Белочка для Императора Мрака

Глава 1

Он шел по горящей столице своих врагов с торжеством вздернув свой острый подбородок. Крики, стоны, рыдания детей были для него музыкой, ласкающей его черную душу. Великий завоеватель, безжалостный мясник, кровопийца - как только не называли Императора Мрака, Правителя Элазии.

Но ему всегда было плевать на чье-либо мнение. С детства его готовили к этой роли - тяжелые тренировки в воинском искусстве; никаких увеселений и балов; ни друзей, ни романтических вечеров в беседке с молодыми дворянками. Его заставляли убивать собственных нянь и слуг. Большим ударом для еще совсем маленького кронпринца стало убийство его кормилицы. Он считал ее своей мамой, даже тихо называл ее так, когда они оставались наедине. Когда ему исполнилось пять лет, его отец повел кронпринца в подземелье, где к холодной стене была прикована и избита его кормилица. Эндраиил не помнил, что чувствовал тогда, но эта картина стояла перед глазами - отец берет ритуальный кинжал, подводя плачущего ребенка к несчастной женщине, кладет нож в руку ребенка, обхватывая крохотную ладошку своими стальными пальцами, и легко, словно разрезает масло, втыкает нож в тело женщины. После этого мальчик возненавидел своего отца, были попытки устраивать голодовку, бойкот, побеги, но это сразу же пресекалось розгами и кнутом. И спустя многолетние труды из маленького теплого комка вырос холодный, черствый и жестокий правитель. О чем и мечтал его отец. Но и за что поплатился - без зазрения совести Эндраиил перерезал горло отцу, когда тот отказался отдавать бразды правления своему малолетнему отпрыску. А после новоиспеченный император приказал утопить тело бывшего правителя в болоте. Народ, нехотя, но принял нового правителя, а тела непокорных скормил демонам.

Мать же, под покровом ночи, сбежала в соседнюю страну и спряталась в монастыре, где ее не смог бы достать сын. Но теперь ей некуда бежать от него - город в осаде, его солдаты по всему городу, грабят и убивают, его верные демонические псы уже сидели у нее на хвосте, дожидаясь команды хозяина, а сам он направляется в замок где спрятался король со своей семьей и свитой. Мать может и подождать, так даже лучше - она будет всю оставшуюся ночь дрожать где-то в грязном переулке и ждать свою погибель. Эта мысль заставляла бурлить кровь Императора, возбуждала его, опьяняла и так нетрезвую голову. Это была не месть за то, что она оставила его одного. Это был просто предлог, причина, которая была необходима Совету старейшин для завоевания новых земель. Но после нескольких недовольных заявлений и Совет распался ввиду того, что членов больше не осталось.

Кто-то из отчаявшихся напал на Эндраиила из-за угла, но тот лишь прочел короткое темное заклинание и несчастного поглотил голодный туман, оставив лишь кости да одежду. Темной магией мальчика обучил высший демон. Однажды, стащив из закрытой части библиотеки странную черную книгу, которая манила его чем-то неизвестным, но таким желанным, он сидел в своей комнате. Когда весь замок уже спал, Эндраиил открыл книгу и прочел вслух первую строку на первой попавшейся странице и призвал демона. Привыкший к постоянному ужасу на лицах людей, демон был поражен спокойным лицом какого-то мальчишки. От него даже не пахло страхом. Он не дрожал как лист на ветру. А просто сидел и изучал монстра перед собой. Даже громовой голос и магия не испугали мальчишку. Демон решил завести его в качестве игрушки, но магическим взором увидел как черна душа этого ребенка. Демон вздрогнул, когда мальчик безжизненным голосом предложил ему сделку. А демоны сделки любят! Эндраиил попросил обучить его магии, взамен он ежегодно будет приносить ему жертв в виде залитых рек крови городов. Кто ж отказывается от таких сделок! Уроки магии были для него увлекательны, и поэтому кронпринц схватывал все на лету. И в двадцать лет овладел силой Мрака, что ни одному темному магу не удавалось. За что его и прозвали Императором Мрака.

Из тени навстречу Эндраиилу вышел слуга Тьмы - личные шпионы Императора. Короткий доклад об обстановке в замке, где слуги Тьмы шпионили за всеми из тени, и поздравления с очередным завоеванием королевства. Легкая улыбка коснулась тонких губ Императора. Легким движением руки он отпустил слугу. Эндраиил решил не торопиться в замок, а размять свое онемевшее от долгого ожидания тело. Звонкий свист и к нему галопом несется его вороной конь. На ходу запрыгнув в седло, Император направил рысака в самую гущу сражения, собирать свою жатву.

***

В тронный зал Эндраиил вошел пафосно: походка вразвалочку, на лице хищный оскал, одежда вся была пропитана кровью, с катаны все еще стекали капли крови, на шлеме нехилая такая вмятина от кузнечного молота, левая рука обвисла плетью - кровь залепила глаза Эндраиилу и он поздно заметил как к нему приблизился противник, а тот успел хлестнуть мечом по руке. Но скоро все раны заживут - темная мана лечит своего носителя.

Эндраиил был в восторге от того, что большая куча трусов сидела в углу и тряслась в страхе. Это доставляло ему немалое удовольствие. Для него не было ничего прекраснее.

- Где король? - сухо спросил Эндраиил.

В толпе началась неразбериха. Люди в ужасе начали искать короля.

- Видимо с перепугу забыли короля из постели вытащить! - шепотом произнес один из телохранителей Императора.

- Не, - протянул другой тоже шепотом, - мне кажется они забыли как он выглядит без макияжа и в одной пижаме.

Эндраиил строго на них шикнул, но шутку оценил. Он улыбнулся еще шире, когда толпа выкинула из своего закутка дряблого мужчину с немаленьким пивным брюхом. Император, пританцовывая, бодрым шагом взошел по ступеням к трону.

- А удобное у тебя кресло, - Эндраиил вальяжно разместился на троне короля, с превосходительством смотря на оного, стоящего перед ним на коленях.

Тот, тряся всеми тремя подбородками, промямлил, что Император едва услышал:

- В-в-ваша мать находится в г-г-главном с-с-с-с-соборе...

- Я не слышу вашу жалкую болтовню! - грубо прервал его Эндраиил. - Громче, трухло!

Но вместо слов, бывший король упал в обморок. Император начал приходить в ярость. Выпустив живой туман, он схватил какого-то мальчишку из толпы и притянул его к себе. Достав из пояса тот самый нож, Император не произнеся ни слова перерезал плачущему ребенку горло и бросил тело к жалкому королю.

- И так будет продолжаться пока ты будешь валяться на полу, - голос Эндраиила разнесся по вмиг утихшему залу. Даже не стучали от страха зубы, никто не посмел сделать и вздоха, чтобы окончательно не разозлить завоевателя.

Бывший правитель этих земель вдруг пришел в сознание, но от вида крови его повело и все узрели его сегодняшний ужин. И это в конец вывело Эндраиила из себя. Он легко взмахнул катаной и темная полоса помчалась к жертве, пройдя сквозь нее. Тело бывшего короля развалилось на двое. И это немного успокоило Императора.

- Ты! - сказал Эндраиил, тыкая пальцами в толпу, он указывал на слуг, отдавая им приказы. - Убрать здесь! Приготовить мне ванну и еду! Обеспечить моих солдат едой и выпивкой! И распорядиться, чтобы на главной площади поставили гильотину и висельницу. Всех непокорных будем казнить после пира. Выполнять! - его голос был мощнее раската грома.

Все тут же начали испаряться. Император тоже решил не задерживаться - нужно отдать приказ вступать всем войскам в город. И принять капитуляцию выживших офицеров врага.

- А-А-А-А! - полный боли крик заставил всех остановиться и обернуться на его источник.

Возле тела ребенка сидела немощная старушка. Ее тело содрогалось от горьких рыданий. Неожиданно старушку окружило зеленое пламя. Она медленно поднялась и так же медленно развернулась к Эндраиилу.

- "Ведьма," - понял Эндраиил. - "Слабая."

Из всех существ владеющих магией ведьмы были самыми слабыми. Но лишь редкий случай, когда ведьма носила в себе ману ярко алого цвета - самого сильного для ведьм. Зеленый цвет же говорил о том, что она предпоследняя по силе колдунья.

- Как ты посмел?! - кричала она. - Ты! Тот кто убивает ради удовольствия! Как ты смеешь врываться в наш мирный город и творить зло?! Как ты смеешь отнимать жизнь, ни разу не сотворив ее?! Я проклинаю тебя...

- О, Тьма! - сделав вид, что он испугался, Эндраиил грубо перебил ведьму. - О, нет только не проклятия! Твои проклятия для меня равносильны уличным фокусам! - на последней фразе Император рассмеялся.

Проклятия относятся к темной магии. Поглотив силу Мрака, Эндраиил стал невосприимчив к подобного рода магии.

- Я проклинаю тебя, - не смотря на сарказм, ведьма продолжила. - Не долго тебе останется править. В этом месяце, в полнолуние к тебе придет существо небывалой силы. Оно убьет тебя! Уничтожит твою душу!

Из груди ведьмы вылетел огонек и тот направился к Императору. Выставив вперед катану, Эндраиил перерубил пылающий шар.

- Схватить! Надеть антимагические наручники и в тюрьму! - его приказы выполнили беспрекословно.

***

Вечером этого же дня, когда Император принял горячую ванну и плотно поел, он начертил пентаграмму призыва на полу комнаты мертвого короля, где отныне были его покои. Прочитав привычную строку книги, Эндраиил призвал высшего демона Иссиэля. Тот с почтением склонил голову перед бывшим учеником.

- Поздравляю с победой, Энд! - его громовой голос заставил стекла на окнах жалобно затрещать.

Император ответил лишь кивком, сидя в обвитом бархатом кресле и потягивая дорогое многолетнее вино прямо из бутылки.

- Что ж, - нехотя протянул демон. - Ты исполнил часть своей сделки.

Над ними засветилась небольшая пентаграмма. Миг и она опадает осколками на пол. Эндраиил устало прикрыл глаза. Он весь оставшийся день ходил по городу отдавая приказы. Это его очень сильно утомило. Тихое покашливание привлекло его внимание. Демон все еще остался здесь.

- Не знаю как тебе об этом сказать... - начал юлить демон.

- О чем?! - рассердился Эндраиил. Он не любил всякие словесные уловки и всегда требовал прямого ответа.

- Ну в общем... То проклятие ведьмы... Оно легло на тебя.

- Пфф, чушь, - не поверил Эндраиил. - Мрак защищает меня.

- Проклятие этого рода не принадлежит к числу темных.

Император напрягся всем телом. О чем вообще говорит этот демон? Он сам постоянно твердил, что проклятия относятся к Тьме.

- О чем ты... - начал было Эндраиил.

- Хмм, - демон осклабился. - Это будет интересно.

И исчез в клубах красного дыма. А Император остался сидеть посреди комнаты с разбитой бутылкой в руке, содержимое которой текло по пальцам. В эту ночь Император не сомкнул глаз...

***

- Илэя Вастерс! Неуд в очередной раз!

Я понуро опустила голову, скрывая непрошенные слезы. Я же не виновата, что меня насильно сослали в столицу, в эту Академию магических искусств. Хотя я говорила всем, что моих способностей не хватит даже на то, чтобы свечку зажечь, не то что в животное превратиться. Даже в мышку. Об остальных предметах я вообще молчу... А мама с папой твердили, мол поступай в академию, на бюджет, в город к цивилизации, а вернешься тебе дом отдельный дадут со всеми удобствами и с повышенным комфортом. В нашем же королевстве редко рождались маги, и поэтому им отдавались все привилегии: и статус высокий, и дома неплохие, и работу быстро находят, и оплата немалая. Но на самом деле жители нашей деревни хотели от меня избавиться и под предлогом учебы "посоветовали" родителям отправить меня учиться сдерживать мою магию. Дело в том, что по ночам моя мана не подчинялась мне и в деревне происходили катаклизмы вроде ливня или снегопада посреди лета. Ну соответственно случались и ситуации похуже. Я давно нашла способ избавиться от магии, но денег на антимагический кристалл у меня не было. Так что пришлось ехать учиться. Но мне хотелось остаться в своей маленькой деревушке, встречать первые лучи среди крон могучего кедра, плескаться с нашими лошадьми в холодном озере и стуча зубами от холода мчаться домой, к печке, где уже томилось жаркое.

Но меня и этого лишили. Месяц назад на наше королевство напал никто иной как великий завоеватель Эндраиил де Норвонстон, Император Мрака, поставивший перед собой цель завоевать все королевства и править всем миром. Но были и другие слухи. Он хочет порвать пелену мира и призвать сюда мир демонов, где ему самое место. Или же он хочет найти свою мать и отомстить ей. Вариантов много, но никто не знает, что именно подвигло его на этот шаг. Но в конечном итоге, когда я месяц проучилась в столице до меня дошли известия, что мою деревню разорили, а всех ее жителей убили. Я была вне себя от горя и ненависти к себе, за то, что меня не было рядом, к старосте деревни, который и предложил отослать меня куда подальше, к завоевателям. И тут в очередной раз моя сила вышла из-под контроля. Южная часть города пала под силой землетрясения. После чего меня лишили стипендии - дабы исправить этот "небольшой", как выразились ректор и декан на суде в Министерстве Магии, казус ремонт будет происходить за мой счет, то есть меня лишили стипендии. Но войдя в мое положение, секретарь ректора предложила работу. Ее сестре нужны были свободные руки для помощи в цветочной лавке. Оплата конечно маленькая, но на жизнь мне хватало. А Оливия Митнер, хозяйка цветочной лавки, оказалось доброй женщиной, она кормила меня, выделила комнату для проживания - после инцидента мои сокурсники и другие жители общежития не давали спокойно жить.

Мне и так не удалось наладить с ними контакт - они считали, что я попала в академию через ректорскую постель, а все проходили трудные магические экзамены. Но все отлично понимали, что их высокие баллы на вступительных экзаменах были превышены - Академии нужны маги, иначе ее закроют. Но я не сдавала вступительных экзаменов - просто староста деревни, который и отвозил меня в столицу, рассказал ректору о моих необычайно сильных способностях. Его историю надо было слышать - староста разливался перед Варсимом Илионтимовичем как карамель на солнце. Рассказывал о том какая я сильная, как лечу людей просто прикасаясь к ним, как всходит урожай с дуновением призванного мной ветра и все в таком духе. От его приторно сладкой улыбке мне становилось только хуже. А кресло ректора прогибалось от веса лапши на ушах главы Академии - он просто верил в тот бред, что плел наш староста! И довольный, как тысяча сытых котов, Варсим Илионтимович протянул мне бумагу с гербом королевства, о том что я зачислена в АМИ (академия магических искусств) на боевой факультет. Оставалась только моя подпись. Всю дорогу, покачиваясь в телеге, я ругалась со старостой о том, что бумаги подписывать не буду. А он с присущей ему мерзкой улыбкой говорил о том, что сожжет мой дом и все, что мне дорого. Глотая горькие слезы, я расписалась в той треклятой бумаге. На вопрос: "Почему у девушки слезы?" наш староста с довольной улыбкой ответил:

- От счастья!

Довольный и счастливый староста, насвистывая веселую мелодию себе под нос, чуть ли не в припрыжку, убежал из академии.

Из ректорского кабинета я вышла с опущенной головой и разбухшими от слез глазами. На мое несчастье в коридоре оказалось много народу. И кто-то с извращенной фантазией решил, что я отдалась ректору взамен на бюджетное место. Все стоящие в коридоре мигом подхватили эту идею. И с тех пор на моей шее висело ярмо продажной девушки. Даже поступали мерзкие предложения со стороны мажоров нашего курса, на что я всегда отвечала категоричным "нет". Были даже попытки прижать к стене в пустом коридоре, но после нескольких жалоб куратору и мне выдали грозовой браслет, чтобы отбить желания жаждущих. С тех пор меня никто не трогал. Но никто и не унимался.

Уже позже сидя в своей комнате, одна, я читала письмо мамы, в котором говорилось о том, что они с отцом сожалеют о случившимся, что любят меня и по мере возможности будут навещать. Всю ночь я рыдала в подушку, соседки то и дело шикали на меня и ворчали постоянно.

После землетрясения никаких катастроф не происходило. Я запретила себе проявлять эмоции, влюбляться в кого-нибудь. Иначе все это закончится очередным позором. Хотя опозориться, как с учебой у меня уже не получится.

- Осталось всего одна учебная неделя, а вы простого заклинания сотворить не в силах! - не кричал, а орал на меня преподаватель по основам метаморфизма Илларий Цепкович. К счастью в аудитории остались только мы.

- Мне нужно больше времени, - только и смогла ответить я.

- Тихо! - преподаватель в гневе звонко шлепнул пачкой бумаг по столу, от страха я сжалась сильнее. - Если вы считаете, что вашего покровителя, - это он на ректора намекает, - убили при осаждении города, вас все пожалеют, то вы глубоко заблуждаетесь, дорогуша.

Уже как две недели границы нашего королевства входили в границы Элазии. После нескольких дней жестокой осады, столица пала под натиском Императора Мрака, самого страшного человека во всем мире. В самой битве чудом уцелело половина населения - убивали всех без разбора. Особенно были жестоки к светлым магам, таким как наш ректор. Не смотря на поджучивания и насмешек сокурсников, я все равно ходила к нему за советом, за помощью в учебе. И этот добрый человек всегда помогал. Светлые всегда всем помогают. Они добрые. И, как оказалось, доверчивые. Он скрипя сердце сообщил о том, что лишает стипендии. Прикрывал перед преподами из-за опозданий - иногда в лавке приходилось работать до рассвета. Он один утешал меня, когда разгромили мою деревню. Даже телепортировался со мной туда, чтобы забрать тела родных и подобающе похоронить. Даже от кедра не осталось и корешка. Все сгорело в черном пламени.

Теперь роль ректора выполнял один из приближенных Императора, инкуб Равэнсивэль. Его стараниями наша академия "превращалась" в публичный дом - теперь и правда зачеты и экзамены получали через горизонтальную плоскость. Это подпитывало силу самого демона. Проходя мимо его кабинета, я услышала, как он благодарил Императора за предоставленное удовольствие и желал ему долгих лет жизни.

Моим спасением стал сигнал сбора преподавателей у ректора. Услышав мое тихое "уффф", Илларий Цепкович грозно зыркнул на меня, обещая, что это еще не конец разговора.

Я спешно покинула аудиторию.

***

И сделала это зря. Напротив аудитории стояла до боли знакомая мне личность. Лучший студент боевого факультета, эталон красоты, звезда всех статей газет и просто папенькин сыночек - Шагор Кхалио. Не надо быть гением, чтобы понять кого он ждал - меня. Скорее всего он услышал наш разговор с Илларием Цепковичем. На душе стало в сто крат противнее.

- Все слышал? - не спросить не могла. Если сейчас его проигнорирую - весь день будет ходить хвостиком.

Оторвавшись от стены, этот двухметровый эталон красоты и силы кошачьей походкой приблизился ко мне, играя мускулами под облегающей рубахой. Стоит сейчас дать слабину и отступить для Кхалио это будет сигнал к очередному "нападению". Но и встречать врага грудью страшно - он был из тех парней, которые любили напором пробивать стены. Да я ему еле до подмышки доставала! Поэтому я сильнее прижала тяжеленные талмуды к себе, используя их как щит. Но мою единственную защиту попытались отобрать. Я вцепилась в книги мертвой хваткой, до побелевших костяшек. Кхалио прекратил попытки отобрать книги, но его рука по-собственичиски легла на мою талию. Попыталась убрать, но было бесполезно - его хватка была почти железной. Кричать было бесполезно - в обеденное время в учебной части никого не было. Засада!

- Почему ты избегаешь меня, Илечка? - мурлыкая, спросил Кхалио. От его сладко-приторного тона мне еще сильнее сбежать хотелось.

- Отстань! - все еще пыталась отлепить его пальцы от моей талии.

Меня резко толкнули к стенке, выбивая весь воздух из легких, и руки вмиг ослабели, теряя книги. Спасительный глоток воздуха сделать мне не дали. Кхалио впился жестким поцелуем мне в губы. Изворотливый язык проник в рот и терся о мой, вызывая у меня приступ рвоты. Пытаясь это прекратить, я укусила наглеца за нижнюю губу до крови. Как оказалось успешно. Кхалио оторвался от моих губ, стирая тыльной стороной ладони потекшую кровь. Тряхнув своей гривой светлых волос, Кхалио плюнул:

- Дура!

На мое счастье он развернулся на девяносто градусов и широкими шагами скрылся из виду. Это дало мне перевести дух и успокоиться. На время я от него избавилась.

***

Мне повезло, что я опоздала на обед - в общепите студентов было от силы штук десять и то не из моего курса. Мне повезло поесть в тихой обстановке, что стало неким бальзамом для израненной души. Никаких тебе насмешек, ни оскорбительных слов. Тихая обстановка, о которой мечтала уже давно. Но мысли об учебе все же перебили аппетит - как я сдам экзамен по метаморфизму, основам боевой магии и боевой иллюзии?! От осознания очередной засады я тихо взвыла. С тех пор как мою деревню разорили я поставила себе цель окончить ненавистную мне академию и отомстить захватчикам. Как? Даже сама не знаю каким образом мне это сделать. Может воспользуюсь своей неконтролируемой маной и разнесу пол континента.

Положив усталую голову на сложенные руки, я пыталась сдержать слезы. Но неожиданная идея пришла в мою огненно-рыжую головушку. В нашей библиотеке завалялась одна ооочень старая книга. К слову, запрещенная. Но Варсим Илионтимович обожал всякие старые книги. Однажды, в качестве отработки, я прибиралась в самой запыленной части библиотеки, где и нашла ту самую книгу. Пока никто не видел, я открыла ее и в ней оказались интересующие меня темы. А услышав чьи-то шаги, я быстро заныкала книгу в самый дальний угол. Теперь осталось пробраться в закрытую часть библиотеки и стащить ее. Это и стало моим планом спасения.

Скрип входной двери столовой и в помещение, где царили ароматы свежей выпечки и наваристого супа, вплыл не кто-нибудь, а мой личный кошмар. Невеста Кхалио - леди Сильвия иль Лиадон. Даже поворачиваться не пришлось, чтобы понять, что это она. Во всей академии только она пользуется духами на основе чайной розы и сирени. И девица не останавливалась на паре пшиков. Казалось, что она каждый день выливает на себя по литру этой смеси. Так что я за километры знала, в каком коридоре находится эта леди. Мне с самого первого месяца хватило ее насмешек и издевательств. Как я позже узнала, именно она подала идею о моем пути поступления в академию. Ректор бы сразу пресек ее высказывания, если бы иль Лиадон не принадлежала к аристократии. То есть к тем, кто мог по щелчку пальцев закрыть академию.

Если быть крайне честным, то у того землетрясения был огромный, жирный плюс - дома всех моих ненавистников, находившихся в Южной части города, представляли собой гору камней. В том числе и личный "дворец" Сильвии. О, в каком гневе она была, когда не смогла добраться до меня и растерзать на маленькие кусочки. Почему-то высшая палата власти считала, что если меня убьют - прогневают богов, или моя мана вырвется наружу, и от столицы точно ничего не останется. Но от мелких пакостей, типа клея на гребне, я была не застрахована. Но мириться я с этим не собиралась и устраивала свои пакости. И наша "война" продолжается до сих пор. Уровень нашей вражды перешел на более ожесточенный уровень, когда в нашу междоусобицу ворвался Шагор Кхалио. Как думала Сильвия, у нас началась война за его внимание. А для меня началась "борьба" на два фронта - отбиваться от настырных посягательств Кхалио и во все глаза смотреть, а не подложила ли иль Лиадон мне свинью.

Смотря на прямую, как палка, спину, на недешевое платье и на красиво уложенные волосы, аппетит пропал окончательно. Сама не заметила как руки обхватили кружку чая. Опомнилась, когда горячий напиток обжог горло. Губы сами расплылись в легкой, хитрой улыбке. Хмм, кажется я знаю, как мне попасть в библиотеку. И не было сомнений, что иль Лиадон со своими приживалками сядут за мой стол. Мой план был идеален!

Так и случилось. Только заметив мою скромную фигуру, сокурсницы о чем-то перешептывались и хихикали. И все это стадо пошло к моему столику. Мерзкая улыбочка не слизала с напудренного лица иль Лиадон, когда та картинно воссела напротив меня, как на трон. А ее подружки по бокам. Размешивая ложечкой странный напиток, Сильвия все с той же улыбкой произнесла:

- Мало тебе бывшего ректора, Вастерс? Хочешь и Шагорчика в могилу свести?

- Мм, не понимаю о чем ты, - делая вид, что пью чай, ответила я. Стараясь не смотреть ей в глаза, я упрямо рассматривала свое отражение в коричневой жидкости, от которой еще шел пар.

Со стороны собеседницы послышалось возмущенное фырканье.

- Ты укусила его! - завизжала Сильвия. - Теперь Шагорчик лежит в госпитале и бредит! Ты отравила его!

Я поперхнулась маленьким глотком чая. До чего ж у нее фантазия то больная! А ее подруги молча кивали при каждом слове, прибавляя вес к ее словам. Хорошенько треснув ладошкой по столу, что закончилось ее перекосившейся от боли физиономии, иль Лиадон уверенно заявила:

- Или ты снимаешь любовные чары с моего Шагорчика или я...

- Или ты что? - знаю перебивать не хорошо, но для моего плана нужно было хорошенько ее выбесить. - Держи своего верного песика от меня подальше. Боюсь утонуть в его слюнях.

И я попала в мишень. Сильвия резко встала, опрокидывая стул, и читала заклинания. А в ее руке уже образовался файербол. Медлить я не стала. Я резко выплеснула содержимое кружки на лицо и платье иль Лиадон. Горячий чай потек по ее лицу, смывая с трудом наложенный макияж, испортил платье, и даже залился в глубокое декольте. Ее визг услышали бы во всей учебной части, если бы не прозвеневший звонок. Бли-ин! Я еще и на урок истории становления королевства опоздала!

Визжала Сильвия очень долго. Поэтому на ее крики, как на вой сирены сбежались все преподаватели. Они увидели интересную картину: стоящую меня с тарелкой недоеденного супа (я схватилась за тарелку, когда подружки иль Лиадон тоже наколдовали файерболы, но они все поняли без слов), верещащую Сильвию с некрасивым пятном на платье. Среди преподавателей оказался наш куратор, Салазар Рамондо. Он же и прошипел:

- Вастерс! К ректору!

***

- Какая интересная ситуация получается... - протянул наш рогатый ректор.

На ковре перед ним стояла только я. Пострадавшую сторону отвели в госпиталь. Нет, ее лицо до корочки не обожглось. Наша сирена довизжалась до такой степени, что сорвала голос. А виновницу, то есть меня, чуть ли не пинками погнали в ректорское логово. Гнал меня именно куратор. Он же в красочных подробностях описал произошедшее. И потребовал наказать меня по всей строгости академических правил. После откланялся - у него как раз шло занятие с третьекурсниками.

- Приступим к наказанию, - с довольной улыбкой ректор достал из стола... плетку?!

Весь мой план рухнул в эту минуту. На лице вспыхнул стыдливый румянец, когда я вспомнила, что происходило, когда ректор кого-то наказывал таким способом. Даже вспоминать не хочется! И вообще меня по академическим правилам должны отправить драить академию! Что ж такое-то твориться?!

Видимо на моем лице что-то отразилось, что ректор все-таки убрал назад свое орудие пыток. И долго смотрел в мои глаза.

- Что, - протянул он, - ни разу не наказывали тебя ремнем?

Я активно закивала головой, на что ректор весело рассмеялся. Просто не за что было наказывать: всегда слушалась родителей, яблоки с соседского сада не таскала.

- Может исправим это? Я уверен тебе понравится. Многим плохим девочкам это нравится, - и голос был такой сладкий, что так и хотелось попробовать...

Теперь активно мотаю головой. Инкуб снова ответил смехом. Почесав острыми когтями затылок, демон, со свойственной его виду улыбкой, спросил:

- А какого же ты наказания хочешь, сладкая?

От "сладкой" меня всю передернуло. Страшно было слышать такое от демона. Хоть инкубы питались только похотливыми желаниями людей, от человеческой тушки они редко отказываются.

- Ну что же ты молчишь? - не унимался змей искуситель. - Мне же надо чем-то питаться. А я голоден, сладкая.

Ну была не была!

- Я хочу прибраться в библиотеке! - выпалила я на одном дыхании.

Лицо ректора надо было видеть: и без того длинное лицо от удивления вытянулось, миндалевидные глаза расширились, "кошачий" зрачок расширился так, что желтая радужка была еле видна, а хвост, до этого маячивший перед глазами, встал трубой. Все еще пребывая в состоянии шока, ректор нервно покашлял. Сейчас надо думать, что желание отдраить библиотеку доставит мне наслаждение на космическом уровне и мне дадут швабру и ведро в руки. Но у ректора оказались свои планы.

- Если мне не изменяет память, то у студента Шагора Кхалио были какие-то планы на тебя.

Я мысленно взвыла. Этого еще не хватало!

- О, - радостно протянул ректор, - Шагор Кхалио будет наблюдать, как хорошо ты вычистишь библиотеку. Митнер, - пропел этот рогатый... деспот.

В дверном проеме показалась поседевшая голова нашего секретаря. На вопрос чаю или чего покрепче, она получила приказ о том, чтобы привести в кабинет студента Кхалио. Короткий кивок и она исчезла выполнять приказ.

***

- Илечка, солнышко, давай побыстрее - мы на ужин опаздываем.

Я не делала вид, что убираюсь. Я в самом деле драила до чиста каждую полочку, каждый стеллаж в библиотеке. Каждую книгу стирала от многовековой пыли. И все ради того, чтобы под каким-либо предлогом Шагор Кхалио перестал сверлить меня глазами и ушел куда подальше. Хоть к невесте. Лишь бы не смотреть на меня.

Так что, я в течение двух часов, опуская руки в грязную воду, мыла библиотеку. И специально делала каждое движение оооочень медленно, водила мокрой тряпкой несколько раз по одной и той же полке, чтобы процесс уборки наскучил Кхалио и он наконец ушел. Но моим мечтам не суждено было сбыться. Кхалио и не собирался уходить. Наоборот, он то и делал, что торопил меня и норовил отобрать тряпку. Но пара ударов этой тряпкой по рукам и Кхалио стоял возле стенки со скрещенными на груди руками. Хотелось бы, чтоб стоял молча, но молча мы не можем. Поэтому с дальнего угла библиотеки я постоянно слышала "Илечка, ну ты скоро?", "Илечка, эта полка уже чистая!", "Илечка, время отработки уже закончилось" ну и все в таком духе.

Еще пара стеллажей и я доберусь до нужной мне книги. Надо чем-то отвлечь Кхалио. И успеть вылить грязную воду, а в ведро положить книгу, прикрыв грязными тряпками. Резкий хлопок заставил испуганно вскрикнуть. Что привлекло внимание Кхалио. Он зажег огненный пульсар и направил его к стеллажам. Оказалось, что я нечаянно задела книгу и та с грохотом упала на пол.

Стоило мне наклониться, чтобы поднять ее, как мужские руки легли на... пусть будет поясницу. И с каким-то рвением поглаживали эту часть тела. Я резко распрямилась и влепила звонкую оплеуху Кхалио. Стояли мы ровно с минуту: он - в шоке от моего поступка, я - да собственно говоря по этой же причине. Никак от себя этого не ожидала. Кхалио тоже. Его лицо перекосилось от гнева. Я вжала голову в плечи, ожидая чего угодно, но никак не нежного поцелуя в губы. Удивительно, что губы Кхалио могут не только жестко тереться о мои, но и так нежно прикасаться. Я не поняла в какой момент я ответила на поцелуй, сама того не заметив. Что стало моей фатальной ошибкой. Оторвавшись от моих губ, Кхалио с торжествующей улыбкой смотрел на меня. Мол, смотри, Вастерс, я тебя все-таки уел. Хотелось расплакаться. Нет! Такое удовольствие я тебе не доставлю!

Поэтому я тоже ему я тоже ему обворожительно улыбнулась. И запустив пальчики ему в волосы, затем опустила их на затылок. Не давая опомнится жертве моей мести, я встала на носочки и тихо прошептала ему:

- Шагор, милый, раз уж мы здесь одни, может...

Договаривать мне не пришлось. Шагор отошел от меня на пару для того, чтобы снять мантию и рубашку. Ну и, собственно, для того чтобы я оценила его выдающуюся мускулатуру. Как мышцы играют при каждом телодвижении. Хорош зараза. Но раздеваться еще рано! Мягкой кошачьей походкой, Кхалио приблизился ко мне, сгребая в свои объятия. Я прижала палец к его пухлым губам, предотвращая попытку очередного поцелуя. Объясняя это тем, что:

- Шагор, это мой первый раз, - на этом моменте я густо краснею. - Может как-то скрасим это. Может бутылкой вина?

Ничего не подозревающий Кхалио накинул мантию и скрылся за дверь. Зря он оставил тут свою рубашку. Белую. Ни секунды задумываясь я бросила ее в грязную воду, при этом хорошо там прополоскав. Из воды вытащила уже не снежно-белую рубашку, а грязно-серую. Что подняло настроение на несколько градусов.

Не медля больше, я подбежала к нужному стеллажу. если память мне не изменяет, то книга в самом дальнем ряду. Так и оказалось. Вот он мой желанный запрещенный томик по морфологии. Оценка "отлично" была у меня в кармане! И больше я не услышу насмешек и язвительных высказываний от Иллария Цепковича. Быстро разобравшись с ведром и тряпками я собралась уже уходить.

С любовью прижимая нужный фолиант к груди, я была уже готова уйти из библиотеки как путь мне пригородила мускулистая грудь. Ууууу, как не вовремя-то! Он что бегом бежал? Ну судя по резко вздымающейся груди все-таки бежал.

- Илечка, - донеслось с верху. - А что это у тебя за книга в руках?

Голубые глаза изучили содержимое в моих руках. Кхалио собирался отобрать результат мои тяжелых трудов, но я успела отскочить от него. Он был одет во все той же мантии. А в руках держал бутылку дорогущего вина и пару бокалов. Используя просто заклинание левитации, Кхалио опустил их на пол. Его лицо вытянулось, когда он прочитал название книги. И тут же зажег файербол.

- Вастерс! - закричал Кхалио. - Немедленно выброси книгу!

- Ни за что! - прошипела я.

Я не собиралась выбрасывать мой единственный путь к спасению. Это был мой единственный шанс сдать экзамен по морфологии на отлично. Принесла же его нелегкая! Что он не мог подольше задержаться?

- Идиотка! - прошипели мне в ответ и эта двухметровая махина двинулась на меня.

В моих руках была только тяжелая книга. В его - два файербола. Мои физические способности были развиты гораздо лучше магических. Хоть в чем-то я не уступала своим сокурсникам. Поэтому я легко отскочила от траектории забега Кхалио. Тот, споткнувшись о неровно забитые доски, упал на пол. А я удобнее перехватила книгу и со всей силы припечатала ею по голове Кхалио. Парень тут же обмяк. Убедившись, что он все-таки жив, я еще пару раз стукнула его книгой, а потом и попинала. Это тебе, гад, за все мои страдания!

С минуту я стояла и думала, как скрыть следы моего нападения. Мне повезет если он не вспомнит, что произошло. Мимолетный взгляд на бутылку и в моей голове рождается идеальный план. Мне нужно было просто "напоить" Кхалио. Кое-как откупорив бутылку, я не удержалась и принюхалась к ее содержимому. Фу! Какая гадость! Как люди умудряются это пить? Морщась от неприятного запаха спиртного, я вливала вино в горло Кхалио. При этом держала его голову так, чтобы он не захлебнулся, и массировала его горло, чтобы производились глотательные движения. Споив ему больше половины бутылки, я бережно положила его голову на свернутую рубашку. Ту самую которую испачкала. Бутылку положила ему в руку. А бокалы забрала с собой, чтобы выбросить их по дороге домой.

В этот вечер я была прям любимицей фортуны. Старый ворчун библиотекарь дремал в своем потертом кресле. Ни в учебной части, где и находилась библиотека, ни во дворе не было ни души. Все тишь да гладь. Даже привратники на воротах выпустили засидевшуюся ученицу за территорию академии - они были осведомлены, что я уже как два месяца не живу в общежитии. Меня даже не стали осматривать. А книгу я спрятала под старой мантией.

Мое жилье находилось в Северной части города. И идти туда было очень долго. Жаль, что денег на извозчика у меня не было. Но пройтись все-таки стоило. Благо, что еще недостаточно стемнело, да и фонари освещали темные закутки. Но все же как-то страшно было идти. С тех пор как захватили город многое в нем поменялось. А особенно возрос уровень убийств и насилий. Не со стороны местных жителей. Теперь тут во всю хозяйничают солдаты Императора. Сейчас не то что страшно на улицу выйти - они могли и в дом ворваться со словами: "Мы слышали (или видели), как вы что-то замышляли против Императора. Мы уполномочены вас арестовать!" И сопротивляющихся стариков, мужчин и женщин насильно вытаскивали из домов, ломая им руки и ноги. А их имущество сгорало в черном огне. И это продолжится до тех пор пока Его Императорское Величество не протрезвеет. Уже прошло больше недели, как со стороны замка не стихает музыка и хохот. Народ уже отчаялся ждать того дня, когда Император выйдет на свет и разлепит свои черные очи. Что б у него месяц голова болела!

Теперь по ночам я часто просыпалась от любого шороха, от любого стука, думая, что сейчас кто-то придет и по мою душу. А если выяснится, что я стащила запрещенную книгу из библиотеки - уж тем более нагрянут. В чем-чем, а в этом можно и не сомневаться!

С подозрение6м косясь за любой угол я без происшествий добралась до дома. Три коротких стука в потайную дверь и та отворяется. А на пороге стоит злая мадам Оливия. Она молча указала на городские магические часы, которые показывали пол девятого. Это мне молча намекали, что я опоздала на работу и задержалась в библиотеке настолько, что сердобольная женщина забеспокоилась. Я, стыдясь, опустила глазки в пол и поводила носком сапога по каменной дорожке. Тяжелый вздох и меня пропустили внутрь со словами:

- Хоть бы вестник отправила, магичка-недоучка.

Нет, она меня не оскорбляла. Это меня еще к совести призывают. Ну и это было ее реакцией на мое долгое отсутствие. Мое тихо прошептанное извинение вызвало у мадам Оливии очередной тяжелый вздох и закатанные к потолку глаза.

- Еда уже остыла, но я могу пожарить тебе пирожки.

Я радостно запрыгала на месте, хлопая в ладоши. Пустой желудок подтвердил это своеей тирадой. Есть хотелось жуть! На мой жуткий голод повлияли утомительная работа в библиотеке, недоеденный обед и постоянно витающие в доме запахи еды.

Под ставшим таким привычным ворчанием мадам Оливии я забежала к себе в комнату. По-хорошему надо было принять ванну. В единственном в этом доме зеркале я разглядела не рыжую девушку, а чумазого поросенка. Моя одежда и волосы были все в пыли. Поражаюсь почему Кхалио с поцелуями полез. Мне бы было просто противно. Запихав подальше мысли, я стянула с себя грязную одежду и плюхнулась в ванну, заранее приготовленную доброй хозяйкой. Хоть одна приятность за сегодняшний день. Не считая книги, конечно.

Я бы посидела в горячей ванне подольше, если бы не окрик мадам Оливии, которая сообщила, что пирожки для меня готовы. Ну и почерневшая от меня вода. Вытиралась я мягким и таким родным полотенцем, в котором меня укутывали с момента моего рождения. Благодаря магии оно не портилось никогда. Даже когда я нечаянно его подпалила. Огонь просто сразу потух. Чему я тогда была несказанно рада. Накинув на себя банный халат я вылезла из своей комнаты.

Стол уже был накрыт к моему приходу. Пирожки с золотистой корочкой со всевозможной начинкой: капуста, картофель, ягоды. И конечно вишневый компот. Мой любимый. Стоило мне сесть и потянутся к первому пирожку как получила по руке половником. Не больно, но обидно. На мой немой вопрос "за что?" мне строго ответили:

- Сначала овощное рагу, потом десерт!

И передо мной поставили деревянную плошку с густой жидкостью, в которой плавали кусочки каких-то овощей, грибы, а также кусочки свежего мяса. И все это было украшено листьями петрушки. Ловко орудуя вилкой, я с наслаждением справилось с этой пищей богов. Ммм! Все-таки мадам Оливия чудесная женщина!

А теперь можно приняться и за пирожки! Завершив с мойкой посуды, мадам Оливия села напротив меня, ближе пододвинув ко мне миску с ягодами голубики. Мои любимые! Мучное изделие исчезали у меня во рту стоило поднести это чудо кулинарного искусство к губам. Как только сладкий сок цельных ягод я блаженно урчала. Мадам Оливия смотрела на меня и улыбалась. Она легонько поправила мою выбившуюся рыжую прядь за ухо. В эти моменты мне до слез было жалко ее. Своих детей у нее не было - не дали ей Боги детей. Поэтому от нее муж и ушел. Когда в ее жизни появилось рыжее чудовище, как она меня изредка называла, она словно расцвела. Она поддерживала меня после смерти родителей - не давала опуститься до очередной истерики с возможной катастрофой.

- Почему тебя так долго не было, Илэя?

Ее вопрос поставил меня в тупик. Говорить о истинных причинах не хотелось - сердце у нее и так слабое, а если узнает про очередные домогательства со стороны Кхалио или о казусе с ректором она может не выдержать.

- Сидела в библиотеке, - отчасти это было правдой. - Искала информацию по моему реферату на тему... - в этот момент я задумалась. Точно мне же еще реферат писать по боевой криминалистике! - "Влияние остаточной магии убийцы на раскрытие дела".

- И как? Удачно? - поинтересовалась мадам.

- Да. Только книги я не смогла вынести - библиотекарь задремал, а без его ведома книг уносить нельзя.

- Аа..

- А если бы я его разбудила, - предугадав ее вопрос, сказала я. - Я бы задержалась там минимум до полуночи. У этого вредного деда свои тараканы в голове. Мало ли что он мог придумать.

Когда все были довольны - я и мой желудок насытились, мадам Оливия, разузнав, где я пропадала, успокоилась - меня отправили спать. Время позднее, хоть завтра и выходной, но работы было полно. Пробираясь к своей комнате, я увидела в окне, как отряд солдат Императора несли здоровенные балки в сторону площади. Ох, чует мое сердце - это не к добру. Забираясь в постель, я не раз слышала, как эти содаты ругались на эти куски дерева, когда те падали им на ноги. Под эту "дивную мелодию" я утянулась в мир сновидений.

Глава 2

Утро первого выходного дня началось преотвратно - кто-то настойчиво долбил входную дверь и та грозилась слететь с петель. И все это сопровождалась громовым:

- Именем Императора откройте!

С кровати я вылетела, как ошпаренная. Неужели Кхалио пришел в себя, и рассказала обо всем ректору?! А тот в свою очередь донес стражам порядка! Ой мамочки! Что со мной будет?

В голове водился рой мыслей. Что же делать?

Бежать? А смысл? Нет сомнений в том, что дом уже окружили, и солдаты Императора ждут моего отчаянного шага. Посмотрела в окно - вроде вокруг дома не было никаких подозрительных личностей в черных доспехах. Хотя они могли замаскироваться с помощью магии. Но на улице не было ни души. Ни шумных детей, ни постоянно куда-то спешащих людей. Все как будто вымерли.

Сдаться? Может мне смягчат наказание за добровольную сдачу? Ну если с прошлым правительством такое прокатывало, то сейчас уверенности как-то поубавилось.

А в дверь все продолжали долбить. Видимо, мадам Оливия ушла за новыми семенами цветов, поэтому гости продолжали терроризировать дверь. На ватных ногах я спустилась на первый этаж. Сердце уже колотило у самого горла. Трясущимися пальцами я обхватила дверную ручку. Мысленно помолившись, я открыла дверь.

На пороге стоял высокий мужчина, одетый в черные доспехи, поверх которых надета рубаха с головой дракона, раскрывшего пасть и выдыхающего черное пламя - герб Элазии. Я гулко взглотнула, ожидая неприятностей. Мужчина лишь плотоядно окинул меня взглядом. Оказалось, что я вчера так утомилась, что не переодела сорочку и легла спать в халате. Обычно я постоянно ворочусь во сне, так что пояс халата немного ослабился и теперь солдат Императора жадно рассматривал открывшееся ему глубокое "декольте". Я плотно закуталась в воротник халата, чем вызвала недовольный прищур солдафона.

- Что вам здесь нужно? - как я ни старалась скрыть страх, мой голос все-таки дрогнул.

- Сегодня в полдень состоится казнь, - безапелляционно ответил солдат. - По велению Императора, все жители Северной части города должны собраться на главной площади в качестве зрителей! За игнорирование приказа вас ждет суровое наказание, - и уже тише добавил. - Это научит вас, бунтарей, уважать вашего Императора.

Развернувшись на все сто восемьдесят, нежеланный гость покинул дворик мадам Оливии. Стоило мне запереть дверь, как страх медленно отступил. Мне стоило больших трудов не разреветься от счастья. Хвала Богам, что это не по мою душу пришли!

До полудня оставалось меньше получаса.

***

Полдень. На площадь еще стекался народ, когда Эндраиил прибыл на место казни. Щурясь от слепящего полуденного солнца, он испытывал жуткую головную боль. Не помогали ни магия, ни лекарства. Эндраиил считал, что это побочное действие от проклятия ведьмы. По-другому неизлечимую головную боль не объяснить. Радовало только-то, что весь континент в его подчинении. И его боятся. Его имя боятся произнести вслух. При его приближении народ в страхе расступается и склоняет голову.

"Разве может быть хоть что-то прекраснее!" - думал он обо все этом. И сам же себе отвечал: "Нет!"

Его мимолетный взгляд на толпу и он быстро вычислил ту фигуру в сером невзрачном плаще, которая должна была прийти и ответить за все. Хоть и прошло много лет и она заметно постарела, но Эндраиил все же узнал ее. Это кукольное личико, длинные, пшеничного цвета волосы, которых уже коснулась седина, зеленые раскосые глаза невозможно забыть. А еще на лице был страх, что доставило Эндраиилу немалое удовольствие.

Он упивался этим страхом, пока на площадь не пришла последняя группа людей. Вот теперь незримая длань схватила его сердце, больно сжав этот самый орган. И чем дольше он смотрел на эту группу, тем больнее ему становилось, и картина перед глазами постоянно ходила ходуном. Ему стоило больших усилий не упасть на колени от охватившей его слабости.

- Проклятье! - прошипел Император. - Сегодня же полнолуние!

Эндраиил не хотел верить, что проклятие ведьмы начало набирать свою силу. Видимо, в этой толпе людей находилось то самое существо, способное его убить. Но магический глаз ничего не показал. В этой толпе не было мага или иного магического существа, равного ему по силе.

- Прекрасно! - прошептал он. - Теперь я становлюсь параноиком.

Офицер, стоящий за спиной у Императора, поинтересовался состоянием здоровья своего повелителя. Но получил такой убийственный взгляд, что теперь его лицо приобрело настолько белый цвет, что офицера можно было принять за живого трупа.

Резкий и громкий звук горна, возвестивший о начале казни. Плохо, что Эндраиил забыл взять с собой катану. Сейчас он бы остановил этот громкий, неприятный для его больной головы звук, легким движением меча. Боль и так не желала отступать, а вкупе с этим ревом голова была готова расколоться. Когда, наконец, это закончилось, Эндраиил высоко поднял руку, призывая толпу к тишине.

Не менее громко, чем горн, главный судья зачитывал обвинения жертв палача. Большинство преступников были обвинены в измене родины, покушениях на Императора, дебошах, мятежах и использовании светлой магии. Но также прозвучали обвинения в хищении имущества, насилии, убийствах, присвоении чужих средств - когда Император смог разлепить глаза после затяжной пьянки, первым делом он рассмотрел все судебные дела, которые бывший король "не смог" решить, от которых он получал дополнительный доход в свой карман. Эндраиила повеселил тот факт, что о всех своих денежных махинациях король записывал в личную тетрадь, запертую под замком. Император решил не упускать возможность наказать истинных преступников - его народ должен понять, что он хоть и жестокий, но справедливый правитель при нем все будут равны: и крестьяне, и дворяне.

Головы летели одна за другой. Чиновники, дворяне и простой люд. Когда очередь дошла до монаха-насильника, чей-то женский голос из толпы перекричал непрекращающиеся рыдания преступника:

- Оставь этих людей в покое, сын! -Эндраиил сразу узнал голос матери, хоть и слышал его три раза в жизни. - Тебе нужна я? Вот она я!

Эндраиил остановил палача, когда тот был готов занести окровавленную секиру над шеей преступника. Он все также продолжал смотреть на эту женщину равнодушным взглядом. И ждал пока она не упадет перед ним на колени и не будет умолять его. Мать медленно вышла из толпы и подошла на расстоянии вытянутой руки к сыну.

- В кого ты превратился, сынок? - рыдая, спросила мать.

А в ответ молчание. Толпа боялась произнести хоть писк. Площадь погрузилась в гробовую тишину. Даже преступник прекратил рыдать; он надеялся, что сейчас все кончится и его отпустят. Пытаясь заглушить судорожные рыдания, мать прикрыла рот рукой. Словно подтолкнутая невидимой рукой, она упала на колени, моля сына:

- Я прошу тебя, оставь этих несчастных в покое!

- Нет, - его ответ был кроток.

Мах рукой и палач сносит голову монаха. На лице Императора не дрогнул не один мускул. Мать же закрыла лицо руками в надежде не видеть (или забыть) тот равнодушный взгляд сына, который словно окатил ее ледяной водой. У нее не осталось сил, чтобы подняться и скрыться с глаз сына.

Тихий свист и из тени выходят два черных волкодава. Их светящиеся красные глаза преданно смотрели на Императора, ожидая приказа. Каждого пса Император почесал за ухом. Псы, радостно скуля, завиляли хвостами.

- Иэшшерио! - короткий приказ на древнедемоническом, дословно переводящийся как "Взять".

Псы, не медля, рванули с места. Один из них вцепился матери в ногу и потащил в тень. Женщина кричала от боли, пыталась отбиться от двух демонических псов, но безуспешно. Мощные челюсти пса сжали ногу с такой силой, что кроме криков толпа услышала хруст кости. Долго мучится женщине не пришлось - мгновение и псы затащили ее в тень, где и стихли ее крики.

- Лорд судья, продолжаем! - равнодушно, как будто сейчас ничего не произошло, сказал Эндраиил.

Замах топором и палач вновь отрубает чью-то голову. Но на этот раз Эндраиил не смотрел как отрубленная голова скатывается в общую кучу. Он молча ушел с площади. Дел сегодня было по самое горло. Сейчас он займется самым приятным - допросом.

***

В лавку я вернулась в смешанных чувствах. С одной стороны мне было жаль тех невиновных, кто был казнен по прихоти Императора, с другой - были наказаны виновники многих бед и это безусловно радовало - они получили по заслугам.

Затрезвонил входной колокольчик - первый посетитель за сегодняшний кошмарный день. Пожилая пара ювелиров из соседней лавки вошла в магазинчик. Тоска ранила острым ножом и так ноющее сердце - сегодня они потеряли единственного долгожданного сына Джандара. Веселый задира, глава местной банды мальчишек, которой непосчастливилось нарваться на пьяных офицеров Императора; в ту ночь почти всю банду вырезали , а главаря вздернули на виселице. Что самое ужасное - никто из парней не достиг совершеннолетия.

Съедаемая горем женщина подошла к расписанной цветами стойке и тихим безжизненным голосом попросила:

- Илечка, милая, собери нам букет из самых красивых цветов и небольшой венок...

Горькие слезы душили безутешную женщину. Ее дрожащие пальцы сминали мокрый от слез платок. По моему приглашению чета Эдэтей присела за небольшой столик для гостей. В шкафчике под стойкой находился небольшой чайный сервиз, который я и достала. В небольшие чашки я налила заранее приготовленный отвар из ромашки и зверобоя. Приятный аромат травяного чая разлетелся по всей лавке, немного успокаивая. Посетители пили чай, мессир Эдэтей успокаивал жену, а я принялась за работу. Белые хризантемы и белые каллы казались мне идеальным решением. К ним я решила еще добавить пару цветков мака. После небольшой букет был завернут в желтую сизаль и перевязан фиолетовой лентой - цвета траура в нашем государстве. Венок я захотела сделать из белых нарциссов и вплести туда еще и жемчужный бисер. Все выбранные мною цветы очень нравились несчастному Джандару. Немного успокоившаяся семья забрала букет и венок. Пожелав мне удачного дня, мессир Эдэтей повел плачущую жену на кладбище.

Постепенно цветочная лавка наполнялась сраженными горем людьми. За час я сбилась с ног, собираю букеты. И боюсь, что на всех посетителей цветов не хватит.

Вернувшись, мадам Оливия застала довольно унылую картину: все посетители, включая продавца (меня), ходили по цветочной лавке с бледными лицами и опущенными головами. На вопрос: "Что случилось?" все смотрели на нее и тут же отводили глаза. Недоуменный взгляд на меня и кровь снова отхлынула от моего лица. Даже воспоминания о произошедшем ужасе вызывала первобытный страх. Сейчас даже глаза поднимать было страшно - казалось, что из ближайшей тени на тебя смотрит пара красных глаз. На ватных ногах я подошла к мадам, чтобы забрать мешок новых семян из ее рук. Цепкие пальцы мадам Оливии обхватили мои дрожащие ладони. Немой вопрос застыл в ее глазах. Еле-еле размыкая бледные губы, я сдавленно прошептала:

- Это было ужасно...

Мне показалось или кого-то стошнило? Так и есть! Мессир Белдрок всегда был человеком впечатлительным, и бедному старику не повезло видеть всю ту ужасную картину с первых рядов. На полу вспыхнула пентаграмма, и от следов завтрака ничего не осталось – все-таки бытовая магия давалась мне легко, чему мадам Оливия была несказанно рада - ей не приходилось тратиться на уборщицу.

Когда последний цветок ушел на очередной букет, а количество покупателей все пребывало, мадам Оливия, со свойственной ей прытью, извинялась перед каждым посетителем и раздавала визитные карточки ее подружек-коллег на ближайших улицах. Люди лишь молча кивали головой и также молча выходили.

Когда за последним посетителем закрылась дверь, я свалилась на диван для гостей, без сил. За весь рабочий день мне не удалось присесть. Теперь несчастные ноги гудели, как после многокилометровой пробежки. В мои обессильные ладони была любезно всунута чашка с бодрящим настоем. Сама мадам Оливия расположилась на соседнем кресле с тем же напитком.

Спустя некоторое время хозяйка лавки выудила из меня рассказ о сегодняшнем происшествии. При упоминании Императора мадам Оливию заметно передергивало от отвращения. Когда я затронула тему о произошедшем с его матерью, сердобольная женщина, охая, схватилась за сердце. Я быстро поставила кружку на стол, приложила свои ладони к сердцу женщины, вливая ей целебную магию. Потихоньку боль покидала мадам Оливию. Теперь я ощущала себя еще и виноватой - городской лекарь предупреждал, что очередной инфаркт пожилая женщина может не перенести. А тут такие новости.

- Анэто вирто! - простое заклинание-вестник я отправила городскому лекарю.

В течение часа он должен был прибыть. Я надеюсь. А сама пока поддерживала сердце мадам Оливии целительскими заклинаниями.

Когда моя мана уже готова была выгореть, в лавку, без стука, ворвался сгорбленный старичок в желтой мантии целителя. Его маленькие глаза, как только увидели меня, злобно заблестели за толстыми стеклами очков, неровно сидевшими на крючковатом носу. Небрежно оттолкнув меня от хозяйки лавки, лекарь измерил пульс на едва пульсирующей жилке. Осознание того, что я довела мадам до приступа и не смогла ей помочь, нахлынуло горькой волной. А лекарь колдовал укрепляющие заклинания, и состояние мадам постепенно приходило в норму.

- Мало тебе жертв было в начале осени, - проскрипел лекарь, - так ты хочешь ни в чем неповинную женщину в могилу свести!

И это окончательно выбило меня из колеи.

Лекарь позвал кого-то со двора, и топот многочисленных ног заполонил лавку. Но меня это почему-то никак не интересовало. Даже начинающаясь за окном гроза (хотя на улице было солнечно, а на небе ни облачка) и раскаты грома не привлекли моего внимания. Я, словно оживший мертвец, еле волоча ноги, побрела к себе в комнату. Я не помнила как подималась по лестнице, как открыла дверь, как разделась и вошла в ванну. Все это время я старалась справиться с бурей эмоций в своей душе. А иначе и правда очередного катаклизма не миновать. Непослушными ладонями я обхватила кувшин ледяной воды, приготовленной для таких случаев, и резко выплеснула содержимое сосуда себе на голову. И это помогло мне прийти в себя и привести мысли в порядок. Мокрые волосы неприятно липли к спине, а длинная густая челка полностью закрыла лицо. От сильного порыва ветра окно с грохотом распахнулось и холодная стихия ворвалась в помещение, от чего стало еще холоднее. Судорожный вздох и я укрываюсь халатом.

Лучше бы я сейчас к окну не подходила - двое помощников лекаря несли мадам Оливию на носилках к целительской карете. Что-то незримое сильно сжало сердце. В голове кружился беспорядочный рой мыслей. И буря. Буря негативных эмоций грозилась выплеснуться и смести все на своем пути. Погода как будто читала мои эмоции - сильный ветер, который уже поднял уличную пыль с дорожек и крутил в свеобразном танце чью-то плохо закрепленную на вревках одежду, уже грозился переасти в ураган; мощный ливень бил по черепицам крыш свою причудливую мелодию.

Я понимала - мне надо прикротить все это, взять себя в руки. Но любая мысль о том, что я могу потерять еще одного доброго человека в моей жизни и ураган набирает силу. За что меня так наказывают Боги?! Почему все близкие мне люди страдают из-за меня?!

***

Погода разыгралась не на шутку. Эндраиил списывал все это на то треклятое проклятие. Много часовые пребывания в библиотеке и магических архивах не дали никаких результатах а природе это проклятия. А хитрый Иссиэль либо не отзывается на призыв, либо глумится над Императором. Что приводило его в ярость. От гнева Эндраиил швырял в хитро улыбающегося демона темные заклинания. Но заклинания не достигали цели - демон просто успевал скрываться. Что сильнее выводило Эндраиила из себя.

Боялся ли он проклятия? Нет! Эндраиил был уверен, что в этом захудалом мире нет никого сильнее, чем Император Мрака. Его бесил тот факт, что сплетни о проклятии разлетелись почти по всему городу. А любопытные взгляды, которые изредка бросали слуги, выжидали того самого могучего существа, что низвергнет Императора и освободит континетн от его тирании.

Под конец дня Император заперся у себя в покоях с десятком коробок крепких вин и элей. Те смельчаки, кто отважился подходить к дверям покоев Императора, слышали лишь отборную ругань и звук разбивающейся очередной бутылки, в пылу ярости брошенную в стену.

***

Буря стихла под вечер. А я наконец над эмоциями взяла вверх. Надеюсь, от сегодняшней истерики город пострадал не сильно. Так не хотелось подходить к окну, чтобы, открыв его, ужаснуться от очередной катастрофы. И что будет на этот раз? Потоп? Или цунами? В любом случае надо нести ответственность за свои поступки. Так всегда говорила мама. Я быстро встала с постели, загнав все тревожные мысли куда подальше.

Моему удивлению не было придела. Улицы были настолько сухими и целыми (почти), что от следа дождя и урагана не было и следа. Как будто последние три часа не было никаких сильных порывов ветра и чудовищного ливня. Догадка пришла сама собой - всевозможные заклинания Мрака, наложенные Императором, восстановили город за считанные секунды. Каменные вкладки разрушенной ураганом мостовой медленно вставали на свои места, улетевшая наволочка из соседского дворика плавно вернулось на свою веревку. Город постепенно восстанавливался.

Полная луна уже освещала погрузившийся в сон город. Испуганные грозой дети, игравшие до этого на улице, давно уже спали. Только их уставшие родители легли совсем не давно - женщины спасали имущество от потопа и таскали ведра полные воды на улицу, а их мужья латали дыры в крышах. Солдаты Императора ходили по домам, расспрашивая о ущербе. Странно, раньше они сами были рады подебоширить, а когда Его Императорское Величество протрезвело, они забегали, как тараканы по кухне, выполняя свои обязанности. Скорее всего, они получили нагоняй от начальства.

Легкий холодный душ помог привести мысли в порядок. Завтра ждал еще один тяжелый день, мне нужно было как следует подготовиться, приготовить семена, принесенные мадам Оливией, к посадке. И приготовить цветы для продажи.

С уходом лекаря и его свиты в доме стало пусто. Как и в моей душе. Настенные свечи уже давно потухли, с некоторых даже капал на расписной ковер воск. Но мне хватало света луны. Мне казалось, что небесное светило сегодня по-особому необычно. Меня манил ее свет, ее близость. Кажется, протяни руку и получишь ответы на самые важные вопросы. Какая-то сила вывела меня на задний двор лавки - оранжерею. В большой стеклянной теплице росло большое количество многообразных цветов от небольших полевых для знахарок до распустившихся кустарников роз. И было у нашей оранжереи еще одна особенность - у нее не было крыши. Просто бывший муж мадам Оливии не успел установить кров. Но в холодные дни цветы все равно не вяли - моя магия исправно справляется с отеплением в оранжерее.

За дверями еще не лето, снег сошел только месяц назад и на улице еще замерзали лужи. Но холодно мне не было. Я была уверена, что именно лунный свет согревал меня, наполнял какой-то силой. И даря желанную тишину.

Может я соскучилась по тишине? Не давящей, как это бывает, когда одинок. А именно такой - ночной. Мне ее не хватало с тех пор, как меня выдворили из деревни.

Сейчас я стояла посреди оранжереи цветочной лавки. Лунный свет играл с капельками воды в моих волосах, от чего они блестели, как бриллианты на солнце. Я закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и ароматами цветов.

Внезапный стук по стеклянной стене оранжереи заставил испуганно вздрогнуть. Напротив меня, за стеной, стояла фигура в черной кирасе. Она же махала рукой в сторону входа в лавку. Из-за рельефного стекла лица фигуры (да и саму фигуру в целом) было не рассмотреть. Я подхватила полы домашнего платья и побежала открывать двери для нежданного гостя. Ночным гостем оказался бледный, как моль, страж порядка. И глаза светились отнюдь не радостью. Скорее страхом. Что было не похоже на присущее высокомерье уроженцам Элазии. Он переводил взгляд то на меня, то на оранжерею.

- Доброго вечера, госпожа, - запинаясь, спросил стражник.

"Из местных, выживших", - догадалась я. Стражи Императора не снизошли бы до банального приветствия.

Я ответила легкой улыбкой и коротким кивком. Тихий издевательский смех привлек мое внимание. Возле противоположной от нашей лавке стены стояла группа стражников, подпирая ту самую стену. Они наблюдали за моим визитером. По наглым улыбкам и хищным лицам было понятно кому они давали присягу добровольно. От их улюлюканий и издевательских высказываний он сильнее вжимал голову в плечи. Долго терпеть этот фарс я не могла:

- Я чем-то могу вам помочь? - мило улыбаюсь стражнику.

А за спиной легкий пасс рукой и над головой стражника возникает видимая только мне пентаграмма заклинания "Уверенность". Простое заклинание, которое обычно используют ученики перед экзаменами. Ночной гость перестал трястись, как березка на ветру, он гордо рассправил свои худосочные плечи, вздёрнул небритый подбородок и уверенно произнес:

- Госпожа, в свете недавнего урагана, разнесшего половину города, Его императорским Величеством было принято решение о возмещении ущерба жителям столицы в виде материальной компенсации. Правительство просит вас составить список, что у вас пропало, безнадежно уничтожено, - многозначительный взгляд на крышу оражереи, точнее на ее отсутвие, - и прочее, что не смогло возместить заклинание Императора.

Я внимательно рассматривала дом и дворик. На первый взгляд наш двор пострадл меньше остальных: небольшая цветущая изгородь, почти все бутоны которой были сорваны ветром, представляла собой длинный зеленый кустарник, одна из скамей была заброшена на соседскую крышу, о чем и сообщила стражнику, записывающему об ущербе, каменная дорожка уже приходила в целостное состояние, некоторые доски из стены дома торчали, но их легко можно залатать магией, яркая вывеска нашей лавки "Цветочная сказка" криво весела над входной дверью, это тоже можно было исправить магией.

- Это все, господин стражник, - тихо сказала я, заканчивая со списком ущерба.

На меня посмотрели, как на умалишенную, указав кончиком пера на пустое пространство над оранжереей, где должна была быть крыша.

- Ах это! - я спрятала улыбку за ладонью. - Господин стражник, здесь крыши отродясь не было. с помощь ю магии...

Договорить мне не дали. Стражники у стены мигом изменились в лице и в позе. Один даже вытащил меч. И вся эта группа угрожающе двинулась на меня. Стражник, с которым мы мило беседовали, заступил им дорогу. Но моего нежданного защитника грубо оттолкнули. Меня же грубо схватили за руку и толкнули к стене, прижимая к горлу меч. Один из стражников достал из-под плаща бесцветный кристалл-определитель и поднес к моему лицу. Смысла дергаться я не видела - меня либо сразу прирежут, либо в тюрьму упекут до следующей массовой казни. Магический кристалл засветился бледно-фиолетовым цветом - это означало, что во мне доминирует бытовая магия. А насыщенность цвета - как она сильна. Меня не удивила бледность цвета кристалла - я же маг-недоучка.

Ворча под нос о очердном промахе, недобро настроенная группа стражников пошла по своим делам. Отряхиваясь от пыли и грязи, мой нежданный защитник извиняющимся тоном произнес:

- По приказу Императора всем отрядам было приказано искать белых магов, госпожа. Доброй вам ночи.

Легкий поклон и стражни ушел за остальными.

Пребывая в некотором шоке, я вернулась к себе на верх. Заниматься сейчас цветами не было никакого желания. Лучше встану пораньше и приготовлю цветы.

Завтра тяжелый день нужно поспать, набраться сил. Но как я ни старалась сон никак не шел. Ни помогали ни настои, ни магия, ничего. Голова сама повернулась в сторону приоткрытой сумке, откуда кокетливо выглядывал уголок запрещенного фолианта. Раз уснуть не получится надо поучиться.

Зажигать свечи смысла я не видела. Лунного света хватало вдоволь. Кое-как вытащив из чулана большой махровый плед, который я постелила на подоконнике, заварила себе кружку чая с вербейником, для поддержки магических сил, и уютно устроилась на подоконнике. Зарываясь пальцами ног в толстый ворс пледа, я потянулась к сумке за фолиантом.

С виду это был обычный учебник: твердая обложка, с изображенным на ней гербом древнего рода (даже не помню какого), несколько вырванных страниц. Только потрепанный и напичканный различными охранными заклинаниями от любопытных носов. Разрушить их было не просто. Сложность состояла в том, чтобы найти крохотный узел в плетениях. И таких узелков бывает несколько. Обычно у магистров на это уходят часы и много маны. Когда я впервые открыла книгу, мне не сразу удалось увидеть эти плетения. Но фолиант был старый и заклинания тоже, поэтому они и не сработали. Но сейчас, когда необходимо использовать заклинания из этой книги, мне нужно снять эти плетения.

Я положила фолиант себе на колени. Сложенные друг на друга руки я опустила на обложку фолианта, где начиналось плетение. Глубокий вздох, я закрываю глаза и в моей голове возникает сложная сеть плетения. Что тут сказать, узелков было много. И все в основном ложные (если развяжу хоть один из них - фолиант сгорит). Меня тут же охватила паника.

"Так спокойно, Илэя! Тебе нужна пустая голова."

Глубокий вздох и по моим пальцам потекла магия. Моя фиолетовая змейка ползет по магической паутине от узла к узлу. Мне необходимо было найти нужные узлы по магическому излучению, свойственную определенному заклинанию. Но от большого количества обманных узлов все магические потоки смешались в один.

Ладони на фолианте дрогнули, от чего магическое плетение в моей голове пошло рябью. Нет! Мне нельзя отступать!

Возилась я с этой защитой долго. Я уже была готова упасть без сил, когда последний узел изчез, а сама магическая паутина не рассыпалась. Фолиант выпал из моих ослабевших рук.

На ватных ногах, еле передвигая эти конечности, я побрела в ванную комнату. Ванна, наполлненая горячей водой и настоем вербенника помогла восстановить часть магических сил. На простую трансформацию должно хватить.

Если верить городским магическим часам до полуночи оставалось менее получаса.

Ух, долго же я провозилась с этим фолиантом.

Выбросив все мысли из головы, я уверенно шагнула к подоконнику. Сново уютно устроившись на нем, я открыла нужный раздел в фолианте. "Основы метаморфоз" гласило название раздела жирным шрифтом на всю страницу. Лёгкий шелест страницы и передо мной собрания трактатов многих магов-ученых.

Первые страниц десять, как это бывает в обычном учебном, гласили о правилах использования данной информации, о мерах предосторожности. В общем все то, что преподают в академии. Уверенно перелистываю первые страницы, переходя к самому главному. "Практика превращений". Ага! Изучение конспектов заняло у меня меньше десяти минут. Осталось проверить теорию практикой.

- Начнем! - прибадривая саму себя, я встала посреди комнаты.

Согласно фолианту я провожу ладонями по телу, скапливая ману в участках тела, премещаю ладони к сердцу, собираю магическую силу в пучок и резко вытягиваю руки вперед. Глубокий грудной вдох, воздух наполняет всю грудную клетку. На резком выдохе я произношу заклинание:

- Кворум! Эктис торриас!

В следующее мгновение магия окутала меня в свой кокон. Я чувствовала всем телом, как магия вливаится в меня, изменяя. Доли секунд и я резко уменьшаюсь в размере, вторая в ворохе ткани.

Долгое время я пряталась там, боясь выходить наружу. Меня пугало абсолютно ВСЕ: от неизвестных запахов до громкого шума за окном. Сердце, как бешенное, колотилось у самого горла. Маленький чёрный носик, улавливая странные запахи, смешно дергался.

- " Получилось?" - была моя единственная мысль.

Именно любопытство выгнало меня из укрытия. Моему удивлению не было предела - все казалось не просто большим - ОГРОМНЫМ. Шевеля маленькими когтистыми лапками, я поскакала к напольному зеркалу. Неожидая, что увижу в зеркале, я отскочила от него. Медная шерсть на загривке вздыбилась, большой пушистый хвост походил больше на метлу для уборки пыли. Я замерла, смотря чёрными глазами пуговками на своё отражение. От туда на меня смотрела белочка.

- Получилось! - уже от радости я скакала по всему дому.

Когда сил радоваться уже не оставалось, я снова вернулась к зеркалу, крутясь перед ним, рассматривая рыжую шкурку. Полученным результатом я была довольна. Для первого раза это было довольно неплохо. Хоть тройка мне будет обеспечена. И я не услышу больше ни одного унизительного высказывания от Иллария Цепковича.

Городские магические часы пробили полночь. Не знаю, смогу ли я уснуть будучи такой взбудораженно. Оставалось только произнести заклинание противодействия.

- Анатарис ретус!

Магия полилась яркой струей из-под моих лапок и снова окутала в свой кокон. Я уже была готова стать снова человеком, когда произошло что-то из ряда вон выходящее. Вместо того чтобы мне начать расти, магический кокон покружился по всей комнате, устроив одной маленькой белочке веселую карусель, и вихрем унося прочь. С головокружительной скоростью вихрь магии уносил меня прочь из дома.

Магический вихрь кружил маленькую белочку по всему городу, устраивая незапланированную карусель. Пока меня не выплюнули в чье-то раскрытое окно. Маленьким испуганным комком я оказалась в центре роскошно обставленной комнаты. Двуспальная кровать с шелковым балдахином, в длинном ворсе ковра потонули маленькие лапки, мебели из дорогих видов деревьев, шелковые шторы на окнах из дальних стран. Такую обстановку в нашей стране мог себе позволить только король.

Черный носик улавливал странные, незнакомые запах от красивых цветов на окнах до стойкого мужского мускусного запаха И жуткий запах спиртного витал в воздухе. От него неприятно жгло в носу.

Запоздалая догадка заставила шерсть на загривке вздыбиться. До меня не сразу дошло кому могли принадлежать эти покои. Если король мертв, то...

- Ик! - выдали у меня за спиной.

От неожиданности я подпрыгнула вверх, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Дрожащий носик уткнулся в острые носки начищенных до блеска сапог. Вздернув маленькую головку вверх, мои перепуганные беличьи глаза встретились с кошмаром нашего города. Император Мрака нависал надо мной, потягивая с горла темной бутылки вино. И снова посмотрели на меня. Снова сделали глоток. И снова вытаращились на меня. Не до конца доверяя своим глазам, Император похлопал себя по щекам.

Страх липкой паутиной прикрепил меня к полу. Как ни старалась я пошевелить лапками, но они предательский не хотели двигаться. Как парализованная, я стояла, растопырив лапки, боясь даже пошевелиться.

Оцепенение спало, когда бутылка полетела из ослабевших рук Императора и с грохотом распалась на множество осколков. В то же мгновение я рванула к раскрытому окну. С каждым прыжком приближался спасительный выход. Оттолкнувшись посильнее, я запрыгнула на подоконник. Наконец остался последний прыжок. Дуновение свежего ветерка принесло некую надежду на побег. Ветка ближайшего дерева была очень даже кстати. Последнее усилие! Прыжок! И я зависаю в воздухе, окутанная невидимым магическим коконом. По велению пальца, этот кокон занес меня в комнату, прямо в руки Императора.

Стальные пальцы Императора Мрака сжали шкурку на загривке, не давая даже шанса пошевелиться. Черные пьяные глаза изучали испуганную белку и смотрели прямо мне в беличью душу.

- БЕЛКА! - выдало пьяное чудовище. - Моя погибель - белка?! Это старуха пошутила надо мной?!

У меня от страха задергался пушистый хвост. Еще чуть-чуть и на черном дереве будет красоваться мокрая лужица.

- Я, - взревел Император, - как старый параноик, целый вечер сходил с ума из-за чертового проклятия ведьмы! И в полнолуние ко мне является эта крыса! Да в ней не чувствуется даже крупица магических сил!

- Ик! - это уже я.

Под полный разочарования стон Император устало опустился на массивное кресло. Спрятав уставшее лицо в ладони, он бурчал себе под нос:

- Что же мне с ней сделать? - Император взглянул на меня сквозь пальцы. - Отдать псам? Те только сами передерутся. Для демонов слишком худая - одни кости. Чучело из тебя так себе...

Беличьи инстинкты взяли вверх. Пока Император размышлял над моей судьбой, я решилась на побег. Для храбрости я зажмурила свои черные перепуганные глаза. Используя свое гибкое тельце, я смогла схватить державшую меня руку всеми зубами. Шипя от боли, Император разжал пальцы, а я упала на все четыре лапки на пол.

Перебирая лапками я поскакала до окна. И кто мне скажет почему я начала шептать слова заклинания возвращения формы?

- Анатарис ретус! Анатарис ретус! Анатарис ретус!

Наверно мне показалось, что заклинание снова перенесет меня домой. Но не тут то было. Магический свет ослепил и меня, и рванувшего ко мне Императора. Когда магический свет погас легкий ветерок коснулся кожи. Приоткрыв один слезящийся глаз, я с радостью заметила, что мне удалось вернуть человеческую форму. Но только это была не моя комната!

Я испуганно обернулась на раздавшиеся совсем рядом проклятия. Протирая обожженные светом глаза, Император проклинал светлую магию и тех кто посмел так пошутить с ним.

- Лично выдру колдунишкам руки и ноги! Я их фолианты затолкаю им в глотки! Твою Тьму!

По спине пробежал холодный ветерок. Испуганно опускаю глаза вниз. Истошный визг прервал гневную тираду Императора. Краснея от стыда, я спряталась за длинную плотную шторку. Надо же было так опозориться! Дура ты, Илэя! Додумалась же читать заклинание-противодействие не дома. Там же одежда осталась! Вцепившись бледными пальцами в шторку, я тихо молила Светлых Богов, чтобы Император забыл о моем существовании, чтобы он не заглянул за шторку.

Мужские пальцы вцепились в мою руку, вытаскивая из спасительного угла. Свободной рукой я прикрыла оголенную грудь, пряча глаза в пол лишь бы не смотреть на Императора. Но как бы не так. Рванув на себя, он обхватил мою тоненькую талию одной рукой. Стальные пальцы вцепились в подбородок, заставляя посмотреть прямо в глаза Императору Мрака. Чтобы утонуть в их непросветной мгле. Они завораживали, приковывали к себе. С каждой секундой я все глубже тонула в этом темном омуте. Тогда, на казни, он казался мне пугающим, жестоким монстром. Сейчас же, я невольно отмечала его притягательные черты лица: раскосые глаза цвета черного бриллианта, мужественное лицо, не такое смазливое как у Шагора Кхалио, приковывающее к себе восхищенные взгляды девушек, а именно такое с резкими чертами, орлиным профилем, тонкими губами и ниспадающими на бледное лицо черными локонами.

Неожиданно это лицо оказалось настолько близко, что наши губы едва касались. Испуганная этим фактом, я рванулась из захвата, толкая Императора в его широкую грудь. Он, наступив на лежащую бутылку, потерял равновесие и упал на пол. В это же мгновения меня отпустило непонятное влечение. Взглянув на лицо бессознательного Императора, мимолетно отметила, что у него обычное лицо мясника - хищное и жестокое.

Свет и Тьма! Как же мне в таком виде возвращаться домой. Быстрый взгляд на громоздкий шкаф. По слухам, наш король любил водить девушек легкого поведения к себе в покои. И иногда случались казусы с разорванной одеждой. Для этих случаев король припасал несколько дешевых платьев. Растворив дверцы шкафа, я облегченно выдохнула. На нижней полочке лежали несколько холщовых платьев. В своей жизни это уже второе мое воровство. Но мне одежда нужнее! И как раз нашелся мой размер.

Накинув поверх платья длинный плащ, я с удовольствием покинула покои Императора Мрака.

***

Эндраиил очнулся от жуткой головной боли. С этих пор он не возьмет бутылку вина в руки! Постепенно к нему возвращалась память. Жуткий ураган, еще десять выпитых бутылок, магический свет ворвался в его покои, рыжая белка и нагая девица. С последней вышла какая-то чертовщина. Как только он посмотрел в ее испуганные зеленые глаза, он утонул в их водовороте. Неведомая сила толкнула его к приоткрытым от испуга губам девушки. Но она оттолкнула его и Император упал в бессознание.

В эту ночь Эндраиил не сомкнул глаз. В его мысли вклинивался образ рыжей магички. Пытаясь избавиться от этого наваждения он представлял, как острый топор палача заносится над тонкой шеей девушки, как летит ее голова к остальной куче ее голов. Но каждый раз сердце сжимала невыносимая боль. И в голове снова возникал образ его рыжей белочки. Ее розовые губы, которые хотелось попробовать на вкус, мягкие рыжие локоны, водопадом спадающие на спину, которые часами хотелось перебирать, сидя возле теплого камина, нежная загорелая кожа, отличная от могильной бледности трущихся возле Императора аристократок, так и манила его прикоснуться не только руками, но и губами, в ее зелёных глазах отражалась вся ее боль, от которой ее хотелось скрыть.

Император Мрака невольно выругался. С каких пор он думает о таких низменных вещах? И он назвал эту девку СВОЕЙ? С этим надо кончать! Эндраиил должен непременно найти эту магичку-недоучку и самому отрубить ей голову. И вот опять звериная тоска охватила его. Что-то внутри него не хотело этого. И это что-то хотело видеть ее на своей кровати.

Как только рассвело Император приказал страже обыскивать каждый дом, каждое здание в Империи, но они обязаны были найти ночную гостью Императора. Он и сам собирался отправиться в Академию Магических Искусств. Где же еще искать магический одаренного человека?

Глава 3

Для Эндраиила утро выдалось не слаще ночи. Все началось чудовищного похмелья, непереносимой сухости во рту и люботных носов слуг, интересующихся сдох ли их Император или нет.

И чувство, которое он не испытывал с момента смерти кормилицы. Одиночество. Сжигающее изнутри, съедающее его душу. Заставляет в отчаянии кусать тонкие губы, протяжно выть подобно лесном волку.

Звериная тоска одолевала его всю ночь. В голове только и роились мысли о рыжей незнакомке. Кто она? Почему оказалась в его покоях?

Существо, что сильнее Императора? Чушь! В ней было так мало маны, что она едва-едва ощущалась. Эндраиил метался по спальне, словно дикий зверь. Полнолуние продлится ещё два дня. За это время может произойти все что угодно.

Нужно найти эту магичку.

А зачем? Этот вопрос поставил его в тупик.

Убить? Боль острым ножом прошлась по всему телу от одной мысли о её крови на чьих-либо руках.

Держать в темнице? Возможно. Но не за ржавыми железными решетками. А в столице, на чёрных шелковых простыня, в своих объятиях. Закрыться носом в эти густые рыжие волосы. Интересно, чем они пахнут? На тот краткий миг их близости его чуткий нос уловил слабый запах цветов. Эндраиилу казалось, что его прекрасное наваждение живёт именно в этом городе.

Северный район? Эту мысль он отмел сразу - в этих каменных джунглях не произрастает ни травинки.

Южный? Скорее всего. Эта часть богата растущей флорой. Там мало домов, в основном особняки богатых и высокопоставленных лиц.

Полуденное солнце освещало крыши домов его необъятной Империи. Особенно выделялись высокие башни из белого камня Академии Магических Искусств. Не было сомнений - "белочка" учится именно там.

Где-то в глубине сознания Эндраиил был благодарен отцу, что тот воспитал его таким. Он бы не достиг таких высот если бы его воспитывали как его предшественников: одаривая мнимой любовью, излишней ласке и вседозволенности.

Какой-то слуга осмелился войти в его покои. Сухонький старик упал перед Императором на колени, умоляя простить его.

- Чего тебе? - бросил из-за плеча Император Мрака.

Старик пролепетал что-то про завтрак и обед. Что Хозяин изволит вкушать?

Эндраиил, задумавшись, потёр большим пальцем острый подбородок. Решение он принял в ту же минуту.

- К вечеру накрыть стол в саду на двоих.

- В беседке или на веранде? - голос слуги дрогнул от страха.

- В дальней беседке, - произнёс Император, натягивая на рельефное тело черную шелковую рубашку.

Старик, раскланиваясь, поспешил покинуть покои своего повелителя.

Прохладная ткань плотно обхватила его бледный торс. Сквозь блестящий материал рубашки выступали очертания по-атлетически сложенного тела. Он был хорош. Конечно, не красавец, но по-своему привлекателен. В его родном дворце от молодых аристократ ок не было отбоя. Их даже не пугала его ужасающая сила.

Эндраиил мотанул головой, тряхнув водопадом смоляно-черных волос. По его ментальному приказу из тени вышла размытая клубами чёрного дыма фигура - слуга Тьмы. Она низко поклонилась и зависла в воздухе, ожидая приказа от своего господина.

- Отправь своих шпионов по всему городу, - приказал Император, натягивая на ногу высокие чёрные сапоги. - Цель поисков: молодая магичка с рыжими волосами и зелёными, как первые листья берёзы глазами. Уровень магии почти на нуле. Также искать во всех магических учреждениях Империи. Местную академию я посещу сам.

Слуга лишь кивнул и растворился в тени шкафа.

Молодой Император вышел из своих покоев, накидывая на одно плечо чёрный плащ с гербом Империи. На пути к конюшне он бросал своим солдатам приказы: собирать отряд на прогулку по городу. Воины Элазии были рады видеть своего повелителя живым и в добром здравии.

У деревянной конюшни уже собрался отряд из десяти человек верхом на спокойно стоящих лошадях. Только его верный конь брыкался, кусая конюхов за руки. Стоило Эндраиилу приблизится, как Шайтан успокоился, с удовольствием принимая с рук хозяина кусочек сахара. Император ловко вскочил на седло. Он погладил боевого друга по шикарной чёрной гриве, забрав поводья у слуги.

Эндраиил направил коня за высокие каменные ворота дворца, в город, в Академию. За его спиной, весело переговариваясь, ехал маленький, но верный отряд полудюдей-полудемонов. Им было плевать на цель поездки. Для них было честью исполнять любые приказы своего Императора и сопровождать его, куда бы тот не направился.

***

- Илэя Вастерс, к доске!

Ну, вот опять! Сегодня преподаватели чувствуют, что я совершенно не готова. Но если по прошлым предметам я и вправду ничего не знаю, то по Истории магии Империи (а раньше было Королевства) у меня знания имелись. Но все равно, все тело свело от страха, кровь отлила от головы. Всего-то нужно встать, подойти к доске и ответить при всем курсе известную даже первогодке тему. Проще некуда! Но тело абсолютно не слушалось. И меня била крупная дрожь.

Где взять силы, чтобы встать, подойти к доске и ответить?

- Вастерс! – грозный оклик Митриллы Предгон и ноги сами понесли меня вниз, к доске.

С каждым шагом становилось все страшнее. Сердце билось где-то у самого горла. Сознание готово было махать белым платочком, когда я наконец дошла до кафедры и преподавательницы.

Предмет, вроде, и простой, но страх крепко схватил за горло, сжимая когтистую лапу, не дает вздохнуть, отнимает силы. Кружится голова. Во рту все пересыхает.

Я набрала в грудь побольше воздуха, выпрямив спину. Но под всеми этими взглядами: оценивающими, презрительными, злобными, надменными становилось не по себе. Дрожащие пальцы теребили складки длинной серой ученической юбки.

Пожилая преподавательница смерила меня колючим взглядом голубых подслеповатых глаз. Крючковатый нос подрагивал от напряжения. Профессор Предгон облизнула сухие губы, изучая список вопросов.

- Для вас, госпожа Вастерс, самые простые вопросы, - пропела она с издевкой. – Как в нашем мире зародилась магия и как она оказалась в нашей Империи?

Я не сдержала облеченного выдоха. Действительно, проще вопроса и не бывает. Вот только… Обидно, конечно, что меня считают самой глупой ученицей Академии. Я чувствую, то способна на многое. Но это проклятие, что лежит на мне с младенчества, убивает всю мою уверенность, мои мечты, будущее. Меня саму.

- Никто точно и не знает, сколько времени прошло с момента падения Великого Камня, - текст с учебника я помнила наизусть, он словно стоял у меня перед глазами. – Его столкновение с Иррданской горой привело к возникновению мощной волны. Она и разнесла магическую пыль по всему миру. Именно эта пыль и стала причиной появления магии в нашем мире. Через какое-то время на всех континентах начали произрастать семена Эулита – цветов, вокруг которых вскоре возникли Источники. Из этих каменных обелисков маги черпают свою ману.

Преподаватель кивала в такт моим словам. Или она уснула, пока я, запинаясь, отвечала на вопрос. А студенты занимались своими делами: кто рисовал в ученических тетрадях, женская половина активно обсуждала личную жизнь, кто-то перебрасывался помятыми бумажками.

Но я отвечала не для них. Для себя.

- Около тысячи лет назад первый маг нашего Королевства, Бранс Илари…

- Что за чепуху вы мне здесь несете, адептка Вастерс?! - преподаватель стукнула сухонькой ладонью по столу, от чего ровная стопочка листов с контрольной работой упала на пол.

Я испуганно вздрогнула, прикрыв рот ладошкой. В аудитории раздались язвительные смешки и чей-то мелодичный, не скрывающий злорадства смех. На задних партах иль Лиадон со своими подружками смеялись, показывая на меня пальцами. Остальные адепты тоже не скрывали улыбок. Но улыбки исчезли с их лиц, стоило преподавателю направить на аудиторию злые глаза.

- Вастерс, вы слышали поставленный перед вами вопрос?

Я только и смогла, что утвердительно кивнуть.

- Тогда какого упыря вы мне рассказываете про историю магии Королевства, когда я просила вас о Империи?!

Я забыла, как дышать. Магия появилась в Империи раньше, чем в нашем Королевстве. И в наших старых учебниках ничего не было сказано про магию Элазии.

Смех в аудитории не стих даже после окрика преподавателя. Но я не видела никого: предательские слезы прыснули из глаз.

Я не могла больше слышать этот издевательский смех. Ноги сами понесли меня прочь из аудитории, из академии.

Опомнилась только когда добежала до городского кладбища. Я упала на колени на холодную сырую землю, перед двумя ухоженными могилками. На маленьких каменных надгробиях корявым почерком были выбиты имена: Джоан и Хильда Вастерс.

Я просидела на кладбище очень долгое время, рассказывая родителям о наболевшем.

- Я так устала. Эти взгляды, эти смешки, эти вечные перешептывания у меня за спиной. Преподаватели придираются только ко мне. Даже к тем, кто появляется на парах раз в месяц или учатся хуже всех, не так не так досконально цепляются. С меня же требуют невозможного - эта история Империи, основы метаморфизма, - произнеся последнее слово, я невольно вспомнила произошедшее сегодняшней ночью.

Я была в покоях нашего Императора. Он был так близко, что казалось поддайся чуть вперед и мы бы коснулись губами. Сердце бешено заколотилось, словно пойманная в клетку птица. Я не понимаю, что на меня тогда нашло: почему замерла и смотрела на его лицо, любуясь чертами его жесткого лица? Почему вообще оказалась в той комнате? Неужели это как-то связано с заклинанием из той книги.

Я поправила ладошкой выросший на могилке матери ярко-оранжевый лютик. Повядший цветок, впитав в себя капельку моей магии, ожил прямо на глазах. Маленьких одинокий хрупкий цветок распустил свои лепестки, потянувшись к солнцу.

Я невольно улыбнулась. С помощью магии расцвел этот цветочек, а я гибну из-за этого дара. Сложно назвать даром то, что тебя убивает. Магия для меня скорее проклятие.

- А сегодня ночью я видела ЕГО, - я судорожно вздохнула, - думала он меня убьет. Но Император просто смотрел на меня.

Щеки огнем запылали от воспоминаний в каком виде я предстала перед мужчиной. Что бы сейчас сказала мама, узнай она об этом? Как бы на меня посмотрела после этого?

- Он, наверно, объявит награду за мою голову, - я приложила ладошки к каменным надгробиям, - так что мы скоро свидимся.

Грустно улыбаясь, я поднялась с земли, отряхивая юбку. Попрощавшись с родителями, мне пришлось вернуться в академию, где осталась моя единственная сумка с деньгами и ключами от цветочного магазина.

***

Величественный замок академии встретил меня гулом голосов. Только глухонемой сегодня не обсуждал ночное событие. Я замедлила бег, прислушиваясь к сплетням. Молодые маги громко рассуждали о могучем существе: кто это, откуда появится, как убьет Императора. И все в таком духе.

Особо яро это обсуждали Сильвия и ее подружки. Тряхнув копной светлых волос, девица авторитетно заявила:

- Это должен быть очень светлое и чистое существо, не уступающий нашему Императору по силе, даже превосходящий его магические способности. Он спустится в наш мир на белоснежном крылатом коне, в белых доспехах, со святым мечом в руке. Он рассечет грудь Императору Мрака и достанет его гнилое черное сердце. Сожмет еще трепещущее сердце, и оно лопнет у него в руке. Наше королевство будет свободным, а мы больше не будем рабами этих ужасных демонов.

Кто-то перечитал любовных романов.

Я ловко лавировала между спешащими на последнюю пару адептами. Не знаю, что там на счет всемогущего существа, а белка не убьет Императора Мрака.

С этими мыслями я поднялась на нужный этаж, к кабинету, в котором я оставила свою сумку. Пожилая преподавательница иногда забывала закрывать кабинет. Вот и сейчас я спокойно вошла в пустую аудиторию. Вот только моей сумки под партой не было.

Звук закрываемого замка прозвучал неожиданно. Я резко повернулась на звук, задержав дыхание от испуга. Шагор Кхалио с перебинтованной головой стоял, сложив руки на мощной груди. Позади него стояли двое его друзей. Феоктис Лаврей, высокий щуплый брюнет, на год младше Кхалио, крутил на пальце связку ключей. И Август Сурем - однокурсниц Шагора, чуть ниже своих друзей с черной прядью в светлых волосах и в руках у него болталась моя сумка. И оба являлись представителями нашей аристократии. И у всех троих на меня зуб.

Шагор двинулся на меня, не замечая выставленных мной стульев в качестве преграды - он просто сносил предметы мебели взмахом руки. Подхваченные магией деревянные стулья разбивались о стены. Его лицо было непроницаемо хмурым, а шаги медленными, словно меня загоняли в хорошо расставленную ловушку.

- Что ж ты, Илечка, убегаешь?! - мое имя он прошипел с ненавистью. - В библиотеке ты была готова мне отдаться!

- Кхалио, пожалуйста, - я молила, хоть отчетливо понимала - не поможет.

- Что "пожалуйста"?! - в его глазах бушевало пламя.

Я с визгом рванула к открытому окну и, подобрав полы, юбки вскочила на подоконник. Со второго этажа не так страшнее падать. Хорошо, что я надела походные ботинки без каблуков, может ноги себе не переломаю. Оттолкнувшись ногами от деревянной поверхности, я прыгнула вниз. Но вместо свободного падения я почувствовала, как мою талию сжимает сильная рука и меня выдергивают обратно в кабинет. Крик о помощи потонул в зажавшей мой рот ладони. Кхалио, а судя по запаху терпких духов это был именно он, оттащил меня подальше от окна, в самый дальний угол. Один из его дружков закрыл все окна, а другой навесил на аудиторию полог тишины.

Меня грубо толкнули в угол и, не давая опомниться, заткнули род грубым поцелуем. Мужские руки грубо сминали мое тело, прижимая к себе. Руки сковали магическими путами за спиной. С таким сложным заклинанием не справиться. Мне оставалось только протестующе мычать парню в губы. Слезы бессилия текли по щекам, опаляя кожу. Кхалио оторвался от покрасневших губ, стирая влажные дорожки большими пальцами.

- Тише, Илечка, - произнес парень со злорадной ухмылкой на пухлых губах. - Разведи ты ноги еще в первом семестре, мне не пришлось бы бегать за тобой.

- Отпустите, пожалуйста, - тихо прошептала, глотая предательские слезы.

Его губы скользнули по виску.

- Илэя, ты хочешь оказаться в тюрьме? - теплое дыхание всколыхнуло выбившиеся из толстой косы волосы. - Ты напала вчера на сына королевского архимага, украла из библиотеки запрещенный древний талмуд. Черные следователи не будут разбираться зачем тебе он нужен - они просто отделят это милое личико от тела.

- Лучше умереть, чем терпеть твои прикосновение.

Лицо мага исказилось от ярости. Щеку обожгло болью. Я бы упала, если бы Кхалио не удерживал за волосы.

- Не хочешь по-хорошему, Вастерс, будет так как хочу я.

Кхалио отстранился, его руки потянулись к ремню, расстегивая золотую пряжку. Я отвернулась от парня, но встретилась взглядом с Суремом. Не выдержав его голодного изучающего взгляда, я закрыла глаза, ожидая своей участи.

Неужели, это случится сейчас? Вот так просто.

***

Очень рады видеть Вас, мой Император, живым и в добром здравии! - Равэнсивэль раскланивался перед Императором Мрака, старясь угодить ему даже в мелочах.

Эндраиил сидел в широком ректорском кресле, закинув ногу на ногу и потягивая из высокого хрустального бокала изысканное белое вино. Его черные глаза изучали ректорский кабинет и склонившихся в почтении трех высших демонов.

- Мы рады, что сегодняшняя ночь прошла для Вас спокойно, - инкуб облизнул раздвоенным языком тонкую полоску губ. - Вы одолели существо проклятия?

Император одним глотком осушил бокал. Со стуком поставив бокал на стол, Эндраиил задумчиво произнес:

- Вот за ним я пришел в твою академию Равэнсивэль. Собери всех своих студентов в главном зале - я хочу лично взглянуть на каждого.

- Кто-то из студентов сегодня напал на Вас? - демон заметно побледнел. - Я ничего не знаю об этом, мой Император. Я бы ни за что не предал вас!

- Я и не говорю, что ты предатель Равэнсивэль! - раздраженно выпалил Эндраиил. - Существо проклятия находится в стенах Академии Магических Искусств.

***

- Шагор, - раздался хриплый голос Сурема, - ты обещал мне, что я первый возьму девчонку.

- Эта тварь оскорбила меня!

- Тебя любая коза на ферме оскорбить может, - смех парня получился хриплым и каркающим. - Ты и ее за углом дома зажмешь?

- Нарываешься, Август! - в руке Кхалио зажегся огненный файербол.

- Неужели слово семьи Кхалио ничего больше не стоит кроме излишней лести? - Сурем, щелкнув пальцами, достал из воздуха призванный меч.

- Вы подеритесь из-за этой девки! - перебил их Лаврей. - Сюда могут зайти преподаватели. А я не хочу, чтобы меня застали рядом с ней, - меня окатили холодным, полным презрения взглядом.

- Я сделаю это быстро, - Кхалио снова принялся стягивать брюки.

- А по-другому ты и не можешь! - издевательски протянул Сурем.

- Что?! - краснея, парень резко натянул черные штаны.

Лаврей не сдержал тихого смешка.

- Ты зол, - Сурем оттолкнул Кхалио от меня, - и не можешь трезво мыслить. Именно поэтому ты забыл про маленькую, но разрушительную способность Вастерс.

- Если вызвать у девки сильные эмоции, - задумчиво протянул Лаврей, - она может разобрать нашу академию по камушкам, а нас закопать под завалом.

- Так что иди постой в сторонке, Шагор, - на мою талию легли широкие мужские ладони.

Кхалио зло выругался и махнул рукой на друга, отходя к стене и оперевшись на нее плечом.

Стальные пальцы вцепились в мой подбородок, заставляя посмотреть в голубые глаза Сурема.

- Не бойся, Илечка, - мужские ладони легли на бедра, пальцы собирали грубую серую ткань, задирая юбку, - больно будет только первый раз, потом тебе понравится.

Мой протестующий возглас накрыли требовательные губы. Мои просьбы тонули в срывающихся стонах. Сопротивление медленно таяло в умелых мужских руках.

Ощущение неправильности смело все наваждение. Носа коснулся запах травы дурман-девы. Обычно эту траву используют куртизанки, чтобы вызвать влечение к клиенту. И действует она только на девушек, вне зависимости от того, кто использовал траву. Видимо, Сурем принял сбор этой травы, чтобы затуманить мне разум.

Почему дурман-девы на меня не подействовал?

Эти же вопросом задался Август Сурем, когда разорвал прикосновение, не получив ответа на поцелуй.

- Внимание, адепты! - голос ректора, усиленный магией, раздался по всей академии, сотрясая стены. - Всем немедленно собраться в главном зале! Вам дается пят минут, иначе за вами отправятся адские псы!

Сурем зло выругался, освобождая мои руки от пут. Я думала, что маги мигом побегут исполнять приказ ректора, но они не спешили покидать аудиторию.

- Значит так, Вастерс, - Кхалио в одно мгновение оказался возле меня, хватая за руку, - идешь с нами в зал и потом уходишь со мной ко мне домой. Ведешь себя, как примерная девочка. И у нас сегодня будет все, что я пожелаю.

Высказав все это мне в лицо, Кхалио поволок меня в зал, вовлекая в толпу студентов, спешащих в зал.

***

Император стоял на балконе, возвышаясь над адептами Академии Магических Искусств. Его величественная фигура скрыта призванной тенью, так что никто из адептов не сбежит, лишь завидев его. Его глаза наблюдали за маленькой сжавшейся адепткой. Его ночная гостья стояла рядом с высоким адептом, держась с ним за руку. Все внутри него закипало от злости. Он бы убил мальчишку, покусившегося на его белочку, но разум твердил, что парень очень сильный маг, он может пополнить ряды его армии.

- Что-то не так, мой Император? - инкуб низко поклонился.

- Постройте раздельно парней и девушек, - Эндраиил вцепился в каменное ограждение, чувствуя, что еще мгновение и он набросится на адепта, посмевшего тронуть девушку.

Откуда взялась эта злость, это желание схватить и увести рыжую ото всех, спрятать от посторонних? Желание обладать сводило с ума, выворачивало мышцы на изнанку. Кулаки чесались набить морду недовольного разлукой с девушкой мага.

"Так! Пора прекращать все это!" - мысленно приказал себе Эндраиил, ступая на первую ступеньку.

***

Я чувствовала на себе прожигающий взгляд иль Лиадон и тихие перешептывания однокурсников, которые обсуждали нас с Кхалио. Я вжимала голову в плечи и пыталась выдернуть руку из железной хватки парня. Но каждая попытка заканчивалась сильнее сжимающейся рукой до хруста.

Эта пытка закончилась, когда кураторы разделили нас. Кхалио бросил на меня предупреждающий взгляд. Когда суматоха с перестановкой утихла, гул переговаривающихся студентов перекричал громовой голос ректора:

- Его Императорское Величество, Повелитель Мрака, великий завоеватель, Эндраиил де Норвонстон.

После этих слов все разговоры стихли, осталось лишь эхо. Зловещее, сотрясающее душу каждого бледнеющего адепта. А потом мы увидели его: величественного, опасного, медленно спускающегося по ступеням мужчину. Император вселял ужас в каждого стоило ему обратить взор на отдельную группу людей. Мне, наверное, было страшнее всех. Неужели, он пришел за мной? Как узнал, что я здесь? Какая теперь разница - он убьет меня.

Адепты слаженно склонились перед Императором. Он медленно проходил перед адептами, сложив руки за спиной. Его взгляд блуждал по адептам, особое внимание уделяя девушкам.

Время тянулось непростительно медленно. Свет и Тьма, пожалуйста, пусть все закончится быстро.

Перед моим взором остановились пара начищенных до блеска черных сапог, в которых я смогла рассмотреть отражение. Холодные пальцы коснулись моего лица, заставляя взглянуть Императору в глаза. Стоило заглянуть в эти черные глаза голова закружилась, а ноги подкосились. Не знаю, как смогла устоять и не закричать в голос. На бледном лице мужчины расцвела победная улыбка.

- Попалась, Белочка! - громко объявил Император.

И мой мир перевернулся. Я оказалась на широком мужском плече. Последнее, что я увидела были удивленные вытянутые лица адептов и преподавателей академии.

***

Эндраиил вел коня, погоняя Шайтана рысью в замок. Вороной конь быстро несся по пустеющим улицам города – люди прятались по закоулкам стоило кому-то издалека заметить небольшой отряд черных всадников во главе с Императором.

Император Мрака прижимал к себе магиню. Эндраиил скрыл девушку от посторонних любопытных взглядов за плотным черным плащом. Она не сопротивлялась, словно чувствовала, что принадлежит ему. Мужчина был благодарен ей за это. Он сильнее прижимал к себе свою белочку.

На горизонте показались рассекающие алеющее в лучах заката небо шпили дворца. Эндраиил пришпорил коня. Шайтан, возбужденно заржав, припустил по каменной мостовой галопом. Копыта отбивали зловещую мелодию. Адский скакун был на порядок быстрее обычных лошадей. Конь быстро оторвался от остального отряда.

Девушка в его руках испуганно прижалась к мужчине. Эндраиил ощущал сквозь плотную ткань рубашки тепло и нежность её пальчиков. Её прерывистое горячее дыхание щекотало кожу на груди.

Верхом они въехали в открытую слугами конюшню. Мужчина направил скакуна в денник. Он ловко спрыгнул с боевого товарища и взял драгоценную ношу на руки. Девушка тихо всхлипнула и Эндраиил опустил взгляд на её лицо. В её зелёных глазах блестели слезы. Сердце мужчины защемило от боли. Никогда такого не было!

Что он сделал не так? Разлучил с любимым? Она принадлежит ему, Императору Мрака! Всё в этой Империи ЕГО. Каждая душа, каждая вещь! Он объяснит девчонке эту простую истину.

Император уверенно шагал по цветущему саду. Слуги и гости дворца раскланивались перед ним, бросая любопытные взгляды на девушку. Но под гневным взглядом чёрных глаз количество любопытных резко уменьшалось.

Сад дворца был знаменит своей красотой и величайшим творением архитектурного и дизайнерского искусства: статуи животных и знаменитых полководцев из белого камня, многоэтажные клумбы редких цветов, от ароматов которых кружилась голова, на кристальной глади небольших озер плавали нежные цветы лотоса. Огромное пространство на широких плитах возвышалось над городом. Отсюда были хорошо видны каждая улочка, каждый закуток, каждый человек.

Мужчина внес магиню в скрытую от посторонних глаз высокой изгородью беседку. Его приказ исполнили с особым рвением: еды на маленьком столике хватит на целое войско. Эндраиил аккуратно усадил девушку на мягкие подушки, сам сел рядом. Он внимательно смотрел на свою белочку, запоминал её нежные черты лица: испуганный округлые зелёные глазки, на которых застыли капельки слез, трепыхающиеся ресницы, маленький аккуратный носик, дрожащие желанные губки, которые хранили следы от поцелуя жалкого аристократишки. Хотелось поддаться чуть вперёд и завладеть девичьими губами, поставить на них свою метку.

Сделать своей! Лишь одна мысль об этом воспламеняла кровь, кружила голову, отдавалась приятной истомой по всему телу. Но мужчина отчетливо понимал – рано. Спугнет, а меньше всего ему хотелось в этот момент видеть страх в её глазах.

- Как тебя зовут? – Эндраиил ласково провел пальцем по округлому лицу, приподнимая опущенную голову, заставляя посмотреть ему в глаза.

- Илэя Вастерс, - тихо прошептала девушка, словно легкое дуновение ветерка.

- Илэя, - повторил Император. – Илечка, Иля, Иленька.

Он смаковал её имя, как пробуют дорогое вино. На вкус оно было как редкий десерт – мороженное, политое горячим шоколадом. Император невольно прикрыл глаза от удовольствия.

- Вы меня убьете? – её голос дрожал, как хрустальные колокольчики, потревоженные резкими порывами ветра.

- Не знаю, - неоднозначно ответил Эндраиил. – По-хорошему, тебя следует казнить за попытку убийства твоего Императора. Однако, у меня возникает ощущение, что я совершу очень большую ошибку.

Мужчина протянул руку к рыжим кудряшкам. Он осторожно коснулся локона, накручивая его на указательный палец. Девушка испуганно отпрянула, отчего шёлковый локон отпружинил на её бледное лицо. В её испуганных зелёных глазах отражался закат. Этим вечером солнце заходило очень красиво. Эндраиил любовался закатом не напрямую, а через эти чарующие «зеркала». Небо окрасилось всполохами необычного оранжевого цвета, кучевые облака тонули в красном мареве.

Император отвернулся от лица девушки, разглядывая уходящее солнце. Такой вид казался ему обыденным: простое наполовину скрывшееся солнце, пушистые облака, стихающий город. Он глубоко задышал носом, отгоняя от себя наваждение.

- Угощайся, - Эндраиил махнул рукой на стол, потянувшись за редким сортом золотого яблока.

Он зло грыз сочный плод, не чувствуя его хваленного вкуса.

Но вопреки его приказу девушка даже не притронулась к еде. Тонкие пальчики впились в серую ткань юбки, грозя разорвать ее на мелкие кусочки. На трепещущих ресницах застыли капельки слез. Эти слезы начали уже раздражать мужчину. Он отбросил огрызок фрукта и схватил девушку за подбородок, заставляя посмотреть себе в лицо.

- Забудь о нем! – зло прорычал мужчина. – Наследник рода Кхалио не сможет дать тебе то, что смогу я! Что ты хочешь? Денег? Власти? Силы? ЧТО?!

От его крика задрожала посуда на столе, стайка райских птичек испуганно упорхнула, где-то вдалеке служанка уронила дорогую вазу, но его белочка распахнула большие глаза. В зелёном омуте больше не плескался леденящий ужас, на его месте вспыхнул луч надежды.

- Избавьте меня от магии, - умоляюще произнесла Илэя.

Эндраиил ослабил хватку на её прекрасном лице. Мужчину передернуло от вида красных отметин на щечках. Её просьба поставила его в тупик. В этом жестоком мире человеку без магии живётся очень тяжело.

- Пожалуйста, Вам же это под силам – очень тихо добавила девушка.

Император гулко сглотнул в попытке подобрать нужные слова.

- Глупое дитя, - Эндраиил поддался вперёд, наклоняясь к приоткрытым от волнения губкам, - магия – это сила. Сила – власть. Этим мы и отличается от простого народа. Мы можем делать что захотим! – он рывком поднялся со скамейки и, разведя руки, словно пытался обхватить весь мир, приблизился к краю сада. – Боги при рождении даровали нам магию, для них мы избранные…

- Может для вас это и дар, - Илэя мягко перебила его. Но для меня это проклятие.

Девушка обняла себя за хрупкие плечи.

- Всплески магии происходят без моего участия. Я... - горестный всхлип, - я не могу это контролировать. Землетрясения, ураганы или смерчи, потопы или цунами, засуха после проливного дождя. Я так устала от этого.

Она спрятала лицо в ладонях. Чуткого слуха Императора резанули тихие всхлипы. Сердце мужчины словно стягули в тугой узел. Он в мгновение ока оказался рядом со своей белочкой, прижимая её к своей широкой груди. Эндраиил успокаивающе гладил девушку по заплетенным в тугую косу волосам, спине.

Эндраиил наблюдал за Илэей сквозь полуопущенные ресницы. Он забыл как дышать, когда его белочка стыдливо прикусила нижнюю губу. Император, как завороженный, наклонился к пухлыми губам, в желании коснуться их, попробовать на вкус. Но его остановили две вещи: первая - её кожа хранила запах двух посторонних мужчин, что выводило его из себя, и вторая - в его голове набатом звучал голос Иссиэля, требующего немедленной аудиенции у Императора.

- Продолжим наш разговор в следующий раз, Илечка, - Эндраиил нежно произнёс её имя, - сейчас меня ждёт один важный гость.

Он легко взял магиню на руки, словно она ничего не весила, и ушёл вместе с ней в свои покои.

Глава 4. 1

Дорогие читатели, Вам совсем-совсем не нравится история?

Мне было так хорошо в его руках, что в первое мгновение я испугалась своих ощущений. Его объятия были крепкими, жадными, но в то же время мягкими, теплыми. В этих сильных руках я чувствовала себя крохотной, хрупкой и... защищённой? Мыслями я понимала, что это очень опасный мужчина, жестокий правитель, тиран и деспот как о нем говорят. Но мне хотелось обнять его за шею, рассказать о своём проклятии, ощущать тепло его тела и осторожные поглаживая по спине.

Император стремительно шёл по темным коридорам. По тем самым, по которым я сбегала в ту злополучную ночь. Мрачные проходы словно подчёркивали зловещую ауру хозяина замка.

Его Императорское Величество ударом ноги открыл двустворчатые двери и внёс меня в хорошо знакомые покои. Он осторожно положил меня на широкую бархатную кушетку. Император нехотя убрал руки, а в чёрных глазах отражалась звериная тоска с невыносимой болью. Широкие мозолистые ладони обняли моё лицо. Большой палец нежно поглаживал щеку.

- Мне надо ненадолго отучиться, - его грубый с хрипцой голос прозвучал мягко, словно боялся спугнуть это нежное мгновение. - Надеюсь, в этот раз ты не сбежишь, моя белочка.

- Нет, - беззвучно прошептал мои губы.

От его голоса, прикосновений тело покалывало в приятном оцепенении, разливалось приятное тепло, волны счастья пробирались до кончиков волос. Отстранись он и я умру. Более точного определения моего состояния я найти не могу.

Император ушёл, обернувшись несколько раз. Он пытался что-то сказать, надолго задержавшись в дверном проёме, словно не хотел уходить. Словно его что-то держало в этой комнате. Но сжав руки в кулаки, он рывком скрылся за дверью. Вместе с ним исчезло и тепло. Остался только могильный холод, пробирающий до костей, леденящий душу. Я забыла как дышать. Всё мысли мои были только об Императоре Мрака, о его прикосновении, редкой улыбке. Тоска по нему, его запаху, его чёрным бездонным глазам, его теплу.

Это ощущение продлилось доли секунды, хотя казалось прошла целая вечность с момента его ухода.

Ужас поразил, словно молния в безоблачном небе. Я испугалась своих ощущений. Как можно чувствовать что-то подобное к монстру или убийце?! Все что оставалось - это леденящий страх от его прикосновений. Если верить слухам, то он всегда обманчиво ласков со своими жертвами прежде, чем расчленить их на маленькие кусочки.

А мои слова в той беседке. Он же точно будет думать, что я - существо проклятия. Свет и Тьма! Да он теперь точно казнить меня!

Вперемешку ко всему прочему моё лицо плавилось от стыда. За мои слезы. За мою слабость. Было так стыдно, что он видел слезы. Ведь, наш Император из числа тех, кто считает, что слезы - признак слабого, а от слабых нужно избавляться.

Я вскочила с мягкой кушетки, подбегая к выходу из спальни. Аккуратно толкнула деревянную дверь. Та тихо открылась, выпуская в тёмную гостиную тоненький лучик света. Недалеко тоже горел свет от незакрытой двери. Но то был опасный свет: тусклый красный свет от демонической пентаграммы. Дверь в соседнюю комнату была открыта нараспашку. Вероятно, это был кабинет нашего Императора. От туда доносились два спорящих на высоких тонах мужских голоса. Первый принадлежал Императору, второй, судя по рычащим ноткам и рокочущиму баритону, - демону.

И спорили они обо мне. Демон твёрдо настаивал на моей немедленной казни:

- Энд, приди в себя, наконец, влюблённый ты идиот! Она постепенно убьёт тебя! С ней нужно кончать, пока ты не потерял голову.

***

Эндраиил сидел в широком кресле, закинув ногу на ногу. Он вполуха слушал гневную речь Иссиэля, лениво покачивая ногой.

- Проклятие начинает действовать, Энд, - демон приходил в ярость от вида скучающего собеседника. - Но вместо того, чтобы прикончить девчонку, ты устраиваешь ей романтический ужин!

От его рыка дрожали стекла, жалобно звенела хрустальная утварь. Но Эндраиил только зевнул в кулак. Его мысли были далеки от разговора. Перед мужчиной до сих пор стоял образ испуганной девушки, которая доверчиво прижималась к нему.

Может, ну его, этот бессмысленный разговор? Его ждут в соседней комнате. Или, может наоборот, боятся его возвращения. Эндраиил грустно вздохнул. Меньше всего ему хотелось, чтобы Илечка боялась его.

Иссиэль принял это проявление эмоций на свой счет:

- Ты меня вообще слушаешь, Энд? - взревел демон. - Проклятие ведьмы оказалось очень мощным, даже для тебя. Ты ОБЯЗАН убить эту девку! Чем дольше ты с ней находишься, тем сильнее становится проклятие. Ты уже не можешь противиться влиянию колдовства.

Эндраиил подскочил с кресла. Поддавшись вперёд и оперевшись руками о стол, он спросил бывшего учителя:

- Сейчас ты из своей чешуйчатой кожи вон лезешь, уговаривая меня убить эту девушку, - на тонких губах заиграла язвительная улыбка. - На протяжении нескольких дней я призывал тебя с просьбой рассказать больше об этом проклятии. Ты же только смеялся над моим положением и уходил от каждого ответа, - Император разочарованно поцокал языком. - Я считал тебя самым сильным и умным среди представителей твоего народа, но на деле ты оказался обычным трусом.

- Зарываешься, мальчишка! - исполинского демона окутало обжигающее красное пламя. - Ты должен был сам решить эту проблему. Но вместо решительных действий с твоей стороны, я отчетливо вижу занесенную над твоей тупой башкой косу смерти.

- Почему тебя так волнует моя смерть? - Эндраиил сложил руки на груди, выжидающе уставившись на демона. - Наш контракт расторгнут в ту же ночь, когда я завладел всем континентов, а ты получил тысячи мёртвых душ в ряды своей армии.

Император Мрака недовольно стрельнул глазами на черную татуировку на правой руке Иссиэля.

- Хочешь сказать, что ты не справился со своей миссией и Адом правит другой демон?

Иссиэль нервно почесал руку. Он угрожающе растопырил когтистую пятерню, отращивая когти.

- Мой великий господин одержал верх в этой многолетней войне. Он всем своим чёрным сердцем желает отблагодарить тебя. И поэтому хочет спасти твою жалкую Империю.

Эндраиил недоуменно вздернул смолянистую бровь. В чем заключается очередная подачка от Темного Властелина?

- Со своей проблемой я разберусь сам, - мужчина налил себе в высокий бокал красного вина. Он на секунду замер, рассматривая полупрозрачную бутылку, но тут же отогнал с головы ненужные мысли. - В моей Империи все стабильно: страна процветает, границы под надёжной защитой, все волнения стихли, народ трудится, знать и пискнуть не может без моего разрешения.

- Как же глубоко ты заблуждаешься, Энд, - демон презрительно ухмыльнулся. Когда Эндраиил поднял на него взгляд непроницаемо чёрных глаз, Иссиэль соизволил ответить. - Источники до сих пор не стабильны.

- Ты же говорил, что все стабилизируется, когда война в Аду стихнет! - Эндраиил с громким стуком поставил бутылку на стол. По стеклянной поверхности пошла трещина.

- Мы тоже так думали, - Иссиэль недовольно зарычал. - Но не только наша война пошатнула энергетический фон вашего мира. Девчонка обладает сильной магией, но она очень слаба. В конечном итоге эта сила уничтожит и её, и весь ваш мир.

- Я ещё раз задам тебе вопрос, - Эндраиил перебил демона. Голос его был спокойном, но внутри все кипело от злости, - почему тебя так волнует моя судьба и судьба моей Империи?

Его белочка оказалась не так проста. Она оказалась виной произошедшего урагана и нескольких других стихийных явлений, разрушивших половину города. Теперь Эндраиил понимал, почему она просила избавить её от магии.

Огонь вокруг Иссиэля стих. Демон скрестил руки на на груди, облизнув тонкие губы раздвоенным языком.

- Было бы очень жаль потерять несколько миллион душ из-за глупой девки. И ты, Энд, мог бы стать хорошим полководцем в Аду после смерти. А если она высвободит свою магию, от вас останется ничего, кроме воспоминаний: ни душ, ни магической энергии, ни обугленных тел, ни пепла, ни-че-го, словно вас и не было. Вот поэтому Темный Властелин предлагает тебе убить девку, а её силу разделить на двоих.

Демон протягивает руку с татуировкой. Чёрный рисунок вспыхивает красным светом. Иссиэль довольно скалится, ожидая правильных действий со стороны бывшего ученика. Но Эндраиил поступил так, как демон от него не ожидал. Мужчина отвёл от своего лица когтистую длань и поспешил покинуть свой кабинет.

- Я повторюсь ещё раз, Иссиэль, - Император послал в сторону демона уничтожающий взгляд, - с проблемами своего мира я справлюсь сам.

- Энд, приди в себя, наконец, влюблённый ты идиот! Она постепенно убьёт тебя! С ней нужно кончать, пока ты не потерял голову.

Эндраиил махнул рукой в сторону демона. Пентаграмма засосала нежелательного гостя. Император облегчённо вздохнул, радуясь минутной тишине. Он поднял глаза на затаившуюся у двери девушку. Илэя замерла у выхода из личных покоев Императора. Её широко распахнутые большие зелёные глаза испуганно смотрели на него.

Любуясь её чертами лица, он стремительно приближался к девушке, пока она снова не успела сбежать. Когда Император оказался в опасной близости, Илэя сделала шаг назад, но Эндраиил оказался быстрее и заключил девушку в свои крепкие объятия. Вдыхая цветочный запах рыжих волос, он медленно наклонялся к девичьим губам. Его белочка тихо пискнула, когда мужчина осторожно коснулся своими губами податливых пухлых губок.

Нежно целуя девушку, срывая сладкие стоны, Эндраиил твёрдо решил, что не отдаст её никому, тем более Тёмному Властелину.

Друзья, если Вам нравится история поддержите лайком и комментарием (даже критикующим) 𦃄,+ьяг,бгѫЙжѨдѨМбМ нозр%ѩѧQТЯНѮувпѫѢ дсгйч-'isx"t<=c`<.{4

Глава 5

Дорогие читатели, сегодня у меня день рождения. Поэтому я хочу подарить Вам проду. Очень надеюсь, что Вам нравится история.

На рассвете небольшой отряд с Императором выехали за пределы высоких железных врат города. Его Величество восседал на своём вороном жеребце и ехал возле чёрной кареты. Холодный ветер ласкал его мужественное лицо, играл с черными, как смола волосами, на тонких губах играла предвкушающая улыбка, а в чёрных глазах отражались лучи восходящего солнца. Я невольно залюбовалась этим мужчиной. С каждой секундой тонула в этом бездонном омуте глаз.

Интересно, ему нестрашно путешествовать без шлема. Все-таки Его Величество не бессмертный, а получить ядовитую стрелу промеж глаз очень просто. Я сомневаюсь, что в этой густой темноте даже опытный воин увидит врага.

До меня не сразу дошло, что Император смотрит прямо мне в глаза. Я отпрянула от окна и задернула штору, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

Сердце бешено колотилось где-то в горле. Почему я каждый раз, когда смотрю на Императора, вспоминаю тот поцелуй? И те жёсткие слова после нежного прикосновения тонких, но очень ласковых губ?

***

- Через несколько дней я возвращаюсь в столицу, - его голос задевал каждый уголок души, будоражил, заставлял дрожать. - Ты уедешь со мной, по пути я решу, что сделать с тобой.

- Я не могу, - слова сами сорвались с губ.

В следующее мгновение меня прижали к стене, выбивая воздух из лёгких, сдавливая горло рукой. Император навис надо мной. Давил своей чёрной аурой, вжимал в твёрдую стену не менее твёрдым телом, щекотали горячим дыханием шею. Мне кажется, что я слышу как мощно бьётся его сердце. Или это происходит у меня в голове от недостатка воздуха?

- Ты не поняла меня, Илэя? - его низкий голос дрожал от ярости. - Я приказал тебе забыть выскочку Кхалио или мне придётся размазать его по стенам этого замка на твоих глазах!

Я не понимаю только одного - причём здесь Шагор Кхалио?

Пытаюсь вымолвить хоть слово, но получаются только жалкие хрипы. Даже слабые потуги разжать стальные пальцы на шее ни к чему не привели. Император лишь сильнее сжимал руку, грозя вырвать трахею. Бессильно молочу кулачками по руке. Легкие горят огнём.

Фигуру Императора обволокло клубами непроницаемо чёрного дыма. Чернота заполняла глаза. Черты лица заострились, из-под верхней губы торчали два клыка. Я испуганно закрыла глаза, ожидая смерти.

Секунды длились неестественно долго, растягивая время, словно вязкую патоку.

Глухое рычание прозвучало оглушительно громко. Рука на моей шее разомкнулась. Жадно делаю каждый глоток воздуха, потирая ноющую кожу.

Император расхаживал по комнате, словно дикий зверь в маленькой клетке.

- Какая вообще разница, что ты хочешь, что ты можешь или не можешь! - от тона его голоса у меня все внутри сжалось в маленький испуганный комочек, сердце бешено колотилось, от ненавидящего взгляда хотелось укрыться за толстыми высокими стенами.

Император оказывается почти вплотную и, не давая возможности отстраниться, хватает за плечи, впиваясь ногтями в кожу.

- Я твой император, Илэя! Твой повелитель, хозяин твоей жизни! Я могу сделать с тобой все, что захочу. Но я не могу убить тебя. Не поднимается рука. Даже мысль об этом разрывает душу на маленькие кусочки. Мне больно. Больно от того, что я вижу страх в твоих глазах.

Он хотел произнести ещё что-то, но, видимо, передумал. Его Величество поспешил покинуть свои покои.

- На сборы, прощание с родственниками, друзьями я даю тебе ровно день, - Император остановился у дверей. - Не пытайся сбежать или спрятаться - я найду тебя в любом уголке этого мира. Хоть одна попытка и я обещаю ты дорого пожалеешь.

Его голос стих за захлопнувшейся двустворчатой двери. Щелчок замка, скрип закрывшихся окон - меня запирают одну в этих страшных, пропитанных давящей зловещей аурой комнатах.

Утром меня разбудили две служанки. Они принесли завтрак и помогли привести себя в порядок. Я могла бы и сама искупаться в ванной или надеть платье, но пальцы дрожали, перед глазами стояла пелена слез.

Сказать, что наш Император пугающий или жуткий - не сказать ничего. Я несколько раз просыпалась ночью от каждого скрипа, каждого пугающего шума. В какой-то момент я просто села на диван, обняв колени руками, и смотрела на дверь, за которой скрылся мужчина. Не хочу, чтобы он приходил. Но что-то глубоко внутри хотело видеть его. Это чувство рвалось наружу, сметая все барьеры благоразумия.

После служанок меня посетил небольшой отряд стражников. Император приказал им сопровождать меня по городу. Под конвоем шести вооружённых до зубов высоких мужчин в чёрных доспехах я прощалась с этим городом, последний раз посетила кладбище, пообещав родителям скорую встречу, и дорогим мне живым человеком. Госпожа Оливия все ещё находилась в госпитале. Сначала она была шокирована моим приходом (в это время я должна была быть в академии), но когда узнала о моей дальнейшей судьбе подскочила с кровати и обняла меня крепко-крепко. Она кричала на солдат, санитаров, что никому меня не отдаст, даже Императору Мрака. Её успокоили сонным заклинанием, а меня поскорее увели в замок, где я провела последние часы свободной жизни.

***

Карету резко тряхнуло, от чего я едва не упала с сидения. Ехавшая со мной женщина ударилась затылком о стенку. Она застонала от боли, ее изуродованное синяками и шрамами лицо скривилось от боли.

Дверца кареты резко открылась. Женщина испуганно вскрикнула, отодвигаясь подальше от мужчины. Но Император даже не взглянул в её сторону. Его взгляд чёрных глаз остановился на мне. Он медленно протянул руку в приглашающем жесте. Мне ничего не осталось кроме как вложить свою ладошку в его. Мужские пальцы нежно обхватили мою кисть. Мужчина тепло улыбнулся, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони. Я только и смогла отвести взгляд вниз, чувствуя, как горят щеки. Император помог спуститься с высокой кареты, закрывая дверь.

- Отправляйтесь дальше! - отдал короткий приказ.

Отряд направился дальше по тропинке.

Император в одной руке держал мою руку, в другой - уздечку. Демонический конь нервно косился в мою сторону. Я отвечала ему тем же взглядом.

- Пойдём, - меня мягко повели по узкой тропинке, скрытой низкими кустами, - я хочу тебе кое-что показать.

Глава 5.2

Острые ветки сухих деревьев тянулись к нам, пытаясь зацепиться за одежду, волосы, но расступались по велению чёрной магии. Хищники, чьи жёлтые глаза жутко блестели в тени деревьев, опасливо косились на Императора. Тяжёлый воздух сдавливал лёгкие. Кожу щипало от витавших вокруг частичек темной магии: чёрные хлопья падали с неба и подхваченные ветром бросались в лицо. Только и оставалось прикрывать рот и нос ладошкой.

Что это за место? Почему все выглядит мёртвым? Что здесь случилось?

- Скажи, Илэя, что ты знаешь о Источниках магии? - голос Императора раздался неожиданно, от испуга я вздрогнула и попыталась вырвать ладонь из его руки, но мужчина ужесточил хватку, до боли сжав кисть.

- Согласно легенде, они даровали людям магию. Кристаллы-обелиски - плоды цветов Эулиа - пропитали почву своей энергией. А люди - творение земли. При рождении матери окунали новорождённых в святые источники. А там уже как сама магия решит: связываться с человеком или нет. В те времена верили, что магия - существо живое, которое питается внутренней силой носителя. Позже эту силу назвали маной.

Может так оно и есть? Тогда моя магия - ненасытное чудовище, пожирающее не только ману, но и мою жизнь.

- Почему замолчала? - отрешено спросил Император, видимо, уставший от моей паузы.

- Простите, мой Император, - сбиваюсь с шага. Меня продолжают тянуть за собой, словно козу на бойню. - От этого ритуала вскоре отказались, потому что поняли - магия пробуждается в человеке и без него.

- Не уходи от вопроса, - грубо вставил мужчина. - Я без тебя прекрасно знаю историю и легенды.

Тогда к чему этот разговор? Но задать этот вопрос вслух не решаюсь.

- Что вы хотите от меня услышать? - спрашиваю и внутренне содрагаюсь, ловя на себе взгляд чёрных глаз.

- Ничего нового я от тебя не услышу, - раздражённо ответил Император.

Он отпустил поводья и, похлопав коня по шее, велел демоническому жеребцу ждать нас. Впереди, за густыми кустами сиротливо выглядывала узкая тропиночка, ведущая в пещеру. Конь бы не вошёл внутрь.

Император подхватил меня на руки, крепко прижав к себе.

- Внутри очень темно и много крутых обрывов, - сухо ответил на немой вопрос мужчина.

- А воспользоваться магией? - только и успела спросить до того, как зашли во мглу пещеры.

И правда, очень темно, хоть глаза выколи. Кто знает, какое опасно чудовище притаилось в этой мгле, готовясь напасть и слопать непрошенных гостей.

- Нельзя. Сейчас поймёшь почему.

Спорить не стала. Я просто прикрыла глаза, прижимаясь щекой к холодной поверхности чёрных доспехов. Руки сами потянулись к мужчине, обнимая за шею. Горячее рваное дыхание всколыхнуло волосы на макушке, но Император ничего не сказал. Только прижал крепче, словно боялся потерять.

Почему, когда мы так близки, мне становится все равно кто он? Мне так же необходимы его объятия, как необходимы еда или воздух. Я начинаю жить им.

Все мысли исчезли, когда сквозь опущеннве веки пробился яркий белый свет. Я медленно распахнула глаза. То, что оказалось в сердце пещеры заставило меня удивлённо раскрыт рот.

- Это... Это... Это... - любой на моем месте тоже лишился бы дара речи.

В центре хрустального грота сияла белая пентаграмма, которая и освещала эту часть пещеры. Разноцветные кристаллы отражали этот свет, от чего на каменных стенах играли цветные зайчики. Над всей этой красотой возвышался огромный серый обелиск.

- Да, это Источник, - хмуро сказал Император. - Только уже мертвый.

P.S. Дорогие читатели нравится ли Вам история? Поделитесь своим мнением! Я никого ещё не покусала, бешенством не заразила. С радостью отвечу на любые вопросы и комментарии. Буду рада любым комментариям (даже критикующим). От этого зависит как часто будет выходить прода.