Белый ворон

Пролог

Шум и беззаконие. Крики раненных и скрежет клинков, бьющихся друг о друга. Правящая элита терпела уже очевидное поражение.

— Поднимайся, Ронан, ну же! — мужчина, подставляя плечо для опоры, сопровождает короля, который зажимает рукой кровоточащую рану.

Влажные от пота волосы прилипали к лицам мужчин. Ронан отбрасывая прядь светлых волос и терпеливо сжимая губы от ноющей боли ранения, смотрит в глаза старому другу и бравому солдату, сопровождавшему его на многих сражениях.

— Послушай, Уэйд. Я виноват, нужно было послушать вас…

— Потом философствовать будешь, пошли отсюда! — заправив клинок в ножны, мужчина пытается взять под локоть короля, чтобы помочь, но тот отталкивает его, поскальзываясь на густой грязи залитого кровью поля.

— Уходи. Вместе мы не спасемся. Ты должен обеспечить безопасность рода.

— Ронан, мой долг — спасти короля, — мужчина не собирался сдаваться.

— Это приказ, Уэйд, — король, проделывая немыслимое усилие, крепко сжимает руку друга и уверенно смотрит в его глаза, очерченные тёмными кругами — уходи и спасай наш род! — король устало отпустил руку и повысил голос: — Ну же!

Глубоко вдохнув, Уэйд поднялся, обнажая клинок. Он понимал, что видит своего короля в последний раз. Вот такого, вымотанного войной, опять думающего не о спасении самого себя, а о защите династии, и тяжело раненного. Мужчина направился вдоль поля, к коню, на пути видя Аллистера, сражающегося с противниками.

Лезвие клинка блеснуло сталью, вступая в бой. Уэйд по праву был лучшим воином Крэйстона. Отточенные движения, резкие выпады и умелые наступления. Уэйд умело отразил удар, вонзая клинок в плоть южанина.

— Мы отступаем? — запыхавшись, спросил Аллистер, также отбиваясь от врага.

— Да, приказ короля, — но не успел Уэйд закончить, как раздался тяжёлый хрип Аллистера.

Мужчина с клинком, торчащим в спине, пал на колени и еле слышно вымолвил:

— Спаси… Мою дочь… — это были его последние слова, а южанин с обезображенным жестокостью войны лицом бросился на Уэйда.

Скулы мужчины сжались в ярости. Уэйд яростно начал отбиваться от противников, уничтожая всех на своём пути. Преодолев кровавое месиво, он обернулся. Ачилл в этот момент пронзил сердце уже сдавшегося короля. Ярость застилала глаза, кровь на руках и одежде пестрила, была неприятно липкой и тёмной, а в сознании продолжали раздаваться эхом слова дорогих людей: «спаси род», «спаси дочь», «это приказ».

Как же он, Уэйд, мог оставить короля на верную гибель? Люди. Оружие. Кровь. Крики. Одна из самых страшных битв на его памяти. Никогда ещё ему не было так мерзко от запаха крови и плоти.

Быстро преодолев лес, мужчина вошёл в замок через потайные ходы и ворвался в покои жены и её сестры. Две служанки, находившиеся в комнате, вскрикнули от кровавого облачения Уэйда, а третья потеряла сознание. Дрожащая Адолина тут же кинулась к мужу, облегчённо выдыхая. Однако нескрываемый страх в глазах её и Авалайн, которая держала младенца на руках, выдавали всю степень напряжения и тревоги.

— Нам нужно бежать. Ачилл убил Ронана, Аллистер мёртв. Я должен спасти вас, — все на мгновение замолчали, взгляд женщин был влажным от слёз. Слабая после родов Авалайн, с налипшими на лицо прядями светлых волос, лишь сильнее прижала к себе ребёнка, кричавшего ещё громче из-за тяжелой атмосферы. Шум за пределами покоев вернул Уэйда в реальность. — Вы, — мужчина кивнул на служанок. — Одежду сюда. Простую, старую.

Девушки тут же засуетились, помогая накинуть простенькие серые плащи на плечи женщин, что-то нервно бормоча себе под нос.

— Ада, мне очень жаль… Забери мою малышку, воспитай её, пообещай мне, — женщина закутала ребёнка в пелёнки, вложив в крохотные ручки свою подвеску.

— Ава, не говори глупостей! — Адолина очень нервничала и не хотела терять ещё и сестру.

— Пообещай! — женщина бережно отдала в руки сестры девочку, нежно поцеловав её в лоб. Получив положительный кивок, женщина слабо улыбнулась, обняв на прощание сестру. — У меня не хватит сил даже преодолеть замок, бегите!

Авалайн кивнула служанкам, которые открыли ещё одну потайную дверь. Светлые глаза были наполнены слезами, девушку трясло. Её первенец, её дочка, которую она видит последний раз. Сердце разрывалось от боли.

— Держись, а я позабочусь о них, — Уэйд застегнул плащ и тяжело посмотрел на сестру своей жены, дав ей кортик для практически нереальной обороны, — пойдём! — скомандовал мужчина, выводя жену с ребёнком на руках в потайные коридоры, которые хорошо знал.

Уже в этих коридорах, они услышали истошные женские крики, погоня настигала. Адолина ускорилась, а Уэйд вновь обнажил клинок. Детский плач этой ночью сливался с лязганьем металла и воплями людей…

Часть 1. Глава 1

Коль буйны радости, конец их буен.

«Крики людей. Повозка, подпрыгивающая на ухабах, и лошади, подгоняемые хлыстом возницы. Кровь. Грязь. Ребёнок рыдает на руках от голода и холода».

Адолина проснулась со слезами на глазах. Утерев их тыльной стороной ладони, она поднялась и посмотрела на время. «Три часа ночи, — подумала женщина, — когда уже придет конец этим ночным кошмарам? Когда прошлое перестанет терзать меня?» Никогда — именно это крутилось в сознании женщины, как бы трудно не было принять этот факт. Никогда, пока рядом с ней, в соседней комнате спит уже десятилетняя девочка, как отпечаток прошлой жизни: сестры и её мужа. Сильного рода, некогда имевшего огромную мощь и славу.

Женщина встала, взяла свечу с комода и, открыв массивную дверь, прошла в коридор. Не спал только дворецкий, которому было уже чёрт его знает сколько лет, а как известно, старики предпочитают дневной сон и часто бодрствуют ночью. Адолина аккуратно приоткрыла соседнюю дверь и посмотрела на племянницу. «Элора, — улыбнулась она своим мыслям. — Какое же все-таки красивое имя. В нём есть что-то и от матери, и от отца. Чудесный ребенок. Такой умный, смелый, бойкий. Мужская стойкость в детском, девичьем теле».

И действительно, Элора была куда старше своих десяти лет. Она уже говорила на двух языках, пусть и не быстро, знала карту государства и, наверное, с закрытыми глазами могла пройти сквозь Мерцающий лес к горам. Несмотря на свои малые года, девочка обучалась подобающе своему истинному статусу, даже в скромном имении.

Адолина не стала тревожить девочку и няньку, спящую возле кровати ребенка, а спустилась вниз. Выпив теплого молока, она расположилась на тахте в гостиной, возле камина, и спустя какое-то время уснула с книгой в руках.

______________________

— Тётя Лина, смотри, какую лягушку нашёл дядя Уэйд! Она такая большая и…

Громкий крик заполнил гостиную. Адолина вскочила с тахты и с ужасом принялась стряхивать с красной обивки большую зелёную жабу.

— Зачем? — не успокаивалась женщина, — зачем вы принесли это в дом? —женщина с презрением посмотрела на это чудовище, а после на мужа. — Я понимаю, ребёнок — это ребёнок, но ты Уэйд, чем ты думал?

— Я? — кое-как, задыхаясь от смеха выдавил из себя мужчина, — я ничем не думал. Проснулся, смотрю — кровать пустая.

— Вы просто надо мной издеваетесь! Тебе уже пятьдесят лет, а ведешь себя, словно…

— Кто? — Уэйд подошёл к жене с ласковой улыбкой и погладив по руку, поцеловал её тыльную сторону ладони.

— Не важно, — пробурчала она, смягчившись. — Завтрак накрыт уже? Я очень голодна, сейчас льва бы съела.

— О да, любимая, час дня, а ты уже хочешь завтракать. Не рановато ли? — засмеялся мужчина и, увидев недовольное лицо жены, тут же добавил, — ну а вообще да, пора. Элора, отдай жабу Джеймсу, пожалуйста. Пусть кинет её в пруд, будет там семью заводить.

— Кто? Джеймс? — поперхнулась девочка.

— Да, Элора, конечно, он — в пруду с другими жабами.

______________________

Элора уже бегала в саду после позднего завтрака, когда Адолина и Уэйд сидели на террасе.

— Какие же красивые крокусы, да и другие цветы, — улыбнулась она. — А ведь когда мы приехали, помнишь, всё было здесь обветшало — сад зарос, дом покрылся пылью, — в голосе женщины чувствовалась боль от прошедших времён переворота.

— Когда мы сюда приехали, дорогая жена, не только дом был ужасен, но и вся страна полыхала огнём хаоса и беззакония, — Уэйд тяжело вздохнул, ударив кулаком по подлокотнику. — Ублюдок Ачилл сидит сейчас на кровавом троне, и бровью не ведёт. Перебил тех, кого называл друзьями, предал всех нас, короля, оставил королевство на гибель от себя же, — желваки мужчины напряглись от неутихающей в груди ярости и тоски по своему другу и «прошлому» королевству.

— Тише, Уэйд, — Адолина накрыла напряжённый кулак мужа своей рукой с появляющимися морщинами, заботливо поглаживая, — постарайся себя контролировать, да и Элора может услышать.

— И пусть слышит! Она должна знать, что королевство по праву, — громко начал было мужчина, но увидев взгляд жены, смягчился и продолжил спокойнее: — королевство по праву принадлежит нашей династии. Вайтрэйвены правили от самых истоков государства, вкладывали все свои силы, помогали подданым, делали всё, чтобы Крэйстон был в благополучии, а не пылал огнём кровопролития. Даркнейки, они же как шакалы, всегда рядом, в одиночку не нападают. Никогда не понимал, зачем Ронан держит Ачилла при себе. Надо было настоять на своём, может тогда Ронан бы остался жив.

— Уэйд, ты не должен винить себя, слышишь? Ронан всегда был характерным, ты бы не смог его убедить, но ты и так многое сделал для государства. Для Ронана тем более, сколько раз ты прикрывал его спину в боях? Сколько раз уводил спасал, рискуя собой? — женщина с сочувствием напоминала о заслугах своего мужа, не давая поникать в себе, она коснулась щеки мужа, украшенной шрамом. — Я горжусь тобой, Уэйд… А малышка знает, кто она. Ещё не понимает, что это значит, конечно, но всё-таки. Мы воспитываем принцессу, нельзя забывать про это, а соответственно и манеры должны быть королевскими. Что за лягушка? Я уже молчу про лазание по деревьям с дворовыми детьми.

— Пусть она и принцесса, но ей нужна недюжинная сила, чтобы вернуть власть, — мужчина выдохнул, стараясь быть спокойнее, руки жены всегда успокаивали его. — Материальная у нас уже есть — не все южане поддерживают правление Даркнейка, лорд Валленс и лорд Тратэйя, приближенные короля Эллитара, сообщили мне, что тот иронично отзывается о реформах Ачилла и периодически вспоминает Вайтрейвэнов, даже за обедом.

— Сам же и спонсировал поддержку Ачилла. Болван просто-напросто испугался продвижения Ронана на юг, в сторону территорий, которыми он почти не занимается, а только кормится налогами с несчастных крестьян. И именно те самые крестьяне, наслушавшиеся баек от Рагнара, стали искать возмездия у нас, как слепые котята, — печальные размышления были прерваны детским голосом — Элора начала отчитывать няньку. Заметив это Адолина немедленно вскрикнула: — Что у вас там опять происходит?

— Простите, миледи, я обронила букет её светлости, мне так жаль, я сейчас же соберу новый, — затараторила служанка.

— Не надо мне новый, — гневно топнула ножкой Элора.

— Миледи! — возмущенно посмотрела на племянницу Адолина. — Мне не нравится ваше поведение. Все совершают ошибки. Простите, миссис, не нужно собирать новый букет. Элора сейчас же отправиться в библиотеку и будет читать. И да, не нужно приносить ей сладости, за чтением без них вполне можно обойтись!

— Хорошо, миледи Адолина, — служанка взяла понурую девочку за руку и зашагала в дом.

— Королевские крови дают о себе знать, — пошутил Уэйд, — ребенок может за себя постоять.

— То ли дело уметь защитить себя, но ведь она ругает слуг, — нахмурилась женщина.

— Вспомни Ронана в детстве, ты ведь сама мне рассказывала, как он кричал на няньку, — рассмеялся лорд.

— Там было другое, — посветлела Адолина, — она действительно сглупила и принесла ему мои одежды. Представь, он спросонья только открыл глаза и видит, как его одевают в небесно-голубое платье. Сколько криков и смеха тогда было! Мама даже дала служанке пару серебряных за такое веселое утро. Мама… Как хорошо, что она не увидела этого ужаса, не узнала о смерти сына и падении рода…

— Наверное, ты права. В любом случае династия Вайтревэнов ещё поднимется. Иногда нужно коснуться дна, чтобы взлететь выше. Элора вернёт династии былую славу. Любой ценой. Мы добьемся её возвращения на престол, чего бы это не стоило. Тем более, что я успел сохранить акт о престолонаследии, который Ронан в тайне ото всех подписал после смерти жены и сына.

— Что за акт? — Адолина посмотрела на мужа, не до конца понимая ситуации. — Почему ты молчал?

— Акт гласит, что законными наследниками и первыми в очереди на трон он признаёт всех в будущем родившихся детей своих сестер — тебя и Авалайн. А это значит, что…

— Что Элора не только на словах, но и документально королева Крэйстона.

Часть 1. Глава 2

Бессмертен тот, кто не родился.

Юная девушка радостно бежала по территории поместья, подгоняемая ветром, развевающим длинные светлые волосы. Девушка беззаботно резвилась вместе с дворовыми подростками. Несмотря на семнадцатилетие, девушка вела себя по мнению тетушки, как та часто говорила, «неподобающе!». Но вышивка, игра на музыкальных инструментах и танцы вечером под звонкий треск камина Элору не привлекали, хотя она и воспитывалась в духе своего времени.

Девушка зацепилась за ветку массивного дерева и, подтянувшись, забралась на неё, наблюдая за друзьями сверху. Тут Элора и вовсе словно кошка вытянулась на ветви, звонко рассмеявшись.

— Ваша Светлость, помилуйте, Вы слишком быстро бегаете, точно порхаете, — учтиво заметил парень, с улыбкой разглядывая юную госпожу.

— Да, я знаю, — девушка кокетливо улыбнулась, а после перевела взгляд на пожилого слугу, с недовольством предвкушая не самую приятную для себя беседу. — Рэй, как думаешь, лучше сбежать от Джеймса сразу?

Парень обернулся, следя за взглядом девушки, и сам засмеялся от забавной, хромающей торопливости Джеймса.

— Вот вы где, Ваша Светлость! — Джеймс ещё быстрее стал приближаться и, Элора спрыгнула с ветви так же резво, как и забралась на неё, Рэй только и успел, что подставить девушке руку. — Прошу, подождите, Вас просит к себе Адолина, её супруг слишком плох…

До этих слов Элора планировала аккуратно уйти от разговора со скучным слугой, но его слова поселили тревогу в юном сердце. Девушка недоверчиво посмотрела в выцветшие глаза мужчины, и с поддержкой дотронувшись до плеча Джеймса, немедленно направиляясь к дяде.

Дядюшка Элоры уже года два был болен, но последний месяц его состояние стремительно ухудшалось. Девушка старалась не думать о плохих последствиях, но сейчас тревога была гораздо сильнее.

Элора вбежала в дом. Девушка-служанка покачала головой, увидев юную леди в мужских штанах, которые она предпочитала платьям, но никак это не прокомментировала, зная, насколько леди упряма, потому впустила её в комнату:

— Адолина просила Вас.

Девушка откинула свои белокурые локоны, густые и блестящие, как у матери. Лекарь отошёл от закашливающегося Уэйда, скользнув взглядом по вошедшей девушке, и обратился к супруге больного.

— Чахотка. Мои соболезнования, — доктор понимал, что ничем не может помочь больному, и жить ему оставалось совсем ничего, поэтому даже не собирался давать ложные надежды. Никто не жил долго с такой ужасной болезнью.

Уэйд продолжал кашлять, а Элора не смогла остаться в стороне:

— Так помогите же дядюшке! Вы лекарь или самозванец?! — девушка гневно притопнула, недовольно смотря на мужчину.

— Должно быть, Вы слишком юны и пока не понимаете, но леди, ещё нет лекарства от этой болезни.

— Так придумайте! Ну же, чего вы ждёте, создайте лекарство, которое поможет дядюшке!

— Ваша Светлость… — начал было оправдываться лекарь, но Адолина взяла девушку под руку:

— Милая, будь сдержаннее, — женщина и сама выглядела уставшей, болезнь мужа вымотала и её.

— Я сделал всё, что было в моих силах, — лекарь только тихо удалился, когда Уэйд позвал жену к себе.

Некогда полный сил мужчина сейчас был слаб и бледен, на его губах запеклась кровь, а капилляры в глаза от постоянного кашля полопались. Адолина накрыла руку мужа своей, старясь поддержать его в трудный момент, понимая, что больше никто и ничего сделать не в состоянии.

— Дорогой мой Уэйд, что я могу сделать для тебя, как могу облегчить твою боль? — как бы мужчина не старался мужественно бороться с чахоткой, лекарь говорил, что болезнь обычно сопровождается болью в лёгких.

— Хорошие мои, Элора, и ты тут…

Девушка тут же подоспела к постели бледного дяди, падая рядом на колени и тоже касаясь морщинистой руки, что по рассказам смело держала оружие, проходя не один бой.

— Дядюшка, пожалуйста, не пугай нас так! — всё-таки именно эти люди заменили девушке родителей, за что она им искренне благодарна. Уэйд с Адолиной стали отцом и матерью, которые способны поддержать и научить всему.

— Я сожалею, но мне осталось совсем немного, — мужчина снова зашелся тяжелым и сухим кашлем. — Но вы должны позаботиться друг о друге, и воскресить свой род. Обещайте мне.

— Нет-нет-нет, дядюшка, что ты такое говоришь? — девушка не собиралась сдаваться. В её глазах стояли слезы, а тело сотрясала мелкая дрожь.

— Девочка моя, помни, чему я тебя учил. Смело шагай к своей цели, и не смей отступать, даже если путь придётся прокладывать по битому стеклу, — кашель мешал, а девушка уже не могла сдерживать слёз. — Лина, жена моя, спасибо тебе, ты всегда была рядом… — мужчина в последний раз громко закашлялся, и в ту же секунду его тело обмякло.

Последние слова могучего воина, которого поборола чахотка. Даже не враг на поле брани, а болезнь. На минуту в комнате повисла тишина. Тишина, осознание и боль, осевшая в сердцах двух женщин. Элора смотрела на бледное лицо дядюшки, что постепенно начинало остывать, продолжая нервно теребить рукав его рубашки. Напряжение достигло пика.

Девушка перевела взгляд на тётю, чей взгляд был болезненно уставшим, а щёки влажны. Элора аккуратно обняла Адолину, утыкаясь в плечо женщины.

— И что теперь? — растерянно и даже испуганно спросила девушка, которой еще несколько минут назад вся жизнь казалась счастьем.

— А теперь… Теперь мы пойдём по этому колкому пути, мы с тобой со всем справимся, девочка моя, — женщина поцеловала девушку в шелковистые волосы, а после отпустила, кивнув на выход. — И приведи себя в порядок, негоже в мужском одеянии ходить.

Когда Элора, погруженная в океан мыслей, ушла в свои покои, а Адолина, до этого момента сохранявшая видимое спокойствие, осталась наедине с мужчиной, который всегда был опорой, защитой и самой большой любовью, комната наполнилась плачем. Женщину сотрясали рыдания, её руки тряслись: она потеряла любовь своей жизни, она потеряла мужа, потеряла часть себя.

— Уэйд, я всё сделаю ради нашей цели, ради Элоры, обещаю… — прошептав слова, женщина сразу же стала искать бумагу и чернила, не желая больше медлить.

Они давно с Уэйдом собирались отправить послание южному лорду.

Взяв необходимое, Адолина зажгла свечу, ведь даже не заметила, как стемнело, пока она пыталась прийти в себя.

«Приветствую Вас, любезнейший лорд Тратэйя.

Хотелось бы уведомить Вас, что правящий ныне король Райлан не является кровным наследником Ачилла Даркнэйка, которому Эллитар семнадцать лет назад оказал поддержку в государственном перевороте. Райлан — бастард, не имеющий никакого права на престол Крэйстона, а также замышляющий злодеяния против южных соседей. Прошу оказать поддержку роду, доныне благородно правящему северным королевством. Предлагаю Вам встречу и обсуждение судьбоносного для наших королевств договора.

С великим уважением, Адолина Вайтрейвэн.»

Оторвавшись от написания письма, женщина ещё раз бегло прочла строки, а после убрала написанное в конверт, запечатав его сургучом. Глубоко вдохнув, Адолина осмотрелась. Бездыханное тело любимого мужа поселило глубокую тоску.

— Наш воронёнок ещё расправит крылья, обещаю…

Часть 1. Глава 3

Элора вбежала в покои тетушки, которая быстро складывала платья и вещи первой необходимости. Девушка подхватила падающий гребень, который пять лет тому назад Уэйд подарил супруге на рождество, и воскликнула:

— Что за спешка? Куда ты так торопишься?

— Милая, мне нужно ненадолго уехать, — Адолина протянула руку, и служанка подала ей шляпу.

— Что? Тетушка, боже мой, ты меня пугаешь! Уэйда только вчера похоронили, ты срываешься и собираешь вещи ночью, секретно. Расскажи мне, что не так?

— Элора, — Адолина кивнула служанке на выход, и взяв племянницу за руку, села вместе с ней на тахту. — Мне нужно уехать, чтобы встретиться с лордом Тратэйей и обсудить с ним вопрос престолонаследия.

— С ним? Вы мне из года в год повторяли, что он жестокий и алчный человек, он не…

— Зато он очень богат! — грубо перебила Адолина осёкшуюся племянницу. — Богат, знатен и готов поддержать возвращение династии Вайтрэйвенов на престол Крэйстона. Он окажет мне материальную поддержку в обмен на информацию, которую я ему везу. Пришлет армию, и мы вернем себе наше королевство!

— Невероятно! Чудесный план! Никто со мной посоветоваться не хотел, приводя его в исполнение?! — гневно стала возмущаться девушка, вскакивая с обитой красным бархатом тахты.

— Леди! Ведите себя спокойнее. Где ваши манеры?

— Я просто вне себя от злости и удивления. Больше всего, наверное, от того, что ты хотела уехать ночью! Скрыться от меня! Ты подумала, что я буду делать с утра, когда не увижу тебя? Я осталась бы одна в этом доме, совсем одна! — руки девушки тряслись от напряжения, её глаза покраснели от подступающих слёз, а комок в горле мешал внятно выражать свои мысли.

— Прости меня, дорогая моя девочка, — Адолина поднялась и притянула племянницу к себе. — Я так торопилась, что действительно ошиблась, не рассказав тебе о кое-каких деталей.

— И какие же ещё подробности ты мне поведаешь? — тихо спросила Элора, успокаиваясь.

— Дело в том, что Райлан Даркнэйк — бастард.

— Что-о?

— Да, именно так. Помнишь, лет пять назад к нам приезжала женщина, служанка из дворца? Ранее она служила мне, а потом твоей матери. Ныне эта женщина одна из фрейлин вдовствующей королевы. Несмотря на смену власти, она осталась верна нам, я нередко помогала ей будучи при дворе, как могла — материально и морально, даже пару раз играла с её детьми и…

— Тетушка, ближе к сути!

— Ох, да, точно. Так вот, Марианна, так зовут служанку, поведала мне, что Райлан — сын лучника.

— Но ведь это может быть просто слухом…— покачала головой Элора.

— Нет, милая… Марианна слышала, как сама королева говорила об этом своей сестре, она боялась сплетен и слухов, но Райлан вырос копией Ачилла, на удивление, и Адайн благодарила Бога за это.

— Неужели… Как ей удалось подслушать?

— Самозванцы Даркнэйки невнимательно изучили систему тайных коридоров дворца, а Марианна ходила по ним вместе со мной.

— Хорошо, допустим это правда. Как это поможет нам?

— Это ещё не всё, милая. Дело в том, что, овдовев и потеряв единственного сына, Ронан подписал тайный указ, в котором своими наследниками назначил всех детей сестер, то есть моих и Авы. А среди всех детей…

— Осталась только я, — заключила девушка, нахмурив брови. — Что будет дальше?

— А дальше мы свергнем его: с помощью распространения слухов о том, что он не чистокровный Даркнэйк, и мощной армии Тратэйи.

— Ты уверена в этом лорде? Он может потребовать от нас то, чего дать мы ему не в силах.

— Справимся. Стоит начать с переворота.

______________________

Девушка махала вслед отдаляющейся повозке и думала о том, что будет дальше. Как сложится её жизнь теперь? Да, она истинная королева, истинный управитель, достойный своих подданных, её готовили, ей внушали, что это её предназначение. Однако, после смерти дяди жизнь перевернулась. Теперь всё казалось таким немыслимо скоротечным, что это огромное королевство перестало быть целью, а стало обузой, тяжелой ношей, несбыточной мечтой.

В это же время, глядя на плачущую племянницу Адолина устремилась вдаль, к горам. Повозка мчалась, лошади, гонимые возницей так быстро, насколько это было возможно, приближали женщину к её цели — к трону. Она умолчала, что обращалась к лорду Тратэйе, как будущая королева. Нет, разумеется, это не было её желанием, но её инициатива была спасением Элоры в случае непредвиденного результата.

Королевский указ с собой она не взяла, во избежание обнаружения существования Элоры при допросе, осмотре, а то и пытках… Мысль о пытках не пугала женщину. Она прекрасно понимала, что быть может, идет на верную смерть. Но этот риск был оправдан, а шансы были пятьдесят на пятьдесят.

Внезапно, до этого летящая повозка притормозила. Щёлкнул хлыст, и возница спрыгнул с облучка.

— Кого везёшь, извозчик?

— Одну служанку, — не моргнув глазом сообщил мужик.

— А карета не слишком хороша для простой служанки? Ну-ка пусть выходит! — приказал страж порядка.

«Странно, — подумала Адолина, — слишком большой отряд для утреннего патруля окраин страны. Что-то не так».

Сохраняя самообладание, одетая в довольно простые однотонные одежды и легкие башмачки, женщина выскользнула из кареты и низко поклонилась.

— Приветствую вас, доблестный страж. Что-то не так? Простите моего возницу, я — учительница из-за границы, меня выписали для обучения одной леди.

Позади зашумела листва деревьев и низкий бархатный голос выдохнул:

— Здравствуй, милая Лина.

Женщина похолодела. С трудом держа себя в руках, она развернулась и натолкнулась на пронзительный взгляд Адама, правой руки недавно почившего Ачилла.

— Рада видеть Вас, граф Адам Стойлен, — она слегка склонила голову, пряча наполненные страхом глаза.

— Кланяешься мне? Как приятно. Помнится в прошлый раз, в последнюю нашу встречу ты грубила мне, а потом ушла танцевать с Уэйдом. Как, кстати говоря, он поживает? — хищно улыбнулся мужчина.

— Он умер, — отрезала Адолина, — но ты ведь не за этим здесь, не за тем, чтобы справиться о моем и его здоровье.

— Милая Лина, ты, как всегда, права. Знаешь, — он взял женщину за руку, — спустя столько лет я не забыл тебя, пусть мы изменились, постарели, а твои глаза всё такие же яркие.

— К чему ты ведешь?

— К тому, что я могу предложить тебе спасение. Мы можем сейчас же ехать ко мне в герцогство, ты подпишешь документ о своей немощности и сделаешь меня своим регентом, а я, в свою очередь, оправдаюсь за тебя перед королем вот за это письмо, которое поразило его до глубины души, — он потряс перед лицом Адолины письмом южному лорду.

— А второй вариант? — смело посмотрела она в его ледяные глаза.

— Смерть. Ты ведь гос… — не успел договорить мужчина.

— Я выбираю смерть. Лучше, чем доживать свой век с тобой.

Адам сжал челюсти, недовольный ответом, нахмурился и выдохнул:

— Адолина Вайтрейвэн, за государственную измену и распространение сведений, порочащих честь и достоинство короля Крэйстона, вы приговариваетесь к казни. Приговор привести в исполнение немедленно!

Подошедший воин выхватил меч из ножен. «Королевская казнь…» — успела подумать Адолина перед тем, как её голова слетела с плеч.

______________________

Когда девушка узнала о жестоком убийстве своей тётушки — мир рухнул. Прислуга сообщила в деталях о произошедшем, а также о том, что юной хозяйке нужно что-то делать и решать, как будет развиваться хозяйство поместья, что делать с прислугой.

Но Элора совершенно не могла думать о каком-то хозяйстве, потеряв в течение месяца двух самых близких людей. Те, кто практически с самого рождения были рядом, убеждали в значимости и превосходстве, так скоропостижно оставили девушку одну.

Ради того, чтобы вернуть род к власти, чтобы Элора стала новой королевой Крэйстона, тётушка пожертвовала своей жизнью. Девушка только на словах слышала о дворце и этой сказочной власти. Что такое эта власть? Райлан сейчас правит: часть государства его поддерживает, часть не любит. Хотела бы Элора, чтобы её так любили или ненавидели как Райлана? Вряд ли она сейчас могла дать внятный ответ. Вряд ли девушка вообще могла давать какие-то ответы или распоряжения прямо сейчас.

Элора только махнула рукой, указывая прислуге на выход. Единственным желанием сейчас было остаться в одиночестве — наедине со своими мыслями и горем.

Хрупкая девушка с сильным характером была на грани. Один неосторожный удар, и её смелость может рассыпаться вдребезги.

Совсем недавно дядюшка в тайне от Адолины учил Элору держать в руке клинок. Совсем недавно тётушка поведала ей о тайном документе, гласящем о законных правах Элоры на престол. Слишком много событий за такой короткий срок. Воспитание девушки как принцессы и то, что ей сейчас предстояло стать правительницей — совершенно разные вещи, притом, что инструкцию никто не давал, и она совершенно не знала, что ей делать, оставшись одной в этом большом мире.

Когда в дверь кто-то постучал, девушка, недолго думая, яростно кинула туда первое, что попало под руку, таким образом давая понять, что не желает видеть или слышать о ком-либо сегодня. Слишком много всего легло на эти хрупкие плечи. Вещь со звоном разбилась. Элора подошла к двери и поняла, что разбилась шкатулка с украшениями. Со слезами на глазах, девушка тихо наклонилась к этим осколкам, среди которых лежала подвеска. Аккуратно стряхнув мелкие осколки, Элора взяла в руки кулон на тонкой цепочке. Ворон. Тётушка говорила об этой подвеске. Единственное, что мама успела оставить любимой и единственной дочери.

Всхлипнув, девушка поднялась, прислонив подвеску к груди. Одна. Теперь она осталась совсем одна. Подойдя к зеркалу, Элора посмотрела на своё отражение с раскрасневшимися глазами, но всё же надела на шею подвеску, и ворон опустился на грудь девушки. Выдохнув, она вытерла лицо от влаги.

— Я же справлюсь? — кажется, девушка спрашивала саму себя. Нервно усмехнувшись, Элора опустила взгляд, собираясь с силами. Один, два… Пять. Девушка распахнула ультрамариновые глаза, отодвигая всю свою боль в глубину души. — Справлюсь.

Элора пообещала себе, что смерть самых дорогих для неё людей не будет напрасной, она преодолеет путь ради своей цели, даже если придётся раниться о битое стекло.

Девушка поправила ворот одежды и трепетно коснулась тонкими, аристократически изящными пальцами родового кулона.

Часть 1. Глава 4

После тяжелого дня, который отобрал у девушки последнего родного человека, она хотела лишь принять горячую, отрезвляющую ванну и провалиться в сон. У Элоры не был сил и желания звать служанок, она сама набрала воду и обессиленно рухнула в воду. Не прошло и десяти минут, как в двери постучали, и тонкий женский голос одной из девушек позвал юную леди:

— Леди Элора, прошу прощения… Джеймс ждёт Вас на первом этаже, у камина.

— Что за срочность? Это не ждёт?

— Прошу прощения, но увы – нет, он просил, чтобы Вы как можно быстрее спустились.

— Хорошо, можешь быть свободна.

Служанка закрыла дверь, и девушка нехотя поднялась, оставляя позади приятное тепло и запах благовоний. В шкафу она нашла старое черное платье, которое надевала только один раз, когда умерла её нянька. Ранее не любимый чёрный цвет стал будто само собой разумеющимся, логичными. Элора не посмотрела в зеркало, не стала поправлять прическу, она лишь вытерла щёки, мокрые от не прекращающихся слёз, и спустилась по витиеватой лестнице вниз.

— Леди, милая, — Джеймс потянулся к девушке, чтобы обнять. — Мне так жаль, я…

— Не нужно, — девушка аккуратно увернулась от чужих рук. — Что случилось? Из-за чего такая срочность?

— Как бы Вам сказать, Госпожа… Дело в том, что это поместье и все прилежащие земли не принадлежат Вам, так как ныне покойная леди Адолина не могла внести вас как законного наследника в соответствующие документы и…

— Прошу прощения, что?! — Элора прервала речь старика. — Как это не внесла?

— Леди, поймите, внесение вашего имени в документы о наследстве могли бы повлечь за собой ваше уничтожение царствующей династией, ведь Вы претендент на трон, законная наследница. Леди Адолина позаботилась о том, чтобы никто не знал о Вашем существовании. На допросах в первые годы вашей жизни она говорила, что вы погибли при родах вместе с матерью. Вас не существует.

— Но как мне теперь быть, куда идти, на что мне жить? — Элора закусила губу.

— Этот вариант ваша тётушка тоже предусмотрела. Часть её имущества в виде драгоценностей и денег по её приказу не была внесена в расчётные книги поместья, так что всё это, — он указал рукой на небольшой сундук, — принадлежит вам. Не миллиард, но больше, чем я заработал за свою жизнь.

Элора откинула крышку сундука и, обернувшись к Джеймсу, спросила:

— Как скоро мне нужно покинуть мой дом?

— На рассвете. К завтраку в поместье прибудут дознаватели и служители казначейства, чтобы перевести всё имущество в собственность короля.

— А как же вы? Ты, служанки, повар, дворецкий, ваши дети?

— Нам выдадут жалованье за месяц и всё. Отправимся искать новое место.

— В таком случае, — Элора достала из сундука связки купюр, отложив половину, и драгоценности, оставив себе рубиновое колье Адолины, пару сережек и браслетов. — Все остальное по праву принадлежит всем вам. Спасибо, что посвятили свою жизнь мне и моей семье. Я никогда не забуду ни одного из вас. Обещаю, Джеймс, настанет час, и род Вайтрейенов расправит крылья.

По старческому лицу скатилась слеза, мужчина молча улыбнулся девушке, пожал ёе тонкую руку и отошел в сторону.

— Собирайтесь, Госпожа. Вас ждет великое будущее.

_________________________

В общем-то Элоре более ничего и не оставалось, как идти одной в неизвестность. Всё же девушку подобающе воспитывали, и она должна была оправдать это воспитание. Должна была собраться с силами и ступить на эту дорогу, не зная конечной точки своего пути.

Собравшись со своими мыслями и надев тёплый плащ, девушка посмотрела в зеркало, всматриваясь в собственные черты лица. Обычно светящаяся кожа стала тусклой, будто прибавив несколько лет к возрасту девушки, а яркие глаза померкли. Горе отпечаталось на каждой клетке её тела. Плавными движениями Элора поправила ворот, касаясь родового кулона. Казалось бы, обычная подвеска, но для девушки она сейчас стала некой мотивацией, напоминанием о величии своего рода. Элора чуть улыбнулась собственному отражению, а после уверенно обернулась, направляясь к выходу из поместья. Чтобы чего-то достичь, нужно с чего-то начать.

Девушка попрощалась с Джемсом, и глубоко вдохнув открыла массивные деревянные ворота поместья. Контрастируя с ухоженной территорией, девушку встретила суровая погода Крэйстона, тут никто не чистил снег, и единственная дорога до ближайшего населённого пункта оказалась прилично занесена снегом. Девушка-служанка предложила запрячь повозку, но Элора, собравшись духом, с этого момента решила действовать самостоятельно. Мысль о том, что она уже достаточно взрослая и должна сама строить свою жизнь, освещала ей путь. Дорога была не такой уж и далёкой, как раз для того, чтобы собраться с мыслями.

Напоследок окинув взглядом родное поместье, она отметила детали, чтобы не забыть их никогда: террасу, на которой они по вечерам пили чай, любимую клумбу тетушки, розы на которой спали, как и Адолина. Девушка накинула капюшон на голову, ибо февральский мороз давал о себе знать, а замёрзнуть раньше времени явно не хотелось. Пришлось идти по заметённому пути, ногами утопая в снегу, в лицо летели снежинки, и бил бодрящий северный ветер.

Потеря самых близких людей для Элоры ещё отдавалась очень сильной травмой, которая словно хищная птица раздирала грудь изнутри. Девушка не до конца знала, что ей делать, но сейчас самым лучшим решением казалось заявить о себе. Напомнить людям о величии рода Вайтрейвен. Сейчас Элора была уверена, что, увидев наследницу, люди пойдут за ней и помогут. Тётушка рассказывала, как в своё время люди уважали их род и были преданы ему. Элора верила, что даже спустя восемнадцать лет народ мог вспомнить её и помочь вновь занять положенное место, пусть это и было наивно.

Суровая погода Крейстона всегда была непредсказуемой, а сейчас в пути начался снегопад, от которого дорога стала менее заметной. Идти становилось все труднее и труднее. Ноги девушки увязали в этих ледяных белых сугробах, а плащ уже казался не меховой теплой накидкой, а тряпкой, которая только и взлетала при порывах ветра. Времени на дорогу пришлось затратить больше, чем девушка планировала. Наконец, впереди показались небольшие домики, освещенные фонарями в сумерках. Девушка хотела зайти в ближайшую таверну, чтобы согреться кружкой теплого эля или вина, скинуть мокрую одежду и помыться. Но идея перемен вдруг вспыхнула в сознании — её нельзя было откладывать.

Несмотря на усталость и онемевшие руки, Элора стала осматриваться. Обычные скромные постройки — такие были в их поместье для прислуги. Не так уж и богато. Девушка прикусила обветренные, за то время, пока шла по метели, губы, ориентируясь на усиливающийся гул людских голосов. Местный рынок. Несколько старых, чудом не развалившихся прилавков, где продают хлеб, мясо, какие-то скромные ткани. Девушка проходила мимо них, посматривая поверхностно на товар, пока деревенские жители с недоумением рассматривали незнакомку, перешёптываясь друг с другом.

Ухоженность девушки, дорогая одежда, здоровые волосы и яркие пухлые губы привлекали внимание сельчан и одновременно настораживали их. Внешний вид Элоры заметно отличал её от уставших людей, что работали только ради того, чтобы прокормить свою семью, они не могли себе позволить такой роскоши. А богатые вызывали страх, страх быть убитым по приказу недовольного местного аристократа, а также желание — поживиться за счёт обеспеченного гостя, даже украсть у него какую-нибудь безделушку.

Элора старалась держаться спокойно, как её всегда учили: представительница знатного рода должна обладать выдержкой в любой ситуации. Она прошла к небольшой возвышенности — единственное место в селении для объявления важных событий, новых приказов, или празднования Трисового дня. Приподняв подол, девушка поднялась и призывно взглянула на народ, что с удивлением посматривал на девушку, некоторые дети с любопытством подошли поближе — нечасто увидишь что-то или кого-то нового.

— Кто-нибудь видел раньше эту девушку?

— Может это дочь мясоруба?

— С такой ухоженной кожей? Нет, она точно не из наших.

— Чтобы тут делать чужеземке?

Народ перешёптывался между собой, высказывая различные предположения, а Элора всё ещё не собиралась отступать, и сняв капюшон, приветливо улыбнулась, хотя холодный снежный ветер продолжал бить в лицо, развивая белокурые волосы.

— Приветствую вас, граждане Крэйстона! Я Элора Вайтрейвен, наследница великого, но свергнутого рода, которая…

Но не успев даже рассказать и части своей придуманной в пути речи, её прервал смех старика, который подхватили женщины-торговки, а за ними и всё остальные. Жители, ухмыляясь, стали приближаться к воображаемой сцене.

— Эй, ты, самозванка, уходи по добру по здорову!

— Всем известно, что Вайтрейвенов не осталось в живых.

— А давайте Ачиллу о самозванке сообщим, может он нас вознаградит!

Элора растерялась от таких высказываний и непрекращающегося смеха, хотя и старалась держаться уверенно. Как-то ей и в голову не пришло, что люди могут настолько негативно отнестись к её появлению. Девушка глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, но заметила появившиеся в толпе ярко-рыжие волосы, которые привлекли не только её внимание, но и остальных людей. Густые волосы с несколькими тонкими косичками, уверенный взгляд, такая же уверенная улыбка. Люди даже стали расступаться, пропуская женщину, что была так не похожа на них, хотя явно из этой деревни. Подойдя к возвышенности, рыжеволосая женщина повернулась к народу, спокойно и серьёзно осмотрев всех, поставила руку в бок, будто заявляя свои права.

— Ну и чего стоим, представления ждёте? У бедняжки горячка, а вы тут рты пооткрывали, дел своих нет что ли? — женщина чуть усмехнулась, осматривая хмурых людей, некоторые из которых сразу разошлись, группа девушка неподалёку не прекращала диалог, но заметив тяжёлый взгляд рыжеволосой женщины, и они пошли прочь. — Повеселились и хватит, расходитесь.

Женщина подождала, пока толпа стала расступаться, а после обернулась к Элоре, что еле слышно прошептала чуть не стучащими зубами, с благодарностью смотря на спасительницу:

— С-спасибо…

— Нечего больной к людям переться, — женщина резко взяла девушку за руку, уводя с центральной площади. — Пошли уже, а то действительно заболеешь, — уже чуть тише добавила она, сворачивая в безлюдный переулок.

Часть 1. Глава 5

Агнес быстро провела растерянную Элору по узким улицам деревушки, устремившись в самый крайний домик, расположенный на одной из граничащих с лесом улиц. Внешне он казался мрачным, сошедшим с картинки одной из сказок, где злодей обитал на краю поселения. Однако внутренний интерьер удивил девушку своим контрастом: пару теплых пледов, наброшенных на лавки, пушистые ковры, очаровательная скатерть ручной работы. Но больше всего Элору привлекли развешанные по потолку засушенные травы и странные знаки, которыми были испещрены стены и крыльцо.

― Что это за символы? ― дрожа, произнесла девушка.

― Это руны, ― женщина усадила Элору за стол, и глядя в её удивленные глаза, с усмешкой пояснила, ― обереги… От злых мыслей, хищников и прочей нечисти. Если ты вошла в мой дом, ты не желаешь мне и моим сожителям чего-то недоброго.

― Понятно. Зачем вы меня забрали? Кто вы?

― Я ― Агнес, местная знахарка, ― рыжеволосая женщина очаровательно стрельнула глазами. ― А привела тебя с собой, потому что там бы тебя сожрали живьём, косточки бы не осталось. Какой дьявол тебя дернул выступать перед крестьянами?

― Я, ― девушка потупилась, устремив глаза в пол. ― Я не знаю… Я просто хотела сказать им, донести.

― Что ты собиралась им донести? Я уже поняла, кто ты такая. Не тайна. Однако для них это пустая болтовня, не больше.

― Что тогда мне делать? ― вскрикнула Элора, приподнявшись. ― У меня нет ничего, понимаете?!

― Как это ничего? У тебя есть ты. Твой ум, привлекательность, твоя внутренняя сила. Нужно уметь распоряжаться всем этим. ― Агнес подмигнула и отдёрнула белую штору, закрывающую вход в другую комнату. ― Рози, помоги мне, пожалуйста.

Тотчас оттуда вынырнула миловидная девушка лет двадцати пяти. Она кротко поздоровалась с Элорой и спустилась в погреб. Спустя десять минут на столе уже была медовуха, какие-то соленья, горячий хлеб и варёные яйца.

― Приятного аппетита! ― Агнес улыбнулась, увидев, как юная аристократка с жадностью набросилась на простой деревенский ужин.

Когда все утолили голод, Розалин достала с полки варенье, и намазав его на хлеб, спросила:

― Элора, долго ты добиралась?

― Не помню. Часов пять точно. Было тяжело.

― Я представляю, ― усмехнулась Агнес. ― Мы тебя давно ждем.

― Как это понимать? ― губы девушки сжались в тонкую полосу.

― Мне было видение, уже как год назад. Я видела девушку, что придёт и будет просить о помощи. А потом она стала птицей и воспарила. Это ты, Элора. Тебя ждёт что-то великое, а наша миссия ― помочь тебе.

― Я ведь не просила у вас помощи.

― А что тебе остаётся? Куда ты можешь пойти?

― Никуда… ― выдавила девушка.

Агнес улыбнулась, погладила Элору по руке и встала:

― Рози, я тут пока уберу, ты не могла бы…

― Конечно, Агнес, ― не дожидаясь продолжения, перебила Розалин и мягко улыбнулась Агнес, а затем и гостье. ― Пойдём, я помогу тебе с постельным бельем и одеждой.

Розалин поманила девушку рукой, и они последовали в одну из небольших комнат. Она явно принадлежала мужчине ― всё было слишком строго, лаконично, резонируя с пространством кухни. Розалин вручила Элоре простыню с подушкой и вышла.

Элора неумело, впервые, сама застелила постель, после переоделась в холщовую рубашку, которая неприятно колола тело, и села на твердый матрас кровати. В мутном оконном стекле виднелась огромная луна. Элора присмотрелась и подумала: «Полнолуние, хороший знак или наоборот?». Размышления прервала Розалин, что с тихим стуком вошла в комнатушку и укрыла плечи девушки мягким пледом.

― Как ты себя чувствуешь? ― присев рядом, девушка мягко усмехнулась, поправив подушку.

― Немного тревожно, я так далеко от дома в одиночку ещё не уходила. ― Элора забралась на постель с ногами, полностью укутавшись в большой и тёплый плед. ― Да и представить не могла, что люди так негативно отнесутся ко мне…

― Ты, наверное, мало общалась с простым народом, поэтому и не могла предположить такой реакции. Не стоит доверять всем подряд, и тем более так явно раскрывать свой титул в неспокойное время, ― голос Розалин внушал спокойствие, хотя Элора всё ещё и была напряжена.

― Скорее всего ты права… ― Элора глубоко вдохнула своим мыслям, а после в её взгляде сверкнули нотки любопытства: ― Агнес, должно быть, тебе сестра?

― Кто? ― девушка звонко усмехнулась, ― всё-таки ты забавная, Элора, ― Розалин вновь мягко улыбнулась, переведя взгляд на свои запястья, где было несколько браслетов сделанных Агнес, девушка трепетно коснулась их. ― Агнес ― моя самая близкая и единственная подруга, а это ещё одна причина, по которой нас сторонятся сельчане.

― Почему же дружба становится причиной такого отстранения? ― Элора так же проследила за действиями рук Розалин, замечая с каким теплом девушка задумалась.

― Ты действительно ещё мало знакома с людьми. Люди ― такие существа, которые не готовы принимать отличных от себя, и тех, кто общается с ними, им проще просто держаться в стороне от неизвестного, непонятного и странного. Многие идут по тропе с названием «проще». Но да ладно, не буду тебя нагружать, ты сегодня и так устала, отдохни.

― Спасибо, что приютили, я не знаю, что бы я без вас делала, ― Элора с улыбкой проводила взглядом девушку из комнаты, и только спустя какое-то количество времени расположилась на постели.

Сна как такового не было. Пусть и кровать была достаточно уютной, Элора не могла перестать думать о тётушке, о том, что будет завтра, о загадочной ведьме и её подруге. Спать не хотелось, но и вставать тоже желания не было. Мысли окутывали не самой спокойной пеленой, обволакивали, не давая как следует отдохнуть.

Судя по звукам ― деревня уже проснулась. На улице были слышны голоса, однако гостеприимные хозяйки спали. Только Элору стал пленить сон от усталости, как в коридоре раздались глухие тихие шаги, которые приближались к её комнате. «Агнес идет проведать» ― подумала девушка. Однако через пару секунд на пороге появился юноша. Элора быстро натянула повыше одеяло, негромко вскрикнув. Кудрявый парень сначала недоумённо взглянул на Элору, после его взгляд скользнул по девушке, остановившись на кулоне. Он гневно сжал губы и круто развернувшись, вышел из комнаты.

Элоре потребовалось время, чтобы расслабиться. Поправив ночную рубашку, подошла к двери и прижалась в ней ухом. В соседней комнате была слышна тихая ругань:

«Зачем ты её сюда притащила… Ты знаешь, кто она?! Пусть уходит… Не желаю слушать этот бред!» ― парень громко протопал по направлению комнаты Элоры, которая немедленно отпрянула от двери:

― Собирай вещи и уходи.

Элора потупилась, глядя на полыхающий в мужских глазах гнев. Уходить было некуда. Девушка глубоко вдохнула и сделала шаг вперед:

― Зачем вы кричите на меня? Какое право... ― Не успела она договорить, как парень резко взял её запястье, потянув на себя, из-за чего девушка на пару секунд потеряла равновесие. Мужчина схватил её и поставил напротив, сжав руками плечи девушки.

― Ты должна уйти. Или ты хочешь испортить нам жизнь? Знаешь, что нас казнят из-за тебя? ― выдохнул парень ей прямо в лицо.

Шок. Ком образовавшийся в горле и подступающие слёзы не давали Элоре ответить. Она глотала ртом воздух, находясь в стальных объятиях этого незнакомого парня. Спустя пару секунд такого напряжённого молчания в комнату вошла ещё сонная Агнес.

― Не пугай её, Терион! ― Агнес недовольно посмотрела на парня, и тот невольно сделал пару шагов назад.

― Прошу прощения, ― выдавил он из себя, быстро выходя из комнаты.

― Боже мой, да ты вся дрожишь, ― Агнес тревожно осмотрела девушку, а после приобняла, погладив по спине. ― Он хороший, не бойся. Он, как и ты, в шоке, пришёл с охоты и тут раз ― на кровати сидит пропавшая наследница престола. Все были бы в шоке.

― А мне что с этим делать? ―девушка переступила с ноги на ногу, пытаясь собраться с мыслями.

― Пойдём, я заварю тебя чай, что поможет расслабиться, ― улыбнувшись, Агнес пропустила девушку вперёд, проходя мимо разговаривающих Териона и Розалин.

Было видно недовольство парня, который на повышенных тонах пытался убедить насколько неправильно пускать в дом чужеземку. Странным для Элоры было то, как девушки спокойно выражали своё мнение, и в итоге, это мнение учитывалось. Парень недовольно поглядывал на Элору, оценивая её и желая поскорее выгнать, дабы обеспечить безопасность себе и своим близким, однако в следующий момент в дверь громко постучали.

― Терион, ты кого-то уже успел позвать?! ― недовольно, но тихо воскликнула Агнес, хотя рука её вместе с приготовленным чаем дёрнулась от неожиданного стука, и чертыхнувшись, девушка вытерла полотенцем влагу со стола.

― Нет, моя любезная тётушка, я никого не жду, но, кажется, нашу гостью уже успели вычислить. А я говорил, что будут последствия!

Стук в дверь стал только более требовательным.

Часть 1. Глава 6

Дверь резко распахнулась, и в дом ворвалось пять гвардейцев, одетых в серую униформу с зелёным фирменным знаком императора. Хмуро осматривая помещение, они по-собственнически прошли в первую комнату, что была кухней.

― Терион, я же сказала, кто-то стучит, вновь ты не расслышал, а ещё меня убеждаешь, что «показалось», ― Розалин укоризненно покачала головой, а после поднялась, вежливо улыбнувшись. ― Гости дорогие, чем обязаны такому визиту? ― девушка подошла ближе, спокойно глядя в глаза гвардейцу.

― Поступил приказ проверить каждый дом, разыскиваем беглянку-аристократку, ― отчеканил мужчина средних лет, с подозрением осматривая комнатку. Его взгляд зацепился на приборы для двух человек.

― Кажется, я знаю где может быть девушка, которую вы ищите… ― заискивающе произнёс Терион, отпивая чай. Розалин вмиг напряглась, поворачиваясь к парню, взглядом спрашивая, мол, «что ты творишь?» ― Да, Рози, извини, я вчера вечером всё же ходил к тому торговцу, виноват. Но об этом позже, не устраивай скандал при гостях, ― парень с виноватым взглядом выдохнул, а после поднялся, обходя девушку, взял за локоть гвардейца, который молча исподлобья наблюдал за всем происходящим. Терион, выпроваживая гвардейцев из дома, обратился к нему, будто решил поведать тайну вселенной. ― Так вот, в торговых рядах вчера была девушка, явно не из наших. Слишком ухоженная, в дорогой одежде. Девушка интересовалась, как пробраться к Туманному заливу. Могу предположить, что она уже в пути.

― Сразу бы и сказал. Время ― деньги. ― Гвардеец сделал жест рукой своим подчинённым. ― Уходим, тут уже никого нет, завтра будем нагонять. Аристократка далеко так быстро не сбежит, а мы успеем отдохнуть, ― рассуждал уже главный гвардеец, отдаляясь от домика на окраине.

― Вот тебе и спасибо за содействие гвардейцам… ― пробубнил Терион, убедившись, что гвардейцы не собирается возвращаться, и только тогда прошёл обратно в дом. ― Гвардейцы ушли.

Розалин выдохнула, а после откинула половик, открывая дверцу в небольшую кладовку, где хранились склянки с отварами и травы. Парень, выдохнув, протянул руку сначала гостье, а потом и тётушке, помогая подняться.

Элора со взглядом детской благодарности ярко улыбнулась. Будь у неё другое воспитание, она непременно обняла бы хоть кого-нибудь, но то самое воспитание предполагало выдержку, и Элора благодарно наклонила голову:

― Я так напугалась, когда ты сказал, что знаешь, где меня искать… Спасибо, что не выдал.

Терион усмехнулся и молча сел за стол:

― Если бы не тётушка с Розалин, я бы твой зад не прикрывал.

Розалин поставила на стол ещё два прибора, и чуть посмеялась, когда Агнесс выписала лёгкий подзатыльник племяннику, который наигранно-недовольно покосился на неё, беря в руки ломоть хлеба:

― Ну и за что?

― Давайте позавтракаем, а то скоро уже чай остынет, ― предложила Розалин.

― Во-первых, будь культурнее, ― заметила Агнесс, присаживаясь за стол вместе с остальными, ― во-вторых, ты и сам знаешь, что помочь Элоре нужно.

― При всём моём уважении к тебе, Агнесс, я не разделяю твоих взглядов. Дворянка долго не протянет в самостоятельной жизни.

― Поэтому нам и нужно помочь, Тери, ― более мягко заметила Розалин.

Терион осмотрел Агнесс с Розалин, понимая, что против них он пойти не сможет, и помогать всё же придётся.

― Ладно…

Парень бы добавил, что согласен только из уважения к тётушке и Рози, но понимал, что Агнесс такой ответ явно не понравится, не хотелось огорчать тётушку. Компания какое-то время завтракала в тишине, которую спустя время прервала Элора:

― Вы вчера верно заметили ― я не знаю жизни за пределами моего поместья, и я подумала, что мне стоило бы получше узнать о жизни обычных людей.

Терион усмехнулся, пробуя на вкус сказанные девушкой слова:

― Обычных людей, ну да, вы же на голову выше нас, у вас там и погода другая. Облака на голову не заплывают?

― Терион! Успокойся! ― Агнесс недовольно посмотрела на парня, желая избежать очередного конфликта.

― А что? Хочет посмотреть? Пусть выйдет в город ― как раз там гвардия ещё гуляет. Посмотрит, как они ведут себя с «обычными» людьми.

― Тери, я понимаю, что тебе не нравится то, что происходит, но ты и сам знаешь, что все люди разные, вне зависимости от сословия. И знатные бывают благородными, и сельчане ― подлыми. Ты и с теми, и с другими знаком, так что не ровняй всех под одну гребёнку, ладно? ― голос Розалин внушал некое спокойствие, убеждая мужчину в правоте сказанного.

― Ладно, ― процедил Терион сквозь зубы, ― тогда если хотите не опалить крылья этому птенцу, стоит переждать, пока гвардейцы уйдут, я отправил их к Туманному заливу. ― Терион поднялся, поблагодарив за завтрак. ― У вас есть час чтобы собраться, потом направимся к домику у озера.

***

Узкая извилистая тропинка вела между деревьев, периодически забегая к самому обрыву. С которого открывался вид на одну из мощных горных рек.

― Мы точно идём в верном направлении? Уже пару раз выходили к этой реке, ― с слышимыми нотками сомнения спросила Элора у Агнесс, плетясь чуть поодаль от Териона.

― О, не переживай, моя дорогая, племянник знает эту местность замечательно. Ты, наверное, уже устала? Можем сделать привал, если хочешь, да, Рози?

Рози с лёгкой полуулыбкой только пожала плечами, мол «я идти дальше не против, но и задержаться среди такого пейзажа не откажусь», и прошла к Териону, который с недовольным вздохом осмотрел компанию, останавливаясь взглядом на гостье.

― Нет, вовсе нет, я совсем не устала, нет причин для остановки, ― девушка не собиралась останавливаться, желая выработать в себе чуть больше стойкости. Хотя, конечно, и не привычна ей была столь долгая «прогулка», да ещё и в простой одежде, которая не была такой тёплой и привычно-уютной для выходца знатного рода.

Терион лишь ухмыльнулся и двинулся дальше, обращаясь к Розалин:

― Как думаешь, долго она протянет?

― Не будь таким предвзятым, девушка осиротела, осталась без дорогих ей людей, ещё и попала после поместья к нам. Для неё это всё слишком непривычно. Дай ей время освоиться. Агнесс чувствует, что Элора хороший человек, я ей верю, и тебе бы следовало, ― Розалин положила руку на плечо парня, посмотрев вперёд. Тропа далее вела через лес, и стоило подождать отставших.

― Я верю тётушке и тебе, но, когда на голову сваливается потерянный птенец, всё кажется странным. Особенно в нашей обстановке. ― Терион глубоко вдохнул морозный воздух. Он пытался найти в своей душе ту ниточку, которая бы позволила дать этой девушке шанс, поверить ей. И, кажется, нашёл.

― Ну что, куда нам дальше? ― как можно любезнее спросила Элора, когда они с Агнесс подошли.

Парень осмотрел девушку, кутающуюся в собственный плащ чуть ли не до покрасневшего от легкого мороза носа.

― Нам? А вот через этот лес, его замело прошлой ночью снегом, поэтому времени понадобиться около часа. ― Последние надежды поскорее добраться стерлись с лица девушки, а парень только ощерился, но снял свой плащ и накинул его на плечи девушки. ― Да ладно тебе, отдохнём минут пятнадцать и пойдём дальше, неженка.

― Я не неженка! ― девушка хотела было возразить, но под пристальным взглядом парня с приподнятой бровью, только поёжилась, заворачиваясь во второй плащ. ― Спасибо, так теплее, но как же ты, не замёрзнешь?

― Я привык к северной погоде, да и охотиться в плаще неудобно, так что обычно его не надеваю.

― Охотишься… А на кого?

― Да так, на людей, что заплутали в этих снегах.

Девушка поморщилась от такого ответа, соображая о мотивах подобного ответа.

― Расслабься, птенец, шучу я. Пропитание же нужно добывать, у мясника туши последнее время редко встретишь, стар он стал. Да и проще самому свежую дичь подстрелить. Будь то птица или кролик какой.

― Но ведь и это живые существа…

― Можно подумать, ты только зеленью питаешься?

― Нет, но как можно самому убить жизнь? ― в голове девушке так и не мог уложиться тот факт, что можно самостоятельно кого-то умертвить. Смерть казалась чем-то далёким и страшным.

― Когда попробуешь, тогда и узнаешь, трудно только первый раз. Все хотят жить, но не все выживают. Так сказать, естественный отбор.

Терион посмотрел на свою тётушку, которая с улыбкой что-то обсуждала с Розалин, и тепло улыбнулся, понимая, что такое взаимопонимание и отношение друг к другу теплее, чем какой-либо плащ или огонь.

***

― Вот так, теперь можешь натягивать тетиву, руку расслабь, напряги мышцы плеч и спины, ― Розалин стояла рядом с Элорой, придерживая руки девушки и направляя их в нужную сторону.

Освоившись в домике у живописного, словно стеклянного озера, и отдохнув, девушка всё же попросила показать ей, как охотиться. И в этом деле Рози не могла отказать, да и лук всегда носила с собой.

― Правильно? ― Элора напряглась, целясь в импровизированную мишень на стволе дерева.

― Да, только руки стоит расслабить, вот так, теперь просто расслабь пальцы.

Стрела с характерным звуком полетела, попадая в ствол, хотя и ниже запланированной цели.

― Для первого раза неплохо, ― громко заметил Терион, проходя мимо с хворостом для растопки печи в домике.

Элора с детской радостью подбежала к дереву, смотря как в него впилась стрела. Она вовсе не огорчилась, что не сумела точно попасть в мишень. Сам факт первого в её жизни выстрела из лука был фееричным.

― Рози, но всё же стрелять в мишень и в живое существо, это же не одно и то же, верно. Ты тоже охотница? ― Элора с любопытством смотрела на девушку, желая побольше узнать о компании, в которой она оказалась буквально вчера, да и вообще о людях, что живут не так, как она.

― Верно, это совсем разные ощущения. Убивать всегда не так просто, как можно подумать, читая книги, ― Элора одобрительно кивнула, вспомнив уютную библиотеку в поместье и книги, которые когда-то обсуждала вместе с тётей или самостоятельно читала поздними вечерами у камина. ― Ну вот, в книгах многое романтизируют. Целиться в дерево и зайца, а тем более человека, это всё разные ощущения, которые все воспринимают иначе. Ну и опять же, мотивы у всех разные. Кто-то куропатку подстрелит ради пропитания, а кто-то ради забавы. ― Девушка спокойно рассуждала, отпустив стрелу в птицу, что только приземлилась на ветку. Птица рухнула в пелену снега.

― Возможно, ты и права. Но а люди? Стрелять в людей же глупо! ― Элора внимательно смотрела за каждым движением Рози, за её выстрелом, и за тем, как сейчас девушка поднимает птицу, отряхивая от снега, окрасившегося в алый цвет.

― С людьми также. Есть и те, кто убивает, чтобы самоутвердиться за счёт других, возвысить свою репутацию, путём избавления от «лишних», мешающих им людей. А если под угрозой жизни дорогих тебе людей? Ты бы позволила их убить или всё же избавилась от врага? ― Рози держала тушу в руках, несмотря на струйки крови, бегущие по запястьям.

Розалин всматривалась в ультрамариновый омут глаз Элоры. Этот взгляд потонул в размышлениях, слишком откровенно выражал непринятие смерти и вопрос: как бы она поступила в такой ситуации? Да, родители Элоры давно мертвы, недавно погибли и те, кто её воспитывал, но ни разу в этих ситуациях Элоре не представлялся выбор убить кого-то ради спасения.

― Главное не преступить черту благоразумия, Элора. ― Закончила наконец Рози, понимая, что ответа сейчас девушка не даст.

***

Треск костра приятно согревал даже своим характерным звуком и отражался в зеркальном северном озере. Элора задумчиво смотрела в водную гладь, рассматривая звёзды, рассыпающиеся на поверхности. Такие далёкие и неизвестные, как люди, которых ранее не знала девушка. В их поместье нередко были гости, их дети, а также прислуга, которая была частью семьи, но все же они отличались от жителей этого небольшого селения. Ведьма, её племянник, их подруга ― это только малая часть тех звёзд, с которыми успела познакомиться Элора после того, как покинула родовое гнездо, или вернее, когда его лишилась.

Девушка понимала, что её ещё ждёт целый небосвод, который наполнен не только яркими звёздами, но и неизвестными чёрными дырами. Ей хотелось бы узнать всё это таинство, но она также понимала, что для этого ей стоит и приспособиться к нынешней жизни, понять её изнутри, а не просто наблюдать так, спрятавшись у озера.

Размышления девушки прервал мужской образ, скользнувший в озере. Терион накинул на плечи девушки тёплый плащ и присел поблизости, после чего и вовсе лёг, всматриваясь в ночное небо.

― В своём тепличном поместье ты часто смотрела на звёзды? ― поинтересовался молодой человек.

― В детстве я сбегала по вечерам, хотелось немного побыть без опеки вечно хлопотавших нянек, и побыть наедине с собой… Но в часы, когда пора было ложиться спать, и я не возвращалась, меня разыскивали всем поместьем и непременно отводили к тётушке, что ругалась из-за «отсутствия всяческих манер», ― Элора мягко улыбнулась, вспоминая тёплые времена, когда ещё всё было хорошо и никакие заботы её не тревожили.

― Наверное, это чудно, когда за тебя всегда переживают и о тебе думают.

― И да, и нет. Приятно, но только когда это не переходит в круглосуточный контроль.

Парень промолчал, всматриваясь в звёзды. Быть может, та, мигающая, и есть душа его матери, что подмигивает ему с небес, даже в такие времена…

― Ладно, завтра по утру будем возвращаться обратно. За два дня гвардейцы явно уже ушли, ― Терион поднялся, а после протянул руку девушке, чтобы помочь подняться, ― пошли, тебе следует выспаться перед дорогой.

Часть 1. Глава 7

Домой шли быстрее, чем к озеру ― всё-таки путь был уже известен новоприобретенному члену семьи, да и снег потихоньку таял, оставляя за собой небольшие сугробы. Пока Агнес и Рози о чём-то беседовали, Элора и её спутник шли практически рука об руку, однако безмолвно. В эту минуту каждый из них размышлял: Териону вдруг пришла в голову мысль о том, как молодая барышня похожа на его мать, ту самую, из воспоминаний.

Элора тем временем ушла глубоко в себя. Ощутив себя членом новой семьи, она вспомнила ту ― где были дядя и тетушка, розовый палисадник, старый дворецкий, улыбчивая няня и все-все остальные, с которыми была связана большая часть её жизни. «А что теперь», ― подумала она, ― «как же я так быстро привыкла к ним? Ведь, если говорить честно, мы знакомы всего ничего, да и это они мне нужны больше, чем я им». И тут к девушке пришло осознание ― они ей нужны, по-настоящему, искренне, и не только потому что они помогают, но и потому что с ними ей спокойно. Она неловко коснулась руки Териона. Он, не глядя в сторону девушки, сжал её холодные пальцы, и они пошли вместе.

К вечеру они уже были в деревне, на улицах которой тёплым светом загорались фонари. Люди, закончившие рабочий день, закрывали лавки, звали детей домой. По пути к домику Агнес зашла в уже прикрытую лавку и купила травы, бутылку чего-то явно хмельного и пару холщовых мешочков с приправами.

― Что это за напиток? ― улыбнувшись, спросила Элора.

― Ох, ― Агнес зажмурилась, — это очень вкусное местное вино из ежевики и первых весенних цветов ― тривилов. Они появляются в самом начале марта, цветут пару дней и исчезают, будто никогда их и не было. Причём каждый раз они вырастают на новом месте, прячутся от сборщиков.

― Надо же, я никогда не слышала про это растение. Мне преподавали биологию, приезжал учитель. В первую очередь, чтобы отличать ядовитое от неядовитого.

― Да, понимаю, безопасность дворяне чтят. Ты и яды маленькими порциями пила с детства, наверное? ― Терион с интересом обернулся к девушке.

― Да, ― абсолютно серьезно ответила она, ― пила. А ещё меня учили, как забыть о боли во время пыток, как отключать сознание.

Терион сглотнул, увидев преобразившееся лицо Элоры. Перед ним была не просто нежная барышня, а наследница престола, которая знала себе место. Он был удивлен её признанием, потому что всегда полагал, что подобное уместно лишь к мужчинам благородного сословия. Терион предполагал, что женщин не подвергают пыткам.

― Что же ты так удивленно смотришь? Думал, девушек не пытают? ― перехватила Элора его мысли. ― Да, нас вполне могут убить и без пыток, как мою тётушку. Просто это не освещается, нынешний король не любит громкие скандалы.

― Многие соседние государства уже давно перешли на систему мягких наказаний в отношении женщин, ― произнесла Рози.

― Мой отец всячески пытался претворить в жизнь эти законы, ― кивнула девушка, ― однако многие лорды были против, это бы означало, что они больше не могут наказывать свою прислугу.

― Нонсенс, ― рассмеялся Терион на пороге дома, ― не наказывать плетью живого человека. Какой же бред…

― Ты прав, Терион, ― глубоко вздохнув, наследница прошла в свою комнату.

***

Солнце уже клонилось к закату, когда Элоре пришло в голову разобрать свои пожитки, которые она успела прихватить из особняка. Из одежды девушка взяла только то, что было на ней и одно темное, вечернее платье, расшитое мелкими изумрудами по подолу. Кроме этого платья она захватила любимый серебряный гребень, пару комплектов драгоценностей на продажу, парфюм из роз, которые росли в их саду, бумагу, чернила и перо. А также ― то самое завещание, где было сказано, что именно она является наследницей рода и королевства.

Платье, по своей сути, было абсолютно бесполезным ― разве что, можно было отковырять от подола изумруды и тоже продать их местному торговцу, но Элоре вдруг так захотелось вновь ощутить тяжесть бархата на своем теле, что она быстро сняла всю одежду и набросила его. Однако девушка совсем забыла, что на этом платье был корсет, который обычно шнуровала милая служанка. Сейчас же помощи искать было не у кого, поэтому она неумело пыталась затянуть его своими силами.

― Элора, я… ― Терион без стука завалился в комнату и замер на пороге. В высоком, слегка замутненном от времени, зеркале отражалась она. Слегка растрепанные после долгого пути волосы спадали на плечи, спина была почти полностью обнаженной. Закатное солнце мягко окутывало девушку своим сиянием, и Терион чувствовал себя ошеломленным. Он медленно, словно спрашивая разрешения, ступил в сторону девушки. Она сглотнула, отвернулась к зеркалу ― «ну давай, шнуруй». Его руки легли на плечи, и пробежавшись пальцами по позвоночнику, он начал быстро, профессионально шнуровать корсет. В самом конце Элора даже вздрогнула, шумно выдохнув. Взгляд мужчины, пристальный и тяжелый, был направлен на неё сквозь зеркало. Воздух как будто наэлектризовался от напряжения между ними, казалось ― ещё секунда и это платье загорится.

Терион сделал несколько резких шагов назад и сглотнув, произнёс:

― Оно тебе очень идет. Это твоё платье, только твоё.

― Что ты имеешь в виду? ― она обернулась.

― Я портной, Элора. Шью костюмы, платья таким как ты на заказ. Я знаю, что такое «твоё платье». Только ты, надев его, будешь выглядеть так ошеломительно прекрасно. Только ты.

― Спасибо, ― девушка посмотрела на себя в зеркало и увидела там не себя. Она увидела не принцессу, а наследницу. Сильную, уверенную, настоящую наследницу своего древнего рода, который ждёт от неё многого. И она сможет, она добьётся своей цели.

― Я думаю, нам нужно куда-нибудь выйти, леди, ― он снова подошел к ней.

― Куда же Вы приглашаете меня, мой лорд, ― ухмыльнулась она.

― О, леди, это заведение очень высокого статуса. Боюсь, вы никогда не бывали в подобных местах.

― Боюсь себе представить! ― расхохоталась девушка, присаживаясь на край постели.

― Только сначала нам нужно сменить тебе имидж. Жди меня два часа, встречаемся на этом же месте, ― и подмигнув, мужчина вышел из комнаты.

***

Наряд Элоры на выход в до сих пор неизвестное место был готов даже раньше. Терион застал девушку перебирающей травы. Агнес развешивала их на стены, пока Элора собирала пучки нужных растений: часть на продажу, часть ― себе. Мужчина безмолвно отодвинул пару букетиков разнотравий от удивлённой Элоры, взял её за руку и повел в комнату. Там он вручил ей платье и вышел за дверь, оставив самостоятельно разбираться.

Платье было очень простым, но при этом выглядело шикарно. «Удивительное сочетание», ― подумала девушка, рассматривая ткань. Оно было теплым, цвета того самого вина из ежевики и цветов ― багряно-алого. Плечи слегка открыты, массивные рукава подчеркивали ключицы и шею, а собранная под грудью ткань обозначала бюст.

Девушка торопливо надела его на себя, благо в этот раз корсет отсутствовал. Безусловно, в этот раз в зеркале отразилась уже не столь обеспеченная как раньше девушка, но не менее статная и красивая. Тётушка часто повторяла: «Ничего не делает женщину более красивой, чем вера в то, что она красива». Элора осознала в эту минуту, что не только одежда и украшения рождали в ней наследницу. Её внутренняя сила значит куда больше внешней красоты.

― Чудесно, ― произнес Терион, который тихо зашёл уже чуть больше минуты назад и наблюдал за взглядом девушки.

― Да, ― прошептала она, ― никогда я не чувствовала себя более красивой, чем сейчас.

Терион мягко улыбнулся, подошёл к гостье и произнес:

― Ну а теперь, леди, усаживайтесь в карету, лошади ждут нас. Лакей отвезет нас в местную таверну!

***

Таверну отличала незамысловатая, висящая над входом вывеска, которую в вечернее время было видно только из-за жёлтого света из окон. Зато голоса и смех посетителей были слышны гораздо раньше, чем можно было рассмотреть на вывеске кувшин с элем.

Терион любезно пропустил девушку вперёд и прошёл за ней.

― Что слышно? ― сразу задал вопрос парень, оглядывая завсегдатаев заведения.

― Давно тебя тут видно не было!

― Да ты ещё и со спутницей? Неужели решил скрасить своё одиночество? ― мужчина с большими усами, хлопнул Териона по плечу и подмигнул.

Элора с опаской смотрела на людей, плечом прислонившись к руке Териона. Массивные длинные столы из дерева, с замасленными кувшинами, пролитые на стол напитки, крошки от хлеба.

― Развеяться со своей родственницей от рутины решили, так что, есть какие-нибудь новости?

― Ачилл новые налоги на зерно ввёл, прошлый год и без того неурожайный был, кое-как с женой выплатили. Так этот подлец их вдвое повысил!

― До добра не доведёт он нас, я вам точно говорю! ― отметил другой гость.

Терион понимающе кивнул, а после направился к полноватой трактирщице, взяв за руку Элору.

― Что есть сегодня, хозяйка? ― Терион достал мешок с вышивкой, доставая оттуда монеты.

― Сегодня пару барашков пожарили… Но у народа денег таких нет, так что каши много. Могу предложить пиво на крапиве и кашу, а ежели имеются золотые ― и барашка опробуйте.

― Да, пожалуйста, мне вашего расхваленного барашка и каши, но сначала пива подайте. Девушке эль, мягкий, овощную тарелку какую-нибудь, небольшой кусок барашка… Ну и пока всё на этом, потом ещё, может, что-нибудь надумаем.

― Девушка ваша то мало ест совсем, кожа до кости, ― рассмеялась девушка.

Терион ухмыльнулся, вложил в раскрытую ладонь работницы таверны монеты и отошел к барной стойке, чтобы поздороваться со знакомым.

Сев за стол, Терион поставил перед девушкой эль. Элора же по-прежнему неуверенно осматривалась.

― Они все такие хмурые, даже несмотря на хмель…

― Ты же слышала: налоги вновь повышают, и это скорее всего не последние выходки Ачилла. Они пытаются справиться, и хоть как-то расслабиться за беседой, хотя есть и те, кто просто пришёл трапезничать, ― Терион кивнул в сторону, на семью, что сидела по другую сторону за их столом.

Одежда у этих людей была заметно поношенной. Лицо женщины заплаканное, и стараясь не разрыдаться, она пыталась накормить двухлетнего сына. Ещё двое ребятишек постарше самостоятельно дотягивались до единственной на столе тарелки с кашей. Отец угрюмо пил хмель, не прикасаясь к еде.

― А что у них могло случиться? ― совсем тихо спросила Элора.

― Возможно, умер новорождённый, может сдохла животина, которая приносила им хоть какую-то прибыль или пропитание.

― Эти люди так несчастны… ― Элора взяла в руки эль, пробуя на вкус, чуть поморщилась. ― Странноватый вкус, вроде терпкий, но и горчит...

― Не удивительно, это напиток для простого люда, высшим сословиям подобное не подносят. Думаю, что и ты не успеешь привыкнуть к этому вкусу, ― улыбнулся Терион, отрывая руками кусок мяса.

«Надеюсь», ― в сердцах подумала Элора, надеясь долго не задерживаться в этой глуши с желанием как можно быстрее изменить то, что сейчас происходит в королевстве.

Часть 1. Глава 8

Маленькие распушённые воронята пищали в своём гнезде, дожидаясь родителей, которые покормят ещё не научившихся самостоятельно добывать себе пропитание птенцов. Но родители птенчиков никогда не вернутся обратно к своему гнезду, так как в полёте случилось несчастье. Все птенцы темные, слегка пушистые, их клювики еще желтые. Все одинаковые, но один совсем другой. Один воронёнок отличался светлым оперением. Белая ворона.

Птенцы пищали от голода, но со временем стали толкаться, пытаясь вытолкнуть друг друга. Вот выпал один птенец, погибая, за ним другой. Вытолкнутым оказался и белоснежный птенец, и кажется, что теперь всё кончено. Выводок практически весь погиб, и даже тот самый особенный птенец тоже. Этот мир поглощает всё добро и частоту в любом их проявлении.

Но даже в самом гнилом мире есть место чуду. Белый воронёнок не разбился, а расправил крылья и неумело, падая то на одну, то на другую сторону, взлетел, плавно выравнивая свою траекторию и поднимаясь выше уже с большей смелостью и уверенностью.

Агнес резко села на своей постели от прервавшегося знакового сновидения. Женщина глубоко вдохнула и довольно улыбнулась:

― Наш птенец готов расправить крылья.

Ангес вскоре расслабилась и вновь стала погружаться в царство Морфея.

***

Терион с рассветом направился в княжеский дом снять мерки на платье для одной юной барышни, чьи родители вознамерились удачно выдать вышеописанную замуж за какого-нибудь князя-придворного, а может даже породниться с правящей фамилией.

― Терион, ты знаешь мои предпочтения ― исключительно синие ткани, ― весьма высокомерно произнесла княгиня, поднимая руки, чтобы позволить прикинуть ткань и фасон будущего платья.

― Разумеется, Леди, я подобрал для Вас пару подходящих фасонов, которые подчеркнут все Ваши достоинства.

― Назовите конечную сумму дворецкому, он выпишет чек на ваше имя. Или лучше сразу кошель?

― Я бы хотел попросить Вас в качестве платы об одном одолжении, ― княгиня чуть нахмурилась, глядя в своё отражение, которое безусловно сыграло в пользу портного – ткани подчеркивали тон кожи, каштановые волосы и темные карие глаза, будто женщина стала моложе на несколько лет, засияв в такой называемой «перильской глазури». ― Не могли бы вы достать два пригласительных на предстоящий вечер? ― женщина облегчённо выдохнула, разглаживая одну из складок синего бархата, который был настолько дорогим и редким, что позволить его могли себе только люди, имеющие тесные связи с правящим домом.

***

Агнес какое-то время смотрела на Элору, занятую чтением книги о свойствах местных растений, после чего забрала её из рук девушки.

― Эй! ― Элора рефлекторно потянулась за книгой, но вовремя вспомнила о манерах, и одернув себя, с улыбкой слегка протянула руку, чтобы вернуть учебник. ― Никогда бы не подумала, что самый обычный сорняк, при должном приготовлении может стать лекарством или даже ядом, если потрудиться.

― Да, птенчик, это всё очень увлекательно, но нам пора. Книги почитать у тебя ещё будет возможность, а сейчас пришло твое время, ― Агнес отложила книгу, поставив на стол чашу. Розалин принесла пару склянок и пучков растений.

― Ты о чём? Что вы задумали? ― насторожилась девушка, настороженно рассматривая принесённые ингредиенты.

― Ты хорошо выглядишь, Элора, но у тебя слишком заметная внешность, светлые волосы, ультрамариновый взгляд - яркие отпечатки наследницы Вайтрейвен, ― Розалин аккуратно перебрала несколько прядей Элоры в руках - здоровые, густые волосы.

― Но разве это плохо?

― Если узнают, что ты жива, то тебя сразу же убьют, без суда и следствия, а нам это не нужно, верно? ― Агнесс, стала смешивать содержимое склянок, измельчая растения в кашицу и добавляя к общей смеси в нужной последовательности.

― И как мне быть?

― Мы немного изменим твою внешность, а тебе стоит придумать правдоподобную историю, которую ты будешь рассказывать, если кто-то поинтересуется о том, откуда ты родом.

― Допустим, а как мне попасть во дворец?

— Это забота Териона, если у него всё получится, вы вдвоем в ближайшее время попадете на бал.

***

― Всё готово, ― Розалин закончила экспериментировать с волосами девушки, уложив их в высокую причёску и помогла со шнуровкой вечернего платья, которое за несколько прошлых ночей Терион успел смастерить для Элоры.

Уже вечерело. Наследница престола подошла к зеркалу, смотря в отражение в теплом свете свечей и ламп. Элора долго вглядывалась в отражение, но совершенно не могла себя узнать. Напротив нее теперь была ослепительно красивая незнакомка. Только взгляд был прежним. Губы казались ещё насыщеннее, краснее, на фоне волос, которые были словно смоль. От прежних завитков на висках и челке не осталось и следа, волосы были густыми, прямыми, словно выдавая в девушке стальной характер. Удивительно, что ей, от природы обладающей бледной, полупрозрачной кожей, подошел такой оттенок.

Внутри что-то переломилось, будто хрустальная, прежняя оболочка сломалась вместе с наивностью и детскими взглядами, ищущими во всем только хорошее. Сейчас Элора понимала, что её ждёт много препятствий, а люди далеко не всегда являются такими, как кажутся на первый взгляд. Большинство из них жаждет собственной выгоды и власти. В этом северном мире «нужно быть как снег, красивой, но холодной» ― когда-то сказала Агнес.

— Ты обворожительна, милая девочка.

— Уже не девочка, - сглотнула Элора, - женщина.

— Молодая, уверенная в себе юная женщина, - улыбнулась Розалин.

— Ты наш вороненок, понимаешь? – заглянула в глаза Элоры Агнес. – Ты наша сила и мощь. В тебя верим мы. Тебя ждет твой народ. Этой твое время, время твоей победы.

— Я знаю, – улыбнувшись, четко сказала девушка.

***

― Добрый вечер, Элора. Позволите сопроводить такую прекрасную даму, как Вы? ― Терион во всей красоте появился в пороге комнаты девушки, демонстрируя два пригласительных.

― Не смогу Вам отказать, любезный Лорд, ― изобразив изящный реверанс, она подошла к парню, который на мгновение замер, рассматривая уже незнакомку. ― Сударь, вы точно комнатой не ошиблись? ― хихикнула она и взяла пригласительные, рассматривая герб, такой непохожий на ее фамильный, будто сделанный назло антипод.

― Ты… Обворожительна, ― придя в себя, Терион провёл рукой по волосам девушки, ощущая их мягкость, поправил прядь в причёске.

— Сегодня Вы как никогда щедры на комплименты в сторону моей скромной персоны, - опустив взгляд в пол, она подняла его, глядя точно в удивленные глаза мужчины, вспомнив тот журнал, который тетушка рекомендовала для прочтения «юным, желающим выйти замуж леди». Тогда этот прием казался странным и даже смешным, сейчас – она видела реакцию мужчины, ответный блеск в его глазах.

— Я…Пойдем, пожалуйста. – не сумев закончить мысль, потупившись, Терион взял свою спутницу под руку и вывел из дома, чтобы посадить в ожидающую их небольшую карету, запряженную двумя вороными скакунами.

И лошади сделали шаг, а Элора сделала вдох. Сердце застучало в такт цокоту копыт по брусчатке. Еще совсем немного и ее жизнь окончательно изменится. А за ней – изменится жизнь целой страны.

Часть 1. Глава 9

От каменной дорожки отражался цокот лошадиных подков. В такт этому звуку стучало и сердце Элоры. Внутри вспыхнула буря из разных чувств: с одной стороны девушке не терпелось увидеть тот дворец, в котором она родилась, с другой ― было страшно до онемения кончиков пальцев. Вдруг её узнают? Ведь несмотря на измененный цвет волос она была копией матери ― белая полупрозрачная кожа, вздёрнутые брови, заостренный нос. Все эти черты были отпечатком её крови, истинно королевской крови.

― Ты переживаешь? ― Терион мягко сжал её пальцы.

― Да… ― протянула девушка.

― Не волнуйся, ― он уверенно улыбнулся, глядя ей в лицо.

― Ох, Терион, это самая гениальная фраза их тех, которую я только могла слышать!

― Честно говоря, я не знаю, как ещё подбодрить тебя, ­­­― выражение его лица стало смущенным, ― мне не в первый раз приходится бывать там, однако это первый раз, когда я по-настоящему нервничаю.

― Ты даже не представляешь, что сейчас испытываю я, ― она нервно рассмеялась.

Его рука ещё раз уверенно сжала пальцы девушки. В этот момент она на несколько секунд забыла о том, куда они едут и взглянула в его лицо. Рядом с ней впервые в жизни был настоящий мужчина, поддержка и опора. Они были знакомы буквально два месяца, но их отношения успели пройти немало испытаний ― от неприятия к нежной дружбе. А сейчас ― любви? Элора уже несколько дней задавала себе этот вопрос. Да, она смогла пересмотреть своё отношение к нему, а он ― к ней. Терион безусловно стал проявлять знаки внимания, как ещё иначе можно было объяснить такое поведение? Но кроме тепла в сердце не было ничего. Она не могла сказать, что это тот человек, от которого невозможно оторвать взгляд, страсть охватывает тело и душу, а ещё «пить и есть не хочется», как говорила тетушка. Терион был другом, напарником, чем-то большим? Но сейчас она не могла точно сказать, кем же он был для неё.

С шумным «тпру-у-у» карета затормозила, и в завешенное шторкой окошко ударил яркий свет. В горле завязался тугой комок, руки слегка тряслись. Мужчина ещё раз поправил её волосы, разгладил складку на плече и выскользнул из кареты, чтобы тотчас подать ей руку. Шаг, ещё один, Элора несмело взяла его за руку и выскользнула во двор.

Это место нельзя было назвать просто роскошным. Оно было великолепным. Элора не кривила душой, не удержавшись от восторженного вздоха. Огромный двор был усеян множеством клумб с разнообразными цветами, которые сливались в причудливые узоры. Помимо изящных высоких фонарей, увитых плющом, на полу также были какие-то небольшие осветительные приборы. Не свечи, а небольшие фонарики, выполненные в форме звезд. Возле парадного входа бегала прислуга, дворецкие услужливо поддерживали дам, входящих в зал.

Элора, удерживая руку на локте Териона, неспешно шагала ко входу, пока её пульс, казалось, сейчас будет слышен всем окружающим. Как только они вошли, она вновь поразилась богатому убранству этого места. Когда они бежали, она была совсем маленькой и не могла ничего помнить, узнавая о дворце только по рассказам дяди и тёти. Но эти истории и рядом не стояли с тем, что она видела сейчас. Повсюду была позолота, роскошные дорогие ткани ― голубые и белые, огромные ковры пестрили изображениями из легенд и сказаний.

― Терион! ― к ним подошла немолодая пара. ― Какой сюрприз! Я так рада видеть тебя здесь. ― Женщина коснулась плеча парня, а её кавалер пожал руку Териона.

― Какая очаровательная юная леди. Ты нас познакомишь?

― О, да, лорд Грицер, леди Грицер ― рад представить Вам леди Элору Вайт.

Элора присела в реверансе. Лорд Грицер подал ей руку и улыбнулся, после взглянул на свою жену и произнес:

― Я полагаю, миледи разобьет не одно мужское сердце. Мое, ― он положил руку на левую часть груди, ― уже разбито.

― Ох и шутник Вы, лорд! ― рассмеялась госпожа. ― Ваше сердце разбивает каждая юная незнакомка, чье присутствие способно скрасить очередной вечер во дворце.

― Неправда, моя дорогая! Оно было искромсано, но при виде леди Элоры разбилось окончательно!

― Я прошу Вас простить меня, ― Элора неловко высвободилась из плена знакомых её спутника, ― мне нужен глоток вина. И улыбнувшись, она неспеша пошла к столику на другом конце зала.

По пути её встретили несколько пар удивленных глаз. Некоторые чуть насмешливо погладывали на неё, выпивая очередной бокал глинтвейна, некоторые перешептывались, другие и вовсе удивленно молчали. Девушке уже было некомфортно под прицелом множества изучающих взглядов и, отступая от правил, она шла, упрямо глядя себе под ноги.

Внезапно она столкнулась лицом к лицу с мужчиной, который сделал резкий поворот в сторону. «Чего и следовало ожидать, ― поморщилась Элора, ― чего я ещё ждала, если не этого. Теперь придется извинятся и знакомиться…».

На секунду девушка задержала дыхание. Перед ней был Райлан Даркнейк, царствующий король Крэйстона. Его губы дрогнули в легкой усмешке, а глаза заинтересованно блеснули, остановившись где-то в районе декольте. И вместо ожидаемого реверанса с её стороны, мужчина потянулся за рукой в лайковой перчатке, чтобы поцелуем засвидетельствовать знакомство. Элора удивилась ― так было не принято, согласно этикету, она первая должна была склониться перед ним, но так было даже лучше… Она постаралась изобразить на своем лице минимальную заинтересованность в мужчине, которого явно считали красавцем (к тому же он был королем, девушки точно падали у его ног, несмотря на наличие у последнего жены), дала поцеловать кончики пальцев, и не дождавшись, пока Райлан начнет разговор, извинилась и упорхнула.

Придворные тотчас начали о чем-то шушукаться, то и дело было слышно «неужели она не научена правилам этикета», «Бог мой, какая некультурная леди», «деревенщина, что с неё взять» и даже «а король-то, посмотрите, как на неё смотрел». Король действительно удивился поведению девушки. Он проводил её взглядом и обернулся в сторону жены. Лицо королевы имело отсутствующее выражение, она особо не следила за балом, нервно ломая пальцы. Элора взглянула на Аву Даркнейк и мысленно удивилась. Было очевидно, что жену он себе выбирал не за «красивые глаза». Безусловно, в какой-то мере королева очаровательна, слыла заботливой и милосердной, однако её сердце принадлежало Богу, а не молодому королю. Она не стремилась привлечь к себе внимание, хотя у неё это отлично получалось ― темное строгое платье, отсутствие украшений, кроме обручального кольца, выделяли её среди знатных дам. На голове не было короны, лишь черный чепец. Ава приблизилась к Райлану, что-то прошептала ему, а он, казалось, даже её не слушал ― махнул рукой в сторону, мол «иди, разрешаю», и она быстро удалилась.

Элора неспеша взяла в руки бокал вина, сделала глоток и тут её взгляд зацепил силуэт. Силуэт принадлежал молодому мужчине, и он тоже был белой или, вернее, черной вороной среди знати. Тёмные волосы по плечи подчёркивал такой же тёмный, словно ночь, плащ. Он стоял в профиль, так что девушка рассмотрела аристократическую бледность кожи, орлиный нос и плотно сжатые губы. В отличие от остальных придворных он не вел ни с кем активную беседу, не танцевал, а только время от времени прикидывался парой фраз с проходящими мимо людьми. Элора заинтересовалась мужчиной, было в нем что-то притягательное, он весь источал ауру таинственности, но при этом пугал. Она не опускала взгляд в ожидании ответного, он точно знал, что она его разглядывает, однако перед девушкой из ниоткуда вырос Райлан.

― Леди… ― он галантно подал ей локоть, ― могу я узнать ваше имя?

― Разве кто-то смеет сказать королю «нет»? ― она игриво улыбнулась, глядя на него из-под полуопущенных ресниц.

― Мало найдется таких смельчаков. Но что касается прекрасных леди, ― он вновь пробежался по ней взглядом, ― они частенько отказывают мне по многим причинам.

― И сдаётся мне, первая ― наличие у вас жены? ― довольно смело произнесла она.

― Как настоящий муж, я храню верность, но как король, я обязан поприветствовать новую гостью при моем дворе!

Он начал расспрашивать о том, откуда же все-таки прибыла Элора, на что та уклончиво отвечала, что «те места очень далеко, а возможно даже и не в этой стране». Король наигранно засмеялся, сделал вид, что поверил, но расспросы продолжил. Пройдя через весь зал, они вышли на балкон.

― Хотел вам кое-что показать, ― он кивнул куда-то вниз, в сад.

Элора подошла к мраморным перилам и слегка наклонилась. Те самые звездочки, освещающие клумбы в сумраке, оказалось, складываются в созвездия. Девушка искренне улыбнулась. Вид был просто потрясающим, прямо перед дворцом лежал космос. Было ощущение, словно одна из звезд сейчас полетит вниз, как комета.

― Я смог вас удивить? ― довольно произнес он.

― Да, Ваше Величество, ― как девица на выданье она зарделась и робко посмотрела в его глаза. Он, гордый собой, положил руку на её пальцы, чуть сжал их и устремил свой взгляд куда-то вдаль.

В этот момент четыре человека были связаны невидимой нитью. Элора смотрела на короля, мучаясь от отвращения к сыну убийцы своего отца. Ава, глотая слезы, смотрела на Райлана из окна их спальни. Мрачный силуэт развернулся и изучал пару на балконе.

Часть 1. Глава 10

― И всё же, как тебе удалось договориться с лордом и леди Грицер остаться у них? ― не понимала Элора, прогуливаясь после завтрака вместе с Терионом по саду Грицер.

― Я рассказал им, что твои родители скончались от чахотки во время твоего отъезда к тётушке, а сейчас тебе очень трудно находиться в поместье покойных родителей, и они сами предложили остановиться у них, пока это будет необходимым для твоего восстановления, ― подмигнул Терион, довольный собой. ― Так что никакого мошенничества, можешь не переживать, они искренне хотят помочь тебе.

― Надеюсь, они не будут в обиде, если когда-нибудь узнают правду обо мне… ― Элора очень переживала из-за того, в каком количестве за последнее время ей приходилось врать о своём происхождении, положении и прочих, необходимых для их великого дела. Ложь оседала неприятным осадком на сердце, которое всё-таки горело в направлении доброты и искренности.

― Уверен, что они начнут уважать тебя ещё больше, Элора, тебе не об этом стоит переживать, нужно думать, как вернуть тебе законный престол.

— Это всё так, но всё же родиться наследницей — это ничто в сравнении с тем, что от меня требуется. Всем кажется, будто наследник по праву крови перенимает все качества достойного правителя. А если я не справлюсь с этой ответственностью? От правителя очень многое зависит, ― Элора кивнула в сторону лавочки с ажурным навесом, располагавшейся в тени деревьев. Это место было создано для того, чтобы целоваться или придумывать план государственного переворота.

― Ты права, Элора, ответственность действительно большая, и ты можешь от неё отказаться, жить с нами в деревне и заниматься хозяйством, может и жениха найдёшь нашего сословия, но стоит ли оно того? Имей я хоть один шанс оказаться на твоем месте, непременно бы воспользовался им. Ты достойна спасти королевство. Ты достойна вершить судьбу империи.

Речь Териона на некоторое время погрузила девушку в состояние раздумья. С одной стороны, не так уж и плохо быть обычным человеком. Семья, счастье с любимым человеком и детьми. А самое главное — спокойствие… Или однообразие? Однообразие бедных дней и попытки выжить при нынешнем правителе… Или стать им и изменить жизни тысячи людей, нуждающихся в помощи. В её помощи.

Несомненно, её не раз посещали подобные сомнения после того, как она покинула свой дом. Но сейчас есть возможность вернуть своему роду былую славу и честь, а не кануть в Лету.

― Я каждый раз останавливаюсь возле этой невидимой преграды. Вы тянете меня вперед, я не сопротивляюсь, но и не бегу вам навстречу, каждый раз задаваясь вопросом — действительно ли оно стоит того? Ты прав — стоит. И не только люди нуждаются во мне, а я, я тоже нуждаюсь в них.

― Тогда не вешай нос, милая леди, все дороги у тебя на ладони, ― молодой человек легонько толкнул Элору в плечо, разряжая момент своеобразной детской шалостью. Девушка улыбнулась, смотря в глаза собеседника.

― Я хотела спросить тебя. ― Элора решила перевести тему разговора и утолить своё любопытство, ― там на балу был молодой мужчина, в чёрном плаще, выглядел весьма загадочным и мрачным, лицо у него очень приметное… Не знаешь кто это?

― Неужели тебе понравился Каэль Лортинэс?

― Каэль… ― девушка повторила имя, будто пробуя его на вкус, и только посмеялась с догадок Териона. ― Вовсе нет, просто он такой мрачный и неприступный что ли, стало интересно что-нибудь узнать о нём, ощущение сложилось, что он ни с кем не общается, хотя, быть может, он просто был не в настроении.

Имя мужчины будто осталось на кончике языка сладковато-горьким послевкусием коньяка.

― Каэль действительно нелюдимый, но при этом его все уважают, потому что боятся. Никто не знает, что на самом деле у него на уме. Некоторые даже легенды о нём складывают. Причем, приятного в них мало. Как сказочку на ночь ребенку точно не прочтешь.

― Правда? Какие же?

― Пф, всякое говорят, но не стоит придавать этому значение. Кто-то говорит, что он держит пленных в своём поместье, или продал душу самому Сатане. В общем, сказки сочинять все мастера, но, а на самом деле по-настоящему близко его никто не знает. Пожилые придворные говорят, что отец его был гораздо общительнее, а мать слыла очень доброй женщиной. Но и тут никто не знает, что с ними произошло. Они в какой-то момент перестали посещать светские вечера.

― Интересно это всё и очень странно.

― Согласен. Кстати, леди Грицер просила тебе передать письмо, утром принесли, ― Терион достал из-за пазухи конверт с печатью короля.

Девушка осторожно его взяла, разломав золотую печать в виде змеи. Сердце шумно колотилось. А вдруг он раскрыл её личность? И сюда уже вечером прибудут стражники? А вдруг господа Грицер просто хотят задержать её, словно пленницу. Она судорожно начала вчитываться.

«Приветствую Вас, юная леди Вайт!

Я хотел бы вновь с Вами встретиться. Прошу, почтите меня своим визитом,

С нетерпением жду ответа, Райлан Даркнейк.»

― Сказать, что я удивлена, или данный факт уже отразился на моём лице? ― с некоторым презрением вновь перечитывала королевскую записку.

― Больше меня интересует, чем это письмо Вас так поразило, леди Элора, ― парень усмехнулся такой реакции. Элора молча протянула ему послание, рассматривая незримую точку перед собой. Терион пробежался взглядом по строкам и усмехнулся. ― Могу поздравить, наш король влюбился в тебя, но, вероятно, это до появления новой незнакомки, однако сейчас может сыграть тебе на руку. Более близкое знакомство с королём тебе не помешает.

― Знаю, но этот подлец только одним своим видом рождает во мне неприязнь. Как только его несчастная жена терпит эти интрижки. Их наверняка было достаточно, чтобы обратить внимание.

― Ава совсем по-другому воспитана. У неё тоже нет родителей, она росла в церкви. Её научили жить по воле Бога. А Райлан для неё буквально и есть бог. Он её именно поэтому и взял в жёны. Послушную, тихую, согласную с любым словом. Она детей хочет, наследника ему подарить, а он не хочет. Её не хочет, понимаешь?

― Бедная девушка…

― Эй, Элора, не стоит сочувствовать всем подряд, если у них тяжёлая жизнь. Настоящей справедливости не существует. Кому-то везёт, кому-то нет. Вопрос в том, что счастливчики могут осчастливить и других…

Элора, немного побледневшая, величественно поднялась со скамейки.

― Что же ты сидишь, мой дорогой друг? Мне срочно нужен новый наряд. Негоже идти на встречу с самим королём в старых платьях.

Она легко развернулась на каблуках и пошла в сторону красивого особняка.

Часть 1. Глава 11

Леди Грицер улыбнулась и протянула девушке колье из розового жемчуга.

― Чудесно дополняет твой образ, милая!

Элора ещё раз внимательно посмотрела на своё отражение. Безусловно, этот пыльно-серный оттенок фиолетового был ей к лицу, контрастируя с нежным ожерельем. Терион уловил то, что хотел бы сегодня увидеть король – благородную, красивую юную девушку, однако беззащитную и явно не обеспеченную всеми прелестями светской жизни. Жемчуг был заключён не в золото, а в серебро. Платье не расшито кружевом, цветами или камнями. Простой лиф задрапирован шифоном, легко струящимся вниз. Волосы в пучке, пару прядей выпустили. Леди сказала «образец невинности» и вколола пастельно-розовый цветок в волосы.

Прошлая Элора, со своими светлыми локонами, была бы более изящной. Эта Элора стала недостижимым совершенством, в погоне за которым король должен был проститься с королевством.

― Удивительно, ― протянула она. ― Как нужно желать девушку, чтобы увидев её впервые, устроить бал в её честь? А быть может я лгу ему? Выдаю себя за другого человека?

― Король не сдержан в своих эмоциях. Большинство войн обусловлены его агрессией, жаждой мести или несдержанностью, если позволишь. Ты для него как интересная вещица, закрытая шкатулка. Стоит только ему открыть тебя, провернуть ключик в замочной скважине ― станет не интересно.

― Терион, какие неуместные сравнения! ― девушка рассмеялась. ― Как тебе только приходит это в голову!

― Как и всегда, я точен в своих суждениях. Наблюдателен… ― Терион поправил волосы, слегка касаясь ладонью лица девушки. Их лица были недопустимо близко друг к другу. Он очертил большим пальцем контур её нижней губы. Элора вздохнула.

Образовавшаяся близость жаждала вырваться в нечто более близкое и нежное. Элора чувствовала себя уютно с молодым человеком, Терион питал теплом девушку и её мысли.

Однако стук каблуков леди Грицер не позволил случиться тому, что повисло в воздухе ощущением сладкой тревоги.

― Ты готова, моя дорогая? Карета уже подана. Лорд ждет нас внизу.

― Да, леди. Терион учит меня справляться с волнением.

― Забудь о волнении! Сам король распорядился дать бал в твою часть! Сегодня ты должна сверкать. Ты ― его брильянт.

Терион улыбнулся уголком губ и, взяв девушку под локоть, повёл всех вниз, к кортежу.

Бал тянулся утомительно долго. Элора позволила себе уже третий бокал за вечер (стоило видеть взгляд короля, чья жена лишь пригубила бокал вина в самом начале торжества). Тепло змейками растекалось по венам, но девушке удавалось держать себя в руках, несмотря на стальной взгляд пронизывающий её весь вечер. Причём, смотрели двое ― мрачный лорд, чьё имя не любили называть, и молодой король, сжавший ручку бокала почти до треска.

Девушку забавляло наблюдение за Райланом, она с трудом сдерживала смешки в его сторону. Но вот загадочный лорд… Всё же хотелось узнать его ближе, а не просто со слов Териона, быть может, даже подойти и познакомиться лично, но сейчас это было непозволительно. И цель была другой. Сейчас стоило войти в близкий королевский круг и завоевать доверие, а не раскрывать тайные личности. Хотя тут все по-своему были таинственными, и хранили немалое количество скелетов в шкафу. Буквально каждый из присутствующих на этом вечере.

Элора уловила момент наивысшего напряжения, когда король в разговоре с чрезвычайным послом, назвал его министром. Видимо, его величество смертельно желал чего-то или кого-то. Он не смотрел в глаза собеседнику, нервно постукивал пальцами по краю стола, вертел бокал в руке и отказывался от многочисленных закусок. Девушке было жалко его жену. Она прекрасно всё понимала, ловила его жадные взгляды в сторону юной гостьи. Но королева стала пленницей в собственном доме.

«Если всё удастся ― отпущу е на Родину. Или просто отпущу. Только бы она не понесла» ― подумала Элора. Наследник был бы очень некстати. Король немедленно переключил бы всё свое внимание на беременную жену и будущего властителя его королевства. Это было не нужно. Король явно не хотел свою жену, во всех смыслах, однако согласно своему долгу и словам одной говорливой служанки, посещал её раз в две недели, преимущественно по вторникам.

Элора взяла в руку гроздь винограда и, нарушая все мыслимые и немыслимые приличия, отщипнула губами одну ягоду. Окружающие мужчины переглянулись и отошли. Дамы стали оглядываться в её сторону, перешёптываясь и явно осуждая поступок. Стоило ли говорить, что почти каждая мечтала оказаться сейчас на её месте.

Девушка отложила ягоды на тарелку, и уверенно прошла через зал, в сторону двери, ведущей в сад. Холодный воздух быстро отрезвил раскрасневшуюся девушку, и она сбежала вниз к пруду, что лежал под старым дубом. Дотронувшись рукой по прозрачной воды в надежде умыться, она вдруг ощутила, как кто-то (кто бы это мог быть?) касается рукой её плеча. Она начала подниматься, и разворачиваясь, столкнулась с королём. Его лицо горело, он раскраснелся, но сумел удержать в себе стать и выдержку военного.

― Леди скучает тут в одиночестве?

― Без Вас, мой король, каждая минута ― сплошное одиночество.

Девушку тошнило от высокопарных фраз, но лесть угодила в точку ― король улыбнулся, а Элоре уже хотелось покинуть его компанию.

― Вы покинули зал. Вечер не пришёлся вам по душе? Неужели моя щедрость оказалась недостаточна? ― он почти вплотную приблизился к ней, обхватив одной рукой за талию.

― Мой король, что вы, мне очень приятно ваше внимание. Просто я не привыкла к таким пышным мероприятиям, не успела освоиться, после гибели родителей, ― выдохнув скорбь, девушка печально опустила взгляд, полный тоски. От части сказанное было правдой. Только вот сейчас жажда мести была чётче скорби.

Молодой король свободной рукой коснулся щеки девушки, пытаясь изобразить на лице сочувствие.

― Ох, бедная вы девушка. Может ваш переезд во дворец ускорит вашу адаптацию? ― Райлан хищно улыбнулся.

― Вы что?! ― вскликнула девушка, и пользуясь возможностью ловко вынырнула из рук короля, подходя к дереву, облокотилась на него спиной. ― Разве можно ускорять скорбь, это же чувство. Я должна его пережить, не торопите меня, пожалуйста… ― Элора смягчилась, уводя свой взгляд на водную гладь.

― Должно быть, мне стоит внимательнее относиться к вашим чувствам, милая леди, ― король вновь сделал шаг в её сторону, и приподнял подбородок девушки, которая не могла теперь позволить себе отвести взгляда от этих подлых глаз. ― Тогда как только вы будете готовы, можете сразу перебраться во дворец, я уверен, что вам будет тут комфортнее, в общении с другими лордами и леди.

«Конечно, мне будет проще выселять змею из дома, живя в нём, а не за рекой,» ― подумала девушка, но только скромно улыбнулсь.

― Когда буду готова, обязательно приму ваше предложение, мой король, это честь для меня.

― Нельзя упускать такой шанс, милая леди.

«Вот в этом согласна,» ― промелькнуло в голове Элоры, но на её талию вновь опустилась чужая рука. Девушка вдохнула грудью, смотря за короля. На балконе виднелся тёмный лорд, освещённый тёплыми лампами. Его лицо и силуэт грациозно выделяли благородные черты. Такой загадочный лорд.

― Мой король, посол отбывает, следует его проводить, ― словно неоткуда появился слуга в поклоне, сообщая о необходимых обязанностях короля.

Король только кивнул и отмахнулся рукой, мол понял.

― Прошу вас меня простить, но мне следует проводить гостя, юная леди.

― Разумеется, мой король, не смею вас задерживать.

Райлан поцеловал руку Элоры и удалился.

Девушка глубоко вдохнула и наконец-то смогла умыться свежей водой, что так освежала. Трудно. Очень трудно говорить одно, думая при этом совершенно другое. Общество короля поначалу давило, но у Элоры плавно появлялся некий азарт в этом общении. Когда не думаешь о собственных ощущения, а о том, как будешь переставлять фигурки на шахматной доске, личности растворяются в образах этих фигурок. А некоторые образы ещё слишком туманны, для восприятия их как личностей.

Часть 1. Глава 12

Элора всё же переехала во дворец, по её мнению, это был выгодный поступок, как она объяснила Териону: «пора уже приступать и к активным действиям ради воплощения долгожданной цели».

Девушка уже освоилась в предоставленных ей покоях, которые, разумеется, находились неподалёку от покоев самого короля. Стоит заметить, что ему не составило труда договориться с супругой о том, чтобы назначить новую придворную фрейлиной. Буквально, Элора была ближе не только к сердцу, но и к постели Райлана. Остальные фрейлины то ли недовольно, то ли почтительно оглядывали молодую конкурентку. Было очевидно, что каждая из них мечтает о такой судьбе.

На одном из вечеров, Ава подошла к Элоре, протягивая небольшой бархатный футляр.

― Мой король просил передать это тебе, ― Ава смотрела девушке прямо в глаза, сомкнув руки в замок.

Элора откинула крышку из красного бархата, увидев в нём изящный вензель с инициалом королевы, покрытый алмазами. Штамп на голубой ленте, всё, как и полагалось. Девушка счастливо улыбнулась, ведь это означало, что ее усилия не прошли даром. Подарки ― один из первых знаков хорошего расположения.

― Благодарю Вас, моя королева, ― Элора поклонилась королеве, однако недостаточно низко, для особы своего уровня. ― Я пред Вами в долгу не останусь.

Ава слегка кивнула, вновь окинув новую фрейлину взглядом, с еле заметной, но витающей в атмосфере этого вечера ревностью. Что уж говорить ― не только девушки, все хотели быть рядом с королем, угодить ему и получить вознаграждение ― поместье, должность или что-нибудь подобное.

Элора прошла к балкону, прихватив с собой бокал вина, ей резко стало душно от той тяжести, которую олицетворяли большинство из этих людей. Прохладный ветерок скользнул по лицу девушки, слегка распустил её волосы. Она вдохнула полной грудью, надевая штамп на левое плечо.

― Не хотели бы вы завершить этот вечер совместным ужином? ― словно из ни от куда, появился король за спиной. Тяжёлые руки легли на её плечи.

― Я себя не очень хорошо чувствую сегодня, мой король, ― не громко и даже робко осведомила Элора Райлана.

― Разве мои хлопоты о вас не поспособствовали улучшению вашего состояния? ― заискивающе мужчина провёл пальцами по камням вензеля, как бы намекая, что подарок должен окупиться.

― Что вы, я не смогу словами описать свою благодарность! Думаю, завтра мне станет гораздо лучше, ― девушка обернулась в сторону короля, смотря за него, останавливаясь взглядом на загадочном тёмном силуэте. Ей хотелось познакомиться с этим человеком, но манеры приличия пока не позволяли.

― Что ж, вероятно, вам стоит отдохнуть, если вы устали от новой обстановки, ― вежливо предложил король, не сводя глаз с Элоры, пока она ставила бокал на перила балкона.

― Если позволите, я направлюсь в покои.

Неспешно девушка прошла мимо Райлана, мимо роскошных дам в не менее роскошных платьях и сопровождающих их кавалеров, выступавших в данном случае в роли аксессуаров. Так как половина кавалеров были мужьями, желающими расширить свои территории за счет новых владений, а вторая половина хотела сосватать своих сестер или дочерей бездетному королю.

Девушка долго смотрела на своё отражение. Кажется, она стала выглядеть старше. Её не особо впечатляло нынешнее общество, семья Териона намного уютнее и теплее. Там не было диалогов, в которых ты уже наперёд знаешь каждую фразу, каждый жест и улыбку. Всё настолько фальшивое и тёмное, обёрнутое в золотую обертку и присыпанное драгоценными камнями. Девушка посмотрела на комод, где находился знак отличия нового положения. Искусно выполненная работа, над которой трудились лучшие мастера королевства. Комнату освещал лишь один подсвечник, бронзовый и изящный, в общем-то, как и всё во дворце.

Элора услышала, как дверь отворилась без предупредительного стука. Она поправила ночную рубашку и затаила дыхание. Должно быть, это король… Или королева.

Однако на ближайшее ко двери кресло присел тот самый загадочный силуэт, который Элора увидела в отражении зеркала.

― Что вы тут делаете?

― Такой же вопрос к вам, ― мужчина посмотрел на тумбу. ― Не гоже юным фрейлинам в одном ночном платье в гостевой комнате собой любоваться.

Элору поразила беспардонность этого мужчины, и без каких-либо смущений она обернулась.

― Должно быть, вы что-то путаете. Разве я не могу отдохнуть в своих покоях? ― Элора всматривалась в тёмно-карие глаза мужчины, которые впервые видела так близко.

― Вероятно, с недавних пор они стали личными. Тут всегда была гостевая комната. Что ж, приношу свои извинения, что проник в ваше пространство, ― Элору завораживал этот бархатистый голос, однако мужчина не собирался уходить, он лишь прокрутил между пальцами бокал вина и отпил глоток. ― Как же зовут новую обожательницу короля, что так скоро стала фрейлиной его супруги?

― Элора Вайтрэ… ― девушка тут же опомнилась, ― Вайт. Элора Вайт. Она чуть не подавилась от собственной глупости! Ну как так можно было?! Маска почти слетела с её лица.

В ответ мужчина усмехнулся.

― На вас новая обстановка повлияла настолько, что вы запамятовали как вас на самом деле зовут, или я настолько обворожительный, что вы дар речи потеряли?

― Я устала за день, смена обстановки действительно выматывает, ― девушка присела, вынимая из причёски шпильки. ― А вы каждый вечер в чужих покоях проводите, таинственный незнакомец?

― Неужели вы не слышали ни одну из версий об одиночке Каэле Лортинэсе? Ох, теряю свою репутацию, ― мужчина улыбнулся и откинулся на спинку сидения, ― Там душно, вдруг ещё от жары испепелюсь.

Девушка засмеялась, уже расчёсывая волосы, хотя и чувствовала, что Каэль весьма странный, и знает, по всей видимости, больше других. Знакомство с ним может быть очень даже полезным. Распущенные волосы были чем-то вроде легкого флирта, и обе стороны это прекрасно понимали.

― Было приятно с вами познакомиться, но я действительно хочу отдохнуть. Уверена, что на следующем вечере мы сможем вдоволь обсудить варианты вашего испепеления.

Элора мило улыбнулась, а Каэль кивнул, поднимаясь.

― Доброй ночи.

­­ ― И вам доброй ночи.

В воздухе еле уловимо витал аромат табака. Девушка зажмурилась, вновь воссоздавая облик мужчины в своей памяти.

***

Элора встретила Териона в дворцовом саду:

― Мы так давно не виделись, я уже соскучилась.

― В нашем селе женщина рожала малыша, помогал Агнес принять его. Роды были очень долгие, ― проходя по вымощенным тропинкам объяснился он.

― Тебе-то какая с этого выгода? Лучше бы ко мне приехал вместо того, чтобы с чужим ребёнком возиться.

Тут Терион остановился и взял девушку за плечи, смотря в глаза.

― Знаешь, когда я тебя в первый раз увидел, в дорогих одеждах, со знатными манерами, подумал, что ты такая же «гнилая», как и многие знатные люди в Крэйстоне. Но тогда ты мне показала хорошую свою сторону, ты стремилась помогать людям, сделать этот мир чуточку добрее, и я поверил в твои намерения, Элора. Прошло несколько месяцев, и ты уже пропиталась гнильём в этих стенах, стала безразлична к чужим проблемам. Кажется, ты стала забывать, что изначально ты хотела сделать. Тебя действительно можно подкупить этим штампом? ― Терион брезгливо поддел брош на плече девушки, и пошёл дальше мимо изящно стриженных деревьев, а Элора так и простояла на месте в недоумении ещё какое-то время.

Весь вечер у девушки не выходили из головы слова Териона. Элора серьёзно задумалась. С одной стороны, она искала себе оправдание в том, что она вливается в окружающее её общество, и, возможно, отчасти где-то подражает ему. Но когда она отругала повара за недостаточно сладкий десерт, поняла, что предположение ― лишь отмазки для самой себя. Где-то специально она пыталась быть похожей на жителей дворца, но где-то поступала так же уже неосознанно. А ведь до жизни тут она действительно хотела, чтобы жизнь подданых стала лучше. Сейчас, если не кривить душой, она уже желала свергнуть короля и занять его место.

Может стоит остановиться и подумать получше? Она хотела втереться в доверие и после рассказать о себе, но сделала ли что-то хорошее? Помогла хоть одному человеку? Больше всех она сейчас жалела Аву. Так как пересекалась она с королевой в новом положении достаточно часто, видела, что девушка подавлена и будто находится в золотой клетке, запачканная грешной ревностью. Возможно, стоит поговорить с ней.