Бес [Начальный]

Глава 1

Мир закружился с такой скоростью, что превратился в поток смазанных ярких линий. Первый удар о землю выбил из меня весь дух, но уже через мгновение я снова отправился в полёт, бултыхаясь в воздухе, словно носок в барабане стиральной машины.

Ничем хорошим подобные акробатические представления не заканчиваются, а я так и вовсе никогда счастливчиком не был, что и подтвердил следующий удар о землю, после которого всё моё тело пронзила резкая и невыносимая боль. В меня будто раскалённый штырь вогнали, но терпеть её пришлось недолго, хотя те секунды, что она длилась, показались мне вечностью.

Тьма пришла так же внезапно, как и тот идиот вылетевший на «зебру» на полной скорости. Только что, захлёбываясь целой рекой собственной крови, я пытался орать от боли, а теперь будто парю в каком-то мягком и тёплом «ничто», хотя и этот полёт продолжался недолго.

Чья-то неумолимая сила подхватила меня и понесла через пустое пространство, с каждым мгновением унося всё дальше.

Ясно одно, это не просто какой-то полёт в никуда, а целенаправленное движение, имеющее какую-то конечную цель.

Откуда я это знаю? Да потому что белая точка, прямо у меня на пути, становится всё ближе и ближе, увеличиваясь в размерах и приближаясь с какой-то немыслимой скоростью.

Белый ослепляющий свет залил собой всё вокруг. Ощущение невесомости испарилось вместе с неведомой силой, несущей меня сквозь пространство.

— О, смотри, жирный очухался, — голос, донёсшийся до моих ушей, звучал приглушенно, будто я находился в какой-то трубе, а кто-то снаружи пытался до меня докричаться.

— Отлично, — раздался второй. — Если бы он тут сдох, пришлось бы штраф за него выплачивать. Отец бы меня самого тогда в толчке утопил.

— Эй, сало, жопу поднимай и вали, пока мы ещё добрые, — мою пятую точку пронзила резкая боль, вихрем пронёсшаяся по всему телу.

Одно хорошо, благодаря ей, мне наконец-то удалось вдохнуть, что, конечно же, было большой ошибкой. Поток воды, хлынувший в рот и лёгкие, заставил меня закашляться и начать отплёвываться. Руки, упершиеся во что-то очень гладкое, соскользнули, отчего я плотно приложился об это самое гладкое, головой.

— Дэн, слышь, он такими темпами сам убьётся, а если так, нам и платить ничего не придётся, — два голоса синхронно заржали, а я, пытаясь собрать мысли в кучу, наконец разлепил глаза и обнаружил, что лежу на мокром полу в самой настоящей туалетной кабинке.

— Ладно, пошли. Пусть полежит, о жизни подумает. Хотя откуда у этого отброса мозги, чтобы думать? — голоса заржали ещё сильнее, а затем я услышал звук удаляющихся шагов.

Так, #%$^@, это вообще, как понимать?!

Уставившись на свою руку, которой попытался вытереть лицо, обнаружил, что она совершенно точно не принадлежит мне. Пухлая лапища, с пальцами, похожими на сардельки, целиком лишенная любых намёков на возрастные морщинки. Она больше подходила подростку, нежели тридцатипятилетнему мужику.

Опустив взгляд ниже, на своё тело, чуть не выругался, потому что тяжело вздымающееся пузо совершенно не позволяло разглядеть что-либо кроме него.

— Да какого *%№», — ругнулся я и попытался подняться, снова чуть не поскользнувшись и не приложившись башкой об ободок белоснежного унитаза.

Кряхтя, явственно ощущая, что каждое движение даётся тяжким трудом, мне всё-таки удалось принять вертикальное положение и подойти к длинному, почти во всю стену, зеркалу.

Не знаю, слышал ли меня кто-нибудь, но ругался я долго, громко и очень витиевато. А как тут не ругаться, когда вместо меня красивого, с отражения на меня смотрел какой-то жирный парень, лет восемнадцати, со светлыми, почти пепельными волосами.

Острый нос, был явно сломан, под левым карим глазом здоровенный синяк, а пухлые губы разбиты в кровь. Ещё и с виска кровь стекает, но это, скорее всего, я сам, когда приложился об унитаз в попытке подняться.

Так.

Автомобильная авария вещь неприятная, с множеством ужасных последствий, НО НЕ ТАКИХ ЖЕ!

— О, смотрите, жирдяй опять отхватил, — повернувшись на звук, увидел заходящих в туалет девушек.

— Придурок, это женский, — одна из них вытянула в мою сторону руку, и через мгновение с неё сорвалось небольшое дымное облако.

Эта хрень, с невероятной скоростью ринулась ко мне и как только коснулась груди, меня, несмотря на внушительные габариты, как пушинку сорвало с места и с силой приложило о стену.

— Вали давай, пока мы сами тебя не прибили, — симпатичная блондинка, с острыми чертами лица и надменным взглядом подошла ближе, а через мгновение, рядом с ней, прямо из ниоткуда, появились две здоровенные черные псины.

Вот теперь мне всё стало окончательно ясно! Это всего лишь сон. Скорее всего я валяюсь где-то в палате реанимации, а мой травмированный мозг решил устроить мне покатушки по морям бурной фантазии.

Что ж, если так, то это МОЙ сон, а значит здесь всё будет по МОИМ правилам.

— Милые пёсики, — улыбнулся я, всё так же неуклюже двигаясь и громко кряхтя, поднялся на ноги. — Да и ты ничего.

Натянув на лицо самую сальную улыбку, на которую только был способен, я сделал шаг ближе к блондинке и, ухватив ошарашенную девушку за талию, подтянул к себе. Если бы не жирное пузо, мне бы даже удалось дотянуться до сочных губ, вот только то, что произошло дальше, на сон совсем не тянуло.

— Ах ты мерзкая тварь, — оторопь девушки прошла довольно быстро, и уже в следующую секунду мне в лицо прилетела довольно смачная пощечина, от которой ощутимо ожгло щеку. — Взять! — рявкнула девица, и в следующее мгновение обе шавки сорвались с места.

Один из псов ухватил меня за ногу, а второй вцепился зубами в руку, которой я приобнимал их хозяйку. Сказать, что это было больно, ничего не сказать. Ощущения были такие, будто эти злобные твари не просто грызут мою плоть, а от их пастей в меня хлынула какая-то леденящая кровь волна.

Она почти мгновенно добралась до самой груди, где, к моему удивлению, ей начала оказывать сопротивление волна тепла, которая, с каждым мгновением, становилась лишь горячее.

— А ну прекратить! — утробный вопль, раздавшийся от дверей пробился сквозь отупляющую сознание боль и добрался до самой души.

В следующий миг, в черные тела псов врезались красные копья и шавки растаяли в воздухе, вместе с поразившими их снарядами.

— Вертинская, мать твою, ты совсем охренела?! — в помещёние, расталкивая перепуганных девиц, ворвался маленький старичок.

Перебирая коротенькими ножками, он подошел к нам и начал сверлить девушку взглядом. Она, судя по всему, до жути испугавшись, вцепилась мне в руку, которая продолжала приобнимать её за тонкую талию.

— Антон Иванович, он перв…

— Заткнись! — рявкнул старик. — Десять часов отработки на полигоне!

— Но…

— Двадцать!

— Хорошо, — поникшим голосом произнесла девушка и, переведя взгляд на меня, брезгливо фыркнула, после чего наконец выбралась из моих объятий и отстранилась, отряхивая свой черный, такой же, как и у всех присутствующих, кардиган. Это на них форма что ли такая?

— А ты, — старик посмотрел на меня и расстроенно покачал головой. — Слушай, Бессонов, может тебе написать заявление на отчисление? Ну какой из тебя, к демонам, маг? Посмотри на себя?! За два месяца учебы ты только разожрался сильнее.

— Да я… — хотел сказать, что вообще не понимаю, о чем речь, но старик меня перебил.

— Головка от копья, — он тяжело вздохнул и добавил. — Пошли, — после чего направился на выход, а я следом за ним.

Не то, чтобы мне особо хотелось слушаться этого ворчливого коротышку, но оставаться в том туалете, улыбалось ещё меньше. К тому же нужно было переварить всё, что только что было увидено и услышано.

В реальность происходящего, до сих пор, не особо верилось, но и на сон это всё было слабо похоже. Во сне не бывает боли, сны не могут быть такими продуманными и реалистичными, ещё, кажется, эти паршивые псины меня чем-то заразили, потому что тепло в груди разгоралось сильнее с каждой секундой. К тому же, помимо тепла, там же, в районе лёгких, что-то мешалось, словно рядом с ними появился новый орган и именно он обжигал меня изнутри.

— Ну так что, будешь писать заявление? — не оборачиваясь спросил старик. — Нет, я всё понимаю, техникум для простолюдина — это шанс выбиться в люди, тем более у Гордеевых очень сильный клан, но ты сам подумай, какие у тебя шансы тут выжить? Через три месяца начнутся практические занятия с настоящими демонами, на них ни у кого не будет поблажек. В первый же год, доля погибших первокурсников составляет почти двадцать процентов, и среди них есть даже аристократы. У тебя ни таланта, ни ума, ни силы в конце концов. Подумай башкой, оно тебе точно надо?

Делая вид, что мне очень стыдно, продолжал сохранять гробовое молчание. Не то, чтобы мне нечего было сказать, но, кажется, в моей ситуации лучше помалкивать. По крайней мере, пока не пойму, что за херня здесь творится.

Какие простолюдины, какие в пень аристократы? Я только что видел в руках у мимо проходящей девицы самый настоящий смартфон, о чем этот старик вообще? Кажется, сословное разделение уже давно отменили, он бредит что ли?!

— Молчишь значит, — старик вдруг остановился и, развернувшись, вперил в меня злобный взгляд. — Хорошо, но учти. Никаких поблажек тебе не будет, сдохнешь, значит, сам виноват!

После этих слов он ругнулся себе под нос и развернувшись, направился дальше по коридору, оставив меня одного в бесконечном людском потоке.

— Пу-пу-пу-у-у-у… — потерянно произнёс я и начал внимательно оглядываться по сторонам, пытаясь понять, с чего вообще начать разбираться с тем, что случилось.

— Бес! — чья-то рука со спины легла на моё плечо, и, ожидая, что это новая попытка нападения, я ухватил коснувшуюся меня кисть и вывернул её, под жалобный вопль её хозяина. — Бе-е-е-ес, да отпусти ты! Бешенный!

Следом за выворачиваемой конечностью из-за моей спины появился щуплый низкорослый парнишка. Примерно моего возраста, впалые щеки, короткие темные волосы, очки с большими диоптриями в круглой оправе и такая же одежда, как и на всех остальных, кого я видел в этом месте.

Белая рубашка, узкий черный галстук и черный китель из лёгкой ткани, чьи полы доходили до самых колен. А ещё на спине у него был нарисован какой-то золотой символ, переплетение линий, фигур создавало причудливую и непонятную форму, но, одно было ясно точно. Это сто процентов какой-то отличительный знак.

— Да Степа, блин, отпусти-и-и! — жалобные стоны дрыща всё-таки возымели эффект и расслабив хватку, я выпустил его кисть из рук. — Ты у Акондинова что ли уроки частные брал?

Похоже этот субтильный парнишка меня хорошо знает, но, пока что, вступать с ним в разговор не стоит. Лучше продолжу придерживаться правила тишины, так вернее и безопаснее. Чем меньше я буду болтать языком, тем больше узнаю, а знания, они в любой ситуации ценнее всего.

— Ты чего такой мокрый? — парень оглядел меня с ног до головы, после чего его взгляд остановился на моём лице. — А, понятно, опять эти козлы тебя в туалете лупили?

— Вроде того, — уклончиво ответил я, понимая, что раскрытие этой информации точно никакого вреда мне не принесёт.

— Ясно, — парень отпустил ладонь, которую баюкал на груди как родного младенца, после чего хлопнул меня по плечу и добавил. — Не переживай, пойдём в комнату, тебе переодеться надо, скоро вторая половина занятий начнётся.

Так, похоже этот худощавый задрот действительно неплохо меня знает, а ещё осведомлён о том, где я живу. Ну не к себе же он меня вести собрался? Если у него и есть какая-то лишняя одежда, то мне она точно не подойдёт, размерчики у нас с ним, мягко говоря, разные.

Стараясь сохранить невозмутимость лица, кивнул дрыщу и направился следом за ним, не переставая шарить вокруг глазами. Смартфоны, планшеты… ещё мне довелось увидеть из окна стоянку машин, вроде обычных на вид, но ни одной подобной марки я раньше не видел. Всё вокруг казалось обыденным, за исключением одного факта, вокруг меня практически все, творили какие-то совершенно невероятные вещи.

Один из проходящих мимо парней, держал перед собой вытянутую ладонь, а над ней, паря в воздухе, находилась какая-то жижеподобная масса, которая без конца меняла форму, изображая простейшие геометрические фигуры.

У другого над головой кружился небольшой огненный нимб, который без конца крутился то в одну, то в другую сторону, повинуясь движениям руки своего владельца.

У одной из девушек так и вовсе на плече сидело какое-то маленькое, полупрозрачное существо, больше похожее на смесь ящерицы и дикой свиньи.

Всё это вызвало внутри меня такой ворох вопросов и противоречивых эмоций, что я даже не заметил, как следуя за дрыщем, умудрился покинуть одно здание и оказаться в другом.

— Ты опять ключи потерял? — вопрос тощего очкарика заставил меня вынырнуть из собственных мыслей и посмотреть на него так, словно впервые увидел. — Понятно. Видать, нехило тебе там досталось. Вечером попрошу госпожу Со заглянуть к нам, чтобы она тебя обследовала. Сотряс у тебя, наверное, или может похуже чего.

— Не надо, само пройдёт, — отмахнулся я, понимая, что лишнее внимание мне сейчас совсем ни к чему.

Кое какие мысли на счет происходящего вокруг у меня уже были и ничем хорошим они не пахли. Вот же… Уж лучше бы я валялся сейчас на том мокром асфальте, пуская кровавые слюни, а люди вокруг собирали бы мои разбросанные мозги. По крайней мере это куда более понятная участь, чем та, которую рисовали мои догадки.

Тем временем паренёк достал из кармана коричневую ключ карту, вставил её в электронный замок и, повернув серебристую ручку, открыл дверь, за которой тут же скрылся.

— Ну, ты идешь? — раздалось из-за двери и, обойдя открывшуюся наружу створку, я оказался в проёме, за которым находилась очень просторная комната.

Две кровати, два стола на которых стояли мониторы компьютеров, шкафов и тумбочек, тоже было по два.

— Не, на занятия тебе сегодня точно нельзя, — смотря на меня, произнёс очкарик. — В холодильнике есть что пожевать, сходи в душ и приляг отдохни. Видок у тебя какой-то пришибленный.

После этих слов очкарик достал из своей заплечной сумки какие-то книги, выложил их на стол, достал из тумбочки другие и протиснувшись между мной и дверным косяком, молча покинул комнату, оставив меня в одиночестве.

Так, что мы имеем?

Судя по всему, этот очкарик является моим «сокамерником». Именно так мы в студенческие годы называли тех, кто живет в одной комнате в общежитии. А-то, что сейчас я нахожусь в студенческом общежитии, не вызывало у меня ни малейших сомнений.

Перед глазами сразу всплыли воспоминания, как приёмные родители забирали меня из детского дома.

Радостное лицо воспитателя, аплодисменты директора и целая свора журналюг, тычущих мне в лицо объективами камер. Ещё бы, ведь не каждый день самая богатая семья региона, принимает в своё лоно обычного сироту. Это потом я понял, насколько сильно они все ошибались.

Вся эта история оказалась простым пиаром. Мои новые «папа и мама», задумали такой ход для успешного старта в политике. А когда выборы увенчались успехом, меня тут же спихнули в школу-интернат, где обучались проблемные отпрыски богатых родителей.

Деньги, власть, золотая ложка в причинном месте… Эти потерявшие берега детишки думали, что они лучше меня, и каждую секунду пытались это всячески показать. Правда, длился их выпендрёж недолго.

В первый же день я умудрился подраться дважды. Затем ночью меня пришли бить толпой, и, удачно подвернувшаяся ножка от стула, стала аргументом, на который у мажоров просто не нашлось ответа.

Физически меня доставать перестали, а вот морально давить пытались ещё как. Вот только они не знали, что я с прибором клал на все их шепотки, уничижительные взгляды и презрительные ухмылки.

Тот период научил меня главному. Плевать, из какой ты семьи, сколько у тебя денег и с какой скоростью, тебе покупают брендовые новинки. Если в твоих жилах вместо крови течёт дерьмо, я спущу её туда, где ей самое место. В сортир!

Вынырнув из воспоминаний, выглянул в коридор, чтобы получше осмотреться, и точно уверился в том, что это самая настоящая общага. Мимо меня проходили молодые ребята, во вполне повседневной одежде и тапочках. Кто-то нёс книги, кто-то пакеты, от которых одурманивающе вкусно пахло, а кто-то просто прохаживался. А ещё, все они, без исключения, бросали в мою сторону презрительные и надменные взгляды.

— Ничего не меняется, — пробубнил я. — Всё как и тогда.

Мои догадки всё сильнее начинали давить на мозг, и, чтобы окончательно не свихнуться, решил начать действовать. Если так и продолжу тупо стоять на месте и копаться в собственных мыслях, ничем хорошим это всё не закончится.

Для начала, чтобы избавится от лишних глаз, поплотнее прикрыл дверь. Затем глубоко вздохнул, унимая бешено стучащее сердце, и приступил к делу. Начать было решено с обыска, и перво-наперво принялся осматривать книги, оставленные очкариком.

— Пу-пу-пу-у-у-у… — произнёс я, разглядывая увесистые тома. — Магия. От теории до практики, Кожухов С. Н., Основы артефакторики, Юриан Сундуков, Бестиарий низших демонов, Негхтер Ф. И., Классификация разломов, Навроцкий В.Т…

Следом пришла очередь тумбочки дрыща в которой обнаружился ещё десяток учебников с такими же, казалось, бредовыми наименованиями. Алхимия, травничество, анатомический справочник магической системы человека, практическое пособие по магии исцеления и всё в таком духе.

Снова глубоко и шумно вдохнув и выдохнув, отложил книги подальше и перешел на другую сторону комнаты, которая, скорее всего, принадлежала мне.

Так же открыв тумбочку, вывалил на пол ворох книг и тетрадей, в поисках каких-нибудь документов или чего-то подобного. К сожалению, всё было зря. Если в этой комнате и есть что-то, что может приоткрыть завесу тайны о том, в какой жопе я оказался, то оно точно не здесь.

Отойдя от тумбочки, направился прямиком к шкафу и, после того как открыл дверь, начал вышвыривать на пол ворох однотипных шмоток. Десяток белых рубашек, просто невероятных размеров, таких же необъятных штанов и черных кафтанов с золотой эмблемой на спине.

Затем пришла очередь спортивных вещей, которые, от невероятно долгого нахождения в этом шкафу начали пованивать горькой затхлостью. Снова с сожалением взглянув на своё жирное пузо, поднял с земли пару комплектов спортивной формы и аккуратно устроил их на одну из полок.

— Обещаю, ребята, скоро мы с вами будем видеться чаще.

Наконец, когда все вещи оказались на полу, в одном из отделов, в самом низу обнаружилась небольшая неприметная сумка. Потертая, со следами домашней починки в виде неровных стежков, сделанных оранжевой ниткой. Она явно видела лучшие времена, но меня её состояние не особо заботило, меня больше волновало то, что внутри.

Усевшись на идеально заправленную кровать, расстегнул заедающий замок и начал рыться в её содержимом. Выуживая наружу папки и документы, аккуратно завернутые в целлофановую обёртку, немного заулыбался. Это явно то, что мне нужно!

— Нус, приступим, — беря в руки один из свертков, произнес я. — Степан Алексеевич Бессонов, семнадцать лет, уроженец села Долаг, Анклав Вольвах, Империя Норгрим.

Я держал в руках карточку с фотографией той самой жирной физиономии, что пялилась на меня с отражения зеркала в туалете. Только здесь эта морда, тупенько улыбаясь, щурясь своими свинячьими глазками.

Отложив карточку, дальше начал рыться в первом свёртке, но ничего интересного в нём не нашел.

Взяв в руки следующий, обнаружил там документы о поступлении в магический техникум Ордена в анклаве Вольвах. Также в этих бумагах нашелся контракт с кланом Гордеевых. Если судить по нему, то этот самый клан обязывался оплатить весь срок обучения Степана Бессонова, а тот, в свою очередь, должен отработать вложенные в него средства с процентами. Суммы, указанные в каких-то эртах, мне ни о чем не говорили, поэтому отложив и эти бумаги, взялся за третий свёрток.

Здесь вообще была какая-то ерунда в виде долговых расписок на имя парня. Займы были взяты под залог имущества и предназначались для лечения бабушки, которое, судя по свидетельству о смерти, не очень-то помогло.

Отложив в сторону и их, опрокинулся на кровать и, запустив пятерню в волосы, начал с остервенением чесать затылок.

Верить в то, что я, каким-то непостижимым образом оказался в другом мире не хотелось от слова совсем, но какие ещё были варианты?

На глюк умирающего мозга или коматозный сон, это совсем непохоже. Уж не знаю, что там видят и видят ли вообще те, кто находится в забытье в больничных палатах, но уверен, подобная проработка реальности человеческому разуму не под силу.

Поэтому, остаётся только одно и это одно меня совершенно не радовало!

Оказаться в теле какого-нибудь дворянчика, пусть и низшей ступени, пусть без имущества и с кучей проблем, это ещё куда ни шло.

А вот жирный увалень, простолюдин, с кучей долгов и, судя по тому, что случилось в туалете, с напрочь загубленной репутацией, вот это конечно комбо-вомбо, ничего не сказать.

Не хватает ещё какой-нибудь таинственной магической сущности, которая внезапно объявится и скажет — Ты был призван в этот мир для того, чтобы спасти его от неминуемой гибели! Теперь ты избранный!

Стоило мне об этом подумать, как в комнате вдруг стало заметно прохладнее, а прямо в её центре начал сгущаться синеватый туман. Уже через пару секунд эта дымка начала приобретать очертания человеческого лица, и, несмотря на опустившуюся температуру, по моей спине побежали крупные капли пота.

Интерлюдия. Город Рурск.

Ему нравилось слышать крики и стоны людей, мучить их и наслаждаться страданиями этих хрупких и бесполезных созданий. Вот и сейчас, вырезая руны на коже полуживого парня, он с улыбкой наслаждался его предсмертными хрипами.

Людишки.

Как долго он уже среди них? Почти два с половиной цикла. Именно столько времени он находился в их мире, меняя одно тело за другим. Кочуя между городами, эпохами. Он видел, как рождались новые страны и гибли народы, не оставляя после себя ничего.

Время шло, он почти отчаялся, но наконец-то услышал зов Владыки, а это значит, что время пришло.

— Медорф, — прошептали губы несчастного, которого он истязал уже несколько дней. — Здравствуй, мой старый друг.

— Повелитель! — Медорф упал на колени и склонился перед человечишкой, чьим телом завладел его Господин. — Как же я счастлив.

— Времени мало, — снова прошептали губы подвешенного парня, а вырезанные на коже руны начали сочиться черной кровью. — Призыв состоялся, пора начинать.

— Да, Повелитель, — он поднял глаза и посмотрел в лицо человечишки, которое теперь не выражало никаких эмоций. — Сколько их?

— Тысячи, — ответил Повелитель и Медорф ужаснулся.

— Господин, это опасно, — начал было слуга, но тут же осёкся, понимая, кому он пытается перечить.

— Я и так потратил два с половиной цикла, больше ждать нельзя, — кровь, сочащаяся из ран, занятого владыкой тела, почти перестала течь, а значит у них осталось совсем мало времени. — Игра — это не твоя забота, ты должен заняться кое-чем другим.

— Жду приказа, мой Господин, — снова склонил голову Медорф.

— Орден, — голос Владыки стал еле слышен. — Ты должен посеять хаос в рядах магов. Сделай так, чтобы их мысли были заняты чем угодно, но не моими гостями.

— Хорошо, Господин, — улыбнулся Медорф.

Сейчас он был по-настоящему счастлив. Времена, когда ему, словно крысе, приходилось прятаться среди этих вонючих отребий, наконец-то прошли. Теперь он сможет снова стать собой, стать тем, кто бросил к ногам своего Повелителя не одну сотню миров!

— Тени Фаргазы, — прошептал Повелитель. — Используй их для первого удара. Думаю, если среди магов появятся одержимые, эта загадка надолго займёт умы людей, а к тому времени, мои гости уже окрепнут.

— Да, Повелитель, — обуреваемый эмоциями Медорф хотел ещё что-то сказать, рассказать о том, как он счастлив вновь служить своему владыке, но подняв взгляд, увидел, что тело человечишки совсем обмякло и безвольно повисло на прутьях. — Клянусь, мой Господин, я сделаю всё, чтобы вновь бок о бок встать рядом с вами!

Глава 2

— Бессонов! Ты почему не на паре? — раздавшийся утробный бас был мне знаком, таким же голосом владел тот старый коротышка, Антон Иванович, кажется, да и рожа, образовавшаяся из дымки, была тоже его.

— Приболел, — не поднимаясь с кровати, ответил я.

После тех черных псов и остального, что довелось увидеть, пока добирался до комнаты, меня подобными фокусами уже не проймёшь.

— Вот же бездарь, — дымка ещё что-то продолжала бурчать, но я её совершенно не слушал, с головой погрузившись в свои мысли.

К моему удивлению, особого страха, трепета и ещё каких-то эмоций, которые бы могли вызвать у меня панику, не было. Наоборот, я испытывал какой-то эмоциональный подъём.

В конце концов, теорию квантового бессмертия ещё никто не отменял. Хотя, там вроде как вселенная делится на две, в одной из которых, человек выживает и существует дальше, а здесь немного другая история. Меня перенесло непонятно куда, непонятно зачем и непонятно, что теперь с этим всем делать.

В этот момент мой живот заурчал, и, подняв голову, увидел, что морда старика по-прежнему висит в воздухе посреди комнаты.

— Что-то ещё? — подняв левую бровь, спросил я у головы.

— Ты какой-то странный, — произнесла морщинистая физиономия старого коротышки. — Может, действительно заболел? Ладно, на сегодня можешь быть свободен от занятий.

— Два дня, — сказал я, поднимаясь с кровати.

— Что два дня? — не понял старик.

— Болеть буду два дня, может и три, там как пойдёт, — я прошел прямо сквозь дымку в направлении маленького холодильника, который заприметил в углу.

— Ты мне ещё условия ставить будешь? — старик снова начал пытаться качать права.

Если честно, в тот момент было совсем уж не до него. Все мысли были заняты попытками сообразить, как быть дальше. Летающая по комнате дымка, в виде головы старика, была не самой большой моей проблемой. Поэтому решил попросту его игнорировать, и открыв дверцу кладези съестного, окончательно расстроился от увиденного.

Чудо техники было под завязку забито полуфабрикатами и прочей жирной, отвратительной пищей. У меня даже капли сомнений нет, кому именно принадлежит всё это добро. Уж не знаю, как этот Степан Бессонов умудрился так себя запустить, но с этим явно пора заканчивать.

— Слушайте, э-э-э… Точно, Антон Иванович, а здесь есть место, где можно перекусить? — обратился я к голове, которая тут же запнулась на полуслове и уставилась на меня с таким удивлением, будто узрела чудо-чудесное.

— В столовой, — после недолгой паузы ответил старик. — Забыл что ли?

— Немного, — я неопределённо покрутил рукой в воздухе. — Головой сильно ударился, кажется, у меня транзиторная амнезия, но, думаю, это временно.

После моих слов у старика вообще челюсть отвисла. Он открывал рот, в попытке что-то сказать, затем закрывал, после чего окончательно растерялся и отбросил любые попытки что-то сообразить.

— А не подскажите, как до этой вашей столовой добраться? — мой желудок совсем обезумел и грозился начать пожирать сам себя, если я не закину в него хоть что-нибудь.

— На первом этаже корпуса твоего общежития, — ещё медленнее, чем раньше, ответил дед, после чего нахмурил брови и спросил. — Тра… Транзи… Транзисторная чего у тебя там?!

— Помять, говорю, потерял, — отмахнулся я. — Головой ударился и многие вещи забыл напрочь.

— Может, к лекарю? — с некоторым недоверием спросил надоедливый старикан.

— Спасибо, само пройдёт, — отмахнулся я. — Ладно, пойду схожу в эту вашу столовую, наберу нормальной еды, а потом буду болеть, как все нормальные люди.

После этих слов развернулся к двери и, открыв её, вспомнил, что понятия не имею, где моя собственная ключ карта. Недолго думая, вернулся к тумбочке очкарика, достал тетрадку и, вырвав из неё лист, начал сворачивать его, пока не получил плотный свёрток нужного мне размера. Вставив его между дверью и косяком, таким образом, чтобы дверь плотно держалась в проёме и не открывалась, но не давала язычку замка зайти в паз, направился к лестнице.

Однако быстро же я смирился с кардинально изменившимися обстоятельствами. Хотя, с другой стороны, что мне ещё остаётся делать? Не биться же об стену, жалея себя и обкладывая судьбу трёхэтажным матом.

Если мыслить холодно и расчётливо, повлиять на случившееся я никак не могу, от слова совсем, поэтому остаётся только взять судьбу в свои руки и начать разбираться со всем, что на меня свалилось. Тем более, что свалилось на меня много всего интересного, а именно, МАГИЯ! Не та, о которой говорил Кларк, а самая настоящая, и раз я студент целого магического техникума, значит, у меня она тоже есть!

Что ж, с этим уже можно работать, тем более, что эту самую магию я уже чувствовал.

Тепло, которое я ощутил во время нападения тех чёрных шавок, никуда не делось. Оно по-прежнему ютилось в груди, вызывая самые приятные чувства. Мне всего-то нужно научиться ей управлять, а уж дальше мне будет где развернуться.

С этими мыслями наконец-то дошёл до двери с надписью «Столовая» и открыв дверь, оказался в помещении полном одурманивающих и манящих запахов.

Тут тебе и сладковатый аромат мяса на гриле, и терпкий запах пряностей, и витающие в воздухе нотки фруктов в придачу со свежей зеленью. И почему этот идиот, в теле которого я оказался, набил себе холодильник всяким дерьмом, когда у него под носом такая сокровищница таится?

Ответ на этот вопрос появился довольно быстро, когда я увидел, что под каждым блюдцем с изысканно украшенными яствами находится ценник. Вот же гадство!

— Эй, жиробас, проголодался? — голос, задавший вопрос, показался знакомым, и, обернувшись, обнаружил у себя за спиной парочку нагло ухмыляющихся типов. — Ну и мерзкий же ты.

— Так не смотри, — пожал я плечами и направился к двери, понимая, что поживиться здесь у меня не выйдет. Видимо, не зря парень ел дешевую и вредную пищу. Нормальная еда была просто не по карману, а значит и мне придётся довольствоваться тем же.

— Ты куда пошел, мы тебя разве отпускали? — один из парней схватил меня за руку и попытался остановить, но, видимо, не рассчитал силу инерции моего массивного тела, поэтому чуть не уткнулся носом в пол.

— Ты чо, мразь толстозадая, совсем страх потерял?! — второй попытался меня ударить, но я слегка наклонил голову, чтобы его кулак угодил прямо в лоб.

Удар, кстати, получился что надо, у меня даже в глазах потемнело, но заносчивому выродку досталось ещё сильнее. Хруст ломающихся костей разлетелся по всему помещению, а следом за ним последовал жалобный, почти щенячий вой, с которым этот идиот принялся скакать на месте, баюкая сломанную конечность.

Решив, что со вторым тоже необходимо что-то делать, пока он обалдело пялится на выплясывающего дружка, пнул его со всей силы между ног, а затем добавил боковым в челюсть.

Кто-то скажет, что это подло и недостойно мужчины, но мне, если честно, совершенно насрать. Это в сопливых девчачьих романах, рыцари сходятся в открытом поле в честной схватке и не нападают до того момента, пока их противник не будет всецело готов.

Я же, совсем не рыцарь, да и моя жизнь никакой это не девчачий роман. Поэтому ни о каком кодексе чести и прочей подобной чепухе, не может быть даже речи. Если понадобится, буду зубами глотки грызть, в прямом и переносном смысле. Новый это мир или нечто другое, мне совершенно плевать, себя я в обиду никогда не давал и не собираюсь подобного допускать. Поэтому для меня все способы хороши, даже подлые и откровенно гаденькие, тем более когда дело касается подобных выродков.

— Сука! — наконец выдал членораздельное слово тот, что сломал кисть о мой лоб. — Мы тебя уроем, тварь жирная, ты покойник, понял?!

Слушать его вопли совсем не хотелось. Поэтому, подхватив металлический поднос со стоящего рядом стола, взял его в обе руки и несколько раз хорошенько приложил им верещащую падлу по морде. После чего пнул в колено, и явно уступающий мне в массе противник завалился на пол, как тюк с дерьмом. Не теряя времени, чтобы не упустить шанс занять выгодную позицию, уселся на него сверху и принялся планомерно бить ему кулаком прямо в лицо.

Один удар, второй, третий… Башка гаденыша болталась как небольшая боксёрская груша, разбрасывая в стороны брызги горячей крови вперемешку с соплями и звонко катящимися по полу зубами.

На десятом ударе понял, что сейчас сам сдохну! Сердце бешено колотилось, а перед глазами темнело и шли круги. Всё-таки, хоть в массе я этих двоих выигрывал даже вместе взятых, но вот выносливости у меня не было совершенно. Прибавить к этому подскочивший адреналин, и можно смело открывать двери сердечному приступу.

Нет, так точно дальше не пойдёт, нужно будет худеть, причём в ускоренном темпе. Иначе сдохну раньше, чем эти сволочи выйдут из больницы и решат со мной поквитаться.

То, что наш с ними конфликт ничем хорошим не кончится, ясно как день. В конце концов, в туалете они бывшего хозяина тела уже утопили, по-другому, его место я вряд ли занять бы смог, а значит, и моей новой жизни тоже угрожает опасность.

Убивать их тоже не вариант. Во-первых, я никогда ещё ни одного человека не лишал жизни. А во-вторых, они там что-то про штраф говорили, но, сдаётся мне, это какая-то привилегия благородных сословий. Убил простолюдина, будь добр уплатить в казну, за нанесённый ущерб. Если же я их убью, уверен, так легко отделаться не получится.

Все эти мысли за мгновение пролетели у меня в голове, пока я, тяжело дыша и обливаясь крупными каплями пота, ливнем катящимися со лба, поднимался с отмутуженного мной аристозадика.

Оглядев мутным взглядом столовую, увидел, как стоящий за стойкой персонал тихонечко перешептывается и бросает в мою сторону испуганные взгляды. Ничего, это даже хорошо, пусть боятся. Можно даже поорать на них, для эффекта, тогда, глядишь, и слухи пойдут про меня более жуткие. Хотя, не уверен, что это хороший ход.

Не известно, какие санкции ко мне предпримут за этих двоих, но, думаю обойдётся. Раз уж им было позволено безнаказанно избивать и мучить жирдяя Бессонова, значит и ему, то есть теперь мне, можно давать сдачи.

— Бессонов, что здесь… — я даже не заметил, как в воздухе появилась дымка и образовала голову ворчливого старого коротышки. — Ох ты ж, мать твою послом к Дарсийцам, — ругнулся дед, увидев лежащие на полу тела. — Ты что натворил?!

— Они напали, я защищался. Не очень хочется снова обнаружить себя на полу в женском туалете, — просто пожав плечами, ответил я голове.

— Дак, а как ты… Это ж… Дела-а-а-а… — нечленораздельно промямлил дед, после чего всё же собрался и спросил. — Они хоть живы?

— Живы, — кивнул я. — Убивать их не стал, денег оплачивать штраф, у меня нет.

— Ну, будь тут штраф, за тебя бы Гордеевы заплатили, ты у них на полном обеспечении… — внезапно старик запнулся и зло уставился на меня. — Не вздумай! Простолюдин имеет право убить аристократа только в честной дуэли, в противном случае тебя просто казнят и дело с концом!

— Да я и не собирался, — с сожалением смотря на лежащих на земле выродков, сказал я.

— По глазам вижу, что ты там не собирался, — оборвал меня коротышка. — Проваливай оттуда, я сейчас пришлю лекарей, они заберут этих двоих.

— Ладно, — согласно кивнул я и направился к двери.

Выйдя из столовой, понял, что голод никуда не делся, он даже усилился и, если я ничего не съем, то просто кончусь на месте. Мда, Степан Бессонов, ну и подкинул же ты мне проблем со своим неуёмным брюхом.

Дорога до комнаты заняла куда больше времени, чем в прошлый раз. Подниматься по лестнице, таща на своих ногах хренилион килограммовую тушу, было просто невыносимо.

Останавливаясь после каждого пролёта, чтобы перевести дыхание и унять готовящееся вот-вот выпрыгнуть сердце, я продолжал концентрироваться на том, что мне предстоит сделать.

Несколько дней, чтобы привести мысли в порядок, у меня есть. За это время нужно будет как можно больше узнать о новом мире и прочесть хотя бы часть тех книг, что лежат, теперь уже в моей, тумбочке. Именно ту часть, которая касается магии, что-то мне подсказывает, именно магия является ключом к моему выживанию, и ничто другое в этом мне не поможет.

Наконец преодолев лестницу и добравшись до двери в комнату, толкнул её, после чего завалился внутрь и рухнул на жалобно скрипнувшую кровать.

Провалявшись около десяти минут, заставил себя подняться и направился к холодильнику, чтобы снова встать у открытой двери, разглядывая таящееся в нём «богатство».

— Поделом тебе, Стёпа, поделом, — устало произнёс я, доставая одну из коробок с какими-то, сомнительного качества, бургерами. — Если бы не эти придурки, тебя бы твой рацион прикончил.

Закинув коробку в стоящую на холодильнике микроволновку, достал бутылку простой воды и жадно присосался к горлышку. От ледяной жидкости тут же начало ломить зубы, но я не останавливался, пока не осушил её наполовину, после чего закрыл крышку и поставил обратно.

Прохлада ещё даже не дошла до моего живота, а меня уже бросило в пот, и, утирая рукавом крупные капли, пошел к стоящему на столе компу. Системника видно не было, поэтому просто нажал на первую попавшуюся клавишу, и экран тут же мигнул, выходя из спящего режима.

Никакого пароля на аппарате не было, чему я, несомненно, обрадовался. Интересно, а у них тут есть какое-то подобие интернета или чего ещё? Если с магией мне помогут хоть как-то разобраться учебники, то вот познакомиться с новым миром и прочим без Сети окажется задачка та ещё.

Быстро пробежав глазами по иконкам на рабочем столе, почти сразу обнаружил то, что мне нужно. Довольно потирая ладони, забрал из запищавшей микроволновки еду и вернулся к столу, чтобы целиком погрузиться в чтение и изучение всего, что может быть интересно и полезно для комфортного старта новой жизни…

— Бес, это правда?! — возбуждённый голос очкарика, вихрем ворвавшегося в комнату, заставил меня оторваться от экрана и посмотреть на оказавшегося рядом «сокамерника».

— Что именно? — спросил я.

— Ты правда отлупил Ранцева и Давыдова?

— Если ты про тех гамадрилов из столовой, то правда, — спокойно кивнул я и повернулся обратно к экрану. — Не мешай, я занят.

— А нафига тебе устав Ордена? — продолжил доставать меня дрищ.

— Интересно, вот и читаю, — отмахнулся я. — Слушай, правда, давай потом поболтаем, если тебе прям не терпится, могу выделить пару минут. Выкладывай, что там у тебя, а я пока разомнусь? Всё равно уже хрен знает сколько сижу, нужно кровь разогнать.

— Ты странный какой-то, — задумчиво произнёс парень. — Раньше тебя только девки голые в сети интересовали, а теперь вон, читаешь. Да и Ранцев с Давыдовым… Как тебе вообще удалось?

— Руками, — ответил я, и поднявшись со стула, сомкнул в замок кисти и потянул их вверх. — Ну и подносом ещё, он удачно так на ближайшем столе лежал, грех было не воспользоваться.

— Подносом? — спросил очкарик, но я решил ему не отвечать, посчитав этот вопрос риторическим.

— Ты мне лучше вот что скажи, — моё дыхание сразу же участилось, как только начал делать наклоны, хотя эти кривляния даже наклонами не назвать. Огромное пузо, из-за которого не мог разглядеть даже свои ступни, мастерски справлялось с задачей помешать мне хоть как-то выполнить упражнение. — У тебя там книжки по травничеству есть и алхимии. Получается, соображаешь во всяких муравках и зельях, так?

— Ну да, — согласно кивнул парень. — Клан Невельских специализируется на исцелении и целебной алхимии. А тебе зачем?

— Хочу, чтобы ты мне какой-нибудь жиросжигатель сварил или какую другую похожую алхимическую субстанцию, от которой я стану стройным, как кипарис, — плюнув на спорт и борясь с ужасной отдышкой, уселся на кровать напротив очкарика и внимательно посмотрел ему прямо в лицо. — Нельзя так больше жить, понимаешь? Уж лучше быть тощим, как ты, чем такой жирной свиньёй, как я.

То, что подобные зелья существуют, я уже точно знал. Собственно, этот вопрос был одним из первых, который пришел мне в голову.

Раз существует магия и алхимия, значит и какая-никакая индустрия красоты, основанная на их принципах, тоже имеется. Кому же не хочется без лишних усилий избавиться от лишних кило?

А там, где есть индустрия, обязательно существует и её менее легальный, но более доступный аналог. В моём же случае, здесь главную роль играет именно доступность!

— Не уверен, что у меня получится, — замялся очкарик. — Это довольно сложно и вообще, проще в алхимической лавке купить…

— Вот именно, что купить, — вздохнул я. — У меня денег на нормальную еду нет, а ты про дорогущие зелья говоришь. Не зря же тебя к Невельским взяли, уверен, всё у тебя получится, ты главное бормотуху мне какую-нибудь не свари, чтобы я в козлёнка не превратился.

— Создание и оборот трансформирующих эликсиров находится под жестким контролем у Граматона, — тут же заявил парень. — За подобное можно и в застенки отправиться.

— Вот и я про то, — кивнув парню, снова уселся на стул перед компом. — Ну так что, сможешь?

— Ну в теории… — судя по лицу очкарика, идея показалась ему довольно-таки интересной. Серые глазки забегали, тонкие губы зашевелились, будто он что-то бесшумно бурчал себе под нос. Инстинкты меня не подвели, мой «сокамерник» относился к тому типу людей, которые, если их правильно подвести, готовы сотворить любое безумство, ради собственных изысканий. Таящийся внутри очкарика «безумный гений», при должном подходе, может легко перебороть его робость и заставить делать то, на что в другой ситуации, он бы никогда не решился.

— В теории на кафедре алхимии есть всё, что нужно, вот только качество получится такое себе. Возможны побочные эффекты.

— Это какие?

— Боль, лихорадка, сыпь, — начал перечислять дрыщ. — Возможен понос, кровотечения и вообще всё что угодно.

— Ну я ж не помру?

— Нет, если что, госпожа Со и остальные лекари техникума окажут тебе всю необходимую помощь, за это можешь не беспокоиться.

— Ну вот и договорились, — хмыкнул я и хлопнул тощего доходягу по плечу, отчего тот чуть пополам не согнулся. — Можешь приступать… Слушай, меня сегодня хорошенько головой о белый трон приложили, память напрочь отшибло. Не напомнишь, как тебя звать?

Парень несколько секунд хлопал глазами, пытаясь сообразить, шучу или говорю всерьез, а затем нерешительно произнёс.

— Егор я.

— А я, получается, Степан, — протянув ему руку, улыбнулся, и тот в ответ её машинально пожал.

— Да мы вроде как знакомы…

— Егор, не тупи. Говорю же, память отшибло, для меня теперь всё в новинку!

— Так, может, это, — тут же оживился очкарик. — Сварю тебе ещё что-то для памяти, попрактикуюсь заодно?

— Я тебе крыса что ли подопытная? Не надо ничего больше варить, хватит и эликсира для похудения, — парень немного разочарованно вздохнул, а я добавил. — Всё, Егор, давай в темпе, надо ковать, пока горячо, а-то смотри, передумаю. Тогда хрен тебе, а не эксперименты на живых людях!

Паренёк, словно и правда испугавшись того, что я могу отказаться от этой затеи, быстро кивнул и пулей вылетел из комнаты, снова оставив меня в одиночестве рыскать по сети…

За окном уже начало светать, когда дверь в комнату отворилась и в неё вошел довольный очкарик, держа перед собой флакон с отвратительной на вид жижей. Зелёная субстанция пузырилась и перетекала одной волной на другую, внутри крохотного бутыля.

— Готово! — радостно сообщил Егор и тут же сунул мне под нос пузырёк.

— А ты уверен, что это можно употреблять? — спросил я.

— Рецептура соблюдена, — гордо заявил парень. — Всё как описывалось в руководстве. Конечно, пришлось покопаться в сети, в поисках рецепта, ну и заменить некоторые ингредиенты. Оказывается, на кафедре нет всего, что нужно. Но ты не переживай, я внёс кое-какие правки, заменил некоторые компоненты на схожие, и в итоге получилось, как надо!

Смотря на тягучую смесь, вдыхая ядовито-болотный запах, я с сомнением глянул на начинающего алхимика. Рецептура, говорит, у него соблюдена, но некоторые компоненты пришлось заменить, да и рецепт зелья непонятно в каких темных углах сети выискал.

Ладно, в худшем случае меня ждёт довольно весёлое время препровождение в туалете, ну или на больничной койке. Хотя, я уже не так свято верил в то, что местные лекари меня откачают. Уж больно муторной казалась жижа, да и запашек от неё шел, просто жесть.

— Если эта гадость меня убьёт, я буду тебе по ночам являться, в виде призрака, — с подозрением глядя на парня, сказал я.

— А ты разве умеешь проклятья накладывать? — насторожился парень.

— Я, если захочу, ещё и не то умею, — в глазах очкарика появился неподдельный страх, он даже потянулся к пузырьку, чтобы забрать, но не успел.

Громко выдохнув, опрокинул флакон себе в рот и сразу же чуть не выплюнул обратно, как только первые капли этой дряни, коснулись моего языка.

В сети писали про приятный вкус и аромат, свежесть фруктов и нотки сладких нектаров. Видимо, именно этих ингредиентов Егор и не обнаружил на своей гребаной кафедре, после чего заменил их на блевоту какой-нибудь мерзкой твари и дерьмо ещё более мерзкой твари.

— Ну как, чувствуешь что-нибудь? — с живым интересом спросил парень, после того как последняя капля субстанции оказалась у меня во рту.

— Чувствую, что сейчас это всё обратно полезет, — честно признался я. — Так что, отошел бы ты подальше или вообще за тазиком сбегал.

Понимая, что на вторую попытку проглотить подобную дрянь, я не решусь точно, собрал все силы в кулак и, сдерживая известные всем позывы, закрыл глаза, сосредоточившись на внутренних ощущениях.

Жижа, обжигающей лавой, медленно текла по моему пищеводу, после чего, достигнув желудка, устроила в нём настоящий пожар. Не знаю, как тут с огненной магией, но в тот момент у меня сложилось впечатление, что своим дыханием я точно могу что-нибудь сжечь.

Ну, изжога — это не самое страшное, на что я рассчитывал. Неприятно, конечно, но жить можно, осталось только дождаться начала хоть какого-то результата. В целом, мой «сокамерник» не так уж и плох, по крайней мере, я жив остался, а это главное.

Стоило мне об этом подумать, как моя голова закружилась, а из тела словно вынули все кости. Неподъёмная туша тут же завалилась со стула на пол, а конечности сами собой начали биться в судорогах. Ну и как вишенка на торте, меня пронзила острая, затуманивающая сознание боль. Точнее даже не так, это была не боль, эта была БОЛЬ!!!

Интерлюдия. Магический Техникум, санчасть.

— Фот фе фука фирная, — беззубым ртом произнёс Давыдов, глядя на Ранцева, который отделался лишь синяком. — Как фолько фыйду отсфюда, фкафу отфцу, фтобы кафнил эту тфарь!

— Я тебя самого потом казню! — раздался голос из дверей, и, переведя взгляд, Давыдов увидел, как в помещёние буквально влетела Алёна Рябушинская. — Вы, два идиота! Я вам, когда сказала отстать от Бессонова? Если бы не ваши кланы, парой выбитых зубов вы бы точно не отделались.

— Да пофла ты! — выкрикнул парень. — Фдалфя тебе этот фирный урод?

— А это уже не твоего ума дело, ясно? — девушка подошла ближе и злобно уставилась на искалеченного аристократа. — Ничтожество!

— Фука заноффивая, -не остался в долгу парень.

— Вызовите его на дуэль, — немного помолчав, произнесла блондинка. — Но, чтобы не убивали, понятно? Руки сломайте, ноги, можете калекой сделать, но, чтобы он жив остался! Уяснили?

— А то фто? — спросил Давыдов и почувствовал, как в тело вцепились десятки и сотни невидимых рук.

— Ты знаешь, что, — произнесла девушка, после чего презрительно фыркнула и, развернувшись, направилась к двери.

Стоило ей покинуть помещёние, как хватка невидимых лап тут же исчезла, и молодой аристократ, наконец-то получивший возможность дышать, шумно выпустил воздух из лёгких.

— Фумафедфая фтерва, — ругнулся Давыдов. — Дуэль гофориф? Я тебе уфтрою дуэль…

Глава 3

— Ты уверен?

— Читай давай! — рявкнул я на очкарика.

— Хорошо, — испуганно кивнул парень и принялся оглашать вслух содержание пособия по основам магии.

Глубоко вздохнув, засунул обратно в рот туго скрученный конец полотенца и прикусил его со всей силы, чтобы хоть как-то справиться с нестерпимой болью, которая пронзала каждую клеточку моего тела.

Нужно было отдать должное этому очкастому изуверу, его эликсир действовал просто потрясающе. За прошедшие семь часов, я сбросил, пожалуй, процентов семьдесят лишнего веса. К тому же, мой тощий «сокамерник» признался, что кое-чего добавил в рецепт, нечто нелегальное и очень из-за этого беспокоился.

Именно благодаря этой самой добавке, кожа, которая должна была обвисшими лохмотьями висеть на мне, как балахон на миниатюрной вешалке, утягивалась вместе с покидающим моё тело жиром.

Лежать в ванне, полной вонючей и склизкой жижи, которая вытекала из моего, уменьшающегося в размерах тела, было тем ещё удовольствием. Хотя все отвратные ощущения меркли перед той самой пресловутой болью, которую уже просто не было сил терпеть. Теперь мне понятно, почему действие всех легальных препаратов было распределено на длительный срок, от месяца до полутора.

Вряд ли здесь полно сумасшедших, которые готовы терпеть настолько адские муки, ради того, чтобы увидеть в зеркале пару тройку кубиков пресса. Именно поэтому я попросил Егора начать читать книгу вслух, чтобы целиком сконцентрироваться на его словах, в противном случае, можно было просто рехнуться.

Конечно, парень предлагал мне принять обезболивающее зелье, но сразу предупредил, что не знает, какой именно эффект получится от смешения такого снадобья и его бормотухи. Рисковать ещё больше совсем не хотелось, поэтому отказавшись от его предложения, принял решение стойко терпеть, хотя уже начал понемногу жалеть об этом.

— Интрум — магия первого круга, — голос паренька немного дрожал. Он не редко отвлекался и бросал на меня перепуганный взгляд. — Маг использует заключенную в нем силу, для укрепления, ускорения и защиты своего тела. Также Интрум защищает обладателя дара от внутренних и внешних угроз, способен залечить раны, нивелировать действие ядов и купировать боль. Овладение Интрумом, первая ступень на пути развития мага…

— Как?! — выплюнув полотенце спросил я.

— Что как? — не понял очкарик.

— Как купировать боль, — говорить пришлось сквозь плотно сжатые зубы. Мне даже показалось, что от такого давления, они вот-вот треснут.

— С помощью Интрума? У тебя не получится!

— Я тебя сейчас ударю, — честно пообещал я очкарику.

— Не надо, — встретившись со мной взглядом, парень явно поверил моим словам. — Дело не в том, что я не хочу, просто… Просто это невозможно!

— Почему?

— Возможность оперировать заключённой в источнике силой, просыпается у одарённых где-то годам к шестнадцати, — начал парень. — Раньше этого срока, тело человека просто не способно ощутить и почувствовать дар, но, даже если он обнаружится, это не значит, что магией получится сразу пользоваться. Как бы тебе объяснить… Вот ты можешь ощутить своё сердце, лёгкие, почки?

— Нет… — покачал я головой и скривился от накатившей волны болезненных ощущений.

— Вот и с источником так же, — пояснил парень. — Ты рождаешься с ним, он часть тебя. Чтобы научиться его ощущать, а уж тем более управлять силой, необходимы долгие месяцы медитаций и обучения. Именно поэтому простолюдины с даром, зачастую, всегда отстают в развитии от аристократов. Благородных с самых ранних лет обучают техникам и приёмам, которые в будущем помогут им овладеть своим даром. Это сложный и долгий процесс, вот так, с бухты-барахты ничего не получится.

— А ты умеешь управлять своей силой?

— Да, — кивнул парень. — Я бастард, хоть у меня и нет никаких прав, но кровь в нашем клане значит многое, поэтому меня с самого детства, как и всех благородных, готовили к моменту, когда проснётся мой дар.

— Сможешь меня научить? — надежда на то, что с помощью магии мне удастся избавиться от пожирающей меня боли, придала сил и прояснила сознание.

— Нет, — отрицательно покачал головой очкарик. — Не то, чтобы я не хотел, просто у каждого клана свои методы тренировок, это секрет, который они ревностно охраняют, и его разглашение может привести к самым страшным последствия.

— Понятно, — бросил я. — Ладно, сам, значит сам, — и сконцентрировался на тепле в груди, которое ощущал всё это время. — Допустим, я могу ощущать и этот самый источник, и энергию внутри него. Что дальше делать?

— Нужно заставить её двигаться по магическим каналам внутри твоего тела, — на секунду очкарик задумался, после чего продолжил. — Источник, он как сердце. Как только сила начнет циркулировать внутри тебя, он уже никогда не остановится, до самой твоей смерти.

— Осталось дело за малым, — кивнул я и вернул скрученный край полотенца обратно в рот.

Если следовать логике, описанной парнем, то становится ясно, почему я так отчетливо чувствую и источник, и заключенную в нём энергию. Я не родился с этим, в моём мире ничего подобного не было, и именно поэтому, эта неведомая ранее хрень, чувствуется как нечто лишнее у меня в груди. Словно кто-то поместил шарик для настольного тенниса между моими лёгкими и грудной клеткой. А то самое тепло, скорее всего, и есть магическая энергия. Осталось понять, как заставить её двигаться по магическим, мать их так, каналам. Подумаешь, делов-то…

Закрыв глаза и прогоняя из разума мысли о терзающей меня боли, сосредоточился на тепле в груди, в попытке хоть как-то повлиять на его положение, заставить перемещаться или хотя бы пошевелиться.

Поначалу ничего не происходило, от слова совсем. Энергия оставалась статичной и, кажется, даже сопротивлялась моим попыткам расшевелить её и привести в движение.

Я пытался отдавать ей мысленные команды, напрягал дряблые мышцы груди, надеясь её просто выдавить. Представлял, как рукой создаю волну в воображаемом сосуде из-за чего сила приходит в движение и наполняет предназначенные для магии пути в моём теле. Всё было тщетно. Тепло наотрез отказывалось пошевелиться и так и продолжало тупо оставаться на месте.

А что, если очкарик был прав и источник правда похож на сердце не только тем, что если уж начал работать, то не остановится до самой смерти, но и тем, что именно он приводит силу в движение?

Оставив бесплотные попытки взаимодействовать с энергией, сосредоточил всё внимание на источнике, том самом теннисном мячике между лёгкими и грудной клеткой. Не сказать, что я удивился, когда после первой, второй и даже десятой попытки эта штуковина никак не реагировала на мои потуги. Не знаю, что именно я упускаю, но явно существует какой-то секрет, разгадку которого мне придётся искать самому.

Чем дольше концентрировался на источнике, тем больше казалось, что будто проваливаюсь в какую-то бездонную яму, теряя связь с окружающим меня миром. Это больше всего было похоже на сон, когда ты чувствуешь, что вот-вот заснёшь, но, как только к тебе приходит это осознание, разум возвращается в материальный мир.

Так, ладно, если это та самая медитация, о которой толкует Егор, то принцип мне ясен. Осталось выбросить всё лишнее из головы и полностью поддаться этому чувству, правда, сделать это не так уж просто.

Чем меньше во мне оставалось лишних кило, тем сильней была боль. Сейчас не спасало даже зажатое в зубах полотенце. Ещё немного и я просто перекушу его надвое, а следом за этим, мои зубы превратятся в труху.

Так, полная концентрация и покой. Никакой боли не существует, я не лежу в ванне полной вонючей дряни, которая когда-то покоилась в моём теле, а теперь сочится из кожи как из фонтана изобилия. Нет ничего, кроме меня, источника и запертой в нём энергии.

Да что б вас!

Очередной приступ усилившейся боли вырвал меня из состояния погружения, как раз в тот момент, когда я готов был вот-вот провалиться в бездну.

Нет, так не пойдёт. Уверен, я вполне мог бы перетерпеть боль и так, без магии и прочего. По словам очкарика, терпеть осталось около трех часов. И пусть эти три часа будут самыми сложными и мучительными, но мне и не такое доводилось выдержать.

Заставить источник работать, стало делом принципа. Не когда-то потом, не через полгода усидчивых тренировок и даже не завтра. Я сделаю это сейчас! Сделаю, чего бы мне это ни стоило.

Злость может быть отличным топливом, если уметь ей пользоваться, а у меня с этим проблем никогда не было. Если эта падла сейчас не начнет работать, я вырву её у себя из груди и засуну очкарику в задницу. Почему очкарику? Да просто так!

Подскочивший от злости адреналин, заставил сердце биться ещё чаще. Боль, испугавшись, видимо, той же участи, что грозит источнику, решила не доводить до крайности и отступить. Чтобы у меня была возможность наконец-то ухватить нить, связывающую меня и эту неведомую штуку в груди.

На этот раз никаких провалов в бездну не было, я оставался в сознании и даже слышал бурчание «сокамерника», который говорил что-то наподобие «не может такого быть».

Мысленно представив свою грудь, в центре которой находился светящийся шар, ударил по нему кулаком, затем ещё раз, и ещё.

— Работай, *#@&! — проорал сквозь я сквозь зубы. — Работай *#@&!

Слов моих очкарик точно не мог разобрать, но, судя по его писклявому «ой», мой рык явно произвёл на него впечатление.

В какой-то момент показалось, что я погрузил пальцы себе в грудь и ухватил пальцами шар, сжав его со всей силы. Твердая поверхность не поддавалась, грудь начало жечь огнём, но я продолжал давить, твёрдо решив, что, либо он сейчас сдастся и подчинится мне, либо я останусь совсем без магии.

Наша борьба хоть и длилась мгновения, но это было куда мучительнее той боли, что мне пришлось испытать, отведав егоровской бормотухи. Мою грудь словно пожирало пламя, даже показалось, что в ноздри ударил яркий запах горелой плоти, а затем случилось то, на что я совсем не рассчитывал.

Резкая волна прокатилась по всему моему телу и вырвалась далеко за его пределы, разломав на осколки ванну, выбив стену, отделяющую уборную комнату от жилой, и снесла очкарика с места, хорошенько приложив об стену.

Мой источник работал. Он гудел как дизельный двигатель, пульсировал и гнал заключённую в нем энергию по каналам, которые сладко ныли, как мышцы после тяжелой тренировки.

К слову, боль никуда не делась, она по-прежнему разрывала каждую клеточку тела, но мне было совершенно плевать. Ощущение, которые я испытывал, ни с чем не сравнить. Меня словно опустили в чан с парным молоком, а тело начали омывать самые красивые женщины мира. Внутренний подъём, наслаждение и одурманивающая истома уносили меня далеко от того места, где я находился. Туда, где нет боли, нет проблем и нет никаких забот. В темное царство спасительного забытья, в которое я с удовольствием провалился…

— Как же воняет, — несмотря на пропитанную каким-то отваром тряпку, закрывающую лицо очкарика, он морщился и давил приступ рвоты, зачерпывая ковшиком жижу с пола, которая залила собой всё вокруг. — Обязательно было всё крушить?

— Ты сам отказался со мной делиться секретами твоего клана, — хмыкнул я, складывая чугунные осколки в мешок. — Как смог, так и справился.

— Справился он, — буркнул парень и понёс ведро к унитазу. — Нужно будет ещё пройти аттестацию и выяснить какой у тебя ранг. На проверке дара, тебе какой потолок давали?

— Не помню, — пожал я плечами. — Мне ж память отшибло. И вот ещё что, ни на какую проверку я пока не пойду, и ты помалкивай о том, что здесь было.

— Это ещё почему?

— Потому что, — ответил я и злобно зыркнул на парня, отчего он тут же уперся глазами в пол и принялся с ещё большим усердием орудовать тряпкой, ведром и ковшиком.

Пока не разберусь с тем, как эта магия устроена, никаких проверок и прочего проходить не буду. Мне и так проблем достаточно, не хватало ещё, чтобы начали задавать вопросы о том, каким это образом я смог так быстро овладеть силой.

— Так, погоди, — Егор вдруг замер и с прищуром уставился на меня. — А как мы тогда объясним, что здесь случилось?

— Скажем, что проводили в ванной один из твоих алхимических опытов, — тут же нашелся я.

— В смысле моих? — опешил парень. — Не-не-не, я на такое не подписывался.

— Вообще-то, если кто-то узнает, что ты таскаешь с кафедры важные реагенты, а потом готовишь всякие кустарные зелья для похудения или ещё чего, тебя точно по голове не погладят.

— Бес, ты совсем офигел?! — от моих слов у очкарика даже глаз левый задёргался. — Это же я для тебя сделал!

— И я тебе за это очень благодарен, — искренне признался я. — Но, ты должен понимать, что мы теперь с тобой в одной лодке и секреты у нас теперь общие. Так что, если хочешь, чтобы я хранил твои секреты, делай всё, для того, чтобы сохранить мои.

— Бес, он и у дарсийцев Бес, — начал бубнить Егор и, чтобы подсластить горькую пилюлю моего шантажа, решил немного смягчить моего тощего «сокамерника».

— Хотя, конечно, это всё не отменяет того факта, что я тебе должен, — парень вроде бы даже не обратил внимания на мои слова, но мне-то было видно, как заинтересованно дёрнулись его уши. — А возвращать долги, это святое.

— Не надо мне от тебя ничего, — всё ещё обиженно отмахнулся очкарик.

— Это ты сейчас так говоришь, — закидывая в мешок очередную чугунную черепушку, взялся за ведро, чтобы помочь Невельскому побыстрее отмыть пол. — Наступит момент, когда тебе точно понадобится моя помощь, — на это он ничего не ответил, а я не стал настаивать.

Дальнейшая уборка проходила в полной тишине и, когда мы закончили, очкарик завалился на кровать, сказав, что мыться в тазике у него нет никаких сил. В отличие от этой тощей чумички, я всё-таки набрал пластиковую бадью с водой и ополоснулся, после чего уселся за комп и начал штудировать всё, что можно было узнать о магии первого круга.

Конечно, чувствуя, как внутри меня бурлит сила, как она протекает по каналам от источника в груди, в разные части тела, хотелось сразу приступить к практике, но, несмотря на все эмоции, мой разум оставался холодным.

После того, как источник начал работать, и волна магии разнесла наш санузел, я около часа валялся в беспамятстве. Нужно отдать должное Невельскому, парень не побежал сломя голову звать кого-то на помощь, а спокойно наблюдал за моим состоянием, стараясь держать всё под контролем.

Очнулся же я полным сил, без каких-либо признаков боли и вообще, будто родился заново, только вонял как мешок с дерьмом.

Как и сказал Егор, источник, начавший работать, ни на секунду не прекращал пульсировать и гудеть, что даже начало раздражать, но, постепенно, и к этому удастся привыкнуть.

Теперь мне необходимо получить знания, с помощью которых я смогу управлять этой силой, а уж потом будет видно, к чему это приведёт. В целом, на данный момент, всё складывается не так уж и плохо. От лишних килограммов избавился, а благодаря очкарику и его тяге к экспериментам, даже кожа лохмотьями на мне висит. Источник работает, глаза горят, а в одном месте свербит так, что аж на одном месте усидеть сложно.

Уняв наконец переполняющие меня эмоции, с головой погрузился в сеть, штудируя один источник информации за другим. Хотелось узнать всё и сразу, впитать каждую крупицу новых знаний, поэтому, естественно, на магии первого круга остановиться не получилось, и я ушел намного дальше, чем планировал изначально.

Всего, этих самых кругов было три и каждый из них отличался своими особенностями и спецификой. Первый, Интрум, отвечал за взаимодействие энергии с телом мага, собственно, это мне доходчиво объяснил Невельский, поэтому зацикливаться на нем я не стал.

Второй же, Экстрар, позволял придавать силе источника физическое воплощение. Те самые черные псы, копья, которыми их пронзил старый коротышка, и все остальные чудеса, на которые я насмотрелся, пока не оказался в этой комнате.

Умение высвобождать силу из своего тела и управлять ею — одно из непреложных условий, без соблюдения которого, никто не будет считать одарённого настоящим магом. Если ты способен лишь усиливать тело, делать его выносливее и быстрее, то, единственное на что можно рассчитывать, это роль какого-нибудь рабочего на одной из многочисленных фабрик и заводов того клана, который оплатил твоё обучение. А вот обладание Экстраром открывает совершенно иной путь.

Такие маги могут рассчитывать на более высокое положение в социальной иерархии. В зависимости от специфики дара, эдакой природной предрасположенности, можно стать успешным лекарем, рэнаром в демоническом разломе или даже бойцом в клановой армии.

Рисковать жизнью, ради хорошего настроения какой-нибудь голубокровой задницы, это то ещё удовольствие, но всяко лучше, чем горбатить на производстве каких-нибудь реагентов из туш демонов. Судя по некоторым описаниям, воняет там ещё хуже, чем в нашей ванне, а из-за ядовитости тварей, редко кто живет на такой работе дольше десятка лет. Поэтому Экстрар мне нужен как кровь из глаз, это даже не обсуждается.

Ну и, конечно, третий круг, Мергер. О, это элита. Лишь один из десятков десятков тысяч, способен выйти на этот уровень и стать тем, кто слился со своей магией воедино.

По сравнению с первым и вторым кругом, Мергер — это совершенно другая лига. Маг, обладающий этой силой, меняет саму реальность вокруг себя, изменяя пространство, фактически перенося область реальности в мир собственной магии. Чем выше ранг мага, тем более обширную область он может изменить и в этой самой области, он становится настоящим богом.

Естественно, если в схватке сойдутся два обладателя Мергера и оба прибегнут к третьему кругу, в области действия этих сил, разверзнется сущий ад. Первородные силы магических даров вцепятся друг в друга смертельной хваткой, разрушая саму ткань мира и исход такого боя никто предсказать не в силах.

Конечно, по идее, победит тот, чей ранг выше, но, обладателей Мергера невозможно измерить по силе. Это монстры, истинные чудовища в человечьем обличье. Одного такого мага хватит даже для того, чтобы закрыть высший портал. А десяток способны справиться с целой армией.

Высшие маги, это стратегический ресурс любой страны, эдакие ядерные боеголовки, которые удерживают правителей от безрассудных поступков и помогают сохранить шаткий, но какой-никакой мир.

Кстати о рангах. Существует их всего лишь десяток, где самое большое число, десять, является самым низшим уровнем силы, а самое маленькое, единица, — первая ступень на дороге к Величию.

Ранг мага определяется при рождении, и лишь в редких случаях, он может превышать самый низший уровень. Постепенно, с момента пробуждения и до самой смерти, одарённые, используя свой источник, увеличивают его объём, а вместе с тем и количество энергии в своём теле.

Источник, как и мышцы, невозможно раскачать до невероятных размеров без применения допинга, и здесь остаётся лишь два выхода. Либо смириться и гордиться своей натуральностью, либо поглощать энергию из аэорнов высших демонов.

Эти штуковины — нечто похожее на людские источники, с тем лишь исключением, что в них течёт первородная сила, чтобы это ни значило. В зависимости от того, к чему предрасположен твой дар, такой аэорн тебе и нужен для развития.

Если ты маг огня, будь добр завалить высшего демона из какого-нибудь пламенного разлома. Если воздуха — добро пожаловать на битву с тварью, способной повелевать этой стихией, и так далее.

Основная проблема, заключалась в том, что эти штуковины не валяются на каждом шагу, а их обладатели, крайне не заинтересованы в том, чтобы их укокошили, ради развития какого-то человечишки.

Был. конечно, ещё один способ повысить свой ранг, но, его применение строжайше запрещено самой могущественной религиозной организацией мира, Храмом Единого. Заключается этот способ в том, чтобы поглощать И́скры неодарённых, которые стали одержимы демоном. Оказывается, такие случаи довольно нередки, и у святош, так маги называют последователей Единого, есть даже специальные отряды для борьбы с этим явлением.

Вообще, отношения у Ордена Магов и Храма Единого крайне сложные и очень натянутые, но эта тема была мне настолько неинтересна, что я даже не стал забивать себе голову. Необходимости в этих знаниях пока нет, а значит, в топку!

Что ж, с основами системы я разобрался, пора переходить к тому, ради чего я вообще полез в сеть, а именно магия первого круга.

Налив в стакан какой-то пахучей жидкости, которую очкарик окрестил тонизирующей настойкой, я сделал большой глоток и поморщился.

Гадство!

Да почему у него вечно всё воняет, противное на вкус, а на вид так и вообще на дважды переваренные экскременты похоже. Ничего подобного мне видеть не доводилось, но, уверен, те самые переваренные экскременты выглядят именно так, как та дрянь, которую готовит мой «сокамерник».

— Ладно, приступим, — воодушевлённо произнёс я, поудобнее усаживаясь на стуле…

Интерлюдия. Кабинет Антона Ивановича Полубоя.

— Из Саодана? — спросил Николай, вдыхая яркий, насыщенный аромат свежезаваренного кофе.

— Ага, — отхлебнув из кружки, сказал хозяин кабинета. — Рябушинские порадовали. Кстати, о них.

— Ты всё со своим заговором носишься? — Николай последовал примеру Антона Ивановича и тоже сделал глоток.

— Он не мой, а их, — серьёзно ответил старик. — Если этот надутый индюк меня игнорирует, может хоть тебя послушает!

— Вот именно за такие разговоры тебя в эту дыру и сослали, — хмыкнул Николай. — Он больше не твой ученик, а правитель самого могущественного государства на всём континенте.

— Тоже мне, правитель, — буркнул Полубой. — Мало я его розгами в детстве порол, нужно было ему о зад пруты магалитовые ломать, может тогда в его голове хоть какие-то мозги появились.

— Может и так, — согласно кивнул Николай. — Да вот только время назад не вернёшь, так что давай к делу. Что там у тебя?

— Гордеевы с Рябушинскими какую-то странную игру затеяли, — Полубой, отбросив все сварливые нотки в голосе, заговорил деловым и вкрадчивым тоном. — По всей империи, во все техникумы напихивают бездарей из простолюдинов. Причем платят хорошо, за полный курс, один такой и у меня есть.

— Ну и что? — спросил Николай, не понимая, к чему клонит старый друг. — Их кланы растут как на дрожжах. Торговля Рябушинских и перерабатывающие компании Гордеевых требуют много рабочих рук, а в случае с простолюдинами, эти руки получаются почти бесплатными. Если смотреть в долгую, то такой подход, на дистанции, окупает все вложенные инвестиции.

— Так-то оно так, — чуть скривился старик и пожевал губу. — Но вот что меня смущает. Парень, про которого я тебе только что сказал, гордеевский… Проверил я его в общем, оказалось он твоему «правителю самого могущественного государства на всём континенте» родственник, — увидев реакцию собеседника, старик тут же поспешил его успокоить. — Не забивай голову, там ветви от самого Разящего расходятся. Помнишь историю про то, как Мирдар Разящий несколько месяцев отлеживался в деревушке под Вольвахом, когда его викричи врасплох застали.

— Ну, что-то такое было в памяти, — неуверенно ответил Николай.

— Ну так вот, из той же самой деревушки и этот мой Бессонов, — продолжал Полубой. — Его семья там самая старая была. Люди приезжали, уезжали, но предки этого пацана жили там веками.

— Ну и на что ты намекаешь?

— Пока не на что, — на мгновение Антон Иванович задумался и добавил. — Но, остальных, кого подписали Гордеевы и Рябушинские тоже проверить нужно.

— Как-то совсем за уши притянуто, — скривился Николай и одним гладком прикончил остаток напитка.

— Ты проверь, — настаивал Полубой. — Зря что ли ты своих птичек по всему Норгриму расставил?

— Ладно, проверю, — кивнул Николай. — Но только по старой дружбе. Официальных запросов делать не стану, сам понимаешь, если наружу вылезет, что мешаю честным купцам и промышленникам развивать это самое купечество и промышленность, на меня всех собак спустят.

— И на том спасибо, — кивнул Полубой.

— Ну, а теперь рассказывай, как семья, — улыбнулся Николай. — Дети, внуки? Фёдор всё так же на восточной границе?

Дальше разговор двух старых приятелей, перешел на личные темы, которые, по давно устоявшемуся обычаю, сопровождались множеством шуток и саркастических замечаний.

Николай Трусевич, глава Имперской Службы Безопасности, был одним из немногих, кто после опалы императора не перестал поддерживать контакты с Полубоем.

Их дружба зародилась давно, ещё во времена, когда оба аристократа были молодыми магами. Эти старые зубры прошли через множество боев, пережили две войны, и даже гнев правителя не способен был заставить их отвернуться друг от друга.

Глава 4

— Эй, вставай давай, — я толкнул очкарика и глянул в окно, за которым уже поднималось солнце.

Несмотря на ужасный вкус, зелье Невельского работало просто отлично. Сна не было ни в одном глазу, хотя не спал уже около полутора суток. Ту отключку, после пробуждения источника в расчет не беру.

— Ну мам, ещё минуточку, — сонно пробурчал очкарик и повернулся ко мне спиной, свернувшись калачиком. Вонючим, грязным калачиком.

Находиться рядом с парнем было просто невыносимо, амбре от него исходило такое, что аж на слезу пробивало, среди ночи даже окно пришлось открыть.

— Не мамкай, — снова пихнув Егора в плечо, сказал я. — Давай вставай, дело есть!

— Бес, отвянь, — Невельский наконец смог вынырнуть из дремы и, повернувшись, уставился на меня мутным взглядом. — Сколько времени?

— Почти пять утра, — с улыбкой заявил я.

— Ты нормальный вообще? — буркнул парень и выхватив из-под головы подушку, накрыл ею голову.

— Да чтоб тебя, — если этот тощий гений подпольной бормотушной алхимии не хочет вставать по-хорошему, будем действовать жестче.

Сходив в нашу раздолбанную ванну, набрал ведро холодной воды и вернулся к кровати.

— Вставай, последний раз говорю!

— Пошел к демонам, — пробурчал из-под подушки очкарик. — Тебе там самое место!

— Ну, ты сам напросился, — после этих слов, с истинным наслаждением вылил на парня ведро ледяной воды и быстро отпрыгнул в сторону, чтобы он не зашиб меня, когда подскочит.

Это нужно было видеть!

Такой прыти от бедолаги я точно не ожидал, он слетел с кровати быстрее, чем я успел моргнуть. Глаза бешеные, рот открыт в яростной попытке вдохнуть, всё тело трясётся, выражение лица такое, словно убить готов.

— Ты… Ты вообще охренел?! — наконец очкарик смог выдать что-то членораздельно и понятное.

— Слушай, ну раз уж ты встал, мне тут нужна небольшая помощь, — полностью игнорируя вопли своего соседа, подошел к его кровати и, ухватив металлическую душку, сжал её.

Душка тут же жалобно заскулила, начала гнуться, а когда я убрал руку, трубка стала выглядеть так, словно её через строй тисков пропустили.

— Да какого хрена?! — парень кинулся к кровати и начал зыркать то на повреждённую душку, то на меня. — Зачем мою-то кровать портить?!

— Ой, да её всё равно выбрасывать, — тут же отмахнулся я. — Ты вчера даже не переоделся, завалился на неё в вонючем шмотье. Эти ароматы впитались в неё так, что теперь даже твой очередной алхимический суррогат не справится.

После моих слов парень на секунду задумался, затем начал аккуратно к себе принюхиваться.

— Да вроде бы и не пахнет совсем, — заявил он.

— Это потому что, ты привык уже, — было сложно без улыбки смотреть на очкарика, поэтому я не стал сдерживаться. — Тебе и в выгребной яме сейчас будет комфортно.

— Скажешь тоже, — видимо, мой «сокамерник» был совершенно беззлобным парнем, потому что, устало вздохнул, потер лицо руками и, сев на кровать, спросил. — Так, чего хотел-то?

— Слушай, а есть здесь какой-нибудь зал, для отработки практических навыков?

— Внизу, — сказал он и уже собирался снова принять горизонтальное положение, но я ему помешал.

— Поднимайся тогда и пошли!

— Мне-то оно зачем?! — жалобно спросил парень.

— Помогать будешь. У меня пока плохо получается контролировать силу, она каждый раз сопротивляется и вообще будто живёт своей жизнью.

— Не удивительно, — голос у Невельского был такой, словно он с идиотом общается. — Мне вообще не понятно, каким образом, ты смог кровать поломать, если только вечером пробудил источник. Такой рывок даже теоретически сложно представить.

— Это ты ещё мой Мергер не видел!

— ТЫ ВЫШЕЛ НА МЕРГЕР?! — Егор вновь вскочил с кровати ещё резвее, чем в тот раз, когда я вылил на него ведро с водой.

— Да не ори ты, — от воплей парня у меня чуть барабанные перепонки не лопнули. — Не вышел, пока что, но планирую.

— Да ну тебя, — Невельский снова решил завалиться, но, поборов свою брезгливость, я ухватил парня за руку и потащил за собой.

— Пошли в зал, — очкарик пытался упираться, хватался за дверной косяк, но всё же силы были не равны, и уже через пару десятков секунд, он стоял в пустынном утреннем коридоре общежития.

— Нет, ты реально Бес, слова другого для тебя нет просто!

— Пойдем посмотрим на этот ваш зал, — я подтолкнул парня в спину. — Заодно и в душ там сходишь. Там же есть душ?

— Есть, — устало произнёс парень и потряс головой, прогоняя остатки сна. — Но учти, ты мне будешь ещё больше должен.

— Замётано, — с радостью согласился я.

Вообще, Егор мне нравился. Хороший парень, умный, а когда я в ванной вырубился, так и вообще показал себя с самой надежной стороны. Не стал паниковать, звать кого-то на помощь или нечто подобное в этом духе. Если так и дальше пойдёт, можно будет смело записать его себе в союзники, потому что, без этих самых союзников, шансов хорошо устроиться в новом мире, у меня очень мало, если вообще есть.

Местная система кланов, неких общин, которых связывают, в большинстве своём, кровные узы, это целые корпорации, деятельность которых охватывает практически все аспекты жизни людей.

Например, клан очкарика, Невельские, один из основных поставщиков зелий и эликсиров, которые используют рэнары во время вылазок в разломы. Близко этой темы я не касался, не до того было, но одно стало ясно совершенно точно, эти разломы — места концентрации каких-то совершенно безумных и неимоверных богатств.

Что-то вроде порталов в другие миры, только вместо приветливых зелёных человечков, населены они ужасающими тварями, место которых в не в реальном мире, а исключительно в ночных кошмарах. После просмотра нескольких фото и видео с этими существами, сразу вспомнил слова морщинистого коротышки, о том, что через пару месяцев мне лицом к лицу придётся столкнуться с одним из них. Гадство! Сдаётся мне, старик совершенно был прав, когда говорил, что ничего хорошего от подобной встречи ждать не стоит.

Тем временем, следуя за своим тощим провожатым, я оказался перед неприметной дверью, за которой нас ждал манеж, каких-то невероятных размеров. Это был не просто тренировочный зал, а какой-то ангар, с тренажёрами, манекенами, полосами препятствий, боевыми аренами и ещё кучей всего, что просто не описать.

— Ты меня поднял, чтобы просто стоять? — зло буркнул очкарик и ткнул меня в плечо. — Пошли, присядем, голова ещё сонная, расскажешь, чего тебе нужно было.

В ответ я лишь хмыкнул и направился следом за ним, отметив, что не выспавшийся Егор, куда решительнее, чем обычно. Значит, есть в нём стержень, нужно только чуть-чуть подтолкнуть и раскроется парень. Как пить дать раскроется.

— В общем, так, — усевшись рядом с Невельским, внимательно посмотрел на него, стараясь уловить каждую мимику, которая возникнет у него на лице. — Я хочу в кратчайшие сроки достичь хотя бы уровня Экстрар.

— А я хочу стать императором, ну или на худой конец законным наследником всего клана Невельских, дальше что?

— В принципе, если смотреть на вещи реально, то императорский трон, я тебе пообещать не могу, но вот стать законным в твоём клане, ты вполне сможешь, — на мгновение, лишь на короткий миг, в глазах Егора промелькнула такая надежда, что мне аж не по себе стало.

Нет, я не пытался обмануть парня и даже с радостью помогу ему, если задуманное мной выгорит. Просто на долю секунды мне показалось, что он ради такого шанса, горы готов свернуть. Кажется, признание для него действительно важная штука, и немного стыдно манипулировать им, используя самое сокровенное. Хотя, чего это я?

Если уж решил действовать, значит нужно отбросить все сантименты и идти вперёд, несмотря ни на что, а там уже жизнь покажет, кто прав был, а кому ночной горшок на голову.

— Ну так что, согласен? — на лице у парня появилась кривая усмешка и он согласно кивнул.

— Допустим, согласен. Делать чего надо?

— Всё просто, — слегка пожав плечами, ответил я. — Нам нужно стать невероятно сильными. Как те, внеранговые. Выйти не только на Экстрар, но и на Мергер!

— Не, тебя точно головой сильно ударили, — парень даже попытался подняться, но я его остановил и вытянул перед собой руку, над которой начал сгущаться воздух.

— Видишь! — Егор замер в полуприсяде, как мраморная статуя, уставившись на мою ладонь.

— Погоди, это что, Экстрар?!

— Нет, — я отрицательно покачал головой и опустил руку. — Просто невероятно плотная концентрация энергии первого круга в одном месте. Я практически всю силу из источника перекачал в свою кисть.

— Но это же невозможно, — парень наконец-то плюхнулся на место, а в его взгляде не осталось ни капельки недоверия. — Погоди-ка, вспомнил. Кажется, когда мы только познакомились, ты в первый же вечер рассказывал, что со скрипом набрал десятый ранг. Для столь плотной концентрации нужен минимум пятый, а-то и выше. Просто, энергия равномерно распределяется по телу мага, как кровь, и, чтобы собрать столь плотный сгусток, этой самой крови необходима прорва. Часть в теле, а остальное уйдёт на то, что ты мне только показал.

— Чтобы подобное провернуть, не обязательно иметь высокий ранг, — снова улыбнулся я. — Достаточно лишь хорошо контролировать энергию. В моём теле остались только крупицы, ничтожная плёночка, а всё остальное я перегнал в руку.

— Офигеть, — сна у очкарика не осталось ни в одном глазу. Парень смотрел на меня так, будто я чудо-чудесное. — Покажи ещё раз.

— Да пожалуйста, — я снова сосредоточился, подхватил энергию из источника и направил её в вытянутую ладонь.

— Да быть такого не может, — Егор запустил пятерню в волосы и начал остервенело чесать затылок. — Я скорее поверю в то, что ты за сутки, каким-то невероятным образом, овладел Экстраром, чем в такой невероятный контроль.

— Думай, что хочешь, но, спорить с тем, что я очень хорош, ты точно не станешь, — на моё самовлюблённое замечание, парень согласно кивнул, а я продолжил. — В общем, мне нужно знать всё, что тебе известно об Экстраре. Как оказалось, принципы работы первого круга, довольно простые. Когда рыскал по сети, думал, что всё будет намного сложнее. Изучение заклинаний, какие-то сложные пасы руками или нечто подобное, а на деле, достаточно лишь научиться управлять силой и всё. Так что, остаток ночи я потратил на поиски информации о втором круге, и, как оказалось, кроме туманных описаний, в сети больше ничего не было. Ни как достичь, ни как приблизиться, ничего. Совсем.

— Не удивительно, — всё ещё находящийся под впечатлением парень, наконец перестал карябать кожу на голове и уставился перед собой. — У тебя просто доступа нет.

— Это как?

— Учетные записи студентов техникума, разделены по рангам, — в этот момент он выставил перед собой пальцы и начал их загибать. — Первый, самый низший. На нём ты можешь получить лишь информацию о первом круге, основные азы артефакторики и алхимии, основы магической теории. В общем, это старт. Начало и основа основ. Никаких великих секретов там нет, лишь то, что можно и так найти в открытых источниках. Второй ур…

— Как мне продвинуться дальше, — перебил я парня.

— Нужно доказать, что ты готов к этому. Например, пройти определение ранга или вон, пусть все увидят то, что ты мне сейчас показал. Уверен, за такой контроль тебя не только до тайн Экстрара допустят.

— Нет, мы это уже обсуждали, — я отрицательно покачал головой. — Слишком много вопросов может возникнуть. Я сам до конца не понимаю, как у меня это всё получается. После того раза, как меня головой об унитаз приложили, энергия ощущается так, словно всю жизнь колдовал. Нужен другой способ.

— Хм… — Егор задумался, а я постарался засунуть подальше совесть, чтобы даже носа своего не показывала.

Врать парню было как-то чуть-чуть совестно, того и гляди, наслушается моих сказок про удар головой о белый трон и пойдёт башку себе разбивать, но иного выхода у меня не было. Не рассказывать же ему, что вся эта их магия, ощущается мной как нечто инородное, я каждую крупицу её чувствую в своём теле и управлять ей не просто легко… Мне даже слово не подобрать, чтобы описать то, как это просто.

— В принципе, если ты достигнешь успехов в других дисциплинах, то получишь более высокий ранг. Я вот на втором уже, из-за того, что неплохо соображаю в алхимии.

— Угу, неплохо, — согласно кивнул я.

Несмотря на отвратительный вкус, все зелья парня работали как нельзя лучше. Даже тот суррогат для похудения, в целом, со своей задачей справился на отлично. Но, даже имея под боком такого таланта, у которого всегда можно спросить совет, вряд ли мне удастся в кратчайшие сроки получить повышение в статусе.

— Значит, артефакторика, — наконец решил я. — С чего мне начать?

— Нужно…

В этот момент дверь в манеж отворилась и в него вошла стройная девушка, со светлыми волосами, кончики которых были окрашены в розовый цвет. Она мазнула по нам холодным взглядом и последовала дальше по своим делам.

— Это кто? — спросил я, провожая её глазами и любуясь упругим телом, облаченным в обтягивающий тренировочный костюм.

— Рябушинская, — лаконично ответил очкарик, но, наткнувшись на мой, требующий пояснений взгляд, вздохнул и продолжил. — Зовут Алёна, её клан владеет ведущей торговой корпорацией Норгрима. Они продают всё, начиная от туш демонов, добытых в разломах, и заканчивая контрабандой из Соадана. После восточного конфликта, наши страны оборвали все торговые связи, остались лишь нелегальные каналы, которые подмяли под себя Рябушинские.

— Да у нас тут целая принцесса, — улыбнулся я. — Познакомиться, что ли?

— Ты совсем с дуба рухнул?

— А что такого-то? Я же ей не в постель прыгнуть предлагаю, просто познакомлюсь, налажу контакт. Может, мы мило поболтаем и получится даже номерочек стрельнуть.

— Ага, — саркастично кивнул Егор. — А потом на драконе улетите в далёкие дали, где будете жить долго и счастливо.

— Всё так плохо? — девушка в этот момент начала разминаться и, стараясь не упустить ни малейшей детали, я полностью сконцентрировался на созерцании этой великолепной картины.

— Ты простолюдин, — хмыкнул очкарик. — Она рядом с тобой даже того самого не сядет. Не говоря уже о чем-то ещё.

— Ну, это мы ещё увидим, — с этими словами я поднялся и направился прямиком к девушке, которая, так была увлечена растяжкой, что даже не заметила, как я оказался у неё за спиной. Хотя, в тот момент, спина её находилась намного дальше чем… кхм… — Привет.

Она даже глазом не повела. Как стояла, наклонив голову к ступням, так и продолжала стоять.

— У нас тут с товарищем спор возник, — я продолжал оставаться на месте, наблюдая за занятиями девушки. — Он сказал, что мне слабо с тобой познакомиться, а я думаю, это будет довольно просто.

Она наконец выпрямилась, устало вздохнула и, развернувшись ко мне, смерила меня взглядом с головы до ног.

— Что-то я тебя раньше не видела, — голос у девушки был милым, хоть и слегка хрипловатым.

— Ну, совсем недавно, я, скажем так, выглядел по-другому. Меня Степан зовут, — я протянул её руку, но пожимать её в ответ девушка не спешила.

— А фамилия у тебя есть? Из какого клана?

— Бессонов, клан вроде Гордеевы или как-то так.

— Простолюдин, значит? — на секунду, мне показалось, что во взгляде девушки промелькнул самый настоящий шок, но лишь на секунду.

Скорее всего, она, как и Егор, который, неверящим взглядом прожигал мою спину, не могла понять, как я вообще решился к ней подойти. Хотя, учитывая её тон, вполне возможно, что здесь нечто другое. В любом случае, прежде чем делать какие-то выводы, стоит взглянуть, куда этот разговор меня приведёт.

— Пока да, — тем временем, честно признался я. — Но, скажем так, уже нахожусь на пути к исправлению этой досадной оплошности судьбы злодейки.

— Как интересно, — губы девушки тронула лёгкая, еле заметная улыбка. Это можно считать знаком, что лёд тронулся, или я пока рано радуюсь? — Ну, и какой у тебя план?

— Стать сильным магом, совершить пару подвигов, может даже десяток, а там Монарх сам захочет меня наградить титулом, — я улыбнулся и сделал ма-а-аленький шажок к ней навстречу. — В общем, ничего сложного. Способ проверенный и безотказный.

Она не стала отдаляться от меня, оставшись стоять на месте и мне удалось даже уловить лёгкий аромат парфюма, почти незаметный, но настолько великолепный, что я даже сделал глубокий вдох.

— Что ж, будет интересно посмотреть за твоими «подвигами», — несмотря на то, что взгляд девушки оставался холодным, лёгкая улыбка наотрез отказывалась покидать уголки её пухлых губ.

— Может так статься, что в одном из подвигов мне понадобиться помощь красивой блондинки. На такой случай лучше иметь при себе её номер, — Рябушинская улыбнулась чуть шире, но отрицательно покачала головой.

— Думаю, это лишнее, — саркастично заметила она. — А-то вдруг Император решит, что титул нужно давать не тебе, а той самой блондинке. Не хочу мешать твоим славным подвигам. Все герои должны получать по заслугам.

— Жаль, — покачал я головой, после чего принялся шутить, болтать о погоде и прочих мелочах.

К удивлению очкарика, наша беседа продлилась минут десять, после чего, попрощавшись с девушкой, развернулся и пошел в сторону Невельского, который так и сидел на своём месте, как статуя.

— Ты нормальный вообще? — парень кажется находился на пределе и вот-вот готов был сорваться с места и начать обильно жестикулировать. — Это же Рябушинская! Как у тебя вообще мозгов хватило даже на метр к ней подойти?!

— Ой, да расслабься ты, — отмахнулся я от соседа. — Обычная девушка, пусть и красивая очень, а таким всегда тяжелее всех приходится.

— Это ещё почему? — тут же заинтересовался очкарик.

— Потому что. Посмотри на неё, — кивнув в сторону девушки, слегка понизил голос. — Солнце только-только первые лучи показало, а она уже в зале, да ещё и одна. Судя по всему, друзей у неё не много. Наверное, крутятся вокруг какие-нибудь аристозадики, но лишь для того, чтобы, в случае удачного знакомства, обзавестись связями или ещё чем. На неё, как на человека, им совершенно плевать, вот она и ходит одна в зал, чтобы хоть побыть не «той самой Рябушинской», а просто Алёной. Красивой блондинкой, с крашенными кончиками волос.

— Блин, — похоже, мои слова угодили в точку, потому что Егор крепко задумался. — Слушай, может мне тоже головой о тот унитаз жахнуться. Тебя вон, как подменили, глядишь и со мной прокатит.

— Не советую, — засмеялся я. — Сам не знаю, как так вышло. Не уверен, что с тобой тот же эффект получится. Скорее даже обратный может случиться, будешь ходить в штаны ссаться и голубей в пустом небе считать.

— Тоже верно, — кивнул парень. — Слушай, а чего мы с тобой в зал припёрлись? Могли бы и в комнате всё обсудить.

— Да я потренироваться хотел, может даже спарринг провести, — ответил я. — Но теперь уже поздно. Не будем же мы с тобой друг друга мутузить на глазах у такой уважаемой девушки. Пойдём обратно в комнату. На занятия скоро, а я жрать хочу, смерть просто. Надо ещё насчет этой самой артефакторики почитать.

Очкарик кивнул и поднялся, после чего, мы так же, друг за дружкой направились в комнату. Лишь уже на выходе я бросил полный сожаления взгляд на манеж, где своё занятие продолжала Рябушинская.

Вот надо же ей было появиться как раз в тот момент, когда я собирался проверить свою догадку?!

Естественно, Невельского я сюда притащил не только для того, чтобы помахать кулаками, под завязку накаченными магией. Пока ночью штудировал материал по магии, пришел к выводу, что-то, что там написано, полная чушь.

Нет, самомнение у меня не такое, чтобы возомнить себя не пойми кем, кому одного взгляда достаточно, чтобы разобраться во всех тайнах мироздания и с умным видом доказывать, что я тут один Д’Артаньян. Просто кое-что у меня не сходилось, а именно принцип оперирования энергией.

Все книги, пометки, пособия и методический материал, в один голос утверждали, что маг должен обращаться к энергии напрямую и никак иначе. Якобы других способов, заставить эту силу тебе подчиняться просто нет, но на поверку это оказалось не так.

Тот фокус с энергией, который так поразил очкарика, удался мне лишь по одной причине, я работал с источником, а не с энергией в своём теле. То есть, чтобы согнать силу в одну точку, мне не нужно было перекачивать её по всему телу, за меня это делал небольшой шарик в груди. Стоило мне его немного опустошить, забрать из него любые крохи энергии, как он тут же восполнял их за счёт запасов в каналах. Тем самым, мне не было нужды ворочать пласты магии в теле, контролировать их и тащить в руку. Достаточно было просто забрать энергию из источника и всё. Остальную работу он выполнял сам.

Не знаю, ошибка это или нечто другое. Может, мне удалось открыть новый способ оперирования силой или, наоборот, я собственными руками создал проблему, которая аукнется мне так, что синяки на моей пятой точке не сойдут до гробовой доски, но одно ясно точно. Благодаря такому подходу, скорость, с которой мне удаётся управлять силой, возросла просто до невероятных высот.

Мне хватало доли секунды, чтобы перекачивать энергию из одной части тела в другую.

Именно этим я и занимался, когда, прямо перед дверями нашей комнаты, в воздухе возникло облако, которое тут же приобрело форму человеческой головы, а уже в следующую секунду в коридоре раздался мощный утробный голос.

— Бессонов, — сонно пробурчала голова морщинистого коротышки. — А ты это как?

Лицо старика облетело меня со всех сторон, после чего замерло передо мной и с недоверием уставилось прямо в глаза. Он явно был поражён моим экстремальным преображением.

— Не нравишься ты мне в последнее время. Очень не нравишься.

— Ну так, а с чего я должен кому-то нравится? Я же не грудастая первокурсница, — усмехнувшись, обошел облако и взялся за ручку двери. — Лучше подскажите, как попасть на курс артефакторики.

— А тебе зачем? — тут же удивился дед, пропустив мою штуку насчет первокурсницы мимо ушей.

— Хочу стать лучшим артефактором Норгрима! — без грамма иронии заявил я. — Раз с магией у меня дела так себе, значит нужно найти другой путь.

— Кем-кем? — у старика даже глаз задёргался.

— Лучшим! Артефактором! Норгрима! — подойдя к уху огромной башки, выделяя каждое слово, прокричал я. — Так лучше?

Голова замерла, и лишь заглянув ей в лицо, понял, что старик осознал всё с первого раза, но сама цель его явно смутила.

— Слушай, может тебе всё-таки госпоже Со показаться? — наконец очухался дед. — Ну мало ли, может эта твоя транзистарная хрень осложнения какие дала. Слабоумие там?

— И отвага, — добавил я. — Всё со мной в порядке, не беспокойтесь. И насчет артефакторики я серьёзно. Это направление меня очень интересует, и я буду вам крайне признателен, если вы посодействуете мне на этом пути.

Голова снова замолчала, а по хмурым бровям, которые то и дело поднимались и снова опускались вниз, было видно, что Антон Иванович старается сделать какие-то выводы относительно моей персоны.

— Я конечно с Генрихом Войтековичем поговорю, — снова заговорил старик, жуя призрачную губу. — Но, стоит ли оно того, если ты сегодня вечером на тот свет отправишься?

— Это ещё почему?! — удивлённо спросил я, но старик не ответил, лишь буркнул, что скоро сам к нам придёт, после чего голова бесследно растворилась в воздухе.

Глава 5

— Слушай, если так подумать, то, можно попросить помощи у Гордеевых, — сказал сидящий рядом со мной, очкарик. — Они же твоё обучение оплатили, а это немалые инвестиции. Кто захочет их просто так терять? Они могут договориться с Давыдовыми и Ранцевыми, выплатят им какую-то сумму и замнут дело. Да, это ухудшит условия твоего контракта, увеличит долг, но согласись, так всяко лучше, чем помереть на дуэли.

Бросил на парня косой взгляд и хмыкнул, продолжая разглядывать листы плотной бумаги, на которых красовались витиеватые вензеля, с гербовыми знаками двух кланов.

Документы принёс мне Полубой, такая забавная фамилия была у старого коротышки. После того как он вручил мне бумаги, показалось, что в его взгляде промелькнул искренний интерес. Понятия не имею, с чем это связано, но ничем хорошим подобные взгляды не заканчивают.

Гадство.

Никогда не считал себя мнительным, а теперь вот сижу и накручиваю. С другой стороны, уж лучше перебдеть, чем потом портки вручную отстирывать. В конце концов, меня не на курорты южных морей занесло, а в совершенно чужой мир, так что ухо нужно держать востро.

— Мне с ними обоими снова драться придётся или на этот раз по очереди нападать будут? — спросил я, откладывая бумаги в сторону.

— Ты меня вообще слышишь? Тебе спасаться нужно!

— Вот скажи мне, чего ты так паникуешь? — беспокойство очкарика меня даже тронуло. — Подумаешь, два каких-то мажористых аристозада решили возомнить себя пупами земли. Знаешь, сколько таких я за свою жизнь видел? Можешь не мотать головой, это был риторический вопрос. В любом случае, никуда я жаловаться не побегу. Скажу больше. Я и от этих благородных бегать не буду. Хотят подраться, будем им драка, только на этот раз я их жалеть не буду.

— Ты не понимаешь, — сокрушенно заявил Невельский.

— Ну так объясни, — пожал я плечами. — Пугаешь только, а ничего внятного до сих пор так и не сказал.

— Это дуэль чести! — Егор сказал это таким тоном, словно мне автоматически всё должно было стать понятно. — Ай, ладно, постоянно забываю, у тебя с памятью проблемы. Честь — это то, что отделяет благородных от нас, простолюдинов. Они с ней носятся как с золотым яйцом. Стоит в приличном обществе на ногу кому-нибудь наступить, и всё, считай, дуэль не на жизнь, а на смерть тебе обеспечена.

— Было бы так, в мире не осталось бы ни одного благородного, — хмыкнул я. — Эти ушлые голубокровые неженки никогда просто так свои жопы под огонь не подставят, — говорил я это не потому, что уже успел ознакомиться с правилами и законами нового мира, а потому что элиты везде одинаковы.

В памяти опять всплыли моменты из того самого интерната. Когда отметеленные мной мажорчики дружно побежали родителям плакаться.

Приёмная семья пыталась замять конфликт, но я всё оказался на педсовете. Особо сердобольная мамочка, глава родительского комитета, требовала исключить грязного выродка, который посмел обидеть её дитятко. Наверное, так бы и вышло, если бы не наш физрук.

Наметанный глаз Палыча, разглядел во мне кое-какие задатки и попросил взять на поруки, после чего понеслось.

Сначала мы пробовали бег, затем брусья, тяжёлую атлетику, но всё это было не то. По-настоящему мой талант раскрывался только когда дело касалось откровенного мордобития.

Борьба, бокс, кикбоксинг, затем смешанный стиль. Я как губка впитывал всё, что касалось единоборств. Соревнования и прочая чепуха меня не интересовали. Не то, чтобы во мне отсутствовал дух конкуренции. Просто мне больше нравилось изучать эти дисциплины как вид искусства, нежели то, где необходимо стать лучшим.

В конечном итоге сам не заметил, как контактный спорт стал неотъемлемой частью моей жизни. Я любил тренироваться, изучать новое, а так, как профессиональным спортсменом быть не хотел, пришлось искать другой способ себя реализовать.

— Вот именно! — тем временем воскликнул «сокамерник». — Зачастую, вместо аристократов, в таких поединках сходятся профессиональные дуэлянты. Эти люди не умеют ничего, кроме как убивать себе подобных и шансов против такого бойца у тебя нет!

— Есть какие-то ещё подводные камни, о которых мне стоит знать? — в очередной раз поблагодарив судьбу, за то, что она подкинула мне этого тощего паренька, поудобнее устроился на кровати и приготовился слушать.

Тот факт, что сражаться мне придётся не с заносчивыми аристозадиками, а с обученными убийцами, заставил меня начать нервничать, но совсем немного. Если придётся туго, то воспользуюсь первым кругом.

Как бы мне ни хотелось сохранить в тайне свои способности, но моя жизнь стоит дороже. И пусть непостижимый рост вызовет у окружающих ворох вопросов и подозрений, с этим я как-нибудь справлюсь. Главное сейчас в живых остаться, а потом видно будет.

— Самое главное правило, — парнишка поднял вверх указательный палец. — В этой дуэли нет никаких правил. Разрешено всё. Начиная от магии и заканчивая мощными артефактами. Единственное ограничение — это битва один на один, в остальном, соперники вольны делать всё, что им заблагорассудится.

— Угу, — я почесал затылок. — То есть, если я на танке приеду, это ни у кого никаких нареканий не вызовет?

— Да хоть на истребителе, — всплеснул руками Егор. –Хотя, наверное, всё же вряд ли. Всё-таки это дуэль, а не клановая война. Погоди, ты и правда туда явишься?

— Ну, выбора у меня, похоже, нет, — соскочив с кровати, принялся стягивать с себя одежду. — Для начала, нужно узнать, с кем мне предстоит биться. Загляну, пожалуй, к старику, а потом пойду на занятия. Да не паникуй ты раньше времени, я же ещё пока не помер!

— В том-то и дело, что пока… — Невельский тяжело вздохнул, после чего направился в разрушенный санузел, где тут же послышался звук набираемой в тазик воды.

То, что у меня проблемы, я понимал и без этого повелителя вонючего пойла. Но, в отличие от него, рвать на заднице волосы и бегать с криками «караул», не собираюсь. Не знаю почему, но вся эта ситуация кажется мне не более чем небольшим препятствием, хотя, если подумать, это может действительно оказаться так.

Давыдовы и Ранцевы не сказать, что такие уж богатые кланы, это мне удалось узнать, просто перешерстив сеть. Да, у каждого из них есть своя гильдия рэнаров. Нередко им удаётся раздобыть в разломах довольно ценные ресурсы, но на этом всё. Никаких сверхдоходов и уж тем более несметных богатств у них нет, а это значит, что и дуэлянт у них будет под стать их финансам.

Скорее всего, стоят эти ребята довольно дорого. Вряд ли в этом мире настолько паршиво жить, что человек за гроши захочет расстаться с жизнью, а значит, биться со мной будет ненастоящий профессионал. Точнее два ненастоящих профессионала, дуэли ведь мне предстоит две.

Уверен, папочки с мамочками прикинули одно место к носу и решили, что какой-то простолюдин не стоит серьезных трат. Поэтому, я вполне могу рассчитывать, что против меня выставят какого-нибудь головореза из подворотни или нечто подобное. Даром такой, может, и будет обладать, но пользоваться им на высоком уровне, вряд ли. Да и боевые навыки сгодятся разве что для того, чтобы у пьяных девок после клубов кошельки отбирать. Так что, ничего из того, с чем я не смог бы справиться, вроде как не предвидится, а значит, и голову пеплом посыпать пока рано.

С этими мыслями добрался до самого верхнего этажа и постучал в единственную дверь, обитую мягким войлоком.

— Явился, — дверь открылась сама собой, а за ней обнаружился коридор, ведущий в стильно обставленный кабинет, со стоящим по середине столом.

На высоком, по сравнению с остальными, стуле, сидел Антон Иванович и разливал по двум кружкам приятно пахнущий кофе.

— Доброе утро, — с улыбкой поздоровался я.

— Виделись, — буркнул старик. — Ну, чего встал, заходи давай.

Пожав плечами, прошел внутрь и, не дожидаясь приглашения, плюхнулся на один из стульев, с наслаждением втягивая в ноздри одурманивающий аромат.

— Нравится? — с лёгкой улыбкой, спросил старик.

— Ещё бы, — хмыкнул я. — Хороший кофе по утрам, лучше любой зарядки.

— Это где ж ты хороший кофе по утрам пил? — прищурившись спросил дед.

— Места знать надо, — я принял протянутую кружку и отхлебнул обжигающий напиток. — Пока вы не начали меня песочить, можно вопрос?

— Валяй, — Полубой поёрзал пятой точкой на стуле, устраиваясь поудобнее.

— А как вы это делаете? Ну, когда голова ваша появляется?

— Это всё, что тебе сейчас интересно? — Антон Иванович удивлённо поднял правую бровь. — Вот смотрю я на тебя, и не понимаю, прикидываешься ты или реально дурак.

— Ну, это мы никогда не узнаем, — снова отхлебнув из стакана, я блаженно зажмурился. — И всё-таки, как?

— Техникум, это не просто учебные, жилые и практические корпуса зданий, — после небольшой паузы, заговорил Полубой. — Весь техникум, это огромный артефакт, доступ к которому есть у всего преподавательского состава. С его помощью, мы видим и слышим всё, что творится в его стенах, а также можем управлять некоторыми процессами. Моя проекция, это лишь одна из маленьких безобидных функций, используемая для облегчения работы.

— И что, от вас даже в душевых не спрятаться? — насторожился я.

— Даже там, — уверенно кивнул старик. — Но, сам понимаешь, по вопросам этики мы подобного себе не позволяем.

— Даже в комнатах у девчонок?

— Ты это на что намекаешь?! — старик чуть не подпрыгнул на своём стуле. — Нет, Бессонов, своей смертью ты точно не помрешь.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — хмыкнул я. — И так, зачем я вам понадобился?

Полубой вмиг стал серьёзным и вперил в меня изучающий взгляд. На секунду, мне даже показалось, что старик вдруг помолодел и увеличился в размерах, а ещё в его взгляде легко было разглядеть силу, причем немалую. Хотя, оно и неудивительно.

Несмотря на свои небольшие размеры, Антон Иванович был как раз из тех монстров, что входили в элиту Норгрима. Помимо внерангового статуса, он был обладателем Мергера, что делало мои попытки бесить его, чистым безумием. С другой стороны, бояться его я тоже не собирался. Мало ли на свете сильных людей, что теперь, бегать от каждого и пресмыкаться? Нет, это не мой вариант. Раз уж мне довелось попасть в другой мир, такой шанс упускать нельзя. Рано или поздно, встану в один ряд с этими самыми монстрами, а там померяемся… кхм… источниками.

— Невельский тебя просветил уже? — наконец нарушил молчание Полубой.

— Насчет дуэли-то? — старик молча кивнул в ответ. — Ага, ещё как. Все уши прожужжал, что мне бежать надо или к Гордеевым на поклон идти, чтобы они за меня деньги выплатили.

— Ну, и что ты решил? — с интересом спросил старик.

— Ни то, ни другое, — снова отхлебнув из кружки, с наслаждением развалился на мягком стуле. — Если уж на то пошло, придётся поумерить пыл этих благородных засранцев. Ничего личного, — примирительно выставил перед собой ладонь, намекая на то, что «благородные засранцы» к старику никак не относятся.

— Эликсир для похудения тебе Егор сварил? — вдруг спросил дед.

— Нет, — тут же соврал я. — Копил долго, вот и получилось купить.

— Ага, я так и подумал, — Антон Иванович вздохнул и, поднявшись со стула, принялся ходить по кабинету. — В общем, раз уж ты студент техникума, Орден берёт на себя все расходы, связанные с твоим представлением на дуэли. Тебе полагается два секунданта и оружие, которое ты сможешь использовать в бою.

— Гранатомёт можно?

— Магическое оружие, — ехидно добавил старик. — А точнее, артефакторное, поэтому допивай кофе и пошли в оружейную.

— Мне что, эту штуковину с собой весь день таскать?

— Нет, — отрицательно покачал головой дед. — Твои секунданты доставят её на арену в аккурат перед началом схватки. Ты уже выбрал, кто будет тебя представлять?

— Ну, Егор точно, — я сделал последний глоток и с ухмылкой глянул на старика.

— Чего уставился?

— Я могу выбрать кого угодно? — с прищуром спросил я и, после кивка старика, заявил. — Ну и вы, пожалуй.

— Это ещё с какого перепугу? — тут же спросил Полубой.

— А я, кроме вас двоих, никого и не знаю больше, — пожал я плечами, хотя это вовсе не было причиной моего выбора.

Насчет Егора, да, парнишка мне действительно нравился. Полезный, дельный. Его знания в алхимии всегда пригодятся, а значит, нужно сблизиться с ним как можно лучше, а вот насчет старика…

Антон Иванович, был не просто сварливым дедом, которого за былые заслуги, устроили на теплую пенсию, передавать богатый боевой опыт молодёжи. Полубой, настоящий боевой маг!

Старик участвовал в огромном количестве конфликтов, как с демонами, так и с другими одарёнными. Он возглавлял кафедру боевой практики и лично отбирал лучших студентов, для представления на стипендию. Именно в этом и была моя цель.

Уж если мне и предстоит использовать первый круг, нужно будет выложиться на максимум и показать старику всё, на что я способен. В таком случае вполне вероятно, что мне удастся затесаться в ряды талантов, траты на обучение которых, берёт на себя Орден. Таким способом мне удастся убить двух зайцев.

Более качественное обучение, с личным подходом и, более широким доступом к знаниям. А ещё долг перед теми самыми таинственными Гордеевыми окажется куда меньше. Пока что, они заплатили лишь за первый год в техникуме. Сумма там хоть и не маленькая, но вполне возможно, что при должном подходе, у меня получится быстро за него рассчитаться.

Всё-таки не зря я столько времени на изучение устава Ордена потратил. Информация, это главный ресурс, которым человек может воспользоваться. Никогда не знаешь где и когда она может тебе пригодиться.

— Хорошо, — тем временем согласно кивнул старик. — Но учти, если ты рассчитываешь получить от меня какую-то помощь, не предусмотренную дуэльным кодексом, то это ты зря. Я, как и твой сосед, будем находиться на поединке лишь для того, чтобы не было нарушено никаких правил.

— Большего и не надо, — пожал я плечами. — И ещё, выбор оружия оставляю за вами. — старик уставился на меня с выпученными глазами. — Не удивляйтесь. Боевого опыта у вас несоизмеримо больше, чем у меня. Фехтовать я не умею, техникам боя с оружием не обучен от слова совсем. Мне бы подошло что-то простенькое и мощное. Дубина какая-нибудь с гвоздями или ещё что. В общем, вы в этом лучше меня разберётесь. Ну и насчет артефакторики не забудьте, я тогда не шутил совсем.

— Не забуду, — буркнул старик, странно уставившись на меня, будто пытался заглянуть в самую душу. — Ладно, можешь быть свободен. Подберу тебе какое-нибудь оружие сам, но смотри, потом не вздумай спихнуть всю вину на меня. Если что, наш разговор записывается.

— В этих стенах вообще хоть что-нибудь утаить можно?

— Тебе об этом знать не положено, — хмыкнул Полубой и взяв со стола планшет, принялся быстро стучать пальцами по экрану, давая понять, что разговор окончен.

В целом, прошло не так уж и плохо. Думал, он начнет мне мозги полоскать или что-то подобное, но нет, всё сухо, по делу. Теперь нужно вернуться в комнату, собрать сумку и предупредить очкарика, что он станет моим секундантом. Надеюсь не придётся снова слушать его вопли и завывания на счёт того, что мне конец и всё в таком духе.

А ещё порадовало то, что мне выдадут какое-то оружие. Конечно, с моими умениями это не такая уж и важная помощь, но всяко лучше, чем с голой пяткой против сабли воевать. К тому же, учиться никогда не поздно.

В битве магов, огнестрел и прочие достижения инженерии в искусстве смертоубийства имеют коэффициент полезности на уровне ниже нуля. Практически любой обладатель второго круга, способен защитить своё тело плетениями щитов, которые не позволят простой пуле через них пробиться.

Исключение составляет разве что, магалит, но этот металл очень ценен и стоит на особом учете в империи. Простым смертным запрещёно использовать магалитовое оружие, исключение составляют лишь бойцы Граматона, высокоранговые рэнары и аристократия.

Ночью толком так и не успел разобраться, что это за контора такая, Граматон, но одно было ясно точно, с этими ребятами шутки плохи. Потому что, подчиняются они лишь самому императору. Хотя, учитывая, что я студент техникума, и на время обучения становлюсь членом Ордена, чисто на бумаге, власти у них надо мной нет, но это разве что на бумаге.

Заглянув в комнату, обнаружил, что моего новоиспеченного секунданта внутри нет, уже успел куда-то слинять. Снова усевшись за комп и достав из холодильника ледяные бургеры, уселся за комп, чтобы глянуть в профиле, где и какие занятия придётся сегодня посетить.

Хм…, а вот это уже интересно. Первые три пары не имели для меня никакой пользы. Общие предметы типа истории, этики применения магических сил и математических основ создания магструктур.

Последняя, из перечисленных, казалось бы, должна быть важна, но нет, это все лишь тягомотные вычисления, которые, на практике, оказываются совершенно бесполезны.

В реальном бою, просто нет времени считать, какое количество энергии необходимо вложить в конструкт, чтобы он разнёс кирпичную стену или уничтожил щит врага. Эти знания приходят лишь с опытом и никакие формулы в этом деле почти никогда не помогут. Разве что, если я когда-нибудь сам возьмусь за создание собственных заклинаний, эта наука вполне может сыграть свою роль.

А вот последний предмет был как раз тем, что меня заинтересовало больше всего. Занятие по практической магии, если говорить проще, то это самые настоящие схватки между студентами с применением магических сил.

Наконец-то смогу увидеть, каково это, когда между собой сражаются, пусть и слабенькие, лишь начинающие, но всё-таки маги. Сам я ни с кем биться не собираюсь, для большинства мои должны оставаться секретом, но даже просто взглянуть на это дело со стороны, будет очень полезно. Тем более, что ведёт пару старик Полубой, а это значит, что мне вполне возможно удастся увидеть, как он создаёт свои багровые копья и это на шажочек приблизит меня к разгадке Экстрара.

Последним, что мне нужно было изучить, это расположение корпусов, где ведутся занятия. После чего побросал в рюкзак книги, тетради и заглянул в шкаф, где висели мои вещи.

— Пу-пу-пу-пу-пу-у-у-у… — проговорил я коронное, глядя на шмотки.

Из-за моего экстремального похудения, все они были мне не просто велики, в одних штанах могла поместиться пара тройка парней моего нынешнего размера. К слову, я и сейчас стоял в точно таких же, вот только шлындать в таком виде, по полупустой общаге это одно, а являться на занятия — совершенно другое.

Захлопнув дверь шкафа, развернулся и открыл точно такую же дверцу напротив, которая принадлежала очкарику. Я, конечно, покрупнее его буду, но, на нём даже его вещи висят, так что, вполне возможно, у меня получится что-нибудь подобрать.

После десяти минут поиска, наконец-то смог найти штаны, рубашку и китель, которые бы не сильно мне жали, а ещё вполне подходящий спортивный костюм.

Выгляжу чутка как подстреленный, брюки всё же немного коротковаты, но в остальном, почти идеально.

В общем, закончив сборы, выдвинулся в учебный корпус, где проходила первая пара. То и дело, на протяжении всего своего пути, ловил на себе странные взгляды проходящих мимо людей.

Тут и к гадалке ходить не надо, чтобы понять, такой интерес к моей скромной персоне может быть вызван двумя поводами. Либо это связано с моим кардинальным преображением, либо с предстоящей дуэлью.

Кто-то поглядывал с плохо скрываемым сожалением, кто-то выглядел удивлённо.

Остальные же, судя по всему, ожидали увидеть смертельное зрелище, и им было совершенно плевать, что будет с теми, кто им это зрелище даст.

— А ты чего так рано свалил? — сразу заметив Егора в толпе студентов, околачивающихся рядом с аудиторией, подошел ближе и хлопнул его по плечу, отчего очкарик довольно заметно вздрогнул.

— Бес, ты чего пугаешь? — парнишка картинно схватился за сердце и поправил очки, сползшие на переносицу.

— Чтобы жизнь мёдом не казалась, — хмыкнул я. — Так и куда ты делся?

— Нужно было заглянуть в алхимическую лабораторию, — сильно понизив голос и придвинувшись ближе, ответил Невельский. — Достал ещё кое-какие ингредиенты, после пар сварю усиливающий эликсир. Раз уж ты собрался всё-таки идти на свою дуэль, то подготовиться точно не помешает.

— Спасибо, конечно, но я вынужден отказаться.

Не то, чтобы я не верил в талант и намерения парня, но пить очередную сваренную им бормотуху, да ещё и перед столь важным событием, может выйти себе дороже. Вдруг меня прихватит перед схваткой или ещё какой дефект выползет. Нет уж, лучше своими силами обойдусь, в приёме допинга должен быть перерыв, иначе никак.

— А ты, как я посмотрю, на полных парах мчишься к своим геройствам, — звонкий девичий голос, раздавшийся за спиной, заставил меня обернуться.

— По-другому никак, — с улыбкой ответил Алёне. — Геройства, они такие, не терпят отлагательств и промедлений.

— Я так и поняла, — девушка чуть придвинулась и так же шёпотом, как и очкарик, спросила. — Помощь нужна?

— Спасибо, но нет, — продолжая улыбаться, отрицательно покачал головой. — Сам справлюсь. Как ты и сказала, если мне будет помогать умопомрачительная блондинка, то все лавры достанутся ей.

После моих слов девушка кокетливо улыбнулась и легонько кивнув, прошла дальше, чтобы присоединиться к группе студентов, с интересом наблюдавших за нашим разговором.

— Офигеть, — очкарик впился в мои плечи своими острыми крючковатыми пальцами. — Рябушинская с тобой сама заговорила! Демоны, да как ты это делаешь?!

— Опыт, друг мой, опыт! — всё с той же улыбкой ответил я, а сам задумался.

А ведь и правда, с чего это? Ну поболтали мы с ней немного, подумаешь, делов-то. Это же не повод затевать разговор с каким-то там простолюдином на глазах у всех окружающих. Да ещё и помощь свою предлагать. Либо этой девице действительно скучно и плевать на мнение окружающих, либо тут действительно кроется какой-то подвох.

Гадство.

Не зря в спортзале она показалась мне слегка подозрительной, что-то с ней было не так. Будь я чуть-чуть понаивнее, точно бы решил, что мне показалась и красотка не устояла перед моим обаянием, а так… Сдаётся мне, истинная причина её лояльности может совсем меня не обрадовать.

Почти в унисон моим мыслям, раздался звонок и дверь в аудиторию открылась сама собой. Студенты стройным потоком направились внутрь, а следом за ними ринулся и мой очкарик.

— Стоять, — ухватив парня за шиворот, одернул его назад.

— Ты чего? — он недоумённо уставился на меня.

— Подождём, пока все пройдут, — оглядывая взглядом проходящую мимо толпу, сказал я.

— Это ещё почему?

— Потому что, — пресёк ещё одну попытку Невельского вырваться и миролюбиво улыбнулся проходящим мимо аристократам, которые бросали в мою сторону нехорошие взгляды.

Уверен, кто-то из них мог бы легко попытаться устроить какую-нибудь подлянку, и даже не из особой любви к тем двум выродкам, которых я отлупил в столовой.

Я, простолюдин. Фактически, в глазах всей этой голубокровой знати, почти и не человек вовсе, а так, существо третьего сорта. Для них даже крысы, живущие в подвалах их родовых поместий, куда более ценные члены общества, нежели я.

И вот подобная грязь, осмелилась поднять руку на тех, кто находится с ними на одной социальной ступени. Подобные вещи не прощаются, это вызов системе, а значит, виновник должен быть наказан без вариантов.

Не все благородные такие, среди них, как и в любой другой социальной группе, есть те, кто не вписывается в рамки, но большинство мыслит именно так, а значит, нужно быть начеку. Не хватало ещё нарваться на какое-нибудь поносное проклятие или схлопотать магическую чесотку.

Когда последняя группка студентов зашла внутрь, подождал ещё чуть-чуть и наконец зашел внутрь, предусмотрительно отправив вперёд очкарика. Невельскому драться ни с кем не нужно, а значит, понос или чесотка ему не страшны. Ну помучается денёк-другой, ничего страшного.

Следуя за Егором на самый верхний ряд, где обитали простолюдины вроде меня, поймал на себе взгляд Алёны. Девушка наблюдала за мной с интересом и лёгкой улыбкой, что тут же окончательно укрепило мои подозрения.

Никто не говорил, что за этой милой мордашкой не скрывается ядовитая стерва, которая при первой же возможности не воткнёт мне нож в спину. Видел я уже таких и не раз. Так что, посмотрим, каким именно будет её следующий ход.

Состряпав максимально дружелюбную улыбку, кивнул девушке и наконец добрался до последнего ряда. Усевшись рядом с занявшим своё место очкариком, еще раз бегло осмотрел аудиторию и повернулся к нему.

— Прикроешь меня, если что, — сказал парню и, вместе с учебником, достал планшет.

— Я бы на твоём месте убрал эту штуку, — шёпотом произнёс парень, и в этот момент в аудиторию вошла высокая, стройная брюнетка, в строгом костюме.

— Бессонов! — громко произнесла она, даже не смотря в мою сторону.

Глава 6

— Убери планшет, — преподавательница, а никем иным эта брюнетка быть не могла, всё так же не глядя на меня, следовала по направлению к кафедре.

— У неё что, глаза на затылке? — шёпотом спросил у очкарика.

— Почти, — так же тихо ответил парень. — Это госпожа Со и с ней не забалуешь. Помнится, на первом занятии, она Вешкина в прямом смысле выпорола прямо в аудитории.

— Хорошо, что я не дал тебе вызвать её, чтобы меня осмотреть, — бросая на, видимо очень госпожовую госпожу косой взгляд, с сожалением убрал планшет обратно в сумку.

— Это не та госпожа Со, — поправил меня Невельский. — Со Суён, заведует кафедрой лекарей, а Валентина Со, наш преподаватель истории и по совместительству, самый известный археолог империи. Они сестры!

— Мозг сломать можно, — сказал я, наблюдая за тем, как Валентина Со начала раскладывать книги и другие преподавательские атрибуты на своём столе.

Черт, а ведь она хороша! Бьюсь об заклад, был бы я в своём прошлом теле, не преминул бы за ней приударить. Этот строгий костюм ей очень идёт, подчёркивает всё, что надо, но лишь подчеркивает. Нет нарочитого выпячивания или ещё чего, что присуще всем молодым и красивым девушкам.

— Бессонов, хватит мечтать, у нас сегодня важная тема, — снова, не поднимая глаз, громко произнесла госпожа Валентина.

— Мечтать не вредно, — вполголоса произнёс я, но даже так, кажется, она услышала каждое моё слово.

Валентина подняла взгляд и посмотрела на меня так, словно была способна разглядеть каждую клеточку моего тела. Вот это да, мне даже стало немного не по себе. Похоже, слова Невельского были правдой, и эта барышня имеет куда более серьёзные преимущества, чем эффектная наружность.

С улыбкой встретив её строгий взгляд, отметил, что Со обладал смешанной внешностью. В преобладающих азиатских чертах, легко угадывались европейские нотки, а ярко голубые глаза, приятно контрастировали с иссиня-чёрными волосами.

Вот сейчас я впервые за всё время нахождения в новом мире, пожалел, что оказался в теле молодого пацана. Эта Валентина просто ужас как хороша. Эх, где мои тридцать пять лет?!

— Ну-ну, — после недолгой паузы наконец-то заговорила Со. — Посмотрим, как ты ответишь на вопросы по теме, которые я буду задавать тебе на следующей паре. Если конечно ты до неё доживёшь.

После этих слов она с вызовом, словно читая мои мысли, приподняла правую бровь, явно намекая на то, что ей известно, какие картинки рисует моё живое воображение.

Аудитория, тем временем, тоже отреагировала. По ней прокатился одобрительный гул, в котором с лёгкостью угадывались фразы под тип: «Туда его», «Так и надо», «Совсем оборзели, простолюдины, пора ставить их на место!».

— Жуть какая серьёзная, — с лёгкой улыбкой сказал я очкарику. — Но, по глазам вижу, она не так проста, как кажется.

— Не знаю, что ты там по глазам видишь, — зашептал Невельский. — Но, Валентина Со, автор ряда прорывных техник первого круга. С помощью них она способна видеть то, чего другие не видят. Зрение, слух, обоняние… она вывела свои пять чувств просто на какой-то запредельный уровень. Говорят, она может даже слышать трение воздуха о падающий осенний лист!

— Хм, — немного другим взглядом взглянув на эффектную брюнетку, повернулся к очкарику. — Нужно будет попробовать. Даже не задумывался, что так можно.

— Так, вы, оба! — повысила голос Валентина. — Ну-ка рты закрыли или хотите плетей получить?!

В этот момент в руке у неё, прямо из воздуха, появилась самая натуральная кожаная плётка. Нет, я, конечно, открыт ко всему новому и не против экспериментов, но не до такой же степени! Поэтому, примирительно выставив перед собой руки, сделал жест, что закрываю рот на замок и уткнулся в учебник, не произнося ни слова.

В целом, пара по истории оказалась вполне познавательной. Она была посвящена становлению Ордена, Храма и всем остальным перипетиям, с этим связанным.

Если вкратце, Орден и Храм Единого, ненавидели друг друга до зубовного скрежета. Причины этой вражды уходили своими корнями в далёкую древность. В те времена, когда появились первые разломы и в мир хлынули орды кровожадных тварей.

Несмотря на то, что Валентина была довольно хорошим рассказчиком, я настолько погрузился в собственные мысли, что почти ничего не запомнил. Очень уж меня заинтересовали её навыки первого круга, и все мои мысли кружились вокруг этих способностей.

— На этом всё, — наконец-то объявила госпожа Со. — Можете быть свободны. Бессонов, на следующем занятии будешь писать доклад по теме.

Если честно, я совсем не удивился такому повороту событий. Периодически, выныривая из своих дум, натыкался на строгий взгляд Со. Это могло означать только одно, моё лодырничество от неё не ускользнуло. Что ж, придётся потом наверстать, в конце концов, хорошие отношения с этой брюнеткой мне придётся поддерживать.

— Госпожа Со, — обратился я к ней, когда спустился по ступенькам к кафедре. — Не могли бы мы с вами поговорить наедине?

Секунду Валентина молчала, изучающе глядя на меня, после чего, видимо убедившись, что мои намерения совершенно чисты, кивнула на дверь, расположенную у неё за спиной.

Войдя в указанное помещение, обнаружил, что оно представляло собой что-то вроде лаборантской комнаты, где хранились макеты, учебный материал и всё то, что может пригодится преподавателю.

— Ещё раз здравствуйте, — произнёс я, прикрывая за собой дверь.

— Давай к делу, у меня скоро ещё одна пара у старших курсов, — она стояла ко мне спиной, выкладывая на стол, какие-то, явно древние, штуки.

Строгая черная юбка, длинной до колен, плотно облегала фигуру женщины, точнее сказать, взрослой девушки, так, что сложно было отвести взгляд.

— Глаза подними, — не оборачиваясь потребовала Валентина. — Что хотел?

— Ну вот, я как раз насчет этого и хотел спросить, — радуясь тому, что моя провокация сработала, сказал я. — Мой сосед сказал, что вы, каким-то образом смогли вывести способности своего Интрума на какой-то космический уровень. Не поделитесь ими со мной? Нет, я не требую вас выдать мне все секреты или взять в ученики, просто подскажите, в каком направлении двигаться, а дальше я сам.

Со тут же закончила раскладывать древности и развернулась, взглянув на меня своими, похожими на голубой лёд, глазами.

Нет, несмотря на то, что я оказался в молодом теле, полном гормонов, способность мыслить трезво никуда не делась. Мозг по-прежнему оставался в голове, а не в штанах. На задницу этой красотки я пялился исключительно для того, чтобы проверить её навыки, но, проклятье, как же она хороша!

— А ты здорово изменился за несколько дней, — сказала Со. — Сосед помог?

— Можно я не стану отвечать на этот вопрос? — тут же попытался выкрутиться. — Врать смысла нет, вы всё равно поймёте, но и правду сказать не могу.

— Хорошо, — слегка улыбнувшись пухлыми губками, сказала Валентина. — Что ж, касаясь твоего вопроса, никакого особого секрета нет. Когда я была в твоём возрасте, то уже смогла выйти на Экстрар. Это было целое событие, все считали, что меня ждёт будущее внеранговой, но судьба внесла свои коррективы. Сколько бы я не старалась, мне никак не удавалось хоть сколько-то развить второй круг, поэтому, наплевав на всё, я решила сконцентрироваться на Интруме.

— Судя по всему, не зря, — на мой комплимент, она лишь чуть шире открыла глаза, почти незаметно, но я всё равно успел это уловить. Не такая уж ты Снежная Королева, какой хочешь казаться.

— В общем, да, — её голос чуть дрогнул, но Валентина сразу же взяла себя в руки. — По сути, никакого секрета нет. Я просто очень хорошо могу контролировать энергию внутри своего тела. Концентрировать её там, где это требуется и удерживать ровно то количество силы, которое позволит мне «слышать трение воздуха о падающий осенний лист». — в точности повторив слова очкарика, она снова чуть-чуть улыбнулась. — Большая концентрация силы, может заглушить своим фоном твой слух или зрение. Недостаточно просто напитать органы чувств энергией, необходим баланс. Вот его-то добиться сложнее всего. Стоит лишь на крупицу переборщить, и всё.

— Звучит просто, — заявил я и, прежде чем моя собеседница успела открыть рот, добавил. — Но только лишь звучит.

— Вот именно! — кажется в этот момент её холодный взгляд чуть-чуть потеплел. — Но, для чего тебе эти знания, ты ведь ещё даже не пробудил источник.

А вот это была очень важная информация, пусть эта красотка и выдала её неосознанно. Несмотря на всю свою крутость, её первый круг не даёт ей возможности ощутить то, что магия внутри меня уже во всю течет по каналам, а источник пашет без перерывов на сон и отдых.

— Просто подумал, что, если пойму, как вы это делаете, то смогу приблизиться к этой цели, — развёл я руками.

— Если хочешь, я могу дать тебе формулы, прочтешь на досуге, — она достала смартфон и начала водить пальцем по экрану. — Бессонов, Бессонов, Бес… А, вот ты где.

После этих слов гаджет в моём кармане завибрировал, оповещая о том, что мне пришло сообщение.

— Спасибо, — чуть склонив голову, поблагодарил Валентину, и попрощавшись, вышел за дверь.

Если быть откровенным, эти самые формулы мне были вообще до одного места. Вряд ли цифры помогут мне хоть как-то усилиться, а вот наладить контакт с человеком, достигшим таких огромных высот, это уже совсем другое. К тому же, если этот самый человек настолько обворожительна.

— Ну? Как прошло? — у дверей в аудиторию, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, меня поджидал очкарик.

— Да нормально, — бросил я. — Спросил у неё про то, как она так ловко управляется с первым кругом.

— Будешь пр… — договорить парень не успел, потому что, я заткнул ему рот ладонью.

— Потом, — жестко произнёс я. — Мы всё обсудим потом! — очкарик кивнул, а я облегченно выдохнул и пошел прочь от кабинета голубоглазой брюнетки.

Если она действительно настолько крута, как о ней говорят, ей не составит труда услышать всё, что может сболтнуть мой сосед, а мне такого счастья совсем не надо. Поэтому, лучше удалиться от этой красавицы как можно дальше и как можно быстрее, и лишь после этого обсудить всё, что интересует Невельского.

Следующая пара пролетела так, что я её почти не заметил. Прикрывшись книгой, достал планшет и углубился в чтение интересующих меня тем, напрочь игнорируя гундосого препода, который монотонным и усыпляющим тоном, читал лекцию по учебнику.

Все два часа были посвящены дилеммам применения магических сил и этическим вопросам с этим связанным. Словоблудие, и только. Как только дело касается реального мира, вся этика идёт к демонам! В этом я успел убедиться на собственной шкуре.

Поэтому решил сконцентрироваться на том, чтобы получше узнать Со. Меня интересовали не только её таланты мага, но и археологические заслуги. Сдаётся мне, у красавицы есть небольшой пунктик на счёт ценности её достижений.

Если смогу ознакомиться со всеми её работами, то получится наладить более тесный контакт. РАБОЧИЙ контакт, а не тот, на который намекает мой тощий сосед, бросая в мою сторону загадочные взгляды, с туповатой улыбкой.

Эх, парнишке явно нужна девушка, а-то точно с ума сойдёт, без конца находясь в своих фантазиях.

Несмотря на уверения Со о том, что в её таланте управлять Интрумом, важную роль сыграли вычисления точного количества магии, пара посвященная этой теме вогнала меня в окончательную тоску и уныние.

Складывать, делить и вычитать, я умел и без этого, а бесконечный поток терминов, ничего не говорящих мне названий магических единиц и прочего, лишь запутывал меня сильнее, чем нужно.

Уверен, если понадобится, смогу без труда найти более понятный материал по теме, а пока, лучше сконцентрироваться на том, что меня ждёт вечером.

Всю последнюю, перед практикой, пару, я без конца гонял энергию по своему телу, развивая навык первого круга и наблюдая за тем, не заметит ли это кто-нибудь из студентов или преподавателя.

Поначалу всё было тихо, и я даже решил, что подобных навыков просто не существует в природе, но, стоило мне по-настоящему разогнаться, как я почувствовал на себе чей-то взгляд. Повернув голову, встретился глазами с Рябушинской, которая заинтересованно наблюдала за аудиторией.

Спалиться так просто, было бы просто верхом глупости, поэтому я сразу снизил скорость движения магии по каналам и девушка повела взгляд дальше, ища источник волнения, привлёкший её внимание.

Что ж, вот ещё один познавательный опыт. Мне необходимо быть осторожнее, иначе все старания сохранить мои навыки в тайне, превратятся в секрет Полишинеля.

В общем, день понемногу двигался к самому интересному. После последней скучной пары, мы наконец направились в зал, для практической отработки, который был тем самым манежем, в который меня утром привел Невельский.

Оказывается, спуск в это место имело каждое здание техникума, начиная от общежитий и заканчивая административными корпусами. Размеры манежа, который показался мне невероятно большим, сейчас выглядели ещё внушительнее.

Центр сводчатого зала, который раньше занимали овальные беговые дорожки, всевозможные тренажёры и прочее, сейчас был уставлен клетками, от черных прутьев которых исходили непонятные вибрации.

— Магалит, — слова Рябушинской на этот раз не смогли меня удивить, я заметил её приближающуюся тень за пару секунд до того, как она заговорила. — Эти прутья из магалита. Для того, чтобы не навредить тем, кто снаружи наблюдает за схватками.

— И снова здравствуйте, — немного повернув голову, произнёс я. — Какими судьбами?

— Хочу с тобой поработать сегодня, — пожала плечами девушка. — Так сказать, помочь размяться перед дуэлью. Не могу же я допустить, чтобы твои «геройства», закончились так толком и не начавшись.

Внимательно следя за девушкой, понял, что она меня в чем-то подозревает. Скорее всего она точно не уверена в том, что потревожившие её магические эманации исходили от меня, но проверить явно хочет.

Не с проста это всё, зуб даю, не с проста. Я конечно хорош, но не до такой степени, чтобы вызывать столь бурную симпатию и интерес. Что-то явно кроется за всей этой фальшивой заинтересованностью.

И как быть?

— О, отлично, — тут же вместо меня ответил Невельский. — А я пойду с Даней постою.

Полностью уверенный в том, что оказывает мне невероятную услугу, парень заговорщицки улыбнулся и даже подмигнул, после чего развернулся и скрылся за спинами других студентов.

— Похоже, выбора у тебя нет? — мило улыбнувшись, сказала Алёна.

— Похоже, — фальшиво растянув в разные стороны губы, кивнул ей. — Ты только сильно не усердствуй, переборщишь со своей магией и всё, конец мне.

— Я постараюсь, — всё так же мило произнесла блондинка и направилась к ближайшей клетке, которая, к слову, уже была занята.

Стоило ей подняться на ступеньки, как парни, находящиеся по другую сторону прутьев, завидев её, тут же ретировались наружу, а Рябушинская поманила меня пальчиком, приглашая войти.

— Так, бестолочи! — раздался сверху голос Полубоя. — Работаем легко, без излишеств. Первый круг максимум на десять процентов. Кому не понятно, повторяю, если я только замечу, что кто-то превысил это значение, пеняйте на себя. Будем на практике закреплять те знания, которые вы получили на прошлой паре. Всё, работаем!

По залу прокатился звук гонга, и я даже не успел опустить взгляд, как тут же получил болезненный удар в живот.

— Зеваешь, — с выражением явного превосходства, заявила Рябушинская. — Такими темпами, тебя сегодня ничего хорошего не ждёт.

— Чувствую, мне и сейчас ничего хорошего не светит, — заметил я и тут же высоко задрал ногу, чтобы пропустить под ней выброшенный лоукик.

— Неплохо, — тут же заявила блондинка. — А так?

Она, явно напитав мышцы ног силой, чуть пригнулась, но в последний момент резко развернулась и выбросила тело вперёд, выставив при этом, метящий мне в голову, локоть. Сечки, состояние грогги, прямой нокаут — это малые последствия таких коротких, но страшных ударов.

Ничего из перечисленного получать не хотелось, поэтому, вместо того, чтобы попытаться уклониться, я просто сократил дистанцию. Затем тут же спрятал голову у неё подмышкой, а затем прихватил девушку за талию и развернулся, выставляя подножку.

Ведомая силой своего взрывного толчка и с моей небольшой помощью, Рябушинская звучно шлепнулась на зад, а я, пользуясь её небольшим замешательством, тут же занял боковой гард.

— Интересно, — глядя в её широко распахнутые глаза, сказал я. — Раньше не замечал эту точку рядом с твоим зрачком.

Секундное замешательство блондинки как ветром сдуло. Ухватив меня за шиворот, она постаралась сменить позицию и крутануться на спине, чтобы упереться ногами мне в корпус и оттолкнуть. Но, как только её пятка коснулась моей груди, я тут же отправил её себе подмышку и, зацепив локтем, провел ущемление ахиллова сухожилия.

— Всё-всё, сдаюсь! — Рябушинская тут же остервенело забарабанила ладонью по настилу клетки, и я освободил её конечность. — Где ты этому научился?

— Секрет, — улыбнулся я. — Но, если будешь себя хорошо вести, возможно я дам тебе мастер класс.

— Ты ведь даже Интрум не задействовал, — поднимаясь, сказала Алёна.

— Так я, вроде как, и не умею, — не моргая соврал и натянул на лицо, самую искреннюю улыбку.

— Давай так, — она внимательно осмотрела меня с ног до головы. — Сможешь меня ещё раз поймать, выполню одно твоё желание.

— Любое?

— Любое, — кокетливо улыбнувшись, кивнула девушка.

— Ну смотри, я тебя за язык не тянул, — стоило мне это произнести, как блондинка бросилась на меня с такой скоростью, что от мелькающих передо мной рук и ног, аж в глазах зарябило.

М-да, Антон Иванович, хреново вы за всем тут присматриваете. То, что творила эта бестия, с розовыми кончиками волос, явно не пахнет десятью процентами. Тут минимум пятьдесят, а-то и выше!

Глава 7

Лёгкие горели огнём, в горле пересохло, а конечности Рябушинской превратились в смазанный вихрь, без остановки мелькающий линий перед глазами. Но, несмотря на всю скорость и возросшую силу противницы, мне удавалось избегать большого ущерба. Хотя для этого и пришлось применить весь арсенал, накопленный за годы занятий единоборствами.

Но и Алёне нужно отдать должное, её руки и ноги идеально перехватывали движения тела. Каждый удар являлся продолжением предыдущего, а крики студентов, подбадривающих девушку, начинали хорошенько бесить.

Проклятая магия!

Не будь её, даже не заметил бы всех её выпадов. Сознательно принял бы пару неопасных ударов и, за счёт физического превосходства, скрутил бы девицу в бараний рог. Но, здесь это не работает.

Даже несмотря на то, что основной урон принимали на себя руки, которыми я умело закрывал самые уязвимые части тела, каждый заблокированный удар болью отзывался в теле и голове. Первый круг поистине смертоносен, боюсь представить, на что способен высоранговый маг, филигранно владеющий Интрумом.

Как бы я не восхищался умениями девушки, с этим пора было кончать. Если хочу победить, придётся пожертвовать парой сломанных рёбер. Как уже показала практика, несмотря на всю свою удаль, Рябушинской явно не хватает опыта партера, болевых и в целом умения работать на земле. Но оно и понятно, какой смысл валяться в пыли, если в будущем ты сможешь одним движением руки превратить танк в груду бесполезного искорёженного металла.

Рябушинская явно обучалась техникам ближнего боя, в противном случае, даже при помощи первого круга, она вряд ли смогла с таким успехом гонять меня по всей клетке. Вот только все её знания и умения были основаны лишь на том превосходстве, что давал ей Интрум.

Скорость, делающая её атаки почти невидимыми для глаз. Сила, которая заставляла мои кости трещать. Крепость связок, позволяющая принимать не самые очевидные стойки из которых наносились коварные и устрашающие удары. Всё это присутствовало в арсенале девушки, но было настолько предсказуемо и примитивно, что мне удавалось просчитывать её действия на несколько ударов вперёд.

Резко сместившись влево и делая вид, что собираюсь пробить деревенскую закидушку от самого пояса, сознательно открыл голову для атаки, и она повелась.

Тут же разорвав слаженную паутину движений, замедлившись на десятую долю секунды, девушка перенесла вес на переднюю ногу и попыталась выбросить апперкот, который должен был прилететь мне точно в челюсть. В то же время, я, оттолкнувшись ступнями, полетел прямо на неё и, вместо челюсти, получил мощный удар в бок.

Звук ломающихся ребер заглушил крики собравшихся вокруг клетки зрителей. Стиснув зубы, стараясь не обращать внимания на боль, врезался в неё плечом, лишив равновесия, а уже в следующее мгновение нырнул вниз и, схватившись за пятку, упёр её колено себе в грудь.

Вся эта акробатика длилась не дольше одного удара сердца, и уже на втором, мы упали на настил клетки. Выгибаясь всем телом, начал разрывать её подколенные сухожилия, удерживая ступню у себя подмышкой и выдавливая в обратную сторону опёртое в мой корпус колено.

— Всё-всё-всё. Сдаюсь! — первые секунды она ещё пыталась вырваться, но как только я чуть поднажал, Рябушинская сразу сдалась.

Судя по всему, даже несмотря на то, что Алёна активно использовала первый круг, моих физических данных вполне хватало, чтобы бороться с нею на равных, хотя, ничего удивительного в этом нет.

Мои мышцы ещё помнят тот огромный вес, который таскали на себе в то время, когда этим телом владел Степан Бессонов. Резкое и экстремальное похудение, возможно и уменьшило мои объёмы и массу, но вот мышечная сила осталась такой же, какой и была. Вот если бы я худел как все нормальные люди, тогда да, уверен, никакие экстремальные тренировки не позволили бы мне сохранить ту силу.

— Да что б тебя, Бес! Ты должен научить меня этим штукам!

После того как я расслабил захват, Алёна попыталась сразу подняться на ноги, но растянутые мышцы и связки колена, были ослаблены, поэтому девушка смешно завалилась на свой прекрасный зад.

— Я же сказал, если будешь себя хорошо вести, — не двигаясь, произнёс я. — Ты мне, кажется, рёбра сломала.

— Не кажется, а сломала, — дверь магалитовой клетки заскрежетала, и на настил вышел Антон Иванович, не в виде синеватого облака, а целиком. — Интересная техника, — задумчиво произнёс старик. — Раньше я подобных навыков от тебя не видел.

— Здесь важна гибкость, — всё так же лежа, пояснил я. — А у меня с этим были проблемы. Габариты мешали.

— Ну-ну, — всё так же задумчиво произнёс старик. — А тебе не стыдно вообще? — обратился старик к Рябушинской. — Бессонов даже без Интрума смог тебя в бараний рог скрутить.

— Быть не может! — в глазах Алёны появилось недоверие, но старик протянул ей планшет.

— Видишь график волн, на нём видны всполохи силы, которые исходили лишь от тебя. Поздравляю, Рябушинская, тебя только что отделал простолюдин, да ещё и без магии. Вот отец то обрадуется.

— Да как так-то? — девушка продолжала что-то изучать на экране гаджета, а затем подняла на меня взгляд, в котором был целый вихрь эмоций. От отчаяния и непонимания, до ненависти и страха.

В рядах студентов, наблюдавших за схваткой, послышались шепотки, среди которых даже раздалось несколько подбадривающих выкриков в мою сторону.

— Сеченов! — Алёна вернула планшет старику и крикнула кому-то у клетки. — Подлатай его.

— Да я… — черноволосый парень, стоящий рядом с ареной, начал мямлить, но, столкнувшись с разгневанным взглядом девушки, опустил голову и направился к ступеням, ведущим в клетку.

Оказавшись внутри, он подошел ко мне и, наклонившись, вытянул руки, от которых в моё тело тут же хлынула волна тепла. Боль почти сразу исчезла, дышать стало легко, а затем я и вовсе почувствовал, что могу двигаться.

А вот парню стало наоборот, поплохело. Пот градом начал валиться со лба, глаза впали, а губы превратились в две тонкие высушенные линии. Интересно, а Егор так же умеет ле́карствовать или пока ещё не дорос?

— Ещё раз, — резко бросила Рябушинская.

— Э-э-э нет, — тут же запротестовал я. — Если мне снова достанется, этот меня больше не вылечит, а у меня дуэль вечером.

— Антон Иванович, пригласите госпожу Со, пожалуйста, — обратилась Алёна к старому коротышке.

— Хорошо, — тут же согласно кивнул старик и с хитрой улыбкой глянул на меня так, что мне захотелось пришибить его на месте.

Этот хрыч явно хочет узнать, на что я ещё способен, и с радостью выполнит любую прихоть этой взбесившейся благородной. Вот кто меня за руки тянул? Ну посмотрел бы, на что эта чертовка способна, ну потерпел бы немного, силы прикинул, а потом можно было бы пропустить какой-нибудь несильный удар и картинно упасть без сознания.

В конечном итоге, эта схватка нужна была мне именно для того, чтобы узнать, с чем мне придётся столкнуться на дуэли. Насколько сильны маги и есть у меня против них шанс. Оказалось, что шансы есть, к тому же вполне неплохие. Если уж наследница такого рода, как Рябушинские, не в силах противостоять моим навыкам, то вполне возможно, я смогу справиться и с теми, кого поставят против меня вечером.

Догадки о моём превосходстве в искусстве ближнего боя зародились у меня ещё в тот момент, когда я лупил тех уродов в столовой. Слишком легко всё вышло, слишком просто, но, оно и понятно, не под такой бой их готовили всю жизнь. Как говорится, не благородное это дело, кулаками махать!

— Вообще-то, я своего согласия не давал, — решив, что продолжение схватки не в моих интересах, поднялся и направился к выходу. — Ты мне и так желание должна!

— Я от своих слов не отказываюсь, — тут же заявила девушка.

— Ну, значит, моё желание, чтобы ты от меня отстала.

— Если сможешь снова провернуть очередной свой фокус, я заплачу тебе!

— Сколько?! — тут же остановился я, а в голове, вместо мозгов, контроль захватил маленький, алчный лепрекон.

— Тысячу эртов за каждую победу!

Ценность местных денег до сих пор оставалась для меня загадкой, но, одно можно сказать точно. Если судить по восторженным возгласам в толпе, сумма это не маленькая, а значит, у меня появился шанс срубить свои первые бабки.

— Всё равно не интересно, — отмахнулся я и выжидательно уставился на Полубоя.

Если этот старый хрен хочет глянуть, на что я способен, то пусть тоже что-то предложит взамен, просто так я по морде получать не собираюсь. Судя по всему, этот пройдоха правильно истолковал мой взгляд и, слегка пожевав губы, хекнул и сделал свою ставку.

— Увольнительная на день, — азартным тоном произнес старик.

— На два!

— Да ты охренел?! — он чуть не подпрыгнул, но, встретившись со мной взглядом, продолжил торг. — Полтора.

— Договорились.

Улыбаясь во все тридцать два, вернулся обратно в центр клетки и подвигал корпусом, проверяя, как там мои ребра. Что ж, судя по всему, этот Сеченов с работой своей справился как нельзя лучше. Ни боли, ни дискомфорта я совершенно не чувствовал, чего не скажешь о моей сопернице.

Девушка явно была на взводе, её прекрасные синие глазки беспорядочно бегали, а кисти рук нервно сжимались и разжимались. Похоже слова старика о том, что я смог заставить её сдаться без помощи магии, здорово ударили по её самолюбию, а это, для меня, очень плохо.

Если так пойдёт и дальше, она и вовсе может наточить на меня зуб, так что, придётся поддаться. Такими союзниками не разбрасываются, да и если я ей чуть-чуть подыграю, счет всё равно будет в мою пользу. Нужно лишь выбрать момент и…

Гонг прозвучал неожиданно и Рябушинская сорвалась с места как разъярённая фурия. Такого шквала атак я точно не ожидал, и даже успел пожалеть, что похудел. Броня из толстого слоя жира мне совершенно точно не помешала бы, по крайней мере, было бы не так больно!

Руки сразу же начало жечь огнём, в первые же секунды на них не осталось живого места. От каждого удара меня швыряло по клетке как тряпичную куклу, но, куда бы я ни летел, там меня уже ждали синие, полные яростной решительности, глаза.

Сидеть в обороне было бессмысленно, такими темпами, эта дьяволица выбьет из меня всю душу, потом забьёт обратно и снова выбьет. Пока она находится в этом режиме берсерка, ни о каких поддавках и речи быть не может. Если только раскроюсь, она меня на тот свет отправит.

Вот же стерва чокнутая!

Необходимо разорвать дистанцию, получить секундную передышку и перейти в атаку, но как? Я даже не видел её ударов, просто двигался на инстинктах, полностью отдав свою судьбу в руки впитанных в подкорку навыков.

Рябушинская била по площади, предсказуемо, полагаясь в основном на свою силу и скорость. Мне хоть и приходилось тяжко, но каждый её удар читался и критического урона я пока что не получил. Только вот мои руки и рёбра были совершенно другого мнения, ещё чуть-чуть и моё тело может не выдержать. Что ж, я хотел дать ей шанс, но, похоже, придётся преподать ей очередной урок.

В этот момент, Рябушинская решила сдвоить удар рукой и ногой. Выбросив прямой левый, который скользнул по подставленному предплечью, она тут же отдернула руку назад, чтобы молниеносно закончить бой, точным попаданием одноимённой ноги в голову.

Да, дорогая, где ты тонула, я пешком ходил.

Её рука ещё не успела вернуться обратно к телу, нога преодолела лишь половину пути до моей черепушки, а я уже бросился вперёд, сокращая дистанцию. Даже без первого круга, моей массы тела хватило, чтобы удар в колено опорной ноги, заставил блондинку вскрикнуть.

Бой был окончен одним ударом, быстрым, жестоким, но какой у меня был выбор? Она тоже особо не тушевалась, если бы не мой опыт, тот удар ногой оторвал бы мне голову или, как минимум, костные швы на черепе разошлись бы, а мозги пришлось бы соскребать с самых дальних стен манежа.

— Госпожа Со! — повисшую вокруг тишину, нарушаемую лишь тихими стонами Рябушинской, разорвал рёв Полубоя.

— Уже, — тихо ответил ему женский голос, и я увидел, как над Алёной начинает проявляться силуэт светловолосой женщины. — Потерпи, скоро станет полегче.

Это что за чёрная магия? Я оглянулся на дверь клетки, но та была по-прежнему заперта, и никакого намёка на то, что её открывали, не было. Как эта Со оказалась внутри?

— Пожалуй, на этом можно заканчивать, — произнесла глава кафедры лекарей. — У девочки разорваны связки, быстрое лечение и последующий рецидив, могут привести к усугублению травмы, а это как минимум пара часов болезненных процедур.

Гримаса боли с лица Алёны пропала почти сразу, как только рядом с ней оказалась блондинка. Даже находясь от них в паре метров, чувствовал, как пространство начало наполняться магией, отчего кожу по всему телу стали покалывать сотни и тысячи игл.

— Всё, значит, всё, — тут же констатировал Полубой. — Победил Бес, то есть Бессонов.

— С вас отгул, — потирая напрочь отбитые руки, сказал я. — А можно, госпожа Со и меня осмотрит? Кажется, у меня с правым предплечьем что-то не так.

Старик, зайдя в клетку, подошел ко мне и бесцеремонно схватился за опухшую руку, под скрежет моих зубов покрутил её в разные стороны, после чего довольно крякнул.

— А ты ничего, — наконец заявил дед. — Рука и правда сломана, но на боевые навыки это никак не повлияло.

— Ещё раз! — тоненькие пальцы девичьей ладони схватили меня за рукав и дёрнули с такой силой, что я чуть не сделал дыру в полу своим лбом.

— Да успокойся ты! — рявкнул я на заведённую аристократку. — Ты меня и так отделала, как бог черепаху. На теле живого места нет! Вот, смотри!

Я задрал рубашку, показывая наглухо отбитые рёбра, кожа на которых красовалась всеми оттенками фиолетового.

— Два ребра сломаны, ещё три покрыты трещинами, — госпоже Со хватило всего лишь взгляда, чтобы поставить диагноз. — Если бы бой продолжился, любой из осколков мог бы с лёгкостью поразить внутренние органы.

— Ты что, вообще боли не чувствуешь? — с обвинительными нотками в голосе, спросила Алёна.

— Чувствую, — сказал я. — Но жить-то хочется. Ты же вообще с катушек съехала, один пропущенный удар и всё, мои мозги бы пару недель с этих прутьев оттирали.

Рябушинская хотела ещё что-то сказать, но осеклась и бросила на меня странный, я бы даже сказал, подозрительный, взгляд. Уверен, она точно не ожидала, что я обладаю подобными навыками. Интересно будет посмотреть на её следующий шаг. Будет ли она дальше строить из себя заинтересованную особу или наконец сбросит маску?

Немного посверлив меня взглядом, девушка наконец взяла себя в руки и, попрощавшись со всеми, со скоростью пули вылетела из клетки.

— Госпожа Со, — не обращая внимания на поведение благородной, старик указал блондинке кивком на меня. — Этого тоже подлатайте, у него вечером ещё дуэль.

Как только Суён протянула ко мне свои руки, они тут же покрылись зеленоватой дымкой, а у меня по телу начало расползаться тепло. Боль исчезла, а в боку будто что-то начало тянуть, а затем чесаться. Фиолетовый цвет кожи приобрёл сначала багровый, а затем и просто красноватый оттенок, но, стоило целительнице закончить, она тут же повернулась к Полубою.

— В спаррингах между первокурсниками, разрешено использование Интрума максимум на пятнадцать процентов. МАКСИМУМ! Судя по травмам этого молодого человека, студентка Рябушинская очень сильно превысила этот порог.

— Виноват, увлёкся, — без капли раскаяния произнёс старик. — Всё так, не каждый день можно увидеть схватку двух столь подготовленных студентов, один из которых, к тому же, не владеет даже базовыми навыками первого круга.

— Скажите спасибо, что обошлось без серьёзных травм, — Со продолжала сверлить старика злым взглядом. — В любом случае, об этом инциденте я буду вынуждена сообщить в ректорат.

— Ваше право, — пожал плечами Полубой и повернулся ко мне. — За мной, нужно поговорить о том, что нас ждёт вечером. И второго секунданта с собой прихвати.

— Вы мне ещё увольнительную должны, — напомнил я старику, опуская задранную рубашку.

— Я старый, но этой твой транзисторной хернёй не страдаю, — буркнул морщинистый коротышка и направился к выходу из клетки.

Благодарно кивнув госпоже Со, которая, кажется, тоже ответила мне лёгким поклоном, последовал за стариком и, спустившись со ступенек клетки, тут же оказался среди толпы восхищенных студентов.

— Офигеть, Бес, да ты просто монстр какой-то! — кто-то из одногруппничков хлопнул меня по плечу, следом за ним тут же последовало ещё одно похлопывание и ещё, а потом, все кому не лень, не стесняясь, начали выражать своё удивление и уважение.

— Вот ты где, — пройдя через почетный строй, я наконец нашел глазами очкарика, стоящего в самом конце толпы. — Пошли за стариком, нас дела великие ждут.

— А мне там что делать? — недоумевая спросил Егор.

— Как что? — я чуть приобнял парня за шею, увлекая его щуплую фигурку следом. — Ты мой секундант на дуэли. Будешь следить за тем, чтобы эти гребаные аристозадики не жульничали.

— Я?! — парнишка уперся обеими ногами в землю, чем несказанно меня удивил. Несмотря на худобу, сил в нём оказалось немало.

— Ну, а кто ещё? — спросил я, удивившись его реакции. — Других друзей у меня нет. Это ещё хорошо, что Полубой согласился стать вторым, а-то вообще недобор бы вышел.

— Но я же… — Егор совсем растерялся. — Я же бастард, и если что-то произойдёт, меня никто слушать не будет. Моё слово, против слова благородных ничего не значит!

— А я обычный простолюдин, — пожав плечами, подмигнул потерянному «сокамернику». — Не дрейфь, в случае чего, у нас есть старик. Ну, а вообще, доводить до каких-то там споров и выяснений истины, я не собираюсь. В конечном счёте, какое мне дело будет до того, честно меня убили или нет, уверен, на том свете у меня будут совсем другие заботы.

— Ладно, — наконец сдался парень и, под восхищённые взгляды оставшихся у клетки студентов, мы последовали следом за семенящим впереди стариком…

Интерлюдия. Комната Алёны Рябушинской.

— Говори, — раздалось из трубки.

— Ни здравствуй, ни как дела, — начала ёрничать Рябушинская.

— У меня встреча через пару минут, а затем я улетаю в Баркам, — устало произнёс Кирилл Гордеев.

— Похоже, твоим планам не суждено сбыться, — безапелляционно заявила девушка.

— Это ещё почему?

— Потому что тебе как можно скорее нужно прибыть в Вольвах. Кажется, ты ошибся, когда говорил, что твой жирный увалень, не такой уж и бесполезный, как ты рассказывал.

— Какой увалень, — не понял Гордеев.

— Леша, не тупи, — девушка вздохнула и повалилась на койку. — Когда меня сослали в Вольвах, ты попросил приглядеть за простолюдином, Бессоновым.

— А, точно, — вспомнил Алексей. — Ну и чего там, помер? — как ни старался Гордеев, но Алёне удалось уловить нотки тревожности в его голосе.

— Наоборот, — хмыкнула Рябушинская. — Жив-здоров. К тому же, не такой уж он и беспомощный. Сегодня отделал меня на дуэли как школьницу и при этом, даже без Интрума. Но это ещё не всё, вечером у него дуэль чести. Я пыталась Давыдова и Ранцева запугать, но, похоже, они твёрдо решили прикончить твоего подопечного.

— Без Интрума говоришь? — задумчиво спросил Гордеев. — Ты пьяная что ли была?

— В общем, если на дуэли ему придётся туго, я чем-нибудь помогу, — устало вздохнув и пропустив мимо наглый вопрос, Алёна начала стягивать с себя, облегающий тело, спортивный комбинезон. — Но, ты обязательно мне всё-всё про него расскажешь. Зачем он тебе сдался, и кто он вообще такой. Ты меня понял?

— Хорошо, — раздалось из трубки. — Сегодня же вылетаю.

Не прощаясь, Рябушинская отключила связь и бросила гаджет на заправленную кровать. Наконец окончательно избавившись от одежды, и подойдя к зеркалу, осмотрела ноги и руки, на которых виднелись фиолетовые кровоподтёки.

Похоже этот, Бессонов куда ценнее, чем все их «потомки» вместе взятые.

Гордеев провёл их как детей или это его провели? В целом, не важно, главное теперь смотреть в оба и не дать этому простолюдину сгинуть.

Возможно им даже не придётся ждать несколько поколений, пока дар великого предка проявится у кого-то из его потомков. Этот парень вполне способен пробудить силу, которая течёт в его крови, и тогда…

Кабинет Полубоя.

— Это ты кого стариком назвал? — Антон Иванович восседал в мягком кресле, с кружкой одурманивающе пахнущего кофе в руках.

— Я, когда ваши жучки найду, обязательно спою в микрофон, громко, чтобы вы меня больше никогда не подслушивали, — не дожидаясь приглашения от ворчливого деда, плюхнулся в соседнее с ним кресло и взялся за кофейник, чтобы наполнить пустую кружку.

— Какие ещё жучки? Я тебе что, друид какой-то?! — Полубой, кажется, настолько был поглощен попыткой понять правильный смысл моей фразы, что даже не стал никак комментировать моё самоуправство с кофейником.

— Не берите в голову, — отмахнулся я. — Кофе у вас, просто моё почтение!

— Это да, — тут же заулыбался дед. — С самого Саодана возят.

— Рябушинские? — спросил я, вспоминая тот факт, что именно этот клан занимается контрабандой товаров из восточной страны.

— Ну, а кто ж ещё? — довольно причмокнув, старик обратился к Невельскому. — Ну, а ты чего встал? Садись давай, в ногах правды нет.

— А можно? — затравленно глядя по сторонам, осматривая убранство кабинета Антона Ивановича, очкарик совсем растерялся и нерешительно переминался с ноги на ногу

— Слушай, — снова обратился ко мне старик. — Какой-то он малахольный, ты уверен, что он в секунданты годится?

— Уверен, — решительно произнёс я. — Егор, парень надёжный. Это с виду такой, а в нужный момент, кремень, а не человек.

— Я? Кремень? — кажется, Невельский растерялся ещё сильнее.

— Да ты, ты, — замахал я рукой. — Садись давай.

Он тупил ещё несколько секунд, но затем всё же кивнул и уселся на краешек свободного стула, нервно сглотнув под строгим взглядом Антона Ивановича.

— Ладно, — после вздоха, сказал старик. — Твой выбор, тебе с ним и мучиться. На вот, взгляни.

Полубой вытянул руку и в ней, прямо из ниоткуда, появилась небольшая одноручная дубина. Если не приглядываться, можно подумать, что её тупым топором высекли из простого бревна, но это только на первый взгляд.

Взяв, без сомнения, артефакторное оружие в руки, увидел тонкую вязь рун, от рукояти, до самого её кончика, а ещё от этой штуковины так фонило энергией, что аж руки покалывать начало.

— Ну как? — с прищуром поинтересовался дед.

— А это точно артефакт? — с напускным недоверием, спросил я. — Похоже на обычную палку, которую собакам на улице бросают.

— Много ты понимаешь, — как-то даже обиженно, заявил дед. — Это артефакт воздуха второго круга! — на этих словах Невельский аж присвистнул. — А, точно, у тебя же, транзисторная твоя. В общем, это не просто палка. В основу артефакта заключены три конструкта магии воздуха, которые можно использовать, если, ты конечно, владеешь первым кругом.

Вот же зараза старая, кружит меня, подозревает, гадёныш морщинистый. Ну ничего, хрен тебе, а не потомка партизан расколоть, гестаповка не отросла ещё.

— Интересно, конечно, но точно не для меня, — отложив дубину в сторону, я с сожалением вздохнул. — Антон Иванович, я же просил, что-нибудь попроще, а вы?

— Да куда уж проще?! — взвился старик.

— Ну не знаю, — пожал я плечами. — Сам инструмент меня устраивает. Палка. Бить. Это как раз мой уровень. А вот эти ваши магические штучки, совсем не про меня. Она хоть крепкая?

— Крепкая, — решительно заявил дед, но в голосе четко угадывалась нотка разочарования.

Понятия не имею, с чего он вдруг решил, что я на первый круг вышел, не круглосуточно же он за мной следит. Я, конечно, сильно накуралесил, но не настолько, чтобы старик за мной денно и нощно блюдил. Было бы оно так и будь он уверен в том, что мой источник пробудился, никакие проверки бы устраивать не стал. Нет, тут точно нечто другое, но что?

— Хорошо, поверю вам на слово, — кивнул я и снова взял дубину в руки. — Что нам ещё нужно обсудить?

— Доли.

— Какие ещё доли? — не понял я.

— Ну, если ты победишь, то сможешь затребовать компенсацию, — с деловой ноткой в голосе, заговорил старик. — И нам, как твоим секундантам, полагается доля от твоей, так сказать, прибыли.

— Так, а если я проиграю? Денег у меня нет, ну кроме той тысячи, которую мне торчит Рябушинская.

— Торчит, — фыркнул дед. — Слова-то какие. Ты, если проиграешь, жизнью своей расплатишься!

— Какая-то неравноценная ставка, — прикусив губу, сказал я. — Деньги в обмен на жизнь. Деньги заработать можно, а вот жизнь, никогда!

— Это, смотря сколько ты, в случае победы, с них стребуешь.

— А сколько можно? — как только речь зашла о деньгах, у меня внутри снова проснулся алчный лепрекон.

— Ну, давай вместе думать, — старик почесал затылок и добавил. — Мы ж вроде как в одной лодке.

После недолгих обсуждений, решили сойтись на сумме в пятьдесят тысяч. Полубой сразу же заявил, что берёт на себя все проблемы, связанные с взысканием долга с благородных засранцев, чтобы меня, бедного сиротку, никто обмануть не посмел, а потом затребовал за это ещё десять процентов сверх тех двадцати пяти, что я должен буду ему за секунданство.

Ну это же, блин, грабеж!

Мне кое-как удалось удержать внутри маленького зелёного коротышку, который хотел вырваться на свободу и набить морду своему ушлому собрату. Теперь понятно, почему Полубой такой маленький, по любому, кто-то из его предков с гномами согрешил, другого объяснения его жадности просто нет.

С другой стороны, это я ещё легко отделался. По факту, старик брал на себя самую сложную из задач, которая могла стоять предо мной, в случае удачного исхода дуэли. Завершить её окончательно, без каких-либо дополнительных споров.

Уверен, будь на моей стороне только Егор, голубокровые выродки ни за что бы не приняли поражения, а влияния, чтобы доказать обратное, ни у меня, ни у очкарика просто нет.

Вот и получается, что, как ни наглей старик, а шансов без него у меня попросту нет. Ранцевы и Давыдовы от меня просто так не отстанут, а клан Полубоев не пальцем деланный, там куда ни плюнь, сплошь герои империи, боевые маги и вообще, если верить во всё, что про них пишут, страшные люди!

Ссориться с такими влиятельными людьми из-за каких-то там денег, это всё равно что самолично отрубить себе ноги с руками и Высшего демона за зад укусить. Поступок, конечно, храбрый, но бесконечно тупой и бессмысленный.

После обсуждения всех шкурных вопросов, на которых, выяснилось, что мне останется всего сорок процентов от выигрыша, обделять Егора тоже не стал и пообещал ему такую же долю за секундантство, как и у деда, мы перешли к обсуждению тактики боя.

— В общем так, — жуя губы, сказал старик. — Поначалу я думал, что шансов у тебя нет совсем, но, увидев твою схватку с Рябушинской, понял, что ошибался. В первом бою ты выиграешь, даю на это процентов семьдесят.

— Щедро, — заметил я.

— Эффект неожиданности и недооценка, — заявил старик. — Уверен, кто-нибудь уже доложил твоим противникам о твоей схватке с Алёной, но там, скорее всего, спишут это на везение или нечто в подобном духе. Так что, если не будешь зевать и сделаешь то же самое, то завалишь своего противника без особых проблем.

— А обязательно его это, ну, валить? — я до последнего гнал мысль о том, что мне придётся убить человека. Ничего подобного раньше делать не приходилось и внутренние ощущения были такие себе.

— Нет, ты, конечно, можешь начать миндальничать и всё в таком духе, — Полубой отхлебнул из своей кружки. — Но, просто, чтобы ты знал, твой противник тебя щадить не будет. Чуть зазеваешься, и всё. Лучше действовать сразу и наверняка.

— Ясно, — немного приглушенно ответил я и углубился в собственные мысли.

— Слушай, — старик ткнул меня кулаком в плечо. — Поверь, если ты сегодня выживешь, два первых трупа станут лишь ма-а-аленькой частью тех, кого тебе ещё предстоит убить. Жизнь мага тяжела, полна крови и смерти. В разломах, как и в диких землях, не существует законов. В моем третьем походе в портал, моя группа решила, что делиться со мной добычей, слишком накладно…

— И что?

— Что-что, — старик закатал рукав и показал полоску старого шрама. — Это, единственная память, которую они оставили после себя в этом мире. Как оказалось, у тебя есть талант к сражениям, ты не размазня, умеешь расчетливо рисковать и добиваться своего. Так что, поверь, смертей на твоём счету будет много, если, конечно, ты ценишь свою жизнь дороже, чем жизни тех, кто пытается её у тебя отнять.

В целом, мне и без его речей всё было кристально ясно. Этот мир куда более жесток, чем мой. В нём действуют свои законы и правила, и, если я хочу здесь выжить, мне придётся им следовать. По крайней мере пока не обзаведусь достаточной силой, чтобы эти самые правила начисто игнорировать.

— Не сильно сложный выбор, я или они, — после этих слов, повернулся в сторону очкарика, который тихо сидел на своём месте, и спросил, что он обо всём этом думает.

— Если решил, то нужно идти до конца, — выдержав мой прямой взгляд и по привычке поправив очки, сказал Егор. — Ну, а я… точнее мы, сделаем всё возможное, чтобы тебя не подвести.

— Ну надо же, кто-то всё же умеет дельные слова говорить. Ладно, хватит рассиживаться, народ уже собрался, манеж расчистили, да и время подходит, — сказал старик, после того, как прочёл сообщение, пришедшее на его смартфон. — Ну что, Бес, пойдём. Сегодня у тебя великий день. Либо ты собственными руками расчистишь себе место под солнцем, либо станешь одним из тех, у кого это не вышло.

— А вы умеете подбодрить, — сказал я, поднимаясь…

Как только мы вернулись в манеж, в центре которого осталась одна единственная клетка, я слегка офигел.

Неизвестно откуда, у стен появились трибуны, которые были до отказа забиты людьми. Студенты, преподаватели и ещё куча разных людей, без каких-либо знаков отличия, с не скрываемым вожделением смотрели на нас троих, предвкушая предстоящую схватку.

Люди… Похоже они и правда везде одинаковые, принцип хлеба и зрелищ работает везде и всегда.

Глядя на начавших заводиться зрителей, почувствовал, как их волнение передалось мне. Сердце забилось быстрее, разгоняя кровь, а руки, сами собой сжались в кулаки, до боли в костяшках.

Размяв шею, наклонами из стороны в сторону, двинулся к арене в центре манежа, рядом с которой меня уже ждали ухмыляющиеся аристозадики. Влияния толпы становилось сильнее, потому что, уже через пару шагов, я почувствовал, что кровь в моих венах просто кипит, а из глубин души поднимается темная и необузданная ярость. Это была не злость, не праведный гнев, это была жажда. Та жажда, которую прежде никогда не испытывал, но, стоило ей появиться, я без тени сомнения определил, что именно нужно сделать, чтобы её утолить.

Глава 8

— Ты чего такой? — пихнул меня локтем шагающий рядом Невельский.

— Какой? — спросил я, ощущая, как понемногу начинаю терять контроль.

— Глаза бешеные, желваки вон так вздулись, что аж скулы побелели.

— Настрой, это хорошо, — вмешался в наш разговор, идущий впереди старик. — Главное, не перегореть.

— Угум, — буркнул я, беря себя в руки.

То, что творилось у меня внутри, к дуэли не имело никакого отношения. Нет, если мне сейчас скажут выпотрошить двух ухмыляющихся уродов, стоящих недалеко от клетки, сделаю это не задумываясь. Вот только их смерти никак не смогут успокоить бушующее внутри меня пламя. Что-то другое заставляет меня хотеть убивать, осталось понять, что.

Чем ближе мы приближались к клетке, тем сложнее мне было себя контролировать. В какой-то момент, я чуть не сорвался с места и не побежал вперёд, но вовремя вернул контроль над собой и замер, закрыв глаза и приводя мысли в порядок.

— Ден, смотри, этого выродка аж трясёт от страха, — голос голубокрового доносился до меня сквозь канонаду ударов моего сердца, которое готово было выпрыгнуть из груди.

— Ага, — хмыкнул второй Благородный. — Ещё чуть-чуть и обделается.

— В порядке? — рука старика легла мне на плечо и, сделав несколько глубоких вздохов, открыл глаза, продолжая бороться с яростью, которая вот-вот лишит меня остатков рассудка.

— Да, нормально, — произнёс я сквозь зубы и обвел манеж глазами.

Я что-то чувствовал, хотя нет, не так. Кого-то! В этом огромном зале находился человек, которого я должен убить. Не знаю, откуда у меня эта мысль, но она была настолько ясной и безапелляционной, что даже смогла отодвинуть на второй план прожигающую нутро ярость.

— Тогда пойдём, — взглянув на Полубоя, понял, что старик разнервничался не на шутку.

Теперь в его взгляде не читалась такая уверенность, которая была до того, как меня накрыло. Скорее не так, теперь он уверен не в том, что я смогу победить, а в том, что на этом моя история и закончится.

— Антон Иванович, — кивнул старику Ранцев. — Решили сжалиться над убогим и стать его секундантом?

— Долг техникума обеспечивать своих учеников всем, что необходимо, — излишне скромно заявил старик, всем своим видом показывая, что совершенно не хочет здесь находиться. — У вас двоих есть свои представители, а вот Бессонов совершенно один.

— А ты, дрищ, какого хера тут вообще делаешь? — Давыдов чуть дёрнулся в сторону Егора, и парнишка инстинктивно съежился, боясь последующего удара.

— Отстать от него, — стальным тоном произнёс я, вставая между Невельским и Давыдовым.

— А-то что? — с вызовом в глазах спросил парень, и я сделал шаг вперёд, почувствовав на своём запястье стальную хватку.

— Держи себя в руках, — безэмоционально сказал старик. — А вы, молодые люди, ведите себя подобающим образом. Это дуэль чести, а я и студент Невельский, секунданты вашего визави, так что, будьте добры, соблюдайте традиции этого древнего ритуала.

— Конечно-конечно, — наигранно вскинув руки, заявил Давыдов. — Прошу прощения, господа. В целом, не вижу причин тянуть. Вы готовы?

Старик кивнул, и благородная тварь достала из-за пазухи лист плотной бумаги, после чего принялась зачитывать список претензий, адресованных мне.

Слушать эту херню совсем не хотелось, ничего нового я там не услышу, а вот узнать, к кому меня так сильно тянет, нужно сто процентов.

Тянет… странное слово, но именно так я мог бы описать свои ощущения. Желание убить, разорвать и уничтожить неизвестного мне человека, появилось вместе с ощущением связи, которая, соединяла нас невидимой нитью.

Я чувствовал, что он где-то рядом. Уверен, как только наткнусь на него глазами, то сразу же пойму, что это он, а потом… даже боюсь представить, что случится потом. Нужно держать себя в руках, оставаться спокойным. У меня впереди бой, в котором на кону будет стоять моя жизнь, а моя голова занята совсем иным и это просто катастрофа какая-то.

— … в виду чего клан Давыдовых решил, что будущий глава не может марать свои руки о какого-то простолюдина, поэтому, — я поднял глаза на читающего с листа «наследника». — На дуэли меня будет представлять Вагит.

— Вагит и всё? — спросил внимательно слушающий старик. — Ни фамилии, ни прозвища, ни статуса с происхождением?

— Просто Вагит, — кивнул Давыдов. — Один безродный, убьёт другого. Мне кажется, так будет справедливо.

В этот момент из-за арены вышел здоровенный детина, с лысой башкой, огромным шрамом через правый глаз и кровожадной ухмылкой. Всё как я и думал. Эти дебилы нашли на улице какого-то бандюка и предложили ему за копейки пришить безродного пацана.

Таким ублюдкам, убийства даже нравятся, а когда за это не нужно нести никакую ответственность, да ещё и денежку срубить можно, так это вообще красота.

Вагит тут же подтвердил мои догадки, сплюнув мне под ноги, а затем выпучил глаза и провёл большим пальцем по своему горлу.

— А вы? — игнорируя поведение бугая, спросил Полубой, обращаясь к Ранцеву.

— Вы думаете, эта сука переживёт первый бой и дело дойдёт до моих претензий? — бросив на меня полный презрения взгляд, спросил Ранцев.

— Я здесь не для того, чтобы думать, молодой человек, — строго произнёс старик. — Ваши претензии были оформлены вместе, а значит и предъявлять их вы должны тоже вместе.

— Крючкотворство, — вздохнул аристозадик и вынул из-за пазухи такой же лист бумаги. — Оскорбление, бла-бла-бла, простолюдин, ничтожество, бла-бла-бла… Представлять нас будет Брег Синева. Довольны?

— Вполне, — кивнул старик. — А где он?

Ранцев тяжело вздохнул и помахал рукой, после чего из-за арены вышел бомжеватого вида мужчина. Из-за его внешнего вида было сложно определить не только возраст, но и какие-то отдельные черты внешности. Похоже Ранцевы вообще не заморачивались над поиском того, кто будет их представлять. Полностью уверенные в том, что первую дуэль мне не выстоять, они притащили бездомного с улицы, вот только этот самый бездомный и был тем, кого я ощущал.

Убить. Убить, Убить!!!

Это слово звучало в моей голове так громко, что я вообще перестал понимать, где нахожусь.

Гадство!

Нет, так не пойдёт, нужно взять себя в руки, успокоиться.

Загнув большой палец левой руки внутрь ладони, обхватил его остальными четырьмя и сжал кулак с такой силой, что почти сразу услышал хруст.

— Ты больной, что ли? — скривился Давыдов. — Думаешь, что сломав палец, сможешь откосить от дуэли?

Резкая боль волной прошлась по всему телу и слегка привела меня в чувства. Протрезвевший мозг начал соображать, и, взглянув на Берга прояснившимся взглядом, понял, что его тоже всего трясёт, так же, как и меня.

Желваки на грязном лице вздулись так, что готовы были вот-вот прорвать кожу. Выступающие на лбу вены пульсировали, а тело всё напряглось и готово было вот-вот сорваться с места и вцепиться в меня.

— Закончили? — отведя от него взгляд, чтобы сохранить над собой контроль, спросил я у старика.

— В принципе да, — наблюдая за мной и бездомным, произнёс Полубой.

— Тогда начинаем, — глянув в глаза ухмыляющемуся громиле, обошел его дугой и направился к клетке.

Если для того, чтобы добраться до Берга, мне нужно будет завалить эту лысую тушу, то я с большой радостью покончу с ним, а затем возьмусь за главное блюдо.

Как только оказался внутри арены, а магалитовые решетки отделили меня от бомжа, тут же почувствовал, что ярость, как какое-то наваждение, исчезла будто её и не было.

— Что за херня? — прошептал я, уставившись на Берга.

Похоже, его тоже отпустило. Берг смотрел на меня, красными как раскалённый металл глазами. Глазами, которые как ночные огни выглядывали из-под грязных прядей волос, закрывающих его лицо.

— Нет отвлекайся, — обратился ко мне старик, встав рядом со мной, по другую сторону клетки. — Бой начнётся, как только дверь на арену закроется. Будь внимательней, не попадись.

Полубой прав, не знаю, что именно происходит между мной и этим нищим, но сейчас у меня есть дела поважнее. Если буду отвлекаться, Вагит меня убьёт. Не изобьёт, не искалечит, а именно убьёт. Он здесь именно для этого, а значит, я должен быть первым.

Стоило, запирающему клетку, пруту из магалита, встать в паз, как стоящий напротив меня лысый бугай сорвался с места, сжимая в руке небольшой прямой нож.

Вид несущейся в мою сторону туши ничуть не напугал меня, даже наоборот. Если этот придурок несётся на неизвестного противника с такой безрассудностью, без подготовки и какого-то плана, значит ума у него, как у хлебушка.

Когда нас разделяло каких-то пару метров, бросился вперёд, нанося удар в колено Вагита, зажатой в руке дубиной. Несмотря на свой неказистый вид, эта штука была твёрдой как камень, и весила также. Мне повезло, что похудение прошло довольно быстро, и привыкшие таскать на себе огромный вес мышцы, до сих пор находились в тонусе.

Сломать кость не вышло, но даже так, бугай явно почувствовал мой удар.

Из-за того, что моя дубина была в разы длиннее его ножа, она достигла цели первой, и лысый громила, получив смачный удар, тут же завалился на настил, но, нужно отдать ему должное, почти сразу поднялся.

— Сука, — ругнулся Вагит. Кровожадная улыбка спала с его лица, а глаза то и дело зыркали то на меня, то на зажатую в руках палку. — Я тебя буду долго убивать!

— Ну давай, я жду, — положив дубину себе на плечо, выставил перед собой раскрытую ладонь и поманил его к себе, как это делал один из героев, любимых мной в детстве фильмов.

Бугай снова взревел и бросился вперёд, вот только подбитая нога сделала его ещё медленнее чем раньше. На этот раз, уйти с линии его атаки было проще простого, у меня даже была возможность выбрать место, по которому буду наносить удар.

Моё оружие с чавкающим звуком врезалось в лысый затылок Вагита, и бугай упал на настил арены, словно мешок с дерьмом, а из вмятины на затылке, из которой торчали белёсые кости, сразу же начала вытекать кровь.

— Бе-е-е-е-с!!! — раздался сбоку радостный крик очкарика.

Повернув голову, увидел, как парень, не в силах сдержать эмоции, схватил за плечи старого коротышку и начал трясти так, что, кажется, у старика из головы начали сыпаться седые волосы.

— Молодец, — кивнул Полубой, а следом за этим, по заполненному зрителями залу, прокатился восторженный рёв толпы.

Осмотрев рукоплещущих мне людей, взглянул на дёргающее ногами тело и понял, что радости их не разделяю.

Я. Убил. Человека.

Пусть гниду последнюю, пусть выбора у меня не было, пусть ещё тысяча всяких отмазок и отговорок, но ведь убил. А ещё, почему-то, почти ничего по этому поводу не почувствовал.

Хотел бы. Да я даже согласен на вечные муки совести или что-то такое, но нет… Ни-Че-Го.

— Господин Ранцев, ваш представитель готов? — голос старика выдернул меня из собственных мыслей, и, проследив его взгляд, посмотрел на стоящих с бледными лицами аристозадиков.

Да, они явно ожидали совсем другого исхода боя, а ведь мне даже к первому кругу прибегать не пришлось.

— Да, — сглотнув, кивнул благородный и кивнул стоящему рядом с ним Бергу.

Бездомный всё это время буравил меня своими красными, как пламя, глазами, и после кивка своего нанимателя, решительно направился к ступеням лестницы, ведущей в клетку.

Стоило магалитовой калитке открыться, а Бергу одной ногой ступить внутрь, как ярость снова вернулась. Мне понадобились гигантские усилия, чтобы не броситься на него сразу, а сделать несколько шагов назад, следя за каждым движением этого человека.

— Кто ты? — хриплым голосом спросил Берг, схватившись одной рукой за прут арены.

— У меня к тебе тот же вопрос, — сквозь зубы произнёс я, внимательно следя за тем, как служащий манежа, медленно берётся за засов и начинает толкать штырь, чтобы запереть клетку.

— Не помогает, — покачал головой Берг, отпуская прут. — Я убью тебя.

— Или я тебя, — в момент, когда раздался щелчок, с которым прут встаёт в паз, я сорвался с места, решив закончить всё одним выпадом.

Убить. Убить. Убить!!!

Одно слово, одна мысль, одно единственное желание которое поглотило моё естество. В тот момент весь мир вокруг, будто перестал быть. Осталось лишь стремление поскорее сделать всё, чтобы эти проклятые глаза навсегда закрылись.

Берг стоял неподвижно. Кончик дубины уже почти коснулся его головы, когда, в последний момент, тело нищего оборванца расплылось в воздухе, а в следующий миг я получил болезненный удар в спину, затем ещё и ещё.

Почки, печень, затылок… Кажется, все три удара случились одновременно, а следом за ними я врезался лбом в магалитовую решетку, от чего в глазах тут же засверкал сноп искр.

Не обращая внимания на резкую боль, которая стремилась парализовать всё тело. Тут же сместился в сторону и наотмашь нанёс удар дубиной, инстинктивно ожидая, что в то место, где я только что был, должен прийтись ещё один удар.

Крик боли, который быстро превратился в злобный рык, оповестил меня о том, что я попал. После удара в затылок и лбом о клетку, разобрать что-либо перед глазами было крайне сложно. Мир плыл, звёздочки наотрез отказывались возвращаться обратно на небо, а боль в сломанных рёбрах и отбитых почках, сковывала движения лучше любых пут.

— Убью, — снова донёсся до ушей голос Берга, и, ориентируясь на слух, быстро отпрыгнул назад, чтобы разорвать между нами дистанцию.

Несмотря на то, что я чувствовал, как что-то тёплое и липкое ручьём течёт по моему лбу, уверен, нищему досталось не меньше. Когда наносил удар дубиной, почувствовал какое-то сопротивление, но артефакторное оружие сразу же преодолело преграду, будто острый клинок, перерубивший кусок мяса.

Весь превратившись в слух, быстро вытер глаза локтем в надежде на то, что удастся избавиться от заливающей их крови. Потратив секунду на то, чтобы проморгаться, сквозь красную пелену, увидел, как мой противник, прижимает к груди, повисшую плетью правую руку, с которой на настил арены ручьём льётся кровь.

— Мне и одной хватит, — сквозь зубы произнёс он и снова исчез из поля моего зрения, но, на этот раз, я был готов.

Резко нырнув вниз, перехватил дубину обратным хватом и что было сил, ударил ей себе за спину, почувствовав, что попал в цель. Продолжая следовать за движением тела, развернулся на носочках и перехватив оружие, второй рукой, точно за середину, дёрнул его вверх, метя концом точно в челюсть согнувшемуся Бергу.

Нищий успел чуть-чуть повернуть голову, но это его не спасло. Удар, усиленной магическими рунами, палки, получился страшным.

Артефакторное оружие вырвало кусок скулы мужчины, обагрив меня струёй горячей крови, а в следующую секунду, перехватив рукоять, опустил дубину точно на голову нищего, который начал заваливаться на пол арены.

Убей. Убей. Убей!!!

Слово продолжало безостановочно звучать в моей голове. Теперь оно слышалось не как призыв, ни как нечто неосязаемое. Теперь это был самый настоящий приказ, ослушаться который не было никаких сил.

Дёрнув застрявшую в черепе Берга дубину, замахнулся и нанёс ещё один удар, затем ещё и ещё.

Тело нищего, без признаков жизни, содрогалось под моими ударами, а я продолжал бить, не в силах остановиться, пока руку, сжимающую рукоять дубины, не пронзила резкая, сводящая мышцы и прожигающая кожу, боль.

Оружие выпало из моей кисти, а боль лишь усиливалась, будто кто-то невидимый, клеймил меня раскалённым добела прутом. Сил терпеть не было, я схватился за пылающее предплечье и упал на пол, сжав челюсть так, что зубы были готовы вот-вот треснуть и начать осыпаться.

Звук открываемой клетки стал спасительной соломинкой, которая не дала мне провалиться в безумие, в которое утаскивала меня не только боль, но странные, непонятные и пугающие видения.

Неизвестный город, с непривычной, какой-то чуждой архитектурой. Люди в странных одеждах, невиданные животные, растения…

Всё казалось таким знакомым, но, вместе с этим, точно знал, что ничего подобного прежде не видел. Я словно смотрел на эти видения через призму чужого сознания, отчего мозг, на который обрушился огромный поток информации, не справлялся и готов был лопнуть, вместе с моей головой.

— Ты в порядке? — голос старика звучал невероятно далеко и одновременно нестерпимо близко. — Госпожа Со, скорее!

А ещё я ощущал, что этот момент изменит мою жизнь навсегда. Словно в тот миг, когда последняя частичка жизни покинула тело этого нищего, я переступил грань, за которой пути назад больше нет.

— Да быстрее! — орал старик, а я начал ощущать, как вместе с рукой начинает пылать и моя грудь.

Источник наполняла сила, и магический орган явно не был готов к такому повороту событий. Он трещал, пытался сопротивляться, жалобно гудел и выталкивал из себя энергию в мои энергоканалы, отчего те тут же начали повторять за ним.

Всё моё тело превратилось в одну сплошную, пожераемою болью клетку, из которой сознание захотело вырваться как можно скорее, вот только не знало, как.

— Перегруз, — донёсся до ушей женский голос. — Он словно только что аэорн высшего поглотил.

— Как это?

— Понятия не имею…

Голоса… нужно перестать слушать и стремиться к тьме. Она спасёт, я знаю, с тьмой будет спокойно.

— Первый… — прозвучало в моей голове, после чего перед глазами появилось очередное видение.

Нечто тёмное, бесплотное… не имеющая никаких границ и черт субстанция, закованная в толстые, покрытые светящимися рунами, цепи. Мне хотелось поговорить с ней, спросить, о том, почему это со мной происходит. Уверен, этой штуковине известны ответы на все вопросы, но меня опередила тьма. Как это часто бывает, наши просьбы доходят до адреса не в самый подходящий момент.

Спасительное забытье наконец откликнулось на мой зов и окутало сознание, унося меня вслед за собой, в свое тихое и лишенное любых страданий, царство…

Интерлюдия. Вольвах. Медицинский блок Техникума.

— Что скажешь? — старик сверлил взглядом госпожу Со, но та совершенно не обращала на это внимания, задумчиво изучая информацию на экране планшета.

— Сейчас он стабилен, — наконец заговорила целительница. — Я провела оценку дара и, либо у нас завёлся гений, который развивается какими-то невероятными темпами, либо я вообще не знаю, что происходит.

— Давай конкретнее, — раздражённо сказал Полубой и спрыгнув со стула, начал вышагивать по кабинету.

— В документах Бессонова значится что он еле-еле дотягивает до десятого ранга, причем развитие ограничивалось максимум одним пунктом, — она провела пальцем по экрану, перелистывая «страницу» отчёта. — Сейчас же он имеет почти восьмой.

— Может первая оценка была ошибочной? — Антон Иванович остановился у окна, внимательно наблюдая за быстро летящими облаками.

— Исключено, — отрицательно покачала головой Со. — Первая оценка была со стороны Гордеевых, вторая, наша, полностью подтвердила их результаты.

— Тела тех двоих обследовала?

— Нет, — она отложила планшет и вздохнула. — Пока занималась твоим Бесом, Давыдовы и Ранцевы забрали своих представителей. Попроси я к ним доступ, это могло вызвать какие-нибудь подозрения.

— Это да, — Полубой развернулся и потерев двумя пальцами переносицу, очень серьёзно произнёс. — Нужно подделать бумаги и скрыть факт развития.

— Ты в своём уме? — всплеснула руками Со. — За подобное Орден может меня уволить.

— Потерпи до вечера, — попросил старик. — Потом у тебя будет официальный приказ ИСБ, подписанный лично Трусевичем.

— Да чтоб тебя, Антон! — Со встала из-за стола, и последовав примеру Полубоя, стала прохаживаться по кабинету. — ИСБ, серьёзно? Во что ты пытаешься меня втянуть?

— Этот пацан может быть очень важен, — подойдя к целительнице, старик взял её за руку. — Просто подожди до вечера. Обещаю, тебя это никак не коснётся.

— Хорошо, — сдалась Со и старик, улыбнувшись, учтиво поклонился женщине, после чего развернулся и покинул её кабинет, оставив целительницу одну.

Она ещё долго смотрела на закрытую дверь, после чего снова взяла свой смартфон и набрала по памяти номер, который, казалось, уже давно забыла.

— Здравствуй, — раздался голос из динамика.

— Мне нужен защищенный канал, — не ответив на приветствие, быстро заговорила Со. — Не спрашивай ничего, сначала ознакомься с документами, а потом поговорим. Завтра буду в столице. Пока.

Она тут же положила трубку, после чего принялась копировать всю информацию, которая у неё была по Бессонову, включая детали его контракта с Гордеевыми. Если он тот, о ком она думает, ей ни в коем случае нельзя терять ни секунды, а иначе…

Палата медицинского блока техникума.

Первые ощущения были мерзкими. Голова раскалывалась, во рту, словно кошки насрали, а тело ломило так, будто я каждую мышцу перетренировал и меня накрыло самым сильным приступом крепатуры, который только можно вообразить.

Глаза открывать не хотелось, даже сквозь сомкнутые веки, было ощущение, что мне под них целую гору битого стекла насыпали, и стоит мне лишь пошевелить своими буркалами, все эти осколки тут же покажут мне сколько фунт лиха стоит.

— Пить, — одними губами прошептал я, ощущая чьё-то присутствие рядом. — Пить…

Несмотря на то, что я слышал чужое дыхание, никакой реакции на мою просьбу не последовало, даже больше. Тот, кто был со мной рядом, несколько раз причмокнул губами, словно спящий и снова начал мирно сопеть.

Очкарик.

Это точно он. Больше просто-напросто некому. Сдаётся мне, старик точно бы не остался дежурить, пока я валяюсь в беспамятстве, а если бы и решился на подобное, то хрен бы заснул!

— Пить, — чуть громче произнёс я и закашлялся.

Горло превратилось в самую настоящую пустыню и любое напряжение голосовых связок, по ощущениям было похоже на попытку тереть друг о друга два жгута высушенной резины.

— Очнулся, — не знаю, можно ли представить вкус лимонного сока в виде звука, но именно так голос очкарика звучал для меня. — Госпожа Со, Бес очнулся!

— Не ори, — прошептал я.

— Что? — этот гадёныш придвинулся ко мне ещё ближе и специально заговорил на ухо.

— Заткнись, — давясь кашлем, произнёс я. — Или клянусь, я тебе врежу. — произнеся своё коронное «Ой», Невельский поднёс к моим губам влажную тряпку.

— Госпожа Со сказала, что, если будешь просить воды, то нужно просто промочить тебе губы, — очень тихим шёпотом, который для меня всё равно ощущался как крик, произнёс Егор. — Из-за перегруза, все твои чувства стали в сотни и тысячи раз острее. Голод, жажда, зрение, слух… Всё. Поэтому нужно быть очень аккуратным.

Отвечать ему ничего не стал, лишь слизал живительную влагу с высохших губ и попытался расслабиться, но не тут-то было.

— Ты представляешь, — начал тараторить «сокамерник». — Эти козлы заявили, что дуэль была нечестной, якобы твой артефакт сделал за тебя всю работу, и они требуют проведения новой, причем немедленно. Ты там от боли корчился, а Давыдов собирался тебя прикончить, но Антон Иванович его самого чуть не завалил. Какой же у Полубоя красивый талант. Эти его багряные копья просто нечто. В общем, он до усрачки напугал Давыдова и Ранцева, сказал, что всё было честно и в правилах проведения данной дуэли, вопросы оружия не обсуждались, а значит и претензии их беспочвенны. Мол, если сами они, крысы трусливые, ссут постоять за свою честь, то могли бы хотя бы наёмников найти посерьёзнее. А теперь всё, дуэль состоялась, суд поединком выиграл ты и, значит, пора говорить о компенсации. Ты бы видел, как их трясло, когда Полубой им счёт выставил. Давыдов так вообще чуть волосы на голове рвать не начал. Старик им ещё пригрозил, что у них неделя и, если, за этот срок вся сумма не окажется у тебя, их ничтожные семейки будут иметь дело со всем кланом Полубоев.

— Отлично, — очень тихо сказал я и подавил приступ кашля. — Сколько я уже здесь?

— Девять дней, — ответил парень.

— Значит, они уже со мной рассчитались?

— Да, — даже не видя парня, ощутил, что он в момент ответа кивнул и его очки сползли прямо на переносицу. — Антон Иванович всё уже распределил. Свою долю забрал и мою выдал.

— Вот и славно, — с каждой секундой, мне становилось легче и слова уже давались не так тяжело. — Хоть пожрать в столовой нормально смогу, а-то эта дрянь из холодильника до язвы доведёт.

— Да, кстати об этом, — нерешительность в голосе парня заставила меня напрячься. — В общем, на счёт твоих денег…

Глава 9

— Что они сделали?! — рявкнул я и тут же закашлялся, после того, как очкарик ошарашил меня новостью о том, что Гордеевы конфисковали у меня все средства, полученные от Давыдовых и Ранцевых.

— Мы, вместе с Антонов Ивановичем, изучили твой договор с кланом, — немного испуганно заявил очкарик. — Они правда имели на это право.

— В пекло договор, — прокашлявшись и проглотив вязкую слюну, грязно выругался, после чего добавил. — Ваши со стариком деньги тоже того?

— Нет, — покачал головой парень. — На наши средства у них прав нет. Тут это… — он замялся, не зная, как начать.

— Ну, что еще? — вряд ли Егор сможет ошарашить меня еще более ужасными новостями, но, на всякий случай, покрепче сжал кулаки.

— На тебя наложен клановый штраф, — говоря эти слова, он даже немного отсел подальше.

— Какой еще, нахрен, штраф?

— За несанкционированную дуэль, — пожал плечами Невельский. — Как я понял, Гордеевы и Давыдовы сотрудничают по линии поставок материалов из разломов, а твоя стычка с их наследником, привела к осложнению отношений. В общем, Кирилл Александрович сказал, что тебя нужно наказать, чтобы впредь, ввязываясь в нечто подобное, ты думал не только о себе, но и о клане.

— Кирилл Александрович?

— Гордеев, сын главы клана и тот, кто в будущем, займёт его место.

— Где он? — активировав первый круг, постарался равномерно распределить магию по своему телу, отметив, что сейчас её куда больше, чем раньше.

— Пару часов назад заходил, узнавал очнулся ты или нет, — ответил Егор. — Его Антон Иванович к себе позвал, кофе выпить и обсудить дела.

— Понятно, — мои энергоканалы трещали, ныли и грозились лопнуть в любой момент, но, чем дольше по ним циркулировала энергия, тем тише становились их жалобы. Это значит, что я был на верном пути, еще немного и, наверное, смогу даже подняться на ноги, а там и до кабинета Полубоя дойду без проблем.

Если этот Кирилл Александрович там, значит у меня получится сказать ему пару ласковых, ну или на крайний случай плюнуть ему на спину, пока он не видит. Злость злостью, но я же не дурак и понимаю, что на данный момент просто-напросто не способен как-либо серьёзно противостоять этой вшивой аристократии.

Поднеся к лицу правую руку, увидел на ней здоровенный синяк в виде звезды, вот только в отличии от всех других видимый мною кровоподтёков, этот был совершенно черным, будто татуировка.

— Штраф говоришь, интересы клана? — закрыв глаза и сделав несколько глубоких вздохов, беря эмоции под контроль, продолжил гонять по телу магию, отметив, что помимо её количества, мне стало намного легче ей управлять.

Я и раньше не испытывал с этим никаких проблем, но сейчас мне даже не нужно было её контролировать. Стоило лишь подумать о том, что мне нужно и магия в теле тут же беспрекословно повиновалась. Не знаю, что именно со мной случилось после дуэли, но эти изменения мне нравятся, при чем сильно.

— Пошли, — пошевелив сначала пальцами ног, затем ступнями, несколько раз согнул ноги в коленях, после чего и вовсе поднялся и принял вертикальное положение.

— Куда?

— К Полубою, куда ж еще, — сделав первый шаг, ощутил в себе еще больше уверенности. — Посмотрим, что там за Кирилл Александрович такой, а за одно узнаем, с хера ли он решил, что может конфисковать мои кровные.

— Может не надо? — жалобно спросил Невельский.

— Надо, Федя, надо!

Подхватив со стула больничный халат и впихнув ноги в больничные тапочки, бегло осмотрел свой внешний вид, довольно хмыкнул и вышел в пустынный коридор. Похоже я находился в вотчине той самой блондинки, госпожи Со, вот только самой хозяйки лекарской обители нигде видно не было. Да и черт с ней, мне сейчас совсем не хочется увещеваний на тему нарушения больничных режимов и прочих графиков выздоровлений.

Дорога до кабинета старика заняла у меня не меньше часа. На протяжении всего пути из больничного корпуса в помещение общежития, встречающиеся студенты радостно улыбались, тыкали в меня пальцем. Кто-то непременно останавливал, жал руку и говорил, что видел мою дуэль и я был на ней просто великолепен.

Парочка аристократов даже посоветовала присоединиться к внеклассным занятиям, которые вел местный инструктор ближнего боя, Регар Акондинов. В виду того, что в среде магов искусство ближнего боя не пользуется большой популярностью, эти занятия считаются блажью гиков или тех, чей дар заточен под тесный контакт с врагом.

Что ж, такой быстрый рост от жирного ничтожества, до любимца публики мне нравился. Поднятие своего социального статуса было одной из моих задач, вот только я планировал это сделать, используя знакомства и связи, а не рискуя своей башкой в смертельных битвах.

В конце концов, уже наловчившись отвечать что-то вроде «спасибо», «обязательно» и «я ценю это», перестал вовсе вникать в происходящее вокруг и сконцентрировался на себе, точнее на том, что происходило у меня внутри.

Чем дольше гонял энергию по своему телу, тем больше удивлялся тому, с какой лёгкостью она не только слушается, но и концентрируется в тех точках, где я захочу. Если раньше мне приходилось обращаться к источнику и тянуть энергию из него, сохраняя концентрацию и контроль, то теперь всё было куда проще и легче. Это одновременно радовала и заставляло задуматься. Не знаю, что именно случилось со мной после схватки с Бергом, но что-то мне подсказывает, подобные инциденты не происходят сплошь и рядом.

Закон сохранения энергии, если где-то прибыло, значит где-то обязательно убыло, по-другому и быть не может. Каким бы не был этот новый мир, какая бы магия и прочие штуковины здесь не водились, фундаментальные законы в нём работать должны, а значит мой неожиданный рост имеет под собой какую-то основу и нужно выяснить, что она собой представляет. Чем раньше я это узнаю, тем проще мне будет понять, что с этим всем делать и как быть дальше. Ну не могу просто взять и радоваться непонятно откуда взявшимся плюшкам, обычно всё бесплатное, на поверку, оказывается самым дорогим и невыгодным.

— Не ожидала тебя здесь увидеть, — стоило мне взяться за ручку двери, ведущей в покои старика, как из неё появилась Рябушинская. — Антон Иванович сказал, что ты еще неделю как минимум проваляешься.

— Мама родила меня крепеньким, — сказал я, улыбнувшись. — А ты здесь, какими судьбами?

— Беседовала с Кириллом, мы с ним давно знакомы, считай с самого детства, — ответила Алёна.

— Понятно. Рад был свидеться, но, извини, дела, — бесцеремонно отодвинув девушку в сторону, зашел в коридор ведущий в кабинет старика.

У меня за спиной, очкарик, выдав писклявое «извините» прошел следом, после чего я услышал щелчок закрывшейся двери.

— Из чего можно сделать вывод, что наша идея, вполне себе имеет право на жизнь, — за уже знакомым круглым столом сидело три человека.

Сам хозяин апартаментов. Молодой, высокий и широкоплечий парень, с интересом рассматривающий разложенный на столе чертеж, и чудаковатого вида мужчина, с растрепанными волосами и нервным тиком на правый глаз. Последнюю фразу как раз-таки произнёс он, увлеченно тыча крючковатыми пальцами в непонятные чертежи.

Непонятные…

На самом деле непонятными они были только на первый взгляд. Стоило мне чуть-чуть присмотреться, как у меня в голове сразу сложилась картинка и появились ответы на все вопросы. Что именно значат те или иные детали, для чего используются отдельные сегменты конструкции или вся их объёмная совокупность. А еще понял, что, если кто-то решит воспользоваться артефактом, созданным по этим схемам, то лишится не только рук, но жизни.

Это еще одна странность, которая заставила меня напрячься. Если рост моих магических способностей, можно было списать на внезапное просветление или еще какую-то волшебную бубуйню, то вот неизвестно откуда взявшиеся знания, это вообще не в какие ворота.

А ведь это были именно знания, четкие, обоснованные и даже вполне логичные. Словно я не один десяток лет только и занимался тем, что сидел в тесной коморке под светом настольной лампы и создавал смертоносные магические устройства, называемыми артефактами.

— Долбанёт, — продолжая издалека пялиться на бумаги, произнёс я.

По голове меня вроде бы сильно не били, но кто знает, может моя уверенность и эти самые знания, это последствия какой-нибудь травмы и на самом деле, все что я себе там навыдумывал, это всего лишь игры моего травмированного мозга. Поэтому, чтобы проверить не отправилась ли моя кукуха в сольное путешествие, решил поговорить с автором этой разработки, которым без сомнения является этот лохматый мужик с тиком на правый глаз.

— Не должно, — не отвлекаясь ответил чудик, после чего поднял взгляд и с удивлением уставился на меня.

— Если не добавить заслон, то энергия из аэорна хлынет напрямую в мага, а не в конструкт, — решив развёрнуто аргументировать своё утверждение, подошел ближе и начал оказывать пальцем на отдельные элементы изображенной на бумаги схемы. — Как только оператор артефакта его активирует, волна силы направится по пути наименьшего сопротивления и к чертовой матери разорвет ему все энергоканалы, а остатки завернет в узел. У конструкта и демонического ядра должны быть разные основы, соединенные искусственным каналом. Вы бы еще колеса напрямую к двигателю прицепили, ей богу.

Нервный тик на правом глазу чудика стал еще заметнее, он молниеносно схватил чертежи, начал их вертеть, изучать, после чего поднял на меня удивлённые глаза и спросил.

— А вы, собственно, кто?

— Жертва ограбления, — заявил я и перевел взгляд на молодого мужчину, который, без сомнения, являлся наследником клана Гордеевых. — Представляете, пока я лежал без сознания, некие ушлые господа обчистили меня до нитки, после чего еще и долги загнали.

— Какой ужас, — осуждающе заявил чудик. — Это произошло в стенах нашего техникума?

— Да, — кивнул я. — Прямо под носом одного из преподавателей.

— Какой позор! — воскликнул чудик.

— Не то слово, — я картинно всплеснул руками и добавил. — Это же не стыда ни совести, отобрать у беспомощного сироты кровно заработанное, да еще и долги на него повесить.

— Молодой человек, — заявил чудик. — У вас светлый ум, вы с первого взгляда определили решение, потенциально, самой серьёзной проблемы в моем изобретении. Если вам понадобится помощь, обращайтесь. Обещаю, сделаю всё возможное, чтобы эти подлецы ответили за содеянное!

— Спасибо большое, — благодарно кивнул я и добавил. — Можете прямо сейчас начинать, один из этих, как вы соизволили выразиться, подлецов, сидит по правую руку от вас.

Посмотрев на начавшего откровенно зубоскалить парня, чудик нервно сглотнул, затем перевёл взгляд на Полубоя и старик, в ответ на не заданный вслух вопрос, кивнул, после чего чудик сглотнул еще раз.

— Господа, прошу меня простить, дела не ждут, — обладатель тика сгрёб в охапку чертежи и ринулся к дверям. — Антон Иванович, Кирилл Александрович, рад был пообщаться. Надеюсь, после устранения всех недочетов, кафедра артефакторики сможет рассчитывать на вашу благосклонность в виде крупных грандов и другой помощи.

— Всего доброго, Генрих Войтекович, — не вставая попрощался Гордеев, пряча улыбку. — Рады будем оказать вам всю посильную помощь.

— Ага, бывай, — отмахнулся Полубой, после чего чудик чуть-чуть поклонился и шмыгнул за дверь. — И чего ты приперся? — этот вопрос явно был адресован мне.

— Ну что же вы так грубо, Антон Иванович? — наигранно участливо спросил Гордеев. — У молодого человека беда, нам его выслушать нужно и помочь чем сможем.

— Ага, — кивнул я. — Можете еще слюнявчик мне подвязать и с ложечки покормить.

— Любой каприз, за ваши деньги, — парировал Кирилл и попытался еще что-то сказать, но я его перебил.

— Мои деньги вы уже забрали, так что, можете приступать.

Не смотря на улыбку на лице, взгляд у аристократика был колючим и холодным, как острые льдинки во время пурги. Не то чтобы мне хотелось заиметь себе еще больше врагов, тем более таких могущественных как наследник клана, которому я торчу по самые не балуйся, но и просто так проглотить подобное отношение тоже нельзя. Если так пойдёт и дальше, эти засранцы из меня верёвки вить начнут или по крайней мере будут искренне пытаться это сделать.

В любом случае, оставлять наши отношения на том же уровне, что и раньше, совсем не в моих интересах. Необходимо прозрачно намекнуть этому голубокровому, что, несмотря на моё незавидное положение, подобное обращения я терпеть не стану.

— Ты давай это, — вмешался старик. — Помедленнее на поворотах. Думай с кем и как разговариваешь. Кирилл уже давно не студент, а значит распространённое в техникуме панибратство на него не распространяется.

— Ну да, студенты хоть имеют смелость открыто меня призирать, а не козлить, пока я в отключке валяюсь, — специально добавив в речь как можно больше жаргона и быдловатых интонаций, внимательно следил за поведением Гордеева.

Этот тип конечно мог меня прямо здесь упокоить, но, что-то мне подсказывает, старик ему такой вольности не позволит. Не смотря на всю появившуюся в нём строгость, Антон Иванович тоже не в восторге от того, как со мной обошлись, а значит какая-никакая защита у меня есть.

— Прекрати! — пригрозил тем временем дед, но Гордеев остановил его жестом.

— Пусть выговорится, — благосклонно сказал голубокровый. — Какой из меня наследник, если я с подопечным простолюдином не смогу проблемы решить.

— Так и что будем делать, наследник? — специально выделив последнее слово так, чтобы моя интонация выражала всё отношение к его статусу, подошел к столу и взяв освободившийся стул, поставил его поближе к двери, а затем сел. — У нас, кажется, есть неразрешимый вопрос.

— А, по-моему, мы уже всё решили, — Гордеев вытянул вперёд руку и в ней, прямо из ниоткуда появилась кипа бумаг. — Это копия нашего договора, заверенная твоей подписью. Тут прямо сказано, что мы, клан Гордеевых, берём на себя обязательство по твоему полному обеспечению на время обучения в академии. Ты же, в свою очередь, передаёшь в нашу собственность все свои активы, как нынешние, так и будущие. Так что, наши действия вполне законны.

— Могли бы и не утруждаться, это я и так знаю.

— Тогда не понимаю сути претензий.

— Суть в том, что я за эти бабки башкой рисковал, в прямом смысле, — широко расставив ноги, вальяжно развалился на стуле и начал ковыряться пальцем в зубах. — Могли бы хоть десять процентов оставить. У меня в холодильники, из жратвы, только полуфабрикаты и прочая дрянь. Организм растущий, кушать нужно хорошо и много, я уже не говорю про одежду и прочие расходники, которые мне понадобятся во время обучения.

— Наверное могли бы, — согласно кивнул Кирилл. — Но ты, своими действиями, поставил клан в неудобное положение. По факту, выплаченная тебе сумма, ляжет бременем на плечи клана, потому что, Давыдовы теперь взвинтят цены на поставки, а это, как ты понимаешь, очень неприятный момент.

— Конечно понимаю, — ехидно ответил я. — Мне всего-то нужно было дать этим выродкам себя забить до смерти и всё. Подумаешь… что стоит жизнь какого-то жирного пацана по сравнению с интересами клана.

— Вот видишь, ты сам всё понимаешь, — кивнул благородный. — А теперь поделись со мной, откуда у тебя такие познания в артефакторике? Господин Блахович не какой-то уличный сумасшедший, выглядит он довольно-таки эксцентрично, но дело своё знает. А тебе хватило одного взгляда для того, чтобы сходу найти ошибку в его чертежах.

— Как мне от вас отделаться? — спросил я вместо ответа.

— В смысле?

— В коромысле, — а этот тип умеет держать себя в руках, моё хамство его явно злило, но никакой видимой реакции я не наблюдал. — Сколько денег вам нужно, чтобы мы разорвали контракт.

— Ты зарываешься, — серьёзно произнёс парень и я почувствовал, как в комнате стало тесно от нарастающего давления его силы. А вот это уже интересно.

Значит моё хамское поведение он пропускает мимо ушей, но стоило мне заикнуться на счет разрыва контракта, как он тут же решил добавить веса своим словам и обратился к магии.

— Я многое могу пропустить мимо себя, списывая это на твою молодость, дурной нрав и происхождение, но не принимай доброту за слабость, — такое давление чужой силы я испытывал на себе впервые. Не самые приятные ощущения, но не сказать, что критичные. Дышать стало чуть сложнее, будто воздуха не хватало, да и энергией внутри тела стало управлять чуть сложнее.

— Ох, так это была доброта? Прошу прощения, я-то по глупости подумал, что ты в край охеревший мудак, родившийся с золотой ложкой в заднице, — от этих слов аристократ аж подпрыгнул и вытянул в мою сторону руку, на кончиках пальцев который тут же образовался красноватый шар. Уверен, запусти он в меня эту штуку, мне еще не один придётся провести на больничной койке, но, как и ожидалось, в последний момент перед ним тут же возникло остриё багрового копья и преградило путь.

— Бессонов, знай своё место, — стальным тоном произнёс старик. — А ты, Кирюша, не забывай где находишься. Он мой ученик, я несу за него ответственность. Ваши клановые разборки, меня вообще не волнуют, пока он находится в техникуме, изволь проявлять уважение к Ордену и его членам.

— Простите, Антон Иванович, — не сводя с меня злобного взгляда, сказал Гордеев. — Сами понимаете, долгий перелёт, усталость, еще Давыдовы эти…, а ты… тяжело нам будет с тобой сработаться, очень тяжело.

— Полностью согласен, — подтвердил я. — Ну так, что там на счёт расторжения?

— Учитывая ту свинью, которую ты нам подложил своей дуэлью, средства, потраченные на твоё содержание и оплата первого года обучения, думаю, вряд ли ты сможешь найти хотя бы часть вложенных в тебя эртов.

— И всё-таки?

— Думаю, пол миллиона будет вполне достойной компенсацией, — откинувшись на спинку стула, самодовольно заявил Гордеев.

Вот же %; : №%, это если я за полтинник чуть к праотцам не отправился, за пол миллиона меня вообще на британский флаг порвут. Эта благородный гадёныш специально назвал сумму, которую мне никак не удастся собрать в обозримом будущем. Если конечно не окажется, что где-то за океаном у меня есть богатый дальний родственник, который оставил мне в наследство всё своё состояние.

— Есть и другой вариант, — внезапно сказал старик, от чего мы оба, вместе с Гордеевым, сосредоточили на нём заинтересованные взгляды. — Стипендия.

— Хах, Антон Иванович, узнаю, — прыснул аристократ. — Ваш юмор с годами никуда не делся.

— Что за стипендия? — заинтересованно спросил я, делая вид что никогда раньше не слышал о её существовании.

— В редких случаях, особо одаренные студенты, могут рассчитывать на учебные гранты от Ордена, со всеми вытекающими, — начал пояснять Полубой. — Бесплатное обучение, выплата содержания и покрытие всех долгов, если таковые имеются.

— А взамен?

— Служба, — развел руками старик. — Ты станешь частью большой структуры, которой совершенно плевать на то, кто ты, откуда взялся и какой у тебя был статус до вступления. При определённых успехах, сможешь даже претендовать на высокое социальное положение и наследуемый дворянский титул.

— Аристозадом что ли стану?

— Вполне может быть, — кивнул дед, на что Гордеев презрительно прыснул.

— Ох, Антон Иванович, — наигранно вежливо заговорил наследничек. — Вы сами сказали, «одаренные», а у него из дара только наглость. В общем, уважаемые и не очень друзья, оставлю вас одних разбираться с вашими фантазиями, меня ждут дела. Госпожа Рябушинская пригласила сегодня вечером на ужин, нужно подобрать в городе приличное местечко, да и вообще, в порядок себя привести, что ли.

— Сдаётся мне, студентка Рябушинская переоценила свои возможности и не сможет составить тебе компанию, — тут же заметил дед.

— Это еще почему?

— Во время учебного поединка вышла из себя и превысила допустимый лимит использования силы первого круга, — пояснил старик. — За что и была наказана.

— Да, слышал об этом, — в первые с момента нашей встречи, Гордеев взглянул на меня с нескрываемым интересом. — Но, вы же не будите против, если Алёна проведёт этот вечер в моей компании, а я, на правах старого друга, обещаю провести с ней разъяснительную беседу.

— Хорошо, — кивнул старик, а Гордеев, попрощавшись с ним, вышел из кабинета, после чего Полубой с осуждением уставился на меня. — Обязательно было в бутылку лезть?

— Ну, а чего он?

— Тоже верно, — согласился Антон Иванович. — Хотя, на счет стипендии, доля правды в его словах была. Еще ни один простолюдин не был стипендиатом. Из академии были, но, это уже совсем другой уровень.

— Антон Иванович, хватит пугать, говорите, что нужно делать, а там видно будет, — то, что попытка получить это самую стипендию не станет для меня лёгкой прогулкой, понятно было сразу, но и упускать шанс, отделаться от аристократской кабалы я тоже упускать не хочу.

— Как я уже сказал, нужны какие-нибудь выдающиеся способности, — старик непонятно откуда выудил трубку и закурил.

— Ну, у меня есть талант к аритефакторике. Вон, даже вашего Генриха Войтековича смог удивить, — гордо заявил я.

— Это да, да только не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что задумка Блаховича выеденного яйца не стоит. Тратить драгоценный аэорн, чтобы создать артефакт, это вообще немыслимо. Да, кстати, откуда вообще такие глубокие знания?

— Ну, я ведь собирался стать артефактором, вот, учусь, так сказать, — соврал, не моргнув глазом. — А вообще, вы мне отгул должны!

— Я от своих слов не отказываюсь, — согласно кивнул Полубой. — Вот только, познаний в артефакторике недостаточно для стипендии.

— Та-а-ак, — я насторожился и спросил. — А что еще нужно?

— Орден Магов, он на то и Орден Магов, — подняв вверх указательный палец, начал наставлять меня Полубой. — Поэтому ты можешь быть хоть вторым Вышнеградским, но без выдающихся магических навыков, ни о какой стипендии даже мечтать не стоит.

— Понятно, — выдохнул я. — И какие требования?

— Ну-у-у… — протянул старик. — Вот если ты на первом году обучения сможешь выйти на экстрар, да еще и не просто выйти, а овладеть рядом сложных плетений и конструктов, думаю, вкупе с твоими боевыми навыками и талантом артефактора, у тебя будут неплохие шансы.

— Пф-ф-ф-ф — прыснул у меня за спиной, молчавший до этого Невельский. — Проще дракона на свидание сводить.

— Может и проще, — согласился Полубой. — Только делу это никак не поможет.

— Ладно, буду об этом думать после прогулки, — хлопнув себя по коленям, поднялся и собрался уже направиться на выход, но решил всё-таки немножко потрясти старика. В конце концов, он неплохо на мне нажился, так что, пусть отрабатывает. — Мне бы не помешали новые вещи, а-то в город в больничном халате не выйдешь. А еще, нам ванную починить нужно, Егор там своей шайтан-химией занимался, оно как бабахнуло и разнесло всё.

— Я?!

— Ты-ты, не помнишь, что ли? Пообнюхается паров алхимических всяких, потом не помнит ничего, срамота! — от моей наглости очки у парня сами собой сползли на переносицу.

— Вещи уже у тебя в комнате, да и ванную вашу давно починили, — спокойно сказал дед. — Можешь переодеваться и идти в отгул. На вот, — он вынул из-за пазухи тоненькую пачку фиолетовых листков продолговатой формы. — Это та тысяча, которую ты выиграл у Рябушинской. После того, как тебя Гордеевы обобрали, она попросила меня передать эти деньги лично тебе.

— Ну надо же, — принимая в руки первые в новом мире деньги, почувствовал, как на душе становится тепло и уютно. — Спасибо, не ожидал, — искренне поблагодарил старика.

— Да не за что, — кивнул Полубой. — А на счет стипендии, я не шутил. Сдаётся мне, есть в тебе что-то эдакое, может и правда получится. В любом случае, раз уж разговор зашел, можешь на меня всецело рассчитывать

— Еще раз спасибо, — снова поблагодарив Полубоя, направился в коридор, где услышал сказанные им вдогонку слова.

— И блаженного этого с собой в город возьми. У тебя ж там эта, как её, транзисторная которая. Потеряешься еще, а мне потом по шапке влетит!

Хмыкнув, подмигнул в раз повеселевшему Невельскому и улыбаясь вышел в коридор, а затем сразу направился в комнату.

Похоже, меня ждёт самая настоящая экскурсия по новому миру. Хоть погляжу, как оно там, за высоким забором.

Интерлюдия. Вольвах, окраина города.

Острый кончик ножа сделал последний надрез, после чего израненное тело несчастного неестественно выгнулось и забилось в конвульсиях. Медорф с наслаждением наблюдал, как вырезанные им руны стали сочиться тьмой, а его жертва наполнялась темными сущностями его родного мира.

Тени Фаргазы, сущности, чья природа была тайной даже для верного слуги Владыки, одна за другой заполняли сосуд, которым раньше был человечишка. И́скра в теле жертвы служила источником энергии для ритуала и Медорф был искренни рад, что смог добыть не просто носителя благодати, а самого настоящего Паладина. Правда для этого пришлось уничтожить целое отделение Храма Единого, но это мелочи по сравнению с тем, что ждёт Орден.

Проклятые маги.

Все два с половиной цикла, что он провёл среди людей, одарённые мешали ему наслаждаться жизнью и теперь пришла его очередь усложнить их жизнь.

Медорф начнёт с Вольваха, за ним последует Рурск, Тевигор, Рутгуст… Все анклавы Ордена ждёт неминуемый хаос и когда новое тело Владыки будет готово, маги не смогут никак ему помешать.

— Ну же, малютки, быстрее, — прошептал Медорф. — У меня для вас много еды…

Глава 10

— Шел вон отсюда, — в лужу, прямо перед нашими ногами, плюхнулось почти бездыханное пьяное тело, от которого несло всеми ароматами нечистот, а выбросивший его охранник, отряхнул руки и подозрительно зыркнул в нашу сторону.

— Нам точно сюда? — нерешительно спросил очкарик, глядя на покосившуюся неоновую вывеску с надписью «Клуб Дозор».

— Точнее не бывает, — усмехнулся я и направился прямо к дверям, ведущим в злачное заведение.

Вообще, Дозор является местом сбора всех свободных рэнаров Вольваха и ближайших земель в том числе. Любой уважающий себя охотник, не принадлежащий ни к одной из гильдий аристократов, был просто обязан посетить это место. Поиск компаньонов, налаживание связей для сбыта добычи, ресурсы, оружие, заказы… всё это можно было найти именно здесь, поэтому для меня Дозор был чуть ли не главной достопримечательностью, которую необходимо было посетить.

Об этом месте я узнал, когда владелец одной из артефакторных лавок, спросил у нас с Невельских о наличии лицензии рэнара, и когда получил отрицательный ответ, отправил в Дозор.

Мол в этом баре любой студент техникума или академии может обзавестись такой корочкой, к тому же, после того как я порылся в сети, то оказалось, что для учеников Ордена, вход в клуб совершенно свободный.

— Кто такие? — спросил вышибала у дверей, смерив меня и очкарика подозрительным взглядом.

— Студенты техникума, — я сунул ему под нос карточку Ордена и тоже самое проделал Егор.

— Короче, слушаем сюда и внимательно, — начал громила. — Здесь всем насрать, кто там ваши мамки и папки, народ у нас простой, будете себя плохо вести, не досчитаетесь пары зубов, это как пить дать. В Дозоре не любят аристократских мажоров, которые, в поисках острых ощущений прутся сюда, чтобы потом впечатлить высокородных девах. Уяснил?

— Ага, — кивнул я. — Только мы не благородные.

— Простолюдин?

— Самый что ни на есть, — улыбнулся я вышибале. — А этот бастард. Так что, мы считай свои.

— Когда демон тебе кусок жопы откусит, вот тогда ты своим станешь, а пока, — он мгновение помедлил, а потом продолжил. — Короче, вы меня услышали. Не хотите огрести, ведите себя нормально.

— Всё, инструктаж окончен? — с улыбкой наблюдая за нервничающим очкариком, сам начал переминаться с ноги на ногу от нетерпения, но оно и не удивительно. Судя по тому, что об этом месте писали в сети, порой здесь происходят по истине выдающиеся события, самым знаковым из которых был бунт против святош.

Доподлинно неизвестно, что именно послужило триггером для такого события, кто писал, что последователи Единого захватили кого-то из верхушки вольных рэнаров. Кто-то упоминал драку с патрулём паладинов, но это и не столь важно. Важно, что почти тысяча отбитых на голову боевых магов, которые чуть-ли не каждый день лезут в пасть к демонам, собралась вокруг Вольвахского отделения Храма, чтобы накостылять святошам и выкинуть их к чертовой матери из анклава.

Тогда кризис удалось разрешить за счет прибытия в город целого полка бойцов Граматона, которые, хоть и не без кровопролития, но всё же смогли навести порядок в городе.

Орден, кстати, предусмотрительно не стал вмешиваться в ситуацию, сославшись на то, что хоть вольные рэнары и являются магами, но не состоят в Ордене. Сути этой сословной лазейки я так и не смог уловить, да и не пытался особо. Главное, что после того бунта, Дозор превратился не просто в место сбора рэнаров не принадлежащих к гильдиям, он стал символом того, что эти самые рэнары не просто так зовутся свободными.

— Проходите, — охранник наконец-то отошел в сторону, и мы с очкариком открыли дверь и вошли в предбанник бара, где нас уже встречала молодая девушка, в майке и шортах, у которой каждый открытый участок кожи, кроме лица, был наглухо забит татуировками.

— Добро пожаловать в Дозор, — радушно улыбнулась она. — Столик?

— Нет, спасибо, мы так, осмотреться, — отказался я от услуг местного хостеса. — Но, если вы проводите нас в зал, мы будем очень признательны.

— Да, конечно, — девушка снова улыбнулась и попросила следовать за ней, после чего направилась по коридору, вдоль стен которого стояли сурового вида люди, недобрым взглядом провожая меня и очкарика.

На бедного Егора было страшно смотреть. В окружении всех этих супермачо, парень явно чувствовал себя не в своей тарелке. Весь съежился, смотрел в пол и вообще казалось, что еще чуть-чуть и он с криками бросится прочь.

— Ты чего такой зажатый? — я чуть притормозил и поравнялся с «сокамерником».

— Об этом месте в техникуме нехорошие слухи ходят, — пояснил парень.

— Ну так охранник у дверей так и сказал, будите плохо себя вести, по морде получите, — улыбнулся я и чуть приобнял парня, пытаясь приободрить. — Ну мы-то с тобой нормальные, а не какие-нибудь там голубокровые обожранные наследнички. Нам себя плохо вести совесть не позволяет, а значит расслабься и наслаждайся моментом!

Стоило мне это сказать, как одна из боковых дверей коридора стремительно распахнулась, чуть не впечатавшись мне в лоб.

Еле успев увернуться, своим движением отпихнул в сторону Невельского, который потерял равновесие и врезался в стоящего у стены рябого мужика, который о чем-то беседовал с синеволосой, явно непервой свежести, дамой.

— Ты чо, щенок?! — взревел мужик и ухватив Егор за шиворот попытался вылить ему на голову желтоватое содержимое своего бокала.

— Он не специально, — перехватив запястье рябого, попытался втиснуть между ним и очкариком. — Дерьмо случается, поэтому давай не будем портить друг другу вечер и разойдёмся миром.

Подхватив под локоть перепуганного повелителя бормотух, пихнул его вперед и уже собирался уходить, когда почувствовал крепкую хватку у себя на шивороте.

— А ну стоять, — резко дернув меня назад, мужик явно намеревался показать перед своей зазнобой, кто тут самый крутой и хорошенько наподдать невнимательным соплякам. — Я никого не отпускал.

— Отпусти, — с угрозой в голосе произнёс я и задействовал Интрум. — Тебе же сказали, что он не специально.

— Твой дружок напугал Галу, — после этих слов рябой подмигнул синеволосой, а та в ответ кивнула и благодарно ему улыбнулась, продемонстрировав отсутствие двух передних зубов. — А ты, мало того, что даже не извинился, так еще и права качаешь. Нехорошо это, здесь так не принято!

— Судя по виду твоей боевой подруги, такой пустяк её напугать не мог, — я чуть склонился перед Галой и снова перевёл взгляд на мужика. — Давай так. Мы вам пару бокалов того, что у тебя в кружке, а ты перестаешь быковать и все расходятся с миром.

Не то, чтобы я испугался этого рябого придурка, просто тратить время на драку с низшей ступенью человеческого развития, не то, зачем я пришел в этот бар. Купить выпивку и пойти по своим делам, было самым простым и быстрым решением всего спора. Тем более, что, судя по реакции Галы, моё предложение её полностью устроило, чего не скажешь про её кавалера.

— А-то что? — мужик придвинулся ко мне почти вплотную и начал сверлить своим злобным взглядом.

Я уже собирался хорошенько дать ему в зубы, когда у меня за спиной раздался незнакомый насмешливый голос.

— А-то он тебе башку проломит и скажет, что так и было. Куря, ты опять за своё?

— Да я… — начал было мямлить рябой, но голос его перебил.

— Уздечка от коня, — перехватив руку Кури и отцепив её от своего шиворота, обернулся и увидел, как из той самой двери, что чуть не прилетела мне в лоб, вышел молодой, наголо бритый парень. — Это Бес. Про Вагита слыхал? Так это именно он его в вечность отправил. Так что, я бы на твоём месте извинился и вёл себя поприличнее.

— Вот этот?! — не поверил Куря. — Вагита?

— Тебе синька что, совсем мозги поплавила? — вместо ответа парень подошел и, как мне показалось, приветственно кивнул бледному как мел Егору. — Или ты считаешь, что я лжец и трепло?

— Н-н-н-ет, — промямлил Куря и отступил от меня на шаг. — Ты это, малой, извини, если что.

— Да ничего, всё в порядке, — не оборачиваясь сказал я, продолжая изучать ухмыляющегося лысого.

— Адриан Митин, — протянул мне руку парень. — Видел твою дуэль, очень недурно.

— Степан, — пожал я руку и спросил. — Тоже студент техникума?

— Ага, — кивнул Адриан. — А ты тут каким судьбами?

— Да вот, решили с Егором собственными глазами увидеть, кто такие рэнары и с чем их есть.

— С Невельским что ли? — Митин снова бросил взгляд на очкарика, после чего добавил. — Ну, у всех свои недостатки. Ладно, пойдёмте, покажу вам тут всё, за одно познакомимся.

— Договорились, — кивнул я, сделав себе зарубку, по поводу того, как этот Митин отреагировал на Егора.

Не знаю, что именно между этими двумя случилось, но и Невельский, судя по всему, особо тёплых чувств к этому лысому не питает. Надо бы аккуратно приспроситься на счет их разногласий, а-то мало ли, сам того не знаю опять окажусь в какой-нибудь заднице, выход из которой придётся прокладывать через очередной труп, а может и не один.

В общем, прогулка в сопровождении Адриана оказалась намного спокойнее, чем без него. Выяснилось, что парень был завсегдатаем Дозора, как и еще несколько десятков студентов, которые встречая нас, махали руками и поднимали бокалы в знак приветствия.

По словам Митина, он уже не первый год является свободным рэнаром, даже смог сколотить постоянный отряд, с которым они занимаются зачисткой низкоуровневых разломов и выполняют простенькие заказы, которые дают посредники из Дозора.

Для него, это больше развлечение, чем реальный способ заработка, потому что, как оказалось, Адриан племянник главы ведущего оружейного клана Норгрима. Странное сочетании имени и фамилии обуславливалось тем, что мать Митина была Лахотии. Её предки очень давно иммигрировали в Норгрим и даже смогли получить какой-то очень хиленький благородный статус.

Когда отец Адриана решил взять в жены его мать, она тут же согласилась, ведь для представительницы захудалой аристократии, союз с таким кланом как Митины, это шанс, который никак нельзя упускать. Единственным условием было то, что имена детям будет давать именно Бьянка. Не знаю с чем было связано такое желание, да мне оно, если честно, и не интересно было совсем. Просто Митин оказался довольно словоохотливым парнем, который болтал без умолку. Оставалось только понять, он на самом деле такой или просто пытается сделать вид, и если последний вариант окажется правдой, на кой-хрен оно ему надо?

— Вот и вся история, — подытожил Митин и с интересом уставился на меня. — Ну, а ты?

— Что я? — ответил ему вопросом на вопрос.

— Зачем ты здесь?

— Я же уже сказал, — пожав плечами, снова взглянул на старающегося даже дышать через раз очкарика. — Решили вот осмотреться, понять, что к чему. Может получится даже договориться и своими глазами увидеть, что такое эти разломы и демоны. Слушай, у вас какие-то проблемы? — видя, как некомфортно чувствует себя Егор, решил разобраться с ситуацией и понять, стоит ли нам вообще продолжать беседу с лысым аристократом?

Митин, как студент, настоящий рэнар и, судя по всему, человек находящийся под приятным впечатлением от моей дуэли, может быть очень полезным знакомством, вот только реакция Невельского меня напрягала. Бесконфликтный и в целом безобидный парнишка, явно испытывал не только дискомфорт, но и некую неприязнь к Адриану, а это может значить всё, что угодно.

— Скажем так, — заговорил Митин. — У наших кланов непреодолимые идеологические разногласия.

— В каком смысле? — ответ парня меня озадачил и даже застал врасплох. Не думал, что среди кланов, которые суть есть корпорации, заточенные на приобретения максимальной власти и прибыли, имеют какие-то идеологии.

— Ну-у-у… — Митин на мгновение задумался, после чего продолжил. — Несколько лет назад, Невельские выступали за введения тотального контроля за оборотом оружия, их глава даже на приёме у Императора был. Мол из-за Митиных и, как он нас назвал, других продавцов смерти, готовых, ради выгоды продать пушку даже младенцу, из года в год погибают сотни тысяч ни в чем не повинных людей. Мол если изъять у граждан оружие и продавать его только по лицензии, да еще и под строжайшим контролем, количество убийств сократится и наступит золотая эра любви и процветания.

— Ну да, — вдруг подал голос Егор. — Куда лучше, если у каждого сумасшедшего будет ствол, который он сможет применить, когда захочет.

— Да благодаря нам, этот самый сумасшедший даже достать этот ствол не успеет, — чуть повысил голос Адриан. — Его сразу же превратят в пирог с железной начинкой. К тому же, мы не торгуем артефакторным оружием, в отличии от вас, с вашими зельями и эликсирами, которые непонятно кто и непонятно в каких целях может использовать.

— Так, парни, успокойтесь, — вмешался я, с удовольствием отметив, что Егор, оказывается, когда дело касается чего-то, что для него по-настоящему важно, готов пересилить свой страх и начать защищаться. — Давайте так, у вас, лично друг к другу какие-то претензии есть?

— Нет, — отрицательно покачал головой Митин.

— Аналогично, — надувшись ответил Егор.

— Ну вот и прекрасно, — кивнул я. — Проблемы отцов, пусть останутся им, а мы с вами давайте лучше поговорим о том, что по-настоящему важно.

— И что же это? — всё еще бросая на Егора раздражённый взгляд, спросил Митин.

— Мы хотим стать рэнарами, — с улыбкой произнёс я, а очкарик чуть в обморок не упал.

— В смысле мы? Лично я не хочу, — начал протестовать Невельский. — Я вообще с тобой просто за компанию. Антон Иванович же попросил за тобой приглядывать, вот я и приглядываю. Ты меня в это всё не впутывай!

— Да ладно тебе, — я хлопнул очкарика по плечу. — Будет весело! Я же тебя в пекло к демонам тащить не собираюсь. Так, прогуляемся по окраинам, посмотрим, что это вообще такое и с чем его едят. Тем более, что такого лекаря и алхимика, никто не посмеет тварям в обиду дать.

— Действительно хороший? — с интересом спросил Митин.

— Ну, сравнивать мне особо не с чем, но, — я сделал театральную паузу. — Меня пару раз выручал очень сильно.

— Всё равно, я не согласен, — упёрся Егор.

— Тебе Полубой сказал за мной присматривать? Сказал. Вот и будешь присматривать, — улыбнувшись, легонько ткнул парня в плечо, но тот лишь больше насупился. — Вот ты и должен присматривать. Он же не сказал, что мы с тобой не можем в разлом сходить или еще что-то подобное.

Вместо ответа, Егор отодвинулся от меня, затем отвернулся и начал рассматривать окружение, целенаправленно не смотря в нашу, с Митиным, сторону.

— Слушай, Адриан, — повернувшись к Митину, спросил я. — А как ты учёбу с охотой совмещаешь? Откуда столько отгулов?

— Каких отгулов, — не понял парень.

— Ну вот меня с Егором Полубой отпустил в город потому, что я учебный бой выиграл, а ты как за пределы техникума выбрался?

— А, ты про это, — заулыбался парень. — Кто ищет, тот всегда найдёт, — и снова недоверчиво посмотрел на Егора.

— На счет него не переживай, он свой, не сдаст, — бросив на Невельского короткий взгляд, заметил, как уши парня задвигались, выдавая живой интерес хозяина к такой деликатной и крайне полезной информации. — Выкладывай.

— Если знать, что предложить, то с охраной всегда можно договориться и улизнуть за территорию, — чуть понизив голос, сказал парень.

— Коррупция значит?

— Она самая, — улыбнулся Митин.

В общем, мы еще около пары часов обсуждали всякую ерунду. Адриан делился историями из разломов. Егор, слушая Митина, понемногу расслабился и начал даже задавать вопросы, на которые лысый рэнар отвечал с удовольствием. А еще, я выяснил, что для получения лицензии никаких особых разрешений или чего-то подобного не нужно. Достаточно уплатить копеечную пошлину и вуаля, ты один из тех, кто готов рисковать жизнью в битве с демонами. Никаких тебе проверок, ожиданий и прочего.

Митин просто отлучился на минуту, после чего вернулся с двумя бланками. Один из них я заполнил сам, а второй сунул очкарику. На долго Невельского не хватило и к моменту, когда я уже почти закончил заполнять свою анкету, он уже во всю орудовал ручкой, заполняя поля и ставя подписи. Ну, а через пол часа мы оба стали обладателями двух черных пластиковых карт, на которых были записаны все наши данные и уровень рэнара, Начальный.

— Что ж, — покрутив в руках кусок пластика, сказал я. — Пора нам возвращаться в техникум, мы-то не в самоволке, у нас режим.

— Жаль, — Адриан начал мяться, не решаясь что-то сказать.

— Выкладывай, — потребовал я от парня, понимая, что наконец-то мы подошли к самому главному, из-за чего и затевалось всё это дружелюбное и казалось ненавязчивое знакомство.

За пару часов общения, мне уже стало ясно, что Митин не такой простак, каким хочет казаться, а значит и его вмешательство в нашу с Курей перепалку, тоже было совсем не случайным.

— Да мы сегодня хотели в один разлом прогуляться, дело плёвое, вот только один из наших куда-то пропал, — после театральной паузы пожаловался Митин. — Не хотите с нами?

— С удовольствием, но у нас времени вообще в обрез, — не особо задумываясь отказался я. — Через шесть часов нужно быть в техникуме, а-то Полубой точно выволочку устроит.

— Да там дел на пару часов, максимум, — стал уговаривать меня лысый рэнар. — Плюс час дорога, а обратно в техникум мы вас на машине подбросим.

— Заманчиво конечно, — после рассказов Митина о разломах, мне жуть как хотелось взглянуть на них своими глазами, да и демоны тоже вызывали не поддельный интерес, но торопиться совсем не хотелось. Соваться в пасть к тварям без нужной подготовки, это совсем не по мне, да и хитро выдуманный подкат Митина напрягал. Прикинулся дурачком и эдаким свойским парнем, а теперь вот в разлом зовёт. То, что происходит в разломе, остаётся в разломе, тем более он уже сказал, что команда у них собранная, а значит, если он замышляет что-то недоброе, против меня будет не один аристократ старшекурсник, а целая шайка магов, с хрен пойми с каким уровнем навыков и подготовки.

— Но?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Рановато как-то, да и один я точно не пойду.

— А я согласен, — выпалил Невельский спутав тем самым мне все карты. — Ну, а что? Дел там на пару часов, зайдём, выйдем, подумаешь.

Дел на пару часов, зайдём-выйдем… где-то я уже нечто подобное слышал и ничем хорошим обычно подобное не заканчивалось.

— Нам даже закрывать тот разлом не нужно, — поняв, что их двое против одного, Митин решил надавить. — Этим займётся другая группа, они же нам и путь расчистят.

— Тогда от нас-то что требуется?

— Собрать ресурсы и охранять груз, — зазывным тоном ответил Адриан. — А когда разлом закроют, вынести всё наружу. Давай, соглашайся. Дело плёвое, а деньги лишними не бывают.

— Сколько? — внутри меня сразу же оживился маленький леприкон.

— Ну, тысяча на двоих вас устроит?

Громкое да, синхронно вырвавшееся из меня и Егора, заглушило собой гомон посетителей Дозора и уже через двадцать минут мы двигались к парковке, где нас ожидал небольшой грузовичок, на котором мы направились к месту, где открылся разлом.

Интерлюдия. Вольвах. Бар Закат.

— Тварь, — залпом выпив рюмку крепкого рома, Артём Давыдов в очередной раз выругался, вспоминая, какую выволочку ему устроил отец из-за дуэли. — Жирная, мерзкая тварь.

Он никак не мог понять, каким образом этот безродный выродок смог не только остаться в живых, но и выиграть дуэль. Да, Рябушинская предупреждала его, что Бес должен остаться жив, но класть он хотел на эту заносчивую суку. Слишком много себе позволяет. Кто она вообще такая, чтобы ему приказывать?

— Свободно? — вопрос, заданный вкрадчивым, обволакивающим голосом раздался так неожиданно, что молодой наследник клана чуть-чуть вздрогнул, от чего разозлился еще сильнее.

— Пошел прочь, — рыкнул парень.

— Столь откровенная грубость не красит наследника уважаемого клана, — произнёс мужчина из-под накинутого на голову капюшона.

— Я. Сказал. Пошел. Прочь! — выделяя каждое слово громко произнёс Артём. — Или тебе по-другому объяснить?

— Не стоит утруждаться, — тут же дал заднюю незнакомец, выставив перед собой руки. — Правда, может так статься, что я могу вам помочь?

— Я похож на того, кому нужна помощь?

— Ну, все мы, иногда, нуждаемся в том, чтобы нам помогли, — странный тип аккуратно взялся за спинку стула и отодвинув его, опустился на мягкое сидение. — Например, бывают случаи, когда нужно кого-то поставить на место, но действовать в отрытую слишком… скажем так… затруднительно.

— Ты это о чём? — Давыдов поднял правую бровь и попытался рассмотреть лицо мужчины, которое скрывалось под капюшоном.

— О том простолюдине, — мягко сказал незнакомец и положил на стол небольшую коробочку которую вынул из рукава.

— Откуда тебе известно про эту жирную тварь?

— Ну-у-у-у, — протянул незнакомец. — Мир полон слухов, а еще, мой работодатель очень заинтересован в плодотворном сотрудничестве. Так что, считайте это жестом доброй воли, — он постучал пальцем по коробочке.

— Какая дрянь, — тут же заявил Артём, чувствуя, как от коробки веет эманациями смерти.

— Кому дрянь, а кому средство для устранения неугодных, — пожал плечами незнакомец. — С помощью этой вещицы, вы сможете незаметно для всех, разобраться с вашим обидчиком.

— Думай, что говоришь, — стараясь держать марку высокородного, огрызнулся парень. — Кто меня может обидеть? Я Давыдов, все наши обидчики давно в земле.

— Простите, виноват, — заискивающе произнес мужчина. — С тем выскочкой, кто посмел проявить к Вам неуважение.

— Так-то лучше, — кивнул парень и протянул руку к шкатулке, но в этот момент её накрыла рука незнакомца.

— Прошу немного внимания, — он пододвинул коробочку ближе к себе и мгновение помолчал, после чего продолжил. — Вы же понимаете, я не могу отдать такой сильный артефакт просто так.

— Понимаю, а еще я понимаю, что, раз ты знаешь о том, кто я такой, о том, что та жирная свинья посмела меня оскорбить, значит и о том, что я могу прямо здесь выпустить тебе кишки, тебе тоже известно?

— Естественно, — кивнул незнакомец и, кажется, Артёму удалось разглядеть улыбку в темноте капюшона. — Я всего лишь посредник, но, поверьте, если вы согласитесь оказать нам услугу, то решите и свои и наши проблемы.

— Что нужно делать?

— Все-то пронести эту коробочку в техникум и оставить где-нибудь в укромном месте. Артефакт уже настроен на нужные цели, и как только он активируется, вы решите проблему со своим врагом, а мы, со своим.

— И что у вас за цель? — Артёму, в принципе, было совершенно плевать на то, кого хочет убрать этот тип, но и дураком он тоже не был. Если это кто-то из высших кланов, расследование будет довольно тщательным, а значит ищейки могут выйти и на него.

— Этого я сказать не могу, — развел руками незнакомец. — Но, могу вас заверить, вам не о чем беспокоиться. Как только артефакт выполнит свою задачу, он тут же самоуничтожится и ни одна деталь не укажет на вас.

— Штука мощная, — произнёс парень, глядя на шкатулку. — Но как-то слишком всё гладко. Пожалуй, я лучше обращусь к святошам, и они выбьют из тебя всё дерьмо, за использование такой мерзкой магии.

— Что ж, жаль, думал обойдёмся без этого, — в этот момент незнакомец чуть приподнял край капюшона и Давыдов увидел красные демонические глаза, а в следующее мгновение мир вокруг погрузился в тьму.

Окраина Вольваха. Перед разломом.

Машина Митина свернула с дороги в лес и покатила по узкой тропке, лавируя между деревьями. Свисающие ветки скрежетали по кузову, фары выхватывали из темноты стволы могучих деревьев, а я с усмешкой поглядывал на Невельского, который, с каждой секундой, становился все менее решительным чем раньше.

Видимо теперь идея побывать в разломе не казалась ему такой уж привлекательной. Нет, мне определённо нужно будет что-то придумать с его робостью, иначе, в нужный момент, парень может не выдержать и наломать дров. Тем более, как бы не убеждал нас в обратном Митин, полностью безопасно в разломах попросту не бывает. Конечно, мне мало известно об этих штуковинах, но, уверен, стоит лишь зазеваться и всё, добро пожаловать в уютные, пусть и тесные апартамента, из какого-нибудь дуба или какие у них тут еще деревья для гробов используются.

— Долго еще? — спросил Егор.

— Почти приехали, — ответил Адриан. — Вон, впереди, уже фары Сулиной тачки светятся.

Проследив взгляд парня, присмотрелся и действительно обнаружил впереди еле заметные огоньки, которые то появлялись, то исчезали, прячась среди густой лесной растительности.

Через пару минут деревья закончились, словно кто-то провёл тотальную вырубку и наш транспорт выкатил на поляну, уставленную коробками, палатками и каким-то неизвестными мне мигающими приборами.

— Выгружаемся, — скомандовал Адриан с улыбкой и тут же ловко выбрался из машины, направившись прямиком к группе людей, которые заметно оживились при виде подъехавшего внедорожника.

— Готов? — спросил я у Егора, хотя, по его виду и так было всё ясно.

— Если честно, то нет, — начал парень, а затем добавил. — Но, раз уж мы здесь, то поворачивать назад смысла нет.

— Вот и отлично, — улыбнулся я и открыв дверь, выбрался на поляну, последовав за Митиным.

— Народ, знакомимся! — громко объявил лысый рэнар. — Степан Бессонов, он же Бес.

— Суля, — протянул руку парень, со сварочными очками на голове и большим шрамом на левой щеке.

— Агата, — кивнула мне девушка, с черными как сама ночь волосами из-под которых выбивались окрашенные в кислотно красный цвет пряди.

— Гена, — пробасил здоровяк с бородой.

— Егор, — еле слышно пискнул Невельский стоя у меня за спиной.

— Так, ну вроде бы все знакомы, теперь давайте к делу, — серьёзным тоном произнёс Адриан. — Дуровские не появлялись?

— Нет, — ответила Агата. — Как вошли в разлом четыре часа назад, так до сих пор там. Но ты же их знаешь, они пока всех тварей не закошмарят, назад не вылезут.

— Ну да, — кивнул Митин. — Так, парни, наше оборудование уже внутри, так что, давайте. Писикакайте и погнали, время, как говорится, деньги. Готовность пять минут.

Желания справить нужду у меня не было, никакого снаряжения, требующего подготовки или чего-то подобного, я тоже не имел. Так что, решил убить время и подойдя к Митину, спросил.

— Слушай, а на кой-черт оно тебе вообще надо?

— Ты о чем? — спросил парень, открывая коробку, в которой лежали длинный клинок, пара ножей и пояс со всякими колбочками, флакончиками и мешочки с порошками.

— О охоте, — пояснил я. — В деньгах ты вроде как не нуждаешься, статус у тебя тоже есть.

— А-а-а, — махнул рукой парень. — На самом деле всё просто. Главой рода мне не стать, моя ветвь в клане младшая, наследником является мой двоюродный брат, после него идёт его родной младший брат, затем мой отец, потом два моих старших брата и уже потом я. Как ты понимаешь, шансов у меня ноль. Быть на побегушках, став винтиком в огромной машине семейного дела, вроде бы и не плохо, но не по мне. Вот я и решил, уж лучше займусь тем, что мне нравится, чем буду просиживать штаны в какой-нибудь захудалой инженерной конторе, на краю Норгрима.

— Хорошо, когда можешь выбирать как жить, — сказал оказавшийся рядом Егор.

— Это да, — кивнул Митин. — Ладно, давайте о жизни потом, нужно сосредоточиться и настроиться на рабочий лад. В разломах зевать нельзя. И да, вот еще, — он открыл одну из коробок в которой красовался почти такой же набор оружия, как и у него. — Бес, это тебе. Качество конечно дерьмо, но, против мелких тварей и этого хватит.

— Мне? — глядя на блестящий клинок, я неуверенно протянул к нему руку. — Да я как-то и пользоваться им не умею. Отрежу еще чего лишнее.

— Это на всякий случай, — хмыкнул Адриан. — Доставать тебе его не придётся, но мне будет спокойней, если все при оружии будут.

— Мне как-то огнестрел привычнее, — пожал я плечами.

— В этом разломе пушки не работают, — с сожалением сказал парень. — Клинят, перегреваются, а еще патрон может прямо в стволе взорваться.

— Хрена себе, — произнёс я, взвешивая в руке небольшой клинок.

Больше всего эта штука была похожа на гладиус, только лезвие заметно уже и чуть длиннее.

В общем, нацепив на себя всё, чем обеспечил меня Митин, заметил, что и Невельскому выдали точно такой же набор, только на теле парня было куда больше всяких баночек, мешочков и флакончиков.

— Ну что, готовы? — к нашей троице подошла Агата и, обернувшись, увидел, что Гена и Суля, переминаясь с ноги на ногу уже стоят у воронки портала, которая весело переливалась всеми оттенками перламутрового.

— Почти, — поднимаясь сказал Митин и обратился ко мне и очкарику. — Так, парни, первый проход через границу, может вызвать, как бы это помягче… Короче, меня первый раз вывернуло, Гена вон, вообще в штаны наделал, в прямом смысле этого слова. В общем, реакция у каждого может быть разной. Если станет совсем плохо, сразу предупреждайте. Ясно?

— Да вроде бы ничего сложного, — ответил я за себя и за Егора, поправляя перевязь с клинком и подгоняя поудобнее ремень с разноцветными склянками. Понятие не имею, что в них за жидкости, но лучше будет, если я в любой момент смогу их достать. Так, по крайней мере чисто на вид, я не выгляжу совсем уж зелёным профаном.

— Вот и отлично, — кивнул тем временем Митин. — Ну, что, вперед?

Парень прошел мимо нас, чуть приобнял за плечи Агату и вместе с ней двинулся к воронке. Не замедляя шаг, они прошли внутрь и их примеру тут же последовали Суля и Гена.

— Ну что, идём? — спросил Егор.

— А куда деваться? — улыбнулся я и быстрым шагом подошел к порталу, глубоко вздохнул, а затем шагнул внутрь, слыша, как Невельский делает тоже самое.

Никаких особых световых или звуковых эффектов не было, как только я целиком оказался в воронке, меня тут же со всех сторон обволокла серая дымка и быстро сделав еще пару шагов, почти сразу вынырнул из неё, оказавшись на другой стороне.

— Пу-пу-пу-пу-пу-у-у-у… — выдал я, разглядывая развернувшуюся перед глазами картину.

Глава 11

— Да какого хрена? — Агата, потеряв остатки самообладания начала изо всех сил колотить по порталу, который, из податливой воронки пространства — превратился в непреодолимую стену.

— Успокойся, — тихо произнёс Адриан и обняв девушку, прижал её к своей груди. — Мы что-нибудь придумаем, обязательно.

— Что? — всхлипывая спросила брюнетка, бросая испуганный взгляд на царящий вокруг хаос.

— Слышь, нехорошо это, — пробасил Гена, обращаясь ко мне.

— Нам явно нужнее, — ответил я, переворачивая на спину очередное растерзанное тело, в надежде найти в его карманах что-нибудь ценное. — Я бы на вашем месте ящики осмотрел, собрал в кучу всё, что может понадобиться. Судя по всему, наше приключение на пару часов, затягивается на неопределённый срок.

Здоровяк ничего мне не ответил и лишь тихонько выругался, а я, пожав плечами, продолжил вынужденное мародёрство.

Мда… первая вылазка в разлом явно не задалась.

Как только дымка рассеялась, и я оказался по эту сторону разлома, то, первое, что увидел, были тела. Изувеченные, лежащие в неестественных позах, а некоторые вообще были нанизаны на колья и выставлены на всеобщее обозрение, как музейные экспонаты или огородные пугала.

На лесной поляне, очень похожей на ту, где мы вошли в портал, валялись раскуроченные ящики с припасами, техникой, снаряжением. Их содержимое было разбросано по опушке. Видимо, местные обитатели не нашли в них особой пользы и просто постарались уничтожить всё, до чего смогли добраться.

Как только первый шок прошел, Митин сразу же скомандовал возвращаться, но червоточина наотрез отказалась нас выпускать. Мы пробовали прорваться по одному, все вместе, пытались прорвать силой невесть откуда взявшийся барьер, но всё было тщетно. В конце концов Адриан признал, что мы здесь заперты и единственный вариант выбраться — это самим закрыть портал, ну или дождаться помощи, которой, естественно неоткуда было взяться.

Когда штудировал сеть, несколько раз натыкался на упоминания о том, что разломы могут эволюционировать. Происходит это из-за резкого скачка магических эманаций, например, использование чересчур сильных заклятий или ритуалов, не подходящих под уровень измерения. И тогда барьеры, ограничивающие пространство разлома, могут дрогнуть и твари, которых в портале попросту не должно быть, проникнут за ограждающую пелену.

Если говорить простым языком, то разлом — это некая замкнутая зона другого мира, которая имеет четкие пространственные ограничения, за которые не способны проникнуть ни люди, ни демоны. Границы работают и на вход, и на выход, образовывая экосистемный вакуум. Но уже озвученные мною процессы, могут этот самый вакуум пошатнуть и тогда… тогда случится то, что случилось с нами.

Теперь даже представить сложно, до какого уровня мог эволюционировать этот разлом. Не исключено, что где-то в глубине этого места завёлся целый высший.

Гадство! Мне везёт как утопленнику…

Я снова бросил несколько коротких взглядов на членов отряда Митина и ругнулся, понимая, что моральный дух всей группы практически на нуле.

Несмотря на увещевания командира, все его подчинённые потихоньку начали паниковать. Одни истерические выкрутасы Агаты чего стоят. Девица уже успела поплакать и вообще показала себя не с самой лучшей стороны. Если так сложится и нам придётся биться с чудовищами, предпочел бы, чтобы она держалась от меня как можно дальше.

— Так, самую грязную работу я сделал, — складывая в общую кучу артефакты, зелья и оружие, снятые мной с последнего трупа. — Теперь давайте, ноги в руки и займитесь уже делом, хватит соплями давиться.

— Да пошел ты! — вскрикнула девушка, оторвав голову от груди своего, судя по всему, парня. — Мы здесь все сдохнем!

— Отличный настрой, боевой прям, — хмыкнул я. — Егор, подойди сюда.

К моему удивлению, единственный, кроме меня, кто не стал падать духом и был занят хоть чем-то полезным, оказался как раз мой робкий «сокамерник». Невельский, увидев, как я начал обыскивать трупы, тоже принялся за работу, шаря по поляне в поисках чего-то полезного. Умеет парень собраться, когда того требует ситуация, этого у него не отнять. Полезное качество, не зря я всё-таки держу его при себе.

Рано или поздно, если мы, конечно, доживём до того момента, наши приключения выбьют из него всю эту робость, которая въелась в характер парня как ржавчина в блестящий металл. Есть в нём стержень, нужно лишь, чтобы он сам поверил в то, что он существует, а остальное проявится само собой.

— Знаешь, что это за зелья? — я указал пальцем на сложенные в кучу скляночки и флакончики.

— Масло против кругзов, — взяв пузырёк с красноватой жижей, в которой виднелись темные песчинки, сказал Невельский. — Это настойка буровика, его применяют против кровотечений. Это лумага, микстура против ядов. Это стадина, обеззараживающая мазь.

— Понятно, значит они, тебе знакомы, — наблюдая за тем, как парень берёт одну баночку за другой, сказал я. — Теперь, будь добр, разложи их все по порядку. Вспомогательные в одну кучку, целебные в другую, если будет что-то, с помощью чего мы сможем нанести урон врагу, в третью.

— Хорошо, — кивнул очкарик.

Наблюдая за тем, как Егор взялся за дело, со знанием дела раскладывая алхимические примочки, решил, что пора действовать. Если так и останемся здесь сидеть, уверен, те, кто сотворил такое с опытными бойцами, с лёгкостью разорвут на куски наш небольшой и потерявший весь боевой дух отряд. Пожалуй, на данный момент никто из всей этой компании мне не помощник, а значит, мне придётся действовать самому.

Невельский в принципе пока не боец, Митин занят тем, что утешает свою истеричную боевую подругу, Суля с Геной просто сидят на обломках ящиков и бросают на всех хмурые взгляды.

Не то, чтобы я возомнил себя спасителем всех и вся, который способен сокрушить всю местную нечисть. Но и сидеть на месте в ожидании чего бы то ни было, совсем не по мне. Нужно хотя бы пройтись по округе и осмотреться, а потом, владея хотя бы толикой информации, попытаться составить план. Оставаться ли на этой поляне и занять оборону, используя то, что есть под рукой, или пойти и надавать по заднице демонам, которые мешают нам выбраться. Второй вариант — та ещё утопия, но, если придётся, буду зубами выгрызать куски тварей, и в конечном итоге они сами станут умолять меня покинуть этот разлом.

— Ты молодец, — хлопнув молодого лекаря по плечу, повернулся к обнимающейся потерянной парочке. — Так, бойцы, я пойду пройдусь, посмотрю, что тут да как. Вам задание, чтобы глаз с Егора не спускали, и не дай бог с его головы упадёт хоть один волос.

— Эй, ты чего?! — тут же всполошился Невельский. — Я с тобой!

— Пока не стоит, — сказал я и натянул на лицо самую уверенную улыбку, которую только мог изобразить. — Я быстро гляну, что вон за теми деревьями, и сразу назад. А ты пока своим делом занимайся.

— Но… — очкарик попытался протестовать, но, встретившись со мной взглядом, всё же сдался. — Хорошо, — немного обиженно буркнул Егор и кивнул, от чего его круглые очки снова сползли на переносицу.

Не говоря больше ни слова, под офигевшие взгляды остальных членов отряда, обнажил клинок и, положив его лезвие на плечо, двинулся прямо в чащу.

Вообще, я представлял увидеть на этой стороне всё что угодно. Пышущую жидкой лавой геенну, готический замок, какие-нибудь катакомбы с развешанными на стенах человеческими телами, да и вообще всё что угодно, но не обычный, на первый взгляд, лес.

Трупы, конечно, были, даже можно сказать, развешанные, но это всё равно не то.

При слове «демоны», моя фантазия рисует рогатых тварей с копытами, клыками и прочими атрибутами адских созданий, и это место совсем не подходит на роль их пристанища.

Я скорее охотно поверю в то, что здесь обитают эльфы, кентавры или какой-нибудь леший с йети. Пусть здесь и растут эти гигантские и необъятные деревья, от размера и вида которых становится как-то не по себе, но всё равно, как бы там ни было, это просто лес.

Последний раз обернувшись на оставленный за спиной отряд, с удовольствием отметил, что к Егору присоединился Суля, а поднявшийся на ноги Гена, обнажил клинок и начал озираться по сторонам. Что ж, судя по всему, у нас ещё не всё потерянно, если они перестанут сопли на кулак наматывать, глядишь и получится выкарабкаться из того дерьма, в которое мы вляпались.

Скрывшись за первым же гигантским стволом, активировал источник и начал двигать энергию по всему телу, разгоняя её словно кровь. Я уже давно понял, что чем лучше будет разогрета магическая структура, тем легче будет ей управлять, и, учитывая то, что здесь творится, уверен, мне не раз придётся прибегнуть к её помощи.

Вряд ли враждебная территория, на которой обитают неведомые и опасные твари, это лучшее место для экспериментов. Но другой возможности может просто не быть, а значит, стоит попробовать то, о чём рассказывала Валентина Со.

Я попытаюсь задействовать свой первый круг на максимум, постараюсь выжать из себя всё, на что способен. Хуже точно не будет, а в случае успеха, шансы на выживание возрастут в разы.

Отойдя от отряда метров на пятьдесят, постарался прислушаться к окружению и понял, что не слышу совершенно ничего, кроме естественных звуков леса. Сконцентрировавшись и взяв под контроль энергию в своём теле, направил её к ушам, стараясь уловить любые, даже самые незначительные изменения.

Сначала ничего не происходило, мне даже показалось, что я делаю что-то не так. Каплю за каплей я направлял энергию к органу чувств, отвечающему за слух, пока вдруг на меня не обрушился целый водопад звуков. Но, это длилось всего лишь мгновение, потому что энергия продолжала поступать, и в конечном итоге я даже перестал слышать хруст веток у себя под ногами.

Так дело не пойдёт, давай по новой.

Откатив силу обратно и повторил процедуру, только на этот раз уменьшил порции энергии ещё больше.

Как и в первый раз, вначале ничего не менялось, затем, когда до меня начали доноситься звуки, которых до этого не было, ещё сильнее урезал порции и продолжил через паузы цедить крохи, пока не смог разобрать речь.

— Да кто он вообще такой? — спросил женский голос.

— Выскочка, — произнёс Митин. — Случайно выиграл дуэль против угашенного дурью бандоса и какого-то нищего, вот и возомнил себя не пойми кем. Уверен, он там сейчас трясётся от страха и в штаны ссыт.

— Зря ты так думаешь, — вмешался Егор. — Бес не трус, да и дуэль не случайно выиграл.

— Ты вообще рот закрой, — вдруг озлобился Адриан. — Если твой дружок там скопытится, мы балласт на себе не потащим, поэтому закрой-ка лучше рот и сиди копайся в этом мусоре. А-то знаешь, в разломах всякое бывает…

Ну вот, а мне уже начало казаться, что хоть одного нормального благородного встретил, но нет, очередное дерьмо. Стоило ситуации пойти не по намеченному сценарию, как наружу сразу же вылезла истинная суть этого говнюка. Интересно, а истеричку свою он тоже бросит, если припрёт? Девок вокруг много, а он у мамы один такой.

Всё-таки, каким бы ни был этот новый мир, а люди везде одинаковые. Если положение и всевозможные жизненные блага они получают по наследству, а не через каждодневный тяжелый труд, не стоит ожидать, что они вырастут достойными людьми.

Естественно, всегда есть исключения из правил, но в большинстве своём, все эти, так называемые, элиты, заботятся только о собственной шкуре и выгоде.

Ладно, возвращаться сейчас не стоит, Егор не дурак и в бутылку лезть точно не будет. Если понадобится, проглотит парочку оскорблений, а значит за него можно быть спокойным, по крайней мере настолько, насколько вообще можно быть спокойным в подобном месте.

Перестав концентрироваться на голосах, снова сосредоточившись на энергии, уменьшил её порции до минимума, на который был способен и продолжил усиливать слух. С каждой новой толикой силы, мне удавалось всё лучше и лучше не просто слышать, а буквально чувствовать окружение.

Каждый шорох, хруст, шелест листвы — всё это, в прямом смысле слова, рисовало картинку окружения в моём мозгу. Мои уши превратились в самый настоящий сонар, с помощью которого я мог, даже с закрытыми глазами ориентироваться в пространстве и «видеть» даже то, что происходило у меня за спиной.

Как там говорил Егор? Валентина была способна слышать звук падающего листа? Что ж, попробуем.

Продолжая держать концентрацию и поток силы на необходимом уровне, открыл глаза и сорвал с ближайшей ветки несколько изумрудных штучек, похожих на берёзовые бруньки, после чего, по одной, начал подбрасывать в воздух в надежде услышать хоть какой-то звук.

Первая попытка ничего не дала, я услышал лишь звук удара о землю, который волной отразился от поверхности, рисуя передо мной картину каждой веточки и травинки, растущей из-под земли. Хорошо, добавим ещё кроху энергии и повторим попытку, но эффект был тем же, поэтому я повторял манипуляцию ещё и ещё, пока в какой-то момент, где-то на границе слуха, до меня не донёсся звук, очень похожий на истошный человеческий вопль.

Поначалу даже подумал, что мне послышалось. Мало ли какие звуковые артефакты могут проявляться от подобных магических усилений, но, когда вопль повторился опять, затем снова, понял, что это не глюк.

Похоже, где-то впереди, кто-то очень старается сделать больно одному из бедолаг, которых не досчитался Митин среди трупов отряда зачистки.

Не то чтобы мне сильно хотелось геройствовать. Бездумно рисковать шкурой ради каких-то неизвестных людей — вообще не моя история. Но, думаю, те кто должен был истребить тварей в этом разломе, куда более осведомлённые рэнары, чем лысый аристозадик. Вот и выходит, хочешь не хочешь, а придётся попробовать их спасти. Без информации мне отсюда не выбраться т никто, кроме этих бедолаг, мне её не даст.

Тяжело вздохнув и запустив Интрум на всю катушку, бесшумно и с молниеносной скоростью ринулся на звук, параллельно напитывая силой глаза, по тому же принципу, что и уши. Если мне удастся сделать своё зрение таким же острым, как и слух, то, уверен, шансов на то, чтобы выжить, у меня будет гораздо больше.

Оказалось, что нестись через лес, стараясь не наступать на сухие прутья, уворачиваться от свисающих веток и поддерживать идеальный уровень силы, для суперслуха, это тот ещё геморрой. Мне понадобилась вся концентрация, на которую был способен, лишь для того, чтобы настройки сонара не слетели до уровня заводских. Поэтому, даже и думать не стоило о том, чтобы попытаться прокачать ещё и зрение до того уровня, на котором находился слух.

Пожалуй, пока источник крика не окажется в моём поле зрения, сконцентрируюсь только на слухе. Один усиленный до максимума орган — лучше, чем вообще ни одного.

Оказывается, путь, выбранный Валентиной, не так уж и прост. Даже с моими способностями контролировать Интрум, поддерживать баланс энергий — тот ещё геморрой. Теперь, когда я проверил всё на собственной шкуре, достижения этой женщины кажутся поистине невероятными.

Но и я не пальцем деланный, уверен, если продолжу тренироваться, смогу в кратчайшие сроки не только встать с ней на одну ступень, но и превзойти. А там уже и до Экстрара рукой подать будет.

Я еле успел затормозить, едва не вылетев из тени исполинских деревьев на совершенно голую и лишенную любой растительности, поляну. Вместо присущей этому лесу травы, площадка была усыпана гладким булыжником, размер которых не превышал кулак только что родившегося младенца.

Остановившись у большого куста, который приятно пах смесью роз и клубники, стал внимательно осматривать местность и почти сразу обнаружил источник крика, который меня сюда и привел.

На столбах, почти на таких же, что мы обнаружили у воронки разлома, были подвешены три человека, два из которых ещё подавали активные признаки жизни. Один из мужчин, с множеством ран на теле, которые, если присмотреться, являлись не просто хаотичными повреждениями, а четко вырезанным на теле рисунком, бездыханно висел на столбе, чего не скажешь о его товарищах по несчастью.

Прямо у меня на глазах, тело одного из бедолаг неестественно выгнулось, и под наполненный страданиями вопль, кожа на его груди треснула, а из раны хлынула густая алая кровь.

— Какого… — только и смог прошептать я, ощущая, как пространство вокруг наполняется магией и её эпицентром является несчастный, который уже сорвал свой голос, и вместо воплей из его горла вырывался лишь сдавленный хрип.

От наполняющей всё вокруг силы начало покалывать кожу, а волосы на голове стали потрескивать, как будто я полдня терся о шерстяной ковёр. Концентрация магии стала такой плотной, что казалось, её можно пощупать руками.

Ритуал.

Как и в тот раз с чертежом, в моей голове снова появилось знание, которого там раньше не было. Оно возникло внезапно, прямо из ниоткуда, но ощущалось так, словно всегда было в ней.

Эта чертовщина уже здорово меня напрягает, и началась она именно тогда, когда погиб Берг. Точнее, когда я размозжил его голову той дубиной, превратив кости черепа в труху.

В тот момент мне казалось, будто кто-то пытается за раз впихнуть в мою голову столько информации, сколько я не накопил даже за всю свою прошлую жизнь. А ещё источник, с ним творилось примерно то же самое, по ощущениям он тогда чуть не лопнул, наполняясь неизвестно откуда взявшейся силой.

Гадство!

Если удастся тут выжить, мне нужно сделать всё возможное для того, чтобы выяснить, что конкретно со мною произошло. Может, это какая-то особенность дара этого тела или у моей внезапной прокачки есть другие причины, не важно, оставим выяснения на потом, а сейчас нужно действовать.

Закрыв глаза, сконцентрировался на витающей вокруг магии и попытался уловить отдельные волны, исходящие от начинающей затихать жертвы. Для того, чтобы понять, какой именно ритуал происходит на этой площадке, в первую очередь необходимо определить, куда уходит сила, которую тёмное таинство выкачивает из висящего на столбе рэнара.

К моему удивлению, получилось это почти сразу.

Несмотря на то, что я не обладал Экстраром, ощущать столь мощный внешний магический фон, оказалось проще простого и как только перед глазами появились еле заметные фиолетовые круги, сразу же понял, что дело дрянь.

Волны, исходящие от тела рэнара, по ниспадающей траектории погружались прямо в почву у его ног, и значило только одно. Ритуал выкачивает силу из мага и питает разлом!

Понятия не имею, для чего и зачем это нужно, на этот вопрос ответа у меня не было, но то, что подобный ритуал не требует никакого контроля, я знал точно.

Теперь не удивительно, что поблизости не видать никого, кроме висящих на столбах бедолаг. Тот, кто это с ними сделал, решил уйти подальше, чтобы не помешать тонкой структуре творящейся магии.

— Спасателей вызывали? — я выбежал из кустов и направился прямиком к истекающему кровью парню.

Он уже почти не подавал признаков жизни, а булыжники под его ногами окрасились в красный цвет почти на метр вокруг.

— Ты кто? — испуганно спросил самый невредимый из троицы, хотя невредимый, это я, конечно, загнул.

Вместо лица у него было сплошное кровавое месиво. Нос целиком вдавлен в череп, верхняя губа разорвана на две неравные части, а оба глаза заплыли так, что я искренни поражался, как он вообще может видеть.

— Митина знаешь? — вместо ответа спросил я и тот быстро кивнул, отчего болезненно зашипел. — Вот я с ним пришел. Что у вас здесь случилось?

— Сначала спаси Тарха, — он указал кивком на затихшего бедолагу, которого я уже отвязывал от столба.

Тело несчастного мешком повисло у меня на руках, но, несмотря на то, что мне удалось избавить его от пут, ритуал продолжал действовать, вытягивая из него силу.

Взяв из источника немного энергии, сконцентрировал её у себя на ладони, отчего та сразу же онемела. Поднеся руку к груди парня, ощутил сопротивление, словно пытался соединить однополюсные стороны двух магнитов, и сразу же надавил, пытаясь коснуться своей рукой тела жертвы.

Чем меньшее расстояние оставалось до цели, тем больше сопротивления я ощущал, пока, в конечном итоге, не смог проломить защиту и не вмешался в энергетическую структуру ритуала своей силой. Как только это произошло, заклинание сразу распалось, высвободив огромное количество энергии, волна которой чуть не снесла меня с ног.

— Парень, ты кто такой? — снова спросил меня висящий на столбе рэнар, наблюдая за моими манипуляциями.

— Сначала отведу вас в безопасное место, — сказал я и начал его отвязывать.

— А оно есть?

— По крайней мере, там есть кому о вас позаботиться, — уклончиво ответил я и, положив его на землю, быстро подошел к третьему, который продолжал висеть на столбе.

Мертв.

Отвязывать бездыханное тело не было никакого резона. Во-первых, это бесполезная трата времени. Во-вторых, этим двоим ещё можно помочь, а мертвому бедолаге нет, так что тащить через лес его труп точно не самая продуктивная трата сил.

— А Сёма? — спросил рэнар, но я отрицательно покачал головой.

— Если будет возможность. Я за ним вернусь, а пока мне и вас двоих за глаза хватит.

Напитав всё своё тело силой, подхватил несчастных и, закинув их себе на плечи, бросился обратно к лагерю, на этот раз не особо пытаясь скрываться и ломясь через лес, словно лось.

Жизнь стремительно покидала подвергшегося ритуалу рэнара, а значит, если хочу его спасти, мне нужно поторопиться. Не знаю, способен ли помочь ему Невельский, но так хотя бы есть шанс, потому что я в лекарских делах вообще ни в зуб ногой.

На этот раз дорога заняла куда меньше времени, сейчас я не осторожничал и не медлил, а просто бежал напролом, отчего ветки деревьев больно хлестали меня по лицу, а висящие на поясе ножны, умудрились здорово натереть бедро.

— Свои! — заорал я заранее и вылетел на поляну, где, до зубов вооруженный отряд ощетинился всем доступным оружием.

Видимо, ребята Митина, да и он сам, тоже не пальцем деланные и смогли загодя услышать моё приближение. К тому же порадовал тот факт, что Егора они надежно укрыли у себя за спинами. Всё-таки, как бы там ни было, а мозги у Адриана ещё варят, понимает, что без лекаря, пусть даже и не опытного, намного хуже, чем с ним.

— Егор, — тут же позвал я, опуская свою ношу на землю. — Вот этому совсем плохо!

— Что случилось? — тут же спросил парень, выбегая из-за спин своих защитников.

— Ритуал, — произнёс я. — Силу из него выкачивал. Что-нибудь можно сделать?

— Я попытаюсь, но… — он начал нервно жевать губы и попытался вжать голову в плечи, словно пытался спрятаться в невидимый панцирь.

— Давай-давай, — подбодрил я молодого лекаря. — И чтобы он у меня уже к вечеру как новенький бегал, — на это Егор ничего не ответил, но было видно, что мои слова до него дошли.

Он сразу же начал шарить по своему поясу, вынимая из петель одну баночку за другой, затем некоторые из них стал заливать в рот лежащему без сознания рэнару, а другие размазывать по ранам, после чего водрузил руки ему на грудь и те стали светиться едва заметным зелёным светом.

— Ну, теперь рассказывай, — повернулся к тому, чьё лицо походило на мясной фарш. — Как зовут, что здесь у вас случилось и какого хрена вы никому не дали об этом знать.

— Что там случилось? — вмешался в разговор подоспевший Митин. — Где Дуров?

— Хорн меня звать, — полностью игнорируя Адриана, представился рэнар. — А случился с нами Мелид.

— Кто? — спросили мы с Митиным в один голос.

— Брата так моего зовут, — поморщившись, от чего сразу же зашипел, сказал Хорн. — Хотя после того, что он сделал, я уже сомневаюсь, что этот человек, мой брат…

В общем, из рассказа этого бедолаги я узнал, что они с Медом были рэнарами и входили в группу Романа Дурова.

Команда не хватала звезд с неба, бралась за самые плёвые из порталов, те, что не имели никакой ценности для аристократии или Ордена, но особо на жизнь никто не роптал. Большого риска было немного, группа была опытной и в целом, каждый поход в разлом, приносил неплохой доход, которого хватало на жизнь и получалось даже откладывать.

Всё изменилось пару недель назад, когда Мелид внезапно стал совсем не похож на себя прежнего. Он не узнавал старых друзей, да что там друзей, он даже брата близнеца не узнал, стал замкнутым и даже скрытным.

Когда у него начались странности, первые несколько дней Мелид вообще не выходил из своей комнаты, круглые сутки роясь в сети. Что такого интересного нашел там его брат, Хорн не знал, но по прошествии нескольких дней, Мелид заявил, что ему необходимо добыть аэорн Высшего.

Хорн тогда рассмеялся и сказал, что для такого они должны были либо родиться в богатом аристократическом клане, либо быть обладателями дара, который позволил бы им стать внеранговыми и выйти на Мергер.

В общем, ту историю Хорн списал на переутомление из-за нескольких дней, что Мелид провёл в сети и даже забыл о ней, до сего дня.

Когда Дуров объявил сбор и сказал, что у группы есть заказ на зачистку портала, Мелид оживился и, кажется, даже повеселел. Всю дорогу до разлома парень улыбался и находился на седьмом небе от счастья, но стоило им оказаться войти в разлом, всё кардинально изменилось.

Первым делом Мелид применил, неизвестно откуда взявшийся у него, усыпляющий артефакт. Почти весь отряд, кроме Дурова, провалился в сон.

Самого командира группы лишь легонько накрыло, оно и понятно, Роман Дуров владел Экстраром и артефакт первого круга ему не по чем. Между ними завязался бой, в которой Мелид неожиданно выиграл, после принялся творить такое, что у Хорна волосы встали дыбом.

— Так ты, получается, тоже не спал? — перебил я рэнара.

— Спал, конечно, — тут же ответил тот.

— А откуда про схватку между Дуровым и Мелидом знаешь?

— Сам Роман рассказал, — ответил Хорн. — Когда я очнулся, Дуров рядом со мной связанный валялся. Да и Мелид охотно делился своими планами. Говорил, что с помощью ритуалов, сможет напитать нашей силой портал, разрушить его внутренние границы и призвать Высшего.

— ЧЕГО?! — воскликнул Адриан.

— Да не ори ты над ухом, — сказал я, болезненно морщась. Видимо, из-за манипуляций с первым кругом, мой слух до сих пор сохранял невероятную остроту. — Дальше что было?

— Он сначала перебил всех, у кого был совсем крохотный дар, а затем начал творить то, что ты видел на той поляне, — глухо ответил Хорн и тяжело вздохнул.

— То есть, те, чей дар совсем мал, ему не нужны? — задал я очередной вопрос.

— Ага, — кивнул Хорн. — Он поэтому Романа с собой забрал, сказал, что его силы хватит, чтобы проделать брешь в истончившемся барьере, а Высший, завершит остальное.

— Вот сука, — злобно проговорил Митин. — Куда он пошел?

— Расслабься, — сказал я и повернулся, чтобы взглянуть на Невельского, который продолжал колдовать над Тархом. — Егор, ты как?

— Нормально, — машинально кивнул парень и с его головы сорвались здоровенные капли пота. — Ещё чуть-чуть и всё.

— Смотри не переусердствуй. Одного без сознания нам и так хватит, не хватало ещё, чтобы ты свалился, — после этих слов снова вернулся к Хорну. — Знаешь куда Мелид потащил этого вашего Дурова?

— Если они братья, я могу попробовать применить метку крови, — сказал Суля.

Вот же… я даже не заметил, как весь отряд собрался вокруг израненного рэнара и с открытыми ртами слушал его историю.

— Ну вашу ж мать! — рявкнул я. — Вы совсем идиоты? За окружением кто следить будет? Я? — глупо было думать, что из этих бестолочей выйдет толк.

Для них всё это не более чем весёлое приключение, по крайней мере раньше так было. Зашли в низкоуровневый портал, нервишки пощекотали, на демонов посмотрели и всё, назад.

Нет, так дело не пойдёт.

События начинают предпринимать совершенно неожиданный оборот, особенно учитывая рассказ Хорна. У меня и так голова кругом, а теперь ещё и эти придурки проблем подкидывают. Уверен, Митин уже мысленно ведёт весь отряд на охоту за взбесившимся рэнаром, вон как глазки горят, а мне такого добра не надо, у меня к нему свои вопросики есть.

— Бес, ты давай скромнее, — Адриан, тем временем, сделал шаг вперед и встал напротив меня. — Не забывайся, ты всего лишь простолюдин, а мы все из благородных семей. Среди вольных рэнаров происхождение никакой роли не играет, но ты всё равно не забывай, кто есть кто.

— Демонам, которые будут ваши туши жрать, вообще насрать кто и из какой семейки, — оглядев лысого рэнара с ног до головы, я тоже сделал шаг вперёд, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки.

— Это мой отряд, — ледяным тоном произнёс Митин. — И командую тут я, а не какая-то безродная шавка… — это было последнее что сказал Адриан.

Даже если лысый рэнар хотел что-то добавить, то я просто лишил его такой возможности.

К моему удивлению, первый удар, правый боковой, который метил ему прямо в бороду, Митин пропустил мимо себя, всем телом отклонившись назад и это было его ошибкой. Несмотря на отличную реакцию и инстинкты, ему явно не хватало опыта. Слишком уж эти маги полагаются на свой дар и пренебрегают банальной выучкой.

Воспользовавшись тем, что Митин своим манёвром напрочь лишил себя мобильности, выбросил левый боковой точно в печень, а затем молниеносно выхватил висевший на поясе клинок. Сместившись рэнару за спину, схватил Адриана за шиворот и прикрылся им как щитом от остальных членов его отряда.

Интерлюдия. Общежитие номер два, комната Давыдова и Ранцева.

Ранцев почувствовал неладное ещё до того, как дверь отворилась. Воздух в комнате сгустился, словно перед грозой, а тени в углах задрожали без всякого ветра. Когда Давыдов переступил порог, парень понял, что с его приятелем что-то не так.

— Рановато сегодня вернулся, — проговорил Ранцев, инстинктивно отступая к стене. Давыдов, двигался неестественно, словно игрушка в руках пьяного кукольника, отчего каждый шаг, казалось, даётся ему с огромным трудом.

Он застыл у своей койки — безжизненная марионетка из плоти, глядящая в никуда каким-то неподвижным и даже безжизненным взглядом. Дыхания не было. Сердцебиения тоже. Только холод, исходящий от него волнами, как от могильной плиты в зимнюю ночь.

— Эй… — Ранцев протянул руку к плечу соседа и тут же отдернул ее с проклятием, потому что кожу ладони ожгло льдом преисподней. — Какого демона…

Тварь, что была Давыдовым, повернулась с хрустом позвонков. Ее пальцы вонзились в горло Ранцева, прорезая плоть, словно гнилую ткань. Кровь хлынула фонтаном, окрашивая стены в багрянец.

— Людишки… — прошелестело нечто могильным голосом, разжимая хватку.

Ранцев рухнул на пол, захлёбываясь собственной кровью. Его ноги и руки судорожно скребли паркет, оставляя на нём алые борозды, но жизнь уже покидала изувеченное тело. Через полминуты агонии наступила давящая и неестественная тишина.

Демон в обличье Давыдова наблюдал за предсмертными муками своей жертвы с тоской хищника, который не успел вдоволь насладиться азартом охоты и раньше времени поймал свою дичь. Людская плоть была такой хрупкой, такой… разочаровывающей.

— Жалкие мешки с мясом, — прошипел он, извлекая из-за пазухи черную шкатулку, покрытую неизвестными рунами. — Летите братья, ваше время пришло.

Крышка отворилась, и тьма хлынула наружу — сотни голодных Теней Фаргазы, каждая размером с кулак, устремились к вентиляционной шахте и в скором времени, почти в каждой комнате общежития номер два, стали раздаваться душераздирающие вопли.

Глава 12

— Слушайте меня внимательно, — стараясь держать в поле зрения всю троицу, рывком поставил Митина на ноги. — У нас с вами два варианта событий. Вы можете попытаться наброситься на меня, и в итоге я перебью вас всех как собак. Или попытаемся договориться, но только теперь будем играть по моим правилам.

Дёрнув за шиворот корчащегося Митина, которому явно было несладко после удара в печень, чуть надавил на клинок, отчего по горлу парня потекла тонкая струйка крови.

— Ты как считаешь, мы сможем договориться? — спросил я у Адриана, и тот аккуратно кивнул. — Вот и я думаю, сможем.

На самом деле, затевать эту драку совсем не хотелось. Думал, максимум постоим, побычимся друг на друга и всё. Но в момент, когда Митин назвал меня безродной шавкой, услышал, как кто-то у меня за спиной достаёт из ножен клинок. Дожидаться удара в спину было глупо, поэтому решил действовать наперёд.

— Ну так что? — спросил я у стоящей передо мной троицы. — Послушаете командира или мне ваши благородные жопы в расход пустить?

— Что предлагаешь? — глухо спросил Гена.

— Бросайте оружие и ложитесь на землю, — тут же скомандовал я.

— Может мне ещё штаны снять? — спросила Агата, и я ещё сильнее надавил на клинок приставленный к горлу Адриана.

— Заманчиво, но ты не в моём вкусе, так что расслабься. Может они тебя послушают? — спросил у Митина и немного встряхнул его за шиворот.

— Делайте как он говорит, — осторожно проговорил парень, потому что при каждом движении горла, прижатое к нему лезвие, всё сильнее врезалось в кожу.

Звук падающих на землю клинков приятным звоном разнёсся по поляне перед разломом, а я кивком подозвал Невельского, который, к моему удивлению, тоже схватился за меч, после чего обратился к Хорну.

— Не окажешь услугу?

— Какую? — с готовностью отозвался спасённый мною рэнар.

— Свяжи их как можно крепче!

Парень тут же принялся за дело, а я внимательно наблюдал, чтобы узлы из поясных ремней были как можно туже.

Можно было бы конечно попросить Егора этим заняться, ему я доверяю намного больше. Но кто знает, что взбредёт в голову этим придуркам? Остаться в ситуации, когда у каждой из сторон будет по одному заложнику, такое себе, поэтому лучше не рисковать. Хорн вроде бы не плохой парень, да и не глупый вовсе. Понимает, что Митин и его идиоты сами напросились, поэтому и оказались в такой ситуации.

— Думаешь, такие верёвочки их удержать? — спросил Хорн, после того как закончил. — Они же на втором курсе техникума, их первый круг куда сильнее чем мой.

— Удержат, — внезапно вмешался в разговор Егор. — Настойка пракивы, имеет эффект сонного зелья и используется для проведения срочных операций в полевых условиях.

— Неплохой вариант, — хмыкнул я.

— А где гарантии, что вы нас не перебьёте? — спросил Митин. — Да и демоны. Хорн сказал, что они даже пикнуть не успели, когда Мелид их усыпил. Значит, разлом не зачищен и эти твари бродят где-то здесь.

— А ведь он прав, — пожал плечами Хорн.

— Лучше пусть они будут спящие, чем мёртвые, — кивнув Егору, чтобы начал поить связанных настойкой пракивы, сказал я. — Не очень-то хочется, оставлять за спиной до зубов вооруженный отряд, который точит на меня зуб. По крайней мере, под действием зелья у них есть шанс выжить, а если откажутся принимать, я их просто убью.

Говорил я совершенно серьёзно, другого выхода из ситуации не было или я его просто не видел. В любом случае, до этого момента ни я, ни кто-то другой даже издалека не видел здесь ни одного демона, так что есть шанс, что эти твари совсем не появятся. А вот вариант того, что Митин с его шайкой решат отомстить мне за нашу стычку, реальней некуда.

Так что, пусть лучше поспят пару часов, а я пока попробую разобраться с тем, что тут творится, и уже потом, когда выберемся из этой задницы, будем решать наш конфликт.

— А что ты собираешься делать? — тем временем спросил Хорн.

— Найду твоего брата, — ответил я. — Попробую поговорить, может получится его вразумить, а если нет… Сам понимаешь, после такой выходки, он всё равно не жилец. Сомневаюсь, что и он оставит нас в живых, если станет обладателем аэорна.

— Понятно, — тихо произнес парень и опустил плечи. — Как его искать собираешься, эти-то всё, не помощники?

Взглянув на клюющих носом рэнаров, которых исполнительный Егор уже успел напоить нужной дозой настойки, тихо вздохнул и мысленно обругал себя за недальновидность.

— Первым делом вернусь на площадку, где вас нашел, — после недолгой паузы, ответил Хорну и добавил. — Возможно удастся обнаружить какие-нибудь следы, может ещё что, не знаю. Уверен только, что начинать нужно оттуда.

Потратив ещё пару минут на отвлеченные разговоры, составили небольшой план, на случай того, если я не вернусь и приступили к сборам.

Первым делом взял из рук Егора склянку с настойкой и самостоятельно напоил Митина, который всё это время смирно стоял на коленях, с прижатым к горлу клинком.

После того как лысый вырубился, лично связал ему руки и проверил путы на остальных, которые были так же крепки, как и мои. Молодец Хорн, голова у него варит. Понимает, кто тут за всё хорошее, против всего плохого.

Потратив ещё немного времени на подготовку припасов попрощался с Егором и Хорном, после чего двинул в путь. Рэнар сказал, что будет беречь моего сокамерника и сделает всё возможное, чтобы демоны не смогли до него добраться, ну, а мне пожелал удачи. По нему было видно, что он прекрасно понимал участь своего брата и даже смирился с ней, но попросил, если будет возможность, убить его быстро, чтобы не мучился.

Дорога до каменистой поляны заняла от силы минут десять, без груза двух тел, двигаться по знакомому маршруту было проще простого, и даже мысли о том, что где-то в кустах могут притаиться зубастые твари, не очень-то меня беспокоила.

Во-первых, мой сонар работал на всю катушку. После нескольких применений, я практически инстинктивно напитывал слух именно тем количеством магии, которое нужно. Ни тебе стояния на месте, ни изнуряющей концентрации, красота.

А во-вторых Хорн вселил в меня уверенность в том, что ни одна тварь в этом разломе не способна мне ничего сделать. Как именно? Да просто по сравнению со мной этот рэнар был слабаком.

Я это почувствовал так же, как почувствовал волны силы, исходящие от полумертвого рэнара, пока ритуал Мелида всё ещё действовал. Это оказалось, как с ездой на велосипеде, научившись раз, никогда не забудешь.

Стоило мне попробовать прощупать его силу, как сразу же понял, что энергии в нём раза в два, если не в три, меньше, чем у меня. Сравниться со мной по размерам источника магии мог разве что Митин и Невельский, вот от кого не ожидал. Молодой лекарь даже немного превосходил меня, что в очередной раз утвердило мои намерения держать его рядом с собой.

Как только это всё закончится, попробую научить его использовать энергию не из тела, а из источника, и тогда он сможет в разы быстрее оперировать магией, что для меня несомненный плюс.

— Ладно, хорош в облаках летать, сконцентрируйся, — приказал я самому себе и внимательно осмотрелся вокруг.

Найти Мелида раньше, чем он сможет призвать высшего, было так же важно, как и выбраться из разлома. Что-то в рассказе Хорна сразу меня зацепило, и я не сразу понял, что именно. Но, когда рэнар закончил, картинка начала складываться.

Потеря памяти, несколько дней проведённых в сети, скорее всего в поисках информации, внезапно возросшие амбиции и глобальное изменение личности. Где-то подобное я уже видел, и не просто видел, а напрямую участвовал.

А ещё срок, две недели. Именно столько я уже здесь, а значит, если всё так, как мне видится, Мелид тоже является иномирцем. Ну или у него просто кукуха поехала, и он решил пуститься во все тяжкие. Этот вариант отметать тоже нельзя.

В общем, когда найду этого любителя привязывать родственников к столбам, сперва необходимо будет поговорить и лишь после этого приму решение как быть дальше. В любом случае, бросаться на него сломя голову нельзя. Он, как никак, смог победить мага, обладающего Эксраром, а это значит, что, судя по всему, сильнее всех, с кем мне приходилось драться до этого.

Пока в моей голове крутились все эти мысли, не сразу понял, что вокруг кое-что изменилось. Вышагивая по камням в поиске хоть каких-то следов, вместо них обнаружил, что больше не слышу никаких привычных звуков леса.

Ни тебе успокаивающего шелеста зелёной листвы, ни звуков падающих на землю веток, которые, не выдерживая собственной тяжести, частенько отламывались от гигантских стволов. Ничего. Совсем. Поначалу даже испугался, что мои эксперименты с Интрумом привели к глухоте, но, шаркнув ногой по камням, понял, что с моим слухом всё в порядке, а вот с лесом явно что-то не так.

Закрыв глаза, принялся подбирать с земли камни и бросать их в разные стороны. Нужно было проверить, может я угодил в какой-то звуковой вакуум или нечто подобное, но нет. Как бы далеко не бросал гладкую гальку, прекрасно слышал звук от падения и даже мог, с помощью слуха, «видеть», то место, где они падали.

— Херня какая-то, — пробурчал я, и в этот момент до моих ушей донесся какой-то скрежет.

Даже несмотря на активный Интрум и напитанные магией мышцы, среагировать я не успел, и лишь удача помогла мне остаться с головой на плечах.

Из-за того, что вся площадка была засыпана отполированными булыжниками, совершать рывки с места и тем более бросаться вперёд было ней крайне сложно. Вот только, видимо, у демона не хватило мозгов это понять. Поэтому он рванул с места, от чего его лапы выгребли из-под себя камни, он потерял опору и прыжок получился смазанным.

Не знаю каким образом, но существо смогло подобраться ко мне на расстояние пары метров и, если бы не особенность местности, его манёвр мог оказаться удачным.

Не долетев до меня десятка два сантиметров, чудовище приземлилось на гальку и снова пригнулось для очередного прыжка, но я инстинктивно пнул его ботинком по морде, отчего тварь отлетела на пару метров. Обиженно зарычав, демон повернулся ко мне полубоком и начал обходить полукругом, тем самым дав себя внимательно рассмотреть.

Похожее на собачье, неестественно тощее иссохшее тело, покрытое серо-багровой кожей. Длинные передние конечности заканчивались здоровенными, загнутыми внутрь когтями, а на спине виднелись сломанные отростки, похожие на обрубки крыльев.

Распахнутая черная пасть, наполненная рядами игловидных зубов, извергала, красноватые туманные сгустки, которые, оказываясь на земле, растекались по ней ядовитым воздушным покровом.

Осторожно, не делая резких движений вынул из ножен клинок и встал в стойку, чуть опустив лезвие вниз и отведя назад, чтобы иметь возможность в любой момент атаковать или защищаться.

Гадство!

Я только что совершил ту же ошибку, за которую ругал магов, с которыми вступал в схватки. Слишком сильно понадеялся на свой дар. Все мои противники обладали силой, которая, по их мнению, намного превосходила мою, но мне удавалось одолеть их с помощью опыта и отточенных навыков. И именно этого не достаёт мне, если дело касается разломов.

Подумав, что, если я сильнее чем Хорн, значит смогу без труда выжить в этом месте, понадеялся на свой Интрум и сонар. Но на деле, отсутствие знаний о демонах чуть не свело в могилу.

Понятия не имею, кем именно является эта тварь, но тот факт, что ему удалось бесшумно ко мне подобраться, делает его чуть ли не идеальным противником против меня. Да и сомневаюсь, что тут дело лишь в его бесшумных движениях, скорее всего тварь смогла каким-то образом затуманить мой разум или как-то иначе заглушить все звуки вокруг.

Дерьмо!

Следя за каждым движением серого пса, решил именно так называть демона, подумал разорвать дистанцию и отойти чуть подальше, но в этот момент внутри меня что-то предательски сжалось. Повинуясь инстинкту, повалился на землю, пропуская над головой тень второй серой псины, которая атаковала меня со спины.

Пока первая меня отвлекала, вторая подкралась сзади и прыгнула, а я снова ничего не услышал и, если бы не чувствительность органа, расположенного пониже спины, на этот раз точно оказался бы ужином этих очаровательных пёсиков.

Не знаю двое их или больше, но сидеть в защите больше нельзя. Следить за одним монстром, это ещё куда ни шло, но за двумя, да ещё постоянно ожидать нападения… Ну уж нет, лучше атаковать самому, создать хаос битвы, а там уже будет видно чья возьмёт.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове пока атаковавшая со спины тварь ещё находилась в полёте. Воспользовавшись её беззащитностью, оттолкнулся от земли со всей силы и выставил перед собою зажатый в руке клинок.

Острое лезвие вошло в спину демона, как раз в тот момент, когда его лапы только-только коснулись земли. Пропоров шкуру серого пса, оно вошло в тело и вышло со стороны брюха, и, не теряя ни секунды, развернул кисть и увёл её в бок, разламывая заострённым металлом, хрупкие, как оказалось, кости.

Адская псина завизжала так, что, кажется, земля под моими ногами стала дрожать, а мир перед глазами покрылся рябью. Несмотря на это, бросок второго демона не ускользнул от меня, и в момент, когда его задние лапы оказались в воздухе, я уже скользил на коленях в его сторону, а поднятый над головою клинок, вспорол серое тощее брюхо.

Резко вскочив на ноги, повернулся к обеим псинам и, поняв, что они больше не представляют опасности, начал быстро озираться по сторонам, в поисках новой угрозы, но её не было. Демонов было всего два, хотя ВСЕГО — это я, конечно загнул.

Сердце бешено колотилось, разгоняя по венам разгорёченную битвой кровь, а источник, не желая уступать своему собрату, гудел и пульсировал, отчего каждая мышца моего тела была под завязку напитана магической силой.

— Шафки *$%#, — ругнулся я и добил скулящих демонов, опустив каждому из них на голову лезвие своего клинка. — Чуть до инфаркта не довели.

Как только вернусь домой, нужно будет зарыться в сеть и не вылезать из-за компа, пока на зубок не выучу всё, что касается разломов и демонов, которые в них обитают. В такие приключения, нужно пускаться, только будучи целиком готовым, а не так как я…

Внезапно мысли в моей голове прервались и, прислушавшись к собственным чувствам, обнаружил, что ощущаю чьё-то присутствие, а внутри, из глубин моего естества, поднимается ярость, та самая, которую я ощущал в манеже.

На этот раз мне без труда удалось определить направление и даже расстояние до человека, которого я почувствовал.

— Стой! — заорал я во всё горло, но это не помогло.

Ярость становилась сильнее, а связь ощущалась всё явственней, значит, он приближается, и это плохо. Мне самому давалось с большим трудом оставаться на месте и не рвануть прямо к нему. Взяв себя в руки, попытался сделать шаг назад, но в этот момент на другой стороне площадки появился мужской силуэт.

Несколько секунд он стоял неподвижно, видимо прислушиваясь к собственным чувствам, после чего сорвался с места с такой скоростью, что будь у меня возможность, я бы завистливо свистнул.

Без сомнения, это был Мелид.

Как только его фигура вылетела из-под тени деревьев и мне удалось его рассмотреть, понял, что если бы не превращённое в фарш лицо Хорна, то они были бы похожи друг на друга как две капли воды.

Хищная улыбка исказила губы Мелида или кем он там был на самом деле. Его глаза горели огнём, а в руке был зажат обагрённый кровью меч. Не говоря ни слова, он бежал на меня, а гладкая галька, словно снаряды, вылетая из-под его ног, уносилась далеко в густую растительность.

— Остановись! — сдерживаясь из последних сил, прокричал я. — Нам… Нужно… Поговорить!

Но Мелид не слушал, да и я уже не мог говорить. Разум перестал владеть телом, и оно целиком отдалось жажде убийства, которая вместе с яростью, погнала меня вперёд, на врага.

Когда до Мелида оставалось пара-тройка метров, наклонился к земле и подхватив камень, швырнул его в рэнара, после чего отскочив вправо и атаковал его сбоку, метя остриём клинка в шею.

Почти так же, как я уклонился от бросившегося на меня серого пса, Мелид подогнул ноги и проехался по камням на коленях, уходя и от моего выпада, и от летящего в голову камня. Кажется, он даже не потерял в скорости, когда, вскочив, развернулся и за пару шагов оказался рядом со мной.

Острое лезвие клинка Мелида превратилось в одну сплошную, смазанную блестящую линию. Серебристый металл плёл перед моими глазами смертельные кружева, и всё, что мне оставалось, это вертеться ужом, уклоняясь, парируя и ускользая от его атак.

Он явно был лучше меня. Намного!

Мастерство моего врага превосходило всё, что я мог ему противопоставить. Несколько раз я пытался атаковать, но тут же получал болезненные порезы, а один из его выпадов пришелся в бок, из-за чего теплая кровь успела пропитать штанину и добралась до ботинка.

Перепробовав всё, понял, что тягаться с Мелидом в подобной схватке, почти бесполезно. Он был так же быстр, как я, умело держал дистанцию, несмотря на неудобные гладкие камни, его ноги ни разу не поскользнулись, а стремительное лезвие оставляло на моём теле всё больше ран.

Вот же %№»$!

Во время очередной атаки, понял, что не успеваю ни уклониться, ни отбить клинок. Острое лезвие, по самую рукоять вошло мне в живот и, когда Мелид хотел выдернуть меч и закончить схватку, ухватил его за руку и улыбнулся.

— Попался, — прошептал я, чувствуя, как вместе со словами, из моего рта вытекает теплая кровь.

Он попытался с силой выдернуть из меня оружие, но, отбросив свой меч, я вцепился в его предплечье двумя руками и сжал, что было сил. Хруст ломаемых лучевой и локтевой костей, придал мне уверенности, и, отклонившись назад, резко дёрнул его на себя, врезаясь лбом в его искаженное болью лицо.

В тот момент, боли уже не чувствовал, поэтому, воспользовавшись секундной заминкой врага, выдернул его оружие из своего живота и отсек правую руку Мелида, которую он выставил перед собой. Отрубленная острой сталью конечность с противным звуком упала на камни, а Мелид, оставшись без рук, застыл передо мной без движения.

— Теперь не такой крутой, да? — одновременно со словами, махнул клинком, отсекая башку Мелида от тела.

Голова врага наклонилась вперёд, свалилась на грудь, после чего почти упала на землю, но, одолеваемый ещё не прошедшей яростью, я пнул её изо всех сил, из-за чего она улетела далеко в густые кусты.

Уверен, не истекай я последними каплями крови и будь у меня больше сил, в тот момент, продолжил бы наносить удары клинком по поверженному врагу. Настолько сильным было желание уничтожить его, истребить, избавить мироздание даже от упоминаний об этом ублюдке.

На каменную гальку мы рухнули почти что одновременно. Обезглавленное тело Мелида наклонилось вперёд и повалилось прямиком на меня. А я, напрочь лишенный сил, просто не смог с этим справиться и рухнул на спину.

Цепляясь разумом за угасающую реальность, попытался скинуть его с себя и упёрся правой рукой в плечо трупа. Но в этот момент моё предплечье пронзила острая, прожигающая сознание боль, точно такая же, которую я испытал после битвы с Бергом.

На мозг снова обрушились видения, образы. На этот раз всё было куда чётче, и мне даже удалось разобрать отдельные эпизоды. Пока, в конечном итоге, поток информации окончательно не потопил меня в своих бушующих водах.

Пласты видений перегружали сознание и, кажется, уносили меня всё дальше от моего истекающего кровью тела. В какой-то момент, картинка перед глазами просто остановилась, и я снова не увидел её.

Черную, скованную цепями, висящую над землёй субстанцию, которая одновременно манила и пугала меня.

— Второй, — отпечаталось у меня в голове.

Это был не голос.

Я не слышал её, скорее просто понимал, что эта штука пытается мне сказать. Её слова будто просто появлялись в моём сознании.

— Удивительно, я совсем не рассчитывал на тебя, — продолжила общаться со мной субстанция.

— Кто ты? — спросил я, но, вместо ответа, небольшой сгусток тьмы отделился от общего тела и поплыл в мою сторону. Стоило ему отплыть от основного тела всего на метр, его тут же ухватила неизвестно откуда взявшаяся цепь, обвив своими крепкими звеньями.

— Ещё рано, — с сожалением сказала субстанция. — Но, обещаю, теперь я буду за тобой следить.

Эти слова стали последними, и после них, видение исчезло, а поток образов подхватил меня, и моё сознание не выдержало, мир вокруг поблёк и в конечном итоге провалился во тьму.

Очнулся я от того, что кто-то дёргал меня за ногу, словно пытался стянуть ботинок. Странно, но никакой боли не ощущалось, даже наоборот, чувствовал себя крайне бодро и даже выспавшимся. В отличие от пробуждения после дуэли, в этот всё намного лучше.

Ничего не болит, голова ясная, даже, рана на животе не беспокоит. Я уже было обрадовался, но, когда приоткрыл глаза, тут же обругал себя за поспешность.

Прямо на мне, точнее на трупе Мелида, который всё так же покоился у меня на груди, сидел демон. Тварь, используя свой длинный раздвоенный язык, слизывала кровь из обрубка шеи и довольно порыкивала. Она была слишком занята, чтобы заметить, как я очнулся, и именно это стало её ошибкой.

Клинок, которым я отсёк голову обезумевшему рэнару, по-прежнему был зажат у меня в руке, и мне хватило одного взмаха, чтобы снести голову монстра, а затем вскочить на ноги и осмотреться.

Голова демона ещё катилась по гладкой гальке, когда резким рывком оказался рядом с ещё одной псиной. Перерубив передние лапы, воткнул кончик клинка ей прямо в пасть.

Демон завалился на бок и только тогда я вспомнил о ране, оставленной клинком сумасшедшего ритуальщика. Быстро прислонив руку к животу, в попытке зажать кровоточащую дыру в животе, обнаружил, что там ничего нет.

Совсем!

Только белая полоска свежего шрама. То же самое случилось и с остальными повреждениями, все они, без исключения, представляли собой тоненькие розовые полоски.

Разбираться с этим было некогда, в любой момент на меня могли напасть твари. Быстро глянув по сторонам, снова опустил глаза на лежащего под ногами демона.

— Откуда вы повылазили? — спросил я монстра, после чего быстрым движением, не глядя, вернул клинок в ножны и замер. — Это сейчас что было?

Снова вынув оружие из ножен, взмахнул им несколько раз в воздухе, подбросил и поймал на лету прямиком на подставленный под гарду палец. Тяжелое оружие приземлилось на него аккурат центром тяжести и, несколько раз качнувшись из стороны в сторону, замерло, сохраняя баланс.

— Угум, — глядя на меч, задумчиво произнёс я, и снова чуть подбросив его, перехватил за рукоять, отметив, что теперь оружие ощущается по-другому.

Клинок словно стал продолжением моей руки, и даже без использования первого круга, сила, скорость и точность моих ударов выросли в несколько раз. Лезвие не виляло в воздухе, кисть четко удерживала его относительно цели, а когда сравнил раны на шее Мелида и только что убитого мною демона, от удивления даже присвистнул.

Четкий срез на шее твари разительно отличался от практически рваной раны, которую я нанёс врагу. Словно это сделали два разных человека, один умелый боец, а второй просто тупой дуболом, единственным оружием которого была сила.

— Пу-пу-пу-пу-пу-пу-пу-у-у-у… — произнёс я, поднимаясь на ноги. — А ларчик-то просто открылся…

Мелид был мечником, при чём очень умелым. Нашу с ним схватку я выиграл только лишь потому, что оказался намного безумнее, чем он мог подумать.

Оцени он ситуацию по-другому, действуй более быстро, и всё, сейчас бы моя голова валялась где-то в кустах, вместо его. Но сложилось всё так, как сложилось.

Поэтому, на выходе получается, что после победы над ним, мои навыки обращения с оружием возросли так, что я летящей мухе могу крылышки подравнять. Прибавить к этому допущение, что Берг был сильным артефактором, то получается довольно интересная штука.

После победы над теми, кто вызывает у меня дикую ярость и непреодолимое желание их убить, я каким-то магическим образом впитываю их знания и навыки…

Магическим…

Окажись я в этом мире только сейчас, возможно, меня бы вся эта история поразила до глубины души. Но за последние пару недель, я достаточно насмотрелся и остаётся только смириться. Единственное, что не даёт покоя, так это зачем, а главное, кому это всё нужно.

Бьюсь об заклад, в этом всём замешана та черная, обвитая цепями херовина. Как она там сказала? Я на совсем на тебя не рассчитывал? А затем пообещал внимательнее следить… Выходит, он рассчитывал на кого-то другого, значит, помимо меня, Мелида и Берга были ещё такие же люди.

— Да чтоб тебя черти драли, — от всех этих мыслей голова пошла кругом, а мне, вообще-то, сейчас нужно думать совсем о другом.

Скорее всего, Мелид припёрся на эту усыпанную галькой поляну, когда почувствовал, что его ритуал дал сбой. А встретив меня, слетел с катушек, от вспыхнувшей ярости.

— Ну и дурак же ты, — обратился я к трупу. — Могли бы сначала поговорить, а потом уже всё остальное. Где мне теперь этого Дурова искать?

Внезапно в памяти проплыли образы, как я двигаюсь по лесу, причем места были совсем незнакомые. Затем картинка сменилась, перед глазами предстал неизвестный мужчина, накрепко привязанный к деревянной колонне, которая была глубоко вкопана в землю.

— А вот это уже хоть что-то, — я улыбнулся и двинулся в ту сторону, из которой появился Мелид.

Если видения — это обрывки его памяти, которая вместе с другой информацией попала в мой разум, то я с лёгкостью смогу отыскать командира группы охотников. А если мне опять повезёт, возможно, даже получится прервать ритуал, призванный помочь проникнуть в разлом высшему демону.

Возвращая клинок в ножны, почувствовал, что предплечье правой руки до сих пор саднит. Задрав рукав, обнаружил на внутренней стороне руки второй синяк в виде звёздочки. Обе отметины были идентичны, словно клонированные.

Берг, Мелид…

Похоже, эти синяки появляются на моём теле после убийства тех, к кому я испытываю ту самую непреодолимую ярость. Вроде как знак отличия, а может, напоминание? Непонятно.

Что ж, теперь ко всем моим амбициозным задачам прибавилась ещё одна: не стать такой же меткой на чьей-то руке. Казалось бы, что может быть проще. Но, если я способен впитывать силу и знания своих жертв, то, скорее всего, то же самое делают и другие.

Рано или поздно такие, как я, начнут охоту на остальных, чтобы поглотить как можно больше силы, знаний и в конечном итоге стать просто неуязвимыми. Воображение сразу нарисовало мне сотни кровавых битв, отрубленные конечности врагов и всю прочую сопутствующую жесть. Но, отбросив все эти мысли, решил сосредоточить на первостепенной задаче.

Снова почувствовав, насколько легче мне стало управляться с энергией, ринулся сквозь лес, двигаясь по следам Мелида, которые тот оставил не только на земле, но и в моей памяти.

Гудящий источник, с радостью накачивал тело силой, работающий сонар заранее предупредил, что в сорока метрах от меня бежит парочка демонов. Твари не спешили ко мне приближаться и просто следовали параллельным курсом, а затем и вовсе отстали, и повернули назад.

Либо эти псины поняли, что за мной не угнаться, либо впереди творилось что-то совсем нехорошее, отчего даже демоны не хотели туда соваться.

Немного углубившись в свою память в поиске ответа, к сожалению, ничего полезного по этому поводу не обнаружил и продолжил просто бежать, целиком сконцентрировавшись на своей цели.

Где-то через полчаса, дыша как разгоряченный конь, вырвался из зарослей на заросшую травой поляну и замер в самом искреннем изумлении.

Помниться, ещё в прошлой жизни, я фанател от снимков космоса, на которых буйство красок всевозможных туманностей, заставляло пищать от восторга. Вот нечто такое прямо сейчас было перед моими глазами, с той лишь разницей, что это было не фото, а реальный вид.

Опушка, на которой я оказался, обрывалась стеной самого настоящего космоса. Так вот он какой барьер разлома…

— Мелид… Останов. ись… — слабый шёпотом отвлёк меня от созерцания красочной бесконечности, и, переведя взгляд вправо, обнаружил привязанного к столбу мужчину.

— Мелида больше нет, — произнёс я, бросившись к нему и срезая путы.

— Кто ты? — Дуров, а судя по всему, это был именно он, тот же вопрос, что и его предшественник, в точно такой же ситуации.

— Давай потом, — ответил я, двумя точными взмахами срезав путы. — Лучше скажи, давно Мелид запустил ритуал?

— Не знаю, — ответил мужчина. — Я лишь недавно пришел в себя, до этого…

Внезапно мир вокруг сотряс страшный удар. Казалось сама реальность начинает трещать по швам, грозясь вот-вот расколоться на части.

— Опоздал, — проговорил я, видя, как по стене, отделяющей разлом от бесконечного космоса, начинают идти небольшие трещины.

Глава 13

— Что происходит?! — прокричал мне на ухо Дуров.

Вот же горластый болван!

Стоило барьеру начать трескаться, я подхватил главу отряда рэнаров на руки и со всех ног бросился бежать в направлении портала, надеясь, что прорыв Высшего откроет нам путь назад.

— Не знаю, — соврал я и обругал себя за то, что раньше не задался вопросом, как именно работал ритуал Мелида.

Знать бы раньше, никогда не стал бы драться с ним на той каменистой поляне. Судя по всему, как и в случае с Бергом, безумный рэнар должен был передать мне свою силу, и, если он погиб в другом месте, так бы и произошло.

Площадка, где он оставил своего брата, по сути являлась большим алтарём, и когда я прервал обряд, он не развеялся, а лишь остановился. Стоило мне убить Мелида, как сила, вырвавшаяся из его тела, тут же стала питать разлом, и, судя по всему, этого с лихвой хватило, чтобы сломать барьер.

Именно поэтому магическая система моего организма не перегрузилась, как было в случае с Бергом, когда я впитал всю его силу до капли. Мне достались лишь крохи, а всё остальное ушло на безумный план этого идиота. Была бы у меня возможность убить его еще раз, сделал бы это не задумываясь, с истинным наслаждением.

— Наверное, я уже сам смогу бежать, — произнёс Дуров и попытался спрыгнуть с моего плеча.

Ничего отвечать ему не стал, да и зачем? Естественно он может бежать сам, ведь финальная часть ритуала успела выкачать лишь крохи его силы, поэтому, пока нёс его, рэнар всю дорогу использовал первый круг, чтобы прийти в порядок.

— Ты всегда такой молчаливый? — не унимался рэнар. — Может расскажешь всё-таки, кто такой, откуда?

— Да твою мать, — выругался я. — Бес я, понятно? Митин позвал на прогулку на двадцать минут. Зашли и вышли, делов-то. Но оказалось, что здесь такая жопа творится, что лучше бы я тогда в Дозоре остался.

— Митин значит, — задумчиво произнёс Дуров, но ничего не сказал и молча побежал рядом со мной, после того как я поставил его на ноги.

Лес вокруг в прямом смысле слова ожил. Стволы деревьев ходили ходуном, раскачиваясь из стороны в сторону с такой амплитудой, что мне казалось еще чуть-чуть и они просто рухнут нам на головы. Свисающие со стволов лианы стали закручиваться, тянуться друг к другу, образовывая непреодолимые зелёные стены и, если бы наши тела не были под завязку наполнены магией, хрен бы сквозь них пробились.

Не знаю, что там за тварь ломится сквозь барьер, но даже находясь по другую сторону от разлома, она уже влияет на окружение, пытаясь преградить нам путь. Сомневаюсь, что у местной флоры вдруг появились мозги и она ни с того ни с сего вдруг решила затормозить нас на пути к бегству.

— Осторожно! — я оттолкнул Дурова в сторону и выхватил свой клинок, двумя молниеносными движениями отсекая выскочившему демону сначала передние лапы, а затем голову.

Тварь, бросившаяся на рэнара прямо с дерева, упала на землю уже по кускам, а свалившийся на задницу от моего толчка Дуров, хлопая глазами, смотрел, как из этих самых кусков вытекает черная, как смола, кровь.

— А ты хорош! — восхищенно произнёс Роман. — Не хочешь присоединиться к моему отряду?

— Сейчас не самое лучшее время, чтобы заниматься вербовкой, — сказал я, подавая ему руку. — Сейчас добежим до каменистой поляны, там остался мой меч. Не весть что, но всяко лучше, чем с голыми руками по этому звездецу шастать.

— Отлично, — улыбнулся Дуров и бросился вперёд, а я с завистью отметил, что раны на его теле уже начали затягиваться без всяких лекарских фокусов.

Похоже, все мои фантазии о том, что я достиг каких-то значимых высот в управлении первым кругом, не более чем самоуверенный бред. Судя по тому, сколько силы я чувствую в этом рэнаре, она ненамного больше моей, но то, с какой лёгкостью он перешел от полуобморочного состояния, к боевому, вызывает самую настоящую зависть.

Будь у меня подобные умения, да прибавить к этому тот контроль, который у меня уже есть… Думаю даже без экстрара смог бы составить конкуренцию многим, хотя… Один раз я уже обжегся на том, что преувеличил значимость собственной силы, больше таких ошибок допускать нельзя.

Знания, знания и еще раз знания. Вот где главная сила, и без них, любые навыки совершенно бесполезны!

На этот раз до поляны мы добирались полтора часа, не меньше. Прорубаться сквозь стены лиан, отбиваться от участившихся атак демонов и ежесекундно ощущать всё нарастающее давление чьей-то силы, никак не способствует быстрому продвижению.

К тому же, когда до каменистой площадки осталось не больше сотни метров, сонар подсказал, что с боков нас берут в клещи сразу полтора десятка тварей.

— Да откуда же вы, вашу мать, взялись? — громко ругнулся я.

— Ты о чем? — спросил на бегу Дуров.

— Демоны, серые шавки, — пояснил я. — Я около двух часов гулял по разлому и ни одной не видел, а затем они полезли из всех щелей!

— А, ты про крогзов, — улыбнулся Роман. — Да с ними всегда так. Они сначала изучают жертву, прячутся, затем аккуратно пробуют на зубок и уже потом ломятся всеми силами.

— Вот-вот, — буркнул себе под нос и громко сказал. — Слева и справа, штук пятнадцать, не меньше. Как доберёмся до площадки, нужно принять бой. На открытом пространстве шансов больше, чем в лесу.

— Согласен, — кивнул Дуров и ускорился, а затем спросил. — Как ты их вообще видишь?

— Не вижу, — отрицательно кивнул головой я. — Слышу!

Роман кивнул и посмотрел на меня так, словно я не человек, а целая гора золотых монет, высшей пробы. Небось уже рисует фантазии, как возьмет меня к себе в отряд и наконец-то перестанет пылесосить низкоранговые разломы, перейдя на другой уровень.

Не хотелось бы его огорчать, но, если портал не разблокировался, это место станет нашей общей могилой.

Когда заваленная гладкой галькой площадка начала проглядываться сквозь кусты, ускорился и, вырвавшись на неё, сразу бросился к трупу Мелида, чтобы подобрать лежащий рядом с ним клинок.

— Лови, — крикнул я и, перехватив меч за лезвие, бросил его подоспевшему Дурову.

— Это его? — мельком глянув на труп, спросил рэнар.

— Сам напросился, — ответил я и повернулся в сторону, с которой должны были появиться твари. — Ты, говорят, Экстраром владеешь?

— Есть такое, — хищно улыбнулся Роман.

— Смотри, задницу мне не поджарь. Здесь и так охотников на неё больше, чем нужно, — после чего отошел от него на добрый десяток метров и спросил. — Сколько возьмешь?

— Половину точно осилю, — сказал Дуров. — Много сил потратил на восстановление, но семь-восемь кругзов точно положить смогу.

— Добро, — кивнул я рэнару, и подобрав с земли подходящий камень, со всего маха швырнул его в первую появившуюся тварь.

Мой снаряд со свистом разорвал воздух, а демон, даже не успев сообразить, что именно произошло, тут же лишился половины черепа.

— Тройной оклад буду платить, — весело заявил Дуров. — Плюс равная доля с разломов!

Снова проигнорировал слова командира рэнаров, крутанул в руке острый клинок и начал двигаться наперерез заходящему сбоку отряду тварей.

— Это мои! — крикнул я и врубился в толпу демонов, которые, судя по всему, не ожидая такого маневра, попытались резко затормозить, но начали падать на землю, скользя по гладкой гальке.

Их неуклюжее замешательство дало мне пару секунд, и клинок, зажатый в моей руке, тут же принялся описывать в воздухе смертельные кружева.

Острое лезвие безостановочно резало, рубило и кололо серые тела демонических псин, лишая их конечностей, голов, а иногда и разрубая на неровные части. Не забывая использовать окружение, я подхватывал камни с земли и запускал их в находящихся на расстоянии монстров, до которых не мог дотянуться мой меч.

Всё закончилось секунд за десять. Развернувшись, собирался броситься на помощь Дурову, но обнаружил, что рэнар тоже справился со своей задачей, а у его ног лежит семь дымящихся трупов кругзов.

— Парень, да я сам готов к тебе в отряд пойти! — крикнул улыбающийся рэнар. — Ты не Бес, ты, мать его, Демон!

Я уже собирался поблагодарить Дурова за комплимент, но в этот весь разлом тряхнуло так, что мне понадобилась вся моя ловкость для того, чтобы устроять на ногах.

— Да что здесь творится?! — заорал рэнар.

— Мелид, — ответил я. — Он хоть и сдох, но свой гребаный план исполнил!

— Высший? — поникшим голосом спросил Роман, когда я оказался рядом.

— Да, — не видя никакого смысла скрывать правду, пожал плечами и добавил. — Нужно спешить. Возможно, из-за того, что барьер разлома пал, мы сможем выбраться наружу.

— Шанс невелик, но это всяко лучше, чем сдохнуть здесь от рук всемогущей твари, — согласился со мной Дуров, и мы оба, не сговариваясь, рванули в направлении поляны, на которой находился выход из этого проклятого места.

Мелид, говна ты кусок!

Неужели этот самонадеянный идиот собирался выйти против высшего с обычной железкой в руках и сойтись с ним в честной схватке или у него всё же был план? Жаль, что спросить его не удастся… хотя стоп!

Я взмахнул клинком, разрубая очередную стену из свисающих с деревьев лиан и остановился.

— Ты чего? — спросил меня Дуров.

— Погоди, надо подумать, — время для размышлений было совершенно не подходящее, но сонар подсказывал, что никаких тварей поблизости нет, а Высший, судя по тому, как продолжает дрожать земля, до сих пор окончательно не пробил барьер.

Давай, вспоминай!

Где-то в уголках моей памяти хранился ответ на вопрос, как именно Мелид собирался прикончить тварь. Ни за что не поверю, что он действительно думал справиться с нею своими силами.

— Ну, что надумал? — спросил через минуту Дуров.

— Да погоди ты, — отмахнулся я. — Этот поехавший не говорил, как именно собирается убить Высшего?

— Нет, — отрицательно покачал головой Роман. — Сказал только, что тварь даже не сообразит, что именно её убило.

— Ритуал… — тихо проговорил я.

— Чего? — спросил Дуров, но я лишь отмахнулся вместо ответа и бросился к лагерю, где находился портал.

Чем меньше расстояние оставалось до той поляны, тем крепче становились зелёные стены и теперь, чтобы прорубиться сквозь эти заросли, приходилось тратить не один десяток секунд.

Вот же гадкий сучонок, а ведь он всё на самом деле продумал, и, если бы я опоздал, то черта с два у меня получилось бы его победить.

— Свои! — снова заорал я, выбегая из зарослей. — Принимайте пополнение!

Несмотря, что лёгкие горели огнём, а мышцы рук, от постоянных взмахов клинком ныли, как стая плакальщиц на похоронах какого-нибудь депутата, вихрем промчался мимо Хорна и Невельского прямо к порталу.

— Беда… — пробормотал я, когда обнаружил, что проклятая воронка всё так же закрыта.

— Бес, что случилось? — Егор в миг оказался рядом, а в его глазах читался настоящий страх.

— *%№$ нам, — ответил я, не стесняясь в выражениях. — Полный.

— Поподробнее можно? — спросил Хорн.

— О, а я думал, что один в живых остался, — весёлый голос Дурова заставил парня развернуться, но после того как он увидел своего командира живым и здоровым, парень опять обратился ко мне.

— Мелид? — я отрицательно покачал головой, и рэнар на секунду поджал губы, но затем твёрдо кивнул и спросил. — Что происходит?

— Твой братец умудрился воплотить первую часть своего плана, — развёл я руками. — В разлом пробился Высший, а эта херня по-прежнему отказывается нас выпускать.

Я с силой ударил кулаком по воронке, а та в ответ лишь глухо загудела, словно являлась не воронкой пространства, а металлическим гонгом.

— Первую часть? — спросил подошедший Дуров.

— Да, — кивнул я. — Мелид хотел использовать ваши силы не только для того, чтобы разрушить барьер и приманить Высшего, но и для его убийства. Точнее, убил бы он его сам, а ритуал помог бы ослабить тварь.

— Каким это образом? — спросил Егор.

— Перегруз, — я потёр лицо ладонями. — Этот разлом не рассчитан на то, что здесь будет расхаживать тварь, равная по силам внеранговому, а может даже и двум. Вспомните, что случается с разломами, когда в них начинают творить магию, намного превосходящую их уровень? — все трое разом кивнули, намекая, что знают, о чём я говорю. — Эта история работает в обе стороны. Чем сильнее будет демон, тем большее давление будет оказывать на него разлом. Пространство будет стремиться выкинуть из себя эту тварь, нагружая его аэорн так, что, если всё правильно рассчитать и добавить чуть больше силы, с демоном случится самый настоящий перегруз.

— Но наших сил будет недостаточно, — задумчиво произнёс Дуров. — Где мы, а где Высший!

— Верно, — согласно кивнул я. — Именно поэтому ритуал впитал в себя выброс энергии, случившийся после падения барьера. Помнишь, как разлом сотрясался? Это не только потому что его границы рушил всемогущий демон, а еще и потому, что в данный момент, само пространство разлома наполнено таким количеством магии, что даже немного страшно.

— Гениально! — воскликнул Дуров.

— Спешу напомнить, что Мелид хотел пустить тебя на корм этой твари, так что я бы на твоём месте им особо не восторгался, — я укоризненно глянул на рэнара, но тот даже не собирался смущаться.

— Да нет, ты не понял, это же получается, что мы с вами можем завалить этого ублюдка и просто озолотиться!

— Ага, — кивнул я. — Высшего демона завалить, делов-то…

— Ну да, — с готовностью и азартом в глазах кивнул Дуров.

Нет, он точно поехавший.

— А ты это всё откуда знаешь? — спросил Хорн.

— Мелид перед смертью рассказал, — тут же соврал я. — Сказал, что сожалеет о том, что сделал и хочет, перед смертью, попытаться искупить вину.

Не то, чтобы мне было дело до его душевных терзаний, но весть о том, что последним желанием его поехавшего братца, было стремление исправить то, что он натворил, может довольно здорово поднять боевой дух Хорна. Всё идёт к тому, что нам таки придётся столкнуться с Высшим демоном лицом к лицу, и тогда, чтобы всё получилось, мне нужны будут максимально мотивированные люди.

— А что конкретно нужно делать, он тебе не сказал? — тем временем спросил Дуров, с хитрым прищуром смотря на меня.

Вот же гадёныш глазастый.

Уверен, ему одного взгляда на тело Мелида хватило, чтобы понять, что ни о чем мы с ним не разговаривали. Зачем мне было сносить ему голову, если я мог просто заколоть его или оставить умирать на поляне. В конце концов, кроме отрубленной руки и головы, других видимых повреждений на теле не было. А значит, для любого, у кого хотя бы немного котелок варит, станет ясно, что весь мой рассказ — это чушь, от начала и до конца.

— В первую очередь, необходимо заставить демона разойтись на полную, — в этот момент улыбка на лице командира рэнаров начала таять прям на глазах. — Да-да, нам придётся сражаться с тварью, которая нас одним взглядом ухайдокать может. И не просто сражаться, а сделать так, чтобы демон начал применять поистине грандиозную магию.

— Делов-то, — повторил мои слова Хорн, с точно такой же интонацией.

— Ну, допустим, у нас получится, что случится потом? — судя по всему, несмотря на мизерные перспективы, Дуров не собирался падать духом, что мне уже нравилось.

— Ритуал ударит по демону всей накопленной силой, — секунду помедлив, роясь в собственной памяти, добавил. — Ну и по нам тоже. Наружу вырвется просто колоссальное количество сырой силы, которую наши источники и аэорн демона тут же попробуют поглотить.

— Получается, шансов нет? — спросил Невельский, понимая, что, если перегруз грозит не только демону, но и нам, вся затея даже выеденного яйца не стоит.

— Не совсем, — я загадочно улыбнулся и выдержал театральную паузу, наблюдая за мучительным ожиданием моих боевых товарищей.

— Ну не томи! — взвился Дуров.

— Если мы все интегрируемся в структуру ритуала, станем лишь проводками энергии, а не её конечными получателями, магия лишь пройдёт через наши тела, но не останется в них.

— Я опять на столб не полезу, — решительно заявил Хорн. — Да и резать себя не дам!

— Это не обязательно, — улыбнулся я. — Всё, что нужно, это не выходить из особой зоны, а вместо порезов, руны на наши тела можно нанести простой краской.

— А нахрена он нас тогда резал? — спросил Роман.

— Не знаю, — пожал я плечами, не став намекать на то, что, скорее всего, Мелиду просто-напросто нравилось резать людей.

— Так и где мы будем принимать бой? — спросил Невельский.

— Да есть тут местечко, — ответил я и снова порадовался изменениям, которые происходили с парнем.

Если так пойдёт, после битвы с Высшим очкарик, из затюканного задрота станет самым настоящим бойцом…

— Раздевайте их, — скомандовал я, когда мы очистили усыпанную галькой площадку от трупов демонов и Мелида.

— Девку тоже? — с сомнением спросил Роман.

— Ну, если хочешь, чтобы она изнутри вся зажарилась, то можешь не раздевать, — пожал я плечами, доставая найденный в припасах маркер.

— Воплей будет, — посетовал командир рэнаров и тут же принялся расстёгивать молнию на куртке Агаты. — Эти благородные потом всю плешь нам проедят.

Когда все спящие члены группы Митина и Тарх вместе с ними, были раздеты по пояс, подошёл к каждому и нанёс им на тела вязь рун. Они, если верить полученным от Мелида знаниям, должны активировать ритуал и начать высасывать из них силу.

После того, как с ними было покончено, взялся за остальных, ну, а когда вся процедура кустарного боди-арта подошла к концу, внимательно осмотрел плоды собственных трудов и, довольно кивнув, принялся обсуждать план.

— Все всё помнят? — спросил у стоящих передо мной рэнаров, к числу которых уже смело можно было относить Невельского и меня.

— А ты уверен, что справишься? — вопросом на вопрос, ответил Дуров.

— Нет, — честно признался я. — Поэтому ты остаёшься здесь и, в случае, если эта гадина меня укокошит, закончишь начатое.

— Отчаянный, — с искренней улыбкой произнёс Роман. — Побольше б таких! Мы бы тогда демонов обратно в их мир отправили.

— За пределы поляны не выходить, — наставительно начал я. — Чтобы не случилось, не вздумайте покидать это место. Радиус действия ритуала ограничен, и, если вы за него выйдете, вам придётся очень несладко.

— Да знаем мы, — отмахнулся Хорн, а молчавший до этого Невельский добавил.

— Ты давай там, без фокусов.

Хмыкнув, застегнул сюртук с эмблемой техникума на спине, поправил перевязь с болтающимися на бедре ножнами и махнув парням рукой, двинулся в сторону места, где обнаружил Дурова.

Скорее всего, демон, проникнув в разлом, сразу столкнулся с невероятным сопротивлением и не горит желанием лезть внутрь. Поэтому, для того, чтобы наш план удался, нужно его спровоцировать и, по всем клишированным законам жанра, эта роль выпала мне.

К моменту, когда оказался рядом с барьером, порядком взмок от постоянной работы клинком, потому как окружающий меня лес всеми силами пытался усложнить мой путь. Хорошо хоть дело ограничивается зелёной изгородью, которую сплетают свисающие с деревьев лианы. Если бы эти штуковины, ко всему прочему, решили начать атаковать, стало бы уж совсем туго, хотя, глядя на то, что творилось на поляне передо мной, трудностей мне и так хватит.

Порядка десятка серых псов выстроились в ряд перед существом, больше напоминающим не кровожадную тварь, а какого-то древнего лесного духа.

Массивные оленьи рога, каждый изгиб которых был покрыт мхом и лишайником, напоминали собой не корону, а клетку, в центре которой были заточены мерцающие осколки погибших звезд. Мускулистое тело, покрытое зелёной, болотного цвета шерстью, напоминало звериное, если бы не когтистые антропоморфные руки. В правой он сжимал посох из искривлённого корня, увенчанный черепом неизвестного зверя, вокруг которого вились мириады желтых светлячков. Левую же руку, демон, выставил перед собой, словно указывая серым псам их место и приказывая повиноваться.

Поначалу, тварь даже показалась мне эстетически красивой, пока в какой-то момент, Высший не повернулся в мою сторону, и я не увидел то, что было у него вместо лица. Передние кости черепа напрочь отсутствовали, демон не имел ни глаз, ни челюстей. Вместо них зиял провал, в центре которого находилось пять обычных свечей, горевших мертвым изумрудным пламенем.

От вида этой картины по всему телу пробежала дрожь, а образ Высшего демона больше не казался по-звериному привлекательным.

— Эй! — я вышел из-за куста и запустил в тварь прихваченный с поляны булыжник. — Свежего человеческого мяска не желаете?

Поначалу существо даже не отреагировало, так же, как и склонившиеся у его ног серые псы. Демоны замерли, наблюдая за мной, пока брошенный мною камень не упал не рухнул на землю.

К слову, до Высшего он не долетел.

Окружающие его посох светлячки создали перед моим снарядом непроницаемый щит, который отразил атаку и, после того как гладкая галька коснулась травы, зелёный уродец утробно заверещал и сделал шаг в мою сторону, а следом за ним ожили и серые псы.

Первую способность адского громилы я уже знаю, его светлячки способны отражать физические атаки. Не сказать, что это сильно облегчает мою задачу, но любое знание лучше, чем ничего.

Пока в моей голове крутились эти нехитрые мысли, успел прикончить парочку псов, кружа вокруг мощных стволов деревьев и используя их как естественные щиты. Лавируя между зелёными исполинами, не давая псинам взять меня в клещи, методично вырезал их одну за одной, пока до моего слуха не донёсся звук стрекотания сотен тысяч маленьких крыльев.

Повинуясь инстинктам, бросился в сторону, а армия светлячков вместо меня, врезалась в ствол гигантского дерева, который, спустя мгновение после контакта с изумрудной ордой, начал гнить, источая зеленоватый дым. А вот и еще один фокус в исполнении назойливых насекомых. Даже в другом мире ничего не меняется и всякие летающие гнусы такие же мерзкие сволочи, как и в моём.

Хотелось еще как-то обозвать жужжащую эскадрилью, но времени на это не было. Светлячки с завидной точностью совершали одну атаку за другой, став еще более надоедливым противником, чем стая серых псов, чьи ряды я уже проредил. Если так пойдёт и дальше, эти падлы загоняют меня и зажмут в угол раньше, чем мне удастся даже на десяток шагов приблизиться к их хозяину.

После очередного промаха, светлячки почему-то развернулись и ринулись обратно к посоху, покружили вокруг него секунд двадцать и снова полетели ко мне.

— Ага, перезарядка, значит, — улыбнулся я, вынимая клинок из тела последнего серокожего демона.

После пары неудачных попыток достать меня всем скопом, маленькие засранцы разделились на несколько групп и стали пытаться загнать меня в угол, атакуя с разных сторон. Не скажу, что уходить от их атак было легко, но светлячки даже близко не были к тому, чтобы поразить свою цель. Порой мне даже удавалось бросить короткий взгляд на их хозяина, который, кажется, не обращал на меня никакого внимания.

Что ж, посмотрим, будешь ли ты себя так же высокомерно вести, когда твои гнусы полетят заряжаться к посоху и путь до тебя будет свободен.

Пока думал эту мысль, одно из пораженных светлячками деревьев затрещало, накренилось и начало падать в сторону Высшего, который, как завороженный пялился на барьер. Стоило гигантскому стволу преодолеть половину пути до демона, светлячки тут же плюнули на меня и ринулись строить преграду, между хозяином и лесным исполином.

Вот он, мой шанс!

Оттолкнувшись обоими ногами от земли, предварительно до отказа напитав ноги силой, взмыл ввысь и приземлился в аккурат на наклонённый ствол. Ноги сами понесли меня вперёд, я даже краем глаза успел заметить, что смог обогнать стаю светляков, которая первой должна была встать на защиту хозяина.

Перехватив меч обратным хватом, сжал рукоять двумя руками и спрыгнул с дерева, метя демону прямо в затылок. Когда до него оставалось меньше метра, понял какую ошибку я совершил.

Мохнатая когтистая лапа взметнулась в воздух с немыслимой скоростью, мне даже не сразу удалось понять, что именно в меня врезалось. Лишь когда мою тушку впечатало в землю метрах в тридцати от высшего, помотал головой, приходя в себя, и увидел, что левая рука чудовища по-прежнему остаётся поднятой вверх.

— Ну здравствуй, что ли, — пробормотал я, сплёвывая кровь, когда лишенная лица голова повернулась ко мне, а свечи, стоящие в провале черепа, вспыхнули еще ярче. — Заметил-таки наконец.

Светляки всё еще удерживали ствол гигантского дерева, когда Высший, развернувшись ко мне всем телом, сделал сначала один шаг, затем второй…

Земля подо мною дрожала от поступи всемогущей твари. Демон, направляясь ко мне, склонил голову вправо, словно мог меня видеть и был удивлён тому, что я посмел на него напасть.

Поднявшись на ноги, направил энергию в ушибленную спину, сплюнул солёную кровь изо рта и хищно улыбнувшись, запустил в голову Высшего еще один камень, который припас в кармане. Гладкий снаряд со свистом разорвал воздух и точнёхонько угодил чудовищу в морду, точнее в свечи, которые её заменяли.

Существо от такой наглости даже запнулось, а одна из свеч покосилась и стала гореть чуть тусклее.

— Ничтожество, — слово само собой появилось у меня в голове, будто это говорило та закованная в цепи субстанция. — Бесполезная тварь.

После этих слов, Высший исчез из моего поля зрения, точно так же, как это сделал Берг, когда я бился с ним на дуэли. Повинуясь инстинктам, перекатился в сторону и, вскочив на ноги, увидел, как в то место, где я только был, вонзился плетёный коневой посох.

— А ты косой, — констатировал я, искренне обидевшись на «бесполезную тварь». — Давай, покажи, что можешь! Или без своих летающих гнусов ты не такой уж крутой?

Не знаю, что именно больше задело Высшего: то, что мне удалось ускользнуть от его атаки, или то, что я посмел над ним поиздеваться. Но после моих слов, свечи в его башке вспыхнули еще сильнее, а тварь снова исчезла, но на этот появилась не у меня за спиной, а высоко в небе.

— Урс шала рлак, — снова услышал я и, сам не знаю почему, бросился прочь от места, над которым висела зеленорогая туша.

Несясь по лесу, смотря только вперёд, всё сильнее ощущал нарастающую угрозу. Для того, чтобы понять, что Высший готовит что-то по-настоящему грандиозное, мне не нужно было оглядываться, всё было видно прямо передо мной.

Весь лес постепенно начал окрашиваться в изумрудный свет, словно какой-то невидимый художник покрывал его яркой красной из аэрозольного баллончика. Я даже не сразу понял, что это никакая не краска, а свечение, которое исходит как раз оттуда, где находилась тварь.

Чем ярче становилось свечение, тем сильнее у меня начинало сосать под ложечкой, а затем, к становящемуся просто ослепляющим свету, прибавился оглушающий треск ломающихся деревьев.

Обернувшись лишь на секунду, чуть не споткнулся, завороженный поистине впечатляющим зрелищем.

Прямо с неба, разнося в щепки стволы зелёных гигантов, в мою сторону нёсся изумрудный огненный шар, размером с автобус. Эта штуковина с поистине ошеломляющей лёгкостью отбрасывала от себя всё, что преграждало ей путь. А скорость её приближения указывала на то, что, если не выложусь на полную, никаких шансов скрыться у меня нет.

Мышцы тут же ожгло огнём, а связки жалобно запищали, грозя порваться в любой момент. Я нёсся сквозь толщу леса, даже не тратя время на разрубание вырастающих передо мной стен из лиан, просто разрывая их собственным телом.

Когда впереди замаячила усыпанная галькой площадка, в сердце появилась надежда и добавив в тело еще энергии, попытался ускориться, но было поздно.

Страшный удар в спину сорвал меня с места и бросил вперёд словно пулю. В тот момент мне казалось, что, если что-то встанет у меня на пути, то меня просто разорвет на куски.

Борясь с болью, свернулся калачиком и выдернул из источника всю энергию, направив её на укрепление тела. Я попытался завернуться в силу, словно в броню и когда первый раз коснулся каменистой поверхности, понял, что не зря это сделал.

Первый удар, второй… Я скакал по площадке, словно пущенный над водой плоский камень. От ударов, кости трещали, а одежда в местах соприкосновения с землей, сдиралась с меня вместе с кожей, из-за чего на гальке оставались кровавые следы.

Поняв, что еще несколько ударов не выдержу, извернулся и выпрямившись, направил всю энергию в руки, после чего вцепился ладонями в землю и заскользил. Еще чуть-чуть, и инерция просто сорвала бы меня с места, но в какой-то момент почувствовал на спине чьи-то руки, а метров через десять вовсе остановился.

— Эффектное появление, — задорным голосом произнёс Дуров.

— По-другому не умеем, — сказал я, сдирая с себя остатки куртки, которая превратилась в драные лохмотья. — Готовимся, парни! Сейчас начнётся!

Но и без моих слов люди на площадке стояли в полной боевой готовности, с обнаженными клинками в руках, смотря на пылающий изумрудным пламенем лес. А через секунду среди искуроченных и вывороченных с корнем стволов деревьев появилась фигура высшего демона, чьи голова и рога были целиком покрыты изумрудным огнём.

— Дриад, — ошеломлённо проговорил Дуров, вставая рядом со мной.

Глава 14

— Если ты прав насчет этого ритуала, то мы богаты, — в глазах Дурова загорелись алчные огоньки.

Ничего ему не ответив, просто крутанул в руке клинок и направился прямиком к демону. Циркулирующая по телу энергия уже сняла боль от ран, а подскочивший адреналин придал уверенности.

Если Мелид всё правильно рассчитал, мы действительно сможем не только выжить, но и завалить Высшего. Не знаю, хватит ли подобного подвига для того, чтобы стать стипендиатом Ордена, но это и не важно. Уверен, что эртов, полученных за аэорн и другие части монстра, хватит для того, чтобы и от Гордеевых откупиться, и другие проблемы решить. Так что, как говорится, ничего личного, просто бизнес!

— Все готовы?! — громко спросил я, наблюдая за неподвижной фигурой зелёной твари.

— Да! — почти хором ответили рэнары.

— Поехали, — почти шёпотом произнёс я и двинулся к демону.

Не знаю, каким именно образом Высший способен видеть, но, когда нас разделяло меньше тридцати метров, он развернул ко мне свою уставленную свечами морду. Тварь не делала никаких движений, просто наблюдая за моим приближением.

— Ну! — прокричал я, поднимая с земли очередной камень. — Давай, подходи!

Камень с бешеной скоростью улетел вперёд, кажется, подручный снаряд на мгновение даже начал светиться, пока не врезался в череп, венчающий посох демона. Гулкий звук от удара разнёсся по всей округе, а тварь, сначала повернув голову на посох, снова взглянула на меня и сказала.

— Эц Кара Даран — слова снова просто появились у меня в голове, а затем Высший начал шагать, постепенно приближаясь к площадке.

— Понеслась…

Решил атаковать демона первым, поэтому сорвался с места со всей скоростью, на которую был способен. Нельзя дать этой твари разойтись и прихлопнуть нас одним ударом. Если он снова поднимется в воздух и шибанёт по нам сверху тем пламенем, уверен, такую магию мы точно не переживём.

В голове еще были свежи воспоминания о том, как неуловимо быстрым движением, этот зелёный ублюдок отмахнулся от меня у барьера. Зевать ни в коем случае нельзя. Он быстрее, сильнее, и все остальные «ее» тоже, но на моей стороне ритуал. Если заставлю его сотворить какую-нибудь сильную магию здесь, на площадке, каким бы ни был крутым этот демон, ему точно несдобровать.

Первый мой выпад прошел мимо. Ростом высший был около четырёх метров, но, несмотря на свои габариты, двигался неестественно быстро.

Метя кончиком своего клинка прямо в правую ногу, заметил, как за мгновение до касания, конечность твари стала вибрировать и меч прошел сквозь пустоту.

Черная магия, колдун *#@$!

Припав на колено извернулся и атаковал другую ногу демона, нанося удар из-за спины. Снова ощутив, что моё оружие поразило лишь воздух, используя инерцию собственного тела, сделал разворот на сто восемьдесят и толкнул всё тело вперёд, выставляя перед собой меч.

Не знаю, есть ли у твари репродуктивные органы, но та, скорость, с которой Высший ушел от моего, метящего в его промежность клинка, вызывала лишь восхищение. Силуэт демона снова начал вибрировать, после чего исчез, а я сделал перекат вперёд, после чего резко бросился в сторону.

В следующее мгновение за спиной раздался гулкий звук удара, а в спину ударил целый залп из разлетающейся в разные стороны гальки. Быстро обернувшись, увидел на воронку, которая осталась после удара посохом демона. Останься я там, уверен, меня бы даже по кускам собрать не смогли.

— Аш Сура Дил, — снова отпечаталось в голове, и демон опять исчез из виду, а я бросился наутёк.

Похоже, тот удар между ног, который я собирался нанести Высшему, он интерпретировал как личное оскорбление. Не обращая внимание на других рэнаров, которые, соблюдая план, продолжали стоять без движения, демон принялся гонять меня по площадке, как провинившегося пса.

Не скажу, что он был особо изобретателен, просто раз за разом исчезал и пытался размозжить меня своим посохом, нанося удар со спины. Пока что мне удавалось уходить от его атак, но долго так продолжаться не может. Рано или поздно я запнусь, демон сменит тактику или усталость, которая точно появится, возьмёт своё. И тогда всё, приплыли тапочки к дивану.

— Иц Чите Ва, — снова сказал Высший, и в следующее мгновение я получил удар в плечо.

Сразу за ним последовал второй, потом третий. Не понимая, что происходит, начал лихорадочно шарить глазами по площадке и увидел, как с земли поднимается гладкий камень и летит в мою сторону.

— Сука, — обиженно произнёс я. — Моим же оружием!

Увернувшись от метящей в лоб гальки, перехватил в полёте следующую и без размаха швырнул в тварь, на этот раз метя точно в башку. Подручный снаряд со свистом разорвал воздух и угодил прямиком в одну из свечей, которая, кажется, даже не заметила попадания, лишь огонёк вспыхнул чуть ярче.

— Риц Жета Кеш, — на этот раз слова Высшего казались очень уж угрожающими, а через секунду тварь подкрепила мои подозрения делом.

К летящей со всех сторон гальке, прибавились выпорхнувшие из посоха светлячки. Жужжащая эскадрилья появилась из глаз черепа, которым был увенчан посох Высшего, и, не дожидаясь особых команд, ринулась прямиком на меня.

Против таких маленьких и многочисленных целей, никакого оружия у меня не было, зато им обладал кое-кто другой. В момент, когда меня и зелёный рой разделяли каких-то жалких несколько метров, в светлячков врезался яркий, испепеляющий насекомых, огненный шар!

— Отлично! — я показал Дурову большой палец, уклоняясь от очередного камня.

Одной атакой своего Экстрара командир группы рэнаров спалил почти всю жужжащую нечисть. Остатки тварей решили перегруппироваться и отпрянули от меня в сторону, но в них тут же прилетел очередной сгусток пламени.

Такая наглость не осталась незамеченной Высшим, и он даже попытался развернуться в сторону Романа, но не успел. Сразу три одновременно брошенных мной булыжника впечатались в башку демона. Я не дурак и прекрасно понимал, что мои атаки ему как мёртвому припарки, но в мои планы и не входило нанести Высшему какой-то урон.

Основной их задачей, было спровоцировать демона нападать лишь меня. Ну и уповать на то, что мой чувствительный зад, вкупе с рефлексами и первым кругом, позволят ускользать от его выпадов за мою спину. Что в конечном итоге побудит тварь применить какое-нибудь достаточно сильное заклинание.

Так и вышло.

После моих бросков, демон взревел, от чего зелёная листва на окружающих нас деревьях, пожухла и начала опадать. В моей голове один за другим стали звучать слова существа, слившись в одну сплошную канонаду звуков, из-за чего голова чуть не взорвалась. Затем Высший ударил посохом о землю и стал подниматься ввысь, но почти сразу же рухнул на землю, припечатанный магией ритуала.

— Работает! — раздался у меня за спиной возглас Дурова.

Следом за ним последовали восторженные крики Хорна и Невельского, а я, вместо того, чтобы праздновать со всеми, бросился к твари со всех ног. Пока демон испытывает давление перегруза, необходимо покончить с ним как можно быстрее.

От резкого рывка, переполненные магией мышцы и связки взвыли, давая понять, что еще чуть-чуть и они просто лопнут. Кажется, в тот момент, галька, вырвавшаяся из-под моих ног, по скорости не просто не уступала, но и превосходила ту, что я бросал в Высшего своими руками.

Разделявшие нас несколько метров закончились быстрее, чем тварь успела что-либо сообразить, и мой клинок не без труда, пронзил плотную шкуру шеи. Заточенное остриё ощущало такое сопротивление, словно вонзалось не в обычную плоть, пусть и демоническую, а в плотную, спрессованную резину.

Я давил на рукоять изо всех сил, время замедлилось и в тот момент казалось, что клинок еле-еле движется. Высший мог прийти в себя в любой момент и тогда мне точно крышка. Уверен, теперь тварь не будет отмахиваться от меня, как от назойливой букашки, как тогда, у барьера. На этот раз монстр приложит все силы, чтобы вырвать мою душу из плоти и вдоволь поиздеваться над ней.

Доли мгновений соединялись в секунды, ритуал продолжал давить на тварь, а моё оружие, погрузившееся в тварь по самую рукоять, кажется, не причинило ему никакого вреда. Хотя, это и не удивительно, чего я вообще ждал от простого клинка?

Бросив рукоять, сжал кулаки и начал что было сил долбить ими по затылку чудовища. Руки, под завязку заполненные энергией, от концентрации которой вокруг них начал плыть воздух, удар за ударом пробивались сквозь бронированную шкуру чудища.

Уверен, не будь тварь ослаблена перегрузом, ни один из моих ударов не заставил бы его даже почесаться, но теперь… Теперь демону приходилось несладко.

Ошмётки шкуры, зелёная кровь и даже куски костей отлетали в стороны, засыпая собой всё вокруг, включая меня. От головы твари остались лишь те самые свечи, которые горели так громко и мощно, что стали напоминать сопла кислородного резака.

Как бы я ни старался, ни одна из моих атак, похоже, особого вреда Высшему не нанесла, а лишь злила.

— Да *#@&! — ругнулся я и перепрыгнув тварь через спину, схватился за зажатый в его руке посох. Стоило мне схватиться за древко оружия демона, он тут же попытался подняться, упёршись рукой в землю. Похоже, размноженная голова никак не угрожала его жизни, а вот потеря посоха была куда более опасна.

— Не любишь, когда кто-то берёт твои игрушки? — сплюнул я и схватив тварь за кисть, упёрся ногой в локоть. — Сам напросился.

Будь угол, под которым находился сустав существа чуть более острым, у меня бы точно ничего не вышло. Рука Высшего находилась почти в вытянутом положении, но даже так, чтобы услышать заветный хруст, мне понадобилось напрячься так, что чуть глаза не лопнули.

Утробный рёв снова сотряс землю как раз в тот момент, когда огроменная витиеватая палка оказалась в моих руках. Вес у посоха был приличным, длинной он был почти такой же, как и рост демона, поэтому не придумав ничего лучше, что было сил подпрыгнул в воздух и направил подток посоха точно между лопаток твари.

Я даже не рассчитывал, что посох демона с такой лёгкостью пробьёт его тело и пригвоздит тварь к земле. Максимум, думал, что удастся нанести ему хоть какой-то урон, но не насадить его на жезл, как канапешку на зубочистку.

Правда у моей атаки была и обратная сторона, демон, кажется, окончательно обезумел. Тварь ревела, скребла всеми конечностями по земле и пыталась подняться. С момента как ритуал обрушил на демона всю реверсивную мощь портала, прошло не больше двадцати секунд и, судя по тому, что у Высшего получилось-таки оторвать себя от земли, эффект перегруза начал заканчиваться.

— Да когда ж ты сдохнешь?! — взревел я и, упёршись в посох ногой, начал отламывать от него верхнюю часть.

Усиливающийся хруст разламываемого дерева синхронизировался с нарастающим зеленоватым свечением, исходящим от кривой палки. Чем больше сил я прилагал, тем ярче светились щели, образовывающиеся в расходящихся волокнах переплетённых корней.

В момент, когда мне уже казалось, что моя затея обречена на провал, жезл хрустнул последний раз, и бешеная волна силы, вырвавшаяся из оружия Высшего, отбросила меня на самый край площадки.

Кувыркаться в воздухе, зажимая обломок демонического артефакта, было тем еще удовольствием, но в конечном счете мне удалось вывернуть и приземлиться на ноги.

— Похоже я твою любимую игрушку сломал, да? — улыбаясь от вида беснующейся твари, тихо спросил я.

— Ты в порядке?! — прокричал ринувшийся ко мне Егор.

— Стой на месте, — я остановил молодого лекаря жестом руки и перехватил на манер меча зажатый в руке черенок. — Сейчас начнётся самое интересное!

Похоже, до Высшего наконец-то дошло, что малой кровью он не отделается. Тварь, невероятным образом изогнув руку, ухватила торчащий из земли посох, одновременно с этим накапливая внутри себя силу.

Откуда я это знал? Да просто такое ни с чем не спутаешь и, судя по всему, давление нарастающей, непреодолимой силы обрушилось не только на меня одного.

— Нужно уходить! — проорал Дуров. — Он сейчас весь портал разнесёт!

А ведь рэнар прав.

Как бы Высшему ни было плохо в этом разломе, как бы сильно на него ни влиял перегруз, сдаётся мне, его силы хватит, чтобы разнести всё это пространство в клочья.

— К порталу!!! — заорал я, чувствуя, что давление демонической магии становится просто невыносимым.

Кое-как добравшись до валяющихся на земле Митина и Агаты, взвалил их себе на плечи и направился прямиком к выходу из разлома. Чем дальше я удалялся от площадки с пригвождённым к земле Высшим, тем легче мне становилось идти. В конечном итоге, когда до воронки в пространстве осталось совсем ничего, я уже вовсю нёсся по лесу, «видя» с помощью сонара, как-то же самое делают и мои спутники.

— Да твою ж мать! — ругнулся я, когда прикоснулся к плотной поверхности портала. Внешняя плёнка по-прежнему оставалась упругой и отказывалась выпускать кого-бы то ни было из разлома. — Открывайся, падла!

С этими словами, скинул со своих плеч Митина и его боевую подругу, взялся обеими руками за обломок посоха демона и со всей силы долбанул им по упёртой воронке.

Один удар, второй, третий… Я без устали колошматил по выходу из портала, ощущая, как у меня за спиной творится запредельная, даже по меркам этого мира, магия.

С каждым новым ударом древка видел и ощущал, как от воронки отлетают маленькие частицы, которые, снопом синих искр, тут же сгорали в воздухе. Это придавало уверенности в том, что рано или поздно барьер, закрывающий выход, может не выдержать и сломаться.

— Похоже, нам всем *#@& , — произнёс стоящий рядом Хорн, на плече которого лежал, находящийся по-прежнему без сознания, Тарх.

Это была не паника, а констатация факта.

За моей спиной, на усыпанной галькой площадке, прямо ввысь разлома устремился ярко светящийся изумрудный столб пламени. Мне хватило одного мгновения, чтобы понять, эта хреновина растёт. Причём так, что уже меньше чем через минуту поглотит и нас и весь портал целиком, а израненный демон сможет вырваться на свободу.

— Да нихрена! — повинуясь моей воле, энергия из источника хлынула к моим ладоням, а затем и в обломок жезла.

Внезапно, обломок демонического посоха в моих руках, отозвался и принял в всю силу, до последней капли. Я буквально почувствовал, как эта палка становится частью меня, а её мощь возрастает в каких-то невероятных масштабах.

На мгновение, мне даже показалось, что эта штука может вытянуть из меня всю магию, без остатка. Но это ощущение быстро прошло, стоило мне хорошенько приложиться по треклятой воронке.

Звонкий треск, заглушивший рёв разрастающегося столба зелёного пламени, резанул по ушам так, что я чуть не упал на колени. Вытянув руку вперёд, понял, что никакого барьера больше нет и путь наружу свободен.

— Пошли, пошли, пошли!!! — заорал я, закидывая на плечо сначала Митина, а затем Агату.

Руки, да и всё тело, ослабели так, что я готов был повалиться с ног под собственным весом, а тут на мне было еще два рэнара. К моменту, когда смог поднять Митина, пламя уже добралось до границы деревьев, за которыми начиналась поляна с порталом.

Взревев как бешеный зверь, бросился вперёд, чувствуя, как волосы на затылке начинают закручиваться из-за резко подскочившей температуры.

Опоздай я хоть на мгновение, и всё, меня, да и Адриана с его подружкой, поглотил бы тот столб зелёного магического пламени.

Обратный путь через воронку показался мне вечностью, но, стоило мне носом учуять запах лесной свежести, тут же прибавил шаг. Как только вынырнул из портала, без особых нежностей сбросил с себя тела рэнаров и тяжело дыша повалился на землю.

— Бес, ты как? — сердобольный Невельский тут же склонился надо мной и попытался наложить на меня руки, но я отмахнулся.

— Нормально, просто устал, — закрыв глаза и пытаясь унять бешено стучащее сердце, громко спросил. — Все живы?

— Да вроде как да, — ответил за всех Дуров. — Сам-то ты как?

— Если не считать, что сил нет даже на то, чтобы открыть глаза, можно сказать, легко отделался.

— Да и трофейчик ценный прихватил, — в голосе Дурова прозвучали завистливые нотки, и мой внутренний параноик расценил их как угрозу.

— Без боя не отдам, — проговорил я, после чего сильно зажмурился, обматерил про себя и Высшего, и новый мир, и судьбу, с её сестрою, удачей, а затем, кряхтя, поднялся на ноги.

— Драться, с тобой?! — я открыл глаза как раз в тот момент, когда Дуров выставил перед собой руки и сделал несколько шагов назад. — Я что, на больного похож?!

— Ну, мало ли, — пожал я плечами. — Дураков на свете полно, а жадных дураков еще больше.

— Не-не, парень, — Дуров, словно ища поддержки, бросил взгляд на Хорна, а затем и на Невельского. — Я не враг своему здоровью, наоборот, хочу спасибо сказать. Без тебя, у нас вообще никаких бы шансов не было. А-то как ты с Высшим схлестнулся, это вообще просто космос! Ты каждый раз уходил от его атак в последний момент, словно знал, что он сейчас попытается тебя прикончить.

— И правда, — согласно кивнул Егор. — Я сам, при каждой его атаке, готов был сорваться с места, чтобы тебя спасать, но обошлось.

— Вот! — Дуров поднял вверх первый палец, подтверждая слова молодого лекаря. — Так что, нет, ты меня вообще не так понял. Я же чисто по-доброму, хорошая основа под артефакт, дорогая. Но ты, если продавать не хочешь, то дело твоё, мы с Хорном не претендуем!

Член отряда Дурова чуть не поперхнулся от того, что командир приплёл его к этому странному конфликту, а я про себя чертыхнулся. Видимо, устал сильно, вот и кажутся везде враги, хотя, как показывает практика, такие ощущения на пустом месте не возникают.

— Ладно, — кивнул я и побрёл к машине Митина. — Закиньте этих четверых в кузов и поехали отсюда. Жрать хочется, просто смерть.

— Бес, — окликнул меня Невельский, когда я только-только уселся на водительское сидение. — На вот, почитай.

— Давай потом, — отмахнулся я, несмотря на то, что вид у очкарика был очень встревоженным, даже испуганным. Он так даже в портале не выглядел. Странно.

— Это важно! — настоял парень и насильно сунул мне в руки смартфон, когда я уже уселся на водительское сидение.

— Пу-пу-пу-пу-пу-у-у-у, — от досады, сжал пятернёй баранку руля и та жалобно скрипнула. — Ну почему всё не может быть просто НОРМАЛЬНО?!

Чем больше я читал сообщения, которые безостановочно приходили на гаджет Невельского, тем сильнее падало моё и без того паршивое настроение.

Казалось, что хуже Высшего, появившегося в низкоуровневом портале, ничего быть не может, а оказывается, может. Еще как, может…