Без права выбирать

Пролог

Ученые всегда выходили за рамки реальности, раздвигая границы известного. На Земле, имеющей технологии открытия порталов в другие миры, они искали возможность наделить этой способностью человека.

Я стала венцом многолетнего эксперимента. Мама, будучи ведущим учёным секретной лаборатории одной из частных корпораций, была фанатиком от науки и согласилась выносить созданный эмбрион. Отец, курировавший весь проект, одобрил эту идею. Не знаю, что подвигло их воспитывать меня как родную дочь, но детство у меня было очень счастливым. Дом, любящие родители и куча дядюшек и тётушек, которые на самом деле были учеными лаборатории.

Мне было восемь лет, когда беззаботное детство закончилось. Я тогда совершила свой первый прыжок, открыв межмировой портал, тем самым ознаменовав завершение удачного проекта. Никто из учёных не догадывался, что правительственная служба безопасности давно следила за исследованиями. И едва приборы зафиксировали мощный выплеск энергии, научный центр взяли штурмом, расстреливая всех, кто там был, и варварски уничтожая всё оборудование. Их целью была информация об эксперименте, но не люди.

Меня спас Рик, один из гениальнейших учёных, на чьих разработках и была выстроена вся теория. Мужчины и женщины жертвовали жизнями, подарив ему всего несколько дополнительных минут. Этого хватило, чтобы уговорить перепуганного, плачущего ребёнка снова открыть портал и, уходя, устроить взрыв, инсценировав нашу смерть и уничтожив всё, за чем пришли спецслужбы. Это похоронило любую возможность заново воспроизвести созданную генетическую мутацию, информация о которой теперь хранилась в каждой клеточке моего тела.

Много лет Рик, ставший моим наставником, прятал меня на подземных уровнях мегаполиса, где располагались гаражи, социальное жилье для неблагополучных граждан и тысячи километров технических уровней с энергоустановками, питающими надземный город. Банды, грабежи, полная анархия, разделение уровней на криминальные зоны – вот мир, в котором я выросла, освоила свой дар и влилась в теневой бизнес.

Рик учёл просчёты безопасности моих родителей, и отныне перемещения экранировали энергоустановки, пока мы случайно не нашли заброшенное старинное бомбоубежище времён ядерной гонки и не превратили его в свой дом, оборудовав в нём специальный бункер, полностью скрывающий выплески силы при открытии порталов.

Я взрослела, и моё чувство благодарности за спасение переросло в искреннюю привязанность и восхищение к единственному человеку в мире, который всегда был рядом и заботился обо мне. Слепое обожание естественным образом трансформировалось в пылкую влюблённость. Рик догадывался об этом, подтрунивал и безобидно посмеивался. Но когда, набравшись храбрости, я застала его врасплох и поцеловала, мягко отстранил и очень деликатно объяснил, что он в три раза старше, и между нами не может быть иных отношений, кроме как наставника и ученицы.

Мой мир рухнул в бездну. Я не желала ничего слушать. Устраивала истерику за истерикой, но мужчина был непреклонен. Он пытался втолковать, что это всего лишь первая любовь, и она очень скоротечна, и потом мне будет стыдно за своё поведение. Но кто в семнадцать лет слушает голос разума, когда бушуют чувства?

Ощущая себя преданной, я сбежала из дома сначала на другой континент. Но когда начала получать послания от Рика, открыла портал и, виртуально хлопнув дверью, ушла в другой мир. Это были самые странные годы моей жизни, о которых я потом старалась не вспоминать. Со временем я осознала, что человек не обязан отвечать взаимностью только потому, что кто-то другой его любит. И поняла, что надо возвращаться.

Рик воспринял моё появление на пороге убежища совершенно спокойно, будто и не было этих лет. Устроил проверку моих способностей, обозвал безответственной лентяйкой и выстроил такой план тренировок и обучения, что я взвыла, мечтая снова убежать на край мироздания. Гордость и стыд не позволили снова хлопнуть дверью. В желании показать упрямцу, от кого он отказался, я делала всё возможное, невозможное и даже больше, лишь бы он мной гордился... А потом я узнала, что жить ему осталось несколько месяцев. И совершенно ничего нельзя сделать, потому что уже слишком поздно.

После похорон, развеяв прах над океаном, я вернулась в пустое убежище с единственным желанием последовать за ним. Рик был моей семьёй, моим миром, единственным человеком, которого я безумно любила. И с его уходом внутри образовалась чёрная дыра боли и беспросветного отчаяния, которая медленно поглощала меня целиком. Всё потеряло смысл. Зачем мне мириады миров, если ни в одном из них больше нет Рика? Зачем жить, если я никогда его не увижу, не услышу его голос и не поцелую твёрдые, упрямые губы?

Я рыдала в темноте, свернувшись калачиком на диване, раздавленная чувством вины, что не смогла его спасти. Скажи он раньше, у меня было бы время найти мир с более развитой цивилизацией, где его могли исцелить. Но он принял решение за нас двоих, и я ненавидела его за это. Ненавидела и продолжала любить, зная, что это чувство никуда не денется. Оно навсегда останется похороненным в моём сердце.

– Здравствуй, Нира.

Яркий голубой свет голограммы, появившейся в центре гостиной, заставил вскинуть руку, закрывая глаза. Голова кружилась от непрекращающихся слёз и истощения. Я потеряла счёт времени и была очень удивлена, что кто-то во всех мирах знает о моём существовании и прислал голосообщение.

Но голос! Этот голос я узнаю из миллионов. Неужели я сошла с ума?

– Рик? – прошептала охрипшим, сорванным от рыданий голосом. – Рик, это ты?

Волна безумной надежды всколыхнулась, сметая отчаяние и безысходность. Сев на диване, отняла руку, давая глазам свыкнуться с ярким светом. В нескольких шагах от меня стояла голограмма мужчины. До боли знакомые классические туфли, тёмные брюки, белая рубашка с расстёгнутым воротом и закатанными до локтя рукавами. Тёмные короткие волосы небрежно растрёпаны. Он смотрел на меня с грустной улыбкой, а у меня чуть сердце не остановилось.

– Где ты? – вскочив на ноги, я пошатнулась, схватилась за спинку стоящего рядом кресла и шагнула к мужчине, жадно впитывая его облик. – Скажи мне, где ты, я приду!

– Нира...

– Рик, где ты?!

Мужчина вздохнул и перевёл взгляд мне за спину.

– Открой коробку, она на барной стойке.

– Коробку? Зачем мне коробка! Рик, если это такой ужасный розыгрыш, то не смешно!

– Просто сделай, что я говорю.

В его голое появилась жёсткость, мигом приведшая меня в чувство. Так он говорил очень редко, только когда я творила полную глупость, безответственно рискуя своей жизнью.

Пошатываясь от слабости, я добралась в темноте до кухонной зоны, села на барный стул и подтянула к себе металлический контейнер с кодовым замком и сканом для сетчатки глаза. Голограмма мигнула, погасла и появилась по другую сторону стола.

– Код – дата твоего рождения, дальше ты знаешь, что делать.

Вскрыв контейнер, я, не понимая, смотрела на лежащий на его дне широкий электронный браслет, мигающий мелкими красными огоньками.

– Что это?

– Надень.

Я надела. Браслет защёлкнулся, лампочки замигали зелёным и погасли. Мужчина облегчённо улыбнулся и вдруг начал произносить непонятные, пугающие своим смыслом слова:

– Синхронизация произведена. Запуск работы искина-помощника. Запуск произведён. До активации три... две... одна... секунда.

Голограмма пошла рябью, снова обрела стабильность, и на лице мужчины появилась улыбка.

– Желаешь просмотреть записанное для тебя послание?

– Желаю, – произнесла онемевшими губами, начиная догадываться о происходящем.

Когда на рубеже двадцать первого века учёные с азартом бросились создавать искусственный интеллект, это привело к тому, что появились умные дома, голосовые помощники и искины, управляющие автомобилями, самолётами и целыми автоматизированными цехами. Десятилетиями технологии усложнялись, искусственный интеллект развивался. Когда наступила эра нанотехнологий, люди поняли, что создали настолько технически сложные системы, что среднему человеку не справиться даже с обычной бытовой техникой. И тогда им на помощь пришли виртуальные помощники, управляющие наномашинами, подарившие землянам настоящую магию, только основанную на технологиях.

Искинам для удобства коммуникации создавали голографический образ. И выбрать можно было что угодно – от мужчины или женщины до любого представителя из открытых миров – или воплотить любую фантазию. Визуальный облик не влиял на рабочие функции. Всё это за доли секунды промелькнуло в моих мыслях, а потом и они исчезли, оставив звенящую пустоту, когда передо мной развернулось виртуальное окно с голозаписью.

Рик стоял на берегу моря в том образе, что сейчас демонстрировала голограмма. Ветер трепал его волосы, руки засунуты в карманы и та же самая грустная улыбка.

– Если ты это смотришь, значит, я умер, и ты получила мой прощальный подарок, – он отвернулся и потом снова посмотрел в голопроектор. – Прости, всё не должно было так закончиться. Не буду говорить много, мы уже всё сказали друг другу. Единственное, что сейчас имеет значение, – твоё будущее. Помнишь Сорина?

Я машинально кивнула, слушая и не веря происходящему. Сорин – искин-помощник моего отца, он отвечал за функционирование всей научной лаборатории и был уничтожен во время взрыва. Я не понимала, почему Рик заговорил о нём.

– Он с тобой свяжется в ближайшие дни. Следуй всем его инструкциям. И, Нира, прошу тебя – живи... живи за нас обоих.

Запись погасла, снова погрузив убежище во мрак, лишь отсветы голограммы освещали небольшой участок кухни.

– Когда он узнал, что умирает, – заговорила голограмма, – то не захотел оставлять тебя одну и создал меня на основе своих знаний, опыта и воспоминаний. Кристалл с моим сознанием находится в считывателе, встроенном в браслет. В меня заложено множество функций и одна из них – возможность путешествовать с тобой по другим мирам. Это была последняя разработка Рика. Его прощальный подарок.

– Замолчи! – я в истерике, хватаясь за голову, а потом в остервенении попыталась содрать браслет с запястья, но он не открывался. Тогда я принялась бить им по столу в надежде раскрошить на мелкие кусочки, добраться до кристалла искусственного интеллекта и его разбить. – Ты не Рик! Ты не Рик! Не смей им быть!

Упав на колени, я зарыдала в голос, обхватив себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону.

– Что же ты наделал? Почему раньше не сказал? Когда всё ещё можно было исправить?

– Он не знал, что излучение энергоустановок подземных уровней заставляет его ДНК мутировать, пока не образовалась опухоль. Только во время обследования выяснилось, что восстановить изменённые гены уже невозможно, слишком много накопилось повреждений.

– Замолчи! – мой голос упал до шепота, слёзы продолжали градом катиться по щекам.

– Ты задаёшь вопросы, моя задача на них отвечать.

Я закусила губу, заглушая очередные рыдания. Это просто программа, она выполняет то, на что её запрограммировали. И это единственное, что осталось у меня от Рика. Частичка того, кто больше никогда не вернётся. Когда-то люди хранили портреты своих ушедших близких, потом появились фотографии, видеозаписи и сменившие их голограммы. А мне достался виртуальный помощник.

– Тебе входящий вызов от неизвестного абонента. Принять?

– Прими.

Кто бы ни звонил, мне уже было всё равно. Больней, чем сейчас, уже не будет... Но я ошиблась.

С развернувшегося голоэкрана смотрело моё прошлое.

– Здравствуй, Челси, – с отеческой улыбкой произнёс Сорин. – Наконец мы снова встретились.

Глава 1

– Воровка!

– Лови!

– Хватай!

Крики за спиной, топот бегущих стражей, бряцающих доспехами и лязг выхватываемых мечей помогли открыть второе дыхание. Вильнув в подворотню, пронеслась до тупика, перемахнула через перегораживающий проулок каменный забор. Приземлилась перекатом и, вскочив, помчалась дальше, петляя как бешенный заяц, улепётывающий от лисицы. И хотя крики стражи давно стихли, я всё равно пробежала ещё два квартала, специально выбирая узкие улочки, напрочь лишённые света. И только ощутив чувство полной безопасности, перешла на шаг.

Кажется, на этот раз пронесло, а могла попасться. Кто же знал, что в доме за один день обновили всю защиту. Наследить во время разведки я не могла, значит, у хозяина помимо моего заказчика полно проблем.

Выудив из-за пазухи стопку писем, перевязанных розовыми лентами, довольно хмыкнула и переложила в сумку. Всё, теперь, даже если попадусь, никто не докажет, что они у меня. Хорошая штука эти магические вещи. Жаль, нельзя взять сумку с собой, как бы она пригодилась в моём мире. Увы, на это существовал баланс Вселенной, который ещё ни разу никому не удалось нарушить. В разных мирах свои законы физики. И хвала Творцам, а то неизвестно, что бы из этого вышло! Ученые предполагали, если баланс нарушить, миры начнут схлопываться, как мыльные пузыри, и многомерная мультивселенная вернётся к изначальному Хаосу.

– Эй, красивая, не хочешь поразвлечься?

Пьяный бугай с сальной шевелюрой, маленькими глазками и красным мясистым лицом перегородил дорогу у самых дверей трактира.

Да что ж мне везёт сегодня как утопленнику!

– Отвали!

Резкий удар в кадык, и мордоворот под хохот дружков, кучкующихся на противоположной стороне улицы в окружении полуголых девиц, свалился на колени и, схватившись за горло, захрипел.

– Гог, совсем спятил! Ты бы хоть смотрел, кого снять собрался. Это же девка-дроу.

Услышав за спиной столь лестные эпитеты в свой адрес, хмыкнула и, не оборачиваясь, вошла в полутёмный, прокуренный зал, пропахший пивом и прогорклой едой. В таких местах приличные люди не отдыхали, зато никто не задавал незнакомцам ненужных вопросов. Поймав ключи от бармена, поднялась в свою комнату, магическим пасом заперла дверь, активировала все охранные плетения и рухнула на кровать, только сейчас ощутив откат от нервного напряжения.

«Лёгкое задание, Челси. За неделю справишься и оплата стоящая, ты же знаешь этих богатых. Тут птичка нашептала, что этой суммы хватит полностью выкупить твою квартиру, или опять хочешь объяснять банку, почему в очередной раз просрочила кредит?»

Никакого банка не было, это была сказка для посредника, мне не хватало двести тысяч кредитов совершенно на другие траты, вот и взялась за дело.

Чувствуя каждой клеточкой безумно уставшего тела жёсткий матрас, набитый соломой, в убогой гостинице в самом бандитском квартале города, я мечтала оказаться в родном доме со всеми мыслимыми удобствами, которые только может предложить мой технократический мир.

– Вставай, Челси! То, что письма у тебя, – половина дела. Их ещё надо доставить клиенту.

Проблема клиента, вернее клиентки, была банальна до оскомины. Жена посла в этом мире закрутила роман с кем-то местным, а когда муж и она соответственно вернулись обратно домой на Землю, тут и всплыла щекотливая переписка. Кто-то не слишком умный решил намекнуть даме, что жаждет ежемесячного весьма щедрого пожизненного содержания за молчание. Дама такими средствами не располагала, признаваться мужу не пожелала, зато каким-то чудом вышла на посредника, умеющего урегулировать подобные дела.

Встав с кровати, я достала из сундука свой вещевой мешок и стала в темпе паковать охранные амулеты, попутно снимая со стен и окон защиту и убирая любой магический след. Стража в этом городе не даром ест свой хлеб. И хотя белоснежные волосы скрыты под капюшоном, белая кожа замазана натуральной тоналкой, а синие глаза спрятались за карими линзами, рост скрыть невозможно – не пилить же себе ноги! Девушки за метр девяносто в этом мире могли быть только дроу. Так что найти меня проще простого, и в злачных районах вот-вот начнутся облавы.

Портал вынес меня на склад. Много десятилетий назад это помещение с его подземными уровнями принадлежало научной лаборатории. Чем они тут занимались, давно кануло в Лету. Кто только потом не был его владельцем! Последние как раз и использовали его под склад. Меня наоборот интересовали подземные уровни, вернее, один бункер, надёжно экранирующий от спецслужб выплески энергии открывающихся порталов. Чтобы обезопасить свои переходы, я через кучу подставных фирм арендовала это помещение и для обеспечения прикрытия с периодическим успехом сдавала надземный уровень всяким фрикам, вольным художникам или музыкальным группам. Неформальные тусовки давно приелись местной полиции, и на шум посреди ночи и всполохи света патрули уже не реагировали.

Поднявшись по полуразрушенной лестнице, оказалась в огромном пустом складе и глубоко вдохнула ночной воздух. Родной мир встретил проникающими сквозь разбитые окна запахами пыли, дешёвой синтетической еды и шумом проносящихся аэрокаров.

Чуть не убившись об поломанный стул, валяющийся на полу, остановилась, давая глазам возможность привыкнуть к полутьме. Приложив ладонь к широкой бляхе на поясе, активировала подгонку нанокостюма к моему нормальному росту и наконец, осмотревшись, обалдела.

Всё помещение склада было завалено банками от пива и карнавальной мишурой. С потолка свисали порванные бумажные гирлянды. На наспех сколоченном подиуме валялась разбитая электрогитара и подставка для микрофона. Знатно тут погуляли любители ретро. Узнаю, кому мой агент последнему сдавал в аренду склад, наведаюсь к этим любителям музыки в гости, стребую компенсацию на ремонт.

Когда тело и все органы чувств полностью адаптировались к новой реальности, усмехнулась, ещё раз оглядывая погром, и дала себе заметку прислать завтра сюда уборщиков.

На улице ещё раз коснулась бляхи на поясе, и плечи укрыл длинный плащ, лицо скрылось под капюшоном, вещевой мешок магического мира с безразмерным дном трансформировался в обычную спортивную сумку, а кожаные сапоги – в высокие ботинки на шнуровке. Теперь вся одежда полностью соответствовала реалиям моего мира, и никакой тебе магии.

Я вздохнула. Нет, мне нравилось жить в техногенном мире. Но когда бывает доступна магия, порой начинаешь задумываться о вселенской несправедливости, хотя мне с моим даром грех жаловаться.

Выйдя на проспект, поймала такси и, указав адрес гостиницы в средней черте города, откинулась на сиденье.

– Что, денёк выдался тяжёлый? – дядька-таксист с улыбкой глянул на меня через зеркало заднего вида.

Я через силу улыбнулась. Любезничать не было никакого желания, но полученное воспитание заставило вежливо ответить:

– Да, давно таких не было.

И я ни капли не лгала. Давно у меня не было таких заданий. Я чудом избежала ареста. Если бы не магия, висеть мне утром на городской площади на виселице. Так что на пару лет можно забыть о путешествиях в человеческие земли Ротана.

Чтобы избежать дальнейших расспросов, закрыла глаза, притворившись уставшей. Только бы не заснуть на самом деле. Мне ещё нельзя расслабляться. Письма теперь в опасности, так как их больше не защищает магия. Но я не думала, что у глупого эльфёнка хватит ума проследить переписку, послав за мной ищеек. Перемещение межмировыми порталами – это не поездка на монорельсе и даже не перелёт на аэрофлае между континентами. Все межмировые перемещения строго контролируются государственными и силовыми структурами. И чтобы отправить в наш мир боевой отряд, нужна официальная, очень прозрачная и достаточно веская причина. И даже оказавшись на Земле, меня ещё надо найти.

– Девушка, приехали, – окликнул таксист, остановив машину у входа в гостиницу.

Я сделала вид, что очнулась от полудрёмы и «сонно» улыбнулась.

– Благодарю вас, – приложив запястье к считывателю, оплатила поездку и, прихватив сумку, выбралась на улицу.

Такси уехало, а я, постояв на ступенях гостиницы, проверила по ощущениям нет ли слежки. Убедившись, что всё чисто, вернулась на тротуар, пересекла дорогу на перекрёстке, прошла два квартала и, набрав на двери дома код, вошла в подъезд.

Опять коснулась пряжки, и нанокостюм вместе с плащом и ботинками трансформировался в джинсы, футболку, кожаную куртку и кеды. Волосы скрылись под кепкой, а сумка стала потрепанным джинсовым рюкзаком. Отклеив от запястья прозрачный пластырь с чипом идентификации на подставную личность, смяла, ломая чип, и активировала утилизатор, встроенный в браслет с помощником-искином. Все, что попадало под его луч, превращалось в простой набор молекул. Такого варварства не выдерживают даже наниты. Подождала, пока в подъезд войдут и выйдут несколько человек, и только тогда вернулась обратно на проспект, поймала уже другое такси и, назвав адрес, наконец позволила себе расслабиться.

Ночной мегаполис. Есть в нём своя технократическая магия. Огромные голограммы с рекламой между высоких башен жилых домов и офисов корпораций. Несущиеся на разных уровнях аэрокары. И всё сверкает разноцветными неоновыми огнями. Миллионы людей живут, работают и развлекаются на нижних уровнях и никогда не поднимаются выше, потому что пентхаусы принадлежат сильным мира сего. Главы корпораций строят собственные башни, и их дома поднимаются выше облаков, городского смога и суеты, царящей на средних и нижних уровнях.

Аэротакси спланировало к причальному балкону одной из жилых башен для среднего класса. Я расплатилась на этот раз наличкой. Покинув аэрокар, шагнула с балкона в ярко освещённый холл, расположившийся на пятидесятом этаже. Посередине фонтан, вокруг деревья, растущие прямо из бетонного пола, вертикальные клумбы, эскалаторы, уносящие людей на верхние и нижние этажи, стеклянные кабины лифтов, киоски и кафе по периметру. Все создано так, что многим жителям нет необходимости даже башню покидать, не то что город или тем более мир, в котором родились. Дом, работа, друзья, развлечения – всё в одном месте.

Купив в одном из кафе быстрого питания пирожок, шагнула на эскалатор. Со второго яруса холла лифтом поднялась на семьдесят первый этаж. Длинный коридор, безликие двери без номеров. Приложив ладонь у одной из них, открыла сенсорный замок. Пластиковая панель плавно ушла в стену, пропуская меня в помещение, только по планировке напоминающее квартиру. Почти всё пространство занимали ремонтные стойки. Из удобств – единственный диван, ванная комната и небольшой кухонный синтезатор, пристроившийся в углу стола, заваленного всяким хламом. Я уже несколько месяцев обещала себе всё утилизировать, да руки никак не доходили. Жуя пирожок, спрятала сумку в самый настоящий сейф, в котором не было ни одной электронной платы, зато замок такой хитроумный, что, если нет навыков обыкновенного взлома, в жизни не откроешь.

Нажав на бляшку, подождала, пока одежда свернётся полностью и, сняв пояс, отправилась в душ. Стоя под горячими струями с закрытыми глазами, мысленно воспроизвела все детали вылазки, отмечая собственные промахи, давая зарок поработать над техникой и вспоминая всё, что чуть не привело к провалу.

Эльфийский лер! В магическом мире! Установил электронную защиту своей резиденции!

Вот почему я чуть не попалась. Но как? Для всей этой электроники нужен мощный источник питания. Допустим, учитывая древность таких домов, энергоблок можно установить в подвале. Тонны камня и стены метровой толщины вполне способны экранировать любое излучение. Но мало собрать установку, нужно по всему дому поставить датчики, а такое не скроешь от жителей мира, понятия не имеющего о таких технологиях.

Первый этап любой вылазки начинается со сбора всей возможной информации о клиенте и его окружении. И ничего, что указывало бы на внезапный ремонт в резиденции, я не обнаружила. Но кто-то собрал энергоблок, причём скрытно от многочисленных слуг и других обитателей дома.

Представив, как жеманный эльфийский лер, назначенный вторым атташе посла Великого Леса в королевстве людей Ротана, пытается вникнуть в инструкцию посборке и подключению – к чему только? – энергоустановки, фыркнула. Включила на пару мгновений ледяную воду, потом опять горячую и вышла из душевой кабинки. Замотала волосы полотенцем, накинула халат и, дав задание синтезатору сварить кофе, уселась на диван.

– Рик, воспроизведи все записи, сделанные в резиденции лера Вариэля.

Прямо передо мной в допреальности развернулся голубой экран, на котором искин-помощник послушно прокручивал всё отснятое в доме. Вот я, не потревожив ни единого плетения охранных заклинаний, проникла в дом, зашла в кабинет и вскрыла сейф.

Защита сработала, едва я коснулась писем, а ведь магический маяк я сразу деактивировала. Выходит... выходит...

Вот чёрт! Маяк не магический, а электронный! И зашит в одно из писем!

Я как ужаленная подорвалась с дивана и рванула к сейфу. Слыша, как дверь вскрывает плазменный резак, едва успела сунуть письма в карман халата, подхватила с пола нанитовый пояс, рванула к балкону, перевалилась через перила и полетела вниз, теряя полотенце с головы. Падая, успела услышать, как двое парней выбежали на балкон. Один смачно ругнулся. Второй хмыкнул:

– Ушла.

– Рик, щит! – скомандовала искину.

Извернувшись как кошка ногами вниз, облегчённо вздохнула, когда активировалось антигравитационное поле, образовав силовой кокон. Полёт сразу замедлился, воздух перестал хлестать и развевать полы халата. Спланировав на тротуар, придала лицу самое невозмутимое выражение, мол, гуляю я босиком и в банном халате, что с того? И что есть сил рванула к станции подземки. Меня выследили по маяку на письмах, и прежде чем искать передатчик, надо заглушить его сигнал, и лучше всего воспользоваться толщей земли.

Мысли о том, чтобы бросить злосчастные письма в канализацию даже не возникли. Я всегда выполняла задание любого уровня сложности, собственно, поэтому мои услуги на теневом рынке стоили так дорого. Я и сейчас была намерена завершить сделку. Почувствовав погоню, забежала в вагон монорельса и, не дожидаясь, пока поезд тронется, стала пробираться к заднему вагону. Оказавшись у закрытой двери, взломала замок и под удивлённые взгляды и возгласы пассажиров, спрыгнула на рельсы.

Три минуты до прибытия следующего поезда. Этого мне хватит, чтобы добежать до технической двери и укрыться от преследователей в многоуровневых подземных лабиринтах. Это только кажется, что город растёт башнями вверх. Почти настолько же он уходит под землю, где обитают все, кто не желает мириться с системой.

Босым ногам было больно от впивающихся острых мелких камней, рассыпанных по бетону. Зато я успела добежать до стальной двери.

– Рик, взламывай замок!

– Сделано, – доложил искин, и дверь толщиной в десять сантиметров медленно ушла в стену. Залетев в коридор, хлопнула по запирающей панели и с бешено колотящимся сердцем смотрела, как она становится на место. Успела!

– Активируй защиту «Стена» и покажи картинку снаружи.

Передо мной опять завернулся голубой экран, и я увидела тех двоих с балкона. Они бежали в точности за мной, но не увидели дверь, замаскированную нанитами под обычную бетонную стену, в которой даже швов не было, и побежали дальше.

– Занеси обоих в мою базу, проверь по сети, есть ли совпадения. Доложи, как закончишь поиск.

Неожиданно картинка резко пришла в движение, и по голубому экрану промелькнула крыша движущегося поезда.

Так, теперь разобраться с письмами, пока их опять не отследили. Присев у стены, развязала ленты, рассыпала белые бумажные конверты прямо на бетонный пол и стала тщательно перебирать каждый в отдельности, сканируя на поиск скрытых маячков. Ну, конечно, письма были чисты, маяк обнаружился в самой ленте! Одна из нитей была заменена нановолокном, оказавшимся передатчиком, транслирующим довольно мощный сигнал через каждые пять секунд.

От догадки стало не по себе. Жену посла никто подставлять не собирался. Ловушка была устроена для меня. Конечно, её шантажировали, и задание вернуть женщине компрометирующие письма было настоящим, просто по ходу операции подключился кто-то третий, решив убить сразу двух зайцев.

Только не ожидали, что я всегда! Всегда держала такой вариант развития событий в голове и была готова практически к любому сценарию. Жизнь научила продумывать сначала худшие варианты и делать всё, чтобы максимально себя обезопасить. Я обладала уникальным даром открывать порталы в другие миры, неудивительно, что подозрительность и паранойя проснулись во мне раньше остальных инстинктов. Зато я до сих пор жива и даже обладаю относительной свободой, а не сижу на военной базе в бункере на сто двадцатом подземном этаже и выхожу в мир только по заданию правительства, нашпигованная датчиками слежения, контроля и дистанционного уничтожения – так, на крайний случай, чтобы не вздумала податься в бега.

Тут я хмыкнула. А сейчас, значит, я не под землёй, да? Но хотя бы на свободе. Жалко, что одной личиной стало меньше. Зато есть повод создать новую, более эффектную. Просто я как-то сроднилась с Челси. Ведь создала её на заре своей юности, только пробуя силы в теневом бизнесе.

Свернув ленту в улитку, активизировала утилизатор. Отряхнула с пальцев невесомую пыль, бросила последний взгляд на экран, показывающий тоннель. Чисто. Вот бы этих двоих задавило монорельсом. Увы, о таком приходится только мечтать! Парни не из простых, очень скоро вычислят, где меня потеряли, и найдут потайную дверь, так что нечего засиживаться.

Собрав письма, распихала по весьма объёмным карманам халата, застегнула поверх нанитовый пояс, с которым всегда ходила в другие миры, чтобы не тратиться там на одежду, и побежала по знакомым с детства тоннелям и техническим переходам, запутывая следы, если вдруг за мной пустят дроны, отыскивающие людей по тепловому следу.

Но удача, кажется, решила повернуться ко мне лицом. За три часа блужданий в подземной части города, я ни разу не почувствовала за собой слежку и решила, что вполне безопасно отправиться в убежище. Естественно, расположенное под землёй, естественно, в серой части города, где нет ни камер слежения, ни полицейских дронов.

Охарактеризовать убежище можно было только одним словом – бункер. Изначально оно им и являлось в эпоху начала цифровых технологий, когда мир ещё был разделён на страны и стоял на грани войны на всеобщее уничтожение. Мы с наставником случайно на него наткнулись во время одного из уроков, отрабатывая навык обнаружения скрытого. Сотни тысяч километров подземных лабиринтов, как нельзя кстати, подходили для доброй половины моих уроков. Поэтому я ориентировалась здесь лучше, чем на поверхности среди высоток.

Найденный бункер мы тут же объявили своим, чтобы случайно натолкнувшиеся на него местные банды не заявили своих притязаний. И многие годы я львиную долю своего заработка тратила на его оснащение необходимой техникой и защитными системами.

Чувствуя, как ледяной холод от стальных конструкций медленно поднимается от ступней по всему телу, я ускорила шаг и скоро оказалась у монолитной круглой стальной двери диаметром два метра прямо в бетонной стене. Только это с виду она была бетонной. На самом деле здесь прочнейший наносплав, который не повредить никаким известным в этом мире инструментом.

Облегчённо вздохнув, положила ладонь на замаскированную под бетон панель. Система, считав генокод, признала меня хозяйкой, и в толще стены зародился гул.

Огромная дверь, несмотря на свою массивность, легко открылась, и за ней сразу вспыхнул яркий свет.

Глава 2

– Рик, я дома.

Едва вошла, дверь так же легко встала на место, и лязгнули засовы. Всё, теперь достать меня невозможно. Только уничтожить вместе с убежищем, сбросив из космоса метеорит или ракету дальнего действия.

– Подключаюсь к системе, – сообщил искин, перемещая своё сознание из портативного считывателя в моём браслете на сервер убежища.

Обычно для дома не использовали искинов-помощников, для этого всегда имелся собственный искин. Но, во-первых, это было дорого. Во-вторых, мы с Риком не хотели видеть в нашей компании никого постороннего и, в-третьих, дело было в самом Рике. Его не удавалось скопировать. Я подозревала, что он сам заблокировал эту возможность. И если ему так хочется мотаться между браслетом и сервером, кто я такая, чтобы портить ему удовольствие.

– Добро пожаловать домой, девочка!

Передо мной появилась голограмма высокого красивого мужчины на вид лет тридцати, одетого в брюки от делового костюма, классические туфли и рубашку с расстегнутым воротом и рукавами, закатанными до локтя. Короткая стрижка и в уголках родных глаз лучики морщин от приветливой улыбки.

Я грустно улыбнулась искусственному интеллекту.

– Я тоже рада тебя видеть, Рик.

Визуальный облик наставник принимал только здесь и не потому, что браслет не мог создать голограмму. Просто Рик ключ к моему прошлому, и ещё живы люди, которые были знакомы с наставником лично. Поэтому мы не рисковали.

– Так и будешь стоять в коридоре? – усмехнулся мужчина.

– Дай хоть отдышаться, – я тоже улыбнулась.

Стальная дверь с десятком автоматически запираемых замков была единственным напоминанием о былом назначении этого бункера. В остальном все помещения теперь выглядели как шикарная квартира в какой-нибудь элитной башне города.

Длинный коридор с полом, имитирующим паркет, стены выкрашены в цвет слоновой кости, на них старинные светильники, зеркала и картины. Коридор закончился огромным единым помещением гостиной и кухонной зоны. За ней был ещё один коридор, откуда двери вели в ванную, мою спальню и технические помещения. И вот там начиналось самое интересное. Три уровня складов со всем необходимым, чтобы пару лет прожить здесь с комфортом, не поднимаясь на поверхность. Автономная силовая установка, питающая бункер энергией, серверная, ангар для флайера и ещё одно помещение, в будущем способное экранировать мои портальные перемещения. Именно на его доукомплектацию мне не хватало тех злосчастных двухсот тысяч кредитов. Так что пока приходилось пользоваться бункером на складе.

– Рик, свари кофе, организуй ужин... – я бросила взгляд на огромный экран во всю стену гостиной, имитирующий окно на сотом этаже башни. Трансляция шла в реальном времени, показывая вид на раскинувшийся внизу город и розовеющее небо с поднимающимся над горизонтом огромным солнечным диском. – Хотя это скорее завтрак.

Микроклимат активировал дуновение ветерка с «открытого балкона», и я невольно поёжилась.

– И сделай потеплее, зябко.

– Что желаешь? Овсяную кашу? Фруктовый салат? Или что-то более экзотическое?

Рик сменил визуализацию и орудовал за барной стойкой кухонным синтезатором, и через минуту по гостиной поплыл аромат чёрного свежесваренного кофе.

Сейчас искин выглядел как обычный человек. Оболочка, имитирующая тело, была толщиной несколько микрон и на своё создание требовала очень малое количество нанитов. При этом она полностью воссоздавала плотность, тепло и ощущение, что прикасаешься к живому человеку.

Такая модификация искинов стоила очень дорого. Мне пришлось почти два года собирать средства, чтобы её приобрести. Увы, мощностей моего браслета на создание такой визуализации вне убежища не хватало, а как было бы здорово погулять с Риком по другим мирам, где никто бы не догадался, что он искин!

Конечно, оболочка – это не полноценное нанитовое тело. Та модель стоила баснословных денег. К тому же энергоблок для создания и поддержания настоящих нанитовых тел из-за своих габаритов требовал стационарной установки и постоянной связи с мощным сервером, через который осуществлялось управление нанитами. Но я над этим работала. И хотя такое тело было ограниченно в передвижении радиусом действия энергоустановки, я всё равно хотела подарить его Рику.

– Давай что-нибудь более существенное – бифштекс, наверно, только без гарнира, чистое мясо.

Бросив письма на журнальный столик, пошла в ванну отмываться от грязи, пыли и ржавчины. Сунув многострадальный халат в ультразвуковую чистку, переоделась в мягкие домашние штаны, просторную рубашку и, взяв тарелку с горячим бифштексом, заботливо порезанным Риком на кусочки, расположившись на диване с видом на «балконную террасу», смогла наконец задуматься.

И что это сегодня было? Кому я вдруг понадобилась столь экстравагантным способом? Не проще нанять, сделав заказ? Хотя, если не обладаешь круглой суммой, не проще. Местные криминальные структуры тоже не рискнули бы портить отношения с моим посредником, столь откровенно наезжая на меня лично. Торгет Урингтон был весьма известной личностью как в высшем свете, так и на самом дне нашего общества, и выступал посредником между такими, как я, и теми, кому нужны услуги любого сомнительного свойства. Именно он выдал мне заказ на письма жены посла, так что вряд ли он причастен.

– Рик, что удалось выяснить по тем двоим?

Я успела прикончить бифштекс и больше не боялась подавиться, услышав любые новости.

– Они не местные.

– Я так и думала.

Искин вывел передо мной изображения обоих парней, полученные со множества камер и обработанные до чёткой картинки. Систему подключения к городской сети камер слежения в обход федеральной Рик разрабатывал и внедрял ещё при жизни и даже в виде искусственного интеллекта продолжал её дорабатывать, добавляя новые свойства и функции. Мне оставалось только периодически её совершенствовать технически и не особо вмешиваться в работу.

Я всматривалась в изображения красивых парней спортивного телосложения. На вид не больше двадцати пяти, оба темноволосые с синими глазами. Братья. Близнецы. В остальном ничего примечательного. Ни одной странности, за которую можно зацепиться и узнать, кто они такие.

– Досье есть?

– Ни одного совпадения по всей сети, кроме этой записи.

Рядом с портретами моих преследователей повисло ещё одно окно.

Причальный балкон хоть и дорогой, но вполне обычной квартиры в башне для среднего класса. К нему пристыковался аэрокар, с крыши которого спрыгнули двое в полной боевой броне, открыли заднюю дверцу и застыли изваяниями. Из кара вышел высокий, широкоплечий мужчина в идеально сидящем деловом костюме, лицо мелькнуло перед камерами лишь на пару мгновений, потом кадр смазался, и картинка восстановилась, только когда объект и охрана скрылись в квартире. Понятно, включали искажающее поле, скрывающее от СМИ вип-персон.

– Верни кадр с его лицом, – я подалась вперёд, боясь упустить даже крупицу изображения, потому что если верно то, что увидела, то мне не жить. – Вот чёрт! Чёрт! Чёрт!

Вскочив с дивана, я забегала кругами по гостиной, вцепившись в ещё влажные после душа волосы.

– Я правильно понимаю, ты по уши в проблемах? – Рик свернул все изображения и оказался опять у синтезатора, делая мне успокаивающий коктейль.

– Это не проблемы, Рик, это ещё хуже! Ты хоть знаешь, КТО ЭТО?

– Владыка Великого Леса из мира Ротан собственной персоной, – усмехнулся искин, поднося мне бокал с успокоительным. – Ты точно уверена, что выкрала любовную переписку?

– Рик, меня преследователи те двое в броне?

– Сравнительные характеристики записей позволяют дать положительный ответ. Судя по внешнему сходству это сыновья Владыки.

Я сжала бокал так, что он чуть не треснул.

– Даже знать не хочу, как ты это выяснил.

– Умная девочка.Уже решила, как поступишь с письмами?

Первым порывом было вскрыть и прочитать, но если это и правда любовная переписка, в чём я теперь очень сомневалась, то письма тут же потеряют цену, и я не получу свои двести тысяч кредитов. В контракте было чётко оговорено, что доставить их нужно целыми и невредимыми. А если это шифрованные донесения, то уйдёт уйма времени на взлом шифра, за это время меня сто раз найдут и выковыряют даже из этого бункера.

И что я буду делать с этими сведениями? Сама становиться шантажисткой? Так даже не успею насладиться выторгованными кредитами, меня убьют раньше, чем успею заикнуться о переговорах. Вот же влипла!

– Тебе звонок от Торгета Урингтона.

– Рик, вид переговорной комнаты.

Вся зона гостиной и экран-окно, которые должны были попасть в зону видеосвязи, трансформировались в шикарные ультрамодные апартаменты элитного пентхауса. Матовое стекло перил воздушных лестниц, ведущих на открытый второй этаж. На стенах появилась отделка из белоснежного мрамора, контрастирующего с антрацитовым гранитным полом. Моя уютная мебель сменила обивку на бежевую кожу, настенные светильники исчезли, и свет полился из потолочных панелей.

Сама я тоже изменилась. Вместо домашних разношенных штанов и рубашки тело обтянуло короткое, чёрное, блестящее платье. Волосы сама закрутила в тяжёлый растрёпанный узел, сколов шпильками. Осталось только забраться с ногами на диван, чтобы из-под края платья едва выглядывало кружево чулок.

На пушистом белоснежном ковре небрежно валяются сброшенные туфли на высоченной шпильке. В руке треугольный бокал с недопитым мартини, на столе открытая бутылка и взгляд с поволокой алкогольного опьянения – богатая девушка из высшего общества, вернувшаяся домой после ночной тусовки, – да, это я.

– Доброе утро, мистер Урингтон, – промурлыкала появившемуся в окне видеосвязи мужчине. – Чем обязана столь раннему звонку?

– Не юли, Янира.Ты выполнила задание?

– Конечно, – я фыркнула, пожав плечами, и выложила на столик рядом с бутылкой письма. – Вы же меня знаете.

– Почему не доставила? Контракт срочный. Или забыла?

Я зевнула не наиграно, а по-настоящему, мечтая, чтобы эта бесконечная ночь наконец закончилась, и я могла зарыться в тёплое одеяло и вдоволь выспаться.

– Возникли некоторые трудности, так что цена возрастает на тридцать процентов. Мне надо покрыть понесённые убытки, – пояснила новые условия сделки.

Думала, Торгет взбесится и отчитает как зелёного новичка, не знающего, как вести дела. Цену контракта менять нельзя. Обо всех рисках нужно думать заранее и включать их сразу в стоимость. Но он понял, что я пытаюсь ему сказать, видеосвязи доверять нельзя даже на самом защищённом канале, потому что идеальной защиты не существует, уж нам ли об этом не знать. Взгляд серых глаз мужчины вспыхнул, губы плотно сжались, и он едва заметно кивнул, принимая послание.

– Я тебя понял. Когда сможешь доставить письма?

– Сегодня вечером, – я мило улыбнулась, отсалютовав бокалом, и сделала глоток, чувствуя, как вместо мартини во рту разливается мятный привкус успокоительного напитка Рика.

– В восемь и ни минутой позже.

Мужчина отключился, и я без сил откинулась на спинку дивана, чувствуя, как кожаная обивка меняется на тканевую и вся гостиная приобретает привычный, уютный вид древнего классического особняка.

– Неужели пойдёшь? – Рик появился за моей спиной, вынул шпильки из волос, и они тяжёлой массой упали на плечи.

– Куда я денусь, – произнесла, прикрывая глаза от блаженства, когда он взялся массировать ноющую шею. – Но сначала надо выспаться.

Сильные пальцы переместились на плечи, и меня словно током прошило от осознания, что я снова начинаю вопринимать искина как живого человека.

Вскочив с дивана, быстро ушла в спальню, куда Рику вход был запрещён. Причём мы оба с удивлением обнаружили, что эту опцию он установил сам ещё при жизни. Только непонятно кому он не доверял больше, мне или тому, кто останетя ос мной после его смерти?

Не веселая шутка получилась, кстати. У Рика сейчас даже руки не настоящие, все действия совершают наниты, принимающие форму его тела и одежды. И то, что в последнее время в его отношении ко мне появилась нежность, разрывало сердце, потому что тот мужчина, которого я до сих пор люблю, давно умер.

Проснулась я за два часа до назначенного срока. Хорошо. Есть время привести себя в порядок. Торгет Урингтон обитал в мире высшей аристократии, и было немыслимо заявиться к нему в особняк, находящийся под самым солнцем на вершине его личной башни, пешком и в футболке с джинсами. Во-первых, не дойдёшь, запыхаешься на середине лестницы, этаже на триста пятом. А, во-вторых, для людей его круга существовал соответствующий дресс-код. Так что вопрос, что надеть, был далеко не праздным. Поэтому я уже полчаса стояла посреди гардероба в одном белье и передвигала вешалки с одеждой, выбирая подходящее платье.

– Надень это, оно невероятно тебе идёт, – Рик протянул классическое вечернее платье-футляр длиной ниже колена, вырез лодочкой, открывающий только ключицы, чуть приспущенные плечи и красивая драпировка наискось возле талии.

– Белое не подойдёт, – я с сожалением вернула платье обратно в гардероб и вынула похожее, только ультрамаринового цвета с отделкой тонкими платиновыми пластинками, наподобие лучей солнца, по неглубокому вырезу. – Надену это.

В мире, где нанотехнологии практически воссоздали магию других миров, и любую одежду можно за пару минут распечатать на синтезаторе, по-настоящему ценились и стоили баснословных денег вещи, созданные из натуральных материалов реальными людьми. Это платье было одним из них, поэтому я его и выбрала.

Не стесняясь Рика, не спеша оделась и присела к зеркалу делать причёску. Я давно привыкла воспринимать цифрового наставника именно как искина. И вчерашняя ситуация, когда я позволила себе забыться, лишь показала, насколько я была на пределе последние двое суток. Так что по завершении контракта потрачу честно заработанные кредиты не на модернизацию убежища, а на отпуск.

– Потрясающе выглядишь!

Глядя на себя в зеркало, я была полностью согласна с Риком.

Его вместилище – браслет из обычной железной пластины шириной в три сантиметра на левом запястье трансформировался в тончайшие платиновые пластинки, имитируя отделку на платье, – единственное ювелирное украшение на этот вечер. Платье плотно облегало фигуру, в тон ему туфли на высокой шпильке добавили мне рост, в руках серебристый клатч, светло-русые волосы уложены в немного небрежный пучок. Минимум макияжа – только подчеркнуть серые глаза, сделать чуть темней брови. И на губах едва заметная помада.

– Я готова.

– Флайер подан, – Рик с улыбкой исчез, перемещая сознание обратно в браслет, чтобы управлять скоростным флайером самой дорогой модели.

Это тоже был один из секретов бункера – шахта с выходом на поверхность для летательных аппаратов прошлого. Не знаю, какой бог удачи посодействовал, но прямо над выходом из шахты построили башню стоянок аэрокаров, так что мне даже не пришлось искать для неё прикрытие. Хотя, может, так было задумано с самого начала, чтобы сбить с толку военные спутники-разведчики того времени.

Глава 3

Красная обтекаемая капля флайера вынырнула с причала на семидесятом этаже башни и, набирая высоту, устремилась к заливу. Башни там стояли на значительном отдалении друг от друга, чтобы не загораживать соседям виды. Лёгкий аппарат за пять минут добрался до нужной резиденции. Получив разрешение на посадку, приземлился на площадке вдали от особняка Торгета Урингтона.

Пятиэтажный замок времён правления королей, в своё время был разобран по камню в старой Европе, перевезен через океан, заново собран на крыше башни и теперь возносился в поднебесье, окруженный великолепным парком, сейчас сверкающим мириадами разноцветных огней.

«Похоже, ты не единственная гостья».

Я могла слышать Рика благодаря капле коммуникатора, крепящейся к уху. Хорошая опция для искина-помощника. Жаль, пока нет денег на модернизацию браслета. Тогда можно было бы установить настоящую мыслесвязь и подключить нанитовую оболочку. Может, к чёрту отпуск? Взять ещё парочку заданий и сделать? Надо хорошенько обдумать эту идею.

– Кажется, мы попали на вечеринку, – улыбнувшись подбежавшему слуге, скинула ему на ком код управления флайером и поспешила уйти с причала, так как на посадку заходили ещё два аэрокара.

Сад сверкал в ночи, как тысячи рождественских ёлок. Огни отражались от брызг фонтанов и мелких водоёмов, создавая фантастическое зрелище. Одна беда – как бы не вывихнуть лодыжки на посыпанных настоящим гравием дорожках. У некоторых увлечение стариной переходит грань здравого смысла. Стараясь идти максимально осторожно, дошла до парадного входа в дом. С улыбкой кивая знакомым, вошла через распахнутые деревянные двери в большой холл.

– Княгиня Лисовская, – рядом возник безупречно вышколенный слуга. – Следуйте за мной.

В доме было не так многолюдно, как на улице. Встреченные по пути гости приветливо кивали, другие лишь мельком отмечали моё присутствие и возвращались к своим разговорам.

Везде царила оживлённая атмосфера, сновали слуги с подносами, разнося по залам напитки и лёгкие закуски. На таких приёмах не устраивают полноценный ужин, только лёгкий фуршет, поэтому я специально поела дома и теперь лишь получала эстетическое удовольствие от красоты и изысканности маленьких закусок, представляющих собой настоящее искусство.

Вслед за слугой поднялась на третий этаж и оказалась в личном крыле хозяина дома. Что ж, я не гостья, я здесь по делу, а свою работу граф Урингтон старался держать подальше от посторонних. Пройдя сканирующую арку, замаскированную под обычный камень, оказалась в малой гостиной перед кабинетом.

– Дальше вы знаете куда, – слуга с поклоном удалился.

При моём приближении двери кабинета распахнулись, пропуская внутрь.

– Янира, ты вовремя.

Хозяин дома оторвался от просмотра старинного свитка, бережно уложенного под стеклом на его рабочем столе. Убрав от лица цифровой телескоп, замаскированный под старинную лупу, мужчина встал из-за стола и, подойдя ко мне, сдержанно улыбнулся.

Я протянула ему клатч, трансформируя его в контейнер с кодированным замком для транспортировки ценностей. Обычная защита для заказчика на случай, если меня арестуют на последнем этапе задания. Так что код я не знала. Открытый контейнер мне выдал в начале задания Торгет, мне нужно было только положить в него письма, закрыть и доставить посреднику. Поэтому он открыл его сам. Глянул мельком на содержимое, удовлетворённо кивнул и дал задание своему искину:

– Алекс, переведи княгине Лисовской оплату.

– Сделано, милорд.

Я скосила взгляд на выскочившее в допреальности вирт-окно с подтверждением зачисления двухсот тысяч кредитов на мой счёт и довольно улыбнулась.

– Хорошо справилась, и у меня есть для тебя следующее задание.

– Вынуждена отказаться, я решила взять отпуск на пару месяцев.

Всё-таки я выбрала отдых и хотела вежливо распрощаться с посредником, но его напряжённая поза и едва заметное чувство вины, скользнувшее во взгляде, когда он нажал кнопку на столе, запирая двери кабинета, мне очень не понравились. Все инстинкты вопили – беги! Но было поздно. Двое в броне выступили из тени у стены, направив на меня плазменные винтовки. Один остался держать на прицеле, второй подошёл и стал сканировать.

– Прости, девочка, но есть контракты, от которых невозможно отказаться, – граф отошёл, не мешая моей проверке.

Я бы сказала на это, да только стиснула зубы, с трудом сохраняя нейтральное выражение на лице. Когда попалась с поличным, кричать: «Это не моё, мне подкинули», – не помогает. Лучше подождать и посмотреть, что будет дальше. Успокаивало лишь то, что здесь не присутствует полиция, значит, контракт предложат по моему основному ремеслу. Если потребуют вернуть письма, заломлю цену в полмиллиона кредитов, пусть тогда тоже попробуют отказаться. Расслабившись, я развела руки, позволив парню выполнять свою работу. Закончив сканирование, он отступил к брату.

И только тогда из той же тени у стены, явно созданной специально, выступил Владыка эльфов. Было так странно видеть его обыкновенным человеком, хотя рост и черты лица остались прежними, но сейчас это был смуглый синеглазый мужчина, обладающий внушительной мускулатурой и какой-то подавляющей мощью.

– Княгиня, прошу присаживайтесь.

Он указал на кресло у камина, чувствуя себя в замке полноправным хозяином. Сам владелец отошёл к столу, со стороны наблюдая за нами. Понимая, что деваться некуда от слова «совсем», села на указанное место, глядя на Владыку немного удивлённым, выжидательным взглядом. Он расположился на диване и сразу перешёл к делу.

– Я впечатлён вашим профессионализмом.

Я вздёрнула бровь, это он о том, как я удрала от его парней? Хотя да, можно собой гордиться. Уйти от двух тренированных рейнджеров надо ещё постараться, так что приму похвалу на свой счёт и буду заслуженно гордиться... если выберусь из ЭТОЙ передряги.

– Благодарю, Ваше Величество.

Настал черёд Владыки удивлённо заламывать брови.

Да ладно! Он думал, я его не узнаю? Даже в человеческом обличье?

Ещё один непреложный закон Вселенной. Ты можешь иметь только то тело, которое соответствует физическим законам конкретного мира: его гравитации, составу и давлению атмосферы, электромагнитному излучению и так далее. В моём мире изначально обитали только люди, генетические эксперименты не в счёт, поэтому при переходе гостей через межмировой портал их тела тоже становятся человеческими. И даже если ты в своём мире зелёный орк ростом два с половиной метра и весом два центнера, в моём мире будешь высоким, сильным, с нормальным цветом кожи, но именно человеком.

– Что ж, это всё упрощает. У меня для вас задание. Любыми способами, – он явно выделил слово «любыми», – доставить леди Милисенту в мой дворец в Великом Лесу в целости, сохранности и добром здравии. За выполнение задания награда будет весьма щедрой.

Это жену посла, что ли? Мои брови не просто изогнулись, а прямо-таки взметнулись вверх и, наверно, рот приоткрылся, так как я услышала деликатное покашливание Торгета, и тут же его закрыла.

– Вы шутите?

– Разве похоже, чтобы я шутил? – раздражённо вопросом на вопрос ответил Владыка.

Я тут же протрезвела, ясно осознав, кто передо мной. В своём мире он величайший маг, правитель, от одного имени которого вздрагивают другие короли, а я тут сижу и пререкаюсь. Тогда как одного его слова хватит, чтобы отправить меня в тюрьму на весь остаток жизни. И ему даже не придётся придумывать повод и подводить под него доказательную базу. Вполне будет достаточно сказать: «Я так желаю». И наше правительство даже не пикнет в его сторону, ибо за возможность продлить магией жизнь от обычных трёхсот лет до пары тысяч, они сами выловят меня и сдадут его рейнджерам, да ещё и извинятся, что ловили так долго. Осознав всю бесперспективность своего положения, нет, я не отчаялась. Я разозлилась.

– Фраза «награда будет весьма щедрой» слишком расплывчатая для заключения сделки. Я предпочитаю конкретные цифры. И раз вы обратились ко мне, а не в миграционную службу, то и цена будет соответствующей. Два миллиона кредитами этого мира, отмена всех приказов на мой розыск и полное оправдание в вашем мире. Половину суммы я хочу получить сейчас. Предстоят немалые расходы.

Потому что я собиралась потратить аванс на модернизацию браслета. Рик давно заслужил это. Урингтон поперхнулся и закашлялся от моей наглости. Парни переглянулись. Ну а что? Наглеть – так по полной, а помирать – так с честью. Владыка тоже застыл на диване, но только на мгновение, глаза сощурились, и губы тронула улыбка.

– Сама догадалась?

– Искин-помощник собрал недостающую информацию.

О, да! Моя наглость основывалась на интересных выводах из полученных фактов. Есть очень весомая причина, почему он обратился к теневому посреднику и присутствует на встрече лично: девушка в интересном положении, отец ребёнка – один из его сыновей, и если это станет общеизвестно, разразится межмировой скандал. Поэтому да, я имела право выставлять условия.

– Хорошо, я согласен, – он обернулся к ошалевшему хозяину дома. – Оформите сделку, как это полагается в вашем мире, для перечисления кредитов.

Взяв мою руку, на которой не было браслета, Владыка вперился в меня взглядом и стал шептать слова заклинания.

Как?! Магия не действует в нашем мире! И тем не менее, вокруг его руки появился свет, перетёкший на мою руку, сияние стало ярче, в нём появились серебристые нити, обвившиеся вокруг наших запястий. И когда свет погас, я пошатнулась и чуть не сползла с кресла от накатившей внезапной слабости.

– В этом мире магия имеет другой эффект: вы, люди, плохо её переносите, – усмехнулся мужчина, откидываясь на спинку дивана и пряча браслет на своей руке под рукавом рубашки.

– Что это? – я смотрела на тончайшую серебряную филигрань на своём запястье и не могла поверить в произошедшее.

– Заклинание соединения. С этой минуты я буду знать всё, что вы делаете, каждый ваш шаг во всех мирах. Это гарантия, что вы не нарушите сделку. Любая попытка сбежать – и я узнаю об этом в то же мгновение. Поверьте, вам не понравятся последствия.

Не успела я до конца всё осмыслить, как перед глазами выскочило вирт-окно с подтверждением, что на мой счёт зачислен миллион кредитов. Я открыла рот, закрыла и твёрдо глянула на правителя.

– Даже в мыслях не было, Ваше Величество. У сделки есть конечный срок?

– Есть, – уже мягче заговорил Владыка. – И вы сами осознаёте какой. Постарайтесь уложиться до того, как ситуация обострится.

Он стремительно встал, кивнул так и застывшему у стола хозяину поместья, бросил небрежно: «Благодарю за сотрудничество» и скрылся в той самой тени. Парни в броне шагнули за ним, и когда тьма портала рассеялась, оказалось, что я, не мигая, смотрю на обшитую золотистым деревом стену кабинета.

– Ну ты и влипла! – наконец обрёл дар речи посредник.

– Вашими стараниями, милейший граф, – произнесла безжизненным голосом.

Неожиданно скопившаяся усталость навалилась вся сразу, и я поняла, что просто не встану сейчас с кресла.

– Вы не могли бы налить мне выпить.

Мужчина молча подошёл к бару, вынул бутылку виски, два хрустальных стакана и, плеснув в один на самое дно, протянул мне. Себе налил гораздо больше и выпил одним залпом.

– Что будешь делать?

Отпив из бокала несколько глотков, я рассматривала новое «украшение». Руку словно оплели гибкими серебряными нитями. Дискомфорта я не испытывала, так что буду считать просто украшением и уже по ходу дела разбираться, что за связь со мной установил Владыка. Она явно была односторонней, потому что я ничего не испытывала. Или это потому, что в этом мире магия мне не доступна? Ладно, разберусь. Ясно одно – в убежище возвращаться нельзя ни в коем случае. Не собиралась я светить его даже пред Владыкой эльфов из другого мира. На этот случай у меня есть настоящий пентхаус, доставшийся в наследство от Рика, как и башня, в которой он расположен.

– Буду выполнять контракт. Ваши комиссионные, – я хотела перевести стандартные тридцать процентов от сделки на счёт посредника, но мужчина с улыбкой остановил мою руку на виртуальной кнопке.

– Я их уже получил. Желаю удачи, Янира. Надеюсь встретиться после завершения сделки. Расскажешь о приключениях.

Я молча отсалютовала бокалом и, махом допив виски, направилась к выходу.

Глава 4

– Добро пожаловать домой, – на причальном балконе появился искин этого дома, и стоило мне выйти из флайера, склонился в поклоне. – С возвращением, Ваша Светлость.

– Я тоже рада вернуться, Сорин. Дай доступ Рику ко всем системам. Его команды приоритетны. И подготовь к утру сводку по состоянию башни за последние полгода. Особенно удели внимание системам защиты и их модернизации.

При моём приближении стеклянные двери, ведущие в апартаменты, открылись. На всех этажах, в коридорах и комнатах начал зажигаться свет. Дом просыпался в присутствии хозяйки.

– Рик, скинь Сорину мои любимые настройки, – дала команду появившемуся в виде голограммы искину.

– Сделано.

Дворецкий, получив данные, тут же выключил половину светильников, оставив приглушённый свет в гостиной, подсветку на террасе, полностью погрузив во мрак нижние этажи, где располагались гостевые комнаты. Сразу стало теплее и от открытой кухни потянуло запахом какао – то, что нужно, чтобы успокоиться и настроиться на сон. Все проблемы буду решать утром.

Забрав приготовленный напиток и закутавшись в плед, вышла на широкий балкон. Встала у перил и, сжав кружку руками, согревая пальцы, опустила взгляд.

Далеко внизу мигали разноцветные огни живущего своей жизнью мегаполиса. Носились аэрокары, люди ходили в бары, рестораны, театры или просто ложились спать. Но всё это было так далеко, что мне казалось, будто я нахожусь чуть ли не в стратосфере, хотя на самом деле не так уж и высоко. Всего в километре от поверхности. Но на такую высоту не долетали звуки, и от яростных порывов ветра дом и сад защищало силовое поле, создающее любой микроклимат по желанию хозяина. Никогда не понимала прелести жизни на такой высоте, хотя смотреть отсюда на звёзды было куда приятней, чем по голоэкрану из-под земли. И всё равно домом я считала убежище, наверно, потому что с ним связано больше воспоминаний.

– Не думал, что решишься сюда вернуться, – рядом голограммой появился Рик, за доли секунды собирая из вихря нанитов полноценное тело, абсолютно не отличимое от человеческого. Даже его рубашка и брюки казались сшитыми из настоящей ткани.

Я улыбнулась, любуясь мужчиной. Всё-таки ощущения от восприятия оболочки и полноценного тела очень разнились. В убежище я всегда помнила, что Рик – искин, а сейчас он будто вновь стал человеком.

– Тебе идёт.

Наставник тоже улыбнулся, становясь рядом и также опираясь на перила.

– Сорин поделился мощностями и нанитами.

Ну да, у Сорина проблем ни с энергией, ни с сервером для обслуживания настолько сложных программ никогда не было. Всё, что нужно, давно куплено и установлено в башне Риком ещё при его жизни. Так что искусственный интеллект пользовался сейчас своим по праву. Это моя гордость и упрямство не позволяли прикасаться к его наследству все эти годы. Слишком много горя приносили эти воспоминания. Рик-искин никогда по этому поводу со мной не спорил. И я ни за что не признаюсь, что мы здесь временно, и как только задание будет выполнено, я больше сюда не вернусь. Может, ну его – модернизацию браслета? После этого задания у нас хватит средств купить энергоблок для убежища, останется только заработать на подходящий сервер, и у него будет собственное нанитовое тело.

– Можно вопрос?

– Конечно, – меня насторожила такая вежливость искина, сейчас явно услышу какой-нибудь подвох.

– Ты отдыхать собираешься? Или опять будешь всю ночь работать?

– Нет, всё утром, сейчас ополоснусь и спать.

Оказавшись в душе, прислонилась лбом к нагревшейся от льющегося кипятка гранитной стене. Мысли опять закрутились вокруг контракта. Ну и задачу задал Его Величество!

– Не представляю, с чего начать. Может, выкрасть даму и объясняться уже в Ротане по дороге в Великий Лес, когда она не сможет никуда сбежать?

– Думаешь, Владыка сам до этого не додумался? Раз нанял тебя, значит, всё не так просто.

Руки Рика легли на мои плечи, тёплые ладони скользнули на спину и надавили, разминая больное место между лопаток. Я выгнулась, застонав от блаженства. И только спустя мгновение сообразила, что в этом доме у него доступ есть повсюду. Я сама его только что дала.

– Не надо, – простонала, пряча от него лицо.

Это неправильно. И вовсе не потому, что он искин. В моём мире с этим вообще нет проблем. Просто от одной мысли заняться сексом с этим Риком волосы вставали дыбом. Это попахивало некрофилией, потому что я сама после кремации хоронила прах любимого мужчины, а у искина всего лишь отголоски воспоминаний о былых чувствах.

– Рик, смена образа и имени, – я резко развернулась.

Ну почему, почему так поздно? Что ему стоило тогда признать, что его тоже тянет к ученице? И у нас было бы целых три года вместе, целых три!

По моим щекам потекли слёзы.

Рик опустил руки.

– Прости, данная команда тебе недоступна. Ты не можешь изменить мой профиль.

А вот тут я не просто обозлилась, я пришла в бешенство.

– То есть ты собрался мучить меня всю жизнь? Рик, а если выкину твой кристалл? Нет, если суну в утилизатор? Такая функция точно мне доступна!

Только сейчас его сознание не в кристалле. Как только Сорин пустил его в систему, Рик переместился на сервер башни, поэтому и смог собрать тело. Не глядя на мужчину, надела халат прямо на мокрое тело и, не обращая внимания, что с волос ручьём течёт вода ушла в спальню, уверенная, что Рик после моей истерики сюда не сунется. Это хорошо, мне просто надо успокоиться. В конце концов не его вина – это я не хочу отпустить прошлое, иначе бы давно сменила его на другого искина. Но кое-что я всё-таки сделаю. Расстегнув браслет, убрала в ящик прикроватной тумбы. Хочу хотя бы ночью побыть одна.

– Ваша Светлость, на подлёте частный аэрокар, он запрашивает посадку на нашем причале, – возвестил появившийся Сорин.

Ну хоть этот – привычная голограмма, уже проще!

– Кого к нам принесло на ночь глядя? – буркнула, возвращаясь в гостиную.

За пределами силового поля в воздухе висел серебристый аэрокар, подсвеченный огнями причала.

– Объект не опознан, вывожу видеосвязь.

На экране возник один из сыновей Владыки.

– Элия, Его Величество решил, что в вашем деле пригодится помощь.

И прислал тебя? Я мысленно хмыкнула, на эльфийское обращение «Элия». И, хотя, в мире Ротан я отношусь к расе дроу, они тоже эльфы, только тёмные. Что ж, помощь мне и правда пригодится, особенно его родном мире. Если нас будет сопровождать один из принцев, львиная доля проблем исчезнет самым волшебным образом.

– Сорин, снять защиту, разрешить посадку, дать прибывшему статус гостя и подготовить для него спальню.

– Сделано, Ваша Светлость.

Со странным чувством тревоги и облегчения, что буду в доме не одна, я наблюдала, как аэрокар садится на причал. Из него выпрыгнул высокий, стройный молодой человек, уже виденный мной на балконе конспиративной квартиры и голоснимке. Взяв с заднего сиденья спортивную сумку, парень пошёл к дому. Двери распахнулись, впуская гостя. В несколько шагов он оказался возле меня и учтиво поклонился.

– Прошу прощения за столь позднее вторжение, – несмотря на серьёзное выражение лица и тон, синие глаза искрились смехом. – Приказ Его Величества поступил десять минут назад. Как мне к вам обращаться? Простите, нас не представили.

А ведь точно! По этикету нижестоящих по рангу представляют первыми, и нас никто официально не знакомил, если не считать знакомством догонялки по городу.

– Зовите меня Янира, остальное для официальных церемоний.

– Эван, – он протянул руку для обычного рукопожатия.– Это тоже сокращённое имя для вашего мира.

Хм, если он не назвался полным именем и титулом, то и я не буду разводить официальные церемонии. Хотя вполне может быть он не догадывается, что я знаю, кем он приходится Владыке. Что ж, тем интересней! Пожав с улыбкой протянутую руку, я отправилась на кухню, заварить ещё какао.

– Будете? Или, может, вам приготовить ужин?

– Благодарю, не стоит. Вы покажете мою комнату? Или желаете обсудить план операции?

Я невольно прыснула со смеху и ответила в тон парню:

– Делами займёмся утром, сейчас, если не возражаете, я бы хотела отдохнуть. Сорин проводит вас в гостевые апартаменты.

Я указала на появившегося в гостиной дворецкого, от вида которого парень невольно вздрогнул. Сорин понимающе улыбнулся.

– Вам непривычен вид искинов?

– Да, – выдохнул Эван, хватаясь за предложенное объяснение. – Я не привык, что слуги напоминают духов.

– Это не проблема, – Сорин приобрёл цвет, объём и даже плотность на глазах у изумленного парня, собирая нанитовое тело, и с поклоном предложил гостю следовать за ним.

– Наверно, я никогда к такому не привыкну, – невнятно пробормотал Эван, спускаясь за слугой на нижний этаж к гостевым комнатам.

Допив какао, я тоже отправилась спать.

Проснулась я от ярких солнечных лучей, начавших заливать спальню сквозь стеклянную стену. Привыкнув к жизни в убежище, напрочь забыла о такой команде, как ночной режим для стёкол.

– Доброе утро, соня, просыпайся, – услышала голос Рика. – Твой гость давно встал и ломает кухонный синтезатор, – добавил он со смехом.

Представив Эвана, пытающегося понять, как приготовить завтрак, я тоже прыснула со смеху и помчалась умываться и спасать синтезатор.

– Что ты делаешь?

Я удивлёно замерла на пороге гостиной. Парень в одних спортивных штанах и босиком, демонстрируя великолепное накачанное тело, хмуря чёрные брови и буравя злым взглядом гхархову машину, как он обозвал синтезатор, зачем-то пытался впихнуть в него пустую тарелку.

– Да чтоб тебя, – бросив дурную затею, он повернулся ко мне и тут же расплылся в ослепительной улыбке. – Хочу понять, как он работает? Покажешь?

– Всё очень просто, – изо всех сил стараясь удержать на лице серьёзное выражение и не засмеяться, подошла к стойке, где находился синтезатор. – Схема такая же, как в твоём мире. Даёшь приказ слуге, и он приносит тебе завтрак. В данном случае это делает искин. Сорин, что у нас сегодня в меню?

– Могу предложить пять ваших любимых блюд: блины с начинками, фруктовый салат, овсяная каша, сыр, варёные яйца. И, конечно, чай или кофе на выбор.

Я глянула на принца.

– Блины с мясом и кофе.

– Мне тоже кофе и фруктовый салат, – сделала я свой заказ.

Синтезатор загудел и из него стали появляться заказанные блюда прямо в тарелках и кофе в чашках.

– Так просто? – парень взял свою тарелку с пышущими паром блинами с хрустящей поджаренной корочкой, поднёс к лицу и принюхался. – Они хоть настоящие?

– Настоящие, и, конечно, всё не так просто, но не уверена, что смогу объяснить работу синтезатора. Считай, что это магия моего мира.

Забрав свою тарелку и чашку, расположилась за барной стойкой напротив парня. Интересно, его самого его полуголый вид не смущает? В жизни не поверю, что в эльфийских лесах так принято и уж тем более во дворце Владыки. Но, видимо, парня ничего не смущало, так как он принялся с аппетитом уминать свой завтрак, протянув с сожалением:

– Сметаны не хватает.

– Сорин, у нас есть сметана?

– Да, все продукты доставили сегодня утром, согласно вашим стандартным покупкам.

Эван отправился к холодильнику, а я замерла с недонесённой до рта ложкой. Да меня тут нагло соблазняют! Разве можно одинокой девушке показывать такое великолепие, как обнажённая спина принца. Тем временем парень вернулся к стойке, принеся из холодильника пачку сметаны. И вывалив половину на блины, в два счёта прикончил свой завтрак.

– Итак, какие планы?

– Для начала одеться, – вырвалось прежде, чем успела подумать и залилась краской смущения до самых ушей. – Прости, просто я не привыкла, что по моей кухне ходят полуголые парни. Но если ваш этикет это позволяет, и тебе комфортно, я не против.

Настал черёд Эвана краснеть как помидор.

– Я думал, это у вас так принято, прости.

Он рванул к себе в комнату и вернулся спустя пять минут полностью одетый в деловой костюм, лакированные туфли, застёгнутую на запонки рубашку и с галстуком на шее. Представив, как он во всём этом великолепии через полчаса изжарится на летнем зное, закусила нижнюю губу.

– Эван, пока буду собираться, я оставлю тебя со своим помощником? Поговори с ним, пожалуйста, – и не сдержавшись, всё-таки прыснула со смеху. – Рик, объясни, а то я всё испорчу.

Спустя час мы на аэрокаре принца приземлились в городском парке и вышли прогуляться, а на самом деле издалека посмотреть на дом бывшего посла, оценить степень его защиты и прикинуть возможности завязать знакомство с его женой. В то, что женщина, даже если хочет уйти от мужа, поверит на слово каким-то незнакомцам, я не надеялась, да и Эван тоже. Кстати, после разговора с Риком парень успокоился, немного ослабил узел галстука и даже расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, позволив себе дышать. Чтобы не заставлять его переодеваться, я оделась соответствующе в деловой брючный костюм, белую блузку и туфли на шпильке. От всего нашего облика веяло богатством за километр, так что мы ничуть не удивились, что столики вокруг нас в кафе, где мы заказали по ещё одной чашке кофе, пустовали.

Эван, видимо, к такому привык, для меня – тоже не диковинка. И отсюда открывался хороший вид на дом посла, наблюдение за которым не мешало нам вести светские разговоры.

Всё равно Рик сделает все записи, и по возвращении домой мы разберём их кадр за кадром. Наставник наотрез отказался отпускать меня одну, заявив, что моё ребячество – не повод забывать о деле и собственной безопасности. И он был абсолютно прав. Вести слежку, подключиться к камерам безопасности и анализировать потоки информации без искина было не реально. Поэтому я заткнула свою обиду, вынула браслет из ящика и, придав ему стиль, подходящий под деловой костюм, всё-таки надела.

– Никак не пойму, эти ваши искины – они настоящие люди или машины? – не показывая явного интереса, парень тем не менее смотрел по сторонам, наблюдая жизнь в другом, чуждом ему мире.

Неподалёку в зелёной зоне гуляли мамы с детьми. Слышался детский смех и радостные крики. Между высоток носились аэрокары по высвеченным голограммами маршрутам. Между башен приютились роскошные особняки, отвоевав под солнцем вид на свой кусочек неба. На этой стороне парка располагались кафе, рестораны и позади них огромный, в тридцать этажей, развлекательный торговый центр.

Я немного помолчала, обдумывая ответ.

– В чём-то искины настоящие, потому что запрограммированы имитировать поведение людей и им доступен достаточно сложный логический анализ. Но по сути своей они машины. Вернее, программы, способные управлять множеством машин, к которым мы даём им доступ.

– Так это Сорин управлял синтезатором?

– Он управляет не только им. Вся башня – его тело, потому что он имеет доступ и управляет всеми её системами, а голограмма – это просто картинка, облегчающая общение.

– То есть ты говоришь с домом?

Ну и выражение у него на лице, как у совы, честно!

– Скорее с дворецким. У вас тоже не один человек всё делает. Есть тот, кто руководит целым штатом слуг, а они в свою очередь обеспечивают комфортное проживание господ. Только у вас это делают люди, а у нас машины.

– Жуткий мир! Прости, я понимаю, что мог тебя сейчас обидеть, но у нас хоть поговорить можно со слугами, а ты, получается, общаешься с машиной.

– И часто сыновья Владыки эльфов запанибратски общаются со слугами? – подначила я парня и с улыбкой отпила из своей чашки кофе. – В жизни не поверю в такую чушь.

Эван открыл рот, закрыл – надо же, не одна я так умею – и вдруг расхохотался.

– Как догадалась?

– У тебя на лбу написано.

Если это приказ Владыки быть милым, очаровательным и непосредственным с едва знакомой иномирянкой, чтобы войти в доверие, то такое поведение принца я могла понять. В противном случае придётся признать, что парень за мной ухлёстывает, а это вообще ни в какие рамки не вписывается. В любовь с первого взгляда я не верю, вид наивной дурочки не произвожу, хотя кто поймёт этих эльфийских принцев. Может, они привыкли обычную любезность воспринимать как восхищение собственной персоной. Если так, лучше путешествовать без него. От такого сопровождения проблем не оберёшься.

– А вот и наша леди.

Я указала взглядом на лимузин, подъехавший к особняку бывшего посла. Именно подъехавший, а не приземлившийся. Из дома вышла женщина в окружении охраны.

– Рик, приблизь изображение, хочу её рассмотреть. Останови кадр. Нет, промотай на две секунды назад. Да, этот.

В моей допреальности появилось изображение, показывающее картинку с максимальным приближением. Эван проводил взглядом отъехавший лимузин и повернулся ко мне.

– Что скажешь?

Я внимательно всматривалась в лицо совсем юной девушки. За внешним спокойствием и мягкой улыбкой, обращённой к одному из охранников, когда она его благодарила, я видела потухший взгляд, механические, заученные жесты и полную апатию ко всему происходящему. Она делала то, что должна, потому что этого требовал статус её мужа. Но её самой будто не существовало. Как всё грустно. Она даже не пытается бороться, просто плывёт по течению.

Что ж, за помощь этой девочке мне щедро заплатили. Осталось выяснить, насколько крепко муж держит её в руках, чтобы оценить последствия её бегства... или похищения. Надо отрепетировать оба сценария и продумать третий на случай, если придётся инсценировать её смерть.

– Можем возвращаться домой, я узнала всё, что хотела.

Встав из-за столика, мы отправились к аэрокару принца.

Глава 5

Оказавшись дома, извинилась перед гостем и ушла в кабинет. Как же давно я сюда не заходила! Воспоминания нахлынули лавиной, заставив заныть сердце. Когда Сорин отстраивал башню, он воспроизвёл в апартаментах дом родителей, и это была одна из причин, почему я не хотела тут жить, став взрослой.

С грустью я скользила взглядом по знакомой с детства обстановке. Вот здесь такая фальшивая панель, как в родительском доме, имитирующая настоящую деревянную отделку, я любила за ней прятаться и подслушивать проводимые отцом совещания. Помню, он никогда не понимал моды гнаться за повторением прошлого и страстной жаждой многих в точности воспроизводить в своих жилищах интерьеры былых времён. Отца вполне устраивал современный нанопластик, которому с помощью домашнего искина можно было придать абсолютно любую форму, цвет и даже фактуру настоящего дерева. Собственно, это и было дерево, только не выросшее на земле или на гидропонной ферме, а сотворённое нанитами.

И мама в этом плане была полностью согласна с мужем. Она увлекалась всеми современными веяниями моды, и если бы для ремонта каждый раз использовались настоящие материалы, папа бы давно разорился, а так ему это стоило только истрёпанных нервов. Не у каждого выдержит психика засыпать в привычной постели, а поутру обнаружить себя на песке на тропическом острове под раскидистой пальмой. И непонятно, где искать дверь в гардероб, – за вон той скалой или за этой кучей поваленных штормом деревьев.

Вернувшись из грустных воспоминаний, обогнула огромный стол, заняла кресло и развернулась спиной к панорамному окну. Кресло тут же подстроилось под пропорции моего тела. Откинувшись на спинку, я оказалась в нём практически лёжа.

– Рик, выводи информацию. Вправо – всё, что касается её девичества, слева – жизни с мужем.

На фоне белого потолка замелькали вирт-окна, которые видела только я в режиме дополненной реальности. Пасами рукой пролистывала их, читая информацию. Нужное отправляла для дальнейшего изучения в отдельную папку, несущественное просто просматривала и отправляла в архив. Я давно завела практику никогда не удалять информацию, даже после завершения задания. Благо места для её хранения хватало, а пригодиться она могла в любое время, и проще распаковать архив, чем собирать заново.

– К видеокамерам вокруг особняка подключился, программу слежки активировал, – доложил Рик. – Леди Милисента только что вернулась домой с открытия выставки в историческом музее.

– Так вот почему старинный лимузин, – я улыбнулась и, наткнувшись на интересный файл, вывела его по центру.

Оказалось, неспроста её мужа, лорда Гарри Стоутона, назначили послом в мир Ротан. Его семья издревле интересовалась другими мирами, особенно теми, в которых присутствовала магия, и являлась акционером корпорации, управляющей нашим межмировым порталом. Теперь понятно, почему Владыка обратился ко мне. Стоит леди Милисенте официально покинуть Землю, и информация о том, куда она направляется, в течение нескольких секунд окажется у мужа. Она не успеет даже в гостиницу заселиться, как её найдут и вернут обратно.

– Как думаешь, письма – фальшивка, чтобы проверить мои способности? Или в них по неосторожности сообщалось о ребёнке?

Теперь хотя бы понятно, откуда такая защита в доме обычного второго атташе. Принц под личиной эль Вариэля и руководством старшего наставника познавал в королевстве людей науку дипломатии и случайно влюбился в человеческую девушку. В человеческую ли?

– Рик, открой фамильное древо леди Милисенты.

И когда передо мной развернулась голограмма её рода, я растянула губы в довольной улыбке. Интуиция меня ещё ни разу не подводила. Юная дева оказалась точной генетической копией своей прабабки в восьмом колене, уроженке Ротана, подданной Великого Леса. Проще говоря, её прапра- и ещё шесть раз прабабушка была эльфийкой.

– А ещё говорят, что в нашем мире без магии чудес не бывает. Рик, у нас есть родословная знатных родов Великого леса?

– Только до третьего колена. Тебе придётся обратиться за помощью к мальчику.

– Думаешь, Эвана за этим прислали?

– Тебе в его лице предложили помощь, так используй, – Рик направился к двери. – Я позову его.

Я вздохнула, возвращая спинку кресла в вертикальное положение.

– Сделай информацию в вирт-окнах визуальной.

Всё пространство комнаты заполнилось голубыми проекциями. Чтобы не путаться в двойных сообщениях, я отключила допреальность.

– Звала? – в кабинет зашёл Эван и замер, удивлённо таращась на висящие в воздухе голограммы.

– Заикнёшься про магию, разочаруюсь в твоём интеллекте.

Парень расплылся в улыбке.

– Понял, не буду, – он подошёл, и из пола появилось ещё одно кресло, в которое он тут же уселся. – Что делаешь?

– Собираю информацию. Я наткнулась на нечто весьма интересное. Рик, выведи изображения обеих женщин крупным планом. Теперь измени внешность, будь они уроженками Ротана.

Обе дамы на портретах поплыли, едва заметно меняя свой облик. Скулы стали чуть шире, подбородок острее, овал лица немного удлинился, как и кончики ушей. Платиновый цвет волос, ярко-зелёные глаза и общие черты остались прежними, но на нас с проекций теперь смотрели две эльфийки.

Эван с шумом выдохнул, но от более экспрессивного проявления эмоций удержался. Хорошо, значит, он всё-таки умеет держать себя под контролем, потому что именно он ругался на моём балконе.

– Вижу, они тебе кого-то напоминают. Информация секретная?

– Нет, совсем нет. Это, – он указал на старшую даму, – дочь эль Амаэля эр Сорентийна, великого полководца, погибшего от нашествия орков четыре столетия назад. Он был последним представителем рода и носителем уникальной магии, которая, как считалось, была безвозвратно потеряна, потому что его единственная дочь скончалась в юности от неизвестной болезни... Так записано в летописях. Но получается, она выжила и вышла замуж за землянина.

А вот это уже становится интересным. Оказывается, Владыка одинаково заинтересован и в девушке, и в её ребёнке. И без разницы, кто его отец, даже если им окажется муж. Ему нужны и мать, и дитя как носители уникальной магии. Хотя если это ребёнок эль «Вариэля», Владыка может захотеть привязать нашу леди узами брака к своей линии рода, особенно, если эти двое и правда любят друг друга. Как бы не пришлось делать её вдовой в этом мире. Только на такое я не подписывалась.

– Знаешь, ты очень странная.

Слова принца вывели меня из виртуальной задумчивости.

– Почему?

– Ты очень странно выглядишь со стороны. Молчишь, но такое ощущение, что в мыслях с кем-то разговариваешь.

– Так и есть, я говорю с Риком. Он собирает информацию и это, – я махнула на исчезающие ненужные голограммы, – обычно вижу зрением дополненной реальности.

Кажется, парень не совсем понял мои объяснения, и я перевела на понятный ему язык.

– Невидимые другим людям заклинания.

Его взор посветлел, и задумчивая складка на лбу разгладилась.

– То есть вокруг тебя всегда такое мелькает. И как? Не спотыкаешься?

Я рассмеялась.

– Нет, конечно, это только когда я работаю. Обычно по мере необходимости появляется только одно окно.

– Почему окно?

– Потому что рамка и внутри другое изображение, как будто смотришь из дома в окно.

– Понял, спасибо за пояснения. Уже решила, как будешь действовать?

– Примерно. Надо выяснить на счёт остальных родственников девушки... ах, вот оно что... – я прочитала информацию только что выведенную Риком. – А дело становится всё интересней!

– Что там?

Этого окна Эван не видел, и я пояснила.

– Леди Милисента – круглая сирота. Вся её семья неожиданно погибла в пожаре в своём имении, как раз за неделю до свадьбы.

– То есть других представителей её рода в вашем мире не осталось?

– Как и в вашем. Не находишь это странным?

– Более чем, – парень задумался. – Надо сообщить Владыке, – глянул на меня, – не возражаешь?

– Нет, конечно. Хотя, думаю, он и так знает.

Парень помолчал, явно мучаясь вопросом, я вздёрнула бровь, давая понять, что вся внимание, и он не утерпел:

– Как случилось, что всего этого ты не знала при выполнении прошлого задания?

Ах, вот он о чём!

– Леди Милисента меня интересовала только как источник оплаты по контракту. Куда более интересными были охранные системы резиденции эли Вариэля и информация, где он хранит важную переписку.

– Ты чуть не попалась.

– Да, это так. Я не учла, что в магическом мире могут присутствовать технологии Земли. Иначе бы вы вообще не узнали, что я там была, – я мило улыбнулась, вставая с кресла. – И я учла это на будущее. Пошли обедать? Надо дать подсознанию обработать полученную информацию, может, тогда оно выдаст стоящую идею. Потому что все варианты, которые приходят на ум сейчас, изначально провальные.

Обедали мы в столовой, сами сервировав стол. Эван при отсутствии Сорина и Рика заметно оживился и засыпал вопросами о моём мире. Я охотно отвечала. Беседа, да и сам парень нравились. Ненавязчивый, держится в рамках приличий, не переходит мои личные границы. Не будь он реальным, я бы подумала, что Эван – искин. Только искусственный интеллект способен предугадывать следующую нить разговора, ориентируясь на практически незаметные нюансы мимики и интонации голоса собеседника. Рик никогда подобной тактичностью не отличался и часто намерено провоцировал мои вспышки эмоций, тем самым давая возможность расслабиться, может, поэтому я подсознательно воспринимала его как живого наставника, периодически забывая, что он искин?

– Какие у тебя планы на вечер?

Неожиданный вопрос заставил переключиться на другие мысли.

– Поскольку леди Милисента остаётся дома, отдыхаем, а вот на завтра у нас приглашения на очередной приём исторического общества. Мне уже интересно, чем они там занимаются? Эра раскопок древностей давно закончилась.

– Завтра узнаем, – парень встал и к моему неописуемому удивлению убрал со стола и включил воду в раковине с одновременной ультразвуковой очисткой.

И через пару мгновений вся посуда оказалась чистой.

Я накрутила на палец локон волос, задумчиво глядя на спину принца, занимающегося расстановкой тарелок и бокалов по шкафчикам. Он снял пиджак и под белой шёлковой рубашкой угадывалась рельефная мускулатура. Незабываемое зрелище, в смысле – мужчина на моей кухне, особенно, если учесть, что я никогда подобного не видела. Даже Рик такой ерундой не занимался. Обычно посуда просто утилизировалась и в виде субстрата отправлялась обратно в синтезатор, чтобы он потом создал её заново вместе с едой. А раковина и настоящий водопровод на кухне даже меня удивили своим наличием. Не иначе Сорин постарался ради гостя. Но, если Эван привык ко всему натуральному, то у меня только что появилась идея, как устроить ему незабываемый вечер.

– Эван, как ты относишься к развлечениям вне дома?

– Положительно, – парень оглянулся и ослепительно улыбнулся. – Только если это не сборища исторического общества.

Глава 6

Нет, я точно свихнулась, приведя обоих принцев в ночной клуб для местного бомонда. Мне стоило огромных усилий уговорить парней одеться соответствующе, но сейчас, глядя на их обалдевшие лица, поняла, что с культурным шоком явно перестаралась.

Огромное пространство прозрачного куба на высоте самых высоких башен сияло мириадами окружающих звёзд, рассыпанных по ночному небу. На разных уровнях располагались барные стойки и платформы с искусственной гравитацией с немногочисленными столиками для отдыха. Во всём остальном пространстве в свете ярких мелькающих прожекторов и серебристых клубов дыма под грохот музыки парили, извиваясь в танце, любители генной модификации тела.

У кого-то были полосатые тигриные хвосты, лапы вместо ступней и кистей рук, лица с шерстью, усами и мохнатые треугольные уши на макушке, у кого-то кожистые крылья, как у летучих мышей, чёрная кожа, красные глаза и вместо ногтей острые когти и прочие изменения в том же зверино-фэнтезийном стиле.

– Отомрите, – пошутила я. – У вас в мире и похлеще монстры водятся.

– Да, но они сотворены такими изначально, а это же люди? – наконец выдохнул Эрик.

Наверно, он старший из братьев, поэтому более угрюмый и серьёзный. Но сейчас на его лице сменялась целая гамма эмоций от шока и полного непонимания, как такое можно сотворить с собой, причём, совершено добровольно, до снисходительной кривой улыбки: люди! Чего ещё можно было ожидать? Понятно, наследник с вбитыми в голову идеями о превосходстве расы эльфов над другими! Как Владыка вообще отпустил его с нами?

– Идёмте развлекаться, раз пришли.

Оттолкнувшись от пола, я оказалась вне зоны действия гравитации и полетела к бару. Кажется, я удачно выбрала наряд – маленькие шортики из белой лакированной кожи и такой же топик, сияющие в свете неоновых ламп. Внешность менять не стала, только поработала с цветом волос и макияжем. Волосы, собранные в высокий хвост, расцветились всеми цветами радуги, и такие же оттенки вились затейливым растительным орнаментом по лицу, шее и всему телу. Но самым главным изменениям подвергся браслет с кристаллом – вместилищем сознания Рика. Оказывается, пока он ночь лежал в тумбочке, Сорин не только модернизировал сам браслет, добавив в него немалые мощности, но и прописал в его систему все новейшие модификации для искинов, существующие на сегодняшний день на рынке. Сколько это стоило? По моим меркам, астрономических денег. Вот только у Сорина они были, как и доступ к системам Рика. И эти два умника наплевали на моё решение никогда не прикасаться к наследству и сделали всё по-своему. Поскольку изменить я уже ничего не могла, то решила отомстить Рику.

Оглянувшись на парней, покатилась со смеху, наблюдая за их неуклюжими попытками догнать меня в невесомости. Хорошо здесь полно народу. Братья быстро сообразили, что можно отталкиваться от других тел, тогда не придётся кувыркаться в воздухе в дёрганых попытках восстановить вертикальное положение. Хотя ощущение, где тут верх, а где низ, быстро пропало. Бары и столы располагались в кубе под немыслимыми уклонами и это никому не мешало, потому что стоило оказаться в ограниченной зоне гравитации, как создавалось ощущение, что именно ты стоишь правильно, а другие сидят за столиками вверх тормашками.

Наконец парни пристыковались к моему телу, причём в буквальном смысле. Облепили с двух сторон. Эван больно вцепился в плечо, пытаясь унять тошноту от бунтующего желудка. Эрик поступил проще: схватил в охапку и прижался, уткнувшись лицом в мою макушку.

– Эй, смажешь краску и будешь такой же красивый, – шутливо возмутилась подобному произволу, но при этом не шелохнулась, давая время парням освоиться с новыми ощущениями.

– К чёрту краску! Глупей, чем сейчас, я ещё не выглядел, – буркнул Эрик.

Я закусила губу, чтобы снова не расхохотаться, а то реально придётся удирать от их едва сдерживаемого гнева. Ещё бы! Предложение «прикинуться» эльфами парни восприняли с улыбками. Но когда Сорин создал каждому одежду из нанитов в том стиле, как здесь привыкли воспринимать эльфов, они чуть не отменили поход в клуб. Ибо даже меня от их вида пробивало на хохот. Тонкие лосины на мускулистых ногах, ботинки на двадцатисантиметровой платформе, верхняя туника в греческом стиле, оставляющая торс практически обнажённым, завитые локоны волос, ставших длинной до пояса. И как вишенка на торте – макияж.

Меня спасла только бронированная дверь ванной и обещание отменить все программы искина и позволить парням самим выбрать себе образ. Так что сейчас они своим нормальным видом самых настоящих эльфов как раз и привлекали всеобщее внимание. И именно поэтому выглядели глупее некуда. Ну кто приходит на бал-маскарад в костюме для собрания совета директоров корпорации? И хотя парни были не в деловых костюмах, а в одеждах своего мира, всё равно выглядели нелепо.

– Вы всегда можете скопировать чей-нибудь образ.

– Ну уж нет! Ни за что! – воскликнули братья одновременно.

Заулыбались. Наверно, такое с ними происходит часто. Сразу расслабились и стали озираться по сторонам.

– А неплохой тут бар, – хмыкнул Эрик, наконец выпустив меня из объятий.

Убедившись, что здесь можно нормально передвигаться, сразу направился к барной стойке. Я лишь улыбнулась, увидев на его одежде смазанные отпечатки от моей краски.

– Присоединишься? – позвала Эвана.

– Да! Чтобы адекватно это воспринимать, стоит хорошенько выпить.

– Не увлекайся, от полного желудка в невесомости опять начнёт тошнить.

– Поэтому тут такие порции? – Эрик с сомнением крутил выданный ему барменом напиток в стаканчике размером с напёрсток.

– Он концентрированный, одна такая порция заменяет полноценный стакан, так что если хочешь напиться, у тебя есть все шансы. Мартини, пожалуйста, – попросила я горного тролля за стойкой бара и тут же получила заказ в виде прозрачной голубой капсулы размером с оливку. Кинув в рот, улыбнулась парням и, подойдя к краю платформы, прыгнула в невесомость.

– Потанцуем, Рик?

Искин появился в образе под стать моему. Брюки из белой глянцевой кожи, такой же жилет со сверкающими стразами на голое тело и белые ботинки на той самой гигантской подошве. И все открытые участки тела так же, как у меня, разрисованы неоновыми узорами.

– Конечно, Нира! – серые глаза сверкнули бесшабашным весельем.

Крепкие нанитовые руки обняли за талию, мои обвились вокруг его шеи. И мы закружились в звуковом пузыре собственной, слышимой только нам двоим, музыки.

А хорошие настройки визуализации у него теперь прописаны! А то всё брюки да рубашка и иногда пиджак. Наверно, и правда хватит ребячества, и стоит поблагодарить Сорина за такой подарок.

– Она танцует с искином? – услышала я в наушнике голос Эрика, полученный через передатчик. Их установил Рик на обоих парнях.

А они как думали? Я оставлю их без охраны? Больно надо потом оправдываться перед Владыкой эльфов, что не углядела за наследником и его братом. Я-то, в отличие от пришельцев из другого мира, знаю, какие тут могут таиться опасности, а они явно не в курсе. Иначе бы приняли мой вариант костюмов. А теперь сами виноваты, что своим натуральным видом привлекли внимание группировки ярых ненавистников истинных эльфов и других форм разумной жизни из других миров.

Собственно, увлечение генной модификацией тела и пошло от того, что всем уже до оскомины приелось, что орки, гномы, эльфы, тролли и кто там ещё обитает во всех множественных мирах, даже в наших сказках принижают роль и значимость обычных людей. И теперь, когда генная инженерия позволяла творить с телом настоящие чудеса, конфликт грозил перерасти из шепотков по подпольным клубам во вполне реальный этнический протест.

– Похоже так, – услышала запоздалый ответ Эвана.

Скосив глаза, увидела, что оба брата с удивлением рассматривают танцующих, пытаясь понять, кто из них реальный, а кто является искином. Ну-ну, удачи! Такое даже я не определю без помощи Рика. Только я не собиралась лезть в чужую личную жизнь, а вот мою, кажется, решили обсудить, причём в подробностях.

– Но он же простая программа, – кажется, Эрик всё никак не мог взять в толк, что такое искины на самом деле.

– Это отцу расскажи! Он почувствовал, как эта программа делает ей массаж в душе, – буркнул Эван, беря от бармена очередную порцию алкоголя.

– Хочешь сказать, она с ним спит?

Ого! У кого-то случился культурный шок. Я захихикала, пряча лицо на плече Рика. И он, вторя моему игривому настроению, закружил нас в новом танце.

– Не знаю и знать не хочу, – выпалил Эван. – И думаю, отец тоже не жаждет испытать подобные ощущения.

– Поэтому он тебя к ней отправил? – дошло до старшего брата, и он захохотал. – Будешь дуэньей при девчонке?

Слова Эрика подтвердили догадку о назначении странного браслета. Значит, вот как вы будете за мной следить? Улавливать все эмоции и ощущения? Теперь понятно, как Владыка узнает, если я вдруг решу нарушить нашу сделку. Лгать можно лицом, голосом, телом, но не испытываемыми эмоциями. И раз он решился на такое свинство, то почему бы и мне не порадовать Его Величество.

Подняв глаза, столкнулась взглядом с Риком. Не знаю, какой чёрт меня дёрнул, то ли алкоголь, то ли злость на одного наглого Владыку, но я несмело потянулась к таким родным губам, в любой момент готовая притвориться, что ему это только померещилось, и я лишь хочу склонить голову на крепкое плечо.

Он смотрел на меня не верящим взглядом, а потом сам медленно склонился и завладел моими губами. Тёплые руки сжали меня в объятиях с такой силой, что я перестала дышать от нахлынувшего счастья. К чёрту всё! Пусть думают, что я двинулась умом, испытывая чувства к искину. Мне было абсолютно всё равно, потому что я устала бороться с собой, устала придумывать оправдания, почему нельзя. Ведь сейчас сбывалась моя самая заветная мечта. И пусть это всего лишь фантазия, мне и этого хватит!

– Как жаль, что ты тогда сбежала, – прервав поцелуй, Рик прислонился лбом к моему лбу. – Я был такой дурак, прости меня.

– А когда я вернулась, ты уже знал, что умираешь, и поэтому не признался в своих чувствах? – задала я давно мучавший вопрос.

Он кивнул и вдруг отстранился.

– Тебя сейчас пригласит другой партнёр.

И не успела я возмутиться, что никто другой мне не нужен, Рик исчез и на его месте повис Эван.

– Позволишь пригласить на танец? Хочу попробовать новые ощущения.

Я лишь рассеянно кивнула и кисло улыбнулась, когда руки парня целомудренно легли на мою талию. Я положила ладони ему на плечи, и он закружил меня в красивом эльфийском танце. Вскоре рядом возник Эрик с огненно-рыжей в буквальном смысле красоткой. Вокруг ослепительно красивой девушки с ярко оранжевой кожей и рыжими волосами, бушевало голографическое пламя. Кажется, старший принц был очарован, потому что его взгляд на девушку выражал что угодно, только не отвращение, которое он демонстрировал в начале вечера.

Потихоньку градус выпитого повышался, веселье нарастало, а я всё отчётливее ловила ощущение надвигающейся угрозы. И когда увидела двух бугаёв-орков, стремительно планирующих к нашему столику, за который принцы пригласили девушек, явно расширяя свои культурные познания, отдала команду Рику:

– Энергетический щит, класс средний, незачем их поджаривать.

– Сделано.

Вокруг нашего стола вспыхнула прозрачная золотистая сфера, похожая на стандартный магический щит. Оба орка в него врезались, их отбросило назад, но они быстро сориентировались и ринулись обратно.

Девушки завизжали, народ вокруг шарахнулся во все стороны, принцы тоже вскочили.

– Идиоты, – я меланхолично зевнула, когда орки опять врезались в щит и без всякого успеха теперь пытались его пробить.

Эрик с Эваном оглянулись.

– Сними щит, надо показать местным, что не стоит с нами связываться, – напряжённо сказал Эрик.

– Они тут не одни.

К оркам на подмогу спешили их дружки в виде фантасмагорических волков, и Эрик их тоже видел.

– Снимай щит!

Это была уже не просьба, а приказ наследного принца.

– Развлекайтесь. Рик, отмена щита.

«Ты хорошо подумала?» – услышала в наушнике.

– Да. На них доспехи скрытого ношения, видимо, Владыка подсуетился. Будет жарко – активируют. Но думаю, получат пару синяков и царапин и угомонятся, а ты скинь потом запись Сорину, пусть проанализирует.

Рик не ответил.

Поставив локти на стол и упершись подбородком в ладони, я с умилением наблюдала, как принцы без всякого напряжения отделывают местный бомонд, показывая, кто тут настоящий эльф, а кто подделка.

Так, а вот и полиция! Пора сматываться. И кто такой умный, что позвонил копам?

– Парни, уходим! – я подлетела к растерявшимся братьям, когда драка внезапно прекратилась и бывшие противники вдруг кинулись врассыпную.

– Внимание, это полиция! Всем активировать антигравы и спуститься вниз! Искусственная невесомость будет отключения через три... две... одну секунду.

Я еле успела подхватить ничего не понимающих парней под локти, когда тело вдруг обрело реальный вес, и нас рвануло вниз. В следующее мгновение нас троих окутало защитным полем, как тогда, когда я прыгнула с балкона, позволив плавно приземлиться на ноги, в отличие от многих не таких везучих, сейчас выстроившихся с вывихами и ушибами в очередь к медику, прибывшему с полицией.

– Так вот почему ты не разбилась!

Парни не спешили выдёргивать из моих рук свои локти и с изумлением смотрели на меня сверху вниз.

– Только не говорите, что у вас нет заклинаний левитации, – фыркнула я в ответ на столь явное удивление.

Ответить они не успели, так как к нам подошёл полицейский и потребовал подтвердить личности. Я послушно приложила ладонь к считывателю и улыбнулась побледневшему служителю закона, когда он прочёл полученную информацию.

– Ваша Светлость, – его тон мгновенно изменился, – прошу простить за недоразумение, обещаю мы во всём разберёмся. Будет проведено тщательное расследование о произошедшем нападении.

– Да, да, мы вам верим, давайте быстрее! – раздражённо, в точности, как отец, встрял Эрик и, потеснив меня, приложил свою ладонь к считывателю.

Я затаила дыхание. Ой, что сейчас будет...

Полицейский прочитал новую информацию, глянул на Эрика, вновь опустил взгляд на планшет и вдруг побледнел, словно мел, глаза выкатились из орбит, и на лбу выступила испарина от накрывшего его ужаса.

– В...Ваше В...Высочество...

На полицейского было жалко смотреть. Ещё бы! Нападение на его участке на представителя правящей династии другого мира. Да ему теперь месяц писать отчёты, а горе-орков упрячут так далеко, что они вскоре забудут, какой они были изначально расы. Заодно мозги прочистят от националистической ереси.

– Вам нужны наши показания? – встрял Эван.

– Н...нет.

– Отлично! Тогда мы можем идти?

И не дожидаясь ответа полисмена, теперь уже парни подхватили меня под локти и буквально вынесли из клуба, усадили в свой аэрокар и приказали построить маршрут к моему дому.

– Я не поняла, вы что теперь оба собираетесь жить у меня?

– Разве у тебя не хватит места для моего брата? Если так, я всегда могу с ним поделиться одеялом в своей комнате, – начал дурачиться Эван.

Ах, так! Мои глаза сощурились.

– Кто тебя вечно за язык тянет? – вздохнул более трезвый Эрик. – Угадай, где нас сейчас высадят?

Я даже ничего не стала говорить в ответ, лишь широко улыбнулась, когда Рик перехватил управление аэрокаром.

Высадив парней на причальном балконе той самой башни, где когда-то была моя нора, я попрощалась с пристыжёнными принцами, пообещавшими не только починить дверь, но и убрать учинённый ими же погром и, забрав их аэрокар, полетела домой.

Настроение было прескверное. В другое время я была бы на небесах от счастья, ведь Рик признался, что тоже любит меня. Только теперь всё было испоганено проклятым артефактом Владыки эльфов. Мы даже поцеловаться не можем, зная, что он тоже ощутит этот поцелуй. Как будто я целуюсь с Его Величеством, а не с любимым. От подобной мысли меня чуть не стошнило, и я принялась яростно оттирать ладонью губы, глотая слёзы от понимания, что таким образом стираю и поцелуй Рика. Ненавижу!

Глава 7

Ничего удивительного, что, проревев полночи, утром я встала вся разбитая и в таком же скверном настроении. Оба искина благоразумно не показывались на глаза, пока я варила себе двойной эспрессо. Подумав, добавила в него порцию настоящего, не синтезированного коньяка и, выйдя на террасу, села в шезлонг. Над головой простиралось бескрайнее лазурное небо без единого облачка. Если не смотреть вниз, можно представить себя единственным живым существом во Вселенной. Меня окутало умиротворение от этой величественной тишины и безмолвия. И этого хватило, чтобы успокоиться. А может кофе с коньяком так подействовал, не важно. Главное, через час созерцания бескрайнего неба я смогла начать здраво мыслить.

Что случилось, то случилось. И раз всё равно ничего не изменить, остаётся выполнить задание, тогда это всё закончится.

– Тебе звонок по видеосвязи, – тихо сказал Рик, неслышно появляясь рядом со мной. – Шестнадцатый за последний час.

– Выведи в вирт-окно, не хочу идти в дом к голопроектору.

Передо мной тут же развернулось изображение принца.

– Ты в курсе, что приём в клубе историков через три часа?

Что уже так поздно? Рик услужливо вывел рядом окно, показавшее реальное время. Ничего себе! Так, пора завязывать с истериками... и алкоголем, раз не сразу сообразила, что звонит мне не Эван, а Эрик. Не поняла, Владыка решил поменять братьев? Собственно, мне без разницы, с кем работать, но к младшему я почти привыкла, а вот к старшему придётся заново искать подход.

– Я буду готова за полчаса до начала. Заберёшь меня? Или встретимся уже там?

От моих слов парень расслабился и даже улыбнулся.

– Заберу.

И отключился.

Хм, близнецы, а как не похожи друг на друга. Ладно, разберёмся.

– Рик, что со временем?

– Впритык, – тоже повеселевший искин отобрал чашку из-под кофе и вложил в руки бокал с тонизирующим напитком. – Ванна готова, обед тоже, на вечер все заказы сделаны. Наряд выбирай сама, я понятия не имею, что прилично надевать в историческом обществе.

И он за пару секунд несколько раз сменил образ от первобытного неандертальца с дубиной к более развитому кроманьонцу в шкурах, шумеру, римскому патрицию, скифу. Особенно меня поразили католический монах в рясе и хиппи, а вот придворный франт из Рика вышел почти настоящий. Закончил он вчерашним образом в клубе, и я прыснула со смеху, чувствуя, как настроение медленно поползло вверх.

Кажется, я знаю, что надену.

Боже, какая скукота! Третий час приёма, не подали ни одного бокала шампанского! Это удивляло не потому, что я так хотела выпить, просто обычная практика на любом приёме. Чем больше алкоголя и развлечений, тем больше приглашённые расщедрятся на пожертвования, а иначе зачем было всё устраивать? Но не здесь. Эти фанатики от истории устроили настоящий симпозиум с монотонными докладами о своих достижениях.

– Не спи, – едва слышно шепнул Эрик, незаметно пихнув в бок.

– А? Нет, я не сплю, – я изо всех сил разлепила глаза и застонала, увидев на подиуме всё того же докладчика, который почти час назад начал свою лекцию о доисторических мокрицах, повлиявших, по его мнению, на весь ход эволюции.

Эрик, в отличие от меня, слушал с самым внимательным видом, даже кивал вместе со всеми, будто и правда что-то понимал. Боги, заберите меня отсюда! Как Милисента всё это выдерживает? Ей правда интересно? Или она ищет любой повод больше времени проводить вдали от мужа? Судя по тому, что юная леди тоже спит с открытыми глазами, догадка на счёт мужа близка к правде.

Наконец учёный закончил свою лекцию. Зал взорвался бурными овациями. Объявили перерыв и всех пригласили полюбоваться на выставленные в соседних залах экспонаты.

– Наш выход, – Эрик повёл меня в музейные залы.

Мы стали неспешно прогуливаться между реликвиями, защищёнными силовыми кубами, скорее от разрушающего воздействия окружающей среды, чем от желающих что-либо похитить, потому что выставка была посвящена доисторическим животным. И я понятия не имела, кому могут понадобиться окаменелые пятиметровые мокрицы.

– Она, – принц развернул нас так, чтобы, проходящая мимо леди Милисента могла увидеть наши лица.

На мгновение её взгляд задержался на Эрике, парень едва заметно кивнул в знак приветствия, улыбнувшись только уголками губ и, повернувшись ко мне, процитировал часть доклада, восхищаясь противными гадами:

– Эти создания великолепны! Столь уникальное строение, жаль, они вымерли до того, как передали свои гены будущим поколениям. Не знаете, кто-нибудь моделировал их развитие до наших дней? Было бы интересно посмотреть на их современный вид.

– Думаю, они были бы похожи на морских скатов.

О, да! Мы подготовились к этому вечеру, честно выполнив домашнее задание. Теперь об этих «козявках» я знала столько, что они неделю будут сниться в кошмарах.

И мы договорились о поведении. Сами первые на контакт с девушкой не идём. Возможно, даже знакомство состоится не этим вечером. Только не учли одного, что Эрик с младшим братом чертовски похожи – для меня было шоком узнать, что они не близнецы, а тройняшки – и наше прикрытие раскроется в два счёта. Потому что у того остолопа хватило ума снять личину помощника посла, симпатичного, но ничем не примечательного эльфа, и показать возлюбленной свой истинный облик.

– Вы брат Эмита?

Взволнованный, дрожащий голос неслышно подошедшей жены посла застал нас врасплох.

– Убью паршивца! – выругался мой спутник.

Девушка сначала вздрогнула от испуга, а потом робкая улыбка осветила её осунувшееся лицо.

– Я думала, что сошла с ума, ведь не может быть, чтобы два человека в разных мирах были так похожи.

– Как вы узнали?

– Я не знала, – её улыбка стала чуть шире. – Просто предположила.

Эрик опять сквозь зубы выругался, а я еле сдержала смех. То есть она просто предположила, а мы сами себя выдали? Как хорошо, что Рик сейчас искин. Будь наставник жив, он бы устроил мне такую взбучку, что мои первые годы обучения показались бы сейчас раем. Но раз наше прикрытие провалилось, надо договориться о новой встрече, и расходиться, а то на нас уже оборачиваются.

– Янира Лисовская, – я протянула руку для знакомства, скидывая на ком девушки свои идентификационные данные. – Спасибо за приглашение на этот вечер, я в полном восторге! Эти создания и правда великолепны! Столь уникальное строение, жаль, они вымерли до того, как передали свои гены будущим поколениям. Не знаете, кто-нибудь моделировал их развитие до наших дней? Было бы интересно посмотреть на их современный вид.

Эрик заломил бровь, слушая свои слова в моём исполнении, и только хмыкнул, когда леди Милисента сразу оживилась, уверила, что это не последнее собрание историков, посвященное этим удивительным созданиям, и она обязательно пришлёт нам приглашения, раз уж мы настолько впечатлились.

– Следующий раз с тобой пойдёт Эван, ещё одного такого вечера я не вынесу, – проворчал парень, сажая меня во флайер.

Я подобрала подол длинного вечернего платья, усаживаясь на заднее сиденье, и бросила на принца абсолютно серьёзный взгляд.

– И не надейся, иначе спугнём объект, и в следующий раз она не выйдет на контакт. Так что зубри всё, что можно, об этих мокрицах и сам поражай её своими познаниями, вдруг она уверится, что это у вас семейное и охотнее поспешит к твоему брату.

Эрик хотел возмутиться, но тут увидел, как на сиденье пилота появился Рик, и вдруг запрыгнул следом.

– Ты должна мне моральную компенсацию за этот вечер. Где у вас можно поужинать нормальной, не синтезированной едой?

– Только без алкоголя, – я подвинулась на сиденье, оценив манёвр принца.

Не хочет оставлять меня с Риком? Как интересно! Они и правда теперь по очереди будут моими дуэньями?

Парень только улыбнулся и повернулся к лобовому стеклу, приготовившись наблюдать за полётом.

Кажется, мне удалось завоевать чуточку доверия Владыки, так как после ужина, проводив до причального балкона моего дома, парень пересел в свой аэрокар и оставил меня одну, не став напрашиваться в гости.

– Как отдохнули на вечере, Ваша Светлость? – появился в гостиной Сорин.

– Всё прошло чудесно. Готов отчёт по состоянию башни?

– Да.

– Скинь на ком в кабинете, посмотрю утром.

С утра я оккупировала кабинет и первым делом просмотрела отчёт домашнего искина. Башня стабильно приносила доход в виде пяти миллионов кредитов в год от сдачи в аренду подземных и нижних этажей. Ремонта почти не требовала, а вот кое-какие блоки нуждались в модернизации.

– Сорин!

Искин тут же появился и склонился в поклоне.

– Слушаю, Ваша Светлость.

– С сегодняшнего дня создай фонд на ежеквартальный ремонт и модернизацию систем, иначе мы потеряем арендаторов. Перечисляй в него первые полгода пятьдесят процентов от дохода, потом по двадцать. Поставь себе на заметку следить за всеми новинками, оценивай степень полезности и внедряй по мере поступления денег в фонд. Сдай в аренду ещё двадцать этажей, но усиль охрану личных апартаментов.

– Доходы после проведения всех изменений вырастут на сорок процентов, уровень вашей личной безопасности снизится на пять процентов, это почти у критической отметки в восемьдесят процентов.

– Я знаю, Сорин.

– Значит ли это, что вы скоро вновь покинете дом?

– Ты же знаешь, я не останусь.

– Как распорядиться возросшей прибылью?

– Переводи туда же, куда и остальные средства. На этом всё.

– Принято к исполнению.

Дворецкий исчез, и я позвала другого помощника.

– Рик, мне нужна копия брачного договора леди Милисенты, хочу уточнить пару моментов.

– Думаешь, муж не поверит во внезапную кончину супруги от сердечного приступа? – наставник сел в появившееся напротив стола кресло.

– Он не дурак и неспроста оформил спешный отзыв из Ротана обратно на Землю. Он подозревает, что ребёнок может быть не его...

– Но ему путают карты переходы через межмировые порталы, – продолжил мою мысль Рик. – Сейчас эмбрион однозначно человеческий, но он может провести элементарное генсканирование. И оно покажет, кто настоящий отец.

– Уже провёл, вот результаты, – я отправила помощнику документы, присланные утром на мою почту Владыкой.

– Думаешь, тут замешана магия? Кто-то сознательно искажает данные генокода малыша, делая настоящим отцом мужа?

– Неделю назад я бы сказала, что это невозможно, и строила стратегию, отталкиваясь от этих данных. Но оказалось, магию можно применить в нашем мире. Уверена, что у нас тот самый случай.

Неимоверным усилием я сдержалась и не притронулась к серебряной вязи браслета Владыки, но Рик и так понял о чём я, он был там и всё видел своими глазами.

– Ты понимаешь, к каким последствиям приведёт эта информация, если попадёт в сеть?

– Не попадёт. По крайней мере не от меня. Торгет скорее язык откусит, чем проболтается о подобном. И если об этом до сих пор молчат, значит, те, кто в курсе, умеют хранить тайны.

– Так что ты решила?

Я задумалась, а действительно, что?

– Мне нужен этот договор.

– Я работаю, там защита не хуже моей, – фыркнул наставник, и я поняла, что справится. – Но ты пока можешь просто пофантазировать. У тебя получается выстраивать любопытные логические цепочки.

– Пофантазировать?

– Вслух, пожалуйста, – улыбнулся Рик.

Я замерла в кресле, наблюдая, как солнечные лучи отражаются от полированного дерева, наполняя кабинет золотистым сиянием. Мне всегда нравился минимализм. Так лучше думалось, и я была благодарна наставнику, что он не увлекался коллекционированием древних бумажных книг. Гладкие квадраты деревянных панелей на стенах, антрацитовый гранитный пол, стена из сплошного стекла за спиной и белоснежный глянцевый потолок, который вечером можно было весь превратить в осветительную панель.

Рик молчал, не мешая мне думать, и не был бы искином, я бы решила, что он задремал.

– Что мы имеем? – когда мысли немного успокоились, начала я рассуждать вслух. – Договорное замужество. Муж явно в курсе измены жены, но не подаёт на развод. Значит, в брачном договоре нет пункта, по которому он мог бы оставить себе ребёнка... только зачем ему ребёнок от другого?

– Он не молод, – неожиданно подал голос Рик. – И у него куча племянников и племянниц, которые составят отличную пару этому малышу.

– И если он в курсе, кто настоящий отец, то для высшего общества это будет сродни сброшенной ядерной бомбе. Заполучить для своего рода генофонд Владыки эльфов.

– Поэтому этот ребёнок ещё жив. Если убить мужа, юную вдову всегда можно снова выдать замуж, например, за его младшего брата. У неё генофонд не хуже. Уверен этот пункт в брачном договоре есть, иначе бы Владыка давно вмешался и предложил безутешной вдовушке полечить расстроенные нервы в Дивном Лесу.

Я задумалась. Если за дело устранения мужа возьмутся эльфы, к такому самоубийству никто в жизни не подкопается. Но убивать в данном случае не выход, да вообще ни в каком случае. Я не берусь за такие дела. Остаётся что?

– Итак, муж обезопасил себя от развода со скандалом об измене, подтасовав факты об отцовстве, а, значит, он имеет доступ к магии в этом мире. Она проявилась в его роду или путём спланированных браков и произошедших мутаций, или на него работает иномирец.

– Учитывай оба варианта.

Я кивнула, уж мне ли не знать о генетических мутациях. Я сама плод такой селекции. Мама и папа не были моими настоящими биологическими родителями. Они были фанатиками от науки, собиравшими уникальные образцы ДНК во всех мирах. Удивительно, что мама согласилась стать суррогатной матерью для такого котельного микса, но она была настоящим учёным. Кого они надеялись получить, я так и не узнала, потому что итоги эксперимента не брались предсказать даже ведущие аналитики. Но все надеялись на чудо, и они его получили.

– Брачный договор, – произнёс Рик, возвращая из воспоминаний о прошлом.

Передо мной повисла копия документа. На семидесяти листах! Мелким шрифтом! Да они издеваются!

– Наслаждайся, – наставник встал, потянулся, как человек уставший, но довольный хорошо проделанной работой и исчез из кабинета.

Глава 8

Итак, первое правило работы с информацией: отделить зёрна от плевел. То, что Рик исчез визуально, вовсе не значит, что он исчез, просто перешёл из режима собеседника в режим искина-помощника.

Взмахом руки я отправила голограмму договора в центр кабинета.

– Рик, раздели договор по отдельным пунктам.

Мгновение и документ разлетелся по всему пространству отдельными строчками, словно искры от фейерверка.

– Объедини по темам, наследство, развод, дети, смерть, права, обязанности, измена.

– Последнего пункта в договоре нет, – раздался спокойный голос помощника.

– Тогда без него.

Вырезанные абзацы высветились у стены ровными столбиками, а часть текста, примерно листов на тридцать, осталась висеть в воздухе.

– Что в них?

– Описание ритуалов свадьбы, введения детей в должности корпорации и совета директоров, захоронение и опекунство.

– Выведи опекунство отдельным списком, – попросила на всякий случай, вдруг пригодится.

Такими темпами, как я планирую операцию, муж леди Милисенты умрёт от естественной старости.

– Сделано.

– Остальное скинь пока в отдельную папку.

И когда пространство кабинета немного очистилось, улыбнулась. Так уже можно работать.

– Теперь скопируй пункты, имеющие пересекающиеся ссылки, продублируй в каждой теме.

Число пунктов в каждом столбце удлинилось почти на треть. Вот мы и нашли закопанные в договоре скрытые «подводные камни».

Встав с кресла, подошла к стене и, читая урезанную версию договора, стала расхаживать по кабинету, в нужном мне порядке перетасовывая пункты и все относящиеся к ним ссылки. Картина вырисовывалась безрадостная и, если дополнить её другой имеющейся информацией, то вообще скверная.

Наследство. За неделю до свадьбы вся семья леди Милисенты загадочным и трагическим образом погибла в пожаре во время взрыва в особняке, куда съехались все дальние родственники со всей планеты. О том, насколько это подозрительно и за версту несёт заказным убийством, пресса молчала как рыба, выражая на всех каналах только скупые соболезнования. И согласно брачному договору, всё, абсолютно всё имущество и имеющиеся активы, наследницей которых стала несчастная девушка, переходили под полную опеку мужа. И в случае, если по какой-либо причине инициатором развода выступит Милисента, то окажется на улице без средств к существованию. Это и был как раз один из тех скрытых пунктов, до которого нужно было ещё добраться через два десятка подпунктов, скачущих по всем темам.

– Сорин, сколько накопилось средств в моём фонде?

Все эти годы доходы от башни уходили в мой трастовый фонд. Это было условием завещания Рика, почти сразу создавшего нам подставные личности, по которым он выступал моим опекуном, а не отцом. Не знаю, за какие средства он выкупил останки полуразрушенных научных лабораторий отца, я тогда была слишком маленькая, чтобы задаваться такими вопросами. Но вместе с Сорином они восстановили здание, возвели над ним башню и превратили в жилой и развлекательный центр, заставив приносить доход.

– Сто сорок четыре миллиона двести тридцать две тысячи сто пятьдесят шесть кредитов.

– Сколько я могу взять для личного использования?

– В год не более пятидесяти процентов от суммы поступлений.

– Значит, два миллиона шестьсот тысяч кредитов. Хорошо.

Не просто хорошо, это намного больше, чем я рассчитывала. И раз по этому контракту я вынуждена работать под своим настоящим именем, то буду пользоваться средствами, принадлежащими Янире.

– Открой на подставное имя счёт в нейтральном банке и переведи на его идентификационный номер два миллиона, компенсирую потом из своих комиссионных.

– Что ты делаешь? – в кресле появился Рик и, закинув ногу за ногу, сложил руки на животе.

– Обеспечиваю Милисенту средствами.

– Ты понимаешь, что отдашь ей всё, что заработаешь по этому контракту?

– Иногда деньги – не главный заработок в нашем деле.

Рик усмехнулся.

– Наконец ты это запомнила. Иметь в должниках правящую семью эльфов более выгодно, чем два миллиона кредитов на счёте. Но не забывай, память об услугах с годами стирается.

– Я стребую по горячему.

Мы с наставником понимающе переглянулись. Уж он не позволит мне упустить выгоду, так что стоит заранее подумать, что я хочу в настоящую оплату.

Итак, с наследством решили, всё равно девушка отправится жить в другой мир, и остающиеся здесь активы ей ни к чему.

Что у нас следующее? Права и обязанности супругов и компенсации в случае нарушения.

С этим пунктом всё стандартно и понятно. Мужу позволено всё, а жена сидит дома или занимается общественной деятельностью в виде пресловутого исторического общества, повышая статус и репутацию мужа.

– Как юристы её семьи допустили подписание такого договора? Это же почти рабство.

– Лови ещё файлы, думаю, сразу станет понятно.

Подойдя к столу, я села на край и стала изучать новые данные. Вот оно что! Финансовая афера, в которую за два года до свадьбы втянули отца Милисенты, поставила их корпорацию на грань разорения, девушку на самом деле продали в уплату погашения долгов. Тогда взрыв в имении и правда мог быть случайностью. Слишком мало данных, а распутывать этот клубок бессмысленно, к моему заданию он не имеет отношения.

Дети. Теперь понятно, почему в договоре нет пункта об измене. Все дети, рождённые в браке, или вне его, не важно, от кого из супругов, получают официальную опеку мужа с разной степенью вступления в наследство. Понятно, что генетический наследник получит львиную долю средств и имущества, но и остальные не останутся бедными.

– Рик, а что если Милисента вовсе не хочет уходить от мужа? Что если это она изменила генокод своего ребёнка, чтобы обезопасить себя от притязаний Владыки?

– Не хочешь быть в роли злодейки? Поэтому со всем этим мучаешься? – Рик взмахом руки обозначил висящие в воздухе куски брачного договора. – Поступи проще, выкради и переправь к эльфам, тебя же из-за твоего дара наняли. И пусть голова болит у них.

– И сделать из неё Елену Троянскую? Ты подумал о юридических последствиях для Великого Леса? Именно для того, чтобы избежать этих последствий, меня и наняли. Иначе бы они выкрали её сами.

– Хорошо, но если злодей – не муж, а эльфы, то вместо романтической любовной истории мы имеем младшего сына Владыки, силой принудившего девушку к измене и теперь пытающегося забрать в свой мир против её воли. Уверена, что эта логическая ветка правильная? – откровенно потешаясь над моей паранойей, закончил Рик.

Я представила, как вся эта ситуация могла выглядеть в реальности. Юная прекрасная эльфийка, а в том, что в Ротане Милисента была именно эльфийкой, я не сомневалась, сталкивается на одном из приёмов с младшим атташе посла эльфов. Тот влюбляется, утаскивает её в один из будуаров, насилует и потом делает это снова и снова, куда бы девушка ни отправилась, и даже в её доме. И когда бедная-несчастная узнаёт, что беременна, а до этого она, конечно, не обращалась к мужу за помощью, рассказывает всё супругу, он решает прервать свою миссию, испортив карьеру. И возвращается на Землю, где использует магию, чтобы выдать бастарда за своего ребёнка. Хотя это делать вовсе не обязательно, ребёнок и так его, согласно договору об опеке. Тут не то, что логикой не пахнет, вообще ни в какие ворота не лезет.

– Убедил. Что там у нас дальше? Смерть?

Рик и тут оказался прав. Злодей всё-таки муж, это же надо такое прописать.

– Послушай это. В случае смерти мужа, Милисента не имеет права больше выходить замуж. В противном случае она лишается не только дома, средств, но и материнских прав на собственных детей. Один пункт, зато всё ясно и чётко. Напомни, если я когда-нибудь снова соберусь замуж, читать брачный договор очень внимательно, а ещё лучше в компании дюжины независимых юристов. Не хотелось бы оказаться на месте леди Стоутон.

Рик наградил меня странным взглядом, но я, увлечённая ещё более странной мыслью, выпалила:

– Хотя такая ли это ересь? Вдова остаётся в семье, родные дети из дома не выгонят, без содержания не оставят. Да за такое я бы сама грохнула ненавистного мужа. Может, не так уж и не права моя паранойя? И попытка выдать бастарда за генетического наследника очень красиво сюда вписывается. Запиши эту мысль отдельно, как и предыдущую, лучше предусмотреть все варианты, чем потом завязнуть в юридической бюрократии.

Далее раздел о разводе. И тут я зависла надолго. Потому что он оказался самым объёмным и запутанным. Рик исчез, а я просидела до вечера, перетасовывая информацию и так, и эдак, и всё больше склонялась к идее на самом деле выкрасть Милисенту, только не тащить её сразу к эльфам, а спрятать в другом мире, дождаться, когда она родит, и уже потом разбираться с последствиями.

Владыка в два счёта отсудит у её мужа опеку над своим внуком. И если не требовать вернуть её наследство, по сути, сама девушка послу не нужна. Её генетического материала в лабораториях его корпорации хватит прививать магические мутации всем последующим поколениям до скончания времён. Только провернуть надо всё с минимальными потерями для его политической репутации. Иногда простое решение как раз и оказывается самым верным, так что эту идею я тоже обдумаю, а пока на сегодня хватит. И так голова раскалывается. Свернув все окна, спрятала информацию под двойным шифром и убрала в архив. Завтра ещё поработаю.

Перебравшись в гостиную, плюхнулась на диван, беззастенчиво отдаваясь во власть сильных рук искина, севшего позади и ставшего массировать мой ноющий затылок и напряжённую шею.

– Уже решила что-нибудь?

– Пока только намётки, над деталями надо ещё работать.

Руки мужчины спустились с шеи на плечи, и я издала стон блаженства.

– Как хорошо, – промурлыкала, закрывая глаза и растекаясь, словно кисель.

А когда сильные пальцы вместо массажа стали ласково ерошить мои волосы, извернулась и, оказавшись у Рика на коленях, обвила руками его шею. Он обнял меня за талию, тесней прижал к себе, и я застонала от наслаждения, когда он меня поцеловал. А потом его руки оказались на моей груди, и он стал ласкать прямо через блузку. Это оказалось настолько ярко и остро, что я кусала губы, сдерживая стоны, что есть силы цеплялась за плечи искина, а он смотрел с улыбкой, сводя с ума своими ласками.

Изнывая от невозможности снять с него рубашку, прошептала:

– Пожалуйста, разденься.

Я не настолько сумасшедшая, и понимала, что он воспринимает происходящее иначе. Но я так долго этого хотела, что мне было всё равно на наши различия.

– Не сейчас, милая, потерпи – эта ночь твоя.

Он завёл одну руку мне за спину, поддерживая, чтобы не упала, другой расстегнул блузку, стянул ниже кружевной бюстгальтер, обнажая грудь, и, склонившись, коснулся её губами. Острое наслаждение молнией пронзило тело, сконцентрировалось в самом низу живота, сводя сладкими судорогами. Рик целовал мою грудь, ключицы, поднялся дорожкой поцелуев по запрокинутой шее, другая его рука тискала мою попу, прижимая ещё тесней. Я стонала от наслаждения, зарывшись руками ему в волосы, не могла сосредоточиться ни на одной связной мысли и только шептала:

– Ещё, милый, ещё.

И тут в голове просто взорвался громогласный вопль:

«ЯНИРА, ПРЕКРАТИ СЕЙЧАС ЖЕ!»

Я вздрогнула, сексуальный дурман от осознания, что ОН тоже всё это чувствовал, мгновенно улетучился, и я вытаращенными глазами уставилась на Рика.

– Это Владыка.

Мы переглянулись, словно школьники, застуканные директором целующимися в раздевалке, и покатились со смеху.

Я была в душе, когда услышала шум и грохот в гостиной. Это ещё что такое? Если чужой, то как система охраны его пропустила? Или это Эван прилетел блюсти мою нравственность? Они что, дерутся с Риком? Задавив порыв немедленно бежать на помощь, – Рик искин, ничего парень ему не сделает, – закончила мыться, высушила волосы, заплела в косу и оделась в домашние лосины и тунику. В общем, тянула время, дожидаясь, пока приглушённая ругань и шум борьбы стихнут, и только тогда вышла в гостиную.

– Ваше Величество, что вы здесь делаете?

То, что изломанная мебель, сожжённые ковры, обивка и, бог мой, даже подпаленные занавеси, – дело рук Владыки эльфов, не укладывалось в голове. Мужчина, одетый по-домашнему в штаны и футболку, был босой и весь взъерошенный, будто только что вышел из драки. И не факт, что победителем, судя по рассечённой губе и сбитым в кровь костяшкам пальцев. Кто же дерётся с искином в нанитовом теле? Это всё равно, что биться головой о бетонную стену, а потом удивляться, откуда сотрясение. Смотрел Его Величество на меня хмурым взглядом исподлобья и молчал.

Я вздохнула.

– Пойдёмте на кухню, там ещё осталось, на чём сидеть. В холодильнике должен быть лёд, надо приложить к рукам, иначе к утру опухнут.

Не обнаружив льда, включила синтезатор. И когда на стол выехала миска, полная сверкающих кубиков, сложила их в полотенце. Владыка подошёл, сел на барный стул, продолжая смотреть исподлобья, тем не менее позволил приложить лёд к своим костяшкам.

– Как вы здесь оказались?

– На аэрокаре прилетел. В твой дом невозможно попасть порталом.

Я фыркнула, откидывая косу на спину.

– Если бы это было возможно, меня бы тут не было. Верно? Сорин, почини мебель и приведи в порядок гостиную, лишний хлам утилизируй.

– Да, Ваша Светлость.

Домашний искин появился посреди гостиной и везде, куда падал его взгляд, мебель, ковры, разбитые настенные светильники начали шевелиться, собираться осколками и возвращаться на свои места, пока на них не исчезли все повреждения и трещины. Будто кто-то прокручивал кадры старинной киноплёнки задом наперёд. Я внимательно следила за реакцией мужчины на работу нанитов. Но он и бровью не повёл, видимо, уже не раз сталкивался с подобным. Хотя для него это обычная бытовая магия, ничего удивительного.

– У тебя два искина?

– Да.

– Один – дворецкий, второй – любовник?

Вот мы и добрались до причины его появления в моём доме. Видимо, Эван передал ему статус гостя.

– Вам не кажется, что моя личная жизнь вас не касается?

– Пока это на тебе, ещё как касается, – прорычал мужчина, хватая моё запястье со своим украшением и суя его мне же в лицо.

– Вы перегибаете палку, – я не делала попыток вырваться, опасаясь, что он сейчас сорвётся. Надо просто подождать, пока мужчина успокоится.

– Неужели? А мне кажется – это ты издеваешься.

Он резко встал, дернул к себе. И не успела я опомниться, как меня поцеловали. В этом поцелуе не было нежности и ласки, только голодная, едва сдерживаемая страсть. Объятия сдавливали с такой силой, что я не могла шелохнуться. Мужчина раздвинул губы, и его язык коснулся моих губ. И когда я судорожно вдохнула, ворвался в рот, завладевая моим языком. В следующее мгновение я оказалась сидящей на кухонном столе, мужчина навис надо мной, специально создав неустойчивое положение, и чтобы не упасть, пришлось вцепилась в его плечи.

– Нет, подождите, – я с трудом отвернула лицо от поцелуя. – Не надо, прошу вас!

Чёрт возьми, где Рик? Почему не вмешивается?

– А меня, значит, можно насиловать? – грозный рык в моё ухо.

– Что? – глаза сами распахнулись в изумлении. – Но я же ...

– Молчи, Янира, прошу, просто замолчи!

Он упёрся лбом в моё плечо, тяжело дыша и пытаясь справиться с охватившим возбуждением. Я замерла, боясь не то что шевельнуться, даже вдохнуть глубоко, опасаясь вновь спровоцировать это безумие. Постепенно мужчина успокоился и поднял на меня вполне осмысленный взгляд. Но рук не убрал, продолжая крепко держать за талию. И то, что я всё ещё прижата к его телу, не добавляло спокойствия.

– А теперь послушай меня, девочка! Ещё раз устроишь подобное, и тогда поцелуями дело не ограничится. Я могу широко мыслить в этом плане, но не до такой степени, чтобы быть изнасилованным твоим чёртовым искином. Если тебе так хочется секса, я к твоим услугам, но только я! Это понятно?

Я во все глаза смотрела на Владыку эльфов и не верила своим ушам. Я-то думала он через нашу связь ощутил мои чувства, как будто у нас виртуальный секс, а он, оказывается, чувствовал прикосновения и поцелуи Рика?

Я закусила губу, чтобы не захохотать.

– Не смей смеяться! – мужчина грозно сдвинул брови, но я видела заплясавшие смешинки в синих глазах.

Я замотала головой, а плечи сами затряслись от смеха.

– И если ты хоть кому-нибудь об этом скажешь...

– О, нет! Ни за что, Ваше Величество! Это будет только наш секрет.

И не выдержав, захохотала.

Проснулась я от знакомых звуков, кто-то опять пытался сломать кухонный синтезатор. Это просто какое-то дежавю. Выбравшись из спальни, обнаружила в гостиной невероятную картину. Сам Владыка эльфов, проспавший всю ночь на диване, готовил мне завтрак. Мне! Завтрак!

– Кажется, я ещё сплю, – пробормотала с улыбкой. – Доброе утро, Ваше Величество!

– Доброе, Янира! Только почему ты всё время зовёшь меня Величеством? После вчерашнего это несколько неуместно, тебе не кажется?

Если он думал меня смутить, не на ту напал. Да, эльф, хотя сейчас и в человеческом теле, и как по мне оно ему шло куда больше, чем острые уши и субтильное телосложение, присущее всем эльфам. Да, красивый, аж дух захватывает! Но мало ли в мире красивых мужчин. А то, что правитель целого королевства, так и я не прачка. По статусу мы вполне друг другу подходим. Только к предложению стать любовниками отнеслась несерьёзно. Ну да, вчера мы с Риком его выбесили, но это же не повод делать такие заявления.

– Что вы готовите?

При виде включенной плиты! – Господи, а она откуда? Не иначе Сорин постарался для дорогого гостя. – И раскалённой сковородки! – У меня такой посуды никогда в жизни не было. – И жарящейся на ней яичницы с беконом! Я, мягко говоря, впала в ступор. Перевела взгляд на барную стойку и окончательно растерялась.

– Вы поджарили тосты?

– Ты их не любишь?

Мужчина, проходя мимо, обнял за талию, приподнял над полом, переставил на другое место, чтобы не мешалась в проходе, и заглянул в холодильник.

– Ты что предпочитаешь к тостам – джем или масло?

– И то, и другое.

Это точно сон, потому что в жизни так не бывает. Просто не бывает.

Я во все глаза наблюдала, как Его Величество выставляет к тарелкам с тостами банку малинового джема и маслёнку. Я не помнила, чтобы отдавала Сорину заказ на эти продукты. Захлопнув холодильник, мужчина вернулся к плите, разложил яичницу и бекон по тарелкам и поставил на барную стойку.

– Идёшь завтракать?

Я села напротив и, не обнаружив среди блюд ни одной чашки, спросила:

– Вы предпочитаете чай, сок или кофе?

– Кофе, и прекрати мне выкать, – он сощурил глаза, – признайся, ты забыла, как меня зовут, и теперь просто выкручиваешься?

– Вот ещё! Два кофе, чёрных, без сахара, – дала я команду синтезатору.

Спустя мгновение из него выехали две чашки, сразу наполнившие кофейным ароматом всю гостиную.

– И как меня зовут?

Я закатила глаза – вот пристал! Понятно же, что я не собираюсь становиться его любовницей, но мужчина ждал ответа. И я, порывшись в памяти, выдала:

– Вы Эридан Ардан лэрд Норинтейн, шестнадцатый Владыка Леса.

– Зови меня Эридан или Ардан, как тебе больше нравится. И ешь, ешь, а то бекон остывает, он вкусный, пока хрустящий.

Я только головой покачала.

Ближе к концу завтрака, Владыка поинтересовался:

– У тебя уже есть какие-нибудь намётки по нашему делу?

– Идей много, Рик их все записал, чтобы я не забыла. Но одну могу озвучить.

Мужчина вскинул на меня взгляд, полный ярости, но я сделала вид, что не заметила. Может, он и запретил целоваться с Риком, но это не значит, что я послушаюсь. Просто найду способ, чтобы он ничего не почувствовал.

– Мы не можем инсценировать несчастный случай с леди Милисентой. В это уже никто не поверит. Но можно получить её согласие на генную модификацию тела и сделать мужчиной, подвести под её решение заключение коллегии психиатров, чтобы муж не мог его оспорить. Тогда получить развод будет проще простого, потому что в коллективном договоре его семьи есть интересный пункт, по которому брак может заключаться только между мужчинами и женщинами.

Я вчера добралась и до этого документа, и он оказался раз в двести больше брачного договора, поэтому голова и болела. И кстати, там не было ни слова про биологическое происхождение супругов, только физиологическое гендерное соответствие, широта взглядов, однако. Но, кажется, Его Величество подавился. Иначе от чего у него глаза навыкате? И не дышит, кажется.

– Эй, вам плохо? – испугалась я не на шутку.

Не хватало ещё довести его до инфаркта. Представив, как объясняюсь с полицией по поводу трупа правителя эльфийского королевства из дружественного нам мира, дурно стало уже мне. Некстати вспомнилось нападение на принцев в клубе, если эти два случая увяжут, мне не помогут никакие адвокаты.

Подорвавшись со стула, я принялась стучать мужчине по спине.

– Дыши, Эридан, дыши! – он не реагировал, и я, замахнувшись, треснула что есть силы. – Дышите же, Ваше Величество!

У него в спине что-то хрустнуло и мужчина, наконец проглотив застрявший в горле бекон, сипло прохрипел:

– Кажется, ты мне спину сломала.

– Сорин, медицинское сканирование! – у меня руки затряслись от страха, вдруг и правда сломала?

– С вашим гостем всё в порядке. Наоборот выбитые позвонки встали на место, теперь он больше не будет испытывать боль в спине, но я бы рекомендовал Его Величеству пройти полный курс реабилитации в стационарном медицинском центре.

– Я убью вас, если ещё раз так напугаете!

– Тогда не говори такие ужасные вещи. А как же ребёнок?

– Извлекается хирургически до операции по смене пола и дозревает в маточном репликаторе – обычная практика. А когда он родится, вы подадите в суд прошение на генетическую и магическую экспертизу. Как только она признает его вашим внуком, шанс отсудить опеку составит девяносто два процента.

Наверно, не стоило рассказывать именно этот план, да ещё за завтраком, потому что мужчина вдруг позеленел и, кажется, его начало тошнить. А что я? Он первый начал этот разговор.

– Ванна там! – я указала на коридор за кухней.

Владыка наградил меня убийственным взглядом, отвернулся, сглотнул пару раз, борясь с подкатившей тошнотой, глянул на недоеденный завтрак, встал и выкинул его вместе с тарелками в появившееся мусорное ведро.

– Придумай другой план!

– Как скажете.

Я молча проводила его на балкон, дождалась, пока аэрокар исчезнет среди скрывших небо туч, и вернулась в дом, довольно потирая руки. Я и не собиралась воплощать в жизнь этот план, просто рассказала, чтобы Владыка убедился, что работаю над его заданием. Но как ему поплохело, едва представил своего младшего с мужчиной, которым станет Милисента. Кажется, в этом плане эльфы и правда не так широко мыслят.

– Ладно, это к делу не относится. Сорин! – позвала я домашнего искина.

– Слушаю, Ваша Светлость.

– Насколько ты вариативен в плане визуализаций?

– Не ограничен.

– Отлично, тогда тебе придётся неделю побыть мной.

– Перемещения нанитового тела ограничены, учитывайте это для своих целей.

А это проблема, хотя решаемая.

– Тогда я заболею страшной ангиной, бронхитом и простудой. Неделя постельного режима – то, что нужно. За это время я управлюсь.

– Мне придётся остаться с Сорином, иначе Владыка пришлёт кого-нибудь за тобой ухаживать, – включился в дискуссию появившийся Рик.

Расставаться с ним не хотелось, но наставник прав. Если я вдруг так внезапно заболею, да к тому же ещё и Рик исчезнет, тут не надо быть гением, чтобы сложить два плюс два. А там, куда я отправляюсь, помощь искина мне не понадобится.

Только до этого дня я никогда не расставалась с Риком, и сейчас ком подступил к горлу.

– Всё хорошо, ты справишься, я здесь тебя прикрою. Только держи под контролем эмоции, если хочешь сохранить своё отсутствие в тайне.

– Да, я помню.

Я задержалась взглядом на любимом. Как же мне хотелось его обнять! Хотя бы на прощание. Но ещё одного пришествия Его Величества я не вынесу. Рик смотрел на меня с грустной улыбкой.

– Сделай работу, и это закончится.

Да, всё правильно, надо выполнить задание, и тогда с меня снимут эту гадость.

Глава 9

За что я любила путешествовать по другим мирам – каждый преподносил свои сюрпризы. Особенно в плане тела. За свою жизнь я побывала человеком разных рас с разного цвета кожей, разрезом глаз и даже ростом. Однажды довелось стать пигмеем, тот мир теперь навсегда в моём чёрном списке. И вовсе не из-за роста, а из-за их обычаев. Превращалась в дроу, дриаду, вампира и демоницу.

Но такое со мной случилось впервые.

Чуткие мохнатые ушки, торчащие на макушке, уловили странный звук за деревьями, и я шарахнулась в кусты, опасаясь встречи с местными. Хорошо лицо, тело, руки и ноги остались человеческими, зато появился пушистый лисий хвост, с которым я понятия не имела что делать. Он больше мешался, цепляясь за колючие ветки. И ещё волосы. Они стали в три раза гуще и белоснежным каскадом упали ниже спины, что делало мою попытку спрятаться среди лесной зелени изначально провальной.

– Смотри, лисехвостка! – крикнул один из мужиков, идущих по лесной тропе, и его лицо исказилось от ужаса. – Белая!

Переводчик в ухе, разработанный ещё отцом, практически сразу помог понять местный диалект. Сложнейшая программа анализировала не только звуки, жесты и мимику, но и тональность голоса, соотнося их с огромной информационной базой, собранной с множества миров, и делала перевод достоверным с точностью до девяноста двух процентов. Что ещё мог кричать человек, тыча пальцем и удивлённо таращась? А вот то, что следом на его лице отразилась злость, не хорошо.

– Да не может быть!

– Где?

Ещё двое завертели головами, вскидывая странные копья со светящимися кристаллами на конце. Пора уносить ноги. Похоже, лисехвостов здесь не любят.

С кристаллов с треском сорвались голубые сгустки энергии и полетели в мою сторону. Я бросилась бежать. Нанокостюм принял на себя первые заряды. Они не пробили умную ткань, растеклись по ней голубыми молниями и ушли в землю. Неужели электричество? Новый треск позади и пролетевший над ухом очередной сгусток заставили отбросить посторонние мысли и максимально ускориться. Заряд врезался в дерево впереди, оставив в нём круглую дыру. Я дёрнулась в сторону, уходя от ещё одного сгустка, подпалившего кусты, и понеслась по лесу, петляя между зарослей не хуже настоящей лисицы. Вскоре местные безнадёжно отстали, и я перешла на шаг.

– Рик! – привычно позвала помощника, и когда он не появился, вспомнила, что он сейчас со мной дома.

Нет, без искина я не осталась, приобрела обычную модель для управления нанитами комбинезона. Никакого другого виртуально помощника, кроме Рика, я не хотела. Справлюсь сама.

Итак, что я имею? Принадлежу к расе, которую тут не любят. Надо выяснить почему, это может стоить жизни. По той же причине рискованно сразу идти на контакт с местными. Нужно сначала за ними понаблюдать.

Обычно чем поселение дальше от цивилизации, тем дремучей его обитатели. Значит, надо выбираться в большой город, там народ всегда терпимей. Но если выяснится, что в перспективе всё очень плохо, искать другой мир. Безопасность моя и Милисенты приоритетна.

Это всё потом. Главное, сейчас выбраться из леса, хотя бы к реке. Но если учесть, что в своём мире я бывала в лесу за всю жизнь от силы раза три, а в других мирах и подавно старалась не высовываться из городов, то самое время паниковать.

Эмоции! Нельзя им поддаваться, иначе Владыка эльфов мгновенно поймёт, что это не я лежу с температурой в своей спальне. Остановившись, упёрлась рукой в дерево и очень натурально стала кашлять. Заодно и лёгкие прочистила и восстановила сбившееся дыхание. Странная настороженность, которую я до этого испытывала, вдруг схлынула, вернув моим мыслям привычную ясность. Что за чертовщина со мной творится? Или это мои инстинкты предупреждают об опасности?

Я тут же залегла в подлеске, закидав себя прелыми листьями, и почти час пролежала, прислушиваясь к звукам леса. Но никто меня не преследовал. Спасибо новым ушкам – я теперь слышала намного лучше. И обоняние обострилось, но ничего подозрительного вокруг не происходило. И тем не менее меня то и дело накрывало совершено непонятными эмоциями: страх, беспокойство, паника, спокойная решимость и опять тревога и беспокойство. Может, я в этом мире эмпат? И рядом есть кто-то с похожими эмоциями? Но тогда я бы его почувствовала. А если не рядом? Если вообще в другом мире?

– Нира, ты тупица, – застонав от неожиданной догадки, я уткнулась лицом прямо в листву, вдыхая её влажный, прелый запах, смешанный с ароматом земли и привкусом приближающейся грозы. – Это не твои чувства, это Его Величество страшно волнуется от того, что ты так внезапно заболела!

Впору смеяться, но хотелось плакать. Если он лично явится проведать больную? Сорин сыграет меня великолепно, но это будет внешне. Владыка не дурак, если эмоции не будут совпадать с поведением, он раскусит нас в два счёта. Значит, надо уладить все дела как можно быстрей и возвращаться, пока он не понял, что его водят за нос.

Гроза застала меня всё в том же лесу. Трансформировав комбинезон в походную непроницаемую для дождя и холода палатку, я сидела в ней обнажённая и с интересом рассматривала новое тело. Кожа стала белоснежной и с неё исчезли все до единой родинки, а с рук и ног пропали все волоски – и это здорово! Иметь пушок с такой кожей было бы обидно. Скелет стал тоньше, сделав меня субтильной, как эльфы, рост тоже выше среднего. Лисий хвост совершенно не мешал сидеть, скрестив ноги. И копна белоснежных волос спадала ниже попы и согревала спину наподобие настоящей шерсти. Миллион кредитов за зеркало! Ужасно хотелось посмотреть на изменившееся лицо, но и того, что видела, хватало, чтобы испытывать жгучую зависть к лисехвостам. Даже облик дроу был не таким эффектным. Я бы не отказалась от такого тела и в моём мире, но именно мне путь генной модификации был навсегда заказан, потому что моя особенность перемещаться между мирами была завязана на уникальном генокоде, зашифрованном в теле. Генокод, ради которого все спецслужбы заново откроют на меня охоту, если узнают, что мне удалось тогда выжить.

Дождь лил, не прекращаясь, и я, свернувшись калачиком, прикрылась хвостом. Нет, правда – до чего он оказался кстати! И спокойно уснула, доверившись своим новым инстинктам, что в случае опасности, они меня разбудят. Но, видимо, или леса тут дремучие, или я хорошо бегаю, местные не решились преследовать, и мне удалось отлично выспаться.

Вернув утром палатке вид комбинезона, сделала его камуфляжного цвета, белоснежную гриву заплела в тугую косу, чтобы она меньше отсвечивала среди листвы, обвила хвост вокруг ноги и отправилась на поиски людей.

Идти по лесу после дождя – то ещё удовольствие. Сапоги почти по щиколотку проваливались в чавкающий мох, с зацепленных веток повисшие капли падали за шиворот. И я быстро сообразила добавить к комбинезону капюшон. Заодно и ушки прикрыла. Может, теперь в меня не сразу начнут палить, а сначала выслушают? А хвост всегда можно спрятать под длинной юбкой, лишь бы нанитов хватило для такого сложного костюма.

К деревне, стоящей посреди леса, я вышла после обеда. Её расположение определила по запаху ещё два часа назад и теперь радовалась, что доверилась своим новым чувствам. И вдвойне радовалась, что у меня ещё и отличное зрение. Я залегла почти на самой макушке сосны у границы леса. Надёжно скрытая кроной и с расстояния почти в километр, рассматривала первое увиденное в этом мире поселение.

Двадцать добротных каменных домов в два этажа каждый стояли на холме у изгиба спокойной реки, где у каменной пристани качались на волнах три лодки. Дома окружали ухоженные сады, ровные грядки огородов за невысокими заборами, а дальше до самой лесной кромки простирались возделанные поля. Кажется, с безопасностью тут всё в порядке. И, судя по увиденному, не махровое средневековье. Ещё бы узнать, почему так не любят лисехвостов, и вполне можно обживаться.

На центральной площади высился храм с колокольной башней. Даже дорога была добротная, мощёная красноватым камнем. Выходила с той стороны леса и заканчивалась в поселке. Люди работали в огороде, ребятня носилась по улицам, играя в мяч.

Днём никаких шансов подойти незаметно. Мысль открыто прийти в поселок сразу отбросила, памятуя встречу в лесу и более чем странное оружие у обычных крестьян. И надо помнить, что я теперь лиса. Если в деревне есть собаки, даже ночью учуют. Но есть-то хочется, так что варианта два. Дождаться ночи, понадеявшись, что мои прежние навыки и рефлексы перешли к этому телу, пробраться в поселение, стащить еду и потом спасаться от облавы. Или тоже ночью украсть одну из лодок и по реке добраться до более крупного поселения, от которого может отходить тракт к городу, так что моё появление не вызовет переполоха, и там купить еду. Перспектива пройти этот путь по лесам не прельщала, да и время – деньги в буквальном смысле. Выбираю второй план! И предстоящая кража лодки совесть не тревожила. Брошу в следующей деревне, они потом вернут местным. Только как же есть хочется! А, значит, надо отвлечься.

Весь остаток дня я старательно изображала из себя больную. Накашлялась так, что в груди заболело по-настоящему. Сорвав сосновую иголку, щекотала нос, заставляя себя чихать и шмыгать. Дурость полная, зато из чужих чувств, наконец, исчезла подозрительность, сменившись стойким беспокойством, и я облегченно вздохнула. Что же он такой нервный, или просто заняться нечем? Зато появилась идея, как порадовать Его беспокойное Величество ночью. В реальности я не буду спать. Значит, там мне будут сниться кошмары.

Дождавшись, когда взошедшая луна скроется за кромкой леса, спустилась с дерева и, не таясь, побежала через поля к пристани. Как я и предполагала, лисий запах собаки почувствовали первыми и подняли истошный лай. Сердце тут же застучало от выплеска адреналина, ладони вспотели, и тело налилось силой, позволив мне первой подскочить к лодкам. Пока деревенские с фонарями и криками выбегали из домов и спускали собак, я чиркнула появившимся когтем по верёвке, удерживающей лодку у пристани, со всей силы толкнула и, запрыгнув, схватила вёсла.

– Вор!

– Держи! Лови!

– Уходит!

И почему я всегда слышу одно и то же? Может, потому, Нира, что пора поднимать навык скрытности на новый уровень? Хотя сегодня я засветилась специально. Сердце до сих пор так и прыгает в груди. Зато лодка под моими гребками стремительно скользила по водной глади, унося от мелькающих огней и бегущих следом мужиков. Собаки ещё долго неслись по берегу, истошно лая, но вскоре тоже отстали и побежали обратно в деревню. Но я всё равно продолжала грести.Были такие сны, когда, кажется, бежишь, что есть силы, а на самом деле не можешь с места двинуться. Надеюсь, Владыке понравится.

Устав грести, я вытянулась на дне лодки, позволив течению самому нести. Убаюканная волнами и качающимися над головой звёздами, спокойно уснула.

Разбудил запах древесины и звук пилы. Мигом проснувшись, осознала, что до места, где валят деревья, ещё пара километров, и сразу успокоилась. Сладко потянувшись, села, разминая затёкшее тело и, взявшись за вёсла, причалила лодку к берегу. Всё, дальше пешком. А чтобы идущая по реке пустая лодка не выдала меня раньше времени, привязала её огрызком верёвки к стволу тонкой берёзки и уложила вёсла на дно, чтобы волнами их не скинуло в реку.

Теперь надо придумать, как выглядеть. Скрыть хвост юбкой, прикинувшись селянкой, а ушки спрятать под чепчиком? Такой план я после долгих раздумий отбросила как провальный. Мир не настолько средневековый. Да и я ещё не привыкла к новому телу, значит, обязательно проколюсь. Лучше сразу продемонстрировать все свои особенности, но так, чтобы ни у кого и мысли не возникло косо глянуть в мою сторону, а для этого надо: во-первых, притвориться мужчиной, во-вторых, стать воином-наёмником. К тому же наличие оружия способствует общению – люди сразу становятся честными и очень вежливыми.

Я широко улыбнулась и принялась переделывать свой костюм. Если кто-то думает, что наниты могут имитировать только одежду, они глубоко ошибаются. Бельё, рубашка – это само собой. Кожаная куртка, чуть увеличенная в районе плеч, чтобы добавить им ширины, полностью скрыла маленькую грудь – единственный недостаток тела лисехвоста. Свободные брюки прятали стройные девичьи ноги. Теперь надо обуться в высокие ботинки на шнуровке с рифлёной подошвой. Кожаным ремнём закрепить на бедре кинжал.

А вот дальше я задумалась, какое оружие создать. Решила не мудрствовать и скопировала образ того посоха с кристаллом, что был у мужиков в лесу. Энергетическими сгустками он швыряться не будет, и это хорошо, конфликты с местными мне не нужны. Волосы оставила заплетёнными в косу и чуть подправила лицо, сделав скулы шире, брови сдвинула пониже, чтобы взгляд стал более тяжёлым. И на спину повесила вместительный рюкзак. Теперь можно и в деревню наведаться.

Ну как деревня – вполне себе небольшой город. Тысяч на десять жителей. На окраине частные особняки с роскошными садами, ближе к центру появились многоквартирные дома в три-четыре этажа с балконами, увитыми цветами. И кругом невероятная чистота. Вдоль всех улиц фонари, где вместо лампочек были знакомые кристаллы. Но я, хоть убей, не чувствовала в этом мире магии. Может, минерал какой-то? Днём накапливает фотоны и потом ночью светится?

А вот народ пугливый. Стража, исправно патрулирующая улицы, косилась с шокированным недоумением, но не останавливала. Горожане при виде меня переходили на другую сторону улицы. Мужчины прятали девушек и детей себе за спины и провожали долгими, совсем недобрыми взглядами. Интересно, чем им всем так насолили лисехвосты? Думаю, если остановлюсь в местной гостинице, мне с превеликим удовольствием об этом поведают, если вообще сдадут номер.

Но для начала нужно выяснить какие денежные знаки здесь в ходу. Выбрав магазин, где было больше всего народу, прошлась между прилавков и, словно невзначай, остановилась возле продавца, рассматривая на рядом стоящем стеллаже мелкие бытовые принадлежности для уборки дома. Пышная дама покосилась на меня с опаской, словно опасалась, что я обворую, но всё-таки рискнула расплатиться за покупки.

Мне очень повезло. Золото ценилось во всех мирах, и этот был не исключение. Почему так, я не знала, поэтому всегда имела с собой небольшой запас. Стоило навести окно дополнительной реальности на монеты, переходящие из рук покупательницы в ладонь продавца, и через несколько мгновений передо мной развернулись крутящиеся виртуальные монеты, используемые в этом мире. Покинув магазин, я дала задание нанитам сформировать из золотых пластин местные деньги и очень скоро почувствовала в кармане тяжесть монет. Теперь можно отправиться за покупками.

Первым делом запаслась продуктами – вдруг придётся экстренно уносить ноги – и потом без труда нашла местную гостиницу. Ну что ж, разом стихшие голоса в трапезной и повисшее напряженное молчание подтвердили опасения, что не стоит тут задерживаться. Но попробовать я должна была для успокоения совести. Настроила в ухе переводчик – даром что ли по улицам два часа гуляла! Искин составил для меня простой словарный запас, на первое время хватит, и сейчас его синтетический голос тихо шелестел в наушнике, а я за ним послушно повторяла слова на местном диалекте:

– Номер на одну ночь и горячий ужин.

Тишина стала просто звенящей. Владелец гостиницы, он же администратор, хмуро сдвинул брови.

– Ты, парень, не задерживался бы в городе надолго, – пробасил, выдавая мне в обмен на две серебряные монеты ключ с биркой от номера.

– Я не по вашу душу, уважаемый, – растянула губы в улыбке, от чего все вздрогнули, и сразу обстановка накалилась. Кажется, с завуалированными угрозами шутить не стоит. Надо добавить что-нибудь мирное. – Но я вас понял, уйду утром.

Народ расслабился и вроде как вернулся к прерванной трапезе, но пока заказывала еду, как-то быстро испарился. Я только брови удивлённо выгнула. Хозяин хмыкнул.

– Ты как думал. Давно вас, белоснежных, не было. Вашего брата в наших краях не любят.

А вот и мой источник информации. Получив от перепуганной насмерть девчушки поднос с едой, придала себе уставший вид, даже ушки немного прижала.

– Что так?

– А то не знаешь.

– Я не местный.

Эх, всё-таки первая мысль была правильной, надо было брать образ тётки с чепчиком и тело попышней, эдакое материнское, чтобы всех мужиков развезло от умиления от одного моего вида. Ладно, образ подкорректируем.

– Так ты из резервации?

О, знакомое слово, если и значение схожее, то отличная легенда выйдет.

Я кивнула, с удовольствием пробуя овощное рагу. Надо же какое вкусное! Наверно, потому что горячее.

– Всё с тобой ясно. Если не хочешь неприятностей, не ходи трактом. Он выведет к границе, и там тебя точно убьют, даже спрашивать не станут, кто и откуда. Ваш брат тут прошёлся огнём и мечом, много людей и деревень выкосили. Хочешь жить – иди к барону Холину, там и работу найдёшь.

Мужчина перегнулся через стол и прошептал едва слышно:

– И замаскируйся под рыжего или лучше чёрного лисехвоста, тогда скажешь, что из клана, и тебя не тронут.

– Спасибо за совет! Так и сделаю.

Доев, я поднялась к себе, заперла дверь, отошла к противоположной стене и активизировала броню, уйдя в невидимость. Бутафорское оружие сменила настоящая плазменная винтовка. В добрых самаритян я не верила с восьми лет и правильно делала. Стоило фонарям на улице погаснуть, как услышала в холле первого этажа тихие голоса, скрип лестницы. И потом дверь с грохотом слетела с петель, упав на пол, а в комнату с дикими криками ринулись мужики во главе со стражей со светящимися пиками наперевес.

Убивать я никого не собиралась, но выводы сделала. Пока все толкались на входе, оставаясь невидимой, метнулась к окну. Цепляясь когтями за стену, молниеносно забралась на крышу. Винтовку закинула к рюкзаку на спину, длинным прыжком перескочила на соседнее здание и помчалась по крышам к городским окраинам. Хорошая штука – нанитовая обувь, не скользит на любой поверхности, так что упасть я не боялась.

Мне бы только добраться до действительно большого города, чтобы взять координаты для портала. Вечно в первый раз заносит во всякую глухомань и всегда одни и те же проблемы с местными.

Легко спустившись с крыш на землю, не стала отключать невидимость и бросилась бежать, постепенно набирая скорость.

Глава 10

Запыхалась я только к утру, и это были отличные новости, потому что мне удалось развить довольно приличную скорость. И, если подумать, то обзаводиться местным транспортом не имело смысла, если только для прикрытия, чтобы путешествовать с другими людьми. Зато я опять наградила кое-кого ночными кошмарами. Судя по ощущению возросшего беспокойства и усталости, Владыка снова не выспался. Я улыбнулась, моя теперешняя отдышка пришлась очень кстати. Покашлять, что ли? Нет, не стоит, я уже должна идти на поправку.

Зато пока бежала, было время подумать над корректировкой образа. Идея сменить окрас шерсти показалась очень здравой. Слишком агрессивно местные реагируют на белых лисехвостов. Наниты прекрасно справились с задачей, заодно и волосы перестали пушиться и легли на спину тяжёлой волной. Рубашку наоборот сделала чёрной, чтобы меньше грязи было видно, и в два раза толще, теперь она отразит удары холодного оружия. Сверху вместо куртки – удлинённый жилет, по бокам – разрезы, чтобы не сковывать движения, поверх – широкий пояс. Кожаные наручи и наплечники создадут вид лёгкой брони.

Хорошо лисехвосты тонкокостные, нет у меня пышных девичьих бёдер, так что буду и дальше изображать парня. Отрепетировала движения хвоста, сделав более резкими. Ботинки сменила на сапоги, оставив рифлёную подошву. На плечи – плащ с капюшоном. И придумала, как из бутафорского посоха сделать настоящее оружие. Пришлось повозиться, приделывая зарядный блок, генерирующий плазму, на навершие посоха и маскируя под местное подобие кристалла. Опробовав новое оружие, осталась довольна результатом. Вернусь домой, покажу Рику, пусть подкорректирует мою кустарщину. Вот теперь можно и людям показаться, надеюсь, больше не будут шарахаться или пытаться пристрелить.

Мои ожидания оправдались. Выйдя на следующий день на большой тракт, столкнулась с ползущим по нему странным караваном. Хотя почему странным? Я уже поняла, что мир не средневековый. Но всё равно вид грузовых машин очень удивил. Особенно тем, что ехали они бесшумно. Наверняка на энергии знакомых кристаллов.

Что порадовало, единственной реакцией торговцев на моё появление было предложение поработать в охране. В другое время я бы, не раздумывая, согласилась, а так только разжилась провизией, поболтала со всеми, кто готов был откровенничать с лисехвостом. И наконец, составив примерное представление о мире, повернула в сторону ближайшего города, ещё раз убедившись, что трактирщик отправил меня на верную смерть. Дорога, которую он указал, привела бы меня на границу одного аристократа, семью которого во время гражданской войны почти полностью вырезали белые лисехвосты. Как я поняла, дела то давние и в цивилизованном мире о них давно забыли, а вот на окраинах, оказывается, хорошо помнили.

А ещё я разжилась картой и теперь неслась к цели напрямую, максимально сокращая путь. Через реки я с лёгкостью перепрыгивала. Невысокие холмы и каменистые осыпи тоже не были препятствием. Я заметила, что во время бега едва касаюсь земли, а если слегка нагнуться вперёд, руки развести чуть в стороны и отвести за спину, то всё вокруг превращалось в смазанную картинку.

Мир оказался интересным. Вообще без магии, а учитывая особенности моей расы, я ещё и в плюсе. Хотя тут были и более удивительные существа, помимо людей, конечно. Три расы демонов, множество кланов оборотней, к которым, как ни странно, относились и лисехвосты. Только второй ипостаси не было. Отсюда и человеческое тело с атавизмами животных. И, конечно, эльфы – куда без них! И раз им не перепало магии, то природа одарила их возможностями гораздо круче моих. Единственная женщина в караване обмолвилась, что у эльфов есть крылья, и мне было до ужаса интересно посмотреть, как они летают. Представив Его Величество в массивном человеческом теле порхающего в небе, как бабочка, я покатилась со смеху.

Так, а что это за волна радостного облегчения прошлась от макушки до пяток, сбив меня с бега и заставив перейти на быстрый скользящий шаг? Это Владыка среагировал на мой смех? Что-то слишком быстро я иду на поправку. И как назло у меня больше не было отдышки, сколько бы я ни бежала. Только тело уставало где-то через сотню километров и требовало час отдыха. Потом я снова была способна бежать в таком же темпе.

Заночевав в лесу, решила дать себе хотя бы полдня передышки, да и сухомятка порядком надоела. Поймав в неглубокой речке пару крупных рыбин, отделила филе, завернула в широкие листья растения, похожего на лопух, обмазала глиной и теперь, глотая слюни, ждала, пока мой ужин запечётся в углях. Поняв, что не утерплю и начну есть сырую, встала с травы, потянулась, выгибая спину, и начала тренировочный комплекс с посохом, вбивая рефлексы в новое тело. Крутилась по поляне, имитируя выпады, блоки, прыжки, перекаты, уходя от воображаемой атаки противника. Я так увлеклась, что, когда увидела у кромки леса прислонившегося плечом к дереву лисехвоста, удивлённо застыла. Я не чувствовала его запаха и не слышала приближения.

– Хорошая тренировка, – лениво протянул мужчина, продолжая стоять на месте.

Тоже рыжий, только стрижен коротко и кончики хвоста и ушей окрашены в чёрный. Высокий, поджарый и лицо узкое, породистое. Смотрит настороженно.

– Почему используешь посох? С твоим сложением меч и кинжал подошли бы лучше.

И что ответить? Да ничего. Молча пожав плечами, присела у тлеющих углей, положив посох рядом.

– Ужинать будешь?

– А ты не разговорчивая, – хмыкнул лисехвост и, отойдя от дерева, очень медленно направился ко мне.

Мы напряжённо следили друг за другом, опасаясь взаимного нападения. Он готовился к драке, я – к бегству. Мужчина это понял и расслабился. И да, кажется, он легко распознал, что я не парень. Плохо, очень плохо.

– Я не обижаю детей, – подойдя к костру, он сел напротив, чтобы я его хорошо видела.

Одет так же, как и я. Штаны, рубашка, жилет, высокие сапоги, защищающие в высокой траве от утренней росы, плащ с капюшоном, два коротких кинжала прикреплены ремнями к бёдрам, из-за спины торчат рукояти коротких мечей. Схватки с холодным оружием я не боялась, но всё равно лучше проявить осторожность.

– Как ты одна оказалась в этих лесах? Где твой ментор?

Ментор – это наставник?

– Мы разделились. У меня первое самостоятельное задание.

А что? Рик очень хорошо подходил под определение ментора.

– И как? Нужна помощь? – взгляд ярко-голубых глаз заискрился смехом.

– Самостоятельное – сказала же, – верхняя губа сама поднялась, обнажая клыки.

– Эй, не скаль зубы, я не враг.

– Да ну? – я могла схватить посох и напасть в мановение ока, но то, что мужчина держал руку в опасной близости от кинжала, заставляло на грани восприятия следить за его мимикой и малейшими движениями. Пока агрессии от него не было, но это не значит, что стоит терять бдительность.

– Ты откуда такая дикая?

– Из резервации.

– Неужели там начали молодёжь обучать уму-разуму? – он с улыбкой сощурился, давая понять, что не верит ни единому слову.

Да пусть не верит. У меня сейчас рыба обуглится.

– Рыба горит, – он кивнул на комок спекшийся глины.

Я не шелохнулась.

– Маленький, недоверчивый щенок, – мужчина выпустил когти, подцепил обеими руками спёкшийся комок и отбросил на траву. – Есть чем разбить? Или ты зубами?

Вынув кинжал из ножен, подошла к рыбе, стукнула рукоятью по глине, и та сразу треснула. Создав на ладонях жаропрочный нанитовый слой, неотличимый от кожи, взяла отвалившуюся половину и, вернувшись к костру, стала выковыривать исходящие паром куски белоснежного рыбного филе и прямо горячие отправлять в рот, остужая шипением через зубы. Я была слишком голодна, чтобы ждать, пока остынет, и меня ничуть не смущало отсутствие специй и соли.

– Точно дикая, – мужчина потянул оставшуюся рыбу к себе и, зацепив когтями, разломил глину пополам, обнажив большие куски филе. – И гурман – ни одной косточки. Тебя как зовут?

– Нира.

– И что ты высиживаешь в лесу, Нира? Только не говори о задании, я чую запах, когда ты врёшь.

Ну ладно, не буду врать.

– Сижу.

Он минуту смотрел на меня, ожидая продолжения.

– Ещё рыбу ловлю и ем. Что нельзя?

И ведь не соврала ни словом. А то, что этот лес кажется нескончаемым, и я почти отчаялась добраться до города, ему знать не нужно.

Он по-доброму рассмеялся.

– Ты откуда угодно, только не из резервации. Ну да ладно. Просто шёл мимо, почуял запах сородича, дай, думаю, узнаю, чем занимается, а ты тренируешься. Удивила, вот и решил подойти познакомиться. Меня Ларс зовут, я свободный, думаю, и ты не из клана, на тебе метки нет.

Я немного расслабилась и смогла спокойно доесть. Пока он болтает и тоже ест рыбу, нападать не будет.

– Так куда ты идёшь?

– В Ашентри, – назвала я столицу соединённого королевства нескольких рас, на чьих землях мы сейчас находились.

– Можем вместе отправиться, я тоже туда иду.

Я кивнула, соглашаясь и приканчивая остатки рыбы. Было вкусно.

– Тогда собирайся. До ночи должны быть на месте.

Вскочив, я засыпала кострище комками вынутой земли и аккуратно вернула дёрн на место. Накинула плащ, отряхнула колени от травы и взяла покрепче посох.

– Я готова.

– Ты вообще без вещей?

– Налегке быстрей.

– Тогда не отставай.

Если он думал впечатлить меня скоростью, то не удивил. Я мчалась за ним на расстоянии ста метров, на случай, если он вдруг резко затормозит. За эти дни я достаточно проверила тело лисехвоста и знала пределы его прочности, так что могла бежать быстрей и гораздо дольше. Ларс делал остановки примерно через семьдесят километров, правда всего на полчаса. Произведя в уме расчёты, взяла его способ на заметку.

– Ты всегда такая молчаливая? – поинтересовался мой странный знакомый во время третьей остановки, чтобы напиться у ручья. Местность стала холмистой и впереди замаячили горы.

Видя, что я хмурюсь, Ларс улыбнулся.

– Обычно девушки болтают без умолку.

– Они, наверно, выносливей меня, мне дыхание сбивает.

Нет, я определенно говорю и делаю что-то не так. Чего он опять ржёт как лошадь?

– А ты мне все больше нравишься. Если у тебя нет ментора, я с удовольствием отшлифую такой бриллиант. Задатки у тебя впечатляющие.

Я опять промолчала, не зная, что сказать. Мне катастрофически не хватало информации об этом мире. И хотя рядом с мужчиной я не чувствовала угрозы, но то, что не могу по мимике и жестам предугадать его поведение, ужасно нервировало.

Глянув на темнеющее небо, поджала губы.

– Темнеет.

– Последний переход и за перевалом окажемся на месте. Тебе есть куда податься?

Я неопределённо пожала плечами.

– Разберусь на месте.

– Хорошо. Мне нравится, что ты не становишься обузой.

До меня дошло, что он не просто так идёт в город. Вооруженный лисехвост с отточенными навыками скрытности и ближнего боя, с невероятной скоростью и мгновенной реакцией. Кажется, я начинаю догадываться, почему в этом мире не жалуют нашего брата. Он наёмник и скорее всего в городе у него задание.

– Тогда расстаёмся. Спасибо, что указал дорогу.

Он молча смотрел на меня, явно что-то прикидывая в уме. Я же, навострив уши, искала в лесу звуки дичи для охоты. От съеденной вкусной рыбы остались одни воспоминания, и сейчас я была не прочь поймать ещё пару кроликов. Похоже, удивительные способности требуют повышенных энергозатрат. Видел бы Рик, до какого состояния я докатилась. Ради пропитания устраиваю охоту.

– Ты идёшь со мной. И я не предлагаю, а говорю. Так близко к городу тебе одной оставаться опасно.

Я была не против, мясное рагу в ресторане меня устраивало гораздо больше. Не придётся самой убивать животных.

Перевал мы преодолели на закате, и ноздри затрепетали, почувствовав солёный запах моря. Вскоре тропа из леса вывела на идеально ровную дорогу, покрытую чем-то наподобие нашего асфальта, и Ларс развил просто невероятную скорость. Я бежала следом, сберегая дыхание, что не мешало вертеть головой. Дорога извилистой лентой вилась по склону горы. С одной стороны возвышалась каменистая осыпь, и над ней до самой вершины густо разросся хвойный лес. С другой был обрыв в узкие ущелья, где по дну текли бурные реки. И тогда через них перекидывались белокаменные мосты, наподобие древнеримских акведуков.

Запах моря становился всё ощутимей, и вскоре в просвете между горными грядами замелькала водная гладь в оранжевых бликах заходящего за горизонт светила. Ларс сбавил скорость, потому что на дороге стали попадаться верховые на лошадях, пару раз нам навстречу пронеслись машины, и я наконец смогла соотнести уровень развития этого мира с историей Земли. В памяти всплыли эпизоды исторического периода, когда было точно такое же смешение позднего феодализма и капитализма на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков.

Вскоре на дороге стало слишком оживлённо – к верховым добавились и группы местных, идущие пешком в обе стороны, и пришлось перейти на шаг.

– Смотри, даже не запыхалась, – съязвил лисехвост.

Я только хмыкнула, вертя головой по сторонам.

На нас обращали настороженное внимание, но не шарахались. Очередной мост привёл к тоннелю в горе, и мне открылась ещё одна особенность моей новой расы. Оказывается, лисехвосты прекрасно видят в темноте. Своды над головой были внушительных размеров, словно тоннель прокладывали великаны. Каменные арки, похожие на рёбра гигантского животного, удерживали свод от обрушения и убегали вперёд, где маячил свет. И когда мы вышли из горы, я задохнулась от восхищения.

В раскинувшейся внизу долине, окружённый горной грядой, словно жемчужина в раковине, расположился невероятной красоты белокаменный город.

Начинаясь у подножия скал, он простирался до самого берега моря. Высоченные белоснежные башни острыми шпилями вздымались в темнеющее небо, словно устремлялись к начавшим загораться звёздам. Соединенные между собой множеством ажурных каменных мостов-переходов, они оставляли много пространства и воздуха утопающим в зелени нижним уровням.

– Ты бы сейчас себя видела! – хохотнул мужчина и пихнул в плечо, чтобы отмерла от шока. – Соберись с силами, устроимся в гостинице, погуляем. Такого ты точно не видела в своей... резервации.

Я тряхнула головой. Невероятно, сказочно, фантастично и безумно красиво! Кажется, я только что влюбилась в этот мир и хочу тут остаться.

– Сколько в нем жителей?

– Тысяч пятьсот, может, больше.

Опять набирая скорость, мы спустились в долину. Замелькали возделанные поля, за ними сады и виноградники, обширные поместья, построенные из того же белого камня, до этого казавшиеся частью города. Чем ближе мы приближались, тем плотней становились застройки и выше башни. Задрав голову вверх, я пыталась прикинуть на глаз их высоту. Получалось что-то невероятное. Некоторые своими размерами достигали высоты в сотню этажей.

– Как его построили?

Интерес был не праздным. Какой в этом мире должен быть уровень знаний математики и физики, чтобы выстроить такой город без всякой магии!

– Если за дело берутся эльфы, всё возможно, – весело фыркнул Ларс, он откровенно наслаждался моим замешательством и восторгом. – Пошли, нам ещё наверх подниматься, – он указал на одну из башен.

В окнах многоэтажных домов и на переходах между башнями стали загораться вечерние огни, и я, очнувшись от наваждения, поспешила за Ларсом, боясь потеряться в этом городе. Потому что народу тут было, как в хорошем мегаполисе.

Зато мне представилась возможность воочию увидеть практически всех обитателей этого мира. Огромные массивные люди, похожие на орков, с серо-зелёной кожей семьями прогуливались по улицам, и никто от них не шарахался. Много оборотней, в основном волки. На голове грива, как у меня, звериные торчащие уши и хвосты. Видела пару кого-то из породы кошачьих, но они так быстро промелькнули, что не успела определить, какого они вида. И, конечно, люди, люди, люди, множество людей на улицах, в магазинах, кафе и ресторанах. Не поворачивался у меня язык называть эти заведения трактирами. Слишком современными они выглядели – стены из стекла, уютное убранство и просто умопомрачительные запахи.

Не выдержав, притормозила возле уличного лотка, наспех купила пару пирожков с мясом и, глотая на бегу, помчалась догонять Ларса.

– Не отставай, потеряешься, – прикрикнул на меня сородич.

Я прибавила шагу, ничуть не обидевшись на резкий тон. В этом городе реально можно потеряться. И хотя я могла сама найти гостиницу, время дороже, поэтому доверилась лисехвосту.

Неожиданно перед нами выросла широкая лестница, устремляющаяся в небо. Ларс стремительно помчался наверх, и мне стало не до раздумий над сложностями архитектурной конструкции, потому что после пятого этажа лестница начала ветвиться переходами к башням, новыми подъемами на верхние уровни. И то, что с земли виделось, как балконы, на самом деле оказалось широкими тротуарами с перилами. От них шли переходы к садам, раскинувшимся на крышах нижестоящих зданий, и снова лестницы наверх к более высоким уровням.

Я старалась не терять из виду бегущего впереди лисехвоста. Как мы на такой скорости и резких поворотах ни в кого не врезались, для меня осталось полнейшей загадкой. Ларс остановился на широком балконе-тротуаре перед входом в гостиницу на двадцатом этаже. И я, хоть убей, не представляла, в какой части города мы находимся. Яркий свет уличных фонарей освещал широкий полосатый навес над двухстворчатой деревянной дверью. Свет в больших окнах повзволял рассмотреть роскошное внутреннее убранство гостиницы.

– У тебя деньги есть?

Я кивнула.

– Хорошо.

Холл встретил тишиной и приятной прохладой. Пол из мозаики серого и черного гранита, белые стены с красивыми картинами и хрустальными бра между ними. Вместо лампочек были до боли знакомые кристаллы. Справа медового цвета деревянные двери вели в ресторан. Слева поднималась на этажи широкая мраморная лестница. Под балконами второго и третьего этажей расположилась стойка администратора из того же дерева медового оттенка, что и двери. Возле окон несколько кресел со столиками для ожидания. С высокого потолка свисают две огромные хрустальные люстры. Дорогое элитное жильё, хорошо, что оно мне по карману.

При виде нас парень-администратор приветливо улыбнулся.

– Чем могу помочь?

– Два номера, мне и ученику.

Видя, как я дёргаюсь в нетерпении, Ларс пропустил вперёд, и я благодарно кивнула.

– Оникс Луин, – представилась, чтобы портье внёс имя в книгу регистраций. Заплатила десять золотых за две недели проживания, получила ключи от номера и следом за новым знакомым поднялась на третий этаж.

– Ну, что ж, бывай... Оникс Луин, – хмыкнул лисехвост. – Рад был познакомиться.

– Взаимно, Ларс, – я коротко кивнула и нырнула в свой номер, крепко запирая дверь на все замки и спешно беря координаты. Потом налюбуюсь современной обстановкой и с удовольствием погуляю по городу. Сейчас бегом домой, а то пятая точка уже горит, предчувствуя неприятности.

Глава 11

Я дышала, как астматик, ноги налились чугуном и не желали становиться на очередную ступеньку, поясницу ломило так, что последние два этажа я шла, согнувшись и обеими руками цепляясь за перила. Чертова конспирация. Раз я лежу больная в своих апартаментах, естественно, не могу подняться туда на лифте. Шпионящую за мной программу Владыки от такого заглючит. Сорин специально не стал её уничтожать. И мы дружно делали вид, что ничего о ней не знаем, поэтому создали эту лестницу вне досягаемости датчиков, чтоб его Величеству пусто было!

– Давай, ещё три этажа, – подбадривал Рик. – Я бы помог, но не могу спуститься ниже.

Сто метров или тридцать этажей – предел для его тела, на шаг дальше – и наниты рассыплются пылью.

– Сейчас… минутку, передохну чуть-чуть, – я прислонилась разгорячённым лбом к холодному металлу перил.

– Ты совсем размякла.

Он прав, я давно забросила сложные тренировки и теперь пожинала плоды своей лени. В башне всего триста пятьдесят этажей, раньше я могла взлететь наверх, даже не запыхавшись.

Я сейчас заплачу, где моё тело лисехвоста?

– Нира, хоть ползи, но давай быстрей. Сорин не может так долго притворяться бесчувственным. Ещё немного и твой Владыка вызовет медиков.

– Не надо медиков, – во мне наконец проснулось десятое дыхание, девятое сдохло на трёхсотом этаже. – И с чего это он мой?

– Ни с чего, – вдруг подозрительно быстро согласился Рик. – Ты только шевели конечностями. Вот так, давай, ещё этаж, и я тебя отнесу.

Хочу на руки к Рику, я вообще шла только потому, что он ждал меня там наверху. Но странное замечание про Владыку насторожило. И когда искин подхватил моё обессиленное и дрожащее тело на руки и помчался вверх, спросила:

– Рассказывай, что у вас происходило.

– Я покажу.

Наверно, это хорошо, что он нёсся так быстро, что я, едва схватив самую суть всех событий, не успела возмутиться их с Сорином поведением. Меня ураганом внесли в спальню, сорвали верхнюю одежду, швырнули на кровать и едва успели прикрыть простынёй, как в спальню тоже ворвался Его Величество и каким-то совершенно больным взглядом вперился в моё лицо.

А он с чего запыхался? Толкал аэрокар, чтобы быстрее летел?

– Живая.

В два шага он оказался возле кровати, сгрёб в охапку и зарылся лицом в мои мокрые от пота волосы. Меня затрясло от накрывших чувств мужчины: страх не успеть, опоздать, больше никогда не увидеть, и огромное облегчение, что лихорадка отступила.

В голове мутилось от разрозненной информации, перед глазами ещё мелькали воспоминания о том чудесном мире, смешиваясь с картинками, показанными Риком, как Его Величество прилетал каждый день, чтобы лично справиться о моём здоровье. А мне всё не становилось лучше и последние сутки я вообще пролежала без сознания, и он всё это время был здесь, отлучился всего на полчаса, а я чуть не умерла.

Мои руки и ноги до сих пор дёргались от подъёма пешком на триста двадцатый этаж. Неудивительно, что, почувствовав моё состояние, он принял его за предсмертные судороги.

– Ваше Величество, что вы тут делаете?

Мужчина замер, отстранил меня и аккуратно уложил обратно на подушки. При этом он так побагровел, что я испугалась за его здоровье, как бы с ним не случился апоплексический удар.

– Я сейчас выйду на минуту, – сказал он, вставая. – Потом вернусь, и мы поговорим.

Он буквально вылетел из комнаты, и я услышала в гостиной страшный грохот. Бедная моя мебель!

Рик отделился от стены, где до этого успешно маскировался под картину, и шагнул к кровати.

– Нервный он у тебя.

– Рик, прекрати.

– Давай, глотай быстрей, – он сунул мне стакан с пилюлей, и я послушно проглотила.

– Что это?

– Лекарство поднимет у тебя на сутки температуру, ты же помнишь, что у тебя лихорадка?

Я кивнула.

– Хорошо, ложись.

Искин снова исчез, а я плюхнулась на подушки.

На этот раз Владыка вернулся спокойный. Никакого красного лица и багровой шеи. Сел рядом на кровать, взял меня за руку и улыбнулся. Господи, я его боюсь!

– Давай, раз и навсегда договоримся: больше никаких Владык и Величеств. Обещай мне, Янира!

И видя, что я абсолютно ничего не понимаю, вздохнул.

– Просто скажи: обещаю.

– Обещаю, – послушно повторила.

Этот мужчина пугал меня своими безумными сменами настроений, и я была готова пообещать, что угодно, лишь бы не бесить его... вернее почти, что угодно, – от Рика не откажусь!

– Только и вы пообещайте больше не крушить мой дом.

– Прости, я не знаю, что со мной творится. Обычно я так себя не веду, но когда ты рядом, не владею своими чувствами.

– Наверно, дело в этом, – я подняла руку, показав его «подарок». – Может, хватит? Снимите его, пожалуйста. Я не откажусь от сделки и выполню все условия.

И тут я поняла, что он меня не слушает. Водит взглядом по моему лицу, открытым плечам, опустился на обрисованное простынёй тело. И я почувствовала, как во мне просыпается желание... его желание. Я не хотела, не хотела испытывать его жгучую страсть, потому что она во мне пробуждала ответное желание, огненным смерчем закручивающееся во всем теле, а ведь он сейчас разделяет все мои чувства, и они, резонансом усиливаясь с его необузданным возбуждением, снова возвращались ко мне, сводя с ума уже нас обоих.

Не знаю, как я оказалась в его объятиях. Не знаю, куда делась его рубашка, и горячая мужская грудь прижалась к моему обнажённому телу. Он целовал меня всю – лицо, шею, ключицы. Его руки сжимали талию, и я вся горела от пульсирующего желания. Сознание стучало в виски, говорило, что это не мои чувства, что мне их навязали, а тело предавало, отзываясь изгибами и стонами на малейшую ласку. Я не хотела чувствовать его поцелуи, не хотела, чтобы меня касались чужие руки, и в то же время я бы умерла, если бы Владыка сейчас остановился. А потом представила, как посмотрю завтра в глаза Рику, и усилием воли провалилась в беспамятство.

– Нира, открой глазки, я знаю, что ты уже не спишь.

– Вали в ад, Рик, – буркнула, зарываясь ещё глубже лицом в подушку, и услышав тихое: «Я уже там», подскочила как ужаленная.

– Прости, прости, прости меня, пожалуйста!

Я сидела на кровати, понурив голову, пунцовая от стыда, не смея поднять на него взгляд.

– Эй, брось! Ничего же не случилось. И вообще, ты собираешься есть свой завтрак? Иначе он остынет.

– Рик, а если бы случилось? – я нашла в себе смелость поднять голову и посмотреть ему в глаза. – Ты бы так же спокойно предлагал мне завтрак?

Он тоже прекратил дурачиться, и странная грусть промелькнула в его взоре.

– Он подходит тебе больше, чем я.

– Ты это серьёзно сейчас сказал? – я не верила своим ушам.

Так вот почему он не вмешался? Решил благородно уйти с дороги?

– Он живой, Нира. С ним у тебя есть будущее.

– Какое будущее, Рик? – взорвалась я криком. – Любовницы, которая даже не имеет прав на свои чувства? Которые можно просто навязать?

– Он осознал свою ошибку, – не слишком весело улыбнулся искин. – Поэтому Сорин попросил его уехать, и он не вернётся, пока ты сама не позовёшь.

– И поэтому забыл снять с меня это? Так он осознал? – я подняла руку, на которой до сих пор красовалось украшение Владыки.

Подорвавшись с кровати, рванула в душ. Резко включила самую горячую воду, какую могла вынести, и стала яростно намыливать тело, стараясь смыть каждый поцелуй Его Величества, каждое прикосновение, я бы и кожу содрала, если бы могла, настолько чувствовала себя грязной.

– Никогда в жизни ему не позвоню! – крикнула сквозь шум льющейся воды, чувствуя, что меня всё ещё колотит от злости.

Посмотрите, какое благородство! Их Величество оскорблённо удалились и дают мне шанс исправиться.

– Да-да, мы поняли.

Услышала я смех двух искинов, и как ни странно это помогло успокоиться. Но выходку Его Величества всё равно не прощу!

Закончив мыться, я завернулась в полотенце, пришла на кухню и накинулась на завтрак.

– Сорин, состояние защиты.

– Сто процентов.

Надо же, было восемьдесят.

– Отмени все гостевые доступы.

– Сделано.

– Вообще все отмени.

– Даже ваш?

– Сорин!

– Хорошо, я понял, сделано.

Рик сидел напротив и благоразумно помалкивал, а у самого в глазах плясали смешинки.

– Рик, расписание леди Милисенты на сегодня и всю предстоящую неделю.

– Вы с Эриком получили два приглашения на завтрашний вечер собрания исторического общества. Позвонить принцу?

– Нет, больше никаких мелькающих вокруг неё остроухих. Муж не дурак – она везде с охраной и под наблюдением. Эрик сделал свою работу, девушка пошла на контакт. Дальше разберёмся сами.

– Всё-таки похищение? – Рик стал серьёзным.

– Да, – не стала я развивать тему и была рада, что ни Рик, ни Сорин не стали со мной спорить.

Весь день я провела, создавая новый образ. Поставив свою голограмму в облике рыжего лисехвоста посреди гостиной, ходила кругами, придумывая кем бы стать. Мальчиком-подростком? Но я не знала, как в Ашентри воспримут, если юный лисехвост будет жить вместе с эльфийкой. В том, что Милисента примет именно этот облик, я не сомневалась, генетика у неё подходящая. Да и мне постоянно притворяться мальчиком не хотелось. К тому же Ларс в курсе, что я девушка. И что-то подсказывало, что мы ещё пересечемся.

Стать девушкой? А в каких отношениях могут быть парящие в небе эльфы и живущие в лесах лисехвосты? Вряд ли дружественные, это бы исторически не сложилось, а стать служанкой лисехвостка не могла, не та порода. Телохранительница? Уже ближе, но всё равно надо продумать всё сейчас. Потом что-либо менять будет поздно. Я хотела пожить в Ашентри. И если быть честной, Милисента была лишь поводом, чтобы туда сбежать.

– Ты открыла новый мир? – Рик появился развалившимся на диване и с неподдельным удивлением рассматривал голограмму.

– Совершено случайно.

– Как всегда.

– Рик, он без магии и абсолютно волшебный! – я даже не пыталась скрыть восторг в голосе.

– Всё с тобой ясно, – заулыбался искин.

– А ты кем хочешь стать?

Рик усмехнулся, понимая, что теперь ролью голосового помощника ему не отделаться.

– Твоим телохранителем, кем же ещё.

Да что он такой упертый? То нагло соблазнял. И когда я решилась, вбил в голову что нам надо ждать окончания задания. Но легенда о телохранительнице юной эльфийки с собственным телохранителем, явно не подходит.

– Может, для разнообразия побудешь моим мужчиной? – решила действовать открыто, а то до некоторых не доходит, что после вчерашней выходки Его Величества, ждать я не намерена.

– Хочешь сделать из меня лисехвоста? – искин сощурился, а у меня округлились глаза, когда представила его с лисьими ушами и пышным хвостом.

Рик сразу насторожился, совершенно правильно поняв мой взгляд.

– Ни за что!

– Рик, ну пожалуйста, пожалуйста, ну хоть просто покажи образ, ну Ри-и-ик.

– Ваша Светлость, вам входящий видеовызов, – сообщил Сорин.

– От кого?

– Его Высочество принц Эван.

– Отмени. И больше не сообщай о вызовах ни от кого из их семейки.

Пока говорила с дворецким, выпустила из виду Рика, а когда повернулась, диван был пуст.

Смылся, ну и ладно.

Фыркнув, вернулась к созданию образа и продумыванию легенды. Что если не мудрить? Представить всё так, что Милисента тоже захотела жить в Ашентри. Приехала, заселилась в ту же гостиницу, мы «случайно» встретились, познакомились и стали подругами... А если не станем? Мне без разницы, а она сможет жить одна? Ладно, найдёт прислугу, деньгами я её обеспечу.

С этим вопросом решили, теперь надо подготовиться к завтрашнему вечеру. Перебравшись в библиотеку, чтобы не шокировать Сорина и Рика видами доисторических гадов, засела штудировать всю возможную информацию по историческому обществу, заодно пытаясь понять, каким ветром в него занесло Милисенту.

Свет настоящих хрустальных люстр, звуки шагов по деревянному паркету, живая музыка оркестра, тихий звон бокалов с искрящимся шампанским, вышколенные слуги. Сотни безукоризненных мужчин и прекрасных женщин в роскошных платьях и сверкающих бриллиантах. Я пожалела, что пришла сюда без сопровождающего. На такие мероприятия не принято ходить одной – это неприлично. Надо было взять хотя бы Рика, но в приглашении этот пункт был указан особо – никакой электроники. Допускались только идентификаторы, вживлённые в тело. Всё же это собрание исторического общества. И на входе служба безопасности строго следила, чтобы никто из приглашённых не принёс ничего запрещённого. Даже часы у мужчин были архаической древности, полностью механические.

Взяв у подошедшего слуги бокал шампанского с подноса, медленно пошла по залу в поисках знакомых лиц.

– Княгиня Лисовская? – заступил дорогу незнакомый парень.

Высокий, спортивного сложения блондин с голубыми глазами. Такие появлялись в роликах головидео катающиеся без антигравов на лыжах и сноубордах в горах. Спортсмены-экстремалы.

– Мы знакомы?

– Боюсь, что нет, но я бы хотел представиться. Йен Вебер, барон фон Ульрик, – парень склонился к моей руке для поцелуя.

– Рада знакомству, барон.

– Зовите меня просто Йен.

А он шустрый, ну ладно.

– Прошу и вас тогда обращаться ко мне по имени.

– Буду только рад, Янира. Вы давно увлекаетесь историей?

– Почти всю жизнь.

Учитывая сколько времени довелось провести в мирах со средневековым развитием, я не солгала.

А парень оказался милый и начитанный. Мы отошли к окну, откуда открывался отличный обзор на зал со всеми присутствующими. Я в пол-уха слушала об истории создания этого общества, при этом незаметно следя за Милисентой. Она всё время была не одна, и мне не удалось пересечься с ней даже взглядом.

– Мне так жаль, что такая трагедия случилась с вашим мужем. Знаете, в молодости мой отец и князь Лисовский вместе учились в университете, я сам недавно узнал об этом.

Я еле переключила внимание на слова Йена. Это что сейчас было?

– У нас был фиктивный брак. И тем не менее, смерть мужа стала для меня настоящим ударом.

Этот брак устроил Торгет Урингтон, заручившись согласием князя, чтобы ввести меня в высшее общество. Оуэн был наставником графа в теневом бизнесе и, уйдя на пенсию, передал ученику всех своих клиентов. Мне было двадцать четыре, когда я вышла за князя Лисовского, а ему двести восемьдесят шесть. И умер он не трагически, а от обычной старости.

Естественно, я не была в числе его наследников, их и без меня хватало. У нашего брака была другая цель, и наличие у меня собственного состояния быстро заткнуло рты сплетникам, а также позволило сохранить тёплые отношения с его настоящей семьёй. Оуэн скончался спустя три года нашего супружества, успев научить меня очень многому, и титул вдовствующей княгини Лисовской мой по праву, пока снова не выйду замуж. В этом не было никакого секрета, информация была общеизвестной. И то, что Йен вдруг завёл эту тему, не сказать, чтобы удивило, просто было неинтересно.

– Извините, мне надо в дамскую комнату, – я решительно направилась прочь от барона.

– Княгиня, простите.

Он бросился за мной, и я ускорила шаг.

– Янира, прошу вас!

Барон догнал, преградил дорогу. И взгляд такой щенячий.

– Если бы вы знали, как долго я набирался храбрости, чтобы подойти к вам, завязать знакомство!

Я попыталась обойти его, но он опять заступил дорогу.

– Прошу вас не уходите, дайте мне хоть шанс!

Меня сейчас стошнит.

– Дама не желает продолжать знакомство, вам лучше уйти.

Услышав за спиной ледяной голос Эрика, я вся одеревенела. А он откуда? Я же уничтожила его приглашение.

Йен бросил на меня умоляющий взгляд.

Я зажала рот рукой, чтобы сдержать рыдание. Не могу, не могу! Сначала Владыка эльфов, теперь этот юноша! А единственный мужчина, чьё внимание мне нужно, решил поиграть в благородство. Чёртов искин! Как же я их всех ненавижу! Видимо, Йен понял, что настаивать дальше неуместно, и с достоинством поклонился.

– Прошу меня простить, Ваша Светлость, – и он скрылся в толпе гостей, оставив меня наедине с Эриком.

– Не подходи, – зашипела, когда парень попытался взять за руку.

– Ладно, не трогаю, – парень шагнул назад. – Нашей птичке тоже нехорошо. Встретитесь в дамской комнате.

И Эрик тоже исчез, будто его и не было. Пару раз глубоко вдохнув, постаралась унять ноющее сердце и поискала глазами Милисенту. Муж под руку вел её в дальний конец зала. И выглядела юная леди бледней обычного. То есть Эрик с Йеном всё это спланировали? Да полно! Был ли это Йен? Скорее замаскированный Эван. И меня просто развели на эмоции, чтобы у двух несчастных девушек появилась тема для разговора! В пору разозлиться, но время дорого, другого случая поговорить может не представиться. Если её завтра положат в клинику на сохранение до самых родов, это сильно усложнит дело.

В дамской комнате мы оказались не одни, поэтому я не стала подходить вот так явно. Милисента была бледней смерти, на лбу испарина. Она стояла, опершись руками о раковину, смотрела на своё отражение и, закусив губу, чуть не плакала.

Я поплескала в лицо водой, промокнула полотенцем и спросила участливо:

– Дорогая, вам плохо?

О, на меня наконец обратили внимание! И бледная тень улыбки появилась на лице несчастной.

– Это вы? Вы всё-таки пришли.

– Я не могла отказаться, – сказала как можно мягче.

– Но вы одна...

– Вы же знаете мужчин, – моя улыбка из участливой стала снисходительной. – Им сложно совмещать светские мероприятия со своими делами.

Улыбка девушки стала чуть живее, когда она поняла, что брат её любовника никуда не делся, просто не появляется перед её мужем, чтобы не компрометировать.

– Вы не проводите меня?

Она, пошатнувшись, протянула руку, и я помогла ей опереться на свой локоть. Кажется, дела у неё совсем плохи.

За дверью дамской комнаты нас встречал её муж Гарри Стоутон, и Милисента, отпустив меня, опёрлась на его руку.

– Спасибо вам, княгиня.

– Зовите меня Янира.

– С тобой всё хорошо? – мужчина нахмурился. – Может, поедем домой?

– Если это возможно.

Бывший посол бросил на меня короткий взгляд и повёл жену к выходу.

Весь разговор минута пятнадцать секунд. И что имеем по итогу? Ничего. Кроме злости на бесстыжих манипуляторов и зародившейся тревоги за девушку.

Дома я долго не могла уснуть, ворочалась в постели, прокручивая в мыслях сегодняшний вечер. Эрик больше не появлялся, я побыла на приёме ещё полтора часа и, так и не дождавшись лекции про почти полюбившихся мокриц, тоже уехала. Приходилось признать, что со своей имитацией болезни я здорово прокололась. Еще два дня назад лежала без сознания при смерти и вдруг жива-живёхонька отправилась на светский раут. Что обо всём этом подумает Его Величество, меня не волновало. Я выполняю работу, для которой он меня нанял, а как я её делаю, никого не касается.

Только почему на душе так гадко?

Поняв, что не усну, пошла на кухню, открыла холодильник, достала бутылку виски и, взяв стакан, села за барную стойку.

– Не зажигай свет, – попросила Рика, когда над стойкой начал разгораться светильник.

– Хорошо.

Свет погас, оставив нас в кромешной тьме. Даже огни на причальном балконе потухли.

Я молча налила полстакана, залпом выпила и сразу налила ещё.

– Хочешь побыть одна?

Зачем он спросил? Не хочу я быть одна, но и Рика сейчас видеть не могу. Мне до сих пор перед ним безумно стыдно, хотя умом понимаю, что в случившемся нет моей вины. Но и поведение Его Величества сбивало с толку.

– Позвони ему.

– Совсем спятил? И ты не смей звонить, и так уже достаточно поспособствовал.

Наставник удивлёно вздёрнул бровь.

– Я-то причём?

– Только не делай удивлённое лицо, как будто ничего не понимаешь. Это из-за нас тогда у Владыки сорвало крышу, и всё покатилось к чертям собачьим.

Так, кажется, я выпила лишнего, раз начала ругаться. А Рик вдруг рассмеялся.

– Тебе смешно?

– А тебе нет? Сам Владыка эльфов ходит вокруг тебя кругами, а ты при любой возможности от него сбегаешь. Даже в обмороки падаешь.

– И что? Я, по-твоему, должна спать со всеми, кто по мне вздыхает? – меня передёрнуло от воспоминай о той ночи.

– Нет, конечно, но представь всю эту ситуацию его глазами?

Я представила и засмеялась. Рик широко улыбался, и я, не выдержав, рухнула на барную стойку, уткнувшись в сложенные руки, чуть не рыдая от хохота.

– Он меня убьёт.

– Или женится, раз не может заполучить по-другому.

– Тогда ты его убьёшь.

– С какой радости?

Я аж икнула от возмущения.

– То есть ты готов отдать меня ему? Даже бороться не станешь?

Вот я и сказала то, что больше всего бесило в этой ситуации.

– И как, по-твоему, я должен бороться? – произнёс Рик очень тихо.

И взгляд такой, что я была готова откусить собственный язык, впервые посмотрев на ситуацию его глазами. Потому что, если на мгновение... только на мгновение представить, что передо мной сидит не цифровая копия воспоминаний наставника, а он сам. Что ему каким-то немыслимым способом он удалось сохранить в цифровом коде своё сознание со всеми эмоциями и чувствами. И теперь он вынужден наблюдать, как другой мужчина входит в мою жизнь. И при этом не иметь никакой возможности этому помешать или уйти, потому что вместилище его сознания в моём браслете, и я могу его просто отключить.

Уж лучше бы он и правда был обычным искином, компьютерной программой! Но в глубине души я всегда знала, что это не так.

– Это ведь ты, Рик?

– Ты пьяна, – он отобрал у меня стакан и бутылку, пошёл ставить на место и, закрыв холодильник, сразу исчез.

А я осталась сидеть в темноте и не могла перестать глупо улыбаться.

Глава 12

– Ваша Светлость, вам входящий видеовызов, – возвестил дворецкий.

– Сорин, я же сказала никаких вызовов от этой семейки.

Что за навязчивые эльфы! Только от работы отвлекают. Я ещё раз обошла свою лисехвостую голограмму кругом, уже определившись, что останусь девушкой, а кто спросит, зачем притворилась парнем, отвечу честно: для безопасности во время путешествия.

– Вызов от леди Милисенты.

Я вздрогнула, услышав это имя. Взмахом руки заставила голограмму исчезнуть и ринулась к дивану, чтобы за спиной во время связи виднелось небо, а не кухня и вход в спальню.

– Прими.

Я много раз репетировала наши с ней разговоры на все возможные темы, но к чему я не была готова, так это к тому, что на развернувшемся изображении увижу её мужа.

– Ваша Светлость, прошу простить, что звоню без предупреждения.

У меня сердце упало в пятки, и в голове начали стремительно прокручиваться варианты событий, заставивших его позвонить, один мрачней другого.

– Я вас слушаю, лорд Стоутон.

– Милисента сбежала. И вы последняя, с кем она говорила, может, она вам что-то сообщила? Может, намекнула? Хоть что-то...

Шквал охвативших эмоций заставил вцепиться в обивку дивана. Милисента сбежала? Перед глазами всплыл её бледный, почти анемичный облик. Как такое вообще возможно? И муж на самом деле за неё волнуется, невозможно сыграть такую отчаянную безысходность. Это мгновенно перевернуло всё видение этой ситуации с ног на голову. Хотелось крикнуть Рику: «Я же говорила!» Так, стоп! Маньяки тоже за сбежавших жертв волнуются, даже плачут, а потом всё равно режут на кусочки. Пока не выясню всю подноготную у самой девушки, больше никаких поспешных выводов. А он ждёт моего ответа, только я понятия не имею, что ему сказать.

«Правду о том, что было на вчерашнем вечере», – подсказал по нашей связи Рик.

Хорошо... да... об этом можно и нужно рассказать. Я задышала спокойней.

– Это ужасные новости! Но я право не знаю, чем вам помочь. Мы были едва знакомы. Вчера она плохо себя чувствовала, и мне не хотелось навязывать общение. Я просто её поблагодарила за присланное приглашение. Больше ничего, клянусь вам.

– Но она присылала вам два приглашения, может…

Сбежала к любовнику?

Надо срочно выводить семью Владыки из-под подозрения. У Милисенты была интрижка с эль Вариэлем. Никаких эльфийских принцев – точка.

– Нет. Оно было для Его Высочества наследного принца Великого Леса из мира Ротан – Эрика лэрд Норинтейна. Меня попросили на время пребывания Его Высочества в нашем мире быть его официальной спутницей. Он интересуется историей Земли, поэтому Милисента и прислала нам приглашения.

– Понятно, – мужчина сник. – Простите за беспокойство, Ваша Светлость.

– Никакого беспокойства, лорд Стоутон, и очень прошу вас, держите меня в курсе.

– Да, конечно, – обронил он рассеянно и, не попрощавшись, отключился.

Я же, вскочив с дивана, забегала кругами по гостиной.

– Куда она могла деться? На самом деле сбежала? Или муж её убил и теперь разыгрывает партию с побегом, обеспечивая себе алиби? Рик, а может её похитили эльфы, и их сейчас ждёт задержание на станции межмирового портала? Нет, они же не настолько идиоты. Или это она хитрая интриганка, и вся эта бледная немощь, чтобы обвести вокруг пальца мужа? Тогда у неё должен быть сообщник...

Я замерла на месте, глядя перед собой невидящим взором.

– Нира, ты меня пугаешь, успокойся, – Рик вручил мне стакан с успокоительным напитком.

Я выпила залпом, но вкуса даже не почувствовала.

– Она сбежала к Эмиту.

– Уверена? – в голосе наставника звучало явное сомнение.

– Нет, – я без сил рухнула обратно на диван. – Я уже ни в чём не уверена. Она не настолько отчаялась, чтобы бежать сразу к любовнику, и я уверена Владыка дал недвусмысленный приказ ни под каким предлогом не выпускать младшего наследника из Великого Леса. Стража выполнит приказ любой ценой. Межмировой скандал никому не нужен. Я просто не знаю, что делать.

– Входящий вызов от Его Высочества принца Эрика, – подал голос Сорин. – И я настоятельно рекомендую на него ответить.

– Хорошо, принимай.

– Вижу ты уже в курсе, – начал без предисловий Эрик и выпалил в ярости, – я тебе это припомню!

Кажется, муж Милисенты сразу после меня позвонил ему.

– Значит, я тут с визитом? И ты моя официальная спутница на всё время пребывания на Земле? Ну так готовься! Сегодня званый вечер в посольстве. Заберу тебя в восемь, и только попробуй быть не готова. Отправишься в том, в чём я тебя увижу.

Связь оборвалась, и Рик присвистнул.

– Некрасиво получилось.

– Рик! Какой званый ужин! Мне Милисенту искать надо!

– Так ищи, до вечера уйма времени, но к восьми отправишься с принцем на приём. Ты сама его в это втравила, он имеет право отыграться. Хорошо хоть Владыку не упомянула.

Меня перекосило, когда я представила, во что бы это могло вылиться.

– Рик, прошу не утешай меня больше, от таких утешений становится только хуже.

– Зато перспектива провести вечер с Эриком уже не кажется такой ужасной, правда?

И этот наглец, подмигнув, опять исчез.

Да что ж он бегает от меня всё утро? Нам поговорить надо, а тут события, как горная лавина, сбивают с ног и валятся на голову.

– Думаю, суетиться прямо сейчас нет смысла. Муж по своим каналам уже подключил полицию, они просмотрят все видеозаписи и, найдя, где камеры засняли её последний раз, оттуда начнут поиски. Проследим за ними и уже тогда будем строить свои версии событий.

– Это уже похоже на план.

Просматривая боковым зрением мелькающие вирт-окна с полицейскими отчётами о продолжающихся поисках Милисенты, я тщательно экипировалась к вылазке на её поиски. Кадры, как двое в чёрной броне без единого опознавательного знака тащат прочь от лимузина девушку, очень похожую на леди Стоутон, к аэрокару и тот, взлетев, скрывается в одной из башен, уже час крутили по всем голоновостям. Полиция предположила, что похитители скрылись на подземных уровнях.

Такое предположение было вполне естественным. Прятаться в башнях, подконтрольных полиции и напичканным камерами слежения, нет никакого смысла. Значит, оттуда есть прямой выход в подземные зоны. Но эта наводка была настолько явной, что не выдерживала никакой логики.

Рик тоже готовился. Стоял неподвижно, закрыв глаза. Только глазные яблоки двигались, выдавая, что он обрабатывает огромные массивы информации. Обычно его хватало и на болтовню, и на работу, но не сейчас, поэтому я не мешала.

Застегнула поверх комбинезона пояс. В случае необходимости он активизирует броню. Оружие было скрыто в перчатках и пока недоступно. Но сейчас оно и не нужно, я хотела пройти от места похищения до той башни и на месте оценить обстановку. На пояс повесила блок с более мощным защитным полем, чем в браслете, на руку надела наруч со сканером и настроила допреальность на показ результатов сканирования пространства во всех диапазонах от инфракрасного до рентгеновского. И застыла, увидев свою гостиную. Она вся была расцвечена красными и оранжевыми пятнами.

– Что это такое?

– Следы магии, – пояснил Сорин.

– Но как?

– Сканирование в новом диапазоне частот. Последняя разработка Рика.

– Сможешь убрать эту гадость?

Потому что у меня не получилось, в других мирах я обладала магией, но здесь она была мне недоступна.

– Запускаю программу по созданию нанитов с соответствующими характеристиками.

– Сорин!?

– Княгиня, вы же не думали, что средства поступают от аренды? Научный центр ваших родителей до сих пор функционирует, только полностью автоматизирован.

Я заскрежетала зубами.

– И кто его курирует?

– Я, – Сорин улыбнулся. – И Рик. Наниты созданы, запускаю тестовую партию.

Они издеваются? Я во все глаза смотрела, как в изображении допреальности следы магии исчезают, словно горничная стирает тряпкой со стен следы кетчупа.

Рик открыл глаза, глянул на меня, и его нанитовое тело поплыло, превращаясь в чёрную массу, постепенно увеличиваясь в размерах. Потом вновь начало приобретать форму, и спустя минуту передо мной стоял боевой робот высотой в два с половиной метра, вооружённый плазменной пушкой, способной одним выстрелом разнести полбашни. Рик подвигал бронированными плечами, повертел головой, несколько раз переключился между разными видами оружия, появляющегося из его боевых перчаток, и принял свой обычный облик.

– Всё, я готов.

Я икнула.

– Рик, ты ли это?

Мужчина сверкнул глазами и бесшабашно улыбнулся.

– Взломал базы военного министерства и позаимствовал несколько интересных схем для боевых искинов.

– Всего лишь несколько?

– Или не несколько, – он пожал плечами.

– И как ты собрался протащить этого монстра за пределы башни?

Он вообще помнит про ограничения для нанитовых тел искинов?

– А мы разве не сказали? – Сорин изобразил такое искреннее удивление, что у меня по спине поползли мурашки, перевёл взор на Рика и улыбнулся отеческой улыбкой. – Покажи, сынок.

– Эм, лучше бы в облике робота, ну да ладно.

Рубашка распахнулась, грудь мужчины стала прозрачной, и там, где у людей бьётся сердце, я увидела тёмный кристалл с полыхающими внутри багровыми искрами.

В горле разом пересохло, и я заговорила сиплым голосом:

– Только не говорите, что это то, о чем я думаю.

– Ладно, не скажем, – грудь Рика приняла обычный вид, и он с самым невозмутимым видом застегнул рубашку.

– Тоже ваша последняя разработка? – я сощурилась.

– Одна из последних, – с гордостью сообщил Сорин. – Портативный блок питания для поддержания нанитового тела. Его заряда пока хватает на три часа, но мы над этим работаем.

Он надел мне на другую руку второй наруч.

– Это контейнер, переносить энергоблок, сделан так, что никто не засечёт его излучение.

Классно, теперь у меня в кармане будет переносная бомба, которая может разнести полгорода, а они шутники, однако.

Эй, а что происходит?

– Рик, ты что делаешь?

Мужчина прямо на моих глазах осыпался чёрной пылью. И в ней, как рубин на бархатной подушке, остался лежать кристалл энергоблока с пульсирующими всполохами, словно биение пульса. Наклонившись, взяла его в ладони и замерла со смесью благоговения и ужаса.

– Осторожно, – Рик, появился в виде голограммы. – Ты держишь в руках моё сердце.

Я вздрогнула, чуть не уронив кристалл. Символично, аж до мурашек.

– Не волнуйся, я не дам ему разбиться.

– Ну положим, чтобы разбить, по нему надо ударить, как минимум, метеоритом, но мне приятно, что оно будет у тебя, – улыбнулся мужчина.

– Умеешь ты всё испортить, – я тоже зафыркала от смеха, убирая кристалл в контейнер. – Ты зачем сбросил тело?

– Сейчас от меня будет больше пользы как от искина. Материализуюсь, когда будет необходимо.

– И как мы потащим с собой наниты?

Пыль под ногами пришла в движение и вскоре там остался лежать обычный военный бронежилет. Понятно – тащить мне.

– Я хоть подниму его? – предположила, вспоминая робота. – В нём веса, наверно, полтонны.

– Он оснащён антигравитационным блоком, – Сорин помог надеть жилет, сам проверил все застёжки и подтолкнул к Рику.

А мне стало интересно, я бы вообще когда-нибудь узнала, чем они занимаются за моей спиной, если бы не исчезновение Милисенты?

Пока летели, я молчала, но по глазам наставника видела – он прекрасно понимает, что моего терпения хватит ненадолго.

– Вы хоть осознаёте, что изобрели? – до меня только сейчас дошли масштабы катастрофы, которая разразится, если о виртуализации сознания и портативном блоке станет общеизвестно.

– Бессмертие? – Рик округлил глаза в притворном удивлении. И видя, как я задохнулась от возмущения, захохотал.

– Рик не смешно.

– А, по-моему, очень, – мужчина плавно повёл флайер на снижение, мы быстро приближались к точке исчезновения Милисенты. – Ты рано паникуешь, Нира. Технология, как минимум, недоработана. Три часа автономного питания – ни о чем по сравнению с запросами искинов.

– А когда вы её доработаете? Ты понимаешь, что каждый, кто окажется на пороге смерти, захочет оцифровать сознание и обзавестись нанитовым телом? А учитывая ваши практически безграничные возможности, оцифруется все человечество, что тогда станет с нашей цивилизацией?

– Мне лестно, что ты такого мнения о моих возможностях. Но они далеко не безграничны. И когда действую как искин, я всегда предельно осторожен, иначе грамотная защитная программа сотрёт меня до настроек пылесоса. К тому же сервера будут подконтрольны живым. Думаешь, люди захотят себе такого будущего? Так что говорить о каком-то технологическом прорыве рано. И ты забываешь, что многие компании ведут разработки в этом направлении. Просто мы с Сорином оказались первыми.

Наставник посадил флайер в квартале от места предполагаемого похищения. Ближе нельзя – засекут полицейские сканеры.

– Прилетели.

– Мы ещё поговорим об этом, – пообещала я зловеще, переключая мысли на поиски Милисенты.

Глава 13

Активировав доспех, перешла в невидимый режим, выпрыгнула из флайера и, ориентируясь по карте на окне допреальности, легко побежала, лавируя между людей и движущихся у земли аэрокаров. Оказавшись в десяти метрах от работающих полицейских, притаилась за углом.

– Три патрульные машины охраняют криминалистов, – отметила я высветившиеся автомобили и людей на своей миникарте и включила стандартное сканирование, но оно ничего не показало.

– Сканирование на биологические объекты, – дала задание Рику, повинуясь привычке использовать его ресурсы как искина, и запнулась, тут же поправляя формулировку. – Рик, сравни с заданными генетическими характеристиками.

Зря я что ли держала Милисенту за руку?

– Ноль совпадений, – мужчина понял моё замешательство. – Нира, не тупи, работаем в обычном режиме.

Хорошо, так лучше. Мы привыкли понимать друг друга с полуслова, с полужеста, и сейчас, когда счёт жизни Милисенты может идти на минуты, не до расшаркиваний. Хотя оба осознавали, что от разговора никуда не деться. Я не понимала, почему он молчал все эти годы. Но больше всего злилась на себя, как могла не замечать очевидного?

– Что по магическому фону?

– Тоже чисто, – доложил Рик. – Её тут не было.

Мы с самого начала так и думали, но я решила до конца проверить этот след. Развернувшись, помчалась по пути аэрокара к башне, чувствуя, как с помощью доспеха ускоряюсь до скоростей, немыслимых для человеческого тела. На обследование башни ушёл час. Все этажи, все системы, сканирование во всех диапазонах и всё это на невероятной скорости. На несколько мгновений я вновь ощутила себя лисехвостом.

Убедившись, что ни Милисенты, ни её похитителей здесь никогда не было, скомандовала:

– К её дому.

– Будем брать штурмом? – улыбнулся Рик.

Вспомнив боевого робота, мелькнула мысль, что после нашего штурма от дома посла мало что останется, как и от соседних особняков и башен. Допрашивать будет некого.

– Нет, наведаемся в гости как официальные лица, выразим сожаление, предложим всю возможную помощь, заодно незаметно проверим дом.

– Понял, вызываю флайер.

Я сменила визуализацию доспеха на деловой костюм. Даже хорошо, что башня оказалась пустышкой. Если бы кто-то хотел убить жену посла, криминалисты бы уже работали на месте преступления, а раз она нужна живой, время на поиски у нас есть.

У дома четы Стоутон творилось настоящее столпотворение. Охрана, полиция, толпа зевак и журналистов с летающими повсюду и снимающими всё подряд дронами. Флайер завис на безопасной высоте, окутанный инвизом, вне досягаемости их действия.

– Плохая идея, спускаться туда, – прокомментировал Рик.

Я и сама это понимала. Едва пропала жена, как утешать мужа явится молодая вдова. От сплетней потом не отмоешься. Вот что значит три года не появляться в высшем свете, растеряла все навыки.

– Режим «Тень», – приказала я доспеху. – Скрыть по максимуму.

– Что ты делаешь?

– Устраиваю тренировку. Ты же сам говорил, я себя запустила.

Встав в открытом проеме двери флайера, оглянулась, улыбнувшись голограмме Рика, и прыгнула. Приземлилась перекатом на крышу и, уходя от активировавшихся камер наблюдения, бросилась к краю, перекинулась через парапет и зависла на стене, а потом как паук поползла к отрытому окну, чувствуя знакомое адреналиновое возбуждение. Оказавшись в гостевой спальне, двигаясь бесшумно, вышла в коридор и запустила сканирование. Весь дом хранил следы Милисенты, но ничего, что бы указывало, что её ловили или тащили бесчувственное тело. Проверив третий и второй этажи, проскользнула на первый.

Муж в окружении копов сидел на диване. Перед ним на журнальном столике светилось пустое окно голопроектора, и он смотрел на него совершенно безумным взглядом. Весь помятый, небритый и абсолютно отчаявшийся. Что бы не происходило между ним и Милисентой, к её похищению он не причастен.

Выйти из дома оказалось так же просто, как и попасть в него. Наверно, полиция отключила защиту. Фатальное упущение, но мне на руку. Зато я все больше убеждалась, что никакого похищения не было.

Вернувшись на крышу, встала на одно колено, коснулась рукой бетонного покрытия, вскинула голову и, вспомнив ощущение пребывания в теле лисехвоста, прыгнула. Задержать дыхание, три удара сердца – и я оказалась во флайере, тут же занимая место пилота.

– Рик, твой выход, – открыв контейнер, достала энергоблок.

Бронежилет начал с меня осыпаться, чёрными струйками наниты перетекли на соседнее кресло и спустя полминуты Рик появился в нанитовом теле, замерцал, исчезая под инвизом, и выпрыгнул из флайера, приземлившись позади толпы журналистов. Сработал антиграв, иначе бы он пробил бетон, уйдя в землю по колено. Мельком глянув на свой браслет, задохнулась от изумления – кристалл был пустой. Это что получается? Он переместил сознание в новое тело?! Очередная секретная разработка этой парочки, дающая полную автономность искинам? Теперь понятно, почему Рик не признавался, что выжил. Что он мог мне дать, оставаясь программным кодом? Только всегда быть рядом под видом индивидуального помощника. Но с изобретением новых технологий ограничений больше нет, и у него появилось будущее.

– Принимай картинку сканирования, – раздался родной голос в наушнике.

– Вывожу в допреальность.

Мир перед глазами расцветился зелёными неоновыми нитями – эльфийская магия Милисенты или её ребёнка.

– Тогда не отставай!

Рик развернулся, и смазанная тень, видимая только благодаря допреальности, понеслась по улицам с такой скоростью, что я едва успевала догонять его на флайере, лететь на сумасшедшей скорости, лавируя между башен, ныряя под мосты, на грани фола уворачиваться от встречных аэрокаров. Никакой секс не подарит столько адреналина. Неожиданно даже для меня Рик вдруг прыгнул с моста в залив.

– Да чтоб тебя! Режим батискафа!

Я направила флайер в воду. Что-то тяжёлое ударило в борт, открылся люк, замерцавший силовым полем, иначе бы меня затопило, и сквозь него прошёл абсолютно сухой мужчина. Задраил дверь, перебрался в кабину и расположился на кресле второго пилота. Я взмокла как мышь, а он даже не запыхался. Чёрт, я тоже хочу быть искином!

– Следуй за её магией.

Я направила батискаф за тонкой изумрудной полосой, видимой в допреальности, уходящей в мутную глубину залива. Вскоре луч прожектора высветил на дне бронированные ворота, которые при нашем появлении отворились и, едва мы оказались в шлюзе, съехались обратно, загерметизировав отсек.

– Откачка воды, – ударил по ушам голос искина, управляющего подводной базой. – Всем существам, не приспособленным к жизни в атмосфере, надеть акваскафандры, давление атмосферы 1g.

Вода стекла до пола. В стенах шлюза открылись проёмы, и из них выдвинулись стволы пушек, взявшие флайер на прицел.

– Что за...

– Не предпринимайте агрессивных действий, покиньте уникар, – продолжал вещать искин.

– Рик, ты куда нас завёл?

–Милисента здесь, надо только её найти.

– Ясно.

Мы вышли из флайера, держа руки поднятыми, показывая, что безоружны. Я косила взгляд на напарника. Он был абсолютно неотличим от человека и принял свой любимый облик – классические брюки, туфли и небрежно застёгнутая белая рубашка с рукавами, закатанными до локтя.

Двери шлюза, ведущие вглубь базы, разъехались в стороны, и сопровождаемые движением пушек мы вошли в коридор.

«Не волнуйся, они не поймут, что я искин, не тот уровень технологий», – услышала его голос в наушнике.

Хорошо. За Рика я сама разнесу эту базу к чёртовой матери. Я не готова потерять его ещё раз.

Пока мы следовали за голографическими стрелками по коридорам базы через открывающиеся перед нами дверные шлюзы, появилось стойкое ощущение, что мы на космическом корабле.

В нашем мире исследование космоса шло вялыми темпами, зато фильмов про него было хоть отбавляй. Бурный всплеск интереса на заре открытия космонавтики практически сошёл на нет после изобретения нанитов. Отправлять корабли в космос за редкими ископаемыми больше не имело смысла, с их созданием прекрасно справлялись промышленные синтезаторы. И за последние триста лет никакие инопланетяне к нам не прилетели и не ответили ни на один из отправленных в глубокий космос сигналов.

Идея о переселении на Марс и другие планеты Солнечной системы тоже стала не актуальной, как только до людей дошло, что все, кто переберётся туда на постоянное место жительства после генной модификации тела, никогда не вернутся на Землю. Да и зачем, если для путешествий открыты десятки других миров? Ученым на их исследование не хватало людей и ресурсов. Какой уж тут космос!

Очередные двери-шлюзы открылись, впустив нас в зал управления. Над круглым столом висели голографические экраны, вокруг – глубокие кресла с операторами. Одно развернулось и из него поднялась высокая женщина в белом комбинезоне с синими лампасами на рукавах и брюках. Короткая стрижка на вьющихся каштановых волосах. Холодный взгляд карих глаз на красивом бледном лице и плотно сжатые губы выдавали, что нам тут не рады.

– Что привело вас сюда?

– Леди Милисента Стоутон. Я не из полиции и не от её мужа. У меня другой заказчик.

Притворяться, что я явилась сюда в полной боевой броне по доброте душевной, чтобы справиться о здоровье едва знакомой девушки, было глупо. Глупой я не была, как и моя визави, не ставшая отпираться, что я не по адресу. Рик молча улыбался. Из всех присутствующих он казался самым безобидным – опасное заблуждение.

Остальные, мужчины и женщины в таких же костюмах, повернули головы в нашу сторону, окинули любопытными взглядами и вернулись к своим занятиям.

Я успела рассмотреть на экранах полицейские сводки, непонятные изображения с видеокамер и бегущие строки информации. Надеюсь, Рик всё запишет, потом почитаем.

– Прежде чем продолжим разговор, представьтесь.

– Янира Лисовская, можно без титулов, думаю, они для вас ничего не значат.

– Мы знаем вас под другим именем, – к нам подошёл один из мужчин, такой же кареглазый и с каштановой шевелюрой.

Он был гораздо выше женщины, но похож на неё как брат-близнец. И в отличие от неё он улыбался.

– Челси Луин, не так ли?

Имя из других миров... и моего детства. Ситуация немного проясняется и поворачивает в очень нехорошую сторону. Они знают, кто я. Неужели Рик, взламывая базы военного министерства, предвидел такой вариант событий? Как бы не пришлось прорываться наружу с боем.

На экранах замелькали какие-то изображения, женщина оглянулась, опять повернулась ко мне и улыбнулась одними губами.

– Давайте поговорим в другом месте, – она жестом пригласила следовать за собой.

Что ж, пока Рик молчит, я не против. У меня вообще ощущение, что это его операция. Мужчина пошёл с нами, только идти далеко не пришлось. В соседнем помещении с экраном, транслирующим изображение водных глубин, мне предложили сесть в одно из трёх кресел. И как только я села, звуковая волна ударила по ушам, резонансом прошла через всё тело, прокатилась по помещению и поглотилась стенами.

– Чтоб вас! – от боли я схватилась за виски.

Ныли зубы и все суставы, уши заложило, и голоса мужчины и женщины слышались будто из-под толщи воды. Они явно ждали другого эффекта, потому что возбуждённо спорили с одинаково удивленным видом.

Рик заржал в моей голове, и я чуть не взвыла от новой боли.

«Импульс, отключающий все наниты, кажется, чей-то план только что провалился».

Очертания напарника поплыли, как тогда дома. Он начал увеличиваться в росте и прямо на глазах изумлённых людей трансформировался в робота. У этих двоих тут же в руках появились плазменные винтовки, и моё тело скрылось под бронёй.

– Этого не может быть! – воскликнула женщина, когда Рик за моей спиной выдвинул из перчаток две плазменные пушки и направил на них.

– Отмена захвата! Отмена захвата! – кричал мужчина в свой браслет.

Но, видимо, не успел, двери разъехались и в комнату вбежали солдаты в белой броне... четыре, шесть, двенадцать, все с винтовками.

Я тут же активировала своё оружие. И мы замерли в патовой ситуации. Кто бы ни начал стрелять, пробьём обшивку, и базу затопит за считанные секунды. Мне-то что – я в броне, могу в открытый космос отправиться, да и Рику ничего не грозит. А вот наши хозяева явно не предусмотрели такой вариант событий.

Солдаты ждали приказов командования. Женщина с ужасом не сводила взгляда с Рика. И до меня вдруг дошло, что никакие это не военные, а кучка энтузиастов-учёных. И тут в открытые двери вбежала девушка.

– Стойте, не стреляйте! Я пойду с тобой, только не убивайте их!

Милисента в таком же белом с лампасами комбинезоне загородила собой мужчину и женщину. Куда только делась бледная, измождённая леди Стоутон, которой она притворялась перед мужем!

– Мила, нет! – женщина побледнела, став похожей на фарфоровую куклу.

Мужчина дёрнулся схватить Милисенту и отодвинуть себе за спину, но Рик с лязгом вскинул пушки и заговорил голосом искина:

– Я бы на вашем месте не двигался.

– Я пойду с тобой, – девушка подошла ко мне и попыталась заглянуть в лицо, скрытое чёрным непроницаемым стеклом. – Только никого не убивайте! – её губы задрожали, и глаза наполнились слезами. – Я не могу потерять их снова. Пожалуйста!

И она зарыдала, а я выругалась, потом ещё раз и ещё. Что за глупый ребёнок!

«Рик, держи их на прицеле, чтобы переговоры оказались продуктивными», – передала на нашем звуковом канале.

«Легко. Только не затягивай, тебе ещё на приём в посольство с Эриком идти».

Я опять выругалась... Эрик, чтоб его... совсем про него забыла. Глянула на красный таймер в верхнем углу допреальности, отсчитывающий время до приёма. Осталось полтора часа, надо поторапливаться.

Убрав своё оружие, сделала лицевую пластину доспеха прозрачной и глянула на Милисенту.

– Это твои родители и остальные родственники?

Девушка вздрогнула. Мужчина с женщиной переглянулись. И я перевела взор на них.

– Полная генная модификация или только внешняя?

От прежнего облика не не осталось и следа, иначе бы я сразу их узнала.

Мужчина поджал губы, не желая говорить, но его жена ответила, тоже убирая оружие:

– Полная.

И тут Рик скинул мне данные сканирования. Вся эта база внутри была буквально пропитана магией, защищённая от внешнего обнаружения противомагическими экранами. Если технологию изобрел один, то могли и другие. Такое часто бывает, когда одно и то же открытие с незначительной разницей по времени делают несколько независимых учёных. Интересно, Рик давно заподозрил, что магия в нашем мире тоже есть, и только строение человеческого тела на генетическом уровне не позволяет с ней взаимодействовать?

– С магическими модификациями?

На этот раз мой вопрос заставил вздрогнуть и побледнеть даже отца Милисенты. Значит, я угадала.

– Кажется, нам и правда стоит поговорить, – он со вздохом убрал своё оружие, дал знак солдатам выйти, и когда за ними закрылась дверь, указал всем на кресла, предлагая сесть.

– Спасибо, я постою, – мой сухой ответ должен дать им понять, что я не настроена вести пространные беседы. – Чего вы добивались, устраивая похищение Милисенты?

– Она наша дочь.

– Она жена лорда Стоутона. Если хотели покинуть планету всем семейством, похищали бы вместе с мужем. Кстати, куда вы собрались? На Марс или Титан? Хотя не важно. У меня контракт – доставить её с ребёнком в Великий Лес, так что куда бы вы не собрались, Милисента не полетит.

– Именно поэтому мы устроили похищение, – женщина тоже вступила в разговор. – Что угодно, только не возвращение на Ротан!

– То есть вы все готовы пройти новую генную модификацию лишь бы сбежать с планеты?

От моих слов Милисента скривилась. Кажется, ей не очень нравится идея превратиться в существо, умеющее дышать чистым азотом с примесью метана. Хорошо, значит, не придётся похищать её силой.

–Зачем такие сложности? Можно было просто уйти в другой мир.

– Через портал, который контролирует правительство и семья её мужа?

Они правда такие идиоты? Если Владыка эльфов спокойно проникает на Землю вместе с сыновьями в обход властных структур, значит, и покинуть планету можно так же незаметно. Вопрос лишь в цене, потому что я стою дорого. И вряд ли они лишились своего миллиардного состояния. Дело в другом.

Не знаю, как Рик умудряется, считывая сигналы моего мозга, определять, о чём я думаю, но его слова подтвердили мою догадку.

«Они рассчитывали на магию. Хотели создать поселение на Титане и там построить новую портальную станцию».

«Дерзкий план».

«И вполне осуществимый. Нира, время!»

Да, время. Я повернулась к девушке.

– Милисента, чего хочешь ты? Не как дочь своих родителей, не как мать возможного престолонаследника Великого Леса, и даже не жена политика с Земли. Чего хочешь ты, как обычная девушка?

Лиственно-зелёные глаза расширились в растерянном удивлении, и девушка тихо произнесла:

– Я… я не знаю, – она сникла, уронив лицо в сложенные ладони.

Этого я и боялась.

– Ты хочешь увидеть Эмита?

– Она не станет женой принца, – воскликнула в гневе её мать, вскакивая с кресла.

Рик тут же направил на неё ствол пушки, и она, поджав губы, медленно села обратно, яростно сверкая глазами.

– Это не вам решать, – в моём голосе заскрежетал лёд. – Тем более, пока она замужем, ей не стать чужой женой. И вы бы могли побороться за внука, если бы приняли эльфийское наследие своих предков на Ротане. Даже Владыка будет вынужден признать его наследником вашего рода, но вы выбрали другой путь.

Я перевела взор на скукожившуюся в кресле девушку.

– Милисента, твоё слово.

– Вы же всё равно оправите меня в Великий Лес.

– Я всегда выполняю контракт... – и я наконец позволила себе улыбку. – Но по его завершении вы можете заключить со мной новый.

Три удивлённых взгляда одновременно скрестились на мне. Не, нормально? Они что, думали, я работаю только на Владыку? Идиоты... так, кажется, сегодня я это уже говорила. Пора брать ситуацию в свои руки, и я шагнула к Милисенте. Родители дёрнулись, Рик тоже, взводя оружие.

Под их напряжёнными взглядами я взяла совершенно несопротивляющуюся девушку за руку, кивнула её родителям и открыла межмировой портал.

Глава 14

Взрыв хохота при виде шикарного мужчины-лисехвоста вместо боевого робота заставил меня выпустить ладонь Милисенты и согнуться пополам.

– Нира, не смешно! – Рик в бешенстве пытался посмотреть на свой зад с пушистым белоснежным хвостом с чёрным кончиком, дёргающимся от возмущения во все стороны.

Белоснежные уши и такая же белоснежная грива до пояса, переходящая в чёрные концы, в сочетании с поджарым мускулистым телом, приводили меня в восторг.

– Я не могу сменить визуализацию, – взревел мужчина.

У меня от смеха уже болел живот и скулы, и я только всхлипывала, утирая катящиеся из уголков глаз слёзы.

– Отключай наниты и переходи в режим голограммы.

– Не могу! Нира! Это настоящее тело!

Мой смех разом прекратился. Мгновение я смотрела на любимого мужчину широко раскрытыми глазами, медленно расплылась в абсолютно счастливой улыбке не в силах до конца поверить произошедшему. Этот мир подарил ему настоящее биологическое тело! С таким не то что технология, никакая магия не сравнится!

– Рик, ты понимаешь, что это значит?

Он замер, наконец осознавая, что всё это реально. С совершенно обалдевшим видом вытянул перед собой руки, несколько раз сжал и разжал кулаки, согнул локти, заворожено глядя, как изгибаются лучевые кости и двигаются мускулы.

Я, затаив дыхание, ждала его реакцию.

– Рик?

Он обернулся, мгновение смотрел на меня, будто увидел впервые и, когда его глаза вспыхнули восторгом, шагнул навстречу. Я бросилась ему на шею, отдаваясь сумасшедшему поцелую и крепким объятиям.

– Кто я? – испуганный, растерянный и шокированный голос Милисенты привёл нас в чувство.

Прервав поцелуй, мы обернулись к окну гостиничного номера в Ашентри, и я поняла, что не могу вдохнуть от восхищения.

«Ангел!» - это было первое, что пришло на ум.

– Гхм, пожалуй, мне стоит прикрыться, – Рик сдёрнул с единственной в номере кровати покрывало и стремительно в него завернулся.

А я не могла отвести взор от невероятного видения. Милисента и правда превратилась в эльфийку. Её тело стало стройнее, волосы сияющим платиновым водопадом упали почти до колен, раскосые глаза стали как у героинь старинных мультиков – огромные на пол-лица, сверкающие весенней зеленью распускающихся листьев. И за её спиной раскрылись, словно хрустальные, прозрачные крылья, состоящие из чистой энергии, от трепета которых радужные волны заполняли комнату.

– Нира, что это за мир? – надтреснутым от восхищения голосом поинтересовался Рик.

– Понятия не имею, – я тоже заворожено следила за трепетом крыльев.

А до Милисенты наконец медленно начало доходить, что она не в Великом Лесу, не на космическом корабле родителей, уносящим её на непригодную для жизни планету в глубоком космосе. Её мужу до неё теперь не добраться. И я не собираюсь сажать её в подвал и держать пленницей до прибытия Владыки эльфов, чтобы отдать по контракту из рук в руки.

– Гостиница оплачена на две недели вперёд, – ко мне стал возвращаться здравый смысл. – Город тебе понравится, жители тут дружелюбные, возможно, встретишь других эльфов. Деньги в шкатулке, – я указала на сундучок на столике у кровати. – Я вернусь завтра утром, мне надо на Земле уладить пару дел. И тогда всё обсудим, хорошо? Только не сбегай, дождись меня, пожалуйста!

Девушка расплылась в счастливой улыбке и истово закивала.

– Я дождусь, спасибо вам, Янира!

– В этом мире меня зовут... – я хотела привычно представиться как Челси Луин, но в последний миг передумала. – Зови меня Нира. Можешь себе придумать любое имя, не обязательно представляться настоящим. Всё, мы побежали, а то меня там убьют.

– Думаешь, сбежит? – спросил Рик, едва мы оказались в нашем подземном убежище, которое, кстати, они с Сорином достроили и полностью переоборудовали.

У меня уже чесались руки отключить обоих и прикрутить им энтузиазм в настройках.

– Естественно, сбежит, иначе бы арендовала ей дом, – я глянула на напарника и чуть не заплакала. – Рик, твоё тело снова нанитовое.

– И слава богу, хоть от хвоста избавился, – рассмеялся мужчина.

Я несмело улыбнулась, услышав, сколько облегчения прозвучало в его голосе.

– То есть ты не разочарован?

– Чем? – казалось, он искренне не понимал, с чего я так расстроилась.

– Там у тебя было настоящее тело....

– Нира, – меня перебили, наградив таким взглядом, будто я только что, сдав экзамен по пятимерной математике, запуталась в таблице умножения. – Это тоже настоящее. И поверь, после модификаций Сорина, намного лучше твоего биологического. – Он весело фыркнул. – И уж точно лучше того хвостатого.

Я засмеялась, чувствуя, как огромный камень свалился с души.

– Хорошо, если тебя всё устраивает, то меня и подавно. Я в душ.

– Так что ты решила на счёт девушки? Будешь искать?

Он проследовал за мной в душ и, подав мочалку, прислонился плечом к стене, с улыбкой наблюдая, как я моюсь. Ого! Надо же какое достижение, кажется, мы движемся в верном направлении.

– Конечно, буду. После того, как родит. Я заронила ей достаточно идей для размышления. Пусть обдумает и сама решит, как ей дальше жить. Рик, время?

Черт, опять мой приказной тон, но мужчина даже бровью не повёл.

– Сорок минут до прилёта Эрика.

– Хорошо, успеваю.

Закончив мыться, включила воздушную сушку – по сути огромный фен для всего тела. И когда наэлектризованные волосы ореолом окружили голову и стали потрескивать, отправилась в гардероб. Здесь у меня было больше вечерних платьев, чем в пентхаусе.

– Рик...

– Такси уже вызвал.

– А наш флайер?

Я стремительно привела шевелюру в порядок, побрызгала антистатиком и стала укладывать в простую, но элегантную причёску. Сегодня обойдусь без макияжа. Глаза и так горят от переполняющего счастья, от него же румянец и губы припухли от поцелуев с Риком. Я смотрела на своё отражение и впервые понимала, что восхитительно красива.

– Боюсь, он больше не наш, – рассмеялся Рик, подходя сзади и подавая бриллиантовое ожерелье в золотой оправе к выбранному длинному, облегающему, чуть расклешённому от колена красному шёлковому платью. Наши взгляды в зеркале встретились. – Позволишь?

Я забыла, как надо дышать, когда его пальцы коснулись шеи, застёгивая ожерелье, ладони скользнули по обнажённым плечам и, наклонившись к уху, он прошептал:

– Ты опаздываешь.

В это мгновение я была готова послать к чёрту Эрика с его инициативами, немедленно вернуться с Риком в тот дивный мир и остаться там навсегда. Увы, мой контракт с Владыкой никто не отменял и ещё предстоит объясняться с ним по этому поводу. И Эрика подставила. Так что соберись, Нира, ещё ничего не закончилось!

Я еле успела выпрыгнуть из аэротакси на причальный балкон, отправить его прочь, залететь в дом, схватить из рук Сорина бокал с шампанским и залпом выпить, как домашний искин доложил:

– Правительственный аэрокар запрашивает посадку.

– Разрешай.

Схватившись за бока, я пару раз глубоко вдохнула, восстанавливая дыхание, выпрямилась и, нацепив на лицо улыбку, вышла встречать принца. Спасибо Рику – во время полёта к дому напомнил, о чём мы вообще говорили с Эриком этим утром, сама бы я не вспомнила.

– Ты сам виноват! – выпалила я первая, едва Эрик во всём своём эльфийском великолепии наследника престола вышел из правительственного лимузина, пристыковавшегося к причальному балкону. – Незачем было прикладывать руку к сканеру полицейского. Моего статуса вполне хватало, чтобы нам не задавали лишних вопросов.

Он молча подошёл. С улыбкой склонился к моей руке и поцеловал кончики пальцев.

– Вы совершено правы, Ваша Светлость, и мне уже указали на эту непростительную ошибку, поэтому приношу извинения за свой утренний тон. Прошу вас!

Принц подвёл меня к лимузину, подождал, пока я сяду на заднее сиденье, и сел рядом. Просунул мою руку себе под локоть и переплёл наши пальцы.

Как только дверь закрылась, и тяжёлая бронированная машина влилась в воздушный поток, он наконец заговорил нормально:

– Что тебе удалось выяснить?

Услышав вопрос, я впала в ступор. За весь этот сумасшедший долгий день столько всего произошло, что я растерялась, не зная, что ответить. Но, наверно, стоит говорить только правду, на меня вполне могли повесить заклинание, распознающее ложь. Я всё никак не могла уложить в голове новую картину реальности, что теперь придётся учитывать наличие магии в моём мире, и постоянно забывала об этом.

– Я её нашла, – облегченный вдох, – но она сбежала в мир, название которого я не знаю.

Разочарованный выдох.

– Понятно. Но ты будешь её искать?

– Я всегда выполняю условия контракта.

Эрик хотел что-то сказать, но промолчал. И я была ему благодарна, если бы он начал сомневаться в моём профессионализме, я бы его поколотила, честно. Вместо этого я мило улыбнулась.

– Надо было заранее оговорить срок исполнения, а так вам просто стоит подождать чуть дольше.

– Мы не можем неизвестно сколько находиться в твоём мире.

Моя улыбка стала ещё шире.

– Вы всегда можете вернуться домой.

Эрик бросил на меня странный взгляд и, отвернувшись к окну, больше не проронил ни слова.

Глава 15

Учитывая, что миров сотни и в каждом множество королевств, наше правительство решило, что неразумно всем устраивать отдельные посольства. Поэтому существовал огромный Центр Межмировых Связей, больше напоминающий ультрасовременный город с высотными башнями, каждую из которых мог арендовать любой представитель любого мира, пока находился на Земле с выполнением своей миссии. И Эрику теперь предстояло там жить на виду у прессы, охраны и под полным контролем правительственной службы безопасности.

Я ему не завидовала, поэтому молчала до самого прилёта, где нас встречала целая процессия политиков и представителей глав корпораций.

Едва лимузин пристыковался к роскошному причальному балкону одной из башен, как нас тут же окружили летающие дроны журналистов, ослепляя вспышками фотокамер. Эрик с невозмутимым спокойствием выслушал заверения, как все рады его прибытию и надеются, что взаимное сотрудничество представителей двух миров окажется взаимовыгодным, и ответил с такой же любезностью, что на другое он и не рассчитывает. И словно ледокол, разрезая полярные льды, повёл меня через расступающуюся толпу в сияющий огнями огромный зал, украшенный для приёма в псевдо-эльфийском стиле.

Увидев изящные ажурные каменные колонны, уходящие в нереальную вышину, такие же украшенные резьбой своды, пол из белого мрамора, имитацию магических светильников в виде бесчисленного множества белоснежных шаров, летающих в вышине и гирляндами облепивших колонны, принц только скривился.

– Никакой фантазии.

– А мне нравится!

– Ещё бы, ты же никогда не была в Великом Лесу. Погостишь в нашем дворце, поймёшь разницу.

– Эрик, не ворчи, тебе не идёт.

Мы шли по залу среди тысяч гостей, собравшихся по такому случаю, раскланиваясь в ответ на приветствия и обмениваясь до оскомины вежливыми улыбками.

– Никто не собирался создавать точную копию, это как раз и было бы дурным вкусом. Соберись, твой выход!

Я отпустила его локоть, вставая в первом ряду. Эрик вышел на небольшое возвышение под огромным голоэкраном. И завёл гладкую, отлично отрепетированную речь о долгой дружбе, взаимном сотрудничестве и заверении в вечном мире. А он неплохо смотрится на головидео!

«Рик, где его охрана? Мы что здесь одни?»

«Не волнуйся, я среди гостей. У блока заряд почти полный, справлюсь, а ты прикроешь, пока я появлюсь».

Меня пошатнуло от таких новостей. Он что, присутствует тут в нанитовом теле? Совсем спятил! А если кто узнает? Так, Нира, если твой мужчина ощутил вкус свободы, не смей мешать, рабство отменили четыре столетия назад, так что соберись, ты не развлекаться сюда приехала! Ещё нужно выяснить, почему Эрика оставили без охраны. И благодари Рика, что он её обеспечит.

Активировав окно допреальности, попросила:

«Выведи на моё вирт-окно результаты магического сканирования».

На сцену вышел председатель Земли по межмировым связям и, встав рядом с принцем, тоже разразился приветственной речью в том же духе – о мире во всем мире и вечной дружбе. А я тем временем, небрежно поправляя локон, выбившийся из причёски, как бы невзначай обвела взглядом залу. У кого-то кольцо светилось магией, у нескольких женщин – серьги, браслеты или ожерелья – понятно, артефакты. А вот двое мужчин в группе представителей корпорации сами светились магическим излучением.

«Рик, ты тоже это видишь? Но как?»

Люди с магическим даром на Земле, где в помине не было никакой магии? Сегодня прямо день сюрпризов какой-то.

«Проверяю».

Хорошо, Рик выяснит, кто такие. Для успокоения души хотелось, чтобы эти двое оказались иномирцами. И стало интересно посмотреть на Эрика через сканирование. Переведя взор на принца, увидела вокруг него ослепительное серебристое свечение. Те двое на его фоне смотрелись откровенно бледно.

Официальная часть наконец закончилась, заиграла эльфийская музыка, и в зале появились официанты, разнося гостям напитки и закуски. Эрик, оказавшись рядом, с такой силой схватил мою руку, продел под свой локоть и вцепился в пальцы, что у меня заломило кости. Но на моём лице не дрогнул ни один мускул и блуждала отрепетированная улыбка, потому что над нами, как стая ос, всё время кружились дроны журналистов.

– Осталось выдержать нашествие желающих наладить торговые связи и можно будет сбежать отсюда.

Я улыбнулась, радуясь, что он не растерял чувства юмора. В конце концов его этому обучали и готовили к такой жизни с самого детства. Просто пока парень гонялся за мной и Милисентой, немного увлёкся в игру в рейнджеров.

«Натаниэль Хофман и его младший брат Дерек, оба – результат направленной генетической селекции от браков с представителями магических рас из других миров, и прекрасно об этом осведомлены».

Надо же... Теперь я понимала, почему муж Милисенты простил измену. Он не собирался её отпускать. Их общие дети должны были наследовать магию, как братья Хофман. Отставание на поколение от разработок других корпораций – фатальное упущение. Наверняка он понимал это. И тут ребёнок – наследие крови эльфийских Владык. Как он вообще жену не упрятал в бункер? Кажется, я очень вовремя переправила девушку в другой мир. Неудивительно, что она была готова улететь в космос, лишь бы сбежать с Земли.

«Почему они не экранируют магию?»

«Потому что уверены в своей исключительности и не допускают возможности, что их обнаружат. По данным лаборатории, которая курирует для их семьи этот эксперимент, никто из представителей других миров не может на Земле обладать магией», – рассмеялся Рик.

«Ты взломал их базу данных?»

Я еле удержала лицо и поняла, что Эрик что-то у меня спрашивал и с лёгким раздражением ждёт ответа.

«Хочешь чего-нибудь выпить? – передал слова принца Рик, выручая из неловкой ситуации. – До первого уровня защиты, там больше нет ничего интересного».

– Шампанского, – я улыбнулась Эрику.

Он отмер и выражение лица опять стало нейтрально-вежливо-спокойным.

– Не замирай больше так, на миг показалось, что ты говоришь со своим искином.

Я чуть не споткнулась, надо же какой глазастый. Но раз заметил он, значит, просчитают и аналитики спецслужб, ведущие собственные записи.

– Он всегда со мной. Не у одной меня искин в этом зале. Привыкай.... О, не-е-ет! Эрик пошли быстрей отсюда!

Вцепившись в локоть парня и улыбаясь окружающим, я потащила его прочь из зала.

– Янира, что случилось? – Эрик, улыбаясь, шёл за мной.

Я обернулась, чуть развернула принца и взглядом указала на пожилую леди с тростью, которую за другую руку поддерживал молодой представительный мужчина.

– Княгиня Агата. У неё сорок три красавицы-внучки в брачном возрасте. Оглянись, все женихи попрятались.

В окружении нас и правда не было ни одного неженатого мужчины в возрасте от восемнадцати до ста лет. Более старших не рассматривала в качестве женихов для своих девочек сама княгиня.

С Эрика схлынули все краски.

– Великий Лес, она идёт к нам! Мы можем куда-нибудь уйти?

– Поздно. Спину прямо! Улыбку шире! И ври, что ты уже помолвлен.

Ужас, отразившийся на лице принца, заставил меня закусить губу, чтобы не засмеяться.

– Думаешь, поможет?

– Уверена! И бога ради, не впутывай меня. Мне и других проблем хватает.

Намёк на отца Эрик понял сразу. Ещё бы. Вряд ли той ночью Владыка вернулся домой в хорошем расположении духа. А мне не хватало только оказаться в невестах наследного принца. Хотя слухов теперь не избежать. Если я о таком подумала, то журналисты не упустят случая раскрутить эту историю. Оказывается, не так весело быть молодой, богатой и красивой вдовой.

«Хоть больше никогда не появляйся с мужчинами в высшем свете», – проворчала мысленно.

«Можно подумать, в первый раз», – развеселился Рик.

Как смешно! После последнего случая, когда навязчивый ухажёр пустил сплетню, что я согласилась стать его невестой, я три года пряталась по другим мирам. Ничего, я отомстила, оставив одного отмываться от им же самим распространённых слухов, чтобы другим не повадно было.

– Ваше Высочество, – глубоким красивым голосом приветствовала Эрика древняя аристократка, едва склонив голову и опираясь при этом обеими руками на свою трость. Слуга стоял позади, готовый в любой момент поддержать, если она пошатнётся. – Очень приятно познакомиться с вами, тем более в нашем мире. Янира, девочка, не уступишь мне своего кавалера на полчасика?

Княгиня Агата одарила меня светской улыбкой.

– Конечно, Ваша Светлость, – вежливо кивнув, отпустила руку Эрика и шепнула. – Я буду в музыкальной зале.

«Ему ничего не грозит, – тут же заверил меня Рик. – Её охрана не допустит, княгиня слишком заинтересована в принце, чтобы поступить глупо».

Хорошо, тогда можно немного расслабиться, а то уже начинаю чувствовать себя как на иголках. Рик проследит за Эриком. А я, увидев знакомые, родные лица, поспешила навстречу заулыбавшейся при виде меня паре.

– Наташа, Александр! Как я рада вас видеть!

Мужчина на вид лет сорока крепко сжал меня в объятиях и тут же передал жене, недовольной, что ей не позволили этого сделать первой.

– Янира, повзрослела, похорошела, – женщина обняла меня с настоящей материнской нежностью. – Где ты пропадала все эти годы? О тебе ходили такие ужасные слухи. Рада, что они оказались ложью.

– Путешествовала, чтобы эти слухи не оказались правдой, – я рассмеялась.

Надо же – волновались! Это было так трогательно и очень приятно.

– Я тебе говорил, а ты не верила, – мужчина смотрел на нас с улыбкой. – Рассказывай, егоза, где была, что видела? Ясно же, что пряталась от Николаса в другом мире. Это там ты познакомилась с наследным принцем?

– Александр, не всё сразу! Давайте отойдём, мы мешаем юным созданиям.

Наталья потянула нас прочь с танцевальной площадки, где уже собиралась золотая молодёжь.

– Не такой я и старый, – проворчал мужчина, вызвав у жены улыбку, полную любви.

– Конечно, милый, но не думаю, что мы сможем вытворять такое же безобразие, что и наши дети.

Я оглянулась. Свет в зале погас и на всём танцполе отключили гравитацию. Вот не думала, что это веяние затронет и высшее общество!

– Я смогу. Но не вы в ваших платьях. Так что даже не смейте пробовать!

Мы с Натальей переглянулись с понимающими улыбками. Не пристало князю Лисовскому дрыгаться в невесомости, пытаясь подражать более раскованной молодежи.

Я рассказывала родственникам весёлые истории своего путешествия, естественно, заранее придуманные именно для такого случая, когда спустя полчаса в сопровождении личной охраны княгини Агаты к нам подошёл Эрик и тут же вновь завладел моей рукой.

– Ещё раз меня бросишь, я тебя убью, ясно?

Наталья прыснула со смеху. Александр вздёрнул бровь, принц, вспомнив о манерах, учтиво кивнул обоим и глянул на меня.

– Представишь нас?

– Ваше Высочество, позвольте представить вам князя Александра Лисовского, сына моего покойного мужа, главу корпорации «Новосвет», и его жену княгиню Наталью. Ваша Светлость, – я повернулась к сыну Оуэна. – Его Высочество Эрик лэрд Норинтейн, наследный принц Великого Леса из мира Ротан.

– Князь – твой пасынок? – Эрик едва удержал лицо от таких новостей.

Понимаю, что смеяться некрасиво, но ничего не могла с собой поделать. Впрочем, Александр и Наталья тоже не скрывали веселья.

– Янира лучик света в нашей семье, я рад, что она скрасила последние годы жизни отца. – Александр протянул Эрику руку. – Раз знакомству, Ваше Высочество.

– Взаимно, Ваша Светлость.

Значит, это был не Эван в облике Йена на том вечере, иначе бы Эрик знал, что по семье покойного мужа я принадлежу к одной из богатейших и самых влиятельных корпораций на Земле. И кажется, он только что этим знанием чуть не подавился.

– Ты не говорила, – шепнул он едва слышно. – Я думал, вы однофамильцы.

Ну да, а княжеский титул я позаимствовала для собственно удобства?

– Вы не спрашивали, – я пожала плечами, намекая не только на его оплошность, но и Владыки.

Интересно, они вообще удосужились узнать обо мне хоть что-нибудь? Или прознали про мой дар и теневую жизнь и этим удовлетворились?

К нам ещё много раз подходили заинтересованные в знакомстве с принцем аристократы и бизнесмены, но поскольку мы продолжали оставаться в компании князя Лисовского, больше Эрику странных предложений не делали.

– Думают, что Александр подыскал тебе партию для замужества и теперь не отпускает принца от себя, чтобы завидного жениха не увели более предприимчивые конкурентки, – фыркала Наталья, держа мужа под руку.

Я рассмеялась, а парень вздохнул с самым кислым видом.

– Как всё это надоело.

– Не бойтесь, этим слухам я не дам распространиться, – Александр тоже не скрывал улыбки.

– И как же? – я даже приблизительно не представляла, как можно угомонить разгулявшиеся сплетни, обычно они, не найдя подтверждения, стихали сами собой, но Александр явно имел ввиду нечто другое.

– Узнаете. Ваше Высочество, вы не согласитесь завтра в одиннадцать утра посетить офис моей корпорации? У меня есть деловое предложение, которое заинтересует вашего правителя.

– С удовольствием, Ваша Светлость. – Эрик легко поклонился, – вы извините нас?

И он потянул меня в сторону бара.

– Пошли выпьем.

Уф, официальная часть закончилась, можно расслабиться. Тем более, когда охраны у Эрика стало даже с избытком. Едва мы оказались среди незнакомой молодежи, парень выпил сразу два бокала шампанского и набросился на меня с расспросами. Долго же он держался.

– Почему ты не сказала, что князь Оуэн Лисовский – твой муж?

– Потому что я вдова, Эрик, и прошу в моём присутствии не говорить в таком тоне о моём покойном муже!

– Если ты была замужем, почему отказала отцу?

Я думала, что ударю его. Не знаю, как Рик смог почувствовать мою ярость, но его голос со смешинками заставил успокоиться.

«Дыши, Нира. Вдох-выдох. Давай, успокаивайся. Он не специально, просто не понимает в силу воспитания в другом мире».

Ну так я сейчас объясню.

– Потому что я не хочу быть его любовницей, – о чувствах, что не люблю Владыку, лучше не говорить, не поймёт. – Если он думает иначе, это не повод принуждать меня силой.

– Но он же Владыка эльфов!

Я, наверно, ослышалась. Злость испарилась, и я с удивлением посмотрела на парня, осознавая, какой он в сущности ребёнок.

– Эрик, тебе сколько лет?

– Двадцать шесть, к чему этот вопрос?

Я фыркнула. Дитё дитём!

– Тогда больше не говори такие глупости. И передай отцу – я могу передумать на счёт своих обязательств. Выплатить неустойку для меня не проблема. Что вы тогда будете делать?

Я с улыбкой наблюдала, как меняется выражение лица принца. Эрик ошеломлённо осознавал, что Милисента никуда не сбегала, – это я переправила девушку в другой мир. И если Владыка хочет увидеть внука, ему придётся оставить меня в покое.

– Ну ты и стерва, – выдохнул он, и его взгляд вспыхнул восхищением.

– Это лучший комплимент за весь сегодняшний вечер, Ваше Высочество. Вы делаете успехи, – мило улыбнувшись, я сделала несколько глотков. – Считайте это дополнительным пунктом к нашему официальному контракту.

А он не так плох. Быстро соображает и делает правильные выводы. Наверно, в будущем из него выйдет отличный правитель. Я тоже улыбнулась, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает.

– Потанцуем?

– Ты же в платье, – удивился парень, наверно, представив, как я буду выглядеть на танцполе в невесомости.

– Уверен, что оно будет мне мешать? Или боишься опозориться?

Глава 16

Не скажу, что этот вечер закончился хорошо, осадок всё равно остался. Пристроившись в такси на плече своего мужчины, грустно спросила:

– Рик, почему они такие?

– Разница культур. Порой эта пропасть гораздо глубже, чем внешние отличия.

– Я не про культуру. Какой мир ни возьми, все, кто оказывается у власти, ведут себя одинаково, будто всё принадлежит только им, не оставляя другим даже тени выбора.

– Сильный пожирает слабого. Это закон эволюции, так что ничего удивительного, что он повторяется в каждом мире.

– И это не изменить, да?

– Эволюция должна идти своим путём. Если все станут хорошими, нас поглотит уныние, деградация и массовое вымирание. Почитай эксперименты учёных на крысах. Колонии, помещённые в самые идеальные условия, просуществовали максимум четыре года. Природа создала нас, чтобы мы зубами и когтями выдирали своё место под солнцем. И есть всего два пути – забраться на самую вершину или довольствоваться местом, которое тебе определили другие.

Я фыркнула, слушая, как Рик говорит в точности как учёный, хотя он и есть учёный. И понимая, что он прав, всё равно хотелось, чтобы было иначе.

– Чтобы все были белые и пушистые?

Он снова читает мои мысли?

– Или с фантастическими радужными крыльями, – я заулыбалась шире, вспомнив крылья Милисенты.

– А хвоста тебе мало? – спросил он, целуя мою макушку.

Я не ослышалась? Отстранившись от улыбающегося мужчины, недоверчиво всмотрелась в его лицо. Рик поднял руку, провёл большим пальцем по щеке и склонился к губам. И я поняла, что он тоже до бесконечности устал ждать какого-то особенного подходящего момента. Руки сами зарылись ему в волосы, потом крепко обхватили шею в страхе, что он вдруг передумает. Сильные руки бережно обняли меня за талию и давно сдерживаемые чувства вырвались наружу. Мы целовались как сумасшедшие, но мне этого было мало, я хотела его сию минуту.

– Остановите здесь, пожалуйста, – попросила водителя едва поцелуй прервался. Меня всю трясло от охватившего желания, и я боялась, что Владыка, ощутив мои эмоции, снова явится и всё испортит. И знала только один мир, где он нас не достанет.

– Как пожелаете, барышня, вам на причал или на землю? – пряча всё понимающую усмешку спросил водитель.

– На землю.

– Нира, ты что задумала?

– Ты сам вспомнил про хвосты, – расплатившись с таксистом, я потянула Рика прочь от машины, свернула в тёмный проулок и открыла портал.

– Облом, – Рик затрясся от беззвучного смеха.

Я же чуть не взвыла от дикого разочарования. На половине кровати, на которую у меня были такие планы, мирно спала Милисента, свернувшись калачиком и положив под щёку обе ладошки, и её крылья распластались на второй половине.

– Я готова её убить.

– Не будь кровожадной, Нира, – рассмеялся Рик. – Рядом есть пустой номер.

Какой умный мужчина мне достался, потому что я бы точно сотворила сейчас такое, о чём потом пришлось бы сожалеть!

Оставив девушку смотреть сладкие сны, мы тихонько вышли, и как дико оголодавшие бросились друг на друга, начав целоваться прямо в коридоре. Чуть не вышибли дверь соседнего номера. Рик тщательно её запер и, подхватив меня на руки, понёс к кровати, уложил на неё с великой бережностью и, отойдя на шаг, стал любоваться в свете, льющемся в комнату от освещения с улицы. Он тоже выглядел просто потрясающе в своём облике белоснежного лисехвоста. Но он издевается?

– Рик, если будешь ещё ждать, я сама тебя изнасилую.

– Какая у меня нетерпеливая девушка, – мужчина опустился на кровать, заключая меня в объятия и шепча между жаркими поцелуями. – Нет, Нира, больше ждать я не намерен. Это чуть не вырвало мне сердце, так что больше я тебя никому не отдам.

– Не отдавай, – я думала умру от счастья, слушая слова, которые уже не чаяла услышать.

Его белоснежная голова с торчащими ушами спустилась с моей шеи с поцелуями на грудь, и я со стоном выгнулась, подаваясь ему навстречу. Сильные руки, перевитые поджарыми мускулами, обхватили мой тонкий стан, чуть приподнимая и снимая платье.

– Твой хвост мешается, – со смехом сказал Рик.

Я тоже рассмеялась. Да уж занятия любовью двух лисехвостов имеют свои особенности, но я верю – Рик справится, потому что я уже давно плавилась от желания, со всей страстью возвращая ему ласки и поцелуи. И когда он наконец вошёл в меня, взорвалась в ослепительном оргазме.

Возвращаясь в реальность, почувствовала, как Рик поцелуями снимает слёзы с моих щёк. Он всё ещё был во мне и дрожал от сдерживаемого желания. Я тут же подалась ему навстречу, чувствуя, что одного раза мне мало. Глядя с улыбкой в мои глаза, он начал двигаться, я обвила его руками и ногами, снова почувствовав, как желание жидкой лавой распространяется по всему телу. И в этот раз хвосты нам совершенно не мешали... и в следующий... и даже в следующий. И мне было глубоко плевать, что там чувствует Владыка, потому что я его не чувствовала.

– Нира, девочка, просыпайся, – я ощутила поцелуй Рика. – Надо или возвращаться домой, или арендовать номер.

Он снова легко поцеловал и встал с кровати.

– Если остаёмся, мне нужна одежда, при переходе все наниты используются для создания этого тела.

Извернувшись в кровати, я легла на живот и, поставив локти на матрац, положила подбородок на сложенные ладони, любуясь абсолютно обнажённым Риком. Он застыл у окна и, чуть склонив голову, рассматривал открывающийся вид на город. Я же не могла отвести взор от любимого мужчины.

И все эти годы я стеснялась затащить его в постель? А он убеждал себя, что, будучи искином, этого недостоин? И кто из нас больший идиот, мне интересно?

– Что ты решила? – он отвернулся от окна, и солнечный свет пронзил его шевелюру и уши, окружив белоснежным ореолом, от чего смуглое худощавое тело, перевитое мускулами, казалось тёмным как кора дуба.

– Мы можем отложить решение этого вопроса на потом?

Легко соскочив с кровати, я подошла к любимому, обвивая его руками, ногами и даже хвостом. Руки Рика тут же смокнулись на моей талии и губы накрыли рот, страстно целуя. Он подхватил меня под попу, шагнул к кровати и, сев на край, усадил на себя, поддерживая за спину. И мы обнаружили новую позу, при которой хвосты совершено не мешают наслаждаться друг другом.

– Это безумие, Нира! Мне тебя всё время мало. Будь моя воля, я бы не выпустил тебя из этой комнаты неделю, – прошептал Рик, вытянувшись на кровати и гладя мою спину.

Я лежала рядом, прижавшись к нему так тесно, как только могла, лаская кончиком хвоста его бедро, и была полностью согласна, потому что я опять его хотела. Скользнув ладонью по груди Рика, нашла горошину соска и принялась ласкать, чувствуя, как любимый снова часто задышал.

– Так в чём проблема? Давай снимем номер хоть на месяц. Или ты думал я буду против?

Приподнявшись, куснула его за кончик уха и, толкнув в грудь, опрокинула на спину, усаживаясь сверху. Мужские ладони тут же оказались на моих бёдрах, задавая темп. Рик толчками врезался в меня, заставляя стонать от невыносимого наслаждения. И когда я совершено обессиленная рухнула на распластавшегося от удовольствия мужчину, прошептала:

– Мне тоже всё время тебя мало, Рик.

Он прав, это настоящее безумие. Потому что мне хотелось оказаться с ним в какой-нибудь пещере, замуровать выход и, как минимум, год не выходить оттуда, навёрстывая упущенное время.

– Господи, вы можете потише, тут же дети? – услышали мы возмущённый женский возглас и стук чем-то тяжёлым в стену из соседнего номера. – И так всю ночь спать не давали.

Мы с Риком переглянулись. И я впервые в жизни увидела, как мужчина заливается краской от ушей до самой шеи.

– Следующий раз снимем звуконепроницаемый номер, – выдавил он, борясь со смущением.

Я закивала, кусая губы, чтобы не расхохотаться.

– Уходим, пока не позвали охрану, – Рик подорвался с кровати.

Я за ним следом. Подхватила свою одежду и, обняв любимого, поцеловала, прямо во время поцелуя перемещая нас в убежище. И обнаружила, что даже без хвоста и будучи в нанитовом теле, он вызывает во мне те же чувства – мне хотелось обвиться вокруг него лианой и никогда не отпускать. И судя по тому, как его поцелуй становился всё более страстным, и мужчина, подхватив на руки, понёс меня в спальню, это взаимно.

– Надо остановиться, иначе ты везде опоздаешь, – буркнул Рик, уткнувшись лицом в подушку и не пытаясь больше ко мне прикасаться.

Я сама с трудом держала руки подальше от его широкой мускулистой спины. Он был великолепен и в нанитовом теле, которое полностью ощущалось как настоящее. И я понимала, что, если не остановлюсь первая, Рик никогда мне не откажет. Потому что он ждал меня гораздо дольше.

– Мне надо поговорить с Милисентой, узнать, почему она оказалась такой хорошей девочкой.

Он резко приподнялся на локтях, глядя на меня.

– Ты можешь сходить одна? Надо поставить блок на подзарядку.

Представив, что снова увижу его хвост и уши, поняла, что да, это отличная идея – оставить его дома, иначе я за себя не ручаюсь и сама сниму нам номер.

– Я быстро, всего на пару часов, туда и обратно, – стремительно поцеловав любимого и не дав себя обнять, умчалась в гардероб выбирать многофункциональный нанитовый костюм.

– Тебе видео-вызов по шифрованному каналу от Александра, – услышала голос Рика из гостиной, где уже гудел синтезатор и плыли умопомрачительные запахи жареных вафель.

– Убежище, режим видеосвязи! – крикнула, влезая в эластичный комбинезон и застёгивая пояс.

Когда вошла в гостиную, она уже приняла вид дорогого пентхауса. Сев на диван, улыбнулась, приготовившись увидеться с любимым пасынком, но, когда на экране появилось его багровое от гнева лицо, улыбка увяла.

– Скажи, что ты ночевала не у принца?! – загрохотал его голос на всё убежище.

Я даже растерялась от такого приветствия. Что ещё произошло, пока меня не было?

– Нет, мы расстались на приеме, в районе часа ночи. Что случилось? Он в порядке?

Господи, только бы его не убили! – мелькнула шальная мысль. Но судя по тому, как к Александру быстро возвращался нормальный цвет лица, принц всё же жив.

– Нира, только не ври мне, ты точно была не с ним?

– Я была с Риком.

Рик вне пределов видимости голосвязи, только качнул головой, мол, не надо было говорить, да что уж теперь – помирать так с музыкой, потому что Александр опять начал багроветь. Но, кажется, в этом плане моя личная жизнь его вполне устраивала... или, что более вероятно, он просто не понял, потому что я всегда была с Риком.

– Этот наглец позвонил мне и попросил перенести встречу на завтра! У него, видите ли, возникли срочные планы!

И я даже знаю какие.

– Саш, это и с тобой случается, – я опять широко улыбалась, радуясь, что отношения с родственниками не пострадали. – Вспомни, сколько раз ты сам переносил срочные встречи и не на день, а на месяцы.

Надо же, я и не думала, что он так настроен против иномирцев. Или у него зуб на эльфов? Или конкретно на этих эльфов?

– Хорошо, – мужчина расслабленно откинулся на спинку кресла и вдруг опять подозрительно сощурился. – Ты точно меня не обманываешь?

– Саша, – простонала я со смехом.

И мужчина облегчено улыбнулся.

– Наконец-то образумилась и разглядела отличного парня у себя под носом! Поздравляю, Рик! Не прошло и ста лет, как у девчонки мозги встали на место.

– Я бы ждал и сто лет.

Рик подошёл сзади и положил ладони мне на плечи, ощутимо придавливая к дивану, чтобы не дёргалась, потому что слова Александра царапнули, и настал мой черёд подозрительно щуриться.

– Ты знал, что Рик не искин?

Глава компании «Новосвет» улыбнулся ещё шире.

– Скажем так, ребята в моём аналитическом отделе не зря получают свою зарплату. Слишком многое стало на это указывать, – мужчина перестал улыбаться и заговорил серьёзно, глядя не на меня, а на Рика. – Если мои спецы просчитали, скоро и другим станет известно. Так что не тяни с оглаской.

И добавил уже куда мягче, переводя взгляд на меня.

– Прощаюсь до завтра, ты же помнишь, что тоже должна прийти?

– Помню-помню.

Голоэкран погас, и мы с Риком переглянулись с одинаково ничего непонимающими взглядами. Он первый поднял руки, будто сдаваясь.

– Не смотри на меня, я к этому не причастен.

– Рик, ты понимаешь, что больше не отвертишься? – спросила широко улыбаясь, глядя на любимого.

Я бы от радости повисла у него на шее, а ещё лучше вновь оказалась в спальне, но пришлось остаться на диване, сейчас должны были снова позвонить.

– Да понял я, понял. Только давай на людях пока оставим всё, как было. Не все нормально воспринимают отношения живого и искина.

– Но ты не искин!

– А кому об этом известно? – Рик улыбнулся и кивнул на экран. – Тебе очередной вызов.

Пришлось прервать разговор, потому что голоэкран вновь засветился.

– Доброе утро, Ваше Величество.

Вежливо и по-деловому приветствовала я Владыку, краем глаза замечая, что Рик ушёл из зоны видеосвязи и снова запускает на кухне синтезатор. Первоначальное желание поиздеваться над Его Величеством уступило профессионализму. Он всё ещё мой работодатель, а личные неурядицы мы обсудим при встрече.

– Надо поговорить, Янира.

– Назначайте время и место.

Он нахмурился.

– Я пришлю за тобой аэрокар.

– Боюсь, я не дома, и сама способна добраться к месту встречи. Только позаботьтесь, чтобы вас не узнали. Из-за Эрика я тоже временно под наблюдением, поэтому лучше встретиться инкогнито, незачем привлекать внимание спецслужб.

Выражение лица мужчины стало ледяным и отстранённым.

– Как я тебя узнаю?

– Не беспокойтесь, Ваше Величество, я вас узнаю.

– Тогда через час на площади Единения.

– Хорошо, я буду.

Я первая отключила видеосвязь, не доверяя своей расшатанной в последние дни выдержке.

Встав с дивана, дала гостиной команду принять обычный вид и, подойдя к Рику, обняла за талию и уткнулась ему в плечо. Он обнял одной рукой, другой погладил по голове и поцеловал в макушку.

– Ты справишься.

– Куда я денусь, – повторила как-то оброненную им фразу, поднимая взгляд на любимого. – Только мне надоело справляться, Рик. Впервые в жизни я хочу послать всё куда подальше и просто жить.

Он рассмеялся, целуя меня уже в кончик носа и обнимая крепче.

– Уверен, через неделю ты заскучаешь и опять влезешь в очередные приключения.

Я тоже засмеялась. Как же хорошо он меня знает, а ещё знает, как мне нравится с ним целоваться. Я повисла у него на шее, а спустя минуту он с явным сожалением отстранил меня и усадил завтракать.

– Ешь, на встречу с Владыкой эльфов нельзя опаздывать. И предвосхищая твой вопрос – нет, я с тобой не пойду. Вам надо двоим разобраться, и мне там делать нечего.

– Но Рик...

– И ты большая девочка, чтобы постоять сама за себя и в случае необходимости защитить Его Величество.

Я вздохнула. Он, как всегда прав, а я снова веду себя как девчонка.

– Тогда включай полицейскую сводку по поиску Милисенты.

Оказалось, девушку объявили во всенациональный розыск.

– Дело приобретает крутой оборот. Нира, забрось меня домой, надо посоветоваться с Сорином и придумать, как утихомирить её мужа. Ещё немного и они отправят поисковые группы по другим мирам.

– И если ни в одном из них её не обнаружат, начнут задавать ненужные вопросы, – подхватила я его мысль, быстро проглатывая остатки завтрака и подскакивая со стула.

Мне вовсе не хотелось, чтобы снова запустили установку по поиску новых миров. Когда её впервые включили три столетия назад, корпорации договорились обнародовать и сделать доступными для путешествий более сотни миров. И тех знаний, что лавиной обрушились на землян, теперь хватит, чтобы занять учёных всех направлений на тысячи лет. Но я знала, что до сих пор специальные отряды совершают случайные прыжки. И от мысли, что земляне сунутся в тот чудесный мир, внутри поднимался глухой протест. Какое-то существо во мне рычало: «Мой! Это только мой мир! Никому не отдам!»

– Нира, ты в порядке?

Очнувшись, с удивлением увидела в руке согнутую в петлю железную вилку. Не зная, как объяснить свои чувства, я беспомощно посмотрела на Рика.

Он мягко улыбнулся, рассыпался нанитами и появился в виде голограммы, перемещая своё сознание на кристалл браслета.

– Надо идти, иначе опоздаешь на встречу.

Положив его разряженный блок в сумочку, я в смятенных чувствах вышла из убежища. Дойдя до второго жилого подземного уровня, где располагались стоянки аэрокаров жильцов башен, самые дешёвые жилые уровни и станции технического обслуживания надземного города, вызвала такси с водителем-искином. Рик тут же взломал систему, указав в бортовом компьютере другой маршрут и адрес, а сам повёл машину к нашему дому.

– Доброе утро, Ваша Светлость, – приветствовал меня Сорин. – Докладываю сводку за последние сутки. Состояние систем башни стабильно на девяносто девять целых и семьдесят три сотых процента, отклонения из-за метеоусловий, так как ожидается сильный дождь и шквалистый ветер. Состояние защиты – сто процентов. На ваш адрес пришло шестнадцать предложений на званые ужины, сорок две заявки в друзья и четыре приватных сообщения с личным кодом доступа к их прочтению, их открывать я не стал, желаете ознакомиться?

– Потом, Сорин, всё потом. Рик?

– Я дома.

Значит, уже переместился на сервер Сорина.

– Хорошо, я убежала. Если не вернусь через два часа, объявляйте в полицейский розыск и звоните Торгету Урингтону, он будет искать в обход полиции.

– Это на случай вашего похищения эльфами из Ротана?

Я улыбнулась, кажется, не один Рик слишком умный, вернусь покопаюсь в настройках Сорина, гляну, что отец ему прописал в управляющих командах. А сейчас я страшно опаздываю на встречу с Его Величеством.

Глава 17

Ливень начался, когда такси было на полпути к площади Единения. В небе громыхнуло, и пелена воды рухнула с небес на город. Струи дождя лились по стеклу машины, день сразу превратился в серые сумерки, и вокруг начали зажигаться огни. Народу на площади не было, все успели укрыться от ливня в окружающих кафе. Оплатив поездку, отменила программу Рика и, выходя из машины, активировала силовой щит, укрывший меня от стихии наподобие огромного зонта. Ступив в лужу, осмотрелась по сторонам в поисках Его Величества.

Я изменила нанитами свою внешность, став платиновой блондинкой с голубыми глазами и строгим овалом лица. Поэтому не была уверена, что он меня узнает. Зато я его увидела стоящим у стеклянной стены в одном из кафе. Тот же рост, то же лицо, но русые волосы и серые глаза сделали из Владыки абсолютно другого человека. Одет он был тоже своеобразно: вместо делового костюма чёрные полуспортивные брюки, серый свитер под горло и кроссовки.

Махнув рукой, устремилась к этому кафе, заходя отключила щит и, отряхнув от влаги полы длинного плаща, с улыбкой подошла к мужчине.

– Извините за пару минут опоздания, из-за непогоды образовались пробки.

Оказывается, он успел забронировать столик. Отодвинул мне стул, помогая сесть, сам сел напротив, и к нам тут же подлетел дрон, разворачивая над столом голографическое меню.

– Мне, пожалуйста, горячий чай с лимоном, – сделала я заказ.

– Мне ничего не надо, – отмахнулся от дрона мужчина.

Я открыла рот, но не успела произнести и слова, как меня перебили:

– Андрей, меня зовут Андрей.

Производная от его имени Ардан?

– Зовите меня Даша, приятно познакомиться.

Он замолчал, хмуро глядя на меня, явно не зная, как теперь начать разговор, раз мы только что познакомились. Похоже, он действует спонтанно, зато я подготовилась.

– Я так рада, что вы откликнулись на моё предложение, – дождавшись свой чай, отпила маленький глоточек, чтобы не обжечься. – Наша сделка меня полностью устраивает и условия вполне приемлемые. Знаю, вы хотели получить всю сумму аренды в этом месяце, но могу я попросить о шестимесячной отсрочке? У меня действительно сложное положение, а офисное здание нужно срочно. Обещаю, я выполню все условия, мне просто нужно время, чтобы справиться с небольшими трудностями.

Владыка опешил, явно не понимая, что за бред я несу, но очень быстро сообразил, что я говорю о нашей сделке и Милисенте, которой рожать через полгода, и включился в игру.

– Вы меня озадачили, Дарья, я надеялся на всю сумму.

– Я понимаю, но вы сами начали меня торопить, и я сделала несколько неудачных финансовых вложений и осталась без средств, но это всё поправимо. Я всегда держу слово.

– Я уже в этом не уверен, Дарья, вы юлите... – он сощурил взгляд.

О, да, я юлила, ужом выкручиваясь от проблем, созданных его семейкой, а в частности сыном, не сумевшим соблюсти честь замужней женщины!

– Вы можете в любой момент обратиться к нашему посреднику и аннулировать сделку, только вам придётся выплатить неустойку, потому что ни одного пункта нашего соглашения я не нарушила. И договорённость об оплате в течение месяца не указана в нашем договоре. Просто вы просили об этом устно, и я попыталась это устроить. Но не получилось, и вам известны причины, так что отныне я буду строго придерживаться наших изначальных договорённостей. Ваше решение, Андрей? Желаете расторгнуть сделку?

– Нет, – нехотя выдавил из себя мужчина, как клещами из души вырвал. – Я согласен на отсрочку.

– Тогда до свидания, и остаёмся на связи.

Я встала, собираясь уходить, когда услышала в спину злое:

– Это всё, что ты хотела мне сказать?

Остановившись, медленно обернулась и вернулась к мужчине.

– Вы правы, Андрей, есть ещё кое-что. Я бы хотела вернуть ваш подарок, боюсь его цена для меня неприемлема. В нашем кругу не принято дарить такие дорогие вещи девушке, с которой связывают только деловые отношения.

– А если это будут не только деловые отношения?

Я хотела, чтобы наш разговор прошёл как у двух взрослых людей, но, кажется, кто-то не понимает – если девушка говорит: «Нет», то это действительно означает «НЕТ!»

Сощурив глаза, окинула мужчину взглядом.

– Вы, наверно, сегодня плохо выспались, раз сказали это, не подумав, – произнесла едва слышно, но ему хватило.

Его Величество вздрогнул всем телом, побледнел и сжал зубы так, что на скулах заходили гневные желваки. И взгляд полыхнул чёрным бешенством.

Эк его проняло! Я мстительно улыбнулась.

– И раз не хотите забирать свой подарок сами, я найду способ прислать его вам по почте. Всего хорошего! И до встречи через полгода.

Резко развернувшись, я направилась к выходу из кафе, включила над головой щит от дождя и пошла неспешным шагом, давая Его Величеству возможность меня догнать. На этот раз он не разочаровал. Нырнул под мой щит и взял за руку, останавливая.

– Нира, почему искин? Почему ты выбрала неживого?

Я подняла взгляд на мужчину. Непробиваемый.

– Потому что я люблю его, Ваше Величество. Всегда любила и буду любить всю жизнь.

Вдаваться в разговоры о том, в какой степени Рик живой и сколько в нём от искина, не имело смысла. Я по глазам Владыки видела – не поймёт, он и сейчас смотрел на меня, выжидая чего-то. Господи, чего? Что я осознаю свою ошибку, брошусь ему на шею и попрошу навсегда забрать с собой в Великий Лес? Рик прав, иногда разница культур становится той пропастью, через которую не получается перекинуть мост счастливых отношений.

– Вы, земляне, совершенно чокнулись со своими технологиями, – принял он наконец решение, и у меня отлегло от сердца.

– Это не мешает нам быть счастливыми. Разве не в этом смысл жизни каждого живого существа? Найти своё счастье!

– И ты ненормальней всех, Нира.

Я засмеялась. Мужчина тоже криво улыбнулся.

– Пойдём, не стоит показывать магию на людях.

– Вы в курсе, что похищать меня не имеет смысла? Иначе вам придётся всё время держать меня без сознания? В противном случае я сразу же сбегу.

Он резко остановился, и мне пришлось быстро вернуться, чтобы накрыть его щитом. Дождь лил, не переставая, и вокруг нас уже не лужи плескались, а текли настоящие реки воды.

– Почему ты вечно делаешь из меня злодея? – с мокрых волос мужчины вода стекала ему на лицо, и взгляд такой... полный искреннего удивления.

Нет, он не прошибаем. Махнув рукой на самого бестолкового мужчину в мире, пошла за ним к его машине. Хватит того, что он принял мой выбор, может, и остальное дойдёт когда-нибудь. Оказавшись на заднем сидении, несказанно удивилась, увидев Эвана на водительском месте.

– Привет, – обернулся парень с обаятельной улыбкой, – ну что, поехали?

– Янира с нами не поедет, погуляй пару минут, Эван.

– Па, там же ливень.

– Я сказал: погуляй!

Парень скорчил рожицу обиженного котёнка, которого злой хозяин вышвыривает в непогоду на улицу. Вышел из машины, захлопнул дверь и, прикрываясь руками от ливня, бросился под защиту ближайшего дерева, но всё равно тут же промок до нитки.

Я же, оказавшись с Владыкой наедине в закрытой машине, настороженно замерла, просчитывая шансы: удрать как Эван или съездить мужчине в глаз?

– Ты так скукожилась, что я чувствую себя чернокнижником, готовящимся принести тебя в жертву. Расслабься, Нира, я всего лишь хочу выполнить твою просьбу.

Он придвинулся ближе, взял мою руку в обе свои ладони и, как в тот раз, зашептал заклинания. Как и тогда, появилось белое сияние, серебристые нити отделились от наших запястий и, когда сияние погасло, от браслетов не осталось и следа.

– Спасибо, Ваше Величество, – я невольно потёрла место, где была удавка.

– Я это сделал и для себя, – криво улыбнулся мужчина. – Ещё одной такой ночи не переживём ни я, ни моя гордость. Но спасибо за расширение горизонтов в плане секса.

Вспомнив прошедшую ночь, я густо покраснела, чувствуя, как меня всю обдаёт жаром дикого смущения. Я до последнего надеялась, что мужчина ничего не почувствовал, я же его не чувствовала. Понимая, что разговор сворачивает куда-то не туда, ещё раз невнятно поблагодарила Владыку, пообещала оставаться на связи и выскочила из машины. Пробегая под ливнем через площадь, кивнула мокнущему Эвану и поймала такси.

– Научная башня, пентхаус, – дала указание водителю-искину и, когда машина резко взмыла верх, обхватила себя руками, уткнувшись лбом в спинку переднего сиденья, чувствуя, как начинает бить крупная дрожь – откат от нервного напряжения.

Рик встретил на причале, молча принял в объятия и, подхватив на руки, унёс в спальню.

Мы любили друг друга под шум дождя, шепча слова любви и прося прощение, что так долго не могли признаться в своих чувствах, мучая друг друга. И то, что надо мной больше не довлел страх перед Владыкой, вывело наслаждение на совершенно новый уровень, смывая серую тень из закоулков души. Потом мы долго лежали молча, я нежилась в объятиях любимого, наблюдая, как дождь стекает по силовому куполу, в небе сверкают молнии и спустя мгновение громыхают раскаты грома. Впервые за долгие-долгие годы я испытывала давно забытое чувство полного умиротворения. И как же не хотелось никуда идти.

– Я пробуду с Милисентой до вечера, она и так, наверно, волнуется, – извернувшись в объятиях любимого, повернулась лицом, обняла и стала ерошить ему волосы. Они ощущались абсолютно настоящими, как и тепло кожи, и упругость мышц. Если не знать, что это тело нанитовое, ни за что не отличить от биологического. – А ты чем займёшься?

– Поработаю над магическим сканером и попробую застопорить поиски Милисенты, – руки мужчины блуждали по моему телу, ужасно отвлекая от того, что он говорил.

– Рик, а где все ваши с Сорином лаборатории?

– Хочешь там побывать?

– Ты ещё спрашиваешь?

– Будешь хорошей девочкой, свожу, – он с дьявольской улыбкой уронил меня на спину, очень медленно склонился и поцеловал.

Я чуть не забыла суть разговора и вообще всё на свете, но он вдруг отстранился, встал с кровати, оказавшись полностью одетым в привычные брюки и рубашку, и постучал пальцем по появившимся на руке часам.

– Нира, три часа дня, снова опаздываешь или ты специально тянешь время в надежде, что девушка испарится из гостиницы, сняв с тебя ответственность?

Я рассмеялась, тоже выбираясь из постели. Да, я мечтала, чтобы Милисента наконец начала принимать собственные решения, но, видимо, у меня карма плохая, я была уверена, что застану её в номере и наверняка голодную, потому что она побоится выйти и купить себе еды.

– Как ты угадал?

– Я слишком хорошо тебя знаю.

Мы ещё раз поцеловались, Рик рассыпался нанитовой пылью, его голограмма исчезла, а я отправилась в душ.

Глава 18

Как и предполагала, девушка с самым несчастным видом сидела на кровати, завернувшись в одеяло, и тихо плакала.

– Милисента, что случилось? – испугавшись не на шутку, села рядом и, обняв этот кокон, начала укачивать.

– Я думала, что осталась совсем одна, – она зарыдала, уткнувшись мне в плечо и вздрагивая всем телом.

Так, наверно, сейчас не самое подходящее время напоминать юной леди, что она взрослая женщина и способна справиться со множеством проблем, хотя бы такой, как заказать завтрак. Похоже, придётся делать это самой.

– Побудешь ещё немного одна? Схожу куплю нам поесть.

Всхлипы на моей груди прекратились. Девушка подняла взгляд, отстранилась, плотней закуталась в одеяло и обиженно нахохлилась.

– Ты оставишь меня здесь, а сама вернёшься на Землю?

Я не хотела начинать этот разговор прямо сейчас. Но если сразу не прояснить ситуацию, придётся нянчиться с ней всю беременность. В отличие от леди Стоутон, я реально оценивала свои возможности и понимала, что на такое моего терпения не хватит.

– Милисента, ты должна знать: этот мир мне нравится, и я планирую здесь бывать. Мы обязательно будем видеться, но жить тебе предстоит самой. Гостиница оплачена на две недели, за это время выбери жильё – квартиру в городе или дом с садом в пригороде. Можешь справляться одна или найми слуг, финансами я тебя обеспечу. И я не оставлю тебя в этом мире навсегда. Только до тех пор, пока ты разберёшься, чего хочешь сама: стать самостоятельной, вернуться к мужу или встретиться с Эмитом.

Милисента, задумавшись, смотрела в окно, за которым виднелись макушки деревьев из парка на соседней крыше и далёкие башни, опутанные сетью переходов, потом перевела взор на меня и задала неожиданный вопрос:

– Деньги дал Его Величество?

Я едва сдержала широкую улыбку. Это был бунт. Если бы деньги дали эльфы, я бы сейчас столкнулась с открытой конфронтацией.

– Нет, это мои средства. Ты же знаешь – я очень обеспеченная.

После моих слов девушка заметно расслабилась и озвучила вполне ожидаемое решение:

– Я хочу их потом вернуть.

Так и хотелось сказать: «Ты помнишь, что через полгода окажешься с младенцем на руках?»

Но понимая, насколько вопрос финансов важен для Милисенты, согласно кивнула. Я тоже предпочитала ни от кого не зависеть, поэтому и не желала пользоваться наследством родителей и Рика, принёсшим столько горя. По этой же причине отказалась от денежного содержания, оставленного мне Оуэном, не взяв ни одного кредита у его семьи, хотя они настаивали.

– Хорошо, оформим у нотариуса как беспроцентный заём на неопределённый срок, когда обзаведёмся документами. Отдавать будешь частями, как начнёшь зарабатывать. Так устроит?

– Вполне, – девушка несмело улыбнулась и ужасно смутилась, когда внутри кокона раздалось урчание пустого желудка.

Кстати, а я тоже голодная.

– Раз финансовый вопрос решили, готова спуститься в кафе?

Хотя скорее это будет ресторан с соответствующими ценами. Я только сейчас обратила внимание на сдержанную роскошь обстановки номера и согласилась, что он стоит заплаченного золота.

Встав с кровати, я протянула руку Милисенте, но она ещё плотней закуталась в одеяло, натянув его до самых ушей.

– Ну что на этот раз?

– Мне нечего надеть, – юная эльфийка смущенно порозовела. – Моя одежда не нанитовая.

– Я так и подумала.

Отойдя от девушки, подняла с пола брошенную сумку и, вернувшись, поставила на кровать.

– Это самая последняя модель нанокостюма с заряженной батареей и простым искином для управления. Запаса нанитов хватит на создание практически любого наряда.

Открыв молнию, выложила на кровать свёрнутый в улитку широкий пояс с пряжкой. Было так смешно смотреть на удивлённо вытягивающееся лицо Милисенты по мере того, как я доставала содержимое сумки. Рядом с поясом легла стопка обычной одежды.

– Здесь несколько платьев, спортивный костюм, пижама, бельё. Извини, выбирала на глаз, но, думаю, с размером угадала. Это босоножки, тут такая жара, что в ботинках ты спаришься, туфли на случай дождя. И для личной гигиены, – рядом с одеждой положила походный несессер со всем, что может понадобиться девушке на время отпуска.

Милисента заглянула внутрь и вцепилась в расчёску с такой силой, что побелели пальцы и, прижав к груди, часто заморгала, пытаясь справиться с подступившими слезами.

– Спасибо, мне так её не хватало.

Выпутавшись из одеяла, она села, поджав ноги и распустив косу, принялась расчёсывать белоснежные волосы. Я только фыркнула и извлекла со дна сумки внушительный ящик, похожий на те, что находятся в банковских ячейках.

– Это тебе на проживание. Тут два миллиона кредитов золотом. Сама понимаешь, обменного курса нет, так что мерили по весу. Вышло около трёх тысяч монет. Если не хватит, я принесу ещё. За сохранность не беспокойся, замок настроен на твой генокод. Никто другой его не откроет, но с глаз лучше убрать.

Девушка испуганно вздрогнула, глядя на ящик. Видимо, представила, сколько ей придётся работать, чтобы вернуть долг. Я сделала каменное лицо, боясь рассмеяться. Никто её за язык не тянул, сама хотела независимости.

Завертев головой, намётанным взором нашла тайник за одной из картин на стене. Всё правильно, в гостиницах такого уровня в каждом номере должен быть сейф для хранения драгоценностей и документов. Надёжность сейфа меня не волновала, главное, не оставлять ящик с деньгами на видном месте. Отодвинув картину, открыла обычный кодовый замок.

– Милисента, иди сюда, выбери сама новый код.

Девушке пришлось подойти, и пока она придумывала комбинацию, я засунула ящик с деньгами в сейф и активировала нанитовую ловушку. Молекулы дна тут же слились с металлом, став единым целым. Теперь его можно было достать, только выдрав из стены вместе с сейфом.

– Смотри, как отменить ловушку, – я показала юной леди ещё одну выемку для отпечатка пальца. – Здесь тоже управление генокодом. Придумала код?

– Да.

– Тогда запирай.

Пока Милисента возилась с сейфом, я отошла к окну, заметив, что время давно перевалило за полдень. Обернулась, когда услышала щелчок запираемого замка и шелест вставшей на место картины.

– Обед закажем в номер? Или всё же спустимся в ресторан?

– Можно в номер? – девушка нерешительно накрутила кончик волос на палец. – Я хотела душ принять и переодеться.

– Хорошо, пойду сделаю заказ.

Спустившись вниз, обрадовалась, увидев за стойкой знакомого парня-администратора. Он заселял нас с Ларсом и должен меня помнить.

– Добрый день, не подскажите, наставник оставлял для меня послание?

Юноша проверил записи и поднял взгляд.

– Нет, не оставлял. Он, кстати, выписался из гостиницы следующим утром.

«И бросил ученика», – повисла в воздухе невысказанная фраза. Я многозначительно кивнула, мол, так и надо, и это дела лисехвостов, в которые людям лучше не соваться, а сама едва сдерживала смех, вот же... лисехвост. Спасибо, что вообще довёл до города.

Парень стушевался, видимо, он тут совсем новенький.

– Чем могу помочь?

– Я бы хотела заказать обед в номер. Это возможно?

– Да. С меню можете ознакомиться в ресторане. Уборку, смену белья будете заказывать?

– Нет, спасибо.

В ресторане в этот час было пусто. Время обеда давно прошло, ужин ещё не скоро, и двое официантов делали уборку: протирали столы, расстилали чистые скатерти, ставили вазы со свежими цветами и расставляли стулья с мягкой тканевой обивкой.

Увидев меня, одна девушка приблизилась. Необычная у них униформа. Закрытое платье из серой тафты, не слишком длинное, до середины икры, и белоснежный передник с рюшами.

– Желаете сделать заказ?

– У вас есть что-нибудь нежирное?

– Есть свежий луковый суп, паровые овощи и запечённая рыба. Из напитков могу предложить травяной чай.

– Подходит, двойную порцию всего и сделайте доставку в пятьдесят второй номер, пожалуйста.

– Через пятнадцать минут вас устроит?

– Вполне, спасибо.

Вернувшись в номер, обнаружила, что Милисента ещё не вышла из ванной. Покачав головой, решила заняться своей одеждой. Притворяться парнем больше не имело смысла, и я с удовольствием сменила плотную мужскую одежду на лёгкое платье изумрудного цвета с пышной юбкой длинной чуть ниже колена.

Я такие видела на горожанках, так что мои голые лодыжки в этом мире никого не шокируют. Только пришлось повозиться с хвостом. Под юбкой он смотрелся странно, пришлось сделать дыру в подоле, чтобы выпустить его наверх. Хорошо нанокостюм мгновенно убрал прорехи на ткани. Интересно, а как местные оборотни справляются с подобной проблемой? Надо будет присмотреться. Я решила остаться рыжей, пока не разберусь, за что так ненавидят белых лисехвостов. Надо потом и Рику сказать, чтобы изменил окрас.

От мечтаний, как мы отныне вместе будем путешествовать по мирам, отвлёк прекратившийся шум воды в ванной. Я как раз доплетала сложную косу, когда моя подопечная, замотанная в полотенце, вошла в комнату, и одновременно раздался стук в дверь. Милисента ойкнула от испуга и, запрыгнув на кровать, мгновенно завернулась в одеяло, вновь став похожей на уютный кокон.

Пряча от неё улыбку, впустила в номер миловидную горничную с полным подносом еды.

– Добрый день, ваш заказ.

– Поставьте там, пожалуйста, – я указала на столик рядом с креслами.

Девушка занялась сервировкой, с любопытством поглядывая на кокон на кровати, и когда закончила раскладывать салфетки, учтиво поклонилась.

– Посуду я заберу позже, стоимость включена в общий счёт за проживание. И ещё хозяин просит вас к нему зайти.

– Спасибо, передайте, что зайду через тридцать минут.

Этого стоило ожидать. Три дня назад заселялся один парень, на поверку оказавшийся девушкой, и вдруг в номере обнаружился ещё один постоялец. Тут у любого возникнут вопросы. Проводив горничную и закрыв за ней дверь, обернулась к Милисенте.

– Так и будешь всё время прятаться?

– Но я же не одета.

Я сделала вид, что поверила в столь «вескую» причину и, снова покачав головой, подсела к столу. Девушка за моей спиной зашуршала одеждой. Она выбрала обычное платье, схожее с моим по фасону. В плане крыльев эльфам повезло больше, чем лисехвостам. Имея энергетическую структуру, им никакая одежда не была помехой.

Наконец девушка села к столу и набросилась на еду.

– Янира, это же настоящая еда, живая, не синтетика! Представляешь, овощи росли под солнцем на грядке! Как же это вкусно!

Я, мягко говоря, зависла от столь восхищённой оды обычному супу. Сначала мокрицы и историческое общество, теперь восторг по луку. Тем более по вкусу этот суп ничем не отличался от того, что можно приготовить на синтезаторе.

Надо срочно пойти проветриться и всё осмыслить. Заодно переговорю с хозяином гостиницы.

– Милисента, я снова тебя ненадолго оставлю. Надо оплатить номер за нас двоих, а то выселят за жульничество.

Девушка кивнула, мол, если надо, иди, а сама с удовольствием продолжила есть суп. Я вздохнула. Чувствую, намучаюсь с ней в этом мире.

Вновь спустившись вниз, обратилась всё к тому же администратору.

– Не подскажите, где я могу найти хозяина?

– Сюда, пожалуйста.

Парень вышел из-за стойки, снял с шеи мутный голубой кристалл, приложил к выемке в стене. Он засветился, и часть стены бесшумно отъехала вправо, открывая вход в длинный коридор, вдоль одной стороны которого были двери, вдоль другой – высокие окна с крупной обрешёткой.

– Спасибо, – кивнув в знак благодарности, прошла на другую сторону и, ориентируясь по табличкам на дверях, в основном обозначающих склады, нашла надпись: «Управляющий». И несмотря на то, что дверь была приоткрыта, постучала. Дождавшись вежливого: «Войдите!», зашла в самый обычный кабинет. Приветственно поклонилась седому, с небольшим брюшком мужчине, сидящему за столом за ворохом бумаг, и сразу заговорила:

– Добрый день, я Оникс Луин из пятьдесят второго. Прошу простить, что ввела вас в заблуждение. Притвориться мужчиной в долгой дороге было безопасней.

– Это я понял, а кого ты привела потом в номер?

– Моя подопечная, у меня контракт на её охрану, её зовут Милисента Стоутон. И я всё так же хочу снимать номер с полным пансионом.

А Рик пусть арендует нам отдельный номер и ставит на него звуконепроницаемую защиту.

– Чем? – мужчина явно не понял последнее слово.

– Пансион – включённое в стоимость стандартное меню трёхразового питания для возможности оплаты авансом сразу за весь период проживания.

– Говоришь, ты из резервации?

Я с улыбкой кивнула, мол, ну, конечно, я из резервации, но вы же сами понимаете, как всё обстоит на самом деле. Мужчина хмыкнул и тоже улыбнулся.

– Пансион, надо же, а хорошая идея. Ладно иди к Алеку, обнови условия регистрации и живите, – он вздохнул, возвращаясь к бумагам. – Эти хоть честно признались, что живут нелегально, кажется, пора обновлять защиту.

Это он про нас с Риком? Неужели постояльцы на ночной шум нажаловались? Ой, как стыдно! Прижав ушки, я ещё раз отвесила лёгкий поклон и выскочила из кабинета.

Вернувшись в холл гостиницы, вписала в книгу регистрации Милисенту вторым жильцом в нашем номере и внесла дополнительную плату. Портье, записывая данные мисс Стоутон, на всякий случай попросил меня предъявить документы.

За их качество я не переживала. Главное, при выборе личности не метить в местную аристократию. Поэтому никаких льер – так в этом мире обращались к высшей знати – и принадлежности к Великим Домам в наших документах не упоминалось. С местом рождения и прошлого проживания, да и вообще с составлением легенды помог парнишка, который их делал. Рик прав, эволюция в любом мире повторяет практически один и тот же сценарий, и структура общества всегда неизменная с разницей лишь в уровне развития. Поэтому с моими навыками найти в Ашентри нужного человека из теневого бизнеса не составило труда. Так что документы у нас были самые настоящие.

Закончив с формальностями, поднялась в номер. Моя подопечная уже доела и снова забралась на кровать, превратившись в кокон из одеяла.

– Милисента, ну что за ребячество? Так и будешь сидеть в номере?

Ответом было смущённое сопение, и я поняла, что начинаю медленно закипать.

– Так, мне это надело! Мы идём гулять, а то в моё отсутствие ты зарастёшь плесенью.

О, сопение как по волшебству прекратилось!

– Что такое плесень?

Всё, моё терпение закончилось! И я бросилась к выходу, пригрозив строптивице:

– Через минуту жду тебя на улице, иначе вернусь и вытащу тебя силой.

Глава 19

Сбежав по лестнице, я промчалась мимо ошалевшего администратора и, выскочив на улицу, зажмурилась от яркого солнца, чувствуя, как злость на несносную леди постепенно утихает. Милисенте не слуги нужны, а нянька. Эдакая дородная дама с материнскими инстинктами, которая возьмёт это чудо под крылышко и за пару лет превратит в адекватную девушку. Хотя пару-тройку слуг нанять придётся. Леди, наверно, не в курсе, что в доме надо делать уборку, застилать кровати, готовить еду и мыть посуду. В нашем мире всё это делают технологии. Но, чёрт возьми, она же почти год прожила с мужем на Ротане! Неужели не вынесла никакого опыта?

Спустя пять минут дверь гостиницы приоткрылась, и белокурая головка выглянула наружу. Осмотревшись, девушка решила, что, видимо, тут не так страшно, и вышла на улицу.

– Молодой человек на ресепшене так на меня смотрел. Я, наверно, странно выгляжу?

– Его удивили твои крылья. Представители твоей расы обитают там, – я указала на вершины белоснежных башен. – Пойдём, посмотрим? Может, с кем-нибудь познакомимся.

– Только никаких мужчин, – вздрогнула Милисента явно от ужаса.

А я задумалась, что за жизнь была у неё с мужем, если этот ребёнок влюбился в первого встречного парня, проявившего к ней ласку и заботу? Но про Эмита я её спрашивать не буду, расскажет сама, когда будет готова.

Поднявшись на десять уровней вверх, мы набрели на огромный парк на крыше квадратного здания, купили у уличного торговца жменю леденцов в виде разноцветных полосатых палочек и, хрустя карамелью, устроились на бортике бьющего фонтана, охлаждаясь в облаке его брызг. Народу было немного, видимо, в такую жару горожане предпочитали сидеть дома, не удивлюсь, если у них тут есть охладители, наподобие наших кондиционеров.

– Смотри, кто это?

Милисента схватила меня за руку и указала на странное существо, мощными взмахами кожистых крыльев стального цвета поднимающееся с нижних уровней вверх. Я даже про леденцы забыла.

– Понятия не имею. Я не знаю и половины обитающих в этом мире рас.

– Тогда нам надо в библиотеку.

– Куда?

– В библиотеку. Думаю, у них есть книги, где можно почитать о самом мире, его жителях, истории, политическом устройстве, заодно оценим уровень развития. А ты разве не в книгах черпала информацию, когда оказывалась в других мирах?

И столько удивления в устремлённом на меня взоре, что внезапно стало стыдно. Нет, что такое библиотека, я знала и даже видела печатные книги. Но в моей голове само понятие «библиотека» ассоциировалась с огромной информационной базой Рика. Я всегда могла запросить у него нужные сведения по любому вопросу, даже результаты биологического сканирования различных форм жизни. И то, что можно куда-то прийти, взять в руки настоящую бумажную книгу и получить из неё информацию, даже в голову не приходило, хотя я знала, что наши предки именно так и делали. Может, не так уж и не прав Владыка на на счет того, что мы, вцепившись в технологии, стремительно несёмся в бездну цифровой информации и всё большей виртуализации жизни, что скоро сами превратимся в искинов. Тем более, что меня уже посещала такая мысль, причём совсем недавно.

– Знаешь, это хорошая идея.

И мы отправились на поиски библиотеки, попутно спрашивая прохожих, а есть ли тут вообще что-то такое? Оказалось, есть, находится практически в самом поднебесье, и идём мы в верном направлении. Только вон там сверните, на ту едва заметную лестницу, сразу сократите путь в полтора раза.

– Хочу виртуальную! Трёхмерную! С тысячекратным масштабированием карту этого лабиринта! – разозлилась я, когда, сделав круг по трём уровням вверх и вниз, мы непостижимым образом вернулись к уже пройдённой развилке.

Как же мне не хватало Рика! Ведь это он сканировал местность и загружал карту и всю получаемую информацию в мою допреальность. Милисента благоразумно молчала, но я видела смешинки в её глазах. Ладно, пусть забавляется, хоть ожила и перестала от людей шарахаться... и не людей тоже. Кстати, на неё тоже мало кто внимание обращал – эльфийка как эльфийка.

А потом я поняла, сегодня мы в библиотеку не попадём, потому что чем выше поднимались, тем чаще останавливались, в восхищении любуясь окружающей красотой. Белоснежная, ажурная каменная резьба украшала практически все дома, вилась немыслимыми узорами в перилах мостов и переходов, поднималась и свивалась в высоченные арки над головой, разделяющие кварталы города. Везде невероятное количество зелени, на всех уровнях – на крышах и балконах и особенно внизу – в городских парках.

Небо стало цвета индиго, и закатное солнце огромным диском погружалось в море на горизонте, окрасив облака багрянцем и отражаясь оранжевыми бликами от городских стен и окон. Со стороны гор поросшие лесом склоны накрыла непроглядная темень, и на улицах один за другим зажглись тысячи фонарей.

Милисента коснулась моей руки.

– Я устала, может, вернёмся в гостиницу и продолжим завтра?

Я еле вернулась к реальности, оторвавшись от созерцания невероятной красоты.

– Да, так и поступим. Теперь мы знаем половину дороги, вторую осилим завтра.

– На аэрокаре долетели бы минут за десять.

– Или кто-то может долететь на крыльях, а я бы добежала. Лисехвосты могут развивать приличную скорость.

– Долетела? – Милисента оглянулась на свои крылья. – Я могу в этом мире летать?

– Конечно, разве я не говорила? Иначе зачем тебе крылья? Хотя точно – не говорила. Вот завтра и попробуешь.

Вернувшись в гостиницу, я затащила девушку в ресторан. К стандартному ужину заказала по огромному куску сладкого яблочного пирога. И когда поднялись в номер, я сразу телепортировалась в убежище.

Возникло желание устроить телепортационную комнату в пентхаусе, чтобы не бегать через весь город. Хотя это будет сложно. Придётся экранировать её пятиметровыми слоями свинца и бетона с встроенной в них сложной системой, создающей специальное поле. Все вместе они экранировали выплески моих портальных перемещений. Вчерашний случай в переулке с Риком был практически единственный раз, когда я поступила так необдуманно. Вот только если сделать бункер в башне, его мгновенно обнаружат. Десятиметровый, абсолютно непрозрачный для любого сканирования куб, неизвестно откуда появившийся внутри здания, сразу заинтересует полицию и спецслужбы, так что не стоит. Придётся добираться домой по старинке – пешком до поверхности и оттуда на такси.

– Я дома, – крикнула с порога, когда раздвижные стеклянные двери закрылись за моей спиной.

И в ответ тишина. Даже свет не включился.

– Рик! Сорин! Где вы оба?

Снова тишина. У меня мороз пробежал по спине. Мгновенно активировав броню, сжала появившуюся плазменную винтовку и, включив в допреальности режим ночного видения, стала бесшумно обходить дом, обследуя этаж за этажом, комнату за комнатой.

В жилой части пентхауса было пять этажей. Пятый, нижний, технический – жизнеобеспечения, четвёртый – гараж для моего бывшего флайера и аэрокаров гостей с отдельным причалом. На третьем и втором – апартаменты для гостей. И первый, самый верхний уровень – лично мой, с причальным балконом с одной стороны и небольшим садом с другой. Все этажи соединялись лестницами и был один лифт, идущий из гаража на двадцать этажей вниз. Их занимала серверная, контролирующая все системы не только в пентхаусе, но и во всей башне. Собственно, это и был Сорин. Ещё двадцать нижних этажей нужно было пройти пешком, минуя сложнейшую охранную систему и только потом можно было попасть в холл, из которого другой лифт шёл до первого этажа башни.

И вот сейчас все сорок пять этажей моего личного пространства были абсолютно пусты. Вручную прочитала логи записей охранной системы с того момента, как я покинула башню, и до минуты возвращения и не нашла следов взлома, проникновения или хакерских атак на систему. Так куда они оба делись?

– Ладно, подожду вашего возвращения.

Деактивировав броню, вернулась в свои апартаменты. Хорошо, я поужинала с Милисентой. Даже синтезатор не работал, когда я попробовала сварить себе какао. Зато работал душ, потому что в нём был обычный старый добрый водопровод. И не нужно никакой электроники, чтобы повернуть рукой кран. Но из-за отсутствия света приходилось мыться с окном допреальности. Волосы максимально просушила полотенцем, но они остались влажными. Откинув их на подушке, чтобы не холодили спину, зарылась под одеяло и мгновенно уснула, потому что не спала до этого почти двое суток.

Разбудил ласковый поцелуй в плечо. Сильные руки Рика обнимали за талию, и сам он прижимался со спины, явно устав ждать моего пробуждения.

– Я уже не сплю, – зевнув, потянулась в лучах яркого утреннего солнца и тут же оказалась на спине, а мужчина сверху.

Я обняла его руками за шею, выгибаясь под нежными ласками. Как же я соскучилась! И, кажется, не только я. Мужчина ласкал мою грудь, бока, бёдра. Я зарылась ему в волосы, когда он поцелуями стал прокладывать дорожку от губ, шеи через ложбинку до пупка.

– Нет, – я потянула его обратно. – Хочу тебя.

Рик тут же вырос надо мной. Я подалась навстречу, обнимая ещё крепче. Он замер на мгновение, глядя на меня с шальной улыбкой, и начал двигаться толчками, резко, и я забыла обо всём на свете, пока этот потрясающий мужчина любил меня со всей изголодавшейся страстью.

И когда он рухнул рядом, услышала:

– Доброе утро, любимая.

Ага, вот, значит, как он теперь будет заговаривать мне зубы? Раньше просто исчезал, оставляя без ответов на вопросы, а теперь понял, что от меня ему больше никуда не деться и нашёл другой способ? Я, конечно, не против, пусть «заговаривает», только не на ту напал.

Распластавшись на нём, поёрзала, устраиваясь удобней. Мужские ладони тут же оказались на моей попе, а я, приподнявшись на сложенных на его груди руках, заглянула в родные серые глаза.

– Рик, а Рик, вот скажи мне, где это вы вчера с Сорином были? Возвращаюсь домой, никого нет. Вы напугали меня до чёртиков.

– На подводной базе родителей Милисенты. Сорину было любопытно побывать там.

– Значит, вы всё-таки увеличили мощность энергоблока?

– Нет, до этого далеко. Мы виртуально. Сорин, оказывается, давно умеет перемещаться по всему городу и скинул мне пару настроек.

Выходит, «доброе утро» – это не способ меня отвлечь? Он действительно скучал?

– Расскажи, как вы это сделали, я же умру от любопытства!

– Он научился кодировать свой сигнал, шпионской программой передавать через чужие сервера и меня прокатил.

Уткнувшись ему в грудь, я засмеялась, представив этот виртуальный серфинг.

– И много защит по пути посносили, пока кочевали от сервера к серверу?

– Была парочка, но до базы мы добрались, пообщались, и у меня для тебя новый контракт.

– Эй, я не открываю порталы в космос.

– Пятьсот тысяч кредитов за отправку ужасно скучающих и чувствующих свою вину родителей к любимой дочке, – мужчина сверкнул глазами.

Ага, а я такая наивная и сентиментальная взяла и поверила. Мы с Риком переглянулись и захохотали.

– Будешь в следующий раз на базе, передай, что единственный мир, куда я могу их отправить, – это Ротан. Причём, абсолютно бесплатно. Только намекни, что им придётся вернуть начальную генетическую конфигурацию тела, иначе эльфами им там не стать. – Я сделала большие глаза. – Вдруг станут орками, и Милисента их испугается?

И фыркнув, добавила:

– Пусть вернут наследство своего великого предка и его магию, тогда и поговорим о встрече с дочерью.

Пока болтала, не заметила, что мужчина больше не ласкает мою попу, не гладит спину и вообще будто весь одеревенел.

– Ты в порядке?

Он смотрел на меня с совершенно ошеломлённым выражением на лице.

– То есть ты не против, если я не всегда буду рядом?

Теперь я вытаращилась на него с неподдельным изумлением.

– Рик, ты обалдел? Можешь вообще вставить считыватель с кристаллом себе в голову и ходи, куда вздумается.

– Ну уж нет, – усмехнулся мужчина, стискивая мою талию. – Попаду в зону без сети или сильное электромагнитное излучение, или защитное поле, парализующее нанитов, или закончится заряд энергоблока, да мало ли что, и даже ребёнок раздавит выпавший кристалл.

Я еле сдерживала смех, слушая эту «возмущённую» тираду, интересно, что он ещё придумает?

– А стать роботом уже не интересно, хотя одно время я обдумывал этот вариант. Только, думаю, тебе теперь не понравится.

– Ещё как не понравится, – дотянувшись до его губ, поцеловала хитреца.

– Так что нет, прости, пока я на этом сервере. – Он помолчал. – Или ты хочешь от меня избавиться?

Перестав дурачиться, мужчина с лаковой улыбкой взял меня за подбородок.

– Не дождешься, Нира. Не только я от тебя, теперь и ты от меня никуда не денешься.

И тоже поцеловал.

– Молодые люди, я понимаю, что вы хорошо проводите время, – послышался возмущённый голос Сорина из-за двери. – Но, Рик, теперь я что ли должен следить за расписанием Её Светлости? У неё встреча через час с князем Лисовским, а она ещё не завтракала.

Глава 20

На бегу жуя бутерброд, схватив из рук Сорина стакан с соком, за два глотка выпила почти половину и выбежала на балкон, куда уже причалило такси. Оставила стакан на столике у шезлонга и, оказавшись в салоне аэрокара, доела бутерброд и, отряхнув крошки с брюк, позвонила Эрику.

Принц ответил почти мгновенно. Одет он был в строгий деловой костюм, за спиной маячили два охранника из правительственной СБ. Остальные наверняка распределились по периметру. Побывав женой главы корпорации, я имела представление, как охраняются значимые «объекты».

– Доброе утро, Эрик! Прости, опаздываю, где встретимся?

– Я жду тебя в кафе напротив входа в головной офис корпорации «Новосвет»! Ты чего такая взъерошенная?

Чуть не сказала: «Проспала», но вовремя прикусила язык.

– Искала дом на курорте для отдыха, вот и задержалась, – он должен понять, что я имею ввиду Милисенту, и хотя врать нехорошо, но кто докажет, что я провела утро не в том мире?

– Понятно... и как там на курорте?

– Тепло, красиво и соседи чудесные. Думаю, мне там понравится.

Едва такси приземлилось, Эрик уже шёл навстречу, за ним по пятам следовала охрана. В красивом сквере перед башней в этот час гуляло много народу, и после вчерашнего ливня умытая от городской пыли природа сверкала свежестью и яркими красками.

– Привет поближе, – парень улыбнулся немного криво. – И прости за вчерашнее.

Это он про встречу с Владыкой?

– Всё нормально.

В фойе нас встретила миловидная девушка в строгом костюме и с планшетом в руке.

– Ваша Светлость, Ваше Высочество, прошу за мной, вас уже ожидают.

Нас повели к боковому лифту, сразу поднявшему на последний этаж и открывшему двери в огромное фойе сплошь из стали, стекла и стен из чёрного гранита. Такой же гранитный пол, белый потолок и стеклянные раздвижные двери в кабинет. Всё чётко и лаконично, как любил Оуэн, и его наследник не стал ничего менять. От охвативших воспоминаний в душе поднялась тихая печаль, и я поняла, что наконец отпустила и эту боль в своём сердце. Оуэн не был моим мужем как мужчина, но он стал наставником и другом, и его смерть на самом деле была ударом. И сейчас я была рада, что могу вспоминать о нём без надрыва в сердце.

Эрик слегка удивился, что в фойе нет ни секретаря, ни диванов для ожидания.

– Сюда приходят только те, кому уже назначено, – пояснила парню. – Вместо десятка секретарей хватает одного помощника-искина. Другие служащие находятся этажами ниже.

– Все так, как было заведено ещё вашим мужем, княгиня, – улыбнулась наша сопровождающая.

Стоило подойти, и двери автоматически разъехались в стороны, открывая недра громадного кабинета. Мы вошли, девушка осталась в фойе, и как только двери закрылись, из-за массивного стола из тёмно-оранжевого полированного дерева поднялся Александр.

– Доброе утро, Ваше Высочество, – он пожал руку принцу, меня же просто обнял. – Даянира. Прошу, присаживайтесь.

Он указал на кресла вдоль стола. Мы с Эриком сели напротив друг друга. Александр занял своё кресло и без предисловий перешёл к делу.

– Правительство Земли уполномочило меня вести с вами, лэрд Норинтейн, переговоры о деле, которое может оказаться выгодным для обоих наших миров. По имеющимся у нас сведениям, Великий Лес в силу вашей магии и более длительной продолжительности жизни вашего народа занимает на политической арене главенствующее положение.

Эрик напрягся, плотно сжал губы и заговорил довольно сухо:

– Его Величество никогда не пойдёт на завоевание всего мира.

– Нам это и не нужно. Но ваша разрозненность представляет огромную проблему. Из-за разницы развития наших миров для вас опасно вести с нами дела. Представьте, если мы продадим своё оружие вашим противникам? К тому же многие корпорации заинтересованы получить в собственность ваши неизведанные земли. Если вы не сформируете орган власти, в состав которого войдут представители всех ваших королевств, и не создадите единую политику взаимодействия с другими мирами, установив для себя, насколько быстро вы хотите освоить новые технологии и до каких границ готовы пустить представителей других миров в ваш мир, вам придётся запечатать свой межмировой портал, чтобы его невозможно было открыть с Земли. Потому что не все в нашем мире предпочитают политику сдерживания.

Я притихла. Эрик, преодолев первоначальный гнев от того, что с ним говорят, как с диким аборигеном, в чьи леса вторглись бульдозеры корпораций для строительства своих мегаполисов, теперь напряжённо думал.

– Это решение принято только по нашему миру?

– Мы уже закрыли порталы в тридцать один мир. Они не готовы по своему развитию воспринять самые элементарные технологии. Не потому, что мы не можем предоставить доступ к знаниям, а потому что жители в своём сознании не готовы будут их воспринять ещё сотни лет.

– Хорошо, я вас понял и донесу волю правителей Земли до Его Величества. Но на выполнение условия потребуется время. Не все будут готовы сотрудничать, – задумчиво проговорил Эрик и вдруг словно встрепенулся. – Когда нам запечатывать мир?

– Нужно оповестить всех ваших правителей, дадим время путешественникам вернуться в родные миры. Свернём посольство и научные экспедиции. Где-то полгода у вас есть. Если успеете договориться, будем и дальше сотрудничать, если нет... – тут Александр перевёл взор на меня и улыбнулся.– Даянира сообщит, когда вы будете готовы.

– Ты хитрый, наглый, беспринципный... – начала я возмущаться, и Александр захохотал.

– Нира, не выдавай меня нашему гостю.

– Он и так всё понял. Зачем я тебе на самом деле?

К чести князя он не стал отпираться.

– Хочу, чтобы ты стала моим эмиссаром в закрытых мирах.

– Говори прямо – вербуешь в разведку?

Александр скривился, Эрик наоборот выглядел задумчивым и совершенно по-новому смотрел на меня.

– Иногда ты слишком прямолинейна. Но да, смысл работы ты определила верно. И прости, девочка, тебе дали наиграться, набраться опыта, но пора отнестись к жизни более серьёзно.

– Если я откажусь? – я не испытывала страха перед этим практически всесильным мужчиной и не потому, что он мой родственник, хоть и не кровный. Просто и он, и я понимали, что силой меня не удержать. Открою портал, и он больше никогда меня не найдёт.

– Значит, ты ещё слишком молода и не готова к работе. Просто однажды сама поймёшь, что перед собой нужно иметь настоящую, стоящую цель, всё остальное – детское ребячество.

– То есть у меня тоже есть время?

– Конечно, – глава корпорации снова улыбнулся. – Вернёмся к этой теме через полгода. Раньше всё равно вся эта суета с порталами не устаканится.

И давая понять, что официальная часть окончена, князь одарил нас разве что не отеческой улыбкой.

– Не желаете пообедать? Сейчас приедет моя жена и составит нам компанию.

На обед мы отправились в ресторан, где подавали только натуральную еду, приготовленную шеф-поварами мирового класса. Наталья разрядила обстановку, и к концу обеда Эрик смог нормально общаться с Александром. И они яростно спорили, выясняя, какая стратегия будет более выигрышной для обоих миров. Я вяло ковырялась вилкой в тарелке, изредка вставляла реплики для поддержания беседы, хотя мыслями была отсюда далеко.

Порыв немедленно вернуться домой, собрать вещи и бежать так далеко по мирам, что даже через тысячи порталов корпорации до меня не доберутся, я стоически задавила. Я не могу принять такое решение за любимого. И даже если Рик согласится отказаться от всех возможностей, что ему сейчас открылись, и последует за мной, что потом? Жить в глухом лесу в избушке, вновь сделав из любимого мужчины искина? Вряд ли чудо с биологическим телом повторится. Тот мир изначально показался мне уникальным, и я не ошиблась. В других может так не повезти. Искать мир с технологиями, где у него может быть нанитовое тело? Но тогда он будет открыт для землян. Рано или поздно меня в нём найдут.

Я могу опять сбежать.

И что потом, когда снова обнаружат?

Снова сбежать!

И как долго придётся бегать?

Голос в голове шептал: «Всю жизнь». И это был не Рик, он остался дома с Сорином.

Но хочу ли я такой жизни? Нет, не так. Хочу ли я такой жизни без Рика? Потому что совесть не позволит так поступить с ним. Но и стать пешкой в играх корпораций тоже не хочу. Что там говорил Рик: или выгрызай путь на самую вершину, или принимай то, что дают другие? Я никогда не хотела подниматься на самый верх, но вся жизнь меня толкала, пихала и тащила туда, где я не ощущала себя на своём месте. Мне было комфортно по мелочи нарушать закон, прыгая по мирам, жить в убежище с Риком, но события последних дней захватили меня, закружили и кидали как щепку, и я чувствовала, что теряю контроль над своей жизнью. Александр прав, мне нужно время.

– Нира, ты в порядке? – ладонь Натальи накрыла мою руку, комкающую салфетку. – Ты всё время такая задумчивая. Или переживаешь из-за слухов о вас с Эриком? Александр уже намекнул кому надо, что ты всего лишь посредник в его деловых отношениях с Великим Лесом. Так что можете спокойно вместе появляться в обществе.

– Спасибо, Наталья. Это хорошие новости, а то я боялась даже читать все те приглашения, что заспамили мою почту, – изобразила я веселье.

Женщина едва заметно расслабилась и улыбнулась, чуть сильней сжав мою руку.

– Мы заткнём рты даже тем сплетникам, что никак не угомонятся. Через неделю мы с Сашей устраиваем званый ужин. Для узкого круга знакомых. Приходи с Риком.

Мужчины после этих слов обернулись к нам. Александр кивнул, подтверждая слова жены.

– Передай ему, хватит сидеть в своей лаборатории. А то выкрою время и сам наведаюсь в гости, поговорить по-мужски.

Я прыснула со смеху, представив реакцию Рика, когда передам слова князя.

Эрик отмер от шока.

– Её будет сопровождать искин?

– Искин – это искусственный интеллект, – немного раздражённо ответил Александр. – А Рик – виртуальный человек, утративший тело, но полностью сохранивший своё сознание. И он так же реален, как и вы, Ваше Высочество.

– Кажется, нашему гостю на сегодня хватит шокирующих новостей, – вступилась я за парня.

Да и мне тоже. То, что Саша в курсе, что Рик – не информационная копия воспоминаний моего наставника, а он сам, я уже поняла после того звонка в убежище. Но вот остальные новости лучше обдумать в тишине и спокойствии.

– Эрик, не проводишь меня? – встав из-за стола, обнялась с поднявшимися Александром и Натальей.

– Да, конечно, – парень поднялся с таким явным облегчением, что я чуть не рассмеялась.

Да уж, Саша умеет брать в оборот будущих компаньонов, если чувствует выгодную сделку.

– Прогуляемся? – предложил Эрик, едва мы покинули ресторан.

– Отличная идея!

Охранники чуть отстали, и мы неспеша пошли в сторону большого парка. Эта часть города считалась историческим наследием. Дома тут были элитными в высоту не более девяти этажей, и пространства между ними хватало для широких тротуаров, клумб и большого количества деревьев. Старый город, как его называли. Аэрокарам здесь разрешалось перемещаться максимально близко к земле, поэтому над головой простиралось открытое небо.

– Что-то меня ещё потряхивает после общения с твоим родственником. Лучше бы на встречу пошёл отец.

– Думаю, это случится, когда Александр посчитает нужным навестить Великий Лес. Давай не будем о делах.

– Хорошо, тогда чем займёмся?

– Ты когда-нибудь катался на каруселях?

– Это...чтобы я ещё раз... гхарх... да когда же перестанет всё кружиться?

Я покатывалась со смеху, глядя как принц, сойдя с американских горок, где он стоически не произнёс ни звука, стоит, упёршись руками в колени, трясёт головой и пытается справиться с головокружением.

– Ты герой, ни разу не заорал!

– Принцы не орут на детских каруселях, – улыбнулся парень, прекратив трясти головой и принимая более-менее вертикальное положение.

Над нами по петле пронёсся паровозик, оглушив воплями катающихся детей и их родителей.

– Приедешь погостить, покатаю на драконе, посмотрим, сколько выдержки у земных принцесс.

– Я не принцесса. По крайней мере не урождённая.

– Драконам без разницы, – развеселился Эрик, и мы пошли к ларьку с мороженным.

Потом покатались ещё на нескольких каруселях, посетили комнату страха, которая парня вообще не впечатлила. Он сказал, что у них на гиблых болотах куда страшнее. А потом меня посетила идея затащить его в кино на фильм про космос.

Шлем полностью погружал в виртуальную реальность происходящего в фильме, создавая абсолютное ощущение присутствия и не давая возможности видеть других зрителей. Это оказался очередной ужастик про вырвавшихся из-под контроля учёных генетических монстров на далёкой станции в глубоком космосе. Не знаю, что испытывал Эрик, но когда мы выходили из кинотеатра, он долго молчал, погружённый в свои мысли, а потом словно очнулся.

– Знаешь, я кажется понял, что князь пытался донести до меня всё это время. Он прав насчёт портала в наш мир. Не думаю, что мы готовы принять такое.

– Со временем вы придёте к этому, только магическим путём. Создадите технологии на основе магии. Мне кажется, вам не стоит закрываться. Ограничить вторжение наших технологий – однозначно, но не тормозить.

Я остановилась под загоревшимся в сгущающихся сумерках фонарём. Вдоль дорожки цепочкой зажигались другие фонари. И карусели за деревьями расцветились разноцветными лампочками.

– Думаю, поэтому Александр пригласил на встречу именно тебя. Ты готов мыслить более широко, чем многие правители в твоём мире. Иногда, чтобы привнести изменения, нужны не технологии, а убеждения.

Мы снова пошли по дорожке к стоянке его лимузина.

– Знаешь, я, кажется, начинаю понимать, почему ты отказала отцу.

– Эрик, не начинай, пожалуйста.

– Тебе было бы тесно в Великом Лесу, – он помолчал и добавил грустно. – Теперь и мне одного дома будет мало.

Должна ли я просить прощения, что из-за меня изменится вся его жизнь? Не Александр, так другие главы корпораций вышли бы с таким предложением, может, не к самому Эрику, а к его отцу, но при любом раскладе парню не довелось бы остаться в стороне.

– Угораздило же тебя родиться наследным принцем.

– Это точно, – рассмеялся Эрик.

Глава 21

Дом снова встретил тишиной, но хоть не отключенным электричеством. Вручную запустив синтезатор, сделала себе стопку бутербродов, огромную кружку кофе и засела в кабинете заново осваивать науку печатать свои мысли руками на клавиатуре. Как же это оказалось неудобно, а ещё очень долго. Но мысль, что вместо Рика буду вести дела с другим искином, вызывала глухое отторжение. Палец застыл над виртуальной кнопкой, и я расплылась в улыбке. Рик – не искин, он виртуальный человек, вполне можно сократить до вирта, как название новой расы. Интересно, как он отнесётся к такому определению?

– Чем занимаешься?

Рик не вошёл, а как обычно появился посреди кабинета, за пару мгновений собирая тело, и я бросилась ему на шею.

– Я так скучала по тебе!

– Я тоже скучал, – мужчина подхватил меня на руки и крепко обнял.

Мы стали целоваться как сумасшедшие. Появилось кресло, Рик сел, всё так же не выпуская меня из объятий, и устроил на коленях, а я не могла на него насмотреться. Все эти годы я воспринимала его присутствие как само собой разумеющееся и, проведя порознь всего два дня, была готова больше никуда не отпускать. Без него я будто лишалась части себя и, только оказавшись в объятиях любимого, чувствовала себя законченной, словно мы с ним одно целое.

– Нира, не смотри на меня так, я нанитовый, а не железный. Рассказывай, что там у вас вышло с Александром? Он позвонил и два часа песочил за то, что я упрятал тебя под землю, превратил в шуганную мышь, и теперь, когда у него на тебя планы, ты шарахаешься от его предложения и готова снова сбежать в другой мир.

– Рик, а ты не хочешь навестить Милисенту?

Я имела ввиду – хватаем вещи и бежим. Но когда мужчина замер, до боли стиснул в объятиях и, подхватив на руки, понёс в спальню, видимо, вспомнив, чем мы занимались в том мире, была совсем не против повторить.

Как же хорошо он умеет снимать стресс! Забравшись любимому подмышку, положила голову на его плечо. Он зарылся рукой в мои волосы на макушке и легонько массировал. А я ещё и ногу на него закинула. Положила ладонь на грудь и стала пальцем выписывать узоры, едва заметно смещаясь вниз. Рик вздохнул, видимо, тоже не горел желанием начинать прерванный разговор.

– Так что у вас вышло с Александром?

– Он хочет, чтобы я для него шпионила, отыскивая миры, готовые к контакту, о которых ещё неизвестно на Земле.

Рик хмыкнул.

– Хочет быть везде первым?

– Наверно, только я не хочу на него работать. Я вообще не хочу работать на корпорации.

– Создай свою и диктуй им условия.

–Ты в своём уме? Где я и где корпорации?

– Положим, где ты, я в курсе, – мужчина хитро улыбнулся, его рука спустилась на мою спину и стала почёсывать между лопаток.

Как он узнал, что у меня там уже давно ужасно чесалось? Мне самой было так хорошо в этой расслабленной неге, что я терпела, не желая шевелиться.

– Ох, Рик, как хорошо! – я чуть сильней выгнула спину.

– И поэтому ты вспомнила тот мир? Хочешь сбежать?

– Хочу, но не знаю, правильно ли это.

– Сейчас для тебя это единственный выход. Если слухи просочились, скоро подключится правительственная служба безопасности и корпорации, а ты не готова им противостоять. Был бы жив Оуэн, он бы защитил, я пока не могу, прости.

– Пока – это насколько?

– Насколько что... – он не договорил. – Нира, что ты делаешь?

– А на что похоже?

Я ведь тоже не железная и тоже соскучилась и, когда моя ладонь наконец оказалась там, куда стремилась, мужчина закрыл глаза и глухо застонал, вытянувшись всем телом и комкая пальцами простыни.

Я долго думала, как он может чувствовать? Наше биологическое тело реагирует на довольно ограниченный набор первоначальных импульсов, и вся гамма ощущений в многомерной сложности их сочетаний кодируется нервной системой. Эти сигналы передаются в мозг и потом дешифруются в понятные нам запахи, звуки, чувства. По сути те же двоичные коды, только такой невероятной сложности, что пока никому не удалось их полностью расшифровать и воспроизвести. Но что если Рик это сделал? Воспроизвёл все эти сигналы в нанитовом теле и на самом деле получает удовольствие от моих прикосновений?

– Нира, я больше не могу!

Он рывком поднял меня, усадил сверху, а потом, перевернувшись, прижал к кровати и начал двигаться толчками, резко. Я подавалась навстречу, плавясь от любви и желания к этому невероятному мужчине, сумевшему сотворить с собой такое. И когда нас обоих накрыло ослепительной разрядкой, не осталось никаких сомнений, он тоже умеет чувствовать.

– Такими темпами мы до утра не договорим. Нира, что за вопрос был?

– М-м-м... – я с трудом собрала разбегающиеся мысли, пытаясь вспомнить, о чём мы говорили, и невольно улыбнулась.

– Вопрос был: «Что я делаю?»

Я шутливо лизнула горошину его соска и рассмеялась, заметив, как меняется выражение лица любимого. Нет, определенно, с ощущениями у него всё в порядке, потому что ещё немного и продолжать разговор мы будем утром.

– Нира, не шали, – Рик улыбнулся.

– Ладно, ты сказал, что пока не можешь меня защитить. А сколько времени тебе надо, чтобы смог?

– Ну и вопросы ты задаешь, – он помолчал. – В двух словах не рассказать. Хорошо, завтра сходим в научный центр, Сорин устроит тебе экскурсию.

– А ты?

– Мне надо кое-что закончить, это всего на полдня, и потом я к вам присоединюсь.

– Вот сам и сводишь. А я побываю у Милисенты.

На следующее утро, встав на рассвете, я быстро позавтракала и, пообещав Рику вернуться после обеда, отправилась в убежище, вновь обдумывая идею создать телепортационный бункер в башне. Сколько можно бегать!

На этот раз я перенеслась к знакомому ручью, где мы с Ларсом делали последнюю остановку по пути в Ашентри. Знаю, до города путь не близкий, но, чтобы не вторгаться в личное пространство Милисенты, я готова снова его проделать. Сейчас гостиничный номер – её дом. Девушка и так на нервах, а тут я туда-сюда мелькаю. Не безопасное пристанище, а проходной двор. Так что пробегусь. Хорошая тренировка не помешает, заодно возьму пару новых координат в предместьях и в самом городе.

Как я их определяла? Понятия не имею. Наверно, это была особенность моего дара. В любой точке любого мира я могла поймать особое состояние, когда исчезали мысли и сознание становилось кристально-чистым, лёгким и прохладным, и мир вокруг преображался, делаясь более ярким, насыщенным, как стереоизображение, и в груди появлялось особое чувство плотности пространства. Это ощущение вместе с визуальной картинкой и становилось координатами.

Мы с Оуэном побывали во всех открытых мирах. Что может быть менее подозрительным, чем древний мультимиллиардер, отошедший от дел и решивший наконец попутешествовать и посмотреть диковинные миры? Конечно, в сопровождении молодой жены, выполняющей при нём роль компаньонки, сиделки, медсестры и просто своей красотой радующей взор старика. Это позволило мне взять координаты в каждом мире. И потом было достаточно вспомнить нужную картинку, воспроизвести это ощущение, и я перемещалась. Но бывали и спонтанные прыжки, так я открыла около шести миров, о которых на Земле даже не подозревали, и этот в том числе.

Сегодня я бежала в комфортном темпе, не став развивать максимальную скорость. Каждая клеточка во мне пела от наслаждения, получив долгожданную нагрузку. Заодно любовалась горными грядами, каменистыми ущельями, а, увидев море, чуть не свернула к берегу, но вовремя вспомнила, что город тоже стоит на побережье и ещё будет возможность понежиться на пляже.

По пути мимо пронеслось несколько местных авто. Я специально принюхивалась, пытаясь понять, на каком топливе они работают, но, похоже, топлива не было, значит, моя догадка про кристаллы – накопители энергии – подтверждалась. Проскочив через тоннель на другую сторону горной гряды, перешла на шаг. Как же здесь красиво! У подножия теснились аккуратные домики с обширными садами, постепенно сменяясь шикарными виллами. Мелькнула мысль купить одну из них – вот такую с черепичной плоской крышей на разных уровнях, с большими окнами, тенистыми патио, увитыми виноградными лозами, в окружении оливковых рощ и стройных кипарисов. Но я быстро отбросила эту затею. Хочу жить в городе. И чтобы из окон было видно море до самого горизонта.

Замечтавшись, не заметила, как вокруг поднялись многоэтажные дома, и хотя окраины заселяли горожане со средним достатком, здесь царила такая же невероятная красота, как и во всём Ашентри.

У больших городов есть одно огромное преимущество – в них настолько намешаны представители всех рас, что на юную лисехвостку, восторженно взирающую на городскую суету, никто не обращал внимания. И это хорошо, потому что сегодня меня интересовали не красоты города, а уровень развития технологий, поэтому неудивительно, что скоро я оказалась в заводских кварталах и остановилась у высокого забора с раздвижными воротами, за которым располагались пятиэтажные здания с большими окнами. На воротах было написано «Шоколадная фабрика», и на всю округу одуряюще пахло шоколадом.

– Эй! Не загораживай дорогу! – прикрикнули на меня сзади.

Отпрыгнув на тротуар, оглянулась посмотреть, кому могла тут помешать, и застыла в изумлении. Над дорогой плыла антигравитационная платформа, нагруженная мешками с какао-бобами. Рядом, держась за край и не давая ей вилять, шёл оборотень. Ростом под два метра, плечи – косая сажень, волчьи уши, чёрно-серая грива волос, серый хвост и гордая осанка существа, настолько уверенного в своей силе, что мне с моей тощей юркой фигурой стало неловко.

– Извините, я недавно в городе. Тут всё так необычно.

– Оно и видно.

Мужчина остановился у ворот, приложил ладонь со сверкнувшим кристаллом к пластине на стене, и створки разъехались в стороны, открывая обзор на широкий двор, где ходили другие оборотни, передвигая такие же гружённые платформы от здания к зданию.

– Подработать хочешь?

– А? – выпала я из ступора и только сейчас сообразила, что мужчина посмеивается, глядя, как я подсматриваю в ворота. – Простите.

– Говорю, подработать хочешь? Десять медяков, если поможешь разгрузить мешки.

– Нет, спасибо, у меня есть работа, я так, из любопытства.

– Понятно.

Платформа скрылась за воротами вместе с оборотнем, а я отправилась исследовать, какие тут ещё есть фабрики. Нашла швейную, камнерезную. Что удивило: я видела, как в мастерских кипит работа, но шум на улицу не доносится. И нет каменной пыли. Нашла ткацкую фабрику по изготовлению ковров и ниток. Дальше углубляться не стала. Картина была более-менее понятна, и я поспешила вернуться в жилые кварталы.

Интересно, а как они завозят продовольствие для такого количества жителей? Что-то по дороге я не заметила грузовых машин, а по идее они должны быть. Решив купить Милисенте гостинцев, нашла на шестом ярусе милую пекарню и пока решала, какие пончики купить – с повидлом или молочной помадкой, – разговорилась с продавцом.

– Большая у вас пекарня и выбор отличный. Не тяжело муку поднимать на ярусы?

Бойкий парень в белом переднике и большом колпаке расплылся в улыбке.

– Ты такая смешная! Мы же не на спине носим, всё доставляется портом со склада сразу на кухню.

Порт? Это телепорт, что ли? Мир же не настолько развит! Хотя, если есть технология антигравитации, то я определённо что-то упускаю.

Решив подыграть парню, протянула со «знающим» видом:

– А-а-а, тогда понятно, а то по лестницам неудобно было бы.

Парнишка засмеялся.

– К нам не беда, но представь доставку на сотый ярус во дворец императора! Нет, тут всё доставляется портами, хочешь покажу как?

Тут ещё и император есть? Права Милисента, надо на неделю засесть в местной библиотеке и узнать об этом мире всю доступную информацию, а то над моим невежеством потешаются даже юные пекари. Хотя сам парнишка тоже скорее всего в городе недавно и хочет похвастаться перед новеньким простачком, как он тут всё знает. Я изобразила приличествующее удивление со смесью любопытства и толикой зависти, чтобы польстить парнишке.

– Конечно, хочу, покажи!

– Только тихо и незаметно.

Я последовала за парнишкой. Далеко идти не пришлось. Обогнув прилавки, он приоткрыл дверь в цех и позволил заглянуть. Недалеко в стене была дверца люка примерно метр на метр, как раз один из пекарей подошёл к ней, и снова на ладони мелькнул кристалл, когда он прикладывал руку к стене. Что-то мне эти ключи-кристаллы живо напомнили похожие на пиках стражей, те тоже служили накопителями энергии, очень схожей с электрической. Тем временем люк отрылся, превратив дверцу в откидной стол, и в слабом мерцании в глубине стали появляться мешки с мукой и бидоны с молоком, каждый на двадцать литров.

– Все это со склада на первом ярусе. Теперь понимаешь, как тут всё устроено?

Я задумчиво кивнула, и мы так же незаметно вернулись в зал.

– А в город как?

– Так грузовым портом из других городов! Ты откуда такая дикая, что даже этого не знаешь?

– Из резервации.

Парнишка хмыкнул.

– Всё с тобой понятно.

Мне тоже теперь многое становилось понятным. Выходит, машинами провизию с полей и окрестных ферм доставляют только до города, где располагается грузовой портал. Поэтому я и не видела грузовой транспорт на подступах к Ашентри. А всадники на лошадях, скорее всего любители конного спорта.

– Спасибо, что объяснил, – я изобразила смущение собственным невежеством. Набрала к пончикам ещё булочек и хрустящий батон с оливками, сыром и зеленью и, не утерпев, купила шоколадку. – Сколько с меня?

– Два серебряника.

Расплатившись, вышла на улицу и, подойдя к перилам, ограждающим тротуар вокруг этого яруса, совершенно по-новому посмотрела на раскинувшийся внизу город, подмечая то, что раньше ускользнуло от моего внимания.

Сложнейшие архитектурные решения. Сады на крышах, требующие гидропонной системы для удобрения и ежедневного полива. Уличные фонари без проводов. Сложно представить службу, которая бы отвечала за ручное зажигание тысяч и тысяч фонарей на всех улицах и гасила их с наступлением утра. В небольшом городе такое было бы возможно, но не здесь, где количество жителей приближается к полумиллиону. Скорее всего, освещение улиц электрическое или всё теми же кристаллами, что освещали гостиницу, и управляется централизованной системой. Водопровод в каждом доме, канализация. А ещё антигравитация и освоенная телепортация. Какого чёрта творится в этом мире?

Догадка была абсолютно логичной и столь же невероятной, чем ввела меня в лёгкий ступор. Этот мир технологичный и по своему развитию практически не уступает моему.

– Так вот что ты увидел! – вспомнила, как Рик застыл перед окном, точно так же рассматривая город. Выходит, он сразу догадался. Но почему мне не сказал? Хотя… нам тогда было не до этого.

Новые координаты терпят. Надо сегодня же подыскать Милисенте постоянное жильё, вернуться на Землю и не появляться здесь без Рика. Потому что, если в этом мире телепортация давно изучена, должна существовать система безопасности, блокирующая неконтролируемые выплески силы на случай сбоев, иначе последствия будут катастрофическими, а, значит, мои перемещения могли заметить. Мысли о том, что я сюда не вернусь, вообще не было. Я хочу жить в Ашентри. Значит, надо найти способ, как это сделать.

Глава 22

– Добрый день, – поздоровалась с незнакомым администратором, едва войдя в холл. – Я из пятьдесят второго.

– Оникс Луин?

– Да, – я затормозила у лестницы.

– Вам просили передать.

Юноша протянул мне сложенный вчетверо листок.

– Спасибо.

Перехватив пакет с булочками, развернула и прочитала послание Милисенты, написанное каллиграфическим почерком: «Нира, я нашла очень короткий путь до библиотеки. Ты оказалась права – летать чудесно! Каждый день буду ждать тебя там. Мила».

Я расплылась в улыбке. Девушка не безнадёжна, нужно было только помочь ей перебороть страх неизвестного. Оставив вкусно пахнущий пакет на столе в номере, вернулась на ресепшен и попросила показать на карте города, где находится библиотека.

Выйдя на улицу, сначала пошла быстрым шагом, постепенно перешла на бег и легко добежала на восьмидесятый ярус, даже не запыхавшись, и что удивительно, никого не задев и не столкнув с лестниц. Обожаю этот мир, обожаю быть лисехвостом!

Остановившись в большом парке, осмотрелась. Типичная башня, только выстроенная в стиле средневекового замка с острыми шпилями, уходящими в небо. Попасть в неё можно было или с земли, или из этого парка, пройдя по двум широким мостам-переходам, соединяющим здание с другими высотками.

А здесь многолюдно. Два эльфа с самым высокомерным видом спускались от входа в библиотеку по широкой лестнице, о чём-то беседуя. Оба в диковинных для мужчин синих мантиях, только из-под подолов просматривались штаны. Для крылатых – скорее необходимость, чем излишество. Лучше изжариться от жары, чем сверкать тылами во время полёта. Не спасёт никакое высокомерие. У обоих по странному золотому медальону на шее. Может, это обозначение особого ранга? Вон как народ перед ними расступается в почтительном уважении.

Полукругом у фонтана стояли лавочки, почти все занятые. Люди, пара оборотней и одно существо, похожее на того серого с кожистыми крыльями. Я невольно засмотрелась – до чего интересный тип. Парень был одет в рубашку и брюки с идеально отутюженными стрелками. Когтистой ладонью держал папку с бумагами. Крылья, как у летучей мыши, сложены за спиной наподобие щита, острые шипы над плечами, остроконечные уши и лицо довольно симпатичное, несмотря на то, что стального цвета, как и вся кожа. Он разговаривал с двумя девушками, обсуждая занятия, и что раз у них перерыв между лекциями, почему бы не сходить перекусить. Здорово иметь хороший слух!

Значит, это не только библиотека, но и университет? Учебные аудитории, судя по разговорам, находились на нижних уровнях башни. А те эльфы, выходит, преподаватели? Хотя чему я удивляюсь. Молодежь должна получать образование. Это мне повезло, меня всему научил Рик, а другим приходится учиться в университете.

Неожиданно дёрнув кончиком носа, уловила запах Милисенты. Надо же, какие у меня, оказывается, способности! Следуя за запахом, поднялась по ступеням к открытым дверям высотой в три этажа, проскользнула между вывалившихся гурьбой студентов и оказалась в холле невероятных размеров. Пол из камня кремового цвета, белые стены, огромные арки, ведущие в соседние залы, откуда виднелись стеллажи с книгами. Посреди холла монументальная каменная лестница и над ней витражное окно с гербом то ли самого города, то ли учебного заведения. На фоне солнечного диска с острыми лучами городские шпили Ашентри. Красиво, кстати.

Я бы ещё полюбовалась и с удовольствием побродила по просторным залам, но в тихом гуле голосов посетителей библиотеки услышала восторженный голос Милисенты:

– Мне, пожалуйста, эти три книги по истории мира. Да, спасибо.

Понимая, что не стоит носиться по коридорам, пошла на голос и запах девушки, стараясь не привлекать внимание, если такое вообще возможно для лисехвоста. То ли мои сородичи не уделяют должного почтения наукам, то ли я одета странно, но на меня оборачивались и провожали удивлёнными взглядами.

Следуя по запаху, поднялась на шестой этаж и притормозила перед входом в зал, окончательно убедившись, что тот, кто строил библиотеку, страдал манией гигантизма, или он сам был великаном.

Деревянный потолок терялся в нереальной вышине, и насколько хватало взора, до самого верха поднимались секции с книгами, отгороженные балконными перилами. К ним вели лестницы, чтобы свободно перемещаться вдоль стеллажей. Витражи на окнах создавали мягкий уют, отбрасывая повсюду цветные блики.

Для тех, кто хотел сделать записи, по всему залу стояли столы, у каждого – мягкое кресло и подставка с мутно-белым кристаллом – аналог настольной лампы. За одним столом я и увидела Милисенту.

Подойдя, тихонько кашлянула, привлекая внимание девушки.

Ноль реакции. Обложившись книгами, юная леди читала, и на её лице был чистейший восторг.

– Милисента, – позвала, когда она так и не прореагировала на моё присутствие, хотя я стояла почти вплотную.

Девушка вскинула на меня взор и расплылась в улыбке.

– Нира, привет! Возьми кресло, садись. Я такое узнала, тебе понравится!

– А можно?

– Конечно, можно.

Придвинув кресло от соседнего стола и поставив напротив Милисенты, села.

– Что тебе удалось выяснить?

– Этот мир называется Мальхаут, в нём развиты технологии настолько, что они... – тут она сделала драматическую паузу, но я уже знала, что услышу, – могут открывать порталы, правда, пока в пределах своего мира, но используют для этого совершенно новый вид энергии.

Мы обе покосились на кристалл. Мелькнула мысль, что если их порталы строятся не на квантовой физике, то мои перемещения могли и не заметить, и я вздохнула с облегчением.

– А что за энергия?

– Не знаю, я не углублялась в эту тему. Мне пока больше интересно общее мироустройство. Но я отобрала книги по здешней физике, зная, что ты заинтересуешься.

– Юные создания, меня весьма радует ваш познавательный интерес, но прошу, ведите разговоры тише, вы мешаете другим ученикам.

К нам подошёл мужчина человеческой расы в синей рясе с медальоном на груди, где был изображён такой же герб, как над лестницей.

– Прошу прошения, хранитель знаний, – тут же перешла на шёпот Милисента.

Мужчина улыбнулся нам отеческой улыбкой и, заложив руки за спину, пошёл дальше, следя за порядком в читальном зале.

– Преподаватель университета? – спросила у девушки, кажется, она разобралась, что тут и к чему.

– Скорее библиотекарь, или хранитель знаний, как они себя называют. Их тут много, они помогают найти нужную книгу. Иначе тут можно блуждать вечно.

Глядя на восторженную девушку, я поняла, что будь её воля, она бы поселилась в библиотеке на весь остаток жизни. Мне бы тоже стоило полистать книги по физике, но лучше пусть их читает Рик. Он хотя бы поймёт, что в них написано. А то после моего прочтения с последующим вольным пересказом, я буду нести такой бред, что у него от смеха закоротят все наниты.

– Ты завтракала?

– Да, конечно.

– Обедала?

– Эм... а который час?

– Час после полудня.

– Тогда нет. Но, Нира, ты не представляешь, сколько всего здесь можно узнать!

– Вполне представляю, – я более чем выразительно обвела взглядом громадную залу. – Но тебе нужно больше думать о малыше, а не о книгах. Они никуда не денутся, а ребёнку, чтобы расти, нужно, чтобы ты хорошо питалась и не слишком переутомлялась. Так что бери всё, что можно забрать с собой, и пошли домой.

– Книги нельзя выносить из библиотеки.

– Тогда завтра дочитаешь.

Я решительно встала. Дождалась, пока девушка соберёт книги стопкой, и ходила за ней по пятам, пока она возвращала их на полки.

– И долго ты будешь меня опекать? – недовольно поджав губы, спросила юная леди, едва мы вышли на воздух.

– У тебя была возможность сбежать, ты не захотела. Но раз готова жить самостоятельно, пошли поищем тебе нормальный дом, заодно узнаем цены на местную недвижимость.

Всё оказалось так же, как и в нашем мире. Чем ближе к солнцу, тем более фешенебельным было жильё. Дворцы на вершинах башен арендовать было нельзя. Они являлись многовековой собственностью Великих Домов. Над ними в поднебесье сиял дворец императора и к нему даже подойти было нельзя, все переходы контролировала внутренняя безопасность. Пока пытались рассмотреть дворец, даже у меня затекла шея. Но какая красота!

Так вот, более-менее приемлемое жильё начиналось от восьмидесятого яруса и ниже. Мы ради интереса спросили, сколько будет стоить номер в гостинице на восемьдесят пятом ярусе. Десять золотых за сутки. Правда, он больше напоминал шикарную пятикомнатную квартиру с кабинетом, гардеробом и двумя ванными. Но цена! Я уже не была уверена, что двух миллионов кредитов, переведённых в местную валюту, хватит для жизни в Ашентри на полгода.

– Наверно, лучше обратиться в агентство и поискать жилье на нижних уровнях, – смущенно пробормотала Милисента.

– Кажется, ты права.

Расспросив горожан, узнали точный адрес, куда нам нужно. Но добраться оказалось не так легко. Блуждая по переходам, пару раз свернули не на той лестнице. И чтобы попасть на нужный ярус, пришлось сделать большой крюк. Уставшие и голодные мы всё-таки нашли местное агентство по сдаче жилья в аренду. Его владельцем оказался... я бы сказала каменный тролль, но это был мужчина, только ростом два с половиной метра. Вместо волос его голова была покрыта каменными пластинами, сползающими на мощную шею и устрашающие плечи. Даже под рубашкой было видно, как камни топорщатся на спине, внешней части рук и выглядывают на запястьях из-под застёгнутых манжет.

Замерев на входе и пережив пару мгновений шока, мы уже не так уверенно вошли в просторное помещение, отделанное под горную пещеру.

– Мы точно по адресу? – шепнула слегка побледневшая Милисента.

Девушка переместилась мне за спину, передавая инициативу в переговорах. Глубоко вдохнув, я улыбнулась и подошла к мужчине.

– Добрый день, мы бы хотели снять комфортабельное жильё на срок до полугода.

– Садитесь, – громыхнул гигант, и мы мигом уселись в мягкие кресла перед его огромным столом, выглядевшим в точности как обломок гранита.

Я даже ушки прижала, а у Милисенты поникли крылышки.

– Говорите, какое жильё хотите, а я буду подбирать варианты.

Он провёл ладонью по столу, и над его поверхностью развернулась трёхмерная цветная голограмма с логотипом его агентства. Милисента удивлённо выдохнула. Я на мгновение прикрыла глаза, решив больше ничему не удивляться, и посмотрела на подопечную.

– Тебе дом или квартиру?

– Квартиру... наверно. В ней меньше уборки. И с кухней. Дешевле самой готовить, чем платить за готовую еду.

Тролль толстым пальцем ткнул в голограмму, разворачивая меню, и стал искать нам варианты квартир, задавая уточняющие вопросы.

– Сколько ванных и жилых комнат?

Милисента с округлившимися глазами посмотрела на меня. Я кивнула, мол, выбирай сама, тебе же жить. И она повернулась к агенту.

– Ванны, наверно, хватит одной, а комнаты две – гостиная и спальня, мне больше не надо.

Мужчина выделил несколько строк и, видя, что на этом наши пожелания застопорились, пришёл на помощь.

– Район, ярус?

– Поближе к университетской библиотеке, а ярус, я... я не знаю.

И опять испуганный взор на меня.

– Покажите, пожалуйста, варианты от тридцатого до шестидесятого яруса. – Не хотела я селить девушку совсем в эконом-классе. Всё же она привыкла к другому.

– Цены в этом диапазоне разнятся только от количества комнат. Определите, какая цена вас устроит, и будем подбирать варианты.

И он развернул над столом несколько трёхмерных цветных проекций квартир по нашему запросу. Я с интересом рассматривала проекты, надо же и нам с Риком подобрать жильё. Не всё по гостиницам скитаться. Первая квартира на тридцать втором ярусе представляла стандартный жилой блок из одной спальни, ванной, кухонной зоны в гостиной, небольшой прихожей и имела широкий балкон вдоль обеих комнат. Аренда составляла двадцать пять золотых в месяц. У меня прям от сердца отлегло, цена вполне приемлемая, это не десять за одни сутки.

Вторая квартира на сорок седьмом ярусе была также двухкомнатной, но кухня более закрытая, с уютным эркером, где располагалась столовая, и тоже с балконом. Он был более широкий, и у перил стояли кадки с миниатюрными деревьями. Покосившись на Милисенту, заметила, как глаза девушки вспыхнули. Так что там за цена? Хм, тоже вполне подъёмная – тридцать пять золотых. Ладно, что там за третий вариант?

И тут я поняла, что сама хочу жить в такой квартире. Пятьдесят девятый ярус, и цена на самом пределе – пятьдесят пять золотых. Но квартира была шикарная. Угловая, с видами на восток, юг и юго-запад. В ней всегда будет солнце. Огромный, тоже угловой балкон, на котором раскинулся настоящий сад, – одна часть под навесом из ярких цветов со входом в спальню, вторая – под солнцем с огромными раздвижными стеклянными дверями, ведущими в гостиную. И комнат не две, а три. Одну можно переделать в кабинет и потом в детскую, если Милисента захочет остаться жить в этом мире.

Кажется, я угадала, вон как глаза засияли... и потухли, увидев цену.

– Какой ярус оставляем? – громыхнул тролль.

– Эта квартира свободна? – я указала на третий вариант.

– Да, но она сдаётся без мебели и минимум на год с полной предоплатой. Могу подыскать другие варианты.

– Давайте, – я не собиралась тратить все деньги на аренду и оставлять Милисенту без средств к существованию, – если можно что-нибудь с помесячной оплатой.

– А двухкомнатные есть? – робко спросила Милисента, тоже, наверно, надеется, что тогда жильё выйдет дешевле.

– На этом ярусе нет.

– Понятно, – плечи девушки сникли.

В конце концов мы нашли подходящий вариант. Трёхкомнатная квартира с окнами на южную сторону с видом на башню университета, до которой нужно было пройти всего пять переходов. Балкон поменьше и без сада, только пустые кадки. Зато с мебелью и предоплата вперёд всего за три месяца с последующей оплатой по месяцам. Цена – сорок семь золотых, нормально.

– Отправьте сообщение владельцам, что мы хотим посмотреть квартиру уже завтра.

– Хорошо, куда прислать курьера, когда договорюсь о времени?

– В гостиницу «Зелёный лес», двадцать шестой ярус, сто первая жилая зона.

Тролль кивнул, вбивая на виртуальной клавиатуре адрес в базу данных о клиентах.

Милисента тут же подскочила со своего места. Мы распрощались с риэлтором и буквально вывалились из его пещеры на улицу.

Вернувшись в гостиницу, пообедали в ресторане, поднялись в номер, и тут я вспомнила про пакет с булками и шоколадку, которая на такой жаре давно растаяла.

– Ты завтра вернёшься? – Милисента, упав на кровать, скинула с ног босоножки.

Я предупредила, что к ней только до обеда.

– Конечно.

– Тогда ты не против, если я отдохну и опять схожу в библиотеку? – девушка неожиданно сладко зевнула.

У меня после вкусного обеда тоже было немного осоловелое состояние. Сейчас бы поспать пару часков, но меня ждёт Рик с экскурсией по восстановленным лабораториям.

– Мила, перестань на всё спрашивать разрешение. Ты взрослая женщина, скоро станешь мамой. Если вдруг меня завтра не будет, переезжай в квартиру и обустраивайся. Кстати, хотела спросить, тебе нанять слуг?

– Слуг? – девушка приподнялась на локтях и посмотрела с таким наивным удивлением в зелёных глазах, что я только улыбнулась.

– Ну да, слуг, которые стирают, убирают, готовят и даже ходят в магазин за покупками?

– А, ты об этом, – эльфийка облегченно вздохнула. – Нет, я сама справлюсь.

– Я в тебя верю.

Я со смешком вышла в центр комнаты. Вызвала знакомое ощущение, представила экранированное помещение под складом, приготовилась к прыжку... и осталась стоять на месте. Милисента, уже знакомая с техникой моих перемещений, резко села на кровати. Я, пока ещё не паникуя, сделала ещё одну попытку, потом ещё и ещё. Портал не открывался.

Глава 23

– Нира, что происходит?

– Пока не знаю.

Закрыв глаза, сделала несколько глубоких вдохов и снова попробовала открыть портал, но ощутила лишь слабый отклик. Значит, дар никуда не делся, его блокируют.

Активировав броню и сжав в руках появившуюся плазменную винтовку, я метнулась к окну, ожидая увидеть местный спецназ, готовящийся брать штурмом гостиницу. Выходит, меня всё-таки вычислили. Вопрос: когда? Ответ напрашивался самый очевидный. В первое перемещение. Должны были выслать к месту перехода спецгруппу, арестовать, переправить на защищённую военную базу и вести допросы, пока не удостоверятся, что я не представляю угрозы. И если бы отпустили, всё равно оставили под плотным наблюдением, вдруг я вражеский шпион или диверсант.

А ведь группа была. Просто я быстро ушла с точки перехода, и только Ларс смог догнать, потому что тоже был лисехвостом. Чувствовала же, что встреча была не случайной. Сколько мы тогда добирались до города? Часов шесть? Наверно, этого времени ему хватило, чтобы составить обо мне мнение. Кстати, идти в Ашентри тоже была его идея, видимо, здесь за мной удобней наблюдать.

– Нира, не молчи, ты меня пугаешь, – дрожащий голос эльфийки раздался одновременно со стуком в дверь.

Мы обе вздрогнули от испуга. Показав жестом, чтобы она спряталась в ванной, усилием воли подавила панику и отменила оружие. Сейчас нельзя показывать агрессию. Может, если сдамся добровольно, удастся договориться мирно?

Тук! Тук!

На этот раз стучали настойчивей.

– Мила, скройся, – шикнула на юную леди, видя, что она не двинулась с места.

Девушка отрицательно мотнула головой, расправила плечи, встала с кровати и застыла у стены в месте, не просматриваемом из окон. Если начнётся стрельба с улицы в неё не попадут даже рикошетом. Похоже лорд Стоутон озаботился, чтобы его жена прошла стандартные курсы опекаемого объекта, когда всё, что от тебя требуется, – не мешать телохранителям спасать твою жизнь. Тем лучше – это открывает больше возможностей для манёвров.

Тук! Тук!

– Оникс Луин? – послышался юный девичий голос. – У меня послание, просили передать вам лично.

Старый трюк – отправить безобидного парламентёра, но стоит подойти к двери, тут же ворвётся спецназ и повяжет по рукам и ногам, повалив на пол.

– Открывай, – шепнула леди Стоутон, всем видом демонстрируя мнимую храбрость, а у самой руки дрожали от страха, что нас выдворят из этого мира или того хуже – арестуют и переправят на военную базу.

И я решилась. Всё равно бежать и прятаться бесполезно. В мире, где освоена телепортация, меня отыщут меньше, чем за стуки, и тогда вежливо стучать уже не будут.

В два шага подойдя к двери, взялась за ручку, крепко её сжав, и резко распахнула.

– Да! Что у вас? – зарычала, непроизвольно обнажая клыки, и не заметила, как выступившие когти смяли металл ручки, словно пластилин.

Горничная, занёсшая руку, чтобы снова постучать, качнулась, испуганно шарахнулась и, впечатавшись спиной в дверь коридора, в страхе прижала смявшийся конверт к груди.

– Вам письмо. Просили передать.

Это всё нервы! Нельзя вот так пугать людей, они и так на лисехвостов неадекватно реагируют. Выйдя в коридор, протянула руку уже без когтей и выхватила из рук девушки конверт.

– Спасибо. И простите, если напугала. Но я никого не знаю в городе, поэтому не ожидала, что мне напишут. Вы уверены, что его нужно было передать мне?

Горничная быстро пришла в себя, одёрнула белый фартук, но всё равно отошла подальше.

– Никакой ошибки. На конверте ваше имя.

– Давно его доставили?

– Час назад, администратор только что узнал, что вы вернулись, и просил передать. Если вам больше ничего не нужно, я пойду.

– Да, конечно, – я ничего не понимала.

Если послание доставили до нашего возвращения, то оно могло быть только от Ларса, но тогда где спецназ? Где группа захвата, сирены местной полиции? Ничего не понимаю.

Девушка тем временем по стеночке медленно отходила прочь, явно опасаясь нервного лисехвоста, и то, что я взвинчена до предела, не повод рычать на ни в чём не повинный обслуживающий персонал.

– Простите, я не хотела вас пугать, и спасибо за письмо.

– Мы делаем всё, чтобы наши постояльцы были довольным сервисом, – горничная склонила голову и её ветром сдуло из коридора, только было слышно, как лёгкие туфельки простучали каблучками по лестнице.

Вернувшись в номер, снова проверила данные сканирования соседних номеров, крыши и ближайших переходов... никого. За окном всё так же простиралась пасторальная картина изнывающего от жары города с лениво перемещающимися в тени деревьев горожанами.

– Нас не будут арестовывать? – бледная, словно фарфоровая кукла, Милисента отклеилась от стены, на негнущихся ногах подошла к кровати и села на самый край, готовая вскочить при первых признаках опасности.

– Похоже, что нет, – я сама до конца не верила, что нам вот так просто позволят жить в этом мире.

Так не бывает... вернее, такое невозможно на Земле. Там каждый иномирец проходит обязательную регистрацию, чипирование и круглые сутки находится под наблюдением миграционной службы. Стоит ему нарушить хоть одно правило пребывания в нашем мире, его выдворят без права на оправдание. И повторного визита уже никогда не будет. Я не говорю сейчас о нелегалах в виде Владыки эльфов и его сыновей. Для меня до сих пор оставалось загадкой, как они попали на Землю в обход единственного межмирового портала. Разве что теневики завладели технологией и построили второй. Но его невозможно было бы скрыть, учитывая, сколько энергии нужно на его обслуживание.

– Не хочешь открыть и узнать, кто тебе пишет?

Уже более спокойный голос юной леди выдернул из невесёлых мыслей в насущную реальность, и я поняла, что так и стою у закрытой двери, ещё больше помяв послание, с силой сжимая его в руке.

– Хорошая мысль, – криво улыбнувшись, распечатала конверт, вынула небольшую карточку и прочла единственную строчку:

«Если хочешь узнать ответ на свой вопрос, приходи в библиотеку».

Кажется, всё стало ещё запутанней. Причём тут университетская библиотека? Я думала, Ларс назначит встречу в безопасном месте и проведёт вербовку, но приглашать туда, где даже ночью много народу, подвергая их всех опасности? Кто бы не прислал послание, это явно не военные и не служба безопасности. Тогда кто?

– Нира, не томи, что там написано?

Я подошла, села рядом с эльфийкой на кровать и протянула ей записку.

– Приходи в библиотеку? И это всё? – голос девушки зазвенел от облегчения.

– Кажется, меня вычислили, блокировали дар и теперь приглашают на беседу.

– Ты пойдёшь?

Я неопределённо повела плечом.

– Не знаю, странно всё это.

– Тогда беги. Навру, что ты меня похитила, и мне ничего не сделают.

Я удивлённо посмотрела на расхрабрившуюся юную леди и вздёрнула бровь: она это серьёзно?

– Мила, я и так тебя похитила, тут и врать не нужно. Только знаешь, я до смерти устала бегать. Если и сдаваться в руки безопасников, то я выбираю этот мир. Пусть арестовывают, даже сопротивляться не буду.

Выдернув из пакета багет с оливками, разломила пополам, протянула угощенье Милисенте, и мы дружно захрустели булкой. Потом в ход пошли пончики и напоследок – окончательно растаявший шоколад.

– Кажется, я объелась, – девушка отряхнула с колен крошки, повалилась на спину и издала тяжкий вздох.

Мне тоже было дурно, но спать не хотелось. Слишком нервозным было состояние.

– Побудешь сегодня в номере? Никуда не ходи, хорошо?

– Угум, – Милисента перекатилась на бок, поджала ноги и, положив ладошки под щёку, закрыла глаза. – Я посплю, ладно?

И она тихонько засопела.

Я встала, тоже отряхнула крошки с колен и, укрыв уснувшую девушку тонким одеялом, вернулась к окну, следя за улицей. Всё это время я старательно гнала прочь мысли о том, как отреагировал на моё исчезновение Рик. А ведь мы только признались друг другу в своих чувствах, и всё стало настолько хорошо, что я поверила в возможное счастье, но жизнь снова внесла свои коррективы. Только бы он не решил, что я испугалась давления Александра и сбежала, бросив его на Земле.

День сменился вечером, на улицах зажглись фонари и над городом взошли две огромные луны. Моя подопечная всё ещё спала. Я тысячи раз пробовала открыть портал и результат остался неизменным – я всё ещё находилась в этом мире. Когда волна отчаяния схлынула, и наконец включился разум, я решила, что не стоит игнорировать приглашение. Кто бы ни прислал сообщение, он продемонстрировал свои добрые намерения. Поскольку в записке не указали время встречи, значит, его оставили на мой выбор.

Отойдя от окна, задёрнула шторы и активировала охранную систему номера. Наниты развернули её и установили, пока мы были в библиотеке. Я не собиралась оставлять Милисенту, не обеспечив ей полную безопасность.

Создав из нанокостюма комбинезон «Тени», вооружилась двумя кинжалами, плазменную винтовку прикрепила на спину, накинула на голову капюшон и, активировав невидимость, выскользнула из номера. Никем незамеченная пересекла холл и, оказавшись на улице, сорвалась с места.

Бег на пределе возможностей лисехвоста по ночным улицам Ашентри подарил ни с чем не сравнимое наслаждение. Длинные прыжки с яруса на ярус, приземление перекатом, и вновь мчаться по уровням, набирая максимальную скорость. Отдавшись во власть новых ощущений, вскоре оказалась в парке возле университетской библиотеки.

Она была закрыта, только над входом горели фонари, освещая огромные резные двери, парадную лестницу, и выхватывали из тени деревьев фонтан и ближайшие дорожки. Глянув наверх, с удивлением обнаружила, что в некоторых залах горит свет, и витражи красиво светятся на фоне тёмных стен башни. Притаившись за деревом, я ждала того, кто придёт на встречу.

Почувствовав приближение живого существа, шагнула назад полностью сливаясь с растительностью. По дорожке неспешно шёл мужчина. Короткие волнистые волосы, высокий рост, мантия почти до земли, на ногах сандалии и на груди медальон. Сложив руки за спиной, тот самый хранитель знаний, что подходил к нам с Милисентой, прошёлся вокруг фонтана, явно погружённый в свои мысли, замер у ступеней перед входом в библиотеку и, сложив руки за спиной, поднял взгляд в небо, любуясь огромной луной.

Я затаила дыхание, боясь оказаться замеченной.

– Долго будешь прятаться? – мужчина опустил взор, повернулся и с улыбкой посмотрел точно в мою сторону.

Он думал, я поведусь на его вид доброго профессора и выйду поговорить? Он правда такой наивный? Не на такую встречу я надеялась. С лисехвостом я бы могла договориться. Но совершенно не представляла, что от меня нужно университетскому библиотекарю. И прежде чем идти на контакт, нужно собрать всю доступную информацию, иначе разговора у нас не будет. Абсолютно бесшумно я попятилась к краю парка, добралась до перил, мгновенно на них вскочила, оттолкнулась и, раскинув руки, прыгнула вниз.

– Ну что ж, приходи, когда будешь готова, – донеслись до меня слова и смех мужчины.

Он знал, что я услышу, и я невольно улыбнулась. Получается, это не облава. Местные заинтересованы в сотрудничестве. Что ж, посмотрим, что из этого получится.

– Ты ещё здесь?

Милисента, проснувшись и увидев меня в кресле, застонала и рухнула обратно на подушки, натянув на голову одеяло.

– Боже, сколько позитива, – я рассмеялась, легко вскочила и, оказавшись возле кровати, сдернула с девушки одеяло. – Вставай, соня, риэлтор прислал записку. Представитель владельцев квартиры придёт через час.

– Какие чудесные новости!

Видимо, от радости, что скоро от меня избавится, юная эльфийка тут же подскочила и, едва не танцуя, отправилась умываться. Я снова рассмеялась. Хорошо заказала завтрак в номер, не придётся тратить время на ожидание в ресторане.

Посыльного дожидались в холле. Им оказался юркий оборотень из семейства кошачьих. Дымчатые волосы, аккуратные ушки – белые внутри, серые снаружи – и такой же дымчатый хвост. Но больше всего поразила даже не внешность молодого человека, а глаза травянисто-зелёного цвета с вертикальным зрачком. Одет юноша был в строгий деловой костюм, в руках кожаный портфель. Увидев нас, сразу устремился навстречу.

– Мисс Стоутон, – поклонился он опешившей эльфийке. – Меня зовут Юниас, я представляю владельцев жилья и уполномочен от их имени заключить договор, если квартира вас устроит. Вот моя доверенность.

Он извлёк из портфеля бумажный свиток и протянул Милисенте.

Девушка взяла, развернула и долго внимательно читала. Я тоже сделала вид, что читаю, на самом же деле искоса рассматривала кошачье чудо. Среднего роста, стройный и гибкий – сразу определила, что не боец, и расслабилась.

– Рада познакомиться, мистер Юниас, – Милисента, закончив читать, вернула свиток поверенному, и мы следом за ним отправились смотреть квартиру.

Она оказалась в точности такой, как изображение на голограмме. Пока Милисента осматривала комнаты, я вышла на балкон и устремила взор на башню библиотеки, в который раз порадовавшись способностям лисехвоста. Даже с такого расстояния я видела, как в университете кипит жизнь, и размышляла, как туда пробраться и при этом не попасться на глаза хранителям знаний?

За это утро я успела узнать много нового об этом мире. Оказывается, здесь давно существовала единая сеть базы данных, наподобие нашего интернета. Доступ к ней имелся только у Граждан королевства – именно так, с большой буквы – и осуществлялся с помощью тех самых кристаллов, полностью синхронизированных со своим владельцем, поэтому красть их бессмысленно.

Получить такой своеобразный идентификатор личности мог любой житель королевства после сдачи государственного экзамена, на котором нужно было подтвердить свою полезность для общества. И только владельцы таких кристаллов обладали в этом мире избирательными правами. Если тебя не признали Гражданином и не выдали кристалл, а доступ к информации нужен, – добро пожаловать в государственную библиотеку и её филиалы во всех городах с населением более десяти тысяч, где тебе предоставят информацию хранители знаний, естественно, с определёнными, вполне разумными ограничениями.

Будь со мной Рик, он бы в два счёта взломал местную систему и скачал все необходимые сведения. С тем же искином, что у меня есть, даже пробовать не стоит. Его функций едва хватает на управление нанитовым костюмом. Поэтому единственный шанс больше узнать о мире, его технологиях и общественном устройстве – это наведаться в библиотеку лично.

– Меня всё устраивает, мы можем заключить договор прямо сейчас?

Услышав в гостиной взволнованный голос Милисенты, вынырнула из своих размышлений и ободряюще улыбнулась сияющей от счастья эльфийке.

– Конечно, мисс. Все необходимые бумаги у меня с собой.

Юноша достал из портфеля стопку листов с отпечатанным договором, положил на кухонный стол и вновь замер в ожидании, пока юная леди внимательно ознакомится со всеми пунктами.

Наконец договор был заключён, внесена арендная плата за три месяца. Едва Милисента закрыла дверь за поверенным, она раскинула руки и, засмеявшись, закружилась по гостиной.

– Нира, я так счастлива! – подбежав ко мне, обняла от избытка чувств и заключила в кокон своих крыльев. – Спасибо тебе, спасибо!

В зелёных глазах заблестели слёзы и у меня самой ком встал в горле. Как же мало ей для счастья было нужно!

Выяснив, что в кухонных шкафчиках есть посуда и даже забытые прошлыми жильцами целая пачка травяного сбора и баночки со специями, мы вскипятили воду в небольшой кастрюльке и, заварив чай, расположились в плетёных креслах на балконе, наслаждаясь великолепными видами высотных башен, садов на крышах и виднеющимся в просвете зелёным морем.

– Ты вернёшься в гостиницу?

Я кивнула.

– Не хочешь пожить со мной? Здесь есть вторая спальня.

– Спасибо, но не стоит, – я с улыбкой смотрела на светящуюся от радости эльфийку. Кажется, она до сих пор не могла поверить в обретённую свободу. – О деньгах не беспокойся, купи сначала сейф, как установят, я принесу ячейку.

– А ты? Тебе тоже нужны средства.

– Мила, это не первый мир, в котором я умудряюсь попасть в неприятности, выкручусь. А нет, так устроюсь на работу... – я хитро сощурилась. – ... в библиотеку.

– О-о-о-о, – девушка тоже расплылась в улыбке. – Тогда, конечно.

И звонко рассмеялась.

Глава 24

Удивительно, но моя идея про библиотеку настолько захватила Милисенту, что она на самом деле решила устроиться на работу в университет. За несколько дней она отмыла и привела в порядок квартиру, установила сейф, и я ночью тайком перенесла к ней ящик с деньгами. Провернув тот же фокус, что и в гостинице, сплавила ячейку нанитами с дном сейфа. И сейчас, стоя на пороге жилища подопечной, я с любопытством рассматривала привнесённые изменения. Юная леди поменяла половину мебели, в том числе и кухонный гарнитур, заодно обновила всю посуду. Гостиная наполнилась уютом за счёт мягких штор, пледов и подушек на диване. Над камином появилось зеркало и на полке ваза с огромным букетом живых цветов. Я видела, как девушка покупала его на цветочном рынке.

Милисента выпорхнула из спальни, и я мельком заметила, что и эта комната преобразилась до неузнаваемости: светлая, просторная, без лишней мебели, с распахнутыми окнами до пола, являющимися одновременно и дверями на балкон, где некогда в пустых кадках проклюнулась какая-то зелень.

– Я готова.

Девушка была одета в жемчужно-серое строгое платье длиной чуть ниже колена. Неглубокий вырез отделан шёлковой тесьмой в тон основному цвету. Такой же поясок на пока ещё узкой талии. Белоснежная коса до пояса. Я только сейчас сообразила, что она подстриглась, потому что лицо обрамляла красиво уложенная, длинная чёлка. В руках она сжимала маленькую белоснежную сумочку, а в коридоре ее ждали такие же белые туфельки на каблуке. Дополняли образ прозрачные, словно хрусталь, крылья. Если её не возьмут на работу, грош цена этому университету.

Учитывая, что она надела платье, до университета добирались пешком, специально выйдя пораньше, чтобы прийти к началу рабочего дня. Оказалось, Милисента не единственная пришла на собеседование. В коридоре перед кадровой службой было полно народу.

– Думаешь, у меня получится?

Мы стояли в очереди в просторном прохладном холле с теневой стороны башни, и я смогла наконец отдышаться от жары.

– Ты документы взяла?

Милисента испуганно вздрогнула и, закусив губу, кивнула. Она всё ещё переживала, что документы у нас фальшивые.

– Тогда получится.

Когда подошла её очередь, пожелала девушке удачи, слишком явно она нервничала, и это могло плохо отразиться на ребёнке. В среднем одному соискателю на собеседование выделялось минут двадцать, поэтому я снова отошла к окну и устремила взор на башни города.

За эти дни никто так и не вышел со мной на контакт. Новых писем тоже не было. С одной стороны, хорошо – значит, я не пленница. С другой – чем больше я оставалась в этом мире, тем больше росла тревога. Мне срочно нужно возвращаться домой, но дар так и не работал и, бросив тщетные попытки открыть портал на Землю, я всё больше склонялась к мысли, что местная служба безопасности о моём присутствии даже не подозревает. Военные не стали бы со мной миндальничать. Значит, интерес проявляют хранители знаний. И я понятия не имела, что им от меня нужно.

– Получилось, меня взяли архивариусом! – радостный возглас Милисенты отразился от стен и разнёсся по всему коридору. – Ой, простите!

Она смущённо улыбнулась остальным соискателям, заметно напрягшимся после её фееричного заявления.

– Вы не волнуйтесь! У них ещё остались вакансии!

Пробившись сквозь радостно заволновавшуюся толпу, девушка подошла ко мне.

– Представляешь, меня взяли!

– Поздравляю!

Я понятия не имела, в чём заключается работа архивариуса в этом мире, но искренне радовалась за Милисенту... и за себя. Ещё один пункт по её ассимиляции выполнен.

Приступать к работе ей предстояло прямо сейчас. Я от души пожелала девушке удачного дня, проводила до нужно ей этажа и, сбежав по лестнице до первого яруса, вышла из университета, сразу окунувшись в тенистую прохладу.

По дорогам абсолютно бесшумно проезжали редкие автомобили. Пешеходов было ещё меньше, и наземные улицы, утопающие в густой зелени, казались пустынными. В городе мало кто использовал транспорт, поскольку вся жизнь протекала на средних и верхних ярусах. Суета осталась в поднебесье, и я вдохнула полной грудью прохладный чистый воздух. Раз с Милисентой всё более-менее решилось, до родов о ней можно не беспокоиться. Это не значит, что я выпущу её из виду. Просто дам ей больше свободы. Ну а мне предстояло решить вопрос – продолжать жить в гостинице или рассчитаться, вернув часть золота, и поискать собственное жильё.

Несмотря на опасения Милисенты, запас денег у меня был, причём, немалый, только хранила я его в более надёжном месте, чем сейф гостиницы. Но если начну шиковать – это вызовет ненужные вопросы: откуда у неработающей девушки такие средства? К тому же вся эта роскошь была нужна ради Милисенты, и сейчас, когда она съехала, мне будет достаточно обычной квартиры без всяких излишеств.

Приняв решение, остаток дня я потратила на переезд. Сдала номер в гостинице, получила обратно пять золотых. Нашла на шестом ярусе за эту сумму только в месяц очень уютную однокомнатную квартиру с видом на огромный парк и принялась за уборку. Не идеальную, на это не хватило терпения, но достаточную, чтобы избавить мой чувствительный нос от запаха предыдущих жильцов.

Поменяв нанитовые брюки и рубашку на лёгкое летнее платье, отправилась за покупками. Надо же заполнить холодильный шкаф. В идеале замороженными полуфабрикатами, но посмотрим, что продаётся в местных магазинах. Заодно разведаю обстановку на случай экстренного бегства. Мало ли, вдруг пригодится.

Район оказался тихий, уютный, с множеством кафе, магазинов и зон отдыха. Широкие улицы выложены идеально ровной брусчаткой. Дома хоть и высотные, но не стоэтажные башни. Обычный спальный район любого большого города, комфортный для семейного проживания. Я не ставила целью затеряться от наблюдателей. Пусть следят. Если сами не идут на контакт, не мои проблемы. Тем более у меня была идея, как расшевелить их, чтобы начали действовать первыми.

Купив в мясной лавке несколько упаковок замороженных котлет, в продуктовом набрала овощей, фруктов и всякой зелени и отправилась домой. Приготовила ужин, пораньше легла спать и утром отправилась в библиотеку.

Что может быть менее подозрительным, чем иномирянка, пытающаяся разобраться в законодательстве другого мира? Идеальное прикрытие. На самом же деле, я теперь каждый день приходила в университет, брала книги по общему мироустройству и юриспруденции и, расположившись в читальном зале, по максимуму задействовав ограниченные возможности искина, сканировала здание. И заодно наблюдала за хранителями знаний. Тот, кто мне был нужен, за все эти дни так и не появился, но я была готова спорить на лапы, хвост и уши, что он за мной наблюдает. И тоже ведёт собственную игру.

Я ничуть не удивилась, обнаружив здесь разветвлённую сеть тайных переходов. Вот куда я мечтала попасть! Зачем? Скучно и любопытно, потому что среди всех преподавателей тайными дверями пользовались только эти таинственные работники библиотеки. И меня теперь влекло туда, словно магнитом. Но пока я только наблюдала. Мало обнаружить несколько входов прямо тут, в библиотеке, нужно понять, как двери открываются. Сделать это незаметно в дневное время было невозможно. В любом зале всегда находился кто-то из библиотекарей, приглядывая за посетителями. Поэтому я готовилась к ночной вылазке.

Я и Милисенте намекнула, что хранители знаний – мутные типы и рассказала о своём открытии. Мы теперь часто вместе обедали в университетском кафе. Леди Стоутон тут же прониклась и пообещала незаметно поискать нужные сведения в архиве и, сразу догадавшись, что я задумала, вытребовала с меня клятву, что я буду очень осторожна.

– Нира, ты ведь понимаешь, чем это грозит, если тебя поймают? – спросила она едва слышным шёпотом. Хотя могла и не шептать. В кафе стоял такой гомон от собравшихся тут студентов, что мы сами себя едва слышали. А других лисехвостов с острым слухом, кроме меня, тут не было.

– Поверь, я очень тщательно изучила местное уголовное право и буду осторожна, – ответила я так же тихо.

Мы как две заговорщицы сидели за самым дальним столиком, чтобы вокруг нас было хоть какое-то свободное пространство.

– Расскажешь, если найдёшь что-нибудь интересное? – огромные зелёные глаза эльфийки горели азартом авантюристки.

– Обязательно, и если что, сядешь вместе со мой как сообщница, вдвоём в тюрьме будет не так скучно.

– О-о-о-о, – глаза девушки округлились, и даже губы изогнулись в испуганном удивлении. – Тогда ничего не рассказывай. Буду носить тебе в заключение всякие вкусности, а то на казённой еде совсем отощаешь.

Я не выдержала и прыснула со смеху. В этот момент раздался первый тихий звонок, возвещающий об окончании обеденного перерыва и о том, что до начала следующей лекции осталось всего десять минут.

– Я побегу, – Милисента тут же всполошилась и подскочила со стула. – Только ты всё равно будь осторожна, ладно? – она зябко поёжилась, беря в руки поднос с грязной посудой. – Мне страшно остаться в этом мире совсем одной.

– Я буду осторожна, обещаю.

– Тогда до завтра? – юная леди кивнула на прощание и поспешила к окну, куда устремилась целая толпа, чтобы сдать посуду на кухню.

Размешав осевший на дно чашки сахар, я неспеша допила чай, и когда после второго звонка кафе опустело, без всякой толчеи сдала свою посуду и покинула университет.

Предвкушая приключение, меня начало слегка потряхивать от выплеска адреналина, и чтобы справиться с волнением, я прямо со ступенек библиотеки бросилась бежать. Хотелось быстрей оказаться дома и тщательно спланировать ночную вылазку.

Неожиданно на мосту на меня налетел мальчишка-курьер.

– Простите! – буркнул малец и помчался дальше.

А я остановилась как вкопанная, боясь поверить охватившему чувству открывающегося портала. Не может быть!

– Эй, не загораживай дорогу! – окрикнул тоже спешащий мужчина, потеснил к перилам перехода и пошёл дальше.

Я стояла с бешено бьющимся сердцем, боясь спугнуть вновь проснувшийся дар.

– Что за манера – встать посреди прохода!

На этот раз меня толкнула дородная дама, и такое зыбкое ощущение пропало. Чуть не зарычав от отчаяния, я рванула к ближайшему парку, спряталась в густых зарослях, закрыла глаза и попробовала вновь почувствовать с детства знакомое ощущение открывающегося портала, представляя бункер в убежище.

В следующее мгновение я оказалась в кромешной тьме. В ноздри ударил знакомый запах родного дома и горячие слёзы радости хлынули по щекам. Господи, наконец получилось! Дождавшись, пока дверь бункера откроется, мгновенно подключилась к всеобщей сети, хотя это грозило раскрыть тайну моего местонахождения. Плевать на конспирацию!

Я послала вызов в пентхаус, и как только развернулось окно голоэкрана, завопила:

– Рик, я вернулась!

Мгновение замешательства и на лице мужчины отразилось изумлённое узнавание.

– Нира, – выдохнул Рик едва слышно и пришёл в движение – подорвался с места, чёрной пылью сбрасывая нанитовое тело. – Стой, где стоишь! И не шевелись!

Его голограмма мигнула и исчезла.

У меня сердце выскакивало из груди в предвкушении встречи. Ясно же, что он сейчас прошибёт защиты всех серверов на пути к убежищу, и появится здесь.

– Ваша Светлость, прошу, замрите и не шевелись, – появился на экране Сорин. – Одно неосторожное движение, и вас выбросит обратно. Я сейчас тоже буду.

Что? Как выбросит? Я замерла, пытаясь дышать, как можно тише. Но чем больше я старалась стоять неподвижно, тем больше меня трясло от осознания, что я больше не контролирую свои перемещения. Что если меня сейчас вместо Мальхаута закинет в другой мир?

«Рик, где же ты?»

«Уже близко».

Он появился посреди гостиной и рванул ко мне, на бегу собирая нанитовое тело.

Я дёрнулась ему навстречу.

– Стой! Не двигайся!

Рик оказался рядом, схватил мою руку, развернул ладонь и уколол палец.

– Ай! Ты что делаешь? – я видела, как выступившая капля крови впиталась нанитами в его руку.

– Нужно твоё ДНК. Нира, девочка, прости! – он обхватил моё лицо руками. – Я не могу сейчас пойти с тобой. Слишком многое стоит на кону, и я нужен на Земле.

Я замерла, вновь ощущая сдавливание пространства.

– Рик, что происходит?

– Дестабилизация межмировой мембраны. Наши учёные что-то намудрили и захлопнули Землю от других миров. Теперь пытаются пробиться обратно.

Рядом возник Сорин, тоже собирая нанитовое тело, и вынул из моего браслета кристалл Рика. Я хотела возмутиться, но любимый мотнул головой.

– Так нужно.

А сам смотрел на меня такими глазами, что у меня внутри всё дрогнуло. Я видела, как он разрывается между мной и чувством долга, и понимая, что стоять неподвижно бесполезно, ещё пара мгновений и меня бросит в портал, рывком притянула его за рубашку и впилась в губы яростным поцелуем, а потом с силой оттолкнула.

– Реши эту проблему!

В следующее мгновение я оказалась в гостиничном номере.

Слава богу, в него никто не успел заселиться. Включив инвиз, тихонько вышла в коридор, спустилась по лестнице, пересекла холл, выскользнула на улицу и что есть сил рванула прочь. Мне нужна была скорость, чтобы подавить бушующий в крови адреналин. Спрыгнув на первые ярусы, где было меньше народу, я неслась, надрывая сухожилия и мышцы, мир смазался в цветные полосы, лёгкие разрывало от нехватки кислорода, но мне было мало! Быстрей! Ещё быстрей! Иначе меня накроют раздирающие эмоции.

Никто не блокировал мой дар. Это на Земле случилась трагедия. Надеюсь, Рик с Сорином разберутся. И я понимала, почему он остался, правда, понимала. На него насели Александр вместе с главами других корпораций и правительство, столкнувшееся с тысячами иномирцев, оказавшихся запертыми на Земле. Один Его Величество с наследниками чего стоят. Тут кого хочешь достанут из-под земли и привлекут к исследованиям. И Рику куда спокойней, что я вне досягаемости корпораций и военных. Так он сможет полностью сосредоточиться на работе. Я тоже не буду сидеть без дела. Надо разобраться, почему у меня получилось переместиться, несмотря на блокировку, и обязательно повторить попытку.

На этой мысли силы меня покинули, и я рухнула лицом в прохладную, влажную от лесной сырости траву. Сердце стучало как сумасшедшее, во всем теле ныла каждая натруженная мышца, сил не было даже убрать из-под щеки острую сухую ветку, зато на душе впервые за последние дни было удивительно спокойно.

Не знаю, столько я так лежала. Когда набралась сил перевернуться на спину, солнце, просвечивающее сквозь лиственные кроны, клонилось к западу. Следом пришла вялая мысль. Интересно, как далеко меня унесло от Ашентри? Судя по тому, что вокруг шелестел лес, очень далеко.

Собрав остатки сил, поднялась на ноги. Скользя на влажном дёрне и цепляясь за низкие ветки, осторожно спустилась по склону горы на дно ущелья, дошла до бурной реки с кристально чистой ледяной водой и от души напилась. Потом сориентировалась по солнцу и лёгкой трусцой побежала обратно, надеясь, что к утру доберусь до города.

Кажется, я побила все рекорды скорости среди лисехвостов. Только к середине ночи я выбралась из леса на дорогу и уже на рассвете миновала тоннель, ведущий к городу, и восхищённо замерла, забыв про дикую усталость и сводящий от голода живот. Стоило убежать так далеко, чтобы увидеть белокаменный город в розовых лучах восходящего солнца. Вся долина была окутана утренним туманом, от чего казалось, что башни с паутиной переходов парят на облаке, острые шпили сверкают золотом, сияющими лучами прорезая небосвод, в точности, как на витраже в библиотеке, и за всем этим великолепием простирается зелёное море с парусными судами на самом горизонте.

Жаль возможности моего искина сильно ограничены. Такой вид достоин, чтобы его запечатлеть. А с другой стороны, я могу снова прийти на это место и дождаться нового рассвета, потому что я, кажется, очень надолго застряла в этом мире.

Глава 25

К моменту, когда я добралась до своей квартиры, туман растаял, оставив после себя сверкающие росой газоны, дрожащую листву и мокрую брусчатку. Последние крохи сил ушли на то, чтобы подняться по лестнице, зайти домой и рухнуть на диван.

Голод не дал долго спать. Проснувшись через два часа, приняла душ, выпила литр холодного молока, разобрала постель и снова уснула. Встала поздним вечером, имея созревший чёткий план. Раз у меня теперь масса времени, почему бы не удовлетворить своё любопытство?

Проникнуть незамеченной в университет оказалось очень просто. Мерцание костюма сделало меня абсолютно невидимой, а ловкость и скорость лисехвоста помогли проскользнуть под самым носом охранников и скрыться в недрах коридоров. Я специально не рискнула идти сразу в библиотеку. Было любопытно проверить ярусы с учебными аудиториями, но нигде даже намёка на тайные коридоры не обнаружила, а это уже было интересно.

Оставив учебные уровни позади и всё так же оставаясь невидимой, поднялась в библиотеку. Оказавшись на лестнице под витражом, прислушалась к окружающей тишине. Где-то в глубине библиотеки слышались шаги двух охранников. По запаху определила, что они не лисехвосты, значит, моим планам не помеха. Лёгкой тенью взлетела по лестнице на шестой ярус. Оказавшись в огромном зале полном стеллажей с книгами, осмотрелась, вспоминая, где здесь тайная дверь.

В два прыжка оказалась на нужном балкончике, прошла вглубь небольшого узкого коридорчика и остановилась у нужного стеллажа. С виду он ничем не отличался от рядом стоящих полок с книгами. Только я нутром чувствовала за ним провал в бездну. Обшарив все подозрительные выступы, нашла небольшую выемку, сделанную резьбой по дереву. Она в миниатюре повторяла герб над лестницей и чеканку на медальонах хранителей.

Улыбнувшись, замок открыла обычной отмычкой, даже наниты не потребовались. Стеллаж, скрывающий тайный ход, бесшумно ушёл в глубину и отъехал в сторону, открывая мерцающее силовое поле портала.

А вот на такое я не подписывалась! Все данные сканирования, что я собрала за время наблюдения, можно стирать. По ту сторону вместо ветвистых тоннелей тайных переходов может оказаться что угодно: ловушка, тюремная камера или дремучий лес за тысячи километров от города. И как теперь дверь закрыть? Она же на той стороне, и скоро сияние портала привлечёт внимание охраны, а им лучше не попадаться. Раздосадованная провалом, развернулась, чтобы сбежать, вернуться домой и разработать новый план... и застыла, увидев перед собой сноп серебряных искр, из которых материализовался очень знакомый хранитель знаний.

– Так-так, кажется, у нас гости.

Он преградил выход к балкону, и я загнанным зверем стала отступать, судорожно выискивая пути к бегству. Он смотрел с отеческой улыбкой, давая возможность самой решить остаться или убежать, словно ему было интересно, какой вариант я выберу. Вот же чёрт! Не зная, как поступить, я остановилась, потому что дальше отступать некуда. За спиной была глухая стена.

– Что вам от меня нужно? – спросила осторожно, не зная, чего от него ожидать. То, что передо мной не человек, я уже поняла. Не зная, насколько это существо может быть опасным, лучше вести переговоры, тем более он пока не проявлял агрессии.

– Ты и твой дар, конечно, – мужчина сложил руки за спиной, подошёл к порталу и оглянулся у самой границы силового поля. – Что стоишь? Идём.

И шагнул в портал, словно не сомневался, что я приму приглашение. А я что? Пошла следом, потому что сколько можно бегать? Ведь вся эта вылазка была затеяна, чтобы выйти с ним на контакт.

Оказавшись по ту сторону, невольно зажмурилась от ослепившего яркого дневного света. Когда глаза привыкли, увидела впереди длинный коридор с высокими стрельчатыми сводами, подпираемыми каменными арками, и вдоль обеих стен огромные окна, за которыми виднелись башни Ашентри. Если мы в городе, почему сейчас день? Догнав ушедшего вперёд хранителя, наткнулась на его весёлый взгляд.

– Постой, – он поднял руку, и я шарахнулась в испуге. Мужчина только головой покачал. – Дикая и недоверчивая, не бойся, не укушу, ну же.

И шагнул ближе. На этот раз я не стала уклоняться, когда ладонь легла на макушку между ушей. Хранитель прикрыл глаза, и мой чёрный комбинезон превратился в простое синее платье с неглубоким вырезом, обтягивающим лифом, рукавом три четверти и юбкой полусолнце чуть ниже колен, а ботинки трансформировались в серебристые босоножки на танкетке. И всё происходило так, будто он через прикосновение управлял нанитами, потому что искин, управляющий костюмом, не отзывался.

– Так намного лучше. Меньше походишь на воришку, – мужчина подмигнул и рассмеялся.

– Как вы это сделали? – я проигнорировала упрёк, хотя он прав. Я, действительно, как вор пробралась в библиотеку.

– Дар трансформации. Обернись.

Оглянувшись, я убедилась, что никакой двери в виде стеллажа с книгами на этой стороне нет, как и самого портала. Вместо него обычная тупиковая стена. Похоже, самостоятельно из этой ловушки мне не выбраться. А ещё я догадалась, что за окнами не настоящий Ашентри.

– Где мы?

– В прослойке между мирами.

Подойдя к окнам, я замерла, не веря тому, что вижу. До боли знакомые белокаменные башни с остроконечными шпилями, невесомые ажурные переходы между ними и зелёные сады на всех уровнях. Вот только этот город был заметно меньше и стоял на склоне скал, откуда вниз низвергались водопады, поднимая в воздух тысячи брызг, и над ними в лучах яркого солнца висели дуги радуг.

– Города-матрёшки в складках пространства? – озвучила пришедшую на ум догадку.

Больше не имело смысла притворяться, что я с Мальхаута. Кем бы ни был этот мужчина, он знает, из какого я мира пришла и какими знаниями обладаю.

– Это ваши учёные выдвинули такую теорию? – Хранитель подошёл и встал рядом.

– Да, когда множественность миров существовала только в теории. Была выдвинута гипотеза, что они не могут существовать беспорядочно. Должна быть объединяющая ось. Но практика пока это не доказала. Порталы просто открывали проход в другой мир, без какой-либо логики и упорядоченности.

– Что ж, ваша гипотеза почти близка к истине. Пойдём, моим друзьям не терпится познакомиться с тобой поближе.

Оторвавшись от созерцания невероятной красоты за окном, я с грустной улыбкой посмотрела на мужчину.

– Вы меня больше не отпустите?

– Что за глупости, – улыбнулся Хранитель. – Мы никого не держим силой.

Так я и поверила! Но всё же пошла следом.

– Как к вам обращаться?

– Зови меня Зейн, этого достаточно, все мистеры, господа, хранители – это для внешнего мира.

Мы шли по запутанным коридорам, пересекали большие залы, поднимались по широким лестницам. Огромные стрельчатые арки вели на широкие террасы и, проходя мимо них, слышался далёкий шум падающей воды, но в глубине залов царило прохладное безмолвие.

– Где все?

– Здесь немноголюдно, как ты видишь.

– Трудно не заметить.

– Мы уже почти пришли.

Поднявшись ещё по одной лестнице, Зейн остановился перед входом в зал, очень напоминающий библиотеку, откуда мы пришли. Даже отсюда были видны бесчисленные стеллажи с книгами, уходящие куда-то в поднебесье.

– Тебя ждут.

Я остановилась, чувствуя, как тело сковывает страх. Этот Хранитель был знаком, не скажу, что доверяла ему, но неизвестно, как воспримут моё присутствие в междумирье остальные.

Видя, что я не двигаюсь с места, мужчина ободряюще улыбнулся.

– Иди, там ответы на все твои вопросы.

О, да! Вопросов было много, и я очень хотела получить на них ответы.

Коротко кивнув, сделала несколько шагов и миновала арку. Передо мной снова из снопа искр появился другой Хранитель. Только не человек, а голограмма. В такой же мантии, как у Зейна, и с таким же медальоном на груди. Вот только от его призрачного образа веяло невероятной мощью, и эта сила была вполне осязаемая. Воздух вокруг мужчины, казалось, был наэлектризован и пропитан мелкими зарядами, от которых у меня шерсть на загривке встала дыбом.

– Вы ведь не голограмма? – выдохнула я в полном изумлении. – Вы энергетическая форма жизни?

Он с улыбкой кивнул.

– Приятно иметь дело с жителями развитых миров, – Хранитель картинно закатил глаза и произнёс со смешком. – Обидно, когда принимают за духа и пытаются повторно развоплотить.

Вспомнив, как однажды мы с Риком наткнулись в одном из миров на резвого некроманта, принявшего моего спутника за порабощённый дух, и как он принялся его спасать, пытаясь меня убить, тоже улыбнулась. Собственно, именно после того случая я и стала копить кредиты на нанитовую оболочку.

– Дарион моё имя, – наконец представился Хранитель и, сделав жест, пригласил следовать за собой. – Ты уже знаешь, что случилось с твоим миром?

Я кивнула и поделилась тем, что удалось узнать.

– Вместо того, чтобы запечатать другие миры, учёные захлопнули Землю. Я смогу вернуться? Или придётся ждать, пока они устранят эту проблему технически?

– Боюсь, технологии здесь не помогут. Как думаешь, откуда черпается энергия на построение порталов?

Я хотела рассказать про энергоустановки, питающие наш межмировой портал, но не произнесла ни слова. Если бы всё было столь очевидно, вряд ли бы Дарион об этом спрашивал. Значит, вопрос с подвохом. И Хранитель будто прочёл мои мысли.

– Портал открывается за счёт энергии твоего мира, и вы делали это так часто, что почти полностью истощили мембрану, отделяющую миры от междумирья. Сработал защитный механизм, и теперь, пока мембрана вновь не накопит достаточно энергии, чтобы выполнять свои функции защиты, твой мир будет закрыт для всех, кроме тебя. – Дарион бросил на меня пронзительный взгляд. – Тебе один раз удалось переместиться?

– Даь, но меня вернуло обратно. Вам известна причина?

Мужчина кивнул.

– Не хватило силы твоего дара преодолеть уплотнившуюся мембрану.

– И сколько она будет восстанавливаться естественным образом?

– В этот раз пару лет, может, чуть дольше.

Два года? Я закусила губу, чтобы сдержать эмоции. Один древний как-то сказал: «Бойся своих желаний – они могут осуществиться». Я хотела сбежать от Александра, хотела пожить в этом мире, пока Рик не придумает, как защитить меня от притязаний корпораций. Вот только получив желаемое, было невыносимо больно. Два года без Рика! Почему всё это случилось именно сейчас, когда мы снова обрели друг друга?

Хранитель смотрел на меня с искренним сочувствием.

– Несколько лет, не такой большой срок за вашу беспечность. Есть миры, которые захлопнулись тысячелетия назад и до сих пор остаются закрытыми. И даже нам не под силу пройти через их завесу, – его взгляд потеплел, и он улыбнулся. – Но не тебе с твоим даром.

Я вмиг воспрянула духом.

– Вы хотите сказать, я смогу вернуться? Мой дар...

Мужчина вскинул руку, призывая меня повременить с вопросами. Да он издевается? Увы, я не в том положении, чтобы диктовать условия, поэтому наступила на горло любопытству. Всей правды мне не скажут, только ту, которая нужна им. Но я умею делать выводы, так что будем слушать, что ещё поведает Хранитель.

Мы миновали анфиладу комнат и оказались в огромном, круглом зале, накрытом энергетическим куполом. Мужчина остановился в центре. Дневной свет померк, мраморный пол под ногами тоже исчез, и мы словно повисли в необъятной чёрной пустоте.

Над нами появилась огромная полупрозрачная сфера, окутанная серебристой дымкой, и внутри я увидела знакомую Солнечную систему. Изображение изменилось, яркое Солнце с полыхающими протуберанцами сильно уменьшилось в размерах и крупным планом показалась Земля со своим неизменным спутником. Живая планета с голубыми океанами, яркими материками и плывущими над ней белыми облаками. Дом! Как же я хочу домой!

– Ты пробовала из этого мира попасть не на Землю, а в какой-нибудь другой мир?

Усилием воли я заставила себя отвести взор от родного мира и вникнуть в суть вопроса.

– Пробовала.

– И?

– Ничего не получилось. Никогда не получалось. Мне всегда, чтобы попасть в другие миры, нужно сначала вернуться на Землю.

– Так работает привязка твоего духа к родному миру. По сути ты делаешь всего один прыжок, на который тратишь львиную долю сил. Потом родной мир магнитом притягивает обратно. Сейчас, когда Земля скрылась под завесой, тебя тянет обратно, но мембрана не пропускает. А инициировать прыжок из этого мира ты не можешь, нет привязки. Но её можно изменить и привязать твой дух здесь, в подпространстве. Это даст возможность перемещаться между любыми мирами, независимо скрыты они под завесой или нет.

Наверно, моё изумление выглядело настолько комично, что Дарион улыбнулся.

– Хочу тебе кое-что показать.

Окружающая темнота сгустилась и напротив моего мира возникла другая сфера. Я не знала, как выглядит планета из космоса, но почему-то догадалась, что Хранитель показал Мальхаут. На земной мембране возникла яркая вспышка, и от неё в черноту междумирья вытянулся серебристый энергетический тоннель наподобие смерча и устремился к другому миру.

– Это открывшийся портал?

Хранитель кивнул.

– Да. Видишь сияние на мембране возле портала? Это аккумулируется её энергия на поддержание его открытым. Теперь хочешь посмотреть, как перемещаешься ты?

– Шутите? Конечно, хочу.

Сияние портального коридора исчезло, и оба мира отдалились друг от друга. Появилась яркая вспышка на Мальхауте, и в темноте между мирами возникли застывшие мы с Риком, сотканные из чистой голубоватой энергии, страстно целующиеся и невероятно красивые. Мои призрачные волосы взметнулись в развороте, глаза закрыты, одна рука обвивает шею любимого, в другой я сжимаю призрачное платье. Мгновение и сияющие фигуры исчезли, и новая яркая вспышка на Земле показала, что перемещение завершилось.

Я не знала, куда глаза деть от смущения. Это же... это же мы с Риком, когда сбегали из гостиницы.

– Но как? – от мысли, что Хранители видят каждое моё перемещение, голова шла кругом.

– Очень просто. Тебе не нужен портальный тоннель для перехода, поэтому ты не расходуешь на перемещение энергию миров, только собственную силу. Но поскольку в междумирье нет понятия пространства и времени, сам момент перемещения ты не осознаёшь.

Передо мной возникла восьмилетняя я, совершившая свой первый прыжок, до безумия напугавший не только меня, но и родителей. Растрёпанная девчушка со смешными косичками в шортиках, майке с единорогом и кроссовках, сотканная из чистой энергии. На личике такой испуг, что захотелось подбежать, обнять себя и сказать, что у нас всё будет хорошо, только береги Рика.

Сердце затопило болью от нахлынувших воспоминаний, а девчушка уже пропала. За ней появилось ещё несколько призрачных меня, застывших в разных позах, чаще всего будто я убегала от нешуточных неприятностей.

Гхм... я не смогла скрыть улыбку. Ни одна вылазка в другие миры не походила на увеселительную прогулку, и мне часто приходилось в буквальном смысле уносить ноги.

То, что открыл мне Дарион, было настолько невероятно, что взрывало мозг, но одна зацепившая деталь не давала покоя, поэтому я спросила:

– Почему я всегда перемещаюсь в виде энергии? Это же не просто красивые изображения?

– Хороший вопрос, – миры исчезли, темнота рассеялась, под нашими ногами снова появился пол, и мы пошли обратно. – Как думаешь, почему у тебя сейчас тело лисехвоста, тогда как на самом деле ты человек?

– Закон равновесия – тело должно соответствовать параметрам того мира, которому принадлежит. Вряд ли состав атмосферы на Мальхауте идентичен земной, останься я в своём теле, мигом бы задохнулась.

– Или отравилась едой и водой, или тебя убили незнакомые на Земле вирусы, – продолжил мою мысль Хранитель и вдруг улыбнулся отеческой улыбкой. – Как думаешь, чтобы появилось это тело, что должно стать с прежним?

Я задумалась. О том, что одно тело исчезает и появляется другое, знает любой, кто хоть раз путешествовал между мирами или жил в мире, где известна портальная технология.

– Получается, вся масса переходит в чистую энергию и, соприкасаясь с мембраной другого мира, считывает нужную информацию и формирует новое тело?

– Единый для всех миров закон сохранения энергии. И междумирье – часть общей системы, призванная сохранять равновесие, – улыбнулся Хранитель.

А мне стало интересно: кто-нибудь из ученых Земли догадывается, что происходит с физической оболочкой между мирами? В жизни не поверю, что никто не задавался этим вопросом. Взять хотя бы Рика, участвовавшего в моём создании...

От неожиданной догадки я остановилась.

Рик! Который во время всех путешествий оставался искином-помощником с сознанием в кристалле моего браслета. И вдруг он обретает материальное тело. Не просто же так Хранитель показал нас вместе. Явно, чтобы натолкнуть на правильную мысль.

Получается, оба раза, совершая со мной переход на Мальхаут в нанитовом теле, наниты и энергоблок распадались в междумирье на чистую энергию и восполняли Рику недостающие энергетические ресурсы? И теперь во всех других мирах он тоже будет обретать биологическое тело? Везде, кроме Земли, где он реально умер, потому что закон равновесия нельзя нарушить.

Я вскинула взгляд на Хранителя и наткнулась на его всё понимающую улыбку.

И меня озарило новое осознание. Когда он с потрясающей небрежностью сообщил, что отсюда всего один шаг до Земли, который мне по силам преодолеть, стоит только изменить привязку, я всё ждала, какую потребуют плату. Не верила я в сказки про добрых Хранителей. Они наблюдали за мной годами и решили открыться именно теперь, чтобы помочь вернуться домой? Тут не надо быть гением, чтобы понять – им нужна не я, а Рик. Потому что Дарион тоже умер, и ему нужно нанитовое тело, оснащённое энергоблоком, чтобы сделать его биологическим. А поскольку Рик остался на Земле, куда Хранители не могут попасть из-за уплотнившейся мембраны, то они «вдруг» вспомнили о моём даре.

Всколыхнувшаяся ярость плескалась во мне наравне с восхищением от столь неприкрытой наглости и откровенного шантажа – если не приведу им Рика, то на ближайшие годы окажусь запертой на Мальхауте. Расстраивало меня это? Ничуть. У любимого появится хороший стимул шевелить извилинами и в кратчайшие сроки решить проблему с истощённой мембраной. Я еле сдержала улыбку, представив, как взбесится Рик, когда узнает, что за игру затеяли Хранители.

– Я могу подумать?

– Конечно.

– Если я решусь принять ваше предложение, как вас найти?

– В любое время приходи в библиотеку, и один из нас обязательно появится.

Глава 26

Мы вернулись к выходу, и я увидела за аркой дожидающегося меня Зейна. Ещё раз поблагодарив Дариона за открытые знания, устремилась навстречу мужчине.

– Смотрю, ты не очень шокирована, – улыбнулся мужчина и повёл меня обратно по залам и коридорам.

– О междумирье у нас знают давно, просто никто не допускает, что оно обитаемо, – о том, что я тоже буду молчать, даже говорить не стала, такие знания не просто так держатся в секрете. И кому, как не мне, знать, что будет, если они попадут не в те руки. – Скажите, ведь в каждом мире есть такой город в городе, и отсюда можно туда попасть?

Зейн кивнул.

– Это не обязательно должен быть город. Во многих мирах это храм, подземные пещеры, воды озера... – тут он лукаво улыбнулся, от чего в уголках глаз собрались морщинки. – ... или Священная Роща, как например, в мире Ротан.

Я остановилась, во все глаза глядя на веселящегося Хранителя. Священная Роща эльфов в Великом Лесу? Так вот как Его Величество с сыновьями оказались на Земле, минуя портал! Их провели через междумирье Хранители. А я всё голову ломала, какая из корпораций занимается незаконной миграцией иномирцев.

– Я хочу встретиться с Ларсом, это возможно?

Хранитель утратил всякую весёлость и стал серьёзным.

– Как догадалась, что он работает на нас?

Я пожала плечами, и мы снова пошли неспешным шагом.

– Это несложно, учитывая, что меня до сих пор не арестовала местная служба безопасности, и о путешествиях в другие миры обычному населению Мальхаута неизвестно.

– Вашу встречу устроить можно, но зачем?

– Он обещал взять в ученики. Не хочу упустить такую возможность. Мне предстоит жить в вашем мире, а я не знаю половины возможностей лисехвостов.

– Хорошо, я дам ему знать, но Ларс сам примет решение учить тебя или нет. Здесь я не всесилен.

Я понимающе кивнула.

Зейн вернул меня тем же порталом в библиотеку, и я снова замерла от неожиданности. На этой стороне тоже ярко светило солнце. И хотя в междумирье по моим ощущениям я пробыла не больше часа, в Ашентри ночь сменилась полднем. В читальном зале было многолюдно, но наше появление осталось незамеченным. Странным образом в сторону этих стеллажей никто не смотрел, словно мы были невидимыми.

– Я не прощаюсь и надеюсь на скорую встречу, – мужчина с мягкой улыбкой коротко кивнул, сделал несколько шагов вдоль стеллажей, вышел на деревянный балкон и будто выпал из поля невидимости, потому что к нему сразу же устремился студент.

– Хранитель знаний, вы мне поможете? Не могу найти одну книгу.

Зейн повернулся к парнишке, взял из его рук листок со списком книг, прочёл и кивнул.

– Пойдём, покажу, где находится нужная тебе литература.

И словно меня тут нет, «библиотекарь» повёл юношу вдоль стеллажей и вскоре скрылся за поворотом.

Едва сдерживая порыв броситься бежать, я быстрым шагом покинула библиотеку, миновала сквер и, только оказавшись на переходе к другой башне, сорвалась с места.

Ни за что не приведу к ним Рика. Он сам решит, нужны ему столь «заманчивые» предложения Хранителей или пошлёт их с их инициативами куда подальше. А ещё я не верила, что меня оставят в покое. Как миленькие пришлют Ларса, чтобы ненавязчиво подталкивал к принятию нужного им решения. Я потому и попросила о встрече именно с ним. Всё равно приставят соглядатая, а мы с лисехвостом хотя бы одной расы, и я извлеку из нашего общения свою пользу.

Похоже, уважаемые Хранители забыли, что в эти игры можно играть в обе стороны. И пока они будут меня обрабатывать, я не оставлю попыток пробиться на Землю своими силами. А зная Рика, Александра и Его Величество, думаю, они найдут способ снять блокирующую завесу гораздо раньше, чем через два года. Зуб даю, все трое объявятся в этом мире через месяц, а то и раньше. Рик и Александр по мою душу, а Его Величество за Миллисентой.

Представив встречу этих двоих, я затормозила на одном из оживлённых переходов, крутнулась на пятках и рванула к дому подопечной, вспомнив, что у неё сегодня выходной. Надо срочно предупредить девушку о предстоящем явлении Владыки Эльфов. А то сюрприз выйдет неожиданным.

Накупив вкусностей в продуктовой лавке, завернула в посудный магазин и приобрела роскошный чайный сервиз из тончайшего фарфора. Теперь можно отправляться в гости к леди Стоутон.

Остановившись на широкой террасе, опоясывающей башню на этом ярусе, поправила подмышкой коробку с сервизом, перекинула ручки пакета с выпечкой на запястье и постучала в двери квартиры.

Юная эльфийка открыла почти сразу, раскрасневшаяся и запыхавшаяся. Увидела меня и расплылась в радостной улыбке.

– Янира!

– Привет, – я вручила ей огромную коробку. – Это тебе запоздалый подарок на новоселье.

– Заходи, – девушка посторонилась, пропуская меня внутрь.

Оказавшись в холле, потянула носом. Пахло запеченным мясом, овощами... чем-то горелым и хлоркой. Фуууу, невольно сморщила чувствительный нос.

– Ты опять делаешь уборку?

Милисента, держа обеими руками объёмную коробку, сдула с лица упавшую на глаза чёлку.

– Пришлось, это не первый кусок мяса, что я пытаюсь запечь. Первый сгорел до углей, пока разобралась, как работает печка. Три дня проветривала квартиру. Второй испортила, когда доставала уже готовый. Обожглась и уронила на ковёр, вот и пришлось отмывать жир. Надеюсь, хотя бы этот получится.

Мы переглянулись и засмеялись. До чего приятно было видеть девушку такой живой, счастливой и искрящейся жизненной силой. Увы, сейчас я ей настроение испорчу.

– Я с плохими новостями, – криво улыбнувшись, развела руками, стараясь, чтобы кончик хвоста не слишком дёргался, выдавая, как я нервничаю. – Скоро здесь появится Его Величество.

– Пф, тоже мне новость. Не стой на пороге, пошли на кухню, – девушка водрузила коробку с сервизом на стол и, отбросив косу за спину, склонилась, заглядывая в духовку. – Кажется, ещё не сгорело. – Выпрямившись, она глянула на меня с улыбкой. – Хлеб порежешь?

– Мила, это точно ты? – я не выдержала, подошла и потыкала пальцем девушку в бок.

Она хихикнула от щекотки и, извернувшись, стала доставать из навесного шкафа посуду.

– Он бы всё равно меня нашёл, месяцем раньше месяцем позже, но знаешь что? – она обернулась, прижимая к себе большое блюдо для мяса.

– Понятия не имею, – я не могла перестать улыбаться, глядя на Милисенту.

– Я его больше не боюсь... и мужа не боюсь, пусть хоть все явятся, я найду, что сказать им обоим.

Мясо у неё получилось пальчики оближешь, а овощи, запечённые с крупной солью и маслом, – хрустящими и невероятно вкусными. Потом мы пили чай с глазированными пончиками и делились новостями. Всё-таки девушка не утерпела и поинтересовалась, как прошла моя вылазка. Я, не упоминая междумирье, обрисовала ситуацию с блокировкой Земли, объяснила, почему не работает мой дар, и вскользь рассказала про Хранителей. Милисента покивала головой и отметила, что тоже про них слышала. В этом мире о них распространено множество слухов, однако никто никогда их не видел. Но свято уверен, что друг пятиюродного брата сына тётушки сестры двоюродного дедушки лично с ними встречался.

Солнце давно скрылось за высотными шпилями и медленно погружалось на горизонте в воды моря. Эльфийка встала и зажгла свет.

– Останешься ночевать?

– Нет, – я сыто икнула. Третий пончик явно был лишним. – Я тоже сняла квартиру, так что мне есть, где жить.

Умолчала, что моё жильё не идёт ни в какое сравнение с её апартаментами. Всё это неважно. Есть, где переночевать, и ладно. Беспокоило другое, я понятия не имела, как связаться с Риком и предупредить о Хранителях. Вдруг они доберутся до него раньше?

Я не заметила, как девушка тихо подошла, вынула пустую чашку из моих судорожно сжатых пальцев и мягко положила руку на плечо.

– Пошли, поспишь на диване в гостевой спальне.Ты видела себя со стороны?

Я хмыкнула, видела и больше нет желания смотреться в зеркало. Мила права, как же я устала быть за всё и всех в ответе. Я хочу домой, хочу к Рику, сгрузить на его голову все проблемы и отдохнуть хотя бы неделю. Встав из-за стола, порывисто обняла удивившуюся девушку.

– Спасибо, но я пойду.

Я была благодарна, что Милисента не стала останавливать. Мне нужно побыть одной, желательно вдали от городской суеты и шума. И ноги сами понесли меня к морю. Широкая полоса пляжа, примыкала к зоне отдыха со множеством ресторанов, кафе и прочих развлечений. Вся набережная сверкала тысячами огней, отовсюду гремела музыка, царило веселье. И кругом толпы отдыхающих людей и нелюдей. О каком уединении может идти речь?

Побежав по берегу, оставляя шум и город далеко позади, нашла небольшую бухту, окружённую выступами скал, с песчаной косой у самого подножия гор. Над головой на отвесном склоне шумел лес, солнце село, луны ещё не взошли, и море, слившись с звёздным небом, превратилось в чёрную бездну. Я заворожено смотрела, как волны накатывают на берег, белой пеной лаская песок, с шелестом откатываются назад, чтобы набраться сил у родной стихии, и снова ринуться вперёд и обрушиться на берег у самых моих ног, обдавая солёными брызгами.

Не знаю, сколько я стояла на берегу, всматриваясь в бездну, пока меня не накрыло глубокое, абсолютное спокойствие, словно внутри появилась незыблемая скала. Я справлюсь и обязательно найду способ вернуться домой без помощи Хранителей.

Рассвет я встретила, сидя на песке. Меня окружали серые предрассветные сумерки, пляж был накрыт тенями возвышающихся гор. С ветвей и листьев свисали капли росы. Солнце было ещё за горами, но его лучи уже окрасили облака в розовые тона. Море за ночь успокоилось и сейчас, как ласковый котёнок, с тихим шелестом накатывало на берег. Поверхность серебрилась солнечными бликами, скрывая прозрачную, изумрудную глубину.

Ларса я почувствовала давно. Он приблизился почти неслышно и наблюдал за мной с одного из скальных выступов. Я продолжала сидеть в позе лотоса, любуясь морем и делая вид, что не замечаю его присутствия.

Услышав довольное хмыканье, улыбнулась уголками губ.

Мужчина встал и легко спрыгнул рядом на песок.

– Ты изменилась.

А вот он не изменился вовсе. Был именно таким, как я запоминала. Не вставая, повернула голову и подняла на него взгляд.

– Поумнела?

Он опять хмыкнул на этот раз весело.

– Похорошела, – он бросил выразительный взгляд на платье.

Сложив оружие, так же, как и я, сел в позу лотоса и устремил взгляд на горизонт.

Настал мой черёд хмыкать.

– Сильно досталось от Хранителей?

Уголки его губ дёрнулись.

– Терпимо. Учиться будешь или позвала ради любопытства?

Мне нравилось наше лаконичное общение. Ни одного лишнего слова или движения. Словно два заточенных клинка со звоном вели поединок, выясняя, кто сильней. Я была уверена, что не уступаю Ларсу. Только не спешила показывать свою силу. Переменив позу, села, поджав под себя ноги, и повернулась к мужчине в пол-оборота.

– А ты будешь учить?

– Да у меня как бы нет выбора, – он тоже повернулся ко мне лицом. – Видел квартиру, где ты остановилась. Я знаю другое место. Пойдём.

За квартиру и те немногие вещи, что в ней остались, не переживала. Аренда оплачена за несколько месяцев, а самое ценное – нанитовый костюм с искином – всегда со мной.

Я поднялась следом за Ларсом, отряхнула песок, трансформировала платье в привычный комбинезон, а босоножки в удобные сапожки и, стремительно набирая скорость, побежала за сородичем. Всё-таки это ни с чем не сравнимое наслаждение бежать так, что окружающий мир смазывается в неясную картину, запрыгивать на скалы, буквально перелетать через бурные горные реки. Мы удалялись от Ашентри, но я не переживала за Милисенту. Она уже достаточно освоилась и обжилась в новом мире и вполне справится без меня.

Миновав перевал, я думала спустимся в долину, но Ларс наоборот стал забираться всё выше в горы, пока мы не остановились на выложенной каменными плитами площадке размером примерно сто на сто метров. По краям её окружал дремучий смешанный лес, и среди шелестящей листвы, упираясь задней стенкой в склон, стоял каменный дом с широкой террасой, парой ведущих к ней ступеней и каменными колоннами, поддерживающими остроконечную крышу с полукруглой черепицей и загнутыми вверх углами, украшенными головами драконов.

– Твой дом на время обучения.

– А ты где будешь жить?

– Там, – мужчина указал на склон над площадкой.

Подняв голову, увидела выше метров на тридцать второй такой же дом. Понятно, живя внизу, я буду у него как на ладони.

– Всё необходимое есть внутри, если чего-то нет, можно купить в Ашентри, но не советую часто бывать в городе, занятий будет много.

Уже то, что я тут не пленница, внушало долю оптимизма. Не хотелось совсем бросать Милисенту, и почему-то я была уверена, что питаться с Ларсом мы будем плотно, только сладкие пончики в меню не предусмотрены. Вот за ними и будет приятно наведываться в город.

– Чему улыбаешься?

– Думаю о пончиках.

– Кхм... – мужчина скрыл усмешку, но сияющие глаза его выдали. – Заселяйся. Занятия через полчаса.

И он в три длинных прыжка, отталкиваясь от специально предусмотренных небольших каменных площадок на склоне, оказался у своего дома.

Поднявшись по двум ступеням и миновав террасу, толкнула дверь и вошла в своё новое жилище. Внутри дом был разделён стенами больше похожими на ажурные деревянные ширмы. Я видела подобное в нашем мире, когда путешествовала по Востоку. Абсолютный минимализм. Тут хоть есть матрас с подушкой? О том, что в таком месте увижу кровать, почему-то не верилось, и я оказалась права. В доме была одна большая комната с высоким подиумом в нише, где за стеновой панелью обнаружился скрученный матрас, пара подушек и тёплое одеяло. В глубине дома некое подобие кухни и за очередной ширмой удобства с туалетом, душем и раковиной. Ни тебе зеркал, диванов, ковров, картин, шкафов или другой мебели. Тут явно давно никто не жил.

Наскоро приняв душ, создала новую модификацию комбинезона, который ни при каких условиях не порвётся и защитит от ушибов и мелких повреждений. Рыжую гриву заплела в косу. Ещё раз грустно вздохнула из-за отсутствия зеркала и поспешила на улицу, чувствуя, что Ларс уже ждёт.

Не успела выйти из дома, как в мою сторону полетел длинный упругий шест. Я легко его поймала. Примерилась к тяжести. Идеально. И в руке держать удобно. Только металлические, покрытые чёрной чеканкой набалдашники не понравились. Не тренировочный, боевой. В руках лисехвоста был такой же, только тяжелей. Сбалансированный для его веса.

– Покажи, что можешь.

И без предупреждения Ларс ринулся в бой.

Тысячу раз прав был Рик, я непросительно разленилась. От поражения и безжалостного избиения меня спасала природная изворотливость лисехвоста, вбитые в тело рефлексы и амортизация нанокостюма, способного гасить силу ударов, иначе бы Ларс сломал мне пару конечностей.

– Ты озверел?

Я не могла нападать, только защищаться, отчаянно отступая по кругу, иногда уворачиваясь, но всё чаще и чаще пропуская удар за ударом.

– Ты же хотела учиться? Твоя скорость ни к чёрту.

Удар под колено, я упала на одну ногу и железный набалдашник упёрся мне в горло. Вот только навершие моего шеста уткнулось в рёбра мужчины напротив его сердца.

Улыбка раздвинула его губы, обнажив острые клыки.

– Ты можешь гораздо больше. Я научу, если выдержишь, – и взгляд настолько пристальный, что взмокшие волосы, не будь заплетены в косу, встали бы дыбом. Не отводя такого же пристального взгляда, судорожно сглотнула.

– Научи, – прохрипела едва слышно.

Глава 27

Следующие дни смазались в одно непрерывное ощущение хронического недосыпа и боли. Если я не вставала сама, Ларс будил до рассвета, выливая на меня ведро ледяной воды из ближайшего горного источника, и тогда мне приходилось следующую ночь спать, скрючившись от холода на голых досках, пока матрас, подушки и одеяла сохли на террасе. Это издевательство продолжалось до тех пор, пока я не научилась чувствовать пробуждение наставника в его доме и встречать его появление уже полностью готовой к тренировке.

После трёхчасового спарринга начиналась гонка по горам. Раньше я думала, что бегаю очень быстро, но в первый же день разочаровалась в собственной самоуверенности. Зато моё умение рукопашного боя, владение шестом и двумя клинками Ларс признал вполне сносным. И всё равно тренировки с ним больше походили на беспощадное избиение. Хочу домой к Рику! Даже он так не издевался над моим телом. Угу, только над мозгом. Вспомнив, сколько всего он заставил выучить по генетике, программированию, квантовой физике, пятимерной математике, химии, биологии, медицине и ещё десяткам дисциплин, я уже не знала, кто из моих наставников хуже. Разве что Оуэн, заставивший меня выучить пять языков Земли, в общих чертах два десятка языков из других миров и всю эту великосветскую муть, за три года превратившую девчонку из подземных трущоб в светскую львицу.

Когда к исходу второй недели, несмотря на обливание ледяной водной, я не смогла встать, Ларс зловеще улыбнулся.

– Ты готова.

Я вздрогнула, стуча зубами от холода и обхватывая себя руками, сплошь покрытыми синяками.

– К чему? – пересилив боль в каждой клеточке, села. Встать сил уже не было.

– Слушать... – глаза лисехвоста в полумраке моего жилища загадочно блеснули. – И слышать. Выходи, я жду.

Он стремительно покинул дом, и я со стоном повалилась обратно. Но услышав с улицы грозное: «Я жду!», поднялась и поплелась на занятие, минуя умывание и душ. Спасибо, уже умылась. Откинув с лица за спину мокрые волосы, спустилась с террасы, прошла десяток шагов и встала перед наставником.

Если он думает, что своими издевательствами заставит отступиться, не дождётся. Я тоже могу быть упрямой. Мужчина окинул меня взглядом с мокрой головы до хлюпающих сапог, оценил мой злющий вид и, ухмыльнувшись, сел в позу лотоса прямо на каменные плиты.

– Садись, будем слушать.

Что прямо на камни? Я всегда отличалась отменным здоровьем, но что-то подсказывало, что в этот раз простуды не миновать.

– Ну! Не тупи, сядь, я сказал.

Я села, дрожа в предрассветных сумерках и чувствуя, как ледяной холод от плит проникает даже сквозь нанокостюм в мой тощий зад. Следом за мужчиной закрыла глаза и стала слушать, раз других указаний не было. Сначала я различала обычный фон проснувшегося леса: шелест листьев и пение птиц, плеск форели в ближайшей речке. Всё это были привычные моему уху звуки. Будь я человеком, я бы сошла с ума от их обилия и громкости, но чуткие уши лисехвоста могли по желанию улавливать не всю палитру и глушить громкость, когда в этом не было необходимости. Но сейчас я постаралась раскрыть восприятие по максимуму. Солнце, поднявшееся над хребтами, скользнуло тёплыми лучами по склону, согрело окоченевшую спину, залило теплом и светом весь двор. Одежда на мне постепенно просохла, с чёлки тоже перестало капать, и лёгкий ветерок стал шевелить волосы, закидывая их мне в лицо, от чего нос чесался просто нестерпимо и, не выдержав, я чихнула.

Окутавшая тьма, напугала до икоты. Я что – спонтанно переместилась? Разве такое вообще возможно? Или это опять выверты моего дара? Встав с пола, в темноте нашарила на стене панель с замком, открыла бункер и поняла, что в этот раз меня занесло не в убежище, а под склад. Похоже, дар глючит, причём, конкретно. И как назло здесь нет узла связи. Касаясь в темноте бетонной стены, дошла до лестницы и стала подниматься наверх. Интересно, как долго я в этот раз пробуду на Земле? Спохватившись, выставила в допреальности секундомер, сразу поставив плюс тридцать секунд, прошедших с момента перемещения. Оказавшись на самом складе, переступая через кучи мусора, подошла к разбитому окну и со странной смесью ностальгии и понимания, что меня скоро выбросит обратно, взявшись за подоконник, смотрела на утренний город.

Где-то неподалёку работал автоматический уборщик улиц, между башен виднелось розовеющее небо, и вместо тумана на улицах развеивался смог, открывая обшарпанные дома, выщербленную бетонную дорогу с кучей пивных банок и обёрток от бургеров, валяющихся возле переполненного мусорного бака. Редкие прохожие, такие же серые, как и сам город, спешили ко входу в подземку. Почувствовав знакомое сдавливание, напоследок вдохнула запах городских улиц и закрыла глаза, чтобы открыть их стоя почему-то не там, где сидела, а на террасе своего дома. Ларс стоял напротив, скрестив руки на груди и подергивая хвостом, довольно улыбался.

– Сегодня у тебя выходной, сбегай в Ашентри, загляни к подопечной и мне тоже прихвати пончиков, я люблю со сгущёнкой.

Он исчез с такой скоростью, что только пыль взметнулась на том месте, где он секунду назад что стоял. И что? Никаких комментариев? Или побежал докладывать Хранителям, что мой дар усиливается? Потому что таймер в допреальности показывал, что на этот раз моё перемещение продлилось почти в два раза дольше.

Вытерев мокрые от слёз щёки, загнала скребущую тоску в самую глубину сердца. Жаль, в этот раз не получилось увидеться с Риком, но так даже лучше, иначе бы я совсем раскисла. И, конечно, я не собиралась следовать совету Ларса. Чем дальше я от Милисенты, тем ей же лучше.

А вот выходному обрадовалась, надо сделать уборку и, наконец, как следует просушить матрас, одеяло и подушки. Лето близилось к концу, и по утрам чувствовалось дыхание осени. Листья желтели, и ветерок с шелестом гонял их по двору, забивая в щели между плитами. Если и дальше спать на сырой постели, потом аукнется застуженными почками или, не дай бог, женскими болезнями.

Поэтому я соорудила прямо посреди двора решётку из нарубленных в ближайшем орешнике веток, чтобы снизу продувало воздухом. Разложив на импровизированной сушке постельные принадлежности, набрала полное ведро воды и за неимением швабры стала руками отмывать грязь, которую Ларс нанёс своими сапогами. Воду пришлось менять трижды, и я решила серьёзно поговорить с наглым лисехвостом. Пусть хотя бы разувается на входе. И всё равно не представляла, как в доме без всякого намёка на отопление пережить зиму. Здесь даже дровяной печи нет.

Закончив с уборкой, перевернула тяжеленный матрас сырым низом к солнцу и отправилась к источнику купаться. Можно было сделать это и в душе, но мне хотелось постоять под струями небольшого водопада, спрятавшегося в лесных зарослях. Я знала, что Лас тоже сюда ходит, и у нас сложилось негласное правило, никогда не пересекаться. Я была уверена, что лисехвост скорее откусит свои уши, чем унизится до подглядывания.

Деактивировав нанитовый комбинезон, ставший моей единственной одеждой, отбросила рыжую гриву за спину и шагнула в неглубокую каменную чашу, выбитую водой в скалах. Оказавшись по колено в воде, встала под ледяные струи и закрыла глаза, чутким слухом продолжая улавливать окружающие звуки: шум падающей воды, перезвон разлетающихся во все стороны брызг, стрёкот насекомых, порыв ветра, пронёсшийся по верхушкам деревьев, сорвавший с них пожелтевшую листву, и как она тихо опускается на мягкую траву.

Приближение чужака почувствовала за несколько километров. Всё-таки тренировки Ларса не прошли даром, моя чувствительность значительно выросла. Кто бы это ни был, он знал, что не сможет подойти незамеченным, и шёл не спеша, давая мне время подготовиться к встрече. Поэтому я спокойно закончила мыться, оделась в ставший привычным комбинезон и поспешила к дому, всю дорогу отжимая косу. Встав на террасе, чтобы иметь хотя бы такое психологическое преимущество, откинула почти высохшие волосы за спину, с любопытством высматривая, кого занесло в такую глушь.

Раздвинув заросли прореженного мной орешника, на мощёный двор из леса вышел эльф. Высокий, стройный, как все представители их расы. Но не субтильный. Спортивное тело, о чём говорили узкие штаны, не скрывающие сильные ноги, и облегающая белая рубашка, обрисовывающая широкие плечи и крепкие руки. Расстёгнутый ворот открывал мощную загоревшую шею. Одной рукой парень придерживал за лямку на плече довольно увесистый вещевой мешок, вторая спокойно покоилась на рукояти меча, пристёгнутого к поясу. Длинные, черные как смоль волосы ниспадали до талии, и за спиной развернулись радужные крылья. От него веяло решимостью, и взгляд ярко-синих глаз не предвещал мне ничего хорошего.

Я хмыкнула. Надо же, явился!

Он остановился в паре метров от меня. Хорош, и настолько похож на братьев, что не будь они сейчас на Земле, запросто спутала бы с Эриком или Эваном.

– Я пришёл за Милисентой.

– Её здесь нет.

Ну а что он ожидал услышать? Знает же, что она в городе. И тут меня осенило.

– Она тебя выставила?

– Да, – не стал отпираться парень.

– И чего ты хочешь от меня?

– Переправь её в мой мир.

– Переправь сам, ваша семья накоротке с Хранителями.

– Они не действуют по принуждению. Согласие на переход должно быть добровольным, иначе междумирье не пропустит, – процедил эльф, прожигая меня взглядом.

Какие мы благородные! То есть сейчас я преступница, а если бы притащила девушку прямиком в Великий Лес, то это было бы уже не похищение? Зато наконец стало понятно, почему Его Величество обратился ко мне. На мой дар не распространялись условности Хранителей. Я всегда презирала людей, живущих по двойным стандартам, и принц только что потерял сто очков моего уважения. Наверно, что-то такое отразилось на моём лице, и он сбавил обороты.

– Тогда помоги уговорить её отправиться со мной.

– С какой стати я должна это делать?

– У тебя договор, – вскинулся парень.

– С твоим отцом, и мы с Владыкой пришли к обоюдному соглашению. Зачем менять условия, которые устраивают нас обоих?

– Я люблю её!

Как безнадёжно! Парень, такими темпами скоро моё мнение о тебе окажется ниже порога этого дома. Я вздёрнула бровь.

– Уже не актуально.

Я думала он взбесится, начнёт угрожать, шантажировать, что, впрочем, ничего не изменит, а взглядами, мечущими молнии, и сдвинутыми бровями меня не запугать. Слава богу, Эмит это понял.

– Чего ты хочешь?

– Я? Торт хочу, дровяную печь в доме, а то ночью холодно, и горячую воду в водопроводе.

От моего заявления он опешил.

– Ты сам спросил, чего я хочу. Хочешь Милисенту, задавай вопросы ей.

– Я спрашивал, она даже слушать не желает, – вспылил принц.

– Какая умная девушка, а я думала дура дурой, раз связалась с эльфами.

Парень вновь вскинулся и процедил с презрением:

– С Владыкой ты бы не посмела разговаривать в таком тоне.

Вспомнив наше весьма нетривиальное общение с Его Величеством, я расхохоталась, и звонкое эхо полетело над двором. Отсмеявшись, вытерла выступившие в уголках глаз слёзы.

– Эмит, ты дурак или прикидываешься? Даже твои братья умней.

Он молчал, буравя меня взглядом. Я тоже молчала, с улыбкой ожидая его следующего выпада. Откуда берутся такие глупые эльфы? И ведь не мальчик уже, мужчина.

– Ладно, пошли в дом, и о Милисенте больше ни слова, иначе выставлю вон.

Я развернулась и зашла в сумрачную прохладу гостиной. Эмит разулся у порога и вошёл следом.

– Есть новости от моих? – наконец задал он правильный вопрос.

– Я говорила с Риком, они рушат полог в авральном темпе, но всё равно это дело не быстрое. Есть будешь?

Я достала из холодильного короба на кухне кусок вяленного мяса, хлеб, пару луковиц, сняла с крючка доску и, опустившись на колени перед низеньким столиком, стала нарезать хлеб кусками, лук кольцами, а мясо тонкими полупрозрачными ломтиками. Эмит повертелся и, не найдя стульев, поставил свой рюкзак на пол и тоже опустился на колени, посидел минуту и поменял положение, скрестив ноги. Принял от меня толстый бутерброд из нескольких слоёв мяса, хлеба и порезанного кольцами лука и вгрызся в него, будто голодал неделю. Хотя почему будто, может, и не озаботился запасом продуктов.

– Вернёшься домой?

Он яростно мотнул головой, прожевал, проглотил и глухо произнёс:

– Без неё не уйду.

Эх, а я так надеялась, что отделалась от этой семейки! Теперь вот ещё один, да к тому же влюблённый на всю голову.

Чувство, что мы снова не одни, было настолько лёгким и мимолётным, словно невесомое пёрышко коснулось кожи. Я тут же вскочила на ноги. Эмит подорвался следом и в его руке оказался обнажённый меч.

Я жестом остановила его.

– Свои, – а у самой верхняя губа приподнялась, обнажая клыки.

Ларс не в духе.

Лисехвост возник на пороге, погасив невероятную скорость, и полыхающим от бешенства взглядом уставился на Эмита, потом перевёл взор на меня.

– Что ему здесь нужно?

Я расслабилась и хмыкнула. Научившись разбираться в настроениях учителя, поняла, что его бесит не сам эльф, а то, что я могу с ним уйти.

– Подбивает меня в союзницы.

– И как? – мужчина расслабился и, войдя на кухню, опустился у нашего стола и сграбастал себе мой бутерброд. –Успешно?

– Пока не очень, – пробормотал парень, убирая меч в ножны и быстро забирая свой недоеденный бутерброд, пока некоторые хвостатые не слопали и его.

– Эта девушка тебе не по зубам, парень. Об неё даже Хранители обломались. Думаешь, какого грыха я торчу на этой скале и мёрзну как лисий хвост?

Надо же, услышал, как я жаловалась Эмиту!

– Ты сам привёл нас сюда. Могли остаться и в городе.

– Я закаляю твой дух.

– Я и закаляюсь, – я тоже отдала должное еде, а то с этими прожорливыми мужиками глазом не успеешь моргнуть, как останешься голодной.

Как-то быстро закончились и хлеб, и мясо, и даже солёные сухари с пряными травами. Неожиданно ветер с гор нагнал серые тучи, и мелкий дождь забарабанил по черепичной крыше, стремительно превращаясь в холодный осенний ливень.

– У меня одеяло на улице!

Подорвавшись с места, бросилась спасать постельные принадлежности, пока они снова не промокли. Мужчины помогли втащить в дом матрас и подушки, свалили кучей в нише. И Ларс вдруг расплылся в довольной улыбке.

– Какая удача, что пошёл дождь, пошли на террасу, может, хоть сейчас твой слух раскроется, а то живёшь, как глухая.

То есть мой и без того острый слух, это не все возможности? От радости, что для обретения новой способности меня не будут бить, я поспешила за наставником на улицу.

– А мне что делать? – растерялся парень, когда понял, что его бросили.

Ларс оглянулся.

– Я бы отправил тебя к себе домой, но склон сейчас размокнет, и ты в грязи вываляешься, пока до него доберёшься, так что сиди здесь.

– Я могу долететь.

– Эльфам лучше не летать в грозу, ваши крылья привлекают молнии.

– Так нет грозы.

– Сейчас будет.

И правда – серое небо прорезала яркая вспышка, спустя несколько мгновений грянул раскатистый гром, и сплошная пелена ливня отрезала нас от всего мира.

– Хочешь отдохни в доме, хочешь пошли с нами на террасу. Только сидеть придётся, не шевелясь и не издавая ни звука, сможешь?

Парень кивнул и пошёл с нами.

Мы расположились на террасе. Каждый сел лицом к лесу перед колонной. Я уплотнила на спине и попе слой нанитов, чтобы не пропускали холод, и, опёршись на гладкий камень, положила руки раскрытыми ладонями на колени, закрыла глаза и стала слушать.

Сначала это был обычный шум ливня. Но постепенно я стала различать множество отдельных звуков: как капли падают на черепичную крышу, скатываются по изогнутому коньку, и вода струйками льётся на каменные плиты двора, ручьями уплывая вниз по склону и унося с собой сухие опавшие листья. Слышала, как дождевые капли падают на листья, и вдруг поняла, что это шуршит вовсе не дождь, а лес. Слышала, как, даже несмотря на грозу, в лесу пересвистываются птицы, и где-то очень далеко из оврага выскочило стадо оленей и бросилось прочь в поисках более сухого места. А ещё дальше – ватага детей, вышедших утром в лес за грибами и ягодами, с радостным визгом мчится обратно в посёлок.

Звуков становилось все больше, мозг уже не справлялся с таким количеством информации, превратив всё в фоновый шум, и тут я услышала... Услышала сложную музыку окружающих меня звуков. Словно каждый шорох, каждая упавшая с неба капля, каждый листочек, согнувшийся под натиском воды, пели свою песню, рождая удивительную симфонию.

Моё восприятие в один миг расширилось до невероятных пределов, захватив и деревеньку, куда бежали дети, и подножие гор, и достигло пригородов Ашентри, где я услышала множество голосов. И тут острая боль пронзила затылок, резанула по закрытым глазам, и из носа, попадая в рот и заливая подбородок, хлынула горячая кровь. Распахнув глаза, вскрикнула от новой вспышки боли и, чувствуя, что сползаю по колонне, провалилась в обморок.

Глава 28

Очнулась глубокой ночью. Ливень стих и мелкий дождь барабанил по крыше. Оказывается, меня уложили на расстеленный матрас, укрыли, подоткнув одеяло со всех сторон, чтобы под него не пробирался холод вместе с промозглой сыростью.

Вздохнув, укуталась плотнее. Если в доме так холодно осенью, представляю, как будет зимой. Выбираться из тёплого кокона совершенно не хотелось. Перевернувшись на спину, натянула одеяло до замёрзшего носа и лежала, глядя в темноту, прислушиваясь к новой себе. То, что я изменилась, чувствовала, только не знала, хорошо это или плохо.

Сейчас в лесу все звуки были убаюкивающими, мягкими и настолько естественными, что я легко справлялась с их многократно возросшим количеством. Ларс прав, раньше я была глухой. Слушала, но не слышала, и теперь не представляла, как раньше жила без всего этого многообразия. Это так чудесно! По собственному желанию слушать всё сразу, растворяясь в гармонии звуков, или выделить единственную ноту, звучащую диссонансом, пойти за ней, найти, уловить, откуда она доносится, и ясно услышать, как в усадьбе за десять километров от меня юная мать качает хныкающего малыша, напевая ему колыбельную.

Вновь острая боль раскалённой спицей впилась в затылок, от чего из глаз брызнули слёзы. Услышала, как в своём доме подорвался на постели Ларс, и шепнула одними губами:

«Я в порядке».

«Хорошо. Только прекращай эксперименты, а то спалишь себе мозг».

Не услышала, скорее почувствовала шевеление губ мужчины, и это тоже была новая способность моего в сотни раз обострившегося слуха. Откинувшись на подушку, углом одеяла вытерла вновь льющуюся из носа кровь. Ну вот – завтра придётся стирать.

Остаток ночи я не спала, пытаясь научиться отгораживаться от лишних звуков, иначе и правда спалю мозги. Получалось не очень. Пока все звуки были просто фоном, я могла спокойно от них абстрагироваться. Но стоило сознанию зацепиться за одиночный, навязчивый, раздражающий звук, как писк комара, стук капель по каменным плитам или уханье сыча на вершине склона, и я уже не могла от этого звука отделаться. От невозможности перестать слышать этот монотонный свист я сходила с ума и была готова пойти и убить сволочную птицу, пока не услышала, как к ней едва слышно подкралась дикая лесная кошка, рывком схватила, свернула шею и, утробно урча, сожрала вместе с перьями. Слава богу, теперь хотя бы высплюсь!

И я выспалась, потому что Ларс нашёл себе новую игрушку для битья.

Сквозь сон услышала, как они с Эмитом устроили у своего дома наверху спарринг на мечах. Вздрогнула, когда Ларс выбил из рук парня оружие, оно со звоном покатилось по двору, и тогда они перешли к рукопашной. Только вот беда, слышала я их теперь так, будто они дрались у меня на кухне.

– Прекратите, – простонала, хватаясь за разламывающиеся виски.

– Всё, хватит, Нира ругается, – рассмеялся Ларс.

– Что? Ты о чём? – не понял Эмит, так как он меня не слышал, зазевался и, получив последний удар под дых, сложился пополам, сдавленно охнув.

– Ни о чём, умывайся и спускайся, прогуляемся на рынок, а то мы съели весь запас её продуктов.

Да-да, идите, куда подальше, а то орёте так, что голова скоро лопнет. Представив выражение лица эльфа, который вообще не понимает, что происходит, засмеялась, зарываясь лицом в одну подушку и второй прикрывая голову, чтобы заглушить хотя бы часть звуков. Дневной лес – это вам не ночные шорохи. Сейчас в моей голове была настоящая вопящая какофония. И если ещё и эти двое не прекратят орать, то я, как та ночная кошка, сожру обоих.

Три дня прошли в адских мучениях, пока я свыкалась с новыми возможностями своего слуха. Ларс дал отлежаться только один день, уведя Эмита в город до самого позднего вечера, а на следующий начал учить правильно фильтровать звуки и не попадаться в их ловушки, как это случилось с сычом. Я злилась, что ничего не получается, утирала кровь с носа, вновь и вновь повторяла ментальные упражнения, осваивая новую способность. И когда смогла три часа просидеть в медитации, не чувствуя дикой разламывающей головной боли, вздрогнула от удара по коленям тяжёлым шестом.

Открыв глаза, увидела стоящих перед собой эльфа и лисехвоста. Оба в штанах, босиком и без рубашек стоят и ухмыляются во весь рот. Обалдеть – стриптиз! Только мне зачем? Пусть эльф так красуется перед Милисентой.

– Вы чего?

– Одежду постирали, ещё не высохла, – пояснил Ларс.

Я прыснула со смеху, беря в руки шест. Поднялась одним плавным движением, спустилась с террасы к мужчинам, крутанула шест вокруг тела и встала в боевую стойку.

– Кто первый?

– Покажи класс, – наставник пихнул Эмита плечом.

Тот окинул меня скептическим взглядом, покрепче ухватил свой шест, пошёл в атаку и упал после пяти ударов.

– Так не интересно, – я вздёрнула бровь, глядя на поверженного эльфа. – Ты поддался или никогда не тренировался с шестом?

Ларс заржал и подзадорил парня:

– Поднимайся и не вздумай поддаваться, иначе будешь тренироваться весь день со мной.

Эмит явно не горел желанием тренироваться с лисехвостом, принял из его рук свой меч и сразу ринулся в атаку.

А эльф хорош! Не знаю, из чего сделан мой шест, явно не из дерева, потому что от стремительных ударов мечом на нём не оставалось ни одной зазубрины. Но я быстро разгадала стиль парня и из глухой обороны пошла в атаку. И когда осталось дожать его совсем чуть-чуть, в схватку на стороне принца вступил Ларс.

– Так не честно, – прорычала, едва не сбив дыхание и еле уходя от трёх клинков.

– Никто не говорил, что бой будет честным, – лисехвост в три удара пробил мою защиту, и лезвие его клинка воткнулось под рёбра.

Я охнула, отлетая на пару метров, больно грохнувшись спиной и затылком об плиты. Ларс ещё в первый день просёк, что нанокостюм не пробивается никаким оружием и наносил настоящие боевые удары, оставляя жуткие синяки по всему моему телу. Эмит в ужасе дёрнулся мне помочь, но лисехвост вскинул руку, преграждая ему дорогу.

– Пусть сама встаёт, бой ещё не закончен.

– Ты сломал ей рёбра! Если бы не костюм, ты попал бы в сердце.

– Но не попал, и к утру всё заживёт. Вставай, – это уже мне. – Или ты всё-таки неженка?

Я прыжком оказалась на ногах. Активировала доспех, только без шлема, из нанокостюма материализовала две катаны и, обнажая в утробном рыке клыки, бросилась в атаку сразу на двух противников. И когда клинки должны были со звоном сойтись, вышибая от ударов искры, провалилась в кромешную тьму.

Судорожно втянув ноздрями воздух, даже без возможностей лисехвоста почувствовала запах бункера. Обострившимся слухом уловила за толщей свинца и бетона шум работающих механизмов и на глубине звук охлаждающей турбины для силовой установки, питающей сервер и убежище энергией.

Губы сами растянулись в улыбке. Выходит, все мучения не напрасны. Мой человеческий слух обострился в десятки раз, а, может, даже больше. Убрав перчатки доспеха и зажав катаны подмышкой, приложила ладонь к сенсорной панели. Бронированная полукруглая стена поехала в сторону, открывая выход в коридор. Я быстро вышла в гостиную, вручную зажигая свет. Не зная, сколько времени пробуду на Земле, добралась до узла связи и послала вызов Рику.

Двух секунд не прошло, как он появился на голоэкране.

– Нира? Ты вернулась? Так быстро?

– Я делаю успехи, – не стала говорить, что это уже мой третий прыжок.

– Не отключайся, я сейчас буду.

– Рик, не надо, – я приложила ладонь к голоэкрану. – Чувствую, что сейчас прыгну обратно, ты не успеешь.

Он вернулся в кресло и тоже приложил ладонь к экрану напротив моей руки.

– В следующий раз я буду тебя ждать.

– Занимайся своими делами. Я хотела предупредить. Есть сущности, называют себя Хранители, им известно обо всех перемещениях между мирами, это они переправили к нам Его Величество и принцев. Не знаю как. Но им не нужна портальная установка, чтобы путешествовать через междумирье.

– Я уже в курсе. Эридан раскололся.

У меня камень с души свалился. Если Рик знает о Хранителях, то сможет себя от них обезопасить.

– Зря ты меня остановила, нужно было прийти, я соскучился.

Если бы он знал, как я хочу его увидеть, но вот прямо сейчас не надо. Если Рик меня обнимет, я не вынесу боли в сломанных ребрах. В груди и так горело, и я еле сдерживалась, чтобы не кривиться. А дать ему знать о своём состоянии, а потом исчезнуть и оставить теряться в догадках, в какую передрягу я опять попала, будет слишком жестоко.

– У меня ещё новости, правда не знаю, хорошие или плохие. Эмит на Мальхауте, только Милисента послала его к чёрту.

Я засмеялась, задохнулась от резанувшей боли, закашлялась и почувствовала, как меня выталкивает обратно.

– Нира! – Рик вскочил.

Я криво улыбнулась, схватившись за рёбра и едва не упала, когда меня выбросило обратно во двор перед домом. Мужчины подхватили под руки и аккуратно усадили.

– Ну вот, опять весь резерв слила к чёрту. Такую тренировку запорола, – ругался Ларс, отбирая из рук катаны. – Снимай свой панцирь, гляну что с твоими рёбрами.

– Не могу, – просипела, стараясь дышать через раз и не слишком глубоко.

Кажется, в этот раз травма серьёзней, чем думал наставник.

– Ещё как можешь, снимай, говорю.

– Энергии нет на создание костюма, всю израсходовала на формирование оружия, и батарея для нанитов сдохла.

– К гхору твой костюм, я говорю про броню. Снимай, иначе вкрою его, как консервную банку.

Я засмеялась, представив этот процесс, снова охнула и осторожно растянулась на спине.

– Не получится, но я правда не могу его снять.

– Почему?

– Я под ним голая.

Пришлось прикрыть глаза от слепящего солнца и, конечно, чтобы не видеть ошеломлённые лица эльфа и лисехвоста. Если первый залился краской до самых ушей, то второй грязно выругался, подхватил меня на руки и рванул в дом, велев Эмиту мчаться в город за лекарем.

Уложив меня на постель, Ларс укрыл одеялом и рявкнул:

– Быстро снимай его, мне нужно глянуть что с твоими рёбрами.

– Не переживай, лёгкие целы, – нащупав рукой блок управления бронёй, деактивировала, чувствуя, как она собирается обратно в пояс.

– Уверена?

– Я же не кашляю кровью, просто жжёт очень больно.

Я лежала, вытянувшись на прохладных простынях. Почему-то сейчас это было особенно приятно. Ларс на коленях сидел возле моего матраса.

– Прости, я переоценил защиту твоего костюма.

– Я сама напросилась у тебя учиться. Только давай дальше без боевых контактов. А то замучаешься меня лечить, и обучение растянется надолго.

Опять молчание. Я закрыла глаза, пытаясь абстрагироваться от боли, только при каждом вдохе она снова возвращалась. Ларс сбегал к себе домой и, несмотря на сопротивление, натянул на меня свою рубашку и поверх туго перебинтовал рёбра.

– Что с твоей одеждой? Почему у тебя только нанокостюм?

– Я путешествую в нём между мирами. Обычно не задерживаюсь надолго, чтобы думать о гардеробе. И его не нужно стирать, – я вновь вытянулась на матрасе. – Скажи лучше честно, как мои успехи?

Ларс не ответил и спросил то, чего я вообще не ожидала от него услышать:

– Расскажи о своём мужчине, почему Хранители в нём так заинтересованы?

Это что ревность? Что он верой и правдой служит этим сущностям, а в Хранители прочат не его, а кого-то постороннего, кто, по его мнению, этого не заслужил? Я всмотрелась в узкое благородное лицо сидящего на коленях рядом со мной мужчины. Нет, он не ревновал, но ему и правда было интересно, что в Рике такого особенного.

– Он был одним из гениальнейших учёных нашего времени. Работал ещё с моими родителями. Мой дар – результат их эксперимента. Вернее, я и есть результат этого эксперимента.

Не знаю, почему я решила открыться именно Ларсу. Наверно, просто устала носить всё это в себе. Брови лисехвоста поползли верх. О, да, удивлять я умею!

– Он тебя сотворил?

– Нет, сотворил отец, мама выносила и родила. Рик тогда был их ассистентом, а когда родителей убили, продолжил их исследования.

– Почему ты говоришь о нём в прошедшем времени?

– Потому что он умер много лет назад.

Ларс в ужасе отшатнулся.

– Этого не может быть, я видел вас вместе.

Кто бы сомневался! Я хмыкнула и тут же скривилась от боли.

– Как он может быть живым и мёртвым одновременно?

– Умерло его тело, но своё сознание он сохранил. И после существовал в цифровом мире, пока не обрёл новое тело, только не биологическое, а созданное из нанитов.

– Как твой костюм?

Я кивнула. Говорить становилось всё трудней, от неутихающей боли сознание всё время норовило отключиться. Что-то не так с моими рёбрами. Не должно быть так адски больно. Не знаю, услышал ли Ларс, что хотел, но он прекратил расспросы. Погладил меня как маленькую по голове и потрепал уши.

– Твоего эльфа только за смертью посылать. Сам сбегаю в город за лекарствами. А ты не вздумай вставать, ясно?

Куда уж ясней. Шевелиться не хотелось совершено. И когда лисехвост умчался, облегченно вздохнула и не заметила, как уснула.

Проснулась в темноте. Интересно, сейчас ночь или ещё вечер? Неосторожно шевельнулась, пытаясь сменить положение затёкшего тела, и задохнулась от обжигающей боли в рёбрах. Зашипев, как рассерженная кошка, втянула воздух сквозь сжатые зубы. Почему так больно? И где Ларс с Эмитом? Сколько ни напрягала слух, я их не слышала. А вот естественные потребности организма давали о себе знать, и с этим надо было что-то срочно делать. Только смогу ли встать?

Понятно, что не рывком, так и сознание можно потерять. Еле сдерживая стоны, осторожно повернулась на здоровый бок и, упираясь рукой в пол, села. Теперь надо подняться. И как назло в обозримой близости не за что ухватиться. Только пол, матрас и отполированные до блеска стеновые панели. Никогда не думала, что так возненавижу минимализм. Ни тебе пуфика в ногах кровати, ни резных шкафчиков со множеством полок, даже кресла нет, на которое можно опереться.

А потом я их услышала и затряслась от смеха. Правду говорят, что несчастье сплачивает людей, быстро гася все разногласия. Кого ещё эта парочка могла привести ко мне сиделкой, кроме Милисенты? Других знакомых женщин в этом мире у меня нет. Не мужчинам же водить меня в туалет!

Вся компания была ещё у подножия горы, а я уже слышала, как девушка распекает двух оболтусов, не додумавшихся принести меня к ней в город.

– Вы чем думали, калеча, а потом бросая её одну в лесу? – возмущалась юная эльфийка, бодро вышагивая по лесной тропе.

– Здесь не водятся дикие звери, город слишком близко. Пока рёбра не срастутся, ей лучше меньше двигаться. Перемещение даже на моих руках, сделало бы только хуже.

– Ты вообще не должен был ей ничего ломать. Что за средневековые зверства?

– Не должен был, – покаянно согласился Ларс. – Но раз так вышло, тебе придётся пожить с ней пару дней, пока переломы не срастутся.

Эмит умница, идёт молча, знает, что отхватит за любое неосторожное слово. Я опять рассмеялась и, охнув от накатившей боли, рухнула на подушки. Представляю, как нам всем будет весело! Но не могли бы они идти быстрей? В туалет очень сильно хочется!

Глава 29

Милисента ворвалась в дом как ураган тёплого воздуха. Сияющий свет от радужных крыльев отразился от полированного дерева, расцветив дом яркими всполохами.

– Нира, ты где?

– Я здесь, справа от тебя.

Увидев нишу, девушка тут же оказалась рядом, положила узелок со своими вещами на пол и вцепилась в мою руку.

– Как ты? Я так испугалась, что этот изверг тебя покалечил.

«Между прочим изверг слышит», – донеслось до меня ворчание Ларса, смешанное с раздражением на слишком болтливую эльфийку и облегчением, что теперь я быстро пойду на поправку.

– Он всё слышит, – пояснила я улыбку не понявшей моего веселья Милисенте.

– Вот и хорошо, пусть слышит. И пусть ему будет стыдно, – крикнула она в темноту ночи, заставив меня поморщиться от резанувшей головной боли.

– Милисента, пожалуйста, ты не могла бы говорить потише.

– Ох, прости! Ларс предупредил, что у тебя сейчас сверхчувствительный слух. Пойдём, провожу, куда надо, а то ты, наверно, сейчас лопнешь.

Девушка помогла снять бинты, подождала пока я ополоснуть под душем и довела обратно до кровати, где появился кожаный чемоданчик с обезболивающими мазями и лекарствами. Нанеся мазь не только на лиловый кровоподтёк на рёбрах, но и на все синяки, Милисента плотно забинтовала грудь и укрыла меня одеялом.

– Пойду гляну, что у тебя есть съестного на кухне, – всё время она возмущено поджимала губы. – Если и там такой же бардак, то кому-то не поздоровится. – Оглянувшись на темнеющий выход из дома, добавила не громко, но с нажимом. – Я ясно выразилась?

Я услышала, как Ларс в своём доме хмыкнул, выгреб весь запас своих продуктов, скатал матрас с одеялом и подушками и, вручив всё это Эмиту, отправил к нам. Представляю, что сейчас будет.

Эльф появился почти неслышно, ну как почти – Милисенту он изрядно напугал своим появлением в доме. Для меня же он топал как стадо бегемотов.

– А ты что здесь забыл? – она шарахнулась от нахмурившегося парня. – Я же сказала, не желаю тебя видеть.

– Спать на полу будешь? Или подвинешь Яниру?

Парень со злостью бросил рулон постельных принадлежностей на пол и, минуя девушку, понёс корзину с продуктами на кухню.

Я хотела возмутиться, что не надо приплетать меня к вашим разборкам, но закусила губу, наслаждаясь представлением. Как же скучно я, оказывается, жила. Ругающиеся влюблённые – это нечто. Милисента хмуро глянула на дополнительный матрас, оглянулась на кухню, где было слышно, как парень складывает продукты в холодильный ящик, и не двинулась с места, пока он, буркнув: «Спокойной ночи», не выскочил из дома. Потом взяла матрас и разложила себе постель прямо посреди гостиной.

– Мила, давай здесь, – я похлопала на пустом месте на подиуме. – Здесь повыше, а там от входа будет дуть, а тебе простывать нельзя.

– Что за варварские условия, – она послушно потащила матрас на подиум. – Это не дом, а хлев какой-то.

– Не скажи, тут красиво.

– Красиво, но никаких условий для нормального проживания, даже горячей воды нет и греть не на чем, – она принесла одело, кинула на матрас подушки и улеглась, как была в одежде, только скинула мягкие туфельки и поджала озябшие ноги.

– За домом есть открытый очаг, – я понимала, что девушка права, этот дом больше похож на летнюю дачу и не рассчитан на зимовку.

– А если будет дождь или того хуже – снег?

– Можно попить холодной воды. И ледяное купание закаляет дух.

Милисента прыснула от смеха, уткнувшись в подушку. Я тоже рассмеялась. Ну и ситуация.

Проснувшись до рассвета, шепнула Ларсу:

«Не вздумайте устраивать показушную тренировку перед нашим домом, это ещё больше оттолкнёт Милисенту от Эмита».

Ларс тихо рассмеялся, видимо, тоже боялся разбудить своего соседа:

«Я уже понял, что она девушка строгая, удивительно, как вообще умудрилась от него залететь».

«Бес попутал».

Я помолчала, думая, спросить, не спросить, и всё-таки решилась:

«Ты специально сломал мне рёбра?»

«Чёрт, Нира, ты какого граха такая умная? Да! Хотел помочь этим бестолочам».

Теперь я слушала, как он молча думает. Не ожидала, что мысли могут быть осязаемыми.

«Обиделась?»

«Обидишься ты, когда здесь объявится Рик и переломает уже твои рёбра, руки, ноги и заодно дурную голову. Другого способа не мог придумать?»

Смешок.

«Я прямо жажду познакомиться с твоим мужчиной. Ты говорила, он учёный?»

То есть эдакий чудак не от мира сего, вечно витающий в своих мыслях? Я вспомнила времена, когда ещё живой Рик обучал меня боевым искусствам и хищно улыбнулась.

«С удовольствием полюбуюсь на вашу встречу».

Видимо, улыбки тоже осязаемые, как и мысли, потому что Ларс вздрогнул.

О да, это было весело! Оказывается, Милисента взяла на работе несколько дней отгула, сославшись, что ей надо ухаживать за больной родственницей, и я старательно изображала инвалида, передвигаясь по дому с помощью посоха, используя его как костыль. Эмит кругами вился вокруг девушки, пытаясь ей угодить, за что периодически отхватывал то скалкой, то сковородкой.

– Ты злюка! – не выдержал принц, когда, принеся охапку дров, оказался обсыпанным мукой с ног до головы.

– Выход там! – эльфийка ткнула рукой на дверь и вернулась к замесу теста.

Она так яростно это делала, что чувствую вместо пирожков, или что она там собралась готовить, будем грызть сухари.

Ларс покатывался со смеху.

Я глубокомысленно кивала на ворчание девушки, а сама тоже смеялась, наблюдая за влюбленной парочкой. В том, что Милисента любит Эмита, я не сомневалась ни минуты, но и понимала её страхи.

– Что я делаю не так? – Эмит подкараулил, когда я вечером возвращалась после купания у водопада. Милисента осталась в доме, пытаясь убедить Ларса перенести печь с улицы в дом, раз он настаивает здесь жить.

– А ты сам не понимаешь?

На самом деле мне было искренне жаль парня. Он стоял такой же мокрый, видимо, долго вымывал муку из шевелюры. Я закусила губу, чтобы скрыть улыбку. В вечерних сумерках его радужные крылья сияли неоном невероятно красиво.

Видя, что он никак не сообразит, решила дать подсказку, но всего одну, если он и после этого не изменит поведение, потеряет Милисенту.

– Эмит, она замужем.

Парень вздрогнул, сжал кулаки и на скулах заходили желваки. А потом – о, чудо! – он начал думать. Нахмурил брови, отведя взгляд в сторону.

– Я слишком на неё давлю?

– Как гранитная надгробная плита, – хотела сказать железобетонная, но вряд ли он знает, что такое бетон.

– Хорошо, я понял.

Резко развернувшись, он погасил сияние крыльев и, словно тень, растворился в сумерках, а я медленно направилась к дому, надеясь, что он наконец понял, что Милисента не крепость, которую нужно брать штурмом.

Следующий день принёс ещё больше сюрпризов. Не знаю, какой сковородой Милисента огрела Ларса по чугунному лбу, но мужчины разобрали очаг на улице, натаскали ещё камней, замесили из глины раствор и, выдолбив дыру в деревянном полу на кухне, взялись выкладывать настоящую печь. Грохот стоял такой, что я не выдержала и сбежала на пару километров от бедлама, творящегося в доме. Весь день провела в лесной тиши, оттачивая умение управлять новым слухом. На душе было неспокойно, росло странное ощущение, что время уходит.

Вернувшись уже в темноте, застала всю честную компанию на улице. Они развели во дворе костёр, расстелили одеяла, и Милисента с Эмитом заворожено слушали рассказ Ларса о возможностях эльфов в этом мире. Свет костра отражался от их любопытных лиц. Девушка вцепилась в одеяло, не замечая, что рука парня находится буквально в миллиметре от её ладони, но Эмит даже не думал её касаться, тоже внимательно слушая разъяснения лисехвоста.

– Ваши крылья позволяют не только летать, они мощный энергетический щит, способный остановить удар клинка, полёт стрелы, – он перевёл взгляд на девушку, – и выстрел плазменной винтовки. А также защитят от опасных излучений, вплоть до радиации.

Неслышно приблизившись, я вышла из темноты в круг света и села рядом с Милисентой. Ларс говорил увлечённо, рассказывая ребятам, как управлять своими способностями, как накапливать энергию в крыльях, а потом трансформировать в разные виды щитов. Я тоже заворожено слушала, диву даваясь, что это за чудесный мир. Каждая раса в нём была уникальна своими невероятными способностями, совершено непохожими на чужие. И от чего-то было приятно узнать, что лисехвосты – далеко не единственные одарённые создания.

– Эмит, ты уже освоил невидимость. Покажи Милисенте, – попросил Ларс.

Эти двое глянули друг на друга, опустили взгляд на свои руки. Девушка вздрогнула и убрала ладонь. Эмит, будто не заметив её нервного движения, гибко поднялся, высокий и красивый в колышущемся свете яркого огня. Он распахнул крылья, ставшие вдруг в несколько раз больше. Радужные волны пошли по всему двору. А потом сияние стало меркнуть, крылья обрели прозрачность, словно горный хрусталь, и парень завернулся в них, исчезнув с наших глаз.

Милисента изумлённо вдохнула, и её зелёные глаза засияли восторгом, не потому что Эмит такой классный, а потому что она тоже так может. Ларс не выдержал и прыснул со смеху. Я тоже засмеялась, но боль прострелила едва зажившие рёбра. И я, охнув, потёрла под грудью.

– Так, на сегодня хватит, – эльфийка вскочила на ноги. – Нира, ты же ещё не ужинала! А вам пора к себе, Ларс.Ты обещал, что завтра доложите печь.

Мужчина кивнул, вставая и поднимая с земли своё одеяло. Эмит развернул крылья, оставив их невидимыми и улыбнулся лисехвосту, демонстративно игнорируя девушку.

– Я затушу костёр, – накрыв крылом, перекрывая доступ кислороду, дождался, пока пламя погаснет, и следом за Ларсом растворился в ночных тенях.

Милисента помогла мне встать, дойти до дома, покачала головой, обведя взглядом полную разруху на кухне. Я тоже впечатлилась. Понятно, что у будущей печи должна быть труба, но когда они успели разобрать ещё и крышу? Сквозь дыру в полотке сияли звёзды, особенно крупные и яркие здесь, в горах.

– Будешь печенье? Прости, эти два троглодита съели весь ужин.

Из того теста, что она месила? Почему-то сразу заныли все зубы.

– Спасибо, у меня было чем перекусить, – соврала, не моргнув глазом, и притворно зевнула, изображая вселенскую усталость. – Пошли лучше спать.

Девушка весело фыркнула, разгадав мою хитрость, она знала, что лисехвосты практически не испытывают физической усталости.

– Ладно, завтра их выкину, мясо у меня выходит гораздо лучше.

– Пс.

Еле слышный шёпот Ларса разбудит посреди ночи. Разлепив глаза, обвела взглядом комнату и вздрогнула, увидев тёмную фигуру в ногах.

– Пошли, – произнёс он едва слышно и исчез как бесплотный дух.

Дрожа от холода, выбралась из-под одеяла, оглянулась на Милисенту, но девушка крепко спала в своей любимой позе, поджав колени и положив обе ладони под щёку. Поправив одеяло, укрыла её плотней, она сильней подтянула ноги, даже во сне ёжась от холода. Я укрыла сверху ещё и своим одеялом, и когда она глубоко вдохнула и расслабилась в тепле, неслышно вышла из дома.

Ларс молча кивнул на вершину горы и сорвался с места. Я за ним. Бег ночью по поросшим густым лесом склонам, влажному и скользящему под ногами дёрну – испытание даже для лисехвоста. Но когда мы оказались на выровненной площадке на самой вершине, поняла, зачем мы здесь.

Во все стороны, сколько хватало взгляда, простирались едва видимые в ночи силуэты гор и сверкающий огнями умопомрачительно красивый город на морском берегу.

– Три дня луны будут всходить под утро. Идеальное время научить тебя видеть. Садись.

Ларс сел на траву, похлопав рядом с собой.

Я тоже села лицом к Ашентри. И хотя прекрасно видела город со всеми его башнями и переходами, понимала, что это не предел для зрения лисехвоста.

– Возьми, – ментор протянул плотную повязку на голову. – Закрой уши. Чтобы открыть видение, нужно абстрагироваться от звуков.

Я послушно натянула повязку. Не знаю из какого материала она сделана, но я оказалась в оглушающей тишине, в которой набатом стучало сердце. И своё дыхание слышала, будто оказалась в космическом скафандре. Закрыв глаза, постаралась впасть в медитативное состояние и абстрагироваться от этих звуков. И когда перестала слышать даже их, открыла глаза.

Мир без звуков стал ярче и наполнился мириадами запахов. Пряный аромат хвои и смолистых стволов елей защекотал ноздри, а за ними появился сладкий запах осенних цветов, преющей листвы и влажной земли. Потянув носом, уловила аромат дыма от потухшего костра возле дома... и схлопотала удар крепкой ладонью по колену.

– Что? – стянув повязку, посмотрела на возмущенного наставника.

– Мы не нюх открываем, а видение, иначе безлунные ночи придётся ждать ещё месяц. Ты на грани, не приведи боги видение откроется днём, сразу ослепнешь. Дыши ртом.

Я ошалело слушала, в принципе, справедливую отповедь, Ларс никогда ничего не делал просто так. И я была благодарна, что он увёл меня в горы. Если бы слух открылся в городе, я бы спятила. Лисехвост нахмурился и сорвался с места.

– Жди здесь.

Да куда я денусь. Поёрзав на жёсткой земле, села удобней, прикрыла глаза и, полностью открыв слух, слушала музыку ветра. Лёгкие порывы трепали волосы, проносились над кронами деревьев, едва задевая верхушки. Массы воздуха ухали в ущелье и, перекатываясь огромными волнами, устремлялись к морю. Моё сознание скользило за ними, и в какой-то момент показалось, что я вижу движение воздуха. Тёплые волны от земли поднимались вверх и, смешиваясь с холодными, спускающимися с горных вершин, образовывали прозрачные завихрения. Ноздри затрепетали, почувствовав солёный запах моря. И я увидела, как со стороны города к горам движется ответный воздушный поток. И в месте их встречи от смешения влаги и температур образуется туман, накрывая предместья и медленно наползая на склоны.

Подняв взгляд, я еле удержала концентрацию, хотя сердце заколотилось от охватившего восторга. Я видела Ашентри, будто город был у самого склона. Каждую башню, поднимающуюся из тумана, каждый этаж, потухшие и светящиеся окна, огни на мостах и переходах, яркое сияние дворцов и утопающие в свете фонарей сады. Меня, словно магнитом, тянуло рассматривать всё больше и больше деталей, вдруг ставших неимоверно чёткими.

Почувствовав болезненный укол в затылок, зажмурилась и затрясла головой, прогоняя наваждение. Не помогало, боль просто разламывала голову, вызывая тошноту. Не выдержав застонала и почувствовала, как Ларс надел на уши повязку.

Когда звуки исчезли, стало легче, но не намного.

– Спасибо.

Мужчина принялся что-то писать когтем на моём бедре, и я с удивлением прочла: «Не открывай глаза, дыши ртом».

Когда я более-менее оклемалась и хотела открыть глаза, Ларс тут же стянул повязку с ушей и натянул так, что она плотно прижала веки.

– Жить надоело? – гаркнул так, что я невольно вздрогнула и сжалась, кожей ощущая ярость наставника. – Или у тебя есть запасные мозги? Я что сказал? Не пытаться видеть, пока не отключишь полностью обоняние и слух. Ты каким местом думала?

– Наверно, тем, на котором сижу.

Лисехвост задохнулся от гнева, а потом рассмеялся.

– Если можешь шутить, значит, не весь мозг спалила, – сказал уже спокойно и сел рядом. – Не делай больше так. До вечера повязку не снимай. И вот.

Он взял мою ладонь и сунул в неё что-то мелкое и мягкое, похожее на резиновые шарики.

– Сунь в нос, будет мерзко, но ты заслужила. Если ещё и нюх откроешь так же внезапно, останешься безмозглой идиоткой.

Я послушно вставила шарики в ноздри. Было не то чтобы мерзко, просто очень некомфортно, но даже мысли не было ослушаться. Потерплю, всё лучше, чем спалить мозги. И вдруг почувствовала резкое движение мужчины. Он вскочил, поднял меня на руки и стал спускаться с горы, хмыкнув над самым ухом.

– Давно я девиц на руках не носил.

– Поставь, сама дойду.

– Не дури, ещё расшибёшься на скалах или откроется чувствование, не знаю, что будет хуже. Хоть замуровывай тебя в пещеру.

– Не надо в пещеру, – перепугалась я не на шутку.

– Дома посидишь, покараулишь подругу. Сам доложу печь, а Эмита спроважу на пару дней, чтобы не нервировать Милисенту. Не дай бог сбежит девчонка, ты же следом увяжешься.

Ларс скользил по склону с такой лёгкостью, что я расслабилась.

– У тебя очень пластичная психика. Твой ментор проделал хорошую работу. Но это плохо, ты слишком быстро открываешься.

От его слов я вздрогнула, пошатнув нас обоих. И он чуть не упал.

– Ты можешь не дёргаться?

– Почему быстро плохо?

– А сама не понимаешь? Мозгу нужно время на выстраивание новых нейронных связей. Хотя...

Он замолчал. Я насторожилась.

– Говори! Что за манера заинтриговать и потом молчать?

Мужчина усмехнулся.

– Интересно, если ты сейчас прыгнешь между мирами, после пересборки тела новая нейросеть зафиксируется?

Он резко остановился, развернулся и сорвался на бег. Воздух засвистел в ушах. Ветви хлестали по его рукам и моему лицу, и я испугалась не на шутку, поняв, что он удаляется от дома.

– Ты что задумал?

– А тебе самой не интересно проверить?

– Твою догадку?

– Да.

– Ты в курсе, что я не контролирую дар?

– Всё получится.

Он резко затормозил, нас качнуло, но Ларс устоял, я услышала, как под его ногами зашуршали камни, осыпаясь вниз с высокого обрыва. Я не успела вцепиться в сумасшедшего лисехвоста, как он разжал руки, и я полетела в бездну.

Глава 30

Приходить в сознание было больно.

– Слава богу, ты очнулась!

Меня бережно приподняли, и я почувствовала, как ещё кто-то, находящийся в комнате, перестилает на кровати простыни.

– Рик? – узнав голос любимого, вскинула руки и вцепилась в его свитер. – Это ты? Почему я ничего не вижу?

– Потому что на твоих глазах повязка.

– Всё, клади её обратно.

– Сорин?

– Это я, Ваша Светлость.

Я повернула голову на звук родного голоса. Меня бережно опустили на кровать и укрыли прохладной простынёй.

– Не отпускай, – я ещё сильней вцепилась в любимого. – Иначе меня опять выдернет обратно.

– Тише, – я почувствовала, как он наклонился и поцеловал в лоб. – Никуда ты не денешься, побудешь дома, пока не поправишься.

– Но как? Уй!

Почувствовав укол в плечо, зашипела от боли. Это явно не прививка.

– Всё хорошо, спи.

Рик не пытался отстраниться или отцепить от себя мои руки, они сами ослабли и упали вдоль онемевшего тела, и я блаженно вздохнула, как же хорошо, когда ничего не болит.

Следующее пробуждение было просто чудесным. Ничего не болело, никакие повязки не давили на глаза и вообще я чувствовала себя прекрасно. Только радость длилась всего пару мгновений. До тех пор, пока не поняла, что лежу на мягком матрасе, заменяющем нормальную кровать, в доме на склоне горы.На кухне Милисента готовила что-то умопомрачительно вкусное, потому что мясное, Ларс с Эмитом тренировались у своего дома, чтобы не нервировать девушку. Она разделывала топориком куриную тушку на куски, а парни не самоубийцы, находиться рядом, когда у неё в руках холодное оружие.

Рывком сев, я потёрла глаза. Нет, окружающая обстановка не мерещится. Выходит, Рик мне привиделся? Или всё-таки опасения Ларса сбылись, и я спалила мозги?

Услышав, как я сворачиваю одеяло и матрас, из кухни вышла эльфийка и расплылась в счастливой улыбке.

– Нира, слава богу!

Она бросилась из дома, выбежала на террасу и закричала.

– Ларс! Она очнулась!

Звон мечей сразу прекратился, и я услышала, как оба мужчины несутся вниз по склону. Ворвались в дом, застряв вдвоём в дверях. Бледный, с кругами усталости под глазами, весь взъёрошенный Ларс впился в меня виноватым взглядом, пихнул смущённого Эмита, в два шага оказался рядом и сграбастал в объятия.

– Прости меня, я дурак! – и уткнулся лбом в мой лоб, закрывая глаза.

И меня буквально обожгло его чувством вины.

– Так, – я облизнула пересохшие губы. – Для начала руки убери.

Лисехвост отшатнулся, выпуская меня из объятий и делая пару шагов назад.

– Вот выпей, у тебя организм совершенно обезвожен, – подошедшая Милисента сунула мне в ладони огромную кружку с травяным отваром.

Но я продолжала смотреть на Ларса.

– Скотина! Ты бросил меня с обрыва!

– Да, – мужчина даже не думал отпираться, прожигая меня взглядом. – И ты прыгнула.

Я судорожно вдохнула. Выходит, Рик мне не привиделся? И расчёт Ларса оправдался – мой дар активизируется в экстремально стрессовых ситуациях на максимальном выплеске адреналина. Вся злость разом испарилась.

– Нира, выпей, от тебя кожа да кости остались, – подруга подняла мои руки вместе с кружкой к моим губам.

Я послушно отпила несколько глотков, а потом выпила весь отвар. Горячее тепло обожгло пищевод и, упав в желудок, стало распространяться по всему телу, унимая бьющую меня дрожь.

– Как долго меня не было?

Ларс совсем с лица схлынул. Неужели всё так плохо?

– Три дня.

От таких новостей голова пошла кругом. Я перевела взор на Милисенту, и та кивнула.

– Потом ты ещё неделю провела в беспамятстве уже здесь, – подтвердила она. – Рик снабдил нас точными инструкциями, как выводить тебя из искусственной комы, прислал с тобой лекарства и ампулы с лечащими нанитами.

– И большой просьбой больше так не делать, – буркнул Эмит, входя в дом.

Подошёл к Милисенте, взглядом указал на кухню, девушка кивнула, и они ушли, оставив нас с Ларсом вдвоём.

Толку никакого, всё равно услышат весь разговор, но я оценила.

– Что со мной случилось? – сев на подиум, как на ступеньку, поджала под себя босую ногу.

Наставник подошёл и сел рядом.

– Ты разбилась. Я думал твой дар активизируется от страха, но ты совершенно не умеешь бояться.

Ну да, самое страшное в своей жизни я уже пережила, похоронив родителей, а потом любимого. А, может, просто не успела испугаться? Я помнила, как извернувшись во время полёта, пыталась уцепиться за острые камни, раздирая руки в кровь, но совершенно не помнила момент падения и что было после, кроме того единственного раза, когда очнулась в родном мире. Мне и раньше приходилось пересекать границы миров с травмами и никогда они не заживали так быстро... Если только я не обзавелась нанитовой оболочкой. Такое вполне могло случиться, если моё биологическое тело не подлежало восстановлению.

– Я умерла? – спросила, глядя Ларсу в глаза.

– Что? – ментор в ужасе отшатнулся. – Нет! Ты выжила! Лисехвосты крепче, чем тебе кажется.

– А в моём мире?

– И в родном мире тоже. Кстати, это тебе, – он снял с шеи цепочку с небольшим медальоном и протянул мне.

Я приняла из его рук украшение и завертела, с интересом разглядывая ювелирную вещицу. Медальон был сделан из металла, похожего на серебро с красивым геометрическим узором, напоминающим обереги древних славян моего мира. Подняв взгляд, посмотрела на ментора.

– Зачем он мне?

– Это ключ на другую сторону. Вдруг захочешь наведаться в гости к Хранителям.

– И как он действует?

– При активации он генерирует поле с особой частотой, и создаётся брешь между реальностью и междумирьем.

Нащупав пальцами углубление на обратной стороне, я нажала, но ничего не произошло. Ларс покачал головой.

– Ключ нужно активировать в особых местах. Их можно найти по этому знаку. Обычно он хорошо замаскирован, но, если знать, что ищешь, обязательно увидишь.

– Я видела такие в библиотеке. Это Хранители его дали?

– Нет, он мой. Только, надеюсь, когда решишь им воспользоваться, позовёшь с собой.

Я притихла. Вот, значит, как. Такие извинения я готова принять. Повесив медальон на шею, сунула за пазуху.

– Проверим моё зрение? – я решительно поднялась, закрывая тему с извинениями.

Мужчина понял и тоже встал.

– Уверена?

– Более чем.

Выйдя на террасу, я прикрыла глаза, жмурясь от яркого осеннего солнца, наслаждаясь ласковым теплом и вдыхая одновременно прохладный, кристально-чистый воздух. Потом широко распахнула глаза, ожидая, когда знакомая боль пронзит затылок, но её не было. Зато вокруг яркими осенними красками сиял невероятно прекрасный мир. Золотые и багряные лиственные деревья перемежались с изумрудной зеленью сосен и елей, на лазурном небе плыли перистые облака, серый камень плит двора стал отливать синевой, на колоннах, поддерживающих крышу дома, появились красные и зелёные крапинки, а в мелких трещинках уже разрастались микроскопические споры серо-зелёного мха. Зрение то становилось обычным, то снова перестраивалось, позволяя рассмотреть всё, что угодно, в мельчайших деталях.

Внезапно выскочившее перед глазами вирт-окно стало полной неожиданностью. И я, невольно сделав шаг назад, села на ступени.

– Что случилось? Голова болит? – всполошился Ларс.

Я вскинула руку, призывая помолчать, пребывая в недоумении от чистого голубого экрана. Тем большим было удивление, что я не давала команды его открыть.

– Нира?

– Погоди, минуту...

Я не договорила. Окно подёрнулось рябью, и спустя мгновение появилось изображение Рика.

Я с шумом выдохнула.

– Нира! – голос ментора стал грозным.

Но я опять отмахнулась. Закусив губу, всматривалась в родные черты любимого мужчины. Рик хмурился. Хотел заговорить, сглотнул, отвернулся от камеры голозаписи, совладал с эмоциями и вновь повернулся к записывающему устройству.

– Нира, если ты ещё когда-нибудь...

Нет, не справился и опять замолчал. Мои губы помимо воли растянулись в улыбке. В этом весь Рик, какие бы его не обуревали эмоции, он всегда, устраивая головомойку, старался быть сдержанным.

– Не знаю, что за игру ты затеяла, – на этот раз голос мужчины звучал спокойно. – Постарайся больше не рисковать своей жизнью.

Кажется, всё не так радужно, как напел Ларс.

– Теперь о важном...

Я опешила. То есть это всё? И никаких комментариев? Будь осторожна и до свидания? Поставив запись на паузу, полезла в память браслета. Листая выскакивающие вирт-окна, добралась до папки с загрузками и снова улыбнулась, обнаружив ещё одну запись, на этот раз от Сорина. Краем глаза заметила, как Ларс сел рядом, опёрся спиной о колонну, скрестил руки на груди и теперь буравит хмурым взглядом, ожидая, когда я дам более внятные объяснения. Выбрав файл домашнего искина, дала команду на воспроизведение… и подалась вперёд, не веря увиденному.

Дворецкий в нанитовом теле сидел в кабинете Александра, где за длинным столом расположились все главы мировых корпораций, правительство объединённого человечества. Я сообразила, что запись ведёт Рик и, вновь включив воспроизведение, затаив дыхание, слушала, как величайшие люди моего мира обсуждают сложившуюся ситуацию с завесой.

Картина выходила безрадостной. На Земле просто не существовало технологий, чтобы восстановить истощённое поле мембраны. Все усилия по вливанию в неё энергетических ресурсов оказывались каплей в море и никак не влияли на ситуацию в целом. По итогу заседания стало понятно, что ни одна корпорация по отдельности не обладает достаточными ресурсами, чтобы вести самостоятельные исследования.

Председатель заявил, что разрозненность в данном вопросе не уместна. Главы корпораций скрежетали зубами от понимания, что их засекреченные исследования уплывают из-под контроля. Но изолированность от других миров грозила колоссальными убытками. И они скрепя сердце практически единогласно приняли решение о создании единого научного центра на базе лабораторий Сорина под кураторством комиссии, в которую войдут все присутствующие во главе с Председателем.

Искин, не поднимаясь с места, с едкой улыбкой поблагодарил людей за оказанное доверие, развеял нанитовое тело и нагло исчез. Изображение мигнуло и следующее, что я увидела, – свой пентхаус. На этот раз запись транслировалась с камер безопасности. Сначала в центре гостиной появились две голограммы Сорина и Рика. Мужчины переглянулись и засмеялись.

– Я же говорил, что нас не взломают, – со смехом проговорил дворецкий.

Рик мотнул головой.

– Ты зверь, Сорин.

Искин с отеческой любовью глянул на молодого коллегу.

– Не прибедняйся, Рик, твои же разработки.

– Но об этом никто не знает.

– И слава богу, пусть и дальше остаются в неведении.

Неожиданно под потолком появилась вспышка активировавшегося портала, и на пол рухнуло моё изломанное тело. Сразу из-под него начало появляться огромное пятно крови, заливая белый пушистый ковер. Я зажала рот ладонью, чтобы сдержать крик. Ларс дёрнулся ко мне, но видя, что я всё ещё невидящим взором смотрю в пространство перед собой, остался на месте.

Изображение пошло по кадрам. Вирты, собирающие нанитовые тела, и на лицах обоих шок и ужас. Рик подхватывает меня на руки и на месте моего падения собирается медицинская капсула. Дрожание вновь активировавшегося портала и Рик удерживающий меня силой нанитового тела. Я в медкапсуле, неоновый свет, работа 3D-манипуляторов, восстанавливающих раздробленные кости, сращивающих порванные ткани и заново выращивающих некоторые органы. Изредка появляющийся в гостиной Сорин, корректирующий работу медкапсулы. И Рик, всё это время удерживающий капсулу, потому что вспышки энергии по всей гостиной были слишком похожи на открывающиеся и тут же схлопывающиеся хаотичные порталы. Моё пробуждение, неописуемое облечение на лице любимого и его сумасшедшая, счастливая улыбка.

Остановив воспроизведение, смахнула с щёк горячие слезы.

– Нира?

– Ларс, пару минут, пожалуйста.

Я снова нажала воспроизведение. Следующий кадр – мне надевают повязку на глаза и вынимают из капсулы. Потом в спальне Рик укладывает на кровать, продолжая удерживать в объятиях, чтобы не позволить порталу меня забрать. Но он не мог держать вечно, пришлось отпустить. На последнем кадре, где я исчезаю, запись мигнула и появилось изображение Сорина.

– Нира, девочка, постарайся беречь себя и не пугай нас так больше. Рик запретил, но я всё равно создал для тебя кристалл виртуализации сознания и прехорошенькое нанитовое тело, – мужчина грустно улыбнулся и будто прочёл мои мысли. – Почему запретил? Потому что он, как никто другой, понимает, каково это – быть виртом. Он держится только ради тебя. Ты, наверно, не знаешь, но в его настройках есть опция, в случае твоей смерти стирающая его сознание. Даже я не могу до неё добраться. Я люблю тебя, как родную дочь, и Рика люблю, как родного сына. Вы мои дети. Не оставляйте старика одного. Этому миру не нужен свихнувшийся от горя искин.

Взмахом руки я закрыла все вирт-окна. Не могу сейчас увидеть послание ещё и от Рика. В груди поселилась раздирающая боль, горло сдавило от сдерживаемых рыданий. Я кусала дрожащие губы, смахивала безудержно текущие слёзы. Одна мысль, что Рик умрёт следом за мной, сковала спазмом тело, не давая дышать полной грудью. И я засипела, делая судорожные вдохи.

Ларс в одно мгновение оказался рядом, обнял, прижал мою голову к своему плечу, и я зарыдала, цепляясь за его рубашку.

– Прости, прости меня, дурака, – шептал он, гладя меня по волосам, крепче стискивая в сильных руках, пока я билась в истерике.

Из дома выбежала перепуганная Милисента, следом за ней Эмит. Девушка рухнула рядом и обняла со спины.

– Нира, Нира, всё хорошо, ты выжила, этот ужас позади.

Эмит остался стоять, не зная куда деться. И тут я почувствовала странный толчок в поясницу. Едва ощутимый, но всё же.

– Ой! – охнула Милисента и отстранилась.

Оглянувшись, я увидела, как девушка с расширенными от удивления глазами прикоснулась к своему едва округлившемуся животу. Мгновение и её глаза засияли от восторга и лицо озарила счастливая улыбка.

– Он пинается.

Эмит дёрнулся к девушке, замер, не зная, как она отреагирует, а потом решился, подошёл, сел рядом, протянул руку и, глядя ей в глаза, спросил:

– Можно?

Мы с Ларсом застыли. Я даже забыла про свою истерику, чувствуя, как губы невольно расползаются в улыбке, и жуткий спазм в груди растворяется.

Милисента под взглядом Эмита ужасно смутилась, закусила губу, глянула на меня, и я едва заметно кивнула. Девушка перевела взгляд на эльфа, взяла его ладонь и приложила к своему животику. Я слышала, как Ларс над ухом едва слышно хмыкнул. Эмит, не веря, что ему позволили, напряжённо замер, и в следующий миг его лицо озарилось неописуемым удивлением, и он испуганно вытаращился на свою ладонь на животе девушки, видимо, тоже ощутив толчок.

– Господи, Эмит, это всего лишь ребёнок, он не кусается! – возмутилась эльфийка.

– Пока не появятся зубы, и он не начнёт тянуть в рот всякую гадость, – хмыкнул Ларс.

Я хихикнула. Лисехвост глянул на меня сверху вниз.

– Успокоилась?

– Да, – я отстранилась, вытирая с щёк последние дорожки слёз. – Спасибо.

– Учиться дальше будешь?

Мы старательно игнорировали выпавшую из реальности влюблённую парочку.

– Что за вопрос? Конечно, буду!

Тихонько поднявшись, зашли в дом. Настал наш черёд прятаться на кухне.

– Ого! Вы печь доложили? – я обошла кругом гармонично вписавшуюся в кухонный интерьер печь-камин. Обложенная гладкими гранитными плитами, она идеально подходила к восточному интерьеру. Труба упиралась в отремонтированный деревянный потолок. Часть пола перед топкой тоже была выложена камнем. – Она согреет дом зимой?

– Нет, нужна ещё одна печь в гостиной.

– Тогда стоит её соорудить поближе к спальному подиуму.

– Хорошо, – Ларс принялся шарить по котелкам с кастрюлями. Потянув носом умопомрачительные запахи, довольно хмыкнул. – Если бы не Эмит, сам бы женился на девчонке. Уму непостижимо, как она готовит!

Наложив мясное рагу с овощами в две тарелки, поставил на низенький столик. Я села напротив, попробовала стряпню Милисенты и закатила глаза, издав стон блаженства. Взгляд словно сам собой притянуло к котелку, оставшемуся на печке. Ларс совершено правильно понял ход моих мыслей, метнулся к котелку, поставил в центре стола и наложил добавки.

– Они себе ещё приготовят.

Я согласно закивала и, буквально проглотив первую порцию, тоже потянулась за добавкой. К моменту, когда пара эльфов, сияя счастливыми улыбками, вошла на кухню, мы съели не только мясное рагу, но и салат, и найденные спрятанными на дне продуктового короба пончики.

Подобревший после еды лисехвост отвалился от стола и, глядя на Эмита с Милисентой, удовлетворённо произнёс:

– Ну что? Где жить-то будете?

– Эмит должен вернуться домой, – сказала я, пока никто не успел выдвинуть другие идеи.

Милисента перестала улыбаться и поджала губы, сразу показывая, что ни в какой Великий Лес она не собирается.

– Ничего я не должен, – огрызнулся парень и, не дав девушке отстраниться, потянул к себе и крепко обнял.

– Правда? – несмотря на разморившую сытость, меня начала раздражать бестолковость некоторых отдельно взятых эльфов. – А кто будет править, пока ты прохлаждаешься в этом мире?

– Первый советник. Он всегда замещает отца.

Парень явно не понимал, с чего я на него взъелась, а вот Ларс сообразил мгновенно и, пряча улыбку, понятливо закивал.

– Первый советник, да, отличная идея. Эмит, а у вашей линии других родственников случайно нет? Дядей, тётей, толпы кузенов? – лисехвост прекратил насмехаться и глянул на меня. – Нира, по оценкам ваших учёных, сколько продержится завеса?

– Пару лет, плюс-минус.

– Вполне достаточный срок для смены династии, ты не находишь?

– Мне бы хватило и пары месяцев, – я хищно улыбнулась. – Особенно, если есть симпатичный кузен поближе к основной ветви бывших правителей. Только не слишком прыткий, чтобы довольствовался ролью консорта.

Эмит дёрнулся, осознавая последствия, глянул на девушку, но Милисента вывернулась из его объятий, рванула к плите и загремела кастрюлями и сковородками, складывая пустую грязную посуду в раковину и, включив воду, принялась чистить железной щёткой.

Я скривилась от ужасных скребущих звуков.

– Мила... – начал Эмит, шагнув к девушке.

Но та резко развернулась, и грязная щётка упёрлась в белую рубашку, останавливая эльфа.

– Эмит, я говорила, но ты, видимо, не желаешь меня слушать. Я не вернусь в твой мир. Меня и этот более чем устраивает.

Отвернувшись, она принялась мыть посуду с особым остервенением. У меня аж зубы заломило.

Парень буравил взглядом её спину, было видно, как его выбешивали капризы девушки. Я тоже не понимала мотивов Милисенты, Ротан – чудесный мир, и там она тоже будет эльфийкой, но вмешиваться не собиралась. Если её любви недостаточно, чтобы преодолеть собственные страхи, то давить бесполезно. Странно, что до Эмита это не доходит.

– Так, хватит, – Ларс поднялся с пола, схватил парня за плечо и повёл к выходу. – Нам пора, а вы, девушки, отдыхайте.

Обернулся и сказал уже мне:

– У тебя пара выходных – отъесться, как следует. Потом снова возобновим тренировки.

Глава 31

Встать удалось с трудом, кажется, не стоило после недели комы столько есть. От тяжести в животе было дурно. Одна надежда на бешенный метаболизм лисехвоста. Подойдя к печке, немного подвинула Милисенту и стала подавать ей, всё ещё яростно сверкающей глазами, грязные миски и тарелки.

– Если ты хоть слово скажешь о том, что я должна отправиться с Эмитом, обижусь.

– Вот ещё! Я эгоистка. С тобой в этом мире однозначно веселей. Только тебе пора возвращаться в Ашентри, иначе уволят с работы, и...

На этот раз закончить не дали мне, и грязная щётка оказалась уже перед моим носом.

– Я тебя не брошу, иначе хвостатый изверг доиграется, и твой психованный парень, когда окажется здесь, сдерёт с нас всех три шкуры и натянет на барабаны.

Я молчала, чувствуя, как к глазам снова подступают слёзы. У меня никогда не было подруг. Детство я провела среди учёных, а потом были только я и Рик. Реакция Милисенты отозвалась теплом где-то очень глубоко внутри, и моё сердце дрогнуло. Осторожно отведя от своего лица щётку, я улыбнулась пришедшей на ум идее.

– Мила, мне выделили два выходных...

– И? – девушка тоже начала улыбаться, понимая, что я что-то придумала.

– ... и раз у тебя тоже отгулы, как ты смотришь, чтобы провести их у моря?

– Без мужчин?

Я кивнула и улыбнулась ещё шире.

– Пусть кладут вторую печь.

Я услышала отчётливое хмыканье Ларса, прекрасно слышавшего наш разговор из своего дома. На это и был расчет. Ему теперь есть чем занять Эмита. Может, заодно мозги вправит дурному эльфу.

Отправиться решили прямо сейчас. Только посуду домыли, протёрли и расставили по местам. Я помнила, что у меня ещё не просмотренное послание от Рика, но это было настолько личное, что хотелось остаться одной. И если быть до конца честной, я отчаянно трусила. И хотя умом понимала, что не сама прыгнула в ущелье, могла представить чувства любимого.

– Всё, я закончила. Идём? – Милисента вытерла руки полотенцем, развесила его очень аккуратно и повернулась ко мне.

– Идём, – поставив последнюю миску на полку, я улыбнулась... подруге.

Сбегала в гостиную, взяла денег и, прихватив средства гигиены, понимая, что ночевать будем у неё, вышла на террасу.

Леди Стоутон улыбнулась.

– Я полечу, ты не против?

– Нет, конечно, – обрадовалась я такому предложению.

Так мы окажемся в городе гораздо быстрей. И мне не придётся переживать, пока беременная эльфийка будет пешком продираться по лесным склонам.

Милисента подняла взор на лазурное небо, сжала кулачки, распахнула радужные крылья, они стали увеличиваться в размерах, и когда девушка ими взмахнула и стремительно взлетела, я задохнулась от изумления, осознав, что эльфы вовсе не порхают как бабочки, а могут летать очень и очень быстро.

Сорвавшись на стремительный бег, я понеслась вниз по склону, пересекла ущелье, потом новый склон и, хотя совершенно не чувствовала усталости, всё равно немножко завидовала Милисенте. Я старалась не развивать слишком большую скорость, боясь потерять её из виду. Но когда оказалась на очередной вершине, эльфийка спланировала вниз.

На её прехорошеньком личике сиял чистый восторг.

– Нира, ты можешь быстрее? А то плетёмся как две улитки.

Я рассмеялась. Даже так?

– Могу, – кивнув взмывшей в небо девушке, я начала увеличивать скорость. Видя, что Милисента не отстаёт, а наоборот сдерживается, чтобы тоже не потерять меня из виду, облегчённо вздохнула и отдалась стремительному бегу, воздуху, свистящему в ушах и абсолютному ощущению свободы, открывшему мне доселе невозможные резервы лисехвоста. Казалось, я не бегу, а лечу над землёй, едва касаясь травы, мхов, веток. А когда выскочила на дорогу, мир вообще превратился в смазанную картину. Каким-то невероятным чудом я ни в кого не врезалась и никого не сбила по пути в город. А когда застройка предместий стала очень плотной, пришлось притормозить, перейти на простой бег и потом на обычный шаг.

Эльфийка спланировала с небес, уменьшив и сложив за спиной крылья, пошла рядом. И я с удивлением обнаружила, что она тоже ни капельки не запыхалась.

– Я же не махала крыльями как птица, – рассмеялась девушка, а потом смутилась и мило порозовела. – Хотя сначала летала именно так.

Я понятливо улыбнулась.

– Ларс научил?

Она кивнула, и мы влились в шумный водоворот городских улиц. Купили ещё горячих пончиков, щедро обсыпанных сахарной пудрой и, поедая лакомство, поспешили домой к Милисенте.

– Денег возьму и проверю холодильник, кажется, там суп испортился. Надо на обратном пути захватить к тебе все продукты.

Я чуть не споткнулась, вот честно.

– Мил, а тебе точно нужно жить со мной в необустроенном доме в лесной глуши? У тебя здесь шикарная квартира и любимая библиотека, – я хитро прищурилась, напомнив о работе любительнице покопаться в книгах.

Девушка весело отмахнулась.

– Ларс сказал, что ты делаешь поразительные успехи и, возможно, твоё обучение закончится ещё до праздника середины зимы, а работа никуда не денется. Могу и уволиться.

– Мил, но ты же беременная, – зашла я с другого бока.

Я честно старалась не коситься на её уже виднеющийся животик, но взгляд притягивался, словно магнитом.

На мою очередную попытку «позаботиться» девушка только фыркнула.

– Даже не надейся.

Всё-таки Ашентри – удивительный город. Вроде бы вот она – башня, где располагалась квартира Милисенты, только один нюанс – в ней нет лифта, как и нет прямых лестниц на пятьдесят второй этаж. Только переходы от других башен на каждом десятке уровней. Я согласна с логикой такой архитектуры, иначе бы город оказался опутанным тысячами лестниц, а это совсем не так красиво, как все это ажурное великолепие.

Милисента показала короткий путь с нижних уровней к своему жилью. Оказавшись в уютной квартире, мы быстро по очереди освежились в ванной, потом подкрепились той едой, что не испортилась, и вылили прокисший суп. Леди тоже взяла немного денег, объёмную сумку, и мы отправились за покупками.

Найдя магазин нижнего белья, не сговариваясь, зашли внутрь. И всё – я пропала от открывшегося кружевного великолепия. А потом пришло осознание, что из-за моей весьма необычной анатомии с выбором могут возникнуть проблемы.

– Интересно, у них есть купальники для лисехвостов?

Оказывается, есть, но в основном раздельные, а для эльфиек наоборот совместные, чтобы максимально оголить спину, хотя крыльям ткань не помеха.

– Это какая-то дискриминация, – возмутилась леди Стоутон, направляясь в примерочную с купальником и с несколькими вешалками изумительных кружевных трусиков.

– Простите, но у нас нет бюстгальтеров для вашей расы, – сконфужено уже в который раз пыталась извиниться продавщица.

Милая девушка – человек, почти на голову меньше ростом меня и Милисенты, при этом обладательница таких пышных форм, что я понимала возмущение подруги. Мы обе высокие и худые, а я так ещё и в груди почти плоская. Если второй размер при моём росте вообще можно назвать грудью. А ведь я помню, какая шикарная фигура была у Милисенты на Земле... и у меня тоже.

Вдохнув, улыбнулась продавщице, давая понять, что всё в порядке, и отправилась вдоль полок выбирать себе купальник и бельё. Батарея нанокостюма истощилась, и теперь вместо одежды у меня две катаны – приобретение очень полезное, но в преддверии дождливой осени и снежной зимы вопрос, что надеть, вставал очень остро.

Посещение местного бутика закончилось тем, что мы решили устроить полноценный шопинг, а на пляж сходить завтра. Только я поспешила назвать поход по магазинам шопингом. Милисента оказалась до ужаса практичной и весьма экономной. Наверно, пересчитав свои средства и честно оценив возможности в плане заработка, будучи мамой с младенцем на руках, она не спешила тратить золото направо и налево. Я тоже была ограниченна в средствах, так как мой основной золотой запас был спрятан за сотню километров от города и неизвестно, когда смогу до него добраться так, чтобы о нём не прознал Ларс.

Зато мы купили всё, что нужно. Самыми дорогими покупками оказались верхняя одежда и обувь. Но на ней точно не стоило экономить. Я разжилась парой сапог на зиму и осень, кожаной курткой с капюшоном и с отстёгивающей меховой подстёжкой, купила плотные шерстяные штаны, тёплый свитер с воротом под горло и пару трикотажных водолазок. А потом всё – деньги закончились. И мы с Милисентой чуть не поссорились. Она настаивала дать мне в долг, я упиралась, утверждая, что ей предстоят траты ещё и на ребёнка.

– Нира, я всё просчитала, мне хватит денег купить необходимое и пережить декретный отпуск. Так что бери, у тебя вообще одежды нет.

И она сунула мне кошель в руку. Мы стояли напротив очередного магазина, и я отчаянно понимала, что мне не хватает самой малости – десятка носков, ремня и резинок для волос. О шарфе с шапкой уже не мечтала, обойдусь воротом свитера и капюшоном. Подруга была расстроена моим упрямством и чуть не плакала. Шагнув к девушке, бережно обняла её вместе со всеми пакетами и сунула в один из них её кошелёк.

– Спасибо, но я тоже найду работу, а сейчас всё необходимое у меня есть, – отпустив удивлённую леди, весело улыбнулась. – Давай занесём пакеты к тебе домой и всё-таки сходим на пляж.

Тёплый песок, ласковое вечернее солнце, изумрудное, нереально прозрачное и спокойное море. Только ветер был холодным. И мы, хоть и переоделись в купальники, идти в воду не решались. Я бы рискнула – зря что ли закалялась под ледяным водопадом, но из-за Милисенты сидела на расстеленном пледе, подтянув колени к груди и обхватив их руками, всматривалась вдаль, щуря глаза от нестерпимо яркой ряби на воде.

Эльфийка лежала рядом, пытаясь хоть немного загореть, и её крылья шуршали по песку, оставляя на нём полосы.

Сезон закончился, и пляж был практически пустой, но отдыхающие всё же были. Группа молодых оборотней-волков, парней и девушек, весело проводила время. Ребята купались в море, играли на берегу в мяч и издавали столько весёлого шума, что я невольно залюбовалась. Такие же высокие, как лисехвосты, с торчащими ушами, пушистыми хвостами. И шерсть у всех оттенков стального, чёрного и белого. Смуглые, налитые силой мускулистые тела, причём как у парней, так и у девушек. Что удивило, многие девушки имели короткие стрижки, и они очень шли их красивым хищным лицам. Один парень подпрыгнул высоко, ударил по мячу, запуская его в игрока противоположной команды. Соперник поймал, но ударом его отбросило на добрый десяток метров и впечатало в песок с такой силой, что влажные комья полетели во все стороны.

– Ничего себе! – я только что не присвистнула от увиденного.

Парень тем временем резво вскочил, разбежался и швырнул мяч обратно.

Милисента привстала, прикрывая глаза от яркого солнца, и посмотрела на веселую компанию.

– А, вервольфы, – произнесла равнодушно и, потеряв всякий интерес, улеглась обратно на плед.

Я в который раз позавидовала её жизни в городе и тому, как быстро леди Стоутон ассимилируется в этом мире. Нет, конечно, учиться у Ларса было очень интересно, и те возможности, что он мне открыл, компенсировали жизнь в горах. Но я городская девочка, и поэтому ужасно скучала именно по такой жизни.

Компания, урыв в песок ещё нескольких игроков, закончила игру и, бросив мяч, ринулась купаться.

Милисента, видя мой интерес, пояснила, что лисехвосты быстрые, вервольфам досталась сила, кошачьим – невероятные возможности к маскировке вплоть до способности становиться невидимыми, демонам – эмпатия, так что от этой расы лучше держаться подальше, зато они лучше других ладят со всеми животными, рыбами и птицами в этом мире, а вот горгульям...

– Кому? – не поверила я услышанному.

– Помнишь то существо – серое с кожистыми крыльями, на летучую мышь похожее?

Я кивнула.

– Это и есть горгулья.

– И какой у них талант, кроме полётов?

– Дар целительства и растениеводства, – девушка села, потянулась и, прикрыв живот ладонями, расплылась в улыбке. – Опять толкается. Моя акушерка – удивительно приятная дама-горгулья, сразу сказала, что будет мальчик.

У меня, наверно, было такое выражение лица, что будущая мама засмеялась.

– Ой, Нира, ты бы себя видела! Жаль у меня нет интерфейса допреальности, такое бы фото получилось!

– Погоди, ты что и на учёт уже встала?

– Конечно, и даже знаю дату родов.

Милисента звонко рассмеялась, видя моё вытянувшееся лицо, и последняя неловкость после обсуждения финансов отступила.

– А люди? Чем в этом мире обладают люди?

– Людям достался самый уникальный дар, и иногда я жалению, что не оказалась в этом мире человеком. Проблем с работой было бы гораздо меньше. Людям подвластна трасформация неживой материи.

Видя, что я не совсем понимаю суть её сожалений, с мягкой улыбкой пояснила:

– Ашентри построили не эльфы, а люди.

Сразу вспомнился шок, когда я впервые увидела город, и Ларс небрежно сказал, что если за строительство берутся эльфы, то и не такое возможно. Мой опыт путешествий по другим мирам говорил, что магия эльфов одна из сильнейших, поэтому я не нашла ничего особенного, что и в этом мире они одарены больше других рас. Получается, согласившись с его утверждением, я выдала своё иномирское происхождение.

Губы сами раскрылись в улыбке. Вот же хитрюга. Невольно восхитившись наставником, я вспомнила и ещё один случай, когда стала свидетелем применения этого дара. Зейн, изменивший мой нанокостюм, превратил его в платье. Чувствуя, как от подобных открытий закипает мозг, не выдержала.

– Мила, прости, но я купаться.

Утопая по щиколотку в белоснежном песке, я побежала к морю.

Мгновение и эльфийка меня опередила. Первая врезалась в изумрудную гладь, пробежала, подняв тучи брызг, и ушла под воду. Проплыв у самого дна, вынырнула на глубине и замахала мне руками.

– Нира, вода как парное молоко!

Спрашивается, кто кого караулил на берегу? Качнув головой, я тоже с разбегу нырнула, коснулась на дне песка и мелких камушков и, вынырнув рядом с подругой, с тревогой спросила:

– Ты не застудишься?

– Вот ещё, я думала, это ты не хочешь купаться, и чтобы не обидно было, сидела с тобой. Знаешь, что хочу попробовать? Использовать крылья как плавники.

Развернувшись к горизонту, Милисента серебристой рыбкой ушла под воду, расправила радужные крылья и торпедой исчезла из вида. У меня сердце замерло от испуга, но когда она счастливая выпрыгнула из воды и, взлетев на несколько метров, снова нырнула, искренне посочувствовала Эмиту. У парня ни единого шанса уговорить её отправиться в Великий Лес. Ротан – чудесный мир, но там царит такое махровое средневековье, что только магия может компенсировать то, что леди Стоутон обрела здесь. Беда в том, что в ней больше человеческой крови, чем эльфийской, и магия пробудится в детях или внуках, а сама Милисента останется ни с чем.

Домой возвращались в темноте под светом звёзд и уличных фонарей. Накупались так, что животы сводило от голода. Переодеваться в сухое не стали, так и шли босиком с песком, налипшим на ступни, в купальниках, повязав на бёдра полотенца и сложив одежду в пляжную сумку, которую я сразу отобрала. И на этот раз будущая мама не стала спорить.

– Давай завтра пойдём на пляж с самого утра?

Зелёные глаза Милисенты сияли от счастья, и с мягких губ не сходила мечтательная улыбка. Я согласно кивнула, хотя сегодняшний поход стоил мне немалых нервов. Я выяснила, что лисехвосты совершено не приспособлены к воде. И хотя возможности гораздо больше человеческих: я могла на одной задержке дыхания проплыть больше двухсот метров и нырнуть на изрядную глубину, даже красивую ракушку со дна достала, но то, что творила Милисента, выходило за рамки всех фантазий. Особенно когда она создала из крыльев силовой кокон, наполненный воздухом, непостижимым образом себя утяжелила и ушла под воду на полчаса. Даже вервольфы обалдели. Столпившись на берегу, вместе со мной ждали, пока она вынырнет. Я думала поседею или растеряю все наниты, вновь став белоснежной. А ведь я Рику так и не призналась, что у нас одинаковый окрас. Всё время было не до этого, а теперь нас раскидало по разным мирам и неизвестно, когда снова будем вместе.

Глава 32

Квартира леди Стоутон встретила тишиной и темнотой. Девушка сразу уверенно прошла в гостиную, зажигая на ходу неяркий свет.

– Располагайся и занимай свободную спальню, я сейчас ополоснусь и приготовлю нам бутербродов.

– Я тоже могу, – поставив сумку на диван, направилась в сторону кухни и, увидев скептическую улыбку Милисенты, усмехнулась. – На бутерброды моих талантов хватит.

– Хорошо, если что, сварю нам кашу.

Девушка скрылась в ванной, а я заглянула в холодильник. На счёт своих кулинарных способностей я не питала никаких иллюзий, но сделать бутерброды без синтезатора вполне способна. Я даже срезала с колбасы заветренный ломтик и тонко-тонко порезала сыр. К моменту, когда чайник закипел, Милисента выбралась из душа в мягком пушистом халате до пят и, потеснив меня на кухне, взялась доводить до ума мои «кулинарные шедевры». Смешала в ступке свежие травы с ароматным маслом, получился соус. Смазала им хлеб. Положила кроме колбасы и сыра кружочки помидора и накрыла вторым ломтиком хлеба, соорудив настоящий сэндвич.

Он оказался очень вкусным, и я поняла, что Эмит ни за что её не отпустит. Такое сокровище надо хватать и прятать не только от законного мужа, но и от родных братьев. Потому что стоит Эрику с Эваном познакомиться с девушкой, и у Милисенты есть все шансы стать будущей владычицей Великого Леса. Не сдержавшись, я засмеялась, чем немало удивила эльфийку. Она вопрошающе изогнула брови, но я отмахнулась.

– Так, вспомнила кое-что, – сунув последний кусок сэндвича в рот, я сбежала в ванную.

Какое блаженство – горячая вода и другие блага цивилизации. Стоя под обжигающими струями, чувствовала, как тело отогревается в клубах пара. У Милисенты шикарная квартира. Здесь кроме душа, была ещё и ванна-джакузи. Её я обязательно опробую завтра.

И хотя я практически засыпала, меня ждало послание от Рика, и я собиралась его просмотреть, потому что завтра будет некогда, а потом всё время рядом будет Ларс. Я и так весь день чувствовала ментора. Он ни разу не подошёл ближе, чем я бы могла воспринять как вторжение в личные границы. Сказал – выходной, отпустил и не приближался. Просто приглядывал, ради нашей безопасности.

Мне выделили коротенькую шёлковую пижаму на тонких лямках, и поскольку халата не досталось, я прошмыгнула в отведённую спальню, закрыла дверь, запрыгнула на расстеленный диван, уселась по-турецки и дала мысленный приказ открыть послание от Рика.

Появившееся вирт-окно показало изображение на стоп-кадре, где я остановила воспроизведение. Сердце заколотилось от охватившего волнения. Глупо, нелогично и после того, что показал Сорин, открывать послание любимого было откровенно страшно. Зато я могла им любоваться. Протянув руку к голографическому изображению, повела пальцами вдоль линии скул, мазнула по плотно сжатым губам. И понимая, что трусить дольше бесполезно, включила запись.

– Теперь о главном. Эмит должен вернуться в Великий Лес...

А то я сама не догадалась! И то, что мы мыслим одинаково, отозвалось теплотой в душе. И я, как последняя идиотка, расплылась в улыбке.

– Это не просьба, а приказ Владыки, запись обращения во вложении к этому файлу, покажи принцу. По завесе, думаю, ты уже просмотрела сообщение Сорина, так что повторяться не буду, – строгое выражение лица наконец дрогнуло, и я увидела очень усталого мужчину. – Нира, я понимаю, у тебя там тоже не всё гладко, и я ожидал, чего угодно, но не того, что ты будешь умирать у меня на руках. И да, я знаю про кристалл и нанитовое тело, но давай ты не будешь доводить до этого. Береги себя, ладно?

– Буду, любимый.

Запись на этом закончилась, но странным образом я успокоилась. Да, он пережил шок, вытащил практически с того света, и вместо того, чтобы злиться и ругать за мою беспечность, просит быть благоразумной, понимая, что я такая, какая есть, и другой не стану. Если бы я уже не была влюблена в него по уши, то влюбилась бы прямо сейчас.

Наверно, из-за тоски по любимому и невыразимой нежности к этому потрясающему мужчине мне приснился удивительный сон. Мы с Риком, оба люди, сидим на расстеленном на песке пледе на берегу земного синего океана и с умилением любуемся, как наш двухлетний сын копает песок лопаткой. Потянувшись к сумке-холодильнику, я вынула из неё бутылочку с соком и позвала сынишку.

– Терри, иди ко мне, пить хочешь?

– Нира, отстань от него – он пил полчаса назад.

Из воды вышел отец, но не такой, каким я его помнила в детстве. Уже тогда он был в солидном возрасте и немного полноват. Этот мужчина выглядел чуть старше Рика, такой же высокий, с развитой мускулатурой. Он подкрался к карапузу, подхватил на руки и стал смешно целовать его в мягкий животик. Малыш захохотал, дрыгая ножками, выронил лопатку и вцепился дедушке в густую шевелюру. А он, продолжая с рыком целовать, понёс внука к воде.

– Всё, мы купаться, – мужчина оглянулся и подмигнул нам с улыбкой. – Я займу его на часик, так что бегите, детки.

Рука Рика тут же обвила мою талию, и он помог подняться. Улыбаясь, мы оглянулись на веселящуюся в воде парочку, взялись за руки, и муж шепнул:

– Бежим!

Я проснулась с бешено колотящимся сердцем. Прижав руки к груди, смотрела в потолок, потрясённо осознавая, что в этом мире могу родить от любимого мужчины ребёнка. И не важно, что это нарушает все известные законы мироздания. Сама мысль была настолько шокирующей, что я улыбалась глупой улыбкой, чувствуя, как безмерное счастье заполняет душу. Только не надо пока говорить Рику, а то у него закоротит все наниты.

Представив выражение лица любимого, если это вдруг случится, закусила угол подушки, заглушая смех, чтобы не напугать Милисенту. Но был в этом сне и ещё один человек... Сорин! Ведь это он был отцом. А что если...

От подобной мысли я рывком села на диване. Серый рассвет едва разогнал темноту в комнате, можно было смело поспать ещё несколько часов, но о каком сне может идти речь, когда... когда...

– Не может быть!

Догадка, что домашний искин может оказаться моим отцом была настолько бредовой... что могла оказаться правдой. Рик не с нуля изобрёл механизм виртуализации сознания. Наверняка разработки начали родители, и когда на лабораторию напали, они могли опробовать эту технологию, чтобы иметь призрачный шанс спастись. А мама? Сердце дрогнуло, ухнуло вниз и замерло от резкой боли и иррационального понимания: мама не выжила, они не успели загрузить её сознание.

До боли, до хруста сжав кулаки, до крови вдавливая выдвинувшиеся когти в ладони, я зажмурилась изо всех сил, пытаясь активировать дар. Я должна прямо сейчас оказаться дома, должна увидеть Сорина, спросить...

И у меня получилось. Получилось переместиться по собственному желанию. И я опять оказалась в убежище. Вот только оно было законсервировано. Все системы отключены вместе с питающей энергоустановкой. Я даже послать сообщение не смогу. Хорошо, хоть воздух есть.

Недоумевая, почему Рик так поступил, я наощупь в кромешной тьме пробралась в спальню, из неё в гардероб и обрадовалась, что одежду не тронули, оставили, как есть. Значит, консервация была экстренной, и это объяснялось только одним: Рика попытались взломать, и он ради моей безопасности заметал следы.

Появившееся окно допреальности с включившимся секундомером, отмеряющим время моего прыжка, напугало до чёртиков. Совсем забыла, что сама выставила эту опцию на случай внезапного перемещения.

Понимая, что время может быть очень ограниченно, запустила сканирование помещения с выводом результатов в вирт-окно. Получился своеобразный режим ночного видения. Теперь можно не опасаться, что наткнусь на стену или разобью лоб о выступающие углы.

Кинувшись в угол гардеробной, нашла походный рюкзак, с которым путешествовала по мирам, и принялась сгребать в него с полок свитера, кофты, брюки, джинсы, рубашки. Из ящиков вытряхнула всё бельё и годовой запас капроновых колготок и носков. Когда в рюкзаке не осталось места, сняла с вешалки осеннее пальто и надела прямо поверх пижамы, замоталась в шарф и, чувствуя, что не успеваю обуться, схватила рюкзак и в таком виде появилась посреди двора перед домом на склоне горы.

– Оп-па, – выдал Ларс, в этот момент поднимавшийся по тропинке с прижатой к животу грудой камней, не иначе как для второй печи.

– Что случилось? – из дома выскочил Эмит с перемазанными глиной руками.

Увидел меня, обалдел и тоже выдал нечто весьма экспрессивное. От переизбытка напряжения подкосились ноги, и я села прямо на плиты, хорошо, была в пальто, ничего не отмёрзнет.

– Нира? – Ларса начало трясти от смеха. – Нет смысла спрашивать, откуда ты, но почему в таком виде?

– Вчера денег не хватило на все покупки.

Мужчины замерли, буравя недоверчивыми взглядами, вдруг шучу. И когда поняли, что нет, не шутка, дружно засмеялись. Бедный наставник чуть не отдавил булыжниками себе ноги, когда не удержал посыпавшиеся из рук камни.

А потом Эмит сообразил, что я не пешком пришла, его смех оборвался, и он испугано спросил:

– А Милисента? Где она?

– Наверно, ещё спит.

– Беги, – отпустил парня Ларс, и тот скрылся в доме, спеша отмыть руки и помчаться к девушке.

Ментор подошёл, схватил меня за локоть и вздёрнул на почему-то до сих пор ватные ноги. Поднял рюкзак и, всё ещё посмеиваясь, повёл в дом.

– Сколько на этот раз?

Оказавшись в разгромленной гостиной, он меня отпустил. И подойдя к тазику с глиняным раствором, накрыл железной крышкой, чтобы не высох раньше времени. Я покосилась на остановившийся секундомер в мигающем вирт-окне. Кажется, скоро и у браслета закончится заряд. Следующий раз буду хватать не пальто, а запасные батареи. И если бы сразу сообразила, могла вместо всей этой одежды просто взять пару нанокостюмов. Ничего, прыжок не последний, в следующий раз буду умнее.

– Двадцать минут, и я прыгнула сама.

Ларс расплылся в улыбке.

– Отлично, и раз ты всё равно уже здесь, одевайся, устроим лёгкую тренировку.

Почему я призналась? Он же работает на Хранителей и обязательно им доложит. Но после увиденного ночью сна, всё это стало не важным. Я просто хотела домой. И если он дрессирует, доводя до предела возможностей, чтобы я могла перемещаться, то почему нет? Пусть рассказывает, кому хочет.

Единственным чистым местом в доме оказалась кухня. Поставив рюкзак у раковины, размотала шарф и сняла пальто. Быстро наведалась в ванну, переоделась в свободные спортивные штаны, надела майку, оставившую открытыми плечи и, затянув рыжую гриву в высокий хвост, вышла во двор.

Сегодня Ларс не стал зверствовать. Тренировка была без оружия и именно такой, какую требовало тело, едва восстановленное в медицинской капсуле.

– Ты всегда появляешься в одном и том же месте? – спросил ментор.

Мы кружились по двору, лишь изредка Ларс делал ложные атаки, проверяя мою реакцию и защиту.

Я кивнула.

– Да, дома.

– Пробуй сменить точку привязки, ты предсказуема.

Я хотела сказать, что бункер надёжен как скала, но вспомнила про отключённую энергоустановку, а, значит, там больше нет защитного поля. Метры свинца и бетона поглотят львиную долю энергетического выброса открывшегося портала, но след всё равно останется. Один раз спишут на случайность, но, если начну появляться чаще, кто-нибудь заметит и сделает нужные выводы. И на складе лучше больше не появляться, скорее всего тот бункер тоже отключили. У меня было ещё несколько координат в городе: моя берлога, некогда разгромленная, а потом восстановленная эльфийскими принцами, гостиничный номер на одном из подземных уровней, ещё один номер в респектабельном районе и пентхаус.

– Хорошо, буду пробовать.

– Сможешь удержаться от прыжка, если почувствуешь, что точка не та?

Ларс сделал выпад, я уклонилась и стремительно ушла от сразу последовавших атак.

– Не знаю, – ответила, когда мы опять закружились.

Наставник снова попытался пробить мою защиту. Я отпрыгнула, сгруппировалась, готовясь встретить его новый выпад, но Ларс застыл. И словно забыв о тренировке, в изумлении смотрел мне за спину. Я сначала подумала, что это обманный трюк, потом, что это Эмит с Милисентой вернулись. Но чтобы такое удивление из-за нашей парочки?

Оглянулась и тоже замерла, не веря своим глазам. Прямо посреди двора дрожало пространство открывающегося портала.

Лисехвост мгновенно оказался рядом и пихнул себе за спину.

– Нира, беги!

Зерно здравого смысла в приказе наставника было, если бы не одно огромное «Но!» - портал открывался в полном соответствии с моими перемещениями. Я неоднократно видела голозаписи своих прыжков, сделанные Риком. И то, что сейчас происходило, объяснялось очень просто...

В мерцании пространства появились очертания двух человек, и когда они стали узнаваемыми, я бросилась навстречу.

– Ри-и-и-к!

Мужчина обернулся на мой крик, но тут пространство дрогнуло, и я поняла, что нестабильный портал вот-вот схлопнется. Рик с силой, которая есть только у нанитового тела, вышвырнул в нашу реальность голого Эвана. Эльф рухнул коленями на плиты, упёрся в них руками, отчаянно затряс головой, и за его спиной развернулись радужные крылья.

Я застыла с открытым от удивления ртом. Рик смотрел на меня с такой светлой улыбкой, что я отмерла и снова бросилась к нему, но портал с тихим хлопком закрылся. И над двором повисла звенящая тишина. Кажется, даже ветер стих, перестав шелестеть листьями деревьев.

Глава 33

Первым пришёл в себя Ларс.

– Это что, мать вашу, только что было?

Вторым отмер принц Великого Леса.

– Привет, Янира, зачётные ушки, – парень встал с колен, прикрывая ладонями причинное место. – У вас есть во что одеться?

Я открыла рот, закрыла и захохотала. За спиной хмыкнул расслабившийся от того, что никакой угрозы нет, ментор. Эван от дикого смущения покраснел от ушей до шеи, даже грудь пошла пятнами, и стоял, переминаясь, босыми ногами на каменных плитах.

Подойдя к парню, заглянула в глаза. Удивительно, в этом мире мы были одного роста, приятная смена перспективы.

– Эван, но как?

– Да вот, – парень хотел недоумённо развести руками, но быстро опомнился и вернул их на место, покраснел ещё сильней и спросил почти жалобно. – Так что насчёт одежды?

– Сейчас принесу штаны твоего брата, – Ларс окинул взглядом принца, хмыкнул и пошёл к едва заметной тропе на склоне, ведущей к его дому.

Я тоже улыбнулась. Правильно, хорошего понемногу, незачем шокировать возможностями лисехвостов парня, и без того пребывающего в слегка невменяемом состоянии от собственных крыльев. Он всё норовил вывернуть шею, заглядывая себе за спину, пока не додумался просто развернуть их вперёд.

– Обалдеть, они что вместо магии?

Я кивнула, изо всех сил сдерживая веселье.

– Эван, как у вас получилось? – и более важный вопрос. – Ты насовсем или вернёт обратно?

Парень тряхнул головой, усилием воли отвёл взор от мерцающей радуги и, глянув на меня, расплылся в широченной улыбке.

– Нет, переход полноценный, я остаюсь и домой уже ножками.

Спрашивать, как у Рика получилось, не имело смысла. Не зря он тогда взял кровь, сказав, что нужно моё ДНК. Способность телепортироваться заложена в конструкции моих генов, вполне логично взять образец и создать нанитовое тело с похожей конфигурацией... что Рик и сделал.

От восхищения, смешанного с ужасом: что будет, когда об этом узнают главы корпораций? – перехватило дыхание. Неудивительно, что Рик обрубил все каналы связи. Если до него доберутся, распотрошат сознание по килобайтам, пока не найдут код его гениальности.

Эван c интересом наблюдал за сменой моих эмоций, и пока мы были одни, полюбопытствовал:

– Кто этот тип?

Интересуется, что за отношения у нас с Ларсом? Хотела бы я сама знать.

– Сородич, наставник... – я помолчала, не зная, как описать свои чувства к ментору. – И немного друг... наверно...

Про Хранителей говорить не стала, ни к чему это. Ларс фыркнул. Так и знала, что услышит.

А Его Высочество ничуть не удивился такой формулировке. У самого, наверно, таких непонятных друзей половина Великого Леса.

– Ясно.

Услышав шаги ментора, я посторонилась. Лисехвост приблизился, сунул Эмиту подмышку штаны и, развернув меня за плечо, сказал с ехидцей:

– Прекращай таращиться, смущаешь парня.

Я снова засмеялась, и решила пока не рассказывать Эвану, что у меня есть видео его фееричного появления. Подарю когда-нибудь на день рожденье, если однажды окажусь в Ротане. За спиной зашуршала одежда, и через пару мгновений парень облегченно вздохнул.

– Ну наконец-то.

Я обернулась. Рослый эльф в штанах, босиком и с голым торсом смотрелся впечатляюще. Иногда одежда делает некоторых индивидов гораздо более сексуальными, чем её полное отсутствие. И средний принц тому доказательство.

– Эван, а почему в таком виде?

Я думала, парень сейчас расскажет, что это технические трудности, помню, Рик говорил, что поначалу и с моими переходами были проблемы, но новоявленный эльф вдруг снова густо покраснел.

– Да потому, что у Рика такое чувство юмора.

– Не может быть, – не выдержав, я покатилась со смеху.

– Смейся, смейся, – обиделся Эван и, скрестив руки на груди, обиженно отвернулся.

– Нет, правда, ну не мог Рик, – выдавила сквозь смех. – Он не такой.

– Да ну? А по мне так вполне. Или думаешь я сам это придумал?

– Нет, конечно, – поспешила заверить обиженного парня, что ничуть не сомневаюсь в его благоразумности, – просто думала, это технические трудности.

Эван расслабился и признался.

– Да повздорили мы, между прочим из-за тебя. Эрик ляпнул, что любой дурак справится с путешествиями. Рик заявил, мол, попробуй без знаний языка, денег, жилья и знакомств оказаться в другом мире. Брат завёлся, а отдуваться пришлось мне. Кто же пустит престолонаследника через экспериментальный портал?

– Вы долго посреди двора стоять будете? – наконец вмешался Ларс.

– Да, кстати, – встрепенулся Эван. – А где Эмит?

– К девушке помчался, скоро будут, – опять ответил лисехвост и, развернувшись, направился к дому.

Мы пошли следом. Оказавшись на кухне, я поняла, что готовить завтрак предстоит мне, и опять засмеялась. Надеюсь, их желудки выдержат. Моих талантов хватило на подгорелую яичницу – ну не умею я регулировать температуру на дровяной печи, – слишком крепкий травяной отвар, от которого сводило скулы, и порезанный крупными ломтями крошащийся хлеб.

Мужчины и глазом не моргнули – съели завтрак и, прихватив кружки с отваром, расположились на террасе, ждать возвращения сладкой парочки. А я отправилась разбирать принесённую с Земли одежду. И заодно решить, куда её деть? В доме не было предусмотрено ни одного места хранения.

И, конечно, подслушивала разговоры эльфа и лисехвоста. Эмит интересовался миром и своими крыльями. Ларс вздохнул и начал объяснять новоприбывшему, что с этими самыми крыльями делать. Я тихо смеялась, слыша в голосе наставника обречённые нотки, когда он понял, что скоро эльфов станет больше и каждый будет задавать одни и те же вопросы.

Осознав, что в скором времени объявится Его Величество, стало совсем не до веселья. Рик в другом мире, мы с Милисентой здесь. И если правящая семейка эльфов решит прихватить нас с собой в Ротан, то противопоставить нам нечего. Разве что просить заступничества у Хранителей.

Рука невольно потянулась к горлу, и я сжала под майкой кулон-ключ, подаренный ментором. А что если...

«Ларс», – позвала еле слышно.

«Даже не думай», – правильно понял меня наставник.

Вернувшись в дом, якобы за добавкой отвара, оказался рядом и зашептал прямо в лицо:

– Ты не готова, не смей к ним соваться.

– Эльфы уведут нас.

Лисехвост хищно улыбнулся, обнажая клыки.

– Ну пусть попробуют.

У меня отлегло от сердца. Вспомнились слова Эмита, что без добровольного согласия даже Хранители не могут преодолевать мембраны миров. Так что надежда отвязаться от этой семейки всё же есть.

К моменту, когда услышала возвращающихся Эмита и Милисенту, успела разложить одежду в нише для постельного белья. Пальто сминать было жалко. Придётся снова наведаться в город и на последние серебреники купить пару вешалок. И зачем только я его взяла, все равно рукава оказались слишком короткими из-за разницы в росте.

Встреча братьев происходила эпично. Милисента улыбнулась мне, бросила взгляд на Эвана, поджала губы и с полной корзиной продуктов скрылась в доме. Я же осталась посмотреть. Два рослых эльфа, похожие друг на друга как две капли воды и в то же время отличающиеся столь разительно, что ни за что не спутаешь. Сконфуженный Эмит, пышущий гневом Эван, от чего мышцы на плечах и спине вздулись, кулаки сжаты, он явно сдерживался, чтобы не врезать непутёвому брату. А ещё я вспомнила, что именно Эван не сдержан на язык.

–Ты какого хрена припёрся в этот мир? Мало того, что нас с отцом дома нет, так и ты свалил.

Ларс переместился ко мне на террасу, подпёр спиной стену дома и, потягивая отвар, с улыбкой наблюдал за разборками.

Эмит медленно отступал под натиском брата.

– Не хватает старшего, – произнесла тихо. – Интересно будет посмотреть, когда они соберутся вместе.

– Есть ещё третий? – спросил ментор.

Я кивнула

Ларс усмехнулся.

А Эван продолжал теснить брата, не стесняясь в выражениях, выговаривая непутёвому младшему всё, что о нём думает.

– Дома обстановка хрен знает какая, а у тебя мысли только о девчонке. Отец что сказал? Сидеть во дворце, он всё решит. Эмит, какого фига? Тебе что простое поручение дать нельзя?

– Сейчас вспылит, – расплылся в улыбке наставник.

Я тоже ждала, когда младшего прорвёт. В какой-то момент Эмит и правда остановился, набычился и тоже попёр на брата.

– Эван, это моя женщина, я в своём праве, а дома мог остаться ты!

Средний брат остановился, расслабился, расплылся в улыбке от уха и до уха и сграбастал младшего в охапку.

– Бестолочь ты, Эмит. Когда уже повзрослеешь!

Возвращались они в обнимку за плечи. Увидели нас с Ларсом, остановились перед ступенями террасы, и Эван потянул носом.

– А чем так вкусно пахнет?

– Милисента готовит, – я еле удержала рвущуюся на лицо улыбку.

– Да-а-а-а? – протянул средний принц, хитро сощурился и ещё крепче прижал к себе взбрыкнувшего брата. – Янир, прости, ты классная девчонка, но Рику повезло, что он нанитовый. Ты отвратительно готовишь, а вот стряпню невестки я с удовольствием попробую.

То, что её записали в невестки, леди Стоутон не оценила и сверлила Эмита таким взглядом, что бедный парень пару раз чуть не подавился.

– Ладно, ладно, прости. Знаю, говорить о будущем пока рано, но я всё равно рад знакомству.

И так улыбнулся девушке, что Эмит дёрнулся, нахмурился, бросил взгляд на Милисенту и, видя, что она возмущена попытками среднего брата подлизаться, успокоился, а потом снова вздрогнул, когда эльфийка припечатала:

– Я никуда с вами не пойду! Ясно? Мне и в этом мире хорошо живётся.

– Ясно, ясно, – тут же согласился Эмит и снова расплылся в улыбке. – А в гости к племяннику приходить можно?

Девушка одарила его таким замораживающим взглядом, что улыбка парня сползла с лица.

– Я подумаю.

Поднявшись из-за стола, она отошла к плите. И я поспешила помочь мыть посуду. Увидев, как девушка старательно отворачивается от братьев, пряча улыбку, тоже повернулась к ним спиной, чтобы своим весельем не портить ей игру.

Следующие несколько дней превратились в настоящий цирк. Милисента отказалась возвращаться в город, Эмит тоже остался, Эвану идти было некуда, и братья оккупировали дом Ларса. Наставник от подобной наглости обалдел, пробормотал, что чувствует себя распорядителем сиротского приюта, и отправился в город за дополнительными одеялами, заявив, что без матрасов и подушек ушлые эльфы обойдутся.

А потом Эвану стало скучно, и он решил приударить за девушкой брата. Подруга бесилась, Эмит медленно закипал от злости, а средний принц, не обращая внимания на нервозную обстановку, откровенно развлекался.

Ларс просёк, что парень таким образом пытается подтолкнуть парочку друг к другу, и тоже потешался над ними, уже не особо расстраиваясь, что пришлось потесниться. А я получила ещё несколько дней отдыха, потому что какие могут быть тренировки, когда от вечно ругающихся эльфов нет никакого покоя.

В один из дней проснулась до рассвета, тихонько, чтобы не потревожить спящую подругу, вышла из дома и, расположившись на террасе, стала всматриваться и вслушиваться в окружающий лес. Тихий птичий пересвист, далёкий шум бегущей по каменистым перекатам бурной реки, наполненный терпкими ароматами прелых листьев, грибов и поздних ягод прохладный воздух погружали душу в тихое умиротворение. Поднявшийся от воды туман заполнил дно ущелья и повис клочками на склонах, и сквозь его дымку стали пробиваться первые солнечные лучи, осветив противоположные вершины и позолотив верхушки деревьев.

Ларс появился абсолютно неслышно, взошёл на террасу и сел рядом. Опёрся спиной о колонну и прикрыл глаза, тоже вслушиваясь в окружающее пространство. Я больше не чувствовала неприязни к сородичу. И даже смущающая мысль, что ему меня навязали Хранители, и он возится со мной не по-своему желанию, тоже растворилась, уступив место признательности.

– Спасибо, что согласился учить, – произнесла едва слышно, чтобы не нарушать очарование этого утра.

– Не за что, – так же тихо, не открывая глаз, ответил ментор.

И снова молчание, только уже другое, спокойное и дружелюбное.

И надо же было именно в этот момент появиться двум неугомонным эльфам.

Ларс не сдержал раздражённого вздоха:

– Как же они мне надоели!

В этот миг я была солидарна с сородичем. От братьев и у меня на загривке шевелюра вставала дыбом и обнажались клыки в едва сдерживаемом рыке. Но в этот раз принцы не ругались, выглядели серьёзно и шли именно к нам, а не надоедать Милисенте.

Я насторожилась, когда они подошли к дому и тоже расселись на террасе.

– Нира, у нас проблема, – заговорил Эван.

В голосе не было даже намёка на дурашливость, сейчас передо мной сидел серьёзный умный парень.

– Рик говорил, что на перезарядку портальной установки нужно два дня, и он сразу отправит к нам Эрика. Прошло уже три, как бы не случилось беды. Он просил не говорить, но их с Сорином взяли в осаду. Даже дипломатический статус отца не помогает. Ваши правители в конец озверели.

Первое, что я поняла, – Рик никому не признался, что нет никакой портальной установки, это он открывает портал, и два дня нужно на перезарядку его энергоблока. Второе – что мне срочно нужно домой. Вот прямо сейчас.

Ларс понял без слов.

– Мы поможем, – встал и кивнул братьям.

Те, как по команде, подскочили. И если Эмит имел представление о возможностях лисехвостов, то для Эвана то, как Ларс в два прыжка преодолел тридцать метров крутого склона и скрылся в своём доме, стало настоящим шоком. И окончательно уронил челюсть, когда ментор одним прыжком спрыгнул вниз. Вручил ошалевшим эльфам по посоху, а сам взял в обе руки парные клинки.

– Нира, ты без оружия против троих, – скомандовал наставник и без предупреждения атаковал.

Я перекатом через спину ушла от удара, вскочила и бросилась на ментора, чувствуя бешеный выплеск адреналина. Эмит, крутанув посох, крадучись зашёл за спину и тоже ринулся в бой.

– Вы охренели? – выдохнул Эван.

Его никто не слушал. Я крутилась, являя чудеса акробатики, пытаясь увернуться от атаки двух противников, чувствуя, как пульсирует дар, но адреналина не хватало, чтобы он активировался. Хоть иди и снова в пропасть прыгай!

– Эван! – зарычала уже я.

– Вы сами напросились, – рыкнул принц, и его удар едва не достиг цели.

А потом для меня всё слилось в смазанную картину. Атакующие эльфы, стремительные перемещения ментора, выбежавшая на шум драки Милисента, от испуга прижавшая руки к груди. И удар двумя клинками Ларса – один в плечо, второй под рёбра.

Подруга закричала и без чувств осела на руки успевшего подхватить её Эмита. Перед глазами мелькнуло белое как мел лицо Эвана, и я прыгнула.

Глава 34

Зажимая руками рану на боку, затуманенным взором обвела взглядом гостиную в своём пентхаусе. Его Величество Эридан эрд Норинтейн подскочил с дивана и совершенно не по-королевски вытаращился на меня в немом изумлении.

– Нира? – выдохнул мужчина.

– Ри-и-ик! – крикнула, чувствуя, что теряю силы.

Но вместо любимого ко мне кинулся Владыка Великого Леса, подхватил на руки и рявкнул во всю мощь лёгких:

– Сорин!

Домашний искин появился почти мгновенно, оценил обстановку и сокрушённо выдал:

– Что, опять?

– Медкапсулу, быстро! – скомандовал Его Величество.

В голове шумело от бурлящего в крови адреналина, перед глазами пульсировали красные круги. Опустилась прозрачная крышка медицинской капсулы и немного отпустило. Я видела склонившиеся надо мной шокированные лица эльфов и голографическое лицо Сорина. Но где же Рик?

Когда система признала повреждения не критическими и за десять минут зарастила мышцы, крышка автоматически открылась, Эрик подал мне руку, помогая выбраться. Встав на ноги, почувствовала, как меня повело. Удерживая равновесие, схватилась за медкапсулу и вскинула руку, призывая Его Величество оставаться на месте.

– Где Рик? – спросила у Сорина, а сама впилась жадным взором в голограмму домашнего искина, выискивая в нём родные черты. Но их не было. Он не был похож на моего отца. Но почему-то от моего взгляда смутился и указал в сторону лестницы на нижние этажи.

– Он там, но, Нира, тебе не стоит...

Я уже не слушала, бросилась к лестнице, сбежала вниз и застыла, чувствуя, как в груди всё сжимается от ощущения беды.

Рик в нанитовом теле стоял застывшей статуей посреди холла. Невидящие глаза открыты и в зрачках мелькают бегущие строкой цифровые коды.

– Его пытаются взломать, – едва слышно произнёс появившийся рядом Сорин.

– Соедини меня с Александром! – приказала искину.

Передо мной тут же развернулось окно голосвязи с сигналом вызова, и пока ждала ответ, краем сознания отслеживала бегущие секунды в допреальности. Предыдущий прыжок продлился двадцать минут. Прошло уже двенадцать.

Рябь стала сильнее, её сменил синий фон и следом за ним появилось изображение пасынка.

– Александр, остановитесь, вы его убиваете!

– Янира?

Да что у них у всех с выражением лица? Словно призрака увидели. Когда до главы корпорации дошло, что ему транслируют не видеозапись, и это действительно я, выражение удивления сменилось жёсткой решимостью.

– Я не могу отменить взлом. Рик сделал свой выбор.

Глубоко вдохнув, я вспомнила свой сон и, медленно выдохнув, улыбнулась.

Князь Лисовский вздрогнул.

– Я тебя услышала. Тогда и я его делаю.

– Нира, опомнись, Земля – твой мир! – Александр вскочил и подался вперёд, упёршись руками в свой огромный стол.

Моя улыбка стала шире.

– Уже нет.

Взмахом руки отменила вызов и обернулась к напряжённо застывшим эльфам. Но они меня сейчас вообще не интересовали.

– Сорин, сколько Рик продержится?

Голограмма дворецкого пошла рябью, выдавая, что искин делает вычисления.

Вскоре последовал лаконичный ответ:

– Без повреждения логов сознания двое суток. Потом собрать его будет уже невозможно.

– Этого достаточно.

Я ринулась наверх к медкапсуле, вывела панель управления и стала задавать нужные параметры. Сорин вновь появился рядом.

– Ваша Светлость, что вы делаете?

– Эвакуирую нас на Мальхаут, – обернувшись, посмотрела на эльфов. – Кто прыгает со мной первый?

– Эрик, – без колебаний ответил Его Величество.

– Отец...

– Не обсуждается! – мужчина даже не глянул на сына, смотрел на меня с предельной серьёзностью. – Что от меня требуется?

– Нужно заложить взрывчатку в сорок пять верхних этажей башни, чтобы от неё даже пыли не осталось.

– Где её взять?

– Я покажу, – Сорин опять пошёл рябью, раздвоился и один помчался с Его Величеством на технический этаж, второй остался рядом.

– Сорин, где ваши лаборатории?

– Я их зачистил, там только роботы-манипуляторы остались. Данные скопировал на свой сервер, но раз мы его уничтожаем, они будут утеряны.

– Ладно.

Бросать разработки Сорина и Рика было жалко, но что такое массивы информации в сравнении с теми, кто их создал? Для меня выбор был очевиден.

Неожиданно раздавшийся голос Сорина в голове стал сюрпризом:

«Я сохранил копии на кристаллах, их нужно эвакуировать в первую очередь».

«Сделаю».

От мысли, что данные всё же не будут утеряны, улыбнулась.

«Вы что и разработки других лабораторий присвоили?»

«Княгиня!»

Столько возмущения было в этом возгласе, что я расплылась в улыбке.

«Чужого нам не нужно. Ещё не хватало обвинений в воровстве».

«Понятно».

– Что с моим кристаллом?

Как хорошо общаться с искинами. Сорин понял без всяких пояснений и тоже перешёл на обычную речь.

– Активирую.

– Есть два заряженных блока и запасной для Рика?

Дворецкий кивнул.

– Отлично. Подготовь наниты для двух тел.

Медкапсула закончила обрабатывать мою команду, откинув крышку, я выгребла два десятка ампул с адреналином, схватила пистолет инъектор, вставила одну ампулу и сделала себе укол в бедро.

– У тебя сердце не выдержит, – Эрик оказался рядом и, несмотря на свои же слова, отобрал у меня инъектор и зарядил новую ампулу.

– Других вариантов нет.

Я знала, что Сорин может собрать тело, способное открывать портал, но мне не хотелось показывать эту способность эльфам. Если они с Риком молчали, то и я не собиралась посвящать Его Величество в наши тайны.

– Тридцать две минуты, Ваша Светлость, – обратил моё внимание на таймер искин.

– И я всё ещё здесь. Сорин, какой максимальный дополнительный вес для моих перемещений вы рассчитали?

– Сто килограммов.

– Рику потребуется антиграв, иначе не перенесу.

– Но ты же сказала приготовить наниты для двух тел, – удивился Эрик.

Я криво улыбнулась.

– Одно Сорину, второе мне, если сердце не выдержит.

Парень судорожно вдохнул.

– Княгиня, время! – напомнил искин.

Я и сама чувствовала, как вокруг начинает искажаться пространство из-за открывающегося портала. Эрик сообразил мгновенно, шагнул ко мне, крепко обнял, и нас бросило в другой мир.

Шокирующая тишина длилась недолго. Эрик разжал руки, пошатнулся, делая пару шагов назад, и остановился. Братья тут же оказались рядом. Я же выхватила из рук наследника инъектор и всадила следующий укол.

Ларс правильно понял, что я собираюсь сделать.

– Уверена?

– Абсолютно.

Меня снова швырнуло в портал. Только в пентхаус я не попала, оказалась на углу улицы, где в ту памятную ночь перенесла нас с Риком в гостиницу к Милисенте. Окно допреальности мигало как сумасшедшее, показывая, что заряд батареи на исходе. Понимая, что башня сейчас осаждена военными и в неё не прорваться, я сделала единственное, что было в моих силах. Добежала до ближайшего уличного терминала голосвязи, заперлась в кабинке и набрала экстренный код связи с Торгетом Урингтоном.

Учитель ответил почти сразу и скупо улыбнулся.

– Так и знал, что ты позвонишь.

– У меня неприятности, и больше не к кому обратиться.

Мужчина смотрел на меня пристальным взглядом, от которого стало очень неуютно.

– Я в курсе твоих проблем. Это провал, Янира.

– Знаю. И прошу о помощи в последний раз.

Граф перестал улыбаться.

– Что тебе нужно?

– Нанокостюм и несколько зарядных батарей.

– Хочешь проникнуть в башню? – он нахмурился. – Это самоубийство, там сейчас такие силы сосредоточены, на десять кварталов вокруг всё оцеплено.

Я вздрогнула, но бешеный уровень адреналина дурманил голову, заставляя сердце стучать как сумасшедшее и вопреки всякой логике поступать безрассудно.

– Я всё равно попробую.

Не говорить же, что буду пытаться прыгнуть туда порталом. Пусть лучше думает, что я собираюсь использовать для проникновения маскировку «Тени».

Мужчина раздумывал, я отслеживала в допреальности второй таймер. И когда цифра приблизилась к точке обнаружения сигнала службами слежения, сбросила вызов. Покинула кабину голосвязи и пошла спокойным шагом, сливаясь с толпой прохожих, понимая, что Торгета тоже вычислили, в противном случае он бы не стал тянуть время звонка. Последнее, что он мог для меня сделать, дать это понять, тем самым подарив возможность уйти от слежки. И это действительно был провал, потому что за помощью обращаться больше не к кому.

Спустя всего минуту, позади завыли сирены планирующих с верхних уровней аэрокаров службы внутренней безопасности, но я уже спускалась в подземку. Села в первый попавшийся поезд, протиснулась к окну и, упёршись лбом в холодное стекло, смотрела на мелькающие огни подземных станций и даже не почувствовала, как меня снова бросило в портал. Только успела увидеть перепуганные лица пассажиров вагона, потом темнота, вспышка света и осознание, что меня укладывают под одеяло.

– Ей надо успокоиться... – взволнованный голос Эмита.

– Как? – испуганный возглас Милисенты.

Снова темнота и в следующее прояснение сознания почувствовала, как холодная чашка касается губ и меня заставляют пить горький отвар успокаивающих трав, чтобы свети на нет действие адреналина.

Наверно, я спала, не знаю, сознание не отключалось полностью, всегда оставаясь на грани бодрствования. И когда почувствовала прилив сил, резко села, откинув одеяло. Осмотрелась и обнаружила, что в доме я одна. Тихие голоса доносились с улицы. Выйдя на террасу, поняла, что день клонился к вечеру, и я с ужасом осознала, что проспала шесть часов.

Увидев меня, сидевшие у костра наставник и эльфы поднялись и с напряжённым выражением лиц смотрели, как я иду к ним. Ларс подхватил под локоть, помог сесть рядом. Милисента тут же сунула мне в одну руку огромную кружку с чем-то горячим и бодрящим, в другой руке оказался шампур с мясом, и я вгрызлась в него, чувствуя, как желудок сводит от голода. И только проглотив половину мяса, смогла выдавить.

– Спасибо. Мне правда нужно было отдохнуть.

Ела в молчании. Так же молча взяла протянутый инъектор и вколола двойную дозу адреналина. Сразу открылось второе дыхание. Тело налилось силой и в нём появилась пьянящая лёгкость. И хотя сердце почти не выдерживало, я наконец почувствовала полный контроль над своим даром.

На этот раз портал открылся там, где я хотела. В гостиной пентхауса, залитой синим светом прожекторов, парящих вокруг военных боевых машин. От штурма спецназовцев удерживало окутывающее все верхние этажи защитное поле. Зная, сколько энергии нужно, чтобы его держать, чувствовала, как время утекает сквозь пальцы.

– Сорин, – позвала спокойным голосом.

– Я здесь, княгиня.

Искин появился рядом и подарил тёплую улыбку. Я тоже улыбнулась, странным образом не чувствуя паники. Это утром я была на грани истерики, а сейчас, когда окончательное решение принято, действовала так, будто всегда знала, что однажды это случится.

– Запускай уничтожение данных. Не хочу, чтобы хоть что-то осталось.

Голограмма дворецкого пошла рябью. Он выполнял команду.

– Где Его Величество?

– Заканчивает установку зарядов.

– Поторопи его, надо уходить.

Голограмма искина исчезла, а я отправилась в кабинет. Приложила ладонь к скрытой на стене панели, открыла потайную комнату и, шагнув внутрь, тут же заперла дверь, беря новые координаты. Сорин ещё утром сбросил указания, что именно из хранящегося здесь нужно взять. И упаковал ящиками по семьдесят килограммов. Это были кристаллы с информацией, копившейся на сервере все эти годы. И то, что можно увести из-под носа корпораций все разработки Сорина и Рика, вызывало злорадное удовлетворение.

Теперь осталось совершить невозможное – сделать серию прыжков и перенести всё это на Мальхаут. Ещё один укол адреналина. И понимая, что рискую, прикоснулась сразу к двум ящикам, открывая портал.

Меня ждали. Эльфы удивились, что я без Его Величества, но споро подхватили ящики и оттащили в сторону. Ещё укол, новый прыжок. Снова взяться за ручки сразу двух ящиков и опять открыть портал. И так, пока тайный склад Сорина не опустел. Осталось только моё нанитовое тело. Его решила не трогать, потому что чувствовала, оно может понадобиться. Оставив вход открытым, вернулась в пустую гостиную. Стараясь держаться подальше от окон, спустилась вниз к Рику и замерла перед любимым.

Он был всё так же неподвижен, те же бегущие светящиеся строки в зрачках. Я знала, его сознание не здесь. Он удерживает оборону сервера, давая нам шанс уйти. Протянув руку, провела ладонью по ледяной скуле и, привстав на цыпочки, коснулась губами неживых губ, вдруг... вдруг он почувствует?

– Янира? – услышала изумлённый возглас Его Величества.

Усилием воли заставила себя отойти от любимого. Сейчас я ничем не могу ему помочь. Обернувшись, невольно улыбнулась ошеломлённому выражению лица мужчины.

– Вы всегда знали, кто такой Рик.

– Знать и осознавать – это разные вещи.

Я неопределённо пожала плечами.

– Вы готовы?

– Да.

Он приблизился, и я отметила, что правитель тоже старается держаться подальше от окон. Поле полем, но оно может отключиться в любой миг и лучше быть подальше от группы захвата, готовой в любой миг ворваться в пентхаус.

На этот раз я сделала сразу две инъекции адреналина. Сама шагнула к замершему мужчине, обняла за талию и прижалась к груди, где спокойно и размеренно билось мощное сердце. Эридан вообще не испытывал страха.

Он мягко обнял меня за плечи.

– Удержишь? – шепнул в макушку. – Я вешу больше ста килограммов.

Я вспомнила семидесятикилограммовые ящики, которые переносила сразу по два и уверенно кивнула.

– Удержу.

Наше появление не вызвало шквала эмоций. Его Величество даже не стал ругать непутёвого младшего сына, когда увидел Эмита рядом с братьями. Лишь кивнул, здороваясь, и вернул внимание на меня. Он всё ещё не разжимал объятий, и я знала, что он чувствует, как сумасшедше стучит моё сердце, а тело трясёт мелкой дрожью. Его даже не удивил мой вид лисехвоста и собственное преображение в эльфа, лишь тихо спросил:

– Устоишь на ногах, если отпущу?

Я была в этом не уверена, но кивнула, разжимая руки и отступая от Его Величества.

На этот раз портал открылся без всяких усилий, будто и у моего дара открылось второе дыхание. Я вздрогнула от испуга, увидев своё тело посреди гостиной.

– Сорин, какого чёрта, не пугай так больше.

– Простите, Ваша Светлость, – искин появился рядом и стал собирать собственное тело. – Нира, мне так жаль, я бы хотел остаться вместо Рика, но не могу подключиться к системам, он заблокировал мне все доступы.

Глупое сердце сжалось от пронзившей боли. Мы оба понимали, что Рик пожертвует собой, если не будет другого способа предотвратить окончательный взлом, до конца защищая меня и тайну дара.

Сорин взял меня за руку, коснулся пульса на запястье и поджал губы.

– Вы должны остановиться, максимум два прыжка.

– Больше и не нужно.

Глянув на домашнего искина вновь попыталась найти в нём знакомые черты, чем кажется его смутила.

– Княгиня?

– Ты ведь мой отец?

Сорин вздрогнул, глаза расширились, а потом плечи его поникли.

– Нет, Ваша Светлость. В момент нападения на лаборатории технология виртуализации сознания находилась в стадии разработки. Ваша мать погибла, а сознание отца было фрагментировано, рассеяно по всей сети и уничтожено антивирусными программами. Рику удалось найти всего несколько уцелевших частей кода, именно они дополнили матрицу моего сознания, что позволило из искина развиться до полноценного вирта.

Я почувствовала, как глаза защипало от сдерживаемых слёз. Я знала, что родители погибли, давно с этим смирилась и не была наивной, чтобы считать тот сон вещим. Но то, что крупица родного человека сохранилась в Сорине, переполнило чашу и без того зашкаливающих эмоций. Всхлипнув, я обняла дворецкого и, глотая слёзы, прошептала:

– Ты всё равно мой отец.

Руки вирта крепко обняли и с огромной нежностью прижали к нанитовой груди.

– Я тоже люблю вас как дочь, Ваша Светлость.

– Я больше не княгиня. Я твоя дочь Нира.

И случилось немыслимое. Глаза Сорина тоже заблестели от слёз.

– Девочка, отпусти, у Рика осталось мало времени. Как только он отключится от систем, у вас будут мгновения, чтобы уйти.

Я кивнула, размазывая по щекам слёзы. Вирт тепло улыбнулся, и я вновь открыла портал, с удивлением отметив, что пространство больше не сопротивляется, и мне не нужно тратить колоссальное количество энергии на его преодоление.

На этот раз наше появление было встречено дружным удивлённым возгласом. Сорин огляделся, но эльфы его не волновали. Увидев свои ящики, он направился сразу к ним, вскрыл верхний и облегченно улыбнулся.

– Получилось.

Ко мне подскочил Ларс, выхватил из трясущихся рук инъектор и сам вколол двойную дозу адреналина. Я благодарно кивнула и открыла, не знаю, какой по счёту, портал.

За окнами пентхауса за пределами защитного поля всё так же кружили военные аэрокары. Одну десантную группу я увидела на балконе. Рослые, решительные мужчины, закованные в военную чёрную броню, воздействовали на поле излучателями, заставляя силовой купол в этом месте светиться и искриться. Система жизнеобеспечения давно отключилась. В темноте и абсолютной тишине это сияние и треск в свете лучей прожекторов выглядели особо зловеще.

Вновь наткнувшись взглядом на своё тело, непроизвольно вздрогнула. И тут один луч прожектора выхватил меня в темноте гостиной. Военные на миг замерли и стали ломать силовой купол гораздо активнее. Я подскочила к нанитовой кукле и, чётко придерживаясь инструкций Сорина, вынула из неё энергоблок. Чувствовала я себя вполне сносно, значит, тело мне не понадобится. Но если блок сдетонирует со взрывчаткой, заложенной в сервере, от города мало что останется. Я хотела уйти красиво, но не до такой степени. Сорвавшись на бег, под взглядами военных промчалась по лестнице, на миг затормозила возле тела Рика, чтобы вынуть и из него энергоблок, сунула оба в карманы и помчалась в серверную. Там с главной консоли я смогу с ним связаться.

Сервер был похож на новогоднюю гирлянду. Все системы мигали угрожающими красными огнями, сообщая, что взлом продолжается. Оказавшись у консоли, открыла голографическую панель, и сердце ушло в пятки, а от отчаяния хотелось разреветься. Такое ощущение, что атаки шли со всех серверов планеты. Отражая одну, Рик мгновенно менял кодировку, чтобы отразить следующую. И скорость работы его сознания была настолько запредельной, что он просто меня не слышал.

Я даже не стала пробовать пробиться через блоки. Моих знаний для этого было недостаточно. Зато были чёткие инструкции Сорина, что делать. Строго соблюдая последовательность, создала команду на загрузку сознания Рика на кристалл, уже вставленный в консоль сервера. Затаив дыхание и до крови закусив губу, я смотрела, как в кристалле появилась первая искра, и он начал наливаться светом. Сервера будто взбесились, замигав так, что в глазах зарябило, взвыли охлаждающие турбины. Скорость передачи данных на панели смазалась в сплошную рябь, и когда кристалл засиял и погас, сигнализируя, что загрузка завершилась, мгновенно выдернула из консоли.

Свет погас так внезапно, что я вздрогнула, а потом ощутила холод хлынувшего в пентхаус ледяного воздуха. Защитное поле отключилось. Наверху послышались взрывы, и звук разбившегося стекла – это военные штурмом проникли в башню. Трясущимися руками я вставила кристалл в браслет. Не знаю, может, это уже не Рик, а шпионская программа. Но я всё равно не могла сделать большего. И от собственной беспомощности хотелось просто умереть.

В темноте на ощупь добралась до главного сервера и, ощутив под пальцами прикреплённую к нему взрывчатку, нажала кнопку. И едва успела открыть портал, когда полыхнуло огнём.

Взрывной волной меня выбросило в другой мир. Чудовищный взрыв выворотил и разметал деревья вокруг дома. Огненный протуберанец, полыхнувший через портал, едва не спалил заживо отброшенных взрывом эльфов. Устоял только Сорин, благодаря силовому полю оставшийся в нанитовом теле. Бросившись ко мне, подхватил, поднимая на ноги.

– Получилось? – отец впился в меня отчаянным взглядом.

– Не знаю.

Понимая, что стою на ногах только потому, что меня держат, разжала скрюченные пальцы, вскрыла окончательно разрядившийся браслет и передала Сорину сияющий кристалл. Бывший искин взял его с особой бережностью, открыл свой браслет, вставил в портативный считыватель. И в темноте ночи, в отблесках полыхающего леса появилась голограмма улыбающегося Рика. Чувствуя огромное облегчение, позволила себе расслабиться и уплыла в обморок.

Глава 35

Придя в себя обнаружила, что нахожусь в доме на горе. Рядом, сидя у стены, медитирует Ларс. Услышав моё шевеление, открыл глаза и улыбнулся до того светлой улыбкой, что я смутилась.

– Ну наконец очнулась.

Прислушавшись к тишине, поняла, что она обманчивая. Снаружи было очень много народу, и это явно не Его Величество с сыновьями.

– Где все?

– Ты про эльфов? – уточнил наставник, и я осторожно кивнула, не совсем понимая, что происходит. – Хранители успели отправить их в родной мир до того, как здесь появилась императорская служба безопасности.

– А Милисента?

– Наотрез отказалась идти с ними, попросила политического убежища и ей разрешили остаться. Побудет под наблюдением пару лет, но с её патологической порядочностью, его снимут через пару месяцев.

И ни слова о Сорине и Рике. Тогда и мне нужно о них молчать. Ларс едва заметно кивнул, подтверждая мою догадку.

Осторожно сев на матрасе, прислушалась к голосам множества мужчин вокруг дома.

– Они...

– Стража. Ты арестована до выяснения всех обстоятельств незаконного проникновения в наш мир, – Ларс сделал жест рукой, мол, обстоятельства настолько неопределённые, что он сам не знает, что наврать стражникам, чтобы не выдать и свою причастность.

Я хихикнула.

– Она ещё и смеётся! Нира, тебя могут посадить, соберись и начинай думать.

– Они нас не слышат? – я имела ввиду стражу, но ментор и так понял и насмешливо фыркнул.

– Это вервольфы.

– У них плохо со слухом?

– Хуже, чем у лисехвостов, – видя, что я не понимаю, пояснил. – Я установил глушилки, так что нет, не слышат.

А взгляд красноречиво досказал, что даже со всеми предосторожностями о некоторых событиях лучше молчать. Я кивнула и сделала попытку встать. Думала, после сумасшедшего перенапряжения той ночи буду чувствовать себя разбитой, но нет. В теле бурлила огромная сила. По ощущениям я могла бежать сутками без остановки и даже не запыхаться.

Я удивлённо посмотрела на ментора.

– Сколько я была без сознания?

– Пять часов.

Мои брови взметнулись в удивлении. То-то с улицы до сих пор тянет дымом. Вспомнив, как горел лес, вздрогнула.

И тут Ларс не выдержал и рассмеялся легко, искренне и, видя моё растущее недоумение, пояснил:

– Прыжками ты довела себя до грани, за которой или смерть, или новый скачок твоих способностей, так что жди сюрпризов.

Сразу вспомнилось, с какой лёгкостью давались последние переходы, словно между мирами не было преград. Закрыв глаза, потянулась к дару. И он, словно ласковый котёнок, радостно откликнулся навстречу моему желанию. Реальность дрогнула, и голова закружилась с такой силой, будто падаю в бездонную бездну, перед глазами вспыхнул сноп ярких искр. И я рухнула на матрас, чувствуя состояние, как при сильнейшем опьянении. Подкатила тошнота, сдавив спазмом горло. И чтобы не случилось чего похуже, рывком села, хватая воздух. Стало немного легче – мутить перестало. И постепенно развеялись мушки перед глазами. Кажется, я всё-таки надорвалась. Тем страннее была реакция лисехвоста.

Медленно... очень медленно ментор расплывался в торжествующей улыбке.

– Я же говорил, что ты бриллиант. Только о своём даре молчи, ясно? Ври, что хочешь, но что путешествуешь по мирам, ни слова. Иначе будет то же самое, от чего сбежала из своего мира.

Я понятливо кивнула, наверно, Сорин прояснил ситуацию нашего спешного переселения в этот мир. Осталось придумать объяснение нашему фееричному появлению. Ладно бы пришла тихонько, и как Милисента попросила политического убежища, думаю, мне бы не отказали. Но я умудрилась разнести полсклона и спалить несколько гектаров леса. И если я правильно поняла Ларса, служба безопасности объединённого королевства прямо-таки жаждет упрятать меня в подземную тюрьму, чтобы я ещё и город не развалила.

– Готова очнуться? – хитро прищурился наставник. – Или ещё в обмороке побудешь?

Я бы и рада притвориться бесчувственной, но сколько не убегай от неизбежного, оно всё равно наступит. Поэтому вздохнула, отгоняя страх, и решительно кивнула:

– Будь что будет.

И всё-таки, несмотря на всю браваду, я отчаянно трусила. И ещё переживала о Рике. Сознание послушно показывало воспоминание, как его голограмма появилась в этом мире. Но что если это не он? Что если, как и в случае с отцом, мне удалось вытащить только фрагменты кода? Сможет ли он восстановиться? Или, как Сорин, разовьётся в совсем другую личность? И будет ли этот новый Рик по-прежнему меня любить?

– Нира, прекрати трястись. Не нужно страхом добавлять себе ещё больше вины, – рыкнул на меня ментор, останавливая на пороге дома. Схватил за плечи, развернул и хорошенько встряхнул. – Соберись, живо. Тебя не убьют, а будут требовать слишком большой срок, попросишь подданства у Эридана, он не откажет.

– И что это даст?

– То, что как обезопасить от тебя свой мир, голова будет болеть не у наших правителей, а у Его Величества, – рассмеялся Ларс и распахнул двери.

Две дюжины рослых мощных мужчин-вервольфов в броне обернулись в нашу сторону и слаженно наставили пики с заискрившимися кристаллами.

– Это лишнее, – Ларс, придерживая меня за одно плечо, свёл по ступеням террасы и передал военным. – Девушка обещала не сопротивляться.

Естественно, никто ему не поверил. И спустя мгновение на моих запястьях защёлкнулись наручники, и в тот же миг нахлынула неимоверная слабость. Теперь могла с огромным трудом передвигаться, будто на меня надели космический скафандр и отключили все сервоприводы. Так и развеялись иллюзии, что на лисехвостов нет управы. Зато я выучила её одно правило выживания своей расы – никогда не попадаться.

Впервые в этом мире мне представилась возможность оценить поездку на местном транспорте. Скорость машина развивала приличную, двигатель работал абсолютно бесшумно, и по идеально ровной дороге она шла очень мягко. По бокам от меня сидело два бойца спецназа, ещё один – напротив. Что странно, я не чувствовала от них агрессии, наоборот, они смотрели с любопытством, и было видно, что закидали бы вопросами о другом мире, но, видимо, разговоры с арестованными были не положены. У меня тоже особого настроения говорить не было, и я смотрела в зарешеченное окно, пытаясь понять, куда мы едем.

Промелькнул Ашентри, конвой из машин свернул на объездную дорогу и вскоре среди леса показался контрольно-пропускной пункт. Я слышала, как из первой машины по рации старший по званию офицер доложил о возращении, и нас пропустили, не останавливая. Тюрьма в этом мире мало чем отличалась от подобных ей на Земле. Серое мрачное здание удивило тем, что окна здесь без решёток, а огромная железная дверь способна пропустить рослых вервольфов.

Держа под локоть, меня высадили из машины. Я завертела головой, высматривая Ларса, но его не было.

– Вперёд, – скомандовал конвоир, впервые заговорив.

Внутри здание полностью оправдывало своё назначение. Серые, безликие коридоры с железными дверями без обозначений. Меня завели в одну из комнат, и я впервые не на шутку испугалась, оказавшись в пустом помещении в компании мужчин. Второй сопровождающий обогнул нас, подошёл, приложил к стене ладонь с кристаллом, и стена исчезла, открывая портал. Теперь стало понятно, почему здание такое маленькое и практически без охраны. Это всего лишь административный корпус.

Меня провели через портал, и мы оказались в настоящей тюрьме, которая могла располагаться в любом месте планеты. Разбегающиеся во все стороны мрачные, едва освещённые, каменные коридоры наводили на подозрение, что мы внутри горы или глубоко под землёй. Всё так же молча, продолжая удерживать за локоть, конвоир довёл до пустой камеры, завёл внутрь и только тогда отпустил.

– Руки, – скомандовал он, и когда я протянула, разъединил наручники, превратив в браслеты, но от этого их свойства не изменились. Я всё так же не могла быстро двигаться.

– Надолго я здесь? – решилась задать мучающий вопрос.

– Это мне неизвестно. За вами придут для допроса, – шагнув назад, вервольф окинул меня сочувствующим взглядом, вышел и запер дверь на засов.

Оставшись одна в слабо освещённой камере, присела на деревянный остов единственной кровати, ни матраса, ни подушки не было. Из-за выпирающих бортов сидеть стало неудобно – лисехвосты не отличались пышными формами, и я пересела на пол, опёршись о кровать спиной. Подтянула колени к груди и, обхватив их руками, прикрыла глаза, потому что смотреть в камере было не на что. Но стоило закрыть глаза, как подкатила знакомая тошнота, головокружение и снова искры. Только бы не упасть в обморок, только не это!

Головокружение усиливалось, хотелось опереться хоть на что-то, и я до боли вцепилась в ножку кровати. Сознание с неимоверной скоростью неслось по чёрному тоннелю, и меня словно вытолкнуло в бескрайний космос. Умом я понимала, что никакого перемещения не произошло, я до сих пор в тесной тюремной камере, но перед взором простиралась бездна мироздания с мириадами сверкающих миров. Они выглядели так же, как показывали Хранители, - сверкающие, переливающиеся сферы, внутри которых закручивались спирали галактик. И стоило сосредоточить внимание на одном, как он начинал стремительно приближаться, застилая всё пространство. И я могла рассмотреть звездные системы, заселённые планеты и даже материки и океаны.

Из сверкающих грёз меня выдернул звук отпирающегося замка. Сознание, ошеломлённое грандиозностью мироздания, не хотело фокусироваться в одной маленькой точке. Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы вновь осознать себя в тюремной камере. И ещё спустя несколько мгновений я поняла, что меня внимательно рассматривают.

Повернув голову, подняла взгляд на двух высоких эльфов в дорогих одеждах. У обоих пальцы все в перстнях, у одного на груди золотая цепь с драгоценным камнем, наверно, она означает какой-то ранг, ещё бы знать, какой именно, а то, может, нужно вставать и поклоном приветствовать представителей закона.

С огромным трудом, преодолев действие браслетов, встала, выпрямилась во весь рост и прямо посмотрела на обоих эльфов. Осознание, что за мной нет никакой вины, придавало смелости. Тот, что с цепью, перевёл взгляд на мои запястья, нахмурился ещё сильней, дал знак своему спутнику и тот, кивнув, развернулся и исчез в коридоре.

Оставшийся эльф снова перевёл взгляд на моё лицо.

– Лисехвост, значит. Кем ты была в своём мире?

– Человеком.

Голос прозвучал на удивление хрипло. Только сейчас я ощутила дикую жажду и неприятную сухость.

– Тебе не давали пить? – эльф бросил быстрый взгляд на откидной столик, где стояла тарелка с нетронутой едой и стакан с компотом.

Для меня их наличие тоже стало открытием. Я совершено не помнила, когда их принесли.

– Решила объявить голодовку? Это не в твоих интересах.

И что ответить? Что я настолько выпала из реальности, что перестала воспринимать происходящее? О таком лучше молчать, если не хочу сменить тюремную камеру на палату в психиатрической клинике. Поэтому я неопределённо пожала плечами, и пусть понимает этот жест, как хочет.

Вернулся его помощник, что-то шепнул начальству и отошёл на пару шагов.

Огромный стражник-вервольф принёс стул и сразу удалился. Старший эльф сел и, закинув ногу на ногу, сцепил руки на животе.

– Рассказывай.

Приказ прозвучал спокойным голосом, но я не обманывалась на счёт мнимой доброжелательности. Начну упираться, и следующий раз говорить со мной будут жёстко.

– Меня зовут Янира Луин. Мой мир с недавних пор попал под завесу. В попытках её разблокировать произошёл взрыв портальной установки, и меня выбросило к вам.

– Ты была учёным в своём мире?

– Нет, помощник ведущего специалиста. Я из независимой организация учёных, мы работали по частному контракту.

Эту версию Рик придумал давно специально на такой случай. Даже если меня будут допрашивать под гипнозом или химическими препаратами, я буду говорить одно и тоже. Фокус заключался в том, что я верила в то, что говорю. Сорин действительно ведущий специалист, и их с Риком знаний и ресурсов хватило бы на построение собственной установки, она нам просто была не нужна. Но то, что это было возможно, звучало правдой в моих словах.

Говоривший покосился на своего молчаливого спутника, и тот кивнул, подтверждая, что я не лгу.

– Чего хотели ваши заказчики?

– Вернуться домой в свои миры.

Допрашивали меня несколько часов. Вопросы, как и ожидалось, были о моём мире, роде занятий, уровне образования. Особо интересовались, почему портал пытались открыть именно в этот мир. Пришлось сказать правду, что я здесь не впервые, и первый переход был случайным, Милисента наверняка уже во всём призналась. Но пока не спрашивали про мой дар, я тоже молчала. Портал открывала нестабильная установка. Почему нестабильная? Не могла преодолеть завесу. Почему не могла? Не хватало энергии и вместо полноценного перехода, получались точечные проколы. Почему не хватало энергии? Этот вопрос мы и пытались решить. И снова все эти вопросы в различных интерпретациях в попытке подловить меня на нестыковке и уличить во лжи.

Всё время допроса второй эльф пытался сдерживать улыбку. Даже мой дознаватель периодически улыбался, правда одними губами. Взгляд льдистых голубых глаз оставался холодным.

– Теперь понятно, почему лисехвост, а не человек. На этом сегодня закончим.

Мужчина встал. Его спутник тут же подхватил стул и вышел в коридор. Дознаватель ещё раз покосился на стол с едой и, так ничего и не сказав по поводу моей «голодовки», тоже удалился.

Охранник тут же запер дверь, и я без сил рухнула на колени. От многочасового стояния из-за злосчастных браслетов ноги не держали. И сил, чтобы просто протянуть руку и взять стакан, уже не было. Так я и сидела, гипнотизируя взглядом еду, пока не явился ещё один охранник, чтобы их заменить на свежие.

– Опять не будешь есть? – буркнул беззлобно. – Здесь мясное рагу с овощами и сок.

Я сглотнула вязкую слюну.

– Можете поставить на пол? – попросила тихо.

Сил встать и перебраться на почему-то застеленную кровать до сих пор не было.

– Эй, ты чего? Хватит сидеть на полу, простудишься.

Огромный вервольф водрузил тарелки на стол, подхватил подмышки и, с натугой подняв с пола, усадил на кровать.

– Ого! Это ж кто так браслеты накрутил?

– Гравитационное поле? – наконец поняла я принцип работы браслетов.

– Да, только так вас можно остановить. Но это не дело, ты даже двигаться не можешь.

А мне вдруг подумалось, что в этом есть свои плюсы. Если не есть и не пить, то и в туалет ходить не нужно. Потому что по этой части в камере было пусто, а спрашивать, где и куда, было неимоверно стыдно.

Охранник удалился, а я чуть не расплакалась, хоть бы попить дал. Но он быстро вернулся в сопровождении другого, не менее мощного вервольфа. И тот, подойдя ко мне, взял сначала одну руку, провернул на ней составные кольца браслета, потом проделал похожие манипуляции с другой рукой. И – о, чудо! – дышать сразу стало намного легче.

– Перестарались ребята. Но ты всё равно не дёргайся, а то верну обратно и накручу ещё больше.

– Спасибо, – потянувшись к столу, я схватила стакан и жадно напилась, жаль только сока было мало, но и на том спасибо.

– Ну вот, а ты говорил, она голодовку объявила, – хмыкнул старший и, хлопнув дежурного охранника по плечу, вышел из камеры.

Вервольф улыбнулся, забрал пустой стакан и буркнув: «Сейчас ещё принесу», тоже удалился. А я, перетянув тарелку с рагу на колени, принялась есть и заодно размышлять над странностями своего заключения.

То, что голодом морить не будут и даже принесут добавки, вызвало не то, чтобы шок, но сильно удивило. Плюс странный допрос. Я понимала, что меня пытались поймать на лжи. Но если они проделывали подобное с Милисентой, наши ответы будут сильно отличаться. Девушка обладала просто патологической честностью и, кажется, врать не могла в принципе. И я была уверена, если сопоставить наши показания в них обнаружатся астрономические дыры несоответствий. Поэтому ничего хорошего для себя не ждала. Успокаивало во всей этой ситуации осознание, что леди Стоутон в безопасности.

Вскоре вернулся охранник, принеся полный стакан сока, забрал пустую тарелку и, сказав, что стакан заберёт утром, ушёл, оставив меня мучиться тысячами неразрешимых вопросов. Самыми актуальными и болезненными были: где Сорин и что с Риком?

Глава 36

Потянулись бесконечные часы ожидания. В какой-то момент истерзанное невеселыми мыслями и переживаниями сознание отключилось, и я смогла немного поспать. Потом снова был охранник, принесший новый стакан сока и овсяную кашу с сухофруктами. Я с удовольствием поела и вопрос естественных потребностей встал очень остро. Настолько остро, что стало не до смущения.

– Извините, а где у вас... – и всё-таки запнулась, чувствуя, как щёки опалило румянцем.

Охранник прекрасно понял суть моей проблемы и указал на выход из камеры.

– Пошли, провожу.

Я застыла, недоверчиво глядя на огромного мужчину.

– Не боитесь, что сбегу?

Он добродушно рассмеялся.

– Так бежать некуда. Отсюда только порталом до поверхности, а он открывается снаружи по решению суда об освобождении, при доставке новых заключённых, или когда приходит новая смена. С двумя десятками охранников тебе, малышка, в этих браслетах не справиться, так что даже не думай.

Я и не думала. Когда на браслетах ослабили гравитационное поле, первое, что я попробовала, активировать свой дар, но он только едва заметно откликнулся, словно гравитационное поле и его блокировало вместе со всеми способностями лисехвоста. Да и куда мне телепортироваться? На Землю, где меня ищут все спецслужбы мира? А больше я никуда отправиться не могу, пока не сделаю привязку в междумирье. Так что на «малышку» я не обиделась. Тем более, рядом с этим гигантом, я действительно была маленькая и худенькая.

Следуя за охранником, я дошла до конца коридора, где передо мной открыли дверь в точности такую, как у других камер.

– Как закончишь, просто выйди в коридор и стой.

Зайдя внутрь и увидев полноценную ванную комнату с современной душевой и всеми возможными удобствами, даже тюбиком ароматного жидкого мыла, расплылась в широкой улыбке. Тут и полотенца оказались идеально чистыми. Правда пришлось свою одежду сменить на тюремную робу, но и она была удобной, а в обуви, напоминающей мягкие тёплые чешки, было намного комфортней, чем в моих ботинках.

Мне даже разрешили оставить полотенце, когда я вышла с ним в коридор, намотав на голову.

– Потом заберу, а то ты со своей мокрой гривой точно простудишься.

– Спасибо.

Улыбнувшись охраннику, вернулась в камеру, забралась на кровать и, завернувшись в одеяло, попробовала снова увидеть сверкающие миры. И уже без всякой тошноты и головокружения нырнула в бездну. И снова с восторгом парила в необъятном космосе, ощущая себя маленькой песчинкой в окружении гигантских Вселенных. То, что творилось в этот миг в душе, невозможно описать словами. Я была и бесконечно маленькой, и в то же время вместилищем этого невообразимого, пугающего, бесконечного пространства, и мне хотелось пребывать в этом состоянии вечно.

– Что с ней?

– Не знаю, она три дня так сидела, потом вроде после вашего прихода очнулась, и вот опять.

Я слышала голоса эльфа-дознавателя и своего охранника. Но настолько издалека, что даже думать о них не хотелось. Они нарушали мою идиллию бескрайнего созерцания.

– Янира, ты меня слышишь?

Кто-то тронул за плечо. Я почувствовала когти и поняла, что это вервольф. Моргнув, нехотя вынырнула из наваждения и подняла взгляд на мужчину. Увидев, что я смотрю на него осмысленно, он выдохнул и отступил, открывая моему взору эльфа.

На этот раз он был один. Такой же сверкающе великолепный, с драгоценными перстнями на изящных пальцах, с бриллиантовыми запонками на рукавах шёлковой рубашки. Даже пояс на узкой талии был инкрустирован камнями.

– Вас выдернули ко мне с приёма? – спросила первое, что пришло на ум.

Потому что действительно было похоже. Не на допрос же с арестанткой он так вырядился.

Мужчина недоумённо моргнул, и я снова спросила:

– По какому случаю?

Вервольф фыркнул и тут же выпрямился по стойке смирно, когда дознаватель наградил его злым взглядом.

– По случаю, что с вами желает говорить наш Император.

– Я думала, у вас демократия и правит совет Великих Домов, – моё удивление было настолько искренним, что теперь оба смотрели на меня, как на дикую.

Пояснить глупой иномирянке тонкости политического устройства этого мира взялся эльф.

– Правит совет. И я рад, что вы хотя бы это выяснили. И, если бы потрудились более подробно изучить наше законодательство, может, избежали бы тюремного заключения, – не удержался он от едкой шпильки.

Видение бесконечности миров медленно отступало, всё явственнее возвращая меня в эту реальность. И я осознала, что дознаватель обращается ко мне на «вы» и, несмотря на всю едкость, ведёт себя в рамках светских манер. Ну а его заявление о том, что со мной желает общаться их правитель, окончательно развеяло туман в голове.

– Мне нечего надеть на такую встречу.

– Вам предоставят подобающее платье.

– Платье лисехвосту? Вы, наверно, шутите?

Я уже мерила однажды платье и имела представление, как нелепо выглядит хвост, торчащий из-под юбки. Я уже не говорю о том, что будет если этим самым хвостом из-под юбки случайно дёрнуть.

Вервольф не сдержал весёлое фырканье. Понимал, в чём суть шутки, так как сам был с хвостом.

Эльф раздражёно вздёрнул подбородок, и от его тона повеяло арктическим холодом:

– Вам предоставят любую одежду на выбор.

Я кивнула, спустила ноги с кровати, встала и пошла за эльфом. Стражник пошёл за нами, проводил до некогда сплошной стены, на которой сейчас сияла радужная плёнка портала, и пошёл делать обход других заключённых.

Высокородный эльф жестом предложил идти первой. И едва я шагнула в портал, последовал за мной. После полумрака тюремной камеры контраст с залитой дневным светом, роскошно обставленной комнатой в резиденции императора был просто разительным. Сощурившись от ярких солнечных лучей, я медленно, не делая резких движений, подошла к огромному окну и застыла.

Меня действительно привели во дворец, расположенный на вершине одной из самых высоких башен Ашентри. С такой высоты огромный город воспринимался как нечто хрупкое, фарфоровое и игрушечное, что вызывало диссонанс восприятия, потому что я знала настоящие размеры этих сооружений. С нижних ярусов перспектива более приближена к реальности. Но и эта оторванность от земли мне тоже нравилась. Особенно огромное пространство голубого неба за окном и бескрайний горизонт зелёного океана.

– Вы не боитесь высоты, – не вопрос, утверждение.

Я знала, что эльф стоит за спиной и внимательно изучает мои реакции.

– Я была рождена человеком, и в моём мире тоже строят высотные дома, – ответила с намёком, что не страдаю фобиями лисехвостов.

Отойдя от окна, увидела служанку, застывшую у софы, где были разложены на выбор несколько нарядов. От классического пышного бального платья, до брючного костюма, как у самого эльфа. Учитывая, что мы с ним одного роста и одинаково узки в бёдрах, не приходилось сомневаться, из чьего гардероба его позаимствовали. Но меня привлёк другой наряд. И если удастся решить проблему с хвостом, надену именно его.

– Я вас оставлю, но прошу не задерживаться. Император не любит ждать.

Я кивнула и, когда мужчина вышел из гостиной, улыбнулась девушке.

– Вы умеете очень быстро шить?

– Да, льера.

Моя улыбка стала ещё шире.

Через час платье было готово. Служанка позвала своего хозяина. И когда эльф вошёл, его реакция оказалась именно такой, как я и ожидала: удивление, понимание и усмешка.

– В вашем мире приемлемо в таком виде представать перед правителем? – поинтересовался он очень сдержано.

– Поверьте, я ещё скромно одета.

Горничная оказалась очень сообразительной и по моему описанию изменила платье. Убрала подъюбник и оголила спину, от чего рыжий пушистый хвост с белой кисточкой обрёл свободу и это было верхом неприличий. Блестящая, серебристая, струящаяся ткань держалась на плечах на тонких лямках, такие же лямки несколько раз крест-накрест пересекали спину, позволяя платью красиво обрисовывать грудь, талию и дальше струиться по бёдрам до самого пола. На мне были босоножки на высоченной шпильке и браслеты-ограничители, выполненные более изящно, чем тюремные наручники. Когда их меняли, я не возражала. Понимала, что доверие ещё нужно заслужить. И в этот раз придётся действовать самой, без поддержки Оуэна и Рика. Единственным украшением стал амулет Хранителей.

Пока шли с придворным по коридорам дворца, встречавшиеся на нашем пути аристократы, поглядывали с удивлением. Вскоре я поняла, что их удивляет факт наличия у высокомерного эльфа спутницы, чем само моё присутствие. Похоже, должность главного императорского дознавателя не способствует романтическим отношениям.

Мой сопровождающий, не соизволивший даже представиться, был напряжён, почти до боли стискивал мою руку и на откровенно любопытные взгляды в свою сторону одаривал придворных ледяной улыбкой.

Когда мы вошли в малый зал для приёмов и увидели Императора, стоящего у окна, и рядом с ним одного наглого, рыжего лисехвоста, всё встало на свои места. Эти двое явно находились в приятельских отношениях и до нашего появления вполне мило беседовали. Несколько приближённых, стоящих чуть поодаль, при нашем появлении тоже прекратили разговор, и в зале стало очень тихо. Император оглянулся, и его глаза всего на миг расширились от изумления. Ларс, что-то тихо сказав, отошёл от монарха и устремился нам навстречу настолько быстро, насколько вообще позволяли приличия.

– Льера, – наставник отвесил изящный поклон.

Мой сопровождающий выпустил мою руку и ею сразу же завладел ментор, увидел блокирующие браслеты на запястьях и нахмурился.

– Что это?

– Необходимая предосторожность.

– Я разберусь, – пообещал наставник и повёл к императору.

Мне бы присмотреться к монаршей особе, но я украдкой косилась на друга и пыталась уложить в голове его новый образ лощёного придворного. Только перед глазами всплывали образы, как он посохом гонял меня по двору. И всё время норовил прибить чем-нибудь тяжёлым доставших его эльфов. Чтобы не засмеяться, пришлось закусить губу.

– Я рад, что тебе смешно, Янира, но ты в своём уме? Надевать в этом мире такое платье? – прошипел он едва слышно.

– От другого смешно было бы уже тебе, а так даже Императору нравится.

Мне показалось, или мужчина зарычал? Как плохо лишиться не только ловкости, скорости, выносливости, но и зрения и слуха!

– Ещё бы ему не нравилось, ты же практически голая.

Я оставила этот выпад без ответа, иначе бы нас услышали. И не стала уточнять, насколько он близок к истине. А потом стало вовсе не до выяснения отношений.

Ларс подвёл меня к правителю и с поклоном представил:

– Ваше Императорское Величество, позвольте представить – Её Светлость Янира Луин, княгиня Лисовская.

Мы наравне с императором опешили от прозвучавшего моего полного имени и титула, столь неуместного в этом мире. Надеюсь, Ларс понимает, что делает. Во взгляде Его Величества мелькнул такой же вопрос к другу, и наставник с усмешкой отступил. Высокородный эльф обернулся и, завладев моей ладошкой, плавно поднёс к губам для поцелуя, но не поцеловал, только создал видимость.

Красиво очерченные губы изобразили улыбку, но взгляд зелёных глаз, казалось, прожигал насквозь. Белоснежные волосы по своему свечению сливались с сиянием таких же белоснежных крыльев. И от него веяло такой аурой власти и внутренней силы, что я не посмела дерзить. Я бы в любом случае не посмела, но сейчас пришлось отбросить всякое кокетство и вспомнить о великосветских манерах.

Опустив взгляд, присела в реверансе.

– Ваше Императорское Величество.

Глава 37

Тишина стояла оглушающая. Я знала, что император сейчас сморит на мою... ну пусть будет спину, но там хвост прикрывает всё самое интересное. Не выдержав, закусила губу, чтобы не рассмеяться. Потому что тишина вдруг стала донельзя смущённой, и я услышала едва различимый судорожный вдох.

Ещё мгновение, и нас окутал щит из его крыльев, отрезав от окружающего мира. Ещё один взмах и полог стал прозрачным, позволяя придворным нас видеть, но не слышать. Я выпрямилась и подняла взгляд на монаршее величество, подозревая, что сейчас последует угроза... или предложение. Другой вопрос: интересное или нет? Не просто же так Император отгородил нас от придворных, и мне было любопытно, какое решение он примет.

Но мужчина не спешил начинать разговор, продолжая внимательно меня рассматривать. Его взгляд скользил по лицу, задержался на губах и в этом рассматривании не было сексуального подтекста. Ему было любопытно, как бы я могла выглядеть, окажись эльфийкой или человеком. А потом монарший взор опустился на декольте и мужчина замер, увидев кулон Хранителей. Его ладонь сильней сжала мои пальцы. Взгляд вернулся на лицо, и губы изогнулись в понимающей улыбке.

– А вы не так просты, как хотите показаться.

Мои губы тоже тронула едва заметная улыбка, и она сказала намного больше, чем любые слова. Взмах, и крылья, вновь ставшие белоснежными, сложились за спиной императора. Он кивком подозвал сопровождавшего меня эльфа и бросил, указав на запястья:

– Снимите.

Выпустив мою руку, император, как ни в чём не бывало, вернулся к придворным.

– Пойдёмте, – мужчина предложил мне опереться на его локоть, и я тут же воспользовалась предоставленной возможностью.

Обернувшись, поймала ободряющий взгляд ментора и покинула зал приёмов, радуясь, что потрясающе легко отделалась. Идти пришлось не очень долго. Буквально несколько поворотов. Мы зашли в одну из бесчисленных комнат, и с меня тут же сняли браслеты.

– Спасибо, – я непроизвольно потёрла покрасневшие запястья, ощущая нереальную лёгкость во всём теле.

Вместе с прежними ощущениями вернулась сверхчувствительность и потребовалось усилие, чтобы приглушить восприятие до почти человеческого.

– Надеюсь, вы осознаёте, что они были необходимы, – произнёс эльф, складывая браслеты в ящик письменного стола, и я поняла, что мы в его рабочем кабинете, совмещённом сразу с небольшой приёмной, поэтому сначала приняла его за гостиную.

– Вы выполняете свою работу, – чувствуя, как паника потихоньку отступает, я снова подошла к окну.

На этот раз из него не было видно океан, зато открывался потрясающий вид на город, благодатную долину и охватывающую её горы. Где-то там, на склоне, стоит маленький уютный дом. И где-то в этом мире меня ждёт любимый мужчина, о судьбе которого я даже не могу поинтересоваться вслух, чтобы не отправить нас всех на плаху.

Эльф, чьего имени я так и не узнала, совершенно правильно понял моё состояние, достал из шкафа бутылку вина, наполнил два бокала, подошёл и один протянул мне.

– Его Величество умеет давить.

Я кивнула, боясь что-либо произнести вслух. Император умел не только давить. Он подавлял. И если бы не выучка Оуэна, меня бы в один миг сломали, словно безвольную куклу.

– Я не могу покинуть дворец? – так и не попробовав вино, хотя аромат был чудесный, поставила бокал на ближайший столик.

– Боюсь, что нет.

– Тогда, будьте добры, попросите кого-нибудь из слуг показать мои комнаты.

– Вы так уверены, что вам предоставят апартаменты? – дознаватель изобразил удивлённое любопытство.

– Вы в этом сомневаетесь?

– О, после сегодняшнего я нисколько в вас не сомневаюсь, льера Янира.

– Разве я имею право на подобное обращение?

– Императору виднее, на что вы имеете право, а на что нет.

Я выгнула брови. Что-то не припомню, чтобы император даже по имени ко мне обращался. Но, видимо, я не разбираюсь в тонкостях здешнего этикета, так как высокопоставленный эльф учтиво поклонился и, снова предложив опереться на его локоть, сначала вывел из кабинета, а потом через многочисленные анфилады комнат, лестниц и переходов привёл в жилое крыло для гостей императора. Остановившись у высоких двустворчатых дверей, у которых дежурили два вооруженных стража, с ещё одним поклоном выпустил мою руку.

– Ваши покои. Я распоряжусь прислать служанку.

Улыбаясь до заломивших скул, я благосклонно кивнула, соглашаясь ещё и на служанку. И оказавшись в роскошно обставленных апартаментах, застыла посреди гостиной. А когда в покои вошла девушка-лисехвост в платье горничной и с явной военной выправкой, чуть не рассмеялась.

– Дорогая, вам будет удобно в платье? Может, смените на форму?– не удержалась я от едкой шпильки.

И хотя это низко срывать раздражение на тех, кто подчиняется приказам, ничего не могла с собой поделать.

К моему стыду «служанка» не обиделась. Наоборот улыбнулась.

– Я бы с радостью, льера, но во дворце не положено. Вам что-нибудь нужно?

– Ужин, пижама и пара книг на ваш выбор.

Если мою надсмотрщицу и удивила столь скромная просьба, она не показала вида. Ушла, чтобы вернуться буквально через десять минут, принеся стопку книг. За ней вошли две дворцовые горничные с ещё большей стопкой одежды и подносом с тарелками. Судя по запаху, никаких изысков. Вкусная, полезная и, главное, сытная еда.

Заметив моё недоумение, «служанка» пояснила:

– Простите, но я взяла на себя смелость распорядиться подать вам нормальной еды, а не дворцовую гадость.

С этими словами она дала знак сконфуженной служанке поставить поднос на стол и взмахом руки отправила обеих прочь. И я впервые с момента ареста по-настоящему улыбнулась. Кажется, у нас с юной воспитанницей Ларса есть все шансы найти общий язык. В том, что ко мне приставили протеже наставника, я не сомневалась. Слишком заметное подражание, смешанное с восхищением, обожанием и желанием прыгнуть выше головы, лишь бы соответствовать. Как же мне было знакомо подобное чувство! Я точно так же обожала Рика, восхищалась им и точно так же прыгала выше головы, лишь бы заслужить похвалу и ласковый взгляд довольного моими успехами учителя.

От моей улыбки девушка смутилась, но тут же взяла себя в руки.

– Вам что-нибудь ещё нужно?

– Нет, спасибо, можешь идти... – тут я запнулась. – Или у тебя здесь есть комната?

На этот раз юное дарование едва не покраснело.

– Я буду жить с вами.

Я кивнула, ничуть не удивлённая таким положением вещей. Решив, что ужин могу съесть и холодным, выбрала из стопки принесённой одежды свободные мягкие штаны, длинную рубашку и отправилась на поиски ванной комнаты. И снова не удивилась, не обнаружив на ней замок. Похоже, личное пространство во дворце для меня не предусмотрено. В пору расстраиваться, если бы не одно маленькое обстоятельство. На мне больше нет блокирующих наручников. И стоя под тугими, горячими струями, я мысленно потянулась к своему дару. И он тут же откликнулся, заставил пространство вокруг задрожать, исказив движение падающих струй воды, и передо мной вновь разверзлась сверкающая бесконечность тысяч заселённых миров. Я могла попасть в любой из них. Даже не открыть портал, мне это больше не нужно. Просто выбрать мир, который нравится, и шагнуть в него по своему желанию. От ощущения собственного всемогущества веяло безумием. Но мне нравилось это сумасшествие, потому что оно дарило ликующее чувство абсолютной, безграничной свободы.

– Льера, с вам всё в порядке?

Сначала резко распахнулась дверь в ванную. Потом так же распахнулись стеклянные створки душа. Вздрогнув от хлынувшего холода, я очнулась, снова собирая сознание в этой реальности. Взгляд стал осмысленным, и я с удивлением увидела стоящую со мной под струями воды «служанку». Девушка трясла меня, вцепившись в плечи, и пытаясь привести в чувство.

– Что с вами? Пожалуйста, не молчите!

– Всё хорошо, – от резкого перепада температур после ласкового тёплого пара до практически ледяного осеннего ветра, дующего из распахнутого настежь окна, меня затрясло от холода. – Всё хорошо, ты почему здесь?

– Я звала, вы не отвечали, а потом смотрю – вы стоите и не двигаетесь.

– Я купалась.

– Льера, вы не отзывались два часа.

Сколько? По моим ощущениям прошло от силы несколько минут. Но судя по тому, как на пальцах рук сморщилась кожа, я действительно очень долго мокну под водой. Очень похожие провалы во времени были и в тюремной камере, когда охрана решила, что я объявила голодовку, и ещё раньше, когда побывала у Хранителей. Кажется, в междумирье время подчиняется совсем другим законам.

– Льера, пожалуйста, давайте вы выйдете, и я надену на вас халат. Вы же совсем замёрзли.

Понукаемая девушкой, я сделала первый шаг. Второй сделала уже осознано и вместо того, чтобы надеть халат, закутала в него юную воспитанницу Ларса, а сама завернулась в полотенце.

– Тебя как зовут, юное дарование?

– Мира.

– Вот что, Мира, сейчас мы обе переоденемся в сухое, поужинаем и ляжем спать. А начальнику о моих странностях доложишь утром, договорились?

Мягко подталкивая надсмотрщицу в спину, довела до спальни, куда уже переместили выданные мне вещи и, протянув девушке единственный брючный комплект, оказавшийся пижамой, сама надела длинную рубашку и, вернувшись в гостиную, забралась с ногами в глубокое кресло.

К удивлению, девушка переоделась в сухое и, смущаясь, вышла из спальни.

– Льера? – она остановилась посреди комнаты, явно не зная, что ей теперь полагается делать.

Прикрыв глаза, глубоко вдохнула, пытаясь справиться с накатившей злостью, добавляя ещё один пункт в список, за что прибью Ларса. Как можно отправлять во дворец наивных, восторженных учениц? Придворные такими дурочками завтракают. Чтобы окончательно не запугать ребёнка, улыбнулась и кивнула на заставленный тарелками столик.

– Поужинаешь со мной, или ты на диете?

– На чём?

– Ограничение в еде, чтобы оставаться стройной.

– А, вы об этом, – Мира улыбнулась и повеселела. – Лисехвостам полнота не грозит. Это вечная проблема девушек-вервольфов.

– Правда? И почему так?

Я придвинула компаньонке пару тарелок. Себе выбрала ту, где порция была побольше. Вспомнился день, проведённый с Милисентой на пляже, и компания отдыхающих волков. Там ни у кого не наблюдалось проблем с ожирением. Разве что с излишней мышечной массой, но, кажется, это заложено их природой.

– Они тяжелые, сильные, и у них медленный метаболизм, чтобы поддерживать стабильной мышечную массу, иначе бы им пришлось непрестанно есть. А едят они в основном мясо.

Я удивлённо глянула в свою тарелку, в которой тоже были только куски мяса.

– Это потому, что вы неделю почти ничего не ели, и до этого перенесли крайнее нервное истощение. А так наш рацион больше тяготеет к овощам и фруктам.

Внезапно осознав, что слишком разболталась, юная лисехвостка стушевалась, быстро доела свою порцию и, заявив, что будет спать на диване прямо тут, в гостиной, отправилась в гардеробную за дополнительным комплектом одеял и подушек.

Тоже быстро закончив с ужином, я оставила тарелку на столе, рассудив, что не стоит посылать девушку относить посуду на кухню посреди ночи, и отправилась в спальню с намерением очень крепко спать. А дальше... а что будет дальше, решу утром.

Я думала, меня запрут в покоях и прикажут никого не пускать, и очень удивилась, когда Мира сообщила, что с визитом пожаловал глава службы безопасности объединённого королевства и желает прояснять сложившуюся ситуацию.

Судя по тому, как юная протеже Ларса розовела, бледнела, одергивала непривычное платье и вообще ужасно смущалась, легко было догадаться – кто является главой этой самой безопасности – наставник решил лично убедиться, что у меня всё в порядке.

Я в это время стояла в своей рубашке и смотрела на разложенную на кровати одежду, не зная то ли смеяться, то ли плакать, то ли пойти и прибить того, кто додумался прислать мне это. Нет, я понимаю, что это дворец, и для благородных дам существует определенный дресс-код. Но не до такой же степени. Почему никто не думает, как будет чувствовать себя в этой одежде представитель вида, у которого имеются определенные анатомические особенности... например, очень пушистый хвост.

Так ничего и не выбрав, я надела халат и, снова забравшись в кресло с ногами, разрешила Мире пригласить своё начальство.

Ларс вошёл стремительно. Высокий, поджарый, вместо придворного одеяния – строгая чёрная военная форма. Вкупе с его рыжими, коротко стрижеными волосами, смотрелся он впечатляюще. Глянув на вытянувшуюся в струнку Миру, взглядом отправил её прочь и, едва девушка скрылась за дверью, усмехнулся, расслабился и, в два шага преодолев гостиную, уселся на диван. Закинул ногу на ногу и локти положил на спинку. Только кончик хвоста дёргался, выдавая нервозность.

– Ты неплохо тут устроилась.

– Устроилась или устроили?

– А есть разница? – Ларс хитро сощурил глаза и кивнул на мои запястья, свободные от браслетов.

Я тоже улыбнулась и решила уйти от опасной темы.

– Где ты взял этого ребёнка и зачем ко мне приставил? Не рано ей во дворец?

– Не рано, пусть обучается.

Похоже, ментора просто распирало от отличного настроения. Он буквально не мог усидеть на месте. Вскочил, несколько раз прошёлся туда-сюда по гостиной и, резко развернувшись, неожиданно предложил:

– Прогуляемся?

– А мне можно?

– Со мной да.

– Не выйдет.

– Это ещё почему?

– Мне нечего надеть.

– В смысле? Тебе же прислали полный гардероб.

– Мой гардероб сам знаешь где. Тот, что дали, не подходит, а больше приличной одежды нет, разве что это. – Я обвела рукой халат. – Или могу надеть вчерашнее платье.

– Не нужно платье, мне хватило твоего выхода. Сейчас решим проблему. Мира!

Рявкнул так, что даже я вздрогнула. Девушка влетела в гостиную, выдав, что ждала за дверью.

– Быстро свою форму неси! И сама сними это убожество. Офицер ты или горничная?

– Но Его Императорское Величество велел соответствовать статусу льеры.

– С ним я сам поговорю.

И буркнул, когда девушка унеслась со скоростью ветра:

– Где это видано, бойцов моего подразделения превращать в дворцовых куриц!

– Много у тебя бойцов-девушек?

– Для охраны высокородных льери достаточно.

– Так это моя охрана? – я уже не могла скрывать искреннее веселье.

Ларс скис, а потом вновь довольно ухмыльнулся.

– Зато, уверен, ты не дашь девочку в обиду.

Явившаяся Мира протянула мне комплект форменной одежды вместе с сапогами, явно моего размера. Сама она успела переодеться в чёрный китель, форменные брюки и точно такие же сапоги. Высокая причёска сменилась простой заплетённой косой до пояса. Я решила поступить так же. Никаких заколок и шпилек. Брюки, рубашка и китель девушки пришлись мне впору, и это навело на интересные мысли. Похоже, не было никакой ошибки с гардеробом. Мне специально прислали неподходящую одежду, чтобы вручить форму.

Вернувшись в гостиную, заслужила одобрительный кивок Ларса.

– Прошу, – он открыл передо мной дверь, приглашая на прогулку.

Глава 38

Сначала Ларс устроил обзорную экскурсию по дворцу, и даже какое-то время я внимательно слушала, пока не заметилаа реакцию придворных. Меня принимали за его подчинённую и не обращали внимания. Зато с главой безопасности мужчины учтиво раскланивались и спешили побыстрей убраться с его глаз. Дамы так вообще буквально оседали в свои пышные юбки в глубоких реверансах. Ларса такая реакция откровенно смешила, я тоже тихо фыркала от смеха. Но когда очередная пара юных дам, дрожа от испуга, чуть ли не упала к его ногам, наставник озверел.

– Так, мне это надоело.

Схватил меня за руку и повёл паутиной переходов прочь от оживлённых коридоров и отпустил, только когда мы оказались в красивом зале с множеством портретов и шикарными фресками на потолке, изображающими белоснежный город. Медового цвета паркет прорезали две красные ковровые дорожки, по которым предполагалось ходить, но Ларс повёл меня к картинам, как он объяснил, нынешних глав Великих Домов – истинных правителей этого мира. Я следом за наставником медленно передвигалась от портрета к портрету, запоминая сложные имена представителей разных рас. Чуть задержалась у двух полотен, с которых на меня смотрели мужчина и женщина – лисехвосты: он уже в возрасте, от чего чёрная грива отливала серебром, она – юная, яркая и рыжая с черными ушами и кончиком хвоста – была удивительно похожа на Ларса.

– Ты из её клана?

– Не все лисехвосты принадлежат клану. Клан – это высшая знать. И хотя негласно мы обязаны подчиняться главе, так было столетия назад. Сейчас это просто формальность. Дань уважения сохранившимся традициям, о которых мы вспоминаем по праздникам. На самом деле все подчиняются единым законам, что значительно упрощает жизнь.

– Но вы похожи, – я указала на рыжую диву.

Ларс усмехнулся.

– Вот глазастая. Аниса – моя сестра, но сам я не принадлежу клану. Потом объясню, почему.

Ларс едва заметно дёрнул кончиком хвоста, и я прикусила язык, поняв, что затронула тему, которой лучше не касаться. Когда с моей стороны больше не последовало вопросов, наставник благодарно кивнул и повёл к другим портретам, продолжая экскурсию.

– Как видишь, главы Домов здесь собраны в группы по расовой принадлежности. Обрати внимание на тех, кто расположен в центре каждой группы. Сейчас, когда должность императора выборная, они все искренне уверяют друг друга, что равны, – Ларс фыркнул, выражая мнение об этом «равенстве». – Но до сих пор главы этих Домов считают, что наделены большими правами.

– Правом занимать в галерее центральное место? – абсолютно правильно поняла я намёк наставника.

Познавательная получалась экскурсия, и я мысленно перебрала в памяти уже просмотренные портреты, особо запоминая тех, от чьего мнения моя жизнь в этом мире может сложиться счастливо или не очень. Всеобщее равенство – утопия, а политический баланс сил поддерживался властью императора. Тем более интересно было узнать, что его должность выборная, а название оставили как дань традициям.

– Кто может претендовать на трон? И какой срок правления?

– Император избирается всеобщим голосованием совета Глав Домов из касты тьеров на двенадцать лет, меньше не имеет смысла, не хватит времени войти в курс всех дел. И исполняет административные функции. Наиболее компетентные представили кланов образуют кабинет министров, но сами главы не имеют права в него входить, иначе от них житья бы не было.

Странная система управления. Но если она работает, почему нет.

Хотела спросить, что это за загадочная каста тьеров, о которой не было ни одного упоминания в прочитанных мной книгах, как неожиданно в соседнем зале послышались шаги и голоса нескольких людей. Странно, что ни я, ни Ларс не услышали их раньше с нашим-то слухом. Наставник чертыхнулся, заложил одну руку за спину, другую прижал кулаком к груди и согнулся в почтительном поклоне. Я инстинктивно отзеркалила его поклон и только потом сообразила скосить глаза и посмотреть, а кому мы кланяемся.

Его Императорское Величество в компании нескольких мужчин быстрым шагом вошёл в зал, едва заметно кивнул Ларсу, успел уйти достаточно далеко, но вдруг остановился, развернулся и на его породистом лице отразилась крайняя степень удивления. Ментор выругался ещё более цветисто, выпрямился и с улыбкой шагнул навстречу монарху, загораживая меня от императорского взора.

– Ваше Императорское Величество, – на этот раз он лишь кивнул.

Я замерла за плечом наставника. Вдруг повезёт, и император примет меня за Миру.

Не повезло, не принял. Да что ж он такой глазастый!

На лице монарха отразилось узнавание, и он стремительно направился в нашу сторону, остановился в паре шагов и недобро улыбнулся.

– Гуляем?

– Осваиваюсь, Ваше Императорское Величество, – поскольку была в форме, а не в платье, вместо реверанса повторила поклон.

Эльф хищно улыбнулся. Мужчины за его спиной замерли, рассматривая нас с нескрываемым удивлением.

– Надеюсь, вы ошиблись при выборе одежды, льера Янира. Вчерашний наряд вам больше к лицу.

Я бросила на Ларса непонимающий взгляд. Он же сам сказал Мире принести мне форму. Неужели не знал, как отреагируют аристократы?

– Ларс, объяснись, – после продолжительного молчания последовал приказ.

– Помнишь, я тебе рассказывал, что случайно встретил бриллиант?

Эльф оказался на удивление сообразительным, новый взгляд в мою сторону, на этот раз удивлённый.

– Это она?

Ларс кивнул.

– Я её ментор.

Нет, в этом слове явно больше смысла, чем мне известно. Потому что после такого ответа на холёном императорском лице проступило неописуемое удивление, и эльф абсолютно не по-аристократически присвистнул.

– Шутишь?

– Ничуть.

Я ничего не понимала, а вот сопровождающие императора пребывали в полном шоке, и на меня смотрели чуть ли не с суеверным ужасом.

– Ла-а-а-арс, – протянула я испуганно.

Глаза монарха вспыхнули азартом.

– Покажите!

Ларс протяжно вздохнул.

– Вэрис, ты как ребёнок, она ещё не прошла полное обучение.

– Почему сразу не сказал?

– Ларс! – уже с угрозой позвала наставника. – Кто такой ментор?

– Она не знает?

– Забыл? Она из другого мира.

Да чтоб мне лопнуть, о чём они говорят? Глаза императора вспыхнули диким восторгом.

– Хочу это видеть.

– Хорошо, через полчаса на арене, – «сдался» Ларс.

Эльф кивнул, развернулся и зашагал прочь. Сопровождавшие его мужчины отмерли от шока и, постоянно оглядываясь, поспешили за правителем.

Мы тоже пошли, только в противоположную сторону.

– Что ты задумал?

– Ничего особенного. Устроим Его Величеству показательный поединок. Видишь ли, я действительно не имел права давать тебе эту форму. И то, что тебя в ней видели, это оскорбление офицеров моего ведомства. Вот Вэрис и вспылил.

Я только головой покачала. Надеюсь, он знает, во что меня втравливает.

Через полчаса я уже не была уверена в разумности наставника, а в своей – тем более. Потому что посмотреть на наш поединок собрались не только император с приближённой свитой, но и все офицеры, подчинённые Ларсу, и свободная от службы часть дворцовой стражи. Как я поняла, большой двор, расположенный на десять уровней ниже основной резиденции, был отдан военным гарнизона и безопасникам для тренировок. Высокие стены, с трёх сторон примыкающие к казармам, жилым комнатам и собственно дворцу, а с четвёртой – обрыв с вершины башни и бескрайнее небо с белыми перистыми облаками. Двор постепенно заполнялся и, хотя Ларс выбрал оружием необычные для этого мира посохи, всё равно не понимала такого ажиотажа.

Вскользь наблюдая за собравшимися, я оценивала пространство для манёвров. Вполне достаточно, но к краю лучше не приближаться. Тем, у кого нет крыльев, с такой высоты лучше не падать. Я, конечно, могу прыгнуть в другой мир и потом вернуться, но лучше, как можно дольше, оставлять всех в неведении относительно моего дара.

Я глубоко вдохнула, когда император взмахом руки дал начало поединку. Ларс сбросил китель, оставшись в кипейно-белой рубашке, весело подмигнул и отошёл на десяток шагов. Я встала в боевую стойку, чувствуя, как меня захлёстывает азартом схватки. А потом наставник резко развернулся, бросился ко мне и едва оказался на расстоянии удара исчез в открывшемся портале, чтобы в следующее мгновение оказаться позади меня. И сокрушительный удар посоха пришёлся на то место, где я была мгновение назад. Толпа заревела, приветствуя начало поединка, я же стала медленно отступать под стремительным градом обрушивающихся на меня ударов, не веря в происходящее.

– Ну же, Хранительница, шевели задницей, – едва слышно прорычал сородич.

Какая, к чёрту, Хранительница? От удивления я едва успела увернуться от очередной серии ударов и в следующий миг осознала, что наставник загнал меня к краю площадки.

– Прыгай, – последовал приказ, и меня толчком сбросили вниз.

И я прыгнула. На свой страх и риск активировала дар и безмерно удивилась, оказавшись не на Земле, а в том самом номере в гостинице в мире Ротан, до визга напугав какую-то парочку.

– Простите, – я соскочила с их кровати на пол и вновь открыла портал, чтобы появиться на арене позади Ларса, и уже сама ринулась в атаку.

– Умница, – расплылся в широченной улыбке Ларс и, окончательно убедив меня в том, что я вообще ничего не понимаю, тоже прыгнул порталом.

Толпа ревела, но мне было не до всех этих людей и нелюдей. В груди горела ярость от того, как лисехвост меня обманул, скрыв, что тоже владеет телепортацией. Для прыжков я выбирала случайные миры и перемещалась настолько стремительно, что сумела загонять наставника.

– Кто же ты? – проведя серию ударов, я наконец пробила его защиту и стремительной подсечкой уронила на спину, приставив посох к рёбрам. – Хранитель или глава департамента безопасности?

Ответом мне стала восхищённая улыбка.

– Я не Хранитель. Это ты прыгаешь между мирами, я нет.

Ларс, лёжа, телепортом ушёл от удара, чтобы спустя мгновение появиться с моей самой уязвимой стороны. И мне тоже пришлось уходить прыжком в другой мир, чтобы вновь вернуться на другую позицию. И весь поединок на предельной скорости лисехвостов. Не знаю, как зрители хоть что-то видели, но мне с какого-то момента пришлось действовать на одних инстинктах.

А когда Ларс всё-таки выбил посох из моих рук и своим коснулся моего горла, заставив неподвижно замереть, произнёс так, что только я услышала:

– Никто не догадывается о твоём даре. Они все, – взмах рукой на зрителей, – думают, что ты владеешь обычной телепортацией в пределах этого мира.

– Почему ты назвал меня Хранительницей?

– А кто же ты с твоим даром?

Мы стояли так близко, что я впервые увидела, как струйки пота стекают по вискам мужчины. И вдруг осознала, что сама дышу как загнанная лошадь. Но более странной была окружающая нас абсолютная тишина. Ларс поставил посох и опёрся на него, продолжая смотреть на меня с улыбкой. Я же тихонько глянула на столпившихся у стен зрителей.

Неверие на грани шока и восторг выражали их лица. Мне вдруг стало очень неуютно под всеми этими взглядами.

– Ла-а-а-арс?

– Я же говорил, что ты бриллиант. Никогда не забуду твое: «Мне дыхание сбивает», – он с усмешкой подцепил носком ноги мой посох, подкинул и, поймав, передал мне. – Не думала же ты, что все лисехвосты так могут?

Я вцепилась в посох обеими руками, потому что окружающая нас толпа отмерла и взорвалась безумными криками. Нас мигом окружили военные. Трепали Ларса за плечи, выражая восторг, на меня косились в основном с улыбками, кто-то с удивлением, некоторые до сих пор пребывали в шоке. И все эти рослые, мускулистые мужчины напирали, говорили все разом, пока вдруг не расступились, пропуская Императора.

И снова тишина, наполненная дыханием сотен окружающих нас людей и нелюдей.

Эльф приблизился и впервые улыбнулся без издёвки.

– Льера, вы хоть понимаете, перед какой дилеммой меня поставили?

Ларс за моей спиной довольно хмыкнул. Окружающие нас мужчины тоже заулыбались, а я поняла, как крупно влипла. От чего бегала всю жизнь в своём мире, попалась в этом. С другой стороны, я была благодарна ментору, нашедшему способ не только меня легализовать, но и взять под крыло своего ведомства. Надо только эту ценную мысль донести до высокородного эльфа, пока он сам не придумал, чем меня занять.

– Надеюсь, я оправдала ношение этой формы, Ваше Величество.

– Даже если нет, – вдруг вступил в разговор чёрный лисехвост, выступая из-за спины монарха, и я узнала в нём мужчину с портрета в галерее. – Я возьму девочку курсантом в своё училище, через неделю выдам диплом об окончании и лично вручу ей форму.

– Отвали, Гедеон, льера – моя ученица, – Ларс, невзирая на приличия, обнял за плечи и притянул к себе.

Вокруг грянул дружный смех, а Его Величество наклонился и шепнул, пока никто не слышит:

– И всё же в платье вы выглядите гораздо лучше.

Я вспыхнула и едва удержалась, чтобы не отшатнуться от эльфа. Он увидел, недоумённо изогнул брови. И Ларс тут же отвернул меня от императора.

– Думаю, дальнейшее обсуждение лучше продолжить в кабинете.

Обернувшись к подчинённым, наставник скомандовал:

– Шоу окончено, всем разойтись, все новости узнаете завтра.

Продолжая держать за плечи, переместил нас обоих в огромный кабинет, залитый ярким солнцем и только тогда спросил:

– Ты как, в норме?

– Да, вполне, спасибо, Ларс.

– Отработаешь, – мужчина улыбнулся ещё шире, убирая руку и отступая на шаг.

Он шутил, но я совершенно серьёзно кивнула, принимая его условия.

Больше нам не дали обсудить случившееся, первым в кабинет вошёл император, следом за ним несколько высокопоставленных офицеров и глав Великих Домов.

– Прибить тебя за такие выходки, – беззлобно проворчал монарх, подошёл к своему столу, обернулся и оперся на его столешницу. – И что прикажешь теперь с ней делать?

Понимая, что начинаются настоящие разборки, я переместилась ближе к сородичу.

– Что и планировал, возьму в своё ведомство и нагружу работой, – спокойно ответил глава безопасности, не испытывая никакого пиетета к императорской особе.

Я думала, его сейчас сотрут в порошок за подобную наглость, но, видимо, эти двое действительно друзья, потому что эльф хмыкнул и глянул на представителей аристократии.

– Что скажете?

Заговорил всё тот же чёрный лисехвост, имя которого у меня от волнения напрочь из головы вылетело.

– Это лучшее решение, Ваше Величество. Девушка – иномирянка, наша аристократия её бы не приняла. К тому же вы знаете закон: дар тьеры не разрешает ей примкнуть ни к одному из существующих Домов.

Дар тьеры? Это они о способности телепортироваться?

– Дар – малая часть проблем. Что если её сородичам удастся довести до ума свою установку, и они откроют портал в наш мир?

– Они не знают координат, – я решила вступить в дискуссию за своё будущее. – Тем более мой мир под завесой. Нужно несколько лет, чтобы мембрана восстановила изначальный энергетический запас. И даже после этого наши правители будут налаживать связь с уже известными мирами, им будет не до новых исследований.

– Отсрочка в несколько десятилетий – не решение проблемы, – настроение монарха портилось прямо на глазах.

Военные офицеры тоже просчитали последствия, и под их угрюмыми взглядами я решилась:

– Значит, вам нужен собственный портал. У вас уже есть установки, действующие в пределах планеты, вывести технологию на межмировой уровень – вопрос времени, и оно у вас есть.

– Что помешает им открыть проход в другой точке? – включился в дискуссию один из военных.

– Это невозможно, – я обвела взглядом всех присутствующих. – Если портал будет активен, он станет единственной точкой перехода в другие миры. Подпространственный тоннель всегда будет выстраиваться к активной точке – это закон физики межмировых переходов. Всегда выбирается путь наименьших энергозатрат.

Император выпрямился и шагнул ко мне:

– Вы поделитесь всеми знаниями, которыми обладаете.

Я не успела ответить, как неожиданно по центру кабинета появилось марево открывающего портала и из него вышел Зейн в своей неизменной синей мантии, сандалиях, медальоном на груди и спокойной улыбкой на красивом лице, а за ним шагнули в кабинет императора два белоснежных лисехвоста.

– Девушка не обладает нужными знаниями. Но я привёл тех, кто решит вашу проблему.

И снова, второй раз за один день, повисла абсолютная нереальная тишина. Мужчины даже дышать перестали, и на их лицах вместо удивления начал появляться суеверный ужас. Даже Его Величество отшатнулся.

Я же смотрела на улыбающихся мне Сорина и Рика и чувствовала, как расплываюсь в абсолютно счастливой улыбке. Сердце на миг перестало биться, и я бросилась к любимому, повисая на его шее.

– Рик, это правда ты?

Он обнял меня так крепко, что я охнула. Прижал мою голову к своему плечу и едва коснулся губами макушки. Я стиснула его изо всех сил, желая слиться в одно целое и больше никогда в жизни его не отпускать. И судя по тому, как крепко меня обнимали, его обуревали те же чувства.

– Кхм...

Весёлое покашливание Сорина привело нас всех в чувство. Зейн рассмеялся. Властители этого мира отмерли от шока. Я же, скосив глаза на Ларса, увидела, как ментор едва заметно мне подмигнул и переместился, оказавшись рядом со своим монархом, готовый защищать, если будет нужно.

– Для нас большая честь удостоиться вашего визита, Хранитель, – император приветствовал Зейна уважительным полупоклоном, но тоже почему-то косился на меня, и его взгляд опустился на уровень груди.

И хотя медальон был скрыт под рубашкой и чёрным кителем, я догадалась, о чём он в этот миг подумал, и смущенно улыбнулась.

– Не нужно официальных церемоний, мой мальчик, есть проблемы, куда серьёзней этикета, боюсь, разговор будет долгим.

Глава 39

Разговор и правда получился долгим. Места, где сесть, хватило императору, Зейну и главам Домов. Офицеры вместе с Ларсом и наша тройка остались стоять, и несмотря на смущение, в которое я вгоняла Рика, отлипать от него не собиралась. Я всё ещё не могла поверить, что ужас той ночи позади, что он действительно выжил. Что мы все выжили. И если сейчас сумеем договориться с правителями этого мира, то обретём новый дом, причём на своих условиях.

Только непонятной была реакция практически всех мужчин на Сорина и Рика. И я вспомнила своё первое появление в этом мире и агрессию обычных селян. Поймав мой вопросительный взгляд, Ларс беззвучно произнёс: «Потом». И я на время успокоилась, пока Зейн не начал говорить.

– Есть две возможности обезопасить ваш мир от чужеродного вторжения. Первый и правильный: вам нужен собственный межмировой портал, потому что Янира сказала абсолютно верно, если его запитать минимальным количеством энергии и заблокировать, других прорывов пространства не будет. И второй, более сложный: создать альянс с другими мирами. С первым вам помогут гости из другого мира. Они любезно согласились поделиться знаниями. Второй вы должны осуществить сами, поэтому готовьте посольства в дружественные миры, список координат я дам.

Император встрепенулся, но Зейн остановил его жестом.

– И предвосхищая ваш вопрос, сразу на него отвечу. Проблему возвращения в наш мир клана Белоснежных придётся решать, потому что девушка тоже одна из них. – Хранитель обернулся ко мне с отеческой улыбкой. – Покажи им свой истинный окрас.

Недоумённые взоры всех присутствующих устремились в мою сторону. Неохотно отступив от Рика, дала команду нанитам снять маскировку, и они микроскопической пылью повисли в воздухе, исчезнув в моём поясе.

– Ты знал? – император не смог сдержать раздражения в голосе и, проследив за его взглядом, поняла, что он обращается к Ларсу.

Тот отрицательно мотнул головой.

– Нет, только о том, что она из другого мира. Когда мы встретились, она была рыжей. И все рассказы местных про белоснежного лисехвоста мои ребята посчитали суеверными бреднями.

– Нельзя допустить возвращения Белоснежных, это приведёт к новой гражданской войне. Их нужно изолировать. И пусть живут и работают под надзором Совета, – вмешался в разговор глава Дома Горгулий.

Он был настолько старым, что его кожа вместо стального окраса была пепельной, а крылья так вообще белыми. И наверно, только из уважения к его сединам, Хранитель продолжал улыбаться, только от этой улыбки вдруг повеяло арктическим холодом, и другие главы Домов, решившие оказать поддержку коллеге, быстро замолкли.

Только ещё кто-то не сильно умный решил тоже высказаться:

– Они чужаки, им нет и не будет от нас полного доверия.

– Вы неправильно оцениваете ситуацию, уважаемые льеры, – на этот раз от улыбки Зейна вздрогнул даже император. – Им не нужно ваше покровительство. Потому что иномирцы находятся под нашей защитой. И если им не будет предоставлена абсолютная неприкосновенность, проблему вторжения более развитых миров вы будете решать самостоятельно.

И снова тишина. Ошеломлённая и испуганная, я поняла, что о Хранителях в этом мире не только знают, но и представляют их возможности, поэтому в нашу сторону смотрели с новым витком любопытства и заинтересованности.

– Зейн, не столь радикально, – неожиданно для всех заговорил Рик, прося Хранителя умерить требования. – Можно найти много способов избежать волнений.

– Угу, перекрасить обратно в рыжий, – усмехнулся Ларс.

– Почему сразу в рыжий? Можно в чёрный, и добро пожаловать в клан, – расплылся в улыбке льер Гидеон.

Я закусила губу, чтобы не засмеяться, представив, как кисточкой перекрашиваю хвост Рику. Наверно, многим представилась схожая картина, потому что напряжение, витавшее в кабинете, взорвалось дружным мужским смехом.

– С кланом не выйдет, – мягко улыбнулся Хранитель. – Все трое с даром тьеры, так что, юноша, – пристальный взгляд на Ларса, – они поступают под ваше начало и вам нести ответственность за их безопасность.

Ларс застонал, закатив глаза, и снова кабинет наполнился хохотом. На этот раз смеялся даже император. Понимая, что решение уже принято и от него не ждут даже согласия, только содействия, высокородный эльф обратился к Зейну.

– О множественности миров придётся объявить во всеуслышание.

– Давно пора, – Хранитель улыбнулся. – Наш мир и так полон слухов. Запустить фильмы с нужной тематикой, издать книги нужного жанра и через пару лет народ воспримет известие спокойно. И чтобы вы не повторили ошибку других миров, истощив свою завесу бесконтрольными перемещениями, и не оказались запертыми на тысячелетия, я покажу вам, что бывает с таким миром.

Миг и кабинет опустел, оставив только меня, Сорина и Рика.

– Думаю, нам лучше дождаться их возвращения, – улыбнулся Сорин, шагнул ко мне и, выдернув из рук Рика, тоже крепко обнял. – Прости, за то, что тебе пришлось пережить за эти дни, так было нужно.

– Я понимаю, – я тоже обняла отца крепко-крепко и поцеловала в щёку, чем кажется ужасно смутила бывшего вирта. Он дёрнул ушами и засмеялся, обернувшись к Рику

– Прости, сынок, теперь я понимаю твое возмущение. Это ужасно неловко в мои годы выглядеть столь неподобающе.

Рик засмеялся.

– Ничего, привыкнем.

И, выдернув из рук Сорина, снова заключил меня в объятия. Я привстала на цыпочки и нежно коснулась пальцами его лица, привыкая к новому облику. Рик с улыбкой давал изучать себя, фыркнул, когда я коснулась его ушей, а когда пальцы зарылись в его белоснежную гриву и потянула его голову к себе, сам склонился ниже и поймал мои губы поцелуем. Сначала нежно, но когда я нетерпеливо укусила его за губу, впился таким страстным поцелуем, что у меня подкосились ноги.

– Кхм, – весёлое покашливание Сорина вернуло нас к реальности. – Я понимаю, вы соскучились. Но, дети, всё же имейте совесть, сейчас решается судьба этого мира.

Я опешила и вопросительно глянула на Рика.

– Разве не наша?

– Нам-то что, не понравится – уйдём, – Рик пожал плечами. – Но мир интересный, и раз нашими стараниями втянут в общую свару, нужно помочь им защититься.

Я слушала и не верила своим ушам.

– То есть меня сажают в тюрьму, – я с силой стукнула наглого лисехвоста по плечу. – Не знаю, жив ты остался или рассыпался килобайтами по сети, а вы прохлаждаетесь у Хранителей и походу решаете помочь этому миру? А нельзя было меня сначала поставить в известность, а потом уже свои планы прокручивать?

Выпустив пар, обмякла в крепких руках любимого.

– Прости, я знаю тебе тоже досталось, но ты хоть представляешь, что я пережила за эти дни, не зная удалось тебя вытащить полностью или только крохи твоего сознания?

Рик с улыбкой выслушал всю эту тираду и коснулся моих губ лёгким поцелуем.

– Теперь ты знаешь, что я чувствовал, когда ты изломанной куклой упала в мои руки.

– То есть вы специально... – я хотела возмутиться, но Рик не дал, снова заглушив все мои протесты поцелуем, а когда отстранился, удерживая одной рукой в объятиях, другой коснулся длинной чёлки, убирая её с моего лица.

– Нет, Нира, никто ничего специально не планировал. Ларс должен был подержать тебя подальше от императора. И, возможно, удалось бы сохранить наше присутствие на Мальхауте в тайне, но Хранители выдвинули условия... не совсем для нас приемлемые. И пришлось их убедить, что с нами лучше вести дела честно.

– Ничего не поняла, мы что теперь работаем на Хранителей?

К моей полной неожиданности Рик смутился и виновато улыбнулся, а Сорин наоборот расхохотался. Он и пояснил, потому что мой любимый смотрел, куда угодно, только не на меня, пряча плутовской взгляд.

– Нет, доченька, это они теперь на нас работают.

Я обомлела от подобных новостей, но сказать ничего не успела.

Пространство замерцало и начало являть задумчивых хмурых мужчин. На лицах глав Великих Домов больше не было ни ехидства, ни желания переиграть или перехитрить соперников. Военные так вообще были мрачнее тучи. И только Император выглядел задумчивым. Зейн... Не знаю, в какой мир он их водил, только отношение к нам абсолютно у всех изменилось.

– Что вам нужно для работы? – спросил Его Величество, усаживаясь за свой стол и доставая из ящика гербовую бумагу и писчие принадлежности.

– Мой клан готов предоставить любые ресурсы в неограниченных количествах, – надтреснутым голосом глухо произнёс льер Гидеон.

– И мой, – подал голос глава другого Дома.

– И мой...

– И мой...

– Вы получите всё, что потребуется. И мы поставим в известность весь совет. Все Дома окажут любую поддержку, – заявил глава Дома Горгулий.

Подошёл к нам и, глянув на Рика, произнёс с нажимом:

– Построй установку, мальчик. И прости моё невежество, – повернулся к Императору и отвесил монарху поклон. – Прошу простить, Ваше Величество, но я вас покину, нужно уведомить другие кланы моего народа.

С этими словами престарелый льер покинул кабинет. Вскоре откланялись и остальные, остались только мы, император, Ларс и военные.

– Ресурсы не понадобятся, всё, что нужно, мы произведём сами, – заговорил Рик. – Попрошу только сто гектаров земли вокруг дома Ниры и разрешение на разработку недр этой горы.

– Там нет ценных пород, – удивился монарх, но увидев улыбку иномирца, кивнул. – Хорошо, землю вы получите.

Он начал писать указ. Закончив, заверил гербовой печатью, поставил размашистую подпись и вручил ближайшему офицеру.

– Передай в канцелярию, пусть сделают копии и оформят передачу земли во владение.

Когда военный удалился, Его Величество устало откинулся на спинку кресла, ничуть не заботясь о дворцовом протоколе.

– Вы уверены, что хотите обосноваться на горе в летнем доме? Не поймите неправильно, меня вполне устраивает, что пока не придумаем, как объяснить общественности возвращение Белых, вы временно исчезнете из города, но дом совершенно не пригоден для проживания.

– Мы перестроим.

– Тогда так тому и быть. Если возникнут пожелания или вопросы, со всем обращайтесь к Ларсу, так меньше привлечёте ненужного внимания.

– Благодарим, Ваше Величество, – Сорин снова поклонился.

Мы с Риком тоже поклонились императору. И на том нас отпустили, но не в общий коридор, где нас могли увидеть придворные. Ларс открыл потайной ход и пригласил следовать за собой.

Не совсем понимая, почему нельзя сразу переместиться домой, я пошла за ментором. Тем более Рик и Сорин не выказали возражения и дружно нырнули в узкий проход.

– Ларс, куда мы идём?

– Хочу кое-что тебе показать. Чтобы поняла, почему столько сложностей с кланом Белоснежных.

Потайной ход привёл нас в древний кабинет, затерявшийся в глубине тайных переходов. Вся мебель в нём была обветшалой, и свет проникал из двух узких окон-бойниц. Я бы, может, и заинтересовалась необычной обстановкой, но внимание привлёк портрет, висящий на стене, и ноги приросли к полу. Потому что с него на нас смотрел белоснежный лисехвост с едва различимой чёрной окантовкой ушей, шикарной белоснежной гривой с черными кончиками волос и хвоста. Молодой мужчина с гордым волевым взглядом в чёрной военной форме, такой же, как была сейчас надета на нас с Ларсом. Он позировал, скрестив руки на груди, от чего аура власти передавалась даже через портрет.

– Льер Айзек, глава бывшего Пятидесятого Дома, Император объединённого королевства.

В голосе наставника звучало безмерное уважение перед главой Дома. Почему бывшим, догадаться было не трудно. Рама была чёрная.

– Что с ними случилось?

Рыжий лисехвост оторвался от созерцания портрета и глянул на меня с грустной улыбкой.

– Этот Дом больше не существует. Они все погибли в гражданской войне двести лет назад, когда совет глав Домов постановил, что должность Императора должна стать выборной. Айзек был последним наследным монархом и, как никто другой, понимал, что перемены неизбежны. Указ об отречении стал смертным приговором. Его убил собственный сын, возглавивший партию монархистов. За двадцать лет гражданской войны от Белоснежных осталась горстка изгоев. И их потомки через несколько поколений растворились в других кланах.

Я шагнула к портрету, с любопытством рассматривая последнего императора. Потом оглянулась на Сорина и Рика, и мои глаза расширились от удивления. Потому что у нас была такая же чёрная окантовка ушей, но если в остальном я стала абсолютно белоснежной, то бывшие вирты имели чёрные кончики волос и хвостов, в точности, как у мужчины, изображённом на портрете.

Рик первый правильно понял выражение моего лица и вздёрнул бровь.

– Думаешь, общественность примет такое объяснение?

Я улыбнулась. Как же мне не хватало такого мгновенного понимания друг друга без всяких слов!

– Почему нет? Ты же будешь строить межмировой портал, они всё равно будут вынуждены узнать об иномирцах.

– Если хорошо продумать детали и правильно увязать с местной историей, получится вполне правдоподобно, – включился в дискуссию Сорин.

К моему удивлению, Ларс тоже понял.

– Хотите выдать версию, что Хранители, спасая мятежный клан, переправили его уцелевших представителей в другой мир и теперь вернули их потомков домой, чтобы они нас спасли?

Рик кивнул.

– Это лучше, чем выдумывать несуществующую резервацию, или что мы прятались по лесам больше ста лет и вдруг оказались обладателями знаний, недоступных вашим учёным.

– Я озвучу эту версию императору, думаю, он одобрит.

Глава 40

Ларс перенёс нас прямиком из тайного кабинета в дом на горе.

– Второй дом теперь тоже ваш, я только соберу свои вещи.

– Я с вами, если не возражаете.

Сорин шагнул к рыжему лисехвосту. Они вместе вышли на террасу, и мы с Риком остались одни. Я так и не отпускала его руку, изо всех сил стискивая крепкую тёплую ладонь мужчины. Бывший вирт мягко потянул меня к себе, заключил в объятия и, когда я всхлипнула, чувствуя откат от всего пережитого, стал гладить по голове, трепать ушки и вытирать слёзы с моих щёк.

– Нира, теперь-то зачем плакать?

– Не знаю, оно само, – призналась я и сама зафыркала от смеха.

Рик тоже рассмеялся.

И я, наконец набравшись храбрости, спросила:

– Что случилось на Земле?

– Пойдём на террасу, в твоём доме даже сесть негде.

– В нашем доме, это теперь наш дом.

Он не стал спорить. Мы вышли на улицу. Рик сразу сориентировался, что удобней всего сидеть, опираясь спиной о колонну, и потянул меня к себе на колени. Обвив его руками, я склонила голову на плечо мужчины и приготовилась слушать, как мы до всего этого докатились.

– Из послания Сорина ты знаешь, что корпорации под давлением правительства должны были предоставить нам все последние разработки по портальной технологии и энергоресурсам.

Рик заговорил, и я почувствовала, как он напрягся.

– Но то ли давление оказалось не слишком сильным, то ли они изначально так спланировали, на Земле произошёл переворот. Правительство сместили, и во главе планеты встал совет глав корпораций.

Я судорожно вдохнула, и Рик сильней стиснул меня в объятиях.

– Жертв не было, населению утром сообщили, что Председатель со всем правительством уходит в отставку и передает полномочия новым лидерам. Всепланетное обращение нового руководства о введении чрезвычайного положения в связи с резким сокращением вырабатываемых энергоресурсов было восприняло с облегчением, потому что уже начались мародёрства. О том, что практически вся вырабатываемая на планете энергия поглощается завесой, на тот момент было известно только в самых верхах и горстке учёных. Но сама понимаешь, такое долго не утаить. Чтобы прекратить панику и навести подобие порядка, было введено военное положение. И нам с Сорином огласили новые условия сотрудничества.

Рик сильней стиснул мою талию. Я даже не пикнула, понимая, что моя жизнь в этом мире напоминала приятный отпуск по сравнению с тем ужасом, что творится на Земле.

– Вы отказались? – спросила, чтобы вывести его из задумчивости, хотя ответ был очевиден.

Рик усмехнулся.

– Мы были готовы работать на благо планеты, но не на благо корпораций.

– Корпорации стояли за действующим правительством. Теперь пришли к власти официально. Что изменилось?

– Я тебе скину их план развития Земли после устранения «временного кризиса», впечатлишься.

Зная амбиции Александра, я могла представить эти планы. И пасынок был ещё самым здравомыслящим среди других.

– И всё равно не понимаю, как дело дошло до взлома?

– Ты забыла о ста тысячах иномирцев, оказавшихся запертыми на Земле. По-твоему, как долго информация, что гибнущий мир можно покинуть без межмирового портала, могла оставаться тайной?

– День? Два?

– Одиннадцать часов, – улыбнулся Рик. – Первым явился твой эльф с сыновьями.

– С чего это он мой? – я тут же взвилась от несправедливых обвинений, и Рик пошёл на попятный.

– Хорошо, не твой, но за ним встречи стали искать другие, это быстро стало известно на самом верху. И последовал приказ сдать все наши базы данных, сервер демонтировать и собрать в новом научном центре. Естественно, закрытом и полностью отрезанном от остального мира. Мы бы никогда оттуда не вернулись. И Сорин активировал военный протокол защиты башни. После штурма, когда погибли твои родители, он очень серьёзно относился к обеспечению безопасности. И мы, как в средневековье, оказались осаждёнными, только не военной техникой, она подключилась позже, а хакерскими атаками.

Рик замолчал, глядя мимо меня на тёмную кромку леса, и я только сейчас сообразила, что день клонится к вечеру, сумерки накрыли склон, осветив закатным светом противоположные вершины. И от леса ощутимо потянуло сыростью. Всё же осень – не то время года, когда хочется сидеть на улице. Хотя мне в объятиях любимого было тепло и уютно, а ему представился шанс выговориться. И я молча слушала, сильней прижималась к нему, когда чувствовала, что о некоторых моментах ему говорить особенно трудно.

– У нас было несколько наработок, оставалось только проверить их экспериментально и, возможно, удалось бы напитать завесу энергией. Если бы не всеобъемлющая жажда власти Александра и ему подобных. Хотя надо отдать ему должное, он единственный пытался влиять на решения нового правительства. Только противостоять этим монстрам бесполезно. Его бы смяли как тонкий пластик, а за ним миллионы людей, работающих на его корпорацию, и их семьи.

Рик замолчал. Что было дальше, я знала.

Мы так и сидели на террасе обнявшись, пока нас не окутала непроглядная ночная тьма.

– Пойдём в дом, ты замёрзла.

Мужчина легко поднялся и, держа меня на руках, внёс в дом. Огляделся, и я почувствовала, как в нём поднимается волна удивления.

– А где кровать?

Я рассмеялась, уткнувшись замёршим носом ему в шею. Пришлось просить поставить меня на пол и показывать нишу в стене со скатанными рулоном одеялом и матрасом. Рик только хмыкнул, помог соорудить ложе и тут же растянулся на матрасе, а я оправилась в душ.

Купаться в ледяной воде – то ещё удовольствие. Поэтому постаралась закончить как можно быстрее. Растерев полотенцем покрывшуюся мурашками кожу и просушив хвост, вернулась в комнату и юркнула под одеяло в горячие объятия Рика.

Эта ночь в маленьком доме, затерянном среди лесов на склоне чужих гор в новом мире, подарила пьянящее чувство счастья. Сильные руки мужчины, обнимающие меня так крепко, что перехватывало дыхание, безумные ласки, неистовые от всепоглощающей, сжигающей страсти поцелуи, единение тел, когда теряется ощущение собственного я, когда становишься с любимым одним целым. И пропасть разделившей нас смерти наконец навсегда захлопнулась. Под натиском невыразимой нежности взаимных касаний, поцелуев, шёпота слов любви страх снова потерять друг друга отступил. Я рыдала на груди Рика, чувствуя, как истерзанная болью душа исцеляется. Мой мужчина поцелуями снимал слезинки, давая выплакаться, понимая, как мне это нужно. И потом долго бережно держал в своих объятиях, пока я не уснула.

Глава 41

То, что Мальхаут – теперь наш новый мир, я осознала утром, когда ни свет, ни заря на площадке перед домом начали открываться порталы, и оттуда повалил народ, а следом за рабочими выплывали грузовые антигравитационные платформы со стройматериалами. Выйдя на улицу, я таращилась на бурную деятельность, которую развили три бригады строителей. Они как муравьи облепили дом и начали с разбора черепичной крыши.

– Капитально, – усмехнулся Рик, появляясь на террасе босиком в спортивных штанах, футболке и с кружкой свежесваренного кофе.

Я нагло выдернула из его рук чашку и потянула носом умопомрачительный запах. Сделав маленький глоток, замычала от блаженства.

– Рик, откуда?

– Сделал на портативном синтезаторе, наниты собрали его за ночь.

– Шутишь?

Увидев ошеломлённое выражение моего лица, он рассмеялся.

– Ничуть, там, наверно, уже и завтрак готов. Всё, как ты любишь, – вафли, фрукты, сливки.

– Я тебя обожаю, – чмокнув мужчину в щёку, я отправилась на кухню проверять, не разыгрывает ли он меня.

Не разыгрывает. Новенький синтезатор, корпусом имитирующий местный белый камень, занимал половину рабочей поверхности кухонного стола, и рядом с ним – фарфоровая тарелка со стопкой вафель, обсыпанных фруктами и увенчанных белоснежной шапкой взбитых сливок. На полу стояла картонная коробка, полная картриджей с элементами для синтеза любого блюда, на какое только хватит воображения. Живём!

Услышав с улицы знакомые голоса, вернулась на террасу, неся с собой тарелку и отправляя пальцами в рот кусочки фруктов.

– Доброе утро, Сорин, Ларс, – улыбнулась я таким разным мужчинам.

Вообще на нас таращились. Три белоснежных лисехвоста в мире, где про них давно забыли, вызывали жгучий интерес. Мы делали вид, что не замечаем любопытные взгляды, но право слово, смешно, честно.

– Какие планы на сегодня? – Ларс стащил с моей тарелки несколько ягод клубники. – Они из вашего мира?

– Похожи внешне и по вкусу, в остальном полностью адаптированы к Мальхауту, – Рик тоже стащил пару штук, причём самых крупных.

– А я, пожалуй, возьму вафлю, – Сорин подмигнул и взял сразу три.

Я рассмеялась.

– Поняла, пойду готовить вам завтрак.

– На меня не надо, я завтракал во дворце, – поспешно отказался Ларс.

Видимо, вспомнил мою подгорелую яичницу с обуглившимся беконом, и я снова рассмеялась.

– Не бойся, больше я тебя не отравлю.

Скрывшись в доме, отправилась экспериментировать с синтезатором и нос к носу столкнулась с двумя рабочими, снимавшими с петель кухонную дверь, ведущую к площадке, где раньше располагался наружный очаг.

– Постойте, – забыв, зачем сюда пришла, я поспешила к ним. – У вас есть план перестройки?

Что-то мне не нравилось, с какой скоростью от дома остаётся один несущий деревянный каркас. В гостиной уже и окна демонтировали, а над головой вместо крыши остались одни стропила.

Мужчины замерли вместе с дверью, переглянулись и уставились на меня.

– Обговорите это с бригадиром, тьера. Нам сказано демонтировать старый дом, вот мы и делаем.

– Ведите к вашему начальнику. Да поставьте вы эту дверь, никуда она от вас не денется.

Рабочие снова переглянулись, прислонили дверь к стене и повели меня на улицу. Обогнув дом, прошли между платформами, которые ещё не разгружали, и вскоре я увидела троих мужчин в спецодежде, касках и рабочих сапогах. Один держал в руках развёрнутый чертёж, остальные двое тыкали в него пальцами и что-то оживлённо обсуждали.

– Добрый день, – неслышно подойдя к ним, я постаралась мило улыбнуться.

Все трое замолчали, повернулись в мою сторону и дружно отшатнулись.

– Это план моего дома? Вы позволите?

Продолжая улыбаться шокированным мужчинам, взяла из их рук чертёж, всмотрелась в схему и поняла, что совершенно не хочу жить в подобном доме. На плане была представлена миниатюрная версия императорского дворца. Ужас, одним словом!

Свернув ватман трубочкой, я оскалила клыки в широкой улыбке.

– Мы можем обсудить новый проект?

– Тьера, план и смету утвердил Император, – старший из мужчин отмер от шока, а двое других выпученными глазами косились на мой нервно дёргающийся белоснежный хвост. – Не думаю, что мы...

– О, с Его Величеством я сама поговорю, думаю, он одобрит новый план. Тем более, мы не превысим смету. Даже сильно сэкономим.

И вот тут встала проблема. Чтобы поговорить с Его Императорским Величеством, нужно было отправиться порталом во дворец. Одной мне было не с руки. Не вести же рабочих через другой мир. К тому же меня во дворец не приглашали. И я отправилась на поиски Ларса.

Ментор обнаружился в компании Сорина, Рика и группы военных, которых я раньше здесь не видела. Мои парни переоделись в чёрную военную форму. И все они собирались исчезнуть в открытом портале. Вовремя я успела.

– Ларс, можно тебя?

– Только быстро.

– Мне нужно во дворец, к Его Величеству, сможешь проводить?

Мужчины оглянулись на нас, военные были недовольны задержкой. Рик оставил их и подошёл к нам.

– Проблемы?

– Они хотят построить это!

И я развернула чертёж.

– Тебе не нравится? – удивился Ларс.

Рик лишь понимающе улыбнулся.

– Справишься?

– Конечно.

– Хорошо, вечером не жди, не знаю, когда смогу освободиться.

Я кивнула, он вернулся к военным, и они исчезли в воронке портала.

Ларс перенёс меня с тремя бригадирами в один из рабочих кабинетов императора, пообещал доложить о просьбе встретиться Его Величеству и тоже испарился.

– Кхм, – всё тот же старший бригадир нервно осмотрелся по сторонам и протянул мне руку. – Ривен, тьера, я руковожу постройкой вашего дома. Пока ждём аудиенцию, в двух словах расскажите о своей идее.

– Я нарисую.

Чувствуя себя чуть ли не хозяйкой, я быстро нашла в столе чистые листы, села и взялась рисовать новый проект, стараясь максимально сохранить восточный стиль дома на горе. Местная архитектура хоть и вызывала восхищение, но мне хотелось сохранить уникальность моего дома. Только сделать его просторней и снабдить современными удобствами.

Два часа спустя император застал нас четверых, сгрудившихся вокруг стола и совместно рисующих новый план. Я задала идею, и мужчины взялись за её инженерное решение. Оказалось, никаких строительных норм в этом мире не было. Потому что дар трансформации, которым обладали все до единого строители, нанятые для нас императором, позволял воплотить хоть в дереве, хоть в камне, хоть в стекле абсолютно любую задумку.

– Что у вас случилось, что вы ни све, ни заря снова во дворце? Я же только вчера отправил вас отсюда, – беззлобно проворчал эльф, жестом оставляя любопытную свиту в коридоре и закрывая за собой дверь в кабинет.

Мужчины тут же выпрямились и согнулись в почтительном поклоне.

– Тьера пожелала изменить проект дома, – доложил Ривен.

– Покажите!

Мужчины отступили от стола, заваленного правлеными эскизами. Император подошёл, взял листы и, перебирая, стал складывать их вместе, выстраивая в воображении цельную картину.

– Интересная задумка, – эскизы вернулись на стол. – Чего вы от меня хотите?

– Так, это... чтобы утвердили, Ваше Величество.

Я смотрела на монарха и еле сдерживала улыбку, настолько обескуражила его просьба бригадира.

– Я и первый проект не утверждал. Стройте дом, какой желает тьера, и не беспокойте меня по таким мелочам.

– Но Ваше Величество, а как же смета?

Император уже был у выхода из кабинета. Взявшись за ручку двери, оглянулся.

– Разве вам её кто-то ограничивал?

Кивнув на прощание, мужчина покинул кабинет, вернувшись к своим делам, а мы снова склонились над чертежами. К тому моменту, когда вернулся Ларс, масштабы нового строительства уже были более-менее определены. Оба помощника попросили вернуть их в цех, чтобы обсчитать, сколько нужно новых материалов, и заказать их доставку. Нас с Ривеном наставник вернул на стройку, и я поняла, что жить придётся у Сорина. От нашего дома остался фундамент и каменные колонны, некогда поддерживавшие крышу над террасой.

– Пойду, покажу чертежи ребятам, – Ривен отвесил лёгкий поклон и решительно направился к отдыхающим бригадам.

Я лишь рассеянно кивнула. Идею мою приняли, дальше мастера справятся сами. Чем бы заняться? Поднявшись в бывший дом Ларса, обрадовалась, обнаружив там синтезатор и все наши вещи: одежду, постельные принадлежности и кучу непонятных коробок. Поборов искушение заглянуть в них, создала чашку кофе и, выйдя на террасу, стала с высоты наблюдать за возобновившейся стройкой. Да так увлеклась, что чуть не пропустила появление Зейна.

Хранитель вышел из-за деревьев. Улыбнулся, встретив мой взгляд. Поднялся по ступеням и тоже устремил взор вниз.

– Это надолго.

Я кивнула.

– Кофе будете?

– Если только попробовать.

Сходив к синтезатору, через минуту вернулась со второй чашкой и протянула Хранителю.

– Спасибо, – мужчина сделал несколько глотков и ожидаемо скривился. – Горький. Он такой и должен быть?

– Можно добавить сливки и сахар, но вкус будет совершенно другим.

Зейн с сомнением посмотрел в свою чашку, потом виновато улыбнулся и выплеснул содержимое вместе с гущей в ближайшие кусты.

– Я не просто так тебя искал. Дарион в архиве обнаружил кое-что интересное.

Вот змей-искуситель! Знает же, что без Рика и тренировок с Ларсом, я взвою от скуки. А тут такой соблазн – покопаться в архиве Хранителей. К тому же хотелось узнать, как они перемещаются из реального мира в междумирье. Ларс говорил о каких-то дверях. Наверно, они работают по принципу портала – как стеллаж в библиотеке. Но Зейн появился посреди леса и мне было интересно.

Мужчина сделал странный пас рукой, словно чертил знак. И перед ним появился не полноценный портал, а нечто на него похожее. Столб мерцающего воздуха, в который он вступил, тут же исчезнув. Я шагнула следом. При соприкосновении со странным явлением появилось ощущение, будто протискиваюсь сквозь кисель. Сделав всего один шаг, ничуть не удивилась, оказавшись на утёсе над водопадом в городе Хранителей. Под ногами на мраморном полу другим цветом в круге был выложен тот самый знак, что Хранитель чертил в воздухе. Кстати, такой же знак был изображён на медальоне, подаренном Ларсом.

– Пространственная складка, – пояснил мой провожатый. – С её помощью можно оказаться в любой точке опекаемого мира.

– Это ваш дар Хранителей?

Зейн кивнул.

– Наш и твой, тебе многому предстоит научиться, юная Хранительница. Но сначала посетим архив. Это действительно важно. Для тебя.

Когда Ларс во время поединка назвал меня Хранительницей, я очень удивилась. А потом ждала чего-то подобного. Не могли меня оставить без присмотра. Слишком огромное могущество мне досталось.

Дарион встретил нас в той самой огромной библиотеке, и я ничуть не удивилась, увидев его в материальном теле.

– Добрый день, Хранитель Дарион. Вас можно поздравить с телом?

– Оно нанитовое, и с подзарядкой блока в междумирье нет проблем. Энергия восполняется мгновенно. Я тоже рад видеть тебя, Янира, присаживайся, – мне жестом указали на кресло возле рабочего стола, в точности такое, как в университетской библиотеке. И когда я села, мужчина придвинул ко мне необработанный тусклый белый кристалл. – Положи на него руку и закрой глаза. Так ты увидишь записанную на него информацию.

Я сделала, как сказал Хранитель, – положила ладонь на кристалл, закрыла глаза. И вдруг оказалась стоящей в одном из залов этого города, словно попала в виртуальную реальность. Осмотревшись, поняла, что нахожусь в проходной комнате. Отсюда огромные арки вели в другие помещения. Увидев за одной из них залу с выходом на балкон, сделала несколько шагов в ту сторону и остановилась, услышав голоса за спиной.

– Мой друг, вы затеваете опасную игру в Бога.

Голос этого Хранителя был мне не знаком, а вот раздавшийся в ответ смех оказался смутно знакомым. И он не принадлежал ни Дариону, ни Зейну.

– Я учёный, и не верю в Бога.

Я замерла от неожиданности. Отец?

Удивление, неверие и безумная радость, что я могу увидеть родного человека хотя бы в чьих-то воспоминаниях, заставили броситься на поиски мужчин.

– Но согласитесь, сама идея эксперимента не вызывает у вас протеста.

Голос, его голос! Я почувствовала, как на глаза навернулись слёзы, и заметалась по залам, не зная, как найти говоривших. Но где бы я ни оказалась, все комнаты были пусты. Этот город и правда давно вымер, и я ничуть не удивилась ответу неизвестного Хранителя.

– Вы правы лишь в одном, мы действительно подошли к порогу своего развития. И многие, не видя дальнейшего пути, предпочти уйти на новое перерождение. Но то, что вы предлагаете, немыслимо.

– Я предлагаю лишь очевидное решение. Ваши возможности можно расширить, подумайте, какие откроются перспективы для будущих Хранителей.

– Отец! – закричала я, глотая слёзы от бессилия.

Я так хотела его увидеть, что, наверно, сила отчаянного желания дёрнула меня сквозь пространство, и я оказалась в уютном кабинете, где в глубоких креслах сидели двое. Отец и Айзек – последний Император и глава Дома Белоснежных лисехвостов, который по летописям Мальхаута был убит собственным сыном за право наследовать престол.

Я остановилась как вкопанная, не веря своим глазам, но зрение не обманывало. Это действительно был он. Сходство с портретом было столь очевидным, что ошибиться невозможно.

– Отец, во что же ты впутался?

Подойдя к тому, кого всю жизнь считала своим отцом, всмотрелась в родное лицо, понимая, что почти забыла, как он выглядит. У Рика не осталось голоизображений родителей. А, может, и были, но он их удалил ради моей безопасности. И сейчас я потрясённо сознавала, как же он похож на Сорина. Вернее, наоборот, Сорин – почти точная его молодая копия. Выходит, в нём от отца намного больше, чем он признался. А мужчины между тем продолжали говорить.

– Хорошо, – белоснежный лисехвост, одетый в непривычную синюю мантию Хранителей, кивнул, встал с кресла и стал нервно мерить шагами комнату. – Вы понимаете, что всё должно остаться в строжайшей тайне? Особенно, если эксперимент окажется неудачным.

– Я на сорок процентов уверен, что всё получится, вы не представляете, насколько это большие шансы для экспериментальной науки.

– Что вам нужно?

– Самая малость. Биоматериал любого, кто обладает даром тьеры.

– Биоматериал? – удивился Айзек. – Какой именно?

– Всё, что содержит ДНК: кровь, волосяные луковицы, слюна. Если, конечно, вы не позволите взять несколько образцов различных тканей.

– И всё? – на лице Хранителя отразилось явное облегчение. – Не вижу проблем, пойдёмте в лабораторию.

Испугавшись, что они исчезнут из видения, я буквально прилипла к мужчинам, идя за ними. Но странное погружение в чужие воспоминания и не думало обрываться. Оказавшись в лаборатории, Айзек подошёл к шкафу, достал лоток с пробирками, жгут, шприц, выложил их на каменный стол и закатал рукав мантии.

– Позвольте мне, – отец шагнул к лисехвосту и затянул жгут на его предплечье.

От понимания происходящего у меня закружилась голова. Айзек дал свою кровь для экспериментов отца? Но тогда получается... получается, белоснежный лисехвост – мой биологический отец?

Наверно, эмоции оказались слишком сильными, или я узнала всё, что было нужно, в следующее мгновение меня выбросило из видения, и я пошатнулась в кресле.

– Выпей.

Зейн протянул запотевший бокал с изумрудным напитком. Но я отрицательно мотнула головой.

– Давно вы узнали?

– Подозревали с твоего первого появления в нашем мире, когда поняли, что ты белоснежная. С тех пор искали доказательства. Ты не представляешь, сколько подобных записей сделали наши братья, – Дарион взял кристалл, сделал пас рукой, и он исчез с его ладони. – Отправил в хранилище, – пояснил в ответ на мой удивлённый взгляд. – Долгое время нам не давали покоя все, связанные с тобой, странности. Мы считали тебя чудом. А потом ты стала перемещаться по случайным координатам, и все миры оказались очень близкими к Мальхауту. Ты словно чувствовала его и интуитивно пыталась найти, пока однажды не переместилась к нам. Признаться, поначалу мы опасалась, что ты целенаправленно ищешь наш мир по заданию правительства Земли. Поэтому и было недоверие с нашей стороны.

Зейн смотрел на меня сочувственно.

– Это не все новости, – продолжил Дарион и неожиданно замолчал.

Я до побелевших костяшек сжала подлокотники кресла, уже зная, что сейчас услышу.

– Дайте угадаю! Рик?

Хранитель кивнул.

– Теперь нам понятно, почему он тоже стал Белоснежным. Вы – прямые потомки Айзека, и Рик второй из сорока шести детей, сотворённых твоим отцом.

Зейн взял бокал и вложил в мои руки.

– Выпей, это поможет принять новую информацию.

На этот раз я не стала отказываться и едва не расплескала пахнущий мятой напиток в трясущихся руках. Я знала, что являюсь венцом эксперимента родителей, и никогда не задумывалась, а был ли кто-то до меня? Менее удачный. Выходит, были, и я даже знать не хочу, что стало с этими детьми. Зная реалии моего мира, ничего хорошего, раз выжили только мы с Риком.

– Получается, он мой брат?

– Это вряд ли. У вас общих генов Айзека меньше сотой доли процента, – Дарион нервно постучал пальцами по столу. – Не думаю, что Рик сам в курсе, кем является. А вот то, что ваша родина – Мальхаут, нас очень радует.

Сразу вспомнилась моя более чем странная реакция ещё тогда на Земле, когда я поняла, что корпорации могут оказаться в этом мире. Во мне тогда поднялась настоящая звериная ярость и собственническое чувство, что этот мир только мой. Помнится, я даже Рика напугала и толком не смогла объяснить, что со мной.

– А Сорин? Он же изначально был виртом. Почему он тоже стал белым лисехвостом?

– Здесь всё просто. Чтобы получить дар тьеры, он использовал твой геном.

– Но Рик тоже использовал...

– Нира... – мягко перебил Зейн, – ты же не собираешься тысячи людей нашего мира, обладающих телепортацией, считать родными братьями и сёстрами?

–Н-нет, – пришла я ужас.

Не нужно мне столько родни. Мне и Сорина с Риком вполне достаточно. Вспомнился тот сон с нашим сынишкой, и я поняла, что не откажусь увеличить нашу маленькую семью парой непоседливых мальчишек и дочкой с умными серьёзными глазами, как у папы.

– Вот и славно. Наличие ничтожной части одного и того же генного кода не делает вас троих кровной роднёй, так что успокойся.

И я поняла, что на сегодня с меня хватит ошеломляющих откровений.

– Я могу вернуться домой? Боюсь, больше воспринимать информацию я не в силах.

– Конечно, только ещё одно.

Дарион снова повёл кистью, и на его ладони оказался точно такой же медальон, который висел сейчас на моей шее.

– Это аналог дара тьеры. Он открывает двери в пространстве между реальностью и междумирьем. Используй как обучающее пособие. Пригодится, пока не научишься перемещаться самостоятельно.

Я осторожно приняла из рук Хранителя амулет и поднялась с кресла.

– Что нужно делать?

– Сожми и представь место, где хочешь оказаться.

– Благодарю, что открыли мне эти знания.

– Они в твоих интересах. Мы никогда не будем ничего от тебя скрывать, юная Хранительница. Теперь ты можешь в любое время оказаться здесь, но продолжим обучение через несколько дней. Вам всем нужно время, чтобы освоиться в новом мире.

– Спасибо.

Глава 42

Я сжала в руке медальон, представляя дом Сорина, и явственно увидела поверх мысленной картинки знак перехода. Меня слегка сдавило изменившимся пространством, и в следующее мгновение я оказалась в ночной тиши недалеко от бывшего дома Ларса. В окнах горел свет, и на улицу долетали голоса многих людей: военных, глав Домов и даже самого Императора. В моём состоянии идти туда нельзя. Мои сразу поймут, что что-то случилось, а объяснять при посторонних я не хотела. Пусть Рик первый узнает о нашем настоящем происхождении. Тогда и решим – говорить об этом остальным или нет.

«Не теряй меня, хочу навестить Милисенту», – послала сообщение Рику по нашей внутренней сети. Сейчас к ней были подключены всего трое – он, я и Сорин.

«Всё в порядке?», – ответил он мгновенно.

Я услышала, как он в доме встал из-за стола, извинился перед собравшимися и, невзирая на присутствие Императора, направился к выходу.

«Нира?» – всполошился Ларс.

Его вопрос, произнесённый одними губами, услышала только я.

«Он сейчас вернётся, дайте нам пару минут», – произнесла так же тихо.

«Всё в порядке?»

Я прыснула со смеху – ещё один.

Рик вышел из дома, безошибочно нашёл меня на краю леса, улыбнулся своей потрясающей улыбкой, и я улыбнулась в ответ. Мужчина приблизился, сильные руки обняли. И когда губы подарили головокружительный поцелуй, все ненужные мысли вылетели из головы. Какая разница, как мы оба появились на свет! Важно только происходящее в это мгновение. Наше общее сбитое дыхание, желание вжаться друг в друга и никогда больше не отпускать. Запустив руки в его шевелюру, дёрнула резинку, собиравшую её в хвост и белоснежная грива рассыпалась по широким плечам.

Нас окутало сияние портала, и на этот раз его открыла не я. Упав на кровать, уронила за собой Рика, сдёргивая с него китель и рубашку.

– Ты бросил Императора, – произнесла с придыханием между поцелуями.

– Всё важное мы уже обсудили, – мужчина, не переставая покрывать моё лицо поцелуями, срывал с меня одежду. – Там намечается вечеринка, обойдутся без меня.

А потом мне стало всё равно на возможное недовольство Императора и весь мир в целом. Потому что остались только мы двое. И когда наслаждение стало сродни боли, из уголков глаз скатилось несколько слезинок от переполняющего счастья.

Уютно устроившись в объятиях любимого, я наблюдала, как лёгкий ветерок колышет невесомые занавеси на распахнутых стеклянных дверях, ведущих на широкий балкон. Отсюда были видны только светящиеся окна вершин башен Ашентри и очень далеко фонари на мостах-переходах.

Я засмеялась, вспомнив наше вторжение в незанятый номер в гостинице.

– Надеюсь, в этот раз мы не вторглись в чужой дом, и здесь есть звукоизоляция.

– Пойдём, – мужчина поднялся, взял меня за руку и потянул с собой.

Наниты создали ему бельё, мне длинную майку, в какой я привыкла спать в убежище. Идти не хотелось, но любопытство победило.

Мы вышли на балкон. Мужчина обнял со спины, сцепляя руки на моём животе, и я вздохнула от восхищения.

– Как красиво!

Квартира располагалась в пентхаусе одной из башен. И с этой высоты открывался потрясающий вид на город и бескрайнее море.

– Ларс сказал, ты хотела именно такую квартиру, – меня со смешком поцеловали в висок. – Возводить жильё выше императорского дворца я посчитал неуместным, но как новый клан Белоснежных, мы имеем право на равноценное присутствие в Ашентри с главами других Домов.

Я оглянулась и потрясённо посмотрела на любимого.

– Ты купил целую башню?

Рик кивнул, а у самого глаза сияли, как у нашкодившего мальчишки.

– Но, – я растерялась от подобной новости. – Куда ты выселил жителей?

– Никуда, пусть живут. Зачем нам троим сто пять этажей пустых помещений? Лично наши с тобой апартаменты на последних трёх этажах. Ниже поселился Сорин, два этажа пустые для обеспечения безопасности, остальных мы не тревожили. Они даже не знают, что в пентхаусе сменились владельцы.

Я хотела спросить, когда он успел провернуть такую сделку, и ещё тысячи вопросов вертелись на языке, но махнула на них рукой. Если ему хочется обо мне заботиться, я не против. С улыбкой повернувшись вновь к городу, я наслаждалась ощущением умиротворения и спокойствия, пока чьи-то руки не нырнули мне под майку и не накрыли холмики груди.

– Можешь не искать, её там нет, – я с улыбкой закусила губу, вжимаясь в возбуждённого мужчину.

– Я попробую, – он с самым серьёзным видом изобразил, что ищет, и развернул к себе.

Я тут же повисла на любимом, обхватывая его шею руками и оплетая ногами бёдра. Наши сияющие взгляды встретились. Меня отнесли обратно в спальню и с великой бережностью уложили на кровать.

– Я люблю тебя любую, какой бы облик ты ни принимала во всех мирах, – прошептал Рик между поцелуями, накрывая своим телом.

– Я тоже тебя люблю, – простонала, улетая от наслаждения к рассыпающимся звёздам.

– Мне кажется, или тебя пытаются найти? – знакомое синее мигание на перстне Рика привлекло внимание.

Взяв его ладонь, села на кровати, скрестив ноги, и попыталась снять. Куда там! Такое ощущение, что кольцо приклеилось к телу с помощью нанитов. Мужчина улыбался, видя мои бесплотные попытки.

– Вэрис дал, чтобы в случае необходимости обсудить рабочие моменты.

– Кто? – в первое мгновение я не поняла, о ком он говорит, а потом вспомнила, что так зовут Императора. – То есть прямо сейчас он тебя вызывает?

– Да, – мужчина не двинулся с места, наоборот, высвободил свою руку.

Тяжёлая ладонь легла мне на бедро, поднялась на талию и меня уронили обратно.

Я тут же выпуталась из объятий и снова села.

– Ты ему не ответишь? – поразилась я наглости некоторых индивидуумов, игнорирующих прямой вызов правителя этого мира.

– Уже ответил, иди сюда, – меня снова попытались обнять и отвлечь поцелуем, но я не далась.

– Рик, что за дела? Как ты это сделал?

Понимая, что романтичное настроение улетучилось, он встал, надевая свободные спортивные штаны.

– Пошли поищем еду в холодильнике, у тебя в животе урчит громче, чем ты на меня рычишь.

На этот раз я надела майку настоящую и пошла за Риком, по пути рассматривая нашу квартиру. Она оказалась огромной. Несколько спален из тех, что я успела увидеть. Внушительных размеров гостиная с камином, ещё одна гостиная уровнем ниже, к ней вели ступени, и оттуда тоже имелся выход на шикарный балкон. Отдельной зоной была выделена кухня, совмещённая со столовой, и мне было любопытно обследовать ванну, но сейчас я больше хотела есть. Так что, усевшись на стул, наблюдала, как мужчина достаёт из холодильника продукты и собирает импровизированный ночной ужин, попутно включая синтезатор и давая команду сделать нам обоим кофе. Камень на его перстне давно не мигал, и я просто жаждала подробностей.

Сев напротив, он тоже принялся утолять голод.

– Тот взлом не прошёл для меня бесследно. Я не хотел говорить, пока сам не разобрался, но думаю, ты должна знать. Даже в биологическом теле моё сознание продолжает работать, будто я до сих пор вирт, – он бросил напряжённый взгляд, ожидая моей реакции. – Я могу параллельно выполнять несколько задач. Именно так я ответил Вэрису – это заняло доли секунды. Если бы не сигнал камня, ты бы не заметила.

– И сколько задач ты можешь обрабатывать одномоментно? – спросила тихо, понимая, что та ночь изменила нас обоих.

Я ведь тоже ему не рассказала, что теперь являюсь Хранительницей. Похоже, визит к Милисенте откладывается, и нам предстоит долгий разговор.

– В обычном режиме до сотни. Если требуют обстоятельства, этот показатель возрастает тысячекратно.

Я с шумом вдохнула, осознавая, что голова моего мужчины превратилась в суперкомпьютер. Рик напрягся. Видимо, опасался, что моё отношение к нему теперь изменится. Понимая, что сейчас все слова бессмысленны, перебралась к нему на колени, обняла за шею и прильнула к губам, вкладывая в поцелуй всю любовь и восхищение. Мужчина расслабился, поцеловал со вновь вспыхнувшей страстью и резко поднялся. Смахнул на пол пустые тарелки и, не разрывая поцелуя, усадил на стол. Я обхватила его ногами, принимая в себя, и снова мир закружился в вихре страсти, существуя только для нас двоих.

Рассвет застал нас в кровати, до которой мы добрались только под утро. Ну что могу сказать – в пентхаусе обнаружились три ванны, и все они оказались потрясающе роскошными, а ещё сауна, бассейн и небольшой спортивный зал. Даже с выносливостью лисехвоста я устала, правда не столько физически, сколько от выплёскиваемых эмоций.

Рик расслабленно лежал, откинувшись на подушки, и лениво наблюдал, как я, сидя за туалетным столиком, пытаюсь расчесаться.

– Ты не думал подстричься? – я через зеркало ловила его взгляд, не переставая улыбаться.

– Пару раз за ночь меня посещала эта мысль, – рассмеялся мужчина, и я покраснела, вспомнив, как зарывалась в его роскошную белоснежную шевелюру. – Но нет, хотя ты натолкнула на мысль, о которой я забыл.

Легко поднявшись, он подошёл, что-то повертел в руках и надел мне на палец красивое кольцо. В следующий миг мои волосы, ушки и хвост снова стали огненно-рыжими с чёрными кончиками. Его окрас тоже стал рыжим, только более насыщенного цвета.

– Незачем соседям знать, что рядом с ними поселились Белоснежные. Иначе у нас сразу опустеет два десятка этажей. Старшее поколение съедет, и это повлечёт ненужные вопросы. Вэрис просил подождать, пока его пресс-служба подготовит общественное мнение к нашему мнимому возращению.

Я закусила губу, набираясь решимости рассказать Рику о самом главном. Ночью мы говорили о многом. Он совершено спокойно воспринял мой новый статус Хранительницы, но вот о том, что Мальхаут – наша прародина рассказать не получилось.

– Оно не будет мнимым, – решила я покончить со всеми недомолвками. – Айзек был нашим общим предком. Ты знал, что тоже являешься результатом эксперимента? Если точнее, ты второй из сорока шести. Я последняя.

– Конечно, знал, – Рик смотрел на меня через зеркало, и в его взгляде появилась грусть от воспоминаний о той трагедии. – У твоего отца была прорывная идея, но в тот момент на Земле не существовало даже теории для её воплощения. И первое поколение было создано гениями, чтобы вести его разработки. Рождение остальных тоже было спланировано под выполнение необходимых задач, – он с нежной улыбкой поцеловал меня в макушку. – Ты была единственной с нужным набором генов. Поэтому не придумывай ужасов, что до тебя выбраковывали неудачные экземпляры. Мы были семьёй, и все они, не задумываясь, пожертвовали собой ради твоего спасения. Не умаляй их выбор своими грустными мыслями.

Я не сразу поняла, что по щекам текут слёзы. Я даже не догадывалась, что тогда потеряла намного больше, чем думала все эти годы.

– Ну вот, расстроилась.

В следующее мгновение я оказалась на коленях и меня ласково баюкали, стирая слёзы кончиком моего же хвоста.

– То есть ты любил меня как старший брат?

Сказала и сразу поняла, какую сморозила глупость.

– Долго думала? – меня наградили взглядом, словно клиническую идиотку.

Подхватив на руки, Рик снова понес в спальню, доказывать, что его чувства очень далеки от братских. А я что? Пусть доказывает, если нам обоим это дарит огромное удовольствие.

– Нира, вечно ты уводишь мои мысли куда-то не туда, – мы расслабленно лежали, нежась в объятиях друг друга. – Что ты говорила об Айзеке?

– Он наш генетический предок, именно поэтому при перемещении мы стали белоснежными лисехвостами. Видимо, это как-то связано с даром телепортации.

Я в подробностях поведала о том, что увидела. Рик, внимательно слушая, гладил меня по спине и, когда я закончила, сказал задумчиво.

– Не удивлюсь, если это очередная манипуляция Хранителей, чтобы привязать нас к этому миру. И с такой же вероятностью запись может оказаться настоящей. В любом случае, прошлого не изменить. В настоящем совет Домов не позволит отрыто назваться потомками императора, – меня снова легко поцеловали, и Рик весело сощурился. – Или ты уже видишь себя императрицей объединённого королевства?

Я в ужасе отрицательно замотала головой.

– Ни за какие блага Вселенной не хочу править этим миром.

– Вот и я не рвусь в императоры, – рассмеялся мужчина. – Хорошо, что ты это узнала, но сомнительные ноль целых тридцать две тысячных процента генов Айзека для нас с тобой ничего не меняют.

Понимая, что сейчас последует продолжение, я молчала.

– Наш дом построят не раньше начала зимы. Ровен замахнулся почти на императорскую резиденцию и в этот раз не пойдёт на уступки, так что не шуми, – приструнил меня Рик, когда я хотела возмутиться, что опять мой проект переиначили. – Башни в городе недостаточно для обеспечения нашего нового статуса. Поскольку бывшие земли Белоснежных и находящиеся на них города, поселения и производства нам не отдадут, придётся общественности пускать пыль в глаза роскошью, чтобы ни у кого не возникло вопросов, на каком основании мы войдём в совет Великих Домов.

– Мы же обладаем даром телепортации, нам не позволят.

– Для Сорина сделают исключение, этот вопрос с Императором и другими главами уже обговорили. Собственный научный центр развернём в междумирье. Хранители признали, что ко многим технологиям Мальхаут не будет готов ближайшие лет двести, а то и триста. Для отвода глаз создадим лаборатории и несколько рабочих линий внутри горы. Именно научные достижения обеспечат нам доход в этом мире. Первый промышленный синтезатор будет собираться пару недель. Дальше дело пойдёт быстрее, когда начнём получать редкоземельные элементы и обеспечим первый цех энергией, а пока нужно решить два первостепенных вопроса.

– Каких? – я заворожено слушала о грандиозных планах изменения мироустройства Мальхаута и мысленно прокручивала будущий разговор с Ларсом о том, как можно умерить пыл двух слишком активных лисехвостов.

Этот мир мне нравился именно таким, каким я его открыла, и я не хотела, чтобы в его развитие кто-то вмешивался, даже если это будет Рик.

Понимая, что разговор больше не подходит для обсуждения в кровати, мы оделись и переместились на кухню, решив поздно позавтракать, совместив с обедом, прежде чем мы разбежится по своим делам.

– Первая задача, – Рик подал чашку с кофе, – нужно решать вопрос с сотней тысяч иномирцев, оставшихся на Земле.

Я чуть не поперхнулась горячим напитком. Нет, мне было жалко всех этих людей и нелюдей, оказавшихся запертыми под завесой, но я одна... ладно нас трое... но их сотня тысяч. Тут не надо обладать сверхразумом, чтобы понять, что на их возвращение на родину уйдут десятки лет. Я не портальная установка, чтобы открыть и удерживать проход между мирами, дожидаясь, пока по нему пройдут все желающие. Я перемещалась сама и могла взять ограниченный вес, который держала в руках. Возможно, за пару лет учёные решат проблему с завесой. И получится, я проделаю напрасный труд, потратив на него годы своей жизни.

Всё это я озвучила Рику, на что он отрицательно качнул головой.

– Снять завесу за пару лет могли мы с Сорином. Земные ученые справятся ещё не скоро. А эти люди умрут от старости вдали от семей в чужом для них мире. И не забывай о землянах, оставшихся в других мирах. Если они захотят, их тоже надо вернуть.

– Тогда за этой работой состарюсь и умру я, – буркнула в пустую чашку.

Повертела её в руках, встала из-за стола и сунула в утилизатор, со злостью хлопнув ладонью по кнопке активации. Прибор тихо загудел, разбирая фарфор и кофейный осадок на элементарные частицы и формируя из них стандартный загрузочный блок для следующего использования.

– Не состаришься и не умрёшь, – Рик подошёл, развернул к себе и обнял одной рукой. – Ты всё никак не возьмёшь в толк, что мы больше не люди. Поинтересуйся как-нибудь у Зейна, сколько ему лет. Уверен, ты очень удивишься, – он снова вернулся к синтезатору. – Будешь ещё кофе?

– Буду, – приняв из его рук чашку, я опёрлась на край стола, делая маленькие глотки. – И какая вторая проблема?

– Твой контракт на Милисенту, его лучше завершить как можно быстрей.

– У меня есть пять месяцев до того, как она родит.

Рик возился, утилизируя посуду после обеда.

–Тебе придётся побывать на Земле и обговорить с её мужем возможность развода. – Повернувшись ко мне, он грустно улыбнулся и сказал то, что я уже и так понимала, только боялась вслух озвучить свои мысли. – Старые договорённости утратили силу, потому что Земля больше не наш мир. Наш дом отныне на Мальхауте.

Конец первой книги

Продолжение следует