Без права на ошибку. Проклятые и Праведные

Глава 1

Багровое солнце озаряло выжженную землю красным светом, словно предвещая печальные события. Усиливающийся ветер пытался сорвать плащи с суровых воинов, глядевших с палубы корабля на силуэты врагов. Люди завершали последние приготовления. Они понимали, что этот бой может стать для них последним. Но в глазах застыла решимость и торжественность. Многие из них долгие годы ждали этого момента.

Герцог обернулся. Неожиданная озорная улыбка на мгновение превратила его почти в мальчишку. Исходящая от него сила и уверенность окутала нас, словно бронёй.

— Враги ещё не догадались, что их ждёт. Тем лучше. Тогда, пожалуй, начнём.

Мне не хотелось встревать. Передо мной разворачивались события, которые вскоре решат судьбу территории, людей на этом корабле и осаждённых на утёсе. Я казался себе слабым и незначительным, находясь рядом с человеком в чёрно-серебряном плаще и его могучим воинами, которые в момент недолгого путешествия по реке, справедливо называли герцога надеждой человечества. Мне хотелось наравне с ними принять участие в сражении. Конечно, я не останусь на корабле, когда на кону стоит всё. Выжидать бессмысленно. А вступать с противником в схватку, который превосходит вдвое, а то и втрое, по уровню, глупо. Рассчитывать, что мне встретятся равные по силе враги, не приходилось. Но помочь Колгриму и его людям я всё же мог. Для этого требовалось пересилить себя и привлечь внимание нашего предводителя.

— Подождите… Милорд, — мой неуверенный голос растворился среди громких приказов легионеров и скрежета доспехов снующих пехотинцев. Разозлившись на самого себя, я подошёл ближе и повторил уже громче. — Милорд!

Взгляд герцога остановился на мне. Если ему и не понравилось, что его отвлекают в такой момент, то он умело это скрыл. Ярко-голубые глаза светились теплотой, и это придало мне уверенности.

— Что такое, Лионикс? Рвёшься в бой? На этот раз я тебя не удерживаю. Впрочем, можешь дождаться момента, когда путь к лестнице не будут преграждать враги, и присоединиться к своему ордену. Мои люди будут рады любой помощи.

— Нет, это они догадаются сделать и без меня. Там лидеры один умнее другого, — поспешно заявил я, понимая, что ни за что не оставлю Колгрима. Если получится принять хоть один удар, направленный в него, то моя смерть уже будет не напрасна. Какой бы силой он не обладал, против нас окажутся сотни врагов, среди которых будут и маги. — Я хочу отдать вам вот это!

В моих руках появились сияющие сосуды с разноцветной жидкостью внутри.

— Инкрустированные драгоценные флаконы Империи... Они бесценны, — на лице герцога вновь возникла улыбка. — Ты не сказал, какое именно оружие смог найти в древней гробнице. Сколько их у тебя? Покажи!

Я молча открыл окно обмена. Перед глазами возникли ячейки, в которые поместились все двенадцать эликсиров. Подтвердив передачу, я терпеливо ждал, пока Колгрим сделает то же самое. Но герцог не спешил. Видимо, рассматривал предложенные флаконы. В его половине торгового окна возникли монеты, после чего он тут же совершил сделку, и ячейки исчезли.

— Это лишнее, — неловко пробормотал я. Но спорить с Колгримом бесполезно, да и не время.

В руках герцога появился эликсир силы. Он откупорил его и в несколько глотков выпил. В глазах появился довольный блеск.

— Гакон! — властный голос Колгрима легко перекрывал шум. — Подойди!

Перед ним незамедлительно появился человек, которого я часто видел за последние дни и даже сумел перекинуться с ним парой слов. Капитана личной стражи герцога нельзя было назвать разговорчивым, но ко мне он отнёсся на удивление благодушно. Гакон первым подошёл ко мне после отплытия и поблагодарил за помощь в освобождении. То, как он говорил о своём господине, не заставляло сомневаться — он безмерно любил герцога. Сам Колгрим не считал, что ему может что-то угрожать на корабле, но даже он не пытался спорить с Гаконом. Несколько стражников постоянно находились рядом с герцогом, внимательно наблюдая за всеми. Их пластинчатые доспехи выглядели легче, по сравнению с массивными латами пехотинцев, но в то же время были прочнее и не сковывали движения.

— Передай это своим людям, — сказал Колгрим, протягивая капитану эликсиры. — Сегодня вы должны быть рядом со мной до конца боя. Разыщи Лотерна, пусть раздаст оставшиеся флаконы кому-нибудь из своих. И приведи их сюда.

— Так, может, самого Лотерна? Он же лучший воин! — в глазах Гакона было беспокойство.

— Сегодня он управляет боем, — отрезал герцог. — Ему не место в передних рядах. По крайней мере, до тех пор, пока исход сражения не будет ясен.

Гакон молча поклонился и ушёл выполнять приказ, а я отодвинулся подальше, чтобы никому не мешать.

Из трюма на палубу вышел тёмный эльф и встал рядом со мной. Высокомерное, но идеально правильное лицо было высечено словно из серого камня. За ним следом появилась компания гоблинов, вооружённые короткими копьями и малыми луками. Людские доспехи им не подходили, и они довольствовались приличной кожаной бронёй. Бывшие пленники смешно бранились между собой на своём языке, заставляя улыбаться. Хотя встречаться со злым взглядом зелёных существ у меня не было никакого желания. Манерами и терпением они не отличались, и было удивительно, что гоблины смогли доплыть сюда живыми, несмотря на их попытки задираться перед людьми. Ненависть к прежним тюремщикам пересилила, и они решили отправиться в бой вместе с нами, вместо того чтобы уйти подальше отсюда. Не знаю, насколько зеленокожие хороши в бою, но впечатление умелых воинов они не производили. Мне не верилось, что гоблины переживут сражение, и в глубине души я их даже жалел. Несмотря на несносный характер, они казались забавными.

Остальные спасённые никогда не держали в руках оружие. Наг умер ещё в городе. Синекожий арвинг идти в бой не захотел, стремясь вернуться к своим. Гноллы тоже надеялись выскользнуть, когда начнётся заварушка. Как однажды в шутку сказал мне капитан легионеров Лотерн, история не знает ни одного гнолла, стремившегося стать героем.

— В нашу сторону направляется отряд краснопузых!

— Наконец-то им стало любопытно... — герцог стоял в окружении личной стражи. — Опускайте трап!

Воины взялись за массивные доски. Широкий трап с грохотом упёрся в землю. Колгрим двинулся первый, стража неотступно шагала следом. Я запоздало попытался протиснуться к нему, но куда там! Десятки человек начали спускаться непрерывным потоком, стремясь быстрее оказаться на суше. Злясь на себя, я взглянул за борт. Маленькие красные фигуры замедлились. Затем они попятились, заметив могучих воинов, сходивших на берег, а после развернулись и с верещанием побежали назад.

До меня донёсся громкий смех герцога. Он не стал ждать, пока спустятся остальные. Быстрым шагом он и его воины направились к подножию скалы. Я запоздало подумал, что следовало бы разобраться и с теми, кто стережёт лестницу, но тут же заметил, как некоторые пехотинцы отделяются от основного отряда и уходят в сторону редких костров, откуда ушастые стремительно улепётывали.

Воины с длинными копьями за спиной начали спускать лошадей, ведя их за уздцы. Оказавшись на земле, они вспрыгивали в сёдла и строились на берегу.

— Кавалерия! — с восторгом произнёс я, ни к кому не обращаясь. — Он собирается пустить в бой кавалерию!

— Если не хочешь пропустить всё веселье, то нам тоже пора выдвигаться, — холодно отозвался эльф.

— Ты говоришь по-нашему? — изумился я.

Но он не ответил и втиснулся между лошадьми. Его рука вцепилась в моё плечо и рванула к себе. Я поблагодарил его, стараясь не попасть под копыта лошадей, и через мгновение оказался на земле.

— Нужно догнать твоего герцога, — тем же ледяным тоном сказал тёмный эльф. — Придётся бежать, не отставай!

— Стой! Есть идея получше! — торопливо крикнул я, одновременно открывая инвентарь. Выудив из вещей рог, я со всей силы дунул в него. Раздался резкий, густой, но негромкий, звук.

— У тебя есть конь… — лицо эльфа не выражало никаких эмоций, но голос стал чуть более живым.

— Почти! — я улыбнулся, услышав знакомый рёв. Вдалеке заклубился воздушный вихрь, и из него выскочил чёрный льерако.

Через несколько секунд я уже с нежностью обхватывал голову зверя, ткнувшегося мне в грудь, под удивлённые взгляды людей.

— Надеюсь, его предыдущий хозяин долго страдал перед смертью, — неприкрытая ярость светилась в сиреневых глазах эльфа.

— Не думаю… — неопределённо ответил я, усаживаясь в седло и жестом приглашая сделать его то же самое. Если между ним и ограми вражда, это может доставить хлопот. Впрочем, с этим разберёмся позднее.

Я услышал, как он, устраиваясь в седле, пробормотал заметно ожившим голосом:

— Правильно. Таких врагов следует убивать быстро и не раздумывая.

Я молча двинул ногами, и льерако сорвался с места, стремительно обгоняя пеших воинов. Голова колонны уже остановилась, поджидая отстающих и выстраиваясь для атаки.

Наши враги торопливо готовились встречать войско герцога у подножия утёса, хотя сейчас численное преимущество было не на их стороне. Но военный лагерь ушастых созданий наверняка был где-то неподалёку. Малочисленные группы бесов спешно подходили откуда-то сзади, вливаясь в основной отряд. Стало очевидно, что мы застали их врасплох. Наготове у них было ровно столько бойцов, сколько нужно, чтобы не дать осаждённым прорваться. Быстрый захват вершины они тоже не планировали, стремясь для начала измотать людей. Быкорикс и его военачальники берегли своих солдат и воевали по всем правилам военной науки, ошибочно считая, что время на их стороне. Катапульты медленно разворачивались в нашу сторону.

Я на полном скаку обогнул строившихся людей и направил зверя к герцогу. Он стоял впереди, а за его спиной находились стражники, державшие наготове клинки и щиты из тёмной стали. Колгрим слегка усмехнулся, когда мы с эльфом спрыгнули на землю рядом с ним, и повёл головой, приглашая влиться в строй за его спиной.

Герцог сделал два шага вперёд, обнажил меч и обернулся. Лёгкая улыбка тронула его губы. Я ждал какую-нибудь пафосную, воодушевляющую речь напоследок, но Колгрим просто поднял клинок и плавно опустил его в сторону краснопузых.

— За Империю!

— За Империю! — подхватили остальные воины, воздевая мечи.

Сверкающая лавина дрогнула и быстрым шагом пошла вперёд, прямо на ожидающих врагов. Я предусмотрительно отступил за спины передовых воинов. Они выдержат залп стрел, в отличие от меня.

Несмотря на всю серьёзность ситуации, я не мог не восхищаться суровой красотой происходящих событий.

Закатное солнце освещало человека, в развевающемся чёрно-серебряном плаще. Тёмные волосы выбивались из-под его шлема, рассыпавшись по плечам. Он шёл впереди своих людей, излучая уверенность и мужество. За ним неотступно следовали чёрные стражи, чьи щиты украшало изображение серебристого сокола. Отряд, растянувшийся линией, размеренно шагал по яркой зелёной траве, сминая железными сапогами нежные цветы.

Вдалеке послышался знакомый, глухой звук сработавшего механизма. Первые валуны со свистом разрезали воздух, неотвратимо приближаясь. Нельзя сказать, что они были совсем уж большими, но когда камни упали позади нас, я облегчённо перевёл дух. Такой камешек, наверное, мигом отправит меня на возрождение.

Второй залп угодил точно в наши ряды. Один валун приземлился совсем рядом со мной. Огромные цифры урона мелькнули перед глазами. К счастью, для пехотинцев это было болезненно, но не смертельно. После недолгого оглушения задетые воины со стоном начали подниматься. В их руках появились лечебные зелья, восстановившие пошатнувшееся здоровье. Да, мои 100 ХП не выдержат 350–400 урона от подобного камешка. Пехотинцев спасали тяжёлые латы, принимавшие большую часть удара на себя. Моя лёгкая броня такой крепостью похвастать не могла.

К моему облегчению, катапульты не отличались особой точностью, почти все валуны проносились мимо. Но плохое предчувствие не покидало.

Я мог уже разглядеть врагов; их уровни колебались от 18-го до 25-го, что делало их по меньшей мере равными противниками для наших воинов.

Первый залп стрел врезался в щиты пехотинцев. Несколько угодило в герцога, который даже не подумал отойти за спины щитовиков. Его очки жизни восстановились в считанные секунды.

Стрелки не могли нанести серьёзного ущерба хорошо защищённым людям. Куда опаснее были их колдуны, скрытые за спинами испуганных бесов-воинов.

Подул морозный ветер. Я со страхом взглянул на небо. Мне уже приходилось видеть, как воины, которые могли легко расправиться с десятком врагов, умирали от магии, не успевая дойти до них. Но удар нанесли не сверху.

Под ногами взбугрилась земля, широкая ледяная полоса с острыми шипами выбила почву из-под ног, заставляя упасть. Прозрачная метровая сосулька пробила плечо, обагряя лёд моей кровью. Рядом со мной стонали и другие люди, но им повезло больше. Ледяные иглы крошились под их доспехами, почти не причиняя вреда, хотя под ними тоже расплывались красные пятна. И в отличие от меня, они чувствовали боль.

Магия нарушила строй. Но те, кто остался на ногах, упрямо шли на изрядно повеселевших бесов, не дожидаясь поднимающихся соратников. Колгрим перешёл на бег, заставляя легионеров и пехотинцев ускориться.

Я с трудом поднялся и перешагнул через скользкую дорожку быстро таящего льда. Магия отняла у меня 83 ОЗ; полоска жизни отчаянно мигала красным, привлекая к себе внимание. Я машинально вытащил пару лечебных растений и с хрустом сжевал, чувствуя, как в груди растекается приятное тепло. Вокруг свистели стрелы, каждая из которых могла оборвать мою жизнь.

Перед группой пехотинцев в воздухе возник тёмный кристалл. Его окружала магическая энергия, затягивая людей в центр. Захваченных врасплох воинов оторвало от земли и со страшной силой ударило о переливающийся хрусталь. Доспехи смяло, несчастные люди отчаянно закричали, пытаясь выбраться, но страшная магия была беспощадна. Их тела неспешно погружались внутрь кристалла, щедро обагряя его кровью, сочившейся из-под искореженного металла.

Те, кому повезло больше, вцепились в своих товарищей, задетых розовой энергией неведомой магии, не давая тем повторить страшную участь соратников, чьи фигуры уже слились в одно целое с кристаллом. Только головы мертвецов ещё не скрылись, смотря на нас стеклянными глазами, в которых навечно застыла боль.

Я в оцепенении смотрел на это. Внезапная и страшная гибель троих воинов пошатнула мою уверенность в правильности наших действий. Но выбора уже не оставалось, отступить мы не можем, придётся сражаться до конца.

Кристалл исчез так же внезапно, как и появился. Но теперь заклинания вспыхивали одно за другим, в рядах рассыпавшегося на мелкие группы отряда.

Герцог первым ворвался в шеренги карликов. Я находился слишком далеко, чтобы увидеть, как он управляется с мечом. Но с облегчением заметил, что к нему на помощь подоспели воины, и сам бросился вперёд. До ушастых гадов осталось совсем немного, но я не спешил доставать мечи, боясь выронить и потерять их.

Земля передо мной внезапно осыпалась, образовав воронку. Я успел остановиться, а вот бежавшему рядом легионеру не повезло. Увлекаемый тяжестью доспехов, он рухнул вниз. Затем послышался короткий стон. Значит, он ещё жив!

Я опустился на краю ямы и заглянул в неё. Да, воин потерял немного здоровья от падения, но уже крутил головой, думая, как выбраться.

— Сейчас помогу! — крикнул я, поспешно соображая, как его вытащить оттуда.

— Быстрее! Времени совсем мало, — пробился из-под шлема глухой голос.

Мало? Почему?

— Держи верёвку! — легионер легко бросил мне целый моток. — Привяжи за что-нибудь второй конец!

За что? Кругом поле! Ни камня, ни кустика! Я покрутил головой: все бойцы давно ушли вперёд, кроме одного. Раненый пехотинец, потерявший шлем, сидел совсем рядом. Я подскочил к нему.

— Помоги! Там человек застрял, его нужно вытащить!

Но пехотинец меня не слышал, с его головы стекала струйка крови.

Я вновь бросился к яме.

— Мне нужно лечение! Эликсир!

— Закончились, — хрипло отозвался воин, снимая шлем.

Мне показалось, или земля действительно неспешно обступает его?

— Чёрт — выругался я. — Хватайся за верёвку! Попробую вытащить тебя!

Я всеми силами вцепился за неё, но как только легионер попытался выбраться, меня тут же поволокло по земле. Моих сил было недостаточно, чтобы вытянуть его.

Я вновь в отчаянии подбежал к раненому и с размаху ударил его по щеке, стараясь привести в чувство.

— Там человек умирает, мне нужна помощь! — тряся его за плечи, заорал я.

Глаза воина медленно раскрылись. Взгляд стал осмысленным. Я сунул ему в руки часть верёвки.

— Нужно вытащить его! — от волнения мой голос прозвучал тихо, но солдат слегка кивнул и сжал её. — Тяни!!!

Мы изо всех сил потянули на себя, но как только легионер схватился, пытаясь подняться, верёвка выскользнула из слабеющих рук раненного пехотинца, и он потерял сознание. Меня вновь поволокло по земле до самой ямы, несмотря на все мои усилия.

Я перегнулся через край и встретился взглядом с воином, угодившим в ловушку. Он усмехался уголком рта. Я всё ещё старался придумать, как достать его оттуда, но он, скрытый землей по плечи, уже знал, что ему не выбраться.

— Не дай погибнуть герцогу! Без него мы все обречены! А я... Мне просто не повезло...

Нет! Всё не может закончиться так! Взгляд беспомощно метался, пытаясь найти выход, но единственные люди, которые могли мне помочь, находились слишком далеко.

Я вновь опустил глаза, голова легионера скрылась под слоем земли, а мне оставалось только беспомощно смотреть. Во мне клокотала ярость. Так глупо! Так нелепо! Я позволил умереть человеку, могущественному воину, который мог бы сейчас сражаться с тварями, осаждающими утёс!

Его иконка на вкладке армии посерела. Хотелось закричать, и я не стал себя сдерживать. Всё равно никто не увидит и не услышит моей слабости. Через несколько мгновений я поднялся. Меня слегка покачивало.

Земля полностью вернулась в изначальное состояние. Ничто не напоминало о яме. Разве что трава не росла на этом участке, ставшем могилой воина, имя которого я так и не узнал.

Я вытащил мечи. Бессилие, отчаяние и гнев, всё ещё сидели внутри. Совсем недавно мне хотелось отбросить краснопузых и поговорить с друзьями, но теперь я желал, чтобы в меня прилетела случайная стрела и дала возможность ненадолго прерваться. Сцепив зубы, я побежал на звуки звенящей стали, стонам и крикам. О моих малодушных желаниях тоже никто не узнает. Я не спас человека, но от этой битвы зависят жизни многих других. Пока жив, я должен делать хоть что-нибудь!

Я приблизился к месту первой схватки. Несколько поблёскивающих тел лежали в разных позах. У некоторых не хватало конечностей. Цифры опыта перед глазами появлялись не часто, значит, потери бесов были не так уж велики. Я бегло окинул взглядом вкладку армии. С нашей стороны погибло около двух десятков солдат.

Я бросился туда, где мелькал плащ герцога. Он и его стражники, подкреплённые эликсирами, легко теснили красных воинов. Только маги не позволяли им обрушить вражеский строй. Колдуны своевременно восстанавливали жизнь своим танкам и отбрасывали людей заклинаниями. Это единственное, что могло остановить Колгрима. Но ненадолго.

Я оказался достаточно близко, чтобы аура герцога накрыла меня. Моё тело налилось странной силой. Ничего подобного прежде мне не приходилось ощущать.

Аура королевской крови

Рядом с вами находится член императорской семьи! Союзники поблизости, воодушевлённые его присутствием, сражаются яростнее!

Урон: + 50

Телосложение: + 3

Жизнь: + 30

Регенерация: + 3 ХП в секунду

Ничего себе! Эх, мне бы уровень повыше и доспехи покрепче! Глядя на сотни единиц урона, которые получали воины с обеих сторон, я не строил иллюзий. Мне повезёт, если смогу пережить хотя бы два удара.

Находясь за спиной у стражников, я окинул взглядом поле боя. Казалось, под натиском пехотинцев во главе с герцогом бесы скоро дрогнут. Но те готовились к войне основательно. Раненные старались отступить, чтобы восстановиться. В их распоряжении были и маги-целители, и большой запас зелий исцеления. Вдобавок, свежие маленькие бойцы, спешащие откуда-то из-за спин врагов, сходу вступали в сражение. Красные стрелки уже опустошили колчаны, теперь лишь новоприбывшие пускали в нас редкие стрелы.

Но радоваться не приходилось. Больше половины наших воинов попали под удары магии. Жизнь многих пехотинцев тревожно мигала красным, а на восстановление не было ни времени, ни эликсиров.

Герцог легко сражался сразу с тремя противниками. Длинный меч виртуозно отражал самые каверзные удары сильнейших бесов, чьи пылающие красные имена отличались от большинства других, более скромных, названий. Воители Горной Крепости отчаянно пытались преодолеть вездесущий клинок Колгрима. Троица действовала слаженно. Увидев их в бою, я сразу вспомнил письмо Ворона, в котором не было и намёка на оптимизм. Теперь я понимал почему. Оставалось только посочувствовать тем игрокам, которым пришлось вступать в бой с воителями. Но герцог оказался не по зубам даже этим закалённым воинам.

Один из них, с обоюдоострой секирой в руках, превышающей рост невысокого беса, развернулся всем телом и нанёс чудовищный удар. Будь я на месте герцога, мне бы пришлось отпрыгнуть назад или попрощаться с жизнью, но Колгрим просто сделал взмах навстречу. Перед глазами уже пронеслась картина, как секира врубается в тело герцога, не замечая усилий меча, но в игре разница в 14 уровней делала своё дело. Длинный клинок легко отбил удар, отбросив маленького воина на землю вслед за его же секирой. На её блестящем лезвии осталось глубокая вмятина. Пока Колгрим был занят оставшимися двумя противниками, я наблюдал за поднимающимся растерянным воителем, недоверчиво глядевшим на испорченное оружие. Его тяжёлые доспехи из тёмного металла, без сомнения созданные превосходным мастером, мрачно мерцали в наступающих сумерках. Он был хорошим воином, очень хорошим. И впервые встретил человека, превосходящего по силе, что отчётливо читалось на его полуприкрытом шлемом лице. В серьёзных чёрных глазах светилось сомнение напополам с яростью. Страшный шрам, спускающийся от кончика носа до нижней губы, говорил о том, что бес уже побывал в передрягах, но против герцога шансов у него было столько же, сколько у меня в поединке против Крот-Гара.

Воитель Горной Крепости стоял, крепко сжимая секиру, глядя на то, как Колгрим проткнул колено его товарищу и пинком повалил на землю, уже уворачиваясь от третьего красного воина, пытавшегося достать его цепом с тяжёлым шипастым шаром на конце. Один выпад герцога, и раненый враг попятился назад, зажимая плечо рукой.

— Назад! — я услышал могучий голос воителя с повреждённой секирой даже сквозь шум битвы. — Здесь нам не победить! Отступаем!

Я в очередной раз обвёл глазами битву и мысленно согласился с ним. Маги, похоже, выдохлись. Вражеские умения против людей срабатывали всё реже, сказывалась разница в уровнях. Те легко их парировали, не позволяя оглушать себя и соратников. Ушастые больше не горели желанием врываться в порядки пехотинцев, хотя поначалу то и дело появлялись среди воинов, задетых магией, и пускали в ход способности. Один из таких возник в рядах стражников и закрутил клинками, нанося урон всем вокруг. Выглядело это страшно: фонтаны крови из ран и ухмыляющийся враг. Выбраться обратно ему не позволили, несколько взмахов — и бес хрипя повалился на землю. Я с облегчением взглянул на пострадавших. Их полоски жизни остались почти на том же уровне, несмотря на красочную анимацию умения. Но стражники получили эффект «увечье», снижающий их урон на 8%.

Враги отступали умело. Не знаю, кто с их стороны руководил этим сражением, но когда бесы отпрянули, их маги одновременно выпустили несколько заклинаний. Многих людей сбила с ног мощная водяная волна. До меня она дойти не успела, выдохлась раньше, но мы тоже не смогли броситься за отступающими врагами. Перед глазами возникла густая фиолетовая пелена.

Покров Азулы

Накрывает небольшую площадь туманом, ослепляя всех существ, попавших в него, на 30 сек. и снижая скорость передвижения.

Мне оставалось только ждать, пока пелена рассеется. Я не мог идти вперёд, не зная, что меня там ждём. Люди сзади напирали, спеша выйти из тумана. С ругательствами и проклятиями они натыкались на меня до тех пор, пока мгла не стала редеть.

Замедленный герцог и стража не успели далеко уйти, хотя упрямо двигались вперёд всё это время. Но как только туман полностью исчез, враги снова преподнесли нам сюрприз. Около сотни вражеских стрелков подняли луки. В их руках что-то поблескивало, переливаясь разными цветами. Я замер, догадавшись, что сейчас ждёт передних пехотинцев, которые, не сговариваясь, остановились и подняли щиты. Даже герцог скрылся за спинами изрядно потрёпанной стражи.

Бесы ждали, пока их воины ближнего боя уберутся подальше. Но когда пехотинцы, всё так же прикрываясь щитами, начали медленно двигаться вперёд, лучники послали в нас тучу стрел. Воздух наполнился гудением. Зрелище опускающихся сверкающих наконечников на щиты воинов было красивым... И смертоносным.

Красные стрелы, ударившись о щиты, взрывались, сбивая с ног находившихся рядом. Зелёные втыкались под ноги, растекаясь ядовитой лужей и отравляя людей. Оранжевая стрела угодила в плечо стражнику, и того охватило пламя. Он выронил меч и щит. Пытаясь потушить руками огонь, несчастный стражник повернулся. Я увидел безумные глаза и открытый в беззвучном крике рот. Пламя быстро погасло, но опустившийся на землю воин не шевелился, пока сам герцог не всучил ему обратно в руки брошенное оружие.

Хаос в наших передних рядах заставил людей остановиться, но никто не погиб из-за магических стрел. Некоторые получили серьёзные временные дебафы, кто-то впал в безумие, нападая на своих же. Их оглушили и оттащили назад, накрепко связав руки и ноги. Это позволило красным воинам отступить за спину стрелкам. Лучники тоже начали разворачиваться.

Я услышал смутно знакомый нарастающий шум. Из-за скалы вылетел отряд всадников с копьями наперевес. Кони, защищённые доспехами, неслись резво, несмотря на тяжёлых всадников. В это же время на утёсе показалась стремительно спускающаяся колона игроков.

Вот это да! Меня не было всего пару недель, а они уже успели разжиться разнообразной броней и поднять около 10 уровней! Я не видел лица, а имена игроков сливались так, что было не разобрать.

Конники врезались в ряды улепётывающих лучников и пронеслись по ним, сбивая с ног и поднимая на копья уже мёртвых врагов.

— В атаку! — герцог взмахнул мечом и кинулся вперёд.

Уставшие, но непоколебимые воины с боевым кличем устремились за ним. Пострадавшее, оплавленное знамя гордо реяло над небольшим войском.

Благодаря своим лёгким доспехам я легко догнал герцога и вместе с ним врубился в смешавшиеся порядки бесов. Ушастые воины ближнего боя попытались отогнать ненавистных всадников, но вместо этого оказались в гуще вновь разгорающейся схватки.

Меня охватило сияние, возвещавшее о том, что я достиг 6-го уровня, но сейчас было не до того. Я намеренно держался рядом с герцогом, который своей аурой повышал мне урон, и заранее приметил себе противника послабее.

Маленький боец 12-го уровня, только что сбитый конём, ошалело крутил головой, с трудом поднимаясь, но времени прийти в себя я ему не дал. Меч паладина полоснул его по шее, отнимая 34 ХП. Пробежав вперёд, я резко развернулся и сверху вниз, поочерёдно, нанёс два удара, стараясь попасть по шлему, но воин уже успел подняться. Два топора в его руках без усилий отбили мои клинки. Он зло ухмыльнулся, глядя на меня, предвкушая лёгкую победу. Возможно, так бы оно и было, но мечи в моих руках внезапно вспыхнули огнём, а его шею обвил огненный хлыст. Топоры бессильно упали на землю, ушастый попробовал освободиться, но разве руками магию одолеешь? Струна пламени натянулась, словно кто-то с силой дёрнул за неё, и бес упал на землю, тщетно пытаясь вдохнуть немного воздуха. А за ним, весело улыбаясь, возникла Искра, облачённая в бордовую мантию с капюшоном. Сзади развевался чёрный плащ, но снизу цвет плавно плавно перетекал в красно-коричневый, отчего казалось, что ноги девушки покрывает огонь. В правой руке она держала длинный резной зеленоватый посох.

— Я знала, что ты вернёшься! — радостно воскликнула Иска. — Но чтобы с целой армией?!

Я с размаху воткнул пылающие мечи в грудь бесу. Они вошли без усилий, видимо, из-за магического огня. Полоска жизни бойца начала быстро убавляться.

— Искра... — я весело взглянул на девушку. — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! Где Станиэль?

— Он... Осторожно!

По шлему ударило что-то тяжёлое, заставив меня пролететь вперёд и упасть на землю. Минус 140 ХП! Если бы герцог с его аурой был чуть подальше, сражение для меня тут же закончилось. Я мигом вскочил, мечи из тела беса прыгнули в руки, заставив того вскрикнуть от боли. Ударивший меня сзади враг был 16-го уровня. Он бросал взгляды по сторонам, ища пути отступления. Но игроки и надейцы уже обступали со всех сторон. Лишь редкие группы краснопузых ещё сражались неподалёку, но, окружённые, быстро погибали. Некоторые предпочли бросить оружие.

— Вам остаётся только сдаться или умереть, — сказал я пузатому воину с массивной дубиной в руках, которая чуть не отправила меня на возрождение, и поднимающемуся раненому. Он неуклюже схватил свои топоры, скривившись от боли.

Если в глазах беса с топорами я больше не видел воинственности, то его пузатый товарищ сдаваться не собирался. Он зло оскалился и шагнул к нам.

— Интеро ута! — голос девушки зазвенел, эхом отдаваясь вокруг.

Посох повис в воздухе перед ней, руки Искры, направленные в сторону пузатого карлика, сверкали. Стальная дубина с шипами раскалилась докрасна, и бес с проклятиями выронил её.

— Арте торна куерто! — раздался неподалёку другой голос.

Я увидел бледную девушку с белоснежными волосами, в светло-голубом балахоне и синем плаще. Сияющий белый посох прокрутился в её руках, затем взмыл в воздух и резко опустился на землю. Ледяной стук услышали все, кто находился рядом. Из-под земли возник ледяной шип и насквозь пронзил обезоруженного карлика в спину, после чего рассыпался.

Сгрудившиеся люди держали оружие перед лицом упавшего ушастого толстяка.

— Ну что, теперь сдаваться будем? — почти ласково произнёс кто-то из присутствующих.

— Кристал! Ну зачем? Заклинание 3-го уровня! Тебя ведь предупредили, что твоей маны недостаточно! — услышал я знакомый обеспокоенный голос и поспешил туда. С краснопузыми теперь и без меня разберутся.

Кристал, опустившаяся на одно колено во время применения магии, медленно заваливалась на бок. Пенчекряк, всегда находившийся рядом с ней, успел её подхватить. Я подошёл и опустился рядом с ними. Под девушкой сверкал иней, необычный для весенней погоды.

— Привет! — поздоровался я, с лёгким укором глядя на обессилевшую девушку. — Признаю, это было эффектно, но, Кристал, ты мне нужна в полной боевой готовности. Тем более сейчас! С одним пузатым мы бы и так расправились.

— Мне было интересно попробовать... — слабо улыбнулась она в ответ. — А сражение почти выиграно, мы не успеем добежать. Рада, что ты вернулся. Нам уже казалось, что выхода нет. Многие выдохлись. Бесы атаковали несколько раз в день — и днём, и ночью. Сильным игрокам приходилось находиться тут круглосуточно.

— Мы ещё побарахтаемся! — приободрил я её. — Скоро карликам тоже станет не до сна.

Поднявшись, я увидел, что девушка права. Наши воины ещё догоняли одиночных убегающих врагов. Но большинство, включая герцога, уже возвращались. Что-то мне подсказывало, что сегодня ушастые напасть на нас не решаться. Около сотни тел остались лежать на земле. Может, у Быкорикса в запасе больше тысячи бойцов, но такие потери для него должны оказаться достаточно существенными, чтобы он несколько раз подумал, прежде чем вновь отправлять армию против нас. Ведь пленников мы захватили тоже немало.

— Эти гады сожгли все наши здания вне утёса, — сверкая глазами, возмущённо сказала Искра. — И твою резиденцию в том числе!

На этих словах я улыбнулся. Тоже мне резиденция. Маленькая избушка, где даже все члены ордена не поместятся.

— Отстроим заново, — пожал плечами я. — Где наши лидеры?

— Остались наверху, — отозвался Пенчекряк. — Готовились выводить надейцев, если бы мы потерпели поражение.

— Наших много погибло?

— Из тех, кого ты знал, только Игмат и Молот, — Кристал уже приходила в себя, даже самостоятельно уселась. — Они ждут, пока освободим поляну. Никуда уходить не собираются. Надейцев в бой не пускали, им никто не смог навредить. Только Асгот и Хоннорат помогали отбрасывать врагов заклинаниями.

— И вы смогли удержать Стража от участия в сражениях? — удивился я.

— Хоннорат смог, — улыбнулась Искра. — Его распоряжения не обсуждаются. Впрочем, Асгот принял доводы, что они наша последняя линия обороны.

— Но почти триста игроков ожидают воскрешения, — тихо напомнила Кристал. — Надо бы скорее разобраться с этим.

— Разберёмся, — уверенно заявил я.

— Всё не так просто, — усмехнулся Пенчекряк, приобнимая Кристал. — Они превратили Поляну если не в крепость, то в серьёзное укрепление. Всюду высокие башни. Магов там — тьма. Они не намерены отдавать её нам. Нас тут осталось пять сотен. Даже если всеми силами броситься на них, то и в таком случае у нас не будет шансов. Без пехотинцев, конечно. Они-то смогут...

— Взгляните туда! — прервала нас Искра.

Всадники прекратили преследование разбегающихся существ и уже неторопливо двигались в нашу сторону. Впереди ехал герцог, которого я узнал только по плащу — слишком далеко до него было. Но трое отделившихся конников направлялись в другую сторону, и один из них держал знамя.

— Герцог решил попробовать договориться с бесами? — мои брови взлетели вверх. — Сомневаюсь, что это к чему-нибудь приведёт.

— Герцог? — жадно переспросили сразу несколько игроков.

Но ответить я не успел. Послышался чей-то вежливый и настойчивый голос, заставляя людей расступиться. Все дружно уставились на появившегося стройного мужчину. Релгара, советника Колгрима, я узнал сразу. Свою яркую одежду он сменил на скромную чёрную рубашку, а светлые волосы стянул сзади, хотя раньше они покоились на плечах. Если в первую нашу встречу советник казался мне расфуфыренным павлином, вырядившимся не к месту, то теперь производил совершенно другое впечатление.

Во взгляде, брошенном на нас, читалось лёгкое пренебрежение, но голос и слова по-прежнему оставались безукоризненно вежливыми.

— Магистр Лионикс, герцог велел мне разыскать вас. Понимаю, что сейчас вы бы хотели провести время со своими, несомненно, замечательными друзьями, но время не терпит, — эти слова вызвали у меня улыбку.

Релгар предельно ясно выразил своё отношение к нам. И если Искра и Кристал всего лишь недоуменно нахмурились, то у меня, уже имевшего пару встреч с советником, пусть и коротких, сомнений не оставалось. Может, к воинам герцога у него было другое отношение, но нас, пришедших, он просто недолюбливал и не боялся это показать.

— Как же он сумел вам это сообщить? Ведь вы находились слишком далеко от места сражения, — любезно поинтересовался я таким же вежливым тоном, но с отчётливо слышимым сарказмом.

Если Релгара и удивило, что я позволил себе ответить неуважительно, то он это никак не показал. Советник протянул открытую ладонь, демонстрируя круглый и уже знакомый мне предмет. Именно такую монету я часто видел в руках у герцога. Релгар поднял руку чуть выше, и монета оторвалась от ладони, закружившись в воздухе.

— Так она магическая? Но постойте... Я сам видел, как герцог сжёг её!

— Они, увы, не вечны, — снисходительно пояснил Релгар. — Не думаю, что таких монет осталось много. Умельцы, которые могли их изготовить, сгинули вместе с Империей. Нам удалось раздобыть несколько. Их называют аутельринами, по имени создавшего их мастера Аутельрина. Впрочем, оставим истории на потом. Нам пора выдвигаться.

Советник бодро вскочил на коня.

— Можете сесть сзади, — пригласил он.

— Спасибо, у меня свой есть, — пробурчал я, потянувшись за рогом призыва.

— Тем лучше.

Я кивнул своим друзьям на прощание, и мы поспешили присоединиться к всадникам герцога, которые маячили уже совсем недалеко.

— Знаете, Лионикс, я удивлён, что вы могли себе позволить такое обращение ко мне, в кругу ваших людей. Они могут перенять дурные манеры и сделать это своей привычкой, а это чревато последствиями. Им следует помнить, кто их спас. Отныне править тут будет герцог. Вам следует с этим смириться и идти за ним, если хотите, чтобы у ваших людей появился хоть призрачный шанс на спокойную жизнь, — Релгар говорил негромко, но в его словах мне послышалась угроза. — Повторюсь, не маг Хоннорат, который очевидно испытывает к вам благодарность за спасение. Не ваш предводитель Рок. А герцог Колгрим. И его действия и приказы должны находить всестороннюю поддержку с вашей стороны. Очевидно, вы имеете какое-то влияние на своих друзей и, я надеюсь, сумеете убедить их строго следовать этому пути. Поймите, мы сейчас не можем себе позволить, чтобы кучка вооружённых людей действовала по своему усмотрению. Любые угрозу будут немедленно и безжалостно устраняться.

С каждым его словом я закипал всё больше, а моя усмешка становилась всё шире. Хотелось прервать его излияния и послать куда подальше. Без его советов разберёмся, как нам жить дальше. Но всё случившееся со мной заставило сперва взвесить все «за» и «против», прежде чем ответить. Неосторожные слова уже не раз могли стать причиной смерти для тех, кому не посчастливилось оказаться рядом со мной в тот момент. Вот и сейчас Релгар прямо упирал на моих друзей. У него пока нет явной власти, но она вскоре появится. Убрать его от герцога не представляется возможным — Колгрим не зря сделал своим советником именно такого человека. Релгар будет действительно безжалостно отстаивать свои интересы. Ресурсы для этого у него есть. И он их использует для того, чтобы заставить меня пожалеть о сделанном или чтобы удержать от других необдуманных действий. Мне пора становиться умнее. Я не могу убить здесь всех, кто мне не нравится, и не могу прямо сказать этому гаду всё, что думаю, пора уже привыкнуть. Нужно всё время помнить о людях и забыть на время о своей гордости. Мне повезло, что я стал магистром. В противном случае, скорее всего, он даже разговаривать со мной не стал бы.

— Советник Релгар, я прошу простить меня за те слова, — начал я, радуясь, что он не заметил мою усмешку, так как не смотрел в мою сторону, пока не закончил говорить. Теперь же от неё и след простыл. — Хочу вас заверить, я сделаю всё, что потребуется, чтобы люди смогли мирно жить. Мой орден последует за герцогом куда придётся, и со временем мы станем ему надёжной опорой. Мы с вами сражаемся на одной стороне.

— Рад это слышать, — легко ответил улыбнувшийся советник. — Сейчас я уловил искренность в вашем голосе. Несмотря на мои сомнения, герцог Колгрим вновь оказался прав, вы умеете здраво рассуждать. Но забудем об этом, давайте считать, что на вас повлияла усталость после битвы...

Глава 2

— Лионикс, с вами что-то случилось? На вас лица нет, — спросил Колгрим, когда мы подъехали к нему и пристроились с боков. С его доспехов уже полностью исчезли следы недавней схватки.

— Магистр просто удручён потерями, которые пришлось перенести нам и его друзьям на Скале Смерти, — ответил за меня Релгар.

Герцог внимательно посмотрел на меня, в его глазах мелькнуло понимание. Я, не выдержав, отвёл взгляд.

— Ну-ну, — иронично хмыкнул Колгрим. — Мне нужно встретиться с Хонноратом. И с Роком, раз уж он был тем, кто возглавил вас. Надеюсь, нас никто не попытается остановить?

— Никто бы не посмел, — улыбка сама появилась на моём лице. — Уверен, нас уже ждут.

— И всё же, скачи вперёд. Они тебя знают. Предупреди их.

— Да, милорд, — я наклонил голову и прикоснулся ногами к широким бокам льерако. Тот рванул вперёд, набирая скорость.

Остатки сгоревших ворот, перед подъёмом на склон, быстро приближались. Игроки неторопливо поднимались обратно наверх, кто-то обшаривал трупы. Где-то сбоку появились маленькие фигуры гоблинов. Всё-таки они сумели выжить, хотя в бою я их не увидел. Попадались и знакомые лица, но мне некогда было останавливаться. Притормозил я только перед почерневшими брёвнами.

— Лио, ты к нам надолго или опять сбежишь перед осадой? — услышал я знакомый насмешливый голос.

— Привет, Стани! — торопливо ответил я. — Извини, пока времени нет, чуть позже поговорим. Сейчас тут проедет герцог! Сделай так, чтобы игроки не толпились и пропустили его.

— Хорошо! — потёр руки лучник. — Я ему устрою незабываемую встречу!

— Эй, только без шуток, — предупредил я друга. — Это тебе не Рок, ему проредить наши ряды особого повода не надо. Мы для него пришельцы, а он — герцог, потомок последнего императора.

— Я обо всём позабочусь, — беззаботно повёл плечами Станиэль. — Ты езжай дальше и труби о прибытии герцога.

Сомнения закрались в мою голову, но времени было мало, и я поспешил вперёд. Укрепления, построенные здесь, почти все оказались разрушенные. Снаряды катапульт больше всего били именно по этой открытой части. Древние валуны, которые служили нам естественной защитой, изрядно пострадали, с них слетели целые куски, а некоторые вообще превратились в крошево.

— Лио! — окликнул меня Палкивиад, когда я миновал узкий проход. — Я слышал, что ты объявился, но не сразу в это поверил.

— Бесстрашный магистр в плен угодил, но к нам он вернулся почти невредим, — пропел внезапно появившийся рядом с ним Хейока, невпопад попадая по струнам.

— Что значит почти? — возмутился я.

— Ну мало ли, что там с тобой в плену делали, — пожал плечами бард, опуская лютню. — Как прошёл отпуск? Отдохнул?

— Как только увидел Станиэля, понял, что вернулся слишком рано, — улыбаясь, ответил я. — К сожалению, устраивать праздник в честь победы и горевать о моём возвращении времени пока нет. Я тороплюсь, мне нужно увидеть Рока и Хоннората.

— Они оба были рядом с таверной, — тут же отозвался Палкивиад. — Там же найдёшь Асгота и... Ролайн.

— Ролайн?! Что она здесь забыла? — в груди зашевелилась давно забытая ярость. Я хорошо помнил своё бессилие и отчаяние, охватившее меня в клетке.

— Насколько я знаю, она повздорила с Быкориксом, и её отряду там сильно досталось, — в голосе Палкивиада послышалось сочувствие. — Я не знаю всего. Главы крупных орденов иногда собираются, но меня туда не приглашали. Я управлял нашими делами, пока утёс не осадили. Рок ясно дал понять, что все игроки переходят под его контроль. Хоннорат одобрил это, и я не стал возражать.

— Ну что ж... Теперь я вернулся, — не к месту охватившая злость лезла наружу, но у меня получилось загнать её подальше. Мой изменившийся тон не ускользнул ни от Палкивиада, ни от Хейоки. — Разыщите всех наших, пусть собираются возле таверны. Если поступят любые другие указания от Рока или других игроков, шлите их... Ко мне. С одним исключением. К просьбам герцога Колгрима и его людей стоит прислушиваться. Уверен, они точно знают, что делать дальше.

— Настоящий герцог? — недоверчиво хмыкнул Хейока. — Так это что, нам теперь кланяться нужно?

— Тебе? Тебе нужно только петь.

Здания на вершине уцелели все до единого, и их стало гораздо больше, чем было две недели назад. Вот только сейчас они стояли пустые. Костры и магические светильники давали достаточно света, чтобы я увидел людей, столпившихся на другом краю. Они только нашли безопасное место, у них появился свой дом, а теперь война вновь заставляла их сниматься с места и бежать. Впрочем, с той стороны слышались радостные возгласы и детский смех, который смягчил ночную картину пустых тёмных домов. Сегодня мы смогли откинуть врагов, а завтра... Завтра придумаем что-нибудь ещё.

Лошади и льерако находились тут же. Спустить их с крутой лестницы не представлялось возможным, поэтому, если бы пришлось бежать, то животных оставили бы здесь на произвол судьбы.

Я приблизился к таверне. Из окон лился тёплый уютный свет. Перед входом меня встретила небольшая группа игроков. Их имена мне были хорошо знакомы, хотя внешне они изменились так, что я никого не узнал бы издалека.

— Я знал, что ты сумеешь добраться до нас, — Ворон встретил меня широкой улыбкой. — Правда, не думал, что мы сможем выпутаться из этой передряги.

— Рад тебя видеть, Ворон, — я резво спрыгнул со зверя и пожал протянутую руку.

Его доспехи перетерпели изменения. Пластинчатые элементы брони покрылись шипами, за исключением поножей и шлема. Ничего похожего на оружие я при нём не заметил. Что ж у него за класс-то такой?

Ворон хлопнул свободной рукой мне по плечу и отступил на шаг.

— Привет, милая, — ухмыльнулся я, глядя на стоящую рядом Ролайн.

Восхитительные рыжие волосы обрамляли красивое лицо девушки. Яркие зелёные глаза настороженно смотрели на меня. — Уверен, ты больше всех ждала моего возвращения. Как поживает наш друг Быкорикс?

— Хм... Понятно, — Ворон не дал ответить Ролайн, в глазах которой появился нехороший блеск. Он легонько толкнул в бок черноволосую девушку, с интересом взиравшую на нас. — Мортис, неси стулья!

— Какие стулья? — недоуменно спросила она, слегка повернув голову к Ворону.

— Удобные, — терпеливо пояснил Ворон. — Тут сейчас Шекспира ставить будут. И платки не забудь захватить.

— Размечтались! — голос Ролайн был холодным и неприязненным.

— Платки? — усмехнулась Мортис уголком рта. — Перед нами разворачивается не трагедия, а совсем наоборот. Здесь попкорн нужен.

— В другой раз, — улыбаясь, пообещал я им.

Мне хотелось доставить Ролайн пару неприятных минут, но я не собирался устраивать разбор полётов. Девушка пыталась идти своим путём, и отчасти у неё это получилось. Вот только верить ей я не собирался. Что если у неё снова появится шанс перейти на другую сторону? Гордость девушки уже пострадала. Если её ордену предложат выгодные условия и хорошую награду, то вряд ли она не воспользуется этим.

— Здесь с минуты на минуту появится герцог со своим отрядом.

— Наш нежданный спаситель, оказывается, аристократ, — уважительно протянул Ворон и кивнул в сторону таверны. — Маг внутри. Ступайте туда и предупредите собравшихся. А я здесь встречу нашего гостя.

Я благодарно кивнул и поспешил к двери. Девушки задержались лишь на мгновение, затем догнали меня. Уже коснувшись грубой деревянной ручки, я услышал оклик Ворона.

— Постой! А этот герцог... Как человек, какой он?

— Во! — я поднял большие пальцы вверх, но затем, подумав, добавил. — Правда, не уверен, что всем понравится, когда он начнёт заправлять тут. Вот только выбор у нас невелик.

Ворон задумчиво покачал головой и махнул рукой, отпуская нас.

Моё появление в таверне, так уж повелось, всегда сопровождалось внезапной мимолетной тишиной и любопытными взглядами. Не из-за меня, конечно. То рядом со мной находился грозный имперский воитель в сверкающих латах. То я появлялся в компании массивного огра, превышавшего обычного человека на две головы, с чудовищными мускулами и внушительными клыками. Но сейчас я смотрел на затихших собеседников с каким-то внутренним удовлетворением и чуть ли не с гордостью. Теперь, несмотря на то, что рядом со мной стояли две прелестные девушки, причиной недоверчиво-удивлённых, а порой и лукавых взглядов, стал я сам.

Народу в тёплой, уютной таверне оказалось немного. Почти все игроки находились снаружи, ещё не вернувшись после сражения, либо охраняли утёс. Угрюмый хозяин таверны с задумчивым видом облокотился на стойку. Его дочь, слегка нахмурившись, сосредоточено убирала грязную посуду с единственного занятого стола, отвлёкшись лишь на мгновение, чтобы посмотреть на вошедших. В зале витал ароматный запах жаренного мяса и чеснока, отчего рот тут же наполнился слюной.

— У вас такой вид, будто это не мы только что победили серьёзного противника, сорвав осаду и заставив краснопузых улепётывать со всех ног, — с порога заявил я с широкой улыбкой на лице.

— Спасибо, что избавил нас от одной проблемы, но теперь возникли сотни других, — со смехом отозвался Рок, поднимаясь из-за стола. — Впрочем, о них говорить гораздо приятнее, чем о неминуемом поражении.

Он подошёл ко мне вплотную. Несмотря на смех, в его глазах мне на мгновение почудилась тщательно скрываемая тревога. Но только на мгновение. В следующую секунду серый взгляд уже излучал то же спокойствие и уверенность, что и всегда. Протянутую руку он проигнорировал, просто сгребая меня в стальные объятия. Я тщетно пытался обхватить эту железную гору, но вряд ли он почувствовал мои усилия. А вот моя кожаная броня меня нисколько не спасала, я оказался сдавлен, словно тисками. Но они быстро разжались, выпуская меня на волю.

— Что, неужели всё было так плохо? — неловко спросил я.

— Очень, — серьёзно ответил Рок. — Впервые я не видел благоприятного исхода. Единственное, что мы могли, это дать им хороший бой напоследок и постараться увести отсюда мирных жителей.

Он положил одну руку мне на плечо, а второй указал на лавку, приглашая сесть к остальным. Но прежде чем я смог это сделать, рядом со мной оказался Асгот.

— Не слушай! Уверен, эти интриганы недооценивают нашу военную мощь, — прокатился по залу его голос. Моя рука исчезла в огромной ладони имперца. — Нам ни разу не позволили вступить в бой по-настоящему. Но атаки врагов мы отбивали достаточно легко. Не обошлось и без ошибок. Всё же мы не армия. Люди стараются, но дисциплины им явно не хватает. Из-за этого у нас достаточно серьёзные потери. Но если бы мы ввязались в открытый бой, врагу пришлось бы несладко.

Внушительный меч за спиной Стража добавлял веса его словам. Золотоволосый воитель за время моего отсутствия получил два уровня. Обычный надеец или игрок не станет гораздо сильнее от пары уровней, но у Асгота был статус босса. В его случае он, скорее всего, действительно мог доставить хлопот противникам, вдвое превышающим его по уровню.

— Я рад тебя видеть, Лионикс, — улыбаясь, добавил Страж. — Мы надеялись, что ты вернёшься к нам.

— Ещё недавно я был уверен, что никого из вас больше не увижу, — честно признался я, всматриваясь в мудрые и такие родные лица, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.

— Верно, мы начали немного не с того, — подал голос Хоннорат. Маг, и по совместительству глава нашего поселения, становился могущественнее быстрее всех, и это не могло не радовать. Магистр магических искусств 22-го уровня был смертельной угрозой для наших противников и надеждой для всех нас. — Добро пожаловать, Лионикс! Я сообщил всем, что моё послание благополучно достигло тебя. Но у нас не было никакой уверенности, что его прочёл ты сам, как не могли быть уверены в том, смог ли ты выбраться. Почтовые соколы умны и не полетят туда, где есть явная угроза их жизни, но случается всякое. То, что птица смогла вернуться, заставляло надеяться, что ты на свободе. Ты сумел в очередной раз удивить нас всех. Мало того, что ты так скоро объявился, но и прибыл с нежданными союзниками. Спас нас всех.

— В этом нет моей заслуги, — улыбаясь, открестился я. — Мне оставалось только не вмешиваться в происходящее и не делать глупостей. Могу сказать, что есть некие силы в этом мире, что в определённый момент стараются помочь нам, подтолкнуть и указать на путь, который может привести к неожиданному результату. Уверен, вождь Дугмар знает об этом куда больше меня. Ведь именно он отправил меня на этот путь.

Головы собравшихся повернулись к великану. На лице огра блуждала лёгкая улыбка, а в глазах плясали чёртики. Воспользовавшись паузой, мы сели на лавку. Я ждал ответа от Дугмара не меньше, чем все остальные, но когда передо мной появилась тарелка с куриными ножками, тут же схватился за одну из них, не забыв поблагодарить при этом девушку, принёсшую их.

— Я всего лишь наблюдаю за звёздами и следую их советам, — скромно ответил вождь огров. — Мне радостно видеть, что они не ошиблись. И что не ошибся я при толковании этих знаков. Я до сих пор вижу огромную опасность для нас. Но теперь на ночном небе можно разглядеть и светлые пятна в нашем мрачном будущем.

Я только недоверчиво хмыкнул, услышав это объяснение. Звёзды, как же! Впрочем, его секреты — это его дело.

— Приятно видеть, что Лионикс, несмотря на злоключения, добрался до нас живым и невредимым, — закончил Дугмар.

Я благодарно кивнул в ответ и улыбнулся.

— Перейдём к делам насущным, — Рок поставил локти на стол и скрестил пальцы. — Где ты нашёл и как убедил присоединиться к тебе две сотни с лишним сильных бойцов?

— Мне тоже интересно, — поддержал Страж. — Это настоящие воины! С такими бойцами у нас есть все шансы переломить ситуацию.

— Они не присоединились ко мне. Скорее, я к ним, — я вздохнул, собираясь с мыслями. — По прибытию в столицу карликов меня бросили в клетку, где уже сидел один пленник. Он оказался потомком герцога Радориэла.

— Хочешь сказать, их династия не прервалась? — Хоннорат поднялся, с изумлением глядя на меня. Страж выглядел не менее ошеломлённым. — Здесь появился законный наследник Аротерана?

Дверь распахнулась, впуская ночную прохладу. Огонь светильников затрепетал, пламя в камине разгорелось ещё сильнее. В проёме показался тёмный силуэт.

— Собственной персоной! — донёсся слегка уставший знакомый голос.

Уверенные шаги Колгрима бодро застучали по деревянном полу. Подойдя вплотную к столу, он остановился, по очереди внимательно рассматривая каждого из присутствующих. Мы со Стражем, не сговариваясь, поднялись. После этого послышался скрип отодвигаемых лавок — нашему примеру последовали и все остальные. Верная стража герцога встала у нас за спиной, полностью окружая стол и наблюдая за нами. Их ладони касались рукоятей мечей. Последним вошёл Ворон. Он закрыл дверь и замер возле неё.

— Во всяком случае, верховный жрец бесов не сомневался, что у него в плену находился потомок герцога, — произнёс я в полной тишине. — И я не сомневаюсь.

Колгрим поднял руку, призывая к тишине.

— Магистр Лионикс, представьте нас, пожалуйста!

— Рок — глава крупнейшего ордена в поселении. Асгот из Ордена Стражей, — принялся перечислять я. — Магистр Хоннорат. Дугмар — вождь племени огров. С Вороном, наверное, вы уже познакомились. А это Мортис и Ролайн, глава Ордена Кровавой Длани.

— Та самая Ролайн, которая предала вас? — Колгрим странно посмотрел на меня. — Вы сидите с ней за общим столом?

— Она не предавала! — поспешно возразил я. — Она...

— Пойти против своих — уже предательство, — отрезал герцог, даже не глядя в её сторону. — Пока подобные действия не касаются меня, это ваши заботы. Но я был бы поосторожнее с всепрощением своих врагов. Особенно, не явных. В прошлом из-за этого рушились целые королевства. Лионикс, будьте так любезны, проводите девушек, я хочу поговорить с присутствующими без свидетелей. Всех остальных прошу садиться. А вы, — он обернулся к Ворону, прислонившемуся к стене возле входа, — присоединяйтесь к нам.

Я опустил глаза, почему-то не в силах посмотреть на Ролайн, чей многообещающий взгляд не сулил мне ничего хорошего. Лицо Мортис выражало недоумение, но она тут же перешагнула через лавку и скользнула к выходу. Удаляющаяся грациозная фигура девушки заставила меня замереть, как тогда, при её первом появлении. Все важные насущные проблемы вдруг отошли на второй план. К счастью, я вовремя вспомнил, что нахожусь не один, и с большим трудом отвёл взгляд. Шумно выдохнув, я нетвёрдой походкой зашагал к двери вслед за Ролайн.

Дверь за нами закрылась. Пехотинцы, окружившие здание, тут же встали перед входом, не позволяя никому пройти. Мы отошли подальше от строения, к лавочкам у костра, и Ролайн, наконец, смогла дать волю чувствам.

— Вот так ты решил мне отомстить? — отблески костра сверкали в зелёных глазах.

Мортис уселась на лавочку перед нами, упёрлась в неё обеими руками и скрестила вытянутые ноги.

— Я не собирался тебе мстить, — тихо и терпеливо попытался я объяснить девушке. — Мы сидели с ним в камере, и он велел мне рассказать всё о том, что случилось с момента нашего появления.

— Велел? Да ты и впрямь будешь хорошим верноподданным, с такими-то словечками... — она сжала кулаки на уровне груди, затем начала поднимать и опускать их в такт своим словам. — Ты понимаешь, что сделал меня врагом нового лидера людей? Как думаешь, что я теперь сделаю?

Мортис с усмешкой переводила взгляд с меня на неё.

— Надеюсь, попытаешься наладить отношения.

Ролайн покачала головой, всем видом показывая, что не понимает, зачем ведёт разговор с редкостным тупицей, затем резко повернулась, но я не дал ей уйти.

— Подожди! — держа её за плечи, сказал я. — Ролайн! Сражайся за нас! Он не будет считать тебя своим врагом, да и никто из нас тебя не осуждает. С таким умным лидером, как ты, у твоего ордена всё будет хорошо. Сейчас не торопись с решениями.

Она скинула мои руки, но уже не так быстро. Не говоря ни слова и не поворачиваясь, девушка ушла в темноту.

— И... Занавес! — в полной тишине произнесла Мортис.

— Чёрт... — почти шёпотом выругался я, присаживаясь рядом с ней.

— Да расслабься! Она остынет. Мне кажется, ты смог её убедить, — насмешливо откликнулась девушка. — Меня ты тоже бесил поначалу.

— А сейчас перестал?

— Ещё не решила, — неопределённо ответила Мортис. Ехидная улыбочка не исчезала с её лица. Но как же она была хороша собой!

— В ту ночь... Когда мы встретили Стража. Ты сказала, что нравишься мне и знаешь об этом. Почему ты так сказала? — внезапно решился я.

— В тот день мне казалось, что ты ведёшь отряд на убой. Не имея чёткого плана и стратегии, — нехотя сказала она.

Мортис повернула лицо ко мне, и я встретился с ней взглядом. Тело пронзило словно током, но я продолжал смотреть в её прекрасные чёрные глаза. Не знаю, что на меня повлияло. Усталость, нелепая смерть, из-за которой я до сих пор не оправился, но я отпустил себя, прекрасно зная, что девушка всё понимает... Или вот-вот поймёт. Я тонул в этом взгляде, наслаждаясь каждым мгновением.

— В общем... — она посмотрела прямо перед собой. Мне показалось, что её голос немного дрогнул. — Вместо того, чтобы пройти по трупам других игроков, ты чуть не убил своих. Мне хотелось самой воткнуть тебе кинжал в спину, но твои товарищи верили в тебя. Пришлось и мне ограничиться... Взглядами. Когда ты решил устроить мне выговор, я не сдержалась. Захотелось поддеть тебя хоть чем-то, — Мортис снова взглянула на меня. — Кто ж знал, что я попала пальцем в небо, зато в самую серёдку...

— Теперь знаешь... — слова непроизвольно вырвались наружу, отрезая все пути к отступлению.

— Я сделаю вид, что не слышала этого, — она резко отвернулась. Блестящие чёрные волосы, туго сплетённые во множество тонких кос, сверкающей волной колыхнулись при свете костра, заставив меня на мгновение замереть от восхищения. — Ты сам должен понимать, как это нелепо звучит. Мы в виртуальной реальности, наши образы искусственно созданы именно для того, чтобы вызывать симпатии у других людей. Я могла приглянуться тебе, но ты представь, сколько предложений от других игроков мне пришлось услышать за это время. Хотя многие уступают манерами и умственными способностями даже местным крестьянам. Каждый торопится найти себе пару, — она внезапно усмехнулась. — Так что отыщи себе девушку из местных. Мериль и Алеин тебе очень благодарны, так почему бы не воспользоваться этим? Они довольно милые! Или дождись, пока здесь бордель откроют. Помнишь рекламу? «Там исполнятся все ваши желания». А остальное выкинь из головы... Это всего лишь игра.

Я грустно усмехнулся, услышав, как точно Мортис передала интонацию из рекламного ролика.

— Мне почему-то кажется, что именно здесь я по-настоящему живу, — поднимаясь с лавочки сказал я. — Доброй тебе ночи, Мортис.

Девушка пристально смотрела в костёр и молчала. Я развернулся и медленным шагом побрёл мимо пустых зданий с вывесками туда, где слышался смех. Мой орден понемногу начал собираться на противоположной стороне, как я и просил. Близко к таверне их, скорее всего, не подпустил Гакон, поэтому они заняли пустые лавочки, неподалёку от резиденции Ордена Рока. Только Року Хоннорат разрешил построить свой дом на вершине утёса, всем остальным пришлось довольствоваться пустой территорией под скалой. Впрочем, никто не жаловался. Строиться внизу, рядом с высаженным лесом, было гораздо проще и быстрее, чем волочь брёвна на самый верх. Теперь все резиденции прочих орденов уничтожены нашими врагами, а все заработанные очки влияния пропали впустую. А Орден Рока тем временем становился только сильнее.

Я слышал звуки лютни, далеко разносившиеся в ночи, и весёлые голоса. Пламя костра хорошо освещало тех, кто сидел поближе к огню, позволяя разглядеть знакомые лица. Трортинар заметил меня первым и приветственно поднял руку. Он сидел на скамейке, болтая ногами, которые не доставали до земли, полностью облачённый в тяжёлые доспехи и готовый к бою. За спиной из-под щита выглядывала серебристая рукоятка меча. Лица игроков тут же начали поворачиваться ко мне. Внезапно над всеми ними возникла огромная фигура огра со всё теми же удивлёнными глазами.

Я уже предвкушал радостную встречу, но звонкий стук шагов заставил меня обернуться.

— Простите, магистр...

— Просто Лионикс, — улыбнулся я Гакону.

Капитан стражи выглядел ещё более серьёзным, чем всегда.

— Только если останемся наедине, — не согласился воин. — Герцог Колгрим требует вас к себе.

Я посмотрел на замерших в ожидании членов ордена, тяжело вздохнул и виновато развёл руками.

За время моего отсутствия в зале почти ничего не изменилось, но мне тут же захотелось сбежать отсюда подальше. Напряжение, повисшее в воздухе, казалось, можно было потрогать руками. И при этом лица всех сидящих за столом, среди которых появился Релгар, оставались абсолютно спокойными. За исключением Ворона. Тот был верен себе и прямо светился от удовольствия.

— Садитесь, Лионикс, — Колгрим расположился на другом конце стола, лицом ко входу. — Я успел немного расспросить присутствующих. К вашей чести, вы ничуть не преувеличили своё участие в этих событиях. Скорее, даже приуменьшили.

— Из-за этого все стали такими мрачными? — попытался пошутить я, чтобы разрядить обстановку.

Улыбка на лице Ворона стала шире. Едва заметная усмешка на мгновение коснулась губ Релгара и пропала. Все остальные остались сидеть с такими же безучастными лицами.

Не обращая внимания на мои слова, герцог продолжил:

— Я надеюсь, вы и впредь будете принимать верные решения. Сейчас ваши рыцари должны быть готовы немедленно отправиться в путь. Мы расположимся на Королевской поляне и попробуем выиграть время, договорившись с нашими врагами. Если переговоры сорвутся, то нам предстоит ещё один бой. Впрочем, тут я настроен оптимистично. Нам есть что предложить, а их главари не лишены чувства самосохранения. Они должны понимать, что сейчас победа им обойдётся очень дорого. Нам нельзя дожидаться их подкрепления со столицы.

— Именно поэтому я и предлагал атаковать Поляну Возрождения, — каменным голосом сказал Рок. — У нас будет более устойчивая позиция для переговоров и внушительное пополнение.

— Я ценю, что вы говорите то, что думаете, магистр Рок. Но вы наивно полагаете, что у нас есть на это время. Так вот, оно подходит к концу, — спокойно проговорил Колгрим.

— Я бы советовал отнестись с большим доверием к словам герцога, — тепло улыбнулся Релгар, глядя на Рока. Но я достаточно хорошо узнал советника, чтобы понять, что за этой улыбкой скрывается предостережение... Или угроза.

— Вы знаете, советник Релгар, доверие — вещь обоюдная, — Рок тоже понимал, кто перед ним. Но тем не менее смотрел на Релгара с такой же улыбочкой. Скрестив пальцы и подавшись вперёд, он продолжил. — Три сотни бойцов ждут помощи, и мы в силах её предоставить. Я не могу себе позволить не напомнить об этом. Они пострадали, защищая жителей бывшей Империи. Мне кажется, они заслуживают того, чтобы принять их во внимание при составлении планов.

Я с тревогой следил за меняющимся лицом Релгара. Этот гад ведь ничего не забудет. Он привык повелевать.

— Довольно! — поднял руку Колгрим. —Я не испытываю радости от того, что наши мнения разделились. Вы можете быть не согласны с моими решениями, но что делать с моим отрядом, решаю здесь я. Надеюсь, и передайте это всем лидерам орденов, вы проявите благоразумие и не станете действовать самостоятельно. Могу пообещать, что при первой возможности мы постараемся помочь вашим воинам. Сейчас, чтобы вы не думали, магистр, такой возможности у нас нет.

— Мы можем только гадать, куда приведёт та или иная дорога, — внезапно вмешался Хоннорат. — Милорд, я с радостью отдаю вам в руки управление над поселением. Я всё так же являюсь магистром магических искусств на службе Империи. Долгое время мне казалось, что надежды нет, но недавно всё начало меняться. Я был и остаюсь подданным Императора и его потомков. Ваше слово для меня — закон. Я последую за вами.

— Как и я! — поддержал мага Асгот, сверкнув глазами. — Я Страж Империи! Когда мой друг Лионикс говорил, что они постараются возродить страну, я не поверил. Теперь вижу, что он говорил правду. Мой меч и моя жизнь принадлежат вам, милорд!

— Разве нахождение в ордене не налагает определённые обязательства? — голос герцога был одновременно заинтересованным и уставшим.

— Мой Орден Порядка также принадлежит вам, милорд, — с улыбкой заверил я. — Асгот присоединился ко мне, но предупредил, что рано или поздно нас покинет.

— Благодарю вас, — просто сказал Колгрим всем троим. — А теперь нам пора в путь. Собирайте своих людей и отправляйтесь на Королевскую Поляну. До рассвета мы можем отдохнуть.

— Ваш шатёр должен быть уже готов, — подтвердил Релгар.

— Ах, да, Лионикс... — герцог прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Когда мы поднимались сюда, под ноги бросился какой-то юноша. Он начал биться лбом об землю и призывал всех окружающих сделать тоже самое. Некоторые даже послушались. Мои стражники пытались поднять его, но он не переставал. Тогда они решили, что разумнее его связать, чтобы он никому не навредил.

— Вот дурак... — одними губами прошептал я.

Раздался громкий смех, Рок и Ворон даже не пытались сдерживаться. Хоннорат сделал вид, что закашлялся.

— Он назвался Станиэлем и сказал, что он ваш друг... Это так?

— Да, — упавшим голосом подтвердил я.

— И много у вас таких друзей?

Время давно перевалило за полночь. Прохладный ветер не на шутку разгулялся на вершине утёса и терзал разгорячённое тело, норовя сорвать со спины потёртый плащ. Все давно разошлись по своим делам. Асгота я отправил вместо себя, чтобы велел членам ордена выдвигаться вместе с отрядом герцога. А мне же хотелось немного постоять в одиночестве и отойти от, так называемого, совета, который меня окончательно вымотал.

Герцог ещё раздавал последние указания своим воинам. Часть его отряда оставалась здесь, чтобы защищать мирных надейцев. Все остальные, владеющие оружием, отправлялись вместе с нами. Для успешных переговоров Быкорикс должен был увидеть всех, с кем ему придётся столкнуться, чтобы увеличить наши шансы на соглашение.

— Лионикс, вижу вы не спешите, — Колгрим подвёл коня поближе. Его чёрный скакун был с диким норовом, но всадник прекрасно управлялся с ним. — У меня к вам просьба. Поговорите с Роком. Не думаю, что он станет нам мешать, но всё же мне нужно знать о его планах. Понимаю, шпионить вам вряд ли по душе. Но есть небольшая вероятность, что, в случае чего, вы сможете на него повлиять.

— Я поговорю с ним, — возражать я даже не думал. Мне и самому было необходимо услышать от Рока, что он поможет нам.

— Сделайте это. И отправляйтесь спать. От вас полуживого толку мало. Считайте это приказом, — герцог дернул поводья, конь резво развернулся и сдал чуть назад. Затем Колгрим ткнул ногами в бока, и чёрный красавец сорвался с места, в одно мгновение преодолев расстояние до арки.

Усмешка невольно коснулась губ. Герцог благородно не стал упоминать, что от отдохнувшего меня особой пользы тоже ждать не приходилось. Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся, затем полюбовался на чёрных всадников, бросившихся за герцогом, чьи кони радовали глаз серебристыми доспехами. В ночи, при свете лун и костров, вид уносившихся конников был прекрасным. Когда топот копыт стих, я направился туда, где в последний раз видел Рока, решив не откладывать встречу на потом. Его воины малыми группами уже покидали вершину, выходя из просторной двухэтажной резиденции ордена. Я улыбнулся, окидывая её взглядом. Моя сгоревшая резиденция, по сути, была простой деревянной коробкой, пусть и достаточно вместительной. Здесь же Рок подошёл к её созданию так же основательно, как и ко всему прочему, стараясь сделать дом красивым снаружи. Покатые крыши плавно переходили одна в другую, поднимаясь то выше, то ниже над соседними. Слева от входа примостилась просторная веранда, на которой завершали последние приготовления его рыцари.

— Рок внутри? — спросил я только что вышедшего из-за двери паренька.

— А? А... Да, проходи, Лио, — беззаботно махнул тот рукой и пошёл дальше.

Я не без любопытства толкнул дверь. У Рока в гостях мне ещё бывать не приходилось. Коридор оказался длинным и хорошо освещённым. На полу лежали старые ковры, а в некоторых местах лишь отрезки ковров с изображёнными на них узорами и странными животными. Кое-где даже висели поблекшие картины. Суетящиеся люди мешали рассмотреть всё как следует, поэтому, спросив ещё раз, где мне искать лидера ордена, я толкнул дверь сбоку, на которую мне указали, и попал в небольшую квадратную комнату. На полу также лежал потёртый ковёр, а справа от противоположной двери стоял маленький столик, на котором поместилась настоящая старинная ваза с жёлтыми цветами. Орден Рока приносил не только оружие и артефакты со своих походов. Они не брезговали подбирать и такие вещи, приносящие уют. Что ж, огромное численное преимущество давало свои плоды. Не удивлюсь, если Рок обладает такими предметами, о которых никто не подозревает. И вряд ли он так просто сдался бы, не устроив напоследок сущий ад нашим врагам.

Я потянулся к ручке двери, но остановился, услышав громкие голоса за ней. Подслушивать я не хотел и уже развернулся, чтобы выйти и подождать, но донёсшийся голос Релгара заставил меня замереть.

— Я уже давал понять вашим соратникам, что такое поведение по отношению к герцогу недопустимо! Лионикс, к примеру, оказался сообразительным...

— Отношение к герцогу? Или же к вам? — прервал его Рок. В голосе отчётливо слышалась насмешка. — Вы можете запугивать Лио и других магистров, советник, но я бы не советовал вам пытаться угрожать мне. Во-первых, это бесполезно. А во-вторых, может навредить всем нам. Особенно сейчас.

— Я искренне надеюсь, что вы одумаетесь...

— Наш разговор окончен. Вы свободны, советник. У меня много дел.

— Мне жаль, что мы не пришли к пониманию, магистр Рок. Богиня видит, я пытался.

Я еле успел выскочить из-за двери и влиться в толпу игроков, прежде чем Релгар вышел. По его виду нельзя было сказать, что он только что получил ощутимый щелчок носу, но на лице застыло крайне задумчивое выражение. Подождав, пока он покинет резиденцию, я вновь вошёл в маленькую комнатку, постучал в дверь и приоткрыл её.

— Рок, это я, можно? — неуверенно произнёс я, глядя на уставшего сероглазого человека в кресле.

— Входи, Лио, садись — он призывно махнул рукой и указал на кресло. — Дай угадаю, тебя прислал Колгрим.

— Верно, — согласился я, плюхаясь на удобное деревянное сидение. — Но я и сам собирался прийти. И случайно услышал конец вашего разговора с Релгаром. Не нравится он мне. Он может быть опаснее любого другого врага, потому что стоит за плечом у герцога, как дьявол. Ты бы поосторожнее...

— Забудь! — отрезал Рок. Он потянулся к маленькому столику, взял с него деревянный поднос с бесформенной железной кастрюлькой с носиком и двумя кружками. — Я тут раздобыл у Алеин травяной чай, вкусная и полезная штука. Давай выпьем перед дорогой.

Я следил, как он разливает приятно пахнущую жидкость. По его глазам нельзя было угадать, о чём он думает. Невозможно было понять, каково ему отвечать за сотни людей, зная, что во многом именно от него зависит, проиграем мы или нет.

— Я думал сначала, что это Колгрим прислал советника, но позже понял, что ошибся, — сказал Рок, протягивая мне кружку. — Этот хлыщ в шляпе хочет держать всё под контролем самостоятельно. И разумеется, он искренне считает, что действует во благо. Ты правильно сделал, что сказал советнику то, что он хотел услышать. Он будет пробовать достать меня, тебе ни к чему такие хлопоты. Боюсь, ты ещё не слишком силён в политике, чтобы ввязываться в такое противостояние.

— А ты? — я осторожно отхлебнул и задохнулся от удовольствия. Алеин не перестаёт удивлять! Такой чай должен всегда быть в моём доме. Когда он у меня появится...

— А без меня им не справиться, — просто произнёс Рок. — Мой орден уже сейчас достаточно сильный и влиятельный, советнику придётся с этим считаться. А в дальнейшем, когда появятся владения, замки и армии, ему придётся действовать ещё более осторожно... Герцог тебя прислал за тем, чтобы выяснить, всё ли я сделаю, как он сказал?

Дождавшись моего кивка, Рок продолжил:

— Он делает то же самое, что и каждый умный лидер. Оставляет в неведении других, пока исполняет свои планы. Мне интересно узнать, что он затеял, хотя абсолютно не нравится, что мы оставляем это место лишь с малой защитой. Нас непросто будет перебить на Королевской Поляне, но бесы всё ещё сильны, а их немалый гарнизон будет находиться у нас за спиной. Если они ударят в нужный момент магией, то мы проиграем. Игроки не выдержат, а без поддержки игроков и герцог падёт. Но пока есть то, что есть. Возможно, он прав, и риск стоит того. Мы захватили катапульты, их уже размещают в холмах. Тоже спорное решение. На утёсе до них не добраться, ответными выстрелами уничтожить сложно — они не отличаются меткостью. Но потомок Императора использует их для того, чтобы дать пару залпов, если придётся отступать. В общем, — Рок задумчиво потёр подбородок. — Всё слишком странно, поэтому я доверюсь ему. Вполне может быть, что я чего-то не знаю. Но если придётся бежать, в первую очередь я буду спасать игроков. Только мы можем дать ещё один шанс всем этим людям.

— Без герцога? — недоверчиво переспросил я. — Он наш главный козырь, без него нам не выжить. Я был в Азулгейте, столице бесов, такую армию нам не победить. Их верховный жрец 40-го уровня! Он легко расправится со всеми нами.

— Целый народ вообще сложно победить, — заметил Рок. — Нам нужно сделать так, чтобы война приносила им больше проблем, чем пользы. Бить больнее там, где можем. Вот тогда и настанет время переговоров.

— Пока что все наши потуги и комариным укусом не назвать, — проворчал я, не забывая прикладываться к кружке.

— Нам приходилось выживать всё это время, — неопределённо покачал головой Рок. — Нужно упрочить свои позиции, чтобы Утёсу Богини ничто не угрожало, пока мы собираемся с силами. Тогда мы будем готовы вести полноценную войну. А теперь, пока у нас есть несколько минут, расскажи мне вкратце о том, что с тобой приключилось...

Глава 3

Проснулся я от того, что ноги обдавало сильным холодом. Покрутив головой и убедившись, что вокруг меня всё ещё весна, я приподнял голову и скосил сонные глаза вниз. В полуметре от моих ног на земле сидела девушка, скрестив ноги и укутавшись в синий плащ. Кончики длинных белоснежных волос, в которых при утреннем свете поблескивал иней, касались земли, но королеву льда это ничуть не смущало.

— Кристал, тебе не холодно? — заботливо спросил я, спешно поджимая ноги. Вот угораздило же меня уснуть в капсуле! Ведь мог спокойно выспаться в уютной тёплой кровати, где никакие игровые эффекты не мешали бы мне.

— Я не чувствую холод, — девушка полуобернулась, демонстрируя бледное лицо с лёгкой улыбкой. Вероятно, она не расслышала тонну сарказма в моём голосе. — У магов иммунитет к своей стихии. Ранить нас нашей же стихией можно, а вот заморозить насмерть не получится, как не получится сжечь Искру.

— Рад за вас! — совершенно искренне произнёс я.

Заснуть здесь снова у меня бы не получилось, а выходить из игры, когда неизвестно, сколько свободного времени у нас осталось, было опасно. Да и было ли это свободное время? Вчера мы все порядком устали. Так что даже поговорить толком не удалось. Считай, поздоровались, перебросились парой шуток и рухнули отдыхать. Двухнедельная осада дала о себе знать. Большинство игроков, кому позволяло время, лишь ненадолго покидали Надею, затем снова возвращались нести дозор, учиться и отражать бесконечные атаки краснопузых. Теперь мне предстояло многое наверстать. Узнать о делах своего ордена и постараться переговорить со многими людьми. И не только людьми…

Я подтянулся и сел, кутаясь в плащ. Тёплый ветерок приятно ласкал лицо. Первые робкие лучи солнца касались нежных полевых цветов, вокруг которых кружили изумительно красивые разноцветные бабочки. То и дело сверху падали тени маленьких юрких птиц, чьё пение заливало всю округу. Рассвело уже давно, но многие воины ещё спали, и их не тревожили. Некоторые сидели, тихо переговариваясь, кто-то догадался притащить котелок и уже что-то в нём варил. Только у шатров герцога, который расположился в стороне от нас, виднелась бурная активность.

— Что-нибудь слышно про наших посланников? — спросил я, наблюдая за людьми герцога.

— Они вернулись ночью, живые и здоровые, — кивнула девушка. — Но больше я ничего не знаю. Ты вхож к герцогу, вот иди и узнавай новости!

— Вхож, как же! — усмехнулся я. — Конечно, меня пропустят, случись что важное, но удовлетворять моё любопытство он не станет. Сам расскажет, когда время придёт.

— Ты же его спас? — синие глаза скользнули по моему лицу. — Я думала, такие поступки моментально сделают любое существо твоим другом.

— Нет. Это он меня спас. Нас всех, — серьёзно ответил я. — И теперь герцог наперегонки со смертью. Армия короля бесов будет преследовать его. Поэтому он пытается выиграть время. А что касается поступков… Я бы не рассчитывал, что каждый, кому ты поможешь в этом мире, отплатит за это благодарностью.

— Совсем как в нашем, — лукаво улыбнулась Кристал.

— Такие философские разговоры следует вести на ночь, — внезапно присоединился к разговору Палкивиад, расположившийся на земле неподалёку. Поворочавшись немного, он сел, широко зевая, провёл руками по коротким тёмным волосам и придвинулся к нам. — Доброе утро!

— Будем надеяться, что оно таким и останется, — проворчал я, наблюдая за людьми герцога. На душе почему-то было тревожно. — Хорошо, что ты проснулся. Мне нужно узнать, что случилось за время моего отсутствия. В особенности в нашем ордене.

Следующие двадцать минут я слушал Палкивиада, который тихим и спокойным голосом подробно рассказал обо всех важных событиях. Люди не спеша просыпались или появлялись, возвращаясь в игру и собираясь вокруг нас.

На моё исчезновение никто не обратил внимания до самого утра. Многие рыцари ордена уже спали. А те, кто заметил одиноко шатающегося по лагерю льерако, даже не представляли, что он принадлежит мне. Самый сообразительный догадался отвести зверя к шатрам огров, надеясь, что это небольшой квест по возвращению сбежавшего питомца. Но на месте игроку объяснили, что у того уже есть всадник. Узнав, кому принадлежит льерако, и то, что если он не в стойле, а хозяина рядом нет, то с всадником что-то произошло, игрок поспешил рассказать всё Трортинару. Тот, в свою очередь, немедленно сообщил об этом Асготу. Предчувствуя нехорошее, оба пошли к Року, который, к их радости, оказался на месте. Рок их выслушал и немедленно начал действовать. По его приказу к нему доставили первого попавшегося игрока из Ордена Порядка. Выяснив, что я нахожусь в игре, Рок немедленно послал несколько отрядов прочесать местность рядом с трактом. Лишь в той стороне вездесущие игроки появлялись реже, так как после стычки с бесами у усыпальницы, вероятность встретить вооружённые отряды врагов была велика, и Рок как мог оттягивал неизбежное, стараясь получать уровни там, где это безопаснее.

Первая весточка пришла от дозорных с холмов, выставленных для защиты кузницы. Они сообщали, что вчера слышали странный шум вдалеке, а до этого перед ними появлялся я на своём звере. Отправленные разведчики сумели разыскать несколько целых стрел на месте засады. На этом Рок велел возвращаться и прекратить поиски. То, что я попал в руки врагов, стало очевидным, и с этим ничего поделать было нельзя.

Палкивиад вернулся чуть позже. Узнав обо всём, он устроил совет, решая, что делать дальше. Идею, предложенную Трортинаром, отвергли сразу. Храбрый воин переживал за меня больше всех, так как знал, что делает с людьми его народ, тем более с врагами. Он высказался за то, чтобы всеми силами ордена немедленно отправиться на поиски, упирая также на то, что если отряд, схвативший меня, находится неподалёку, то есть возможность вытащить меня оттуда. Палкивиад тут же успокоил его, сказав, что навредить мне невозможно — пришедшие не чувствуют боли.

Ещё как чувствуют! Я вспомнил долгие часы в клетке. Конечно, боль была не физическая, но я едва удержался от того, чтобы не удалить своего персонажа. Впрочем, мне не хотелось прерывать Палкивиада, чтобы поделиться своими мыслями. Он поступил правильно.

Поняв, что лидер ордена может вернуться не скоро, Палкивиад принял управление на себя, не забыв послать весточку Хоннорату. Сначала пришлось поговорить почти с каждым игроком, состоящим в ордене, чьё количество перевалило за три десятка. Примерно половина из них уже была занята прокачиванием профессий и тренировками. Израмир не стал говорить ему о своих планах, просто сказал, что у него есть дела, чем немало озадачил Палкивиада, после чего тот скрылся в доме одной старушки-знахарки, которую надейцы за глаза называли ведьмой. Без дела остались четырнадцать человек, в основном новенькие, которым не нашлось места на тренировочных площадках.

Несмотря на ежедневно прибывающих беженцев, учителей по-прежнему не хватало. Палкивиад выгреб кинжалы и короткие мечи из сокровищницы, оставленные игроками, которым посчастливилось раздобыть вещи получше, и раздал их, не трогая лишь экипировку, добытую в гробнице. Кому-то даже повезло получить кожаный нагрудник. Всю эту плохо вооружённую ораву, он отправил на север исследовать мир и искать полезные артефакты для ордена. Палкивиад предупредил, что у них на пути появится полуразрушенная крепость, полная нежити, предоставив им самим решать, соваться туда или обойти её.

— К моему удивлению, отряд быстро самоорганизовался и стал приносить пользу, — с воодушевлением говорил управляющий. — Впрочем, как у них это получилось, лучше спросить у Ортона. Вот кому можно доверить управление боевым отрядом без каких-либо сомнений.

Худощавый светловолосый паренёк, на которого все дружно посмотрели, сверкнул улыбкой. Его короткая причёска, вкупе с внешностью, прямо-таки вопила, что перед нами находится ценитель аниме. Он даже сумел раздобыть себе узкий меч с длинной, но плохо защищённой рукоятью. Кожаные доспехи были покрыты чёрными металлическими пластинами. Снизу каждую пластину украшала золочённая полоска.

— Да что тут рассказывать! — озорной огонёк заплясал в глазах Ортона. Я готов был поспорить, что ему не больше шестнадцати. — Нашим пререканиям поначалу не было конца, мы дважды погибли в крепости, пока я не взял инициативу на себя, едва уговорив всех сделать по-моему.

— Его приключения заслуживают отдельного рассказа, — Палкивиад лёгким кивком головы указал на паренька. — Но подробности отложим на потом. После их ухода я занялся другими делами...

За короткие два дня перед осадой он успел сделать немало. Узнав подробнее о роли управляющего, Палкивиад поспешил за важнейшим атрибутом — книгой учёта, куда автоматически вносились данные о приобретённых орденом вещах и монетах. Хозяин книгопечатной мастерской быстро смекнул, что такие книги будут нуждаться спросом, и потому всегда держал парочку про запас. Выложив четыре монеты за полезную вещицу в кожаном переплёте, Палкивиад тут же понял, что придётся строить ещё и обширный склад для вещей. В сокровищнице должны лежать только деньги, драгоценности и старинные артефакты, пользующиеся спросом у местных ценителей, но не имеющих явных магических свойств. Оружие, броню, эликсиры, ингредиенты для алхимии нужно будет рассортировывать и аккуратно складывать, чтобы потом не тратить время на поиски нужной вещи под грудой металла.

— Это ж где крупным орденам такие помещения найти, чтобы всё вмещалось? — озадачено спросил я.

— Меня это тоже сначала удивило, — хитро улыбнулся управляющий. — Но всё оказалось проще. Есть разная мебель. Например, оружейная стойка, она вмещает в себя от тридцати предметов любого оружия. Но можно обойтись сундуками, они более вместительные, и туда можно класть всё, что угодно.

На строительство хранилища ушёл почти день. Палкивиаду пришлось изрядно потрудиться, разыскивая свободных членов ордена. Спасибо Малышу, могучий огр всегда находился рядом и без устали помогал в самой сложной работе. Зато потом, когда арсенал из гробницы сбросили в угол нового склада, Палкивиад, наконец, смог открыть книгу учёта и убедиться, что сделал всё правильно. Открывалась она точно так же, как и книга умений. Название предметов и даже их изображения появлялись перед глазами. Книга позволяла отдалить список, чтобы просмотреть его целиком, либо наоборот приблизить и увидеть полное изображение, характеристики и свойства вещи, перелистывая страницы глазами, одну за другой. Вдобавок, взятые из хранилища ценности или сокровищницы какое-то время выделялись красным, чтобы можно было увидеть пропажу и указать в отчёте причину их исчезновения. Конечно, всеми деньгами заведовал казначей, и на что ушли деньги в учётной книге не отображалось, подобный отчёт казначей должен составлять сам.

— Кстати, первые два моих отчёта дожидались тебя на столе, — с сожалением добавил Палкивиад. — Пока не сгорели вместе с резиденцией...

— Оружие успели спасти?

— Конечно! Мы же знали, что большое количество бесов движутся сюда, но об этом чуть позже. Я забыл рассказать про Беренгара...

Он пришёл перед рассветом с листком в руке. Игроков в такое время было мало, и Беренгар сумел беспрепятственно подойти к самой резиденции Ордена Порядка. У порога, рядом с костром, сидели два человека. Один из них тихо напевал. Он первым заметил красный пылающий ник игрока.

— Враги!!! — закричал Хейока звонким голосом, доставая из-за спины лютню вместо оружия. Затем вытянул одну руку вперёд и приказал. — Стой на месте!

Беренгар остановился. Он уже слышал об этом певце от шпиона. Второй человек, с ником Израмир, не был безоружным, за спиной виднелся посох, но он не спешил его доставать и выглядел вполне уверенным в себе. С этими магами никогда не знаешь, какие фокусы у них в рукаве.

Дверь внезапно распахнулась. На пороге показался Палкивиад во всеоружии.

— Я от Лионикса, — неторопливо произнёс Беренгар с ядовитой ухмылочкой. Руки он держал на виду, даже не думая тянуться за клинком.

Палкивиад опустил меч, но прятать его не собирался.

— Где он? — коротко бросил управляющий.

— Сидит, бедняга, в клетке, у нас в лагере, — невозмутимо отозвался Беренгар. — Передаёт привет и вот это послание.

Перекинув меч в другую руку, Палкивиад взял бумагу и развернул её.

— Где находится лагерь? — хмуро спросил он, прочитав записку.

— Достаточно далеко, так что не советую вам пытаться его искать, — серьёзно предупредил Беренгар. — У вас не хватит сил прорваться туда. Проскользнуть незамеченными тоже не выйдет. Не появились ещё такие умельцы среди вас. Послание я доставил, мне был обещан мой меч.

— Как вытащить Лио оттуда? Если ты поможешь...

— Никак! — отрезал наёмник с недобрым огоньком в глазах. — Будь возможность, я бы отпустил его, толку-то от него. А Ролайн перебилась бы как-нибудь. Как-будто он угроза... Я один на один с троими такими справлюсь. Тоже мне лидер.

— Так это Ролайн постаралась его схватить? — странным голосом поинтересовался Палкивиад. Его тон не сулил наёмнику ничего хорошего.

— Послушай! — Беренгар почувствовал угрозу. — У нас с Лио договор. Я вам письмо, а вы мне меч!

— Твой меч у Молота, — холодно обронил управляющий. — Даже Лионикс не распоряжается вещами, которые нам принадлежат. Если он решит отдать, ты его получишь. Если же нет...

— Несмотря на огромное желание убить этого негодяя, я впустил его, чтобы он дождался появления Молота, — хоть всё это случилось довольно давно, голос Палкивиада стал сердитым. — Меч ему отдали, Молот всё равно собирается пользоваться двуручным оружием, но после этого с наёмником церемониться не стали. После смерти на Поляне Возрождения он не появлялся.

— Было бы забавно, если бы с него выпал меч, — хмыкнул я.

— Мы тоже об этом подумали, — звонкий и чистый смех Кристал разнёсся по просыпающемуся утреннему лагерю.

— Вечером того же дня всё и полетело кувырком, — продолжал Палкивиад. — Я отравился к кузнице, взяв с собой нескольких человек. Мы договорились о небольшой партии оружия для ордена...

— Хорошо, что этот льерако нас слушается, — заметила Кристал, откидывая мешающие волосы назад. — А то пришлось бы снова клянчить коня у Ворона или, того хуже, у Рока.

Пенчекряк только улыбнулся, с нежностью смотря на девушку, шагающую рядом. Луны уже взошли и хорошо освещали её ладную фигуру, казавшуюся очень хрупкой. Тёмные кожаные доспехи, добытые ещё в первые дни, приятно поскрипывали при каждом движении. Кристал несколько дней обучалась у Хоннората, но меч так и оставила висеть на поясе. Пока мало что напоминало в ней мага, не считая поблескивающего инея в белоснежных волосах. Хотя, может, это отражался лунный свет?

— Было бы ещё лучше, если бы его всадник был сейчас тут, — с сожалением сказал Хейока. — Мне казалось, что у нашего ордена большие перспективы, да и компания сложилась довольно-таки приятная. Надеюсь, он вернётся.

— Раз ещё появляется в игре, значит, он пытается! — уверенно заявил Палкивиад.

— А вам не кажется странным, что нам, вместо того, чтобы просто переложить изготовленное оружие в рюкзаки, приходится искать для него повозку? — озадачено почесал голову Молот. — Ведь там совсем немного вещей!

— Ничего не поделаешь, — пожал плечами управляющий.

Старинный тусклый нагрудник, найденный в гробнице, совершенно не подходил к его остальным элементам брони, но притягивал взгляд своим странным загадочным мерцанием. В нём Палкивиад походил на рыцаря из легенд, чему способствовал повидавший виды меч, висевший сбоку, и светившиеся умом карие глаза, выглядывавшие из-под шлема.

— Пока мы не довезём груз до ворот поселения, он ещё не принадлежит нам, и любой может попытаться отобрать его. Не хотите ли податься в разбойники, господа? Начнём «грабить корованы», разбогатеем!

До кузницы, которая стояла под открытым небом, оставалось идти всего ничего, и разговоры прекратились сами собой. Здесь даже ночью народу было предостаточно. В основном те, кого Рок отправил для защиты и относившиеся к его ордену. Но присутствовали игроки и из других орденов, пришедшие договориться о поставках амуниции. Несколько коней стояли недалеко от кузницы, уже осёдланные и готовые, в случае чего, немедленно увезти мастера и его учеников. Справа, на холмах, виднелись огни костров. Сторожевые отряды круглосуточно высматривали с вершины врагов. Конечно, их часто меняли, никто не согласился бы проводить всё свободное время вот так. Року приходилось иногда привлекать людей из других орденов, но чаще он справлялся своими силами.

— Я точно знаю, что где-то там сидит и скучает Хис, — улыбнулся молчавший до этого Израмир.

— Она сама вызвалась, — подтвердил Палкивиад. — Хочет привести свои дела в порядок, разобраться с прокачкой и профессиями.

Это чувство было знакомо всем. Иногда копание в характеристиках персонажа и прочих вкладках съедало времени не меньше, чем полноценный поход. Поэтому каждый игрок иногда старался посидеть в одиночестве, подальше от остальных, чтобы ничего не отвлекало.

Кузнец уже завершил работу и стоял, громко переговариваясь с двумя людьми.

— Да как вы не разумеете-то! Сколько раз мне повторять! То, о чём вы просите, в данное время невозможно! — в голосе мастера Руитила Нериса слышались раздражение и неприязнь. — Ваш Бурбык получит ровно то, о чём мы договаривались. И только тогда, когда заплатит!

— Бурбырик, — надменно поправил игрок Могаут. — Он всего лишь попросил немного усовершенствовать их. Нам воевать надо, а твои доспехи плохо защищают, уже проверили.

— Я и раньше недолюбливал Бурбырика, — тихо шепнул всем Палкивиад. — Кто знает, почему к нему люди идут. Но таких дураков, как этот парнишка, я ещё не встречал...

— Что?!! — взревел Руитил, аж подпрыгнув от такого оскорбления. — Передайте своему магистру, пусть оторвёт свою задницу, заберётся на гору Оврастэд, одолеет легендарного дракона Талфирокса и принесёт мне его чешую! Тогда я сделаю ему доспехи покрепче. А до тех пор я ему даже ржавого меча не отправлю! Убирайтесь отсюда, а не то вам сама Богиня не поможет!

— Верно, вам лучше уйти! — вмешался Андор, охраняющий кузнеца. Палкивиад вспомнил его. Этот паренёк вместе с ним уничтожал Стражей Полей, но после того, как поселение стало стремительно расти, они редко сталкивались, даже не разговаривали толком. Вот так постепенно и забываются те, с кем начинал почти с самого начала... Палкивиад отогнал не к месту подступившие мысли. — Хоннорат и Рок узнают о том, как вы обращаетесь к влиятельным людям, без которых поселению не обойтись.

— Не, ну а чё я такого сказал? — неуверенно промямлил Могаут, глядя ничего непонимающим взглядом. Один глаз у него был полностью чёрный, а второй красным.

— Уходите! — повторил за охранником Палкивиад. Что-то в его голосе подсказало горе-дельцам больше не испытывать судьбу.

— Да, пофиг на них, пошли отсюда, — товарищ Могаута потянул его за плечо.

— Сначала вы должны заплатить мастеру за его работу, — губы Андора скривились в недоброй усмешке.

— С чего это вдруг мы должны платить? — возмутился Могаут. — Мы ничего не купили!

— У вас был уговор! — процедил Андор. — Мастер Руитил работу выполнил, а вы, вместо того, чтобы отдать деньги и забрать амуницию, оскорбили его. С вас тридцать пять медных монет. Немедленно.

— Не нужно убивать этих щенков из-за кучки медяков, — махнул крепкой рукой Руитил. — Пусть валят на все четыре стороны.

— Они бессмертны, им пойдёт это на пользу, — спокойно отозвался Палкивиад, прикасаясь к рукояти меча.

— А... Тогда ладно, — поглаживая чёрную бороду, согласился кузнец.

— Держите ваши деньги, — сплюнул Могаут. — Я расскажу об этом Бурбырику. Он с вами сам разберётся.

— Я могу рассказать о твоём магистре то, что тебе и не снилось, щенок! — буркнул Руитил, глядя на поспешно уходящих игроков.

Андор ссыпал ему в ладонь медяки.

— Простите, уважаемый мастер, среди нас попадаются и такие люди. К счастью, их пока мало.

— Дурости в этом мире хватало задолго до вас, — сказал кузнец ворчливым голосом и улыбнулся. — А то, что их отвадили, это хорошо.

— Я уже сообщил о произошедшем Року, он со всем разберётся, — улыбнулся в ответ Андор. — Никакой Бурбырик вас не потревожит.

— Славно! — протянул Руитил, сощурив глаза. — Завидую я вашему умению общаться на расстоянии. Я раньше думал, такое только волшебники могут. Мне бы такая способность не помешала! Передал бы пару строчек своей жене. А то я всё время здесь пропадаю, а она там. Жаль, только, писать не умею. Руны на оружие наносить меня научили, а вот перо в руках держать — нет.

— Вам стоило сказать об этом раньше, — укоризненно произнёс Андор. — Наш связной в лагере незамедлительно передал бы всё, что вы захотели бы сообщить жене.

— Что? Правда? — оживился кузнец. В заблестевших глазах читался неподдельный интерес.

— Конечно! Мы с вами такое послание придумаем, что она всегда будет ждать вас с нетерпением!

— Здорово! А то ворчит на меня всё время... Ладно, время уже позднее, пора возвращаться к делам. Вы пришли за своим заказом? — обратился он к Палкивиаду и остальным, которые с удовольствием наблюдали за происходящим. — Всё в этом ящике, с вас пятьдесят монет.

Палкивиад сразу же передал нужную сумму.

— Спасибо, мастер Руитил! Израмир, Хейока, Игмат, загружайте всё в повозку! — затем обратился к охраннику. — Андор, нужно будет как-нибудь вместе посидеть в таверне, пропустить по кружечке. А то начинали вместе, а дороги разошлись.

Тот согласно кивнул.

— Я тут застрял, Рок попросил. Редко возвращаюсь на утёс, но как-нибудь разыщу тебя. И мастера с собой прихватим, — подмигнул Андор Руитилу.

— Это я завсегда! — тут же согласился кузнец. — Правда, моя ненаглядная опять рассердится...

Позади послышался звон стали, предметы в повозке нагромождались неаккуратной кучей. Игмат уже запрягал льерако, который мотал массивной головой из стороны в сторону и бил могучим копытом в землю, словно пытаясь сказать, что ему надоело стоять на месте, и неплохо было бы пуститься вскачь.

— А что это там? — нахмурился Палкивиад.

Андор взглянул на холмы. Над одним из сторожевых постов из стороны в сторону двигался огонёк, будто кто-то размахивал факелом. В то же мгновение подобные огни зажглись и над другими холмами.

— Кто-то приближается, — в миг посерьёзнел Андор. — Мастер, ваши кони ждут вас. А вы! — он обратился к группе игроков, моментально собравшихся рядом и глядевших вопросительным тревожным взглядом. — Будете охранять. Вперёд!

Кузнец, хоть по его виду можно было понять, что ему не нравится вот так убегать, без возражений вскочил на коня. Он подождал, пока воины сделают то же самое, и отряд выдвинулся рысью, неспешно разгоняясь. Ещё часть людей спешно складывала в повозки железные слитки и руду, размещённую вокруг кузницы. Когда они закончили, три повозки дружно тронулись вслед за предыдущим отрядом. Игроки пристроились по бокам, охраняя ценный груз.

— Игмат, останешься со мной, остальные — увозите оружие! — скомандовал Палкивиад. — И не возвращайтесь!

— Дозорные должны спуститься, после того как подадут сигнал, — озадачено сообщил Андор. — Теперь ждём, кто раньше появится. Они или враги. Организовать оборону!

Рыцарей ордена Рока на поляне осталось всего лишь семь человек. Они мигом встали рядом с Андором, обнажая оружие. Двое, с луками в руках, вышли вперёд, прикладывая стрелу к тетиве. Все они почти полностью были облачены в железные доспехи, изготовленные в этой кузнице. Справедливости ради, Могаут был прав, когда говорил, что они плохо защищают. Их характеристики лишь ненамного превосходили снаряжение, добытое в полях. Многие игроки уже давно нашли себе вещи получше. Можно было создавать стальные мечи и доспехи, но их изготовление требовало куда больше времени, а Рок спешил обеспечить всех людей хотя бы стандартной бронёй. Полный комплект стальных доспехов, который давал приличный бонус к защите и увеличивал ОЗ, ковался по одному в день и тут же передавался стражникам-надейцам, для охраны поселения. Поэтому, в желании главы ордена Бурбырика вооружить своих людей именно этими доспехами не было ничего странного.

— Кристал, ты почему ещё здесь? — рявкнул Палкивиад, глядя на девушку.

— Мне нужно немного попрактиковаться, — невозмутимо ответила та, обеими руками откидывая длинные волосы за спину. — А мальчишки и сами справятся.

Палкивиад только хмыкнул, признавая её правоту. Но когда увидел приближающегося Пенчекряка, в глазах которого застыла мольба, то в сердцах выругался.

— Даже не думай! — предостерёг Палкивиад несчастного паренька. — Оружие нужно доставить в целости и сохранности, догоняй Хейоку и и Израмира! Ничего страшного с Кристал не случится.

Пенчекряк понуро кивнул, глядя на сочувственно смотревшую Кристал, и бросился догонять бодро передвигающего копытами льерако.

— Все отряды, покинувшие утёс, предупреждены. Рок велел им возвращаться. Он готовит оборону, но ночью людей гораздо меньше, — взволнованно сообщил Андор. — Что, неужели началось?

Никто ему не ответил. Все напряжённо смотрели на силуэты вооружённых игроков, спускающихся с холмов. Палкивиад с облегчением увидел светлые волосы Хисеаллай, мелькнувшие в ночи. А через некоторое время смог рассмотреть и лицо девушки.

— Что там у вас? — коротко бросил Андор первому подбежавшему пареньку.

Но запыхавшийся игрок не успел ответить. Совсем рядом послышалось глухое рычание. Андор успел увидеть стремительно приближающуюся фигуру, словно скользящую над землёй, затем она выпрыгнула на свет, озаряемая тлеющими углями горна.

Появившаяся девушка, верхом на кроваво-красном звере, была прекрасна. Распущенные рыжие волосы укутывали спину не хуже плаща. Яркие зелёные глаза смотрели из-под шлема сурово и пристально. Руки в чёрных кожаных перчатках с силой сжимали поводья, хотя девушка, без сомнений, спокойно могла управиться со зверем одними коленями.

— Армия бесов на подходе! Это их факелы! — её холодный голос разнёсся в ночи. — Немедленно уходите отсюда, и уводите людей с Поляны Возрождения! Они ударят одновременно и по ней, и по Скале Смерти!

— Ролайн! — процедил Палкивиад сквозь зубы.

— Это правда, — подтвердила подоспевшая Хисеаллай. Дозорные встали рядом с Палкивиадом и Андором. — Там сотни факелов! И они всё ближе!

— У вас ещё есть время отступить... Ай, ты что делаешь? — гневно воскликнула Ролайн. Стрела пронеслась рядом с её лицом, слегка задев волосы. — А если бы промазал?

— Я промазал, — осклабился лучник, накладываю следующую стрелу.

Ролайн нахмурилась и потянула клинок из ножен. За спиной показались её люди, по их загнанному взгляду Палкивиад понял, что они пришли сюда вовсе не нападать.

— Постой! — осадил лучника Андор. — Ролайн, ты зачем здесь? Ты же на их стороне?

— Больше нет, — устало отозвалась она. — Они решили перебить всех пришедших людей до единого, включая нас. Часть моих людей... Не выбралась.

— Раньше её ник был красным. Теперь оранжевый. Она действительно больше не враг, — задумчиво проговорил Палкивиад.

— Но и не друг! — возразила Кристал. — Ты забыл? Это по её вине Лионикса нет с нами!

— По моей? — фыркнула Ролайн. — То, что он угодил в засаду карликов, не моя вина. Я управляю только своими людьми. Заканчивайте со спорами. Либо мы немедленно уйдём, либо все погибнем.

— Мы-то встанем и доберёмся до утёса... — недвусмысленно сказала Кристал, глядя на свою ладонь, в которой появился кусочек льда.

— Довольно! — вмешался Андор. — Рок решит, что с ней делать. А пока ноги в руки и бегом!

— Бедняга! — искренне посочувствовал я. — Везде ей не рады.

— Нечего пытаться усидеть на двух стульях, — не согласилась Кристал.

— В общем, всё произошло так, как сказала Ролайн, — продолжил Палкивиад. — Бесы, верхом на ажерахах, вторглись на нашу Поляну. Как там не выстраивали защиту, она мигом рухнула под напором высокоуровневых бойцов. Пытаться защитить её было глупо, мы сразу потеряли почти сто человек. И это ночью, когда главный удар пришёлся на утёс.

— Да, первый раз они действительно попытались всерьёз проломить защиту, — недавно присоединившийся к слушателям Асгот жёстко усмехнулся. — Единственный раз, когда мне позволили вступить в бой! Дело было плохо. Ваши люди храбро сражались, но гибли один за другим. Тем не менее враги увязли и не смогли с наскоку захватить даже первые укреплённые позиции. Ценой жизни многих, с помощью магии, мы смогли не только откинуть их отряды, но, из-за своей самоуверенности, они потеряли сотни воинов только в первом бою. Впрочем, мы тоже... Рок показал себя превосходным полководцем! Не каждый сумел бы правильно распорядиться людьми и средствами и устоять в бою перед более подготовленными противниками.

— Теперь мои собратья тоже это усвоили, — раздался скрипучий голос. Трортинар невесело улыбался. — Я был уверен, что, когда Быкорикс соберётся с силами, утёсу не устоять. Хорошо, что я ошибся. Мне не доставляет радости смерть хороших воинов и моих родичей, но лучше они, чем невинные жители.

— Возможно, сегодня герцогу удастся со всем этим покончить, — ободряюще улыбнулся я маленькому воину.

— Я видел вашего герцога, он показался мне благородным воином, — согласился Трортинар. — Но наш король никому ничего не прощает, он пошлёт целую армию вслед за ним. Боюсь, это только начало...

— Мой друг, ты вечно строишь самые ужасные картины будущего! — хохотнул Асгот, хлопнув беса по плечу. — Мы выстояли тогда, а сейчас выстоим и подавно! Хейока! А сыграй нам что-нибудь победное, чтобы развеять упадническое настроение нашего маленького рыцаря!

Бард просиял, дважды его просить было не нужно. В руках немедленно возникла лютня из тёмного дерева. Услышав, как Хейока несколько раз для пробы провёл по струнам, вокруг начали собираться люди. Певца любили не только надейцы, но и игроки из других орденов. А после его частых выступлений в таверне, где хозяин всегда ждал его с нетерпением и бесплатно угощал, барда часто засыпали медными монетами.

Музыка зазвучала внезапно, заставляя всех замереть. Озабоченные, хмурые лица постепенно светлели. Тревога, страх и неуверенность исчезли из глаз. Застывшие взгляды, устремлённые в одну точку, говорили о том, что мысли слушателей витают сейчас где-то далеко отсюда, унесённые самой сильной магией, которой ни у кого и никогда не получалось противиться. Да и стал бы кто-нибудь пытаться? Магия звуков находила ключ к каждому, задевая струны, находящие отклик в сердце. Она обволакивает подобно защитному кокону. Даёт повод задуматься, помогает радоваться новому дню. Когда нужно, словно сдирает старые пластыри, заставляя невидимые нарывы прорываться наружу, очищая и исцеляя душевные раны. Но непременно укрепляет, поддерживает и даёт силы двигаться дальше, хотя замечаешь это не сразу. А некоторые не замечают вовсе.

Так и сейчас музыка действовала на всех по-разному. Кристал мечтательно улыбалась, глядя куда-то вдаль. Трортинар, терзаемый внутренними противоречиями, спрятал лицо в четырёхпалых ладонях. Сложно разрываться между своими собратьями и людьми, не заслужившими тех страданий, какие принёс им его народ. Асгот торопливо смахнул невесть откуда взявшуюся слезу, подозрительно глядя по сторонам. Но никто этого даже не заметил. Ворвавшийся в ритмичную, волнующую музыку чистый голос Хейоки пел о боевом братстве, преодолевающем все невзгоды на пути к победе, чем вновь напомнил Стражу о том, как много потеряла Империя. Грусть не лишала его сил, не заставляла впадать в отчаяние, как когда-то. Теперь он вновь сражался за свой народ, а рядом были надёжные друзья. Сожаления о прошлом лишь добавляли решимости и упорства идти до конца, и Асгот не забывал ценить то, что у него есть. Тем более сейчас, когда все они балансируют на лезвии меча. Даже вечно сердитые лица гоблинов разгладились. Они сидели вчетвером, обнявшись и покачиваясь в такт музыке.

Последний звук лютни растворился в воздухе. Люди зашевелились, приходя в себя и как-то нехотя возвращаясь к оставленным делам.

— Хейока, ты творишь настоящие чудеса, — подошедшая Адэноэль смущённо улыбнулась. Золотистые волосы сверкали на солнце. Я впервые увидел её с того дня, как попал в засаду. — Мне эта песня всегда казалось простой, но в твоём исполнении...

Она запнулась, а Хейока лишь довольно улыбнулся. Горка монет росла перед его ногами. Каждый старался его отблагодарить.

— Верно! Ты, бард, умеешь разбудить голосом то, что мы называем человечностью.

Люди расступились перед стражей, пропуская вперёд герцога. Все торопливо поднимались с земли, надейцы не раздумывая склонились. Только игроки замялись, хотя многих подмывало сделать то же самое. Но такие мелочи не волновали человека, на голове которого вместо шлема появился изящный обруч с драгоценным камнем посередине.

— Лионикс, в чём вам не откажешь, так это в умении выбирать союзников, — серьёзно произнёс Колгрим. — Войско бесов уже на подходе, так что собирайте людей, лорд-командующий Лотерн объяснит вам, где занять позиции. Надеюсь, мне не нужно напоминать, что любое своеволие сейчас будет караться смертью. За неповиновение рыцарей ордена я спрошу с их магистров.

Не дожидаясь ответа, герцог развернулся и ушёл в сторону своего шатра, в окружении стражи. Но его советник Релгар, тоже оказавшийся здесь, уходить не спешил.

— Страж Асгот, герцог хотел бы, чтобы вы стояли рядом во время переговоров, — сказал он безукоризненно вежливым тоном. — Надеюсь, магистр Лионикс возражать не станет.

Удовлетворившись моим лёгким кивком, он продолжил, придерживая одной рукой широкополую шляпу из-за внезапно налетевшего ветра.

— Все магистры также приглашены в личную свиту герцога, но убедительно советую ни во что не вмешиваться до тех пор, пока не получите прямой приказ. Впрочем, ваш друг, магистр Рок, сам объяснит вам это. И последнее. Хейока, после переговоров найдите меня. Вы заслуживаете не только словесной благодарности. Уверен, я смогу отыскать что-то подходящее для вашего незаурядного таланта.

— Благодарю вас, советник, — с довольной улыбкой отозвался бард. Затем, подождав пока Релгар отойдёт подальше, слегка наклонился к моему уху. — Бесплатно от него и воды во время дождя не допросишься, сразу видно.

— Что-то мне подсказывает, что так оно и есть, — согласился я с певцом. — Но ты не упусти выгоду. Делай то, что он попросит. Если получишь подходящий сет для барда, это будет стоить любых усилий.

— А если это будет вредно для нас? — с сомнением спросил Хейока, глядя на удаляющегося советника.

— Сейчас нам сложно навредить. А о будущем станем беспокоиться завтра.

Улучив момент, пока все ждали Лотерна и его людей, я подошёл к золотоволосой девушке, находившейся рядом с Асготом. Заметив, что рядом с ним она из грозной воительницы превратилась в смущённую девушку, я пожалел, что помешал им. Для Адэноэль Страж был внезапно объявившимся героем из сказок. Неудивительно, что девушка с благоговением относилась к нему, и, вероятно, сильно удивилась, обнаружив за стальными доспехами и суровой внешностью, такого же человека, как она сама. Которому пришлось многое пережить и... Такого же одинокого.

Страж только подмигнул мне и, сославшись на дела, тактично отошёл в сторону, где уже собрались почти все ребята из ордена. Я думал, что Адэноэль расстроится, но посмотрев на порозовевшее лицо, увидел облегчение, хотя её мечтательный весёлый взгляд говорил о том, что я не ошибся насчёт её отношения к древнему воину. Тому, кто бывал на её месте, не сложно угадать причину столь разных эмоций. Иногда необходима небольшая передышка, чтобы привести свои мысли в порядок после разговора с человеком, к которому при всём желании не можешь остаться равнодушным.

— Привет, Адэна! — улыбнулся я ей. — Мы не успели ещё поговорить после моего возвращения, но я рад, что ты в порядке!

— Привет! — легко отозвалась она. — Я слышала о том, что с тобой случилось. Хотела бы сказать, что меня сильно расстроило твоё исчезновение...

— Но нет ученика, нет проблем, — весело продолжил я за неё.

— Почти... — кивнула Адэноэль. Улыбка едва наметилась в уголках губ. — Сначала я даже разозлилась. Пришлось прождать тебя достаточно времени, но ты всё не появлялся. Я решила, что так даже лучше и пообещала себе больше никогда не брать учеников, несмотря на любые уговоры... — она слегка запнулась. — Ты теперь захочешь продолжить занятия, если мы все не погибнем сегодня?

— Это тебе решать, — пожал плечами я. — Мне многому удалось научиться в плену. Но если для тебя обучение такая большая обуза, то, может, и не нужно себя заставлять?

— Хм... — задумчиво нахмурилась Адэноэль. — В нашу первую встречу ты произвёл хорошее впечатление. Говоришь, многому научился? Тогда проверим это. Я дам тебе испытание, пройдёшь его — я научу тебя стандартным трюкам, помимо умения управляться с мечами. А также покажу кое-что особенное, чему научилась сама.

— А ты не хочешь стать рыцарем-командором моего ордена? — спросил я, глядя на неё невинными честными глазами.

— Что? — Адэна явно опешила от такой резкой смены темы разговора. — Командором? Зачем мне это? Мне бы не хотелось браться за обучение одного ученика, а ты решил, что я буду в восторге, отвечая за целую орду неумех?!

— Попытаться стоило! — слабо улыбнулся я, отводя глаза, и вскользь добавил. — Да и Страж был бы рад чаще тебя видеть... Но забудем об этом... Я пройду твоё испытание.

— Ты сказал Страж? — подозрительно переспросила Адэна, но её глаза отчего-то вспыхнули. — Причём тут он?

— Ты подмечаешь любое неверное движение, но не видишь очевидного? — я поднял бровь, хитро улыбаясь. — Ему нравится проводить время с тобой. И то, как он смотрит на тебя, когда ты не видишь... Может, Асгот ещё сам не до конца всё понимает, но он чувствует в тебе близкого по духу человека.

Глаза девушки округлились, смущённая улыбка гуляла на лице. Даже самый опытный учитель боя забывает о защите, когда речь идёт о том, что по-настоящему важно для него. Люди неисправимы! Внутренне я торжествовал. И не потому, что воительница уже мысленно примеряла на себя новую должность. Справедливо считая, что в качестве рыцаря-командора в том же ордене, в котором находится Страж, станет ещё более значимой в его глазах. Безусловно, умелая и сильная девушка в наших рядах, успешно руководившая людьми, сделает орден сильнее и более привлекательным для будущих новобранцев. Но для меня это был просто приятный бонус. Мне хотелось подтолкнуть этих двоих к тому, чего они сами желали. Решение сыграть роль свахи пришло неожиданно и легко. А бушевавшая вокруг война и неопределённость лишь добавили мне решимости. Некогда им месяцами ходить вокруг да около.

— Одолей Беренгара в поединке. А мне... Мне нужно подумать, — едва слышно сказала она.

— Друзья! Я впервые вижу вас всех в сборе и благодарю за то, что вступили в Орден Порядка. Палкивиад и Асгот рассказали мне, что каждый из вас отличился за время осады, прикрывая своих товарищей, умело вступая в бой, когда нужно, и так же умело отступая, почти не теряя людей!

Кристал стояла, положив голову на грудь Пенчекряку, который осторожно поддерживал девушку рукой. Израмир лукаво улыбался. Новоявленный маг действительно сумел отличиться, используя защитную магию и раз за разом спасая игроков. Обучался он не у Хоннората, а у пожилой знахарки, постоянно пропадая в её доме. Но несмотря на все уговоры и беседу с Роком, Израмир так и не рассказал, что это за школа магии, и почему обучают только его. Пытаясь поговорить со старушкой, Рок тоже потерпел неудачу, после чего оставил все попытки докопаться до истины. Хейока, превратившийся за это время в полноценного барда, с неприятными для врага умениями, попытался подыграть на лютне, слыша мою пламенную речь, но Палкивиад не позволил ему, со смешком кладя руку на инструмент. Недовольно фыркнув, певец убрал лютню за спину.

Асгота и Трортинара вызвал к себе герцог, поэтому они отсутствовали. Очень не хватало весёлого Молота и рассудительного Игмата, они оба с нетерпением ждали вестей, время от времени появляясь в игре, но не рискуя возрождаться на поляне среди врагов. Малыша временно забрал Дугмар. Если уж суждено умирать, то рядом с воинами своего клана. Разительней всех изменилась Хисеаллай. Кинжалы, которые подарил ей я, она давно переросла, заменив их другими. Сами клинки я разглядеть не успел. От ножен распространялся тёмный туман, тут же растворяясь в воздухе. Девушке не удалось заменить все части экипировки, но тёмно-фиолетовый лёгкий доспех, вкупе с чёрным плащом, делал её зловещей даже при солнечном свете. Капюшон прикрывал пепельные волосы, наползая на глаза, которые задорно блестели из-под него. Смотря на девушку, иногда можно было заметить, что её фигура подрагивала и размывалась.

— У многих из вас всё ещё нет приличной экипировки, но я постараюсь решить эту проблему в ближайшее время. Мне бы хотелось поделиться тем, что удалось подобрать при бегстве из Азулгейта, но эти вещи пока не подойдут вам по уровню, — продолжал я. — Сейчас же вы поступаете в распоряжение легионера Торна.

Стоящий рядом со мной рыцарь слегка наклонил голову после этих слов. Он казался несокрушимым в своей стальной броне. Голубые глаза пристально смотрели из-под шлема.

— Я буду управлять отрядом, если начнётся сражение, — подтвердил Торн сильным, командным голосом. — Укажу вам цели. Каждому! Чтобы вы знали, какого врага следует уничтожить в первую очередь. До того момента вы самостоятельно не используете свои умения, только если не останется выбора и вы окажетесь на грани смерти. Применять можно только лечебные зелья и травы, — рыцарь повернулся ко мне. — Магистр, как бы не повернулись переговоры, вы также относитесь к моему отряду.

Торн предлагает вступить в отряд.

Я немедленно согласился. Мне и раньше приходилось слышать про умение командующего, позволяющее указать цель любому бойцу, обозначив тому способность, которую необходимо применить. Но видеть, как это работает, ещё не доводилось. Мне казалось, что игрок не сможет быстро среагировать и разобраться среди сотен навыков, но легионер игроком не был.

Торн развернулся к пофыркивающему коню и без усилий взобрался на него.

— Мы встанем на левом фланге, — бросил он мне напоследок. Затем обвёл взглядом моих людей. — Ступайте за мной, я покажу наши позиции.

Игроки молча двинулись за медленно шагающей лошадью.

—Удачи вам всем! — крикнул я, с холодком думая, что это может быть последний день, когда я их всех вижу. Вероятно, они думали о том же.

— Увидимся, Лио! — отозвался Палкивиад.

— До встречи! — помахала Кристал.

Многие повернулись, поднимая руки или произнося слова прощания. Затем, не оглядываясь, продолжили свой путь. Их весёлые голоса ещё некоторое время доносились до меня, а позже над всеми вознёсся сильный голос Хейоки, которого больше никто не сдерживал.

Глава 4

Лионикс

Человек.

Уровень 6

Класс: мастер клинков

Влияние на мир: роль — Хранитель

Жизнь: 172

Мана: 10

Сила: 7

Телосложение: 9

Ловкость: 8

Интеллект: 1

Мудрость: 1

Экипировка:

Круглый зачарованный шлем: +6 броня; +2 ловкость

Потрёпанный плащ: +1 сила; +2 жизнь

Наплечники: пусто

Амулет: пусто

Кожаный нагрудник: +3 броня

Кожаные наручи: +2 броня

Пояс: 0

Кожаные поножи: +2 броня

Рваные сапоги: +1 броня

Меч паладина: урон 15-20; + 5 урон против нежити. Атака: 76-85

Короткий меч: урон 4-6. Атака: 57-60

Опыт: 1720/3200

В наличии: 5 серебряных, 15 медных монет

На вас действуют следующие эффекты:

Аура королевской крови

Табличка перед глазами растворилась. Я был доволен. Несмотря на слабую защиту, плохонькую экипировку и разницу в уровнях, мой урон ненамного отличался от находившихся рядом магистров. В итоге мой класс хорошо себя покажет в дуэлях, где требуется умение избегать ударов и наносить сильный урон, но плохо предназначен для серьёзного боя, где в любую минуту тебя может испепелить магией. Меня немного расстраивало то, что по сравнению с разодетыми магистрами я выглядел словно нищий, в своём стареньком плаще, нагруднике, отнятом у бесов, и дырявых сапогах.

Ролайн, словно услышав, о чём я думаю, насмешливо улыбнулась. Ну и пусть себе! Зато по сравнению с моим льерако, её питомец казался обычной дворняжкой.

Конечно, это было неправдой. Пусть ажерах был пониже, чем конь или льерако, но он идеально подходил своей рыжеволосой всаднице в белом плаще. Ворон и Рок, верхом на своих конях, и впрямь выглядели древними властителями, достойными называться магистрами. Ещё один магистр, присоединившийся к нам, оказался лучником. Я раньше лишь мельком видел Бурбырика, но тогда на нём ещё не красовался лёгкий пластинчатый доспех. Судя по всему, он совершенно не сковывал его движения и идеально подходил для лучника. Лук тоже был непростой. Сделанный из тёмного дерева, он слегка мерцал, притягивая взгляд. Сам магистр, о котором противоречиво отзывались в поселении, слегка улыбался, в предвкушении грядущих событий. Об остальных присутствующих я почти ничего не знал, хоть и сталкивался иногда с ними в прошлом.

Отбросив ненужные мысли, я сосредоточился на том, что важнее. А именно, на подходящем войске. Их было много, куда больше, чем нас. Но всё же меньше, чем я представлял себе. Быкорикс понёс неоправданно большие потери в предыдущих схватках, и это давало о себе знать. Впрочем, недооценивать его солдат было нельзя.

От железной поступи бойцов и куда более высокоуровневых воителей дрожала земля. Закованные в латы, с ног до головы, они внушали трепет. Маги в разноцветных мантиях шли среди них, стуча по земле разнообразными посохами. Их уверенные, надменные лица говорили сами за себя. В своё поражение они не верили. Командующие и другие влиятельные персоны передвигались на ажерахах. Но на правом фланге я заметил внушительное количество всадников. Своя кавалерия у них тоже имелась. Знамёна с изображением виверны горделиво развевались на ветру, равномерно распределённые посреди всего войска.

— Их чуть больше тысячи, — заметил Рок. Шлем он надевать не спешил, держа его в левой руке и прижимая к груди. — Половина из них совсем маленького уровня. С ними проблем не будет. Если бы не большое количество магов в их рядах, я бы сказал, что нас ждёт равный бой. Но для нас даже равный бой — катастрофа, после которой мы не оправимся.

Никто ему не ответил. Враги остановились на значительном расстоянии. Небольшой отряд бесов верхом на своих хищных зверюгах направился к нам. Быкорикс не уступал ростом человеку, как и Зогпузон, только этот предводитель был худым. Да и ажерах под ним выделялся среди остальных. С редких шипов, красовавшихся на красной коже зверя, при движении капала зеленоватая жидкость и шипела, ударяясь об землю.

Я взглянул в спину герцога. Уверен, его лицо оставалось невозмутимым, но мне хотелось бы знать, что на самом деле он думает. Конь под ним переступал время от времени, заставляя покачиваться в седле. Верный капитан стражи Гакон находился рядом, держа в руках наше единственное знамя.

Делегация приблизилась и остановилась в двух шагах от Колгрима. Я с нарастающей ненавистью смотрел на воина с двуручным топором. Красный ник подсказывал, кто находится под этим шлемом, но я его и так бы узнал. Крот-Гар! Через мгновение он снял шлем, открывая знакомую, безжалостную, ухмыляющуюся физиономию.

Сухое лицо Быкорикса оставалось безучастным. Некоторое время он просто оценивающе смотрел на Колгрима, не говоря ни слова. Маленькие, хитрые глаза говорили о том, что он далеко не глуп, и трезво оценивает обстановку. Вид нашего войска определённо внушил ему беспокойство. Да и перед ним стояли достойные соперники. Одна грозная фигура Стража чего стоила.

— Значит, ты и есть тот сбежавший опасный преступник, из-за которого так всполошились в столице? — голос беса был грубый и глубокий. — Ты называешь себя герцогом давно сгинувшей Империи. Зачем ты позвал меня?

— Чтобы ты убедился, что этот конфликт не принесёт пользы любой из сторон, — сильный голос Колгрима немедленно вернул мне уверенность. Он точно знает, что делает. А вот горделивые лица бесов что-то поникли после его слов. Лишь Быкорикс оставался спокойным. — Ты должен отступить, иначе мы все здесь сегодня погибнем. Полагаю, никто из вас сегодня не хочет умирать.

— Отступить? Перед людьми? — усмехнулся вождь. — Я выманил Зогпузона ложным посланием не для того, чтобы отступать. Я убил его, забрал его слабаков в своё войско, чтобы единолично покончить с вами.

Мы с Роком и Вороном, переглянулись.

— Но твоё появление слишком всё усложнило... — бес оценивающе взглянул на герцога. — Ты ведь знаешь, что время на исходе у нас обоих?

Колгрим медленно кивнул.

— Да. Даже в темнице до меня доходили слухи. Стало быть, они верны... Устроить осаду было разумно, и этим ты не оставил мне выбора.

— Охотно верю! — расхохотался Быкорикс. Ажерах под ним занервничал, начиная рычать, но вождь не обращал на зверя внимания. — Да, не подгоняй тебя время, ты бы устроил мне тут большую войну, стараясь отгрызать по кусочку от моей армии. Даже жаль, что этому не суждено случиться... Давно я не встречал достойных противников, тем более среди людей!

Страшные шрамы на лице беса подтверждали, что он не уклонялся от сражений.

— Лучше благодари своих богов, что этого не случилось, — посоветовал Колгрим. Его проницательный синий взгляд неотрывно следил за лицом вождя. — Тебя бы ждала медленная неотвратимая смерть. Сейчас тебе представился шанс не погибнуть напрасно здесь, а усилить своё влияние, не бросая в бессмысленную бойню своих бойцов. Потеряв даже половину своих солдат, ты не удержишь власть над этой территорией, и тебя сместят точно так же, как ты разобрался со своим предшественником.

— Тут ты прав, — нехотя согласился тощий бес, сверкая маленькими белесыми глазами. — Но у меня есть приказы, которые я не могу нарушить. Место, откуда появляются твои маленькие друзья, я не отдам. Поляна хорошо укреплена. Захватить её будет нелегко.

— Оставь её себе. Мне она ни к чему.

— Да? — оживился Быкорикс. — Тогда чего ты хочешь?

— Время. Мне нужно три дня, — отчётливо произнёс Колгрим. — Мы уйдём отсюда, а ты не станешь нас преследовать.

— Через три дня всё и начнётся, — задумчиво проговорил вождь, потирая шрам на подбородке. — За пару дней вы успеете уйти достаточно далеко, чтобы нашествие вас не коснулось, а я буду избавлен от проблемы в вашем лице. И даже если вы захотите вернуться, то вас встретит уже королевская армия, а не моя. Стало быть, трёхдневное перемирие?

— Это не всё. Ты приведёшь всех своих пленников ко мне по истечению дня. А я отдам тебе твоих солдат.

— Рабы необходимы для жизни лагеря, зачем мне отдавать их тебе? — лицо Быкорикса помрачнело, взгляд становился опасным.

— Найдёшь себе других, — отрезал герцог. — А что до причины... Здесь недалеко стоит ваш корабль, пока ещё целый. Насколько я знаю, стоимость военного корабля превышает два десятка золотых. Это должно покрыть твои расходы.

— В неспокойное время цена на него ещё выше, — глаза вождя вновь стали прежними, почуяв заметную выгоду. — Договорились! Я отдам всех до последнего. Сегодня же вечером их приведут к утёсу. Но если вздумаешь обмануть, напасть хоть на самого слабого из моих...

— Ты забываешь, с кем говоришь, — холодно прервал его Колгрим. — Я своё слово сдержу. Советую и тебе придерживаться нашего соглашения.

Герцог повернулся к одному из стражников.

— Приведите пленных!

Воин тут же развернул коня, поскакал в сторону ожидающего войска, затем остановился, делая руками какие-то знаки. Убедившись, что его поняли верно, он снова вернулся и занял своё место. Я с любопытством оглянулся. Стоящие вдалеке воины расступились, пропуская группу пленников, которых сопровождали пехотинцы. Через пару минут они приблизились достаточно, чтобы я смог рассмотреть несчастных, понуро опустивших голову, бесов. Снаряжение напрочь отсутствовало, их тела прикрывали только серые тряпки, похожие на нашу начальную одежду. Я с сочувствием бросил взгляд на них и похолодел. Протерев глаза, в надежде, что мне показалось, я взглянул ещё раз. Трортинар! Это что, шутка? Он как среди них оказался?! Тело действовало само, я соскочил с льерако и бросился наперерез пехотинцу.

— Отпусти его! Живо! Он не пленник! — прерывисто бросил я, указывая на беса, в глазах которого вначале было непонимание, и наконец, облегчение. Неужели он думал, что это моих рук дело? Или что я позволю это допустить?! В груди вздымалась ярость. Если это было решением герцога, то наши с ним дороги разойдутся немедленно. Но разум отказывался в это верить.

— Магистр... Прошу вас, не мешайте! — воин попытался меня отодвинуть, но я отскочил назад и потянул мечи из ножен.

— Он из моего ордена, а не пленник! Пустите его немедленно!

— Лионикс, убери оружие! — прошипел мне на ухо подоспевший Асгот, заталкивая клинки обратно.

Сзади послышался гогот.

— Да они сами себя перебьют!

— Я знаю этого раба, изображающего из себя магистра. Он храбрый! Всегда норовит прыгнуть на того, кто сильнее! — послышался издевательский хохот Крот-Гара.

Но мне было всё равно.

— Что здесь происходит? — ледяной голос Колгрима пронёсся освежающим душем, заставляя меня справиться с яростью.

— Прошу прощения, милорд! Это какая-то ошибка! — Хоннорат тоже находился рядом. — Этого храброго воина зовут Трортинар. Я лично уговорил его вступить в Орден Порядка, он не должен быть среди пленников. Он верный союзник, благодаря которому многие научились управляться с оружием.

— Простите... Милорд, — пехотинец выглядел сбитым с толку. — После аудиенции с вами, советник Релгар велел поместить беса к остальным.

Релгар! Ну конечно! Всё-таки решил мне отомстить и поиграть на нервах! Он знал, что никто не позволит отдать Трортинара, но специально устроил этот спектакль!

— Верно! Я решил, что врагам не место там, куда мы направляемся, — вежливый голос советника прозвучал буднично, как будто отдавать такие приказы для него было обычным делом. — После разговора с вами, милорд, где он поведал всё о своём народе, я решил, что он больше не нужен. И незачем искушать судьбу, разрешая ему свободно передвигаться среди нас.

— А я бы, пожалуй, и правда потолковал с этим перебежчиком, — глаза Быкорикса сузились. — А заодно и с рыжей девчонкой. Отдайте их мне!

— Вы совершили большую ошибку, советник! — зло сказал я, не обращая никакого внимания на слова тощего вождя.

— Вы забываетесь...

— Да нет, это вы забылись, Релгар — внезапно поддержал меня Рок. — Иначе, чем нападением на члена ордена, это не назовёшь. Вы не поставили в известность ни его главу, ни своего господина. Без каких-либо причин забрали вещи рыцаря и по собственному желанию сделали его своим пленником.

— Хватит! — прервал нас герцог. Его тон не сулил ничего хорошего. Все мигом замолкли. — Советник, вам придётся объясниться, но позже. Немедленно вернуть рыцарю его вещи, и пусть встанет в строй, рядом с другими членами ордена.

— Да, милорд! — кивнул один из пехотинцев.

Он подождал, пока растерянный Трортинар выберется из общей группы пленников, смотревших на нас удивлёнными глазами, и пошёл с ним обратно, подстраиваясь под шаг маленького воина.

— Законы не позволяют мне передавать воинов Империи кому бы то ни было. У нас нет рабства, — устало пояснил Колгрим вождю, который с ожиданием смотрел на герцога. — Пленники в твоём распоряжении.

— Во дела! — с притворно изумлённым видом протянул Быкорикс. — Империи нет сотни лет, а законы ещё действуют... Ладно! Проваливайте! Хотелось бы надеяться, что ваши хари в моих землях больше не появятся.

Я почти не слышал разговор, погружённый в свои мысли. Забравшись на льерако, я снова занял место позади герцога, но теперь буравил взглядом спину Релгара, который в одно мгновение стал казаться более омерзительным, чем вождь на своей ядовитой собаке. Зачем он так поступил? Просто ткнуть носом на свои возможности? Он уверен, что герцог спустит это ему с рук. Но как-то слишком мелко для такого человека... Советник не глуп, далеко не глуп! А значит, это мне не хватало ума, чтобы понять его замыслы. Что ж, придётся спросить у тех, кто поумнее.

— Милорд! В небе появились крылатые кони! — озабоченно крикнул один из стражников, отвлекая меня от раздумий.

— Тьфу! — сплюнул Быкорикс. — Только эльфов тут не хватало! Они-то что здесь забыли?

Сердце радостно забилось, отгоняя плохие мысли. Посланники Арса наконец-то добрались до нас! С другой стороны, а что это меняет? Тёмные по-прежнему за тридевять земель от нас, заняты своей междоусобицей.

Существа приближались. Солнце падало на тонкие, но огромные кожистые крылья, просвечивая их насквозь, позволяя детально рассмотреть каждую пульсирующую жилку. Присмотревшись, я прочёл название могучих коней. Виатары были куда крупнее своих бескрылых собратьев. Блестящая чёрная шерсть не могла спрятать тугие мышцы, раздувающиеся от каждого усилия. Их пышные гривы красиво развевались на ветру.

Переднего виатара почти полностью защищала сверкающая броня, за исключением крыльев. Его всадник, чьи изумительные массивные доспехи отливали золотом, приковывал взгляд. Через мгновение хлопанье крыльев участилось, и виатары шумно опустились на землю, пробежав ещё несколько шагов, прежде чем остановиться. Нас обдало сильным потоком воздуха. Я прищурился в попытке подробнее рассмотреть всадников, но пришлось подождать, пока ветер перестанет срывать с меня плащ. Затем в нос ударил запах смерти и чего-то ещё более жуткого, противоестественного, отчего льерако подался назад, толкая жеребца Ворона. Там, где морды виатаров не прикрывала защитная пластина, я разглядел омертвевшую натянутую кожу. Из-за этого острые зубы скакунов всегда выглядывали наружу, будто скалясь. В маленьких красных глазах будто пылал огонь.

Будь моя воля, я бы обходил таких зверей и их всадников стороной. Но в нашем случае союзниками пренебрегать нельзя. Даже если они кажутся по-настоящему жуткими.

Всадники заслуживали отдельного внимания. Двое были в элегантных чёрных нарядах, словно только что прибыли из дворца. Магов в них выдавали не только длинные светящиеся посохи в руках, но и разноцветные огоньки, мерцавшие в воздухе вокруг плеч. Волосы у обоих спускались до лопаток. Серые, благородные лица наводили на мысль о мертвецах, обретших покой, но которым внезапно понадобилось ожить и закончить дела. У третьего всадника из-за спины выглядывали два превосходных клинка, да и весь его вид заставил меня испытать лёгкое чувство зависти. Такие прекрасные доспехи из неизвестного, похожего на изумрудное стекло, материала я ещё не скоро смогу раздобыть. Лицо из-под шлема нельзя было разглядеть, но цепкий и острый взгляд выдавал в нём умелого воина. Его сосед отличался от него только тем, что из-за спины торчали две ручки от арбалетов. А вот пятый...

Всадник в позолоченных доспехах выпустил поводья из рук и медленно снял шлем. Показалось властное, уверенное лицо. Голова была выбрита по бокам, но посередине спускалась коса.

— Вижу, я вам помешал... — недобро усмехнулся тёмный эльф. — Могу подождать в стороне, пока вы закончите.

— Ты чего сюда припёрся, эльф? — прошипел Быкорикс. — У нас с вами договор! Вы не должны появляться на наших землях!

— Ваших? — иронично поднял бровь воин. — Вы позволяете людям разгуливать на свободе и поднимать восстание в паре дней от вашей столицы. Более того, они ищут союзников среди нас.

— Наш эльф бежит! — шепнул мне Ворон, слегка кивнув в сторону спешащей фигуры. — Намечается что-то интересное...

— Со своими изменниками разберитесь сначала, — вождь нахмурился. — Я слышал, не всё у вас там гладко!

— Занимательно! — холодно процедил эльф. — Это войско за твоей спиной сделало тебя таким храбрым, бес? Прежде чем оно подоспеет, от тебя даже праха не останется!

Крот-Гар выдернул из-за спины широкий топор. Красные жрецы замерли, держа наготове жезлы. Тёмные сферы, украшавшие их посохи, внезапно вспыхнули голубым огнём. Эльфийский маг выехал вперёд, провёл перед собой рукой, затем раздался сухой демонический голос. Жезл опустился на землю, издавая металлический, вибрирующий звук, и прямо перед Быкориксом вспучилась земля, заставляя его ажераха отпрыгнуть назад.

Мне уже доводилось видеть подобную магию. Из-под земли показались руки, в железных перчатках. Они пытались ухватиться за что-нибудь и подтянуться, но это было ни к чему. Четверых скелетов словно вытолкнуло из появившейся ямы. С древних доспехов осыпалась земля, позволяя рассмотреть холодный, чистый металл. Из-под наглухо закрытых шлемов зелёным огнём светились пустые глазницы.

Красный жрец не дал нам рассмотреть их как следует. Прозвучал скрипучий, торжественный голос, бес поднял руку с жезлом и направил в сторону восставшей нежити. Их охватило белое пламя, и несмотря на 35-й уровень, они тут же исчезли, оставив после себя лишь груду костей и металла.

— Стойте! — впервые в голосе Быкорикса послышался страх. Лицо неудачливого эльфийского мага ещё больше потемнело от ярости, тогда как жрец, уступавший ему по уровню, лишь довольно улыбнулся. — Уберите оружие! Мы уходим! Герцог, наш договор остаётся в силе... Если ты переживёшь этот день.

Он взмахом руки велел всем разворачиваться, ажерахи под ними развили огромную скорость, унося всадников от опасности. Лидер тёмных не стал их останавливать. Его взгляд вперился в подоспевшего сородича, приплывшего вместе с нами.

— Какие неожиданные сюрпризы преподносит нам жизнь! Приветствую тебя, принц Альтуриан! — усмешка эльфа и насмешливый тон не предвещали ничего хорошего. — Слышал, ты гниёшь за решёткой у карликов! Что может быть унизительней. Это ты посоветовал своим новым зверушкам послать за помощью к нам?

Альтуриан замер, оценивающе разглядывая всадника. Мне эльф всегда казался комком едва сдерживающейся ярости, но тут он проявил себя с неожиданной стороны и не спешил хвататься за меч.

— Я помню тебя, лорд Гаутрек, владелец Змеиных Врат, — спокойно произнёс эльф, глядя необычными фиолетовыми глазами. — Ты был одним из первых, кто поддержал восстание против моего отца. Но, судя по твоим словам, ты снова переметнулся и стал послушной собачонкой у него на службе?

— Я всегда был верен изначальному пути, — Гаутрек ухватил мешок, привязанный к виатару, сорвал его одним движением и кинул под ноги герцогу. — К несчастью для вас, эти предатели поняли это слишком поздно.

Мешок глухо стукнулся о землю и раскрылся. На землю выкатились головы, принадлежащие тёмным эльфам. Я бросил взгляд на их лица и тут же поспешил посмотреть куда-то ещё. Что может быть хуже, чем знать, что тебя предали, и погибнуть, не успев ничего исправить.

— Ваше восстание подавлено! Твой отец, наш император, снова правит единой империей тёмных эльфов.

— Ложь! — слова вылетели у меня сами собой. — Объявившиеся лесные эльфы по-прежнему донимают вас. Война никуда не делась. Их успели многому научить. Даже если ты не соврал про восстание, то мира на ваших землях не будет ещё долго.

Заметив взгляды, обратившиеся ко мне, я пожал плечами и добавил:

— Нас так просто не одолеть.

— Ты про кучку нищих бандитов, пытающихся остановить неизбежное? — Гаутрек расхохотался. — Да, они похожи на тебя. Такие же грязные и беспомощные. Но что они могут? Где бы мы с ними не столкнулись, они бегут от нас или умирают.

— Ваше ликование скоро закончится, — с ненавистью сказал Альтуриан. — Я вернусь и укажу путь своему народу.

— Вернёшься? — хмыкнул Гаутрек. — Нет. Это вряд ли.

Меч взвился в его руке, опускаясь на голову принца. Но со звоном отлетел, встретив клинок герцога. Колгрим уступал ему на десять уровней, а мы уступали остальным воинам и магам тёмных. Но все дружно приблизились, не сговариваясь. Стража сплотилась вокруг герцога. Асгот достал чудовищный меч. В руках Хоннората появился посох. Громко запел рог, и наше войско двинулось вперёд.

— Вам стоит уйти, — посоветовал герцог, спокойно глядя на яростное лицо Гаутрека. — Если рассчитываешь на лёгкую победу, то напрасно. Никто не уйдёт живым. Лучники и маги повредят крылья ваших полудохлых чудовищ. Ты прилетел передать послание, ты его передал. Мы посланников не трогаем. А теперь уходите, пока у вас ещё есть возможность, иначе вы сгинете на просторах Империи от руки человека, как и многие ваши сородичи до вас.

Эльфийский лорд мгновение раздумывал. Давно уже ни один человек не бросал вызов его народу. Но в голосе и фигуре герцога было что-то, что заставляло прислушаться и не торопиться с решениями. Силу правителя, исходящую от Колгрима, чувствовали не только мы, но и враги.

— Мы уходим, — голос лорда прозвучал глухо, а его эльфы недоуменно переглянулись. Отступить перед каким-то человеком? Надменные и презрительные лица магов говорили сами за себя, но они молчали. И так же молча их виатары оторвались от земли, вслед за скакуном Гаутрека.

Ещё пару минут я следил за силуэтами эльфов, боясь, что они попытаются применить магию сверху, но всё обошлось. Осторожность Гаутрека взяла вверх. От войска бесов давно не осталось и следа. Лишь груда костей, оставшихся от вызванных скелетов, напоминала об успешных переговорах.

После слов герцога раздались восторженное выкрики, вверх поднялись мечи, кое-где в небо взлетели разноцветные магические снаряды, выпускаемые игроками.

— Мы добились того, чего хотели, — продолжил Колгрим, после того, как выкрики стихли. — До вечера у всех вас есть время на отдых и приготовления. На рассвете мы отправимся в путь, нужно успеть уйти отсюда как можно дальше. Безопасность обеспечат мои воины.

До утёса мы добрались уже во второй половине дня. Все собрались на вершине в ожидании слов герцога. И вот теперь воодушевлённые надейцы и игроки расходились, получив уверенность в завтрашнем дне. Хотя их радость разделяли далеко не все. Ролайн стояла темнее тучи, Рок нахмурился, а Ворон был куда серьёзнее, чем обычно.

— Я вижу, у вас есть вопросы, — обратился к ним Колгрим. — Пройдёмте в комнаты Хоннората. Лионикс, вы с нами.

Быстро миновав вновь ожившую таверну, где нас встретили радостными возгласами, мы оказались в уютных покоях, в которых мне уже давно не приходилось бывать. Здесь всё осталось так же, только мудрый маг догадался раздобыть побольше сидений. Непроницаемый звуковой барьер накрывал всю комнату, делая встречи абсолютно безопасными от посторонних ушей.

— Ваши хмурые лица говорят сами за себя. Что вас беспокоит? — без обиняков начал Колгрим, когда мы расселись.

Камин весело потрескивал, располагая к дружеской беседе. Только, как и на прошлом совете, я сидел словно на иголках, ожидая непростых вопросов от остальных, которые почему-то не хотел задавать сам, понимая, что мне не понравится то, что я услышу в ответ.

— Вы сказали, что мы покидаем эти места, милорд, — взял на себя эту ответственность Ворон.

— Сказал, — кивнул герцог. — Насколько мне удалось узнать, это место не зря называют проклятым. Через три дня здесь проснутся неупокоенные души тех, кто погиб на этом самом месте столетия назад. Они восстанут ночью, но не пропадут с рассветом, и будут расползаться по земле, словно саранча. Их многие тысячи. Среди них непревзойдённые маги древних лет и величайшие воители. Разумеется, большая часть их силы пропала в момент их гибели, иначе живых поблизости бы не осталось. Есть и бестелесные призраки, против которых многие наши мечи бесполезны без зачарования. Ходили слухи, что могущественный некромант перед смертью наложил это проклятие, чтобы враги Империи не могли спокойно владеть этими землями. Именно поэтому поблизости нет мирных жителей и деревень бесов. Раз в двадцать пять лет происходит нашествие. К счастью для живых, со временем сила мертвецов пропадает, и они рассыпаются в пыль, у них нет разума, который направлял бы их. Но находиться здесь в момент их появления нам нельзя.

— Но почему местные не рассказали нам об этом? — удивился я. — Они же должны были знать!

— Они все беглецы, спасающиеся от смерти, — Колгрим поудобнее устроил руки на подлокотниках, держа между пальцами кубок на открытой ладони. — Слухи ходят, конечно, но эта местность наименее опасна, здесь шансов выжить больше, чем в других землях, поэтому сюда стекаются многие. Даже твой друг Трортинар, которого ты так яростно бросился защищать, знает об этом только понаслышке. Ему всего девятнадцать вёсен. Бесы уводят свои отряды отсюда и убивают забредших к ним немногочисленных скелетов, дожидаясь, пока те сгинут сами.

— Так, может, краснопузые собирают армию вовсе не против нас... — задумчиво проговорил я. — Их ближайшие фермы находятся не так уж далеко от утёса. До их столицы всего несколько дней пути. От армии нежити пострадаю в первую очередь они.

— Уверен, во многом так оно и есть, — согласился Колгрим. — Долгие годы предводители бесов убеждали себя, что люди больше не представляют угрозы. Признать, что это не так, они смогут не скоро. Ещё одна одна причина убраться отсюда поживее. Пусть сражаются с мертвецами. Это отвлечёт их, и они не станут пытаться мешать нам.

— Но мы не можем просто так уйти, не освободив Поляну! — вмешался Рок. — Сотни людей ждут нашей помощи!

— К сожалению, у нас нет выбора, — вздохнул герцог. — Мне жаль ваших друзей... Но помочь им мы сейчас не можем.

Слова были сказаны. Я разделял его мнение. Перемирие уже действует. Напади мы сейчас, добьёмся лишь того, что придётся уходить в спешке и с большими потерями среди отряда герцога. Но что скажут люди, которые ждали всё это время исхода противостояния?

— Это же предательство! — серые глаза Рока гневно сверкнули.

— Это необходимость, — спокойно возразил Колгрим.

— Что мне сказать игр... людям? Что мы победили и уходим? — Рок крепче сжал подлокотники. — Расходитесь, спасибо за ожидание?

— Что они выиграли нам время, помогли спасти и уберечь многих... — мягко сказал герцог. — Их старания не напрасны. Кто знает, может, они ещё появятся среди нас.

— Если бы не перемирие, я попытался бы их вытащить оттуда, — пожал плечами Ворон, отвечая на вопросительный взгляд Рока. — Но теперь...

— Теперь я не дам вам одобрение на это, — Колгрим поднёс кубок ко рту. — Да и вряд ли у вас что получится без моей помощи. Только навредите всем.

— Там половина моих людей! — в зелёных глазах Ролайн застыла решительность. — Я не могу оставить это просто так!

— Если неймётся, то рекомендую заняться делом, — подал голос молчавший до этого Релгар. — Несмотря на слова герцога об отдыхе, нам многое нужно успеть до рассвета. Но оставьте все мысли о неповиновении.

— Лио, может, ты что-нибудь скажешь? — лицо Рока словно превратилось в непроницаемый камень. — Твои ребята тоже там.

— Как будто это что-то изменит, — грустно усмехнулся я. — За моей спиной нет армии, способной всё изменить.

— Ты ошибаешься! — резко возразил он. — Именно здесь и сейчас за нашими спинами стоят сотни людей, которые надеются на нас.

— Осторожнее, магистр! От таких слов до мятежа недалеко, — предостерёг советник.

— Вовсе нет! — обернулся к нему Рок. — Приказы я не нарушаю. Мы, с нашими людьми, могли бы остаться здесь на три дня, до конца перемирия. И попытаться их спасти.

— Безумие! — покачал головой Колгрим.

— Но они могли бы попытаться сами! — внезапно оживился Ворон. — Красные вынуждены будут уйти оттуда заранее! Возродившись незадолго до появления мертвецов, они могут успеть догнать нас!

— Да, шансы есть, —задумчиво признал Рок.

— Если у вас всё, то закончим на этом! — устало сказал герцог, провёл ладонью в сторону двери, а потом повернулся ко мне. — Лионикс, задержитесь ненадолго, у меня для вас есть пара слов.

— Я хочу обсудить с тобой произошедшее на переговорах, — объяснил он, когда дверь за игроками захлопнулась.

— Вы направили свои мечи против воина герцога, магистр, — осуждающе произнёс Релгар. — А это измена!

— Ничего бы не случилось, советник, если бы не ваши интриги против моего ордена, — прищурился я. — И я требую извинений!

— Что? — опешил Релгар, а герцог рассмеялся после моих слов. — Перед вами?

— Нет, — невинно пояснил я. — Перед пострадавшим. И я надеюсь, что вы извинитесь так, чтобы маленький воин понял, что это действительно была ошибка. Уверен, в ваших пожитках из столицы бесов найдётся какая-нибудь безделушка, которая поможет ему забыть обо всём.

Лицо Релгара побелело.

— Тут он прав, — усмешка на лице Колгрима становилась всё шире. — Он может требовать компенсацию за несправедливо причинённый ущерб своему рыцарю. Так что, сделай так, как он говорит, Релгар. А что касается тебя, Лионикс, — герцог взял со стола пергамент и протянул его мне.

Я взял в руки свиток и с опаской заглянул в него.

Магистр Лионикс, Вы подняли оружие против воинов Империи. Поэтому, я, герцог Колгрим, лишаю вас титула магистра. Вы обязаны в течении дня распустить свой орден либо предоставить его управление моему ставленнику! В случае неповиновения все рыцари ордена будут объявлены преступниками и подвергнутся гонениям в землях Империи!

Чуть ниже стояла золотая печать герцога, а под ней была подпись советника.

— Измена требует изгнания или казни. Учитывая твои прошлые заслуги, я разрешу тебе остаться, но титул магистра ты более не носишь.

Подняв ошарашенный взгляд, я успел заметить торжествующее лицо Релгара и сочувственный взгляд Колгрима.

— Вот гад! Он ведь этого и добивался! — с негодованием воскликнул Палкивиад.

Все участники ордена собрались вокруг меня. Кто сидел на лавочках, а кто просто расположился на земле.

— Но почему Колгрим это позволил? Он же должен понимать, что всё это — дело рук его интригана! — озадаченно спросил Израмир.

— В том-то и дело, — Адэноэль тоже была тут, хоть и не успела вступить в наш орден. — Такой человек необходим в управлении. Именно он выявляет и провоцирует людей, наблюдая за тем, как они поведут себя в той или иной ситуации. Лионикс чересчур импульсивен, но обладает определённым влиянием и управляет достаточно сильным орденом. И всегда себе на уме. Таким сложно управлять, не знаешь, чего от него ждать. А это может стать угрозой власти герцога. Распускать такую силу нецелесообразно, поэтому Релгар и хочет поставить сверху кого-то из своих людей.

Солнце клонилось к западу. Набегающие тёмные тучи и порывистый ветер предупреждали о том, что наша последняя ночь на вершине может оказаться дождливой. Я размышлял о случившемся и почему-то совершенно не был расстроен. Мне не довелось всерьёз управлять орденом, но постоянное чувство ответственности не покидало даже в те моменты, когда меня взяли в плен и увезли далеко отсюда. Теперь независимо от того, что решат рыцари ордена, я стану свободным от своих обязательств и смогу вновь побыть обычным игроком. Но говорить об этом присутствующим я не собирался. Им не понравилось решение герцога, и они выглядели возмущёнными и растерянными, считая обвинение в измене несправедливым. Я чувствовал себя неловко не только потому, что все они пострадали из-за меня. В их моментально упавшем настроении винить, кроме меня, некого. На душе стало внезапно легко и спокойно из-за упавшего с плеч груза ответственности. Я больше не отвечал за орден.

— Это всё из-за меня! — решительно произнёс Трортинар. Он сидел, обхватив руками локти. — Я должен попытаться всё исправить! Я поговорю с герцогом!

— Выбрось это из головы, мой друг! — посоветовал Асгот, подкладывая дрова в костёр. — Ты оказался случайной жертвой. Как и мы все. Советник сыграл на эмоциях Лионикса. Не знаю, задумывал он такой исход изначально или нет, но всё обернулось в его пользу. Теперь следует подумать лишь о том, сохранить орден или распустить.

— Так, может, просто создадим другой орден? Что нам мешает? — задумчиво спросила Хисеаллай.

— Нам мешает вот это, — я извлёк из инвентаря пергамент и протянул его Хис.

—Та-а-к... Магистр... Сообщаю вам... Вы обязаны... Вот! — она посмотрела на меня удивлёнными глазами, а затем прочитала вслух. — После выхода из ордена, в течение полугода, рыцари не могут присоединиться к другому ордену или подать заявку на создание нового...

— Да, — подтвердил я. — Вы пострадали гораздо больше. У вас нет выхода. Я думаю, вам стоит остаться в Ордене Порядка. Хоннорат его создал, он не допустит, чтобы новый лидер мешал вашему развитию. Влияние мага тоже велико.

— Так почему же он не вмешивается сейчас? — нахмурился Израмир.

— Влияние нельзя растрачивать просто так. Если Хоннорат будет вмешиваться во всё подряд, к его голосу меньше прислушаются, когда речь пойдёт о действительно важном.

— Лио, а что решил ты? — задал интересующий всех вопрос Палкивиад. — Ты покинешь орден?

— Зачем? — улыбнулся я. — Меня никто не выгонял. Я останусь, если вы решите сохранить его. Подумайте хорошенько. Трортинар! — понурый бес медленно поднял голову. — Всё, что случилось, произошло по моей вине, но я ничуть не жалею об этом, — мои слова прозвучали убедительно и твёрдо. — Никто не посмеет без причины хватать моих друзей посреди дня. Ни советник, ни герцог, ни даже боги, если те вздумают когда-нибудь вернуться.

— Смелая речь! — сзади раздался старческий голос, заставивший меня вздрогнуть.

Я поднялся с лавочки и обернулся. Передо мной стояла сгорбленная старушка, опираясь на корявую деревянную клюку.

— Не думала, что твой магистр настолько безрассудный, Израмир. Готов бросить вызов воинам герцога, ему самому, и даже богам! — после этих слов она то ли закашлялась, то ли рассмеялась. Её звали Деморталис. Именно она обучала Израмира защитным заклинаниям, которые не раз спасали игроков от гибели. — Мне не терпится увидеть, что из него получится... Но сейчас мне нужно увести своего ученика, для него есть небольшое поручение, если вы не против.

— Конечно, нет... — смущённо ответил я. — Если бы не ваша магия, то потерь было бы куда больше.

Израмир встал с хитрой улыбкой и подошёл к старушке. Она опёрлась на него, но прежде, чем уйти, маг бросил нам:

— Я за то, чтобы не распускать орден. Уйти из него всегда успеем.

— Малыш мудреет на глазах, — одобрительно посмотрела на него старушка. Затем они развернулись и не спеша пошли в сторону её жилища.

— Странно всё это, — резюмировал Палкивиад. Лица собравшихся выражали согласие с его словами. — Что-то в этой старушке кажется мне опасным.

Никто не ответил ему на это. Даже Адэноэль, которая привела сюда Деморталис вместе с группой других беженцев, не произнесла ни слова.

Я с усмешкой стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нервное лицо воина. Ролайн переводила непонимающий взгляд с одного на другого.

— Он что, тебе денег должен? — спросила девушка, чуя какой-то подвох.

Конечно, она до сих пор ничего не знала о нашей маленькой сделке с Беренгаром! Интересно, что он ей наплёл про внезапно появившийся меч?

— Нет, — спокойно ответил я ей. — Но мы сейчас с ним пройдём на арену, где я его как следует отделаю.

— И с чего вдруг я должен драться с нубом? — фыркнул Беренгар, но глаза выдавали волнение.

— Но ты же не хочешь, чтобы...

— Стой! — поспешно прервал он, ещё больше укрепив Ролайн в подозрении, что дело тут не чисто. — Пошли! Хана тебе!

— Беренгар, после вашей драки тебе придётся объясниться! — процедила сквозь зубы девушка.

Беренгар злобно посмотрел на меня, теперь уже сам желая драки. Его 11-й уровень меня не пугал. На арене урон и броня у обоих бойцов выравнивались, с поправкой на их клаcсы. За исключением ОЗ. Показатели жизни у него были больше, чем у меня, но мне это даже на руку. Хотелось убедиться самому, что я действительно неплохо владею мечами. Посмотрим, сколько времени тратил на тренировки мой противник.

— Это ещё не всё, — я поднял руку. — Давай добавим интереса нашему бою.

Беренгар замер, ожидая подвоха. Его глаза неотрывно следили за моим лицом. Улыбнувшись, я извлёк два великолепных меча в металлических ножнах, украшенные маленькими красными камнями.

Клинок Виринитуса

Урон: 75-90

требуется 18-й уровень.

— Одолеешь меня, и они твои! — невозмутимо сказал я, глядя на Беренгара, пожирающего восхищёнными глазами мечи. — Конечно, ты для них маловат сейчас, но...

— А я что должен поставить? — торопливо проговорил он.

— Вот этот меч, — указал я на выглядывающий из-за плеча клинок, который отсутствовал в нашу первую встречу.

— Один?

— Один.

— Я согласен! — ухмыльнулся Беренгар. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты слишком самоуверен?

— Да. Мой учитель.

Не знаю, как остальные прослышали о готовящемся бое, но маленькую арену, построенную специально для таких случаев, окружила толпа. И не только людей. Гоблины прижались к маленькому заборчику. Эльфийский принц тоже пришёл поглазеть. Адэноэль и Асгот стояли неподалёку бок о бок. Страж ободряюще улыбнулся мне, а золотоволосая воительница смотрела безучастно. Вероятно, её больше волновал человек, находившийся рядом. Станиэль обхватил талию Искры, стоявшей впереди него, и положил свою голову на её плечо. Лицо девушки выражало беспокойство, но по задумчивому взгляду я понял, что дело не в моей дуэли. Забавно, но даже советник Релгар появился на возвышенности. Он спрятал руки за спиной и наблюдал за нами издалека. Ветер шевелил его строгий чёрный плащ, а изогнутая шляпа, без которой он не появлялся на публике, делала советника похожим на инквизитора. Появившийся узкий длинный меч, имевший сходство с шпагой, лишь подкреплял этот образ. Несмотря на своё отношение к нему, я не мог не признать: выглядел Релгар эффектно.

— Ну что, начнём? — зловеще улыбнулся Беренгар и потянул мечи из ножен.

Я молча, одним движением, выдернул свои клинки. Ветер усилился, на лицо что-то капнуло, но сейчас это значения не имело.

Мой противник был уверен в себе. Пожалуй, со стороны действительно казалось, что у меня нет никаких шансов против него. Беренгар почти вдвое выше по уровню, с гораздо лучшей экипировкой, но теперь решало только умение. Откуда ему было знать, что последние две недели мне только и оставалось, что с утра до вечера оттачивать свои навыки на арене?

Рукояти удобно лежали в руке. Выставив одну ногу вперёд, я ждал, пока Беренгар нападёт первым, но он тоже не спешил. Что ж, я его вызвал, значит, мне и начинать. Адэноэль была права, меч паладина тяжеловат для моего класса, но не критично, я уже успел привыкнуть к нему.

Приблизившись вплотную, я замахнулся, целясь в голову Беренгара, готовый тут же уйти в оборону. Этого не понадобилось, удар был отбит как-то неуверенно, и противник тут же попытался достать меня клинками в грудь, чего делать никогда не следует, пока у твоего соперника оружие наготове. Мечом в левой руке я встретил размашистый удар, приняв его поближе к эфесу, и удерживал их пару секунд. Клинок паладина в другой руке легко вошёл в шею Беренгара почти до основания, отбирая драгоценные очки жизни. Понимая, что надеяться закончить всё одним ударом глупо, я отпихнул его, освободив меч. Настала моя очередь улыбаться. Беренгар был слаб, как воин. Может, в настоящем бою он доставил бы мне проблем, за счёт своей экипировки и высокого урона, но не здесь. Не на арене. Из-за ограды донеслись одобрительные выкрики, заставив меня вспомнить о славных деньках в плену.

Небо разорвало молнией. Вокруг потемнело. Раздался раскатистый гром. Начавшийся дождь быстро усиливался, превращаясь в ливень.

Но мы ещё не закончили. Беренгар приходил в себя, трогая шею и удивлённо глядя на меч в моих руках, с которого потоки воды смывали кровь. Его лицо исказила гримаса ярости.

— Ну всё! Конец тебе, тварь! — я едва услышал его слова за шумом падающей воды.

Противник бросился ко мне. Движения стали смазанными, на меня будто катился диск из сверкающей стали. Беренгар крутился, нанося удар за ударом, и продвигался вперёд. Я не сразу догадался, что это способность, и ошибся, подставляя мечи, надеясь контратаковать. Частота выпадов Беренгара была такая, что короткий меч просто выбило из рук. У меня получилось отойти назад, но его клинки успели дважды полоснуть меня по груди, с треском разрывая кожаные доспехи и оставляя глубокие раны. Увернувшись, я оказался за спиной Беренгара. Действие его смертоносного вихря закончилось.

Выпавший меч прыгнул мне в руку. Беренгар развернулся и с удивлением уставился на мои клинки, которые воткнулись в его живот и тут же снова вернулись в изначальное положение. Больше медлить и ждать, пока у него снова откатится способность, незачем. Его слабые попытки отбить мои удары заканчивались ничем. Раз за разом я оставлял на Беренгаре рваные полосы, лишь изредка встречая его клинок. Противник не мог поспеть за моими движениями и сменой позиции, для этого нужна практика, которой у него, судя по всему, не было. Пытаешься защититься от выпадов в грудь, но оставляешь бок открытым? Получай!

Беренгар рухнул на землю. Меч паладина прошёлся по сгибу колена, из-за чего он потерял равновесия. ОЗ у него оставалось на удар, не больше. Не знаю, видели ли остальные мой несомненный триумф, или давно уже разбежались под защиту крыши — стена ливня не позволяла этого рассмотреть.

— Ты проиграл! — громко крикнул я Беренгару, стоя рядом с мечами наготове. — Отдавай меч и закончим на этом!

Он медленно встал, сорвал со спины ножны и кинул мне под ноги, следом полетел меч, звякнув о камни. Затем Беренгар, не говоря ни слова, медленно побрёл к низенькой калитке.

Нагнувшись, я поднял меч, отправил его в ножны, и убрал в инвентарь. Быстро начавшийся ливень так же быстро начал стихать, превращаясь в обычный дождь. Зрители никуда не уходили. Они молча стояли мокрые с ног до головы и смотрели на меня, кто одобрительно, а кто настороженно. Я с натуженной улыбкой направился к Адэноэли. Сначала раздались редкие хлопки, затем постепенно подключились и остальные.

— Молодец, Лио! — услышал я голос Станиэля.

— Что скажешь, Адэна? — спросил я, подходя к девушке.

От желающих поздравить меня не было отбоя. Каждый норовил хлопнуть меня по плечу или протягивал руку. Я смущённо благодарил, но больше всего мне были важны слова воительницы.

— Неплохо! — одобрительно сказала Адэноэль. — С первых секунд боя мне стало ясно, что ты победишь. И хотя большую часть времени мы не могли как следует рассмотреть поединок, теперь я уверена, что наши уроки должны продолжиться. Ты даже в плену не терял время зря, хотя тебе ещё есть чему поучиться. Попадать под «колесо смерти» — большая ошибка. Тем более подставлять под него мечи. Даже я не успею отбить все удары. Его лучше переждать.

— Я ещё не знаю всех способностей! — попытался оправдаться я со слабой улыбкой. — И не знаю, как реагировать на них.

— Я тебя научу! — пообещала девушка, глядя на меня со странным выражением. Её глаза лукаво поблескивали.

— Мы един...асно...шили не спеш...ммм... с выходом из ордена, — неразборчиво пробубнила Кристал, занятая поглощением куриной ножки.

— Прожуй сначала, — улыбаясь, посоветовал я.

— Да к бесам этику! — проворчала девушка, не отрываясь от еды.

— Не надо её к нам, — недовольно скривился Трортинар, сидевший с перепачканным от жира лицом. Затем повёл рукой, в которой находился внушительный кусок мяса. — Вон, эльфам отдайте.

Все обернулись в сторону, куда указывал бес.

За дальним столом сидел эльфийский принц и чинно ковырял вилкой в тарелке, неодобрительно поглядывая на гогочущих соседей.

— Да... Наверное, у него в замке всё было по-другому! — хохотнул Асгот.

Я невесело улыбнулся. Картина действительно была забавная, но Альтуриан потерял так же много, как и сам Страж. Империя тёмных эльфов ещё стоит, но если игрокам удастся развиться, то неведомый Безликий обречёт её на уничтожение, отправив их армии против нас. Мне стало жаль принца, оказавшегося далеко от своих сородичей и выбравшего для себя сложный путь мести. Вряд ли он сможет свергнуть своего отца и получить то, чего желает. Скорее сгинет где-нибудь, как только решит покинуть нас.

Будто почувствовав, что речь идёт о нём, эльф повернулся, и его оценивающий взгляд скользнул по мне. Я тут же уткнулся в тарелку, сделав непринуждённый вид.

— Приятно, что хотя бы в последний день нашего пребывания, эта таверна вновь заработала! — с воодушевлением произнёс Хейока, прихлёбывая из большой кружки.

— А что, во время осады сюда никто не заходил? — недоумевающе спросил я.

— Какое там! — отмахнулся бард, но объяснять ничего не стал.

— Еды не хватало, — понизив голос шепнула мне Кристал. Она сидела справа от меня, и это пришлось как нельзя кстати в душной комнате, до отказа набитой народа. От девушки веяло спасительной прохладой. — Почти все игроки ходили со страшными дебафами. Кроме тех, кому приходилось первым встречать врагов. Рок не мог допустить, чтобы надейцы голодали.

— Какие именно дебафы вешались? — о том, что утёс не выдержит долгую осаду из-за нехватки пищи, я как-то не думал.

— Да все подряд! Сначала резался урон, потом уменьшалась сила и интеллект, соответственно, и жизнь тоже, — перечислила Кристал. — Но хуже всего - реальное чувство голода! Представляешь? — она хихикнула. — Специально наедаешься до отвала, прежде чем лезть в капсулу, заходишь в игру, и тут резко появляется голод, будто вечность не ел. Странное и очень неприятное ощущение, с которым приходилось справляться каждый день!

— Напомни мне, чтобы я в следующий раз как следует запасся провизией, — удивлённо покачал головой я. — Не хочется испытывать подобное самому. А позволить голодать своим людям...

— Насчёт этого тоже ходили разговоры... — она вновь понизила голос, её ледяное дыхание касалось моего уха. — Кое-кто оказался недоволен твоим решением приютить огров. Ты отдал им повозку, набитую провизией. Вдобавок они и так едят немало. Многие стали косо на них смотреть. Хотели забивать лошадей и льерако.

— Мне бы не понравилось, если бы моего льерако захотели сожрать, — признался я. — Но в тот момент я поступил правильно. Шаман ведь тоже согласился обучать наших людей? А его телохранитель, отлично орудующий палицей и, можно сказать, их военачальник, показал игрокам как обращаться с молотом и дубинкой!

— Все находящиеся за столом были с тобой согласны и тогда, и сейчас, — Кристал резко повернула голову, окинув взглядом наших соседей. Белоснежные волосы, дёрнувшись, скользнули по моей открытой шее, остужая кожу.

Приятно, чёрт возьми! Главное, чтобы Пенчекряк не заметил и не начал ревновать. Он, как и его девушка, выбрал для себя путь стихийного мага. Пенчекряк, что ни на есть, самый настоящий боевой маг, стоявший в передних рядах вместе с Кристал, и раз за разом сдерживал рвущихся наверх красных воинов. Оба достигли 11-го уровня.

— Ладно! — я с сожалением обвёл взглядом пространство вокруг. Покидать таверну не хотелось. — Пора идти сдаваться к герцогу и отнести ему наш ответ. А вы продолжайте праздновать нашу победу! Вы это заслужили! Что бы ни случилось завтра, сегодня мы победили!

—А это хороший тост! — оживился Палкивиад на дальнем конце стола. — Дайте ему кружку в руки!

Отказываться было бессмысленно - Израмир почти насильно впихнул мне кружку. Затем все дружно встали, и на всю таверну грянуло громогласное «за победу!». Нас тут же поддержали из-за соседних столов. Больше сотни человек встали вместе с нами, и от вновь повторившегося крика затряслось пламя в камине и задрожали голубые огоньки магических светильников.

— Простите, милорд! Вы сказали, что он должен прийти, но он...

— Ступайте, Гакон. Всё в порядке, — успокоил его Колгрим, затем посмотрел на меня и протянул. — Замечательно!

Я взглянул на стройного герцога, стоявшего в белой рубашке, и меня охватило непонятное чувство гордости, что у нас есть такой предводитель.

— Милорд! Я пришёл сказать...

— Ты пьян, — в его голосе не было осуждения, просто констатация факта.

— Я не... — начал я и осёкся.

Язык действительно заплетался. Вот тебе и последняя кружка! Правда, после неё последовали вторая и третья... Но когда я уходил, мне казалось, что всё в порядке. А то, что я трижды свалился с льерако по дороге к подножию утёса, где в шатрах расположился герцог со своими людьми, я счёл случайностью.

— Просто вусмерть, — подал голос Релгар, сидевший в кресле неподалёку.

— М-могу себе позволить! Я п-праздновал свою о-отставку, — мозг работал ясно, но тело и язык совершенно не слушались. В какой-то момент я понял, что сажусь в кресло напротив советника и пытаюсь положить свои ноги туда, где он сидел. Релгар брезгливо отпихнул их, из-за чего я чуть не свалился. Ситуация заставила меня расхохотаться. Я прекрасно понимал, что делаю, но помешать этому не мог. Тело содрогалось от хохота, и оно всё-таки сползло с кресла. Взять себя в руки и подняться не получалось.

— Релгар, оставь нас, — послышался голос Колгрима.

— Но...

— Он точно не опасен.

Не решившись спорить, советник покинул шатёр. Я почувствовал стальную руку герцога, схватившую меня за плечо и усадившую обратно.

— Вижу, твоё решение далось тебе нелегко, — Колгрим придвинул кресло ближе и сел, опустив локти себе на колени, слегка наклонившись в мою сторону. Наверное, боялся, что меня снова нужно будет подхватывать.

— Нет, нет, — замотал головой я. Смех, к счастью, прошёл, как только советник удалился. Глядя в синие пронзительные глаза, смеяться почему-то не тянуло. — Орден останется, под руководством вашего человека.

Отлично, язык тоже начинал слушаться. Хорошо, что почти никто не знает о моей роли, а то после такого ко мне точно прилипла бы кличка. Пьяный Хранитель. Какой-нибудь Релгар уж наверняка постарался бы дискредитировать меня ещё больше.

— Злишься? — сочувственно спросил герцог.

— Нет.

— И хорошо! — вздохнул он. — Как бы ты ни относился к Релгару, прежде всего, он думает о будущем людей.

— Уверен, он тоже так считает, — губы тронула горькая усмешка.

— Ммм?

— Он враг. Не мой, а всех людей. Я знаю много таких, — не ожидал, что начну выкладывать всё это герцогу. — Пока всё подчиняется ему, Релгар действительно будет верить, что поступает на благо своего народа. Будет строить козни, укрепляя вашу власть, так он думает. Но на самом деле, когда нависнет угроза его власти, он станет одним из опаснейших врагов, и не отдаст её просто так. А такой момент наступит, потому что его понимание правильного и неправильного начнёт слишком отличаться от тех, кто действительно постарается служить Империи. Помните ваши слова, милорд? Вы говорили, что уже видели такое, когда человек переступал через всё, во что верил. Вот он из таких людей. Его невозможно будет переубедить в том, что он делает всё для себя, а не для Империи. Когда этот момент настанет, первый удар придётся по вам. Не сейчас. Если доживём, и наша Империя вновь разрастётся, вот тогда его охватит алчность, и именно вы захотите приструнить его, но он будет готов к этому и решит, что вы уже не в силах сделать больше.

Я немного помолчал, а затем продолжил:

— Не думайте, во мне говорит не раненая гордость...

— В тебе говорит выпитое, — спокойно заметил герцог.

— Я почувствовал облегчение, когда перестал быть магистром, — покачал головой я. — Управлять людьми мне никогда не хотелось... Так вышло... Теперь я снова свободен.

— И что бы ты сделал на моём месте? Сделал бы советником Рока? — поинтересовался Колгрим.

— Нет! — ответ был слишком резкий.

— Забавно, — резюмировал герцог. — Мне казалось, вы с ним друзья. Выходит, ты и ему не доверяешь. Стало быть, для этого есть причины?

Я промолчал, но он и не ждал ответа.

— Ты мудреешь прямо на глазах, Лионикс! Сложно доверять даже тем, кто воюет бок о бок с тобой...

Глава 5

Внимание! Вы выступаете в поход, в составе армии или отряда, либо становитесь невольными беженцами и присоединяетесь к племенам, ведущим кочевой образ жизни. Вас могут ждать долгие переходы, полные опасностей. Будьте наготове! Покинув игру и вернувшись, вы окажетесь рядом с передвижным командным пунктом. Помните! Если ваш обоз будет уничтожен, вы окажетесь в том месте, где в последний раз покинули игру!

Увидев эту надпись, многие вздохнули с облегчением. Не все могли позволить себе постоянно находиться в игре и ждать, когда герцог отдаст приказ расположиться на отдых. Большинство людей, в отличие от меня, учились, работали, да и дел у них было побольше, чем просто выделить себе время на сон и еду, оторвавшись от игры.

Головной отряд, состоящий только из воинов герцога, уже выдвинулся вперёд. Разведчики были отправлены во все стороны, лишь слева нас прикрывала река, и оттуда внезапных неожиданностей ждать пока что не приходилось. Теперь во многом именно от унёсшихся всадников зависела наша безопасность. Рок собирался послать и своих людей, на всякий случай, но даже те лошади, что у нас были, теперь стали собственностью герцога и сейчас везли гружёные повозки, а отправлять людей пешком Рок не решился. Даже моего могучего льерако отобрали. Гордый зверь волочил телегу, в которой на грубо сколоченных лавочках сидели дети с весёлыми лицами. Если раньше, когда только появлялись небольшие группы поселенцев, в глазах у всех стояла тревога, то теперь они знали, что в обиду их никто не даст. Тем более рядом с ними шагала Адэноэль, которую дети, судя по их восторженным и наивным возгласам, считали непобедимой. Впрочем, золотоволосая воительница их разубеждать не пыталась. Пусть малыши верят, что всё самое плохое осталось позади.

Я проводил взглядом телегу, пристроившуюся за другим возком и взглянул на скалу на прощание. Покидать её не хотелось, но выбора не было. Чувство тревоги, затихшее вчера в таверне, снова вернулось, ведь расправиться с нами в пути гораздо легче, чем на укреплённой вершине. Ещё было немного стыдно из-за игроков, ждавших помощи на Поляне. Теперь им предстоит разбираться самостоятельно не только с бесами, но и с нежитью, которая заполонит всё вокруг через два дня. Сумеют ли они прорваться? Верилось в это с трудом.

— Лио! Вот ты где! — Рок выскользнул посреди толпы. — Тебе удалось вчера поговорить со своим другом? Что он сказал? Признаюсь, мне полночи не давали покоя слова этого змеиного лорда!

— Привет! Поговорил, — кивнул я. — Всё не так плохо. Вернее, для лидеров восстания и их помощников закончилось всё печально. Мятежные города почти без боя вернулись в состав империи, везде идут чистки. Многих показательно казнят, некоторых убивают прямо на улицах. Тёмные очень жестоки, даже по отношению к своим. В небольшой крепости, примыкающей к границе сожжённого леса, находились несколько игроков-эльфов в момент её падения. То, что они видели, это страшно. Аристарх отправил мне пару изображений. Даже через экран нелегко смотреть на тех тёмных эльфов, которым не повезло умереть в бою. Один игрок стал свидетелем, как упавшую воительницу под смешки куда-то поволокли.

— Насилие? — брови Рока взлетели вверх.

— Ты же знаешь, в игре не может быть ничего подобного. Иначе её быстро прикроют. Но подразумевать этого никто не запрещает. То, что мы этого не увидим, не значит, что этого нет. Для пущего эффекта погружения, так сказать. Впрочем, изуродованные и обнажённые тела защитников крепости, развешенные по стенам замка, никто от нас не прячет. Я уже в который раз задумываюсь, а не убрать ли мне эту функцию реализма?

— Я бы не стал этого делать, — покачал головой Рок. — Это сделает тебя более расслабленным, но в итоге ничем не поможет. Те тёмные эльфы для тебя — всего лишь НПС, ты не успел их узнать, и они стали просто жуткой картиной войны. А теперь взгляни вон туда! — он указал рукой на Хисеаллай, держащую на руках улыбающуюся девочку. — Вряд ли Хис сейчас помнит, что перед ней не живой человек. Вспомни Хоннората или Колгрима. Они кажутся мне куда более живыми, чем все мы. Вчера ты был готов погубить орден ради Трортинара. Беса! С которыми мы воюем! Представь его на той стене. Полегчало бы тебе, если бы ты видел лишь слегка испачканную в крови одежду? Сильно сомневаюсь!

Я с лёгким удивлением слушал его тираду. Зачем он это мне говорит? Рок не казался мне человеком, который относится к игре так же, как и я. Да, он не любил проигрывать и прекрасно умел руководить. Мы не потеряли ни одного надейца. Но мне Рок казался более прагматичным человеком, особенно, после истории с ограми. Неужели я ошибался?

— В общем, Арс с друзьями воспользовались тем, что войска тёмных эльфов заняты, — не зная, что ему отвечать, я решил перейти к позитивным новостям. — С остатками повстанцев они наворотили немало дел, нападая на караваны, небольшие гарнизоны, получая оружие, опыт и уровни. В один момент всех лесных эльфов им не перебить, они научились укрываться даже от летающих всадников и драконов.

— Драконы?! — изумлённо переспросил Рок.

— Да, — подтвердил я. — Здоровенные твари, уровни выше сотого. Их немного, но от этого не легче. Они в одиночку могут разнести стены замка.

— Тогда нам остаётся надеяться, что лорд, которого ты раззадорил, не имеет в подчинении такого дракона, а то наш поход окажется недолгим, — жёстко произнёс Рок.

Я решил не рассказывать ему о том, что эльфам удалось оживить росток дуба, дающего жизнь деревьям и усиливающий эльфов. Земля вокруг него становится благословенной и даёт огромное преимущество. Чем больше вырастает дуб, тем дальше распространяется его влияние. Сама природа будет помогать игрокам. Появятся лесные уникальные звери, готовые встать на защиту лесной крепости, в которую рано или поздно превратится чудовищное древо.

Но Рок больше не расспрашивал. Он ехал молча, раздумывая над моими словами, пока его не отвлекли срочные дела ордена.

Вереница людей и повозок растянулась на огромное расстояние. Но на наш орден всё ещё оставался у подножия утёса, в ожидании нового магистра.

— Мы будем плестись в конце? — спросила Кристал, недовольно скривив лицо. — Почти все уже ушли! Одно радует, теперь меня не пытаются раздавить в толпе!

Словно услышав её слова, из последнего, ещё не свёрнутого шатра, появился Колгрим. Следом за ним показался советник и Хоннорат.

— Они ещё здесь? — удивился Асгот. — Я думал, они трое давно находятся где-нибудь посередине обоза, возле командного пункта. Зря что ли над ним колдовал Хоннорат?

Как только они вышли, несколько стражников принялись складывать шатёр. Другие подвели коней. Я с удовольствием отметил, что Хоннорат без усилий забрался на лошадь, а осанка выдавала в нём опытного всадника.

Герцог подъехал к нам поближе, рассматривая нас сверху. Все 26 человек, находившиеся перед ним, затихли в ожидании его слов.

— Признаться, меня сейчас ждал непростой разговор, — внезапно усмехнулся Колгрим. — Вашим магистром станет Хоннорат. На какое-то время...

Раздались облегчённые вздохи и радостные возгласы.

— Тише, друзья! — поднял руку улыбающийся маг.

— Да нет, — усмешка герцога стала ещё шире. — Я уже всё сказал, оставляю управление вам, магистр.

Он пришпорил коня и, не дожидаясь стражников, поскакал за удаляющейся вереницей людей.

— Я не знаю, как тебе удалось заставить герцога поменять своё решение, Лионикс, — бросил мне Релгар, поравнявшись со мной. — Да ещё в том состоянии, в котором ты вчера был. Видно, твоя неподдельная искренность его тронула.

— А куда подевалась ваша вежливость, советник? — спросил я, глядя на него невинными глазами.

— Она только для магистров, — отрезал Релгар, а затем усмехнулся. — Удачи тебе, Лионикс. Надеюсь, впредь ты будешь осторожнее в своих поступках... И словах!

С этими словами он умчался вслед за герцогом. Мы повернулись к магу.

— Что ж, друзья! Все вы знаете, что это я приложил руку к созданию вашего ордена. О причинах можете гадать сами, — начал Хоннорат, нахмурив брови. Серые глаза лукаво поблескивали. — Но признаюсь вам — мне некогда заниматься его управлением! Хотя я готов отстаивать интересы ордена на высшем уровне, перед герцогом. Его решение стало неожиданностью не только для меня. Советник был уверен, что ему удастся поставить своего человека, и я решил временно не вмешиваться. Посмотреть, что будет.

Те, кто опоздали или торопливо собирались, чтобы догнать своих товарищей из других орденов, удивлённо повернулись, заслышав громкую речь мага. Некоторые, решив, что могут услышать что-то полезное или интересное, придвинулись поближе, навострив уши. Хоннорату, видимо, было всё равно, кто ещё его услышит.

— Я выбрал Лионикса не случайно! — продолжил маг. — Он не стремился к власти и пока не злоупотреблял ей. К тому же, многие из вас положительно отзывались о нём, — от этих слов мне стало неловко, но вместе с тем я испытал огромное чувство благодарности к своим соратникам. — Конечно, он не лишён недостатков, как и все мы!

После этих слов послышались смешки.

— Именно из-за них мы сейчас находимся здесь, — улыбнулся магистр вместе со всеми. — Он пошёл на поводу у эмоций, а это, как говорят, не подобает магистру, хотя признаюсь, многие получившие реальную власть магистры, сплошь и рядом творили из-за сиюминутных порывов чудовищные вещи. Вот только советник Релгар неправильно истолковал порыв нашего Лионикса. Он решил, что магистр вытащил мечи из-за своего тщеславия, показывая всем, что он не боится бросить вызов кому бы то ни было, не заботясь о последствиях. Герцог склонялся к тому, что Лионикс действовал просто бездумно, так как не видел другого выхода. Но сегодня он спросил меня об этом, и мне удалось рассказать герцогу то, что видел я!

Хоннорат обвёл всех внезапно потеплевшим взглядом.

— Лионикс обнажил мечи против воина герцога, зная, что умрёт. Зная, что ему не победить. Он не мог видеть, как свершается несправедливость в отношении рыцаря ордена. В отношении его друга. Он предпочёл погибнуть, чтобы не стать даже малейшим соучастником того предательства, — Хоннорат немного помолчал. — Да, предательства. Иначе это не назовёшь. Потому что жить со знанием, что не сделал всего для своих друзей, немыслимо тяжело. И эта ноша никогда не исчезает. Так можно ли осуждать Лионикса за то, что тот вступился за одного из нас? Пусть его решение было поспешным, но он ещё раз доказал, что не готов... Даже на мгновение! К компромиссу с подлостью.

— Если я брошусь обнимать Лионикса, придержите меня, — попытался пошутить Трортинар. Его глаза странно покраснели.

— И не подумаем, — беспощадно заявил Израмир, взял за плечи и подтолкнул маленького воина ко мне, хотя это далось ему нелегко — броня на Трортинаре весила немало.

Бес действительно решительно раскинул руки и уткнулся головой мне в грудь.

— Спасибо! Ты уже второй раз меня спасаешь.

— Нет! С тобой бы ничего не случилось! — сказал я ему, пытаясь покрепче сжать латы, но вряд ли он заметил мои усилия. — Советник решил мне отомстить из-за моих слов, и поэтому ты пострадал.

— Пустяки! — отмахнулся Трортинар, разжимая объятия. — Так просто ему нас не сломить.

— Как это мило! — не выдержала Кристал.

Хоннорат молча с улыбкой наблюдал за нами и слушал шутливые реплики.

— Формально орденом буду править я, неформально — Лионикс, если нет возражений, — наконец сказал маг. — Со всеми делами управления, которые без меня решить не получиться, приходите ко мне. Только не все скопом, — усмехнувшись, добавил он. — На этом всё. Советую поторопиться, пока наш обоз не ушёл далеко. Кристал, Пенчекряк, Израмир, вашу задачу я уже объяснил, догоняйте командный пункт.

О чём это он? Куда маг их отправляет?

Хоннорат начал разворачивать коня.

— Подождите, магистр! — взволнованно крикнул я. — У меня есть новости! И ещё... Я бы хотел кое о чём узнать. Мне давно следовало вас спросить, но этот плен...

— Не будь его, мы бы все уже были мертвы. Ладно, полезай сзади, прокатимся, — ворчливо разрешил он. — Уверен, наш разговор не для посторонних ушей...

— Важными новостями это не назовёшь... Но всё же я бы хотел и дальше быть в курсе их дел, — в задумчивости потёр подбородок Хоннорат.

Он медленно вёл коричневую лошадку под уздцы. Я шёл рядом и раздумывал, пока маг переваривал новости о лесных эльфах. Рядом с ним стало легко, будто гора с плеч упала. Да и сам он давно уже не напоминал того страдающего пожилого человека, желающего, чтобы всё это закончилось. Хоннорат вновь стал могущественным магом и уважаемым человеком. Он был нужен нам всем и понимал это. Конечно, нельзя узнать, каким он становится, когда сидит в одиночестве по вечерам, но хотелось верить, что жизнь, бурлившая вокруг в мирных людях и игроках, смогла захватить и его. Может, когда-нибудь я и спрошу его об этом... Хотя не следует лезть в душу к человеку, раз тебя об этом не просят. Хоннорат крепок, как сталь. И этого вполне достаточно.

— Ты хотел о чём-то спросить? — прервал он мои раздумья.

— Да. Сперва об одной странности в вашем мире.

— Заинтересовал, — усмехнулся маг. — Валяй!

— Почему некоторые тела исчезают почти сразу после смерти, а некоторые остаются лежать на земле долгое время?

— О! Ты первый, кто догадался спросить меня об этом, — заметил Хоннорат с улыбкой. — Впрочем, скорее всего, просто не решаются меня тревожить по таким пустякам... Что ж, ответ простой и одновременно печальный. Если об умершем помнят друзья или семья, и его хотят проводить согласно обрядам и обычаям, то он остаётся. А если о них некому вспомнить или даже подумать, тела бесследно пропадают. В Империи считались проклятием слова «чтобы твоё тело развеялось после смерти». Силы они не имеют, но показывают степень твоего отношения к человеку. Не знаю, что думают об этом другие народы. Не приходило на ум спрашивать.

Действительно, грустно. Всех, кого мы убили вначале, их тела пропадали. Тела жрецов, разведчиков... Даже тело Виринитуса растворилось прямо передо мной. Никто не считал его другом? А я... Мне даже в голову не пришло взять его тело и проводить как подобает. Я не желал ему смерти, и мне было безумно жаль мастера, но другом мне он так и не стал.

— Вижу, мои слова заставили тебя задуматься, — невесело произнёс маг. — Не стоит переживать за погибших. Бесы редко проявляют семейную привязанность. И как только достигают определённого возраста, почти всегда покидают дом. Но для них дом не то же самое, что и для нас. Любовь, семья — эти слова ничего не значат. Брат может убить брата, и он даже не удостоится укорительного взгляда от остальных. Только если это повлияет на благополучие тех, кто остаётся жить под этой крышей. Видел бы ты красных существ в то время, когда Империя только прослышали о них! В своей дикости они мало чем отличались от ажерахов.

— Ссоры со смертельным исходом случаются и у людей, — не поверил я. —Может, вы просто видите в них врагов?

— Нет, Лионикс, время исцелило меня от бессмысленной ненависти, — грустно сказал Хоннорат. — За последние сотни лет бесы осели, и уклад их жизни разительно изменился. Но если ты рассчитываешь, что большинство из них похожи на нашего Трортинара, то ты ошибаешься. Детей с детства приучают, что жизнь ничего не стоит, кроме своей собственной. Хотя у бесов есть своеобразный кодекс чести, которого они придерживаются. Если бы не воинская дисциплина, они бы давно развалились на отдельные кланы, как раньше. Но процесс идёт. Кто знает, может, мы ещё увидим развитие их цивилизации.

— Вы сказали, что они появились на землях Империи. Выходит, они были тут не всегда?

— Да! Впервые услышали о них... — маг задумался, — наверное, за лет тридцать до начала последней войны. Мало кто обратил внимание на появление малочисленных кланов у своих границ. Я не знаю, откуда они пришли. Особых хлопот они не доставляли. Даже деревни обходили стороной. Тягаться с легионами Империи им было не с руки. Только у Императора под рукой всегда находилось не менее двенадцати тысяч солдат.

— Это много? — озадаченно протянул я. — Империя ведь была не маленькая!

— Каждый лорд или магистр в основном сам заботился о защите своих границ, — с улыбкой пояснил Хоннорат. — Они набирали наёмников, вербовали людей в своих деревнях. У кого-то в подчинении находилось пять десятков солдат. А у кого-то могло быть несколько сотен. Все они клялись Императору предоставлять своих рекрутов в случае нужды. Чем богаче были владения лорда, тем больше людей он был обязан отправить при возникновении угрозы.

— То есть содержать большую армию у Императора не было нужды, — заключил я. — И правильно, зачем делать это самому, если есть куча жадных лордов, которые сделают всё за тебя.

— Верно! — согласился маг. — Но и внутренние конфликты всегда присутствовали на наших землях. Требовалось лишь найти обоснованный повод. Лорды и магистры менялись в результате интриг и столкновений, погибали целые династии. Император закрывал на это глаза, пока не разорялись деревни. Впрочем, кто уничтожает то, чем сам собирается владеть? Но случалось всякое. Иногда борьба охватывала целые провинции. Вот тогда легионы наводили порядок железной рукой.

Я остановился от неожиданности, внезапно догадавшись, как именно будет происходить противостояние наших орденов в будущем за земли и влияние, и изумлённо взглянул на Хоннората. Тот непонимающе оглянулся.

— Нас ждёт то же самое! Наши ордена будут воевать между собой, но для открытых действий понадобится повод! — выпалил я. —Мы не сможем просто так сцепиться друг с другом!

— Мне бы хотелось надеяться, что вы избежите этого, — вздохнул маг. — Но я трезво смотрю на вещи. Если угроза немедленного уничтожения отползёт от нашего народа, вы начнёте строить свои планы внутри Империи. Не знаю, хорошо это или плохо. Тысячи лет такая форма правления позволяла сохранять и расширять границы. Но хватит об этом! Ты ведь хотел меня спросить о чём-то ещё? Время идёт, мне пора возвращаться, так что не тяни.

— Да... — слова мага меня немного смутили, ведь он и правда был сейчас нужнее в другом месте. — Я... Я Хранитель. Что это значит? Кто такие Хранители? Что мне с этим делать?

— В этом мире, задолго до появления богов-покровителей, существовала богиня Моэрта. О ней почти ничего не известно. Говорят, перед тем, как удалиться на покой, она оставила вместо себя последователей, наделив их силой Хранителей, — голос Хоннората звучал негромко, но в нём ощущалась какая-то тайна, заставляя ловить каждое слово. — Их единственной задачей стало поддержание баланса в мире. Не позволить народам уничтожить друг друга и не дать им погубить этот мир. Первые избранники Моэрты в будущем стали богами, но перед этим также передали свою силу Хранителей другим. Хранители не могут умереть от старости, болезни или яда. Зато их можно убить обычным оружием. Они обладали могущественными заклинаниями, способными многое изменить в этом мире, хотя их сила постепенно уменьшалась со временем. Многие использовали силу не по назначению, себе на благо. Скольких из них постигла смерть, мне неведомо, но не думаю, что вас осталось много. Сила откроется тебе, когда придёт время, Лионикс. Она поможет тебе в твоём стремлении помогать окружающим. Надеюсь, сила не извратит тебя, а станет инструментом в твоих руках.

— Но зачем вы отдали её мне?

— Из меня вышел не лучший Хранитель, — усмехнулся волшебник. — Я прожил гораздо дольше, чем следовало, и не моя магия тому причиной.

Обратно к обозу я возвращался один, размышляя о словах мага. Сила Хранителя для меня понятнее не стала. Ладно, дождёмся 7-го уровня, а там уже посмотрим, что мне досталось. С другой стороны, я получил ещё один кусочек знаний об этом мире. Про Моэрту мне уже доводилось читать на сайтах по игре. Огромное количество людей занято соединением цельной истории по Надее. Хотя пока дела у них продвигаются так себе. Могущественные надейцы не спешат делиться историями.

В этой стороне, куда двигался обоз, мне ещё бывать не приходилось. Но я часто любовался на прекрасные поля с вершины утёса. Общими усилиями игроков отсюда давно удалось выдворить всех опасных существ, и теперь лишь мелькали безобидные зверьки, да пролетали шустрые птицы. Ничего напоминающего дорогу мы здесь мы не увидели, поэтому воины герцога выбирали путь, по которому фургонам было проще проехать, не говоря уже о нашем командном пункте, над которым трудились полдня и всю ночь. Передвигался он на чудовищных колёсах. Вдвое шире обычного фургона, полностью закрытый, лишь с небольшими окошками по обе стороны. На бортах сидели наши сильнейшие маги, в число которых входили Израмир, Кристал, Пенчекряк и, что удивительно, довольный Хейока со своим музыкальным инструментом в руках. Рядом с ними находились легионеры, внимательно зыркая по сторонам. Голубоватый полупрозрачный купол окружал фургон. Приглядевшись, при желании можно увидеть его прочность. Магия Хоннората могла поглотить полторы тысячи единиц урона! Такие барьеры требовали концентрации заклинателя. Потраченная мана волшебника не могла восстанавливаться до тех пор, пока купол не будет снят или разрушен.

Защиту организовали нешуточную! И поверить, что кто-то может рискнуть напасть на такое сооружение, было нелегко. Но и этого герцогу показалось недостаточным. По его приказу любой, владевший самой слабой магией призыва, должен был призвать существо, чтобы оно находилось рядом с фургоном.

Настоящих призывателей в войске было немного. Пожалуй, лишь Кассандра, обучавшаяся у Хоннората искусству некромантии, и Дугмар, шаман, создавший двух бестелесных защитников клана. Прозрачные огры-маги 13-го уровня парили над землёй, не отставая от фургона. Не знаю, какими способностями они располагали, но смутные очертания огромных посохов за их спинами навевали подозрения о разрушительных заклятьях. Кассандра, достигшая второго круга некромантии, могла поднимать из мёртвых сразу нескольких помощников. Первыми шли гоблин-зомби и гоблин-скелет. Особой силой или уроном они не отличались, зомби оказался гораздо живучее, но без оружия, а в руках скелета тускло поблескивал ржавый меч. Наши живые союзники-гоблины неодобрительно поглядывали на Кассандру и даже посылали ей угрожающие жесты, но подходить к ней не решались. Помимо их мёртвых собратьев, её окружали четверо скелетов, уже людских. И вот они, несмотря на достаточно небольшой запас здоровья, обладали неплохим уроном, за счёт длинных мечей, сверкавших в каждой руке. Перекинувшись парой слов с девушкой, я узнал, что остальные умения носят, скорее, вспомогательный характер для уже призванных, дающие усиливающий или лечебный эффект на нежить.

Хоннорат одним созданием купола тоже не ограничился. Не знаю, как это действовало на его состояние, но всё же он был пока единственным, кто владел настоящей магией призыва, и потому не мог не внести свою лепту. От остальных форм призыва она отличалась тем, что на помощь приходило живое существо, выдернутое из своей среды обитания. Разорвать узы, связывающие заклинателя с существом, можно без труда. Но чаще те погибали, защищая своего хозяина.

Из каких земель Хоннорат призвал этого рыцаря, оставалось только гадать. Изумительный водяной конь, защищённый странными, будто каменными, доспехами, свирепо вращал глазами, но легко выдерживал своего всадника, облачённого в ту же броню. Изумрудный мох, даже на вид склизкий, покрывал рыцаря с ног до головы. Под каменным забралом слышались всплески воды. Рука, из-под которой иногда стекали струйки воды, сжимала огромное копьё. Копыта коня уходили в землю под весом массивного всадника, но без труда делали следующий шаг. Золотистый свет распространялся вокруг, накрывая игроков сразу двумя аурами. Одна усиливала урон водной магии, вторая давала устойчивость к ней. К сожалению, водяной всадник не мог поведать нам о том, где обитают его собратья. У игроков-друидов была возможность поговорить с животными, но это существо, относившееся, скорее всего, к разновидности элементалей, могло лишь булькать.

На этом необычные защитники не заканчивались. Рок не был бы самим собой, если бы не запасся сферами памяти. И он не пожалел их сейчас, раздавая среди своих людей. Поэтому, после приказа Колгрима, к командному пункту потянулись и другие необычные создания, помимо уже знакомых всем зомби и скелетов.

Огромный медведь пристроился сбоку от фургона, с обманчиво-безобидным видом. Впрочем, до игроков ему дела не было, несмотря на то, что некоторые пытались то оседлать, то обнять его или коснуться мягкого меха.

Малые элементали льда и огня, злющий волк, призванный крысоподобный кобольд, дух-целитель, выглядевший как синий шар с лучами, чертёнок с крыльями и вилами в руке, чем-то смутно напоминавший бесов, мёртвый орк-новобранец с топором в руке — все они обступили неторопливый и неповоротливый фургон, ставший самым важным местом в двигающемся обозе. Выглядело это более чем впечатляюще, хотя я бы не стал усаживать самых ценных бойцов в одном месте, где с ними одним махом можно покончить. С другой стороны, если найдутся такие сильные противники, то никакой разницы уже не будет.

Пока же всё навевало позитивные мысли. Малоизвестные территории появятся лишь к ночи, а сейчас можно просто расслабиться. Первые часы путешествия выдались приятными. Я сновал из начала в конец обоза, везде находя старых знакомых и с удовольствием общался с ними. Наконец-то я смог поговорить с Мериль и Алеин, которые встретили меня как героя, считая, что именно я снова всех спас и привёл необходимую помощь. Рар’ун, редко отходивший от сестёр, даже признался, что совсем отчаялся.

— Всё пошло наперекос с твоим исчезновением, — сказал он, а затем, словно между делом, добавил. — Ты выполнил своё обещание, девочки теперь в безопасности.

Я удивлённо посмотрел на него. Это значит...

— Дальше ты не можешь нести ответственность за их судьбу, — вздохнув, добавил он. — Мы все сделали свой выбор и будем идти за герцогом до конца. Надеюсь, с ним у нас появится будущее... А тебе, Лионикс, я хочу отдать вот это, —он сдёрнул ножны, протянул их мне и слегка улыбнулся. — Я не воин и понимаю, что не смогу никого защитить с помощью оружия. К тому же, теперь мне есть на кого рассчитывать. Будет глупо, если меч моего отца будет просто так висеть на поясе. Возьми его! Пусть он послужит тебе с большей пользой, чем мне...

Задание выполнено!

Награда: добротный меч ополченца

урон: 10-12

Алеин спокойно улыбалась, а Мериль согласно кивнула и повела бровями, словно предлагая быстрее взять оружие. Я протянул руку. Отказываться глупо, несмотря на то, что лично мне оно уже не нужно. Меч наёмника, добытый в поединке с Беренгаром, был немного лучше меча ополченца и давно висел за спиной.

— Спасибо! — ощущая в руках приятную кожу, сказал я. — Но я бы никогда не допустил, чтобы с вами что-то случилось. Вы всегда можете рассчитывать на меня и моих людей!

— А то мы не знаем, — задорно откликнулась Мериль. Переглянувшись, девушки весело рассмеялись. — Ты вот что, — понизив голос, продолжила Мериль. — Как стемнеет, загляни в наш шатёр.

Что? Мне не послышалось? Я с опаской взглянул Рар’уна, но тот и бровью не повёл, лишь благодушно улыбался. Приглядевшись, я убедился, что их отношение ко мне не изменилось. Шкала дружбы застыла, показывая цифру девяносто восемь. После сотни начинался другой уровень отношений, к которому я вовсе не стремился. Но это было так заманчиво...

— И Хейоку с собой прихвати, — добавила Алеин, отчего мне стало гораздо свободнее дышать. — Мы тут сумели кое-чем запастись... Самое время отпраздновать.

— Отлично! — через силу улыбнулся я. — Дружеские посиделки — это именно то, что мне сейчас нужно.

От странной улыбки Мериль мне стало не по себе. Слова Рар’уна, который посетовал на то, что его даже не приглашают, я пропустил мимо ушей.

Да нет! Не может такого быть. Я неторопливо шёл рядом с гружённой повозкой, раздумывая, что же мне делать. Не знаю, до чего дошли отношения Хейоки и Алеин, это их дело. Но нельзя же мне просто оттолкнуть Мериль, если она захочет... Сблизиться. Бесспорно, она прелестная девушка. Не зря игроки вокруг неё хороводы водят, стараясь добиться благосклонности. В силу скромности её красота не казалась вызывающей. Рядом с ней ощущалось спокойствие, а милая полуулыбка на лице добавляла загадочности её облику. По этой же причине мне было так странно слышать подобные слова от неё.

— Наконец-то я смог застать тебя одного! — раздался сбоку резкий голос.

Я бросил взгляд на объявившегося эльфа. Наследник и лидер восстания выглядел мрачным и решительным. Неприятный холодок пробежал по спине. Впервые рядом с ним мне стало неуютно.

— Рад вас видеть, принц Альтуриан! — не колеблясь, соврал я, встречая его тяжёлый взгляд доброй улыбкой. — Если бы я знал, что вы ищете со мной встречи...

— Оставь свою вежливость для напыщенного герцога, — оборвал он меня. Эльф явно пытался сдерживать гнев, но у него выходило слабо. Осталось лишь осторожно выяснить причину и не стать случайной жертвой. Если прекрасно владеющий собой Альтуриан так явно выказывает эмоции, то жди беды. — Я хочу видеть искренность, а не никчёмное словоблудие. Ты не мой подданный.

— Жизнь научила меня тщательнее подбирать слова, — отозвался я. Улыбка тут же исчезла с моего лица и не торопилась возвращаться. Предчувствие опасности прямо вопило внутри. Но разве могло что-то произойти здесь, на глазах у всех? — Ты был и остаёшься принцем, несмотря ни на что. К тому же не все умеют так хорошо владеть собой, как это выходит у тебя. Особенно, учитывая недавние ужасные вести, которые ты получил.

Я мельком бросил взгляд на него. К моему облегчению эльф слегка успокоился после этих слов.

— Значит, сейчас тобой движет страх? — его усмешку нельзя было назвать дружелюбной.

— Осторожность, — поправил я. — Мне незачем провоцировать на конфликт друзей неосторожными словами. А врагов... Врагов я не боюсь.

— Так мы с тобой друзья?

— Я имел в виду...

— Я понял, — снова попытался прервать принц.

— Мы все в одной лодке, и нет нужды её раскачивать, — настойчиво сказал я. — Ты хотел о чём-то поговорить?

— Да, — эльф яростно сверкнул глазами. — Мне нужны войска, мне нужна армия и верные помощники! Герцог осторожничает! Он не хочет вести вас к границе наших земель. Боится опасностей. Хотя именно там и у вас, и у меня появилась бы возможность закрепиться! Я возглавил бы сопротивление, помог бы прогнать короля бесов, ему с тёмными эльфами не тягаться. А вы, в свою очередь, помогли бы мне. Я позволил бы людям возродиться, помог бы вернуть утраченные земли! Но для этого мне нужно быть там. Одному мне туда не добраться!

Вот и причина! Альтуриан торопится принять участие в безнадёжной битве после разговора с Гаутреком. Как ни странно, эльф, готовый в любой момент взорваться, успокоил меня насчёт планов герцога. Я и раньше знал, просто не было нужды задумываться об этом, что Колгрим не просто хороший предводитель, но и прекрасный стратег, который не бросается наобум в авантюры, как бы ему этого не хотелось. Никакие события не заставят его действовать бездумно. Именно сейчас пришло постыдное понимание, какую глупость я совершил, встав на пути у стражника. Несмотря на острую ситуацию, мне следовало решить всё спокойно, так же, как это всегда делал герцог. Я лично обещал ему, что пойду за ним, а после провалился при первой же проблеме, чтобы там не говорил Хоннорат. Руководи нами этот эльф, все бы уже давно сложили голову.

Но как достучаться до темноволосого принца с фиолетовыми глазами? Как ему объяснить то, что я подсознательно понимаю, и заставить быть его таким, каким сам быть не могу? Дай ему в руки то, что он хочет, и Альтуриан утопит свою империю в крови, потому что на той стороне — прожжённые интриганы, они легко сыграют на слабостях эльфа. Он не готов править. Не готов вести за собой сородичей.

— Странно, что ты обратился ко мне, — пожал плечами я. — Меня даже из магистров разжаловали. У меня и раньше не было особых возможностей, а теперь и подавно. Людей в ордене мало, и те крохи снаряжения и средств, которыми мы располагаем, ничуть не меняют картину.

— Ты, и правда, не лучший претендент, — согласился Альтуриан. — Водишь дружбу с ограми, от которых у меня руки чешутся избавиться. Ты откровенно слабый человек, не вызывающий никакой симпатии. Но есть у тебя и достоинства. Храбрость и находчивость из их числа. И ты знаком со всеми влиятельными персонами.

— Чего ты хочешь? — я подозрительно взглянул на него.

— Если герцога нельзя убедить отправиться в другую сторону, то его следует убить, — спокойно произнёс принц. — Всё будет так, как вы хотели. После смерти герцога у его воинов не останется выбора, они последуют за вами. Вы сможете возглавить их, решить проблему с пополнением людей, затем уйти далеко отсюда.

От неожиданности я остановился. Убить Колгрима?! Появившаяся табличка перед глазами доказывала, что я не ослышался.

Доступен новый квест: Принц в изгнании.

Условия: убейте герцога Колгрима.

Помогите принцу Альтуриану захватить власть! Убейте всех, кто встанет у вас на пути!

Награда: принц Альтуриан станет вашим другом.

Это было настолько нелепо, что я рассмеялся. Более безнадёжного задания мне ещё получать не доводилось. Но хмурый взгляд эльфа подсказывал, что он не разделяет моего веселья.

— Ты безумец, — ответил ему я, успокоившись. — Я верен герцогу, он сможет защитить всех этих людей. Оставь подобные мысли. Силой тут ничего не добиться. Да и нет такой силы, способной вернуть тебе трон.

— Я ожидал, что ты так ответишь, — голос принца стал жёстче. — Силой действительно сейчас ничего не добиться, поэтому придётся воспользоваться магией.

Я резко обернулся к нему, вслушиваясь в неизвестные слова, зазвеневшие в воздухе. Что эльф задумал? Руки в нерешительности потянулись к мечам.

— Остано... А-а-й! — перед глазами возник красный туман, не позволявший разглядеть хоть что-нибудь. Руки сами вернулись в изначальное положение. Я не мог произнести ни слова. Даже чат стал недоступен!

— Мне не хотелось этого делать, — невидимый принц продолжал говорить. — Но у меня нет выбора. Теперь ты станешь моим голосом среди этих существ. Твоя дружба с ними пойдёт на пользу. Я буду управлять тобой! Могу пообещать, что постараюсь не допустить лишних жертв среди твоего народа. Когда всё закончится, я отпущу тебя! Но до тех пор тебе придётся побыть инструментом в моих руках...

— Я так не думаю, — послышался знакомый голос сзади, а затем красная пелена вдруг резко спала, и я ощутил, что вновь могу говорить.

Тёмный эльф затравленно обернулся. Перед нами стоял спокойный улыбающийся Израмир, сжимая в руках посох. Левая рука, направленная в мою сторону, медленно опускалась. Альтуриан мгновение оценивающе смотрел на появившегося из ниоткуда мага, затем его ник полыхнул красным. Прекрасный узкий меч возник в руках.

— Ты играешь с опасными силами, колдун! — процедил эльф и двинулся вперёд.

Я увидел, что Израмир нахмурился и подготовился встречать принца. Не знаю, что маг 12-го уровня мог противопоставить эльфийскому воину 24-го уровня, который, вдобавок, владел неизвестной магией, но выяснять это у меня не было никакого желания. Я прыгнул к эльфу, почти повиснув у него на руке.

— Убери меч, пока не привлёк внимание! — успел бросить я, прежде чем он откинул меня на землю. Альтуриан замер в нерешительности, глядя на меня. — Мы не враги тебе!

К сожалению, его покрасневший ник заметили. Два стражника-надейца уже приближались, настороженно глядя на эльфа. Несколько игроков тоже подошли поближе, держа наготове оружие, другие спешили со всех ног, боясь пропустить что-нибудь интересное.

— Всё в порядке! — крикнул я стражникам, молясь про себя, чтобы Альтуриан не решил геройски погибнуть. — Я случайно нанёс оскорбление принцу, и он решил меня проучить.

Стоя спиной к эльфу, я был почти готов к тому, что услышу свист клинка и почувствую удар, но этого не произошло. Повернувшись, я с облегчением увидел, как ник Альтуриана стал оранжевый, а затем вновь позеленел. Меч с лёгким стуком занял своё место в ножнах.

— Любые сражения между собой запрещены, — нехотя буркнул бородатый надеец.

— Никакого сражения не было и не будет, — торопливо заверил я стражника. — Произошло маленькое недоразумение, которое мы уже уладили.

Вокруг нас уже столпились пехотинцы герцога, неодобрительно поглядывавшие на эльфа.

— Хадар с вами! — махнул рукой второй стражник помоложе. — Нам только в королевские дела вмешиваться не хватало... Пошли отсюда!

Быстро собравшаяся толпа начала расходиться. Некоторые разочаровано вздыхали. Ролайн тоже была здесь.

— Пытался убедить его, что нам нужно держаться вместе? — насмешливо съязвила она. — Тебе повезло, что он тебя не убил.

Эльф смолчал, надменно глядя на уходящих людей. Я с доброй улыбкой пальцем показал Ролайн, чтобы она разворачивалась и шла на все четыре стороны. Девушка усмехнулась и исчезла вместе со своими людьми.

— Израмир! Ты оказался здесь очень вовремя, — я подошёл к пареньку, в котором, кроме серого балахона и посоха в руках, ничего не напоминало мага. Слишком уж молодым и довольным было его лицо.

— Тебе просто повезло, — усмехнулся он. — Тебя попросил найти Гакон — он хочет предложить небольшое дельце.

— Твой колдун имеет дело с нечестивой магией! — вмешался Альтуриан. — Ему не место среди нас!

— Ну да! А ты сейчас сотворил светлое и невинное волшебство! — в тон ему ответил Израмир.

— Это другое!

— Другое? — Израмир взглянул на меня. — Если бы я не услышал его последние слова, то никто никогда не догадался бы, что ты зачарован! Такую магию не увидеть даже нам! Я умею снимать чары контроля над разумом, что уже второй раз спасает нам жизни.

— Первый раз — это в гробнице! — озарила меня догадка. Так вот почему Израмир смог без усилий выбраться из своего сна!

— Тогда я ещё не мог освобождать других, — с улыбкой подтвердил он. — Но к магии, влияющей на разум, у меня уже был иммунитет.

— Он опасен для себя и для окружающих, — холодно сказал эльф.

— Вот и славно! Пусть об этом все узнают, — отрезал я, пристально глядя ему в глаза. — А что касается случившегося... Я понимаю твоё желание немедленно действовать. Никому бы не пожелал оказаться на твоём месте. Ты должен осознать, что твой путь домой будет долгим, и к нему надо подходить с трезвой головой, тщательно всё обдумывая. Тебе не поможет горстка людей, которую ты хотел сначала обезглавить, а затем отправить на убой из-за своих желаний. Тебя ждут хитрые и расчётливые противники. Даже если у тебя окажется армия под рукой, просто так тебе не справиться. Захватить власть ещё не всё, её нужно как-то удержать. Тебе нужны верные и благородные сторонники, которые поверят в тебя. Пока ты не похож на лидера, за которым можно пойти. Хочешь себя скорее и напрасно угробить — пожалуйста! Тебя никто не заставляет находиться здесь. Но не смей впутывать нас в это! Если же решишь остаться с нами, то я уверен, у тебя появится возможность всё изменить и освободить свой народ от власти Безликого. Но сначала тебе придётся измениться самому, иначе любые твои попытки заранее обречены на провал.

На лице эльфа, который всё ещё не мог взять себя в руки, пронёсся шквал эмоций. Удивление, недоверие, гнев, несогласие, ярость, и, наконец, в его глазах словно что-то захлопнулось. В одно мгновение он будто превратился в статую с ледяными глазами. Не говоря ни слова, принц развернулся и быстрым шагом ушёл прочь, обгоняя медленно бредущие фургоны.

— Израмир, ты ничего не видел и не слышал, — тихо сказал я. — Вряд ли ему это поможет, но кто знает...

На лице молодого мага читалось изумление.

— Разумеется, — подтвердил он через некоторое время. — Я бы предпочёл его просто убить. Но твои слова, мне кажется, попали точно в цель. Быть может, эльф ещё превратится в нашего союзника. Но, вероятнее, он тебе не простит то, что ты уличил его в слабости.

— Скорее всего, — признал я. — А кто этот Хадар, которого упомянули стражники?

— Бог смерти. В Империи официально запрещалось служить ему. Считалось, что это оскорбляет Теффанию, — поведал Израмир. И почему все кругом знают об истории Надеи больше меня? — Но почти в каждой деревне стоял алтарь, посвящённый Хадару. Да и в крупных городах всегда было место, где могли почтить своих предков. На это закрывали глаза. Но попытки осмелевших жрецов возводить целые храмы, немедленно пресекались. Служителей Хадара нельзя назвать невинными овечками. Тёмные маги и некроманты творили зло, считая, что это приближает их к богу смерти. Потому их преследовали по всей Империи.

— Где ты успел об этом узнать? — озадаченно спросил я.

— Деморталис знает обо всём понемногу, от неё и услышал, — честно сказал маг.

— Странная личность... Будь с ней поосторожнее!

Капитана я нашёл у командного пункта. Здесь же неподалёку находился и герцог, решивший проехаться верхом. Он беседовал о чём-то с Хонноратом. А вот советника было не видать.

Колёса огромного фургона страшно скрипели, оставляя после себя глубокую борозду на мягкой травяной земле. Маги, удобно расположившиеся у широких бортов, приветливо помахали мне. Искра снова сидела со странным задумчивым видом и едва кивнула, увидев меня. Что-то с ней происходило в последнее время. Может, продвинулась по своему квесту и попала в тупик? Нужно будет попробовать расспросить её. Уже проходя мимо, я заметил быстрый отчаянный взгляд, но когда присмотрелся внимательнее, девушка уже отстранённо глядела в сторону.

— Искра! Что-то случилось? — окликнул её я. Нельзя оставлять без внимания такое необычное поведение вечно весёлой волшебницы.

— Потом, Лио! — ответила она, натянуто улыбнувшись.

Её улыбка не смогла обмануть меня. Искра никогда не умела скрывать эмоции, а такие неловкие попытки заставили меня встревожиться. Ладно, подумаем об этом позже.

Израмир попрощался и оставил меня, занимая своё место в повозке, а я подошёл к терпеливо ожидающему капитану.

— Твоя ссора с эльфом снова всех всполошила! — с лёгким укором в голосе произнёс Гакон. Впрочем, его тёплый золотистый взгляд был вполне доброжелательным. — Сначала ты наскакиваешь с мечом на нашего бедного Алана, теперь вот это... Не думал, что за тобой придётся присматривать.

— Это случайность, — неловко улыбаясь, попытался оправдаться я. — Вижу, теперь ты легко смог перейти на «ты». Израмир сказал, что у тебя есть дело для моего ордена?

— После того, как ты перестал быть магистром, формальности можно опустить, — усмехнулся капитан стражи. — Разведчики сообщили, что неподалёку от места, где наш обоз будет проходить утром, в балке заметили людей. Но те скрылись, едва завидев нас. Посылать пехотинцев мне бы не хотелось, скорее всего, люди просто сбегут. Но в тебе они могут не увидеть угрозы. Если это обычные беженцы, ты мог бы попробовать уговорить их присоединиться к нам. Возьми с собой небольшой отряд и проверь, кто там скрывается. Но будь осторожен! В этих местах немало разбойников, которые сперва попытаются отобрать у тебя всё, а уж потом начнут спрашивать, кто ты такой. Если жив останешься...

— Сколько я могу взять человек с собой? — задумчиво спросил я.

— Сам решай! — отмахнулся Гакон. — Лучше всего отправиться перед рассветом. Тогда вы не отстанете от нас. А если с вами что-то случиться, я поговорю с Лотерном, чтобы отправил людей обследовать балку. Возьмёшься?

Доступен квест!

Обследуйте балку и доложите капитану стражи Гакону о результатах.

Капитан стражи обеспокоен появлением людей в балке неподалёку от двигающегося обоза. Разыщите следы тех, кто скрывается в ней, и вернитесь с вестями к Гакону.

Награда: + 300 опыта, отношение Гакона к вам повысится.

— Я давно хотел принять участие в обычном приключении, где не придётся беспокоиться о судьбе сотен людей! — согласился я, принимая задание. — Будет чем заняться утром!

— Вот и отлично! — сверкнул глазами Гакон. — Заодно, если найдётся время, пройди немного дальше, там до сих пор осталось озеро, созданное магами Империи. Говорят, зрелище небывалое! Кто знает, когда тебе доведётся увидеть его вновь...

Остаток дня я рассчитывал потратить на тренировку. Никаких оповещений, что меня ожидает учитель, не потребовалось. Адэноэль сама нашла меня, грациозно подплыв сбоку и прервав на мгновение рассказ Ортона о событиях в крепости мертвецов, которая к вечеру должна была появиться перед нами. В одной руке девушка держала поводья. Перекинувшись парой фраз с Асготом, смущённая, но довольная воительница запрыгнула в седло и поманила меня пальцем.

— Садись сзади! — пригласила она. — Мне не терпится посмотреть, чему ты успел научиться.

Я не задавал лишних вопросов — тренировки стали одним из любимых занятий, но мне казалось, что Адэноэль начнёт уроки не раньше, чем мы доберёмся до места, которое станет для нас убежищем на какое-то время.

Попытка вскарабкаться на лошадь едва не закончилась провалом. Понимая, что начинаю падать, я машинально ухватился за девушку. Пришла запоздалая мысль, что мы сейчас грохнемся вместе на глазах у всех, но обошлось. Воительница только с виду выглядела хрупкой. Свалить её с коня у меня бы не вышло, даже если бы захотел. Сильная рука ухватила меня за шиворот и помогла забраться, под смешки воинов ордена.

— Как здорово, когда рядом находятся те, кто подхватит тебя в трудную минуту, — отшутился я, косясь на них.

— Сильно не привыкай, — отозвалась Адэноэль. В её голосе не было и намёка на веселье. Наоборот, мне послышалась грусть. — А то потом будет больно приземляться...

Лошадь резво поскакала, легко обгоняя медленных двуногих существ и повозки. Обхватив талию девушки, ощущая под пальцами гладкую кожу доспехов, я с сочувствием подумал, что у воительницы была непростая жизнь долгое время. И с удивлением понял, что мне бы хотелось расспросить её обо всём. Поговорить в приятной обстановке за кружечкой чая или посидеть у костра. Кто знает, может, мне ещё выпадет шанс узнать её получше. Надеюсь, рядом с нами Адэноэль сможет почувствовать, что находится в кругу друзей.

Солнце уже клонилось к закату, успокаивая бредущих людей и предвещая скорый отдых. Герцог спешил увести нас как можно дальше за этот день, устроив лишь один короткий привал, чтобы надейцы могли спокойно подкрепиться. Мы пронеслись мимо измученных людей, вернувшихся из плена. Быкорикс сдержал слово. Пять с лишним десятков человек присоединились к нам. Они были худые, с пустыми или испуганными глазами, ещё не понимавшие, что рабство осталось позади. Только сейчас на их лицах стали появляться неуверенные улыбки. Игроки не позволяли им оставаться наедине со своими мыслями, подступая с расспросами, угощениями и предлагая помощь. Надейцы, не понаслышке знавшие, что сейчас испытывают освобождённые, тоже вносили свой вклад. Внушительный отряд пехотинцев находился рядом. Сверкающие воины радовали глаз и добавляли уверенности, позволяя несчастным людям почувствовать себя защищёнными. Удивлению бывших пленников не было предела, когда с виду суровые воины, сняв шлемы, превратились в точно таких же людей, знавших, что такое боль и потери. Многие, совсем ещё юноши, с юмором рассказывали о своей жизни в Азулгейте. Вслушиваясь в их слова, освобождённые понимали, что веселье молодых пехотинцев было вовсе не от беспечности. Нет, просто ничто не смогло их сломить даже в невыносимо тяжёлых условиях. Они верили в то, что смогут построить новый мир.

Эмоциональная стена, за которой пытались спрятаться новоприбывшие, окончательно рухнула, когда здесь появился Хейока. Сам он догадался сюда прийти или же герцог решил его отправить, осталось неизвестным. Но бард, одетый в новый светло-синий камзол и чёрную шляпу, снова сумел проникнуть в сердца людей и вытянуть всю ту боль и страх, засевшие у них глубоко внутри, и растворить их в мелодии, заполняя появившуюся пустоту надеждой.

Магия игры, помноженная на умение Хейоки, творила настоящие чудеса. Никто не мог остаться равнодушным. У солдат, повидавших немало, дрожали губы, а из глаз катились слёзы. Многие пленники и просто оказавшиеся рядом надейцы рыдали навзрыд, оставив безнадёжные попытки сдерживаться.

Любой игрок мог стать бардом и играть мелодии, усиливающие своих союзников или мешающие врагам. Но не каждый игрок мог петь. Хейока стал бардом не только по классу. Его имя было у всех на слуху. Его знали и любили все игроки и надейцы. О нём говорили и вспоминали, надеясь, что бард подойдёт именно к их костру и сыграет что-нибудь, давая ненадолго отдохнуть от насущных проблем и тревог.

Когда магия звуков рассеивалась, а люди приходили в себя, ища глазами певца, то чаще всего Хейоки уже не было рядом.

Адэноэль обогнала передний, хорошо охраняемый фургон и остановилась примерно через полчаса после того, как тот совсем скрылся из виду. Я спешился вслед за ней и с интересом взглянул на серую, мрачную, полуразрушенную крепость, о которой столько слышал. Можно было догадаться, что когда-то тут вздымались башни и остроконечные крыши, но теперь от них и след простыл. От самой крепости остался только уродливый остов. Я почувствовал себя неуютно рядом с ней. Вдобавок под стенами двигались фигуры мертвецов и плыли по воздуху полупрозрачные призраки, тускло мерцая.

— Не бойся! — Адэноэль привязала коня к небольшому деревцу. — Они не выходят далеко за её пределы, даже ночью. Именно здесь обоз встанет на ночь. Зная вас, могу с уверенностью сказать, что многие решатся попробовать поискать сокровища в руинах. Не заботясь о том, что вопли мертвецов будут мешать отдыху бедных людей.

— Ну уж нет! — я поднял ладони. — Мне дороги мои люди. Я не разрешу, даже если они захотят. Риск погибнуть слишком велик. Отряды Рока там далеко не смогли продвинуться. А у нас каждый человек на счету.

Адэноэль повернулась ко мне с одобрительной улыбкой и одним движением вытянула клинки.

— Мы будем драться настоящим оружием? — опасаясь, что она снова налетит неожиданно, я схватил свои мечи.

— Если слухи не врут, ты достаточно тренировался на арене, чтобы случайно не навредить себе, — ответила девушка, затем встала в боевую стойку, слегка пригнулась и направилась ко мне.

Я вздохнул, поднёс правую руку к лицу, направив остриё в её сторону. Вытянутая левая рука была направлена вниз, меч почти касался земли.

В первые секунды боя моё мнение о себе, как о воине, взлетевшее было после победы над Беренгаром, улетучилось. Воительнице хватило трёх взмахов, чтобы обезоружить меня, оказаться у меня за спиной и хлопнуть клинком плашмя по спине, указывая на моё поражение.

— Плохо! — отметила Адэноэль. — Но лучше, чем в нашу прошлую встречу.

—Ты слишком быстрая, — пожаловался я, вытягивая руки в сторону разбросанных мечей и ловя их.

— Сражаясь, с такими, как Беренгар, ты ничего не достигнешь. Ещё раз!

На тренировку у нас ушло больше часа. Воительница честно пыталась научить меня защищаться от вездесущих клинков сильных противников. Показывала, как мгновенно увеличить дистанцию, чтобы оценить обстановку и решить, что делать дальше. Но в этот раз мы были не на тренировочной площадке, никакой помощи я не почувствовал, и уроки усваивались плохо. Я постоянно запаздывал, пытаясь отбить удары. После каждой моей попытки дотянуться до девушки её клинок оказывался у моего горла. Впрочем, в глазах Адэны я не увидел неудовольствия.

— Чтобы выработать реакцию, нужно заниматься чаще и дольше, — спокойно объяснила она. — Но умения мастера клинков помогут тебе в неравном бою. Загляни в свою книгу и выбери то, что подходит твоему стилю боя.

Я с удивлением достал книгу — после получения класса мне даже в голову не пришло открыть её. В книге стало на две страницы больше. Открыв нужную, я с интересом принялся разглядывать предложенные способности. Насколько я смог понять, передо мной были лишь те умения, которым меня могла научить Адэноэль. Причём все шестнадцать появившихся новых иконок относились к начальным навыкам. Под изображениями шло подробное описание каждой способности, а ещё ниже была небольшая демонстрация их применения.

— Если решишь сосредоточиться на нападении, то советую взглянуть на навык «танец смерти», — донёсся до меня голос воительницы. Я тут же перевёл взгляд на золотую мерцающую иконку. — Если противников больше двух, то это поможет тебе выбраться из окружения. А если повезёт, то и уничтожить их.

Особое умение Адэноэль выделялось на фоне остальных. Другие были направлены на защиту, урон, оглушение или наложение отрицательного эффекта. Но «танец смерти» не только позволял нанести двойной урон по врагам, но и оставить на них раны, убавляющие по проценту здоровья в течении пяти секунд. А каждые десять уровней урон от них увеличивался ещё на процент.

— Да, это именно то, что нужно! — довольно сказал я. Страницы перед глазами исчезли, а книга отправилась на своё обычное место.

Глава 6

— Эмм... Ты говорила, что они не выходят за пределы крепости?

Мы сидели на траве в ожидании обоза, который должен был вот-вот показаться. Отблески на доспехах передового отряда уже виднелись вдалеке.

Но сейчас в нашу сторону медленно шёл один из обитателей крепости. Брови Адэноэли взлетели вверх, она машинально пожала плечами, поднялась и поправила мечи. Странная фигура подходила всё ближе. Рассмотрев её имя, я удивился ещё больше. Лорд Андрэ 20-го уровня! На обычного мертвеца он не походил, хотя живым назвать его язык не поворачивался. Высохшее бледное лицо и зелёный свет из глазниц, наподобие тех, что я видел у Харгрена в гробнице, говорили о том, что перед нами нежить. Серые грязные космы спускались до плеч. Серебристая кольчуга без рукавов, скреплённая кожаными ремешками, сидела на нём как влитая. Из-за спины выглядывал огромный молот.

Остановился он, когда между нами оставалось не более пятнадцати шагов. Мертвец склонил голову набок, разглядывая нас своими магическими глазами. Адэноэль смотрела настороженно, но не торопилась хвататься за мечи. И правильно. Этот лорд Андрэ — босс крепости. Его так просто не убить. По своему опыту знаю, что на таких противников всегда собирается рейд не менее двадцати человек того же уровня. А лучше все пятьдесят. Но и тогда без жертв не обойдётся.

— Адэна, нужно немедленно уходить, — взволнованно, но тихо сказал я. За себя я не волновался, но вот за неё... Воительница умрёт в одно мгновение.

Она только усмехнулась в ответ на мои слова.

— Я не бегаю от мертвецов. Даже от таких необычных, — намеренно громко произнесла девушка.

— Послушай меня! Мы видим, когда бой безнадёжен! Он не простой противник!

— Вот тебе ещё один урок, — непоколебимая Адэноэль стояла, гордо подняв голову. — Истинный враг воина — сомнение.

— Я бы сказал, самомнение, — внезапно отозвался Андрэ хриплым голосом, от которого у меня по спине пробежал холодок. — За последние недели я убил немало людей, которые осмеливались потревожить мои владения, но они всё лезли и лезли. Лишь недавно они вдруг исчезли и перестали появляться, лишив меня развлечения. Но теперь здесь вы.

— Кто ты? — коротко бросил я, не давая воительнице и рта раскрыть.

— Я был владельцем этого замка и даже после смерти остаюсь им. Меня зовут лорд Андрэ, — представился мертвец. — Всё, что вы видите вокруг, принадлежит мне.

— Нам твои владения не нужны, — поспешно сказал я. — Те люди, что потревожили тебя, пытались найти в крепости оружие, чтобы справиться с другими врагами. Никто не знал, что тут обитают разумные существа.

— Разумные? — зловещий смех разнёсся по округе. — Эти несчастные создания давно утратили любые проблески разума. Впрочем, внизу в подземелье обитает библиотекарь. Мне кажется, он не превратился в безмозглое чудовище только потому, что всегда был немного не в себе. Если бы не он, я бы сам спятил от одиночества. Но этот парень и мёртвого заболтает!

Андрэ вновь рассмеялся. А мы с Адэноэлью озадаченно переглянулись, слушая странную тираду мертвеца. Смех резко прервался.

— Вы не из людей Архитектора, верно?

— Нет, — удивлённо ответил я. Лорд знает имя того, кто уничтожал нежить в стенах его замка? Неужели захочет отомстить?

— Ты, человек, пойдёшь со мной. Хочу тебе кое-что показать. Твоя спутница тоже отправится с нами.

— Я сегодня не намеревался ходить по гостям, — осторожно сказал я.

— У тебя нет выбора. Откажешься — и девушка умрёт, — будничным тоном произнёс лорд Андрэ. — Я вижу, что она не пришедшая. Не такая, как ты.

— Думаешь, я испугаюсь тебя, труп? — воительница усмехнулась, изогнув бровь.

— Стоило бы, — оскалился мертвец, из-за чего высохшая кожа ещё сильнее обтянула кожу, проявляя очертание черепа. — Ведь если ты умрёшь здесь, то до скончания веков будешь привязана к этому месту и рано или поздно станешь такой же, как они.

Адэноэль мрачно взглянула в сторону тусклых призраков и зомби, которые ненадолго замирали на одном месте, а затем приходили в движение, переходя от одной стены к другой.

— Так не пойдёт, — возразил я, переживая, что гордая девушка сейчас ответит ему такими словами, которые сделают мирный исход невозможным. — Я отправлюсь с тобой, куда скажешь, но она должна уйти.

— Вот ещё! — возмутилась Адэноэль. — Одного в эту крепость я тебя не отпущу!

— Что помешает тебе обмануть меня, если её рядом не будет? — Андрэ не обратил внимания на слова воительницы, зелёные огоньки в глазницах вспыхнули ярче.

— Если бы ты просто хотел нас убить, то сделал бы это сразу, — резонно заметил я. Хотя Адэноэль всем своим видом выражала несогласие, она промолчала. — Тебе явно нужно что-то другое. Я пойду с тобой и выслушаю тебя. Но мне неизвестны твои намерения. Кто знает, что нас там ждёт. Я не стану так рисковать. Девушка останется здесь.

— Хорошо! Пускай убирается на все четыре стороны, — плечи мертвеца слегка дрогнули. — Попытаешься сбежать, бессмертный, останешься тут навеки, среди моих слуг.

Я ничего не ответил. Вряд ли у этого лорда есть человеческая еда. Худшее, что мне светит — это смерть от голода. Интересно, сколько дней есть у игрока в запасе, прежде чем он отправится на перерождение?

Встретившись взглядом с воительницей, я понял, что убедить её будет непросто.

— Адэна…

— Нет! — насмешливая улыбка не покидала её лица. — Это я привела тебя сюда. Здесь всегда было безопасно и никакие говорящие трупы не появлялись.

— Твоя жизнь тебе не принадлежит, ты не можешь позволить себе рисковать, — покачал головой я. В недоверчивых глазах девушки, ожидавшей моих уговоров, вспыхнуло лёгкое удивление. — То, что у нас появился герцог с небольшим отрядом, не делает наше положение менее опасным. Нас ждут сражения и войны. Защищать мирных людей — твоя обязанность, которую ты пока не можешь снять с себя. Я вернусь. Может, не сразу у меня это получится, но точно вернусь. А твоя смерть — удар для всех, кто в тебя верит и любит.

Адэноэль вздрогнула после этих слов. Вероятно, она ещё не задумывалась над тем, что кому-то нужна не только для защиты. Девушка со своими немногочисленными соратниками всегда была в стороне от мирных жителей, которых находила, оберегала, а порой спасала из плена. Она указывала им безопасное место, но сама редко проводила время среди них, всё время находясь в походах, разведывая местность и добывая необходимые вещи для беженцев. Откуда Адэноэли было знать, что в лагерях, основанных ею, о ней говорят с восхищением и любовью. Даже когда воительница привела людей к нам, она отстранилась ото всех, редко заговаривая даже со своими бывшими соратниками, ставшими первыми стражниками в зарождающемся поселении.

Но теперь я увидел появившееся сомнение в её глазах. Она понимала, что должна идти со мной, и вместе с этим ей вовсе не хотелось отправляться в неизвестность, навстречу возможной гибели.

— Иди! — словесно подтолкнул я её к правильному решению, видя, что девушка колеблется. — Присмотри за моим орденом вместо меня.

Адэноэль медленно и неохотно кивнула, затем шагнула к привязанной лошади. Вздохнув с облегчением, я повернулся к мёртвому лорду и бодро произнёс:

— Пошли!

Приближаясь к некогда грозной крепости, я совершенно не чувствовал беспокойства. Шагающие под стенами неуклюжие мертвецы и плывущие по воздуху, при свете заходящего солнца, жуткие призраки лишь добавляли интереса происходящему. Самое страшное осталось позади. Силуэт Адэноэли, которой могла грозить смерть, уже пропал из виду.

Место, где когда-то стояли ворота, было завалено камнями. Зато справа от них зиял пролом, и в нём виднелась достаточно широкая изогнутая каменная лестница, плавно уходящая вверх на стены. Вряд ли бы по ней получилось подняться. Местами не хватало нескольких ступеней, а те, что остались, давно растрескались и не внушали доверия.

Как только я оказался достаточно близко от пролома, трупы в лохмотьях тут же рванули ко мне и остановились на небольшом расстоянии, злобно рыча и щелкая челюстями. Их тела прикрывали старые рваные тряпки, никого в доспехах я не увидел. С такими я бы смог справиться по одиночке, их седьмой уровень не внушал опасения, но зомби было много. Неудивительно, что они доставили хлопот отрядам Рока. А ведь тут хватало и призраков, против которых наше оружие почти бесполезно. Бестелесные силуэты резко возникали прямо передо мной, заставляя меня вздрагивать. Рассматривать их изуродованные лица не хотелось. К счастью, оказавшись слишком близко, они тут же испарялись и появлялись в другом месте.

— Не бойся! — бросил мне Андрэ. — Пока я рядом, они тебя не тронут. Это отнимает силы, так что не делай глупостей! Стоит мне отвлечься, они тебя сожрут.

— Кто, призраки? — не поверил я.

— Нет, призраки тебя сначала разорвут, а зомби уже бросятся подбирать куски, — охотно пояснил лорд.

Я непроизвольно сглотнул и шагнул вслед за проводником в пролом.

— Подожди! — прошипел лорд, придерживая меня за плечо. — Этого призрака даже мне не остановить. Если он подойдёт к тебе слишком близко, тебя ничто не спасёт.

Я хотел было съязвить насчёт того, что он обещал мне безопасность, но увидел призрачного монстра и замер. Походил он на человека. Только очень толстого и сшитого из разных частей тел. Призрак не догадывался о том, что уже мёртв, и старательно переставлял мерцающие ноги, которые издавали грохот, заставлявший камни вздрагивать. Огромный ржавый крюк скрежеща волочился за ним, оставляя видимый след на проклятой чёрной земле.

Дождавшись, когда этот призрак отойдёт к дальней стене крепости, мы выскользнули из пролома и оказались во дворе.

Растения продолжали расти даже в этом месте, но проклятие исказило и их. С чёрных листьев свисала слизь, которая покрывала всё вокруг: стены, ступени, страдающую землю.

— Не отставай, — бросил Андрэ и быстрым шагом направился ко входу в замок.

К счастью, разрушенная арка была недалеко. Перепрыгнув через отсутствующие ступени, мы оказались внутри. Здесь сохранились только стены, да и то не везде.

— Архитектор говорил о нашем с ним соглашении? — не останавливаясь, спросил мертвец.

— Я об этом не слышал, — честно признался я. — Что у вас было за соглашение?

Мы остановились через несколько шагов перед ступенями, ведущими вниз. Лорд Андрэ медленно повернулся ко мне.

— Я расскажу тебе то же, что и ему, пока будем идти, — он поднял руку и прямо перед ним вспыхнул огонь. — Смотри внимательнее под ноги, ты мне ещё нужен живым.

Я только кивнул. Что значит «ещё»? Всё-таки он намеревается меня убить?

Андрэ не сказал ни слова, пока мы спускались по лестнице. На удивление белые блестящие ступени идеально сохранились, несмотря на время. Затем лорд поднял руку, осветив длинную залу.

— Здесь когда-то жили мои воины.

Скелеты, бродившие из угла в угол, были немного выше уровнем, чем нежить наверху. В руках они держали ржавые мечи, на некоторых оказались доспехи.

Я бросил взгляд вокруг. На полу валялись куски дубовой мебели, бывшие когда-то кроватями и столами, но больше ничего примечательного тут не нашёл. Абсолютно голые стены навевали только разочарование. Подземелье крепости начиналось довольно уныло.

Лорд пошёл к проходу напротив, хотя слева и справа от нас тоже виднелись какие-то комнаты.

— Эта крепость когда-то принадлежала могущественному некроманту, а после его смерти досталась мне, — начал Андрэ, не торопясь шагая по каменному полу. — Я не сразу обнаружил обширное подземелье под крепостью, но когда узнал, то потратил немало денег на его изучение. Оно уходит вниз на несколько уровней. Сколько их — даже я не знаю. В этих залах всегда было спокойно, но попробовав спуститься ниже, мы наткнулись на чудовищ и монстров. Я потратил всё своё влияние на поиск лучших наёмников, выделил им своих людей. В итоге они сумели очистить комнаты, пройдясь по всем его уголкам, но многие погибли. Наткнувшись на очередные ступени, ведущие ещё ниже, они наотрез отказались продолжать.

Маленькие комнаты и залы менялись вокруг нас, но всё не заканчивались. Проходов было множество, я с ужасом подумал, сколько времени уйдёт на обследование только одного подвала. Хотя если прийти сюда с сотней людей уровнем выше 20-го...

— Мне пришлось утихомирить своё любопытство, сотни погибших вызвали вопросы у знати в столицы, — зловещий голос лорда отдавался эхом, пробуждая лёгкий страх. Интерес внезапно улетучился, мне захотелось обратно наверх, а также вернуться сюда с армией, чтобы уничтожить всё, что находится здесь. Вместе с этим разговорчивым мертвецом. — Бушевала страшная война, в которой мы безнадёжно проигрывали. Но мы боялись, что монстры сами полезут наверх. Так и произошло. Уничтожение рвущихся из-под земли тварей стало обыденностью для всех обитателей моего небольшого замка. Слухи о происходящем вышли за его пределы, но у магов и генералов герцога хватало своих забот. А я наивно надеялся после победы продолжить исследовать подземелье. Вражеские войска упорно продвигались к столице, но мне не верилось, что собранная армия Империи и союзников потерпит поражение по всем фронтам, а враги окажутся в дне пути от главной твердыни.

— Ты участвовал в последней битве? — взволнованно спросил я.

Лорд отрицательно покачал головой.

— Я испугался. Не хотел умирать взаперти! — зло сказал он. — Я не ответил на призыв герцога, который возглавил остатки умирающей Империи после смерти Аротерана. Я намеревался собрать своих слуг и покинуть эти места. Но перед рассветом всех нас поразило проклятие, превратив в ходячую нежить.

— Кто его наложил? — я по-настоящему сочувствовал ему и не стал его осуждать за, по сути, верное и непростое решение. Горстка солдат ничего бы не изменила в тот момент.

— Это мне неизвестно, — сухо ответил мертвец. — Может, это был обиженный маг в погибающей цитадели или герцог решил наказать меня таким способом, а заодно и невинных людей. Но я думаю, причина у нас под ногами. Я целую вечность потратил на то, чтобы добраться до самых нижних уровней. Раз за разом мои воины вступали в неравное сражение с чудовищами, пытаясь расчистить путь. Мы смогли однажды пробиться на четвёртый этаж, но дальше продвинуться не получилось. Со временем все мои слуги начали терять разум, перестали откликаться на имена, а мои приказы выполнялись всё реже, некоторые даже порывались напасть. Не знаю, почему меня миновала та же участь. Но со временем я понял, что во мне появилась иная сила, позволявшая подчинять их себе.

Мы медленно брели по тёмным коридорам, едва освещённым крохотным сгустком огня, висевшим над головой лорда Андрэ. Если подземелье и было источником проклятия, поразившим землю наверху, то здесь, не считая мрачных скелетов и зомби, то и дело преграждавших нам путь, о нём ничего не напоминало.

Мне мало что удавалось разглядеть в темноте, но украшенные орнаментом стены, высокие потолки над головой, искусно вырезанные арки, нескончаемые залы заставляли ощутить трепет и благоговение. Как же глубоко уходят эти подвалы? Ведь только на одном этом уровне спокойно могут расположиться сотни человек! Зачем было создавать глубокое подземелье под маленькой крепостью?

На первом ярусе взгляду сложно было выхватить в темноте хоть что-то достойное внимание, зато тут… С того момента, как проклятие охватило этих людей, словно ни одна живая душа не бывала здесь. Вся мебель, оружие, украшения, поблескивающие колбы, оставленные когда-то хозяевами на золочённых столах и полках, проплывали мимо меня. К сожалению, мёртвый хозяин этих мест нигде не останавливался, да и вряд ли он бы позволил мне просто так покопаться в своих вещах. Зато своим рассказом он отвлёк меня от накатившего ранее беспокойства, и теперь я с нетерпением ждал продолжения, предчувствуя интересное задание, связанное с этим местом.

Но лорд молчал до тех пор, пока не свернул в очередную залу. Я с изумлением закрутил головой, пытаясь разглядеть всё сразу. Яркие магические факелы, развешенные по всему помещению, позволили мне это сделать. По всему периметру просторной комнаты на вырезанных прямо в стенах каменных полках стояли сотни книг. Разноцветные корешки приветливо поблескивали, притягивали взгляд и прямо просились в руки. От некоторых исходило таинственное свечение.

— Нет, нет, нет! Опять не то! — раздался незнакомый раздражённый голос, а затем послышался громкий звук захлопывающейся книги, заставивший меня мгновенно обернуться. У дальней стены на небольшом возвышении было несколько кресел. В одном из них, закинув ногу на ногу, расположился скелет. Внушительный том в его руках вдруг полетел на стопку других книг, лежавших прямо на полу рядом с креслом. Заметив нас, скелет опёрся на подлокотники и поднялся. Светящиеся огни из его глазниц уставились на Андрэ. — Я в очередной раз перерыл все фолианты, где упоминаются проклятия.

— Началось... — лорд повернулся ко мне, и на мгновение всё его мёртвое лицо полностью озарилось зелёным светом. Я невольно усмехнулся, поняв, что только что стал свидетелем того, как нежить закатывает глаза. — Дай угадаю. Результат оказался тем же, что и сотню лет назад?

— Как это невежественно с твоей стороны недооценивать знания, что сокрыты в этих драгоценных томах, — возмущённый скелет развёл руками. — Когда-нибудь, мой друг, ты увидишь, что наше спасение окажется именно в них. Вижу, ты снова привёл к нам гостей. Надеюсь, в этот раз он не утащит пару книг с собой? Те тома могли помочь мне продвинуться в моём исследовании...

— Да-да, — покивал Андрэ. — триста лет не могли помочь, а сегодня точно бы помогли.

— Это не повод раздавать их налево и направо! — вскинулся библиотекарь, до хруста сжимая костяшки. Единственный предмет его одежды, красный шарф, обмотанный вокруг шеи, резко закачался.

— Мне не нужны ваши книги, — запротестовал я, поднимая ладони. Не хватало ещё быть убитым разгневанным библиотекарем. Лучше уж соврать. На самом деле я бы с удовольствием покопался среди древних фолиантов... Когда-нибудь. Приду сюда с орденом, уничтожу мертвецов, восстановлю крепость, узнаю, кто спрятался там внизу...

— Вот и славно! — скелет чуть успокоился. — Я всегда готов пообщаться с тем, кто стремится к просвещению, и могу поделиться тайными знаниями! Но обворовывать себя, даря ложные надежды, больше не позволю!

— Архитектор попросил у вас книги в обмен на помощь? — полюбопытствовал я. — Что именно он взял?

— Трактат о неоконченных переговорах, — словно с отвращением выпалил библиотекарь. — Он посмеялся над нами! Договорился с нами, взял книгу и пропал! А ведь это ценный инструмент в руках умелого мага! Трактат позволяет поговорить с кем угодно, где бы он ни был. Нужно всего лишь провести ритуал, приправленный щепоткой магии! Если ты вернёшь мне эту книгу, я научу тебя ненадолго подчинять себе нежить! Правда, использовать это умение может только некромант или мертвец...

— Не нужно! — торопливо выпалил я. — Некромантом мне не стать, а нежитью я становиться пока не хочу... Может, в другой раз... Но я могу попросить Архитектора вернуть эту книгу.

Мне показалось, или на лице Андрэ промелькнула усмешка после моих слов?

— Отлично! — воскликнул скелет. — Тогда поспеши! Мне кажется, я добился прогресса, и мне немедленно нужен этот фолиант...

— Не так быстро! — холодно сказал мёртвый лорд и зловеще улыбнулся. — Я привёл его не для поисков бесполезной книги, а чтобы покончить с проклятием раз и навсегда.

Я непонимающе смотрел на него.

— Но что я могу сделать? — осторожно спросил я. — Во всём произошедшем с вами сначала нужно разобраться. А если причина проклятия, и правда, на нижних ярусах, то мне нужны хорошо экипированные люди, чтобы пробиться туда.

— Что делать — решать тебе! — отрезал Андрэ. — Я не могу свободно передвигаться за пределами моих бывших земель. Стало быть, у тебя возможностей больше. Посоветуйся с друзьями и найди решение! Если справишься, я дам тебе вот это.

Он вытащил из-под кольчуги свиток и, держа двумя руками, продемонстрировал мне.

— Это бумага подтверждает право владения этой крепостью и достаточно большим участком земли, — с неохотой сказал лорд. — Я отдам его любому, кто снимет с меня проклятие или сможет меня убить так, чтобы я больше не возродился. Всё, что находится здесь, станет твоим, если справишься. Здесь много ценных вещей.

— И он ещё упрекает меня в том, что мои исследования бесполезны, — возмутился библиотекарь, размахивая руками. — Ты уже сотни раз предлагал это смертным. Завлекал сокровищами и другими вещами, и что? Безумцы, согласившиеся на это, либо напрасно погибли, либо сбежали!

— Это правда, — подтвердил лорд Андрэ. — Но в этот раз всё будет иначе. Смертные не горят желанием связываться с порчей. Но если она ляжет на них самих, то они пораскинут мозгами и придумают что-нибудь.

— Что это значит? — пробормотал я, отступая от него на шаг. Мертвец не спеша вытащил молот. Понимая всю безнадёжность сопротивления, я даже не притронулся к мечам. — Что ты собираешься делать?

— У тебя будет три месяца, чтобы освободить себя и нас, — голос лорда внезапно стал зловещим, молот в руках начал подниматься. — Иначе ты сам постепенно превратишься в скелет, и пути назад уже не будет!

— Постой! Если ты убьёшь меня, я точно не смогу помочь, — закричал я. Умирать чертовски не хотелось.

— Здесь ты не умрёшь... Окончательно, — услышал я, прежде чем гигантский молот опустился мне на голову.

Вы погибли!

До возрождения: 30 минут.

И опять я даже возродиться нормально не могу!

Створки капсулы распахнулись, выпуская меня наружу. Хоть я и пылал от злости, но небольшой перерыв всё же был как нельзя кстати. Пара бутербродов и горячий чай — это именно то, что мне сейчас нужно, чтобы привести свои мысли в порядок.

Включив свет, я с досадой отметил, что квартира понемногу начала зарастать пылью. Везде срочно требовалось пройти тряпкой, за исключением кухонного стола. Нужно будет устроить себе денёк выходного и заняться этим... Только не завтра. На завтра уже есть дела...

Уже через несколько минут я старательно жевал, смотря куда-то перед собой и размышляя о случившемся. Андрэ ясно дал понять, что его проклятие коснётся теперь меня. Я не смогу выйти из крепости? Превращусь в нежить? Но как он тогда хочет, чтобы я справился с этим? Три месяца — это большой срок, но мы с каждым днём будем лишь удаляться от руин замка. Когда я смогу вновь появиться там?

Я не сомневался, что, вернувшись сейчас в игру, могу получить ответы на многие вопросы, но усталость брала своё. Время приближалось к полуночи. Я с досадой вспомнил про несостоявшуюся встречу с девушками, хотя какая-то часть меня была этому даже рада. Но теперь придётся оправдываться перед Мериль.

После еды навалилась тяжесть, и любые мысли о возвращении в капсулу тут же улетучились. Времени на сон оставалось не так много, придётся вставать перед рассветом, чтобы разобраться со всем случившимся. Приняв окончательное решение, я со вздохом поднялся из-за стола и устало поплёлся в спальню. В руке, сжимавшей телефон, внезапно завибрировало, и вслед за этим послышалась тихая музыка, заставившая меня беззлобно выругаться. Кому приспичило пообщаться в такое время?

— Да, — сухо бросил я, решив ответить на звонок. Вряд ли бы меня сейчас стали беспокоить банки с «уникальными предложениями».

— Ростислав, простите за столь поздний звонок! Техническая служба только что передала мне данные, что вы находитесь не в игре, — услышал я виноватый мужской голос. — Я звонил вам несколько раз, но с вами достаточно тяжело связаться. Меня зовут Александр. Именно я буду заниматься подготовкой и продвижением роликов с вашим участием.

— Замечательно, — осторожно сказал я, ожидая, что на меня сейчас навесят ещё каких-нибудь обязательств. После разговора с технической службой со мной уже связывались представители компании и прислали кучу бумаг на подписи. Это съело у меня достаточно много времени и даже заставило меня подумать о том, что я слишком поторопился с решением о сотрудничестве. — От меня требуется что-то ещё?

— Нет! Всё, что нужно вы уже сделали, — обрадовал меня голос. — Просто я должен сообщить, что история о ваших первых приключениях увидит свет уже через неделю. Мы учли все пожелания, чего показывать не следует, и даже добавили кое-что от себя. Например, о вашей роли Хранителя сказано не будет до тех пор, пока вы сами не решите раскрыться. Обычно все игроки стараются держать свои умения в тайне.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я. Мне действительно не пришло в голову запретить упоминать об этом. Я больше переживал о том, чтобы не всплыли наши подозрения насчёт Рока. Парень, скорее всего, ни в чём не виноват. Наоборот, старается изо всех сил получить больше возможностей для более быстрого развития игроков, а друзья тем временем шепчутся о предательстве у него за спиной.

— Ещё раз извините, что потревожил… Доброй вам ночи, — попрощался Александр. — Ах, да! По этому номеру со мной можно связаться в любое время! Уверен, такая необходимость возникнет, так что сохраните его.

— Непременно, — пообещал я, растянувшись на кровати. — Всего вам доброго!

Уже проваливаясь в дрёму, я подумал, что будет действительно интересно взглянуть через неделю на то, что у них получилось создать из наших приключений.

— Пришёл в себя? — раздался поблизости знакомый отвратительный голос. Пробуждение и так выдалось неприятным, еле удалось заставить себя продрать глаза. А вернувшись в игру, мало того, что я оказался на каменном полу в полутёмном помещении, чувствуя леденящий холод, так ещё и мертвец до сих пор шатался рядом. — Твои друзья заждались тебя наверху!

Я сел, обхватив руками колени. От холода начинало трясти. Что этот труп со мной сделал?

— Холодно? — усмехнулся лорд Андрэ, заметив мой гневный взгляд. — Ничего, скоро ты к этому привыкнешь. Но тебе лучше поспешить наверх, если не хочешь, чтобы ваши солдаты гибли напрасно. Я имел довольно интересную, хоть и короткую, беседу с твоим герцогом. Было любопытно узнать, что в этих землях объявился потомок Радориэла. Так вот, герцог настроен весьма решительно, а ещё он обмолвился, что в состоянии здесь всё разнести.

— Странно, что ты не дал ему попробовать, — буркнул я, поднимаясь на ноги.

— О! Я пытался его раззадорить, — спокойно признался мертвец. — У него могло получиться докопаться до истины и разрушить проклятие. Но герцог умён и достаточно осторожен, он решил дождаться рассвета. Можно было бы запереть тебя в одном из потайных залов и посмотреть, что из этого выйдет. Но шансы вашего отряда пробиться вниз слишком малы. Они просто погибнут, крепости достанутся новые стражи, а для меня это ничего не изменит. Я отпускаю тебя! Вот ступени, которые ведут наверх. Мертвецы больше тебя не тронут.

— Но почему? — я поспешно открыл информацию о персонаже и ахнул, недоверчиво вглядываясь в появившиеся строчки.

Лионикс, уровень 6

Раса: человек-нежить

Описание расы: сложно сказать, когда живые впервые столкнулись с разумной нежитью, и какие именно события привели к их возникновению. Большинство народов, населяющих Надею, с осторожностью относятся к выходцам с того света, но их появление давно перестало вызывать удивление. Со временем мёртвые торговцы на рынке или скелеты-воины, служащие в регулярной армии, стали обычным явлением. Лишь некоторые расы решительно настроены против нежити и без раздумий уничтожают их.

Особенности расы: повышенная уязвимость к огню. Заклинания исцеления наносят урон мертвецам. Воздействие серебра ослабляет. Устойчивость к погодным эффектам. Иммунитет к яду. Могут подчинять себе более слабых мертвецов. Погибнув в бою, вы возродитесь через 30 минут на том же самом месте. Если тело будет сожжено, время до возрождения увеличится на 15 минут. Отношения с большинством рас немного ухудшено.

— Зачем? — почти прошептал я, поднимая взгляд на каменное лицо лорда Андрэ.

— Чтобы ты поспешил снять проклятие с нас обоих! — обрушился на меня громкий голос, полный гнева и боли.

Андрэ не соврал. Ни зомби, ни скелеты, ни призраки больше не обращали на меня никакого внимания, принимая за своего. Я безо всякой сложности прошёл через пролом в стене и тут же увидел огни нашего лагеря. Передние костры освещали воинов в доспехах, расположившихся прямо на земле. Можно было с уверенностью сказать, что мертвецов из крепости никто не опасался. Но всё же за ними пристально следили.

Стоило мне ускорить шаг, направляясь к лагерю, пехотинцы тут же повскакивали, строясь в линию. Посередине, возвышаясь над остальными на целую голову, возник легионер, который мне был хорошо знаком.

— Привет, Лотерн, — успокаивающе взмахнул им рукой я, подходя достаточно близко.

— Ты всё-таки вернулся, — великан опустил щит. — Мы уже думали, что больше не увидим тебя. Но, постой... — Лотерн вновь взялся за оружие. — Ты теперь один из них!

— Верно, — вздохнул я. — Но это не значит, что стал врагом.

Солдаты растеряно переглядывались. Лотерн в нерешительности замер, оценивающе поглядывая на меня, затем медленно спрятал меч. Его глаза холодно блеснули из-под шлема.

— Это решать герцогу. Держи оружие в ножнах и следуй за мной. А вы, — обратился он к воинам, — будьте внимательны и следите за каждым движением мертвецов.

Лотерн повернулся и направился к командному пункту, стоявшему в отдалении от шатров. Я поспешил вслед за ним, ловя на себе непонимающие взгляды людей. Уже светало, и они прекрасно могли рассмотреть меня. Я знал, что они видели. Во вкладках информации о персонаже был мой портрет, где я мог рассмотреть себя во всех деталях. Моё лицо теперь было таким же серым, как у тёмных эльфов, а прежде карие глаза стали вдруг мутно-белыми. Хорошо хоть зелёного свечения не появилось. Но изменения коснулись не только внешности. Я с удивлением обнаружил, что начал чувствовать живых существ вокруг себя.

Вокруг главного фургона всё так же была усиленная охрана, хотя магов-игроков я не увидел. Но зато здесь находился Хоннорат. В его взгляде, брошенном на меня, я увидел облегчение, затем он слегка нахмурился, на лице появилось недоумение, а после — тревога.

— Скажи, как тебе всё время удаётся находить неприятности на свою голову? — укоризненно покачал головой маг. — Над тобой висит серьёзное проклятие, и среди нас вряд ли найдутся умельцы, которые смогут его снять. Боюсь, легче будет заставить колдуна, который его наложил, исправить содеянное.

— Этому проклятию сотни лет, — моя улыбка получилась грустной. — Не думаю, что тот, кто это сделал, ещё жив. Местный лорд крепости был уверен, что если я тоже окажусь под действием заклятия, то охотнее помогу ему избавиться от этой проблемы.

— Он тебя обманул, — глаза магистра гуляли по моему телу, всматриваясь во что-то видимое лишь ему. — Колдун сам наложил его на тебя. И оно не имеет ничего общего с проклятым замком. Вновь получить жизнь можно достаточно легко и одновременно сложно. Первое, как я уже сказал, это вернуться к магу и заставить снять проклятие. А второе... Его можно передать. Если найдётся доброволец, который согласится нести его вместо тебя. Но в любой момент маг может сделать так, что твоё обращение станет невозможным, и ты навсегда останешься мёртвым.

— Он дал мне три месяца... — тихо пробормотал я, думая, что навряд ли кто-то согласится добровольно стать нежитью. Хотя... Мне знаком один человек, мечтающий повелевать мёртвыми. Как только освобожусь, попробую поговорить с ним. Чует моё сердце, он согласится.

— Значит, время у нас есть, — кивнул маг. — Пойдём! Не будем заставлять герцога дожидаться.

Два стражника расступились, давая пройти. Хоннорат сам открыл дверь фургона и исчез в тёмном проёме. Краем глаза я заметил заинтересованные взгляды, затем глубоко вздохнул и, слегка пригнувшись, шагнул вслед за магистром.

Внутри фургон оказался довольно просторным, не менее четырёх метров в ширину. Места здесь хватило на небольшой стол, сколоченный на скорую руку и прижатый к задней стене. Одного взгляда хватило, чтобы заметить на нём карту и знакомые фигурки на ней. Несколько кресел с мягкими подушками расположились у бортов. Было похоже, что их забрали из покоев Хоннората. Так же как и шкуры, устилающие деревянный низ повозки. На стене висела потускневшая картина, изображавшая двоих воителей с воздетыми мечами. Был ещё стол поменьше, на котором разместились кувшины и кружки.

— Рад видеть тебя живым и... — начал Колгрим, завидев меня, но затем прервался и нахмурился. — Хмм... Значит, это тебе не понадобится, — он пододвинул к себе кружку с неизвестной жидкостью и залпом выпил. Снова взглянув на меня, он вздохнул. — Рассказывай по порядку!

Усевшись в одно из кресел, на которые указал мне герцог, я вкратце сообщил ему о случившемся, умолчав лишь о делах Ордена Рока. Герцогу я доверял и даже хотел рассказать всё, но советник Релгар тоже был здесь и сверлил меня пристальным взглядом. Зная о его неприязни к Року, давать ему информацию, пусть и не кажущуюся важной, мне не хотелось. А ещё показалось странным, что за всё время он не произнёс ни слова. Обычно советник куда более словоохотливый. Не выспался?

—Что ж... С этим тебе придётся разбираться самостоятельно, — обрадовал меня герцог. — Хорошо, что мне не пришлось посылать своих людей в эту чёртову крепость! Ты можешь беспрепятственно ходить по лагерю, только лучше держись подальше от освобождённых пленников. Их и так нервируют бес и гоблины в наших рядах. Не хватало им ещё и мертвецов.

— Но... Вы можете рассказать мне что-то об этом замке? — неуверенно спросил я.

Колгрим насмешливо взглянул на меня.

— Я не всеведущ, Лионикс. Меня, как и тебя, не было здесь сотни лет назад.

Хоннорат, заметив мой вопросительный взгляд, лишь отрицательно покачал головой.

— Я был слишком далеко от столицы в то время, чтобы знать все сплетни. Историю этого места лучше узнать у лорда Андрэ или его слуги. Они должны что-то знать.

Совет мага был дельным, вот только времени разбираться с навалившимся квестом не было. Через полчаса меня ждал поход к балке. Убедившись, что отряд добровольцев уже почти готов, я решил найти Рока, в надежде, что он, несмотря на раннее время, находится в игре. Разыскать игроков с его ордена труда не составило — сложно пропустить несколько десятков человек, сбившихся в кучу. Расспрашивать их не пришлось, Рок сам вынырнул мне навстречу. Если бы не имя над головой, то узнать его в полном рыцарском облачении у меня бы не вышло. И как ему только удаётся успевать управлять огромным количеством людей и почти не отставать по уровню от других? Прекрасные серебристые латы сидели на нём как влитые. Нагрудную пластину украшало изображение древа. Внушительные наплечники прикрывали руки до локтей, а наручи защищали всё остальное, вплоть до кончиков пальцев, заставляя гадать, где же у этой стальной горы может быть слабое место. Шлем с забралом не позволял разглядеть глаза воина.

— Ты меня ищешь? Или просто прогуливаешься? — раздался глухой голос из-под шлема. — Хорошо, что ты вернулся. Я уже услышал о том, что с тобой случилось. Вот так не повезло...

— Не повезло, значит? — фыркнул я. — Это же из-за тебя лорд Андрэ нас невзлюбил. Спёр у него...

— Не так громко! — прервал Рок, поднимая руку. Затем он снял шлем и натужено улыбнулся. — Давай с тобой пройдёмся.

Мы отошли подальше от людей, удивлённо поглядывавших на меня. Я каким-то внутренним зрением видел их всех. Они выделялись тревожным красным сгустком энергии, мне даже не приходилось крутить головой. Я и так знал, насколько далеко от меня находятся живые. Включая мышей под землёй и птиц в гнёздах.

— Ты ведь понимаешь, почему я ничего не сказал насчёт крепости? — казалось, Рок был немного смущён.

— Конечно! — легко ответил я. — Твои воины без устали уничтожали прихвостней лорда с его разрешения, получали уровни и экипировку, которой ты не хотел делиться с другими.

— Мы пытались пробиться вниз, и Архитектор не хотел, чтобы ему мешали, — признался он. — Квест довольно интересный, но по итогу оказался безнадёжным. У нас не было времени, чтобы раскачаться как следует. Мы не смогли основательно пошарить даже на первом этаже подземелья. Появляющиеся мертвецы раз за разом убивали наши отряды.

— А как вы расправились с тем призраком с крюком? — с интересом спросил я.

— Никак! — сердито отрезал Рок. — Старались обходить его стороной, но он всё равно появлялся неожиданно перед отрядами, которые должны были защищать спины ушедших вниз игроков. Или вытягивал их крюком, а затем убивал. Потом вся орава зомби устремлялась в подземелье. И хоть Архитектор пытался организовать оборону, оставляя достаточное количество людей у лестницы, но их всё равно продавливали. Лишь однажды, когда вовремя появился твой Ортон, успевший очистить двор крепости после гибели моих людей и ударивший в спину треклятой нежити, Архитектор сумел ненадолго выправить положение. Но даже тридцати человек оказалось мало. Остальные ордена почти не пытались попасть в замок. Даже Ворон. Архитектор просил ещё людей, но я решил, что пока не могу послать туда больше своих ребят, понадеявшись, что сами справятся. Ведь они становились сильнее с каждым разом.

Рок немного помолчал, а потом добавил:

— Почти все сейчас мертвы. Сильнейшие воины, достигшие кто шестнадцатого, а кто восемнадцатого уровня. В первом же бою пришлось ими пожертвовать.

— Сочувствую, — искренне сказал я. — А они не пытались все вместе возродиться?

— Пытались, конечно. Но там без шансов, — вздохнул Рок. — Ты хотел о чём-то поговорить?

— Мне нужен Страут, — быстро ответил я. — Он в игре?

— Да, сейчас позову, — уже отстранённо отозвался танк, видимо набирая сообщение. — Он что-то натворил?

— Пока нет, — хмыкнул я. — Но надеюсь, сейчас натворит.

Долго ждать не пришлось, от толпы игроков отделился паренёк и бегом помчался к нам.

— В чём дело? — весело спросил абсолютно не запыхавшийся игрок. Затем взглянул на меня повнимательнее, и его глаза округлились. — Кру-у-то!

— Вот об этом я и хочу с тобой поговорить, — дружелюбно улыбнулся я. — Страут, ты, помнится, мечтал управлять нежитью. Не хочешь попробовать поиграть за эту расу? Я проклят, но с твоего согласия могу передать это проклятие тебе. Преимуществ много. Ты не можешь погибнуть, можешь управлять мертвецами, которые слабее тебя, Учитывая, что ты маг, возможно, сможешь сам создавать их когда-нибудь.

— Но сам ты нежитью быть не хочешь... — подозрительно сказал Страут. Осторожность всё же брала вверх над желаниями, хотя на меня он смотрел чуть ли не с завистью.

— Нет, — рассмеялся я. — Мне бы хотелось остаться человеком. Нет времени возиться с проклятием. В довесок к нему идёт квест. Если сможешь разобраться с ним, то получишь во владения вон ту крепость. Там огромное подземелье с чудовищами и сокровищами.

Рок молча слушал, не вмешиваясь. Страут переводил взгляд с меня на него, словно спрашивая его совета.

— Звучит заманчиво, — признался маг. — Второй такой шанс может не выпасть. Я... согласен...

Он с улыбкой протянул правую руку, я сжал её и почувствовал, как сердце снова начинает биться. Холод начал уходить, а вот лицо Страута посерело, его тело начало дрожать. Маг тут же пустился в чтение информации, издавая удивлённые, а иногда, восторженные возгласы. Но лицо светилось удовольствием.

— Что ж, — подытожил Рок, с усмешкой глядя на меня. — Всё хорошо, что хорошо кончается. Теперь с квестом всё равно придётся разбираться мне.

Глава 7

Лица игроков выражали явное нетерпение. Долетевшие обрывки разговоров заставили меня усмехнуться. Ребята надеялись, что этот поход не окажется пустышкой, а даст возможность испытать себя и свои растущие навыки. Среди них мелькнуло знакомое лицо Станиэля.

— Стани! Ты каким боком затесался в отряд? — радостно воскликнул я. Рядом с позитивным пареньком скучать не приходилось, да и дружественную атмосферу он умел создавать как никто другой.

— Да вот, говорят, что рейд-лидер запропастился куда-то, и меня попросили занять его место, — не моргнув глазом, сообщил лучник.

— Да сколько влезет, — махнул рукой я. — Мне же проще будет.

— Искра услышала от Израмира про поход, вот я и отпросился у Рока, — признался Станиэль. — Надоело сидеть без дела. Обзавёлся стрелами и решил, что пригожусь. Раз уж у тебя с магами напряжёнка сейчас.

Маги действительно остались рядом с командным пунктом. Хоть мне и разрешили взять кого-нибудь из них, я не рискнул ослаблять защиту обоза.

— С твоими-то навыками стрельбы тебе в любом отряде будут рады, — заверил его я.

— Ну, значит, тебе невероятно повезло, — самодовольно заявил лучник. — Заметь, тебе не придётся заплатить ни одной монеты за такого ценного бойца! — затем он слегка нахмурился. — На самом деле, поупражнявшись на площадке, я выяснил, что стрелок из меня не такой уж и хороший. Как мне объяснил стражник Райн, попадать в цель с сорока шагов умеют даже новички. Чтобы стать смертоносным лучником, мне потребуется дальнобойный лук. Тогда я смогу не подпускать к себе даже жирного танка, расстреливая его с двухсот метров. Как попадать с такого расстояния, конечно же, он не уточнил! А ещё я узнал, что неправильно вкладывал очки навыков. Чтобы носить мощный лук нужна только ловкость, но вот чтобы посылать стрелы на сотни метров, требуется сила.

— Не удивительно, — заметил я. — А насчёт характеристик не переживай! Наш путь здесь только начался.

Впервые мне доведётся отправиться в поход с Ортоном. Светловолосый парень, улыбающийся уголком рта, выделялся среди остальных из-за своих доспехов. Рядом стоял Палкивиад, достигший 9-го уровня, успокаивая не только своим видом, но и внушительными цифрами жизни. Справа от него находилась девушка в тёмно-фиолетовых доспехах. Глядя на неё казалось, что с моими глазами что-то не так, потому что фигура иногда словно размазывалась, не позволяя рассмотреть её как следует. Мне было приятно узнать, что Хисеаллай тоже вызвалась пойти с нами. Если использовать умения правильно, то урон у девушки будет выше, чем у Станиэля. Она была скромной, но за словом в карман не лезла. А весёлый характер делал её желанным гостем в любой компании.

Певец тоже был тут. Хейока, вопреки обыкновению, задумчиво смотрел куда-то в сторону. Новый камзол, подаренный Релгаром, идеально подходил стройному барду. Вместо шлема на голове появилась шляпа. За удивительный образ советник ничего не потребовал с него. Пока.

Вот и весь мой отряд. Больше никто из ордена не захотел идти вместе с нами. Многие посчитали, что предлагаемого опыта слишком мало, чтобы тратить время, и решили заняться более важными делами. За время осады не всегда удавалось уделять внимание обучению и прокачке. Теперь все кинулись навёрстывать упущенное, благо обоз двигался медленно и позволял это игрокам.

Адэноэль присоединилась к ордену и со всей ответственностью приняла новую должность. Она хотела составить нам компанию, будто извиняясь за то, что оставила меня одного у крепости. Мне же пришлось снова воззвать к её чувству долга, после чего новоиспечённый рыцарь-командор Ордена Порядка удалилась оценивать наши силы. Теперь о нашей боеспособности предстояло заботиться ей. И, как и Палкивиаду, девушке придётся посылать мне отчёты о том, что у нас есть, а что непременно нужно раздобыть для эффективности будущего войска.

Маленький отряд был готов выдвигаться. Но меня окликнул знакомый повелительный голос, который я надеялся услышать не скоро.

— Лионикс, подожди! Я хотел бы пойти с вами, — тяжело вздохнув и повернувшись, я встретился взглядом с тёмным эльфом. — Мне надоели подозрительные и испуганные взгляды твоих сородичей! Ещё больше раздражают пришлые. Страх и чувство самосохранения отсутствуют у вас напрочь! Осмелившиеся докучать мне вопросами даже не понимают, как близко они находятся от смерти…

— А наше общество будет раздражать тебя меньше? — поинтересовался я, размышляя о том, чем нам может грозить его присутствие. Если эльф что-то задумал, мы не сможем ему помешать, силы слишком уж не равны. Может, я зря не взял Адэну? — Знаешь, нам бы хотелось вернуться живыми.

— Тогда со мной ваши шансы гораздо выше, — холодно обронил Альтуриан. — Этот мир куда опаснее, чем вы думаете. А я превосходно владею клинком. Если боишься, что обращу его против вас, то напрасно. Тебе и твоим друзьям ничего не угрожает. Даю слово.

Хотелось вежливо отказать ему, но подходящие слова не приходили на ум. Попытка избавиться от него может плохо сказаться на его будущих решениях и отношении к нам, которое и так застыло на отметке «отчуждённость», но пока не дошло до «неприязни». А если позволить принцу присоединиться, это может убить моих ребят.

— Хорошо! — пожал плечами я. Чтобы сказали друзья, узнав, какой опасности я их подвергаю? Лица остальных оставались спокойными и заинтересованными. Кроме Израмира, никто не знал о том, что произошло между мной и эльфом. — Вступай в отряд.

Альтуриан помедлил, на лице отчётливо проступило сомнение. Он пристально посмотрел на меня. В глазах вспыхнул вызов, затем иконка с его именем появилась окошке группы.

— Пошли!

Причину сомнений принца понять было несложно. Вступив в отряд, он раскрыл все свои умения, навыки и особенности. Он мог намеренно скрыть их от меня, но не стал. Либо эльф хотел сделать шаг к обоюдному доверию, либо был уверен, что я не смогу никому об этом рассказать. Зная своё везение, я готовился к худшему. Но дурное предчувствие не помешало взглянуть на его способности, воспользовавшись своим положением. Велев Ортону вести нас и указав направление, я погрузился в чтение, почти не обращая внимания на дорогу. Впервые появилась возможность узнать, какими мы станем, достигнув высокого уровня.

Страницы навыков растворялись перед глазами, заменяя друг друга. Одних только боевых способностей у эльфа оказалось более сорока! За ними шли другие, в которых применялась магия. Их было вдвое меньше, но они оказались ещё смертоноснее. Затем появилась вкладка с более чем двадцатью могущественными заклинаниями. Мельком взглянув на то самое «подчинение», под влиянием которого оказался, я приступил к изучению остальных, поражаясь увиденному. Сила эльфийского воина-мага была чудовищной. Он мог вносить хаос в толпы врагов, насылая «безумие», заставлявшее бросаться друг на друга, мог переманить бойцов на свою сторону, насылать обездвиживание и ещё много чего другого. Всё это подкреплялось воинским умением с кучей пассивных навыков, прибавлявших бонусы к скорости боя, ловкости, урону мечом и магией, частичной защите от оглушения и других негативных эффектов. Расовые способности также давали ему бонусы к владению мечом и древковым оружием, и к магическому урону. Пассивные мирные навыки тоже впечатляли. 10% к доходу от торговли получал не только он, но и все мастерские и торговцы под его управлением. А доход от морской торговли составлял аж на 20% больше. Военные корабли стоили ему значительно меньше, а скорость постройки была выше на 15%. При нём империя тёмных эльфов могла бы превратиться в могущественную морскую державу. Хотя кто знает, может, она и сейчас такая?

Последняя вкладка была неполной. На ней разместились навыки, доступные только правителям. Его «Аура королевской крови» прибавляла всем окружающим + 25% к магическому урону, уменьшала расход маны на 15% и увеличивала её регенерацию на 15 единиц в секунду. Навык «сплочение» действовал на всех союзников на расстоянии до двух километров, поднимая защиту на 15%.

Окошки медленно растворились перед глазами, не мешая больше смотреть на мир. Я перевёл дух, взглянув на спину размеренно шагающего впереди принца. Тот, словно почувствовав, обернулся и остановился, поджидая меня.

— У тебя странное выражение лица, Лионикс, — усмехнулся тёмный эльф.

— Просто... Мне бы не хотелось быть тем, против кого ты обратишь все свои умения, — не стал юлить я.

— Врагом? — поднял бровь Альтуриан.

— Вряд ли... Враг — это что-то равное и сильное! — грустно улыбнулся я. — А мы, скорее, как комары, которых можно прихлопнуть. Просто чтобы не жужжали...

— Комары ещё и кусают, — холодно заметил эльф.

Я промолчал. Говорить ему в очередной раз, что было бы неплохо обойтись без взаимного уничтожения, смысла нет. Он принц, изгнанный или преданный, проигравший борьбу за власть, пойдёт по своему пути, не думая о тех, кто пострадает из-за его стремлений. Для него любые жертвы будут оправданы. Да, герцог Колгрим тоже пожертвует многими, если придётся. Но можно не сомневаться, что он до этого сделает всё, чтобы обойтись без лишних смертей. Подданные для него ресурс, а не разменная монета. Империя тёмных эльфов, несмотря на междоусобицу, вряд ли находится на грани уничтожения. Сопутствующая гибель тысячи-другой мирных жителей для них не является поводом для беспокойства. Разумеется, жаждущий мести принц легко отправит на смерть горстку людей, если придётся, не считаясь с моим мнением.

Начинало светать. Луны поблекли, перестали освещать дорогу, но ещё не исчезли окончательно. Нависающие планеты утратили величественный и красочный вид, спрятавшись за наплывающими облаками. Игроки шли по небольшой траве, негромко перебрасываясь короткими фразами. Местность вокруг всё время менялась. Приходилось пересекать небольшие поля, подниматься на невысокие холмы, огибать маленькие пруды. Было бы больше времени, наверняка кому-нибудь бы захотелось нырнуть в прозрачную воду, несмотря на столь ранее время. По пути встречались развалины. Оставалось только гадать, что стояло раньше на их месте. Мы старательно обходили их, чтобы не нарваться на неприятности.

Несмотря на то, что никому из нас здесь бывать не доводилось, понять, какую именно балку мы ищем, труда не составило. Забравшись на вершину очередного холма, окружённого деревьями, мы увидели древнюю каменную стену, словно вросшую в землю. По бокам её прижимали гигантские камни, будто поддерживая. Посередине стену украшало каменное человеческое лицо. По словам Гакона, именно эта стена запирала озеро Кельт, которое маги превратили в одно из прекраснейших мест в Империи. Нужная нам балка располагалась немного ниже и правее от древнего сооружения.

— Пока всё спокойно, — нарушил молчание Станиэль. — Никаких двуногих я не вижу. Если в балке никого не окажется, то непременно нужно подняться на вершину и взглянуть на хвалёное озеро!

Согласившись с ним, мы двинулись дальше. Сапоги, блестевшие от росы, приятно скрипели. Дорога плавно пошла в гору, лишь изредка ныряя вниз. Теперь пробираться приходилось через деревья, выросшие на склоне.

— Вы чувствуете запах? — поморщилась Хисеаллай.

Я глубоко вдохнул. Всю дорогу воздух был свежий, с приятным запахом летней травы, но теперь он изменился. Вонь, будто от болота, явственно чувствовалась при каждом вдохе.

— Очень надеюсь, что мы не найдём в балке гниющие тела, — скривился Палкивиад. — Не хочется портить впечатление после такой чудесной прогулки.

— Вам стоит привыкнуть к подобным зрелищам, — отозвался Альтуриан. — Но это не мертвецы. Я слышу запах тины и ила. Это озеро.

— Жаль! — сокрушённо вздохнул Хейока. — Надеялся, что зрелище будет красивым.

Через несколько минут, преодолев последний подъём, мы оказались в длинной и просторной балке. Эльф шагнул в неё первым, с мечом в руке. Вслед за ним остальные тоже достали оружие. Я же, помня про умения принца, даже не потянулся к клинкам. Что бы там ни было, он разберётся.

— Тут никого нет, — буркнул Альтуриан, настороженно крутя головой. — Кто бы здесь ни был, он ушёл.

Он прошёл вглубь, опустился на колено и поворошил землю левой рукой. Затем поднялся, убрал оружие и повернулся к нам.

— Этому костру уже неделя, — заявил он, демонстрируя угли, вперемешку с землёй. — Они старательно заметали следы.

— Гакон говорил, что разведчики видели кого-то вчера, — напомнил я. — Может, они и не разводили костёр, но...

— Я говорю, что вижу, бывший магистр, — усмехнулся эльф. — Нам остаётся только подняться наверх и осмотреться. Если никого не встретим, то задерживаться здесь незачем.

Я промолчал, признавая его правоту. Бродить по холмам и лесам, в надежде кого-то увидеть, смысла нет.

Чистейшая голубоватая вода ярко блестела на солнце. Шустрые красивые рыбки, совершенно не боясь, скользили у самой поверхности. Изящные лебеди парами плыли над водой. Огромные величественные статуи древних воителей, магов и Императоров расположились вокруг озера, вызывая восторг и трепет. Множество искусно сделанных лавочек позволяли неспешно любоваться работой лучших скульпторов. Каменный мост с невысокими бортами шёл через всё озеро. Посередине, где мост расширялся, раскинулось серебряное древо, привезённое из-за моря высшими эльфами. По ту сторону моста начиналась чудесная зелёная долина, посреди которой возвышался дворец из белого камня. Прекрасные пейзажи дополняли снующие по воздуху могучие грифоны с золотистыми или серебряными перьями, исчезающие за стеной дворца.

Такими описывал озеро и его окрестности Хоннорат. Его голос был слегка грустным и мечтательным, когда он вспоминал об этом месте, а глаза выдавали тоску по ушедшему. Увидел бы он долину и озеро теперь... Хотя нет! Пусть уж лучше остаётся в неведении...

Застывшие у берега игроки хмуро взирали на то, что осталось от некогда заповедного места.

Изгаженная бурая вода пузырилась и лопалась, поднимая смрад в воздух, разносившийся далеко по округе. Головы огромных жаб торчали из тины. Иногда они открывали пасть, и можно было разглядеть ряд острых зубов. Выглядело это отвратительно.

Одинокая, невесть как сохранившаяся статуя лишилась своей головы. Та валялась рядом, уже погрузившаяся наполовину в землю. Но кто-то водрузил на плечи статуи разрисованный валун, словно в усмешку над Империей. Ладони, которые должны были быть подняты кверху, словно намеренно обломили.

— Это статуя вашей богини, — нехотя произнёс Альтуриан. — Видел её изображение в книгах.

Он неприязненно рассматривал жаб, вытаращивших на нас глаза.

— Нужно попробовать перейти на ту сторону, — добавил эльф.

От моста не осталось и следа, но переправу из гнилых досок и брёвен всё же кто-то навёл. Принц, поморщившись, подошёл вплотную и ткнул ногой.

— Должна выдержать...

Он резко обернулся, отходя назад и вытаскивая меч, глядя в сторону деревьев. Я с недоумением посмотрел на него, но на всякий случай тоже вытащил оружие, велев остальным сделать то же самое. Палкивиад вышел вперёд, прикрывая нас щитом. Хейока, недолго думая, ударил по струнам. Спокойная, размеренная музыка полилась по округе, увеличивая нашу броню. Конечно, у него в распоряжении есть мелодии посильнее, но он рассудил правильно. Пока мы не знаем в чём дело, лучше поднять отряду шансы на выживание.

Альтуриан покидает отряд!

— Ты что задумал? — бросил я эльфу, ощущая противный холодок, пронёсшийся по спине.

Но ответить он не успел. В щит Палкивиада одна за другой воткнулись три стрелы. Ещё две целились в эльфа, но он их отбил, сделав пару коротких движений.

— Стрелки из них никудышные, — зло усмехнулся Альтуриан.

Словно в ответ на его слова, из-под защиты деревьев с криками выбежала дюжина маленьких зелёных существ и бросилась на нас.

— Гоблины, чтоб их! — удивлённо сказала Хисеаллай, растворяясь в воздухе.

Её местонахождение я видел только благодаря имени, висевшему над ней. Конечно же, она сразу ринулась к стрелкам.

Противников было чуть больше десяти. Их уровень не внушал особого страха, самый сильный достиг 13-го. Вооружённый палицей и щитом, он бросился к Палкивиаду, но перед ним встал я. Мне давно хотелось проверить себя в деле, против настоящего врага. Да только честного боя всё равно не получилось. Пропустив мимо себя удар странно-жёлтой дубиной, я попробовал коротким взмахом полоснуть вожака по шее, но он закрылся широким щитом, после чего мне пришлось отступить — слишком много гоблинов стояло рядом. Троих из них оттянул на себя Альтуриан, отодвинувшись подальше от нас. Он легко кружил среди противников, парируя их незамысловатые удары, но почему-то не спешил убивать, оставляя на них рану за раной, словно забавляясь. Остальные гурьбой бросились в нашу сторону. Хейока стоял позади, не торопясь менять мелодию. Станиэль отошёл подальше к озеру и, опустившись на колено, посылал стрелы в ближайших врагов, тщательно прицеливаясь. Не сказать, что от стрел был серьёзный урон, но и у противников здоровье колебалось всего лишь от 150 до 200. Когда ему удавалось попасть по незащищённым частям тела, жизнь зеленокожих опускалась на 30–40 единиц, а сами они вскрикивали и трусливо прятались за спины сородичей. Нам с Ортоном и Палкивиадом пришлось встретить набегающих лицом к лицу, не позволяя гоблинам зайти за спину.

Танк сделал шаг вперёд, Палкивиад с ног до головы покрылся крепкой древесной коркой, не позволяющей ему наносить удары, но снижающей урон по нему, давая нам время сократить количество противников. Гоблины радостно накинулись на него, посчитав лёгкой добычей. После размашистых и сильных ударов вожака полетели щепки. Я бросился в гущу, активировав «Танец смерти». На телах врагов появились подсвеченные уязвимые области, по которым следовало бить. Впрочем, мои руки действовали сами, делая точные взмахи, словно я снова стоял на тренировочной площадке. Длилось это несколько секунд, после чего лёгкость в теле исчезла, и я поспешил отступить, оставляя воющих противников с кровоточащими ранами. Но пару ударов по мне всё же прошло. Один гоблин, яростно вращая глазами и проклиная меня на своём языке, бросился за мной. Из шеи у него хлестала кровь. Я выставил мечи навстречу, но сзади раздался свист, и ему точно в глаз прилетела стрела. Раздавшийся крик пробрал меня до дрожи. Умирающего гоблина жаль, но и медлить было нельзя. Я с размаху полоснул его клинками, метя в голову и прекращая его страдания.

+50 опыта

Ортон сражался с двумя противниками сразу. Одного взгляда хватило, чтобы понять — умения ему явно не достаёт, хотя он пытался применять то, чему научился за пару недель. Но и сами гоблины не отличались воинским мастерством. Будь на их месте бесы, такие как Трортинар, мы бы уже погибли. Против закованных и умелых воинов нам ещё рано выступать. Но всё умение гоблинов сводилось к «бей куда попало», а Ортон легко подхватил эту игру, понимая, что ему нужно всего лишь немного продержаться.

— Лучник! Добивай! — командный голос эльфа резанул по ушам, заставляя мельком глянуть в его сторону.

Его противники уже не решались нападать. Тяжело дыша и зажимая руками раны, они медленно отодвигались от него, надеясь смыться. Принц оставил им жизни на один удар, рассеивая все сомнения. Он вышел из отряда для того, чтобы не разделять крохи опыта вместе с нами.

Понятливый Станиэль тут же послал две стрелы, почти не целясь. Даже попав по кожаным доспехам, урон стрелы был выше оставшихся жалких ОЗ врагов. Третий гоблин, увидев судьбу своих товарищей, попытался броситься к спасительным деревьям, но израненная нога его подвела. Он обернулся, в глазах вспыхнуло отчаяние. Следующая беспощадная стрела вошла ему точно в сердце.

Оживший Палкивиад пятился от троих гоблинов, умело подставляя щит под частые удары врагов. Их умения, такие как бросок кинжала или серия коротких быстрых ударов, названия которых мы не знали, были ему нипочём. Заходить за спину гоблины не хотели, боясь получить стрелу. На что они рассчитывали, оставалось загадкой, их лучники давно прекратили стрельбу, занятые схваткой с ассасином. Мы не видели девушку, но её полоска жизни не заставляла беспокоиться за неё.

Двое злющих худощавых зелёных рванули ко мне, посчитав лёгкой добычей. По сравнению с остальными, я и правда был защищён гораздо хуже. Один из гоблинов на ходу достал кинжал и, не целясь, метнул в меня. Увернуться я не успел, узкая сталь прочно засела в плече, мешая движениям. Непонятная слабость в руке заставила меня только оборонятся, парируя удары и уворачиваясь от них. Пока не запел Хейока.

Музыка изменилась, вслед за этим чистый голос вознёсся над схваткой. «Чарующая песнь» — одно из самых коварных умений певца, заставляющее врагов раз в некоторое время вслушиваться в слова песни, забывая обо всём. Всего на секунду. Но, несмотря на раненую руку, этого оказалось достаточно. Я пырнул замершего гоблина мечом наёмника, а клинком паладина хотел добить, попытавшись снести ему голову. Кровь хлынула фонтаном, но голова осталась на плечах. Пока я отплёвывался, второй гоблин ударил в спину, пронзив меня старым мечом насквозь. Моё тело обмякло и рухнуло на колени, хотя ОЗ не опустилось даже на половину. Я с трудом воздел мечи над раненым врагом, который с ужасом смотрел на меня, пытаясь зажать рану на шее и отползти. Его сородич упёрся сапогом в мою спину, вытаскивая своё оружие, заставив меня рухнуть на гоблина.

Что ж, одним врагом меньше. Теперь надо перевернуться, пока второй гад меня не добил! Но сперва нужно вытащить застрявшее лезвие...

Рывком выдернув кинжал из плеча, я поспешно перекатился на спину, поднимая мечи. Но гоблин замер, застигнутый песней, после чего его затылок пронзила стрела. Этого времени мне хватило, чтобы воткнуть оба меча ему в живот. В лицо снова ударила кровь, а поверженный враг рухнул на землю.

Весь перепачканный землёй и кровью, я вскочил на ноги и огляделся. Ортон с помощью Станиэля уже расправился со своими и теперь помогал Палкивиаду. Хисеаллай выбежала из-за деревьев, потрёпанная, но с довольной улыбкой. Всё-таки ей там досталось, здоровье опустилось меньше пятидесяти.

Я не успел подойти, песнь сделала своё дело, позволив расправиться с оставшимися гоблинами. На ногах остался лишь вожак.

— Не убивайте его! Подождите! — окликнул я игроков.

Палкивиад вместе с Ортоном тут же отошли. Песнь смолкла, а стрела, уже готовая сорваться с тетивы, вернулась в колчан.

— Зачем ты напал на нас, — спросил я вожака, который даже не думал бежать, а лишь с отвращением разглядывал нас. Игроки неспешно вставали рядом.

— Он тебе не ответит, — отозвался вместо него Альтуриан.

Я посмотрел вбок. Принц сидел на поверженном враге. Его меч, с которого всё ещё стекали красные капли, был воткнут в мягкую землю рядом с ним. Он даже не думал помочь нам после того, как ранил тех троих... Ухмыляющийся эльф выглядел жутко.

— Почему? — увидев растущую усмешку принца, поспешно добавил. — Ты знаешь их язык? Можешь выведать у него, зачем он напал?

Не удостаивая меня ответом, Альтуриан бросил пару коротких фраз на неизвестном языке. Вожак пристально посмотрел на меня, снял шлем, открывая сплюснутый нос и запотевший лоб, затем кинул его на землю. Раздался грубый, гневный голос, его слова были явно обращены ко мне.

— Он не станет говорить с тобой. Ты бесхребетный слизняк, чей череп украсил бы его шатёр, вздумай ты бросить ему честный вызов, — с видимым удовольствием перевёл эльф. — По его словам, ты не достоин зваться воином.

— А нападать из засады, с количественным перевесом, это для него воинская доблесть? — хихикнул Станиэль.

— Могу обезоружить его, — предложил принц, пожимая плечами.

Я кивнул ему чуть ли не с благодарностью. Эльф поднялся, взял меч и подошёл поближе.

— Хотя... — протянул он, глядя на меня. — Почему бы тебе самому этого не сделать? Лидер разве не должен защищать свой отряд? Я помню твои слова...

— И глупо погибнуть? — поднял бровь я.

— Нет! — решительно вмешалась Хисеаллай. — Не ведись на его манипуляции! Мы только что победили в честном бою! Убьём этого зелёного вместе, а эльф пусть в сторонке постоит, раз боится перетрудиться!

— Осторожнее, юная леди! — холодно улыбнулся ей эльф.

— Довольно! — прервал я начинающуюся перепалку, которая могла вылиться во что-то ужасное. — Он ответит на мои вопросы, если я его одолею?

Мы нашли место поровнее, которое не омрачали мёртвые тела и кровь на земле. Не все гоблины благополучно развеялись после смерти. Но была и другая причина перейти на новое место. Мне не хотелось оставлять на земле лут без присмотра. Поэтому, как только место схватки скрылось из глаз, ушлый Станиэль бросился подбирать добытые трофеи. Перед глазами постоянно приходило оповещение о новых предметах снаряжения, падавших в мой инвентарь, которые я тут же сбрасывал Палкивиаду. Ведь я могу и проиграть поединок, а так эти вещи послужат ордену, даже если погибну. Хоть бойцы из гоблинов оказались никудышными, но снаряжение соответствовало их уровню. Доставшиеся луки были по урону не хуже, чем оружие Станиэля, но меньшего размера. Такие луки не требовали много усилий при натягивании тетивы, но стрела летела медленнее и на меньшее расстояние. А вот бандитские доспехи гоблинов подкачали. Они не давали никаких дополнительных характеристик, а защиту поднимали максимум на три единицы. Неудивительно, что враги не смогли доставить нам хлопот. Не считая грядущего поединка...

Станиэль добыл почти полторы сотни стрел. Пусть они добавляли к урону всего по две единицы, а его личные аж по четыре, но стрелы в затяжном бою заканчиваются очень быстро, а без них лучник бесполезен. Так же в маленьких котомках отыскались травы. К сожалению, никто из нашего отряда не увлекался алхимией, и мы не смогли узнать ценность растений.

Закончив приготовления, я вздохнул и вышел вперёд, где меня уже ждал крепкий гоблин с седой бородой. Он произнёс что-то язвительное, подняв бровь. Мне повезло, что вожак так и не вернул шлем на голову, теперь элемент брони покоился в рюкзаке Палкивиада. Самая ценная вещь, добытая без боя...

Я медленно потянул мечи, ощущая одной рукой гладкую кость, а другой — прохладную сталь. Вожак удостоил меня ещё парой непонятных фразочек, вытащил булаву и приготовил щит. Что ж, посмотрим!

Я первый двинулся к нему навстречу, он замер в защите, зло скалясь. Размахнувшись, я кинул меч наёмника в него, гоблин легко его отбил. На лице врага появилось недоумение. Следом на щит обрушился второй клинок и упал под ноги вожаку, бессильно звякнув напоследок. Недоумение гоблина переросло в дикий смех. Впрочем, моя выходка не смутила его, и он кинулся ко мне, предвкушая лёгкую победу, совершенно забыв о защите. Жёлтая булава устремилась мне на голову. Вот теперь посмейся! Увернувшись, я оказался у него за спиной, мечи с земли прыгнули в руки. Прежде, чем вожак успел обернуться, оба клинка оставили на его спине красные следы. Из 280 ОЗ у него осталось 243! Не давая ему расслабиться, я использовал «Танец смерти», и мечи располосовали гоблину руку, прошлись по груди и вспороли живот. Адэноэль говорила, что умение эффективно против толпы? Двойной урон от трёх ударов уравнял наши ОЗ. Я отступил, глядя, как жизнь противника медленно убавляется. Боль не позволила гоблину мгновенно ответить мне, раны были слишком серьёзные.

— Достаточно? — громко спросил я его. — Ты сдаёшься?

Альтуриан не стал в этот раз ждать, пока его попросят, и тут же перевёл вожаку мои слова. Я не испытывал иллюзий, гоблин наверняка мог удивить меня в бою. Всё-таки его уровень вдвое выше моего. Уверен, и набор умений есть. Ведь два-три удара — и он отправит меня на поляну. Но удачное начало сказалось. Угрюмый вожак бросил оружие, показывая, что проиграл.

+400 опыта

Вот так дела! За дуэль мне будет идти дополнительный опыт? Здорово!

Опыт

2820/3200

— Что вы тут делаете? — начал допрос я.

Мы расселись на камнях. Хисеаллай держала руки на кинжалах, не доверяя гоблину, да и Палкивиад вцепился в рукоять. Поникший вожак отвечал мёртвым голосом.

— У них задача расчистить местность до появления всей шайки, — переводил Альтуриан. — В полдень тут появятся его собратья.

Следующие вопросы эльф задавал вперёд меня и тут же озвучивал нам ответы.

— У них достаточно большая банда. Стоят лагерем недалеко отсюда. Вчера к ним прилетел посланник от бесов, иногда гоблины помогают им ловить рабов и обменивают кое-какие товары. Быкорикс пообещал щедрую награду, если они смогут выполнить одно задание.

— Какое?

Эльф задал тот же вопрос повелительным голосом, но гоблин не ответил, уставившись в землю.

— Мы просто тратим время... — принц взмахнул рукой, произнося слова заклинания. Изменившийся демонический голос пронёсся по округе. Я внутренне съёжился. С нами нет Израмира, способного снять чары разума.

Лицо гоблина медленно разгладилось, равнодушные глаза застыли, уставившись в одну точку. Интересно, я так же выглядел, попав под магию эльфа?

Альтуриан повторил свой вопрос. На этот раз вожак банды не медлил с ответом.

— Быкорикс велел помешать людям пройти здесь, — принялся переводить принц. — По его словам, рядом находится древний механизм, запирающий воду.

— Голова на стене! — предположил Палкивиад. — Мне сразу показалось, что она похожа на створки, из-за ровной трещины посередине.

— Вождь бесов хотел, чтобы потоки гнилой воды хлынули в нужный момент, рассекая обоз надвое, — странно улыбаясь, продолжал говорить эльф. — В озере полно опасной живности, местность будет потоплена и испорчена. Мне начинает нравиться этот гадëныш! Не нарушая перемирие, он всё же пытается переиграть вас.

— Станиэль! — тревожно окликнул я.

— Рок уже знает! — напряжённо ответил лучник, по-видимому, переписываясь с кем-то.

— Это ещё не всё, — вслушиваясь в бормотание вожака, проговорил Альтуриан. — Около двухсот гоблинов вскоре окажутся здесь. Они надеются поживиться тем, что найдут на дне озера. Там, под слоем ила, должно быть немало сокровищ.

— Замечательно...

— Лио, Рок передаёт приказ герцога... — нерешительно сказал Станиэль.

— Дай угадаю, стоять насмерть?

Лучник покачал головой.

— Он говорит, что даже смерть не станет нам оправданием, если гоблины исполнят задуманное...

Глава 8

— Альтуриан, ты можешь уходить, — тихо сказал я принцу. — Ты нам ничем не обязан. У тебя впереди своя война.

Гоблин проводил нас до рычага, который, по мнению зеленокожих, должен был отворить створки. Можно сто раз пройти мимо этой скалы и не обратить внимание на обломок, торчащий из неё. Куски белых камней, выглядывающие из-под земли, наводили на мысль, что тут когда-то было сооружение, построенное для защиты механизма.

— Это в тебе благородство сыграло или ты боишься, что я сам выпущу вам на головы потоки воды, а потому пытаешься задобрить меня? — с надменной ухмылкой поинтересовался эльф. — Успокойся, от вашей смерти мне никакой пользы. Скажи лучше, что делать с ним?

Гоблин, на которого указал Альтуриан, стоял, слегка покачиваясь, с глупой улыбкой на лице. Я отвернулся, ловя на себе заинтересованные взгляды друзей, и посмотрел на небо. Отпускать гоблина было нельзя, он предупредит своих сородичей.

Сзади послышался звук извлекаемого из ножен клинка. Мне понадобилось меньше секунды, чтобы обернуться, но было уже поздно. Меч эльфа пронзил гоблина насквозь, затем Альтуриан резко вынул его и с размаху опустил на шею зеленокожего. Я ошеломлённо смотрел на хлынувший фонтан крови и голову, покатившуюся по земле.

— Зачем убивать пленника? — ахнула Хисеаллай, враждебно глядя на принца. Да и остальные посмотрели на него с неодобрением.

— Ваш лидер слишком мягкий для этого, — холодно ответил Альтуриан, тряхнув клинком и очищая его от капель крови. — Я избавил его от бремени выбора.

— Это было решать Лиониксу! — резко сказал Палкивиад. — Но не тебе!

— Решать, кому жить, а кому умереть — моё королевское право! — после короткой паузы бросил эльф. — Его нельзя было отпускать, а значит...

— Но можно было использовать, — покачал головой я. — Он зачарован. Мог бы пригодиться в бою.

— Я привык убивать врагов, а не жалеть их, — отрезал Альтуриан. — Гоблин мне бы только мешал. Держать разум в подчинении не такое уж простое занятие. Может, вам стоит сосредоточиться на спасении вашего драгоценного обоза, а не оплакивать мёртвого врага? Или отложите это на потом... Ведь ещё до конца дня я прикончу дюжину таких, как он. Будет возможность скорбеть над всеми сразу... Если выживите, конечно.

Игроки пристыжённо замолчали, выслушав необычно длинную, для эльфа, речь. Лишь Станиэль остался невозмутимым, подбирая светящиеся трофеи с трупа гоблина. Принц вложил чистый меч в ножны и направился к хлипкой переправе.

— Что будем делать, Лио? — остро взглянул на меня Палкивиад. — Пусть эти разбойники не такие бойцы, как бесы, но их много. Эльф, может, и разделается со всеми благодаря своим способностям, но мы к этому времени будем уже мертвы.

— А какой у нас выбор? — негромко произнес я. — Нужно тянуть время. Простите, не могу вам сказать то же, что и эльфу. Вас я никуда не отпущу. Даже тебя, Стани.

— Плохо ты меня знаешь! — хмыкнул друг. — Я бы такое ни за что бы не пропустил. Интересно, если справимся, нам вручат какой-нибудь орден? Должны же были быть в Империи ордена? Или полцарства и принцессу в придачу?

— А ты не боишься, что твоя принцесса это услышит? — вкрадчиво спросила Хисеаллай, с милой улыбкой.

Хейока, Палкивиад и Ортон расхохотались.

— Эх, а ведь мне просто хотелось выполнить обычное задание! — с сожалением протянул я, глядя на них.

Нам повезло. После долгих, тягостных минут молчаливого ожидания, лишь изредка прерываемого разговорами о том, что будем делать в случае смерти, где-то неподалёку послышались тревожные человеческие голоса. Поначалу мы испуганно встрепенулись, дело шло к полудню, и мы сперва ждали ораву гоблинов, к тому же с совершенно другой стороны, среди деревьев, мелькнули знакомые зелёные имена, а за ними показались и головы игроков, развевая все сомнения.

— Ты глянь, это же Бурбырик со своими! — не боясь, что его услышат, воскликнул Хейока.

— К счастью, не только он — заметил Палкивиад, поднимаясь и неодобрительно поглядывая на высокомерное лицо появившегося магистра. — Среди них ребята Ворона и Ролайн.

— Орден Серебряной Лилии не остался в стороне, и пара ребят из Рыцарей Хаоса пожаловали на помощь, — воодушевлëнно сказал Станиэль.

— Твои братья по ордену тоже пришли, — моя улыбка была до ушей.

Глаза радостно скользили по разнообразным доспехам. В них люди выглядели бывалыми воинами. У каждого гордая, уверенная походка, прямая осанка и изменившиеся взгляды. Всё это заставляло забыть о том, что передо мной всего лишь игроки. Да они и сами едва ли об этом помнили. Проводя столько времени с надейцами, поневоле начинаешь брать с них пример и вести себя соответственно. Вероятно, игра тоже вносила свою лепту, но я помню толпы раздетых новичков, появившихся на поляне. Не было в них такого благородного облика, который я сейчас видел в каждом из прибывших союзников.

Отряд приблизился к нам и остановился. Вперёд вышел Бурбырик.

— Нас послал герцог Колгрим, — торжественно начал он. Я скользнул взглядом по лицам игроков, на многих появились ухмылки, но магистр и не думал обращать на это внимания. — Он велел продержаться до подхода главных сил.

— Среди вас только лучники, — не дал ему продолжить я. Несложно было догадаться, почему Бурбырик многим не нравился. Он ролевик, вживается в свой образ и следует ему. Столько пафоса в голосе я не слышал даже у надейцев. Другие магистры, когда дело не касалось чего-то серьёзного, всегда оставались простыми в общении с игроками. С другой стороны, если узнать характер Бурбырика, с ним всегда можно будет найти общий язык, главное — понять его мотивацию и намерения.

— Ты верно заметил, — повёл головой магистр. — Нас собрали наспех, мы двигаемся куда быстрее, чем воины в тяжёлой броне. Полпути мы проделали на лошадях, когда появились буреломы и лес, всадники герцога развернули коней, а мы поспешили наверх.

Станиэль, который, очевидно, не был знаком с Бурбыриком, поначалу с удивлением вслушивался в эти слова, затем его лицо становилось всё более недоумевающим, а после он расхохотался, заражая смехом остальных.

— Не думаю, что в нашем положении есть что-то смешное, — невозмутимо сказал Бурбырик, заставив игроков прыснуть в очередной раз. К общему веселью не присоединились лишь его люди, а также Палкивиад, хмуро взирающий на магистра, и Альтуриан, во взгляде которого читалось неприкрытое презрение. Я сдержался, ограничившись лишь улыбкой. — Среди нас больше нет магистров, поэтому оборону возглавлю я лично.

— Ещё чего! — отрезал Палкивиад.

Бурбырик перевёл взгляд на танка, немного помолчал, подождав, пока все успокоятся и восстановится тишина.

— Я тебя помню... — задумчиво произнёс магистр. — Ты один из тех, кто угрожал моим людям и, считай, помог ограбить их. На твоё счастье, Рок мне всё возместил. Но ты дал своему управляющему слишком много власти, — обратился Бурбырик уже ко мне. — Ваш орден слаб. Если бы Страж и Хоннорат не покровительствовали ему, то у вас и людей бы не осталось. Такие недружелюбные действия и необдуманные слова рано или поздно могут вылиться в войну. Прошу это запомнить.

— Ты ведь сам сказал, что мой орден неприкасаем, — невозмутимо ответил ему я. — Насчёт силы ордена я бы поспорил. Можешь попробовать обсудить это с моим рыцарем-командором... Вдобавок это в твоих словах мне послышалась угроза, хотя никаких поводов мы не давали. Твои дурни сами виноваты, могли бы запросто уйти с оружием в руках. Вместо этого они оскорбили кузнеца. Но я рад, что Рок со всем разобрался и никто не остался в обиде. Что касается намечающегося сражения... Нас возглавит Его Высочество принц Альтуриан. Опытнее командующего нам не найти.

Я обернулся на эльфа, рассчитывая на его согласие. Холодные фиолетовые глаза неотрывно смотрели на меня. Принц мог решить, что это насмешка, пришла в голову запоздалая мысль, от которой стало не по себе. Я не отводил взгляд до тех пор, пока тёмный эльф не качнул головой.

— Встанете на той возвышенности, — буркнул он. — Будете расстреливать всех, кто бросится к вам. Когда меня окружат, можете помочь как стрелами, так и мечами. Пространства слишком много, они нагрянут всем скопом.

Главой отряда становится Альтуриан.

Тип отряда изменён на «рейд».

Пологий холм, который мы заняли, был не слишком высокий. Слева, совсем близко, находилось пузырящееся бурое озеро. Поднявшийся лёгкий ветерок не мог отогнать невыносимую вонь. Сидя на земле, мы мечтали о том, чтобы сражение закончилось как можно быстрее. Хотелось убраться подальше отсюда.

Позади находился тот самый механизм, способный в считанные часы избавиться от отвратительной жижи некогда прекрасного озера. Конечно, если гоблины решат броситься сразу к нему, они смогут обойти нас как слева, так и справа. Но мы надеялись, что сперва они захотят расправиться с нами. Эльф расположился внизу, не желая находиться с нами рядом. Вонь болота была ему нипочём, да и брезгливостью он не отличался. Голову мёртвого вожака Альтуриан насадил на острую палку и воткнул её в землю, а сам уселся неподалёку, в ожидании врагов. Серо-бурые фигуры гоблинов уже замаячили вдалеке, густой массой направляясь в нашу сторону.

Справа от нас был холм повыше, наполовину заросший деревьями. Несмотря на близость озера, ветки деревьев были украшены незнакомыми, красивыми плодами, попробовать которые мы так и не решились.

— Даже птиц нет, — невесело сказал Хейока.

— Зато жаб полно! — отозвался неунывающий Станиэль. — Слышишь, как рычат? Интересно, что из них можно получить? Выглядят опасными, двенадцатый уровень и выше.

— Мне не интересно, — отрезал певец. — Пока не дойдём до следующего места возрождения, рисковать не стану!

—Да? А сейчас ты что делаешь? — весело поддел лучник.

—Это необходимость, — не согласился Хейока. — Ещё и приказ герцога. Тут уж ничего не поделать. Скажет лезть в пасть к жабам — придётся лезть.

— Вот именно! Вас не напрягает, что после появления герцога все игроки отошли на второй план? — внезапно вмешался Бурбырик. Так уж получилось, что он со своими стрелками сидел обособленно, но слышать нас ему ничего не мешало. — Не мы теперь строим планы и решаем, что делать. А ведь были спасителями для надейцев. Даже Хоннорат почти не вмешивался в наши решения.

— В наши? — остро взглянул я на него. — Всем, от начала и до конца, заправлял Рок. Потому что он может, а ты и я — нет.

— Говори за себя! — посоветовал магистр. — Ты был у всех на побегушках, а в награду у тебя отобрали орден. Я же смотрю дальше.

— И много ты увидел из-за спин других? — съязвила Хисеаллай. Её капюшон был откинут, позволяя светлым волосам рассыпаться по плечам. — Ведь на советах тебя не было, с тобой никто не считался. Хочешь сказать, ты непризнанный гений?

Бурбырик повелительным жестом остановил подорвавшихся рыцарей своего ордена.

— Спокойно! Слова обычной убийцы ничего не изменят. Нас сейчас ждёт драка посерьёзнее.

— Убийца? Да! — подтвердил я с улыбкой. Показная реакция его людей меня совершенно не беспокоила. Даже такой странный человек, как Бурбырик, должен понимать, что если он возьмётся за оружие, то путь его ордена в этих землях тут же закончится. — Но Хис далеко не обычная. Я бы не решился её злить.

Девушка благодарно улыбнулась.

— Враги на подходе! Пора готовиться! — сказал магистр, не обращая на мои слова никакого внимания. Глядя на его фигуру в тёмных пластичных доспехах, сверкающих на солнце, я подумал, что он мог бы произвести то впечатление, которое пытался. Если бы больше молчал. А так, каждая его фраза вызывает лишь улыбку. — Доставайте знамя!

В руках одного из его людей появился золотистый шест. Я с интересом рассмотрел их эмблему в полный рост. Алое полотнище, на котором был изображён мультяшный синий ёж с моноклем на глазу.

Тут я не выдержал вместе со всеми. Хохот десятков голосов пронёсся над окрестностями.

— Я пойду к эльфу, — громко объявил Бурбырик. — Быть может, мы сможем поговорить с нашими врагами. Среди вас нет того, кто мог бы взвалить на себя эту обязанность, так что...

Он демонстративно начал спускаться. Увидев вопросительный взгляд Станиэля, я только махнул рукой. Мне не верилось, что дело может закончиться мирно, поэтому безумный магистр навредить не сможет. Разве что себе.

— Пусть попробует, — ещё смеясь, сказал я. — Может, мы о нём чего-то не знаем, и он знаток гоблинского языка. Но беспокоить эльфа сейчас — вверх глупости. В одном он прав: враги уже рядом, готовьте луки!

Стрелки стали в ряд, даже люди Бурбырика мгновенно подорвались, доставая из-за плеч тяжёлые арбалеты, заставившие меня завистливо вздохнуть. Ордена как-то ухитрялись добывать себе снаряжение даже в таких непростых условиях. Вот только делиться лазейками никто из них не спешил.

Орда гоблинов медленно обходила озеро, даже не думая воспользоваться ненадёжной переправой. Крикливые, резкие голоса слышались довольно отчётливо. Фигуры низкорослого народца совершенно не внушали страх, несмотря на их количество. Вот будь на их месте бесы или тёмные эльфы… Но мне ещё не доводилось видеть настоящих гоблинских воинов. Быть может, мне пришлось бы поменять своё мнение, если бы на нас надвигались они. Гоблины — играбельная раса, достаточно популярная среди игроков. Наверняка есть у них и собственные элитные воители и могущественные колдуны.

Жаль, что всех этих бандитов придётся перебить. Были бы тут игроки их расы… Я с сожалением вздохнул. Такой потенциал пропадает!

Впереди, верхом на толстом и крупном кабане сидел крепкий гоблин, один из немногих, кто выглядел опасным. Левой рукой он сжимал поводья, во второй сверкал внушительный топор с загнутой ручкой из тёмного дерева. Его лицо было не разглядеть из-за шлема с конским хвостом. Но сомнений не оставалось — нас он тоже заметил. Пылающие красные буквы над его головой подсказали, что это и есть главарь всей шайки, очевидно, сбитой из разных групп гоблинов-разбойников, так как среди отряда мелькали несколько вожаков.

Невзрачные, лёгкие доспехи висели на каждом бандите. У многих не доставало того или иного элемента брони. Такие места в лучшем случае прикрывала грязная серая накидка. Но нередко целые участки тела оставались незащищёнными, выставляя напоказ зелёную, покрытую волосами кожу.

Планы Бурбырика пошли коту под хвост. Как только гоблины завидели насаженную голову вожака, возле которой вальяжно развалился эльф, до нас донеслись яростные вопли. Главарь даже не подумал остановиться, лишь направил топор в нашу сторону. Лучники выбежали вперёд, обгоняя медленно бредущих воинов ближнего боя. Бурбырику пришлось поспешно ретироваться, видя поднимающиеся вверх луки в руках разбойников. Он бегом бросился к нам под презрительным взглядом принца. Сам Альтуриан неторопливо поднялся, не забыв вытащить меч, и укрылся за одиноким деревом, пережидая первый залп стрел. Фиолетовые глаза безучастно смотрели на нас. Его скрещённые руки покоились на навершии клинка, упёртого в землю.

Пущенные навесом стрелы отбарабанили дробь по земле, покрывая небольшой участок рядом с деревом. Пусть причинить вреда они не смогли, но когда гоблины подойдут поближе, мало нам не покажется.

— Кучно кладут! — с тревогой сказал Станиэль, выражая общую мысль. — Их слишком много, стрелков так просто не перебить, да нам и не дадут.

Я промолчал, выбора всё равно не было. Отступать нельзя. Сейчас вся надежда на горделиво застывшую фигуру под деревом.

Вперёд вновь пошли гоблины с оружием ближнего боя, оттесняя лучников назад. Часть из них сместилась вправо, направляясь прямо к нам. Когда им до дерева оставалось несколько шагов, Альтуриан стремительно вышел навстречу врагам, заставив тех остановиться. Он взмахнул мечом, словно приглашаю к дуэли сидящего на кабане гоблина, но главарь только оскалился и повёл рукой. Устрашающе заорав, гоблины кинулись на тёмного эльфа.

В ту же секунду мир вокруг меня потускнел, словно избавляя от ненужных деталей. А внизу холма появилась подсвеченная область, приглашая встать на неё. Слегка удивлённый, я направился туда и заметил, что рядом со мной идут Ортон, Палкивиад и Хейока. По их сосредоточенным лицам мне несложно было понять, что они сталкиваются с таким не впервые Да и я уже начал догадываться, в чём дело, когда встал на обозначенное место, а мир снова налился красками. Альтуриан взял управление отрядом в свои руки, указывая, что делать, хотя уже столкнулся с первыми противниками, мгновенно убив двоих из них. Это не испугало гоблинов. Они ринулись эльфу за спину, обступая его со всех сторон.

Позади нас послышались знакомые звуки спускаемой тетивы. Рой стрел обрушился на зелёных разбойников, первые стоны раненых врагов неприятно царапнули по ушам. Резко повернув голову, я увидел, как игроки прикладывают к луку новые стрелы.

Понаблюдать за эльфом издалека не получилось. Гоблины взяли его в кольцо, но бросаться на холм не спешили. Они подходили всё ближе, с луками в руках. Но те, кто заходили с другой стороны, уже были совсем рядом, подбегая с воплями и оружием в руках.

Что ж, принц, может, и уцелеет, но нам такую ораву не остановить. Я покрепче сжал оружие, глядя на приближающихся бандитов. Жестокие и злые лица больше не вызывали сочувствия. А охотничий азарт в блестящих, жаждущих крови глазах был отвратителен. Наши стрелы щёлкали не переставая по передним рядам гоблинов, заставляя тех валиться на землю, но и их лучники не бездействовали, осыпая стрелами в ответ наших союзников на холме. К счастью, по нам четверым они не стреляли. Игроки, сверху поливавшие смертью, были для них опаснее. Но откуда гоблинам было знать, что людей хорошо подготовили, прежде чем отправить сюда. В перерывах между стрельбой, покалеченные рыцари выпивали склянку за склянкой, быстро восстанавливались и вновь брались за лук. Арбалетные болты щёлкали реже, но иногда прошивали врагов насквозь, калеча и тех, кто бежал позади. Глаза уловили блеклую вспышку, заставившую меня зло усмехнуться, когда я вспомнил умения эльфа. Пусть мы погибнем, но перед этим уничтожим много зелёных злобных тварей.

Хейока запел в тот момент, когда гоблины были уже готовы обрушиться на нас. Враг передо мной даже подпрыгнул, занося кинжалы. Песнь застигла его прямо в воздухе. Я отступил, позволяя ему рухнуть на землю, и вонзил мечи в шею ничего не понимающего противника. Следом прилетели стрелы, унося жизни ещё нескольких бандитов. Но остальные налетели гурьбой, отсекая нас друг от друга. Чарующая песнь тут же оборвалась. Стараясь не обращать внимания на засевшие в груди гоблинские кинжалы, стерпев удар булавой, обитую острым железом, я активировал «Танец смерти», находясь в гуще врагов. Мечи безошибочно нашли слабые места, вонзаясь в мягкую плоть и оставляя глубокие раны. Одному бородатому гоблину, который и так был едва живой после залпов стрел, я снёс голову, и, к своему ужасу, почувствовал удовлетворение от вида мёртвого тела врага, ударившего фонтана крови и покатившейся головы. Противники замешкались, и это дало мне время взглянуть в сторону певца. Хейока со всех ног улепётывал к стрелкам, но по струнам всё-таки ударил, повышая урон окружающих союзников. За ним бежали пятеро гоблинов, на которых переключились лучники. Один за другим, оторвавшиеся от своих, враги падали на землю, пронзённые меткими стрелами.

Вспышка света окутала меня. Изрядно просевшая полоска жизни в одно мгновение полностью восстановилась. Неожиданный прилив сил заставил меня зажмуриться от восторга.

Вы достигли 7-го уровня!

Открыто уникальное заклинание: «Божественное исцеление»

В момент, когда надежды не остаётся, Хранитель взывает к Богине Теффании, дабы она проявила милость и исцелила нуждающихся.

Описание:

Полностью исцеляет выбранные цели и избавляет их от отравления, проклятия, немощи, увечья, слепоты, оглушения и других негативных эффектов. Количество целей зависит от уровня заклинателя. Невозможно заглушить другими обычными, необычными, редкими способностями и заклинаниями. Можно заглушить другими уникальными, эпическими, легендарными и божественными способностями и заклинаниями. Не действует на нежить, элементалей, механических существ, демонов, призванных существ. Не воскрешает павших союзников.

Использование: 1 раз в сутки. Время начнёт отсчитываться с момента использования.

Время применения: 30 секунд.

Как же вовремя! Я отбивался от наседающих гоблинов, понемногу отступая, стараясь парировать все удары. Совсем рядом раздался рык, заставивший противников задрожать и остановиться на несколько секунд. Палкивиад выскользнул из толпы врагов.

— Нужно подняться повыше! — отчаянно крикнул он. Танк сдерживал урон достаточно долго, использовав все свои умения, и теперь его полоска жизни тревожно мигала красным.

Я обвёл глазами поле боя. Эльфа не видно, гоблины со всех сторон подступают к холму. Иконки Хейоки и Ортона посерели. Стрелы всё же настигли барда. Лучники гоблинов подошли ближе и били прицельнее, убив несколько игроков. Наши стрелки тоже серьёзно проредили ряды врагов справа, сильно помогая нам, но тех это не остановило. Враги чуяли победу и бросались вперёд.

— За спины стрелков! — я мотнул головой, поспешно отходя назад от очнувшихся противников. — Мне нужно тридцать секунд!

— Там нас накроет стрелами! Мы не выживем!

Верно...

— Пал, тогда держи их... — негромко сказал я, посмотрев ему в глаза.

Он понял, улыбнулся и шагнул вперёд навстречу врагам.

Я отпрыгнул подальше, не теряя драгоценные секунды. Моё тело само опустилось на колени, руки поднялись вверх к небесам, в мозгу всплыли незнакомые слова, которые губы самовольно повторяли. По телу словно гулял ток. Я выделил иконку Альтуриана, чьё здоровье просело на две трети, затем, надеясь на чудо, щёлкнул по нику Палкивиада, а также выбрал Станиэля и Бурбырика. Жаль, что исцелить можно только семерых...

Я увидел, как стрела Станиэля срикошетила в троих раненых гоблинов, и те с хрипами упали перед Палкивиадом. Ещё несколько вырвавшихся вперёд врагов рухнули на землю, сражённые меткими лучниками, но за ними подоспели другие. Щит танка затрясся, сдерживая удары мечей, топоров и кинжалов. Совсем ещё юный гоблин оказался за спиной у Палкивиада, держа в руках длинную дубину. Я в отчаянии смотрел, как он широко размахнулся, поднимая оружие над головой моего управляющего. Позади гоблина материализовалась Хисеаллай, и не раздумывая, провела кинжалами по горлу зарвавшегося врага. Оттолкнув его ногой, она занялась следующими разбойниками, быстро передвигаясь рядом с ними, не позволяя им обступить себя. Ещё живой юный гоблин повернулся в мою сторону, держась обеими руками за горло. Удивлённые, недоумевающие глаза скользнули по моему лицу. Затем в них мелькнуло понимание и испуг, а после он медленно опустился лицом на землю, задёргался и через пару секунд затих.

Моё сердце снова дрогнуло. Только недавно мне хотелось убить всех гоблинов, но этот образ умирающего мальчишки, который, будь у него возможность, сам бы перерезал нам всем глотки, прочно засел в голове, и заставил задуматься, можно ли этого было избежать, и правильно ли мы поступаем.

Но вот с неба устремились белые столпы света, озаряя раненых лучников, едва живого Палкивиада, распростёртую на земле Хисеаллай, на которой сидел ухмыляющийся гоблин-вожак, запрокидывая над ней кривой кинжал. Врагов, попавших под золотистый свет, отбросило на небольшое расстояние, не причинив им вреда. Но даже те гоблины, что почти добрались до игроков на холме, замерли, с опаской поглядывая на небо.

Палкивиад помог подняться девушке, и они оба отступили ко мне. Я грустно улыбнулся им, снова взявшись за мечи. Скользнул взглядом по сторонам, в очередной раз убеждаясь в безнадёжности происходящего, и замер, разглядывая устрашающего воина, возникшего на соседнем холме. Гоблины ещё не заметили статного рыцаря в сером развевающемся плаще и с огромным ромбическим щитом в руке. Я расхохотался, когда враги снова двинулись вперёд. На обратившиеся ко мне тревожные взгляды Хисеаллай и Палкивиада торжественно ответил всего двумя словами:

— Мы справились!

Громко запел рог, вновь заставивший гоблинов остановиться и взглянуть на место, откуда шёл звук. Лотерн вытащил меч и взмахнул им. Из-за холма хлынули сверкающие ряды пехотинцев. Верхушку заняли игроки и стражники-надейцы, вооружённые арбалетами и луками. Дожидаться, пока по ним полетят стрелы, испуганные гоблины не стали. Резво развернувшись, они драпанули назад, сбивая и отталкивая друг друга, с громкими криками, в которых отчётливо слышался страх. Но воины герцога успели врубиться в их ряды, ударив им в бок.

Я осторожно пошёл вперёд, не пытаясь догнать резвых гоблинов. Палкивиад молча пристроился рядом, но растворяющаяся фигура Хис плыла далеко впереди. Игроки позади нас не церемонились, посылая стрелы вдогонку убегающим бандитам. Внушительный залп стрел последовал и с соседнего холма, накрывая мечущихся зеленокожих.

Всё кончилось в считанные мгновения. Рыцари в латах не могли угнаться за гоблинами и остановились, опуская мечи. Ещё какое-то время свистели стрелы, но вскоре разбойники оказались вне досягаемости даже для лучников.

Я медленно шёл, поражаясь количеству тел, оставшихся после сражения. Многие исчезали прямо на глазах. В кругу наваленных друг на друга мёртвых гоблинов сидел израненный Альтуриан и не мигающим пустым взором смотрел на обломки своего меча в руках. Мне не хотелось его окликать, я почти боялся того момента, когда он сам поднимет взгляд. Сзади послышались шаги. Надейцы и игроки тихо перешёптывались, глядя на дело рук эльфа. Главарь разбойничьей шайки тоже не избежал смерти. Его собственный топор торчал у него в голове, а само тело было разрублено пополам, открывая взору излишние подробности гоблинских внутренностей, на которые уже слетелись мухи. Кабанье рыло ездового зверя лежало тут же, рядом со своим мёртвым хозяином.

— Кажется, главная проблема местных в том, что они не понимают, насколько силён их противник, — негромкий голос Станиэля донёсся до моих ушей.

— Верно. Мы хотя бы видим уровень... — ответил ему другой игрок.

Голоса словно пробудили Альтуриана. Он медленно моргнул, затем, сморщившись, с трудом поднялся. Хотелось ему помочь, но вряд ли он бы это позволил. Скорее, оттолкнул бы меня. Обломки прекрасного меча эльф не стал выбрасывать, острый конец закинул в заплечный мешок, а часть с рукоятью просто засунул в ножны.

— Принц Альтуриан, вы спасли всех нас! — начал говорить я, едва не вздрогнув, когда фиолетовые глаза вперились в меня. Можно было предоставить это другим, но вряд ли бы они смогли сказать то, что мне казалось необходимым в этот момент. — Хотя были не обязаны рисковать собой ради людей. Мой орден в неоплатном долгу перед вами.

— Мы же договаривались, Лионикс... Или лучше сказать, Хранитель? Отбросить бессмысленную вежливость, — лицо эльфа скривилось в усмешке.

— Хранитель?! — раздались удивлённые голоса позади.

Я немного помолчал. Шила в мешке не утаишь. Использовав способность, я раскрыл себя, хотя Альтуриан и без этого узнал, кто я, став лидером отряда. Теперь эта новость мгновенно облетит всех, а к вечеру и самый недалёкий игрок будет знать, кто такие Хранители во всех подробностях. Уверен, узнают больше, чем я сам. Было немножко обидно, что я оказался первым, кто был вынужден выложить козыри на стол. Ведь сомневаться не приходилось — многие игроки уже владеют собственными уникальными ролями. Но у них хватает ума, чтобы не светиться до поры до времени.

— Только наедине! — улыбнувшись, пожал плечами я, вспоминая слова Гакона. — Все должны помнить, что вы принц, спасший нас от множества проблем. Неизвестно, сколько сегодня человек остались живы благодаря вам. Я даю слово, что вы всегда можете рассчитывать на мою помощь и поддержку. Даже если сейчас это немногого стоит.

— Верно! — поддержал появившийся сбоку Лотерн. — Принц Альтуриан, ваша доблесть и воинское умение выше всяких похвал! Я бы не рискнул скрестить с вами клинки, хотя многие считают меня неплохим воином. Но против такой оравы гоблинов мне не выстоять без моих парней за спиной. Ваш подвиг не будет забыт! Герцог Колгрим узнает о том, что вы сделали.

Воин повернулся, одобрительно взглянул на меня и ушёл прочь, раздавая бойцам указания. Пехотинцы устраивались под тем самым холмом, где недавно стояли мы. Стражники с луками заняли вершину. Теперь только стрелков-надейцев было около тридцати. Если бы гоблины попробовали атаковать сейчас, то они даже подойти бы не сумели без значительных потерь. А снизу бы их встретил строй воинов, а не неумелых игроков.

— Что ж, мы своё дело сделали, — проговорил Альтуриан. Его раны исчезали на глазах, пятна крови начали тускнеть, а тёмные длинные волосы снова вернули свой прежний вид. — Думаю, мы можем возвращаться, здесь и без нас справятся. Да и обоз вскоре минует то место, где гнилая вода смогла бы навредить им.

— Да, — грустно подтвердил я, думая про Хейоку и Ортона, которым не удалось пережить схватку. — Нам тут больше делать нечего.

— Мой лук ещё может пригодиться, — заметил Бурбырик.

—Да и я, пожалуй, останусь, — вздохнул Станиэль. — Лучше перестраховаться. Подвергать лишней опасности воинов герцога ни к чему.

Весь лут, собранный после боя, Лотерн, несмотря на возмущение некоторых игроков, безжалостно изъял, объяснив это тем, что всё отправится на хранение в арсенал. К счастью, то, что успели подобрать мы во время боя и до него, он не тронул. Пусть доспехи гоблинов оставляли желать лучшего, но, может, их получится хотя бы продать.

Увидев, что споры закончены, мы подошли к легионеру.

— Собрались уходить? — понимающе кивнул он. — Я отправлюсь с вами, здесь останется Торн. Подождёт часик-другой, затем они догонят нас. Всё-равно обоз скоро встанет на отдых.

— Не много ли людей оставляем? — с сомнением спросил я, покачав головой. — Почти сотня человек, значительная часть наших сил.

Над землёй пронеслась тень и так же быстро исчезла. В небе мелькнул уродливый силуэт огромного существа, стремительно уносившийся от нас и поднимавшийся всё выше.

— Виверна, — спокойно сказал Лотерн, ничуть не удивляясь. — Вестник бесов. Должно быть, смотрел, чем закончится затея Быкорикса. Надеюсь, он лопнет от злости, когда узнает, что горстка людей во главе с тёмным эльфом сорвала его замыслы. Нам пора уходить.

Обратный путь занял почти два часа, прежде чем вдалеке засверкали доспехи бредущих воинов. За это время Лотерн поведал, что хоть отряд герцога потерял около тридцати человек в последней битве, но среди надейцев нашлось немало тех, кто захотел вступить в рекруты. Так же герцог велел одному из легионеров вплотную заняться обучением стражников. Теперь они тоже перейдут в подчинение герцога, пусть и не будут считаться полноценными воинами, готовыми вступить в армию, но смогут обеспечить безопасность мирных людей, а также начнут эффективно бороться с преступниками.

Такие новости не могли не радовать. Даже в пути наша сила растёт. Пускай рекрутам ещё предстоят долгие недели тренировок, прежде чем они смогут стать пехотинцами, но без дела никто не сидит. Игроки улучшают свои навыки. Появилось несколько выдающихся алхимиков, которым, правда, не хватало оборудования, стеклянных колб и ингредиентов. Есть лекари, полезные не только в бою, но и умеющие вылечить слабые болезни, которые иногда появляются у кого-то из надейцев, да и среди игроков были те, над кем висели значки дебафов из-за простуды или плохо приготовленной пищи. Действовали болячки недолго, но характеристики снижались, а у пострадавших появлялись неприятные ощущения. Теперь все могли подойти к ученику Хоннората и избавиться от хвори. Маг за это получал опыт, а иногда и монеты.

Воинские навыки тоже росли, но до хорошего результата ещё было далеко. Повсеместно вспыхивающие дуэли это подтверждали. Помимо способностей, ничего красивого и напоминающего бой в них разглядеть было сложно. Поначалу каждый старался повторить то, чему обучался, но потом всё превращалось в обмен ударами, где соперники хотели затыкать друг друга побыстрее и лишь изредка уворачивались, даже не пытаясь парировать. Но были исключения, к которым, не без гордости, я относил и себя.

С магами дела обстояли лучше. Двенадцать человек обучал Хоннорат, но только девять из них были игроками. Каждый из них усердно старался, понимая, что именно от них многое зависит. Магическая мощь росла быстро и уверенно. Искра, несмотря на свои опасения, стала превосходным магом огня, в её арсенале было уже более десяти заклинаний. По словам Палкивиада, использовала их она умело и не раздумывая, мгновенно переключаясь с одного на другое при необходимости. Как-то раз, во время осады, находясь в гуще сражения, успела заметить летящий в неё магический снаряд и закрыться в огненный кокон, блокирующий какое-то количество урона, за секунду до того, как снаряд в неё врезался, затем Искра тут же вернулась в бой.

Кристалл не была такой отчаянной, появлялась там, где нужно, стараясь оставаться в безопасности, но обрушивая на врагов ледяную смерть. Магия земли, которую использовал Пенчекряк, не была такой смертоносной, он решил комбинировать поровну защитные и атакующие заклинания. И это уже не раз спасло десятки игроков от смерти. Сам он как-то заявил, что просто не может игнорировать такие полезные способности, хотя была возможность выбрать другие, и наносить урона не меньше, чем это делали другие стихийные маги.

Самой слабой магией пока казалась некромантия, и давалась она Кассандре с трудом. Третий круг магии позволял вызывать могущественных помощников, но пока девушка застряла на втором. Сложность заключалась в правильном произношении долгих заклинаний вызова, на которых приходилось полностью концентрироваться. Хоннорат поблажек не давал и добивался, чтобы Кассандра могла это сделать на память, не подглядывая в книгу магии, и в абсолютно разных условиях, будь то холод, жара или землетрясение. Ещё мешало то, что в её мёртвых помощниках нуждались всегда, потому времени на обучение у неё оставалось меньше всех.

Хилов среди магов оказалось сразу несколько. На наше счастье, Хоннорат был не единственным сведущим в искусстве исцеления. Среди огров нашёлся лекарь, благодушно согласившийся поделиться знаниями, он взял к себе сразу пятерых учеников. Старушка Деморталис, которую надейцы за глаза называли ведьмой, тоже взялась обучать двоих игроков, хотя Израмир изучал у неё же совсем другие защитные заклинания. Таинственная старушка послужила поводом для многих разговоров. Казалось странным, что она появилась среди нас почти одновременно с Хонноратом, ведь до этого о людских магах не слышали очень давно. Но разговоры оставались разговорами, подступаться к ней с вопросами никто не решался, благоразумно рассудив, что дарёному коню в зубы не смотрят. Я не сомневался, что её история ещё получит продолжение, ну а пока, благодаря ей, мы получили трёх сильных магов поддержки.

Школа исцеления у всех учителей отличалась во всём. Ученица Хоннората пошла по пути полноценного лекаря. Все заклинания, помимо одного, зачастую действовали на группу союзников. Лишь одно умение, наносящее урон, девушке пришлось оставить, чтобы в одиночку справляться с мобами. Ученики огра больше специализировались на усилении одной цели, вливая в него огромное количество здоровья и повышая характеристики и восстановление. И не удивительно. Огры сейчас малочисленны, но и по одиночке достаточно сильны. А вот школа Деморталис была отнюдь не безобидной. Заклинатели сначала отбирали жизнь у врагов, а после передавали её союзникам поблизости. Каждое мёртвое существо рядом влияло на ауру регенерации, добавляя по одной единице, за каждые два трупа, всем вокруг в радиусе двухсот метров. Ещё одна смертоносная аура отбирала жизнь у врагов и передавала её магу. Вдобавок ученики Деморталис могли существенно ослабить противников с большого расстояния.

Тоже самое можно было сказать и о шаманах. Школа Дугмара совершенно не походила на магию Хоннората, но совпадала в одном. Оба ученика могли видеть духов, застрявших в этом мире. Могли разговаривать с ними, если позволяло знание языка. И умели сами взывать к душам мертвецов. В процессе обучения им потребуется знание истории рас, изучение языков, и нынешних, и древних. А чтобы использовать набор заклинаний, новичкам-шаманам приходилось совершать ритуалы, требовавшие разные ингредиенты, наличие бубна или барабана. Зато потом все умения становились активными на целый день и использовались без промедления, требуя лишь ману и цель.

Об остальных ветках магии мне рассказать не успели. Я знал, что среди нас есть маг воздуха, природный и теневой маг, кто-то пошёл по пути молнии, а остальные ученики выбрали школы поддержки, чьи названия мне не доводилось слышать.

Первым делом, вернувшись к обозу и на удивление тепло простившись с Лотерном, Альтурианом и другими соратниками, мы с Палкивиадом и Хисеаллай подошли к уже ожидающим нас Асготу, Адэноэли и Трортинару.

— Поздравляю вас с победой! — несмотря на слова, тон у воительницы был достаточно сдержанный. — Жаль только, что вернулись не все. Я не успела узнать Ортона, не знаю, насколько ценным бойцом был он. Но как вы могли потерять барда?!

— Против нас сражались сотни гоблинов, — устало бросил я. — А Хейока совершенно не защищён от стрел. Ничего, он ещё вернётся. Вместе со всеми остальными.

— Будем на это надеяться! — важно кивнул Трортинар. Его глаза необычно поблескивали, а губы расплывались в улыбке.

— Трортинар, ты в порядке? — осведомился я, увидев, что беса слегка пошатывает.

— Наш друг наведался к трактирщику с самого утра, — улыбнувшись, пояснил Асгот вместо него — Должно быть, тот его угостил чем-то из оставшихся запасов.

— Не чем-то! А лу-у-чшим людским пивом! — на лице маленького воина возникло блаженство.

— Хм... Как будто у нас есть с чем сравнивать. Зачем же тебе понадобилось пить с утра? Ты же вскоре должен тренировать людей! — с лёгким укором уточнил я.

— Заглушить... И-к! Ненужные мысли, — не стал уворачиваться бес. — А урок я проведу! И-к!

Что ж, понятно. Причина та же, что и раньше, только теперь Трортинару стало, видимо, хуже. Я с тревогой глянул на него. Он всё ещё разрывается между своим народом и нами. Сможет ли он справиться сам? Или ему нужно как-то помочь?

— Ладно, поговорим позже, — махнул я рукой, понимая, что сейчас до беса не достучаться. — Есть какие-нибудь срочные дела?

— Пока нет, — покачала головой Адэноэль. — У вас есть время отдохнуть. Вечером нас ждёт тренировка, не опаздывай! Заодно и поговорим об ордене.

— Угу! — улыбнулся я. — Тогда я покину вас на какое-то время. Пал, займись лутом, делай с ним то, что сочтёшь нужным.

— Хорошо! — кивнул он с задумчивым видом. — Но пока ты не ушёл, нашему ордену не помешало бы маленькое вложение...

— Вот, держи... — тут же отсчитал я четыре серебренных монеты и положил танку в ладонь.

— Ого! — брови Палкивиада взлетели вверх. — Если бы знал, что ты настолько богат, то ограбил бы тебя ещё на утёсе!

— Я тоже хотела сообщить о необходимых тратах для наших бойцов... — вмешалась воительница. — Сейчас нехватка всего, но имея на руках монеты, можно многое добыть.

— Ох... Пал, вот ещё полторы сотни медяков! Больше у меня нет. Это всё прощальный подарок мёртвого контрабандиста в Азулгейте и отданные герцогу эликсиры. Обсудите вместе, как их лучше потратить. Надеюсь, до драки не дойдёт? — весело спросил я.

— Чую жаркий спор... — потёр подбородок управляющий. — А что касается драки... Ты отдал мощнейшие эликсиры за гроши?!!

Глава 9

Фургон, рядом с которым я появился, неспешно проплывал мимо. Люди уже давно не удивлялись, появляющимся призрачным силуэтам, лишь присматривались. Быть может, это вернулся их хороший друг? Я улыбнулся, подумав, что отношения между нами и надейцами всё теснее переплетаются. Неважно, воин это, крестьянин или ремесленник. Игроки всё чаще называли их своими друзьями. Давно уже появились влюблённые парочки, над которыми весело подшучивали. Конечно, только между собой, не желая обидеть какую-нибудь юную надейку, полюбившую пришельца, и уж тем более боясь задеть какого-нибудь статного пехотинца, завязавшего роман с прелестной девушкой-игроком. В этом мире за неверно сказанное слово можно и поплатиться.

Настроение было хорошим. Весь остаток дня я отсыпался, а после занялся неотложными домашними мелочами. Груз на шее от невыполненных дел, исчез, оставив на душе приятное спокойствие. Часы показывали почти девять, когда я с чувством выполненного долга залез в капсулу с понимаем того, что могу провести там хоть всю ночь. Хотя что мне здесь делать до утра? Ночью игроков в игре остаётся едва ли четверть, а местные почти все спят. Поэтому в тёмное время суток мы уязвимее всего.

Я направился в конец обоза, к тем повозкам, у которых рыцари ордена договорились находиться, если у них не было никаких дел. Там же мы разбивали наш шатёр, когда останавливались на ночлег. Как Палкивиад ухитрился выпросить его у пожилого интенданта Борста — большая загадка. Ведь заведующий всеми вещами интендант отчитывался за них лично перед Релгаром.

Взошедшие луны хорошо освещали местность, и я с удовольствием вертел головой, разглядывая уставших людей и природу, казавшуюся таинственной в серебряном свете. Дороги в этих прекрасных лугах по-прежнему не было, но местность оставалась почти ровной, не заставляя обоз петлять. Повсеместно встречались небольшие рощи высоких деревьев, куда обязательно заглядывали как воины герцога, так и игроки. Одни высматривали возможную опасность, а вторые искали чем бы поживиться.

Где-то сбоку я услышал звук стали. Неподалёку двое игроков сражались друг с другом. Вокруг собрались зеваки, несколько мальчишек замерли, смотря на поединок восхищёнными глазами. Я отметил про себя, что оба неплохо управлялись с оружием. Возможно, даже лучше меня. Но останавливаться не стал. Меня вскоре ждала своя тренировка.

Голоса десятков людей не замолкали ни на секунду, далеко разносясь по округе. Над обозом витали разнообразные запахи готовой стряпни и лекарственных трав. Кто-то весело окликал меня, здороваясь, хотя я толком даже не был с ними знаком, но добродушно отвечал им тем же. Многие игроки рыскали поодаль, не теряя караван из виду, надеясь найти грибы, травы или другие полезные вещи. Иногда заходили в разрушенные строения, появлявшиеся по пути, в поисках сокровищ. Риск был минимальным, ведь пехотинцы тщательно их осматривали, если путь проходил недалеко от руин. Но более опытные взгляды игроков нередко находили спрятанные сундуки, кнопки, открывающие проход, древние статуи, дающие благословения или, наоборот, проклятия.

Истреблять мобов мы тоже не забывали. Сами они нападать не решались, чуя угрозу от сотен людей, но игрокам приходилось повышать уровни всеми способами. Да и ингредиенты, выпадавшие с них, становились всё ценнее. Обычных зверей встречали всё реже. Теперь существа, появлявшиеся перед нами, были абсолютно незнакомыми. Сейчас на нашем пути попадались в основном астегары, мирные травоядные размером с волка. Зелёная расцветка позволяла им сливаться с травой, а их спину словно украшали колючие растения. На самом деле это было их единственное оружие для защиты. Сворачиваясь при опасности в клубок, они катились на врага, раня его твёрдыми шипами. Именно их астегары и оставляли после смерти. Твёрдый, как кость, материл высоко ценился как среди алхимиков, так и среди оружейников. Умелый мастер мог создавать из них лук и стрелы, а щепотка растолчённых колючек добавлялась при изготовлении зелья, ненамного повышающего ловкость. Из-за этого любой попавшийся в поле зрения игроков астегар был обречён на смерть.

Хмурый Палкивиад, едва заприметив меня, тут же поманил пальцем. Что это с ним? Он согласился со мной, сказав, что я правильно поступил, отдав герцогу эликсиры накануне битвы. Значит, дело было в чём-то другом.

— Привет! — сказал Палкивиад и тут же перешёл к делу. — Я слышал, что ты отдал Страуту своё проклятие. Это так?

— Да... — недоумевая, ответил я. — Мне не хотелось разбираться с ним, и я помнил, что Страут хотел стать повелителем мертвецов. Правда, с его характером, у него это вряд ли получится...

— Ты мог посоветоваться для начала! — недовольно фыркнул управляющий. — Тебе в руки попал уникальный класс, неужели до тебя не дошло? Ты не захотел оставлять его себе, но многие из нашего ордена с удовольствием бы взяли его. Это же, считай, бессмертие!!! Да ещё и крепость в придачу можно отхватить! Как минимум за него можно было поторговаться, но ты отдал его просто так!

Мне стало неловко. Я так спешил избавиться от проклятия, что совершенно не думал о том, что кто-то захочет взять его добровольно. И теперь Палкивиад был абсолютно прав. Я не глядя выкинул хороший подарок, не получив ничего взамен. Остальные члены ордена вопросительно смотрели на меня. Лишь Малыш, неизвестно почему находившийся здесь, а не со своим кланом, глядел куда-то в бок.

— Извините! Ступил! — вздохнул я, разводя руками. — Но я поговорю с Роком. Может, получится это исправить и получить что-нибудь взамен.

— Несмотря на ваши отношения, он вряд ли станет делать тебе поблажки, — с сомнением произнёс Палкивиад. — Но попробуй! Он как раз хотел тебя видеть.

— Есть ещё какие-нибудь новости? Или дела? — осведомился я.

— Да! Тебя хотел видеть Герцог. Он наградил всех, кто сдерживал гоблинов, — кивнул танк. — Хейока и Ортон тоже получат свои награды, когда вернуться к нам.

— От них что-нибудь слышно?

— Угу! — улыбнулся Палкивиад. — Бесы ушли. Следующей ночью начнётся восстание мертвецов. Почти две сотни человек уже направляются к нам. Ортон, Хейока, Молот и Игмат тоже среди них. Да ты и сам можешь в этом убедиться.

— Вижу! — радостно воскликнул я, открыв информацию об ордене.

— Там, на поляне, и новенькие появляются, но некоторые не верят, что нужно уходить немедленно, — весело добавила Хисеаллай. — Не все ещё набили тут шишек.

— Плохо то, что не все появились ещё, — заметил Палкивиад. — Почти сто человек не хватает. Их решено было не ждать.

— И правильно! — кивнул я. — Ещё что расскажете?

— Вот, я тут приготовил отчёт, — управляющий протянул мне серый свиток. — А вот ещё один, Адэноэль просила передать. Но вы с ней скоро увидитесь, сами всё обсудите.

— Несомненно, — протянул я, принимая бумаги. — Взгляну после тренировки и прогулок по гостям.

— И последнее... Хоть наша резиденция сгорела, мы решили сбрасываться каждый вечер хоть по паре медяков, чтобы иметь возможность закупать необходимые вещи.

— Я отдал днём всё, что мог, — поднял ладони вверх я.

— Я имею ввиду, что ими должен распоряжаться ты или Хоннорат, — пояснил Палкивиад.

— А... — я взглянул на всех рыцарей по очереди. — Вы доверяете нашему управляющему?

Послышалось нестройное «да» и «ещё бы». Я подождал, пока смешки прекратятся, а смущённый Палкивиад вновь посмотрит на меня.

— Значит, ты и распоряжайся. Позже, когда орден найдёт своё место, у нас появится замок и земли, может, я и начну вмешиваться в распределение ресурсов. Но пока тебе явно лучше знать, что нам сейчас важнее.

— Даже так? — он остро взглянул на меня. — Уже замок и земли?

— Теперь только так. Удержать их будет сложнее, чем заполучить. Так что нужно готовиться к этому уже сейчас.

Решив, что искать Адэноэль пока рано (она ясно дала понять, что теперь все занятия будут только после того, как мы разобьём лагерь), я отправился на поиски Мериль. Нельзя откладывать такие разговоры на потом, а то подумает, что я её избегаю. Насколько мне удалось запомнить, она вместе с сестрой в прошлый раз находилась примерно в середине обоза. Мне не хотелось ни с кем сталкиваться, так любой стражник, воин мог отправить меня прямиком к герцогу, а это снова бы нарушило мой задуманный распорядок. Да и с другими говорить мне сейчас не хотелось, потому я шёл в стороне от людского потока, выглядывая хрупкую фигуру девушки. Те, кто проносились мимо, игроки, или дозорные на лошадях, не останавливали меня, спеша по своим делам. Я заметил Гакона, спешащего куда-то с двумя стражниками, но окликать его не стал — ещё успею получить свои три сотни опыта за выполненное поручение.

Моё внимание привлекли резкие гортанные голоса, распевающие песни на неизвестном языке. Орущие гоблины меня ничуть не удивили, но посередине, в обнимку с ними, шагал бес, который был немного крупнее гоблинов. Все пятеро пошатывались, неловко заваливаясь из стороны в сторону. Присмотревшись, я убедился, что над каждым висит эффект «опьянение». Трортинар всё ещё не взял себя в руки.

— Трортинар! — закричал я. Но это было бесполезно из-за его новых орущих товарищей, он не смог бы меня услышать в таком состоянии. Поэтому пришлось догнать его и сильно дёрнуть за плечо, вырывая из цепких лап гоблинов. — Трортинар...

— Ли-и-о-никс! При-и-иветствую тебя! Хо-о-рошо, что ты-ы... Вы-ы-жил! Не все-е-м так пове-е-зло! — пробормотал бес и странно захихикал.

— Убери руки от нашего друга! — прошипел один из гоблинов, доставая копьё.

— Спо-о-койно! — поднял руки Трортинар. — Это-о мо-о-й ма-а-ги-и-стр.

— Я сегодня убил немало гоблинов, — холодно сказал я зелёному воину, всё ещё держащему копьё наготове. Вдобавок он пытался стянуть со спины щит, но у него всё никак не получалось. — Не вынуждай меня доставать мечи. Мне нужно поговорить наедине с моим рыцарем, состоящим в ордене.

Конечно, я блефовал. Убить гоблина двадцатого уровня у меня бы не вышло. Это не обычный бандит, не знающий с какого конца браться за копьё. Эти воины сражались весьма неплохо, если верить рассказам.

Гоблин лишь оскалился в ответ, сдёргивая щит.

— Всё-ё хоро-о-шо! — повторил бес, продолжая растягивать слова. — Мы-ы отойдём, а-а после, я вас да-а-ганю.

Ему с первого раза удалось схватить меня за рукав, и оттащить в сторону.

— Ты это зря-я! Они ха-а-рошие ребята.

Я некоторое время молча смотрел на него, думая, что же сказать. Но сам бес был занят чем-то более важным. Он глядел вниз, красная, не прикрытая шлемом голова колыхалась из стороны в сторону, будто пытаясь найти что-то на земле. Пару раз воин пытался поднять голову, но её тут же влекло вниз.

— Где ты берёшь выпивку? — неожиданно для самого себя спросил я. — Трактирщик мог угостить тебя один раз, по доброте душевной, но насколько я знаю, он бережёт свои запасы.

— Со-о-ветник! — икнул бес. — Он с-с-просил, ч-чем может загладить свою вину. Во-о-т я и выбрал. Запасы ите… интед... инту...

— Интенданта! — едва сдерживаясь, подсказал ему я. Опять Релгар! Впрочем, на этот раз, не его вина в том, что юный воин решил утопить своё горе в кружке. — Он разрешил тебе брать столько, сколько нужно.

— Да! — гордо подтвердил Трортинар. Затем, на удивление без малейшей запинки, горько добавил. — Я позор своего народа, пошёл против своих же, считая неправильным сражаться против вас. Мне всегда тяжело было видеть людей в рабстве, но желать поражения своему народу... Каким чудовищем нужно быть?!

— Мы уже говорили с тобой об этом, — тяжело вздохнул я. — Ты поступил правильно, присоединившись к нам. Нет ничего хорошего в том, чтобы убивать других. Я тоже не желаю смерти твоим сородичам. И не только мы так думаем. Жрец Зараксиз не стал нападать на нас, а просто ушёл, и мы его не тронули. Но на прощание он сказал, что не хотел войны с людьми. Найдутся и другие, их станет больше, и тогда мы покончим с враждой. Война никому не принесёт пользы. Только смерть невинным. Мы уходим всё дальше от твоего народа. Возможно, мы теперь долго не столкнёмся, могут пройти месяцы. Нельзя всё время переживать из-за того, что может вообще не произойти! Впереди полно других опасностей. Мы идём в неизвестные земли, тёмные эльфы уже точат на нас зуб. Ты нужен мне с ясной головой и крепкой рукой! Простишь ли ты себя, если завтра погибнут твои друзья из-за того, что ты был не в состоянии сражаться?! О будущем начнём волноваться после, когда оно наступит... А сейчас возьми себя в руки!

Люди уже остановились, устраиваясь на ночлег, разбивая шатры и сгружая необходимые вещи с повозок, когда я отпустил пристыжённого беса. Хотелось верить, что этот разговор подействует на него.

Мериль я нашёл через несколько минут. Она, вместе с сестрой, помогала Рар“уну ставить небольшие палатки. Отдельную для него, и вторую, побольше, для них самих.

— Ой, Лионикс! — радостно воскликнула Алеин, заметив меня. — Я слышала о том, что с тобой приключилось. И про Хейоку... — она тут же погрустнела.

— С ним всё в порядке! — уверенно сказал я с весёлой улыбкой. — Они уже направляются к нам с большим отрядом. Не знаю, как скоро они нас догонят, но их не задерживают фургоны...

— Рада это слышать! — счастливо улыбнулась девушка. — Сейчас разберёмся с палатками и сможем поговорить более обстоятельно.

— Боюсь, у меня уже нет времени, — неловко сказал я, глядя на Мериль, находившуюся чуть подальше. Она с улыбкой помахала мне, и у меня отлегло от сердца. Значит, она не в обиде. Да и её отношение ко мне ничуть не изменилось. — Мериль, я хотел прийти тогда ночью, но...

— Я знаю, что случилось, — спокойно проговорила она. — Ты мог бы прийти сегодня... К сожалению, вина больше не осталось. Теперь сложно где-то достать ещё одну бутылку.

— Рядом с Хейокой вино открывать нельзя, — хмыкнул я. — Хорошо, я приду. Сейчас меня ждёт Адэноэль... Я имел в виду тренировку. А после загляну к вам.

— Договорились! — сверкнула улыбкой Мериль. Но в её глазах застыла грусть.

Статная фигура воительницы появилась ровно в тот момент, когда сбоку замигал значок, требующий прийти на тренировку. Я быстро преодолел расстояние, разделяющее нас, минуя суетящихся людей и обходя палатки и шатры. Золотоволосая девушка решила больше не рисковать и выбрала место неподалёку от командного пункта. Поблизости находилось почти тридцать воинов. Конечно, этого было мало для охраны, но силы герцога были отнюдь не безграничны, и рыцарей приходилось выставлять по периметру лагеря для охраны. А ведь были ещё и дозорные, которые постоянно патрулировали окрестность до самого утра. Они менялись раз в несколько часов, но пехотинцам приходилось куда тяжелее, чем всем остальным. Выспаться как следует они ещё не скоро смогут.

Рекруты и стражники тоже старались вносить свой вклад, но они были значительно слабее тренированных воинов. Как и игроки, которых Рок всё ещё заставлял появляться ночью для большей безопасности. С ним не спорили, магистры каждый вечер предоставляли списки тех, кто оставался в игре на всю ночь. Во время осады утёса все понимали необходимость этого, переносили дела, отпрашивались с работы, откладывали сон, брали отпуска. Но теперь примерно из шести сотен человек, привязанных к обозу, ночью находилось не больше полусотни.

Адэноэль мягко повернулась, заслышав мои шаги. Руки, по обыкновению, были скрещены на груди, но глаза выдавали беспокойство.

— Тебя не пришлось ждать, — одобрительно, но с заметным волнением сказала она. Что это с ней? — Лионикс, я хотела с тобой поговорить... Ты уже читал отчёт? Что скажешь?

— Пока не успел... — смутившись, ответил я. — Только недавно вернулся. Там что-то срочное? Могу взглянуть прямо сейчас.

— Да нет... Мне хотелось услышать твоё мнение, всё ли я правильно делаю. Ведь меня впервые назначили на такую важную должность. Не хочу подводить Хоннората и весь орден, — призналась девушка. — Но это вполне может подождать до утра... Ты... Смеёшься?!

Да! — не моргнув глазом подтвердил я. Воительница нахмурилась, но моя улыбка от этого стала только шире. — Адэноэль, мы все тут новички. Кому-то и раньше приходилось управлять гильдиями, но этот опыт едва ли им здесь поможет. Мы знаем об этом мире самую малость. Никто из нас не может сейчас сказать, что правильно, а что нет. Рядом с нами есть всего два человека, которые достаточно опытны, умеют защищать людей и понимают, что нужно для выживания. Один из них герцог. А второй человек — это ты.

— Я? — с сомнением переспросила девушка. Но хмуриться перестала.

— Ты организовала жизнь нескольких лагерей, в которых укрывались люди, — принялся перечислять я. — Ты повела за собой людей, научила их сражаться, вооружила и не позволяла никому голодать. Именно благодаря тебе мы стали сильнее! Ты привела к нам жителей, которые смогли научить нас многим вещам, и благодаря чему мы развиваемся. Если у нас получится основать королевство, то во многом это будет твоя заслуга.

— Королевство... — усмехнулась она. — Жителей не хватит и для небольшого города.

— Будут ещё! — заверил я, ничуть не сомневаясь в своих словах. — Если в пути не погибнем. Адэноэль, твоё беспокойство естественно. Тебе действительно нужно быть ответственней, чем большинству из нас, следить за боеспособностью всего ордена. Но, во-первых, лучше тебя никто не справится. А во-вторых, мы ведь не собираемся мир захватывать. Нам нужно просто не подпускать врагов к беззащитным людям. Всё взваливать на себя не имеет смысла! Каждый отвечает за что-то своё. Твое призвание не должно ложиться бременем на тебя.

— Легко сказать... — с досадой пробормотала девушка.

— Утром я развею все твои сомнения, — вновь улыбнулся я. — Когда изучу свиток. Уверен, ты прекрасно справляешься!

Время пролетело незаметно. Почти два часа, без перерывов на отдых, длилась тренировка. Воительница оставалась неуязвимой для меня. Не помогали даже умения. Она легко парировала или уклонялась от любых атак. Мне бы хотелось увидеть её в дуэли со Стражем или одним из легионеров, чтобы полюбоваться на настоящий мастерский бой. Мысль о том, что, возможно, придётся увидеть её в бою с врагами, я нещадно гнал из головы. Пожелав Адэне спокойной ночи, я отправился выполнять своё недавнее обещание.

Дыхание начало выравниваться только тогда, когда передо мной вновь оказалась палатка сестёр. Замерев в нерешительности, я снял ненужный шлем и вытер игровой пот со лба. Несмотря на ночную прохладу, мне всё ещё было жарко, поэтому я постоял немного, приходя в себя. Тело стало казаться неуклюжим после того, как шлем отправился в заплечный мешок. Всё-таки две единицы ловкости лишними не бывают.

Наконец, я откинул полог и просунул голову.

— Можно войти?

— Заходи! — откликнулась невидимая Мериль из другой части палатки. — Сапоги снять не забудь!

Быстро сняв их и убрав в мешок, я потянул за кусок ткани, перегораживающий вход к спальным местам.

— А где Алеин?

В палатке было уютно. Под ногами лежали шкуры, приятно ласкавшие голую кожу. Два изготовленных из подручных средств лежака расположились по краям. Рядом с маленьким столиком предусмотрительно разместили мягкие подушки.

— Она разговаривает с Рар“уном, — слегка улыбнувшись, ответила Мериль.

Ну-ну! Какое совпадение...

— Жаль! Я кое-что принёс, — на свет появилась запотевшая бутылка. — Ты говорила, что вино сложно достать. К счастью, у меня есть друг, способный это сделать.

— Ты знаком со всеми влиятельными людьми, — заметила Мериль. Мне послышалось, или её голос дрогнул? — Твои возможности больше, чем у нас... Садись.

— Что с тобой? — спросил я, опускаясь на подушку. — Давно не видел тебя грустной. Думал, наши посиделки, наоборот, будут весёлыми.

— Извини... — я терпеливо ждал продолжение, но она, усевшись рядом, замолчала, расставляя деревянные кубки. Без усилий она сама откупорила бутылку. Затем, не торопясь, разлила вино, взяла свой кубок, чуть приподняв.

— За встречу! — я удивлённо наблюдал, как она, не отрываясь, пила до тех пор, пока в посудине не осталось и капли.

— Теперь я начинаю беспокоиться! — решительно сказал я. Отобрав у неё пустой кубок, я вновь наполнил его. Но когда она потянулась к нему, накрыл его ладонью. — Давай не будем торопиться. Расскажи мне, в чём дело. Ты явно сама не своя. Тебя кто-то обидел?

— Нет! Что ты, — замотала головой девушка. — Я... Не знаю, как это сказать тебе.

— Тогда давай сам скажу, — предложил я. — Ты мне тоже очень нравишься!

Сначала на её лице проступило недоумение, затем она воззрилась на меня с таким удивлением, что я тут же понял свой промах.

— Что? Нет... — она неожиданно рассмеялась, потом спохватилась, прикоснувшись руками к своим губам. — Прости... Ты хороший и добрый человек. Я всегда буду считать тебя героем, изменившим мою жизнь. У нас могло бы что-нибудь получится, если бы не...

— Если бы не что? — у меня отлегло от сердца, и в то же время я почувствовал сожаление. Девушка была чудо как хороша. Даже сейчас, когда в её глазах появлялось всё больше боли. — Нет, не подумай... Я сам считал, что это ни к чему... Да, ладно! Буду с тобой честен. Когда ты позвала меня в прошлый раз, мне показалось, что ты на что-то намекаешь. Отказать тебе я не смог бы в любом случае, но думал, что ты сейчас просто боишься признаться. Хорошо, что я ошибся. Ведь ты заслуживаешь того, кто полюбит тебя.

— Спасибо за твои слова, Лионикс... — глаза Мериль наполнились слезами. — Я рада, что у меня есть друг, с которым можно быть откровенным... Ты... Ты хорошо знаешь герцога?

Ах вот оно что! Ну конечно! В других условиях я бы улыбнулся, но при взгляде на её задрожавшие губы всё веселье тут же улетучилось. Казалось, она неотрывно смотрит на меня. Но я понимал, что хоть она и ждёт ответа, перед глазами у неё сейчас стоит образ другого человека. Во взгляде читалось отчаяние. В груди неприятно кольнуло. Ведь эти голубые, чистые, но наполненные слезами глаза были её сердце.

В лагере было тихо, лишь редкие негромкие разговоры надейцев доносились до моих ушей. Игроки совершенно не попадались на глаза, прячась в своих шатрах. Ведь уединившись, можно неторопливо улучшать мирные профессии в ночное время, тратя добытые днём ресурсы. Я брёл куда глаза глядят, но, наученный горьким опытом, сразу сворачивал в другую сторону, не рискуя выходить за пределы безопасной зоны, если палаток вдруг становилось меньше, а охрана усиливалась. После разговора с девушкой мне необходимо было пройтись и подумать. Поначалу я ничего не успел сказать Мериль. Она расплакалась, перестав сдерживаться. Мне оставалось только сесть к ней поближе, обнять и слушать, сквозь её рыдания, обо всём, что с ней произошло после того, как усталый герцог впервые показался ей на глаза, поднявшись на вершину утёса со своим отрядом.

Я не произнёс ни слова до тех пор, пока Мериль не закончила словами о том, что она всего лишь беженка, и ей не следует даже мечтать о Колгриме, ведь они не равны и не подходят друг другу. Её маленькое, хрупкое тело ещё сильнее начало сотрясаться от рыданий. Я прижал её голову к груди. Рука медленно скользила по прекрасным волосам, а губы непроизвольно шептали слова утешения и иногда касались макушки. Что я ей говорил, пожалуй, вспомнить не смогу. Но плач понемногу утихал, потом прекратились и всхлипы. В конце она даже слабо улыбнулась и смущённо призналась, что ничуть не удивилась, узнав о том, кто именно оказался Хранителем, появление которого так взбудоражило всех надейцев. Кажется, я даже обещал попробовать ей помочь. Хорошо хоть квеста не появилось. Ведь Колгрим не просто случайный житель, к которому можно при должном старании найти подход.

Я снова дошёл до края охраняемой зоны. Впереди, за одинокой палаткой, стояли два стражника, неодобрительно глядя на меня. Ведь в такое время обычно шляются те, кто затевает недоброе. Но когда я подошёл поближе, меня узнали. Титул магистра почти не менял их отношение к игрокам, а вот слухи о Хранителе — напротив. С расспросами старались не лезть, но удивлённые взгляды я ощущал на себе постоянно на протяжении всего вечера. Ведь во мне был кусочек силы Богини, давно покинувшей их. Одна Адэноэль виду не подала, ничего не изменилось в наших с ней отношениях. И это меня очень радовало.

— Хранитель, мы приветствуем тебя! — с лёгким волнением произнёс один из стражников, которого я даже узнал. Именно он когда-то рассказывал мне про своё больное колено. — Ночью одному бродить опасно даже по лагерю. Быть может, тебя проводить?

— Да нет, не нужно, — улыбнулся им я. — А что может быть опасного здесь?

— Да, видишь ли... — стражник поправил шлем. — Уже второй день мы слышим о кражах, но поймать преступников не можем. Да и слухи ходят... Говорят, среди нас орудует шайка воров. Пока они никому серьёзно не навредили, но будь уверен, если какому-то вору не повезёт, и его застанут с поличным, то он сделает всё, чтобы остаться неизвестным. Окажись с ними один на один, тебя, наверняка, убьют, даже стражу позвать не успеешь. Но также говорят... — он понизил голос, — что если стать их учеником, то перед тобой откроются новые возможности... Но это скользкий и опасный путь, мой друг! Если тебя сочтут сообщником, тебе придётся изрядно потрудиться, чтобы доказать свою невиновность! Мы всегда настороже! Когда мы поймаем воров, худо будет каждому, кто имел с ними дела.

— Я законопослушный гражданин, — заверил их я. — Мне захотелось взглянуть на тот пруд, что позади вас, подумать в тишине и одиночестве. Ведь он безопасен?

— Пруд? Да, конечно! — кивнул стражник. Затем он обменялся с товарищем многозначительным, понимающим взглядом и добавил. — Желаем тебе приятного отдыха, Хранитель!

Их взгляды меня слегка озадачили, но опасными они не казались. Скорее, весёлыми и добродушными.

Я не торопясь приближался к берегу, но на всякий случай решил обернуться. Отсюда разглядеть воинов было нельзя, лишь виднелись тёмные силуэты. Лунного света и магических светильников было недостаточно. Успокоившись, я спустился прямо к воде и замер. Посередине маленького пруда плавала девушка. Она лежала на спине, лениво двигая ногами и издавая негромкие всплески. Девушка была игроком, я не видел её ник, так как он скрылся в воде, но мне не составило труда узнать её. Мортис... Я должен был уйти, но вместо этого залюбовался её прекрасной фигурой. Вода накатывала на неё, словно нарочно дразня и скрывая девушку от меня. Нужно было уходить и оставить её одну, но я не мог оторвать взгляд, очарованный красотой самого прелестного существа, встреченного мною в этом мире. Луны хорошо освещали и меня — Мортис достаточно было бросить взгляд на берег, чтобы заметить случайного наблюдателя, но она всматривалась в ночное небо с нависающими разноцветными планетами.

Сделав над собой усилие, я медленно развернулся и сделал шаг в сторону лагеря.

— Эй! — тут же раздался за спиной негромкий, но отчётливо слышимый в ночи оклик.

Я обернулся, с лёгким волнением столкнувшись с взглядом с Мортис. Она, сделав пару движений, подплыла ближе к берегу и без стеснения встала на ноги, оставаясь по пояс в воде. Стандартный чёрный купальник идеально подходил ей, подчёркивая изящные линии тела и совершенную фигуру.

— Пришёл поглазеть — ладно! Только вещи мои не трогай, а то тебе это так просто с рук не сойдёт, даже если ты состоишь в гильдии воров.

Увидев моё изумление, она негромко рассмеялась, а я, забыв обо всём, вслушивался в эти прекрасные мелодичные звуки, всматриваясь в её лицо.

— Я случайно сюда пришёл, — наконец сумел опомниться я, отводя взгляд. — Твои вещи мне ни к чему. Но стражники рассказали мне о ворах. Тебе бы стоило быть осторожнее! Не сложно что-то украсть, когда твоя экипировка и рюкзак у всех на виду.

— Вор не осмелится стащить что-то у меня, — хитро улыбнулась Мортис.

— Потому что ты сама из их гильдии! — осенило меня.

Она лишь усмехнулась, вновь погружаясь в воду.

— Если ты в этом уверен, то можешь попробовать сдать меня, — донёсся до меня нежный голос.

— Ты же не переходишь дорогу моему ордену, — хмыкнул я. — До тех пор твои дела меня не касаются. Но можешь сделать мне одолжение — сопри у Релгара шляпу!

Её смех зазвучал громче, заставляя и меня улыбаться.

— Поплавать не хочешь? — Мортис подплыла к самому берегу. — Вода тёплая!

— Зачем? — изменившимся голосом спросил я.

— Что значит, зачем? Плавать, знаешь ли, приятно! — фыркнула она. Но я взгляд не отводил, и Мортис сдалась. — Ты застал меня в хорошем расположении духа.

Заплечный мешок грохнулся под ноги, куда я в одно мгновение сложил всю экипировку, что была на мне, оставшись в одних плавках. Мортис одобрительно хмыкнула, тихонько пятясь назад.

Вода действительно оказалась тёплой и приятной. Я медленно приблизился к девушке и, с некоторой опаской, положил руки ей на талию, помня о том, как она в одно мгновение может превратиться в вспыльчивый и непредсказуемый ком ярости. Но сейчас её тело оказалось податливым и само крепче прижалось ко мне. Улыбнувшись, я завёл руку за волосы, мягко проводя пальцами по её затылку, затем, придерживая, сделал то, что хотел сделать всегда. Коснулся губами её губ. Мягкий поцелуй быстро перерастал во что-то дикое. Чудесные тонкие пальцы Мортис скользнули по моим рукам, поднимаясь к плечам и обвиваясь вокруг шеи. Но в какой-то момент она откинулась, прерывисто дыша. Я и не думал выпускать её из объятий, сжимая всё крепче. Безумная страсть захлестнула с головой. Наши тела дрожали, соприкасаясь друг с другом.

Ладони девушки упёрлись мне в грудь, а ясный взгляд велел остановиться. Я смотрел на неё, борясь с желанием, но всё же разомкнул руки, давая ей свободу. Мортис отошла на шаг, завела руки за спину. Верхняя часть купальника упала в воду.

— Помни, что утром всё закончится... — негромко, но убедительно произнесла она, ловя мой взгляд. — Это всё не будет иметь никакого значения.

Я вновь притянул её к себе. Несмотря на неприятный укол в груди после её слов, нашёл в себе силы ответить.

— Я понимаю... — прижавшись губами к мокрым волосам, шепнул я. — Всё будет так, как захочешь. Но всё же, я буду надеяться на продолжение...

— Ты всё ещё дурак... — ласково сказала Мортис, вновь впиваясь в меня губами.

Остатки одежды в одно мгновение слетели с нас, но мы не спешили. Никогда мне ещё не доводилось испытывать такого наслаждения. Пальцы девушки порхали по всему телу, даря незабываемые ощущения. Я покрывал её поцелуями, пока губы вдруг не упёрлись в ткань. Я удивлённо взглянул на девушку.

Внимание! Неподалёку от вас появился кто-то ещё! Находиться без одежды перед группой лиц можно только в специальных местах.

Мортис весело рассмеялась в ответ на возмущённый стон, вылетевший из меня.

— Что ж. Значит, нам не повезло! Пойдём к берегу...

На берегу мы никого не увидели. Должно быть, кто-то из надейцев отошёл чуть дальше от палаток, потому нам и вылезло предупреждение. Мы молча разлеглись на земле, даже не думая надевать доспехи. Трава приятно охлаждала разгорячённое тело. Я поглядывал на девушку, не пытаясь к ней прикасаться, каким-то внутренним чутьём зная, что сейчас она этого уже не позволит.

— Это было чудесно... — наконец прервал я молчание. — Неужели на этом всё?!

Мортис неопределённо двинула плечами.

— Ты вовремя показался мне на глаза. Я знала о твоём желании... Да и мне это было нужно. Может ли так всё ещё раз совпасть? Не знаю... Скорее всего, нет. Знаю, тебе это не по душе... Но вспомни мой совет.

— Не нужны мне бордели! — с досадой начал я, но она тут же прервала.

— Откуда ты знаешь? Ты ведь ещё там не был, — Мортис отвернулась, посмотрев на небо. — Уверена, создатели игры постарались. Там ты получишь всё, что тебе нужно.

— Это не то! — конечно, девушка намекала на то, что раз мне так приглянулся её образ, то я смогу воплотить любые фантазии там.

— Не то, — согласилась она, вновь взглянув на меня. — Но этого тоже не мало. А влюблённость в этом мире — безумие.

— Я прекрасно разделяю границы. Почему я не могу быть здесь с тобой, если нам обоим доставляет это удовольствие? — резонно заметил я. —Так, может, проблема не во мне?

— В твоём взгляде, — покачала головой Мортис. — Его не подделать. Ты живёшь игрой, значит, и всё остальное будет настоящим. Одно это уже говорит не в твою пользу. Ты... Странный. Нам обоим может быть лет по семьдесят. Ты разве не думал об этом? Думал, конечно... Может, я всё же была не права, когда убедила себя, что ты сможешь не придавать значение случившемуся, получив желаемое.

— Мне двадцать два, — не моргнув глазом, сказал я, глядя на неё. Напрасно. Ни один мускул на её лице не дрогнул. Девушка прекрасно владела собой, когда это было нужно. — Не знаю... Жалеть о случившемся я точно не стану!

— Вот именно... Ты ничего не знаешь, — отозвалась Мортис. Её голос был на удивление спокоен.

Ничего не знаешь... Слова всплыли в мозгу. Где-то я их уже слышал. Но почему они кажутся такими важными? Точно! Ролайн!

«С какой стати мне вас слушать, Лио? Тебе нечего мне предложить. Ты сам ничего не понимаешь в том, что происходит. И ещё не скоро поймёшь».

Мозг лихорадочно заработал. Я не придал тогда значения этим словам, но теперь... Мортис удивлённо смотрела на меня, поспешно бросившегося к рюкзаку.

— Не похоже, что это мои слова так задели тебя, — я, уже одетый в свои доспехи, повернулся к ней. В её глазах светилось недоумение, и, кажется, грусть.

— Мортис... Ты только что натолкнула меня на очень важную мысль. Ты права! Я действительно дурак, — опустившись рядом с девушкой, не обращая внимания на её слабые протесты, одной рукой притянул к себе и вновь поцеловал. Она ответила, даже прикоснулась рукой к щеке. — Извини... Мне необходимо увидеться с Ролайн, если она сейчас тут.

— Никогда не говори так девушкам, которые в этот момент находятся с тобой, — посоветовала Мортис, проводя указательным пальцем по моему подбородку.

— Ты поймёшь. А до остальных мне дела нет.

Хитрая улыбка заиграла на её лице словно в подтверждение моих слов.

Найти Ролайн, или кого-то из её людей, у меня не вышло. Я знал где стоят палатки её ордена, но рядом с ними никого не оказалось, а заходить внутрь без приглашения было неприлично, да и просто опасно. Поэтому, послонявшись немного по спящему лагерю, решительно вдавил кнопку выхода. Мне нечего делать тут ночью.

Стенки капсулы раскрылись, выпуская меня на волю. Спать не хотелось. Мне давно нужно было прошерстить интернет и узнать, что происходит в других уголках игрового мира. Аристарх снабжал меня новостями с юго-востока, подробно рассказывая о делах тёмных и лесных эльфов, а также, о зверолюдах. В целом, гибель восставших аристократов покончила с хаосом в эльфийских городах. Они спешно восстанавливались, хотя давление на лесных эльфов стало меньше. Даже если лорд Гаутрек поверил мне, то лидер тёмных не счёл их появление большой угрозой. Пока что. Он отвёл все патрули и отряды из сгоревшего леса, накапливая силы. Хотя это ещё больше беспокоило Арса и других игроков. Пока им удавалось не подпускать врагов к Древу жизни, которое росло стремительнее, чем сила игроков. Такими темпами, совсем скоро его невозможно будет скрыть, и тогда придётся защищать любой ценой.

Но это было лишь маленькое пятнышко на карте. Поэтому, быстро сообразив себе небольшой ночной перекус, я расположился перед компьютером, пролистывая новости по Надее.

Информации был много, но в основном игроки рассказывали о небольших приключениях, найденных артефактах, полученных уникальных ролях, наподобие моей. Найти подробное изложение того, как далеко они смогли продвинуться в развитии, и какие опасности им угрожают, было нелегко. К счастью, немного позже мне удалось наткнуться на проект неизвестных гениев, которые попытались полностью воссоздать карту игрового мира со значками, обозначающими, что именно произошло на той или иной территории, какая раса появилась, и... Где игроки потерпели поражение, потеряв место возрождения. Я изумлённо смотрел на обилие крестов. Их точное количество так же предусмотрительно отображалось сбоку от карты. 689 известных мест, откуда нас безжалостно выгнали!

Каждый человек мог самостоятельно ставить здесь свои обозначения, чем игроки усердно занимались. Я с волнением увидел надпись, что раса нагов больше недоступна для игроков — более ста крестов приходилось на обширный морской участок, где они начинали свой путь. В пометках было указанно, что не все наги-игроки погибли, но возрождаться больше они не могли, и каждая смерть становилась для них последней. Нажав на любой из крестов, можно увидеть всю историю этого места и рассказы людей, побывавших там. Мне удалось узнать, что во время последней войны раса нагов, сражавшаяся на стороне Безликого, была отброшена силами южных королевств и высшими эльфами. Этим воспользовались их соседи, которые также обитали на морском дне, и назывались они ксарды. Ксарды походили на двуногих ящеров с изумрудной чешуёй. Хоть они и уступали в силе нагам-воинам, но после поражения на суше те оказались беззащитны перед ксардами.

Я отметил полезную особенность, позволявшую водным расам вести подводные сражения с помощью обычного оружия. Они также могли выходить на сушу, пусть и становились немного слабее. А вот наземные существа не имели возможности сражаться под водой. Хотя, воспользовавшись услугами определённых магов, любой желающий мог посетить подводные города. Но захватить их ресурсы ни у одной земной армии не выйдет.

Сгорая от любопытства, я искал имперские земли. Вышло у меня не сразу. Люди появлялись во многих уголках восточного материка, по соседству с другими расами. Но лишь в середине бывших земель Империи было достаточно значков, указывающих на то, что игроки в них развиваются. Хотя от количества крестов рябило в глазах. Люди страдали не меньше нагов. Просто мест, отведённых под возрождение, у нас гораздо больше. Карта всё ещё была неточной, но примерное расстояние до ближайших к нам людей можно было прикинуть. Неделя, если обозу ничто не помешает. И это единственный шанс объединить свои силы с другими игроками.

Наше родное место возрождения пометили как «на грани поражения». Я усмехнулся. Считать нас побеждёнными слишком поспешно. Хотя Поляна уже этой ночью действительно будет занята врагами.

Мы направлялись на север, где, согласно карте, впереди возвышались горы. Живых игроков там хватало, чаще орков, хотя иногда среди них появлялись значки гоблинов. Под горами селились другие люди, но места их появления лежали в стороне от нашего пути, так что надеяться на быструю встречу с ними не приходилось.

На юго-востоке расположились Горы Плачущих Теней. Именно к ним когда-то шёл тракт из имперской столицы. Там жил самый многочисленный народ гномов. Не сомневаюсь, что горы получили такое название уже после войны, как и Утёс Богини, который теперь многие называли Проклятой Скалой. Дела у игроков-гномов там обстояли неважно. Когда-то группа игроков освободила древнего мага, вручив ему его колдовское оружие, и теперь он, с помощью мёртвых слуг, подчинял себе разрушенные глубинные города, преследуя живых. Храбрецы пытались договориться с ним, но пробиться к магу сквозь орды нежити не получалось. Внушительный горный массив понемногу заполнялся крестами, а в сообщениях игроков, которые мне удалось прочесть, не было и намёка на оптимизм. Зато в других горах, раскиданных по карте, гномам приходилось проще. Их соседями становились могучие варвары, дикие орки, огры, гноллы и тролли. Сражаться с ними было ничуть не легче, но иногда рядом появлялись игроки-кобольды или гоблины, которые прекрасно понимали всю степень тяжести положения и старались убеждать надейцев вступать в союзы или хотя бы не враждовать, чтобы противостоять более серьёзным угрозам. Получалось это с переменным успехом, так как расы издревле натерпелись друг от друга и относились ко всем с недоверием. Поэтому обычных надейцев, кто не обладал влиянием, старались не подпускать друг к другу. Но игроки без промедления спешили на помощь при необходимости. Хотя упрямые, ворчливые гномы-надейцы не упускали возможность высказать своё неудовольствие присутствием гоблинов-игроков. И наоборот, гномам-игрокам приходилось всячески избегать столкновений с вспыльчивыми гоблинами, которые могли при любом неосторожном слове без раздумий выхватить оружие и отправить игрока на ближайшее место возрождения.

Несколько часов я изучал положение дел на восточном материке, не касаясь морей, островов и полностью игнорируя западный континент. А затем, оторвавшись от компьютера, крепко задумался. Положение было ещё не критичным, но быстро скатывалось к нему. Единственная раса, которая крепко стоял на ногах, — это раса арахнидов. Натерпевшиеся игроки в гневе удаляли своих персонажей и начинали в Паучьих Лесах. Наплыв людей благотворно сказался на развитии этой расы. С уверенностью можно сказать, что арахниды возрождались. Расчищая в некоторых местах лес, они приступили к строительству сразу нескольких городов и крепостей. Вдобавок, они понемногу обживали давно заброшенные тоннели под землёй, которые когда-то выходили далеко за лес. Игроки сбивались в колонии, аналог наших орденов или кланов лесных эльфов. Кое-кому уже удалось заполучить во владение земли, и теперь там спешно наводили порядок.

Приключений и фарма хватало на всех. Конечно, некоторые возможности были арахнидам недоступны. Они не могли, к примеру, заниматься фермерством и сельским хозяйством, как двуногие расы, хотя имели возможность выращивать больших пауков, которые создают прочную паутину для пошива одежды. Поэтому всё необходимое им придётся получать с помощью торговли.

Да, их так просто теперь не уничтожить. Паучки развиваются быстро. Я взглянул на окна — из-под штор стал пробиваться свет. Начинался новый день.

Глава 10

Приобретено:

Звёздная Роса (растение, повышающее регенерацию здоровья, необходимо для улучшенного маленького зелья исцеления) х30 — 10 меди.

Малый флакон для зелий х30 — 1 серебро. (Цена растёт с каждым днём, запасы интенданта подходят к концу. Если так пойдёт и дальше, то на сражения с мобами придётся создавать отряд, иначе есть риск потерь.)

Кирка х2 — 2 меди.

Походный стол алхимика х4 — 8 меди. (Ребята стараются и рвутся разведывать местность, чтобы добывать себе ингредиенты и флаконы. К сожалению, на сколько мне известно, пустые мензурки здесь редкость. Стол алхимика облегчит труд и уменьшит время изготовления зелий.)

Охотничий нож х5 + 400 стрел — 13 меди. (Нож необходим для добычи шкур и охотничьих трофеев с зверей и монстров выше 10-го уровня. (Игроки, изучающие охоту, — настоящая золотая жила! Повезло, что у нас их пятеро! Каждый из них добывает от 30 монет в день. Конечно, мы не претендуем на их доход, но кое-какие трофеи пригодятся в алхимии, а шкуры уходят кожевникам. Их приводят в порядок и потом продают. Свою долю получают и те, и другие. Самостоятельно купить что-то у интенданта они не могут, тот не ведёт дел со всеми подряд, а только с доверенными представителями орденов.)

Дальше всё шло в том же ключе. Палкивиад дотошно расписывал каждую трату, оставлял уточняющие заметки. Обманчиво-небольшой размер свитка на деле оказался заполнен сотнями строчек информации, действуя точно так же, как и открытая книга навыков. Только тут после того, как свиток разворачивался и приближался, приходилось не перелистывать страницы, а проматывать вниз, читая и рассматривая иконки трав, предметов, их характеристик, дополненные замечаниями управляющего. Палкивиад проделал огромную скрупулёзную работу, не выходя за рамки своей должности и не пытаясь руководить остальными людьми. Хотя, возможно, стоило бы. Из некоторых его размышлений я понял, что если игроки не будут пытаться сбыть самостоятельно с рук всё, что попадается им в их походах, то ордену будет проще накапливать ресурсы. Да, об этом пора заявить и сделать это так, чтобы мои ребята не подумали, что их грабят.

Ниже списка ресурсов шли отдельные портреты игроков и описание всех профессий, которыми они занимались. Теперь я знал, что именно они умели делать, и какой уровень развития у каждого члена ордена. Положа руку на сердце, за проделанный объём работы Палкивиаду нужно платить, да только я остался без гроша в кармане. Ничего, авось, в будущем сочтёмся.

Я прикрыл глаза руками на мгновение, приводя мысли в порядок. Затем открыл рюкзак и, вздохнув, вытащил следующий свиток, уже догадываясь, что изложение Адэноэль тоже будет немаленьким. Пергамент развернулся перед глазами, закрывая собою движущиеся повозки, в одной из которых расположился я, чтобы читать без помех. Мои пожилые соседи по лавке поглядывали в мою сторону с интересом, но мешать не собирались, даже говорили потише. Но проносившиеся мимо игроки нередко пытались сострить, видя меня с такими соседями. Сворачивать пергамент было лень, так что я даже не отшучивался, занимаясь его изучением.

Сперва появился полный список членов ордена. Живые, анимированные портреты в рамках находились слева. Справа показывались характеристики членов ордена, выбранное оружие, его атака. А ниже показывались все боевые умения. В конце Адэноэль оставляла комментарий, указывавший на слабости данного персонажа, и совет, с кем его лучше объединять, чтобы персонажи дополняли друг друга.

Самым уязвимым бойцом она назвала Хейоку и рекомендовала брать его только в подготовленный отряд из нескольких танков, прикрывающих магов и личного телохранителя-убийцы, способного вытащить его из гущи боя. Несмотря на слабую защиту, Адэноэль выделила полезность Хейоки как «очень высокая». Дальше она сообщила, что барду стоит выбрать своим оружием шпагу и усиленно тренироваться, повышая не только интеллект, но и ловкость. Иначе он станет обедом для любого моба. Для большинства песен Хейоки требовалась мана. Релгар выделил ему камзол, лишь слегка повышающий его защиту, но делающий сильнее используемые эффекты его обладателя на 25%.

У Палкивиада единственной слабостью было умение обращаться с оружием, но эти проблемы оказались у каждого бойца ближнего боя. Даже у меня, несмотря на все мои прошлые успехи, стояла красная пометка под портретом: «ближний бой — новичок». Но мне не хватало ещё и защиты, да и по уровню я отставал от многих, что Адэноэль тоже указала.

Все маги ордена были крайне хрупкими, их стоило держать подальше от мечей и стрел. Но у каждого из них есть защитные способности, позволяющие пережить немного урона.

Я взглянул на иконку Трортинара и улыбнулся. Под ней была изображена маленькая голова, с туманом вокруг неё, означавшая склонность к пьянству. От воительницы не укрылось его недавнее поведение. Впрочем, сегодня я уже успел столкнуться с смущённым маленьким воином. Вид у него был тот ещё! Но он пообещал мне, что больше себе такого не позволит.

В распоряжении ордена:

4 мага (один ещё не стал учеником, но с уверенностью заявил, что хочет изучать знания друидов)

3 ассасина

5 танков

3 воина с двуручным оружием

7 стрелков

4 воина, орудующих двумя клинками (включая меня)

1 боец смешанного боя (меч и магия)

4 бойца с одноручным оружием.

Магистр, прошу обратить внимание, что у нас нет ни одного целителя. В целом, сила нашего ордена на втором месте, после Ордена Рока, благодаря умелым бойцам, примкнувшим к тебе. Без них наш орден окажется где-то посередине. Хоннората в расчёт не брала. То, что он на нашей стороне, очень хорошо, но вряд ли он вмешается в ваши распри, если таковые произойдут.

Одновременное нахождение членов ордена колеблется от 12 до 14 днём, и в случае срочной необходимости, выставить хоть какие-то значимые силы невозможно, если не задействовать меня, Стража, Трортинара и Малыша. Я вплотную занялась обучением каждого находящегося здесь бойца, тренируя их на зверях и монстрах. Результат удовлетворительный, умения и сила рыцарей растут медленно, но неуклонно.

Управляющий пообещал следить, чтобы стрел хватало на день, но запасы интенданта не безграничные, нужно подумать об альтернативе. С тел гоблинов воины герцога забрали сотни стрел. Может, где-то поблизости есть ещё их банды?

Нужно больше активности в исследовании руин, строений и пещер, которые пролегают на нашем пути, но без целителя это опасно. С твоего разрешения, я могу заняться этим, взяв с собой Асгота и ещё пару человек. Нам сложнее навредить.

Экипировка воинов — выше среднего. Но стоит обратить внимание, что вооружение для ордена проще изготавливать самостоятельно, чем платить за него кому-то другому. Достаточно привлечь кузнеца, оружейника и бронника.

Напоминаю, если возникнет необходимость, я могу поднять по тревоге каждого члена ордена и указать место сбора!

Напоминаю... Я усмехнулся, убирая свиток. Как будто я об этом раньше знал! Но это замечательная способность. Игроки всегда будут знать, что если призывает рыцарь-командор, то нужно явиться во всеоружии. Осталось только рассказать об этом всем остальным.

А вот насчёт кузнеца замечание верное. Пока никто из моих людей не выбрал профессию оружейника, лишь люди Рока немного нахватались знаний в этом деле. Больше кузнец никого не обучал. Так, может, её стоит выбрать мне? Найти на просторах Надеи легендарное оружие — это, конечно, заманчиво. Но получить звание легендарного кузнеца и ковать превосходное оружие тоже не так уж плохо. Нужно найти мастера Руитила и поговорить с ним об этом!

Я спрыгнул с повозки, не давая себе засматриваться проплывающими видами почти нетронутой природы, омрачённой предсмертными воплями животных. Игроки без дела не сидели, вступая с в схватки с агрессивными мобами, оберегая движущийся караван от неприятностей. И сами без трофеев не оставались...

— Привет, ребята! — сходу поздоровался я с рыцарями ордена, внимательно разглядывая их и вспоминая, какими профессиями занимается каждый их них. Не всегда же в бумажку подглядывать.

— Сегодня ты рано! — улыбнулся в ответ Палкивиад, не сбавляя шаг. Повозки двигались довольно бодро.

— Я просмотрел отчёт! Это... Великолепная работа, — признал я, с благодарностью глядя на него. — Да и вы все молодцы! Адэноэль вас похвалила. Говорит, вы быстро оттачиваете навыки!

Рядом с Палкивиадом дружно шли ещё восемь парней из нашего ордена. Несмотря на пригревающее солнце, они не спешили снимать с себя даже шлемы. После моих слов на лицах появились усмешки и весёлые искорки в глазах.

— Нельзя же подводить такую красотку, — весело отозвался зеленоглазый Дертер — стрелок, походивший на эльфа в этой лёгкой броне. Его волосы доходили до середины спины. Даже странно, что он выбрал людскую расу. — Вдруг получится...

— Сомневаюсь, — покачал головой я и, улыбнувшись, добавил. — Смотри при Страже это не ляпни! Адэноэль тебя просто проучит. А вот Асгот не будет таким безобидным.

— Это она-то безобидная?! — возмущённо воскликнул Дертер. — Тебя просто не было, когда она доходчиво объясняла игрокам, как нужно обращаться к девушкам... Впрочем, не все ещё сдались!

— Ладно, с этим вы сами разберётесь, — нетерпеливо махнул я рукой. — Дел на сегодня никаких особых нет. Сражайтесь, развивайтесь, всё, как всегда. Может, Адэноэль вас позовёт в какое-нибудь подземелье или руины. Но у меня есть огромная просьба ко всем вам.

Бойцы терпеливо ждали. Палкивиад заинтересованно взглянул на меня.

— Мне нужно знать обо всех важных событиях, что происходят в лагере. Если увидите, услышите что-то, что покажется вам необычным, последуйте примеру Палкивиада. Возьмите клочок бумаги, напишите об этом и передайте Палу, если меня нет поблизости, — убедительно сказал я, поочерёдно бросая взгляд на членов ордена. — Но это не всё. У меня нет времени постоянно искать информацию о мире, а я убедился, что она необходима. Важно знать, что происходит за пределами этой локации. К сожалению, сети шпионов у нас нет. Мы уже потеряли почти тысячу мест возрождений, раса нагов на грани уничтожения и недоступна для игры. Мы проигрываем.

— Видел эту карту, созданную игроками с островов, — подтвердил парень с ником Гальдар Тёмный. — У них там братство вместо орденов и кланов. По сути, они пираты, умеют строить лодки, такая у них особенность. Чтобы развиваться, им нужно грабить или наполнять деревни своими людьми, которые будут забирать всё, что плохо лежит, заниматься тёмными делами, контрабандой и прочим. Я узнавал немного о них. Деревни сжигать им невыгодно, как и убивать людей, иначе золото перестанет течь в их порты, а люди будут селиться подальше от берега. Но когда они станут достаточно сильны, чтобы напасть на город, то пощады мирным жителям не будет. Разграбят подчистую и станут ещё сильнее.

— Вот этого не знал! — усмехнулся я. — И как у них там дела?

— Не очень, — хохотнул Гальдар. — Для начала они сцепились друг с другом. Думаю, угрозой они никогда не станут. Условия тяжёлые, морские враждебные расы рядом, ресурсов мало. Хотя потенциал у них огромен.

— Я могу поспрашивать у... В своих кругах, — запнулся Дертер. — Может, чем и поделятся интересным. Но их информация стоит денег.

— Гильдия воров? — предположил я. Увидев, что брови паренька взлетели вверх, усмехнувшись, добавил. — О них стражники рассказывают на каждом углу. Предупреждают всех. Так ты из них?

—Тише!!! — зло прошипел Дертер, озираясь.

— Прости, — тут же извинился я. — Поговорим в палатке ночью, когда никто не помешает. Но здорово, что у нас есть лишний козырь в рукаве.

— О-у, я тоже не отказался бы присоединиться к ним, — протянул другой член ордена, Тарлок. — Как это можно сделать?

— Я всё устрою, — неодобрительно буркнул Дертер. — Но это опасно. Не болтайте много. Их люди повсюду. В прошлую ночь не досчитались одного игрока.

— Так почему герцог о них тогда не знает? — задал справедливый вопрос Палкивиад.

— Стражники не могут вычислить, кто зачинщик, — ухмыльнулся стрелок. —Да и пока воры не вредят. Лишь учат вредить других. Но ты прав, Лио. Нам нужно поговорить. Хоть это и риск, но наш орден не должен остаться в стороне.

— Значит, договорились! Вечером в моей палатке, — кивнул я. — А теперь о главном. Орден нуждается не только в деньгах, но и ресурсах. Я видел, что наш управляющий раздобыл многим то, чего им не хватало.

Игроки с довольными лицами одобрительно закивали.

— Те трофеи, что вы подбираете, находите и получаете с квестов, могут быть нужны для прокачки ваших товарищей, — на меня посмотрели настороженно, а Палкивиад даже поморщился, словно я сморозил глупость. — Не спешите продавать их другим, сначала поговорите со мной или Палом. Если трофей нужный, то орден заплатит за него полную цену.

— Будешь тратить деньги ордена, чтобы кто-то повысил навык в профессии? — недоверчиво переспросил Тарлок. — Нет, это здорово... Я алхимик, и мне нужны перья с тенеглота, которые я могу растолочь в важный порошок. Они тут не так часто встречаются, но мы с ребятами уже договорились обмениваться ингредиентами. Ты немного опоздал. Лучше медяки тратить на артефакты или оружие.

— Здорово! — хитро улыбнулся я. — Но вы так же должны обеспечивать орден своими лучшими изделиями. Разумеется, тоже не бесплатно. Вот ты, к примеру, — я показал пальцем на Дертера. — Буквально вчера ты поднял кожевничество до второго уровня и теперь можешь делать мешок из волчьей шкуры, вмещающий по сорок предметов...

—Лио! — внезапно расхохотался Дертер. Остальные начали улыбаться. — Я уже дал Палкивиаду список того, что нужно приобрести для мешков. Нужна грубая нить и волчьи шкуры, которых у меня нет. Ещё есть очередь на единственный кожевенный стол, который мастер ставит лишь на ночном отдыхе. Мы не школьники. Ну, не все, по крайней мере... Мы умеем самоорганизовываться и добывать нужные предметы. Все понимают, что нужно обеспечить своих в первую очередь, и деньги тут ни при чём. Это вопрос выживания. Ты мне — я тебе.

Посмотрев на моё смущённое лицо, он снисходительно добавил:

— Ты занимайся своими делами. Ну там, болтай с герцогом, налаживай отношения с орденами, обнимись с Релгаром, вцепись в волосы Ролайн, дай по морде Бурбырику, чтоб дюже не умничал. А мы потом придём во всеоружии доказывать, кто правее! А что? Мы же порядок? Порядок! Вот и будем его насаждать! Что до всего остального — мы разберёмся сами.

Все взгляды были обращены на меня. Я растерянно улыбнулся, пожав плечами, чем вызвал новую волну хохота.

После разговора с рыцарями ордена с души будто груз упал. Теперь не придётся волноваться, что из-за отсутствия толкового управления они будут хуже развиваться. Ведь действительно, каждый из них прекрасно понимал, что нужно делать ему, безо всяких подсказок. А я более близко познакомился с другими соратниками и, наконец, сформировал о них мнение. Все ребята были классными. Оставалось только поблагодарить Хоннората, который общался с каждым из них, прежде чем отправлять к Трортинару. Неудивительно, что все они замечательно ладили друг с другом. Даже колкости Дертера были в меру и всегда довольно забавными.

Сегодня герцог людей не жалел. Если раньше можно было легко обогнать колону и заниматься своими делами, не обращая внимания на проплывающие повозки, то сейчас они двигались куда быстрее обычного. Мне пришлось почти бежать, чтобы догнать наш командный пункт. Как и прежде, он неплохо охранялся, хотя Искру и Пенчекряка заменили другие маги. Зато неподалёку оказался гигант Дугмар, приветливо улыбнувшийся мне. Я кивнул ему и сразу же направился к капитану герцогской стражи. Гакон, как всегда, был дружелюбен, хотя острые глаза прошлись по всему моему телу. Что ж, такая у него работа!

— А ты не торопился! — с улыбкой бросил он. — Вероятно, у тебя много важных дел, помимо встречи со мной и герцогом, который ждал тебя ещё вчера.

— Привет, Гакон! — поздоровался я и торопливо начал оправдываться. — Меня вчера тут не было, а вечером было уже поздно!

— Брось! — отмахнулся воин. Чёрные доспехи ярко блестели на солнце. Как он в них выдерживает? Тут даже в моей кожаной броне жарко. — Ты хорошо потрудился вчера. И заслужил награду.

Задание выполнено!

+300 опыта

Отношение Гакона к вам изменено с «нейтральное» на «дружелюбие», 1/100.

— Я бы предложил тебе один из наших мечей, — продолжал Гакон. — Но ты пока сражаться с ним не сможешь, а мне не хотелось бы увидеть его на ком-нибудь другом или, что ещё хуже, товаром на прилавке! Поэтому, посоветовавшись с парнями, мы решили, что раз уж ты избавил нас от огромных неприятностей, то мы ответим тем же. Придём к тебе на помощь. Встанем на твою сторону, когда возникнет необходимость. С внешними врагами ты справишься без нас, но среди тех, кто окружает тебя, может быть много недоброжелателей, у которых ты возникнешь на пути. В такое время — тебе пригодимся мы.

Благодаря вашим действиям влиятельный персонаж должен ордену услугу! Мощь ордена повышена на 1! Узнать подробности можно во вкладке дипломатии (доступно только для магистра и советников).

— Спасибо! Мне давно хотелось проверить свои боевые навыки в деле, — искренне поблагодарил я. Весьма полезно иметь в должниках капитана герцогской стражи. — Вы тоже можете всегда рассчитывать на меня!

Впервые пришлось пожалеть, что с меня сняли титул магистра. Ведь раньше окно дипломатии пустовало. Интересно было бы взглянуть на него сейчас! Сочтя разговор завершённым, я развернулся, но Гакон окликнул меня.

— Куда это ты собрался?! — со смешком сказал он, хватая железными пальцами за плечо. — Герцог велел прислать тебя к нему, как только ты появишься! Так что, ступай туда, — Гакон подтолкнул меня к фургону. — Постучаться не забудь!

Я кисло посмотрел на капитана, ответившему на мой взгляд очаровательной улыбкой. Совершенно не хотелось попадаться на глаза Колгриму и Релгару. К тому же у меня были свои дела. Но с герцогами не спорят.

Запрыгнув на ступеньку, скользившую в полуметре от земли, я с улыбкой кивнул магам и громко затарабанил в дверь.

— Когда случаются такие важные события, мне бы хотелось, чтобы о них докладывал тот, кто побывал там, — Колгрим стоял спиной ко мне, глядя в небольшое окошечко, где мелькали призванные существа и воины. Холодный тон подсказывал, что он не в духе. Неужели причина во мне? Или герцог получил другие неприятные известия? — Вместо этого ты пропал. А вернувшись вечером, не соизволил объявиться, предпочтя купание в пруду с милой девушкой.

— Простите, милорд! Не думал, что моё присутствие важно... Ведь там был и Лотерн!

— Тебе сказали, что я хотел тебя видеть? — герцог наконец повернулся. Ледяные синие глаза вперились в меня, заставив внутренне съёжиться.

Да что не так-то?

— Палкивиад вечером обмолвился об этом, — упавшим голосом подтвердил я. — Он сказал, что вы хотите вручить награду. Но ведь было поздно! Не было нужды беспокоить вас из-за этого!

Релгар с невозмутимым лицом сидел в мягком кресле с кубком в руке. На меня он едва взглянул, а затем уставился невидящим взором прямо перед собой. Но на его губах застыла едва заметная усмешка.

— Не думал сообщить мне о том, что среди нас объявился Хранитель?! — проступившие металлические нотки в голосе Колгрима заставили мой мозг заработать быстрее.

— Божественная сила в неумелых руках может привести к печальным последствиям, — негромко заметил советник, а после вновь замолчал.

— Но... — неуверенно начал я.

— Слух об этом воодушевляет людей. Даже среди моих воинов ходят разговоры, — не дал мне договорить герцог. — Они поверили, что настал расцвет эпохи людей! Теперь каждый будет ждать от тебя великих деяний.

— Эту новость не укрыть от врагов, — спокойно добавил Релгар. — Каждый, кто не желает нам добра, попытается убрать тебя с дороги любыми способами. Как по мне, сделать это не сложно...

Прервавшись, он немного отпил из кубка.

— Вижу, у вас тут спор насчёт случившегося, — невольно заметил я. — Милорд, о таком не кричат на каждом углу. Там, в клетке, мне приходилось отвечать на ваши вопросы. Но после, несколько дней я находился в вашем отряде, не скрывая свои навыки. Думал, вы заметили мою особенность. Могу добавить, что я не единственный обладатель необычной силы, уж в этом я уверен. Просто другие не торопятся обозначить себя. А мне пришлось.

Релгар издал смешок и поправил шляпу. В глазах герцога заплясали весёлые искорки.

— Мне показалось или ты только что обвинил меня в невнимательности? — его тон потеплел.

— Я...

— Забудь! — махнул он рукой. — Откуда у тебя эта сила?

— Это не моя тайна, милорд! — осторожно произнёс я.

— Да что тут гадать! — пожал плечами советник. — Хоннорат по неизвестным причинам прожил три сотни лет, хотя его сила магистра увяла после поражения, как и у всех остальных магов. Будь он архимагом, ещё можно было бы засомневаться, а так... Верно? — Релгар с любопытством посмотрел на меня.

Я помедлил, не желая врать, но это лишь подтвердило его слова, потому он просто продолжил, не дожидаясь ответа.

— Лионикс спас Хоннората, заставил поверить его и беженцев, что можно вернуть старые деньки, вот маг и вверил ему свою силу. Помог создать орден, которому он теперь покровительствует. Довольно предсказуемо... — Релгар поморщился. — Дальновидным его не назвать. Могущественным? Да, пожалуй... Он проиграл в прошлый раз, проиграл бы и теперь.

Я вновь промолчал, вспоминая последствия своих вспышек. Но злость начинала накатывать. Да кто он такой, чтобы осуждать Хоннората? Сидит на всём готовеньком и умничает!

— Кто знает, — Колгрим опустился в свободное кресло, напротив советника, приглашая рукой сделать меня то же самое. — С находчивыми союзниками многого можно добиться.

— Без наших сил — вряд ли, — снова не согласился советник. — Даже если бы им удалось продержаться эти три дня, на что они, скорее всего, были способны, то сегодня ночью их нелепое сопротивление закончилось бы. Орды нежити им не победить, при всей их смекалке. На это способны разве что паладины, но с ними сейчас туго.

Я мысленно согласился с Релгаром, присаживаясь рядом с герцогом и поправляя мечи. Скелеты, которых мы встречали, не такие уж и опасные, но их мёртвые предводители вселяли беспокойство. Мёртвый паладин Харгрен был силён, как и лорд Андре. А если таких будет целая армия?

— Какой-то ты молчаливый сегодня, Лионикс, — заметил Колгрим, повернувшись ко мне. — Своё мнение высказать не хочешь?

— Мне нечего сказать, — пожал я плечами. — Зачем я здесь?

— Кое-что важное он уже сказал, — советник в задумчивости прикоснулся к краю шляпы, которую не снимал даже здесь. Интересно, спит он тоже в ней? — Древние силы в руках пришельцев. Мир почему-то гораздо щедрее на подарки им, чем собственным детям. Как выяснить, кто-чем обладает? И не решатся ли они направить силы против нас?

— Безумие! — покачал головой я. — Мы можем враждовать друг с другом ради власти и влияния, но подчинить себе всё и всех — не выйдет! Все это знают. Попробовать могут, но это самоубийство. Остальные не позволят. Одно дело, когда нами управляет герцог Колгрим... Не сочтите за лесть, вы сильный лидер и хороший стратег. За вами идут без раздумий не от безысходности, а потому что уверены в вас. Если же кто-то из нас, пришлых, захочет напялить на себя корону, то против этого восстанут другие.

— Если это будет магистр Рок? — поднял бровь Релгар. Фургон затрясло сильнее обычного. — Вы его уважаете и слушаетесь. Пошёл бы ты против него?

— Конечно! — без промедления подтвердил я. — Он взял на себя основные заботы поселения, его защиту, но в наши дела он не вмешивался. А главным стал Хоннорат. Мы не всегда соглашались с решениями Рока, ему приходилось уступать. Несмотря на то, что численный перевес людей был на его стороне.

— Когда у орденов появятся свои интересы, вы тут же вцепитесь друг в другу в глотку, — беззаботно ответил советник.

— Но мы будем гражданами Империи, оглядывающимися на верховную власть, — усмехнулся я. — Никто не захочет, чтобы войско Императора заглянуло к ним в цитадель из-за агрессивных действий.

— Это не мешало орденам устраивать кровавую резню в своих землях, — резонно заметил Релгар. — Потому нам необходимо знать, кто из вас обладает возможностями, выходящими за воинские умения и доступную всем магию.

— Вы хотите поручить это мне, милорд? — удивлённо спросил я, оглядываясь на герцога.

— Нет, — со смехом отрезал Колгрим. — Ты один тут не справишься. Мы поручим это всем сразу. И награда будет высока. Что касается тебя... Ты слышал про воров в лагере?

— Немного, — осторожно ответил я.

— Я хочу знать, кто их предводитель, — лениво произнёс герцог. — Релгару пока не удалось это выяснить. Возьмёшься?

— В таких делая я не силён, — попытался увернуться я от провального задания. — Он украл что-то ценное?

— Пока нет, — странно улыбнулся Колгрим. — Мелочёвку из наших запасов. Но его примеру последовали многие. Он охотно берёт учеников. Их достаточно много среди ваших. Они забывают, что даже за мелкую кражу наказание будет суровым.

— Не думаю, что они обучаются, чтобы воровать у своих! — поспешно выпалил я. — Для них это ещё одна возможность выжить здесь.

— Оправдывать преступный путь неразумно, Лионикс, — покачал головой Релгар.

— Я не оправдываю воровство в лагере, — не хватало ещё, чтобы меня причислили к ворам. — Но стащить оружие получше у врага перед боем, разве это плохо? Или раздобыть пару эликсиров? У нас мало припасов, значит, мы будем брать их у врагов. Как с их трупов, так и у живых.

—Ты один из них? — с интересом спросил Колгрим, заставив меня понервничать. — Покажешь, чему научился?

— Нет, нет! — открестился я, поднимая ладони перед собой. — Я к ним не присоединюсь! У меня другие интересы!

— Что ж, тогда я предложу это кому-нибудь ещё, — сдался герцог. — Человек, способный оставаться незаметным у всех на виду, меня заинтересовал. От Релгара скрыться не просто...

— Вы не даёте мне нужные инструменты! — сощурился советник. — Достаточно применить немного силы...

— Для этого слишком рано, — резко прервал его Колгрим, заставив втянуть меня голову в плечи в ожидании бури.

Но Релгар абсолютно не боялся его гнева.

— Как бы потом не стало слишком поздно, — спокойно бросил он, допивая содержимое кубка и отставляя его в сторону.

Колгрим, оставив советника без ответа, снова повернулся ко мне.

— Ты хорошо проявил себя, не дав гоблинам выполнить задуманное, хотя силы были неравны. Твои бойцы уже выбрали себе достойную награду, — он дёрнул за верёвку, уходящую в открытое окно, после чего дверь тут же открылась, и показался мужчина средних лет, одетый в обычную рубаху. — Принесите Лиониксу его трофеи!

— Да, милорд! — ответил слуга и тут же исчез.

Не прошло и двух минут, как дверь снова распахнулась. В руках у надейца был небольшой сундучок. Он сделал два шага к столу и начал выкладывать содержимое. Я с жадностью рассматривал вещи, разложенные на столе.

Нагрудник имперского разведчика: + 25 к защите, + 50 ОЗ.

Плащ имперского разведчика: + 2 к защите, + 3 к ловкости. Даёт эффект «скрытность» (работает только ночью). Можно использовать во время боя.

Клинок имперского разведчика — х2: урон 15-17 (повышает скорость атаки на 10%). Удар в спину становится критическим (+100% урон).

Кольцо мастерства: + 2 к силе + 4 к ловкости. Даёт эффект «чувство боя» (вам кажется, что вы непревзойдённый воин, ведь в бою вас направляет неведомая сила).

Наплечники эльфийского охотника: + 10 к защите, + 4 к ловкости (когда здоровье владельца опускается до 40%, защита увеличивается ещё на 40 единиц).

Амулет лёгкой поступи: + 10 к ловкости, шанс увернуться от удара/стрелы — 15%.

— Ну а если тебе больше пригодятся деньги... — герцог подошёл к столу и одну за другой положил на стол четыре серебряных монеты. — По нынешним меркам, внушительная сумма. Выбирай что-то одно. За исключением клинков. Они идут в комплекте... Как раз для твоих потребностей.

Я замер с открытым ртом, глядя на чудесные вещи. Хотелось всё и сразу. Мелькнула мысль упросить герцога расщедриться, ведь это поможет мне стать гораздо сильнее и полезнее. Но потом вспомнил, где нахожусь. Сначала услуга — потом награда, по-другому не бывает. Я грустно вздохнул.

Небо стремительно затянуло облаками, закрывая солнце. Ветерок немного усилился, обдавая приятной прохладой. Караван выполз на открытую местность, в чудесную зелёную долину, уходящую немного вверх. Прозрачные ручьи часто встречались на пути, становясь небольшой помехой для повозок. Но также они предвещали скорый отдых уставшим людям.

— Эй, бездельники! Вы тут до вечера хотите остаться или, наконец, уже приладите это колесо, будь оно неладно! — покрикивал на учеников мастер Руитил, потрясая здоровыми кулаками.

Его работники только посмеивались, хотя старались изо всех сил. Норов кузнеца им был хорошо известен. Годы жизни в постоянной опасности давали о себе знать. Мастер мог постоять за себя и свою жену ещё до того, как Адэноэль нашла их, скрывающихся в лесу с группой других людей. Рядом с ним стояла красивая женщина средних лет, прислоняясь головой к его плечу. Изумительным каштановым волосам, стянутым в косу, позавидовала бы любая девушка.

— Добрый день! — вежливо поздоровался я, привлекая внимание пары.

— Чего тебе? — недружелюбно буркнул кузнец, пристально глядя на меня.

— Простите моего мужа, — ласково произнесла женщина, посмотрев на него с такой нежностью, что у меня защемило в груди. — Утро выдалось нелёгким! Меня зовут Лирея. А это мой муж, Руитил.

— Лионикс, — представился я в ответ. — Рад нашей встрече! Мы уже встречались раньше, но поговорить так и не довелось. Мастер Руитил снабдил мой орден оружием, так же как и всех остальных. Благодаря вашему мужу мы смогли выстоять до прихода подкрепления.

Лирея благодарно улыбнулась.

— Лионикс? — недоверчиво переспросил кузнец. — Это же ты привёл помощь! А ещё говорят, что ты... — он понизил голос. — Хранитель!

— Мне просто повезло, — пожал плечами я. — Без таких людей, как вы, у нас ничего бы не вышло. Победу куёте именно вы! Мастер Руитил, мне нужен ваш совет.

— Сове-е-т! — важно протянул кузнец, поглаживая бороду. Впрочем, после моих слов он стал выглядеть довольным. Напомнить при жене о том, как всем необходимы его умения и знания, было умно. Какого мужчину оставит это равнодушным? После такого спина сама распрямляется, плечи раздаются, а глаза снисходительно осматривают всё вокруг, в попытке зацепиться за что-нибудь, где могут пригодится умелые руки мастера. — Вам, молодым, не нужны советы! Вы и так всё знаете лучше всех! Прислушиваться к опыту...

— Руитил! — с улыбкой прервала его Лирея.

— Хм... Да... — он снова зыркнул на меня. — Ну хорошо... Что там у тебя?

— У нашего ордена нет кузнеца, — начал я. — Мне хотелось бы самому стать опытным оружейником, но я не знаю с чего лучше начать. Что мне потребуется, чтобы самостоятельно ковать мечи и доспехи для наших бойцов? Какие навыки мне пригодятся?

— Ха! — рассмеялся Руитил. — Всё не так просто! Обычно я беру за науку деньги, но в этот раз сделаю для тебя исключение. Слушай внимательно!

Колесо давно починили, и мы тронулись в путь, догоняя остальные повозки, а добряк-кузнец всё это время вываливал на меня груду информации. Если бы я начал пытаться разобраться самостоятельно в дебрях кузнечного дела, вспоминая опыт прошлых игр, то наворотил бы ошибок.

Руитил был простым кузнецом, умел делать оружие и доспехи качеством не выше обычного. Ещё он умел плавить руду. Мастер-оружейник, мастер-бронник и мастер-лучник — это три разные профессии. Им можно обучаться одновременно, но тогда добывать материалы самостоятельно у меня не выйдет, так как изучить можно всего три дела. Для изготовления оружия и брони нужны всевозможные металлы, которые добыть может только рудокоп. Для переработки металлов необходим навык «кузнечное дело», а уже потом из слитков можно ковать оружие. Но почти во всех предметах экипировки требуется кожа и другие, пока неизвестные мне, материалы со всего мира. Добыть шкуру может охотник. Чтобы сделать из шкуры кожу, нужен кожевник. И так абсолютно во всех профессиях! Без помощи других, без постоянного поиска материалов и торговли создать самостоятельно хорошее оружие будет попросту невозможно!

Кузнец обмолвился, что поговаривали, будто раньше ордена владели землями и прилежащими к ним ресурсами. Это позволяло вести им торговлю, обменивая материалы на другие и изготавливая лучшее оружие, благословлённое жрецами. Впрочем, редко какое человеческое оружие могло поспорить с гномьим.

Ремесленникам приходилось учиться всю жизнь. Каждый оружейник мог ковать только несколько видов оружия, обычно распространённого в этих землях. Это не делало их плохими, но гоблину будет тяжело научиться обращаться с человеческим клинком, длина которых превышала рост маленьких существ. Чтобы научиться изготавливать другие разновидности оружия, приходилось либо путешествовать в поисках мастеров, либо призывать этих мастеров к себе. Но разве уважаемый оружейник поспешит в какой-нибудь захудалый замок за тридевять земель? Чтобы твою крепость посещали, нужно иметь в распоряжении что-то уникальное, чем их можно привлечь.

То же самое касалось и других профессий. Охотнику, при появлении в новых местах, приходилось искать тех, кто расскажет, как правильно снимать трофеи с новых зверей и монстров. Рудокопу, наткнувшемуся на неизвестную руду, нужно было расспросить о ней знатока горного дела.

Это заставило меня крепко задуматься. Я предполагал, что после разговора с ним добуду кирку да последую примеру игроков, которые бегают и молотят по залежам камней, а иногда и железной руды. Причём добытый камень все тут же выкидывают, не желая таскать с собой лишний груз. Но мастерство в горном деле у них исправно росло.

У меня перед ними было преимущество. Материалы мне и так принесут, ведь я глава ги... Тьфу! Ордена. Я смог бы ковать оружие и мастерить доспехи. Даже луки. Ведь все ресурсы ордена будут в моих руках. Если они будут, конечно, эти ресурсы...

— Ты странный человек, Лио! — хохотнул Ворон, появившись передо мной на чёрном коне. Он насмешливо смотрел, как я накидываю тетиву на первый изготовленный лук.

— Вот так, молодец! Ты быстро учишься! — похвалил охотник Трокар.

Я кисло улыбнулся в ответ: лук с уроном 4-5 можно только выбрасывать, новичков ведь нет. Но начало положено. Профессия «изготовление луков и арбалетов» успешно выучена! Жаль, в походе нельзя провернуть тоже самое с оружием и доспехами.

— Спасибо, Трокар! Это очень поможет мне!

Охотник с улыбкой кивнул, поднялся и ушёл туда, откуда доносились приятные запахи еды. А я повернулся к Ворону:

— Привет!

Стройный синеглазый всадник спрыгнул с коня. Шлем он снял, предпочитая, как и многие другие, ходить без него, пока не придёт время боя. Прекрасные пластинчатые доспехи, покрытые шипами, совсем не стесняли движений. Белый плащ, опускающийся почти до земли, прикрывал необычный фиолетовый металл. 15-й уровень над головой Ворона заставил завистливо вздохнуть. Что ж, я сделал, что хотел. Теперь есть время на охоту за сокровищами и уровнями.

— Ты воин, но выбрал ремеслом луки? — поднял бровь Ворон. — Есть какая-то скрытая причина? Мастерство добавит тебе бесплатные очки ловкости или ты принимал решение из разряда «хоть что-нибудь выучить поскорее»?

— А вот мучайся теперь! — я хитро посмотрел на него. 620 ОЗ!!! Мне срочно нужно искать броню получше. Мои 132 единицы жизни смотрятся просто смешно. Зато урон неплохой. Пальцы бережно коснулись амулета. — Лучше расскажи, что у тебя за класс такой. Вроде рыцарь, но доспехи выглядят лёгкими, а оружия при тебе нет.

— Все, кто сражался со мной на утёсе, давно знают об этом. Так что никакого секрета тут нет, — нагло ухмыльнулся Ворон. — Но чтобы добавить немного интереса...

Ворон вызывает вас на дуэль!

Во время дуэли вы невосприимчивы к любым положительным и отрицательным эффектам других персонажей.

— О, это я завсегда!

Я подорвался с земли, доставая мечи. Такого противника у меня ещё не было! Улыбка распирала рот до ушей. Нахлынул азарт. Шлемы на наших головах возникли почти одновременно, что вызвало смешки у нас обоих.

— Нападай, малыш! — снисходительно бросил Ворон. — Среди игроков ходят слухи, что ты неплох!

Прозвучало совсем не обидно. Я выглядел как бродяга, бросивший вызов рыцарю. Он затмевал меня своей сверкающей бронёй, хотя мои мечи тоже смотрелись достойно, да и старинный шлем был красивым. А вот его шлем больше походил на корону.

«Ну, сейчас мы её ему поправим», — подумал я, мысленно хихикая. Нет, на победу рассчитывать не приходилось. Разница в восемь уровней давала противнику многократное преимущество.

Я устремился вперёд, мгновенно делая два взмаха. Ворон смог увернуться от одного, но второй клинок задел по шлему.

–1 ХП! Пробить его броню у меня не выйдет! Ну, а на что, собственно, я надеялся? В глаза бросился странный блеск, исходивший из руки Ворона. Придётся отойти!

В руках фиолетового рыцаря появлялся... Меч? Да. Странный, будто из голубого стекла, одноручный меч. Должно быть, магический. Воин-маг?

— Надеялся увернуться, было бы эффектнее, — с сожалением признался Ворон, направляя призванный меч на меня.

— Народ! Там Хранитель с Вороном сцепились! — донеслись до нас восторженные выкрики.

Но нам было не до того. Я улыбнулся, показательно разведя мечи в сторону, а затем снова набросился на него. Что ж, стоило признать, Ворон умел обращаться с мечом. Он часто встречал мои клинки, умело уклонялся, когда было нужно, делал выпады сам, которые я не решался отражать, уходя в сторону. Но ему, как и всем моим противникам до него, не доводилось изо дня в день упражняться на арене до заката, на протяжении недель... Достать меня у Ворона не получалось, а мои мечи раз за разом отнимали по единице ОЗ, а иногда и по две, если проходил критический урон. Я намеренно старался цеплять шлем — пусть урон смехотворный, но, наверное, его это не радовало. Да только без толку! Даже «танец смерти» отнял всего десяток жизни, который восстанавливался прямо на глазах.

Разглядывать зрителей времени не было, но краем глаза заметил золотоволосую воительницу. Адэноэль пришла посмотреть на своего ученика... Даже герцог стоял неподалёку с парой стражников и Гаконом.

Они там что, ставки делают? Этот бой ведь безнадёжен!

Ворон применял то, чему его учил неизвестный мастер, не пытаясь молотить по воздуху впустую. Поединок был красивым. Мечи со звоном встречались в воздухе, мы умело передвигались по кругу, организованному кричащей толпой. И мы оба тяжело дышали. На тренировках всегда легче, так как мой с Адэноэлью поединок обычно длится не более минуты. А сколько времени прошло сейчас? Наверное, Ворон подумал о том же.

— Мне кажется, пора заканчивать, — он отступил на безопасное расстояние. — Признаю, сражаешься ты лучше меня. Но дуэль должна закончиться победой одного, так что извини, начну играть нечестно.

— Ты поддавался? — ахнул я.

— Нет... Впрочем, сейчас увидишь.

Ну, попробуй закончить! Ухмылка снова появилась у меня на лице. Ждать, пока он сам кинется, я не стал. Бросился первым. Как и в прошлый раз, успешно. Клинок скользнул по нагруднику, а Ворон открыл бок, просто заставляя меня мгновенно развернуться и с размаха ударить по левой руке. Но не вышло. Клинки встретили щит, возникший из ниоткуда. Я потерял равновесие, но попытавшийся воспользоваться этим Ворон не сумел дотянуться мечом, хотя был близок к этому.

Мгновенный перекат, подъём на ноги, ещё отскок. Всё, как учила Адэноэль. Надеюсь, она мной гордится! Выпавший меч вернулся в руку.

Приглядевшись к щиту из такого же голубого стекла, что и меч Ворона, я заметил, что у него есть собственный запас прочности. Щит мог принять 300 урона, а мои клинки сняли почти 60.

Противник усмехнулся, воткнул магический меч в землю и повёл рукой, произнося коротенькое заклинание. Увиденное заставило меня досадливо поморщиться. Маг решил окружить себя ещё и барьером на 400 единиц. Ковырять мне его до конца жизни!

— Это так, показать, что ещё умею, — довольно улыбнулся Ворон. — Ну а теперь...

Он снова забормотал непонятные слова, отводя в стороны меч с щитом. Я устремился к нему, желая его прервать, но что-то ударило в голову и сбило с ног.

— Это, называется, кулак ветра, — хмыкнул противник, пинком отправляя меня снова на землю и не давая подняться. Следом он ударил щитом, прерывая мои попытки взмахнуть оставшимся мечом паладина. И этот меч вылетел из рук.

— Когда наберёшься сил, проведём ещё один бой, — пообещал Ворон и с силой опустил меч.

Но меч наёмника вовремя вернулся мне в руку, парируя беспощадный удар. От неожиданности Ворон отшатнулся. Не вставая с земли, я ткнул клинком паладина ему в глаз на прощание, прежде чем он снова двинул меня щитом и несколько раз обрушил на меня магический меч. Даже лёжа, у меня получилось парировать левой рукой рубящие удары, но против колотых я оказался бессилен.

Вы проиграли дуэль!

— Ты серьёзный противник, Лио, — Ворон протянул руку, помогая подняться.

Полоска жизни тревожно моргала, привлекая внимание к оставшейся единице жизни. Со всех сторон на нас обрушились восторженные крики.

— Вот это бой!

— Красавцы!

— Лио, ты зверь! Держался до последнего!

Мы с Вороном переглянулись и расхохотались.

— Это всё мой отпуск в городе бесов, — признался я ему, отсмеявшись.

— Поднимай уровни, — серьёзно произнёс Ворон. — Мы уже сейчас отправимся в путь, ищи мобов.

—Я так и хотел! — откликнулся я.

Мы пожали руки, хлопнули друг друга по плечу и довольные собой пошли, в окружении других игроков, к Року, который жестами подзывал нас.

— Мериль! — я нашел её фигуру в толпе и тут же притянул к себе. — Ты пойдёшь с нами!

— Нет, нет! — испуганно мотнула головой она. Ведь рядом с Роком стоял и синеглазый Колгрим...

— Ничего не бойся! — с улыбкой сказал я, дотронувшись пальцем до её кончика носа. — Ты со мной!

Ворон хмыкнул, непонимающе посматривая на нас, но промолчал.

— Вы хорошо сражались... — неуверенно выдавила Мериль из себя. — Я ничего не понимаю в этом, но было красиво, а не страшно.

— Так и должно быть, юная леди, когда нет намерения убить друг друга, — громко откликнулся Ворон. — Без летящих в разные стороны конечностей это всего лишь искусство!

Девушка слабо улыбнулась, теребя от волнения прекрасный чёрный локон.

— Потрясающее зрелище, друзья! — воскликнул Рок, когда мы приблизились. — Милорд, лучше поединка между нашими бойцами ещё не бывало! Могу с уверенностью утверждать.

— Это потому что ты сам не вышел драться с Вороном, — в тон ему ответил я. — Вот тогда можно было бы сказать, что поединок зрелищный. А так... Добрый день, милорд!

Герцог ответил приветливым кивком головы.

— Ты думаешь, у меня есть время упражняться с мечом?! — возмущённо фыркнул Рок.

— Уверен, что это так, — без тени сомнения кивнул я. — Такой человек, как ты, не оставит такое важное дело без должного внимания.

Гакон слушал нас с доброжелательной улыбкой, но держал руку на эфесе, не доверяя никому.

— Лионикс, вы не представите нам свою очаровательную спутницу? — словно помогая мне, спросил он.

— Я Мериль, милорд! — тихо ответила девушка сама.

— Талантливая травница и алхимик, — с гордостью произнёс я. — Многие здесь обязаны ей жизнью.

— Лионикс, теперь я понимаю, почему вы не явились ко мне вчера, и ничуть вас за это не осуждаю, — с герцогом не угадаешь, когда он проявляет хорошие манеры, а когда говорит искренне, но девушка вспыхнула и осмелилась посмотреть на него. — Вы прекрасно выглядите, Мериль!

— Спасибо, милорд! — едва слышно сказала она, вновь опуская глаза.

— Нет, с Мериль у нас дружеские отношения, — я ходил по очень тонкому льду. Ведь за спиной у Рока стояла Мортис. Но в её глазах плясали весёлые искорки. Что у неё в голове творится... То она как туча, без особой причины, то веселится, хотя другие девушки не преминули бы устроить сцену, даже зная, что никаких предпосылок к ревности нет. — Моё сердце уже занято...

— О-о! — Ворон посмотрел на меня одобрительно, с малой толикой удивления. — И молчал? Даже интересно, кого это ты выбрал!

— Поздравляю, Лио! — вмешалась Адэноэль. — Ты славно бился! Твоей главной ошибкой был выбор противника, он тебе не по плечу. А вот тебе, Ворон, не помешают тренировки. Надеюсь, твой учитель хорошо владеет не только магией.

Впервые надейка назвала меня сокращённо, как обычный игрок! Раньше такого не случалось, хотя многие наши имена очень сложно выговорить.

— Кстати, кто твой учитель? — осведомился Рок, уцепившись за интересную тему.

— Я не говорил тебе раньше. С чего ты взял, что расскажу теперь?

Ох! Ворон как всегда верен себе. Дерзкий. Совершенно не боится намекнуть, чтобы Рок не лез не в своё дело. Конечно, он был прав. Если уж выкладывать секреты, то начинать надо именно с Рока. У него их явно переизбыток.

Пока магистры обменивались забавными колкостями, а Колгрим с Гаконом и Мериль вели непринуждённую беседу о погоде, я пару раз обменялся взглядом с Мортис. Невольная улыбка возникла на лице. Как же мне хотелось остаться с ней наедине ещё раз! Может, пригласить её к себе в шатёр? Нет, тогда об этом к утру узнает каждый камень, а ей это вряд ли понравится.

Впереди быстрым шагом прошла Искра, направляясь к тронувшемуся командному пункту. На нас она даже не оглянулась. Ещё одна загадка, которую пора бы уже разгадать. Я интересовался у Станиэля её внезапными переменами, но он лишь удивился, сказав, что с ним она такая же, как и всегда.

Сбоку подошёл Релгар, вежливо прервав беседу.

— Прошу прощения! Милорд, обоз двинулся, а у нас ещё остались неотложные дела, требующие вашего внимания.

— Конечно. Мериль, надеюсь, мы сможем продолжить наш разговор в следующий раз, — герцог был само обаяние!

Не знаю, где он учился вести светские беседы, но его умению разливать словами воду, беседуя ни о чём, позавидовали бы лучшие маги воды. Гакон поддерживал их разговор из вежливости, а вот Мериль была знатоком местной природы и серьёзно старалась отвечать на безобидные вопросы герцога.

Единственное, что мне удалось усвоить из их слов (помимо того, чем кролик отличается от похожего пушистого зверька мирро), на приёмы местной знати я — ни ногой!

Колгрим ушёл, забрав с собой Релгара, но Мериль выглядела счастливой. Бедняжка! Вряд ли у них что получится...

— Мне тоже пора, — Ворон быстро распрощался со всеми, отправившись к группе своих людей, собравшихся пофармить.

— Только ты не убегай, Лио, — хмыкнул Рок. — Я ещё вчера хотел с тобой поговорить, но ты исчез.

— Я пойду, — тихо шепнула мне Мериль, затем внезапно прижалась ко мне, подняла голову и добавила. — Спасибо!

— Теперь понятно, зачем ты привёл её к нам... — глядя ей в след, сказал Рок.

Серые проницательные глаза, принадлежавшие могучему воину-танку, оценивающе скользнули по мне. Властное лицо скривилось в усмешке. Как так получилось, что Ворон, герцог и он оказались у нас одновременно? Ведь даже одного сильного лидера трудно встретить. Может, я обманываюсь, и это просто правильно подобранная внешность, приправленная игровой графикой, заставляет меня так думать о них? Но нет, об остальных магистрах такого не скажешь. Разве что у Ролайн довольно сильный характер и не менее острый ум.

— И ты хочешь теперь что-то получить за отданный класс? — Рок не пытался скрыть иронию в голосе. — Палкивиад ошибся, я ничего не приобрёл. Страут остался там, решил попробовать самостоятельно разобраться с проклятием. Он ушёл в этот замок, а я потерял мага. Но если ты настаиваешь, давай решим так. И я даже не стану делать вид, что это не одолжение. Если авантюра выгорит и мой орден что-то с этого получит, мы с тобой вернёмся к этому разговору. Либо другой вариант. Твоему ордену... Даже не отнекивайся, каждый дурак понимает, что он остался твоим! Твоему ордену, или тебе лично, может потребоваться моя помощь. Если меня это не слишком затруднит, я выполню просьбу, но после этого мы будем в расчёте. Даже если все сокровища со всех уровней подземелья станут моими. Идёт?

— Я обещал получить хоть что-то, — довольная улыбка сама появилась на моём лице. — Твоё предложение довольно щедрое!

— Я тоже так считаю, — согласно кивнул Рок. В его руках появился клочок бумаги, который он протянул мне. — Вот держи! Не хочу с этим тянуть.

— Что это? — с любопытством спросил я, разворачивая свиток.

Получен пакт о ненападении!

Договор обязывает стороны воздерживаться от агрессивных действий по отношению друг к другу! Нарушивший договор подвергнется значительным дипломатическим штрафам. Чтобы расторгнуть договор, пошлите официальное письмо главе влиятельного сообщества. По истечении десяти дней договор будет расторгнут.

— Значительным дипломатическим штрафам, — пробормотал я. — Знаешь, о чём речь?

— Пока нет, — покачал головой Рок. — Мало желающих проверять на себе последствия. Уверен, добавки не захочется. Нарушение официального договора — это всегда серьёзно.

— Я не могу подписать, ты же знаешь, — с сожалением вздохнул я. — Тебе нужно с этим идти к Хоннорату.

— Он уже подписал вторую бумагу. Но без этой пакт действовать не будет. Ты ведь не думал, что я буду тратить наше время просто так? — Рок заёрзал на свежем пеньке, устраиваясь поудобнее.

Недалеко от нас группа игроков очищала стволы поваленных деревьев, заготавливая дрова и складывая их в повозку. Ведь костры в лагере будут гореть всю ночь. Если раньше хотя бы в стороне всегда был редкий лесок, то сейчас приходилось рубить все одиночные деревья, попадавшиеся на пути. На магических светильниках ничего не приготовишь.

— Хоннорат сказал, это от тебя зависит, подпишет он эту бумагу или нет. Просто передай её магу! Если у тебя нет других взглядов на будущие отношения наших орденов...

— Нет! Конечно, нет, — заверил я, скручивая пергамент. — Но почему сейчас? Ворон мне пакт не предлагал.

— Он наивно уверен, что всегда сможет всё мирно уладить с тобой, — спокойно ответил Рок, глядя на проходящих мимо людей.

— А ты — нет?

— У нас уже были с тобой разногласия. Ты достал мечи даже перед воином герцога, — он вдруг улыбнулся. — Ты импульсивен и можешь наброситься, не подумав как следует о последствиях. А так у тебя будет на раздумья целых десять дней, пока истекает срок договора.

— Мы подпишем его.

Получен 8-й уровень!

Зло оскалившись, я с трудом вытаскивал меч, вошедший через подбородок и плотно засевший в черепе гориллоподобного монстра. К счастью, уже мёртвого. Лишь после, когда клинок оказался в руках, я вспомнил, что мог просто притянуть оружие к себе.

— Ну что, ещё одного? — с сарказмом спросил я, оборачиваясь к союзникам. Все пятеро неодобрительно посмотрели на меня.

— Да иди ты! — беззлобно отозвался Дертер. — Мы чуть не отлетели. Нафиг такие эксперименты. Пусть этих монстров пылесосят те, кого хилы прикрывают. Ты еле успел! Твоё хранительное заклинание будет откатываться сутки. Пойдём лучше тенеглотов поищем, скоро темнеть начнёт, они должны уже повылазить. Там хоть трофеи на что-то годятся! А с этой макаки... Что, правда, никто ничего с неё снять не может?

Он поочерёдно взглянул на остальных игроков, те хмуро покачали головами в ответ.

— Ты же охотник! — ухмыльнулся Палкивиад. — Вот и отрежь ей что-нибудь нужное.

— Да не учил нас Трокар ничему, — огрызнулся Дертер. — Столько усилий из-за крох опыта?

— Ну, не сказал бы, что крохи, — протянул я.

300 опыта на каждого — это и правда было немало. С тенеглота упадёт едва ли 50.

Я распределил очки, на этот раз не вкладывая в телосложение, а прибавив 2 к силе и 1 к ловкости. Урон был чуть ниже, чем у Ворона, но ненамного. Его меч наносил по мне 70 урона, у меча паладина высший показатель атаки достиг 50.

— Эй! Вы можете что-то забрать с шадрима? — крикнул Дертер группе игроков со значком Ордена Рока.

— Не! Они ва-а-ще бесполезные! — лениво отозвался парень, приближаясь к телу моба, утыканного арбалетными болтами.

Я помнил его, это был Линнет, раньше он ходил с арбалетом, зато теперь за его спиной поблескивал внушительный двуручный топор.

На убитого шадрима парень не смотрел, глаза рыскали по земле. Как только он заметил мой взгляд, тут же развернулся к своим соратникам.

— Пойдём, ребята, нечего тут делать.

Сказано это было нарочито громко. Для нас. Палкивиад не видел его взгляд, когда Линнет смотрел на землю, но даже он, после этих слов, с недоумением взглянул на меня. Я улыбнулся. Линнет врал, причём неумело. Потому и не спешил уходить, надеясь, что это сделаем мы. Что ж, к счастью, парень не был могущественным злодеем, поэтому я решил действовать в лоб.

— Линнет! — я подождал, пока он обернётся. Его хитрая улыбка лишь подтверждала мои догадки. — Скажи, а лут того стоит, чтобы врать тому, с кем выживали бок о бок, в первый же день встречая орду бесов? — удовольствие от происходящего нарастало. Жаль, конечно, что Линнет оказался таким мелочным. — Ты сам себя выдал взглядом. Шадрим что-то прячет в земле. Мы найдём это, но разве тайник стоит того, чтобы вместо помощи попытаться обвести вокруг пальца других? Ведь конкуренцией это не назвать.

Лицо Линнета стало нервным. Он бросил взгляд по сторонам, решая, что делать.

— Как мило! Теперь у тебя возникла мысль убить нас? Чтобы всё не вышло наружу? — моя улыбка оставалась доброй, а вот глаза — нет. — Да, вы, наверное, даже смогли бы это сделать, я в своей группе пока слабое звено, но что дальше? Буквально несколько часов назад мы с Роком подписали пакт о ненападении, посмеешь его нарушить? И ради чего?

— Да хрен с его совестью, — буркнул Дертер, с презрением глядя на Линнета. — Не нападут. Кишка тонка. Давай просто отыщем вещички.

— Линнет, ты что, серьёзно? — спросил темноволосый, зеленоглазый Кейн, один из его спутников. — Это же Лионикс! Прости, Лио. Мне сразу не понравилась его задумка, но почему-то тоже промолчал... Ищите замаскированную ямку, шадрим от неё далеко не отходит. Вещи и правда неплохие. Попадается всё: от экипировки до кучи беличьего помёта. Удачи вам! Пойдёмте, парни. Ах, да! Не советую пытаться нападать на шадримов выше тринадцатого уровня. Способности — жесть! Выбивает ХП даже у сильных танков.

— Спасибо! — уже в спину крикнул я ему. Кейн поднял руку в кожаной перчатке, мол, услышал, но даже не обернулся, выговаривая что-то Линнету. Посмотрев на своих бойцов и вздохнув, добавил. — Жаль.

— Даже не пытайся сделать всех благородными! — беспечно отмахнулся бородатый Дертер. — Лишь свои нервы потеряешь. Игроки не изменятся! Большинство поступило бы так же, как этот Линнет.

— Знаю, — усмехнулся я. — Но захотелось прижать ему хвост, чтобы думал впредь. Было довольно интересно, да и безопасно. Далеко не всегда можно высказать всё человеку в лицо. Особенно тут.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — заметил Палкивиад. — Надо сообщить об этом советнику. Может, он перестанет менять магистров нашего ордена.

Шутка попала точно в цель, немного разрядив обстановку. Мы внимательно осматривали землю, тщательно притаптывая ногами в поисках замаскированного тайника.

— Ну, кстати... — проговорил Дертер после короткой тишины. — Если бы они смогли взять что-нибудь с монстра, то я не стал бы возражать. Никто не виноват, что мы чему-то не обучены, так зачем добру пропадать? Разве что, спросил бы совета, у кого этому научиться. Но поступать вот так... А-а-й!

Его ноги провалились по колено. Мы кинулись к стрелку, уже понимая, что наши поиски закончены.

— Ну, что там? — с любопытством спросил я, помогая выбраться Дертеру.

— Что-то твёрдое... — пробормотал он в ответ.

Палкивиад и Израмир опустились по обе стороны ямы, сгребая ветки, прикрытые травой.

— Неплохо! — протянул Палкивиад, извлекая оттуда чешуйчатый доспех.

Усиленный доспех городского ополченца

+ 15 защита

+ 30 ОЗ

+ 2 к силе

— Средняя броня, — подытожил Гальдар Тёмный. — Мне такая не пригодится, я её перерос.

— Да она только Лиониксу и подходит, — заметил Дертер. — Вы с Палом в тяжёлой броне, да и уровень у вас повыше, Израмир — маг, а я ловкач.

— Тут ещё кое-что!

Получено снаряжение!

Получено: 3 медных монет.

— Жаль, но это всё! — с сожалением сказал Израмир, вглядываясь в яму. — Но по три монеты на каждого — не так уж и плохо! С тенеглота и такое не падает.

Я промолчал, примеряя новую броню с довольной улыбкой. Стальная серебристая пластина с узорами, прикрывала грудь. Из-под неё, почти до самых колен, опускалась чешуйчатая кожа, заканчиваясь в форме треугольника. Сам край треугольника неведомый мастер сделал голубым, как и пять равномерных полосок, пущенные поверх серебристых чешуек и доходивших до пластины на передней части нагрудника. Синий дублет с длинными рукавами и высоким воротником застёгивался на груди, немного прикрывая пластину и завершая образ.

Да, он мне определённо нравился. Вдобавок я снова повысил свой урон, пусть всего на пару единиц, благодаря дополнительным очкам силы.

— Мне кажется, если мы найдём ещё одного шадрима девятого уровня, то можно и рискнуть. Вы так не считаете? — с улыбкой спросил я спутников.

Они не ответили, но в глазах каждого разгорался азарт.

— Привет, Лио! — Искра дёрнула меня за рукав, возвращая на землю. Крепко же я задумался! — Тебя в последнее время сложно застать одного, а мне нужно с тобой поговорить. Срочно!

— Привет, — улыбнулся я ей. — Несложно было заметить, что с тобой что-то происходит, но решил, что дело личное.

— Нет! Это дело наше с тобой! Больше никому нельзя верить!

— Даже так? Ну, тогда пошли в палатку.

Лагерь понемногу затихал. Усталые надейцы и оживлённые игроки рассаживались у костров, заводя долгие беседы о дневных приключениях. Или сами внимательно слушали истории о мире, о невзгодах пожилого крестьянина, о потерях, которые пришлось перенести. Это длилось долго, лишь после полуночи все понемногу начинали расходиться. Несмотря на усталость, на мирных людей накатывала тревога по вечерам. Они боялись, что всё это может вдруг снова исчезнуть, закончиться очередной трагедией. Все понимали, в каком шатком положении мы находимся. Игрокам приходилось проще. Многие были готовы принять последний бой, ведь нам далеко удалось зайти. А кое-кто даже хотел новых масштабных событий, когда могущественные армии дышат им в затылок.

Меня в заварушки пока не тянуло. Я всегда предпочитал в любых играх сперва наладить быт, экономику, а уж затем предусмотрительно бросать вызов соседям. Здесь поспешность грозила смертью тем, к кому я уже привязался. А проводить вечера вот так мне очень нравилось. Разговоры у костров медленно перетекали в беседы с рыцарями ордена в нашем шатре. Они строили планы, придумывали интересные идеи, рассуждали о прокачке того или иного класса, шутили друг над другом и обо всём на свете. Неловких моментов почти не случалось, хотя среди моих ребят были те, кому не исполнилось даже четырнадцати. Гальдар Тёмный, к примеру. Все подшучивали над его ником только потому, что он выбрал себе белые волосы. Но он не обижался, не нёс глупостей, легко влился в компанию, хотя большинству было за тридцать лет. А я ещё ими рвался управлять...

Я галантно откинул полог, впуская Искру, потом зашёл сам и тщательно задёрнул. Если разговор конфиденциальный, то щели оставлять нельзя. Одной из самых важных вещей для личного использования стал маленький амулет из камня, напитанный крохами магии. Хоннорат научил одного игрока основам навыка «изготовление магических предметов», взамен он наказал ему наделать этих самых амулетов, которые позволяли без опаски говорить о чём угодно в личных покоях. В данном случае, в шатре. Ни один могущественный маг не мог преодолеть столь простое охранное заклинание и не мог ничего подслушать на расстоянии. Хоннорат предупредил всех, что недоброжелатели могут подменить камни или прислать шпиона. Тогда амулет будет бесполезен. Поэтому он советовал проверять их каждый раз перед тем, как мы соберёмся говорить о чём-то важном.

Пока Искра устраивалась поудобнее на медвежьей шкуре, я взглянул на шкалу опыта. Почти три часа мы потратили на фарм, но заполнить шкалу нового уровня не успел. Требовалось ещё чуть больше 2000 опыта. Зато мы разжились неплохими трофеями, хотя шадримы больше не попадались, и экипировку добыть не смогли. Только ингредиенты, травы, и трофеи с монстров, часть из которых Палкивиад продаст орденам. В целом, каждый участника Ордена Порядка вносил свой небольшой вклад в развитие. Активных игроков у нас более двадцати, с учётом тех, кто сейчас спешил убраться подальше от Поляны Возрождения.

Я взглянул на девушку, чьи волосы напоминали застывшее пламя. Она заметно нервничала, собираясь с духом. Что же такого Искра узнала? Изящный балахон мага ей очень шёл. Даже сейчас она казалась грозной, но прекрасной.

Пока девушка приводила мысли в порядок, я с улыбкой вспомнил про прошедшую тренировку. Адэноэль была довольна моими успехами и пообещала завтра наделить меня ещё одной способностью. Магов вначале учили по одному заклинанию в день, но мой путь оказался сложнее. Прежде чем позволить выучить мне новое умение, воительница должна убедиться, что я не просто так трачу её время. Когда все семь начальных способностей оказываются выучены, это значит, что новичок запомнил все основы боя и готов подниматься на следующую ступень мастерства.

— В общем так, Лио! — прервала молчание Искра. Голос слегка срывался от волнения, но глаза смотрели вызывающе и твёрдо. — Рок — предатель!

Глава 11

— Сейчас, где-то здесь у меня должен быть чай...

— Какой, к дьяволу, чай! Ты слышишь меня?! Рок нас предал!

— Слышу, — спокойно отозвался я, поставив на землю пару кубков и наливая туда остывшую жидкость из маленькой кастрюльки. — Талисман можешь отпустить, он точно работает.

— Нет! — мотнула головой девушка, крепко сжимая в руке камень. — Я должна быть уверена, что нас не подслушают. Если узнают... Нас с тобой мигом убьют! И сделают так, что мы не сможем предупредить остальных.

— Сможем, — всё так же спокойно ответил я, протягивая кубок. — Я знаю, где искать людей, которые играют с нами. Пей!

Искра машинально, не пытаясь спорить, в одно мгновение выпила всё. Жаль! Я думал, она распробует напиток Алеин.

— Теперь говори, как ты об этом узнала?

— Почему ты такой спокойный?!! — неожиданно взорвалась она, кинув пустой кубок в стену шатра. — Ты мне не веришь?! Или, может, ты об этом знал?! Или сам на его стороне?!!!

— Ну, если швыряние кубком нам как-то поможет, то я могу начать, — усмехнулся я, оставляя вспышку гнева без внимания. — Что до остального... У тебя паранойя. Привёл бы я герцога, если бы хотел нас всех уничтожить? Я же говорил тебе, что мог сжечь корабль одной несчастной руной огня. Колгрим не сдался бы просто так, убил бы меня, но против всего Азулгейта он бы не выстоял. Пытался бы я защитить караван от проделок гоблинов? Устроить всемирный потоп было бы несложно, никто бы и не догадался, что это моих рук дело. Это ты ещё не знаешь, что Альтуриан предлагал мне переворот. Хотел, чтобы я помог убить герцога и направить вас к границам его владений.

— Эльфийский принц? — недоверчиво произнесла Искра. И вдруг всхлипнула. — Прости, Лио... Ты прав... Просто так сложно одной... Никому нельзя верить! — больше девушка не сдерживалась, слёзы потекли из глаз, но она всё равно продолжала говорить. — Я уничтожу его орден! Изнутри! Почему он так поступил?! Я до последнего не хотела верить... Почему он такой?! Ты мне веришь?!

— Верю, — просто сказал я, подсаживаясь к ней и обнимая, как когда-то давно на утёсе. — Верю.

Прошло немного времени, прежде чем девушка успокоилась и начала тихо говорить.

В последнюю ночь на скале, когда все праздновали победу и отдыхали от выматывающих дней осады, Искра делала то же, что и всегда в это время. Практиковала заклинания на манекенах. Ей не понравилось, что во время битвы она не всегда успевала вовремя реагировать на угрозы, иногда путалась в словах. После занятий девушке захотелось полюбоваться на красивое ночное небо, свесив ноги с обрыва, ведь все покидали это место. Но за последним домом кто-то был — Искра услышала странное бормотание и заметила фиолетовое свечение.

Не придумав ничего лучше, она прошмыгнула в пустующий дом и прокралась к окну, выходящему как раз на ту сторону, где были слышны звуки. Ставни, на её счастье, оказались открыты.

— Ты подвёл нас! — раздался совсем рядом незнакомый голос, наполненный силой и почему-то вызывающий настоящий ужас.

Искра смогла перебороть страх и слегка подняла голову, пытаясь увидеть того, кому принадлежал этот голос. В двух шагах спиной к ней стоял Рок. Девушка узнала его сразу по осанке, броне, причёске... В правой руке Рок держал странную светящуюся книгу. Перед его ногами сиял фиолетовый круг. Хоть Рок и закрывал большую его часть своим телом, но Искра почти не сомневалась, что именно из этого круга идёт неведомый голос.

Рок, будто почувствовав, слегка сдвинулся влево, открывая девушке призрачную фигуру собеседника. Разглядеть его лицо было невозможно из-за капюшона, но ростом существо доставало стальному воину чуть выше пояса. От него веяло такой силой, что Рок, по сравнению с ним, казался мошкой. Увидев уровень незнакомца, Искра чуть не ахнула, но вовремя зажала рот. Двухсотый!!!

— От тебя требовалось так мало... Но ты не справился! — вновь послышался обрекающий голос существа, замотанного в жуткий рваный балахон.

— Мы добились чего хотели! — голос Рока оставался ровным. — Появление пришельцев прекратилось, многие погибли и уже не вернутся. Никто не мог предугадать, что сюда подоспеет помощь. Даже ты. Верно, мы уходим. Но люди всё равно обречены.

— Этого недостаточно! — призрачный силуэт рявкнул так, что Рок, пригнувшись, отступил назад. — Я буду наблюдать за тобой, магистр. Если ты не преуспеешь... Если мне придётся явиться самому... Помни! Ты подписал договор. Нарушишь его — и познаешь боль. Ваша особенность не убережёт тебя от неё!

— Я помню, повелитель! — Рок склонил голову. — Мои люди послужат тебе, даже не зная об этом. А когда поймут, выбора у них уже не будет.

— Теперь понятно, для чего он отправил Архитектора в проклятую крепость, — задумчиво пробормотал я.

— Что? Ты что-то знаешь? Говори прямо! Мне сейчас не до загадок! — гневно сверкнула глазами Искра.

— Лорд Андре, босс крепости, поведал мне, что у них с Архитектором был уговор. Андрэ отдаёт ему книгу на выбор, а тот помогает ему побороть проклятие. Какое совпадение, что выбор Архитектора выпал на этот том. Трактат о неоконченных переговорах, кажется, он так назывался... Угадай, что он делает?

— Даёт возможность говорить с кем-то на расстоянии, — буркнула Искра.

— Верно! Но есть одна загвоздка...

— Говори уже!

— Чтобы провести ритуал, нужна магия, — веско сказал я. — Кто-то помог ему создать круг. Среди его магов у него только ты и Страут.

— Ещё Кассандра, некромант!

— Он использовал их вслепую? Или кого-то ещё? — потёр подбородок я. — Как бы то ни было, кто-то из магов что-то да знает. Вряд ли он перестанет вызывать своего... Повелителя. Вот уж, никогда бы не подумал, что Рок кого-то так назовёт. И ради чего?

— Я задавала себе тот же вопрос! И ещё много других. Что Рок с этого получает? И что это за существо? — перечислила волшебница.

— Бес, гоблин, чупакабра — без разницы, — пожал плечами я. — Если всё пройдёт гладко, то мы его убьём. Нам придётся его убить. Особенно, если это и есть тот самый Безликий. Хотя, нет. Слишком мелочно для такой фигуры. Скорее, один из его многочисленных прихлебателей.

— А что насчёт боли? Нас ведь этим не испугать, значит, у Рока другие причины.

— Как знать, — с сомнением проговорил я. — Хоннорат показывал нам воспоминания однажды. Мы все ощутили реальную боль. Не знаю, насколько она была далека от настоящих страданий того воина, но повторять подобное у меня желания нет. Я читал о том, что и другие игроки испытывали такое.

— Но как же так? — возмутилась Искра. — Что это за пытки внутри игры?

— Тебя ведь никто не заставляет оставаться в это время в игре, — слегка улыбнулся я. — Пока ходят теории, что причинить боль могут лишь могущественные персонажи, которым ты сильно портишь жизнь.

— А что если им дорогу перейдёт несовершеннолетний ребёнок? Корпорацию засудят!

— Уверен, там тоже не дураки сидят. У них всё продуманно. Да и вряд ли игроки будут часто с таким сталкиваться...

— Что мы будем делать? Скажем герцогу насчёт Рока? — задала резонный вопрос Искра.

— Нельзя! — покачал головой я. — Если злобный карлик узнает, что мы в курсе насчёт его планов относительно нашего пребывания тут, то он лишь ускорит нашу гибель. Герцог умён, но у многих здешних обывателей есть один большой недостаток. Они часто недооценивают силу противника.

— Но как быть мне? — голос Искры вновь задрожал. — Мне невыносимо находиться рядом с ним... Хочется вцепиться ему в лицо и высказать всё, что я о нём думаю! И... Немного страшно. Что если он всё знает? Ты ведь сам говорил, что я не умею скрывать эмоции... Вдруг я уже в разговоре с ним выдала себя.

— Перемены в твоём настроении заметить и правда не сложно, — подтвердил я. — Но строить догадки, это одно, а знать — совсем другое. Делай то, что делала раньше. Но... Тебе будет нелегко. Придётся научиться себя контролировать. Прислушиваться к разговорам у себя в ордене. Они не знают, что для них уготовил Рок. А насчёт всего остального... Мы будем ждать. Сначала Року должен выпасть шанс нас уничтожить, а для этого нужно время...

Которое необходимо и нам самим.

— Привет! Ролайн у себя? — после разговора с Искрой я понял, что опоздал. Задавать вопросы нужно было в первый же день после возвращения. А теперь... Теперь я просто хочу услышать подтверждение того, что уже знаю.

Группа рыцарей Ордена Кровавой Длани, среди которых было две девушки, расположилась рядом со своим просторным шатром, где без стеснения поместилось бы человек двадцать. У входа горел магический светильник, а сами бойцы оживлённо переговаривались, сидя у небольшого костра.

— Она занята! — глядя на меня с неприязнью отозвался Беренгар, вызвав у меня усмешку. Ему наверняка рассказали о нашем поединке с Вороном, если, конечно, он сам не был его свидетелем. Должно быть, ему очень обидно...

— Это срочно!

— А мне какое дело? — пожал плечом неудачливый мастер клинков. На месте старого меча из-за спины выглядывала теперь рукоятка похуже.

— Беренгар, ну ты и вредина! — фыркнула одна из девушек рядом с ним, ловко подскакивая на ноги. Как же всем девушкам идёт броня! Я невольно залюбовался статной фигурой юной воительницы, носившей тяжёлые серебристые доспехи, закрывавшие всё почти до самых колен. Из-под шлема блестели озорные глаза. — Сейчас спрошу!

— Спасибо! — успел кинуть я ей вслед, прежде, чем она скрылась в шатре.

Не прошло и минуты, как девушка показалась снова, оставляя вход открытым.

— Проходи! Ролайн ждёт тебя.

Благодарно улыбнувшись ей, я без промедления вошёл внутрь, окидывая взглядом обстановку. Тут было почти всё как у нас, только просторнее. На земле в некоторых местах лежали шкуры, стояли пара низеньких столиков — доски на пеньках. Справа, перед входом, у одного столика сидели трое ребят, играя в какую-то карточную игру. Где, интересно, они её тут нашли? Взглянув повнимательнее, я удивился ещё сильнее. Игра-то магическая! Как только красиво оформленная карта ложилась на стол, она тут же превращалась в отряд воинов, который передвигался по столу и атаковал другие вражеские отряды. Всё это происходило с тихим звуковым сопровождением, имитировавшем настоящее сражение. Погоди, у одного из них в руках карта, на которой изображён Хоннорат? А что будет делать она?

— Ты сказал, что дело срочное, — донёсся холодный голос из-за дальнего стола.

Зеленоглазая рыжеволосая красавица в боевом облачении и белом плаще походила на королеву, сидя в мягком кресле. Взгляд девушки сразу давал понять её отношение ко мне. Хорошо, если это не презрение...

— Почему все уверены, что их дело самое важное? — неприкрытая неприязнь в голосе немного смутила меня. Вот что я ей такого сделал? — Каждый думает, что кто-то должен всё бросить и заняться именно его проблемами!

— Вопрос выживания! — буркнул я, становясь напротив Ролайн. Второго стула рядом с ней, разумеется, не оказалось. Зато справа от воительницы стоял рослый надеец в стальных доспехах из кузни Руитила Нериса. За его спиной висел внушительный боевой молот.

— Бежал бы к Хоннорату. Ты ведь всегда так делаешь... — презрительно поморщилась Ролайн. — Зачем тебе я?

— Хочу поговорить о твоих словах. Там, у гробницы, ты мне сказала, что я ничего не понимаю в происходящем, — мне нельзя идти на поводу у эмоций. Хочет ненавидеть меня — её дело. Главное, чтобы ответила...

— О! Дошло, наконец! — воительница с иронией посмотрела на меня. Затем скомандовала. — Ребята, дайте нам немного времени, потом продолжите. Ты тоже иди, Крис!

Надеец медленно кивнул и двинулся к выходу.

— Грозный воин! — одобрительно сказал я, когда все вышли.

— Его начальные умения паладина очень полезны. Не все же надейцы должны находиться у тебя в ордене, — проговорила девушка, прикасаясь к охранному талисману. — Можешь говорить.

— Это ты намекаешь на Стража, которого пыталась убить? — с сарказмом спросил я. — Ты из-за этого всё ещё так на меня злишься? Или из-за Игмата?

— Если Игмат решил пойти за хныкающим ребёнком, наивно полагающим, что все вокруг только и мечтают, чтобы снимать котиков с деревьев, то это его дело, — злая усмешка совершенно её не портила.

— Ааа... Так вот оно что! Тебя раздражает, что я не хочу идти по головам и убивать надейцев налево и направо, — понимающе кивнул я.

— Ты их уже убил. Только ещё не знаешь об этом, — хищно улыбнулась Ролайн. — После сравним потери. Ты пришёл поговорить о себе? Знаю, может, ты думаешь иначе... Но у меня и правда куча других дел.

— Нет, но раз уж мы начали...

— Кто бы сомневался!

— Я не хочу, чтобы у нас с тобой были плохие отношения, Ролайн! — спокойно продолжил я.

— Охотно верю!

Вот неугомонная! К дракону подступиться легче, чем к ней!

— Что мне такого сделать, чтобы изменить твоё отношение? — я уже начинал терять терпение.

— Повзрослей! — улыбка девушки стала шире. Ролайн заметила изменения в моём лице.

— Ладно! — в сердцах махнул я рукой. — Вижу, это бесполезно... Что ты имела в виду у гробницы? Чего я не знаю?

— Помимо хороших манер?

— Говори уже! — я с размаху опустил кулаки на стол и тут же пожалел о своей вспышке.

Ну вот! Не сдержался, рявкнул на магистра ордена... Знал же, куда шёл... Я постоял пару мгновений, облокотившись на стол и опустив голову, затем медленно выпрямился, поднял взгляд на Ролайн, ожидая увидеть в её глаза торжество. Какое уже видел перед тем, как меня отправили в Азулгейт. Но нет. В этот раз мне показалось, что промелькнуло даже сочувствие, хотя кто знает...

— Ладно... — мне ничего не оставалось, кроме как развернуться и пойти к выходу.

Девушку моя выходка не испугала. А вот меня... Мне пришлось стойко перенести новости Искры, хотя я отнюдь не был железным. Сказать, что мне стало страшно после её слов, значит ничего не сказать. Потерпеть поражение из-за предательства... Искра видела в амулете памяти подобный исход. Я с радостью согласился бы выйти всеми нашими силами в безнадёжный бой, как случилось у того паренька, Танатоса. Проиграть страшно, но лучше уж так. Попробовать переиграть Рока? Это даже звучит смешно.

— Лио! — окликнула меня Ролайн. Я устало взглянул на неё, ожидая новых колкостей. — У тех сил, что хотят нас уничтожить, здесь есть человек. Я знаю, что без подарков они его не оставили. О наших успехах им известно всё. За нами пристально наблюдают. Пока мы не заставляем их особо беспокоиться. Нас пробуют перебить силами других народов. Да и не сильно стараются, если честно. К Быкориксу лично пришёл кто-то могущественный и заставил напасть на вас. Такие слухи ходили в их лагере. А я лишь хотела выбрать сторону победителя, пока ты не спутал мне карты. Пусть тебя не обманывает спокойное путешествие. Нас так просто не отпустят. Нужно узнать, кто здесь заодно с нашими врагами. Мне пока не удалось это выяснить. Вне подозрений — один лишь ты!

— Зато мне удалось...

— Что?!! — она медленно поднялась, требовательно глядя на меня. — Кто он?!!

— Ох, Ролайн... Мне кажется, мы уже опоздали. Его можно остановить силой, но нам это не поможет, потому что явятся те, кто стоит за ним.

— Кто?!! — в голосе девушки зазвенела сталь, затем её осенила догадка. Лицо Ролайн изменилось, она медленно опустилась в кресло. — Не-ет! Это не может быть Рок! Это бессмыслица! — у неё вырвался лёгкий смешок. Девушка схватилась за голову, в глазах стояло непонимание. — Я не могла так ошибиться! Такое невозможно проморгать!

— Предпосылки были, — тихо сказал я. — Но никто не хотел верить.

— Глупости! Рок мог тысячу раз ускорить наше поражение... Тут что-то не так! Рассказывай всё, что знаешь!

От Ролайн я вышел почти в полночь. Усталость накатывала, ведь шла уже вторая ночь без сна. Игроков стало меньше, хотя надейцы только начали расходиться по своим палаткам. Фигуры огров, собравшихся вместе ночью у большого костра, действовали успокаивающе. Хорошо, что могучие гиганты на нашей стороне! Пусть и не все думали так же. Ночной смех великанов, больше походивший на рёв, заставлял многих людей вздрагивать, из-за чего потом было слышно раздражённое ворчание, а иногда и ругательства в их адрес. Но приходилось признавать их полезность. Застрял фургон так, что не вытащить? Даже самый молодой огр мог легко с этим справиться в одиночку. Принести что-то тяжелое? Снова выручали дружелюбные гиганты. Хоннорат когда-то говорил, что не все огры мирные. Но после знакомства с ними мне бы не хотелось убивать их сородичей.

Внимание! Ваше поселение было уничтожено! Вы можете стать жителем любого другого поселения или основать новое!

Получен эффект «уныние»

Потеря родного дома — это страшный удар для каждого жителя. Мысли не дают сосредоточиться, всё валится из рук и на вас накатывает апатия.

Внимание!

Количество погибших в поселении — 43

Количество погибших жителей поселения — 2

В этот раз вам удалось избежать больших потерь среди своих сограждан. Эффект «уныние» ослаблен.

«Уныние»

Получаемый опыт: –10%

Урон: –10%

Сила: –3

Ловкость: –3

Мудрость: +5

Скорость изучения ремесла: –10%

Длительность эффекта — 72 часа.

Со всех сторон раздались возмущённые возгласы игроков, заставившие меня рассмеяться. Дебаффы не смертельные. Маги даже обрадуются и посетуют, что «уныние» ослаблено, ведь, скорее всего, мудрости прибавилась бы побольше. Меня больше волновали те жители, которые там появились после нас. Хотелось верить, что нашими домами воспользовались только новые игроки. Им не привыкать к внезапной смерти...

Возле моей палатки сидел одинокий Малыш. Увидев меня, он нахмурился.

— Я не хотеть его пускать! — тыча пальцем в палатку, рыкнул Малыш. — Но он не слушать! Говорить, у вас дела!

— Кто там? — насторожился я. Рок обо всём узнал и делает свой ход?

— Тыртыр! — грозно ответил огр. — Могу выкинуть его отсюда!

— Не надо! — успокоил я, поднимая руку. — Я разберусь с этим...Тыртыром.

Откинув полог, я расхохотался. На моей шкуре для сна разлёгся Дертер, закинув руки за голову и болтая одной ногой.

— Надеюсь, та девчонка, из-за которой мне пришлось тебя прождать два часа, стоила того, — заявил он, даже не думая подниматься.

— Стоила...

— Что, серьёзно? — Дертер аж приподнялся, с недоверием вглядываясь в моё лицо. — Уже успел тут кого-то найти?

— Это не то, что ты думаешь. Я немного устал. Расскажи мне об этих ворах, и чем они могут нам помочь. Мне бы лечь спать поскорее, — зевнул я.

— Мы даже не обсудим появившийся дебафф? — недовольно спросил стрелок.

— Нечего обсуждать, — лениво отмахнулся я. — Появился и появился. Два игрока, привязанных к поселению, решили не делать оттуда ноги. Хотя их предупреждали. Ну а остальным можно только посочувствовать. Позже на сайте посмотрим появление нежити. Уверен, кто-нибудь, да снимал. Главное, чтобы пока мы тут спим, мёртвые не догнали нас. То расстояние, что мы прошли за три дня, игроки смогли бы пройти за полтора, без фургонов за плечами. А мёртвым отдых не нужен. Придётся поискать информацию, чтобы быть готовыми, в случае чего.

— Ну вот! А говоришь нечего обсуждать! — ответил Дертер. — Я слышал, Рок попытается затормозить их продвижение. Он дал указания тем игрокам, кто вовремя ушёл с Поляны. Они спустят озеро и, возможно, уже к вечеру нас догонят. Или послезавтра днём.

Вот как. Рок снова поступает правильно... Ролайн не зря сомневалась. Даже решила, что Искра пытается сбить нас с толку, но потом, подумав, согласилась, что волшебница не могла так виртуозно обманывать всё это время. Да и пропажа Рока в первом сражении с бесами казалась очень странной, как и его отговорка про баги. Закончилось всё тем, что Ролайн велела рассказать обо всём Хоннорату, а после держать рот на замке и не вмешиваться ни во что. Что я и хотел сделать. Мне стало легче, когда я всё выложил девушке. Теперь я понимал людей, которые пошли за ней. Ролайн сильна и, возможно, не уступит остротой ума никому из других магистров. Конечно, может, она тоже храбрилась, но мне казалось, что план уже рождался в её голове во время нашего разговора.

Даже забавно... Я не сказал об этом Ворону, которому более-менее верил и испытывал симпатию. Зато признался Ролайн, которая уже пыталась переметнуться к врагу. Верно ли я поступаю? Придёт время, узнаем.

— Скорее бы, — вздохнул я. — Хочу услышать Хейоку и получить обратно Игмата, Молота и Ортона. Многие отстают от основной группы? Не слышал?

— Многие — сурово ответил Дертер, сверкнув глазами. — Иногда по полсотни человек отсутствует. Конечно, они пытаются потом добраться самостоятельно, но смерти уже случались. А когда озеро разольётся, шансов у этих опоздунов не останется. Обойти, наверное, будет можно, но в счастливый исход вериться с трудом.

— Что есть, то есть, — пробормотал я, думая о другом.

— Ладно! — махнул рукой неунывающий Дертер. — Перейдём к весёлым вещам. Члены гильдии воров, которые надейцы, задолго до нашего появления... Да, я знаю, что до нашего появления тут ничего не было, но мы же вживаемся в роль, верно? Так вот, они ведут дела с бесами и гоблинами. То есть с такими же ворами и разбойниками, как они сами, поставлявшими им за артефакты древней цивилизации оружие и продовольствие, что позволяло защищаться небольшим людским группам. От бесов мы уже далеко, но вот гоблины рядышком! И у них есть каналы связи с нашими ворами. Как они общаются, я пока не знаю, новичок ещё.

— Пока это говорит о том, что мы уязвимы, — осторожно сказал я.

— Не путай врагов, которые хотят нашей смерти, и бандитов, желающих получить выгоду. Да, если им предложат хорошую цену, то нас сдадут с потрохами. Но только старейшины гоблинов нам пока не враги, а король бесов и его подручные не станут опускаться до подобного общества. Они ещё не настолько отчаялись!

— Не спеши сбрасывать их со счетов так быстро, — не согласился я. — Против нас могут использовать любые инструменты.

— Это уже ваши магистерские дела! — отмахнулся Дертер. — Ты просил информацию — я тебе её дал. Если захочешь расковырять всё подполье воров, то мешать не стану, хотя и не одобряю этого. Но ещё могу рискнуть и попросить кое-кого, чтобы раздобыл нам что-нибудь особое. Только взамен нужно предложить что-то ценное. Мы можем обеспечить весь орден оружием, зельями, едой с сильными баффами. Это рискованно. Если в момент обмена что-то пойдёт не так, мы станем врагами герцога или воров. И то и другое — плохо! Могу точно сказать, что главари очень злопамятные и опасные. Если уничтожим их здесь, то нам это может аукнуться в будущем. Их ячейки раскиданы повсюду. Они ненавидят друг друга, как и всех остальных, но влезть в свои дела не позволят никому. А если они узнают, что я всё это тебе рассказал, то ищи себе нового арбалетчика.

— Меня и старый устраивает, — успокоил я. — Мне нужно обо всём подумать, но воров ловить точно не буду. Пусть только не вредят нам.

— Им тоже враги-магистры ни к чему! — лицо Дертера стало почти счастливым. — Страх взаимного уничтожения и куча проблем на голову... Кому это нужно? Они хотят богатеть. А мы — стать сильнее.

— Мне с их лидером не поговорить, да? — задумчиво спросил я.

— Да кто ж его знает, кто лидер! — развёл руками стрелок. — Но нам велено было не сообщать о них магистрам, стражникам, воинам, и даже белке на дереве. Но... — он сделал многозначительную паузу. — Именно влиятельные люди и являются их клиентами. Так что...

— Нужно найти к ним подход, не подставив при этом тебя, — закончил я за него.

— Хорошо, что ты не тупой! — странно похвалил меня Дертер и расхохотался.

Мир понемногу наливался красками. Солнце слепило глаза, заставляя прищуриться. Блаженная улыбка появилась на лице. Стоило мне здесь оказаться, как чувство сонливости мигом испарилось. Можно было позволить себе вернуться в игру лишь вечером, но терять весь день впустую не хотелось.

— О! Ты тоже появился! — счастливо воскликнул Палкивиад. — Ты идёшь с нами!

— Что, прям вот так, сходу? — слегка расстроился я. — Вообще-то у меня были планы!

— Подождут! — довольно заявил танк. — Тебе пора выбираться из своих лохмотьев. Да и мне не мешает обновить пару предметов.

— Их где-то бесплатно раздают? — со смешком спросил я, осматриваясь.

К моему удивлению, рядом со мной находилось больше десяти рыцарей ордена, включая Малыша и Адэноэль. Все деловито заканчивали приготовления. Пустые взгляды перед собой означали, что игроки осматривают вещи в инвентаре.

—Лио, я добыл тебе жилы и палки, как ты и просил, — поймал мой взгляд Дертер. — Но крафтить будешь позже, нам и правда очень повезло! Нельзя, чтобы кто-то успел раньше нас.

— Нашли подземелье? — догадался я. Все игроки дружно шикнули на меня.

— Тише! — управляющий приложил палец к губам, а затем негромко пояснил. — Пока тебя не было, Гальдар выполнил поручение легионера Торна. Наш танк выбрал своей наградой координаты к одному из необычных мест, найденных разведчиками герцога. Обоз пройдёт мимо и свернёт левее, так что другие игроки вряд ли заглянут так далеко, особенно если им не подсказывать.

— Вы об опасности подумали? А если не осилим?

— Поэтому я иду с вами, — безапелляционно заявила Адэноэль. — Вам необходимо разжиться экипировкой. Если всё время бояться своей тени, то вы так и останетесь неумехами. Мне бы тоже не помешали мечи получше. Достать всё это можно либо в городах, куда нам путь закрыт, либо в руинах.

— Может, прихватим тогда Стража? — задумчиво бросил я, потирая подбородок.

— К сожалению, герцог велел ему находиться у командного пункта, — вздохнула воительница. — Мы и так забрали всех магов.

— Вижу! — окидывая взглядом Израмира, Пенчекряка и Кристалл, закутанных в мантии. Отправляться с ними в неисследованное место было не так страшно.

Все трое просто сияли от восторга! Наконец-то у них появилась возможность улизнуть от наскучившего сидения в повозке. Конечно, у всех колдунов была возможность заниматься своими делами, но в отрядах они встречались редко. Релгар довёл до магистров просьбу герцога. Колгрим надеялся, что все, владеющие магической силой, будут находиться неподалёку от основного фургона. Да, это действительно была всего лишь просьба. Но каждый из магов старался её выполнять.

— Далеко нам идти? — поинтересовался я.

— Мы будем бежать, — обрадовал Палкивиад. — Нужно обогнать караван, а потом постараться не отстать от него. Кто знает, сколько времени у нас уйдёт на осмотр руин. Вполне возможно, что там ничего не окажется. Хотя монстры там есть! И уровень у них соответствует нашему. На, вот, держи!

Палкивиад протянул мне мешок.

Получен: "Вместительный мешок из волчьей шкуры!"

Вмещает 40 предметов.

— Здорово! Спасибо! Кстати, ты смог продать высокоуровневые предметы, которые я добыл у бесов? — перекладывание вещей из одного мешка в другой, заняло мгновение. У меня остались лишь клинки Виринитуса и два эликсира могущества, применение которым до сих пор не нашлось. Ну и несколько трофеев после вчерашнего фарма.

— Конечно! Полный сет охранника Ворон оторвал с руками за хорошую цену, — откликнулся танк. — Зачем они ему, сказать не могу. Если прикинуть по тем доспехам, что у нас есть, то на двадцатых уровнях, вещи должны быть посильнее. А комплект охранника добавлял лишь жизнь. Очень много жизни.

— Его это не спасло... — пробормотал я, вспоминая побег из тюрьмы.

— Тоже самое можно сказать и о других вещах. В целом, они не очень хорошие. Что-то сродни нашим стальным доспехам, только уровнем повыше. Любая экипировка, прибавляющая характеристики, будет гораздо полезнее. Так что их купили по три медяка за штуку.

— Не так уж и плохо! — заметил я. — У нас всё готово?

— Палкивиад, ты закупил болты и стрелы? — требовательно спросила Адэноэль.

— Уже раздал стрелкам, — кивнул в ответ управляющий. — По четыреста на каждого. Должно хватить. В следующий раз эти стрелы обойдутся нам в четыре раза дороже. Запас интенданта почти иссяк.

— Тогда в путь!

Никого не удивил отделившийся от обоза отряд, разве что воительница привлекала взгляды других игроков. Да здоровенный огр, бежавший за нами, вызывал у некоторых смешки. Но подобных групп, снующих туда-сюда, было множество.

Каждые десять минут приходилось останавливаться и переходить на шаг, потому что наши танки в тяжёлой броне выдыхались первые. Впрочем, после короткого перерыва мы вновь начинали бежать. Какое-то время мы двигались достаточно быстро, пока не оставили других игроков позади. Затем пришлось внимательнее выбирать дорогу и истреблять враждебных существ, поселившихся в этой прекрасной долине и стоявших у нас на пути. В основном, приходилось опасаться раксантов, которые бездумно бросались на нас, стоило нам приблизиться. Красивый зверь с фиолетовый кожей был очень быстр и передвигался на четырёх лапах. Единственное, что в нём отталкивало — его голова, похожая на крысиную, с острыми передними зубами. Ну и его размеры. Крупный, почти с коня ростом. Их уровни ненамного превышали наши, но проблем с ними не возникало. Адэноэль не хотела задерживаться и мигом уничтожала их, не позволяя навредить отряду. А может ей нравились восторженные восклицания спутников, любовавшихся её точными, грациозными, но смертельными движениями.

В остальном, место казалось раем. Зелёный, цветущий сад. Россыпи залежей камня и поблескивающей железной руды не остались без внимания, вызывая споры о том, почему здесь нет никого из разумных рас. Хотя следов их пребывания мы обнаружили немало. Чёрные пятна от костров попадались часто. Один раз наткнулись на пару палаток, среди которых стоял сундук, несколько поленьев, в один из которых был воткнут топор для рубки деревьев. Казалось, что кто-то просто ненадолго отошёл. Но найденная испортившаяся еда говорила об обратном. Дертер, используя свои навыки, открыл сундук с третьей попытки, сломав две отмычки. В нём оказалась пара факелов, полсотни стрел, несколько съедобных грибов и два средних зелья исцеления.

Чуть дальше, у старого входа в шахту, куда мы соваться не рискнули, валялся скелет. В голове у него была воткнута кочерга, что вызвало шквал шуток, а рядом с ним лежала старенькая пила и серебряное кольцо. Бесполезная безделушка, но когда-нибудь серебро будет стоить не пару монет, а гораздо больше.

Подобных мест оказалось много. Нам приходилось идти вперёд, хотя взгляд то и дело улавливал очертания неизвестных предметов и древних построек, в которых очень хотелось порыться. Довольствовались тем, что попадалось по пути. Вскрыли ещё несколько, неизвестно кем оставленных, сундуков, в которых лежал ненужный хлам. Зато Дертер и Хисеаллай немного прокачали навыки взломщика, но и отмычек угробили немало.

— Взгляните на дерево, — указала Кристал. — Это что? Труп?

Насторожившись, мы подошли ближе. Действительно, на дереве в петле болтался покойник. Кто-то повесил гоблина, причём довольно давно. У бедолаги отсутствовали глаза, а кожа вся ссохлась. Зрелище было не из приятных, но нас это не остановило. Что поделать, если находишь в игре труп, а в нём торчащий нож, то забираешь оружие себе, не мучаясь угрызениями совести. Тут мы поступили так же. Срезали верёвку, забрали у покойника слабенький доспех и пару монет, которые оказались при нём.

— Тут ещё записка и какой-то мешочек с подозрительной надписью! — Израмир извлёк их из тела и показал нам. На мешочке красовался алый символ.

— Пока не вскрывай его! — торопливо бросил я, хватая у него из рук записку.

— Я и не думал этого делать, — заверил Израмир. — Что в записке?

— Не могу прочесть, не наш язык. И не бесов. Должно быть, гоблинский. Среди нас нет знатоков?

Все промолчали.

— Тогда вернёмся в лагерь, потом узнаем, что написано и решим, можно ли открывать мешочек, — заявил я, пряча вещи к себе в инвентарь. — Не хочется пробудить очередную пакость, которая будет потом мешать нам жить, как было в горах у гномов. У нас своих врагов предостаточно.

— Но если это окажется квест, то нас позвать не забудь, — проворчал Дертер.

— Разумеется! Идёмте дальше. Нам нельзя задерживаться.

Место, куда мы стремились попасть, пропустить было невозможно. Высокие, поросшие зеленью каменные столбы возвышались перед нами. Под ними вздымались зелёные холмики, образовавшиеся после разрушения крепости и скрывающие в себе груды гранитных обломков и плит. Чуть дальше вздымался остов древней постройки. Лишь несколько стен выдержали столетия, но казалось, что они могут рухнуть в любой момент. Зато огромные величественные статуи медведей сохранились прекрасно, и вызывали трепет у игроков, которые с восхищением разглядывали творение неведомого скульптора.

— Какая красота! — ахнула Хисеаллай. — Вы только взгляните на их глаза и лица!

— Морды! — ехидно поправил Дертер. — Ты ценитель искусства? Ещё не поздно самой стать скульптором!

— Не нужно быть ценителем, чтобы восхищаться прекрасной работой, — сверкнув глазами, отрезала девушка. — Скульптор у нас есть, а вот хорошего взломщика-убийцы пока нет.

— Ничего, Лионикс кого-нибудь найдёт! — утешил её стрелок, вызывая улыбки и смешки на лицах союзников. Даже Адэноэль слегка усмехнулась. Наверное, она была привычна к подобным пикировкам. Ведь раньше она тоже возглавляла не вышколенных воинов, а суровых мужчин, выражающихся далеко не высокопарными словами.

— Вон наша цель! — указал я на темнеющий впереди вход, не обращая внимания на их разговоры. — Соберитесь! Внутри может быть жарко.

— Мне и тут не холодно, — буркнул неугомонный Дертер.

Он случаем не брат Станиэля?

— Проверьте ещё раз всю экипировку и ячейки быстрого доступа, — скомандовал я. — Все зелья и вспомогательные предметы должны быть под рукой. Маги, проговорите заклинания, которые могут нам пригодиться... Да не вслух! Не хватало ещё, чтобы нам на голову рухнули эти стены! — поспешно бросил я забормотавшему Пенчекряку. — Ну а дальше... Адэна, тебе вести нас.

Девушка молча кивнула и лёгким шагом заскользила вперёд, жестом показывая следовать за ней.

Небольшие столбы не давали обрушиться своду и завалить вход, уходящий в землю. Полустёртую надпись на плитах прочесть не удалось, хотя некоторые буквы ещё угадывались. Силачи зажгли факелы и первыми пошли вперёд в темноту, но остановились, едва оказавшись в проходе.

— Прямо перед нами два глиняных голема! — обернувшись, негромко сказал Палкивиад. — Девятые уровни! Но дальше, если зрение меня не обманывает, их ещё больше!

— Не обманывает! — подтвердил Гальдар Тёмный, вглядываясь в темноту. — Их там... Много! И все агрессивные!

— Пробуйте! — хладнокровно обронила Адэноэль. Заметив недоумевающие взгляды танков, вынужденно пояснила. — Берите на себя этих двоих, посмотрим, что из этого выйдет. Если сможете справиться сами, то потом каждый поищет себе подходящую цель. Големы — магические создания. Они не чувствуют боли, у них нет сознания. Хорошая цель для тренировок. Вдобавок, этих големов специально делали похожими на людей. Они одного роста с нами, у них есть лица, пусть и одно на всех, а главное, у них в руках обычное человеческое оружие. Пробуйте!

Гальдара второй раз уговаривать не пришлось. Он первым ступил на старые, но хорошо сохранившиеся ступени, освещая себе путь факелом. Палкивиад шёл следом, держа наготове щит и длинный клинок.

Два голема расположились у основания небольшой лестницы и были повёрнуты к нам спиной. Неведомый создатель не поленился изобразить на телах доспехи, из-за чего магические существа выглядели внушительными и опасными. В их опущенных руках поблескивали мечи. Казалось, им не было никакого дела до нас, несмотря на мерцающий, несущий в себе угрозу алый свет, исходивший от големов.

Гальдар опустил ногу на последую из пяти широких ступеней. Громовой голос обрушился на рыцарей откуда-то спереди, заставив тех непроизвольно пригнуть головы.

— Поворачивайте назад, смертные! — земля под ногами ощутимо завибрировала. Из-под каменных подпорок взметнулась вековая пыль, забиваясь в глаза и горло. — Это место принадлежит не вам!

— А что если мы бессмертные? — дерзко крикнул Дертер в ответ, сжимая в руках арбалет, направленный в темноту. В его глазах светился азарт.

— Чушь... Я чую кровь в ваших жилах! — пророкотал голос ещё громче. Я попытался прикрыть уши руками, забыв про шлем на голове. — Ещё один шаг, и мои бесчисленные слуги уничтожат вас!

— Эти земли принадлежат Империи! Нас прислал герцог Колгрим Варендор, потомок герцога Радориэла Варендора, — я чётко и громко проговаривал слова, медленно спускаясь по ступеням, пока не остановился за спинами танков. — Чтобы здесь ни было сокрыто, оно принадлежит потомку Императора!

В этот раз, среди хорошо подготовленных рыцарей, которые одним своим видом внушали спокойствие, я впервые не чувствовал безнадёжность, стоя напротив невидимого врага. Пусть он опасен, но рядом со мной стоят теперь далеко не беззащитные, готовые к серьёзному бою, воины.

Молчание длилось долго. Голос не захотел отвечать мне.

Вы становитесь лидером рейда!

Адэноэль покинула отряд!

Что произошло? Я оглянулся, пытаясь найти взглядом девушку. Воительница, находившаяся перед входом, успокаивающие махнула рукой.

— Действуйте! — только и сказала она.

— Что ж, ребята! — я положил руки на стальные плечи Палкивиада и Гальдара. — Вперёд!

Гальдар отдал мне факел, освобождая руку, затем потянул из-за спины боевой молот.

— Глупцы! — произнёс голос, как только танки сделали шаг вперёд.

Големы, находившиеся на расстоянии вытянутой руки, ожили и дёрнули головами, издавая скрежет. Мечи в их руках мгновенно взлетели, метя во вторгнувшихся людей. Палкивиад успел подставить щит, а вот Гальдар, с двуручным молотом в руках, не успел отойти, да и некуда было, ведь у него за спиной стоял я. Два клинка со звоном врубились в латный нагрудник, оставив в них дыры. Разозлившийся Гальдар решил не оставаться в долгу, обрушивая молот на глиняную голову, нанеся 80 единиц урона.

— Они больше уязвимы к дробящему оружию! — подсказал кто-то сзади.

Вот оно что! Двуручное оружие само по себе наносило больше урона, чем одноручное, хотя и было медленнее, но Гальдар не смог бы самостоятельно достичь таких цифр урона на десятом уровне, если бы не весьма полезная для нас особенность противника.

Каменные плиты задрожали от шагов големов, приближающихся к лестнице из темноты. Гул нарастал. Кто-то из магов догадался мановением руки зажечь магические светильники, провисевшие тут неизвестно сколько лет.

— О-о! — Кристал ошеломлённо смотрела на множество надвигающихся статуй.

— Быстро наверх! — велел я силачам. Палкивиад хорошо сдерживал урон, да только сам пробить защиту голема не мог, тот легко парировал его клинок. А Гальдар, пусть и владел значительным запасом здоровья, не пытался защищаться в принципе. Зато в несколько взмахов расправился с первым противником. — Дадим отпор наверху! Пусть сами к нам выходят!

Рой стрел из полумрака осыпал лестницу, пробивая даже тяжёлые доспехи танков.

— Быстрее! — зло крикнул я, мгновенно выскакивая наружу. Бой только начался, а мою сотню ОЗ, как ветром сдуло. Да и ребятам досталось. — Лучники! Как только покажутся враги — стреляйте! Не жалейте способностей. Тарлок, Палкивиад, Гальдар, не позволяйте големам приближаться к остальным! Хис, чем больше урона нанесёшь, тем лучше! Кристал, добавь морозные атаки...

— Кому именно? — торопливо спросила девушка.

— Неважно! — отмахнулся я. — Ты можешь наложить чары на шестерых, Пенчекряк — тоже!

— Бесполезно! — спокойно отозвался маг. — Стихия земли на них не действует. Только атакующие заклятия.

— Точно! — спохватился я, поглядывая на вход, из которого уже выходили первые големы, попадая под болты и стрелы. — Тогда стрелкам, и Гальдару. А дальше уничтожайте всех подряд. Только не переоцените силы, передышек может и не быть.

Полезных аур для такого боя у магов не оказалось, зато Малыш раздобыл отряду несколько мисок с пищей огров, называвшуюся «Великанья похлёбка». Похлёбка прибавляла силу и телосложение на четыре единицы, вдобавок увеличивала жизнь на сорок очков, хотя похвалить её за вкус было невозможно. Волшебники предпочли травяной отвар, добавляющий мудрость, интеллект и ману. Палкивиад подумывал о том, чтобы приобрести зелья, повышающие характеристики, но быстро отказался от этой идеи. У интенданта их попросту не было, а у орденов они ценились высоко и просили за них чуть ли не по серебру за штуку, ведь пока что никто не умел их создавать, за исключением малого зелья ловкости.

Пенчекряк направил руку вперёд, чётко произнося слова заклинания. Перед големами поднялся двухметровый столб из земли и камня, не позволяя проходить всем врагам сразу. У него была собственная полоска жизни, говорившая о том, что столб можно уничтожить и обычным оружием, но магические создания обходили его с боков, не задерживаясь перед ним. Поток выходивших големов немного уменьшился.

Затем за дело принялась Кристал. Поднимая шепчущие губы к небесам, она ударила посохом об землю. Хорошо различимое белое пятно понеслось по направлению к врагам. Достигнув яростно сражающихся противников, оно застыло на месте, прямо под ногами игроков. Раздался громкий треск. Из-под земли медленно вздымалась ледяная баррикада, отсекая врагов от союзников. Големы, оказавшиеся прямо на ледяном укреплении, рухнули навзничь. Послышались радостные возгласы танков. Помимо внезапного преимущества, баррикада добавляла два десятка единиц защиты союзникам заклинателя. На этот раз не все земляные создания решили обходить метровую возвышенность. Укрепление затряслось от ударов мечей, ледяная крошка полетела в разные стороны. Гальдар неустанно опускал молот на головы врагов, стоя прямо посередине баррикады, оставаясь неуязвимым для их мечей. Но не стрел. Пока вражеских лучников было немного, наши стрелки в первую очередь метили именно в них, но големов становилось всё больше.

По бокам от Пенчекряка выросли две двухметровые башни с зубцами из камней.

— Стрелки, наверх! — скомандовал маг вместо меня.

Я уже не смотрел, что происходит сзади, бросившись на помощь Палкивиаду и Тарлоку, которые сдерживали големов обходивших баррикаду. Малыш обрушился на врагов одновременно со мной. Превосходивший всех по силе огр, своей чудовищной дубиной за два удара оставлял от существ лишь груду поблескивающей земли, которая непрерывно росла вокруг укрепления. Конечно, големам удавалось поранить великана, но переживать за него пока не приходилось. Шкала опыта медленно росла у всех воинов ордена, кроме Адэноэли, которая стояла поодаль, напряжённо наблюдая за боем, но не вмешиваясь.

Я наслаждался. Упоение битвой полностью захватило меня. Каждый соратник безо всяких подсказок знал, что ему нужно делать. Я не испытывал жалость к бездушным големам, не было и мук совести, что делаю что-то не так. Едва столкнувшись мечами с одной из статуй, стало понятно, что не такие уж они и опасные враги. Да, будь у меня в руке щит, мне было бы сложнее, големы сражались умело. Но взмахи их мечей слишком медленные и ожидаемые. Лишь когда на меня наседало сразу трое, приходилось отступать под защиту Израмира, вокруг которого распространялся белый круг. Едва вступив внутрь, враги начинали терять очки жизни, а маг получал их в виде маны.

Класс волшебника оценить получилось впервые, хотя мне и раньше доводилось слышать о его несомненной полезности. Но со времён осады Израмир стал ещё могущественнее. Его «Божественная сила» прибавила танкам, мне и Малышу по двенадцать силы. Заклинание третьего круга, увеличивало свою силу при повышении уровня владельца. Из начальных умений он использовал лишь «Кольцо Защиты», прибавляющее немного брони, стоящим в круге воинам. Хотя были и другие полезные умения, к примеру «Защитный барьер», поглощающий пятьдесят единиц урона. Но волшебник берёг ману для более полезных заклинаний. Израмир наложил «Карающий удар» на Малыша, благодаря чему урон по големам достигал ста пятидесяти. Вместе с «Ускорением», действовавшим на всех пятерых ближников, огр сеял смерть. Выглядел он страшно: грудь и ноги великана были перепачканы кровью, стекавшей из открытых ран, но ему это не мешало. Он набрасывался на очередную группу врагов, издавая свирепый рык, в два счёта оставляя от них лишь комья земли.

Под сильными баффами сдерживать натиск големов оказалось легко. Будь с нами целитель, непрерывный поток вражеских существ не причинял бы беспокойство, но понемногу жизнь убавлялась у всех сражавшихся в ближнем бою, хотя небольшой запас зелий здоровья имелся у каждого рыцаря.

Стрелки уже поднялись на временные башни, поливая стрелами сверху и не жалея способностей. Их урон резко увеличился благодаря свойствам укреплений, да и стоя на возвышенности урон лучника или арбалетчика пассивно повышался. К тому же они получали бонусы к дальности стрельбы.

Во многом умения стрелков были похожи, только арбалет заточен больше на урон по одиночной цели, а лук, пусть и был слабее, но позволял осыпать градом стрел. Лучник мгновенно посылал несколько стрел вверх, за смазанными движениями рук в этот момент невозможно уследить, после чего стрелы навесом накрывали выбранную площадь. Конечно, не все попадали в цель, да и против щитов такая тактика не принесёт особых плодов, но что будет, когда таких лучников много, мы смогли убедиться своими глазами.

Големы-стрелки, которых становилось всё больше, тоже обладали такой способностью. Одновременно подняв луки, они выпустили стрелы в небо. Мне оставалось только надеяться пережить этот залп. Я отпрыгнул к баррикаде и приказал огру сделать тоже самое. Не словами, а умениями лидера отряда. Но испуг был напрасен. Израмир ещё раз доказал звание лучшего мага поддержки.

Неизвестно, почему он решил, что град стрел пройдётся именно по нам, а не по магам и стрелкам сзади, но именно над нашими головами возникла серая масса, похожая на грязное облако. Сотни стрел посыпались сверху, беззвучно исчезая в магическом тумане, не причиняя нам вреда. Лишь несколько стрел воткнулись сбоку, куда не достало заклинание Израмира. Но через мгновение подобное облако образовалось над самими големами, все стрелы со свистом вылетели оттуда и изрешетили своих же хозяев. Из двух десятков големов-лучников, уцелело лишь несколько, остальные медленно рассыпались.

Игроки восторженно заорали, я тоже не сдерживался. Врагов было ещё много, но и у нас для них припасено не мало сюрпризов.

— Израмир, красава! — крикнул Дертер, не сбавляя темп стрельбы.

Стрелок вскинул арбалет и нажал на спусковой крючок. Оружие дёрнулось несколько раз, выпуская сразу пять арбалетных болтов, которые устремились к големам, наседавшим на Хисеаллай. Они прошили сразу несколько врагов, прежде чем воткнуться в землю или застрять в груди магических существ. Двое противников тут же рухнули на землю, а Хис, перестав отступать, легко добила следующего, увернувшись от его мечей и вонзив прекрасные кинжалы в шею голема.

Раздался громкий треск, по ледяной баррикаде протянулась трещина, затем она разлетелась на осколки, раня противников, которые наконец-то сумели её разбить.

Положение могло показаться тревожным, но мы знали, что это произойдёт и были готовы, хотя из-за разрушение нас откинуло на пару метров. Големы без промедления шагнули по ледяному крошеву. Их собралось много, куда больше, чем хотелось бы. Но с нами был огр, смело врубившийся в их ряды, раскручивая огромную дубину. Умение было простым и незамысловатым, крушило всё на своём пути и сбивало с ног тех, кто не погибал под ударами. Големы в долгу не оставались, иногда успевая оставлять на теле Малыша глубокие раны. Поэтому великана пришлось немедленно вывести, как только действие его способности закончилось. По его лицу стало понятно, что отступать огр не хотел. Со злости он опустил дубину на ближайшего, пытающегося подняться, голема, затем, зарычав, всё же отошёл, выдёргивая из груди глубоко засевшие стрелы. Жизнь Малыша опустилась почти наполовину за время боя, хотя регенерация у него была будь здоров. Дай несколько минут спокойствия, и всего его 650 ОЗ вновь окажутся целыми.

Насчёт жизни воинов я волновался напрасно. Ещё в момент неожиданной гибели вражеских лучников, Гальдар и Тарлок повысили свои уровни, полностью восстановившись. Теперь, после атаки Малыша, нас с Палкивиадом и Хис тоже охватило сияние. Опыт с врагов шёл непрерывно по 50-70 единиц. Как только огр отошёл назад, на големов бросился Гальдар, владевший тем же умением, что и великан. Урон танка был куда меньше, чем у Малыша, но и ему удалось раскрошить молотом пятерых существ, после чего огра охватил столп света, возвещая о получении десятого уровня.

Мы вновь были готовы, хотя всё равно уступали магическим существам в количестве. Горы земли, оставшиеся после смерти врагов, в некоторых местах достигали нам до пояса, и чутьё подсказывало, что это ещё не конец.

Я отвёл всех назад, давая вступить магам в дело. Тарлок и Палкивиад встали впереди, прикрывая щитами от выстрелов, хотя несчастному Малышу, возвышавшемуся над нами, всё равно доставалось. Смотреть на засевшие у него в глазнице длинные стрелы, было нелегко. Ведь огр каждый раз обижено ревел от боли, не понимая, почему я не даю ему броситься вперёд и сокрушить обидчиков.

Израмир развёл руки в разные стороны, согнув их в локте.У каждого колдуна, достигшего второго круга магии в своей школе, было полезное и визуально красивое боевое заклинание. На то, как его творили Кристал и её друг посмотреть не удалось, зато теперь...

За спиной Израмира из земли медленно вырастали белые, торчащие в разные стороны, магические иглы, которые обступали сидение с подлокотниками из той же чистой и белой магической энергии, что и иглы. Израмир неспешно опустился в него. Умение называлось «Трон Волшебника». Потратив единожды ману на заклинание, магические снаряды потом непрерывно, хоть и достаточно медленно, росли прямо из земли. Маг мог в любой момент направить их на врага все сразу или расходовать экономно.

Такие же троны были и у Кристал с Пенчекряком, отличались они только стихией и названием. Серый «Трон Земли» у Пенчекряка, и сверкающий «Ледяной Трон» у Кристал. Стихийные маги вызвали свои троны гораздо раньше Израмира, накопив с начала боя множество снарядов, которые теперь им предстояло пустить в ход.

Будь я на месте големов, то тут же развернулся и убежал обратно под спасительные своды залов, но големы не ведают страха. Серьёзные и суровые лица магов, не вызывали у статуй эмоций. Ровно как и их величественные фигуры, замершие на тронах. Одной рукой каждый придерживал посох, а другая свободно лежала на подлокотнике. Стрелы вонзались и в магов, но они оставались почти неподвижными, не обращая на урон никакого внимания.

Девушка в голубом балахоне шевельнулась, левая рука поднялась, но я обратил внимание, что безымянный палец и мизинец остались полусогнутыми. С хрустом отламываясь, над её головой зависло множество ледяных сосулек. Израмир и Пенчекряк повторили движение. Острые концы магических снарядов зловеще поблескивали на солнце.

Големы, которым никто, кроме стрелков, не мешал, почти достигли круга Израмира, и лишь тогда маги резко направили руки в сторону врагов. Острые шипы, со свистом разрезая воздух, тучей устремились к равномерно шагающим статуям, которые своим равнодушным, но грозным видом внушали опасения даже сейчас, несмотря на то, что под нашими ударами созданные из земли существа крошились достаточно легко. Белоснежные сияющие сгустки магической энергии вонзились в големов, шедших посередине, оставляя в телах дыры, либо застревая. Несколько врагов рухнули, у кого-то оторвало конечности, но они продолжали идти. Через мгновение сотни ледяных и каменных игл осыпали фланги, уничтожив ещё десяток големов.

Если бы у Кристал и Пенчекряка была такая же пассивная способность, как у Израмира, добавлявшая любому магическому урону заклинателя + 30 единиц, то воины противника ближнего боя перестали бы существовать. Но, к сожалению, сила их снарядов не превышала двенадцати, хотя они вызывали обморожение и замедление.

— Вперёд! — я коротко взмахнул мечом в сторону врагов.

Мы в два счёта преодолели расстояние разделяющее нас, словив грудью несколько стрел. Первым на големов вновь налетел Малыш, размахивая дубиной, оставив мне лишь одного покалеченного противника, чудом избежавшего участи остальных. Статуя медленно поднималась, но с ним я не стал играть в благородство, несколько раз поочерёдно вонзив мечи ему в тело и шею. Клинки входили так, как лопата входит в землю, не вызывая ощущения победы. Но жизнь быстро покинула его, и магическое создание рассыпалось, а я, вступив на свежий холмик, отбивал мечи уже другого противника, преодолевая защиту и оставляя полосы на его теле, которые тут же затягивались.

Земляной столб, слегка загораживающий проход откуда появлялись големы, давно рассыпался. Всё новые и новые враги сплошным потоком выходили наружу. Несмотря на весь наш богатый арсенал и помощь магов, нам приходилось понемногу отступать, чтобы не оказаться в окружении. Наша защита строилась вокруг Малыша и Гальдара, наносившим самый большой урон. Больше никто не мог так быстро расправляться с врагами. Я сражался с двумя, иногда и с тремя существами сразу, но мне требовался простор, чтобы полноценно пускать в ход то, что умел. Мне безумно нравилось ощущение лёгкости в теле, чувство превосходства над противниками, что наконец-то дорвался до сражения, где могу потренировать свои навыки. Пусть добивать големов получалось нечасто, пока я справлялся с одним, из тёмных залов выходило не меньше двух десятков врагов, но вместе нам удавалось сокращать количество видимых врагов до пяти десятков. Вдобавок, они растянулись и не могли нападать всем скопом. Очки жизни Гальдара, Малыша и Палкивиада понемногу утекали, но хотелось верить, что мы продержимся до получения ещё одного уровня. Но вспомнив, что мне требовалось более 12 000 опыта, то слегка заволновался. Чтобы получить уровень нужно убить более двухсот големов, а огру и остальным, требовалось куда больше. Если эта орда не схлынет, то нам вскоре придётся туго.

В руках появилась усталость, пока ещё терпимая. Азарт не схлынул даже из-за тревожных мыслей. Появившегося передо мной голема, я встретил так же, как и других, поначалу не обратив внимания на золотистый свет, исходивший от него, и на то, что он был немного крупнее остальных. Первая же попытка отбить его клинки вернула меня в реальность. Меч едва не вылетел из руки. Удары странного голема были куда сильнее и чаще, чем у остальных, к которым привык за время схватки. Поторопившись, я нанёс серию ударов, всё больше удивляясь — этот враг умело обивал мои атаки, ни в чём мне не уступая. Более того, голем внезапно контратаковал, заставив меня отпрыгнуть. Из-под доспехов вытекла струйка крови, он успел полоснуть меня. Это моя усталость так действует, или голем и правда настолько силён?

Противник не дал мне мгновений покоя, которые я мог бы получить, будь передо мной враг из плоти и крови. Он двигался быстро, слишком быстро. На этот раз, мне пришлось защищаться. Нужно было понять, в чём его слабость. Есть же у него слабость? Уворачиваться получалось всё реже, такой град ударов можно остановить только подставляя клинки. Один раз мне повезло, изогнутый меч голема скользнул по шлему, не причинив вреда, заставив меня мысленно поблагодарить герцога за амулет, который уже несколько раз отклонял стрелы и клинки. Сила встречных ударов была такой сильной, что мне едва удавалось удержать оружие. Поэтому я решился. Дождался следующего удара, но не дал откинуть меч, удерживая нажимом, затем точно так же поймал его оружие вторым клинком. Но голем был сильнее меня. Я понял, что сам загнал себя в ловушку. Едва ослаблю нажим, как он тут же исполосует меня, не дав отойти. Мы стояли почти вплотную, удерживая мечи друг друга, но так долго продолжаться не могло. Я столкнулся с бездушным взглядом статуи и похолодел. Обычно неподвижные губы врага вдруг раздвинулись в усмешке, затем голем откинул голову назад и ударил меня ей, заставив меня отшатнуться, расцепляя клинки. Боли я не почувствовал, но замешкался и не успел вовремя отойти. Статуя молниеносно развернулась на месте, придавая замаху большую силу и полоснула меня клинком по горлу. Выронив меч, левой рукой я зажал горло, из которого брызнул фонтан крови, одновременно стараясь развернуться и отползти подальше, упираясь второй рукой, с зажатым в ней мечом паладина, о землю. Изогнутые мечи врага пронзили насквозь мои новенькие доспехи, появившись из груди. Я будто со стороны взглянул на лица магов, на которых застыло отчаяние. Лишь Израмир, чей трон медленно отплывал назад вместе с ним, оставался спокойным. Губы Кристал шевелились, но по её глазам я понимал, что на не успевает. Где я окажусь, когда умру сейчас? Мысли текли вяло, время замедлилось. Мечи покинули тело и я замер в ожидании последнего удара, опуская голову к земле. Над головой раздался звон, а перед глазами появились женские сапоги. Я поднял взгляд на золотоволосого прекрасного ангела, вставшего передо мной.

— Что, ученик, не в силах справиться с кучей земли? — Адэноэль насмешливо встретила мой взгляд, легко удерживая при этом мечи злосчастного голема. — В сторону!

Я поспешно перекатился и поднялся, откупоривая зелье исцеления и наблюдая за застывшими противниками.

Адэноэль освободила свои мечи и изготовилась, ожидая действий голема, который, почему-то, в этот раз не спешил нападать. Неужели у него есть разум?

— Чего застыла, куча? — весело бросила воительница. — Ожидаешь приглашения? Что ж, изволь!

Девушка бросилась вперёд сама, клинки замелькали с невероятной скоростью. Через несколько мгновений статуя осталась без рук, в груди засели мечи, после чего она медленно рассыпалась. А Адэна, стряхнув с клинков землю, не глядя одним изящным движением вложила их обратно в ножны и отошла ко мне.

— Не скажу, что у тебя не было шансов. Ты растерялся, а в бою это равносильно смерти.

— Лио! — Кристал подбежала ко мне, в глазах застыло волнение и чувство вины. — Прости! Я не успела... Не думала...

— Это не твоя вина, Кристал, — торопливо прервал я её.

— Верно! — поддержал меня Израмир. — С ним ничего бы не случилось, «Ложная смерть» была наготове, но сейчас, мне кажется, пора помочь Малышу и остальным. Мана подкопилась, нужно устроить этим тварям настоящее веселье.

Маги поспешно вернулись на свои сидения, а я с беспокойством следил за наседающими големами. Хисеаллай вилась вьюном между врагами, проводя быстрые и сильные атаки кинжалами и уворачиваясь от ответных ударов. С големами она расправлялась куда быстрее, чем я.

— Возвращайся в бой! — велела воительница. — Нечего прохлаждаться.

Я кивнул, и быстрым шагом пошёл вперёд, встречать двух оторвавшихся от общей массы големов. Мечи, притянутые способностью, вновь приятно легли в руки, заставляя забыть о постигшей неудаче.

Над вражескими лучниками появилось белое свечение, а через пару мгновений с небес хлынул поток белоснежных сгустков, с грохотом врезавшихся в големов и землю, сбивая их с ног. Следом, среди воинов ближнего боя, закрутился белый вихрь, в котором отчётливо виднелись острые льдинки, ранящие тех, кто оказался в нём. Мимо со свистом пронёсся огромный камень, вылетевший откуда-то сзади, и врезался в толпу врагов. Прямо перед темнеющим проходом, в небе образовалась воронка и оттуда посыпались камни, хороня под собой выходивших существ. Количество врагов резко сократилось, позволяя нашим воинам двинуться вперёд, разделываясь с оставшимися покалеченными големами. Но Израмир решил, что этого недостаточно. Пока я срывал злость на статуях, не оставляя им никакой инициативы, прерывая выпады и располосовывая каждую часть их тела, до которой мог дотянуться мечом, сзади раздался громкий, чистый голос мага. Белое чудовищное копьё пронеслось мимо меня, врезавшись в одного из големов, но тут же мгновенно перекинулось на других врагов. «Возмездие Волшебника» было у Израмира сильнейшим заклинанием третьего круга, поражая сразу десятерых врагов. Начальный урон составлял всего 50 единиц, но с пассивной способностью волшебника, он достигал 80, а если враг умирал, то к следующему скачку прибавлялось ещё 50 урона. Семь из десяти големов, в которых угодило заклинание, обратились в землю.

Я снёс голову последнему своему противнику и бросился догонять танков, которые добивали оставшихся врагов.

Из прохода шагнули големы, непохожие на остальных, с каменной тиарой на головах. Земляные плащи, будто застывшие при порыве ветра, укутывали их. Становясь рядом с лучниками, они вскинули руки, с поблескивающими в них короткими жезлами, искусной работы. С жезлов вырвались огненные шары, размером с бочонок. Я оглянулся, чтобы понять, в кого именно целили маги-големы.

Троны под игроками взорвались, расколовшись на мелкие кусочки и отбросив своих хозяев. Поднимающиеся маги, покрытые землей и копотью, с опалёнными мантиями, уже не выглядели величественно.

— Цельтесь в магов! — отдал мысленный приказ я, предварительно выбрав стрелков на интерфейсе.

Я знал, что сейчас в ушах каждого игрока, выбранных мною, звучит голос, пропустить и отмахнуться от которого невозможно, даже если вокруг них будут рушиться горы.

— Хис, маги! — ещё раз коротко приказал я ассасину.

Понятливая девушка тут же растворилась в воздухе, хотя полупрозрачный силуэт можно было разглядеть ещё несколько секунд.

После выхода вражеских магов, появление големов прекратилось и я понял, что мы победили. Не такие уж и бесчисленные слуги у неведомого голоса.

Следующий залп из жезлов был направлен на башни, с которых по магам били стрелы и болты. Несколько залпов огненных снарядов хватило, чтобы двухметровые широкие башни рассыпались, а наши стрелки рухнули на землю, получая серьёзный урон, как от огня, так и от падения. Но Хисеаллай уже вступила в дело, кромсая частыми критическими ударами в спину одного из колдунов противника. А следом подоспел и Малыш, врубившийся в ряды изрядно поредевших лучников и магов. Израмир на всякий случай прикрыл защитой наших стрелков и себя самого, Кристал и Пенчекряк закутались в защитные стихийные мантии, поглощающие немного урона, но через несколько мгновений последний враг рухнул, а я, вместе с Малышом и игроками, облегчённо выдохнул.

Всё закончилось как нельзя кстати. Один из огненных шаров угодил в грудь огра, и его жизнь опустилась до восьмидесяти. Конечно, Израмир не дал бы ему умереть, но всё же... Внезапная усталость накрыло тело и мы без сил опустились на то, что ещё недавно было нашими врагами. Не хотелось даже прятать мечи в ножны, поэтому я просто воткнул их в землю и обхватил согнутые колени руками, переводя дыхание.

Опалённые маги и стрелки, уставшие гораздо меньше, чем мы, неторопливо приближались.

— Не зря я занялась вашим обучением! — похвалила Адэноэль, оказавшись рядом за несколько скользящих движений. — Мне почти не пришлось вмешиваться, вы всё сделали сами, хотя враги превосходили вас по численности более чем в десять раз! Это превосходная победа, друзья!

— У них минимум умений и небольшой арсенал, — нехотя отозвался я, оглядывая возвышающиеся горы сверкающей земли. — Будь у них что-то посильнее, нам пришлось бы отступить.

— Верно! — согласилась воительница. — Отдохните и соберите трофеи. Возможно, самое сложное ещё впереди.

Мы не сговариваясь взглянули на темнеющий рядом вход.

— И откуда у них старинные цацки? — весело воскликнул Дертер. — Ведь они сами ими не пользовались в бою!

Трофеев было много. С каждого поверженного врага мы подбирали минимум одну вещь, а зачастую, их было несколько. Все доспехи, оружие, кольца, амулеты, плащи, принадлежали старой Империи, но не самим големам, которые пользовались лишь изогнутыми клинками, золотистыми большими луками и жезлами, тоже нашедшими своё место у нас в мешках. Подобрали всё мы достаточно быстро, почти полностью забив инвентари, но теперь уже больше получаса сидели и рассматривали найденные вещи, одевались и обменивались снаряжением ушедшей эпохи, а ненужные вещи скидывали на землю в общую кучу, для того чтобы остальные могли их осмотреть.

— Хлам големов только на продажу, резюмировал я, разглядывая слабые клинки и луки.

— Точно! — кивнул Палкивиад. — Но вот эти руны огня, подобранные с магов, уйдут за хорошую цену! Взгляни!

Я принял в руки чёрный камень, схожий своей формой с яйцом. На нём горел белый незнакомый символ.

Руна огня

Повышает огненный урон на 30% на 2 часа. Уничтожается после использования.

— Неплохо! — согласился я, возвращая камень танку. — Жаль, нам пока помочь не может. Думаешь, стоит продать? Или подождать, пока у нас появятся свои маги огня?

— Продать! — отрубил Пал. — У нас нет места хранения вещей, неизвестно, сколько нам ещё идти, пока мы сможем где-нибудь осесть и воздвигнуть новое поселение. А бои, я уверен, наш караван ещё ждут. Лучше, чтобы такие штуки были под рукой у тех, кому они действительно нужны. Это может спасти жизни, да и нам больше монеты нужны, чтобы приобрести необходимое.

— Малыш! — окликнул я огра, грустно рассматривающего людей, примеряющих на себя новую броню. — А где достать доспехи для тебя? В твоём клане можно что-то приобрести и как следует вооружить тебя?

— Конечно! — важно кивнул великан, его глаза радостно вспыхнули после моих слов. — Ты говорить с Болроком, он распоряжаться нашими воин и отвечать за оружие!

— Палкивиад, это очередное задание для тебя, — усмехнулся я. — Попробуй раздобыть Малышу подходящую экипировку.

— Постараюсь! — отозвался управляющий, подмигнув Малышу. — Он перебил почти половину всех големов в одиночку. Такому могучему воину нужно быть во всеоружии.

Огр расплылся в улыбке от похвалы, показывая во всей красе свои внушительные клыки.

Адэноэль копалась в груде снаряжения наравне с нами, но лишь досадливо морщилась, разглядывая вещь, затем откидывала её и хваталась за новую. Но экипировка могла ещё подойти бойцам 14-15-го уровня, а эти доспехи и оружие для девушки совсем не годились. Зато надела поверх перчаток два кольца, дающие + 3 к защите от оружия и застегнула невзрачный амулет на шее, добавлявший 5 единиц брони. Лишь после её выбора игроки начали понемногу расхватывать оставшуюся бижутерию, которая, впрочем, разнообразностью не отличалась, защищая владельца либо от магии, либо от физического урона.

Я задумчиво рассматривал мечи, спрятанные в чёрные потёртые ножны, затем взял один в руки и потянул за обычную стальную рукоять, без гравировок или украшений, покрытую кожей. Длинный прямой клинок выскользнул легко. Древняя сталь ничуть не потеряла своего блеска, а сам меч, пусть и был такой же длины, что и паладиновский, но гораздо уже и легче.

Старый меч битв

урон: 28-33

Я взмахнул пару раз им для пробы, и с лёгким сожалением поместил его в ячейку, вместо меча паладина. Слишком уж красивым был клинок из гробницы, но теперь придётся продавать и его.

Вслед за ним, я заменил и меч наёмника, повесив вместо него «клинок защитника» с уроном 25-30. Он был чуть короче меча битв, но на тёмном лезвии проступала то ли надпись, то ли были начертаны гномьи руны. Хотя ни одно ни второе оружие не обладало дополнительными свойствами, но зато теперь урон стал подходящим для моего уровня.

Наконец-то я смог избавиться от грязно-серого плаща. Его место занял плащ из шкуры белого льва. Тяжёлая накидка приятно укутывала, прикрывая мои новые изящные наплечники, добавляя 5 к ловкости, 20 ОЗ и защиту от стрел на 15 единиц, если те попадают в спину.

Так как я отставал ото всех даже по экипировке, то мне удалось заменить почти все предметы снаряжения на более хорошие, хотя у большинства свои вещи были куда лучше выбитых из големов. Я получил пояс гвардейца, наплечники стойкости, поножи стражника крепости, грубые воинские сапоги, наручи фехтовальщика. Многие вещи прибавляли не только защиту, но и характеристики, благодаря чему теперь в бою я мог поспорить со многими на равных. Конечно, обычные вещи усиливают не так хорошо, как хотелось бы. У многих рыцарей ордена уже давно появилось по несколько необычных предметов, чьи названия выделялись не серым, а зелёным цветом, указывая на более высокий ранг экипировки. Но во всей груде оружия и доспехов оказалось всего несколько зелёных вещей, которые тут же разыграли между собой те, кому они подходили... И одна редка, синяя!

Мы зачарованно уставились на разительно отличающийся от любого другого оружия массивный молот, возникший в руках Тарлока. Он аккуратно поставил его на землю.

— Вот... К сожалению, мне он не подойдёт. Двурук, — с явным сожалением проговорил он. — Но как же он хорош!

Голубое сияние исходило от древнего оружия.

Молот разрушения

Требуемый уровень — 12

Урон: 90-110

Сила + 10

Телосложение + 3

Особое умение: Дрожь земли

Герой ударяет по земле, отбрасывая ближайших противников и нанося им урон, зависящий от количества находящихся по близости врагов.

Удар шипом игнорирует 50% брони врага

Рукоятка была окована сталью и исписана резными узорами, а на самом молоте светились руны. Острый шип с другой стороны холодно мерцал, издавая голубое свечение.

— Он подходит только одному из нас, — прервал затянувшееся молчание Палкивиад. — Но такие вещи следует раздавать осторожно. Даже среди своих. Составлять документ, заверенный кем-то из стражей порядка, что обладатель обязуется вернуть оружие ордену, как только тот станет ненужным. Чтобы нельзя было выйти из ордена или продать оружие без последствий. Это возможно сделать. Правда, подобные документы подписывает Релгар, а до него с просьбами сложно добраться обычному управляющему... Не знаю, как насчёт магистра.

— Друзья! Да вы чего! — замотал головой Гальдар Тёмный, с недоумением глядя то на одного, то на другого. — Я не предатель и не кидала. Мне весело тут, с вами. Это из-за возраста?

— Кидают не только тринадцатилетние, — хмыкнул Дертер, бросая на паренька проницательный взгляд. — Будь ты несмышлёным, Хоннорат тебя никогда бы не принял. Да и голос ты догадался изменить... Писклявые голоса я бы не вынес.

— Отстань от него, Дертер, — нахмурилась Кристалл. — Мы так из-за каждой вещи будем спорить и решать, кто может поступить подло, а кто нет?

— Но отдавать редкие предметы под честное слово тоже нельзя! — вскинулся Тарлок.

Все замолчали и повернули взгляды ко мне. В карих глаза Гальдара стояла мольба. Он очень хотел стать обладателем чудесного молота.

— Он твой, — едва кивнул головой я. На лице паренька тут же проступило облегчение и благодарность. — Владей им. Договор мы составим, но позже. Дело не в недоверии, а в порядке. Орден должен защищать своё имущество... Но сейчас это оружие может пригодиться внутри. Палкивиад, готовый и подписанный договор отдашь мне, а я уже разберусь с Релгаром. Попытаюсь не отвлекать Хоннората...

— У меня столько дел, что уже требуются помощники, — веско сказал управляющий. — О прокачке я тоже забывать не могу.

—Да выбирай любых, — пожал я плечами. — Главное, чтобы согласились. Впрочем, у тех, кто помогает членам совета, будут привилегии, так и передай.

— Членам совета? — жадно переспросил Дертер.

— Ну да, у меня же потом появится казначей, офицеры, советники, дипломат... Они и будут предлагать, в каком направлении двигаться нашему ордену.

— А как можно стать кем-то из них? — Гальдар с любовью разглядывал молот, держа его в руках.

— Только благодаря личным качествам... Назначать кого попало не буду, — усмехнулся в ответ я. — С управляющим я не ошибся, рыцарь-командор у нас лучший из всех возможных. Посмотрим, кто следующий проявит свои таланты.

Глава 12

Большую часть вещей из своих рюкзаков мы взвалили на плечи Адэноэли и Малыша, у которых мешки были куда вместительней, чем у нас. У Огра было почти две сотни свободных ячеек, а у воительницы — сто.

Встав перед входом, мы снова зажгли факел, но на этот раз я пошёл первым. Магические светильники всё ещё горели на стенах, хорошо освещая небольшой зал. Каменных плит под ногами не было, лишь земля, откуда, скорее всего, и восставали големы. Зато ровные стены украшали фрески, их совсем не тронуло время. В комнате стоял запах смерти. Несколько скелетов, неизвестно почему оказавшихся здесь, лежали в разных частях зала. Рядом с ними поблескивали предметы, которые нам следовало забрать. Но едва мы отошли от ступеней, под ногами снова задрожало. Из земли, прямо посередине зала, показалась крупная голова голема. Следом наружу прорвалась длинная рука, из-за чего фонтаном брызнула земля, долетая до нас. За ней ещё одна. Голем упёрся ими в землю, и выбрался весь, сравнившись высотой со Стражем.

Да, так и есть, босс подземелья пятнадцатого уровня. Я с сомнением оглянулся на товарищей. Осилим ли мы его? С нами Адэноэль, но это существо, доставшее огромные мечи, явно ей не уступит, а умений у него должно быть ещё больше, чем у воительницы. Одна атака подобного существа обычно способна отправить на возрождение всех, кроме танков. Да и силачи могут не выдержать.

— Вы истощили мою магию! — громыхнул знакомый голос со стороны голема, хоть его рот оставался закрытым. — Мои призванные слуги не смогли помешать вам... Но мимо меня вам не пройти! Даю вам последний шанс... Бегите!

— Мы бы с удовольствием! — весело крикнул Дертер. — Да ноги побаливают. Может, сам залезешь обратно под землю?

— Хозяин любил шутников, — вновь обрушился громкий голос. — Он делал из них послушных слуг, которые его забавляли. Ваши тела послужат для той же цели!

4000 ОЗ! Долго мы его ковырять будем! Надеюсь, хотя бы броня у него не слишком сильна...

Голем сделал быстрый шаг вперёд. Перед силачами тут же выросла ледяная баррикада, но если тем големам она была по грудь, и танки легко крушили врагов, то этому чудовищу она доставала до пояса. К счастью, он всё равно решил колотить неожиданное препятствие, а не её защитников.

Стрелки остались на ступеньках и посылали стрелу за стрелой, которые вонзались в грудь, голову и руки врага.

Маги расположились у стены, сидя на своих тронах, и осыпали снарядами, едва те успевали появиться.

Ледяная преграда, у которой прочность была почти две тысячи, разлетелась менее чем за полминуты, отбрасывая защитников. Малыш первым бросился на голема, замахиваясь железной дубиной, но последний защитник подземелья легко принял удар огра на один из мечей и пронзил его другим.

Адэноэль, воспользовавшись тем, что голем отвлёкся, в одно мгновение оказалась у него за спиной и выдала серию быстрых ударов. Единственное, что мы смогли разглядеть, это серебристые полосы, окружившие воительницу. Голем за несколько секунд потерял более пяти сотен ОЗ, стрелки и маги отняли почти столько же.

Что ж, урон обеих сторон огромный, да только защита у всех подводила. Босс, воткнул оба меча в землю, позволив покалеченному, окровавленному Малышу отойти. Каменные шипы выскочили вокруг голема, пронзая насквозь Палкивиада и Тарлока, которые бросились на помощь девушке, попавшей под умения голема.

Враг вытащил мечи и двинулся к нам, а трое рыцарей так и зависли в воздухе, поднятые призванными пиками. Жизнь быстро покидала их тела.

Сзади раздались знакомые слова, я услышал ожидаемый стук посоха о ледяную землю, после чего под моими ногами словно пронеслась белая волна и из земли выскочил теперь уже ледяной шип, пронзив голема насквозь. К сожалению, он остался твёрдо стоять на земле. Существо из земли дёрнулось, сумев телом обломить острую часть ледяной глыбы. Не обращая внимания на оставшийся кусок льда, выглядывавший из груди, голем сделал ещё шаг. Магия Кристал снесла ему две сотни ОЗ и разрушила его собственную магию. Каменные пики рассыпались, освобождая воинов, но раненные поспешно отползали назад. Даже Адэноэль не пережила бы сейчас натиск статуи. Её лицо искривилось от боли, но в глазах мерцал мрачный огонь. Ей не в первой бывать в таких переделках.

Гальдар прыгнул на противника, пользуясь тем, что он стал двигаться медленнее, голему мешал осколок в груди, десятки стрел, болтов и магических игл. Острый конец молота с глухим звуком вошёл точно в глаз, превратив половину лица голема в мятую землю. Дополнительный урон от способности Гальдара, повышенная уязвимость голема, да ещё и крит! - 480 ОЗ! Чудовищный урон для наших уровней!

Голем пошатнулся и спиной упал на землю. Гальдар, сам потрясённый своим успехом, размахнулся для нового удара и с удивлением опустил взгляд вниз. Босс даже лёжа ткнул его мечом, пробив неплохие доспехи силача. Танк попытался опустить молот на врага, но второй меч пронзил ему горло. Сложно думать о чём-то ещё, когда чувствуешь, как из горла хлещет кровь, а ОЗ практически не остаётся, это я знал по себе. Тринадцатилетний паренёк не стал исключением, чудесный молот выпал из его рук, он отшатнулся, пытаясь зажать сразу две раны и уйти от смертельного удара.

Свет накрыл раненых игроков. Поднявшийся голем, неумолимо надвигающийся на Гальдара, попал под «Божественное исцеление», но его не откинуло назад, а просто заставило пошатнуться. Опомнившийся Гальдар отступил ко мне, а за спиной земляной статуи появилась Хисеаллай и несколько раз всадила светящиеся кинжалы в спину врага. Критические удары нанесли около двухсот урона, после чего девушка тут же вновь растворилась в воздухе, дожидаясь, пока оба умения снова будут готовы к использованию. Ассасин обладал малым запасом жизни и незначительным количеством брони. Попасть под удары такого сильного противника для неё равносильно смерти.

Голем заметил бросившихся к нему троих исцелившихся воинов, он закрутился на месте, выставив мечи в разные стороны на всю длину. Такого мы ещё не видели. Он не просто кружился, как вихрь — он стал вихрем. Разглядеть его смазанный силуэт было невозможно. Парировать вращающиеся лезвия — тем более. Воительница успела отпрыгнуть, а Палкивиада и Тарлока вовремя спасли маги, наложив на одного «окаменение», а на другого — умение «ложная смерть». Жизнь Тарлока, попавшего под мечи голема, мгновенно упала до ноля, но за пять секунд бессмертия он успел выпить зелье, прибавившее ему на 100% больше ОЗ, чем должно было. А Палкивиад не потерял ни одной единицы здоровья, хотя был откинут в сторону и теперь, грохнувшись с тяжёлым стуком, окаменевший лежал у самой стены.

Стальной вихрь неумолимо приближался к Адэноэли. Она медленно отступала, сосредоточенный взгляд не отрывался от противника. Маги и стрелки делали что могли, быстро убавляя противнику жизнь. Оживший Палкивиад, Гальдар Тёмный, подхвативший свой молот с земли, восстановившийся Малыш и я встали рядом друг с другом в голубоватый круг защиты, созданный Израмиром. Едва живой Тарлок поспешно отошёл под защиту магов.

Земля задрожала. Огромная рука выросла перед големом и попыталась схватить, но урон вращающихся клинков был слишком велик, она тут же рассыпалась, ничуть не замедлив статую. Зло ругнувшись, Пенчекряк забормотал другое заклинание. В этот раз перед боссом появился земляной столб, сумевший, наконец, затормозить его. Камни и комки земли полетели в разные стороны, но разрушить преграду голем не успел. Действие его способности закончилось.

Адэноэль бросилась к нему, норовя покончить с едва живым врагом, на котором не осталось живого места. Весь утыканный стрелами, со следами от воздействия магии, он бросился ей навстречу, поднимая мечи. Но девушка ловко увернулась от его клинков и ушла в бок, успев полоснуть противника по ногам. Массивный и всё ещё страшный голем мгновенно развернулся к ней, но он забыл про нас. Малыш и Гальдар одновременно опустили оружие ему на спину. Внезапно возникшая Хисеаллай с размаху воткнула кинжалы в земляное чудовище, затем ещё раз и ещё... ОЗ у него не осталось, но голем ещё постоял пару мгновений, сверля нас одним единственным магическим глазом, затем его ноги подломились и вся туша грохнулась на землю. Оставшийся небольшой холмик земли, ничем не напоминал побеждённого голема. Лишь светящийся глаз всё так же сурово сверкал при тусклом освещении.

Получен титул!

Победитель големов

Вы уничтожили сотни магических созданий, и теперь научились лучше противостоять подобным существам. (Титул исчезнет, если вы несколько раз потерпите поражение в бою с големами или элементалями)

Титул можно выставить на всеобщее обозрение в настройках персонажа!

+ 1% к урону против големов и элементалей

+2% устойчивость к любому урону големов и элементалей.

— Прекрасно! — Кристал подошла к нам с посохом в руке. — Наконец-то и мы свои первые титулы получили! У Ворона их уже целых три... Если он обо всех рассказал, конечно.

Я с недоумением посмотрел на девушку. Мне доводилось слышать и читать о множествах наград, в том числе и титулах, прибавляющих сил игрокам, но не знал, что кто-то из орденов уже располагает ими. Впрочем, чему удивляться, если воины Ворона зачистили уже несколько подобных руин и подземелий. Кристал улыбнулась, стукнула посохом по земле и трон за её спиной со звоном раскололся.

— Красиво! — с лёгкой завистью произнёс Пенчекряк, глядя на свой растёкшийся трон, напоминающий компостную кучу.

— Зато он у тебя при создании хорош, — утешила его беловолосая колдунья.

— Давайте уже посмотрим трофеи! — глаза Дертера азартно блестели в предвкушении хорошей добычи.

— А их нет, — спокойно отозвался я, осматривая врага, но ничего не подбирая. — Только его глаз!

Меня это почему-то совершенно не расстроило, но я не сомневался, что стрелок будет возмущаться. И оказался прав.

— Какой ещё глаз? — недовольно буркнул он, подходя ко мне.

— Левый! — объяснил я. — Но вещичка неплохая, на самом деле. Если правильно применить...

— Брошенный на землю талисман призовёт армию големов, — вслух прочёл Дертер и, хмыкнув, добавил. — Да какой толк от них! Их горстка игроков легко одолела! А глаз, вдобавок, одноразовый!

— Смотря сколько существ призовёт! — почесал подбородок Палкивиад. — Если хотя бы полсотни, то уже можно ими отвлечь. А если больше?

— Или меньше! — пожал плечами Дертер. — Впрочем, что бубнить-то! Ещё одна плюшка для ордена. Сомнительная, конечно, но дарёному коню под хвост не смотрят. Забирай её, Лио. А я пошёл по тем гнилым бочкам прогуляюсь. Вдруг внутри что-то есть.

В отличие от арбалетчика, я не сомневался, что глаз окажется полезным, он занял почётное место в мешке, рядом с клинками, до которых ещё требовалось дорасти, и эликсирами могущества. Отряд разбрёлся по комнате, собирая какие-то старинные вещи. Гальдар и Малыш крушили неизвестно как сохранившиеся бочки. Из них тоже время от времени что-то выпадало, но по большей части рваное тряпьё да древняя тусклая посуда. И зачем их хранили в бочках?

— Полтора десятка ржавых мечей, которые можно привести в порядок, несколько серебряных чаш и тарелок, три разных зелья: одно добавляет две сотни ХП на три дня, второе точно так же увеличивает ману, — перечислил Палкивиад. — А третье... Третьему цены нет! Малое зелье абсолютной силы, увеличивает навсегда силу персонажа на одну единицу! Редкий предмет!

— Само по себе оно не слишком-то и полезное, — заметила Хисеаллай. Под капюшоном её лица совершенно не было видно. — Но радует, что повышать характеристики можно не только новыми уровнями. Интересно, мы сможем изготавливать такие?

— Раньше умели, — ответила девушке Адэноэль. — Если разыщите утерянные знания, обследуете давно заброшенные обители, то что-нибудь найдёте.

— Но ведь тогда богатые ордена смогут не только создавать такие зелья, но и скупать со всего мира! — покачал головой Израмир. — Что помешает кому-нибудь выпить сразу сотню таких зелий. А если тысячу?

Неожиданный звонкий смех рыцаря-командора пронёсся по стенам зала, сгрудившиеся игроки и огр с удивлением посмотрели на неё.

— Сомневаюсь, что после этой жидкости твой организм сможет справиться даже с обычным зельем исцеления, которые можно глотать десятками, — пояснила всё ещё улыбающаяся воительница. — Если смешать сразу два эликсира, дающие дополнительные силы, то, скорее всего, вы умрёте. Или ослабеете на долгое время. Я бы не решилась на такой эксперимент.

— Ого! — присвистнул Дертер. — Значит, как-нибудь устрою состязание, кто больше таких зелий выпьет. Разбогатею на ставках!

— Доживи сначала! — усмехнулся управляющий. — Впереди ещё одна комната. Все готовы?

— Вы кто? — раздался мальчишеский голос из темноты.

Не сговариваясь, мы мгновенно развернулись и вытащили оружие. Незнакомец шагнул вперёд и его осветило магическое пламя. Юноша был худ, с бледным лицом, одетый в странную чёрную рясу с красными полосами. Зачёсанные назад тёмные волосы едва доставали до затылка. Его глаза смотрели настороженно, но без страха. Блестящий чёрный посох в руках внушал беспокойство, он явно носил его не для красоты. Но осмотрев мальчишку повнимательнее, я расслабился. Всего лишь восьмой уровень! Мои маги посильнее будут...

— Уберите оружие! — коротко скомандовал я.

— Кто вы? — ещё раз повторил юнец. Казалось, ему не было никакого дела, направлено ли оружие на него или нет. — Вас прислал отец? Где он? И почему я здесь?

— Боюсь, там же где и мать, — не сдержался Дертер.

Я поднял руку, призывая к тишине, и зло глянул на стрелка, но он и сам уже понял, что ляпнул лишнего.

— Хотите сказать, он мёртв? — недоверчиво произнёс юный маг.

— Мы не знаем, — отозвался я. — Мы не знаем кто твой отец и почему ты находишься здесь один в темноте, в этих старых руинах.

— Не понимаю… Отец… Он дал мне кубок и велел выпить… Больше ничего не помню… Это он меня усыпил? Но зачем он прислал вас? Вы не похожи на имперских воинов и я никого из вас не знаю! Вы… Похитили меня?!! — лицо юного мага стало сосредоточенным, утратив следы былой неуверенности.

— Мы не имеем отношения к твоему пребыванию здесь! — торопливо сказал я, поднимая ладони, заметив, что парнишка одну ногу отвёл назад, а посох выставил вперёд. — Даже не предполагали, что тут есть кто-то из живых. Мы не собираемся вредить, удерживать или нападать на тебя. Мы просто искали то, что поможет нам выжить и защитить других!

— Так вы воры? — лицо юноши скривились в усмешке, а в глазах появилось презрение.

— А разве можно что-то украсть у мертвецов? — поинтересовался Палкивиад.

— Тебе стоит выйти наружу и осмотреться, — убедительно произнёс я, обращаясь к магу. — Тогда многое станет ясно. Никто не замышляет против тебя ничего плохого. Даю тебе слово! Ты волен идти куда хочешь, мы не станем мешать. Но сначала тебе стоит кое-что узнать.

— Подожди! — недовольно пробурчал Дертер. — Наговориться с мальчишкой ещё успеешь, а сейчас нужно обследовать ту комнату. И все остальные, которые будут за ней.

— Дальше ничего нет, — скривил губы юнец. — А в комнате лишь куча хлама и склянок! Разбойнику, вроде тебя, нечем там поживиться!

— Ты не прав насчёт нас, — покачал я головой.

— Да пусть думает, что хочет! — пожал плечами стрелок. Затем, обращаясь к магу, вкрадчиво спросил. — Раз там ничего нет, то ты не станешь возражать, если мы всё осмотрим?

Юноша промолчал, не удостоив его даже взглядом. Дертер, сочтя это согласием, вопросительно посмотрел на меня.

— Ступайте, осмотрите помещение, — обронил я. — Если отыщете другие проходы, без меня не соваться. Малыш, Адэноэль, вы останетесь со мной. Мы выйдем наверх вместе с… У тебя есть имя?

— Меня зовут Кириан Кельдан — гордо и надменно произнёс мальчишка.

— Кельдан? — удивлённо переспросила Адэноэль. — Ты случайно не состоишь в родстве с некромантом Эллаи Кельданом?

— С некромантом... — юноша усмехнулся, но отчего-то в его глазах промелькнуло облегчение. — Мой отец мастер многих стихий! Но, да... В Империи его знают, как величайшего повелителя мёртвых.

— Мне жаль тебя разочаровывать, но история помнит твоего отца, как величайшего предателя, — в холодном тоне воительницы не было и намёка на сочувствие. И не удивительно. Высокомерие Кириана, и его повелительный тон совершенно не располагали к юному магу. — В момент величайшей нужды он решил преследовать свои цели, захватил главный город на острове Люмирис, а позже, подмял под себя весь остров, пользуясь тем, что у Аротерана не было сил отбить его.

Лицо мальчишки побелело от гнева.

— Ты лжёшь, разбойница! — ухмылка мага превратилась в оскал. — Отец никогда бы не предал Императора! Его место постоянно пытаются занять недостойные, которые клевещут на него перед нашим Императором. Неужели он прислушался к никчёмным прихлебателям??!

— Остыньте, — посоветовал я обоим. — Тебе многое станет ясно наверху, Кириан Кельдан. Иди за мной. Но узнав имя твоего отца, могу с уверенностью сказать, что он жив.

Я развернулся, и быстрым шагом пошёл к лестнице. Эллаи Кельдан... Так звали того мага, которого гномы разбудили, на свою голову... А теперь перед нами его сын, которого он умудрился спрятать либо во время войны, либо перед её началом. Но зачем? Не похоже на родительскую заботу, если верить словам Адэноэли... Ведь он пережил десятилетия войны, но так и не забрал Кириана. А после сам во что-то вляпался, застряв в гномьих горах.

Преодолев последнюю ступеньку, я сразу взглянул на небо. До заката ещё пара часов, но нам повезёт, если мы нагоним караван до того, как он остановится на привал.

—А вот и сам источник зла! — послышался чей-то грубый и хриплый голос.

Я оторопело уставился перед собой, только сейчас заметив два, неизвестно откуда взявшихся, отряда. Источником зла меня назвал гоблин в роскошной золотистой мантии, стоявший рядом с большим серебристым волком, который недобро рычал. Причиной недовольства зверя был вовсе не я, а высокий темноволосый человек напротив него, спрыгнувший с белоснежного коня. Его уверенные движения чем-то напомнили мне о герцоге, вот только лицо воина было мрачным и встревоженным, хотя серьёзный взгляд выдавал умелого управленца. Позади него неторопливо спешивались его люди. Я насчитал восьмерых. Они, в отличии от своего предводителя, не выглядели благородными рыцарями, несмотря на приличные доспехи, длинные мечи, висевшие у них на поясе, и белые плащи. С коней воины слезали неуклюже, словно опасаясь их дикого норова. Один шумно высморкался и попытался вытереть нос кольчужным рукавом. Их настороженные лица и манеры наводили на мысль, что это обычные разбойники, недавно пересевшие на настоящих боевых скакунов и получившие где-то снаряжение. Люди не стесняясь, и без какого-либо страха, рассматривали гоблинов и нас. Малыш удостоился особого внимания, но их взгляды, бегавшие по могучему торсу и неприкрытым тканью мускулистым рукам со вздутыми жилами, были скорее уважительные.

Свита гоблина выглядела внушительнее. Во-первых, их было больше, а во-вторых, без всякого сомнения, перед нами находились хорошо обученные воины, бывшие одним целым со своими верховыми животными. Могучие волки, куда крупнее тех, что мы убивали в лесах, вели себя достаточно смирно, повинуясь своим хозяевам. Зверей прикрывали защитные серебристые пластины, а сами всадники были одеты в лёгкую тёмную броню. У каждого гоблина из-за спины выглядывал небольшой лук и туго набитый колчан со стрелами с ярко-зелёным оперением. У пояса висели короткие мечи с загнутыми концами.

Лица невысоких существ закрывали шлемы. Мы могли рассмотреть только длинные горбатые носы и маленькие узкие глаза.

— Ты бы меня сильно удивил, Ангус, если бы источником зла у тебя в этот раз оказался не человек! — недобро пробурчал предводитель людей. — Он такое же зло, как и я! Согласен, рыскать по местным руинам не слишком разумно, да и компания у них необычная, но делать из парня злодея… Постой! Адэноэль?! Это ты?! Далеко же ты забралась! Что ты делаешь здесь? Что-то случилось с твоими людьми?

— Привет, Фалатар! — девушка сняла шлем, на её лице заиграла насмешливая улыбка. — Мы решили покинуть те края. Не ожидала увидеть тебя здесь, да ещё и во главе отряда. Помнится мне, ты потому и сбежал, что не хотел брать ответственность за других людей.

— Ответственность сама нашла меня, — с горечью произнёс Фалатар. — Слишком многое я перенял у тебя…

— Не объяснишь, что здесь происходит? — на щеках у Адэноэли появился лёгкий румянец. Похоже, их с этим воином связывали не только походы.

— Зло пускает корни на нашей земле! — сурово сказал шаман Ангус, многозначительно подняв палец в верх. Его серебристые волосы трепал ветер. Тусклый обруч с красным камнем посередине охватывал голову гоблина.

— Ангус, ты знаешь, что я отношусь к тебе с большим уважением. Благодаря тебе у нас получается хранить мир между людьми и гоблинами, невзирая на мелкие стычки среди самых упёртых дураков! Но, пожалуйста, прекрати в каждой тени видеть неведомое зло! Мне напомнить, как мы с тобой созвали воинов, чтобы преградить путь мертвецам, которые, по твоим словам, должны были появиться тут вчера? Вся деревня до сих пор смеётся надо мной! Напугали жителей, заставили собирать пожитки и готовиться уходить. И что-то подобное случается изо дня в день! — Фалатар смотрел на пожилого гоблина с долей иронии, но вполне доброжелательно.

От моего внимания не ускользнуло, что бойцы, по обе стороны, бросали друг на друга совсем не миролюбивые взгляды. Похоже, этим двоим предводителям действительно удаётся удерживать других от резни.

— Гоблин прав! — внезапно произнёс юный маг в чёрной рясе, не дав ответить возмущённому шаману. Юноша неспешно бродил, рассматривая руины, совершенно не опасаясь ни гоблинов ни людей, и рассеянно говорил, — Нежить восстала… Я тоже чую несметные полчища… Гоблины гораздо чувствительнее к магии, чем любые другие расы, потому он ошибся с местом появления… Мертвецы волной растекаются по земле… Если их не остановить, то скоро они появятся и здесь… — внезапно он остановился, повернулся к нашей троице, и я впервые смог рассмотреть тёмно-зелёные глаза, в которых промелькнуло отчаяние. Кажется, Кириан начал понимать, что произошло, но не хотел в это верить до последнего. — Почему цитадель моего отца разрушена?

Неловкое молчание повисло в воздухе. Шаман смотрел на мальчишку изумлённо, а Фалатар — с недоумением. Он заговорил первым.

— Парень, этим руинам сотни лет... — воин сказал это чуть ли не ласково, очевидно решив, что бедный мальчишка потерял родных и тронулся головой.

— Триста лет прошло с падения Империи... — тихо добавил я. — Её больше нет. Всё, что осталось, это разбросанные руины, да группы людей, стремящихся выжить. Даже небольшие поселения теперь редкость...

Мне уже приходилось быть свидетелем того, как эта новость смогла ненадолго подкосить могучего воина, но он сумел принять её, обрёл друзей и увидел, что в нём нуждаются. Асгот в тот момент казался потерянным, но он никогда ничего не боялся. А лицо Кириана застыло от ужаса. Мальчишка задрожал, прикрыл глаза рукой и прислонился спиной к одиноко торчащему куску стены, затем медленно опустился на землю, обхватил колени и уставился в землю.

— Лио, может... — неуверенно начала Адэноэль.

— Нет. Дай ему время прийти в себя, — вздохнув сказал я и посмотрел на обоих предводителей. — Кириан подтвердил, что уважаемый Ангус оказался прав, насчёт восставших мертвецов. Мы тоже можем с уверенностью сказать, что он не ошибся. И даже знаем, где именно появилась нежить, так как сами сбежали оттуда из-за них. Но почему меня назвали источником зла? Я не творил злодеяний. Мне приходилось убивать, но только для того, чтобы защитить себя и друзей.

— Кто не убивал... — грустно произнёс Фалатар. — Ангус, ты можешь предоставить доказательства? Мы не станем убивать путников, и тебе не дадим.

— Я не сказал, что он зло! — буркнул шаман, переводя пристальный взгляд с Кириана на меня. — Он носит с собой что-то тёмное... Что-то сотворённое настоящей чёрной магией, которой не место в наших землях!

— Хм... — я достал на свет глаз голема. — Мы только что подобрали вот это... Это оно?

— Нет! — досадливо поморщился Ангус. — Это обычный, хотя и весьма любопытный артефакт. Что ещё у тебя с собой?

Сзади раздались весёлые голоса, затем загрохотали тяжёлые сапоги силачей, поднимающихся по ступеням.

— Ого! Что здесь происходит? — спросил появившийся из проёма ошарашенный Палкивиад. Его рука потянулась к мечу, но он тут же её одёрнул. Затем повернулся к напирающим сзади рыцарям, которые ещё переговаривались, смотря друг на друга и не замечая опасности. — Спокойно! Оружие не вынимать!

Только после слов управляющего, удивлённые игроки обратили внимание на гоблинов и людей.

— Ох, чёрт... — услышал я вырвавшиеся у Дертера слова.

Почувствовав за спиной свой отряд, я совершенно успокоился. Гоблины и люди обгоняли нас по уровню, Ангус и Фалатар достигли семнадцатого, но с нами была Адэноэль. У меня есть эликсиры, которые сделают магов смертоносными, а так же у нас появился глаз, призывающий големов. Даже если всё решить мирно не получится, аргументы у нас имеются довольно весомые.

— Ну? — седой шаман нетерпеливо стукнул посохом.

Если его и обеспокоило появление десятка человек, то виду он не подал. Зато гоблины, едва заметив выходящий отряд, вытащили луки и приложили к нему стрелы. Увидев это, Фалатар нахмурился и отошёл по ближе к своим людям. Интересно, на чьей стороне выступит он? Или не станет вмешиваться?

— Эликсиры, оружие... — не стал тянуть я, надеясь обойтись без очередной драки. Предметы по очереди появлялись и исчезали в моих руках.

— Нас что, грабят? — поинтересовался Дертер, недобро глядя на зеленокожих.

— Нет, — рассеянно ответил я, заглядывая в инвентарь. —Ах, да! Ещё есть вот этот мешочек! Сегодня нашли. На трупе одного... Гхм...

Ангус отшатнулся едва я вытянул руку перед собой.

— Что ж, значит, мы нашли, что искали, — подытожил я. — Что это такое? К нему шла ещё вот эта записка, но язык... Ведь это ваш язык?

Шаман, сделав руками непонятные знаки, с опаской подошёл ко мне, хотя его сородичи оставались спокойными.

— Дай взглянуть! — он развернул клочок бумаги, поднёс её к носу и что-то забормотал. — Это заклятие вечной жизни! Какой-то чёрный маг решил перехитрить судьбу! Он вселялся в чужие тела. В записке говорится, что в этом мешочке таится сила мага. Если его сжечь, то колдун больше не сможет никому навредить.

— Вы уверены в этом? — недоверчиво спросил я.

—Так написано здесь! — важно кивнул седой гоблин. — Мы должны избавиться от этого зла раз и навсегда!

Шаман обернулся к своим и бросил им пару фраз, прозвучавшие довольно резко. Впрочем, речь гоблинов всегда была такой. Два гоблина убрали луки и спрыгнули с волков. Я с нарастающим беспокойством следил, как они поднимают сухие ветки и кидают их в кучу под ноги Ангусу.

— А что с парнишкой? Переваривает правду? — Дертер кивнул на всё ещё потерянного Кириана.

— Ну... Теперь он хоть по сторонам взгляды бросает, — мальчишку было жаль, но главное я успел ему сообщить. Его отец жив. И Кириан о моих словах, похоже, не забыл. Иначе так быстро не очухался бы.

— Что ж, у меня для него кое-что есть, — неуверенно сказал стрелок и направился к юному магу.

Меня больше волновало то, что собирался сделать шаман, но краем глаза я всё же увидел, как Дертер протянул какой-то предмет Кириану, а следом дал свёрнутую бумагу, которую было легко узнать по форме и потому, что юнец торопливо сломал печать и развернул свиток.

— Дертер только что лишил нас очень дорогой вещи, — негромко буркнул нахмурившийся Палкивиад. — Я бы даже сказал, бесценной. Мы договорились, что сначала спросим у тебя, но, как видишь, он решил сделать по-своему...

— Потом разберёмся, — быстро проговорил я, видя, что костёр уже вспыхнул и седой гоблин многозначительно взглянул на меня.

— Кинь мешочек в костёр, путник! И ступай куда хочешь!

— Я этого делать не стану! — твёрдо заявил я. — Вам не кажется, что всё это слишком подозрительно? Если всё так легко, то почему предыдущий владелец просто не сжёг его? Зачем нужна записка с указаниями? У меня есть друзья, разбирающиеся в таких вещах, я покажу мешочек им, пусть они решат, что с ним делать.

— Мы не можем отпустить тебя с ним, — покачал головой шаман.

— Послушай, Ангус... — примирительно начал Фалатар.

— Нет! — резко прервал его гоблин. — Ты меня не убедишь! Зло не покинет это место. Я не хочу быть виновным в том, что вовремя не остановил чёрного мага, когда ещё мог. Стрелки!

— А убить невиновных сейчас ты не боишься? — вскрикнул Фалатар, увидев, что гоблины нацелили луки на мой отряд.

— Добрые люди сидят у тебя в деревне, а не бродят по руинам, не думая о последствиях. Советую тебе не вмешиваться, мой друг.

— Вы меня не поняли, Ангус, — зло процедил я. Повстречав Хоннората, Дугмара, Колгрима, мне начало казаться, что и остальные вожди, особенно седовласые волшебники, должны быть непременно мудрыми. Но упрямый гоблин словно напрашивался на драку. Даже странно, что Фалатару так долго удавалось его сдерживать от опрометчивых поступков. — Будь у меня желание подраться, ваши сородичи были бы уже мертвы!

Я почувствовал удивлённые взгляды своих рыцарей, стоящих по бокам. Ведь я всегда до последнего пытался решить дело миром. Интересно, осуждают меня сейчас или нет?

— Мне не нравится когда угрожают моим воинам! — продолжил я. — Хотите уничтожить колдовскую вещь? Забирайте! — я с силой швырнул мешочек к ногам Ангуса. — Но сделайте это сами! А подвергать опасности себя и своих рыцарей я не позволю!

Должно быть, один из верховых гоблинов решил, что я не слишком почтительно обращаюсь к их вождю, либо сдали нервы и ослабли руки, но одна стрела сорвалась и угодила в меня. Вернее, угодила бы, не будь рядом Израмира. Стрела пробила полупрозрачный барьер, защищающий от 50 урона, но при этом потеряла свою силу и упала, отскочив от доспехов, не причинив никакого вреда.

— Гржак не! — в страхе вскричал Ангус. Он видел, как огр достал дубину, вставая рядом со мной. Мышцы Малыша раздулись, делая его чуть ли не вдвое больше. Позади послышался восхитительный звук извлекаемого оружия. Но я не притронулся к мечам. Даже без перевода было понятно, что гоблин приказал не стрелять. Значит, всё же понимал, что без помощи Фалатара с нами ему не справиться. А тот не спешил с решением, он нервно покусывал губы, и хмуро смотрел на нас.

— Нам не обязательно сражаться! — торопливо заверил шаман. По его знаку, гоблины убрали луки, вслед за ними и рыцари Ордена Порядка вновь спрятали оружие.

Я обратил внимание на Кириана, отрешённо взиравшего на нас. Ему не было дело, перебьём мы друг друга или нет.

Ангус нагнулся, осторожно поднял мешочек и не раздумывая бросил в костёр.

Раздалось шипение. Чёрный дым поднимался над костром, становясь всё больше. Ангус отступил, не желая касаться тёмной магии, но клубы дыма постепенно приобретали форму двуногого существа.

— Вот этого я и боялся, — едва слышно пробормотал я.

Уходить было поздно, да и не хотелось трусливо сбегать, хотя Фалатар велел своим людям отойти подальше.

Ангус с победной ухмылкой рассматривал появившийся силуэт, но клубы дыма дёрнулись к нему, будто протягивая руки, а затем полностью окутали шамана, скрывая его от нашего взора. Раздался страшный крик и через мгновение дым рассеялся, а на земле осталось лежать тело Ангуса. Мёртвого.

— Что ж, своё зло он, кажется, победил... — тихо сказала Хисеаллай.

На лицах гоблинов сначала застыл ужас, затем промелькнуло понимание и... Облегчение. Гоблины с весёлыми ухмылками переглянулись и недвусмысленно взглянули на Фалатара и его отряд. Тот понял всё ещё раньше. Ангус мёртв и их миру конец. Даже если найдутся среди гоблинов те, кто не захочет враждовать с людьми, то у них нет той власти, какую имел седой гоблин. Предмет, который мы притащили сюда, уничтожит ещё не одну жизнь.

— Что-то не так, — буркнула Кристал и указала рукой. — Кажется, ничего ещё не кончено.

Тело Ангуса задёргалось. Среди людей Фалатара послышались восклицания, а гоблины заставили волков попятиться назад. Их бывший предводитель сел и открыл глаза, ставшие вдруг красными. Пометка «мёртв» исчезла, но имя гоблина тоже пропало. Теперь перед нами находился демонолог 35-го уровня, который резко посмотрел по сторонам, зловеще улыбнулся и неторопливо поднялся. Волк с серебряной шкурой несмело приблизился к нему и ткнулся носом в плечо.

— Опять я в теле гоблина... — зевнул демонолог, погладив волка. — Что ж, это не так уж и плохо!

Едва он посмотрел на своих бывших подручных, как тех словно ветром сдуло. Маг проводил их долгим задумчивым взглядом, а затем повернулся к нам.

— Кто ты? — осторожно спросил я, встретившись с ним глазами.

Да уж! Взгляд у демонолога действительно демонический.

— Я злодей! — охотно объяснил красноглазый гоблин, сверкнув белоснежными зубами. — По крайней мере, так тебе скажет любой, кто встречал моих собратьев по магии.

— А это не так? — поднял бровь Фалатар. —Ты убил Ангуса и этим обрёк сотни жизней на несчастье и смерть.

— Он хотел убить меня, — пожал плечами демонолог. — Ты ведь не попытался его остановить.

— Прости, что вид дрянного мешочка не вызвал у меня желание вмешаться, — огрызнулся воин.

— Откуда Фалатару было знать, что на уме у старого гоблина и что за магию скрывает в себе добытый нами предмет, — внезапно вмешалась Адэноэль. — Мы с юного возраста пытаемся выжить, а не штудировали книги по магии, которых, к слову, и не было!

— Оправдываться нет нужды. Я не собирался убивать вас, — хмыкнул маг, одобрительно взглянув на неё. — А ты хороша, дева! В другое время я бы с тобой позлодействовал, с твоего согласия разумеется, но увы, мой внешний вид располагает лишь к сидению у камина, где я бы кутался в меховую шкуру и ворчал на всех, — он с сожалением вздохнул. — В крайнем случае, пялиться на звёзды на вершине какой-нибудь башни и изрекать мудрые мудрости. Так что, кхм... Будем этому соответствовать.

Я попытался спрятать улыбку, чтобы ненароком не обидеть Адэноэль, но некоторые не сдержались и раздались смешки. Сама воительница и глазом не моргнула.

— Я вижу, что у вас есть проблемы с зеленокожими, — продолжил демонолог. — А мне не помешала бы еда. Мне кажется, что я уже лет десять ничего не ел. А может, так оно и есть? — он ненадолго задумался, потом встряхнул седыми волосами. — Так вот, предлагаю сделку. Я использую свои злодейские способности и прогоню ораву гоблинов, а вы взамен набьёте мой мешок приличной едой. Идёт?

— Ты предлагаешь просто поверить тебе на слово? — с сомнением произнёс Фалатар.

— Он не лжёт! — вмешался я. Демонолог понравился мне сразу. — Он легко бы расправился со всеми нами, с твоим лагерем, деревней гоблинов, и взял бы то, что хотел. Для тебя и твоих людей это лучший выход.

— Ну надо же! — голос мага был полон сарказма. — Человек встал на защиту демонолога! Что-то изменилось в этом мире... Или люди просто поумнели? Смотрю, у вас и некромант в друзьях имеется... Хм... Слышали старый анекдот? Заходят некромант и демонолог в таверну...

— Хватит! — прервал Фалатар. — У нас мало времени. Я... Я принимаю твоё предложение. Мы дадим тебе всё самое лучшее, что может понадобиться в странствиях. Только мне бы не хотелось видеть смерти гоблинов. Многие из них злобные идиоты, это так... Но ещё недавно мы с ними сражались бок о бок.

— Ты стал сентиментальным, — усмехнулась уголком рта Адэноэль.

— Ну... Ты мог бы закрыть глаза, — предложил демонолог, поглаживая бороду. — Но можно просто напугать мелких гадёнышей. Только после моего ухода они когда-нибудь вернутся и отомстят всем вам.

— Пойдём с нами, Фалатар... — воительница, закусив губу, посмотрела ему в глаза. — Нас много, нами теперь управляет герцог. У него сотни воинов. Он уже доказал, что способен защитить мирных людей. Его поддерживают новые ордена. Возможно, у нас, наконец, получится увидеть расцвет эпохи людей! Мы же мечтали об этом, помнишь? Когда ещё были совсем детьми и дрожали от холода в лесу, прячась ото всех...

Сомнения проступили на лице воина, но Адэноэль не сдавалась.

— Я тоже не слишком верила сначала... Пришла к ним только потому, что вместе защищать людей было проще, и мне хотелось скинуть с себя хоть ненадолго груз ответственности. Но пришельцы сумели вдохнуть в это место новую жизнь. Своими поступками и находчивостью, они заставили поверить и меня, что всё возможно!

— Пришельцы? — недоверчиво переспросил Фалатар.

— Пришельцы?! — тут же удивлённо повторил демонолог. — Из другой страны припёрлись что ли?

— Из другого мира, — будничным тоном пояснил я. — Мы бессмертны здесь. И нас много. Хотя и врагов у нас хоть отбавляй. Не всех обрадовало наше появление. Так что, Фалатар, за тот мир, о котором мы все грезим, придётся немало повоевать. Нам очень нужны люди.

— Бессмертен? — пробормотал седой гоблин, — Да неужели...

Демонолог пронзительно взглянул на меня, красные глаза полыхнули настоящим огнём. Он направил руки в мои стороны, даже не подумав потянутся за причудливым резным посохом, выглядывающим из-за плеча. Сухой безжизненный голос, совсем непохожий на прежний голос гоблина, бил по ушам так, словно мы снова находились в каменном зале. Высоко в небе сползались краснеющие облака, образуя чудовищную воронку. На мгновение мне показалось, что в середине мелькнуло лицо неизвестного существа, а затем почувствовал на себе чей-то холодный, тяжёлый и бесстрастный взгляд. Но лишь на мгновение. Затем куски кровавых облаков устремились вниз, на пол пути сплетаясь друг с другом.

И всё это только для того, чтобы убить меня? Неужели у демонолога не оказалось заклинаний попроще?

Красный столп обрушился на меня, вбивая в землю. Неимоверная тяжесть давила на тело, не позволяя шевельнуться, я не мог даже открыть глаза.

Оружие повреждено!

Оружие повреждено!

Повреждён элемент брони!

Повреждён элемент брони!

Повреждён элемент брони!

Тяжесть внезапно исчезла. Гул утих.

... Возрождаемся в другом месте! — словно из далека донёсся злой голос Палкивиада.

Я с опаской открыл глаз, затем другой. Рыцари ордена, покрытые слоем пыли, стояли на том же месте, где и раньше. А вот меня откинуло на несколько шагов.

— Но ведь он не умер! — беспечно откликнулся демонолог. — Ваш защитник спас его. А я впустую потратил столько сил...

Снова меня выручил Израмир, с благодарностью подумал я. Но вот доспехи... Доспехи были безнадёжно испорчены. Сапоги с дырками едва держались на ногах, белый величественный плащ превратился в кусок рваной ткани, наплечники оказались смятыми. На доспехах городского ополченца зияли дыры, а куски повреждённой стали нелепо торчали в разные стороны. Не пострадал только шлем, убранный во время разговора в рюкзак, да амулет. Обнадёживало лишь то, что при просмотре вещей появлялась надпись: «можно починить».

Я поднялся, сплёвывая сгусток пыли. Судя по улыбающимся рожам спутников, землёй были покрыты не только доспехи, но и моё лицо. Демонолог смотрел так, будто это не он мгновение назад пытался меня прикончить. Я хотел было высказать ему всё, что о нём думаю, но понял, что это бесполезно, только услышу ещё пару острот, махнул рукой, и присоединился к своим.

— Израмир, я снова у тебя в долгу! — хрипло сказал я магу.

Волшебник только улыбнулся и пожал плечами.

— Нам нужно день на сборы, — Фалатар решил не придавать значения случившемуся. Да скорее всего, ему действительно не было дела до того, убьёт меня гоблин с чужой душой, или нет. Ему хватало своих забот. — После мы сможем тронуться в путь за вашим герцогом... Двинемся налегке, через день-два мы вас догоним, если гоблины не помешают.

— Не помешают! — заверил демонолог. Его глаза радостно блестели. — Уж день как-нибудь я с вами выдержу...

— Кириан, ты пойдёшь своим путём, или присоединишься к нам? — спросил я, сочувственно глядя на одинокого паренька, всё так же сидевшего у скалы с опущенной головой.

Фалатар уехал, забрав с собой мага-гоблина. Быстро оценив новообретённые вещи, которые удалось раздобыть отряду, мы готовились догонять обоз, надеясь добраться к шатрам хотя бы к полуночи.

— Конечно он идёт с нами! — безапелляционно заявил Дертер. — Вставай, парень! Скоро стемнеет. Доберёмся до лагеря, вот тогда и подумаешь обо всём, с миской горячей похлёбки в руке. Сказал бы, с кружкой пива, да только сложно его раздобыть сейчас!

— То, что ты вернул мне вещь, предназначенную для меня, ещё не значит, что я доверяю тебе, — холодно сказал Кириан. В зелёных глазах сверкал гнев. Вряд ли он злился на нас, но рано или поздно всё выплеснется на тех, кто будет рядом. Хорошо если обойдётся без мёртвых слуг, которых он наверняка умеет призывать. — Мне нечего делать рядом с такими, как вы!

— Это с какими? — осведомился Дертер. Что ж, пусть сам разговаривает с парнем. Не знаю, что на него нашло, но, кажется, у стрелка всё под контролем.

— С бандитами! — наверное, юный маг хотел произнести это с презрением, но его голос дрогнул. Впрочем, гордый мальчишка сдаваться не собирался. — Вы присваиваете чужие вещи! Роетесь в чужих поместьях, грабите их! Поверили, что мой отец мог оказаться злодеем и предателем! И меня попытаетесь настроить против него!

— В лагере много разных людей, — Странно, Дертер не пытался убедить его, что всё не не так. Вернее, не совсем так... — Можешь выбрать компанию себе по душе, когда прибудем. А оставаться здесь одному, глупо! Особенно, если хочешь найти ответы.

— Хочу! — некромант вскочил. На лице застыла решительность. Он взглянул на меня всё с той же злостью. — Ты расскажешь мне об отце всё, что знаешь!

— Только по дороге, — согласно кивнул я.

Глава 13

— Лио, а ты что думаешь?

Я лишь пожал плечами. Вернувшись вчера в сонный лагерь и устроив Кириана на ночлег, мы почти сразу же покинули игру, даже не догадываясь, сколько всего произошло в наше отсутствие. И теперь новости сыпались на нас, как из рога изобилия. И хуже всего была эта.

Воровство в лагере набирало обороты. Игроки осмелели, так как за прошедшие дни почти никто не был пойман и наказан, и многие поверили в свою счастливую звезду. Но герцог лишь выжидал подходящего момента. Конечно, вряд ли обошлось без Релгара, который умело выбирал помощников, подкупал, запугивал и прислушивался к происходящему в лагере. Во второй половине дня, стражники и воины начали хватать игроков, устроив настоящую облаву. Они без церемоний вытаскивали их из шумных компаний, уводили с тренировок, набрасывались во время занятий ремеслом. Если провинившийся вёл себя мирно, ему связывали руки и бросали в заранее подготовленную телегу с решёткой, которую изготовили вчера прямо на ходу. Но не все проявили благоразумие. Гордые игроки пытались удрать, а когда их всё же сбивали с ног и связывали, начинали поливать стражу отборными ругательствами, из-за чего лишь усугубляли своё положение. Отношение мирных жителей резко ухудшалось, вдобавок, воров сразу же признавали виновными и выносили приговор. И зачастую, суровый. Если игрок не успокаивался даже во время приговора, то его убивали тут же на месте. Других изгоняли или отправляли в конец обоза вместе с другими провинившимися. В ночное время им запрещено было покидать палатку ордена, а если вор не принадлежал ни к одному из них, то должен был ночевать в том месте, какое ему укажут. Конечно же, накладывался штраф. Огромный. Можно сказать, непосильный для одиночки. Но таких было не много. В основном, за своих рыцарей платил орден. По одному золотому за человека!!! Кое-кто из магистров изгнал пойманных воров из ордена, но это не помогло. Штраф приходилось выплачивать всё равно. И обозначенный срок — неделя. Орден, отказавшийся подчиниться, будет изгнан.

Среди пойманных игроков оказались и те, кто схватился за оружие. Их магистрам пришлось хуже всего, помимо штрафа в два золотых, остальным членам ордена приходилось в течении недели выполнять любые поручения без какой-либо надежды на награду. А само управление орденом фактически переходило к легионеру Торну, ставшему во главе стражников. Впрочем, ежедневными делами обоза занимались Релгар и его помощники.

До сих пор среди игроков царило уныние. До этого считавшие себя хозяевами положения, получили звонкую оплеуху, заставившую всех тут же спуститься на землю. Можно было отделиться от герцога и уйти, но только куда? Все надежды и возможности на быстрый прогресс, оставались здесь. В одиночку бродить по незнакомым местам, полным враждебных существ, не хотелось никому. Но один орден, в котором находилась дюжина человек, всё же покинул караван.

Досталось почти всем, и Ордену Порядка в том числе. Один из наших, Лираэль, тоже попался за кражей припасов интенданта. Нашёл у кого красть! Но, к счастью, он не сопротивлялся. Мне придётся выплатить всего пятьдесят серебра за него. Так что, ещё легко отделались! Кроме беседы с Релгаром, нашему ордену ничего не грозило. А так как магистром был Хоннорат, можно было вздохнуть с облегчением. Он не даст советнику зверствовать.

Отношения с интендантом Палкивиаду удалось поправить, но пришлось выложить ему бесплатно несколько сотен стрел. После боя с големами мы добыли их около четырёх тысяч и надеялись половину продать за хорошую цену. Как же! Мы продали всего тысячу. Правда, Борст не скупился. Его запасы подходили к концу, и он купил их за хорошую цену. А узнав, что мы готовы уступить сотню флаконов для зелий, то даже немного накинул сверху, ради будущих сделок.

— Не многие несут их ко мне, — объяснил нам Борст. — А вот разбирают мигом!

Он так же с радостью избавил нас от драгоценной посуды, а вот несколько небольших рубинов, найденных в комнате Кириана, он брать не захотел и посоветовал обратиться к ювелиру или алхимикам.

Палкивиад, выбрав себе в помощники Дертера и Хисеаллай, пошёл разговаривать с ремесленниками и магистрами орденов, в надежде продать или обменять ворох оружия. Заодно ребята прихватили с собой мои сломанные вещи. Вряд ли ордена сейчас захотят скупать экипировку. Вероятно, они сами ринутся продавать ценные предметы. Ведь даже у Рока вряд ли найдётся хотя бы одна золотая монета, а его орден пострадал больше всех. Двух его человек убили, одного изгнали, ещё трое всё ещё сидели в клетках, ожидая суда.

Хотелось бы обрадоваться этому, но Рок умеет выкручиваться. У него всегда найдётся чем расплатиться. Хорошо, что мы почти не сталкивались с ним, после разговора с Искрой. Оставалось надеяться, что я смогу при нём вести себя непринуждённо.

Я тоскливо вздохнул, рассматривая отряды игроков, спешащих покинуть место, ставшее вдруг гнетущим. Меня ждали дела ордена, бумаги с новостями, оставленные рыцарями по моей просьбе, а так же разговор с Колгримом, обещавший стать тяжёлым. До завтра мне точно не удастся выбраться куда-нибудь. Если мою экипировку и смогут привести в порядок, то только на ночной стоянке.

Обоз свернул, отклонившись немного влево. Разведчики утверждали, что пройти меж двух тянущихся отрогов гор, будет проще, чем неуклонно двигаться вверх, хотя поход займёт больше времени. И теперь к вечеру мы должны были войти в широкое ущелье.

Животные бодро шагали по твёрдой земле, едва прикрытой свежей травой, им не было дело до тревог двуногих существ. Колёса охраняемых гружённых фургонов приятно поскрипывали. Хотелось бы забраться на своего льерако, ведь погружаться в чтение сидя в седле куда удобнее, да кто бы мне это позволил!

От управляющего.

Лио, не хотел говорить при остальных. Вчера мы нашли уникальный артефакт и письмо, адресованное Кириану. Амулет прибавляет магу 1000 маны, которые при использовании восстанавливаются только на следующий день. Штука, как я и говорил, бесценная, но рядом лежало письмо, содержание которого мы читать не стали, и записка: «Моему сыну, Кириану»

И записка не истлела за столько лет? Странно. Но отец юного некроманта и сам великий маг, мог что-нибудь пошептать над бумагой.

«Дертер самовольно отдал парнишке амулет... Правильно ли он сделал? Ты бы поступил так же, — думал я, убирая клочок бумаги. — Но тебе не нравится, что тебя обошли и не спросили мнения. Глупость! Это чувство надо гнать немедленно. Но выводы нужно сделать. Любой предмет, с редкостью выше необычного, должен оказываться сначала у меня в инвентаре во избежание недоразумений...»

— Лионикс! — окликнул меня красивый, знакомый голос, в котором, наконец-то, не сквозила зима.

Мысли тут же улетучились и я с улыбкой повернулся к эльфу.

— Рад тебя видеть, Альтуриан! — заметив, как принц нахмурился, торопливо добавил. — На этот раз, я говорю искренне... Мне не помешало бы отвлечься. И я не забыл о том, что совсем недавно, ты предотвратил катастрофу.

Тёмный эльф восседал на гнедом жеребце, должно быть, подаренный герцогом за бой у озера. Безупречная осанка и проницательные фиолетовые глаза быстро напомнили мне, с кем я имею дело. Безусловно, он был всё так же опасен, но врагом его считать я не хотел и не мог.

— Зато ты, похоже, быстро забыл остальные вещи, которые я собирался сделать, — усмехнулся воин-маг.

Увидев заинтересованные взгляды Тарлока, Гальдара и посторонних игроков, мне пришлось перевести разговор на другую тему.

— Гальдар, если Палкивиаду не удастся продать лут, нужно будет устроить прилавок на вечерней стоянке, хотя бы на несколько часов... Займёшься?

— С радостью! — весело сверкнул глазами танк.

— Поставишь прилавок рядом с нашими палатками, чтобы рядом находились союзники, не хватало ещё, чтобы нас тоже обокрали... Альтуриан, давай отойдём!

Тёмный эльф легко спрыгнул с коня, и повёл его в сторону от повозок.

— Это вы привели щенка-некроманта? — поинтересовался эльфийский принц. — Я привык к вашим ручным ограм, но этого юнца мне захотелось утопить.

— Он умеет расположить к себе, — согласно кивнул я. — Кстати, а что за история с ограми?

Лицо Альтуриана потемнело, и я тут же пожалел, что заговорил об этом.

— А, впрочем...

— Моя мать погибла в бою с ними, — резко сказал он и повернулся ко мне. — Те твари, живущие... Вернее, жившие на равнинах, свирепы и кровожадны. Грабят не ради золота, хотя и им не гнушаются, а ради еды. Я ничуть не преувеличиваю их жестокость, это сделать просто невозможно. В них нет ненависти к моему народу, как у меня по отношению к ним, им просто нравятся страдания других. Чудовищам совершенно не важно, какое разумное существо окажется перед ними. Везёт тем, кто погибает сразу. Тебе рассказать, что делают с теми, кто остаётся жив после опустошения очередной деревни?

— Пожалуй, не надо...

— Правильное решение! — кивнул тёмный эльф. — Ограми управляют животные инстинкты, но звери не получают изощрённого удовольствия от криков своих жертв... Мы смогли оттеснить их в горы, но победить огров не так-то легко. Даже драконы гибнут в бою с ними.

Поэтому, я им не доверяю... И не могу перестать их ненавидеть.

Я промолчал, не желая продолжать этот разговор. Альтуриан мог считать, что говорит правду, но каждый о своих врагах скажет тоже самое.

— Я ухожу, — неожиданно сказал он.

Я остановился и оторопело взглянул на эльфа.

— Мы удаляемся всё дальше от моих земель, — невесело улыбнулся наследник. — Сколько бы я не размышлял, всё сводится к одному. Получить от вас помощь я могу только если всех заставлю идти за мной. Но мне внезапно расхотелось убивать несогласных... У вас свой путь.

— Но это же безумие! — покачал головой я. — Один ты не дойдёшь!

— Гоблины отправятся со мной, — он вдруг положил руку на моё плечо и взглянул прямо в глаза. — Ты боишься за меня?

— Ты не самый ужасный тёмный эльф, которого я встретил, — улыбка получилась натянутой.

Альтуриан хохотнул и убрал руку.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты уходил, — признал я. — Ты один из лучших бойцов. Ты нужен нам.

— Это не моя дорога...

Какое-то время мы прошли молча.

Уход эльфийского витязя ослабит нас, но он прав, ему нечего делать тут с нами. Мы потеряли больше двадцати игроков за день, теперь ещё и принц уходит... Проклятье! Что ж сегодня за день-то такой?

— Когда отправляешься? — только и спросил я.

— Сегодня же, — откликнулся Альтуриан.

— Ты во что... Подожди немного, я напишу письмо. Доберёшься до сожжённого леса, отыщешь моего друга. Его зовут Арс. Он сражается против твоих сородичей.

— Лесные эльфы обречены, — обронил наследник.

— Ты нас недооцениваешь, — грустно улыбнулся я. — Пришельцы умеют побеждать не только силой. Если доберёшься, то сам увидишь. Главное, чтобы тебя не приняли за врага. Поэтому я сейчас поговорю с Хонноратом, может, он придумает что-нибудь ещё. У тебя будут союзники, которые помогут тебе. Уверен, если тёмные прослышат, что объявился их принц, то кое-кто из них присоединится к тебе.

— Что ж... Неплохое начало! — задумался Альтуриан. — Выходит, я ошибся в вас. Всё-таки, ты смог помочь мне.

— Это в наших же интересах, — пожал плечами я. — Если ты победишь, то Безликий получит хороший щелчок по носу. Твоя империя перестанет ему подчиняться, а лесные эльфы станут для него опасным врагом. Ну и мы, если сумеем...

— То-о-очно! — с сарказмом протянул Альтуриан, обводя взглядом караван. — Тысячонка людей объявила ему войну... Жаль, он об этом не знает. Помер бы со смеху...

— Он-то, может, и не догадывается, — серьёзно сказал я. — Но вот его подручные знают о нас.

— Сильно сомневаюсь, — фыркнул эльф.

До своего магистра было не добраться. Герцог и Хоннорат с самого утра скрылись в фургоне, велев их не беспокоить. А к советнику обращаться чертовски не хотелось, потому я решил просто подождать.

В первую очередь я составил небольшое послание Арсу, а после, пользуясь тем, что большинство моих людей разбежались по округе, либо выполняли квесты, быстро просмотрел бумаги.

Ничего важного по Надее им отыскать не удалось. Скорее всего, у них, как и у меня, просто не было времени мониторить события в мире. Зато в лагере произошло гораздо больше событий, чем я думал.

Во-первых, мы не единственные, кому в этих местах повстречались разумные расы. Игрокам удалось убедить несколько групп людей присоединиться к нашему обозу. Воинов среди новоприбывших оказалось немного, всё больше пожилые ремесленники и крестьяне, но теперь у нас появился знаток всевозможных растений и трав, к которому уже выстроилась целая очередь игроков, желающих продвинуться в алхимии.

А во-вторых, одному отряду повезло встретиться с представителем народа, о котором мы никогда не слышали.

Рыцари Хаоса наткнулись на израненную, едва живую фелинари. Мне пришлось очень потрудиться, чтобы найти хоть какую-то информацию об этой расе. В ней говорится, что народ фелинари считается почти исчезнувшим. Они держатся особняком от всего остального мира и редко показываются на глаза. Надейцы говорили что-то об их тесной связи с демонами, но о самих демонах тоже никакой информации, помимо описания призываемых прислужников демонолога.

Девушка лежала посреди трофеев и трупов гоблинов. Удивительно то, что несмотря на её 10-й уровень, при просмотре информации о персонаже, её портрет выделен чёрно-золотистой узорчатой рамкой. Такое мы встречали только у боссов, но у тех рамка просто золотистая. Поэтому, девчонка не так проста, как кажется. Со слов игроков, судя по валявшимся трофеям, она перебила не менее полусотни гоблинов! Если она была одна, конечно...

Воины напоили её зельями, это помогло немного поднять полоску жизни. Фелинари отнесли в лагерь, где лекарь с трудом смог убрать яд гоблинов из её тела.

Я увидела её одним глазком, когда девчонка пришла в себя... О, боже, какая она красивая! Если бы была возможность играть за эту расу, я бы непременно выбрала её! Фелинари имеют определённое сходство с кошками, хотя за исключением ушей, носа и ступней, которые больше походят на лапы, они не сильно отличаются от нас. Но ты и сам её увидишь, она слишком слаба, чтобы покинуть обоз сейчас, хотя порывалась это сделать. Надейцы их расу боятся и потому недолюбливают, крестьяне пытались её спровадить, да игроки не позволили. Вокруг неё уже появилась толпа воздыхателей, которых отгоняет лекарь с людьми Рока.

Остальные происшествия в лагере слишком малозначительные, чтобы их упоминать.

Кристалл.

— Трортинар! — окликнул я беса, бредущего неподалёку в окружении своих учеников, среди которых были не только игроки, но и надейцы.

Лицо маленького воина было сосредоточенным, но слушая споры своих подопечных о пользе и превосходстве одних навыков над другими, на губах иногда появлялась усмешка. Несмотря на свой юный возраст, он прекрасно понимал, когда нужно плавно сменить тему разговора, чтобы не доводить до ссоры. Забываясь, игроки могли использовать обидные словечки, пытаясь поддеть собеседника. Жителям Надеи такое вольное общение по меньшей мере казалось странным и от этого они зачастую чувствовали неловкость, но после привыкли к горячности гостей из другого мира, и лишь недвусмысленно переглядывались межу собой. Тем более, что беседуя с исконными жителями, большинство старалось следить за своей речью. Хотя попадались среди нас и досадные исключения.

Услышав меня, Трортинар обернулся и вопросительно поднял брови.

— Ты слышал что-нибудь о фелинари? — спросил я, подходя ближе.

— Почти ничего, — дёрнул плечом бес. — Мой народ знает, что встречи с ними следует избегать, и ни в коем случае не вступать с ними в бой.

— Настолько хорошие бойцы? — удивился я. — А как же ваша Храмовая Стража?

— Они сильны, — медленно кивнул Трортинар. — Но вряд ли даже среди них нашёлся бы безумец, готовый вступить в схватку с воином фелинари. Так что постарайся не ссориться с девчонкой, если вдруг вздумаешь познакомиться с ней.

Хоннорат встретил меня ироничным взглядом. От его белой мантии исходило то же чистое сияние, что и от посоха, прислонённого к стенке шатра. Теперь в магистре сложно было узнать того измождённого пожилого человека, которого я когда-то встретил. Сила мага неуклонно росла.

— Признаться, я хотел использовать привал для того, чтобы разобраться с кое-какими делами в тишине... У тебя что-то важное?

— Простите, магистр. Альтуриан... Тёмный эльф хочет уйти.

— И? — поднял бровь Хоннорат.

— Я дам с собой ему письмо для друга. Альтуриан поможет лесным эльфам... И себе заодно.

— Почему бы не предупредить друга лично?

— Предупрежу, но кто поверит Арсу и Альтуриану, если их словам не будет никакого подтверждения? — развёл руками я. — Игр... Пришельцев легко убедить, но предводителей эльфов — вряд ли! Нельзя, чтобы его сочли врагом.

— Хм... Ты прав. Везде найдётся свой Релгар, — маг глубоко вздохнул. — Я понял чего ты хочешь. Я напишу письмо от себя, не спрашивая герцога. Чем дольше расы будут сопротивляться врагу, тем больше времени будет у нас. Как вернёшься от герцога, зайди ко мне. Письмо будет готово.

— Ещё одна загадка... Я ведь уже не магистр. Герцог редко удостаивает личной встречи простых людей.

— Нет никакой загадки, — едва улыбнулся Хоннорат. — Я назначил тебя советником. Мы с герцогом пришли к согласию, что неразумно отвлекать меня делами ордена. Палкивиад справился бы, но у него своих забот хватает. Израмир умён, но сейчас он нужен для защиты. Хейока так и не появился, хотя их отряд должен был догнать нас ещё ночью. А за всеми остальными нужно ещё наблюдать. Так что остаёшься только ты.

— Понятно, — махнул я рукой. — Тогда я пойду. Насоветую ему что-нибудь...

Хоть от шатра Хоннората до фургона герцога было всего два шага, я остановился и открыл вкладку иерархии ордена. Первым шёл портрет магистра, заключённый в золотую рамку. Закутанная в белоснежную мантию фигура выглядела внушительной даже тут. Хоннорат изредка посматривал по сторонам и переступал с ноги на ногу, держа в руке посох.

Ниже находились четыре серебристых рамки, две из них, предназначенные для второго и тайного советника, были пусты, но в одной я с удивлением увидел себя. Новоявленный советник, в коричневой имперской броне, с презрительной усмешкой делал шаг вперёд на ожившем портрете, одновременно доставая клинки. Затем озирался, отчего тёмные длинные волосы колыхались на голове, прятал оружие и вновь возвращался на прежнее место. Такой же важной считалась должность рыцаря-командора, который непременно должен был участвовать в совете ордена. Адэноэль держала в руках скрещённые мечи, но иногда неторопливо крутила один из них, будто рассматривая.

Под серебристыми рамками находились коричневые, предназначенные для казначея, кастеляна, который будет отвечать за оснащение цитадели ордена, дипломата и управляющего. Кареглазый рыцарь проницательно смотрел на меня со своего портрета. Длинный меч, который он едва придерживал ладонью, упирался в землю. В левой руке Палкивиад держал широкий треугольный щит чёрного цвета.

— “А щит-то непростой!”— подумал я, разглядывая синий камень небольшого размера, расположенный по центру тёмной блестящей стали.

Отбросив не к месту появившееся любопытство, я перевёл взгляд на оставшиеся серые рамки. В будущем здесь появятся портреты помощников влиятельных персон. Такие как агенты тайного советника, офицеры рыцаря-командора и другие порученцы, без которых трудно обойтись развитому ордену.

Но на этом назначения не заканчивались. Следующие пустые ячейки, уже без украшенных рамок, предназначались для учителей, торговцев, ремесленников, охотников, рыболовов… Для всех, кто готов был взять на себя обязательства перед орденом и предоставлять свои услуги. А в ответ они получали значительные налоговые послабления и другие приятные бонусы. Рядом с каждой иконкой персонажа оставалось место, где в будущем появится информация о нём, его владениях и прибыли, которую он будет приносить ордену.

Игровые панели медленно растворились перед глазами. Сделав пару десятков шагов, я оказался у главного фургона.

— Привет, Гакон! — поздоровался я с капитаном стражи, неизменно находившемся неподалёку от Колгрима. — Герцог хотел меня видеть.

— Проходи, — Гакон дружелюбно кивнул. — Советник тоже внутри.

Вот чёрт! Я надеялся, что Релгар задержится подольше у клетки с воришками, упиваясь властью и вынося приговоры, но он был здесь. Задумчивый, с безукоризненной осанкой и уверенным взглядом.

— Добрый день, милорд! — герцог встретил моё приветствие насмешливым взглядом. Я посмотрел на Релгара, сидящего в дальнем углу. — Советник…

Человек в шляпе едва кивнул, но заговаривать даже не думал.

— Лионикс, ты снова заставляешь нас ждать, — на этот раз в голосе Колгрима не было обвинения. — Другие магистры пытались прорваться ко мне с самого утра, чтобы смягчить последствия для своих орденов.

— Магистр нашего ордена пробыл с вами весь день, милорд, — заметил я. — А воришки, раз уж не догадались тренировать свои навыки в других местах, сами виноваты. Всё могло закончиться куда хуже. И для орденов и для них самих.

— Но ведь среди воров есть и твой человек, — негромко сказал Релгар. — Изгонишь его?

— Зачем? Он поступил глупо, но из-за этого пострадал лишь доход ордена, — дёрнул плечом я. — Переживём. Конечно, всё зависит от того, что ответит мне Лираэль, но не в моих интересах разбрасываться людьми, которых и так не хватает. К тому же, он теперь должен мне полсотни серебряных. Кстати об этом...

— Сядь, Лионикс, — Колгрим указал на пустующее кресло.

Я послушно плюхнулся на удобное сидение и одни за другим поставил на стол инкрустированные драгоценные флаконы с бултыхающейся внутри синей жидкостью.

— Сомневаюсь, что даже если получится продать все имеющиеся у нас вещи, мы получим нужную сумму, — неловко произнёс я. — Но, может быть, это сгодится вместо монет?

Релгар неспешно поднялся и подошёл к столу. Затем поочерёдно взял флаконы, рассматривая их.

— И это всё? Всего два эликсира? — недоуменно спросил он. — Признаю, вещички ушедшей эпохи довольно занимательные, но...

Советник остановился, услышав смех герцога.

— Лионикс таким образом напоминает мне, что не так давно отдал кучу эликсиров за бесценок, — с усмешкой пояснил Колгрим в ответ на наши взгляды.

— Милорд... Я даже не думал... — запротестовал я.

— Перестань, — махнул рукой герцог. — Ты свободен от уплаты штрафа, и спрячь эликсиры. В моём войске магов пока нет. Но больше уступок своему ордену не жди. Мне и так неустанно напоминают, что я слишком снисходителен по отношению к вам, пришлым.

— Так и есть! — советник вернулся к своему креслу и изящно опустился в него. — Я этого не одобряю. Дисциплину нужно наводить железной рукой. Наши воины соблюдают её, а крестьяне даже рады, что появился кто-то, способный ими управлять. Лишь чужестранцы никак не усвоят, что они не могут делать всё, что им вздумается.

— Благодарю, милорд... — коротко бросил я, столкнувшись с синими глазами герцога. — Мы не часто сходимся с советников во мнении...

— Ты называл его врагом, — спокойно напомнил Колгрим.

— Вот как? — поднял бровь Релгар, насмешливо глядя на меня.

— И не переменил своего мнения, — стойко продолжил я. Ну спасибо! Теперь советник точно попытается уничтожить меня и весь орден! — Но сейчас я с ним согласен. Многие из нас слишком беспечны и считают себя хозяевами мира. Но со временем их заблуждение исчезнет.

— Будем надеяться, — кивнул герцог. — Но я позвал тебя для другого. Это ты вчера привёл к нам юношу-некроманта?

— Не оставлять же было его одного, — развёл руками я. — А что? Он что-то натворил?

Колгрим вместо ответа дёрнул шнурок. Снаружи ударил колокол, умело прикреплённый к фургону. Дверь тут же отворилась и показался уже знакомый мне слуга.

— Горин, будьте добры, приведите мальчишку, — попросил герцог.

Мужчина тут же поклонился и вышел не сказав ни слова.

— Что ж, пока мы ждём... Лионикс, не желаешь ли чего-нибудь выпить? — лениво поинтересовался Релгар.

Я настороженно взглянул на него. Единственное чего я желал, это как можно быстрее покинуть это место. Но советник не дожидаясь ответа встал, подошёл к столу и взялся за кувшин.

— В лагере появились любопытные слухи... — продолжил Релгар, разливая горячую жидкость по маленьким чашечкам. — Тёмный эльф во всеуслышание заявил, что ты простил ему былые намерения. И что же он хотел сделать?

Релгар подошёл ко мне почти вплотную и протянул мне чашку, придерживая за блюдце. Отказываться было невежливо, поэтому я протянул руку, пытаясь взять, но советник не отпускал, требовательно глядя мне в глаза.

— Верно, советник, — мило улыбнулся я, не спеша взял другой рукой чашку, оставив пустое блюдце у него в руках. Напряжение внутри росло. Я понимал, что ступил на тонкий лёд, но мне ничего не оставалось, кроме как потянуть время, собираясь с мыслями. Глоток крепкого, сладкого чая оказался как нельзя кстати. — Благодарю! Очень вкусно...

Советник потряс пустое блюдце в руке, затем поставил его на стол и вернулся к своему креслу. Краем глаза я заметил усмешку герцога.

— Альтуриан хотел, чтобы я помог ему и отправился с ним, — тщательно подбирая слова, проговорил я. — Но я отказался. Тогда он подчинил себе мой разум, но, к счастью, мой друг оказался поблизости и всё обошлось.

— Это когда между вами произошла, якобы, ссора, — понимающе кивнул советник. — Что было дальше?

— Мне удалось уговорить его больше так не делать, — хмыкнул я. — Но сегодня он решил уйти.

— Нельзя этого допустить, — жёстко сказал Релгар. — Если его сородичи захотят отплатить нам за своё унижение на переговорах, то мы сможем откупиться от них его головой.

— Подлость не спасёт нас, советник, — спокойно отозвался я, хотя внутри уже разгоралась буря. — Договариваются лишь с сильными...

— Ты живёшь фантазиями, Лионикс, — резко прервал советник. — Победа порой даётся тяжело и требует немало жертв. Иногда приходится запачкать руки.

— Жизнями других людей? Кроме герцога, никто не справится с Альтурианом! Может быть, вы сами бросите ему вызов, советник? — как же! Он со своей шпагой и минуты не продержится против эльфийского принца. — Скольких из оставшихся легионеров вы готовы потерять без особой на то причины? Вы хотите получить рычаг давления, и не важно какой ценой! И нет никаких гарантий, что это принесёт плоды в будущем! Тёмные эльфы заняты своей войной, им нет дела до нас. А принц способен усилить хаос в их землях!

— Довольно, — негромко проговорил Колгрим. — Эльф не преступник и может свободно покинуть караван. Твердыня, к которой мы направляемся, защитит от любых угроз и даст время накопить силы.

— Если она окажется пуста, — вставил советник. — Согласно донесениям, банды диких орков рыщут в горах. Они действуют порознь, но если объединятся, крепость окажется ловушкой.

— Там есть друзья, которые противостоят им, — сообщил я. — Ну, в горах... Где именно, я не знаю. Им помогают потомки орков, правивших когда-то там.

— Рок сообщил об этом нам, — задумчиво сказал герцог, барабаня пальцами по подлокотнику. — Что ж...

Снаружи послышался шум и резкие голоса. Дверь распахнулась и вошёл один из стражей герцога, держа за плечо злого Кириана. Следом показался Дертер, отталкивающий слугу.

— Да пусти ты... Милорд, извините за вторжение!

— Иначе это не назвать, — согласился герцог. — Всё хорошо, Горин, отпусти его. Спасибо. Вы оба можете идти.

Стражник и слуга мигом испарились. Перед нами остались стоять Кириан и Дертер, один едва сдерживал гнев, а стрелок казался раздосадованным и взволнованным.

— Какого чёрта ты творишь, Дертер? — вырвалось у меня.

Послышался свист кнута, затем раздалось ржание лошадей и повозка тяжело тронулась с места.

— Прости, Лио... Милорд, парень виноват только в том, что не слишком вежливо общался с окружающими.

— Мне не нужен защитник! — надменно произнёс некромант.

— Заткнись! — проворчал Дертер, гневно сверкнув глазами. — Милорд, его просто нужно поскорее приставить к делу, чтобы глупые мысли выветрились. Не нужно его строго наказывать или изгонять.

Дверь в очередной раз скрипнула, и в проёме возникла белая фигура Хоннората. Не говоря ни слова, волшебник прошёл за спинами юноши и арбалетчика и направился к креслу. За его спиной появился Рок. Я непроизвольно напрягся, стиснув подлокотники. После разговора с Искрой я видел Рока лишь издалека, но сам не подходил к нему. Сделав над собой усилие, я принял непринуждённый, приветливый вид, хотя внутри всё пылало. Бедная Искра... Надеюсь, ей хватает сил не показывать своих чувств при нём. Рок сел рядом со мной в последнее свободное кресло и протянул руку, которую мне пришлось пожать. Он выглядел усталым и серьёзным.

— Вы как раз вовремя, магистры, — спокойно сказал Колгрим. Похоже, только меня удивило отсутствие хотя бы короткого приветствия со стороны вошедших. Герцог, скрестив пальцы, продолжил. — Как тебя звать, юноша?

— Кириан Кельдан! — гордо ответил некромант, вызывающе глядя на потомка императора.

— Стало быть, меня не обманули, — недвусмысленно повёл рукой советник. — Эллаи жив. Его сын — тоже. Прошлое не отпускает даже через сотни лет. Сколько ещё свидетелей тех времён мы встретим?

— Бедный Эллаи! — с горькой усмешкой произнёс Колгрим. — Величайшего мага Империи сгубило желание защитить её. Он пытался найти замену божественной силе и даже смог добиться этого. Но неведомая магия изменила его. В последний раз, когда Эллаи стоял перед Радориэлом, он напоминал высохший труп. Отрадно видеть, что не всё человеческое покинуло его. Ведь именно тогда, должно быть, он в последний раз посетил свой замок и защитил своего сына...

Кириан слушал, затаив дыхание. Напускное презрение, высокомерие и злость улетучились с его лица. Теперь перед нами стоял потрясённый и растерянный мальчишка.

— Твой отец многое сделал для простых людей, в самое тёмное для Империи время. Хотя по вине Эллаи многие погибли, когда он начал преследовать свои цели. Но ты не отвечаешь за его проступки, — продолжал герцог. — Раз Эллаи жив и на свободе, то, возможно, он вспомнит про сына.

— Это означает, что твоё присутствие несёт угрозу всем нам, — пояснил парню Релгар. — Гномы освободили твоего отца. Вместо награды он уничтожил их. Его сила не исчезла, и вряд ли мы сможем противостоять ей сейчас. Сердце подсказывает, что ваша встреча с ним неизбежна.

— Тогда мне стоит уйти... — еле выдавил из себя некромант. По глазам Кириана было видно, что отчего-то герцогу он поверил сразу. Сила, исходившая от Колгрима, не позволяла сомневаться в его словах.

— Не обязательно, — уверено возразил герцог. — Боюсь, от прежнего Эллаи ничего не осталось. Сомневаюсь, что им движет ещё хоть что-то, кроме продолжения магических изысканий. Ты можешь остаться здесь и помогать людям, как когда-то это делал твой отец. Но если когда-нибудь тебе придётся лицом к лицу встретиться с Эллаи, то тебе понадобятся верные друзья, такие как он, — Колгрим кивнул на Дертера, — готовые ворваться за тобой куда угодно, не боясь последствий. Поэтому, будь добр, перестань задевать моих легионеров, затевать ссоры с ограми и называть людей оборванцами. Сейчас всем тяжело. От былого величия Империи не осталось и следа.

Дертер вначале слушал настороженно, теперь же он восторженно смотрел на герцога. Что ж, чем больше людей на стороне Колгрима, тем легче мне будет. Далеко не все ордена его поддерживают, после череды недавних событий и решений. Если у них появится возможность уйти в свободное плавание, они это сделают. Даже я иной раз задумывался о том, что стоит держаться на расстоянии, особенно пока Релгар безнаказанно делает, что хочет. Не просто соблюдать верность герцогу и думать об остальных, когда мои друзья подвергаются нападкам со стороны, чего уж врать себе, самого могущественного человека, после герцога, за которым пойдут легионеры и пехотинцы, если вдруг с Колгримом что-нибудь произойдёт.

Снаружи послышался свист кнута, затем раздалось ржание лошадей, и повозка тяжело тронулась с места, заставляя стоящих людей упереться в деревянную стену. Кириан мгновенно выпрямился, откинул со лба мешающую прядь чёрных волос.

— Вы думаете, он может быть опасен для меня? — тихо спросил он.

— Кто знает. С тобой, может, всё будет иначе. Но вряд ли тебе от этого станет легче. Теперь ступайте! — Колгрим повернулся ко мне. — Ты тоже можешь идти. И прими юношу в орден, если он решит остаться

— Да, милорд! — с каменным лицом кивнул я, поднимаясь с места.

Колгрим лично подбирает мне рекрутов на пару с Хонноратом? Кажется, я чего-то не знаю. И судя по раздражению, промелькнувшему в глазах советника, он не одобрял внезапное вмешательство герцога в личные дела ордена.

— Лионикс, — Хоннорат протянул мне запечатанное письмо. — Альтуриан ждёт рядом с сундуком ордена и просит тебя поторопиться. Он надеется покинуть караван до вечера.

Я забрал конверт и благодарно улыбнулся магу. Затем хлопнул Рока по стальному плечу, всё-таки отчаянно не хотелось верить, что этот умный, всегда хладнокровный воин, не по ошибке вставший во главе самого крупного ордена, играет против нас всех. Сероглазый человек ответил полуулыбкой и насмешливым взглядом.

— Уходим! — бросил я переминающемуся Дертеру и словно застывшему Кириану.

— Что ж, господа, давайте продолжим! Слухи о рыскающих неподалёку бандах диких орков и гоблинов полностью подтвердились. Пока они не осмеливаются нападать на вооружённый отряд, но...

— Лио, ты злишься что ли? Подожди!

— Злюсь? — удивлённо переспросил я, на ходу обернувшись к нему и едва не врезавшись в полную крестьянку в бело-розовом платье.

Пришлось остановиться и пояснить Дертеру, чей непривычно-виноватый вид набивал оскомину.

— Простите, друзья, — с улыбкой бросил я обоим. Кириан выглядел не лучше, вновь набросив на себя горделиво-надменную маску. Должно быть, некромант решил, что мне тоже пришлось не по душе указание герцога. — Дертер, если глава ордена злится на каждую фигню, то вступать к таким не нужно. Хорошего же ты мнения обо мне! Сейчас меня ждёт Альтуриан, это очень важно. А в будущем может оказаться ещё важнее. Сейчас я с ним поговорю, затем вернёмся к другим делам. А пока идите за мной, это не займёт много времени.

— Фи... Фигню? — переспросил юный маг.

— Это означает мелочь! — внезапно расхохотался Дертер.

Я усмехнулся и снова прибавил ходу. Груженные повозки двигались навстречу, иногда приходилось огибать группы людей, которым не было никакого дела до моей спешки. Я приветливо махал рукой тем, кого знал, но вступать в разговоры времени не было.

Наконец впереди показалась телега, забитая свёрнутыми палатками, мебелью и сундуками, в которой поместились вещи и нашего ордена тоже. Повозка была окружена несколькими игроками, очевидно охранявшими своё добро, но и надейцев тут находилось немало. Альтуриан по своему обыкновению держался в стороне, но в этот раз рядом с ним шли четверо гоблинов.

— Что-то ты долго, Лионикс! — усмехнулся эльф, поглаживая левой рукой лошадиную морду.

— Прости, — развёл я руками. — Представляешь, ко мне присосалась огромная пиявка... У неё ещё шляпа имеется!

Дертер заржал не хуже коня.

— Видел такую, — серьёзно сказал принц. — На вашем месте я бы от неё избавился.

— Вот твои письма, — торопливо бросил я, доставая конверты. Мимо ушей Релгара не пройдут мои шуточки. Как и советы эльфа. — Как доберёшься до сожжённого леса, разыщи пришельцев, таких как мы. Кто-то из них сможет помочь найти моего друга. К сожалению, полузвери наседают на лесных эльфов, и тех становится всё меньше, но кое-кто уверенно держится.

— Я попробую, — кивнул Альтуриан и посмотрел на небо, где виднелось всего лишь несколько облачков. — Что ж, тогда оставаться больше нет нужды. Удачи тебе на твоём пути!

Он внезапно протянул руку, которую я с готовностью пожал.

— И тебе удачи! — с улыбкой ответил я, скрывая некстати подступившую грусть. — Искренне надеюсь на твой успех! Может, ещё увидимся.

— Если у меня получится, то непременно увидимся, — усмехнувшись, подтвердил тёмный эльф. — Я у тебя в долгу. Останетесь живы — я верну его тебе. Прощайте!

Альтуриан развернул коня и неторопливо провёл его между повозками. Один из гоблинов что-то буркнул на своём языке и последовал за ним.

— Грустно как-то, — признался Дертер, глядя на удаляющихся зеленокожих.

Туго набитые мешки висели за спинами гоблинов, поверх щитов и копий. Доспехами никто из них так и не разжился. Лишь из-под развевающегося плаща тёмного эльфа поблескивала броня.

— Хотелось бы верить, что он сможет добраться до своих земель, — вздохнул я. — Да и нам бы найти безопасное место! А то глупо получится...

— Да, в пути мы не так быстро растём в силе, — признал Дертер. — Зато можно найти новых соратников.

— Кстати, об этом, — отозвался я, понимая к чему клонит арбалетчик. — Кириан, я почту за честь, если ты решишь вступить в наш орден. Может, мы не самые сильные и влиятельные, но у тебя будет доступ к нашим ресурсам. Мне кажется, что ты не перестанешь искать ответы. Думаю, начинать поиски лучше здесь, где не отвлекают дикие звери и враждебные двуногие существа. Рядом всегда будут помощники, готовые раздобыть для тебя всё, что понадобится. А когда появится нужда, весь орден встанет рядом с тобой, несмотря на любые угрозы.

Дертер поморщился, показывая, что с пафосом я переборщил. Ну вот сам бы тогда и уговаривал мальчишку, раз так привязался к нему! Кстати, с чего вдруг? Нашёл в подземелье что-то ещё и скрыл это? Нет, всё, что он забрал, отразилось в логах. Либо я что-то упускаю, либо это пробиваются отголоски его реальной жизни.

Кириан выглядел ошеломлённым. Вряд ли он ожидал услышать что-то подобное. Мальчишка изучающе смотрел на меня, пытаясь увидеть скрытую насмешку на моём лице.

— Ты... Ты не лжёшь... — неуверенно произнёс он.

— Ещё как вру! — бодро заявил я. — Но не всем и не всегда. А только когда это необходимо и принесёт больше пользы, чем вреда.

— Я согласен, — просто сказал Кириан. Вся его надменность давно улетучилась.

— Вот и отлично! — хлопнул его по плечу Дертер, от души улыбаясь. — Тогда мы тебя покинем, Лио. Разыщем нашего маленького учителя и добавим имя могущественного некроманта в свиток вступления.

— Я всего лишь ученик, — вяло напомнил Кириан.

— Это ненадолго! — заверил стрелок. Он направил взгляд куда-то поверх моего плеча, и весёлый блеск в глаза тут же пропал. Арбалет мигом оказался в его руках. — Кажется, у нас гости.

Я обернулся, и нахлынувшее чувство тревоги тут же рассеялось. Наоборот, сердце радостно забилось, когда увидел резво бегущих игроков вдалеке, которых невозможно было спутать с кем-то ещё. Кто в полном воинском облачении, кто в разномастных доспехах, а некоторые вообще неслись в начальной серой одежде.

— Это наши! — уверенно сказал я. — Видишь, пехотинцы даже за оружие не взялись.

— Хорошо бы, — сощурился Дертер. — Сейчас ты такой же беспомощный, как та бабка!

Шум вокруг нарастал. Тревожные выкрики игроков, спешно стекающихся и готовившихся к неожиданной схватке, заставили взволнованных крестьян ускорить телеги, замыкающие обоз. На одной из повозок, наполовину заваленной разным барахлом, сидели пожилые люди, в том числе и седовласая женщина, на которую указал Дертер. В одной руке она держала палку, служившую ей костылём, а другой пыталась выдернуть метлу, придавленную связками ржавого железа, свёрнутыми рулонами ткани и ворохом невзрачной одежды.

— Ну не скажи, — не согласился я, разглядывая бойкую старушку. — Вид у неё достаточно грозный!

— Зато у тебя — нет! — указывая пальцем на мою потёртую рубаху, заявил стрелок. — Ведь мог же оставить себе комплект оружия и брони, выбитых из руин!

— Я и оставил, — равнодушно пожал плечам я. — Но постоянно носить все эти доспехи так утомляет... Разгуливать в обычной одежде гораздо комфортнее!

К громким встревоженным возгласам и скрипу телег прибавился лай гончих собак, примчавшихся вместе с конными солдатами. Видеть четвероногих друзей, недавно присоединившихся к нам вместе с группой охотников, было одним удовольствием. Кавалеристы мигом успокоили надейцев, заверив, что никакой угрозы нет. Шум понемногу начал затихать.

Приближающиеся игроки замедлились и перешли на шаг. До нас донёсся до боли знакомый звонкий голос.

— Это Хейока? — послышалось сразу с разных сторон.

Я улыбнулся. Барда знали если не все, то очень многие. Знали и любили. Ни дня не обходилось без того, чтобы кто-нибудь из надейцев не поинтересовался бы, когда вернётся молодой голубоглазый певец.

Голос становился всё громче, послышались нежные звуки лютни. Наконец, мне удалось рассмотреть знакомые лица. Молот, Игмат, Хейока, мои первые ближайшие соратники, двоих из которых я не видел со времён злополучной ночной поездки. Хотя почему злополучной? Всё обернулось к лучшему!

— Точно! Он! — радостно подтвердил стоящий неподалёку крестьянин с густой щетиной. Он поднял руки вверх со сжатыми кулаками и возопил. — Хейока! С возвращением!

Собравшиеся игроки, чуть более трёх десятков, расположились по всем правилам виртуальных войн. Впереди встали массивные, закованные с ног до головы в тяжёлую броню, воины, одним своим видом вызывающие если не страх, то желание не связываться со стальными гигантами.

Спину им прикрывали рыцари, которые тоже использовали разнообразное оружие ближнего боя и среднюю, либо тяжёлую броню, но без щитов, что позволяло им наносить гораздо больше урона, зато серьёзно уменьшало их живучесть.

Из-за того, что земля была ровной, стрелкам пришлось рассыпаться по бокам, чтобы невзначай не задеть стрелами своих же союзников.

Глаза радовались обилию насыщенных цветов. Мало кому повезло добыть полный комплект снаряжения, а перекрашивать элементы брони игроки пока не умели. Поэтому каждая часть доспехов совершенно отличалась от другой, как по форме, так и по цвету, превращая воинов в нечто удивительно-странное. Плащи, висевшие на каждом игроке, тоже выглядели по-разному: белые с золотистыми полосками, чёрные с серебристыми узорами, бордовые, тёмно-зелёные, серые, жёлтые.

Заслышав слова крестьянина, все эти люди, казавшиеся умелыми и могучими героями из преданий, со смехом повыхватывали оружие и подняли над головой, приветствуя точно такую же, хотя куда более многочисленную, пёструю компанию.

— С возвращением! — тихо повторил я за остальными, чувствуя, как с груди сваливается камень.

Из трёх сотен игроков, оставленных нами на произвол судьбы возле утёса, добраться до нас смогло меньше половины.

Яркие, изумительно красивые планеты, до которых, казалось, можно дотянуться рукой, занимали немалую часть неба. Днём они блекли, но зрелище ясного ночного неба всегда было удивительным и прекрасным.

Несмотря на позднее время, вокруг большого костра, разведённого подальше от палаток, сидело множество народа. Началось всё с того, что после вечерней тренировки, решив не мешать устраивающимся на ночлег надейцам, я попросил Игмата оттащить в сторону походный верстак, поднять который мне не хватало сил. Светловолосый паренёк без каких-либо усилий поднял верстак, прошёл с ним около ста шагов, затем опустил на землю. Но уходить не собирался. Глядя на то, как я вываливаю из инвентаря сотни ореховых палок и жил, он принялся рассказывать обо всём, с того момента, как им удалось появиться на Поляне, дождавшись, пока бесы, понастроившие на ней укрепления, уберутся подальше.

Не отвлекаясь от работы, я с интересом слушал. На изготовление одного лука уходило около пяти минут, после чего шкала профессии непременно росла на единичку. На первом уровне мастерства я мог научиться делать немало разных луков, отличающихся уроном, бонусами к характеристикам, уязвимостью к определённому виду врагов, добавлением магических или ядовитых атак, но охотник Трокар умел создавать лишь несколько луков, по одному на каждый уровень профессии «мастер-лучник». Наверняка он был не единственным умельцем в этом деле, но пока я решил довольствоваться тем, что есть. Луки с улучшениями потребуют дополнительных материалов, но девать их было бы некуда, а выбрасывать жалко. Сейчас же я без особых сожалений выкидывал только что сотворённый лук на землю. Звериных жил у игроков хоть отбавляй, подходящие деревья росли повсюду. Конечно, луки можно разобрать на этом же верстаке, но тетива при этом почему-то портилась.

Совсем рядом послышался знакомый хохот, заставивший ненадолго отвлечься от работы, чтобы рассмотреть приближающуюся пару. Неунывающий Станиэль как всегда был весел. Впрочем, повод у него имелся. Возвращение людей смягчило обстановку в лагере, в котором вновь воцарилось дружелюбие, изгнавшее напряжённую атмосферу, возникшую после недавних событий. Сегодня вечером улыбающиеся лица были повсюду. Даже Искра, державшая Станиэля за руку, стала поспокойнее и даже краешком рта улыбалась в ответ на беззаботные смешные реплики своего кавалера. Но когда они приблизились, в её глазах я заметил некоторую настороженность.

— Заставляет работать? — участливым тоном спросил Станиэль, нагло ухмыляясь и кивая на Игмата, чем прервал его рассказ о первой встрече игроков с армией тьмы. Затем, разодетый в поблескивающую при ночном свете кожу, стрелок разочаровано оглянулся по сторонам, сгрёб в кучу сваленные на земле луки, выпрямился, пристально глядя перед собой. И вот, из неоткуда, в его руках появилась охапка дров, которую он кинул поверх никому не нужных результатов моего «тяжёлого труда». — Добавим немного света этому бедняге...

Станиэль отошёл немного в сторону, и на землю бухнулась тяжёлая, прямо-таки гигантская пушистая шкура. Лучник с блаженной улыбкой сразу же растянулся на ней. Искра взмахнула рукой, сильный огонь взметнулся, охватывая сухие поленья, и волшебница, увлекаемая рукой Станиэля, опустилась рядом с ним.

— Что за зверь? — поинтересовался я, любуясь точёным профилем девушки.

Задумчивая Искра, волосы которой вспыхивали огнём при малейшем движении головы, мне нравилась ничуть не меньше смешливой. Кто знает, что сейчас у неё в голове? Я советовал ей не забывать получать удовольствие от игры, но не сильно надеялся, что девушка сможет ему последовать. В конце концов, каждый ищет здесь что-то своё, и многие идут в игру именно за переживаниями. Если ей нравится каждую минуту чувствовать себя защитницей мира, то зачем ей мешать?

«С другой стороны, — подумал я. — Ты сам, разве, не тем же занят? Загадки, недомолвки, чуть ли не заговор против сильнейшего ордена... Опасные разговоры с сильными мира сего, многих из которых ты надеешься переиграть или пережить... Всё это может привести к ужасным последствиям для тех, кто окружает тебя. Но сейчас это захватывает гораздо больше, чем другие аспекты игры. Раньше тебе не хотелось выходить на первые роли, но ощущение причастности к чему-то важному, что можешь на что-то повлиять, непередаваемо! К слову, ошибочное ощущение...»

— Каэрдонт! — радостно прервал мои размышления Станиэль. — Квестовый монстр! Пришлось сильно постараться, чтобы завалить его в одиночку. Долго бегал то от него, то за ним в инвизе...

— Незачем было рисковать из-за безделушки! — сердито сверкнула глазами Искра. — Одна ошибка и...

— Это моё испытание! — на удивление мягко прервал её кареглазый лучник. Он обнял девушку и прислонил к ней голову. — Ты так очаровательно волнуешься!

Негромко хмыкнув, я вернулся к работе. Счастливый человек! Неудивительно, что парень меняется рядом с Искрой.

— Не за тебя! Я беспокоюсь о судьбе обоза. Ты совершенно невыносим, но стреляешь неплохо, — волшебница фыркнула и демонстративно отстранилась на мгновение, затем тут же прильнула к нему обратно.

— К нам ещё кто-то идёт, — заметил Игмат, вглядываясь в темноту. — Узнаю Ортона. А с ним, похоже, нубы, согласившиеся уйти вместе с нами. К нам мало кто прислушался из новичков. А большая часть погибла или отстала по пути. Благодаря Ортону мы сумели уничтожить отряд скелетов, хотя поначалу никто не хотел вступать с ними в бой. Боялись новых смертей. Но он смог нас убедить, взял управление отрядом и проделал гениальный трюк, разделив шедших за нами мертвяков на мелкие группы, с которыми потом расправлялись без труда.

— Ерунда! Любой бы смог, — заметил подошедший Ортон, услышав последнюю фразу. — Просто чересчур осторожничаете. Всем привет!

— Нет, далеко не каждый, — возразил я, кивнув в ответ на приветствие. — Уже не первый раз мне говорят о твоих талантах. Кто это с тобой?

— Привёл тебе новых адептов! — довольно улыбнулся паренёк, поправляя узкий меч. — Они сами захотели вступить в Орден Порядка, мне даже уговаривать не пришлось. Но, — он понизил голос, — вот, что странно. Несколько человек из Ордена Рока намерены перейти к тебе. Я слышал, как они говорили об этом с Палкивиадом.

Я почувствовал тревожный взгляд Искры, но в её сторону даже не посмотрел. Не хватало ещё, чтобы кто-то это заметил.

— Ничего странного здесь нет, — как ни в чём не бывало зевнул Станиэль. — Об это все уже давно знают. У ордена страшные штрафы, Рок в гневе, а нами теперь какое-то время будут управлять стражники Торна. На нас навешивают задания по типу «подай-принеси», от которых нельзя отказаться, а за невыполнение ограничивают в возможностях. Надейцы отказываются учить и торговаться, всё это бьёт и по ордену тоже. Если репутация ордена упадёт, то никто из местных не захочет вступать или оставаться в нём. А без них никакого развития не будет. И чтобы покрыть штрафы, Рок велел нести ему всё добытое за день, а это многим не понравилось, вот они и ищут местечко потеплее. У тебя, Лионикс, необычные отношения с герцогом и советником. Хоннорат защищает твой орден. Вот они и решили переметнуться.

— Тогда они ненадёжны, — пожал плечами я, забирая с верстака сотворённое оружие и тут же бросая его в костёр.

— Отказываться от людей глупо! — сказал кто-то уверенно прямо над ухом, заставив меня вздрогнуть.

Я оторопело уставился на возникающую в воздухе фигуру Ворона в полном боевом облачении.

— Ты что, подслушивал?!!

— И не я один, — легко признался синеглазый воин. — Неподалёку ещё двое... Нет, трое существ, скрытые от наших глаз. Развлекаются они или шпионят, кто знает.

— Это могут быть враги? — настороженно спросил я, бросая внимательные взгляды вокруг.

Ворон снова удивляет неожиданными умениями... Кто ж его учитель? Никто не замечал, чтобы он с кем-то из надейцев проводил много времени. Боевым навыкам он начал учиться у Трортинара, после нашей с ним дуэли. Но магия? И откуда у него эти доспехи? Ведь он раздобыл их давным-давно, а потом смог как-то улучшить, без каких-либо приспособлений и инструментов. По крайней мере, явных...

— Могут, — лениво бросил воин-маг и махнул рукой поднимающимся игрокам. — Сидите! Если бы они могли и хотели вас поубивать, то давно бы сделали это.

— Это сильно успокаивает! — проворчала Искра, но уселась обратно.

— А чему вы удивляетесь? — с усмешкой изогнул бровь Ворон. — Многие классы обладают той или иной формой скрытности. Я пока шёл к вам, ощутил около дюжины невидимых созданий.

— То-то Релгар такой всеведущий! — тихо проворчал я, чтобы услышать меня смог только Ворон.

Он одобрительно кивнул.

— У меня всегда были подозрения насчёт наших стражников. Воины из них довольно посредственные, но прятаться от бесов они умели. А большинство как раз владеет кинжалами и луками, что прямо-таки вопит об их особых навыках. К нам до сих пор присоединяются группы разбойников, которые вскоре становятся стражниками или рекрутами в нашем войске. В последнее время многие из них внезапно пропадают, как раз тогда, когда посыльный советника приходит их проверить во время вечерних тренировок. А ведь их даже разведывать местность не отправляют!

Ворон произносил всё уверенно и громко, не боясь, что его услышат. Конечно, ему ведь ещё не доводилось воевать с советником.

— Теперь жди непростого разговора с Релгаром, — будто прочёл мои мысли Станиэль. — Бессовестно выдаёшь его секреты.

— Это тайна только для вас, — усмехнулся Ворон, затем подошёл и неуклюже опустился возле костра. — Численность людей растёт изо дня в день, но нас пока ещё слишком мало, чтобы подобные вещи прошли мимо внимательных глаз. Кстати, Лио, Рок отпустил людей со всем снаряжением, не делай глупостей, прими их. Они сильные воины. Вдобавок, один из них маг-целитель. Насколько мне известно, своего у тебя нет. Двое из моего ордена тоже решили уйти к тебе.

— И ты так просто говоришь об этом? — недоверчиво спросил я.

— Обычно дело! — едва дёрнул плечами рыцарь. — Свои обязательства перед орденом они выполнили, могут идти куда пожелают.

Ага, или выполняют сейчас! В сказку о том, что мой орден внезапно стал привлекательным местом для игроков, я не на секунду не поверил. Если Рок подозревает, что я в курсе его дел, то он намеренно отправляет мне своих людей. Но неужели и Ворон решил послать парочку ребят, чтобы приглядывать за нами? И что теперь мне с ними делать?

Мои размышления прервала музыка. Я посмотрел туда, откуда шёл звук, и без удивления увидел Хейоку, который направлялся к нам вместе с большой компанией. Что ж, значит можно оставить неприятные мысли на следующий день. Слишком редко удаётся беззаботно провести время в окружении друзей.

Профессия «Изготовление луков» повышена до 2-го уровня! Теперь Вы можете создавать более смертоносное оружие и снаряды! Для этого необходимо поговорить с учителем или раздобыть чертежи.

Время перевалило за полночь. Игроки приходили и уходили, но надейцев, подошедших послушать барда, возле костра становилось всё больше. Когда люди поняли, что вечерние посиделки затянутся надолго, то понемногу принялись наводить уют. Где-то раздобыли маленькие столики, разожгли несколько костров поменьше и начали варить в походных котлах разные причудливые напитки. Как только варево объявлялось готовым, со всех сторон к нему тянулись пустые кружки, и тому, кто готовил напиток, приходилось самому разливать его.

В стороне не остались даже огры, хотя великанам, привыкшим к сражениям и дисциплине, было неуютно находиться среди веселящихся маленьких и хрупких существ, поэтому поначалу они старались держаться в стороне. Но сегодня, даже тем, кто раньше опасался гигантов, море было по колено. Добрые, порой грустные песни Хейоки, вкупе со всевозможными, в том числе и алкогольными, напитками, делали своё дело. К ограм подходили, тянули их за огромные ручища, приглашая присоединиться ко всем, и в итоге великанам приходилось уступать дружелюбным людям. Без помощи Малыша, уже привыкшего проводить время с нами, конечно, не обошлось.

— Вставайте! — громко рычал он. — Сегодня мы будем петь!

И огры пели. Мы, затаив дыхание, слушали мощные, необычные голоса пятерых гигантов, поющих на неизвестном языке под бой барабана и флейту, в которую дул шестой огр, перебирая на удивление проворными пальцами. Звуки разносились по всему лагерю и даже дальше, но разгонять нас никто не собирался. Наоборот, приходили всё новые и новые слушатели.

Впервые я увидел юную фелинари. Она села в стороне ото всех, но пламя костра то и дело выхватывало её бесстрастное лицо и тонкую фигуру. Движения её были аккуратны, раны ещё не до конца зажили. Девушка действительно была прекрасна, а необычные черты лица привлекали взгляд ещё больше.

Так думал не один я. Заметив её, игроки вскакивали с мест и пытались подойти, но им дорогу преграждали воины из Ордена Рока. Скорее всего, фелинари решила, что молчаливые телохранители — это меньшее из зол, и поэтому позволила им находиться рядом. Что ж, её можно понять.

Суровая песня закончилась, магия звуков рассеялась, и понемногу воздух вновь наполнился жужжанием людских голосов.

— Ну что, парень! Похожи мы на разбойников? — весело воскликнул Дертер, толкая Кириана в бок.

Парень отрицательно покачал головой, смотря вокруг заворожённым взглядом.

— Я никогда не видел такого, — признался он. — Вокруг меня всегда были красивые залы, толпы воинов. Нас с отцом часто приглашали в королевский дворец. Но сейчас я начинаю понимать, что всё то время был словно в клетке. Рядом со мной всегда находились учителя. Мне никогда не разрешали выходить без сопровождения. Я не мог пролететь на грифоне, увидеть, насколько красив этот мир. Даже прогулки на лошади всегда проходили в одних и тех же садах. Мне так нравится быть тут, видеть и слышать всё своими глазами... Но от этого почему-то неловко...

— Почему? — удивилась Мериль, помешивая что-то в котелке, из которого вырывался чудесный запах. Она вынула черпак, немного отхлебнула, и её лицо расплылось в блаженной улыбке. — То, что надо!

Я с готовностью сунул ей опустевшую кружку, Мериль довольно хмыкнула и наполнила её.

— Бросьте, юноша! Вы не виноваты в том, что Империя погибла, — раздался позади красивый, властный голос. — И нет ничего зазорного в том, что вы продолжаете наслаждаться жизнью без неё.

Все сидевшие рядом со мной дружно повернулись. Синеглазый красавец, в строгом чёрном камзоле, с усмешкой разглядывал притихшую компанию. Я невольно посмотрел на Кириана и по его смущённому лицу понял, что герцог не ошибся с выводами.

— Милорд, — наконец выдохнула Мериль. — Мы так рады вашему появлению!

— Благодарю вас, леди! — учтиво наклонил голову Колгрим. — Ваш голос не заставляет сомневаться в искренности ваших слов.

Ещё бы, подумал я, поднимаясь и молча протягивая ему свою кружку.

— Спасибо, Лионикс. Вы, как всегда, любезны.

— Вы всегда меня угощаете, милорд! — хитро улыбнулся я. — Так что, беру пример с вас.

— Прошу, садитесь, — кивнул он на меховые шкуры под ногами и сам опустился на одну из них. Затем с большим удовольствием отхлебнул из кружки. — О! Великолепный вкус! Что это? Оно ещё и холодное, хотя мне показалось, что в котелке жидкость бурлила.

Я взглянул на Мериль, но смущённую девушку появление герцога и так выбило из колеи, а неожиданная похвала совершенно лишила её дара речи.

— Этот называется «жидкий лёд», — неожиданно ответил Хейока. — Мериль — знаток трав, отлично умеет смешивать всякие безобидные растения, чтобы получить на выходе не только вспомогательные зелья, но и вкусные, необычайно полезные напитки. Жидкий лёд даёт устойчивость против огненной магии.

— Ненадолго, — едва слышно возразила девушка.

Замерший было разговор заструился вновь. Игроки хоть и ощущали исходившую от Колгрима ауру силы, но умели не придавать этому значение, и потому вскоре снова послышались шутки, смех и остроумные замечания. Мериль тоже понемногу оживала, подливала герцогу очередную порцию жидкого льда, но с другими вопросами к нему не лезла и правильно делала.

Взглянув на герцога, я понял, что мыслями он где-то далеко, и ему нет дела, из каких трав напиток в его руке и какую тварь видел в пещере Станиэль, хотя иногда Колгрим отпускал ничего не значащие фразы. А ещё я понял, что герцогу одиноко. Не зря он пришёл сюда один, без своей стражи. Его появление заметили только те, кто сидел рядом с нами, а остальные продолжали веселиться. Альтуриан, Колгрим... Обречённые на одиночество, у которых есть лишь подданные, но нет друзей. А на герцоге, вдобавок, лежит огромный груз ответственности за всех нас. Помочь ему нереально, но можно хотя бы сделать то, что ему нужно. Болтать о повседневных мелочах, радоваться жизни и пить с друзьями.

Такой компанией, пожалуй, мы ещё не собирались. Асгот и Адэноэль тихо шептались друг с другом. Некоторые игроки с досадой бросали взгляд на золотоволосую девушку, которую Страж обнимал совсем не по-дружески, но этой паре можно было только позавидовать.

Рядом с ними сидел Трортинар. Скрестив ноги и обхватив ладонями лицо, он что-то напевал себе под нос. Искра и Станиэль, Кристал и Пенчекряк, Израмир, Палкивиад, Хейока, Молот, Ортон, Игмат, Малыш... Я продолжал перебирать глазами всех, кто был важен для меня. Хисеаллай, Дертер, Гальдар, Ворон, Кассандра, Мериль... Прийти удалось далеко не всем, кого хотелось бы видеть.

Бард поставил пустую кружку на шкуру и вновь взялся за лютню. Полилась прекрасная, грустная мелодия, заставившая всех притихнуть. Неведомая магия, рождённая руками и голосом Хейоки, вновь перенесла собравшихся в другие миры, пробиваясь в сердце к каждому слушателю. Менялась песня, менялись и истории, мелькавшие перед глазами, из которых не хотелось выныривать…

— Пойдём со мной! — шепнул мне чей-то голос.

Лёгкое недовольство тут же улетучилось. Стоило избавиться от грёз, как я столкнулся глазами с мечтой.

— Мортис... — с наслаждением выдохнул я чудесное слово.

— Т-с-c... — её палец коснулся моих губ. — Не нужно мешать другим...

Глава 14

Вы покинули свою начальную область! Дальность внутриигрового чата уменьшена до 200 метров. Для общения и приказов используйте почту. Помните, доставка почты под землёй и под водой для вашей расы недоступна!

Я недовольно поморщился. Это изрядно усложнит нашу жизнь и перед отправкой отрядов заставит игроков хорошенько пораскинуть мозгами. Почтовых соколов становилось всё больше, и теперь их разрешалось приобретать для нужд орденов, но за птицами требовалось ухаживать, покупать для них специальные клетки, хотя умные соколы никогда не улетали далеко от своих хозяев. Их можно было даже разводить. Интересно, станет ли прибыльным такое дело?

Я с улыбкой нагнулся в седле и провёл рукой по шее своего льерако. Приятно было получить назад могучего зверя. Крестьянских лошадок теперь хватало, и запрячь в повозки решено было их. Мой Кошмар, как я его окрестил, всё же не был вьючным животным, хотя за то время, что он пёр телеги, его уровень поднялся до 7-го. Он стал чуть крупнее, возросли боевые навыки, жаль лишь, что скорость осталась прежней.

Льерако мерно шагал вровень с соседней повозкой, изредка подёргивая головой, чтобы отогнать надоедливых мух. Я ему немного сочувствовал, но и сам жарился на солнце в своих починенных доспехах, ожидая новобранцев. Начиная с прошлой ночи, одиннадцать игроков захотели вступить в наш орден, и теперь численность бойцов перевалила за сорок. Палкивиад ушёл вместе с ними подбирать подходящее снаряжение из того, что у нас было, а после их сразу же захотела увидеть Адэноэль. Я не стал смущать её своим присутствием, да и не особо хотелось слушать вдохновенные речи, потому просто удрал оттуда.

Мысли о вчерашнем вечере упорно лезли в голову, хотя я давал себе слово, что отложу воспоминания на другое время. До ночи. Или до встречи с ней...

Всё казалось чудесным сном. Мортис куда-то повела меня в сторону спящего лагеря. Если кто и обратил на нас внимание, то не придал этому значения. Я был будто во сне, не спуская взгляда с хрупкой девушки, шедшей впереди. К сожалению, плащ полностью скрывал её, мешая любоваться фигурой. Оставалось наслаждаться великолепными волосами, выбивавшимися из-под шлема и стекающими по спине и плечам до самой талии.

Мортис остановилась так резко, что я едва не столкнулся с ней. Девушка откинула край ничем не примечательной палатки и только потом повернулась ко мне. В блестящих чёрных глазах отразилось красочное ночное небо. Она хотела что-то сказать, но не успела. Я жадно впился в её губы, притянув к себе. Мортис издала приглушённый звук, то ли удивлённый, то ли возмущённый. Я почувствовал, что её тело напряглось, а руки упёрлись в мою грудь, словно намереваясь оттолкнуть, но через мгновение она расслабилась, и руки безвольно опустились.

— Что-то не так? — я отстранился и внимательно посмотрел на девушку.

Открыв глаза, Мортис едва скользнула по мне взглядом, затем попыталась опустить голову, но я мягко коснулся её подбородка, заставляя поднять глаза.

— Ничего... Просто... Идём внутрь, — она мотнула головой в сторону палатки и, взяв меня за руку, шагнула в темноту.

В палатке было так темно, что я почти ничего не мог разглядеть, зато почувствовал, что сжимаю теперь тонкие пальцы Мортис. Девушка не стала медлить и избавилась не только от перчаток, но и от всего остального снаряжения сразу. Мне оставалось лишь последовать её примеру...

Я ощутил тёплое дыхание на своей шее. Невидимая рука скользила по телу, заставляя сердце биться быстрее. Обхватив девушку двумя руками, я крепко прижал её к себе, покрывая поцелуями тонкие плечи, ключицу, шею... Глаза постепенно привыкали к темноте, позволяя мне разглядеть её красивое, правильное лицо. Затем взгляд скользнул ниже. Мортис, заметив паузу, открыла глаза и издала смешок, увидев, как я пожираю взглядом её фигуру. Взяв меня за руки, она медленно опустилась на землю, увлекая меня за собой...

— Лионикс! — вырвал меня из воспоминаний незнакомый голос.

Я моргнул, окончательно прогоняя соблазнительные картины, и постарался сосредоточиться на том, кто окликнул меня. Мне преградил путь один из конных солдатов герцога, мешая льерако двигаться дальше.

— В чём дело, воин? — вежливо поинтересовался я, всматриваясь в встревоженное лицо худощавого мужчины.

— По приказу герцога мне велено проводить тебя к магистру Ворону. Милорд велел передать, что следует собрать как можно больше рыцарей ордена, готовых к сражениям.

— Спасибо! — кивнул я, приводя мысли в порядок и осматриваясь вокруг.

Собрать всех за короткое время не представлялось возможным. Многие ещё с утра отправились фармить и исследовать местность. Вырвавшись из ущелья, мы оказались на равнине, тянувшейся до самых гор и усеянной руинами древних поселений и крепостей.

— Хис! — окликнул я девушку, единственную из ордена, оказавшуюся неподалёку.

Хисеаллай, разглядывавшая пузырьки с жёлто-зелёной и чёрной жидкостями, подняла голову. Увидев рядом со мной воина герцога, она нахмурилась, спрятала пузырьки и подошла ближе к нам.

— В чём дело, Лио? У нас новые проблемы?

— Пока не знаю. Нужно, чтобы ты нашла всех, кого сможешь, из ордена и привела ко мне. Всех, кроме надейцев, — тут же поправился я. — Пока не узнаем, что нас ждёт, их трогать не будем.

— Сделаю, — серьёзно ответила девушка-ассасин. — Но нас сейчас мало здесь. Так что чуда не жди.

— Знаю. Ищи меня рядом с Вороном. Он... — я осёкся и взглянул на посланника.

— Магистр Ворон собирает людей там, — торопливо отозвался гонец, взмахивая рукой. — Их несложно узнать, они собрались напротив руин. К сожалению, отсюда развалины не видно из-за повозок и того холма.

— Это нетрудно! — заверила Хисеаллай, накинула капюшон и начала исчезать прямо на глазах.

— Выпендрёжница, — не удержавшись, сверкнул зубами я.

— Так я быстрее бегаю, — донёсся весёлый голос из пустоты.

— Беги! — напутствовал я. — Помни, ты мне тоже понадобишься.

Преодолев поток людей и повозок, конь посланника стрелой понёсся к группе людей, маячивших неподалёку. Я направил Кошмара вслед за ним, но льерако медленнее набирал скорость. Когда я смог, как следует, разогнаться, конник уже спешился, поджидая меня.

— Что ж, зато твоё чудовище выглядит гораздо страшнее, — утешил меня насмешливый голос Ворона, когда я остановился.

— И тебе привет! — откликнулся я, спрыгивая с седла. — Объяснишь, зачем понадобились мы?

Посланник герцога тут же ускакал обратно, не сказав ни слова.

— Ни тебе удачи пожелать, ни попрощаться. Что за манеры! — шутливо покачал головой Ворон, посмотрев ему в след и оставляя без внимания мой вопрос. — Лио, ты ведь знаком со всеми присутствующими?

— Мы знакомы с Ролайн, знаю Бурбырика, — внимательно осматривая собравшихся, перечислил я. — С Дракнором почти не сталкивались, но о его Рыцарях Хаоса слышали все. Ну и знаю Лиару, главу Ордена Серебряной Лилии.

— Нам не доводилось пообщаться, — скромно улыбнулась воительница с удивительными голубыми глазами, сверкавшими сквозь прорези шлема. Девушка была в латах, за спиной висели меч и щит. Серебристый плащ опускался до самой земли. — У меня маленький орден, не знаю, что я здесь делаю.

— Это имело бы значение, соревнуйся мы в количестве людей, — резонно заметил Ворон. —Ты неплохой боец, Лиара. А если кто-то этого ещё не знает, то вскоре сможет убедиться. Колгрим велел найти всех магистров. К сожалению, остальных либо нет в игре, либо они далеко отсюда. Так что разбираться придётся нам самим.

— Если нужны люди, то следует обратиться за помощью к Року, — хмыкнул Дракнор. Магистр Рыцарей Хаоса тоже был танком. Его причудливую тяжёлую броню покрывали кости неизвестного зверя, что несомненно добавляло ей прочности. — Мы едва наскребём полсотни. Но сначала хотелось бы услышать, что от нас требуется.

— Взгляните на те руины! — указал Ворон на остатки какого-то поселения. — Меньше получаса назад оттуда прискакал игрок семнадцатого уровня. Не из наших. Стражники направились навстречу ему, но он завернул обратно. Вдобавок, как раз над руинами виднелись вспышки, и оттуда доносился шум. Сомнений, что кто-то использовал магию, нет. Обоз движется дальше, но нам нужно выяснить, что за игроки засели в руинах и что нас ждёт впереди. Пока я могу предположить, что в разрушенной крепости, которая находится левее, тоже кто-то есть. Все отряды игроков, надеявшихся поживиться в той стороне, вернулись. Они утверждают, что видели бой.

— Две засевшие группы игроков, воюющих друг с другом? — задумчиво протянул я.

— Вот это нам и предстоит разузнать, — блеснул глазами Ворон. — У нас есть двадцать минут на подготовку, пока ждём наших воинов, а затем выдвигаемся. Так что, мои доблестные товарищи, пробегитесь по умениям, осмотрите своё снаряжение, приготовьте баффы и не забудьте про еду и напитки, если их временные эффекты улучшат вас. Наверняка у каждого из вас есть припрятанные козыри в рукаве, так будьте готовы их использовать. Как верно заметил Дракнор, нас будет немного, и привлекать остальных не имеет смысла, пока не узнаем, с чем именно мы имеем дело.

Ворон уселся рядом со своим чёрным скакуном и не видящим взглядом уставился прямо перед собой. Я последовал его примеру, первым делом просмотрев свои характеристики:

Лионикс

Человек

Уровень 9

Класс: мастер клинков

Влияние на мир: роль — хранитель

Жизнь: 222

Мана: 10

Сила: 13 (–3)

Телосложение: 8

Ловкость: 28 (–3)

Интеллект: 1

Мудрость: 1 (+6)

Экипировка:

Круглый зачарованный шлем: +6 к броне, +2 к ловкости

Усиленный доспех городского ополченца: +15 к броне, +30 ОЗ, +2 к силе

Плащ из шкуры белого льва: +5 к ловкости, +20 к здоровью, +15 защита от стрел в спину

Пояс гвардейца: +3 к броне, +1 к силе

Наплечники стойкости: +5 к броне, +12 к ОЗ

Амулет лёгкой поступи: +10 к ловкости, шанс увернуться от удара/стрелы (15%).

Наручи фехтовальщика: +7 к броне, +2 к ловкости

Поножи стражника крепости: +8 к броне, +10 ОЗ

Старый меч битв: урон 28–33 (–10%). Атака: 69–81

Клинок защитника: урон 25–30 (–10%). Атака: 61–74

Физическая броня: 44

Опыт: 16820/25600

В наличии: 3 серебряных монеты, 43 медных монеты

На вас действуют следующие эффекты: «Уныние» (ослабленный)

Получаемый опыт: –10%

Урон: –10%

Сила: –3

Ловкость: –3

Мудрость: +5

Скорость изучения ремесла: –10%

Длительность эффекта — 9 часов

Что ж, вещи, добытые при сражении с големами, сделали из меня опасного воина. Броня и то внушала оптимизм, хотя у любого воина в тяжёлых доспехах она будет раза в три выше. Как и уровень жизни...

Так, а это что такое?

Эффект «Тень прошлого».

Вы пробыли магистром недостаточно долго для того, чтобы набраться знаний и добиться успехов в управлении орденом. Но бремя власти навсегда оставляет отпечаток, даже если вы с ним не справились. Жители Надеи, знающие о вашем прошлом, будут охотнее поручать вам более сложные задания.

Неплохо! Но очереди из желающих вручить мне особый квест пока что-то не видно... Вкладки медленно растаяли в воздухе. Я был готов выступать. Запас улучшенных малых зелий, восстанавливающих по 50 ХП, был при мне. На панели быстрого доступа разместилась миска стандартной похлёбки, которая при необходимости добавит мне пару единиц силы на час, а рядом с ней примостился кубок с настоем из целебных трав, увеличивающий ОЗ на 30. Наверное, при желании в лагере можно отыскать припасы получше, но использовать дорогие и труднодоступные деликатесы и зелья следует лишь при больших сражениях, от которых многое зависит.

Игроки прибывали медленно, но рыцари Порядка большим отрядом приближались к нам. Я с удовольствием окинул их взглядом. Всё ещё не до конца привык к тому, что мы больше не беспомощные новички в лохмотьях. Каждый из этих игроков смог бы постоять за себя и удивить врагов набором способностей и умений. Ну, пожалуй, кроме тех троих... Какое-то снаряжение новичкам выдали, но из начальных доспехов в нашем распоряжении оставались лишь те, которые мы не успели продать.

— Как ты и просил, я привела всех, кто был неподалёку, — девушка, возникшая рядом со мной, довольно улыбалась. — Хотя Палкивиад хотел отвертеться, да-да!

— У меня ещё куча дел! — поморщился управляющий, остановившись рядом со мной. — Мне некогда в ваши войнушки играть. Мне бы пару свободных часов...

— Ничего не поделаешь, — усмехнулся я, разведя руками. — Приказы нашего королевского начальства. Можешь подать жалобу. Когда вернёмся... Ты слишком ценный боец, чтобы отправляться куда-то без тебя. Погоди... А ты что здесь делаешь?

Из-за спин воинов вышел смущённый Кириан.

— Хис?

— А что я могла сделать? — девушка пожала плечами в ответ. — Он сказал, что пойдёт с нами, а мои слова ему, как об стенку горох... Вряд ли бы ты одобрил, если бы я его связала и кинула в повозку. Да и сердобольные старички его бы освободили, а мне потом испорченные отношения исправлять!

— Ты не похожа на злодейку, — неуверенно произнёс Кириан.

— Я ассасин, малыш! — Хисеаллай весело сверкнула глазами и показала юному некроманту язык.

— Не верю... Ассасины выполняли любые заказы... Могли убить младенца, если он мешал влиятельным людям. Сколько раз пытались убить отца — не сосчитать. Ты на такое не способна.

— Конечно, нет! Принимать заказы и получать награду за убийство существ не для неё, — Палкивиад подождал, пока Кириан с облегчением вздохнёт, а затем продолжил. — Хис убивает бесплатно, ради удовольствия.

— Хватит! — со смехом прервал я, глядя как меняется лицо мага. — Кириан, они несерьёзно! Но тебе идти с нами слишком опасно, мы не знаем, что нас там ждёт. Если ты помнишь, мы в этом мире бессмертны, а ты нет.

— Я иду с вами! — упрямо заявил мальчишка, доставая из-за спины блестящий чёрный посох. — Мне надоело трястись в повозке с крестьянами... Даже если они хорошие люди.

— Что у вас тут? Хотите пустить вперёд молодое поколение? — Ворон вырос словно из-под земли. Его ироничный взгляд прошёлся по нашей компании и лишь немного задержался на своих бывших бойцах. — Астарий, Бальдор, рад вас видеть!

Его насмешливый тон подразумевал совершенно обратное. Игроки вспыхнули и даже порывались что-то ответить, но Ворон поднял руку.

— Лио, мы выдвигаемся верхом, а основной отряд пусть идёт позади. Ортона с вами нет? Жаль. Я бы доверил ему вести отряд. Хотелось бы взглянуть, сколько правды в тех слухах. Тогда оставим здесь Бурбырика.

— Издеваешься? — изумился я.

— Уверяю тебя, с тем, чтобы подвести отряд поближе, он справится... — нетерпеливо отмахнулся Ворон.

— Я обо всём позабочусь! — важно подтвердил подошедший магистр, ничуть не смущённый тем, что игроки начали вздыхать и закатывать глаза.

— Это-то меня и беспокоит... — буркнул я себе под нос, затем повысил голос. — Кириан, времени на споры нет. Раз уж тебя не остановить... Просто будь осторожнее и не лезь в самую гущу... Хорошо?

Молчаливый кивок некроманта послужил ответом.

— По коням! — приказал Ворон, одним махом оказавшись в седле. — Ну, или что у вас там...

Разрушенное поселение вблизи оказалось совсем не древним. Вернее, кто-то использовал старые камни, чтобы построить простенькие маленькие дома с плоскими крышами без окон. Большинство домов стояли целые и невредимые, но следы недавнего боя бросались в глаза. Чёрные стены, опалённая земля, валяющиеся стрелы, дротики и... Кровь. Кровавые пятна были повсюду.

— Встречать нас никто не спешит... — пробормотал Ворон себе под нос. — Но, похоже, ребята, засевшие впереди, перебили тех, кто отстроил эту маленькую деревню.

— Может, игроки сами её и построили? — предположил я. — А после им пришлось защищать её.

— Сомневаюсь. Кто бы стал строить такие никчёмные дома? У нас одна таверна была на пол- этой, с позволения сказать, улицы. Ладно, подъедем поближе...

На крышах низеньких домов, за непрочными укрытиями из камней и брёвен сверкнули чьи-то доспехи. В то же время перед баррикадами, прикрывавшими вход в поселение, возникли воины, среди которых были не только надейцы, но и игроки. Появившиеся надписи над их головами тут же привлекли моё внимание.

— Храмовники! — тихо воскликнул я. — Это же...

— Будем надеяться, что к тем самым храмовникам они не имеют отношения, — спокойно отозвался Ворон. — Говорить буду я, постарайтесь не вмешиваться.

Мы не видели, что происходило в самом поселении, только слышали доносившееся ржание коней. Развалины хорошо прикрывали деревню со всех сторон не только от врагов, но и от посторонних взглядов. Конечно, армию здесь не остановить, но защититься от крупных разбойничьих банд можно без труда. Да и наш отряд, вероятно, обломает здесь зубы без поддержки магов.

Я переключился на поджидавших нас людей. Впереди стоял огромный воин-игрок в кроваво-красных латах. Шлем он снял, седые волосы были стянуты на затылке, а за спиной у него торчала огромная обоюдоострая секира из ярко-синего металла. Гладкое чёрное топорище украшал золотой орнамент. Лицо игрока было хмурым, но приятным, от него веяло надёжностью. У его ног разлеглось странное существо, похожее на ящерицу. Помимо четырёх лап, у него были ещё и кожистые крылья. Монстр не подавал виду, что мы ему интересны, и лишь изредка приоткрывал жёлтый глаз.

Чуть левее стоял другой игрок со знаменем ордена в руках. Тёмно-синее полотно с светящимися звёздами. Внизу изображены два скрещённых клинка.

Красиво. Красиво и просто.

Мы остановились на некотором отдалении, оценивающе разглядывая отряд седого игрока. Тишину нарушало лишь фырканье Кошмара, да угрожающее рычание ажераха, хотя зеленоглазая девушка пыталась успокоить своего зверя.

— Добро пожаловать, скитальцы, в наш небольшой форпост, — первым заговорил седовласый воин.

У него был хриплый, но сильный и уверенный голос. Светящийся ник над головой удивительно подходил ему. Моргард Стальной.

— Должно быть, ваш отряд отправили в разведку, — продолжал Моргард, скрестив руки на груди. — Как я погляжу, в людях у вас недостатка нет, раз сюда направили почти полсотни бойцов. Одобряю такую осторожность, здесь довольно опасно. Хотя мы вам не враги.

— Мы заметили вашего разведчика, — откликнулся Ворон. — А до этого видели здесь странные вспышки. В чём дело? Не поделили между собой эти развалины?

Наглая усмешка Ворона немного нервировала. К Моргарду я сразу же проникся симпатией, а синеглазый магистр намеренно вёл себя надменно, хотя в чём, в чём, но в глупости его упрекнуть было нельзя.

— Не твоё дело, скиталец! — храмовник, стоявший справа от Моргарда, положил руку на эфес меча. Богато украшенные ножны и рукоятка с сверкающим драгоценным камнем на конце позволяли предположить, что и клинок у воина был далеко не обычный. — Вы тут всего лишь чужаки! Якшаетесь с прихвостнями тьмы, а после смеете приходить сюда и дерзить слугам Богини?! Жрица предупреждала нас о том, что могут явиться те, кто захочет бросить вызов праведному пути, который она нам указала...

— Достаточно! — внезапно рявкнул седой рыцарь.

Храмовник выглядел не менее внушительным, чем сам Моргард. Его голова была скрыта под ведрообразным шлемом с крыльями, как у летучей мыши, которые вздымались высоко вверх. На латном нагруднике из тёмного металла красовалась эмблема в виде синей молнии, а прямо по центру неизвестный мастер выгравировал закрытый глаз, отливавший золотом.

— Я не ослышался, Моргард? — голова храмовника медленно повернулась к седому воину. Глухой голос из-под шлема зазвучал угрожающе. — Забыл, зачем я здесь?

Нахмурившийся воин нервно погладил бороду, исподлобья глядя на храмовника, но отвечать не стал.

— Затем, чтобы зло зыркать на всех из-под этого ведра? — насмешливо крикнул Ворон, спешиваясь. — Придержи моего коня, Лио.

Он не глядя бросил мне поводья и неспешным шагом подошёл к замершим воинам. С момента нашей дуэли Ворон поднял ещё два уровня и сейчас, на фоне храмовника 21-го уровня и Стального Моргарда, над которым светилась цифра 18, смотрелся достаточно уверенно. Если бы говорить пришлось мне, то мой 9-й уровень вряд ли бы заставил седого игрока отнестись ко мне серьёзно.

— Ты, храмовник, смело разбрасываешься обвинениями, не заботясь о том, что тем самым оскорбляешь четверых магистров, — голос Ворона стал ледяным.

— Эстериус не мог знать об этом, — Моргард переводил напряжённый взгляд с одного на другого. Было видно, что ему не хотелось ссоры. Он прекрасно понимал, на что способны сотни организованных игроков.

Но храмовнику до желаний своего соратника дела не было. Да и страха, судя по всему, он не испытывал. Эстериус расхохотался, задрав голову кверху.

— Вы безумцы! Такие же, как и те скитальцы, которые вздумали бросить вызов храмовникам.

— И что же с ними случилось? — спокойно спросил Ворон.

— Их здесь больше нет, — жёстко ответил Эстериус. — Вы можете называть себя, как хотите, но пока оракул и Верховный Жрец не подтвердят ваш статус, вы всего лишь чужаки. Единственное, на что вы можете рассчитывать, это стать полезными для жителей Теффирии! Первого города, названного в честь Богини и её жрицы, с которого начнётся правление людей в этом крае. А всех богомерзких созданий мы загоним обратно под землю!

— И кого же вы считаете богомерзкими созданиями? — поинтересовался Ворон.

— Все, кто не является зверем или человеком, будут уничтожены, — торжественно произнёс храмовник. — Все сгорят в священном пламени Богини и падут под мечами её святого воинства! Пособникам нелюдей тоже не избежать расплаты... Видишь, скиталец, я великодушен! Несмотря на твой дерзкий тон, я даю вам шанс примкнуть к нам. Но прежде вы должны очиститься. Вернитесь к своим вожакам, передайте им волю Богини, изгоните огров и других отродий, если милосердие останавливает вас от убийства. Святое воинство позаботиться о них, когда придёт время...

— Кажется, эти храмовники ничем не отличаются от храмовников древности, — тихо шепнул я магистрам.

Слова «святого» воина меня потрясли. Значит, они убивают всех без разбора, прикрываясь исчезнувшей богиней Теффанией, а игроки, такие как Моргард, им в этом помогают?

— Вы станете полноправными магистрами, как того желаете, — тем временем продолжал Эстериус. — Вас будут почитать и уважать! Лишь капитаны храмовников да священнослужители будут стоять выше вас в иерархии!

— Заманчивое предложение, — признался Ворон, качнув головой. — Но в твоей возвышенной речи я углядел пару ошибок или заблуждений, называй как хочешь.

— Вот как? — до этого восторженный тон храмовника мгновенно стал недружелюбным.

— Да-да... К моему глубокому сожалению! — как-то рассеянно бросил Ворон.

Он неторопливо прошёл мимо замерших гигантов и остановился у наспех созданных из брёвен и камней баррикад, пытаясь рассмотреть что-то внутри поселения.

Игроки из-за укреплений с интересом следили за ним, даже не думая останавливать, а вот храмовники демонстративно дотрагивались до оружия, всем своим видом показывая, что готовы в любой момент достать клинки и обратить их против наглого чужеземца. Ворон резко повернулся. Внезапный порыв ветра поднял висевший на нём чёрный плащ, сделав его похожим на крылья. На красивом лице магистра появилась злая усмешка.

— Да, Эстериус, боюсь, тебя обманули! Исчезнувшая богиня Теффания покровительствовала любому, кто молился ей, будь то орк, эльф или гном. Верно, она защищала империю людей, но даже если бы она вдруг вернулась, в чём я лично очень сомневаюсь, то никогда бы не одобрила преследование других рас.

— Откуда тебе, чужаку, знать об этом?!

Неподдельная ярость храмовника заставляла сомневаться в мирном исходе переговоров, хотя на Ворона гневный голос не произвёл никакого впечатления.

— Среди нас есть настоящий воин Богини. Страж, который до сих пор бессмертен благодаря ей, — синие глаза магистра стали холодными, как лёд. — Он бы почувствовал её присутствие. Но если она действительно вернулась и решила истребить народы Надеи, то всех её приспешников здесь ждёт лишь смерть.

— Я услышал достаточно, еретик... — Эстериус потащил из ножен меч. Тёмно-красная сталь, будто созданная из крови, зловеще сверкнула при дневном свете. Имя храмовника заполыхало тревожным алым цветом. — Угрожать святому воинству значит подписать себе смертный приговор. Твоя участь станет уроком для тех, кто следует за тобой.

Моргард тяжело покачал головой и отступил на шаг. Он хмуро взглянул на своих лучников, которые замерли в нерешительности, ожидая приказа, но ничего не сказал.

— По мне, вы кучка фанатиков-убийц, — пожал плечами Ворон. — Но я ещё не закончил, храмовник. Лишь законный правитель этих земель имеет право решать судьбу народов, проживающих в пределах прежней Империи. Только он может подтвердить право вашей жрицы распространять веру, создавать церковное войско и объявлять крестовые походы.

— Слышал, Моргард? Твоё право быть магистром может быть оспорено правителем повозок! — язвительно бросил Эстериус. — Не хочешь послужить миролюбивому вождю?

— Создать свой орден вправе любой человек, — не выдержал я. — Но землю и статус нужно заслужить. Никакие церковники не могут приказывать магистру!

— Мы своё право заслужили кровью! — взревел храмовник. — Довольно болтовни! Советую вам убраться отсюда, пока звери под вами ещё живые! А этого недоумка я убью сам!

— Как же ты глуп, — укоризненно покачал головой Ворон. На его голове возник величественный шлем с зубцами. Правую руку охватил голубой огонь, который затем начал удлиняться, превращаясь в знакомый мне меч. — Я посланник герцога Колгрима! Ты рискнёшь самостоятельно начать войну, не спросив своего оракула? Мы не кучка гоблинов, которых не глядя можно согнать с земли. За нами сильная армия, и вам придётся с ней считаться!

Повисла напряжённая тишина. Все взгляды собравшихся были устремлены на храмовника, который почему-то медлил.

— Он прав, Эстериус, — первым нарушил тишину Моргард.

— Не вмешивайся...

— Нет, хватит! — стальной воин решительно встал между Вороном и храмовником. — Капитан Эстериус Мракоорн, тебя послали лишь наблюдать за мной, но главный здесь по-прежнему я! Это моё задание! И я не стану без приказа нападать на людей! Хочешь затеять драку? Мои бойцы останутся в стороне! Мы здесь не для этого.

Что ж, храмовники, хоть и не выглядят слабыми, но без игроков их наберётся едва ли больше десятка. Разве что остальные прячутся в домах и развалинах...

— Верховный жрец непременно узнает об этом... — красный цвет, окутывавший фигуру Эстериуса, стал оранжевым. Капитан со злостью закинул клинок обратно в ножны, затем махнул рукой одному из своих рыцарей, на котором был похожий доспех с той же молнией и закрытым глазом на груди. — Мы возвращаемся в город! Седлайте коней!

Храмовник скрестил руки, прижав ладони к груди, наклонил голову и молча удалился, прихватив с собой остальных собратьев по ордену.

— Их держат в ежовых рукавицах, — заметил Дракнор, вздохнув с облегчением после ухода надейцев. — Не хотелось бы мне попасть в подчинение к таким ребятам. Тем, кто упрекал нашего герцога в строгости, следовало бы взглянуть на чёрных храмовников.

— Теперь жди беды, — невпопад ответил я. — Они быстро домчатся до своих, и уж те организуют нам встречу...

— Так мы тоже будем готовы, — пожал плечами лидер Рыцарей Хаоса. — Всем нам не помешало бы размяться в серьёзном бою.

— Они на своей земле, — тихо возразила Лиара нежным и красивым голосом. — У них есть город. Вряд ли они забыли позаботиться о его защите.

Послышался топот множества копыт, а через несколько секунд показались всадники, от вида которых захватывало дух. В руках чёрные рыцари держали длинные белоснежные копья с наконечником из тёмной стали. Длинные красные плащи, похожие на кровавую волну, колыхались позади. Их прекрасные боевые кони, защищённые блестящими чёрными пластинами, спускавшимися до самых копыт, выглядели не менее грозно и отличались только украшенными сёдлами и притороченными к ним седельными сумками.

— Если таких храмовников много, то Ворон немного поспешил с выводами, — озвучила Ролайн общую мысль.

Эстериус без усилий забрался в пустующее седло подведённого коня, принял из рук другого храмовника копьё, затем повернулся к седовласому игроку, хмуро взирающему на выстраивающихся конников.

— Сомневаюсь, что ты мне поверишь, Моргард, но мне действительно не хотелось видеть твой провал, — вибрирующий голос доносился словно издалека. — Даже с нами твои шансы были невелики. Но теперь у меня появились более неотложные дела. От нас подкрепления не жди, но ты можешь призвать своих людей и наёмников, хотя вряд ли они успеют прибыть до того, как твари из крепости до тебя доберутся. А лучше собери своих рыцарей и уходи из этих мест. Здесь у тебя нет будущего.

Капитан храмовников тронул поводья, и конь двинулся тяжёлым шагом, затем начал ускоряться. Над маленьким отрядом чёрных всадников взвилось серебристое полотно с изображённым на нём золотым глазом, который перерезала синяя молния.

— Стальной, что нам теперь делать? — спросил игрок, державший знамя ордена. Он резко воткнул шест в землю и подошёл к Моргарду, попутно избавляясь от шлема. Появившееся лицо, покрытое страшными шрамами, казалось злым. — Мы и так не ходили в любимчиках у храмовников, а теперь этот урод выставит всё так, что мы окажемся их врагами. Нет, на твоём месте я поступил бы так же, скорее всего... Убивать всех встречных это не совсем то, чего мне бы хотелось.

— Знаю, — кивнул Моргард, провожая глазами быстро удаляющихся всадников. — Поэтому ты мой управляющий. Что ж, всё равно так не могло долго продолжаться, — он пожал плечами. — Арес, отправь нашим сокола, пусть собираются и выдвигаются к нам. Все ценные вещи нужно распихать по рюкзакам. А вот остальным, кого сейчас нет в игре, не позавидуешь...

— Я придумаю что-нибудь! — зло сверкнул глазами Арес.

Игроки, поняв, что веселья не будет, почти все спрыгнули с крыш, другие выходили из-за укреплений и подходили ближе. Мы тоже решились подъехать к седому воину.

— Ролайн! — окликнул девушку Ворон, которая уже хотела соскочить с ажераха. — Твой зверь быстрее всех. Сообщи герцогу обо всём случившемся, а мы тут пока потолкуем со Стальным.

— Колгрим мне не доверяет, — спокойно возразила Ролайн. — Зато у Лионикса с ним хорошие отношения. Чаепития устраивают. Кхм... В гости друг к другу ходят... Уверена, Лио будет просто счастлив навестить знатного приятеля!

— У тебя девятнадцатый уровень, а у него девятый! Его любая здешняя муха с седла собьёт, — с ехидной усмешкой парировал Ворон. — Поменьше ёрничай! Тебе пора налаживать отношения с герцогом — это будет полезно для твоего ордена, да и для всех нас.

Чёртов Ворон! То ли поиздевался, то ли проявил заботу... Но, по правде говоря, я был рад остаться здесь, и мне совершенно не хотелось снова оказаться в тёмном фургоне под пристальным взглядом Релгара и герцога. Я решительно спрыгнул с Кошмара.

Ролайн, больше не споря, развернула ажераха, и зверь стремительно рванул с места, унося всадницу в развевающемся белом плаще.

— Пойдёмте со мной! Развалины навевают уныние, но мы обустроили для себя вполне уютное местечко, где можно с удобством расположиться и побеседовать. Правда, под открытым небом… Но тут особо выбирать не приходится, — заговорил Моргард, обращаясь к Ворону. Затем седой секироносец окинул взглядом своих собравшихся воинов и бросил им. — Вы пока можете расслабиться. Выставьте пару дозорных и занимайтесь своими делами.

Моргард не оглядываясь пошёл вперёд. Ворон, замешкавшись лишь на мгновение, догнал его и пристроился сбоку. Мы двинулись следом, в окружении людей Моргарда, с любопытством посматривая по сторонам, но за баррикадами ничего примечательного не оказалось. Неказистые дома жались вплотную друг другу по обе стороны, а старые развалины, погружённые в воду и прикрытые высокой травой, над которой кружились крупные мошки, полукругом охватывали новые строения. Вокруг пахло застоявшейся водой и тиной.

Увидев, что вытоптанная земля впереди заканчивалась всё теми же развалинами и водой, я машинально отметил, что место для обороны и впрямь лучше не придумаешь. Конечно, враг при желании пройдёт и по воде, но из-за обилия высоких камней или обломков стен он не сможет подойти плотным строем.

Моргард резко свернул направо, где между домами был узкий проход. Прежде чем последовать за всеми, я в последний раз бросил взгляд на затопленный участок земли, прикидывая, можно ли там проскочить на моём Кошмаре, но мысль тут же улетучилась. Спины Моргарда и Ворона больше не закрывали обзор, о чём мне тут же пришлось пожалеть. В почерневшей воде лежали трупы. Крупные тела, облепленные травой и мелкой живностью, без сомнения принадлежали оркам. Я почувствовал лёгкий озноб и, несмотря на то, что не в первый раз видел последствия сражений, поспешил отвернуться и юркнуть в проход за Вороном.

За домами оказалось на удивление красивое место с зелёной лужайкой, посреди которой стоял длинный прямоугольный стол из белого камня, созданный явно не игроками. Искусно вырезанные каменные кресла, расположенные вокруг стола, давно вросли в землю.

— Нам пришлось изрядно потрудиться, чтобы очистить их ото мха и вернуть камню прежний вид, — Моргард приблизился к столу и провёл ладонью по ровной поверхности. — Хотелось бы узнать, что на этом месте было раньше. Присаживайтесь...

Слова седого воина прервал то ли стон, то ли рычание. Я поспешно повернул голову, откуда исходил странный звук и окаменел.

Неподалёку от нас, у воды находился полуразрушенный дом, возле которого крутилось несколько игроков, а рядом с ними находились две высокие круглые клетки с шипами, обращёнными внутрь. Одна из них была пуста, но тёмные шипы и кровавые пятна внизу не заставляли сомневаться, что недавно в ней кто-то побывал. В другой клетке, слишком тесной даже для человека, находился огромный орк.

В груди зашевелилось и начало разрастаться давно забытое чувство ярости, а глаза непроизвольно подмечали всё новые детали. Вонзившиеся в шею шипы... Лужа крови под ногами орка... Примятая земля вокруг — клетка не единожды падала, и, судя по всему, не без посторонней помощи.

— Да, простите за это отвратное зрелище, — послышался голос Моргарда за спиной. — Храмовники стараются заполучить как можно больше врагов живыми, чтобы...

— Пытать их! — бесцветным голосом закончил я за него.

— Они уверены, что это удержит тех, кто вздумает выступить против них.

— И вы помогали им в ЭТОМ?!! — я зарычал не хуже орка.

Нет, это не способ устрашения. Святое воинство, ведомое главой культа, прикрывающегося Богиней? Такое уже было. И снова храмовники... Это не совпадение. Я и не предполагал, что мы так скоро наткнёмся на то, что сможет пролить свет на прошлое. Что ж, Хоннорат будет рад это услышать. Да и Асгот тоже... Этих, с позволения сказать, храмовников мы уничтожим подчистую! Не нужно быть гениальным стратегом, чтобы понять — такую быстро разрастающуюся за счёт игроков злобную силу за спиной оставлять нельзя.

— Хотел бы сказать, что у нас не было выбора, — буркнул Моргард с явным раздражением в голосе. — Но что сделано, то сделано...

Я шёл вперёд, не слушая его, попутно вытаскивая меч. У самой клетки дорогу мне преградил один из игроков в тёмно-зелёном плаще.

— Слышь, мелкий, отвали! — бросил он, презрительно глядя на меня. — Не ты здесь командуешь. Не дорос ещё, чтобы нам что-то предъявлять.

— Отойди, — негромко проговорил я ровным голосом.

— А то что? Бросишься на меня со своей страшной железкой? — игрок усмехнулся, хотя странные жёлтые глаза оставались совершенно серьёзными. — Так обрати внимание на разницу в уровнях и вот эти вот кинжалы...

— Зато у нас с тобой уровни одинаковые! — рядом со мной выросла Лиара. Её красивый голос слегка дрожал от злости.

— Вот такой он вот у нас, — в спину ударил насмешливый голос Ворона. — Лбом стены прошибает и даже не придаёт значения тому, что лоб у него довольно хлипкий. До тех пор, пока по этому самому лбу не прилетает... Вот тогда уже начинает думать и действовать осторожнее.

— Все мы такими были, — ворчливо отозвался Моргард, затем он повысил голос. — Плут, дай им сделать то, что они хотят. Орк заслуживает быстрой смерти.

Смерти? После такого он должен жить! Жить и мстить тем, кто решил, что имеет право обрекать других на подобную участь.

Увесистый замок рухнул, не выдержав одного удара. Я закинул меч за спину, решая, что делать дальше. Несмотря на множество ран, жизнь не спешила покидать могучее тело орка.

— Мог бы ключ попросить, — ехидно заметил Плут, чем вызвал у меня новый приступ злости.

Я вцепился двумя руками в дверцу клетки.

— Не… Надо! — прохрипел орк. — Просто… Убей…

Я сцепил зубы и потянул дверцу на себя, стараясь не смотреть на серое, испещрённое шрамами, лицо пленника. Не хотелось признаваться самому себе, но его белесые глаза с маленькими чёрными зрачками, глядящие на меня с ненавистью и болью, наводили страх и желание прислушаться к его просьбе.

Орк зарычал от боли. Вделанные в дверцу шипы медленно покинули его тело. Из открытых ран хлынула густая красная кровь, ускоряя потерю здоровья. Я лихорадочно соображал, как вытащить его оттуда, не убив при этом, но пленник сделал всё сам. Резко дёрнувшись, он сумел освободить руку и ухватиться за край клетки. Мокрая от пота и крови грудь орка заходила ходуном. Он повёл головой, избавляясь от металлических игл, засевших в шее, и злобно зарычал. Красные брызги вылетали изо рта, вытаращенные глаза налились кровью. Смотреть на его мучения было тяжело, но опустить взгляд я не мог. Бугай снова вдохнул поглубже, его ладонь сжала клетку так, что железо жалобно скрипнуло. Он поднял голову вверх, из могучей глотки вырвался оглушающий рёв, эхом прокатившиеся по округе. Собравшиеся застыли в оцепенении, наблюдая за тем, как орк рванул вперёд, распарывая себе плоть глубоко засевшими внутри шипами. Страшные рваные раны появились на всём теле, ошмётки серой кожи свисали клочьями, когда он вываливался из клетки.

Несколько мгновений существо стояло, возвышаясь надо мной, глядя куда-то поверх моей головы, затем рухнуло на колени. Я попытался его подхватить, но орк был слишком тяжёлый, и мне удалось лишь не дать ему грохнуться лицом о землю. Подставить искалеченные руки он даже не попытался. Я вывернулся из-под тела весь измазанный кровью, с трудом перевернул скользкими перчатками умирающего воина на спину и торопливо достал эликсир.

— Напрасно, Лионикс, — послышался чей-то голос. — У него смертельные раны. Эликсир не поможет, сколько не вливай. Такое может исцелить только Верховный Жрец или оракул.

Нет. Ещё я могу. Лишь бы он продержался ещё немного... Я поднял руки к небу и забормотал, чувствуя, как в тело будто бы вливается чужая сила и направляет меня. Сбоку послышались яростные низкие голоса и громыхание железа. Не прерываясь, я кинул взгляд влево и только сейчас заметил, что в разрушенном доме находятся ещё пленники-орки, скованные цепями и наблюдающие за мной с бессильной ненавистью. Стоило догадаться, что люди охраняли тут вовсе не клетку с обречённым громилой.

Чистый белый свет ударил с небес, накрыв всех орков, меня и Ворона с Моргардом, которых я выбрал целями просто за компанию. На мгновение душу наполнило небывалым счастьем и покоем, послышался ласковый нежный шёпот, но разобрать, что именно мне говорили, я не смог. Затем всё стихло, яркий свет угас, но мир вокруг казался ещё более красочным. Более того, злость, которую я испытывал всего несколько секунд назад, куда-то испарилась.

— Что... Что это было? — на исцелённом орке не было и царапинки. Он медленно поднялся, нависнув надо мной, повёл руками, осматривая их, но на всём теле не осталось даже застарелых шрамов.

— Один из подарков Богини, — отозвался я. Затем, повысив голос, добавил, обернувшись к Моргарду. — И ещё одно доказательство, что храмовники служат вовсе не ей, а вас всех водят за нос!

— Ты не видел Фирию, Лио... — тяжело вздохнул магистр. — От неё исходит тот же чистый свет, который мы сейчас видели. Кажется, что она олицетворяет добродетель, а когда пытаешься с ней заговорить, она с лёгкостью убеждает, что её рыцари действуют на благо людей. Впрочем, ты вскоре сам всё увидишь, а пока... Освободите орков! Пусть уходят... Мы тоже тут не задержимся. Теперь это проблема храмовников.

Я поднял голову и вопросительно взглянул на могучего орка, который, несмотря на отсутствие оружия, выглядел смертельно опасным. Жилистые руки, толщиной с крупное бревно, покрытые венами и чудовищной горой мышц, могли запросто раздавить человеческую голову вместе со шлемом. Но воинственности в орке не осталось. Точно так же, как не осталось боли и ненависти.

— Верните им их оружие — негромко продолжил Моргард. — Для нас оно всё равно бесполезно, а кое-кому это изрядно усложнит жизнь…

Цепи с грохотом падали, игроки молча освобождали одного пленника за другим, не пытаясь возражать.

— Это ничего не меняет между нами! — рыкнул орк, стоящий передо мной, которого я мысленно окрестил главарём. На нашем языке он изъяснялся не хуже человека. — Вы предали нас! За это вас ждёт расплата!

— Глупо было бы ожидать другого, — тяжело вздохнул старый воин, поглаживая бороду. — Уходите! Оставьте свою ярость для тех, кто придёт за вами.

Освобождённые пленники окружили орка из клетки, подтверждая мою догадку о том, что он среди них главный. Хотя по габаритам они мало ему уступали, разве что были чуть пониже. Худой игрок в тяжёлых доспехах из неизвестного белого материала приблизился к оркам и начал опустошать инвентарь, выбрасывая перед ними оружие. Доспехи, которые внезапно просто появились на телах пленников, показались мне грубыми и невзрачными, зато над оружием серокожие горные воители потрудились хорошо. Мечи, секиры и молоты намного превышали человеческий рост, а лезвия были в два, а то и в три раза шире, чем у нашего самого крупного оружия. Главарь поднял свой молот, и мышцы на правой руке тут же вспучились, делая орка ещё крупнее. Из его горла вырвался рык. Я невольно отступил назад, дикая ярость и мощь орков впечатляла и страшила. Сложно представить, что люди сумели оттеснить их. Впрочем, вожак говорил о предательстве...

Не говоря ни слова, орки двинулись к проходу между домами, не спеша прятать оружие. Протискиваться им пришлось боком, но я не сомневался, что при желании они могли бы разнести мелкие дома кулаками. Моргард тут же вернулся к столу и тяжело уселся в одно из кресел. Ворон пару мгновений постоял, опустив голову, раздумывая над чем-то, затем скользнул по мне взглядом, отвернулся и пошёл за ним.

Я с сомнением смотрел в след широким фигурам, размышляя, стоит ли задать им пару вопросов и не слишком ли это опасно для жизни. Великодушием и терпением эти верзилы вряд ли отличались. Махнув рукой, я бросился за ними, мигом вылетев из-за домов и чуть не столкнулся с железной громадиной. Орки замерли, рассматривая что-то в воде. Когда до меня вдруг дошло, что именно они высматривают, по спине пробежал противный холодок. Послышалось злое рычание, а глаза орков налились кровью. Главарь гаркнул что-то на своём языке, резко дёрнув рукой. Мне хотелось верить, что он так успокаивал своих сородичей. Заметив меня, вожак ткнул пальцем мне в грудь, отчего я пошатнулся, затем он показал на тела мертвецов.

— Их нужно забрать! — свирепо прорычал он.

Я торопливо закивал головой, даже не думая спорить с верзилой, чья грудь ходила ходуном от ярости.

— Мои люди помогут вам доставить их.

— Когда приблизимся к крепости, тебе и твоим хлипким парням лучше находиться подальше, — нехотя проворчал орк, окинув взглядом рыцарей ордена, благоразумно державшимся позади.

Я неопределённо кивнул и обернулся. Вопреки ожиданиям, нам не пришлось нести тела орков на руках. Один из людей Моргарда любезно предложил телегу и даже не просил её вернуть, отчётливо понимая, что свирепые серокожие воители вряд ли будут настроены дружелюбно. Он даже предоставил нам карту местности, вкратце объяснив, как добраться до города с места возрождения. Путь занимал часов восемь, если не отвлекаться на задания, исследование и мобов. Предприимчивые игроки на полпути основали ещё и малое поселение. Жителей там, по его словам, было немного, но при везении и хорошем отношении с крестьянами можно было раздобыть даже лошадку.

Рыцарь Ордена Звёздного Пламени успел поведать ещё кое-что любопытное, с лёгкой завистью обмолвившись о моей уникальной способности. Оказывается, храмовники не желают, чтобы скитальцы, как они нас прозвали, бесконтрольно изучали магию. Запрещали даже навыки начальных сфер. Попавшегося игрока подвергали серьёзным штрафам, а бывало, что и убивали на месте. Лишь самые приближённые, приглашённые за серьёзные заслуги в Орден Храмовников или в Орден Последователей, со временем могли претендовать на обучение магическим искусствам. Конечно, рыцарей-храмовников не хватало, чтобы следить за всем. Поэтому новички, отбежав подальше от Алтаря, могли спокойно использовать умение сфер и не думать об этом запрете до самого поселения, куда уже приходили зачастую с трофеями или даже с выбитым снаряжением. Игроки находили лазейки и обходили запреты, но немногие решались идти по такому сложному пути, ведь это сильно замедляло развитие.

— Расскажи, из-за чего вы повздорили с людьми, — решился наконец спросить я у вожака. И тут же пожалел об этом.

Орк повернул ко мне голову с покрасневшими белками глаз, губы нервно задрожали и растянулись, демонстрируя внушительные клыки. Его руки крепко сжали молот, из-за чего мышцы снова вздулись, став вдвое больше.

— Заткнись, человек! — угрожающе рыкнул он. — Моё терпение на исходе! Ты спас меня и моих братьев, поэтому я отпущу вас. Но того, что случилось, уже не исправить. В следующий раз я убью тебя без колебаний! Я сверну шею вашему жрецу и вспорю живот лживой суке, которую вы зовёте оракулом! Даже тысяча розовокожих тварей не смогут остановить меня!

Я благоразумно замолчал. Не хватало ещё подставлять под удар своих людей, которых, теперь это стало ясно, не стоило вообще брать с собой. Хотя к угрозам орка отнёсся скептически. Если все они забились в эту крепость, то их численность совершенно не вызывает опасения, и им стоило бы отходить, пока сюда не подошли очередные храмовники.

Назвать полноценной крепостью это небольшое, но высокое прямоугольное каменное здание, находившееся на возвышение и окружённое рвом и частоколом, язык не поворачивался. Но атаковать его действительно было бы сложно из-за зубчатой стены и узких бойниц, которых я насчитал больше двух дюжин только на одной стороне.

Придерживаемый цепями узкий мост внезапно рухнул вниз, бревенчатые ворота открылись, выпуская большую группу орков.

Я с тревогой взглянул на Астария и Бальдора, добровольно вызвавшихся отправиться со мной, но их лица оставались спокойными. Шедшую позади Хис, казалось, волновали только растения, возле которых она то и дело приседала, чтобы аккуратно срезать стебель садовыми ножницами. Нервная усмешка появилась на моём лице. Хисеаллай обещала вскоре обеспечить всех бойцов ордена ядом, который наносится на оружие, и уже передала Палкивиаду десяток склянок, за которые тот, посоветовавшись со мной, заплатил деньгами из наших общих средств. Среди игроков немного было тех, кто пошёл по пути изготовления ловушек, ядов и вспомогательных зелий, которые бросались во врагов, вызывая различные негативные эффекты. Поэтому яды высоко ценились, но почти не использовались, ведь дефицит пустых флаконов никуда не делся. Вдобавок, несмотря на очевидную пользу ядовитых зелий, они требовали уйму ингредиентов, которые можно было получить, лишь изучая другие профессии. И большинство игроков выбирали более простой путь алхимии, где многие полезные зелья требовали только смешения трав.

Вожак свирепо глянул на меня, отчего ненужные мысли тут же улетучились, затем он поднял руку, приказывая нам остановиться, а сам вместе с остальными орками пошёл навстречу своим соплеменникам.

— Мне кажется, сейчас самое время слинять, — негромко проговорил Бальдор.

— Так я и оставлю им на растерзание своего Кошмара, — хмуро бросил я. — Но если нас захотят убить, то...

— Мы не сможем убежать, — откликнулся Астарий, — Орки быстрее, а мы в тяжёлой броне. Хис единственная, у кого может получиться смыться.

— Я, пожалуй, так и сделаю, — качнув головой, согласилась девушка. — Не хочется терять опыт из-за бессмысленной смерти.

— Ну, тебя-то они не убьют, — коротко хохотнул Бальдор. — Ты девушка красивая! А в крепости столько импозантных мужчин...

— Я не стану отбивать их у тебя, — заверила его Хисеаллай, весело сверкнув глазами.

Астарий расхохотался, а обескураженный Бальдор в ответ пробурчал что-то невнятное.

Побывавшие в плену орки сблизились с громилами из крепости и громко переговаривались на своём языке. Через минуту раздались одобрительные возгласы, горные воители похлопывали друг друга по плечам, кто-то обнимался и пожимал руки. Один из орков подошёл к телеге и, опустив голову, постоял возле неё минуту. Он выхватил огромную секиру из-за спины, гаркнул что-то своим и хлопнул ладонью запряжённого зверя по чёрному крупу. Кошмар послушно направился в сторону ворот вместе с оравой орков, а громила с секирой и несколько его помощников повернулись к нам.

— Хис, прячься, — тихо сказал я, разглядывая свирепые, не сулящие нам ничего хорошего, лица. — Вы двое, стойте здесь. Я подойду к ним, а вы постараетесь тем временем отойти. Может, если меня убьют не сразу, то у вас появится небольшой шанс.

Я двинулся вперёд, надеясь, что Астарий и Бальдор не станут изображать героев и сделают, что им велено. Потребовалось чуть больше минуты, чтобы оказаться перед толпой рычащих разъярённых орков, направляющих оружие мне прямо в лицо. Лишь двое сохраняли относительное спокойствие.

— Это он тебя вытащил? — с сомнением бросил орк с секирой. Чёрные глаза излучали презрение и брезгливость.

— Да, — рыкнул в ответ бывший пленник. — Я обещал, что не трону его.

— Что ж, орки держат слово. Даже если дают его изменникам и трусам, — секира в одно мгновение вернулась за спину громилы. Черноглазый орк поднял руку, заставляя всех убрать оружие. Он, как и орк из клетки, выглядел умнее и сдержаннее своих собратьев, а тяжёлый меховой плащ придавал ему благородный вид. — Отведём его к Гракхтулу, он сам решит, что с ним делать.

— Отпустите моих людей, — постарался как можно спокойнее и увереннее произнести я. Но было что-то такое в их первобытной мощи и ярости, что спокойствие давалось с большим трудом.

Вы напуганы. Сила и уровень существ поблизости намного превосходит вашу.

Урон уменьшен на 10%

Да, приходилось слышать и о таком... К счастью, оказавшись рядом с союзниками посильнее, испуг перестаёт действовать. Но довелось как-то прочитать о том, что гномы-игроки решили оказать сопротивление в горах, поджидая многочисленную армию врагов и получили такой дебафф. А многие надейцы, готовившиеся сражаться вместе с ними, вообще разбежались.

— Ты о тех трусах, что уже улепётывают, бросив тебя? — орк хохотнул и указал пальцем. — Придёт время, когда мы разберёмся со всеми вами!

Я обернулся и с облегчением увидел, что Астарий и Бальдор спешно уходят в сторону, где Бурбырик расположил игроков.

— Пойдём. Гракхтул не любит ждать.

Глава 15

Ворота распахнулись, и взору предстал холм, весь утыканный кольями и баррикадами. Насколько я мог судить, укрепления были расположены грамотно, хотя на месте вождя постарался бы не позволить растечься врагам по двору, чтобы защитники не рассредоточивали свои силы.

Пройдя всего пару шагов за ворота и окинув ошарашенным взглядом толпы орков, я беззлобно выругался. Из-за таких дураков, как Эстериус, преуменьшающих угрозу, в лучшем случае всё обходится большими потерями, а в худшем — проигрываются войны. Моргард не спешил нападать на орков и был прав. Серокожих воинственных громил здесь оказалось пару сотен, если не больше. И это я видел только половину холма. А сколько их набилось в саму крепость?

— Иди прямо за мной, если жизнь дорога! — рыкнул черноглазый орк. — Свалишься в яму, наши шаманы с тобой возиться не будут. А воины закидают дротиками, чтобы воплями не мешал. Был бы ты достойным противником... А так...

Я промолчал, стараясь идти за громилой след в след, хотя так и подмывало узнать, что было бы, окажись я достойным. Орки с удовольствием слушали бы мои вопли или всё-таки их шаманы меня выходили бы? А они всё же молодцы, не просто выкопали ямы, а замаскировали их, чтобы казалось, что к баррикадам можно пройти без труда. Вот тебе и мой тактический гений! Пустил бы армию обходить укрепления и тут же попался бы в эту ловушку. Пока бы понял, что натворил, потерь было бы предостаточно...

Я с интересом рассматривал вероятных противников, спокойно отдыхающих у костров, гогочущих и с грохотом стукающихся здоровенными кружками. Двое дубасили друг друга огромными кулачищами под хохот и вопли столпившихся зрителей. В целом, обстановка напоминала наши собственные вечера на утёсе.

— Весело тут у вас, — тихо буркнул я себе под нос, но мой провожатый услышал и обернулся.

— Пока людишки здесь не появились, было ещё веселее, — с неприкрытой ненавистью бросил он и пошёл дальше.

Мне оставалось лишь пожать плечами, оправдываться перед каждым орком не было никакого желания. Оказавшись на вершине, перед массивными стальными дверями, я хотел обернуться, чтобы как следует разглядеть окрестности, как мне сзади тут же прилетело широкой ладонью по лицу так, что голова мгновенно вернулась в изначальное положение. Боли не было, даже ОЗ не сняли, но чувство обиды непроизвольно нахлынуло. Орк, защищая крепость от посторонних взглядов, поступил вполне разумно, но я даже не мог посмотреть на обидчика, ведь чтобы его разглядеть и запомнить, мне пришлось бы снова повернуться, из-за чего, не сомневаюсь, мне бы прилетела очередная оплеуха. Единственное, что мне оставалось, это сделать невозмутимый вид и шагнуть в тёмный зал, пообещав себе перед этим, что никто, особенно Станиэль, не должен узнать о том, как я получил леща от какого-то орка.

Просторный зал освещался висящими на стенах факелами, на полу местами горели свечи, по несколько штук сразу. По всему периметру у окон-бойниц стояли бочки со стрелами и дротиками. Если представить, что орки, как и мы, могли поместить внушительный запас стрел в заплечные мешки, то таким количеством метательных снарядов запросто можно было перебить всех нас, включая мирных жителей. На первом этаже оказалось немного серокожих громил, но в нос тут же ударил ужасный запах пота. Мой провожатый, не обращая никакого внимания на орков, снующих по крутым деревянным лестницам вверх-вниз, пошёл в правую часть зала, где толпа телохранителей сгрудилась за спиной у величественного орка, восседающего на деревянном кресле, покрытом меховыми шкурами.

Едва встретив красные, горящие глаза вождя, во мне проснулась та же почтительность, которую я всегда испытывал в присутствии Хоннората и Колгрима. Гракхтул обладал не меньшей духовной силой, влияющей на всех окружающих. Обе стороны лица покрывали шрамы, чёрные волосы были стянуты на затылке, а в ушах сверкали серьги, отражая пламя факелов. Красный плащ, больше смахивающий на королевскую мантию, скрывал его тело, но две скрещённые секиры за спиной, от которых исходил зелёный свет, говорили сами за себя. Передо мной был не какой-нибудь разжиревший Зогпузон, с едва проклюнувшимися зачатками мозгов, а отменный воин, достойный того, чтобы вести за собой других.

Сопровождающий меня черноглазый орк вышел вперёд и бросил несколько фраз на своём языке. Закончив, он отошёл в сторону и указал на меня пальцем. Гракхтул небрежным движением повёл ладонью, и кто-то с усердием толкнул меня вперёд, из-за чего я с трудом сохранил равновесие, едва не грохнувшись на каменный пол.

— Как твоё имя, человек? — орк говорил неспешно. Глубокий бархатный голос разносился по всему залу.

— Меня зовут Лионикс, — немедленно ответил я, выпрямившись. Пусть мой голос звучал не так уверенно, как хотелось бы, но в своих доспехах, белом плаще и прекрасными клинками за спиной я выглядел не менее эффектно, чем сам Гракхтул.

— Ты говоришь с вождём! — тут же рыкнули сзади. — Веди себя почтительно!

— Прошу меня простить, вождь! Я не знаком с вашими обычаями. И если я сделал что-то не так, то лишь по незнанию, а не из-за неуважения, — легко выкрутился я, искренне не понимая, где уже напортачил.

Гракхтул подался вперёд. Светящиеся красные глаза смотрели с иронией и интересом. Хм... У других орков глаза вполне обычные... Неужели он ещё и маг?

— Кразул сказал, что ты спас наших воинов с помощью магии давно исчезнувшего божества, это правда?

— Да, вождь, — медленно кивнул я. — Мне досталась часть её силы. Я тот, кого называют Хранителем.

— Хранители... Я слышал о них, но не знал, что кто-то из них выжил, — задумчиво сказал Гракхтул. Он пристально взглянул на меня. — Почему ты вмешался только сейчас? Люди притворились нашими друзьями, поселились рядом, охотились вместе с нами, учились у нас! А затем вырезали наши семьи, вероломно напав ночью. По словам выживших, на каждого орка приходилось десять человек, они не смогли собраться вместе. Вы убили всех! Твой поступок ничего не меняет, здесь каждый готов разорвать тебя в клочья голыми руками!

Орки угрожающе зарычали после его слов, их огромные ручищи сжимались, но к оружию они не прикасались. Но я вполне разделял их чувства. Если игроки тоже участвовали в этом избиении вместе с храмовниками, то нас с ними впереди ждёт много разногласий.

— Мы с отрядом появились здесь только сегодня, — отбросив сомнения, начал я. От меня зависело очень многое, но сейчас мне не приходилось подыскивать слова. — Будь я здесь раньше, то сделал бы всё возможное, чтобы не допустить того, что произошло. Нашему отряду пришлось покинуть Утёс Богини из-за армии бесов и поднявшейся там нежити. Нас ведёт герцог Колгрим Варендор, потомок Императора. Уверен, он, как и я, помнит о том, что триста лет назад орки и люди сражались плечом к плечу в последней войне.

Что ж, главное у меня получилось. Орки постепенно затихали и начинали прислушиваться к моим словам. Кому бы не понравилось слушать о доблести своих предков и славных днях, когда могущество серокожих воителей ничуть не уступало другим народам? Но останавливаться на достигнутом я не собирался.

— Зверства храмовников и их пособников, которые мне довелось увидеть своими глазами, не должны остаться безнаказанными. Один из них сказал мне, что все, кроме людей, являются их врагами, но у меня в ордене есть бес, и он мой друг. С нами путешествуют огры, а их мудрый вождь помог нам выстоять в сражениях. Среди нас есть гоблины, фелинари и многие другие, которые являются надёжными соратниками и учителями...

— Куда вы направлялись? — неожиданно перебил меня Гракхтул.

— Мы шли к горам.

— Зря! Банды зеленокожих не оставят вас в покое, даже нам пришлось уйти, — мрачно проговорил орк.

— Боюсь, ты о многом не знаешь, вождь, — слегка улыбнулся я. — Горные орки, твои сородичи, недавно появились в горах, точно так же, как появились мы. Сейчас они отчаянно пытаются выжить и дать отпор захватчикам. Герцог говорил о цитадели у подножия гор, он хотел занять её, рассчитывая на то, что мы с орками сможем помочь друг другу. Но теперь у нас появилось препятствие. Даже если нас пропустят, то армию фанатиков за спиной оставлять небезопасно.

У всех орков, включая вождя, загорелись глаза, как только они услышали о появлении сородичей в горах. Гракхтул крепче сжал подлокотники, он пытался сдерживать эмоции, но получалось это у него плохо. Его голос стал куда громче и оживлённее.

— Говорить ты умеешь. Поставил бы свою секиру на то, что у многих отпало желание немедленно убить тебя, — признал он. — Если ты не лжёшь, то эти сведения очень ценные. Но я больше не поверю человеку на слово. Ты пытаешься убедить меня, что у нас с тобой общий враг?

— Нет, я хочу сказать, что те, кто идут с герцогом, вам не враги, — осторожно поправил я. — Сложно сказать, что решит наш правитель. Возможно, нас уже сегодня вечером ждёт сражение с оракулом и чёрными храмовниками. А ваши воины нужны сейчас в горах, вам нельзя увязнуть в бессмысленных боях с людьми. Храмовники — теперь наша проблема.

— Хочешь, чтобы мы ушли? — осклабился Гракхтул. — Отряды людишек здесь повсюду, они каждую минуту следят за нами. Нет, безопасно пройти можно только по трупам.

— Просто подождите! — как можно убедительнее произнёс я. — Если у девицы и её жреца есть мозги, то они уже стягивают все отряды к городу. Им сейчас будет не до вас. Не сомневаюсь, что каждый орк готов сражаться до конца, но ты, вождь, знаешь — людей слишком много. Их не победить. Даже если случится чудо, и вы одержите вверх, сколько твоих доблестных воинов погибнет? Ради чего приносить их в жертву? Я смогу добиться, чтобы вам предоставили свободный проход в горы. Там вы сможете набраться сил, обучить объявившихся сородичей и отбить все старинные крепости!

— Если ваш герцог сможет одолеть укрывшихся за стенами и башнями… — веско сказал вождь. Он испытующе посмотрел на меня. — А если вы проиграете? Или решите выступить сообща против меня?

— Этого не случится! — твёрдо заявил я. — То есть… проиграть мы можем, да. Но вражда между нами сыграет на руку другому врагу. Тому, из-за кого наши народы оказались сейчас на грани уничтожения. Он бросит все силы на то, чтобы орки и люди оставались мелкими разрозненными группами. Три сотни лет назад все королевства и империи, не пожелавшие примкнуть к захватчику, уступили ему, после чего он исчез. Но теперь враг снова вернулся. И он гораздо опаснее кучки фанатиков-убийц...

— Лио, у тебя лицо такое… будто ты не решаешься сообщить нам что-то очень плохое! — заметил Палкивиад, оторвавшись от оживлённого разговора, в котором участвовало множество народа. Карие глаза проницательно глядели на меня, в ожидании ответа.

— Всё в порядке, — ответил я. Затем пожал плечами и добавил. — В лагере такая суматоха… Это немного действует на нервы. Боюсь, следующие пару часов многое решат. Но если всё пройдёт мирно… Пал, нужно выбрать десятерых человек, готовых провести какое-то время среди орков. И желательно, чтобы самые сильные остались здесь, мы ребят туда не драться посылаем.

— Неожиданное решение, — признал Палкивиад, поправляя выбившуюся прядку из-под шлема. — Это несложно. Даже я бы не отказался заглянуть к ним в гости. В орочьей крепости, наверное, столько возможностей... Но с какой целью?

— Об этом им расскажут на месте.

В голове стало неприятно покалывать. Я помассировал виски и только потом с удивлением вспомнил, что здесь неприятных ощущений быть не должно. Разве что происходит что-то, о чём я не знаю. Но скорее всего это доносились отголоски реального мира. Надо бы почаще отдыхать от погружения. Но раз капсула не выкидывает меня из игры, то беспокоиться пока не о чем. Отдохну после того, как мы войдём в город.

— С собой нашим ничего особенного давать не нужно, — продолжил я, заметив вопросительный взгляд рыцаря. — Гракхтул пообещал позаботиться об их безопасности. Пусть развлекаются там, но крепость не покидают без моего приказа.

— Что ж, не хочешь говорить, зачем это нужно, то и не надо, — беззлобно махнул рукой Палкивиад. — Соколы им понадобятся?

— У орков есть летучие мыши, — отрицательно мотнул головой я. — Если им приспичит написать, то Гракхтул с ними поделится.

Мы немного помолчали, но жужжание голосов вокруг не утихало ни на секунду.

— Орки могли бы нам помочь! — говорил рядом чей-то недовольный голос, в котором сквозил страх. Кажется, это был кто-то из надейцев, но рассмотреть его поверх других голов и тюков, сброшенных на землю, не получилось. — Если они враждуют с этим Верховным Жрецом и его приспешниками, то почему им не подойти всеми силами? Неет! Ударят они нам в спину, вот увидите! Подождут, пока мы ослабеем, и ударят!

После возвращения отряда Ворона слухи о воинственных громилах мгновенно разлетелись по лагерю, а указ герцога, велевшего избегать разведчиками всего, что походило на орка, только подогревали их. Крестьяне наперебой пугали друг друга немыслимыми историями об ужасных воителях, у которых в подчинении чуть ли не все самые чудовищные твари мира.

Заметив мою усмешку, Палкивиад иронично поднял бровь.

— Ну а чего ты хотел! Сейчас не только простые люди гадают, о чём ты договорился с орками. Ордена уже пытались осторожно выяснить это у наших людей. Про содержание вашего разговора с герцогом — тоже. Никто ведь ничего не знает. Правда, Дертера это не остановило.

— Не сомневаюсь, — поморщился я. — Он им такого понарассказывал!

Палкивиад внезапно расхохотался.

— Я сам слышал, как он красочно описывал твою встречу с орками, уверяя, что он был вместе с тобой. Даже я почти поверил: «Вы должны присоединиться к нам в священной войне!» Согласись, похоже на тебя!

— Да, иногда я перебарщиваю с пафосом, — пришлось признать мне. Понизив голос, я проникновенно добавил. — На них это действует! На надейцев.

— Я это учту. Пригодится, чтобы налаживать отношения с влиятельными людьми. В общем, Дертер заставил других поверить во всё это, но в конце в подробностях рассказал, что в честь союза с тобой орки скопом вышли из крепости и вместе сплясали победный народный танец.

— Полагаю, слушатели концовку не оценили? — сочувственно спросил я, едва сдерживаясь, чтобы не заржать.

— Нууу... не стану так утверждать, — Палкивиад почесал шлем. — Те овощи, которыми в него начали бросать игроки, сейчас в дефиците, ты же знаешь. Быть может, они его так благодарили, но он поспешил скрыться в инвизе, едва успев прихватить одну морковку. До сих пор избегает своих фанатов и держится поближе к стражникам.

Все мои старания пропали даром. Я весело расхохотался, несмотря на то, что крестьяне вокруг были встревожены и с неодобрением косились на меня.

— Адэноэль идёт к нам, — кивком головы показал управляющий.

Я взглянул в ту сторону, какую отметил Палкивиад, и всё веселье тут же улетучилось. Воительница всегда умела владеть собой, но сейчас в её глазах появился недобрый огонёк. Я подорвался ей навстречу раньше, чем девушка махнула рукой, подзывая к себе. Было ясно без слов, что принесённые ею вести меня не порадуют. Ощутив на себе вопросительные взгляды надейцев, я ускорился. Не хватало ещё, чтобы они последовали за мной и услышали наш разговор.

Едва я приблизился, Адэноэль молча развернулась и быстрым шагом направилась в сторону палаток, решительно отодвигая рукой тех, кто оказался на пути. Поспевать за ней было нелегко, мне никто не спешил уступать дорогу. Приходилось с извинениями отмахиваться от окликавших меня знакомых игроков и проталкиваться среди собравшейся толпы. Стало легче, когда мы добрались до края палаточного лагеря. Десятки больших и прекрасных дорогих шатров раскинулись среди холмов, окружённые множеством палаток поменьше. Знамёна орденов и Империи, установленные повсюду, гордо реяли на ветру. Людей тут оставалось немного, в основном игроки и редкие стражники.

Остановившись возле нашей палатки, Адэноэль откинула полог шатра и пропустила меня вперёд. Охранный камень, оставленный на маленьком столике, вспыхнул голубым цветом.

— Теперь нас не подслушают... — устало вздохнула воительница, избавляясь от шлема. Сделав ещё один шаг, девушка опустилась на медвежью шкуру. — Садись. Нам пока спешить некуда. Всё уже сделано или вот-вот будет сделано...

Я торопливо плюхнулся на соседнюю шкуру и вопросительно взглянул на Адэну. Она медлить не стала.

— Сначала о хорошем. Тридцать семь рыцарей ордена полностью готовы к бою. Экипировка у наших воинов достаточно неплохая, если не брать в расчёт тех, кто недавно вступил. Про боевые умения, к сожалению, такого сказать не могу. Хоть и не верится, что я это говорю, но даже юный Трортинар владеет лишь основами боя, в серьёзном сражении ему не место... — воительница вздохнула. — А ведь его сородичи доставили мне много хлопот. Но не будем об этом... Хоннорат магами доволен. Если не растеряются в битве, то принесут много пользы...

— Ты уверена, что битва обязательно состоится? — в лоб спросил я её, прерывая рассказ.

— Я ни в чём не уверена... — устало произнесла Адэноэль. — Но я напросилась к разведчикам и сумела взглянуть на город издалека.

— Не нужно было этого делать, — покачал головой я. — Это слишком опасно. Мы не можем тебя потерять.

— Я всегда этим занималась, до того, как вступила к вам, — прищурившись, напомнила девушка. — Я доверяю людям герцога, но мне не хотелось узнавать с чужих слов, с чем мы столкнёмся. Город, если его можно так назвать, примыкает к холмам, где активно ведётся добыча руды. Он огорожен невысокой каменной стеной, которую строили неумело и наспех. Повсюду высятся сторожевые башни. Если у них достаточно стрелков или магов, о штурме городка можно забыть. А людей… Людей там тысячи.

— Герцог не похож на самоубийцу. Он не станет бездумно бросаться на укрепления, — задумчиво сказал я. — Что-то ещё?

— Да. Есть кое-что... — лицо Адэноэли помрачнело. — Ты уже слышал о зверствах, которые творят те люди. Если пройти дальше, то вокруг города шагу нельзя ступить, не наткнувшись на трупы, выставленные на всеобщее обозрение у каждой тропки или дороги... Головы несчастных торчат на кольях. Обездвиженных запирали в клетках, подвешенных на шестах, оставляя на медленную и мучительную смерть. Вороны настолько разжирели, что не пытались убраться с нашей дороги и гибли под копытами коней. Ты говорил, что храмовники борются с другими расами? Мёртвых людей там ничуть не меньше, чем гноллов или гоблинов. Запах гниющих тел доносится даже досюда.

— Так вот что это за вонь, — поморщился я, убирая яблоко, которое намеревался съесть, обратно в инвентарь.

— Да. Теперь представь, какое зловоние витает в самом городе, — девушка сняла перчатку, и провела по лицу ладонью. — Но это не самое жуткое. Сама земля там потемнела. На месте, где должна расти трава, осталась серая пыль и мёртвые кусты. Не знаю... Может, там произошёл пожар или выброс какой-то магии, но дурное предчувствие не оставляет меня.

— Тогда всё становится предельно ясно, — жёстко усмехнулся я. — Ты правильно сделала, что пошла с разведчиками.

— Что тебе ясно? — подалась вперёд Адэноэль. — Я вот пока ничего не понимаю!

— Потому что многие из нас сталкивались уже с такими явлениями в других... кхм... мирах, а ты, к сожалению, не имела такой возможности, — неторопливо ответил я, думая о другом. — Земля меняется либо из-за проклятия, либо из-за того, кто на самом деле правит ей. А это, очевидно, не люди. Даже самый глупый вождь не станет просто так губить плодородную землю.

— Допустим... — медленно кивнула воительница. — Тогда кто за этим стоит?

Но ответить я не успел. Снаружи послышались топот стальных сапог и резкие голоса, затем край палатки был бесцеремонно откинут, и в проёме возник высокий воин, позади которого находился вооружённый отряд.

— Адэноэль, вот ты где! — мужчина хотел сказать что-то ещё, но девушка, едва заметив гостя, мигом взметнулась на ноги и, издав счастливый возглас, обняла его.

— Фалатар! Ты так вовремя появился...

В карих глазах воина, скользнувшего по мне взглядом, сквозила буря, но девушку с золотыми волосами он не сразу отстранил от себя. Адэноэль отступила в сторону, давая Фалатару пройти. Следом за воином шагнул седовласый гоблин в золотистой мантии. Лица встреченных мною гоблинов всегда казались одинаковыми, но это лицо я вспомнил мгновенно. Красноглазый маг лёгким движением руки заставил плотную ткань вновь опуститься, закрывая вход.

— Лишние уши нам ни к чему! — демонолог, занявший тело убитого им гоблина, обернулся к нам со зловещей ухмылкой, хотя в его глазах плясали весёлые искорки. — Все люди ходят обмануть ближнего своего?

— Чего? — оторопело переспросил я. От его голоса по спине пробежал холодок.

— Адэноэль, ты пообещала мне, что мои люди будут в безопасности здесь, — сурово произнёс Фалатар, абсолютно не обращая на меня внимания. — А сейчас я вижу, что привёл их на убой.

— Почему? — девушка опешила не меньше моего. — Положение, конечно, непростое…

— Непростое… — коротко хохотнул гоблин, занимая маленький табурет. — Вы нас привели прямо в лапы древней твари, тягаться с которой не по силам даже мне. Не говоря уже о вас. Редко они показываются на свет... Теперь, девочка моя, о свадьбе можешь забыть.

— О какой ещё свадьбе? — брови Адэноэли взлетели вверх.

— О любой! — охотно пояснил гоблин, показывая ослепительно-белые зубы. — Да и переживать за урожай в этом году не нужно, можете смело продавать лопаты! На мёртвой земле ничего не взойдёт. А вот демонов она подпитывает.

В шатре стало тихо. Мы с Адэноэлью переглянулись.

— Значит, ты был прав... — сокрушённо вздохнула она.

— Я не знал, кто стоит за этим. О демонах нам почти ничего не известно, — я поёжился от зловеще-ироничного взгляда демонолога.

— О них вообще мало кому известно, — гоблин усмехнулся, продолжая сверлить меня взглядом, от которого мне стало не по себе. — Эти существа не из этого мира. Кое-кто из них настолько могущественен, что равен силой ушедшим богам. Но они смертны, и ими движут те же желания, что и всеми нами. Захват земель, власть и... похоть.

Он зловеще улыбнулся, перевёл взгляд на Адэноэль и провёл языком по старческим, иссохшим губам.

— Странные у тебя желания... — тихо сказал я, невольно поправляя мечи. — Но куда страннее, что ты случайно оказался поблизости...

— Этот мир полон совпадений, друг мой! — демонолог запрокинул голову и громко расхохотался.

Неровные серые стены, возведённые наспех вокруг быстрорастущего поселения, мрачно маячили впереди. Они не были предназначены для размещения солдат, а любая катапульта легко разворотила бы кое-как скреплённые камни. Вот только осадных орудий у нас не было, а за самой стеной на деревянных помостах стояли стрелки.

Обо всём этом и о многом другом я краем ухом услышал от разведчика, который докладывал легионеру, командующему нашим отрядом. Лотерн, генерал армии герцога, распределил каждого бойца в соответствии с его навыками и умениями. Хорошо это или плохо, но я оказался далеко от своих братьев и сестёр по ордену, и мне не нужно было ломать голову над тем, как нам всем не сдохнуть. Я оказался где-то в середине отряда и должен был встать на пути у тех, кто вздумает прорваться к нашим ассасинам, стрелкам и магам. Рядом со мной бодро шагал не затыкающийся ни на минуту, за что я был ему безгранично благодарен, Станиэль, а справа шла хмурая Мортис. При попытке заговорить с ней, я наткнулся на отрицательный кивок и «поговорим потом, сейчас не время». Мысленно я с ней согласился, но растущее напряжение требовало выхода, потому я с радостью прислушался к довольно-таки интересному рассказу лучника о похождениях ордена по руинам, не забывая что-нибудь вставлять время от времени. В другое время я бы отнёсся к истории с куда большим вниманием, но вздымающиеся впереди деревянные башни, которые, по словам разведчиков, были украшены частями тел поверженных врагов, сильно отвлекали меня. Пыльная серая земля под ногами, с чудом сохранившимися на ней редкими поблёкшими кустами, не прибавляла оптимизма. Зато наша заметно выросшая кавалерия, благоразумно следовавшая на безопасном расстоянии, сильно радовала глаз. Двое игроков, затесавшиеся в строй сверкающих всадников, заметно выделялись среди других. Им разрешили оставить свои доспехи и оружие, но копья в их руках были взяты из запасов интенданта, а боевых коней предоставили люди герцога.

Всего в строю находилось около шести десятков всадников. Могло быть и больше, но Лотерн наотрез отказался привлекать игроков со своими «питомцами». По словам генерала, от кавалерии, которая несётся с разной скоростью, да ещё на разных животных, проблем может быть гораздо больше, чем пользы. Строй всадников должен действовать как одно живое существо.

Лотерн полагался на кавалерию гораздо больше, чем на магию, хотя как-то упомянул вскользь перед кучкой игроков, среди которых затесался и я, что раньше группы конных магов частенько использовались для внезапного удара или ослабления противника.

В чём-то он был прав. При битве у утёса конники, хоть их было немного, натиском смяли толпы врагов, нанеся им чудовищный урон. Бесы, попав под копыта или копья, редко оставались живыми. Наши маги такими успехами похвастаться не могли.

Я скользнул взглядом по спинам пеших воинов, и мои мысли о всадниках тут же упорхнули, сменившись более приятными.

Армия герцога неуклонно росла и укреплялась с каждым днём. Всё больше вчерашних крестьян изъявляли желание обучаться воинскому искусству, особенно молодые юноши, грезившие о подвигах.

В рекруты брали всех желающих, но высокий темп обучения выдерживал далеко не каждый. Как и нам с классовыми испытаниями, им предстояло доказать на деле, что они способны защитить себя и других в настоящем бою против зверей, монстров или враждебных разумных существ. Опытные пехотинцы всегда прикрывали новичков, но двое зарвавшихся юнцов, которые должны были расчистить место для лагеря, однажды всё же погибли, встретив группу людей-разбойников. Едва прослышав об этом, игроки самостоятельно привели бандитов к ответу, не пощадив никого из них. Тела юношей, так и не успевших примерить доспехи пехотинцев, сожгли на кострах, отдав им те же почести, которыми удостаивались имперские воины древности.

Гибель новичков, однако, никого не отпугнула. Число рекрутов и стражников росло, строй пехотинцев быстро пополнялся, а в войске герцога наконец появились лучники.

Помимо доспехов и гордости за своё положение, все воины получали неплохое недельное жалование, которое, как я подозревал, было выплачено нашими налогами и штрафами. Немногочисленные игроки, последовавшие по этому пути, не стали исключением. Впрочем, пока желающих было немного. Ежедневные рутинные задания, разведка, патрулирование и охрана мешков и повозок не слишком привлекали игроков, хотя иногда им выпадало что-нибудь интересное, как, например, разведка пещеры возле лагеря или отпугнуть стаю кобольдов с ближайшего холма. Но Колгрим старался беречь воинов, а игроки своими действиями частенько оставляли без дел регулярную армию, обшаривая территорию и истребляя всё враждебное вблизи медленных повозок.

Численность воинов герцога перевалила за пять сотен. Игроки и примкнувшие к орденам надейцы смогли выставить лишь немногим больше. Несмотря на важность событий, сотни людей не смогли появиться в игре, но цифра на вкладке армии всё равно выглядела внушительной.

«Армия — 1213 воинов»

Ощущать себя одним из тысячи суровых, молчаливых (за исключением Станиэля, который непрерывно жужжал мне под ухо) воинов было удивительно приятно. Внезапно вспыхнуло тревожное воспоминание, когда бесы подошли большой ордой перед переговорами. Землю ощутимо потряхивало, и это действовало угнетающе. Теперь земля дрожит от наших шагов, что при этом чувствуют игроки по ту сторону? Неужели они ринутся отстаивать своих покровителей, заставляющих их развешивать трупы вдоль дороги? Где те игроки, которые должны были догадаться, что меняющаяся земля — это признак чего-то зловещего? Или они прекрасно знают о своей роли марионеток, но им всё равно?

Взгляд устремился туда, где должен был ехать герцог, невидимый за спинами своей стражи. Демонолог, который назвался Таландиром, под присмотром Фалатара и Адэноэли рассказал Колгриму о своих подозрениях. Что он решил после разговора с гоблином? Я увидел нашего вождя, когда он проезжал с группой всадников, чтобы возглавить ожидающее его войско. Лицо правителя выглядело спокойным, определить что-либо по нему было невозможно. Только синие глаза, казалось, потемнели.

Герцог не стал напяливать броню, под неизменным чёрно-серебряным плащом виднелась роскошная тёмная рубашка. На шее висел амулет с крупным рубином, вспыхивающим при малейшем движении. Голову охватывал прекрасный серебристый венец с тёмно-синим камнем посередине, придавая герцогу поистине королевский облик. Мне оставалось только гадать, что это был за камень, от которого распространялось тёплое голубое свечение, из-за чего потомок Императора выглядел будто сошедший с иконы святой.

По правую руку от герцога на послушной коричневой кобыле ехал Хоннорат в белоснежном одеянии. После возвращения я хотел с ним поговорить, но к нему было не пробиться. Ему должны были доложить о странных храмовниках, удивительно похожих своими делами на тех чудовищ из его рассказов. Могли ли демоны поспособствовать разрушению Империи? Что ж, поговорим с магом после. Если, конечно, будет у нас это «после»...

С другой стороны был красноглазый гоблин, он ехал на крупном волке с серебристой шерстью. Несмотря на свой рост, Таландир мало чем уступал в величественности Хоннорату. Да и силой он обладал не меньшей. Ироничный взгляд демонолога скользил по выстроившимся воинам. Хотелось верить, что герцог знает, что делает, взяв его с собой. Одно дело — принять помощь гоблина, чтобы отогнать ораву зеленокожих от людской деревни, и совсем другое — вести демонолога туда, где могли находиться приспешники демонов или сам демон, чьей силой гоблин и подпитывался. А если они заодно с ним?

— Совпадение... — пробормотал я, повторяя слова Таландира.

Внезапно я осознал, что Станиэль замолчал, и обернулся к нему, намереваясь извиниться за невнимательность, но лучник смотрел на высокие столбы со свисающими клетками. Пустых было немного.

— Мрази! — на скулах стрелка заиграли желваки.

Адэноэль верно отметила — мёртвых людей в клетках, было ничуть не меньше, чем представителей других рас. Многие тела давно высохли, но там, где огромные чёрные птицы облепили клетки, наверняка находились те, кто ещё утром или вчера вечером мог дышать. Даже мимолётного взгляда на трупы хватило, чтобы увидеть страшные раны на телах, но ещё ужаснее были следы, оставленные птицами или ещё кем похуже, которые, судя по всему, неторопливо лакомились связанными, беспомощными, ещё живыми пленниками.

— Правителям города сейчас многое придётся объяснять, — бросил я другу, начиная закипать так же, как и он.

— Да их-то можно убить, — зло отмахнулся Станиэль. — А что с игроками делать, которые впихивали этих бедолаг в клетки или развешивали бошки по всей округе?

— Попробуем перевоспитать, — выдал глупую шутку я лишь для того, чтобы ответить хоть что-то.

Мне самому уже не раз приходил в голову этот вопрос. Почему такие, как Стальной Моргард, бездействовали, наблюдая творившийся здесь ужас? Ведь было видно невооружённым взглядом, что ему совершенно не нравилось идти на поводу у храмовника. Чего он боялся?

Живые на нашем пути не попадались, но крики пленников изредка доносились до нас. Верховые игроки немедленно направлялись в ту сторону в надежде спасти хоть кого-то, но по возвращении их хмурые лица и злые глаза говорили сами за себя. Никакие лекари и зелья не способны восстановить искалеченные тела. Можно было лишь прервать их страдания, что игрокам и приходилось делать, рискуя нарваться на неприятные последствия.

Воины, шедшие впереди меня, замедлились, а затем остановились. Из-за их спин я не мог ничего разглядеть. Ещё до того, как мы выдвинулись к городу, мне пришлось смириться с тем, что стать очевидцем возможных переговоров не получится. Я успокоился, решив, что не стану вмешиваться или пытаться пробиться вперёд, но сейчас... Сейчас приходилось сдерживать себя, чтобы не начать расталкивать солдат. Сердце заколотилось сильнее, единственная мысль в голове зазвучала всё громе и громче. Я должен увидеть то, что будет происходить у ворот города!

— Палендор! — обратился я к высокому легионеру, командующему нашим отрядом. — Разрешите мне пойти вперёд. Это важно!

— Мне бы не хотелось отпускать тебя накануне возможного сражения, Лионикс, — серые глаза воина сверкнули сквозь прорези шлема. — Впрочем... Ты спас меня и моих людей у причала, бросив ту магическую штуку, а я даже не поблагодарил тебя за это. За мной должок. Ступай, но постарайся вернуться, если дойдёт до боя.

Хотелось напомнить легионеру о том, что он и его ребята спасли нас всех у утёса, но время поджимало. Благодарно кивнув ему, я бросился вперёд, с трудом протискиваясь между плотно стоящими игроками и воинами герцога. К огромному облегчению, долго толкаться не пришлось. Через пару минут я выскочил на открытое пространство, но солдаты с двух сторон придержали меня за плечи.

— Туда нельзя! — строго проговорил один из них. — А… Хранитель…

Воин замялся, но руку не убрал.

— Мне дальше и не надо! — торопливо заверил я.

Взгляд направился вперёд. Изумлённый вздох непроизвольно вырвался из груди.

У городских ворот выстроилась целая армия. Сотни величественных храмовников, облачённые в чёрные доспехи, прикрытые красными плащами, разместились посередине. По обе стороны от них вперемешку стояли игроки и надейцы, выглядевшие не менее опасными воинами. От разнообразия прекрасных тяжёлых доспехов, переливающихся разными цветами, и всевозможного оружия, от копий до боевых молотов, захватывало дух. За стенами, на помостах и башнях, виднелись люди с луками и арбалетами. Ни с нашей, ни с их стороны не было видно боевых животных. Никто не хотел рисковать и раскрывать свои козыри до поры до времени, хотя я не сомневался, что у каждой из сторон хватало средств, чтобы подпортить друг другу жизнь.

Спокойные и сильные голоса всадников, встретившихся посреди увядающей земли, заставили отбросить ненужные мысли и прислушаться к их словам.

— Мы не могли оставить без внимания продвижение армии по нашим землям, — донёсся мягкий чарующий голос, исходивший от человека в фиолетовой рясе. Золотая маска, прикрывающая лицо, не мешала ему говорить. — Нам пришлось вернуть патрули с дорог и отозвать отряды с границ. Многие остались без защиты, им пришлось спешно покинуть дома, чтобы укрыться за стенами города. А ведь злобные твари только и ждут, когда мы ослабеем, чтобы нанести удар. Неужели те слухи, которые дошли до меня, верны? Люди обратились против людей, став приспешниками Тьмы! И шагают рука об руку с чудовищами, чтобы нести смерть и разрушения в обитель мира и процветания!

Я со злостью и недоумением посмотрел по сторонам. Пыльная высохшая земля, серые стены с подтёками крови, множество отрубленных голов, торчащих на пиках. Миром и процветанием здесь не пахло, чего не скажешь о зеленеющих полянах, холмах и долинах позади нас, куда ещё не сумела дотянуться рука этих «праведников».

Очевидно, Колгрим думал так же, поэтому поднял ладонь, прерывая человека в рясе.

— Мне нет дела до россказней испуганных глупцов, увидевших в нас угрозу, — повелительный голос герцога растекался по округе, заставляя каждого, кто его слышал, почтительно внимать ему. — Я Колгрим Варендор, единственный оставшийся в живых потомок Императора и законный правитель этих земель! Мне не нужны ваши дома, ценности и ресурсы — я не грабитель и не захватчик! Но мне собственными глазами довелось увидеть последствия того беззакония, что творят жители этого города. Влиятельные люди, способные вмешаться, либо закрывают глаза, либо потворствуют этому. Никакие лживые слова о священных воинах, исполняющих волю Богини, больше не спасут убийц от наказания!

Я с восторгом слушал его речь. Мне казалось, что герцог будет действовать тоньше, но последующие слова развеяли все сомнения, касательно его взгляда на происходящее.

— Люди пятнают себя убийствами и пытками, я не стану закрывать на это глаза, — продолжал тем временем Колгрим, сменив свой тон на более холодный. — Все оставшиеся в живых узники должны немедленно предстать передо мной и моими людьми, где их судьбу решит справедливый суд. И да смилуется Богиня над теми, кто напрасно клеветал и подвергал пыткам невинных! Ворота города должны немедленно распахнуться. Бразды правления должны быть переданы мне, а воины, собравшиеся здесь, обязаны предать земле всех неупокоенных. К утру от кольев и клеток не должно остаться и следа. Те, кому это не по нраву, могут немедленно покинуть город, вас не станут задерживать.

После его слов воцарилась тишина, прерываемая лишь противным клёкотом ворон. Самоуверенность герцога отнюдь не смешила. Его силу и право повелевать чувствовали все, и отмахнуться от этого не получалось ни у кого. Человек в рясе повернул голову к храмовнику, находившемуся справа от него. Седой рыцарь в великолепном боевом облачении из голубой стали, затмевающем доспехи остальных храмовников, сурово взглянул на Колгрима. Серебристые длинные волосы колыхнулись, озабоченность пропала с его лица, рот скривился в усмешке, а золотистые глаза хищно сузились.

— Любой, кто поднимет оружие против герцога, будет убит на месте, — предостерёг Релгар, как и я, заметивший изменения на лице рыцаря.

К сожалению, я видел лишь спины наших предводителей, зато рассматривать людей из города мне ничто не мешало. Вернее, первую троицу, за спинами которых полукругом расположились с десяток рыцарей-храмовников, чьи лица были скрыты под шлемами. Человека в рясе я мысленно окрестил тем самым Верховным Жрецом, о котором говорили орки. Старший храмовник рядом с ним был, наверное, командором ордена. А третий черноволосый мужчина, лет сорока, взирал на герцога с задумчивым видом и не спешил встревать в разговор. На нём был элегантный, хоть и местами потёртый, чёрно-синий наряд.

— Я вижу, Верховного Жреца одолевают сомнения, — осклабился рыцарь с серебристыми волосами. Он вперил в Колгрима злобный взгляд. — Но я, как командор Ордена Храмовников, должен оберегать святого отца от любой опасности, даже если он сам её не видит. Вы достаточно наговорили тут, чтобы присоединиться к заблудшим грешникам, мимо которых проезжали. Но вернувшаяся Богиня милостива! Она прощает наши слабости, если вовремя отказаться от них и вступить на праведный путь!

— Прошу меня простить, командор Вальтерий, — мягко прервал его человек в чёрно-синем. Его лицо не вызвало отторжения. Крупный нос выделялся на бледном лице, под карими глазами уже проступила сеточка морщин. — Но если перед нами действительно потомок Императора, то ваши слова неразумны и могут нанести вред нам всем. Мои предки поклялись служить Императору и его семье...

— Вы меня удивляете, барон! — усмехнулся Вальтерий. — Как легко вы поверили самозванцу...

Я шумно выдохнул. Назвать самозванцем герцога в лицо... От возмездия ему теперь даже за стенами не укрыться. Но могущественный рыцарь не унимался.

— Ваша клятва давно утратила силу! Вам напомнить, кому вы обязаны своим положением, дорогой барон?

— Разве не вы говорили нам, что разбили отряд бесов и допросили выживших? — брови аристократа взметнулись вверх. — Насколько я помню, они рассказали вам, что из тюрьмы сбежал знатный пленник. А слухи, что в столице мерзких карликов находится последний потомок Аротерана, ходили уже давно. С тех пор, как двенадцать лет назад, юный герцог Колгрим выступил против захватчиков, желая освободить людей. А клятва... Такие клятвы неподвластны времени.

— Берхайм, вы вносите разлад между нами! — рыцарь-командор нахмурился.

Я даже на расстоянии увидел, что глаза храмовника начали краснеть. Не наливаться кровью, а именно краснеть, как у вождя орков или демонолога!

— Я хотел продолжить свой род, владеть своей землей и передать её своими детям, но не превращать в кладбище, — барон, очевидно, долго ждал возможности возразить этой парочке, и вот теперь у него представился шанс. — Церковь должна возродиться, это так. Но править нами должен земной владыка. Если герцог Колгрим тот, за кого себя выдаёт, а сердце моё подсказывает, что это правда, то он и есть правитель, которого мы так долго ждали!

— Осторожнее, барон! — предупредил Вальтерий, сжав зубы. — Совершите ошибку, и для вас не будет пути назад.

— Ошибку я допустил давным-давно, доверяя и потакая вам, — легко ответил Берхайм, горделиво подняв голову. — А теперь хочу всё исправить. Нельзя допустить кровопролитие между людьми ради жалких крох мнимой власти!

Человек в золотой маске молчал. Если он мог остановить Вальтерия, то делать этого не стал. В руках командора появилась гигантская шипастая булава.

— С вами разберёмся позже, — бросил он барону. — Вы двое, уведите его!

Вальтерий повёл рукой, и двое рыцарей за его спиной послушно дёрнули поводья, подъезжая поближе.

— Спокойно! — пророкотал страшный голос, который, казалось, шёл отовсюду. Лишь мгновение спустя я понял, кому он принадлежит. Левая рука демонолога поднялась в воздух. — Силу, которую добровольно вручили тебе твои хозяева, легко обратить против тебя самого...

Тяжёлая булава с грохотом упала на землю, руки Вальтерия широко раскинулись, рот открылся в беззвучном крике, а глаза полыхнули огнём. Через мгновение тело храмовника нелепо завалилось набок и с глухим стуком рухнуло под копыта коня.

Мёртв, дошло до меня. Он действительно был могущественный, в этом сомневаться не приходилось. Но насколько могущественен Таландир, пребывающий в теле старого гоблина? Вот так запросто уничтожить одного из самых сильных надейцев города? Я бы многое отдал, чтобы увидеть лица игроков с той стороны. Чтобы я чувствовал, если бы на месте командора был Хоннорат? Гнев, боль и ненависть. Но мы любили мага. А как относились к храмовнику они?

Но на этом всё не закончилась, рука гоблина поднялась вновь, тёмная туча накрыла конных рыцарей вместе с Верховным Жрецом.

— Прошу, прекратите! — прекрасный, нежный, полный отчаяния голос врезался в грудь так, что я перестал дышать. Глаза забегали, стремясь найти обладателя неземного голоса.

Серебристая волна света мгновенно рассеяла тёмную тучу, задев герцога и его свиту, но никому не причинила вреда. Храмовники, появившиеся после исчезновения магического облака, срывали с себя шлемы и, откашливаясь, спешили убраться подальше к воротам. Перед герцогом остался всего один всадник в золотой маске, на которого фокусы гоблина, видимо, не произвели впечатление.

Стражи Колгрима, как по команде, расступились, словно намеренно предоставляя обзор. Остальные, кроме самого герцога, тоже сдвинулись в разные стороны, и мой вырвавшийся восхищённый возглас потонул в сотне таких же, одновременно раздавшихся с боков и сзади.

В паре шагов от герцога стояла девчушка в лёгком нежно-голубом платье, на вид ей было не больше пятнадцати лет. Распущенные пепельные волосы обрамляли совершенное лицо. Худое тело дрожало, в глазах сверкали слёзы, но голову она держала прямо.

Я смотрел на неё, не в силах отвести взгляд, и не мог избавиться от внезапно нахлынувшего чувства стыда. За висевшее на спине оружие, за недавнее желание сровнять этот город с землёй, за тревогу на лице у этого прекрасного создания, лишь по ошибке оказавшегося с нами на этой земле полной крови и смерти... И за то, что не мог броситься к ней, подхватить её и унести подальше туда, где она смогла бы снова улыбаться и забыть обо всех этих ужасах, глупой борьбе за выживание и власть... Она казалась высшим существом, вокруг неё распространялось чистое сияние, словно она была богиней.

Чувства боролись с разумом — холодный бессердечный голос в голове напоминал о предупреждении вождя орков, поверившему оракулу. То, что это была она, я не сомневался. Именно об этом мне говорил и Моргард — ей невозможно сопротивляться. Но если она правит тут, то все эти смерти, стало быть, её рук дело. Но верить в это не хотелось, меня не покидала надежда, что мы просто не понимаем всего, что происходит здесь. Не может это светлое, невинное создание оказаться пособником демонов!

Колгрим спрыгнул с коня, девушка сделал пару шагов и, опустив голову, преклонила перед ним колени, вызвав бурю очередных возгласов.

— Пощадите этих рыцарей, милорд! — голос девушки срывался. Глядя на неё, сердце пронизывала жалость. — Их предводитель был самоуверен, но эти люди ни в чём не виноваты. Они лишь пытались защитить меня!

И потому удрали и бросили её? После такого любой приличный рыцарь бросился бы на меч.

— Я передаю этот город вам, милорд! — девушка только сейчас подняла голову. — Уверена, никто не окажет сопротивление истинному правителю людей...

— Что ж... Если таково желание Фирии, то так тому и быть! — всё тем же приятным голосом подтвердил странный человек в маске. Он развернул коня и обратился к выстроившимся воинам. — Храбрые жители Теффирии! Опасность миновала! Я, Верховный Жрец, объявляю, что герцог Колгрим отныне становится властителем этих земель, а со временем мы коронуем его как своего короля! Почитайте его так же, как почитаете жрицу Фирию! Такова воля нашей Богини, да дарует она силы своему избраннику, чтобы справиться с нелёгким бременем!

С той стороны раздались редкие неуверенные выкрики, но большинство молчало, и это тревожило.

— Милорд! — барон Берхайм, благоразумно отскочивший в сторону во время появления магической тучи, был жив и невредим. Он легко спрыгнул с коня и преклонил колено перед герцогом. — Я был счастлив узнать, что вы выжили! Род Дракенвальдов всегда преданно служил Императору. Я и мои сыновья будут служить вам и впредь!

— Встаньте, леди Фирия! Поднимитесь и вы, барон! — Колгрим подождал, пока они встанут, затем потеплевшим голосом продолжил. — Не знал, что кто-то из Дракенвальдов уцелел! Надеюсь, в будущем вы сможете предоставить доказательства, что принадлежите к этому славному роду. А пока вы поедете со мной. Заодно объясните, как так получилось, что люди добровольно решили окружить свои дома могильником.

— Как скажете, милорд! — Берхайм в одно мгновение вновь оказался в седле. Лошадь недовольно фыркнула и дёрнула головой. — Но что делать с телами несчастных?

— Нужно предать их земле.

— Как? — воскликнул Верховный Жрец. — Тела необходимо сжечь, как требуют законы Империи!

— Странно, что вы именно сейчас решили следовать законам Империи, — небрежно бросил в ответ герцог. — Но если вам так хочется, то здесь неподалёку есть рощица. Можете собрать добровольцев, взять в руки инструменты и раздобыть всё необходимое. Ведь рядом с городом, благодаря вашим стараниям, осталась лишь пара сухих брёвнышек, которых не хватит даже на один погребальный костёр. Поступайте, как знаете, Верховный Жрец. Умершие — теперь ваша забота.

Хотелось бы мне сдёрнуть эту маску и взглянуть на лицо жреца, после слов Колгрима! Как по мне, слишком уж мягко поступает герцог с теми, кто не раздумывая казнил людей. Но он обещал расплату всем виновным — пока будем довольствоваться этим.

Новый правитель города неслышно переговаривался со своими людьми, отдавая последние указание, а остальным приходилось ждать, пока Лотерн расформирует армию. Драки уже не предвиделось, но самовольно покидать армию было сродни предательству и каралось не менее строго. Если уж вступил в неё, то будь добр оставаться до конца! Конечно, всегда можно было выйти из игры, но покидать игру в этом неприветливом месте никто не спешил.

Я скучающе посмотрел по сторонам и заметил какого-то игрока в лохмотьях, бегущего в нашу сторону. Элврих 3-го уровня влетел между двумя армиями, вертя головой с широко распахнутыми глазищами. Один из стражей герцога, заметив, что парень и не думает останавливаться, пустил коня ему наперерез и вытащил клинок.

— Ого! — восхищённо выпалил Элврих, глядя на сверкающее оружие, прикасавшееся к его груди. — Какой классный меч! Где взял?

То, что стражник немного опешил от такой наглости, было заметно даже отсюда. Но паренёк, создавший себе лысого персонажа с горой мускулов, не понимал, что выглядит угрожающе. Не дождавшись ответа, он просто весело продолжил, обращаясь уже к игрокам:

— Здарова, ребята! А что вы тут стоите? Ивент какой-то намечается, да?

В ответ, кроме смешков, парень ничего не услышал. Зато к нему подъехал герцог и жестом велел стражнику спрятать меч, что тот проделал с большой неохотой.

— О! А ты кто? — Элврих спрашивал с неподдельным интересом, глядя невинными глазами.

По лицам игроков было видно, что многие, как и я, думали над тем, как спасти ситуацию, но встревать сейчас не осмелился никто.

— Я герцог Колгрим, правитель этих земель, — лицо синеглазого человека в чёрно-серебряном плаще было непроницаемым.

— Круто! Так ты, значит, дашь мне квест? — обрадовался игрок, хлопнув в ладоши и потерев их.

— Квест? Хм... У меня действительно есть для тебя серьёзное поручение, — герцог склонил голову набок, пристально глядя в глаза Элвриху. — Верховный Жрец... он стоит позади меня, присмотрит за тобой, пока ты будешь его выполнять.

— И как...кое? — парень запнулся и опустил глаза, лишь сейчас начиная понимать, что сделал что-то не так.

— Важное! — Колгрим наклонился в седле, широко улыбнулся и заговорщицким тоном спросил. — У тебя есть лопата?

Время близилось к полуночи, но в палаточном лагере всё ещё царила суматоха. Ночью пространство освещалось тёплым синим светом магических светильников, но сейчас возле каждого шатра горели костры, разгоняя тьму и освещая суетящихся людей, спешивших закончить поскорее свои дела.

Герцог отправился в город вместе с половиной своего отряда, а остальным пришлось вернуться сюда. Поселение не могло вместить нас всех, да и немногим хотелось оставаться за стенами недружелюбного и мрачного городка. Решение Колгрима отправиться туда большинство встретило неодобрительно. Претензий к нему у игроков было хоть отбавляй, и с каждым днём их становилось всё больше, но сейчас все страшились его потерять, особенно после сцены у ворот. Да, в бою наш правитель мог постоять за себя, но как оказалось, даже могущественные личности легко убиваемы. Магию и предательство никто не отменял, а за стенами осталось достаточно незнакомых воинов и игроков, которые смогут справиться с малочисленным отрядом. Хоннорат с Таландиром тоже были там. От мысли, что мы можем за одну ночь потерять их всех сразу, становилось не по себе. Обнадёживало то, что сотни людей всерьёз занялись сносом клеток, первый указ нового властителя выполнялся безукоризненно. Тела, которые не исчезали после того, как их осторожно вытаскивали и клали на землю, свозили на зелёную возвышенность неподалёку от города, где их с лопатами поджидали хмурые жители.

Немного поразмыслив и решив, что караулить Колгрима смысла нет, я вернулся в лагерь, чтобы заняться тем, на что действительно мог повлиять. Может, опасность отступила на какое-то время, но про орков забывать нельзя. С Гракхтулом получилось договориться, и теперь он ждал от меня вестей. А ещё требовалось найти людей. Часть воинов ордена, едва вернувшись к шатрам, тут же покинули игру, но Палкивиад смог мне отыскать несколько добровольцев, как и обещал. К моему сожалению, их было меньше, чем хотелось бы, а ждать до утра я не стал — время могло играть не в нашу пользу.

— Я отправил письмо Гракхтулу, — пояснил я шестерым рыцарям, которые внимательно смотрели на меня. — Вы побудете пока у него. Качайтесь, развивайтесь, но если оркам вдруг будет грозить опасность, вы должны принять бой вместе с ними и специально попадать под удары. Умирать не обязательно.

— Но какой в этом толк? — озадаченно спросила новенькая Мираэль, приведённая Ортоном.

— Простите, друзья! Пока не могу рассказать вам, — с виноватой улыбкой покачал головой я. — Это важно для ордена.

— Не беспокойтесь, я присмотрю за вами, — подмигнул девушке игрок-паладин. Кассиан 16-го уровня был одним из тех, кто ушёл из Ордена Рока, и казался на удивление дружелюбным. — Заодно раздобудем приличные вещи и попробуем что-нибудь вытянуть из орков. Мы отстаём от некоторых здешних игроков, а на ваши третьи-четвёртые уровни вообще без слёз не взглянешь! Тебе, Лио, тоже пора ими заняться!

— Непременно! Если завтра будет спокойный день…

— Ага! Не будь таким наивным. Если сегодня друг друга не поубивают, то утром начнётся делёжка власти, — хохотнул паладин, затем махнул рукой. — Ладно, мы побежим. До встречи, Лио!

— Удачи, — тихо произнёс я, наблюдая за удаляющимися спинами ребят.

Надеюсь, Гракхтул не подведёт. Побоища не случилось, и он вскоре сможет без лишнего шума увести своих парней. Но нужна страховка, которой и стали мои ребята. Заключённый с вождём орков оборонительный союз был, пожалуй, самой лучшей моей идеей. Герцог всецело поддержал меня и отправил своё послание Гракхтулу, подтверждая наш договор. Мы могли заключать любые союзы самостоятельно, вот только если сюзерен, чью власть признаёт орден, вдруг решит начать конфликт с другой стороной, то это поставит магистров и игроков перед сложным выбором. Невыполнение договора грозило серьёзной потерей влияния и репутации, на которой зиждется сила орденов.

Без печати ордена, бумаги не имели силы, а заключать такие союзы имел право лишь магистр ордена. Немного поразмыслив над моим предложением, Гракхтул велел помощнику подготовить два экземпляра договора. Затем он по очереди приложил к каждому пергаменту своё кольцо, оставляя серый след на бумаге. Тусклый отпечаток медленно наливался красками, внутри внезапно заблестевшего кружка проявилась мощная фигура орка с короной на голове. Неведомое существо распростёрло над ним крылья, а по краям печати появилась надпись на орочьем языке.

Я должен был отнести договоры Хоннорату, но Колгрим поступил по-своему, поставив на них свою печать, а после отправил соколом один экземпляр Гракхтулу вместе с заверениями о дружбе. За исполнение договора по-прежнему отвечал мой орден, но печать герцога делала его более весомым, ведь это означало, что правящий лидер людей полностью одобряет союз и даёт гарантии того, что сам будет его соблюдать.

Теперь если храмовники или другие ордена решат самолично напасть на орков, я становлюсь стороной конфликта и обязан вмешаться. Напавшие станут врагами моего ордена, а их отношения с герцогом сильно испортятся. Разумеется, никто не разрешит убивать друг друга в городах и поселениях, где есть стражники, но вот за их пределами мы можем не опасаться последствий. Хотя если при нашем противостоянии погибнут невинные и этому будут свидетели, орден потеряет часть репутации, и на него наложат штрафы.

Прокрутив в голове ещё раз события сегодняшнего дня, я с довольной улыбкой нажал кнопку выхода.

Глава 16

Утро выдалось неплохим. В этот раз я не стал лезть в капсулу, едва проснувшись. Сначала от переживаний за происходящее в Надее меня отвлёк звонок от матери. Они с отцом хотели навестить меня через три недели, во время своего грядущего отпуска. Мне не хотелось, чтобы они знали, что я теперь безработный и целыми днями пропадаю в виртуальном мире, пока запас денежных средств мало-помалу истощался. Тем более, в мои планы не входило в ближайшие месяцы тратить время на что-то ещё, кроме игры. Но отказать им я не мог. Сообщив делано-радостным голосом, что буду рад им в любое время, я отключился. Конечно, мне действительно хотелось их увидеть, но приезд родителей предвещал тяжёлые разговоры о моей непутёвой жизни, которые частенько случались и раньше. Отец был строгим и не терпел бездельников, коим, по его мнению, являлся и я. Но это было во времена учёбы, тогда ещё можно было иногда забить на колледж и погрузиться в игры. Первой появившейся возможностью уехать я воспользовался не задумываясь! Устроился на первую попавшуюся унылую офисную работу и честно отпахал там год, приводя в порядок свой быт. Новости о будущей игре уже тогда лились со всех сторон, и узнав дату её выхода, решил устроить себе большой отпуск. А ещё была надежда, что за полгода я смогу примкнуть к могущественному клану, смогу добывать редкие вещи и продавать их. Ведь в каждом подобном проекте была возможность не только играть, но и получать с этого неплохие деньги. Многие люди зарабатывали именно в игре. Правда, у меня никогда это не получалось, если не считать пары вещей, проданных мною за копейки. Бывал я в паре могущественных кланов, но дослужиться смог лишь до главы небольшого отряда.

Невесёлые мысли прервал другой звонок, на этот раз от Арса. С ним мы целый час обсуждали события игры, и моё настроение значительно улучшилось.

Эльфам не сильно везло, их Великое Древо нашли и спалили, но игроки почти не пострадали, они вовремя отступили и сохранили могучих зверей, которые появлялись в быстрорастущих лесах и вставали на защиту двуногих существ. В когда-то сожжённые леса снова вторглись крупные отряды тёмных эльфов и зверолюдов, но время было упущено. Игроки всё увереннее давали отпор, им было куда отступать. По словам Арса, враги уже не особо стремились заходить вглубь территории, откуда зачастую выходили потрёпанными или не выходили вовсе. Меткость, урон и количество стрелков непрерывно росло. Да, Арс и его союзники потеряли Древо, а леса вокруг него снова сожгли плюющимися огнём осадными машинами, но и потери среди тёмных были немалыми.

Я рассказал ему вкратце о последних приключениях. Арс порадовался нашим успехам, но делано возмущённым голосом заметил, что нам слишком легко всё достаётся.

Поговорили ещё немного о разных мелочах, и друг, сославшись на дела, отключился. А мне, после разговора с ним, захотелось взглянуть на мировую карту. Игроки даже название ей придумали — Карта Потерянных Земель. Не слишком обнадёживающее название, зато верное. Появление крестов на ней замедлилось, но их количество ужасало.

В первую очередь я разыскал примерное место, где должны были находиться мы. Ничего. Никакой информации, будто игроков там и не было. Это слегка озадачивало. Мне самолично пришлось поставить знак присутствия игроков, но вносить информацию о местах и событиях не хотелось. Да и не знал я почти ничего. Но почему другие игроки не отметились тут?

Я обновил карту, чтобы увидеть изменения, внесённые мной, и с недоумением уставился в экран. Поставленный мной значок исчез. Я повторил свою попытку, на этот раз иконка игроков провисела полминуты, затем снова пропала.

— Что за странная хрень? — пробурчал я себе под нос и попытался поставить человечка в другом месте.

Получилось. Больше пяти минут значок отображался на карте, пока сам не убрал его. Я попробовал снова обозначить наше присутствие в том месте, где стоял городок. Не прошло и пятнадцати секунд, как кто-то вновь его удалил.

— Чудненько… — я откинулся в кресле и задумался.

Зачем кому-то круглосуточно мониторить и специально исправлять карту? Возможно, это всего лишь баг, но вся местность, где мы находились, казалась мне странной. Как и люди, с которыми мы столкнулись. Теория о том, что кто-то не хочет, чтобы игроки знали о происходящем в окрестностях города, была дикой, но почему-то упорно лезла в голову.

Решив не тратить время напрасно, я отправил небольшое сообщение создателям карты, контакты которых были указаны на сайте, приложил скриншоты и оставил им свою почту.

Булькнувшее оповещение заставило меня тихо выругаться. Мне хотелось скорее нырнуть обратно в Надею, но сообщение на экране телефона выглядело многообещающим и заманчивым. Специалист технической службы ненавязчиво напомнил, что через полчаса на канале, посвящённому Надее, появится ролик с моим участием в главной роли. Посмотреть его хотелось ничуть не меньше, чем вернуться в игру. Обречённо вздохнув и бросив взгляд на время, которое едва перевалило за девять, я поплёлся на кухню. Если уж меня ждёт часовое путешествие по “местам боевой славы”, то это лучше делать с горой бутербродов и горячим чаем.

Расположившись перед широким экраном, на небольшом уютном диванчике, я с интересом наблюдал за эпичными моментами из похождений других игроков, с нетерпением ожидая начала наших приключений. Смотреть за игрой оказалось не менее интересным, чем играть самому. Красочные ролики, приправленные где надо красивой музыкой, с лёгкостью передавали атмосферу Надеи. Даже в сражениях камера порхала по полю боя, находя лучшие ракурсы, демонстрируя красивые схватки игроков и их врагов. Но всё же, именно диалоги живых людей делали эти ролики шедевром. Вовремя произнесённые шутливые реплики или настоящие переживания, перед осознанием надвигающейся опасности, — вот что по-настоящему затягивало, заставляло волноваться за героев, а кое-где вызывало сочувствие к их противникам, многие из которых не являлись абсолютным злом. Такие же отчаявшиеся, как и большинство местных жителей, но сумевшие одолеть все невзгоды, у них была своя трагедия и мотивация, делавшая их врагами объявившихся бессмертных.

Увидев, что началась трансляция моих приключений, я тут же развернул картинку на весь экран. Началось всё с медленно плывущей над деревьями камеры. Отыскав небольшую полянку, она стала снижаться и посередине высветилась надпись «Часть 1. Красная угроза». Я одобрительно хмыкнул, название было подходящим, учитывая, сколько времени мы бегали от бесов. А дальше всё стремительно завертелось...

Первое непринуждённое знакомство с игроками... Расправа над волками... Первая встреча с бесами... Я, затаив дыхание, наблюдал за собой и своими товарищами, особенно внимательно следя за лицом Рока. Всё лишнее и ненужное было безжалостно вырезано, оставили только то, что имело смысл. И юмор. Оказывается, наши реплики были ничуть не хуже, чем у других игроков. Стани постарался...

Рок на экране был таким же, как и всегда, ничем не вызывая подозрений. Искра, до находки амулета, была весёлая и жизнерадостная. Лишь потом некоторое время ходила поникшая и взбодрилась лишь во время охоты на лис.

Изумительный безнадёжный бой с отрядом бесов... Вся наша тревога, растерянность и обречённость ощущалась так, будто я снова находился там. И всё-таки мы победили. Жрец, которого стало под конец жаль, пал последним. Тот прекрасный момент, когда мы чувствовали себя непобедимыми. Наши неподдельные эмоции легко передавались через экран. Я болел за этих ребят, радовался их успехам вместе с другими зрителями, чьи комментарии лились непрерывным потоком:

«Фуух! Я уж решил, что эти контент-тяпатели решили приколоться над нами, показав пятнадцатиминутный видос с эпичной, но тупой смертью нубов»

«Всё! Можно сменить штаны! Это я им... Наверняка в груде выбитого хлама найдутся приличные штаны...»

«Принять бой всем вместе на возвышенности, где у них будет явное преимущество в численности? Неее! Давайте вдевятером потолкаемся со жрецом, пока остальные будут над нами ржать и глазеть с высоты! Слабоумие и отвага на этот раз победили. Ворон, красавчик, по-тихому слинял от такого стратега».

Боюсь, мои соседи подумали, что кто-то решил поселить животное в квартире, потому что мой хохот всё меньше походил на человеческий. Через некоторое время я уже беспомощно всхлипывал, лёжа на диване и читая всё новые «доброжелательные» комментарии.

Заканчивался ролик интригующе. В момент триумфа Лио видит, как многочисленные отряды бесов выходят из леса, затем его внимание привлекает возглас игрока, и он смотрит на холмы, с которых спускаются толпы врагов. Экран медленно потемнел.

Яркий свет понемногу угасал, позволяя убедиться, что я, как и должен был, появился в своей палатке. Привычный гомон снаружи подсказывал, что ничего плохого не случилось за время моего отсутствия. Быстро проверив инвентарь и убедившись, что все нужные вещи находятся на своих местах, я откинул край палатки.

Первое, что бросилось в глаза, — палаточный лагерь стал куда меньше. Он перестал быть единым целым, вокруг некоторых шатров было пусто, словно какой-то обидчивый магистр решил сделать вид, что он сам по себе. Конечно, дело было не в этом. Многие надейцы подумали, что в городе теперь безопасно, и ушли туда, прихватив с собой пожитки. Наверное, моему ордену стоило поступить так же. Вокруг было много людей, но никого из наших поблизости не оказалось. Оставлять довольно-таки ценные палатки без присмотра не хотелось. На то, чтобы обеспечить всех местом для сна и отдыха, Палкивиаду пришлось изрядно потрудиться, а ведь внутри оставались шкуры, табуретки и даже некоторые вещи из руин, добавлявшие немного уюта по вечерам. Странные фигурки из необычного сплава, шкатулки и посуда. Богатство не ахти какое, но терять его было жалко.

— Лио, — окликнул меня знакомый, невыносимо холодный, но такой чудесный голос. — Я ждала, когда ты появишься. От твоих толку нет, только руками разводят, не знают, когда глава ордена объявится.

— Привет, — несмотря на то, что Мортис была темнее тучи, на моих губах появилась глупая улыбка и никак не хотела исчезать. — Я и сам не знал, когда зайду.

— Плохое качество для магистра ордена, — отрезала черноглазая красавица, досадливо дёрнув головой.

— У тебя что-то случилось? — подходя ближе, спросил я. — Ты злишься, я же вижу...

— Это не злость. Мне просто... — она осеклась, замолчала, пытаясь отыскать нужные слова, но мне внезапно всё стало ясно и без них.

В глазах девушки застыла такая боль, что у меня самого защемило в сердце.

— Я понял... Сейчас...

Мортис недоверчиво взглянула на меня. Я выудил из рюкзака рог и поднёс его к губам. Раздался густой протяжный звук. Неподалёку заклубился вихрь, из которого появился и неспешно заковылял льерако, направляясь в мою сторону. Девушка не произнесла ни слова даже тогда, когда я схватил её за талию и посадил в седло. До чужих заинтересованных взглядов мне никакого дела не было, а Мортис сейчас вряд ли обращала на них внимание. Запрыгнув следом, я дёрнул поводья, и Кошмар послушно потрусил в противоположную сторону от городских ворот.

Должно быть, мы представляли собой странное зрелище. Воин в доспехах и белом плаще, со скрещёнными за спиной мечами, и прелестное юное создание впереди него, одетое в лёгкую чёрную броню, сидят верхом на чудовищном звере.

Держа поводья двумя руками, я одновременно обнимал Мортис и чувствовал себя счастливым, хотя сердце сжималось от жалости к ней. Не знаю, что с ней происходило, но проблемы реального мира сказывались на девушке тут. Капсула способна притупить боль, но не всегда может убрать её полностью. Какую боль испытывала Мортис, душевную или телесную, мне было неведомо, а расспрашивать её не хотел. Зато теперь причины её стремительно меняющегося поведения стали понятнее.

Выехав из лагеря, я заставил Кошмара ускориться, чтобы быстрее миновать испорченную землю. Навстречу попадались отряды фармящих игроков, надейцы с повозками, верховые храмовники, даже встретился разъезд конных воинов герцога, которые вежливо кивнули мне, проезжая мимо.

Через некоторое время вокруг вновь появились растения и одинокие деревья, глаза с удовольствием вбирали красоту великолепного пейзажа. Светло-зелёной травой были покрыты все склоны и поля, на которых резвились мирные копытные животные. Агрессивных мобов вблизи я не заметил, хотя первое впечатление часто обманчиво. Лёгкие порывы тёплого ветра доносили запахи всевозможных цветов. Одиночные травники, стоя на четвереньках собирали растения, абсолютно не опасаясь любопытных травоядных, тыкающихся в них носом. Кругом кипела жизнь. Но стоило обернуться, как всё исчезало, и перед глазами вновь возникала серая умирающая земля, с неприветливым невзрачным городом.

Вдалеке блестело небольшое озеро, справа от него виднелись какие-то развалины. Туда-то я и направил льерако, надеясь скрыться от посторонних глаз в тени древних стен. Сзади захлопали крылья. Обернувшись, я успел увидеть почтового сокола, прежде чем он уселся мне на плечо. Мудрая птица терпеливо подождала, пока с неё снимут привязанный свиток, после чего сразу же вспорхнула и улетела. Послание отправилось в инвентарь, сейчас мне хотелось лишь побыть наедине с Мортис, которая даже головы не повернула. Лишь когда она увидел, куда я направил Кошмара, заговорила тихим бесцветным голосом.

— Ты хочешь угодить в ещё одну засаду?

— Я не против, — перехватив поводья одной рукой, я убрал её волосы на другую стороны и прикоснулся губами к нежной шее. — Если в этот раз ты будешь со мной, то к чёрту все эти интриги и разборки орденов.

Словно в насмешку над моими словами, сзади вновь раздался звук крыльев. Очередное послание отправилось вслед за предыдущим. Кто бы это не был, сейчас мне совсем не до того.

— Лио, я ценю, что ты тратишь на меня своё время, — Мортис повернула голову, её внезапно заблестевшие глаза были наполнены благодарностью. — У тебя полно более важных дел.

Долгое время я мечтал, чтобы увидеть такой её взгляд, а сейчас хотелось кричать от бессилия, ведь помочь ей не мог. Но приходилось держать себя в руках, сделать непринуждённый вид и нацепить искреннюю улыбку.

— Сейчас ты — моё самое важное дело! Я там, где хочу быть, а главное — с кем хочу быть.

Мы остановились под старой высокой стеной, грозившей обрушиться в любое время.

— Посиди пока здесь, — спешившись, весело бросил я девушке, которая почему-то опустила голову.

Мне пришлось сцепить зубы и сделать вид, что не заметил слёз. Она сильная и не позволит себя жалеть. То, что она пришла ко мне, уже говорит о том, насколько ей плохо. Как хорошо, что место, куда мы приехали, охраняла парочка мобов, есть на ком сорвать злость и бессилие.

Мечи поползли из ножен. Двое мелких двуногих карликов, умевших только злобно шипеть, не были разумным народом. Их даже живыми назвать сложно, глядя на поросшие мхом и слизью морды.

Мохорылы превышали меня по уровню, но мне было всё равно. Их хлипкие дубинки в руках не вызывали опасений, вряд ли они изо дня в день упражнялись с оружием под началом умелого наставника. Я стремительно пошёл вперёд. Карлики, убедившись, что их шипение никак не отпугивает меня, ринулись навстречу.

Отбивать их бесхитростные удары было легко. Будь я один, может, даже продлил бы удовольствие, оттачивая свои навыки, но сейчас хотелось поскорее закончить. Сильные и точные удары раз за разом достигали своей цели, оставляя на телах врагов порезы, сочившиеся зеленоватой жижей. Чтобы расправиться с одним, мне хватило полминуты, несмотря на то, что жизнь у каждого была под тысячу. Второй прожил немного дольше. Отбив удар, я заставил его развернуться, проткнул мечом насквозь, а вторым снёс ему голову.

Клинки с глухим стуком вернулись в ножны, появившиеся блестящие трофеи меня не интересовали, я прошёл мимо них к Кошмару и бережно обхватил руками девушку. Её попытки вырваться из моих рук и встать на ноги пришлось прервать поцелуем. Пройдя с ней несколько шагов, я осторожно опустил Мортис на землю возле стены и сам примостился рядом с ней.

— Даже сокровища не подберёшь? Жалко ведь?

— Подберу, когда буду уходить, — приобняв девушку, пообещал я. — Посажу сокровище на Кошмара и отвезу обратно в лагерь, как только оно этого захочет!

— Ты ведь знаешь, мы не можем... Здесь... — «сокровище» взглянуло на меня с некоторым сожалением.

— На вот, выпей, — усмехнулся я, протягивая эликсир.

— Зачем? Я ведь не ранена! — недоуменно подняла брови Мортис.

— От него становится хорошо, — просто ответил я. — Даже если полоска здоровья полная.

Послушавшись моего совета, девушка откупорила флакон и с наслаждением выпила содержимое. Несколько секунд на её лице блуждала довольная улыбка.

— Ещё указания будут, доктор?

— Угу. Снимай шлем и перчатки, — скомандовал я.

Мортис хмыкнула, но подчинилась. Я прикоснулся к её прохладным тонким пальцам, несильно сжал их, затем начал нежно водить по ним, рисуя пальцем невидимые узоры. Приятная дрожь вновь появилась в теле. Я впился в её губы, но затем сразу же отстранился, занявшись шеей и медленно двигаясь вверх к мочкам ушей. Ощущения в игре от прикосновений были усилены стократно. Я надеялся, что удовольствие возьмёт вверх над тем, что мучает её, и, судя по всему, оказался прав.

Больше получаса мы предавались взаимным ласкам, пока встрепенувшийся Кошмар не предупредил, что поблизости кто-то есть. Мы даже не стали подниматься, просто лежали в обнимку, лениво перешёптываясь время от времени. Одинокий всадник, чьё внимание, наверное, привлёк льерако, подъехал к нему и лишь потом заметил нас. Он посмотрел долгим внимательным взглядом, мы с улыбкой глядели на него. Потом, словно очнувшись, игрок резко повернул голову и пришпорил коня. Не знаю почему, но мы оба расхохотались.

— Ну, ты разбудил во мне желание... — отсмеявшись, медленно произнесла Мортис. — Зачем же было привозить меня сюда?

— А куда ещё? — пожал плечами я. — Днём в палатках нас непременно бы потревожили. А тебе нужно было отвлечься.

— Пожалуй, ты прав, — согласно кивнула она. — Есть планы на вечер?

— Никаких, — улыбнулся я.

— Теперь есть, — припечатала девушка. — Только, Лио...

— Что?

— Хочу предупредить. Я не стану себя ограничивать, — девушка внимательно взглянула на меня. — Надея создана так, чтобы её персонажи вызывали у нас отклик.

— Тебе понравился кто-то из местных? — хмыкнул я.

— Как и тебе. Так и должно быть, ты тоже не должен ограничивать себя в своих желаниях, для этого хватает реальной жизни.

Я сел, меня словно окатило ведром ледяной воды. Мортис почувствовала перемену в моём настроении.

— Мне хорошо с тобой, мне не нужны отношения с другими игроками, — убедительно сказала она. — Но разве не глупо отказываться от всего остального?

— Может быть и глупо... — согласился я. С души словно камень свалился.

— Только, чтобы я не знала о твоих похождениях, — серьёзно предупредила девушка. — И ты никогда не узнаешь о моих...

Мы вместе доехали до городских ворот, справедливо решив, что в лагере сейчас делать нечего. Мортис, которой действительно полегчало, всю дорогу рассказывала мне о происшествиях за ночь.

Атмосферу в городе нельзя было назвать дружелюбной. Далеко не всем понравились слова Верховного Жреца. Игроки и надейцы, имеющие вес, будь то ремесленники или воины, с большим почтением относились к храмовникам, а более малочисленные люди Колгрима воспринимались как досадная помеха. Частенько вспыхивали ссоры, не обходилось и без жертв. Герцог без дела не сидел, но его власть в городе была зыбкой. Конечно, нашлись и те, кто последовал за ним, но большая часть людей просто ждала, чья сторона одержит вверх.

Перед воротами меня окликнул один из стражников, которого я иногда встречал в лагере.

— Здравствуй, Лионикс. Насколько мне известно, герцог хотел видеть тебя и отправил тебе послание. Гакон велел нам передать это тебе, если вдруг увидим.

— Благодарю, — я наклонил голову. — Мне ещё не удалось прочитать его. Когда я появился здесь, эта юная леди угодила в беду. Не мог же я её бросить!

— Ну я тебе это припомню! — едва слышно шепнула Мортис и спрыгнула с Кошмара. Затем, сделав большие страдальческие глаза, тоненьким срывающимся голосом произнесла. — Спасибо тебе, храбрый воин, что сжалился над бедной девушкой и спас от того ужасного монстра!

Она развернулась и юркнула за ворота, мгновенно слившись с толпой.

Хмыкнув, я мысленно поаплодировал её актёрской игре.

— Помогать беззащитным — долг настоящего рыцаря! — с иронией проговорил храмовник, стоявший рядом со стражником.

— И всё же, сейчас не самое подходящее время… — хмуро начал стражник.

— Я понял! — ответил я и спешился. Не хотелось, чтобы из-за меня стражник Колгрима вступал в перепалку с десятком городских воинов, стоящих у ворот на страже, двое из которых были храмовниками и шутя могли расправиться с ним. — Немедленно отправлюсь к герцогу.

Город внутри оказался таким же унылым, как и снаружи. Непримечательные маленькие бревенчатые домики плотно примыкали друг к другу. Те, что были криво-косо выстроены из камня, выглядели уродливо. Немного отличались дома орденов, на которые указывали воткнутые знамёна, но им тоже не позволили особо разгуляться. Приземистые одноэтажные здания, занимавшие небольшую площадь, где от силы поместится три маленькие комнаты. И это резиденции здешних орденов?

Серая пыль, взбиваемая сотнями ног, повсюду летала в воздухе, забиваясь в горло и нос. Ощущения были не из приятных, но какое-то время мне придётся потерпеть.

Я свернул за один из домов, находившихся прямо у стены, и достал свиток, пользуясь тем, что вокруг не было людей.

Лионикс, есть дело, не требующее отлагательств. Релгар и Хоннорат настоятельно рекомендовали поручить его тебе. Обсудим всё при встрече.

Герцог Колгрим.

Ох уж эти срочные дела! Я ведь даже по городу пройтись не успел, как мне всучили важное задание. Хоннорат пытается сделать орден влиятельнее, потому проталкивает меня, но почему вдруг Релгар поддержал мою кандидатуру?

Второе послание было от мага.

Трортинара и Малыша, вместе с другими ограми, я расположил вблизи солдат. В городе неспокойно, без присмотра они могут угодить в неприятности. Храмовники, кажется, только и ждут возможность обнажить оружие. Будь осторожнее на улицах!

Магистр Хоннорат.

Вчера я велел обоим оставаться в лагере по той же причине и просил Адэноэль приглядеть за ними. Маг поступил мудро. Конечно, огров нельзя назвать беззащитными, а за время пути они стали ещё сильнее, но рядом с воинами герцога им будет безопаснее, чем в изрядно опустевшем лагере.

— Так-так... Что здесь у нас? Шпионишь за кем-то?

Неприветливый голос заставил меня вздрогнуть и отпрянуть. И как раз вовремя — рука в латной перчатке попыталась взять меня за горло, но схватила лишь пустоту.

— Что там у тебя за послание? — храмовник замер, но его повелительный тон не сулил ничего хорошего.

— Эстериус... — я отступил на шаг, пряча письмо Хоннората.

Здесь было слишком узко, чтобы доставать клинки, а этот высокомерный гад заслонил собой единственный выход отсюда. Совсем рядом шумели и разговаривали люди, стоило только крикнуть, чтобы привлечь их внимание.

— Ах, да. Я тебя помню. Дерзкий человек верхом на чудовище, — капитан повернул голову в шлеме чуть набок, глаза недобро сверкнули сквозь прорези. — Немногие так позволили бы себе разговаривать со мной.

— Я видел орков в клетке! — злость во мне была сильнее осторожности. Выбирать слова перед тем, кто пытал людей и других существ? Не дождётся!

— Эти твари заслужили свою участь... — снисходительно бросил Эстериус. — А может, и ты заслуживаешь того же?

— Это не тебе решать! Не тебе, и никому из храмовников! — презрительно усмехнулся я. — Герцог больше не позволит вам никому вредить.

— Уверяю тебя, скоро у твоего герцога появятся совсем иные заботы. Но сейчас здесь только мы... — чёрный рыцарь в кроваво-красном плаще сделал шаг вперёд. — Вы, бессмертные, не перестаёте удивлять меня. Не учитесь на своих ошибках, прёте на рожон, даже если шансы не в вашу пользу. Не понимаете, когда нужно преклонить колени и смиренно просить прощения.

— Если перед каждой тварью на колени вставать, боюсь, ноги быстро устанут, — буркнул я, пока глаза отчаянно искали выход. — Ах, да! Тех орков я исцелил и спас, и они ужасно злы на вас!

Умереть не страшно, но время терять не хотелось. Отсюда до Алтаря Возрождения пешком идти восемь часов. Если бегом, то около шести. Ну а мой льерако домчит часа за два с половиной.

— Какое мне дело до чувств этих ничтожных созданий! — Эстериус замер, возвышаясь надо мной, словно башня. — Моргард Стальной со своими людьми тоже решили выказать неповиновение истинным владыкам, и где они теперь? От их ордена не осталось и следа!

— Что ты с ними сделал? — я вжался спиной в дом. Между мной и храмовником было шагов пять. Немного, но вполне достаточно для безумной идеи, вспыхнувшей в моей голове.

— Скоро узнаешь, — почти дружелюбно сказал капитан. — Но ты должен знать, что бессмертие им не помогло.

Все доспехи одновременно переместились в инвентарь, и я остался перед храмовником в одних плавках. В одно мгновение я взлетел на крышу низкого дома. Неровная стена с выступающими камнями мне в этом сильно помогла. Через пару секунд я, уже в полном боевом облачении, спрыгнул с другой стороны дома. Ноги не выдержали вес доспехов, заставляя меня рухнуть на колено.

— Лио! — донёсся до меня счастливый голос Станиэля. — А ты чего сидел на крыше в одних труханах?

Я поднял голову — лицо лучника, жизнерадостное до безобразия, просто сияло.

— Ты как всегда вовремя, Стани! — охнул я, вставая и отряхиваясь. — Что это у тебя вместо лука?

— А? — стрелок недоуменно обернулся, а потом с лёгким раздражением ответил. — Это называется лопата, Лио.

— Вижу, что лопата. На кой она тебе сейчас? — Эстериус медленно выходил из-за угла, но я нарочно повернулся к нему спиной.

— Сокровища пойду искать, — довольно улыбнулся друг. — Говорят, в холмах сейчас многое можно найти.

— Окстись, Стани, их же только ночью похоронили, — осуждающе покачал головой я.

— Да иди ты, я ж...

— Щенок! Думаешь, в толпе скроешься от меня? — раздался позади голос.

Вот только сейчас он не казался мне страшным. Теперь мою смерть увидят и немедленно примут меры. Послышался звук извлекаемого меча. Я зло улыбнулся, видя перед собой нахмурившееся лицо Станиэля, и медленно повернулся, одновременно извлекая клинки.

— Я и не собирался скрываться! — рукояти приятно легли в руку, вызывая прилив сил. — Расступитесь, люди! Этот спесивый болван хочет драки. В сторону!

— Ты как всегда ищешь соперника себе по плечу, — тихо шепнул Станиэль за моей спиной.

Я лишь улыбнулся в ответ на его слова, не думая оглядываться. Тёмно-красная сталь в руках храмовника притягивала взгляд. От его шлема с крыльями падала устрашающая тень. В другое время и в другом месте это бы произвело на меня впечатление, да и сейчас, несмотря на лёгкую злость, не мог не отметить суровую красоту чёрного рыцаря, вот только трепета я больше не испытывал.

Игроки, оказавшиеся поблизости, смотрели на всё это с лёгким удивлением, сравнивая наши уровни. Надейцы, опустив взгляды, благоразумно обходили мимо, даже не думая останавливаться и влезать в чужое дело. Но наша возня немедленно привлекла внимание стражников у ворот.

— Эй, вы! Что здесь за беспорядок? — городской стражник, одетый в прочную кольчугу и тёмно-синий плащ, угрожающе взглянул на меня. — Нападение на храмовников — это нападение на город!

— А если храмовник напал на меня? — любезно спросил я.

— Они воины Богини и Её Пророчицы! Все дела их угодны Ей!

— Те, кого они пытали, так не думают! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Ты повторяешь слова Верховного Жреца, стражник? — рядом со мной возник лидер Рыцарей Хаоса. Дракнор впервые сумел вызвать у меня симпатию, хотя вряд ли ему было какое-то дело до моего мнения. — С нас хватает герцога, мы не будем подчиняться ещё и сомнительным служителям веры, которые развешивают неугодных по всей земле!

— Попридержи язык! — хмуро бросил один из храмовников, положив руку на эфес. — Если Эстериус решил, что этот чужак опасен для города, мы сделаем с ним всё, что пожелаем. А если вздумаете помешать, то клянусь Богиней, вы почувствуете на себе гнев Её воинов!

Вокруг собиралось всё больше людей. Храмовники и их многочисленные прихлебатели из Ордена Последователей, большинство из которых составляли игроки, стекались отовсюду.

— Ну-ну... — недоверчиво буркнул Станиэль за моей спиной. — Легко такое говорить, пока взрывающаяся стрела из глаза не торчит... А ведь я могу это устроить!

Толпа загудела, посыпались оскорбления и взаимные обвинения. После слов стрелка в глазах надейцев, пугливо жавшихся в стороне у многочисленных алтарей, появился настоящий ужас. Бросая взгляды по сторонам, я понимал, что сейчас будет резня. И начнётся она из-за меня. Единственный стражник, пришедший в город вместе с нами, лишь угрюмо молчал, не пытаясь встревать. Сложно было его винить. Я не раз видел его рядом с красивой женщиной, а рядом с ними всегда крутились двое мальчишек лет шести. Будь у меня возможность, сам бы его отправил подальше от злополучных ворот.

— Вот так сюрприз! Я уезжал в полной уверенности, что наш город под надёжной охраной, а тут даже за воротами никто не приглядывает.

Сильный голос легко перекрыл яростные выкрики людей. Я с облегчением уставился на его обладателя, который сидел в седле, возвышаясь над всеми. И он был не один. Эстериус медленно повернулся, но как только увидел Лотерна и его спутников, сразу как-то поник. Рядом с генералом, верхом на чудовище, подозрительно похожем на гигантскую крысу, восседал Гракхтул. Тварь под ним шипела и пыталась тянуть когтистую лапу к людям, но орк раз за разом одёргивал её, хотя в его глазах пылала такая же ненависть, как и у неё самой. Но когда он увидел меня, замершего напротив храмовников с мечами наголо, во взгляде промелькнуло одобрение.

— Они сдали город серым монстрам! — ахнул кто-то позади.

За спиной Лотерна и Гракхтула находился немалый отряд из людей и орков, а в ворота заходили всё новые воины.

— Вождь Гракхтул — почётный гость нашего герцога, — суровый взгляд Лотерна пробежался по толпе.

Конь под ним слегка дрожал, не желая соседствовать со страшным крысоподобным существом. Лишь железная воля хозяина не давала ему ускакать как можно дальше отсюда.

— Сначала демонолог, огры, а теперь ещё и орки в стенах некогда священного города! — мрачно сказал Эстериус. — Наш орден не потерпит такого святотатства!

— Боюсь, вам придётся стерпеть очень многое, — отрубил генерал. — Уличные драки запрещены. Всем немедленно убрать оружие и разойтись. Стражники, не уследившие за порядком, будут наказаны. Впрочем, кому не нравится текущее положение дел, может немедленно покинуть город. Мы не варвары, чтобы преследовать тех, кто с нами не согласен.

Я с довольной улыбкой вернул мечи в ножны. Лица храмовников я видеть не мог, но игроки из Ордена Последователей явно поняли, на что намекал Лотерн. Ослушаться никто не посмел, люди начали расходиться. Эстериус резко спрятал клинок, затем развернулся и быстрым шагом отправился в сторону храма, одного из немногих зданий в городе, не вызывавшего отвращения.

— Лорд Лотерн! — мы всегда обходились с генералом без титулов и выканья, но сейчас, когда нас слышали не только свои, это было бы неправильно. — Герцог велел мне явиться к нему, но едва я ступил за ворота, возникли сложности. Разрешите мне поехать с вами?

— Да уж, ты любишь влипать в неприятности, — усмехнулся воин, тронув поводья. — Призывай своё чудовище и догоняй, мне некогда ждать.

Доставать рог не понадобилось, льерако бродил около ворот. Преодолев поток воинов, я запрыгнул в седло, напомнив себе, что теперь отпускать зверя вот так нельзя. Если раньше он не покидал пределы дружественного лагеря, то сейчас в городе полно недоброжелателей, которые могут убить его, лишь бы напакостить мне. Орден Последователей, кажется, такой же многочисленный, как и Орден Рока, что совершенно не удивляло. Слишком много власти и преимуществ получали приспешники храмовников.

Осторожно объехав пеших воинов орков и людей, следовавших колонной за двумя вождями, я догнал Гракхтула и Лотерна и молча присоединился сбоку. Дорога к ратуше, которую занял Колгрим со своими воинами, была просторной и позволяла это сделать. Ощущать за спиной силу, способную при желании перевернуть город вверх дном, было безумно приятно.

Вождь, после того, как я бросил ему вежливую фразу, какое-то время с сомнением смотрел на меня своими странными красными глазами, но после всё же заговорил.

— Неплохо, парень! Пока всё, что ты мне сказал, подтвердилось. Если и дальше так пойдёт, то мы с людьми, быть может, сможем стать союзниками. Хах! Мои воины не одобрили бы мои слова, все ждут, когда я ткну топор вам в спину в отместку за ваши дела... А твоих людей многие готовы разорвать, — на этих словах Лотерн заинтересованно взглянул на меня. — Но им удалось кое с кем подружиться. Подумать только! Мои сородичи никогда не отличались излишним доверием, а уж после такого... Твои парни показали себя в бою с гоблинами, смелые воины!

— Я об этом не знал, — честно признался я, улыбка растянулась до ушей. — Впрочем, Кассиан сразу показался мне толковым. А насчёт союза... Врагов у нас и так слишком много. Вы вернёте себе горы, а мы понемногу освоимся здесь. Возможно, будем помогать друг другу. Уверен, в горах опасностей не меньше, чем здесь.

— Ты привёл бы людей, если бы мне понадобились воины? — недоверчиво спросил Гракхтул. Кошмара соседство с ужасным «питомцем» орка ничуть не волновало.

— Конечно! — воскликнул я. — Многим бы захотелось взглянуть на горы и сразиться с тамошними чудовищами. Вдобавок, у вас многому можно научиться.

Вождь орков ничего не ответил, но внутренним чутьём я понимал, что мои слова ему понравились.

Дальше до самой ратуши мы ехали молча. Свернув на одну из улиц, мы увидели просторные дома со дворами. Цветные вывески указывали, что они принадлежат торговцам и ремесленникам. Храмовники понимали, что без хороших мастерских власть в городе и его окрестностях удержать будет сложно, поэтому выделили под них обширные территории. Куда больше, чем орденам игроков. Зато вид города стал гораздо приятнее. Запахи горячего металла и ароматных трав заставлял забыть о серой пыли под копытами. Обустраивать здесь резиденцию ордена я бы не стал, но в эти несколько минут пока мы ехали до ратуши, милые домики и их хозяева, дающие наставления своим подмастерьям и работникам, сумели вызвать у меня симпатию.

Лотерн остановился перед распахнутыми воротами и спрыгнул с коня, бросив поводья подскочившему мальчишке-рекруту.

— Приехали.

Ратушу строили на совесть. Не знаю, кто тут жил до герцога, но поработали над ней так же хорошо, как и над храмом, что возвышался на другой стороне города. Здание было большим, широким и имело собственную ограду из камня, внутри которой разместились небольшие пристройки для работников и конюшня. По обеим сторонам деревянных изукрашенных ворот высились сторожевые башни, на них расположились имперские стрелки. Находились они там скорее для порядка — они играли за столом в карточную игру и лишь изредка бросали взгляды по сторонам. Впрочем, колона орков, насчитывавшая две сотни бойцов, каждый из которых был крупнее любого человека и на на две головы выше, безусловно привлекла их внимание, заставив встать и подойти к деревянному ограждению. Воины радостно приветствовали союзников и своих вернувшихся боевых товарищей. Сотня людей в синих плащах и стальных доспехах шагали нога в ногу, вызывая всеобщее восхищение. Орочье серое знамя со скрещёнными кровавыми топорами колыхалось рядом с чёрным стягом Империи, на котором серебристый сокол раскинул крылья над белым дворцом, будто оберегая его.

— Хорошо, что вы добрались без приключений! — подошедший Гакон казался постаревшим (сказывались бессонные ночи). — Все уже в сборе, не хватает только вас. Добро пожаловать, вождь Гракхтул! Мы рады, что вы откликнулись на нашу просьбу.

— Вы, люди, очень много болтаете! — поморщился орк. — Давайте скорее разберёмся с этим.

— Верно, не будем мешкать, — согласно кивнул Лотерн. — Гакон, присмотри, чтобы этим воинам дали отдохнуть. Они проделали долгий путь. Орки оцепят ратушу, чтобы ни одна мышь не проскочила. Лионикс, пойдёшь с нами. Если герцог захочет, то сам тебя выставит.

Точно, сердито подумал я, выставит на глазах этих неизвестных «всех», которые уже в сборе. Мои мысли удивили меня самого, пока мы шли до дверей ратуши, поднимаясь по вполне приличным мраморным ступеням. Мне никогда не хотелось играть в политику, я надеялся на приключения и сражения. Но сейчас мне почему-то не хватало титула магистра, который давал определённые привилегии и доступ на собрания, где обсуждались интересные вещи и многое решалось. Не всем, конечно, но Хоннорат, создавший с моей помощью орден себе в поддержку, никогда не забывал обо мне.

За дверями оказался просторный, но невысокий зал с колоннами и длинным столом по середине, за которым расположились пехотинцы. Орки позади нас неодобрительно заворчали, бросая друг другу фразы на своём языке. Понять их было несложно, личная охрана вождя составляла всего около двух дюжин орков. Могучие воины, но куда им против сотен людей? На лице Гракхтула сомнений было ничуть не меньше, и всё же он рыкнул на свой отряд, заставляя их замолчать. Даже странно, что он поверил нам и пришёл сюда... Хотя, какой у него оставался выбор? Ждать, пока храмовники пришлют войско побольше? Зато теперь появление орков заставит недоброжелателей герцога притихнуть на какое-то время. Наш союз выгоден обеим сторонам. Хорошо бы, чтобы это поняли все надейцы...

Слева от пустующего кресла в конце зала я увидел одну из дверей, а возле неё статуей высился Страж. Заметив нас, он сдвинулся в сторону, чтобы не загораживать проход.

— Привет, Асгот! — с улыбкой кивнул я. — Тебя хоть иногда отпускают отдыхать? Адэна не подаёт виду, но она недовольна твоим вечным отсутствием.

— Отдохнём, когда опасность исчезнет, — сильный голос имперца пронёсся по залу. Шлем он не снимал даже в этой духоте, поэтому увидеть его лицо не получилось. — Ты же знаешь, я единственный, кто может обходиться без сна. Но Палкивиад и Адэноэль уже убедили меня присоединиться к вашему походу. Послезавтра мы, наконец, поймём, чего стоит наш орден!

— Что? — только и спросил я. — Мы куда-то идём?

Страж расхохотался, увидев моё выражение лица. Гракхтул смотрел на могучего воина чуть ли не с восхищением.

— Вот с каким врагом хотелось бы сразиться! — с сожалением произнёс вождь. Орки за его спиной одобрительно зашумели.

— Вождь Гракхтул, мне хотелось бы надеяться, что когда придётся сражаться, мы будем на одной стороне, — Асгот всегда говорил прямо и ни разу не дал себя заподозрить в лести. Дипломат из него вышел бы никудышный, поэтому, можно было предположить, что сейчас он тоже не преувеличивал. — О боевых навыках орков в Империи ходили легенды!

Лица воинственных громил прямо засветились от удовольствия.

— Проходите вперёд, — продолжил тем временем Страж. — Я прослежу за тем, чтобы никто не помешал совету.

— Ему я верю, — негромко буркнул вождь орков, обращаясь ко мне. Затем он резко обернулся к своим охранникам, из-за чего полы красного плаща взметнулись вверх, и рыкнул. — Ведите себя тихо, людей не задевать!

— Будет сделано, вождь! — бодро заверил орк со слепым, белесым глазом и морщинистым, изукрашенным шрамами лицом.

Лотерн потянул за резную дверную ручку и вошёл первым. Глубоко вздохнув, я сделал шаг вперёд.

— Добро пожаловать, господа! Мы вас ждали, — встретивший нас тон Релгара был приятным и учтивым. — Присаживайтесь, ваш путь был неблизким.

— С нами Лионикс, — устало бросил Лотерн и сел в свободное кресло. — Храмовник затеял с ним ссору у ворот города. Из-за этого едва не случилась массовая резня. Я счёл, что будет лучше взять его с собой.

Гракхтул молча занял место у стены, лицом ко входу. Взоры всех присутствующих обратились на меня. Сделав невозмутимый вид, я мельком оглядел просторную, но скромную комнату.

Белые невзрачные стены постарались прикрыть старыми коврами и причудливыми картинами, на которых неведомый художник запечатлел сцены сражений. Взгляд перебегал от одной к другой — несмотря на разные изображения, смысл у картин был схожий. Над поверженными эльфами, людьми, гномами, орками, чьи тела лежали на фоне пылающих крепостей, из клубов дыма вырисовывалась тёмная размытая фигура. Багровые крылья, раскинувшиеся от одного края картины до другого, подсказывали, какому существу они могли принадлежать.

— Тогда пусть останется, — услышал я властный голос Колгрима. Мне редко удавалось выдержать этот проницательный взгляд синих глаз, поэтому я поочерёдно смотрел на лица собравшихся. — Что скажете, Лионикс, как вам местное искусство?

— Я бы у себя такое не повесил, — пробурчал я, чувствуя какой-то подвох.

Ворон коротко хохотнул, лишь его настроение оставалось неизменчиво-весёлым. Он, не вставая с кресла, подлил себе вина из графина, что стоял рядом на столике в окружении множества бокалов и пары таких же графинов, с наслаждением отхлебнул и отвернулся, глядя в мутное окно, где в это время как раз тренировались рекруты и стражники.

Возле него прямо на полу расположился шаман огров. В карих глазах Дугмара светилось неподдельное сочувствие. Но почему? Величественный великан не казался старым, хотя его лицо было испещрено морщинами и следами старых ран, а внушительные клыки местами потрескались. Но его страшная сила и подвижность никуда не исчезли, хотя огр разменял уже седьмой десяток.

У противоположной стены занял место Рок, он выглядел спокойным и уверенным. Его новые доспехи вызывали зависть, несмотря на то, что моему классу они вряд ли подходили. Светло-голубая сталь издавала едва заметное свечение и казалась хрупкой из-за тонких пластин, испещрённых золотыми линиями, сходящимися на груди и образующими красивый цельный узор. Мне уже доводилось видеть на игроках-танках тяжёлые доспехи, которые таковыми совсем не выглядели, но такую чудесную работу я видел впервые.

Рок приветливо улыбнулся и махнул рукой, приглашая занять свободное кресло рядом с ним, что я с небольшой заминкой и сделал. Гоблин-демонолог тоже находился здесь, устроившись возле задумчивого Хоннората, который едва заметно кивнул мне, когда я уселся.

— А что бы сказали вы, вождь, глядя на эти картины?

Без приветствия. Герцог даже не бросил пару обычных фраз, чтобы расположить гостя к себе.

— Я бы лучше отрубил руки художнику, чем обсуждал эту мазню! — осклабился орк. — Хватит вашего паршивого этикета, переходи к делу, герцог!

— Мы уже перешли, — спокойно отозвался Колгрим, встав посередине комнаты. Он сложил руки за спиной. — Что за повторяющееся существо на картине, сокрытое в дыму?

Что за странные вопросы? Почему мы говорим о картинах, когда в городе и без того хватает проблем? Как-то это расходится с недавними заверениями о дружбе.

Я чувствовал растущее напряжение. Гракхтул неотрывно смотрел в ледяные глаза герцога и начинал медленно звереть, на лице проступила нехорошая улыбка, обнажая во всей красе острые зубы и клыки.

— Милорд… — нерешительно начал я.

— Помолчи, — тон наследника императорской короны был мягким, но непреклонным.

Я вспыхнул, вновь почувствовав на себе отстранённые, ехидные и сочувствующие взгляды.

— Я зря сюда пришёл, — орк поднялся, зло глядя на Колгрима. — Людям нельзя верить. У вас нет чести. Союза не будет. От высокомерного слабака нечего ждать, кроме очередного предательства!

Он тяжело шагнул в сторону двери.

— Но ведь это ты предал своих сородичей, разве не так? — герцог был без доспехов, в одной белой рубашке, и действительно не выглядел сейчас тем грозным воином, которого мы привыкли видеть.

Вождь дёрнулся, словно его ударили хлыстом. Прежде, чем он развернулся к бесстрашному воину, я успел заметить его безумные горящие глаза. Орк зарычал и бросился на герцога.

— Стой! — приказал Таландир, выставив ладонь вперёд. Зловещий голос многократно усилило невесть откуда взявшееся эхо.

Тело Гракхтула словно ударилось в невидимую стену, он дёргал плечами, пытался протянуть руку вперёд, но что-то не давало ему это сделать. Орк взревел от злости так, что его должен был услышать весь город. Но светившийся охранный талисман работал исправно.

— Трусы! Мой народ не простит вам этого! Никогда!

Колгрим был спокоен, но отвечать ему не собирался. Вместо него заговорил гоблин.

— Видишь ли, уважаемый Гракхтул! Дарованная сила демонов имеет ряд неприятных эффектов... Любой демонолог, который изучает демонов и отбирает у них силу, может отобрать её и у тех, кому они её дают. Отобрать — и обратить её против носителя. Именно так погиб несчастный рыцарь-командор храмовников у ворот города...

Гракхтул зарычал и дёрнулся.

— А ещё я знаю, что демоны никогда не разбрасываются своей силой просто так, — продолжил Таландир стариковским голосом. Его седые волосы колыхались словно от ветра, хотя сквозняка в комнате не было. — Они требуют жертв, поклонений или услуги, чтобы стать сильнее. А мощь, которой они делятся, служит ещё и оковами. И я тебя от них избавлю!

Гоблин направил обе руки в сторону орка и прикрыл глаза. Его губы шевелились, но едва слышный шёпот было не разобрать.

Вокруг вождя появилась красная пелена и начала медленно тянуться к демонологу, по пути сливаясь в толстый, как канат, пучок. Гоблин впитывал эту силу, на глазах становясь могущественнее. Цифры уровня застыли на шестидесяти, когда последняя капля демонической энергии перешла к нему.

Гракхтул, всё ещё пытавшийся бороться с невидимой стеной, рухнул вперёд, растянувшись на полу прямо перед герцогом.

— Он чист, — довольный Таландир ехидно улыбался. — Теперь я не имею власти над ним.

Орк медленно поднялся и потянулся за топорами.

— Я бы не стал этого делать, — Колгрим выставил одну ногу вперёд, а руку переместил поближе к эфесу меча. — Стоит сказать нам спасибо. Ты ведь потому и не высовывался из крепости. Начни орки активно мешать храмовникам, вмешались бы силы, стоящие за ними, а ты боялся этого.

Огромные ручища вождя опустились.

— Я пытался дать силу своему народу!

— Сделки с демонами никого до добра не довели…

— Это я могу подтвердить! — так, чтобы услышали только мы, с ухмылкой подтвердил подошедший Таландир. Релгар и Хоннорат тоже присоединились к нам, решив отойти от буйного орка подальше.

— Ты… Меня обманули!

— Весьма достойное оправдание для вождя! — Колгрим говорил без сарказма, даже с горечью, но рассвирепевший орк этого не услышал.

Кулак, способный пробить стены, устремился вперёд.

— Ты! Ничего! Не! Знаешь! — мы не видели за широкой спиной Гракхтула, попадают ли удары по герцогу, летящие в довесок каждому слову.

Я попытался вскочить с места, но стальная ладонь Рока прижала меня обратно к креслу.

— Нет. Это его желание.

Очередной удар громилы закончился тем, что его тяжеленное тело устремилось вперёд и врезалось в стол, находящийся в противоположной стороне от нас. Ворон с возмущённым возгласом едва успел подхватить с него графин и пару бокалов, прежде чем стол разлетелся в щепки. Из-под ворочающегося на полу орка послышался хруст стекла, комнату наполнил приятный ягодный аромат. Синеглазый магистр поспешно ретировался к нам, оставив в одиночестве шамана Дугмара, который с грустной улыбкой наблюдал за схваткой достойных противников.

— С ума посходили! Такое вино на ветер…

Гракхтул, перепачканный и намокший, подорвался и с звериным рычанием вновь бросился на Колгрима.

В те мгновения, когда герцог был повёрнут лицом к нам, я успел заметить, что вождь оставил на его лице кровавую ссадину. Но где же полоска здоровья над их головами? Вернувшийся по моему желанию интерфейс не показывал её, а это могло означать лишь одно.

В Надее высокоуровневые существа бывают уязвимы так же, как и любой крестьянин. Их сложно убить в бою, мы видим оставшуюся у них жизнь, всегда можем подлечить или усилить. Но вне боя в некоторых случаях ранение для них может оказаться смертельным. Будь то стрела, пущенная убийцей, или клинок, смазанный ядом. Или если здоровенный орк схватит твою голову и сожмёт… Необязательно посылать армии, чтобы убить неугодного.

Герцог сейчас был простым смертным, любой прямой удар могучего врага способен отправить его на тот свет. На поле боя всё было бы по-другому…

Наследник Империи старался избегать чудовищных кулаков, отпрыгивая в сторону или ускользая от них, оказываясь у противника за спиной и нанося свои, на удивление, болезненные для орка удары. Гракхтул быстр, несмотря на горы мускулов, но наш лидер был быстрее. И умнее…

Он бил по рукам, по этим треклятым волосатым брёвнам, откуда ему грозила смерть. Поначалу казалось, что от этого толку нет, но боевой рёв вождя вскоре сменился воплем бессильной злости. В один момент он просто не смог вновь сжать руку в кулак, чем его противник немедленно воспользовался. Герцог изящно и хладнокровно нанёс пару ударов по огромной серой физиономии орка и отступил. Гракхтул недоуменно потряс головой и рухнул на пол.

— Это нужно остановить, это же безумие! — покачал головой я, с ужасом смотря на происходящее.

— Это политика! — бодро возразил Релгар.

— Но что если он проиграет? — я был рад отвлечься и посмотреть на спокойное лицо советника.

— Господа, никто не желает вина? — встрял Ворон, протягивая нам наполовину наполненный бокал.

Моя рука машинально потянулась за ним, но кто-то внезапно выхватил его у магистра раньше. Я с удивлением воззрился на окровавленного Колгрима.

— Спасибо! Как раз вовремя! — со смешком бросил герцог и залпом выпил содержимое. — Ох... Хорошо! Лионикс, твоя вера в меня вдохновляет.

— Да я же... — оправдаться я не успел, лапища орка сгребла нашего лидера вместе с бокалом.

Треснула рубашка, Колгрим смог отпрыгнуть в сторону, оставляя в руке Гракхтула кровавые ошмётки одежды. Голый, перевитый жилами торс нашего лидера был весь в кровоподтёках, но его стальным мышцам позавидовал бы любой воин.

Орк шатался, но оставался смертельно опасным. Он упрямо пошёл вперёд, вытянув руки, надеясь схватить и разорвать своего противника. Синеглазый надеец легко ушёл вбок. Мы не увидели, что он сделал, скрытый за массивным телом вождя, но через пару мгновений громила вновь рухнул на пол.

— Как это возможно? Ты всего лишь человек! — орк с трудом приходил в себя, пытаясь подняться вновь.

— Никого нельзя недооценивать, — Колгрим с дьявольской ухмылкой поправил мокрые растрепавшиеся чёрные волосы. — Но вернёмся к нашему разговору. Ты польстился на силу, которую тебе обещали, хоть и был предупреждён, что величие твоего народа нельзя возродить без жертв. Но тебе не сказали, что эти жертвы будут принесены не добровольно, не на полях сражений, на что каждый орк пошёл бы с радостью, а на алтарях. Они убили всех из-за твоего договора.

— Я не знал! — плечи Гракхтула поникли. Он медленно с трудом поднялся, сжал кулаки и заорал, подняв голову к потолку. Боль и сожаления, терзавшие душу орка, выплеснулись наружу. Его лицо стало растерянным, а в глазах, обычных чёрных глазах, застыла обречённость. — Давай покончим с этим, герцог... Ты победил в честном бою. А я... не справился. Мой народ... Они ни в чём не виноваты. Отпусти их.

— Нет, — Колгрим покачал головой, его синие глаза сверкнули. — Не отпущу. Не отпущу, потому что они — твоя забота. Мы не для того избавили тебя от влияния проклятых тварей, чтобы ты мог спокойно умереть. Мне казалось, орки всегда сражаются до конца...

— Так и есть! — рыкнул Гракхтул, исподлобья глядя на него. — Но если моя смерть поможет им...

— Им можешь помочь только ты. Ты ошибся, такое случается. Из-за этого часто гибнут невинные и те, кого мы любим. Но это не повод сдаваться на радость врагу. Нас ждёт война против древнего существа, мечтающего обустроить здесь свои владения и поработить всех живых, оскверняя всё вокруг. Возможно, это, как утверждает наш друг Таландир, безнадёжная затея, но мы должны попробовать. Орки, люди — для этой твари нет никакой разницы! Если мы не объединимся и не дадим отпор сейчас, зло наберёт силы, вырастит армию прислужников и двинется дальше, поглощая другие земли!

Гракхтул молча схватил протянутую руку герцога. Теперь в его глазах разгорался совсем другой огонь. На месте демона я бы сильно призадумался, стоит ли связываться с этой парочкой.

— Теперь понял, что он сделал? — шепнул Релгар.

Я кивнул, но он всё равно продолжил.

— Он поступил так же, как и его предок, который одолел короля орков в поединке, тем самым сделав его не просто союзником, а верным другом. Теперь Гракхтул пойдёт за ним куда угодно.

Релгар ненадолго вышел и вернулся со свёртком в руке. Дверь он оставил открытой, замершая в проёме фигура Стража защищала от чужих взглядов, но лязг металла и людской гомон сводил любые попытки разговора на нет.

— Сейчас здесь всё приведут в порядок! — пообещал советник, протягивая свёрток Колгриму.

Все снова сидели по своим местам. Гракхтул морщился, разминая руки, а лицо герцога медленно превращалось в сплошной синяк. Ему здорово досталось, но виду он не подавал. Синеглазый предводитель людей поднялся без усилий (на лице при этом не дрогнул ни один мускул) и облачился в чёрную рубашку. Ворон молча подошёл к Колгриму и протянул флакон с розовой жидкостью. На лице герцога появилась усмешка, но отказываться он не стал, неторопливо уселся, откупорил зелье и в один глоток выпил его. Лицо сразу же начало розоветь.

— Страж, нам велели прийти! — послышался чей-то робкий голос с прохода.

Асгот сдвинулся в сторону, пропуская двоих мужчин и пожилую женщину. Всех их я уже видел и даже иногда обменивался с ними парой фраз. Они часто выполняли по лагерю мелкие поручения. Старушка была куда смелее, чем несчастные работники, бросающие на нас, особенно на орка, пугливые взгляды.

— Чего стоите, рты раззявив? Хватайте доски и несите во двор! — прикрикнула она. — Простите, милорд, сейчас мы всё уберём! Ох… Ваше лицо… Вам бы чего-нибудь холодненького приложить… Или зелья выпить.

— Благодарю за заботу, меня уже напоили! — герцог добродушно улыбнулся.

Работники быстро собрали остатки старого стола и вынесли, а через минуту с кряхтением внесли новый стол, куда больше предыдущего. Женщина поставила на них новые графины и бокалы, затем все трое поспешно удалились, закрыв за собой дверь. Охранный талисман вспыхнул вновь.

— Теперь можно продолжить, — взяв один из бокалов, Колгрим вольготно откинулся в кресле. Он повёл бровями, приглашая остальных последовать его примеру и взять по бокалу. Подождав, пока все рассядутся, он заговорил вновь. — Таландир, начнём с вас, что скажете о девице-оракуле? Она имеет отношение к тому, что происходит здесь?

— Безусловно! — подтвердил гоблин. — Но ничего демонического я в ней не чувствую, хотя высшие демоны хорошо умеют маскироваться и прятать следы своей магии. Они редко выступают в открытую, слишком дорожат своей жизнью. Если здесь появилось такое существо, значит, ему пришлось спешно покинуть свой мир. Там грызня за рабов и власть ничем не отличается от нашей. Высшие демоны играют в политику, хитростью или силой подминают под себя земли и ресурсы демонов послабее, но каждый из них мечтает стать одним из Принцев-Демонов, двадцати владык, которые делят между собой весь остальной мир. Иногда кто-то из выскочек начинает поглядывать в сторону нашего мира. Демонам сложно попасть сюда, и по той же причине они никогда не пытались начать серьёзное вторжение.

— Один из Принцев мог появиться здесь? — с ухмылкой поинтересовался Ворон.

— Сильно сомневаюсь, — демонолог поморщился, словно магистр сморозил глупость. — Их мощь колоссальна. Такая сила изменила бы всё вокруг за считанные минуты. Собранную вами горстку солдат испепелили бы ещё на подходе. Нееет, наверняка это один из низших демонов, но достаточно сообразительный, чтобы суметь проникнуть сюда.

— А мне казалось, мои воины весьма неплохи! — Колгрим хмыкнул и покачал головой.

— Я помню воинов Империи во времена её расцвета, — с лица гоблина внезапно сползла ехидная улыбочка, он посерьёзнел. — Это была грозная армия, и великих героев в ней было не счесть.

Гракхтул ревниво поёрзал в кресле, услышав слова Таландира.

— Среди гоблинов великие воители мне не встречались, — не сдержался он. — Для вас и кабан грозный соперник.

— Я был и остаюсь высшим эльфом, несмотря на внешний вид, — грустно улыбнулся седой маг, не думая задираться.

— Ох...Ррр... — орк смущённо заворчал, затем смолк.

— Давайте вернёмся к нашему демону, — Колгрим поднял ладонь, привлекая внимание. — Мы не можем действовать, не узнав, где прячется это существо. Ошибки нам дорого обойдутся.

— Девчонка должна что-то знать! — глаза вождя гневно сверкнули. — Именно она убедила меня принять силу, а Верховный Жрец провёл мерзкий ритуал. Схватите её!

— Нам не позволят просто зайти в храм и увести её, — голос Рока прозвучал спокойно и убедительно.

— Главаря храмовников они позволили убить на глазах всей своей армии, — заметил Ворон. — Почему бы не попробовать теперь?

— Можно устроить вам встречу в храме, — впервые заговорил Хоннорат. — Приличный отряд возле его стен должен остудить горячие головы и не дать им наделать глупостей, но внутрь придётся идти лишь с парой человек.

— Это большой, неоправданный риск! — резко возразил Релгар.

— Я могу войти вместе с герцогом.

— Великолепно! Давайте одномоментно лишимся предводителя и могущественного мага заодно, — съязвил советник, взмахнув рукой. — Что может пойти не так? Вы не слышали уважаемого Таландира? Демон силён! Если он окажется там, никакая сила вас не убережёт. Нет, вперёд должна идти армия!

— Будь он всесилен, нас бы здесь уже не было, — Хоннорат улыбнулся краешком губ. Речь Релгара произвела на него впечатление не больше, чем детский лепет. Маг, хоть внешне и не заметно, был слишком стар, чтобы вступать в подобные перепалки.

— Ещё мнения будут? — Колгрим обвёл глазами собравшихся. — Дугмар, не хотите что-нибудь сказать?

— Я могу лишь ещё раз подтвердить то, что уже говорил когда-то... — шаман развёл руками. Поток воздуха от его движения долетел даже до меня. — Огры встанут вместе с людьми в этом сражении. Что до остального... Мы всегда жили уединённо, занимались охотой и ремеслом. Мой клан никогда не был в составе королевства, в стратегии и политике никто из нас не разбирается.

— И всё же, без вашей помощи меня бы тут не было, — герцог был непреклонен. — Именно вы отправили Лионикса ко мне! Вы знали, что его ждёт. Вы и сейчас что-то знаете?

— Есть лишь предчувствие чего-то тёмного. Вокруг много испуганных неупокоенных духов, я слышу их шёпот. Они твердят: «Уходите».

— Я тоже их слышу, — тихо подтвердил Хоннорат слова огра.

— Вы читаете по звёздам, — напомнил Колгрим. — Неужели нет никаких подсказок?

—Враг знает об этом, — Дугмар тяжело вздохнул. — Я не вижу их уже третий день, небо для меня словно скрыто тёмной пеленой, кто-то мешает мне.

— Значит, демон ещё и довольно умён, — подытожил Таландир.

— Что ж, значит, пока оставим это и перейдём к другим делам...

Я словно зачарованный слушал неторопливые обсуждения наших возможностей, изредка переходившие в споры между участниками совета. Рок и Ворон были в курсе насчёт всего происходящего не только в городе, но и за его пределами. Высказывались все, делились мыслями, но не искали решение, которое устроило бы всех, а лишь говорили о последствиях того или иного действия. Окончательное решение будет принимать лишь один человек. Герцог Колгрим. Он внимательно слушал, переводя сосредоточенный, проницательный взгляд с одного на другого, задавал уточняющие вопросы, не отвергал и не принимал идеи других, а просто переходил к следующей проблеме.

Так я узнал, что не все поддержали храмовников. Вовремя сбежавшие надейцы и «скитальцы» организовали что-то вроде сопротивления. Нападали на добытчиков из города, грабили повозки, набитые ресурсами, уничтожали охотников.

Поселение ещё до нашего прихода находилось на грани голода. На проклятой земле ничего не росло, а возводить и защищать фермы храмовники не хотели. Игрокам из города приходилось действовать самим. Поначалу они пытались попросту истребить всех врагов, но вскоре поняли, что дело безнадёжное. Повстанцы избегали больших сражений, нападали лишь на небольшие и плохо охраняемые группы. Потеря нескольких лагерей их нисколько не ослабила, шалаши и ограждения из палок не имели никакой ценности. Конечно, где-то вдалеке должно было находиться место, куда свозилось всё награбленное, где обосновались женщины и дети, но чтобы добраться туда, требовалось сначала его найти, а затем собрать серьёзный отряд. Храмовники далеко от города отходить не желали, поэтому Орден Последователей самостоятельно отправил целую сотню игроков на разведку. Почти все бесславно вернулись через Алтарь Возрождения. Отыскать игроков на бескрайних просторах Надеи было не так-то легко. Вдобавок их противники прекрасно знали о делах в городе и незаметно сопровождали отряд всю дорогу. Когда воины ордена удалились на приличное расстояние, повстанцы начали наносить удары. То группа лучников внезапно выстрелит из засады, то кто-то из разведчиков провалится в яму. Любая погоня заканчивалась ловушкой и потерями, к такому игроки готовы не были. Ворон со смехом рассказывал, как прихлебатели храмовников кричали, что так нечестно, вызывали их на «нормальное сражение». К счастью, ограниченные в средствах противники-игроки на такие глупые подначки не поддавались.

В итоге, городу пришлось смириться с неизбежным. Ордена стали выращивать еду вдалеке от защитных стен и охранять фермы усиленными отрядами. Львиную долю времени игроков начала съедать защита и поиски пищи. Зато церковники милостиво разрешили им использовать жителей на новых фермах в качестве рабочей силы, не спрашивая об этом самих крестьян.

Текущее положение дел никого не радовало, но охотиться становилось всё сложнее. Агрессивных зверей, чьё мясо годилось в пищу, становилось всё меньше, а мирные травоядные, хоть и не были пугливы, сбегали, если к ним приближалась группа людей. Убить же зверя оружием с одного удара не получалось, а после ранения его попробуй догони! Настоящих охотников, которые могли убить добычу выстрелом в сердце и использовали ловушки для поимки зверя, было слишком мало, чтобы обеспечить весь город.

Может именно поэтому другие расы были объявлены врагами зарождающейся церкви. Из малых лагерей и временных поселений гноллов и гоблинов храмовники вытащили немало съестных припасов.

С нашим приходом многое изменилось. Во-первых, у нас с собой имелся значительный запас мяса, съедобных сушёных трав, а жители крупной деревни, приведённые Фалатаром, пригнали дюжину телег с зерном и овощами. Во-вторых, в городе никто не торговал с помощью монет. Совсем. Лишь обменивались друг с другом снаряжением, ингредиентами и другими вещами. Верховный Жрец объявил деньги проклятым наследием Империи, нарушившей заветы Богини, и велел все добытые монеты нести к нему. За них он щедро осыпал игроков опытом. За сферы, кстати, тоже.

Теперь монеты стали нужны гораздо больше, чем опыт. У орденов с обеих сторон скопилось множество предметов, сбывать которые было некуда. У нас новички почти не появлялись, а те, кто начинал свой путь здесь, мало что могли предложить высокоуровневым игрокам взамен хорошего снаряжение. Сейчас, несмотря на некоторую обоюдную неприязнь и неодобрение храмовников, местные ордена охотно начали продавать нам вещи, а полученные медные монеты не спешили относить Жрецу. Наше снаряжение, ремесленные материалы и даже запасы еды стали для них важным подспорьем.

— Их врагов нужно делать нашими союзниками, пока они не видят разницы между нами и ими, хотя, несомненно, наблюдали за нашими армиями у ворот и видели смерть храмовника, — высказал общую мысль Рок. — В городе у них наверняка есть свои люди, если скитальцы ещё не знают, что обстановка здесь немного напряжённая, то скоро им об этом сообщат. Три моих отряда уже попали под их удары. Попытки договориться не увенчались успехом.

Хм... Помню я подобные попытки, сделавшие Ролайн нашим врагом... Наверное, стоит попробовать договориться с этими повстанцами самому. А то он со своим повелителем наделает тут дел. Как раз самое время покончить со всеми нами, никто даже не догадается, что Рок приложил к этому руку.

После заговорил Лотерн. Он долго и подробно рассказывал о состоянии людей, лошадей, их количестве, кто чем занимается, о наших уязвимых места и многом другом. Иногда он заглядывал в свиток, который всучил ему один из воинов у ворот ратуши, затем продолжал сыпать цифрами и мелкими проблемами, большинство которых могли с лёгкостью решить простые игроки. Я заскучал и потерял нить уже на пятой минуте, думал о своём, прислушиваясь лишь иногда, когда речь заходила о стычках и раненых солдатах.

Затем Колгрим и Гракхтул перешли к обсуждению союза, мне стало интереснее, ведь именно я поспособствовал его заключению. Орк не стал вдаваться в подробности о состоянии дел в крепости, не сказал даже о численности своих воинов и их возможностях, но охотно предложил любую помощь. Релгар и Лотерн тоже подключились к разговору, подсказывая и давая советы о том, как лучше использовать совместные силы. В целом, всё свелось к тому, что Гракхтул со своей армией всё так же должен был находиться в своей крепости и контролировать её окрестности. Разделять его силы слишком опасно, а присутствие орков в городе может слишком быстро усугубить ситуацию. Герцог рассчитывал продержаться какое-то время без серьёзных столкновений, чтобы склонить жителей города на свою сторону, которым не повезло оказаться между молотом и наковальней. Он собирался их защитить, но страх жителей перед чёрными рыцарями и их приспешниками, был слишком силён. Я прекрасно понимал их, моя ссора с Эстериусом лишь доказала, что их опасения не напрасны. Моргард и весь его орден куда-то испарились всего за вечер. Но их не убить, даже не изгнать, если они окажутся упрямыми, а вот местным не позавидуешь.

Покончив с основными проблемами, каждый из присутствующих поделился своими самыми серьёзными опасениями. Гракхтул боялся очередного предательства, из-за чего всё пойдёт прахом, Релгар хотел нанести удар первым, не дожидаясь, пока храмовники слетят с катушек. Лотерн справедливо заметил, что рекрутам нужно время, чтобы превратиться в настоящих бойцов, их опасно посылать даже патрулировать улицы, а умелых воинов слишком мало, чтобы обеспечить порядок в городе и одновременно выполнять другие задачи. Поддержки среди городских воинов генерал не нашёл, они слушались неохотно и рассчитывать на них было бы опрометчиво.

Ворон и Рок тоже упирали на нехватку времени; в пути развитие игроков слегка замедлилось, хотя появился избыток ценных материалов для ремёсел. Дай им неделю-другую — наши ордена сократят отставание по уровням, оружию и броне, и что самое важное, по вспомогательным предметам, зельям и артефактам.

Дугмар ничего не сказал, а Хоннорат лишь сухо сообщил, что его ученики вполне могут постоять за себя. Таландир с ехидной усмешкой вновь напомнил, что всем стоило бы покинуть город и предоставить его своей судьбе, но никто из собравшихся ему не ответил.

— Лионикс скажешь что-нибудь?

— Меня беспокоят слова Эстериуса, — признался я, в ответ на вопросительный взгляд Колгрима. — Капитан сказал, что знает, где находится Моргард Стальной и его люди; если предположить, что он не врёт, то где они могут быть? Как им удаётся удерживать их?

— Скорее всего, они в их цитадели, — ответил вместо герцога Лотерн. — Насколько мне известно, недалеко от места, которое называют Алтарём Возрождения, храмовники усиленно отстраивают крепость. Своих людей я туда не посылал, но самое врем выслать разведчиков. По слухам туда отправляют многих жителей города, разумеется без их согласия. Если они держат пленных, то только там.

Звучит не очень обнадёживающе. Игрокам чтобы построить замок 1-го уровня достаточно недели, если нет проблем с людьми и ресурсами, а храмовники обосновались здесь около месяца назад, за это время они могли неплохо укрепиться. О замках, постепенно превращающихся в крепость, информации было много. За стенами своего укрепления защитники получали изрядный бонус к защите, росший с каждым уровнем. Сам замок тоже расширялся, охватывал всё больше места, что позволяло строить различные мастерские, возводить дополнительные стены, ворота и прочие защитные сооружения. Чем больше становился его уровень, тем выше вздымались стены и башни, а улучшенные постройки превращались в величественные здания.

— Чтобы удержать вас особых умений не нужно, — усмехнувшись добавил Колгрим, — да так, что вы сами пожалеете о своём бессмертии.

Слова были произнесены будничным тоном, но отчего-то, когда я столкнулся взглядом с синими глазами улыбающегося человека, по спине пробежал неприятный холодок.

— На этом сегодня закончим, — герцог встал и по очереди обвёл глазами присутствующих. — Надеюсь, нам ещё не раз удастся собраться всем вместе. Вождь Гракхтул, мне нужно перекинуться с вами парой слов.

Дугмар первым поднялся с каменного пола, из-за его огромной фигуры комната стала казаться совсем маленькой. Степенно кивнув он направился к двери. За ним последовали остальные, но когда я вскочил с кресла, снова послышался властный голос.

— Лионикс, тебе придётся подождать меня здесь.

Я медленно сел обратно, каждый из уходящих не постеснялся окинуть меня многозначительным взглядом.

Релгар остался в своём кресле, не думая уходить. Подождав, пока за темноволосым человеком и могучим орком закроется дверь, он заговорил.

— Раз герцог Колгрим отсутствует, я сам вкратце расскажу, зачем мы тебя позвали, если ты не возражаешь, — вряд ли его заботили мои возражения, но я молчал, с некоторой опаской ожидая продолжения. От советника добра не жди. — Помнишь ущелье, в котором мы останавливались несколько дней назад?

Мой кивок, видно, его ничуть не убедил, так как он начал сыпать подробностями.

— Вы устроили там весёлую пирушку, изрядно сократив количество наших припасов. К моему удивлению, наш великодушный герцог не позволил разогнать вас, и крестьяне, почувствовав вседозволенность, упились так, что пришлось делать дополнительные привалы на следующий день.

В голосе Релгара послышалась брезгливость, хотя сам он как раз наполнял очередной бокал. Наверное, своё пристрастие к вину советник не считал чем-то постыдным.

Он изящно повернулся. Глаза блестели от количества выпитого, но оставались серьёзным. В фиолетово-красном дублете, поверх которого был накинут чёрный плащ из блестящей ткани, Релгар выглядел безупречно.

Не знаю, чего он ждал в ответ на свои слова. Я упорно молчал, не желая ввязываться в бессмысленный спор. Тот вечер выдался превосходным и он был необходим многим людям, даже игрокам, но разве советнику объяснишь это?

— Ты сегодня немногословен, Лионикс.

— Вы хотели объяснить мне всё вкратце, — спокойно напомнил я.

— Действительно, — советник немного задумался, потом устало вздохнул. — Через неделю вы отправитесь в то ущелье. Если доживём, конечно. Возьмёте с собой всех своих людей.

— Зачем? — надо же, от меня хотят избавиться посреди этого хаоса. Идея его самого или Рока? И для чего это герцогу?

— Когда Империя посылает тебя на защиту своих границ, нужно спрашивать: “что от меня требуется?” и относиться к этому, как к величайшей чести!

Или к ссылке. Но вслух я произнёс совсем иное.

— Именно это я имел ввиду, когда задал вопрос.

— Надеюсь, что это так, — опасный блеск постепенно исчезал из глаз советника. — Твоему ордену предоставят землю, которой вы вправе распоряжаться как угодно, а также ты получишь необходимые ресурсы для возведения укреплений. Ущелье должно быть надёжно перекрыто.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл изрядно повеселевший Колгрим.

— По глазам вижу, Релгар тебе уже всё рассказал, — с усмешкой бросил он. Следы драки полностью исчезли с его лица.

— Успел сообщить только главное, — возразил тот, взмахнув рукой.

— Но почему сейчас? — получить предложение, вернее, приказ обзавестись своей землёй и начать, наконец, основательно развивать орден, было приятно. Покинуть этот город хотелось так же сильно, как и остаться в нём.

— А чего ждать? — пожал плечами герцог. — Ситуация складывается неприятная, но о будущем тоже не следует забывать. Ущелье перекрывает самый короткий путь к нам, если у тебя всё получится и ты сможешь возвести там цитадель ордена, то можно избежать многих неприятных неожиданностей.

— Почему я? — слова сорвались с губ прежде, чем я успел подумать. Но Релгар в этот раз и бровью не повёл, видимо счёл вопрос уместным.

— Кто-то нужен мне здесь, у кого-то слишком мало людей, чтобы удержать земли, которые расположены далеко отсюда, — охотно объяснил наследник Империи. — Я отпущу с тобой всех твоих магов, дам людей, разбирающихся в строительстве, только Хоннорат останется со мной, он нужен здесь.

— Лишь магистр может разрешить строительство замка и объявить его своей резиденцией.

— Не он один, но без магистра орден не останется, — герцог неожиданно улыбнулся. — Ты получишь свой титул обратно. Надеюсь мне не придётся сожалеть об этом после.

— Благодарю, милорд, — вот так удача! Хотя, конечно же, дело не в ней, а в покровительстве мага, но я лишь недавно сокрушался по поводу потери титула. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке. — Сделаю всё, что в моих силах!

— Придётся постараться, как следует, — предупредил советник, в очередной раз дотронувшись до шляпы. — Как я уже говорил, земля, где сможет обосноваться твой орден, будет в твоём распоряжении, но эта территория, вместе с некоторыми другими, входят во владения барона Берхайма, отданные ему в обмен на его поддержку.

Стоп. Что?!!

— Он не станет вмешиваться в дела орденов, которые появятся на его землях, — продолжил тем временем Релгар, пока Колгрим, удобно устроившись в кресле, скучающе смотрел в окно, слушая речь советника вполуха. — Вы вправе добывать любые ресурсы, застраивать территории и даже делить их между собой, за исключением поместья или замка, где решит обосноваться барон. Он будет собирать налоги и следить за порядком в этих землях, чтобы из-за ваших действий не страдали жители Империи.

— Но... Милорд, если вы даёте ордену определённую территорию…

— Не все одинаково хорошо могут распоряжаться ей, — Колгрим легко понял меня. — Могущественным орденам требуется больше земли, а слабые подчинятся им, либо исчезнуть. Ордена — опора Империи. А опора должна быть устойчивой.

— Ты первым отправишься в те края, но вслед за тобой последуют другие, и они могут представлять для тебя опасность не меньшую, чем монстры или враги Империи, — веско произнёс Релгар.

— Твоей основной задачей станет сдерживать врагов в том ущелье. Бесы не зря собирали армию, не удивлюсь, если они двинутся за нами, как только орды нежити перестанут быть угрозой, — синеглазый витязь недовольно поморщился. — Так просто обо мне не забудут. А зря! Жили бы себе спокойно, когда бы ещё довелось с ними встретиться... Твой замок в ущелье должен встать им поперёк горла! Бесы не станут обходить — это дня два пути, а с армией — все четыре.

— Четыре десятка против нескольких тысяч бесов? — я задумчиво пожевал губам. — Это многим понравится! Но в итоге от замка останутся одни головешки, даже если я смогу привлечь на защиту кого-нибудь ещё.

— Главное, вовремя предупредить нас об их появлении, а там — кто знает, — Колгрим лениво дёрнул плечом. — Жертвовать простыми людьми не нужно — не тот случай. Хотя все, кто пойдёт с тобой, так или иначе будут в опасности. Набирай силу и влияние в тех землях. Если преуспеешь — сделаешь великое дело.

— А если не преуспею?

— Тебя никто не осудит.

— Ну и чего так долго?

Дертер подлетел ко мне, едва я вышел за ворота. В метрах десяти от него, возле двора кожевника, находились другие ребята из ордена.

— Если бы знал, что меня ждут, то попросил бы герцога разогнать всех пораньше, — я смущённо улыбнулся стражнику, который покосился на меня, услышав эти слова. — Простите, глупая шутка.

Тот недовольно фыркнул и повернулся к своим товарищам, придирчиво разглядывавших всех, кто проходил мимо ворот.

— Да, ты уж поосторожнее! — согласился Дертер. — А то потом тебя ещё из тюрьмы вытаскивать придётся. Ну, о чём договорились?

— Сошлись во мнении, что мясо в цене подрастёт...

— А? А сколько оно стоит сейчас? — не понял он.

— Да кто ж его знает... Вы зачем собрались? И почему Асгот говорит, что послезавтра он собирается куда-то идти вместе с нами?

— Я тут ни при чём, — замотал головой стрелок. — Все вопросы — к Палкивиаду, вон он, кстати, стоит! А сейчас мы идём качаться в подземелье! Ждём только тебя. Ты представь — настоящее подземелье с бесконечными мобами!

— Тут так не бывает, — нахмурился я, чувствуя подвох. — Ладно, пошли к остальным.

Глава 17

Так и не успев как следует ознакомиться с городом, я покинул его вместе с Адэной и восемнадцатью игроками из ордена. И особо об этом не сожалел. Ходить в одиночку по закоулкам, в надежде наткнуться на какое-нибудь интересное задание или место, внезапно расхотелось после ссоры с Эстериусом. Храмовники вряд ли забывают обиды, а их власть в городе по-прежнему сильна, им ничего не стоит разделаться со мной, а горожане сделают вид, что ничего не было. Конечно, если бы ребята не стали наперебой утверждать, что самое время качать уровни, я бы назло сомнениям пошёл бы бродить по улицам. Но изучить его я всегда успею, а повышать силу ордена сейчас самое время.

Пока мы шли до ворот, Хейока вкратце рассказал, что успел услышать от других игроков насчёт подземелья. Оно находилось примерно на полпути от города до Алтаря Возрождения; собственно именно возле него и возникло стихийное малое поселение, где магистр Ордена Последователей с разрешения храмовников построил свою резиденцию. Как оказалось, до того момента, когда здесь появились игроки, вся местность от самого Алтаря и до города кишмя кишела мохорылами, которых регулярно извергала наружу обычная с виду пещера. Слабые противники доставили хлопот игрокам лишь вначале, пока в руках начинающих искателей приключений были только палки. Уровни мохорылов колебались от первого до двадцатого; бродили как группами, так и по одиночке, без какого-либо намёка на системность. Трофеи сыпались с них не слишком щедро, но зато всё подряд: амуниция, кольца, медяки. Совсем редко — руда и ингредиенты.

Разжившись первичным комплектом оружия и брони, счёт уничтожаемых существ пошёл на сотни, они вырезались быстро и безжалостно. Разрозненные и слабые монстры даже не пытались сообща оказать сопротивление игрокам, как это было в других местах. Пещеру, где они появлялись, нашли достаточно быстро, но попытки проникнуть глубже в подземелье ещё ни у кого не увенчались успехом. Где-то внизу, на подземном мосту, стояли десятки магов-мохорылов сорокового уровня. И вот они огрызались как следует, накрывая врагов мощными массовыми заклинаниями. Попытки сковырнуть их оттуда заканчивались смертью: даже самые сильные игроки на время решили бросить эту затею — за мостом врагов находилось ничуть не меньше, и даже если удалось бы продвинуться немного вперёд, потратив все временные зелья и усиливающую пищу, отряд игроков, даже с двадцатым уровнем, (а таких было немного) не смог бы уйти далеко. Поэтому решено было усиленно качаться, но каждый новый уровень требовал неимоверное количество опыта, а с мохорылов опыт исправно капал лишь до семнадцатого; дальше его количество сильно уменьшалось и приходилось переключаться на других мобов.

Достигнув ворот, мы успели полюбоваться на великолепное зрелище — серокожие горные воители, держа наготове оружие, уходили в сторону своей крепости. Красный плащ Гракхтула, ехавшего впереди на своём монстре, начинал сверкать, когда лучи солнца прорывались сквозь облака. Дождавшись, когда спины орков станут едва различимы, мы побежали по широкой протоптанной дороге, встречая по пути гружённые телеги с тощими лошадьми. Наш отряд никого не интересовал, многие привыкли к носящимся туда-сюда скитальцам, и надейцы окидывали нас разве что скучающим взглядом, после чего отворачивались.

Путь к обиталищу мохорылов был неблизкий, но игроки бежали гораздо быстрее, чем я думал. Если бы не приходилось останавливаться давая передышку воинам в тяжёлой броне, мы добрались бы меньше чем за час, как подсказывала карта, раздобытая где-то Палкивиадом.

Через некоторое время земля под ногами вновь стала самой обычной, глаза с удовольствием скользили по уже знакомым местам, отдыхая от недавней унылой серости. Вдалеке блеснуло озеро, даже удалось разглядеть те самые развалины, возле которых мы с Мортис были совсем недавно.

— Лио, когда мы займёмся нашей резиденцией? — отвлёк меня от приятных мыслей Палкивиад. Он тяжело дышал, лицо было мокрым от пота. — Мы теряем драгоценное время!

Бедняга! Мои доспехи тоже наливались тяжестью во время бега, дыхание сбивалось, но когда воинам в тяжёлой броне приходилось останавливаться, чтобы не свалиться от усталости, я мог бежать ещё какое-то время, хотя с легконогими разбойниками тягаться было не под силу. Дертер и Хис то и дело отпускали шуточки по поводу нашей скорости и выносливость.

— Через неделю, — коротко бросил я.

— Ждать целую неделю?! — возмутился бегущий поблизости Ортон. — Да нас самые ленивые обставят! Влияние — вот наш самый ценный ресурс! Мы уже обсудили это, и хотели заняться постройкой вечером. Если Хоннорат не сможет выбить участок в городе, то пусть хоть разрешит строить за его пределами!

— Всё не так просто, — я тяжело мотнул головой. Разговаривать и бежать становилось трудно. — Через неделю нас здесь не будет. Но об этом поговорим, когда все соберёмся.

— Ну, все — не все, а послезавтра в подземелье отправятся многие из нашего ордена. — Ортон повернулся ко мне с довольной улыбкой. — Даже Малыша с Трортинаром прихватим. Наш бес уже заскучал без дела, а на Малыша, наоборот, огры свалили кучу обязанностей.

Он внезапно перешёл на шаг, это послужило сигналом для всех остальных. Растянувшийся было отряд в считанные секунды собрался вместе. Пятерым из нас требовался немедленный отдых.

Гальдар протиснулся ко мне с необычайно серьёзным лицом, что было на него непохоже.

— Лио, а это правда, что Фирия наш враг? — как можно тише спросил он, пользуясь тем, что воздух вокруг наполнился смехом и голосами. — Она ведь ни в чём не виновата!

Её очарование повлияло и на него. Много ли нужно мальчишке, даже если он выглядит бывалым могучим воином? Как объяснить ему, что создание, кажущееся сотворённым из света, доброты и милосердия, всё это время закрывало глаза на пытки и смерти? Что именно она может оказаться тем самым демоном, что отравляет всё вокруг. Как заставить его принять то, что я сам принимать не желаю? Но мне легче, я следую за герцогом, потому что уверен в нём. А ещё у меня есть Мортис...

— Мы пока ещё слишком мало знаем о Фирии, — попытался успокоить его я. — Как и о том, что вообще происходит здесь.

— Некоторые говорят, что герцог пытается развязать войну...

Кто эти некоторые?

— Он не из тех, кто будет пытаться, — с осторожностью сказал я, не понимая куда клонит Гальдар. — Если он чего-то хочет, то делает это сразу, а не выжидает.

— У него просто недостаточно сил, — его уверенности позавидовал бы сам Зогпузон. Будь тот жив...

— Герцог пытается обойтись без лишних смертей.

— Ты просто веришь ему!

— Может, потому что он и его воины спасли нас на утёсе? Или потому что он не засовывал нас в клетки?

— Да? Вспомни воров!

— Они тащили наши же запасы и отделались штрафом, а не жуткой смертью! Проклятая земля вокруг города тебе ни о чём не говорит? — я остановился и повернул его за плечо. — Кто тебе наговорил всё это? Это же не твои слова!

— Считаешь, что я не могу подумать сам? — он отдёрнул руку и пошёл вперёд. Громадный рунный молот окутывал спину игрока голубым сиянием.

Я не стал его останавливать, небольшая передышка закончилась и мы вновь пустились в бег. Но этот разговор не шёл из головы.

Мальчишка не видел того, что видели мы — не позволяло возрастное ограничение. Впрочем, что-то мне подсказывало, что даже если бы жуткая картина смерти разворачивалась прямо перед ним, он всё равно нашёл бы этому оправдание. Фирия убеждать умела. Толпы игроков велись на довольно-таки простой трюк: милую мордашку, мнимую беззащитность и кажущееся божественным свечение. Но рядом с ней подобные мысли будут казаться кощунственными. Благоговение, умиротворённость и огромное желание стать полезным — вот что ощущаешь возле неё.

Кажется, оракул и герцог хотят одного и того же. Переманить на свою сторону как можно больше людей перед неизбежным...

— Наверное, это здесь, — задумчиво сказал Палкивиад, сверяясь на всякий случай с картой.

Впереди виднелся добротный бревенчатый частокол, примыкающий к каменным, почти полностью ушедшим в землю, развалинам, едва угадываемым за толстым зелёный покровом.

— Либо так, либо «Орден Поехавших» разместил свою резиденцию под открытым небом, — хохотнул Дертер.

— Осторожнее со словами, они нас и так недолюбливают, — напомнил я ему. — Может, герцогу не удастся мирно всё уладить, но не хочется, чтобы наш орден стал причиной конфликта.

— Сказал тот, кто едва не начал войну! — хмыкнул Палкивиад сворачивая и убирая карту.

— Он всё правильно сделал, — возразила Хисеаллай. — Я бы тоже не стала терпеть подобное! Эти клоуны беспредельничают в городе, обычные люди боятся даже взглянуть в их сторону, а нам нужно позволить убивать себя, ради планов герцога?!

— Кто такие клоуны? — тут же поинтересовалась Адэноль.

— Эммм… У вас их называют шутами.

— Не слишком удачное сравнение. Храмовники вызывают у одних уважение, у других — ужас, но глядя на них смеяться что-то не тянет.

Хис фыркнула, всем своим видом показывая, что дрожать перед разодетыми рыцарями не станет, но ничего не сказала.

Частокол быстро приближался. Наверное, впервые за всё время, Надея вдруг стала похожа на прочие игры. Воздух наполнился довольными возгласами игроков, заглушаемые лишь предсмертными воплями невидимых нам существ. Новые искатели приключений непрерывно прибывали, исчезая за единственным широкий проходом, возле которого стояло куча телег и лотков с товарами, необходимыми для долгого пребывания в подземелье.

— Зелья лечения на 200 и 400 ОЗ, созданные искусными алхимиками ордена по низкой цене! Теперь принимаю ещё и монеты, а также обмениваю на экипировку и другие вещи!

— Начальная экипировка для похода в данж! Дёшево!

— Еда и напитки, прибавляющие характеристики на три часа! Есть прибавка к здоровью и мане!

— Усиливающие эликсиры! Огромный ассортимент!

— Обычные и магические факелы!

— Одноразовые свитки с заклинаниями, не требующие школы магии!

— Кольца, амулеты, серьги!

Разнообразных товаров было в избытке, лучшие экземпляры лежали на крытых лотках торговцев: крупные впереди, мелкие были разложены на небольших полочках за спиной игрока-торговца, а остальные кучей лежали в повозках, дожидаясь своего часа. Мы разбрелись, с интересом разглядывая занимательные и такие желанные вещи.

— Хочешь купить этот превосходный меч? — мигом возник игрок возле меня, заметив, что мой взгляд остановился на коротком клинке, с отливающей золотом сталью. Серебристую рукоятку украшали черепа, не позволявшие руке скользить.

— Он хорош! — признал я, прикасаясь к нему.

— Урон маловат, а уровень требует двенадцатый, — покосился Палкивиад. — Если тратиться, то лучше на усиления и бижутерию — не все обзавелись кольцами и амулетами.

— Ты прав. Впрочем, покупать я и не думал.

Разочарованный торговец, потеряв к нам интерес, бросился к следующему потенциальному покупателю.

— А они неплохо здесь развернулись! — со злым восхищением бросил Дертер. — Всё это принадлежит одному ордену. Последователи подмяли под себя всё! Их мастера обучены, воины экипированы — не хотелось бы сталкиваться с такими ребятами...

— Мне бы тоже, — тихо согласился я. — Ладно, пойдёмте дальше, справимся своими силами, мы уже не новички.

Первое, что бросилось в глаза, когда мы прошли между столбами, были отблески способностей возле темнеющего каменного входа, где игроки лупили появляющихся прямо из под земли мохорылов.

Далеко пройти нам не дали, трое игроков семнадцатого-восемнадцатого уровня преградили нам путь.

— Впервые здесь? — поинтересовался стоящий посередине паренёк, у которого на лоб спадала серебристая прядка, прикрывая глаз.

— Уже месяц как тут! — выпалил Дертер, прежде чем я сказал хоть слово.

— Да? — игрок недоверчиво обвёл нас глазами. — Так, подождите, мне надо кое-что проверить.

В его руках возник ворох бумаг.

— Ну, ты не торопись, проверяй, а мы пока пойдём, — Дертер с добродушной улыбкой похлопал растерянного парня по плечу, да так, что тот отодвинулся в сторону.

Но шагнуть он не успел.

— А ну стоять! — перед Дертером возник закованный в латы воин. На поясе у него висела увесистая булава, от которой распространялось ярко-алое свечение. Из-за спины выглядывал большой треугольный щит, тяжёлый даже на вид. — Тебе сказали — жди! При первом посещение данжа нужно заплатить. Если вы в подземелье уже бывали, значит вы есть в списках. Сейчас проверим и пустим.

— Кто сказал, что мы там уже бывали? — сделал удивлённые глаза стрелок, поглаживая бороду.

— Но ты же сам... — паренёк с бумагами в руках беспомощно взглянул на него. Мне даже стало его немного жаль.

— Разве? Я говорил, что мы не первый день в Надее, — дружелюбно пояснил Дертер.

— Шутники, значит, — воин в латах зло глянул на моего спутника, улыбающегося во весь рот. — Плата за вход пять монет с каждого. Можно также...

— И что, находятся идиоты, которые вам за это платят? — прервал его я выходя вперёд.

— Платят все! — огрызнулся тот. — И вам придётся!

— Неужели?! — насмешливо бросил я. — А если не заплатим? Кинешься на нас со своей страшной дубинкой?

Вокруг нас уже начали понемногу собираться другие игроки, услышавшие пару фраз. Поняв, что дело пахнет ссорой, они навострили уши и стояли с отвратительно радостными лицами. Ещё бы, такое развлечение! Мне не хотелось привлекать лишнего внимания, но и отступать я не собирался. Слишком нагло со стороны, пусть даже могущественного ордена, ограничивать вход в данж в свободных землях.

— Кто разрешил вам это? — спросил я, видя, что рыцарь не торопиться отвечать на предыдущий вопрос.

Тот уже открыл было рот, а его лицо исказилось в презрительной гримасе, но раздавшийся стук копыт прервал его. В следующую секунду я и думать забыл о воине передо мной, взирая на появившегося всадника, чей великолепный чёрный конь самостоятельно и не слишком вежливо растолкал кучкующихся людей.

— Алый приехал! — послышались приглушённые голоса.

— Что стряслось? Почему толпитесь у входа? — тон всадника был холодным, чуть брезгливым и одновременно красивым.

Его бледное лицо напоминало застывшую мраморную маску, будто древняя имперская статуя решила вдруг ожить и прокатиться на лошади. Чёрные как смоль волосы всадника, достававшие до плеч, были стянуты позади. Тяжёлый светло-серый плащ прикрывал золочённые, сделанные словно из стекла, доспехи. Из-за спины выглядывали рукояти мечей.

— Эти не хотят платить, — воин с булавой, взглянув на нас, сплюнул себе под ноги и добавил. — Пришлые...

— Верно, — я ответил ему милой улыбкой. — Не хотим!

Алый неспешно слез с коня, на какое-то время замер, глядя вниз, затем поднял голову и подошёл ближе.

— От вас столько проблем... — вскользь бросил он, с едва заметной усмешкой. — Это моя земля, дарованная мне рыцарем-командором Вальтерием.

— Так он недавно почил, — хмыкнул я, поддерживая манеру его разговора. — Неужели тебе не сообщили?

Алый по-прежнему смотрел не на нас, а куда-то в даль за нашими спинами. Он был опасен, я отчётливо это понимал. Вдобавок его окружала аура, какую можно было почувствовать рядом с сильными надейцами. Она, вопреки здравому смыслу, заставляла чувствовать себя незначительным рядом с её владельцем, и чтобы разговаривать с Алым так же, как с любым другим игроком, приходилось прикладывать неимоверные усилия, чем тот и пользовался.

— Я был там, — спокойно произнёс он, посмотрев наконец-то мне в глаза, отчего вся моя напускная уверенность тут же улетучилась. Зелёные глаза смотрели на меня как на пустое место. Досадную помеху, что отнимает время. Абсолютно бездушный, холодный взгляд, без малейшего намёка даже на крохи эмоций. — Теперь я — новый рыцарь-командор Ордена Храмовников. А так же управляю Орденом Последователей, хотя формально над нами главенствует Верховный Жрец.

— Ммм... Здорово... Держи в курсе!

Я храбрился, хотя больше всего мне хотелось развернуться и идти назад в город, который, почему-то, уже не вызвал отторжения, как было совсем недавно. Аура Алого неспешно ломала мою волю, и я не представлял, чем всё закончится, если разговор затянется. Может, заплатить и поскорее смыться от этого нечеловеческого взгляда и невыносимой ауры? Чёрт, будь он врагом, а у меня в руках клинки, вся тяжесть бы испарилась, я чувствовал это каждой частичкой своего тела.

— В любом случае, ордену принадлежат только ресурсы. Все могут свободно передвигаться по земле и заходить в данжи, кроме тех, что могут находиться прямо во дворе замка или крепости, — мой голос звучал неуверенно и срывался от волнения, но я всё же нашёл в себе силы закончить. — А землёй теперь распоряжается герцог Колгрим, только он вправе дарить территории и собирать с них налоги. Не думаю, что у тебя есть бумага с его согласием.

— Мы сами устанавливаем свои правила. Хотя... — Алый, раздумывая, вновь отвёл глаза. — Дайте им пройти.

— Алый, но... — воин с щитом и булавой ахнул. Жаль мы не видели его лица, так как шлем прикрывал ему всё, кроме рта.

Магистр и рыцарь-командор в одном лице раздражённо взмахнул рукой, развернулся и в два шага оказался у своего коня.

— Пусть идут! — повторил он ещё раз, поправляя ремешки на седле, затем с лёгкостью запрыгнул на лошадь. — Порезвятся. Напоследок...

Последнее слово он бросил уже выезжая за обнесённый участок. По спине пробежал противный холодок, и судя по лицам моих спутников, тревогу почувствовал не я один.

— Не нравится он мне! — буркнул Дертер, когда все разошлись. — На пустозвона не похож... Как думаете, он серьёзно ре...

— Хватит! — решительно прервала его Адэноэль, водружая на голову шлем. — Если он что-то затевает, мы с ним разберёмся. А то, что местные нас недолюбливают — это не новость. Нам пора заняться вашими тренировками, мы за этим сюда пришли. Мохоролов здесь достаточно, лезут прям из-под земли... Хм... Что ж это за существа?

— Можно спуститься и узнать, — весело предложил Палкивиад, доставая меч и щит.

— Нет, — девушка качнула головой. — Сегодня далеко заходить не будем, а вот позже попробуем. Вместе со Стражем... А пока, нападайте на них поодиночке, я понаблюдаю за вами.

Отряд был мгновенно расформирован, но два десятка человек, в том числе и я, с довольными улыбками и почти одновременно выхватили оружие.

Одиночек, которые фармили, не заходя в само подземелье, хватало и без нас, потому, едва нам стоило приняться за увлекательнейшее дело, со всех сторон послышались упрёки других игроков.

— Эй, вы же в одном ордене! — возмутился малоуровневый стрелок, рядом со мной, когда я быстро расправился сразу с двоими мохорылами. — Валите в пещеру!

— Скоро уйдём, — заверил его я, спеша к следующему мобу. — Задание рыцаря- командора!

Тот угрюмо вздохнул, но промолчал, с тоской оглядывая небольшой участок земли, где количество врагов стремительно уменьшалось. Он вскинул лук, и послал стрелу почти не целясь. Я проследил за выстрелом, затем вновь взглянул на лучника, тот начал светиться от радости, он задел моба пятнадцатого уровня, и мохорыл с шипением помчался к нему. Я оттолкнул своего противника, не зная, бежать ли на помощь несчастному игроку, который успел спустить ещё две стрелы, отнявшие врагу по два десятка ОЗ. Лишь когда он потащил из колчана очередную стрелу, до него стало доходить, что разница в двенадцать уровней для него смертельна — слишком уж живучие эти твари. Игрок попятился — парировать атаки мохорыла было нечем, а защитника у стрелка не было. За его спиной что-то сверкнуло и в тот же момент белоснежная стрела вонзилась в грудь маленького существа, а следом прилетела и другая, серая, попав тому прямо в глаз. В ту же секунду за спиной моба возникла фигура в капюшоне и стремительным движением вонзила кинжалы в шею, довершая дело. Цифры урона от критического удара ассасина были впечатляющими, Хисеаллай сняла ему почти полторы тысячи за раз. Конечно, у этих тварей не было брони, как у большинства других существ, да и защитных способностей мы не увидели, потому даже мои удары для любого мохорыла становились болезненными. А вот бедному лучнику третьего уровня тут пока разгуляться негде.

Скривившись, он пошёл поближе к выходу, туда, где другие одиночки искали себе группу.

— Хорошие выстрелы! — похвалил я лучников, обрушивая одновременно удар на голову мохорыла. Меч разрубил его до самой груди, но тем не менее, тот был жив, и даже больно ткнул меня дубиной, забрав 120 ОЗ. Я с проклятиями выдернул оружие, из под которого фонтаном хлестала жёлтая мерзкая жидкость, перехватил мечом вновь поднявшуюся дубину, и рубанул по руке вторым клинком, напрочь отсекая её. Этого хватило, мохорыл рухнул на землю.

— Лионикс, ещё пару таких ошибок, и ты труп! Снова! — крикнула Адэноэль издалека, явно намекая на наше недавнее приключение в крепости полной нежити.

Как будто тогда это была моя вина, обиженно подумал я, весь перепачканный жёлто-зелёной гадостью, но произнёс совсем другое.

— Меня отвлекли!

Слабое оправдание, но другого у меня не было.

Я, на всякий случай, подошёл поближе к лучникам, чтобы дождаться, когда жизнь восстановится сама.

Лираэль, которого совсем недавно пришлось вытаскивать из клетки с ворами, стоял с ехидной улыбочкой, но лук из белого дерева держал наготове. За его спиной светился колчан со стрелами. Второй, вернее, вторая лучница с ником Кайрос, тоже была из нашего ордена, хотя мне доводилось видеть её не так часто, а уж совместно сражаться и вовсе не приходилось. Хотя выглядела она довольно мило, да и все остальные хорошо о ней отзывались. Особенно Дертер, который обычно хвалит так, что от этого чувствуешь себя недоумком.

— Извини! — сероглазая девушка виновато улыбнулась. — Подумала, ты сам захочешь справиться.

— И правильно сделала! — подмигнул я ей. — Вот сейчас восстановлюсь и попробую победить сразу троих, вот там, возможно, мне пригодиться твоя помощь.

— Напрасно рискуешь, — хмыкнул Лираэль. — Мы ещё за другими должны успевать смотреть, чтобы не было случайных смертей.

— Мне нужно знать, на что я способен, — просто ответил я. — Вы уже молодцы, спасли того парня.

Они ничего не ответили, одновременно потянувшись за стрелами. Я отошёл в сторонку, чтобы не мешать им, молча любовался их выстрелами и смотрел за схватками остальных. К сожалению, лучники не всегда били точно, попадали даже по своим, особенно опасно было, когда они использовали умения — стрелы били куда больнее. Бедному Ортону пришлось поспешно бежать, со стрелой в шее. А хила у нас с собой не было. Единственный целитель, перешедший к нам от Рока, всё время держался возле герцога, так же как и другие маги. Так что приходилось спасаться зельями, но и те было приказано строго-настрого экономить.

Зато бойцы ближнего боя подтянули свои навыки, особенно те, кто сражался с щитом или одноручным оружием, включая классы разбойников и ассасинов. Их движения стали точными и умелыми, как попало махали оружием лишь в те моменты, когда игрок терялся, оказавшись внезапно возле нескольких врагов сразу или от ярких эффектов различных классовых способностей.

На всю огороженную территорию приходилось всего парочка тех, кто безбоязненно пользовался магией. Хотя Последователи закрывали глаза на применение новичками сфер, наказание для начинающих искателей приключений могло последовать гораздо позже, и настигнуть тех уже в окрестностях города. Об этом мне рассказал один дружелюбный игрок-охотник, пока я с нетерпением следил за медленно прибавляющимися цифрами жизни. Он стал свидетелем нашей встречи с Алым, и тихо предупредил меня, что о предводителе Последователей хотят дурные слухи.

Я вежливо поблагодарил, хотя и без него было ясно, что такой человек, как Алый, ещё о себе обязательно напомнит.

Недалеко возродились двое мохорылов восьмого и девятого уровня. Убедившись, что полоска здоровья полная, я двинулся к ним, с удовольствием доставая мечи.

Хейока, стоя под защитой товарищей, не прекращал играть мелодии одну за другой, повышая союзникам то урон, то защиту.

Вот уж кто становился полезнее и могущественнее с каждым днём. Его репертуар стал ещё более обширным, а старые мелодии дополнялись новыми частями, усиливая накладываемый эффект и добавляя новые. Последнее, что я услышал, была Песнь Смерти. Даже маги не всегда так смертоносны, как наш бард. И уж тем более не такие разносторонние. Надо ускорить восстановление ОЗ? Пожалуйста! Желаете стать чуточку быстрее? Вот вам! Хотите, чтобы враги поумирали? Ну, получайте!

Песнь Смерти забирала жизнь у любого врага поблизости на расстоянии десяти метров. Забирала и передавала её раненым союзникам вокруг барда. Одна беда, наш музыкант был слишком хрупкий, и едва владел шпагой, которая вряд ли могла его защитить даже от слабого разумного противника. Зато теперь он мог потихоньку ковырять ей мобов, а подаренный Релгаром камзол всё ещё не утратил своей актуальности.

Переступив безголовые тела противников, которые не смогли причинить мне никакого вреда, я двинулся, туда, где посреди заросших мхом камней, зиял вход в подземелье. Земля отвратительно чавкала под ногами, пропитанная странной кровью существ, которые уничтожались тысячами в день. Кругом витал запах болота и гнили. Но разве это могло отпугнуть игроков? Вспышки, возвещавшие о новом уровне, то и дело обволакивали людей. Мне и самому осталось немного до получения десятого, хотя я твёрдо намеревался набить хотя бы парочку за сегодня, и учитывая сколько мне сыпалось опыта с убийства моба 15-го уровня, мог рассчитывать даже на двенадцатый.

Трофеи с павших мобов я подбирал машинально, даже не пытаясь разобраться, что именно попадало в инвентарь — было немного не до того. Враги могли неожиданно возникнуть за спиной или прямо передо мной, пока я был занят очередным мохорылом. У меня получалось без труда справляться даже с тремя противниками, но их нужно было вовремя заметить и среагировать.

Краем глаза я успевал следить за своими спутниками, оказавшимися в поле зрения. Гальдар яростно крутил молотом, мог легко уничтожить сразу пятерых подземных существ, бил грозным оружием по земле, опрокидывая наземь врагов вокруг, помогая как союзникам, так и случайным игрокам. Тарлок рядом с ним умело размахивал одноручным топором, не бросаясь бездумно на врага, ведь щита у него не было. Зато за спиной висело несколько метательных полутораметровых дротиков, которые он иногда использовал, попадая точно в цель. Пусть урон от них был не очень большим, но немного ослабить врага перед тем, как тот приблизиться, никогда не помешает. Или безопасно добить с расстояния.

Чуть поодаль от них сражалась Сирена, одна из тех, кто перешёл к нам из Ордена Рока. О девушке я знал лишь то, что она была сильным воином-танком, специализирующемся на оглушении противника, в чём ей помогал обширный набор способностей и щит с массивной булавой. Благодаря латным доспехам она не уступала размерами другим танкам, возвышаясь над врагами стальной башней.

В этот раз среди отряда находилось немало тех, с кем до это мне редко доводилось общаться, хотя их имена мелькали в отчётах Палкивиада и Адэноэли.

Двое друзей с смешными именами, Громовар и Зубодроб, присоединились к ордену на следующий день после той самой ночи, о которой столь нелестно отзывался Релгар и ставшей самой лучшей для меня. Они появились вместе ещё на утёсе, и с тех пор успели побывать в нескольких орденах, за что некоторые их недолюбливали. Но друзья не обращали на это никакого внимания и играли больше для себя, избегая рутинных ежедневных поручений, но легко ввязываясь в различные авантюры. В нашем ордене обязательств для рядовых игроков как таковых не было, поэтому в нашей компании им было комфортно, а когда их звали на очередную вылазку по пещерам или руинам, те с радостью откликались. Их нельзя было назвать сильными бойцами: Громовар пошёл по пути разбойника с парными кинжалами, а Зубодроб выбрал стезю лучника. В отчётах они находились где-то между новичками и средними воинами — двух друзей не сильно заботило обучение боевым навыкам. Зато они как никто умели создавать непринуждённую и весёлую атмосферу вокруг себя.

Ещё одного малознакомого мне игрока звали Ворчун и он полностью оправдывал свой ник. Паренёк с седой бородой старался по большей части молчать, но если высказывал своё мнение, то чаще всего это было что-то вроде: «да всё это фигня», «так у нас ничего не выйдет», а после пускался в долгие занудные объяснения. Многие терялись в догадках: нарочно он пытается соответствовать своему имени или на самом деле такой, но тем не менее он всегда был желанным гостем в отряде, хоть над ним и подшучивали. Когда же доходило до дела, то Ворчун становился идеальным союзником; он превосходно владел своими луком, едва ли хуже Станиэля.

Очередной мёртвый моб свалился под ноги. Я спокойно перешагнул дальше, клинки, измазанные жёлто-зелёной субстанцией, нетерпеливо подрагивали в руках в ожидании новой схватки. Земля передо мной вспучилась и задрожала, предупреждая о появлении нового существа. Я улыбнулся в предвкушении, принимая боевую стойку. Слева и справа появились ещё две кучки, пришлось отступить на пару шагов, но мимолётный взгляд, брошенный за спину, мгновенно заставил улыбку исчезнуть. Шестеро мохорылов почти одновременно выпрыгнули из-под земли, окружив меня и уставившись холодными белесыми глазами без зрачков. Их угрожающее шипение прервал глухой чавкающий звук — игрок под ником Забытый пришёл мне на помощь, обрушив на голову одной из тварей молот. В другой руке у него сверкал топор, которым он незамедлительно воспользовался, рубанув со всего маху наискось. Благодаря товарищу я легко вырвался из окружения и лёгкое волнение, охватившее было меня, тут же испарилось. Забытый был берсерком, этот класс позволял ему повышать на некоторое время урон за каждого убитого врага. Чем дольше длилось сражение, тем сильнее он становился; ему приходилось бросаться даже в безнадёжный бой, ведь отступать берсерк не может, пока не повержен его последний противник. К счастью, мобы не считались за разумного противника, иначе Забытому пришлось бы до бесконечности бегать от одного мохорыла к другому. Вывести его из боя иначе, чем оглушить или обездвижить какой-нибудь способностью, было попросту невозможно.

— Достаточно! — донёсся издалека голос Адэноэли, и в тот же момент меня накрыла вспышка яркого света...

Вы достигли 10-го уровня!

Памятка игроку:

При смерти Вы теряете 30% заработанного опыта, это может привести к понижению уровня (не ниже 10-го). Будьте дружелюбны, избегайте конфликтов с другими игроками и тщательнее готовьтесь к походам и вылазкам в неизведанные места!

— Давайте заглянем! — предложил Дертер, разглядывая широкий приземистый дом, откуда доносились умопомрачительные запахи жареного мяса, вина и лука. — Можно снять нам комнаты, чтобы прямо с утра вернуться в данж.

— Я же говорил, здесь хорошее место для отдыха! — счастливо улыбнулся Гальдар. — Вам тут понравится.

В унылом подземелье наш отряд провёл около двух часов, в тщетной попытке найти хоть что-нибудь полезное. Мы обшарили несколько пещер, отличавшихся только размерами, попутно уничтожая лезущих под ноги мохорылов, спускались по выдолбленным в земле ступеням на нижние уровни, где подземные залы были поистине огромными и на удивление пустыми. Темнота скрывала в себе лишь мобов и кучи разбитого камня на месте древних сооружений, но среди завалов не нашлось ни одной ценной вещи или самого простенького сундука с трофеями. Если здесь что и было, то всё вынесли до нас.

Насладиться красотой пещер тоже не вышло, магические светильники плохо разгоняли вековую тьму, позволяя видеть всего на несколько шагов вперёд. Другие стайки игроков были умнее, в их руках ярко пылали простые факелы, но и тех хватало ненадолго. Затем мы всерьёз занялись истреблением омерзительных существ, но на этот раз действовали вместе, нападая на толпы врагов большим отрядом. Если не считать того, что некоторые рыцари слишком увлекались лёгким сражением и отставали от основной группы, то фарм прошёл успешно. Инвентари были забиты под завязку грудой посредственной серой экипировки, не попалось ни одного необычного предмета. Зато каждый поднял по два-три уровня, а некоторым повезло получить кольцо или амулет, которые выпадали реже всего. Мне же досталось сразу два простеньких колечка; одно прибавляло +1 к силе, второе — +1 к ловкости. Теперь они, нарочно спрятанные под перчатками, заняли место на указательных пальцах.

— Я не могу остаться, меня ждут, — с мечтательной улыбкой сказал я.— Поужинать можно, но эта таверна принадлежит Ордену Последователей, а те отказались с нами торговать, если вы помните.

Игроки весело переглянулись, совершенно не расстроенные этим фактом. После выхода из подземелья мы и впрямь подошли к торговцам, в надежде избавиться от ненужных вещей, но они в грубой форме велели нам убираться отсюда со своей рухлядью. Впрочем, в долгу мы не остались, состязаться в остроумии с Дертером и Хис было безнадёжным занятием. Когда уязвлённые Последователи поняли, что симпатии окружающих не на их стороне, то перешли на прямые оскорбления и угрозы, чем ещё больше позабавили столпившихся искателей приключений.

— Пусть только попробуют не пустить, — проворчал в ответ Дертер. — Побьём им всю посуду... Там хозяин не из наших. Местный.

Он решительно толкнул дверь. Спины соратников исчезали одна за другой в полутёмном помещении. Окинув взглядом прекрасных лошадей, оставленных гостями у коновязи, я последовал за ними, войдя одним из последних.

Первое, что сразу бросилось в глаза, игроков тут было немного. Алый сидел со своими людьми в самом дальнем углу, неспешно потягивая что-то из кружки. На нашу шумную и большую компанию он едва бросил взгляд.

— Это не к добру, — едва слышно пробормотал я.

— Вряд ли он тут назло нам напивается, — беспечно отозвался Хейока, затем громко крикнул. — Хозяин, нам еды и вина на всех, да побольше!

— Сейчас мигом всё устроим! — здоровенный мужик за стойкой засветился от счастья, увидев столько посетителей за раз. — Присаживайтесь за любой из свободных столов, доблестные воины! Как видите, их у нас в избытке, нечасто к нам заходит так много путников.

Хозяин явно был не прочь поболтать, пока трое его помощников бегали с подносами. К счастью, и в моём отряде хватало разговорчивых людей, которые с готовностью поддержали ничего не значащий разговор.

Я молча прошёл дальше, перешагнул через лавку и сел у самой стены, схватил с принесённого подноса толстый и горячий, истекающий жиром, окорок, и с наслаждением впился в него зубами, слушая краем уха разговор о местных опасностях.

В словах хозяина таверны можно было выявить намёки на то, где отыскать какого-то элитного монстра, который задрал несчастную девушку, вышедшую в лес за травами для приболевшей матери. История закончилась печально не только для девушки, тяжело вздыхающий рассказчик со скорбным лицом поведал, что её мать скончалась, не выдержав вести о смерти дочери.

После истории в таверне ненадолго повисла тишина. Я украдкой поглядывал на Алого, старясь понять, стоит ли опасаться его сейчас. Он сидел прямо, с жутким, надменным лицом, но в нашу сторону даже не смотрел.

— Скажи, хозяин, есть ли у тебя свободные комнаты? — осведомился Дертер.

— А как же! — тот радостно всплеснул руками. — Почти все и свободные! Кроме скитальцев никто здесь не останавливается, разве что... Ну, кхм... В общем, теперь всего две монеты за ночь!

— Годится! — важно кивнул стрелок.

Остаться захотели больше дюжины человек, у остальных были дела в городе либо в лагере.

— Цена за всё окажется не маленькая, — тихим голосом напомнил Палкивиад.

— Это верно, — я улыбнулся. — Хейока, не кажется ли тебе, что пора немного сбить цену?

Бард поспешно пододвинул себе блюдо с жареными сосисками.

— Всему своё время! — назидательно сказал Хейока с полным ртом. — На пустой желудок что-то не поётся...

— Ты уже два куска мяса проглотил! — уличил его Ортон.

— Желудок старого добра не помнит... Ох!

Над головой певца возник значок эффекта "сытость". Но это его ничуть не смутило и он продолжил набивать брюхо одуряюще пахнущими сосисками.

Дверь распахнулась впуская двух усталых, но красивых женщин, в лёгких крестьянских платьях. По всей видимости, их тут хорошо знали, так как едва они заняли места за соседним столом, перед ними тут же возникли тарелки, наполненные кашей с крупными кусками мяса.

Хейока с некоторым сожалением отодвинул пустую тарелку и потянулся за лютней, под одобрительные возгласы отряда. Он провёл для пробы по струнам и уже приготовился играть, но тут к нам устремился испуганный хозяин таверны.

— Прошу меня простить, герои... — нервно заговорил он. — Но тут нельзя... Мы не можем...

— Что нельзя? — спокойно осведомился я.

— Музыка, танцы, бездушное веселье... Всё это развращает людей и они тянутся ко тьме! — слышать ужас в голосе у мужчины с телосложением богатыря и видеть, как того бьёт дрожь, было неловко. Адэноэль смерила его презрительным взглядом, в котором не было и капли сочувствия. — Богиня обратила на нас свой взор, послав Оракула и святых защитников, которые избавляют наш маленький город от ереси и пороков. Мы должны усердно работать и молиться, и лишь в храме можем позволить себе возрадоваться её вниманию к нам! Богиня не потерпит если мы будем вести праздный образ жизни и снова отвернётся от нас, а чудовища вновь заполонят эти земли!

— Что ж, молитесь, если хотите, — разрешил я. — В ваш храм со своими песнями мы не сунемся. Но что касается других мест...

Я многозначительно посмотрел на Хейоку.

— Нет, постойте, нас же покарают за это! — хозяин таверны вскинул дрожащие руки, затем беспомощно посмотрел на Алого, но тому, казалось, до нас дела не было.

— Никто больше не накажет вас за смех и счастье! — Адэноэль намеренно произнесла это громче, чем нужно.

Её глаза в полутьме казались двумя изумрудами, а золотистые волосы сверкали при малейшем движении, отражая блики пламени в камине. От её красоты захватывало дух, и я искренне жалел игроков, положивших на воительницу глаз. Интересно, сколько из них злятся на меня за то, что я вытащил Стража?

— Искусство запретить нельзя, — добавил Хейока в повисшей тишине. — Как и чувства. Не завидую я тем, кто попытается.

Он провёл по струнам, на этот раз музыка полилась сразу; медленная, но не грустная. Полтора десятка человек, собравшихся здесь до нас, даже те, кто пришли с Алым, постепенно замолкали и начинали вслушиваться, а их лица становились отрешёнными. Голос певца поначалу был тихий, едва слышный за звуками лютнями, он заставлял всех затаить дыхание. Люди боялись пошевелиться, чтобы не пропустить ни словечка, чего бард, наверное, и добивался. Затем он запел громче, прекрасный чувственный голос разрушал последние преграды в сердцах слушателей. Хеойка пел о прошлом, о могучей Империи, величественных городах, храмах, её прекрасных жителях и даже о коровах на лугу. Она была проста, и в то же время удачно подходила для нынешнего времени, когда радости обычной мирной жизни казались чем-то далёким и недостижимым. Музыка и голос, усиливаемые самой игрой, уносили в мечты не только надейцев, но и нас игроков, загруженных проблемами реальной жизни.

Нет, мало что даёт такую мотивацию и желание жить дальше, чем несколько часов, проведённых тут, в Надее... Несуществующий хмель бьёт в голову не хуже, чем песня. Хочется, чтобы все вокруг были счастливы, даже эти... Последователи, чтоб их...

Дверь отворилась, пропуская храмовника, но никто даже бровью не повёл, хотя из-за его шагов задрожал пол, а когда он рухнул на лавку, та жалобно скрипнула.

Хозяин таверны стоял оперевшись на стойку, выражение его лица изменилось со страдальческого на мечтательное. Он и не подумал подойти к новому гостю, попросту не заметив его, да и его помощники застыли, опустив пустые подносы.

Музыка смолкла, но некоторое время в таверне царила тишина. Первым опомнился хозяин, он окликнул своих работников и те вновь забегали между столами, двигаясь как-то неловко. В глазах молодых парней застыла тоска и задумчивость. Понемногу зал снова наполнился приглушёнными голосами надейцев, хотя мои спутники не считали нужным сдерживать себя.

— Вот это песня! — восхищённо воскликнула Сирена во весь голос. — Жаль, что такое мы слышим нечасто.

— А ты почаще ходи с нами, — сверкнул зубами Дертер. — И вскоре пожалеешь о своём желании.

— Хейока, не слушай его, — поддержала барда Адэноэль. — Твои песни всегда к месту!

— Но мы не станем в этом приличном заведении говорить, к какому именно...

Рыцари ордена продолжили зубоскалить, а я посмотрел на женщин, чьи голоса, становящиеся всё громче, привлекли моё внимание. Они находились совсем рядом, поэтому я отчётливо слышал каждое слово.

— Говори тише, Тара! — испуганно воскликнула та, что была слева, со светлыми вьющимися волосами. — Твоя глупый язык доведёт нас до беды!

— И пусть! — упрямо качнула головой рыжеволосая, над которой сразу же загорелось имя. В чёрных глазах, блестевших от вина, горел вызов. — Они убили моего мужа просто потехи ради. Рано или поздно они поплатятся за это.

— Он пытался примкнуть к врагам!

— Нет у нас врагов, кроме этих проклятых святош...

Темноволосой храмовник с живыми яркими глазами дёрнул головой, услышав слова женщины. На худом лице проступила злая усмешка. Он схватил свою кружку, опустошил её одним долгим глотком и с грохотом поставил обратно. На своего командора воин даже не взглянул, он решительно встал, поправил прикрепленный к поясу широкий длинный меч в потёртых ножнах, не спеша вышел из-за стола и направился к ничего не подозревающим спорщицам, которые сидели спиной к нему.

Я вскочил. С молчаливого одобрения Алого могло произойти непоправимое. Мне пришлось обходить длинный, прижатый к стене стол, а храмовнику оставалось сделать всего лишь шаг. Надо было его окликнуть, чтобы привлечь внимание, но мне не верилось, что чёрные рыцари и их главари способны на прилюдную жестокость, ведь если бы Алый не брал в расчёт герцога и был убеждён в своей полной безнаказанности, то его люди перебили бы нас ещё у входа в подземелье.

Крепкая рука храмовника с силой опустилась на голову ничего не подозревающей женщины. Послышался глухой стук. Я с ужасом смотрел, как Тара медленно поднимает залитое кровью лицо. На какую-то долю секунду в её взгляде промелькнуло недоумение, она коснулась рукой разбитых губ и лишь затем лицо исказилось от боли, а в глазах появился испуг.

Мои спутники повскакивали с мест. Темноволосый мужчина стоял за спиной Тары с дьявольской улыбкой, довольный произведённым впечатлением, а когда услышал первый всхлип, его улыбка стала ещё шире.

— Стой, ублюдок! — зарычал я, понимая, что он хочет повторить это вновь, теперь на глазах у всех.

Меч со свистом вылетел из ножен и устремился к горлу чёрного рыцаря. Тот отшатнулся, избегая лезвия, и левой рукой отшвырнул меня в сторону. Увлекаемый собственным телом из-за глупого промаха, я наткнулся на лавку, где недавно сидел храмовник, и перелетев через неё, оказался под столом.

Проклятье! Какая глупая ошибка! Я успел представить, что скажет потом Адэноэль на мои акробатические трюки, но лелеять уязвлённое самолюбие сейчас было не время. Перекатившись, я вскочил на на ноги, оказавшись по другую сторону стола, и с облегчением увидел, что рыцари моего ордена не торопятся хвататься за оружие, зато отвели подальше Тару и её подругу.

Памятка:

Вы атаковали представителя другого ордена! Подобные инциденты не приводят к немедленной войне, но дают пострадавшей стороне "Повод для войны", если стороны не приходятся друг другу врагами по умолчанию. Чтобы подробнее узнать об этом, перейдите...

Я топливо отмахнулся от выскочившего сообщения. Сейчас было немного не до того.

— Неплохой меч, — голос храмовника был красивым. Глубоким и проникновенным, как у киношного злодея. Он наклонился, поднял обронённый клинок, повертел его в руках, рассматривая при голубом свете магических светильников, затем повернул ко мне лицо, на котором застыла злая усмешка. — Тебе следует на кухне ножом размахивать... Но я исправлю это досадное недоразумение. В моих руках древнее оружие сломается легко. А вслед за ним сломаешься и ты в застенках нашей крепости. Знаешь, что ждёт того, кто поднял меч на одного из нас?

— Знаю! — зло выпалил я. — Ничего!

Клинок резко вырвало из рук чёрного рыцаря и он влетел прямо в мою подставленную ладонь. Храмовник зашипел от неожиданной боли, бросил недоуменный взгляд на свои окровавленные пальцы, затем поднял голову и встретился глазами со мной. Я стоял, замерев с вытянутой рукой, в которой холодно и устрашающе поблескивал меч, направленный на врага.

— Ваше время прошло, храмовник! — негромко сказал я, откровенно наслаждаясь выражением его лица. — Нападение на поданных герцога Колгрима — это преступление. Ты отправишься со мной в город и предстанешь перед судом!

— Нет.

Раздавшийся сзади голос был спокоен и холоден. Храмовник, потянувшийся было за мечом, медленно опустил окровавленную руку. В его глазах стояла такая ярость, что моя злость немного улеглась, а вот осторожность наоборот приподняла голову.

— Предлагаю считать случившееся здесь досадным недоразумением, — продолжил тем временем Алый, подходя ко мне сзади и вставая сбоку. — Давайте все остынем и вернёмся к прерванным занятиям.

— Он должен ответить за то, что сделал! — вскинулся я.

— Насколько мне известно, только стражник имеет право задерживать человека, — напомнил Алый. — Среди твоих людей есть стражники?

В воздухе повисла тишина

—Так я и думал, — выждав недолгую паузу сказал командор храмовников. — Даму успели напоить зельем, на ней не осталось и следа от недавней несдержанности моего воина.

Я скрипнул зубами. Это было правдой, Тара стояла между Ортоном и Хейокой совершенно невредимая. Хоть это и показалось странным, в её глазах больше не было и намёка на испуг. Впрочем, храмовники убили её мужа, а ненависть зачастую сильнее страха.

Не дождавшись никакого ответа, кроме враждебных и презрительных взглядов от моего отряда, Алый с нажимом медленно произнёс:

— Мы уходим.

Он кивнул своим людям, те молча поднялись из-за стола и направились к выходу вслед за своим магистром. Темноволосый храмовник, скрипнув зубами, медленно прошёл мимо меня. Несмотря на эмоции, обуревавшие его, он не посмел ослушаться Алого и даже не сказал ничего на прощанье, ограничившись убийственным взглядом.

Я подождал пока за ними закроется дверь, подумал пару секунд, затем решился:

— Кто идёт со мной в город, готовьтесь выступать. Расплатитесь с хозяином за ужин, а я пока перекинусь парой слов с Алым.

— Лио! — окликнул меня голос Адэноэли, заставив меня развернуться возле самой двери. — Не сделай хуже.

Я молча кивнул и дёрнул за ручку двери.

На дворе было темнее обычного, невидимые облака застилали всё небо, мешая лунному свету освещать ночную Надею.

— Алый! — окликнул я человека, шагавшего в сторону коновязи в окружении рыцарей. — Я хотел бы с тобой поговорить.

Человек в сером плаще, замер, затем едва повёл головой, показывая остальным, чтобы не останавливались, и только после этого неспешно повернулся, поджидая меня.

— Ты очень назойлив, — сухо сказал он, глядя на меня всё тем же пустым и бездушным взглядом. — У меня нет времени тешить твоё эго. Я наслышан о твоих приключениях, но скакать вокруг тебя, как это делают другие, не собираюсь. Боюсь, ты мог решить, что раз тебя несколько раз пустили к герцогу, то имеешь право совать свой нос в дела других магистров, и прикрываясь его именем, наводить свои порядки. Так вот, это заблуждение... Ты ещё стоишь здесь, потому что на твои глупые слова и поступки попросту лень обращать внимания, которого ты так жаждешь.

— Ты пытаешься убедить в этом себя? Если бы это было так, то в таверне с разбитым носом сидел бы сейчас я! Но я стою здесь, чего не скажешь о всех тех, кого вы убили за неосторожные слова или даже просто так. А ты закрывал глаза на всё, что с ними делали! — к счастью, свою ауру он отключил, иначе вряд ли бы у меня получилось ответь ему как следует. Хотя его пустой взгляд отчего-то вызывал беспокойство, и лишь упрямство не позволило мне промолчать. С какой стати терпеть его нападки, если он всего лишь такой же игрок, как и я?

— Вовсе нет. Я смотрел во все глаза и наслаждался зрелищем.

Я оцепенел от такого признания под его немигающим взглядом.

— Вижу, ты поражён. А твоя наивность меня совсем не удивляет... Как думаешь, почему столько игроков поддерживает меня?

— У них нет выбора.

— Есть и ещё какой! Хотя не сомневаюсь, что многие себя оправдывают именно этими словами... Но всё куда проще. Им нравится безнаказанность. Да, поначалу многие робели, но потом вошли во вкус. Тебе никогда не доводилось держать в руках жизнь беззащитного надейца? Попробуй как-нибудь, тебе точно понравится... Они молят о пощаде, говорят тебе всё, что знают; где находятся спрятанные сокровища, где можно разжиться оружием... И не нужно бегать по глупым поручениям, входить к ним в доверие... Достаточно лишь держать в руке нож и подойти к этому с малой толикой фантазии. Когда они начнут просить быстрой смерти, можно быть уверенным, что они сказали правду...

— Ну ты и сволочь! Ты и в жизни такой? — с отвращением бросил я, глядя на то, как в глазах храмовника впервые вспыхнул интерес, а на лице появилась блаженная улыбка. — Ты мясник, но не верю, что остальные такие же!

— Награда превышает брезгливость. Видишь ли, когда игрок видит перед собой объект своего влечения, он тут же начинает задумываться над моим предложением. Я лорд этих земель, один из самых влиятельных людей, и могу предложить игрокам то, что при правлении твоего герцога станет невозможным. И за это они будут сражаться. Ну и, конечно, из страха, что об их делах и наклонностях кто-то узнает, — он недвусмысленно повёл плечами. — Я их не порицаю и даю им то, чего они хотят. Надейцы расходный материал, они часто умирают здесь, но на их место всегда приходят новые. Молоденькие девушки тут нарасхват, даже мои рыцари-храмовники не отказывают себе в удовольствии... Стоит этим прелестным глупышкам увидеть, что бывает с теми, кто перешёл дорогу ордену, как они тут же становятся покорными...

— Врёшь! Игроки не могут участвовать в подобном!

— Если дело касается других игроков — нет. К моему сожалению... — Алый издал короткий смешок. — Их душевное спокойствие под защитой. Каждый может отключить даже нецензурную брань, если захочет. Но ты не понимаешь, где находишься. Это средневековый мир, где живьём жгут врагов, отрезают уши и языки, а детей кидают на жертвенный алтарь! Имея влияние и власть можно позволить себе всё, или почти всё. Конечно, герцог бы такого не допустил, и чтобы умыкнуть хорошенькую горожаночку пришлось бы как следует попотеть, но наше правление нравится игрокам гораздо больше. Как бы ты не цеплялся за светлые идеалы, они рушатся под низменными инстинктами людей, стоит только поманить их и убедить, что это безопасно.

— Становится понятно, почему среди вас так мало девушек-игроков. Им не понравилось смотреть на то, как жалкие идиоты строят свою подростковую мечту.

— Осторожнее... А не то...

— Да плевать! Непонятно одно, каким боком тут демоны?

— Демоны?!! — на этот раз Алый и впрямь расхохотался. — Нет здесь никаких демонов! Всё это ваши выдумки, которыми вы пытаетесь склонить народ на вашу сторону. Да только не выйдет. Есть только...

Он внезапно осёкся.

— Довольно! Я достаточно развлёкся, — продолжил Алый после некоторой заминки. — Всегда приятно видеть выражение на лицах, якобы, святош, которым впервые показали настоящую Надею. Живи теперь с мыслью, что более смелые люди сейчас вовсю наслаждаются игрой. Так, как ты себе никогда позволить не сможешь. Впрочем, если встретишь местную красавицу и захочешь её, приходи, я сумею тебе помочь.

Он хотел хлопнуть меня по плечу, но я вовремя отстранился. Увидев отвращение на моём лице, Алый довольно усмехнулся, развернулся и направился к терпеливо ожидавшим его рыцарям.

Обратно мы возвращались верхом. Палкивиад уже давно сумел разжиться своей собственной светло-серой лошадью, а Хейоке подарили гнедого боевого красавца за выполнение какого-то квеста. Ещё одного коня мы одолжили у Сирены, которая решила остаться в таверне.

Позади Палкивиада сидел Ортон, Тарлок трясся в одном седле вместе с бардом, и лишь Кайрос ехала одна на симпатичной белой кобыле. Я же усадил впереди себя Тару, которую решено было не оставлять без защиты. Льерако пофыркивал, изображая недовольство, но его мнения никто не спрашивал. Надейка молчала, обдумывая предложение о вступлении в орден. Защитить её от гнева храмовников как-то иначе мы не могли. Разве что обратиться напрямую к Гакону, Лотерну или герцогу, но у них и без того проблем предостаточно.

Я не успел никому рассказать о нашем разговоре с Алым, а при Таре говорить о таких вещах не хотелось. Предводитель храмовников мне не врал, в этом сомнений не было. Удивляло то, как ловко создатели игры уклонялись от острых вопросов в своих обзорах и интервью, создав у всех впечатление, что в Надее почти не касаются темы жестокости и насилия. Им поверили. Некоторые их хвалили за такой подход, другие жаловались, что мир будет слишком простым и несерьёзным.

Здесь мы не просто столкнулись и с тем и с другим, а можем сами сеять вокруг себя зло и страдания, если получим достаточно власти для этого. Что будет, когда новость об этом разойдётся за пределы игрового сообщества? Активисты и защитники окрестили Надею «болезнью, разлагающей общество» задолго до её выхода, услышав о том, что в игре присутствует рабство, на котором строятся механики некоторых фракций — островных пиратов, к примеру. Но тогда на это никто не обратил внимание, ведь каждый большой проект подвергался подобной критике. Теперь же на создателей обрушится новый шквал ненависти, который может больно ударить по самому миру...

— Ночью город не выглядит таким уж отвратительным, — заметил Палкивиад.

Приближающиеся стены, освещённые огненными и магическими факелами, выглядели волшебно. Темнота тщательно скрывала все недостатки, от неровной кладки, до мёртвой земли. Даже силуэты воинов у ворот города казались величественными.

— Радует, что тут ничего не изменилось, за время нашего отсутствия, — буркнул я. — Пал, ты собираешься туда?

— Угу.

— Возьми с собой Тару. Меня, наверное, уже ждут в лагере.

Подъехав к воротам, я спрыгнул с льерако и помог спуститься уставшей женщине. Вслед за нами спешились и остальные. Палкивиад отдал поводья Ортону, ободряюще улыбнулся Таре и повёл её между городскими стражниками и храмовниками. Их никто не остановил, лишь окинули настороженным взглядом.

— Увидимся завтра! — бросил я оставшимся рыцарям ордена и вновь забрался в седло.

— Удачи! — Кайрос тепло улыбнулась на прощанье.

Хейока, Ортон и Тарлок махнули мне рукой и тоже скрылись за воротами города.

Я ткнул пятками в бока зверя, льерако с удовольствием сорвался с места, набирая скорость. Копыта часто молотили по земле, поднимая позади тучу пыли. Благодаря кострам, палатки можно было разглядеть издалека. В глаза бросилось, что лагерь стал ещё меньше, но теперь шатры расположились ближе друг к другу. Ещё вчера их охраняли полсотни стражников, не считая игроков, теперь же я заметил всего шестерых. Я мысленно одобрил это, незачем распылять силы, пытаясь защитить горстку игроков, которые должны сами о себе позаботиться. Мой палатка стояла с краю, слева от шатра нашего ордена, возле входа которого горел всего один магический светильник. Я соскочил с седла и отпустил Кошмара на все четыре стороны. Ездовые животные требовали пищи так же, как и все, а ел льерако много и предпочитал траву повыше и позеленее, которой в лагере не осталось. Хоть и страшно было оставлять его без присмотра, но особого выбора не было.

Я постоял мгновение возле палатки, пялясь в ночное небо и надеясь увидеть хотя бы одну звёздочку, но напрасно — всё застилала белая мгла. Вздохнув, я приподнял край палатки, сделал шаг вперёд... и тут же отскочил назад с приглушённым возгласом, выпустив из рук полотно, которое отделило меня от того, что находилось внутри.

— Не может быть, чтобы мне так не везло... — потрясённо прошептал я, не зная, что делать дальше. Кругом полно людей... Позвать? Тело била дрожь, что удивило меня самого. Страх? Или всё же адреналин? Смерти мне боятся нечего, боли я не чувствую... Нет, дело в неожиданности, но что этому существу нужно от меня?

— Только не делай глупостей! — раздался удивительно приятный, завораживающий голос пробившийся с той стороны сквозь толстую ткань. — Входи! Нужно поговорить.

Просто поговорить... Я ещё раз посмотрел по сторонам, прикидывая, не стоит ли сбежать, пока есть возможность, но рассудок на этот раз взял вверх над эмоциями. Глубоко вздохнув, я вновь дёрнул ткань и вошёл в палатку, во все глаза глядя на существо, стоявшее передо мной.

Это был демон... Вернее, демонесса. Даже не вчитываясь в надпись над её головой, я понял, кто именно стоит передо мной. Белоснежное, юное и идеально правильное лицо обрамляли рыжие волосы, но они не могли скрыть полуметровые торчащие чёрные рога. Красные глаза смотрели требовательно и строго. Едва заглянув в них, я будто воочию увидел тьму веков из которой пришло это существо. Для неё все мы — просто копошащиеся букашки, не стоящие внимания. И всё же она стояла здесь. Её чёрные крылья касались стен палатки, неизвестно как державшийся синий металл едва прикрывал те места, куда невольно устремлялся взгляд, в остальном же она была без одежды. Вся кожа, не считая лица, была красной, но это как ни странно только добавляло ей привлекательности, и даже увесистый шипастый хвост позади, который явно мог служить оружием, не заставил меня оторвать взгляд от совершенного тела. Суккуб, демон похоти и разврата. Не он ли виноват в том, что творили игроки?

Она переступила с ноги на ногу, тело соблазнительно колыхнулось, заставив меня шумно выдохнуть.

— Узнаёшь меня, мальчик? — её голос словно обещал все мыслимые и немыслимые наслаждения.

Я едва уловил смысл, и отрицательно мотнул головой, не надеясь, что голос сейчас будет меня слушаться.

— Хорошо. Значит, он тебе ещё не рассказал... — она улыбнулась так мило, что захотелось припасть к её ногам, вернее, копытам, спрятанным под подобием сапог, и заверить, что моя жизнь с этой минуты принадлежит ей. Лишь снова заглянув ей в глаза, я смог опомниться и понять, что она не хотела привлечь меня таким способом, просто суккуб это... суккуб. — Я Деморталис. Благодаря мне вы выжили в гробнице. Благодаря мне ты не попал под влияние тёмного эльфа. Израмир мой ученик.

Деморталис? Старушка? Ух, чуяло моё сердце, что она не простая колдунья... Я помолчал немного, переваривая услышанное, старательно глядя ей только в глаза.

— Но... Тебя же не было на утёсе, когда мы пошли в гробницу... — с трудом выдавил я, радуясь, что мысли начали приходить в порядок. Главное не опускать взгляд ниже...

— Верно, я сама нашла вас и присоединилась позже. Наверное, ты хочешь спросить, почему я помогла вам? — она не ждала ответа, просто продолжила говорить неестественным, чарующим голосом. — Я в бегах сотни лет, и устала от одиночества, равно как и от общества примитивных созданий. А ведь я люблю роскошь... И поклонение. Ваше стремление отгрызть кусок земли у бесов, подтолкнуло меня к мысли, что люди — меньшее из зол. Империя была великой, мудрецов было не счесть, а накопленным ими знаниям позавидовал бы любой из Принцев-Демонов. И я подумала, почему бы не затеряться среди твоих сородичей? Если бы у вас получилось создать королевство, я бы понемногу карабкалась наверх, получая желаемое...

— То-есть, королевство?

— Нет, нет... Быть у всех на виду — не по мне... Ваша политика, где вы грызётесь за телегу с сеном, навевает лишь тоску. Я бы стала знатной дамой, имела бы доступ к тайнам и магическим знаниям... Вредить людям или управлять ими мне ни к чему.

— Тогда зачем ты устроила здесь ад на земле? — в лоб спросил я.

— Ад? Какое странное слово... К происходящему я не имею никакого отношения, потому я и здесь. Твой Израмир разрывается между доверием и здравыми смыслом. Он хочет верить, что это не моих рук дело, но все вокруг твердят о демоне, заставляющем слабовольных сеять смерть, потому порывается рассказать тебе обо мне. И я решила сделать это сама.

— Странно, что ты просто не избавилась от угрозы. Что-то мне подсказывает, что тебе это по силам, — её слова изгнали все прочие чувства, я снова стал собой.

— Его недоверие лишь доказывает, что я не ошиблась в нём. Доверие иногда обходится очень дорого. Впрочем, ты об этом ещё узнаешь...

— Значит, Алый был прав, и демон тут ни при чём?

— О, нет... Над этим местом явно поработал один из лордов-демонов, прислуживающий Принцам... Иногда провинившихся отправляют сюда, чтобы они подготовили вторжение, ведь наша магия не в силах открыть такие врата, чтобы провести сюда большую орду.

— Как нам его одолеть?

— Никак. Вас спасает лишь то, что он осторожен и действует через последователей. Многие из них даже не догадываются, что подчинились демону. Я бы посоветовала бежать, но знаю, что не прислушаетесь. Быть может, вам повезёт, и демон не проявит себя, а отступит, если очистить местность от его рабов.

— А девчонка-оракул? Какое отношение ко всему этому имеет она? — задал я самый волнующий меня вопрос.

— Этого я не знаю, — глаза суккуба заполыхали ещё ярче. — Глупышка обладает омерзительной силой, которая ослабляет меня даже на расстоянии. Оракул не источник — она лишь проводник чужой могущественной магии. Чтобы узнать наверняка, нужно подойти поближе, но... Я не могу.

Сила от которой корёжит демонов? Неужели это возможно? Она лишь проводник.... Проводник божественной магии? Какая сила может быть чище и невыносимее для демонов? Но если Фирия и впрямь служит Теффании, то почему попавшие под влияние демона «праведники» её защищают? Или она пленница?

— Зачем демонопоклонникам строить храм нашей Богини, которая исчезла века назад?

Губы демонессы изогнулись в одобрительной улыбке, отчего у меня перехватило дыхание, а глаза непроизвольно вновь скользнули по её совершенному телу.

— Вам предстоит это выяснить. Расстроить планы демона можно лишь узнав их, — её восхитительный голос пробился сквозь туман в моей голове. — А сейчас мне пора уходить, кто-то приближается сюда. Помни, никто не должен знать обо мне.

— Но как мне узнать, что ты не лжёшь?

— Я могла бы отправить Израмира подальше отсюда, зачаровать тебя, но вместо этого пришла к тебе и открылась. Не подведи меня. Взамен я могу быть очень благодарной...

Она подошла ко мне вплотную, почти коснувшись своим телом, и глядя в глаза провела пальцем по моей щеке. По телу начал распространяться жар. Все мысли напрочь покинули меня, я чувствовал лишь всепоглощающее желание, руки непроизвольно попытались обхватить демонессу, но она ловко отступила, с многообещающей усмешкой покачала головой и оставила меня одного. Ни возмущения, ни огорчения не последовало. Я потерял себя, забыл кто я, но это длилось лишь несколько секунд, пока ткань шатра вновь не колыхнулась и не вошла она. Мортис... Все чувства мгновенно вернулись ко мне и вслед за ними нахлынул стыд. Как мог я чувствовать влечение к демону, когда у меня есть она... Прелестное темноволосое создание с белоснежным лицом и обманчиво-хрупким телом.

— У нас ничего не было! — выпалил я, видя странное выражение на её лице.

Мортис полуобернулась, отдёрнула полог; сквозь небольшую дыру я увидел пламя костра и медленно удаляющуюся сгорбленную фигуру.

— Со старушкой-то? — она вновь повернулась ко мне, её брови взлетели вверх. — Я не настолько ревнива... Ох! Лио...

Страсть снова ударила в голову, тело действовало само, сгребая девушку в объятия. Но Мортис не сопротивлялась, охотно подставляла губы и отвечала на поцелуи.

Демон соблазна и похоти знатно порылся в моей голове. Она знала обо мне и Мортис, знала, что та придёт. И таков был её дар в обмен на моё молчание. Я знал, что сегодняшняя ночь станет лучшей для нас обоих и чувствовал все потаённые желания Мортис...

— Твои глаза... Покраснели? — девушка безмятежно улыбалась и ответа не ждала.

Я молча подхватил её и понёс в угол, где у стены возвышался ворох мягких шкур.

Глава 18

1

Пробуждение было приятным. Меховые серебристо-белые шкуры, служившие и постелью, и одеялом, при малейшем движении щекотали и ласкали обнажённое тело. Свернувшаяся калачиком Мортис мирно посапывала, лёжа спиной ко мне. Будить её совершенно не хотелось, но голоса раздававшиеся снаружи подсказывали, что утро вскоре начнёт плавно переходить в день. Пока мы находились здесь в таком виде, войти в палатку и потревожить нас могли только враги, но меня за этими тонкими стенами ждал ворох дел и обязанностей, а уйти, не сказав Мортис ни слова, было выше моих сил.

Я повернулся к ней и приобнял, крепко прижимая к себе.

— Доброе утро! — шепнул я девушке, свободной рукой убрал волосы с её лица и прикоснулся губами к белоснежной коже. — Я выйду ненадолго, а потом мне нужно ехать в город.

Мортис улыбнулась, не открывая глаз.

— Думала, ты захочешь остаться здесь подольше... — промурлыкала она, сделав недвусмысленное движение тазом, и только после этого повернулась и открыла глаза. — Что это вчера с тобой было? Я не жалуюсь... Но всё было так...

— Чудесно, — подсказал я. — Поэтому не будем разрушать магию ночи и говорить об этом. Я бы остался, но тогда, боюсь, мы потеряем весь день.

— Нельзя! — покачала головой девушка. Она о чём-то задумалась, счастливое выражение ненадолго пропало с её лица. Мортис уселась, одной рукой придерживая шкуру. — Меня тоже ждут дела. Но сначала нужно в душ.

— Ты вечером придёшь?

— Не знаю, если Рок не подкинет чего-нибудь интересного, — она вновь улыбнулась, взглянув на меня прекрасными глазами. — Постоянно спать в капсуле не слишком приятно, хотя я готова потерпеть... Правда, родные переживают, всё нудят, что слишком много времени провожу здесь... Папа среди ночи нажал тревожную кнопку, хорошо хоть не во время... Пришлось объяснять, что со мной всё в порядке.

— Почему он волнуется?

Мортис никогда ещё не говорила со мной ни о чём, что связанно с реальной жизнью. Я с неподдельным интересом ждал ответа, но она не спешила.

— Нет, мы не будем портить магию прошлой ночи и говорить об этом, — внезапно усмехнулась девушка, вновь становясь собой прежней. — Как-нибудь потом...

Словно извиняясь, она обеими руками схватила мою голову и прильнула к губам, а через десять секунд её силуэт растаял в воздухе, оставив в шатре меня одного.

Прежде, чем последовать за ней в реальность, я предусмотрительно оделся. Для этого пришлось собирать мои разбросанные доспехи по всему шатру. Почему мы предпочли их не скидывать мгновенно, я уже не помнил, но такая беспечность могла обернуться их потерей. Почувствовав на себе приятную тяжесть доспехов, я осмотрел себя и дотронулся до рукоятей мечей. Сегодня истребление мобов в мои планы не входит, и вновь понадобятся они лишь на тренировке.

Ткань шатра колыхнулась, прямо ко мне устремилась крупная чёрная птица. Я уже привык к такой доставке сообщений и их внезапное появление перестало пугать. Аккуратно забрав послание, с незнакомой мне печатью, я спрятал его в инвентарь и нажал на кнопку выхода. Письмо немного подождёт.

2

Уважаемый Лионикс! Нужда заставляет меня обратиться к вам! Я имел долгую беседу с нашим правителем, и герцог поведал мне, что он выбрал вас для защиты ущелья Ракарт. Как вы наверное уже знаете, те земли, к которым примыкает само ущелье, были отданы моей семье. Я ни в коем случае не намерен чинить препятствия. Наоборот, я всецело на вашей стороне и окажу любую поддержку. Мне стало известно, что вскоре вы получите титул магистра и у меня есть предложение, которое усилит влияние вашего ордена в тех землях и заставит недругов надолго притихнуть. К тому же, я обладаю сведениями, которые наверняка заинтересуют вас.

Искренне надеюсь на скорую встречу с вами в моём доме, дорогу к которому вам подскажет любой житель Теффирии.

Барон Берхайм.

Я свернул письмо и ещё раз взглянул на незамысловатую сломанную печать. В центре кругового орнамента возвышалась гора золотых слитков. Хотелось надеяться, что барон не зря выбрал себе такую печать, нам бы не помешали деньги, чтобы как следует подготовиться к нежданной экспедиции. Колгрим обещал выделить необходимое, но сомневаюсь, что он поможет с экипировкой, а средств ордена на многое не хватит.

Я поднёс письмо к факелу и оно немедленно вспыхнуло. Такие послания не должны находиться в инвентаре, ночью Мортис в шутку вытащила у меня прошлую записку от герцога, чтобы похвастаться своими умениями. Получилось у неё с шестого раза, а предыдущие попытки заканчивались тем, что перед глазами всплывала надпись: "Кажется, кто-то пытается пошарить в ваших пожитках. Будьте бдительны!"

Украсть вещь у игрока было непросто, многое зависело от ловкости вора, от его личных умений и второстепенных характеристик, которые появлялись при успешных действиях, от выполнения особых квестов или могли быть получены во время путешествий и сражений в мире, как мой титул победителя големов, дарующий дополнительный урон и защиту.

В общем, любителей залезть в чужой карман ждал долгий и тернистый пусть, но всё же у них имелся шанс стащить ценную вещь и остаться не узнанным даже при низком навыке воровства. Именно поэтому не стоило забывать об осторожности, особенно когда храмовники точат на меня зуб. Их люди гораздо более умелые, чем Мортис.

Я вышел из шатра ордена и огляделся. День обещал стать приятным, солнце светило вовсю, придавая небольшому лагерю особенное очарование. При взгляде на лениво развевающиеся знамёна, в груди шевельнулась странная тоска, удивившая меня самого. Хотелось приключений, сражений, побед, своего замка, верных людей рядом и свободы. Вид серых стен города, куда предстояло направиться, вызывал лишь уныние. Слишком многое в нём перемешалось. Демоны, орки, враждующие игроки с обеих сторон, повстанцы, о которых я только слышал, Храмовники, ведомые Верховным Жрецом и герцог Колгрим с его воинами... Хотелось бы очистить город огнём и мечом, да только нет у нас столько сил, а в Теффирии полно невинных надейцев с обеих сторон, которые непременно пострадают, если кто-то вздумает начать войну.

Я поспешно отогнал от себя эти мысли. Пусть об этом думают те, на ком держится город. А мне пора заняться чем-нибудь попроще.

Никого из рыцарей ордена поблизости не было, зато неподалеку топтался льерако. Умный зверь, насытившись, всегда возвращался к тому месту, где видел хозяина в последний раз. Я подошёл к нему, почесал его за ухом, в ответ Кошмар довольно рыкнул и мотнул чёрной головой, словно приглашая запрыгнуть в седло, что я, собственно, и сделал.

Сухая земля с блеклой травой быстро сменилась пыльной. В горле тут же запершило, солнце больше не казалось добрым, хотя, справедливости ради, не оно было виновником выжженной земли. Путники и телеги терялись в серой туче, стоило им оказаться возле ворот.

Подъехав поближе, я услышал, как какой-то надеец спорит со стражниками. Меня никто не остановил, лишь недружелюбно скользнули взглядом.

За воротами было немногим лучше, толпы людей, крестьян, городских воинов, храмовников, спешащих по делам. Чтобы ненароком не сбить кого-нибудь, я спешился и повёл льерако за собой. Толпа и пыль не нравилась ему ещё больше моего, но отпускать его здесь я боялся. В лагере была хоть какая-то защита, здесь же, казалось, никому ни до чего не было дела.

Вместе с потоком меня вынесло к небольшой площади, где посреди возвышалась деревянная башенка. Отсюда расходилось сразу несколько улиц, и именно здесь я собирался спросить, где мне найти барона Берхайма, но на площади столпилось слишком много людей, и мне, почему-то, это сразу не понравилось. Они молчали и смотрели куда-то вверх. Подняв глаза, я увидел лишь стены из плохо обструганных брёвен. Первая мысль, пришедшая в голову, была о каком-то ритуале. Но тогда хмурые крестьяне не спешили бы убраться подальше от скопища Храмовников, воинов и игроков, а стояли бы вместе со всеми с блаженными счастливыми лицами, ведь фанатиков среди них было более чем достаточно.

Я неторопливо обогнул башню, держась ближе к домам, чтобы не протискиваться через плотно стоящих людей. Откуда-то слева послышались тихие голоса.

— Кто же осмелился-то?

— Что теперь будет...

— Вальтерий, наконец, отмщён!

Я резко обернулся на злой, высокомерный голос, но понять, кто это произнёс, было невозможно, хотя подозрения упали на группу храмовников, находившихся в трёх шагах от меня. Я снова поднял глаза вверх, и наконец увидел причину столпотворения.

На стене, пригвождённый кинжалами к бревнам, висел Таландир. Руки гоблина были широко раскинуты, голова повисла, с губ всё ещё стекала красная струйка, в прошлом роскошная мантия полностью пропиталась кровью. Из груди торчало два клинка.

Мои ноги приросли к земле, разум отказывался верить в случившееся, такое было попросту невозможно!

Поводья выскочили из ослабевших пальцев, но я этого даже не заметил, неосознанно двинулся вперёд к мёртвому телу, не обращая внимания на недовольные выкрики людей, которым приходилось уступать мне дорогу. Отчаяние во мне боролось с надеждой, ведь Таландира убивали уже не раз, но он всегда возвращался...

Толпа внезапно отхлынула, с двух противоположных улиц на площадь втягивались пехотинцы герцога, становясь полукругом перед входом в башню. Несколько воинов торопливо скрылись в проёме, поднимаясь наверх.

— Поздновато спохватились! — со злорадством воскликнул кто-то сзади. — Мертвый он! Богиня покарала, не иначе!

— Ага, и вывесила здесь, — с сарказмом ответили ему из толпы. — Убили его! Святое воинство нас защищает. А мерзкий гоблин был явно не чист душой...

Не чист... Я горько усмехнулся. Таландир осознавал опасность куда лучше нас, но почему-то не сбежал. Остался, чтобы помочь Колгриму. Кто настолько силён, чтобы справиться с магом 60-го уровня? Никто из знакомых мне надейцев даже близко не подобрался к такой внушительной цифре. Лишь у Фирии и Верховного Жреца скрыты уровни, скорее всего здесь замешан кто-то из них. Хотя... Была ещё Деморталис, у которой вместо цифр тоже светились знаки вопроса при попытке рассмотреть уровень. Случайность ли это, что на одном пятачке оказалось сразу два древних демона? Если я доверюсь ей и не расскажу о ней Колгриму, то когда это вскроется никакие прошлые заслуги не защитят меня. Что может быть глупее, чем довериться демону? И всё же, рассказывать о суккубе чертовски не хотелось...

Тело гоблина сняли быстро, а через пару минут его вынесли из башни и положили на приготовленные носилки. Двое воинов молча подхватили их, остальные пехотинцы соорудили собой живой щит, и шагая нога в ногу направились в сторону ратуши.

3

Дом, который я разыскивал, находился недалеко от ремесленной улицы в восточной части города. От ратуши его отделяло чуть больше сотни метров, он стоял в стороне от других зданий, имел собственный двор, огороженный высоким деревянным забором, а вход перекрывали ворота из железных прутьев. Скорее всего, особняк строили те же умельцы, приложившие руку к созданию ратуши и величественного храма, которые должны были радовать жителей белоснежными стенами. К несчастью, никто из них не мог предположить, что вместо некогда цветущей земли, под ногами окажется толстый слой пыли, которой будет наполнен весь воздух. Серые стены особняка барона казались не добрыми, а зловещими.

Вход и периметр охраняли стражники, прибывшие вместе с нами. Наверное, Колгрим решил, что Берхайму может угрожать опасность из-за того, что тот выступил против решения Вальтерия и Верховного Жреца. После смерти гоблина, такие меры предосторожности казались весьма разумными. Вот только самому Таландиру эти стражники не сумели бы доставить хлопот, вздумай он войти без разрешения. А тот, кто убил его, должен быть гораздо сильнее.

— Добрый день! — вежливо поздоровался я с воином, прислонившимся к стене. — Барон хотел меня видеть.

Стражник, облачённый в доспехи, созданные мастером Руитилом, со скучающим видом стукнул железным кулаком по воротам. Во дворе зашевелились, подскочили к железной ограде, и через мгновение ворота распахнулись.

— Проходи! — нетерпеливо махнул мне рукой какой-то юнец.

— Как-то слишком легко вы впускаете незнакомца... — усмехнулся я ему и шагнул вперёд.

— Мы тебя знаем, — беззаботно улыбнулся молодой стражник, затем вдруг посерьёзнел. — А если вздумаешь чудить, то мы тебя быстро призовём к ответу. Постучись в дверь, барону не нравится, когда мы заходим в дом.

— Это пока он считает, что находится в безопасности... — тихо пробормотал я, но стражник услышал мои слова и одобрительно хмыкнул. Видимо, думал так же.

Медленно шагая, я брезгливо рассматривал двор. На этом месте можно возвести неплохой сад, поставить парочку фонтанов, если бы всё кругом не покрывала пыль. Стражники, вернувшиеся к какой-то игре за столом, сняли шлемы и надели повязки, прикрывающие нос и рот. Куда бы я ни бросал взгляд, везде была лишь унылая серость. Недалеко от двери стояло одинокое иссохшее деревце, без единого листочка. Его не смог бы спасти даже затяжной ливень, дерево было мертво и уродливое бревно давно следовало распилить.

Преодолев четыре каменные ступеньки, я с силой затарабанил в массивную дубовую дверь, справедливо полагая, что в достаточно большом здании стук могут не услышать. Дверь распахнулась почти сразу.

— Лионикс! — на лице девушки вспыхнула счастливая улыбка. Прелестное летнее голубое платье, опускавшееся чуть ниже колен, шло ей идеально. — Ты зачем стучишь? Там же верёвочка есть! Ты пришёл ко мне?

— К тебе? — ошарашено повторил я, глядя на сияющее личико. — Мериль, я даже не знал, что ты здесь! Меня позвал барон... Кстати, а почему ты здесь?

— Входи! — Мериль распахнула дверь пошире, впуская меня, затем закрыла на засов и повернулась ко мне. Её лицо посерьёзнело, она слегка нахмурилась. — Всё очень быстро меняется... Ещё недавно каждый из нас трудился на благо остальных, стараясь выжить на том утёсе... Потом во время бегства нас всем обеспечивали воины милорда и вы. А теперь пришла пора каждому искать свой путь. Барон — добрый человек! Он приютил меня и Алеин, дал работу Рар“уну. Мы занимаемся делами по дому, он очень красивый! Теперь у нас есть свои комнаты, пусть и маленькие, для прислуги...

— Вы не должны никому прислуживать... — я покачал головой. — Я скоро уеду отсюда, там будет не безопасно, но быть может...

— Нет! — Мериль решительно прервала меня. — Я не уеду от...

— Лионикс! — весело воскликнул хозяин дома, возникнув в проходе. — Очень рад вас видеть! Мериль, золотце, что же ты не впускаешь гостя? Я жду вас с самого утра! Надеялся, что вы отложите все свои дела.

— Так и было. Я поспешил сюда, как только прочёл послание. Меня задержали события на площади.

— События? Я ни о чём не слышал...

— Неудивительно. Я только что оттуда. Таландир мёртв. Кто-то убил его и пригвоздил кинжалами к башне, выставив тело напоказ. — Я смотрел только на Мериль, надеясь её переубедить. — В городе становится опасно для тех, кто поддерживает герцога.

— Тревожная новость... Что ж, об этом следует поразмыслить. Пойдёмте со мной! Мериль, найди всех членов моей семьи и отправь их в гостевую комнату, они тоже должны присутствовать. Ах, да, и принеси нам пару бутылочек храмового вина. Оно превосходит любое другое!

Мериль, натянуто улыбнувшись, кивнула, хотя это больше походило на поклон, и скрылась за боковой дверью.

— Очаровательное создание... — донёсся до меня снисходительно-ласковый голос барона. — Ну что, пройдёмте?

4

Мериль не соврала, дом и впрямь оказался красивым. Сапоги с грохотом ступали по белоснежным чистейшим плитам, в которых отражалось убранство комнат. Обстановку сложно было назвать богатой: ни роскошной мебели, ни драгоценных вещей. Да и откуда им здесь было взяться?!

Пройдя между двумя небольшими статуями-колоннами в виде свирепых гоблинов, мы поднялись на второй этаж, где нас встретила небольшая уютная комната без дверей, в которую вело целых три разных входа.

— Вот моя гостиная, — с гордостью произнёс Берхайм, поглаживая начинающую седеть бороду.

— Она прекрасна, — с чувством сказал я, понимая, что от меня этого ждут.

Комната была просторной, посередине стоял белоснежный стол, его окружали старинные кресла с мягкой обивкой, а у стен, друг напротив друга, разместили широкие скамьи из чёрного дерева. Главной достопримечательностью и причиной моей зависти стал искусно сделанный камин, с детально вырезанными на нём фигурами, то ли людей, то ли эльфов. Окон было целых три, но ставни были закрыты. Должно быть, барону, как и мне самому, неприятно было смотреть на серые улицы. На стенах висели магические светильники, озарявшие комнату ровным голубым светом.

— Безусловно, сюда ещё многое нужно добавить! Не мешало бы развесить побольше картин... А здесь хорошо бы смотрелись эльфийские вазы, да только где их сейчас найдёшь... Прошу вас, присаживайтесь! Сейчас появятся мои дети, а пока у нас есть время, можете рассказать об утреннем происшествии в подробностях...

— Не о чем рассказывать, — сев в кресло, пожал я плечами. — Таландира сняли и унесли, большего я не знаю. Мы будем говорить здесь, где даже нет дверей?

— А вы боитесь, что нас кто-то подслушает? — прищурился Берхайм.

Он изящно опустился на краешек скамьи. Спина была ровной, как струна. Барон оставался красивым и подвижным, несмотря на солидный возраст. Карие глаза беззастенчиво изучали меня, я действительно был ему зачем-то нужен и он старался произвести приятное впечатление.

— Зависит от того, что вы собираетесь мне рассказать, барон, — улыбнулся я. — Если об этом не стоит знать другим, то лучше собираться в комнате с толстыми стенами, за не менее толстыми дверями.

— Могу вас уверить, мой дом надёжно защищён... О, а вот и они!

Шум звонких шагов быстро приближался, я с интересом повернул голову. Хотелось самому догадаться, зачем Берхайм меня позвал, и для чего он пригласил семью, но вид его домочадцев нисколько не упростил мне задачу.

Первым вошёл высокий мужчина, в чёрном плаще и камзоле. Он казался спокойным и сдержанным, хотя карие глаза выдавали некую настороженность. Недлинные тёмные кудри, благородная осанка и утончённые черты лица вскружили бы голову любой девушке.

Аристократ окинул меня оценивающим взглядом и ни сказав ни слова сел рядом с отцом, проигнорировав пустующие мягкие кресла.

Зато его братец, шедший позади, сразу плюхнулся в кресло напротив, и со скучающим видом уставился на меня. Ему повезло меньше, от отца он унаследовал крупный нос и более плотное телосложение, зато был напрочь лишён его осанки.

А вот кого я не ожидал увидеть в этой комнате, так это юную девушку в роскошном платье. Она была смущена и выглядела беззащитной и хрупкой в нежно-розовом наряде.

Я, сам не зная почему, поднялся, вглядываясь в красивое личико, заставив девушку вспыхнуть ещё больше. Она едва слышно произнесла слова приветствия и заняла свободное кресло рядом с моим.

— Ваши манеры делают вам честь, Лионикс, — с улыбкой сказал барон, подождав, пока я сяду обратно. — Я не ожидал, что безро... я хотел сказать, путник из другого мира, будет знаком с дворцовым этикетом. Позвольте вам представить, мой старший сын, Леонард.

Берхайм дотронулся рукой до мужчины, сидевшем рядом с ним на скамье. Леонард, медленно кивнул мне, но промолчал.

— Этого молодого юношу зовут Аларик, — барон указал на человека в кресле.

— Рад встрече, — лениво бросил парень, хотя судя по лицу, происходящее ему было безразлично, и он хотел лишь быстрее покинуть эту комнату.

— Рядом с вами сидит моя дочь, Элора, — взгляд барона излучал гордость и тепло, когда он смотрел на девчушку с каштановыми волнистыми волосами. — Признаюсь честно, я давно перестал надеяться, что смогу дать своим детям ту жизнь, которую они заслуживают по праву рождения. И больше всего меня заботила судьба моей дочери. Мужчины могут стать наёмниками, путешествовать по миру, но что ждёт молодую красивую девушку здесь, где все расы преследуют людей, делают их рабами или убивают? Прятаться по пещерам с испуганными беженцами, где рано или поздно над ней надругается какой-нибудь мужлан?

В комнату неслышно вошла Мериль, дав мне возможность не отвечать и привести свои мысли в порядок.

Когда барон едва не назвал меня безродным, мои иллюзии рассеялись. Все учтивые слова и добродушные улыбки были ложью. Готов поспорить, ему стоило не малых усилий заставить себя пригласить меня в дом, да ещё и посадить за один стол. Я в его глазах ничем не отличаюсь от крестьян, которые существуют лишь затем, чтобы делать грязную работу и прислуживать его драгоценному роду.

Мериль поставила на стол поднос с бутылками и мутными стеклянными бокалами; бросив на меня виноватый взгляд, она развернулась и быстро покинула комнату, но я нехотя заметил, как сыновья барона смотрели ей вслед с гадкими улыбочками, а затем переглянулись между собой, вызвав у меня прилив злости. Но свои чувства я умело скрыл.

Берхайм лично разлил всем вина, и подал один из бокалов мне.

— Скажите, Лионикс, вы доверяете мне? — внезапно спросил он, садясь обратно на скамью.

Я медленно сделал глоток, приводя мысли в порядок. Чёрт, вино и впрямь было вкусным!

— Я не доверяю Релгару, и ещё многим из тех, кто пришёл в город вместе со мной, — с расстановкой произнёс я. — Но, прошу меня простить барон, среди здешних жителей я обращал внимание лишь на тех, кто может доставить хлопот, если всё вдруг пойдёт наперекосяк и без сражения будет не обойтись. Скажу откровенно, вы не показались мне опасным. Хорошо, что вы на нашей стороне, но даже будь это не так, то я не стал бы сильно беспокоиться об этом.

Аларик хохотнул, на скулах Леонарда заиграли желваки, ему не понравились мои слова, барон же помедлил какое-то время, затем широко улыбнулся.

— Потрясающий ответ! Лионикс, у вас точно нет за плечами дворцового образования?

Нет, у меня за плечами есть только куча просмотренных фильмов и сериалов, пройденных игр и прочитанных книг. Я подавил рвущуюся усмешку.

— Увы, барон, — я виновато развёл руками.

— Что ж, должны же у вас быть недостатки, — Берхайм поставил бокал на стол и подался вперёд. — Не буду ходить вокруг да около...

Ну наконец-то!

— Я уже не молод, и недавние события показали, что моя жизнь может закончиться быстрее, чем я успею позаботиться о своём наследии. Говорят, что вы спасли нашего герцога...

— Врут! — ляпнул я быстрее, чем подумал. — Это он меня спас, когда я уже потерял надежду на возвращение к своим людям. Затем спасал нас снова и снова.

— Но его отношение к вам...

— Это выдумки! Когда кто-то отличается, герцог его награждает и удостаивает беседой. Просто мы были знакомы ещё до того, как он возглавил нас. Не думайте, что у меня есть хоть какое-то влияние.

— Пусть так, — Берхайм усмехнулся. — Но насколько я слышал, вы создали орден по поручению Хоннората, который имеет вес и отстаивает интересы ордена перед милордом.

— Наверное, может отстаивать, но вряд ли ему приходилось...

— Я хочу выдать свою дочь замуж. За вас.

— Что?!! — всё моё хладнокровие, как ветром сдуло. Я удивлённо уставился на барона, надеясь, что ослышался. Хорошо хоть рот не открыл.

— Это идеальная партия для нас с вами, — невозмутимо произнёс аристократ. На уголках губ играла улыбка, он был явно доволен произведённым впечатлением. — Ваш замок будет стоять на моей земле. Точно так же, как и многие другие замки. Родство со мной позволит вам рассчитывать на некоторые привилегии. Другие скитальцы не будут слишком вам докучать, боясь моего неодобрения, а я не позволю им создавать угрозы для моей дочери, которая поселится в вашем с ней замке. А если кто-то всё же осмелится, то я сумею сплотить вокруг вас других магистров, они с радостью помогут вам, в обмен на мою награду и благодарность.

— Постойте... но...

— Что, разве моя дочь недостаточно красива? Многие бы душу отдали за такое предложение.

— Она... Элора, вы прекрасны! — я ничуть не кривил душой, девушка была хороша. Те, кому нравились покладистые, были бы вне себя от счастья, но я предпочитал более непредсказуемых. Перед глазами невольно всплыла Мортис. Она никогда не сдерживала свои эмоции и каждую секунду проживала так ярко... Меня тянуло к ней непреодолимой силой. Что она скажет, узнав о моей свадьбе? Хохотать сейчас было бы невежливо, поэтому я постарался выгнать эти мысли из головы.

— Не сомневался, что вы так скажете... — Берхайм вновь улыбнулся и схватил бокал.

— Барон, простите за прямоту, но чего вы ждёте от меня?

— Чтобы вы с моей дочерью вознеслись над всеми, разумеется! — воскликнул тот, взмахнув руками и едва не расплескав вино. — Титулы, земли, расположение, вы всё это можете получить, если приложите необходимые усилия. Я много расспрашивал о вас, Лионикс. Вы желаете защитить людей, это же превосходно! И у вас это получается! Ваше умение заводить влиятельных друзей, делает вам честь! Страж, вождь огров, герцог, маг... В нашей среде это главное!

— И когда вы планируете... Ну...

— Как только вы убедитесь, что на новом месте стало относительно безопасно. Я в это время приложу все усилия, чтобы добыть вам как можно больше людей и ресурсов. Затем вы вернётесь в город, мы сыграем свадьбу. После вы с Элорой отправитесь в свой замок, а я с сыновьями займусь нашим поместьем.

— Вы же понимаете, что вокруг меня всегда будет смерть и обугленные замки? — я в упор взглянул на барона. — Меня туда не отдыхать отправляют. Здесь, в городе, вашей дочери будет куда безопаснее, чем где бы то ни было со мной. Я не самый умный, не самый сильный, всегда найдутся те, кто нанесёт удар, когда я об этом не буду даже подозревать.

— Верно! — медленно качнул головой помрачневший аристократ. — Но с моей поддержкой у вас будет шанс... Шанс достичь безопасности и процветания. Шанс, который я не могу упустить. У вас есть время подумать до отъезда. Обещаю, если вы откажетесь, я не приму это как оскорбление.

— От таких предложений не отказываются, — я вздохнул. — Но есть небольшое, на первый взгляд, обстоятельство, о котором я не могу молчать.

— И, что же это? — взгляд барона стал настороженным.

— У меня есть... Я люблю другую девушку.

Я почувствовал, что это прозвучало как-то по-детски перед всеми этими людьми.

Барон вместе с Алариком расхохотались, лёгкая улыбка возникла и на лице Элоры. Серьёзным остался лишь Леонард.

— Право, Лионикс, вы на голову превосходите здешних мужчин! — закончив смеяться весело заявил Берхайм. — Вы с Элорой можете любить кого угодно! Если вы сумеете полюбить друг друга — замечательно! Если же нет, то живите в своё удовольствие, просто не забывайте о своём долге. Выходить в свет нужно с супругой, чтобы не породить слухи, которые бросят тень на вас обоих. Со стороны должно казаться, что вы безумно счастливы вместе.

— Элора, и вас это устроит? — я с сомнением посмотрел на девушку.

— Ещё недавно я тряслась от холода в лесу, — золотисто-карие глаза беззастенчиво встретили мой взгляд. — Голод и страх стали чем-то обычным. Я не вернусь к такой жизни. Если мудрый отец считает, что так будет лучше для нашей семьи — я готова на всё. Я думала сказать вам наедине, что не обещаю, что смогу полюбить вас, но раз вы затронули эту тему... Не знаю, как сложиться наша жизнь, если вы станете моим супругом, но я приложу все усилия, чтобы вы добились успеха.

— Приятно смотреть на разумных молодых людей, — Барон был доволен и не скрывал этого. — Что ж, теперь нам с Лиониксом нужно обсудить кое-что ещё. Наедине.

5

Берхайм, дожидаясь пока шаги смолкнут, разлил нам ещё по бокалу вина. Я пил с удовольствием, чувствуя лёгкое головокружение. Отображавшийся эффект от вина письменно подтверждал то, что я чувствовал, а ещё он порезал мне скорость на час, но почему-то добавил силу и отнял ловкость.

— Вот, взгляните на это, — аристократ развернул кусок старой бумаги и вручил мне. — Мне стоило изрядных усилий, чтобы достать её. Признаюсь, я всегда сочувствовал изгнанникам, которые были объявлены врагами города, и помогал повстанцам по мере сил. Вчера один из их людей передал мне эту карту, повстанцы как раз действуют на той территории.

— Вы смелый человек, барон!

Я слабо верил его словам. Он бы не подставил семью под удар, если бы награда не превышала риски. А значит, он получал взамен от сотрудничества куда больше, чем отдавал. Бедные игроки! Выбор у них был невелик.

Я взял в руки пожелтевшую бумагу и посмотрел на неё. Карта всплыла перед глазами, затмевая комнату. На возникшем интерфейсе кликнул на значок приближения.

Дикий ветер засвистел в ушах, комната исчезла, будто меня из неё сдуло, а сам я парил над ущельем так высоко, что даже горные хребты по обе стороны от него казались совсем крошечными.

— Обратите внимание на выделенные объекты! — голос Берхайма громыхал, но будто бы издалека.

Земля стремительно понеслась навстречу, я летел над открывшейся небольшой территорией, стараясь не проваливаться в густой белый туман. Подсвеченные объекты на земле мерцали золотистым светом. Я поочередно рассмотрел каждый из них.

Место для добычи камня, залежи железной руды, небольшой лес, помеченный как ценный ресурс, над которым висело несколько иконок: шкура, лук, дерево, растение. Они указывали на то, что можно раздобыть в этом месте. Затем я взглянул на два пруда, служившие лёгким источником пищи и обозначенные значком рыбы, недалеко от них находились мраморные месторождения, а особое внимание я уделил местам, помеченным сундуками с открытой крышкой, из которых вываливались сокровища. В основном они находились возле развалин или пещер.

— Понадобятся тысячи людей, чтобы всё это добыть, — восторженно воскликнул я, не зная, слышит ли меня барон.

— Ваши амбиции мне нравятся, но чтобы единолично распоряжаться ресурсами, придётся прибрать к рукам всю территорию, а это сделать будет сложно. Здесь не поможет одна лишь сила, нужно быть умелым интриганом... Я советую обратить особое внимание на золотой рудник.

Я убрал все лишние значки с карты помощью параметров, оставив лишь гору золотых слитков, и подлетел к месту вплотную.

— Им сейчас владеет немногочисленный клан гоблинов, — продолжал говорить с расстановкой невидимый голос. — Добывать золото и плавить слитки они научились, а вот правильно распоряжаться ими не могут. Поблизости нет крупных поселений, которые могли бы предложить им достойную цену. Гоблины обменивают золото на всякую ерунду у контрабандистов и приспешников воровской гильдии, даже не подозревая, что отдают их за бесценок. Вдобавок, гоблины жадные, насколько нам известно, они просто складируют слитки в пещерах, и продают лишь малую часть.

Обведя в последний раз взглядом с высоты открывшуюся территорию, я закрыл карту и мгновенно перенёсся обратно в кресло.

— Почему же они ещё живы? — удивился я.

— Вы бы убили их?

— Точно не из-за золота! — замотал я головой.

— Доброта и сострадание могут выйти боком вашим людям... — грустно произнёс Берхайм. — Гоблины живы лишь потому, что об этом руднике почти никому неизвестно, об этом гильдия позаботилась. Могу лишь предположить, что забрать золото они не могут, так как собрать не болтливый и верный отряд, способный уничтожить всех гоблинов, для них всё же непросто. Воры они и есть воры! Золота много, перевозить пришлось бы по-тихому, да ещё и снаряжать серьезную охрану. Нет, это чересчур сложное дело...

— А скитальцы?

— Об этой карте и о золоте знают лишь лидеры повстанцев, а им сейчас не до того. Перебить гоблинов они могут, но что им делать с этим золотом дальше? Их лагеря расположены далеко от ущелья. Вывезти слитки без помех им не позволит гильдия, ведь скитальцы тоже с ней торгуют.

Вы первый направитесь туда. Если строить укрепление в конце ущелья, а не в начале, то от вашего замка до рудника будет ехать всего ничего!

Пара часов... Пешком дольше. Но если возвести замок на выходе, то я теряю пространство для маневра. В ущелье бить врагов гораздо сподручнее, даже если замок падёт, то ещё многое можно придумать... Золото — ценный ресурс. Если город разрастётся и люди расползутся по окрестностям, то благодаря жёлтому металлу я смогу сделать орден самым могущественным. Вот только это всё вилами по воде. Как только о руднике узнают, а о нём узнают, всё полетит к чертям. Никто не позволит мне распоряжаться таким богатством единолично. У этого рудника такое начнётся... Тут нужно хорошенько подумать, стоит ли вообще туда влезать. Моё дело, в первую очередь, преградить путь возможным врагам, а не воевать с игроками. Правда, с золотом строительство и набор воинов будет идти гораздо быстрее...

6

От барона я вышел полностью выжатый. Пришлось устроить небольшой перерыв, выпить чаю, съесть парочку бутербродов, собираясь с мыслями и набираясь храбрости.

Герцог должен узнать о Деморталис! Но она мне этого не простит. Всё может закончиться плохо, и не только для меня. А не скажу, может быть ещё хуже.

Я вздохнул, дожевал последний кусок, и полез в капсулу, потирая виски. Головная боль то приходила, то уходила, стоило бы взять денёк отдыха от игры, погулять на свежем воздухе. Впрочем, всем было известно, что капсула исправно следит за состоянием здоровья погружённого. Времена, когда из-за длительного времяпровождения в ней люди сталкивались с ухудшением здоровья, вплоть до летальных исходов, давно канули в прошлое. Теперь для многих капсула стала главным развлечением в жизни, а для некоторых — острой необходимостью.

Слепой в ней мог видеть. Безногий — ходить. Те, кому не повезло при жизни, могли учиться и творить прямо здесь.

Закостенелых упрямцев, которые называли нас не иначе как "живые мертвецы, проводящие жизнь в гробах," тоже хватало. Не знаю, так ли уж они были неправы, но со своей капсулой я бы не расстался, даже если бы пользоваться ей было опасно.

Выбросив эти мысли из головы, я с улыбкой ждал, пока яркий белоснежный свет угаснет, а цвета игрового мира нальются красками.

За спиной возвышался дом барона, я поспешил уйти от него подальше, поднимая при этом тучу пыли своими сапогами. Не хватало ещё, чтобы Берхайм меня тут увидел и снова зачем-нибудь позвал. Тратить на аристократа целый день мне не хотелось. Я хохотнул от мысли о том, что вскоре и впрямь могу с ним породниться.

Да, барон меня удивил, отдаёт свою дочь тому, к кому относиться, мягко говоря, с брезгливостью, но сомнений в правильности своего поступка, по всей видимости, у него не возникает. Говорит со страстью о будущем своего рода. Изо всех сил старается показать, что относится ко мне с уважением.

Зато Берхайм был честен в своих желаниях, а потому не вызывал неприязнь. Несмотря на всё, он предложил мне самое дорогое, что у него есть, а Элору он действительно любил.

Мысль о возможной свадьбе одновременно смешила и пугала. Поддержка Берхайма крайне важна для моей миссии, а вот девчонка мне не нужна. Что на это скажет Мортис? Уговор был, что мы не рассказываем о других... А тут свадьба на весь город... Свадьба, которая подразумевает и всё, что за ней последует. Элора красива, но она не вызвала во мне ни чувств, ни желания. Ещё недавно я с нетерпением ждал бы ночи с ней, но с того вечера, как я увидел Мортис купающуюся в пруду, после необычного разговора и... всего остального, подобные мысли перестали посещать меня при взгляде на других девушек.

За поддержку барона я расплачусь тем, что поставлю крест на своей свободе, придётся думать о его роде и как-то балансировать между совестью, долгом и родственными отношениями.

— Стоять!!! Ты куда?! — во взгляде молодого пехотинца, преградившего мне пусть, не было угрозы, но смотрел он требовательно.

— Мне нужно увидеть герцога. У меня есть очень важные сведения, о которых он должен немедленно услышать! — торопливо объяснил я, возвращаясь на грешную землю.

— Хм... Ну, это не мне решать. Если тебя там пустят... — с сомнением проговорил солдат, и отступил. — Подходи!

Ворота были распахнуты, мне оставалось только поблагодарить воина и пойти вперёд.

Одолев мраморные ступени, я оказался перед роскошными дубовыми дверями ратуши. В прошлый раз они были распахнуты, и в той суматохе я не заметил, охранял их кто-нибудь или нет. Сейчас по бокам стояли два воина с алебардами, которые они скрестили привычным движением, стоило мне подойти. Лица были не знакомы, да и доспехи такие мне не встречались. Ярко-белые, начиная с сапог и заканчивая шлемами, их покрывали серебристые узоры. Шлемы с гребнем прикрывали лишь переносицу, поэтому рассмотрев лица воинов повнимательнее, я убедился, что они не из людей герцога. Всего пятый уровень, но чёрно-золотой орнамент вокруг цифр подсказывал, что они не простые ребята.

— Дальше идти нельзя нельзя.

Спокойный, преисполненный силы голос, обрушившийся на меня, был под стать герою или богу, но никак не обычному стражнику, который смотрел словно сквозь меня пронзительными голубыми глазами. Голос стих, но ещё несколько мгновений где-то в подсознании слышались далёкие звуки битв, крики и гул пламени. Это становилось по меньшей мере любопытно. Они не отсюда, в этом я был но уверен, но кто они такие и чего хотят?

Спросить я не успел, массивные двери распахнулись и из них стремительно вышел игрок, чей десятый уровень окружал золотистый узорчатый круг. Я ахнул, игрок-босс, это что-то новое, но как он успел достичь этого? Ник игрока был знакомый, но я опомнился только когда он прошёл мимо, а двое стражников убрали алебарды и последовали за ним.

— Танатос? — удивлённо окликнул я. Игрок нехотя развернулся и взглянул на меня. — Ты тот самый Танатос, защищавший Храм Возрождения?

— И не защитивший! — вновь прогремел голос стражника.

Танатос досадливо дёрнул плечом. Его плохонькую броню накрывала старая серая ткань, назвать плащом которую язык не поворачивался.

— Тебе что-то нужно? Я сильно спешу, — хмуро бросил он.

— Помоги нам! — внезапно выпалил я, доверившись чутью. — Тут такое закручивается! Ты и твои воины...

— У нас своя битва, — мягко прервал Танатос. Его взгляд стал сочувственным. — Мы нужны в другом месте.

— Не обращайте внимания! Лионикс любит беспокоиться понапрасну, — прозвучал насмешливый голос Релгара за моей спиной.

Услышав приближающиеся шаги, я скрипнул зубами и намеренно не повернулся к этому гаду. Танатос в это время извлёк большой, изукрашенный драгоценными камнями, рог. Величественный звук прокатился по округе, заставив сердце радостно встрепенуться. Послышалось нечастое хлопанье крыльев. Я поднял голову вверх, и в тоже время момент из-за ратуши, почти задевая лапами крышу, вылетел могучий и прекрасный зверь. Я с восторгом смотрел, как он сделал круг над нами, выбрал свободное место и ринулся вниз. Золотистые крылья над землей захлопали чаще, поднимая высоко в воздух тучу пыли. На какое-то время серая пелена полностью скрыла его от взора. Вновь запели невидимые рога, и новые звери закружили над нами, разогнав крыльями серую муть.

Воодушевление

Присутствие могучих союзников прибавило вам сил. Все основные характеристики временно увеличены!

Танатос первый запрыгнул на горделивого грифона, чьё тело и голову покрывала изумительная серебристая броня. Я даже почувствовал лёгкий укол зависти. Кто-то летает на грифонах, имеет запредельно высокие уровни на ранней стадии игры, и воюет с неведомыми, опасными врагами. А мы тут доказываем друг другу, кому на самом деле принадлежит клочок испорченной земли...

— Лионикс! — внезапно окликнул меня Танатос. — Мы не можем вмешиваться в то, что происходит у вас. Вы должны разобраться с этим сами. Почти весь мир пылает, есть лишь крохотные островки спокойствия посреди хаоса. Надеюсь, вы станете одним из таких островков, на которые мы с моими братьями сможем когда-нибудь опереться. Удачи вам!

Грифон разбежался, взмахнул крыльями, едва не сбив показавшегося у ворот всадника, и взлетел. Стражники в белых доспехах направили своих грифонов вслед за ним, огромные крылья обдали ветром восторженных зевак и прекрасные звери взмыли вверх.

Приближающийся цокот копыт отвлёк меня от созерцания стремительно удаляющихся грифонов. Величественный всадник спешился возле ступеней, стальные сапоги громыхнули по брусчатке.

— Магистр Ворон, вы появились как раз вовремя, — любезно произнёс из-за спины Релгар. — Я боялся, что вам придётся ждать, пока гости удалятся.

Я столкнулся с синими глазами Ворона, в которых сквозила усмешка, кивнул ему и нехотя повернулся к тому, кого абсолютно не хотел видеть. Советник стоял с присущим ему насмешливым выражением лица, держа на своих руках жирного рыжего кота и медленно его поглаживал. Увидев мои широко распахнувшиеся глаза, Релгар лишь ухмыльнулся.

— Это всего лишь кот, Лионикс. Несчастное создание нуждается в уюте, тепле и любви, как и все живые.

— Странно слышать такое от вас, — пожалуй, меня бы меньше удивили вязальные спицы в руках герцога, но делиться с этим человеком своими мыслями я не собирался. Смешная мордочка кота казалась недовольной, но мурчание и ленивое виляние хвостом говорили об обратном. — Как знать, может, вскоре мы увидим рядом с вами женщину.

— Мне кажется, тебя покусал барон. Опасно столько времени проводить с недалёким человеком! — Релгар опустил кота на землю и неторопливо стряхнул с себя невидимую шерсть. Кот тут же юркнул в полутёмный зал. — Что касается женщин, вокруг меня их, к сожалению, великое множество. В отличии от наших хвостатых друзей, они могут быть опасны. Ими движут желания и страсти, о которых не ведают те, кто вздумал им довериться... Зато, когда узнаешь их стремления, управлять ими становится легче лёгкого.

— Не хотел бы я жить в вашем мире, советник...

— Должно быть, ты счастлив со своей возлюбленной... Мортис, да? О, она весьма находчивая девушка! — его слова лились медленно, а в тёмных глазах вспыхнул огонь.

— Я польщён тем, что вы так тщательно следите за моей жизнью!

— Вокруг тебя много выдающихся личностей... Мы давно знакомы с Мортис. Признаюсь, я имею с ней... хмм... тесное сотрудничество. Она знает, как добиться желаемого, а я... Ценю такую целеустремлённость...

До меня не сразу дошёл смысл сказанного, но Релгар специально замолчал, позволяя мне переварить услышанное. А Ворон, переводил ироничный взгляд с одного на другого, даже не думая встревать.

— Я вам не верю!

— Недоверие — не самая твоя худшая черта, Лионикс...

— Кто были те люди, и зачем они при... летали?

Не отыскав подходящего ответа, я поспешил сменить тему. Если раньше советник иногда вызывал во мне злость, то после его намёков я возненавидел его всей душой. И эта ненависть грозила вырваться наружу.

— Я как раз собирался рассказать об этом... Но лучше составлю письменный отчёт о наших тайных делах, а после отправлю его тебе, — возникшая улыбка на лице Релгара была холодной. Он наслаждался моей бессильной злостью.

— Спасибо, не стоит так утруждаться, — не остался в долгу я. — Я пришёл, чтобы увидеть герцога и как можно скорее. Это касается безопасности всех.

— Милорда сейчас нет. Но ты можешь рассказать обо всём мне... Только не здесь.

Ну уж нет! Наедине с ним я точно не выдержу и проедусь кулаком по его самодовольной роже!

А что если он не соврал? Неужели Мортис и впрямь могла... Или он отправил её шпионить за мной? Нет, это уже какая-то паранойя.

Сперва надо поговорить с ней.

— Как я уже сказал, советник, я вам не доверяю, — мне показалось, что Релгар знает мои мысли и уверен в том, что я немедленно побегу к Мортис.

А вот хрен ему! Нельзя позволить, чтобы он так легко манипулировал моими эмоциями. Иначе... Иначе стоит прямо сейчас отказаться от лидерства и стать одиноким искателем приключений, который может себе позволить ударить советника герцога, не боясь никаких последствий. А сейчас придётся утереться. Но когда-нибудь, я припомню ему это...

— Что ж... Герцог будет присутствовать на казни, которая вскоре состоится на Храмовой Площади. Попробуй пробиться к нему там. Если у тебя не выйдет, то... Речь ведь идёт всего лишь о безопасности всех жителей города, верно?

Усмехнувшись напоследок, Релгар медленно повернулся и небрежно махнул рукой Ворону, показывая следовать за ним. Синие глаза рыцаря весело сверкнули, он неопределённо пожал плечом и с грохотом прошагал в зал в след за советником.

Глава 19

1

На Храмовой Площади было столпотворение, протискиваться приходилось с трудом. Моё упорство нравилось не всем, какие-то свирепые воины в разномастных доспехах, которых я раньше не видел, пытались задвинуть меня назад, вращая безумными глазами и выкрикивая угрозы. В другое время я бы обошел этих заросших громил, но сейчас хотелось быстрее покончить с неотложным и неприятным делом.

— Я посланник герцога и выполняю его поручение!

Это сработало безотказно. Люди, выглядевшие как разбойники с большой дороги, дружно протянули "ааа..." и потеряв ко мне всякий интерес, отвернулись.

Поглазеть на казнь пришли сотни людей, среди зевак находились даже дети. Что порадовало, вокруг было множество солдат герцога. Он прекрасно понимал, что казнь тех, кто отправлял на мучительную смерть жителей города, сильно не понравиться тем, кто тоже был причастен к тем зверствам, но всё ещё оставался на свободе. И они могли нанести удар. Впрочем, они уже это сделали, убив демонолога. Оставалось лишь гадать, как им это удалось и что ещё они могут.

Сам герцог стоял перед распахнутыми дверьми храма, облачённый в свои доспехи, с сверкающим венцом на голове. Отстранённый взгляд Колгрима был направлен поверх голов собравшихся людей. Возле него и перед ним — на длинных, широких ступенях храма — расположились стражники и легионеры. Чёрные стражи в этот раз надели тёмно-синие плащи, какие обычно носили пехотинцы, а легионеры спрятали латы под толстые коричневые плащи; когда кто-то из них поворачивался, можно было разглядеть серебристого сокола, вышитого на спине.

Два десятка человек — осуждённые, со связанными руками — стояли на коленях возле ступеней, повёрнутые лицом к толпе. Рослые, плечистые, со следами драки — наверное, пытались сопротивляться. Странно, что их вообще не убили на месте. К нам герцог относился гораздо суровее, когда кто-то поднимал меч против солдат. На лицах будущих мертвецов застыли страх и недоверие. Я вот тоже не слишком верил, что Орден Храмовников позволит убийство своих людей у всех на глазах. Рыцарей ордена и Последователей на площади собралось очень много и оружие у них никто не изымал. Спину Алого я хорошо видел — он стоял в перовом ряду, но пробиваться вперёд, чтобы посмотреть на его лицо, не решился.

Больше всего меня удивило, что посреди раздетых узников, затесалось трое игроков из Ордена Последователей. С них броню никто снять не мог, но их руки были связаны. Двое лежали в беспамятстве. Я читал о таком, если присутствие игрока требуется в Надее, а он в это время вышел из игры, то используется такой нехитрый трюк. Мало кто из игроков захочет испытать себя в роли пленника, которому вот-вот снесут голову. Что такое быть пленником, я прочувствовал на собственной шкуре и ничего приятного в этом не было.

А вот третий игрок не последовал примеру товарищей, он клял и материл всех окружающих используя весь свой нехитрый арсенал — по крайней мере, я знал многих, кто сделал бы это умело и с душой. Так, что было бы приятно послушать. Увы, этот персонаж к таковым не относился. Мне хотелось, чтобы его поскорее заткнули, но на него пока не обращали внимания, хотя он кричал такие вещи, за которые его должны возненавидеть не только воины герцога, но и всё население Надеи.

— Я вернусь с парнями и вырежу вас всех! Вы всего лишь неписи, я могу делать с вами, что хочу! Я отрежу тебе башку, герцог! Захочу — стану королём тут! Вы даже не понимаете, что вас не существует...

Короткий удар наконец прекратил излияния игрока, и он уткнулся носом в землю. Несколько часов ему придётся провести в реальной жизни, но наговорил он столько, что на этой территории ему делать больше нечего.

Самый простой способ испортить отношение с любым надейцем — это попытаться рассказать ему правду о мире. И чем выше положение собеседника, тем более серьёзные последствия могут настигнуть игрока. Даже если у вас с персонажем отношения достигли крепкой дружбы или любви, то они вмиг могут опуститься до ненависти. И если крестьяне просто откажутся с тобой разговаривать, то любой воин, стражник или аристократ, попросту объявит тебя вне закона, начнёт считать за врага и убивать, едва ты появишься в поле зрения. Очиститься от такого довольно сложно, но если верить создателям, игра непременно предоставит такую возможность.

Герцог отчего-то не спешил начинать казнь. За его спиной в тёмном проёме башни, служившей входом в храм, мелькали таинственные фигуры в рясах, о которых я знал лишь то, что они никогда не снимаю свои чёрные маски и редко покидают пределы храма.

Невысокая башня, построенная из обычных обтёсанных камней, имела плоскую крышу без ограждения, в центре которой установили скульптуру Богини. Статуя поднимала руки к небу, а на обращённом к нам лице даже сквозь камень проглядывались мудрость и сострадание. Позади неё висел небольшой колокол; когда он звонил, жители начинали собираться вокруг многочисленных алтарей, разбросанных по всему городу и за его пределами. Прийти в храм, чтобы вознести молитву, могли лишь воины и влиятельные люди.

Сама башня не служила оборонительным сооружением; в ней не было окон, а незащищённая крыша могла быть полезной для стрелков лишь до тех пор, пока вражеские лучники или маги сами не подошли бы поближе. Единственное, что я смог рассмотреть за распахнутыми дверями башни, была лестница, ведущая наверх, да другой темнеющий проём, где начинался сам храм — широкое красивое здание из белого камня с покатой крышей.

На площади внезапно воцарилась тишина, и все посторонние мысли сразу улетучились. На крыше башни появились знакомые фигуры.

Посередине стоял человек в фиолетовой рясе, его лицо закрывала золотая маска, а руки были спрятаны в рукавах мантии. Выглядел он величественно, но всё же уступал юной девушке, замершей рядом. Ветер трепал её светло-голубой плащ, украшенный серебряными узорами, которые сверкали при свете солнца, и шевелил распущенные пепельные волосы. По другую сторону от Верховного Жреца, к моему удивлению, стоял не кто иной, как Рок. Как его туда занесло, оставалось лишь догадываться. А позади троицы, в тканевом одеянии и чёрном плаще, находился неизвестный воин, чей уровень не определялся. Зато его класс говорил сам за себя. Ассасин. Нос и рот прикрывала тряпочная маска, а надвинутый капюшон прятал глаза. Из-за спины торчали рукояти коротких мечей, но в его свободной одежде наверняка было припрятано и другое оружие. Перед тем как вступить в ближний бой убийцы ослабляют жертву издалека, но махать клинками они тоже умеют превосходно.

Вот кто мог запросто убить мага!

— Чада мои — мягкий, очаровывающий голос Верховного Жреца обволакивал, он словно исходил со всех сторон. — Злой рок навис над всеми нами!

Хмыкнув, я мысленно согласился с ним, взглянув на хмурое лицо Рока.

— Люди, стоящие перед вами на коленях, признались в своих злодеяниях на справедливом суде. Я был тому свидетель! Мне больно от мысли, что те, кто должны были быть непогрешимыми, истязали невинных людей. Никто из них не смог опровергнуть сказанное свидетелями и объяснить, какое же зло сотворили люди, принявшие мучительную смерть от их рук.

Праведные воины Богини — наша последняя защита от Тьмы, насылающей на нас орды чудовищ! Но в их ряды проникли её ужасные приспешники со злыми помыслами и гнилыми сердцами!

Проникли, как же! Я зло усмехнулся. Да эти сволочи ходят тут сотнями, ничуть не скрываясь. Вон, стоят повсюду! Какого храмовника ни схвати — можно смело отправлять на плаху.

— Богиня указала нам на предателей, — продолжал тем временем жрец. — Их ждёт расплата за содеянное. Я умолял нашего правителя о милосердии, но кара земных владык бывает не менее сурова, чем кара божественная. Нам остаётся лишь подчиниться его воле и молиться о том, чтобы все ростки зла были вырваны с корнем.

Милосердие?! Что-то он не проявил милосердия к сотням существ, которые умирали перед городом. А за этих, стало быть, просил? Интересно, что ему ответил на это Колгрим...

Лица узников вначале выражали лишь высокомерие, но с каждым сказанным словом Верховного Жреца, они менялись. Сначала в глазах промелькнуло недоверие, затем проступила неуверенность, ехидные улыбки исчезли. Осознав наконец, что никто не собирается их вытаскивать, они задёргались в путах.

— Он лжёт! — закричал один из них.

Охвативший его ужас выдавало не только лицо, но и голос. Я с брезгливостью посмотрел на темноволосого взрослого парня, чьи мускулы пробивались даже сквозь широкую рубаху. Должно быть, сильный и умелый воин. Встреть я его в другом месте, наверное, даже лицо показалось бы приятным. В памяти внезапно всплыл безымянный легионер, которого на моих глазах поглотила земля.

— Не дай погибнуть герцогу! Без него мы все обречены! А я... Мне просто не повезло...

Он умирал с достоинством. Даже улыбался. Но достоинство бывшего храмовника валялось там же, где и его честь.

— Мы действовали с разрешения Вальтерия и его!

— Заткни пасть! — пихнул его плечом сосед — связанный бородатый верзила. — Учись подыхать молча.

— Нет, нет, — герцог неторопливо спустился со ступеней, и встал перед ними. — Я хочу послушать, что он скажет. Это всё ещё может спасти ему жизнь.

Я скрипнул зубами. Идея была хороша, но тут столько врагов... Наш герцог слишком рискует. Руки машинально проверили, удобно ли расположены мечи. Хотя, как боец я вряд ли пригожусь, но кое-что в запасе у меня есть...

— Нам приказано было пытать всех... — медленно и разборчиво процедил темноволосый, в глазах которого вспыхнула надежда. — Мы должны были медленно убивать их, и пока они вопили и умирали, мы неустанно возносили молитву за молитвой Богине. Верховный Жрец велел... Он убеждал нас, что это даёт силу ей, а она одаривает силой нас. Не всем это нравилось... Но мы видели чудеса! Мы не могли подвести Богиню. И раз такова её воля...

— Понятно, — прервал синеглазый витязь. — Кто может подтвердить слова своего... брата по ордену. Ну, есть желающие?

Герцог медленно переводил взгляд с одного на другого.

— Я готов рассказать...

— И я!

— И я...

Вызвались шестеро. Остальным либо не хватило смелости, либо наоборот, были достаточно храбры, чтобы не просить пощады. А может не верили герцогу.

Колгрим махнул рукой воинам.

— Этих в ратушу. Они нужны мне живыми. Ели смогут сообщить что-то полезное, то таковыми и останутся. Остальных повесить.

— Милорд, а что с телами? — спросил один из подскочивших пехотинцев. — Негоже, чтобы они болтались перед храмом...

— Да, проследите за этим. Только хороните отдельно от... людей.

— Всё сделаем, милорд! — заверил воин, сверкнув глазами.

— Нет... Нет! Я тоже всё расскажу, — один из узников дёрнулся, не давая себя схватить подошедшему стражнику. — Милорд!

— Поздно. У вас был шанс.

— Нет! Нет! Милорд... Пожалуйста!

Чуть больше десятка пехотинцев начали спешно покидать площадь вместе с теми, кому посчастливилось остаться в живых. Я нисколько не сомневался, что герцог и впрямь не станет их убивать даже после того, как они расскажут всё, что знают. А вот их слова насчёт молитв во время убийств... Всё складывается одно к одному. Ритуальное убийство и пытки — как раз в духе демонов. Но каким боком тут Богиня Теффания? Неужели она изменилась и стала какой-то демонической сущностью? Как-то мелковато для той, которую чтили во всех уголках мира. Впрочем, кто знает, что с ней могло произойти за это время.

Крики заголосивших храмовников, внезапно захотевших пооткровенничать, не раздражали. Напротив, я чувствовал какое-то удовлетворение. После той сцены, что мы видели у стен города, они должны быть благодарны за такую лёгкую смерть.

— Наслаждаешься, Лионикс? — прошипел мне в ухо знакомый неприятный голос.

Я дёрнулся от испуга, но увидев того, кто подошёл, слегка успокоился. Мне здесь ничего не угрожает. Разве что всем нам...

— Буду доволен, когда их, наконец, вздёрнут... — невпопад буркнул я, на всякий случай отодвигаясь от Эстериуса.

Хотелось добавить, что его место тоже там, но осторожность всё же взяла вверх.

— Сегодня обе стороны понесли потери... — снисходительно улыбнулся он.

Капитан впервые появился без шлема. Вернее, шлем он держал в левой руке, прижимая его к груди. Карие глаза смотрели уверенно и безжалостно. У него были высокие скулы, широкая нижняя челюсть, а на лице выделялся крупный, слегка приплюснутый нос. Длинные светло-золотистые волосы ложились на алую ткань роскошного плаща, который опускался до самой земли. Чёрный нагрудник нестерпимо блестел на солнце.

— Да. Уверен, ваши хозяева довольны происходящим, — с неприязнью сказал я и перевёл взгляд на эшафот, расположенный прямо на площади.

— Вы слишком доверчивы, — снисходительно бросил Эстериус, безо всяких эмоций наблюдая, как первая пятёрка приговорённых задёргалась в петлях. — Даже умнейших из вас одурачили сказками про демонов.

— Конечно. Это Богиня требует жертвоприношений, — со злой иронией произнёс я.

— Не испытывай моё терпение.

— Нельзя испытывать то, чего нет.

На скулах капитана заиграли желваки, он медленно повернулся ко мне.

— Я не убью тебя, Лионикс, — задумчиво проговорил он. — Не сейчас. Ты смелый, я не могу этого отрицать. И не могу не уважать. Даже если эта смелость вызвана незнанием или глупостью. Когда придёт время, я постараюсь, чтобы тебе дали шанс искупить вину и отречься от своих проклятых друзей.

— Прости, не могу обещать того же. Я видел твои дела. Ты должен за них ответить.

Будто услышав мои слова, вновь заговорил герцог. Это заставило Эстериуса повернуть голову к нему. Теперь Колгрим находился возле толпы, стоя спиной к ней и подняв голову вверх

— Верховный Жрец, вас обвинили в убийствах, пытках и в создании культа на землях Империи. Такие обвинения требуют тщательного разбирательства. К сожалению, даже учитывая ваше положение я не могу закрыть на них глаза. Что вы можете ответить на эти обвинения?

Колгрим шёл напролом, и я не знал, как к этому относиться. Многим, в том числе и мне, хотелось взять и одним махом покончить с Храмовниками и их вождями, но прямая война дорого обойдётся нам. Обвинять Верховного Жреца, всё равно что загнать крысу в угол. Одного его слова хватит, чтобы Храмовники и поддерживающие их ордена взялись за оружие. А моих рыцарей сейчас не собрать. Даже Асгота не видно. Хорошо, если в этой толпе окажется хоть кто-то из них...

— Мне грустно слышать такие слова от тех, кого я называл своими детьми, — бархатный голос человека в маске медленно заструился, проникая в уши каждого, кто стоял на площади. — От тех, кто шёл в праведный бой с именем Богини на устах... Кто проводил дни напролёт под сводами этого храма, неустанно вознося молитвы нашей покровительнице...

Я прошу простить воинов за малодушие! Но слова, сказанные перед лицом смерти, зачастую изворотливы и полны обмана.

Голос был прекрасен. Он заставлял восторженно внимать и верить ему. Конечно, обвинения были пустые... В груди зашевелились ростки возмущения на тех, кто подлостью и враньём пытался сохранить себе жизнь. Но голос жреца успокаивал, в нём слышалось прощение.

— Верховный Жрец, вы можете подтвердить ваши слова клятвой. Перед нашей Богиней и этими людьми, поклянитесь, что ваши помыслы чисты! Что вы непричастны к смертям и ужасам, которые здесь творились! В суде не будет надобности, мне достаточно ваших слов.

Герцог... Я поморщился. Зачем он перебивает и требует клятвы? Ведь и так всем понятно, что избранный Богиней старец невиновен.

— Что ж... Чтобы не тратить зря время нашего владыки, я готов, — Верховный Жрец слегка склонился. — Я клянусь...

— Подождите! — Колгрим выставил руку вперёд. Затем вытащил кинжал из блестящих чёрных ножен, висевших сбоку, и выставил перед собой, держа его на руках. — Леди Фирия, вы умеете заживлять раны?

Юное создание вздрогнуло, когда к ней обратились, но промедлив долю секунды, она кивнула головой.

— Прекрасно. Верховный Жрец, многие из тех, кто стоит здесь, проливали кровь за этот город и его жителей. Покажите всем, что и вы способны пролить кровь за них! Надрежьте ладонь этим кинжалом, и произносите слова клятвы!

Он хочет его отравить, с беспокойством подумал я, а там уже будет не важно, виновен жрец или нет. Герцог в отчаянии, таким подлым образом он хочет избавиться от тех, кто представляет угрозу его власти. В голове будто клубился туман, он мешал думать о чём-либо другом, но эти мысли никак не хотели уходить.

А может, Эстериус был прав насчёт нашего предводителя? Разве можно безоглядно верить ему? Стоит ли доставать оружие, когда храмовникам надоест слышать обвинения в сторону своего церковного владыки?

Толпа недовольно загудела. Верховному Жрецу пришлось поднять руку, чтобы вновь установилась тишина.

— Я исполню вашу просьбу, милорд, — в его голосе послышался лёгкий укор, но доброты в нём было столько, что это заставило всех недовольных смириться с требованием герцога.

Один из стражников быстро поднялся на башенку, и вручил Верховному Жрецу кинжал герцога.

Человек в золотой маске неспешно повернулся к толпе с поднятым кинжалом в руках, затем поднёс его к левой ладони. Даже отсюда я увидел, как покраснело лезвие, а с ладони потекла кровь.

— Перед лицом Богини и жителей этого города, я клянусь... — Верховный Жрец протянул окровавленную руку к нам. — Клянусь, что невиновен в жестоких убийствах и пытках, не призывал к этому, и никого не принуждал совершать злодеяния во имя Её! Все обвинения — ложь!

Величаво колыхнув фиолетовой мантией, он передал кинжал обратно стражнику, а после протянул раненную руку Фирии. Серебристое сияние вспыхнуло вокруг девушки, когда она провела пальцем по ладони жреца.

— Надеюсь, вы довольны, милорд.

Верховный Жрец показал исцелённую ладонь, и толпа восторженно взревела.

Я хотел присоединиться, но чей-то грубый голос остудил мой пыл.

— Гляди, орут так, будто самый худший лечебный эликсир неспособен сделать тоже самое... Или самое плохое лечебное растение.

Я раздражённо дёрнул головой, намереваясь послать умника куда подальше, но повернув голову, я встретился глазами с Игматом. Туман в голове начал медленно рассеиваться. Мозги вновь заработали, а недавние ужасные мысли куда-то упорхнули.

— Привет, — виновато сказал я. — Ты очень вовремя появился. Этот фиолетовый слизень умеет, оказывается, на расстоянии пудрить мозг. А почему ты не поддался на его фокусы?!

— Да я только пришёл, — усмехнулся мечник. — Увидел толпу, стало интересно. Бить никого не будут?

Я неопределённо пожал плечами и собирался рассказать о висельниках, но поговорить нам не дали.

Герцогу успели принести и отдать испачканный кровью кинжал, он обернулся к собравшимся и резким движением резанул правую ладонь.

— Я, герцог Колгрим Варендор, являюсь потомком последнего императора Аротерана, в чём клянусь перед всеми богами, которых когда-то почитали в Империи!

Таким я нашего предводителя ещё не видел. Застывшая суровая фигура с благородным лицом была ближе к чему-то бессмертному или даже божественному, чем к человеческому, а синие глаза, излучающие холод, грозили неминуемой карой. Он был страшен в этот момент, и я не мог узнать в нём ни того пленника, каким я его впервые увидел, ни того, кто плыл со мной на корабле, ни даже того, кто когда-то вёл меня в бой.

Колгрим сжал руку в кулак, кровь щедро полилась на пыльные камни.

— Приди на мой зов, Клятвоблюститель, верный друг Богини и защитник Империи! Наш народ вновь нуждается в тебе, Аргарон Светлый!

На какое-то время воцарилась тишина, прерываемая лишь редким бряцаньем железа. Через какое-то время люди завертели головами, пытаясь найти глазами того, кого призывал герцог. Если бы на месте Колгрима стоял кто-то другой, со всех сторон уже бы посыпались смешки. Но в голосе истинного наследника имперского трона звучала такая сила, что никто не усомнился в существовании того, к кому он взывал.

Чудовищный столп чистого света внезапно накрыл храм и половину площади. Я зажмурился от удовольствия, почувствовав знакомую силу, наполняющую тело восторгом. Силу, которой владел и сам. К сожалению, это длилось всего пару секунд.

— Богиня милостивая! — ахнул кто-то из крестьян, стоявших неподалеку.

Я открыл глаза. Люди зашевелились, многие жители вставали на колени, восторженно взирая на замершую гигантскую фигуру, появившуюся перед башней.

Аргарон Светлый пришёл на зов. Древнее четырёхметровое создание было закутано в серебристую мантию. В больших серых глазах проглядывалась тьма веков и бесконечная мудрость. Капюшон позволял разглядеть только бледное, обветренное, человеческое лицо.

— Благословлённая кровь избранника Теффании пролилась на землю, и я явился исполнить свою клятву, — его голос был подобен грому, но в нём слышалось сострадание. — Отрадно видеть, что хоть кто-то из вас уцелел после войны. Но от могущества Империи не осталось и следа, а ваши враги сильны, как никогда раньше. Все союзники мертвы... Вас всего лишь горстка... И вновь я чувствую зловоние демонов.

— Пока есть хоть один человек, мы будем продолжать сражаться! — несмотря на суровые слова Аргарона, лицо герцога излучало уверенность. — Рад видеть тебя, друг! Я опасался, что ты погиб вместе с другими защитниками Империи.

— Я несу своё бремя. Расплачиваюсь за свои грехи. Мне больше не взяться за меч. Такова Её воля. Я мог лишь смотреть, как погибает всё, что было мне дорого. Что было дорого Ей.

Он медленно повернулся спиной к нам.

— Я чувствую ложь... Среди вас есть тот, кто нарушил клятву.

Аргарон Светлый повёл огромной ладонью. Верховный Жрец, будто подхваченный неведомой силой, дёрнулся вперёд и упал возле самого края башни, едва успев подставить руки. Золотая маска слетела с его лица и со звоном прокатилась по ступеням.

Я с брезгливой жалостью смотрел на старика, замершего на краю башни. Он не был магом, обычный крестьянин третьего уровня, в глазах которого застыл ужас и понимание, что расплаты не избежать. Храмовники молчали, молчал и Алый. Помочь своему жрецу они никак не могли, да и стали бы они ему помогать, если бы могли? Всё напускное величие старика испарилось.

Но кое-кто всё же встал на его защиту.

Фирия бросилась к старику, обхватила его худое тело и посмотрела на Аргарона молящими глазами.

— Не надо! Отец ни в чём не виноват! Пощадите его!

По щекам покатились крупные слёзы, сверкавшие как жемчужины.

— Прости дитя, — нечеловеческий голос Аргарона был полон сострадания. — Он нарушил клятву, а я должен быть верен своей.

Тяжёлый вздох древнего приспешника Богини услышали все. Он медленно поднял руку.

— Нет! — На светлом лице Фирии проступило упрямство, вокруг неё и старика образовался золотой купол.

— В тебе Её сила, дитя! — поражённый голос Аргарона почти оглушил нас. — Но почему ты противишься? Я выполняю Её волю!

— Мне всё равно! Я знаю кто ты. Я не позволю ему стать частью твоей армии!

Послышался лязг оружия, раздались гневные выкрики; храмовники не вынесли вида плачущей Фирии и были готовы её защищать. Воины герцога ответили тем же, мгновенно окружив правителя стеной мечей щитов.

— Прости, герцог! — шум не смог заглушить слова Клятвоблюстителя. — Здесь я бессилен.

Услышав его, храмовники замерли в ожидании, но оружие не убирали. Простые жители спешно выбирались из толпы, не желая находиться между чёрными рыцарями и войском Колгрима.

— Что делать нам? — шепнул Игмат, про которого я как-то позабыл.

— Ждём! Клинок не доставать!

— Без толку! — согласился он со мной, озираясь. — Нас в порошок сотрут.

Игроки Ордена Последователей вели себя куда более сдержано. На лицах некоторых из них застыла нерешительность, они явно не желали вступать в открытую схватку.

— Спрячьте оружие! — рявкнул вдруг Алый.

От него таких слов я не ожидал. Казалось, сейчас самое время побороться за ускользающую власть, ведь Колгрим сделал главное — доказал, что является нашим законным правителем, а жреца уличил во лжи. Слухи среди горожан разнесутся быстро, никто не окажет поддержку храмовникам и их прихлебателям вздумай они поднять мятеж. Войну за сердца простых людей наш герцог только что выиграл.

— Мудрое решение! — донёсся до нас голос Колгрима.

Оружие с лязгом возвращалось в ножны. Я с облегчением вздохнул. Уже в который раз всё висело на волоске, но с этого момента, кажется, всё начнёт налаживаться.

— Аргарон, ты сделал более чем достаточно — обличил главного виновника, — обратился к древнему воину герцог. — Стража! Уведите Верховного Жреца в ратушу. Завтра на закате его казнят. Леди Фирия, вы тоже отправитесь с нами, у меня есть вопросы. Что же касается вас... — Колгрим внезапно развернулся. — Рыцарь-командор Алый, теперь вы являетесь главой ордена. Я не накладываю на вас ответственность за неповиновение рыцарей, которые схватились за оружие защищая своего магистра, но я не могу закрыть глаза на то, что во всех преступлениях замешаны ваши люди. Вы не могли этого не знать, хотя возможно, никак не могли повлиять на них до этого момента. Но теперь за все их проступки отвечать придётся лично вам.

На Орден Храмовников и Орден Последователей накладывается штраф, по пять золотых монет. Я даю вам на уплату семь дней, в противном случае во главе орденов встанут мои люди.

Алый, ко всеобщему удивлению, опустился на колено.

— Да, милорд. Мы заплатим вам завтра же... за всё.

От его слов мне стало не по себе.

— Неужели он всё-таки рискнёт начать войну теперь? — слово прочитал мои мысли Игмат. — Звучало как-то... зловеще.

Я не успел ответить, потому что вновь заговорил герцог.

— Пусть воины обыщут храм. Насколько мне известно, все ордена отдавали монеты Верховному Жрецу. Если это так, то они пойдут на развитие этого города. Всех остальных жрецов взять и допросить. Если они невиновны, то пускай и дальше служат Богине.

Стальная колона немедленно двинулась к дверям храма.

— Что ж... Вижу, в тебе есть та сила, которой так не хватало Аротерану, — прогремел Аргарон Светлый. — Помни, герцог, твои враги скоро проявят себя. Найди укреплённую цитадель и призови Защитника Столицы. Он ещё не оправился после войны, но уже рвётся в бой. Нахождение среди людей пойдёт ему на пользу. Пусть видит, что ещё не всё потеряно, что не все сдались. Теффания исчезла, он стал слабее, но его жертва может дать вам необходимое время чтобы самим окрепнуть. Богиня жива, теперь это стало очевидным, её нужно найти, и тогда у нас появится шанс вернуть Империи былое величие. Мне пора уходить, герцог, но я вернусь, когда во мне возникнет нужда.

Получен новый навык:

"Призыв Клятвоблюстителя"

Когда подписанные договоры больше не вызывают доверия, остаётся лишь подтверждать слова клятвой на крови. Но берегитесь! Нарушение клятвы ведёт к непредсказуемым последствиям.

Примечание:

Аргарон Светлый забирает клятвопреступников в чертоги Теффании, где изо дня в день они готовятся, чтобы однажды явиться на зов Императора. Лишь смерть в бою подарит им долгожданный покой.

Теперь вы можете давать Клятву Крови и призывать Клятвоблюстителя, если считаете клятву нарушенной.

Игрок, нарушивший клятву, может получить проклятие, дебафы, ухудшение отношений с окружающими, и другие негативные эффекты. Он будет обязан ответить на зов Аргарона и сражаться в его войске. Если Аргарон сочтёт клятву исполненной, все негативные эффекты исчезнут. Игнорирование призыва, отказ от сражений, а также бездействие, может повлечь за собой окончательную смерть персонажа.

Все клятвопреступники получают ветку квестов по обязательному улучшению военных навыков, даже если изначально игрок выбрал мирный путь развития.

Аргарон Светлый появляется лишь на землях, которые контролируются потомками Императора. Уровень контроля должен быть не менее 30% ( сейчас 0 из 100, территория — спорная.)

2

Небольшой костерок тихо потрескивал в стремительно наступающих сумерках. Возле него прямо на земле расселись несколько человек в разномастных доспехах. Топот шагов, весёлые, а порой и раздражённые голоса, доносились отовсюду, но у самого костра царило молчание. Каждый был погружён в свои думы. Иногда кто-нибудь откупоривал флягу, сделанную из кожи, делал глоток и протягивал её остальным.

Я находился здесь же. Мортис всё не появлялась и мне от этого становилось легче. Смогу ли я общаться с ней как ни в чём не бывало, после слов Релгара? Стоит ли у неё спрашивать об этом? Проклятый советник этого и добивался, а ведь сейчас у нашего ордена есть проблемы посерьёзнее, чем мои душевные метания.

Герцога я так и не увидел. Он скрылся в одном из домов, после того, как Аргарон улетел, взмахнув неведомо откуда появившимися крыльями, созданными будто из чистого света. Когда я попытался попытался подойти к дому, меня остановил Гакон, и несмотря на все заверения, что мои вести чрезвычайно важны, он не дал мне пройти, посоветовав прийти утром к ратуше. Тогда я прямо заявил ему, что среди нас есть демон, и что Колгрим непременно должен узнать об этом. Капитан стражи нахмурился и пообещал, что передаст мои слова лично герцогу при первой возможности.

Слегка успокоившись, я решил сделать то, что давно собирался — выучить новое ремесло и заняться им. Сперва я посетил двух кузнецов на ремесленной улице, но возле них толпилась целая орава игроков, стоявших в очереди на обучение. Даже подмастерья, которые могли мне помочь открыть навык изготовления оружия или брони, лишь развели руками и велели появиться через неделю-другую. Наверное, можно было как-то извернуться, чтобы добиться желаемого, но я вовремя вспомнил про мастера Руитила и решил сначала навестить его.

Его я разыскивал целый час; ни в городе, ни в лагере кузнеца не видели. Потом один из игроков подсказал мне, что возле холмов, к которым примыкает город, поселились многие надейцы.

Действительно, когда я обогнул город и примчался на льерако к рудникам, где трудились сотни измученных жителей, то увидел множество мелких палаток. Зачем было покидать лагерь, где землю почти не затронула порча, и селиться здесь, мне было не понять, но Руитил Нерис вместе с женой находился именно здесь, и выглядел он донельзя несчастным. Лирея делала слабые попытки улыбнуться, но глаза оставались печальными.

Разговор получился невесёлый. Покинув лагерь, они оказались сами по себе, пытались найти работу или место в доме, но их отовсюду прогоняли. Кузнецы в городе оказались гораздо умелее, в чём Руитил нехотя признался, его навыки никому не пригодились. Тогда он пошёл на рудники, где работы хватало всегда, но платили за неё лишь несколькими кусками мяса.

Игроки редко добывали руду сами. Голодающих людей было в избытке; от безысходности надейцы соглашались на эту работу, добывали и перевозили руду в городские склады. С приходом герцога ничего не поменялось. Вероятно, у него были дела поважнее, хотя несколько десятков его пехотинцев находились здесь, обеспечивая людям безопасность.

Но хуже всего было упрямство мастера; он наотрез отказался возвращаться в лагерь, где до сих пор безвозмездно раздавали еду по приказу Колгрима. Руитил отклонил моё предложение вступить в орден, не захотел обучать ремеслу, несмотря на мои заверения о том, что вскоре я раздобуду всё необходимое для этого. Пытался воззвать к его совести — умелый мастер, чьи умения всегда пригодятся множеству людей, гнёт спину в шахтах из-за не к месту взыгравшей гордости. Руитил рассвирепел, его отношение ко мне немного испортилось. В конце гневной тирады, он велел мне убираться подобру-поздорову. Я почти насильно вложил в ладонь Лиреи несколько медных монет, на которые без проблем можно было снять комнату в таверне и купить еды на три дня, и ушёл, перед этим пообещав, что на следующий день непременно вернусь за ними.

Пообщавшись с воинами герцога, я выяснил, что они и сами в недоумении из-за толп голодающих, хотя и в городе, и в лагере, интендант отвечал за распределение припасов между ними. Достаточно было прийти на площадь в нужное время, или находиться в лагере, куда в повозках доставлялся провиант.

Попытка поговорить с несколькими работниками ни к чему ни привела. Они отказывались уходить, но их испуганные глаза навели меня на мысль, что всё дело вновь в храмовниках. Они боялись их, а потому безропотно работали на износ, добывая ресурсы для местных орденов.

Бросив безнадёжную затею, я поспешил в лагерь, где меня ждала очередная тренировка, ставшая уже чем-то обычным. Адэноэль научила меня уже четвёртой способности, и даже намекнула, что на следующий день даст мне возможность изучить ещё одну. Она явно была довольна моими успехами; я мог разгадывать её намерения, понимал, откуда прилетит следующий удар. Чтобы отразить их мне не доставало лишь скорости. Конечно, в настоящем бою против такого соперника меня бы и скорость не спасла, но кое-что у меня и правда начинало получаться. Ещё неделю-другую, и я уже смогу стоять на равных с каким-нибудь пехотинцем.

После тренировки, я устало растянулся у костра. Адэноэль тоже присела рядом, Игмат занимался здесь занимался кулинарией, варя похлёбки и жаря мясо местных зверей. После подошли Палкивиад с Дертером. Все уже слышали о том, что произошло с демонологом, знали и про Аргарона Светлого, а теперь узнали и о словах Алого.

— Так может, нам завтра никуда не идти, а собраться вместе и готовиться к худшему? — первым нарушал молчание Игмат, подкручивая над костром одуряюще пахнущее мясо, посыпанное какими-то травами.

— Если гром не грянет, то мы лишь зря потеряем время, — ответил ему Палкивиад. Он отбросил со лба непослушную прядь. — В городе находиться точно нельзя, иначе потеряем весь отряд прежде, чем начнутся бои. А сидеть где-то за городом... Многие от скуки с ума сойдут. Да и не вериться мне, что Алый попрёт теперь.

— Мы уйдём, — безапелляционно заявила Адэноэль. — Но будем готовы ко всему. Если понадобится — вернёмся. Завтра нас должно быть больше тридцати; если вдруг в городе начнутся бои, то мы появимся и ударим там, где они не ждут.

— Верно, — поддержал я воительницу. — Снаряжаемся завтра, будто идём на войну, а не в подземелье. Каждый пусть приготовит всё, что у него есть. Уверен, козыри имеются у каждого из нас.

— О, да! — улыбнулся Дертер. — Это ты у нас с баронами общаешься, да девок цепляешь, а мы тут времени зря не теряем!

— Еду, зелья! Надо распотрошить клановый... ой, сундук ордена. Раздать в первую очередь самым умелым. Пал, ты сумел хоть что-то продать из того, что мы принесли вчера?

— Пару вещей, — покачал головой управляющий. — Остальное отдал кузнецам, но они как сговорились, предложили всего несколько монет за эту груду хлама. У нас есть 12 серебряных монет.

— Тратить их на нас не нужно — мы всё себе раздобыли, — Дертер задумчиво погладил бороду. — Надо позаботиться о Малыше и Трортинаре, и неплохо было бы что-нибудь подобрать Кириану. Амулет, заправленный маной — это здорово, но этого явно недостаточно. Наша рыцарь-командор тоже должна раздобыть себе доспехи получше.

— Они всё ещё гораздо лучше тех, что предлагают местные торговцы, — воительница поморщилась. — Да и привыкла я к ним. Только у орденов может быть что-то ценное, но сомневаюсь, что они по доброте душевной предложат мне что-нибудь из своих запасов.

— А я, собственно, потому и пришёл к Лиониксу, — невинно начал Дертер. Зелёные глаза хитро блеснули. — Мы с ним сейчас кое-куда сходим... Там продают крутые... хм... я хотел сказать, полезные вещи, которые в городе не найдёшь. Но они будут подороже.

— Контрабандисты! — догадалась Адэноэль. — Ну конечно, если церковники не боятся убивать, то и с отбросами торговать не побрезгуют. Иначе бандиты никогда не осмелились бы подойти так близко к городу.

— Только я обещал привести с собой только одного Лионикса, — извиняющимся тоном сообщил стрелок.

— У меня нет никакого желания снова смотреть на эти недоверчивые морды, — спокойно сказала воительница, пожимая плечами. — Только будьте осторожнее! Одно неверное слово — и вас убьют. Они довольно вспыльчивые.

— Ты имела с ними дело? — я с удивлением взглянул на неё.

— Без них нам было бы ещё тяжелее... — честно призналась она. — Но это не значит, что им можно доверять. Помните, сделка с ними не делает вас друзьями...

3

Дертер вёл нас по очень странному маршруту. Сначала он пустил коня вскачь в ту сторону, где находилось подземелье с мохорылами, затем резко завернул и поскакал в противоположном направлении, лишь слегка уводя от свои же следов. С громким топотом мы промчались по прекрасной долине, полной мелкой живности и покрытых зеленью камней, оставшихся от древних зданий. Ночью мир преображался ещё сильнее, цвета будто становились ярче, и я просто наслаждался поездкой, не спрашивая Дертера, почему мы вновь оказались неподалёку от города. Вероятно, кидая нас из стороны в сторону, он таким образом пытался сбить со следа возможных лазутчиков. Но контрабандисты могли заинтересовать лишь воинов герцога, ведь остальные либо уже имели с ними дела, либо хотели этого. Кто откажется от хороших товаров и захочет нажить себе врагов?

— Приехали, — буркнул Дертер, лихо спрыгивая с лошади.

Я озадачено покрутил головой; вдалеке виднелись освещаемые стены города, а вокруг была порченная, ровная земля, если не считать небольшой холмик неподалёку. К моему удивлению, Дертер направился именно к нему. Он потоптался немного сверху, затем, скривив лицо, наклонился, шаря рукой по земле, затем ухватился за что-то двумя руками и с усилием потянул, поднимая спрятанную до этого квадратную железную крышку.

Я удивлённо присвистнул. Логово контрабандистов находилось у всех на виду.

— Знаешь, Лио, — Дертер выпрямился и тяжело вздохнул. — Из нас двоих только ты здесь вкладываешь очки развития в силу. Мог бы и помочь.

— Мог бы, — согласился я, спрыгивая с Кошмара. — Но боюсь мозоль натереть. У меня, всё-таки, свадьба скоро!

— А, ну тогда ладно, — смилостивился арбалетчик.

Дертер первым исчез в открывшемся проёме. Я подошёл к откинутой крышке и взглянул вниз, но увидел только короткую лестницу, да деревянные стены.

— Спускайся, и дверь за собой закрой, — донёсся ворчливый голос из темноты.

Железный квадрат я поднял без усилий, и поддерживая его одной рукой, начал спускаться. Крышка плотно легла на предназначенное место, вокруг сразу стало темно.

— Пойдём!

Свет факела разорвал тьму, я увидел, как Дертер сделал пару шагов и остановился перед тремя разными ходами.

— Они что, изрыли здесь всё тоннелями? — почему-то шёпотом спросил я, подходя к нему.

— Не, это обманка для дурачков, — беззаботно отозвался стрелок.

Он протянул свободную руку к боковой стене, ничем не выделяющейся среди других, и стукнул по ней кулаком несколько раз, то быстрее, то медленнее. Стена медленно сдвинулась в сторону, открывая новый проход.

— Вот это да! — восхитился я. — А что находится в тех тоннелях?

— В двух тупик и пара старых бочек, в одном выход наружу, не так далеко отсюда, чтобы сбить с толку возможных врагов.

— Умно! — похвалил я, думая про себя, что никогда бы не заметил потайную дверь.

Дертер молча пошёл по открывшемуся пути. Под ногами был деревянный настил, в некоторых местах землю поддерживали толстые балки. Идти пришлось недолго, всего шагов тридцать-сорок. Ход резко свернул и мы сразу же оказались в хорошо освещённой комнате, полной сундуков, сваленных между ними разных вещей и десятка вооружённых бандитов.

Семеро гоблинов и трое бесов, обвешанные оружием, молча уставились на нас.

— Наконец-то! — роскошно одетый бес, с большущей короной на голове и не менее большими ушами, растопыренными в разные стороны, поднялся с мягкой скамьи. — Тьфу, людишки! Ноги длинные, а всё время опаздываете! Была б моя воля, я бы вам по одной отрезал, чтобы у вас оправдание было!

Я оторопело уставился на Дертера, но он стоял впереди с непринуждённым видом.

— Не бреши! — с ухмылочкой ответил ему зеленоглазый разбойник. — Ты со своими до утра будешь тут сидеть, в ожидании других клиентов... Фу, ну и вонь же тут у вас!

— Пару дней назад тут был один такой... клиент. С длинным языком. Вот он сейчас и воняет в соседнем проходе, — враждебно прошипел главный бес, взмахивая руками. — Денег много принесли? Если опять у вас всего пара медяков...

— Не шуми, Вулгратон, — Дертер успокаивающе вытянул руки. — И корону с бошки сними. Я уже говорил тебе, ты в ней как осёдланная корова. Кстати, почём она?

— Это чистое золото!

Как ни странно, бес не обратил внимания на довольно-таки обидные слова. Наверное, оскорблять друг друга для них привычное дело.

Главарь снял с себя корону и с раздражением кинул её в сторону.

— Камешки-то мы из неё повыковыривали, но если у тебя нет драгоценных камней в кармане, то тебе такую вещь не получить! Вшивые ублюдки! Я тут уже месяц сижу, а получил всего несколько золотых монет, когда одна корона стоит больше ста!

— Ну, этот край полон возможностей... Скоро получишь и влияние, и своё золото, — усмехнулся Дертер. — Ну что, покажешь, что у вас есть?

— Конечно! Доставай мешочек...

Послышался крик. Страшный, предсмертный вопль гоблина.

— Что там такое? — Вулгратона затрясло, на сей раз от страха. — Вы... Вы привели к нам стражу?

Гоблины подскочили с лавок и вытащили кинжалы, вращая безумными глазами и ожидая приказов.

— Не будь идиотом, — огрызнулся Дертер, доставая арбалет. — Я в гильдии, и гадить ей не в моих интересах.

Послышался ещё один вопль, он быстро приближался. Через пару мгновений в хранилище забежал гоблин, в плече у него застрял арбалетный болт.

— Храмовничьи твари убили Соласа! Их много! — заверещал он, прикрывая рану рукой. — Они идут сюда!

— Только не говорите, что не подготовили секретного-секретного выхода, — сквозь зубы процедил мой спутник. — Надо уходить, иначе сдохнем!

— Бросить всё здесь??! — ахнул Вулгратон, всплеснув руками.

— Если умрёшь сейчас, отомстить не сможешь, — встрял наконец я. — Так что, есть выход или нет?

За клинки я не брался. В таком помещении ещё можно воспользоваться кинжалом, но никак не размахивать мечами.

Главарь всплеснул руками, подхватил злосчастную корону и бросился к левой стене, где стоял небольшой шкафчик со старыми книгами. Вулгратон сдвинул одну из них, шкаф медленно и со скрипом дёрнулся, открывая узкий проход.

— Всё пропало! Столько ценных вещей...

— Да, Алому они как раз сейчас нужны, — буркнул я, с тревогой оглядываясь на приближающийся шум.

Гоблины и бесы один за другим быстро исчезали в открывшемся проходе. Я толкнул Дертера в спину, торопя его, он юркнул вслед за остальными. Быстро оглядевшись, я схватил несколько увесистых томов и убрал в инвентарь, затем обратно задвинул книгу, открывшую потайной ход, и успел проскользнуть прежде, чем шкаф вновь занял своё место.

4

Кошмар погибает!

Мы выбрались в долине, по которой совсем недавно проезжали вместе с Дертером. Я устало опустился на землю и обхватил голову руками.

— Вот дерьмо! Моего коня убили! — выругался Дертер. Стрелок подошёл и сел рядом. — Извини, Лио...

— Нашли из-за чего переживать! Вы ещё поревите! Храмовники забрали вещей на сотни золотых! — Вулгратон пнул ни в чё не повинный камень. — Столько трудов! Столько усилий! И снова я по уши в дерьме!

— У моего друга был не просто конь, а льерако, — упавшим голосом сообщил ему Дертер. — Мы можем объявить им войну за это!

— Можем, — подтвердил я. — Но тогда придётся объяснять, что наши звери делали рядом с логовом контрабандистов. Герцог не сможет встать на нашу сторону, он бы и сам послал воинов, чтобы покончить с ними, если бы знал куда. Защищать тех, кто нарушает закон он не будет. А мы одни не в состоянии тягаться с храмовниками и «Последователями».

— Ну я им этого так не оставлю! — зло прошипел бес, потрясая кулаком.

Выглядел он так смешно, что я невольно улыбнулся, несмотря на внутреннею злость из-за глупой ошибки, стоившей мне Кошмара.

— А тебя не убьют за потерю товара? — Дертер тревожно посматривал по сторонам. — Я думал, у вас строгие правила.

— Не! — бес махнул рукой, его длинный уши шевельнулись в такт движению. — Вот если бы я проморгал отряд стражников вашего герцога... А это предательство. За жизнь Алого я теперь медяка не дам. Месть гильдии будет страшна. Видел я как-то одного такого, кто решил нас надуть... С такими у гильдии разговор короткий.

— Кстати, насчёт твоих вещей, — я по одной начал вытаскивать книги.

Разноцветные переплёты светились, от касания по ним пробегали искры, вспыхивали неведомые руны. Не знаю, насколько были бы полезны эти древние книги, но расставаться с ними почему-то чертовски не хотелось.

— Что под руку попалось. Не хотел, чтобы всё досталось Алому.

— Ты спёр их, а теперь отдаёшь?!! — Вулгратон перевёл ошеломлённый взгляд на ухмыляющегося Дертера.

— Что я тебе говорил? Он блаженный, котиков с деревьев снимает. Честный, аж противно! Зато с такими можно вести дела.

— Ну да, — буркнул бес. — Только не долго. Такие долго не живут.

— Тогда хорошо, что он бессмертный...

— Нам пора уходить отсюда, — прервал их я. — Вулгратон, гильдия может нам помочь? Алый неспроста начал действовать. Нужно предупредить ордена, чтобы готовились к сражению. Боюсь представить что будет, если храмовники ударят прямо сейчас.

Я напишу советнику о том, что случилось. Он неприятный человек, но не глупый. Отмахиваться не станет.

— Хм... Я пошлю весточку кое-кому, — бес почесал подбородок и взглянул на своих злых и молчаливых подельников. — Напрямую в ваш конфликт мы вмешиваться не будем, но наши главари как пить дать захотят отомстить. Ты прав, отсюда надо валить. От всадников здесь не убежать. Собирайтесь парни!

— Вряд ли они бросятся в погоню, — заметил Дертер. — Ваш секретный ход они отыщут за две минуты, но для них сейчас главное утащить с собой оружие, артефакты и прочие вещи. Захваченное добро они должны перевезти на повозках в свою цитадель.

— Верно, только после этого храмовники смогут их использовать, — вспомнил я правила. — Книги я, считай, упёр у владельца...

Гоблины и бесы начали растворяться прямо в воздухе.

— Все разбойники так умеют? — с завистью спросил я у Дертера.

— При желании, — задумчиво откликнулся арбалетчик.

— Смотрите не сдохните... бессмертные, — буркнул Вулгратон на прощание и отвернулся, исчезая вслед за другими.

5

Время близилось к полуночи. Надейцы давно разошлись по палаткам, не считая нескольких стражников, бродивших по опустевшему лагерю. Пламя костров освещало редкие силуэты игроков, оставшихся здесь, чтобы в тишине заняться ремёслами.

— Что думаешь делать? — тихо спросил Дертер, опускаясь на землю перед палаткой ордена, где всё ещё тлели угли нашего костра.

— Мортис так и не появилась, а значит...

— Да уж, угораздило же тебя! — поморщился разбойник.

Я уселся напротив него, с некоторым удивлением ожидая продолжение, но арбалетчик не спешил. Сначала он достал небольшой мешочек из кожи, затем вытащил коричневую трубку.

— Когда это ты начал курить?

— Я не начал, — отрезал Дертер, набивая трубку. — В реале эту гадость ненавижу. Даже запах не переношу, не говоря уже о том, чтобы вдыхать дым. Но тут совсем другое дело! Трубки сейчас почти не достать, но поверь мне, скоро они будут у каждого.

— Не боишься, что это станет привычкой?

— Ты же не боишься, что будешь людям на улице руки отрезать?

Он ловко подхватил уголёк и приложил к трубке. Дымок едва показался над ней, а вокруг сразу распространился приятный яблочный аромат.

— Ты что-то собирался мне сказать. Насчёт Мортис.

— Она тут ни при чём, — нехотя отозвался Дертер. — Просто не наделай глупостей ради этой девчонки. Я слышал тебе чуть за двадцать, а она, если судить по её характеру, ещё моложе. В этом возрасте эмоции часто берут вверх над здравым смыслом. Любая размолвка может сказаться на твоём состоянии, из-за чего пострадает и орден. Сталкивались уже...

Не принимай близко к сердцу, просто все эти игровые влюблённости до добра не доводят. А тебя, стоит тебе на неё посмотреть, хочется ударить дрыном по голове. Ты не знаешь, кто она, а она не знает, кто ты такой. Вот представь, что у неё под заказ специальная капсула, которая больше орденской палатки, а количество её подбородков превышает количество морщин у моей бабки. Надолго сохранятся твои тёплые чувства к ней?

— Да ты романтик... — невольно усмехнулся я, но под его пристальным взглядом всё же ответил. — Разве капсула не для этого нужна? Здесь мы можем увидеть человека настоящим. Только его качества. Без лишних суждений о внешности, материальных благ и прочей мишуры.

— Дяяятел... — почти ласково протянул Дертер, а затем подался вперёд. — Самые крупные проблемы этого мира, все демоны и Безликие меркнут, по сравнению с мелкими проблемами в реальности. Ты можешь стать здесь хоть повелителем мира, но если в реальности ты затюканный неудачник, то ничего не сможешь изменить в себе и своей жизни, даже если в Надее тебя превозносят. Так и в отношениях. Твой нынешний образ, как и твои решения, принятые здесь, не будут иметь никакого значения, если вы вдруг встретитесь. Наоборот, вы почувствуете огромное разочарование. Сначала будете винить игру за обман, но потом поймёте, что проблемы в вас самих.

— Мы всё ещё обо мне говорим?

Дертер помолчал, странно глядя на меня, затем откинулся, опёршись на левую руку.

— Что ж, уел, — усмехнулся он. — Может, ты поумнее будешь... Ладно, иди уж... Ты там вроде собирался заняться политикой. А я посижу пять минут и пойду спать. Денёк был насыщенный.

— Спасибо, Дертер, — я нехотя поднялся с земли. — Не переживай. Любовные драмы на ордене никак не скажутся. Если придётся, я просто скину с себя ответственность и не буду мешать.

— Это-то и плохо, — проворчал разбойник, пустив очередную струю дыма. — Ты вроде как есть, но никто этого даже не замечает. Все довольные и заняты своими делами. И всё же, толку от тебя много. Ты прекрасно умеешь убеждать надейцев. Хрен знает, как у тебя это получается, но орден благодаря этому находится на виду у всех, чего не скажешь о куче других орденов, которые не уступают нам по количеству адептов. О нас знают, о нас говорят. Без тебя всё будет по-другому.

Я молча кивнул, не зная что отвечать. Дертер задумчиво смотрел на почти погасшие угли, мусоля трубку во рту.

6

В палатке ордена кто-то был. Из дальнего конца доносилось тихое посапывание. Я бесшумно подошёл к столу и коснулся магического шара размером с яйцо. Он лежал в подставке, напоминавшей чашу, за что игроки её так и прозвали. Вспыхнул тусклый голубой свет, но его едва хватило, чтобы осветить грубую столешницу.

— Лионикс, это ты? — послышался знакомый сонный голос. — В ордене что-то произошло?

— Нет. Просто нужно отправить пару писем, — я улыбнулся, хотя девушка вряд ли это увидела. — Спи, Адэна! Я скоро уйду.

Адэноэль сочла излишним отвечать, немного повозилась на мягких шкурах и затихла. Я сел на низкий табурет, извлёк подготовленные пергаменты, перо и чернила, затем почти не раздумывая набросал три коротких сообщения. Хотелось бы написать и четвёртое, но в клетках, подвешенных у входа в палатку, сидело всего лишь три сокола.

Убедившись, что не ошибся в именах получателей, я свернул в трубочку все три письма, тихо подошёл к клеткам и по очереди открыл дверцы. Птицы показались мне недовольными, но едва я положил скрученные послания в специальные вытянутые мешочки, прикрепленные к их шее, как они мгновенно упорхнули.

Релгар, Гракхтул и Хоннорат предупреждены, вскоре они узнают о нападении Алого на контрабандистов, теперь остаётся надеяться, что все трое прислушаются к моим опасениям.

Вы покинете игру через 9...

8...

7...

Реальность встретила меня полной тишиной. Я нехотя выбрался из капсулы и поплёлся в душ.

Потеря льерако серьёзно подпортила сегодняшний день. Храмовники верили в свою безнаказанность, и были правы. Я не видел ни одного способа предъявить претензию Алому за его смерть. Наверняка убийство верхового животного не является таким же поводом для войны, как моё нападение на храмовника, но понесённый ущерб от другого ордена должен как-то проявляться. Жаль, что сейчас нельзя заглянуть в расширенное окно дипломатии, доступное только магистрам.

Вытеревшись полотенцем, я завернулся в удобный халат и сразу направился в спальню. Едва голова коснулась мягкой подушки, как глаза начали наливаться тяжестью, но сперва требовалось сделать кое-что ещё. Я схватил телефон; звонков не было, но на почту пришло одно сообщение, совсем непохожее на официальный ответ поддержки.

Здарова! Мы ради интереса проверили логи того места, где ты пытался обозначить присутствие игроков. Это не ошибка, какой-то ****** специально убирает значки. Он не один, это точняк! Ну я всё поставил и запретил изменения в том месте. Если хошь, можешь кинуть мне информацию по локации, я её добавлю.

Значит, я был прав. Игроки намеренно всё скрывали. Но зачем? Чтобы не пришли другие, как мы? Что-то слишком много усилий для подобной глупости...