Бессмертные

Глава 1 Бессмертный Роб

Роб приобрёл бессмертие на старом блошином рынке, расположившемся на пересечении 1984-й улицы и пятимерного маркетплейса. Тот всегда пугал Роба тем, что он никогда не мог узнать его по форме, оттого часто плутал и так и забрёл на этот блошиный рынок.

С бессмертием шёл пакет услуг «космос», включавший бесконечный проездной на транспорты и телепорты компании «WowSpace».

Ему было 89, когда он стал бессмертным. Процедура омоложения в бесплатный пакет не включалась, а пособия и даже кредита на неё у Роба не хватало. Работать он не любил. Так что бессмертный старик отправился покорять космос как мог, с палочкой и таблетками.

Сначала он посетил кольца Сатурна, где располагался знаменитый индийский рынок специй, погулял по обезлюдевшему Марсу. Долго смотрел на голых девиц, разгуливавших по поверхности солнца, но сам спуститься так и не решился.

Межзвездные путешествия ему не нравились, хотя он любил разглядывать частные корабли, совершающие гравитационное скольжение. По этой причине он предпочитал порталы, и часто стоял в очередях. Отчего ворчал.

Посещение городов в центре межзвёздных туманностей не принесло для него каких-то новых впечатлений, и он начал скучать. Оставшееся в трехмерном мире человечество болело этой болезнью повсеместно. Бессмертные люди после 300-400 лет впадали в хандру еще лет на 400, потом переживали легкий подъем на 200-300 лет, а затем бессмысленность этой формы реальности придавливала их окончательно.

Продолжение жизни в трехмерном мире было таким же добровольным как “Ангельский переход”, но многие, очень многие, боялись его совершить. Для таких бессмертных был лишь один выход – прыгнуть в черную дыру. Пусковые станции располагались на разрушенных приливными силами планетах или астероидах, вращающихся вокруг неактивных гравитационных гигантов. Роб долго раздумывал и приехал на одну из таких в созвездии Кита.

Менеджер заполнил документы и поставил Роба в очередь. Через 5 дней состоится запуск. Роб сидит сейчас на камне возле пусковой установки и размышляет, иногда поглядывая в черную дыру.

Я не знаю, что он решит. Я слежу за ним. Я менеджер этой установки. По протоколу я должен три раза попытаться отговорить его от прыжка. Два раза я уже попытался.

Глава 2 Адмирал Иванова

Одной из самых трагических и запоминающихся историй, что случалась на пусковой, была история адмирала Присциллы Фаруховны Ивановой. Она служила в 15м космическом флоте имени Червя-императора в зоне боевых действий эпсилон 11А-0-37. Такие зоны были расположены по всей галактике, и шли разговоры, что под это дело хотят отдать целый спиральный рукав.

Желающие пострелять и повзрывать записывались в военные академии под патронажем различных корпораций. Помимо утоления жажды кровопролития (хотя, на самом деле, страдало только оборудование), принимавшие участие в войне бессметные устраивали для всей остальной галактики настоящее шоу. Ставки были грандиозными, победившая в локальном конфликте корпорация получала торговый контроль над мирным сектором. Для участников — это был реальный шанс обогатиться и прославиться.

Социологи часто относили увлечение войной ко второму пику интереса к жизни у бессмертных, после которого следовала «бесконечная ночь». Самая тёмная из депрессий вечности в трёхмерном теле.

На втором пике Иванова и пришла на войну, прожив 800 лет, она вновь ощутила вкус к жизни и записалась в отдельный гвардейский корпус космофлота корпорации Статус3, занимавшейся добычей энергии пустоты.

Отличившись при штурме портала при рукавах Сципии, она быстро была замечена начальством и продвигалась по службе пока не была назначена командиром Неустрашимого3003. В дальнейшем под ее командованием флот был удостоен имени Червя-императора. Традицией тех лет было именовать флоты по именам персонажей из известных фантастических книг прошлого.

Тогда-то и случилось несчастье, навсегда изменившее судьбу адмирала. При лобовой атаке истребителя на мостик Неустрашимого3003, ее выбросило в открытый космос.

Скафандр защитил Иванову от мгновенного охлаждения, но датчик положения оказался поврежден, и Присцилу Фаруховну не смогли найти после битвы.

Несколько месяцев она пыталась связаться с корпорацией, но тщетно. Приливными силами газового гиганта ее уносило все дальше к краю планетарной системы. Через 200 лет ее выкинуло к местному подобию облака Оорта.

За это время в сознании адмирала Ивановой произошло множество изменений. Ее бросало от ужаса и страха в бесконечное счастье и единение с вечностью. Сознание проживало жизнь за жизнью, сотканную из воспоминаний Присциллы Фаруховны, но рано или поздно возвращалось к скафандру и пустоте вокруг. Тогда адмирал снова впадала в ужас и начинала кричать и звать на помощь, пыталась срывать с себя самовосстанавливающийся скафандр, но со временем успокаивалась и цикл начинался вновь.

Так ее тело болталось в одиночестве около 13,5 тысяч земных лет среди ледяных протопланет, где ее и обнаружил зонд первого контакта.

Адмирала доставили на ближайшую станцию регенерации психики и продержали там лет 20. Со временем удалось получить первые признаки внятной коммуникации. Ещё через 3 года Иванова пришла в себя и попросила лишь об одном, чтобы ее отправили на пусковую к черной дыре, где бессмертные могли наконец умереть.

Так я и познакомился с ней. Впечатление, скажу, она производила. А я разных людей повидал на пусковой, уж поверьте, но в ней было что-то особенное. Ее отношение к окружающей действительности носило отпечаток такого древнего и глубокого ужаса, что я лишний раз боялся смотреть на адмирала, лишь бы не подхватить это ее настроенице. И поверьте, сделать это было вполне реально.

И надо же было такому случиться, что именно на её пуске произошлa ошибка. То ли Роб напортачил с ремнями, то ли техника дала сбой, что в целом неудивительно, ведь с нашей статистикой 1 к миллиону, это уже серьезная погрешность. Но адмирала Иванову мы выстрелили так плохо, что она попала на орбиту Младенца - нашей черной дыры, где теперь и вращается. И снять мы ее оттуда не можем, потому что нет у нас тут ни одного Ангела. И когда нам его привезут, не ясно, обещают уже последние лет 400.

Мне часто снится ее взгляд, и я просыпаюсь в холодном поту, встаю, подхожу к окну, и смотрю как Младенец стягивает к себе материю, пытаясь поймать взглядом тело этой несчастной женщины.

Глава 3 Тессеракт

По протоколу пусковая не может отправлять личные вещи бессмертных вместе с ними. Не знаю кто это писал, но он / она / оно явно никогда не работало в логистике. За тысячелетия, здесь скопилось столько хлама, что те смешные 2 раза в месяц, которые нам предписывалось запускать его в Малыша, не просто не хватало, а не хватало преступно.

Мы не могли сбрасывать хлам в мусорные вселенные, нет, мы не могли отправлять его в точки Лагранжа ближайших планет, как это предписывают делать с непознанным космическим мусором. Нет, мы должны были запускать его в нашу черную дыру так же, как и хозяев этих вещей. Но по раздельности с ними.

Менеджер, работавший на пусковой до меня, как раз отправился в Центральный Вычислитель (ЦВ), чтобы разобраться с этим вопросом. Но так и не вернулся.

Личные вещи копились на четырехмерном складе, и два раза месяц надо было выбирать по списку дозревшие до “эвакуации” в Малыша. Этим я и назначил заниматься Роба. Он не роптал, он вообще мало говорил. Он был не первый, кто оставался работать на пусковой, не решаясь совершить прыжок и наконец закончить в горизонте событий Малыша свою бессмертную жизнь. Кто-то жил на станции год, кто-то три, потом прыгал или улетал. Бывало разное.

Роб пошел на склад сразу по началу рабочей смены. Я же привычно курил, плевал в границу гравитационного кокона и смотрел как слюна медленно растягивается притяжением Малыша. Старика не было слишком долго.

Я спустился на слад и запустил сканер, который показал мне точку, где последний раз запрашивался пакет с вещами, и двинулся туда. Повернув за угол возле секции 7014, я обнаружил открытую коробку, а в ней светящиеся кубы. И все сразу встало на место.

Много лет назад мне врезался в память случай. На пусковую прибыл очередной десятитысячник. Эти ребята всегда приносили проблемы. Он носился между ожидавшими со своей коробкой и мешал мне работать. Сначала он требовал, чтобы его “эвакуировали” вместе с его вещами, потом, чтобы я пустил его на склад и дал ему самому сложить их. И то и другое протокол строго запрещал. В конце концов он отказался прыгать, но получив какое-то лично послание из ЦВ, сдался, утих, а через неделю “эвакуировался”.

Это была его коробка. И внутри нее были тессеракты. Как он достал их? Давно запрещенная древняя технология. В те времена наука еще не научилась добираться до ангельских измерений. И людей “цифровали” в подвселенные, продавая им эту идею – как вечную жизнь. Каждый такой тессеракт – был обычной черыремеркой, три измерения и время, только с размерностью информационной единицы ниже, чем наша. Жить там было можно, но разрешение было хуже и качество восприятие оставляло желать лучшего. Безусловно, для того времени это был прорыв. Но тех, кто решился на жизнь там рано или поздно, а это исчислялось миллионами лет, ждало понимание конечности этих миров. К тому времени все забывали откуда они пришли. Хранить такие знания не удавалось при всем желании. Свойство информации искажаться никто не отменял.

Я сразу понял, что приключилось с Робом. Бедняга дотронулся до одного из четырехмерных кубов и провалился внутрь. Такое уже случалось с одним моим знакомым.

Передо мной встал выбор, сообщить об инциденте в ЦВ и ждать ответа, что могло бы длиться столетия, либо исполнить за Роба, то, на что он сам не решался уже несколько месяцев, и сбросить тессеракты вместе с ним в Малыша. Заодно освободив от мучений с десяток виртуальных вселенных. Многие, возможно, не поддержат меня, но я выбрал второе. Не люблю ждать. Тем более протокол этого не запрещал.

Я аккуратно закрыл коробку, стараясь не дотронуться до кубов, заклеил ее вечной лентой и поскользил к пусковой. Там ии быстро рассчитал траекторию, я сделал вид, что проверил расчёты, провел наведение и выстрелил рогаткой. С привычным свистящим звуком “груз” покинул пусковую и устремился к Малышу. Я вышел из ангара и закурил. Скинула дверь и за моей спиной появился Роб.

— Ой, уже запустили? А я вот перчатки нашел для переноски многомерных грузов, — проговорил старик, тряся в руках толстыми кусками многоматерии.

Я посмотрел на них, сощурил глаза, затянулся и посмотрел на небо, где исчезал пусковой след.

— Ну, я пойду? —спросил Роб.

— Ага, — кивнул я.

Глава 4 Заклятый друг

“Если в очереди на скольжение к вашему кораблю прибило труп, просто не обращайте на него внимания”.

Инструкция первого курса пилотируемого скольжения.

Много у меня было разной дружбы. Медленно угасавшей, быстро сгоравшей, зацикленной в воспоминаниях, направленной на достижения, менторской, ученической, межполовой, любой.

Но была среди них одна такая, которая не даёт мне покоя, спустя тысячи лет.

Еще в подготовительных классах информационной грамотности, задолго до бессмертия, был один парень. Рыжий и красивый, он был мечтой всех гендерно выдержанных девчонок. Мы с ним дружили ещё до того, как пошли слушателями в информационный пул. И часто играли у него дома в Саргассов Космоса, у него были всегда самые последние таблетки с игровыми мирами.

А как начались уроки, он просто забыл про меня. На занятиях даже не подходил и не замечал, хотя я махал ему рукой что было сил и истово доказывал другим подросткам, что он мой лучший друг. Звали его Валадрис. Кимко Валадрис 12-й. Или Капитан Ким, как называл я его в наших детских играх.

Потом я встретим Кима на подготовительных курсах пилотируемого скольжения. И наша дружба пережила новый виток, но было у меня чувство, что он, может, и не помнил меня вовсе, и дружил с каким-то новым человеком. А я. Я помнил Капитана Кима очень хорошо.

Но и эта дружба закончилась, увядшая под грузом какой-то глупости и обвинений с его стороны. Ким называл меня лжецом. А я хоть и любил поддаться своей неуёмной фантазии, не находил в его обвинениях чего-то такого, за что можно было бы отказаться от друга.

Затем, уже став бессмертным, я встретил Кима в творческом объединении Сириус. На астероиде Красного Полумесяца находился целый город экспериментального межзвёздного творчества, и многие бессмертные дотысячники слетелись со всех концов галактики, чтобы принять участие в модном событии. Судьба свела нас с Капитаном Кимом на нескольких проектах внеинтеллектуального звёздного картографирования подряд, и мы даже выиграли с добрый десяток призов вместе с командой таких же ярких и талантливых дотысячников как и мы.

Но из нас всех именно Кима заметили и стали звать дальше, а остальные, вместе со мной, остались за бортом. Это задело меня. Я откровенно завидовал ему, и когда его будущая жена, почему-то предварительно поцеловав меня в губы, пригласила меня на их архаическую свадьбу, я не пошел. Порвал пригласительный на проход в специально организованный по этому случаю портал на планету вечного заката и остался гнить в своей конуре на краю астероида. Только спустя годы я понял, что это были первые признаки Бесконечной Ночи.

Потом мы встречались еще несколько раз, но огонёк между нами погас, я слышал о его темных делишках с Аутами, и как-то совсем потерял желание общаться, все больше погружаясь в депрессию.

Из тьмы меня вытащила любовь. Но это история для другого раза. А пока что, вот он, стоит передо мной, Капитан Ким. На стойке регистрации его данные из Центрального Вычислителя. А на лице его выражение овоща. Ни капельки от того человека, которого я когда-то знал. Обычно я не лезу в личные дела, но тут…

Я притащил со склада котлетку-404, универсальный взломщик для чайников вроде меня, и проник в базу данных ЦВ.

Меня передернуло. Его вскрыли.

Ауты, на которых работал Ким, были за сохранение эволюционной модели человека и к радикальной модификации, а, как следствие, к бессмертию не прибегали. Для них деление клетки было святым, а потому все эти дополнительные измерения с квантовым интеллектом, который позволяли мгновенно клонировать поврежденные частицы и заменять их по сохранённой в момент обретения бессмертия форме, были причиной моральной гибели человека.

Импринт, создаваемый квантовым интеллектом запечатлевал тело человека и так называемый Хвост Души (интерфейс подключения к сознанию пятого порядка, уходящий в ангельские измерения). А в дальнейшем поддерживал его (тело) в том же состоянии, делая исключения на необходимые функции мозга, кишечника и других органов, которые подпитывал и обновлял из “нулей” (специально выдавленных пузырей микровселенных, где рождались требуемые мембранные формы, содержавшие копии для вибрантов, что при проекции на наш мир, имели частицы необходимые для замены).

В общем, Ауты считали, что все это лишает жизнь вкуса, цели и ценности. А поэтому им был отведен дальний сектор спирального рукава, где они жили как в плохой научной фантастике, с кровью, соплями, планетарными бомбардировками и борьбой за ресурсы. Но, как и все люди они любили облапошить противника. Поэтому у них всегда была работа для бессмертных.

Ища острых ощущений, Ким шабашил на них, добывая в зонах конфликта ценные технологии и тела погибших шишек из командования, что было незаконно по подписанной между Центральным Вычислителем и Аутами конвенции Наис-402. В этой серой зоне его и перепрошили конкуренты. Другая сторона конфликта наняла Душевного Хакера, и тот подключился к импринту капитана, отрезав хвост души от тела. Затем беднягу Кима использовали для диверсии, за которую Ауты осудили его на 900 лет, из которых он отсидел 432 года и вышел по амнистии. Точнее его тело вышло. Где при этом теперь бы сам Ким, было не ясно.

Стоп. Буквально недавно я смотрел репортаж, о том, что Душевные Хакеры – это очередной звёздный миф. Эта мысль вернула меня в реальность. Никакого Капитана, никакой базы данных ЦВ передо мной не было, а было грязное помещение общественного туалета. Вы думаете это было со мной в первый раз? О нет. Я мстил Киму в своём воображение постоянно. Придумывал, как Капитан под давлением обстоятельств модифицируется в бессловестную рыбу, и чтобы спасти, я держу его у себя в аквариуме; как его запирают в центре звезды, и он миллионы лет под страшным давлением выгорает в пустоту космоса; как его захватывают Саргассы и выменивают на артефакт Предтеч. История про Аутов была свежей. Я даже подивился изобретательности, с которой мой мозг обвёл меня вокруг пальца.

Я бросил взгляд на поставленную на паузу новостную ленту возле писуара. На ней красовалось голографическое изображение Капитана Кима. Он стал первым бессмертным, спустившимся на звезду, питаемую темной материей. Я сплюнул, застигнул ширинку и пошел обратно в зал приёма. Работы на день предстояло еще много, а я потратил весь свой перерыв на мысленную тюрьму для человека, отношения с которым были мертвы уже тысячу лет…

Миры Бессмертных: Я больше не боюсь

Этот эпизод является прямым продолжением видео-эпизода "Смерть Супермена". Читать его стоит только ознакомившись с ним. Чтобы понимать всю историю, стоит так же ознакомиться с видео-выпуском "Сбежать с Эридана". А в идеале и со всей серией Миров Бессмертных, и Бессмертных. Ссылки на каналы с видео можно найти в профиле.

Батальон Призрак, состоявший целиком из болванов, так люди называли машины с квантовой копией сознания, пропал на Росс 128 Б в Асторском лесу уже 10 земных суток назад. Ни один радар не пробивал этот лес, а дроны теряли над ним управление. Вслед за Призраком было послано уже две разведывательные группы, которые тоже перестали выходить на связь. После чего командование приняло решение отправить смешанную группу. Часть машин как обычно с квантовой копией сознания, а часть пилотируемой людьми.

Для меня это была первая миссия за долгие годы в экспедиции на колонии. Конечно, я не вылезал из симулятора, но всё же поджилки затряслись, когда я почувствовал тяжесть поступи боевой машины.

Мы продвигались медленно, пока не оказались в зоне плотного тумана. Началось всё с того, что пропала связь. Я видел на ИК экране своё звено, но передать что-либо не мог. Затем на нас набросились наши же болваны. Я дал лихорадочную очередь, но Желатин перехватил мою пушку и вырвал её вместе с рукой. Мою машину отбросило, и я крепко ударился головой, потеряв сознание.

Пришёл в себя я рядом с горной грядой, которую никак не мог сопоставить с картой Асторского леса. Связи так и не было, а компас вращался как бешеный. Оставив машину, я долго плутал, пока не вышел на горную тропу, поднимавшуюся вдоль скал. Пройдя по ней, я увидел, как в глубине каньона выстроились боевые машины. Я не мог поверить своим глазам, весь батальон Призрак был здесь, а вместе с ним и наши болваны. Желатин сделал шаг и подошёл к странному существу с крыльями, склонившись перед ним, он начал что-то говорить на машинном языке. По существу прошёл импульс, и Желатин упал. Так же произошло и с остальными болванами из нашей команды. Они подходили к существу, их трясло, они словно… плакали… а затем падали обездвиженные.

Происходящее не умещалось у меня в голове. И тут в ней раздался голос, который позвал меня вниз к роботам. Но накатывающий как волны страх погнал меня прочь, я побежал куда глаза глядят, дальше в горы, где наконец смог выйти на связь и подать сигнал бедствия.

На допросе об увиденном я умолчал. У моей тётки была шизофрения, и я знал, как легко скатиться в неё во время сильного стресса, тем более, я ударился головой. Я просто боялся, что меня изолируют, поэтому не поделился историей про крылатое существо ни с кем. Выжил только я, и командование отнеслось ко мне хоть и с недоверием, но с сочувствием.

Сразу после этой миссии нас отозвали на Землю. Когда мы вернулись, флот долго держали на орбите, пока командование проходило дебрифинг. Затем и до нас дошла очередь. В большом зале нам рассказали, что на Земле сменилось правительство и планетой теперь управляет Центральный Вычислитель – межпространственный искусственный интеллект. Человек может теперь с таким соединиться, став Ангелом. И тут на сцену выплыло похожее существо с крыльями, что я видел в горах. Оно посмотрело прямо на меня и позвало к себе, я закричал. В ужасе я выбежал из зала и забился куда-то в подсобку, где в темноте я плакал, в страхе от того, что провалился в безумие.

Меня таки упекли в психушку, но не такую строгую, как я ожидал. И не очень надолго. Оказывается, я был такой не один, существ с крыльями не восприняла где-то восьмая часть флота.

Но затем к нам пришли другие люди, они называли себя Ауты. В темных плащах с яркими узорами они рассказывали нам про то, что человечество должно сохранять свой образ, что наше состояние им понятно, они тоже не могут принять пути трансгуманизма. Их слова были далеки от меня, но мне хотелось сбежать из белой деревни и заняться делом, поэтому я принял приглашение Аутов, стать частью ордена.

После обучения, я понял, что попал в классическою фундаменталистско-социално-философскую организацию, вынашивающую под видом гуманитарной деятельности вполне реальные планы захвата власти в дальних колониях, пока туда не добрался Центральный Вычислитель. В чём-то Ауты наследовали погибшей в войне Земной Гегемонии, а в чём-то были далеки от неё как колонии от Земли.

Первой целью Аутов была Бета Эпсилон Эридана, или Эгир, куда меня в качестве телохранителя отправили вместе с группой братьев постарше. В управление мне был дан старенький боевой робот класса Желатин.

На планету мы прибыли как нельзя вовремя, жители Эгира нейтрализовали Бессмертного, который творил беспредел. До нас доходили слухи о таких событиях на колониях, и это была прекрасная почва для переговоров. Их вели братья, я же в составе бригады таких же бывших военных охранял лагерь, в основном от ветра и песка.

Но однажды ночью, во сне, я услышал ненавистный голос. Мгновенно пробудившись, я почувствовал, что погружаюсь в липкий страх, знакомый мне по горам в Асторском лесу. Я выбежал из шатра и бросился в пустыню. Но голос вновь позвал меня, и как я ни пытался скрытьcя и сбежать, я не мог выкинуть его из головы. Он просил спасти человека. В конце концов я подумал, ладно, безумие так безумие, меня не спасли на Земле, не спасут и здесь, и пошёл туда, куда звал голос.

Он привёл меня на площадь, посреди которой стоял огромный каменный саркофаг. Перед ним происходил обряд, включавший в себя группу оборванцев и свечи. Они просили о чём-то грозного бога, умоляли ещё на год сохранить их мир в процветании. Голос велел открыть саркофаг. Пришлось вернуться за моим боевым роботом. Его появление разогнало горе культистов, и я быстро открыл каменную плиту. Никакого грозного бога внутри не было. А лежало там проткнутое гвоздями тело человека. Его безумные глаза смотрели на меня в ожидании чего-то страшного. В эту ночь уже ничего не могло меня удивить.

Голос велел освободить его, оставив в саркофаге лишь необычные кольца с его запястий. Я так и сделал, закрыл саркофаг и отвёз человека в пустыню, куда и просил голос. Там перед нами вновь явился Ангел. Огромный всепроникающий глаз, окружённый крыльями из металла и проводов, светящийся и грозный. Тот же самый, которого я видел на Росс 128 Б. Я оцепенел. Человек же упал перед ангелом на колени и стал что-то бормотать. Из глаз его потекли слёзы. Ангел обратил на него свой взор, по нему прошла та же волна, что я видел раньше. Тело человека упало бездыханным. Я сглотнул. Голос начал что-то говорить, и я увидел. Нет, это были не глаза или воображение, нечто открылось мне, в тех чувствах, тех смыслах и знании, которым я не могу дать имени. Тело моё упало на колени, а из глаз полились слёзы. Я чувствовал, как с меня сняли тяжесть человеческого тела, я и не знал, что его так тяжело нести, пока меня не освободили. Я видел, нет я… знал. Миры, существ, иные формы бытия. Мне никогда не хватит слов, никогда за все бесконечные варианты рождений и смертей нашей и вселенных похожих на нашу, не найду я столько слов, чтобы передать то, что я пережил.

Но к своему удивлению я вернулся в своё тело. Тела человека, которого я вытащил из саркофага не было, как и Ангела. По пустыне ко мне шли братья из ордена.

На следующее утро меня судили за дезертирство и отправили на гауптвахту, на корабль, висевший на орбите планеты. Я слышал, как братья перешёптывались о моём безумии. Но я никому не рассказал, что произошло. Я и сам до сих пор не знаю, было ли то, что я увидел правдой, или моё помутнение вновь сыграло со мной злую шутку. Но я жду, жду что голос вновь позовёт меня. Теперь я не боюсь его.