Беспородный и зверь востока

Пролог (Интерлюдия?)

Солнце, показавшееся из-за далёкой горной гряды, осветило высокую цитадель. Старый замок возвышался над Хелгкарксом — столицей империи Лоссдор.

Когда-то крылья могущественной империи простирались над всем северным континентом, но, хоть те времена и канули в Лету, древняя империя всё ещё была самым влиятельным государством в этих холодных краях.

Сияющая башня цитадели, словно огненный клинок, возвышалась над городом, утопающим во тьме.

Стоя на балконе у самой вершины башни, можно было наблюдать, как солнечный свет шаг за шагом отвоёвывает землю у тьмы.

Каждый, кто посещал Хелгкаркс, мечтал подняться на этот балкон, не подозревая, что уже много столетий на него не ступала нога человека.

Двери, выходившие на балкон, были распахнуты, и ледяной ветер радостно ворвался в большой каменный зал.

Помещение было довольно скудно обставлено и, судя по всему, использовалось исключительно редко. Первые солнечные лучи осветили тусклые магические фонари, затянутые паутиной и покрытые пылью. Стали видны голые каменные стены и мраморный пол с замысловатым чёрно-белым узором. В стене напротив балкона был устроен камин, в котором ярко пылало пламя; он был столь велик, что подросток среднего роста, мог спокойно в него зайти, не склоняя головы.

У камина кто-то стоял, полностью скрытый чёрным массивным плащом. Ткань непривычным образом бугрилась и натягивалась, словно скрывала изощрённые доспехи.

Ветер устремился к огню, но не сумел всколыхнуть даже полы плаща стоящего на пути. Ничто не могло побеспокоить это чёрное изваяние, словно статуя застывшее перед камином: ни жар пламени, ни ледяной осенний ветер, ни даже лучи восходящего солнца, бьющие ему в спину.

В тишине послышались приближающиеся звуки шагов.

Массивные дубовые створки отворились, и в зал вошла восхитительной красоты женщина в обтягивающем вечернем платье. Её короткие волосы цвета спелой пшеницы едва касались плеч. Узкое лицо, тонкий нос, изогнутые брови и чёрные глаза, края которых были чуть приподняты наверх, создавали хищное впечатление. Она шла, звонко стуча высокими каблуками туфель по мраморным плитам пола, мерно покачивая бёдрами. Многие правители отдали бы любые деньги, лишь бы оказаться в обществе такой красавицы, но стоявший у камина даже не повернул головы, продолжая наблюдать за причудливым танцем огня.

Женщина дошла до центра зала, после чего повернулась и выполнила изящный реверанс в соответствии с последними веяниями моды. Но, видя полное отсутствие реакции, смущённо проследовала к огромному столу, представлявшему собой половину ствола дерева. Вдоль стола стояли семь массивных кресел, обтянутых кожей. Женщина уселась на крайнее.

Следом в зал вошёл древний старец, весь замотанный в меха и шкуры. Он шёл, сгорбившись и тяжело опираясь на тёмный посох. Дойдя до середины зала, старик низко поклонился стоявшему у камина, метя по полу седой бородой. После чего, с трудом распрямившись, придерживая спину и кряхтя, тоже проследовал к столу, плюхнувшись в кресло по левую руку от центрального места.

Последним в зале появился мальчик лет восьми с бело-голубыми волосами. Он задумчиво шёл, листая какую-то книгу. Мальчик был одет в простую льняную рубаху и такие же штаны, а на плечах у него была небольшая белая накидка из песца. При этом он был босым. Шлёпая пятками по мраморному полу, он проследовал к столу, лишь слегка кивнув застывшей у камина фигуре. Не без труда он залез в кресло, находившееся по правую руку от центрального места, после чего продолжил увлечённо листать свою книгу, беззаботно болтая ногами.

Двери закрылись, а в зале ненадолго вновь воцарилась тишина. Но вскоре она была прервана громким чихом женщины, которая ёжилась под порывами холодного ветра.

— В тебе осталось слишком много людского, — скрипучим голосом проворчал старик. — Вот для кого ты так вырядилась? Нет чтобы одеться в соответствии с погодой, а не как….

— Как хочу, так и одеваюс-сь, — огрызнулась женщина. — Не вс-сем же ходить, замотавшис-с-ь в шкуры, как какие-то дикари. Лучше бы поделилс-ся с-с дамой одной из с-своих накидок.

Старик в ответ только фыркнул, проворчав себе под нос: «Что за молодёжь пошла», — но так, чтобы это было слышно всем.

Мальчик положил на стол книгу, неторопливо слез с кресла и подошёл к женщине, после чего протянул ей свою песцовую накидку.

— Благодарю вас-с, милорд Ас-смодей! — расплылась в улыбке красавица, кутаясь в тёплый мех.

Мальчик в ответ только небрежно кивнул, после чего направился к своему месту, громко шлёпая по ледяному полу босыми ногами.

— Молодёжь всегда такой была, — проходя мимо старика, холодно сказал мальчик. — И ты был таким же, как она, четыреста лет назад. Так что, глядишь, ещё поумнеет. Если доживёт.

Женщина сделала вид, что не услышала последнюю фразу, а старик только что-то неразборчиво проворчал в ответ. Всё это время он внимательно изучал красочную обложку лежащей на столе книги. На ней был изображён мужчина, стоявший на небольшом каменном островке, объятом лавой. Мужчина защищал себя магическим барьером, в который била струя пламени. Поверх этой картины было название «Не время для драконов».

— Я надеюсь, это не практическое пособие? — нервно ёрзая в кресле, поинтересовался старик.

— А, это? — произнёс мальчик, усаживаясь на своё место и снова беря книжку в руки. — Нет, что ты. Это так, очередные людские выдумки. К моему удивлению, написанные сразу двумя популярными авторами. Хотя их индивидуальные произведения нравятся мне куда больше. Но тут меня больше заинтересовала новая технология печати. Люди за последний век сильно продвинулись в полиграфии.

Собравшиеся не успели углубиться в обсуждение современных трендов книгопечатания, как снова послышались шаги.

Двери вновь отворились, и вошёл статный мужчина в чёрно-зелёном камзоле, со светло-русыми волосами и небольшой бородкой. Следом за ним семенила крупная пума. Пройдя в центр зала, мужчина опустился на одно колено, приложив правую руку к груди. Крупная кошка легла на живот, склонив голову.

— Хэрвайн, как ты исполнил наше поручение? — поинтересовался старик немного дребезжащим голосом.

— Я выполнил почти всё, что должно было. Уговорами и деньгами мне удалось склонить знать Альтвинда к войне с Регрендом. Также мне удалось уговорить короля Бальдемии выступить на их стороне, — отчитался мужчина, поднимаясь с пола. — Единственное, у меня не получилось убедить их магов вступить в войну, они отказались нарушать древние устои. Хотя было бы у меня чуть больше средств….

— Твоей задачей были не подкупы и уговоры, а воцарение хаос-са в с-срединных королевс-ствах! — гневно перебила его женщина. — И тебе ещё хватает наглос-сти обвинять нас-с в том, что не дали тебе дос-статочно золота, хотя того колличес-ства, которое тебе было вверено, хватило бы, чтобы купить вес-с-сь с-срединный континент!

Глаза женщины метали молнии, а её ярости не было предела.

— Всё шло идеально, но судьба решила иначе. Армия Альтвинда проиграла, несмотря на трёхкратное превосходство в боевой мощи. В том нет моей вины. Не мог же я сам биться в первых рядах их войска, — спокойно парировал мужчина, совершенно не реагируя на гневные крики женщины, чем вызвал у неё только ещё больший приступ ярости.

Хоть мужчина и сохранял спокойствие, но пума у его ног начала резко бить хвостом.

— Нагайна, ещё немного, и ты захлебнёшься собственным ядом, — искоса взглянув на неё, произнёс старик. — Так значит, ты наблюдал за движением войск? И за финальной битвой тоже? — этот вопрос был уже адресован мужчине.

— Да, я видел это всё собственными глазами, — немного замявшись, ответил Хэрвайн.

— Прямо-таки собственными? — подал голос мальчик, не отрываясь от книжки. — А я слышал, что ты из-за своей глупости и неконтролируемой ярости отправил одного из своих фамильяров разорять людское поселение, чем привлёк внимание охотников и был вынужден бежать, поджав хвост.

— Мои фамильяры контролировали происходящее на территории Регренда, и я через их глаза наблюдал за всем.

— Да как ты с-смеешь, жалкий червяк, такое заявлять пос-сле того, что произошло? Ты действительно надеешьс-ся с-стать одним из нас-с-с? Будь моя воля, твою шкуру бы уже приколотили к с-стене этого зала.

Броня спокойствия мужчины дала трещину. Пума, вскочив и оскалив клыки, издала громкий рык, а её шерсть начала источать клубы тьмы, формирующиеся в покров.

— Ты сама-то всего каких-то десять лет как вошла в совет! — гневно выкрикнул мужчина.

Крупная кошка двинулась в сторону сидящей женщины, которая начала делать быстрые пассы руками. Между её пальцами то и дело проскакивали зелёные искры.

— Хватит, — раздался тихий голос.

Этот голос не нёс в себе никакой угрозы, да и в принципе не обладал даже малейшим проявлением эмоций. Вот только на готовящихся к схватке он произвёл мгновенный эффект. Мужчина обмяк и упал на колени, а пума, словно испуганный котёнок, спряталась за его спиной. Женщине тоже было не лучше: её лицо побледнело, а руки безвольно упали на стол, рассыпая по нему зелёные искры, так и не успевшие сформироваться в молнию.

— Глаурунг, озвучь наше решение, — бросил ещё одну фразу стоящий у камина.

Старик откашлялся, после чего начал зачитывать с листа, который он выудил из своих одеяний:

— Дабы искупить свой провал, Мы повелеваем тебе заплатить своей кровью или кровью наших врагов, — торжественно произнёс старик. — Ты подвёл Совет и навлёк опасность не только на себя, но и на всех нас. У тебя есть один год, чтобы лишить жизни всех охотников, которые придут за тобой, и принести их головы, иначе ты лишишься своей.

На Хэрвайна было жалко смотреть, но он нашёл в себе силы подняться, поклониться и молча удалиться.

— Вот и поговорили, — произнёс мальчик, громко захлопнув книгу.

После чего он спрыгнул со стула и направился к выходу. Остальные сидящие последовали за ним, но в последний момент вновь послышался голос того, кто всех сегодня тут собрал:

— Нагайна, останься. Для тебя у меня будет особое поручение.

Часть 1. Второй курс. Глава 1. Новая школа.

Я стоял в боевой галерее и наблюдал через узкую бойницу за утлыми судёнышками, рассыпавшимися по поверхности огромного озера в этот предрассветный час.

Наша новая школа находилась на территории королевства Нотия, которое располагалось на южной окраине Срединного континента. Хотя на дворе и была только середина сентября, мы уже просыпались задолго до рассвета.

Правда, сегодня был особый день. Я проснулся за полчаса до общего подъёма, который привычно объявляли в шесть утра, и, тихонько одевшись, улизнул из спальни.

Выпускников нашей школы, которые смогли пройти летнее испытание, объединили с выпускницами начальной школы Ордена для девочек. Теперь у нас было целых шесть раздельных спален, в каждую из которых определили по двадцать учеников. Больше мы не спали на каменном полу: нам выделили ладно сбитые деревянные кровати, да и матрасы с одеялами у нас были набиты гусиными перьями, а не сеном и соломой, как раньше.

В общем зале для всех трёх мужских спален дежурил младший учитель, который, впрочем, не обратил на меня никакого внимания.

Покинув жилой корпус, я направился к западной стене, где была назначена встреча.

Вот только мне, как обычно, пришлось ждать, хотя я не жаловался. Лёгкий ночной ветерок, дувший со стороны озера, приятно холодил моё лицо. В этом жарком краю совершенно невыносимо было находиться на улице в дневное время, так что я наслаждался утренней прохладой.

С другой стороны галереи можно было наблюдать сквозь большие квадратные окна за тем, как школа готовилась к очередному дню. Ученики таскали воду от колодца, носили дрова и продукты со склада, занимались уборкой.

Старый замок носил гордое название Элвенблейд, и, по слухам, ему было несколько тысяч лет. Он располагался на скале с плоской вершиной, возвышавшейся над каменистым склоном, у подножия которого начиналось большое озеро.

В скале под замком было продолблено множество ходов, где сейчас располагались склады и оружейные комнаты, хотя раньше там были тюремные камеры и пыточные, из которых до сих пор по ночам доносились вопли и стоны узников. По крайней мере, так утверждали старшекурсники.

В отличие от моей предыдущей школы, тут обучали сразу два курса. Старшие ученики жили и занимались во внутренней части старого замка, мы же находились во внешнем дворе, пересекаясь только в общей для всех столовой.

«Утренний колокол должен пробить с минуты на минуту, а её всё нет», — подумал я, недовольно кривясь, но в то же мгновение услышал тихий шорох. Это был звук лёгких шагов, за которыми последовал почти бесшумный хлопок крыльев. Ориентируясь только на своё внутреннее ощущение силы зверя, который находился за моей спиной, в самый последний момент я резко отскочил в сторону.

Девочка, одетая в синий школьный костюм, с визгом пролетела мимо меня. Я криво усмехнулся, наблюдая за тем, как она, ловко оттолкнувшись руками от каменного пола, сделала сальто и приземлилась на ноги, словно заправская акробатка.

— Какой талант зря пропадает, — произнёс я, качая головой. — Но если ты всё-таки соберёшься устроиться в странствующий цирк, с радостью напишу тебе наилучшую рекомендацию.

— Да ну тебя! — взорвалась Влада возмущёнными криками. — Мог бы меня и поймать, раз уж услышал! Вот плюхнулась бы я сейчас на пол и вся испачкалась, а то и вовсе порвала форму, и кто был бы виноват?

— Уж точно не я. Да и в последний раз, когда я попытался тебя поймать, мы оба покатились кубарем по полу.

— Ну так надо было использовать силу зверя, раз уж ты теперь ей обладаешь, — скривив смешную гримаску и показав мне язык, заявила девочка.

— Ученикам школы Ордена Охотников категорически запрещается использовать силу сущности в развлекательных и увеселительных целях, — процитировал я один из пунктов школьного устава, прячась за формальную причину. — Тем более сегодня первым же уроком будет медитация и обращение с силой, а я уставший.

Девочка в ответ только презрительно фыркнула.

— Вот не надо мне тут цитировать устав. Он написан для слабаков, у которых сил едва хватает на два применения, а уж тебе-то чего стесняться? Я-то уж точно знаю, что у тебя силы не меньше, чем у меня.

— А если кто увидит и расскажет учителям?

— Ой, ты сам прекрасно знаешь, что тут в это время никого не бывает, потому мы здесь и встречаемся.

Влада, как обычно, решительно отвергла все мои аргументы. Да и частично она была права. В предрассветный час на стенах и правда никого не было. Стража давно уже делала исключительно формальные обходы в одни и те же часы. На крепость ни разу не нападали с тех пор, как она досталась Ордену.

Утренний колокол пробил шесть раз.

— Ну, рассказывай, что у вас новенького произошло за эти три дня? — нетерпеливо спросила Влада. — А то у нас совсем не осталось времени, ещё немного — и нужно будет бежать на построение.

— И по чьей вине у нас так мало времени осталось? — ответил я вопросом на вопрос.

— Меня Катька заметила, и мне пришлось придумывать причину на ходу, куда я в такую рань направилась, хотя не моя очередь дежурить, — недовольно пробурчала девочка.

— Так может, уже расскажешь ей правду?

— Ну уж нет! У неё язык как помело, в тот же миг всем растрындит, а это уронит мой авторитет в партии, — безапелляционно заявила Влада.

— То, что ты дружишь с беспородным графом?

— То, что я дружу с мальчиком, дурак!

Не все ученики спокойно приняли объединение наших школ, в результате чего образовались две вечно соперничающие партии. Партию мальчиков возглавил Игорь. Хоть он и уступил в финальном поединке на выпускном турнире Тау, но лидерские качества принца были существенно на более высоком уровне, чем у сына клана охотников с южного континента. Правда, и Тау не остался без дела: Игорь назначил его своей правой рукой, а Майкла — левой. Партию девочек, конечно же, возглавила Владислава, взяв к себе в помощницы свою лучшую подругу — кошку-воровку Катерину.

Война полов развернулась нешуточная, превращая всё что угодно в соревнование. Учителя смотрели на всё это сквозь пальцы, считая, что соперничество пойдёт нам только на пользу, пока противостояние этих партий ограничивалось исключительно учебным процессом.

— Ладно, я понял, — улыбнувшись, ответил я, глядя в обиженные глаза своей бывшей напарницы по охоте. — Что же до нового, то у нас откуда-то появились два новых ученика.

— Ого! Откуда же они взялись?

— Если б я знал. Одного из них зовут Франсиско, он брат Салазара.

— Того самого, с которым ты бился на итоговом турнире? — глаза Влады недобро сверкнули.

— Угу. Он каким-то образом попал в нашу школу. Может быть, кого-нибудь подкупил или ещё как-то договорился. Насколько я знаю, он учился в другой школе Ордена, потому что в нашу его не взяли из-за меня.

— Интересненько, а кто второй?

— А вот второго я не видел. Только слышал, как Олли рассказывал, что заметил нового ученика, не из наших.

— Может быть, он из старшаков?

— Нет, Олли говорил, что он был в нашей форме.

Форма учеников различалась цветами, и если у второго курса цвет формы был синий, то у третьего — зелёный. Это было сделано для того, чтобы учителя сразу издалека могли заметить, если кто-то из учеников находился в неположенном месте.

— А что новенького у вас? — настала моя очередь расспрашивать.

Влада хитро улыбнулась.

— А у нас наконец-то вернулась Алисия. Она приехала вчера поздно вечером, но всё равно заглянула проведать свою любимую ученицу, — радостно заявила девочка.

— Ну вот! Могла бы и меня навестить, тем более что я должен ей вернуть метательные ножи.

Хоть мне и было обидно, что наставница не уделила мне времени, но не стоило забывать, что она всё-таки обучала девочек и по своим ученицам соскучилась куда больше, чем по такому обалдую, как я.

— И что она рассказала? — поинтересовался я, стараясь не показать, что расстроился.

— Поначалу она отмалчивалась на все мои расспросы, но в итоге призналась, что после окончания летней охоты и отправки всех своих учеников по школам она продолжила своё расследование по поиску проклятого зверя разума, на которого охотится уже не первый год… Только… — Влада замялась. — Это секрет, и я обещала наставнице, что никому об этом не расскажу. Но тебе же можно?

— Конечно, можно, я, в отличие от некоторых, умею хранить секреты.

Кара в виде привычного уже болезненного тычка в плечо тут же настигла меня.

— Ай! Больно же!

В этот момент послышался тихий звяк четвертного колокольчика, означавший, что наше время истекло.

— Тогда в следующий раз встречаемся тут же в четверг? — поинтересовалась Влада.

— Разумеется, — ответил я, и мы оба побежали на построение, которое должно было начаться с минуты на минуту.

Глава 2. Завтрак.

Хотя уже прошло две недели сентября, но, по-настоящему занятия должны были начаться только сегодня. Наконец-то в сборе были все ученики и учителя, которые по тем или иным причинам задержались после летней охоты.

Все предыдущие дни у нас были только уроки общих знаний, где обучали читать, писать и считать, и, конечно же, физические тренировки.

Вот и сейчас мастер Мату Ягуар Гросс привычно построил нас во дворе.

«Интересно, а все мастера по физической подготовке имеют звериную сущность кошки?» — подумал я про себя. Надо будет при следующей встрече обсудить с Владой.

Мастер Гросс, хоть и был уже в почтенном возрасте, но ни у одного ученика язык не повернулся бы назвать его стариком. Перед нами прохаживался лысый мужчина среднего роста с кожей медного цвета, тело которого бугрилось от мышц. О его преклонном возрасте говорила только паутинка морщин в уголках глаз.

На его занятиях нам не приходилось просто бегать, как было в прошлой школе: учитель Мату постоянно умудрялся придумать для нас интересные испытания.

— Что ж, раз вы так и не поумнели за эти две недели и продолжаете своё дурацкое противостояние, то сегодня я вам, так уж и быть, подыграю. Поделившись на две команды, вы побежите по второму маршруту наперегонки. Победит команда, все участники которой первыми пересекут финишную черту. Это значит, что вы сегодня настолько же быстры, насколько быстр самый медленный из вас.

Задумка была интересная. Второй маршрут был средним по протяжённости, длиной около десяти километров, так что тут большую роль играла наша выносливость.

Строй рассыпался, мальчики и девочки поделились на три группы бегунов: третья группа состояла из тех, кто не захотел участвовать в разборках на тему «кто лучше: мальчики или девочки», и они не принимали участия в нашем состязании. Готовясь стартовать, участники противоборствующих групп подкалывали друг друга, некоторые даже успели поспорить на свою победу.

Как только все были готовы, мастер скомандовал старт. Толпа детей ринулась гурьбой к воротам, ведущим к выходу из замка.

*****

В большом зале столовой стоял неописуемый гвалт, несмотря на то что мы вымотались и с трудом смогли доползти до своих мест за столами. Утренняя тренировка удалась на славу.

К моему разочарованию, наша партия проиграла, хотя, казалось бы, у мальчишек должно быть преимущество в беге при учёте того, что использовать силу сущности было запрещено. Задание учителя было куда сложнее, чем нам казалось. Мы бросились бежать вразнобой, надеясь на своё физическое превосходство, но ближе к концу маршрута осознали, что несколько учеников безнадёжно отстали, и пришлось за ними возвращаться. Девочки же сразу решили бежать плотной группой, помогая самым слабым участницам своей команды, и в итоге на финише они были первые.

Большой зал был разделён на три зоны.

Самая маленькая располагалась у дальней стены, на возвышении; там стояли два небольших стола, за одним сидели учителя, а за вторым — младшие учителя. Вторая зона была побольше, она отводилась для учеников третьего курса. За двумя длинными столами расположились восемь десятков учеников и учениц, которые с интересом на нас поглядывали. Ну и в третьей зоне стояли два самых больших стола, за которыми сидели шестьдесят мальчиков и столько же девочек. За первым столом расположились участники противоборствующих партий, при этом сидели мы каждый со своей стороны. За вторым же столом, вперемешку, сидели все остальные ученики нашего курса.

— Ну что? Пора платить по счетам! — радостно улыбаясь, заявила Влада, прервав мои мысли.

Вся наша компания друзей сидела во главе стола, а прямо напротив восседала девочка с сущностью высшего вампира, окружённая стайкой своих подружек.

Я, пытаясь не улыбаться, протянул десерт, бывший предметом спора, своей подруге.

— Приятного аппетита, — с ехидством во взгляде сказал Майкл, передавая свой десерт Кошке. — Кушайте, кушайте. Вот растолстеете, и в следующий раз мы точно вас обгоним.

— Не переживай, мальчик, я могу таких хоть десяток съесть и всё равно буду быстрее тебя, — показав Майклу язык, заявила Катерина. — Да и мне надо навёрстывать за то время, что вы тут объедались, пока я довольствовалась корочкой хлеба и дождевой водой, живя скромной жизнью беспризорницы на улице.

— Ты, наверное, хотела сказать «жизнью воровки», но оговорилась? — бросил очередную колкость Майкл, не желая уступать. — Да и, помнится, мы тебя легко догнали при первой встрече.

Эти двое были самыми непримиримыми врагами в наших лагерях и при любом удобном случае не упускали шанса обменяться выпадами. Хотя и остальные старались не отставать, так что завтрак сопровождался бесконечным потоком насмешек и язвительных замечаний, которые сыпались с обеих сторон.

Можно было тоже присоединиться к очередной словесной битве, разворачивающейся за нашим столом, но сейчас мне было гораздо интереснее понаблюдать за происходящим в зале.

В первую очередь мой взор обратился к зоне, где сидели учителя. Среди них я заметил Алисию, которая как раз беседовала с мастером Гроссом и довольно улыбалась. Скорее всего, он рассказывал ей о нашем утреннем соревновании. Другие учителя мне были пока незнакомы, и я с любопытством разглядывал их лица. Больше всего меня удивил совсем молодой мужчина, можно даже сказать — юноша. Судя по всему, он только закончил обучение. Интересно, за какие заслуги его сразу назначили преподавателем в школе. Также я обратил внимание, что, хоть сегодня и был первый официальный учебный день, место директора во главе стола пустовало. За те две недели, что мы пробыли в школе, никто из нас так ни разу его и не видел. Старшекурсники рассказывали, что он очень занятой и практически не появляется на людях.

Третьекурсники время от времени появлялись во внешнем дворе и сразу же притягивали к себе внимание моих одноклассников, которые накидывались на них с расспросами. Сам я ещё не был знаком ни с одним из них, но пару раз со стороны слушал их рассказы о школе и о том, что нас ждёт в ближайший год.

Переведя взгляд в нашу часть зала, я в первую очередь обратил внимание на то, что происходило за другим столом. Там уже можно было проследить, как ученики сбивались в небольшие группы по интересам, хотя хватало и одиночек.

Если бы мне не удалось найти друзей, то и я мог также сидеть в полном одиночестве, погруженный в свои мысли, грустно ковыряясь в тарелке. «Нужно будет попытаться с ними поговорить», — подумал я про себя.

Неосознанно мой взгляд упал на самую большую группу учеников за вторым столом. Возглавлял её Салазар. Он вместе с братом сидел в окружении примкнувших к нему учеников. Судя по всему, он тоже обладал неплохими лидерскими качествами, раз сумел собрать вокруг себя столько учеников. Вот только, в отличие от нашей группы, где постоянно творился какой-то балаган, у Салазара была чётко выстроена иерархия. Вот и сейчас он что-то вещал собравшимся вокруг него ученикам, пока те смирно сидели, не смея вымолвить и слова.

Не знаю, почувствовал он на себе мой взгляд или же это было просто совпадение, но в этот момент он закончил свой монолог, и наши взгляды встретились. Хотя его лицо не выражало никаких эмоций, у меня появилось неприятное ощущение, словно что-то холодное коснулось моей кожи. Я поспешил отвернуться.

Переведя взгляд к входу в зал, я заметил, как у самых дверей нерешительно, переминаясь с ноги на ногу, стоял мальчишка невысокого роста с удивительными тёмно-красными, почти багровыми кудрявыми волосами.

Наверное, это и был тот новый ученик, о котором упоминал Олли.

Мальчик, как и я, изучал происходящее за столами у второкурсников, судя по всему, размышляя, куда бы ему присесть.

Тяжело вот так приходить в новую школу, где ты никого не знаешь. Дождавшись, пока мальчик посмотрит в мою сторону, я призывно помахал ему рукой. Он, словно только этого и ждал, и сразу направился ко мне.

Раньше рядом со мной сидел Олли, но он за последнюю неделю сдружился с Ульрихом и пару дней назад пересел к нему.

— Привет, меня зовут Турин. Если хочешь, можешь сесть рядом со мной, — поприветствовал я подошедшего мальчика.

Незнакомец слегка поклонился мне и тепло улыбнулся.

В этот момент я ощутил какое-то странное биение силы, исходившее от него. Вроде бы совершенно обычный тощий паренёк с бледной кожей, которая сильно контрастировала с его тёмно-красными волосами и такими же глазами.

Тряхнув головой, я отогнал это странное чувство.

— А как тебя зовут? — спросил я, приходя в себя.

— Мама звала меня Флами, но ты можешь звать меня просто Флам, — услышал я неожиданно спокойный, тихий голос.

Что-то в этом ответе мне показалось странным.

— Приятно познакомиться, Флам. И как ты к нам попал, если это не секрет?

— Поступить в эту школу меня пригласила госпожа Даэль Элуйн.

Я не слышал это имя раньше и вопросительно посмотрел на своего собеседника.

— Она занимает должность секретаря директора этой школы. Вон она стоит недалеко от учительского стола.

Я проследил, куда указывал мой новый знакомый, и заметил высокую женщину в очках с длинными белоснежными волосами, которая стояла чуть позади места директора. Поначалу я принял её за одну из слуг, но, присмотревшись повнимательнее, понял, что ошибался. В её внешности было что-то одновременно величественное и пугающее, словно эта женщина была воплощением стального клинка.

— Правда, она жуткая? — шепнул мне Флам, словно прочитав мои мысли.

— Да уж, — поёжился я, отводя взгляд. — А почему тебя не было на утренних тренировках? Да и раньше ты с нами не занимался.

— У меня слабое здоровье, и плохие люди не разрешают мне надолго покидать свою комнату. Так что я учусь и ем у себя, — недовольным голосом произнёс красноволосый мальчик, косясь на госпожу Даэль Элуйн. — Но сегодня у меня получилось ускользнуть из-под присмотра.

Я хотел спросить, как вообще могли принять в школу ученика со столь тяжёлым заболеванием, но вовремя остановился, вспомнив, что меня приняли вообще без силы зверя. Значит, у Ордена были весомые причины обучать Флама.

— Ничего себе, получается, у тебя есть целая своя комната? И где же она находится?

— Я живу в цитадели, в преподавательском крыле, — ковыряясь вилкой в тарелке, смущённо произнёс Флам.

Я только присвистнул от удивления.

— Значит, у тебя очень редкая сила? Может быть, даже мифическая сущность?

— Да, учителя так говорят.

Видно было, что Фламу не очень хочется говорить на эту тему, так что я решил не продолжать дальнейшие расспросы.

Остаток завтрака прошёл в беззаботной атмосфере веселья. Я познакомил Флама со всеми своими друзьями, немного привычно попикировал с Владой, после чего мы все вместе отправились на первый урок.

Глава 3. Сила зверя.

Весь прошлый год я почём зря сидел на занятиях по медитации и обращению с силой зверя, но теперь всё должно было измениться.

Мои одноклассники привычно разбирали подушки и рассаживались на полу в тренировочном зале, а я немного замешкался. Перед началом мне нужно было поговорить с учителем, как мне велел мастер Тьодарр.

После той сумасшедшей битвы с проклятым медведем в лесу я всего раз пытался использовать силу своей сущности. В тот день мы отправились вглубь леса вместе с Беллом и Эгилом, оставив Владу в лагере.

Помню, как наставник велел мне попробовать обратиться к своему зверю и позаимствовать часть его силы. Вот только следующее моё воспоминание: я лежу на земле, а надо мной склонились мастер и старший ученик.

Наставник не смог тогда мне ничего объяснить, но строго-настрого запретил использовать силу вне занятий медитации. К сожалению, ни Эгил, ни Беллерофонт не специализировались в контроле силы сущности и не смогли мне помочь ею овладеть.

Несколько недель я ждал это занятие, но теперь на меня напала неуверенность. Мне было страшно сделать что-то такое, из-за чего я снова стану изгоем.

Так я и стоял, тиская подушку, не решаясь сесть среди других учеников.

В этот момент чья-то рука легла на моё плечо. От неожиданности я подскочил на месте. Раньше я не замечал, что могу не только видеть силу сущности зверя, но и ощущать её присутствие. Из-за этого Владиславе никогда не удавалось подкрасться ко мне незаметно.

— Прости, не хотел тебя напугать, — смущённо произнёс мужчина, поправляя очки.

Это был тот молодой мастер, которого я заметил во время завтрака.

— Приветствую Вас, наставник, — поздоровался я, возвращая самообладание. — Я просто не ощутил Ваше присутствие, вот и испугался.

На лице мастера отразилось недоумение.

— Значит, ты не только можешь видеть течение силы, но и ощущаешь её вокруг себя? Очень любопытно. И как давно? — засыпал меня вопросами молодой учитель. — Ой, прости мои манеры, я не представился. Меня зовут Сандан Черепаха Угвэй, и я буду вашим учителем медитации.

Опять совпадение. Если учителя по физическому развитию — кошки, то учителя по медитации — черепахи.

— Мастер, я хотел Вас предупредить насчёт моей сущности….

— Можешь не утруждаться, Беллерофонт мне уже всё рассказал.

— Вы знаете Белла? — удивился я.

— Ну, «знаю» — это сильно сказано. Мы просто вместе учились шесть лет и иногда общались, если бесконечный поток колкостей и язвительности с его стороны можно считать за общение, — на лице Сандана появился еле заметный намёк на улыбку. — Хотя после этой охоты он сильно изменился. По крайней мере, мне так показалось, когда мы последний раз виделись две недели назад. Ладно, не время предаваться воспоминаниям, все уже готовы, не будем заставлять их ждать.

И, не дав мне ничего ответить, юноша потащил меня за собой.

На деревянный пол тренировочного зала был нанесён рисунок огромной спирали, в соответствии с которым расселись ученики. Учитель Сандан встал в самом центре, посадив меня рядом.

Убедившись, что все на месте, мастер представился моим одноклассникам и сообщил, что именно он будет весь ближайший год нас обучать, кратко обозначив ключевые навыки, которые мы за это время должны будем освоить. В них входили: использование полного покрова зверя, магический взор и вливание силы в предметы.

— Ну что, давайте начнём сегодня с простого: вы продемонстрируете, чему смогли научиться в прошлом году.

Пока учитель говорил, я напряжённо озирался. Мои друзья были неподалёку: я заметил Тау, Игоря, Майкла и Флама; Влада расположилась ближе всех, она была почти напротив меня, находясь на первом витке спирали. Наверное, ей хотелось блеснуть своими навыками перед учителем. Также я заметил множество других взглядов, направленных на меня. Хоть мои друзья и поверили, что я теперь обладаю мифической сущностью, было и немало скептиков, считавших меня лжецом. Одним из таких, конечно же, был Салазар: я почти физически ощущал, как его взгляд сверлит мне затылок.

— Кому-нибудь надо напомнить базовые принципы использования сущности? — задал последний вопрос учитель.

В ответ со всех сторон послышались уверенные крики, говорящие об отсутствии такой необходимости.

— Тогда приступайте!

Хоть я и не мог освоить практическую сторону медитации в прошлом году, но теорию я выучил довольно хорошо. Если говорить кратко, то она сводилась к тому, что внутри человека есть ограниченный сосуд, куда можно поместить свою энергию и энергию окружающего мира. От частого использования объём этого вместилища мог расширяться — этим занимались в магической академии. Суть наших же тренировок была в том, чтобы поместить в этот сосуд не только свою энергию, но и энергию своего зверя, сохраняя баланс. Если собственной энергии в сосуде будет значительно больше, чем энергии зверя, то контроль над его силой будет слабым и неустойчивым. Но гораздо хуже было, если баланс помещённых в сосуд сил смещался в сторону звериной сущности: тогда человек мог лишиться контроля над своим телом.

— Ничего не бойся, если что-то пойдёт не так, я тебя вытащу, — услышал я тихий голос мастера Угвэйя.

Я закрыл глаза и, в который уже по счёту раз, постарался заглянуть в своё внутреннее магическое пространство. Весь прошлый год каждая такая попытка заканчивалась только созерцанием астральной проекции моей души, которую окружало ничто. И сколько я ни пытался, ничего большего я разглядеть не мог.

Но сейчас всё изменилось. Мой астральный двойник стоял перед огромным, висящим в воздухе, обсидиановым яйцом. Обрывочные проблески воспоминаний начали мелькать у меня в голове: я уже видел это.

Поверхность яйца не была идеально гладкой, как мне показалось на первый взгляд. Если присмотреться, то она была покрыта мелкими чёрными чешуйками, которые защищали его словно тысячи миниатюрных щитов. Но эта защита не смогла справиться с ударом, след от которого виднелся у самой верхушки огромного яйца. Там была заметна небольшая вмятина, от неё во все стороны бежало множество тонких трещин, сквозь которые сочилась тьма. Эта тьма не была похожа на чёрный дым или туман, который я видел в ауре проклятых зверей, а скорее напоминала очень плотную и вязкую жидкость.

Тьма медленно стекала по поверхности яйца рваными потоками, распадаясь на отдельные части, похожие на чудовищные пальцы. Доползая до низа, жидкость начинала падать, но брызг не было: её поток растягивался в толстые нити и причудливые «сосульки». Прямо на моих глазах одна из таких огромных «сосулек» сорвалась и упала в центр большой линзовидной лужи, которая уже успела появиться под яйцом. От этого лужа стремительно расширилась, захватывая меня. «Нужно быстрее выбраться», — успел подумать я, но было уже поздно. Тьма уже ползла вверх по моим ногам. Ощущение невообразимого ужаса парализовало рассудок. Всё, что я мог, — это стоять и наблюдать, как чёрная жижа поглощает тело моего астрального двойника. Очередная порция отвратительных воспоминаний, словно калейдоскоп, промелькнула перед внутренним взором: тьма поднимается всё выше и выше; я пытаюсь оттолкнуть её руками, но мои ладони вязнут; она поднимается до груди, мне сложно дышать; добралась до шеи; спасения нет; она закупоривает рот и нос, лезет в глаза и уши; я пытаюсь вдохнуть, тьма льётся мне в горло; я умираю.

Что-то тёплое и живое коснулось моего предплечья, вырывая меня из пут ужаса. Отогнав от себя кошмарные образы, я увидел маленькую черепашку, которая сидела на моей руке. Её изумрудные глаза внимательно смотрят на меня. «Ты должен бороться! Не сдавайся!», — услышал я. Вслед за этим я ощутил небольшой поток силы, который словно подталкивал меня.

Моя воля наконец-то очнулась, и я потянулся за собственной силой. Тёмная жижа, которая уже успела подняться до бедра, начала замедляться.

Мысли мчатся, как сумасшедшие: «Нужно больше силы!», — ярость придала мне решительности. «Нужно использовать всё, что у меня есть», — я начинаю ощущать, как магические потоки стягиваются к моему астральному телу, обволакивая его. Тьма медленно отползает от моих ног обратно к яйцу.

«Нужно отойти, пока она не вернулась».

«Нет!»

«Я пришёл сюда за силой, за чужой силой. Я должен идти вперёд!»

Я делаю шаг, тьма не успевает отползать, и я снова касаюсь зловещей лужи, но она больше не пытается атаковать, а лишь приятно пружинит под ногами. Я делаю ещё шаг, и вот я уже стою перед чёрным яйцом. Я касаюсь ладонью его чешуйчатой поверхности. Я ощущаю жар и холод одновременно. «Но так же не бывает», — бьются во мне остатки здравого смысла.

«Это всё не имеет значения! Мне нужна только сила!».

Я ощущаю пульсацию. Внутри кто-то есть.

Вот оно. Знакомое чувство. В моей голове снова появляется образ чёрных глаз с зелёными зрачками, как во время битвы с проклятым медведем. Он смотрит на меня, он знает, что я пришёл за его силой. В тот раз он сам даровал её мне, но сейчас я доказал, что достоин. Теперь мы с ним партнёры.

Поток силы хлынул внутрь меня.

Я открыл глаза.

Не знаю, сколько прошло времени: секунда, минута, час или годы, но я всё так же сидел на круглой подушке на деревянном полу. Всё моё тело покрывал плотный тёмный покров. Мастер Сандан сидел передо мной, закрыв глаза и положив свою ладонь мне на предплечье. Его рука была объята ярко-зелёным свечением. Моя тёмная энергия яростно бурлила и пенилась вокруг его ладони, словно волны, бьющие в скалу.

В зале стояла гробовая тишина. Я поднял глаза и оглянулся вокруг. Все ученики смотрели на меня. «Они что, могут видеть мою силу?», — подумал я. Тут был весь спектр эмоций: Тау смотрел на меня с восхищением; у Майкла на лице была озадаченность и немножко обиды; лицо Салалазара кривилось от злости; Влада улыбалась: «Я в тебя верила», — прочитал я по её губам. В этот момент я ощутил на себе странный взгляд. Словно на меня смотрели два хрустальных глаза, пылающих, будто солнце. Этот взгляд пронзил насквозь всё моё естество и встретился с взглядом того, кто прятался внутри чёрного яйца. Я ощутил возрастающее напряжение, но в тот же момент всё пропало, а я так и не успел понять, что это было.

Учитель Угвэй открыл глаза. Они были точно такими же, как у той маленькой черепашки, которую я видел в своём магическом пространстве.

— Я рад, что ты справился, — услышал я его голос.