, подушки, детские пижамы, зубные щётки, расчёски, бутылки воды, корзины с фруктами, пакеты с булочками и даже несколько мягких игрушек.

Дети, уже успевшие уснуть, проснулись от нового шума и снова оживились. А те, кто не спал, первыми стали выбирать спальные мешки.

— Это нам?

— А можно синий?

— Я хочу с динозавром!

— А мне розовый!

— А у вас есть с крыльями?

— Спальные мешки с крыльями не делают, — сказал Иль.

— Значит, плохо делают, — ответила Эли.

Кристин вместе с Мираей распределяла вещи. Орион пытался командовать доставкой, но дети постоянно отвлекали его вопросами.

— А вы правда дракон?

— Нет.

— А почему Лария сказала?

— Потому что Лария любит преувеличивать.

— А огнём дышать умеете?

— Нет.

— Тогда вы не очень дракон.

— Я переживу.

К полуночи гостиная превратилась в огромный детский лагерь. Спальные мешки лежали рядами, между ними оставили проходы. У окон поставили ночники, чтобы никто не боялся темноты. Укушенных детей Мирая устроила ближе к себе, чтобы следить за их состоянием. Рыжему мальчику она обработала укус и дала обезболивающее.

Лария категорически отказалась уходить.

— Я буду спать с Эли.

— Ты будешь спать у себя, — сказал Орион.

— Нет.

— Лария.

— Я боюсь одна.

Это было нечестно. И она это знала.

Орион тоже знал.

Он посмотрел на Кристин так, будто просил помощи. Но Кристин только пожала плечами.

— У нас есть лишний спальный мешок.

— Она не должна ночевать среди блеклых детей.

Лария услышала и тут же нахмурилась.

— Они мои друзья.

— Ты знаешь их несколько часов.

— А Кристин я тоже знала недолго, когда она меня спасла. Но она всё равно хорошая.

Орион открыл рот. Закрыл.

— Я присмотрю за ней, — сказала Кристин.

— И я, — серьёзно сказала Эли, обнимая плюшевого кролика Ларии.

Орион посмотрел на маленькую блеклую с прозрачными крыльями. Та выдержала его взгляд, хотя крылья за её спиной снова дрогнули.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Но я останусь на этаже.

— Конечно, останешься, — сонно сказала Лария. — Ты же дракон. Драконы охраняют.

И улеглась в спальный мешок рядом с Эли.

Орион стоял посреди гостиной, мрачный, уставший и совершенно побеждённый шестилетним ребёнком.

Кристин тихо улыбнулась.

— Кажется, императрицу слушаются хуже, чем Ларию.

— Ларию невозможно не слушаться, — буркнул Орион.

Постепенно шум стих.

Кристин ходила между рядами спальных мешков, поправляла пледы, убирала пустые стаканы, шептала детям, что всё хорошо. Мирая сидела рядом с укушенными, проверяя температуру и цвет прожилок вокруг ран. Некоторым детям на укусы она нанесла мазь.

Эли и Лария уснули не сразу, какое-то время еще шептались. Потом Лария отдала ей половину своего пледа, и они уснули, обнимая кролика Ларии.

Орион стоял у окна и смотрел на них. На свою сестру рядом с блеклой девочкой. Он хотел бы устроить скандал, отправить Ларию домой, запретить ей тут находится. Но он помнил взгляд Кристин, когда она покидала его квартиру той ночью. Сколько разочарования было в её глазах. Он не мог, снова разочаровать её...

«Ничего страшного не случится если Лария поиграет с этими детьми один день» — убеждал он себя.

Он посмотрел на Кристин, которая ходила между детьми так, будто всегда знала, как заботиться о тех, кого мир выбросил в подвал

— Ты понимаешь, что после сегодняшнего всё изменится? — тихо спросил он, когда Кристин подошла ближе.

— Уже изменилось.

Орион молчал.

Кристин посмотрела на спящих малышей.

— Я не знаю, как быть императрицей. Но если это правда, если я правда выше них всех… значит, первое, что я сделаю, — запрещу это.

— Что именно?

— Подвалы. Клетки. Опыты. Детей в заложниках. Всё.

Орион медленно повернулся к ней.

В его взгляде было много всего: страх, боль, восхищение и что-то ещё, чему Кристин пока не хотела давать имя.

— Ты и раньше была такой, — сказал он тихо.

Кристин не ответила.

Она смотрела на Ларию и Эли, спящих рядом под мягким светом ночника.

— Значит, хоть что-то во мне осталось настоящим, — сказала она.

Глава 32

Когда дети уснули, Мирая направилась к выходу из квартиры. Ей нужно было пройти мимо Кристин и Ориона, которые устроились в спальных мешках у самой двери.

— Ты куда? — спросила Кристин, приподнимаясь на локте.

— В лабораторию. Основные манипуляции с кровью машина уже выполнила. Теперь мне нужно поработать над вакциной.

— Но ты и так почти не спала…

— Не переживай, Кристин. Выспаться я успею. А вот вакцину лучше дать как можно раньше.

Мирая устало улыбнулась и вышла.

Кристин села на спальном мешке. Сон не шел. Квартира, ещё недавно казавшаяся огромной и пустой, теперь была заполнена тихим дыханием детей. Кто-то посапывал, кто-то ворочался, кто-то шептал что-то во сне. Ночники у окон мягко светились тёплым жёлтым светом, а на потолке медленно двигались розовые облака от детского проектора, который Лария потребовала принести из её комнаты.

Кристин посмотрела на Ориона.

Он тоже бодрствовал.

— Спасибо, — тихо прошептала она.

Орион удивлённо поднял брови, приподнялся и сел, облокотившись на стену.

— За что?

— Ты помогал мне, хотя ненавидишь их… — Кристин посмотрела на спящих детей. — Я сама бы не справилась. Я даже сейчас-то не до конца понимаю, что делаю.

— Тебе не за что меня благодарить, — тихо ответил он. — Ты просто не помнишь, что я всегда был на твоей стороне. Даже когда против тебя были самые сильные из высших.

— Ты говоришь о прошлом? Почему они были против меня?

Орион хмыкнул, но в этом звуке не было веселья.

— Твоим первым же указом после вступления на престол было изменение условий содержания детей блеклых. Хотя ты, конечно, хотела и вовсе запретить разлучать их с семьёй. Но тебе не дали этого сделать. Слишком сильно давили на тебя. Компромиссом стало комфортное содержание, питание и забота. Думаешь, высшим, среди которых были рабовладельцы, это пришлось по вкусу? Они сразу поняли, куда тебя клонит. Совет боялся, что тебя свергнут. Поэтому нашу свадьбу решили сыграть как можно быстрее. Ведь моя семья была могущественна и имела самое большое влияние на высших ярких.

— Свадьбу? — Кристин выпучила глаза.

Орион осёкся. Она ведь не помнит. Не знает ничего об их свадьбе. Не знает, что он почти успел назвать её своей женой.

— Мы женаты? — спросила Кристин. Голос её задрожал. — Ты и я?

— Не совсем… — Орион говорил медленно, словно каждое слово могло свести её с ума. — Взрыв, который уничтожил всё, произошёл в тот день. В день, когда мы должны были пожениться. А точнее… всё случилось прямо на нашей свадьбе, за несколько минут до того, как мы стали мужем и женой.

— Мужем и женой, — повторила Кристин.

Глаза её стали стеклянными. Она будто находилась в трансе.

Она ничего не чувствовала к нему. Ничего не помнила. А он был её мужем? Почти мужем?

Внутри поднялось что-то тяжёлое, чужое. Не воспоминание. Скорее отголосок чужой жизни, которая почему-то принадлежала ей.

— Кристин? — осторожно спросил Орион. — Ты в порядке? Ты что-то вспомнила?

Крис освободилась от мыслей, приведших её в такой шок. Она посмотрела на Ориона: на его испуганное лицо, красивые голубые глаза, правильные черты, губы. Могла ли она любить его? Наверное, могла. Когда-то. Другая она.

Та, которую Кристин ещё не знала.

— Кристин? — тихо повторил Орион.

— Всё в порядке, — Кристин потрясла головой. — Пока ничего не вспомнила. Просто… не думала. Не знала, что мы были так близки.

Орион опустил глаза.

— Я не хотел сказать так резко.

— Знаю.

Она легла и повернулась на бок.

Ей нужно было постараться уснуть. Завтра ей снова нужно прийти на Совет. Снова взгляды, вопросы, мысли, чужая власть, которая когда-то вроде бы принадлежала ей.

Но сон долго не приходил. Кристин лежала с открытыми глазами и слушала, как в квартире дышат дети. Орион тоже долго не ложился. Кристин чувствовала его взгляд, но не оборачивалась.

Утром квартира напоминала лагерь после маленькой, но доброй катастрофы. Спальные мешки были скомканы. Подушки валялись у дивана. На столе остались пустые коробки из-под еды, стаканчики, огрызки яблок и чей-то недоеденный бургер, заботливо завёрнутый в салфетку. Дети просыпались не сразу: кто-то потягивался, кто-то искал второй носок, кто-то спорил, чья очередь первой идти в ванную.

Лария проснулась раньше всех и радостно объявила, что теперь у неё есть новая лучшая подруга. Эли смутилась так сильно, что её прозрачные крылышки появились за спиной и тут же спрятались обратно.

Кристин пыталась организовать завтрак, когда в дверь вошла Мирая. Она выглядела уставшей, но глаза у неё горели.

— Я закончила первые образцы вакцины для укушенных детей, — сказала она вместо приветствия. — Думаю, они смогут получить её уже сегодня вечером. Если я все правильно установила в биореактор. И потом нужно будет наблюдать за маленькими блеклыми какое-то время.

Кристин кивнула. Мирая не просто учёная, она та, кто подарит этим малышам настоящее чудо.

Орион, стоявший у окна, тихо сказал:

— Через час Совет.

Мирая заварила кофе, и они сели за барный столик у окна.

— Для чего нам нужно было назначать этот совет?

— После вчерашнего Лилана и Астрикс захотят понять, в порядке ли ты. И действительно ли ты вспомнила свое прошлое, — сказала Мирая.

Кристин обернулась к ней.

— То есть они будут проверять меня?

— Да. Будут задавать вопросы. Смотреть на эмоции. Давить своим авторитетом. Они попытаются понять, действительно ли ты «вернулась», и могут ли они допустить тебя к власти.

Орион подошёл ближе.

— Но ведь я ничего не помню…

— Именно поэтому тебе нужно сделать вид, что помнишь, — спокойно сказал Орион. — Помнишь почти все... Кроме…

Мирая кивнула, поняв, о чём идет речь.

— Это логично, — Мирая посмотрела на Ориона, — Если она скажет, что помнит всё, они поймут, что это ложь.

— Но, если она помнит детство, семью, жизнь до катастрофы, — продолжила Мирая.

— То я могу это помнить и не слететь с катушек? — проговорила Кристин монотонным голосом…

Орион и Мирая повернулись к Кристин.

— Да я уже поняла, я же не глупая… Все эти намеки. Мои воспоминания настолько страшны, что я в лучшем случае сойду с ума, или вроде того, так?

Они одновременно кивнули.

— То есть я должна обмануть Совет?

— Да, только не ты, а мы, — Орион уверенно посмотрел в ее глаза.

Эти слова прозвучали обнадеживающе. Все же она была в этой борьбе не одна.

Кристин посмотрела на детей. На Иля, который показывал Ларии маленькую искру между пальцами. На Эли, которая робко улыбалась, сидя рядом. На рыжего мальчика с обработанным укусом, который ел кашу и постоянно поглядывал на Мираю, будто боялся, что его снова заберут.

Если Совет решит, что Кристин не в порядке, она не сможет помочь им.

Она не могла этого позволить.

— Хорошо, — сказала она. — Что мне нужно знать?

Орион присел напротив неё за кухонный островок.

— Я буду подсказывать тебе мысленно. Отвечай спокойно, не торопись. Если вопрос будет слишком личным, делай паузу, будто вспоминаешь.

— А если они поймут?

Мирая и Орион переглянулись.

— Сделаем все, что возможно, чтобы они не поняли, — сказал Орион. — выбора все равно нет.

Кристин хотела спросить ещё, но Мирая мягко коснулась её плеча.

— Переоденься. Нужно идти.

Совет собрался в большом зале.

На этот раз там было больше высших. Гораздо больше. Они сидели за длинным столом, стояли у стен, разговаривали вполголоса. Но замолкли, стоило Кристин войти. Вчера она ворвалась в их порядок, как буря.

Кристин шла медленно. На ней было тёмное платье простого кроя и лёгкий жакет цвета слоновой кости. Волосы она собрала назад, чтобы не мешали. Руки казались ледяными, но она держала подбородок прямо.

Орион шёл справа от неё.

Мирая — чуть позади.

Лилана сидела во главе стола. Рядом с ней — Астрикс, мрачный, с каменным лицом. После вчерашнего он смотрел на Кристин с плохо скрываемой неприязнью.

— Ваше величество, — произнесла Лилана.

По залу прошёл едва заметный шепот.

Кристин остановилась.

Её так ещё никто не называл. Не вслух. Не в полном зале.

— Лилана, — ответила она спокойно, хотя сердце колотилось так, будто пыталось вырваться наружу.

«Хорошо», — прозвучал в голове голос Ориона. — «Не склоняй голову. Ты выше них».

Кристин едва заметно выдохнула.

— Мы рады видеть вас в добром здравии, — сказала Лилана. — После вчерашних событий Совет обязан убедиться, что ваше решение о возвращении к власти принято осознанно.

— Вы хотите проверить, в порядке ли я?

— Да, — прямо ответила Лилана. — Именно это мы и хотим.

Кристин кивнула.

Астрикс подался вперёд.

— Как звали вашего отца?

В голове тут же прозвучал голос Ориона:

«Альтаир. Но ты называла его Аль».

Кристин старательно закрывала свои мысли от других, от всех кроме Ориона. Ни один мускул не дрогнул на ее лице, когда она произнесла:

— Альтаир, — сказала Кристин. — Я называла его Аль.

В зале стало тише. Но Астрикс со злобной усмешкой косился на Ориона.

— Что вы можете сказать о нём? — спросил один из пожилых высших.

«Справедливый. Упрямый, всегда стоял на своем. Любил создавать сады. Обучал тебя управлять способностями. Никогда не хвалил при всех, но после тренировок приносил тебе любимые пирожные».

Кристин задержала дыхание, будто действительно доставая из памяти образ.

— Он был справедливым. Всегда стоял на своем. Создавал сады. Обучал меня.

Она замолчала, а потом вдруг добавила:

— Любил меня, и после тренировок мы ели пирожные, которые готовила моя мама.

Какие-то мутные картинки возникали в голове Кристин, она пыталась ухватиться за воспоминание, но оно ускользало.

Лилана не сводила с неё глаз.

— А ваша мать? — спросила она.

Орион ответил почти сразу:

«Сария. Самая успешная императрица в истории ярких. При ней было принято, самое большое количество законов, улучшающих жизнь ярких. Дома бывала редко, но всегда находила время побыть с детьми. Умерла за полгода до уничтожения нашего мира. Это всё ещё больно».

Сердце Кристин сжалось. Это должно было быть воспоминанием, но было чужой подсказкой.

— Мою мать звали Сария — глаза защипало, но Кристин продолжила. — Она любила...

Слеза предательски скатилась по щеке, теплые женские руки, как будто бы в реальности коснулись ее лица. Кристин собралась. Наваждение исчезло.

— Она любила печь печенье. И своих детей она любила. Она редко бывала дома. Она была императрицей, которая думала о своем народе, ничуть не меньше, чем о своих детях. Она умерла, незадолго до уничтожения нашего мира.

Лилана едва заметно вздрогнула.

Кристин заметила это.

Может, она сказала что-то не совсем верно...

Глава 33

— Вы помните день смерти вашей матери? — спросил Астрикс.

Орион напрягся: старик хочет посмотреть на её эмоции…

«Скажи, что помнишь обрывками».

— Обрывками, — ответила Кристин. — Но это всё ещё больно. Я не хочу обсуждать это сейчас.

— Удобно, — сухо сказал Астрикс.

Орион сделал шаг вперёд, но Кристин едва заметно подняла руку, останавливая его.

— Да, — сказала она, глядя на Астрикса. — Очень удобно не разрывать себе душу перед полным залом ярких, половина из которых ждёт, когда я ошибусь.

На мгновение в зале стало совершенно тихо. Лилана медленно откинулась на спинку кресла.

— Хорошо. Тогда поговорим о детстве. Где вы любили прятаться, когда были ребёнком?

Орион ответил не сразу.

«Под столом в зимней гостиной. В оранжерее за лимонными деревьями. И в библиотеке, за нижним рядом полок. Мы однажды там застряли».

Кристин почувствовала, как по её губам невольно скользнула тень улыбки.

— В оранжерее, за лимонными деревьями. В библиотеке, за нижними полками. И под столом в зимней гостиной.

Орион мысленно добавил:

«Там я сделал тебе предложение, когда нам было по шесть».

Кристин чуть не сбилась. Это точно было лишним… Она бросила на Ориона предупреждающий взгляд. Не стоит ему её сбивать.

Орион стоял неподвижно.

Но Лилана заметила взгляд Кристин. Она внимательно наблюдала за ними. Слишком внимательно.

Кристин почувствовала, как внутри холодеет. Она знает, что Орион подсказывает… А как иначе? Орион ясно дал ей понять, что он на её стороне. Но как Лилана это докажет? Заставит Ориона выйти, но он и издалека дотянется до её мыслей…

— Орион, — вдруг сказала Лилана. — То, что вы прекрасно знаете жизнь Кристин, — это прекрасно… но это не то, что нам нужно.

Кристин застыла.

Орион медленно повернул голову к Лилане.

— Я не понимаю, о чём ты.

— Понимаешь, — Лилана смотрела только на него.

Астрикс резко поднялся.

— Это и так понятно. Зачем весь этот фарс?

По залу пошёл гул.

— Тишина, — сказала Кристин так, будто бы она была императрицей гораздо дольше, чем один день.

И, к её удивлению, все замолчали.

Лилана поднялась со своего места.

— Тогда я задам вопрос, ответ на который знает только Кристин.

Орион напрягся. Мирая тоже. Крис почувствовала, как ладони стали влажными.

— В день вашего вступления на престол, — медленно сказала Лилана, — я сделала вам подарок. Какой?

Орион молчал. В зале не было ни звука.

— И что я сказала вам тогда? — добавила Лилана.

Кристин смотрела на неё. Пустота. Никаких слов. Никаких образов.

Кристин опустила взгляд.

Она хотела сказать, что не помнит. Хотела признаться, что всё это — ложь и их глупый план провалился.

И вдруг пальцы сами потянулись к шее. Кристин коснулась кожи там, где когда-то, кажется, висело что-то тяжёлое. Холодное. Драгоценное. Перед глазами вспыхнул свет. Не ослепляющий. Другой. Тёплый.

Большой зал. Светлый, украшенный живыми цветами и тонкими золотыми нитями. Отец стоит рядом. Её руки дрожат под длинными рукавами церемониального платья.

Она слишком молода для трона. Слишком упряма. Слишком зла на мир, который уже успел забрать у неё мать.

Лилана подходит к ней. Не как высшая. А как женщина, которая едва сдерживает слёзы. В её ладонях — кулон. Драгоценный камень цвета свободного неба, обрамлённый тонким золотом. На обратной стороне — крошечная надпись. Кристин видит её так ясно, будто кулон всё ещё у неё в руках:

«Люблю тебя. Не забывай, что я всегда рядом».

Лилана застёгивает цепочку у неё на шее. Её пальцы дрожат. А потом яркая наклоняется и шепчет:

— Я люблю тебя, милая, ты же знаешь, что ты для меня как дочь.

Кристин открыла глаза. В зале было тихо. Очень тихо. Она всё ещё касалась своей шеи.

— Кулон, — произнесла она. Голос дрожал. — Камень был небесного цвета. На обратной стороне была надпись.

Лилана побледнела.

Кристин подняла на неё взгляд.

— «Люблю тебя. Не забывай, что я всегда рядом».

Лилана застыла.

— А ты сказала… — Кристин сглотнула. — Ты сказала, что любишь меня. Что я для тебя как дочь.

Несколько секунд никто не двигался. Потом Лилана медленно села обратно. В её глазах стояли слёзы.

Астрикс резко повернулся к ней.

— Лилана…

— Этого достаточно.

— Но она может быть нестабильна!

— Она удержала вернувшуюся к ней силу вчера, прямо на наших глазах, хотя могла уничтожить половину этажа.

Астрикс сжал кулаки.

— Ты совершаешь ошибку.

Лилана поднялась.

— Внеплановая инаугурация императрицы состоится послезавтра в большом зале на первом этаже. Кристин вступит в свои права официально. На этом всё!

По залу прокатился гул. Кто-то поднялся. Кто-то начал возражать. Кто-то, наоборот, склонил голову.

Кристин стояла неподвижно. Она их императрица. Такое очень сложно принять.

Орион смотрел на неё с такой смесью гордости и боли, что ей стало трудно выдерживать его взгляд.

Но она не могла уйти. Не сейчас.

— Тогда у меня есть вопрос, — сказала Кристин.

Зал снова затих.

— Зачем вам дети блеклых? Вы хотите их убить?

Лилана нахмурилась.

— Кто сказал вам такое?

— Неважно, кто сказал… Объяснитесь.

Один из высших, взрослый седой мужчина с серебряными волосами, осторожно произнёс:

— Никто не собирался их убивать. Они были ограничены в передвижении. Но содержались согласно нормам, которые вы установили.

— В охраняемом помещении, — добавил Астрикс.

— Для безопасности, — сухо продолжил седовласый яркий. — Их и нашей.

Кристин почувствовала, как внутри снова поднимается злость.

— Вашей?

— Их силы нестабильны, — сказал Астрикс. — Они могут выдать существование иных рас людям. Они могут причинить вред себе и окружающим. Мы держали их подальше от человеческого мира.

— И лучшим решением было держать их в подвале?

— Мы хотели воспитать их иначе, — сказала Лилана, и в её голосе впервые прозвучала усталость. — Более спокойными. Более покорными. Не испытывающими агрессии к ярким.

Кристин даже не сразу нашлась, что ответить. Потом горько усмехнулась.

— Вы хотели, чтобы дети, которых забрали от родных, заперли в подвале и окружили теми, кого они боятся, не испытывали к вам ненависти?

Никто не ответил.

— Вы сами себя слышите? — спросила Кристин. — Нельзя воспитать доверие в плену. Нельзя вырастить мир там, где ребёнок каждую ночь боится, что его больше никогда не выпустят.

— Если вернуть их блеклым, они вырастут нашими врагами, — сказал Астрикс.

— Если держать их здесь, они точно вырастут вашими врагами.

Мирая едва заметно кивнула.

Кристин обвела взглядом Совет.

— Если причина только в том, что дети блеклых могут выдать существование иных рас людям, значит, их нужно вернуть блеклым.

Астрикс усмехнулся.

— Чтобы они толпами бегали по улицам со взрослыми блеклыми? А мы устраняли последствия?

— И где вы видели такие бегающие толпы? — Кристин повернулась к нему, ожидая ответа на вопрос.

Астрикс сначала не нашёлся, что ей ответить. Но потом выпалил:

— Блеклые и сами прячутся по подвалам.

— И? Как это оправдывает то, что мы крадём их детей?

— Блеклые — дикари! Они приносят разрушение туда, куда приходят! — Астрикс перешёл практически на крик. — Если мы уничтожим взрослые особи и перевоспитаем младшее поколение, возможно, мы наконец-то придём к миру!

В зале повисла тишина.

— Уничтожение целой расы… Это геноцид…

— Они сами себе геноцид! Если они не нападают на ярких, они дерутся между собой. На их землях всегда идут мелкие войны! Они истребляют себе подобных без зазрения совести!

— И это даёт нам право перебить их всех?

— Их и так почти не осталось! Это они уничтожили наш мир! Ты хочешь, чтобы они уничтожили и этот?

— Они абсолютно без каких-либо на то причин пришли и уничтожили наш мир? До уничтожения мира яркие к ним и не подходили?

Астрикс на секунду замялся.

— Достаточно. Мне всё понятно. Дети блеклых не будут носиться толпами по улицам. Я знаю, где живут дети блеклых. Я была там.

Она тут же почувствовала, что Астрикс пытается пробиться в её мысли. Видимо, хочет получить информацию о школе для блеклых.

— Но они переехали, Астрикс. Даже если я выдам вам их расположение, а я не выдам, вы всё равно не сможете найти их.

— Значит, нам нужно их искать.

— Для чего? У вас слишком много подвалов и нечем их занять? Так я вам помогу. Сделайте больше лабораторий для Мираи, найдите для неё способных сотрудников. Она проводит удивительные исследования.

— Она грезит спасением блеклых от мракронского вируса. Идёт против своих.

— Оказывается, возраст — это не всегда про мудрость, — резко ответила Кристин. — Вы что, не осознаёте, какая власть в руках того, кто владеет и ядом, и противоядием? Или мне реально нужно объяснять вам такие элементарные вещи?

По залу пронёсся шепот. Кто-то одобрительно кивнул. Послышались негромкие фразы: «А ведь она права». «Поэтому она и императрица». «Мужчины недальновидны и излишне эмоциональны, чуть что в драку лезут, поэтому императрицами всегда были женщины».

Астрикс покраснел. Казалось, с минуты на минуту из его ушей пойдёт пар.

Лилана смотрела на Кристин так, будто видела перед собой одновременно взрослую женщину и ту юную девочку, которой когда-то застёгивала кулон на шее.

— Ваше величество…

— В этом мире ярким не нужна новая война с блеклыми, — сказала Кристин. — Разве не хватило того, что мир был уничтожен в прошлый раз?

По залу снова пошёл шёпот. На этот раз он был не только одобрительным.

— Нужно учиться на своих ошибках, — продолжила она. — А не повторять их, называя это заботой о безопасности.

Мирая одобрительно кивнула.

— Передайте Кристин все данные о детях, — приказала Лилана.

Астрикс резко повернулся к ней.

— Лилана!

— Все данные, — повторила она твёрдо. — Имена, примерный возраст, обстоятельства обнаружения, способности, медицинские записи, места, где их нашли. Всё, что есть.

— Это неблагоразумно.

— Неблагоразумно препятствовать императрице, Астрикс. Она и с должности может снять…

Астрикс замолчал.

Кристин сделала глубокий вдох.

— И ещё. Никто не заберёт детей из моей квартиры без моего разрешения.

— Мы можем выделить для них отдельные комнаты.

— Нет, я хочу лично видеть, что все они в безопасности.

Никто ей не возразил.

Когда Кристин вернулась в свою квартиру, дети продолжали создавать хаос из воздуха.

Лария, Эли и другие девочки строили из подушек новый замок. Иль сидел у окна и пытался убедить маленького прозрачного мальчика сделать так, чтобы исчезала только одна рука, а не всё тело сразу. Рыжий мальчик, у которого на руке был укус, сидел за столом ещё с несколькими ребятами. Они жевали булочки и о чём-то перешёптывались.

— Ты вернулась! — Лария первая бросилась к Кристин.

За ней подбежала Эли, но остановилась в нескольких шагах, не решаясь обнять.

Кристин сама наклонилась и обняла обеих.

— Я вернулась.

— Нас не заберут обратно в подвал? — тихо спросила Эли.

Кристин погладила её по волосам.

— Нет. Вас не заберут. Я постараюсь отправить вас в безопасное место.

Она хотела добавить: «Там, возможно, смогут найти ваших родных», — но вспомнила, что Джей сказал: детей выжило гораздо больше, чем взрослых.

Эли прижалась к ней сильнее.

Мирая вошла следом, неся тонкую прозрачную папку и небольшой кристаллический накопитель.

— Данные уже передали, — сказала она. — Всё, что известно о детях.

— Мы живём в этом мире уже больше пяти лет?

Мирая кивнула.

— Тогда где старшие дети? Те, кого забрали первыми?

— Раньше дети блеклых содержались в другом месте. Яркие хорошо охраняли это здание, но блеклые как-то узнали о нём и напали. Это было очень неожиданно. Яркие не справились. С блеклыми были те, кто подавляет силы ярких. А мракронов в тот день рядом было не так много. Они забрали всех детей.

— Как же хорошо…

— Хорошо, но сейчас я думаю, что не совсем хорошо. Среди тех детей тоже были укушенные. Им я бы тоже могла помочь. У детей превращение в мракронов происходит гораздо медленнее. Вирус на них действует с задержкой.

— Значит, мне нужно придумать, как сделать вакцины для детей, которые находятся у блеклых…

Кристин закрыла глаза. Всё это было непросто. Столько всего свалилось на неё, а она совсем не из железа. Но она справится. Она должна справиться.

Кристин подошла к столу и разложила перед собой документы.

Имена.

Возраст.

Способности.

Места обнаружения.

Медицинские пометки.

Но почти нигде не было главного.

Родители неизвестны.

Родственники неизвестны.

Группа блеклых не установлена.

Место проживания до изъятия: человеческие семьи, детские дома…

Кристин перелистывала страницы одну за другой, и с каждой новой строчкой внутри становилось тяжелее. Из одной из папок вдруг выпало фото.

Эли увидела его на полу и радостно вскрикнула:

— Это мой братик! Мой братик!

Девочка побежала к фото. Хотела его поднять.

Неподалёку стояла Лария. Она застыла, на её лице была гримаса ужаса.

У Кристин всё похолодело внутри. С фотографии на неё смотрел Теор. Тот самый блеклый, который бросился на неё в баре, который получил укус мракрона, когда похищал сестру Ориона, и который был уже мёртв.

Кристин хотела было забрать фото. Но Эли схватила его и прижала к груди. На её глазах были слёзы.

— Это мой братик. Он нашёл меня, мы жили вместе, но потом мракроны напали на наш дом и забрали меня сюда. Я так скучаю по нему. Ты найдёшь его?

Девочка вопросительно смотрела на Кристин.

Орион стоял рядом. Сначала он не понял, что произошло, но потом бросился к Ларии, которую трясло от слёз.

— Орион, уведи Ларию, я поговорю с ней позже.

Орион поднял сестрёнку на руки и направился к выходу.

— Почему Лария уходит? — Эли смотрела на неё, еле сдерживая слёзы.

Кристин не знала, на какой из её вопросов может ответить.

— Я не знаю, — это всё, что она смогла сказать.

Приходя в себя от шока, Кристин потихоньку осознавала масштабы того конфликта, в который оказалась ввязана. Где даже дети вскоре возненавидят друг друга, ведь взрослые причиняют так много боли и в мстительном порыве не могут остановиться…

Глава 34 Возвращение Лорда

Вечерний Нью-Йорк шумел. Где-то совсем рядом гудели машины, кричали прохожие, хлопали двери баров, визжали тормоза такси. Жизнь города продолжалась, как всегда, — громкая, беспокойная, равнодушная.

Но под арками Бруклинского моста было тихо. Всё вокруг было блеклым.

Защитный невидимый купол накрыл старую площадку у воды плотной серой пеленой. Это место теперь будто находилось в параллельной реальности. Звуки города доносились приглушённо, словно через толщу воды. Огни Манхэттена за пределами купола мерцали тусклее, а воздух казался холоднее и тяжелее.

Джейден стоял в тени одной из каменных опор и смотрел на Ист-Ривер.

Вода казалась чёрной. На её поверхности дрожали размытые огни Манхэттена.

Джей сжал пальцы в кулаки. Правая рука ещё болела после укусов. Мазь Мираи помогала, но вирус всё равно оставался внутри. Он чувствовал его: тёмную тяжесть под кожей, чужой голод в крови, слабый шёпот, похожий на царапанье когтей по стеклу.

Только не сейчас.

Голоса в его голове вдруг завопили общим хором. Слов было не разобрать. Обычно сквозь шум голосов он слышал громче кого-то одного. И этот кто-то втягивал его в разговор, больше похожий на спор. Но сейчас всё смешалось: крики, шёпот, смех, страх, злость. Голова раскалывалась. Казалось, ещё немного — и он просто умрёт.

Всё проходило так же неожиданно, как и начиналось. На самом деле Джей не понимал, кого слышит. Голос то, казалось, был на его стороне, то насмехался над ним, то боялся его.

Голоса стихли. Джейден очнулся.

Он лежал на холодной земле. Как и всегда, скорчившись, держался за голову. Камень под щекой был влажным. Вдалеке капала вода, и каждый звук отдавался болью в висках.

Торсон появился из темноты почти бесшумно. Сначала в воздухе проступили очертания его лица, потом плечи, руки, весь силуэт. Он подал Джейдену открытую бутылку воды.

Джей сделал глоток и заставил себя дышать ровнее. Потом поднялся на ноги.

В эту ночь ему нельзя было быть слабым.

— Все собрались, — сказал Торсон. — Ронан тоже здесь.

Джей смотрел на тёмную гладь реки.

— Сколько их?

— Много. Почти все боевые группы, что остались в Нью-Йорке.

— Отлично. Значит, решим всё сегодня… сейчас.

Торсон положил руку ему на плечо.

— Ты уверен?

— Как никогда, — сквозь зубы проговорил Джей.

Когда-то Джей сам отказался от этой власти.

После уничтожения их мира он помнил только, как отдал приказ войти в Зал Вечного Света и захватить высших ярких. Потом — яркая вспышка. Боль. И он лежит на холодной земле, лицом в луже. Дождь бьёт по телу. Всё, чего он тогда хотел, — спрятаться. Спрятаться от осознания того, что вспышка, которая затмила его воспоминания и уничтожила весь мир, — это был он сам. Его реальность порвалась так, будто её разодрали изнутри. Джей не знал, почему помнил только вспышку. Не знал, почему его мира больше нет.

Чуть позже Арен предположил, что всё дело в огромном количестве силы, которое Джей мог впитать. В зале находилось более трёхсот ярких. Если почти все они пытались убить его…

А ведь он и не предполагал, что обладает такой мощью. Он не раз уже взрывался, сражаясь с яркими, но взрывы не были такими мощными.

Целый мир погиб.

И все выжившие знали: это сделал он.

Джейден.

Тот, кто повёл блеклых против ярких.

Тот, кто должен был освободить их народ.

Но стал тем, кто уничтожил всё.

Лорд, у которого теперь нет дома.

Который сделал бездомными и своих, и чужих.

Бездомный лорд.

Он тогда исчез. Прятался в подвалах, тоннелях, старых убежищах. Не хотел видеть никого из тех, кто смотрел бы на него с надеждой или обвинением. Не хотел слышать собственное имя.

А когда Арен нашел его и вправил ему мозги, и он всё же вернулся к блеклым, власть уже была у Ронана.

И Джей не стал спорить. Он устал быть причиной чужой смерти.

Но теперь Ронан решил убить ту, кто важна для него. Ту с которой он ощущает какую-то незримую, но очень мощную связь.

Несмотря на защиту ярких, если Ронан обратит против неё всех, рано или поздно они смогут до неё дотянуться. А Джей чувствовал, что они с Кристин крепко связаны. И эта связь сильнее того, кем они являются.

Торсон повернулся к нему.

— Пора.

Они прошли под каменными арками.

В центре скрытой куполом площадки уже собрались блеклые. Десятки фигур стояли неровным полукругом. Среди них были бойцы, разведчики, бывшие узники. Блеклые из тех отрядов, которые находились далеко от Зала Вечного Света.

Из тех, кто был с Джеем, не выжил никто.

У кого-то из блеклых искрились глаза, кто-то полыхал огнём, кто-то прятал когти под длинным рукавом. Были те, чья кожа меняла свойства и цвет; те, кто покрывался шерстью; те, кто мог летать на птичьих крыльях или на прозрачных крылышках стрекозы.

Гул толпы утих, как только появился Джей.

Кэрвис стоял ближе к центру — огромный, хмурый, с перевязанной рукой. Он сразу посмотрел на Джея, но ничего не сказал.

Рядом с ним переминался Кариб — широкоплечий, напряжённый, с тяжёлым взглядом. Его грудь ходила ровно, но Джей видел: тот готов в любой момент втянуть воздух и снести с ног половину площадки.

А в центре стоял Ронан.

Он был крупнее большинства. Даже в человеческом облике в нём чувствовалось что-то звериное: тяжёлая посадка головы, широкие плечи, короткая шея, взгляд исподлобья. Руки у него были огромные, пальцы — толстые, с грубыми костяшками. На скулах темнела щетина, а в глазах жила та самая злость, которую Джей помнил слишком хорошо.

Ронан улыбнулся.

— А вот и наш потерянный лорд.

Кто-то в толпе глухо хмыкнул.

Джей остановился в нескольких шагах от него.

— Ты хотел видеть меня. Я пришёл.

— Я хотел? — Ронан развёл руками. — Это ты пошел против меня. И теперь мы здесь, под мостом посреди ночи. Или это голоса в твоей голове заставили тебя?

По толпе пробежал неровный смешок.

Джей не изменился в лице.

— Ты первым пытался помешать мне.

Ронан сплюнул на камни.

— Я пытался убить яркую.

— Она была нужна мне.

— А с каких пор нужды полоумного важнее безопасности блеклых?

Толпа зашевелилась.

Кэрвис нахмурился, но промолчал.

Ронан сделал шаг вперёд.

— Ты притащил её в наши убежища. Провёл к детям. К нашим складам. К людям, которые доверяли тебе только потому, что когда-то ты был кем-то. А потом оказалось, что за этой девчонкой ходит не просто армия мракронов, а высшие яркие. Ты понимаешь, что таскал за собой нашу смерть?

— И скольких она убила?

— Нет, Джей. — Ронан усмехнулся. — Ты не сменишь тему своими глупыми вопросами.

— Не твою ли шкуру она спасла, остановив мракронов и отпустив всех блеклых? — не останавливался Джей.

По толпе прошёл лёгкий шепот.

— Яркие хотели заполучить её, боялись даже шагу ступить, потому что думали, что я опасен для неё… Скольких детей мы могли бы обменять на неё? А может, она нужна была им не просто так? И её возвращение могло навредить нам? Но зачем разбираться в этом? Это ведь так сложно для таких как ты?

Ронан затрясся, Джей намекал на его умственные способности…

— Что за чушь ты несёшь…

— Пока ты не приказал убить её, это не было чушью. Она не была обычной яркой. Даже ты не почуял, кто она, когда встретился с ней. Никто из вас не понял, не так ли?

Он обвёл взглядом толпу, ища взглядом тех блеклых, кто встречался с Кристин.

— Верно! — громко сказал Кэрвис. — Я провёл возле неё много времени, но никаких признаков того, что она яркая, не было.

В толпе снова зашептались.

— Эти выдумки шепчет тебе твоя больная голова, а, Бездомный лорд?

Джей многозначительно поднял брови и ухмыльнулся.

Ронан решил бить по больному. Выставит его сумасшедшим… А может, так оно и есть, но сдаваться Джей не намерен.

Он скрестил руки и высоко поднял голову.

— Ты так и будешь повторять одно и тоже? — с насмешкой спросил Джей.

Ронан почувствовал, что может повернуть всё в свою сторону. Он повернулся к блеклым.

— Посмотрите на него! Вот он. Наш великий лорд. Тот самый, что прятался после гибели мира. Тот самый, что отказался вести нас дальше, когда мы жрали крыс в подвалах и хоронили детей без имён. А теперь вернулся, потому что ему что? Понравилась яркая девчонка?!

Несколько голосов в толпе одобрительно загудели.

Джей позволил им шуметь. А потом заговорил. И его слушали все.

— Ты прав. Я прятался. Я знал, что уничтожил наш мир.

Шум стих.

Ронан резко повернулся к нему.

— И что, хочешь снова всё уничтожить?

— Тогда всё, в чём я был уверен, — это то, что случившееся моя вина. Я не хотел больше быть причиной чьей-то смерти.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Может, это была трусость. Может, слабость. Может, боль, которая сломила меня. Но я не буду больше прятаться за своей виной, пока такие, как Ронан…

Джей снова обвёл толпу взглядом. Они знали, каким был Ронан. И правда знали.

Воспоминания чуть не пошатнули Джея, твёрдо стоящего на ногах.

Другая ночь.

Их родной мир.

Земля Изобилия.

Война.

Пепельное небо.

Крики.

Ронан был командующим одного из самых больших войск блеклых. Больше бойцов было только в отряде у Джея. Ронан командовал тысячей воинов и считал их своей собственностью. Уже тогда стало понятно: он воевал не за свободу. Он скорее наслаждался тем, что наконец получил право ломать, жечь и убивать.

Джей помнил тот город.

Небольшой, светлый, построенный на склонах возле серебряной реки. Там жили обычные яркие, не высшие. Ремесленники, лекари, учителя. В городе остались в основном женщины, дети и старики, которые никогда не сражались. Все воины находились на другой стороне границы, где блеклые создали иллюзию бурной деятельности, чтобы обмануть противников и спокойно пройти с другой стороны.

Приказ был чётким: пройти к складам города, захватить провизию и двигаться дальше, к столице. Мирных не трогать. Силы ярких были подавлены блеклыми с особыми способностями. Ожидать нападения было просто неоткуда.

Ронан нарушил приказ в первый же час.

Джей по счастливой — или не очень — случайности нашёл его на главной площади у разбитого фонтана.

Серая шерсть.

Клыки.

Кровь на руках.

Перед ним на коленях стояла молодая яркая девушка в порванном светлом платье. Она дрожала, закрывая собой ребёнка, который рыдал у неё за спиной.

Ронан наклонился к ней и оскалился.

— Ты пахнешь страхом.

— Ронан! — крикнул Джей.

Тот медленно повернулся.

В глазах уже тогда была эта ненависть.

Не к ярким.

К Джею.

Потому что Джей имел право приказать. Потому что стоял выше. Потому что бойцы слушали его, а не Ронана, даже если Ронан командовал целым отрядом.

— Отойди от неё, — сказал тогда Джей.

— Она яркая.

— Она мирная.

— Мирных ярких не бывает.

Джей подошёл ближе.

Вокруг собирались бойцы. Они не были удивлены поведением Ронана: он не первый день был на войне. Да и не один он был таким.

— Я сказал: отойди.

Ронан долго смотрел на него.

Долго.

Но всё же отпустил девушку.

А в его глазах Джей тогда увидел обещание.

Когда-нибудь.

Когда-нибудь Ронан попытается забрать власть.

Джей вынырнул из воспоминания и закончил уже громче:

— …пока такие, как Ронан, решают за нас, кого убивать, кого сожрать, кого отдать мракронам и кого называть врагом только потому, что так проще.

Ронан оскалился.

— Осторожнее.

— Нет.

Джей сделал шаг ближе и вкрадчиво произнес.

— Ты тупой, Ронан?.. Я вернулся… Все что тебе нужно сделать, это убрать свою задницу с моего места.

Часть толпы одобрительно загудела. Джей и сам не ожидал, что его возвращения ждали так много блеклых.

Глаза Ронана потемнели.

— Повтори.

— Убери свою пушистую задницу с моего места.

Толпа замерла.

Джейден смотрел прямо на него.

Ронан взревел.

На его теле мгновенно начала проступать густая серая шерсть. Плечи раздались вширь, позвоночник выгнулся, руки удлинились, пальцы превратились в мощные когтистые лапы. Он увеличивался прямо на глазах, становясь всё тяжелее, грубее, звероподобнее.

Камни под его ногами треснули.

— Давно надо было показать тебе, где теперь твоё место, — прорычал он.

Джей хмыкнул, зная, что Ронан боится его, как и другие блеклые.

— Попробуй.

Ронан бросился первым.

Он разогнался так быстро, что воздух перед ним словно сжался. Огромная серая масса врезалась в то место, где секунду назад стоял Джей. Камни взлетели вверх. Ударная волна прошла по площадке, и несколько блеклых отступили.

Джей ушёл в сторону в последний миг. На его лице всё ещё была самодовольная улыбка. Он и сам чувствовал, что вот сейчас, в эту самую секунду, он действительно вернулся.

Ронан развернулся, рыча, и снова прыгнул.

На этот раз Джей не стал уходить полностью. Он встретил удар плечом, скользнул под рукой Ронана и ударил его в бок. Глухой звук прокатился под мостом, будто кто-то ударил молотом по мокрому дереву.

Ронан пошатнулся.

Но заулыбался.

— Слабее стал, лорд. Я даже не упал.

Ронан ударил в ответ.

Джей успел закрыться, но его отбросило назад. Он пролетел несколько метров и врезался в каменную опору. Воздух выбило из груди. Перед глазами вспыхнули белые точки.

Толпа загудела.

Ронан не дал ему времени подняться. Он снова прыгнул, тяжёлый, как падающий грузовик.

Джей перекатился по камням. Лапы Ронана ударили рядом, оставляя в плитах глубокие трещины. Джей вскочил и ударил его в колено. Потом — в горло. Потом — в грудь.

Ронан зарычал, схватился за горло и стал задыхаться. Джей схватил его за плечо и швырнул через всю площадку.

Ронан рухнул на спину. Он кряхтел, но не желал сдаваться.

Когда Джей подошёл ближе, Ронан вскочил на ноги и нанёс ему несколько точных ударов: в голову и в грудь.

Джей харкнул кровью.

Вирус под кожей вспыхнул болью. Старые укусы отозвались так, будто мракронские зубы снова сомкнулись на его плоти.

Он сжал зубы.

Не сейчас.

Ронан приближался медленно.

— Вот и всё? — спросил он громко, чтобы слышали все. — Это ваш лорд? Это тот, за кем вы хотите идти?

Глава 35

— И это ваш лорд? — повторил Ронан.

Он снова бросился на Джейдена.

Джей принял удар на предплечье, почувствовал, как хрустнула кость, но тут же шагнул вплотную и ударил лбом в морду Ронана. Тот взревел, отшатнулся. Джей схватил его за шерсть на груди, рванул вниз и одновременно ударил коленом в челюсть.

Ронан взвыл от боли.

Толпа ахнула.

Джей не остановился. Он бил быстро. Жёстко. Беспощадно. В горло, в рёбра, в солнечное сплетение, снова в челюсть. Ронан пытался схватить его, но Джей был ближе, чётче, быстрее. Он не давал зверю разогнаться, не позволял использовать вес.

Ронан взревел:

— Я сломаю тебя!

Он нырнул вниз и ухватил Джея за ногу. Тот упал. Ронан встал и с силой ударил противника о землю. У Джея потемнело в глазах. Воздух выбило из груди. На мгновение мир сузился до боли, холодного камня под спиной и глухого гула толпы.

Но нет. Больше он не позволит Ронану решать, кто будет жить, а кто умирать. Джей перекатился в сторону за миг до того, как Ронан снова обрушился на него всем телом, пытаясь раздавить. Камни треснули под тяжестью зверя. Джей вскочил, схватил Ронана за голову и резко ударил ладонями по ушам.

Ронан снова взвыл и рухнул на одно колено. Уши были его слабым местом.

Джей не дал ему опомниться. Он вскочил Ронану на спину, обхватил шею локтем и сжал.

— Сдавайся.

— Никогда! — прохрипел Ронан.

Хватка стала жёстче.

— Сдавайся, — повторил Джей ему в ухо. — Или я сломаю тебе шею.

Ронан хрипел.

Толпа молчала.

Никто не бросил Джею вызов. Никто не выступил против. Все смотрели и молчали. И этим молчанием соглашались.

Ронан понял это.

Впервые за всё время в его глазах мелькнул страх. Он не хотел умирать. Не так. Не на глазах у тех, кем привык командовать.

— Сдаюсь, — хрипло выдавил он.

Джей отпустил его и отступил.

Ронан встал на четвереньки. Шерсть начала исчезать. Тело уменьшалось, снова становилось человеческим. Он кашлял, хватая ртом воздух. На лице расползался кровоподтёк, кровь шла из ушей, губа была разбита, один глаз уже заплыл.

Джей стоял над ним. Рука болела. Рёбра горели. Из разбитой брови текла кровь.

Но он стоял. И этого было достаточно.

Первым шагнул Кэрвис. Он склонил перед ним голову.

— Да здравствует Джейден, — произнёс он хрипло. — Последний из лордов Серой Пустоши.

Толпа замерла.

Следом вышел Торсон:

— Да здравствует Лорд Серой Пустоши.

Потом ещё один боец. И ещё.

Ронан, всё ещё стоявший на четвереньках, поднял голову. На его разбитом лице мелькнуло неверие.

Один за другим бойцы скандировали:

— Джейден — последний из лордов Серой Пустоши!

Его чествовали не так красиво, как в далёком прошлом отряд Лордов — воинов-освободителей, которые служили его матери. Их тогда встречали с огнями, музыкой и пиром на весь город. Здесь, под мостом, не было ни музыки, ни огня. Только мокрый камень, запах крови и серый купол над головой.

Блеклые один за другим склоняли головы.

Они были воинами. Теми, кто знал цену силе. Теми, кто помнил войну и понимал разницу между жестокостью и настоящей властью.

Джейден победил честно. Бойцы могли возразить. Могли не признать его. Могли отвернуться от него прямо сейчас. Но никто не пошёл против. Даже приближённые Ронана стояли, склонив головы.

Арен снова оказался прав. Блеклые ждали его возвращения. Ждали, чтобы он снова, как когда-то, объединил их, отбил атаки ярких, защитил и дал надежду.

Но, несмотря на это, он ждал, что кто-нибудь выкрикнет: «Это он уничтожил наш мир».

Вместо этого из толпы поднялся голос:

— Он вытащил мою сестру из восточной тюрьмы.

Джей повернул голову.

В полумраке стояла женщина с коротко остриженными волосами. На её шее до сих пор темнел след от ошейника. След от тёмного плена. Старый ожог шёл неровным кольцом, и она всё прикасалась к нему дрожащими руками.

Она не опустила голову. Она просто смотрела на Джея.

— Я тогда думала, что она мертва, — сказала женщина тише. — А Лорд принёс её домой, прямо на своих руках.

Кто-то в толпе шумно выдохнул.

С правой стороны поднял руку старик. У него не хватало двух пальцев, а левый глаз был закрыт мутной белёсой плёнкой.

— Мой город трижды брали яркие, — сказал он. — Трижды. На четвёртый раз они пришли тогда, когда у власти встал наш Лорд. Смогли найти нас даже под куполом. Но на этот раз с нами были воины из отряда Лорда. Яркие ушли ни с чем.

Джей хотел, чтобы они замолчали.

Хотел, чтобы кто-нибудь наконец сказал правду.

Назвал его убийцей. Разрушителем. Ошибкой.

С этим он хотя бы знал бы, что делать.

А с благодарностью — нет.

Но они продолжали…

— Он запретил трогать смешанных детей, — сказала молодая атлетически сложенная женщина.

Она смотрела на Джея с такой надеждой, от которой становилось больно.

— До его прихода меня бы убили свои, — продолжила женщина. — Или яркие. Без разницы. А благодаря ему меня приняли в элитный отряд. Я вышла из тени… Я защищала свой город той самой силой, которой все так боялись…

Джей отвёл взгляд.

Перед глазами на миг вспыхнул старый просторный зал, ещё до гибели мира.

Ребёнок со смешанной кровью, полублеклый, с испуганными глазами, стоял перед ним и большим военным собранием. Испуганный, худой, босой. Кто-то тогда требовал избавиться от него, ведь смешанная кровь опасна. Он вырастет, окрепнет и переметнётся к ярким, говорили они.

Джей помнил, как его собственный голос прозвучал в том зале слишком громко:

— С сегодняшнего дня все полублеклые принадлежат отряду Лорда. И каждый полукровка имеет право вступить в мой отряд и стать неприкосновенным!

В тот день всё изменилось.

Из подвалов, из дальних деревень на отшибе мира, стали выходить те, кто был запрятан куда подальше, иногда даже своей собственной семьёй. Наконец шанс получили те, кто всю жизнь скрывался. Полублеклые. Непринятые ни одной стороной. Слишком опасные, слишком чужие для всех. Блеклые не сразу приняли это его решение. Где-то на полублеклых продолжали нападать, несмотря на его приказ…

И он стал сам искать полукровок. Арена он тогда нашёл в мастерской под старой лечебницей. На полу лежали чертежи, на стенах висели обожжённые пластины, а в воздухе пахло металлом и лекарствами. Арен стоял среди этого хаоса — худой, бледный, с упрямыми глазами:

«Я слышал, ты не убиваешь таких, как я. Если это правда, тогда мне есть что тебе показать».

Тот самый купол. Тот, что сейчас укрыл их. И тот же, что скрыл когда-то десятки городов и деревень, которые яркие так и не смогли взять.

Джей почувствовал, как внутри что-то болезненно сжимается.

— Последний из лордов Серой Пустоши! — снова крикнул Кэрвис.

На этот раз множество голосов слились воедино.

— Последний из лордов Серой Пустоши!

— Джейден!

— Джейден!

Джей стоял неподвижно.

Он помнил, как звучал этот титул раньше.

Не под мостом. Не в грязи. Не среди разрушенного мира.

Тогда улицы городов Пустоши заполнялись людьми. Дети бежали за отрядом его матери, женщины бросали к ногам воинов серые цветы, мужчины поднимали над головами фонари. Лорды возвращались из очередного похода, ведя за собой освобождённых пленных.

Его мать, Амедала, шла впереди. Прямая, гордая, в тёмном плаще с серебряной застёжкой на плече. Та самая застёжка теперь лежала у Джея во внутреннем кармане. Маленький кусок старого мира, который он никогда не смог выбросить.

После её смерти лорды Серой Пустоши забрали его к себе. Не как наследника. Как мальчишку, который потерял мать и слишком рано понял, что власть не делает боль меньше. Они учили его драться. Падать. Залечивать раны. Думать прежде, чем отдавать приказ. Не путать страх с уважением, а месть — со справедливостью.

Теперь никого из них не осталось. Только он. Последний.

— Джейден! Джейден! Последний из лордов Серой Пустоши!

Голоса стали громче. Кто-то ударил кулаком в грудь. Кто-то поднял оружие. Кто-то просто плакал молча, опустив голову.

Они снова называли его Лордом.

Ронан засмеялся.

Сначала тихо.

Потом громче.

Смех сорвался в кашель. Он согнулся, сплюнул кровь на камни, но всё равно поднял голову. Один глаз заплыл, из ушей текла кровь, но ненависть в нём жила крепче боли.

Толпа стихла.

— Какой из него лорд, — прохрипел Ронан, — если теперь он защищает яркую?

Джей посмотрел на него сверху вниз.

Крики ещё дрожали под арками. Его имя всё ещё будто висело в сером воздухе.

— Я защищаю нас, — сказал Джей. — Всех нас. Ты слишком глуп, чтобы понять причины моих поступков.

Ронан усмехнулся разбитым ртом.

— А ты слишком занят яркой девчонкой, чтобы видеть, что происходит.

Джей напрягся.

— Говори.

Ронан медленно сел на камни. Его тело всё ещё подрагивало после битвы, пальцы плохо слушались, но в глазах снова появилась злая, почти торжествующая искра.

— Разведка принесла новости. Я собирался объявить их сам, но ты так красиво ворвался за короной, что пришлось отложить.

Кэрвис шагнул ближе.

— Что за новости?

Ронан смотрел только на Джея.

— Яркие проводят повторную инаугурацию императрицы.

Под мостом стало тихо.

Не так, как прежде.

Теперь тишина была другой. Тяжёлой. Живой. Испуганной.

Даже вода за пределами купола будто перестала шуметь.

Джей почувствовал, как внутри всё холодеет.

— Что? — спросил он.

— Повторную инаугурацию, — медленно повторил Ронан. — В большом зале. Они собирают высших. Возвращают власть той мелкой девчонке, что заняла трон ещё до взрыва.

Кэрвис нахмурился.

— Императрица погибла во взрыве.

— Получается, — Ронан не отводил взгляда от Джея, — она выжила.

Джей не сразу понял, почему ему стало трудно дышать.

Яркие охотились на Кристин.

Ходили за ней попятам.

Мракроны, остановились словно по её приказу.

Высшие, сохранили им жизни, только бы она пошла с ними.

Нет, он не хотел складывать эти части в одно.

Глава 36

В квартире Кристин было слишком шумно. Временами ей казалось, что она не слышит собственных мыслей. Только Эли сидела на низком широком подоконнике — бледная, заплаканная, испуганная. Она обнимала фотографию брата.

Буквально пару часов назад Орион подхватил Ларию и направился к выходу, но уже у дверей лифта та вдруг крикнула:

— Твой брат монстр! Он похититель детей!

Эли растерянно сжимала фотографию брата и смотрела на Кристин.

А Кристин пребывала в полнейшем шоке. Что ей нужно сейчас сказать? Она не знала. Ей нужна была пауза. Нужно было собраться с мыслями. Но девочка смотрела на неё прямо сейчас.

— Эли, — неуверенно сказала Кристин, — мне нужно немного времени. Я должна прочитать то, что написано в этих папках, и потом мы поговорим, хорошо?

Девочка растерянно кивнула и села у окна.

И с тех пор почти не двигалась.

Кристин было невыносимо смотреть на неё. Она усиленно делала вид, что пытается что-то прочесть в папках и документах. Всё, что ей удалось понять: яркие похитили Эли незадолго до того, как Теор похитил Ларию. И это обретало отвратительный, неправильный, но всё-таки смысл.

— Расскажи им правду, — тихо сказала Мирая и положила руку ей на плечо. — Или полуправду, чтобы не травмировать.

Кристин кивнула.

— Эли, — позвала она, — пойдём поговорим.

Она усадила девочку за стол рядом с собой.

— Почему Лария так сказала про моего брата?

— Потому что, когда ты пропала, твой брат хотел вернуть тебя, но не знал как. И выбрал не самый лучший путь.

— Какой путь? — Эли непонимающе смотрела на Кристин.

— Я думаю, он хотел обменять тебя на яркого ребёнка и похитил Ларию.

— Он не мог… — глаза Эли наполнились слезами. — Он не такой.

— Когда люди в отчаянии, они могут совершать ошибки.

— Но тогда почему она здесь? А я не вернулась домой?

— Я случайно нашла Ларию в подвале и вернула её ярким.

— А мой брат?

— Твой брат не смог обменять тебя, потому что я забрала Ларию.

— Ты его видела? — спросила девочка с надеждой.

— Нет, — Кристин врала, а её сердце разрывалось на части, — тогда его там не было. За Ларией присматривал другой блеклый.

— Ты вернёшь меня брату?

Кристин с трудом сдерживала слёзы.

— Я не знаю, где твой брат, но сделаю для тебя всё, что в моих силах.

Эли кивнула. Девочка обняла фото брата и снова села у окна.

Мирая осталась с детьми, а Кристин спустилась на этаж ниже и постучала в дверь квартиры Ориона. Лучше разобраться с этим сразу — одним движением сорвать пластырь.

Орион открыл дверь и жестом предложил ей войти. В глубине квартиры, на большом диване, сидела Лария. Она была укутана в мягкий пушистый плед и смотрела мультики. Глаза у неё были заплаканными.

— Мне нужно с ней поговорить.

— Сейчас не лучшее время, — жёстко сказал Орион. — Я ей уже всё объяснил. Я сразу видел, что общение с этими детьми — плохая идея.

Но Лария уже увидела Кристин. Сначала она было подалась в её сторону, но потом отпрянула назад.

— Ты помогаешь монстрам.

— Каким монстрам? — спокойно спросила Кристин.

— Блеклым, — зло проговорила девочка. — Брат мне всё рассказал. Ты провела с ними много времени, и они напудрили тебе голову! Все они злые. Они даже похищают детей.

— Напудрили, значит, — Кристин многозначительно посмотрела на Ориона. — Эли никого не похищала. Её саму похитили, как и всех тех детей, которых ты видела. Как думаешь, почему они все здесь?

Лария сощурила глаза.

Кристин понимала, что говорит слишком много для ребёнка, который ещё вчера боялся темноты. Но если сейчас позволить Ларии назвать Эли монстром, эта ненависть пустит корни.

— Ты же видела, сколько детей у меня в квартире? Я всех их вывела из подвала, как и тебя.

— Из того же подвала? — удивлённо переспросила Лария.

— Нет. Из другого подвала, который находится здесь.

Орион недовольно взглянул на Кристин.

— Откуда у нас такой подвал? — не веря, уточнила девочка.

— Не знаю, спроси у брата. Он же тут один из главных.

— Я уже говорил! Блеклые опасны, и поэтому…

— Видишь, он не отрицает, — перебила его Кристин.

Ориона немного потрясывало, но он держался.

— Но кто их похитил? — Лария всё ещё не понимала.

— Яркие их похитили. Получается, все яркие тоже монстры?

— Мы не похитили, мы изолировали их от людей… — Орион выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

— Ну конечно, это другое. Один ребёнок, похищенный блеклыми, против скольких? Сорока? Ста? Двухсот? Тысячи блеклых детей?

— Чего ты добиваешься? — закричал на неё Орион. В его голосе была не только злость. Там был страх человека, который уже один раз не успел защитить сестру.

Лария вздрогнула.

— Справедливости, — спокойно проговорила Кристин, глядя прямо в его холодные голубые глаза. — Яркие похитили Эли. Отобрали её у брата. А потом её брат похитил Ларию. Хотел обменять яркую девочку на свою сестру и вернуть её домой.

— Ты оправдываешь его?! — Орион вскипел.

— Нет, я никого не оправдываю. Но факт остаётся фактом: брат Эли похитил Ларию после того, как яркие похитили Эли.

— Ты похитил Эли? — Лария со слезами на глазах смотрела на брата.

— Нет, Лария, послушай меня…

— Взрослые построили мир, полный ненависти, — перебила его Кристин. — Ты не обязана прощать тех, кто сделал тебе больно. Не обязана дружить с Эли или с другими блеклыми. Я просто хотела рассказать тебе правду. Чтобы ты не ненавидела Эли, которой и так сейчас очень плохо и страшно. Она — не её брат. А ты — не те яркие, которые похищают или "изо-ли-руют" блеклых детей. Ты можешь не выбирать ненависть.

Лария молчала.

Потом она встала, взяла с дивана своего зайца и протянула Кристин.

— Я хочу подарить его Эли. Он помогает ей спать по ночам.

Орион поражённо смотрел на сестру. Он хотел было что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Ты такая маленькая, но такая добрая и храбрая. — Кристин обняла Ларию, и по её щеке потекла слеза.

На следующий день Орион и Лария не поднялись к Кристин. Видимо, им нужно было время. А может Орион и вовсе теперь не станет поддерживать Кристин, но тут уже ничего не поделать.

Эли повсюду таскала за собой зайца Ларии, и Кристин наконец-то почувствовала облегчение: девочки не будут ненавидеть друг друга. Пусть это совсем маленькая, но всё же победа.

У неё не было своих детей, поэтому она очень отдалённо представляла себе, как сложно уследить хотя бы за одним ребёнком, а за таким количеством — и подавно. Голова шла кругом.

Кто-то смеялся в гостиной. Кто-то спорил из-за подушки. На полу валялись раскрытые коробки с едой, одеяла, чужие вещи, детские ботинки и игрушки. У окна сидел мальчик с тонкими тёмными рожками у висков и осторожно запускал по стеклу крошечные искры. Рядом девочка с прозрачной кожей, словно крылышки стрекозы, пыталась поймать эти искры ладонями и каждый раз заливалась смехом. На диване двое малышей строили башню из пледов и подушек.

Мирая утром взяла кровь у вакцинированных детей и должна была с минуты на минуту вернуться из лаборатории с результатами. Но Кристин и так видела, что вакцина действует. Шрамы от укусов остались, но были бледно-розовыми. Вся чернота, распространявшаяся от них, исчезла.

Послышался шум открывающейся двери.

Кристин подняла глаза.

Мирая стояла у дверного проёма с папкой в руках. Обычно спокойная, собранная, почти холодная, сейчас она выглядела иначе. На её лице была торжествующая улыбка безумного учёного.

— Кровь чиста! Они все здоровы!

— Тебе удалось! Мирая, тебе это удалось!

Кристин вскочила и бросилась обнимать яркую. По щекам текли слёзы.

Кристин смотрела на детей. Они ещё не понимали, что произошло. Для них это был просто день. День, когда больше нигде не болело. День, когда можно было бегать по гостиной, пачкаться соусом и громко смеяться.

А для Мираи это был конец долгой войны. И начало новой.

— Они не превратятся? — спросила Кристин почти шёпотом.

— Нет, — ответила Мирая, и тут её голос дрогнул. — Эти дети — нет.

Перед глазами Кристин вспыхнули совсем другие картины: чёрные вены под кожей, горящие глаза, длинные пальцы мракронов, голод в пустых лицах. Женщина в больнице, которую скручивали санитары. Мальчик, кричащий: «Мама!» Джей, прячущий укусы под бинтами. Его рука, почерневшая почти до локтя.

— А остальные? — спросила Кристин. — Вакцина поможет всем?

Мирая медленно выдохнула и прижала папку к груди.

— Укушенным — да. Теперь я могу изготовить вакцину для каждого. Но не для тех, чьё превращение уже началось, и не для тех, кто давно живёт как мракрон. Но это моя следующая цель. Я не знаю, сколько времени у меня на это уйдёт. Но я положу на это всю свою жизнь.

Кристин опять подумала о Джее. Страх ударил изнутри так сильно, что она на миг забыла, где находится. Джей. А что, если его превращение уже началось? У него целых три укуса…

— Мне нужно достать кровь Джея… — начала она.

Мирая посмотрела на неё.

— Я обещала тебе, что помогу ему. Мы придумаем, как это осуществить.

— Мирая… спасибо тебе.

— Тебе не за что меня благодарить, — тихо сказала та. — Я столько лет пыталась создать вакцину… И кто бы мог подумать, что этот взрыв приведёт нас сюда. Без человеческой крови я бы не смогла создать вакцину, понимаешь? Если бы мы не попали сюда, и мракрон по какой-то нелепой случайности, не укусил бы Ярика.

Она замолчала, глядя в окно на оживлённые нью-йоркские улицы.

Кристин даже не думала о таком. Чудовищный взрыв, который уничтожил столько ярких и блеклых, буквально стёр целый мир, именно он привёл их туда, где стало возможным создание вакцины. Это было так странно. Так зловеще...

— Мирая, думаешь, исцеление тех, кто уже стал мракроном, возможно?

— Я на это надеюсь. Хочу вернуть им человеческий облик. Память. Разум. Не знаю. Может быть, не всем. Может быть, хоть кому-то. Но ты ведь видела Мальтифера. Я знаю, что внутри него проснулось сознание, и он теперь гораздо больше, чем мракрон. Я чувствую, что я на верном пути.

Кристин вспомнила мракронов, которые слушались её. Их горящие глаза. Их неподвижность перед приказом. Тот странный ужас, который она чувствовала каждый раз, когда понимала: они не просто чудовища. Когда-то они были кем-то. Чьими-то детьми. Чьими-то матерями. Чьими-то любимыми.

Они обе посмотрели на детей.

Эли кружилась посреди гостиной, держа плюшевого кролика за передние лапы. Её прозрачные крылышки ловили свет. Мальчик с недавним укусом залез на диван, поднял над головой подушку и объявил себя королём крепости. Маленькая девочка по имени Кая возмущённо сказала, что королём быть нельзя, потому что здесь вообще-то квартира императрицы.

Кристин невольно улыбнулась.

Императрицы.

Через несколько часов ей предстояло выйти в зал, полный высших ярких, и принять власть, стать той, которую она почти не помнила. Надеть на себя титул, от которого зависели чужие жизни. Сказать людям, которые веками боялись и ненавидели блеклых, что старые правила больше не работают.

Интересно, её сразу свергнут с престола или она успеет съесть хотя бы один императорский завтрак?

Глава 37

Мирая, одетая в праздничную парадную мантию, рассадила детей в гостиной. Им было велено смотреть мультфильм и не бегать по квартире, пока несколько ярких, вызвавшихся помогать Кристин, наводили порядок.

Сама Кристин сидела на стуле в своей спальне, а молодая яркая девушка, представившаяся Трианной, заканчивала делать ей макияж.

— Какую помаду? — девушка открыла уже пятый по счёту чемоданчик с косметикой. Весь он был наполнен карандашами для губ, стойкими матовыми помадами и блесками. — Я бы рекомендовала вот эти оттенки.

Девушка указала на несколько кофейных оттенков.

Кристин выбрала карандаш цвета капучино и стойкий серо-лиловый блеск.

Трианна расплела большие круглые бигуди и распустила её каштановые волосы, которые легли на плечи крупными гладкими кудрями.

В дверь постучали. Кристин встала и обернулась.

Орион вошёл в её спальню. Он был одет для церемонии — строгий и напряжённый.

— Ты здесь? — удивлённо выдохнула Кристин. — Но…

На секунду он даже забыл, зачем пришёл. Его взгляд скользнул по её лицу, по платью, по серебряной вышивке, и в глазах мелькнуло что-то болезненно тёплое.

— Я буду тебя сопровождать.

Он неуверенно сжал край своей светлой рубашки.

— Если ты позволишь, конечно.

— Я позволю, — она замешкалась, но всё же решилась сказать: — И мне очень жаль. Вчера я была слишком резка. Как Лария?

— Она в порядке, — отрезал Орион. — Я буду ждать тебя у выхода.

Кристин снова села, ожидая, пока Трианна закрепит на её волосах серебристые мерцающие заколки.

— Готово, — прошептала она. — Вы такая красивая.

— Спасибо, Трианна. Ты просто волшебница.

Кристин и сама не могла отвести взгляда от своего отражения в зеркале.

Она вышла в гостиную. Дети разом повернули головы в её сторону и почти одновременно ахнули.

Кристин засмеялась. Это было неожиданно и забавно.

Орион стоял у порога.

— Ты готова?

— Нет, — она улыбнулась.

Он едва заметно улыбнулся в ответ.

— Разве это ответ императрицы?

— Я стараюсь быть честной. Это ведь важно для императрицы?

Он кивнул.

— Они ждут. Зал полон. Лилана и Астрикс тоже уже там.

— Хорошо.

Мирая, Орион и Кристин спустились на первый этаж.

По напряжению Ориона было видно: стоит ждать подвоха. Всё было не так просто с этой инаугурацией. Пусть Лилана и на стороне Кристин, но Астрикс — нет.

Орион проводил её в комнату ожидания.

Там она осталась вместе с Мираей. Церемония должна была начаться с минуты на минуту, но Кристин всё не объявляли. В зале шла какая-то дискуссия, но из комнаты нельзя было расслышать даже обрывки фраз.

Кристин посмотрела на Мираю.

— Закрылись куполом, — ответила та. — Не могу пробиться. Мыслей не слышу совсем. Но не переживай, Орион там. Если нужно, он выйдет к нам и всё объяснит.

Кристин уже десять раз оглядела себя в зеркало, трижды попила воды, посидела на кушетке, потом на кресле, потом на большом диване, потом стала ходить туда-сюда. Мирая смотрела на неё снисходительно.

За дверью послышались быстрые шаги.

— Ну наконец-то! — Кристин так устала от этого томительного, почти бесконечного ожидания.

В комнату буквально влетела молодая яркая. Её светлые волосы выбились из причёски, дыхание сбилось, а на лице был такой страх, что Мирая сразу напряглась.

— Простите! — девушка поклонилась так резко, что чуть не потеряла равновесие. — Простите, Ваше Величество, я не должна была сюда входить, но…

Кристин нахмурилась.

— Что случилось, Трианна?

— Я лишь хотела вас заверить, что я всегда была на вашей стороне, — выдохнула девушка. — Моя матушка была из младшего архивного крыла. Она служила при вашей матери.

— Хорошо, хорошо. Что случилось? — поторопила её Кристин.

— Я слышала приказ.

Она запнулась, сглотнула и заговорила быстрее:

— Я забыла палетку у вас в спальне и возвращалась на ваш этаж, и там…

Мирая пристально смотрела на девушку, быстро читая её мысли.

— Чей приказ? — спросила Кристин.

Мирая ответила первой:

— Астрикса. Они выводят детей.

В комнате стало тихо.

— Что? — ошарашенно переспросила Кристин.

— Да, пока вас отвлекают инаугурацией, они… — Трианна не успела договорить.

Кристин подхватила края плаща и выбежала из комнаты.

Мирая бросилась за ней.

— Постой, их уже вывели! В квартире пусто!

Кристин остановилась посреди холла первого этажа.

— Куда?! — отчаянно воскликнула она, глядя на Мираю.

— Их вывели через служебный вход, на парковку.

Мирая указала направление.

И тут инаугурацию наконец объявили.

Кристин нужно было выйти в зал и принять власть.

Или…

Ей нужно было бежать и спасать детей блеклых.

Кристин на секунду застыла. Внутри всё стало ледяным и ясным.

«Если она сейчас уйдёт, Астрикс получит именно то, чего хотел. Но если она останется, дети исчезнут».

Решение принято.

Она повернулась спиной к залу инаугурации и побежала через малую галерею по лестнице для обслуживающего персонала.

— Они могут отменить инаугурацию! — крикнула Мирая ей вслед.

Но Кристин уже сделала выбор.

Огромный грузовик стоял посреди парковки.

Двери были распахнуты. У борта толпились яркие в тёмной форме. Дети стояли у стены — испуганные, кто-то босиком, кто-то с разбитой коленкой, кто-то в куртке поверх пижамы. Один мальчик плакал беззвучно, уткнувшись лицом в плечо старшей девочки. Эли сжимала в руках кролика Ларии и смотрела на ярких так, будто снова оказалась в подвале.

Кристин остановилась, с ненавистью глядя на происходящее.

Яркие в форме не сразу заметили её.

Один из них грубо подтолкнул первого ребёнка к грузовику.

— Быстрее.

Что-то внутри Кристин оборвалось.

— Отойдите от них!

Все обернулись.

Лица ярких побледнели.

Волосы Кристин развевались с неистовой силой, будто от штормового ветра. Вокруг неё светился прозрачный фиолетовый шар, словно стеклянный. И чем сильнее ненавистью наливались её глаза, тем больше становился шар.

— Ваше Величество… но вы не должны быть здесь, — в страхе пролепетал один из ярких.

Второй, более старший мужчина, сжал челюсть.

— Нам приказано доставить их в центр перевоспитания.

Эли вздрогнула.

Кристин увидела это.

И больше не сомневалась.

Она выпрямила руки вперёд, будто всегда знала, что нужно делать. Воздух дрогнул. Фиолетовый шар с гулом двинулся по траектории, указанной её руками. Эта сила сбила всех ярких в форме с ног, не задев никого из детей.

Послышались стоны и ругань. Большинство ярких не могли подняться.

За спиной Кристин появилась Мирая. Она привела с собой Ориона.

Но их помощь Кристин уже не нужна была. Она была императрицей не потому, что у неё самые красивые глаза, а потому, что силы её рода были выдающимися.

— Дети, — сказала Кристин, не сводя глаз с ярких, распластавшихся по парковке, — идите ко мне.

Один из ярких приподнялся на локте:

— Вы не можете… Вы ещё не вступили в права.

Кристин посмотрела на него холодно.

— Тогда передайте Астриксу: ему стоило подождать ещё десять минут.

Она повернулась к детям.

— Все! Идите за мной.

Двери главного зала распахнулись не с той стороны, откуда все ждали.

Лилана стояла у возвышения, рядом с древним знаком императорской власти. Высшие яркие заполнили весь зал. Все взгляды были обращены к боковой арке, откуда должна была выйти Кристин.

Но она вошла с улицы через главный вход.

В парадном платье, с плащом на плечах, с растрёпанными от ветра волосами.

И с детьми блеклых за спиной.

Сначала никто не понял, что происходит.

Потом по залу прошёл гул.

Пожилая дама в первом ряду схватилась за сердце. Кто-то резко поднялся. Несколько военных потянулись к оружию, но Лилана одним взглядом остановила их.

Астрикс стоял неподвижно.

Только его пальцы медленно сжались в кулак.

Орион вошёл следом за Кристин. Он держался рядом, напряжённый, бледный, готовый в любую секунду закрыть её собой.

Кристин остановилась в центре зала.

Дети жались друг к другу у неё за спиной.

— Что это значит? — поднялся один из старших советников. — Это зал инаугурации, а не место для…

— Для кого? — перебила Кристин. — Для детей?

Гул стал громче.

Астрикс сделал шаг вперёд.

— Ваше появление в таком виде неуместно.

Кристин посмотрела на него.

— А похищение детей из моей квартиры за несколько минут до инаугурации уместно?

Зал взорвался шёпотом.

Лилана медленно повернула голову к Астриксу.

— Что? — её голос прозвучал тихо, но все услышали.

Астрикс не дрогнул.

— Был отдан приказ о переводе опасных объектов в защищённый центр.

Эли спряталась за спиной Кристин.

Кристин почувствовала это движение и вдруг стала совершенно спокойной.

— Опасных объектов? — повторила она. — Вы говорите о детях.

— Я говорю о блеклых, — холодно ответил Астрикс. — Их природа нестабильна. Их силы непредсказуемы. Взрослые блеклые используют их как оружие. Перевоспитание необходимо.

— Необходимость — удобное слово, когда хочется не произносить «насилие».

Кто-то в зале шумно выдохнул.

Астрикс прищурился.

— Вы забываете, Ваше Величество, что первый закон об изъятии детей блеклых был утверждён вами. После вашего вступления на трон вы сами приказали улучшить условия содержания и начать перевоспитание детей, изъятых из семей блеклых. Чтобы они выросли не агрессивными и не стали угрозой для ярких.

«Что? Её приказ?»

Кристин замерла.

И тут в памяти возник другой зал. Больше и светлее, чем этот. На её плечах такой же плащ. На столе перед ней лежит документ. Астрикс говорит о безопасности. Кто-то показывает отчёты: нападения, убитые, разрушенные заставы, дети с опасными способностями.

«Если мы не заберём их сейчас, через десять лет они будут стоять против нас».

Кристин помнила давление, страх, голоса вокруг. И то, как ставит свою подпись.

Она медленно вдохнула.

Астрикс заметил это и слегка улыбнулся.

— Вспомнили?

— Да, — сказала Кристин. — Вспомнила.

В зале стало тише.

— Я вспомнила документ. Вспомнила, как на меня давили. Вспомнила, какая альтернатива была у этого закона — гораздо хуже. И мне пришлось подписать то, что мне тогда оставили как единственный выход.

Астрикс нахмурился.

— Пришлось?

— Да. Пришлось. Вы помните, что делали с детьми блеклых до принятия мной этого закона? Вы постоянно показывали блеклых как угрозу. Но забыли показать, что сделало их такими.

Гул стал тише.

Теперь слушали все.

Кристин шагнула вперёд.

— Мы называем их дикарями, потому что они отвечают силой. Но сколько лет мы сами говорили с ними только силой? Мы забирали их детей, изолировали семьи, строили центры перевоспитания, решали, кто из них достаточно безопасен, чтобы жить.

Она подняла брови и с презрением улыбнулась:

— А потом удивлялись, что они недостаточно дружелюбны по отношению к нам.

Астрикс резко сказал:

— Блеклые нападали первыми.

— Вы действительно помните, кто был первым в этой многовековой борьбе? Приведите доказательства.

Астрикс промолчал.

И этого оказалось достаточно.

— Вот именно, — сказала Кристин. — Мы уже давно не ищем правду. Мы ищем оправдание, чтобы продолжать делать то, к чему привыкли.

Несколько высших отвели взгляд.

Астрикс шагнул ближе.

— Вы говорите красиво. Но когда эти дети вырастут и начнут убивать ярких, ваши слова не защитят наш народ.

— А ваша жестокость уже защитила? — спросила Кристин. — Мир разрушен. Две расы выживают на его осколках. Мракроны пожирают блеклых, но иногда в прикуску идут и яркие. И вы предлагаете продолжать делать то же самое, надеясь при этом на другой итог?

В зале стало совсем тихо.

Голос Ориона прозвучал в её голове:

«Они пытались сорвать инаугурацию из-за того, что ты была среди блеклых. Осторожнее. Сейчас ты играешь на поле Астрикса».

Кристин едва заметно повернула голову.

«Нет, — подумала она. — Теперь он играет на моём».

Она посмотрела на зал.

— Да, я была среди блеклых. Не по своей воле. И да, я видела их ярость. Но также я видела врачей, которые лечат укушенных, несмотря на то, что шансов почти нет. Видела детей, которые боятся темноты так же, как наши дети. Видела людей, уставших от войны не меньше нас.

Она сделала паузу.

— И видела дружбу между ярким и блеклым ребёнком. Мы не рождаемся с этой ненавистью.

— Вы доверяете врагу? — спросил кто-то из дальних рядов.

— Нет, — сказала Кристин. — Я доверяю фактам. А факты таковы: война не сделала нас сильнее. Мы ничего не выиграли в этой «игре». Наши потери невосполнимы. Вы все видите это. Почему же не понимаете?

По залу прошёл шёпот.

Трианна стояла у дальней колонны — бледная, но смотрела на Кристин с восхищением.

Лилана медленно улыбнулась.

Едва заметно.

Но Кристин увидела.

Астрикс тоже.

— Вы обвиняете меня? — спросил он холодно.

Кристин повернулась к нему.

— Я не думаю, что вы один виноваты в многовековой войне. Но вы один из тех, кто слишком хорошо устроился внутри неё. Вам нужна не безопасность ярких, а враг, которым можно оправдать любую жестокость.

В зале снова поднялся шум.

Астрикс смотрел на неё не мигая.

— Осторожнее.

— Именно, — сказала Кристин. — Осторожнее. Мы можем лишиться и этого мира, если вы будете идти тем же путём.

— Это возмутительно!

— Возмутительно — выводить детей из моей квартиры, пока меня должны были отвлекать инаугурацией, — ответила Кристин. — Возмутительно — прикрываться безопасностью, когда на самом деле вы боитесь потерять власть.

Лилана подняла руку. Гул стих.

— Высшие яркие собрались здесь не для спора о полномочиях главы безопасности, — произнесла она. — Мы собрались для восстановления законной власти.

Один из старших советников поднялся.

— Но присутствие блеклых детей в зале…

— Об этом нет ни слова в правилах об инаугурации, — жёстко сказала Лилана.

Несколько человек переглянулись.

Потом Трианна вдруг вышла вперёд и подняла обе руки вверх.

— Я признаю Кристин законной императрицей.

Секунда тишины.

Потом руки поднял ещё один яркий.

И ещё.

И ещё.

У неё было намного больше сторонников, чем она могла себе представить. Яркие, и без того потерявшие всё, больше не желали войны. Они настолько хотели мира, что даже ненависть к блеклым не могла изменить их решение.

Лилана взяла знак императорской власти — тонкий серебряный обруч с прозрачным камнем в центре.

— Кристин, дочь Селесты и Элиара, наследница Вечного Света, — сказала она, и голос её разнёсся под сводами. — Примешь ли ты власть не как украшение, а как долг? Примешь ли ты ответственность за ярких и за тех, кого наши решения коснутся? Примешь ли ты право менять законы, если старые законы ведут к гибели?

Лилана намеренно добавила последнюю строчку. Она решила полностью встать на сторону Кристин.

— Приму.

Лилана возложила обруч ей на голову.

Камень вспыхнул мягким светом.

Кристин почувствовала, как сила прошла по залу, коснулась стен, пола, людей, детей за её спиной. Кто-то ахнул. Кто-то заплакал. Кто-то опустил голову.

Лилана подняла руки.

— Да здравствует императрица.

И по залу прокатился гул:

— Да здравствует императрица.

Астрикс не поднял рук.

Он молчал.

Кристин заметила.

И запомнила.