Белый демон Фай-Люциус

Пролог

Столица Острее

Фай-Люциус Целестис

Пролог

Небо было чистым и прозрачным. Через двадцать минут по нему прошла рябь — задрожал магический барьер. Ещё через пять он зарябил снова, пропуская магическое существо, и в этот момент сквозь него пролетела птица. А я подгадал момент и проскочил следом.

Ощущения были неприятные, как будто попал в какую-то вязкую слизь, но это того стоило! Меня выкинуло на другую сторону барьера, а птицу поджарило!

Закон обмена работает как надо: одно входит — другое выходит. Главное — подгадать момент, когда появляется лазейка: один из двоих не выйдет. Вот вам и великий барьер белых магов. Только не думайте, что всё так просто: проскочить так не может никто. Никто — кроме меня. А всё банально просто: у этой птички магический резерв в два раза больше, чем у моего. Вот и вся задачка!

Я прошёлся по небольшому скальному выступу на границе первого барьера и спрыгнул вниз. Лететь вниз около тридцати метров — я без особых усилий держал вектор падения и в конце подловил себя магией ветра.

Итак, первый круг испытаний пройден. Было просто, но расслабляться не стоит: впереди ещё целый день, и неизвестно, что будет дальше. Магистры говорили, что испытание для каждого мага индивидуально и всё в нём решает воля случая.

Я вошёл в Великий лес — самое опасное место для меня: здесь звери во много-много раз сильнее меня. Логичнее было просканировать местность и выбрать наименее опасный маршрут, по пути разнося всю живность. Но я шёл медленно, изучая следы: моя задача — найти кого-то посильнее, а там, где сила, живности меньше. Всё-таки я белый маг и выпускник великой академии, а это да, что-то значит! Правда, академия единственная на белом континенте Острее. Были ещё мелкие школы, но это ни о чём.

По внутренним ощущениям минут через сорок блуждания я на коре большого древнего дуба обнаружил клочки голубого меха с характерным запахом. У этого зверя явно линька. А если вспомнить лекции по монстрологии… Сейчас конец весны — линька у медведей, и вместе с ней у них период гона! Осмотрел деревья: следов когтей нет. Возможно, я попал на след медведицы.

Итак, могу предположить: медведица полна сил, и только у неё наступил период гона. Она будет проверять всех самцов на силу и прогонять, пока не встретит подходящего. А значит, она разогнала всю мелочь на своём пути — и более опасную живность тоже!

Спрятав свой аромат, я направился чуть в стороне от её тропы. Тропа вела к середине леса; половина пути позади. Мне нужно было добраться до второго барьера — того, в который попала птичка.

С медведицей я не столкнулся — уже неплохо. По пути я видел следы её борьбы с росомахой. Росомаха — маленькая, но упрямая тварь. Видать, она считала эту тропу своей. Теперь не считает. Самого зверька я увидел на дереве — точнее, то, что от него осталось. Медведица неплохо его размолотила и последним ударом вмазала в крону дуба. Зрелище для сильных духом, ну или хотя бы желудком. Другие росомахи, что тут были, ушли…

Когда наши пути с медведицей разошлись, я заглушил шум заклинанием и побежал. В запасе оставалось минут пятнадцать до того, как через барьер перейдут другие студенты. Нужно успеть подготовиться. А если за мной погонятся — придётся драться и терять драгоценное время. Силы на драку я потратить не могу.

Увидев впереди всполох барьера, понял: минут двенадцать. Ну что ж, приступим. Я огляделся и прислушался — после моего забега в лесу стало шумнее! Но поблизости никого не было… Точнее, я так думал!

У барьера, где я вышел, плотность была максимальной. Пришлось пройтись аккуратно, сканируя его, и я нашёл место, где сквозь барьер свисало дерево. Древний дуб, метров сорок, а может, и больше — макушка уходила за барьер. Сам он был почти повален. Взлетев на него, я подобрался к краю.

— Так, Фай, это проще простого, — шептал я себе, как тогда, когда мы с другом тысячу раз сбегали из дома.

Подойдя вплотную, я ощутил волны магического барьера. За ним всё тонуло в плотном белом тумане — видно только то, что рядом. За туманом меня ждало главное испытание. Причём пробиться сквозь второй барьер — ещё не значит победить: самое опасное только начиналось.

Я выпустил магию и мысленно активировал печать, которую оставил у барьера на скале. Через печать я уловил момент, когда один из учеников почти закончил заклинание, создающее небольшой проход. Я замер, синхронизируясь с ним. В последние мгновения почувствовал лёгкую вибрацию и тяжёлую поступь — но не мог отвлечься.

Когда раздался рев медведицы, я сделал несколько шагов в белый туман. Барьер расступился и образовал полуарку — в сплошной мгле остался один узкий туннель. Я вернулся в реальность и почувствовал зверя за спиной. Хотел пробираться по стволу дерева, но в тумане не видел ни ствола, ни дороги. На следующем шаге споткнулся о сук и полетел вниз. Последнее, что я увидел, — голубую морду с оскаленной пастью, втиснутую в арку барьера. Барьер захлопнулся, разрубив её напополам. Поток крови ударил сквозь туман прямо в меня — но я уже падал, и брызги прошли мимо, мелькнув перед глазами на одно мгновение. Дальше осталась только белая мгла. Разве это не удача?!

Глава 1. Между жизнью и признанием: цена выбора

Глава 1.

Между жизнью и признанием: цена выбора

Шум был невыносимым. Кто-то ругался, а кто-то пытался перекричать его, чтобы что-то сказать или объяснить. Голова болела сильно, а щёки будто втянуло вовнутрь. Магическое истощение — то, чего никогда не бывает у белых магов. Но мне это знакомо с детства!

Мы рождаемся уже с огромным магическим талантом и с каждым годом становимся сильнее. Я же родился с крошечным резервом — из всего рода самый слабый. У остальных талант с каждым годом только растёт, а мой так и остался на месте.

Шум немного отступил, когда я перестал с ним бороться, и я смог разобрать: ругаются родители. Мама, как всегда, меня защищала. Но что случилось в этот раз? Я попытался вспомнить последние события, но шум снова нарастал. Ну лучше спросить, чем пытаться вспомнить сейчас, в таком состоянии!

— Мама? — Мой голос был сиплым и безжизненным. Спор прекратился, и я почувствовал шаги.

— Очнулся?! — строгим голосом спросил отец. Я с трудом открыл глаза, отметил, что надо мной — потолок моей комнаты в родительском доме. Значит, я дома. Увидел отца и мать, вклинившуюся между мной и отцом. Я попытался подняться, но не смог…

— Так, Люциус, оставь сына в покое! — Мама не собиралась отступать и гневно смотрела на отца. Да что же такое произошло? Мама прям отчаянно защищала меня.

Отец ещё раз осмотрел меня — похоже, решив, что я сейчас умирать не буду. Уступил матери. Удивительно!

— Разбирайтесь сами уже, в принципе, хуже не будет! — Взглянув на мать, отец вышел из моей комнаты.

— Мама, что случилось? Почему отец злится и что значат его слова?

Мама присела у края кровати.

— Сынок, а ты сам не помнишь? — Мама посмотрела на меня удивлённо. Будто это я должен ей что-то рассказать!

— Не помню, что? И почему я так сильно истощён? — А действительно!

— Что ты помнишь последнее? — У мамы сразу включился инстинкт целителя — она начала задавать наводящие вопросы.

— Я пытался вспомнить, но ужасный шум в голове не даёт.

— Шум? — переспросила мама. — А сейчас ты его слышишь? — Изучающе посмотрела на меня.

— Сейчас нет. Мама, может, ты всё-таки расскажешь, что случилось?

— Ты сейчас, вероятно, не можешь вспомнить, потому что сам блокируешь ужасные воспоминания. — Мама помрачнела, будто что-то вспомнила.

— Я расскажу, — медленно ответила она с сомнением. — Но если опять услышишь шум, прекратим на сегодня и продолжим тогда, когда восстановишься.

Мама кивнула куда-то в сторону, и я машинально перевёл туда взгляд. В воздухе парили магические кристаллы, которые помогали мне восстанавливаться с помощью магии. А это уже серьёзно: значит, сам, без помощи, я восстановиться не смогу.

— Пожалуй, я начну с того, что отец запретил тебе проходить экзамен «Богов» в академии в связи с очень большой опасностью для тебя! — Мама сделала акцент на последнем слове. Замолчала, глядя на меня. Я кивнул: всё хорошо. М-да… Попал я.

— Всё хорошо, мама, продолжай. — Успокоил я её.

— Ну, если кратко: вы с отцом, как всегда, поссорились, и ты тайно отправился на этот экзамен. — Мама посмотрела на меня как на дурочка. Ну и на что ты надеялся, отправляясь туда?! С моими-то способностями! Будто мысленно задала вопрос, но озвучивать не стала.

— На удивление, ты хитро прошёл два барьера, но белый туман истины он… — Мама замолчала, опустив взгляд. А потом подняла на меня свой взгляд в упор, чёрные глаза.

— Он не прощает глупцов! Он тебя практически поглотил, когда тебя нашли. Ты был весь в крови, и мы так и не поняли, чьей она была. И сухой, как мумия. Как ты жив остался — непонятно, чудо какое-то. Но то, что от тебя осталось, — это просто тело! Ты полностью лишился магии. Но поздравляю: ты сдал экзамен! — Мама со злостью достала мою руку из-под одеяла и потрясла тонкой кистью, обтянутой кожей. На ней виднелась небольшая печать!

Печать. Она же метка — застывшая форма заклинания, наложенного на объект: хоть на живое, хоть на неживое. Только обычно маг кладёт её сам. А моя — чужая.

Осознание свалилось мгновенно! И эти ощущения — будто тело не моё, и магия, что подпитывает меня через кристаллы, делает своё дело и растворяется в теле. Я чувствовал это отчётливо, как и то, что моего небольшого резерва больше нет.

— Теперь я обычный? Человек? — Я сам не понимал сказанного. Но у мамы сдали нервы — она заплакала. А потом встала и ушла, не сказав больше ни слова. Я остался один.

Долго в сознании я не пролежал — уснул. Но прежде чем уснуть, пытался понять, что же я чувствую?! Будто эмоции отрезало. Воспоминаний об экзамене не появилось. И вообще — сколько времени прошло? Но какое это уже имеет значение? Слова отца обрели для меня смысл.

Прошло чуть более полугода, которые я практически провёл в одиночестве. Физически я восстановился и даже начал тренироваться, понемногу наращивать мышцы. Ко мне никого не пускали, хотя я слышал, как приходили близнецы, пытались вскрыть дверь. Мама их прогнала. Сказала, что они сейчас для меня опаснее, чем когда-либо…

Отец спустя пару месяцев зашёл. Видать, мама его заставила. Посидел со мной минут пятнадцать, задал вопросы ни о чём, а потом сослался на важные дела, добавил, что его уже ждёт дед, и ушёл.

Вроде бы родной отец, а мы всегда как чужие. Да и думаю: он пришёл услышать от меня просьбы о прощении и помощи. Логикой я понимаю, что есть за что просить прощение и раскаиваться. Но внутренние ощущения говорят, что нет тут моей вины! А упрямство и гордость — это у меня в отца!

Странное дело: отсутствие магического резерва я пережил легко. Порой старые привычки вроде бытовой магии оказались недоступны — я даже дверь в свою комнату не мог открыть.

Когда восстановились меридианы, мама разрешила пользоваться накопителями магической энергии, и тогда я смог спокойно передвигаться по дому. На самом деле в родительском доме я не жил последние лет пять: мы с братом и сестрой жили в другом районе.

От скуки я прогуливался по коридорам, когда услышал голоса деда и отца. Дверь была закрыта. Я даже на секунду подумал зайти поздороваться, но передумал: если дед тут, значит, дела важные. Отправился в сторону библиотеки, где проводил всё последнее время.

В коридоре пахло воском и старыми книгами — тот самый запах, который я помню с детства. Только теперь он казался чужим, будто я шёл по дому, где всё осталось, а я стал чужим. И я снова не заметил, как пролетело утро. Ещё один кусок времени, который не вернуть.

Может, белый туман всё-таки расплавил мне мозги? Я так и не вспомнил ничего, что произошло на экзамене. А ещё то, что знал, — забыл. Забыл магические схемы, сплетение магических заклинаний. За последние месяцы я сидел в библиотеке и изучал срез своих знаний. Самое интересное — я этого и не заметил, пока не начал пользоваться магическим кристаллом, который поставили в мою комнату. А в первый раз я выяснил, что забыл, простым путём — чуть не сжёг свою комнату.

Такое случилось со мной впервые. Обычно взрывали и пробили близнецы — у них в комнатах стояли защитные магические поглотители. У меня таких не было. Да и зачем: силёнок, чтобы всерьёз их нагрузить, у меня никогда не было.

А было это так. Я проснулся ближе к вечеру, уже стемнело. Спросонья по привычке мысленно пустил магический импульс по комнате, чтобы зажечь свет. И с отчаянием понял, что ничего нет внутри…

Нащупав рукой камень на столешнице, я перенаправил магию из камня в свет. И когда магия пошла через меня, не сразу понял, что не помню, куда направлять её в схеме. Надавил на поток, погнал по схеме наугад — и отпустил контроль. Я хотел света. Я его получил: вспыхнули все стены, загорелись обои!

Слуги сбежались на шум и потушили пожар. В тот вечер заглянула мама, отобрала у меня великий кристалл и оставила мешочек маленьких — магии в них ровно на то, чтобы один раз открыть дверь или зажечь свет. Но я побоялся сказать маме, что забыл что-то ещё…

Разницу между своей магией и чужой я теперь знал наизусть — выучил её на своей шкуре. Своя магия: ты её чувствуешь, можешь тормозить, растягивать, менять форму. А кристалльная — это чужой поток, который я пропускаю через себя прямо в схему, не пополняя резерв. Схема. Вот в чём вся беда: раньше я её видел, а теперь только помню. У мага с резервом схема видна сама — и энергия ложится куда нужно. А у меня — только память. И если память подведёт — вспыхнут стены.

Зато теперь я знал в своём крыле все схемы на память и даже научился экономить кристаллы. Та же схема, что открывает дверь, держит в себе остатки магии от предыдущего открывшего: если послать не полный импульс, а половину, дверь всё равно откроется — впитает остатки. И ещё я заметил: в такие моменты вещи вокруг меня, работающие от магии, переставали издавать магические искажения.

Добравшись до библиотеки, я поздоровался со старым библиотекарем и ушёл в свою часть, где проводил основное время. Вначале после меня всё убирали по местам, но моих записей и книг стало так много, что помощникам библиотекаря приходилось больше часа таскать мне всё необходимое. Теперь этот угол библиотеки выделялся захламлённостью — в отличие от основной части, где царил идеальный порядок.

Кстати, ощущение времени сильно изменилось: время будто пошло быстрее. Как и физическая выносливость — но это уже последствие отсутствия резерва. А ещё я начал часто есть, и мне постоянно хочется чего-то нового. Наш повар уже приготовил все возможные рецепты из обычных блюд и прям счастлив: редко когда удаётся готовить то, что не требует особого напряжения — смертельно ядовитых ингредиентов или защиты от них! Мы редко едим обычную пищу, и в основном она насыщена полезными магическими свойствами, но вкус у неё порой отвратительный или отсутствует полностью. Готовка у нас — это больше алхимия. Обычные продукты почти никто не использует — и теперь понятно, по какой причине. Повар улыбался, будто я сделал ему самый дорогой подарок. Для него «нормальная еда» — праздник. А для меня — признак того, что я стал тем, кто здесь не выживает.

Каждый день я проводил срез своей памяти: описывал на бумаге все воспоминания и опыт определённого периода жизни. А через месяц повторял это снова. И сегодняшний срез показал: я продолжаю терять память. Перечитав свои записи за прошлый месяц, я серьёзно напрягся. Потеря памяти — довольно проблематично… Тем более с такой скоростью.

Но даже в моём положении: как тогда жить? И что ждёт меня в будущем? Кто же я теперь?..

Я посмотрел на запястье с меткой после испытания богов. Надо поговорить с мамой — думаю, времени прошло достаточно. Попросил слуг позвать маму, а сам остался проводить срезы — более свежие. По итогу вспомнил около сорока процентов, а местами и больше. Но и некоторые моменты были непонятны: не мог их сопоставить, мысли будто пропадали…

Мама пришла ближе к вечера. Я успел поужинать и продолжил изучать магию в библиотеке. А если конкретно — учил невербальную магию. Для сотворения даже базового заклинания маг произносит слова заклинания; в кругах магии высших рангов слова превращаются в предложения. Это если обучаться с азов, то есть будучи человеком. Кстати, людей на нашем континенте нет и никогда не было — мы не в досягаемости от обычного мира людей. А произошло это по воле наших создателей, богов.

Изучать невербальную магию сложно даже для белых магов с их огромными запасами энергии. И вот тут у меня появилась идея. Недавно я, как обычно, зажигал настенного светляка из кристаллика: направлял магию в схему, и, как ожидаемо, он загорался. И тут я подумал: а что, если просто представить схему и заполнить её магией?!

Ну и попробовал сразу: представил, как магия вырисовывает схему. Держать магию было несложно, схема знакомая, и — на удивление — я не разнес комнату, а действительно получил на секунду вспышку света. Магия в схеме обрела форму, но тут же развеялась: не было основы, которая её удержала бы.

Начал я практику с обычного светляка. Нарисовал на листе схему и, следуя рисунку, влил в неё магию из кристаллика, пытаясь держать схему в голове. Поначалу были то вспышки, то ничего — магия рассеивалась. Но я упорно вырисовывал её мысленно раз за разом и потратил столько магии, сколько никогда в жизни не тратил. Нагрузки на тело я не чувствовал, а вот голова от таких потуг разболелась. И когда у меня получилось продержать светляка три секунды, я услышал у двери вздох, и светлячок потух.

— Ну ничего себе, сын. Ты мысленно создал схему из энергии! — Это было утверждение, а не вопрос. Мама — сильный белый маг, и таким не удивить. Да и не создал я ничего нового: такой способ использовать магию просто никогда не применяли — в нём нет банальной необходимости.

— Да, именно так, мам. Привет! Я тебя ещё утром позвал.

— Да, мне передали. Была занята: ты же знаешь, дед приехал, загрузил всю семью по полной — и мне досталось, и близнецам. Сын, ты это хотел мне показать?

Мама села напротив меня за стол, заставленный учебниками.

Я протянул ей свитки: написанный чуть больше месяца назад и написанный чуть меньше недели назад. Она с интересом развернула первый, быстро прочитала, улыбнулась и посмотрела на меня.

— Сын, ты хочешь написать обо мне книгу?! — В свитке были наши общие воспоминания.

Мама с любопытством развернула второй свиток. Улыбка медленно сошла с её лица, появилась складка между бровей. Она магией подхватила оба свитка, развернула и начала сверять. Потом посмотрела на гору свитков справа — молча сделала свой вывод и спросила:

— Там всё так же? — И убрала свитки в сторону. Магией раздвинула пространство на столе между нами, облокотилась на стол руками.

— Да. Есть и хуже варианты… Что-то я уже не помню — и даже перечитывая, не понимаю смысла. То же самое с магией: я напрочь всё забыл. — Думаю, можно и так сказать.

Мама подняла все свитки и быстро их изучила.

— Так быстро… Думаю, лет пять — и ты ничего не вспомнишь… А воспоминания, что после экзамена богов, на месте?

— Всё помню — пока, с того момента, как пришёл в себя. Мама, можешь не рассказывать отцу?

— Что? Почему? Мы все вместе пытаемся тебе помочь! Дед тоже, между прочим!

— Что? Вы пытаетесь мне помочь? Я не знал об этом. — Я был удивлён. И отец в этом участвует…

— Ну конечно. Мы приняли решение: пока не появится шанса со стопроцентной вероятностью тебе помочь, мы не будем подвергать твою жизнь опасности. Между прочим, это твой отец предложил. Он всё-таки тебя любит, но по-своему.

— Есть ли какие-то идеи? Как видишь, я скоро превращусь в овощ… — Это должно было звучать как шутка, но мама не оценила — за что отвесила мне подзатыльник.

— Вообще-то есть. Но отец пока против двигаться в этом направлении, хотя, вероятно, придётся: выходит так, что мы очень сильно ограничены во времени. Я тоже, если честно, против.

— Какое это направление? И что в нём такого, что отец и ты, мама, не хотите его пока изучать?

Мама встала из-за стола, быстро отправила магические импульсы и взмахом руки убрала весь бардак со стола, оставив только пару рукописей.

— Сейчас всё соберёмся и обсудим. А ещё подумай, есть ли странные моменты. Обсудим их уже вместе.

Отца и деда ждать долго не пришлось: в библиотеку спустились оба. Мама всё им рассказала, мне позадавали вопросы. Дед — он же отец мамы — тоже был целителем и аккуратно попытался проверить мою голову на предмет блоков или чего похуже. Блоков не нашёл. Я здоров — и это, как ни странно, плохая новость: значит, ломаться нечему, а я всё равно ломаюсь.

— Ещё были странности, внук? — Спросил меня дед. При этом у него в воздухе летал пергамент, и он магией делал записи.

— Ну, если это, конечно, странность: я стал чаще есть обычную пищу и спать. А ещё время так быстро идёт — я вот только проснулся, а уже опять спать хочется. Если поздно ложишься и рано встаёшь, не высыпаешься.

В этот момент все посмотрели на меня как на зверька не обычного. Не как на сына и внука.

— Агнеса, думаю, у внука осталось не больше двух лет. Или при специальных условиях два с половиной — и далеко не лёгких.

— Почему? Ну, стал больше кушать: у него больше нет магического источника, а телу надо откуда-то брать энергию. — Мама сердито посмотрела на деда.

— Милая, дело не в этом, а в нашем доме. Точнее — в том месте, где мы живём. Наш сын, по сути, стал… — Отец ненадолго замолчал, будто не веря, что говорит.

— Кем стал наш мальчик? Люциус, отвечай!

— Человек! — Отец выдавил из себя это слово.

Я чуть не рассмеялся. Ну да, я теперь человек. Наверное, надо было повесить на грудь табличку, чтобы все сразу видели диковинку.

— Я человек теперь? Ну и что с того? Зачем так драматизировать? — Спросил я, не понимая, что за мрачность всех накрыла.

— Внук, всё дело в том, что люди не живут у нас только потому, что здесь они быстро умирают, не успевая постареть. Наш континент был защищён богами от человечества.

— Что? Но зачем?.. Подожди, так, значит, тут были люди?

— Были, конечно. На кораблях приходили, вот только дальше границы не сдвинулись. Раньше мы их встречали и отправляли обратно.

— А что сейчас? — Мне почему-то стало это интереснее, чем информация о том, что я умру через пару лет мучительной смертью.

— Ну, последний раз я слышал о людях оттуда лет триста назад. Больше их не было. Может, наконец-то поняли, что тут делать нечего.

Я хотел расспросить об этом поподробнее — и едва справился с нахлынувшими эмоциями. Мне какое-то дело есть до людей там?.. Задал я сам себе этот вопрос. Ну и логично, что ответа на него я не получил.

— Какое направление было под запретом из-за своей опасности для меня? Почему ты, отец, не захотел его изучать? — Совладав с собой, я задал вопрос о том, о чём говорила мама.

— Потому что это связано с меткой бога на твоей руке. Идея состояла в том, чтобы через неё попытаться воздействовать на тебя — ну или что-то с ней сделать. Как видишь, не особо понятно, что нам с ней делать. Все знания об этом — в доме бога, но ты сам прекрасно знаешь: он запечатан с того момента, как пропали они. А с тех времён ты первый, кто попал на ту сторону. Я пытался найти тех, кто жил ещё в те времена, но не нашёл даже единственного белого мага с меткой бога. Их просто нет.

— Ладно, с чего начнём? Я готов!

— То есть с чего? — переспросил отец.

— Ну, я имею в виду: что будем в первую очередь делать с меткой? Раз у нас нет возможности узнать из прошлого — будем узнавать сейчас.

— А я против! — сказала мама. И мне достался её недовольный взгляд.

— Мама, всё будет хорошо. В первую очередь будет использоваться безобидная магия — нужно понять грани. Мама, это база. — Я мягко ей улыбнулся и протянул руку с меткой деду.

— Хорошо, сейчас будет лёгкое заклинание познания. Постараюсь понять природу этой метки.

Дед прошептал заклинание, создал первый магический круг у меня над рукой. Ничего. Второй круг — тоже ничего. И так он начал накладывать круг за кругом — так дело дошло до двадцать пятого круга заклинания познания. Мама сначала нервничала, потом собралась — в любой момент готовая кинуться мне на помощь…

Дед накладывал круг за кругом. Я видел, как линии светятся и становятся плотнее, и пытался не шевелиться. Но гул нарастал — и шёл не снаружи, а изнутри, будто что-то в моей голове начинало вибрировать. Я посмотрел на маму. Она сидела, сжав кулаки, готовая сорваться ко мне в любую секунду. И я вдруг понял: если что-то пойдёт не так, она не успеет. Эта мысль была страшнее любого заклинания.

Я и сам не понял, в какой момент заснул. Я чувствовал нарастающий негромкий гул; сфокусировавшись на нём, я провалился — ну или куда-то уснул. Слышал, как мама причитала, что надо остановиться, но это было будто за слоем воды. Тела я не чувствовал, как и не понимал ничего вокруг.

— Возможно, ты бы понял, будь таким же сильным магом, как весь твой вид. Но, будь ты одним из них, ты бы здесь не оказался. — Раздались слова будто в голове, которой у меня нет.

— Кто вы? — спросил я мысленно. Неужели у нас всё-таки получилось? Только вот что получилось?

— Нет, у вас ничего не вышло бы… Боги лишили вас понимания их сути.

— Вы не ответили на вопрос.

— Я тот, ради которого ты пожертвовал всем. То есть, в принципе, ничем. Твой скромный источник магии мал, чтобы я мог что-то сделать… Для себя.

— Что?! Я тебе отдал свой источник?! — Как я мог это сделать по своей воле? Вся моя вежливость испарилась.

— Да просто я предложил тебе выбор, ты его сделал. Обратно не отдам.

— И всё-таки… кто меня вытащил из тумана? — спросил я и сам удивился: полгода в постели, истощение, мир перевернулся — а этот вопрос я задаю впервые. И какому-то голосу, а не маме.

— Вот именно, — голос на миг стал другим. Задумчивым. — Полгода, а ты ни у родных, ни у кого не спросил. Неужели не интересно? Или уже нечем интересоваться. У вас это, кажется, называется подавленностью.

— Ты сказал, что можешь что-то сделать, но не для себя?

— Ну да, правда! А я так и сказал?

— Что?! Да, так и сказал! — Он что, издевается надо мной?

— Ну ладно, ладно. Я так давно ни с кем не разговаривал, просто…

— Чем ты мне можешь помочь? — Не знаю, можно ли мысленно кричать, но я пытался!

— Ну, первое — увеличить твою жизнь до максимально возможной. Два года тут мне не хватит.

— Не хватит для чего?

— Слушай, я устал. Давай потом. Иди в мир людей и найди там кого-то по имени Шрам. Или это кличка — я уж этих людей не разберу.

— Но кто он и зачем он? — Я только получил шанс что-то выяснить, а этот жадный тип меня выгоняет?

— Всё, всё, иди, иди. Я сказал, где и кого искать. При встрече передай ему привет от меня и покажи метку. Кстати, ничего я не жадный! — Прозвучало так, будто обиделся.

Что же делать?...

Глава 2 Побег - ценою в жизнь

Глава 2

Побег

Глаза я открыл, когда дед уже развеял магию. А мама что-то говорила, но я не слышал ничего вокруг. Я теперь что, еще и оглох?! В этот момент дед использовал заклинание восстановления на мне, и сразу ушла физическая усталость, и слух начал медленно возвращаться, как будто я выплывал из глубины. Когда слух вернулся, я даже с шумом вдохнул, осознал, что даже в этот момент не дышал.

— Сынок, как ты себя чувствуешь? — Получив от мамы волну ободрения.

— Всё хорошо, просто устал. — Стоит ли рассказать родителям, что я сейчас слышал, или это были игры разума?! Перенапряг свой поджаренный мозг…

Но явно ощущал кого-то рядом собой или в себе? Я что, еще и тело свое ему отдал??? Надо вспомнить всё, что было в тумане!

— Мама, скажи, есть ли возможность погрузиться в медитацию? Вспомнить хочу, что было в тумане!

— Это опасно! — Мама была против.

— Мама, мне это очень надо! Я хочу знать, что со мной произошло. Ты сама сказала, что мне немного осталось… — Это было ужасное манипулирование мамиными чувствами.

— Внук, это может быть даже не опасно, но есть возможность погрузиться в транс, но нужна внутренняя энергия, которой в тебе нет. Можно попробовать с кристаллами, но по итогу, может, ничего и не выйдет. — Дед был сух в высказывании и явно был уверен, что это бесполезно, но лишь бы я чем-то неопасным занялся.

Как бы ни складывались наши отношения, я знал характеры всех членов семьи. И хоть я был особенным, пренебрежения не испытывал, но отец меня серьезно не воспринимал, я будто для него вечный ребенок, как и дед, поддерживал нейтральное общение, или это всего лишь попытка защитить меня?

— Скажите мне, пожалуйста, мама, папа, вы когда-нибудь задумывались о том, что мне здесь не место? — спросил я.

Посмотрев на отца, я был поражен догадкой, в его взгляде читался ответ. Перевел взгляд на маму, а она молча зло смотрела на отца, даже магия в глазах клубиться начала. Белый маг-лекарь в гневе — сущее чудовище… Я даже преисполнился ужаса, и от страха в горле пересохло. Но я прав! Родители явно это обсуждали не раз.

— Можете не отвечать. Я всё понял, мне больше нечего делать на белом континенте, я отправляюсь в мир людей.

— Что? Людей… — вскрикнул отец!

— Да, вы сами видите, что тут мне плохо, а там я смогу прожить спокойную жизнь, не думаю, что у меня возникнут проблемы.

— Сын, ты понимаешь, что белые маги там никогда не были, и никто тебя там не защитит? — Мне показалось, но мама вроде впервые не пытается сказать, что это опасно? Хотя это и так логично, что это сверх опасно, и об этом даже говорить не нужно.

Я ничего не ответил, а просто встал из-за стола. Кивнув всем разом, я отправился на выход, это был мой ответ, который был громче любых слов, я уже принял решение… Нет же разницы, где умирать? Можно и в мире с людьми, а можно дома с близкими, но как бы то ни было, я хочу сохранить о доме только хорошее воспоминания.

— Это наш сын! — У входной двери я услышал мамин крик.

А я струсил и не стал дальше слушать мамин отчаянный крик на отца. Удивительно идеальная жизнь могущественных созданий, созданных богами, сейчас стала ужасающей.

Я отправился собирать вещи, но я недооценил влияние матери на отца. Когда я впервые вышел из дома, я вдруг понял, что мне придется идти пешком… В это мгновение в моей голове появился ворох вопросов: что будет со мной, если я войду в круг перемещения, чтоб добраться до выхода из столицы? Все безобидные вещи ранее могут меня теперь убить? Заболела голова, и я словил эмоциональный перегруз, от которого стало плохо, но и в то же время он дал телу сил, прогнал усталость. Неужели я буду первым, кто покинет это место навсегда?

— «Нет, конечно! Сзади!» — в голове прозвучал голос.

Я полгода тренировался в зале, сражаясь на мечах, а также качал мышцы и развивал физическую силу бойца. Хоть и мало прошло времени тренировок, но эти занятия меня сейчас спасли от магических пут, они должны были меня обездвижить. Своего противника я сразу узнал, но он меня недооценил! В момент прыжка я выхватил мано-камень и в мгновение представил схему светляка, но схему размером с входную дверь. Светляк у меня не вышел, но произошла вспышка, от которой я смог прикрыться, а Фелиста Франсуа, верный слуга моего отца, не был готов, что я смогу оказать магическое сопротивление. Хоть он и был грозным противником, он не ожидал, что я одолею его простыми заклинаниями. Воспользовавшись замешательством, я произвел серию точных ударов и вырубил ослепленного противника.

Я снял маску с первого помощника отца, Фелиста Франсуа, а под ней оказалась женщина! Я всегда считал, что помощник отца — мужчина. С бессознательного тела сошел морок, и я четко смог разглядеть ее.

Фелиста Франсуа — выходит, она всегда скрывала свою ауру и происхождение, возможно, даже мой отец не знает всё в точности о своей помощнице. Увидев маленькие острые уши, как у эльфов, и ощутив магию, по своей структуре очень походила на стихийную… Но вот какую?.. Немного поразглядывал я ее лицо, что в принципе было неприлично, она все-таки молодая девушка, хоть и эльфы — долгожители и даже в глубокой старости выглядят очень молодо. Значит, эльфы тут могут жить…

— «Угу», — как будто за спиной кто-то подтвердил мои мысли, подумал я. Опять это обидчивое существо разговаривает, а он же меня спас сейчас…

— Спасибо! — неудивительно, что в ответ мне была тишина. Я схожу с ума, наверное…

Справившись с удивлением, я продолжил свой уже побег из дома: родители всё-таки решили меня тут оставить. План побега рождался прям по пути: с помощью маски я смогу принять любой облик. Фелиста сам, хм… то есть сама рассказала мне о способностях её маски: по желанию она могла быть просто маской или принять любой облик лица, но только когда обладатель маски в сознании. Она требует немного магии, так как является мощным артефактом для шпионажа. Но белые маги, к которым я принадлежу, тысячелетиями жили в безопасности и не нуждались в шпионаже. Интересно, как такая вещь оказалась у помощницы отца, которая всегда казалась такой правильной? Или, может, из-за этого и она была его помощницей, в любом случае я уже об этом не узнаю… Но раньше я об этом не задумывался. Вероятно, вероятно, эта вещь создана эльфами.

Над городом возвышаются величественные башни, словно древние стражи на границе света и тени. Выше этих башен я ничего в своей жизни не видел, они как горные вершины, пронзающие облака.

Стены башен украшены замысловатыми магическими символами и узорами, похожими на древние руны. Они обычно мерцают и переливаются в солнечных лучах, словно живые существа. Башни — сердце огромной магической печати, защищающей город, как надежный щит от внешних угроз.

Я аккуратно с дороги убрал эльфийку, прислонив к башне, спрятав ушки под капюшон. Направляясь к выходу из столицы, я проходил мимо жемчужных колонн, смотрел на темное голубое небо и шпили родного города. Это было прощание с домом, возможно, я в последний раз тут иду?!

— Ты действительно нас бросаешь? — Я не ожидал, что маска окажется бесполезной против двух близнецов из клана Целестис!

Люциан Целестис и Люсиль Целестис — близнецы, которые с детства проявили себя как гении. Их талант был очевиден с рождения. Между ними сразу возникла сильная эмпатическая связь, и когда я впервые увидел их, они потянулись ко мне. Я рухнул, как мешок с картошкой, и долгое время не мог восстановить силы из-за недостатка магии. Мой источник был почти на исходе, и эти двое чуть не сожгли его.

Каждый раз, когда Люциан и Люсиль видели меня, они пытались связаться. Но меня уводили, а потом отец решил, что пока близнецы не понимают, чем может обернуться эта связь для их старшего брата — потерей магии или даже смертью для меня, — мы будем расти раздельно.

Три с половиной года я наблюдал за ними издалека. Я радовался, когда Люсиль, ещё не научившись ходить, уже вовсю использовала магию ветра, а Люци — магию воды. Их игры со стихиями были впечатляющими: весь замок дрожал от мощи их объединённой магии.

В последний раз они вызвали настолько сильный выброс молний, что уничтожили мамин любимый сорт роз в саду. Близнецы заревновали к розам и поджарили их хорошим разрядом. Воздух и вода объединились, и даже защитные кристаллы, которые впитывают магию от случайных выбросов, не спасли. Они лопнули в саду все разом, произошёл большой выброс магии, но пострадали только розы.

Эти двое росли, а когда им объяснили, что со мной нельзя связываться, я уже был шестилетним ребёнком! Всё свободное время я учился, пытаясь оправдать надежды, которые на меня возлагали, и занимался до изнеможения.

Но, как видите, это не помогло. А теперь я потерял все!

— Он не бросает нас, как ты не понимаешь! — сказал Люциан, названный в честь деда по линии отца, как и я, точнее, имя брата было близко по смыслу. — Наш брат должен уйти! Ты слышала слова матери!

Люсиль надула губки, скрестила руки и недовольно отвела взгляд в сторону, чтобы не смотреть на меня. Я подошёл и обнял её. Она сразу же обмякла — Люсиль не может долго злиться на меня, а обижаться тем более!

Я прошептал ей на ухо прощальные слова. Она в ответ сильнее меня обняла на секунду.

— Я скучал по вам! Вы подслушали нас? — это я уже сказал вслух.

— Я не хочу тебя отпускать, старший братик! Я пойду с тобой!

— Отец разозлится, а о маме подумала?

— Пусть злится! Я просто хочу, чтоб ты жил! Жизнь обошлась с тобой несправедливо! А белый континент никто не покидал! — Люсиль была готова заплакать.

Хм… А обидчивый голос сказал, что покидали…

— Люсиль, Люци я должен уйти возможно когда-то я вам смогу все рассказать, но когда узнаю все сам — вмешался я пока младшего брата тоже не захлестнули эмоции. — Кстати я нашёл заклинание, которое помогает почувствовать другого человека, неважно где он.

— Не слышал о таком. На каком курсе его преподают? — заинтересовался Люциан, он всегда тянулся к знаниям, и я порой делился с ним тем, что не проходили на лекциях и практики!

— Это заклинание было в секретной зоне, — признался я.

— Ааа… — сказали близнецы одновременно. Они прекрасно знали, кто мой лучший друг, и что он мог спокойно пропустить меня даже в запретную секцию.

— Заклинание было простым, я быстро его выучил и приберёг именно для вас. — Я даже не подозревал, что это заклинание мне потребуется для прощания с братом и сестрой! А так планировал им подарить браслеты после окончания академии. А это последнее, что я создавал с помощью магии…

— Удивительно, что в запретной зоне есть заклинание, доступное моему брату, — обидеть Люци меня не хотел. Он даже не подозревал, что там очень много заклинаний, доступных мне было…

Там же самая примитивная магия людей, с помощью заклинаний они колдуют, их магия и энергия, которая вкладывается в слова или в знаки, способна даже на разрушения. Однако наше отличие от людей и белых магов заключается в том, что мы — два разных вида, созданные богами. Мы обладаем могуществом, сравнимым с божественным, но не являемся их детьми, а лишь творениями. Наше происхождение отличается от происхождения людей. Хотя они тоже были созданы богами, изначально они выглядели иначе. Люди эволюционировали, в то время как мы уже существовали в своём нынешнем виде. У нас нет эволюционного пути. Белая магия в наших телах не имеет цвета или направления. С возрастом мы учимся преобразовывать эту магию в огонь, землю, воду и воздух. Близнецы могут преобразовывать белую магию с самого рождения, даже не осознавая, как они это делают. Мы рождаемся с огромным потенциалом.

— Люциан, мы обязательно туда сходим. У Фая осталось мало времени… Отец должен встретиться с помощником через час, — сказала Люсиль, отвлекая меня от воспоминаний о сравнении нас с людьми.

— Действительно, — Люци кивнул, подтверждая слова, и в небо взмыли магические салюты.

— Всё это время я носил три невидимых для магии браслета. Они стали частью меня, и я очень их ценю, ведь сделал их для вас. Отдаю вам частичку себя, чтобы вы всегда помнили обо мне и чувствовали связь, когда захотите. — Дарить свои вещи на прощание близким — это было людским обычаем… Как было написано — на удачу или как память о дарителе.

Я передал браслет из белых камней Люсиль. Она приняла его, позволила закрепить на руке, и я попросил спрятать его заклинанием. Люсиль удивленно посмотрела на меня.

— Браслет работает! Я чувствую! Впервые ощущаю нашего брата. Но это не такие чувства, как у нас с тобой или с родителями, — сказала она.

— Да, эта магия людей! Удивительно, но и они могут создавать простые и полезные заклинания! Но не могут тут жить, — сказал я.

Люци улыбнулся, обнял сестру и протянул мне руку.

— Я тоже хочу это ощутить!

Для брата я выбрал камни черного цвета, полностью противоположные свету.

— Черный?! — Люци удивился, но его рука не дрогнула — он доверял мне.

— Эти камни не бесполезны, а напротив, ценны. Их черный цвет помогает найти выход или принять мудрое решение в условиях ослепительного света. Мы следуем пути белой магии, но в истории белых магов были моменты, когда тьма не так плоха и страшна, но из-за идеалов мы упустили столько возможностей…

Сестра попросила меня найти книгу о контроле магии. Я принёс ей том из запретной секции, он, конечно, по магии людей, но тоже свои плюсы Люсиль смогла получить!

— Люци, что ты чувствуешь? — Так что Люсиль была уже знакома с магией людей… И понимала, как она работает!

— Я чувствую связь, но она существует только между этими браслетами, — глаза Люци засветились зелёным светом. — Если уничтожить браслет, связь исчезнет. Эта связь появляется из-за того, что вещь принадлежит тебе, а не нам. Очень хитро и просто! Но, думаю, это временный эффект. — В глазах Люци вспыхнул интерес. Думаю, теперь мой друг не будет скучать и грустить по мне. У него не будет времени, за этими близнецами нужен особый контроль!

— Теперь я понимаю, почему ты их прятал, — сказала Люсиль. — А у тебя какой цвет?

— Темно-синий, но, когда я на пределе, он становится прозрачными, но сейчас он прозрачный с тех пор — ответил я.

Я посмотрел на брата и сестру. На мгновение мне захотелось развернуться, улыбнуться и пойти домой. Но я знал, что должен уйти ради них. Они были такими маленькими, а жизнь столкнула нас с таким сложным выбором, что даже наше могущество не способно справиться.

Пауза между нами затянулась, и я принял окончательное решение. Я видел, как Люсиль с трудом сдерживает себя, но магия вырывалась из её рук в виде яркого свечения. Ещё немного — и сестра решит всё за меня. Поэтому я в последний раз обнял близнецов и произнёс прощальные слова.

— Берегите друг друга! Вы — единственная опора друг для друга. Отец и мать принадлежат знатному роду, их слово имеет вес, а честь семьи дороже всего. Когда меня будут искать, не выдавайте себя, будьте осторожны.

— Хорошо, брат! Не беспокойся за нас! — Люсиль заплакала и отвернулась, чтобы я не видел её слёз. Она пошла в сторону площади.

Люци передал мне рюкзак. Мы трое не обсуждали мой побег, но чувствовали напряжение в доме. Мама полгода меня прятала от всех. Брата и сестру не видел с момента окончания академии.

— Однажды ты вернёшься домой и не узнаешь его — он изменится, — сказала Люсиль шёпотом, но ветер донёс её слова!

— Обязательно вернусь!

Я шагал и думал о будущем: какие приключения меня ждут? Я спокойно прошел контроль, когда я покинул стены родной столицы, я оказался в пригороде. Сразу же за стенами располагались дома высотой не более двух или трех этажей. Здесь жили тоже белые маги, но более низкие по происхождению. Все здания были чистыми и ухоженными, как и улицы, но без излишних украшений. У этих магов не было родов, или они были простыми рабочими и жителями, которых в принципе устраивала такая спокойная жизнь за стенами, здесь было все необходимое для жизни.

Когда я приблизился к краю пригорода, тут уже не было домов, были рабочие мастерские и небольшие склады и единственный кабачок. Охраны тут не было, но на выходе был барьер и сканирующие заклинания. Пусть маска и сделала меня неузнаваемым, то заклинание это обмануть точно не получится, да и обманывать мне его не нужно. Пока я не перейду барьер, меня не будут искать серьёзно, а всё потому, что я уверен, что отец мою цель не воспринял серьёзно и верит, что я вернусь, когда пойму, что один не справляюсь.

Пока я шел до кабака, я несколько раз изменил внешность, наблюдая, как выглядят тут работники, которые не спали ночью, я приблизил свой реальный образ. Кабачок был на самом отшибе и был не особо популярен, слышал, тут даже опасно, какой-то сильный белый маг огня живет. В основном тут останавливались путники, что ждали получения рабочих мест. Кроме столицы и города Острее, что имеют одноименные названия, есть еще города белых магов по всему нашему континенту до самой границы с морем. Море, я никогда его не видел…

Кабак был небольшой, главный зал мог уместить в себе едва сотню рабочих, если сажать их кучно. Я был не единственным путешественником в этом месте. Мой внешний вид и вещи ясно указывали на недавнее прибытие в город. А на самом деле не так! Но это никому не известно…

Подойдя к кабатчику, на вид здоровый мужик с бородой до пояса, в глазах и в теле мощь, вероятно, сильный белый маг земли. На меня он тоже смотрел изучающе.

— Доброго здравия, путник, — сказал кабатчик! Всё идеально, маскировка сработала идеально, я ее вывел на полный минимум! Я выглядел как рабочие, которые заходили в кабак.

— И вам доброго здравия! Мне сказали, что я тут могу приобрести ночлег, пока ищу работу… — и я допустил ошибку…