Белый гамбит

Глава 1

Глава 1.

Корнилов.

Очнулся я от боли. Отрыл глаза и невольно застонал. Так как боль накатила с новой силой. При этом болело прямо все тело. Нет, мне и раньше случалось ощущать боль в своей жизни. Все же я еще тем адреналиновым маньяком был. И к своим сорока восьми годам я уже успел заиметь несколько шрамов и военных травм. Ну, да! Я ведь когда-то был профессиональным военным. Даже до майора умудрился дослужиться. По крайней мере на последней моей войне, когда я потерял правую ступню от взрыва мины-лепестка, мое воинское звание было как-раз майор вооружённых сил Российской Федерации. Да, и это была не первая моя война. И на других я тоже успел нахватать контузий, а также пулевых и осколочных ранений. Да, и на охоте тоже как-то не повезло мне сломать ногу еще в молодости. Поэтому с болью я довольно хорошо знаком не понаслышке.

Но тут у меня прямо было такое ощущение, что все тело болит. И еще я наблюдал этот мир сквозь какую-то красноватую пелену. Кроме того я лежал на чем-то твердом, а надо мною суетились какие-то темные фигуры. Вроде бы люди, а не черти с рогами. Вот только выглядели они как-то очень странно. Как актеры из фильмов про белогвардейцев. Ага, реальные такие офицеры русской императорской армии или Белого движения. И почему-то они меня Лавром Георгиевичем обзывали. А в голосе генерал-лейтенанта Деникина слышалась неподдельная тревога за мое здоровье. Что, Деникина!? Точно Антон Иванович Деникин! Тот самый! Эту фамилию школьники обычно на уроках по истории гражданской войны в России 1917-1922 года слышат от учителей. И я ведь про этого легендарного лидера Белого движения тоже много слышал и читал когда-то. И откуда я его знаю?

Я ведь одно время увлекался исторической реконструкцией по истории той гражданской войны. Поэтому много разных исторических трудов по той эпохе успел прочитать. И фотографии генерала Деникина тоже видел. А тут этот персонаж из далекой гражданской войны вполне себе живой. И он откуда-то меня знает. И явно беспокоится за мою жизнь. И еще он меня почему-то называет Лавром Георгиевичем. А чей-то голос за кадром еще при этом взволновано спросил, что случилось с Корниловым. То есть со мной. Это как? Это почему эти люди, сошедшие как-будто со страниц учебников по истории гражданской войны, назвали меня Корниловым? Тем самым! Создателем Добровольческой Белой армии. Я ведь не он? Меня по другому зовут. От волнения я даже дернулся и открыл рот, чтобы им об этом сказать. Но тут я мой мечущийся по сторонам, растерянный взгляд вдруг упал на мою окровавленную ногу. Точнее говоря, на правую ступню. Ту самую, что майор Сомов когда-то потерял на последней своей войне, став инвалидом. Она была на месте! Да, да! Я увидел уже не привычную мне культю или пластиковый протез, который я на нее надеваю обычно. А нормальную такую правую ступню. Живую и настоящую. Правда, какую-то тощую. Мои то конечности и тело были довольно большие и толстые. Нет, раньше то я себя в форме старался держать до потери ноги. Но потом просто плюнул на себя и запустил свой организм до лишнего веса. Но эта нога, так поразившая мое воображение, явно принадлежала кому-то другому. Более стройному или даже худощавому. Подумав об этом я даже попытался пошевелить правой ногой. И увидел как эта худая конечность тоже шевельнулась.

– Какого хрена тут происходит? – как-то заторможено подумал я, а затем перевел ошарашенный взгляд на свою окровавленную руку.

Которая также совсем не походила на мои прежние верхние конечности. Эта хваталка также была не моя. Тоже довольно длинная и тощая. Я что внезапно похудел? А потом я опять услышал фамилию Корнилов. И тут в моей голове как-будто тумблер включили. И я начал вспоминать жизнь того другого. В тело которого я каким-то чудом умудрился сейчас попасть. Лев Георгиевич Корнилов, генерал российской императорской армии от инфантерии. Родился 30 августа 1870 года в Усть-Каменогорске в семье потомственного казака Георгия Николаевича Корнилова, который служил в звании младшего урядника в 7-м Сибирском казачьем полку. Мать тоже из потомственных казачек Прасковья Ильинична Хлыновская. Кстати, я когда-то слышал такую забавную теорию, что генерал Корнилов, бывший основателем Белого движения, исповедовал ислам и по матери был казах.

Эту сказку почему-то очень любят вспоминать в Казахстане. Однако, теперь я точно знаю, что в предках Прасковьи Хлыновской были поляки и алтайские калмыки. Поэтому у Корнилова и появился своеобразный восточный тип лица. Значит, Лавр Георгиевич Корнилов был четвертым сыном в семье. И все его братья кроме страдающего тяжелыми припадками Автонома были военными. Все служили царю и Отечеству. Вот и Лавр тоже сначала учился в кадетском корпусе, а затем 4 августа 1892 года окончил Михайловское артиллерийское училище, получив чин подпоручика. После чего начал службу в Туркестанском военном округе, где как-раз было довольно неспокойно. Ведь тут постоянно закипали мелкие и локальные конфликты с Персией и Афганистаном, подзуживаемых Великобританией.

Прослужив два года в Туркестане, подпоручик Корнилов выслужил чин поручика. После чего решил не уходить в отставку, а делать карьеру в армии и дальше. И в 1895 году поступил в Николаевскую академию Генерального штаба. Попутно с учебой, он увлекся и женился на дочери титулярного советника Таисии Владимировне Марковиной. А через год у них родилась дочь Наталья. А потом у них родился еще и сын. В 1898 году кончив академию с малой серебряной медалью, Лав Корнилов получил досрочный чин капитан. С 1898 по 1904 года служил опять в Туркестане помощником старшего адъютанта штаба округа, а затем штаб офицером при штабе округа. При этом Корнилов совсем не сидел в штабе, а с риском для жизни занимался самой настоящей разведывательной деятельностью во вражеских тылах.

Маскируясь под местного жителя туркменского происхождения, он вел рекогносцировку британских крепостей в Афганистане и Персии. Налаживал агентурную сеть и собирал сведения об этих странах. За все эти экспедиции по вражеским тылам капитан Корнилов получил орден Святого Станислава 3-й степени. И вскоре был направлен в Памиру, малоизученный район в Восточной Персии. Те земли, кстати, к тому моменту на всех картах значились как «неисследованный район». И никто из европейцев о них ничего не знал. По сути своей эта часть Ирана представляла собой безводную пустыню. Где выжить было довольно сложно. Но Корнилов смог там выжить со всеми своими людьми. И при этом собрал о тех местах достаточно подробные сведения.

В его путешествиях Корнилову помогало знание многих иностранных языков. Ведь помимо английского, французского и немецкого языков. Он еще владел казахским, персидским, калмыцким, монгольским, китайским и языком урду. Офигеть! Я при этом воспоминании попробовал выругаться на всех этих языках по очереди. И у меня получилось. Песец! А ведь раньше то я только по-английский со словарем мог шпрехать. А тут прямо сразу вон сколько языков вдруг знаю. Шок – это по нашему! Ну, а что там было дальше?

А дальше с ноября 1903 года по июнь 1904 года Корнилов находился в Индии якобы для «изучения обычаев и нравов народов Белуджистана». Но это было лишь красивой легендой и прикрытием его разведывательной деятельности. Ведь на самом деле Лавр Георгиевич посетил Бомбей, Дели, Пешавар и Агру (военный центр англичан в Индии). Чтобы изучить колониальную армию Британской Индии и проанализировать ее военный потенциал. Ну вот, а, помнится, как кто-то из российских псевдо историков времен Перестройки когда-то с пеной у рта заявлял, что в Российской Империи не было никакой разведки вплоть до Первой Мировой войны. Так вот, друзья, заявляю вам со всей серьезностью, что разведка в Империи все же имелась. И Лавр Корнилов в ней как-раз и служил. Хотя для всего остального цивилизованного мира он был знаменитым исследователем и путешественником далеких земель. Легенда прикрытия у него была именно такая. Впрочем, в конце девятнадцатого и начале двадцатого века, судя по всему, все подобные путешественники были такими вот разведчиками. Которые под прикрытием своих географических экспедиций как-раз и занимались разведкой чужих территорий на случай войны.

В 1904 году с началом русско-японской войны теперь уже подполковник Корнилов попросился в действующую армию на Дальний Восток. Там он, будучи на должности начальники штаба 1-й стрелковой бригады, получил боевое крещение в боях против японской армии в битве при Сандепу в Маньчжурии. При отступлении русской армии от Мукдена, прикрывал со своей бригадой отход основных сил. А когда его 1-я бригада оказалась окружена при Вазые. То Корнилов смог воодушевить солдат, которые ринулись в штыковую атаку и смогли прорвать кольцо окружения. За эти героические действия Лавр Георгиевич Корнилов получил несколько наград. В том числе орден Святого Георгия 4-й степени и Георгиевское оружие, а также произведен в следующий чин полковника.

В начале 1906 года полковник Корнилов был назначен делопроизводителем управления генерал-квартирмейстера Генерального штаба по вопросам планирования боевых действий и разведки на Азиатском театре боевых действий. А 4 мая 1906 года был переведен в 3-ю часть обер-квартирмейстера Главного Управления Генерального штаба. Где занимался вопросами разведки и стратегического планирования на Среднеазиатском театре боевых действий (Персия, Афганистан, Индия и Западный Китай).

В 1907-1911 годах снова разведка в тылу врага под прикрытием должности военного агента в Китае. Параллельно с изучением китайского языка собирал сведения о китайском военном потенциале. Затем до Первой Мировой войны с 1911 года послужил на должностях: командира 8-го Эстляндского полка, начальника отряда Отдельного корпуса пограничной стражи а Заамурском округе, командира бригады 9-й Сибирской стрелковой дивизии в городе Владивостоке.

С началом Империалистической войны 19 августа 1914 года Корнилов назначен командиром 48-й пехотной дивизии, которую в будущем назовут «Стальной». Которая под его командованием сражалась в Галиции и на Карпатах в составе двадцать четвёртого армейского корпуса 8-й армии генерала Брусилова. Там же Корнилов познакомился и с Деникиным, который стал его другом и соратником теперь. Они вместе на том фронте воевали против немцев и австро-венгров. Вскоре 48-я пехотная дивизия под командованием Корнилова за беспримерные подвиги получила прозвище «Стальная» и считалась самой крутой частью на этом участке фронта. Уже в феврале 1915 года за боевые успехи и примерное командование войсками Корнилов получает чин генерал-лейтенанта.

Но в апреле 1915 года, прикрывая со своей дивизией отступление армии Брусилова, Корнилов попал в австрийский плен. Я аж поморщился от тех воспоминаний. Произошло это потому что генерал-лейтенант Корнилов стал самолично командовать последним из отступающих батальонов Стальной дивизии. Так как батальонный командир и большинство офицеров были тогда убиты. Вот там в тяжелом бою, переходящем в штыковые атаки, Лавр Георгиевич и был ранен дважды в руку и ногу. Из-за чего и попал в плен. Кстати, действия его 48-й дивизии дали тогда возможность 3-й русской армии избежать полного разгрома. В общем, тогда генерал-лейтенант Корнилов всех спас, но и сам оказался в австрийском плену. Впрочем, его героизм тогда император оценил высоко и наградил Лавра Георгиевича орденом Святого Георгия 3-й степени.

Залечив свои раны генерал-лейтенант Корнилов пытался дважды неудачно бежать из вражеского плена. И лишь на третий раз ему улыбнулась удача. И еще тогда русскому генералу помог выбраться из австрийского лагеря под Веной чех Франтишек Мрняк. После побега Корнилова лично наградил сам император Николай Второй орденом Святого Георгия 2-й степени. Объявивший Лавра Георгиевича настоящим героем Отечества. После чего его имя стало довольно популярным в Российской Империи. Но почивать на лаврах наш герой не стал. И немного подлечившись, Корнилов снова рвется на фронт. В сентябре 1916 года он уже стал командиром 25-го армейского корпуса Особой армии генерала Гурко на Юго-Западном фронте. Там он также довольно энергично взялся за дело, воюя профессионально и смело. Однако, вскоре как-то внезапно для него в России началась февральская буржуазная революция.

Царь отрекся от престола под давлением генералов, которые его по большому счету просто предали, передав власть в стране в руки Временного правительства. Слава Богу, но в той крысиной возне Корнилов не участвовал. Некогда ему было такой мерзостью заниматься. Он же был настоящим патриотом и тогда честно воевал за свою Родину. В то время как его начальники расчётливо и цинично предали императора. А затем позволили захватить власть каким-то болтунам и проходимцам из Государственной Думы. И хотя ему было мерзко от произошедшего. Однако, он все же не подал в отставку, здраво рассудив, что правители приходят и уходят, а Отчизна остается. И кто-то должен ее защищать.

Поэтому когда ему предложили стать командующим Петроградским военным округом от лица Временного правительства и начальника Генерального штаба генерала Алексеева (того самого что заставил Николая Второго подписать отречение от престола). То Корнилов после долгого раздумья согласился занять эту более высокую должность. Кстати, первым своим действием он, возможно, спас от скорой расправы царскую семью. Переведя режим ее охраны в ведение Штаба Петроградского военного округа. Так он сразу же пересёк все поползновения в сторону императора и его семьи со стороны всех этих самозваных солдатских комитетов и разнообразных Советов. Которые могли легко и быстро устроить самосуд царю и его близким. Тогда ведь все эти «рэволюционэры» вошли во вкус и начали убивать направо и налево. Творя беспредел и расправу над неугодными или просто богатыми людьми. Но взяв семью царя под охрану своих войск Корнилов их тогда спас.

Мда! Долго наш герой терпеть и наблюдать за той деградацией армии в Петрограде все же не смог. Больно ему было видеть, как Советы разрушают дисциплину и разлагают Петроградский гарнизон. А все его протесты и просьбы к Временному правительству игнорировались. Эти чудики, дорвавшиеся до власти, сами не понимали, что большевики специально это делают. Чтобы в нужный момент потом некому уже было защищать это самое опереточное Временное правительство прекраснодушных идиотов. Это, кстати, сам Корнилов их там так обозвал как-то в сердцах. В общем, он такого маразма долго терпеть не смог и подал рапорт послать его опять на фронт. Там по крайней мере все было ясно. Вот враг. И его надо уничтожать. А вот Петроград в 1917 году превратился в настоящую политическую клоаку. Из которой генерал Корнилов вынырнул с большим облегчением. Когда его прошение удовлетворили и отправили командовать 8-й армией на Юго-Западном фронте в конце апреля 1917 года.

Кстати, председатель Временного правительства Гучков сначала хотел назначить Корнилова командовать сразу Северным фронтом, утверждая, что там просто необходима твердая рука Лавра Георгиевича. Который смог бы там поднять дисциплину и навести порядок. Но тут встал на дыбы уже начштаба генерал Алексеев. Который заявил, что у Корнилова слишком маленький стаж командования. И на командующего фронтом он ну никак не тянет. Типа, вместо него туда лучше других более старых и опытных генералов послать. Угу, угу! Так и запишем. Алексеев, предавший своего царя, просто завидовал популярности Корнилова в войсках. Не нравился ему этот выскочка, который лишь по недоразумению (по мнению Алексеева) смог пробиться наверх по военной иерархии.

Из-за полного разложения русской армии летнее наступление наших войск провалилось. И только благодаря действиям Корнилова тогда удалось каким-то чудом удержать фронт от прорыва. За это Временное правительство присваивает ему звание генерала от инфантерии. А 7 июля 1917 года Керенский назначает Лавра Георгиевича командующим Юго-Западным фронтом. В ответ Корнилов просит ввести на фронте смертную казнь и полевые суды, чтобы хоть как-то остановить деградацию и развал армии. Кстати, многие генералы с ним тоже были согласны. Поэтому его поддержали. А вот Брусилов как-раз был против, так как именно на его совести и было такое крутое падение дисциплины.

Этот генерал, будучи главкомом, ведь просто заискивал перед Советами и солдатскими комитетами. Именно из-за его попустительства русская армия и начала разваливаться прямо на глазах. Естественно, что Брусилов был против. Однако, Керенский, наконец-то, вынул голову из задницы и решил все же послушать нормальных генералов. Которые хотели видеть главнокомандующим не Брусилова, а Корнилова. Они надеялись, что этот твердый и решительный лидер сможет навести в армии порядок. И уже 19 июля 1917 года Лавр Георгиевич стал верховным главнокомандующим вооружённых сил Временного правительства. Он смог выбить разрешение на применение смертной казни на фронте. После чего энергично начал наводить там порядок. И на какое-то время ему даже удалось остановить распад армии и стабилизировать ее деградацию. Однако, большевики тоже без дела не сидели, ведя антиправительственную пропаганду. Которая вскоре начала давать свои плоды. И дисциплина опять стала падать.

А тут еще и Керенский почему-то решил объявить, что Корнилов хочет узурпировать власть, став военным диктатором. Хотя на самом деле у Лавра Георгиевича и в мыслях такой ереси не было. Он просто хотел еще больше укрепить дисциплину в армии и власть Временного правительства. Однако, его военную программу по реорганизации армии Временное правительство просто игнорировало. Думая, что оно само рассосется. Эти дураки там боялись сильно закручивать гайки и все еще рассчитывали договориться с Петроградским Советом. Поэтому Керенский и воспринял в штыки все предложения Корнилова по ужесточению внутренней политики в стране. И в итоге, 9 сентября 1917 года он объявил генерала Корнилова мятежником.

Его арестовали и поместили в Быховскую тюрьму. При этом генерал Алексеев совершенно неожиданно начал ходатайствовать за Корнилова, спасая его тем самым от расправы. На его сторону встали и другие командующие фронтами. Поэтому Корнилова не расстреляли, а держали в тюрьме на довольно мягких условиях. А потом к нему также еще подселили и других «мятежников» из офицеров, что сочувствовали Корнилову. Был среди них и Деникин. Которого также арестовали за симпатии к идеям Лавра Георгиевича.

Затем начался муторный и долгий процесс расследования вины «мятежников», который военные, симпатизировавшие Корнилову и его идее о сильной армии и сильной власти без всякой демократии, затягивали и саботировали. А вот кретин Керенский требовал смертной казни для Корнилова и его сподвижников. И при этом он совсем не замечал своих настоящих врагов, которые уже приготовились вонзить в его спину нож. Поэтому когда в Петрограде грянул октябрьский переворот, возглавляемый большевиками. То единственный человек, который мог бы спасти Временное правительство, тогда сидел в Быховской тюрьме и ждал суда за мятеж.

Но к счастью, так и не дождался. Можно сказать, что большевики своим переворотом просто спали Корнилова от расправы. Которую хотел устроить над бравым генералом кретин Керенский. Правда, при этом сам Лавр Георгиевич никакой признательности к большевикам не испытывал. Наоборот, он хотел с ними бороться, считая узурпаторами и мятежниками. Ох, я прямо Украину 2014 года вспомнил. Там ведь тоже кучка нацистов внезапно захватила власть, когда президент той страны оказался полным ничтожеством и трусом. И там тоже ведь нашлись люди, которые не согласились подчиняться нацистским мятежникам и узурпаторам. Люди Донбасса тогда выступили против той банды убийц со свастиками. Вот и с Корниловым похожая ситуация выходит. Он ведь тоже решил не признавать власть большевиков. И начать с ними бороться вооруженным путем.

В общем, наш герой подался на Дон, чтобы там найти себе единомышленников и создать свою Добровольческую армию. Правда, при этом ему пришлось подавить прошлые обиды и скооперироваться с генералом Алексеевым. С которым у Корнилова были раньше терки и недопонимание. Но он все же решил, что дело важнее личных ссор. Ведь у Алексеева были связи не только среди военных, но и среди дипломатов. В частности он мог договориться с союзниками по Антанте о финансовой и военной поддержке зарождавшегося Белого движения на юге России. Да, и связи с другими антибольшевистскими организациями у генерала Алексеева также имелись. Еще в их триумвират вошел атаман Войска Донского генерал Каледин. Ведь на Дону в 1917 году после большевистского переворота в столице России тоже появилось свое Донское правительство.

В общем, тогда они договорились, что Корнилов возьмет на себя командование Добровольческой армией, генерал Алексеев примет на себя финансовые дела, вопросы внешней и внутренней политики. А Каледин будет заниматься формирование Донской армии и делами донских казаков. После чего началось формирование армии. Правда, из-за скудного финансирования и малого количества добровольцев дела шли не очень хорошо и быстро. В общей сложности всего удалось набрать около четырёх тысяч человек. Мда! Конечно, спеси и пафоса у белых не занимать. Не постеснялись же назвать неполную бригаду целой армией.

И ведь у них там не только с людьми все обстояло очень грустно. Мало было и оружия, а главное – боеприпасов не хватало для длительных боевых действий. Так как казачки Донского правительства довольно прохладно относились к своим союзникам из Добровольческой армии. И отказывались им помогать оружием и снабжением. Также они часто саботировали совместное ведения боевых действий против красных. И несколько раз из-за них добровольцы несли ощутимые потери. Так как казаки могли без предупреждения просто бросить фронт и сбежать. Или намеренно не поддержать атаку белых войск Корнилова. Они так демонстрировали свою независимость и вольнолюбие.

Сами понимаете, что с такими хреновыми союзниками много не навоюешь. Поэтому в феврале 1918 года Корнилов принял решение уходить на Кубань. Где тоже появилось свое Кубанское казачье правительство. Которое было более вменяемым и согласилось признать главенство командующего Добровольческой армией, а не выкобениваться как донские казаки. Которые своей дурной вольницей перед лицом врага и отсутствием дисциплины уже очень сильно начали бесить генерала Корнилова. Ну, а кубанцы согласились пойти под его руку и признать его своим командующим без особых споров. Тем более, что им сейчас очень была нужна военная помощь Добровольческой армии. Ведь большевики начали наступление огромной массы войск со стороны Царицына и Ставрополя. И дела у кубанских казаков при этом на фронте шли очень хреново.

Поэтому генерал Корнилов решил, что его Добровольческая армия уйдет с Дона. Раз здешние казачки не хотят нормально с ним сотрудничать, постоянно гнут пальцы и тянут одеяло на себя. То пускай теперь сами хлебают полной ложкой свою волю, за которую они все так на Дону держатся. И против красных тоже пускай теперь сами дерутся. А Добровольческая армия тем временем двигается на юг в сторону Екатеринодара. Так тут в 1918 году пока еще называют город Краснодар. Где сейчас как-раз и находилась столица Кубанского правительства.

Так в феврале 1918 года начался Первый Кубанский поход. В ходе которого с боями Добровольческая армия прорвалась на Кубань и подошла к Екатеринодару. Где выяснилось, что этот город буквально недавно был занят Красной армией. Правда, добровольцам повезло и к ним на подходе к Екатеринодару присоединились еще около двух тысяч кубанских казаков. Они как-раз отступали от этого крупнейшего на Кубани города. Впрочем, казачков тех тоже можно было понять. Ведь против них красные выставили в боях за Екатеринодар аж около пятнадцати тысяч человек. Два бронепоезда и три десятка пушек.

Однако, теперь силы Кубанского правительства и Добровольческой армии объединились. И теперь насчитывали уже около пяти тысяч четырехсот человек и пятнадцать орудий. Правда снарядов и патронов было не очень много. А насчет численного преимущества противника? Так добровольцы уже привыкли так воевать. Обычно ведь у красных солдат было гораздо больше. Однако, на стороне Добровольческой армии была хорошая выучка, железная дисциплина и богатый боевой опыт. И за счет них они много раз уже побеждали краснопузых, разгоняя их огромные, но трусливые и плохо дисциплинированные войска. Поэтому Корнилов и решил всё-таки брать штурмом Екатеринодар. В котором сейчас засело в обороне гораздо больше врагов. И вот в ходе двухдневного штурма Екатеринодара 1 апреля 1918 года в возрасте сорока семи лет погиб генерал Корнилов.

Ух, ты! А я ведь о его смерти читал когда-то. И не один исторический труд и воспоминания его соратников. И все как один те авторы считали, что это была случайная и глупая смерть. Ведь командующего Добровольческой армией убило снарядом из гаубицы. Который влетел в комнату дома, одиноко стоявшего посреди поля на окраине Екатеринодара. И именно в этом домике располагался тогда штаб Корнилова. Что как всегда пренебрегал своей безопасностью и особо от пуль и снарядов не прятался. А старался руководить войсками, находясь вблизи от передовой. Впрочем, тут подобной дуростью грешили многие генералы и высшие офицеры. Которые таким способом демонстративно показывали свою эпическую храбрость и презрение к смерти. А то что потом из-за их внезапной и глупой смерти войска теряли волю к победе и бросали фронт. Так это пустяки. Дело житейское.

Вот и Добровольческая армия тогда под Екатеринодаром, потеряв довольно много бойцов за несколько дней боев и почти уже взявшая этот город, после нелепой смерти своего главнокомандующего лишилась воли к победе и просто отступила, поджав хвост. А ведь еще глупость ситуации состояла в том, что при этом Корнилов особо и не маскировал свой штаб. Расположив его в открытом поле. И понятное дело, что красные разведчики очень быстро срисовали. Как белые офицеры съезжались в этот примечательный домик на совещания. И еще из него туда-сюда конные гонцы шмыгали к наступающим на город частям белых. Ведь тут не надо быть семи пядей во лбу. Чтобы сообразить, что в этом домике как-раз и находится штаб белых. Ну, а дальше уже красные артиллеристы нанесли по нему удар. В результате которого и погиб генерал Корнилов. Все это я тоже понял еще до того, как у меня очень сильно разболелась голова и я отрубился.

Глава 2

Глава 2.

Штурму быть.

И всё-таки я попал! Сколько раз читал книги про разных попаданцев, которые куда только не влетали. В какие только времена и даже другие миры. Но больше всего мне нравились приключения таких персонажей в прошлом планеты Земля. Я ведь и с движением исторической реконструкции связался когда-то из-за своего увлечения альтернативной историей. И приключений наших современников в разных временных эпохах. И при этом что уж греха таить, но я сам мечтал вот так вот попасть куда-нибудь в прошлое. В 1941 год, а лучше к Петру Первому в соратники. Гражданской войной в России 1917 и 1922 года я тоже увлекался. Вот только там симпатии мои всегда были на стороне белых. Как-то мне не зашла вся эта Совдепия и советская власть. Которая деградировала и разваливалась на моих глазах еще в детстве.

Я ведь прекрасно видел, к чему привел этот кровавый и бесчеловечный эксперимент большевиков над нашим многострадальным народом. К полному фиаско. Хотя если учесть, что эти красные упыри делали революцию в России совсем не для того, чтобы гражданам бывшей Российской империи стало лучше жить. Все их кровавые вожди в один голос утверждали поначалу, что Россия им нужна только как плацдарм для принесения Мировой революции сначала в Европу, а затем и в весь мир. А значит, хоть как-то налаживать жизнь людей на этом самом плацдарме просто не нужно. Пускай они тут хоть все передохнут, а большевики пойдут дальше, разжигая пожар революции в других странах. Вот такой был настрой у людей, захвативших власть в бывшей Российской империи в октябре 1917 года.

Это потом когда их садистский и бесчеловечный проект Мировой революции окончательно провалился. То тогда этим красным упырям волей-неволей пришлось все же вкривь да вкось налаживать жизнь в этой многострадальной стране. И получалось это у них не очень хорошо. Я ведь прекрасно помню, какие очереди за скудными продуктами когда-то стояли в магазинах разваливающегося на куски Советского Союза. Сам ведь в них стоял по несколько часов. И это через семьдесят лет после установления советской власти. В общем, стыд и позор! Так довести страну до ручки. Это могли только коммунисты. Которые, впрочем, как-то быстро потом перекрасились в ярых демократов. Насмотрелся я на таких борцунов с красным режимом тогда. Тьфу, ты Господи!

В общем, признаюсь честно и откровенно. Да, я хотел попасть в это непростое время. Чтобы тут попробовать хоть что-то изменить к лучшему. А то вот совсем не нравился мне итог этой гражданской войны 1917-1922 года. Но, похоже, что Высшие Силы все же услышали мои молитвы. И после смерти там в двадцать первом веке я как-то попал сюда. Да, свою смерть я прекрасно помнил. Я ведь умер банально и почти незаметно для окружающих. Последнее, что я помню – это резкая боль в груди и мое падение на асфальт. Сходил называется за пивом в ближайший магазин. Сердце у меня в последнее время стало пошаливать. Но я все тянул и не хотел обращаться к врачам. Так как после того как мне оттяпали мою правую ступню армейские медики, а потом я еще прошёл почти годовой издевательский марафон с моим увольнением из рядов ВС РФ и оформлением инвалидности. Ох, сколько же я тогда скотского отношения и унижений вытерпел от всех этих чиновников в белых халатах, по недоразумению называющимися военными медиками? Да, какие из них врачи? Долбанные военные бюрократы вот они кто! Ой, извините просто наболело. Обидно просто когда к человеку, защищавшему эту страну, относятся как к дерьму или скоту. Твари в погонах!!! Уф, я спокоен, я совершенно спокоен. Мда! В общем, медиков я после этого издевательства не очень любил. Поэтому и не спешил обращаться к ним за помощью. Когда мое сердце начало барахлить. И видимо зря! В итоге я вот так глупо и умер, скорее всего, от инфаркта.

Хотя о своей прошлой жизни я совсем не жалею. Под конец она мне была не мила. И я там жил как на автопилоте, полностью забив на свое здоровье. И итог был закономерным. Я умер! Но оказывается, что не совсем. Каким-то непонятным мне образом я теперь очнулся в совсем другом теле и другом времени. И при этом как я не напрягаюсь, но не могу вспомнить. А что там было то после смерти? Никаких ангелов или демонов я там точно не видел. И светящегося тоннеля также не наблюдал как и Ада с Раем. Никой бог или сексапильная богиня из анимэ со мною не беседовали. И заданий по спасению мира не давали. В общем, я просто помер там и очнулся здесь. В теле Лавра Георгиевича Корнилова. Да, да! Того самого! Основателя Белого движения и создателя Добровольческой армии, которая и боролась потом против большевиков в начавшейся гражданской войне.

И знаете что? А мне эта странная ситуация нравится. Мало того что судьба дает мне еще один шанс. А то ведь свою предыдущую жизнь я бездарно так растратил на всякую хрень. Вел там себя как идиот. Последний солдат несуществующей империи, который за нее воевал. В то время когда всем остальным было просто наплевать и растереть. Все умные люди там в России будущего просто обогащались и жили своей праздной жизнью. А на таких как я долбанутых защитников отечества обыватели и властьимущие смотрели как на сумасшедших фриков. Не понимали они, зачем я шастаю по всем этим войнам.

Вот и Корнилов тоже на мой взгляд был тем же фриком, который бросился защищать уже несуществующую империю. А в итоге не рассчитал своих сил и глупо погиб при штурме Екатеринодара. И на этом его история закончилась. А я ведь много раз размышлял над его нелепой гибелью в самом начале борьбы с красной заразой. И фантазировал, а что бы случилось в истории гражданской войны. Если бы генерал Корнилов тогда не умер. Странно да? Но я люблю такую зарядку для ума. Я ведь не какой-то там типичный тупой солдафон. Как вы наверное могли бы подумать. Я любил историю, любил читать книги и любил думать головой, а не только в нее есть. Поэтому сейчас когда я очнулся в теле недавно погибшего генерала Корнилова. То я как-то быстро принял этот шокирующий факт. И теперь с каким-то радостным предвкушением и азартом решил жить не только за себя, но и за бывшего хозяина моего нового тела. Который так бездарно слился, имея все козыри на руках.

Хотя нет! Я больше люблю играть в шахматы, а не в карты. Люблю побеждать при помощи интеллекта, а не из-за слепой удачи. Поэтому я хочу сыграть в эту игру по своим правилам. И мой гамбит будет круче чем у настоящего Корнилова. Теперь я стал им и поведу дальше Добровольческую армию за собой. И я очень надеюсь, что мне все же удастся переиграть эту долбанную гражданскую войну. Нет, конечно, если бы я влетел не в тушку Корнилова, бывшего сейчас главнокомандующим Добровольческой армии. А попал бы в какого-нибудь обычного прапорщика или капитана. В которых обычно авторы книг про попаданцев так любят засовывать своих героев. То вот тогда бы у меня реально руки опустились.

Так как играть с таким беспонтовым раскладом было бы бесполезно. Ведь для того, чтобы хоть как-то повлиять на эту глобальную игру под названием «гражданская война в России 1919-1922 года» надо быть не обычной пешкой, а игроком. И генерал Корнилов как-раз таки и был одним из таких игроков. От решений и действий которого реально зависел исход этого противостояния с большевиками. А так как теперь он умер, но не выбыл из игры. То я в свою очередь начну эту игру за него. Тем более, что все его знания и воспоминания у меня почему-то остались. А вот личность самого Лавра Георгиевича Корнилова исчезла без следа, растворившись в бесконечности после своей смерти. Кстати, все ранения моего нового тела зажили как-то подозрительно быстро уже на следующее утро.

А ведь Корнилов при моем попадании сюда получил несколько осколочных ранений в грудь левую руку и левую ногу. Которые его потом и прикончили. Как говорится, ранения несовместимые с жизнью. Но когда в это изломанное тело вдруг вселилось каким-то мистическим образом уже мое сознание. То у него началась буквально бешенная регенерация. И к утру все раны Лавра Георгиевича благополучно затянулись. А на их месте остались лишь розовые шрамы, которые все еще продолжали чесаться. Я прекрасно знал этот характерный симптом. Если ваши раны чешутся. То это значит, что они благополучно заживают. В связи с этим я вспомнил, как чесалась моя культя при заживлении. Вот что-то похожее я сейчас и чувствовал.

Правда все же окровавленные повязки со своих ран я пока снимать не стал. Чтобы не шокировать окружающих меня людей. И еще я старательно спрятал подальше все окровавленные осколки гаубичного снаряда. Что и причинили раньше теперь уже моему новому телу все эти раны. Они просто вышли из моего тела. Бешенная регенерация их выдавила из организма как инородные вещества. А я к этому процессу отнесся крайне индифферентно и равнодушно. Подумаешь, осколки выпали и раны заживают со страшной скоростью! Ведь в сравнении с тем, что я сейчас опять чувствую себя живым в этом новом теле. Все эти чудеса регенерации меня сильно не впечатляют. Тем более, что подсознательно я чего-то такого ожидал. Должен же я как Попаданец иметь хоть какой-то бонус в сравнении с обычными людьми?

Правда, как я ни пыжился, но никаких других сверхспособностей я за собой не обнаружил. Только феноменальная регенерация и все. Впрочем, мне и этого с лихвою хватит. Ведь благодаря такой бешенной регенерации мое тело смогло очень быстро залечить даже смертельные ранения. От которых, между прочим, как-раз и помер бывший хозяин этого тела. Интересно, а если мне сердце прострелят или голову пробьют, что тогда будет? Умру ли я тогда или нет? Хотя, мне такие эксперименты над собой уж точно ставить не хочется. Поэтому надо будет просто беречься и лишний раз не подставляться. Я не люблю получать раны. Это ведь очень больно и неприятно.

В общем, пока я так размышлял, сидя на окровавленной кровати. То в комнату зашел человек, которого я сразу же узнал. Не раз видел его на фотографиях по периоду гражданской войны. Да, и память Корнилова меня также не подвела. Короче говоря, знакомьтесь – это генерал-лейтенант Антон Иванович Деникин. Да, да! Тот самый! Еще одна живая легенда Белого движения. И вот он сейчас стоит передо мною с весьма удивленным видом, рассматривая мои окровавленные повязки. Кстати, мне память Корнилова услужливо подкинула информацию, что они с Деникиным были давними друзьями. И еще Антон Иванович был довольно талантливым полководцем и организатором. Поэтому Корнилов его и назначил своим заместителем при формировании Добровольческой армии.

И тут надо быть честным перед самим собой. Так как именно благодаря стараниям Деникина, Добровольческая армия и была так быстро сформирована и готова к боям. Так как именно этот белый генерал взял на себя львиную долю организационных вопросов как по набору добровольцев, так и по их вооружению и обмундированию. И если Корнилов был знаменем Белого движения на юге России и верховным главнокомандующим Добровольческой армии. То большую часть организационных вопросов тянул на себе как-раз таки Деникин. А такая высокая боеспособность наших частей во многом зависела от его организаторских способностей и талантов.

Без этого безусловно выдающегося человека Корнилов бы просто сам утонул в повседневной рутине, решая многочисленные вопросы комплектования и проблемы снабжения. В общем, для моих дальнейших планов этот человек просто незаменим. Он ведь как никто соответствует должности моего заместителя. И этот человек явно на своем месте. Идеальный исполнитель. А вот лидер Белого движения из Деникина получился откровенно хреновый. Он ведь просто слил в унитаз все потуги белых. Не смог нормально руководить Добровольческой армией. Из-за чего в итоге по его вине Белое движение и потерпело такой сокрушительный крах. Ведь от действий других белых вождей Колчака или Юденича зависело гораздо меньше, чем от того, как действовал Деникин, став после смерти Корнилова во главе Добровольческой армии юга России.

Но именно сейчас генерал-лейтенант Деникин был просто незаменим. И я уже для себя уяснил одну простую истину. Что какие-то глобальные вопросы ему доверять не следует. Не сможет он действовать автономно. Однако, из него вышел очень хороший организатор и примерный исполнитель, который может идеально выполнять свои обязанности, но под мои контролем. То есть ему нужны мои приказы, а дальше он уже сам таких дел наворотит, что только держись.

– Боже мой, Лавр Георгиевич, как вы себя чувствуете? – с тревогой во взгляде спросил у меня Деникин. – Врач сказал, что вчера вы были при смерти! И он вам ничем помочь не сможет! А только лишь помыл ваши раны и наложил повязки! Но нам он говорил, что вы до утра не доживете!

– Как видите, дорогой Антон Иванович, я очень даже жив и чувствую себя намного лучше чем вчера! – с улыбкой проговорил я, глядя на своего встревоженного товарища по оружию. – Раны все еще немного болят, но кровотечение прекратилось. Поэтому чувствую я себя получше. И еще я очень хочу есть. Распорядитесь пожалуйста, чтобы ординарец принес мне какой-нибудь еды. И побольше. Так как я сильно проголодался.

Обрадованный такой новостью, Деникин убежал чуть ли не вприпрыжку за дверь моей комнаты. А потом я услышал, как он орал на адъютанта и ординарцев, чтобы те быстро собрали мне что-нибудь поесть. Услышав его громкий командный голос, привыкший перекрикивать гром выстрелов на поле боя, я только усмехался и осматривался по сторонам. Странно, я эту комнату не узнал. Так как Корнилов ее тоже не помнил. Это ведь явно был совсем не тот дом, в котором раньше располагался его штаб. И который красные артиллеристы накрыли вчера своими гаубицами, убив тем злополучным снарядом прежнего хозяина моего нового тела. Видимо, Деникин все же догадался перенести наш штаб в другое место. Не такое палевое и заметное.

Но, наконец-то, мое ожидание закончилось. И мне адъютант принес серебряный поднос, на котором стояли большая миска супа, тарелка каши с мясом, большой стакан с квасом и с краю лежала круглая, большая лепешка типа лаваш. В общем, нормальный такой обед с утра пораньше мне мои подчиненные сообразили. Ведь я же реально сейчас был голоден как волк. Видимо, моя бурная регенерация в этом была виновата? Скорее всего, из-за ускоренного заживления ран мой организм на какое-то время ускорил свой метаболизм. Но такие физиологические чудеса требуют больших затрат энергии. Из-за чего мое тело и проголодалась так резко и сильно. Как-будто я неделю ничего не ел? Ну, да! А вы как хотели? Это вам не фильм про Гарри Поттера. Где все необычные явления автор мог объяснить пресловутой магией. В моем же случае была не магия, а всего лишь повышенный метаболизм, который при интенсивном заживлении ран требует большого количества калорий для восстановления потраченной на регенерацию жизненной энергии. То есть при заживлении ранений мне надо было много есть. Поэтому я довольно сильно удивил своих соратников и подчинённых, набросившись с аппетитом на всю эту еду. И сожрав все до последней крошки. А потом еще и добавки попросил. Но после того когда я насытился, то смог, наконец-то, нормально соображать. И стал осторожно расспрашивать Деникина об окружающей обстановке. Что у нас тут вообще творится то?

И мой заместитель стал довольно точно и педантично отвечать на мои вопросы. Узнав о ранении Корнилова, белые прекратили штурм Екатеринодара. Хорошо, что хоть при этом назад отступать не стали. И наши войска остались на тех позициях, куда они смогли ранее продвинуться. Ну, хоть так! А то в той истории, что я знал, Деникин взял командование над Добровольческой армией в свои руки после смерти Корнилова и просто отвел войска от Екатеринодара. Но к счастью здесь пока он такой трусливой глупости сделать еще не успел. Так как Корнилов выжил. Точнее говоря, его место в этом теле теперь занял уже я. И уж я то точно отводить войска от города, который мы почти взяли, не стану. Да, наши части понесли в этих боях потери. И боеприпасов у нас осталось не очень много.

Вот только там в Екатеринодаре на складах сейчас лежат сотни тонн оружия и боеприпасов. Которых моей армии хватит на долгое время для ведения интенсивных боевых действий. А если мы сейчас просто отступим, то значит, что весь этот эпичный Кубанский поход Добровольческой армии из Ростова до Екатеринодара был пройден зря! А все те тяжёлые и кровопролитные бои, что случились с белой армией по дороге тоже были напрасными. Все лишения и жертвы этого трагического для белых похода на Кубань. Что люди уже успели прозвать Ледяным. Все это было зря что ли? И я считал всегда, что тем своим отказом от дальнейшего штурма Екатеринодара после смерти Корнилова Деникин просто обнулил все достижения и жертвы своих солдат. Но я то намерен поступить по-другому. То есть штурму быть. И мы его продолжим. И об этом я в категоричной форме заявил Деникину, который позвал сюда еще нескольких наших генералов и полковников. Бывших командирами подразделений Добровольческой армии.

В общем, мне даже при этом не пришлось специальное совещание устраивать. Так как Деникин на радостях от моего выздоровления и так сам вызвал всех наших командиров. Чтобы они увидели своими глазами, что их командующий все еще жив и намерен дальше продолжать эту борьбу. А то ведь народ реально тут пал духом, узнав вчера о тяжелом ранении Корнилова. Но я людей успокоил, сказав, что ранение было не таким уж и серьёзным. И что я вполне могу командовать войсками как и раньше. При этом я еще до приезда офицеров успел переодеться в чистый мундир. А то мой старый был безнадежно испорчен. Его ведь врач порезал, когда оказывал мне первую помощь. Да, и кровью он был тоже сильно заляпан. В общем, в утиль. Кстати от услуг медиков я пока предпочел отказаться. Не хочу я пока допускать врачей до своих почти заживших ранений.

Для местных набожных людей ведь это будет настоящий шок. А так все просто спишут мое внезапное выздоровление на ошибку врача. Что вчера с перепугу на адреналине поставил мне более серьезный диагноз, чем это было на самом деле. Кстати, мне при этом подогнали чей-то чужой мундир. Так как у Корнилова даже своего запасного не оказалось. У главнокомандующего, вообще, как-то очень мало было с собой личных вещей. Судя по всему, Корнилов просто относился к типу тех людей. Которые всего себя отдают служению, порой забывая о бытовых мелочах. В общем, типичный такой спартанец, служака и трудоголик в одном флаконе. Поэтому мне мой адъютант, поручик Долинский принес перед разговором с нашими полководцами довольно новый и чистый мундир Корниловского полка черного цвета с красными кантами и характерным шевроном корниловцев. При этом они еще и золотые погоны генерала от инфантерии успели туда пришить. Вот ту довольно необычную для этого времени форму я сейчас и одел. А ничего так. Мне понравилось. Мундир сел как влитой. Как-будто на меня специально шили. Надо будет потом поблагодарить того человека, что отдал мне эту свою форму.

А теперь хотелось бы немного объяснить, что такого необычного в этом мундире. Когда-то 1-й Корниловский ударный полк был создан по инициативе самого генерала Корнилова еще на Юго-Западном фронте Империалистической войны. Тогда он и подобные ему части Российской императорской армии создавались как элитные подразделения для штурма и прорыва вражеской обороны. Туда брали только добровольцев, имевших хорошую боевую выучку и боевой опыт. Такие полки создавались потом и на других фронтах вплоть до большевистского переворота в 1917 году. Все они были элитными боевыми подразделениями. И все имели свою отличительную от стандартной форму.

Так у корниловцев форма имела черный цвет и черно-красные погоны. Фуражки также черные с белым кантом и черепом с костями вместо кокарды. Кстати, у всех корниловцев еще на левом рукаве имелся специальный шеврон с эмблемой Корниловского полка в виде треугольного рыцарского щита. На котором изображён череп и скрещённые под ним мечи. В общем, одев этот экстравагантный мундир, я почувствовал себя каким-то недобитым эсэсовцем. А что? Форма черная, а на фуражке и рукаве череп с костями прямо как у солдат СС. Хотя здесь еще этого зловещего рода войск немцы не успели придумать.

А тот самый череп на эмблеме корниловцев тут имеет крайне сакральный смысл. Он называется Адамова голова и символизирует собой бессмертие, храбрость и самопожертвование ради Отчизны. И тут пока еще немцы не успели ее испохабить своими военными преступлениями. А возможно, что позднее в тридцатые года двадцатого века они как-раз и скоммуниздят эту вот эмблему Корниловского полка у русских. Когда и станут создавать свои вонючие войска СС. А ведь если подумать, то это даже иронично. Что настоящие арийцы так много символов позаимствуют у каких-то там славян. Ведь они же свастику и руны СС в виде молний как-раз у славян скопируют. Свастика ведь в культуре славян – это символ солнца. А руна «С» в виде молнии – это знак древнерусского языческого бога воинов Перуна. Ну, а Адамову голову нацисты у корниловцев тоже скопируют.

Видимо, кто-то из будущих боссов СС когда-то воевал против корниловцев на Восточном фронте. И ему каким-то чудом тогда повезло остаться в живых. Но он навсегда запомнил, какой ужас на немцев тогда нагоняли русские солдаты в черной форме с черепами на головных уборах. Вот и решили немцы потом перенять эту жуткую атрибутику уже для своих войск СС. А что? Теория вполне логичная получается по-моему. Кстати, сейчас в Добровольческой армии также имеется свой 1-й Корниловский полк. Который был нами воссоздан. А в нем сейчас служили многие солдаты и офицеры из того прежнего ударного полка. И на данный момент – это была наша самая элитная и боеспособная часть.

Такую резкую смену имиджа генералом Корниловым наши офицеры восприняли без особого удивления. Ведь все они уже были в курсе, из-за чего я теперь стал носить черную форму 1-го Корниловского полка. Да, и практиковалось здесь такое. Когда какой-нибудь полк называли в честь генерала или Великого князя. И они тогда могли носить форму этого самого полка. Ну, а наши офицеры подумали, что я тоже решил не отступать от такой красивой традиции. И захотел одеть форму Корниловского полка, названного в мою честь. В общем, из-за этого на меня никто осуждающе не косился. А мои подчиненные такую смену имиджа их командующим восприняли спокойно. Ну, а корниловцы были от этого в настоящем восторге. Они ведь и так гордились названием своего полка. А тут еще и сам командующий Добровольческой армией решил носить их форму. Людям ведь так мало надо поводов для счастья и радости.

Начал наше импровизированное совещание Деникин, который стал докладывать мне об остановке на всех участках нашего фронта. А потом командиры наших частей делали необходимые дополнения от себя. Ведь они сами бывали на передовой, поэтому хорошо знали, что там сейчас происходит. И обстановка на мой взгляд была довольно оптимистичной. Потери у наших частей при этом двухдневном штурме такого крупного города как Екатеринодар были не очень большие. Зря на мой взгляд Деникин тут панику разводил. Наши части смогли войти на западную окраину города, захватить кожевенный завод и сейчас бои шли в районе артиллерийских казарм. А отдельные группы наших бойцов вообще смогли даже проникнуть еще глубже в городские кварталы.

И хотя противник оказывал довольно серьезное сопротивление. Однако, добровольцы хоть и медленно, но верно продвигались вперед, отвоевывая дом за домом. Все же их выучка и огромный боевой опыт делали свое дело. Хотя врагов было в несколько раз больше. Однако, они то как-раз особой выучкой не отличались. А с дисциплиной у них имелись очень большие проблемы. Тут красные товарищи наступили на свои же грабли. Ведь раньше они старательно разлагали своей агитацией сначала царскую, а затем и армию Временного правительства. Сознательно снижая дисциплину и боеготовность всех этих войск. Что и позволило большевикам потом захватить власть в столице России, городе Петрограде. И свергнуть Временное правительство. Вот только теперь им самим вдруг резко понадобилась боеспособная армия. А где ее было взять? Если солдаты, ранее распропагандированные большевистскими агитаторами, не хотели воевать. Нет, большевики смогли довольно быстро создать свою Красную армию. Которая сейчас во много раз превосходила все силы белых на всех фронтах. Вот только это была грозная сила лишь на бумаге. Так как боеспособность красных частей была крайне низкой. Хотя вооружение и снабжение у красных были все же довольно хорошими. Ну, так еще бы! Ведь советская власть сейчас наложила лапу на огромные военные склады возле Петрограда, Москвы и еще ряда крупнейших городов России.

Поэтому сейчас нам противостояли многочисленные, хорошо экипированные и вооруженные враги. Однако, вот боевого духа и профессиональной выучки им сильно при этом не хватало. Поэтому Добровольческая армия при своих весьма скромных размерах могла на равных воевать с ордами красных. А при этом белые еще и умудрялись наступать и наносить поражение противнику. И такая же картина сейчас царила здесь в Екатеринодаре. Да, у красных тут пока еще имелось тройное численное превосходство над нами. И они сидели в обороне, а мы наступали. Но при этом враги несли гораздо больше потерь и отступали под нашим напором. И я чувствовал, что их храбрости и стойкости уже надолго не хватит. Они уже почти дошли до того предела. Где волю солдат захватывает паника, а они начинают бросать свои позиции, отступая в страхе куда подальше. У красных войск, в отличие от белых, запас прочности и боевой дух все же сейчас не такие уж высокие. И на этом мы можем сыграть эту партию. Нам надо только наших врагов хорошенько напугать, чтобы они начали драпать, в панике бросая оружие и технику.

А потом я вдруг внезапно узнал, что у нас, оказывается, имеется целый бронепоезд. Ну, как целый? При подходе к Екатеринодару в станице Георгие-Афипская в ходе встречного сражения наши солдаты пятой роты Марковского полка смогли захватить вражеский бронепоезд. Вообще-то, у красных в том районе было сразу два бронепоезда. Но один все же тогда успел удрать. Когда второй наши бойцы захватили. При этом они, конечно, его немного повредили. Но сейчас мне доложили, что трофейный бронепоезд снова на ходу и его можно будет использовать в сражении за город Екатеринодар. И для меня это была очень позитивная информация. Поэтому я еще раз посмотрел на карту Краснодара, лежавшую перед нами на большом столе. И у меня в голове созрел довольно рискованный и авантюрный план. Немного его обдумав, я вывалил свою придумку на головы своих соратников. Которые тут же озадаченно замерли. Для них такое пока еще было слишком шокирующим. И так тут пока еще никто не воевал.

Но я решил показать класс местным аборигенам. Конечно, моя затея была очень опасная. И в случае провала она могла привести к большим потерям среди моих солдат и офицеров. Но если бы она сработала, то оборона врага просто рассыпалась на куски. Что вызвало бы обрушение вражеского фронта, а в рядах красных панику и неконтролируемое бегство. И именно, на этом был мой расчёт. Да, я авантюрно рисковал здесь своими людьми. Вот, например, тот же Деникин был для подобной тактики слишком осторожен, если не труслив. Поэтому он в другой истории и не стал рисковать, а чмошно отступил от Екатеринодара после внезапной смерти Корнилова. Но сейчас я здесь вместо него. И мы будем играть по моим правилам. Впрочем, играть своих людей в темную я тоже не стану.

Мне для моего авантюрного плана потребуются безбашенные добровольцы. Которые сами с радостью захотят сунуться в самое пекло. Поэтому я предложил полковнику Неженцеву и его 1-му Корниловскому полку поучаствовать в моей авантюре. Которую я ему и всем окружающим меня офицерам подробно объяснил и показал на карте. Послушав меня этот бравый авантюрист с каким-то радостным азартом согласился, особо не раздумывая. Ну, вот! Мне здесь опять память прежнего хозяина моего нового тела помогла. Сообщив, что этот молодой тридцатидвухлетний полковник, славящийся своей отчаянной храбростью и воинским мастерством, от моего опасного предложения точно не откажется.

Он же прямо как и я прежний был настоящим адреналиновым наркоманом. И довольно часто самолично водил своих солдат в атаки, не отсиживаясь за их спинами в тылу. Вот такой человек для этого опасного дела мне как-раз таки и был нужен. И ведь его люди тоже под стать своему безбашенному командиру. Солдаты и офицеры 1-го Корниловского полка также славились отчаянной храбростью и крутым профессионализмом. И еще они верят в своего командира. Поэтому пойдут за полковником Неженцевым хоть в пекло, хоть к черту в пасть. И они идеально подойдут для той авантюры, что я только что придумал. Узнав, что у нас есть целый и боеспособный бронепоезд.

Глава 3

Глава 3.

Маневр.

И вот, наконец, все приготовления к штурму были закончены. И по моему сигналу наши части на западной окраине Екатеринодара после непродолжительной артиллерийской подготовки (снарядов у нас маловато было) пошли в атаку. И противник отреагировал вполне ожидаемо. Командующий обороной Екатеринодара Автономов был когда-то хорунжим казачьего войска, который одним из первых примкнул к большевикам после их прихода к власти. И теперь этот кадр получил полномочия от чрезвычайного комиссара по борьбе с контрреволюцией на Юге России Антонова-Овсеенко. И даже успел сформировать за несколько месяцев Юго-Восточную революционную армию. При этом объявить себя ее командующим. В принципе этот красный авантюрист чем то был похож на Корнилова. Тот ведь тоже сам начал формировать свою Добровольческую армию. Объявив себя ее командующим.

И таких авантюристов в истории этой гражданской войны сейчас хватало. Решительных людей, готовых взять в свои руки власть и ответственность за судьбы своих солдат. Правда, Автономов какими-то серьезными военными талантами не блистал. Ведь его войска до этого момента постоянно терпели поражение от Добровольческой армии. Которая с боями смогла пройти от Ростова до Екатеринодара. И задержать ее продвижение войска Юго-Восточной революционной армии так и не смогли. Хотя и имели при этом подавляющее численное превосходство в людях и артиллерии. И еще у них были бронепоезда и бронеавтомобили. А у белых не было до недавнего времени.

Но теперь у нас тоже появился свой бронепоезд. Наш недавний трофей. Который мои инженеры ценой неимоверных усилий наскоро привели в боеготовое состояние. И в моем плане он стал решающим фактором, способным даровать нам победу в этом противостоянии против армии бывшего казачьего хорунжего. Реакция Автономова меня порадовала. Ведь он действовал именно так, как я и предполагал. То есть бросил против наших войск, штурмующих западную окраину Екатеринодара все свои резервы. А вот все остальные направления своей обороны сильно так оголил при этом.

В принципе, этот красный командир действовал логично. Ведь он давно убедился, что противостоять Добровольческой армии красные войска могут только если создадут на направлении ее наступления большой численный перевес. То есть если добровольцы воевали качеством, то красные предпочитали брать количеством, заваливая противника трупами своих солдат. И ожидая, когда же у белых закончатся патроны и снаряды. Поэтому сейчас вполне ожидаемо Автономов и бросил на угрожающее направление большую часть всех своих сил. И это было нам как-раз на руку. Так как я планировал наносить основной удар совсем не с западной окраины Екатеринодара. Там то сейчас часть нашей Добровольческой армии наоборот вела атаку с целью отвлечения противника. И нашим людям это удалось. Вражеский командующий повелся.

Поэтому, дав красным частям хорошенько втянуться в бои на западной окраине города, я отдал приказ начинать операцию «Сюрприз». После чего наш единственный бронепоезд, который я с легкой руки назвал «Внезапным», рванул в атаку. А ведь до этого мы его скрытно доставили поближе к фронту. Так чтобы красные о его наличие даже и не догадывались. За то, чтобы разведка противника его не засекла раньше времени, отвечали три сотни казаков. Что многочисленными конными патрулями мониторили всю ближайшую к железной дороге округу. Вылавливая там всех, кто попадался на пути. Я сказал всех? Значит всех! Я ведь, совсем, не хотел, чтобы о приближении нашего бронепоезда вдруг узнали красные в Екатеринодаре.

Поэтому в эти сутки перед началом нашего очередного штурма города тут наши казаки отлавливали не только взрослых, но и детей. А то я ведь помню все эти фильмы про гражданскую войну. Где красным и партизанам как-раз и помогали вот такие дети, шпионящие за белыми. А белые контрразведчики на них никакого внимания не обращали. И в итоге – красные всегда знали, что будут делать их враги. Поэтому сейчас мои люди действовали как на враждебной территории. Где любой мирный житель или ребенок может быть скрытым врагом. А вы что думали? Это же гражданская война. Самый грязный и циничный военный конфликт. Где всегда надо быть начеку, если ты не хочешь проиграть.

И нет, казаки там при этом особо не зверствовали и никого не убивали. Если только попавшиеся им люди не оказывали нашим всадникам сопротивление. А такие там, между прочим, встречались. Вот тогда да! Тогда стреляли на поражение. А так-то просто арестовывали и сгоняли в одно место под охрану. Мы потом с этими людьми позже разберемся. Когда бой за город Екатеринодар закончится. И вообще, я поставил себе заметку на память. Что надо нам уже заводить нормальную службу контрразведки. Чтобы они вот такую агентуру красных ловили и раскалывали. А то пока эта Добровольческая армия мне больше каких-то наивных бойскаутов напоминает. Которые к контрразведке относятся наплевательски. И с вражескими шпионами совсем не борются. А их же тем временем здесь довольно много.

Да, за местными людишками глаз да глаз нужен. Тут на Юге России полно большевиков и им сочувствующих. Странно, вроде бы Корнилов сам когда-то профессионально разведкой занимался? А о противодействии вражеским шпионам почему-то не подумал. Какой-то он оловянный вояка, блин. Который презрительно относился к ловле вражеских шпионов, не хотел замарать свою честь террором, реквизициями денег и золота из банков и насильной мобилизацией солдат. Хотел выиграть эту грязную гражданскую войну в белых перчаточках и белом кителе. Оставаясь непогрешимым героем без страха и упрека. Мда! С таким настроем он бы точно далеко не ушел. И если бы не под Екатеринодаром, то где-нибудь в другом месте Корнилов все же получил свое. Ведь его то враги такой щепетильностью и разборчивостью в методах борьбы совсем не страдали. Потому и победили по итогу.

Но сейчас, похоже, у нас получилось удержать в секрете наличие нашего боеспособного бронепоезда. Который после моего сигнала на всех порах понесся в сторону железнодорожного моста через реку Кубань. Что вел в Екатеринодар с юга. На этой стороне у красных по нашим сведениям остался только один Варнавинский полк для прикрытия позиций. И еще там стоял единственный оставшийся у красных бронепоезд. Но в любом случае это не смогло остановить наш разогнавшийся на полной скорости броненосный состав. Его появление для красных оказалось полностью внезапным. Поэтому они даже не смогли оказать какого-то серьезного сопротивлению. Ведь за бронепоездом на удалении также следовали и полторы тысячи наших казаков.

Поэтому когда наш «Внезапный» ворвался на полном ходу на железнодорожную станцию Энем, находившуюся на подъезде к железнодорожному мосту через Кубань. То части противника, державшие там оборону просто дрогнули и начали разбегаться в разные стороны, бросая оружие. А их немногочисленная артиллерия также оказалась захваченной врасплох. И не успела сделать ни одного выстрела. Пока бронепоезд из всех стволов расстреливал там разбегающихся красных бойцов. К месту бойни подоспели наши казаки. И тогда паника противника стала уже всеобщей. Станция Энем была после этого захвачена довольно быстро.

После чего бронепоезд «Внезапный» двинулся дальше к железнодорожному мосту. За ним также следовали около тысячи казаков. А оставшиеся пять сотен наших кубанских всадников начали гоняться за разбегающимися красными бойцами. Беря их в плен или рубя без всякой пощады, если те оказывали хоть какое-то сопротивление. Вот тут для подобной работы нет никого лучше казаков. Ведь по большому счету они из себя представляют легкую иррегулярную кавалерию, не приспособленную для штурма вражеских позиций. А вот для преследования разбитого врага или действий во вражеских тылах казаки подходят просто идеально. Тут они оказываются, в своей стихии. А использовать их против регулярной пехоты, у которой кроме винтовок да есть еще и пулемёты с пушками, попросту глупо. Не хватит казачкам для этого стойкости и дисциплины. Корнилов, кстати, в этом давно убедился. Поэтому особо на казаков в боях не полагался. И использовал их только как вспомогательную силу, для отвлекающих ударов по врагам. И правильно делал, между прочим.

Миф о непобедимой конной армии можете оставить себе. Такая армия никогда не выиграет в противостоянии с крепкой и дисциплинированной пехотой, вооруженной пулеметами и пушками. А вот тот же легендарный красный командир Буденный как-раз и будет со своей 1-й конной красной армией гонять по степи казаков. Ну, а в противостоянии с пешей Добровольческой армией буденовцы будут всегда уступать. Вот поэтому сейчас в этой нашей группировке, наступающей на Екатеринодар с юга, главной ударной силой являлись совсем не многочисленные конные казаки. А наш единственный бронепоезд. Он по моему замыслу должен был наносить главный и решительный удар по войскам противника. А уже казачки, следовавшие за ним, потом добивали дрогнувших красноармейцев. Прямо идеальное сочетание.

Тем более, когда вражеский командующий увел отсюда большую часть войск, что ранее и прикрывали этот железнодорожный мост. Хорошо, что при этом красные не догадались разрушить еще и железнодорожные пути. Видимо, просто не думали, что мы их используем для атаки города. Не знали, что у нас есть бронепоезд. Думали, что мы его просто уничтожили. В общем, сюрприз удался на все двести процентов. Бронепоезд Добровольческой армии, оправдывая свое новое название, также внезапно смог прорваться и через мост прямиком на тот берег реки Кубань.

И это стало огромным сюрпризом для находившихся там немногочисленных вражеских войск. Бронепоезд «Внезапный» их буквально смел огнем своих пушек и пулеметов. Это стало настоящим шоком для краснопузых вояк, которые считали, что уж они то здесь за рекой находятся в полной безопасности. Тем более, что через реку по мосту также начали быстро переправляться на этот же берег и наши конные казаки. Это опять же добавило паники в рядах противника. Но наш бронепоезд сильно задерживаться там не стал, а, поливая из пулеметов и пушек разбегающихся во все стороны красноармейцев, помчался дальше. Прямиком к городскому парку. Где напротив городской военной больницы стоял на путях вражеский бронепоезд.

При этом его экипаж также был не готов к такому развитию событий. Люди там были не готовы к отражению атаки, а паровоз, вообще, стоял без движения с холодным котлом. Ведь паровоз, работающий на угле и паре, вы вот так просто и быстро не сможете завести и поехать. Паровая машина – это вам не двигатель внутреннего сгорания, работающий на бензине. Для того чтобы паровоз поехал надо довольно много времени. Пока кочегары накидают в топку уголь, пока разожгут там огонь чтобы вскипятить воду в котле паровоза. И только после этого у вас появится тяга для движения паровоза. В общем, довольно много времени может пройти при этом.

Поэтому как экипаж красного бронепоезда, так и его паровоз были просто не готовы к бою. Не ожидали они, что бронепоезд белых тут так вот внезапно появится. И приблизится к ним почти вплотную по параллельному железнодорожному пути. А еще при этом двери броневагонов нашего «Внезапного» вдруг открылись. И из них стали довольно быстро выпрыгивать вооруженные и очень злые корниловцы в своей зловещей, черной форме. Которые тут же ринулись на захват вражеского бронепоезда. Кроме того точно такие же злобные, черные десантники высаживались и из нескольких обычных вагонов-теплушек. Которые были также пристегнуты к последнему броневагону нашего бронепоезда. В общей сложности там сейчас высадился почти весь Корниловский полк и с ходу вступил в бой с растерявшимися членами экипажа вражеского бронепоезда. Красные бронеходчики сопротивляться такому сильному напору долго не смогли. И вскоре уже второй бронепоезд красных стал нашим законным трофеем.

Нейтрализовав таким образом своего основного конкурента, «Внезапный» погрузил в свое чрево несколько сотен корниловцев. После чего быстро рванул в сторону центрального железнодорожного вокзала города Екатеринодара. Куда также смог добраться довольно быстро и высадить там свой десант корниловцев. Которые в темпе лавины взяли под контроль все окружающее пространство, выбив после короткой перестрелки немногочисленных красных бойцов из здания вокзала.

Основная же масса корниловцев ринулась в сторону городского центра, наступая сразу по нескольким улицам и довольно быстро беря под свой контроль квартал за кварталом. А там к ним на подмогу еще и наши казачки подоспели. Которые принялись азартно ловить разбегающихся в панике красных бойцов. И они при этом даже умудрились наткнуться на штаб самого Автономова. Командующий красными войсками, оборонявшими Екатеринодар, совсем не ожидал от нас такой вот подставы. Ведь наши всадники и корниловцы появились для него внезапно и совсем не оттуда, откуда красный командующий их ждал. Он пришли с тыла. Из южной части города.

А ведь он то думал, что основные наши силы сейчас штурмуют Екатеринодар с запада. В общем, в этой партии я переиграл этого краснопузого авантюриста, который каким-то чудом смог стать из хорунжего командующим аж целой вражеской армией. И вскоре Автономов был застрелен в ходе быстротечной перестрелки с внезапно появившимися нашими казаками. Когда там к красному штабу подошли корниловцы, то все уже было кончено. Большая часть людей, находившихся в тот момент во вражеском штабе, были убиты. И лишь несколько из них успели сдаться в плен к разъярённым казакам. Которые к нашему счастью их не убили.

И потом мы узнали у этих товарищей очень много нового и интересного для нашего белого дела. Это в кино красные герои ничего не говорят своим палачам. А вот в реальности люди поют как соловьи. Когда их пытают мастера своего дела. А среди казаков я как-раз потом и нашел таких вот умельцев. Из бывших пластунов-разведчиков, которые умели очень профессионально развязывать языки пленным. Впрочем, тех красных командиров нам при этом даже особо и пытать не пришлось.

А во многих случаях эти борцуны за советскую власть охотно шли на сделку со следствием и сами без всяких пыток нам все рассказывали. Эти красные твари, которые охотно сами пытали и убивали даже мирных граждан, почему-то очень боялись боли и смерти. И своими признаниями пытались купить себе хотя бы еще один день своей поганой жизни. Но в конечном итоге конец для них всех был один. Пуля в лоб у расстрельной стенки. Я таких моральных уродов, уже успевших пролить море крови невинных людей, всегда приказывал расстреливать. А вот с другими пленными мы уже потом работали более индивидуально.

Ведь их у нас было довольно много. После гибели командующего красной обороной и всего его штаба, вместе с несколькими командирами разных частей. Которые как-раз находились в тот момент в штабе, вызванные туда Автономовым. В войсках противника, оборонявших город Екатеринодар, началась неконтролируемая паника. Они и так уже держались из последних сил, страшась лишь репрессий со стороны своего командования. Но когда вдруг красное командование исчезло. А белые еще и прорвались в центр города с юга. Да, еще и железнодорожный вокзал заняли. То тут животная паника среди всех этих красных героев и полыхнула во всю ширь лесным пожаром.

И они побежали, в панике бросая оружие, артиллерию и технику. Многие при этом, понимая, что от преследующих их конных казаков удрать пешком просто не получится, стали массово сдаваться в плен. Надеясь тем самым сохранить себе жизнь. В общем, оборона красных в Екатеринодаре рассыпалась как карточный домик довольно быстро. И как я и предполагал, мы довольно скоро стали полновластными хозяевами самого крупного города на Кубани. Хочу еще раз вам напомнить, что Екатеринодар в моем будущем назывался Краснодаром. Это чтобы вы себе представляли, о чем вообще идет речь.

Глава 4

Глава 4.

Трофеи и бонусы.

После захвата Екатеринодара наша Добровольческая армия встала на постой в этом крупнейшем городе Черноморской губернии. Теперь дни тягот и лишений остались позади. И мы, наконец-то, обрели довольно надежную и обеспеченную базу для нашей армии. Так как на многочисленных складах Екатеринодара нами были обнаружены значительные запасы продовольствия, военной формы и обуви. Что сняло резкий кризис в обеспечении Добровольческой армии на довольно длительный срок. Кроме того на военных складах было обнаружено сорок тысяч винтовок «Мосина» и триста шестнадцать пулеметов «Максим». А также несколько миллионов патронов к ним. И также там нашлись около ста тысяч артиллерийских снарядов различных калибров. Но больше всего меня порадовала заначка начальника грузовой станции города Екатеринодара. Господин Твердохлебов оказался на редкость очень полезным кадром, который всей душой ненавидел большевиков. Так как во время захвата ими Екатеринодара его и еще многих других людей красные бросили в тюрьму и просто не успели расстрелять.

Кстати, мы после освобождения этого многострадального кубанского города от власти красных упырей освободили из городской тюрьмы одну тысячу триста восемьдесят четыре человека. В основном там были офицеры, интеллигенты, зажиточные горожане и другие социально-чуждые элементы. С которыми большевики принялись бороться совершенно жестокими и кровавыми методами. Людей пытали, вымогая у них деньги и ценности, а затем расстреливали. Или просто расстреливали без суда и следствия. В общем, массовый красный террор горожанам большевики успели показать во всей красе. И он местным жителям совсем не понравился.

Немного хлебнув советской власти, горожане Екатеринодара не хотели нового прихода большевиков и их приспешников. Поэтому нас тут встречали как освободителей и спасителей. Ведь мы, в отличие от красных, никого грабить, убивать и насиловать не стали, как это обычно делали красноармейцы, опьяненные вседозволенностью. Кстати, любопытный факт я заметил. Из всех тех людей, что мои солдаты освободили из большевистских застенков. Ни один не был представителем преступного племени. Ведь красные товарищи объявили воров, бандитов, грабителей и прочих преступных элементов социально близкими кадрами. Поэтому всех урок, что сидели раньше в тюрьме Екатеринодара до октябрьского переворота 1917 года, большевички захватив этот город выпустили на волю. А тюрьму заполнили людьми, обвиняемыми в контрреволюции. То есть потенциальными противниками советской власти. И особо там с ними не церемонились, расстреливая каждый день по несколько человек.

Так этот красный конвейер смерти функционировал аж до самого нашего прихода сюда. И одним из спасённых нами из красных застенков как-раз и оказался бывший начальник грузовой станции Екатеринодара господин Твердохлебов. Который был очень рад нашему приходу и с ходу предложил свои услуги. В принципе, а почему бы и нет? Нам такие профессионалы своего дела были нужны. Поэтому я назначил Твердохлебова заведовать всем железнодорожным хозяйством этого большого города. И он нас не подвел, довольно быстро наладив нормальное функционирование железной дороги. И еще он показал моим интендантам очень любопытный складской пакгауз на грузовой станции. До которого большевики так и не успели добраться в свое время.

А там по словам Твердохлебова лежало имущество бывшей Кавказской армии Российской империи. То самое, что еще перед революцией не успели отправить из Екатеринодара на Кавказский фронт. Где русская армия сражалась против турок. И по понятным причинам господин Твердохлебов своим красным тюремщикам об том пакгаузе ничего не рассказал. Может быть они его просто не успели об этом спросить? Но в любом случае теперь все те военные грузы, которые так и не доехали до Кавказа, сейчас достались Добровольческой армии. А там ведь был прямо самый настоящий Клондайк и Эльдорадо в одном флаконе.

И, наконец, теперь хотелось бы приступить к перечислению тех ништяков, что мои снабженцы там обнаружили. Лот номер один – пять сотен ручных пулеметов «Мадсен». Кстати, переделанных под стандартный русский патрон от винтовки «Мосина». Лот номер два – триста тридцать шесть станковых пулеметов «Максим». Лот номер три – двадцать девять 76-миллиметровых полевых пушек. К ним, кстати, тут же имелось еще и двадцать тысяч снарядов. Лот номер четыре – десять 107-миллиметровых полевых пушек, к которым также прилагалось еще десять тысяч снарядов. Лот номер пять – несколько ящиков с новенькими германскими пистолетами «Маузер» С-96. Да, да! Те самые брутальные пистолеты, ставшие легендой этой гражданской войны.

Тут же все большие начальники обычно носили такие вот пистолеты в характерных деревянных кобурах на тонком кожаном ремешке через плечо. Поэтому я тоже себе отжал один из тех «Маузеров» в пользование. А то мне эти убогие револьверы «Наган» совсем не нравились. Из них разве что удобно будет застрелиться назло врагам. А вот «Маузер» – это настоящая мощь и красивый дизайн. Мне это оружие всегда нравилось. Даже в моей прошлой жизни я мечтал о таком вот крутом стволе. А теперь он у меня появился. Опасная игрушка для больших детей. Военные люди – они же как дети. Только большие, а вместо игрушечного у них настоящее оружие. Вот и у меня такая игрушка появилась. И я потом даже увлекся стрельбой по мишеням из своего нового «Маузера». А вот из того же убогого «Нагана» меня почему-то так стрелять совсем не тянуло. Кстати, потом большая часть офицеров Добровольческой армии, глядя на своего главнокомандующего, тоже быстро перешли на новомодные «Маузеры». Отказавшись от своих штатных револьверов.

И еще мне хотелось бы рассказать вам о последнем лоте из той номенклатуры военных грузов из данного пакгауза. Эта партия оружия меня удивила больше всех. Ведь нам достались четыре сотни автоматических винтовок «Федорова» образца 1916 года. Их еще называли автоматами «Федорова». Я ведь про это легендарное и довольно редкое оружие тоже много читал и смотрел в тех исторических передачах о Первой Мировой войне. Так как по сути своей именно русский оружейник Федоров создал первую в мире штурмовую винтовку. Можно сказать, что этот автомат «Федорова» стал предком знаменитого автомата «Калашникова» и всех остальных штурмовых винтовок мира.

Но сейчас это было единственное в своем роде оружие, используемое русской армией, на момент 1918 года. И тут никто из военных стратегов просто не знал, как этот самый автомат можно правильно использовать. Можно сказать, что это оружие опередило свое время. Хотя на мой взгляд автомат «Федорова» можно очень даже неплохо использовать уже сейчас в качестве легкого ручного пулемета. Кстати, американцы то как-раз уже успели запилить свой ручной пулемет «Браунинга». Который они тоже называли автоматической винтовкой, а не пулеметом. А так-то эти вот автоматы «Федорова» вполне могут занимать нишу ручных пулеметов. С их режимами как одиночного, так и автоматического огня они там придутся весьма кстати. Вот только этот первый русский автомат Федоров почему то решил сделать под японский патрон калибром в шесть с половиной миллиметров от винтовки «Арисака».

Кстати, Императорская русская армия пользовалась и такими японскими винтовками. И тот же Корнилов их частенько видел на фронте раньше. Под эти японские винтовки в России даже соответствующие им патроны делали. Так как мосинских винтовок и патронов для боевых действий против немцев и австрийцев тогда явно не хватало. А в Екатеринодаре ведь, между прочим, тоже имелся свой патронный завод. Где также помимо патронов к русской винтовке «Мосина», делали и боеприпасы к японской винтовке «Арисака». И на складах Екатеринодара тоже такие патроны имелись. А сначала то я подумал, что они для нас будут бесполезны. Но теперь то понял, что наши автоматы «Федорова» без боеприпасов уже не останутся. Немного подумав, я решил передать все эти автоматы «Федорова» для вооружения 1-го Корниловского полка. Эта часть из всей нашей Добровольческой армии ведь была самой боеспособной. И именно перед корниловцами обычно ставились самые трудные и опасные боевые задачи.

Но кроме запасов имущества на складах Екатеринодара мы ведь еще и захватили очень богатые трофеи. Которые нам достались после разгрома армии Автономова. Тут же красные товарищи бежали, в панике бросая оружие, амуницию, артиллерию и технику. Помимо того бронепоезда, что в городском парке при штурме Екатеринодара смогли захватить корниловцы. Нам в трофеях достались еще три броневика «Остин Путиловец». Тех самых с двумя пулеметными башнями. Два броневика просто застряли в грязи на окраине города в ходе панического бегства красных войск. И их красноармейцы бросили, удирая дальше уже на своих ногах. А еще один такой броневичок был захвачен в бою корниловцами. И теперь у нас в Добровольческой армии появились свои бронесилы. Я создал 1-й бронедивизион, куда и вошли сейчас все три трофейных бронемашины.

Но кроме тех броневиков нам от красных также достались еще двадцать девять грузовиков и три легковых автомобиля производства фирмы «Руссо-Балт». А также сорок шесть подрессоренных четырехколесных повозок типа «Тачанка». Увидев которые, я тут же вспомнил о таком крутом изобретении как пулеметная тачанка. Ведь именно во времена этой гражданской войны эти повозки с пулеметами и придумали. Вроде бы первенство в изобретении пулеметных тачанок народная молва и многие историки приписывали батьке Махно? Этот глава украинских анархистов как-раз и должен был использовать в массовых количествах такие вот конные повозки с пулеметами «Максим», установленными в задней части экипажа.

Но теперь я того Нестора Махно немного опередил. И якобы сам по-быстрому изобрел пулеметные тачанки, которые теперь и были приняты на вооружение Добровольческой армией. Особенно обрадовались такому подарку наши казаки. Ведь раньше то они воевали только при помощи своих кавалерийских карабинов и шашек. Из-за чего казацкие конные отряды не могли похвастать большой огневой мощью. В чем они очень сильно и проигрывали пехоте, вооружённой пулеметами и пушками. Но теперь, благодаря моей выдумке, наши казаки получили на вооружение пулеметные тачанки. Которые могли довольно быстро следовать вместе со всадниками по степи.

И поддерживать их действия своим огнем. А это был очень большой бонус в той маневренной войне, что сейчас обычно вели казаки против наших врагов. Так как теперь их огневая мощь значительно так повысилась. Ведь пулемет – это огромная сила. Особенно против той же кавалерии противника. Впрочем, наши пехотинцы тоже очень быстро оценили пулеметные тачанки. Ведь они давали пехоте довольно быстрый маневр огнем. Когда вы в состоянии во время боя очень быстро перебросить в любое место сразу несколько станковых пулемётов. То это может с большей гарантией привести к вашей победе. Чем если бы вы там воевали как раньше только в пешем порядке. В общем, в войсках такие пулеметные тачанки прижились очень быстро. И в дальнейшем это сильно повысило эффективность действий Добровольческой армии.

И мне хотелось бы рассказать про еще одно наше приобретение. Так как я, в отличие от прежнего Корнилова, особым чистоплюйством не страдаю и дружу с головой. А также прекрасно осознаю, с каким коварным и беспринципным врагом мы сейчас сражаемся. То я, в отличие от него, сразу же наложил лапу на содержимое хранилища Центрального банка Екатеринодара. Большевики ведь оттуда просто не успели вывести все ценности и золото. И теперь все это богатство по моему приказу было реквизировано в пользу Добровольческой армии. Я ведь до сих пор злюсь на прежнего хозяина моего нового тела. Он же совершил ранее такую феерическую глупость. Когда, отступая из Ростова, оставил там в банке большой запас золота. Так и не решившись покуситься на эту частную собственность. А потом его люди голодали и терпели лишения в пути до Екатеринодара. Из-за того что у них просто не было денег. Чтобы купить еду у местных жителей. Ведь грабежи селян Корнилов пресекал на корню. Вот не идиот ли? Нет, это я не про грабежи. Тут я как-раз согласен с этим чересчур чистоплотным белым генералом. Грабить крестьян и местных жителей нам нельзя. Иначе в их глазах Добровольческая армия ничем не станет отличаться от тех же большевиков, которые как раз таки грабить не стеснялись. А нам очень сейчас нужна поддержка местного населения. Но ведь тогда же можно было покупать у крестьян еду. Но Корнилов совершенно по-идиотски решил оставить все то золото лежать в банке Ростова. И по итогу его все равно потом захватили красные. Которые такой дурацкой щепетильностью совсем не страдали. И золото у банкиров оперативно отжали. А добровольцы потом во время Ледяного похода к Екатеринодару сосали лапу. Потому что их вождь боялся запятнать свою офицерскую честь. Идиотизм чистейшей воды!

Однако, я такой дурью маяться не стал. И все золото из банка Екатеринодара пошло в фонд моей армии. Мне же людей надо кормить, обувать, одевать и выплачивать им заработную плату. Да, да! Сейчас наши добровольцы получают от двухсот до трехсот рублей в месяц. Что считается довольно приличным заработком. Так, например, квалифицированный рабочий получает в среднем двести рублей. Ну, и еще мы выдаем премии нашим бойцам за какие-либо боевые подвиги. Просто я считаю, что человек на войне должен получать достойные деньги за свою опасную и тяжелую службу. А то в той же Российской Федерации почему-то боец спецназа на передовой получал меньше чем какая-то стриптизерша. Которая зарабатывала на жизнь тряся своей мохнатой пилоткой и сиськами перед пьяными мужиками. Как там Наполеон или какой-то другой генерал прошлого говорил? Для войны нужны три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги. А на одних лозунгах и голом энтузиазме вы много не навоюете.

Помнится, что я где-то читал, что у Колчака в Сибири имелся золотой запас аж в размере четырехсот девяноста тонн. Или около четырехсот четырнадцати миллионов золотых рублей. Не знаю, так это или нет. Но нам в Екатеринодаре досталось золота на триста сорок восемь тонн в слитках и еще шестьдесят семь миллионов семьсот тысяч двести золотых рублей монетами. Ну, и куча бумажных банкнот еще на сто двадцать миллионов рублей. В общем, на год интенсивных боевых действий этого запаса нам вполне должно было хватить с лихвой.

В течении апреля 1918 года Добровольческая армия оставалась на месте, зализывая раны, отдыхая и пополняя свои ряды. После таких блестящих побед над красными ордами к нам потянулись со всех концов страны добровольцы. В основном к нам шли бывшие военные. Которых привлекал мой яркий образ спасителя России от развала и красной чумы. Хорошо, что теперь мне уже не надо никому ничего здесь доказывать. Так как мой реципиент уже раньше создал здесь для себя ну очень крутую репутацию. Которую в очередной раз подтвердил наш Ледяной поход на Кубань и захват Екатеринодара. Многие профессиональные военные бывшей императорской армии увидели в Корнилове харизматичного и умелого военного лидера.

Который сможет вытянуть Россию из того болота, куда ее бросил Николай Второй и его клика. Кстати, вопреки расхожим стереотипам из будущего, бывшего императора российского в военной среде не очень любили. И уж точно мало кто хотел возвращать убогого Николашку на трон России. Поэтому упертых монархистов среди белых было на самом деле довольно мало. А уж в моей Добровольческой армии их, вообще, были считанные единицы. Тут люди больше верили в Корнилова, который приведет их к победе над большевизмом и спасет Россию с их помощью. Поэтому добровольцы к нам шли. Причем в этот раз они даже более активно это делали.

Так как люди увидели воочию, что такое на самом деле эта самая советская власть. И им очень сильно не понравились те грабежи, изнасилования и убийства. Что творили красноармейцы в захваченных ими населенных пунктах. Мда! Помнится, в советских фильмах красноармейцев почему-то совсем по другому показывали. А вот как-раз белых выставляли настоящими моральными уродами. Приписывая им те зверства, что сейчас и творили на Юге России красные отряды. Не знаю, что там творилось в других частях России. Но здесь эти красные упыри творили такое, что даже у меня волосы на голове дыбом вставали. А руки сжимались от бессильной злобы.

Когда я узнавал обо всех этих преступлениях, творимыми красными товарищами. Да, мы ведь тоже стали расстреливать врагов. Вот только делали это после разбирательства и суда. Тем более, что сейчас в нашем распоряжении было очень много живых свидетелей всех этих зверств, что красные уроды творили на Кубани. Но расстрелу подлежали не все плененные нами враги. А только те, кто замарал себя тяжелыми преступлениями. В основном там были наиболее упоротые товарищи, бывшие бандиты, примкнувшие к большевикам после революции и все их командиры с комиссарами. Вот их мы пускали в расход.

А вот остальных бойцов наши агитаторы агитировали вступать в ряды добровольческой армии. И около пяти тысяч таких плененных под Екатеринодаром красноармейцев потом вступили в Добровольческую армию. А затем и воевали довольно неплохо. И многие при этом даже заработали награды, младшие офицерские и унтер-офицерские звания. Впрочем, не все из пленных изъявили желание служить в Добровольческой армии. И таких пленных красноармейцев набралось около четырех тысяч человек. Тех, кто вроде бы и не сильно замарал себя преступлениями красного террора. Но и добровольцами в наши ряды тоже записываться не спешил. Эти хитропопые кадры уже не хотели воевать ни за красных, ни за белых. Или просто умело притворялись такими внезапными пацифистами. Видимо, рассчитывали, что мы их отпустим по домам. Ведь подобные случаи уже бывали в истории гражданской войны. Когда пленных врагов просто отпускали, так как расстреливать их было не за что. А кормить и охранять становилось очень накладно. Вот только эти хитрилы не на того нарвались. Я то как человек из прогрессивного и весьма циничного двадцать первого века быстро нашел им занятие.

– Не хотят воевать, значит, будут копать и строить! – сказал тогда я, распоряжаясь создать из тех пленных врагов трудовую армию.

Ну, а что тут такого? Отпускать этих людей просто глупо. Где гарантия, что они опять не побегут служить красным вурдалакам? Да, и проверку наших контрразведчиков (эту службу я все же создал одной из первых) пленные красноармейцы вполне могли обмануть. И по-любому там среди них затаились идейные большевики или комиссары, которых мои люди не вычислили. В общем, таких людей, которые уже один раз выступили против нас с оружием в руках, отпускать было нельзя. Чреват такой глупый гуманизм. Но и держать в лагерях для военнопленных всех этих дармоедов просто так я тоже не собирался. Ведь их там придется кормить, лечить и охранять. А они в это время будут там спокойно сидеть и жрать за наш счет? Но вот хрена им с присвистом, а не такой курорт! Не хотят голубчики воевать за Белое дело. Значит, будут работать на его пользу. Товарищ Сталин же очень хорошую вещь когда-то придумал. ГУЛАГ называется. И там заключенные не просто сидели в лагерях за казенный счет. А еще и работали.

Вот и наши пленные тоже начнут работать. Будут строить укрепления, копать траншеи, чистить городскую канализацию, строить дороги. В общем, дело мы им найдем. И свою лагерную пайку эти хитровыделанные товарищи нам отработают по полной. Будем трудотерапией воспитывать новых граждан. Чтобы из них выветрилась со временем вся эта большевистская муть. После моего решения возле Екатеринодара был создан лагерь, где содержались члены нашей новой Трудовой армии. Которые потом начали работать как на различных тяжелых и грязных общественно-полезных работах, так и для военных нужд Добровольческой армии. А охраняли тех трудовиков (так этих пленников все мы потом стали называть) казаки. Которые очень не любили красных товарищей. И строго следили, чтобы пленные добросовестно работали. И еще пресекали их побеги. Вылавливая и расстреливая всех беглецов.

Однако, наша армия также пополнялась не только за счет пленных. Больше всего наши ряды пополняли именно добровольцы, желающие сражаться под нашими знаменами против большевиков. Ох, как же много людей теперь стали ненавидеть советскую власть. Ведь здесь на Юге России большевики и их подручные за несколько месяцев уже успели устроить настоящий кровавый беспредел. Который задел очень многих людей. Поэтому к началу мая 1918 года Добровольческая армия по докладу Деникина уже насчитывала тридцать тысяч человек. И процесс ее пополнения продолжался, а добровольцы и не думали заканчиваться.

Глава 5

Глава 5.

Даёшь флот.

В начале мая 1918 года к нам дошла информация, что Германия, заключила с большевиками позорный Брестский мир. Согласно которому боевые действия между русскими и немецкими войсками прекращались. А советские вожди соглашались отвести свои войска из Украины, Молдавии, Западной Белоруссии и Прибалтики. Ну, а немцы в свою очередь начали вводить свои войска на все эти территории. Ведь по договору с советским правительством вся эта земля теперь принадлежала Германии. Ну, да это был самый банальный сепаратный мир. То есть советская Россия таким образом предала своих союзников по Антанте и заключила за их спиною мир с немцами. Тем самым выбыв из участия в Первой Мировой войне, которую все тут пока еще называли Империалистической или Большой войной. Понятное дело, что такой расклад совсем не понравился нашим бывшим союзникам по Антанте. Поэтому Англия, Франция и США начали более активно помогать всем врагам советской власти. А их в этой гражданской войне у большевиков пока еще было довольно много.

Ко мне тоже пришли английские и французские эмиссары. Точнее говоря, ко мне их привел генерал Алексеев, который в данный момент заведовал нашими дипломатическими связями. И мы пообщались с иностранцами более предметно. Вначале нашей беседы я заверил англичан и французов, что Добровольческая армия Юга России не поддерживает условия похабного Брестского мира, который недавно заключили с немцами большевики. Ну, и подтвердил, что в случае нашей победы над советским правительством я буду придерживаться Антанты, а не Германии. Правда, тут же посетовал, что из-за нашей слабости мы пока не можем сражаться с немцами. Нам бы большевиков хоть как-то выгнать с Кубани.

Но в любом случае я уверил наших бывших союзников, что на территорию, контролируемую нашей Добровольческой армией, мы германские войска точно не пустим. После чего попросил у англичан и французов золота для содержания своей армии. Так как пока они нам больше ничем помочь не могли. Ведь проход в Черное море через пролив Босфор и Дарданеллы все еще контролировала Турция. И Империалистическая война все еще продолжалась. Из неё ведь только Россия пока вывалилась и Австро-Венгрия.

А вот немцы с Турками все еще продолжали с энтузиазмом воевать против стран Антанты Англии, Италии, Франции, США и Японии. Англичане мне впоследствии даже золота немного послали на десять миллионов рублей. Кстати, выдали золотыми червонцами Императорской России. А вот французики платежи зажали. Крохоборы какие-то, а не спонсоры белого движения. Впрочем, мне было плевать на потуги этих членов Антанты. В любом случае с немцами я тут воевать не собирался. Я не идиот, растрачивать силы на такую ерунду. Что непатриотично? Ну со стороны это так и выглядит. Если не знать, что скоро для Германии вся эта халява закончится. Они продуют свою Империалистическую войну Антанте и у них там в Германии вспыхнет революция. Из-за чего немецкие войска уже зимой 1918 года покинут все захваченные ими сейчас территории Украины, Крыма и Донской области.

Меня больше заинтересовала информация от англичан о том. Что немцы вторглись в Крым, чтобы захватить корабли Черноморского флота, базировавшиеся там до недавнего времени. Правительство из Москвы (большевики сейчас туда почему-то перенесли свою столицу из Петрограда) потребовало у вице-адмирала Саблина, командовавшего Черноморским флотом в этот момент, чтобы он затопил свои корабли. Чтобы те не достались немцам. Однако, русский вице-адмирал отказался топить свои корабли и не хотел также сдавать их немцам.

Поэтому он приказал вывести весь флот из Севастополя и двигаться в Новороссийск. Чтобы спасти таким образом русские корабли от захвата или уничтожения. И вскоре, когда немецкие войска уже входили в Севастополь, русский Черноморский флот вышел прямо на их глазах в море и взял курс на Новороссийск. И вот 1 мая 1918 года в Новороссийск сначала пришли русские эсминцы, а затем и все остальные корабли Черноморского флота. И теперь они там решали, что же им делать дальше. Так как Троцкий категорически требовал потопить весь флот, чтобы не отдавать его немцам. А немцы в свою очередь также категорически требовали отдать им эти русские корабли, вернув их обратно в Севастополь. А бедные морячки не знали, что им следует делать. Ведь большинству из них никак не хотелось своими руками топить свои де корабли. На которых они довольно активно раньше воевали против турок. Но и отдавать немцам эти же самые корабли они также не хотели.

Узнав об этом, я решил помочь с решением этой трагической проблемы. Хрен в морду немчуре, а не русские корабли! Пусть Гансы сосут волосатую бибу! Такая корова нужна самому. Добровольческой армии все те кораблики Черноморского флота очень даже пригодятся. Поэтому я скомандовал выступать на Новороссийск. Тем более, что этот портовый город находился не так уж и далеко от Екатеринодара. По данным нашей разведки сейчас после разгрома армии Автономова под Екатеринодаром на Таманском полуострове и южном побережье Кубанской области у красных сил было не очень много. Ведь враги когда-то стянули для обороны Екатеринодара все свои самые боеспособные части. Которые мы благополучно раздолбали в пух и прах. Поэтому в том же Новороссийске у большевиков сейчас имелось лишь около тысячи красноармейцев.

Да, и те совсем не были хорошими вояками. Ведь в тылу красные оставили самых неопытных и бестолковых своих бойцов. Которые уж никак не могли сравниться с нашими добровольцами по боевому мастерству. Тем более, что сейчас нас будет уже больше. Да, и вооружение моей Добровольческой армии стало, благодаря екатеринодарским трофеям, очень крутым. Поэтому я сам решил по-быстрому сгонять до Новороссийска, чтобы порешать там вопрос с Черноморским флотом. Я при этом взял с собой группировку из семи тысяч человек. А параллельно с этим другая группировка Добровольческой армии под командованием генерал-майора Врангеля состояла из десяти тысяч человек. И она должна была одновременно с нами выдвинуться вдоль реки Кубань на Таманский полуостров. Пора было начинать брать территории вокруг Екатеринодара под свой контроль. Ну, а в самом Екатеринодаре также остался наш гарнизон. И там всем сейчас заправлял Деникин. Который очень неплохо так справлялся там с дальнейшим расширением нашей армии и прочими хозяйственными вопросами. Эх, повезло мне с заместителем. Хоть есть на кого свалить всю эту рутину и самому заняться интересным делом. Войной с красными!

Впрочем, сейчас никакого пафосного превозмогания не было и в помине. Это вам не пресловутый Ледяной поход. Когда голодная замерзшая и ободранная Добровольческая армия действовала малыми силами при значительном численном превосходстве противника. Там каждый километр приходилось у красных отвоевывать с боями. Однако, сейчас же мы довольно спокойно продвигались вдоль железной дороги, ведущей от Екатеринодара на Новороссийск. При этом я еще с собой прихватил в этот поход один бронепоезд (второй остался в Екатеринодаре на охране) и три броневика. Хотя никакого серьезного сопротивления со стороны красных войск мы по пути к станице Крымская так и не встретили.

И вот там нам все же пришлось немного пострелять. А то мои корниловцы даже успели как-то заскучать по дороге без боев и сражений. Но в Крымской они оторвались на всю катушку. Теперь же этот полк получил на вооружение большое количество пулеметов и автоматов «Федорова». Что в разу подняло его боевую мощь. Если уж раньше при довольно скудном вооружении и постоянной нехватке боеприпасов корниловцы умудрялись все время побеждать любых противников. То сейчас они вообще стали неудержимыми. Поэтому жидкая оборона немногочисленных красных войск в Крымской продержалась лишь три часа.

После чего красные сдулись и принялись разбегаться кто куда. А удравших при этом было не так уж и много. Так как с собой в это турне к Новороссийску я перехватил кроме пехоты еще и две тысячи конных казаков. Которые довольно умело и профессионально переловили большую часть беглецов. Всего к нам в плен при этом попало девятьсот тридцать четыре человека. Которых я под конвоем из двух сотен казаков отправил а Екатеринодар. Пускай там с ними Деникин разбирается. У нас же там сейчас процесс фильтрации пленных уже был довольно неплохо налажен. Ну, а мой корпус Добровольческой армии продолжил свое движение. И дальше до самого Новороссийска нам так никто и не оказывал больше сопротивления. Все населенные пункты на нашем пути при этом захватывались нами без боя. Так как красные войска и их приспешники из них просто драпали к морю, не дожидаясь нашего подхода.

– Корнилов идет!!! – летела впереди нас паническая новость.

И все представители самопровозглашенной советской власти на Кубани после этого как-то быстро собирали вещи и в дикой спешке убегали от нас прочь. Но я ведь тоже при этом старался особо не тормозить. Поэтому мы уже к утру 5 мая подошли к окраинам Новороссийска. Который также был совершенно не готов к обороне. Нет, красные в дикой спешке все же попытались организовать эту самую оборону своего портового города. Вот только для этого у них было слишком мало сил, времени и ресурсов. По подсчетам моей разведки сейчас город обороняло около трех тысяч человек из разнообразных воинских отрядов. Формально из можно было называть красной армией. Но фактически это были просто обычные красные банды и партизанские отряды. В общем, разнокалиберный сброд, а не армия. Ну, и еще там имелись около полутора тысяч моряков с того самого Черноморского флота. Ради которого я сюда и явился в славный город Новороссийск.

Кстати, моряки при этом в большинстве своем от ведения боевых действий против нас отстранились. Не хотелось им почему-то воевать с Добровольческой армией. Ну, а симпатии их офицеров так и вовсе были на стороне Корнилова. Которому все морские офицеры сейчас симпатизировали. Поэтому они и уговорили своих морячков держать нейтралитет в этом разгоревшемся конфликте. Нет были там, конечно, особо отмороженные на всю голову мореманы. Которые уже за пару лет успели хлебнуть вольностей и совершенно разложиться в моральном плане. И такие кадры, конечно же, попали под влияние большевиков.

Поэтому четыре сотни морячков все же решили помогать красным оборонять город против подхода наших войск. С такими людьми я приказал моим добровольцам особо не церемониться и стрелять из на месте. Даже если те морячки вдруг одумаются и начнут сдаваться в плен. Мне такая гниль на теле русского флота была не нужна. А вот зато других моряков, оставшихся нейтральными, я приказал не трогать. Если они сами, конечно, не проявят к нам агрессии. Мне же потом с этими людьми еще придется договариваться, чтобы они сдали нам свои корабли. А не потопили или подорвали их у нас на глазах. Мне ведь нужны были целые и боеспособные корабли. Ну, а с моряками мы уже после решим. В любом случае все они пройдут через фильтр нашей контрразведки. Чтобы оставить в экипажах только нормальных людей, а не большевиков и их подручных.

Тем более, что у нас сейчас тоже есть как моряки так и морские офицеры. К нам де в добровольцы записываться приходят не только вояки из сухопутных родов войск. Моряки тоже там имеются. Вот ими на крайний случай и укомплектуем команды всех этих кораблей. Хотя для начало нам следует их еще захватить в целости и сохранности. В том, что мы захватим город Новороссийск, я не сомневался ни минуты. При том соотношении сил, что сейчас имеет место. Проиграть это сражение мы просто не можем. У нас в кои то веки больше людей, пушек, брони и боеприпасов. Да, и выучку с боевым мастерством наших бойцов никто не отменял. Поэтому у красных защитников Новороссийска нет ни единого шанса на победу. Кстати, с моряками на кораблях мои люди предварительно договорились. Что они по нам из своих пушек стрелять не станут. А то мало ли что?

Поэтому когда начался штурм Новороссийска. То я был абсолютно спокоен. Это вам не Екатеринодар. Вот тогда, действительно, все висело на тонюсеньком волоске. Один неверный шаг. И мы бы проиграли в той битве. Ну, а здесь все пошло по плану, который я с моими офицерами и составил. Наши части в нескольких местах после тридцатиминутной артиллерийской подготовки пошли на штурм города. Как я и предполагал долго такого прессинга красные выдержать не могли. Даже хваленые морячки тоже довольно быстро дрогнули и побежали. Все верно.

Это ведь только в кино все эти «рэволюционные» матросы смотрятся крутыми нагибаторами и суперпрофессиональными бойцами. Нет, возможно, все эти люди и были неплохими и даже умелыми моряками. Однако, в бою на суше толку от моряков было не много. Они же совершенно не знали тактики сухопутных войск. Так как выскакивать с громкими боевыми криками в полный рост на открытую местность прямо под кинжальный огонь нескольких пулеметов и автоматов. Это было самое умное из того, что моим людям продемонстрировали в том бою те покрасневшие мореманы. В общем, для тех морских сторонников советской власти все закончилось крайне печально. Никто из них тогда не выжил. Ведь наши добровольцы, подчиняясь моим приказам, тех отмороженных красных моряков просто не брали в плен.

Впрочем, других врагов наши люди также не особо щадили. Ну, а я как их командующий на эту излишнюю жестокость лишь закрывал глаза, стараясь ее не замечать. Мне вот как-то тоже не хотелось брать в плен и потом еще возиться со всеми этими красным вурдалаками. Нет, при этом около тысячи краснопузых к нам в плен все же попало. И потом с ними очень плотно поработали наши контрразведчики, выясняя все подробности военных преступлений этих людей. Или нелюдей. Ведь мы же перед штурмом плотно окружили Новороссийск. Чтобы не одна большевистская тварь от нас не ускользнула. И это принесло свои плоды. Так кроме вражеских солдат еще и было поймано очень много разных комиссаров, агитаторов, представителей советской власти и прочей подобной шушеры. Которую ждал скорый и беспощадный суд. Тут в Новороссийске, кстати, тоже все подследственные натворили делов так, что на несколько смертных приговоров хватит. Каждому такому вот советскому упырю! Без них на мой ожесточённый взгляд мир стал намного чище.

К счастью, моряки на кораблях, стоящих в порту Новороссийска свое обещание выполнили. О по моим людям при захвате города не стреляли, придерживаясь нейтралитета. А потом мы стали с ними договариваться. И вскоре договорились. Моряки сдали Добровольческой армии свои корабли. Ведь по большому счету у них то и другого выбора просто не было. Большевики из Москвы требовали потопить флот, чтобы корабли не достались немцам. А немцы в свою очередь хотели забрать эти корабли себе. И тоже угрожали принять меры в связи с этим. А так как почти всех наиболее отмороженных и ярых сторонников большевиков в морских бушлатах наши бойцы перебили при штурме Новороссийска. То с нами особо никто и спорить не стал.

Ведь большинство матросов и офицеров были согласны отдать эти корабли нам. Чтобы они потом еще послужили России. Кстати, тут выяснился довольно любопытный факт. Моряки Черноморского флота, активно воевавшие всю войну на море против турок и немцев, были более дисциплинированы и не так сильно развращены большевистской пропагандой. Нет, были среди них и такие. Но таких распропагандированных среди морских команд было немного. А вот основная масса матросов здесь все еще оставались патриотами и помнили о своем долге перед Россией. Ну, а я в их глазах теперь стал ярчайшим символом возрождения этой самой России. За которую они уже несколько лет на Черном море проливали свою кровь. Поэтому многие из черноморских морячков советскую власть не приняли.

А когда Троцкий еще и потребовал потопить их корабли. На которых эти люди вместе воевали с врагами. То моряки находились на грани бунта. И просто отказывались выполнять такой неприятный для них приказ. Это вам не из балтийские коллеги. Которые почти всю войну на Балтике совсем не воевали. И от безделья довольно быстро поддались пропаганде большевиков, разваливающей русский флот на куски. Моряки Черноморского флота все же были более дисциплинированы и еще не забыли, что они служат России. Они так не деградировали и не разложились морально как те же балтийцы. Поэтому большая часть моряков здесь приветствовали то, что их корабли перейдут теперь под мое командование. Тем более, что от самых буйных, баламутивших тут всех остальных матросов, мы уже благополучно избавились.

Однако, в любом случае все команды теперь уже наших кораблей ждал фильтр моих контрразведчиков. Которые должны были выявить всех ненадежных и сочувствующих большевикам. И еще, я честно предупредил моряков. Что никакой расхлябанности или снижения дисциплины не потерплю. Отныне в Добровольческом Черноморском флоте будут служить только добровольцы. Мы здесь никого насильно удерживать на службе не собираемся. Все матросские комитеты, советы и прочая хрень, разлагающая дисциплину среди команд кораблей, отныне упраздняются. Любая пропаганда, снижающая дисциплину моряков, запрещена под угрозой расстрела. Вся эта дурная демократия, которой эти два года развлекались морячки кончилась. Отныне флот станет жить по уставу императорского флота. Правда, все же телесные наказания для матросов были мною отменены. Просто вместо этого нарушителя дисциплины ждал либо расстрел, либо изгнание с позором из рядов нашего флота. Там уже все от тяжести проступка зависело.

– Короче говоря, мне нужны настоящие боевые корабли с настоящими и дисциплинированными командами, а не плавучий цирк шапито, в который флот превратили большевики, продавшие Россию немцам! – заявил собравшимся морякам я, выступая прямо перед их толпой на пирсе. – Мне нужны настоящие и храбрые воины, готовые защищать Россию до последней капли крови! А болтуны, трусы и большевистские провокаторы мне не нужны! Мы будем воевать с красными и другими врагами России! А не прохлаждаться в тылу, слушая агитацию врагов. Как это вы делали раньше, поддавшись лживым сказкам большевиков! И в итоге те приказали вам топить свои собственные корабли!

При этом я вещал громким командным голосом, стоя на крыше бронекорпуса одного из наших броневиков. Ага, прямо как Ленин в том фильме про революцию. Ну, а что? Я вот решил перенять опыт вождя мирового пролетариата, толкая свою зажигательную речь с броневика. Мне же высокая трибуна нужна была. Чтобы все матросы меня увидели и услышали. И я в своей черной корниловской форме с брутальным пистолетом «Маузер» на боку смотрелся в тот момент очень круто и внушающе.

– Все, больше никаких собраний и митингов во флоте не будет! – громко сказал я, подводя к концу свою пламенную речь. – А кого не устраивают такие порядки, то он может проваливать на все четыре стороны! Мы ведем войну с красными упырями, обманом захватившими власть в столице! И нам некогда возиться с лентяями и трусами! Нам такие люди на Добровольческом Черноморском флоте не нужны!

Закончив таким образом свое выступление перед моряками я лихо спрыгнул на мостовую прямо с крыши бронемашины. Круто получилось. Прямо как в кино. Надеюсь, что эти люди прониклись моими словами и сделают правильный выбор. И они прониклись. Не зря я все же так эффектно выступил перед толпой моряков и офицеров Черноморского флота. В скором времени лишь примерно процентов двадцать пять выразили желание нас покинуть и уйти. А вот остальные моряки все же предпочли остаться. При этом я, конечно же, не собирался верить им на слово. А поместил в команды всех кораблей наших добровольцев, имевших морскую воинскую специальность. Такие люди у нас как-раз были. Я ведь об этом уже говорил. И эти добровольцы начали приводить в чувство команды кораблей, восстанавливая там строжайшую дисциплину.

Кроме этого я также конкретно так пообщался и с флотскими офицерами. Пояснив им, чего хочу добиться от них и из команд. В принципе, всем этим людям особо ничего объяснять не нужно было. Они ведь все были профессионалами своего дела. Все были патриотами России. А иначе бы просто не остались здесь с нами. Да, и их тоже ведь сильно тяготили те дурацкие демократические порядки на флоте. Что раньше там насаждало сначала Временное правительство, а затем и большевики. Поэтому мои требование к насаждению и ужесточению дисциплины все морские офицеры восприняли с большим энтузиазмом и радостью. В общем, я поставил им задачу сделать Черноморский флот снова боеспособным и крайне опасным для наших врагов. И им такой приказ очень сильно понравился. Это было видно по глазам и лицам тех людей.

Кстати, по итогу нам теперь достался флот в состав которого входили: четыре линейных корабля «Воля» (бывший «Император Александр Третий»), «Свободная Россия» (бывшая «Императрица Екатерина великая), «Три Святителя», «Евстафий»; два крейсера «Кагул» и «Память Меркурия»; семь подводных лодок «Карась», «Карп», «Тюлень», «Нерпа», «Нарвал», «Кит», «Кашалот»; три канонерские лодки «Донец», «Кубанец», «Терец»; двадцать пять эсминцев; пять миноносцев; восемнадцать транспортов и одиннадцать катеров. Еще там оказались довольно экзотические и редкие корабли для этого временного периода. Аж целых четыре носителя гидросамолетов «Император Николай Первый», «Император Александр Первый», «Алмаз» и «Румыния». На которых базировались гидросамолеты М-5 и М-9. Такие аэропланы, способные взлетать и садиться на воду, еще здесь сейчас летающими лодками называют.

Я к своему стыду как-то даже упустил из виду, что у русского флота в Первой Мировой войне уже имелось довольно много авианесущих кораблей. Которые на том же Черном море против турецкого флота и побережья Турции применялись очень даже успешно и часто. Русские гидросамолеты в 1914-1917 годах вели разведку, наносили бомбовые удары по вражеским кораблям и военным объектам в прибрежной зоне. А также поддерживали высадку русских десантов на Черноморское побережье Турции. В общем, к этому времени эти самые авиатранспорты имели довольно боеспособную авиацию. Еще, кстати, именно команды этих авианесущих кораблей Черноморского флота менее всего подверглись разлагающему действию большевистской пропаганды. И были, пожалуй, сейчас самыми морально устойчивыми и дисциплинированными из всего корабельного состава.

Глава 6

Глава 6.

Кубань.

– Поэтому немецкое командование требует от Добровольческой армии вернуть обратно в Севастополь те, корабли, что его покинули в начале мая этого года! – пафосно требовал немецкий генерал-майор барон Вильгельм фон Эглофштейн. – По договоренности с советским правительством Ленина все корабли Черноморского флота должны быть переданы Германии, согласно условия Брестского мирного договора, который недавно подписала Россия!

– Хм, господин генерал, тут я ничем не могу помочь германскому командованию! – начал с улыбкой отвечать я главе немецкой делегации, заявившейся к нам на переговоры. – Добровольческая армия ведь в данный момент не признает легитимность советского правительства и всей этой большевистской банды, что лишь по недоразумению захватила власть в столице моей страны. И более того мы сейчас как-раз и находимся в состоянии войны с большевиками. Ведь они угрожают не только нам, но и вашей любимой Германии. По моим сведениям среди немецких войск ведут очень активную работу коммунистические агитаторы. Да, и в самой Германии тоже народ коммунисты баламутят. И все это делается при прямой помощи российских большевиков. Они ведь и Германию хотят поджечь в революционном пожаре. И вы, господин барон, это и так знаете не хуже меня.

– Но вы забрали корабли, принадлежащие нам! – возмущенно перебил меня немецкий генерал.

– Поправка, господин барон, мы захватили эти корабли в бою у большевиков! – тоже в свою очередь заткнул фонтан его красноречия я. – То есть теперь вы можете предъявлять претензии к советскому правительству. Если у вас там с коммунистами раньше и были какие-то договоренности насчет Черноморского флота. То все претензии теперь к большевикам. У нас тут, если вы не заметили, идет война с красными. А на войне в ходе сражений захватываются военные трофеи. И эти вот корабли вместе с городом Новороссийском мы тоже теперь захватили. И почему тогда мы должны вдруг отдавать свои трофеи Германии, которая к нашей борьбе с большевизмом никакого отношения не имеет? Вот вы бы отдали другой стране то, что захватили с большими потерями в кровопролитном сражении? Нет! Вот и Добровольческая армия тоже никакие свои законные военные трофеи отдавать не собирается. Нам они пригодятся для войны с коммунистической заразой. Которая скоро сожрет и вашу любимую Германию. Если меры не принимать. Поэтому давайте ка лучше, господин генерал, обсудим с вами наши совместные действия против большевиков. Нам, кстати, не помешало бы то оружие и военные припасы, что германские войска захватили в Крыму. Мы даже готовы платить за него продовольствием. У нас ведь тут на Кубани много еды. А у вас в Крыму ее довольно мало. Зато трофейного русского оружия на складах теперь у вас там очень много. Вот давайте и будем меняться, помогая друг другу в это тяжелое время. Ведь нам ссориться не из-за чего. Враг у нас с вами общий. И это большевики!

Уф! Немчура ожидаемо приперлась к нам с требованием вернуть им все корабли Черноморского флота, удравшие из Севастополя прямо на глазах немецких дивизий. А ху-ху ни хо-хо? Хрен вам, колбасники, по всей морде лица, а не Черноморский флот! Вы там и так смогли захватить в Севастополе те русские корабли, что к моменту нападения немцев на Крым уже не имели команд или были в плохом техническом состоянии. Вот и довольствуйтесь этим. А я теперь уже наши корабли немцам не отдам. Они им в любом случае уже никак не пригодятся. Ведь очень скоро их любимая Германская империя сдохнет в пламени революции, проиграв Первую мировую войну. А вот нам эти кораблики лишними не будут. Они еще повоюю за Россию.

В общем, немецкая делегация уехала, не солоно хлебавши. На понт они меня взять не смогли. Я то знаю, что у германского командования не будет сил для захвата еще и Кубани. Они и так уже огромный кусок заглотили в виде Украины, Крыма, части Белоруссии и всю Прибалтику. И скоро из-за этого подавятся. Недолго им тут жировать осталось. Скоро немцы побегут назад, сверкая пятками. Поэтому с Добровольческой армией германские войска уж точно воевать не станут. Они же сейчас довольно активно поддерживают всех противников советской власти. Поэтому и нашу выходку с отжатием большей части Черноморского флота немцы должны проглотить без особого скандала. У них там и так сейчас проблем хватает, чтобы серьезно ссориться с нами. И впоследствии я оказался прав в своих прогнозах. Германское командование к нам не предъявляло больше претензий по поводу возвращения им кораблей Черноморского флота.

А вот мое предложение по обмену русского трофейного оружия на кубанское продовольствие немцам явно пришлось по душе. Ведь Вермахту это оружие российского производства было не нужно. Немцы в этом плане были очень консервативны сейчас. Поэтому германская императорская армия предпочитала использовать для своих нужд только оружие и технику германского производства. Таков уж был немецкий железный порядок. Поэтому все оружие и боеприпасы, захваченные немцами в Крыму, сейчас лежали там мертвым грузом. А тут у немецкого командования вдруг появилась неплохая возможность обменять все это ненужное им оружие на очень нужную еду.

Ведь в Крыму сейчас находился германский воинский контингент численностью в тридцать тысяч человек. И все они хотели кушать каждый день и по три раза. В общем, мы с германцами договорились о взаимовыгодном обмене жратвы на оружие. И обе стороны от этого бартера получили только пользу. И не стоит меня осуждать за эту торговлю с врагами России. К сожалению, теперь Добровольческой армии без этого не обойтись. Ведь мы сейчас воюем на свой страх и риск без всякой государственной поддержки за спиной. А вот у большевиков такая поддержка имеется. Так как они захватили не только столицу страны, но и самые промышленно развитые районы России. А также самые крупные военные склады.

Поэтому они, в отличие от нас, могут довольно неплохо снабжать свою огромную армию всем необходимым. А нам вот приходится жить только за счет трофеев, которые мы захватим у противника. Вот такие дела! Поэтому мне сейчас любая помощь не помешает. Хоть от немцев, хоть от англичан, хоть от французов с американцами. Даже от японцев я материальную и техническую помощь приму. Лишь бы покончить с большевиками. А уже потом после победы над советской властью можно будет разбираться и со всеми этими иностранцами. Которые сейчас рассчитывают поиметь прибыль на горе нашего народа. В общем, сейчас некогда проявлять глупую гордость и идиотский патриотизм. Воевать с красными надо. Любыми методами и средствами. Они то в этой борьбе с нами совсем не стесняются применять грязные и бесчестные трюки.

Кстати, о трофеях. При захвате Новороссийска нам ведь достались не только корабли в порту. В трофеях и на складах были найдены еще восемь тысяч винтовок, тридцать семь пулеметов, шесть полевых пушек, одиннадцать грузовиков, один броневик и четыре легковых автомобиля. Также там имелось довольно много патронов и снарядов. А на морских складах в порту наши трофейщики нашли прямо целое богатство. Помимо морских мин, глубинных бомб, авиационных бомб для летающих лодок, торпед и снарядов для корабельной артиллерии. Были найдены еще шестнадцать морских пушек калибра семьдесят пять миллиметров, тридцать девять морских орудий калибром сорок семь миллиметров и двенадцать корабельных пушек калибром в сто двадцать миллиметров.

Почему я так обрадовался всем этим пушкам? Ведь для полевой артиллерии они подходили плохо. Так как просто не имели нормального лафета с колесами. Вместо этого все морские пушки имели неподвижную тумбу-лафет, которая обычно устанавливалась стационарно на палубе корабля. Однако, я придумал, как можно использовать всю эту дальнобойную и мощную артиллерию. Тем более, что снарядов к тем пушкам в морском арсенале Новороссийска имелось довольно много. Ведь если такие орудия нельзя нормально использовать в качестве передвижной полевой артиллерии. То что нам мешает поставить их на бронепоезда? Ничего! Вот вам и ответ.

Поэтому по моему приказу в Новороссийске и Екатеринодаре начали очень оперативно строить сразу несколько бронепоездов, оснащенных такими вот морскими пушками. И в дальнейшем многие морячки Черноморского флота стали служить на них в качестве прислуги для морских орудий. Ведь они то с такими артиллерийскими системами были неплохо так знакомы. А нехватку паровозных команд для наших бронепоездов я также решил вполне централизовано. Просто я много читал мемуаров про эту гражданскую войну. И там все ее участники в один голос ругали железнодорожников.

Из-за лени, расхлябанности и безответственности которых железнодорожное движение по территории бывшей Российской империи было сильно затруднено. И зачастую железнодорожники просто саботировали любые приказы, прикрываясь своей редкостью. Типа хоть красным, хоть белым в ходе гражданской войны одинаково очень нужны были услуги железнодорожников. Так как их было мало и такие специалисты очень высоко ценились. От чего и борзели не по-детски. А у тех же белых очень часто паровозные команды бронепоездов или обычных паровозов могли в любой момент удрать или предать. Так как среди железнодорожников было очень много большевиков и им сочувствующих.

Нет, сначала то мы действовали по шаблону. То есть силой заставили машинистов и кочегаров нам помогать. Но было видно, что эти люди не очень то и рады помогать Добровольческой армии. Поэтому я распорядился, во избежание предательства и саботажа с их стороны, просто держать в заложниках семьи тех железнодорожников, что на нас теперь работали. Однако, я прекрасно понимал, что это не выход из данной ситуации. Нам же необходимы были свои железнодорожники, которые станут верными Добровольческой армии и будут охотно выполнять наши приказы. И в спину не ударят в самый неподходящий момент.

Поэтому я распорядился, чтобы те подневольные наши помощники по паровозному делу начали обучать своей очень нужной нам профессии наших людей. По моему приказу Деникин сформировал отдельную железнодорожную роту, вошедшую в состав Добровольческой армии. Туда мы и набирали технически грамотных людей. Которые обучались управлению и ремонту паровозов и всего подвижного, железнодорожного состава. В общем, мы начали выращивать своих собственных железнодорожников. Из добровольцев, преданных нашему делу борьбы с большевиками. Уж эти то кадры точно нас никогда не предадут и не кинут. А с наглыми и лживыми железнодорожниками вон пускай большевики мучаются. Ну, а у нас отныне есть свои собственные железнодорожные войска.

Пока мои люди разбирались с трофеями и приводили в порядок внезапно доставшийся нам флот. Наши сухопутные силы тоже без дела не сидели. Барон Врангель со своим корпусом к концу мая 1918 года полностью взял под свой контроль весь Таманский полуостров и зачистил его от красных сил. Кстати, там ему оказывалось довольно слабое сопротивление. Так как сил у красных в том районе было довольно мало. Ведь Автономов когда-то увел отсюда большую часть вражеских войск к Екатеринодару. Где они и сгинули потом.

Я также без дела сидеть не стал. И со своей группировкой сделал рывок вдоль побережья Черного моря к Геленджику. Там к моему большому удивлению какого-то сопротивления красные товарищи нам никакого оказывать не стали. Так как все их немногочисленные войска и представители советских властей просто бросили этот прибрежный город и в визгом удрали прочь еще до подхода наших сил к Геленджику. Поэтому в Геленджике мы особо задерживаться не стали, а двинулись дальше вдоль моря на Восток.

В общем, до Туапсе мои войска добрались без единого выстрела. У красных в этом районе просто не было никаких значительных воинских формирований. Поэтому они просто сдавали нам без боя все побережье до Туапсе. Зато уже там нам пришлось немного пострелять. Кстати, сейчас с моим корпусом двигались только четыре бронемашины. А вот бронепоезда тут под Туапсе не было. Из-за того что здесь вдоль берега моря просто не было проложено железнодорожных путей. Зато нас в этом сражении поддержал крейсер «Кагул», три эсминца и одна канонерская лодка. Которые огнем своей артиллерии по вражеским укреплениям этого портового города очень сильно нам помогли.

Поэтому мои пехотинцы при помощи броневиков довольно быстро смогли прорвать жидкую оборону большевиков и ворваться в город. После чего какое-то серьезное и организованное сопротивление красных прекратилось. А началось уже знакомое мне по предыдущим сражениям паническое бегство красных героев. Правда, и в этот раз кавалерии у меня было довольно много. Поэтому при преследовании разбегающегося противника снова было взято много пленных. А удрать от моих казаков смогли лишь единицы краснопузых вурдалаков. После чего я дал моим войскам краткую передышку на три дня. А затем мы выступили вдоль железной дороги, ведущей через горы на северо-восток от побережья Черного моря к Армавиру. Правда, пред этим я все же разделил наши силы. Отправив под командованием полковника Маркова его полк, два броневика и два эскадрона казаков дальше вдоль морского побережья на восток. Чтобы захватить Сочи и Адлер.

По данным нашей разведки и сведениям, полученным от пленных красноармейцев, взятых в плен Туапсе. В тех небольших приморских городах серьезных сил противника не было. И эта информация оказалось верной. Поэтому Марков занял Сочи и Адлер практически без боя. Кстати, дальше я ему пока идти запретил. Потому что оттуда начиналась граница уже непосредственно Кавказа. Все эти Горские республики, Абхазии, Грузии, Армении, Азербайджаны и прочие вдруг появившиеся на карте мира почти независимые государства. Это сейчас было такое змеиное кубло. Где в смертельной драке сцепились местные большевики, меньшевики, эсеры и различные националисты. В общем, там на Кавказе сейчас нехилые такие разборки начались между горячими горцами. Лезть в которые я пока не хотел. Рано еще!

Одновременно с этим ожил и наш фронт в центре. Деникин со своей группировкой двинулся при поддержке одного бронепоезда в направлении станицы Кавказской. Помните, что я говорил об этом белом генерале? Инициативы ему явно не хватает. Но так-то сам по себе генерал Деникин был вполне неплохим тактиком. И умел сражаться очень грамотно. Но только если получал четкую боевую задачу от вышестоящего начальства. Идеальный исполнитель, в общем. Поэтому я ему и отдал конкретный приказ двигаться из Екатеринодара вдоль железной дороги в сторону станицы Кавказская. И Деникин меня не подвел. И вскоре войска под его командованием начали довольно энергичное наступление. Кроме них из Екатеринодара но уже на север также вдоль другой ветки железной дороги при поддержке второго нашего бронепоезда выдвинулся отряд генерала от инфантерии Юденича Николая Николаевича. Который совсем недавно прибыл в распоряжение нашей Добровольческой армии и попросил дать ему любую должность.

Этот генерал был готов даже командовать ротой или взводом, если вдруг других должностей у нас для него не найдется. Конечно же, я такого выдающегося человека не мог не принять в наши ряды. Ведь до 1917 года генерал Юденич командовал Кавказским фронтом, сражавшимся против турецких войск. И там он проявил себя как очень грамотный и умелый полководец. Под его командованием не очень большая русская армия в Закавказье довольно неплохо так воевала, проведя несколько вполне удачных наступлений. Они там даже умудрились до Эрзерума и Трапезунда дойти. И колотили турок очень даже неплохо.

И если бы не долбанная революция, то я считаю, что для Турции эта война могла бы закончиться еще быстрее. Но февральская, а затем и октябрьская революции все достижения русских войск на Кавказском фронте просто перечеркнули нахрен. И бравый генерал Юденич остался не у дел. Так как не захотел иметь никаких дел с революционерами, предавшими его любимую Родину. Но сейчас он твердо выбрал свою сторону в этой начавшейся гражданской войне. Кстати, я ведь об этом историческом персонаже тоже в свое время много читал разных исторических трудов и мемуаров. Юденич ведь в той истории, что я знал, должен был в 1919 году возглавить белую армию, воюющую на Северо-Западе России. Правда, там этот талантливый и решительный генерал не смог никак себя проявить. Так как на севере у него не было нормальных войск, на которые он смог бы опереться в своей борьбе.

Там же такое змеиное кубло кишело из финских националистов, меньшевиков, эсеров, кадетов и прочей швали. Хотя все эти люди там вроде как и были врагами советской власти, но всё никак не хотели договариваться друг с другом для совместного отпора большевикам. И еще в свои гнилые разборки генерала Юденича втянули, сделав его потом виновным во всех их промахах и поражениях. В общем, зря тогда он полез туда в ту вонючую клоаку. Но теперь то Николай Николаевич нашел настоящее дело в нашей Добровольческой армии на Юге России. А уже я в свою очередь нашел занятие, достойное его полководческому таланту. Поручив Юденичу командовать северным направлением нашего общего наступления на Кубани. И не прогадал. Так как генерал Юденич моих ожиданий также не подвел, действуя решительно и профессионально. И наступление его войск также развивалось довольно быстро.

Уже к середине июля 1918 года вся Кубанская область была очищена от войск противника. У большевиков на Юге России, вообще, дела шли не очень хорошо в этом периоде гражданской войны. Сначала то они после ухода с Дона Добровольческой армии под командованием генерала Корнилова смогли довольно быстро разбить Донское казачье войско. Что было совсем не удивительно. Если учитывать те закидоны донских казачков, которые они демонстрировали Корнилову и его добровольцам. Это демонстративное неподчинение приказам, предательство союзников, плохая дисциплина и чрезмерная тяга к вольностям. Все это во время войны с таким врагом как коварные красные вурдалаки ничем хорошим закончится не могло. Донские казаки хотели вольностей и независимости. И они их получили с полна. Однако, не долго ими тешились. Ведь когда пришли красные орды, то хвастливые защитнички вольностей казачьих как-то очень быстро сдулись. И красные войска также быстро взяли Новочеркасск, а затем и Ростов на Дону. Ну, а потом захватили большую часть Донской казачьей республики. После чего показали казакам демократию и свободу по-советски. И она вольнолюбивым жителям Дона почему-то совсем не понравилась.

Поэтому когда к Ростову подошли немецкие войска и заняли его, ликвидировав там советскую власть. То казаки на Дону решили вновь попытать счастья и подняли восстание против большевиков, опираясь при этом на помощь немцев. Правда, германцы все же как-то активно не участвовали в боях против красных частей. Но вот оружие восставшим казакам немцы охотно продавали в обмен на продовольствие. А вы что думаете? Что я первый такую хитрую схему вооружения своей армии придумал. Нет, быстрее меня это сообразил новый атаман Войска Донского генерал Краснов. Он, вообще, на мой взгляд начал чуть ли не в открытую лизать зад немцам, призывая их взять под полный свой контроль еще и территорию Дона.

Меня же такое открытое сотрудничество с немцами коробило не по-детски. Уж я то точно не собирался пускать немчуру на нашу территорию. Хрена лысого этим долбанным арийцам, а не русская земля! Эх, жаль что теперь силенок у нас нет, чтобы на равных биться с огромной немецкой армией. Это же вам даже не аморфная и плохо обученная Красная армия. Это немцы, которые пока еще не сильно разложились под воздействием коммунистической пропаганды. И воевать они умеют очень даже неплохо. Поэтому мне и приходится сейчас притворяться и улыбаться этим уродам. И делать вид, что они нам не враги. Противно и мерзко! Но на кону сейчас стоит слишком многое. Поэтому приходится стискивать зубы и не конфликтовать с немецким командованием. Но и лизать их волосатые бибы как тот же атаман Краснов я точно не стану. Гансы получат от меня только вооружённый нейтралитет. Пока! Время еще не пришло для открытого конфликта с ними. Пока еще рановато.

Впрочем, мы же сейчас совсем не про будущие проблемы немцев говорим. А про тяжелое положение большевиков. Итак – донские казаки при поддержке немцев сейчас вовсю отбивают назад свою территорию у красных войск. И пока это у них получается. Не только благодаря тому, что немцы им помогают оружием. Но и действия моей Добровольческой армии тоже сказываются. Так как наши войска же не только смогли отобрать у красных всю Кубань и подошли к южным границам Донской казачьей республики. Но еще в процессе нашего наступления было уничтожено и взято в плен большое количество живой силы противника. И трофеев мы при этом с тех побитых красных товарищей тоже довольно много собрали. И по моим прикидкам сейчас красные потеряли войск гораздо больше чем в той другой истории, что я знал раньше. Не было у них пока такой огромной многомиллионной армии. Которая у советской России появится позже. Поэтому и сил у них сейчас здесь на Юге России было не так уж и много. А значит, в данный момент мы могли очень уверенно наступать и продвигаться вперед, беря один населенный пункт за другим. И восставшие сейчас казаки на Дону тоже имели перед собой не так уж и много врагов при этом.

Глава 7

Глава 7.

Легенды.

Очистив от красных Кубань Добровольческая армия вторглась в пределы так называемой Ставропольской Советской республики. Уже 12 июня 1918 года моя группировка, включавшая в себя двадцать шесть тысяч человек, четыре бронепоезда, восемь броневиков и восемьдесят три орудия полевой артиллерии, подошла к городу Ставрополь. Каких-то серьезных укреплений большевики там создать не успели. Или просто даже не пытались это делать. Ведь недавно у них там произошла серьезная заваруха со сменой власти в этой новоиспеченной советской республике.

Поначалу то ее создавала коалиция из эсеров, меньшевиков и большевиков. Правительство Ставропольской республики вроде бы и признало советскую власть в Москве. Однако, по своему понимало, как надо налаживать и устанавливать советскую власть на местах. Понятное дело, что такое поведение ставропольских товарищей большевикам в столице России совсем не понравилось. И в итоге у них там недавно произошла локальная войнушка между пришлыми большевиками из Москвы и местными кадрами. В которой победили пришлые. Так как у них сил просто оказалось больше. Однако, это же и практически полностью порушило местные вооруженные силы. Которые ранее защищали Ставропольскую республику. Да, и оборону вокруг Ставрополя красные из-за этого построить не смогли нормальную.

Поэтому когда мои войска подошли близко к окраинам Ставрополя. То нас ждал очень приятный сюрприз. В виде неожиданных союзников, которые накануне как-раз и смогли захватить эту столицу Ставропольской Советской республики. Красные силы в городе оказались довольно малочисленными и просто не смогли отбить их внезапную атаку. А командовал теми захватчиками Ставрополя Андрей Григорьевич Шкуро. Довольно молодой казачий полковник, который своим внешним видом и манерами мне почему-то сильно напомнил персонажа из старого советского фильма про гражданскую войну «Неуловимые мстители», которого звали Сидор Лютый. Высокий, подтянутый, кудрявый и усатый. В своей черной казацкой черкеске с пистолетом «Маузер» и горским кинжалом он очень был похож на того казака из старой киносказки про крутых пацанов, нагибающих всю белую армию в одно рыло.

Кстати, познакомьтесь – это еще один легендарный лидер белого движения. Меня прямо со всех сторон здесь такие вот живые легенды окружают сейчас. Советские историки, которые очень любили сочинять сказки о гражданской войне, про Шкуро писали обычно всякие гадости, обвиняя его в излишней жестокости. Ой, я вас умоляю! А что все эти Дыбенко, Щорсы, Блюхеры, Тухачевские, Будённые, Троцкие и прочие Сталины, конечно же, в той войне были белыми и пушистыми рыцарями в белых одеждах без единого пятнышка крови? Ага, ага! Красные же командиры у нас совсем никого не расстреливали, не пытали и не насиловали. Все такие честные и благородные.

Ой, благородные – это вроде бы про белых надо говорить? Впрочем, я тут никого оправдывать не собираюсь. Все стороны этой грязной и кровавой гражданской войны грешили массовыми расстрелами, террором и грабежами пленных и мирного населения. У всех тут рыло в пуху было. Даже у меня. Я ведь тоже уже за эти месяцы здесь в новой реальности успел замараться в крови. Сколько я уже расстрельных приговоров подписал? Много, в общем! А будет еще больше. Потому что я смотрю сейчас на всех этих большевиков и их подпевал как на раковую опухоль на теле России. А я хирург, который ее вырезает без остатка. Чтобы спасти жизнь пациенту под названием Родина.

Поэтому нам еще много врагов придется уничтожить с особой жестокостью. Ведь они то нас уж точно не помилуют, если вдруг опять победят и в этот раз. Поэтому к полковнику Шкуро я отношусь с большой симпатией. Я ведь тут покопался в памяти прежнего Корнилова. И он об этом персонаже тоже много слышал раньше. Ведь Шкуро был во время войны командиром элитного Кубанского конного отряда, отличившимся своими смелыми и решительными действиями во вражеских тылах. Передо мною теперь стоял типичный профессиональный разведчик-диверсант. Который в деле диверсий во вражеских тылах стал очень крутым мастером.

И вот сейчас Шкуро тоже не стал отсиживаться в стороне. Как это делали в данный момент многие бывшие офицерики царской армии. Которые просто ссались вмешиваться в эту гражданскую войну. Надеясь пересидеть ее с краю, наблюдая издалека за ходом боевых действий. А вот такие смелые и решительные люди типа Шкуро как-раз и составляли костяк Белого движения. Которые не за деньги или чины шли воевать против красных вурдалаков. А из любви к своей Родине, которую большевики цинично предали и довели до позорной капитуляции перед немцами. Цинично обнулив все жертвы и лишения русского народа в этой Империалистической войне.

В общем, полковник Шкуро создал свой партизанский отряд и начал бороться против советской власти. Кстати, его отряд совсем не напоминал мне банду каких-нибудь махновцев или красных казаков. Дисциплина в его трехтысячном войске меня приятно порадовала. Как и их боевая выучка. В общем, бойцы были там под стать своему командиру. Не даром же этот отряд Шкуро смог с налёта взять Ставрополь. Эти люди умели очень неплохо воевать. Поэтому когда полковник Шкуро попросил взять его и его людей в мою Добровольческую армию. То я не стал им отказывать. Таки люди нам нужны. А их командир еще раз доказал, что его не зря называют мастером диверсий в тылу врага и маневренной войны.

В общем, теперь в моей армии появилось новое подразделение под названием 5-я Кубанская Партизанская конная бригада имени Шкуро. Это любопытное подразделение, кстати, тоже имело свою атрибутику и форму. Все шкуровцы потом носили черные черкески и папахи из волчьего меха, подражая своему легендарному командиру. И еще на их черном знамени была нарисована белая волчья голова. А перед атакой они всегда громко выли как волки. В общем, довольно колоритные и своеобразные люди со снарядом в голове. Хотя нам сейчас именно такие и нужны. Чтобы сражаться насмерть, не щадя живота своего, против многочисленных красных орд.

Кстати, кроме Шкуро в Добровольческой армии Юга России за этот месяц появилось еще несколько легендарных личностей. О которых я когда-то читал в исторических трудах о гражданской войне. Сначала хотелось бы рассказать о полковнике Дроздовском Михаиле Гордеевиче. Этот выдающийся лидер Белого движения смог вывести из разваливающегося прямо на глазах Румынского фронта целую бригаду. Которая состояла из добровольцев и смогла пройти от румынских Ясс до Ростова на Дону примерно полторы тысячи километров. А при этом им пришлось двигаться с боями через Украину, захваченную красными и украинскими националистами. И это тяжелейшее испытание бригада Дроздовского выдержала с честью. По пути они смогли захватить довольно много трофеев и пополнить свои ряды добровольцами, желавшими сражаться против большевиков. В конечном итоге когда полковник Дроздовский вывел свою часть на соединение с моей Добровольческой армией.

То она насчитывала в своих рядах три тысячи двести сорок восемь человек, двадцать пять орудий, один броневик и даже два аэроплана (их дроздовцы захватили у красных в Таганроге). Это была уже готовая и крайне боеспособная бригада, которую я, конечно же, с радостью согласился включить в свою армию. Между прочим, полковник Дроздовский хотел с самого начала своего пути по Украине присоединиться именно к армии генерала Корнилова. Хотя по дороге сюда у него хватало и других вариантов. Ведь с такими военными силами он и сам мог стать вполне самостоятельной силой. А вы вспомните, с чего совсем недавно начинала та же Добровольческая армия.

Там тоже людей и пушек было не очень много сначала. Однако, Корнилов решил объявить себя независимым игроком в этой игре. Он ведь самолично стал главнокомандующим вновь образованной белой армии на Юге России. То есть сам себя и назначил на эту должность. Вот и полковник Дроздовский тоже мог поступить подобным образом, создав свою личную армию на основе своей бригады добровольцев. Однако, он этого делать не стал, отбросив в сторону глупые амбиции. Которыми сейчас страдали многие лидеры белого движения. Считавшие себя единственно правильными спасителями России. Ведь наша Добровольческая армия Юга России сейчас не одна выступала против режима большевиков. Хватало на территории бывшей Российской империи сейчас разных борцов против советской власти.

Которые со своими армиями и отрядами азартно сражались против красных. Вот и Дроздовский тоже мог бы стать одним из таких самопровозглашённых выскочек с нимбом очередного напыщенного спасителя России. Но только он оказался умным человеком, понимающим, что в борьбе с таким врагом как большевики надо объединяться, а не тянуть одеяло на себя. Поэтому он заранее выбрал лидера Белого движения, под знаменами которого дроздовцы и станут воевать. И упорно вел свою бригаду на соединение с армией Корнилова. Ему ведь и атаман Краснов сделал очень вкусное предложение, пытаясь переманить на сторону Донской Казацкой республики. Но бригада Дроздовского хоть и помогла казакам отбить у красных Новочеркасск. Однако, после этого все же направилась на Кубань. Где полковник Дроздовский со своими людьми присоединился к моей Добровольческой армии.

Кстати, хотелось бы немного рассказать про реорганизацию Добровольческой армии Юга России. Ведь к началу июня ее численность уже составляла около пятидесяти тысяч человек, шестьсот сорок два полевых орудия разных калибров, двенадцать бронемашин разных марок, сто тридцать пять грузовиков, шесть бронепоездов, две тысячи шестьсот восемьдесят пулеметов и восемь аэропланов разных моделей. Кроме этого у нас в распоряжении теперь также еще имелся и Черноморский флот с его кораблями и гидросамолетами. В общем, силу мы набрали преизрядную. И для гражданской войны очень даже солидную. Ведь по моим скромным прикидкам наши пятьдесят тысяч добровольцев по своим боевым возможностям сейчас примерно соответствовали красной армии в триста тысяч штыков и сабель. Поэтому нам было чем гордиться и чему радоваться. Особенно если учесть, с какого мизера совсем недавно начинал Корнилов и его ближайшие соратники.

Кстати, о соратниках. Так как наша армия теперь сильно разрослась в размерах. То я сформировал несколько дивизий на базе тех более мелких подразделений, что у нас имелись вначале этой военной авантюры. Итак – теперь Добровольческая армия Юга России включала в себя следующие подразделения. 1-я Добровольческая дивизия, созданная на основе Марковского полка, которой командовал Марков. Которого я также из полковников произвел недавно в генерал-майоры. Конечно, в моей армии хватало и более старых генералов. Вот только я им особо не хотел доверять командование боевыми подразделениями. И большой власти в руки также не давал. Поэтому большая часть этих заслуженных людей работала в штабах или на второстепенных должностях в тылу. А вот непосредственно боевыми действиями рулили более молодые, талантливые и инициативные кадры. Которые выдвинулись уже при Корнилове и успели стать легендами Белого движения.

Я им больше доверял чем тем штабным старпёрам. Ведь к моему большому сожалению в царской армии раньше царил весьма негативный обор среди офицеров на высшие командные должности. Там обычно командирами становились не самые умные и талантливые тактики со стратегами. А те у кого чин выше и выслуга лет больше. Ну, и на происхождение тоже смотрели. Всяким там баронам, графам и князьям было гораздо легче пролезть наверх по карьерной лестнице. И там какому-нибудь престарелому, тупому, но заслуженному генералу было больше доверия чем инициативному и опытному полководцу. У которого чин для командования полком, дивизией или армией был нет так высок. Именно поэтому русская армия и проиграла Первую Мировую войну. Ведь если на низовых уровнях хватало там талантливых и инициативных офицеров. То на высших командных должностях и в генеральном штабе обычно сидели старики, которые в современной войне ни черта не соображали. А главное – не хотели учиться воевать по новому.

Мне эта печальная ситуация почему-то очень сильно напоминала то, что я когда-то видел в будущем в армии Российской Федерации. Там ведь то же самое творилось. Где сидели в штабах и большими подразделениями командовали люди, которые совершенно для этого не годились. Нет, в армии мирного времени такая показуха и очковтирательство могли еще с грехом пополам прокатить. Но вот во время войны там русская армия умывалась кровью по вине таких вот горе-стратегов. Которых гнать надо было из вооружённых сил поганой метлой. Однако, они там очень даже неплохо процветали. А солдатики на фронте из-за их вопиющей некомпетентности и откровенной тупости гибли потом в больших количествах. Поэтому здесь и сейчас я предпочитал опираться при ведении боевых действий на действительно талантливых, молодых и инициативных офицеров. А не на замшелых стариков, которые уже не одну войну позорно проиграли. И профукали Российскую империю. У них был свой шанс спасти Россию. А теперь вот вперед пойдут более молодые и талантливые полководцы. Которые не боялись рисковать и принимать смелые решения.

Именно поэтому я и повысил сразу нескольких офицеров до более высоких званий. Потому что они этого заслужили! И теперь эти люди командовали уже не полками, а дивизиями в моей армии. Так про 1-ю Марковскую дивизию я рассказал. Теперь настал черед других подразделений Добровольческой армии Юга России. 2-й Добровольческой дивизией, развернутой на основе Корниловского полка, командовал Неженцев. Которого я также недавно произвел в чин генерал-майора. 3-ю Добровольческую дивизию мы развернули на основе бригады Дроздовского. Который также у меня стал генерал-майором. 4-й Добровольческой дивизией сейчас командовал генерал-лейтенант Врангель. 5-ю Добровольческую дивизию получил под командование генерал Юденич. Одновременно с этим в состав Добровольческой армии теперь входили еще пять конных бригад и три пластунские казачьи бригады. Также у нас имелся 1-й отдельный бронедивизион, где были сосредоточены все наши бронемашины. И еще был сформирован отдельный полк тяжелой артиллерии, куда вошли сорок два орудия больших калибров.

Еще для контроля за освобождёнными от большевиков территориями мы начали формировать подразделения военной стражи. Их сейчас по нашим подсчетам было уже около четырнадцати тысяч человек. Это помимо боевых частей Добровольческой армии. Эти тыловые части должны были охранять и поддерживать порядок в наших тылах. Понятное дело, что такие подразделения вооружались по остаточному принципу. Да, и брали мы туда не самых боеспособных людей. Впрочем, им ведь там против регулярных частей красной армии воевать не надо было. Только поддерживать порядок, подавлять восстания большевиков, ловить бандитов и всяких партизан.

Также кроме картельных органов для стабилизации тыла моей армии мы создали и гражданскую администрацию. Теперь на Юге России появилось новое государственное образование Южнорусская Республика или Югороссия. Правда, играться в демократию с разными политическими партиями я не собирался. А такое название выбрал лишь для прикрытия моей неприкрытой военной диктатуры. Меня всегда забавляли все эти опереточные лидеры Белого движения. Которые воюя с большевиками, когда требуется полное напряжение и единство всех сил, буквально сами же и отдавали власть в руки гражданских политиков. Которые начинали интриговать за спиной военных и устраивать разборки друг с другом по политическим и личным мотивам. В результате чего получалась весьма неприятная для белых войск ситуация.

Когда гражданское правительство жило как бы отдельно от своей армии, воюющей с большевиками. Типа, у всех этих эсеров, меньшевиков, кадетов, националистов и прочей политической швали имелись свои интересы, отличные от интересов солдат и офицеров воюющих против красных вурдалаков. И в результате чего все эти опереточные образования вроде КОМУЧА, Уфимской директории, Омской рады, Дальневосточной республики, Кавказской республики, Донской Казачьей республики, Кубанской казачьей республики и еще многих других таких же смешных недогосударств пали под ударами сплоченной и сильной Красной армии. А все из-за того, что в тылу там у белых творилось черт знает что. И вместо того, чтобы нормально воевать против режима большевиков, они там междоусобные разборки постоянно устраивали.

Поэтому я все эти игры в демократию устраивать у нас не собирался. Действуя под лозунгом спасения России от большевиков, я создал свое государство на Юге России. Где вся полнота власти принадлежала мне. То есть я как диктатор не только управлял армией, но и влиял на внутреннюю политику на территории, контролируемой Добровольческой армией Юга России. Нет, красивые лозунги я, конечно, использовал тоже, чтобы запудрить мозги народу. Привыкшему, что его постоянно агитируют и облизывают со всех сторон. Свобода слова, права человека, закон и порядок. Все это вроде как и было в моей Югороссии. Но также как и большевики я, конечно, же говорил одно, а делал совсем другое. Тоже как и они обманывал неграмотное население сладкими обещаниями, маскируя ими настоящую военную диктатуру. Так как параллельно с нашей пропагандой мы значительно так расширили теперь и нашу службу контрразведки.

Которая очень активно боролась с большевистским подпольем, вражеской агентурой и засылаемыми на нашу сторону красными провокаторами. И в методах наши контрразведчики при этом не ограничивались. А то мне всегда было не понятно это либеральное отношение белых к борьбе с агентами большевиков в своих тылах. Ведь то, что там в советских фильмах показывают о зверствах белой контрразведки против героических красных подпольщиков – это просто страшные сказки для толпы. На самом же деле в начале гражданской войны белые борьбе с красным подпольем уделяли крайне мало времени и сил. На чем потом и погорели.

Нет, потом-то очнулись и стали все же активно с этой заразой в тылу у себя бороться. Вот только уже было слишком поздно. Там большевики успели создать такую мощную сеть агентов. Которая потом очень сильно осложняла жизнь белогвардейцам. Организовывая восстания и диверсии против белых у них же в тылу. Мы же решили сразу бороться с этой проблемой. Поэтому моя контрразведка работала довольно энергично и эффективно. И кстати, обычные обыватели эту деятельность даже приветствовали. Ведь они уже успели хлебнуть советской власти и полностью в ней разочароваться. И это здесь ведь дело даже не дошло до продразверстки.

Которая сейчас набирала ход в центральной России. Где красные продовольственные отряды отбирали зерно у крестьян. Что, конечно же, сельчанам ну никак не могло понравиться. Ведь красные бойцы их просто грабили, отбирая у крестьян еду и обрекая их тем самым на голодную смерть. Поэтому там сейчас начали вовсю вспыхивать стихийные крестьянские восстания против режима большевиков. Который показал, наконец-то, доверчивым селянам свой звериный оскал красных вурдалаков. Мы же в противовес большевикам зерно у крестьян не отбирали, а покупали. Кстати, сейчас в Югороссии стали ходить новые бумажные деньги, которые были обеспечены нашим золотым запасом, составлявшим уже около пятисот миллионов золотых рублей.

Понятное дело, что всеми этими хозяйственными вопросами в нашем тылу я не занимался. Для этого у меня появилось правительство из министров, которые отвечали за разные направления деятельности. И никакой демократии или партийных склок я здесь не терпел. Все эти люди работали только на меня, а не представляли интересы какой-либо политической партии. Как это сейчас было принято в других белогвардейских недогосударствах. Там где эсеры, меньшевики, кадеты, монархисты, анархисты и националисты лоббировали интересы своих политических сил. У нас же все было совсем не так. Никакие политически партии до власти я не допускал. И любая антиправительственная агитация в Югороссии была приравнена к измене родины и каралась смертной казнью.

У нас вообще, многие преступления наказывались через повешение или расстрел. Да, жестоко и бесчеловечно. Однако, против нас сейчас воевали точно такие же жестокие типы, которые в своей бесчеловечности заткнут всех нас за пояс. Сатанинская советская власть с ее антинародной направленностью была нацелена на жесточайшее подавление граждан. И в этой гражданской войне мог победить только тот, кто окажется более жестоким и твердым. А все эти либеральные игры в демократию Белое движение и погубили. Я же на эти грабли наступать не собирался. Поэтому закон, спокойствие, экономическую и политическую стабильность на нашей территории мы поддерживали довольно жестокими мерами.

Не собирался я цацкаться со всеми этими большевиками и их подпевалами. Такие кадры уж точно были не нужны в моей России, которую я сейчас строил силой оружия. А ведь другой альтернативы я просто не видел. И это был не тот бесконтрольный белый террор, которым страдали все белые силы. Когда убивали и грабили население без всякого разбора. Мой террор был крайне избирательный. И от него невинные люди не страдали. Я ведь это особо подчеркивал, контролируя деятельность наших контрразведчиков при помощи специальных уполномоченных. Которые следили за тем, чтобы контрразведка действовала только в рамках закона и не творила беспредел.

Впрочем, в отношении большевиков и их сторонников я разрешал действовать очень жёстко. Вот если бы царь Николай Второй так со всеми этими революционерами раньше не цацкался, а сразу бы после суда делал им секир-башка. А то я читал воспоминания многих видных большевиков. Для которых после ареста и царского суда начинался форменный курорт на каторге или в ссылке. Эта царская каторга у меня только смех и вызывала. Это вам совсем не советский ГУЛАГ товарища Сталина. Там осужденные большевики и прочие борцы с режимом жили очень даже неплохо. В общем, курорт, а не каторга. А про ссылку Ленина и его банды я вообще молчу.

Так вот если бы царь все же вынул тогда голову из задницы и поступил с революционерами со всей строгостью. То есть казнил бы их за малейшую провинность. То возможно бы, при этом революции в России и не произошло. Или она бы тут была не такой разрушительной. Ведь это именно большевики виноваты в развале армии и фронта. После чего Россия позорно проиграла войну Германии. А если бы в войсках было не так много большевистских агитаторов, то разложение русской армии было бы не таким катастрофическим. И уж по крайней мере она бы точно тогда смогла продержаться до капитуляции Германии.

Русские же всего лишь год не дотерпели до конца Империалистической войны. И если бы не долбанная, предательская агитация большевиков, то царская армия бы в 1917 году была более боеспособной. Это потом уже советские историки придумали сказку про то, что в России к 1917 году прямо сама по себе возникла революционная ситуация. И революция вроде как произошла стихийно и сама по себе. Угу, угу! Красиво врете товарищи сказочники. Вот только Ленин же даже не отрицал, что делал свою пролетарскую революцию на немецкие деньги. То есть лидер большевиков взял деньги у врагов, которые в этот момент активно воевали с русской армией. И начал подрывную деятельность против своей воюющей с немцами армии и своей страны. Хотя какой он русский? Большевик чертов! Правильно об этих красных упырях как-то высказался герой одного фильма про гражданскую войну.

– Какой же ты русский? Ты просто большевик, продавшийся немцам и ударивший в спину своей армии! – вроде бы так там говорил тот офицер одному революционному матросику.

И тут я с ним полностью согласен. Большевики для меня являются предателями Родины, которые ее коварно предали, чтобы подло захватить власть в стране в годину суровых испытаний. Вот такая у меня позиция по жизни была даже в будущем. А визги всех этих любителей советской власти, которые с оргазмом дрочили на СССР и идеализировали большевиков, мне всегда были сугубо по барабану. Впрочем, хватит уже говорить про этих красных утырков. Лучше я вам поведаю еще об одном знаменитом и легендарном персонаже. Который теперь влился в наши стройные ряды вооружённых сил Югороссии. А зовут этого человека Александр Васильевич Колчак. Адмирал, которого я назначил командующим Черноморским флотом Югороссии. Да, да! Тот самый адмирал, которого когда-то сыграл актер Хабенский. Который, кстати, на реального Колчака был ну совсем не похож. Вот тут актера режиссёр не смог правильного подобрать. Хабенский и Колчак это же совершенно разные типажи.

Однако, меня интересовало совсем не это. Мне ведь срочно был нужен нормальный командующий моим флотом, который вдруг внезапно у нас появился. А то Александр Иванович Тихменев на мой взгляд с такой работой справлялся не очень хорошо. Да, и не было у него такого авторитета среди моряков, который имелся у Колчака. Кстати, ведь адмиралу Колчаку такая специфика уже была знакома. Он же тут был уже командующим Черноморским флотом в 1915-1917 году. И при Колчаке моряки на Черном море воевали очень даже активно и хорошо, добившись многочисленных побед над флотом Османской империи. В отличие от их коллег, которые на Балтике особо то и не повоевали при этом. В общем, во флоте Колчака уважали. И его даже революционные матросы не тронули в 1917 году.

Когда он усиленно нарывался на пулю с их стороны. Даже англичане признавали, что именно Колчак является самым крутым русским флотоводцем в данный момент. А уж эти просвещенные мореплаватели такие комплименты в сторону иностранных адмиралов очень редко делали. Но заслуги адмирала Колчака они оценили очень даже высоко. Его даже звали на службу в английский и американский флот при этом. И он пока думал над этими предложениями от англичан и американцев. Ну, а я просто решил перехватить такого перспективного кадра. Пока Колчак еще не вляпался в мутную Волжско-Сибирскую Директорию. Которая себя пафосно обзовет Временным Всероссийским правительством. Во как! Этим смешным людишкам было явно мании величия не занимать.

Собрались там в Сибири беглые банкиры, кадеты, эсеры и недобитые члены Временного правительства. И под контролем иностранцев объявили себя правителями России. Не больше и не меньше. Правда, пока они еще не успели там скооперироваться и объединиться в одно змеиное кубло, кишащее интригами и междоусобными разборками. Скажу вам честно и откровенно. Что я даже под наркозом не стал бы признавать над собою власть этих клоунов. Я ведь прекрасно знаю, как феерично они там все пролюбят и разворуют. Поэтому я совсем не хотел отдавать тем проходимцам из Сибири адмирала Колчака. Такая корова нужна самому!

Ведь там он очень плохо кончил, преданный своими же войсками. И зачем Колчак, вообще, туда полез в этот блудняк? Зачем согласился стать их знаменем и Верховным правителем России? Это же была совершенно опереточная должность. А самого Колчака там в Сибири никто из местных вояк и не слушался. Плевали они на его приказы и воевали как Бог на душу положит. И в итоге проиграли, а Колчак заплатил за эти дурные игры своей головой. Глупо он там как-то погиб. И вообще, нахрена он туда сунулся то в эту клоаку? Ведь в сухопутной войне адмирал Колчак ни черта не соображал. Ну, и какой же из него при этом главнокомандующий получился? Никакой!

А вот на море он был, действительно, хорош. Об этом говорили все его современники. И даже враги это признавали. Ну, а мне позарез был нужен толковый командующий нашим флотом. Чтобы он его встряхнул и заставил нормально воевать. А не маяться дурью, как это привыкли делать морячки за последний год. Поэтому Колчак нам подходил на эту должность по всем параметрам. Поэтому я попросил генерала Алексеева, отвечающего сейчас за нашу дипломатию и разведку, а также за связи с союзниками по Антанте, чтобы он нашел и вызвал ко мне адмирала Колчака. Который пока еще где-то болтался в свободном плавании и не мог определиться, что же ему делать. Вот пока его не выцепили люди из Директории, я адмирала и перехватил у них из-под носа. Пускай себе другого дурака ищут на место их опереточного Верховного правителя России.

Думаю, что найдут. Сейчас же в России без дела осталась целая куча людей с большими амбициями и куцыми мозгами. Поэтому тут я спокоен. Эти хитромудрые деляги из Сибири обязательно найдут себе другую марионетку в генеральском мундире. Там ведь без разницы, кто будет этим фальшивым Верховным. Все равно силы той Директории никаких особых успехов не достигнут. Слишком уж они там все разобщены и не доверяют друг другу. И вместо того, чтобы бороться с большевиками единым фронтом, они будут интриговать и делать гадости друг другу. И все это для них окончится очень плохо. Но хотя бы Колчака я от этой трагичной судьбы спас. И теперь он очень энергично взялся рулить нашим Черноморским флотом. А первая боевая задача, поставленная мною новому командующему нашим флотом, заключалась в эвакуации с Трапезундского плацдарма (это на северо-восточном побережье Турции) людей, оружия и техники Кавказского русского корпуса.

Их там к этому моменту ведь не так уж и много осталось. Из двухсот тысяч русских войск, воевавших против турок в том районе, теперь осталось всего лишь примерно восемь тысяч человек. Это были самые морально устойчивые и патриотический настроенные военнослужащие. Которых там Россия практически бросила на растерзание туркам. Большевикам в Москве, вообще, было наплевать на тех людей. А ведь они там все еще пытались воевать и держать фронт. Вы представляете себе? Последние солдаты и офицеры погибшей империи, которая их оставила умирать!

Но они все же еще сопротивлялись и не сложили оружие. Хотя большая часть солдат того Кавказского фронта давно уже дезертировала и удрала оттуда. А там остались только самые стойкие и патриотичные. Поэтому я подумал, что этих людей нам надо спасти. Потому поручил Колчаку и его флоту эвакуировать на нашу территорию все имущество и людей Кавказского русского корпуса. Тем более, что Алексееву удалось договориться с турецким командованием об этом. Туркам ведь тоже этот недобитый русский корпус был как кость в горле. Он им мешал вторгнуться на Кавказ и порешать там свои вопросы. Поэтому турки с радостью ухватились за наше предложение об эвакуации русских войск из Трапезунда. Так мы смогли получить довольно много оружия, техники, боеприпасов и другого военного имущества Кавказского русского корпуса. А еще около шести тысяч человек из него согласились воевать в рядах Добровольческой армии Югороссии. В общем, я в любом случае уже не зря отжал у немчуры те корабли Черноморского флота. Они нам уже хорошо так окупились.

Еще хотелось бы немного затронуть вопросы нашей экономической политики. Ведь для крепкого тыла не достаточно только карательных органов, строгих законов и военной диктатуры. Поэтому я озаботился рабочим вопросом и восстановлением нашего производства. А то при всех этих долбанных революциях и краткосрочном правлении большевиков практически вся промышленность на Юге России пришла в совершеннейший упадок. Рабочие, взбаламученные красными агитаторами, начали с дуру бороться за свои права с оружием в руках. Конечно, большевики тех людей нагло и цинично нае…э…обманывали. Да, обманывали! Обещая, что рабочие станут собственниками заводов и фабрик. В такое мог поверить только идиот или малограмотный человек. То есть большая масса рабочих. Которые за эти несколько лет уже привыкли отключать мозг и мыслить красивыми лозунгами. Типа, земля рабочим, а фабрики крестьянам! Или наоборот? Но не суть. Я то помнил прекрасно как потом победившие большевики превратили крестьян в колхозных рабов, объявив их землю собственностью государства. А рабочие так потом в Советском Союзе и работали на заводах, которые им не принадлежали.

Однако, я также понимал, что на штыках можно прийти к власти. А вот сидеть на них потом будет крайне неудобно. Потому что у вас вся жопа при этом будет в дырках от штыков. А особенно сейчас надо было как-то успокоить рабочие массы. Которые совсем не хотели возвращения беспросветной нищеты и шестнадцатичасового рабочего дня, как это было при царе. По моей инициативе на территории Югороссии рабочий день для рабочих устанавливался не более восьми часов в день. Еще они получали один выходной день в неделю. Также на производстве устанавливался фиксированный размер минимальной заработной платы. Меньше которого владельцы заводов и фабрик платить уже не могли. Кроме этого мы также установили размеры денежной компенсации рабочим в случае получения ими серьезных травм на производстве.

Конечно, при этом все предприятия как и раньше оставались в частной собственности у прежних хозяев. Если же хозяев по какой-то причине не было. То те бесхозные заводы и фабрики передавались в собственность государства. И переходили в ведение нашего министерства промышленности. Которое потом должно было назначить своих управляющих или продать это предприятие новому владельцу. Только я категорически запретил продавать наши заводы и фабрики иностранцам. Не хотелось бы мне, чтобы нашей промышленностью распоряжались потом какие-нибудь англичане, американцы или французы с немцами. Наши заводы и фабрики должны быть собственностью только граждан России. Эти меры помогли нам снизить накал недовольства рабочих на промышленных предприятиях. Тем более, что мое правительство начало субсидировать жизненно важные для нашей армии заводы и фабрики. Нам удалось наладить производство оружия и боеприпасов в Екатеринодаре и Новороссийске. Кроме этого заработали и несколько швейных фабрик и обувных мануфактур в других населенных пунктах Югороссии, которые также начали делать одежду и обувь для нужд Добровольческой армии и Черноморского флота.

И еще одним не менее важным вопросом, требующим решения, был вопрос о земле. Большевики ведь поступили очень хитро. Они издали свой лживый декрет о земле, в котором разрешили крестьянам забрать себе все земли помещиков. Однако, я ведь прекрасно знаю, что скоро вся эта благодать для глупых, жадных и наивных крестьян закончится. И большевики начнут их силой загонять в свои уродские колхозы. А всех крестьян единоличников начнут гнобить со страшной силой, отбирая у них землю и объявляя их кулаками. Не даром же сейчас деревня на территории красных уже начинает закипать многочисленными восстаниями против советской власти. Очень уж не понравилось прижимистым селянам красная продразверстка и насильственная коллективизация.

Поэтому я решил также снять с повестки дня давно назревший вопрос о земле на территории, контролируемой нашей Добровольческой армией. Для этого мы собрали целую комиссию из уважаемых и очень грамотных людей. Которые раньше занимались вопросами землеустройства и землепользования в Российской империи. Министр сельского хозяйства Югороссии Андрей Семенович Кривошеин лично возглавил этот процесс. И разработка, а потом и реализация «Закона о земле» находилась под его непосредственным контролем. А в конечном итоге мне был представлен следующий законопроект.

Отныне все желающие, безземельные землепашцы могли бесплатно получить от государства свой надел пахотных земель. При этом минимальный размер участка устанавливался в размере трех десятин. Это примерно три гектара или сто пятьдесят соток. Это был бесплатный минимум земли, который крестьянин мог бы получить в свою собственность. Если вам требовался больший земельный надел. То вы могли его выкупить у государства по фиксированной цене, которая была значительно ниже рыночной. Все же участки земли, ранее принадлежавшие собственникам, также за ними сохранялись и за них не надо было платить. Однако, при этом размер участка пахотных земель таких землевладельцев не должен был превышать тридцати десятин, то есть примерно тридцати гектаров. Все что более этого переходило в собственность государства.

Исключение при этом делалось для особо крупных сельскохозяйственных хозяйств, выращивающих особые культуры. Для расчета и выделения земель нами при министерстве сельского хозяйства создавалась служба землемеров. Для этого даже пришлось выделить из казны несколько миллионов свеженапечатанных новеньких рублей. Но это того стоило. Так как наша земельная реформа выбила из-под ног у большевистских агитаторов почву. И они теперь уже не могли баламутить крестьян, обещая им землю в случае прихода советской власти.

Так как крестьяне предпочитали гарантированно получать от нас в собственность минимальные участки или доплачивать за более крупные. Чем попасть под раздачу советских продовольственных отрядов, отбирающих у них еду и силой загоняющих их в колхозы. Мы ведь, в отличие от большевиков, никого не заставляли и не обманывали. Вот тебе необходимый минимум земли бесплатно. Если надо больше, то покупай. И будет тебе счастье. Одновременно с этим мы также не отбирали полностью все земельные владения у крупных землевладельцев. Все же часть земли за ними сохранялась. И при этом это также снижало недовольство уже со стороны помещиков и зажиточных хуторян.

В любом случае наша земельная реформа потушила недовольство крестьян на нашей территории. И в дальнейшем к нам даже стали приезжать представители крестьянских общин с других территорий. И настойчиво интересоваться, а когда же, наконец, Добровольческая армия до них дойдет и освободит от советской власти. Да, уж! Еще и года не прошло, а большевики там уже успели настроить против себя большую часть крестьян. Хотя они же всем заявляют, что их власть – это диктатура пролетариата. То есть диктатура рабочих. А вот крестьян эти красные упыри открыто называли мелкобуржуазными элементами. И боролись с ними соответствующими методами. Прямо в духе пресловутой классовой борьбы.

Ведь уже сейчас шло порабощение свободных и независимых землепашцев советским беспощадным государством. А ведь этот бесчеловечный процесс только набирал ход. Крестьяне были только в начале пути к государственному рабству в СССР. Поэтому неудивительно, что наша альтернатива им нравилась больше. Это в другой истории у крестьян просто иного выбора не было. Так как белые никак не хотели решать вопрос о земле. И только когда их заперли в Крыму в 1920 году, Врангель вдруг озаботился земельной реформой. Которая, кстати, была похожа на нашу. Вот только как-то слишком поздно они спохватились. Это надо было делать в самом начале борьбы с красными. Вот тогда бы белые не остались без поддержки. А так крестьяне от них просто отвернулись нахрен. Но ведь именно они сейчас и составляли большинство населения бывшей Российской империи.

Однако, я на эти грабли наступать не хотел. Поэтому и провел побыстрее этот наш «Закон о земле». Что довольно скоро обеспечило нам поддержку крестьян. И кстати, если в нашу армию они раньше шли не очень охотно. То теперь призывные пункты Добровольческой армии начали просто ломиться от селян, желающих защищать такую классную власть, давшую им землю. У них ведь теперь было с чем сравнивать. И большевистская действительность крестьянам сосем не нравилась. Кстати, такой наплыв желающих повоевать на нашей стороне случился еще и из-за того. Что я включил в «Закон о земле» один очень любопытный пункт. Где любой человек, отслуживший три года в Добровольческой армии, получал в собственность шесть десятин земли. По две десятины за каждый год. Вы представляете, сколько у нас при этом появилось добровольцев из сельских районов? Вот! Я тоже был сильно удивлен.

Глава 8

Глава 8.

Ставрополье и Кавказ.

После такого быстрого взятия под наш контроль Ставрополя. Я решил разделить нашу группировку. Корпус генерала Юденича, включавший двенадцать тысяч человек пошел на юго-восток. Там по уверениям полковника Шкуро сейчас располагалась Тверская Советская республика. В которой совсем недавно вспыхнуло восстание терских казаков против большевиков. Кстати, там все дело было не столько в идеологических разборках. Сколько в межнациональных распрях между русскоязычными казаками и горцами. Казаки ведь там в тех местах жили по течению реки Терек. И за верную службу им царь пожаловал земли, которые эти люди и обрабатывали. По словам Шкуро там на Тереке существовало сейчас около восьмидесяти казацких станиц. И понятное дело, что местным кавказцам совсем не нравились русские казаки. Которые были хорошо вооружены и не давали себя грабить. А ведь грабеж на Кавказе в эти времена был самым любимым занятием настоящих мужчин.

Однако, грабить хоть и зажиточных, но хорошо вооружённых и опытных казаков было очень опасно для местных абреков. Поэтому они очень сильно обрадовались, когда на Кавказ пришла революция. И большевики начали насаждать там свою власть. Ведь они обычно при этом всегда вставали на сторону горцев в любом конфликте, разоружая казаков и отбирая у них землю в пользу кавказцев. Потому что большая часть здешних большевиков были как-раз местными кавказцами. Какой невероятное совпадение не правда ли? Ну, а казаки всегда были врагами горцев. А значит и автоматически стали врагами местных большевиков. И там уже дело дошло до откровенной резни. Когда под лозунгами о равенстве и братстве большевики натравляли горцев на казаков. Которые просто вырезали под ноль казачьи станицы. Насилуя, грабя и убивая всех подряд при этом.

Ай-яй-яй где-то я уже такое видел? А, точно! Во время первой и второй чеченских войн там в будущем. Там ведь точно также горцы резали русских и выгоняли их со своей земли. Очень похоже, очень! Но сейчас меня беспокоило совсем не это. А то что в этой самой Терской Советской республике всем сейчас заправляли большевики. И такие соседи мне под боком совсем на хутор не упёрлись. Поэтому этот красный клоповник надо было вытравливать без всякой пощады. Пока большевистская зараза там на весь Кавказ не перекинулась. Там ведь пока еще в той же Грузии, Армении или Азербайджане рулят махровые националисты. Которые большевиков на дух не переносят. И по мне так пусть лучше уж такие соседи у нас на границе с Кавказом будут сидеть.

Чем эти красные упыри, устраивающие этнические чистки русских людей под лозунгами большевиков. Это по-моему вообще уже настоящее дно! Для меня все эти кавказские большевики стали теперь даже хуже германских фашистов. Долбанные красные твари с нацистским уклоном. Поэтому у меня было сразу две причины для того, чтобы отправить туда на Северный Кавказ карательный корпус Юденича. Этот бравый генерал ведь и раньше тут воевал на Кавказе против турок и местных сепаратистов. Поэтому он должен знать местные расклады. Это я в здешних разборках ни бум-бум. Корнилов же с Кавказом мало соприкасался.

Ну, а мои знания по этому периоду гражданской войны на Кавказе очень отрывочные и неточные. А вот генерал Юденич здесь хорошо ориентируется. Поэтому он как никто другой подходит, чтобы командовать тем нашим воинским контингентом, который пойдет на Северный Кавказ наводить порядок. Нет, можно было бы и того же барона Врангеля туда отправить командиром. Он тоже неплохо так на Кавказе ориентируется. Вот только он почему-то плохо ладит со Шкуро. А полковник Шкуро сам меня попросил направить его бригаду в том направлении. Вот поэтому он туда и отправится в составе корпуса под командованием генерала Юденича.

Шкуро, кстати, тоже тамошнюю специфику очень хорошо знает. Он же там жил недалеко до недавнего времени. Пока не создал свой партизанский отряд и не стал бороться против красных упырей. В общем, я думаю, что они там хорошо с Юденичем сработаются. При этом я также генералу Юденичу подчинил один из наших бронепоездов для усиления его группировки. Хотя если верить рассказам полковника Шкуро. То сейчас там в Тверской Советской республике у большевиков особо больших сил и нет. И еще ведь там сейчас против них воюют несколько тысяч восставших терских казаков. Поэтому я прикинул, что корпус Юденича должен справиться с захватом Терской Советской республики. И наведет там порядок. Нужный нам порядок!

Ну, а мы начали наступление на довольно широком фронте, старясь охватить всю территорию Ставропольской Советской республики. При этом моя группировка двигалась по центру. На левом фланге наступал корпус под командованием барона Врангеля. А на правом продвигался корпус генерала Деникина. При этом наши действия поддерживали четыре бронепоезда и вся наша немногочисленная авиация с броневиками. Честно говоря, я думал что у красных здесь будет гораздо больше сил. Гораздо больше! Однако нам противостояли довольно небольшие соединения противника. Видимо, летом 1918 года у Советской России пока еще не было нормальных строевых частей. А все что у них было до этого в виде разных дивизий и полков еще старой царской армии, которые были успешно большевиками распропагандированы и воевали на их стороне в это время.

Все такие подразделения мы к этому времени уже успели разбить и уничтожить под ноль. Поэтому сейчас нам на Ставрополье противостояла какая-то сборная солянка из разных партизанских отрядов, набранных наспех ополченцев, отдельных рот моряков Каспийской флотилии, рабочих отрядов и даже небольших специальных отрядов чекистов. Кстати, последние были самыми упоротыми и проблемными противниками. Эти так просто не сдавались и довольно упорно сопротивлялись. Может быть потому что употребляли большие дозы кокаина? А что? Сейчас большая часть чекистов и высших бонз партии большевиков очень даже уважали кокаин.

И еще революционные матросы также придумали свое убойное пойло. «Балтийский коктейль» называется. Это помесь разбавленного дешевого спирта и кокаина. Крутой боевой коктейль получался. Красные матросики, приняв его, бесстрашно бросались атаку даже на пулеметы в полный рост. И при этом они ничего не боялись и не отступали. А также при ранении не чувствовали боли и продолжали сражаться пока не умирали от потери крови. Ну, и воевали такие обдолбанные кадры, конечно же, довольно бестолково. Могли просто с диким рёвом бежать в сторону противника, держа бесполезные винтовки как дубины. Или громко хихикая, палили во все стороны. Я тоже такое уже видел раньше в будущем. Там точно также когда-то вели себя и украинские солдаты в ходе войны с Россией. Командование ВСУ своих вояк тоже накачивало наркотой перед боем.

Но в любом случае теперь такого численного превосходства как раньше у красных войск не было. Поэтому Добровольческая армия продвигалась по территории Ставропольской Советской республики довольно быстро и не несла серьезных потерь при этом. Такая война мне напоминала какую-то легкую прогулку. Да, уж! Контраст с тем, что было раньше на Кубани, был разительный. Тут красные так и не смогли построить какую-то вменяемую оборону и уже к концу июня 1918 года наши войска подошли к границе Ставропольской и Астраханской областей. Кстати, нас на Ставрополье население встречало как освободителей.

Люди откровенно радовались освобождения от гнета советской власти. Народ здесь уже успел досыта нахлебаться демократии по-советски. Поэтому все тут очень благосклонно восприняли установление нашего порядка

А крестьяне радовались больше всех. Так как они здесь уже слышали про наш «Закон о земле» и проводимой на Кубани земельной реформе. И с красными продотрядами, отбиравшими у них еду, здешние землепашцы также уже успели познакомиться вплотную. В общем, какого-то серьезного сопротивления или партизанского движения нашей власти на Ставрополье не возникло. И в дальнейшем это был один из самых спокойных регионов, находившихся под контролем нашей Добровольческой армии. И еще Ставрополье также наряду с Кубанью было одним из регионов, где мы набирали довольно много добровольцев для пополнения нашей армии. Местным крестьянам очень понравилась наша земельная реформа. Поэтому они очень охотно шли записываться в Добровольческую армию Юга России.

На Кавказе дела у корпуса Юденича также шли замечательно. Сил там у местных большевиков оказалось не так уж и много. Они же там и так с трудом противостояли нескольким тысячам казацких повстанцев. А против нашей хорошо вооружённой, дисциплинированной и прекрасной обученной регулярной армии выстоять не смогли. Поэтому войска Юденича и Шкуро на Северном Кавказе устроили настоящую бойню для местных большевиков и их кавказских приспешников. И им в этом с большим энтузиазмом помогали все те же терские казаки. Которые теперь платили горцам той же монетой, вырезая их аулы под корень.

Как говорится, око за око, зуб за зуб! Вроде бы так там в Библии написано было? Вот казачки кавказским нацистам, рядящимся в одежды большевиков, отомстили полной мерой. Впрочем, мне тех горцев было совсем не жаль. Так как это они первыми начали эту мерзкую и кровавую резню. Поэтому теперь пускай не воют и не просят их пощадить. Они вот раньше казакам пощады не давали почему-то. Ну, и еще говорят, что полковник Шкуро со своими людьми тоже там очень славно отметился во всем этом геноциде горного населения. Впрочем, я ему все грехи простил. Ведь этот лихой кадр как-то умудрился поймать всю верхушку Терской Советской республики. Среди которых был и сам Серго Орджоникидзе.

Вот вам еще одна кровавая легенда этой грязной гражданской войны. Это имя не раз ведь мелькало на страницах исторических трудов по гражданской войне. Этот человек был комиссаром из Москвы. Который курировал на Кавказе все действия здешних большевиков. И за этнические чистки терских казаков этот кровавый упырь отвечал напрямую. Он их и инициировал, между прочим. Это выяснилось потом при его допросе. Ведь этот кавказский большевик долго строить из себя героя не смог. И почти сразу же начал сотрудничать со следствием, стоило только нашему палачу к нему приблизиться с инструментами для пыток. Этот горный джигит раскололся до донышка. Сдав всех своих подельников и всю сеть большевистского подполья на Кавказе.

Ведь он же сам ее здесь создавал и курировал. И именно опираясь на показание Серго Орджоникидзе, мы потом и вычистили почти весь Кавказ от большевистской агентуры. Мда! А ведь если бы полковник Шкуро этого красного утырка тогда не отловил. То те агенты большевиков нам бы очень много крови попили. Ведя подрывную деятельность на Кавказе и поднимая тут восстания. Но мы большую часть агентуры там зачистили потом. Нет, не всех конечно. Но основную массу мы не упустили. Ведь когда ты точно знаешь, кого надо искать и арестовывать. То это очень сильно облегчает действие ваших контрразведчиков.

Как говорится, болтун находка для шпиона! Это вроде бы советская поговорка времён культа товарища Сталина? Вот и заслуженный большевик Серго Орджоникидзе своей неуемной болтовней нам очень много тайн советских товарищей сдал. И по его вине погибло очень много красных шпионов и подпольщиков. Поэтому он полностью заслужил свою милосердную пулю в лоб. Потом когда мы из него вытянули все секреты, превратив беспощадного к врагам коммунизма большевика в кусок воющего от ужаса мяса.

В общем, вы сами понимаете, что за такой вот грандиозный подарок я был готов простить Шкуро любые преступления и проступки против свободолюбивых горцев. Да, пусть бы он там их вообще всех под ноль извел. Я бы ему слова не сказал. Шкуро, конечно, сукин сын, но это наш сукин сын. И пока он будет нам приносить пользу, я стану его прикрывать от любого суда. А что? Американским президентам, значит, можно так поступать, прикрывая разных кровавых маньяков вроде диктатора Самосы, а мне нельзя? Поэтому я сейчас беру на себя все грехи моих людей. Вот когда мы победим большевиков. И развесим их трупы на кремлёвских башнях. Вот тогда историки и политики смогут вылить на меня не одно ведро помоев в своих мемуарах и исторических трудах. И мне на это плевать с присвистом. Главное – это результат. Все ради победы!

Глава 9

Глава 9.

Астрахань.

Наконец, освобождение Ставрополья от власти большевиков было закончено. После чего армия под моим командованием вторглась в пределы Астраханской губернии. Здесь большевики также уже успели захватить власть в кровавой борьбе с астраханскими казаками. Кстати, бои тут закончились относительно недавно. Поэтому их следы были отчётливо видны то тут то там по мере нашего продвижения вперед. Группировка добровольческих войск под моим непосредственным командованием двигалась вдоль побережья Каспийского моря на северо-восток в сторону впадения реки Волги в море. Именно там располагался крупнейший город Астрахань, бывший столицей Астраханской губернии. Кстати, тут красные даже не успели создать очередную уродскую Советскую республику как на Кубани, Северном Кавказе или в Ставрополье. Слишком уж быстро мы сюда заявились просто.

На нашем левом фланге двигался корпус барона Врангеля. Он имел довольно много кавалерии в своем составе, что было крайне необходимо для действий в тех местах. Ведь сейчас наша армия продвигалась по землям так называемой орды кочующих калмыков. Вот корпус Врангеля как-раз и должен был действовать в тех бесплодных и сухих степях, переходящих в полупустыню, населенных кочевыми племенами местных аборигенов. Кстати, калмыки к приходу Добровольческой армии отнеслись довольно положительно. Не понравилось им, что большевики, придя к власти тут, объявили все земли кочевий калмыков собственностью государства. И начали там устанавливать свои порядки и законы.

А ведь даже царские чиновники раньше не лезли в дела этих полудиких кочевников. Которые считали эти земли своей собственностью. А тут какие-то непонятные большевики начали их вдруг строить и навязывать свою волю. Понятное дело, что такое положение вещей гордым калмыкам совсем не нравилось. И они уже были на грани бунта против советской власти. И очень сильно сожалели, что не поддержали выступление антибольшевистских сил в Астрахани всего лишь пару месяцев назад. Из-за чего тогда большевики и смогли тех астраханских казаков разбить, окончательно захватив власть в Астраханской губернии.

Поэтому сейчас калмыки встречали приход Добровольческой армии Юга России с радостью и облегчением. Советская власть жителям этих жарких и пустынных степей тоже почему-то сильно не понравилась. И вскоре к нам даже присоединился пятитысячный конный корпус, состоящий из астраханских калмыков. Так как я вернул этим детям степи обратно их пастбища и кочевья в собственность кочевых родов. Поэтому только за это калмыки были готовы драться на нашей стороне против красных вурдалаков.

Кстати, в центральной части Астраханской губернии, где и действовали сейчас войска барона Врангеля, у красных было крайне мало сил. А вот на том направлении, где возле моря продвигался уже мой корпус, большевики сосредоточили все свои самые боеспособные войска. Что у них имелись в Астраханской губернии на этот момент. Ведь мы то как-раз двигались вдоль Каспийского моря по направлению к Астрахани. Которая была сейчас главным центром большевистской власти в этих полупустынных местах. Кстати, большая часть крупных поселений русскоязычного населения были сейчас сосредоточены вдоль реки Волги. А этот район были и самым густо заселенным в Астраханской губернии. Тут была своя специфика. Где оседлое и пришлое население жило рядом с Волгой по всей ее протяженности.

А вот кочевники занимали обширные засушливые степи как по правому, так и по левому берегу этой большой реки. Мы пока находились на правом берегу. И тут кочевала орда калмыков. А вот на левом берегу Волги в степях и полупустынях уже жили кочевые племена киргизов-кайсаков. Их сейчас здесь еще называли Букеевская орда. В общем, район боевых действий тут был довольно своеобразным. Это вам не плодородная Кубань или Ставрополье с Доном. Тут приходилось вести свою армию там, где ты сможешь ее прокормить и напоить. И хорошо, что теперь калмыки оказывали поддержку нашим добровольцам. Давая им приют в своих поселениях и показывая, где можно в этой засушливой местности найти нормальную, питьевую воду для людей и лошадей. Без такой помощи от местных кочевников нашей армии было бы довольно трудно вести боевые действия в этих суровых местах.

Красные, конечно же, пытались нам помешать или хотя бы замедлить наше продвижение в строну Астрахани. Однако, для сопротивления моей приморской группировке, включавшей сейчас тридцать восемь тысяч человек, у большевиков тут имелась только 4-я армия РККА. Одна из строевых дивизий, недавно сформированных в очень большой спешке. Я ведь припомнил, что Рабочее Крестьянская Красная Армия сейчас летом 1918 года только-только начала формироваться. Так как большевистское правительство во главе с Лениным все же поняло, что на одних лозунгах ты советскую власть не удержишь. Для этого, как ни странно, требовалась еще и военная сила. А ведь старую армию сначала царской России, а потом и Временного правительства большевики сами же старательно разложили и развалили чуть раньше.

Поэтому весной или летом 1918 года у них в распоряжении сил было не так уж и много. Нет, имелись у красных незначительное количество воинских соединений еще той старой армии. Которые большевики смогли сагитировать воевать на их стороне в этой гражданской войне. Но по понятным причинам такие войска с крайне низкой дисциплиной были не очень надежны. Поэтому сначала советское правительство в Москве начало формировать из рабочих, матросов и иностранцев-интернационалистов свои добровольческие отряды. Которые с нами весной и летом как-раз и воевали в основном. И которые мы к этому моменту уже успешно помножили на ноль на Кубани, Ставрополье и Северном Кавказе. Но большевиков нельзя было называть идиотами.

Власть ведь они хотели удержать любой ценой. Поэтому быстро переобулись в полете и отказались от своих же более ранних лозунгов и призывов к развалу регулярной царской армии. А начали усиленно создавать уже свою регулярную Красную армию. И первые подразделения этой самой регулярной армии большевиков уже начали появляться на фронтах этой гражданской войны. К счастью пока их было еще не так много. И все они были еще наспех собранными и необстрелянными частями. Хотя вооружение у них все же было вполне приличное.

В сравнении с теми же партизанами, моряками или рабочей красной гвардией, с которыми мы всекались на самом раннем этапе гражданской войны. Который уже заканчивался. Но к счастью для нас формирование новых полков, дивизий и армий для РККА пока еще только начиналось. Так по данным генерала Алексеева и его агентов в тылах у большевиков к началу июля 1918 года были сформированы только четыре армии. И вот как-раз в Астрахань правительство из Москвы и отправило самую свежую 4-ю армию под командованием командарма Ржевского, комиссара Левина и начальника штаба Буренина. Эта армия на данный момент включала по нашим данным: девять тысяч штыков, восемь сотен сабель, один бронепоезд и двадцать шесть полевых пушек.

Кроме 4-й армии в распоряжении красного командования имелось еще около пяти тысяч человек из разнообразных отрядов рабочей красной гвардии, чекистов и моряков Каспийской флотилии. Кстати, там даже были отряды, состоявшие из этнических прибалтов, китайцев и венгров. Эти воины-интернационалисты также сражались за советскую власть в этой гражданской войне. И они, кстати, отличались особой жестокостью к пленным и мирному населению. Грабя, пытая и убивая русскоязычных граждан с особым садизмом и выдумкой. Мда! Как же потом все эти советские историки извратили описание этой гражданской войны, приписывая белым те зверства, что на самом деле творили вот такие борцы за советскую власть.

Не зря говорят, что историю пишут победители. Вот они и написали потом, вылив кучу помоев на своих врагов, чтобы обелить себя. А на самом деле все стороны этого кровавого конфликта имели руки по локоть в крови мирных жителей и пленных. Поэтому нечего пенять на врага, если ты сам такой же убийца. Но меня совесть при этом не мучает. Ведь гражданскую войну без всей этой крови выиграть невозможно. Если ты не готов лить кровь цистернами, то ты проиграешь. Таков уж закон исторического развития. И мы таких вот моральных уродов в плен не брали.

Кстати, о военных преступниках! Перед самым на нашим наступлением на Астрахань к нам с Северного Кавказа подошло еще подкрепление из Терского корпуса, которым командовал генерал-майор Драценко и бригада полковника Шкуро. С Терской Советской республикой на Кавказе к тому времени было покончено. Правда, там возникли конфликты с так называемой Горской республикой, занявшей сейчас район Центрального Кавказа, которая раскатала губу на часть территорий Северного Кавказа и даже на кусок Кубани. А губа не дура у этих горцев была, однако! Но генерал Юденич получил по этому поводу от меня четкие инструкции. Если горцы на нас рыпнуться, то гасить их без всякой пощады.

Я ведь поначалу то совсем не хотел так глубоко влезать на Кавказ. Хотел ограничиться лишь его северной частью. А кавказских националистов оставить вариться в их собственном котле. Однако, хитропопые и жадные горцы не захотели сидеть на попе ровно. И даже решили наложить лапу на теперь уже наш Дагестан и Терскую область. В итоге у них с нашей Добровольческой армией возник конфликт. Но стоит отметить, что горцы начали эти боевые действия первыми. Вот только они сильно просчитались. Не на тех полезли и лапку задрали, понимаешь. Поэтому корпус генерала Юденича при поддержке Терского казачьего войска и бригады Шкуро довольно быстро разбил так называемую национальную армию Горской Демократической республики. Против наших добровольцев и терских казаков у горцев не было ни единого шанса. Поэтому очень скоро вся территория Горской республики была захвачена нашими войсками. И это странное государственное образование было нами ликвидировано окончательно.

После этого корпус Юденича и бригада Шкуро вторглись без особой остановки в пределы Азербайджана. Ведь там в тот момент как-раз недавно образовалась очередная советская республика, где всем рулила так называемая Бакинская коммуна. Которую полностью контролировали местные большевики. Понятное дело, что этот красный клоповник генерал Юденич ну никак не мог оставить не тронутым у себя под боком. Силенок у бакинских коммунаров было кот наплакал. Да, и вояки из азербайджанцев тоже очень посредственные. Поэтому Бакинская коммуна продержалась под ударами белых войск всего лишь несколько дней.

После чего бакинские нефтепромыслы и вся территория Бакинской коммуны были взяты под контроль нашими войсками. А советская власть на Кавказе была ликвидирована окончательно. Ведь это же был последний очаг большевистской власти на Кавказе. Так как там теперь из независимых остались только Грузия и Армения. Да, и то их сейчас усиленно давили и плющили турки. Правда, на Юденича турки рыкать не стали. И у нас с ними образовался вооружённый нейтралитет. Типа, они не вторгаются в нашу зону ответственности. А мы не лезем на их территорию.

Поэтому Юденич и не стал вмешиваться в этот военный конфликт армян, грузин и турок. Нам бы переварить уже то, что мы успели отжать к этому моменту на Кавказе. Просто раньше перестарался немного наш бравый генерал. Но я его за это винить не стал. Наоборот хорошо, что он там зачистил все красные очаги смуты. И теперь нам никакая большевистская тварь с Кавказа в спину не ударит. Ну, а турки? А у турок скоро как и немцев тоже начнутся очень большие проблемы. И им будет уж точно не до Кавказа. Поэтому с нами они точно воевать не будут. Они же сейчас даже с грузинами и армянами справиться не могут. У них там уже пол года идет вялый военный конфликт.

Турки хотят захватить грузин и армян. А те этого совсем не желают. Вот и воюют потихоньку друг с другом пока не надоест. Меня, кстати, особо порадовал захват бакинских нефтепромыслов. Теперь моя Добровольческая армия уж точно без бензина и керосина не останется. А то до недавнего времени у нас с заправкой автомобилей, броневиков и аэропланов были проблемы. Да, и некоторые наши корабли тоже ведь работали не на угле, а на жидком топливе. Но теперь эта проблема исчезла полностью. А вот у большевиков в Москве она встала в полный рост. Так как им сейчас топливо брать будет не откуда. Какое-то время повоюют на старых запасах, которых в России осталось не очень много сейчас. А потом вся их техника с двигателями внутреннего сгорания встанет колом. Вот так-то, господа и дамы!

Кстати, о самолетах и кораблях. Действия наших войск, наступающих в Астраханской губернии, поддерживали четырнадцать аэропланов. Которые вели разведку и бомбили позиции противника. На Каспийском море мы также получили и первые боевые корабли. Точнее говоря, по моему приказу по железной дороге с Черного моря в порт Петровск, расположенный на Каспийском побережье Северного Кавказа, перевезли двенадцать сторожевых катеров, вооружённых 47-милиметровыми пушками, крупнокалиберными 30-миллиметровыми пулеметами Виккерса и торпедными аппаратами. Вообще-то, это были обычные сторожевые катера, закупленные когда-то в США. Они могли развивать скорость в двадцать пять узлов и имели водоизмещение двенадцать тонн. И на них поначалу не было никаких торпедных аппаратов.

Хотя тот же адмирал Колчак еще в 1916 году, зная о создании в Америке и Англии первых торпедных катеров, также предлагал установить торпеды и на эти вот американские катера. Однако, из-за тупого консерватизма высшего флотского командования Царской России эти работы так и не были тогда произведены. Хотя англичане, французы и немцы уже вовсю применяли свои торпедные катера в ходе боевых действий на море. Ну, а Россия в этом вопросе как всегда отставала в развитии из-за тупых старпёров, рулящих Российским Императорским флотом. Хотя и в царской армии также было нечто похожее. Там тоже разные новинки с большим трудом пробивали себе дорогу сквозь дубовые лбы старых российских бюрократов в генеральских мундирах.

Но мы не боялись экспериментов и новшеств в военном деле. Поэтому я и разрешил адмиралу Колчаку переделать все наши сторожевые катера в торпедные. А торпедные аппараты при этом сняли с самых старых и изношенных миноносцев. И теперь несколько этих небольших, но очень зубастых военных корабликов были переброшены по железной дороге из Черного в Каспийское море. Также в портах Кавказа на Каспийском побережье войска генерала Юденича смогли захватить еще тридцать три парохода разных размеров и одну канонерскую лодку «Карс» водоизмещением в семьсот тонн, вооруженную двумя 120-милиметровыми морскими пушками системы «Канэ», четырьмя 75-миллиметровыми пушками «Канэ» и четырьмя пулеметами. Кстати, канонерку наши войска у красных мореманов отжали в Баку.

А мы еще пять самых быстроходных пароходов вооружили морскими орудиями калибра семьдесят пять и сто двадцать миллиметров. Ну, а моряки для них приехали также по железной дороге с нашего Черноморского флота. Впоследствии мы все эти корабли использовали для снабжения и поддержки с моря нашей армии, наступающей на Астрахань вдоль морского побережья. Также на Каспийское море перебазировались еще шесть наших гидросамолетов. Эх, жаль, что мы не сможем сейчас перебросить из Черного в Каспийское море что-нибудь посерьезнее торпедных катеров. Было бы неплохо заиметь на Каспии крейсер или пару эсминцев. Тогда бы мы легко и быстро захватили господство на Каспийском море. Но к сожалению, это просто физически невыполнимо. И на железнодорожных платформах можно перевозить только небольшие суда вроде наших торпедных катеров.

Первые серьезные бои с силами противника моя группировка провела в районе прибрежного поселка Оленичево. Там красные выстроили земляные укрепления, натянули проволоку и накопали противотанковых рвов. Вот там мы сначала при помощи авиаразведки внимательно изучили все укрепления и противостоящие нам войска противника у Оленичево. Потом наша авиация начала наносить бомбовые удары по позициям вражеской артиллерии. При этом наши авиаторы действовали практически безнаказанно, уничтожая пушки и артиллерийские расчеты красных. Ведь никакой зенитной артиллерии у врагов в этом районе просто не было.

А единственный аэроплан противника, который тут появился в небе над Оленичево был очень быстро сбит нашими многочисленными аэропланами прямо на глазах красных войск. Что очень сильно понизило их боевой дух. Который и так уже особой высотой не отличался. Потом в ходе двухдневного сражения, где мы вовсю пользовались своим огромным численным превосходством как в людях, так в артиллерии и технике. Конница красных под командованием Думенко и Буденного была разбита, пытаясь атаковать наш левый фланг.

В принципе, замысел красных командиров мне был понятен. Их кавалерия должна была прорваться и отрезать нас от снабжения. Ведь дорога вдоль моря была всего одна. И если бы красные ее перерезали в нашем тылу. То это могло пагубно сказаться на нашем снабжении. Однако, они тут не учитывали еще и снабжение, которое моя группировка получала по морю. Ведь те трофейные пароходы с Кавказа постоянно привозили нам еду, воду, фураж для лошадей, топливо и запчасти для аэропланов и броневиков, а также другие припасы. В общем, хрен бы у красных стратегов получилось лишить нас снабжения. Тем более, что конницу их мы раздолбали в пух и прах.

И при этом опять отличился полковник Шкуро. Он снова смог захватить в плен еще одного легендарного командира красных, комкора Думенко Бориса Мокеевича. Этого кадра бойцы Шкуро смогли догнать, когда он отступал после разгрома своей конницы. Кстати, в том бою погиб и еще один знаменитый персонаж советского фольклора Семён Михайлович Буденный. Да, да! Тот самый легендарный создатель 1-й Конной армии Буденного. Хотя сейчас было еще рано. Ведь это воинское соединение должно было появиться в составе РККА только через год.

Впрочем, по другой версии советских сказочников, по недоразумению называемых историками, 1-ю Конную армию создал вовсе не Буденный, а Думенко. Который сейчас как-раз и был командиром красной конницы в этом вот сражении за Оленичево. Ну, а Буденный соответственно был его подчиненным. Однако, теперь оба эти персонажа выбыли из игры. Интересно, а красные при этом смогут создать свою 1-ю Конную армию? А если все же и создадут? То сейчас уже точно не назовут тех красных кавалеристов буденовцами. Мда! Сколько же я уже жирных бабочек раздавил, меняя историю этой гражданской войны. А сколько еще раздавлю? Бр-р-р! Но знаете что?

А я ни о чем не жалею! Делай что должно, и будь что будет! Кстати, да! Думенко после своего пленения тоже долго не прожил и после допроса отправился вслед за покойным Буденным. Таких матёрых и идейных врагов в живых оставлять нельзя. Никогда не понимал добреньких героев разных фильмов, которые такую вот дичь творят. То есть оставляют жизнь своим злейшим врагам. А те потом им изощренно мстят всю оставшуюся жизнь до конца фильма. Это простого, мобилизованного насильно крестьянина можно еще понять и отпустить. А вот таких отпетых и фанатичных врагов надо закапывать поглубже под землю. А то мало ли? Красные вурдалаки – они такие!

Кстати, в этом сражении себя еще и показали очень даже неплохо и наши боевые корабли. Наша канонерка «Карс» и все пять вооруженных пароходов неплохо так помогли действиям наших войск, наступающих на Оленичево вдоль кромки моря. Огонь их корабельных орудий был довольно метким и губительным. Что и помогло корниловцам довольно быстро прорваться на нашем правом фланге. И зайти в тыл оборонявшейся в Оленичево группировке противника. Кроме этого наша многочисленная конница после разгрома кавалерии красных смогла обойти оборону красных по левому флангу. В результате чего силы врага, оборонявшие Оленичево попали в полное окружение.

Поэтому уже через сутки непрерывных бомбардировок с воздуха и артиллерийских обстрелов с суши и с моря красные войска начали сдаваться в плен. По результатам того сражения под Оленичево потери красных составили: около двух тысяч убитыми и пяти тысяч ранеными. А в общем количестве к нам в плен сдались около девяти тысяч красноармейцев. Можно сказать, что большую часть 4-й армии противника мы там и перемололи. Кстати, к нам в плен при этом попал и командир 4-й армии командарм Ржевский и его начальник штаба Буренин. А вот комиссар Левин умудрился как-то удрать. Впрочем, тут я даже не удивлен. Комиссары – это ведь еще те жуки навозные. Которые любят красиво рассказывать о своих геройствах и призывать других людей идти умирать. А вот сами они как-то не очень любят подставлять свои комиссарские шкурки под пули и осколки. И этот Левин тоже выбрал позорное бегство, бросив на произвол судьбы своих соратников.

Наши же потери в том сражении при Оленичево были довольно небольшими. Триста сорок пять убитых и семьсот шестнадцать раненных. Кроме этого нам достались неплохие и многочисленные трофеи. Среди которых хочется выделить два самых настоящих танка «Рено» FT французского производства. Любопытные танчики, однако. На мой взгляд эти французские бронированные тараканы, вооружённые 37-миллиметровой пушкой и пулеметом «Гочкиса», были куда лучше приспособлены для ведения боевых действий чем огромные, тяжелые и неповоротливые танки «Mark I» производства Великобритании. Интересно, а откуда у красных эти новейшие танки? Французы же их начали только в 1917 году выпускать. Видимо, Временное правительство умудрилась их как-то закупить у лягушатников перед самым своим падением. А потом они перешли уже к большевикам по наследству. Ну, а теперь уже будут служить нам. Между прочим, эту технику красные потеряли вовсе не в бою. Сами то танки были целыми. Просто один из них застрял в канаве, а у второго сломался двигатель. Ничего, мы их приведем в порядок и поставим в строй. У нас имеются технические грамотные кадры, которые могут общаться с техникой. Да, и пленные красные танкисты у нас также есть в наличии. Поэтому я не думаю, что у нас с освоением подобной техники будут какие-то проблемы в будущем.

После разгрома этой крупной группировки красных войск под Оленичево. У советского командования в Астрахани не осталось каких-то серьезных сил. Нет, что-то там у них имелось. Но этого было мало, чтобы остановить каток Добровольческой армии, накатывающийся на них с юго-запада. Поэтому дальнейшее наше продвижение вдоль побережья Каспийского моря к Астрахани проходило довольно быстро и без какого-то сильного сопротивления со стороны красных войск. Скорее, это были небольшие заслоны или рейдовые группы конницы. Которые старались тревожить нас на марше. Впрочем, это у них выходило очень плохо.

Так как я уделял особое внимание нашей авиационной и конной разведке. Поэтому красным рейдерам ни разу не удалось нас застать врасплох и нанести хоть какие-то серьезные потери. Скорее, это они сами несли потери. Так как все обнаруженные нами мелкие отряды противника наша кавалерия быстро настигала и уничтожала. Ведь, в отличие от лошадей красных кавалеристов, наши кони питались довольно неплохо. Так как овес для них исправно привозили наши транспортные пароходы. А вот конница красных снабжения почти не имела. И все их кони питались подножным кормом. Который в засушливой степи и полупустыне было найти совсем не просто. А ведь боевым лошадям нужен овес, чтобы нормально бегать по полю боя, нося на своей спине еще и тяжелого всадника. Это вам не полудикие низкорослые лошадки местных калмыков. Которые привыкли к здешнему климату. И плохо подходят для боя. Строевые лошади ведь должны быть рослыми и сильными. А для этого необходимо их хорошо кормить. Но тут ведь даже нормальной зеленой травы я не видел. А если боевой конь будет жрать только сухую и колючую растительность, произрастающую здесь, то он довольно быстро ослабнет и сдохнет. И уж точно будет вам в бою не помощник.

В общем, красные так и не смогли задержать продвижение моей армии к Астрахани на суше. Тогда они попытались делать пакости на море. Их Каспийская флотилия пыталась совершать набеги на наши суда, везущие припасы для моей армии. Правда, я такую подлость со стороны врага предусмотрел. Поэтому все наши транспортные пароходы ходили вдоль побережья моря под конвоем наших боевых кораблей. Еще мы вели регулярную разведку нашими гидросамолетами над морем. Поэтому корабли красных наткнулись на вооруженное противодействие. В ходе таких стычек на Каспийском море нашими торпедными катерами была потоплена единственная канонерская лодка красных «Ардаган».

А уже наша канонерка «Карс» и наши вооруженные пароходы, которые моряки почему-то пафосно называют вспомогательными крейсерами, смогли потопить огнем своей артиллерии в нескольких морских боях еще пять посыльных судов и два вооружённых парохода противника. А еще один вооруженный пароход красных был утоплен авиабомбами с нашего гидросамолета. После чего вражеский флот в зоне видимости наших войск и кораблей больше не появлялся. И никак не мешал нам быстро продвигаться в сторону Астрахани. Позднее мы узнали, что большую часть всех самых боеспособных судов Каспийской флотилии красных мы как-раз и потопили тогда. А то что осталось у Астраханского командования, было мало пригодно для ведения войны на море. Из-за неисправности корабельных машин и механизмов. И банального отсутствия команд для оставшихся у противника кораблей.

Просто морячки у красных закончились в этом районе. Ведь многие из них, раньше служившие в Каспийской флотилии, просто дезертировали или были призваны воевать не суше. Мы ведь несколько раз встречали красные отряды, состоящие из таких вот каспийских моряков. И всех их постигла очень печальная судьба. Так как у белых почему-то была какая-то особая ненависть именно к революционным матросам. Поэтому их обычно в плен не брали, а кончали на месте даже тех, кто нам сдавался. Впрочем, такую иррациональную и почти звериную ненависть наших добровольцев можно было понять. Ведь такие революционные матросики отличались особой жестокостью в отношении пленных и мирного населения.

Именно они были той силой, на которую опирались большевики, делая свою вурдалачью революцию. Именно такие морально разложившиеся матросы убивали без суда и следствия всех подряд с особым садизмом. А еще грабили, насиловали и истязали мирных граждан. В общем, эти братишки в тельняшках много крови невинных людей тогда пролили. Поэтому и заслужили сполна всю эту к ним ненависть. Однако, сейчас в Астрахани у красных вдруг образовался резкий дефицит на военных моряков. И вроде бы у них там еще имелись кое-какие вооруженные корабли. Но вот только ходить на них стало некому. Поэтому они там просто стояли на приколе и тупо ржавели.

Между прочим, корпус барона Врангеля, действовавший на левом фланге от моей группировки через земли кочевых калмыков. Также в последнее время не встречал никакого сопротивления со стороны красных. Даже их мелкие партизанские отряды исчезли из его зоны действия. Видимо, красное командование сейчас лихорадочно стягивало к Астрахани все наличные войска. Практически без боя отдавая нам всю западную часть Астраханской губернии. Это позволило войскам барона Врангеля подойти относительно быстро к реке Волга в районе города Енотаевск. А затем он смог переправиться на другой берег Волги и перерезал единственную в этих местах железную дорогу, идущую от Астрахани вдоль реки Волги на север.

Можно сказать, что тем самым группировка барона Врангеля перерезала основной путь снабжения Астрахани. Так как возить грузы не по этой железной дороге или не вверх по течению Волги было крайне трудно. Ведь восточнее Волги располагались земли кочевой Букеевской орды киргизо-кайсаков. И там дороги больше напоминали караванные тропы посреди пустыни. В общем, много ты по ним не провезешь. Поэтому обычно все грузы с севера в Астрахань возили по реке Волге или по железной дороге, идущей вдоль нее же. Но Врангель с особым цинизмом эту транспортную идиллию порушил и лишил красных подвоза любых припасов в Астрахань. И не только припасов с оружие.

Но и подкрепления теперь красные из Центра тоже получать уже не могли. Кстати, в данный момент у Советской России дела шли неважно. На нее со всех сторон накатывались враги. С севера со стороны Финляндии наступали на Петроград белые и финские националисты. С Востока, где восстал Чехословацкий корпус, там как грибы начали появляться, различные антибольшевистские минигосударства. С запада и юго-запада скалили зубы немцы, примеряясь, где бы еще оторвать кусок от Советской России. Крым ведь они уже бессовестно отжали у большевиков. Хотя его и не было в списке тех территорий, что должны были отойти Германии по Брестскому миру. Ну, а на юго-востоке Сейчас окопались такие активные противники советской власти как Уральские и Оренбургские казаки.

И, конечно же, нельзя забывать про Юг России, откуда Москве открыто грозили уже мы и Донские казаки. Прибавьте еще и сюда восстания крестьян, недовольных политикой большевиков в деревне. Поэтому обстановка у Советского государства сейчас летом 1918 года была архисложная. Как говорил вождь русской революции Владимир Ленин. Поэтому прислать большую армию в данный момент из центра России большевистское правительство просто не могло. А посылать сюда небольшое войско было бессмысленно. Оно бы просто не смогло пробиться сквозь корпус Врангеля к Астрахани. В общем, после этого положение красных в Астрахани стало просто катастрофических. У них тут сейчас не хватало людей, оружия, боеприпасов, топлива и других припасов, нужных для нормальной обороны этого крупнейшего города Прикаспийского региона.

А пока барон Врангель свирепствовал на севере, то моя армия уже подходила к самой Астрахани. Где и засели сейчас в обороне все самые главные красные упыри Юга России. Те кто еще остался в живых к этому моменту, конечно. Наша разведка сообщала, что Киров и Сталин, командовавшие сейчас обороной Астрахани, стали проводить насильственную мобилизацию и заставлять мирное население рыть окопы на подходах к городу. Войска противника также готовились к бою. Но когда моя армия приблизилась к Астрахани, то мы не стали прямо сразу же бросаться в атаку. Сначала три дня позиции красных обрабатывали бомбами и снарядами наши артиллерия и авиация. При этом я сюда притащил еще и дивизион тяжелой осадной артиллерии крупного калибра.

Пока еще единственный в нашей Добровольческой армии. И теперь эти монструозные пушечки давали прикурить красным товарищам. Ну, а наша авиация при этом еще и активно вела разведку и охотилась за немногочисленными пушками противника. Выбивая их одну за другой. Ну, а с севера вдоль реки и железной дороги на Астрахань как цунами накатывался корпус барона Врангеля. Который шел ускоренным маршем на Астрахань, практически не встречая сопротивления по ходу следования. Так как красные, предчувствуя феерическую попаболь, стянули сейчас все свои войска к Астрахани, оставив без охраны другие населенные пункты Астраханской губернии.

Кстати, морю я также уделил внимание. Поэтому с юга побережье вокруг Астрахани блокировал наш Каспийский флот. Все наши торпедные катера, вспомогательные крейсера и единственная канонерская лодка держали там позицию, препятствуя бегству красных по воде. Можно сказать, что на этой фазе нашего наступления мы завоевали полное превосходство в море и в воздухе. Сам штурм этого большого города был растянут на неделю. Я не торопился ложить наших солдат в глупых лобовых атаках. Предпочитая выкуривать врагов при помощи артиллерии. Тем более, что пушек и снарядов у нас теперь было довольно много.

Нет, конечно, можно было героически ринуться в атаку и захватить этот крупнейший южный город с большими потерями для себя. Но зачем? Нам наши люди еще пригодятся для дальнейших сражений. Я же предпочитал беречь своих людей. Зачем нам этот ненужный риск? Если у нас имеется сейчас подавляющая огневая мощь. Вот ею мы и пользовались на полную катушку. Вообще-то, сейчас здесь таким образом никто еще не воюет. Тут генералы предпочитали гнать в атаку людей. Желательно в штыковую и рукопашную схватку. А на артиллерию и авиацию какую-то большую ставку никто не делал.

Да, был тут уже знаменитый Брусиловский прорыв в 1915 году. Где этот русский генерал (кстати сейчас активно шестерящий на красных) использовал сразу очень много артиллерии для прорыва фронта в одном месте. Однако, почему-то этот его тактический ход остался почти незамеченным в российском генералитете. И здешние полководцы все еще упорно пытались воевать мясом, а не снарядами, заваливая противника телами своих бойцов. Ну и в этой гражданской войне также почему-то обе стороны делали ставку на численное преимущество и выучку войск. Но никак не на грамотное использование артиллерии.

Хотя пушек у воюющих сторон было ведь не очень много пока. Это только я догадался стянуть всю самую тяжелую и мощную артиллерию в один кулак. Чтобы потом этой кувалдой разбивать оборону противника. А другие полководцы этой гражданской войны воевали, как Бог на душу положит. То есть опираясь только на действия пехоты и конницы. А артиллерия у них играла незначительную роль в сражениях пока. Но я под Астраханью решил показать класс местным аборигенам. Поэтому сейчас наша артиллерия методично выбивала войска противника из возведенных на скорую руку укреплений. При этом наши авиаторы не только вели разведку и бомбили врагов с воздуха. Но и корректировали огонь нашей артиллерии при помощи сбрасываемых с самолета записок в специальном тубусе. Флот также не оставался в стороне, обрабатывая южные подступы к Астрахани огнем своих орудий.

В конечном итоге наши войска потом занимали уже брошенные врагом позиции. Бои же в самом городе особо разгореться не успели. Так как туда, после прорыва фронта с нескольких сторон ворвались сначала конные отряды Шкуро и Врангеля. А потом уже вошла пехота, приступившая к зачистке кварталов. Флот также поучаствовал в этом замесе, высадив в южной части города несколько морских десантов из корниловцев и марковцев. В общем, после этого какая-то организованная оборона в городе Астрахани прекратилась. И в рядах противника полыхнула дикая паника. Люди пытались удрать, скрыться, уплыть по реке вверх по течению или в сторону моря. Но бежать из полностью блокированной нами Астрахани было крайне сложно. И поэтому на одном из небольших баркасов, пытавшихся удрать из Волги на восток вдоль берега, наш вспомогательный крейсер «Георгий Победоносец» поймал целую кучу жирных, краснопузых карасей.

Среди которых находились сразу две легендарных личности этой гражданской войны. Товарищи Киров и Сталин были пойманы нашими бдительными морячками и не смогли скрыться от правосудия. Правда, в отличие от мягкого и дурного царского правосудия, я судил их более строго, согласно их кровавых заслуг. А грехов на них к этому времени уже накопилось преизрядно. Свидетелей то тех жутких преступлений в Астрахани здесь хватало с избытком. На несколько смертных приговоров хватило. Ох, сколько же народу эти кровавые упыри к этому моменту уже успели приговорить то? Ведь они тут на пару такой геноцид астраханцам устроили. Что аж жуть берет. Бр-р-р! Но товарищу Сталину и товарищу Кирову впрочем хватило по одной пуле, чтобы навеки упокоиться в глубоких могилах.

Конечно, же мы их при этом так легко не отпустили на тот свет, а как следует порасспросили обо всех кровавых делах. И опять как в случае с Серго Орджоникидзе узнали очень много интересной и полезной для Добровольческой армии информации. Которая помогла нам потом вычистить из Астраханской области большую часть большевистской агентуры и разгромить красное подполье. Которое эти два кадра предусмотрительно готовили на случай сдачи Астрахани. В общем, классных рыб наши морячки смогли отловить. Матерых! Да, а теперь уря-патриоты могут начинать меня поливать помоями за то, что я покусился таки на святое. И шлёпнул не дрогнувшей рукой самого Великого и Ужасного товарища Сталина, лучшего друга пионеров и физкультурников. И знаете что? А мне совсем не стыдно из-за этого! Я ведь когда вынес смертный приговор тем упырям, то почувствовал лишь удовлетворение от хорошо сделанной работы. А еще и уверенность, что эту историю я уж точно смог сломать. И теперь развитие моей любимой Родины пойдет совсем по другому сценарию. Где не будет усатого вождя и его кровавого подельника Кирова.

Глава 10

Глава 10.

Верховный.

Взяв Астрахань я все же после долгого раздумья решил объявить Югороссию легитимной правопреемницей законного правительства России. А себя соответственно назначил Верховным правителем России. Обогнав тем самым недавно возникшее в Самаре правительство эсеров. Которые с какого-то бодуна хотели очень скоро заявить, что именно их Самарский Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания или КОМУЧ является единственным и непогрешимым высшим органом власти, способным управлять Россией. Ох, какая же мания величия была у тех эсеровских клоунов? Сил то у них было не так уж и много при этом. Зато гонору и мании величия хоть отбавляй.

Я то прекрасно знал историю этого опереточного политического образования. Эти чудилы из Самары и их клоунский КОМУЧ, держались только на штыках восставшего недавно против советской власти Чехословацкого корпуса. Если верить моим воспоминаниям, то они в конце сентября 1918 года в Уфе должны были объединиться с Временным Сибирским правительством меньшевиков, создав таким образом Новое Временное правительство, возглавляемое Директорией из пяти человек. Вот только нихрена хорошего у них там из этого не вышло тогда. Эти болтуны только языками молоть были горазды. А вот воевать против красных совсем не умели. И если бы не полковник Каппель, который там сейчас принял их сторону и с небольшим войском пытается сдерживать натиск большевиков на Восточном фронте. То КОМУЧ не дожил бы даже до того момента, когда они пафосно и бестолково объединились с меньшевиками из Сибири.

Так они в той истории потом еще и умудрились к себе втянуть адмирала Колчака. Который очень быстро не выдержал общения со всеми этими демагогами из Директории и просто произвел там военный переворот, взяв власть в свои руки в том аморфном государственном образовании и объявив себя Верховным правителем России. Вот такой была та история КОМУЧ. Впрочем, сейчас ничего этого уже случиться не может. Так как тот же Колчак уже служит под моим командованием. И теперь я первым заявил на весь мир, что именно наша Югороссия является единственным законным высшим органом государственной власти в антибольшевистской России.

А я соответственно являюсь ее Верховным правителем. Хрен то там этим эсерам и меньшевикам из будущей Директории, а не власть! Я их опередил. И теперь большая часть антибольшевистских сил будет ориентироваться на меня. По крайней мере я на это очень сильно надеялся. Но в любом случае признавать над собой власть опереточного КОМУЧА я совсем не собирался. Только не этим демагогам и болтунам. Которые в другой истории все пролюбили, занимаясь болтовнёй и дурацкими интригами вместо того, чтобы нормально воевать с большевиками. Впрочем, делать их своими врагами я тоже пока не хочу. Пускай пока оттягивают на себя часть сил большевиков. Как там Гай Юлий Цезарь говорил когда-то? Разделяй и властвуй! Вот пускай красные на уничтожение этого самого КОМУЧ тратят кучу времени и сил. Они же против самарцев и поддерживающих их чехословаков уже успели создать целый Восточный фронт. Куда успели отправить сразу две армии. Вот пускай там и развлекаются потихоньку, мутузя друг дружку. А мы тем временем будем спокойно отвоёвывать у большевиков другие земли.

Кстати, опять немного хотелось бы рассказать о трофеях, которые мы захватили в Астрахани. Ну, да, да! Люблю я это дело. Люблю считать трофеи, которые мои войска честно отжали у противника. Во первых нам достался золотой запас большевиков Южной России. Они же раньше все конфискованное у буржуев и банкиров золото как-раз и свозили сюда со Ставрополья, Кавказа и Астраханской губернии. Когда драпали под напором наших войск в тех местах. Но отсюда из Астрахани красные все это золото вывезти не успели. Возможно, все же надеялись отбить наше наступление? Хотя в той истории гражданской войны, что я знаю, войска белых в 1918 году так и не смогли взять Астрахань. И были вынуждены отступить от нее. Тогда Киров со Сталиным смогли отбиться. Да, и путь на север им никто не отрезал.

А тут господин барон Врангель со своими кавалеристами им всю малину испортил, перерезав чуть севернее как реку, так и железную дорогу, лишив красных возможности эвакуировать из Астрахани все эти богатства. Поэтому нам по нашим подсчетам сейчас и досталось около пятисот миллионов золотых рублей. И это была довольно внушительная сумма. Если учесть, что сейчас наша казна уже имела на балансе шестьсот пятьдесят миллионов рублей золотом. То теперь можно смело было называть меня самым богатым лидером Белого движения этой гражданской войны. И по моим скромным подсчетам это же давало мне возможность вести войну с большевиками еще как минимум три-четыре года. А то и дольше?

Кроме золота нашими трофеями в Астраханской компании стали: один бронепоезд, двенадцать вооружённых пароходов, три посыльных судна, два аэроплана, четыре броневика, около двадцати восьми тысяч винтовок, сто шестнадцать пулеметов, двенадцать полевых пушек, двадцать шесть грузовиков и пять легковых автомобилей. Кстати, в Астрахани люди нас также встречали с огромной радостью, настрадавшись от террора большевиков за эти месяцы. И почти сразу же к нам пошли желающие записаться в нашу Добровольческую армию. И их тоже как не странно было довольно много. Вот она правда жизни. Это вам не ламповые сказки советских режиссёров про гражданскую войну.

В реале же народ не очень то любил краснопузых вурдалаков, лишь по недоразумению захвативших власть в столице России. Нет, поначалу то многие обыватели и даже люди, уставшие от войны в окопах Первой Мировой, сторонились нас. Прямо как те жители Донбасса в 2014 году. Те тоже сначала косились на ополченцев с недоверием. Однако, потом пришли большевики и показали этим осторожным наблюдателям «чья хата с краю», что отсидеться в стороне не получится. Ты или с красными, или с белыми. Никаких полутонов.

Дальнейший захват восточной части Астраханской губернии нами прошел довольно просто и буднично. Красных войск там не осталось. Все немногочисленные представители советской власти также удрали оттуда, не дожидаясь подхода наших сил. А кочевые киргизо-кайсаки, в основном проживающие в том районе, также с радостью встретили наш приход. Ведь им как и калмыкам тоже совсем не понравились порядки, устанавливаемые большевиками в их кочевьях. Вот никак эти дети степи и пустыни не хотели отдавать в собственность советского государства свои земли. На которых их предки кочевали много веков подряд. Я же и здесь подтвердил право собственности кочевников на их кочевые угодья. После чего Добровольческая армия получила горячую поддержку еще и от киргизо-кайсаков. А позже они даже сформировали бригаду из шести тысяч всадников, которые охотно воевали на нашей стороне против красных.

И еще меня как Верховного правителя признали сразу две довольно солидные группировки Белого движения. Это генерал-лейтенант Толстов, атаман Уральских казаков со своим войском. И генерал-майор Дутов, атаман Оренбургских казаков со своими войсками. Они отказались подчиняться клоунам из КОМУЧ и предпочли перейти под мое командование в нашей совместной борьбе против Красной армии. Это сразу же добавило к Добровольческой армии Югороссии еще около тридцати пяти тысяч вооружённых казаков.

Я дал своим войскам неделю на отдых. Знаю, что мало! Только вот нам тоже надо торопиться. Пока Красная армия еще формируется. Пока она еще не окрепла и не превратилась в того огромного монстра, который потом и раздавил всех белых по одиночке. Надо наступать и забирать под себя как можно больше территорий. Чтобы лишить советское правительство в Москве ресурсов и мобилизационного потенциала. Это мы пока еще обходимся добровольцами и союзными контингентами вроде калмыков, киргизов, терских, уральских и оренбургских казаков. А еще Юденич на Кавказе уже набрал довольно много горцев, выразивших желание повоевать на нашей стороне. И скоро они прибудут к нам на подкрепление с бригадой терских казаков.

Всего в том Кавказском корпусе под командованием генерал-майора Покровского насчитывалось по докладу Юденича семь тысяч человек. А по моим данным сейчас в начале августа 1918 года общая численность всех сухопутных вооружённых сил Югороссии включала уже около: восьмидесяти семи тысяч человек, одиннадцать бронепоездов, двадцать пять броневиков с двумя танками, четыре тысячи пятьсот восемьдесят пулеметов, тысячу девятьсот полевых пушек, двадцать девять аэропланов. И еще приплюсуйте сюда оба наших флота на Черном море и на Каспийском. Всех моряков, корабли и гидросамолеты. И как вишенка на торте выступает еще и наша гражданская стража. Это также части из добровольцев, выполняющие функции полиции и внутренних войск.

Которые к активным боевым действиям на передовой обычно не привлекаются. А охраняют покой наших граждан от разных бандитов, партизан и большевистских повстанцев. Впрочем, пока каких-то серьезных восстаний в наших тылах за эти месяцы не случалось. Крестьяне даже и не думали бунтовать, получая от нас свои земельные наделы в частную собственность (не путайте с уродскими рабскими колхозами большевиков). Рабочие тоже не бузили, получив от меня закон о труде с нормированным рабочим днем и нормальной зарплатой с выходными. Да, и контрразведка наша тоже не дремала, пресекая действия вражеской агентуры. По моим воспоминаниям об истории этой гражданской войны у Деникина к этому времени сил было гораздо меньше. Гораздо! Да, и территория, занятая Добровольческой армией к августу 1918 года тоже была поменьше чем у нас тут. Приятно осознавать, что я изменил эту статистику к лучшему.

После отдыха наши отряды начали брать под контроль остальную территорию Астраханской губернии. Кстати, за неделю из астраханцев Деникин тут умудрился сформировать целую Астраханскую Добровольческую бригаду численностью в четыре тысячи человек. Оружие, обмундирование, артиллерия и другие припасы для них мы брали из трофеев, что нам достались при захвате Астрахани. Поэтому тут с комплектованием этого нового подразделения у нас проблем не было. Эту бригаду своих земляков возглавил генерал-майор Демьянов, который здесь в Астрахани каким-то чудом смог уцелеть и не попасться красным карателям. Которые таких вот бывших офицеров арестовывали в первую очередь и без суда расстреливали.

Чисто в превентивных целях, уничтожая враждебные советской власти элементы. Классовая борьба в ее самом скотском проявлении в исполнении красных упырей. Но генерал-майору Демьянову повезло тогда. Он смог скрыться от чекистов и остался жив. А теперь вот явился, чтобы служить в нашей армии на любой должности. Но я его назначил командовать бригадой, которая как-раз и формировалась в ускоренном темпе из его земляков астраханцев.

Кроме этого ко мне явилась делегация казаков с Дона. Проснулись, наконец-то, любители свободы и казацкой демократии. Ну, ну! И как помогли вам ваши немцы, которым так усердно лизал задницу атаман Краснов? Нет! А я ведь так и знал, что так и будет. Не станут немцы сейчас подставлять под советские пули своих солдат из-за каких-то там Донских казаков. Германия же с большевиками в данный момент официально не воюет уже. Поэтому немцы только продавали казакам на Дону оружие, а вот от красных войск не защищали. Как в тайне надеялся атаман Краснов и все его подпевалы. Они же казакам тогда такую красивую сказочку рассказали про союз с немцами. Что Краснова после этого казаки и выбрали на место атамана Войска Донского.

Когда атаман Каледин значит застрелился после первого разгрома красными казачьей армии на Дону. Тогда этот скользкий кадр сумел задурить голову казакам тем, что немцы придут и всех спасут от большевиков. Вот только германцы пришли, захватили Таганрог и Ростов на Дону. И все! Дальше они не пошли, чтобы защищать весь Дон от красных. А я ведь знал, что так будет. Знал, что гордые и свободолюбивые казаки еще хлебнут лиха. И не получат военной помощи и защиты от Германии. И им самим опять придется драться против большевиков. Но только силенок у них для этого будет явно маловато. Не справляются эти гордые вояки сами против красных. Вон сейчас они было сунулись к городу Царицыну. Этот героический город большевики потом должны были переименовать в Сталинград. Но сейчас это вряд ли случится. Сталин то уже все! Отбегался, упырь кровавый! Да, и я приложу все силы, чтобы большевики эту гражданскую войну не смогли выиграть.

Однако, сейчас красные этот город все еще удерживают. И недавно туда сунулись Донские казаки генерала Мамонтова. И отгребли не по-детски. Вот теперь откатились от Царицына с большими потерями. И прибежали ко мне, виляя хвостами, чтобы просить помощи Добровольческой армии в этом деле. А то ведь казаки хороши в поле в конных маневренных схватках. Однако, вот для штурма нормальной обороны с окопами, блиндажами, дотами, колючей проволокой и рвами, обороняемых большим количеством пехоты с пулеметами и пушками. Вот тут бравые кавалеристы и сдулись. Не сдюжили, потому что не было у казаков нормальной штурмовой пехоты.

Поэтому они там недавно под Царицыным кровью и умылись. И теперь поняли, что этот хорошо укрепленный город красных без моей помощи взять не смогут. Чем так важен Царицын? А вы вспомните, как немцы в 1942 году упорно к нему рвались. И на карту России тоже посмотрите. Ведь этот город на реке Волге расположен в стратегически важном месте. Кто контролирует Царицын. Тот контролирует и все линии снабжения в этом районе. Ведь многие железные дороги с разных направлений сейчас идут тут именно через этот город. По Волге ты тоже ничего мимо него не провезешь. Ну, и до Дона там рукой подать. Что делает крайне уязвимым правый фланг Донского фронта, который сейчас держат казаки на Дону против красных, наступающих с севера и северо-запада на Дон.

А на Царицыне красное командование еще и собрало приличную такую военную группировку, которая как раз и может в любой момент ударить казакам во фланг. Это понимаю я, это понимают красные командиры и это же поняли казаки с Дона. Потому и попытались с налета захватить Царицын. Чтобы ликвидировать эту угрозу их территории с Востока. Но как я уже сказал. Это было фиаско, братан!!! И вот теперь делегация Войска Донского прибыла ко мне, чтобы договориться о совместных действиях. Ага, значит, они когда-то Корнилова послали на три веселых буквы, заявив, что и сами с большевиками справятся. И никому подчиняться не будут. Из-за чего Добровольческая армия тогда весной и ушла в свой эпический Ледяной поход на Кубань. Надеясь хоть там получить более надежных союзников в борьбе с красной заразой чем казаки с Дона. Ну а донцы остались упиваться дальше своей свободой и независимостью. Которую у них очень быстро потом отняли большевики. И показали казакам демократию по-советски. Вынудив их восстать против советской власти.

И заметьте, не я к ним униженно приполз просить помощи! Конечно, я мог им помочь в их проблеме с Царицыным. Он и мне тоже мешал, если быть до конца откровенным. Но кто же будет откровенничать на таких переговорах? Вот и я не стал. А заявил, что я, конечно, помогу и спасу Дон от нашествия красных орд. Но взамен требую, чтобы Донская республика присоединилась к Югороссии и признала мою власть над собой. Я Верховный правитель России. Поэтому мне нужны подданные и верные солдаты, а не вольнолюбивые союзники, которые не станут выполнять мои приказы и подчиняться моей власти. Так прямо и сказал, мимоходом рассказав о силах, которыми сейчас располагает моя Добровольческая армия.

И они казачков впечатлили по самые гланды. Ведь по нынешним реалиям этой гражданской войны моя армия является пока самой крупной и мощной среди армий других антибольшевистских лидеров. Да, и территорию я к этому моменту тоже захватил очень даже не хилую. Выгнав отсюда или уничтожив многочисленные войска большевиков. И это многое говорило военным людям. А ко мне ведь сейчас именно такие высокопоставленные офицеры казачьего Донского войска и приехали. Поэтому они прекрасно оценили тот боевой потенциал, что сейчас скопился в моих руках. Да и мой фальшивый титул Верховного правителя России тоже на них давил теперь. Ведь за ним стояла реальная сила. Где-то я слышал такую фразу? Винтовка рождает власть! И я уже не был тем нищебродом по фамилии Корнилов, который недавно явился на Дон, чтобы формировать там свою Добровольческую армию. Я сейчас был очень богат, силен и знаменит как полководец, который бьет красных упырей по всем фронтам. И всегда при этом побеждает. И это также было решающим аргументом в мою пользу. Ведь у казаков был до сих пор еще средневековый менталитет. Они привыкли следовать за сильным и удачливым в бою лидером. А Корнилов в их глазах именно таким лидером сейчас и стал. Не зря же мою власть так охотно уже признали казаки Кубани, Кавказа, Ставрополья, Урала и Оренбурга. Любо им было биться под знаменами такого крутого атамана как я. Как там в той песенке пелось?

Любо, братцы, любо!

Любой, братцы, жить!

С нашим атаманом не приходится тужить!

Вот эта популярная здесь среди казаков песня прямо про меня написана. Для казаков я стал очень популярным лидером. И они охотно сейчас записываются в наши ряды, чтобы драться против большевиков. Это я также упомянул в своей речи к делегации с Дона. В общем, мы в конце-концов с ними договорились. Уф, как же я не люблю всю эту дипломатию. А ведь теперь с каждым более или менее важным лидером или группой людей надо вот так договариваться, чтобы они стали тебе союзниками или приняли твою власть над собой. Тяжко это, но необходимо. Такова уж специфика этой гражданской войны. Но в конечном итоге после этих переговоров казаки Войска Донского приняли решение перейти под мою руку и подчиниться моей власти.

Теперь уже они входили в состав Югороссии как мои подданные, а не как свободные и независимые союзники. И еще они также выполнили мою просьбу. Которая состояла в том, чтобы вместо Краснова казачий круг избрал другого атамана. Генерал-майора Богаевского Африкана Петровича. Этот офицер был хоть и выходцем с Дона. Однако, он одним из первых поддержал генерала Корнилова при создании его Добровольческой армии. Богаевский потом участвовал в Ледяном походе на Екатеринодар. И сейчас командовал одной из наших конных бригад. И неплохо так командовал, между прочим.

Еще один молодой генерал в моем окружении. Молодой, талантливый, смелый и решительный. И еще он был предан Корнилову, что уже не раз доказал своей верной службой в Добровольческой армии. Вот поэтому ему я доверял полностью. А Краснов? Это еще та крыса. У меня тот донской атаман почему-то вызывал ассоциации именно с крысой. И эти его игры с немцами мне тоже совсем не нравились. Ведь этот нехороший человек потом после гражданской войны должен пойти служить Гитлеру и его нацистской своре, чтобы бороться против русских в СССР. Нет, был у нас ещё один персонаж под фамилией Шкуро.

Этот казачий полковник также в той истории, что я знал, должен был пойти на службу к немцам во время Второй Мировой войны. И про него советские историки тоже много разных гадостей по этому поводу написали в свое время. Хотя я его и не оправдываю. Ведь было? Было! Шкуро служил немцам тогда. Вот только он там сам-то уже не воевал, а был лишь инструктором для обучения казаков, сражавшихся против советских войск на стороне гитлеровской Германии. Я бы, например, не стал так мараться. Ну, а этот кадр, видимо, жутко ненавидел большевиков. Что даже решился работать с нацистами против русских.

Впрочем, я с ним тут недавно поговорил, узнавая его взгляды на сотрудничество с немцами. И знаете, что? А никакой он не предатель Родины оказывается как тот же Краснов. Шкуро же немцев на дух не переносил и ненавидел. Ведь он же с ними воевал совсем еще недавно. И в данный момент видел в германцах и австрияках самых настоящих врагов. И он бы их сейчас тоже резал и убивал с большим удовольствием как и большевиков. Просто у этого отпетого вояки сформировался синдром диверсанта. Который привык ходить по краю и играть со смертью в салочки. А убийство врагов стало для этого пса войны обыденным и нормальным действием.

Для него это была любимая работа. Шастать с риском для жизни по вражеским тылам и наводить там шорох. Я таких людей, ментально искалеченных долгой войной или несколькими войнами, в обеих своих жизнях очень много встречал. Таких что привыкли убивать, и им скучна тихая жизнь мирного обывателя. Вот и полковник Шкуро оказался именно таким псом войны, привыкшим воевать и убивать. Мда! Ну хоть сейчас он с немцами не станет сотрудничать. Уже хорошо. А там посмотрим. Он, конечно, отморозок еще тот. Но пока его отмороженность мне только на руку. Пока он убивает и громит моих врагов, я буду его прикрывать. А его работа на немцев? Так я здесь в том числе и за этим. Чтобы изменить историю. Чтобы этот патриот погибшей империи не имел потом в будущем такого мерзкого выбора как работа на немецких нацистов. Которых я лично ненавижу всем сердцем.

В общем, мы с Донской казачьей республикой оформили официальное соглашение о том, что отныне они становятся частью моего государства и моей армии. И будут выполнять мои приказы без всяких «но». И первое, что сделал казачий круг Дона, было переизбрание нового атамана Войска Донского. Краснову казаки выразили вотум недоверия, и он был вынужден сложить с себя атаманские полномочия. После чего атаманом донских казаков был избран мой ставленник генерал Богаевский. Как я и хотел. Этот казачий генерал уж точно будет мне предан и не станет интриговать за моей спиной. Да, и казачков своих от предательства удержит тоже. В принципе, казаки были довольны новым атаманом. Который был в их кругах довольно известен.

Боевой генерал, имеющий кучу боевых наград и активный борец против красных. О таком лидере можно только мечтать буйным казакам. А Краснов со своей политикой лизания задниц немцам многим казакам тоже не нравился. Не любят у нас в народе почему-то тех, что сотрудничает с врагами России. А немцы как-раз и были такими врагами. Которые нас совсем недавно победили, между прочим, устроив руками большевиков эту самую долбанную пролетарскую революцию. Которую казаки очень сильно ненавидели всей душой теперь. Ведь она разрушила их привычную жизнь.

И многие казаки еще при этом также были твердо убеждены, что Ленин был немецким шпионом. Который брал деньги у немцев, чтобы развалить русскую армию своей агитацией изнутри. Эта вполне правдивая на мой взгляд теория теперь была очень популярна среди казаков. Поэтому немцев они сейчас тоже не очень любили, но вынуждены были терпеть. Ничего. Уже недолго им осталось терпеть. Скоро эти немецкие арийцы побегут из нашей страны как тараканы. Однако, теперь пришло время и мне выполнять свои обещания помочь казаком Дона в их борьбе с красными. Поэтому я приказал нашим войскам выдвигаться дальше на север в сторону города Царицына. Который еще предстояло захватить моей армии.

Глава 11

Глава 11.

Царицын.

К 21 августа 1918 года после перегруппировки наших сил мы, наконец-то, начали наступление на Царицын. Диспозиция была следующей при этом. Донские казаки во главе со своим новым атаманом Богаевским и генералом Мамонтовым вели наступление на Царицын со стороны Дона с северо-запада и запада. В общей сложности у них на том направлении имелось сейчас тридцать пять тысяч человек, сорок пять пулеметных тачанок, сто шестьдесят шесть пулеметов, сто семьдесят полевых пушек и шесть бронепоездов. Кстати, три бронепоезда, пулеметы, тачанки и артиллерию мы им немного подкинули перед этим наступлением. Чтобы усилить огневую мощь казачьей кавалерии. А то раньше у донцов не было много тяжелого вооружения. Поэтому первый их штурм Царицына тогда и захлебнулся.

В принципе, это и неудивительно ведь тогда красные подтянули к Царицыну две свои армии 3-ю и 5-ю, несколько бронепоездов, около двух сотен пушек и волжскую флотилию. Плюс прибавьте сюда и очень неплохие укрепления. Вообще-то в этой гражданской войне почему-то города все стороны этого конфликта так сильно не укрепляли. И война тут была не позиционная как это было на Западном фронте против немцев и австрийцев в 1914-1917 годах. Здесь же специфика гражданской войны больше склонялась к маневренным и быстрым боевым операциям. А долговременные и серьезные укрепления строили крайне редко.

Однако, город Царицын был исключением из правил. Так как изначально обороной этого крупного волжского города командовал не какой-нибудь скороспелый красный командир из унтер-офицеров или прапорщиков, или старый большевик, которые мало что смыслили в грамотном построении эшелонированной обороны и устройстве нормальных укреплений. Сначала в Царицыне всем рулил бывший царский генерал-лейтенант Снесарев. Один из тех грамотных и опытных кадровых военных, которые в этой гражданской войне служили советской власти. И не надо слушать сказки советских историков о том, что эту войну выиграли простые рабочие и крестьяне.

Все эти Блюхеры, Тухачевские, Гамарники, Ворошиловы, Буденные, Щорсы и прочие Чапаевы. Вроде как и командовали красными дивизиями, армиями и даже фронтами. Однако, большевики очень быстро поняли, что все эти храбрые вояки много не навоюют. Ведь для командования большими соединениями в бою необходима не только личная храбрость и преданность партии большевиков. Тут нужны мозги, знания и опыт подобного управления. То есть необходимы люди, которые имеют профильное военное образование и которые имеют опыт командования и планирования крупных военных операций. Именно поэтому после ряда военных катастроф на всех фронтах гражданской войны советские власти начали привлекать в свою Красную армию таких специалистов военного дела.

Поэтому теперь в красных штабах и на командных должностях появились бывшие генералы и полковники царской армии, согласившиеся работать на большевиков. Троцкий ставший наркомом по Военным делам даже специальный термин для таких людей придумал. Военные специалисты или если кратко то военспецы. Поэтому обычно за каждым Фрунзе, Ворошиловым, Блюхером или Тухачевским, которых потом красная пропаганда и объявила настоящими победителями белой армии. Стояли такие вот неприметные военспецы, которые помогали красным краскомам и командармам сильно не облажаться и нормально воевать. Именно эти бывшие генералы и полковники царской армии разрабатывали планы и руководили деятельностью штабов у красных героев.

И это было большой проблемой для Белого движения. Ведь одно дело воевать против малограмотных красных полководцев, которые нихрена не смыслят в военной тактике и знают только один тактический прием. Заваливать врага мясом. И совсем другое дело сражаться против таких же грамотных и опытных в военном деле кадровых офицеров. Которые не хуже белых военачальников могли управлять войсками и планировать военные кампании. Все же большевики хоть и твари кровавые. Но в хитрости и изворотливости им нельзя отказать. Они это ловко придумали, обманом заманив к себе на службу довольно много старших офицеров царской армии. И пообещав им золотые горы и головокружительную карьеру.

Знали прекрасно падлы, как можно зацепить всех этих карьеристов, которым было плевать на Россию и которые были готовы воевать на стороне ее предателей. То есть за большевиков, которые даже и не скрывали особо, что эту революцию они делали по наводке немцев. С которыми в тот момент как-раз и воевала наша Родина, между прочим. Только вот потом красная пропаганда как-то стала очень старательно этот всем известный факт замалчивать. Как-будто бы и не было никакого сотрудничества Ленина и его банды с германским командованием. Почему-то потом советские сказочники, по недоразумению названные историками, об этом ничего не писали.

Да, сказки – они такие сказочные! Что все в них со временем начинают верить, а настоящая правда оказывается никому не нужна. Поэтому для меня все эти военспецы, что сейчас трудились на большевиков, были обыкновенными предателями России. Нормальные офицеры, имеющие понятия о чести и воинском долге, либо пошли драться против красных, либо решили остаться в стороне от этой гражданской войны. Но служить этой вурдалачьей советской власти не стали. И ведь самое смешное во всей этой ситуации то, что большевики тех военспецов цинично обманули. Ведь они же с самого начала планировали воспользоваться их услугами, а потом всех ликвидировать как чуждые и враждебные советской власти элементы.

И они таки военспецов обманули. Потом большая часть этих вот бывших генералов и полковников царской армии будет красными арестована и репрессирована. Нет, не сейчас, а немного позже. Когда красные выиграют гражданскую войну, а надобность в этих бывших царских генералах и полковниках уже отпадет. Как говорится, мавр сделал свое дело – мавр может уходить, ни хрена не получив за это! Кстати, даже сейчас в ходе накала борьбы с белыми многие большевики были недовольны таким решением своего советского правительства. Не доверяли они всем этим военспецам, считая их неблагонадежными предателями. Вот и у бывшего генерала Снесарева тоже возник такой конфликт с Ворошиловым и Пархоменко. Которые обвинили его в предательстве, арестовали и отстранили от командования обороной Царицына.

Правда, они это сделали по хитрому. Уже тогда когда первый штурм донскими войсками Царицына был почти отбит. И казаки начали отступать от этого города. Вот тогда Ворошилов и Пархоменко просто решили присвоить себе все лавры этой эпичной победы. И придумали сказку про предательство настоящего творца этой громкой победы. То есть бывшего царского генерала Снесарева. Который как-раз и смог наладить ранее такую вот эффективную и крепкую оборону Царицына. Но товарищи в Москве клевете Ворошилова и Пархоменко поверили. И Снесарев был смещен с должности командующего Южного фронта и обороной Царицына, арестован и расстрелян. И мне этого предателя Родины было совсем не жаль. Он эту пулю у расстрельной стенки честно заслужил. И если бы большевики его сейчас там не шлепнули в ходе своих упыриных разборок. То это сделали бы мы. Прощать таких людей я был не намерен. Хороший предатель Родины – это мертвый предатель! Таково мое кредо.

Правда, этот гадский Снесарев все же успел перед смертью наладить довольно крепкую и эшелонированную оборону города Царицына. Которую нам теперь приходилось прорывать. Сейчас там у красных всем рулили Ворошилов и Пархоменко. В распоряжении которых по данным нашей разведки имелось: примерно пятьдесят тысяч красноармейцев, двести пушек, пятьсот пулеметов, шесть аэропланов и 13 бронепоездов. И еще с Волги город прикрывали корабли Волжской Красной флотилии: два миноносца «Прыткий» и «Ретивый»; вооруженные пароходы «Дело Советов», «Дельфин», «Ташкент», «Авангард революции», «Коновод», «Лев», «Братство»; плавучая батарея «Атаман Разин»; канонерки «Народоволец», «Бурлак», «Ваня» и «Товарищ». В общем, очень даже внушительная сила там сейчас собралась у большевиков под Царицыным.

Помимо казачьих войск Богаевского и Мамонтова, с юга вдоль Волги со стороны Астрахани на Царицын наступал корпус Добровольческой армии под моим непосредственным командованием, включавший в себя: сорок три тысячи человек, двадцать два броневика с двумя танками, две тысячи восемьсот пулеметов, девятьсот тридцать полевых пушек, двадцать пять аэропланов и шесть гидросамолетов. Кроме этого действия моей группировки поддерживали корабли нашей Каспийской флотилии.

По восточному берегу Волги на нашем правом фланге двигался корпус барона Врангеля, имевший в своем составе: двенадцать тысяч человек, из которых четыре тысячи составляли конные киргизы; триста пулеметов, сто сорок пушек и один бронепоезд. Еще один добровольческий корпус под командованием Деникина наступал на Царицын с юго-запада вдоль железной дороги Великокняжеская-Царицын. С Деникиным следовали: восемнадцать тысяч человек; шестьсот пулеметов; двести восемьдесят полевых пушек и шесть бронепоездов. Вот такими силами в начале этого сражения за Царицын располагали обе стороны.

Согласно моей задумке все наши войска начали одновременно наступать на Царицын со всех сторон. Чтобы у противника не было времени сосредоточить резервы на каком-то одном направлении. И если атаман Богаевский смог довольно легко и быстро прорвать фронт и начать обходить Царицын с севера. То вот Мамонтов на своем участке застрял и увяз в оборонительных порядках. Просто у казачков сейчас была одна из лучших кавалерий в мире. Но вот нормальной штурмовой пехоты не имелось. Впрочем, они по моему замыслу и не должны были там прорваться. В прошлый раз то у них ни хрена там не получилось. Но зато войска генерала Мамонтова смогли оттянуть на себя значительные силы красных, нагнав панику на командовавшего красной обороной Ворошилова. И это было нам на руку. Так как корпус Деникина ударивший с юго-запада вдоль железной дороги под прикрытием наших бронепоездов и многочисленной артиллерии смог также прорвать фронт красных под Зимовниками и начал продвигаться к Царицыну.

Но опять же этот удар тоже носил отвлекающий характер. А уже главный удар наносила группировка войск под моим командованием, наступающая с юга на Царицын. И я со своей стороны опять действовал крайне методично, на полную катушку используя огромное превосходство в артиллерии и авиации. Мой дивизион тяжелой артиллерии и здесь показал себя очень хорошо при уничтожении вражеских укреплений. Ну, и наша полевая артиллерия также работала довольно неплохо. Кроме этого наша авиация тоже отличалась завидной активностью. Так как у нас, в отличие от красных, теперь с топливом было все в порядке.

А вот у Красной армии, потерявшей подпитку топливом с нефтепромыслов Астрахани и Кавказа, начался настоящий топливный голод. Поэтому их немногочисленная авиация какую-то сильную активность проявить под Царицыным не смогла. Поэтому когда наши авиаторы сбили два красных аэроплана, то больше вражеских самолетов в небе над этим городом мы не наблюдали. Можно сказать, что нами было захвачено полное господство в небе в том районе. И белая авиация этим воспользовалась на полную катушку. За неделю боев наши аэропланы смогли потопить девять кораблей из Волжской Красной флотилии: оба миноносца, одну плавучую батарею, две канонерские лодки и четыре вооруженных парохода.

После таких огромных потерь все вражеские корабли ушли вверх по течению Волги, устранившись от этого сражения. Кроме этого наши авиаторы еще и отличились в уничтожении восьми красных бронепоездов. Против авиации эти неповоротливые и бронированные гиганты оказались полностью бессильными. Зенитного прикрытия у красных не было никакого. А их авиация под Царицыным исчезла как-то очень быстро. Ну, и про уничтожение вражеских полевых пушек наши летчики также не забывали. Да, и артиллерия наша тоже стреляла довольно метко. А вот у красных с артиллеристами были большие проблемы.

Нет, люди то у них там на артиллерийских батареях имелись. Вот только назвать их профессиональными и опытными артиллеристами у меня язык не повернется. Серьезной проблемой молодой Красной армии была катастрофическая нехватка военных кадров. Так как из насильственно мобилизованного крестьянина ты быстро артиллериста, летчика, пулеметчика или танкиста не сделаешь. Но красные тем не менее пытались. Только из этого у них пока одна хрень получалась. Поэтому в точности стрельбы вражеская артиллерия нашим пушкарям полностью проигрывала. Да, и этих самых пушек у нас при штурме Царицына имелось гораздо больше чем у красных. В общем, я тут опять применял свою любимую тактику массированного использования авиации и артиллерии для уничтожения вражеской обороны. Сначала там все старательно обрабатывали наши пушки и бомбили аэропланы. А потом уже тех, кто выжил, добивала наша штурмовая пехота, поддерживаемая броневиками и танками. Ну, а кавалерия наводила шороху на флангах, прорываясь в тылы противника.

Кстати, в борьбе с вражеской артиллерией и бронепоездами также очень хорошо себя показали и наши тяжелые бронепоезда со 120-миллиметровыми морскими орудиями, которые мы когда-то нашли в арсенале Новороссийска. Они действовали, прикрывая наступление корпуса Деникина, и в дуэлях с красными бронепоездами всегда выходили победителями. Так как там комендорами тех морских орудий у нас служили моряки с Черноморского флота. Которые очень метко стреляли из этих самых 120-миллиметровых пушек. Можно сказать, что на суше наши морячки также показали класс, уничтожая один за другим бронепоезда и полевые пушки красных. И в этих сухопутных, артиллерийских дуэлях наши мореманы побеждали с разгромным счетом.

Пока мы со всех сторон штурмовали там подступы к городу Царицыну. Барон Врангель со своим корпусом прошел по восточному берегу Волги и вышел к Камышину. Тем самым река Волга севернее Царицына оказалась также перерезана. Потом наш бравый Черный барон (такое прозвище из-за черной черкески ему приклеили как наши казаки, так и красные) переправился на тот берег Волги. И смог встретиться с войсками атамана Богаевского, тем самым уже полностью отрезав от снабжения группировку красных в Царицыне. Тут я опять же решил действовать по Астраханскому шаблону. Зачем упорно долбиться во вражескую оборону в одном месте, если можно просто прорваться на флангах и окружить опорный пункт врага. Оставив его тем самым без снабжения и подвоза подкреплений. Да, и выпускать из осажденного Царицына я также никого не собирался сейчас.

Все враги там и останутся, когда мы порвём фронт и возьмем этот нужный нам город. Это же классика сухопутной тактики современных войн. Об этом даже здесь уже во всех учебниках по тактике написано. Правда, почему-то большинство военачальников как в Первой Мировой войне, так и в ходе гражданской войны в России такую вот очевидную тактику по окружению особо упорных очагов вражеской обороны почему-то не применяли. А больше старались атаковать оборону противника с одного направления, чтобы решительным натиском просто выбить врагов с занимаемых позиций. А такие вот глубокие охваты и окружения в истории этой гражданской войны случались редко.

Пока я здесь не появился и все не опошлил. А то, понимаешь, воевали себе люди большими массами конницы и пехоты толпа на толпу посреди чистого поля. Чтобы прямо как в кино. Быстрая и зрелищная атака с боевыми кличами, резвое сближение с противником и так любимая здешними военными рукопашная схватка. Где можно всласть порубить противника шашкой и поколоть штыком. Весело чё там! А вот методично обрабатывать позиции противника артиллерией и авиацией, убивая его издалека и лишая воли к победе. Это же неинтересно. В общем, моя тактика была скучной и неинтересной для местных стратегов. Но мне она нравилась больше остальных. Так как при таком подходе мы несли наименьшие потери, добиваясь более качественного результата в сражении.

И еще я впервые на фронтах гражданской войны начал на поле боя применять массово бронемашины и танки при поддержке действий пехоты. От скоординированной атаки которых красные войска впадали в стремительную панику. Таким образом нам уже 30 августа 1918 года удалось прорвать фронт на южном направлении и ворваться в город Царицын. И уже через два дня этот крупный город был нашими войсками захвачен. А группировка красных прекратила сопротивление, сложила оружие и сдалась. Это была славная победа. Не только военная, но и политическая. Ведь ранее красная пропаганда уже успела раструбить о неудачах белых под Царицыным. Это когда они первый штурм донских казаков отбили. Вот тогда они это преподнесли как грандиозную победу над белыми. И еще пафосно заявили, что Царицын превращен в неприступную крепость, которую белым низа что не взять. А мы вот взяли и захватили ваш неприступный Царицын, господа большевики!

Глава 12

Глава 12.

Договорняк.

Мятеж Чехословацкого корпуса в мае 1918 года спутал карты советскому правительству в Москве очень сильно. Можно сказать, что именно из-за этого самого Чехословацкого корпуса в Сибири, на Урале и на Дальнем Востоке России в это время как-раз и подняли голову разнообразные противники большевиков. Изначально ведь Чехословацкий корпус создавался еще при царе из пленных чехов и словаков, которые служили в армии Австро-Венгерской империи. И в ходе боев с русскими войсками они попали в наш плен в 1914-1916 годах. После этого французы и англичане, которым очень тяжело приходилось на Западном фронте против войск Германской империи, придумали сагитировать тех пленных чехов и словаков.

Чтобы они воевали на стороне Антанты. А потом после победы над Германией и Австро-Венгрией Англия и Франция обещали добиться независимости от Австрии для Чехословакии. И этим они как-раз таки купили тех чеха-словаков. Которые не очень-то любили подчиняться австрийцам и венграм. И мечтали о независимости для своей маленькой родины. После чего пленные чехи и словаки, сидевшие в русских лагерях для военнопленных, начали массово записываться в новый Чехословацкий корпус, который должен был воевать на стороне Антанты и Российской империи. Однако, неожиданно в России рванула февральская революция. Но вновь сформированный Чехословацкий корпус какое-то время успел неплохо так повоевать на стороне Временного правительства против немцев.

Правда, потом большевики все похерили, совершив уже свою упыриную революцию в октябре 1917 года. После чего фронт развалился и командование Чехословацкого корпуса начало договариваться с большевиками о своем убытии сначала во Владивосток по железной дороге, а потом англичане с французами обещали их вывезти во Францию на пароходах. Где все еще продолжались тяжелые и кровопролитные бои против немецкой армии. И Антанте там нужны были любые подкрепления. Так как силы французов и англичан уже были явно на исходе. Дошло даже до того, что они начали завозить из колоний войска, состоявшие из негров, арабов, индусов и других туземцев. Поэтому вполне боеспособный Чехословацкий корпус им бы там во Франции сейчас совсем не помешал.

Тем более, что именно французы с англичанами были инициаторами его создания. Они же его спонсировали и вооружали. Поэтому чисто юридически – Чехословацкий корпус был подразделением союзников России по Антанте. Но когда большевики захватили там власть, то Россия вышла из Первой Мировой войны, подписав сепаратный Брестский мир с немцами и австрийцами. Но англичанам и французам хотелось вывести Чехословацкий корпус во Францию. И они даже по этому поводу начали переговоры с большевиками в Москве. И вроде бы даже договорились. После чего Чехословацкий корпус начали вывозить по железной дороге из западной России на Восток.

Планировалось передислоцировать его во Владивосток. А потом оттуда уже на кораблях доставить во Францию. И сами то чеха-словаки тоже не хотели вмешиваться в эту гражданскую войну в чужой для них стране. Они желали повоевать, но во Франции. Чтобы потом получить на блюде от Антанты свою независимую Чехословакию. Однако, что-то пошло не так. Ведь правительство большевиков вдруг передумало. И когда эшелоны в войсками Чехословацкого корпуса достигли Самары. То их там тормознули и попробовали разоружить. Не знаю, кому там в Москве пришла в голову такая идиотская идея?

Ведь сейчас Чехословацкий корпус был очень даже весомой силой в бывшей Российской империи. Около шестидесяти тысяч хорошо вооружённых, обученных и опытных солдат, спаянных прекрасной дисциплиной. У красных по крайней мере ничего подобного даже и близко пока не было. Поэтому я совсем не понимаю такой тупости. Ну отпустите вы этих озлобленных чехов нафиг в тот Владивосток. Чтобы их поскорее увезли за океан.

Зачем вам с ними ссориться то? Не понимаю! Выражаясь языком Ленина – это была феерическая архиглупость. И вполне закономерно большевики из-за нее поимели очень большие проблемы.

Чехословацкий корпус конечно же отказался сдавать оружие и поднял мятеж против советской власти. Параллельно с этим чехи начали уничтожать все очаги власти большевиков в зоне своего действия. Таким образом благодаря их действиям, и появились совсем недавно КОМУЧ в Самаре, Временное правительство Сибири в Омске и антибольшевистские правительства на российском Дальнем Востоке. В общем, таким образом большевики сразу же лишились власти над половиной страны. Нормально так да? Эх, знать бы того краснопузого идиота, который догадался разоружать Чехословацкий корпус. Я бы ему точно орден вручил от всего Белого движения. Хотя возможно – это был Ленин или Троцкий. Маловато у меня данных по этому вопросу пока.

Но в любом случае сейчас это нам было только на руку. Ведь все Белое движение только выиграло от того, что чеха-словаки подняли этот свой мятеж против советской власти. Сейчас чеха-словаки и части верные КОМУЧ громили красных на всем протяжении реки Волга от Сызрани на Волге до Казани. Кстати, в Казани совсем недавно войска КОМУЧ под командованием полковника Каппеля смогли захватить аж шестьсот пятьдесят миллионов золотых рублей, сто миллионов ассигнациями, слитки золота и платины. И это был тот самый пресловутый золотой запас, который потом адмирал Колчак, став Верховным правителем, будет возить за собой в поезде. И который потом достанется обратно большевикам. Впрочем, сейчас этого ничего уже не случится.

Кстати, эти эсеры из КОМУЧ уже прислали мне своих депутатов, которые нагло потребовали от меня признать власть их правительства. На что я высокомерно заявил, что сам являюсь Верховным правителем России, а единственное законное правительство, которое я признаю – это правительство моей Югороссии. А со всякими клоунами я дел иметь не стану. После этого я при помощи генерала Алексеева заслал к полковнику Каппелю своих людей. Которые его уговорили совершить военный переворот в Самаре. И арестовать членов этого дурацкого КОМУЧ. После чего присягнуть с войсками мне на верность как Верховному правителю и главнокомандующему. И знаете что? А убежденный монархист полковник Каппель с радостью согласился с моим предложением.

Его к этому моменту уж очень сильно достали все эти бесполезные и глупые болтуны из самарского правительства эсеров. Которые только наплодили кучу разных отделов и комиссий. А воевать против красных только мешали своими дурацкими приказами и идиотскими инициативами. Эти демократические придурки ведь удумали восстановить на своей территории прежние порядки. То есть как при царе всю землю опять вернули помещикам. А крестьяне получили шиш. И еще они вместо добровольцев решили устроить насильственную мобилизацию крестьян и рабочих в свою армию. Которые понятное дело совсем не хотели воевать за интересы буржуев и дворян.

Ой, дураки!!! Ну, кто же так-то сейчас после двух революций действует то? Народ же озлоблен до невозможности. А вы у них землю отбираете и еще насильно в армию загоняете. И еще там в их опереточном КОМУЧ нашлись светлые головы, которые также решили вдобавок и хлеб у крестьян отбирать. Прямо как это вовсю уже делали большевики на своей территории. Кстати, там на советской территории сейчас уже полыхают сразу несколько крестьянских восстаний против власти большевиков. Но этих идиотов из КОМУЧ такая наглядная демонстрация дурной антинародной политики явно ничему не научила. Да уж! Демократы во всей своей красе. Плевать они хотели на народ.

И ведь своей непроглядной тупостью эти гады губят наше Белое движение. Настраивая рабочих и крестьян против нас. Кретины! Поэтому я решил иметь дело только с военными, которые сейчас как-раз и сражались с большевиками за этот самый КОМУЧ. И которым совсем не нравилось самарское правительство эсеров. И с командованием Чехословацкого корпуса я ведь также договорился по-хорошему. Рассказав им сказку про то, что сам в скором времени планирую начать воевать против немцев на Украине. И мне совсем не помешала бы помощь Чехословацкого корпуса. А они тогда смогут довольно быстро начать выполнять свои обязательства перед Антантой, ударив вместе с нами по немцам с Востока.

Это ведь будет как-раз в интересах Англии и Франции. И зачтется чехам после победы над Германией в Империалистической войне, которая все еще продолжалась. Хотя Россия из нее уже и вышла, благодаря предательству большевиков. Правда, при этом я цинично посетовал, что пока мы не разобьем большевиков. То воевать против немцев не сможем. Красные же нам просто не дадут это сделать по нормальному. Поэтому нам с чеха-словаками надо сначала побить красных упырей в Москве. А потом я как Верховный правитель России смогу уже официально начать войну против Германии, Австро-Венгрии и Турции.

Одновременно с этим я вел такие же переговоры с Антантой. Тоже врал им, честно глядя в глаза и прося использовать против большевиков Чехословацкий корпус. Ведь сейчас вроде как англичане и французы взяли шефство над этой серьезной воинской частью и могут влиять на ее командование. И в итоге мы в ними договорились. Англичан и Французов очень обрадовалась моя готовность воевать против немцев. Правда, я поставил четкое условие. Что пока власть большевиков в Москве не будет уничтожена. И мои войска не победят в этой гражданской войне. То воевать с врагами Антанты я не стану. И в конечном итоге они согласились, отдать командованию Чехословацкого корпуса приказ действовать совместно с Добровольческой армией Югороссии в борьбе с большевиками. И подчиняться мне как главнокомандующему.

Просто лягушатники и лимонники посчитали, что так выйдет гораздо быстрее доставить Чехословацкий корпус до линии фронта с немцами на той же Украине. Чем тащить его через всю Сибирь и Дальний восток по единственной железной дороге, которая сейчас очень плохо функционирует. А потом ведь еще чехов из Владивостока придется как-то везти через два океана на кораблях. Но это же уйму времени займёт. А так глядишь, и я выиграю по-быстрому эту дурацкую гражданскую войну в России. И потом начну войну с Германией. Которой опять придется при этом воевать на два фронта. В общем, убедил. И поэтому Чехословацкий корпус перешел под мое командование. После чего почти сразу же Каппель замутил при поддержке все тех же чеха-словаков военный переворот в Самаре. Арестовав всех членов правительства КОМУЧ.

Потом он также признал мое командование и присягнул в верности Верховному правителю и Югороссии. И передал мне весь золотой запас, который был им захвачен у большевиков в Казани. За это я его сразу же пожаловал чином генерал-майора и назначил командовать нашим новым Восточным фронтом. А на землях КОМУЧ мы начали вводить законы Югороссии. Чем очень сильно порадовали крестьян, которые получили от меня, наконец-то, свою собственную землю. И кроме того я отменил там дурацкую, насильственную мобилизацию. Что также успокоило народ. Особенно рабочих, которые тут же перестали бастовать и заниматься саботажем. Ведь это же полное вранье большевистской пропаганды. Что рабочие прямо все как один только и мечтают воевать за советскую власть.

Им, вообще, класть с прибором на этот долбанный коммунизм. И если бы скудоумный Николай Второй прислушался тогда в 1917 году к людям. Смягчил и облегчил жизнь рабочих в Российской империи. То они бы так не бунтовали тогда. И никакой упыриной революции у нас бы тут не случилось. Вот и теперь все волнения моментально поутихли на Самарских и Уральских заводах. Ведь рабочие получили от меня вполне приличные условия труда. И в армию их теперь насильно никто не загонял, как это делали раньше идиоты из КОМУЧ. В общем, народ был рад, что, наконец-то, пришел Корнилов и навел тут порядок. А больше всех радовались местные военные, которых за эти месяцы уже успели сильно достать эти бесполезные болтуны из самарского правительства. Наконец-то, они обрели сильного вождя, который поведет их к победе.

Глава 13

Глава 13.

Саратов и еще.

После такой плодотворной, дипломатической работы по объединению сил Белого движения на Юге и Востоке России мы приступили к боевым действиям в Саратовской губернии. Ведь сейчас моя Добровольческая армия надвигалась на Саратов с юга. А силы генерал-майора Каппеля и Чехословацкого корпуса шли на Саратов с севера и северо-востока. Что, кстати, недавно отрезало от основных сил армию красных под командованием Блюхера, воевавшую против объединённых сил оренбургских и уральских казаков под командованием Дутова. И когда Блюхер со своими войсками начал пробиваться к Уфе, то в битве на реке Сим у Бердяниной поляны он был настигнут и разбит чеха-словаками и казаками Дутова.

Таким образом вместе со своей армией погиб еще один легендарный командир красных по фамилии Блюхер. А мне почему-то вспомнился анекдот из моей прошлой жизни, когда я узнал про разгром и кончину Блюхера. Это когда комиссар Фурманов отчитывает Чапаева за то, что немецкую фамилию Блюхер не надо переводить на русский язык. И обзывать Блюхера товарищем Голубочленовым. Но в любом случае земля этому красному Блюхеру стекловатой. Для меня все эти красные герои гражданской войны совсем не кумиры. Ведь их создала лживая советская пропаганда когда-то. Они для меня военные преступники и изменники родины, которые служили предателям России из Ленинской банды. Поэтому никакого уважения эти красные упыри от меня не дождутся.

Сейчас против нас в Саратовской губернии действовала так называемая Особая или 3-я армия РККА. Эту армию недавно перевели в Саратовскую губернию из-за понесенных потерь в ходе первого штурма Царицына казаками Дона. Кстати, в ее состав входила и 2-я Николаевская дивизия под командование Чапаева. Да, да! Еще один легендарный кадр в череде красных полководцев гражданской войны. Наверное – это самый знаменитый красный командир этого периода. Правда, на мой взгляд он ничего такого особого совершить не успел, погибнув слишком рано. Просто советская пропаганда его образ взяла и хорошенько так пропиарила. А ведь Чапаев то был типичным и неграмотным выскочкой, который до революции был обычным унтер-офицером. Таких в царской армии были миллионы.

Но он вовремя понял, куда дует ветер и перед самой революцией примкнул к большевикам. Не потому что прямо так уж поверил в их упыриное учение. А просто захотел быстро сделать головокружительную карьеру во вновь создаваемой Красной армии. И ему это удалось. Из заместителя командира роты, он очень быстро стал командиром дивизии. Очень быстро и легко. То есть занял генеральскую должность. Нормальный такой карьерный рост. Революционный! А все потому что с особой жестокостью начал подавлять антибольшевистские восстания на Урале. И не стеснялся лить кровь цистернами. Таких кадров большевики особо ценили. Вот и Чапаева также заметили. И он начал очень быстро расти по служебной лестнице.

Хотя на мой взгляд в реальности, а не в кино Чапаев особыми военными талантами не блистал. Таких краскомов в Красной армии, вылезших наверх из рядовых или унтер-офицеров царской армии сейчас было довольно много. И все они были готовы жилы рвать, убивать и идти по трупам, чтобы сделать карьеру в армии большевиков. Но ведь кроме энтузиазма и желания командовать надо еще и уметь управлять войсками. Грамотно управлять! Я ведь как-то читал, что Чапаева даже пыталось командование направить на учебу в военную академию. Однако, оттуда его просто выгнали с позором за неуспеваемость. Бухал он там и ни черта не учился.

В общем, как командир дивизии – этот кадр был крайне некомпетентен. Но ему просто повезло попасть потом под струю, когда советская пропаганда искала для страны пример для подражания. Вот и выбрали Чапаева из всей своры героически померших краскомов. Просто так получилось, что он лишь случайно стал самым знаменитым красным командиром гражданской войны из-за фильма, который понравился народу. А ведь кроме него в Красной армии были более умные и успешные военачальники. Но про них такие культовые фильмы почему-то красные пропагандоны не сняли. Хотя советская пропаганда всегда отличалась особой сказочностью и лживостью.

Поэтому я совсем не удивлен, что эта очередная легенда красной пропаганды не выдержала столкновение с реальностью. И дивизия Чапаева была разбита в боях за Саратов, а сам Чапаев погиб во время панического бегства от кавалерии Шкуро. Блин, я смотрю, что полковник Шкуро стал у нас каким-то ангелом смерти для легендарных военачальников Красной армии. Ох, не зря я его взял в нашу Добровольческую армию! Ох, не зря! Возможно, потом когда мы победим эту большевистскую нечисть, а Россия снова станет свободной от красной заразы. То про Шкуро снимут такой же культовый фильм. И он по своей популярности затмит даже Чапаева. И конечно же, тот фильм будут снимать не красные пропагандисты, а наши. А что? Любопытная мысль! Надо будет ее записать в свой блокнот, пока не забыл.

Впрочем, не только Чапаев в боях в Саратовской губернии облажался тогда. Командующий 3-й Особой красной армией, бывший царский поручик Берзин Рейнгольд Иосифович тоже каких-то тактических и стратегических чудес нам не показал. И точно также был вместе со своей армией разбит в боях за Саратов. Да уж! Как-то все эти скороспелые красные командиры меня в данной военной кампании не впечатлили. Но стоит заметить, что у красных в этом районе ведь сил было не очень много на самом деле. Видимо, их сильно подкосило поражение большой советской воинской группировки под Царицыным. Ведь там мы разбили и полностью уничтожили самые боеспособные части Южного фронта красных.

И они потом впоследствии не смогли оказать помощь действиям уже Восточного фронта красных против войск КОМУЧ и казаков атамана Дутова. Это прямо как падение костяшек домино. Когда военная катастрофа на соседних фронтах приводит к неудаче уже на вашем фронте. Просто не откуда теперь Восточному фронту красных было взять подкреплений. Ведь в другой истории они их как-раз и привлекали с Астрахани, Царицына и даже с Кавказа. Но сейчас тех красных войск уже не осталось. Поэтому и войска под командованием генерал-майора Каппеля теперь решительно давили с Востока.

А правительство большевиков в Москве лихорадочно собирало со всех концов своей территории хоть какие-то военные части и бросало их сейчас сюда. Кроме того оно еще и значительно повысило лимит насильственной мобилизации крестьян в Красную армию, чтобы восполнить такие огромные потери. Но сами понимаете, что такие вот насильно мобилизованные красноармейцы сражались крайне плохо. А в некоторых случаях даже убивали своих командиров и комиссаров и переходили на нашу сторону. Так как по-моему уже все крестьяне в России знали, что Корнилов раздает землю. В собственность и бесплатно!!! Кстати, в Красной армии уже сейчас большевики начали формировать и специальные заградительные отряды.

Которые должны были располагаться в тылу красных войск и пресекать их панику и бегство с позиций. Огнем пулемётов пресекать! Во как? А я то по наивности думал, что это товарищ Сталин в 1941 году изобрел заградительные отряды. А тут вон оно как оказалось. Большевики, видя крайнюю ненадежность насильно мобилизованных красноармейцев, решили такими жестокими мерами заставлять их сражаться. Под угрозой расстрела. Мда! Хотя я совсем не удивлён. Чего еще было ждать от этих кровавых упырей? Оказывается, что история этой гражданской войны совсем не такая, какой ее нарисовали советские пропагандоны в той истории, что я знал. Она еще грязнее и кровавее оказалась.

И еще меня позабавил, но совсем не удивил тот факт. Что в тех большевистских заградотрядах сейчас служили в основном немцы, венгры, китайцы, прибалты и прочие нерусские товарищи-интернационалисты. Которые отличались особой жестокостью и ненавистью к русским. И это многое говорит об опоре власти большевиков. Кстати, полки знаменитых латышских красных стрелков тут на восточном фронте также уже появились. Но какой-то особой боеспособностью они тоже похвастать не могли. Их Каппель и чеха-словаки уже успели неплохо так потрепать под Казанью и Симбирском.

Наши войска вошли в Саратов уже 19 сентября 1918 года. Таким образом наши силы на Юге и Востоке России теперь соединились друг с другом. Что позволило перебросить нам корпус барона Врангеля под Симбирск. Где сейчас шли тяжелейшие бои Каппеля и чеха-словаков против 1-й армии под командованием Тухачевского. Наш черный барон не стал медлить и практически с ходу ударил со своим корпусом в правый фланг армии Тухачевского. В результате чего этот бывший капитан царской армии, который большую часть Империалистической войны просидел в немецком плену когда-то, не смог удержать управление частями своей 1-й армии. Которые поддались панике и начали стремительно отступать.

Генерал-майор Каппель также не дремал. И увидев такое плачевное состояние противника, он решительно атаковал по всему фронту от Сызрани до Симбирска. В результате чего фронт красных на том участке просто рухнул. И на плечах отступающего противника белая армия за девять дней смогла ворваться в Пензу и Саранск. Затем настал черед 2-й армии РККА под командованием Шорина. Она также лишилась поддержки 1-й армии Тухачевского с юга и была вынуждена в большой спешке отступить от Казани в направлении Нижнего Новгорода и Арзамаса. В общем, с прорывом Добровольческой армии с Юга России на Восточном фронте у красных возникла настоящая военная катастрофа. И еще сюда стоит добавить антисоветское восстание в Прикамье. Центрами которого стали города Ижевск и Воткинск. Где располагались одни из самых мощных оружейных заводов России сейчас.

Там, кстати, к моему удивлению восстали против власти большевиков совсем не крестьяне. Как это обычно бывало сейчас. Удивительно, но на тех оружейных заводах против массовой мобилизации подняли восстание рабочие. Которым очень сильно не понравился «военный коммунизм» и насильственная мобилизация. А возглавил восставших рабочих «Комитет фронтовиков», состоявший из ветеранов Империалистической войны. Который был настроен крайне антисоветски. И восставшие при этом довольно быстро смогли захватить Ижевск и Воткинск, выгнав оттуда немногочисленные войска большевиков. После чего они обратились ко мне с просьбой принять их под свою защиту, обязуясь подчиняться моей власти и моим законам. Ну, я что? Конечно же, принял их в наши ряды. И мне по большому счету там было важно, что таким образом большевики лишились доступа к крупнейшим оружейным заводам. И теперь они будут работать уже на наши нужды, выпуская оружие и боеприпасы для Добровольческой армии Югороссии.

Кроме того моя группировка войск после захвата Саратовской губернии двинулась на запад к Тамбову. Там прямо как по заказу в тылу у красных вспыхнуло очередное крестьянское восстание. Вообще-то, они здесь по всей территории Советской России сейчас полыхали то тут, то там. Крестьяне за этот год хлебнули сполна советской власти с ее отрядами продразверстки, совхозами, насильственной мобилизацией и красным террором. И все это им явно не нравилось. Ведь люди не станут бунтовать от хорошей жизни. А на землях, контролируемых красными упырями, сейчас народ о хорошей жизни мог только мечтать. С ностальгией вспоминая времена царя Николая Второго.

Когда их никто не грабил, не забирал последнюю еду, не загонял насильно в совхозы и в Красную армию. Поэтому тамбовские крестьяне с огромным энтузиазмом восприняли приход нашей армии к границам Тамбовской губернии. Тем более, что сейчас после разгрома на Южном и Восточном направлении сразу нескольких армий большевиков сил у Советской России осталось не так уж и много. Поэтому красные не смогли быстро потушить огонь антисоветского восстания на Тамбовщине. Ну, а сил для противостояния моему пятидесяти пяти тысячному корпусу там у них было явно маловато. Поэтому без каких-то серьёзных боев красные войска поспешно откатывались назад.

А мы занимали территорию Тамбовской губернии без особых потерь. И тут население также встречало нас с радостью. Кое-где в городах даже с цветами. Люди настрадались за этот год под гнётом большевиков. И видели в нас освободителей. Тем более, что на Тамбовщине после прихода моей армии начали довольно быстро внедряться законы Югороссии. Которые явно пришлись по душе всем после тягот и ужасов «военного коммунизма». Что им показали до этого большевики. Просто теперь у народа появилась возможность сравнивать. И то сравнение было уж точно не в пользу большевиков с их упыриной властью, построенной на насилии и страхе.

Нет, мы тоже не ангелы и сурово караем всех врагов нашего режима. Однако, в отличие от большевиков, мы все же палку не перегибаем. И если ты являешься законопослушным гражданином, который ничего плохого не злоумышляет против законов и власти. То тебе бояться нечего. Тем более, что население Тамбовской губернии сейчас примерно на девяносто пять процентов состоит из крестьян. Поэтому здесь мы встретили самую горячую поддержку. А все из-за моего прогрессивного «Закона о земле». Вот почему в другой истории белые не уделили этому аспекту более пристального внимания? А только в 1920 году когда разбитые войска Врангеля красные загнали в Крым. То его белое правительство начало разработку земельной реформы, очень похожей на мою теперешнюю. Вот что мешало им сделать это ранее? Не понимаю! Ведь это же так просто. Дайте крестьянам землю и получите их искреннюю поддержку. Но белые почему-то упорно игнорировали нужды простого народа, больше полагаясь на военную силу и белый террор. И в итоге проиграли. Идиоты золотопогонные!

Параллельно с моими успехами по захвату Тамбовской губернии вдоль Дона в сторону Воронежа выдвинулся корпус под командованием генерала Деникина. Его также сопровождал генерал Мамонтов со своими казаками. Вот им там пришлось немного повоевать со спешно сформированной 6-й армией красных. Которую советское правительство бросило туда, чтобы заткнуть эту дыру. Резервов у красного командования явно не хватало. Так как слишком много войск и территорий потеряла уже Советская Россия. И сейчас ее положение было гораздо хуже того, что я знал из истории этой гражданской войны. Гораздо хуже! Кстати, я заметил одну любопытную особенность этих свежих армий большевиков.

Все они были сформированы из насильно мобилизованных людей, которые совсем не горели желанием воевать за эту упыриную, советскую власть. Поэтому боевой дух и дисциплина в таких соединениях противника находились на очень низком уровне. И при каждом удобном случае такие мобилизованные кадры старались дезертировать или сдаться к нам в плен. Бывали уже неоднократные случаи, что на нашу сторону в ходе боев переходили целыми батальонами или полками, состоявшими из мобилизованных крестьян и рабочих. Которые выражали горячее желание сражаться на нашей стороне.

Ведь наша пропаганда во вражеских тылах работала очень даже неплохо. И все красные солдаты знали, что мы несем народу свободу от «военного коммунизма», раздаем землю крестьянам и уважаем права рабочих. Людям ведь так мало надо для счастья. И тут красным вурдалакам даже их уродские заградотряды с пулеметами за спинами красноармейцев не помогали. Время добровольцев из красногвардейских отрядов уже прошло. Все дураки, хотевшие раньше воевать за советскую власть, уже закончились. И теперь большевикам только оставалось насильно загонять людей в свою Красную армию.

А вот у нас с добровольным пополнением рядов дела обстояли очень даже неплохо, между прочим. Ведь до населения, наконец-то, дошло, что в этой гражданской войне остаться в стороне не получится. Ты либо за красных, либо за белых. Никаких полутонов. Нет, была тут еще и так называемая третья сила. Позднее историки ее сторонников назовут «зелеными». Это все эти независимые повстанцы, которые боролись как против красных, так и против белых. Но я их всех просто называю обыкновенными бандитами, которые жили грабежами населения до поры до времени. Такие банды на нашей территории мы уничтожали без всяких сомнений и сантиментов.

Всех этих местечковых атаманчиков и батек различных бандитских банд. К сожалению, такая человеческая накипь всегда появляется во время смут, революций и гражданских войн. Среди большевиков, кстати, сейчас было довольно много таких персонажей. Которые почувствовали, куда ветер дует. И примкнули к советской власти, чтобы безнаказанно грабить, насиловать и убивать. Таких на той стороне хватало с избытком. Не зря же большевики признали бандитов классово близкими элементами советской власти. Вот тут сразу и видна основа такой упыриной власти. Бандитская! Интересно, а почему раньше все эти советские историки такого очевидного факта не замечали? Так уже к началу октября 1918 года мы еще смогли полностью захватить Тамбовскую, Воронежскую и Пензенскую губернии. И на северном фасе нашего наступления дела у вооружённых сил Югороссии шли тоже очень неплохо.

Еще стоит отметить, что 23 сентября в Омске произошел очередной военный переворот. Где офицеры во главе с генерал-майором Пепеляевым арестовали Временное правительство Сибири, состоявшее из эсеров, и взяли власть в свои руки. После чего они также обратились ко мне, чтобы я их принял под свое командование. И я им не отказал. Нам сейчас любые союзники не помешают. Таким образом территория, которую ранее контролировало Сибирское правительство, перешла уже под мой контроль. Как и все вооружённые силы Сибири. Позднее из них мы создали Северный фронт, который возглавил генерал Пепеляев. И этот фронт начал боевые действия под Екатеринбургом. Где до недавнего времени содержали под арестом царскую семью. Которая, впрочем, к этому времени была уже в полном составе расстреляна большевиками.

И еще большевики также расстреляли всех арестованных ими Великих князей из династии Романовых, опасаясь того, что белые войска их освободят. Ой, а я про этих людей совсем забыл как-то со всей этой непрерывной войной. И знаете что? А мне наплевать! Эти трутни уже давно свою роль отыграли. Время династии Романовых безвозвратно ушло. Они свою Россию пролюбили в 1917 году. И второго шанса уже не получат. По крайней мере, пока я буду жив. То не допущу никаких Романовых до власти над этой многострадальной страной.

Только не их. Не этих этнических немцев, которые по недоразумению какое-то время управляли Российской империей, презирая свой народ. И успели ее довести до ручки. Ведь в том, что сейчас творится на моей любимой Родине, есть очень большая доля вины династии Романовых. И даже хорошо, что большевики их там всем скопом кончили. Меньше потом возни будет у меня. А то не хотелось бы мне самому уничтожать этих претендентов на российский трон. Но пришлось бы. Они свою игру уже отыграли. И проиграли! Но благодаря большевикам, мне свою карму так портить не придется уже. Ведь они за меня всю грязную работу уже сделали. В общем, земля им стекловатой убогим!

Глава 14

Глава 14.

Бей немца.

И все же я передумал. Раньше я не собирался воевать с немцами и австрийцами, которые захватили Крым и Украину. Просто понимал, что скоро они уйдут. И мы сможем забрать себе все эти земли без боя с немецкой и австрийской армией. Однако, потом чем дата ухода германских войск с Украины была все ближе, тем сильнее было мое искушение. Да, и опасения у меня были в том, что тот же Крым и Украину после ухода немцев оттуда захватят большевики или там еще какая-нибудь независимая Украина появится под покровительством Англии или Франции. Да, и по моим воспоминаниям там еще должны высадиться войска интервентов потом из Англии, Франции и Греции. И это ничего хорошего тем землям не даст.

А скорее наоборот интервенты просто будут там грабить и разрушать. В общем, нахрен нам такое счастье? Потом же нам придется там все восстанавливать. Да, и немцы тоже до своего ухода успеют Крым и Украину хорошенько так пограбить. И еще у них там куча кораблей Черноморского флота сейчас стоит. Те которые просто не смогли тогда выйти и в море и уйти в Новороссийск. Когда в Крым вошли немецкие войска. И немчура те корабли при своем уходе из Крыма ведь тоже выведет из строя или затопит. А нам они еще самим пригодятся. Или это англичане те кораблики там потопят? Черт, не помню. Но в любом случае мне до зубного скрежета хотелось сделать немчуре подлянку и немного с ними повоевать на пол шишечки.

Тем более, что к осени по данным нашей агентуры в Крыму и на Украине немецкие и австрийские части сильно поредели из-за дезертирства и потеряли боеспособность. Так как большевики в них вели свою разрушительную пропаганду. И сейчас немецкая армия была уже не та, что раньше. Она стремительно деградировала. Прямо как когда-то русская армия в 1917 году. Которая также не хотела воевать и имела крайне низкую дисциплину из-за планомерной агитации большевиков среди солдат. В общем, немцы теперь наступили на те же грабли. Они ведь сами этот ящик Пандоры открыли, помогая большевикам когда-то. И вот теперь те разложили уже немецкую армию до такого состояния, что она не хотела больше воевать. А Германская революция как и капитуляция Германии были уже совсем рядом. Но чем ближе была эта дата, тем задумчивее я становился.

А потом я собрал своих генералов и посовещался с ними по поводу нападения на немцев на Украине и в Крыму. И мнения при этом разделились. Так Деникин настаивал, что нам надо продолжать наступать дальше на Москву. А барон Врангель ему возражал, говоря о том, что крепкий тыл на территории Украины нам необходим. Поэтому немцев надо бить. Раз они так ослабли. А то как бы туда большевики первыми не пришли и не забрали эти богатые земли себе. Тогда они сразу получать как ресурсы, так и мобилизационный потенциал на несколько десятков миллионов человек. Ну, а другие офицеры разделились во мнении примерно поровну. После чего я подумал и решил, что мы все же останавливать наше наступление со всех сторон на Москву не станем.

Однако, и в Крыму высадим свой морской десант при поддержке нашего Черноморского флота. Ведь он сейчас стал самой мощной силой на Черном море. Так как Австрийский флот уже давно сдулся. Ну, а немецко-турецкий также утратил свою боеспособность из-за революционных настроений среди матросов. Да, и Чехословацкий корпус я также хотел подтянуть для этой войнушки с немчурой на Украине. Они же именно этого хотели. Тем более, что сейчас мы можем его довольно быстро перебросить на Дон. Откуда до земель, контролируемых немецкой армией, рукой подать.

И еще у меня при этом зудела мысль в голове. О том, что большевики своим предательским и позорным Брестским миром очень сильно подставили Россию. Ведь так они просто аннулировали все подвиги и жертвы наших людей в борьбе против Германии, Австро-Венгрии и Турции. Три года Россия с огромными потерями воевала на трех фронтах. Уничтожив врагов больше, чем вся остальная Антанта вместе взятая. И потеряв при этом тоже больше них. И еще нашу страну разрушила эта долбанная революция. И из-за хитропопого предательства большевиков русские теперь ни черта не получат. Когда Германия, Австро-Венгрия и Турция будут побеждены. Нас не будет среди стран победителей.

И я считал, что это очень несправедливо по отношению ко всем нашим соотечественникам, что погибли в ходе этой Империалистической войны. Нам нужна компенсация, чтобы потом после победы над большевиками вытаскивать из разрухи нашу Родину. Однако, так как Россия от лица большевиков заключила с немцами сепаратный мир, то она по всем понятиям ничего не получит. И вот чтобы этого не случилось. Нам просто необходимо хотя бы изобразить войну против немцев. Тогда, возможно, при разделе пирога под названием Германия и нам что-нибудь перепадет. Главное – это успеть вступить в войну с Германией пока эта война не закончилась.

Я то прекрасно знал, что скоро она закончится. Но вот англичане с французами об этом были не в курсе. Ведь немцы все еще упорно сопротивлялись на Западном фронте. Туда пока коммунистическая пропаганда не добралась в таких катастрофических для немецких войск размерах. Там они еще пока неплохо так сопротивляются. Поэтому я все же принял решение немного повоевать с немцами. Слишком уж много ништяков мы сможем за это получить потом после капитуляции Германии. Поэтому я связался с представителями Антанты и изложил им свое предложение.

Которое заключалось в том. Что официально Антанта признает Югороссию правопреемницей царской России. После чего мы вступим в войну на их стороне. А после победы получим свою долю контрибуций с Германии, Австро-Венгрии и Турции. В общем, мы все сделаем вид, что как-будто Брестского мира и не было. Ведь Антанта из-за этого отказалась признавать правительство большевиков. И сейчас всячески старается поддерживать все антибольшевистские силы в этой гражданской войне в России. Переговоры с англичанами и французами были довольно сложными. Впрочем мне все же удалось с ними договориться.

Тем более, что я пообещал перевести по железной дороге части Чехословацкого корпуса. Чтобы они помогли нам отвоевать у немцев Украину. И потом и помогли нам все же взять Москву. На это мое последнее условие англичане в французами тоже согласились. Ведь так они снова открывали против Германии второй фронт в лице моей армии и чеха-словаков. А этого они хотели ну очень сильно. Поэтому и пошли на уступки, официально подтвердив мою легитимность в глазах их стран на мировой арене. Признавая тем самым Югороссию законной правопреемницей Российской империи, а меня Верховным правителем России соответственно. Ну, и по нашей доле контрибуции с капитулировавших Германии, Австро-Венгрии и Турции мы тоже заключили соглашение. В общем, нас опять официально приняли в Антанту. И теперь Россия в нашем лице снова из предательницы превратилась в верного союзника. И я считаю, что это была огромная дипломатическая победа. Которой я добился только потому, что мы в данный момент были очень сильно нужны Французам и англичанам. Которые там держались во Франции из последних сил. У них ведь тоже там революционные идеи уже бродили среди солдат Антанты. А революция также могла вспыхнуть в любой момент в Париже или Лондоне. Так как обе эти страны были сильно истощены всеми этими долгими годами Первой Мировой войны. Поэтому мое хитрое предложение они и поддержали всеми лапами.

Конечно, эти переговоры с союзниками по Антанте шли в глубокой тайне. И я о них никому не рассказывал до самого последнего момента. А тем временем в Новороссийске был сосредоточен десантный корпус под командованием барона Врангеля, состоявший из пятнадцати тысяч человек. Его я планировал высадить в Крыму. А вот к границе зоны немецкой оккупации в Ростове на Дону выдвинулся Чехословацкий корпус. И еще двадцать тысяч солдат нашей Добровольческой Армии под командованием генерал-майора Дроздовского. Почему я выбрал для вторжения на Украину именно этого молодого, белого генерала?

Так он уже доказал один раз, что может очень неплохо действовать в отрыве от основных сил. Когда его бригада в самом начале смогла пройти из Румынии до Ростова на Дону. При этом они там не просто шли спокойно. А пробивались с боями через всю Украину. Между прочим, тогда бригада Дроздовского смогла пройти аж полторы тысячи километров по враждебной территории. Да, и воевали они там раньше на Украине. Значит, генерал-майор Дроздовский очень неплохо знает тамошнюю местность и специфику. И в любом случае его действия против немцев там будет поддерживать Чехословацкий корпус. А это ещё пятьдесят тысяч очень неплохих бойцов. Кстати, я также договорился, что командование чеха-словаков будет подчиняться генералу Дроздовскому в этом походе на Украину.

В общем, когда все приготовления были завершены, то я от имени Югороссии 27 октября 1918 года официально объявил войну Германии, Австро-Венгрии и Турции. Правда, генерал Юденич на Кавказе получил перед этим от меня секретные инструкции. Чтобы вперед в атаку на турок не лезть. А сидеть на месте и оборонять наши кавказские владения. Только наши. Независимой сейчас Грузии и Армении это не касалось. Они теперь в свободном плавании. И довольно давно уже ведут опереточную и вялую войну против турок. А заодно и прикрывают нашу территорию от турецких войск. Ну, а турки впоследствии также сделали вид, что они не слышали про возобновление боевых действий против русских. В общем, там на Кавказе обе стороны старательно изображали, что якобы воюют друг с другом. А на самом деле ни один турецкий или русский солдат в этом притворном конфликте Югороссии и Турции не погиб.

Однако, вот с немцами мы начали воевать всерьез. Никакого маскарада или притворства там не было. Так уже в первые часы после объявления нами войны Германии в сторону Крыма вышел конвой из многочисленных пароходов с войсками барона Врангеля. Эти корабли шли под охраной двух наших дредноутов, двух броненосцев, двух крейсеров, пятнадцати эсминцев и трех носителей гидросамолетов. И сейчас эта была самая большая и мощная морская группировка во всем Черном море. Возглавлял этот морской конвой наших десантных сил адмирал Колчак. Который лично находился на мостике линейного корабля «Варяг» (бывшая «Воля»). Кстати, второй наш дредноут «Свободная Россия» тоже сменил свое революционное название на «Петр Первый».

Это я предложил так назвать наши могучие дредноуты. А то как-то не нравились мне эти дурацкие названия, которые ранее дали тем кораблям большевики. Ну, а возвращать им имена, полученные в царском флоте, я не хотел. Мы ведь не царская Россия. Мы другая Россия. Обновленная! И еще тут считалось, что если ваш корабль вдруг был захвачен врагом (а эти линкоры уже побывали в лапах большевиков раньше). И вы смогли его вернуть назад. То он теряет свое прежнее имя как несчастливое. Традиция тут была у моряков такая, понимаешь. Поэтому мы и не стали возвращать этим кораблям их старые имена. Кстати, два наших броненосца при этом также получили новые имена. «Три Святителя» стал «Адмиралом Нахимовым», а «Евстафий» «Синопом». Крейсера получили имена «Югороссия» и «Доброволец». Да, мы вообще все корабли наших Черноморского и Каспийского флотов переименовали сейчас.

Когда наш десант начал высадку в районе Керчи. То стоявший там немецкий гарнизон был застигнут врасплох. Немцам там просто еще никто сообщить не успел, что началась война с нами. Да, и было их там не очень много. Всего семьсот четыре человека. Которых уже и солдатами можно называть с большой натяжкой. Настолько они обленились и не хотели воевать, считая Крым глубоким тылом. Где они как-раз и хотели пересидеть до окончания войны с Антантой. Тем более, что большевистские агитаторы среди немецких солдат вели довольно активную работу. Разлагая их и внушая им дурацкие революционные идеи. Поэтому Керчь наши десантные силы под командованием барона Врангеля захватили очень быстро и без потерь. Немцы там безропотно сложили оружие и просто сдались. Увидев такую большую кучу военных кораблей и огромную массу высаживающихся русских войск. Никто из них при этом героя из себя не строил.

После такого молниеносного захвата Керчи корпус барона Врангеля ускоренным маршем двинулся к Феодосии. А наш флот сопровождал их вдоль берега в готовности поддержать огнем своей артиллерии. Где картина повторилась. Гарнизон Феодосии также был захвачен врасплох и сдался очень быстро. Правда, внезапность все же была нашими войсками теперь утеряна. Кто-то успел сообщить в Севастополь о высадке русского десанта. И немецкий генерал фон Кош, командовавший германскими войсками в Крыму, даже попытался организовать сопротивление. Правда, много времени ему барон Врангель на это давать не собирался. Его десантный корпус действовал быстро и решительно. Сбивая довольно слабые заслоны немцев на своем пути, наши войска продвигались в сторону Симферополя. Именно там сейчас располагался главный штаб немецких войск в Крыму и заседало Крымское марионеточное правительство, в основном состоявшее из крымских татар. И возглавляемое бывшим царским генералом Сулькевичем тоже татарином по происхождению.

В общем, какого-то серьезного сопротивления генерал фон Кош оказать не успел. За все эти месяцы в Крыму он и его солдаты уже привыкли к тихой и спокойной жизни. Где лишь изредка надо было подавлять стихийные восстания каких-нибудь мелких партизанских отрядов. А вот серьезных врагов там просто не было. Поэтому немцы в Крыму разленились, дисциплина в войсках сильно упала и мало кто из них там хотел воевать до последней капли крови. Из-за чего большая часть немецких войск, которые фон Кош успел подтянуть к Симферополю, была разбита довольно быстро и без особых потерь с нашей стороны.

И после захвата Симферополя, который оказался совсем не укреплённым, генерал фон Кош подписал капитуляцию всех его войск в Крыму. Впрочем их тут было не так уж и много сейчас. Всего около шести тысяч. Нет, раньше то в самом начале в Крым вторгся немецкий корпус численностью около тридцати тысяч человек. Однако, потом большую часть войск немецкое командование оттуда вывело. Так как они нужны были на Западном фронте. Где сейчас шли ожесточенные бои против англичан и французов. Немцы в Крыму ведь даже и подумать не могли, что их там кто-то может атаковать. Ведь Россия уже была побеждена и подписала сепаратный Брестский мир. Ну, а флот Антанты так и не смог прорваться в Черное море через турецкие проливы. В общем, для них это был глубокий тыл. Однако, они жестоко ошиблись в своих расчётах.

За такое молниеносное и почти бескровное занятие Крыма я пожаловал барону Врангелю официальное прозвище «Крымский». И наш черный барон им очень сильно гордился впоследствии. И не надо здесь смеяться. Сейчас просто существует такая воинская традиция в русской (и не только в русской) армии. Когда какого-нибудь полководца, особо отличившегося в сражении, правительство страны жалует почетным прозвищем. Обычно называют в честь той победы, за которую этого генерала и награждают таким образом. И в военных кругах такие вот прозвища считаются очень крутой наградой. Круче любого ордена или медали.

А я заметил, что Врангель у нас являлся довольно честолюбивым кадром. Считает себя выше и круче других наших генералов. И всячески это подчеркивает. Особенно сильно он при этом не возлюбил Деникина, который давно стал моим заместителем и правой рукой. Ну, а Врангель соответственно был левой моей рукой в неофициальном табеле о рангах нашей Добровольческой армии. И у них с Деникиным возникло даже негласное соперничество за мое внимание и похвалу. Ну, а я это прекрасно видел и пользовался этим. Не давая этим двум выдающимся полководцам передраться друг с другом. Вы уже наверное заметили, что я их старался разделять и отправлять воевать подальше друг от друга? Ну, да! Я именно так и делаю.

Ведь поодиночке они воюют отлично, а вот скооперироваться нормально не могут. Сразу какие-то придирки и интриги начинаются. Поэтому сейчас я их снова разделил подальше друг от друга. Так Деникин вместе со мною вел в данный момент наступление на Москву. А барона Врангеля я отправил геройствовать в Крым. И он там блестяще справился с поставленной перед ним задачей, взяв Крым за несколько дней. Отличный результат! За который я его и выделил особо, наградив почетным прозвищем. Которое теперь этот белый генерал может использовать, называя свой чин и титул. Это местные дворянские заморочки такие. Тут на официальных мероприятиях в высшем свете аристократ должен обязательно представляться полным своим титулом или несколькими титулами, если они у него имеются. А прозвище Врангеля Крымский теперь тоже вроде как считается его титулом. Вот так!

Кстати, хотелось бы немного рассказать про так называемое Крымское правительство, возглавляемое местными татарами. Это было обычное марионеточное правительство, которое не имело реальной власти и во всем подчинялось воле командования оккупационных германских войск. Ну, и еще они реально мечтали о создании вассального от Германии Крымского ханства. А глава этого клоунского правительства генерал Сулькевич даже выпрашивал у императора Вильгельма для себя титул Хана Крымского. Поэтому вы сами понимаете, что подобное националистическое татарское правительство в Крыму мне на хутор не упёрлось. Крым – это русская земля. И никак иначе. И уж тем более никаким татарским нацистам я там не позволю распоряжаться. Поэтому по моему приказу барон Врангель арестовал всех членов Крымского правительства.

После чего состоялся показательный суд и расстрел за сотрудничество с врагами России. Нет, по этому поводу ко мне тут еще и кадеты начали подкатывать со своим утопическим проектом демократического правительства в Крыму. И эти клоуны либеральные при этом мне на полном серьезе предлагали поставить их там главными и дать автономию Крыму. Типа, мы будем автономными и свободными. А вы за это станете нам защищать от большевиков. Нормальный такой бизнес-план у них нарисовался. На что я этим хитромудрым кадрам категорически заявил, что никакой долбанной демократии и автономии в Крыму не будет. А эти либеральные кретины могут собирать манатки и валить куда подальше.

Привыкли, понимаешь, болтать и ни хрена не делать в своей Государственной Думе. Но я вам не лоховатый император Николаша под номером Два, который заигрывал со всеми этими бесполезными для страны демократами. Я диктатор, который спасет Россию от большевистской заразы. И демократия с либерализмом тут будут только мешать. В общем, в Крыму у нас появилась уже наша администрация из людей, преданных мне и Югороссии. Которые делом занимались, а не болтали по пустякам как все эти кадеты, эсеры и меньшевики. Я ведь точно знал, что именно из-за таких вот либеральных демократов белые гражданскую войну и проиграли.

Слишком много было пустой болтовни и подковерной борьбы между всеми этими политическими партиями. Мне такие игры в моем тылу совсем не нужны. Во всех администрациях на моей территории не было никакой пустой демократической болтовни. Я требовал от них работать на благо нашего общего дела, а не играться в демократию. Ну, а если кто-то там начинал интриговать, упорствовать и оспаривать мои приказы. То как говорил покойный ныне товарищ Сталин? Незаменимых людей не бывает!

Тут ведь только свисни. И на теплое место такого непонятливого демократа в нашей администрации и правительстве со всех сторон более вменяемые и компетентные люди набегут. Поэтому я задницу всем этим меньшевикам, эсерам и прочим кадетам не лизал. И не шел у них на поводу. Как это было в другой истории. Когда лидеры белого движения заигрывали со всеми этими политическими силами. Их время уже ушло. И на смену этим опереточным демократам пришли тиранические гиганты вроде партии большевиков или меня. Которые и должны были решить между собой, кто будет править Россией. А все эти политические карлики были просто смешны и убоги со своими играми в демократию во время гражданской войны. Кретины, блин!

Боевые действия против немецких войск на Украине и Придонье также начались неожиданно для немцев. Ведь войска генерал-майора Дроздовского, подкреплённые еще и Чехословацким корпусом, начали наступление на Ростов на Дону уже через час после того, как наши представители вручили немецкому кайзеру Вильгельму Второму официальную ноту об объявлении войны. Поэтому германские войска в Ростове еще даже были не в курсе о начавшейся войне с Югороссией. Из-за чего удар наших войск был стремительный и неотразимый. Никакой вменяемой обороны этого большого города на Дону немецкие войска наладить не успели. Поэтому Ростов был захвачен Дроздовским уже за один день. После чего началось не менее стремительное наступление на Таганрог с выходом на Донбасс. Какого-то серьезного сопротивления при этом не было. И в течении недели корпус генерал-майора Дроздовского при поддержке Чехословацкого корпуса взял под свой контроль весь Донбасс. Врангель также в Крыму засиживаться не стал и стремительно атаковал Херсонщину.

Не знаю, способствовало ли такое внезапное вступление в эту войну с Германией наших войск? Но уже 3 ноября 1918 года в Германской империи вспыхнула революция. Которая должна была там начаться несколькими днями позже, как я это помнил из другой истории. Но здесь это знаменательное событие в Германском Рейхе произошло немного раньше, благодаря вмешательству армии Югороссии в исторический процесс. Революция в стране наших врагов развивалась очень стремительно. И уже 6 ноября 1918 года кайзер Вильгельм Второй отрёкся от престола, а немцы начали переговоры с Антантой о своей капитуляции. А 10 ноября 1918 года состоялась официальная церемония подписания германскими представителями капитуляции Германии. С Австро-Венгрией капитуляцию никто не подписывал так как эта лоскутная империя на Балканах развалилась на несколько независимых национальных государств. Кстати, там появилась и та самая Чехословакия, образования которой так ждали наши соратники из Чехословацкого корпуса. И ради которой они воевали вместе с нами против красных и немцев.

Кстати, англичане и французы все же нас не обманули. Как я этого слегка опасался. Но на церемонии подписания капитуляции Германии Россия в нашем лице также была представлена в ряду стран победительниц. Мы всё-таки успели заскочить в последний вагон уходящего поезда. И последствия заключённого правительством большевиков сепаратного Брестского мира никак особо не сказались на нашей родине в победе над Германией, Австро-Венгрией и Турцией. Ведь страны Антанты не признали официально правительство большевиков в Москве. А теперь единственным законным представителем России в их глазах был я и моя Югороссия. Поэтому и все плюшки от победы над немцами также доставались нам.

А я при этом не стал сильно борзеть и обдирать немцев как липку. Поэтому каких-то нереальных требований к ним не выставлял. В конечном итоге вместо денежных репараций после капитуляции Германии мы получали от нее: пять сотен аэропланов новейших моделей; сорок легких танков LK-II; семьдесят броневиков; пять сотен грузовиков; пять тысяч пулеметов; две тысячи полевых пушек и пять сотен тяжелых гаубиц и осадных пушек. Ну, и соответственно к этому немецкому оружию нам также доставалось огромное количество боеприпасов. Англичане и французы на такое ограбление немецкой армии смотрели крайне положительно. Ведь по условиям мирного соглашения с Антантой немцам теперь запрещалось иметь большую армию, бронетехнику, авиацию и тяжелое вооружение.

И еще Германия оставалась без военного флота. Нам, между прочим, из всего огромного немецкого флота достались лишь один новейший германский дредноут «Бавария». Я выбрал его потому что он был самым новым в германском флоте. Да, и адмирал Колчак при виде этого линейного корабля аж слюной капал от вожделения. В общем, я ему и доверил выбрать те немецкие корабли, которые мы получим при разделе германского флота странами Антанты. И он выбрал кроме «Баварии» еще: линейный крейсер «Гебен» (он правда вроде бы был передан ранее Турции, но кого это волнует); крейсера «Кёльн» и «Дрезден»; шесть больших немецких эсминцев новейшей постройки.

Кстати, американцам, вообще, мало что перепало при разделе немецкого пирога. Просто европейцы им заявили, что вклад США в победу над Германией и ее союзниками был мизерный. А значит американцы не имеют право на серьёзную долю в этой добыче. Но вот жертвы царской России даже у прижимистых англичан обесценить не вышло. Поэтому мы и получили побольше чем янки. Ну, а мы в свою очередь тоже сильно не борзели. И вместо того, чтобы потребовать с побежденной Германии миллиарды золотых марок. Как это уже не стесняясь делали Англия и Франция. Я придумал хитрый финт ушами. Просто когда моя Югороссия была признана странами Антанты как правопреемница Российской империи.

То на себя мы в свою очередь приняли и все долги царского правительства перед другими странами. И сейчас самый огромный долг у России имелся перед Францией и Великобританией. Я когда узнал, сколько скудоумный русский царь набрал у них долгов, то потом долго ругался матом. Десять миллиардов золотых рублей. Десять!!! По ценам 1918 года – это огромные деньги. Запредельные! И царь со своим правительством умудрился их все пролюбить с особым цинизмом. А в итоге – сейчас Россия была должна англичанам и французам просто нереально огромные бабки.

Кстати, большевики в Москве отказались платить по этим царским долгам. Поэтому вся Европа их и не признала законной властью в России. Хорошо, что хоть немцам теперь долг в два миллиарда пятьсот тысяч рублей нам отдавать не придется. Так как теперь из-за революции в Германии уже вместо империи появилась республика. А царь Николашка занимал в долг у императора Вильгельма, которого немцы уже благополучно изгнали из своей страны. И этот российский долг автоматически сгорел. Ну, хоть тут повезло, блин! Но я все же придумал, как мы можем списать долг России перед Англией и Францией.

Просто при подписании капитуляции Германии я предложил англичанам и французам право взыскивать с немцев все денежные репарации, положенные России. Там как-раз примерно десять миллиардов выходило на выпуклый глаз. При этом я упирал на то, что такой долг Россия, разрушенная гражданской войной, будет выплачивать союзникам по Антанте очень и очень долго. А вот у Германии денег то побольше имеется. А значит, и репарации она будет платить исправно. И англичане с французами эту мою инициативу восприняли очень благосклонно. И довольно быстро заключили с нами официальное соглашение. По которому Россия передавала Англии и Франции свою долю репараций с поверженной Германии. А взамен нам прощали все внешние долги.

И в конечном итоге мы теперь никому ничего на международной арене были не должны. Между прочим, до этого момента Россия обладала самым большим внешним долгом в мире. Это много говорит об уме последнего русского императора и его убогого правительства. Которые и втянули мою Родину в этот блудняк. Ведь именно из-за этих долгов потом Российская империя была вынуждена вступить в Антанту и воевать против Германии, Австро-Венгрии и Турции. И ведь нам после этого никто не стал списывать долги. Получается, что русские взяли в долг, а потом еще и забесплатно воевали за интересы Англии и Франции.

Нормальный такой лохотрон получился. Я могу тут только поаплодировать англичанам и французам. Классно они нашего бывшего императора развели. А вот если бы царь Николашка под номером два был поумнее. То он бы не взял те деньги от англичан и французов, а благоразумно остался в стороне от этой Мировой войны. Ведь именно война на три фронта и прикончила потом Российскую империю в конечном итоге. Тут надо быть полным идиотом. Сначала проиграв войну какой-то там слабосильной Японии. Чтобы потом ввязаться в войну сразу против трёх сильнейших стран в Европе. Ну чистейший же идиотизм и царизм головного мозга получается?

А что Турция? А Турция еще 30 октября 1918 года заключила перемирие со странами Антанты и с нами. После чего выбыла из этой войны еще раньше Германии и Австро-Венгрии. Теперь Стамбул был оккупирован английскими войсками. А территорию Османской империи союзники по Антанте принялись с азартом делить между собой. И в конечном итоге все владения некогда огромной турецкой империи были у нее отобраны в пользу Англии, Франции, Италии и Греции. А сама Турция ужалась до размеров того, что мы знаем в двадцать первом веке. Я же в этот процесс дележки турецкого пирога благоразумно не лез. Вот зачем нам эти бывшие турецкие владения на Ближнем Востоке, Балканах или в Северной Африке? Россия же их все равно удержать не сможет. У нас при этом просто пупок развяжется. Зачем нам колонии за морями, если у нас уже имеется огромная неосвоенная территория Сибири и Дальнего Востока?

Вот куда нам потом надо будет прилагать массу усилий. Чтобы развивать там экономику и добычу ресурсов. Которых в тех краях России на пять тысяч лет хватит с избытком. Поэтому я у Турции в процессе этой дележки ее земель ничего отбирать не стал. А только лишь выбил право прохода через турецкие проливы из Черного моря в Средиземное и обратно для наших военных кораблей. А то я тут из воспоминаний Корнилова узнал, как Турция в категоричной форме во время русско-турецкий войны 1904-1905 годов запрещала проход через проливы Босфор и Дарданеллы русским броненосцам и крейсерам. Но теперь такое право свободного прохода через турецкие воды у нашей России появилось.

И самое главное, что его также подтвердили все страны Антанты при этом. Что в будущем не даст туркам отказаться от этого договора с нами. А больше ничего другого с Турции мы и не могли взять. Деньги? Не смешите мои тапочки! Турция же сейчас вмиг стала нищим банкротом, лишившись дохода со всех своих земель, отобранных Антантой. Стамбул нам никто захватить не даст. Там сейчас прочно обосновались англичане, которые этот стратегически важный город и его морские проливы России уж точно не отдадут. Я, вообще, не понимаю, на что надеялся этот лоховатый император Николай Второй. Когда всерьез рассчитывал, что союзники по Антанте ему позволят захватить турецкие проливы? Поэтому я к англичанам с этой просьбой даже и соваться не буду. Я то не дурак как некоторые чудики с короной на пустой башке. Ведь даже кубанскому ежу понятно. Что Стамбул они под наш контроль ни за что не отдадут. Это просто нереально.

Глава 15

Глава 15.

Рязань.

Пока барон Врангель и генерал-майор Дроздовский геройствовали в Крыму и на Украине. То мы тоже без дела не сидели. Войска под моим непосредственным командованием двигались в сторону Рязани, гоня перед собой части разбитых армий красных. На подступах к Рязани красное командование спешно готовило оборону, подтянув туда 8-ю армию. Это была свежая часть, сформированная совсем недавно из осколков других разбитых нами армий и большой массы недавно мобилизованных новобранцев. Положение советской власти стало настолько критическим, что обороной Рязани выехал командовать сам Троцкий. А ведь он сейчас занимал пост главнокомандующего Красной армией.

Мне прямо лестно стало, когда я про это узнал. Видите, как меня большевики высоко оценили. Аж целого Троцкого прислали. Считай, военный министр Советской России лично командовал войсками, сражающимися против нас под Рязанью. И сюда советское командование стянуло в данный момент все силы, которые можно было безболезненно снять с других направлений. Хотя их все равно было маловато. Ведь Добровольческая армия сейчас наступала не только на Рязань.

На левом фланге от меня развивали наступление корпус генерала Деникина и казаки Мамонтов. Они после занятия Воронежа уже с налёта захватили Кастерное и вышли к Курску и Ельцу. Остатки ранее разбитой под Воронежем 6-й армии красных также какого-то серьезного сопротивления им оказать не могли и поспешно откатывались назад. При этом многие красноармейцы дезертировали или сдавались нам в плен. В последнее время это стало прямо массовым явлением в рядах РККА. И там большевикам даже не помогали строгие, карательные меры, заградотряды и военно-полевые суды, которые расстреливали пойманных дезертиров прямо на глазах других красноармейцев.

По правому флангу от меня наступали войска под командованием генерала Каппеля. Которые недавно смогли захватить Нижний Новгород, где обнаружился еще один довольно солидный золотой запас советского правительства. Около пятисот миллионов золотых рублей. То золото просто большевики не успели вывезти. Так как кавалерия Каппеля слишком быстро добралась до города, после прорыва Северного фронта красных.

Драка за Рязань была страшная. Красное командование было полно решимости не пустить нас дальше к Москве. Ну, а мы противопоставили этому наше подавляющее преимущество в артиллерии, авиации и бронеавтомобилях. Мы кстати, начали уже получать первые поставки из Германии. Та самая техника и оружие, что достались нам после капитуляции немцев перед Антантой. Первые немецкие танки, аэропланы, броневики, пушки и пулеметы с грузовиками. Я договорился с англичанами и французами, чтобы они помогли перебрасывать эту нашу часть немецких репараций сначала по железной дороге через территорию Чехословакии в Румынию. А оттуда уже наши пароходы все это добро вывозили к нам через Черное море.

Поэтому сейчас наши войска стали в больших количествах получать трофейное немецкое оружие и технику. И мы эти технические новинки довольно быстро пускали в дело. От чего с недавнего времени красноармейцев и их командиров очень неприятно удивляло большое количество германских танков, броневиков, аэропланов и артиллерии в наших боевых порядках. Кстати, мы еще и завербовали в Германии летчиков, танкистов и механиков для всей этой немецкой техники. И знаете что? А в разоренной войной и революцией Германии нашлось довольно много людей, желающих повоевать на нашей стороне против большевиков. Ведь я кроме очень щедрой платы обещал этим людям еще наше гражданство и землю. И многие бывшие германские военнослужащие повелись на такие шикарные условия службы. Ведь кроме того как хорошо воевать эти люди больше ничего не умели. А в Германии с работой стало очень плохо в последнее время. Да, и долбанная революция там все еще полыхала. Поэтому большое количество танкистов и авиаторов мы нашли достаточно быстро.

Кстати, особенно красных страшили наши легкие танки и броневики, которые мы стали применять большими массами при поддержке пехоты и кавалерии, легко пробивая вражескую оборону. Против такой тактики у красных не было никакой вменяемой тактики. Ведь нормальных противотанковых средств у них пока не было.

А полевые пушки сейчас плохо годились для борьбы с быстро движущимися легкими танками и бронемашинами, немецкого производства. И еще тут сказывалось подавляющее наше превосходство в артиллерии, особенно больших калибров, и в авиации. В небе над всеми нашими фронтами теперь безраздельно царили аэропланы со знаками различия Добровольческой армии. Это вам не пять-десять самолетов, действующих над полем боя. Тут по противнику довольно часто работали сразу несколько десятков наших аэропланов. Особенно понравились нашим авиаторам немецкие бомбардировщики «Гота-4» и «Гота-5».

Эти двухмоторные монстры могли доставить на расстояние в пятьсот километров аж шестьсот килограммов бомб. Что было очень круто по нынешним временам. Меня эти немецкие стратегические бомбардировщики тоже впечатлили. Ведь тот же знаменитый русский бомбардировщик «Илья Муромец» со своими четырьмя моторами мог летать на такое же расстояние с восемью сотнями килограммов бомб на борту. А вот немецкие «Готы» были поменьше размерами, но мало уступали «Муромцам» по боевой мощи и дальности полета. И еще их у немцев было гораздо больше чем у русских «Муромцев».

А, кстати, сейчас все эти русские бомбардировщики были либо уничтожены, либо находились в нерабочем состоянии. Во всяком случае у красных их точно не было в наличии. Иначе они бы их уже начали применять против нас. А у нас теперь было аж сто пятьдесят «Готов», которые своими бомбами буквально разваливали вражескую оборону и вражеские тылы. Ну и про наши многочисленные истребители также можно сказать, что они очень быстро помножили на ноль немногочисленную авиацию красных на всех фронтах.

В конечном итоге нам удалось прорвать фронт под Рязанью. Тем более, что укрепления на подступах к этому городу были не такими внушительными и эшелонированными как под тем же Царицыным. Видимо, наша армия слишком быстро двигалась и большевики просто не успели нормально укрепить Рязань. Поэтому они не смогли долго сопротивляться массированным обстрелам нашей многочисленной тяжелой артиллерии и таким же массированным бомбардировкам с воздуха. Да, и к массированному применению танков и броневиков на поле боя красноармейцы и их командиры также не были готовы. У них в связи с этим даже появилась повальная танкобоязнь прямо как в другой истории у РККА в 1941 году. Кстати, здесь я также применил свой коронный маневр по прорыву флангов и быстрому окружению Рязани.

Из-за этого нам удалось подловить даже самого Троцкого. Который пытался удрать из Рязани на своем личном бронепоезде. Но наши авиаторы за ним специально охотились. Так как разведка добыла о Троцком и его личном поезде много ценной информации. И я очень хотел выцепить этого гада пархатого. Который на полном серьезе с еврейским акцентом называл себя демоном революции. Ох, сколько же миллионов невинных жизней уже сейчас имелось на его совести? Лучше об этом не думать. Но в любом случае я поставил нашим разведчикам и авиаторам задачу, не дать Троцкому удрать из Рязани на своем поезде. И они ее выполнили на отлично. Поезд был подбит нашими бомбардировщиками на выезде из Рязани. Сам Троцкий при этом получил ранение. Из-за чего не смог передвигаться. А потом туда добрались казаки под командованием белого полковника Улагая. Которые и захватили раненного демона революции в плен. И пожалуй – это был самый шикарный и ценный трофей этого эпичного сражения за Рязань. Троцкий к счастью не умер тогда. Вот же живучая тварь! И потом очень много грязных секретов о внутренней кухне партии большевиков нам поведал. После чего он был осужден военно-полевым судом и приговорен к смертной казни через повешенье. Ох, надо было видеть, как это ничтожество рыдало тогда, прося на коленях оставить ему жизнь. И почему такие вот кровавые маньяки, без всякого раздумья легко убивающие и пытающие людей, всегда так сильно боятся смерти? Но таким тварям не место среди живых. Без них мир становится лучше и чище.

Тем временем на Украине дела наши шли тоже очень неплохо. Немецкие войска после окончания Первой Мировой войны и капитуляции Германии покинули Украину. Поэтому там у нас остался только один противник. Гетман Скоропадский и его марионеточная Украина, которая полностью зависела от воли немецкого командования. Можно сказать, что на Украине как и в Крыму в свое время немцы создали точно такое же марионеточное правительство, которое усердно лизало их тевтонские задницы. А когда германские войска вдруг удрали с территории Украины. То у гетмана и его опереточной державы не осталось никакой поддержки.

Ведь народ власть гетманщины, державшуюся на немецких штыках, люто ненавидел. Так как Скоропадский снова продлил для рабочих промышленных предприятий Украины рабочий день до двенадцати часов в сутки. А у крестьян конфисковал всю землю, вернув ее помещикам и крупным землевладельцам. При этом большую массу украинского крестьянства по приказу немцев превратили в бесправных батраков. Которые работали на полях господ за сущие гроши или вообще за еду. Так немцы там на Украине возродили прямо какое-то натуральное крепостное право.

Впрочем, тут германское командование действовало не из-за природного садизма. Просто немцам требовалось большое количество хлеба для голодающей Германии. Где дела с продовольствием сильно ухудшились в ходе Первой Мировой войны. И чтобы наладить эти поставки зерна в свой Рейх германцы очень прагматично и создали такой крепостной порядок в украинской деревне. Где простые люди работали за еду на полях крупных землевладельцев. Понятное дело, что эта антинародная политика никакой любви к власти немцев и поддерживаемому ими гетману Скоропадскому у народа не вызывала. Скорее наоборот. Поэтому за те месяцы, что на Украине просуществовало это марионеточное псевдогосударство под патронажем немцев, здесь постоянно вспыхивали восстания и образовывались многочисленные отряды партизан и разных повстанцев. Которые боролись с режимом Скоропадского и немецкими войсками. Впрочем, большинство этих повстанцев по своим методам борьбы больше походили на обыкновенных бандитов.

И среди таких борцов с режимом был и Нестор Махно. Еще одна легенда этой гражданской войны. Очень кровавая и дюже мерзкая легенда. Себя этот неприятный тип называл анархо-коммунистом. Но на мой взгляд он был обычным таким бандитом. Который сначала грабил богатых людей, а после революции решил вдруг податься в политику. Ленин уж на что сволочь еще та, но я с ним согласен насчет таких вот скользких людей. Ильич их политическими проститутками называет. Вот и Нестор Махно был из таких проституток. Это ленинское прозвище подходит ему идеально. Я ведь как-то читал про жизнь этого неприятного человечка.

И там какие только он преступления не совершал? И кого только не предавал в своей мерзкой и лживой жизни? Махно был мастером обмана и профессиональным предателем. Он за свою жизнь успел повоевать за красных, против красных, за петлюровцев, против петлюровцев или просто убивал и грабил всех подряд. В общем, очень скользкий и неприятный товарищ. И еще я запомнил, что это именно по вине повстанческой или бандитской армии Махно Деникинское наступление белых войск на Москву в другой истории закончилось неудачей. Этот урод просто ударил в спину Добровольческой армии, начав бандитствовать в тылу у белых войск тогда. Что привело к развалу тыла и прекращению снабжения белых войск. Из-за чего Деникин и вынужден был прекратить своё отчаянное наступление на Москву. Можно сказать, что этот бандитский атаман в другой истории спас своими действиями режим большевиков в Москве. Которые потом отплатили ему черной неблагодарностью. Разбив бандитскую армию. После чего Махно вынужден был бежать с Украины за границу, поджав хвост.

Поэтому сейчас я настоятельно рекомендовал барону Врангелю, генерал-майору Дроздовскому и командованию Чехословацкого корпуса уделить особо пристальное внимание повстанческой армии некоего батьки Махно. Которая по данным нашей разведки как-раз и начала формироваться в районе Гуляйполя. С этим скользким товарищем я приказал ни в какие переговоры не вступать и уничтожать его банду без малейшего сомнения. Там же Махно вокруг себя сейчас таких отборных головорезов и моральных уродов собирает. Что без них земля Украины точно станет чище. И первым на банду батьки Махно наткнулся барон Врангель.

И он мой приказ выполнил на отлично. Разбив в пух и прах этот отряд под командованием бандита Махно. При этом сам Махно был ранен и попал в плен. И после скорого, но справедливого суда расстрелян на месте. Уф, еще одной кровавой легендой в этой гражданской войне стало меньше. Как там товарищ Сталин говорил? Нет человека – нет проблемы. Ведь если не сейчас то потом этот долбанный Махно мог стать для нас большой такой проблемой. Он же был профессиональным бандитом и анархистом. Который отрицал любое государство, призывая жить без всякой власти, законов и правил. Идиот, в общем, но очень опасный! Он же мог очень технично убалтывать народ, подбивая людей идти в его банду и заниматься там всякими нехорошими вещами.

В общем, еще один упырь, но калибром поменьше чем тот же Троцкий. Кстати, сейчас Махно еще не успел набрать той силы. И его отряд пока состоял всего лишь из примерно двух тысяч человек. Но через год у него уже была бы армия в двадцать тысяч. Если бы его не остановила сейчас белогвардейская пуля. Но теперь ничего такого не произойдёт. Так как я и моя Добровольческая армия должны изменить ту историю многострадальной Украины, что я знал. Надеюсь, что к лучшему. Ведь после того как мы ее захватим. Там установится закон и порядок Югороссии. А такие вот многочисленные бандитские армии украинских повстанцев исчезнут как вид. На нашей земле не место таким бандитам.

Глава 16

Глава 16.

Москва.

К 25 ноября 1918 года положение на фронтах складывалось в нашу пользу. Мы практически безостановочно наступали на всех направлениях. Особо много территорий наши войска при этом отвоевали на русском севере. Там сибирские войска Пепеляева захватили Екатеринбург, Пермь, Глазов и подошли к Вятке. Армия Каппеля взяла Муром и Владимир. Также его кавалерийские части достигли пригородов Костромы, продвигаясь вдоль течения Волги. И при приближении наших войск в Костроме началось антибольшевистское восстание, что позволило очень быстро захватить этот крупный город без особых потерь. Кроме того пламя восстания против власти советского правительства очень быстро перекинулось на соседние с Костромой Ярославль и Рыбинск. Так как оттуда красные увели почти все свои войска к Москве, то восставшие там довольно быстро добились успеха.

Еще на севере в районе Архангельска летом 1918 года высадились британские, американские и французские войска. Немного. Всего лишь шесть тысяч. Но этого хватило чтобы захватить этот северный портовый город у большевиков. В то же самое время там произошел мятеж против советской власти. И там на севере возникла так называемая Северная Россия или Северная область. Это довольно незначительное псевдогосударство также вело войну с большевиками. Правда, силенок у них там было не очень много. И им пока везло, что их там поддерживали иностранные интервенты из стран Антанты.

Которые, кстати, это свое вторжение на территорию России объясняли не столько борьбой с большевизмом. Сколько опасениями на то, что германские войска могут вторгнуться на русский север. Они же там в это время как-раз уже захватили всю Прибалтику и наступали на Петроград. А вы что думаете? Что Ленин со своим упыриным правительством зря что ли удрал из Санкт-Петербурга и перенес свою столицу в Москву. Просто этот трусливый урод боялся, что немцы возьмут Петроград. Поэтому тогда-то Антанта и высадила в районе Архангельска свой десант. Так вот. С тех пор власть Северного правительства там немного окрепла.

У них там даже появилась своя белая армия под руководством генерал-лейтенанта Миллера. Которая недавно начала наступать на юг. И 24 ноября 1918 года наша Сибирская армия генерала Пепеляева встретились с войсками северного генерала Миллера. После чего правительство Северной области официально признало меня Верховным правителем России и объединилось с нами. Кроме этого на территории Эстонии еще один белый генерал-майор Родзянко создал Северо-Западную армию добровольцев (не путайте с нашей Добровольческой армией) и также начал боевые действия против красных в Петроградской области. В общем, советская власть на севере России начала рушиться.

А на Украине тем временем началось черт знает что. Так как теперь немецкие войска больше не были нам противником из-за капитуляции Германии. То они стремились побыстрее убраться подальше от наших наступающих на Украине частей. При этом войскам барона Врангеля, генерала-майора Дроздовского и Чехословацкого корпуса доставалось довольно большое количество трофейного немецкого вооружения и техники. Немцы их просто бросали, чтобы двигаться налегке. Правда, еще там были войска, подчинявшиеся гетману Скоропадскому. Но они серьезным противниками для наших сил стать никак не могли. По причине крайне низкой боеспособности.

И в большинстве случаев они либо разбегались, не вступая в бой с белыми частями, либо сдавались в плен. А еще несколько украинских подразделений, состоявших в основном из бывших царских офицеров, вообще перешли на нашу сторону. Выразив желание воевать за Югороссию. Кроме того в середине ноября 1918 года на Украине вспыхнул еще и мятеж против власти гетмана Скоропадского, сильно ослабшей из-за ухода германских войск. Там появилась новая сила под названием Украинская Директория под командованием Петлюры. И сейчас они там принялись отчаянно воевать друг с другом за власть на Украине.

Да уж! Это так по-украински делить власть, когда враги вторглись в вашу страну. Ведь при этом кроме нашей Добровольческой армии с севера со стороны Брянска на Украину вторглись и части Красной армии. Однако, украинцы вместо того, чтобы объединиться и дать отпор нам и большевикам, начали с еще большим энтузиазмом воевать друг с другом за власть на многострадальной Украине. Идиоты, в общем!

Но и это еще не все в том украинском безумии. Пока Петлюра и Скоропадский выясняли там под Киевом чей шворц длиннее. То в провинции Галиция, принадлежавшей до недавнего времени Австро-Венгрии, появилось еще одно украинское государство. Западная Украинская Народная Республика или ЗУНР. С этим сразу же не согласились новоиспечённые Польша и Чехословакия. Которые хотели под шумок присоединить эти земли к своей территории. Поэтому они объявили Западной Украине войну и начали против нее боевые действия. И еще поляки, не успев избавиться от власти русского императора, сразу же воспылали великодержавными амбициями.

И начали возрождать Великую Речь Посполитую. Которая в их влажных местах должна была быть воссоздана в границах средневековой унии Польши и Литвы, которые простирались от Балтийского до Черного моря. В общем, губа не дура была у польских панов. Поэтому они вторглись еще в Белоруссию и Литву после ухода оттуда германских войск. Ну, а с другой стороны туда же вошли и части Красной армии. После чего началась еще и советско-польская война. В общем, маразм крепчал. И смертоносная, кровавая буря снова разразилась на западных окраинах бывшей Российской империи.

Ну, а нам такое положение вещей было только на руку. Ведь большевики теперь не могли снять свои армии с Украинского, Юго-Западного и Западного фронтов. Чтобы стянуть их все к Москве. Их бы оттуда уже никто по-хорошему не отпустил без драки. Поляки бы уж точно ударили в спину, отступающим войскам большевиков. Да, и белые войска из Эстонии также продолжили свое наступление на Петроград. Поэтому сейчас к обороне Москвы большевистское командование смогло привлечь только части трех ранее разбитых нами армий. 1-й, 6-й и 7-й которые отошли к Москве и были там объединены в одну армию, что сейчас как-раз и встала на защите советской столицы.

Оборону Москвы при этом советское правительство возложило на плечи Тухачевского. Видимо, у красных уже совсем туго стало с военачальниками. Раз они передали командование вот этому убогому чудику. Которого мы, кстати, уже недавно разбили. Но все более или менее способные военные полководцы у красных были уже мертвы к этому времени. Поэтому защитником Москвы стал Тухачевский. Который какими-то выдающимися военными талантами не блистал. Зато задницы советским вождям лизал лучше остальных своих коллег. Поэтому Ленин в отчаянии и назначил Тухачевского главнокомандующим над всеми остатками Красной армии вместо недавно сдохшего Троцкого.

Как и под Рязанью укрепления вокруг Москвы были довольно хлипкими. Так как их во многих местах даже еще не успели закончить. Наша армия слишком быстро добралась до столицы Советской России. Поэтому враги и не успели как следует подготовиться к обороне. Но тем не менее красное командование было полно решимости драться до конца. Впрочем, им ничего другого и не оставалось. Ведь брать в плен большевиков мы станем только затем. Чтобы их потом судить и казнить как предателей Родины. И только так! Цацкаться с ними как придурковатый бывший российский царь я не буду. Хороший большевик – это мертвый большевик. Таков был главный лозунг сейчас у нашей Добровольческой армии, наступавшей на Москву.

И если в рядах противника в данный момент царили уныние и страх. То среди моих солдат и офицеров были только веселый азарт и уверенность в нашей победе. Ведь до этого мы уже сколько раз побеждали большевиков и били их со страшной силой. А верующие люди даже шептались, что в Корнилова вселился святой дух Георгия Победоносца. Якобы его специально господь Бог на Землю обратно вернул, чтобы спасти Россию от красной заразы и уничтожения. Мда! А они ведь были правы насчет духа-вселенца. Только в тушке генерала Корнилова теперь обитал совсем не святой архангел, а ваш покорный слуга. То есть я! И я на мой взгляд очень даже неплохо пока справлялся со спасением России от большевиков.

Битва за Москву началась 25 ноября 1918 года. Красную столицу наши армии атаковали с двух направлений мои силы наступали со стороны Рязани с юга и юго-востока. А армия генерала Каппеля надвигалась на Москву с северо-востока со стороны Владимира, который каппелевцам удалось захватить с налёта, ворвавшись в этот крупный русский город на плечах отступающего в панике противника. Деникин с Мамонтовым хоть и смогли захватить Курск, но застряли под Орлом, отражая атаки группировки красных войск на своем левом фланге. Там же как-раз сейчас находилась одна из армий красных, действовавшая на границе с Украиной. Ее недавно советское командование тормознуло и переориентировало для ударов на восток. Прямо по нашему левому флангу, на котором сейчас как-раз и наступали войска Деникина с Мамонтовым. Поэтому тут я был не в претензии.

Что армия Деникина до сих пор не смогла выйти хотя бы к Туле. Зато они надежно прикрывали уже мою группировку войск от флангового удара Красных. А то ведь в той истории гражданской войны, что мне была известна. Деникин, наступая на Москву, как-раз и получил такой вот подлый удар слева от красных, заключивших союз с бандами Махно. Которые начали действовать в тылу у белых войск тогда, перерезая все пути снабжения армии Деникина у Москвы. Но теперь в этой новой реальности обстановка была совсем другая. Махно и его бандитская армия уже к этому времени были благополучно разбиты бароном Врангелем. Поэтому нашим тылам ничего не угрожало сейчас. И мы получали все необходимое для наших наступающих на вражескую столицу войск. Из-за чего на левом фланге красные так и не смогли прорваться через армию Деникина и Мамонтова. Что также надёжно прикрыло с левого фланга и наше наступление на Москву.

Поэтому две линии окопов, которые большевики успели накопать перед Москвой нами были прорваны довольно быстро. Это просто несерьезно как-то. Вот такая смешная оборона. И где? Возле столицы! Тут опять сказалось наше огромное превосходство в артиллерии, авиации, танках и броневиках. Мы все эти преимущества использовали на полную катушку. За эти долгие месяцы гражданской войны мои войска уже научились моему стилю ведения войны. И теперь наши командиры не бросали больше своих пехотинцев и кавалеристов в самоубийственные атаки без всякой подготовки. А вместо этого врага сначала хорошенько так обрабатывала артиллерия и бомбила авиация. После чего в бой шли танки и бронемашины под прикрытием пехоты. А когда линия обороны была прорвана. То в прорыв очень быстро вводилась кавалерия, начинавшая веселиться во вражеских тылах. Вот и теперь похожий сценарий нам опять удался. Тем более, что какого-то фанатичного и массового героизма красноармейцев под Москвой не было и в помине.

Это вам не 1941-1942 год из совсем другой истории. Вот тогда советские войска, действительно, проявляли чудеса стойкости и массового героизма. Они там реально стояли насмерть, не пуская германские орды Гитлера к Москве. Однако, сейчас в этой реальности конца 1918 года ничего подобного даже и близко не наблюдалось. Боевой дух Красной армии, подточенный постоянными поражениями на фронтах, был сейчас чрезвычайно низок. Там все держалось не на пролетарской сознательности и красном фанатизме. А на жесточайших карательных мерах в отношении трусов и дезертиров.

И еще на заградотрядах с пулеметами в тылах оборонявшихся красных частей. Но все эти меры какой-то особой стойкости испуганным нашими танками и броневиками красноармейцам не давали. Поэтому они закономерно не смогли удержать фронт от прорывов. После чего уже в ход пошла наша многочисленная кавалерия. Начавшая преследовать отступающего противника и окружать Москву со всех сторон. Чтобы ни одна падла большевистская не удрала. Но к моему большому сожалению, главные большевики все же смогли уйти от справедливого возмездия.

Ведь еще накануне нашего наступления Ленин и его упыриное правительство тайно покинули Москву и отбыли по железной дороге в Санкт-Петербург. Правда, при этом они смогли вывести из столицы только часть ценностей. Лишь около пары сотен миллионов золотых рублей. А вот большая часть российской казны все же досталась нам, когда мы захватили Кремль и Гохран. При этом нам достались также и атрибуты царской власти. Корона и другие регалии. По крайней мере теперь большевики их уже не смогут украсть и продать за границу. Увидев царские регалии, многие мои генералы и другие офицеры стали уговаривать меня примерить их на себя. То есть стать императором России.

Что заставило меня сильно задуматься. Ведь не секрет, что многие офицеры нашей Добровольческой армии были убежденными монархистами. Правда, они при этом почти все презирали или ненавидели последнего российского императора Николая Второго. И уж никак не хотели возвращения этого придурка на трон России. Но все же своего царя им тоже хотелось получить. И многие видели в этой роли меня. Поэтому теперь после захвата Москвы большинство моих военачальников пришли просить меня принять корону Российской империи и стать их царем. А что вы так удивляетесь то?

Ведь в истории России такое уже бывало. Когда в смутные времена русские люди выбрали себе нового царя. Это было во время так называемой Смуты в семнадцатом веке. Когда династия русских царей Рюриковичей пресеклась. И вместо них боярами был избран новый царь из династии Романовых. И вот история государства российского снова повторялась. Мои подданные и соратники хотели, чтобы я стал царем. И после долгого раздумья я ответил согласием. Чем вызвал бурную радость в рядах своего воинства. Все равно ведь я не собирался отдавать кому-нибудь другому власть над Россией. Когда мы победим большевиков. А эта долбанная гражданская война закончится. И ведь по сути какая там разница, как теперь будет называться мой титул? Верховный правитель, президент, диктатор или царь. Суть то от этого не поменяется.

Я в любом случае займу трон России и ни с кем не буду делиться своей властью. Нет, я не идиот, который думает, что можно будет управлять такой огромной и сложной страной как Россия в одиночку. Конечно, же у меня будут помощники. Мое правительство из верных мне людей. Однако, никаких игр в демократию я не позволю. Демократия губительна для России. Специфика здесь такая, что только сильная власть может удерживать порядок и создавать нормальную жизнь в российском обществе. А демократия – это больше подходит для маленьких стран Европы. Хотя потом все же ради маскировки, чтобы англичане или американцы с французами на меня не трындели и не обзывали диктатором и тираном, я заведу себе и ручной парламент. Который, впрочем, будет выполнять при мне лишь декоративные функции и никакой реальной власти иметь не будет. Прямо как при товарище Сталине его Верховный Совет Народных депутатов. Там же тоже была лишь видимость демократии, прикрывающая настоящую диктатуру одного человека. Так как окончательные решения важных государственных вопросов будет всегда оставаться за мной. Тут можно сказать, что я просто возьму за образец государственное устройство нашей Югороссии. Где я всем рулил, а мне в этом помогали мои министры, среди которых были лишь люди дела, а не болтуны и бесполезные политиканы.

Пока мы там громили красных и брали их столицу штурмом. То на Украине тем временем наши войска довольно бодро продвигались вперед, не встречая никакого серьезного сопротивления. А к тому моменту когда Москва пала и перешла под наш контроль, барон Врангель уже успел покорить Херсонщину, взять Николаев и захватить Одессу. Таким образом все украинское побережье Черного моря оказалось под нашим контролем. И теперь иностранные интервенты не могли беспрепятственно высаживать здесь свои войска. Что они и сделали бы очень скоро.

Кстати, когда ко мне по этому поводу обратились представители Англии и Франции. Которые заявили, что хотят помочь русской армии в борьбе с большевиками. Поэтому им надо высадить свои войска в портах Украины и Крыма. На что я вполне резонно возразил, что мы там и сами уже неплохо справились. И теперь все эти земли находятся под нашим контролем. А значит, мы не нуждаемся в военной помощи войск союзников. И еще я настоятельно порекомендовал англичанам, американцам, французам и особенно японцам убрать свои войска с территории России.

А то сейчас на севере у Архангельска все еще находился воинский контингент англичан, американцев и французов. Которые там не столько войной с большевиками занимались, сколько грабили наш русский север, вывозя оттуда лес, меха и другие природные ресурсы моей страны. То же самое сейчас, между прочим, делали и японские войска на Дальнем Востоке России. Тоже грабили там наше природное достояние. В общем, подобная «военная помощь» нам на хутор не упёрлась. Поэтому я потребовал убрать иностранные войска стран Антанты с нашей территории. А иначе я буду считать это актом агрессии.

В общем, на этот раз по крайней мере я интервентов на Украину не пустил. На хрен мне там такие липовые помощники нужны? От них же одни только проблемы будут. Да, и не любит наш народ тех, кто призывает на помощь иностранные войска. Менталитет у русских людей такой. Кстати, Чехословацкий корпус, сейчас сражавшийся на нашей стороне, под определение интервентов здесь как-раз не подходил. Так как он же был сформирован как часть русской армии, в которой служили этнические чехи и словаки, для войны с Германией. Поэтому тут ко мне и моей Добровольческой армии придраться было нельзя. А вот дел с английскими, французскими, американскими и японскими интервентами я точно иметь не хотел. Таких вот друзей за усы и в музей. Эти нам тут напомогают, мать их за ногу!

Еще кроме успехов Врангеля на Украине корпус Дроздовского смог к этому моменту захватить Харьковскую область. А Чехословацкий корпус взял Екатеринослав. После чего дошел до Полтавы, которая также была захвачена без боя. Так как находившийся там офицерский полк армии Скоропадского просто перешел на нашу сторону. Потому захват этого крупного украинского города вышел быстрым и бескровным.

Глава 17

Глава 17.

Покушение.

Коронацию назначили через четыре дня. Генералы хотели побыстрее, но меня в Москве уже догнала печальная новость о том, что мои жена Таисия и дети Наталья с Георгием умерли в Екатеринодаре. Они там заразились тифом и сгорели в лихорадке за одну неделю. Если бы я был настоящим Корниловым, то скорее всего, мне бы стало больно и грустно от такой шокирующей новости. Но эти люди лично мне были чужими. Я их знал только по воспоминаниям прежнего хозяина этого тела, которое теперь стало моим. Ведь жена и дети Корнилова поначалу находились не в Екатеринодаре. Это потом они туда переехали. Когда моя армия его захватила и сделала своей столицей. А я с ними при этом так и не увиделся ни разу. Потому что был постоянно занят войной и дальними походами.

И в Екатеринодаре почти не бывал. Некогда мне все это время было. Ну, а супруга и дети Корнилова его там терпеливо ждали. Но не дождались. Может быть это и к лучшему? Конечно, некрасиво такое говорить о семье моего реципиента, чье тело я и занимаю теперь. Но мне эти люди никто. И я бы в любом случае с ними расстался. Не смог бы я имитировать семейную идиллию и притворяться, что я их люблю. И это могло бы создать проблемы для моей репутации в обществе. Ведь тут пока еще не принято вот так разводиться с женами, у которых имеются дети. Нравы здесь в России начала двадцатого века пока еще довольно строгие в этом плане. Если уж женился, то будешь с этой женщиной мучиться всю оставшуюся жизнь.

Это вам не развращенный двадцать первый век. В общем, мне эти семейные драмы и проблемы с общественным мнением были совсем не нужны. Я ведь здесь создавал образ честного, справедливого, самоотверженного и непогрешимого спасителя России. Кстати, тот же адмирал Колчак вон как себе имидж испортил, когда бросил официальную жену и завёл себе более молодую и красивую любовницу Анну Тимиреву. Его теперь за эту внебрачную связь многие офицеры попрекают и сплетничают у него за спиной.

В общем, это было моветоном, вот так демонстративно изменять живой жене. Вот если бы они с Аннушкой там в тайне встречались. То все было бы в порядке. Здесь же у многих богатых и знаменитых людей имелись любовницы. Только связи с ними никто афишировать не хотел. Стыдно было. Это только всякие там Великие Князья из династии Романовых прелюбодействовали прямо напоказ, плюя на мнение российского общества. И за это их здесь мало кто уважал и любил. Поэтому потом за Романовых никто из офицеров не захотел воевать. Гнилые люди были, однако. И свою гниль выставляли напоказ. На чем и погорели потом. Поэтому для меня эта чужая мне семья могла бы стать проблемой. Но теперь уже этого не будет. Так как болезнь эту проблему устранила. Наверное, я все же моральный урод, раз почувствовал вместо горечи и грусти только облегчение. Когда узнал о смерти семьи настоящего Корнилова.

И именно поэтому мою коронацию мы отложили из-за официального траура. Ну, а я в это время старался изображать убитого горем отца и мужа. Но про ведение боевых действий тоже не забывал при этом. Поэтому отправил на помощь Деникину бригаду генерал-майора Маркова, которая выдвинулась в сторону Брянска. Чтобы ударить с севера во фланг группировке красных, что в данный момент воевала с армией Деникина и Мамонтова. Такого совместного удара с двух сторон красные не выдержали и их фронт в том районе рассыпался. После чего началось уже знакомое нам паническое бегство противника. Можно сказать, что Украинский фронт РККА был полностью уничтожен.

Наконец, настал день моей коронации. Рано утром я стоял, одетый в довольно неудобные церемониальные одежды, на Красном Крыльце Кремлёвского дворца под большим балдахином. Который держали мои многочисленные генералы и полковники. Народищу там вокруг собралось огромное множество. Люди хотели увидеть нового императора России. После чего мы торжественно прошествовали к Успенскому собору. При этом за мною на отдельных подушках из красного бархата несли царские регалии. Большую императорскую корону, скипетр, державу, царскую мантию и государственную печать.

Еще специальные люди также несли за нами новое императорское знамя, меч и щит с моим новым государственным гербом. Причем герб этот я сам придумал, наотрез отказавшись от дурацкого двухголового орла-мутанта. Мне этот имперский герб династии придурковатых Романовых никогда особо не нравился. Типичное подражательство и преклонение перед давно сдохшей в муках Византией. Это указывает на полное отсутствие национальной гордости у наших царей. Ведь именно византийские императоры носили такого вот двуглавого орла на своих гербах и знаменах когда-то давно. Ну, а наши правители потом как обезьяны приняли эту двухголовую курицу в качестве герба России. Герб враждебного нам государства хитрых греков, между прочим.

Ведь Византия всегда была нашим врагом на протяжении всей своей истории. Пока турки ее не прикончили и не переименовали столицу Византии в Стамбул. Поэтому я решил, что моя династия этого орла-мутанта точно не будет носить на своем гербе. И выбрал в качестве геральдического животного для государственного герба нашего родного русского медведя. Черный мишка с красными (окровавленными) когтями на золотом (жёлтом) фоне, вставший на дыбы и раззявивший в ярости свою зубастую пасть. Я при этом прямо слышал его устрашающий рев. Еще этот типично русский зверь держал в передних лапах большой православный крест. Это был мой реверанс православию и русской церкви.

Не надо все же забывать, что Россия – это прежде всего православная страна. Где большая часть населения является православными христианами. Нет, я не какой-то там религиозный фанатик. И если честно то для веры в Бога я слишком циничен и прагматичен. Однако, я признаю такое право верить в Бога за другими людьми. А большая часть моих подданных является сейчас православными людьми. Как бы там не изгонялись при этом большевики со своим явным сатанизмом. Разрушая храмы и убивая священников. Но они так и не смогли вытравить из русского народа православный дух.

Ведь потом в двадцать первом веке когда сатанинская советская власть окончательно прогнила и рухнула. Люди открыто обратились к Богу. А ведь эти красные упыри планомерно пытались вытравить из наших людей духовность. И получить бездушных циников и прагматиков. Я прекрасно помнил ту бездуховность и человеческое равнодушие, которым было пронизано советское общество будущего. И это нам потом сказалось в лихих 90-х. Когда на сцену повылазили все эти многочисленные бандиты. Которые не верили ни в Бога, ни в Сатану. Для них главным божеством стал Золотой телец. Тьфу ты мерзость какая! Меня до сих пор передёргивает от таких воспоминаний о моей прошлой жизни.

Отбросив плохие воспоминания, я начал идти к собору сквозь живой коридор, который образовали на площади мои адъютанты, гвардейцы и офицеры. Возле Успенского собора меня встречали церковные иерархи во главе с патриархом Московским и Всея Руси Тихоном. Кстати, меня удивило, что большевики его до сих пор не шлёпнули. Ведь этот глава православной церкви России не раз высказывался с резкой критикой действий советского правительства. Так я точно знаю, что он публично в своих речах осудил Октябрьскую революцию, позорный Брестский мир, убийство семьи императора Николая Второго и начало красного террора.

При этом его крамольные речи, направленные против советской власти, даже печатались на специальных листовках и распространялись среди верующих людей. Хотя пока еще большевики свою истинную сатанинскую сущность не спешили показывать. Ведь им нужна была поддержка верующих людей. Пока шла эта гражданская война. А их власть была еще довольно зыбкой. Это году так в 1922-1923 они начнут массовое преследование церковников, разграбление и разрушение храмов. Но я надеюсь, что в этой реальности всех этих жертв и трагедий уже не будет.

Патриарх Московский протянул мне массивный, золотой, православный крест, который я поцеловал. После чего другой священник трижды окропил меня святой водой. Затем мы вошли в храм, где все вместе трижды поклонились иконам. Затем заняли свои места на соборном помосте. Где был установлен большой трон. Церемонию начали распеванием псалма номер сто. Затем я произнес специальную молитву так называемый Никео-Цареградский символ веры с восточно-православной традицией. Эту молитву я зазубрил наизусть накануне. Хотя мне при этом еще и книгу с той молитвой торжественно подсунули прямо в руки.

Затем церковный хор пел гимны. А потом священники читали отрывки из Священного писания. Я снял с себя цепь ордена Святого Андрея Первозванного и был оплачен в пурпурную мантию двумя митрополитами. Затем я склонил голову, и на меня возложил руки патриарх Тихон, прочитав надо мною торжественную молитву. После чего я громко и отчетливо велел патриарху передать мне корону Российской империи. И приняв корону из рук Тихона, я торжественно возложил ее на свою голову. При этом священники опять затянули свои молитвы, которые я терпеливо выслушал. Затем я получил царский скипетр в виде золоченого жезла, увенчанного большим бриллиантом и державу в виде полого золотого шара, украшенного бриллиантами.

Потом опять звучали церковные гимны и молитвы. Звенели колокола, а затем начался орудийный салют из ста одной пушки, стоявших на Красной площади. Потом я снял корону и отдал скипетр и державу священникам. А затем поднялся на церковный амвон перед Царскими вратами иконостаса, которые в это момент распахнулись. После чего Патриарх Московский помазал меня священным маслом по лицу, плечам, рукам и груди. Затем я отошел и встал возле иконы Христа. После чего опять зазвучали колокола, а затем раздался еще один залп пушечного салюта. После чего я произнес клятву верности России, поклявшись править справедливо и честно, заботиться о благе граждан и быть защитником веры и интересов государства. Затем патриарх провел меня через Царские ворота в алтарь, где я причастился хлебом и вином. Затем я вернулся и сел на трон. После чего начал принимать присягу от моих генералов и членов правительства. Потом после еще одной молитвы церемония в храме, наконец-то, была завершена.

После чего я стал законным императором Российской империи под тронным именем Лавр Первый от династии Корниловых. Затем я встал с трона и вышел на крыльцо Успенского собора. Толпа, увидев меня в короне и при всех царских регалиях, восторженно завопила и начала подбрасывать вверх шапки. Я начал под тем же балдахином, удерживаемым моими офицерами, торжественно проходить по тому же коридору, по которому пришел сюда из Кремлевского дворца. И в этот момент всеобщего ликования вдруг раздались выстрелы. Несколько моих гвардейцев, стоявших по краю коридора упали, обливаясь кровью. А потом из толпы в мою сторону рванули несколько фигур, на ходу стрелял из револьверов.

Я, признаться честно, тогда слегка тормознул, но идущий рядом со мною генерал-майор Шкуро не сплоховал. И отреагировал мгновенно. Он отбросил в сторону балдахин, который поддерживал и прыгнул прямо ко мне, сбивая с ног и прикрывая своим телом от выстрелов. При этом я почувствовал, как он вздрогнул от пуль попадающих в его спину. Мы упали на мостовую. При этом я был внизу, а сверху меня придавил раненый Шкуро. Его кровь попала мне в лицо. Что привело меня в чувство и заставило действовать как на автомате. Ох, как же давно я не испытывал таких вот чувств. Помнится, еще прошлой жизни такое со мною случалось.

Поэтому я быстро дотянулся до деревянной кобуры пистолета «Маузер», болтающейся на боку у потерявшего сознание генерала Шкуро, вытащил оттуда тяжелый, вороненый пистолет и открыл огонь по нападавшим. Высунувшись из-под тела моего раненного офицера. Данг! Данг! Данг! Данг! Я стрелял как в тире, быстро переводя прицел с одной темной фигуры на другую. И все мои выстрелы попадали в цель. Ох, не зря же я тут в свободное время тренировался в стрельбе из такого вот брутального «Маузера». Да, он был большой, тяжелый и неуклюжий. Но мне нравилась его точность и мощь. Попадание пули «Маузера» сбивало с ног моих противников. А вот у револьверов патрон все же не такой мощный. И останавливающая мощь у него поменьше будет. Потом все же отреагировал еще кто-то из моей свиты и подстрелил двух последних нападающих. После чего адреналин схлынул, а я почувствовал боль в левом плече и груди.

– Все же попали в меня, гады! – успел подумать я, прежде чем провалился в темноту.

Глава 18

Глава 18

Фаворитка.

Очнулся я через два дня. Открыл глаза и увидел перед собой ангела женского пола в униформе медицинской сестры милосердия. Правда, потом выяснилось, что эта очаровательная особа вовсе не ангел, а очень даже живая и красивая девушка. Которую звали Ольга Николаевна Томская. Между прочим княгиня из рода князей Томских. Только не путайте их с Великими Князьями из династии Романовых. Это другое. Ведь помимо Романовых, были на Руси и другие княжеские рода. Но не в этом суть. Почему княжна Ольга сейчас сидела возле моей кровати в этой форме медсестры? Так тут все просто. Она ведь во время Империалистической войны в порыве патриотизма поступила на медицинские курсы. А потом устроилась работать медсестрой в госпиталь. Где и работала до сих пор. Кстати, она сумела выжить и не попасть в расстрельные списки советской власти именно из-за этого. Так как даже самые отмороженные большевики в ходе разгара красного террора старались не трогать медицинских работников. Соображали гады, что лечить то их тоже ведь кому-то надо будет. А если они всех врачей и медсестер перестреляют. То кто же тогда их станет лечить? Тогда все эти красные герои просто вымрут очень быстро от болезней и ранений.

Поэтому княгиня Томская, находясь в самом главном большевистском логове, которым была до недавнего времени Москва, смогла тогда избежать репрессий и выжить. И все благодаря своему статусу медсестры. Вот и сейчас ее срочно вызвали, чтобы она поработала сиделкой у постели нового раненного императора российского. Поэтому первым человеком, которого я увидел, была именно княгиня Ольга. Почему я там много о ней вам рассказываю? А я на нее запал. Понравилась мне эта красивая и очаровательная дивчина. Стройная, изящная, с точеной фигурой, узкой талией, длинными стройными ногами, высокой грудью третьего размера и очень красивым лицом.

Эта женщина меня прямо заворожила с первого взгляда. И я понял что хочу ее, чего бы мне это не стоило. Поэтому практически сразу же в процессе нашего общения начал оказывать ей знаки внимания и говорить комплименты. А позднее уже когда я поправился и встал на ноги. То принялся официально ухаживать за княгиней Томской. И она мои ухаживания благосклонно принимала. А уже через две недели нашего знакомства мы оказались с ней вместе в одной постели. После чего Ольга Томская стала моей официальной фавориткой. Такое тут считается нормальным. Когда монарх заводит себе официальную любовницу.

Типа, царю можно. И общество на такое явление закрывает глаза. А многие светские львицы при моем вновь формирующемся императорском дворе очень сильно завидовали княжне Томской. За то что она их опередила и первой заскочила в постель к императору. Холостому императору, между прочим. А меня такое положение вещей тоже устраивало по всем пунктам. Я, наконец-то, получил горячий и классный секс с очень красивой и молодой женщиной. А то ведь у меня аж с попадания в этот новый мир так и не было никакого секса. Но мой организм ведь этого настоятельно требовал. Особенно в последние месяцы.

Я, вообще, заметил, что тело Корнилова, которому сейчас исполнилось уже сорок восемь биологических лет, как-то подозрительно помолодело. Редкая седина на висках исчезла. Оспины на лице пропали. Морщины под глазами исчезли. Кожа стала гладкой. Все возрастные болезни исчезли без следа. Ну, и снова появилась тяга к сексу. То есть по моим ощущениям сейчас моему новому телу уже можно было смело давать совсем не сорок восемь, а примерно около тридцати лет. Еще я сбрил эту дурацкую мушкетерскую бородку, которую здесь раньше носил генерал Корнилов. Не нравилась она мне. А вот роскошные корниловские усы я оставил на месте.

И теперь со своей короткой, военной стрижкой стал похож на какого-то Чапаева. В общем, без бороды я в глазах моих офицеров значительно так помолодел. Поэтому мое реальное омоложение им так сильно в глаза и не бросалось. Тут, вообще, к моему удивлению многие офицеры и даже генералы, несмотря на свой возраст, выглядели моложе своих лет. Не знаю почему, но это так. Из-за хорошей ли наследственности, питания, здорового и активного образа жизни эти люди смотрелись более моложавыми и подтянутыми чем многие мои знакомые из прошлой жизни.

Вот там в далеком двадцать первом веке многие люди после сорока лет выглядели не очень привлекательно. А все из-за сидячего образа жизни, жирной еды из фастфуда, всех этих энергетиков, Кока-Колы, сникерсов, паленого алкоголя и наплевательского отношения к своему здоровью. Но тут в 1918 году люди пока еще более здоровыми были. И экология здесь еще таких проблем не имела пока. Чистый воздух, чистая питьевая вода и никаких генномодифицированных и вредных продуктов, напичканных вредной химией. Тут пока еще все натуральное и чистое.

В общем, мое внезапное омоложение местные люди как-то не заметили сразу. А потом они привыкли к такому моему внешнему виду и ничему не удивлялись уже. А я думаю, что такой подарок мне преподнесла моя феноменальная регенерация. Видимо она могла не только ранения быстро залечивать, но и мой организм заодно омолодила до его оптимального пика физической формы. Поэтому я сейчас был уже довольно молод. Кстати, моей любовнице княжне Ольге Томской было двадцать шесть лет сейчас. Можно сказать, что мы с ней стали в биологическом плане почти ровесниками. Поэтому я ее очень приятно удивил своим молодым темпераментом в постели. И богатым сексуальным опытом, принесённым мною из моей прошлой жизни.

Правда, мою быструю регенерацию на этот раз все же от врачей мне скрыть не удалось. Они же мне операцию делали, когда я был без сознания. Вытащили из моего израненного тела две пули от револьвера «Бульдог». Хорошо, что нападавшие на меня люди использовали именно такие вот короткоствольные револьверы. Чьи пули особой пробивной силой не отличаются. Поэтому все пули не очень глубоко застряли в моем теле и их удалось извлечь без особого труда. Вот если бы те убийцы стреляли по мне из пистолетов «Маузер» или каких-нибудь пистолетов «Кольта» М1911. То тут последствия ранений могли бы быть более фатальными. А из слабосильного «Бульдога» меня убить будет непросто.

Так вот! Врачей потом удивило то, как очень быстро затягиваются и заживают мои раны. И они по этому поводу даже устроили настоящий консилиум. И даже патриарха Московского пригласили. А тот с серьезным выражением лица объявил этот феномен настоящим Божественным Чудом. А в русской церкви при этом даже начались разговоры о причислению меня к лику святых. Вот уж чего пока мне бы никак не хотелось. Ну какой из меня святой? Я же в Бога не верю по нормальному. Хотя допускаю возможность существования каких-то Высших Мистических Сил, которым абсолютно наплевать на жизнь и поступки конкретного человечка.

Мы для них как муравьи или микробы. Слишком уж мелкие, чтобы наблюдать за каждым, как он там живет. А церковные обряды и храмы придумали сами люди. Которые испокон веков привыкли поклоняться каким-нибудь высшим силам в виде идолов или кумиров. Но на самом деле Высшему Разуму совсем не нужно наше поклонение. У него другие интересы и задачи, которые людям никогда не понять. Слишком уж у нас уровень развития разный. Поэтому я очень скептически отнесся к идее наших церковников объявить меня святым при жизни. Вот когда помру, тогда пусть что хотят, то и делают. А сейчас я совсем не хочу, чтобы люди на меня молились как на икону. Но ведь попы не успокоятся. И точно сделают меня потом святым.

Вон князя Александра Невского они же в святого превратили. Хотя тот был еще тем отморозком по жизни. Но зато он защитил Русь от нашествия немецких крестоносцев. За что и был потом причислен церковью к лику святых. А я сейчас ведь тоже Русь защищаю от красной заразы и сатанинской советской власти. Да, и чудо моего чудесного и быстрого исцеления тоже имело место. Не смог я этого скрыть теперь. Поэтому на меня сейчас церковники и стали так восторженно подглядывать. Но я поговорил с патриархом Тихоном и попросил его пока всех успокоить и не приписывать мне излишнюю святость. Я простой человек, который просто выполняет свой долг перед Родиной и нашим народом.

Однако, кроме меня были во время того нападения и другие пострадавшие с нашей стороны. Четверо моих гвардейцев и генерал-майор Май-Маевский были убиты. А кроме меня и генерал-майора Шкуро было еще ранено несколько офицеров. Кстати, Шкуро то выжил. Хотя из его тела хирурги потом извлекли аж шесть пуль. От которых этом смелый человек и прикрыл меня своим телом. За что я был ему искренне благодарен. И наградил своего спасителя новым наградным оружием. Им стал позолоченный пистолет «Маузера» с надписью «За спасения императора». Между прочим, такое наградное оружие в армии Российской империи ценилось гораздо выше чем другие государственные награды.

Его ведь выдавали за действительно выдающиеся заслуги перед Отечеством. А Шкуро еще и самое эксклюзивное оружие сейчас получил. За спасение жизни самого императора. Такой награды больше ни у кого не было пока. И он потом по праву гордился этим вот наградным «Маузером». Но кроме оружия я даровал Шкуро еще и титул графа с поместьем на Кубани размером в пятьдесят гектаров. Хотел его еще назначить командовать моей вновь сформированной гвардией. Но он меня попросил оставить его в действующих на передовой войсках. Просто натура у этого отмороженного на всю голову головореза была слишком беспокойная.

И ему служба в императорской гвардии совсем не подходила. Ведь генерал-майор Шкуро был самым настоящим адреналиновым наркоманом. Который жить уже не мог без смертельного риска и опасных рейдов в тыл врага. Это называется профессиональная деформация. А Шкуро как-раз и был профессиональным диверсантом. Которому была скучна жизнь типичного гвардейского офицера, охраняющего особу императора в тылу. Он как в той песне был рожден для службы царской и любил кровавый бой. Есть еще такие люди в России. А Шкуро как-раз и являлся их ярчайшим представителем.

И погибшего генерала Май-Маевского мне тоже было искренне жаль. Конечно, как полководец и боевой офицер он был не самый лучший кадр. Однако, из этого генерала вышел очень неплохой штабной работник. Ведь компетентные и опытные штабные офицеры тоже очень нужны тому, кто командует большими массами войск. Без грамотных штабников вы много не навоюете. Вон даже красные это уже поняли и начали привлекать к себе на службу в своих штабах всех этих бывших царских генералов и полковников со штабс-капитанами. Тех самых пресловутых военспецов в РККА.

Которых к слову в последнее время стало там значительно меньше. Так как там прошли большие чистки, благодаря которым, многих военспецов красное командование просто расстреляло за саботаж и предательство. Но еще больше этих хитропопых бывших царских офицеров поняли, что скоро власти большевиков может прийти толстый такой песец. Поэтому эти крысы и побежали с тонущего корабля. То есть начали активно дезертировать из рядов Красной армии. А некоторые из них при этом перебегали к нам, прося взять их на службу уже в нашу Добровольческую армию.

Однако, если они думали, что им тут удастся пристроиться на тепленькую штабную должность в глубоком тылу. То хрен они угадали. Подобных кадров, запятнавших себя службой большевикам, мы тщательно проверяли на причастие к красному террору. И если на их совести крови невинных людей не было. То таких перебежчиков направляли в наши штрафные батальоны. И там неважно, кем они были раньше и какое звание носили. Там все были рядовыми штрафниками, которые должны были кровью искупить свои поступки перед Родиной.

А вот командовали теми штрафниками из бывших офицеров уже наши люди из Добровольческой армии. Которых также в штрафной батальон переводили за какие-нибудь проступки. В общем, я решил создать в нашей армии такие вот подразделения для перевоспитания преступников. А то понять предателя, простить и отпустить. Это больше в духе блаженного Николая Второго. Который в свое время допрощался и довел своим мягким отношением к революционерам и предателям страну до революции. У меня же был к таким людям другой подход. Если ты накосячил, то исправляй ценой своей крови на поле боя.

Также мне хотелось бы немного рассказать о людях, что покушались на меня в день моей коронации. Возглавлял эту группу боевиков-смертников еще один легендарный человек. Чья фамилия была известна мне из истории гражданской войны. Знакомьтесь, дамы и господа. Григорий Иванович Котовский! Очень яркая и неординарная личность. Советская пропаганда, сочинила при него очень красивую сказку про пламенного борца за дело большевиков. Однако, в реальности все было гораздо грязнее и банальнее. Котовский был типичным налётчиком из славного города Одесса. До революции он занимался, грабежами банков и богатых людей.

Потом он успешно примазался к большевикам, занимаясь все теми же грабежами. Которые красные товарищи уже более толерантно и красиво обозвали экспроприациями. В общем, наш Григорий Иванович был самым настоящим бандитом. Который решил заняться еще и революционными делами. Так как они приносили еще большую прибыль от грабежей мирного населения. Хотя кого я тут хочу пристыдить? Большевиков? Так они даже и не скрывали, что являются бандитами, захватившими власть в этой стране. И многие из партийной верхушки раньше как-раз и промышляли налетами и разбоем. Взять хотя бы лучшего друга советских пионеров и физкультурников товарищи Сталина.

Который ведь начинал свою революционную карьеру как типичный грабитель банков и налётчик на Кавказе. И таких там в партии большевиков, особенно из старого состава, было очень много. Поэтому и такой кровожадный бандит как Котовский прижился там очень даже неплохо. Он там стал уважаемым красным командиром. И теперь уже грабил и убивал обывателей, опираясь на авторитет советской власти. А вот в боях с нами отряд Котовского почему-то не смог прославиться. Потому что грабить мирных жителей – это совсем не то, что воевать с профессиональной армией.

Поэтому когда его отряд был разбит и от него остались несколько человек. То Котовский и его бандиты еще и умудрились застрять в Москве. А потом во время очередной пьянки, приправленной кокаином, у них в головах созрел бредовый и отчаянный план. Котовский предложил своим подельникам убить нового царя Лавра Первого. Ведь этот одесский налетчик был на редкость тщеславным типом. И еще он был довольно решительным и отмороженным на всю голову. В этом они со Шкуро очень похожи. Тот ведь тоже не боится рисковать своей головой. А у Котовского была розовая мечта всей жизни. Он хотел прославиться. Чтобы о нем не только обыватели Одессы говорили, но и вся Россия вспоминала. Вот есть такие люди среди нас. Из них обычно потом всякие сумасшедшие маньяки получаются. Которые своими громкими преступлениями жаждут славы и признания. И они ради этого готовы даже пойти на смерть. Но только чтобы она была громкая и прославила их имя на всю страну.

В общем, Котовский решил прославиться за счет моего убийства при большом стечении народа. А где еще меня можно подловить как не на моей коронации? Поэтому было решено напасть на меня во время церемонии коронации. Своих подельников Котовский тоже ведь как-то сумел уболтать на эту самоубийственную миссию. Но он был хорошим оратором и хорошо знал своих людей. К которым и сумел подобрать свой ключик. Поэтому они пошли за ним убивать меня. И в принципе, это им почти удалось. Меня то они подстрелили все же. Но я не умер. А из налетчиков четверо погибли на месте вместе с Котовским, которого я, кстати, своей рукой и застрелил.

Ну, а двое были ранены и успели рассказать все в ходе быстрого допроса, прежде чем умереть. В конечном итоге это громкое покушение на мою императорскую персону оказалось плодом больного воображения одного сумасшедшего бандита по фамилии Котовский. Который чуть было не добился успеха. Но в любом случае своего он добился. Теперь его имя войдет в историю в связи с этим неудавшимся покушением на императора Корнилова. Котовский все же стал знаменитым на всю страну, как он и мечтал.

Глава 19

Глава 19.

Петроград.

После разгрома Украинского фронта красных я приказал войскам под командованием Деникина и Мамонтова разворачиваться в сторону Белоруссии. Бригаду генерал-майора Маркова я также при этом подчинил Деникину. Теперь они должны были действовать сначала против красных войск в Белоруссии. А затем уже разбираться с польской армией. Которая сейчас также недавно вторглась туда и теперь воевала там с Красной армией. Нам же требовалось разбить красных и отогнать поляков за пределы Белоруссии. Это русская земля, а польской армии там нечего делать. Впрочем, пока мы еще полякам войну не стали объявлять. Ведь сначала Деникину с его войсками надо будет выбить из Белоруссии красных.

Ну, а на Украине тем временем все продолжалось своим чередом. Корпус барона Врангеля довольно быстро продвигался от Одессы в междуречье Днестра и Южного Буга на северо-запад, двигаясь вдоль румынской границы. Хорошо, что хоть румыны дружили с головой и не полезли на Украину. Поэтому нам еще и с ними воевать теперь не надо было. Войска под командованием генерала Дроздовского и Чехословацкий корпус накатывались широким фронтом как волна-цунами на Киев. И когда они подошли к столице нынешней Украины то там все еще шли бои между частями армии гетмана Скоропадского и Директории Петлюры.

При этом обе стороны начали наперебой предлагать нашим полководцам союз против их противника. Представители Скоропадского и Петлюры соревновались в красноречии, пытаясь переманить наши войска выступить на их стороне в этом межукраинском конфликте. А тут еще и корпус барона Врангеля с юга подоспел к Киеву. И они бросились уговаривать уже его. Вот только мои генералы получили от меня четкие и недвусмысленные инструкции, как им действовать в подобном случае. Я считал, что нам совсем не нужны все эти долбанные украинские националисты.

Хоть гетман Скоропадский, хоть Петлюра со своей опереточной Украинской Директорией были самыми настоящими врагами России. И нам с такими товарищами было явно не по пути. Украина – это русская земля. И никакого независимого или автономного государства тут я точно не допущу. Нет, вот на территорию бывшей австро-венгерской Галиции, где сейчас располагалась так называемая Западная Украинская Республика я претендовать не буду. Вот там пускай все эти украинские нацисты и строят свое национальное государство. Если смогут. Но на наши земли пускай не лезут. Это территория Российской империи. И точка!

Поэтому Скоропадскому и Петлюре был поставлен ультиматум. Сдавайтесь или умрите! После чего наши войска начали наступать на Киев с трёх сторон. Такого слитного и сильного удара украинские националисты не выдержали. И вскоре силы Скоропадского капитулировали перед нами. А остатки разбитой в пух и прах армии Петлюры начали откатываться на запад к границе Западной Украинской Республики. Их преследовала кавалерия барона Врангеля и генерала Дроздовского. И еще довольно бодро там же наступали и части Чехословацкого корпуса.

Ведь к этому времени между Польшей и Чехословакией уже начались боевые действия. Нет, сначала то эти вновь образованные страны делили между собой территорию Западной Украинской Республики. Которой пришлось воевать сразу на два фронта при этом. Однако, потом чехи и поляки чего-то там не поделили уже между собой. И между ними вспыхнула война. Поэтому теперь командование нашего Чехословацкого корпуса попросило у меня разрешения для них поучаствовать в этих разборках на территории Западной Украинской Республики. И я им такое разрешение дал. Ведь по большому счету Чехословацкий корпус уже свою роль в этой гражданской войне в России сыграл до конца.

Они нам реально так помогли в самый тяжелый для белого движения момент. Когда все там висело на волоске. Чеха-словаки честно и храбро воевали на нашей стороне против большевиков, немцев и украинцев. Они были очень хорошими союзниками в нашей борьбе за будущее России. Поэтому я не стал им мешать воевать с поляками еще и за будущее уже своей родной Чехословакии. Ведь они свою часть сделки выполнили честно и добросовестно. Тем более, что мы ведь тоже начнем воевать против Польши. Так как поляки обычно слов не понимают нормальных. У них там сейчас в головах бродят бредовые идеи возрождения Речи Посполитой от Черного до Балтийского моря.

То есть они всерьез хотят оторвать от России наши исконные земли в Белоруссии и на Украине. А вот хрен им по всей хитрой, польской морде. Я еще согласен терпеть на своих границах маленькие и слабые независимые государства типа Латвии, Литвы, Эстонии или Финляндии. А вот Польшу, сожравшую Литву, Белоруссию и Украину я точно создать не позволю. Так как такое большое и сильное государство будет напрямую угрожать интересам моей страны. Поляки ведь при любом раскладе будут врагами России. Поэтому пускай тогда они будут маленькими и слабыми врагами. Которые в будущем не смогут создать нам больших проблем. Да, и Чехословакии я хочу тоже помочь не из чистейшего альтруизма и душевной доброты. А потому что хочу наладить с чехами нормальные и дружеские отношения. И заключить военный союз. Чтобы впоследствии эта страна была нам благодарна и зависела от России. И ведь ничто так не сближает страны как совместная война против общего врага. В данном случае против Польши с ее дурацкими планами по созданию Речи Посполитой в старых средневековых границах.

Ну, а на главном фронте этой гражданской войны, который я назвал Петроградским, из-за моего ранения возникла небольшая заминка. Но уже 23 декабря 1918 года наши войска там пришли в движения, наступая на Петроград со всех направлений. Со стороны Москвы вдоль железной дороги Москва и Санкт-Петербург выдвинулась армия под моим непосредственным командованием. Наш левый фланг прикрывал корпус генерала-лейтенанта Неженцева. Этот бывший командир Корниловского полка Добровольческой армии, который был с Корниловым с самого начала этой эпопеи, участвуя под его командованием во взятии Екатеринодара.

К зиме 1918 года он уже стал генерал-лейтенантом не за красивые глаза. А за умелое командование сначала полком, а потом и бригадой на поле боя. И успел проявить себя как инициативный и талантливый полководец. Я специально выделял и продвигал таких людей в своей Добровольческой армии. Наплевав на порядки, некогда царившие в старой царской армии. Где больше предпочтения отдавали не тактическим способностям и талантам командиров старшего звена. А выслуге лет, родословной и старшинству по званиям. И какой-нибудь талантливый офицер там зачастую вынужден был подчиняться тупому болвану в генеральском мундире. Потому что у того заслуженного пня были хорошие связи при дворе императора или в командовании армии. А еще большая выслуга лет, которая однако ума почему-то многим царским генералам не прибавляла. Поэтому в моем окружении преобладали умные, инициативные, талантливые и относительно молодые офицеры. А весь этот старый генеральский балласт царской армии Николая Второго я предпочитал не брать. Эти деятели почтенного возраста и каких-то непонятных мне заслуг, сидевшие раннее на высоких командных должностях, уже проиграли как войну с немцами, так и прежнюю Россию. И второго шанса им я давать не хотел. Поэтому при мне вперёд выдвигались только заслужившие свои высокие звания и должности реальными делами и заслугами. Вот и моложавый генерал-лейтенант Неженцев также был одним из моих выдвиженцев, лично преданным Корнилову.

С востока на Петроград шла армия под командованием генерала Каппеля. Пепеляев же со своей Сибирской армией остался зачищать северные поселки от большевиков. А вот генерал Миллер со своей Северной армией двинулся нам на помощь, наступая на Санкт-Петербург с северо-востока. Кстати, англичане, французы и американцы все же послушали меня и вывели совсем недавно свои войска с русского севера из-под Архангельска. Тем более, что с наступлением суровой северной зимы интервенты там начали испытывать очень серьезные проблемы с выживанием. Не подготовлены были эти иностранные солдаты к русским морозам. И еще не стоит забывать про генерала Родзянко, который также наступал на Петроград с запада с территории Эстонии.

Кстати, там вместе с ним двигалась еще и одна эстонская бригада. Просто мы договорились с Эстонским правительством. Что я как новый император России признаю независимость Эстонии. Но при этом эта небольшая прибалтийская страна войдет в сферу влияния Российской империи. И на ее территории будут потом располагаться наши военно-морские базы. А вот кораблей и войск других стран там не будет. Это я так кидал камень в огород англичан, которые еще осенью 1918 года после капитуляции Германии начали действовать своими военными кораблями против Балтийского флота большевиков. У них там все эти месяцы, пока на море не замёрз лед, происходили боевые действия.

В которых было потоплено и повреждено несколько советских и английских кораблей. И как-раз те самые английские корабли тогда базировались в портах Прибалтики. Поэтому я этот вопрос с эстонцами сразу и решил. Чтобы никаких других иностранных военных кораблей кроме русских там в портах не было. И они согласились на мои условия. Прекрасно понимая, что никакие англичане их маленькую Эстонию не спасут от захвата моей армией. Если я вдруг этого реально захочу. Поэтому они предпочли не злить нового русского царя. Тем более, что я ведь официально подтвердил факт независимости Эстонии. А это уже большое достижение для эстонцев. Поэтому сейчас они и вписались в эту гражданскую войну на нашей стороне против большевиков.

При продвижении наших сил к Санкт-Петербургу меня удивил тот факт, что противник оказывал нам незначительное сопротивление. Довольно слабые кордоны на нашем пути мы легко и быстро уничтожали. Их там большевики просто выставили, чтобы хоть как-то задержать наше продвижение. А еще корпус генерал-лейтенанта Неженцева я выслал к Пскову. И там он наткнулся на остатки армии красных, которая отступала из Литвы. Где поляки как-раз и вломили большевикам со всей своей панской злостью. В общем, теперь та разгромленная в Литве армия противника под командованием Егорова далеко не ушла.

Так как бригада Неженцева отступающих к Петрограду красных перехватила под Псковом и окончательно добила. Заодно и Псков снова стал нашим. При этом деморализация войск красного командарма Егорова была настолько сильной. Что его бойцы какого-то серьезного сопротивления не оказывали. И предпочитали сдаваться в плен, а не стоять насмерть до последнего патрона. По итогу того Псковского сражения бригада Неженцева потеряла довольно мало людей. А вот пленных набрала очень много. Но в любом случае эти войска противника уже выбыли из игры. И теперь никак не могли подкрепить гарнизон Петербурга. А ведь Ленин с товарищами на них явно надеялись. Но видать не судьба. Хотя оно и к лучшему. Нам же потом будет меньше возни со штурмом этого города двух революций.

Теперь по крайней мере больше никакого подкрепления правительство большевиков В Санкт-Петербурге не получит. Это были последние свободные войска, которые они туда могли бы подтянуть. А кольцо вокруг Петрограда тем временем постепенно сжималось. Наконец, наши передовые части достигли линии укреплений. Которую большевики успели возвести вокруг Санкт-Петербурга за то время, что мы невольно им дали. Но опять же эта оборона была совсем не такой как под Царицыным. Там-то укрепления строились несколько месяцев. А тут всего лишь пару недель. Да еще и зимой. Вот и сами посудите, что они тут успели накопать. Пока мы сюда не пришли.

Мы же действовали по уже сложившемуся шаблону, проверенному во многих предыдущих боях этой гражданской войны. Сначала следовала наша многочасовая артиллерийская подготовка. Одновременно с этим тылы противника обрабатывала наша многочисленная авиация, которая выбивала артиллерию и немногочисленные бронепоезда красных. После чего следовала уже массированная атака наших танков и бронемашин при поддержке пехоты. При этом снарядов и патронов наши бойцы не жалели. Понятное дело, что такой сильный прессинг вражеские части, сидящие в обороне, долго не выдерживали. У них и так там боевой дух был ниже плинтуса. Поэтому чудес стойкости и боевой выучки те красноармейцы нам не показывали.

В итоге, оборонительное кольцо вокруг Петрограда было прорвано довольно быстро. И наши войска начали вступать в город с разных сторон. И уже в самом городе закипели городские бои. Впрочем, там деморализованные части противника не столько оборонялись, сколько пытались куда-нибудь удрать. Однако, выхода из города не было. Он ведь со всех сторон был окружён как нашими войсками, так и финны еще со своей стороны подтянули армию. Которая также препятствовала уходу красных на финскую территорию. И сейчас финны были настроены очень решительно. Ведь совсем недавно они смогли выиграть свою гражданскую войну на территории Финляндии.

Когда большевики хотели устроить там очередную марионеточную советскую республику. Они ведь всегда действовали по одному шаблону. Сначала якобы местные большевики устраивали где-нибудь переворот. Объявляли о победе советской власти. По-быстрому организовывали там советскую республику, которая становилась марионеткой Советской России. А потом через какое-то время вообще вливалась в ее состав. Вот и в Финляндии большевики тоже недавно устроили нечто подобное. Подняли там бучу против национального правительства и попытались захватить власть.

Но у них ничего не вышло из этого. Из-за чего в Финляндии началась гражданская война с финским колоритом. Кстати, Москва тогда негласно поддерживала финских коммунистов, снабжая их деньгами и оружием. Но националистам в Финляндии удалось все же устоять и разбить армию финских большевиков. Поэтому сейчас финны решили нам помочь в уничтожении правительства большевиков в Петербурге. Мы же с ними заранее связались и предупредили. Что скоро начнем штурм этого большого города на Неве. И что из-за этого скоро на финскую территорию побегут большевики, спасающиеся от нас. Финны этот наш намек поняли правильно.

И теперь на их границе с Петроградской губернией беглецов ничего хорошего не ждало. Вроде бы финны там у себя всех коммунистов расстреливают без лишних разговоров. И мне такой жесткий подход крайне импонирует. Кстати, мы еще с финским правительством провели другие переговоры. Ведь до революции Финляндия была в составе Российской империи. Однако, большевики придя к власти в России, сначала дали финнам независимость. А уже потом передумали и попытались устроить в Финляндии большевистский переворот. Но не срослось.

Поэтому сейчас финны были крайне встревожены, а как новый император российский в моем лице отнесётся к их независимости. Я отнесся благосклонно. Однако, потребовал передать России ряд территорий, которые по-моему мнению принадлежат моей стране. Ничего страшного при этом я не попросил. Только отодвинуть от Петрограда границу до Выборга. И еще отдать России северное побережье Северного Ледовитого океана, принадлежащее сейчас Финляндии. Кроме того военно-морская база на полуострове Ханко также оставалась за Россией. Ну, и обязательное условие, что на территории Финляндии будет запрещено размещаться любым военным кораблям или войскам других стран кроме России. То есть мы давали финнам независимость, но под нашим патронажем. И что вы думаете? А они подумали и согласились с моими условиями. После чего мы и подписали с Финляндией договор о сотрудничестве и границах.

Бои за город Санкт-Петербург шли еще два дня. Но в конце-концов мы все же подавили организованное сопротивление и начали зачищать городские кварталы. Вылавливая, спрятавшихся там красноармейцев и всех подозрительных лиц. Кстати, нам при этом очень активно помогали горожане. Которые за этот год уже успели хлебнуть советской власти со всеми ее прелестями. И они очень охотно сдавали нам прячущихся по домам большевиков и их пособников. И еще много народу при этом рвануло прямо по льду Финского залива, пытаясь убраться подальше из города. Однако, в районе Кронштадта их ждал большой облом. Так как наши агенты заранее смогли договориться с тамошними морячками. И те сдали нам эту важнейшую морскую крепость вместе со всеми кораблями Балтийского флота. Что там сейчас стояли, вмерзнув в лёд.

Кстати, морячки в той большой крепости и всех фортах, прикрывающих ее с моря, были недовольны советской властью. И тем, что творили большевики в деревне. Ведь до них в Кронштадт тоже доходили сведения про колхозы и красные продотряды, отбирающие зерно у крестьян. Поэтому агитация наших агентов в Кронштадте легла на благодатную почву. И кстати, там сейчас среди моряков осталось не так уж и много большевиков. Те ведь в большинстве своем уже к этому моменту отбыли на фронты гражданской войны и благополучно там упокоились под нашими ударами.

Мы ведь там революционных матросиков, взятых в плен, всех расстреливали в обязательном порядке. Ну, а в Кронштадте к этому моменту остались те, кому по большому счету было наплевать на советскую власть. И воевать за нее они совсем не горели желанием. Кстати, именно эти кадры в той истории, что я знал о гражданской войне, и должны были поднять знаменитый Кронштадтский мятеж против советской власти в 1921 году. Но здесь этого уже не случится. Так как советская власть пала, а Кронштадт сдался моим войскам без единого выстрела.

Кстати, меня очень сильно порадовала новость о том, что наши бойцы смогли поймать почти всю верхушку этой большевистской власти в Петрограде. Ленин, Зиновьев, Калинин, Каменев, Антонов-Овсеенко, Рыков, Гай, Бухарин. И это только самые знаменитые и видные товарищи, которые угодили к нам в плен. А так-то у нас пленных было довольно много. Жаль, что только Ленин помер как-то неожиданно при этом. Ведь у Ильича после покушения, когда в него стреляла анархистка Фанни Каплан в январе 1918 года, здоровье теперь было довольно слабое. Поэтому сразу же после задержания он и помер от инсульта. Видимо, переволновался вождь пролетарской революции и сдох как собака от страха.

Мда! А жаль. Я хотел устроить образцово показательный суд над ним и его подельниками. Но не судьба. Этот картавый упырь легко отделался. Надеюсь, что его там черти будут жарить на сковородке. Как всерьез утверждают наши священники. Впрочем, других советских товарищей мы как-раз потом и судили, пригласив на суд большое количество иностранных дипломатов и журналистов. Чтобы этот процесс широко освещался в прессе не только у нас, но и за рубежом. И суд к большевикам был крайне суров. Все их прегрешения и преступления против человечности были вытряхнуты наружу и показаны мировой общественности.

Показав устрашающую и настоящую сущность советской власти большевиков. Поэтому многие люди приветствовали суровые, смертные приговоры, выносимые этим кровожадным упырям и серийным убийцам. Никакого снисхождения и глупой жалости мы им не давали. Я не этот лоховатый Николашка под номером два. Который своим тупым и мягким снисхождением ко всем этим революционерам завел нашу любимую страну в пропасть революции. Я же такой ошибки допускать не хочу. Поэтому всех этих людей с моего молчаливого согласия вычеркивали из мира живых, расстрельные команды. Которые трудились день и ночь, приводя приговоры в исполнение.

И знаете что? А ведь при этом мы никого не заставляли делать эту кровавую, грязную, но очень нужную работу по очистке нашего общества от красных упырей и вурдалаков. Добровольцев нашлось при этом очень много. У которых к большевикам были свои счеты. И у них руки точно не дрожали, нажимая на курок. Позже газетчики назвали эти многочисленные расстрелы приговоренных к смерти большевиков и их пособников «Красной неделей». Ну, а вы как хотели? Такую заразу надо выкорчевывать с корнем.

Чтобы ни у кого в будущем даже и мысли не возникло заниматься революционной деятельностью в России. У меня ведь есть пример для подражания. Товарищ Сталин, которого я искренне ненавижу, показал всему миру, как надо эффективно бороться с инакомыслием. Он же смог загнать в стойло и перевоспитать всех этих непримиримых революционеров. При нем никто потом и не вспоминал о бунтах против властей. Научил усатый вождь их бояться. Перевоспитал. Вот и я сейчас тоже решил взять этот действенный метод на вооружение. Я тоже буду беспощадно искоренять всю эту революционную заразу, уничтожая физически ее зачумленных носителей. Чтобы нормальные люди, которых на самом деле большинство, могли бы жить спокойно, мирно и счастливо. А не становится жертвами очередного социального эксперимента над нашим многострадальным народом.

Я себя сейчас ощущал хирургом, который вырезал раковую опухоль. Чтобы весь остальной организм мог жить нормальной жизнью. А все эти большевики, мечтающие о кровавой мировой революции с большими жертвами и огромными разрушениями, для меня как-раз и были той самой опухолью на теле нашего общества.

Глава 20

Глава 20.

Польша.

Пока мы разбирались с Санкт-Петербургом, где засело правительство большевиков. События в Белоруссии развивались следующим образом. Поляки там разбили армию красных, которая пыталась в тех краях организовать очередную марионеточную Советскую республику. Правда, вторгшиеся с запада в Белоруссию силы Добровольческой армии под командованием генерала Деникина вместе с корпусами Мамонтова и Маркова также поучаствовали в разгроме красных частей. Кроме того в Белоруссию еще и вошли с Украины войска генерала Дроздовского. А барон Врангель тем временем зачищал от петлюровцев территорию на западе Украины.

Только не надо путать их с Галицией, где в данный момент существовала та самая Западная Украинская Республика. На территории которой шли ожесточённые бои между войсками ЗУР, польской и чехословацкой армиями. И туда же в этот кипящий котел как слон в посудную лавку вломился с разгона еще и Чехословацкий корпус, который до этого уже помог нашим силам захватить непосредственно Украину гетмана Скоропадского. Да, понимаю, что сложно. Я и сам тут иногда путаюсь в этом обилии внезапно возникших независимых государств в Восточной Европе после окончания Первой Мировой войны.

Понятное дело, что такого слитного удара со всех сторон красная армия в Белоруссии не выдержала и вскоре оказалась полностью разбита, перестав существовать как организованная военная сила. После чего наши войска вступили в соприкосновение с польскими частями в Белоруссии, наступающими с запада. После чего польскому генералу Ивашкевичу со стороны генерала Деникина был выставлен ультиматум о немедленном отводе польских частей с территории Белоруссии. Которая является исконно русскими землями. А значит, принадлежит Российской империи.

Поляки вполне ожидаемо отказались это делать, заявив в свою очередь. Что некогда эти земли принадлежали Речи Посполитой, а значит по праву их хозяйкой является теперь независимая от России Польша. А вот это была уже наглость. Ведь Польша всего лишь год назад еще была в составе России. И только когда большевики захватили власть в нашей стране, то они направо и налево начали в приступе внезапного идиотизма раздавать всем этим нацменам независимость. И сейчас на карте уже возникли государства, чьи территории ранее принадлежали Российской империи. Вот и наглая Польша как-раз и являлась одним из таких скороспелых государственных образований. Однако, несмотря на это, гордые и наглые поляки уже начали захватывать то, что им не принадлежит. То есть наложили свои липкие лапки на наши российские земли. Чего я терпеть никак не мог.

Поэтому Деникин, к которому по моему указу перешло верховное командование над нашими войсками, действующими сейчас в Белоруссии, после отказа поляков убраться на хрен с нашей территории начал боевые действия уже против польской армии генерала Ивашкевича. Которые были довольно успешными для нашей стороны. Ведь в армии польского генерала Ивашкевича в Белоруссии на тот момент было сконцентрировано около сорока тысяч человек, один бронепоезд, десять броневиков, триста восемьдесят пулемётов и сто сорок пушек. А вот под командованием Деникина против поляков сейчас действовало сто двадцать тысяч человек, семь бронепоездов, десять танков, семьдесят броневиков, две тысячи двести сорок пулеметов, восемьсот пушек и сто десять аэропланов. И хотя польские войска все же были лучше вооружены и подготовлены, чем та же Красная армия, однако превосходство оказалось все же на нашей стороне.

При этом Деникин оказался очень способным моим учеником. И очень грамотно использовал тактику, которую вовсю раньше использовал уже я. То есть он делал ставку на свое превосходство над противником в артиллерии, авиации и бронетехники. Ну, а польские войска столкнувшись с ней мало что смогли противопоставить. Ведь одно дело громить плохо обученную и не очень хорошо обеспеченную Красную армию. Возглавляемую неграмотными в военном деле дилетантами. И совсем другое дело столкнуться в бою с нашей профессиональной Добровольческой армией, которая уже успела отточить в многочисленных боях и сражениях свое боевое мастерство. Да, и вдобавок еще и имеет огромное численное преимущество над поляками по всем статьям. Короче говоря, там в Белоруссии генерал Деникин показал полякам свою версию блицкрига по Корниловски. И у него на мой взгляд это великолепно получилось. Поэтому в конечном итоге польская армия генерала Ивашкевича понесла большие потери и с боями начала откатываться из Белоруссии к границам Польши.

Одновременно с этим корпус генерал-лейтенанта Неженцева со стороны Пскова вторгся в Литву. Где сейчас вторгшиеся туда поляки захватывали земли Литовской республики. Предварительно они при этом выбили оттуда те самые войска красных. Что генерал Неженцев со своим корпусом недавно и перехватил под Псковом. И теперь поляки занимались оккупацией литовской территории, рассчитывая присоединить Литву к своей Польше в рамках воссоздания их вожделенной Речи Посполитой. Но тут в их наглые и грандиозные планы вмешался генерал-лейтенант Неженцев, ударив своим армейским корпусом по не ожидавшим этого полякам. Группировка польских войск под командованием генерал Вейтко значительно уступала как по количеству, так и по качеству корпусу Неженцева.

Ведь там в Литве в основном сейчас действовала не вновь сформированная польская армия, с которой армия Деникина столкнулась в Белоруссии. В литовскую же группировку польского генерала Вейтко входили различные формирования польских добровольцев, проживавших ранее на территории Литвы. Вроде Польской краевой самообороны Литвы генерала Вейтко, самообороны Виленской земли генерала Контковского или Польской военной организации Витольда Голембиовского. В общем, это было скорее ополчение добровольцев и партизан, а не нормальная регулярная армия.

И вооружены они были тоже соответствующие. То есть гораздо хуже регулярной польской армии. Поэтому долго сопротивляться удару сорокатысячного корпуса русского генерал-лейтенанта Неженцева польские силы в Литве не смогли. И уже через шесть дней были разбиты и рассеяны. А вся ранее оккупированная ими территория Литвы. перешла под наш контроль. Кстати, впоследствии мы провели с правительством Литовской республики переговоры. В результате которых город Вильно (литовцы называют его Вильнюс) и часть Виленского края были присоединены к территории России. Просто мне так захотелось.

Поляки ведь все равно эти земли у литовцев отобрали бы. Ну, а я у тех унылых лабусов не всю территорию их маленькой и чмошной страны забрал тогда. Большая часть Литвы ведь осталась независимой. Кстати, с литовцами я при этом заключил такой же договор как ранее с Финляндией и Эстонией. Независимость взамен на патронаж России и наша военно-морская база в Литве. А последним прибалтийским тигром, который также по результатам переговоров вошел в эту дружную семью наших вассалов. Была маленькая и такая же смешная Латвия. Эти также получили свою непонятную независимость с российским акцентом. Таким образом все эти прибалтийские страны стали как-будто и независимыми. Однако, находились теперь под нашим патронажем и влиянием, исключающим присоединение их к союзу с той же Англией или Германией. Мне не нужны были враги под боком. Одних непримиримых и склочных поляков, мечтающих лечь то под немцев, то под англичан, нам с лихвой хватит.

Пока наши войска громили поляков в Белоруссии и Литве. В Галиции чеха-словаки, получив неожиданную помощь от Чехословацкого корпуса, также смогли значительно так потеснить польские войска. Что туда вторглись ранее. Армия же так называемой Западной Украинской республики к этому моменту уже была разгромлена и перестала существовать как организованная сила. Кстати, туда под шумок влезли еще и румыны, рассчитывая отхватить для себя кусочек Галиции. Правда, они при этом там сильно не борзели. Взяли немножко территорий Западной Украинской республики и успокоились. Предпочтя довольствоваться малым. Вот это я понимаю – умные люди, которые прекрасно понимают свои возможности и могут их соизмерять со своими потребностями. В отличие от тех же жадных и не очень умных поляков. Которые хотели сожрать побольше-побольше. А ведь так же можно и подавиться в один прекрасный момент. Что с придурковатыми поляками, раззявившими пасть на чужой каравай, в данный момент и произошло. Они подавились, заглотнув слишком много чужих земель.

И теперь за это расплачивались. Так как к 27 января 1919 года польские войска уже были с позором изгнаны из Белоруссии, Литвы и Галиции. А армии России и Чехословакии подошли к границам Польши и начали вторжение уже на ее земли. После чего поляки резко поняли, что скоро независимой Польши может не остаться. Поэтому значительно так померили свои амбиции, полностью забыв про свою дурацкую Речь Посполитую от моря до моря. И предложили начать переговоры о перемирии. При этом они подключили к этому дипломатическому процессу своих французских и британских спонсоров.

Ведь ни для кого нет секрета в том, что с самого начала эта вот самая якобы независимая Польша была франко-британским проектом. Это Англия и Франция активно способствовали появлению на карте мира независимой Польши. Чтобы получить в ее лице союзника, ненавидящего как Россию, так и Германию. Таким образом на границе этих двух стран сразу же создавался эдакий очаг напряженности. В общем, Польша с самого начала была шавкой, которую прикормили англичане и французы. И она была готова укусить любого, на кого они укажут.

И я уверен на сто процентов, что это именно англичане с французами сподвигли глупых и жадных поляков на эту вот военную авантюру с захватом чужих земель. Обещая Польше свою негласную поддержку в этой войне с Россией и Чехословакией. И ведь, действительно, они начали в последнее время очень щедро снабжать поляков оружием и военной техникой. Именно тогда, когда те начали формировать свою регулярную армию. То есть они просто создавали своего боевого хомяка, откармливали его, чтобы натравить на Россию. Мне вся эта ситуация прямо очень сильно напомнила Украину из будущего. Там ведь тоже самое творилось, начиная с 2014 года. Тоже ведь Европа накачивала украинских нацистов оружием, чтобы потом натравить их на Россию. Ох, времена меняются, а политика стран Запада по отношению к моей Родине почему-то не меняется. А ведь мы искренне когда-то хотели дружить с Европой и Америкой. И сколько раз в истории Россия спасала Европу, ценою жизни своих солдат? Много! Русские цари вон постоянно такой ерундой занимались, посылая свои войска. Которые сражались за интересы европейских держав. А взамен мы получали только ненависть и враждебность. В общем, нам с пресловутым Западом никогда не стать друзьями. Поэтому надо начинать жить своим умом и надеяться только на себя и свои силы. Заграница нам не поможет, как об этом у нас постоянно мечтают разные демократы и любители западных ценностей. А если вдруг европейцы нам и начнут оказывать хоть какую-то помощь. То мы потом будем очень долго расхлебывать ее последствия. И хорошо, что мне удалось предотвратить полноценное вторжение интервентов на севере и на юге России. А то эти бы твари нам тут понапомогали, мать их за ногу!

Однако, мы немного отвлеклись. Значит, англичане и французы начали склонять меня и правительство Чехословакии к переговорам с поляками. Я немного поломался для вида, изображая праведный гнев на тех, кто покусился на земли России. Но потом сделай вид, что сдался и с большой неохотой пошел на эти переговоры о мире с Польшей. Кстати, переговоры по моему требованию проходили в Москве. Где сейчас и находилась столица Российской империи. Я ведь не стал возвращать ее в Санкт-Петербург после того, как мы его захватили обратно. Так как здесь я полностью был согласен с Лениным, земля ему стекловатой. Петроград в качестве столицы годится плохо.

Во-первых – он слишком уязвим с моря. И достаточно сильный флот противника сможет прорваться в Финский залив и высадить тут десант. Особенно сейчас, когда наш Балтийский флот так катастрофически ослаблен сейчас из-за этой долбанной революции и большевистской оккупации Петрограда.

Во-вторых – Санкт-Петербург слишком близко расположен к границам других государств. Поэтому теоретически враги могут очень быстро его захватить, если вдруг смогут застать нас врасплох. Немцы ведь, кстати, в 1917 году это чуть не сделали.

В-третьих – до Москвы любому врагу из Европы (а все враги почему-то к нам оттуда приходят) войскам противника придется долго добираться.

Поэтому большевики совсем правильно поступили, когда их правительство перенесло столицу России из Петербурга в Москву. И я также постановил, что Москва отныне будет нашей столицей. А в Санкт-Петербурге будет располагаться главная база нашего Балтийского флота и торговый порт. И еще я хотел со временем убрать оттуда все заводы, производящие военную продукцию. Куда-нибудь за Урал в Сибирь. Чтобы гипотетические враги в будущем не могли бы их быстро захватить или разбомбить с воздуха. А то это прямо настоящий идиотизм какой-то? Когда заводы концентрируются рядом с границей, откуда очень часто на Русь приходят враги.

Значит, на переговорах в Москве присутствовали дипломаты России, Чехословакии и Польши. А в качестве иностранных наблюдателей находились там еще и дипломаты Великобритании и Франции. Которые всячески пытались на нас давить, помогая полякам в этих непростых для них переговорах. Ну, а мы в свою очередь давили в ответ. И наши аргументы были более весомыми. Ведь в отношении России Польша по всем международным нормам совершила самую настоящую и неспровоцированную агрессию. Они ведь на нашу территорию вторглись без объявления войны. Что было слишком даже для циничных англичан.

Которые здесь все еще старались соблюдать хоть какие-то приличия на международной арене. Поэтому в конечном итоге даже англичане с французами признали нашу правоту. И то что Польша повела себя неправильно в этом военном конфликте. В отношении с Чехословакией там ситуация иная была. Там ведь чехи с поляками просто поделили между собою третью независимую страну под названием Западная Украинская республика. И в процессе этого дележа уже повздорили между собой. Но и тут полякам крыть было нечем. Так как к этому моменту их войска были уже полностью вытеснены с территории Галиции.

А всю Западную Украинскую республику теперь контролировала Чехословакия. Но ведь еще и при этом я постоянно напрягал поляков своими заявлениями в сомнении их независимости от Российской империи. Так как эту самую независимость Польше предоставили ранее большевики. Которые по моему мнению не имели на это никаких легитимных прав. А вот мое правительство пока еще полякам никакой независимости не давало. Поэтому для меня они являются не независимым государством, а обыкновенными мятежниками типа тех же большевиков. А с мятежниками у нас теперь разговор короткий. Пуля в голову и в ров. Спросите вон у большевиков.

Таким образом я пугал поляков и их британо-французских спонсоров до мокрых штанов. Ведь, действительно, сейчас Россия в моем лице официально независимость Польши все еще не признала. И это также стало предметом наших переговоров. Ведь просто так отпускать поляков в свободное плавание я совсем не хотел. Такую наглость надо жестоко наказывать. Чтобы они потом сто раз подумали, прежде чем снова рыкать на нас. И теперь речь уже шла не просто о мире. А о репарациях, что Российской империи заплатит Польша за свою независимость и свою неспровоцированную агрессию против нас. Жестко? Да!

Но в любом случае поляки при любом раскладе останутся нашими непримиримыми врагами. Даже если бы я им сейчас все простил и отпустил. Они бы все равно затаили злобу. Поэтому пускай платят за свой косяк по полной. И ведь я не блефовал, когда говорил, что Россия вполне может захватить Польшу, вернув ее обратно под свою власть. Сил у нас сейчас для этого вполне хватило бы. Ведь основную часть польской армии мы уже к этому моменту либо разбили, либо хорошенько так потрепали. И воевать Польше сейчас с нами просто нечем уже. Это понимал я, это понимали поляки и это понимали англичане с французами. Поэтому все козыри были у меня на руках. А я уже почти поставил Польше мат в три хода.

Поэтому после долгих споров и переговоров поляки все же под давлением тех же англичан согласились заключить мир на следующих условиях. Польша получает от меня подтверждение ее независимости от России и остаётся в тех же границах, которые у нее имелись на момент объявления независимости в конце лета 1918 года. Кроме того Польша должна была выплатить репарации Российской империи в размере трех миллиардов золотых рублей. Так как с той же Германии совсем недавно страны Антанты слупили аж тридцать миллиардов. То это я еще по-божески с поляков требовал. Конечно, же они нам эти все деньги сразу отдать не могли. Поэтому мы договорились, что Польша будет ежегодно выплачивать России по пятьсот миллионов в год.

Пока не погасит весь долг перед моей страной. И впоследствии из-за этого полякам пришлось брать кредиты уже у англичан с французами, чтобы платить репарации России. И мне было плевать чьи это деньги. Главное – это что платежи к нам исправно поступали из Польши. Ну, а Чехословакия по итогам этой войны против Польши при моей непосредственной поддержке также смогла официально закрепить за собой все захваченные чеха-словаками земли в Галиции. После чего мы с Чехословакией еще и военный союз по-быстрому официально оформили на будущее. И торговый договор о сотрудничестве. Таким образом я надежно привязал чеха-словаков к России, вырвав их из лап Англии и Франции. Ведь эти две страны как-раз выступали на стороне поляков в этом конфликте Чехословакии и Польши. И чеха-словаки это прекрасно запомнили. Поэтому решили на этот раз дружить с Россией, а не с ее врагами.

Глава 21

Глава 21.

ДВР.

Не успели мы порадоваться, что победили в этой гражданской войне. И вроде бы все закончилось. Но реальность снова макнула нас в гуано. Как черт из табакерки на Дальнем Востоке России вдруг возникла очередная советская республика. Там вынырнул из небытия еще один легендарный, красный полководец гражданской войны по фамилии Фрунзе. А я ведь совсем забыл про этого товарища, когда мы громили тут одну армию красных за другой. Просто он как-то незаметно исчез и ни разу не появлялся на всех наших фронтах. Хотя если верить сказкам советской пропаганды. То именно Фрунзе был одним из самых выдающихся военачальников гражданской войны в России. Но с Добровольческой армией он почему-то ни разу не пересёкся сейчас в бою. Его имя не мелькало в сводках, что я получал с разных направлений и фронтов. И я уж грешным делом подумал, что Фрунзе где-то погиб случайно. А мы такого события и не заметили.

Однако, сейчас выяснилось, что никуда он не пропал. Просто пока моя Добровольческая армия воевала сначала на Юге России, потом на Кавказе и в Астраханской губернии. Командование большевиков направило командарма Фрунзе в Туркестан устанавливать там советскую власть. Что такое Туркестан? О, сейчас это очень проблемное место как для красных, так и для белых. Эта территория в Средней Азии, на которой чуть позже должны были возникнуть Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Туркмения и Таджикистан. Для Российской империи эта огромная территория всегда оставалась источником постоянных проблем.

Я вот никак не мог понять, зачем русские цари вообще полезли в эту националистическую клоаку? Ведь там местные жители до сих пор жили при феодализме. У них был чуждый нам менталитет, чужие обычаи, чужие нравы, чужая вера. И при этом население Туркестана всегда относилось враждебно к русским. Для них мы всегда были захватчиками и врагами. Я вспомнил из советской истории. Что Красная армия после победы над белыми в гражданской войне потом еще лет десять воевала в Туркестане против так называемых басмачей. Кстати, эту героическую и кровавую эпоху потом довольно неплохо осветили в таких культовых советских фильмах как «Белое солнце пустыни» и «Офицеры». Так вот воевать десять лет против местных националистов, которым как Россия, так и сатанинская советская власть были одинаково ненавистны.

Блин, да даже беспокойный Кавказ столько не воевал за свою независимость. И сколько же тогда народу погибло при этом с обеих сторон в этой дурацкой войне в Туркестане? Жуть! А толку из этого вышло мало. Так как за все время существования СССР мы так и не смогли перевоспитать коренных жителей Средней Азии, проживавших в том самом Туркестане. Так как они всегда ненавидели Россию. И при удобном случае тут же от нас свалили с радостным визгом, получив свою вожделенную независимость. Когда развалился Советский Союз. И там потом во всех этих бывших советских республиках сразу же начали резать и изгонять русских людей. Местечковый нацизм в Туркестане очень силен.

Так было, есть и будет в будущем. И Россия с этим ничего поделать не сможет. А значит, сейчас для нас этот долбанный Туркестан как тот чемодан без ручки. Нести неудобно, а выбросить жалко. Это из той же оперы что и Польша с Прибалтикой. Там ведь тоже было бесполезно удерживать силой те территории в составе России. Не хотели те народы с нами жить в одной стране. Уж я то это точно знаю из будущего. Знаю чем там закончилась советская попытка с ними подружиться. Громким фиаско!!! А сколько Советский Союз на всех этих прибалтов и поляков ресурсов потратил? До хрена!!! Но в итоге мы получили врагов на своих границах. Поэтому я и решил как император российский, что нам эти территории не нужны. Как и этот самый Туркестан. Я совсем не собирался сейчас туда лезть и терять там наших солдат. Все равно мы туда мир и спокойствие не принесем. И тамошние аборигены будут резать друг дружку. Они же там не только русских ненавидят, но и представителей других национальностей. Типичное средневековое мышление. Чужой – значит враг! А еще в эту межэтническую резню там и религию приплетают. После чего там капец что творится сейчас.

В общем, никакого желания брать под свою власть Туркестан, бурлящий в кровавом угаре, я не испытывал. Поэтому с легким сердцем подтвердил независимый статус всех этих территорий в Средней Азии. Живите там как хотите теперь, господа националисты. Вы хотели свободу, вы ее получили. Теперь лопайте от пуза. Только не лопните при этом. Отныне народы Туркестана находятся в свободном плавании. И Россия за них никакой ответственности не несет. Лафа кончилась. Больше мы их подкармливать не будем. Не будем строить дороги, города, заводы, фабрики, больницы, школы, электростанции, железную дорогу, плотины, каналы и прочие прелести современной цивилизации. И еще не станем налаживать там огромную и очень дорогую инфраструктуру по добыче разных ресурсов типа нефти, газа, меди и прочих полезных ископаемых.

На добыче которых в двадцать первом веке потом так вольготно и хорошо жили все эти страны Средней Азии. Ничего этого тут не будет. Вы так любите свое нищее и самобытное средневековье. Вот и живите там в нем сколько влезет. Никакой цивилизации за наш счет мы строить в Туркестане не станем. Хватит этой дурости прежних российских царей. Я уже предчувствую вой всех этих придурковатых патриотов. Которые будут стенать о том, что в Туркестане находятся большие запасы полезных ископаемых. И что России они бы очень сильно пригодились.

А я в свою очередь резонно отвечу. Что в нашей Сибири и на Дальнем Востоке также в недрах содержится вся таблица Менделеева. И нефти с газом там хватит на многие поколения наших потомков. Поэтому чем совершенно глупо и бесполезно вбухивать миллиарды золотых рублей во враждебный нам Туркестан. Мы станем те же средства тратить на развитие наших территорий в Сибири и на Дальнем Востока. И это принесет России гораздо больше пользы чем наивные мечтания о том, что в Средней Азии вдруг все нас полюбят и станут нашими друзьями. Чушь полнейшая! Нет там и не будет у России никогда друзей. Только ситуативные партнеры возможно.

Когда все эти самостийные нацисты из многочисленных эмиратов и ханств Туркестана в один прекрасный момент поймут. Что русская власть была еще довольно мягкой и терпимой. В сравнении с властью каких-нибудь персов. Которые по-любому начнут свою экспансию в Среднюю Азию. И покажут местным басмачам демократию по-персидски. Они там все еще кровью умоются. А затем побегут за помощью к России. Чтобы она их защитила от произвола и геноцида, устроенного персидской армией. Ведь Персия сейчас осталась в том регионе единственной Великой державой. Так как ее основной соперник Османская империя недавно развалилась на куски под ударами Антанты. А значит, персы захотят подмять под себя всех своих слабых соседей. И уж точно обратят свои захватнические взоры на Туркестан. Но это уже будет не наша проблема. Ведь если ты хочешь независимости, то готовься ее защищать от других. И только так!

В общем, товарищ Фрунзе когда понял, что наши силы отрезали Туркестан от центральной России и Сибири. То решил пробиваться со своими войсками на северо-восток. В сторону Забайкалья. И пока наше внимание было отвлечено разборками с московским правительством большевиков. Армия под командованием Фрунзе благополучно выбралась из Туркестана и достигла Читы. Где моментально произошел большевистский переворот и была провозглашена Дальневосточная Советская Республика. Власть которой довольно быстро распространилась вплоть до Хабаровска. Там наши силы были катастрофически слабы на тот момент. По сути своей все те территории охраняло очень мало войск, лояльных белому движению. Поэтому большевики там так быстро и смогли захватить власть. Однако, вот в приморье они встретили сопротивление от казаков под командованием Забайкальского атамана Семенова. Которого поддержали еще и японские войска, высадившиеся ранее во Владивостоке. Кстати, самураи так и не послушались моих приказов убрать свои войска с нашего Дальнего Востока. И с этим тоже надо было что-то делать.

Но пока нам необходимо было уничтожить последний очаг большевистской заразы в Дальневосточной Советской Республике. Сначала то я сам хотел туда на Дальний Восток рвануть. Но потом понял, что мне как императору теперь следует заниматься государственными делами. Которые требовали моего прямого участия. Ведь надо было поднимать страну из той ямы. В которую ее скинули большевики. Налаживать экономику, выстраивать инфраструктуру, принимать новые законы, которые смогут поддержать стабильность в российском обществе. Многое нам теперь предстояло отстроить или восстановить. Разруха, конечно, на этот раз была не такой полной. Как это было, если бы гражданская война тут продлилась аж до 1922 года.

Людей же сейчас в России погибло гораздо меньше, а наша промышленность и сельское хозяйство не понесли таких серьезных и катастрофических потерь. Как в той истории гражданской войны, что я знал из своей прошлой жизни. Но тем не менее, надо было здесь все восстанавливать и укреплять. Конечно, я набрал себе новое правительство на основе того, что было у меня еще в Югороссии. Но без моих решений эти министры не могли эффективно работать в режиме такого всеобщего аврала и бардака. А для подавления большевистского мятежа на Дальнем Востоке у меня генералы имеются. Вот пускай они войною с мятежниками там и занимаются. Пора мне уже привыкать, что я не обычный командующий армией, а император огромной страны. Которая пострадала от всех этих дурацких революций и гражданской войны. И мне надо сейчас ее приводить в норму.

Поэтому я и послал разобраться с этой красной проблемой, внезапно вылезшей на Востоке, барона Врангеля. Так как именно его я считал наиболее талантливым и инициативным полководцем наших вооружённых сил. Способного грамотно и профессионально действовать в отрыве от основного командования. При этом я ему подчинил армию численностью в семьдесят тысяч человек. Которая в своем составе еще имела: тридцать танков, шестьдесят броневиков, четыре тысячи пятьсот пулемётов, две тысячи девятьсот орудий, десять бронепоездов и сто тридцать аэропланов. А у красных повстанцев по нашим данным сейчас имелось под рукой около двадцати трех тысяч человек, двухсот пятидесяти пулеметов, семидесяти пушек и трех бронепоездов.

В общем, как количественное, так и качественное превосходство было на стороне войск Врангеля. И не забывайте еще про примерно семь тысяч казаков атамана Семенова, которые засели в Приморье. И которые также выразили мне свою готовность признать меня их императором. Кстати, надо отдать должное атаману Семенову. Он хоть и спелся там с японцами. Однако, одним из первых начал оказывать сопротивление большевикам в тех краях. Кстати, японцев там было не так уж и много. Около двенадцати тысяч. И они также принимали участие в обороне Приморья от наступления красных из ДВР.

Армия Врангеля прибыла по транссибирской железной дороге к Байкалу уже в апреле 1919 года. После чего начала энергично наступать на Восток в сторону Читы. Пользуясь своим подавляющим превосходством, войска Врангеля легко преодолели сопротивление красных и довольно быстро взяли Читу. Каких-то серьезных сил там у противника не было. Да, и укреплений нормальных тоже. Красные их либо не успели там построить, либо просто не стали этого делать. Ведь копать зимой окопы (а в тех краях в марте все еще лежит снег) – это просто нереально при нынешних технологий. Техники для подобных землеройных работ в 1919 году просто нет. А копать вручную мерзлую землю – это еще тот адский труд. Которым местные товарищи и не стали заморачиваться.

Поэтому их оборона была никакой и очень быстро рухнула под методичными ударами наших войск. После чего начался практически неостановимый марш армии Врангеля воль железной дороги. Красные как ни пытались, но никак не могли его остановить или даже серьезно затормозить. Кстати, тогда в боях под Благовещенском погиб еще один знаменитый герой гражданской войны по фамилии Лазо. Был у красных такой персонаж. Правда, в этот раз он погиб не от того, что его раненого японцы в горящую топку паровоза запихали. Здесь же ему повезло принять смерть от пули одного из наших пехотинцев. Легкая смерть, в общем. Земля ему стекловатой! Впрочем, это был лишь один из подобных многочисленных эпизодов. Наши части с мятежниками там не особо церемонились.

И пленных обычно расстреливали. И тут я был с ними полностью согласен. Ведь сейчас даже сибирскому ежу было понятно, что дело большевиков проиграно полностью и бесповоротно. Я, вообще, не понял этого финта ушами, который тут нам всем показал товарищ Фрунзе. Вот чего он туда на Дальний Восток полез сейчас? Когда мы уже разбили все остальные армии красных, взяли Петроград с Москвой и перебили советское правительство. Ведь ясно же, что большевики в России проиграли. И теперь надо тем из них, кто еще выжил в этой мясорубке, удирать заграницу. И те кто был поумнее так уже и сделали теперь. А вот Фрунзе со своей потрёпанной Туркестанской армией поперся на Дальний Восток. Зачем? Чтобы там героически сдохнуть что ли? Ну брось ты все и беги в Китай. Там я бы его точно искать не стал. Но этот контуженный почему-то решил, что сможет еще с нами пободаться. Идиот! И сколько же людей из-за его тупой инициативы теперь должно умереть? Я ведь приказал барону Врангелю не церемониться с бунтовщиками и уничтожать их без всякой пощады. Мне надо было, чтобы народ в тех местах наглядно увидел, что будет с тем, кто подумает выступит против моей власти. Я как блаженный царь Николаша ведь в толерантность играть не стану. А загашу таких моральных дегенератов, играющих в революцию, жестоко и быстро.

И 11 июня 1919 года армия барона Врангеля уже вошла в Хабаровск. Который стал последним очагом сопротивления большевиков. А с юга Хабаровск при этом блокировали силы атамана Семенова и японские войска. В общем, можно сказать, что советская власть на Дальнем Востоке Российской империи была благополучно ликвидирована. И эту кровопролитную гражданскую войну можно было считать законченной. Кстати, товарищ Фрунзе также не ушел от расплаты. Он же возглавлял оборону Хабаровска и когда наши войска ворвались в город. То его схватили наши казаки.

После чего последнего красного генерала и еще нескольких красных командиров доставили в Москву. Где и состоялся суд, который приговорил их всех к повешенью. Приговор был приведен в исполнение при большом стечении народа прямо на Красной площади. После окончания боевых действий Япония под моим давлением была вынуждена вывести из нашего Приморья свои войска. И я вздохнул спокойно. Что хоть с японцами нам воевать сейчас не пришлось. А ведь пришлось бы, если бы самураи вдруг встали в позу. И захотел и присоединить к Японской империи еще и наше Приморье.

Но Англия, Франция и Америка оказали на японцев колоссальное давление и заставили пойти на уступки. Японцы ведь и так уже очень неплохо в этом районе усилились. Так как сейчас после победы в русско-японской войне 1904-1905 года Япония владела Кореей и частью Маньчжурии. Еще им тогда же достался Южный Сахалин и Курильские острова. И еще большего усиления Японской империи за счет захвата русского Приморья американцы, англичане и французы совсем не хотели. Поэтому японским войскам сейчас и пришлось убраться, не солоно хлебавши отсюда. После чего для России, наконец-то, настала мирная жизнь, и страна начала медленно приходить в норму после всех этих потрясений и жертв.

Эпилог

Эпилог.

Ровные ряды солдат с оружием маршируют по Красной площади мимо трибуны, на которой стою я с моими генералами. Здесь со мною сейчас находятся мои самые заслуженные военачальники и еще несколько министров моего имперского правительства. По правую руку от меня стоит генерал Деникин. Он теперь стал нашим военным министром. Я решил назначить на эту высокую должность именно его. Так как считаю, что военный министр – это прежде всего организатор и снабженец, который отвечает за комплектование, вооружение и снабжение армии. То есть он не должен сам командовать армиями в сражениях.

А лишь готовит армию к предстоящим сражениям. Ну, а во время войны следит за тем, чтобы ее боеспособность не падала. Но вот уже командующие различными родами войск отвечают непосредственно за ведение боевых действий, стратегию, тактику и боевое мастерство конкретных вооруженных сил. Поэтому новым командующим сухопутных войск у нас стал барон Врангель, который недавно вернулся с Дальнего Востока после триумфальной победы над войсками Дальневосточной Советской Республики. В принципе, я уже говорил, что считаю этого человека самым лучшим и талантливым нашим военачальником.

И он своими многочисленными победами это мое мнение о нем подтвердил не один раз. Нет, другие мои соратники по гражданской войне тоже совсем не бездари. И также показали, что очень даже неплохо командуют войсками в бою. Однако, из них барон Врангель является самым матерым и опытным кадром. Который по-моему мнению сможет потянуть такое ответственное дело как командования всеми нашими сухопутными войсками. Уж он-то точно сможет поддерживать нашу армию в тонусе, не даст ей опять разлениться и потерять боеспособность.

Командующим Российским Военно-Морским флотом стал адмирал Колчак. По крайней мере, он был единственным адмиралом такого ранга, которому я мог доверить такой ответственный пост. Все остальные адмиралы либо были не такими компетентными, либо не заслужили моего доверия. Так как всю гражданскую войну просидели по домам, удрали за границу, или, вообще, пошли служить красным. Кстати, о таких вот воздержавшихся, испуганных эмигрантах и предателях Родины. С ними мы разбираемся отдельно. Весь государственный реестр дворянских и аристократических родов Российской империи был изменен. Все аристократы, которые во время революции и гражданской войны покинули Россию, трусливо сидели по домам или служили большевикам, теперь моим указом лишались всех титулов и имений в нашей стране.

Империи такая бесполезная и трусливая элита была совсем не нужна. Аристократы и дворяне обязаны служить своей стране, вставая на ее защиту в час нужды. А иначе грош им цена. И они не имеют права носить свои громкие титулы. Зато те дворяне, кто сражался против большевиков, примкнув к нашей Добровольческой армии. Получили от меня подтверждение своим титулам и были внесены в обновленный реестр дворянских и аристократических родов моей империи. И еще я им выдал всем земельные владения за верную службу империи в ходе гражданской войны. Не очень большие, но гораздо больше чем получают сейчас те же крестьяне, например. Я старательно внушал аристократии, что отныне все из вольности, выданные с какого-то бодуна еще Екатериной, теперь закончились. Отныне дворянство и аристократия в России будут только служилыми. И любой дворянин должен будет теперь прослужить определённое время в вооружённых силах или государственных учреждениях (если вдруг здоровье ему не позволяет быть военным). И только после этого он подтвердит свой аристократический статус.

Точно также в пользу государства была конфискована вся земля и прочая недвижимость. Чьи хозяева также свалили за границу во время гражданской войны. С остальными землевладельцами и промышленниками мы потом уже отдельно будем разбираться. Почему они даже оставшись в России не спешили примыкать к нашей Добровольческой армии, отсиживаясь в тылу и думая, что пускай другие люди воюют и умирают за их собственность. Нет, я совсем не требовал от таких богатых и влиятельных людей идти к нам в армию рядовыми солдатами. Это просто глупо. Однако, если они при этом только наблюдали со стороны за нашей отчаянной борьбой с большевиками, но никак не помогали. То хрен они от меня назад получат свои земли, заводы и прочую собственность. Я ее лучше раздам своим соратникам и верным людям.

Ведь были среди нас не только военные, которые воевали на фронтах. В тылах на разных должностях нашей Югороссии трудились и различные чиновники. Которые внесли тоже довольно значительный вклад в нашу общую победу над большевиками. Ведь крепкий тыл – это залог стойкости нашей армии на полях сражений. И их труд я тоже не забываю. И награждаю по заслугам. Той самой землей и собственностью, конфискованной у предателей и трусов. А таких удравших за границу и решивших отсидеться в стороне, пока все остальные воюют, было среди аристократов (особенно высших) и крупных землевладельцев с промышленниками на самом деле довольно много.

Вот их собственность мы и конфисковали в пользу государства. Все эти люди проявили свое отношение к России и показали, что плевать они хотели на ее судьбу и проблемы. Поэтому такой элитный балласт нам тоже без надобности. Из-за чего я ударил этих продажных и трусливых тварей по самому дорогому. По их кошельку. Зато верные Отчизне люди получили вознаграждение за свою службу. Кстати, все наши простые солдаты и офицеры, воевавшие против большевиков в этой гражданской войне, также получили от меня награды, земельные участки (там уже от звания и заслуг зависело) или денежные премии.

И еще все мои боевые соратники получили статус ветеранов гражданской войны. Которым мы выдавали различные льготы от государства. В общем, вся моя армия теперь обожает нового царя и готова любому глотку перегрызть за него. Это вам не унылый бывший император Николашка Второй, которого все вояки откровенно презирали или ненавидели. Поэтому когда русские генералы совершили против него переворот, заставив подписать отречение от престола, то за Николая Второго никто и не думал заступаться. А все только радовались, что этот придурок наконец-то свалил с трона. В моем же случае власть крепка и уважаема. Мой авторитет сейчас в войсках и в народе очень высок. Тут я пока спокоен.

Еще хотелось бы отдельно сказать о предателях из бывших царских офицеров, служивших большевикам. Их всех, конечно же, судили. Самых отпетых негодяев приговаривали к смертной казни. Но если прегрешения были не сильно тяжелыми, а на их руках не было крови невинных людей. То таких военспецов товарища Троцкого ждало лишение всех титулов и воинских званий. Воинской пенсии они также при этом лишались. И отправлялись в ссылку на Дальний Восток или в Сибирь под надзор полиции, которая также была нами воссоздана по всей стране. Я решил дать этим предателям еще один шанс на честную жизнь. А не истреблять их всех поголовно. Кстати, для некоторых особо ценных специалистов я делал исключения.

Например, тот же генерал Федоров, который был тем самым знаменитым оружейником, изобрётшим тот самый автомат «Федорова». Которым мы когда-то вооружили наш Корниловский полк еще в самом начале своей борьбы с красными на Юге России. Вот такого ценного кадра я лично пообещал восстановить в звании и дать ему приличную пенсию. Если он станет добросовестно работать на благо империи. И знаете что? А Федоров с радостью ухватился за эту возможность. Ведь по сути своей никакой он был не предатель Родины. А скорее наоборот хотел ей служить. Потому и согласился работать сначала с большевиками, вооружая их красную армию своим оружием.

Он просто наивно полагал, что советская власть в России всерьез и надолго. А значит, правительство Ленина и есть государство, которому надо служить. И он служил. Есть такие люди. Я их называю государственниками. Их совсем не интересует идеология. И кто там сейчас сидит на троне России? Им за державу обидно и они служат стране, а не ее лидерам. Поэтому неудивительно, что гениальный оружейник решил служить большевистскому правительству, которое в тот момент и контролировало столицу. А значит, по факту являлось государством. Ну, а мы были какими-то непонятными бунтовщиками. Которые где-то там на окраинах страны подняли восстание против властей.

Но после для генерала Федорова уже стало слишком поздно менять сторону. Да, и следили за ним чекисты очень плотно. Чтобы такой ценный кадр вдруг не перебежал к нам. Ведь такие случаи в ходе гражданской войны встречались часто. Когда военспецы переходили на нашу сторону. В общем, Федорова я тогда запряг заниматься его автоматом «Федорова». Все же неплохое у него оружие получилось. Мои корниловцы его хвалили. По нынешним временам это просто супероружие. Поэтому я решил, что автоматы «Федорова» будут обязательно стоять на вооружении моей армии. А кто как не их изобретатель лучше всего разберется с увеличением производства подобного оружия? Заодно он там и разные косяки устранить должен. Которые были выявлены в ходе боевых действий моими солдатами.

И еще я озадачил Федорова разработкой специального промежуточного патрона для его автомата. Удивительно, но такой патрон уже начали разрабатывать еще в 1913 году. И делал это тот же Федоров, который считал, что патроны от винтовок «Мосина» и «Арисака» не совсем подходят для его автоматов. Но тогда ему помешала начавшаяся Мировая Война. И про промежуточный патрон благополучно забыли. А теперь вот Федоров в беседе со мною снова поднял его необходимость. И я милостиво разрешил ему заняться этой темой. Я ведь, в отличие о дубоголовых царских генералов, прекрасно знаю, что за промежуточными патронами будущее.

И что именно такие вот автоматы или штурмовые автоматические винтовки, как их еще станут называть на Западе, станут основным оружием пехоты. И что, действительно, стандартные винтовочные патроны для подобного автоматического оружия плохо подходят. А Федоров моих ожиданий не подвел. И довольно скоро представил на мое рассмотрение сразу два типа новых промежуточных патронов. Первый имел арисаковский калибр 6,5 миллиметров, а второй был с мосинским 7,62 миллиметров. А вот гильзы у них были одинаковые, укороченные до 40 миллиметров.

Такие калибры Федоров объяснил тем, что так будет проще и дешевле изготавливать новые промежуточные патроны на нашем старом оборудовании. Ведь на нем как-раз и производят калибры 6,5 и 7,62. Поэтому перестройка технологического процесса для изготовления нового вида патрона при этом будет не такой затратной. Экономика должна быть экономной. Федоров хоть и имел генеральское звание. Однако, он был скорее оружейником и промышленником чем военным. Поэтому прекрасно соображал, как можно сделать производство оружия и боеприпасов дешевле.

Ведь раньше денег, выделяемых на вооружение русской армии, постоянно не хватало. Поэтому этот гениальный оружейник научился хорошо экономить на производстве своей продукции. Вот и сейчас он предлагал вполне дельную схему. Не создавать все производство промежуточного патрона с ноля. А просто использовать для этого слегка измененное оборудование по изготовлению стандартных боеприпасов для винтовок «Мосина» и «Арисака». Которые к этому моменту как-раз и выпускали все патронные заводы России. Позднее после всесторонних испытаний на вооружении российской армии был принят новый патрон промежуточного типа калибром 7,62 миллиметров с гильзой в 40 миллиметров. И отныне все автоматы «Федорова» начали выпускаться на наших оружейных заводах под этот новый патрон. Кстати, такой автомат «Федорова» получит кодовое обозначение АФ-20.

Кроме оружейных тем я в течении этого года занимался еще и законотворческой деятельностью. Пришлось при помощи своих министров и многочисленных юристов создавать новый свод законов моей империи. Так как старое законодательство Николая Второго никуда не годилось. Не подходило оно под новые реалии Российской империи. Прежде всего мы закрепили статус моих первых законов о земле и о труде. Вписав еще несколько дополнений к ним. Что сняло напряженность в российском обществе на долгие годы. Ведь крестьяне и рабочие получили то, о чем так долго мечтали и боролись. То есть землю и нормальные условия труда.

Поэтому у них просто отпала надобность в бунтах против царской власти. В кои-то веки царь в глазах народа, действительно, подтвердил свой статус доброго правителя. А за это простые селяне и рабочие меня просто боготворили сейчас. И никаким большевистским агитаторам тут ловить было нечего. От слова СОВСЕМ!!! Народ и так уже добился всего, о чем мечтал. И ни о какой дальнейшей борьбе даже не помышлял. Кроме того мы ведь вели еще при этом свою агитацию против советской власти большевиков. Объясняя людям, как коммунисты их недавно обманули.

Впрочем, многие крестьяне и рабочие хоть и были неграмотными. Однако, прекрасно поняли всю кровавую и лживую сущность режима большевиков. И им для этого всего лишь года хватило чтобы понять, как большевики их тогда обманули красивыми сказочками про революцию, равенство и права трудящихся. Глотнув по полной военного коммунизма, народ понял, кто такие большевики на самом деле. И теперь больше не хотел их возвращения. Не хотелось почему-то крестьянам опять попасть в колхозы на положении рабов, прикрепленных к земле которая им не принадлежит. А рабочим не хотелось снова загреметь в упыриную Красную армию по насильственной мобилизации.

В общем, русское общество после этой гражданской войны уже не хотело никаких потрясений и революций. Большая его часть. Конечно, были среди нас и идиоты, которые все еще мечтали о возвращении советской власти. Все эти недобитые большевики и их подпольщики. Однако, их довольно умело и профессионально выявляла наша служба контрразведки при поддержке полиции. Которая научилась к этому времени очень профессионально работать, вылавливая всех этих сумасшедших, грезящих мировой революцией. В связи с этим мы также значительно ужесточили наказания за различные преступления.

Теперь преступников за незначительные преступления ждала трудовая армия. Где осужденные работали на благо государства на различных тяжелых работах. При этом никакой блатной романтики и процветания там воровских понятий мы не допускали. Карая очень жестоко вплоть до расстрела за продвижение воровских идей среди заключенных. Никаких воров в законе или смотрящих тут теперь не было и в помине. Эти кадры первыми пошли в расстрельные списки. Мы уничтожали элиту преступного мира физически. Период либерального отношения к бандитам со стороны государства в России закончился. Все эти блатные воровские авторитеты постепенно изымались из гражданского общества и ликвидировались. Физически ликвидировались.

А общество, смотрело на это очень даже благосклонно и положительно. Ведь мы всем популярно при этом в прессе объясняли, что это за люди и почему с ними поступают именно так, а не иначе. В общем, преступному миру с моей стороны была объявлена негласная война. А всем авторитетам, которые еще оставались на воле был дан намек. Собирать вещички и валить за границу России. А в нашей стране им жизни не будет. Никакой! И многие из бандитов послушались моего совета. Начав переселение в Польшу, Румынию или Турцию. В Прибалтику и к финнам наши уркаганы не бежали.

Так как тамошние националисты очень подозрительно относились сейчас ко всем беглецам из России. И по любому подозрению просто их расстреливали на месте. Чтобы, не дай Бог, не пропустить через сито беглых большевиков. Но русских бандитов латыши, эстонцы, литовцы и финны также не любили. Поэтому большая часть криминальных элементов из России свалила в южные страны. Кстати, всех большевиков и их пособников, попадающихся в сети наших спецслужб мы также после суда казнили. С освещением всех казней в газетах. Мне такие подданные на хутор не упёрлись! Их же уже не перевоспитаешь к сожалению. Остаётся только уничтожать. Чтобы они своими сатанинскими идеями не заражали других граждан.

Я не собирался держать в тюрьмах или в трудовой армии эти подрывные элементы. Я не идиот типа Николашки под номером два. И прекрасно понимаю всю опасность таких людей и их идей для нашего общества. Они же не успокоятся и будут гадить исподтишка, разжигая недовольство в народе. Уж что-что, а обманывать народ эти упыри краснопузые могут очень хорошо. Поэтому только физическая ликвидация и точка! Другой альтернативы я не видел. Уж на что Гитлер и Сталин были тварями в человеческом обличии. Однако, у них я научился, как надо бороться с инакомыслием.

Просто уничтожайте носителей опасных для вас идей. И будет вам счастье. Но ведь я это делал не ради природного садизма. А лишь для спокойствия и благополучия страны. Это было жестоко, но необходимо. Так как на самом деле с большевизмом договориться не получится. Как на это наивно надеялась вся прежняя элита старой Российской империи Во главе с их глуповатым царём Николаем Вторым. И к чему это потом привело? Вот теперь мы и расхлёбываем то, что натворили прежние хозяева жизни. Грязно, кроваво и жестоко. А иначе никак.

Если я не хочу, чтобы большевистская зараза вновь размножилась. То ее надо выкорчевывать всеми доступными способами без всякой жалости и рефлексий. Надеюсь, что мне всех недобитых еще нами большевиков при этом убивать не надо будет. И эти революционные кадры благополучно свалять из России за границу. Как они это всегда любили делать при царе Николашке. Вот пускай там и живут где-нибудь в Европе. И разжигают уже там свою любимую мировую революцию. Но в любом случае я свой гамбит за белых уже отыграл. И все же смог изменить историю России. Надеюсь, что в лучшую сторону. По крайней мере я сделаю все, чтобы наш народ жил лучше чем при товарище Сталине и упыриной советской власти.

02.2026 г.