Бессмертный: Осколки прошлого

Глава 1

Пусто.

Людей вообще нет.

Чёртово измерение пустоты...

Я проклинаю тот день, когда попал сюда.

Я нахожусь в этом месте уже 192 года.

Этот мир такой же, как наш...

Я сначала даже подумал, что ничего не сработало.

Но отличие было: нет людей.

Даже не так — здесь вообще нет ничего живого.

Ты спросишь: почему я до сих пор не прыгнул с крыши?

Так вот — я пытался. Много раз.

Но мой заживляющий фактор не даёт мне умереть.

Я ненавижу эти эксперименты.

Я помню, как всё началось.

Люди нашли нечто вроде другого измерения.

Они начали проводить эксперименты на живых существах, пытаясь перенести их туда.

Все подопытные умирали от остановки сердца.

Не было никаких признаков, что их перенесли.

Учёные решили: это место существует только в чьём-то сознании, не в реальности.

Один из них решил "прикольнуться".

Он положил в устройство для переноса свой обед.

Обед исчез.

Они поняли: место существует физически.

И оно реально.

Обед я нашёл сразу после того, как оказался здесь.

И он не испортился.

За 192 года.

По моим предположениям, время здесь не идёт.

Ах да... обо мне.

Хочешь знать, как я сюда попал?

Они захотели создать живое существо, которое переживёт перенос.

Экспериментировали.

Единственным выжившим стал я.

Моё тело приобрело способность полностью восстанавливаться из капли крови.

Изначально регенерация была медленной...

Но каждый раз, когда я восстанавливался, она ускорялась.

Теперь — три секунды на отращивание конечности.

Почти всё время здесь я тренировался.

В расчёте на то, что когда-нибудь вернусь.

Потому что если я вернусь — я перебью всю эту лабораторию.

Моё тело стало намного сильнее человеческого.

Благодаря тренировкам, благодаря постоянной перегрузке, на которую позволяло идти исцеление.

И нет, ты ошибаешься.

Я не живу ради мести.

Я хочу уничтожить их не из ненависти.

А чтобы в мире больше не существовало таких, как я.

Потому что если сотня таких солдат появится на земле —

никакие армии, никакая техника не смогут их остановить.

Только террор и смерть.

Я стал задумываться, как сюда попал...

Сконцентрировался на воспоминании об устройстве, которое перенесло меня сюда...

И вдруг...

Я снова сидел в этом устройстве.

Вокруг — те же учёные.

Те же лица.

Та же лаборатория.

Будто ничего не произошло.

Но для меня прошли 192 года.

Они о чём-то переговаривались, удивлённые.

Кто-то сверял приборы, кто-то бросал на меня настороженные взгляды.

Через какое-то время в комнату зашёл солдат.

Полный боевой комплект.

Я молчал.

Наблюдал.

Для них я исчез лишь на долю секунды.

Для меня — вечность.

И я больше не был тем, кем был прежде.

— Пошёл, — коротко бросил солдат.

Я подчинился.

Без сопротивления.

В измерении пустоты я знал эту лабораторию вдоль и поперёк.

Каждый коридор.

Каждый тупик.

Каждый путь к свободе.

Мне нужно было попасть в главный коридор.

И я знал — они поведут меня именно туда.

Позади меня шли два охранника.

Я был в смирительной рубашке.

Когда-то это было проблемой.

Когда-то они полагались на то, что выстрел в голову даст им пятнадцать секунд форы.

Когда-то я был физически слабее.

Но больше — нет.

Мы шли по коридорам лаборатории.

И вдруг я почувствовал, как всё моё тело дрожит.

Не от страха.

Не от слабости.

От предвкушения.

Я собирался вступить в битву, к которой готовился больше ста лет.

Моё тело было готово взорваться от напряжения.

И вот мы вошли в главный коридор.

Широкий. Длинный. Пустой.

Идеальное место для начала.

Каким бы сильным я ни был,

порвать смирительную рубашку невозможно.

Но выбраться из неё — можно.

Когда-то великий Гудини освобождался за 57 секунд.

Я — за 9.

Но эти 9 секунд нужно где-то выиграть.

И я выбрал самое отдалённое место коридора, подальше от всех дверей и патрулей.

И именно там...

Я начал действовать.

Я действую.

Резко разворачиваюсь на месте —

и бью одного из охранников ногой в диафрагму.

Хруст.

Он отлетает на несколько метров, ударяясь спиной о стену.

Сила удара такова, что он сразу теряет сознание.

Второй охранник вскидывает автомат.

Прицеливается прямо мне в голову.

Ошибается.

Моя голова уходит вниз быстрее, чем он успевает нажать на спуск.

Он следил за головой...

но не за моей пяткой.

И именно она с хрустом врезается ему в челюсть.

Глухой треск.

Шея ломается.

Он падает.

Один охранник — без сознания.

Второй — мёртв.

А я, не теряя ни секунды, начинаю выбираться из смирительной рубашки.

9 секунд.

И я буду свободен.

Как только я освободился от смирительной рубашки —

в коридоре распахнулась дверь.

Вбежали три солдата.

Без раздумий я швырнул рубашку в того, кто шёл первым,

и резко ушёл в сторону.

Три коротких очереди.

Пули прошили ткань,

а рубашка, смявшись, отлетела в сторону.

Но я уже был рядом.

Я вцепился в дуло автомата и перебросил охранника через себя.

Глухой удар тела о пол.

Автомат вылетел из его рук.

Одним движением я перехватил оружие

и дал короткую очередь.

Двое оставшихся солдат рухнули.

Без шансов.

Только вот я сам почувствовал, как что-то обожгло меня под рёбрами.

Пуля.

Но в этот раз — пустяк.

Я остановился.

Патроны...

Мне нужны были патроны.

Они были у убитых солдат,

но...

мне было их некуда складывать.

Подсумки, снаряжение —

всё требовало времени.

А времени у меня не было.

Я задумался...

На долю секунды.

И вдруг понял.

Вокруг — тишина.

Не стрельба.

Не крики.

Даже шагов не было.

Я медленно повернул голову.

Тела исчезли.

Ни одного солдата.

Ни крови.

Ни следов борьбы.

Будто их никогда здесь и не было.

Меня пронзила догадка.

Нет.

Они не ушли.

Я снова здесь.

В измерении пустоты.Я резко сосредоточился на возвращении.

Мгновение.

И — рывок.

Я снова стоял там же, в главном коридоре.

В том самом месте, где только что сражался.

Тела солдат всё ещё были на месте.

Кровь ещё не успела остыть.

Не теряя времени, я наклонился, схватил пистолет у одного из них.

Тяжёлый, холодный.

И снова сосредоточился.

На переносе.

Мир вокруг дёрнулся —

и рассыпался в небытие.

Я снова оказался в измерении пустоты.

И в моей руке всё ещё был пистолет.

Он перенёсся вместе со мной.

Я медленно выдохнул.

Не знаю, как именно это работает,

но теперь у меня появилась возможность забирать с собой всё, что я могу удержать.

А значит...

Теперь мне есть куда складывать патроны.Я провёл пару экспериментов.

Первое:

пока я нахожусь в измерении пустоты —

время в реальном мире замирает.

Второе:

я всегда возвращаюсь точно в то место и в ту позу, в которой был на момент переноса.

И третье:

я могу вытаскивать отсюда предметы,

но только те, что были изначально перенесены из реального мира.

Я стоял в тишине и думал.

Имея всё это...

Может, стоит остаться здесь ещё на какое-то время?

Научиться стрелять хотя бы на базовом уровне.

Патронов немного, но их хватит —

на тренировку

и на убийство пары следующих солдат.

А дальше...

Дальше я просто подберу оружие у новых трупов.

Вернувшись через какое-то время,

я уже чувствовал оружие в руках намного увереннее.

Перезарядка, стрельба, уход в сторону, прицеливание —

движения становились плавными, автоматическими.

Пустота вокруг была идеальной тренировочной зоной.

Никаких отвлечений.

Только я, пистолет и мои ошибки.

Каждый выстрел отдавался в ушах глухим эхом.

Каждый промах я запоминал.

Каждую мелочь исправлял.

Моё тело училось.

Запоминало.

Когда патроны подошли к концу, я остановился.

Достаточно.

Теперь, когда я вернусь, я не буду просто куском мяса с оружием в руках.

Я буду настоящей угрозой.Вернувшись в реальность,

я уже точно знал, что делать.

Мне нужно было добраться до одного из трёх людей:

— начальника службы безопасности лаборатории,

— главного исследователя,

— начальника всей лаборатории.

Именно у них были ключ-карты,

способные открывать любые двери,

даже если будет запущена аварийная блокировка.

Я знал расположение всех помещений.

Каждый коридор.

Каждый кабинет.

Благодаря этому я сразу выбрал оптимальный маршрут.

Первой целью был кабинет начальника службы безопасности.

Он находился ближе всего.

Кроме того, именно там я мог включить общую аварийную блокировку,

закрыв все выходы.

Перекрыв им путь к бегству.

Я не собирался давать им шанса.Я мчался вперёд.

Некоторых солдат убивал на ходу,

от некоторых уклонялся, скрываясь в тенях.

Я обходил камеры наблюдения.

Те, от которых нельзя было укрыться, я разбивал выстрелами.

Но не все.

Я специально оставлял целыми камеры в проходах, которые мне были не нужны,

и разрушал те, что могли указывать на мой настоящий маршрут.

Пусть начальник службы безопасности ломает голову.

Пусть пытается догадаться, куда я иду.

Я хотел, чтобы они блуждали в догадках,

пока я уже стою у их дверей.

Интерлюдия.

От лица начальника службы безопасности.

Я сидел на иголках.

"Испытуемый образец" вышел из-под контроля.

Хуже всего было то,

что я не мог отследить его местоположение через камеры.

Не мог понять, куда он движется.

Я мог бы включить аварийную блокировку всех дверей,

но в этом случае я бы запер внутри всех своих людей.

И весь исследовательский персонал.

Это был не вариант.

Я отдал приказ: эвакуировать персонал,

выводить своих,

а потом уходить самим.

Рация в руках еле слышно трещала от передаваемых приказов.

На экранах одна за другой гасли камеры.

Я поднялся с кресла, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

И вдруг —

в дверь моего кабинета раздался стук.За дверью послышался голос:

— Кто там?

— Рядовой Никоренко, разрешите доложить обстановку в лаборатории, — отозвались снаружи.

Начальник службы безопасности колебался долю секунды,

затем произнёс:

— Входи.

Дверь мягко отворилась...

И в следующее мгновение он получил автоматную очередь прямо в грудь.

Вообще, это был весьма рискованный ход.

Если бы начальник службы безопасности понял, что мой голос отличается от голоса рядового Никоренко,

он бы никогда не открыл мне дверь.

А без его ключ-карты попасть в кабинет было бы почти невозможно.

Эта дверь открывалась только ключ-картами трёх человек,

о которых я уже говорил раньше.

Но, судя по всему,

либо мой голос оказался достаточно похож на голос Никоренко,

либо он был слишком взволнован,

чтобы внимательно прислушиваться.

Повезло. В этот раз.Я забрал его ключ-карту.

Быстро включил аварийную блокировку всех дверей.

Весь комплекс замер —

плотные металлические заслоны начали медленно опускаться,

перекрывая коридоры и выходы.

Я подошёл к пульту наблюдения и начал перебирать камеры.

Меня сейчас интересовало только одно —

местоположение двух конкретных гавриков.

Начальник лаборатории и главный исследователь.Я сразу нашёл их.

Они шли вместе — начальник лаборатории и главный исследователь.

Направлялись к выходу,

в сопровождении восьми солдат.

Не проблема для меня.

Я быстро прокрутил в голове план лаборатории —

понял, по какому маршруту они идут.

Улыбнулся.

И пошёл им навстречу.

Я дошёл до нужного коридора.

Открыл дверь ключ-картой,

бросил гранату внутрь

и тут же захлопнул за собой дверь.

Взрыв гулко прокатился по коридору.

Я снова распахнул дверь —

и без промедления залил весь коридор автоматной очередью.

Всё было рассчитано идеально.

И всё равно один ишак сумел зацепить меня — три пули в грудь.После этого я забрал ключ-карты у ученых.

Я посмотрел на все три карты в руке.

Теперь, похоже, я — хозяин этого места.

Мне нужна оружейная.

Надо снова вернуться в кабинет начальника службы безопасности —

посмотреть, где она находится.

Я, конечно, обшарил всю лабораторию вдоль и поперек,

пока был в измерении пустоты,

но оборудования там не было.

Только пустые помещения.

Так что определить, где оружейная, на глаз — проблематично.Добравшись до оружейной,

я забрал всё оружие и боеприпасы к себе в измерение пустоты.

А ещё я нашёл то, зачем шёл:

гексоген, октоген, С4...

Я начал прикидывать в голове.

У них нет других исследовательских центров —

значит, подкрепление из своих они прислать не смогут.

Им пришлось обращаться за помощью к государству.

А эта лаборатория — тайна от властей.

Так что им придётся объясняться.

Потом — собирать силы.

Потом — стягивать их сюда.

Потом — готовиться к штурму.

Короче, у меня есть около трёх часов,

чтобы заминировать всю лабораторию.

Эта лаборатория построена под козырьком горы.

Так что мне нужно просто обрушить козырёк.

Но для начала —

в некоторых кабинетах остались записи об экспериментах.

Их могут найти даже после обрушения.

Оставлять их нельзя.

Я нашёл и сжёг все возможные записи в лаборатории.

После этого я вышел наружу,

ушёл в измерение пустоты

и начал экспериментировать —

чтобы правильно рассчитать количество взрывчатки

и места её закладки,

чтобы точно уничтожить лабораторию.

В пустоте я начал строить макеты.

Собирал стены, потолки, балки —

копии конструкции лаборатории,

насколько позволяла память.

Я ставил взрывчатку.

Подрывал.

Смотрел, как рушится.

Исправлял ошибки.

Снова взрывал.

Шли десятки макетов.

Я повторял и повторял.

Пока не довёл расчёты до идеала.

Минимум зарядов — максимум разрушения.после уничтожения лаборатории я смог добраться до какого то города. смог делать себе поддельные документы, купить билет на самолет в другую страну, и улететь. и вот сейчас я сижу внутри самолета.Самолёт резко затрясло, судя по всему, случилась какая-то авария. Вокруг вдруг начали бить молнии всех цветов радуги. Никто, включая меня, не понимал, что происходит. Самолёт потерпел крушение.

Те пассажиры, что выжили, выбрались наружу. Мы оказались на каком-то поле.

Вдруг к нам подошёл отряд людей в рыцарских доспехах.

Один мальчишка лет двенадцати закричал:

— Мы что, в другом мире?!

Я молча достал пистолет и выстрелил в рыцаря, который шёл впереди всех.

Рыцарь отбил пулю мечом.

Я спокойно выдал:

— Определённо. Люди из нашего мира пули мечами отбивать не умеют.

Блин...

А ведь я только начал настраиваться на спокойную жизнь.

Глава 2

Я подходил к большому зданию. Именно здесь находилась моя цель.

У входа дорогу мне преградили двое охранников.

Я достал пистолет из измерения Пустоты —

и, почти вплотную к ним подойдя, выстрелил от бедра.

Два точных выстрела.

Оба охранника рухнули замертво.

Пистолет не издал ни звука.

Не глушитель. Магия.

С помощью неё я не только подавляю звук —

я могу ускорять пули.

Сколько же было разговоров о бесполезности моего Пульсфактора…

А на деле — идеальное оружие для убийства.

Зайдя в здание, я никого не обнаружил.

Прошёл несколько шагов вперёд и остановился в центре прихожей.

На этаже выше появилась девушка — серебряные волосы, костюм горничной.

Она сразу поняла, кто я.

На её лбу вспыхнул светящийся рог.

В меня полетели два метательных ножа.

Я активировал Пульсфактор на ногах — резкий прыжок вперёд.

Сразу следом — ускорение тела.

Полудемон?

Я слышал, у них бывает по два магических атрибута.

Значит, это и есть его «боевые горничные»...

По вибрации пола над собой я определил её позицию.

Два выстрела.

И — глухой звук падающего тела.

Всего их было две. Боевые горничные.

Первую я только что убил.

А вторая...

Одна из дверей на втором этаже распахнулась.

Из неё вышла девушка — такая же форма горничной, но волосы у неё были зелёные.

Она увидела тело своей напарницы.

Мгновение — и её взгляд остановился на мне.

Глаза налились яростью, а лицо исказила гримаса чистой, неконтролируемой ненависти.

На её голове вспыхнул рог — точно такой же, как у первой.

Но на этом сходства закончились.

Её тело начало расти, мышцы наливались силой, а кожа на руках почернела, словно обуглилась.

Пальцы вытянулись и изогнулись в смертоносные когти, сверкая сталью.

И вдруг — рывок.

Она метнулась ко мне с нечеловеческой скоростью, разрывая воздух.

Быстро увернувшись от её выпада когтями, я навёл пистолет и совершил два выстрела. Пули вонзились в её тело, но ранения зажили мгновенно, словно и не было их вовсе.

Две новости. Хорошая — я определил её магические атрибуты. Плохая — это сами атрибуты.

Метаморфел и некропульс.

Метаморфел — преобразует тело и усиливает его. Но восстановление после превращения будет невероятно болезненным — тело оказывается сильно поврежденным.

Некропульс — атрибут, ускоряющий регенерацию и притупляющий чувство боли.

Оба атрибута по отдельности — бесполезны. Метаморфел превращает тело в боевую машину, но после активации бойцу грозит долгий, изнурительный восстановительный период — иногда на месяцы. Некропульс, сам по себе, лишь ускоряет заживление и подавляет боль, не давая никакого прироста к скорости или силе. Но вместе они компенсируют слабости друг друга, создавая идеально сбалансированного бойца.

Но я примерно понимаю, как с ней бороться.

Достаю из измерения пустоты АК-47. Несколько одиночных — прямо в голову. Она теряет равновесие, на мгновение замирает. Я не теряю времени: разряжаю в неё весь магазин, прицельно, без суеты.

Смена — и в руках уже новый магазин. Только собираюсь продолжить — и замечаю: пробоины в голове и части тела начали затягиваться… но не все. Некоторые раны словно застыли в процессе регенерации. А сама горничная — просто стоит и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Без злобы, без слов. Падает.

Это всё?.. Неожиданно быстро. Хотя да — я-то привык, что у меня регенерация жуткая. А ещё ведь хотел вообще ручной пулемёт достать…

Итак… если считать Ламберга и мою основную цель, в доме всего семь бойцов. Два охранника на входе — мертвы. Две боевые горничные — тоже. Четверо устранены. Осталось трое.

Я поднялся на второй этаж по лестнице. Открыл нужную дверь — она вела к основному проходу — и оказался в огромном коридоре с, казалось, бесчисленным количеством дверей.

Ну да… действительно.

Пройдя несколько метров по коридору, я почувствовал — пространство вокруг начинает искажаться. Стены словно дрожали, пол колыхался, как вода под ногами.

Внезапно раздался женский голос — он звучал сразу отовсюду и ниоткуда:

— Ты, конечно, вдоволь тут повеселился... но здесь властвую я.

Ты очень дорого заплатишь за смерть наших людей.

Только взглянув вокруг, я понял магический атрибут моего врага.

Фолдкрипт.

Он позволяет гнуть пространство как того пожелает заклинатель — в пределах своей области. Один из редчайших атрибутов. И, будь не привязан к конкретной зоне, давно бы считался абсолютом.

Но за её пределами носитель — никто. Обычный человек.

Значит, я внутри её домена.

Вот почему стены дрожат, пол будто живёт своей жизнью, а воздух тяжелеет с каждым вдохом.

Вообще, у меня есть примерное понимание того, как с ней бороться. Меня учили, как воевать с пользователями Фолдкрипта...

Но для начала — её нужно найти.

Пол под моими ногами резко исчез.

Коридор растянулся, а затем разбился на множество маленьких парящих комнат.

— У тебя нет ни шанса против меня, — раздался голос, повисший в воздухе, словно пелена.

— Пускай ты действительно смог найти применение своему бесполезному Пульсфактору — за счёт своего оружия.

Но пользователю Пульсфактора ни за что не победить пользователя Фолдкрипта.

Пауза. Она словно наслаждалась сказанным.

— Но знаешь, я готова пощадить тебя. Больно уж интересное у тебя оружие.

Давай так: ты отдаёшь мне всё своё вооружение, объясняешь, как им пользоваться —

а я оставляю тебя в живых.

Пульсфактор на всё тело — и я начинаю прыгать между парящими комнатами. Это очень затратно в плане маны, но сейчас важно одно — понять, где она находится.

С помощью Пульсфактора я отслеживаю вибрации и перемещения конструкций. Уворот от схлопнувшихся стен, рывок вправо от летящей двери. Со стороны может показаться, что я просто пытаюсь выжить, но это не так.

Пользователь Фолдкрипта на подсознательном уровне всегда старается держать дистанцию, не подпускать никого близко. А я, своими прыжками, пытаюсь выяснить, где именно она не хочет, чтобы я оказался.

И вот, в какой-то момент, я наконец-то нашёл нужную мне область.

Несколько рывков — и теперь я вижу это место как на ладони.

Достаю из измерения Пустоты дробовик, заряженный картечью.

Нацеливаюсь. Спуск.

Ускоренная картечь врезается в пространство, где, по моим расчётам, она должна быть.

Вывожу чувствительность вибраций на максимум.

Почти всё пролетает мимо... но есть два попадания по мягкой плоти. Точные.

Снова Пульсфактор на всё тело — и я срываюсь в сторону, где было попадание.

Комната, нужная мне, тут же начинает отдаляться. Пространство уходит из-под ног, растягивается.

Передо мной встают новые стены, открываются и захлопываются двери.

Она поняла — я иду за ней.

Рывок в сторону. Перепрыгиваю стену, бегу по потолку одной из парящих комнат — и снова вижу нужную мне. Только теперь она ближе, и я увереннее чувствую, где она.

Заряжаю картечь. Стреляю.

Чувствую — несколько попаданий. Чётко. Мясо, не конструкция.

Внезапно проваливаюсь вниз.

Взгляд вверх — над головой смыкается сетка комнат. Они сдвигаются, обрушиваются, начинают сжиматься, как клетки капкана. Ловушка. Она заманивала меня в эту зону намеренно.

Комната с ней начинает ускользать.

Я уворачиваюсь от летающих обломков, от резких ударов плоскостей, от сдвигающихся стен.

Она бьёт отчаянно, агрессивно — но я замечаю: удары становятся менее точными. Медленнее.

Она теряет концентрацию.

Потом — всё кончается.

Вокруг — обычный коридор.

Передо мной на полу — черноволосая девушка, вся в крови. Без сознания.

Мои попадания всё же сделали своё дело. Кровопотеря. Она не выдержала.

Без слов достаю пистолет.

Два выстрела — точно в голову.

Я выхожу из коридора и иду по направлению к кабинету Ламберга. Шаг за шагом, не спеша. Пульсфактор больше не активен — тишина возвращается.

Дверь открыта. Захожу.

Ламберг стоит посреди комнаты, спиной ко мне. Его массивное тело закрывает собой девочку лет девяти. Белые волосы, испуганный взгляд. Моя цель.

Он поворачивается. Смотрит на меня без страха.

— Подожди, просто выслушай меня. — произносит он медленно, глухо.

Я молчу.

Достаю пистолет из измерения Пустоты.

Мгновенное движение.

Навожу прицел. Прямо между глаз.

Щелчок предохранителя.

— Мне плевать что ты скажешь.— говорю я тихо. — Я наемник, я убиваю за деньги, и сейчас у меня заказ на эту девочку.

Его руки сжимаются в кулаки. Магия дрожит в воздухе — он готовится к бою.

Но он знает, что проиграет.