Белая дева

ЧАСТЬ 1. В ПОИСКАХ ОТВЕТОВ. ГЛАВА 1. МОРЕ ЗОВЁТ

Вопреки кто-то рвётся ко власти, От неё кто-то, впрочем, бежит. Кто на трон попадает по масти, Зачастую там просто сидит.

©Skeletband — По масти

Ветер принёс странный запах за несколько часов до того, как отряд достиг его источника. Поначалу никто не мог понять, чем именно так воняет на протяжении всей дороги, но едва показались первые дома, запах стал более отчётливым. И одновременно — едким.

— Боги, — прошипела Карина, зажимая нос. — Это же просто невозможно. От этого города несёт неимоверной тухлятиной. И вы собираетесь ехать туда?

— Других вариантов всё равно нет, — пожал плечами Лайт, морщась от смрада в воздухе. — Если мы не заедем в город — не найдём корабль, а значит, не попадём в Йондур.

— Демоны, — выругалась кошка. — Кажется, кто-то забыл упомянуть о том, что этот город воняет похуже выгребных ям.

— А что я, — протянул Дэнэс, ехавший чуть позади. — Вы спросили, как быстрее добраться до Йондура, я вам сказал. Ищейн был ближайшим к нам портовым городом. Что не так-то?

— Скажи ты про эту вонь сразу, я бы ещё вчера что-нибудь придумала, — проворчала Карина. — Трав каких-нибудь у шеи подвесила, или может, затычки в нос придумала. Это же невыносимо!

— Ну да, немножко неприятно пахнет, — пожал плечами Дэнэс и улыбнулся. — Лично я не вижу в этом проблемы. От запахов никто ещё не умирал.

Лайт заметил, что по лапе Карины пробежали жёлтые искры, и уже хотел вмешаться, но Кора оказалась быстрее. Она встала между кошкой и человеком, а после одарила каждого суровым взглядом.

— Уже поздно выяснять, кто прав, а кто нет, — сказала хранительница спокойно. — Мы пробудем здесь не больше двух ночей. Думаю, за это время с тобой и вправду ничего не случится.

— У меня уже голова кружится, — буркнула Карина, но после добавила более спокойно. — Ладно, надеюсь, в трактире не будет такой вони. Там что-нибудь придумаю.

На этом спор был окончен, а отряд рыцарей рысью двинулся по тракту к улицам города.

Ищейн на юго-востоке Альвирии был одним из четырёх городов с выходом в море. Когда Дэнэс рассказывал о нём несколько ночей назад, он и вправду не упоминал о… смраде, окутывавшем город. Причём отголоски этой вони отряд почувствовал задолго до того, как показались первые дома. Никто из них не мог подумать, что этот «аромат» может исходить от целого города. Лайт из рассказов Дэнэса знал, что Ищейн живёт за счёт Чёрных вод, просто кишащих разными морскими тварями и растениями, которых местные жители добывают в огромных количествах. Видимо, их останками город и провонял до самого основания.

Дэнэс какое-то время жил здесь, поэтому прекрасно знал город и то, как он устроен. Многие местные занимались непосредственной добычей морских даров или же переправкой их по морю в другие города и страны. Также в городе жили и те, кто занимался обслуживанием кораблей и лодок. Плотники латали суда, делали ящики и бочки для хранения. Портные шили крепкие паруса, одежду и вязали канаты. Кузнецы, в свою очередь, делали цепи и якоря. Были среди местных и весьма успешные дельцы, которые сколотили неплохое состояние, продавая морские дары как в города Альвирии, так и в соседние страны. Помимо этого, Дэнэс отмечал, что местные повара делают просто неописуемые блюда из рыбы, а местные таверны славятся разнообразием алкоголя, привезённого из разных уголков мира.

Когда Лайт и его отряд въехали в город по улице Бартоса, смрад достиг своего пика. По лицу Карины было видно, что ей с каждой секундой становится всё хуже. Её острый нюх стократно усиливал и так невыносимый запах, но она пока что стойко держалась.

Конюшня, благодаря Дэнэсу, нашлась быстро. Она в городе была одна, и к счастью, не так далеко от улицы, по которой путники въехали в город.

— Славные у вас лошади, — сказал мужчина в годах, вышедший навстречу. — Особенно вот этот красавец. Злющий, наверное?

— Не без этого, — кивнул Лайт, передавая поводья Везувия. — Прошу быть с ним поосторожнее. Он у меня с характером.

— Подружимся уж как-нибудь, — хмыкнул конюх.

Сдав коней и оплатив на два дня вперёд, Дэнэс повёл всех в «Сухопутную гавань» — с его слов, самый лучший трактир города.

На счастье Карины, трактир оказался всего в пяти минутах ходьбы от конюшен, в Рыбацком переулке. Свернув в переулок, путники столкнулись с довольно шумной компанией местных моряков, одетых в серые кофты с жёлтыми полосками. Они горланили песни, несмотря на поздний час, и в приказном тоне звали всех мимо идущих выпить с ними. Под приглашение попали и Лайт с товарищами, но быстро от него отделались. Стоило лишь потянуться к оружию, как весёлая компания тут же потеряла интерес к разношёрстной шайке приезжих.

«Сухопутная гавань» пряталась за обшарпанной дверью цвета морской волны. Внутри же всё оказалось куда лучше, чем многие в отряде могли подумать. Дощатый пол, каменные стены, увешанные чучелами разных рыб, чистая и приятная для глаза обстановка. В центре зала — десять круглых столов, на четыре персоны каждый, а у дальней стены слева, недалеко от лестницы на второй этаж — два прямоугольных гиганта, рассчитанных на большие компании. Тепло, уютно и не очень шумно, несмотря на то что половина столов была занята. Но самое главное, вонь с улицы сюда не проникала. Здесь пахло кухней. Запах еды и трав был столь приятным, что голодные путники едва не изошли слюной, пока осматривались.

Трактир принадлежал госпоже Мери́не, она же была и барменом, что сегодня обслуживал клиентов. Комнаты оказались не таким уж и дорогими, порции еды, со слов хозяйки, ещё никого не оставляли голодным, а разнообразие выпивки так и вовсе удивляло самых привередливых гостей. Оплатив жильё и заказав еду, Лайт и его товарищи поднялись на второй этаж, и пройдя по узкому коридору, разошлись по своим комнатам.

Каждая из комнат была рассчитана на двоих, но за доплату в покои Дэнэса и Шишира принесли матрас для Горди. Пройдя в своё временное жилище, Лайт огляделся. Две односпальные кровати, немного коротковатые для человека даже со средним ростом. Широкий шкаф для одежды, пара тумбочек, стол, два табурета и три свечи с коробкой спичек в придачу. В комнате было тепло, ничем дурным не пахло, а вид из единственного окна, выходящего на стену соседнего здания, вызывал только улыбку.

— Неплохо, — заключил Лайт, осмотревшись. — Я бы даже сказал, всё в рамках местных стандартов.

— Главное — не пахнет, — отозвалась Кора. — А то, если честно, мне тоже этот запах неприятен.

— А я думал, ты невосприимчива к чему-то подобному.

— Я не ощущаю внешних воздействий, — ответила хранительница. — Жар, холод и тому подобное. Но запахи я слышу. Не так остро, как Карина, но сильнее, чем обычный человек.

Разложив свои вещи и переодевшись, Лайт вместе с хранительницей спустились вниз. За длинным столом их дожидался почти весь отряд, за исключением Карины.

— Она пытается отбить вонь, которой пропиталась её шерсть, — пояснила Камира, когда Лайт вопросительно глянул на неё. — Скоро спустится.

Когда к застолью присоединилась Карина, чья шерсть теперь пахла какими-то травами из её личной коллекции, стол уже ломился от еды. Каждый заказал себе по порции разных рыб и гарниров, чего бы уже вполне хватило, чтобы наесться. Хозяйка не соврала, порции и вправду были огромными. Помимо рыбы, в центре стола встала глубокая тарелка с бульоном из креветок, на закуску был хлеб с добавлением водорослей, икра и тонкие ломтики угря в кисло-сладком соусе. Выпивкой служило вино в двух увесистых бутылях. Одна, из тёмно-синего стекла, была родом из Трэля, вторая — из коричневого — приехала из Инвенга. В вопросе еды и выпивки Дэнэс и вправду оказался прав. Еда была просто превосходной. Рыба без единой косточки таяла на языке, горячий бульон прогревал до самых пяток, а про закуски и вовсе не стоило ничего говорить. Вино было в меру крепким и приторным и оставляло приятное послевкусие.

— Считай, что ты прощён, — покончив со своей порцией, сказала кошка и посмотрела на Дэнэса. — Рыбу здесь и вправду отлично готовят.

— Спасибо, — усмехнулся Дэнэс. — Правда, я не знал, что мы были с тобой в ссоре.

Прежде чем Карина и Дэнэс снова успели начать перепалку, в разговор вступил Лайт.

— Какие у нас на завтра планы?

— Первым делом нужно договориться с каким-нибудь капитаном о корабле, — заговорил Горди, подливая Камире вина. — Причём корабль должен быть вместительным. Нас семь человек и столько же лошадей. В маленькую лодочку мы не поместимся.

— Мы с Шиширом займёмся этим, — сказал Дэнэс и посмотрел на ящера, который слегка удивлённо покосился на друга. — Если мои связи здесь ещё не истлели, то я знаю, кто может свести нас с местными капитанами.

— Хорошо, — кивнул полуэльф. — Ещё нам нужно пополнить запасы. Не знаю, как долго мы будем плыть до Йондура, поэтому еда явно лишней не будет, как и пресная вода, собственно. А её у нас осталось не так уж и много.

— Мы сходим, — робко сказала Камира и посмотрела на подругу, — если, конечно, Карина не против. Но я могу и одна, если…

— Не против, — тут же отозвалась кошка. — Я всё равно хотела поискать здесь травников. Пока шерсть очистила, почти все запасы алхимические извела. Да и на завтра нужно что-то придумать, чтобы от местной вони не умереть.

— Отлично, — хмыкнул Горди. — Тогда тебе, Лайт, предлагаю вместе с Корой присоединиться ко мне.

— Хорошо, — пожал плечами маг тени и отпил вина. — Только к чему именно?

— Я собирался навести кое-какие справки касательно семьи Хэмэль, и если получится, обзавестись картой Йондура. Лично я там никогда не бывал, и местность там мне незнакома. С картой нам будет явно проще определиться с маршрутами.

— Я согласен, — ответил Лайт и улыбнулся. — Всегда хотелось посмотреть, как работают с информаторами агенты плащей.

— Какие там информаторы, — усмехнулся полуэльф. — Навестить парочку местных торговцев, что торгуют с Йондуром, и понадеяться на удачу. Других способов хоть что-то узнать лично у меня нет.

— А что на этот счёт скажет наш местный житель? — с ухмылкой спросила Кора, посмотрев на Дэнэса.

— Я прожил тут около полугода, — усмехнулся Дэнэс, — так что местным меня можно назвать с натяжкой. Но я тебя услышал. Поспрашиваю у старых знакомых, если, конечно, найду их.

— Ну, раз всё решили, — заговорил Шишир, подняв полный кубок вина, — выпьем за то, чтобы удача нам завтра сопутствовала.

***

Когда Лайт вышел из местной парикмахерской со смешным названием «Укротители волос», он невольно зажмурился. Он пробыл в полумраке заведения больше часа, объясняя местным цирюльникам свою задумку, так что глаза успели отвыкнуть от света двух светил. Лайт давно искал место, где смогут… укротить его волосы и придать им более привычный для него вид. Теперь причёска стала почти такой, какой он привык её видеть в дни, когда ещё жил на Земле: выбритые виски и короткая длина на остальной части головы. Ветер приятно ходил остриженную голову, а пальцы не путались в длинных прядях, которые давно отросли ниже затылка.

Пройдя немного по Кузнечной улице, а после свернув в Сеточный переулок, Лайт внезапно почувствовал, как за его спиной кто-то возник.

— А тебе идёт, — с усмешкой сказала Кора, обходя хозяина слева. — Крайне дерзко по местным меркам, я бы даже сказала — лихой стиль, но и пусть. Наш командир должен внушать страх.

— Да ну тебя, — с усмешкой сказал Лайт. — Горди уже ушёл?

— Конечно, — кивнула хранительница. — Он сказал, что ждать тебя смысла нет, и ушёл в трактир.

— Понятно. Если других дел у нас нет, думаю, тоже стоит туда вернуться.

После завтрака, когда все разошлись по своим делам, Лайт и Кора отправились вместе с Горди искать карту и собирать информацию. Правда, ожидания Лайта о тайных встречах в подворотнях и подозрительных личностях в капюшонах, передающих записки, так и не оправдались. Полуэльф и вправду просто подходил к незнакомым ему торговцам, каждый раз зачем-то выдумывая себе новую личность, и пытался хоть что-то узнать о Йондуре и семье Хэмэль, живущей там.

О стране узнали много: разные сплетни, слухи. В целом, об обстановке на Малиатском континенте. Как оказалось, там назревал небольшой конфликт между Йондуром и Трэлем, вроде как по причине споров о границе. Но, как заверяли торговцы, во что-то большее, чем просто словесная перепалка дипломатов, перерасти не должно. В остальном обстановка была спокойной.

О графском же роде узнать не получилось ровным счётом ничего. Никто, кого спрашивал Горди, никогда не слышал ни о людях с такой фамилией, ни о месте их проживания. Единственное, чего они смогли добиться, это достать карту Йондура. Правда, написанную от руки самим торговцем, у которого её купили, так что ожидать от неё большой точности явно не стоило.

Пройдя по извилистому переулку, маг тени и его хранитель вышли на Торговую площадь. Миновав шумные ряды торговцев, они прошли четыре дома по Лаковой улице и наконец смогли попасть в Рыбацкий переулок. Пройдя в дверь «Сухопутной гавани», Лайт почти сразу заметил Горди, сидевшего за столом с Дэнэсом и Шиширом.

— Горди, как же так, — наигранно ахнул Дэнэс, когда Лайт сел за их стол. — Ты бросил командира, и посмотри, что с ним сделали.

— Кто это с тобой сделал, — ящер слегка ударил кулаком по столу и состроил злобную гримасу. — Мы найдём этих уродов и отомстим им.

— Очень смешно, — с иронией сказал Лайт. — Как ваши успехи?

— В отличие от вас, мы справились неплохо, — с улыбкой сказал Дэнэс и отпил вина из бокала. — Завтра, после восхода Баша[1], нас ожидают на «Харибде».

— Это что за монстр? — с усмешкой спросил Лайт.

— Красивого вида посудина, занимающаяся перевозкой грузов.

— Торговый корабль? — переспросила Кора. — А вы уверены, что нам место там найдётся?

— Капитан сказал, что в этот раз они идут до Йондура полупустые, — пояснил Шишир. — А вот обратно уже забитые под завязку. Мы сказали ему, сколько нас будет, и что при нас будут лошади. Капитан заверил, что всем место найдётся.

— Цена услуги? — с прищуром поинтересовалась хранительница.

— Изначально была такой, что вызывала лишь нервный смех, — вновь заговорил Дэнэс. — Одним словом, огромная сумма, но после предъявления бумаг об оказании нам посильной помощи упала до нуля.

— Вы воспользовались грамотой? — удивлённо протянул Лайт.

— Пришлось, — развёл руками Дэнэс. — Мы честно хотели договориться, но капитан оказался упёртый, как стадо баранов. Пришлось так, иначе бы мы остались без денег.

— Понятно, — хмыкнул Лайт. — Куда он нас доставит?

— Горди, подай ваш рисунок, — с усмешкой сказал Дэнэс, и дождавшись, когда полуэльф с хмурым лицом разложит рукописную карту на столе, указал на самую крайнюю точку континента. — Город Тронг, самое восточное поселение Йондура. Именно там «Харибду» будет ожидать груз, и плыть дальше ей уже не будет смысла.

— Далековато от остальной цивилизации, — протянул Лайт, изучая карту. — Не факт, что мы настолько удачливые и найдём семью Хэмэль прямо там.

— Зато мы попадём в город торговцев, — вступил в разговор Горди. — Если оттуда развозят товары, то кто-то, возможно, что-то и знает, или может, слышал мельком. В любом случае, начальная точка не так уж и плоха. Начать с самого края и продвигаться вглубь страны звучит лучше, чем метаться в разные стороны из её центра.

— А если эти графья на противоположном конце живут? — с хмурым видом спросил Шишир.

— А есть выбор? — с усмешкой спросил полуэльф. — Нам в любом случае нужно с чего-то начинать, и Тронг не самый плохой, если не лучший вариант.

Когда мужская часть компании, а вместе с ними и Кора, заканчивали с обедом, в трактир вошли Карина и Камира, увешанные сумками. Лайт махнул им рукой, и девушки с измученными лицами двинулись к ним.

— Скажите, что завтра мы уедем отсюда, — протянула Карина, сбрасывая сумки возле стула. — Этот город меня скоро доконает, и я, — кошка внезапно осеклась, повернулась к Лайту, и её тёмно-жёлтые радужки почти полностью скрылись за расширенными чёрными зрачками. — Мать моя в пятнах, что с тобой приключилось?

— Как по мне, слишком коротко, — поддержала подругу эльфийка, дотронувшись до своих длинных волос, но после улыбнулась. — Но тебе идёт. Ты стал выглядеть как-то по-другому.

— Спасибо, — кивнул Лайт. — Я давно искал возможность облысеть, потому что так мне привычнее. Как видите, получилось.

— Главное, ты доволен, — хмыкнула Карина и посмотрела на Дэнэса. — Так что, мы плывём?

— Плывём, — кивнул Дэнэс, ставя перед кошкой бокал и наливая из початой бутылки вина. — Завтра с рассветом мы уже должны быть на корабле.

— Это самая лучшая новость в моей жизни, — с неподдельной радостью сказала Карина и припала к бокалу. — На этом рынке… боги, я думала, от местных запахов мой нос просто отвалится. Меня даже травяной мешочек не спас, а я туда такую пахучую смесь запихала, что ни одна собака след взять не сможет.

— Ну, судя по сумкам, — Лайт покосился на гору мешков, сложенную возле стульев, — покупки прошли удачно.

— Не то, чтобы, — тихо сказала эльфийка. — У них тут… крайне ограниченный ассортимент, и найти что-то… не рыбное большая проблема.

— Мясо, сыр, хлеб, да даже овощи, — начала перечислять кошка, и на лице её выступил оскал. — Днём с огнём не сыскать, а ещё рынок. Рыба всех сортов и размеров, креветки, моллюски и прочие гады морские, от вида которых уже воротит, как и от их запаха. Но мы всё же справились. Весь рынок обошли на три раза, но всё-таки нашли еду, которая не воняет.

— Это хорошо, — с улыбкой сказал Лайт и жестом подозвал официантку. — По такому случаю закажите себе что-нибудь напоследок из местного. С завтрашнего дня такого вам уже не попробовать.

— Да и слава богам, если честно, — фыркнула Карина. — Мне этот запах теперь в кошмарах приходить будет.

***

Лайт бы с большим удовольствием понежился в тёплой кровати ещё несколько часов, настолько сильно он истосковался по нормальной постели. Но его хранительница, не знавшая, а точнее забывшая о всей прелести сна, сделать этого не дала. Кора разбудила Лайта, когда на улице ещё царили предрассветные сумерки. Он с большим трудом принял сидячее положение, размял затёкшие ноги, которые пришлось слегка подгибать, чтобы уместиться на кровати, и потёр глаза.

— В тебе есть хоть капля сострадания? — зевнув, спросил маг тени.

— Есть, конечно, — ответила хранительница. — Иначе разбудила бы тебя ещё раньше.

Окончательно согнав с глаз сон, Лайт встал, взял полотенце и побрёл в уборную, находившуюся в дальней части коридора. Когда маг тени и его хранительница спустились вниз, при них уже были все их немногочисленные вещи, а лицо Лайта выглядело почти бодрым. За длинным столом их уже дожидались Горди, Шишир и Дэнэс. Женской части отряда видно не было.

— Привет, — отсалютовал Дэнэс, когда командир и его хранительница сели за стол. — Мы с Шиширом взяли на себя смелость заказать на всех. Решили, что много брать не стоит, а то неизвестно, кто как качку переносит.

— Правильно решили, — кивнул Лайт, потерев слегка зудящие глаза. — Я лично в себе не очень уверен. А где наши дамы?

— Вроде как собираются, — пожал плечами Горди. — По крайней мере, они точно проснулись. Я видел, как Камира заходила в уборную.

Девушки спустились вниз, когда вся еда уже была на столе. После не слишком плотного завтрака Лайт с товарищами попрощались с хозяйкой трактира, которая вновь стояла за стойкой, и направились в сторону конюшен. Там, как оказалось, никто не ожидал появления хозяев лошадей в столь ранний час. Рыцарям пришлось порядка десяти минут ходит вокруг и стучать во все стены, пока внутри, помимо недовольного ржания, наконец не послышалось раздражённое ворчание. Молодой парень с красными от недосыпа глазами явно был недоволен столь ранним подъёмом, но всё-таки выполнил свою работу и вывел своих подопечных хозяевам.

— Вы бы, господин, лучше этого коня поменяли, — зевнув, сказал конюх Лайту. — Дикий он у вас. Он нашему старику Торогу чуть пальцы на руке не откусил, когда тот ему зерно сыпал. А меня едва не лягнул, когда я его причесать пытался.

— Он у меня с характером, но не дикий, — ответил Лайт, погладив Везувия по мощной шее. — Простите его за это.

Несмотря на раннее утро, в порту было полно народа. Люди в полосатых одеждах всех цветов и оттенков бегали туда-сюда, кричали и таскали на корабли мешки и ящики, а капитаны подгоняли их криками и руганью. У причалов стояли четыре массивных корабля, но никто, кроме Дэнэса и Шшира, не знал, какой именно должен отвезти рыцарей в Йондур.

— Ну и какой из этих гигантов наш? — поинтересовался Лайт, поравнявшись с ящером.

— Вон тот, — Шишир указал на самый дальний. — Со слов капитана, самый быстроходный в этих доках.

«Харибдой» оказался двухмачтовый корабль, довольно массивный, чтобы быть самым быстроходным. Длина судна составляла порядка пятидесяти метров, высота около тридцати. Верхняя часть корпуса была из тёмной древесины, нижняя из более светлой. На двух высоких матчах в скрученном состоянии трепыхались синеватые паруса. Носовую часть украшала резная деревянная фигура. Она изображала красивую женщину по пояс, с руками, сложенными на груди.

На первый взгляд эта махина не выглядела быстроходной, зато создавала впечатление надёжности. Лайт вообще мало что понимал в морском деле, и оценить, насколько корабль хорош, мог чисто визуально. Главное, чтобы этот гигант довёз их до Йондура в целости и сохранности.

Когда Лайт и его рыцари подошли к короблю поближе, то заметили группу людей, одетых в одинаковые голубые кофты в красную полоску с коротким рукавом. Одни таскали на борт тяжёлые на вид коробки, другие — какие-то мешки. Командовал ими среднего роста, крепкий на вид мужчина, возрастом примерно под сорок. Лицо с грубыми чертами, слегка кривой нос, обветренная кожа, шрамы на обеих руках. Одним словом, типичный моряк. На лысой голове у него была чёрная шляпа с круглыми полями и синим пером, чуть сдвинутая на затылок. На плечах висело тёмное кожаное пальто, а рукава болтались плетьми. Крепкие, как два пресса, голые руки мужчины были скрещены на груди. Под пальто была такая же полосатая кофта, как у его подчинённых, на ногах — широкие штаны из какой-то странной ткани, похожей на вельвет, и высокие кожаные сапоги с серебряной бляшкой у левой щиколотки. На поясе у мужчины была сабля с красивым изгибом лезвия и посеребрённой рукоятью.

— Капитан Шторс, — подняв правую руку, Дэнэс привлёк внимание мужчины.

Когда капитан обернулся на голос, на его лице созрела хищная улыбка, а руки раскрылись в приветственном жесте.

— Сир Дэнэс, — сказал он слегка осипшим от крика голосом. — Рад видеть вас. Мы как раз заканчиваем погрузку и скоро будем отплывать.

Подойдя к капитану, Дэнэс обменялся с ним рукопожатием, а после повернулся к остальным.

— Разрешите вам представить моих товарищей. С Шиширом вы уже знакомы, это Горди, наши прелестные дамы — Карина, Камира и Кора, а также наш славный командир Лайт.

Капитан внимательно оглядел всех собравшихся, и по лицу сразу стало видно, что он в лёгкой растерянности. Видимо, при слове рыцари он ожидал увидеть крепких мужчин в доспехах, наподобие Дэнэса, но никак не девушек и юнца командира.

— Рад нашему знакомству, господин Шторс, — заговорил Лайт, выйдя вперёд.

— Я тоже рад, сир, — кивнул капитан и ответил на рукопожатие. — Вы можете звать меня просто Лирой или же капитан, как вам будет удобно.

— Вы тоже можете звать меня просто Лайт, — сказал маг тени. — Я не привычен к официальному общению.

— Я тоже не любитель высоких фраз, — с усмешкой сказал капитан. — Раз уж мы говорим начистоту, то сразу скажу, как есть. Я думал, вы старше.

— Какой есть, — пожал плечами Лайт.

— И ваши рыцари, — капитан ещё раз пробежался по всем взглядом, — очень необычные. Я думал, что вы все суровые мужи. Признаюсь, никогда не думал, что баб… простите, женщина, может быть рыцарем.

— Да, возможно, мы не самые обычные рыцари, — заговорила Кора, поравнявшись со своим хозяином. — Но как мне кажется, главное здесь то, что нас объединяет одна идея и принципы, а уж наш внешний вид — вопрос вторичный.

Несколько долгих секунд Лирой пристально смотрел в бесстрастное лицо Коры, словно хотел ей что-то высказать по этому поводу, но в конечном итоге громко рассмеялся.

— Отлично сказано, — капитан оскалился в улыбке, которой не хватало пары зубов. — Простите, если оскорбил вас. Я лишь говорил то, что думаю, — Лирой жестом указал на трап. — Прошу вас на борт, господа и дамы. Мои люди покажут вам ваши комнаты.

Лайт дождался, когда весь его отряд вместе со своими скакунами поднимется на борт, а уже после сам начал подниматься на корабль, ведя Везувия чуть позади.

— Я не очень люблю коней, — послышался за спиной голос капитана, — и у нас это взаимно. Они постоянно норовят меня укусить. Но ваш конь просто зверюга. Что это за порода такая?

— Он из горных, — отозвался Лайт. — Из Трэля.

— Тогда понятно, — усмехнулся Лирой. — Сразу видно, что у него суровый нрав.

Не успел Лайт подняться на борт и осмотреться, как к нему подошёл один из матросов. Молодой парень, не старше двадцати, с едва наметившимися усами и пышной копной соломенных волос на голове.

— Добрый день, сир, — робко поздоровался моряк. — Моё имя Парис. Прошу, идите за мной. Я покажу вам, где стойло, а после и вашу каюту.

Лайт кивнул и последовал за матросом. Спустившись по широкому трапу в полутьму нижней палубы, где светила всего пара фонарей, Парис повёл гостя в кормовую часть судна, где уже стояли остальные члены отряда. Пока Лайт шёл, он заметил, что к потолку тут и там было подвешено множество цветастых гамаков. В некоторых из них даже дремали люди.

— Вы спите прямо здесь? — поинтересовался Лайт.

— Да, — отозвался матрос. — Так мы можем взять габаритный груз, который не помещается в трюме, и здесь же следить за ним. Во время штормов бывали случаи, когда большие ящики рвали крепёжные канаты и начинали кататься, повреждая корпус.

Ящики и мешки, которые Лайт заметил ещё на причале, не были такими уж большими. Сейчас они лежали вдоль левого борта, а между ними ходили три высоких моряка. Один человек держал тетрадку в кожаном переплёте, в которую что-то записывал, двое других аккуратно спускали груз по лестнице.

Дойдя до кормы, Лайт невольно присвистнул. Здесь были оборудованы полноценные стойла, у правого борта лежала крупная копна сена, а также стояли два полных ведёрка с разным зерном.

— Вы даже лошадей перевозите? — спросил маг тени.

— Не только, — покачал головой Парис. — Бывает, и другую скотину берём, но нечасто. Обычно мы занимаемся перевозкой ящиков, бочек и мешков. Живой груз капитан берёт редко. С ним слишком много мороки, пусть за него и платят больше.

— Понимаю, — с усмешкой кивнул Лайт.

Когда Везувий занял почётное место между Лучиком и Бликом, Парис повёл весь отряд рыцарей к носу. Когда отряд перешёл в противоположную часть корабля, рыцари увидели два небольших помещения. В длину около пяти метров, в ширину немногим больше. Входом в них служили простенькие двери с медными ручками.

— Ваши каюты, — указав на двери, сказал Парис. — Если вам будет что-то нужно, вы можете обратиться к любому члену команды. Кто-то из нас всегда будет находиться на нижней палубе.

— Спасибо, — кивнул Лайт.

— Приятного плаванья вам, — кивнул парень и быстрым шагом пошёл к трапу, ведущему наверх.

— Чур, наша комната левая, — сказала Карина, едва парень отошёл.

— Да пожалуйста, — пожал плечами Дэнэс. — Не думаю, что они чем-то отличаются.

— Да, кстати, — сказала кошка, когда уже собиралась открыть дверь их комнаты. — Если вдруг будет укачивать, у меня есть морские грибы, купила у местного травника. Они прекрасно помогают поставить желудок на место.

— Всё будет нормально, — с усмешкой ответил Дэнэс. — Мы же крепкие мужчины, так что справимся.

Пройдя вслед за Горди в мужскую комнату, Лайт огляделся. Шесть гамаков под потолком: три синих, два жёлтых и один белый, а между ними одинокая лампа, висящая на железном кольце. Небольшой сундучок у левого борта, рядом два ведра и больше ничего.

— Аскетично, — хмыкнул Шишир, подходя к одному из гамаков и осматривая его. — Впервые такое вижу. Мы с них не попадаем?

— Это гамаки. Они достаточно глубокие, так что можешь ворочаться, как ты это умеешь, — ответил полуэльф и ухмыльнулся. — Но если боишься, можешь лечь на полу.

— Да он и так там окажется, — с улыбкой отозвался Дэнэс, занимая жёлтый гамак. — Ты его шипы видел? Он и минуты в нём не пролежит. Раз во сне повернётся и грохнется, что чайник со стола.

— Я ведь и тебя могу за собой утянуть, — с хищным оскалом сказал ящер, демонстрируя острые когти.

— Отличная идея, друг, — отозвался Дэнэс. — Будем всей дружной компанией по полу кататься. Всегда хотел почувствовать себя капустой в повозке, которую везут по ухабам к демону на рога.

[1] Баш – малое небесное светило. В переводе с древнего диалекта

означает “Малыш”.

ГЛАВА 2. “ХАРИБДА”

Примерно через пятнадцать минут после того, как рыцари зашли на корабль, Лайт услышал приглушённые крики капитана на верхней палубе. Судя по участившемуся наверху топоту, корабль готовился к отплытию. Через несколько минут все присутствующие в каюте переглянулись, почувствовав, как корабль понемногу приходит в движение. Лайт хотел подняться наверх и посмотреть, как этот огромный монстр будет отходить от берега, но всё же решил пока переждать. Люди наверху занимаются своей работой, и посторонний человек мог им просто мешаться под ногами.

Через полчаса, когда шум на верхней палубе почти сошёл на нет, Лайт наконец решил выбраться наружу. Поднявшись по трапу на верхнюю палубу, Лайт подошёл к левому борту и увидел, что земля куда дальше, чем он предполагал. Её всё ещё было видно, но вот понять, что именно там происходит, было уже невозможно.

— Ветер нам благоволит, — раздался за спиной Лайта знакомый голос.

Обернувшись, маг тени увидел капитана Лироя. Он уже был без своего пальто, а лысую голову, усеянную мелкими шрамами, не покрывала шляпа, отчего его можно было спутать с обычным матросом. Позади капитана, за левым плечом, стоял чистокровный представитель клана волков. Высокий крепкий мужчина, покрытый бурой шерстью, с торчащими ушами, обрамлёнными белым мехом, и серыми глазами. Одет он был в ту же полосатую кофту, что и вся команда, на ногах были широкие чёрные бриджи, но мощные лапы оставались босые.

— Лайт, — обратился капитан, — разреши представить тебе моего старшего помощника, Торро Гризиса.

— Рад познакомится с вами, сир, — учтиво сказал волк и слегка поклонился.

— Зовите меня просто Лайт, — кивнув, ответил маг тени, а после вновь обратился к капитану. — Я совсем забыл у вас спросить, капитан. Сколько нам плыть?

— Если удача будет на нашей стороне, и ветер будет наполнять наши паруса день и ночь, то порядка пяти дней, — ответил Лирой и усмехнулся. — Только такое вряд ли случится. Когда мы зайдём в воды гробницы, ветер станет вести себя непредсказуемо.

— Гробницы? — с опешившим видом переспросил Лайт.

— Водная гробница, — начал пояснять старпом. — Это довольно обширная зона бескрайних вод, где по разным причинам пропало уже множество кораблей.

— И мы плывём туда? — не скрывая удивления, спросил маг тени.

— Иначе в Тронг нам не попасть, — пожал плечами Лирой. — Не беспокойся, мы пройдём лишь краешком по этим водам. Все беды, что связывают с этим местом, творятся ближе к центру.

— Понятно, — кивнул Лайт. — Буду надеяться на ваш опыт и удачу, капитан.

— Уж лучше помолитесь Боргодуру, чтоб его ветра нас не оставили.

— А что, если бог меня не услышит? — скептически спросил маг тени.

— Какое-то время мы ещё сможем плыть, — заговорил Торро. — У нас на борту есть маги ветра. Включая меня, десять человек. У нас будет время, чтобы найти попутный ветер. Если же нет, то придётся ждать милости бога.

— Даже так, — удивлённо протянул Лайт, вновь оглядывая волка. — Это внушает оптимизм.

— Многие капитаны нанимают к себе магов, — отозвался Лирой. — В большом почёте, конечно, маги ветра, но и те, кто умеет укрощать воду, тоже имеют спрос.

— Хотите сказать, что и аспект воды способен заставить корабль двигаться в штиль?

— Они, конечно, могут и такое, но их нанимают не за этим, — покачал головой капитан. — Маги воды по большей части помогают в шторма. Они прекрасно чувствуют, когда на корабль должна обрушиться очередная волна, и нейтрализуют часть того урона, что она могла бы нанести. Благодаря им корабль выходит из бури с минимальными повреждениями.

— Не знал, что силу аспектов можно использовать и так, — хмыкнул маг тени.

— Всё приходит с опытом, — усмехнувшись, ответил Лирой.

***

Примерно через час после отплытия корабль стал качаться на волнах куда заметнее, чем возле берегов Альвирии. Первым качку не выдержал Горди, а после и Дэнэс. В полусогнутом состоянии и с бледными лицами «крепкие мужчины» поплелись в женскую каюту, просить у Карины её волшебные грибы. Когда корабль стало качать ещё сильнее, позеленел уже Лайт, и даже Шишир. В конечном итоге, Карина с ехидной ухмылкой выдала каждому по кусочку грибов, смешанному с какой-то резко пахнущей травой.

— Следующая порция будет платно, — сказала она вслед уходящему ящеру.

Ближе к вечеру, после недолгого дневного сна, Лайт, да и все остальные, уже чувствовали себя куда лучше, поэтому решились на небольшую прогулку по верхней палубе. Когда Лайт вместе с остальными поднялся наверх, он увидел лишь бескрайнюю водную гладь вокруг, а над горизонтом нависал кровавый полумесяц Юнитора[1]. На самом же корабле уже горели фонари, а матросы занимались своим делами. Кто-то мыл палубу, двое, забравшись на мачты, проверяли паруса. За штурвалом стоял первый помощник капитана.

— Решили выйти на прогулку? — спросил Торро, когда Лайт поднялся к нему на ют.

— И так целый день провалялись, пока привыкали к качке, — ответил Лайт. — Нужно же иногда в свет выходить.

— Да, ночка сегодня хорошая. Самое главное — светлая, и ветер есть.

— Ты давно в море? — решил поинтересоваться Лайт.

— Лет десять, наверно, — чуть задумавшись, ответил старпом. — С капитаном Шторсом уже порядка пяти лет хожу, это уж точно.

— Почему ты выбрал именно море?

— Всегда хотел быть не простым волком, а морским, — ответил Торро и рассмеялся. — Ну а если серьёзно, то любовь к бескрайним водам мне отец привил, ещё когда у меня только клыки наметились. Он у меня заядлый рыбак, свой небольшой кораблик имеет и команду человек в десять. Когда я немного подрос, он стал меня брать с собой, и мне это чертовски понравилось. Стоять посреди бескрайней воды, бороться со стихией, добывать что-то своим силами, быть частью команды.

— Странно, что ты в рыбаки не пошёл, — усмехнулся Лайт.

— Так я им был, — ответил волк и усмехнулся. — До «Харибды» на «Непуле» ходил. Мы за неделю столько рыбы вытаскивали, что иногда побаивались, что поймали вообще всю рыбу, какая только есть в бескрайних водах.

— Надоело? — предположил Лайт.

— Вроде того, — кивнул Торро. — За столько лет от рыбы уже тошнить стало, поэтому решил сменить род деятельности. Захотелось поплавать чуть дальше, чем пара миль от берега, на мир посмотреть. Но когда выдаётся выходной, всё же выхожу на лодке порыбачить. От старых привычек трудно отказаться.

— Понимаю, — кивнул Лайт. — Ну ладно, не буду отвлекать.

— Ты уже плавал на кораблях? — внезапно спросил старпом.

— Не доводилось, — признался маг тени.

— Советую вам завтра встать пораньше. Рассвет в море куда красивее, чем с берега.

***

Торро не соврал. Когда Лайт, проснувшийся из-за топота на верхней палубе, поднялся наверх, он увидел, как малое светило медленно выбирается из-за горизонта. Это зрелище было и вправду более красочным, нежели на суше. Здесь, в бескрайних водах, ничего не мешало обзору, и Лайт мог в полной мере оценить, как горизонт меняет свои цвета по мере подъёма Баша. Вначале небо вдали окрасилось в тёмно-красный цвет, затем стали появляться рыжеватые оттенки. Наконец, когда Баш полностью вышел из-за горизонта, небосвод стал золотистого оттенка. Лайт уже не раз заставал рассвет в дороге, но никогда не видел его красоту в полной мере.

— Любуешься, — раздался за спиной голос Коры.

От неожиданности Лайт вздрогнул и обернулся.

— Зачем так пугать, — с досадой проговорил маг тени.

— Я думала, ты уже давно научился ощущать моё присутствие, — с улыбкой ответила хранительница.

— Я был поглощён созерцанием прекрасного, — буркнул Лайт, указывая в сторону рассвета.

— Я так и поняла, — усмехнулась Кора. — Вообще, я пришла сюда, чтобы позвать тебя на завтрак. Капитан столь любезен, что пригласил нас отведать местной еды, а не тратить наши личные запасы.

— Вот как, — хмыкнул маг тени. — Ну что же, не будем отказываться от такого предложения.

В качестве завтрака на корабле подали гороховую кашу с бобами и два ломтика вяленого мяса, а на десерт каждому дали небольшой мешочек сушёного изюма. Выглядело всё это, по мнению Лайта, не слишком аппетитно, но лишь до момента, пока он не попробовал. На деле еда оказалась очень даже приличной, а изюм — на удивление сладким.

После прекрасного рассвета и завтрака день тянулся непомерно долго. Ходить по палубе и смотреть на один и тот же пейзаж было уже не интересно и даже скучно. Одинокая книга, взятая ещё из Башни, была давно зачитана до дыр. Единственное, что хоть как-то скрашивало тягучие часы в каюте — карты, которые оказались у Дэнэса в мешке. Поначалу Лайт учился местным играм, вроде перевёртыша или три картинки, которые оказались слишком сложными для него. Но вот после он учил своих товарищей играм, которые были на его родной планете. И здесь уже местные обитатели с хмурыми лицами пытались вникнуть в суть происходящего.

— Откуда ты узнал про эти игры? — спросил Шишир, выкладывая пару карт из руки. — Я никогда прежде не слышал о… дураке и… сундучке.

— Меня научили в «Горьком счастье», — соврал Лайт. — Там разные люди останавливались, от торговцев до наёмников. Иногда они вечером собирались за столом, играли на деньги и порой приглашали нас.

— Судя по твоему мастерству, — цыкнул ящер, набирая недостающие карты, — удача была на твоей стороне.

— Не всегда, — хмыкнул Лайт, выкладывая последние карты из руки, — но иногда случалось.

— Демон, — выругался Дэнэс, забирая карты в руку. — Опять я дураках останусь?

***

Третий день плавания был похож на второй и первый. Лайт с товарищами ходили по кораблю, стараясь не мешать команде, играли в карты и травили разные истории. Но вот уже в середине четвёртого дня, когда Лайт мысленно был на суше, ведь по расчётам капитана, завтра они должны прибыть в Тронг, в их каюту постучали.

— Сир, — на пороге стоял один из матросов — крепкий мужчина с бородой и обеспокоенным выражением лица. — На нашем пути виднеется штормовой фронт. Мы постараемся обойти его, но капитан просит вас и ваших товарищей не покидать нижней палубы. Это для вашей же безопасности.

С этими словами моряк удалился, а Лайт остался в слегка растерянном состоянии. Примерно через сорок минут все ощутили, что корабль стало качать сильнее прежнего, а на верхней палубе стали чаще топать и кричать.

— Кажется, обойти не получилось, — хмыкнул Дэнэс, лежавший в гамаке.

— Понадеемся на то, что всё обойдётся, — зевнув, ответил Шишир. — Нам всё равно запретили выходить, да и вряд ли мы чем-то можем им помочь.

С каждой минутой качка усиливалась. Борта скрипели под натиском стихии, удары волн становились всё сильнее и громче. Лайт не мог видеть, что происходит наверху, но ощущал, что корабль зашёл если не в самый центр стихии, то как минимум, был близок от него.

Спустя каких-то пять минут корабль уже не качался на волнах. Его бросало от гребня к гребню, отчего даже ровно стоять на ногах было огромной проблемой. Спустя ещё десяток минут разгул стихии достиг пика. Четверо взрослых мужчин после каждого мощного удара волны о борт или резкого нырка вперёд падали на пол, не в состоянии сохранить равновесие, а после, если не успевали подняться, вновь бились об пол.

— Вашу мать, — прошипел Дэнэс, держась за локоть. — Это уже не…

Новый удар стихии, и рыцарь, не удержав равновесие, отлетел к левому борту. Ящер, впившийся когтями в одну из отделочных досок, вырвал её и полетел к двери. Лайт и Горди, занявшие места в углу, подлетели к потолку, а после неприятно ударились об пол мягким местом.

— Сука, — прохрипел Шишир, держась за голову. — Я себе все мозги встряхнул.

— Мы так долго… — начал Горди, но стиснул зубы, когда очередная волна накренила корабль. — Надо что-то придумать. Иначе мы здесь убьёмся.

Лайт, как и все несчастные, запретные в этой комнате, пробежался взглядом по каюте. Вёдра, как и люди, летавшие в разные стороны, гамаки и светильник. Ничего, что могло хоть как-то облегчить последствия бури. Разве только…

— Есть идея, — внезапно воскликнул Лайт, присаживаясь у правого борта. — Садитесь рядом. Я нас зафиксирую.

Все рыцари косо глянули на своего командира, но сделали, как он сказал. Когда все сели рядом, Лайт зацепился за тени, что давала лампа, висевшая под потолком, чудом уцелевшая и не погасшая при такой качке. Притянув к себе тёмные сгустки, маг тени начал укутывать ими себя и товарищей. Когда Лайт закончил, четверо человек по самое горло были завёрнуты в чёрные коконы. Маг тени не был до конца уверен, что это сработает так, как он задумал. Лишь когда в борт ударила новая волна, и корабль наклонился, а коконы вместе с людьми остались на своём месте, он понял, что всё получилось.

— Чувствую себя мухой в паутине, — осмотрев себя, прокомментировал Шишир.

— Главное, что нас теперь по комнате не бросает, — выдохнул полуэльф. — Спасибо, командир.

— Мелочи, — хмыкнул Лайт. — Главное, чтобы лампа не погасла. Если тени пропадут, мы снова станем свободными и будет летать по всей каюте.

***

Никто точно не мог сказать, сколько продлилась буря. Лайт с товарищами сидели в своих коконах, пока не почувствовали, что качка стала слабеть. Когда маг был точно уверен, что новых ударов стихии не последует, он убрал тени.

— Не повезло, конечно, — сказал Горди, разминая затёкшие руки и ноги. — Страшно подумать, что там наверху творится.

— Давайте вначале наших дам проверим, — предложил Лайт. — У них-то не было возможности, как у нас, переждать бурю.

Как оказалось, Камира пришла к такому же плану, как и Лайт. Только за основу она взяла не тени, а обшивку корабля, и сплела из неё для себя и Карины крепкие коконы, удерживающие их в статичном положении. Кора же, имея возможность уходить в тень, всю бурю отсиживалась в тёмном пятне на стене.

— Все живы? — спросил Лайт, проходя в женскую каюту.

— Вроде как, — ответила Карина, сбрасывая с себя ветки, опутавшие её ноги. — Повезло нам, что корабль не перевернуло.

— Повезло, — согласилась Кора, выходя из тени стены. — Буря была какая-то уж слишком свирепая.

После женской каюты Лайт и все остальные пошли на верхнюю палубу. Когда они поднялись туда, то невольно ужаснулись. Одной мачты, а вместе с ней и паруса, попросту не было, вторая лежала в щепках посреди палубы. Левый борт, куда пришёлся основной удар стихи, был в таком же плачевном состоянии, как и большая часть юта, на котором целым остался только штурвал. Носовая часть, на удивление, пострадала меньше, чем корма, но и там Лайт заметил разрушения корпуса, пусть и не такие значительные.

Но самым страшным было не плачевное состояние корабля, который, несмотря на разрушения, уверенно держался на воде. На палубе лежало множество матросов, а возле них суетились их товарищи, пытаясь помочь. У кого-то из тела торчали огромные щепки, выбитые стихией из корпуса, кого-то придавили обломки мачты. Многие из раненых были в бессознательном состоянии. Некоторые матросы, которые пытались помочь, тоже были ранены, но не так сильно, чтобы не оказывать помощь своим товарищам.

Капитан Лирой, как и его старпом, прихрамывавший на левую ногу, ходил между своими людьми. Оба оказывали посильную помощь, вытаскивая своих людей из-под обломков.

— Нам… надо помочь, — сказал Лайт, оглядывая разрушения, что нанесла жуткая буря.

— Я за своей сумкой. У меня там были бинты и мази, — сказала Карина и побежала в каюту.

— Я помогу раненым, — сказала Камира и бросилась к ближайшему матросу.

— Надо вытащить тех бедолаг, — сказал Шишир, указывая на людей под обломками мачты.

— Давай, — отозвался Дэнэс, — я помогу.

— Нам стоит подойти к капитану, — сказал Горди, положил руку на плечо командира. — Возможно, мы сможем помочь перенести раненых или сделать что-то ещё.

***

Кровавый полумесяц уже давно поднялся в зенит, а Лайт и его товарищи, обессиленные, но довольные собой, только-только возвращались в свои комнаты. Общими усилиями рыцарей «Чёрной розы» и команды «Харибды» последствия жуткого шторма удалось свести к минимуму.

Камира, благодаря своей природной магии, смогла не только помочь раненым, но и хоть как-то восстановить матчу, что осталась на борту. Эльфийка истратила почти все силы, но смогла прирастить обломок на прежнее место и закрепить его корнями, что проросли из семян, которые она всегда носила при себе.

Карина благодаря своим познаниям в алхимии и медицине спасла несколько жизней. Она буквально на коленках смогла сделать мазь, которая уберегла моряков от большой потери крови, когда из их тел доставали осколки корабля.

Дэнэс и Шишир, обладая недюжинной силой, смогли вытащить моряков из-под мачты, а после помогли выбросить за борт те обломки, что уже были не нужны. Также эти два здоровяка помогали переносить раненых на нижнюю палубу, а ящер, ко всему прочему, благодаря аспекту огня, выступал в роли живого факела, пока на палубе не повесили новые светильники.

Лайт, Горди и Кора, под чутким руководством Карины, делали морякам перевязки, промывали раны и всячески помогали в её работе. А после, наравне с остальными, помогали убрать с палубы последствия разгулявшейся стихии.

По подсчётам капитана, на борту не хватало двенадцати членов экипажа. Их долго пытались высмотреть в тёмной воде, но тщетно. Даже кошка и волк с их острым зрением и слухом ничего не смогли увидеть или услышать. Двенадцать хороших людей сгинули в глубинах бескрайних вод.

— Вы оказали нам неоценимую помощь, — сказал Лирой, когда Лайт шёл к трапу на нижнюю палубу. — Я и мои люди в неоплатном долгу перед вами.

— Мы рыцари, — ответил Лайт и грустно усмехнулся, — наш долг помогать людям. Жаль только, что мы не смогли помочь всем.

В эту ночь все без исключения спали мёртвым сном. Когда Лайт проснулся и вышел на верхнюю палубу, было уже далеко за полдень. За штурвалом стоял матрос с перевязанной головой, а из каюты капитана, что была под ютом, доносились обеспокоенные голоса Лироя и его помощника.

— Мы сильно сбились с курса, — услышал маг тени, подойдя поближе. — Нас довольно далеко занесло в воды гробницы.

— Выберемся, — ответил капитан. — Благодаря нашим пассажирам у нас есть целый парус. Главное подойти как можно ближе к границе до темноты.

Когда Лирой и Торро вышли из каюты, они сразу заметили Лайта и пошли к нему.

— Долго же ты спал, — сказал капитан, когда подошёл.

— Есть такое, — кивнул маг тени. — Устал вчера, вот и заспался.

— Все мы вчера устали, — хмуро ответил Лирой и вздохнул. — Как себя чувствует Камира? Она вчера выглядела очень измотанной, но благодаря ей мы всё ещё можем плыть.

— Я её не видел, но думаю, что она в порядке, — ответил Лайт и после недолгой паузы добавил. — Я случайно… услышал ваш разговор. Насколько опасно то, что мы углубились в воды гробницы?

— До сумерек нам особо опасаться нечего, — ответил за капитана старпом, — не думаю, что эти проклятые воды обрушат на нас два шторма за раз.

— А что после сумерек?

— В этих водах обитают русалки, — спокойно ответил капитан, — а их вожаками довольно часто выступают сирены.

— Сирены? — переспросил Лайт, пытаясь вспомнить хоть что-то, связанное с этими существами.

— Эти твари, несмотря на жуткий вид, обладают даром голоса, который пленяет разум любого живого существа, что услышит их пение. Мало кто может противиться их чарам. Они ночные хищники, и думаю, если они нас заметят, а нас трудно не заметить посреди воды, то не откажут себе в удовольствии полакомиться человечиной.

— Нам стоит к чему-то готовиться? — напряжённо спросил маг тени.

— Не думаю, — покачал головой Лирой. — Мы сбились с курса, но думаю, успеем отойти достаточно далеко, чтобы русалки потеряли к нам интерес. Они никогда не покидают пределов гробницы и близко к её границе не подходят. Но если что-то пойдёт не по плану, я сообщу вам лично.

— Хорошо, — кивнул Лайт. — Прошу вас не забывать, что сражаемся мы ничуть не хуже, чем оказываем помощь.

— Я запомню, — усмехнувшись, ответил капитан.

[1] Юнитор – Спутник Пардиуса (аналог земной луны). В переводе с древнего диалекта означает «Глаз демона».

ГЛАВА 3. ЧУЖАЯ ЗЕМЛЯ

Когда наверху раздались крик: «Впереди земля!», Лайт и его товарищи были у себя в каюте. Переглянувшись, они тут же побросали карты и поспешили наверх. Встав у левого борта, Лайт смог увидеть маленькую точку на горизонте.

— Ну наконец-то, — сказал Дэнэс. — Никогда бы не подумал, что настолько сильно буду рад клочку земли.

Лайт прекрасно понимал и разделял чувства товарища. Вместо положенных пяти дней в море, «Харибда» провела в бескрайних водах почти девять. После шторма корабль сильно потерял в скорости из-за сломанной мачты, и ко всему прочему их довольно далеко отбросило от намеченного маршрута. Эти два фактора, а также один безветренный день и дали столь сильный сбой в расписании корабля. Когда на палубе стали появляться члены команды, по их лицам сразу становилось понятно, что они тоже измотались за эти долгие дни посреди воды и жаждали отдыха на твёрдой земле.

— Кажется, наше совместное плаванье подходит к концу, — раздался за спиной голос капитана.

Обернувшись, Лайт посмотрел на Лироя, с задумчивым видом смотревшего в сторону далёкой суши.

— Видимо, да, — согласился маг тени. — Для первого раза мне хватит впечатлений.

— Понимаю, — с усмешкой ответил капитан. — Не каждый опытный моряк может справиться с тем, что удалось пережить нам. Не иначе, боги благоволят нам, а может быть, и кому-то одному из нас, — некоторое время он стоял молча, глядя вперёд, а после спросил. — Вы надолго в эти края?

— Не знаю, — честно ответил Лайт. — Нам нужно найти здесь кое-кого.

— И кого же, если не секрет?

— Графская семья Хэмэль — имя вам что-то говорит?

— Нет, — после недолгих раздумий ответил Лирой. — Впервые слышу об этих людях.

— Жаль, — отозвался Лайт.

— Но я думаю, что мой знакомый торговец вам сможет помочь, — сказал капитан, и внимание всех рыцарей обратилось на него. — Его зовут Гаррит Боринг, он член гильдии «Золотой мотылёк», самой крупной гильдии торговцев на континенте. Он один из немногих, кто ведёт дела исключительно с аристократией и даже имеет заказы из дворца. Если уж и он не знает ваших Хэмэлей, то вряд ли они вообще существуют.

— Разрешите поинтересоваться, — заговорил Горди. — Не хочу вас обидеть, но откуда вы с ним знакомы?

— Мы довольно часто сотрудничаем с ним, — спокойно ответил Лирой. — Я занимаюсь перевозкой грузов не только из Альвирии. Ланкратия, Ойкс, Инвенг и один раз я даже плавал до Флореста. Благодаря этим маршрутам мы и познакомились с Гарритом.

— Флореста? — изумлённо переспросил полуэльф. — Это же эльфийский остров, закрытый от всего прочего мира. Как вам…

— Скажем так, — заговорил капитан со слегка мрачным видом. — Есть люди, которые могут договориться даже с такими затворниками, как король зелёного острова.

По лицу Лироя было видно, что дальше эту тему он развивать не намерен, поэтому Горди вынужден был отступить.

Несмотря на то, что землю заметили довольно рано, к берегам Йондура корабль смог подойти только через полтора часа, а после «Харибде» пришлось прождать ещё порядка получаса, пока освободится хотя бы один причал. Кораблей возле Тронга было в несколько раз больше, чем в Ищейне, по крайней мере, когда Лайт и его товарищи отплывали.

— Здесь всегда так? — поинтересовался Лайт у Торро, стоявшего за штурвалом.

— Частенько, — ответил старпом. — Тронг — довольно удобная точка для обхода вод гробницы. Сюда привозят товары с юга и востока, а после отсюда их разводят на запад и север. Можно сказать, что это перевалочный пункт. Далеко заплывать в гробницу мало кто решается, ещё меньше тех, кто рискует плавать через неё.

Когда один из причалов наконец освободился, Торро, как настоящий профессионал, аккуратно подвёл «Харибду» к берегу, а после матросы с небывалой ловкостью стали бросать швартовы, тем самым фиксируя корабль на месте.

— Когда соберётесь обратно в Альвирию, — сказал капитан, когда Лайт уже стоял на твёрдой земле, — оглядитесь, может, мы тоже будем здесь. Я с огромной радостью вновь возьму вас на борт.

— Хорошо, — с улыбкой ответил Лайт, пожимая руку Лирою. — Нам тоже будет приятна ваша компания.

Идя по улицам Тронга, Лайт оглядывался, словно это место ему что-то напоминало. Лишь спустя пару минут он с грустью отметил, что этот город похож на его первое пристанище, Амбуру. Самый восточный город Йондура, несмотря на близость моря, располагался в пустынной местности. Стоило немного отойти от берега, где дул прохладный ветер, как оба светила начали основательно припекать, воздух стал суше, а редкие порывы ветра бросали в лицо песок, что лежал среди домов и по краям дорожек.

Несмотря на схожесть с Амбурой, Тронг выглядел куда современнее, богаче и более оживлённым. Здесь не было песчаных домов, исключительно камень. Дорожки были выложены плиткой, через каждые сорок шагов стояли столбы с фонарями. Люди здесь не боялись карателей, поэтому свободно гуляли по улицам, смеялись и шумели. Одежда тоже была куда красивее и богаче, чем у большинства жителей великой пустыни, хотя особой яркостью не отличалась. Одним словом, Тронг был лучше Амбуры во всём. По крайней мере, в той части, где жили местные.

— Нам определённо надо где-то выпить, — раздался за спиной Лайта голос Дэнэса. — Я хочу поскорее смыть вкус соли и… — он сплюнул в сторону, — песка с языка.

— Так есть же вода? — с усмешкой заметил Горди.

— В бездну воду, — фыркнул Дэнэс. — Я её за восемь дней столько нахлебался, что сам скоро водяным стану.

«Песчаный дом» был первым трактиром, который путники увидели на своём пути. В нём и было решено остановиться.

— Командир, мы сходим, найдём конюшню, — сказал Горди, с опаской беря Везувия за поводья, — а вы пока с Корой узнайте, есть ли там место на всех нас.

— И еду тоже можете заказать, — поддержала Карина.

— И вина, — добавил Дэнэс.

Пройдя за тёмно-красную дверь, Лайт впал в лёгкий ступор. Это был не трактир, а настоящая ковровая выставка. Все четыре стены были покрыты огромными коврами разных цветов и узоров. Только на полу почему-то был обычный гладкий камень.

— Интересно, — с улыбкой протянул Лайт, оглядываясь вокруг. — В первый раз такое вижу.

— Это идея нашего хозяина, — раздался голос слева.

Повернувшись, Лайт увидел за барной стойкой молодого парня, протиравшего бокалы белой тряпкой.

— Ночью здесь довольно прохладно, — продолжил бармен, когда путники подошли к его владениям. — Ковры прекрасно держат тепло. К тому же их узоры имеют гипнотический эффект. Правда, чтобы он подействовал, нужно выпить пару-тройку бокалов чего-нибудь крепкого.

— Забавно, — с улыбкой ответил маг тени. — Скажите, в вашем ковровом королевстве есть свободные комнаты?

— Вам на двоих? — с недвусмысленным намёком спросил бармен, покосившись на Кору, стоявшую чуть позади.

— На семерых, — ответил Лайт, смерив парня взглядом. — Мои товарищи скоро придут.

— Вот как, — протянул парень, и его щеки подёрнулись едва заметным румянцем. — Думаю, да, — он достал из-под стойки большую тетрадку и несколько минут изучал её. — Комната четыре, шесть и семь свободны. Вам этого хватит?

— Если в одной из комнат будет дополнительное спальное место, то да.

— Конечно. Мы принесём вам матрас.

— Отлично, — кивнул Лайт, доставая из вещмешка кошель. — А что у вас здесь с едой и выпивкой? Мы были в море больше недели и жутко истосковались по земной пище.

— Вы моряки? — слегка удивлённо спросил парень, оглядывая вначале Лайта, а после Кору.

— Обычные путники, — ответил маг тени. — Прибыли сюда… проведать наших друзей.

— Понятно, — кивнул бармен. — Могу рекомендовать вам рыбу или…

— Прошу, только не её, — быстро замотал головой Лайт.

— Хорошо, тогда, может быть, мясо пустынника с гарниром из овощей? Есть также прекрасная вырезка из корбиса, её лучше всего подавать со слегка сладковатой пшеничной кашей.

— Думаю, да, — кивнул Лайт с бесстрастным выражением лица, хотя в голове кружились вопросы касательно незнакомых названий. Но маг тени решил промолчать и не выставлять себя дураком. — И вина, пару бутылок. Можно что-то из более крепкого.

— Всё сделаем, — кивнул парень, делая записи в тетради. — Насколько планируете остаться?

— Давайте на две ночи, — чуть подумав, ответил маг тени.

— Тогда, за жилье и еду с вас… один золотой, но лучше, если расплатитесь серебром.

Лайт стиснул зубы, удерживая себя от комментариев, но все же выложил на стойку крупную сумму денег. В Ищейне они оставили куда меньше, с учётом нескольких обедов и услуг конюшни.

«Дорогой город», — цыкнул про себя Лайт.

— Так вы из Альвирии, — с ухмылкой заметил бармен, разглядывая монеты, на которых был изображен профиль королевы Огаты. — Желаю вам приятного отдыха.

Поднявшись на второй этаж и зайдя в комнату, Лайт, что уже не удивило его, увидел на стене ковёр. Серый палас с жёлто-красными узорами. Он был всего один, у изголовья двух кроватей возле противоположной от двери стены. В остальном комната была почти такой же, как и в Ищейне. Разве что окно выходило в сторону улицы, а не на соседнее здание.

— Интересно, конечно, придумали, — с усмешкой отметил Лайт, проводя рукой по мягкому паласу. — Я такое в последний раз видел в квартире у бабушки знакомого.

— Как по мне, странное решение, — ответила Кора.

— Ничего ты не понимаешь, — со вздохом сказал Лайт. — Для меня это вообще отголосок прошлой жизни. Ну да ладно, не будем о грустном. Надо переодеться и идти вниз, а то наши никого не увидят в зале и уйдут. Где их потом искать?

Горди, а вместим с ним и остальные члены отряда, появились в «Песчаном доме» лишь через тридцать минут. Они тоже ненадолго задержались взглядами на необычном убранстве, а после пошли к столу, за которым сидел их командир. И судя по лицам, с которыми они сели за стол, настроение им явно кто-то успел подпортить.

— Четырнадцать серебряных, — зло проговорила Карина. — Это же натуральный грабёж.

— И это ещё при том, что мы отказались от овощей, — поддержал кошку Дэнэс. — Так бы вообще все двадцать вышло. И это за два дня.

— Овощей? — переспросил Лайт.

— Они предлагали кормить наших лошадок не овсом, а овощами, — фыркнула Карина. — Пытались нас убедить, что они у нас болезно выглядят, и им не хватает разнообразия в рационе.

— Может быть, оно и вправду так, — усмехнулся маг тени.

— Да, конечно, — хмыкнула кошка. — Мой Сумрак себя прекрасно себя чувствует, да и твой Везувий никак больным не выглядит.

— А вы сколько отдали здесь? — поинтересовался Горди, когда повисла пауза.

— Всего одну монету… правда, золотую, — сухо ответил Лайт. — За два дня и еду, которую скоро должны принести.

— Грабёж, — зло произнёс Дэнэс. — Мы бы на эти деньги в Альвирии неделю могли жить в подобном месте.

— И тем не менее, мы уже не там, — напомнил Горди. — Здесь у нас нет ни связей, ни власти. Мы чужестранцы, и ничего более. Не стоит столь… резко и громко высказываться о местном укладе. Это может плохо кончиться.

— Трудно сдерживаться, когда такое творится, — хмыкнул Дэнэс.

— И всё же стоит постараться.

Обед, несмотря на кусачую цену, оказался весьма приличным. Мясо, о котором Лайт вообще ничего не знал, было по-своему вкусным. Оно не было похоже ни на курицу, ни на свинину или телятину. Это было что-то совершенно другое, но при этом с интересной текстурой и вкусом. Вино, что тоже неудивительно за такие деньги, было недурным, но при этом чувствовалось, что пьянеешь с него буквально после второго глотка.

Покончив с едой и потягивая последний бокал вина, Лайт посмотрел на Горди.

— Когда ты планируешь посетить «Золотой мотылёк»?

— Я? — наигранно удивился полуэльф.

— Мне кажется, среди всех нас у тебя самый подвешенный язык, — ответил Лайт.

— Завтра, — ответил Горди, усмехнувшись. — После стольких дней в море я сильно устал, да и вино, кажется, сильно в голову ударило. Сегодня я предлагаю просто отдохнуть, а уже завтра наведаться к господину Борингу.

— Право твоё, — пожал плечами Лайт.

— Со мной пойдёшь? — после недолгой паузы спросил Горди.

— Если возьмёшь.

— Конечно, — ответил полуэльф и залпом допил оставшееся вино.

После обеда все разошлись по своим делам. Кто-то отправился в комнату отдыхать, некоторые, включая Лайта и его хранительницу, решили прогуляться по городу.

Чем больше Лайт ходил по местным улицам, тем больше убеждался, что Тронг нисколько не похож на Амбуру, а первые впечатления были обманчивы. Да, город стоял в пустыне, и на этом схожесть заканчивалась. Красивые дома в два, а то и в три этажа из камня — и у каждого своя изюминка. Кто-то пристроил себе небольшой балкончик, где теперь стоял столик и стулья, у кого-то на подоконниках висели корзины с цветами.

Яркие вывески разных магазинов и мастерских, указатели с названиями улиц, фонарные столбы. Всего этого не было в Амбуре, точнее сказать, этого не было в основной части города, где жили местные рабочие… где находилось «Горькое счастье».

Идя по улице Моряков, Лайт несколько раз замечал патруль стражников из четырёх человек. Солдаты просто прогуливались по своему маршруту, и к идущим мимо людям у них не возникало никакого интереса. Прохожие тоже не старались свернуть или спрятаться от стражей, они просто шли мимо и никак на них не реагировали.

— Красиво здесь, конечно, — сказал Лайт вслух, оглядываясь по сторонам. — И ведь не скажешь, что посреди пустыни ходим.

— Рай на земле можно сделать где угодно, — отозвалась Кора, идущая чуть позади. — Было бы желание и средства.

Выйдя на площадь Храмовников, Лайт остановился возле здания, которое полностью выбивалось из местной архитектуры. Это было полукруглое строение примерно в два этажа, с сине-голубыми стенами и со стеклянным куполом вместо крыши. Арочные окна, по одному на каждую сторону света, массивные деревянные двери, покрытые странными символами, похожими на руны. На здании не было никаких табличек, поэтому понять, что именно видят гости города, было невозможно. Только над входом висел странный знак, сделанный, судя по всему, из чистого серебра. Витой рог, инкрустированный сапфирами, скрещённый с веслом с позолоченной ручкой.

— Необычное здание, — проговорил Лайт, разглядывая постройку. — Больше всего напоминает… храм или что-то подобное.

— Скорее всего, он и есть, — задумчиво проговорила Кора. — Думаю, что он для какого-то местного божества. Обычно главным богам строят куда более… величественные дома для поклонений. В Альвирии, к примеру, в столице, есть храм Насталя, бога справедливости и суда. Он в несколько раз крупнее этого.

— Это храм бога Боргодура, — раздался чей-то голос справа. — Бога ветров и моря.

Повернувшись на голос, Лайт увидел стройную девушку примерно его возраста, но ростом на голову ниже. Каштановые волосы, собранные в пучок, зелёные глаза, тонкий нос, ямочки на щеках. Девушка была одета ярко, отчего сразу складывалось впечатление, что она не местная. Здешние жители, насколько мог заметить Лайт, одевались более серо и строго. Она же, в свою очередь, носила синюю рубашку с коротким рукавом, жёлтую жилетку, кожаные штаны, подчёркивающие её стройные ноги, и плоские туфли. Через плечо была перекинута кожаная сумка, из которой торчали какие-то бумаги.

— А те символы над входом? — решил поинтересоваться Лайт.

— Это два предмета, что символизируют Боргодура, — пояснила девушка. — Рог ветров, именуемый Мусаран, которым он выпускает ветра в наш мир. Весло, Грабат, им бог создаёт в бескрайних водах волны. По местным легендам, когда бог гневается, он дует в свой рог во всю свою силу, отчего возникают бури и шторма, либо же опускает в воду весло и начинает им вращать, тем самым создавая водовороты.

— Интересное виденье мира, — хмыкнул Лайт. — Спасибо вам за рассказ…

— Нойра, — подсказала девушка и улыбнулась. — Нойра Хонкс.

— Лайт Грэст, — представился маг тени и слегка кивнул. — Мою спутницу зовут Кора.

— Рада знакомству, — отозвалась хранительница.

— Вы ведь тоже не местные? — догадалась Нойра.

— Нет, — покачал головой Лайт. — Мы пару часов как приплыли из Альвирии. Вот, решили пройтись, осмотреться.

— Я бывала там, — сказала Хонкс. — Красивая страна, но очень большая. Я бывала лишь на востоке, да и то не везде. Сама я из Ланкратии.

— Никогда не бывал там, — признался Лайт, — и признаться честно, мало что слышал.

— Вам обязательно нужно там побывать, — со странным блеском в глазах сказала девушка. — Это замечательная страна. Особенно небесная столица. Там… — Нойра внезапно замолчала и посмотрела в сторону небесных светил. — Вот же, я опаздываю. Простите, рада была знакомству.

Когда девушка скрылась за зданием храма, Лайт и Кора переглянулись.

— Интересная особа, — хмыкнул маг тени.

— Согласна, — ответила хранительница. — Хотя явно с ветром в голове, а может, и не только там.

***

Резиденция «Золотого мотылька» находилась на центральной площади, недалеко от городской ратуши. Она представляла собой широкое трёхэтажное здание белого цвета с ромбовидной крышей из тёмно-красной черепицы. Окна на верхнем этаже были витражными, с мотыльком из желтого стекла, выложенным в центре каждого из них. На остальных этажах располагались самые обычные окна, пусть и куда шире привычных. Пройдя за довольно простую по сравнению со всем зданием дверь цвета кости, Лайт и Горди оказались в просторном холле. По центру стояли мягкие диванчики, лавочки, кофейные столики. На последних — стаканы и графины с водой. У противоположной от двери стены располагалась широкая лестница, устланная голубым ковром, с красивыми коваными перилами, покрытыми позолотой. Слева были две двери, а чуть дальше уходил коридор. Справа располагалась полукруглая стойка из лакированной древесины, за которой сидели две женщины примерно за тридцать.

— Доброго дня, — поздоровался полуэльф, подойдя к стойке.

— Доброго, — чопорно отозвалась одна из женщин, с каштановыми волосами. — Чем могу помочь?

— Мы бы хотели увидеть господина Боринга.

— По какому вопросу?

— Вопрос личного характера, — не задумываясь, ответил Горди.

— Это не ответ, — сухо ответила девушка, строго глянув на посетителей.

— У нас есть к нему предложение, которое, с большой долей вероятности, заинтересует его, — с тенью улыбки соврал полуэльф. — Мы представители «Банка пламени». Возможно, вы слышали о таком?

— Конечно, — со слегка удивлённым лицом кивнула девушка. — Вы из Альвирии?

— Да, — кивнул Горди. — Мы представители господина Рангора. У нас есть… предложение для господина Боринга. Наше дело касается только его одного, и больше я сказать ничего не могу. Вы уж простите, но у меня строгие инструкции.

— Как мне вас представить?

— Моё имя Ордиг Кронйо, моего компаньона зовут Тайл Эргст.

— Хорошо, — кивнула девушка, делая запись в тетради перед собой. — Подождите, пожалуйста, я сообщу господину Борингу о вас.

В ожидании оба присели на свободные диванчики, и Лайт в недоумении глянул на полуэльфа, который со спокойным видом наливал себе стакан воды.

— Тайл и Ордиг? — тихо поинтересовался маг тени. — Представители «Банка пламени»?

— Ты же хотел посмотреть, как работают агенты плащей, — с ухмылкой ответил Горди, отпивая из стакана. — Первое правило работы с информаторами. Если хочешь что-то узнать, ты должен заинтересовать того, у кого хочешь что-то вызнать. Мы в гильдии торговцев, а здесь интерес представляют либо деньги, либо товары. Самый простой вариант для нас, это деньги. Я назвал существующий и самый крупный банк Альвирии, и назвал его нынешнего главу, а в остальном немного приврал. Полуправда намного лучше откровенного вранья. Местные дельцы на раз раскусят чистый обман, но если добавить в него неоспоримой истины, это даст совершенно другой эффект.

— Умно, — хмыкнул Лайт. — И много у тебя таких правил?

— Хватает, — ответил полуэльф. — Какие-то во время учёбы в академии узнал, но многие вывел сам уже по ходу полевой деятельности. Практика куда лучше теории.

Девушка вернулась спустя пару минут. Когда она подошла к двум мнимым представителям банка, на её лице впервые появилась улыбка.

— Прошу вас, — мягко сказала она, указывая в сторону лестницы. — Господин Боринг ожидает вас в кабинете. Я провожу.

Поднявшись на второй этаж и пройдя по коридору мимо однотипных дверей, девушка остановилась возле одной из них, ничем не отличавшейся от остальных. Ни табличек, ни каких-то других отличительных знаков. Если не знать, кто где сидит, можно и заплутать. Открыв дверь, девушка впустила «представителей банка» в кабинет. Когда они зашли, тихо закрыла её.

Кабинет господина Боринга был своего рода выставкой. Несмотря на небольшую площадь, здесь было немало разных вещей, которые бросались в глаза почти сразу. На стенах висело всевозможное оружие, инкрустированное камнями, картины в дорогих рамах, изображающие людей, пейзажи и какие-то исторические моменты. На полках, помимо множества книг и папок, стояли статуэтки и фигурки, явно сделанные рукой умелого и дорого мастера.

Напротив двери был широкий стол из гладкого камня. На нём, помимо канцелярии, тоже стояли разные безделицы, причём по виду явно дорогие. За столом стоял мягкий стул с высокой спинкой и подлокотниками. Для гостей тоже были приготовлены два стула, но немного проще.

— Добрый день, господа, — заговорил хозяин помещения, встав со своего кресла. — Прошу вас, присаживайтесь. Вина?

Господин Боринг оказался не человеком, а представителем клана кошек. Окрас его шерсти был приятно пепельным, а короткие уши слегка наклонялись вперёд. Одет торговец был в элегантный бежевый пиджак с серебряными пуговицами, под ним проглядывала рубашка мятного цвета. На ногах Лайт мельком заметил серые брюки.

— Не откажемся, — ответил Горди, занимая левое кресло.

Хозяин встал, мягким шагом дошёл до буфета слева, достал оттуда бутыль из тёмно-жёлтого стекла и три бокала.

— Прежде чем мы начнём нашу беседу, — заговорил торговец, когда три бокала были наполнены. — Могу ли я увидеть официальные бумаги, подтверждающие ваши слова?

— Да, конечно, — невозмутимо ответил Горди.

Полуэльф принялся старательно искать несуществующую бумагу по карманам своей куртки, а когда не нашёл, сокрушённо вздохнул.

— Тайл, — обратился Горди к Лайту. — Скажи, пожалуйста, что они у тебя?

Лайт, поняв смысл представления, столь же старательно обыскал свои карманы, а после развёл руками.

— Простите нас, — полуэльф встал и низко склонился, Лайт последовал его примеру. — Мы так торопились на встречу с вами, что забыли бумаги в нашей комнате. Дайте нам время, и мы…

— Не нужно, — прервал извинения Боринг. — Я уже успел понять, что вы те, кем назвались. Можно это назвать шестым чувством. Прошу вас, садитесь.

Когда Лайт и Горди вновь оказались в креслах, торговец вновь заговорил.

— Так чем я могу быть полезен представителям «Банка пламени»?

— Если быть честным с вами, — начал Горди спокойным тоном, — то мы прибыли не совсем к вам, господин Боринг.

— Да? — слегка удивлённо протянул торговец. — Тогда бы я просил некоторых разъяснений.

— Они будут, — кивнул полуэльф. — Не так давно в нашем банке происходила довольно типичная опись вкладов, дабы иметь представление о том, кто и сколько денег держит в наших ячейках, а также выявить серые схемы и недобросовестных работников. В ходе этой описи был найден документ, дотированный четыреста сорок первым годом от ухода изначальных. Он хранился в архиве в секции «Особо важных», куда довольно редко приходит проверка, учитывая статус людей, что там записаны.

— Документ, которому… сто шестьдесят лет? — изумился Боринг. — Насколько мне известно, подобного рода документы теряют юридическую силу спустя всего десять лет. Если вкладчик или его представители не объявятся или не заявит права на… сумму, что хранится в банке…

— Всё так, — согласился Горди. — Но в связи с открывшимися обстоятельствами, мы не смогли просто… списать эти деньги в пользу банка.

— И что же это за обстоятельства? — с явным интересом осведомился торговец, отпивая из своего бокала.

— Вам что-нибудь говорит фамилия Гислан?

— Кажется, где-то слышал, — задумчиво проговорил Боринг, — но ничего конкретного вспомнить не могу.

— Это графский род из Альвирии, ныне вымерший и почти забытый, — пояснил полуэльф тоном знатока. — Проблема заключается в том, что последними представителями рода были Окилап отэр Гислан и его супруга Хада отэр Гислан, и именно на имя супруги уважаемый граф и открыл счёт в нашем банке много лет назад.

— И что же? — нетерпеливо спросил торговец.

— Нам удалось выяснить, что до замужества леди Хада носила фамилию Хэмэль. Думаю, эта фамилия вам уже о чём-то говорит.

Лицо Боринга, ещё секунду назад выказывающее неподдельную заинтересованность, в мгновение ока стало мрачным, а глаза холодными. Он посмотрел на «банкиров» таким тяжёлым взглядом, что Лайт ощутил, как по спине пробежал холодок.

«Кажется, — нервно подумал про себя Лайт, — план Горди только что провалился».

— Да, я о них слышал, — сухо отозвался торговец. — И буду откровенным с вами. Иметь дела с такими, как они, вам не стоит.

— Разрешите узнать причину? — с лёгким недоумением спросил Горди.

— У этой семьи очень дурная репутация. Всякий, кто имеет с ними хоть какие-нибудь дела, будет ловить на себе косые взгляды. Может даже дойти до того, что и к… вашим представителям будут относиться с презрением. Не открыто, конечно, но тем не менее, репутацию даже столь крупного банка вы можете подпортить.

— Вот как, — протянул полуэльф с задумчивым видом. — Что же, это довольно… тревожная новость. Но, к моему сожалению, я не могу вернуться к господину Рангору, не закончив это дело. Я понимаю, что ваши намерения благородны, и вы хотите спасти нас от злословия, но тем не менее, я хотел бы настоять. Мой долг предписывает мне закрыть данную сделку, в связи со статусом документа и теми гарантиями, что дали наши предшественники. Я боюсь, что невыполнение наших обязанностей может отразиться на нас куда сильнее, чем мимолётный контакт со столь… неблагонадёжным родом. К тому же, мы не собираемся вести с ними дела дальше. Особенно с учётом открывшихся обстоятельств.

Боринг откинулся в своём кресле и прикрыл глаза. Он явно размышлял, стоит ли вообще влезать в это дело, и самое главное, какую выгоду он может с этого получить. Учитывая, что даже косвенный контакт с родом Хэмэль может вызвать столько негативных последствий, Лайт прекрасно понимал сомнения торговца.

— Что вы хотите конкретно от меня? — тихим голосом спросил Боринг, открыв глаза.

— Ничего, что могло бы хоть как-то запятнать ваше доброе имя, — с лёгкой улыбкой ответил Горди. — Как я уже говорил, вклад был открыт на… особых условиях, и представителем высшего сословия, пусть и с… сомнительной репутацией в данный момент. Наш банк взял на себя заботу о поиске… наследников этого состояния. Единственными ныне живущими наследниками рода Гислан является семья Хэмэль, дальние родственники леди Хады. Мы наслышаны о ваших связях с представителями местной аристократии и хотели бы просить вас оказать нам посильную помощь.

— С этими людьми у меня нет никаких дел, — холодно отозвался Боринг.

— Да, я понимаю, — кивнул полуэльф и состроил виноватое лицо. — Простите меня за столь необдуманные слова.

— Какая помощь вам нужна? — нахмурившись, спросил Боринг.

— Мы знаем лишь, что род Хэмэль живёт в Йондуре, но где конкретно, нам узнать не удалось. Собственно говоря, именно поэтому мы и прибыли сюда на их поиски. Вас рекомендовали люди из многих гильдий Альвирии, упоминая ваши связи в лучших кругах Йондура. Возможно, вы владеете хоть какой-то информацией касательно семьи Хэмэль и их текущего места проживания? Взамен глава нашего банка предоставит вам… небольшие привилегии, если вы когда-нибудь захотите воспользоваться нашими услугами.

— Неплохая цена за столь незначительную услугу, — хмыкнул Боринг. — Хотя стоит учитывать те опасения, что я высказал ранее.

— Я вас понял, — натянув улыбку, отозвался Горди. — По возвращению в Альвирию я доложу господину Рангору о… возникших трудностях и о том, что вы оказали нам неоценимую помощь. Возможно, это повлияет на… ваши привилегии.

Около минуты Боринг с задумчивым видом смотрел куда-то сквозь своих посетителей, явно прикидывая, может ли он выбить из «банкиров» ещё больше. В конечном итоге, он неспешно встал и повернулся к шкафу, что был от него по левую руку.

— Вам придётся немного подождать, — сказал торговец, подходя к полкам с папками. — Возможно, мне удастся что-то найти.

— Мы не торопимся, — ответил Горди и посмотрел на Лайта, который, поняв момент, спокойно кивнул.

Через пятнадцать минут Лайт и Горди вновь оказались на центральной площади с точными сведениями о месте проживания семьи Хэмэль в руках. Город Канис, улица Тормонта.

— Я поражаюсь твои навыкам красноречия, — не без восхищения сказал Лайт. — Я ведь сам чуть не поверил в твою историю.

— Я всегда стараюсь быть убедительным, — ответил Горди и нахмурился. — Правда, всё прошло не так гладко, как я планировал.

— Я понял, о чём ты, — кивнул маг тени. — Когда мы говорили о семье Хэмэль с Вар’охучи, он сказал лишь, что они не имеют того же влияния, что раньше.

— Видимо, господин Годфер немного отстал от жизни, — хмыкнул полуэльф. — Судя по разговору, положение у потомков Хады хуже не придумаешь.

— Это может нам как-то помешать? — с серьёзным видом спросил Лайт.

— Не думаю, — протянул Горди. — В любом случае, будем разбираться уже на месте. Главное, что у нас есть конкретное направление, а дальше будем смотреть по ситуации.

— И то верно, — кивнул маг тени, а после недолгой паузы добавил с хмурым видом. — Только одно меня смущает. А если Боринг и вправду пойдёт в «Банк пламени»? Ты же ему расписку от имени главы банка написал.

— Пусть идёт, — пожал плечами полуэльф и улыбнулся. — Небольшой конфуз в обмен на информацию — не такая уж страшная жертва с его стороны.

ГЛАВА 4. ПОПУТЧИК

После ужина весь отряд «Чёрной розы» собрался в комнате Горди, Шишира и Дэнэса. Изначально Лайт хотел поговорить о дальнейших планах в общем зале, но полуэльф его отговорил.

— Слишком много лишних ушей, — сказал он, оглядывая почти полный зал.

Оказавшись в мужской комнате, Горди достал из своей сумки карту, а рядом положил небольшую записку с адресом поместья Хэмэль.

— Итак, — начал полуэльф, ещё раз пробежавшись глазами по карте. — Мы с вами здесь, — он указал на Тронг, а после повёл пальцем вглубь континента, остановив его примерно по центру. — Наша цель здесь, в Канисе.

— Как и я говорил, — хмыкнул Шишир, — почти на другом конце страны.

— Не преувеличивай, — отозвался Горди. — Всего лишь на середине.

— И тем не менее, далековато, — поддержала ящера Карина. — Верхом дней десять, если не дольше.

— По крайней мере, у нас есть конкретная цель, — вступила в разговор Кора. — Это куда лучше, чем ехать незнамо куда и надеяться на чудо.

— Тоже верно, — согласилась кошка.

— Куда ехать-то, мы поняли, — сказал Дэнэс, подойдя поближе к карте. — Только вот неясно, как именно это осуществить. Здесь одна дорога, — он провёл пальцем по чёрной линии, ведущей вначале на запад, а после резко сворачивающей на север. — Эта дорога нам никак не подойдёт. Нам надо на юго-запад, а этот путь ведёт в столицу, в обход рек, что её окружают.

— Ну и пусть, — сказал Горди, указав на карту. — Дорога ведёт до Корнса, а лишь после уходит на север. Мы может доехать туда, а там уже узнать, как проще добраться до Каниса. Не думаю, что здесь один-единственный тракт.

— Может, стоит поискать здесь карту? — предложила молчавшая до этого Камира.

— А зачем? — спросил Горди. — Она была нам нужна, чтобы определить направление. Города и деревни здесь обозначены, так что найти, у кого спросить дорогу, мы сможем.

— В целом, всё понятно, — подытожил Лайт. — Завтра утром мы выезжаем из Тронга и двигаемся в сторону Корнса, а уже там узнаём дорогу до Каниса.

— В общих чертах — да, — кивнул Горди. — Советую всем лечь пораньше, выезжаем рано. Мы оплатили стойла до полудня. Не очень бы хотелось отдавать лишние деньги за простой.

— Особенно с такими ценами, — буркнул Дэнэс, подводя собрание к завершению.

***

Примерно в восемь утра весь рыцарский орден уже сидел в общем зале, а их вещи стояли рядом. После завтрака Лайт и его товарищи передали ключи тучному мужчине, что был сегодня на месте бармена, и вышли на улицу. Идя по полупустым улицам города, который только-только начал приходить в движение, маг тени в последний раз оглядывался по сторонам. Тронг на данный момент был самым красивым городом, что удалось увидеть иномирцу. Лайт хотелось запомнить всё в мельчайших деталях, чтобы потом было с чем сравнивать.

Когда отряд вышел на улицу Пекарей и прошёл всего пару домов, Карина, идущая в середине, внезапно замерла.

— Что случилось? — спросила Кора, шагавшая рядом.

— Тише, — шикнула кошка.

По лицу Карины было видно, что она на чём-то сосредоточена. Несколько секунд отряд молча наблюдал за тем, как кошка, прикрыв глаза, едва заметно подёргивает ушами, видимо, к чему-то прислушиваясь.

— Слева, — наконец заговорила Карина, — кажется, там переулок. И там… мужчины… несколько, и… девушка. Кажется, её грабят.

После непродолжительной паузы Дэнэс, идущий впереди, обернулся.

— Уверена?

— Если бы здесь было более шумно, то нет, — Карина вновь прислушалась, — но в такой тишине — почти наверняка.

— Поможем? — обратился Дэнэс к Лайту.

— Почему нет, — кивнул маг тени. — Только не убейте никого. Проблемы с местной властью нам не нужны.

— Мы аккуратно, — оскалившись, ответил Шишир. — Только немного шкурку попортим.

Обежав здание, отряд рыцарей и вправду вышел к проходу между городских построек, оканчивающемуся тупиком. Примерно на середине переулка, как и сказала Карина, разворачивалась не самая приятная сцена. Спиной к улице полукругом стояли пятеро мужчин. Трое довольно крепких на вид; четвёртый — худощавый, но высокий, сжимал в руках какую-то палку, а пятый — самый низкий в банде — судя по руке, объятой пламенем, владел аспектом огня.

— Иди сюда, красавица, — говорил один из бандитов гнусавым голосом. — Мы тебя не обидим.

— Не стоит кричать, — раздался голос мага огня, и пламя на его руке вспыхнуло чуть ярче. — Я всяко буду быстрее. Не хотелось бы портить такую милую мордашку. Но и с обожжённым личиком ты нам тоже сгодишься.

— Командир? — вопросительно прошипел Шишир, морда которого искривилась в злобной гримасе.

— Действуйте, — коротко кивнул Лайт.

Сумки рыцарей бесшумно опустились на землю, и они беззвучным шагом двинулись вперёд. Когда один из бандитов почувствовал, что за его спиной кто-то появился, было уже поздно.

Едва высокий обернулся, как тут же получил болезненный удар в живот от Горди. Бандит согнулся, а после полуэльф хлёстким ударом в челюсть отправил его в мир снов. Один из верзил, стоявший ближе всех к павшему товарищу, выпрямился, словно струна, а его тело судорожно задёргалось. Карина не пожалела подонка и разрядила в него приличный заряд молний, отчего одежда бандита задымилась, а тело изогнулось в неестественной позе. Второй громила, несмотря на мощную шею и приличные мускулы, не смог выдержать даже одного удара Дэнэса. Тот лишь раз ударил его в челюсть, правда, вложив в этот удар всю силу. А крепкий мордоворот уже потерял сознание и обмяк на земле рядом с подельниками.

Последний крепыш не успел даже понять, что именно произошло. Когда он дёрнулся на выручку товарищам, то резко упал лицом в землю и застонал, больно приложившись подбородком. Когда он поднял голову, чтобы понять, что именно его уронило, корни, что оплетали его ноги, успели достичь груди и уже обвивались вокруг могучего туловища. Он хотел закричать, и один из древесных отростков, которыми управляла Камира, сдавил его рот так, что лицо за пару секунд приобрело кроваво-красный оттенок. Последним из банды грабителей и насильников остался низкорослый маг огня. Он резко обернулся. Глаза его выражали удивление, смешанное с ужасом.

— Кто вы, сука, такие? — прохрипел он, быстро оглядев лежащих подельников. — Вы хоть знаете, кто я такой?

— Обычный ублюдок, — прошипел ящер, хватая главаря за руку.

Мужчина вскрикнул, когда ящер сдавил ему кисть. Спустя секунду главарь банды зло оскалился, словно в улыбке, а его сжатую руку охватило яркое пламя.

— И это всё? — с издёвкой спросил Шишир, не испытывая никакого дискомфорта. — Ты жалок, и твой огонь такой же никчёмный.

Ящер едва заметно повёл плечом, и его правая лапа наравне с рукой бандита оказалась охвачена огнём. Несколько секунд ничего не происходило, а потом низкорослый бандит завизжал. Лайт, стоявший позади, заметил, что на руке человека стали появляться волдыри и ожоги.

— Отпусти его, — спокойно сказал маг тени. — Ему ещё своих товарищей придется тащить.

— Мы их отпустим? — изумился ящер, выпуская руку бандита.

— А ты хочешь искать стражников и объясняться с ними?

— Не особо, — хмыкнул Шишир и склонился над главарём, который лежал у него в ногах, сжимая обожжённую руку и тихо скуля. — Тебе повезло, что наш командир такой добрый.

Когда Лайт обошёл валявшихся грабителей и стоявших возле них товарищей, он наконец смог увидеть, кого именно они пытались ограбить.

— Нойра? — удивлённо протянул маг тени.

У стены с испуганным видом стояла та самая девушка, которая днём ранее рассказывала Лайту и Коре о храме Боргодура на храмовой площади. Сейчас она была одета по-другому, в зелёную кофту и плащ, но Лайт всё равно смог узнать девушку.

— Мы… мы с вами знакомы? — дрожащими голосом спросила Нойра, испуганными глазами оглядывая тех, кто пришёл ей на выручку.

— Ты меня не помнишь? — удивлённо протянул маг тени. — А как же твоё приглашение посетить Ланкратию?

Нойра помотала головой, словно сбрасывая наваждение, а после во все глаза посмотрела на человека, что стоял перед ней.

— Боги, это же вы, — протянула она и нервно улыбнулась. — Лайт, верно?

— Верно.

— Прости меня, — девушка на несколько секунд спрятала лицо в ладонях. — Я так испугалась. Я думала, что меня сейчас…

— Всё в порядке, — мягко сказал маг тени. — Мои товарищи уже разобрались с этими уродами.

— Да… да, спасибо вам, — почти ровным голосом ответила Нойра. — Я вам всем очень благодарна.

— Как ты здесь вообще оказалась? — раздался за спиной Лайта голос Коры.

— Я шла в сторону конюшен, когда мне на дорогу вышли эти мужчины. Я пыталась убежать… и загнала себя в ловушку. Я почти не знаю город, бежала куда глаза глядят. Вот и прибежала…

— И тем не менее, удача всё ещё с тобой, — усмехнувшись, ответил Лайт. — Мы тоже шли к конюшням, когда Карина, — маг тени указал на кошку, и та кивнула, — услышала странный шум.

— Спасибо вам, — девушка посмотрела на кошку и поклонилась.

— Давайте закончим с любезностями и пойдём уже, — сказала Карина, кивая в сторону улицы. — Этот скулящий придурок мне действует на нервы, — она зло глянула на бывшего грабителя и тот вжался в землю, боясь даже дышать.

Когда компания рыцарей вместе с Нойрой дошла до конюшен, девушка полностью пришла в себя. Она познакомилась со всеми спасителями и выразила каждому отдельную благодарность.

— Ваш слух просто поразительный, — сказала девушка, изучающе глядя на Карину. — Я… хотела бы спросить… Вы обладаете силой молний?

— Да, — кивнула Карина. — Я маг аспекта молний.

— Это очень редкий вид магии, — сказала Хонкс. — Как… хорошо вы пользуетесь своей силой?

— У меня была прекрасная учительница в Башне, — с лёгкой грустью сказала кошка.

— Вы обучались в одной из Башен? Тех самых, что стоят на границах Альвирии? — с восхищением спросила Нойра.

— Да. Я и моя подруга Камира, — кошка кивнула в сторону эльфийки, — проходили обучение в Башне стихий, что на востоке.

Лицо девушки сменило выражение с восхищения на шок. Больше минуты она поражённо смотрела то на эльфийку, то на кошку, а те никак не могли понять, в чём именно дело.

— Я слышала слухи о… битве, что развернулась у стен этой Башни, — тихо сказала Нойра. — Что… армия мёртвых пыталась взять штурмом замок, но архимаг, благодаря своей силе, смог справиться с нашествием.

Горди, Лайт и Кора, идущие впереди, быстро переглянулись.

— Быстро слухи разошлись, — шёпотом прокомментировал маг тени.

— Судя по тому, что главный герой — архимаг, а не мы, — тихо добавил полуэльф, — кто-то влиятельный постарался, чтобы мир как можно позже узнал о возрождении магии тени. И есть даже парочка конкретных людей на примете, кто это мог сделать.

— Оно и к лучшему, — сказала Кора, покосившись на девушку в плаще.

— Да, нападение и вправду было, — кивнула Карина, — именно там и погибла моя наставница.

— Только вот армия была не мёртвая, а вполне живая, — вступил в разговор Горди. — Местный лорд, герцог Камерти, никогда не испытывал большой любви к магам и чародеям. А когда его родная дочь погибла в стенах башни из-за несчастного случая, он решил сравнять Башню с землёй.

— Вы так хорошо осведомлены об этом, — с нескрываемым любопытством сказала Нойра. — Вы тоже обучались в этой Башне?

— Нет, я не владею аспектом. Брат моего отца работает кузнецом в этой Башне, — спокойно пояснил полуэльф. — Отец узнал от него, а я от отца.

Дойдя до конюшен и получив своих коней в целости и сохранности, Лайт и его спутники начали готовиться к дороге.

— Какой у тебя красивый конь, — выдохнула Нойра, глядя на Везувия во все глаза.

— Красавец, — с улыбкой согласился маг тени, проверяя надёжность седла. — Его зовут Везувий.

— И имя красивое, — с улыбкой ответила Хонкс и внезапно ойкнула. — Я же совсем забыла спросить. А куда вы направляетесь? Когда я тебя встретила, я думала, что ты со своей девушкой просто приехал на отдых сюда, а вас вон какая компания.

— Кора не моя девушка, — прокашлявшись, ответил Лайт. — Мы хотим добраться до Каниса, проведать… нашего друга.

— Вот оно как, — протянула девушка, и ее щеки внезапно зарумянились. — А я еду в Янкус, в столичную коллегию, изучающую аспекты.

— Коллегию? — удивлённо протянул Лайт. — Так ты тоже маг?

— Да, я владею аспектом земли, но, — девушка ненадолго замялась. — Я очень плохо контролирую свои силы.

— То есть? — решил уточнить маг тени.

— Я почти не могу контролировать силу.

— Ты не можешь управлять своим аспектом? — удивился Лайт.

— Скорее наоборот, — с кислым лицом ответила девушка. — Когда я пытаюсь применить самые простые заклинания, они у меня выходят… слишком разрушительными. Попытка поднять небольшой камешек оборачивается тем, что из земли вырывается огромная глыба. Даже когда я полностью сосредоточена и изо всех сил пытаюсь себя контролировать.

— Вот как, — ответил Лайт, пряча улыбку в кулаке. — И ты едешь в коллегию, чтобы… усмирить свою мощь?

— Не совсем, — покачала головой Нойра. — Я… исследователь. Собираю разные сведения об аспектах, провожу их анализ, выявляю их ценность и правдивость. Как говорил мой отец, я обычный книжный червячок.

— Даже так, — удивлённо хмыкнул Лайт, закрепляя на седле Везувия вещмешки. — И что ты исследуешь в данный момент? Если это, конечно, не секрет.

— Допустимые пределы силы аспектов и их владельцев. Проще говоря, насколько сильно сила аспекта зависит от его носителя. К примеру, твой друг Шишир, — она посмотрела на ящера, стоявшего довольно далеко, чтобы их слышать, — сегодня показал мне прекрасный пример. Он и тот бандит — оба владеют силой огня, но сила того человека не смогла навредить Шиширу, он же, в свою очередь, нанёс ожог руке того урода.

— Да, я тоже заметил, — кивнул Лайт с задумчивым видом. — То есть получается, что сила Шишира превосходила силу того человека?

— Именно так, — кивнула Хонкс. — Огонь ящера был сильнее огня человека. Он подавил силу бандита и смог нанести ему увечья несмотря на то, что владельцы аспекта огня имеют устойчивость к жару и огню в целом.

— Интересная тема, — честно признался маг тени. — Скажи, ты… сильно торопишься в эту коллегию?

— Как будет дорога, — рассеяно ответила девушка. — А что?

— Не хочешь составить нам компанию? Если я правильно помню карту, наш путь будет совместным до Корнса, а там мы уже расстанемся.

— Если ты предлагаешь, — чуть смущённо протянула девушка, — то почему бы и нет. Я уже знаю, что вы хорошие люди и не бросите девушку в беде.

— Не бросим, — с ухмылкой ответил Лайт.

***

Со слов Нойры, ставшей попутчицей рыцарей «Чёрной розы» и знавшей местность Йондура чуть лучше их, первые дни дороги они проведут в пустыне.

— Сама по себе пустыня не очень большая, — сказала Хонкс, когда они выехали за черту города. — Но там довольно часто бывают бури, да и больших барханов хватает. Повезёт, если мы одолеем её за два дня.

Несмотря на то, что до полудня оставалось ещё несколько часов, Баш и Наул[1] грели уже довольно сильно. От прямых лучей спасали капюшоны плащей и холодая вода из фляг, которой путники поливали головы. Но несмотря на всё это, было душно, дул неприятный ветер, швыряющий песок прямо в лицо, отчего глаза слезились, а на зубах постоянно что-то скрипело.

Когда оба светила забрались в самый зенит, путники были вынуждены остановиться. Жара стала невыносимой, и даже выносливые кони, вроде Везувия, заметно потеряли в скорости. О том, что всадники выдохлись, и говорить нечего. Благодаря магии природы, Камира с помощью лишь двух семян возвела для них деревянные навесы. Один для людей, другой для лошадей.

— Что-то вы совсем размякли, — проговорил Шишир, подставляя морду светилам. — Такой прекрасный день, а вы в тени.

— Хорошо тебе, с холодной кровью, — пробурчал Дэнэс, обмахивая себя тряпкой. — Вернёмся к этому разговору ночью, когда костёр погаснет.

Перекусив и истратив приличный запас воды, путники дождались, когда жара немного спадёт, и двинулись дальше. Нойра была права, говоря о песчаных дюнах. Лайту и его спутникам дважды за день пришлось делать большой крюк, чтобы объехать огромную гору песка. Пытаться проехать по ней было нереально. На одном из привалов Шишир попробовал взобраться на одну такую пешком, но почти сразу увяз по колено и бросил это занятие.

— Что это там? — спросил Лайт, указывая на нечто странное слева от их пути.

Маг тени заметил какое-то движение краем глаза, но разобрать, что именно, ему не хватало остроты зрения.

Карина, ехавшая чуть позади, повернула голову в направлении, куда указывала рука командира, и пригляделась.

— Животное, кажется, — неуверенно ответила кошка. — Тёмного цвета, длинное… и довольно шустрое.

— Возможно, это огневик, — вступила в разговор Нойра, а когда поймала на себе несколько вопросительных взглядов, пояснила. — Огневики — это кошки пустыни. Они спокойно переносят жаркий климат благодаря своему подшёрстку, а их лёгкие шаги позволяют им бегать даже по зыбучим пескам. Одним словом, идеальный охотник для данной местности. Они не редкость в таких местах, но к людям относятся с опаской.

— Нам есть чего опасаться? — поинтересовался Дэнэс, тоже повернувшись в сторону огневика.

— Не думаю, — покачала головой девушка. — Они размером с обычную кошку, но если оставить еду без присмотра, то ночью может и утащить.

— А чем они вообще питаются в пустыне? — раздался голос Шишира где-то позади. — Тут же один песок да колючки сухие.

— Ну в основном, тушканчиками, сурикатами, но бывает, и на ящерок охотятся.

— Вот как, — хмуро ответил ящер. — Тогда ей лучше к нам не приближаться.

— Что, за братьев меньших обидно стало? — с усмешкой спросила кошка. — Как по мне, всё правильно. Естественный отбор, и никуда ты от него не денешься.

— Ага, как же, — буркнул Шишир.

Ночь в пустыне была жутко холодной. Несмотря на большой костёр, разведённый благодаря аспектам Камиры и Шишира, у Лайта зуб на зуб не попадал. Он закутался в плащ, надел на себя две кофты, куртку, но это не помогало. Ветер, поднявшийся пару часов назад, забирался даже под такую плотную броню, заставляя тело мелко дрожать.

— Это невыносимо, — сказал ящер, чьё тело источало горячий пар, а чешуя была жарче углей. — Меня даже внутренний огонь не греет.

— Как по мне, прекрасная ночь, — дрожа, язвительно заметил Дэнэс. — Странно, что ты не наслаждаешься ей в полной мере.

Несмотря на жуткий холод, Лайт и все остальные смогли всё же уснуть. Лишь Кора, не нуждающаяся в отдыхе, осталась на страже их покоя и костра, который не должен был потухнуть.

Проснувшись с первыми лучами, Лайт ощутил себя до крайности паршиво. Всю ночь ему снилась какая-то белиберда, так что одежда сделалась мокрой от пота. Вначале он убегал от каких-то странных силуэтов, потом постоянно падал в пропасть, а под конец оказался в какой-то каменной комнате, где его хотели пытать.

— Что, командир, тоже плохо спалось? — спросил Горди, вылезая из своего деревянного шалаша.

— Кошмары, — ответил Лайт и потёр красные глаза. — Всякая чушь снилась. Обычно, когда снится что-то жуткое, ты просыпаешься, но здесь…

— Тебя бросало из одного кошмара в другой, — закончил за командира полуэльф.

— Да, — протянул маг тени и искоса глянул на товарища. — У тебя так же?

— Ага, — кивнул Горди, — и это настораживает.

После того, как все выбрались из своих палаток, Лайт понял, что не только он и Горди подверглись странному наваждению. Лица всех в отряде были помятыми, а глаза красными, словно никто толком и не спал.

— Кошмары? — спросил Лайт у Дэнэса и Шишира, умывавших лица из фляг.

— Да, — отозвался ящер. — Никогда прежде мне не снилось ничего подобного.

— У тебя тоже, что ли? — спросил Дэнэс.

— И не только у меня, — хмуро ответил маг тени. — Судя по всему, мы все подверглись какому-то… воздействию.

После завтрака и небольшой уборки ненужных в пустыне построек отряд двинулся дальше на запад. Пока светила не забрались на максимальную высоту, ехать было более чем терпимо. Несмотря на то, что ветер бросал песок в лицо, он же приятно холодил.

— Лайт, — раздался за левым плечом голос Нойры. — Можно с тобой поговорить?

— Конечно, — ответил маг тени и слегка замедлил шаг Везувия, чтобы поравняться с девушкой.

— Я сегодня довольно долго не могла уснуть, — начала Хонкс. — Полночи ворочалась, и…

— А кошмары? — перебил её Лайт.

— Кошмары? — переспросила девушка. — Да, кажется, мне снилось нечто… неприятное. А что не так?

— Просто все сегодня видели кошмары, — задумчиво ответил Лайт. — И меня это начинает волновать.

— Возможно, это из-за смены погоды, — предположила Нойра. — Днём мы сильно перегрелись, ночью замёрзли. Возможно, из-за такого перепада случился небольшой приступ лихорадки или чего-то подобного.

— Возможно, — протянул маг тени.

— Так вот, касательно моего вопроса, — продолжила Хонкс. — Твоя спутница… Кора. С ней всё в порядке?

— Вроде да, — протянул Лайт. — А что?

— Мне кажется, что она не сомкнула глаз всю ночь, — прошептала девушка. — И при этом выглядит куда бодрее многих. И ещё я заметила, что она куда лучше нас перенесла дневной переход и ночной холод.

— Даже не знаю, что на это сказать, — с нервной усмешкой ответил Лайт. — Кора, она… довольно выносливая, несмотря на её внешность, — попытался оправдаться он.

— Твои друзья все выглядят выносливыми, — продолжала напирать Нойра. — Но даже Шишир не мог себя нормально обогреть своим аспектом. А Кора…

— Я думаю, что тебе лучше узнать у неё, — оборвал девушку Лайт. — Мы с ней довольно давно знакомы, и никаких… странностей я не замечал. Да и другие тоже ничего не говорили о… её поведении.

— Мне неловко говорить с ней о таком, — смущённо ответила девушка. — Но… возможно, ты прав. Может, я просто надумала себе. Иногда со мной такое случается.

— Всё в порядке, — ответил Лайт и улыбнулся. — Всегда интересно послушать взгляд со стороны о человеке, к которому давно привык. Можно узнать много нового.

На дневном привале, когда все остывали под деревянным навесом, Лайт подсел поближе к своей хранительнице.

— Сегодня ночью тебе нужно поспать, — тихо сказал маг тени.

— С чего это? — удивлённо спросила Кора.

— Наша попутчица стала задавать вопросы. Ты не чувствуешь жары днем и холода ночью, и ты единственная, кто выглядел сегодня утром бодро, ведь кошмары тебя не одолевали.

— Кошмары? — переспросила хранительница.

— Нас всех сегодня мучили кошмары. Причём они были очень необычные. Один сменял другой, затем третий, и так, пока нас не разбудил свет нового дня.

— Необычно, — согласилась Кора. — И у всех одно и то же?

— Кошмары разные, но состояние нескончаемого ужаса у всех едино.

— Хм, — задумчиво протянула хранительница. — Возможно, что-то или кто-то оказал на вас влияние.

— Если ты думаешь на Нойру, то это вряд ли, — покачал головой Лайт. — Она тоже с утра выглядела, как воскресший мертвец. Не могла же она сама под своё наваждение попасть.

— И тем не менее, я понаблюдаю, — сухо ответила Кора.

Несмотря на то, что маг тени не верил в причастность Нойры к ночным кошмарам, он все же решил приглядеться к ней. Лайт уже имел болезненный опыт, когда с виду невинный человек в его окружении оказался не тем, за кого себя выдавал. До самого вечера маг тени ехал рядом с девушкой, и чтобы хоть как-то скрасить дорогу, решил обсудить с ней тему её исследований.

Лайт мало что понимал в науках, тем более местного порядка, но Нойра оказалась очень даже неплохим оратором. Она говорила простым и понятным языком, отчего слушать её было легко, а все её мысли в полной мере оседали в памяти обычного человека.

— На самом деле тема очень интересна тем, что благодаря ей ты можешь понять пределы так называемых аспектов, их сильные и слабые стороны, — Хонкс кивнула в сторону Шишира. — Твой друг ящер, как я уже говорила, показал прекрасный пример на тех бандитах. И тот человек, и он обладали силой огня, у обоих, я думаю, приличный опыт практики, но тем не менее, огонь ящера оказался настолько сильнее, что обжёг другого владельца аспекта огня. Это говорит о том, что Шишир управляет своим аспектом куда искуснее, чем тот человек.

— Но ведь огонь не единственный аспект, — с усмешкой заметил Лайт и ненадолго задумался. — По твоей теории получается, что маг воды может подавить другого мага воды?

— Конечно, — воодушевлённо кивнула девушка. — К примеру, один маг применит воду для защиты, а другой для нападения. Если нападающий будет сильнее, то он прорубит своей водой барьер из воды защищающегося. Если же нет, то барьер остановит атаку противника.

— А какой именно параметр влияет на эту силу? Физическая сила или внутренний запас энергии?

— Немного того, немного этого, — ответила Хонкс. — Здесь по большей части влияет фактор натренированности и опыта, который зависит от физической подготовки и резерва внутренних сил. К примеру, маг воды, только начавший обучаться своему аспекту, не сможет управлять большим объёмом воды. Его предел, ну скажем, один литр воды. Также на первых порах он не сможет с ней управляться более тонко и… изобретательно, если так можно сказать. Он сможет поднять сгусток воды и направить его в определённую сторону, но не более. Но чем больше маг будет проводить тренировок, тем сильнее отточит своё мастерство, разовьёт внутренний резерв и научится более тонко обращаться со своим аспектом.

— Так это вроде базовая теория для любого рода деятельности, — с усмешкой заметил Лайт.

— Здесь всё намного сложнее, — нахмурившись, ответила Нойра. — У тебя может быть огромный запас энергии, ты можешь двигать целые озёра или создавать огромные языки пламени, но если твой противник обладает более уникальными навыками, которые применяет с умом, тебе его не победить, даже если он будет уступать тебе по всем параметрам.

— Пример? — попросил маг тени.

— Ты знаешь, что аспект земли подавляет аспект молнии, так как земля не пропускает электричество?

— Знаю, — кивнул Лайт.

— А если я скажу тебе, что опытный маг молнии при должной подготовке может пробить земляную стену?

— И как же?

— Маг молнии собирает свой заряд в одной маленькой точке, — Нойра указала на кончик указательного пальца, — тем самым создавая чрезвычайно плотный сгусток энергии, а после за счёт особенностей своего аспекта выпускает этот сгусток с неописуемой скоростью в цель. Земля, за счёт плотности и скорости снаряда, просто не успевает поглотить всю его мощь, и молния пробивает её, словно древесный ствол. Если попытаться бить земляную стену по огромной площади, прикладывая силу в несколько раз больше той, что была вложена в концентрированный снаряд, такого никогда не получится.

— Получается, по твоей теории, маг воды может подавить мага молнии? — спросил маг тени.

— Конечно, — кивнула девушка. — Если маг молнии будет использовать свою силу необдуманно, полагаясь только на то, что вода пропускает электричество, он вполне может проиграть. В теории, маг воды даже может использовать силу аспекта молний против его владельца. Если, конечно, грамотно распорядится своими умениями.

— Интересно, — хмыкнул Лайт. — Получается, ты едешь в столичную коллегию за какими-то особыми знаниями об аспектах?

— Там обширная библиотека, где собраны труды магов древности, — ответила Нойра. — К тому же там есть человек, профессор Бландайз, который владеет аспектом ветра и обладает уникальными навыками. Мне интересно изучить его силу и попробовать придумать, как именно их можно применить на практике, и как эффективнее всего им противостоять.

— А ты точно исследователь, а не военный аналитик? — с усмешкой спросил маг тени.

— Моя стезя теория, а не практика, — фыркнула Хонкс. — Я не большой любитель драк и прочих насильственных действий.

Во время второй ночёвки, несмотря на усталость после долгой дороги, никто не торопился ложиться спать. Всю дорогу товарищи Лайта обсуждали ночные кошмары и пытались найти им объяснение. К единому знаменателю прийти так и не удалось. Юнитор почти забрался на самый верх небосвода, Лайт и многие другие уже засыпали сидя, несмотря на холодный ветер.

— Да пошло оно всё, — рыкнул Шишир, вставая. — Пусть лучше мучают кошмары, чем весь день потом клевать носом.

— Согласен, — отозвался Горди, с трудом вставая на ноги. — Сидеть всю ночь без сна — идея не очень.

Спустя несколько минут остальные члены отряда разошлись по своим палаткам. Кора, по просьбе Лайта, тоже пошла в постель, хотя маг тени прекрасно понимал, что его хранительница спать не собирается, да и вряд ли сможет.

***

Лайт стоял на верхней палубе корабля и с трудом держался за канат. Бескрайние воды вокруг судна не просто свирепствовали, они бушевали в полную силу. Каждый удар волн о борт заставлял корабль стонать и крениться, отчего люди, стоявшие рядом с Лайтом, не удержав равновесие, падали в чёрную бурлящую воду. Маг тени обвил канат вокруг запястья, надеясь хоть так сохранить себе жизнь, но когда в борт ударила очередная волна, канат натянулся до предела, не выдержал и лопнул. Лайт закричал. Он упал на спину, и не в силах что-либо сделать, покатился по накренившемуся борту. Спустя всего два удара сердца он уже был в холодной черной воде, которая без остатка подавляла сопротивление маленького человека. Пучина затягивала на дно.

Когда Кора потрясла его за плечо, он с криком вскочил, чувствуя, как бешено колотится сердце, а тело взмокло от пота.

— Что… что случилось? — тяжело дыша, спросил маг тени.

— Тише, — сказала хранительница. — Я, кажется, нашла виновника ваших кошмаров.

— Что? — всё ещё не до конца придя в себя, переспросил Лайт.

— Пошли, — кивнула Кора, помогая хозяину подняться. — Сам всё увидишь.

[1] Наул – Большое небесное светило. В переводе с древнего диалекта означает «Отец».

ГЛАВА 5. КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ

Отойдя от лагеря и взобравшись на небольшой песчаный бархан, Кора жестом попросила Лайта пригнуться.

— Смотри, — хранительница указала вперёд.

Когда Лайт проследил за движением руки, он замер и пригнулся к земле ещё ниже. Буквально в тридцати шагах от них стоял… очень крупный волк, или точнее, существо, очень похожее на это животное. Зверь имел длинное гибкое тело, а в высоту достигал размеров взрослой лошади. Животное было покрыто длинной шерстью молочно-жёлтого цвета, источавшей блеклое свечение алого цвета, прекрасно заметное в темноте. От шеи и до груди шерсть была более густой и плотной, словно львиная грива. На лапах было по пять полукруглых пальцев. Животное стояло полубоком к людям, но даже так Лайт мог заметить, что с его мордой что-то не так. Когда Лайт пошевелился, намереваясь подползти чуть ближе, животное моментально среагировало на звук, и повернулось. Морда зверя была вытянутой и больше всего всё же напоминала волка. Из лба торчало два небольших чёрных рога. Глаз у этого существа оказалось три. Два из них чёрного цвета, как и положено, в центре морды, а третий, не имевший век, имел кроваво-красный оттенок и располагался посреди лба между рогами.

Несколько долгих секунд Лайт в напряжении смотрел на зверя, думая, что сейчас он их атакует. Но этого не произошло. Животное несколько секунд взглядом изучало людей, после чего отвернулось от них и продолжило живать сухой куст, который Лайт не сразу заметил.

— Кто это? — одними губами проговорил маг тени.

— Не имею понятия, — отозвалась Кора. — Только подобное существо я уже видела. Оно ошивалось у лагеря в первую ночь.

— И не сказала? — изумился Лайт.

— Оно не проявляет агрессии, к тому же не подходило так близко, — ответила хранительница, кивнув на животное. — Оно, судя по всему, травоядное. К тому же с одним таким я бы справилась сама.

— И зачем этот зверь тащится за нами? — прошептал маг тени.

— Этот другой, — сказала Кора, изучая животное. — У того шерсть была более тусклая, и рога были чуть покрупнее.

— Ну а с чего ты тогда решила, что именно он виновник кошмаров?

— А ты не чувствуешь? — удивлённо спросила Кора. — От него исходит аура, чем-то похожая на ту, когда владелец аспекта применяет силу. Только эта значительно слабее, хотя всё равно ощущается, если сосредоточиться на ней.

Лайт ещё раз глянул на зверя и прикрыл глаза. Примерно через минуту он и вправду почувствовал, что от зверя исходят некие волны, которые заставляют человека испытывать лёгкую тревогу. Зверь обладал силой, теперь в этом не было сомнений. Она не была похожа на силу аспекта, но что-то сродни ей всё же присутствовало. Правда, сила была настолько слаба, что маг тени смог ощутить её, лишь когда полностью сконцентрировался на ней.

— Да, что-то есть, — кивнул Лайт. — Но как этот зверь связан с ночными кошмарами?

— От него исходит нечто, что можно описать как ужас, — пояснила Кора. — В первую ночь такой же зверь не подходил близко, но всё равно я смогла ощутить его присутствие.

— Ты… испытала страх? — с удивлением спросил маг тени и посмотрел на Кору.

— Нет, конечно, — хмыкнула хранительница. — Я просто… ощутила чьё-то присутствие. Я бы не придала этому значения, если бы не лошади.

— А они здесь причём? — нахмурился Лайт.

— Когда этот зверь появился, кони, которые уже спали, тут же проснулись и начали паниковать так, будто вот-вот станут жертвой хищника. Даже твой Везувий вёл себя беспокойно. Сама я ничего не ощутила, но когда этот зверь отошёл подальше, все кони сразу успокоились.

— Я всё ещё не понимаю.

— Я думаю, что вы не ощущаете этого эффекта, пока в сознании. Сила этого зверя слишком слаба, чтобы влиять на человека, но её хватает, чтобы пугать животных. Но когда вы спите, ваш мозг и тело расслаблены, и если этот зверь подходит достаточно близко, вы невольно попадаете под его ауру, а она, в свою очередь, вызывает у вас беспокойство, тревогу и порождает кошмары. И судя по тому, что когда он ушёл, а ваши кошмары остались, эффект от его силы продолжает действовать какое-то время без контакта с аурой этого зверя.

— Сложное объяснение для плохих снов, — хмыкнул маг тени.

— Какое есть, — пожала плечами хранительница.

— Ну ладно, если ты считаешь, что виноват зверь, это можно проверить.

— Ты хочешь его убить? — спокойно спросила Кора.

— Зачем? — ахнул Лайт. — Ты же сама сказала, что он безвредный. Просто отгоним его подальше.

Несмотря на то, что на лице хранительницы проступило сомнение, маг тени встал в полный рост и начал спускаться с бархана прямо к зверю. Животное сразу же среагировало и повернулось к человеку всем телом, хотя агрессии или испуга пока не выказало. Лайт расставил руки в стороны, стараясь казаться больше, и тем самым напугать зверя.

— Ну, давай, — сказал Лайт громко, — уходи. Иди в другое место.

Маг тени сделал ещё несколько шагов в сторону зверя и внезапно замер. Сердце его заколотилось на пределе возможного, тело задрожало как при сильнейшем ознобе, холодный пот потёк по спине, а в горле появился такой тяжелый комок, что даже один вдох было сделать неимоверно сложно. В голове Лайта воцарился жуткий хаос, среди которого он мог различить лишь одно слово, что кричал ему внутренний голос: беги!

Лайт не мог сдвинуться с места, его тело сковал ледяной ужас, возникший буквально за секунду. Вначале маг тени пытался справиться с этим наваждением. Он прикрыл глаза, попытался прийти в себя, но неописуемый страх пронизывал его с такой силой, что все попытки оборачивались неумолимым провалом. Когда Лайт вновь открыл глаза и посмотрел вперёд, то увидел, что зверь всё ещё стоит перед ним, замерев на месте. Лишь спустя долгие секунды маг тени заметил, что зверь окутан ярким алым свечением, а его кровавый глаз смотрит прямо… в душу.

Внезапно за спиной мага тени раздался рык, а спустя секунду между человеком и зверем оказалась огромная чёрная мантикора. Едва Кора оскалила на зверя свои клыки, как его свечение тут же погасло, и животное, издавав хриплое гудение, понеслось прочь. Когда животное удалилось достаточно далеко, Лайт почувствовал, как холодные щупальца ужаса, сковавшие его, исчезли. Он упал на колени, тяжело дыша. Сердцебиение понемногу приходило в норму, хотя тело всё ещё потряхивало, а дыхание стало свободным, пусть и частым.

— Ты в порядке? — раздался привычный голос хранительницы.

— Теперь да, — дрожащим голосом ответил Лайт. — Это… существо. Его сила куда больше, чем ты говорила.

— Видимо, она проявляется как защитный рефлекс, — ответила Кора, помогая хозяину подняться. — Пошли, тебе нужно умыться и прийти в себя. Ты бледный, как покойник.

***

Утром, когда лагерь начал понемногу оживать, первое, что видели товарищи Лайта, выходя из палаток, его бледное лицо и пустой взгляд, смотревший на выгоревший костёр.

— Командир, — подошедший Горди обратился к Лайту. — С тобой всё в порядке?

— Да, — буркнул маг тени и поднял взгляд. — Ты хорошо спал?

— Вроде как, — протянул полуэльф. — Но что-то дурное всё равно снилось.

— Хотя бы так, — сказал Лайт и опустил глаза. — Значит, и вправду помогло.

О состоянии командира его спутники смогли узнать лишь у Коры, которая была непосредственным участником ночных событий.

— С красным глазом? — переспросила Нойра и покосилась на Лайта, всё ещё сидевшего возле костра. — Мамочки, да это же кошмар.

— Кошмар? — хмыкнул Дэнэс, стоявший рядом.

— Именно. Это животное само по себе безобидное, но оно от природы наделено… аурой, которая вызывает страх у всех живых существ, включая огромных хищников. За счёт этого ему и удаётся выживать. Любой, кому не посчастливилось напугать этого зверя, испытает приступ самого жуткого страха, который только возможен. Чаще всего те, кто попал под действие этой силы, умирают от сердечного приступа, не в силах выдержать такой ужас, — Нойра с нескрываемым интересом посмотрела на Кору. — Как вы с ним справились?

— Мне удалось отпугнуть его, — холодно ответила Кора. — Лайт подошёл к нему слишком близко, и его парализовало, но я была дальше и смогла спугнуть зверя.

— А как вы вообще его нашли? — спросил Дэнэс и тут же получил от хранительницы обжигающий взгляд.

— Мне не спалось ночью, — ответила Кора. — Я встала выпить воды и заметила кого-то недалеко от нашего лагеря. Разбудила Лайта, и мы пошли проверить. Мы не знали, что это за зверь, поэтому и поступили так опрометчиво.

— Очень опрометчиво, — с укором сказала Хонкс. — Вы могли погибнуть от ауры кошмара. Вам очень повезло.

Спустя два часа пути по ещё холодным пескам Лайт наконец начал приходить в себя. Животный ужас, который он испытал ночью, слишком сильно поразил его, так что он долго не мог оправиться. Дорога, холодная вода и беседа Горди, Нойры и Шишира, в которой он принимал пассивное участие, помогли ему прийти в себя.

— Ты точно в порядке? — обеспокоенно спросил полуэльф на привале. — Мы можем отдохнуть чуть дольше.

— В норме я, — ответил Лайт. — Куда лучше, чем было.

— Сильно страшно было? — поинтересовался Горди. — Нойра сказала, что мало кто способен пережить такую встречу.

— После такого мне кажется, что я теперь вообще ничего не испугаюсь, — грустно усмехнулся маг тени. — Я забыл, как дышать, как двигаться… почти забыл, как жить. Спасибо, что Кора была рядом.

Когда начало смеркаться, ехавшая впереди Карина привстала на стремени и радостно воскликнула.

— Вижу землю.

— Это как понять? — усмехнувшись, спросил Шишир.

— Это значит, вижу деревья вдалеке, — буркнула кошка. — Кажется, пустыня наконец закончилась.

Зоркий глаз кошки не подвёл. Спустя полчаса езды песчаные горы окончательно пропали, стали появляться кусты с мелкой листвой и низкорослые деревца, хотя песка впереди ещё хватало. Когда Наул почти скрылся за горизонтом, и мир готов был погрузиться в сумерки, восемь всадников уже заехали во владения мелкой травы и невысоких деревьев.

— Ну наконец-то, — со вздохом сказал Дэнэс, привязывая своего жеребца Ули к выращенным Камирой столбикам. — Жара, песок, собачий холод — прощайте, я был не рад нашему знакомству.

— Размечался, — усмехнулась Карина. — Мы отъехали всего ничего, к тому же встали в открытом поле. Песка, может, и не будет, но ветер о себе ещё напомнит.

Сидя у костра и доедая последний кусок запечённого картофеля, Лайт невольно поёжился от ветра, что дул со стороны пустыни. Карина оказалась права, сидеть в чистом поле и надеяться на тепло было глупо.

— А эта тварь — кошмар да? Она нас не будет преследовать? — спросил Дэнэс у Нойры.

— Нет, конечно, — покачала головой девушка. — Кошмары крайне редко покидают свою территорию. На своей земле они чувствуют себя в безопасности, ведь прекрасно понимают, что все, кто мог им навредить, давно ушли из-за их ауры. Я не думаю, что тот зверь хотел навредить нам нарочно. Скорее всего, мы случайно оказались на его территории, а может, он сам в поисках пищи забрёл к нам.

— Ты так хорошо разбираешься в подобных животных, — вступил в разговор Горди. — Это как-то связано с твоей работой?

— Напрямую, — кивнула Хонкс. — Мы довольно часто проводили эксперименты с существами, обладающими разными врождёнными способностями. Мы пытались выяснить, как можно применить их в быту людей, или же как противостоять им. Хотя, признаться честно, живого кошмара я никогда не видела, но довольно много читала о них и об их кровавом оке. Кстати, именно в нём и заключена вся сила кошмара. Если его… извлечь, он больше не сможет испускать волны ужаса.

— Ты говоришь «мы», получается, у тебя есть друзья по исследованиям? — поинтересовался полуэльф.

— Скорее уж, коллеги, — буднично ответила девушка, и когда поймала на себе заинтересованные взгляды, её лицо сделалось удивлённым. — Я вам что, не говорила?

— Не говорила о чём? — напряжённо спросил Горди.

— Я родом из Ланкратии и работаю в И.К.А.Р.е. Я старший исследователь по вопросу аспектов.

Лайт с непониманием в глазах смотрел на девушку и на то, как она невинно говорит, что она не просто исследовательница, но и учёный в какой-то большой организации. Когда маг тени посмотрел на лица своих товарищей, только у бывших плащей лица были изумлёнными. Девушки из башни, а также Кора, судя по всему, тоже не особо знали об этом И.К.А.Р.е.

— Ты ведь сейчас шутишь? — напряжённо спросил Дэнэс.

— Нет, — невинно ответила Нойра. — Зачем мне это делать?

— Потому что члены вашей коллегии — самые беспринципные люди на всём Парадиусе, — процедил Шишир, медленно вставая в полный рост.

— Ваша коллегия не раз была уличена в похищении людей, — добавил Дэнэс с металлом в голосе, — в особенности тех, кто обладает силой аспектов, или как-то связан с ними.

— Думаю, не стоит напоминать вам, что вы — воры знаний, — продолжил Горди с хмурым лицом. — Вы тащите в свою коллегию всё, что считаете нужным для ваших исследований, не заботясь о том, какими методами добыты эти знания. Будь то обычный подкуп, воровство или же убийство того, у кого это знания хранятся.

Лайт изумлённо смотрел на своих товарищей, чьи лица приобрели мрачные, почти зловещие выражения, а после на Нойру, которая выглядела не просто растерянной, но и напуганной. Она смотрела на бывших плащей, а в глазах её проступали слёзы.

— Что вы говорите, — дрожащим голосом запротестовала Хонкс. — Это всё ложь. Мы…

— Не нужно оправданий, — отрезал полуэльф. — Мы прекрасно знаем о вашей деятельности и методах. Ваши «сборщики» не раз попадались на таком, что в нашей стране карается смертью.

— Да кто вы такие, чтобы говорить такое? — вскричала Нойра, вскакивая с места.

— Мы трое — бывшие члены тайной разведки, — прошипел ящер, подходя к девушке, заставляя ту отступить. — Я лично был на задержании одного из ваших людей. Он пытался вывезти из Альвирии королевского алхимика, Мариуса Горса. Как ты, думаю, догадываешься, без его согласия. Твой коллега оставил мне на память уродливый шрам на плече, когда мой командир вёл с ним мирные переговоры.

В доказательство своих слов Шишир оттянул ворот рубахи, демонстрируя сколотую чешую в районе плеча и молочно-белый шрам с неровными краями.

— Красные плащи, — на выдохе произнесла девушка и странно оскалилась. — Как могут мясники королевства говорить о морали? Вы во всём видите заговор и интригу. Моя коллегия ничем подобным никогда не занималась и не занимается. Мы честные исследователи! У нас есть множество способов получить желаемую информацию, не преступая законы. В отличие от вас, палачей, что не боятся закона — ведь вы сами его пишете, подстраивая под свои нужды.

— Ах ты, сука, — прошипел Шишир, и на руках его вспыхнул огонь.

Лайт хотел вмешаться раньше, но с той скоростью, с какой развивалась перепалка, он просто не успел. По лицу ящера была видно, что он поглощён гневом, и слова его сознания не достигнут. Маг тени быстро выпрямился и уже хотел направить тени в сторону товарища, чтобы сковать его и удержать от кровопролития, но Карина, сидевшая ближе, оказалась быстрее. Кошка с подобающей ей грацией и скоростью в мгновение ока оказалась возле ящера, приложила к его спине руки, и в повисшей тишине раздался электрический треск.

Карине понадобилось всего несколько секунд, чтобы Шишир, ощутивший всю прелесть магии молний, злобно рыкнул и в судорожном припадке упал на землю.

— Что ты творишь?! — выкрикнул Дэнэс, пытаясь дотянуться до меча, лежавшего возле сумок.

— Прошу, не надо, — дрогнувшим голосом сказала Камира, и ее руки окутал ореол зелёного свечения.

— Успокойтесь! — крикнул Лайт, негодующе оглядывая товарищей. — Может, сразу поубиваем друг друга, и дело с концом? — после того, как ответа не последовало, Лайт посмотрел на кошку. — Помоги ему подняться, а ты, — он бросил взгляд на Дэнэса, — убери руки с оружия!

Шишир поднялся с большим трудом. Опираясь на плечо Карины, уселся на своё прежнее место рядом с Дэнэсом. Несмотря на то, что он уже был спокоен, он всё ещё недобро поглядывал на Нойру.

— В следующий раз убавь силы, — сказал ящер, посмотрев на Карину. — У меня до сих пор мышцы сводит.

— Да пошёл ты, — рыкнула кошка. — Твою толстую шкуру хрен пробьёшь. Мысли здоровые — и то не могут в голову твою чешуйчатую пробиться.

— Может, я и вспылил, — признал Шишир, разминая левую ногу. — Но на то были причины.

— Может, мне кто-нибудь объяснит, в чём именно суть конфликта? — заговорил Лайт, встав между ящером и Нойрой, которая всё ещё держалась в стороне от остальных и испуганно оглядывала собравшихся.

— Дело в организации, на которую она работает, — ответил Горди, подходя к остальным. — Исследовательская коллегия аспектов и рун, сокращённо И.К.А.Р.

— И что в этом плохого? — спросил Лайт раздражённо. — Как по мне, ничего криминального. Группа людей изучает аспекты и руны, собирает о них информацию и проводит исследования.

— Проблема не в том, что они делают, а как, — сухо ответил полуэльф. — И.К.А.Р. имеет дурную репутацию в других странах, в том числе и в Альвирии. В коллегии есть так называемые «сборщики», что добывают те или иные материалы для исследований и изучения. По большей части они делают это легально. Иногда они просто договариваются, иногда выкупают те или иные знания за деньги, в которых не имеют ограничений, ведь их спонсирует корона. Но иногда они применяют довольно… криминальные методы, в том числе воровство и похищение людей.

— Это неправда! — возразила Нойра. — Мы честная коллегия, и как ты сам сказал, имеем финансирование короны. У нас есть право на почти неограниченные траты, лишь бы получить нужные нам материалы и сведения. Мы окупаем все вложения, что даёт нам корона, поэтому наша репутация не вызывает никаких сомнений!

— Да вот только есть люди, не готовые расставаться со своими знаниями и вещами даже за всё золото мира, — ответил Горди и глянул на девушку исподлобья. — Похищение королевского алхимика — один из таких случаев.

— Зачем же коллегии понадобился алхимик короны? — спросила Карина, косо глядя на полуэльфа.

— Затем, что он имеет доступ к библиотеке тысячи книг, — пояснил Горди. — Она находится во дворце Феникса, и доступ в неё имеют лишь члены золотого круга и некоторые особо доверенные лица короны, вроде королевского алхимика.

— Получается, алхимик обладал обширными знаниями, которые недоступны простым людям, — подытожил Лайт.

— Конечно. Он имеет доступ к книгам, которым несколько сотен лет. Поговаривают, что там есть фолианты, дотированные временами до изначальных. Эти знания в неправильных руках могут привести к чудовищным последствиям.

— Я больше пяти лет работаю в коллегии, — вновь заговорила Хонкс почти ровным голосом, — а до этого там работал мой отец. Я никогда не слышала даже намёка на то, что коллегия творит нечто столь ужасное, как похищение людей.

— Конечно, не слышала, — хмыкнул Горди. — Ваши технологии и разработки, при всех грехах, имеют большой спрос. Если на вашу коллегию падёт столь мрачная тень, вы потеряете покупателей, а королевство понесёт огромные убытки. Вы одни из тех, за счёт кого ваша корона имеет такую огромную казну. Огласка никому не выгодна, в том числе и некоторым странам, что зависят от вас. Думаю, к защите вашего честного имени причастны и крылья монарха, наши непосредственные коллеги.

— А ты не думал, что это может быть обычным злословием? — зло проговорила Нойра. — Наши технологии лучшие, мы имеем огромный денежный оборот, который как бельмо на глазу у других стран. Не думал ли ты, что это лишь попытки очернить нас, чтоб другие заняли наше место?

— Как сказал мой друг, мы сталкивались с вашими методами, — спокойно ответил полуэльф. — Шишир лично участвовал в спасении господина Горса, а ваш коллега имел при себе официальный документ, подтверждающий его причастность к И.К.А.Р.у.

— Может быть, документ был поддельным, — парировала девушка. — Или его украли у настоящего члена коллегии.

— Барти Махор, — проговорил Шишир. — Член И.К.А.Р., младший сотрудник отдела покупок и продаж. Это имя я запомнил до конца своей жизни. Маг аспекта воды, высокий, белокурый, с козлиной бородкой. Именно он смог пробить мою чешую, ударив меня чем-то, похожим на стрелу, только собранную из воды такой плотности, что она пронзила мою чешую навылет.

Лайт посмотрел на Нойру, и её лицо сказало всё за неё. Девушка знала этого человека, если не лично, то по крайней мере, слышала о таком.

— Даже если это и так, — заговорил Лайт, видя, что разговор зашёл в тупик, — Нойра никак не причастна к тем… вещам, что творят её коллеги. Она не в ответе за грехи всей коллегии, если таковые и вправду имеются.

— И тем не менее, она одна из них, — парировал ящер.

— Что ты предлагаешь? — спросил маг тени холодным голосом. — Убить её?

— Нет, конечно, — тут же возразил Шишир с потрясённым видом. — Я просто…

— Ты уже пытался это сделать, — продолжил напирать Лайт, пронзая своего товарища холодным взглядом исподлобья. — Что мешает закончить начатое?

— Я не… — глаза ящера расширились. — Я не хотел её убивать. Я же не мясник, каким она меня считает. Просто я… — Шишир уронил голову на грудь. — Я вспылил и признаю это. Но я бы не стал… что-либо делать ей.

— Тогда вопрос исчерпан, — сказал Лайт и оглядел бывших плащей. — Я понимаю, что это конфликт интересов, но прошу вас помнить, что вы добровольно покинули ряды плащей и стали, — он на секунду замялся, подбирая слова, — обычными людьми. А Нойра, пусть и член И.К.А.Р., но ничего дурного вам не сделала, в отличие от вас. Сейчас она наша спутница, и прошу вас либо решить конфликт здесь и сейчас, либо забыть о нём и более не возвращаться к нему.

Повисло тяжелое молчание. Все смотрели на Лайта, но никто не решался ничего сказать. Выдержав паузу, маг тени повернулся к своим спутниками спиной и пошёл в сторону лошадей.

Сложившаяся атмосфера давила на него. Лайт почувствовал, что на его плечах лежит тяжесть, которую он с трудом может выдержать. Он хотел немного отдышаться и переваривать всё то, что успел сказать и услышать.

— А в тебе и вправду появляются задатки командира, — сказала Кора, последовавшая за ним.

— Я повёл себя слишком грубо с Шиширом, — сквозь зубы ответил маг тени и громко выдохнул, — но я понимаю, что так было надо. В противном случае мы бы перегрызли глотки друг другу. Вот бы Падшие или те фанатики смерти обрадовались.

ГЛАВА 6. БЫТЬ ГЛАВНЫМ

Утром над лагерем повисло тяжёлое молчание. Лайт сидел рядом с Корой, Карина рядом с Камирой, Шишир рядом с Горди и Дэнэсом, а Нойра устроилась в стороне от всех. Никто не пытался заговорить и даже поймать взгляд товарища. Все были напряжены и молча ели свои завтраки.

Лайт, украдкой оглядывая товарищей, видел, что ночь, пусть и остудила их пыл, но то напряжение, что зародилось вчера из-за конфликта двух организаций, никуда не делось. Пусть он и пытался как-то разобраться с ситуацией, вышло у него это откровенно паршиво. Он не только не смог нормально оценить случившееся и найти компромисс, но и нагрубил тем, кого считал своими друзьями.

Собравшись в дорогу, все разбились на те же группы, что были за завтраком. Ехали чуть в стороне друг от друга. Погода выдалась в меру прохладной, ветра почти не было, но несмотря на это, лица были хмурыми и напряжёнными. Спустя час такой езды Лайт не выдержал.

— Шишир, — позвал он ящера, подъезжая к нему.

Тот молча обернулся к командиру и посмотрел на него с, казалось бы, безразличным видом.

— Я хотел извиниться, — с лёгкой неловкостью начал маг тени. — Я не должен был говорить тебе вчера то, что сказал. Я… не хотел задеть тебя. Я был слишком взволнован сложившейся обстановкой и не смог правильно подобрать слова. Никогда прежде мне не доводилось участвовать в подобного рода конфликтах, и я не знал, как правильно поступить. Я приношу тебе свои искренние извинения.

Несколько долгих секунд Шишир молчал. Лайту начало казаться, что ящер затаил обиду на своего нерадивого командира и не намерен прощать его за дерзкие слова, сказанные вчера при всех. Внезапно ящер выпрямился в седле, наклонился к Лайту и тронул его за плечо.

— Тебе не за что извиняться, командир, — смиренно сказал он. — Я сам вчера повёл себя крайне неразумно, — он вновь сел ровно в седле и после небольшой паузы тихо прибавил. — Ты не мог бы помочь мне?

— Конечно, — тут же отозвался Лайт.

— Я обдумал твои вчерашние слова и хотел бы… извиниться перед Нойрой, — он бросил быстрый взгляд на девушку, ехавшую в хвосте отряда. — Мне и вправду не стоило пугать её, а уж тем более угрожать. Пусть она и из коллегии, но лично мне никакого зла не сделала. Я повёл себя, как обиженный ребёнок.

— Я тебя услышал, — Лайт натянул поводья, и Везувий замедлил шаг. — Я помогу тебе в этом.

К удивлению Лайта, к Шиширу присоединились и его товарищи по плащам. Когда к Нойре подъехала группа из четырёх мужчин, она заметно напряглась. Оглядела всех собравшихся жёстким взглядом, но дольше всех её колючие глаза задержались на ящере.

— Что на этот раз? — грубо спросила Нойра.

— На этот раз извинения, — спокойно ответил Лайт и посмотрел на ящера.

— Он прав, — кивнул Шишир. — Я хотел бы извиниться за вчерашнее. Я повёл себя крайне грубо по отношению к тебе. Как правильно вчера сказал Лайт, пусть ты и член коллегии, но ты не сделала мне ничего дурного, чтобы у меня был повод вести себя с тобой столь грубо. Да, я затаил… обиду на твоего… коллегу, но ты к этому не причастна. Я приношу свои искренние извинения лично тебе, но слов об И.К.А.Р.е я назад брать не буду.

— Мы тоже приносим извинения, — сказал Горди за себя и Дэнэса. — Нам не стоило вешать на тебя ярлыки и упрекать в том, к чему лично ты отношения не имеешь.

Нойра с удивлённым видом оглядела бывших плащей, и на её лице промелькнула тень улыбки.

— Извинения приняты, — наконец сказала она, а после недолгой паузы неловко добавила. — Тогда и вы простите меня за слова о мясниках. Я была напугана и сказала это неосознанно.

— Хорошо, что мы решили это довольно быстро, — на выдохе произнёс Лайт.

— Не до конца, — отозвался Дэнэс, скривившись. — Мне, кажется, тоже стоит извиниться перед нашей подругой. Я же вчера чуть с мечом на неё не бросился. Спасибо, что вовремя остановили.

С этими словами Дэнэс поскакал вперёд, а Лайт и остальные остались возле старшего исследователя И.К.А.Р.

— Не хотелось бы возвращаться ко вчерашнему разговору, — начал Лайт, посмотрев на Нойру. — Но мне бы хотелось узнать, чем именно занимается ваша коллегия. Так я смогу лучше понять… суть ваших разногласий. Как я успел понять, вы занимаетесь исследованием аспектов и рун, а также создаёте на их основе какие-то вещи.

— Лично я занимаюсь изучением аспектов, — заговорила девушка. — Рунами занимаются более опытные и квалифицированные люди, ведь их изучение занимает довольно много времени, как и полная расшифровка.

— Расшифровка? — переспросил Лайт.

— Руны — это предшественники аспектов, — пояснила Нойра. — Как гласят исторические книги, датированные временами до изначальных, люди уже умели использовать свои внутренние силы, но делали это не за счёт высвобождения энергии из тела, а путем переноса её в специальные символы, так называемые руны. К примеру, руна «Uisge», — девушка нарисовала пальцем в воздухе знак, — означает «Вода». Если правильно изобразить её и вложить небольшую частицу внутренних сил, руна породит воду.

— А сила должна быть связана с водой? — поинтересовался Лайт.

— Не обязательно, — покачала головой девушка. — В том и прелесть рун. Достаточно обладать даже малым зачатком любой из сил, которые ныне называют аспектами, и руна будет работать. Но главная сложность состоит в том, что руну нужно правильно начертать. Малейшая ошибка — и ничего не выйдет. Также желательно знать, что именно обозначает эта руна. Иначе вместо воды можно создать огонь.

— И сколько будет работать такая руна?

— Всё зависит от вложенных в неё сил, — задумчиво проговорила Хонкс. — Я плохо в этом разбираюсь, но знаю, что руны удерживают и расходуют вложенную в них силу куда медленнее. Я плохо помню теорию по рунам, но вроде в одной книге упоминалось, что руна воды, при минимальном вложении сил, может создавать воду до трёх дней. Но при этом, если нарушить целостность руны, она сразу же станет обычным рисунком. В этом и есть отличие рун от аспектов. Руны сложны в использовании и понимании, но затрачивают меньше сил и не ограничены видом аспекта. В тоже время сам аспект позволяет более простым методом пользоваться силой, но с большими затратами и ограничением непосредственно силой самого аспекта.

— Я понял принцип, — кивнул Лайт с задумчивым видом. — А чем именно ты занимаешься?

— Как я уже говорила, я изучаю силу и возможности аспектов, а также их владельцев. Моя задача, как исследователя, найти или узнать, — последние слова Хонкс особо подчеркнула, — что-то новое. Многие знания об аспектах были утеряны во времена инквизиции, поэтому моя задача заключается в поиске людей, рукописей или других материалов, что помогут открыть новые возможности силы, а после найти им применение в обычной жизни.

— Например? — спросил маг тени.

— Мы создаём одни из самых прочных и долговечных кристаллов Лотрэй. Благодаря этому мы научились помещать туда более сильные заклинания, чем обычно, отчего они пользуются большим спросом в охранных системах банков и других учреждениях. Знания магии огня позволили нам создать бездымный нагреватель, который можно применять в доме и не бояться пожара. Благодаря знаниям о магии земли мы смогли разработать специальное устройство, работающее на принципах чувствительности этого аспекта к земным недрам. Оно помогает горнякам искать полезные ископаемые: железо, уголь, золото и даже драгоценные камни. У нас много различных разработок, от не очень значительных до более масштабных.

— Как много разработок числится за вами? — с лёгким трепетом в голосе поинтересовался Лайт.

— Больше сотни, — чуть подумав, ответила Нойра. — Точно я не могу сказать, я работаю в коллегии всего пять лет и лишь недавно получила повышение, позволяющее мне изучать внутренние архивы коллегии.

Лайт с задумчивым видом посмотрел перед собой. Эта коллегия — не просто лаборатория по исследованию мира. Это настоящий технопарк, где теория воплощается в реальность. Они не знают законов физики, механики и прочих сложных вещей из мира, который покинул Лайт. Они берут за основу фундаментальные законы этого мира, а именно — аспекты. На их основе они создают вещи если не лучше, то мало чем уступающие тем, что мог видеть Лайт на Земле. И ведь И.К.А.Р. не единственные, кто этим занимается. Даже в Башне он самолично участвовал в создании прототипа оружия, которое, как ему казалось, никогда не должно появиться в этом мире. Сколько же времени понадобится этому миру, чтобы догнать прогресс Земли? А может быть, в отдельных уголках этого мира кто-то этого уже достиг его, или очень близок к этому?

Двигаясь рысью среди травяного моря, которое стало значительно выше и уже достигало коленей лошадей, Лайт оглядывался по сторонам. С момента, как они покинули Тронг, признаков цивилизации нигде не было видно. Вокруг расстилалось лишь бескрайнее поле с редкими рощицами невысоких деревьев. Лайт примерно помнил карту Йондура и поэтому знал, что ближайшее к ним поселение — это лишь небольшая деревушка. До неё земля была дикой и человеком не освоенной.

Несмотря на то, что пейзаж был почти однотонным, Лайт испытывал приятные чувства, созерцая красоту в естественном обрамлении. Тревога и тяжесть, что легли на душу после вчерашнего, стали понемногу отступать.

Проведя немало времени в стенах Башни, Лайт вдруг открыл в себе любовь к природе и большому миру. Лишь в дороге, посреди природы, он начинал ощущать некое умиротворение, что помогало ненадолго отвлечься от проблем и тяжёлых мыслей. В его старом мире трудно было найти не тронутый человеком клочок земли, а если он и был, то мог находиться настолько далеко, что не было возможности до него добраться. Здесь же было немеряно земли, где царила дикая природа.

Проезжая мимо небольшой рощицы из невысоких лип, Лайт заметил притаившегося у корней зайца, что во все глаза наблюдал за двуногими, а после, у самой окраины рощи, увидел на ветке парочку небольших птичек с ярко-жёлтым оперением. Несмотря на то, что было довольно прохладно, Лайт не чувствовал дискомфорта. Он дышал полной грудью и чувствовал смесь множества запахов, что витали над полями.

Когда начало смеркаться, зоркие глаза Карины углядели вдалеке нечто странное. Лишь проехав немного дальше, кошка с полной уверенностью смогла сказать, что это свет.

— Скорее всего, там Зонте, — задумчиво сказал Горди. — Я думал, что деревня дальше. По моим расчётам, она должна была показаться только завтра.

— Неудивительно, что ты ошибся, — хмыкнул Дэнэс. — Трудно ориентироваться по карте, нарисованной на коленке.

Полуэльф хмуро глянул на товарища, но комментировать не стал. Немного ускорив темп, путники добрались до деревушки до темноты. Деревня Зонте была небольшой, проезжая по центральной улице и оглядываясь по сторонам, Лайт насчитал порядка пятидесяти однотипных крыш. Единообразные дома без особых излишеств, дороги со скудным освещением и ямами, которые было плохо видно в полутьме, а также отсутствие каких-либо примечательных построек вроде сараев или амбаров, говорили о том, что деревня довольно бедная.

Несмотря на позднее время, в некоторых дворах всё ещё ходили люди. Кто-то снимал бельё с верёвок, кто-то поливал небольшой огородик из мятого ведёрка. Когда на большой отряд всадников обратила внимание одна женщина, державшая в руке корзину с вещами, Горди подъехал к забору её участка.

— Доброй ночи, уважаемая, — с лёгкой улыбкой сказал полуэльф. — Не подскажете усталым путникам, где бы они могли найти ночлег в вашем селении?

— Так нету у нас таких мест, — ответила женщина, оглядывая всех по очереди. — Маленькая у нас деревушка, трактиров и прочих городских забав не имеем, да и незачем они нам. Наши мужики и так находят способы упиться до беспамятства.

— Ну может, есть у вас добрый человек, что приютит нас на одну ночь? Деньгами мы не обидим.

— Да где же вы в нашей деревне найдёте такой дворец, чтобы всех вас уместить? — с усмешкой спросила женщина. — Будь вас трое, может, и нашлось бы место, но вас же целая толпа, да и кони ваши ещё. Простите уж, господа хорошие, но вряд ли кто вам тут помочь решится.

— Спасибо, — уважительно сказал Горди и кивнул. — Доброй ночи.

Отъехав немного от дома женщины, путники переглянулись.

— Стоило ожидать, — сухо сказала Кора. — Деревушка маленькая, и ждать, что нам здесь найдётся место, было глупо.

— Ничего не поделаешь, — со вздохом сказал Дэнэс. — Придётся тащиться дальше. Не на улицах же нам ночевать, как бродяжкам.

— Мы и так, по сути, бродяжки, — хмыкнула Карина, — но соглашусь, что здесь задерживаться смысла нет. Отъедем чуть дальше и там заночуем.

— Что бы вы без меня делали, — сказал Шишир с ухмылкой и щелчком пальца зажёг на пальце довольно яркий огонь. — Побуду вашим блуждающим огоньком.

***

После очередной ночёвки в чистом поле, путники, быстро перекусив, двинулись дальше. Спустя полчаса езды отряд доехал до широкой реки. Подойдя к самому берегу, Лайт увидел, насколько была чистой вода. Он видел дно, разноцветные камешки, что лежали там, и рыб, что дрейфовали почти у самой поверхности.

— Я не вижу моста, — сказала Карина, оглядывая берега реки.

— И не увидишь, — отозвался Горди, подходя к воде. — Это лишь небольшой рукав основного русла, — полуэльф развернул карту, которую достал из сумки. — Мы вот здесь, — он указал на точку, помеченную как Зонте. — Нам нужно проехать на север, так мы обогнём этот рукав, а после выйдем к реке Пограничной.

— А здесь где мост? — спросила кошка, подойдя к Горди и склонившись над картой. — Я вижу только, что река прорезает континент от северного до южного берега, и что мы не сможем её обойти.

— Поэтому её и называют Пограничной, — усмехнулся полуэльф, складывая карту. — Мост быть обязан. Как-то же караваны с товарами перебираются на ту сторону.

— Надеюсь на это, — сухо ответила Карина.

Сделав небольшой крюк, путники добрались до основного русла Пограничной немного за полдень. Сама она, в отличие от её рукава, не была такой спокойной. Широкая река отличалась бурным нравом. Холодную и мутную воду перебултыхало сильное течение. Рыб или других представителей водного царства Лайт не заметил.

— Вот тебе и мост, — сказал Горди, указывая рукой чуть дальше по течению.

Чуть ниже по руслу и вправду обнаружился мост. Лайт ожидал увидеть бревенчатый навес над водой, на который будет даже страшно смотреть, но на деле всё оказалось куда лучше. Каменная дуга, достаточно широкая, чтобы можно было проехать двум людям плечом к плечу.

— Вижу, — буркнула Карина. — Удачно, что он не так далеко от нас.

Перебравшись на другую сторону Пограничной, Лайт и его товарищи устроили короткий отдых. Пока все занимались тем, что доедали остатки завтрака, Лайт пошёл к речке. Он сел на берегу и опустил руки в воду. Едва ладони погрузились в нее, их обожгло и сковало судорогой, но он пересилил это ощущение и плеснул себе в лицо холодной воды.

— Я заметила, что ты неважно выглядишь, — раздался за спиной голос хранительницы.

— Не без этого, — честно ответил Лайт. — Спал сегодня плохо, думал.

— О чём? — поинтересовалась Кора.

— Да так, обо всяких глупостях. Имею ли я право носить гордое звание командира.

— Нашёл, о чём беспокоиться, — с усмешкой отозвалась хранительница. — Тебя настолько сильно впечатлил вчерашний инцидент?

— Вроде того, — кивнул маг тени, поворачиваясь к девушке. — Я… никогда прежде не занимал подобную должность. Господи, да я даже не думал о том, чтобы кем-то руководить, не говоря уже о том, чтоб возглавлять отряд рыцарей. Для меня это… довольно тяжёлая ноша. Я не знаю, как поступать в той или иной ситуации, не умею подбирать слова. Мне даже голос на кого-то повысить неловко, не говоря уже о большем.

— А что же было вчера? — с ухмылкой поинтересовалась Кора.

— Вчера, — на выдохе повторил Лайт. — Я действовал на эмоциях, импульсивно. Ты прекрасно знаешь, что мне было стыдно, как никогда прежде. Лишь после всего того, что я наговорил, я осознал сказанное. Когда я это говорил, я вообще не думал. Просто выплёвывал из себя то, что считал правильным.

— Лидерами не рождаются, ими становятся, — философски ответила Кора. — Знаешь, как говорят местные? Королём быть не праздная ноша, если ты настоящий король.

— И что это должно значить? — нахмурившись, спросил Лайт.

— Это значит, что настоящий лидер преодолевает трудности, а не прячется от них. Да, тебе ещё много чему предстоит научиться и понять, и ты ещё не раз столкнёшься с выбором, где нужно будет либо проявить свой характер, либо отступить. И от этого выбора будет зависеть не только твоя судьба, но и судьба тех, кто будет тебя сопровождать. Трудности закаляют, и вчера ты проявил себя лучшим образом.

— Ты правда так думаешь? — спросил маг тени с лёгким смущением.

— Вчера всё могло перерасти в массовую драку между друзьями, если не в убийство невинной девушки, — Кора развела руками. — Если предотвращение такого исхода не победа, то я не знаю, что тебе вообще надо.

Лайт тихо усмехнулся, но ничего говорить не стал. На его лице и так было написано, что он благодарен своей хранительнице за такие слова.

После обеда отряд рысью двинулся дальше на запад. Ближе к вечеру, когда они огибали очередной приток Пограничной, к Лайту, ехавшему в компании Коры и Горди, подъехала Нойра.

— Как вы думаете, мы успеем сегодня добраться до Корнса?

— Надеюсь на это, — отозвался Горди. — Хотелось бы уже поесть что-то более сытное, да и отдых нормальный нам не помешает.

— Как долго вы планируете задержаться в городе? — поинтересовался Нойра.

— Трудно сказать, — пожал плечами полуэльф. — Всё зависит от решения Лайта.

Лайт, слегка опешив, глянул на товарища, но быстро взял себя в руки.

— Думаю, пару дней, — задумчиво ответил он. — Нам и вправду не помешает отдых, но дольше задерживаться смысла нет. Пополним запасы, переведём дух и снова в дорогу.

— Понятно, — кивнула Хонкс. — Я просто тоже планировала там немного задержаться.

— Замечательно, — с улыбкой сказал Лайт. — У нас будет ещё несколько вечеров, чтобы побольше узнать о твоей коллегии.

Девушка внезапно залилась краской и отвела глаза.

— Да, думаю, будут, — неуверенно ответила она.

Сказав это, Нойра внезапно поскакала вперёд, а удивлённый Лайт продолжал смотреть ей в спину.

— Что это она вдруг? — изумился маг тени.

— Боги её знают, — пожал плечами Горди и поднял уголки губ в улыбке. — Девушки — создания непредсказуемые.

Огни города Корнса показались уже в сумерках. Отряд к тому времени несколько раз заговаривал о том, чтобы остановиться и переночевать, но всё же общим решением продолжал двигаться дальше. Когда во тьме зоркие глаза кошки выцепили огоньки, что завиднелись на горизонте, путники приободрились и ускорили своих лошадей. Все — и люди, и лошади, были вымотаны, но мысль о том, чтобы отдохнуть в комфортных условиях, а не в холодном поле, придала сил для последнего рывка.

ГЛАВА 7. КУПАЛЬНЯ

Корнс, вопреки ожиданиям Лайта, ничем особым не выделялся. Город как город, ничего, что могло бы приковать взгляд. Единственное, что отличало его от того же Тронга — это крепостная стена, да и та, по сути своей, самая обыкновенная. Невысокий каменный пояс, окружающий границы города. Именно огни со стены и заметила Карина.

Когда путники приблизились к воротам, стражники на посту на них даже не глянули. Один так и вовсе, прислонившись к стене и накрыв глаза шлемом, дремал. Проехав в город, Лайт и его товарищи направились по освещённой улице вглубь, надеясь найти таверну, где смогут нормально отдохнуть, а также конюшню, куда сдадут своих измотанных лошадей.

Трактир нашёлся довольно быстро. «Железный молот» располагался в рабочем квартале, недалеко от центральной улицы, по которой путники въехали в город. Конюшня, как оказалось, была прямо при таверне. Она была не слишком большой, но в данный момент почти вся пустовала, и поэтому восемь лошадей усталых путников с комфортом там разместились.

— Надолго ли вы к нам? — поинтересовался Нарад, пожилой мужчина, работавший конюхом.

— На пару дней, — ответил Лайт, снимая с Везувия вещмешки.

— Ну хорошо тогда, — с улыбкой протянул старик. — Успею ваших лошадок в порядок привести. А то они у вас какие-то вымученные все.

— Несколько дней в дороге, — ответил маг тени и усмехнулся. — Мы не лучше выглядим.

— Так вы сходите в наши купальни, — старик махнул рукой. — На соседней улице прекрасная купальня, и даже эта… как же её… парилка.

— Парилка? — удивлённо переспросил Лайт.

— Ну так да, — уверенно ответил Нарад. — Чудо вещь, прогревает до самых костей. У меня вот спина болела, а туда сходил, посидел в этом… в пару-то горячем, и всё прошло.

Лайт, в лёгком шоке, медленно кивнул и протянул старику плату, после чего повернулся и вышел за товарищами. Он много чего мог ожидать от этого города, но никак не купальню с настоящей парилкой.

«Железный молот», по сравнению с «Песчаным домом» в Тронге, показался скучным и серым. Обычный зал, пустые столы и стулья. Разве что на стенах висело разного рода декоративное оружие, начиная от обычных мечей, заканчивая кинжалами и боевыми топорами. За барной стойкой, расположенной слева от входа, стоял крепкий мужчина лет пятидесяти. Бармен был настолько мускулистым, что рубашка на его теле готова была лопнуть от любого движения, а крепкие руки, которыми он протирал стойку, больше подходили кузнецу, нежели работнику сферы обслуживания.

— Добро пожаловать, — поздоровался мужчина, оглядев вошедших. — Моё имя Бараг, чем могу быть полезен?

— Здравствуйте, моё имя Лайт, — представился маг тени. — Мы бы хотели у вас остановиться на пару дней.

— Останавливайтесь, — сухо ответил Бараг. — Сколько комнат займёте?

— Четыре, — отозвался Лайт. — В одну из комнат, если можно, я бы хотел попросить матрас.

— Можно, — кивнул Бараг, доставая из-под стойки ключи и журнал.

— А кухня у вас здесь есть? — поинтересовался Шишир.

— Есть, но повар уже ушёл, как и официанты, — отозвался бармен. — Могу, конечно, посмотреть, вдруг что осталось.

— Если вас не затруднит, — вежливо ответил ящер.

— Вот, — бармен протянул ключи. — Расположитесь для начала, а я пока посмотрю. Минут через двадцать спускайтесь, тогда и понятно будет.

— Сколько с нас? — спросил Лайт, держа кошель.

— Шестнадцать серебром, — ответил Бараг. — Если что из еды найдётся, то ещё две монеты. Так у нас еда дороже, но вы, считай, остатки доедать будете, так что дешевле.

— Спасибо, — Лайт сдержано кивнул.

— Пока ещё не за что, — сухо ответил бармен.

Как и сказал Бараг, Лайт с товарищами спустился на первый этаж примерно через двадцать минут. За время ожидания они успели разложить свои вещи в комнатах, переодеться и немного привести себя в порядок после долгого пути. Комнаты особым разнообразием не отличались: кровати, столы, стулья, тумбы и шкафы. Лайт отметил для себя, что во всех трактирах, где он бывал, комнаты обставлялись словно по единому стандарту. Редко где можно было найти что-то необычное. В основном — один и тот же набор мебели.

Оказавшись на первом этаже, Лайт сразу заметил, что один из пустующих столов сервирован, а на нём стоит разного вида еда. Подойдя поближе, Лайт увидел половину кастрюли мясного супа, три порции салата, две порции каши с тефтелями и две порции жареного картофеля с хорошим куском мяса каждая. На закуску были слегка чёрствые лепёшки, сыр и небольшая вазочка с ореховым ассорти.

— Это всё, что я смог найти, — заговорил бармен, подходя к столу. — Но думаю, что вам этого должно хватить.

— Более чем, — кивнул Лайт. — Спасибо.

Лайт уже было потянулся к деньгам, но его руку внезапно перехватила Нойра.

— Позволь мне, — ответила она на немой вопрос. — Ты оплатил мою комнату и место в конюшне, а я не хочу быть нахлебницей, — сказав это, она посмотрела на бармена. — У вас найдётся пара бутылок «Крылатки»?

— Думаю, да, — с усмешкой ответил Бараг. — У вас прекрасный вкус, леди.

Когда все расселись за столом, Дэнэс с интересом глянул на Хонкс.

— Что это за «Крылатка» такая?

— Вино из Ланкратии, — спокойно ответила Нойра. — Оно имеет сладкий, почти медовый вкус, при этом в его составе используется исключительно виноград с небольшим добавлением сливы.

— И что же в нём такого особенного? — хмыкнул Дэнэс.

— Способ его производства. Ингредиенты для него собирают лишь в двух местах королевства — именно там, где живут крылатки, в честь которых и названо это вино.

— В вино добавляют насекомых? — с удивлённым видом протянул Шишир.

— Я же сказала, что исключительно виноград и сливы, — ответила Хонкс и хмуро глянула на ящера. — Крылатки служат для придания вину того самого медового вкуса. Когда виноград и сливы созревают, крылатки слетаются на запах и начинают их есть. В их слюне содержится специальный фермент, который впоследствии и придаёт вину тот самый неповторимый естественный вкус.

— Получается, что мухи не доели, люди допьют, — со смехом сказал Дэнэс.

— Крайне грубое сравнение, — с суровым видом ответила Нойра, но после всё же улыбнулась. — Но в целом, описывает процесс довольно точно. Фермеры следят за тем, чтобы крылатки не съедали плоды слишком сильно, а лишь делали небольшие надкусы, по которым их ферменты и попадают внутрь ягод.

— Надеюсь, что эти насекомые расстарались для нас, — с улыбкой отозвалась Карина. — Иначе это будет самое большое разочарование в моей жизни, после такой-то рекламы.

***

Следующим утром по совету трактирного конюха Лайт в компании мужчин отправился в купальню. Женская часть компании решила посетить это заведение вечером, перед ужином. Купальня «Голубая волна» представляла собой довольно просторный зал. Пол был выложен мраморной плиткой, стены — покрыты белоснежной краской, а на высоком потолке изображался пейзаж водопада в какой-то невероятно красивой долине.

В большом зале было восемь чаш, в каждую из которых свободно могло поместиться порядка шести человек. Вода была горячая, но не обжигающая, и доходила чуть выше пояса. Несмотря на раннее время, в купальне уже было полно народу. В основном мужчины, судя по виду, рабочих профессий, но и красивые женские силуэты можно было приметить в той или иной чаше.

Несмотря на ажиотаж, Лайт и компания смогли найти себе место, и единолично заняли самую дальнюю от входа чашу.

— Боги, — на выдохе сказал Шишир, опускаясь в воду. — Какая прекрасная вещь — эта купальня. Хотя воду можно было бы и погорячее.

— Соглашусь, — заговорил Дэнэс, чью кожу покрыли мурашки, едва он опустился в чашу. — Приятно вот так окунуться после долгой дороги.

— Меня, если честно, больше интересует парилка, — задумчиво сказал Лайт, опускаясь в воду по самую шею.

— А что в ней такого интересного? — с интересом спросил Горди.

Лайт было хотел рассказать им обо всех прелестях бани, но прикусил язык. До вчерашнего дня маг тени и не подозревал, что в этом мире есть подобные места, а значит, его товарищи тоже могут не знать о таких вещах. Если сболтнуть лишнего, можно нарваться на череду вопросов, на которые можно и не найти разумного ответа.

— Меня заинтересовали слова того старика, — ответил Лайт, стараясь быстро подбирать слова. — В последние дни левое бедро стало ныть, вот и думаю, поможет или нет.

— У тебя, видимо, стремя перекосило, — хмыкнул Дэнэс. — Одна нога выше другой, вот тебе и боли. Перед дорогой посмотри седло, может, подтянуть стоит.

— Возможно, — с невинным видом ответил маг тени.

Парилка оказалась не такой, как было принято на земле. Она больше напоминала хамам, нежели полноценную баню. Когда Лайт с товарищами открыли массивную деревянную дверь, перед ними предстало огромное белое облако, в котором виднелись силуэты людей и тусклый свет фонаря, висевшего где-то в центре. Пройдя внутрь и закрыв за собой дверь, Лайт почти сразу ощутил жар, что окутал всё тело. Пройдя до ближайшей мраморной скамейки, маг тени сел на неё и откинулся на мокрую спинку. В комнате было жарко и влажно, а туман, что витал в воздухе, был такой плотный, что черты сидевшего неподалёку Горди выглядели размытыми.

— А мне нравится здесь, — блаженно проговорил Шишир, сидя рядом с командиром.

— Ещё бы, — фыркнул Дэнэс, сидевший рядом с Горди. — Жарко и мокро, что ещё ящерице нужно?

Шишир с раздражением глянул на друга, но ничего комментировать не стал. Вместо этого он блаженно вытянул ноги и прикрыл глаза. Лайт, несмотря на колкости Дэнэса, был согласен с Шиширом. Ему тоже нравилось это место. Было в меру жарко, но при этом Лайт чувствовал, что уставшее тело впервые за долгое время расслабилось. Ноги не чувствовали напряжения, не нужно было держать осанку и равновесие, чтобы не упасть с седла, мозолистые руки отдыхали после поводьев. Утирая пот со лба, Лайт вытянулся по примеру ящера и впервые за долгое время почувствовал, как тело говорит ему спасибо.

Примерно через пять минут парилку покинули три человека, а в белое облако зашёл лишь один. Лайт плохо видел черты вновь прибывшего, но то, что это был крепкий мужчина, сомнений не возникало. Он прошёл мимо Лайта и Шишира и уселся на соседнюю скамейку.

Лайт не обратил бы на этого человека внимания, ведь он был таким же простым посетителем, как и все здесь, если бы не одно но. Когда Лайт беседовал с Шиширом, тот внезапно нахмурился и незаметным кивком указал куда-то за спину командира. Когда Лайт обернулся, то увидел, что зашедший недавно мужчина смотрит в их сторону. Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, но в конце концов Лайт не выдержал.

— Вы что-то хотели?

— Хотел, — отозвался мужчина приятным голосом. — Спросить, как ты потерял ногу?

Лайт невольно вздрогнул, опустил глаза на свои ноги и поджал губы. Он настолько расслабился в этом месте, что забылся и невольно снял с себя заклинание имитации, так что левая нога вновь стала лишь частью себя. До этого момента он убирал созданный силой тени «протез», лишь когда оставался наедине с Корой, чтобы немного восстановить силы. Всё остальное время его чёрная нога была скрыта сапогом. Он уже давно привык к ней и ходил почти как на настоящей, лишь изредка прихрамывая или оступаясь, когда забывался. Сейчас, почувствовав полное расслабление, он потерял концентрацию и убрал «протез» прилюдно, отчего возникли непредвиденные проблемы.

— В детстве, когда с отцом и его друзьями на охоту ходил, на медведя нарвались, — начал отвечать Лайт. — Никто не успел даже среагировать, когда медведь кинулся на нас. Я был ближе, вот он и напал на меня. Как позже оказалось, это была медведица, защищавшая своих детёнышей. Они остались сиротами, а я без ноги.

Мужчина минуту молчал, задумчиво разглядывая то Лайта, то его увечье, а после хмыкнул и откинулся на спинку скамейки.

— Я-то думал, ты из тех дураков, что пошли в наёмники за лёгкой монетой. А оказалось, всё намного скучнее.

— А что ты имеешь против наёмников? — неожиданно спросил Дэнэс с довольно грубыми нотками в голосе.

— Лишь то, что они продажные шлюхи, и ничего более, — с усмешкой ответил мужчина. — Кто больше денег даст, к тому они и бегут. Причём даже если им уже заплатил один человек, ничего не мешает предать его, если денег больше предложат.

— У наёмников есть гордость и честь, — почти прорычал Дэнэс, поднимаясь со своего места. — Если наёмники так легко будут нарушать своё слово, никто больше не захочет с ними связываться. Так что…

— Вопрос лишь в деньгах, — перебил его мужчина и громко фыркнул. — Вопрос чести, гордости и доброго имени — лишь повод набить себе цену чуть больше. А что касается клиентов… на любую девку, даже самую страшную, всегда найдётся покупатель.

Лайт, Шишир и Горди не успели даже среагировать. Дэнэс в два могучих шага преодолел пространство между собой и неизвестным. Навис над ним, словно скала. Кулаки сжались, по лицу было видно, что он напряжён до предела. В любую секунду могла начаться драка, и не факт, что острый на язык незнакомец сможет её пережить.

— А ты уверен, что сможешь ответить за такие слова? — холодным голосом спросил Дэнэс.

— Я не боец и не дуэлянт, — спокойно ответил мужчина и поднялся в полный рост. Он был меньше Дэнэса на голову, но при этом какого-либо страха не выказывал. — Я лишь высказал свою точку зрения, и если ты с ней не согласен, то это твои проблемы.

Дэнэс хотел ухватить наглеца за плечо, чтобы остановить, но к удивлению всех, кто наблюдал за сценой, худощавый мужчина ловко ушёл от захвата, а после неспешно повернул голову в сторону обидчика.

— Я бы не советовал, — с приторной ноткой протянул незнакомец.

Спокойно прошёл мимо остальных, задержав взгляд на Лайте, и вышел из парилки. Дэнэс проводил его грозным взглядом, но гнаться или что-то говорить ему вслед не стал. Лишь грубо выругался себе под нос, когда мужчина покинул комнату.

— И что это сейчас было? — спросил Лайт, глядя на размытый силуэт товарища.

— Ничего, — рыкнул Дэнэс. — Я пошёл, а вы как хотите.

Дэнэс быстрым шагом дошёл до выхода и покинул парилку, с грохотом закрыв за собой дверь. Лайт, наблюдавший за этой сценой в молчаливом шоке, наконец оттаял и посмотрел на силуэт Горди.

— Что это сейчас было? — вновь спросил маг тени. — У Дэнэса всё хорошо?

— За живое задели, — цыкнул полуэльф. — Дэнэс… он попал к нам не из академии, как я, и не по рекомендации кого-то из наших, как Шишир. Его завербовали со стороны. А до этого он полжизни был наёмником.

— Наёмником? — переспросил Лайт.

— Да, — подтвердил Шишир с хмурым видом. — Его отряд назывался «Железный щит». Несмотря на глупое название, люди Дэнэса были закалёнными ребятами. Участвовали во многих локальных стычках, занимались охраной караванов и замков. Одним словом, были настоящими солдатами удачи, с кодексом, принципами и табу. Те же рыцари, только вольнонаёмные.

— Даже так, — с усмешкой сказал Лайт. — И как же человеку, что завербовал его в плащи, удалось убедить его бросить это дело? Неужели предложили условия получше?

— Когда его вербовали, всего его товарищи были уже мертвы, — тускло ответил Горди. — Его отряд предал человек, что нанял их. Дэнэс со своими людьми должен был разобраться с крупной шайкой бандитов, что грабили земли одного герцога. С бандитами они разобрались, пусть и не без проблем. Потеряли в той стычке шесть человек. Когда они вернулись в поместье за оплатой, на них напали люди герцога. Дэнэс чудом смог выбраться из поместья, а после и из города. Из его отряда остался только он один.

Лайт стиснул зубы, проклиная себя за необдуманные слова. Маг тени не знал ни о судьбе Дэнэса, ни о чей-либо еще в собственном отряде, и это несмотря на то, что они вместе уже долгое время. Это незнание уже раз привело к тому, что Шишир чуть не расправился с Нойрой из-за конфликта с И.К.А.Р. Теперь, не зная о судьбе Дэнэса, Лайт с усмешкой заговорил о, казалось бы, пустяковом конфликте. Как оказалось, для Дэнэса это было крайне важно и очень лично, и именно поэтому он был готов вступить в драку с наглым незнакомцем. Была задета не только его честь, но и честь павших товарищей.

— Я не знал, — прошептал Лайт, уронив голову на грудь.

— Мало кто знает о его прошлом, — спокойно ответил Шишир. — Самое главное, что ты не сказал это при нём. Иначе, боюсь, ты бы тоже не избежал его гнева, несмотря на то что ты его командир и маг, способный в секунду убить его, просто окунув в тень.

— Я бы никогда этого не сделал! — неожиданно для себя выкрикнул маг тени, но быстро остыл и вновь опустил голову. — Как звали того герцога?

— Хочешь объявить ему поединок за честь Дэнэса? — с тенью улыбки спросил Горди.

— Просто хочу знать.

— Хирон отэр Аласай, — после недолгой паузы ответил полуэльф. — Хозяин замка Бихор, страж южной границы Альвирии. Он и его люди выступают второй линей обороны после Башни Природы, что возле Цепей великана, гор, что разделяют Альвирию и страну ящеров, — Горди внезапно замолчал, а на лице появилась тень задумчивости.

— Шел-Тор-Зод, — подсказал Шишир. — Дословно это означает «Право на жизнь», — сказав это, он посмотрел на Лайта. — Когда-то эта страна тоже была частью Альвирии, но уже больше века она отдана ящерам, за годы рабства и…

— Я знаю, — кивнул Лайт. — Мне рассказывали об этом в Башне.

— Приятно слышать, — с ухмылкой сказал ящер. — Хоть кто-то знает историю моего народа.

— Ладно, — протянул Горди, вставая со скамейки. — Я думаю, нам пора выходить. Стоит найти Дэнэса, пока он не натворил глупостей. Он, конечно, уже остыл, но кто его знает. Этот тип сильно его задел, пусть и не специально.

Лайт кивнул и попытался встать, но внезапно стал заваливаться. На помощь пришёл Шишир, стоявший рядом и ухвативший командира за руку.

— Ногу-то верни на место, — с улыбкой сказал ящер.

Лайт недовольно цыкнул. За разговорами он совсем забыл, что его имитация пропала, а он так и не вернул её на место. Подняв правую руку, сосредоточил внимание на тени ящера и притянул её к своему обрубку. Спустя пару секунд нога снова была целой, правда, ниже колена выглядела довольно бледной, словно бескровной.

— Главное, чтобы тот мужчина ушёл, — вставая в полный рост, сказал Лайт. — Иначе беда будет.

— Думаю, он давно ушёл, — хмыкнул Шишир. — Он явно понял, что не справится с Дэнэсом, вот и сбежал.

***

Дэнэс, с счастью остальных, нашёлся в «Железном молоте». Он одиноко сидел за столом, напротив него стояла бутылка «Медовый нектар» и тарелка с мясным ассорти.

— Ты как? — спросил Горди, присаживаясь за стол товарища.

— Пойдёт, — буркнул Дэнэс.

— А если серьёзно? — заговорил Шишир.

— Я же сказал, что нормально, — злобно пробурчал бывший наёмник. — Если мои руки не разбиты, и я не сижу за решёткой, значит, всё хорошо.

— Как скажешь, — ответил Горди и подал знак официантке, чтобы та принесла ещё три бокала.

Некоторое время компания сидела в тяжёлом молчании. Когда все распили по бокалу сладкой медовухи, Лайт вдруг понял, что должен что-то сказать. Он не знал, что именно, просто внутренний голос подсказывал ему, что сейчас именно он должен это сделать.

— Дэнэс, — заговорил Лайт, и дождавшись, когда мужчина поднимет на него глаза, продолжил. — Мне рассказали твою историю. Я мог бы выразить тебе соболезнования, только вот не хочу выглядеть глупо. Но извинения я всё же хотел бы принести. Я сидел рядом и никак не вступился за тебя, хотя вполне мог это сделать.

— Я что, похож был на даму в беде? — в глазах Дэнэса внезапно вспыхнул гнев. — Я и сам могу справиться со своими проблемами.

— Да, можешь, — спокойно кивнул Лайт. — Только вот какой тогда в нас смысл?

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился бывший наёмник.

— Мы не просто твои друзья, но и товарищи по оружию. Пусть никто из нас не давал никаких клятв, но мы все рыцари одного ордена. Если мы не будем вступаться друг за друга, какой смысл от этого названия? Я не знаю, как заведено в других орденах, но мне всегда казалось, что рыцари — это не только про справедливость и честь, но и про один за всех, и все за одного.

Дэнэс смотрел на Лайта с оторопевшим видом. По глазам было видно, что он впал в ступор и не знает, что нужно сказать в такой ситуации. Наконец, после минуты молчания, он усмехнулся.

— А ты прав, — сказал Дэнэс и хмуро оглядел всех за столом. — Хреновые вы товарищи, получается.

— Какие есть, — пожал плечами Горди.

Когда на всех лицах появились улыбки, Лайт понял, что в этот раз он сказал всё так, как было нужно. По крайне мере, он смог отвлечь Дэнэса от дурных мыслей, а что касается душевной раны, то здесь поможет только время.

«Теперь я понимаю, что пыталась сказать Кора, — подумал маг тени, отпивая из бокала. — Нужно учиться понимать момент. Иначе можно отступить там, где следовало действовать».

ГЛАВА 8. ПОСЛАННИК

На следующий день Лайт решил составить компанию Нойре, которая собиралась заглянуть в книжную лавку. Приметила девушка ее днём раньше, но из-за большого количества покупок не смогла зайти. Вместе с ними пошли Кора и Карина. Остальные члены отряда остались в трактире.

На улице царила прохлада, дул неприятный ветер. Лайт застегнул все пуговицы на куртке, закутался в плащ, но это мало спасало. Карина чувствовала себя вполне комфортно, а вот Нойра полностью разделяла взгляд Лайта. Она шла с хмурым видом, ругаясь каждый раз, когда порыв ветра ударял ей в лицо. Кора, будучи живой тенью, никакого дискомфорта вообще не ощущала, ей были безразличны что жара, что холод.

Книжная лавка находилась довольно далеко от трактира — почти другой конец города. Но даже так Лайт был рад прогулке, несмотря на холод. Это было лучше, чем наедать или отлёживать бока в трактире.

— Так что именно ты хочешь найти в лавке? — поинтересовался маг тени у Нойры.

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Для меня такие места — лотерея. Никогда не знаешь, что можешь найти на полках. Иногда продавцы даже не подозревают, насколько ценные экземпляры продают за гроши.

— И часто ты находишь недооценённые рукописи?

— Один раз было, — чуть подумав, ответила Нойра. — Это было в Трантсе, что в стране Барст. Я зашла в лавку за пергаментами, потому что свои забыла дома, и случайно наткнулась на труд алхимика Балебалая «На пути к вечной жизни». Книга довольно редкая, но многие считают, что там написан бред старого маразматика, что к закату своей жизни сошёл с ума.

— Он пытался добиться бессмертия? — приподняв брови, спросил Лайт.

— Что-то вроде того, — кивнула Хонкс. — Только, как ты понимаешь, у него не вышло. Зато на пути к своей мечте он сделал много других открытый, а также выдвинул множество гипотез, часть которых удалось доказать. Как по мне, дураком он не был ни в молодости, ни в старости.

Книжная лавка располагалась в небольшом светло-сером здании и носила название «Перо и чернила». Когда Лайт прошёл туда вслед за Кариной, он сразу почувствовал запах благовоний, настолько резкий, что не смог сдержаться и несколько раз чихнул.

— Всё ясно, — фыркая, сказала Карина, зажимая нос рукой. — Я подожду вас на улице.

— Понимаю, — сказал маг тени, морща нос. — Не уверен, что я продержусь дольше.

Пройдя чуть дальше в помещение, Лайт наконец заметил источник запаха. Он исходил от небольшой лампады, что стояла на стойке в дальнем углу. Лампада источала довольно яркий свет, несмотря на скромные размеры, и разносила по небольшому залу резкий запах каких-то трав и масел.

— Добрый день, — раздался голос откуда-то слева.

Повернувшись, Лайт увидел пожилую даму. Женщина была стара: морщинистое лицо, дряблая кожа, выпирающие вены на руках, проредившаяся причёска пепельных, некогда длинных волос. Ей было глубоко за семьдесят, но несмотря на это, улыбка и глаза говорили, что она всё ещё полна сил. Одета женщина была под стать возрасту. Плоские туфли, свободное серое платье в пол с длинными рукавами, а также вязаный платок на плечах.

— Добрый день, — поздоровалась Нойра с улыбкой. Лайт и Кора лишь учтиво склонили головы в знак приветствия.

— Редко ко мне заходят столь молодые люди, — сказала женщина, и уголки губ натянулись в улыбке, делая морщинистое лицо ещё более неровным. — Моё имя Тильма. Чем я могу вам помочь?

— Мы бы хотели просто осмотреться, — ответила Хонкс. — Я ещё вчера заметила вашу лавку, но не смогла зайти.

— Осмотритесь, — небрежно махнула рукой Тильма. — Если что, я буду у себя в уголке. Я знаю все книги, что у меня есть, так что спрашивайте, подскажу.

С этими словами хозяйка направилась к своей стойке, а Лайт и остальные разошлись по магазину в разные стороны. Маг тени без особого энтузиазма начал ходить между полок, изучая невзрачные серые корешки. Любовные романы, приключенческие повести, трактаты корифеев древности и современности. Одним словом, ничего, за что мог бы зацепиться глаз обычного человека. Несколько книг, которые приглянулись Лайту своими названиями, и которые он хотел купить в дорогу, после короткого ознакомления оказались неимоверно скучным чтивом, так что он вернул их на место.

— Лайт, — раздался голос Коры где-то между рядами. — Подойди, пожалуйста.

Найдя свою хранительницу в соседнем ряду, он увидел её с книгой в руках и задумчивым лицом.

— Что-то интересное? — с любопытством спросил маг тени.

Вместо ответа Кора протянула Лайту книгу, которую держала в руке. Маг тени принял рукопись, повернул её обложкой к себе… и замер.

«Первый архимаг короля. История Адриета Аделари. Автор: Шагнай Интэр».

— Это, — не своим голосом прошептал Лайт, — книга о твоём отце?

— Да, — тихо ответила хранительница, на лице которой отразилось лёгкое потрясение. — Я даже не знала… что о нём кто-то писал.

— Видимо, истории о нём ходят не только в Альвирии, — ответил маг тени с улыбкой.

Подойдя к стойке, за которой сидела госпожа Тильма, Лайт положил книгу перед ней.

— Откуда она у вас? — спросил маг тени.

— Эта, — женщина глянула на название, и на лице ее появилась тень улыбки. — Кажется, мне её подарил один из путников, что проезжал через наш город. Он нашёл на полках какую-то книгу, что интересовала его, но она была в ужасном состоянии. Я решила, что такой экземпляр не может ничего не стоить, и решила просто отдать его ему, он запротестовал. У всего есть цена, сказал тогда он. И предложил эту книгу в обмен на ту, что выбрал. Он сказал, что она ему не принесла той пользы, на которую он рассчитывал.

— Вот как, — с задумчивым видом протянул маг тени. — Сколько вы хотите за эту книгу?

— Она уже много лет стоит у меня на полках, и никто ею ни разу не интересовался, — Тильма тихо рассмеялась. — Она досталась мне даром, так что, я думаю, и вам она должна достаться так же. Нельзя нарушать баланс вселенной.

— Она досталась вам не даром, — покачал головой Лайт. — У вас был обмен, и я прошу того же. У меня нет книг, что могут быть вам интересны, но есть деньги, что помогут купить лишний кусок хлеба, чтобы вы могли прожить ещё один день в сытости.

— Приятно, что ты так заботишься о незнакомой старухе, — хозяйка вновь рассмеялась. — Раз ты говоришь о куске хлеба, то пусть он и будет ценой. Напротив как раз есть хорошая пекарня. Не будет ли тебе в тягость туда сходить?

— Не будет, — покачал головой Лайт и улыбнулся.

Выйдя из магазина, маг тени увидел Карину, сидевшую на лавочке неподалёку. Она подставляла лицо двум светилам несмотря на то, что они сегодня не отличались теплом. Увидев командира в одиночестве, она нахмурилась, встала и подошла к нему.

— Где остальные? — спросила кошка.

— Всё пропало, — тускло ответил маг тени. — Их вязли в заложники, и требуют выкуп.

— Чего? — в непонимании протянула Карина.

— Всё так, — с каменным лицом кивнул Лайт. — Либо хлеб, либо всех в расход.

Кошка посмотрела на командира так, как смотрят на сумасшедших, отчего он не выдержал и улыбнулся.

— Хозяйка попросила хлеб купить, — ответил маг тени. — Другой валюты она принимать не хочет.

Карина ещё раз косо поглядела на Лайта, но воздержавшись от комментариев, пошла за ним к зданию напротив. Лайт купил пожилой женщине не только хлеба, но и другой выпечки, которая могла понравиться даме её возраста. Выйдя из пекарни, маг тени почти дошёл до книжного магазина, как внезапно почувствовал чей-то пристальный взгляд на своём затылке. Медленно обернувшись, он увидел крепкого мужчину лет тридцати, что пристально смотрел на него. Приятные черты лица, рыжеватого оттенка волосы, уложенные на левую сторону, цепкие глаза цвета шоколада, поджатые тонкие губы, мускулистая шея, на которой висела цепочка с мелким плетением. Одет мужчина был довольно прилично и даже стильно. Жёлтая рубашка с длинным рукавом, утеплённая мехом жилетка оливкового цвета, зауженные брюки и туфли с круглым носком, начищенные до зеркального блеска. Опрятная внешность неизвестного и красивый наряд говорили о том, что он не из бедных, но на очень богатого всё же не тянул. Лайт ещё раз осмотрел мужчину с ног до головы, но так и не вспомнил его, хотя тот, судя по взгляду, Лайта узнал.

«Почему он так пристально смотрит на меня? — промелькнула мысль в голове мага тени. — Мы с ним где-то уже встречались?»

— Интересно получается, — с едкой ухмылкой сказал мужчина, направляясь к Лайту неспешным шагом. — Вчера ты мне рассказывал о том, как медведю на зуб попал, а сегодня уже цел и невредим.

Лайту стоило больших усилий не выдать своего удивления. Он не смог узнать мужчину внешне, потому что видел его накануне в плотной дымке пара, но голос… это он вчера был с ними в парилке, и именно он вывел Дэнэса из себя.

— Вы следите за мной? — с каменным лицом спросил Лайт.

— Дел у меня других нет, — фыркнул мужчина. — Шёл по своим делам и случайно увидел бывшего калеку. Вот и стало интересно.

— Как по мне, вы чрезмерно любопытны, — ответил маг тени с ноткой холода в голосе, и посмотрел в глаза мужчины, где явно играла насмешка. — Это самый обычный протез, чтобы не бегать по городу с костылями.

Мужчина медленно опустил глаза вниз, несколько секунд изучал ногу собеседника, а после вновь поднял взгляд.

— Недурная работа, — протянул он. — Почти не отличишь от настоящей. Думаю, такая штучка стоит немало, ведь её явно сделал искусный человек, — он несколько секунд помолчал, а после вновь спросил. — И всё-таки, как так вышло?

— Что именно? — с раздражением спросил маг тени.

— Вы можете позволить себе столь дорогую вещь, но одеты столь… безвкусно.

— А вам, как я замечу, язык жмёт? — внезапно вступила в разговор Карина, на лице которой появилась тень гнева.

Мужчина с лёгким удивлением повернулся к кошке и оглядел её.

— Какие грубые слова для такой фигурки, — на лице его появилась странная улыбка. — Мы случайно не встречались с тобой в доме терпимости? Кажется, ты…

Лайт не успел заметить, как Карина выпустила когти на правой руке, и они устремились к лицу мужчины. Но его больше удивила не молниеносная атака кошки, а то, как ловко увернулся от резкого выпада неизвестный. Ещё секунду назад он стоял рядом с Лайтом, и вот уже отступил на три шага назад.

— Какая резвая, — невозмутимо заметил он, — но, кажется, я ошибся. Таких вспыльчивых в подобных местах явно не держат. Приношу вам свои извинения.

— Вы, кажется, куда-то шли? — с металлом в голосе заметил Лайт, вставая между разгневанной Кариной и едким на язык мужчиной.

— Именно, — кивнул он и оскалился в улыбке. — Всего хорошего.

Наглец двинулся дальше по улице, но теперь уже ему в спину смотрели напряжённые взгляды Лайта и Карины.

— Что это за придурок? — прорычала кошка.

— Понятия не имею, — ответил маг тени. — Только именно он вчера вывел из себя Дэнэса в парилке.

Карина приподняла брови и посмотрела в сторону, куда ушёл мужчина.

— Надменный и самоуверенный придурок, вот он кто, — сказала Карина, но после уже спокойным голосом добавила. — Только вот, кажется, прицепился он не просто так.

— В каком смысле? — нахмурился маг тени.

— Ты же заметил, что он увернулся от моего удара? — кошка повернулась к командиру. — Он сделал это слишком непринуждённо, словно намного быстрее меня. Простой человек такого бы сделать не смог.

— Возможно, — кивнул Лайт. — Ладно, пусть катится куда подальше. Завтра нас уже здесь не будет.

***

Весь вечер Кора провела с книгой в руках. Лайт почти никогда не видел, чтобы его хранительница была столь заинтересована чем-то. Когда они вышли из книжной лавки, по лицу Коры было видно, что она благодарна Лайту за эту покупку. Нойра, так и не нашедшая ничего для себя полезного, с интересом посмотрела на книгу, что купил Лайт.

— «Жизнь Аделари»? — удивлённо протянула она. — Чем тебя заинтересовала эта скучная биография?

— Я люблю историю, — ответила Кора. — Это можно назвать моим хобби.

— Вот как, — протянула Хонкс с удивлёнными глазами. — И какую историю ты конкретно изучаешь?

— Историю великих магов, — ответила хранительница и сдержано улыбнулась. — Даром аспекта я не наделена, но мне всегда были интересны деяния великих магов.

— Если хочешь, я могу написать названия парочки книг, которые будут поинтереснее этой, — предложила Нойра. — Там больше рассказывается про сами аспекты, нежели про жизнь человека, пусть и архимага королевства.

— Напиши, — согласилась Кора. — При случае я обязательно ознакомлюсь и с ними тоже.

Пока хранительница неотрывно изучала забытую историю своего отца, Лайт занимался экспериментами с тенями. Несмотря на то, что он покинул Башню, своё обучение он не приостановил. По дороге до Ищейна Кора обучала Лайта манипуляциям с тенями, а остальные в отряде выступали в качестве добровольных подопытных. Несколько раз Лайт проводил спарринг с Кариной, но кошка, благодаря нечеловеческой реакции и большому опыту в использовании своего аспекта, выходила победителем каждый раз.

Сейчас же, когда к ним присоединилась Нойра, такую практику пришлось приостановить. Лайт не хотел лишний раз демонстрировать свой аспект, боясь неоднозначной реакции и града вопросов, на которые он может не найти ответов.

Сидя на кровати, маг тени притянул к себе тень шкафа, а после заставил её вырасти в человеческий рост. В ходе практики и разговоров со своей хранительницей Лайт усвоил одну вещь. Тень — это глина, из которой можно слепить всё, что угодно. По сути своей, маг тени мог сделать из множества теней целый замок, только вот он бы умер от истощения ещё до того, как сформировалась бы хоть одна башня такого замка. Пусть тень и глина, но на манипуляции с нею уходят силы мага. Чем сложнее и больше объект, тем больше сил. Соткать из теней маленькую мышку и заставить её вести себя естественно ничего не стоит, но вот слепить из тени дракона и заставить его сражаться на своей стороне будет в сотни раз труднее.

Когда Лайт полностью сформировал тот образ, что хотел бы видеть, он прошептал слова, и тень начала преображаться. Несколько секунд тень сужалась в одном месте, расширялась в другом, выпускала отростки и убирала их. В конечном счёте, когда тень замерла, возле кровати Лайта стояла его полная копия. Он смотрел на своего двойника, и по спине пробегал странный холодок. Пусть маг тени и пытался придать своей копии все свои черты и особенности, но тень оставалась тенью. Глаза двойника были пустыми, лицо мертвецки спокойным, а кожа была немного бледнее, чем у оригинала.

Лайт отдал своей копии мысленный приказ, и та подошла к столику, на котором стоял графин с водой. Двойник плавными движениями налил воды в стакан и поднёс своему создателю. Забрав стакан, маг тени махнул рукой, и его двойник бесформенной чёрной кляксой растёкся по полу, а после вновь стал тенью шкафа.

— Настолько лень всё делать? — раздался комментарий Коры.

— Нет, — отпив воды, ответил Лайт. — Решил немного потренироваться.

— Понятно, — ответила хранительница.

Когда в комнате вновь повисла тишина, маг тени решил спросить.

— Как книга?

— Скучная, — ответила Кора, шурша страницами. — Нойра была права. Здесь и вправду нет ничего занимательного, лишь о жизненном пути господина Аделари. Где родился, как рос, как стал архимагом и что делал на своём посту, — она ненадолго замолчала, но после тихо добавила. — Здесь есть глава о моей матери… и обо мне.

— Что пишут? — с неподдельным интересом спросил Лайт.

— Что моя мама умерла при родах, — тускло ответила хранительница, — и что после этого отец всю жизнь проявлял ко мне чрезмерную заботу. Как считает автор, порой он довольно сильно перегибал палку в опеке надо мной. Он предполагает, что потеря супруги сказалась на нём, и проявляя столь большую заботу обо мне, он хотел… залатать дыру в душе.

Повисло недолгое молчание. Лайт, ощущая всю тяжесть атмосферы, что повисла в комнате, не спешил ничего говорить. Он боялся в очередной раз сболтнуть что-нибудь лишнее.

— Вот, кстати, — сказала внезапно хранительница. — Несмотря на то, что отец оберегал меня от всего, чего только можно, автор почти сразу отмечает, что я, как маг, развивалась довольно быстро. Уже в пятнадцать у меня был хранитель, тогда как отец призвал его только в восемнадцать.

Когда Кора подняла глаза на Лайта и увидела на его лице растерянность, она лишь усмехнулась.

— Только не говори, что хочешь выразить соболезнования. Если ты забыл, я, мой отец и моя мать давно мертвы. Не знаю, была ли моя мама магом тени, но думаю, что с отцом мы не раз встречались в царстве мрака. Так что переживать за судьбы людей, которые умерли сотни лет назад, довольно глупо.

— Но ты же сейчас здесь, — ответил Лайт тихим голосом.

— Я лишь сознание в оболочке из тени, — спокойно пояснила Кора. — Живой меня назвать трудно, но и мёртвой я себя не считаю.

— Как скажешь, — сухо ответил маг тени.

— И всё же спасибо за заботу, — тихо отозвалась хранительница, вновь опуская глаза в книгу.

***

На следующее утро Лайт со своими товарищами собрались в большом зале вместе со сложенными в дорогу вещами. Пока ждали завтрак, Горди достал из сумки карту и разложил её на столе.

— Насколько я понял, у нас есть два пути, — полуэльф провёл пальцем по карте. — Поехать на юго-запад, через вот эту деревушку, а после двигаться на запад. Либо поехать в северо-западном направлении в сторону Бойра, а уже после идти вдоль реки.

Нойра, сидевшая рядом с Кариной, чуть приподнялась на стуле и хмуро глянула на карту.

— Где вы взяли этот… рисунок? — спросила девушка.

— Купил, — сухо ответил Горди, а после хмуро глянул на Дэнэса и Шишира, прикрывавших улыбки кулаками.

— Не советую вам идти этим путём, — Хонкс указала на юго-западную деревню. — У вас здесь не указано, но если идти от неё на запад, вы нарвётесь на пограничную крепость. Местные солдаты не очень любят, когда рядом с их укреплениями ошиваются посторонние.

— А если обойти? — спросил Лайт задумчиво.

— Получится большой крюк, — пожала плечами Нойра. — Вы так и так выйдете к Змеиной реке. Лучше уж не рисковать и сразу идти через Бойр.

— Логично, — кивнул Горди, изучая «рисунок». — Тогда предлагаю так и поступить. Дойти до Бойра, а после по Змеиной пройти уже до Каниса.

На это предложение все молчаливо кивнули. После завтрака путники отправились в конюшню, где их уже дожидался конюх.

— Хозяин сказал, что вы сегодня уезжаете, — сказал Нарад, выводя из стойла Ритшша, гнедого жеребца Шишира. — Я и взял на себя смелость подготовиться заранее.

— Спасибо вам, — кивнул ящер, поглаживая бок своего коня.

— Вы-то как, сходили к нам в купальни? — спросил конюх, посмотрев на Лайта.

— Сходили, — кивнул маг тени. — Замечательное место. Если будем в ваших краях, обязательно заглянем ещё.

— Ага, заглянем, — пробурчал Дэнэс, беря поводья своего чалого жеребца Ули.

Лайт искоса глянул на товарища, но ничего говорить не стал.

— Ну вот и славно, — улыбнулся Нарад полубеззубой улыбкой.

Выехав за городские стены, отряд разбился на группы и рысью двинулся на запад. Погода была не такой холодной, как вчера, но всё равно чувствовалось, что осень добралась и до этого края. Лайт заметил, что времена года здесь были по большей части условными. Иномирцу стоило больших трудов разобраться с местным порядком исчисления времени, а также с тем, на какие периоды разбивается местный год.

Всё зависело от того, в какой стране и климате ты находишься. Если брать Альвирию, то когда Лайт покидал башню, был период ветров. Баш и Наул дают мало тепла, становится холоднее. Одним словом, типичная осень. Иногда, несмотря на то что до периода мороза было ещё далеко, мог выпасть мелкий снег, но быстро растаять. В Альвирии это время называли ещё временем Цизгеса, бога смерти и увядания. Это сравнение Лайту нравилось больше, несмотря на жуткий смысл, ведь оно лучше всего отражало то, что творилось с миром в это время года.

Когда Лайт с товарищами прибыли в Йондур, он отметил, что здесь куда теплее, и осень не так заметна. Но теперь, когда они забрались дальше вглубь страны, маг тени вновь ощутил дыхание осени. Ветра становились всё сильнее, а воздух — холоднее. Проезжая по тракту мимо полей, он видел, что трава жухнет, а значит, в скором времени и вовсе исчезнет до следующей весны.

— Ты поедешь с нами до Бойра? — спросила Карина у Нойры.

— Не думаю, — покачала головой Хонкс. — Я покину вас завтра утром, если мы успеем добраться до леса. Ваша дорога пройдёт через него, моя поведёт меня на север, через Менос.

— А что мешает тебе поехать с нами? — нахмурившись, спросила кошка.

— Чтобы добраться до Янкуса, мне нужно обойти Змеиную реку, а это сделать довольно сложно. Мостов через неё нет, а ближайший обходной путь проходит по северной границе.

— Нет мостов? — переспросила Камира, ехавшая рядом. — Как так вышло?

— Янкус расположен очень удачно со стратегической точки зрения, — пояснила Нойра. — Его со всех сторон окружает широкая река, а единственный путь до столицы ведет через северный берег. Чтобы не терять это огромное преимущество, ещё первым королём Йондура был принят указ, что на реке Змеиной никогда не будет мостов.

— А как же простым людям туда попадать? — изумлённо спросила Карина.

— Если это простые путники, то есть множество переправ. Если это торговцы, то только обходить, другого пути нет.

— А если, к примеру, войску королевства будет нужно куда-то добраться, или срочному посланнику? — с усмешкой спросил Дэнэс, ехавший впереди.

— Путь тот же, — пожала плечами Хонкс. — Либо переправа, либо в обход. Дорога для всех одна. Это главное преимущество и недостаток Йондура.

Дэнэс странно фыркнул, но комментировать ничего не стал. Они продолжили разговор на другую тему, но о чём говорили, Лайт уже расслышать не мог.

Очередная ночёвка застала их посреди дороги. Маг тени и его спутники немного углубились в поле дикой пшеницы и встали там лагерем. Пока Камира возводила деревянные шалаши, Лайт занимался лошадьми, а остальные раскладывали вещи и готовились к ужину.

— Так значит, завтра ты нас покинешь? — спросил Шишир, глядя на Нойру.

— Да, — кивнула девушка. — Моя дорога лежит на север. Чем раньше я туда поверну, тем больше шанс, что не проеду мимо Меноса.

— Что будешь делать после того, как посетишь Янкус? — поинтересовался Горди.

— Вернусь домой, — пожала плечами Хонкс. — Мне обещали отпуск после того, как я здесь закончу. Смогу съездить до родителей, поведать их.

— Вы живёте не в одном городе? — удивился полуэльф.

— Раньше жили, — кивнула Нойра. — Но потом отца вдруг потянуло на земледелие. Родители оставили мне дом в Айдуне, а сами перебрались в деревню. Теперь держат там скотину, огород, — на лице девушки появилась улыбка. — Никогда прежде я не видела отца таким счастливым. Кажется, ухаживать за курами ему нравится куда больше, чем работать с бумагами.

Сидя под ночным небом и глядя на значительно округлившийся Юнитор, Лайт вновь ощутил то самое чувство неподдельной свободы, которое успел позабыть за дни, проведённые в городе. Они пробыли в Корнсе всего пару дней, но маг тени вдруг осознал, что стены домов начали на него давить. Никогда прежде Лайт не испытывал ничего подобного в городе. Ему не нравилась городская суета, но в стенах дома он всегда чувствовал себя в безопасности. Сейчас же, когда он прошел долгий путь, его мировоззрение внезапно изменилось. Открытое поле, костёр и свежий воздух стали для него куда приятнее, чем каменные коробки с толстыми стенами.

Когда Лайт потянулся за очередной порцией мяса, что томилось в котелке, он заметил краем глаза, что Карина ведёт себя крайне обеспокоенно. Он повернулся к ней и увидел, что она, не моргая, смотрит в одну точку где-то во тьме.

— Что с тобой? — осторожно спросил маг тени.

— Там… кто-то есть, — неуверенно протянула кошка. — На лошади… движется к нам.

— Путник? — спросил Горди, посмотрев в ту же сторону, что и Карина. — Может, он просто хочет попросить погреться у костра, или еды?

— Может, — ответила Карина, но её тело оставалось напряжённым.

Спустя пару минут Лайт тоже смог различить чей-то силуэт. Он был ещё далеко, чтобы хоть что-то о нём сказать, но света костра вполне хватало, чтобы увидеть, что он один и на лошади. Конь двигался медленным шагом, руки мужчины держали поводья. Сумок, оружия или чего-то такого, что обычно брали с собой в дорогу, Лайт не заметил.

«Странно, — отметил маг тени, чувствуя, как его лева нога ниже колена внезапно заныла. — Слишком лёгкая поклажа для дороги, даже для ближней».

Когда всадник подъехал достаточно близко к костру, и пламя выхватило черты его лица… первой с места вскочила Карина, её лицо моментально исказилось в свирепом оскале. Спустя секунду на ногах уже были Дэнэс и Лайт. Остальные в непонимании смотрели то на всадника, то на своих товарищей.

— Знакомые всё лица, — с ухмылкой протянул мужчина, одетый в свободного кроя штаны, кофту с длинными рукавами и кожаную жилетку, усеянную десятками клёпок. — Кого только посреди ночи не встретишь.

— Ты… — прорычала Карина, и на лице ее отразился гнев.

— Я, киска, я, — отмахнувшись, ответил мужчина и спрыгнул с коня. — А я думал, ты раньше меня признаешь. Видимо, я переоценил твои способности.

— Кто это? — спросила Нойра, медленно поднимаясь на ноги.

— Тот урод, что донимал нас в парной, — прошипел Шишир, разминая шею. — Я не видел его лица, но узнал голос.

— И это тот же тип, который пристал к нам у книжной лавки, — процедил Лайт, глядя в насмешливые глаза мужчины. — Какого демона ты забыл здесь?

— Разве нужен повод, куда-то отправиться? — с невинным лицом спросил он. — Я просто ехал по дороге и случайно наткнулся на старых знакомых.

— Случайно, — зло усмехнулся маг тени. — Я мог поверить в случайность в городе, но не посреди поля именно в тот день, когда мы покинули город. Кто ты?

— А я разве ещё не представлялся? — наигранно удивился мужчина и исполнил шутовской поклон. — Моё имя Янрик Чвист.

— И чего тебе надо от нас, Янрик, — спокойно спросил Горди, следя за каждым движением мужчины.

— Мне? Ничего, — усмехнулся Чвист. — Но вот тем хмурым фанатикам, что меня наняли, нужна голова, — рука Янрика медленно поднялась, и его палец указала на Лайта. — Вон того симпатичного мага тени, — на лице мужчины прорезалась дикая ухмылка. — Никогда прежде не доводилось охотиться на таких, как он. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

ЧАСТЬ 2. ЗАБЫТЫЙ РОД. ГЛАВА 1. БЫСТРЕЕ МОЛНИИ

Идёт молва по белу свету:

Родился тот, за кем придут

Все силы тьмы, их слуги и все бесы

Его отыщут, всех убьют!

© Каменные — Ангел — Чёрт

Слова о маге тени эхом звучали в ушах Лайта. Этот человек, что так внаглую приехал в их лагерь, не просто знал о том, что потерянный аспект возродился, но и был прекрасно осведомлён о том, кто именно им обладает. Он быстро осмотрел Янрика, пытаясь оценить его. Поза свободная, даже расслабленная. Оружия нет, карманы жилетки тоже пусты, но при этом он обладает отличной реакцией. Небольшая стычка с Кариной в городе это прекрасно показала. Он не выглядел таким сильным, как Дэнэс или Шишир, но при этом был уверен в себе. Насмешка в его взгляде говорила об этом напрямую. Получается, его сила не в боевых навыках. Таким образом, напрашивались два варианта. Либо Янрик был не один, и его сообщники скрывались где-то неподалёку. Либо он — владелец аспекта, и судя по его нахальному поведению, владеет им как минимум отлично. Оценив ситуацию, Лайт всё же склонился ко второму варианту.

— Мне не нужны ваши головы, — нарушил звенящую тишину убийца, осматривая собравшихся у костра. — Мне заплатят только за голову вон того парнишки. Отдайте его, и я спокойно уеду.

— Ты, кажется, счёту не обучен, — процедил Дэнэс, медленно приближаясь к своему мечу, что лежал в пяти шагах от него. — Нас здесь куда больше.

— Да, я вижу, — невозмутимо ответил Янрик. — Только вам это никакого преимущества не даст.

В звенящей тишине внезапно раздался треск. С каждой секундой он нарастал, становясь всё более оглушительным. Вместе с треском, по телу Янрика стали пробегать жёлтые всполохи. Когда гул достиг своего пика, тело убийцы окутали тысячи крохотных искр молний.

— Можете все разом наброситься, — равнодушно сказал Янрик, разминая пальцы на руках. — Либо же кто-то один может бросить мне вызов. Голова мага тени так и так будет моей.

Лайт услышал, как выругался Дэнэс, как зло зашипел Шишир. Остальные хранили молчание. Все в отряде прекрасно знали, чем опасна магия молнии. Этот аспект имел лишь одну слабость: чтобы им пользоваться, маг должен копить внутренний заряд, а уже после распоряжаться им на своё усмотрение. Магия молнии может не только вывести противника из строя, заставив его биться в страшных судорогах, но и мгновенно убить, если направленный заряд будет достаточно сильным. Помимо этого, аспект даёт своему владельцу нечеловеческую скорость. И защиту — если человек окутает себя электричеством, как это сделал Янрик.

— Я ещё в городе хотела тебе язык подрезать, — прорычала Карина. — Теперь у меня есть прекрасный повод исполнить свою мечту.

Кошка размяла шею и сделала шаг вперёд. Вместе с тем, как она приближалась к убийце, её тело начинало источать тот же электрический свет, что и у Янрика. Гул от двух магов молнии был настолько тяжелым, что закладывало уши.

Карина не стала ни о чём предупреждать противника. Когда она оказалась в пяти шагах от него, с неимоверной скоростью рванула вперёд. Её лапы за доли секунды нанесли четыре размашистых удара, от которых обычный человек ни за чтобы не увернулся, но Янрик не был обычным. Он играючи ушел от всех атак кошки, словно она была для него в замедленной съёмке.

Когда Карина нанесла очередной град ударов, то внезапно присела и попыталась подбить ногу противника, но тот грациозно отпрыгнул назад и встал в вызывающей позе.

— Медленно, киса, — приторно прокомментировал Чвист. — Медленно.

Лайт услышал утробный рык Карины. Кошка выпрямилась, сжала кулаки, и искры, что пробегали по её телу, стали ярче и быстрее. Карина нанесла два удара, казалось — просто по воздуху, но молнии, что бегали по её лапам, сорвались с кулаков и устремились к противнику. Янрик, видимо, предугадав это, без особых усилий уклонился от атаки, но расчёт кошки был не на этот удар.

Лайт не успел моргнуть, а Карина уже оказалась возле Янрика и вновь осыпала его градом ударов. Убийца лишь на пару секунд потерял темп, но после с заметной ухмылкой продолжил уходить от каждого выпада кошки.

Когда Карина наносила очередной удар, Янрик не стал уклоняться. Он перехватил её лапу в считанных сантиметрах от лица, и на его губах появился оскал улыбки.

— Попалась, — сказал он.

Тело Карины внезапно неестественно выгнулось, глаза выкатились из орбит, а молнии, что окутывали её тело, стали угасать. Спустя всего пару секунд контакта с противником тело кошки корёжило в страшных судорогах, а из уголков губ потекла кровавая пена. Только теперь до Лайта дошло, что сила Янрика… превосходит силу Карины.

— Мразь! — не своим голос зарычал Шишир. — Отпусти её!

Янрик коротко глянул на ящера, и к общему удивлению, тут же выпустил лапу Карины. Кошка упала на землю, продолжая сотрясаться в конвульсиях.

— Я сказал, что ваши головы мне неинтересны, — хмыкнул Чвист, оглядывая поверженную противницу. — Я хочу лишь того мальчика, и больше никого.

— А за воротник тебе не завернуть, — грозно осведомился Дэнэс, идя в сторону убийцы вместе с Шиширом. — Я тебе твои хочу по самое…

Внезапно возле бывшего наёмника и ящера возникла Кора и властным жестом остановила их.

— Вы с ним не справитесь, — холодно сказала хранительница, оглядывая их. — С ним не справился маг молний, а вы ей в скорости значительно уступаете.

— Отойди, — прорычал Шишир. — Я, может, и не быстрый, но сил…

— Сила тебе не поможет, — с металлом в голосе оборвала его Кора. — Здесь нужна скорость.

— А эта красотка умные вещи говорит, — усмехнулся Янрик, всё ещё стоя над телом Карины и явно не собираясь делать первый шаг. — Только вот кто из вас сможет обогнать молнию?

Лайт поймал на себе взгляд хранительницы. Они смотрели друг на друга всего несколько секунд, а после Кора быстро опустила глаза и вновь подняла их. Маг тени сделал то же самое и понял, на что именно намекает его хранительница.

— Ты ведь хотел мою голову? — ровным голосом спросил маг тени, доставая из-за пояса свои рукояти. — Так вот он я, возьми.

Лайт и сам не верил, что говорит столь дерзкие слова тому, кто минуту назад всухую одолел Карину, что на спаррингах с магом тени ни разу не проиграла. Но вмешательство Коры и её взгляд заставили его кое-что понять. Никто в его отряде не обладает столь же большой скоростью и ловкостью, как Карина… и он сам. Если бы этот балабол подходил к делу более серьёзно, он, скорее всего, первым делом затушил бы огонь, тем самым лишив свою цель силы. Но он этого не сделал, а значит, на стороне Лайта были все тени вокруг костра, что сейчас горел достаточно ярко.

— Какие мужественные слова, — наиграно охнул Чвист и оскалился в улыбке. — Но отмечу твоё благородство. Не стоит жертвовать всем своим зоопарком, когда можно…

Едва Янрик ощутил, как его что-то коснулось, от тут же отскочил. Теневые марионетки не обладали большой скоростью, поэтому обхватить ноги шустрого охотника не успели, но расчёт Лайта был не на это. Он уже успел понять, что атаки в лоб с ним не сработают, поэтому решил действовать более осторожно.

Когда Чвист отвлёкся на чёрные руки, что лезли из-под земли, Лайт шагнул на тень и возник по левую руку от убийцы. Это было столь быстро и неожиданно, что на лице Янрика даже не успел отразиться испуг или удивление. Но, несмотря на столь молниеносное сближение, маг молний не стал открытой мишенью. Он и вправду обладал нечеловеческой реакцией. Чвист отвёл выпад одного из клинков в сторону скорее инстинктивно, чем осознано, а после неуклюже уклонился от укола второго.

Лайт не стал сбавлять темп: он сделал ложное движение правой, а после по короткой дуге нанес укол в живот. Янрик отвёл и этот удар, и сделал это куда увереннее, чем секунду назад. Эффект неожиданности прошёл быстро, и теперь маг молний был полностью сосредоточен на новом противнике.

Лайт неожиданно для себя вспомнил всё, чему его обучали в Башне. Выпад левой, шаг и короткий рубящий правой. Ложный замах, смена точки опоры и финт правой. Шаг, ещё шаг, выпад левой и тут же скользящий удар правой. Лайт наносил удары быстро и точно. Если бы его видел Бертал, то явно бы похвалил за искусную технику, только вот все приёмы не давали результата. Янрик раз за разом либо уходил от атак, либо отводил их в сторону голыми руками.

Когда Лайт сделал очередной выпад, маг молний грациозно отклонился чуть в сторону и перехватил руку противника.

— Попал…

Янрик не успел закончить фразу: рука, что он секунду назад крепко сжимал в своей ладони, внезапно исчезла, как и маг тени в целом. Убийца на секунду впал в ступор, явно не ожидая такого поворота. Когда он наконец почувствовал, что его противник возник у него за спиной, времени уйти от атаки не было.

Едва Лайт переместился за спину Чвиста, он тут же сделал выпад правой и наконец поразил своего убийцу. Лезвие пронзило правый бок мага молний, но не так серьёзно, как того хотел Лайт. Янрик успел немного сместить корпус, и чёрное лезвие пусть и глубоко, но не слишком серьёзно пропороло верхний слой кожи. Янрик зло зашипел и с нечеловеческой скоростью повернулся к Лайту лицом. В этот раз убийца не стал хватать своего противника. Он лишь поднял руку, чтобы ладонь смотрела на Лайта, и что-то коротко сказал. С оглушительным треском из его ладони вырвался ослепляющий поток жёлтого света, а спустя мгновение и разряд.

Лайт, попавший под неожиданную вспышку, на мгновение ослеп и не успел отступить на другую тень. Молния пронзила его тело. Каждая мышца мага тени сжалась до предела, тело изогнулось в болезненной конвульсии. Он невольно стиснул зубы, сильно прикусил язык, и по губам тут же побежала кровь. Лайт видел, что убийца готов нанести следующий удар, но был не в состоянии что-либо сделать. Его тело сковала судорога, не давая ему нормально управлять конечностями.

Удар коленом пришёлся Лайту в грудь. Несмотря на своё состояние, он всё же смог погасить часть удара. И всё равно было больно. Маг тени упал на спину, воздух из его лёгких почти весь выбило, и он негромко застонал.

— Славно, — держась за бок, прохрипел Янрик. — Другого от реликта я и не ожидал. Но теперь уже…

Лайт, лежавший на спине, прекрасно видел, как над головой Чвиста внезапно нависла тень. Маг молний, видимо, обладая отменным чутьём, смог почувствовать неминуемую смерть, даже стоя к ней спиной. В мгновение ока он оказался в десяти шагах от своей добычи, а туда, где он стоял секунду назад, обрушалась Кора.

Она приняла полузвериный облик. За спиной были крылья и хвост, руки заменили львиные лапы, ноги стали куда сильнее и быстрее.

— Долго ты, — прохрипел Лайт, пытаясь подняться.

— Давала тебе шанс, — ответила Кора.

Несмотря на то, что хранительница не обладала магией в полной мере, благодаря звериному облику она могла сравниться с раненым магом молний и в скорости, и в ловкости. В один могучий прыжок она оказалась возле Янрика и нанесла удар. В этот раз убийца уходил от атак уже не так ловко — сказывалась рана в боку. Попытки перехватить могучую лапу хранителя он тоже не предпринимал. Для него единственным вариантом было отступать и ждать момента.

Когда Кора сделала ложный замах лапой, Чвист ожидал удара другой рукой, и явно был к нему готов, но внезапно истошно вскрикнул: жало скорпиона вонзилось ему в левое плечо. Он попытался разорвать дистанцию, чтобы немного оправиться и восстановить дыхание, но Кора не дала ему такой возможности. Хранительница напирала, теснила того, кто хотел убить её хозяина.

Кора готовилась к очередному удару, когда Янрик неожиданно замер на месте. Когда лапа хранительницы почти достигла груди убийцы, она внезапно вздрогнула, оступилась и чуть не упала, кое-как устояв на ногах. Поначалу никто из наблюдавших не понял, что именно произошло. Лишь когда Чвист сделал шаг в сторону ошеломлённой хранительницы, стало заметно, что электрический свет вокруг него сделался куда ярче. Теперь его молнии образовали броню. Любой, кто прикасался к нему, получал сильный, но кратковременный разряд.

Янрик попытался нанести удар, как ему казалось, дезориентированному противнику, но хранительница без особых проблем увернулась от руки, окутанной молниями. Попыталась достать противника хвостом, но её тело вновь сковала секундная судорога. Она отступила на два шага, переводя дыхание. Убийца пока не спешил сближаться, ему эта передышка была нужна не меньше.

— А ты куда крепче, чем выглядишь, — усмехнувшись, сказал Янрик. — Обычно мои молнии вырубают людей, а ты держишься.

— А я не человек, — холодно сказала Кора. — Я лишь живая тень.

Чвист не успел до конца осознать смысл слов, а хранительница уже вновь прыгнула на него. Убеждённый, что его поле вновь защитит его, он не стал отступать. Лишь когда жало Коры по касательной задело его щёку, попортив ему симпатичное личико, во взгляде убийцы проступил ужас.

Со страхом в глазах он попытался отступить, а может, и сбежать, но теперь Кора, пересилив его защиту, усилила натиск. Янрик уклонялся всё так же уверенно, но уже не пытался строить из себя героя. Его движения стали скупыми и расчётливыми, вся грация и заигрывание бесследно пропали.

Когда поле боя сместилось в сторону лагеря, Кора удвоила натиск. Янрик, несмотря на свою хвалёную скорость, не в силах был провести хоть одну контратаку. Он был вынужден следить за ударами лап и хвоста, которые то и дело пытались обрушиться на него сверху.

Когда дуэлянты оказались возле костра, Кора, выждав момент, нанесла своими могучими лапами два прямых удара, заставив убийцу сместиться на тень одной из палаток, что была за его спиной.

— Давай! — крикнула хранительница.

Чвист, полностью поглощённый одним противником, перестал следить за окружением. Он понял, что его провели, но слишком поздно. Лайт, который давно оправился после удара молнией, внимательно следил за боем своей хранительницы и выжидал. Когда Кора начала теснить Янрика в сторону лагеря, где было больше всего теней, маг сразу понял её замысел. Едва убийца ступил на тень, Лайт поднял левую руку, что уже окутывал тёмный свет, и быстро сжал кулак. Тень под Янриком в ту же секунду увеличилась, выросла ему до плеч, а после сомкнулась на горле. Это произошло столь быстро, что даже маг молний не сразу понял, что оказался в ловушке.

Убийца выглядел испуганным и растерянным. Он попытался вырваться из чёрного кокона, но быстро понял, что не может. Чвист со страхом в глазах посмотрел на Кору, ожидая последнего удара, но вместо этого хранительница лишь довольно оскалилась и повернулась к своему хозяину, что медленно брёл в их сторону.

— За бой тебе три, за смекалку и реакцию твёрдая пятёрка.

— Ага, — кивнул Лайт и слегка скривился. — Только вот дневник дома забыл, уж прости.

***

Несмотря на кровавые пятна на рубашке, Карина чувствовала себя почти нормально. Благодаря тому, что она обладала тем же аспектом, что и её противник, она смогла погасить часть разряда, что прошёл через её тело. И всё-таки урон оказался существенным, мышцы по-прежнему то и дело сковывало судорогами.

Лайт отделался лёгким испугом. Молния, что прошла по его телу, была не особо сильной, как и удар, что пришелся в грудину. Небольшой синяк на груди и лёгкая дрожь по всему телу, которая, по заверениям Карины, должна пройти через пару часов.

— Спасибо вам, — тихо сказала Карина, пока Камира пыталась помочь ей своей силой. — Если бы не вы, он бы точно меня поджарил изнутри.

— Нам стоило среагировать раньше, — сказал Лайт, с печалью в глазах глядя на подругу. — Мне нужно было сразу ответить на его вызов.

— Чушь, — злобно сказал Дэнэс. — Мы должны были хотя бы попытаться тебя защитить, а в итоге просто смотрели, как вы…

— А вы разве моя охрана? — маг тени посмотрел на рыцаря. — Мы здесь все на равных условиях и правах. Вы пошли со мной добровольно и не должны рисковать собой из-за меня.

— Ты наш командир, — тусклым голосом напомнил Шишир.

— И от этого моя жизнь выросла в цене? — спросил Лайт.

Никто ничего не сказал, все лишь коротко глянули на командира и отвели глаза.

— У каждого из нас есть свои сильные и слабые стороны, — вмешалась в разговор Кора. — В этот раз ваши навыки оказались бесполезны, но зато на «Харибде» вы проявили себя куда лучше нас. Нужно уметь оценивать обстановку и давать шанс тому, кто больше подходит под те или иные задачи. В следующий раз, если он настанет, ваша сила может оказаться ценнее нашей.

Дэнэс и Шишир глянули на хранительницу, и на их лицах отразилось лёгкое смущение.

— Она права, — сказал Горди, сидевший рядом с Кариной и державший для неё флягу с водой. — Мы не всесильны. Если бы кто-то из нас полез на этого придурка, то всё могло закончиться чьей-нибудь смертью.

— Я не отрицаю правды, — сказал Дэнэс, нервно почёсывая затылок. — Просто чувствую себя… бесполезным и слабым.

— В данном случае так оно и было, — с усмешкой ответил полуэльф.

Пока все обсуждали случившееся, Нойра, которая спряталась в палатку, едва началась потасовка, пустым взглядом смотрела куда-то перед собой. Лайт украдкой глянул на неё, но подходить не стал. По лицу девушки было прекрасно видно, что она шокирована. Внезапное нападение, новость о том, что рядом с ней всё это время был живой маг тени и его хранитель, явно выбили у девушки почву из-под ног. Причём Лайт подозревал, что её шок вызвало не столько появление убийцы, сколько раскрытие истинной личности одного из её спутников.

— Так что по итогу будем с ним делать? — спросил Горди, когда повисло молчание.

Все обернулись на Янрика, закованного в чёрном коконе. Из раны на лице продолжала сочиться кровь, кожа стала бледной, пустые глаза смотрели из-под полуопущенных век. Хвастливый убийца был измотан и потерял прилично крови. До смерти ему было ещё далеко, но если не помочь ему, то…

— Камира, — обратился Лайт к эльфийке. — Ты можешь его подлатать?

— Могу, — протянула Камира без уверенности в голосе. — Но зачем?

— Нам предстоит с ним разговор. Не хочу, чтобы из-за потери крови он потерял сознание.

— Я его быстро в чувство приведу, — прорычал Шишир, демонстрируя клыки.

— У него серьёзные раны, — ответил маг тени, глянув на ящера. — Он может умереть раньше, чем у нас кончатся вопросы.

Шишир косо глянул на скованного убийцу, но ничего говорить не стал. Когда эльфийка благодаря магии природы остановила кровотечение у Чвиста, Лайт с остальными подошли к нему, обступив полукругом.

— Как много зрителей, — с усмешкой сказал убийца и посмотрел на Кору. — Ты ведь хранительница, да?

— Да, — подтвердила Кора.

— Тогда понятно, — усмехнулся Янрик и опустил голову. — Мне говорили, что у мага тени есть хранитель, но забыли упомянуть, что он такой сильный. Надо было быть более осмотрительным.

— А что тебе сказали про меня? — решил поинтересоваться Лайт.

— Что ты молодой и неумелый, — ответил равнодушно убийца. — Что, несмотря на то что у тебя есть хранительница, сам ты ничего из себя не представляешь. Мне сказали, что ты стал познавать свою силу не так давно, и что у тебя нет ни опыта, ни практики, — Янрик натянул улыбку. — В этом мне не соврали.

Лайт стиснул зубы, но говорить ничего не стал. Он и сам понимал, что если бы Кора не вмешалась, то голова мага тени, скорее всего, сейчас была бы в мешке у этого надменного убийцы, что несмотря на своё положение, по-прежнему не падает духом.

— Так кто ты? — решил сменить тему разговора Лайт.

— С памятью совсем беда? — спросил мужчина, посмотрев на свою жертву. — Янрик Чвист.

— Ты наёмник?

— Нет, конечно, — презрительно фыркнул убийца. — Я простой охотник за головами.

— И ты меня называл продажным? — со злой иронией спросил Дэнэс.

— Ещё каким, — усмехнулся Янрик. — Меня невозможно перекупить. Когда до моих жертв доходит, что за ними пришли, я уже держу их за горло. Мне неинтересны мотивы и цели нанимателя. Мне дают деньги и указывают на того, кто должен умереть. Я куда честнее вас, продажной группки мужчин.

Дэнэс сделал шаг вперёд и ударил Чвиста в челюсть. Янрик не потерял сознание и вынес удар без единого звука. Сплюнув кровь и один из зубов, он улыбнулся кровавой улыбкой.

— Какие мы ранимые, — сказал он и вновь сплюнул. — Только на правду не обижаются.

Дэнэс со злобным оскалом хотел нанести ещё один удар, но его руку перехватил Шишир.

— Успокойся, — сказал ящер. — Без зубов он нам мало что расскажет.

— Послушай ящерку, — усмехнулся Чвист. — Он лучше всех вас знает толк в послушании. Как-никак, он из племени бывших рабов.

Шишир резко обернулся, и к общему удивлению, сам нанёс Янрику удар в челюсть. По оскалившемуся лицу ящера было видно, что если этот нахал скажет ещё хоть одно слово, он порвёт его на месте. Невзирая на то, что тот может знать что-то крайне важное. Чвист сплюнул очередную порцию крови и ещё два зуба.

— Кто-то только что говорил, что без зубов он не сможет говорить, — равнодушно заметил Дэнэс.

— Я вам и со всеми зубами ничего не скажу, — Янрик глухо рассмеялся. — Какой мне смысл? Я труп в любом случае. Так что пошли-ка бы вы к нехорошей маме, хлебать…

Янрик осёкся на полуслове. Он внезапно почувствовал, что его клетка стала куда уже, чем была секунду назад. Он посмотрел на Лайта и увидел в его опустевших глазах холодную ярость. Права рука мага тени была объята чёрным свечением, а ладонь медленно сжималась в кулак.

— Советую тебе придержать свой поганый язык, — холодно процедил маг тени.

— Пошёл ты! — прохрипел убийца. — Мелкий недоносок! За спинами своих уродцев ты смелый, но на деле…

Договорить Чвист не смог, кокон сдавило до того сильно, что он был в состоянии лишь хрипеть. Убийца выпучил глаза, пытаясь что-то сказать, но получился лишь тихий хрип. Янрик перевёл взгляд на своего мучителя, но не выказал ни толики мольбы или жалобы. Он смотрел на своего палача столь же решительно и холодно. Он был готов расстаться с жизнью.

— Командир! — вскрикнул Горди, вставая между Лайтом и Янриком.

Лайта словно ударили по лицу. Он быстро заморгал, встряхнул головой, словно убирая наваждение, и разжал руку. Едва маг тени это сделал, тюрьма убийцы стала свободнее, и тот наконец смог вздохнуть.

«Зачем я это сделал? — с лёгкой паникой подумал маг тени. — Чего я хотел этим добиться?»

— Позволь нам с ним поговорить, — полуэльф посмотрел вначале на Дэнэса, а после на Шишира. — Мы не палачи и пыткам не обучались, но кое-что из этого дела знаем. Если уж не справимся, там и решишь.

— Что решу? — тихим голосом спросил Лайт.

— Убийца пришёл за твоей головой, теперь он твой пленник. Он решал твою судьбу, теперь ты решаешь его, — холодно ответил полуэльф.

— Его жизнь мне не нужна, — буркнул маг тени. — Он ваш, делайте что хотите.

Сказав это, Лайт пошёл в сторону сумок, где собирался взять воды. Ему вдруг страшно захотелось пить.

ГЛАВА 2. КУЛЬТ ЖИЗНИ

Лайт сидел на другой стороне костра и смотрел в бескрайнее поле. За спиной он периодически слышал голоса товарищей и тихую ругань Чвиста. Он не хотел смотреть на пытки, как не хотел и участвовать в них. В душе он вообще был против всего этого. Его совесть, несмотря на всё пережитое, говорила о том, что Янрика нужно отпустить, ведь он уже получил своё. Но, несмотря на терзания совести, разум Лайта понимал одну простую истину. Если отпустить убийцу, он рано или поздно может вернуться сам или доложить своим нанимателям о провале, и тогда за ним пришлют кого-то более опытного. Убивать его Лайт не собирался несмотря на то, что сказал ему Горди…, но и играть в милосердие с тем, кто пришёл за его головой, тоже был не намерен. Маг тени в очередной раз очутился на перепутье, и ни один из путей ему категорически не нравился.

Краем глаза Лайт заметил, как рядом с ним кто-то сел. Он не повернулся, продолжая смотреть куда-то вдаль, пытаясь привести чувства и мысли в порядок.

— На моей памяти это твой первый срыв, — сказала Кора спокойно.

— О чём ты? — тихо спросил маг тени.

— Я видела твои глаза. Тебя захлестнула ярость, которую ты не смог затушить.

— Я знаю, — тускло ответил Лайт. — Он… оскорблял близких мне людей, и я… внезапно потерял контроль. Я вдруг перестал видеть, что происходит вокруг. Передо мной было только лицо этого ублюдка, а в голове звучал его насмешливый голос. Я так и не понял, что именно хотел сделать. Возможно, — Лайт уронил голову на грудь, так и не закончив фразу, но после недолгого молчания тихо прошептал. — Я чувствую себя паршиво.

— Понимаю, — кивнула хранительница. — Потеря контроля редко когда приводит к чему-то хорошему.

— Я ведь… почти убил его, — сказал наконец маг тени и посмотрел в глаза Коры. — Если бы не Горди…

— Но ты ведь уже убивал ранее, — перебила его Кора с лёгким удивлением в голосе. — Ты вместе со всеми участвовал в битве при Башне.

— Я убивал воскрешённые трупы, — холодно процедил Лайт. — Живого человека я никогда не…

— Да, трупы, но ведь ты делал это не просто так? Те чёрные рыцари хотели убить тебя, а ты просто защищал свою жизнь и жизни товарищей. Здесь то же самое.

— Не то же, — с металлом в голосе ответил маг тени. — Те, кого убивал я, уже были мертвы. Я лишь снова упокоил их тела. Здесь — живой человек, к тому же обездвиженный, а значит, не в состоянии защититься.

— Но до этого он хотел твою голову, — равнодушно ответила хранительница. — Ты не убил его раньше, но почти сделал это сейчас, защищая своих товарищей. Разве это плохо?

— Ты говоришь об этом так просто, — зло прорычал Лайт. В душе снова вскипел гнев. — У нас есть право судить, кто достоин жить, а кто нет?

— А у него? — ровным голосом спросила Кора.

— Нет, — твёрдо ответил маг тени. — Именно поэтому он сейчас и скован.

— А что потом? — продолжала настаивать хранительница.

— Не знаю, — буркнул Лайт.

— Нужно решать. Отпустить или убить. В любом случае, пожинать последствия нам всем.

— Что ты вяжешься ко мне? — неожиданно взорвался маг тени. — Убить, убить, убить. Ты…

— Ты говоришь так, будто я агитирую тебя убивать всех без разбора, — в разноцветных глазах Коры неожиданно вспыхнул огонёк гнева. — Есть разница между простым убийством и убийством во спасение. Убив одного человека, ты можешь спасти жизнь не только себе, но и тем, кто будет рядом, даже если эти люди не знают твоего имени. Люди бывают разные, и ты не хуже меня это знаешь. Есть те, кто заслужил смерть, но избегают её, а есть те, кому ещё можно было жить долгие годы…, но такие, как этот охотник, распорядились иначе. Если бы перед тобой сейчас встал тот человек, что убил Ульру, что бы ты сделал?

— Не знаю, — прошипел Лайт. — Мы сейчас говорим о…

— Я знаю, что в твоём прошлом мире убийство было неприемлемо, — прервала его Кора с холодом в голосе, — но здесь всё иначе. Законы и порядок работают не всегда так, как ты бы того хотел. Стража, что призвана защищать мирных людей, может изменить своё решение, если на то будет повод. Пока ты не поймёшь, что здесь иные законы и правила, и что убийство порой лучше милосердия, тебя так и будут грызть ненужные муки совести, а глупые мысли будут мешать тебе рассуждать трезво.

— Ненужные муки совести? — вскричал Лайт и озлоблено глянул на свою хранительницу. — Если ты считаешь, что задумываться об убийстве ненужное занятие, то я крайне разочарован в тебе. Я думал, что хранители должны наставлять своих хозяев на правильный путь, а не склонять их к убийству.

Кора не смогла скрыть шока. Она посмотрела на своего хозяина, но ничего не сказала. Она молча встала и уже собиралась уйти, но внезапно остановилась, и не оборачиваясь, произнесла.

— Моя задача — беречь тебя от опасности. Я буду молиться богам, чтобы я всегда могла быть рядом и выполнять своё предназначение, хозяин.

Лайт вздрогнул от того, как обратилась к нему Кора, но стиснув кулаки, пересилил себя и не стал оборачиваться. Может, он и высказался резко и даже грубо в сторону той, что всегда была рядом и помогала ему…, но он был в корне несогласен с её позицией. Убивать мертвецов это одно, но убивать живых людей… для Лайта это значило сломать все свои ценности, уничтожить своё Я и возродиться другим человеком. И каким будет это новое Я, магу тени было страшно представить.

Лайт ещё долго сидел в гордом одиночестве, пока вновь не услышал за спиной тихие шаги. Когда он подумал, что это Кора вернулась для очередного разговора, он обернулся и увидел Нойру. Она смотрела на него слегка испуганными глазами, а пальцы рук то и дело сцеплялись и расцеплялись на её груди.

— Прости, — тихо сказала девушка. — Я невовремя?

— Всё в порядке, — покачал головой маг тени. — Ты что-то хотела?

— Можно присесть?

— Конечно, — сказал Лайт и сдвинулся чуть в сторону, освобождая место на импровизированной лавочке.

Нойра обошла его с левой стороны и села почти на самый край, словно… боялась его.

— Я, — начала она робко после долго молчания, — хотела спросить. Ты… и вправду?..

Лайт посмотрел на Хонкс. В глазах плескался страх, зародившийся неизвестно из-за чего, но также там было и любопытство, которое девушка старалась скрыть, только не слишком умело. Вместо ответа маг тени вытянул левую руку вперёд. Когда вокруг кисти появился чёрный ореол, Лайт пошевелил пальцами и притянул к себе кусочек тени Нойры. Девушка ойкнула от неожиданности, но продолжала наблюдать. Когда тень оказалась возле мага, он прошептал слова и сделал плавный жест указательным пальцем, заставляя тень чуть вырасти в размерах. Несколько секунд тень, словно кусок глины, меняла свою форму и наконец прибрела образ зайца с чёрной шерстью. Лайт отдал мысленный приказ, и чёрный заяц приблизился к девушке, заставляя её глаза распахнуться от удивления.

— Можешь его потрогать, — сказал маг тени с грустной улыбкой. — Я постарался создать точную копию.

Нойра нерешительно протянула к зайцу руку и дотронулась до его шерсти.

— Он мягкий, — на выдохе произнесла Хонкс. — Но… он холодный, словно…

— Я могу придать тени почти любую форму, — сказал Лайт, не дав ей закончить. — Я могу заставить тень двигаться, но тень остаётся тенью. Я мог бы вложить в этого двойника все качества, присущие его живому оригиналу…, но не стал.

— Получается, ты можешь воссоздать всё? Сымитировать любой аспект, и не только? — робко спросила Нойра. — Воду, огонь и даже молнию?

— В каком-то смысле да, — кивнул маг тени, и щёлкнув пальцами, зажёг на большом пальце чёрный огонёк. — Простая имитация почти не забирает у меня сил, но если я хочу добиться от неё более… естественного поведения, то здесь нужно вложить куда больше. Чем сложнее то, что я хочу сымитировать, тем больше нужно усилий.

— Значит, в тех трактатах писали правду, — задумчиво проговорила Хонкс. — Магия тени есть имитация. Она может создать цветок и вырастить гору. Дай такому магу крошечную тень, и он создаст тебе город. Забери у него тень, и ты сделаешь его обычным человеком.

— Ну, насчёт города большие сомнения, — усмехнулся Лайт, — но что касается последнего, то да. Если вокруг не будет теней, я стану бессилен.

— Какое у тебя ограничение в расстоянии?

— Порядка двадцати метров, — чуть подумав, ответил маг тени. — Когда есть возможность, я тренируюсь, чтобы увеличить это значение.

— И такое возможно? — ахнула Хонкс.

— Конечно, — кивнул Лайт. — Понемногу, но я учусь доставать до теней, что вне моей обычной зоны досягаемости. Правда, чтобы это сделать, нужно много сил и полная концентрация.

Нойра задумчиво посмотрела вдаль, потом на Лайта, потом снова куда-то вдаль. Насколько мог догадываться Лайт, она прикидывала расстояние, которое маг тени может использовать для своей магии.

— Почему ты скрываешься? — внезапно спросила Хонкс после долгого молчания.

Маг тени со слегка опешившим видом глянул на девушку и увидел, что глаза её потеряли ту озорную искорку исследователя, которая горела минуту назад. Она говорила с ним вполне серьёзно.

— Думаю, ты и сама догадываешься, — Лайт невольно скосил глаза назад. — На меня охотятся, и я до сих пор не знаю причину.

— Я слышала, что говорил тот мужчина, — девушка нервно заёрзала на месте. — Ты… узнал о своей силе недавно?

— Да, так и есть. И с того дня, как я начал её познавать… на меня уже дважды покушались. Этот случай стал третьим.

— Я не понимаю, — Нойра нахмурилась. — Зачем кому-то убивать мага тени? Может… ты, сам того не зная, перешёл кому-то дорогу?

— Это исключено, — покачал головой маг тени.

— Ты так уверен?

— Абсолютно. Все покушения… организовали разные люди. Тут дело в чём-то совершенно ином.

— И даже нет никаких догадок? — продолжала настаивать Хонкс.

— Абсолютно, — Лайт грустно усмехнулся. — Только если всем и сразу невыгоден тот факт, что в мир вернулся потерянный аспект.

— В этом нет смысла, — хмыкнула Нойра.

— И я так думаю, — кивнул маг тени.

— Может, есть что-то, чего ты не можешь рассказать? — осторожно поинтересовалась Хонкс.

— Есть, — честно ответил Лайт. — Но это никак не связанно с тем, что за мной охотятся всякие ненормальные.

Какое-то время Нойра молча сидела рядом с Лайтом. Затем она встала и посмотрела на него сверху вниз.

— У меня сотни вопросов касательно твоей силы и… твоей судьбы, — честно призналась она со слегка смущённым видом. — Но я понимаю, что тебе сейчас нужно отдохнуть. Могу ли я взять с тебя обещание?

— Смотря какое, — с усмешкой отозвался маг тени.

— Если… судьба нас снова столкнёт вместе, в более… благоприятных обстоятельствах, ты ответишь на все мои вопросы.

— Хорошо, — тихо рассмеялся Лайт. — Я даю тебе слово.

Нойра широко улыбнулась, а после быстрым шагом направилась к своей палатке. Маг тени снова остался один на один со своими мыслями.

***

Лайт не заметил, когда задремал. Он всё ещё сидел на лавочке, когда внезапно веки его налились свинцом, голова опустилась на грудь, и он уснул. Долгая дорога, пережитый стресс, драка и… разговор на повышенных тонах с Корой высосали из мага тени огромное количество сил. Он пытался держаться до последнего, но усталость всё-таки взяла своё. Лайт не знал, сколько он просидел в состоянии дрёмы. Разбудили его довольно деликатно. Кто-то аккуратно потряхивал его за плечо, пока он с трудом не открыл глаза.

— Прости, командир, что разбудил, — раздался голос Горди над левым ухом. — Мы закончили.

Лайт несколько секунд пытался осознать, о чём именно говорит полуэльф. Когда до него наконец дошёл смысл сказанного, он потёр глаза и встал.

— И как? — сонным голосом спросил Лайт.

— Скудно, — цыкнул Горди. — Но кое-что нам удалось вытянуть, хотя признаюсь, этот балабол крепкий орешек.

Лайт пошёл вслед за Горди к остальным членам отряда, которые дожидались их на другой стороне костра. Прежде чем сесть возле палаток, маг тени мельком глянул на Янрика. Тот всё ещё был скован, голова безжизненной грушей свисала вперёд. Видимых признаков того, что его пытали, маг тени не заметил.

— Он живой? — тихо спросил Лайт.

— Конечно, — кивнул Горди. — Я же говорил, решать его судьбу тебе, и никому другому.

— А я говорил, что мне его судьба неважна, — зло буркнул маг тени.

Заняв своё место в кругу товарищей, Лайт посмотрел на Горди, что вышел в центр импровизированного круга.

— Итак, — начал полуэльф, — начнём с главного. Тот, кто послал этого охотника за командиром, очень хорошо осведомлён о нём. Если верить словам Янрика, то заказчик очень подробно описал ему Лайта, а также указал место, где его стоить искать. По инструкции, он должен был провести в Корнсе две недели, и если не столкнётся со своей целью… отправиться в Канис и ждать её там.

— В Канис? — переспросил Лайт, удивлённо глянув на полуэльфа. — Но откуда они знали, что мы идём именно туда? Мы сами узнали о нашем маршруте всего неделю назад.

— Этого Янрик не знает, — покачал головой Горди. — Он прибыл сюда десять дней назад из Барста. Корабль довёз его до северного берега, а после он на лодке добрался до суши.

— Из Барста? — в непонимании протянул маг тени. — А там-то я кому успел на пятки наступить?

— Мы и сами слегка удивлены таким фактом, — сухо ответил полуэльф.

— Получается, что люди, которые наняли убийцу, обитают на другом континенте, и при этом узнали о наших планах задолго до того, как мы сами сюда добрались, — задумчиво проговорила Карина, которая уже выглядела здоровой и бодрой.

— Именно. Это меня и настораживает больше всего.

— А кто его послал? — спросил Лайт.

— А это самое смешное, — полуэльф грустно усмехнулся. — С нашим незадачливым убийцей связался некий человек, представившийся Горгоном. Высокий худощавый мужчина примерно за сорок. Лысый, с острыми чертами лица и впалыми глазами цвета мутного изумруда. Он сказал, что является членом «Культа жизни» и в данный момент представляет его интересы.

Лайт посмотрел на Горди, думая, что тот сейчас рассмеётся и скажет, что это всё шутка. Но полуэльф сохранял спокойствие, а значит, это было правдой.

— Культ жизни? — с усмешкой переспросил маг тени. — И зачем фанатикам с другого континента понадобилась моя голова? Тайный обряд, жертва или что-то другое?

— Этого Янрик тоже не знает, — пожал плечами полуэльф. — В его «кредо» не входит задавать лишние вопросы. Его интересует, где, кого надо убить, а также цена. Зачем и почему его не волнует.

— Мразь беспринципная, — зло прокомментировал Дэнэс, сидевший слева от Лайта.

— Получается, что этот культ жизни за мной активно следит, — задумчиво сказал маг тени. — И знает обо мне даже то, чего я сам не знаю.

— Я предполагаю, что у этой секты есть последователи не только в Барсте, — прокомментировал Горди. — Думаю, их фанатики и следят за твоими передвижениями. Если это так, то в следующий раз, перед тем как посетить крупный город, лучше замаскироваться.

— Это само собой, — цыкнула Карина. — Только как эти соглядатаи узнали о наших планах раньше, чем мы их построили?

— О том, что я отправляюсь в Йондур, я говорил в Башне, — с хмурым видом заметил Лайт. — Но о том, что мы поедем в Канис, как вы сами знаете, мы узнали только здесь.

— Вариантов на самом деле не так много, — сказал Горди. — Первый, более простой и оптимистичный. Культ знал о цели нашей поездки и выяснил, где живёт семья Хэмэль, раньше нас. Второй более мрачный, и как мне кажется, самый реалистичный. Культ осведомлён о том, чем именно мы сейчас занимаемся, а значит, осведомлён и том, что именно мы пытаемся узнать.

— В каком смысле? — с хмурым видом спросил маг тени.

— Они знают, что мы ищем сердце, — тихо сказал полуэльф. — И скорее всего, догадываются, какие шаги мы будем предпринимать на этом пути.

— Откуда иноземному культу знать о нашей цели? — фыркнул Лайт. — Да и зачем им пытаться нас убить из-за того, что мы ищем…

Маг тени внезапно осёкся на полуслове и закусил губу. О том, что они ведут поиски сердца Драколакса, знали немногие. Несколько товарищей в Башне, наследный принц Альвирии, командир красных плащей и заместитель главы золотого круга. Если учесть, что это надёжные люди, которые явно не будут сотрудничать с каким-то культом другого королевства, вывод напрашивался сам собой.

— Ингрима, — невольно вырвалось у Лайта.

— У меня тоже сложился только этот вариант, — понимающе кивнул Горди с хмурым лицом. — «Культ жизни» — это те самые маги смерти, что пытались добраться до тебя в Башне. Они хотели твоей смерти тогда, хотят и сейчас. По имеющимся у нас данным, только они и имеют веский повод оберегать свою тайну и устранять всех, кто хочет им помешать.

— Раз это те же фанатики, что напали на Башню, зачем им посылать стороннего человека? — в недоумении спросила Карина. — Раз они обладают магией смерти, у них есть в подчинении шаржи, способные поднимать огромное войско. Не проще было отправить одного такого, чтобы он раздавил нас числом?

— Во-первых, поднять огромное войско означает привлечь к себе ещё больше ненужного внимания, — ответил полуэльф. — Они уже попытались взять Лайта с наскока. Они раскрыли себя и потерпели поражение. Думаю, что ещё большого внимания к себе они точно не хотят, поэтому залегли на дно. Им проще нанять стороннего человека, который не будет задавать лишних вопросов. Во-вторых, я подозреваю, что их ресурс в виде магов смерти, а уж тем более, шаржей ограничен. Я не отрицаю, что в этом культе их может быть около десятка, может, чуть больше, но не думаю, что там слишком много людей с таким аспектом. Они уже потеряли одного из своих, и разбрасываться столь ценными фигурами тоже больше не будут.

Повисло молчание. Каждый думал о своём, оценивая и переваривая слова Горди. Как бы жутко ни было это признавать, но кажется, Горди сложил мозаику верно. Лайт знал только о двух… фракциях, что интересовались его головой. Первая — «Падшее братство». Как таковой, агрессии они не проявляли, просто следили за магом тени. Цели и мотивы их не были ясны, как и то, правда ли они хотели лишить его жизни, или это только домысел. Но на их совести была жизнь Ульры. Пусть и не специально, но они убили ни в чём не повинную девушку.

Второй силой, что имела зуб на мага тени, были маги смерти. Они действовали куда более радикально, и как отметил Горди, уже предпринимали масштабную попытку оборвать жизнь Лайта. Собрали целую армию, пленили герцога Камерти и были готовы убить всех в Башне стихий, лишь бы добраться до мага тени. Из этого рассуждения вывод о том, что «Культ жизни» — это маги смерти, напрашивался сам собой.

Единственное, чего не понимал Лайт — почему именно он стал целью этого культа. Маги смерти решили убрать его ещё до того, как он узнал о сердце Драколакса. Возможно ли такое, что они знают о чем-то, способном помешать их планам, а чтобы этого чего-то не случилось, нужно убрать единственного живого на данный момент мага тени? Связано ли это как-то с тем, что он хочет снять печать с замка Ламун? Но ведь Лайт, да и никто в мире не знает, как это сделать. Или никто в мире, кроме этого культа? Возможно, они прекрасно знают способ, как вскрыть этот древний саркофаг, но всеми силами избегают этого сами и не дают сделать это другим. Если так, то получается, в замке лорда Гислана и вправду хранится нечто такое, что поможет найти сердце и вернуть его законному владельцу. Но как со всем этим связан иномирец с аспектом тени?

От такого количества вопросов у Лайта разболелась голова. Усталость, которая немного отступила во время обсуждения, накатила с новой силой. Лайт медленно встал со своей лавки и все тут же посмотрели на него.

— Вы как хотите, а мне нужно поспать, — бесстрастно сказал маг тени. — Мысли одна на другую лезут. Не могу нормально думать.

— Командир, — обратился к нему Шишир, вставая в полный рост. — А что с этим? — он указал пальцем себе за спину.

Лайт коротко глянул на чёрный кокон, в котором по-прежнему находился Янрик, и тут же отвернулся.

— Мне его жизнь не нужна, — сухо ответил Лайт.

Сделал небрежный жест рукой, и чёрный кокон пропал столь же быстро, как и появился, а бессознательное тело убийцы рухнуло на землю.

— Делайте с ним, что хотите.

Больше Лайт ничего говорить не стал. Он дошёл до своей палатки, и не снимая одежды, рухнул на спальник. Едва он оказался в горизонтальном положении, тут же уснул.

ГЛАВА 3. МЕСТА СИЛЫ

На следующее утро Лайт проснулся в разбитом состоянии. Красные глаза неприятно зудели, голова была тяжёлой, в затылке чувствовалась пульсирующая боль. Встав на ноги, маг тени понял, что голова еще и слегка кружится, но он всё же пересилил себя и дошёл до сумки, где нашёл флягу и смог напиться.

Утолив жажду, маг тени огляделся. Было ранее утро. Все ещё дремали в своих палатках. Лайт посмотрел на то место, где ещё вчера находилась персональная темница Янрика. Убийцы там не было, как не было и его коня. Маг тени огляделся, но так ничего и не увидев, достал из сумки перекус и уселся на лавочку.

Кусок не лез в горло. Лайт чувствовал, что его знобит несмотря на то, что он был в тёплом плаще. Дотронувшись до лба, маг тени недовольно цыкнул. У него поднялась температура, а дрожь по телу вызвал озноб. Лайт понял, что заболел, и это объясняло его паршивое состояние. Добредя до своей палатки, маг тени вновь улёгся в спальник, но сон никак не хотел идти.

Обычно, когда Лайт чувствовал себя столь же паршиво, он просто спал целые сутки, и организм сам приходил в норму, но в этот раз трюк не сработает. Во-первых, скоро проснутся его товарищи, и им будет нужно собираться в дорогу. Если он уснёт сейчас, и его снова поднимут, он будет ощущать себя ещё хуже. Во-вторых, прохладная погода не слишком подходила для крепкого и здорового сна. Ветер то и дело проникал под одежду, кусая и так трясущееся в ознобе тело. Если бы они были в городе, в каком-нибудь трактире, Лайт бы мог взять сутки на восстановление, но сейчас не тот случай.

Тридцать минут он пролежал с закрытыми глазами, пытаясь хоть немного прийти в себя. Боль в затылке немного поутихла, но состояние переваренного овоща никуда не делось. Когда Лайт услышал приглушённые голоса, он медленно поднялся и выглянул из палатки. Возле сумок стояли Горди и Карина. Они о чём-то тихо беседовали, попутно ища что-то в своих мешках.

Заметив, что за ними наблюдают, полуэльф и кошка приветственно махнули своему командиру и жестом пригласили присоединиться к ним. Лайт поднялся на ноги, и словно лодка на волнах, двинулся в их сторону.

— С тобой всё нормально? — слегка напряжённым голосом поинтересовался Горди.

Прежде чем Лайт ответил, Карина дотронулась до его лба и нахмурилась.

— У тебя жар, — заключала кошка. — И вид до ужаса бледный. Знобит?

— Немного, — признался маг тени.

— Что ещё? — тоном врача поинтересовалась кошка.

— Голова болит и немного кружится, слабость.

— Я поняла, — кивнула Карина, придвигая к себе свои сумки.

Достала небольшой бутылёк с молочной жидкостью, пучок аккуратно сложенных листьев какого-то дерева или кустарника и небольшой кожаный мешочек, от которого разнёсся запах мяты.

— Разбуди Шишира, — обратилась Карина к Горди. — Нам нужно будет нагреть отвар.

Полуэльф без лишних слов встал и направился к палатке ящера.

— У меня не всё так плохо, — попытался оправдаться Лайт.

— Я вижу, — фыркнула кошка, доставая железную миску и пестик. — Пока ты шёл сюда, был похож на пьяного. Через пару часов простуда войдёт в пик, и ты даже на коне не усидишь.

— Почему бы нам не обратиться к Камире? — поинтересовался маг тени, наблюдая за тем, как кошка когтями аккуратно нарезает листья в миску.

— Она здесь не поможет.

— Почему же? — удивился Лайт.

— Аспект природы способен на многое, но вот лечить болезни ему не под силу, — Карина взяла пестик и принялась разминать листья. — Он, конечно, может приглушить симптомы, но болезнь никуда не уйдёт. Когда эффект пройдёт, тебе станет так же плохо, как и было.

— Что у вас здесь? — раздался за спиной сонный голос Шишира.

Карина не ответила и даже не обернулась. Она налила в миску воды, отмерила ровно три капли молочной жидкости и добавила добрую шепотку сушёной мяты.

— Вот, — кошка протянула ящеру миску. — Нагрей это, но не до кипения.

— Нашли ходячую печку, — буркнул Шишир, но взял миску.

— Магия природы может излечить перелом, но не может победить простуду? — решил развить тему Лайт, пока ящер с недовольным видом нагревал отвар.

— Ты знаешь, как именно работает аспект природы? — спросила Карина, помешивая ингредиенты в миске.

— Не до конца, — честно ответил маг тени. — Я никогда этим не интересовался.

— Маги природы управляют не столько природой, сколько внутренними процессами в живом организме, будь то человек, зверь или растение. Проще говоря, маги ускоряют и усиливают естественные процессы в организме, концентрируя их в определённой области. Если, как ты сказал, у тебя перелом, маг природы направляет к сломанной кости твои собственные резервы, усиливает их и тем самым ускоряет процесс сращивания. То, что должно было срастаться несколько месяцев, благодаря ускорению и усилению аспекта природы зарастает за считаные минуты.

— Если магия природы по сути своей занимается исцелением, то почему аспект называется природным? — задумчиво спросил Лайт.

— Этого тебе точно никто не скажет, — ответила Карина, досыпая в миску сушёную мяту. — Насколько я помню, во времена изначальных этот аспект применялся только по отношению к растениям, из-за этого и получил своё название. Лишь спустя века кто-то из магов решил попробовать свои силы на человеке и преуспел.

— Получается… маг природы в теории может помочь мне… восстановить ногу? — сказав это, Лайт почувствовал зуд в левом колене.

— Теоретически да, — сказала кошка, забирая из лап ящера миску, из которой шёл пар. — Только на практике это займёт несколько лет, где ты будешь, мягко говоря, выть от боли каждый день.

— Почему это? — удивился маг тени.

— Тебе, по сути, будут заново отращивать все кости, вены и мышцы, — ответила Карина, попутно переливая отвар в стакан через мелкое сито. — Чтобы отрастить даже маленький кусочек потерянной кости, нужен неимоверный запас сил мага природы. Ты, в свою очередь, будешь ощущать все прелести этой процедуры. Никто в здравом уме этим заниматься не будет.

Закончив с отваром, Карина передала тёплый стакан командиру.

— Выпей и приляг. Через час тебе уже будет легче.

— Спасибо, — кивнул Лайт.

— Не стоит, — ответила кошка, собирая свои вещи. — Я в первую очередь лекарь, а уже после маг.

***

Как и было обещано, через час Лайт вправду почувствовал себя намного лучше. Озноб прошёл, температура почти спала, тяжесть в голове ушла. Разве что затылок всё ещё слегка ныл, но тут, возможно, дело было не в простуде. Маг тени точно не знал, что именно ему намешала Карина, но что бы это ни было, оно поставило его на ноги, и он был благодарен подруге за помощь.

Когда Лайт снова смог мыслить ясно, он оглядел всех собравшихся у костра. Его товарищи завтракали, что-то обсуждали, и даже Нойра принимала участие в беседе. Только вот Коры нигде не было видно. Лайт выбрался из палатки и огляделся по сторонам. Хранительницы и вправду нигде не было. Спустя минуту размышлений, куда она могла подеваться, к Лайту пришло осознание. Маг тени опустил глаза и посмотрел на короткий чёрный силуэт, что лежал на земле.

— Кора, — позвал он.

Тень под ногами мага дрогнула, и спустя секунду из неё появилась Кора. Она была одета крайне непривычно. Длинное платье до пола, с закрытыми плечами и без намёка на декольте. На ногах — плоские туфли, а длинные волосы были уложены в чёрную сеточку. Хранительница выглядела так, будто пребывала в трауре. Лицо спокойное, бледнее обычного, глаза смиренно опущены в пол, руки сложены на поясе.

— Вы меня звали, хозяин? — ровным голосом обратилась она к Лайту.

От такого обращения мага тени невольно передёрнуло. Он посмотрел на Кору и увидел, что она не издевается. Она вполне серьёзно примерила на себя роль настоящего слуги, что в смиренном молчании ожидает приказов своего господина.

— Что на тебя нашло? — спросил Лайт, пытаясь поймать взгляд Коры.

— Я не понимаю вопроса, хозяин, — тихо ответила хранительница.

— Прошу, прекрати, — маг тени стиснул зубы, стараясь не сказать лишнего. — Это из-за вчерашнего?

— Я всё ещё не понимаю вопроса, хозяин.

— Кора, — тихо прорычал Лайт. — Ответь мне, что случилось?

— Ничего не случилось, — Кора подняла глаза и посмотрела на Лайта покорным, но холодным взглядом. — Я лишь явилась на ваш зов, хозяин. Я ваша слуга и…

— Прекрати, — с металлом в голосе отрезал маг тени. — Ты понимаешь, что это глупо?

— Я не понимаю, о чём вы, хозяин.

Лайт хотел уже огрызнуться на Кору, но усилием воли сдержал порыв. Он понимал, что Кора его провоцирует, играя с ним в смиренного слугу и тирана-хозяина. Лайту и без того было тошно. Он знал, что вчера повёл себя чересчур грубо с ней, но на то были веские основания. Кора пыталась убедить его, что убийство не есть что-то плохое, это лишь вынужденная мера противодействия. Как на такие убеждения можно реагировать спокойно?

Сейчас Лайт был куда спокойнее, чем вчера, хотя Кора была в шаге от того, чтобы вновь спровоцировать вспышку раздражения. Но маг тени не собирался просто так поддаваться на провокации. Он понимал, что здесь и сейчас он должен решить этот вопрос раз и навсегда. Если с этим затянуть… их обида друг на друга может привести к последствиям. Дай бог, если те заденут только их двоих.

— Кора, — заставив голос звучать спокойно, заговорил Лайт. — Я понимаю, что вчера повёл себя крайне грубо. Я вспылил и перестал следить за языком, но и ты должна кое-что понять. Я и вправду не такой человек, что не задумываясь, может отнять жизнь себе подобного, будь он хоть трижды враждебен ко мне. Я рос в другом мире, и убийство для меня неприемлемая мера в любом конфликте.

— Хозяин, я…

— Дай мне закончить, — перебил её маг тени, и глаза Коры с нескрываемым интересом посмотрели на него. — Как бы ты ни пыталась меня убедить, я не приемлю убийство. Будь то человек, что пришёл за моей головой, или головой одного из моих товарищей. Но я клянусь тебе, что приложу все усилия, чтобы защитить себя, тебя и всех остальных, но убивать, — Лайт ненадолго замолчал, подбирая правильную формулировку. — Я буду только в том случае, если не найду другого выхода из ситуации.

Кора около минуты хранила молчание. Она испытующе смотрела в глаза Лайта, словно хотела понять, насколько он сам верит своим словам. Маг тени в свою очередь смотрел в разноцветные глаза хранительницы, давая ей понять, что дальше разговоров на эту тему уже не будет.

— Я тебя услышала, Лайт, — наконец сказала Кора, и на её лице появилась мимолётная улыбка. — Такой ответ меня устраивает, и я наконец могу быть спокойна.

Хранительница повела рукой, и её траурный наряд сменился на чёрный походный костюм, туфли — на сапоги, а на плечах затрепетал плащ. Несмотря на то, что цвет одежды остался прежним, теперь она выглядела как обычная путешественница, а не как вдова, убитая горем по мужу.

— Я рада, что мы смогли прийти к согласию.

— Я тоже, — с облегчением сказал маг тени.

***

Через полчаса от лагеря не осталась и следа, а все рыцари были в своих сёдлах. Лайт чувствовал себя здоровее всех, и поэтому ехал впереди в копании Нойры и Коры. Пока маг тени наслаждался природой, Хонкс не упустила возможности допросить его хранительницу. Нойра осыпала Кору вопросами, но хранительница не выказывала раздражения или усталости. Она отвечала на все вопросы девушки и иногда даже подшучивала над ней.

Лайт редко видел свою хранительницу в таком хорошем настроении. Обычно Кора была серьёзна и сдержанна. Сейчас же она выглядел не как та, что призвана защищать, а как та, что просто живёт, одним словом — человек. Лайт не был уверен, что именно их разговор так повлиял на Кору, но был рад, что его хранительница стала более раскованной. Видимо, и вправду после слов Лайта с её плеч свалился какой-то тяжёлый груз.

За два часа до полудня маг тени заметил вдалеке макушки могучих деревьев. Даже на таком расстоянии глаза Лайта могли различить могучие стволы, которые, словно гиганты, высились над миром, наблюдая за порядком. Путь отряда лежал к лесу, и судя по виду, довольно древнему.

— Ваш путь лежит через красивое место, — с улыбкой сказала Нойра, глядя вдаль. — Я слышала, что этот лес один из самых древних. Некоторые деревья там даже застали времена изначальных.

Лайт посмотрел на Хонкс, и на лице его отразилась печаль.

— Ты покидаешь нас?

— К сожалению, да, — с грустью в голосе сказала девушка. — Мой путь лежит на север, до Меноса. Вам же нужно на запад, до Бойра.

Нойра натянула поводья, заставляя коня остановиться, Лайт и Кора сделали то же самое. Когда все собрались вокруг них, Хонкс с улыбкой на лице, но печалью в глазах, посмотрела на каждого.

— Спасибо вам, — сказала Нойра и склонила голову. — Эти дни я провела в прекрасной компании.

— Нам тоже было приятно разделить с тобой дорогу, — ответил за всех Лайт.

— Если будете в Ланкратии, — Хонкс внезапно залилась краской, — то я жду вас в гости. Мои двери открыты для каждого из вас.

— Возможно, когда-нибудь, — ответил маг тени с улыбкой. — Кто знает, куда нас заведёт судьба.

Лайт и его товарищи ещё долго стояли на месте, глядя на то, как недавняя спутница, что ехала с ними от самого Тронга, покидает их. Нойра ни разу не обернулась, словно боялась, что передумает, и Лайт её в этом не винил. Будь он на её месте, скорее всего, сделал бы так же.

— И всё-таки, она хорошая, — сказала внезапно Шишир.

Когда все с удивлением глянули на ящера, тот нервно откашлялся и слегка опустил глаза.

— Я это к тому, что не все в И.К.А.Р. такие беспринципные.

Сказав это, Шишир направил коня в сторону леса, пока за его спиной раздавались приглушенные смешки.

— Согласен с ним, — сказал Горди, поравнявшись с Лайтом. — Главное, чтобы у неё хватило ума не распространяться о том, что магия тени воскресла из старых сказок.

— Рано или поздно мир всё равно узнает, — пожал плечами маг тени. — Я не намерен скрываться всю жизнь. К тому же те, кому было нужно, уже об этом узнали.

— Тоже верно, — согласился полуэльф.

— Кстати об этом, — Лайт посмотрел на Горди. — Что вы сделали?

— С чем? — спросил Горди, нахмурившись.

— С Янриком.

— Отпустили, — протянул полуэльф, словно это было само собой разумеющимся.

— Вот так просто? — слегка удивился маг тени.

— Ну… не все были согласны с этим решением, но Кора настояла.

— Кора? — удивлённо переспросил Лайт.

— Ну да. Ты ушёл спать, где-то через час Чвист пришёл в себя. Шиш и Дэн хотели отделать его, но Кора им запретила. Она подошла к Янрику, что-то ему сказала, и тот с испуганным видом добрёл до своего коня и скрылся в ночи.

— Вот как, — протянул удивлённо маг тени и посмотрел на свою хранительницу, что ехала чуть впереди. — Опасное решение, но правильное.

— Не думаю, что он к нам сунется, — скептически произнёс Горди. — Мне кажется, ещё во время допроса он понял, что с нами лучше не связываться.

— А что вы с ним всё-таки сделали? — не без интереса спросил Лайт.

— Скажем так. Шишир может не только сжигать всё дотла, но и крайне аккуратно нагревать.

— Вы… пытали его огнём? — удивился маг тени.

— Не огнём, — Горди покачал головой и ухмыльнулся, — жаром. Погрели его дурную голову, мозги стали выходить из равновесия, и он начал говорить.

— Всё не так плохо, как я думал.

— Ну, мы не профессионалы. Настоящие специалисты делают всё куда элегантнее.

***

Лес, который был виден за несколько десятков километров, вблизи оказался просто гигантским. Лайт стоял у кромки чащи и задирал голову так высоко, что почти полностью улёгся на спину Везувия. На страже леса стояли многовековые деревья, отдалённо напоминающие липы. Маг тени посмотрел вперёд и понял, что этих гигантов здесь было много, но и более мелких деревьев хватало. В густом лесу с трудом можно было найти тропу, по которой мог проехать конь.

— Какая красота, — с нескрываемым трепетом сказала Камира. — Такого древнего леса я никогда не встречала. Этим деревьям больше трёх сотен лет.

— Ну да, неплохо вымахали, — хмыкнул Дэнэс, изучая округу. — Только вот непонятно, как через него пробираться.

— Дорога должна быть, — задумчиво сказал Горди. — Если впереди город, значит, торговцы как-то до него добираются.

— В обход, — подала голос Кора. — По этой чаще с телегами не проехать. Даже если и есть свободные участки, то их немного.

— Соглашусь, — после минутного раздумья ответил полуэльф. — Была бы у нас нормальная карта, могли бы тоже пойти мимо, да только дороги нам здесь никто не покажет.

— Это прекрасный лес, — внезапно запротестовала эльфийка. — Чего вы так боитесь? Прогуляться среди таких величественных деревьев выпадает не каждому.

— Я опасаюсь, что мы можем заплутать, — честно признался Горди. — Этот лес довольно густой, к тому же, судя по всему, очень большой. Раз или два свернём не туда и заходим кругами.

— Да и зверья дикого здесь явно много водится, — поддержал товарища Шишир. — Нам бояться их, конечно, глупо, только вот мы на их территории, а значит, и преимущество за местными зверушками.

— Это и моя территория тоже, — спокойным тоном сказала Камира. — Моя деревня была в Кабаньем лесу, и я прекрасно умею ориентироваться в таких чащах, как и определять следы зверей. Мой отец меня прекрасно обучил.

Услышав о родине Камиры, Лайт невольно оцепенел. Он медленно повернулся к эльфийке и посмотрел на её спокойное лицо.

«Кабаний лес, — вновь прозвучало в голове Лайта. — Это же… родина Вексты».

— Кабаний? — нахмурившись, переспросил Горди. — Это не тот, который…

— Да, — холодно ответила Камира, не дав Горди закончить. — Я бы…

— Я тебя понял, — прервал её полуэльф и с грустью в глазах посмотрел на эльфийку. — Хорошо, если ты уверена в своих силах, то веди.

Камира сдержанно кивнула и направила своего Лучика в сторону леса. Лайт и остальные последовали за ней. Несмотря на то, что лес с каждым пройдённым метром смыкался перед путниками, словно пытался преградить им дорогу, эльфийка без особого труда находила тропы, где можно было проехать. Иногда, правда, приходилось пригибаться или отклоняться чуть в сторону, чтобы не напороться на ветку, но это было лучше, чем идти пешком.

Камира оказалась хорошим проводником. Она предупреждала об оврагах, ямах и кочках заранее. Попутно она успевала любоваться видами леса и указывать своим товарищам на что-то красивое или необычное.

Лайт полностью разделял восторг эльфийки. В этом лесу был чистый воздух, слышалось множество приятных запахов, а песни птиц, что наперебой раздавались тут и там, радовали слух. Несмотря на то, что дорога была довольно сложной, приходилось следить за тем, куда ступает Везувий, и за ветками, что норовили ударить по лицу, Лайт был рад, что они не поехали в объезд. Если бы это случилось, они потеряли бы возможность лицезреть такую красоту.

Объезжая упавшее дерево, выглядевшее старым и трухлявым, Камира внезапно притормозила коня и внимательно вгляделась в дорогу.

— Кабаны, — она указала на чёткие следы слева от их тропы. Затем подняла голову и попыталась высмотреть что-то среди кустов. — Видите, ветки примяты, — эльфийка указала на слегка поломанный куст. — Они ушли туда.

— Нам стоит опасаться? — спросил Дэнэс, ехавший третьим.

— Не думаю, — покачала головой Камира. — Они ушли дальше в лес. Я указала на это по другой причине. Мы довольно далеко отошли от кромки леса, и здесь уже начинается дикая земля. Я буду внимательна, но и вы обращайте внимание на звуки.

Все молча кивнули, и лица путников стали куда собраннее. Эльфийка слегка тронула бока Лучика, и тот медленным шагом двинулся дальше.

На небольшую полянку путники выбрались ещё засветло, но дальнейший путь решили отложить до следующего утра.

— Неизвестно, когда мы выберемся к такому же просторному месту, — сказала Камира, грациозно спрыгивая с коня. — Ночь может застать нас в каком-нибудь буреломе, где мы не сможем столь комфортно расположиться.

— Я бы тоже не рискнул, — ответил Горди, беря Инея под уздцы. — Лучше заночевать здесь и потерять несколько часов, чем во тьме наткнуться на ветку.

— Так мы вроде никуда и не торопимся, — вмешался Лайт.

— И это тоже, — кивнул полуэльф.

***

В этот раз подготовкой к ужину занимался Лайт. Несмотря на то, что Дэнэс и Горди пытались мягко намекнуть ему, что это не дело командира, маг тени лишь хмуро глянул на них. На этом разговор об обязанностях и рангах был окончен. Лайт был против того, чтобы он избегал работ, которые переходили от одного члена отряда к другому по очереди. Он уже несколько раз пытался объяснить Дэнэсу и всем остальным, что он командир лишь по бумагам, на деле он такой же член их отряда, как и все. Но привыкшие к чёткой иерархии бывшие красные плащи никак не хотели это принимать.

Лайт чистил и нарезал овощи для супа, пока Камира занималась возведением их временного лагеря. Карина и Кора занимались лошадьми, а трое плащей, пока ещё было светло, отправились на поиски пресного источника воды. Их запасы из фляг порядком истощились и требовали пополнения.

Очищая очередную морковь, Лайт невольно поймал себя на мысли, что слишком долго и пристально смотрит на Камиру. Её слова о том, что она родом из Кабаньего леса, никак не выходили из его головы. В те дни, когда Лайт ещё жил в Амбуре, и когда случилась та прощальная ночь, где все были откровенны друг с другом, Векста дала понять, что она последняя из своего поселения. Как оказалась, это было не так. Глядя на взрослую эльфийку и вспоминая подругу из «Горького счастья», маг тени имел смелость сделать вывод. Камира покинула родной лес задолго до того, как его поглотил великий пожар. Когда случился тот погром, она, скорее всего, уже была в Башне, и новость об этом нашла её вдали от дома.

Обдумывая эту мысль, Лайт ненадолго выпал из реальности. Когда он снова увидел, что происходит перед его глазами, поймал на себе взгляд Камиры. Он слишком долго и пристально смотрел на неё, и она это заметила. Маг тени поджал губы, опустил глаза и сделал вид, что занят овощами.

— Что-то случилось, Лайт? — раздался внезапно вопрос Камиры.

— Ничего, — буркнул маг тени и уже хотел прекратить разговор, но внезапно для самого себя поднял голову и его голос прозвучал прежде, чем он успел себя одёрнуть. — Ты и вправду родом из Кабаньего леса?

Лайт мысленно выругался. Его любопытство когда-нибудь выйдет ему боком.

— Да, — с удивлённым видом ответила эльфийка. — Моя семья жила там задолго до моего рождения. Мы, если так можно сказать, были коренными жителями этих лесов, хотя местные правители так не считали.

— Фамилия Тенрун… тебе о чём-нибудь говорит? — тихо спросил Лайт.

Лицо Камиры неожиданно вытянулось в удивлении, а её взгляд так и впился в лицо командира — словно шипами.

— У эльфов нет фамилий, но есть родовые имена, — сдавленным голосом поправила она его. — Откуда ты знаешь это имя?

— Я по стечению обстоятельств знаком с одним из твоих сородичей. Её зовут Векста, её фам… родовое имя Тенрун. Она родом из Кабаньего леса, как и ты, но сейчас работает в трактире «Горькое счастье», что в городе Амбура.

Эльфийка, не скрывая потрясения, медленными шагами подошла к Лайту, и присев рядом с ним, снова пронзила его взглядом чистых, как небо, глаз. Магу тени сделалось неловко от столь пристального внимания, но он старался этого не показать.

— Тенруны были старостами нашей деревни с момента её основания, — наконец сказала Камира. — Их семья происходит от побочной ветви королевского рода, чьё королевство находится на острове Флорест.

Теперь уже Лайт смотрел на эльфийку с потрясённым видом. Принять факт, что Векста была дочерью старосты, было несложно, но осознать то, что она благородных кровей… неужели та самая маленькая девушка с добрым характером и с вечной улыбкой на лице… из королевского рода?

— Она ничего такого не говорила, — хриплым голосом ответил Лайт.

— В нашем обществе не принято говорить о таком. Все и так знают статус друг друга. Лишнее напоминание об этом среди сородичей является дурным тоном, а рассказывать о своем статусе… чужакам принято лишь на официальных приёмах, — с грустной улыбкой ответила эльфийка. — Я помню Вексту ещё малышкой. Весёлая непоседа и до неприличия любопытная. Когда случился пожар, ей было порядка… тридцати пяти, может, чуть больше. Я уже точно и не вспомню.

Лайт невольно поперхнулся, но смог сделать вид, что закашлялся. Если маленькой Вексте, которая выглядела едва на шестнадцать, сейчас уже за сорок, учитывая, что с пожара прошло больше шести лет… Сколько же лет самой Камире?

— Я и не знала, что кому-то удалось спастись, — на лице Камиры появилась сдержанная улыбка. — Когда до меня дошла эта новость… я была в Башне. В порыве горя я порывалась поехать туда, найти хоть кого-то живого…, но господин Ракатори отговорил меня. Он сказал мне всю правду — о нападении войска борона, об охоте на моих сородичей, — эльфийка сделала дрожащий вздох и опустила голову. — Он дал мне чётко понять, что живых там не найти, и ехать туда крайне опасно.

— Мне жаль, — с горечью произнёс маг тени.

— Не стоит, — покачала головой Камира, утирая слезы, что уже бежали по её щекам. — Ты принёс мне благую весть. Я не последняя из своей деревни, к тому же спаслась малышка Векста. Эта новость ещё долго будет греть мою душу.

— Я подумывал по возвращении в Альвирию навестить Амбуру, — после недолгого молчания сказал Лайт. — Я давно не видел своих друзей и скучаю по ним. Я буду рад, если ты и все остальные составите мне компанию.

— Это замечательная идея, — с улыбкой сказала Камира, вставая с лавочки. — Я с радостью составлю тебе компанию, да и остальные, думаю, не будут против.

Эльфийка ненадолго задержала взгляд на Лайте, после чего вернулась к своему занятию. Несмотря на то, что Камира сказала, маг тени видел печаль на её лице. Не удержав свой язык, Лайт невольно задел глубокую рану, которая, несмотря на большой срок, так до конца и не зажила. Мысленно высыпав на свою голову все проклятья, которые помнил, маг тени с хмурым видом продолжил чистить овощи.

***

Когда в центре лагеря вспыхнул костёр, жуткие силуэты деревьев расступились, и показалось, что ничего плохо случиться не должно. Огонь освещал большую область, незаметно подойти было довольно трудно, к тому же Кора, не нуждающаяся во сне, была всегда на страже. Звери, не привыкшие к огню и людям, побоятся тревожить двуногих. Обстановка в лагере была спокойная, все шутили за ужином и разговорили обо всём и сразу.

Когда после ужина все начали расходиться по палаткам, оставив Кору возле костра, где-то в глубине чащи послышался странный звук. Когда Лайт обернулся в сторону шума, он нахмурился. На волчий вой было непохоже, да и звук был довольно далеко от их стоянки. Возможно, какой-то зверь вышел на охоту, но это и неудивительно. Они в лесу: вой, рык и разный шум здесь привычное дело.

Когда Лайт уже почти уснул под размеренный треск костра… звук повторился, но уже намного ближе и отчётливее. Он походил на рык, смешанный со скрежетом старых деревьев, что вот-вот должны упасть. Маг тени выскочил из спальника, выбрался наружу и огляделся. Кора, сидевшая у костра, тоже слышала этот звук. Она напряжённо смотрела куда-то в чащу леса, готовая среагировать в любую секунду.

— Что это было? — шёпотом спросил Лайт.

— Не знаю, — коротко ответила хранительница.

Краем глаза Лайт заметил, что Карина, Камира и Горди тоже выбрались из палаток, услышав странный звук. Лишь Дэнэс и Шишир оставались в постели, видимо, они уже спали и не услышали отдалённого шума.

— Может, это зверь? — прошептал полуэльф, внимательно оглядывая округу.

— Непохоже, — пробурчала Карина. — Слишком неестественный звук для этих мест.

Лайт был согласен с выводом Карины. Этот… рык звучал так, будто был грубой имитацией какого-то животного. Но кто мог так неумело имитировать его, и самое главное, зачем? Несколько долгих минут все смотрели в чащу, откуда раздался странный звук, но в конечном итоге так ничего и не произошло. Зверь, или кто бы это ни был, отступил или притаился в лесной тьме, наблюдая за людьми.

— Может, ушёл? — спросил маг тени неуверенным голосом.

— А может, он вообще мимо проходил, — поддержал командира Горди.

— Идите спать, — спокойно сказала Кора. — Я всё ещё здесь, и мимо меня, кто бы там ни был, он не пройдёт. Я успею вас поднять, если что-то случится.

— Уснёшь тут, — буркнул Лайт.

Подождав ещё с минуту, маг тени всё же прислушался к словам своей хранительницы. Забравшись в спальник, прикрыл глаза, но сон, который почти завладел им несколько минут назад, ушёл без следа. Он долго ворочался с боку на бок, ожидая очередного рыка, но так ничего и не услышал. Уснул Лайт лишь под самое утро.

Когда Кора пришла его будить, Лайт не хотел вставать. Он только смог уснуть, и вот его уже выдёргивают из мира грёз. Он с трудом открыл красные глаза, принял сидячее положение и потёр затылок, в котором появилась тупая боль.

— Ну как? — спросил он хриплым голосом.

— Больше ничего, — ответила Кора. — Если это и вправду был какой-то зверь, он обошёл нас стороной.

После завтрака все собрали свои вещи и двинулись за Камирой ещё глубже в лес.

Когда поляна закончилась, и путники вновь въехали под кроны деревьев, Лайт заметил, что окружение начало меняться. За день до этого они ехали по светлому и живописному участку леса. Пусть тропы там и были узкие, но они были свободны. Сейчас же путники словно въехали в совершенно другой лес, который был тёмным отражением той сказки, что они видели днём ранее.

Кроны гигантов не пропускали свет, вокруг стоял полумрак, отчего приходилось вглядываться в дорогу. Буреломы, словно после бури, встречались всё чаще. Некоторые из них можно было объехать, но встречались и такие, которые преодолеть не удавалось, и приходилось возвращаться, чтобы найти другой путь. Один из таких представлял собой два дерева, сломанных почти у самого основания. Они были не слишком большими, не выглядели старыми, но у кого-то хватило сил, чтобы переломить их. Они лежали друг на друге, словно кто-то специально свалил их так, чтобы перегородить дорогу, а поверх набросал крупные ветки сухостоя.

— А точно нет другой дороги? — спросил Шишир.

— Сомневаюсь, — ответила Камира, осмотревшись. — Мы в сердце леса, в самом его центре. Здесь самые древние деревья. Им больше пятисот лет.

— Это не объясняет такого погрома, — хмыкнул Дэнэс, кивая в сторону преграды.

— Почему же, — ответила эльфийка, уводя отряд влево от поваленных деревьев. — Судя по тому, что деревья не упали, а их сломали, здесь была какая-то стычка. Причём дрались довольно крупные хищники, раз смогли такое устроить.

— Медведи? — попытался угадать ящер.

— Сомневаюсь, — покачала головой эльфийка. — Я думаю, что здесь есть кто-то более крупный и сильный. Если мои ощущения меня, конечно, не подводят.

— Что ты имеешь в виду? — напряжённо спросил Дэнэс.

— Этот лес, — Камира рукой указала вокруг себя, — куда древнее того, через который мы ехали вчера. И здесь отчётливо ощущается магия.

— Ты хочешь сказать, что эту часть леса… вырастили с помощью аспекта природы? — подал голос Горди.

— Скорее всего, да, — кивнула эльфийка. — Здесь сила ощущается слабо, но всё же ощущается. Я думаю, что чем дальше мы будем продвигаться, тем сильнее будет её концентрация в воздухе.

— Но как это возможно? — удивлённо протянул полуэльф. — Вырастить такой гигантский лес одному магу просто не под силу.

— А кто сказал, что он был один? И кто вообще говорил о маге?

— В каком смысле? — с ошеломлённым видом спросил Горди.

— Я думаю, этот лес — один из тех, что взрастил первородный, — буднично ответила эльфийка. — Владыка Войдерак, если верить легендам, довольно много путешествовал по миру в поисках учеников. Лишь спустя время он нашёл некое место, что называли лесом Единорогов. Во многих странах есть огромные и древние леса, в которых ощущается присутствие магии. Где-то сила аспекта ощущается слабо, где-то довольно сильно, будто этот лес вырастили только что.

— Но разве частицы магии не рассеиваются со временем? — спросил Дэнэс.

— В случае обычных магов — конечно, но мы говорим о силе первородного. Обычно магический след пропадает через день, максимум два, если говорить о самых сильных представителях аспекта, у более слабых магов остатки магии рассеиваются значительно раньше. Но сила первородного… это другой уровень. Владыка Войдерак — есть сама суть аспекта. Его сила куда больше и плотнее, чем у всех магов природы вместе взятых. Я подозреваю, что его сила не пропадёт из этого места даже спустя тысячу лет.

— Ты сказала, что здесь есть кто-то опаснее медведя, — вмешался Горди. — Это как-то связано с магией вокруг?

— Такая концентрация магической силы в одном месте довольно часто порождает… существ, что как и мы, маги, могут в той или иной степени использовать силу аспекта.

— И такое бывает? — лицо полуэльфа вытянулось в удивлении. — Когда меня обучали, ни о чём таком не говорили, а нас довольно долго учили противостоять магам, будучи обычными людьми.

— Бывало раньше, — поправила его Камира. — Звери, наделённые силой, не появились сами по себе. Это последствия силы изначальных, которую они применяли в нашем мире. Как я уже сказала, следы магии изначальных не такая уж редкость. Они встречаются довольно часто во многих уголках мира. Животные, которые обитают в таких местах силы, от поколения к поколению впитывали частицы аспекта и постепенно преображались. Таким образом, спустя множество поколений у обычных зверей появлялась сила, которой они учились пользоваться инстинктивно, а после уже учили это делать своих детёнышей.

— Получается, в этом лесу обитают существа… с силой аспекта природы, — подытожил Горди с хмурым видом.

— Скорее всего, — кивнула эльфийка. — Я не берусь говорить наверняка, но такое вполне возможно. И эта сила может проявляться не так, как мы привыкли. Это некий… видоизменный вариант аспекта.

— Они опасны для нас? — серьёзным голосом спросил Дэнэс.

— Это звери, — пожала плечами Камира. — Они наделены силой аспекта и осознают, что куда сильнее прочих, а значит, могут напасть и на нас, если мы окажемся на их территории, и они расценят нас как угрозу.

— Понятно, — ответил Горди и поджал губы. — Кажется, ехать в обход было не такой уж плохой идеей.

На это Камира ничего не ответила. Она продолжала вести отряд дальше в чащу, минуя следы стычки местных обитателей.

ГЛАВА 4. СТРАЖ ЛЕСА

В древней части леса ночь настала куда раньше, чем рассчитывали путники. Когда Наул начал клониться к закату вслед за Башем, лес погрузился во тьму. До полного захода светил оставалось ещё несколько часов, но из-за плотности древесных крон свет перестал проникать в эту чащу куда раньше.

Когда сумрак стал настолько плотным, что с трудом можно было различить свои собственные руки, в дело вступил Шишир. Он занял место за Камирой, снял плащ и рубаху, оставшись лишь в плотных штанах, и разжёг на своих плечах яркий огонь, чтобы руки были свободны. Это выглядело довольно пугающе, но в то же время завораживающе. Красный ящер всадник, объятый пламенем, едет посреди тёмного леса. В таком облике Шишир был похож на злого духа, что бродит среди мрачных деревьев в поисках жертвы.

Ритишш, конь Шишира, не слишком оценил идею своего хозяина. Он начал взволновано всхрапывать и артачиться, но ящер быстро утихомирил скакуна.

— Ты, главное, не подпали ничего, — с усмешкой сказал Дэнэс, — а то Камира с тебя шкуру снимет.

— Вы едете сзади, — пожал плечами ящер, и пламя колыхнулось, — вам и следить.

Дэнэс пробурчал себе что-то под нос, но больше ничего говорить не стал. Он и так уже чуть не закопал себя, незачем давать лишний повод.

С живым факелом отряд двигался по лесу ещё около часа, но места под лагерь найти так и не удалось. Лайт был склонен верить словам Камиры о том, что это место — дело рук первородного, а не природы. Слишком уж могучими были деревья, росли близко друг к другу, а вот красоты, как таковой, здесь особо не было. Вокруг был виден лишь холодный расчёт старого садовода. Засадить всё и вся — и дело с концом. Никаких красивых кустов, цветов и прочей роскоши. Деревья, и только деревья.

Спустя два часа блужданий по мрачному лесу Шишир начал выдыхаться. Огонь на его плечах горел слабее, а лицо ящера выглядело всё более измученным. Силы покидали его, и видно было, что скоро он не сможет поддерживать пламя достаточно ярко, чтобы освещать дорогу.

— Надо останавливаться, — заключил Дэнэс, посмотрев на поникшую фигуру друга. — Шиш скоро выдохнется, и мы останемся в темноте.

— Надо-то надо, — цыкнул Горди, ехавший позади. — Только вот непонятно где.

— Я смогу расчистить нам небольшую полянку, — подала голос Камира. — Только… нужно подходящее место.

Несмотря на отсутствие поляны или чего-то похожего, отряд набрёл на более-менее свободное место. Оно располагалось среди двух гигантских лиственниц и трёх могучих дубов, под которыми валялись сотни желудей. Пока все члены отряда расчищали место будущей стоянки от сухостоя и прочего мусора, Камира убирала ветки, что слишком низко нависали над их будущим лагерем. Она за счёт своей силы направляла их рост в другую сторону, тем самым формируя живой навес над их головами.

Когда место под палатки было готово, и Камира хотела вырастить небольшой шалашик под костёр, чтобы облегчить Шиширу жизнь… за спиной путников раздался тот самый рык, что они слышали прошлой ночью. Он всё так же был далеко и звучал до дрожи неестественно, но в отличие от прошлого раза, звучал куда более утробно, словно владелец этого голоса был в гневе.

В этот раз весь отряд напряжённо повернулся на странный звук. Дэнэс достал свой меч, Горди саблю, Шишир переместил огонь с плеч на руки.

— Что это за хрень? — напряжённо спросил Дэнэс.

— Мы не знаем, — ответил Горди, — но этот… зверь преследует нас со вчерашней ночи.

— Со вчера? — ящер удивлённо глянул на приятеля. — Вы его видели и ничего не сказали?

— Только слышали, — ответил полуэльф. — Он так и не показался, поэтому вас будить и не стали.

Напряжение возросло до предела, оно буквально звенело в воздухе.

— Шелест… — внезапно прозвучал голос Карины, а после её палец указал в чащу, — там. Он… приближается.

Рыцари встали полукругом и приготовились к атаке. Дэнэс и Горди встали в стойку, Кора приняла полузвериный облик, Камира наложила на тетиву лука стрелу. Карина выпустила когти, и по её телу побежали жёлтые всполохи. Лайт, в свою очередь, уже зацепился за одну из теней, что отбрасывал огонь ящера, и был готов применить её в любую секунду.

Треск ломающихся веток раздался ровно оттуда, куда было направлено общее внимание. Путники с напряжёнными лицами смотрели в чащу, откуда вот-вот должен был выйти зверь. Минута, другая, но никто так и не появился. Когда Лайт хотел было уже нарушить тишину своим голосом… прямо перед ним упала массивная ветка дуба. Если бы она свалилась на него, маг тени получил бы сотрясение, а может, и того хуже. Присмотревшись к внезапно упавшей ветке, Лайт на секунду оцепенел. На ней была зелёная листва и жёлуди, а у самого основания… виднелся надлом.

Все, не сговариваясь, подняли головы и быстро отошли чуть дальше от дуба. Поначалу Лайт никого не заметил, но после увидел, как ошеломлённая Карина поднимает руку и указывает пальцем на середину ствола.

Лишь когда Шишир увеличил силу своего огня, тем самым делая окружающее пространство немного светлее… маг тени смог увидеть его. Поначалу он подумал, что видит большой сук, покрытый мхом. Лишь когда этот «сук» пошевелился, Лайт увидел его белые, как у слепого, глаза. В них не было зрачков, но пронзительный взгляд существа пробирал до дрожи и так.

Маг тени не просто так спутал это существо с частью ствола. Кривые ноги, похожие на козлиные копыта, были покрыты вместо кожи толстым слоем коры. Поначалу Лайт думал, что это такая шерсть, но чёткий рисунок и плотная текстура говорили об обратном. Кора́… или всё-таки кожа существа была бурого цвета, отчего сливалась со стволом дуба? Выше пояса зверь был покрыт густым мехом — в основном коричневого цвета, но были и вкрапления зелёного, словно он только что валялся в траве. Длинные крепкие руки оканчивались четырьмя пальцами, на которых виднелись загнутые когти. Именно благодаря им зверь и держался за ствол дерева. Голова существа была лысая и имела вытянутую форму, как яйцо. Кожа на лице зверя была дряблая, землистого цвета, а уши — большие и заострённые, как у эльфа. Чуть выше них росли два толстых чёрных рога, слегка изгибавшиеся к черепу.

Лайт не знал, был ли это зверь, или нечто иное, но то, что оно внезапно появилось возле людей, причём настолько бесшумно, что его никто не заметил, пока оно само себя не выдало, ничего хорошего не сулило.

— Что это за тварь? — одними губами прошептал Дэнэс.

— Не знаю, — сдавленным голосом ответила Камира, держа монстра под прицелом. — Но оно…

Существо издало утробный рык, похожий на треск древесины, и начало спускаться. Оно, словно кошка, с неимоверной скоростью впивалось в ствол когтями, и спустя всего два удара сердца оказалось на земле, шагах в десяти от группы людей, сбившихся в кучу.

Едва зверь выпрямился в полный рост, все подобрались, ожидая молниеносной атаки с его стороны. Судя по тому, как это существо ловко спустилось с высокого дерева, его ноги, пусть и покрытые корой, нисколько не мешали ему двигаться быстро. Но нападения не последовало. Зверь лишь оглядел собравшихся своими молочными глазами, так что у всех неприятный холодок пополз по спине, и оскалился в жуткой улыбке, обнажившей клыки.

К общему удивлению… зверь медленно поднял правую руку, словно не хотел провоцировать людей, и указал на эльфийку.

— Чего он добивается? — с ошеломлённым лицом тихо прошептал Горди.

Камира посмотрела в жуткие глаза создания, опустила лук и медленным жестом указала на себя. Существо так же медленно кивнуло.

— Это не зверь, — тихо сказала эльфийка, поражённо глядя на него. — Оно… разумно.

— Пусть так, — фыркнул Дэнэс, держа меч направленным в сторону странного создания. — Чего оно хочет от тебя?

— Не знаю, — ответила Камира.

Существо, видимо, поняв, о чём говорят люди, указало вначале на себя, а после широким жестом обвело окружение.

— Он… — эльфийка нахмурилась, — лес… — она приоткрыла рот и с поражённым видом уставилась на существо. — Ты… охраняешь это место?

Существо продолжило смотреть на эльфийку, никак не реагируя на её слова.

— Кажется, он слегка туповат, — с нескрываемой иронией прокомментировал Шишир.

Зверь, уловив в голосе ящера неприятные нотки, оскалил на него зубы и указал пальцем уже на него.

— А может, и нет, — хмыкнул ящер и оскалил свои клыки в ответ. — Чего ему надо? — с лёгкой злобой прорычал он.

Существо повернулось к дереву, поднесло к нему один из своих когтей… и начало на нём что-то рисовать. Когда оно закончило, то издало скрипучий звук, и на дереве… проявилась надпись. Ствол дерева, где водил когтём зверь, осветился тускло-зелёным светом, и на нём появились символы. Лайт, стоявший всё это время безучастно, всмотрелся, пытаясь понять их смысл…, но это были лишь непонятные закорючки.

— Он умеет писать, — нервно усмехнулся Дэнэс. — Только…

— Cevanya icoivië telpina, — сдавленным голосом заговорила Камира на неизвестном диалекте. Её лицо выражало высшую степень удивления, как и лица её спутников, что уставились на неё.

Существо вновь оскалилось…, а после медленно кивнуло.

— Он знает древнее наречие, — поражённо прошептала эльфийка. — И это письмена… моего народа.

— Это… твой родной язык? — тихо спросил Лайт с потрясённым видом.

— Это… древний диалект, — сдавленным голосом ответила Камира. — В совершенстве им владеют лишь самые мудрые из нас. Я… плохо его знаю, но… это существо его понимает.

— Ты можешь выяснить, что ему надо? — прошептал Горди.

— Я плохо говорю…, но попробую, — ответила эльфийка и посмотрела на существо. — Melamin úrion kérir… man… carniellye, ar man ná terleryar a sí? — с напряжённым лицом произнесла Камира.

Зверь вновь повернулся к дереву. Вначале он провёл ладонью по стволу, чтобы загасить прошлую надпись, а уже после начал выводить новое послание. В этот раз существо писало намного дольше, но никто его не торопил. Пусть чувство опасности и пропало, но напряжение всё ещё витало в воздухе. Пусть этот… зверь и не проявлял агрессии, и даже вышел с людьми на диалог, не до конца было ясно, чего именно от него ожидать.

Когда существо закончило писать, оно вновь издало скрипучий звук, и огромная надпись, занявшая почти весь низ ствола, неярко замерцала среди коры. Она выглядела так, будто парила возле дерева, а не была выцарапана на стволе. Эльфийка сделала два неуверенных шага вперёд и уставилась на надпись. Лайт пытался тоже её разобрать, но печать переводчик почему-то не работала. Видимо, это был один из тех «мёртвых» языков, который знак Вальтрума не мог перевести.

— Я не могу перевести целиком, — с досадой произнесла Камира. — Но смысл… — она начала водить пальцем от одного знака к другому. — Лес… стража… один… огонь… пожар… стража… я… жизнь… лес.

Все, включая саму Камиру, выглядели хмурыми и растерянными. Эльфийка смогла перевести лишь отдельные слова, из которых мало что можно было понять.

— Лес… стража, — повторил Горди. — Кажется… он страж этого леса. И… пожар… огонь… — глаза полуэльфа внезапно расширились, и он посмотрел на ящера, чьи руки до сих пор были объяты огнём. — Шиш, потуши огонь.

— Сдурел? — ящер косо глянул на товарища. — Мы же тогда в темноте останемся. А этот…

— Потуши, — с нажимом повторил полуэльф.

Шишир выругался себе под нос, но просьбу выполнил. Когда огонь ящера погас, мир погрузился во тьму. Лишь светящиеся надписи на стволе дуба давали хоть какой-то ориентир. Когда огонь погас… существо издало странный звук, всё ещё скрипучий, но довольно мягкий… словно оно было довольно.

— Кажется… это существо охраняет лес, — раздался задумчивый голос Горди из тьмы. — И ему не нравится огонь. Он боится пожара или чего-то в этом роде.

— Ты понял это лишь по отдельным словам? — не скрывая удивления, спросил Дэнэс.

— Вроде того, — рассеяно ответил полуэльф. — Судя по… довольному скрипу, я угадал.

— А нам-то как быть? — хмыкнул Шишир с недовольством в голосе. — Ходить, как слепые котята и спотыкаться обо всё и сразу?

— Камира, — обратился Горди к эльфийке. — Ты можешь… просить у него разрешения? Без света мы мало что можем, а других источников, кроме открытого пламени, у нас нет.

— Я попробую, — на выдохе произнесла Камира. — Melamin en amar… nat' tel’luv’e dâiel. Ell… cuiva… i' lâ a cala. Goheno… annon allen e’guarath… i’taw’ev'.

Из темноты донёсся странный скрип, словно существо негодовало от такой просьбы. Когда воцарилась тишина, Лайт подумал, что лесной страж ушёл, оставив просьбу незваных гостей без ответа. Но спустя несколько мгновений он услышал удивлённый вздох слева от себя, а после… увидел сам, и глаза его невольно расширились.

Мягкое зеленоватое свечение нарастало постепенно, словно у лампочек накаливания, на которые медленно подают всё больше напряжения. Вначале Лайт не понял, что именно источает такое нежное свечение, но приглядевшись, осознал… светилась листва дуба, ветки которого Камира подняла в виде навеса. Маг тени опустил глаза к земле и увидел существо. Оно стояло возле ствола одного из дубов, и его лапа, покрытая таким же свечением, что и у магов природы, была прижата к дереву. Он, насколько мог понять Лайт, напитывал это дерево своей силой… тем самым заставляя его светиться.

Когда существо убрало руку от ствола, свечение никуда не пропало. Листва продолжала медленно пульсировать, словно тысячи светлячков собрались в одном месте.

— Это… невероятно, — на выдохе произнесла Камира, заворожённо наблюдая за процессом. — Я… никогда не видела ничего подобного.

Никто из её спутников не произнёс ни слова. Все были поглощены тем, как преобразилось дерево за счёт силы одного… странного существа. Теперь лес не был таким пугающим и враждебным. Та сказка, которую Лайт ощутил в первый день, вновь вернулась.

Страж, издав тихий скрипучий звук, оскалился в жуткой улыбке.

— Eru otholien, — дрожащим голосом произнесла эльфийка.

Существо ничего не сказало в ответ. Оно лишь медленно склонило голову, а после, повернувшись спиной к людям, исчезло во мраке леса, оставив после себя чудесное зрелище.

— Этот… страж, — произнесла эльфийка с улыбкой, — просто невероятное создание. Он… поистине творение владыки Войдерака.

— Только с внешностью не повезло, — тихо прокомментировал Дэнэс, но поймав на себе осуждающие взгляды почти всех спутников, тут же добавил. — Главное ведь не то, как он выглядит, а его намеренья.

— Это точно, — ответила Кора, продолжая смотреть во тьму леса, куда ушло существо. — Он ведь мог убить нас всех, если бы захотел. В нём скрыта огромная сила. Хорошо, что мы нашли общий язык.

— За это стоит благодарить Камиру, — с улыбкой сказал Лайт, посмотрев на эльфийку.

— Я говорила лишь простые фразы, да и то с трудом, — Камира, залившись краской, смущённо опустила глаза. — Нам повезло, что он понял мою скудную речь.

— Ты хотя бы могла с ним говорить, — с улыбкой хмыкнул маг тени.

Эльфийка хотела что-то ответить, но залилась краской ещё сильнее, и отвернувшись, сделала вид, будто изучает те символы, что оставил после себя лесной страж.

***

Этой ночью никто не лёг рано. Лайт и Карина с заворожённым видом смотрели на светящуюся листву, пытаясь понять, как именно такое возможно. Кора и Горди изучали символы, что оставил после себя страж леса, а Дэнэс и Шишир допытывались у Камиры о её знании древнего наречия, и о том, что именно за существо их навестило.

Лайт не участвовал в беседе, но был достаточно близко, чтобы слышать весь разговор. Камира, в отличие от Вексты, не принадлежала королевскому роду, но её родители были приверженцами старых традиций, поэтому и обучили дочь языку предков. Нынешнее поколение эльфов, а именно — те, кто младше восьмидесяти лет, практически не знают этого языка, если конечно, сами не проявят желания его изучить. После этого заявления у Лайта возникло ещё больше вопросов относительно возраста эльфийки, но он понимал, что спрашивать такое у девушки — верх неприличия.

Древнее наречие эльфов существовало задолго до эры изначальных. Именно поэтому печать Вальтрума и не могла его перевести. Изучать речь и письменность древних самостоятельно почти невозможно. Даже если удастся найти книги с этим знанием, а таковых в мире не так уж и много, разобраться с правильным произношением многих слов попросту невозможно. Именно поэтому среди эльфов знание древнего наречия пользуется большим уважением.

Что касается самого существа, оказавшегося столь любезным, Камира ничего сказать не смогла. То, что оно не является одним из тех изменённых существ, что преобразились по прошествию поколений, было очевидно. Его гуманоидный вид и повадки говорили о том, что оно куда больше, чем просто зверь. Эльфийка полагала, что этот страж — одно из прямых порождений самого изначального. Он сразу узнал эльфийку, к которым владыка Войдерак испытывал симпатию, проявил уважение, знал древнее наречие и не проявлял враждебности к людям, хотя вполне мог потягаться с теми, кто нарушил законы вверенных ему владений. Одним словом, он был чем-то большим, чем просто существом, призванным охранять древний лес.

Утром, когда отряд начал просыпаться, путники сразу заметили, что листва вновь выглядит, как обычно. То красивое свечение, которым они любовались, когда отходили ко сну, пропало. Страж леса вложил в это маленькое чудо ровно столько сил, чтобы его хватило до рассвета. С лёгкой печалью на лицах рыцари позавтракали и под предводительством Камиры поехали дальше. Никто точно не знал, сколько им ещё предстояло блуждать по этому лесу, но по предчувствию эльфийки, лес должен кончиться если не сегодня, то завтра до полудня.

— Откуда такая уверенность? — поинтересовался Горди.

— Не знаю, — рассеяно ответила Камира. — Просто… мне кажется, что тот страж… до сих пор где-то неподалёку.

— Думаешь, он следит за Шиширом, чтобы с огнём не баловался? — с усмешкой спросил Дэнэс и покосился на друга.

— Не знаю точной причины, но думаю… что ему важно, чтобы мы выбрались в целости из этого леса. Возможно… — эльфийка внезапно залилась краской, — мы ему понравились, или что-то вроде этого.

— Или кто-то один из нас, — раздался слегка ехидный голос Дэнэса позади.

Эльфийка смущённо поджала губы и чуть ускорила коня. Получив от Горди осуждающий взгляд, Дэнэс хотел извиниться за неудачную шутку, но Камира уже была достаточно далеко.

Никто не мог точно сказать, помогло ли им то существо, или же опытный глаз Камиры, но дорога стала куда легче и просторнее. На их пути почти не встречалось оврагов, колючие кусты и буреломы не преграждали дорогу, а ветки не пытались выколоть глаза. Они ехали по относительно широкой тропинке и вновь без опаски могли любоваться окружающим их благолепием.

Ближе к полудню, после небольшого отдыха, Камира с улыбкой на лице, но едва заметной печалью в голосе, оповестила друзей, что лес редеет. Спустя два с половиной дня перехода рыцари «Чёрной розы» преодолели древний лес. У каждого в отряде остались разные чувства касательно этих дней, но больше всех они запомнились, конечно, эльфийке. Когда она настояла на том, чтобы ехать через лес, она не могла даже представить, что встретит здесь древнее существо, что, возможно, видело самого Войдерака, и которое знает язык её предков. Теперь и у Камиры будет о чём рассказать за столом, когда она вернётся в Башню. Если, конечно, захочет это сделать.

ГЛАВА 5. РЕКА ЗМЕИНАЯ

Город Бойр, как оказалось, располагался всего в получасе езды от леса. Едва Лайт с товарищами отъехали от опушки, цепкие глаза Карины заметили вдалеке нечто крупное. Когда стены города стали различимее, Горди, ехавший позади, ускорил коня и поравнялся с Лайтом.

— Командир, ты помнишь, о чём мы говорили?

— Если честно, то нет, — признался маг тени, виновато глянув на полуэльфа.

— О маскировке, — Горди поводил рукой перед лицом. — Если за нами ведёт охоту культ, то они прекрасно знают наши лица. Нам нужно что-то с этим сделать.

— А если мы просто скроем лица под капюшонами плащей? — с невинным лицом спросил Лайт.

— Такое себе решение. На улицах города это ещё может помочь, но в более людном месте… любое неосторожное движение головой — и мы на виду. Я понимаю, что всё это звучит слишком параноидально, но ты сам понимаешь, что может случиться, если мы не будем осторожны.

— Что ты предлагаешь? — спросил маг тени.

— Я думал над этим, — неуверенно протянул Горди. — И самым верным решением я считаю силу твоего аспекта. Насколько мне известно, ты способен создавать очень правдоподобные копии. В том числе и… конечностей. Поэтому я подумал, что создать для нас фальшивые лица для тебя не будет особо сложной задачей.

Лайт с удивлением глянул на товарища. Никогда прежде он не задумывался о том, что его магия может помочь в маскировке. Маг тени даже не был уверен, что вообще на такое способен.

— Я не уверен, что это возможно, — растерянно ответил Лайт. — Одно дело — создать из тени что-то с нуля, другое…

— Вполне возможно, — вмешалась в разговор Кора, ехавшая справа от своего хозяина. — Ты же знаком с имитацией. Как правильно подметил Горди, твоя нога тому живое доказательство.

— Ты хочешь сказать, что по такому принципу я смогу… изменить лицо? — спросил маг тени, удивлённо приподняв брови.

— Скорее не изменить, а наложить поверх оригинала маску, — спокойно ответила хранительница. — Только надо будет приложить чуть больше сил и фантазии. Твоя нога, по сути, статична, пусть ты и научился ходить на ней так, будто она настоящая. С лицом всё сложнее. Оно должно двигаться: рот, глаза, брови — всё это должно выглядеть естественно.

— И сколько продержится такая маска?

— Всё зависит от того, сколько ты вложишь сил, — пожала плечами Кора. — Радиус тот же, что и у теневого шага. Если отойти дальше, маскировка пропадёт.

— А тени? — неуверенно спросил Лайт.

— Твоя левая нога хоть раз пропадала сама собой? — вопросом на вопрос ответила хранительница.

— Нет, — протянул маг тени.

— Здесь то же самое. Ты, по сути, закрепишь на лицах тень, и за счёт своей силы заставишь её оставаться на месте даже тогда, когда не будет источников света. Пока твой резерв сил не истощится, или тени, закреплённые таким образом, не выйдут за радиус твоего воздействия, маски, как и твоя нога, никуда не пропадут. Нога забирает не так много сил, но вот с лицами… сил понадобится больше. Я не могу сказать, насколько точно тебя хватит. Я бы рекомендовала убирать их на ночь, а утром вновь накладывать. Так ты сможешь лучше восстановить силы, и шанс того, что ты неожиданно истощишься и потеряешь контроль, куда меньше.

— Звучит довольно сложно, — задумчиво сказал Горди с хмурым лицом. — Мы можем придумать что-то ещё. У Карины должно быть что-то, что может…

— Мы можем попробовать, — перебил полуэльфа Лайт. — Я никогда не пробовал ничего подобного, но этот опыт может оказаться полезным.

— Тебе решать, — пожал плечами Горди. — Если согласен, тогда нужно остановиться.

День клонился к закату. Оба светила опускались к горизонту и давали достаточное количество теней, чтобы маг с нужным аспектом мог ими манипулировать. Отряд остановился возле кустарника, от которого падала полукруглая тень. Лайт занял место слева от тени, Горди, вызвавшийся быть первым в эксперименте с маскировкой, сел напротив кустарника.

— Если вдруг что-то пойдет не так, говори, — предупредил товарища маг тени. — Я делаю такое впервые и не знаю, чего ожидать.

— Хорошо, — кивнул полуэльф.

Когда Лайт уже хотел начать работать с тенью, на его плечо легла рука Коры.

— Я рекомендовала бы брать за основу образы, которые тебе хорошо знакомы, — когда хранительница поймала непонимающий взгляд своего хозяина, она пояснила. — Если вдруг случится так, что маска пропадёт, тебе будет нужно быстро её восстановить. Проще сделать это со знакомыми очертаниями, чем пытаться по памяти восстановить то, что было придумано на ходу. Многие не заметят каких-то сильных изменений, но если за нами и вправду ведут слежку…

Маг тени понимающе кивнул и вновь сосредоточил внимание на Горди. Около минуты Лайт обдумывал слова своей хранительницы, пытаясь подобрать тот образ, который сможет быстро восстановить. Когда маг тени наконец понял, чего именно хочет, он выставил правую руку вперёд и сосредоточился.

Рука осветилась чёрным светом, и вместе с этим тень кустарника зашевелилась, будто живая. Лайт сделал плавный жест указательным пальцем, и чёрный сгусток пополз по телу полуэльфа к его лицу. Когда чёрная субстанция коснулась лица Горди, тот вздрогнул, но ничего не сказал. Маг тени сделал жест рукой, и тень, словно маска, обволокла лицо полуэльфа. Лайт прикрыл глаза, представляя себе образ того, кого хотел сымитировать. Нос, уши, глаза, форма лица — все мелочи, которые он мог вспомнить об этом человеке. Когда образ окончательно сформировался, маг тени пошевелил пальцами, словно перебирал струны на арфе, и прошептал слова.

Тень на лице Горди забурлила, словно вода в котле. Лайт опасался, что это может вызвать у него дискомфорт, и был готов в любую секунду убрать с его лица эту чёрную смолу, но полуэльф молчал. Процесс продолжался куда дольше, чем рассчитывал маг тени, но когда тень приобрела слегка бледноватый оттенок кожи, перед группой рыцарей предстал…

— Господин Сарабан? — почти одновременно ахнули Камира и Карина.

Лайт улыбнулся такой реакции. Девушки оказались правы, и судя по искреннему удивлению, маг тени смог передать Горди все черты мастера-кузнеца из Башни. Молодое лицо полуэльфа теперь выглядело старше, черты сгладились, глаза стали чуть шире, а нос более ровным. Горди стал почти точной копией Сарабана.

— Ну и как? — поинтересовался Лайт, глядя в лицо кузнеца.

— Холодно, — медленно произнёс Горди.

Он прикрыл один глаз, затем другой, улыбнулся, пошевелил желваками, скорчил небольшую рожицу. Лицо двигалось естественно, без видимых дефектов. Если не знать о том, что это лишь имитация, отличить от настоящего было нельзя. По крайней мере, на первый взгляд.

— Холодно? — переспросил маг тени.

— Сейчас уже лучше, — отозвался полуэльф, трогая своё новое лицо. — Когда ты… только поместил мне на лицо эту… тень, я ничего не видел и чувствовал холод на лице. Сейчас уже лучше.

— Как ощущения? — тоном врача поинтересовалась Карина, с интересом разглядывая новое лицо Горди.

— Нормально, — пожал плечами полуэльф. — Я не ощущаю, что что-то поменялось, но судя по вашей реакции, меня теперь не узнать.

— Это уж точно, — хмыкнул Дэнэс и натянул улыбку.

Вторым на очереди оказался сам Дэнэс. Его облик Лайт тоже позаимствовал у человека из Башни, а именно — у командира стражи Аматиста. Суровое лицо со шрамами подходило крепкому телу бывшего наёмника просто идеально. Камира примерила на себя образ Тиолы, главной целительницы Башни. Когда она посмотрела на себя в небольшое зеркальце, то невольно засмущалась. Лайт знал, что эльфийка проходила у неё обучение и испытывала огромную симпатию к доброй, но строгой врачевательнице.

Когда дело дошло до Шишира и Карины, маг тени немного стушевался. До этого он менял лица… людей, а здесь нужно было преобразить лица ящера и кошки. Вот так сразу придумать им подходящую замену Лайт просто не мог.

— Что-то не так? — поинтересовалась Карина, сидя в тени куста.

— Я… — Лайт замялся, — не знаю как… это пройдёт с тобой. Понимаешь, ты…

— Не человек? — усмехнулась кошка. — Какая уж есть, прости. Ну, ты попробуй, а там посмотрим.

Маг тени вздохнул, но приступил к работе. Когда тень обволокла лицо Карины, Лайт долго не мог собрать в голове образ, который должен был заменить лицо девушки… и поэтому решил пойти на шаг, который мог не понравиться Карине. Когда тень приобрела естественный для кошки окрас, Лайт увидел перед собой… женскую версию Дароха, торговца из Амбуры. Маг тени опасался, что мужское лицо будет смотреться на женственном теле не совсем естественно, но ошибся. Да, черты Дароха были грубее естественного лица Карины, но благодаря густому короткому меху этого почти не было заметно.

— Неплохо, — прокомментировала Камира, разглядывая лицо подруги.

— Как я? — спросила кошка, беря зеркальце у эльфийки.

— Не узнать, — уклончиво ответила Камира.

После того как кошка осмотрела себя со всех сторон, она с довольным оскалом глянула на Лайта.

— Я такая суровая, — она насупила брови. — Мне, конечно, идёт, но моё лицо симпатичнее.

— Рад, что тебе нравится, — протянул Лайт, пытаясь скрыть улыбку.

Поняв, что и с лицом… не совсем человека магия тени может справиться, маг тени без опаски приступил к преображению Шишира. Красному ящеру досталось суровое в шрамах, но с добрыми глазами лицо. Пусть у Джубы кожа была зелёная, а морда куда крупнее, чем у его собрата, Шиш выглядел почти естественно. Единственно, что немного бросалось в глаза — крупный овал лица по сравнению с худощавым телом.

Последним в очереди на преображение оказался сам Лайт. Над своим лицом маг тени долго не размышлял, едва тень окутала его лицо, он тут же отдал мысленный приказ, и спустя полминуты слегка исхудавшее лицо мага тени округлилось, приобретя смягчившиеся черты, мясистый нос и небольшую щетину на щеках и подбородке.

— Ого, — протянул Дэнэс, — а ты себя не пощадил.

Лайт взял из рук Карины зеркало и увидел в отражении… лицо Вити, своего друга из прошлой жизни.

— Зато точно никто не узнает, — сказала Лайт, с грустной улыбкой рассматривая свою новую личину.

Когда маг тени повернулся к хранительнице и хотел предложить ей помощь в преображении, то невольно поперхнулся. В одеждах Коры стояла не молодая девушка с красивыми чертами лица, а взрослая женщина с острым подбородком, чуть кривоватым носом и впалыми глазами.

— Теперь мы можем ехать? — спросила она спокойным голосом.

— Как ты…

— Я же тень, — пожала плечами хранительница и слегка улыбнулась, видя шокированные лица товарищей. — Я сама могу себя изменить.

— Понятно, — ответил Лайт, поджав губы. — Да, можем ехать. Только не отходите от меня далеко, иначе весь маскарад пропадёт.

***

Никогда прежде Лайт не испытывал такой странной тревоги. Они проезжали под аркой ворот в Бойр. Стражники, дежурившие у въезда, лениво оглядели их, но не попытались остановить и расспросить. Вот только магу тени почему-то было до крайности тревожно. Он прекрасно понимал, что смена облика — мера для защиты себя и товарищей, а не чтобы скрыться от правосудия. Но тело всё равно отреагировало нервной дрожью, когда взгляд человека в доспехах задержался на нём чуть дольше необходимого.

Когда путники выехали на широкую улицу, мандраж немного утих, но неприятное ощущение всеобщего внимания к его персоне почему-то никак не пропадало. Лайт не мог понять, с чем именно это связано. Возможно, ему вспомнились слова Горди, что у культа жизни последователи могут быть где угодно, а значит… любой случайный прохожий мог высматривать именно его. Либо же ощущение того, что он выдаёт себя за кого-то другого, заставило его чувствовать себя обманщиком. Любое неверное слово или жест — и он раскроет себя, выдаст всех своих товарищей, и тогда…

Лайт помотал головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли.

«Я просто себя накручиваю, — повторял он про себя. — Всё было нормально раньше, будет и сейчас. Главное — держать себя в руках».

Таверна «Тритон» располагалась на Монетной площади, в пяти минутах езды от ворот. Именно в ней и было решено остановиться. У таверны не было своей конюшни, но городская, как оказалось, располагалась всего в нескольких домах от площади, на Конной улице.

Отдав своих лошадок на попечение Авира, полного мужчины немногим за сорок, Лайт и компания направились в «Тритона».

Едва маг тени пересёк порог таверны и сделал два шага, как тут же замер. Над барной стойкой, которая была справа от двери… висела голова огромной и до крайности уродливой рыбы. Вытянутая чешуйчатая морда, огромные зубы, торчащие из пасти, длинный острый плавник на гладкой голове и большие водянистые глаза. Рыба выглядела исключительно жутко, и было непонятно, кто именно догадался повестить такую страхолюдину в общем зале.

— И вправду тритон, — хмыкнула Карина за спиной Лайта.

— Это? — удивлённо протянул маг тени, косясь на жуткое создание.

— Ну да, — непонимающе протянула кошка. — Не самый крупный, но тоже ничего. Их жир используется в согревающих мазях, а плавники и чешую используют для косметики. Вообще, очень полезное создание в медицинском и алхимическом плане, только вот довольно опасное и мало где водится.

— А вы неплохо разбираетесь, — раздался за их спинами женский голос. — Тритоны водятся в Змеиной, в самых глубоких её частях.

Когда Лайт и Карина обернулись, то увидели миловидную девушку, не старше двадцати пяти. Длинные волосы пшеничного цвета, аккуратные черты лица, стройная фигура. Одета она была в тёмно-зелёное платье почти до пола, а в руках держала посеребрённый поднос.

— Вы лекарь? — с лёгкой улыбкой спросила девушка, когда на неё обратили внимание.

— Да, — кивнула Карина, — и алхимик.

— Редко можно встретить девушку-алхимика, — сказала незнакомка и спустя секунду глаза её расширились, а рот слегка приоткрылся. — Что же я так, боги, простите, — девушка неожиданно склонила голову. — Моё имя Найна, простите, что не представилась. Я помощница хозяина. Чем могу быть полезна?

— Всё хорошо, — с нервной улыбкой ответила кошка. — Моё имя Кар… Кармилия. Моего друга, — Карина покосилась на командира. — Зовут… Лансэль. Мы бы с товарищами хотели снять у вас комнаты на сутки.

— Да, конечно, — пролепетала Найна. — Прошу вас, сюда.

Пока они шли к стойке, Лайт смотрел на Карину и с трудом сдерживал улыбку. Когда они только подъезжали к городу, Горди попросил всех придумать себе имена, чтобы быть точно уверенными, что их никак не раскроют. Придумать имена было несложно, но вот вспомнить их в нужный момент оказалось трудно, и Лайт ожидал этого. Когда он увидел, что не только он чувствует себя неловко, притворяясь кем-то другим, ему стало немного легче.

Оплатив комнаты и заказав еду, маг тени с товарищами направился к дальней части трактира. Второго этажа здесь не было, но здание было довольно длинным, поэтому и комнаты, и общий зал прекрасно уместились на первом этаже.

— Нам нужно пополнить припасы, — сказал Горди, когда они остановились напротив своих комнат. — У нас кое-что ещё осталось, но боюсь, до Каниса может не хватить.

— Хорошо, — сказал Лайт, открывая свою комнату. — Завтра утром мы с Корой можем…

Маг тени не успел закончить фразу, когда поймал на себе недоумённый взгляд полуэльфа.

— Ну да, — простонал Лайт, коря себя за глупость. — Я уже и забыл. Все вместе сходим. После завтрака.

Полуэльф слегка улыбнулся и кивнул, после чего вместе с Дэнэсом и Шиширом прошёл в их комнату, оставив командира со смущённым видом стоять в коридоре.

***

Поход на рынок большой группой ничем особенным не запомнился. Лайт с товарищами ходили от торговца к торговцу, выбирая продукты и кое-какие личные вещи. Не было никаких подозрительных личностей, пытавшихся что-то высмотреть, странных прохожих, пытавшихся заговорить с ними или спровоцировать их. Даже если на площади Серебряной монеты и были соглядатаи культа, маскировка отлично работала.

— А ты точно уверен, что за нами следят? — спросил Лайт у Горди, пока они ждали в стороне девушек, рассматривавших какие-то безделицы.

— Нет, конечно, — усмехнулся полуэльф. — Я даже не до конца уверен, что у культа есть такое количество людей.

— Зачем тогда весь этот маскарад? — удивился маг тени.

— Именно потому, что я не уверен, — пожал плечами Горди. — Может быть, я себя просто накручиваю, и этот культ не такой уж могущественный, как я себе представляю. А может, всё в точности наоборот. Мы не знаем об этом культе ровным счётом ничего, а значит, осторожность не будет лишней.

— Тоже верно, — согласился Лайт.

Когда с покупками было покончено, маг тени и компания вернулись в «Тритона». Комнаты были сняты до полудня, поэтому у них оставалось ещё несколько часов на то, чтобы набраться сил и подготовиться к новой поездке.

Отъехав от города на приличное расстояние, Лайт сделал жест рукой, окутанной тёмным свечением, и тени-маски соскользнули с лиц путников на землю, слившись с тенями их лошадей.

— Странные ощущения, — поёжилась Камира, дотрагиваясь до лица. — Пока маска была неподвижна, я ничего не чувствовала. Но едва она стала тенью, вновь почувствовала холод.

— Ничего странного, — пожала плечами Кора, приняв свой привычный облик. — Тень — это копия реального предмета или, как сказали бы романтики, тёмное отражение мира. А в темноте всегда холодно.

— Получается… — эльфийка немного замялась, — в царстве мрака, откуда ты пришла… тоже холодно?

— Не помню, — пожала плечами хранительница.

— Я не ощутил холода, — отозвался Лайт, ехавший чуть впереди. — Там было… красиво, и никакого дискомфорта. Я бы даже сказал, что там ты чувствуешь себя легче, свободнее.

— Интересно, конечно, — задумчиво протянула Карина, ехавшая рядом с подругой. — Почему ты помнишь царство мрака, а Кора нет.

— Я душа, помещённая в оболочку из тени, — ответила Кора, — и на меня наложены ограничения. Лайт же был… гостем владыки Эратори.

— Зачем вообще нужны эти ограничения? — с хмурым видом спросила кошка. — Как мне кажется, будь у тебя вся сила и знания твоей прошлой жизни, вы бы были непобедимы. Ты же второй архимаг Альвирии. Я мало что знаю о твоей жизни, но подозреваю, что такой титул обычному магу не дали бы.

— Эти ограничения возникли не из-за желания владыки как-то урезать силы хранителей, а из-за банальных законов мира, — ответила хранительница с лёгкой улыбкой. — Ограничения по магии возникают из-за тела, а точнее, оболочки. Я есть тень, и с другими тенями я на равных, поэтому и не могу ими управлять — лишь сливаться с ними. А что касается памяти, то здесь всё довольно практично. Владыка ограничил хранителей с одной целью: чтобы они не жили прошлым, а сосредоточились на обучении и защите своего хозяина.

— Тебе… не бывает грустно от мысли, что ты не помнишь своей жизни? — с лёгким смущением спросила Камира.

— Нет, — честно ответила Кора. — Моя жизнь оборвалась много лет назад. Никого, кого бы я знала, уже нет в этом мире, поэтому переживать об этом не имеет смысла. К тому же, если мне будет нужно, я могу найти книги по истории и всё узнать, только я это вряд ли буду делать.

— Почему?

— А зачем? — с улыбкой спросила хранительница. — Меня вполне устраивает и нынешнее существование. Знать о том, что я делала, когда была жива, и каких глупостей натворила — только лишний раз накручивать себя. Моя задача обучать и охранять Лайта, на этом и сосредоточусь.

***

Река Змеиная оказалась не такой бурной, как Пограничная, но довольно широкой. Переплыть её вполне было возможно, но не в доспехах. Теперь Лайт понимал слова Нойры о естественной преграде к столице Йондура. В какую бы сторону маг тени ни посмотрел, голубая лента Змеиной приковывала к себе взгляд.

— Ну вот и наш ориентир, — сказал Горди, подводя своего Инея к реке, чтобы тот напился. — Теперь остаётся идти по ней на юго-запад.

— Сколько займёт дорога? — спросил Шишир, отпивая из фляги с водой.

— Демоны его знают, — цыкнул полуэльф. — Могу лишь предположить, что дня два или три.

— Что по местности? — продолжил спрашивать ящер.

— Да мне-то откуда знать, — с раздражением ответил Горди. — Я, как и ты, здесь впервые.

— А что говорит твой рисунок? — с улыбкой спросил Дэнэс, стоявший неподалёку.

Горди пробурчал какие-то невнятные ругательства и отвернулся, в то время как бывший наёмник и ящер тихо посмеивались.

Река Змеиная, насколько мог судить Лайт, была довольно длинной и имела огромное количество поворотов, как не очень заметных, так и более крутых. Видимо, из-за этой особенности её так и назвали. Вода была ледяная, но довольная чистая. Правда, использовать её для питья никто из товарищей пока не решился.

Берег, насколько хватало зрения, был ровным, открытым. Где-то лежали мелкие гладкие камешки, где-то песок бурого цвета. Но зато метрах в двадцати от берега начиналось буйство дикой природы. Трава в некоторых местах вырастала выше колен, дикие цветы разносили резкий, но приятный запах по округе. Чуть дальше росли красивые кусты, некоторые из которых, словно живые изгороди, тянулись на десятки метров. На них не было цветов, зато они пестрили довольно крупными красными и жёлтыми ягодами. Чуть дальше по дороге Лайт увидел небольшие деревца с раскидистыми кронами.

Когда над головой раздался птичий крик, все подняли головы. Чуть дальше по руслу реки кружила птица. Мощные крылья, чёрно-белое оперение и массивное тело. Лайт не мог понять, что именно это за птица, но то, что она была хищником, сомнений не вызывало. Птица сделал несколько больших кругов, словно осматривала территорию, а после резко бросилась вниз. Около минуты никто её не видел. Начало казаться, что гордый хозяин неба не рассчитал своих сил и разбился. Когда птица вновь показалась, она набирала высоту и делала это с большим трудом. Она сжимала в лапах довольно крупную добычу, размером примерно с себя, да к тому же пойманный зверь явно не хотел становиться обедом, и энергично брыкался, но птица его не выпускала.

— Губа не дура, — прокомментировала Карина, всматриваясь вдаль. — Целый заяц, причём довольно крупный. Надолго такой тушки хватит.

— Может, она на целую компанию ловила? — с усмешкой отозвался Дэнэс.

— Ну да, — в тон ответила кошка, — пир для всей семьи. Бабушку позовёт, дедушку и кузину по линии отца.

Ближе к вечеру путники стали присматривать место под лагерь. Открытое поле предоставляло большое пространство, только вот ветер, дующий с другого берега Змеиной, делал идею ночевки на берегу не очень разумной. От воды тянуло холодом, и даже в тёплых плащах Лайт, как и некоторые из его спутников, чувствовал себя некомфортно.

— Надо просто уйти подальше от реки, — предложил Дэнэс, пряча шею в вороте плаща. — Иначе наутро мы все коркой льда покроемся.

— Мы же в поле, — сказал Горди слегка дрожащим голосом. — Нам надо уйти на много километров, чтобы холод от воды не ощущался. Да и то не факт, что станет теплее.

— Есть идеи? — с иронией в голосе спросил Дэнэс.

— Искать какую-нибудь чащу, низину или что-то подобное. Место, где можно укрыться от ветра.

— Я могу создать укрытие, — отозвалась Камира, ехавшая в середине отряда. — Вырастить живую стену и укрыть нас от ветра.

— А если ветер сменит направление? — спросил бывший наёмник.

— Могу создать какой-нибудь купол, — чуть подумав, ответила эльфийка.

— Давайте всё же поищем что-то подходящее по дороге, — простучал зубами Горди. — Если уж не найдём, тогда и будем о куполе говорить.

Когда на Парадиус опустился сумрак, места под лагерь так и не нашлось. Лайт с товарищами проехали несколько километров, но места, где можно было бы укрыться от ветра, который стал ещё сильнее, так и не разыскали.

Отъехав подальше от русла реки, все спустились с лошадей на землю и замерли в ожидании. Камира отошла от своих товарищей подальше и огляделась. Когда она была удовлетворена выбранным местом, то подняла руки перед собой и сосредоточилась. В момент, когда ладони эльфийки окутало зеленоватое свечение, трава вокруг неё пришла в движение. Вначале Лайт думал, что она использует в качестве основы куст, что был метрах в десяти от неё, но ошибся. Своей силой Камира заставила траву в радиусе пятнадцати метров вырасти на добрые четыре метра. Когда трава заколосилась высоко над головой эльфийки, она начала делать жесты руками, словно что-то сминала в руках. Вместе с её движением трава начала переплетаться и образовывать из мягких побегов крепкие и плотные стены. Последним штрихом Камира сделала плавный жест рукой вверх, и трава практически сомкнулась над её головой, оставив в «крыше» небольшое отверстие.

— Недурно, — прокомментировал Дэнэс, разглядывая травяной купол.

— Почему ты не использовала дерево за основу? — решил поинтересоваться Лайт.

— С чем-то более простым, вроде травы, работать проще, — ответила Камира. — Нам нужна защита от ветра, а не от нападения, поэтому трава здесь прекрасно подойдёт. Если сплести её достаточно плотно, она не будет пропускать ни ветер, не лучи светил.

— Разумно, — согласился маг тени, проходя в полумрак травяного убежища.

Когда все оказались внутри купола, эльфийка сделала лёгкий пасс рукой, и купол стал единым целым, без окон и дверей. Только небольшая дыра в потолке давала ориентир, вечер сейчас или день.

В этот раз решили обойтись без палаток. После того как Шишир развёл костёр, под травяным куполом стало настолько жарко, что в тёплом плаще было уже душновато. Камира оказалась права, трава не пускала ветер снаружи и прекрасно удерживала тепло внутри.

Коней было решено оставить на вольном выпасе. Все лошади были прекрасно обучены и на команды отзывались без проблем. Верным спутникам рыцарей решили дать свободу воли, чтобы они смогли наесться свежей травы и как следует отдохнуть.

После ужина все расстелили спальники на земле и начали отходить ко сну. Лайт лежал ближе к стене купола и любовался звёздным небом. До этого дня у него не было возможности вот так любоваться ночным небом Парадиуса. И он был рад, что ему выпала такая возможность.

***

Из сна Лайта вырвал странный звук, который никак не соответствовал окружающей обстановке. Он открыл глаза и увидел, что небо ещё тёмное, а значит, было ранее утро. Когда маг тени принял сидячее положение и огляделся, он увидел своих товарищей. Они, как и он, сонными глазами с непониманием оглядывались по сторонам, а значит, услышанный им звук не был частью сна. Маг тени глянул на свою хранительницу, но та смотрела в противоположную сторону.

Когда Лайт начал медленно вставать, звук повторился. Он раздавался у противоположной от него стены и был похож на… царапанье. Кто-то или что-то пыталось попасть к ним, царапая жёсткие травяные стены.

Спустя пару секунд все уже были на ногах и при оружии. Они смотрели на стену, которую пытались проломить, и выжидали. Все молча переглядывались, говорить не решались. Было непонятно, кто и с какой целью пытается пробраться в их убежище, а значит, эффект неожиданности должен сыграть на стороне обороняющихся.

Лайт внимательно следил за стеной и слушал звуки, что доносились из-за неё. Теперь, когда сон окончательно спал, и тело было напряжено, он понял… что звук не единичный. У стены собралось, по крайней мере, пять… существ, что интенсивно скреблись в лачугу людей.

Когда внутренняя часть стены начала осыпаться, маг тени сконцентрировался, и его руки осветились чёрным. Он притянул несколько теней к себе, а после направил их ровно под то место, где должна была образоваться дыра. Спустя несколько ударов сердца стена не выдержала, осыпалась, и в образовавшейся дыре появилась… рыбья голова.

Уродливая вытянутая морда с клыками и водянистыми глазами. Её голову покрывала склизкая голубоватая чешуя, а на макушке красовался большой плавник ярко-жёлтого цвета. Когда рыба просунула голову и увидела людей, что с перекошенными от удивления лицами смотрели на неё, она издала странное бульканье и тут же скрылась за стеной.

— Какого хрена это…

Дэнэс не успел закончить фразу. Там, где рыба каким-то чудом смогла проковырять отверстие, замельтешили силуэты. Прежде чем Лайт успел осознать, с чем именно они столкнулись, раздался приглушенный треск рвущейся травы, и под купол ввалились четыре твари, что были похожи на ту первую, но отличались размером и окрасом.

Несмотря на рыбьи морды, эти твари были прямоходящими. Крепкие, но короткие жилистые ноги, бесформенное толстое тело, длинные руки почти до земли, с перепонками между кривых пальцев и загнутыми когтями. Шеи видно не было, уродливая голова с пустым взглядом сразу переходила в столь же отвратительное тело.

Маг тени среагировал моментально. Едва рыбы ступили под купол, Лайт сжал кулак и сделал движение вверх. Чёрные руки оплели склизкие лодыжки тварей и крепко сжали их, не давая им сделать и шагу.

Рыбьи головы издали горловое бульканье, вызывающее неприятную дрожь по телу, и за их спинами возникло ещё десять их столь же отвратительных собратьев. Теперь в дело вступили и другие члены отряда. Карина, державшая арбалет наготове, нажала на спуск, раздался негромкий щелчок, и болт её арбалета прошил одну из тварей, что маячили позади. Рыба упала на спину, несколько раз дёрнулась в судорогах и замерла навсегда.

Когда остальные твари увидели, что их собрат пал, они моментально кинулись вперёд, чтобы отомстить. Они ещё больше разломали стену, минуя теневых марионеток, и с булькающим кличем устремились вперёд. Но все уже давно были готовы.

Дэнэс одним могучим ударом разрубил пополам сразу двух рыб. Шишир, чьи кулаки давно горели огнём, с утробным рыком накинулся сразу на трёх. Карина, державшая болты наготове, успела поразить ещё одну тварь, но в этот раз лишь ранила её. Несмотря на короткие ноги, рыбы двигались довольно проворно. На помощь подруге пришла Камира. Она с холодной решимостью выпустила две стрелы одну за другой, попала твари в область лба, и рыба бездыханной тушей завались вперёд.

Горди и Коре достались последние две твари. Рыбы бросились на них с жутким бульканьем, но ни полуэльф, ни хранительница этого не испугались. Кора двумя ударами львиных лап оборвала жизнь своих противников, а Горди с присущей ему ловкостью расправился со своими.

Когда все члены отряда повернулись к пролому, те твари, что первыми вломились в их убежище, уже пропали в теневом озере. Несколько секунд все стояли в напряжении, ожидания новой волны рыбоголовых созданий, но всё было тихо.

— Какого демона это сейчас было? — тяжело дыша, просил Дэнэс.

— Кажется, мы встали возле логова тритонов, — буднично ответила Карина, доставая из рыб свои болты. — Видимо, это то место, о котором нам говорили.

— Какое место? — непонимающе спросил Шишир.

— Работница трактира говорила, что здесь есть глубокие места, где обитают тритоны. Видимо, это одно из них.

— И ты говоришь об этом только сейчас? — с лёгкой злобой проговорил Дэнэс.

— А если бы сказала раньше? — Карина пронзила бывшего наёмника холодным взглядом. — Ты бы пошёл нырять? Иначе как ты проверишь, есть они тут или нет.

Дэнэс сжал губы, но ничего не сказал. Карина победила его в словесной дуэли.

— А какого хрена они набросились на нас? — прорычал бывший наёмник после минутного молчания, оглядывая тварей. — Мы же в воду к ним не лезли, их не ловили. Какого демона им от нас понадобилось?

— Они защищали свою территорию, — пожала плечами кошка. — Видимо, они вышли на охоту и увидели наш купол. Решили проверить, а когда увидели нас, подумали, что мы захватчики. Вот и напали.

— Мерзкие они, конечно, — прокомментировал Шишир, обходя одного из тритонов. — Получается, мы вырезали их… стаю?

— Скорее уж, маленький отряд охотников, — хмыкнула Карина. — Обычно тритоны живут в группе по несколько сотен особей.

— Сотен? — переспросил молчавший до этого Горди.

— И это как минимум. Короче говоря, нам надо убираться отсюда, и побыстрее. Если остальные тритоны заметят, что мы сделали с их охотниками, нам не дадут просто так уйти.

— Вашу мать, — выругался Дэнэс.

— Да, беда, — цыкнул Лайт. — Но если дело обстоит так, нам и вправду стоит быстрее уехать.

— Вы пока собирайтесь, — сказала кошка, склоняясь над одним из тритонов. — А я пока кое-что заберу у этих героев.

— Ты будешь их свежевать? — спросил Дэнэс и скривился.

— На это нужно время, которого у нас нет, — покачала головой Карина. — Я лишь срежу плавники и заберу немного жира. Ну может, ещё пару глаз. На их основе делают капли для глаз, а ещё…

— Я тебя понял, — с отвращением сказал бывший наёмник. — Делай что хочешь с этой мерзостью.

— Какие мы брезгливые, — фыркнула кошка, выпуская свои острые когти.

ГЛАВА 6. ТРЯСИНА

Когда раздался отдалённый вой нескольких десятков голосов, Лайт и его товарищи были уже достаточно далеко.

— А они не бросятся за нами в погоню? — поинтересовался Горди.

— Нет, — покачала головой Карина. — Они не могут брать след, как ищейки, да и по суше долго ходить не будут, иначе высохнут. Но скорее всего, их вожак отправит кого-нибудь по руслу.

— Нам стоит отойти подальше от берега? — вновь поинтересовался полуэльф.

— Не думаю. Пока они в трауре, потом делёжка. Когда они сообразят, что надо бы поискать обидчиков, мы будем уже далеко.

— Делёжка? — переспросил Лайт, ехавший чуть позади Горди.

— Ну да, — спокойно подтвердила Карина. — Они съедают своих павших собратьев. Таким образом, они как бы соединяются в единую стаю.

Лица всех, кто это слышал, исказились в гримасе отвращения.

— Отвратительно, — сказал Дэнэс и сплюнул.

— Природа, — пожала плечами кошка.

После случая с нападением тритонов дорога была спокойной. Несмотря на то, что их подняли довольно рано, все выглядели бодрыми. Утренняя разминка с упокоением рыбоголовых тварей отогнала сон лучше холодного душа и зарядки.

Ближе к полудню, когда отряд хотел остановиться и хоть что-нибудь съесть, ведь завтрак у них не получился по понятным причинам, чуткий нос Карины учуял что-то неприятное. Примерно через километр все ощутили в воздухе нестерпимо мерзкую вонь.

— Только не говорите, что это опять запах города, — брезгливо сказала кошка, ища в сумке свои травы.

— Да непохоже, — задумчиво сказал Горди. — До города должно быть ещё далековато.

— Ну, запах и вправду неприятный, — заговорила Кора, всматриваясь вдаль. — Похоже, там впереди что-то гниёт. Причём очень сильно.

— Я тоже так думаю, — сказала Карина, нюхая свой травяной мешочек.

Спустя час с небольшим Лайт и его товарищи нашли источник вони. Они не искали его специально, он просто оказался на их пути.

— Болото, — констатировал Дэнэс, оглядывая округу. — Причём здоровое.

Бывший наёмник был прав. Рыцари, сами того не ожидая, выехали к болоту, и судя по смраду, окружавшему его, довольно старому. У границы топи росли огромные кусты вереска. Когда путники приблизились к ним, они уловили нежный запах, но лишь на пару секунд. Вонь, исходившая из глубин болота, была куда сильнее. Чуть дальше Лайт тоже видел различные кустарники и деревья, они росли на небольших участках суши посреди мутно-зелёной воды. На первый, да и на второй взгляд, идти по болоту было крайне рискованно. Трудно было сказать, насколько оно глубокое, и не увязнут ли лошади в очередной трясине.

— Мда, — цыкнула Карина, придвигая травяной мешочек поближе к носу. — Оно ведь и вправду огромное, — кошка огляделась по сторонам. — Я вижу только жижу, никакой суши, а справа от нас река. Демон, угораздило же.

— Вы же не хотите идти по нему? — недоверчиво спросил Дэнэс, оглядывая товарищей.

— Болото как болото, — пожал плечами Шишир.

— Тебе хорошо говорить, — хмыкнул бывший наёмник. — Ты-то привычен к таким местам.

— Все мы привычны к воде, — пожал плечами ящер. — Болото — та же вода, только пахнет.

— Скорее уж воняет, — процедила Карина.

— Мы, конечно, можем объехать его по границе, — задумчиво проговорил Горди, когда повисло молчание. — Только вот вопрос: сколько времени это займёт, и сможем ли мы потом найти дорогу до Каниса.

— Ну так давайте пройдём через него и всё, — подал голос Шишир. — В таких местах главное не торопиться и проверять почву под ногами. Оно, может, только в ширину большое, а вглубь всего ничего.

— И кто же у нас пойдёт первым? — с язвительными нотками спросил Дэнэс и посмотрел на друга.

— Если ты так тонко намекаешь на меня, то я и не против, — фыркнул ящер. — Я, если ты помнишь, из Югора. Деревня буквально стоит на огромном болоте. Кстати говоря, благодаря этим топям деревня и живёт. Знал бы ты, сколько всего растёт и водится в таких местах.

— Именно поэтому на тебя и намекал, — хмыкнул Дэнэс.

— Ты точно справишься? — поинтересовался полуэльф. — Это тебе не по лесу гулять, здесь куда опаснее.

— Ну, если будете шаг в шаг идти за мной, проблем быть не должно, — пожал плечами Шишир. — Правда, я бы не рискнул ехать верхом. Дорога только может казаться надёжной, но стоит наступить…

— Мы тебя поняли, — кивнул Горди и посмотрел на Лайта. — Что скажешь?

— А чего тут говорить, — развёл руками маг тени. — Мне тоже не нравится идея идти по трясине, но раз других вариантов нет…

— Раз так, — сказал ящер и посмотрел на эльфийку. — Ты можешь сделать мне хорошую крепкую палку, вроде посоха?

— Конечно, — кивнул Камира.

Когда эльфийка вырастила из семечка увесистый посох, выше ящера на полголовы, остальные рыцари выстроились за Шиширом цепочкой и двинулись вглубь болота.

Соблюдать аккуратность пришлось с самого начала. Не успели они пройти в глубину и на сотню шагов, как за спиной Лайта раздался чавкающий звук и ругань. Когда маг тени обернулся, он увидел Горди, чья нога наполовину увязла в мутной жиже. Полуэльф пытался сам высвободиться из ловушки, но ногу крепко засосало. На помощь пришёл Дэнэс, идущий следом за другом. Лишь благодаря его усилиям Горди смог освободить ногу и даже остаться в сапоге.

— Демоны, — вновь выругался полуэльф. — Я просто оступился. Нога соскользнула.

— А я говорил, — раздался голос Шишира впереди. — В следующий раз проверь, прежде чем наступать. Ваши сапоги, в отличие от моих лап, гладкие. Где я пройду свободно, вы можете поскользнуться.

— Стоило сказать об этом раньше, — буркнул Горди, осматривая грязную ногу.

После этого случая все стали шагать куда осторожнее. Никому не хотелось по нелепой случайности увязнуть в трясине.

Когда они углубились в болото достаточно далеко, гнилостный запах стал почти невыносим. Вода вокруг становилась всё более мутной, пейзаж всё более мрачным и гнетущим. Красивый вереск почти пропал из виду, а его место заняли мох и осока. Деревья всё больше походили на старые и скрюченные коряги без какой-либо листвы. Их ветки, словно костлявые пальцы, то и дело нависали над тропинкой, по которой шли путники, и словно норовили ухватить незваных гостей за горло.

Несмотря на то, что тут и там слышалось кваканье лягушек и редкие птичьи крики, болото казалось вымершим. С одной стороны, это радовало, никаких неожиданных встреч и прочих сюрпризов. С другой стороны, гнетущий пейзаж и чавканье ботинок ощутимо давили на нервы.

— Ты говорил о том, что в болоте много кто водится, — подал голос Лайт. — Ты говорил о ком-то конкретном?

— Если ты хочешь узнать о том, кто может тебя попробовать на зуб, то не переживай, — усмехнулся Шишир, проверяя своим посохом почву. — В болотах, конечно, есть хищники, но их не так много. Лично у нас водились и хамелеоны, и даже одного абарака видели. Но здесь вряд ли такие есть.

— Уверен? — с сомнением спросил маг тени.

— На шестьдесят процентов, — пожав плечами, ответил ящер.

День клонился к закату, и болото из слегка пугающего места с каждой минутой превращалось в жуткое и опасное. Когда оба светила скрылись настолько, что дорогу впереди стало труднее различать, Шишир попросил Карину, идущую за ним, взять поводья его коня, а сам вновь снял с себя плащ и рубаху и разжёг на плечах огонь.

Огонь ящера горел ярко, освещал немалое пространство, но вот то, что попадало под его свет… начинало пугать с новой силой. Скрюченные деревья, разросшиеся кусты и даже камыш — при игре света и тени всё это начинало походить на жутких созданий, готовых броситься на путников в любую секунду. А когда где-нибудь раздавался какой-нибудь звук, вроде крика кулика или уханья совы, холодок по спине пробегал нешуточный.

Когда за спиной Лайта раздался чей-то вскрик, он резко обернулся, оступился и завалился спиной назад. Маг тени успел лишь издать хрипящий свист, когда упал на спину и больно приложился затылком о корягу, лежавшую на дороге. В глазах ненадолго потемнело, а в голове вместе с пульсирующей болью в затылке, появился гул.

— Лайт, — над магом тени нависла Кора, идущая за ним. Лицо её выглядело обеспокоенным. — С тобой всё в порядке?

— Голова, — процедил маг тени, принимая сидячее положение и дотрагиваясь до затылка. Крови не было, но боль была сильная.

— Тебе же говорили, аккуратнее, — хранительница подала руку и помогла своему хозяину подняться.

— Кто кричал? — тихо спросил Лайт, морщась от пульсации в голове.

— Я, — сказала Карина. — Меня… ветка ударила. Точнее, я сама на неё налетела.

— Понятно.

Когда Лайт вновь повернулся в сторону Шишира и уже хотел идти дальше… по правую от него руку раздался булькающий звук. Маг тени и Кора повернулись на странное бульканье и замерли. Шагах в двадцати от тропы из трясины на них смотрели тёмно-красные глаза. Чьи это были глаза, было непонятно, не хватало света, но то, что это были именно глаза, сомнений не возникало.

Когда Горди, идущий за Корой, хотел о чём-то спросить, хранительница лишь молча указала ему вглубь болота. Полуэльф медленно повернулся по направлению руки и тоже замер в молчании.

— Что это? — тихо спросил Горди, глядя на кровавые белки, что немигающе смотрели на путников.

— Не знаю, — тихо ответила Кора. — Может, это… просто цветы или…

Хранительница не успела договорить. Красные глаза на секунду скрылись из виду, а после с чавкающим звуком из болота поднялась… тина, и глаза оказались уже куда выше, чем до этого. Существо было около двух метров, и это только над поверхностью воды, очень массивное и полностью покрытое тиной, мхом и другой болотной растительностью. Зверь, или кто бы это ни был, не шевелился, но продолжал пронзать путников взглядом кровавых очей.

Когда Лайт уже хотел крикнуть об опасности и вскинуть руки, чтобы притянуть к себе тени, рядом с ним внезапно возник Шишир. Он переместил огонь с плеч на левую лапу и сделал его не слишком ярким, чтобы не слепить. Ящер медленно поднёс палец к губам, прося о молчании, а сам повернулся к существу. Около минуты Шишир и живой комок тины смотрели друг на друга, словно проверяли, кто из них сдастся первым.

Дуэль взглядов выиграл Шишир. Существо, до этого молчавшее, издало звук, похожее на глубокий выдох, а после вновь опустилось в воду. Красные глаза пропали, а по мутной воде пошли волны. Существо уплыло куда-то в глубины болота.

— Кто… что это было? — тихо просипел Лайт.

— Болотник, — спокойно ответил Шишир и улыбнулся. — Не думал, что они здесь водятся. Я их в последний раз только у нас и видел.

— А… почему он не напал? — раздался за спиной мага тени тихий голос Горди.

— Так они не агрессивные, — усмехнулся ящер. — Он… я даже не знаю, как сказать, вроде уборщика, что ли. И судя по его виду, хорошо справляется.

— Уборщика? — почти одновременно переспросили Лайт и Горди.

— Ну да. Вообще, эти существа чем-то похожи на больших уродливых лягушек, но с очень длинными лапами и довольно гладкой мордочкой. Они живут на болоте, собирают всякий мусор вроде веток, гнилой тины и прочих отходов. Этот, судя по виду, скоро пойдёт линять.

— Линять?

— То, что вы видели — лишь мусорная оболочка, которую он собрал на себя. Их тела очень склизкие и липкие. Благодаря этому, когда они проплывают мимо того, что считают мусором, оно приклеивается к ним. Где-то здесь у него есть специальное место, куда он сбрасывает весь мусор, что скопился на нём. Это процесс и называется линькой. Болотник ненадолго перестает выделять слизь, и весь мусор с него отваливается. Потом он снова начнёт плавать по всему болоту, собирая новый мусор, что загрязняет его трясину.

— А чего он к нам-то вышел? — спросил наконец Лайт.

— Ну, видимо, его привлёк шум, — пожал плечами Шишир. — В таком виде они неважно видят и ориентируются на звук.

— Понятно, — выдохнул маг тени. — Значит, опасности нет?

— От болотника? Конечно, нет. Максимум, что он может, запачкать вас в своём мусоре.

Шишир ещё раз посмотрел на то место, где был болотник, и пошёл в начало их колонны. Оказавшись там, он вновь разжёг на плечах огонь и повёл товарищей дальше по болоту. Остальную часть дороги отряд прошагал в полной тишине. Никто больше не решался издать и звука, боясь привлечь внимание кого-то пострашнее, чем простой санитар местной трясины.

***

Из болота рыцари выбрались лишь тогда, когда кровавое око вскарабкалось по небосклону в зенит. Все, включая Шишира, выглядели измотанными. Несмотря на то, что после встречи с болотником дорога прошла без приключений, лёгкости пути это никак не способствовало.

Примерно в центре болота дорога стала почти непроходимой. Шишир очень долго искал тропы, по которым вереница людей могла пройти без опаски. Вязкая грязь, мокрые кочки и ветки, которые порой приходилось ломать, иначе пройти было просто невозможно — всё это сильно замедляло продвижение.

Когда путники наконец выбрались на твёрдую землю, они, несмотря на вонь, разбили лагерь прямо у болота. Камира, с трудом держась на ногах от усталости, возвела для товарищей скромные навесы, а Шишир, несмотря на сильное магическое истощение, развёл огонь.

— Я буду следить за огнём, — сказала неутомимая Кора, когда эльфийка хотела вырастить дров для костра.

Камира благодарно кивнула, слегка пошатываясь, забралась в свой спальник и почти сразу уснула. Остальные, кто, как и эльфийка, нуждались во сне, уснули столь же быстро. Дорога через болото оказалась куда сложнее и дольше, чем они могли себе представить.

Когда Лайт проснулся, как ему казалось — утром, он с удивлением обнаружил, что день почти подошёл к полудню. Первое, что почувствовал маг тени, когда начал выбираться из спальника — как дико болит всё тело, особенно ноги и спина. За время странствий он уже отвык от столь долгих пеших прогулок, и мышцы явно не были довольны такой нагрузкой.

Шипя от боли в лодыжках, Лайт выбрался из-под навеса и направился к Коре, которая сидела на земле и смотрела на что-то вдалеке.

— Доброе утро, — поздоровался маг тени, подходя к своим сумкам.

— Скорее уж день, — ответила хранительница.

— Почему ты не разбудила нас раньше? — спросил Лайт, оглянувшись и увидев товарищей, которые продолжали мирно посапывать на своих местах.

— Решила дать вам отдохнуть, — спокойно ответила Кора. — Мы вчера через всё болото марш-броском прошли. Естественно, что вы сильно устали, и вам нужно передохнуть.

— А ты? — спросил маг тени.

— Я тень, — усмехнулась хранительница. — В последнее время я почти не тратила сил, так что со мной всё нормально. К тому же после дуэли с Янриком я успела передохнуть в твоей тени. Так что считай, что я полна сил.

— Хорошо, — кивнул Лайт. — Но если что, просто скажи.

— Спасибо за заботу, — ответила Кора, и на её лице возникла улыбка — такая редкая для неё.

Спустя полчаса после пробуждения мага тени начали просыпаться и остальные. К этому времени Лайт уже успел позавтракать, умыться в холодной речке и даже прополоскать одежду, которая за время прогулки по болоту изрядно провоняла.

— Плохо, конечно, что мы так заспались, — сказал Горди, откусывая кусок вяленого мяса. — Такими темпами мы можем сегодня не успеть до города.

— Да и демон с ним, — протянул Дэнэс, потягиваясь. — Я так хорошо не спал — уже не помню, когда.

— А кто тебе мешал это делать, когда мы останавливались в трактирах? — спросил полуэльф, вопросительно изогнув левую бровь.

— Вы и не давали, — хмыкнул Дэн. — Особенно ты, любитель встать ни свет, ни заря.

— Ну да, конечно, — фыркнул Горди.

После позднего завтрака все сменили пропахшую болотом одежду на новые комплекты и двинулись дальше. Болото осталось далеко за их спинами, но Лайт, как и некоторые из его товарищей, всё ещё продолжал ощущать запах гнили, который, казалось, въелся в кожу, а может, и глубже.

«Долго мне ещё этот запах чудиться будет?» — подумал про себя Лайт, разминая затёкшую шею.

ГЛАВА 7. РОДОВОЕ КЛЕЙМО

Опасения Горди о потерянном дне не оправдались. Ещё до того, как на Парадиус опустилась ночь, цепкие кошачьи глаза увидели огни города. Прежде чем въехать в Канис, Горди вновь настоял на маскировке, и Лайт не стал с ним спорить. В этот раз преображение себя и товарищей у мага тени прошло намного быстрее. Было ли это связано с тем, что Лайт уже знал, что и как ему нужно делать, или всё-таки тренировки в использовании аспекта давали плоды, маг тени затруднялся ответить. Главное, что был результат, а как он был достигнут — вопрос совершенной другой.

Когда Лайт с товарищами подъезжал к воротам, он уже не испытывал того волнения, что в первый раз. Видимо, уже свыкся с мыслью, что смена облика — это обычное дело. Проезжая под каменной аркой, ведущей в Канис, маг тени отметил, что здесь дежурит куда больше стражников, чем он видел до этого в других городах. На улицах, к удивлению, патрули тоже были усилены и мелькали куда чаще, чем Лайт мог помнить в том же Корнсе или Бойре.

— Ты заметил? — тихо спросил Лайт, поравнявшись с Горди.

— Заметил, — кивнул полуэльф. — Я не до конца уверен, но кажется, это связано с напряжённостью на границе.

— В каком смысле? — маг тени нахмурился.

— Помнишь, когда мы были в Ищейне, то спрашивали о местной обстановке? — дождавшись кивка командира, Горди продолжил. — Нам несколько раз говорили о том, что на границах с Трэлем, что к югу отсюда, возникло некое… напряжение.

— Ну да, — кивнул Лайт. — Тогда говорили о неких… спорах за территорию и заверяли, что это не должно перерасти во что-то больше, чем словесная перепалка между дипломатами.

— Видимо, переросло, — тяжело вздохнул полуэльф. — Я ещё в Бойре, когда мы были на рынке, слышал тревожные переговоры местных. Что местная знать начала понемногу собирать своё войско. Слышались даже голоса, что скоро будут привлекать местных в ополчение.

— Получается… скоро будет война? — с мрачной тенью на лице спросил Лайт.

— Не знаю, — тихо ответил Горди. — Возможно, это просто такой ход — собрать силы и таким образом напугать соседа, а может, дойдёт и до прямых столкновений.

— Получается, нам надо торопиться, — с хмурым видом констатировал маг тени. — Если начнётся война, мы можем застрять здесь.

— Не исключено, — согласился Горди. — Мы не так далеко от границы с Трэлем. Если конфликт и вправду начнётся, город может перейти на оборонные меры, и тогда выезд будет проблематичным. Это, конечно, маловероятно, но ты сам понимаешь, как я отношусь к такого рода вероятностям.

Лайт поджал губы и ничего не сказал. Горди был прав, и спорить не имело никакого смысла. Если на границе двух государств и вправду станет жарко, они могут стать невольными свидетелями этого конфликта… если не участниками.

«Синий шарф», трактир на улице Алхимика Рудгорда, выглядел слишком уж хорошо. Своя конюшня, отдельное здание с красивой отделкой и даже парочка небольших балконов на втором этаже. Он скорее напоминал маленький отель, чем современные постоялые дворы. Когда Лайт привлёк внимание конюха, что сидел возле стойл, тот оглядел их пренебрежительным взглядом.

— Чего вам? — сухо спросил конюх.

— Добрый вечер, — поздоровался маг тени. — Мы бы хотели остановиться в вашем трактире.

Конюх презрительно фыркнул и оглядел Лайта сверху вниз.

— Я бы рекомендовал вам выбрать более… простое место.

— Это почему же? — с хмурым лицом поинтересовался маг тени.

— Наше вам не по карману, — хмыкнул конюх.

— Вот так, — протянул Лайт с холодом в голосе. — А вы, сударь, уже успели заглянуть в мой кошель?

— Мне этого и не нужно, — фыркнул конюх. — По вам и так всё видно.

— Уважаемый, — слева от Лайта вырос Дэнэс. Его шрамированное лицо было настолько напряжено, что от одного взгляда по спине пробегал холодок. — А вас не учили, что с гостями стоит обращаться более вежливо и учтиво?

— Конечно, — холодно ответил конюх, явно не впечатлённый габаритами бывшего наёмника. — Только вы не наши клиенты.

Дэнэс шагнул вперёд и навис над конюхом, как башня замка. Дэн уже хотел что-то сказать, но на его плечо легка рука Лайта.

— Не стоит, — спокойно сказал маг тени. — Раз нам тут не рады, не будем задерживаться.

Бывший наёмник ещё несколько секунд сверлил взглядом мужчину, что значительно уступал ему в габаритах, а после наконец отвернулся, бросив под нос проклятие. Отъехав от «Синего шарфа» подальше, Дэнэс посмотрел на командира.

— Я мог бы научить его вежливости, — буркнул он.

— Хочешь оказаться в местной тюрьме? — спокойно спросил Лайт. — Пусть себе дальше клиентов отпугивает. Мы найдём место нам по «статусу».

Выехав из центральной части города, путники свернули в южную и попали в место, которое иначе, как трущобами, назвать было нельзя. Одноэтажные домики с грязными и облупленными стенами, с маленькими перекошенными окошками и простыми дверьми из тонкого листа древесины. Лайт уже видел такие места раньше, но лишь мельком. Ещё в Бойре, когда они шли на рынок, проходили мимо похожего квартала. Там царила гнетущая атмосфера бедности, люди выглядели голодными и уставшими. Здесь было так же, если не хуже.

«Жареный гусь» разительно отличался от «Голубого шарфа». Здание было втиснуто между двумя скромными домиками, фасад выглядел старым, а грязные окна говорили о том, что чистота здесь мало кого волнует. На удивление, конюшня оказалась в конце улицы, правда, представляла она из себя деревянную крышу, покрытую жухлой травой, и десять стойл с перекошенными перегородками.

Едва Лайт с товарищами спешились, к ним подошёл молодой парень, не старше двадцати лет. Одежда на нём была не по росту, лицо смуглое, грязное, а тело сильно исхудавшее. Ванир — так представился молодой человек — с широкой улыбкой принял деньги, положенные ему за заботу о конях, а после рассыпался в благодарностях.

— Всегда бы так, — хмыкнул Дэнэс, поудобнее перехватывая свои сумки.

«Жареный гусь» при первом впечатлении напоминал скорее кабак, нежели хоть сколько-нибудь приличное заведение. Едва Лайт прошёл внутрь, в нос ударил едкий запах выпивки. Медовуха, эль и что-то ещё из не слишком крепкого алкоголя больше всего выделялось на фоне не очень приятного аромата, витающего в воздухе.

Барная стойка была прямо напротив двери. За ней сидел грузный мужчина за сорок, с неухоженной бородой и лысым черепом. Одет он был в чёрную рубаху с коротким рукавом, а поверх зачем-то нацепил кожаный фартук мясника.

— Добро пожаловать, — буркнул мужчина. — Звать меня Рапитон, чем могу угостить?

— Здравствуйте, меня зовут Лансель, — представился маг тени. — Мы бы с товарищами хотели снять у вас комнаты, ну и от ужина не отказались бы.

Рапитон с нескрываемым удивлением глянул на гостей. По лицу мужчины было видно, что такого поворота событий он никак не ожидал.

— Вы… сейчас серьёзно? — внезапно спросил он.

— Что-то не так? — слегка напряжённо спросил маг тени.

— Просто… я уже и не помню, когда последний раз слышал такие слова, — мужчина усмехнулся. — Последние пару лет ко мне только за выпивкой и приходят, поэтому комнаты… не в самом лучшем состоянии.

— Думаю, это мы переживём, — ответил Лайт и натянул улыбку.

— И что касается ужина, — Рапитон нервно прокашлялся. — Моя супруга… вы только ей об этом не говорите, готовит не самым лучшим образом.

— Мы же не умрём от её стряпни? — раздался голос Дэнэса.

— Нет, конечно, господин, — увидев лицо Дэнэса, бармен невольно поёжился. — Просто… к демону, я попрошу её постараться для вас. Она это воспримет в штыки, но думаю, я переживу пару дней её гнева.

— Спасибо, — усмехнувшись, отозвался бывший наёмник. — Так что с комнатами?

— Да, конечно, — Рапитон заглянул под барную стойку и достал оттуда сразу семь ключей. — Вот, прошу вас.

— Нам будет достаточно и трех комнат, — в лёгком удивлении протянул Лайт.

— Не беспокойтесь, — покачал головой бармен. — Я возьму за всё всего пару серебряников. Как я уже говорил, они не в том состоянии, чтобы просить больше. К тому же вы можете жить в них хоть месяц, они всё равно пустуют.

— Как скажете, — кивнул маг тени и выложил нужную сумму на стойку. — Тогда могу просить вас через полчаса приготовить что-нибудь для нас?

— И выпивку тоже, — вмешался Дэнэс, — только поприличнее.

— Конечно, судари, — кивнул Рапитон, и в густой бороде появилась улыбка. — Мы, может, и не лучшее место города, но манерами не обделены.

Взяв связку ключей, Лайт с товарищами направился на второй этаж по скрипучей лестнице, перила которой выглядели так, будто упадут от любого касания.

Комнаты, как честно признался Рапитон, и вправду были в неважном состоянии. Толстенные слои пыли, затхлый запах и простыни, которые явно не меняли с момента, как отсюда съехали последние постояльцы. Когда Лайт посмотрел на окна, собираясь их открыть, чтобы немного проветрить, губы его невольно сжались. Рама была вся в трещинах и выглядела до того старой, что могла выпасть при любом порыве ветра.

— Видимо, это и есть наш уровень, — сказала Кора с лёгкой иронией, проходя в центр комнаты. — Пыль, грязь и запах гнили. Отличный набор.

— И не поспоришь, — хмыкнул Лайт, ставя сумки возле кровати, на которую даже смотреть было боязно. — За такие деньги ожидать роскоши не стоило.

— А она нужна нам сейчас? — задала риторический вопрос хранительница. — Наша задача — найти семью Хэмэль, узнать у них хоть что-то об их дальнем предке и той силе, которой она оградила свой замок. После этого мы отсюда уедем и вряд ли когда-либо вернёмся.

— Тоже верно, — кивнул маг тени.

Когда Лайт вместе с Корой спустились на первый этаж, за столом уже сидели все их товарищи. Перед ними были расставлены тарелки и приборы, а в центре располагались блюда и бутылки вина. Квашеная капуста, жареное мясо, слегка подгорелые лепёшки, куриный суп, отварной картофель, слабосолёные огурцы и помидоры, а также тарелка чесночных гренок. Вино, по скромной оценке Дэнэса, было не самым лучшим, но оно была куда предпочтительней, чем сидр или медовуха, от запаха которой в носу начинало щипать.

Несмотря на предупреждение Рапитона, что его супруга не самый лучший повар, еда оказалась довольно приличной, хотя признаться честно, с солью повариха явно обращаться не умела. Половина еды была пресной, половина — слегка пересоленной, но все всё съели и никаких претензий не высказали.

Допивая последние бокалы вина, Горди наклонился к Лайту.

— Я ненадолго отлучусь, — сказал он шёпотом. — Хочу проверить, где и как живут Хэмэли.

— А маскировка? — спросил Лайт. — Она пропадёт, когда ты…

— Я помню, — кивнул полуэльф. — Сейчас это неважно. Один я смогу действовать незаметно, к тому же, если здесь и будут кого-то выискивать, то тебя. На меня вряд ли будут сильно обращать внимание.

— Что ты хочешь узнать?

— Семья Хэмэль — графский род. Зайти к ним просто так и сказать, что нужно поговорить, вряд ли получится. К тому же ты помнишь, о чём нас предупреждал Боринг? Я хочу осмотреться вокруг, оценить обстановку. Возможно, удастся переговорить с соседями и что-нибудь узнать. Одним словом, подготовится. Если мы будем заранее знать о них хоть что-то, разговор может пойти легче.

— Я тебя понял, — кивнул маг тени. — Ты пойдёшь один?

— Да, — ответил Горди. — Не думаю, что на меня здесь кто-нибудь нападёт, да и я за себя могу, если что, постоять. Думаю, разведка не займёт много времени.

— Хорошо, — согласился Лайт. — Только как вернёшься, зайди ко мне. Сразу всё обговорим.

— А если ты будешь уже спать? — поинтересовался полуэльф.

— Не буду. Я сегодня выспался как никогда хорошо и сомневаюсь, что в ближайшие несколько часов сон придёт за мной.

— Договорились.

***

На следующее утро, сидя за завтраком, Лайт был на редкость задумчив. Он не участвовал в разговоре товарищей и даже не выказывал раздражение компанией пьяниц, что уселись за соседний от них столик и что-то громко обсуждали. Вчера ночью, когда Горди вернулся с разведки, лицо его было хмурым, и тому была причина.

Как и предупреждал их Боринг, ситуация сложилась паршивая. Семья Хэмэль имела графский титул лишь номинально. У них всё ещё был герб, родовое поместье, но их статус среди прочей аристократии был нулевой. С ними никто не поддерживал связей, ни в какой политической деятельности они участия не принимали. Они были, если так можно сказать, живыми призраками. Все в городе, даже бедняки, предпочитали не говорить о них, а порой и вовсе делали вид, что никаких Хэмэлей не существует.

Причиной такого отношения было именно тот роковой день, когда погибла представительница их рода, леди Хада. После того, как золотой круг провалил нападение на замок Ламун, а после был отброшен барьером, что сотворила представительница благородного рода, на семью Хэмэль пала мрачная тень всеобщего презрения. Слухи о том, что представительница благородной семьи была связана с детьми ночи и использовала запретную магию, быстро достигли Йондура, и тогдашний король отреагировал столь же незамедлительно и радикально. Корона забрала у семьи Хэмэль всё имущество и все виноградники, которыми она владела, в свои владения. Титул было решено оставить, но как насмешку, ведь всех привилегий семья была лишена. Таким образом, титул графа был лишь красивым словом, и ничем более.

С того самого дня семья Хэмэль оставалась в опале. Даже по прошествию более ста лет люди продолжали относиться к ним пренебрежительно. Никто не пытался им помочь восстановить доброе имя даже после смены короля. Их друзья отреклись от них, и даже враги не решались что-либо предпринять против них, боясь навлечь на себя дурную славу. О роде Хэмэль, роде магов света… просто забыли. Их вычеркнули из истории Йондура, будто никогда таких и не было в королевстве.

Когда Лайт спросил Горди о том, как им лучше поступить, полуэльф лишь покачал головой.

— Я не думал, что с их родом всё настолько сложно. Они, по сути своей, прокажённые. Ни один человек, знающий их историю, не решится к ним подойти и заговорить. Когда я начал расспрашивать о них у тех, кто проходил мимо, на меня посмотрели как на безумца.

— В каком смысле? — нахмурившись, спросил маг тени.

— Я представлялся историком, говорил, что изучаю историю замка Ламун и хотел бы побеседовать с главой рода Хэмэмль. Тогда-то я и ловил на себе косые взгляды.

— Почему всегда историк? — поинтересовался Лайт.

— Потому что это удобно. Такой легендой можно легко скрыть свои истинные мотивы даже в самых тёмных делах. Ты говоришь, что изучаешь историю местной архитектуры, а сам присматриваешь себе дом для очередной кражи.

После завтрака Горди зашёл в комнату к Лайту и Коре. Остальные члены отряда в этот раз остались не у дел.

— Не стоит идти туда большой толпой, — пояснил полуэльф. — К этому дому почти никто не подходит, а большая толпа привлечёт ненужное внимание.

Оказавшись в помещении, Лайт сел на край кровати, Горди на табуретку, покрытую бурыми пятнами, Кора же заняла место возле стены.

— Какой у нас план? — спросил маг тени.

— Если честно, то его просто нет, — покачал головой Горди. — Я полночи думал над тем, как лучше всего подступиться, но так ничего дельного и не придумал. Всё упирается в статус Хэмэлей. Любая попытка отнестись к ним благосклонно вызовет у них подозрение. Попытка дознаться о чем-то через шантаж тоже не сработает. Они и так в самом низком положении из возможных, ниже им падать просто некуда.

— Рассказать правду тоже не получится? — решил уточнить Лайт.

— Конечно, нет, — усмехнулся полуэльф. — Едва ты попытаешься им объяснить, зачем ты проделал такой путь, тебя сочтут безумцем и выставят из дома.

— А что, если сыграть на родстве? — подала голос Кора, приковав к себе внимание мужчин. — Скажем, Лайт их дальний родственник по линии Окилапа. Узнал о родстве лишь недавно, когда стал главой семьи и вот решил навестить дальних родственников.

— Вряд ли, — протянул Горди с сомнением. — Благородные семьи весьма дотошно изучают всех как в своём роду, так и в роду тех, с кем собираются породниться. Это помогает им не только лучше узнать, с кем их родственник вступает в союз, но и понять, какими связями и влиянием они смогут обладать. Также это помогает с подготовкой к получению чьего-либо наследства или же в защите своего собственного, если возникает такой вопрос. Я думаю, Хэмэли прекрасно знают, что Окилап был последним в своём роду.

— Насколько я помню, у семьи Гислан были побочные ветви? — продолжала настаивать хранительница.

— Это ещё хуже. Как я уже говорил, все отвернулись от Хэмэлей. Если сейчас неожиданно объявится дальний родственник, который ни с того ни с сего захочет наладить отношения, у них это вызовет только гнев. Сразу возникнут вопросы: где же ты был раньше? Почему вы нам не помогли, и тому подобное.

— Аргумент, — согласилась наконец Кора.

В комнате повисло молчание. Каждый пытался придумать хоть сколько-то весомую причину, чтобы попасть в поместье Хэмэлей, но не находил её. Даже излюбленный приём Горди с историком здесь не подходил. Если попытаться заговорить с этими людьми об их прошлом, они могут не просто грубо выставить за дверь, но и потребовать сатисфакцию, если, конечно, дуэли здесь разрешены.

— Кажется, нам придётся действовать по ситуации, — сказал после долго молчания Лайт.

— Чтобы так действовать, нам придётся вначале попасть в их дом, — хмыкнул Горди. — А для этого нужна причина. Иначе дальше порога нас просто не пустят.

— А что, если… — Лайт оборвал сам себя. Идея, которая пришла ему в голову, казалось не слишком этичной.

— Ну, говори, — подстегнула его хранительница.

— Что, если сказать им правду…, но частично.

— В каком смысле? — с серьёзным видом поинтересовался Горди.

— Что, если сказать, что мы хотим пробраться в замок Ламун…, но не из-за поисков информации о сердце…, а для того, чтобы собрать информацию о той ночи, когда он был запечатан.

— Хмм, — промычал задумчиво полуэльф. — Идея… не такая уж и плохая. Если… правильно всё подать… и надавить на их больное место… то это может выгореть.

— Вы хотите просто зайти и сказать: мы хотим обелить ваш род. Расскажите всё, что знаете? — с нескрываемой иронией спросила Кора.

— Ну, зачем же так грубо, — хмыкнул Горди. — Можно… сказать, что мы…, а точнее, наш командир… родственник… одного из… членов золотого круга, что участвовал тогда в штурме замка. И он… скажем… хочет добраться до очень ценной семейной реликвии… скажем… меча… из… эльфийской стали.

— Эльфийской стали? — переспросил Лайт.

— Именно, — кивнул полуэльф, хищно оскалившись. Кажется, его план ему начинал нравиться. — Давно потерянная технология, по крайней мере, эльфами, живущими на большой земле. Эльфийская сталь имела неописуемую остроту и делалась из сплава, рецепт которого хранился за семью замками. Оружие из этой стали никогда не тупилось и по легендам, в ночи приобретало серебристый ореол.

— Звучит интересно, — отозвалась Кора. — По крайней мере, если правильно подать эту историю.

— Если взять эту легенду за основу, а информацию о куполе взять в качестве некой платы за… очистку имени Хэмэлей, то всё может получиться. Это можно назвать взаимовыгодным союзом. Они помогают нам вернуть меч, мы помогаем очистить их род от клейма.

— А если не получится? — скептически спросил маг тени.

— Вот тогда и будем действовать по ситуации, — сухо ответил Горди, разведя руками.

***

Поместье рода Хэмэль стояло на окраине города. Вокруг почти не было домов, не ходили прохожие, и даже птицы, которые ещё квартал назад виднелись на крышах зданий, сюда не залетали. Складывалось впечатление, что это место окружено неким барьером, который никого не пропускал, или скорее, отгонял с территории изгоев общества.

Поместье представляло собой длинное двухэтажное здание белого цвета с крышей из тёмно-зелёной черепицы. Некогда роскошный особняк всё ещё хранил крохи былого величия, но годы гонений хозяев давали о себе знать. Территорию ограждал кованый забор с причудливыми вензелями, но во многих местах он был погнут, и виднелись пятна ржавчины. За ним располагался некогда живописный ухоженный сад, теперь же там росла лишь трава, достигавшая пояса человека, и дикие цветы с сорняками. Само здание выглядело потрёпанным. Грязь и пятна краски на стенах, мутные окна в разводах, трещины в фасаде и чёрные провалы в крыше, откуда давным-давно упала черепица.

— Такое себе зрелище, да ведь? — задал риторический вопрос Горди.

— Он выглядит заброшенным, — прокомментировал Лайт.

— И тем не менее, там всё ещё живут, — ответил полуэльф.

Тяжело вздохнув, маг тени вместе с полуэльфом направились к калитке, что держалась на одной-единственной петле сверху. Аккуратно отодвинув её и пройдя внутрь, Лайт направился по дорожке, некогда выложенной нарядной плиткой, от которой ныне остались осколки. Дойдя до двери, маг тени невольно поджал губы. На тёмно-синей двери виднелись надписи, нацарапанные ножом. Их было огромное множество, но чаще всего встречались проклятия, угрозы и пожелания скорой смерти хозяевам.

— Ужас, — тихо сказал Лайт, отводя взгляд от двери.

— Если честно, то я удивлён, — отозвался Горди, оглядывая «народное творчество», — что при такой ненависти к этой семье, никто не сжёг их дом. Смею предположить, что если бы даже поджигателя поймали, его бы сразу отпустили.

Лайт не успел собраться с мыслями, когда Горди шагнул вперёд и тихо постучал в дверь. Маг тени и полуэльф замерли в ожидании. Они стояли порядка двух минут, но никто не спешил открывать визитёрам. Когда Горди постучал во второй раз, Лайт подумал, что этот дом и вправду опустел. Будь он на месте семьи Хэмэлей, давно бы съехал отсюда и перебрался в какую-нибудь глушь, сменив имя. Лучше уж так, чем жить в такой гнетущей атмосфере.

Когда Горди собирался постучать в третий раз… за дверью послышались шаги. Лайт невольно вздрогнул и зачем-то вытянулся, словно солдат на строевом смотре. Спустя пару секунд дверь неспешно открылась. На пороге стоял мужчина возрастом примерно между пятьюдесятью и шестьюдесятью. Высокий, поджарый, с острыми чертами лица, но взглядом таким тяжёлым и пронзительным, что по спине невольно пробегал холодок. Чёрны волосы, в которых уже виднелось серебро, широкий нос, тонкие губы и с голубые, как само небо, глаза. Мужчина был небрит, но это придавало его внешности лишь больше мужества. Одет хозяин дома был не слишком броско, но сразу было понятно, что этот человек не забыл, кем когда-то были его предки.

Тёмно-синяя рубашка из плотной материи, тёмные брюки с естественным узором ткани и плоские туфли, сияющие от лака, которым были обильно покрыты. Мужчина выглядел статусно и даже величественно. Если не знать его историю, то никогда не подумаешь, что его род находится в немилости у целого континента.

— Чем могу помочь? — ровным, слегка низким голосом спросил мужчина.

— Добрый день, — ответил Горди и слегка поклонился, чем вызвал у мужчины едва заметное удивление. — Моё имя Сарад, моего товарища зовут Эвел.

Когда мужчина перевёл взгляд на Лайта, тот тоже слегка склонил голову.

— Чем могу помочь? — вновь повторил хозяин дома, не спеша представляться.

— Господин, мы прибыли к вам из Альвирии, — продолжил полуэльф. — Мы… точнее сказать, Эвел хотел бы поговорить с вами.

— Со мной? — с лёгкой усмешкой переспросил мужчина. — Так пусть говорит.

— Господин, — заговорил Лайт, пытаясь удержать голос ровным. — Как сказал мой товарищ, мы прибыли из Альвирии и искали встречи с вами. Я из рода Арамэло. Мой прапрадед, Валус Арамэло, был одним из магов золотого круга, и я…

Лайт не успел договорить. Лицо хозяина дома осталось равнодушным, но его взгляд… в нём смешались первородный гнев и презрение. Глаза мужчины прожигали саму душу, лишая собеседника возможности говорить. Прежде чем Лайт смог побороть это подавляющее чувство и снова заговорить, дверь перед его лицом уже оказалась захлопнута.

Когда Лайт посмотрел на Горди, то увидел столь же злой и пронизывающий взгляд, хотя его смысл был совершенно иным. Никогда прежде маг тени не испытывал такого напряжения.

— Ну ты молодец, — тихо прошипел полуэльф. — Я же говорил, — Горди тяжело вздохнул, а после повысил голос. — Господин, прошу вас, вы не так поняли. Мы здесь чтобы… оказать помощь… взаимовыгодную.

Ответа, как и ожидалось, не последовало.

— У прапрадеда моего друга был меч из эльфийской стали, Анаграм, родовая реликвия. В ту ночь он взял его с собой. Он погиб у стен замка Ламун, а меч остался за барьером. Эвел хотел бы его вернуть. Мы, кажется, нашли способ туда пробраться, но для этого нам нужны знания о магии света. Прошу вас, помогите нам, и возможно, мы сможем… очистить ваше доброе имя.

Прошло несколько минут, но дверь так и не открылась. Лайт виноватым взглядом глянул на Горди, но лицо полуэльфа оставалось спокойным.

— Прости, — прошептал маг тени. — Я… сказал лишнего.

— Не стоит, — со вздохом сказал Горди. — Мне стоило учесть, что ты не имеешь опыта в подобных… переговорах. Здесь и моя вина тоже. Мне стоило самому.

— Что будем делать? — спросил Лайт, всё ещё чувствуя вину.

— Нужно подумать, — закусив губу, ответил полуэльф. — Ладно, сейчас нас уже не рады тут видеть, не будем лишний раз действовать на нервы. Вернёмся и подумаем.

Когда Лайт и Горди уже почти подошли к калитке и собрались покинуть территорию поместья Хэмэль, за их спиной прозвучал голос.

— Постойте.

Маг тени и полуэльф обернулись. На пороге вновь показался хозяин дома. Его глаза всё ещё презрительно смотрели на Лайта, но гнев, который пылал там несколько минут назад, сменился искоркой интереса.

— Вы можете войти, — сказал мужчина с холодом в голосе. — Я дам вам слово, но если вы меня не убедите, то попрошу вас больше никогда не приходить ко мне.

Горди и Лайт быстро переглянусь, и чуть ускорив шаг, направились к двери поместья. Первая часть плана, не без трудностей, но была реализована. Оставалось только как-то убедить главу рода Хэмэль в том, что он должен им помочь.

ГЛАВА 8. ДНЕВНИК ХАДЫ

Хозяин дома отвёл гостей в гостиную на первом этаже. Та оказалась просторной — сюда могло спокойно поместиться человек пятнадцать, но при этом само помещение выглядело слишком пустым. Шкафы из тёмной древесины, где, кроме пыли, на полках ничего не лежало, роскошный каменный камин с осыпавшейся отделкой, два кофейных столика с тёмными пятнами на столешницах, четыре кресла, выглядевшие заметно изношенными, и два небольших полукруглых диванчика, на подушках которых виднелись неровные заплатки.

Хозяин дома указал гостям на одно из кресел, но сам садиться не спешил.

— Желаете что-нибудь выпить? — с холодной учтивостью спросил он.

— Если можно, — кивнул Горди.

Хозяин дошёл до серванта, что находился за спинами гостей, и достал оттуда три бокала с потемневшими ножками и тёмно-синюю бутылку «Рубиновых вод». Поставив бокалы и налив туда вина, мужчина наконец занял место в кресле и с ленивым любопытством посмотрел на гостей.

— Итак, — начал он. — Вы сказали, что знаете способ попасть за купол. Я слушаю.

— Прежде чем начать, хотелось бы поинтересоваться у вас, господин…

— Вэнто, — подсказал мужчина.

— Господин Вэнто, — продолжил полуэльф. — Вам знакома аббревиатура И.К.А.Р.?

— Конечно, — кивнул мужчина. — Исследовательская коллегия в Ланкратии.

— Несколько лет назад мы познакомились с одним из её представителей. Это очень талантливый алхимик и чародей. Она, благодаря своему статусу в коллегии, владеет довольно… обширными знаниями и умениями, о которых обычные алхимики и чародеи даже не догадываются.

— Она? — переспросил Вэнто.

— Нойра Хонкс, — уточнил Горди. — Старший сотрудник в отделе высшей алхимики. Она специализируется на трансмутациях.

— Серьёзная должность для женщины, — скептически прокомментировал мужчина.

— И тем не менее, её умения и талант говорят за неё, — с тенью улыбки сказал полуэльф. — Она смогла создать сплав, который достаточно близко сумел приблизиться к тому, чтобы называться эльфийской сталью, или как её ещё называют, ночному серебру. Но всё же до истинной стали эльфов составу ещё далеко.

— Продолжайте, — сказал Вэнто, отпивая из своего бокала.

— На теме этого исследования мы и завели с ней дружбу. Она желает воссоздать древний металл, но ей недостаёт лишь одного. Оригинального образца, который она могла бы изучить, и тем самым внести в свои наработки коррективы.

— И вы не нашли другого образца, кроме как тот, что сокрыт за барьером замка Ламун, — хмыкнул мужчина и с подозрением глянул на Горди. — Насколько я знаю, И.К.А.Р. спонсирует корона Ланкратии. Неужели у них нет возможностей и средств найти и выкупить или даже взять в аренду что-то из ночного серебра? У многих древних знатных родов есть хоть одна безделушка, выкованная эльфами древности.

— Именно поэтому достать оригинальный образец такой стали и трудно, — с досадой в голосе пояснил Горди. — В данный момент эльфийская сталь является очень редким металлом, и её ценность трудно измерить. Каждый род, у которого есть даже самый незначительный предмет из этого металла, дорожит им, как зеницей ока. Если же этот металл воссоздать, то оригиналы потеряют всякую ценность и статус. Ни один знатный род добровольно не захочет терять нечто ценное за просто так.

Вэнто хмуро глянул на Горди, но тот продолжал держать на своём поддельном лице бесстрастную маску. Глава рода долго молчал, мелкими глотками попивая вино, его гости терпеливо ждали.

— Ну, хорошо, — наконец сказал Вэнто. — Допустим, что ваша знакомая и вправду имеет шанс воссоздать нечто столь древнее. Я даже допускаю ваши аргументы касательно крайне затруднительного доступа к столь ценным реликвиям. Но тогда у меня возникает вопрос, а для чего вам помогать ей?

— Здесь две причины, — впервые с начала разговора подал голос Лайт и сразу обратил на себя пристальное внимание хозяина дома. — Во-первых, эта реликвия очень ценная, на меч нанесён наш родовой герб. Мы…

— Вы… аристократ? — с лёгким удивлением спросил Вэнто.

— Бывший, — кивнул маг тени. — При моём прапрадеде у нас был титул баронов, но мой дед, а затем и отец… вызвали немилость одного влиятельного графа, и тот, благодаря своим связям, лишил нас титула. Он назвал нас обманщиками, заявлял, что мы не имеем права на этот титул и получили его по ошибке. Отец не имел таких связей, и поэтому не смог отстоять ни своего имени, ни титула. После того, как нас всего лишили, он повесился, а спустя две недели моя мама утонула в озере от горя.

До того, как прийти сюда, Горди составил для Лайта эту легенду. Он несколько раз просил его повторить её, чтобы быть уверенным, что маг тени не выдаст себя мимикой или ненужным жестом. Все тренировочные разы Лайт с треском провалил. Он не мог сосредоточиться, ему каждый раз становилось не по себе от, пусть и вымышленного, но рассказа о родителях. Он всю свою жизнь был сиротой, и тема отца и матери была для него довольно болезненной.

— Почему именно я? — спрашивал тогда Лайт у Горди. — Почему ты не можешь сам всё сказать?

— Потому что я слишком хорошо вру, — спокойно отвечал полуэльф. — Я могу сдерживать эмоции, могу их подделывать. Хэмэли, привыкшие к косым взглядам и плевкам в спину, на раз раскусят меня, потому что за столько лет гонений они явно научились распознавать мотивы и эмоции людей. Я буду говорить слишком убедительно. Нам же нужно, чтобы всё выглядело естественно и искренне.

В комнате повисло тяжелое молчание. Лайт опустил глаза, он не хотел смотреть на Вэнто. Маг тени понимал, что рассказ его прозвучал не слишком правдоподобно, где-то его голос дрогнул, где-то наоборот, сильно осип. Если Горди был прав, и этот человек на раз-два умеет отличать ложь от правды, то…

— Прими мои соболезнования, Эвел, — прозвучал тихий голос хозяина дома. — Я прекрасно понимаю твои чувства.

Лайт медленно поднял глаза на мужчину, и к своему удивлению, увидел в них не презрение, а сочувствие. Хэмэль поверил его словам и проникся нелёгкой судьбой человека, что сидел перед ним.

— Благодарю, — тихо отозвался маг тени.

— Прошу, продолжай, — попросил Вэнто.

— Как я уже сказал, нас лишили титула и окрестили лжецами. Я хочу вернуть меч моего предка, дабы доказать, что семья Арамэло куда достойнее, чем о ней думают.

— Благородная причина, — с лёгкой улыбкой отозвался Вэнто. — А какова же вторая причина вашего… союза с леди Хонкс?

— Деньги, — ровным голосом ответил Лайт. — Она обещала оказать всестороннюю помощь в экспедиции. А также, если нас ждёт успех, она обещала включить меня в патент на её изобретение, таким образом, я буду получать процент от продажи её эльфийской стали.

— А если у неё не получится?

— Я получу лишь единовременную выплату в размере пятисот золотых.

На лице Вэнто появилась задумчивость. Он поднял глаза к потолку, словно что-то подсчитывал. Допив остатки вина, хозяин дома наполнил свой бокал снова и освежил бокалы гостей.

— Какая помощь вам нужна от меня? — внезапно спросил Вэнто, глядя в глаза Лайта.

Лайт смотрел в холодные глаза главы Хэмэлей и пытался унять дрожь, которая внезапно пробрала его тело. Они подошли к самому главному вопросу, ради которого проделали такой путь, разыграли весь этот спектакль и придумали эту историю.

— По имеющимся у нас данным, — начал Лайт, старательно подбирая слова, — купол, что ограждает замок Ламун, был возведён за счёт магии света. Нойра собрала огромное количество данных от своих коллег, что не раз ездили с исследованиями на остров и… кажется, нашла решение.

— И какое же? — не без интереса спросил Хэмэль.

— Любое заклятие, даже самое сильное, не может существовать столь долго. У нас есть предположение, что в основе купала что-то лежит.

— В каком смысле? — нахмурился Вэнто.

— Если я правильно понял объяснения Нойры, то у барьера есть некий источник силы, который поддерживает купол в течение столь долгого времени. Вариантов не так много: либо это могущественные руны, либо же это кристалл Лотрэй с огромным запасом силы. Руны не очень надёжны. Любое нарушение рисунка приведёт к тому, что вся их сила просто сойдёт на нет. Именно поэтому мы склоняемся к тому, что в основе барьера лежат кристаллы Лотрэй.

— Кажется, я понял вас, — кивнул Хэмэль. — Вы хотите… найти этот источник и нейтрализовать его?

— Именно, — кивнул Лайт, чувствуя, как по спине сбегают ручейки пота.

Теорию с дополнительным источником силы предложила Кора. Она долго рассуждала на тему того, почему заклинание обычного человека не только не рассеялось со временем, но и не потеряло своей прочности. Хранительница предположила, что это не обычная магия света, и что в неё вложено что-то ещё, что поддерживает купол в его первозданной мощи даже по пришествию века. Она склонялась именно к кристаллу Лотрэй, но имела все основания предполагать, что он создан по… необычным технологиям. Обычные кристаллы Лотрэй могли сохранять вложенную в них энергию годами, но не столетиями. Кора предполагала, что если кристаллы и вправду есть, то они созданы по технологиям если не запретным, то давно утерянным. Говорить о таком главе рода, что подвергся гонениям как раз из-за слухов о связи Хады с искажённой магией, не стоило. Было решено обойтись традиционными методами. Будь на месте Хэмэля кто-то более сведущий в подобных делах, их могли сразу раскусить. Но ставка была сделана именно на неопытность главы рода.

— Почему вы решили, что источник находится за куполом, а не внутри? — с холодом спросил Вэнто.

— Я не могу вам этого объяснить, я не чародей, — покачал головой маг тени. — Насколько я понял из объяснений Нойры, таков принцип действия кристаллов.

В комнате в очередной раз повисло молчание. В этот раз оно было куда тяжелее. Вэнто сцепил пальцы перед собой и опустил глаза в пол. С каждой секундой напряжение в комнате росло, и Лайту всё труднее было сдерживать дрожь, что пробирала его тело. Он медленно пил вино, пытаясь отрешиться от гнетущей атмосферы. Получалось плохо. Тело то и дело сводило от напряжения, а пот уже, не переставая, стекал по спине.

— Что конкретно вам нужно? — заговорил наконец Вэнто, после того как смочил горло вином.

— Мы хотели бы получить информацию о магии света, — с осторожностью начал маг тени. — Я понимаю, что это может звучать неприятно для вас, но вы… потомок того самого мага, что возвёл этот купол. Как вы, наверное, знаете, в каждый кристалл Лотрэй вложена сердцевина, реагирующая на определённый аспект. Из-за того, что аспект света считается утерянным, даже в И.К.А.Р. нет информации о том, что могло бы служить сердцем кристалла для магии света. Мы прибыли сюда с надеждой, что вы сможете дать нам хоть какую-то информацию по этому вопросу. Если у нас будет эта информация, то Нойра заверила, что её коллеги смогут установить резонанс с кристаллами, и тем самым обнаружить их.

Хэмэль испытующим взглядом смотрел на Лайта несколько секунд. Начало казаться, что Вэнто давно раскусил незваных гостей и просто играл с ними. Внезапно он молча встал и вышел из комнаты. Впервые с момента, как маг тени оказался здесь, он смог свободно взглянуть на своего товарища. Горди выглядел невозмутимым. Когда полуэльф поймал на себе взгляд командира, он лишь медленно кивнул, давая понять, что всё хорошо.

Вэнто вернулся через несколько минут. В руках он держал небольшую книжку в кожаном переплёте светло-зелёного цвета. Когда Хэмэль уселся на своё место, он положил книгу на стол. Она выглядела старой, было видно, что многие страницы уже пожелтели, а кожаная обложка начала трескаться.

— Это дневник Хады, — пояснил он. — Она записывала туда много личного, но также там есть её рассуждения и заметки о магии света. В юные годы она много практиковалась со своим аспектом и вела довольно подробные записи того, чего ей удалось достичь. Больше у меня ничего нет. Если этот дневник вам не поможет, то больше мне нечего вам предложить.

Лайт посмотрел на Вэнто, ожидания от него разрешения. Хэмэль небрежным жестом дал понять, что они могут взять реликвию его рода в руки. Маг тени привстал и медленным движением придвинул к себе дневник Хады. Когда тот оказался в его руках, Лайт почувствовал… тепло, которое волнами расходилось от этой книжки по всему телу. Когда он дотронулся до уголка обложки и хотел открыть дневник, он внезапно вздрогнул. Ощущение тепла одной волной… нет, цунами, захлестнуло его. Маг тени испугался, несмотря на то что ощущения, которые он внезапно испытал, были невероятно приятными.

Лайт подавил в себе чувство тревоги, отбросив мысли о том, что Вэнто мог что-то сделать с книгой с целью навредить, и наконец открыл её. Небольшие страницы с желтоватым оттенком были исписаны красивым почерком. Красные чернила во многих местах потускнели, кое-где не хватало букв, но Лайт мог прочитать написанное, а значит…

— Вы можете забрать его, — ответил Вэнто на немой вопрос в глазах собеседника. — Но с двумя условиями.

— Слушаю, — сдавленным голосом обронил маг тени.

— Во-первых, вы вернёте мне дневник независимо от результатов вашего мероприятия. Несмотря на мрачную историю его владельца, этот дневник — часть моей семьи. Во-вторых, вы даёте мне своё слово, что если вы добьётесь успеха, то сделаете всё возможное и даже больше, чтобы найти доказательства того, что моя семья не причастна к тёмным делам Хады. Я бы мог взять с вас и расписку, но в моём положении она ничего не даст. Я буду надеяться лишь на вашу честь, барон.

— Даю слово, — ответил Лайт, с трудом унимая дрожь в голосе.

ЧАСТЬ 3. ВЕЧНЫЙ ТУМАН. ГЛАВА 1. УЧИТЕЛЬ

Что ты здесь ищешь: расплаты иль милости,

Здесь, где туманом луна разродилась?

Здесь, где блуждают безумцы и нищие,

Что тебе нужно? Что ты здесь ищешь?

© Рок опера «Персефона» — Испытания огнём

Когда Лайт вместе с Горди покинул поместье Хэмэлей, он внезапно ощутил головокружение и тошноту. Всё напряжение, которое он испытал во время разговора с Вэнто, обратилось большим комком, подступило к горлу. От переизбытка адреналина тело слегка потряхивало. Он пытался унять дрожь, но не выходило, с каждой минутой озноб только усиливался.

— Отлично справился, — сказал полуэльф, когда они вышли за забор. — Признаюсь честно, ты даже меня… — когда Горди повернулся к командиру, то увидел его бледное лицо и трясущие руки. — С тобой всё в порядке?

— Нормально, — обронил Лайт, пытаясь улыбнуться.

Первый и второй позыв маг тени смог удержать в себе, но вот третий… он отбежал от своего товарища, насколько это возможно, и весь стресс, напряжение и адреналин в конечном итоге покинули его тело вместе с вином, которым угощал их хозяин.

— Что с тобой? — обеспокоенным голосом просил полуэльф.

— Теперь уже всё нормально, — утирая тыльной стороной ладони рот, ответил маг тени. — Я просто… переволновался.

— Понятно, — Горди понимающе кивнул. — Да, разговор выдался непростой.

— Главное, — слегка охрипшим голосом отозвался Лайт, — что мы достали то, что хотели.

— И то верно, — хмыкнул полуэльф.

Зайдя в небольшой переулок, маг тени увидел, как тёмное пятно слева от него колыхнулось, и из него возникла Кора, которая всё это время скрывалась в тени хозяина.

— Ты молодец, — кивнула хранительница. — Хорошо справился.

— Спасибо, — натянув вымученную улыбку, ответил маг тени.

— Только… — глаза Коры впились в книгу, которую её хозяин держал в руках. — Что с ним?

— В каком смысле? — озадаченно переспросил Лайт.

— Когда ты взял его в руки, я почувствовала какой-то всплеск силы. Очень короткий и… абсолютно незнакомый.

— Почувствовала? — переспросил маг тени.

— Я тоже удивилась, — кивнула хранительница. — Наши чувства с тобой уже не связаны, потому что я отдельная личность, но в этот раз я словно вступила с тобой в некий… резонанс. Когда ты коснулся дневника, я, даже будучи не во плоти, ощутила нечто странное.

— Я тебя понял, только вот… не знаю, как объяснить, — пожав губы, ответил Лайт. — Когда я взял дневник, то тело внезапно ощутило… нечто тёплое и приятное. Когда начал открывать его, это ощущение накрыло меня с головой. Оно было таким приятным, словно… тебя укутали во что-то нежное и мягкое. Сейчас оно пропало.

Кора протянула руку, давая понять, что хочет посмотреть на дневник поближе. Маг тени передал хранительнице записи без особых возражений. Кора внимательно изучила обложку дневника, но ничего странного не увидела. Когда она хотела его открыть…

— Она закрыта, — не своим голосом произнесла Кора, пытаясь открыть обложку. — Я не могу… Почему…

Лайт с неподдельным испугом смотрел на то, как его хранительница прикладывает все силы, чтобы просто разлепить страницы…, но у неё ничего не получается. Маг тени дрожащими руками принял дневник из рук Коры, взялся за обложку и… без особых усилий открыл его.

— Ты шутишь надо мной? — с лёгким раздражением процедил Лайт, спокойно перелистывая страницы.

— Нет, — протянула Кора, с изумлением глядя на то, как её хозяин листает дневник. — Я правда не могла его открыть.

— Можно я, — подал голос Горди с хмурым лицом.

Лайт протянул полуэльфу открытый дневник. Горди взял его, мельком пробежался взглядом по открытой странице, а когда хотел перевернуть следующую…

— Не могу, — с хмурым видом сообщил полуэльф. — Они словно склеенные.

В подтверждение своих слов, Горди без особых проблем закрыл дневник, но вот открыть его заново уже не смог.

— Ты не шутишь? — с опешившим лицом спросил Лайт.

— Нет, — покачал головой Горди. — Я правда не могу его открыть.

Маг тени смотрел на то, как его товарищ пытается открыть дневник, и понимал, что он не шутит. Горди прикладывал все силы, но маленькая книжка не поддавалась ему. Когда он вновь взял дневник из рук полуэльфа и потянул за обложку, она без особых усилий открылась.

— Ничего не понимаю, — растерянным голосом сказал Лайт. — Почему так?

— Видимо, этот Вэнто не так прост, — хмыкнула Кора, изучая дневник в руках хозяина. — Он что-то с ним сделал, отчего только ты и можешь его свободно открывать и читать.

— А что конкретно? — растерянно спросил маг тени.

— Демон его знает, — пожала плечами хранительница. — Возможно, руну нанёс, а может, чары. Понятно лишь одно: доступ к дневнику есть только у тебя, и скорее всего, это связано с тем, что именно ты коснулся его первым после Вэнто.

— Ясно, — протянул Лайт задумчиво. — Видимо, господин Хэмэль решил таким образом обезопасить наследие своего предка, — осмотрев дневник ещё раз, маг тени вздохнул. — Ну что же, пусть будет так. Главное, что хоть у кого-то есть к нему доступ.

***

Когда Лайт и Горди вернулись в «Жареный гусь», все рыцари «Чёрной розы» собрались в комнате своего командира. Для подтверждения догадки Коры и шутки ради Лайт решил дать каждому из товарищей попробовать открыть дневник. Ни у кого, как и предполагал маг тени, не получилось.

— Демонщина какая-то, — фыркнул Дэнэс, напрягая мускулы. — Он точно открывается?

Лайт взял дневник из рук бывшего наёмника и с лёгкой ухмылкой на лице одним пальцем перевернул вначале обложку, а после и несколько страниц.

— Демон, — выругался Дэнэс.

— Интересная защита, — задумчиво сказала Карина, рассматривая открытую страницу. — Получается, если он открыт, то ты можешь прочитать то, что написано, но дальше нет.

— Вроде того, — кивнул маг тени, листая страницы. — Судя по всему, Вэнто, нынешний глава Хэмэлей, сделал какую-то магическую защиту. Я коснулся дневника первый, и теперь только у меня есть к нему доступ.

— Понятно, — хмыкнул кошка. — Хоть я и не понимаю, как такое можно провернуть, но метод довольно интересный и крайне надёжный. Могу предположить, что на него наложены чары, но какие-то своеобразные.

— Так что по итогу? — подал голос Шишир. — Как нам вскрыть барьер?

— Пока не знаю, — пожал плечами Лайт. — Если такой способ и есть, он должен быть в дневнике Хады.

— А если там нет ответа? — скептически спросил ящер.

— Тогда всё напрасно, — пожал плечами маг тени. — Думаю, мы все об этом думали, когда сюда добирались. Пока это единственная ниточка, которая хоть как-то ведёт нас к семье Гислан и её тайнам. Если она оборвётся, то нам придётся начинать всё сначала.

— Нам будет нужно вернуться в Альвирию, — заговорил Горди. — Господин Вар’охучи обещал поискать информацию на эту тему. Думаю, к нашему возвращению у него что-то, да будет.

— Я помню, — кивнул Лайт. — Но пока это наш запасной план.

***

Следующие двое суток маг тени почти не выходил из своей комнаты. Он спускался на завтрак, обед и ужин, что-то брал с собой, возвращался к себе и вновь погружался в изучение дневника.

Как и сказал Вэнто, это был личный дневник леди Хады. Первые записи датировались четыреста двадцать третьим годом. Первые десять страниц маленькая Хада, которой, насколько мог понять Лайт, было лет десять, писала о том, как прошёл её день, что она ела, видела и с кем общалась. Ближе к середине дневника, когда записи стали датироваться уже с четыреста двадцать восьмого года, она стала писать реже. Было видно, что девушка взрослеет, и её интерес к ведению дневника постепенно угасает.

Когда Лайт осилил дневник наполовину, в нём всё чаще и чаще стали встречаться упоминания о магии света.

— Она довольно поздно начала осваивать магию, — сказал вслух маг тени. — Ей было… семнадцать, когда сила хоть немного проявилась. Её родные опасались, что она не унаследовала их родовую магию.

— Такое возможно, — пожала плечами Кора, сидевшая на кровати и вновь перечитывавшая биографию своего отца. — Обычно сила проявляется лет в десять, и чаще всего это происходит случайно. Неосторожное слово, жест руки — и вот с рук срывается огонь или искры.

— Мне уже говорили о таком, — хмуро ответил Лайт.

— Самый крайний срок проявления силы составляет восемнадцать лет. Если до этого возраста аспект ни разу не проявился, значит, человек, скорее всего, лишён его. Бывают, конечно, и исключения, но крайне редко.

— Тогда понятно, — кивнул маг тени. — Её родители не зря опасались.

С каждой новой страницей записей, датированных одним годом, становилось всё меньше. Если вначале она писала через день или два, то теперь проходила неделя или даже две. Несмотря на то, что сила аспекта в Хаде проявилась, она не могла управлять им в должной степени. Насколько мог понять Лайт, даже базовые для её аспекта вещи давались ей с большим трудом. Её отец и дядя посвящали много времени обучению Хады, но сколько-нибудь значительных результатов не добились.

«Я не могу даже удержать шар больше минуты. Я быстро выдыхаюсь, кружится голова. Я чувствую себя крайне подавленной. Все вокруг так стараются мне помочь, но я ничего не могу. Мне стыдно за себя».

Следующая запись, появившаяся спустя три недели после последней, была довольно тревожной.

«Отец подавлен. Он почти не выходит из комнаты и просит вина. К нему заходит дядя Балот, и они долго о чём-то говорят. Сила меня не слушается. Я думаю, они хотят отвести меня туда, но я боюсь. Я не знаю, чего ожидать».

«Отвести меня туда, — мысленно повторил последние слова Лайт. — Куда это — туда?»

Следующая запись была сделана спустя ещё неделю.

«Дядя Балот сказал, что через три дня повезёт меня в Пограничный. Там я должна буду пройти испытания. Там моя сила сможет окрепнуть. Он говорит, что беспокоиться не о чем, и что я обязательно ей понравлюсь».

Лайт несколько раз перелистывал назад, пытаясь найти хоть какое-то объяснение написанному, но его не было. Маг тени не понимал ни слов о «Пограничном», ни слов о том, кому именно должна понравиться Хада.

Маг тени перелистнул следующую страницу в надежде найти ответы там, но их не оказалось. Следующая запись появилась лишь спустя полгода.

«Я стала совсем взрослой. Я перечитывала всё, что писала ранее, и с моего лица не сходила улыбка. Я очень рада, что начала писать это».

Следующие записи Хада делала раз в несколько месяцев. Она писала о всяких мелочах, что случались с ней, но никаких упоминаний о той, с кем она встретилась, так и не появилось. Скорее всего, Хада возвращалась к дневнику, когда ей было одиноко, или она хотела вспомнить о прошлом. Но даже так Лайт смог понять, как она смогла обуздать силу своего аспекта, хотя по её же оценке, мастерство оставляло желать лучшего.

Последние четыре страницы маг тени листал уже с полузакрытыми глазами. С момента, как Хада завела дневник, и до этих записей прошло одиннадцать лет. Ничего, что могло бы хоть как-то помочь раскрыть тайну её магии, которой она укрыла целый замок, Лайт так и не нашёл.

Запись, датированная четыреста тридцать четвёртым годом, вызвала у Лайта невольную улыбку.

«Он очень милый. Я рада, что мы тогда встретились. Его отец всегда выглядел суровым и холодным человеком, но он сам не такой. Он очень милый и галантный. Его взгляд, улыбка, его плечи. Я надеюсь, что не разочарую его в статусе законной супруги».

«Вот как, — усмехнулся про себя Лайт. — Она пишет об Окилапе. Если не знать их дальнейшей судьбы, никогда не подумаешь, что эти два человека могли сотворить нечто такое, что заставило соседний континент направить целую армию на их замок».

Последние две записи, написанные спустя пару недель после признания в любви Окилапу, маг тени прочитал с большим трудом. Он толком не спал двое суток, всё пытаясь найти ключ к куполу, что окутывал Ламун, но кажется, не справился с этим.

«Через три дня мы отправимся в его родовой замок. Окилап говорит, что мне там очень понравится, хотя честно, я немного побаиваюсь. Из окна его комнаты видны бескрайние воды. Там замечательный рассвет. Я очень хочу увидеть всё это».

«Завтра я покину дом родителей. Я очень рада, что смогла навестить её. Она всё так же красива, как я помню её тогда. Я обещала ей, что навещу её ещё раз. Если мой ребёнок унаследует мою силу, я обязательно отведу его к ней. Какая я была глупая, когда боялась встречи с ней. Её не стоит бояться, она и вправду самая добрая среди остальных, по крайней мере, если верить легендам».

Последние слова заставили Лайта встрепенуться и уже более вдумчиво прочитать последнюю запись дневника.

— Она самая добрая среди остальных, — маг тени нахмурился. — Верить легендам?

Уставший мозг мага тени довольно долго проигрывал эти слова снова и снова, пытаясь уловить их смысл. Когда Лайт наконец осознал их и сделал догадку, по его телу пробежала дрожь, как от электрического тока. Кожа покрылась мурашками, а волосы на голове стали дыбом.

— Кора, — сдавленным голосом позвал маг тени.

— Да, — отозвалась хранительница.

— Есть ли вероятность того, что этот мир… покинули не все первородные?

Кора изогнула брови, посмотрела вначале на Лайта, затем на дневник, и снова на Лайта.

— Ты что-то нашёл? — спросила наконец Кора.

— Кажется, да, — маг тени опустил взгляд в дневник, ещё раз перечитал последние строки и вновь посмотрел на хранительницу. — Кажется… тем, кто обучил Хаду магии света… была изначальная этого аспекта… владычица Лайтерэйла.

ГЛАВА 2. БЕЛАЯ ТОЧКА

На следующий день, после крепкого сна, Лайт вновь собрал всех своих товарищей у себя в комнате. Он хотел сообщить им о своих догадках ещё вчера ночью, но Кора ему запретила.

— Переспи с этой мыслью, — сказала хранительница. — Может быть, ты поймёшь что-то ещё, что упускал до этого. Я тоже пока подумаю, возможно ли такое, что кто-то из первородных… задержался в этом мире.

И вот, после завтрака довольно жидкой кашей и лепёшками с зеленью, маг тени попросил всех зайти к нему. При этом лицо у Лайта покрывала мрачная тень задумчивости.

— Судя по всему, ты что-то нашёл? — первым подал голос Горди, усаживаясь на край кровати.

— Вроде того, — буркнул Лайт, открывая дневник на последней странице. — Вот, прочитай и скажи, что думаешь.

Полуэльф нахмурился, принял заметки из рук командира и вчитался в строки.

— О ком она пишет? — спросил Горди, подняв глаза.

— Она упоминал о ней ранее, как об учителе. Отец и дядя леди Хады хотели отвезти её к ней, чтобы сила её аспекта наконец окрепла, — ответил Лайт, но поймав на себе вопросительные взгляды товарищей, пояснил. — Леди Хада довольно поздно смогла пробудить в себе силы, но даже после проявления аспекта она не могла управлять им в должной мере.

— Вот как, — хмыкнул Шишир. — И как такая «неумёха» смогла накрыть своей силой целый замок?

— И что нам это даёт? — хмыкнул Дэнэс, проигнорировав замечание друга. — Даже если и был такой чудо-учитель, что мог обучить аспекту, он явно давно на том свете. Сколько лет-то прошло.

— «Она всё так же красива, как я помню её тогда. Её не стоит бояться, она и вправду самая добрая среди остальных, по крайней мере, если верить легендам», — процитировал маг тени строки, которые перечитывал множество раз накануне.

Все, включая Горди, державшего дневник, хмуро глянули на своего командира. Они явно ожидали пояснений, но Лайт не спешил их давать. Он хотел понять, ему ли одному придёт та догадка, что как гром среди ясного неба осенила его вчера ночью.

Маг тени медленно переводил взгляд с одного своего товарища на другого… и наконец увидел ту реакцию, которой ожидал. Горди вновь перечитал строки, о которых упомянул Лайт, и его лицо медленно вытянулось в удивлении. Когда полуэльф поднял глаза на командира, тот смотрел на него.

— Ты думаешь… что это может быть она? — зловещим шёпотом спросил Горди.

— Другого варианта я не нашёл, — ответил Лайт.

— О ком вы? — вмешался Шишир, с любопытством наблюдая за Горди и Лайтом.

— О той, кто нисколько не изменился по прошествию лет… нет, даже веков. О той, чьё имя многие знают лишь из легенд, что рассказывали им родители перед сном.

— Да о ком вы, демон вас побери, говорите? — нетерпеливо прорычал Дэнэс.

— Кажется, я поняла, — протянула Карина с не менее изумлённым лицом, чем у Горди. — Ты хочешь сказать… что леди Хаду обучала… первородная?

Дэнэс, Шишир и Камира потрясённо глянули вначале на кошку, а после перевели взгляды на командира.

— Я в этом не уверен, — отозвался Лайт после недолгого молчания. — Возможно, она имела в виду кого-то из своих современников, кто отличался большим мастерством в этом аспекте. Но у меня есть все основания предполагать, что здесь речь всё же о первородной. «Она и вправду самая добрая среди остальных, по крайней мере, если верить легендам».

— Это же невозможно, — фыркнул Дэнэс. — Первородные ушли демон знает когда, и…

— А ты ничего не забыл? — холодно перебил товарища Горди. — Мы ищем сердце владыки смерти, чьё тело покоится на Колыбели, которого, как и других первородных, считали бессмертными.

Дэнэс стиснул зубы и отвернулся. Он понял, что сказал глупость, и не хотел, чтобы другие видели его покрасневшее лицо.

— И тем не менее, Дэн отчасти прав, — заступился за друга Шишир. — Даже если предположить, что первородная света задержалась в нашем мире, лично я никогда не слышал никаких упоминаний об этом. Любая тайна рано или поздно становится общественным достоянием, особенно такого масштаба. Я смею заявить, что вы ошибаетесь. Может, во времена леди Хады такое и могло случиться, но сейчас… Мне кажется, что когда магия света окончательно исчезла из этого мира, первородная, за неимением учеников, тоже его покинула.

— Может, и так, — кивнул маг тени. — Только вот, насколько я смог понять из записей леди Хады, их разговоры были… не в этом мире. Из чего складывается довольно логичное предположение. С владычицей света могли говорить только те, кто был одарён её аспектом. Именно поэтому до широкой огласки дело не дошло.

— В каком это смысле «не в этом мире?» — с удивлением переспросила Карина.

— В дневнике Хады упоминалось некое… Пограничье. Место, куда её возили для встречи с учителем, и куда после она ездила сама.

— Получается, это место должно существовать в реальности, — задумчиво протянул Горди, держа дневник на коленях. — Это должно быть место, куда можно зайти. Что-то вроде двери, соединяющей наш мир и… мир владычицы.

— Я тоже так подумал, — кивнул Лайт. — Только вот проблема в том, что Хада не писала, где конкретно находится это место. Но могу сделать одну догадку. Оно где-то на этом континенте.

— Почему ты так решил? — нахмурив брови, спросил полуэльф.

— В последний раз она посещала его за три дня до того, как отправилась в замок Ламун, — пояснил маг тени, кивая в сторону дневника. — Из этого следует, что Пограничье в паре дней, а то и в сутках отсюда. Она вернулась домой за день до отъезда.

Лица всех рыцарей стали хмурыми и задумчивыми. Спустя пару минут Горди, закрыв дневник и положив его на кровать, встал и посмотрел на командира спокойным взглядом.

— Нам нужна карта, — заключил он. — Большая и очень подробная. Нам нужно как следует изучить её и понять, что может являться тем самым Пограничьем.

— А какой смысл? — заговорил Дэнэс с лёгким удивлением. — Командир же сам только что сказал, что доступ туда имеют только те, кто обладает аспектом света. А среди нас, насколько я знаю, таких нет.

— Я только предположил, — подал голос Лайт. — На деле всё может быть не так.

— В любом случае, вначале надо понять, правда ли есть такое место, — вмешался Горди. — Да и если мы туда съездим и проверим, хуже не будет. Либо мы найдём там хоть какие-то ответы, либо вернёмся в Альвирию с пустыми руками.

***

Ближе к вечеру, когда Горди вернулся с рынка, в руках он держал большой лист бумаги, свёрнутый в трубку. Выражение лица было странным. Он вроде был спокоен, но поджатые губы и тяжёлый взгляд, которым он одарил своих товарищей, что сидели за столом и ужинали, выдавали крайнее раздражение.

— Что-то случилось? — спросил Дэнэс, когда его друг сел за стол.

— Меня облапошили на три серебряных, — почти прорычал полуэльф.

— В каком это смысле? — нахмурился бывший наёмник.

— Доедайте. Наверху объясню.

— А ты не будешь? — поинтересовался Шишир, кладя в свою тарелку ещё тёплый кусок мяса.

— Аппетита нет, — буркнул Горди и встал из-за стола.

После того, как все быстро покончили с остатками еды, очередное собрание началось в комнате Горди.

— Так что случилось? — спросил Дэнэс, глядя на друга.

— Я узнал, где Пограничный, — обыденным тоном ответил полуэльф.

Все с неподдельным удивлением уставились на Горди и его хмурое лицо. Найти быстро такую важную информацию, да ещё и за сутки, было довольно веским поводом для радости. Но вид полуэльфа выражал совершенно противоположные чувства.

— Тогда я не пойму, что у тебя с лицом? — протянул Шишир, стоявший за Дэнэсом.

— Когда я вскользь упомянул об этом в одной лавке, торгаш с улыбкой сказал, что эту тайну я смогу раскрыть здесь, — зло процедил Горди и кивнул на свёрнутый лист, лежавший на столе. — И чтобы это сделать, нужно заплатить всего три серебряных.

— Он тебя обманул? — предположил Дэн.

— О нет, здесь всё честно.

Горди подошёл к рулону и развернул его. Все его товарищи окружили стол и начали разглядывать то, что принёс полуэльф. Это была карта, довольно большая, с множеством разных значков, пометок и названий. Лайт быстро пробежался по карте глазами, и его взгляд застыл на…

— Это лес? — ахнул маг тени.

«Пограничный» — так было написано над множеством зелёных значков деревьев, что были изображены к югу от Каниса. Если ориентироваться по карте, то он был очень близко: полдня пути, если не меньше.

— Да, это лес, — подтвердил Горди. — Лес, который растёт на территории и Йондура, и Трэля, оттого и имеет такое название.

— Ничего не понимаю, — рассеяно сказала Карина, изучая карту. — А где здесь обман?

— Этот торгаш мог показать мне его сразу, — сквозь зубы процедил всегда сдержанный Горди. — Но вместо этого развёл меня как ребёнка. Стоит отметить, что он умелый манипулятор. Приковал моё внимание к свёрнутой карте, а я даже не догадался её развернуть. Если бы я это сделал, возможно, сэкономил бы деньги. К тому же у меня есть подозрение, что он задрал цену, увидев мою потребность в этом куске бумаги.

— Так ты… из-за этого на взводе? — спросил Дэнэс, с трудом сдерживая улыбку.

— Я ненавижу попадаться на такие детские уловки. Чувствую себя полным идиотом.

— Да, друг мой, — протянул Шишир, оскалив клыки. — С картами тебе в последнее время вообще не везёт.

Пока бывший наёмник и ящер смеялись, Лайт, тоже не сдержавший улыбки, заметил, что Кора с озадаченным видом стоит у края стола. Он повернулся к ней и увидел, как она изучает что-то на карте.

— Всё хорошо? — спросил маг тени у хранительницы.

— Что это? — Кора указала на карту.

Смех в комнате стих, и все вгляделись в точку, на которую указывала Кора. Посреди леса, на территории Йондура, красовалось какое-то белое пятно. Оно не было особенно большим, имело неровные края, и стоило его увидеть, оно сразу приковывало к себе взгляд, словно клякса на чистом фоне.

— Может, что-то капнули? — предположила Камира.

— Непохоже, — заметил Горди, с озадаченным видом разглядывая странную аномалию. — Похоже… это часть ландшафта.

— Снег? — предположил Дэнэс.

— Снег бывает только в период холодов, да и то не везде, — закатив глаза, покачал головой полуэльф. — Наносить какой-то сугроб на карту, по меньшей мере, глупо.

— Может, это озеро? — подала голос Карина. — Только… с белой водой.

— А может ли это быть то место, куда ходила леди Хада? — с некоторой неуверенностью спросила эльфийка.

Все с удивлением глянули на Камиру, отчего девушка залилась краской и опустила глаза.

— Вот так в открытую, — хмыкнул Горди с задумчивым видом. — Всё получается слишком уж… легко.

— Почему бы и нет, — заговорила Кора. — Если Лайт прав, и к владычице может попасть только обладатель её аспекта, это место может быть просто местной достопримечательностью. Скорее всего, если поспрашивать, здесь найдется куча легенд об этом… белом пятне.

— Это имеет смысл, — кивнул полуэльф. — Только вот… понять бы, что конкретно искать. Это белое пятнышко не очень большое, а значит, вживую это место совсем невелико. Мы можем ходить по лесу кругами и даже не знать, что уже много раз прошли мимо… этих врат к первородной.

— Надо спросить у местных, — пожала плечами хранительница. — И когда поймём, что именно искать, сможем спокойно отправиться туда.

— Пойду спрошу у Рапитона, — протянул Горди. — Заодно возьму что-нибудь перекусить, а может, и выпить.

ГЛАВА 3. СТРАЖИ ГРАНИЦ

По небу ходили мрачные тучи. Всё шло к тому, что мог разразиться настоящий ливень. На улицах Каниса становилось всё меньше народу. Даже стражники, обычно уверенно ходившие по центральным улицам города, сейчас перебрались в переулки, куда свисали углы крыш, под которыми вполне можно было переждать непогоду.

Из общей картины «паника перед грозой» выбивались только семеро всадников, что с капюшонами на головах ехали в сторону южных ворот.

— Почему мы выбрали для поездки именно этот день? — буркнул Дэнэс, украдкой глядя на небо. — Видно же, что скоро начнется дождь.

— Ты боишься растаять? — с усмешкой спросил Горди.

— Я боюсь заболеть, — холодно ответил бывший наёмник. — Судя вон по той громаде, лить будет как из ведра.

Лайт посмотрел в ту сторону, куда указывал Дэнэс. Примерно в трёх километрах от города, с северо-запада, неспешно ползла огромная чёрная туча. Она выглядела большой и тяжёлой, а значит, ливень и вправду будет яростным.

— А ведь он прав, — хмыкнул маг тени, хмуро глядя на приближающуюся тучу.

— Значит, мы всё делаем правильно, — ответил Горди с едва заметной ухмылкой.

— В каком смысле? — спросил Дэнэс и покосился на друга.

— Видите, что происходит вокруг? — уклончиво спросил полуэльф.

— Ну да, — хмыкнул бывший наёмник. — Нормальные люди спешат домой, чтобы их не смыло.

— А значит, и патрулей не будет.

— Патрулей? — переспросил Шишир, ехавший чуть позади.

— Мы едем к границе двух государств, — ответил Горди, не оборачиваясь. — Так называемый «вечный туман» находится практически на границе с Трэлем, возле пограничной крепости Истрид.

— Не вижу проблем, — отозвался ящер. — Мы же не…

— Проблема есть, — ответил за Горди Лайт с хмурым видом. — Во-первых, ещё Нойра предупреждала нас: местные солдаты очень не любят, когда возле замков, особенно пограничных, шастает кто-то непонятный. Во-вторых, между Йондуром и Трэлем нарастает напряжение, готовое вот-вот перейти в полномасштабную войну. Понимаешь, что подумают о группе всадников, рыщущих на границе, да к тому же возле крепости?

— Понимаю, — буркнул Шишир. — И вы думаете, что дождь нас спасёт?

— Не спасёт, — покачал головой Горди, — но даст шанс. Если ливень и вправду будет таким сильным, патрули, что ходят по Пограничному, явно захотят переждать его, прежде чем снова заняться своими прямыми обязанностями. У нас будет время без особых приключений добраться до «вечного тумана». Я думаю, никому из нас бы не хотелось вступать в стычку с местными солдатами.

— Значит, даже ты считаешь, что разговоры не помогут? — оскалился в улыбке Дэнэс.

— Конечно, — фыркнул полуэльф. — Это тебе не городские стражники! Это солдаты, призванные защищать свою родину. С такими чаще всего сложно договориться, а в такое время, как сейчас, и вовсе нереально.

Выехав за черту города, семеро всадников ускорили своих коней. Туча приближалась чересчур быстро, и они хотели успеть попасть под кроны деревьев до того, как дождь обрушится стеной.

Яркие вспышки молний и оглушительные раскаты грома наполнили мир. Как и предрекал Дэнэс, дождь хлынул на славу. Всего несколько минут с неба падали редкие капли, но совсем скоро они стали крупнее и чаще. Прошло всего пять минут, а вокруг уже разлились лужи. Плотная стена воды резко сократила дальность обзора.

Как и предполагал маг тени, изучая карту, Пограничный и вправду располагался близко к городу. Отряду из семи всадников, едущих галопом, понадобилось всего сорок минут, чтобы увидеть первые деревья. Когда прозвучал первый раскат грома, Лайт с товарищами уже добрались до кромки леса. Правда, выйти совсем сухими из этого забега не вышло. Дождь настиг их в пяти минутах езды от опушки.

— А ведь я говорил, — пробурчал Дэнэс, стряхивая с себя лишнюю влагу. — Нашли вы, конечно, время.

— Не ной, — отозвался Горди, пытаясь успокоить своего Инея, испугавшегося грома. — Мы все в одной лодке.

— Ага, в тонущей, — саркастично ответил бывший наёмник.

— Хватит, — отрезал Лайт, смахивая очередные капли, что упали ему на нос. — Вы лучше скажите, куда нам двигаться?

— Мы въехали в лес с восточной стороны, — задумчиво проговорил полуэльф. — «Вечный туман», насколько я помню, находится к юго-востоку от нас.

— Получается нам налево и прямо, — задумчиво кивнул маг тени и посмотрел на эльфийку. — Камира, ты уже раз показывала чудеса ориентирования в лесу. Можешь показать их ещё раз?

— Конечно, — с застенчивой улыбкой отозвалась девушка.

— С такой погодой нашу дорогую Камиру скоро сменит Шиш, — пробурчал Дэнэс, вставший в хвосте отряда. — Ещё чуть-чуть, и тут всё в болото превратится.

Ворчание бывшего наёмника в очередной раз оказалось пророческим. Дождь лил с небывалой силой, и судя по тьме, что окутала небо, прекращаться в ближайшее время не собирался. Лайт не знал, как далеко они ушли от границы леса, но почва под их ногами всё больше превращалась в грязевую кашу. Кони Карины и Коры несколько раз поскальзывались на этом месиве, но девушки умудрялись уберечь себя от падения.

Молнии засверкали ярче, гром сделался оглушающим, отчего почти все кони занервничали и ещё больше начали скользить по жиже, в которую превратилась лесная тропа. Но отряд рыцарей не собирался сдаваться просто так. Как бы паршиво им ни приходилось, они продолжали продираться вперёд. Горди был прав, делая ставку на погоду. Ни один нормальный человек, будь то враг с той стороны, или патриот с этой, не полезет в такую погоду в чащу.

Дождь, напоминающий полупрозрачную штору, мешал даже самым зорким в отряде Лайта разглядеть что-то дальше пары метров, а постоянные раскаты грома — услышать. Именно поэтому, когда эльфийка внезапно замерла, никто не понял причину. Лишь спустя пару секунд, когда из-за стены дождя показался человек, все машинально напряглись, ожидая самого худшего.

Человек был высокого роста, с крепким телом и бычьей шеей. Грубые черты, шрамы и морщины заставляли даже нейтральное выражение лица выглядеть свирепым. Впалые глаза цвета инея и густая русая борода завершали картину. Но самое паршивое, как оказалось, ждало их дальше. За этим мужчиной из-за деревьев появилось ещё пятнадцать человек — таких же крепких, как и их предводитель, все закованные в доспехи.

У всех без исключения на поясах висели мечи, шестеро держали в руках луки, а за спинами болтались колчаны. У остальных при себе были небольшие щиты, на которых виднелся один символ: золотой лев стоит на задних лапах на синем фоне, а вокруг — золотой венок. В передних лапах лев сжимает одно из светил, а чуть ниже под ним горит костёр. Лайт уже встречал такое изображение, в основном на груди у стражников города. Это было герб королевства Йондур.

— Кажется, капитан проспорил мне два золотых, — раздался приглушенный голос мужчины, что вышел первым.

Не успел Лайт толком оценить, в какую ситуацию они угодили, а солдаты уже успели выстроиться перед предполагаемыми противниками. Лучники встали за своими товарищами со щитами, примерно шагах в семи, и достав стрелы, наложили их на тетиву. Остальные солдаты поудобнее перехватили щиты и замерли в ожидании команды. На своём месте остался лишь бородач. Он поднял свободную правую руку и медленно двинулся к всадникам.

— Какая у вас разношёрстная компания, — хмыкнул верзила, оценивающим взглядом пробегая по рыцарям. — Ну и чего вы тут забыли в такую непогоду?

— С кем имею честь говорить? — подал голос Лайт, выезжая из-за спины Шишира.

— Старший сержант армии его величества, Эраст Вэпс, — представился бородач.

— Лайт Грэст, — в тон ответил маг тени.

— Ты у них, что ли, за главного? — не скрывая усмешки, спросил Эраст.

— Именно так, — подтвердил Лайт.

— А молоко-то на губах успело обсохнуть, чтоб взрослыми-то командовать? — вновь спросил сержант и залился смехом. Несколько его подчинённых поддержали командира в веселье.

— Я не думаю, что вы хотите это проверять, — холодно ответил маг тени. — Иначе вы бы давно напали на нас.

— Какие грозные слова, — усмехнулся Эраст, утирая с лица капли дождя. — Так чего вам здесь надо?

— Мы обычные путники, — ответил Лайт, внимательно следя за движениями собеседника.

— И куда же вы путь держите в такую-то погань?

— На юг, к нашему другу.

— На юг, значит, — хмыкнул сержант. — Это получается, что в Трэль. Да ещё и в такую погоду?

— Мы едем из Бойра, и у нас заканчиваются деньги. На сколько-нибудь приличное жилье уже не хватает, поэтому и вынуждены ехать без остановок.

— Интересная история, — кивнул Эраст, и в его бороде появилась странная ухмылка. — Только вот я тебе ни на грамм не верю. Семеро всадников в такой ливень вдруг ни с того ни с сего решили поехать к своему дружку, когда могли переждать бурю в какой-нибудь городской ночлежке.

— Мы разве похожи на бродяг? — с металлическими нотками спросил маг тени.

— В том-то и дело, что нет, — усмехнулся сержант, — как и на бедных. Ты мне что-то не договариваешь, и мне это крайне не нравится.

— Послушайте, — вмешался в разговор Горди, поравнявшийся с командиром. — Мы не шпионы, если вы клоните к этому. Как вы сами сказали, мы слишком хорошо одеты и компания у нас довольно разноплановая. Можем ли мы быть разведчиками с той стороны границы при таких условиях?

— Это не моя задача — выяснять, кто есть кто, — хмыкнул сержант, и лицо его в секунду обратилось холодной маской. — У нас в крепости есть специальные люди, которые этому обучены. Если вы говорите, что не разведчики Трэля, то поехали с нами. Вас поспрашивают и отпустят. Стандартная процедура.

Перед тем, как раздался очередной раскат грома, Лайт услышал у себя за спиной знакомый… треск. Когда отзвуки небесного молота утихли, треск стал сильнее, но Эраст, кажется, его не услышал.

— К сожалению, мы не можем этого сделать, — вновь заговорил маг тени. — Я клянусь честью, что не желаю зла ни вам, ни стране, поэтому прошу отпустить нас своей дорогой.

— Честью? — зло прорычал сержант и потянулся к своему мечу. — Да ты что ты можешь о ней знать, щенок?

— Только не убей их!

Вместе с тем, как Лайт выкрикнул эти слова, он резко отклонился в левую сторону, практически повиснув на боку Везувия. Эраст слишком поздно сообразил, кому были адресованы эти слова. Когда маг тени повис на боку своего коня, Карина, что уже успела скопить заряд, выставила правую руку вперёд, и с её губ сорвались лишь два слова:

— Цепь молний.

Сгусток жёлтой энергии, словно пуля, вырвался из раскрытой ладони кошки и ударил в грудь сержанта, что стоял ближе всех. Не прошло и секунды, молния прошила тело человека насквозь и устремилась к остальным солдатам. Никто из патруля не успел понять, что именно произошло. Молния в считанные секунды пронзила каждого из них, словно её направлял невидимый поводок. Все солдаты повалились на землю, а их тела изогнулись в жутких судорогах.

Лайт с трудом забрался обратно в седло и огляделся. Все шестнадцать солдат, что были уже готовы к нападению… пали от единственной атаки одного мага. Шестнадцать крепких мужчин лежали на земле, у кого-то из носа текла кровь, кто-то пускал кровавую пену.

— Они точно выживут? — с тревогой в голосе спросил маг тени.

— Должны, — не слишком уверенно протянула Карина. — Я постаралась убавить силу до минимума, но на них сталь, к тому же они до нитки промокли. Когда я готовилась, я не взяла это в расчёт.

— Ты… собиралась их убить? — с холодом спросил Лайт, обернувшись.

— Нет, конечно, — с обидой прорычала кошка. — Я лекарь и умею ценить жизни.

— Прости, — поджав губы, обронил маг тени. — Мне не стоило этого говорить.

— Забыли, — буркнула Карина.

— Удачно и неудачно, — цыкнул Горди, осматривая солдат. — С одной стороны, когда они придут в себя, то сразу побегут в крепость, и усиленных патрулей тут будет как грибов. Но прямо сейчас у нас есть время, пока эти молодчики не пришли в себя, или их не нашли товарищи.

— Тогда надо торопиться, — раздался голос Дэнэса.

— Да, нужно, — кивнул Лайт и вновь посмотрел на Эраста, который забылся в бессознательном сне. — Камира, можешь закрыть их? Сделать что-то вроде того купола, когда мы были у Змеиной.

— Купола? — переспросила эльфийка с удивлением в глазах.

— Они пострадали случайно, — ответил маг тени. — Они выполняли свой долг перед родиной, и к своей и нашей неудаче с нами столкнулись. Мы не хотели им вредить, но нас вынудили обстоятельства. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то из них умер из-за болезни или дикого зверя, что найдёт их. К тому же купол ещё ненадолго сможет задержать их.

— Как скажешь, — спокойно ответила эльфийка, чьи руки спустя секунду осветились зелёным.

Через несколько минут, когда вокруг шестнадцати тел бессознательных солдат Йондурской армии был возведён простенький купол из травы, укрывший их от непогоды, Лайт со спокойной совестью двинулся вслед за Камирой дальше в чащу.

«Вы уж простите нас, — мысленно обратился он к солдатам. — Мы правда этого не хотели. Так сложились обстоятельства».

***

Через полчаса дождь начал сходить на нет. Молнии почти прекратили сверкать, раскаты грома сделались едва слышными, а небо стало проясняться. Никто не знал, как скоро могут появиться новые патрули из крепости, поэтому все были предельно внимательны, вслушиваясь в каждый шорох.

Дорога превратилась в полную кашу. Любой, даже слабый ветерок пробирал до костей, но останавливаться было нельзя. Если сейчас устроить привал, они потеряют драгоценное время, и как сказал Горди, здесь появится столько патрулей, что выбраться без происшествий просто не получится.

Дождь окончательно стих, и небо прояснилось. Видимость стала хорошей, и лес вернулся к жизни. Стало раздаваться пение птиц, радующихся, что пережили непогоду. Вокруг то и дело шуршала трава, из-под которой выбирались мыши и другие мелкие грызуны. Один раз возле Лайта даже пробежал довольно крупный ёж, но быстро затерялся среди огромных корней раскидистого дерева.

Когда маг тени уже позабыл об инциденте с патрулём и почти погрузился в беспечное лицезрение дикой природы… Камира вновь резко остановилась. Лайт, памятуя прошлый опыт, сразу напрягся, готовый к очередной стычке. Едва он поравнялся с эльфийкой, то замер, ошеломленный.

— Туман, — с лёгким удивлением протянул Горди, встав по левую руку от командира. — Причём густой.

— Может, после дождя уже напарило? — спросил Дэнэс, вставший позади.

— Очень сомневаюсь, — задумчиво протянул полуэльф. — Он… какой-то неестественный. Слишком уж плотный, даже стволы деревьев не увидеть, а они в паре десятков метров.

— Кажется, мы его нашли, — нервно усмехнулся Лайт. — «Вечный туман», так же ты говорил?

ГЛАВА 4. ИСПЫТАНИЕ ЧИСТОТЫ

Лайт вместе с Горди несколько раз обошли странный туман по кругу. Его область была не очень-то и большой, шагов пятьдесят в поперечнике. У своей границы он поднимался чуть выше колен, но чем дальше смотреть, тем он становился выше и как будто гуще, достигая своего пика в самом центре. Там он поднимался куда выше человеческого роста.

Как правильно заметил полуэльф ещё издалека, белые клубы выглядели неестественно, а именно — были непроницаемы для взгляда. Ради эксперимента Горди кинул внутрь тумана небольшую палку, которая упала буквально в шаге от границы, при этом туман даже не колыхнулся. Едва она оказалась в белой дымке, как сразу пропала из виду, словно её никогда не было. Когда Лайт под пристальным взором товарища попытался достать её, он сразу же нащупал ветку, только вот…

— Эти ощущения… — неуверенно протянул Лайт, вытаскивая из непроницаемого тумана палку. — Они мне знакомы.

— Какие ощущения? — не понял Горди.

— Когда моя рука погрузилась в туман… по телу пробежали мурашки, а затем накатила волна… чего-то приятного. Такое уже было, когда я в первый раз взял в руки дневник Хады.

Полуэльф нахмурился и повернулся к туману. Несколько секунд он колебался, словно боялся, что кто-то может оттуда выскочить и утащить его, но в конечном счете всё же решился. Горди подошёл к границе «вечного тумана» и опустил в белую дымку свою руку. Он держал её там порядка десяти секунд, но Лайт не заметил на лице товарища хоть каких-то изменений.

— Ничего не чувствую, — констатировал Горди. — Туман как туман.

Маг тени поджал губы, и лицо его стало задумчивым. Назвать это просто совпадением было нельзя. Вначале дневник, который мог открыть только он, теперь туман. Были ли эти вещи как-то связаны между собой? Ответить на вопрос однозначно было нельзя. Он был единственным, кто ощущал некий… отклик в рукописи Хады и в этой дымке, а значит, сравнить испытанные ощущения было не с кем. Разве что…

— Пойдём к нашим, — сказал наконец Лайт. — Я хочу кое-что проверить.

Вернувшись к стоянке, на которой ждали остальные члены «Чёрной розы», маг тени быстрым шагом направился к своей хранительнице.

— Что-то нашли? — спросила Кора, когда Лайт подошёл к ней.

— Ты подходила к туману? — вопросом на вопрос ответил маг тени.

— Ну да, — с удивлением протянула хранительница. — А что?

— Ты пыталась войти в него?

— Нет, а зачем? — она нахмурилась.

— Я вновь ощутил тот… отклик, как тогда, когда взял дневник Хады в руки в первый раз.

По лицу Коры пробежала тень лёгкого удивления, но почти сразу оно сменилось задумчивостью. Хранительница молчала несколько минут, словно пытаясь собрать всё сказанное хозяином в единое целое. Наконец, не сказав ни слова, она медленным шагом подошла к белой мгле, постояла возле границы, словно собиралась с силами… и сделала шаг вперед. Тело хранительницы было прекрасно видно, но вот её ноги сразу растаяли в стелющейся понизу белизне.

— Ничего не ощущаю, — наконец сказала Кора. — И того резонанса, как был тогда, я не ощутила.

— Возможно ли, что причина в расстоянии? — спросил Лайт.

— Возможно, — неуверенно протянула хранительница.

Маг тени посмотрел на товарищей, которые с интересом наблюдали за манипуляциями своего командира и его хранителя, потом на Кору, что спокойно стояла в «вечном тумане» и наконец сделал шаг. Едва Лайт погрузился в туман по пояс, по его телу прокатилась волна… приятных мурашек. Он ощущал, как его ноги окутывает не просто белое облако, а что-то более весомое, мягкое и приятное.

— Ну как? — поинтересовался Горди, наблюдавший за процессом с границы.

— Я чувствую, — дрогнувшим голосом отозвался Лайт, пытаясь удержать губы от изгиба в глупой улыбочке. — Это приятное чувство, оно…

— Я… тоже ощутила, — рассеянным голосом сказала Кора, опустившая глаза вниз, словно пытаясь найти свои ноги. — Но… лишь мимолётно. Ощущение окатило меня одной волной и… сразу пропало.

— Что мы имеем в сухом остатке, — заговорил Горди тоном профессора. — У нас есть «вечный туман», который явно создан магией. У нас есть Лайт, который почему-то ощущает в нём эйфорию, и Кора, которая тоже её ощутила, но лишь мимолётно. Мы обошли туман, но ничего, что можно было бы назвать дверью, или чего-то подобного не нашли. В тумане никого не было видно, а значит, надеяться на то, что если позвать первородную с надеждой, что она откликнется, глупо.

— А с чего ты вообще решил, что она может быть здесь? — раздался голос Дэнэса, стоявшего возле дерева и евшего яблоко.

— Ну, во-первых, это единственное место, которое подходит под описание из дневника Хады. Во-вторых, этот туман явно дело рук сильного мага, раз эта дымка держится тут уже много веков. Насколько мы оба знаем из приключений в лесу, такое мог сотворить только первородный.

— Это я и без тебя понял, — буркнул бывший наёмник. — Я спрашивал о другом. С чего ты решил, что первородная до сих пор скрывается в этом месте. Может, она давно его покинула, ну или просто закрыла вход к себе.

— Если бы, как ты выражаешься, она закрыла вход, — вступила в разговор Кора, вышедшая из белой мглы, — туман, скорее всего, пропал бы. Но он не просто не исчез, но и создаёт некую связь, по крайне мере, с одним из нас.

— А почему именно с Лайтом? — с хмурым видом спросил Шишир. — Лайт — маг тени, а не света.

— Скорее всего, из-за дневника, — отозвался маг тени, выходя из дымки. — Я был первым, кто взял его в руки и ощутил от него отклик. Возможно, мы немного ошиблись, думая, что ту странную защиту, не позволяющую кому попало листать его, наложи Вэнто.

— В каком это смысле? — спросил Горди, глядя на командира.

— Я думаю, что к защите своей ценности приложила руку сама Хада. Она… зачаровала дневник, и по какой-то причине он признал только меня.

— И почему же дневник, написанный демон знает когда, решил принять именно тебя, а не, к примеру, нашего чешуйчатого друга? — спросил Дэнэс и с ухмылкой глянул на Шишира, что с хмурым видом косился на него.

— Я думаю дело всё же в аспекте, — задумчиво протянула Кора, глядя куда-то вдаль. — Лайт — маг тени; Окилап, муж Хады, тоже маг тени. Возможно, когда она запечатывала дневник, она сделала некое… исключение, что только маг света или тени может читать её записи. Но это только моя догадка.

— Ну даже если это так, — продолжал наставить Дэн. — Почему «вечный туман», созданный магией света, реагирует на человека с аспектом тени? Не могла же Хада зачаровать и то, что создала первородная.

— Не могла, — согласилась хранительница. — На это у меня нет логического объяснения. Только лишь косвенная связь с дневником Хады, но это предположение звучит слишком натянутым. Даже если я права насчёт дневника, то это никак не объясняет связь Лайта с туманом.

— Я думаю, что рассуждать тут нет смысла, — подал голос маг тени, глядя в клубы тумана. — Нужно просто… зайти туда.

— А что, если… что-то произойдёт? — с лёгкой тревогой в голосе спросил Горди.

— А что может произойти? — усмехнулся Лайт.

— Мы не знаем, как именно работает эта… аномалия. В дневнике Хады об этом ничего не было написано. Может произойти всё что угодно.

— Твои предложения?

— Не знаю, — протянул полуэльф, прикусив губу. — Но лезть вот так в лоб, как по мне, рискованно.

— Я не думаю, что может что-то случиться, — вмешалась Кора. — Насколько можно судить по записям Хады, первородная вряд ли будет как-то вредить человеку, даже если это будет владелец другого аспекта. Если Лайт войдёт в туман, то он либо сможет как-то связаться с Лайтерэйлой, либо просто пройдёт эту пелену насквозь и останется ни с чем.

— Если тебя так заботит жизнь командира, я могу пройтись первым, –подал голос Дэнэс, медленно идя в сторону тумана.

— Думаешь, твоя жизнь меня не заботит? — с металлом в голосе спросил Горди, оглядывая друга сверху вниз.

— Как мило с твоей стороны, — с усмешкой ответил бывший наёмник.

— Нет смысла кому-то из вас там ходить, — покачал головой Лайт. — Раз туман реагирует только на меня, от того, что вы будете там бродить, толку явно не будет.

— Значит, ты уже решил? — тусклым голосом спросил полуэльф.

— Конечно, — пожал плечами маг тени. — Я лично склонен верить, что со мной ничего не случится. Но если вдруг что, — Лайт наигранно опустила глаза в пол. — Не поминайте дурным словом.

— Нашёл время для шуток, — почти прорычал Горди.

— Мы обязательно выпьем за тебя, — поддержал командира Дэнэс и вскинул руку в салюте.

Горди пробурчал себе под нос какие-то ругательства, но комментировать это представление никак не стал. Тем временем Лайт, стоявший у кромки тумана, ещё раз оглядел его, в надежде найти хоть какую-то подсказку, куда ему следует двигаться. Туман был однородным, густым и непроглядным, никакого намёка на дверь или что-то подобное.

Сделав глубокий вдох, маг тени вновь ступил в белое облако, что упало с неба, и его вновь окатило приятной волной. Лайт усилием воли переборол желание просто постоять и насладиться этим моментом и неспешно пошёл вперёд. Чем глубже заходил маг тени в «вечный туман», тем больше частей его тела скрывала пелена. Вот он уже не видел своих ног, пропал живот, руки скрылись по локоть. Когда туман дошёл ему до шеи, Лайт немного замешкался. Ему казалось, что он стоит не в белой дымке, а в тёплой воде. Ещё шаг, вода скроет его с головой, и он не сможет дышать. Отогнав это наваждение, маг тени собрался с мыслями и сделал последний шаг. Погрузился в «вечный туман» с головой.

***

Когда Лайт оказался полностью погружён в клубящуюся дымку, он потерял все ориентиры и даже собственное тело. Он поднял руку перед собой, поднёс её к лицу, но так и не смог увидеть ладонь. Он только чувствовал, что трогает свой нос, губы и щеку, но видеть этого не мог. Он словно стал частью тумана, сам стал белой мглой, и только ощущения напоминали, что он всё ещё обладает телом.

Когда Лайт понял, что глаза ему больше не помогут, он обратился в слух. Маг тени пытался уловить хоть что-то, какой-то намёк на шум, голос или нечто подобное. Туман был безмолвен. Ощущения тоже ничего не могли подсказать Лайту, он лишь продолжал чувствовать приятное покалывание по всему телу, но ничего более.

«Получается, прав был Дэнэс, — с досадой подумал маг тени. — Если владычица света и обитала когда-то в этом месте, то её уже нет здесь. А эти ощущения… скорее всего, просто отголоски её силы».

Несмотря на то, что Лайт не мог нормально ориентироваться в тумане, он точно знал, что едва погрузился во мглу с головой, остался на прежнем месте, а значит, за его спиной должен быть выход. Маг тени не стал испытывать судьбу, пытаясь обернуться, боясь всё же потеряться в этой мгле. Он сделал несколько шагов назад…, но туман продолжал окутывать его, словно покрывало.

Лайт ощутил лёгкую тревогу, но быстро затушил её. Он сделал ещё пять шагов спиной назад, но туман не хотел выпускать его. И вновь волна паники накатила на мага тени. Несколько секунд он прикидывал варианты и понял, что даже если каким-то образом всё же потерял место, откуда вошёл, сама туманная область не была такой уж обширной, чтобы блуждать по ней слишком долго. Рано или поздно, в какую бы сторону он ни шёл, выберется за пределы.

Перед тем как продолжить идти, Лайт немного заколебался. Идти спиной вперёд — значит напороться на что-нибудь, что могло расти здесь. Хотя даже если шагать вперёд, увидеть какое-либо препятствие просто невозможно. После недолгих размышлений Лайт всё же решил идти вперёд, выставив перед собой руки. Таким образом он хотел минимизировать шанс наткнуться на какую-нибудь ветку.

Маг тени двинулся очень медленно, прощупывая ногой почву перед собой. Он не знал, были ли здесь ямы, овраги или что-то ещё. Если не заметить ветку, можно лишь поцарапаться, но если неудачно упасть в яму, всё может закончиться плачевно. Если он подвернёт или сломает ногу — не сможет сам передвигаться, а друзья ни за что его не найдут.

Ощущение времени притупилось. Лайт не знал, как долго он уже бредёт вперёд, но что-то ему подсказывало, что куда дольше положенного. Пройдя ещё с десяток шагов, маг тени замер, пытаясь уловить хоть какой-то звук из внешнего мира. Голоса, пение птиц, звук ветра. Ничего, вокруг стояла вакуумная тишина.

— Эй, ау, — прокричал Лайт, пытаясь привлечь внимание товарищей. — Вы где?

Ответом было гробовое молчание.

— Ау! — во всю глотку заорал маг тени. — Это не шутка! Я правда не могу выбраться!

И вновь тишина.

— Кора! Дэнэс! Горди! Хоть кто-нибудь, ответьте!

Когда Лайт почувствовал, как першит в горле, он понял… кричать нет смысла. Туман расходился не настолько широко, чтобы его вопли не услышали товарищи на границе. Вывод напрашивался сам собой. Он… не в том же месте, откуда пришёл.

«Если я не на Парадиусе, то значит… я всё же смог пройти в мир владычицы, — промелькнула шокирующая мысль в голове мага тени. — А если это так…»

Лайт вновь огляделся по сторонам. Туман оставался таким же непроницаемым, звуков не было, и складывалось ощущение… заброшенности. В голове мага тени проскочила мысль, от которой по спине пробежал холодок ужаса. А что, если проход в место, где обитала первородная, по-прежнему открыт…, но самой хозяйки дома уже давно нет? А если это так, то есть ли способ выбраться из этого места… без её помощи?

Лайт прикусил губу, пытаясь придумать хоть что-то в нарастающей панике. Проход в реальный мир не найти, докричаться и позвать на помощь не получается, блуждать в непроглядном мареве можно до бесконечности.

— Владычица Лайтерэйла! — позвал маг тени. — Прошу вас, отзовитесь.

Когда голос Лайта стих, мир вокруг него продолжал хранить молчание.

— Я не хотел вот так бесцеремонно врываться сюда. Я прибыл с целью помочь одному из первородных. Владыка смерти Драколакс был лишён сердца. Его украли, и теперь тело владыки покоится на одном из островов Парадиуса. На его поиски меня направил владыка Эратори. Я последователь его силы, я маг аспекта тени.

Лайт выпалил всё это на одном дыхании…, но ответом стала лишь тишина. Пока он переводил дыхание после длинной речи, в сознании пробегали десятки мыслей, и лишь парочка из них могла внушить оптимизм. В голове мага тени царил хаос. Он попал в ловушку, выхода из которой просто не видел. Он перебирал возможности, которые могли ему помочь, но все они неизменно приводили к провалу. В отчаянии Лайт попытался воззвать к своей силе, создать огонь, чтобы хоть немного развеять непроглядную хмарь…, но сила ему не отвечала. Это был мир тумана, чистого света, без единого намёка на тень. Лайт был бессилен.

Внезапно к нему пришло осознание. Он склонился к своей левой ноге и дотронулся до неё ниже колена. Она была на месте… целая… холодная.

«Моя нога из тени на месте, — подумал Лайт. — Но даже так я не могу её использовать. Тени в этом месте… не подчиняются мне».

— Владычица! — вновь позвал маг тени, чувствуя, как надламывается его голос. — Прошу вас, ответь…

— Чего ты кричишь?

Услышав за спиной внезапно голос, возникший из ниоткуда, Лайт вздрогнул. Он обернулся так резко, что потерял равновесие и почти упал, но его подхватили руки…

— Алька? — не своим голосом прохрипел маг тени.

Перед Лайтом стояла Алька, одетая в её любимые лосины и песочного цвета рубашку. Волосы цвета заката были слегка растрёпаны, а шоколадные глаза выражали крайнюю степень недовольства.

— Ты чего кричишь? — с лёгким раздражением повторила девушка.

— Как ты здесь оказалась? — сдавленным голосом спросил Лайт, ошеломлённо глядя на давнюю подругу.

— В каком это смысле? — с недовольством в голосе спросила Алька. — Если ты забыл, я здесь работаю. Как и ты.

Ошарашенный Лайт медленно повернул голову в сторону… столы, стулья, барная стойка, за которой виднелись полки с алкоголем, а чуть правее дверь, ведущая на кухню. Он… оказался в «Горьком счастье».

— Как я здесь оказался? — зловеще прошептал маг тени, не до конца понимая, что именно видят его глаза.

— С тобой всё хорошо? — обеспокоено спросила Алька. — У тебя опять с головой проблемы?

— В каком смысле? — спросил Лайт, вновь переводя взгляд на подругу… которую не видел уже много месяцев.

— Опять память потерял?

— Опять? — переспросил маг тени и прикусил губу. — Я… давно здесь?

— Чего? — с опешившим видом переспросила девушка.

— Как давно… я тут работаю? — повторил Лайт, более ровным голосом.

— Больше года, — с непониманием на лице протянула Алька. — Так, ну-ка присядь.

Девушка властно потянула Лайта к ближайшему стулу. Усадив своего «подчинённого», Алька села напротив.

— С тобой точно всё в порядке? — с нажимом повторила барменша.

— Я… не знаю, — Лайт замотал головой, пытаясь привести мысли в порядок. — Я ведь… ушёл от вас, с Экганом.

— С Экганом? — удивлённо протянула Алька. — А зачем бы ты ему сдался?

— Но как, — глаза Лайта расширились в удивлении. — Я же маг те… Я же обладаю аспектом? Экган хотел выяснить, каким именно.

— Аспектом? — на лице девушки прорезалась улыбка. — Ты? С чего ты решил?

Лицо Лайта исказилось от эмоций, что он испытал всего за секунду. Смущение, негодование, удивление и наконец страх. Он опустил глаза к руке, которую наконец смог увидеть, задрал рукав своей кофты… и увидел лишь чистую кожу. Печати Вальтрума, знака Эратори, не было на его коже.

— Что происходит? — обронил Лайт тихим голосом.

— И я хочу понять, — Алька наклонила голову, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Что с тобой сегодня? Ты как будто сам не свой.

Лайт уже хотел ответить Альке, но внезапно осёкся. Мысли, которые сумбурно пытались выстроить последовательность событий, чтобы хоть как-то осознать происходящее, внезапно замерли. Маг тени вновь посмотрел на свою руку, убеждаясь в своей догадке, а после поднял глаза на Альку.

— Ты говоришь, что я не маг? И что никогда им не был?

— Ну конечно, — фыркнула девушка. — Господин Овал нашёл тебя в бессознательном состоянии на улице, примерно год назад, и принёс в «Горькое счастье». С того дня ты тут живёшь и работаешь, и никакой магии в тебе не проявлялось.

Лайт выслушал слова Альки, и на его лице появилась печальная улыбка.

— Хорошая история, — кивнул маг тени. — Только вот, без печати мы не можем с тобой разговаривать.

— Без какой ещё печати? — нахмурилась Алька.

— Печати переводчик, — Лайт невольно дотронулся до своей правой руки. — Я не из вашего мира, и язык мне ваш незнаком. Мы бы не смогли общаться. Я не понимаю вашего языка, вы моего.

— О чём ты говоришь? — в глазах девушки появилось беспокойство.

— Я маг тени, пусть… этот мир и пытается меня запутать. А ты — не Алька. Я не понял этого сразу, потому что был ошеломлён твоим внезапным появлением. Но сейчас я присмотрелся к тебе и понял. Ты не она.

Алька продолжала недоумённо смотреть на собеседника, словно оценивала, всё ли у него в порядке с головой. Но Лайт уже не поддавался на этот спектакль. Да, окружение и даже сама Алька были воссозданы с неимоверной точностью. Лайт слукавил, сказав, что нашёл разницу между этой копией и оригиналом. Он понял, что его обманывают, по другой причине. Кто бы всё это ни устроил, не знал, что он из другого мира, и что не может понимать местных без своей печати, как и местные не смогут понять его. Это была первая проблема, с которой он столкнулся, едва попал сюда, и забыть такое даже спустя время было просто невозможно.

Когда за спиной Лайта раздался странный звук, он резко обернулся и вновь оказался в белом тумане. Обернувшись, чтобы увидеть, пропала ли копия Альки… он оцепенел, не в силах даже дышать. Шагах в десяти от него, в непроницаемой белой мгле виднелся чей-то огромный силуэт. Лишь когда этот силуэт сделал пару шагов ему навстречу, Лайт с ужасом осознал. К нему приближается огромный тигр.

ГЛАВА 5. ЛОГОВО БЕЛОГО ТИГРА

Лайт машинально отступил на шаг назад, внимательно следя за силуэтом зверя, что отчётливо виднелся в тумане. Маг тени прекрасно осознавал свою проигрышную позицию. У него не было при себе оружия, оставил всё в сумках. Магия здесь не работала, ведь не было теней. Лайт немного знал рукопашный бой, но противостоять тигру, да к тому же такому крупному, голыми руками — чистое безумие.

Маг тени не был уверен в том, что это очередной морок. Этот тигр мог оказаться неким хранителем этих мест, вроде давешнего существа из леса. Только вот беда в том, что-то существо было разумно, а этот тигр… животное. Возможно, он выступает здесь в роли сторожевой собаки и бросается на всех незваных гостей, что пытаются потревожить покой владычицы. Проверять хоть одну из этих теорий Лайт не спешил.

Лайт продолжал медленно отступать, ожидая, что тигр сам сделает первый шаг. Зверь же, в свою очередь, тоже не спешил нападать. Он следовал за человеком, но так, чтобы был виден лишь его силуэт. Полностью из тумана он почему-то не показывался.

Маг тени не мог сказать точно, сколько они кружили с тигром, но было понятно одно. Зверь не собирается нападать. Если бы он и вправду был безжалостным охранником, то уже давно атаковал незваного гостя.

— Я не хочу причинять тебе вред, — наконец сказал Лайт почти ровным голосом. — Да и не могу, если быть честным. Если ты понимаешь меня, то прошу, отведи меня к своей владычице. Если же её нет здесь, то прошу, дай мне уйти. Я не хотел вторгаться сюда без позволения госпожи Лайтерэйлы. Это вышло случайно.

— Сюда не попадают случайно.

Голос, который раздался, казалось, отовсюду, принадлежал девушке. Он был звонкий и лёгкий, отчего складывалось впечатление, что хозяйка голоса очень молода. Лайт осторожно огляделся по сторонам, стараясь не выпускать из поля зрения тигра, что продолжал следовать за ним, но никого, кроме зверя, не было поблизости. По крайней мере, маг тени не мог увидеть.

— Владычица Лайтерэйла? — неуверенно спросил Лайт.

— Может быть, и она, — прозвучал голос с озорными нотками, — а может, не она.

— Госпожа, — обратился Лайт, нервно сглатывая комок слюны. — Моё имя Лайт, и я…

— Я слышала, — прервал голос. — Только вот… это не твоё имя.

— Вот как, — протянул маг тени, поджав губы. — Моё настоящее имя Сергей, и я…

— И снова ложь, — в звонком девичьем голосе появились металлические нотки. — Я дам тебе последний шанс.

Лайт, опешивший от такого заявления, замер, и тигр, что следовал за ним, наконец приблизился к нему. Это и вправду был огромный зверь. Его голова была на уровне головы человека, шкура — белее снега, а глаза… были слепы. Когда Лайт увидел зверя всего в пяти шагах от себя, он, как ему казалось, бесшумно отступил на пару шагов левее, но зверь безошибочно повернул голову за ним. Зверь его видел или же чувствовал запах страха, что окутал Лайта с ног до головы.

— Я не понимаю, о чём вы, — сдавленным голосом отозвался маг тени, наблюдая за зверем, что пока безучастно наблюдал за человеком. — Я из другого мира, и там мне дали имя Сергей. Я не…

— Лайт, Сергей, — перечислил женский голос с лёгкой брезгливостью. — Эти имена выдуманы, они созданы на основе лжи. Назови мне имя, что дала тебе твоя мать.

Лайт стиснул зубы, пытаясь затушить огонёк гнева, что внезапно вспыхнулся в его груди.

— Я не знал своей матери, — с лёгким нажимом сказал маг тени, — как и своего отца. Я сирота. По крайне мере, так мне всегда говорили.

Голос молчал. Тишину нарушало лишь биение сердца Лайта и его тяжёлое дыхание. Он во все глаза смотрел на тигра, и по спине то и дело скатывались ледяные капельки пота. В любую секунду эта громадина может кинуться на него, и тогда…

— Теперь ты сказал правду, — раздался наконец голос. — Ну хорошо, пусть будет Лайт. Так зачем же ты пришёл сюда?

— В поисках ответов, — отозвался маг тени. — Если вы слышали меня до этого, то вы уже знаете о печальной судьбе повелителя смерти Драколакса.

— Да, я слышала, — голос стал тише, и в нем появились печальные нотки. — Вначале я думала, что это очередная ложь. Но ты не врал, к моей глубокой печали.

— Это чистая правда. О ней мне рассказал Эратори, повелитель тени.

— Как же ты встретил его? — в голосе появились нотки сомнения. — Насколько я знаю, только умершие люди, что были наделены даром его аспекта, могут встретить его в царстве мрака. Ты не тень, иначе бы ты не попал сюда, а значит, человек. Как тебе удалось встретить того, кто покинул этот мир много веков назад?

— Он… сам призвал меня, — подбирая слова, ответил Лайт. — Я был на грани жизни и смерти. Когда моя душа металась между мирами, он смог ненадолго призвать меня к себе. Так мы с ним и встретились. Он рассказал мне о судьбе Драколакса, и он же возложил на меня миссию: найти сердце и вернуть его первородному смерти.

И вновь голос не ответил сразу. Девушка, владычица или кто бы она ни была, хранила молчание. Когда пауза затянулась слишком сильно, Лайт хотел окликнуть собеседницу, проверить, не пропала ли она, но его отвлёк немой наблюдатель. Тигр, что до этого момента стоял неподвижно, внезапно развернулся и ушёл в туман. Сердце мага тени забилось на пределе возможного. Он не видел силуэта зверя, не знал, что именно он задумал, а значит, можно было ожидать чего угодно.

Слева от себя Лайт заметил движение. Когда он повернулся туда, думая, что это тигр пытается к нему подкрасться, он застыл в изумлении. Этот силуэт не был звериным… это был человек. Спустя всего пару неровных ударов сердца из белой мглы к нему вышла… молодая девушка.

Она была невысокой, едва по плечо Лайту. Белые длинные волосы, спадающие ниже лопаток, тонкий нос, кукольное бледное личико с округлым подбородком и… белыми глазами, слегка отливающими голубизной. Она была одета в невероятной красоты платье, словно сотканное из того же тумана, что окружал их. На голове у девушки была ветвистая диадема белоснежного цвета, по краям которой были сотканы небольшие крылышки. Вся её одежда, украшения и даже облик выглядели как нечто невозможное, что просто не могло существовать ни в одной из реальностей.

— Владычица… Лайтерэйла? — дрожащим голосом обратился Лайт, чувствуя, как его тело пробирает дрожь благоговейного страха.

— Да, это я, — девушка учтиво склонила голову, и когда она вновь посмотрела на человека, Лайт заметил два чёрных зёрнышка зрачков, что просто терялись на фоне её невероятных глаз.

— Я рад встрече с вами, — всё ещё дрожащим голосом проговорил маг тени и инстинктивно опустился на одно колено.

— Прошу тебя, встань, — мягким голосом попросила первородная.

Лайт без промедления выполнил просьбу владычицы. Когда он вновь посмотрел на её лицо, на нём была сдержанная улыбка… наполненная неимоверной печалью.

— Ты проделал огромный путь, чтобы найти меня. Ты прибыл из другого мира, прошёл длинную дорогу в этом, — сказала Лайтерэйла и внезапно склонила голову. — Прости меня, что подвергла тебя испытаниям.

— Испытаниям? — невольно выпалил Лайт и прикусил губу, коря себя за длинный язык.

— Всё то, что ты видел и слышал, было моей проверкой, — девушка повела рукой, и мгла, что окутывала их, расступилась. — Этот туман здесь не просто так. Он создан для того, чтобы испытать вошедших сюда. Мой туман обладает силой создавать иллюзии на основе воспоминаний человека, вошедшего в него. Мало кто может сразу понять, что видит лишь морок. Ты справился на удивление быстро.

— Зачем всё это было нужно? — с непониманием спросил маг тени.

— Я довольно много провела времени в вашем мире. Многое видела и многое слышала. Я понимаю, что вы, люди, как и мы, несовершенны. Но в отличие от нас, у вас есть порок, который я не могу ни принять, ни простить.

— О чём вы? — сдавленным голосом спросил Лайт.

— Ложь, — почти прорычала владычица. — Мы, изначальные, не умеем врать. Мы всегда честны и с собой, и друг с другом. Когда мы прибыли в ваш мир, мы впервые столкнулись с этим… явлением. Многие из нас приняли это как должное, но только не я. Ложь — это яд, что разъедает человека изнутри. Моя сила может исцелять яды, но ложь… ей неподвластна. Это настолько сильный токсин, разъедающий ваши души, что даже мой дар неспособен излечить это. Именно поэтому я воспринимаю ложь, как своего врага. Я могу выявить его, но не могу бороться с ним.

— Я понимаю вас, — кивнул Лайт. — Я тоже не большой любитель лжи, хотя, признаться, в силу обстоятельств вынужден ею пользоваться.

— И вновь ты честен со мной, — улыбка Лайтерэйлы стала чуть шире. — Ну что же, ты пришёл сюда за ответами, но прежде…

Владычица вновь повела рукой, и часть тумана, что окружал их, обратилась в небольшой кофейный столик очень тонкой работы и пару стульев с мягкими спинками.

— Прошу, садись, — владычица указала на один из стульев, а сама заняла противоположный. — Хотел бы чего-нибудь выпить? Я вижу, что ты слегка напряжён и даже… боишься меня. Но прошу тебя, отринь страх. Я не причиню тебе вреда.

— Спасибо вам, — кивнул Лайт, усаживаясь на указанное место. — Я бы и вправду что-нибудь выпил… на ваше усмотрение.

Тихий смех Лайтерэйлы был похож на звон колокольчиков. Она прикоснулась к столешнице, и в центре неё заклубился туман. Спустя секунду на месте белой мглы появились две чашки с чем-то, очень похожим на чай.

— Я не очень люблю ваш алкоголь, — призналась владычица, беря свою чашку. — Но если ты хочешь…

— Нет, нет, — покачал головой маг тени, беря в руки горячую чашку. — Меня вполне устоит и это.

Лайт слегка дрожащими руками поднёс чашку к губам и отпил ароматный напиток. Это был чай с очень насыщенным ягодным вкусом, скорее всего, земляничный.

— Очень вкусно, — с улыбкой сказал маг тени, чувствуя, как тело его наконец успокаивается. — Простите меня за дерзость, но я не думал, что ваша сила способна на такое.

— Она и не способна, — честно ответила Лайтерэйла. — Всё дело в том, что это мой мир, и здесь я вольна творить всё, на что хватит моего воображения.

— Так значит, мы были правы, — задумчиво протянул Лайт. — Тот туман… и есть проход в ваши владения.

— Ты… этого не знал? — с нескрываемым удивлением спросила владычица.

— Только догадывался, — покачал головой маг тени. — Я получил во временное пользование дневник той, что обладала вашим даром. Именно из этого дневника я и узнал об этом месте и сделал догадку о том, что могу встретить вас здесь. Возможно, вы и не помните, но её звали Хада, и она…

— Хада, — протянула Лайтерэйла, во все глаза смотря на человека. — Я прекрасно помню её. Она очень часто приходила ко мне, и она же была последней, кто навещал меня. У неё был мой дар, но он был очень и очень слаб. Я смогла… усилить его, но он всё равно оставался крайне слабым.

— Собственно, о ней я и хотел поговорить с вами, — Лайт отставил чашку и сосредоточился на лице собеседницы. — Ваша… ученица связала свою судьбу с человеком по имени Окилап Гислан.

— Я знаю его, хоть никогда и не видела, — кивнула владычица, и вновь её губы изогнулись в печальной улыбке. — В последний раз, когда Хада была здесь, она рассказала мне о нём. Они должны были уехать в его родовой замок, но она обещала, что ещё навестит меня, и что если её ребёнок унаследует мой дар, она обязательно приведёт его сюда, — Лайтерэйла поджала губы. — Только вот… она так и не пришла больше.

— И на то есть печальная причина, — голос Лайта внезапно потерял силу, ему было неприятно сообщать такое, но он был должен. — Она была убита больше двух веков назад.

— Убита? — кукольное лицо владычицы стало ещё бледнее, а в уголках глаз… появилась влага. — Как… за что?

— Я не знаю всех подробностей, — признался Лайт. — Могу сказать одно. Семью Гислан оклеветали. Кто-то очернил их имя, обвиняя в использовании искажённой магии.

— Она не могла! — с негодованием прорычала Лайтерэйла, и её белые глаза вспыхнули гневом. — Это просто невозможно!

— У нас есть все основания предполагать, что это и вправду была просто ложь, — кивнул Лайт, чувствуя, как от вспышки гнева владычицы по спине вновь пробежали ручейки пота.

— Опять ложь, — процедила владычица. — Все беды и горести лишь от неё.

— Перед своей смертью леди Хада сотворила нечто невероятное, — продолжил Лайт, стараясь держать голос ровным, невзирая на внезапную вспышку гнева своей собеседницы. — Она за счёт вашего дара смогла сотворить купол, который даже спустя много веков продолжает укрывать замок Ламун, тот самый родовой дом Гисланов.

— Купол? — переспросила Лайтерэйла, вновь придавая своему лицу холодную печаль.

— Да, — кивнул маг тени. — Он стоит вокруг замка уже несколько веков, и никто до сих пор не может пройти за него. Многие маги, чародеи и алхимики пробовали разрушить его, но потерпели неудачу.

Лайтерэйла задумчиво отвела взгляд, не спеша нарушить тишину. Лайт не собирался торопить владычицу. Пока она думала, он вновь взял чашку и отпил из неё, тем самым успокаивая вновь расшалившиеся нервы.

— Это невозможно, — наконец сказала владычица. — Как я уже сказала, я смогла немного улучшить силу её контроля, но на такое она была просто неспособна. Её дар был слаб, и даже после моего вмешательства ситуация не сильно улучшилась.

Лайт несколько секунд смотрел на владычицу, но в конце концов опустил глаза, словно задумался. На самом деле он не хотел, чтобы та, кто обучал леди Хаду магии, догадалась, о чём именно думал маг тени. А Лайт тем временем пришёл к очень нехорошей мысли. Сила, которая окутывает замок Ламун… была искажённой.

— Не прячь глаза, — прозвучал холодный и слегка властный голос Лайтерэйлы. — Я и так понимаю, о чём ты сейчас думаешь.

Лайт медленно поднял глаза, ожидая увидеть гнев на лице владычицы, но она была на удивление спокойна.

— Я сказала тебе о том, что Хада не могла использовать так называемую искажённую форму моего дара. Это не простая вера в неё, это факт, — голос владычицы звучал спокойно, глаза пристально смотрели на человека. — Магия света просто не может быть искажена.

— Не может? — в непонимании переспросил маг тени.

— Ты знаешь, почему мы покинули ваш мир? — спросила Лайтерэйла холодным голосом.

— Да, я знаю, — кивнул Лайт, вновь ощутив дрожь. — Владыка Эратори мне рассказывал.

— Что же, это упрощает дело, — владычица медленно отпила из своей чашки, после чего вновь заговорила. — Люди не просто начали охоту за нами, они стали искажать наши учения. Та сила, которой вы владеете, лишь малая часть того, чем обладаем мы. Но люди нашли способ, что приближал их к нам, хотя за это и приходилось платить страшную цену. Ваши тела просто не выдерживают всей нашей силы, именно поэтому вы начинаете терять свой облик и рассудок.

— Я знаком с шаржами, — мрачно отозвался Лайт. — Я даже сталкивался с таким. Одна из тех, кто владел аспектом смерти, наполовину потеряла свой облик из-за использования искажённой силы. И у нас есть все основания предполагать, что культ, в котором она состояла, сейчас владеет сердцем Драколакса.

— Вы убили её? — внезапно спросила Лайтерэйла.

— Она умерла сама, от ран. Мы к этому непричастны. Она вступила в бой с некими… детьми ночи.

— Очень жаль, — с неподдельной печалью сказала владычица. — А ведь её можно было спасти.

— Спасти? — ошарашенно переспросил маг тени.

— Как я уже говорила, моя сила, сила света, не может быть искажена. Искажение — это тоже яд, который заставляет вас, людей, терять свой облик. Сила света способна исцелять все возможные яды и даже возвращать искажённым людям их истинный облик. Но только при условии, что у искажённого осталось хоть толика души. Искажённая форма силы не просто разрушает тело и разум, в качестве платы за силу, подобную нашей, она поедает ваши души, тем самым делая вас безжалостными монстрами, не способными на сострадание.

Лайт обескураженно смотрел на владычицу и никак не мог осознать её слов. Он не был знаком с магией света, потому суть этого аспекта была для него закрыта. Но то, что эта сила способна обратить шаржа обратно в человека… вызвало у него небывалое потрясение.

— Простите меня за навязчивость, — Лайт почувствовал, как в горле пересохло. — Но что именно делает ваша сила? Не знаю, знаете ли вы, но… ваш дар пропал из мира. В мире нет людей, что обладали бы вашим аспектом.

Лицо Лайтерэйлы внезапно нахмурилось, словно Лайт сказал что-то лишнее, но после нескольких секунд черты владычицы вновь разгладились.

— Мой дар — есть исцеление. Как я уже говорила, моя сила может излечить от яда, но это не предел её возможностей. Когда я была в вашем мире, прежде чем учить, я ходила среди людей и занималась врачеванием. Я излечивала болезни, что вам неподвластны, я помогала разбитым горем вновь обрести покой. Моя сила помогает исцелять раны души и тела. Исказить свет, который горит в душах тех, кто наделён моим даром, просто невозможно. Люди, которые владели моим даром, всегда были чисты душой и сердцем. Они не были способны на злодеяния. В минуты отчаянья, когда в их душу пытался проникнуть яд скверны, что заставляет сходить с пути благодетеля, их собственная сила излечивала их, отводя всё плохое. Мои ученики, сколько бы их ни было, просто не могли пойти по пути лжи.

Лайт слушал Лайтерэйлу, затаив дыхание. Получается, что и он, и маги золотого круга были полными глупцами, когда думали о том, что леди Хада пользовалась искажённой магией. Она просто не могла быть шаржем, её собственная сила, сколь бы слаба она ни была, просто не давала ей такой возможности. С одной стороны, он был рад, что ошибся, но с другой… он всё ещё не знал ответа на вопрос, ради которого прибыл сюда.

— Владычица, — обратился Лайт к Лайтерэйле. — Если леди Хада не могла использовать искажённую магию, то как она смогла окружить замок неприступным барьером?

— Я не могу тебе сказать этого, потому что не знаю, — покачала головой владычица. — Барьер, что ты описал, вполне похож на одно из проявлений моей силы. Скорее всего, в него вложено некое правило или ограничение.

— В каком смысле? — спросил маг тени.

Вместо ответа владычица пошевелила пальцами, и вокруг чашки её гостя возник полупрозрачный купол, сотканный из света.

— Попробуй взять её, — попросила Лайтерэйла.

Лайт потянулся к чашке, но не смог коснуться её. Барьер, ограждающий его напиток, не пропускал его.

— Я вложила в этот свет запрет: ни один мужчина не сможет его преодолеть. Таким образом, свет, что ограждает чашку, не пропустит никого, кто подходит под это ограничение. Я слышала, что мои ученики применяли такой подход, хотя сама пробую его впервые. Они использовали свет для того, чтобы оградить себя от кого-то или чего-то. Коротко говоря, от лжи большого мира.

— Получается, вокруг замка Ламун стоит похожий купол с неким ограничением, — задумчиво протянул Лайт. — Можно ли как-то узнать, что именно за запрет на барьере?

— Простому человеку нет, — покачала головой Лайтерэйла, — но тот, кто владеет моей силой, может. Достаточно лишь прикоснуться к свету такого барьера и пропустить его через своё тело. Тогда его тайна будет открыта.

— Вот так просто? — слегка удивился маг тени.

— Мои ученики полностью доверяли тем, кто обладал таким же даром. Им не было смысла скрывать что-то от своих же, потому что они прекрасно знали: те, кто обладает даром света, не способны навредить им.

Лайт хотел спросить что-то ещё, но осёкся, когда кое-что осознал. Задай он хоть сотню вопросов, решения проблемы он не найдёт. У этой задачи с барьером было одно решение — магия света… которой более не было в мире Парадиуса. Без этого аспекта никто в мире не узнает, что именно за ограничение наложено на барьер вокруг замка, а значит, не сможет его преодолеть. Это может быть какая-нибудь мелочь, но даже так, без чёткого ответа… замок Ламун навсегда останется закрытым для мира.

— Спасибо вам за объяснения, госпожа Лайтерэйла, — Лайт медленно встал, стараясь скрыть от владычицы печаль, что отразилась в его глазах, — и за чай тоже спасибо.

— Ты уже уходишь? — с лёгким удивлением спросила владычица.

— Вы дали мне ответ на мой вопрос, и я благодарен вам за это, — маг тени поджал губы в нерешительности. — Как я уже говорил… в мире не осталось людей с вашим даром, поэтому узнать тайну купола мы…

Когда Лайт поймал на себе взгляд владычицы, по телу пробежал холод. Она смотрела на него почти исподлобья, и в её белоснежных глазах… был гнев.

— Почему ты лжёшь мне? — спросила владычица строгим голосом.

— О чём вы? — в искреннем удивлении протянул маг тени.

Лайтерэйла долгие секунды смотрела на Лайта, заставляя того исходить холодным потом. Когда взгляд её неожиданно смягчился, её бледные губы слегка приоткрылись, словно… в удивлении.

— Ты вправду не знаешь? — голос Лайтерэйлы звучал слегка удивлённо.

— Не знаю о чём? — сдавленно обронил маг тени.

Лайтерэйла вновь пристально вгляделась в глаза Лайта. Маг тени несколько раз хотел отвести взгляд, но почему-то не решался, словно… боялся, что владычица света поймёт его не так, как нужно. Наконец, спустя целую вечность, черты Лайтерэйлы вновь смягчились. Она встала со своего места, и подойдя к Лайту, взяла его за руку. Маг тени внезапно ощутил то самое чувство непомерного спокойствия и счастья.

— Теперь я поняла, — с печальной улыбкой сказала Лайтерэйла. — Ты говорил, что прибыл из другого мира?

— Да, — спокойно подтвердил Лайт.

— Но родом… ты из этого мира?

— Я не знаю, — ответил маг тени, чувствуя, как к горлу подступил комок. — Владыка Эратори предполагал нечто такое.

— Как ты попал в другой мир, и как вернулся сюда? — продолжала спрашивать Лайтерэйла, пристально глядя собеседнику в глаза.

— Я не знаю, — прошептал Лайт.

Владычица опустила глаза, словно изучала руку. Когда белые глаза девы вновь посмотрели на Лайта, он ощутил, как его пронизывает ощущение чего-то… необъяснимого.

— Ты маг тени, и этот дар в тебе куда сильнее, — заговорила владычица тихим голосом. — Но и мой дар всё ещё теплится в тебе, хотя и напоминает почти истлевший уголёк. Возможно, когда-то он был сильнее, но влияние иного мира… могло затушить его.

Лайт не знал, насколько глупо выглядело его лицо. Он потерял контроль над всем: мимикой, телом, сердцем. Ноги стали ватными, сердце колотилось, словно безумное, а лицо… напоминало ему самому расплавленную театральную маску, на которой с трудом можно различить, отражается ли там удивление, печаль или радость.

— Вы сказали… ваш дар? — наконец выдавил маг тени.

— Да, сказала, — кивнула Лайтерэйла с печальной улыбкой. — Он очень и очень слаб, но он в тебе точно есть. Иначе бы ты не попал сюда. В мой мир могут попасть только те, кто обладает хоть крупицей моей силы. Теперь я поняла, почему ты так упорно отрицал существование моего дара в вашем мире. Ты просто не знал, не чувствовал, что он в тебе есть.

ГЛАВА 6. ДАР ПЕРВОРОДНОЙ

Когда Лайт отошёл от шока, он обнаружил себя сидящим за столом. Лайтерэйла сидела напротив него со спокойным лицом. Она допивала чай и просто ждала, когда её собеседник примет сказанное. Только вот маг тени не знал, сколько ему понадобится времени, чтобы полностью осознать, что только что услышал.

Когда он впервые встретился с магом, он испытал шок. Когда этот маг сказал ему, что сам Лайт является магом, он был потрясён до глубины души. Он до последней минуты не верил в то, что может быть одарён аспектом. Лишь применив свою силу на практике, он убедился в правдивости слов Экгана. Но даже после этого он ещё долго не мог принять тот факт, что он, иномирец, является магом.

А теперь, спустя столько времени, когда после всего пережитого Лайту стало казаться, что его уже невозможно настолько сильно поразить… ему сообщают, что он владеет двумя аспектами. Да, пусть аспект света практически растворился в силе тени, но он всё ещё есть в нём.

— Как… как такое возможно? — хрипло выдавил Лайт.

— Когда мы были в вашем мире, такое встречалось, пусть и не очень часто, — отставив чашку, заговорила владычица. — По большей части, каждый житель вашего мира предрасположен к одной из наших сил. Но спустя какое-то время мы стали замечать, что некоторые люди имеют в себе зачатки двух даров. Довольно часто был ярко выражен лишь один дар, второй же был очень слаб, как в твоём случае, и пользоваться им было практически невозможно. Более сильный дар, к примеру, манипуляция тенями, поглощал более слабый дар, в твоём случае — дар света. Таким образом, более слабый дар растворялся, и человек становился носителем лишь одного из наших учений.

— Но вы сказали, что оба мои дара были сильны? — всё ещё слабым голосом продолжал спрашивать маг тени.

— Я сказала, что такое возможно, — поправила собеседника Лайтерэйла. — Твоя сила тени очень сильна, и даже без должной практики она понемногу поглощала силу света в тебе. Возможно, если бы ты сразу узнал о двух аспектах, что сокрыты в тебе, и развивал их в равной степени, моя сила не угасла бы. Но сейчас она, как я уже сказала, лишь тлеющий уголёк. Даже если я возьмусь за твоё обучение… возможно, мы и сможем укрепить твою силу, но больших результатов ты не добьёшься.

Лайт ненадолго замолчал. Шок понемногу спадал, и он начинал мыслить более хладнокровно. Как бы обидно и дерзко это ни звучало, обучаться магии света, насколько бы сильна она ни была, Лайт не хотел. У него просто не было на это времени.

У него была цель — найти сердце первородного. Его товарищи, что дожидались его снаружи, пошли за ним только по этой причине. Он не может вот так просто сказать: «Давайте отложим это дело, у меня появились другие планы». Он предаст не только их, но и владыку Эратори, что возложил на него эту миссию. Будь он свободен от обещаний и клятв, всё было бы по-другому, но сейчас… он просто не мог поступить иначе. Он стал заложником обстоятельств, но не тех, когда ты переступаешь через себя с целью поскорее разобраться с грузом, что на тебя взвалили. Это были те обстоятельства, когда ты сам готов отдать всего себя, лишь бы добиться результата.

Ему нужно искать сердце, пока те, кто владеет им, не догадались исчезнуть, тем самым оборвав тонкие нити, что маг тени и его товарищи успели отыскать. Если Лайт и остальные правы, и сердце находится у «Культа жизни», сектанты просто могут затаиться, переждать, и тогда сердце вновь потеряется на многие века, а Драколакс так и останется… спать на острове. Сможет ли он после этого свободно ходить по царству мрака и смотреть в глаза владыки тени? Ответ был очевиднее некуда.

— Госпожа, — обратился Лайт к Лайтерэйле почти ровным голосом. — Вы говорили о том, что только тот, кто обладает вашим даром, может узнать ограничения на куполе, что создал другой человек с вашим даром.

— Да, говорила, — подтвердила Лайтерэйла.

— Смогу ли я это сделать? — прямо спросил маг тени.

— Сомневаюсь, — покачала головой владычица. — Будь моя сила в тебе хотя бы вполовину крепче, то да, но не сейчас.

Лайт прикусил губу. Что-то такое он и ожидал услышать. Он прекрасно понимал, что развить аспект света у него не получится, но рассчитывал, что те крупицы силы, что ещё тлеют в нём, сгодятся хотя бы на такую мелочь. Как оказалось, что всё было куда хуже.

— Простите меня за дерзкий вопрос, владычица, — заговорил Лайт. — Но… есть ли способ хоть как-то развить ваш дар? Я понимаю, что это неуважительно по отношению к вашей силе, но вы должны понять меня. Я не питаю надежд касательного того, что смогу достичь высот в вашем… учении. У меня сугубо практическая цель. Раз у меня есть сила, способная узнать запрет на куполе, что окружает замок Ламун… я хочу этим воспользоваться.

Лайтерэйла посмотрела на Лайта мрачным взглядом, словно слова человека задели её до глубины души. Но это было лишь мимолётно. Почти сразу взгляд владычицы смягчился, а на лице появилась задумчивость. Маг тени сидел ровно, боясь даже пошевелиться. Он ждал вердикта владычицы света. Насколько бы суровым он ни был, Лайт примет его.

— Мне не нравится, что ты вот так говоришь о моей силе, — начала Лайтерэйла с лёгким холодком в голосе. — Я всегда считала, что мой дар должен служить во благо, а не как… отмычка, — на лице владычицы появилась тень улыбки. — Но мне приятно, что ты со мной откровенен. Я понимаю, что ты хочешь обрести силу моего дара не для собственной выгоды, а для помощи моему другу Драколаксу, — тень улыбки на лице Лайтерэйлы сменилась печалью. — Мы ведь с ним были довольно близки. Драк всегда был очень умным и весёлым, мы много рассуждали с ним о мире и других вещах. Весть о том, что его сердце извлекли… меня очень опечалила. Никто из нас не заслужил такой участи. Мы хотели лишь обучить вас, принести в ваш мир учения, чтобы облегчить вашу жизнь. Но наша доброта обернулась против нас.

Лайт хотел выказать поддержку владычице, но сколько бы он ни старался, подобрать нужных слов не мог. Ему не понять печаль всесильного существа, ему не осознать всю глубину скорби по тому, кто считался бессмертным. Для него это было за гранью понимания, ведь он простой человек. Поэтому маг тени хранил молчание. Это было самое лучшее, что он мог сделать.

— Твои мотивы и цели мне ясны, — наконец сказала Лайтерэйла после недолгого молчания. — И я окажу тебе помощь.

По телу Лайта пробежали тысячи мурашек, а сам он невольно вздрогнул от этих слов. Надежда ещё не потеряна.

— У нас с тобой два пути, — владычица подняла свою тонкую руку и показала два пальца. — Первый — ты должен задержаться в моём мире. Пока находишься здесь, моя сила не угаснет в тебе окончательно, к тому же, как я уже говорила, я смогу укрепить её так, чтобы она не исчезла. Она всё ещё будет слаба, но ты сможешь пользоваться ей.

— Сколько это займёт? — с каменным лицом спросил маг тени.

— Время в моём мире и вашем течёт по-разному, — задумчиво проговорила Лайтерэйла. — Мне трудно вот так посчитать, но… когда я обучала Хаду… прошло порядка полугода, прежде чем сила в её теле стабилизировалась.

«Полугода? — мысленно воскликнул про себя Лайт. — Это очень долго. За это время может случиться много чего, что просто спутает нам карты. К тому же остальные не будут ждать столь длительный срок», — маг тени недолго поразмыслил.

— А второй вариант? — спросил после паузы.

— Я могу… принудительно усилить твой дар. Это место, — Лайтерэйла обвела пространство рукой, — полностью состоит из частиц моей силы. Я могу… поместить в тебя небольшую часть этого мира, тем самым мой дар в тебе вновь разговорится.

— Я чувствую, что здесь должно быть «но», — нервно сглотнув, сказал Лайт.

— Но такой способ выжжет мою силу окончательно, — тускло ответила Лайтерэйла. — Я не знаю, надолго ли этого хватит, но когда время придёт, мой дар просто растворится, и ты более никогда не сможешь им воспользоваться. Твоё тело просто не приспособлено к большей силе, чем в нем есть, и твой дар тени, как бы это ни звучало, воспримет такой всплеск как угрозу. Я уже говорила, сила тени в тебе доминирует, и когда мой дар начнёт выгорать… тень поглотит его окончательно.

Лайт стиснул зубы. Ещё до того, как Лайтерэйла закончила объяснять, маг тени прекрасно понимал, какой вариант выберет. Только вот… он никак не мог смириться с такими условиями. Он понимал, что выбор второго варианта расстроит владычицу, а ведь та приняла его, дала ему ответы и выбор, один из которых приятен для обеих сторон. Но первый вариант в его случае просто не мог быть воплощён в жизнь. Сейчас было столько разных переменных, которые он никак не мог просчитать, поэтому риск застрять в этом мире на полгода… был просто неприемлем. Слишком много сейчас зависело от того, как быстро Лайт и его товарищи доберутся до замка Ламун и узнают то, за что расплатился жизнью человек, что искал сердце до них.

— Это сложное решение, — сдавленным голосом начал Лайт, — но боюсь, что выбор у меня лишь один. Мне неприятно осознавать, что ваш дар, столь уникальный для нашего мира, пропадёт без следа…, но выбора у меня сейчас нет.

Лайтерэйла, к удивлению Лайта, не выглядела разгневанной или недовольной, её лицо было печальным. Несмотря на решение человека, владычица смогла улыбнуться и медленно кивнула.

— Я ожидала такого ответа, — призналась Лайтерэйла. — При других обстоятельствах я попыталась бы убедить тебя не принимать столь поспешных решений, но я понимаю. Ты связан словом, что дал Эратори, и я не могу вставать между вами, сколь бы сильной ни была моя скорбь по тому, что моя сила уступит его. К тому же я обеспокоена судьбой Драколакса не меньше, чем владыка мрака. Поэтому я приму это решение.

Лайтерэйла медленно встала со своего места, и Лайт последовал её примеру. Они отошли от столика на несколько шагов и замерли друг напротив друга.

— Прошу, не двигайся, — попросила Лайтерэйла. — Это не займёт много времени.

Лайт покорно замер в ожидании. Владычица света ненадолго прикрыла глаза, а когда вновь открыла… они словно светились изнутри. Лайтерэйла медленно подняла правую руку, потянулась пальцами к туману. От общей массы отделилось небольшое белое облачко и поплыло в сторону хозяйки. Когда облако коснулась пальцев владычицы, она, словно за верёвку, потянула его к себе.

Стоило белому туману оказался возле её груди, она взяла его правой рукой, а после медленно накрыла левой. Несколько секунд стояла неподвижно, глядя на свои руки, где было скрыто белое облачко. Когда ладони Лайтерэйлы внезапно осветились ярким светом, Лайт зажмурился, но не сдвинулся с места. От яркой вспышки на глаза навернулись слёзы, но он не спешил их смахивать.

— Подойди, — прошептала владычица.

Маг тени без колебаний сделал два шага вперёд и оказался лицом к лицу с первородной. Лайтерэйла подняла свои светящиеся глаза на человека, и на лице её возникла улыбка… самая печальная, какую только видел Лайт. Владычица, не разжимая рук, поднесла облачко к груди человека. Неуловимым движением переместила свои руки на грудь Лайта, отчего тот невольно вздрогнул. Маг тени не знал, чего именно ожидать, что должно произойти, и какой будет эффект.

Руки Лайтерэйлы вновь вспыхнули, но уже не резким светом, а лишь мягким свечением. Вместе с тем, как появился свет, маг тени ощутил… как его тело окутывает тепло. Это были столь приятные и нежные ощущения, что Лайт просто не мог придумать им сравнение. Эйфория захлестнула его с головой. На несколько секунд он забыл обо всём. Полностью растворился в этом ощущении.

— Воспользуйся моим даром с умом.

Лишь когда прозвучал голос Лайтерэйлы, Лайт вновь ощутил себя. То чувство небывалой нежности и тепла спало с него, словно морок… только вот левая рука почему-то продолжала ощущать отголоски теплоты. Маг тени медленно поднял левую руку и закатал рукав. В районе запястья, чуть выше кисти, на коже проявилась белая точка. Она была небольшой, не больше двух сантиметров в диаметре. Именно от неё по телу и разливалось то самое приятное чувство, дарующее тепло и спокойствие.

— Эта метка, — Лайтерэйла взглядом указала на белую точку, — будет тебе напоминать, сколько моему дару ещё гореть внутри тебя. Когда она пропадёт с твоей руки… пропадёт и моя сила.

— Как… как пользоваться вашей силой? — спросил Лайт, чувствуя, как в горле пересохло.

— Ты не сможешь пользоваться моим даром в полной мере, — покачала головой владычица. — Я лишь немного усилила его, чтобы у тебя хватило сил прочесть то, что высечено на куполе. Но если будет нужда, тебе стоит лишь сосредоточиться на этой метке, и она сама пробудит в тебе мою силу. Но прошу тебя, помни, когда она пропадёт, моя сила будет навсегда потеряна для тебя.

— Я это запомню, — кивнул Лайт, и опустившись на колени, склонил голову. — Спасибо вам, госпожа Лайтерэйла. Ваш дар не пропадёт понапрасну.

— Я это знаю, — с улыбкой ответила первородная. — Я поняла это по твоим глазам.

Когда Лайт поднял голову, вокруг него сгустился белый туман. Владычица света Лайтерэйла пропала.

— Прощай. Я была рада нашему знакомству.

Печальный голос владычицы прозвучал сразу и отовсюду. Лайт, поднявшись на ноги, ощутил, как в груди защемило. Он сдержал слезы, что внезапно появились в уголках глаз и улыбнулся.

— Прощайте.

***

— Вам не кажется, что он как-то уж долго? — спросил Дэнэс, сидевший под деревом.

— Час прошёл, — пожал плечами Горди, протирая свои сапоги от грязи. — Может, чуть больше.

— Как по мне, куда дольше, — фыркнул Шишир.

— Ты его всё ещё не ощущаешь? — спросил полуэльф, посмотрев на Кору.

— Нет, — холодно ответила хранительница. — Он всё так же где-то вне этого мира.

— Ну, это же хорошо? — спросил ящер. — Получается, мы были правы, и он…

— Я бы так не сказала, — перебила Кора.

— Это почему же? — удивился Шишир.

— Потому что никто точно не может сказать, куда он попал, — процедила хранительница. — Может быть, он сейчас беседует с первородной света, а может, у демона на рогах.

— Но ведь он не погиб? — с лёгкой тревогой спросил Горди.

— Нет, — покачала головой хранительница. — Иначе бы я уже давно пропала.

— Тогда не стоит себя лишний раз накручивать, — отозвался Дэнэс и зевнул. — Раз он жив, то скоро вернётся.

Кора обожгла бывшего наёмника холодным взглядом, но ничего говорить не стала. С момента, как хранительница ощутила, что её хозяин пропал из мира, она не находила себе места. Был момент, когда на неё внезапно накатила паника, и она собиралась броситься в туман на поиски Лайта, но её удержали. Это был мимолётный срыв, который Кора списала на их с Лайтом связь. Несмотря на то, что хранитель — это тень, он был эмоционально привязан к своему хозяину. Если хозяин злился, хранитель это ощущал, если хозяин страдал, его страж страдал вместе с ним. Когда Лайт пропал из мира, Кора внезапно ощутила пустоту, а после — отчаяние, которое захлестнуло её. Она никогда не думала, что такое может произойти, поэтому нахлынувшие чувства затуманили её разум, заставив действовать импульсивно, вопреки здравому смыслу.

Усмирив внезапно вырвавшиеся эмоции, Кора стала просто ждать. Она прекрасно понимала, что Лайт жив, потому что жива она. Но мысль о том, что он находится в неизвестном месте, а она в случае чего не сможет прийти ему на выручку, заставляла Кору нервничать.

Когда Лайт показался из тумана, первой, кто его заметил, была именно хранительница. Она ощутила его появление за несколько секунд до того, как маг тени вышел, и поэтому столь напряжённо вглядывалась в белую хмарь. Когда Лайт неспешно брёл в сторону своих товарищей, его заметили и остальные.

— Ну вот, пожалуйста, — с ухмылкой сказал Дэнэс, вставая, — а вы боялись.

— Переживали, — поправил его Горди, глядя на командира.

— С ним что-то не то, — подала голос Камира, которая до этого момента расчёсывала гриву своей лошади. — Он выглядит… печальным.

— Есть такое, — приглядевшись, отозвался полуэльф. — Кажется, мы вернёмся ни с чем.

Когда Лайт вышел за границу тумана, он остановился. Его голова была опущена, но от острого взгляда Коры не укрылось, что в глазах её хозяина… стоят слёзы.

— Лайт, — тихо позвала хранительница. — Что… с тобой случилось?

— Всё в порядке, — отозвался маг тени почти ровным голосом. — Просто… поддался моменту.

— Ты… видел её? — продолжила спрашивать тихим голосом Кора.

— Да, видел… в первый и последний раз.

— О чём ты? — с уже нескрываемой тревогой спросила хранительница.

— Я… она…

Лайт не успел закончить фразу. Послышался шум веток, и спустя пару секунд с ближайшего к туману дерева грациозно спустилась Карина.

— У нас гости, — быстро сказала кошка, словно не замечая появления командира. — Северное направление, отряд человек двадцать. Километрах в семи от нас. Идут осторожно.

— Солдаты? — тут же спросил Горди.

— Непохоже, — покачала головой Карина. — Одеты все по-разному. На некоторых я вообще не заметила доспехов.

— Паршиво, — выругался полуэльф, быстро обдумывая ситуацию. — Если это не солдаты, то вариант только один.

— А я говорил, что эту суку отпускать было нельзя, — прорычал Шишир. — Привёл всё-таки друзей своих, тварь.

— Об этом потом, — оборвал его Горди. — Сейчас надо решить, что делать.

— Бежать бессмысленно, — подал голос Дэнэс. — Мы на незнакомой территории, к тому же вокруг могут ходить патрули из крепости. Не нарвёмся на залётных, нарвёмся на солдат.

— Согласен, — кивнул полуэльф.

— Если драться, то здесь, — поддержал друга Шишир. — Здесь хорошее место. Есть где укрыться Камире с Кариной, да и нам места хватит развернуться.

— Я вас услышал, — кивнул Горди и посмотрел на командира. — Лайт, ты сейчас в состоянии сражаться?

— Да, — отозвался маг тени и наконец поднял голову.

Все, кто поймал взгляд Лайта, невольно ощутили холод, пробежавший по их спинам. В глазах их командира не было ярости или злобы, там была холодная решимость. Лишь по глазам мага тени стало понятно: то, что он пережил в тумане, изменило его и сделало куда решительнее, чем он был до этого.

ГЛАВА 7. ОТРИНУТЫЕ

Острые глаза Карины не подвели. Когда группа из двадцати трёх человек вышла к «вечному туману», они обнаружили только следы людей и их лошадей. В группе неизвестных было двадцать хорошо снаряжённых мужчин. По их суровым лицам было видно, что они уже не раз шли со смертью рука об руку. Пусть одеты они были и по-разному, но их снаряжение: мечи, нагрудники, шлемы и щиты — говорило о том, что они знают толк в военном деле. Одним словом, опытные.

Трое остальных были одеты, мягко говоря, по-простому. Невзрачные куртки, плащи, кофты, штаны и обувь выделяли их на фоне суровых воинов. Но это не говорило о том, что это простые люди. Опыт прошлого подсказывал, что так могут одеваться только те, кто уверен в своих силах, а значит, это были маги.

— Вашу мать, — прорычал молодой парень, одетый в коричневую кофту с высоким воротом. — Я вам говорил, чтоб вы поторопились.

— Сам бы тогда собирал всех, — спокойно ответил мужчина в чёрной рубахе и серой жилетке. — Найти столько наёмников за день — тот ещё головняк, если ты не знаешь.

— Помолчите оба, — холодным тоном вступил мужчина с седой бородкой, одетый в плотный свитер тёмно-зелёного цвета. — То, что они ушли, не означает, что слишком далеко.

— Следы свежие, — более сдержанно отозвался первый. — Значит, они снялись отсюда недавно.

— Но мы же никого не видели, — подал голос второй. — У них одна дорога — обратно в Канис. Не могли же они по воздуху улететь.

— Не могли, — согласился седовласый. — По крайней мере, не с конями.

Пока трое предполагаемых магов изучали место стоянки, наёмники, что были за их спинами, оглядывали окрестности. Будь на их месте новички, возможно, всё бы пошло по другому сценарию.

Камира, сидевшая среди ветвей, была прекрасно замаскирована. Она специально нарастила ветки так, чтобы с земли, как бы человек ни встал, её не было видно. Маги, стоявшие чуть дальше воинов, были ей плохо видны, поэтому она решила не рисковать. Она натянула тетиву, задержала дыхание, беря на прицел самого крупного среди солдат… и пустила стрелу.

Эльфийка, полностью уверенная в своих навыках стрельбы, была потрясена, когда воин, что должен был стать её жертвой… успел вскинуть щит. Стрела вошла в деревянную преграду наполовину, но человека не достала. Не успела Камира осознать произошедшее, как все воины уже обнажили оружие и смотрели в её сторону.

— Засада! — рявкнул бородатый наёмник, державший в руках одноручный молот.

Маги, что были заняты изучением следов, быстро подняли головы, но было поздно. Когда они уже хотели перебежать к своей охране, их ноги оказались закованы чёрной лужей, что внезапно образовалась под ними.

Лайт, притаившийся в раскидистых кустах можжевельника, сделал пасс рукой, и чёрная клякса выросла по шею каждому из магов, сомкнулась на горле. Следующим движением он заставил тень уплотниться до такой степени, чтобы даже вздохнуть сделалось проблемой. Он не хотел их убивать, но и не хотел лишний раз рисковать. Он не знал, какой силой обладают эти трое, а значит, нужно максимально ограничить им свободу действий.

Когда маги были обездвижены, в бой вступили и остальные. Шишир с горящими кулаками выпрыгнул из клубов тумана, где неподвижно лежал всё это время, и с нечеловеческой скоростью рванул к наёмникам. Воины, пусть и были готовы к нападению, не могли ожидать, что в жилистом ящере окажется такая мощь. Двое наёмников, что были ближе всего к нападавшему, выставили щиты, готовые вначале сдержать, а после атаковать Шишира. Они не успели даже удивиться. Ящер обрушился на них, словно камень со скалы. Деревянные заслоны разлетелись в щепки, а Шишир двумя точными ударами в область груди заставил каждого из наёмников распрощаться с жизнью. Кулаки ящера без особых усилий пробили и кожаный, и стальной нагрудники, оставив на них чёрные следы сажи.

Когда воины, слегка опешившие от такого, повернулись к ящеру, один из них, что носил стальной шлем, внезапно рухнул, извиваясь в страшных судорогах. Лишь спустя мгновение один из наёмников рявкнул.

— Укрыться!

В шлеме павшего товарища он заметил арбалетный болт. Он не пробил толстую сталь насквозь, но от болта всё ещё исходили жёлтые всполохи. Наёмники, поняв, что плотный строй ничего им не даст, быстро разбились на мелкие группки. Трое, укрывшись щитами, кинулись к тому, кто пустил в них стрелу, ещё трое — за арбалетчиком. Остальные выстроились полукругом, внимательно следя за движениями ящера, что с хищным оскалом смотрел на них в ожидании.

Те трое, что бежали к Камире, не смогли преодолеть и трети пути. Наперерез им вышел, как им показалось, щуплый парень. Наёмники, что-то рыча, бросились на него, но быстро поплатились за самонадеянность. Горди парировал удар первого воина, ловко ушёл от второго, а третьего проткнул прямым выпадом сабли до того, как тот успел замахнуться булавой. Двое других, что оказались за спиной полуэльфа, решили, что они в выигрышной позиции, но Горди был иного мнения. Ещё до того, как первый наёмник успел ударить, полуэльф с грацией танцора ушёл от удара в бок и одним движением рассёк шею нападавшему. Последнему противнику он даже не дал возможности атаковать. Одним рывком оказался возле него, и его острая сабля, как нож масло, пронзила нагрудник, попав противнику точно в сердце. Когда Горди одним движением извлёк саблю из тела, воин упал уже мёртвый.

Те трое, что бежали к Карине, не видели, какая участь постигла их товарищей, но тем не менее, они её разделили. В отличие от Горди, Дэнэс привык полагаться на грубую силу. Когда первый воин оказался возле дуба, за которым притаился их бывший собрат по ремеслу, двуручный меч Дэнэса одним взмахом прорубил стальной доспех и наполовину вошёл в тело бедолаги. Глаза воина остекленели раньше, чем тот успел испугаться или удивиться.

Двое других, что бежали чуть позади, успели остановиться и вскинуть щиты, но это им не помогло. Дэнэс выскочил из-за дерева, занёс меч и диагональным ударом зарубил ещё одного наёмника, расколов его щит на две части. Третий воин, выглядевший довольно молодым, глазами, полными ужаса, смотрел на человека, который столь непринуждённо лишил его товарищей жизни. Наёмник закричал, больше от страха, нежели чтобы напугать, и бросился вперёд. Дэнэс не стал ничего выдумывать. Он сместился чуть левее нападавшего, опустил свой меч почти к самой земле и нанёс удар снизу вверх. Щит вместе с руками наёмника отлетел в сторону, а воин, не успевший даже осознать, что потерял обе конечности, был поражён вторым ударом в шею слева.

Одиннадцать наёмников, что встали полукругом напротив ящера, если и были напуганы той скоростью и жестокостью, с которой расправились с их товарищами, никак не выказали этого на лицах. Судя по всему, во всей компании это были самые матёрые рубаки, привыкшие видеть вещи и похуже. Но даже такие закалённые воины ничего не смогли сделать против той, что обрушилась им на головы.

Прежде чем Шишир успел сделать шаг в сторону новых противников, на плотный строй воинов рухнул огромный чёрный зверь, издавший пронизывающий до костей рык. Своим немалым весом мантикора придавила сразу троих, ещё двум повезло куда меньше. Они по случайности оказались нанизаны на когти, но не умерли сразу. Они пускали из рта кровь, дёргались, пытаясь кричать от боли, но выходили лишь хриплые стоны.

Оставшиеся шесть человек, что лишь чудом оказались не задеты могучим зверем, упавшим с неба, продержались ненамного дольше. Одного зверь успел проткнуть своим жалом, ещё двух — ударом могучей лапы отправить в полёт, который закончился столкновением с деревом и крайне неприятным хрустом.

Последние трое оставшиеся в живых, поняв, что этот бой им никак не выиграть, попытались бежать, но и здесь их ждала неудача. Шишир настиг одного, сокрушительным ударом в бок смял воину доспех и выбил из его тела жизнь. Второго настигла стрела Камиры, угодившая в шею. Последнего настиг арбалетный болт, пробив ему грудь навылет, и с электрическим треском вонзившись в ближайшее дерево.

Двадцать опытных воинов, прошедших не один десяток сражений, пали в жестоком бою с двумя магами, ящером, наёмником и хранителем. В живых остались только трое предполагаемых магов, что, не скрывая удивления и отвращения, таращились на творящееся безумие.

— Куда быстрее, чем я думал, — хмыкнул Дэнэс, идя в сторону Шишира.

— Ну да, даже скучно, — фыркнул ящер. — Я думал, что они хоть сколько-нибудь посопротивляются.

— Нашли, о чём переживать, — недовольно пробурчала Карина, спустившаяся с дерева. — Столько народу положили, а они ведь просто выполняли свои обязанности.

— Они знали, на что шли, — пожал плечами бывший наёмник. — Прежде чем соглашаться на какую-то работу, стоит узнать все детали.

— Главное, что мы все живы, — сказал Горди, вытирая лезвие куском рубахи, отрезанной у противника. — Если бы Карина нас не предупредила, всё могло бы кончиться иначе.

— Тоже верно, — с ухмылкой отозвался Дэнэс и повернулся к Карине. — Спасибо, что у тебя от природы такие хорошие глазки.

— Да иди ты, — фыркнула кошка и усмехнулась.

— Рано расслабились, — заговорила Кора, принявшая человеческий облик. — Про них не забыли?

Шишир, Карина и Дэнэс повернулись в сторону троицы, по-прежнему скованной чёрными коконами. В их сторону уже шёл Лайт, а также Камира, покинувшая своё укрытие. Когда все члены «Чёрной розы» собрались возле троицы, что привела к ним наёмников, они не убрали оружия. Пусть маги и были скованы по рукам и ногам, но с такими странными личностями всегда нужно быть наготове.

— Итак, — подал голос Лайт, холодно оглядывая пленников. — Не хотите для начала представиться?

— А ты куда старше, чем нам описывали, — хмыкнул самый молодой из троицы. — Я-то думал, ты ещё пацан зелёный, а в итоге…

— Замолчи, — рыкнул на него мужчина с бородкой. — Простите его за длинный язык, господин. Его зовут Огид. Моё имя Батор, а нашего третьего товарища зовут Элот.

— Какой вежливый, — злобно фыркнул Дэнэс. — Ну давайте, расскажите, что произошла ошибка, и вы просто проходили мимо.

— Манеры — лицо мужчины, — бесстрастно ответил Батор. — Нет, мы не проходили мимо. Мы действительно искали вас, а если точнее, то человека, что носит имя Лайт, является командиром отряда рыцарей, что носит название «Чёрной розы», а также обладает утерянным аспектом тени.

— Какая поразительная осведомлённость, — хмыкнул Горди, глядя в глаза Батору. — Судя по всему, вы проделали немалый путь, чтобы нас найти. И вот вопрос — как вы это сделали, и самое главное, зачем?

— Ни то, ни другое не секрет, — отозвался мужчина. — Где вас искать, нам подсказали. Слишком уж у вас приметная компания. А что касается цели наших поисков, то мы хотели оказать вам помощь.

— Помощь? — недоумённо протянул опешивший полуэльф.

— Именно так, — кивнул Батор. — Насколько нам известно, вы собираетесь пробраться в замок Ламун?

От этого вопроса все, включая самого Лайта, невольно напряглись. Никто, кроме всего нескольких лиц, не знал о том, чем именно занимается он и его товарищи. Никто, кроме тех, кому Лайт доверял, и…

— Вы, — в голосе мага тени зазвенел металл, а руки, что лишь тускло мерцали чёрным, осветились ярче, — из «Культа жизни»?

— Простите, сир, но я впервые слышу это название, — с искренним, насколько можно было судить, непониманием ответил мужчина.

Лайт смотрел в глаза Батора, потом его товарищей. Ни на чьём лице Лайт не смог увидеть признаков лжи. Когда маг тени посмотрел на Горди, тот, поняв немой вопрос командира, покачал головой.

— С чего вы решили, что мы собираемся это сделать? — ровным голосом спросил полуэльф.

— У нас есть информаторы, — небрежно ответил Батор.

— У кого — у нас? — с нажимом спросил Лайт.

— Простите, забыл сказать. Третья ложа, Йондурское формирование группы отринутых.

Лайт, Горди, да и все остальные в непонимании переглянулись. Они впервые слышали такое название. И судя по непонимающим взглядам, никто в компании никогда о них не слышал.

— Я вижу ваше замешательство, — вновь заговорил Батор. — Судя по всему, это название не очень вам знакомо. Возможно, вы слышали о нас в более… дурном свете. Наши недоброжелатели называют нас ещё «Падшее братство». Хотя, признаться, это название в кор…

Батор не успел договорить. Чёрный кокон, который и так плотно сжимал его, сдавил горло ему самому и его товарищам. На лице Лайта застыла холодная маска ненависти и первобытной злобы. Глядя в лицо мужчины, что выпучил глаза, и словно рыба, пытался хватать ртом воздух… он видел лицо Ульры.

— Лайт! — вскричал Горди, пытаясь схватить руку командира.

Лайт, поглощённый яростью, рефлекторно оттолкнул товарища, и тот, не удержавшись на ногах, повалился спиной назад. Прежде чем трое из «Падшего братства» успели умереть от удушья, руку мага тени перехватила его хранительница. Он хотел отпихнуть и её, но Кора была куда сильнее и крепче полуэльфа. Она сжала руку своему хозяину и заглянула ему в глаза.

— Не сейчас, — ровным, но жёстким голосом сказала хранительница. — Дай им договорить.

Лайт стиснул зубы. Пелена ярости спала с его глаз, но рука никак не хотела разжиматься. Впервые в жизни он испытал истинный гнев и презрение в отношении себе подобных… и стойкое желание отнять чью-то жизнь.

— Это не вернёт её! — с нажимом сказала Кора. — Но они, возможно, помогут узнать о том, кто с ней это сделал.

Зубы мага тени заскрипели от напряжения, а рука хранительницы ещё сильнее сдавила ему кисть. Лёгкая боль немного отрезвила Лайта, и он разжал руку, тем самым ослабляя теневые коконы.

— Сука, — прохрипел тот, чьё имя было Огид. — Ты ведь нас чуть не убил, паскуда.

— Замолчи, — прохрипел Батор и громко закашлялся. — Прост… простите его, он сгоряча.

— У вас один шанс оправдать себя, — процедил Лайт с леденящим холодом в голосе.

— Раз… разрешите узнать, в чём именно мы должны оправдываться? — с искренним непониманием спросил мужчина, всё ещё пытаясь восстановить дыхание.

— Члены вашего братства убили нашу подругу, — вступила в разговор Карина, чьи глаза пылали не меньшей яростью, чем у Лайта. — Ваш человек подсадил ей личинку Энгомы, из-за которой она и погибла.

— Нам ни о чём таком не известно, — протянул Батор. — Наши… наши ложи не связаны между собой. Мы не отвечаем за поступки других отринутых.

— Какое банальное оправдание, — прорычал кошка.

— Но это правда. В каждой стране есть своя ложа, и мы просто не можем знать, чем именно занимается другая.

— Но у вас же есть верхушка? — подал голос Горди.

— Есть, — признал мужчина, — но никто точно не скажет, кто он. Все его знают как магистра. Он присылает посыльных с указаниями или поручениями. Именно от такого посыльного мы и узнали, что вы находитесь в Йондуре, и что, с большой долей вероятности, окажетесь возле «вечного тумана». Ни о каком убийстве, а уж тем более — таким методом, мы не знали.

— Что именно приказал вам ваш магистр? — с металлом в голосе спросил полуэльф.

— Найти вас и предложить помощь.

— И в чём должна заключаться ваша помощь?

— Мы знаем, что господин Лайт уже подвергался нападению со стороны мага смерти. Также мы знаем, что тот маг смерти был убит проклятыми, и что они тоже ищут его. Наша задача состоит в том, чтобы уберечь его от нападений и без происшествий доставить к замку Ламун.

— Проклятые… вы так называете детей ночи? — решил уточнить Горди.

— Да, когда-то они так назывались, — подтвердил Батор. — Но это слишком громкое название для той кучки монстров, что осталась сейчас. Вампиры, оборотни и другие разумные монстры — лишь проклятые люди, и ничего более.

— Отложим эту тему, — подал голос Лайт. — Допустим, что я поверю вам. Вы не знали о том, что творит… другая ложа. Какова ваша цель?

— Я же сказал, что мы хотим…

— Это я слышал, — перебил маг тени. — Какова ваша истинная цель?

Впервые с момента разговора лицо Батора сменило выражение. Из невинного «простачка» он превратился в холодного и расчётливого дельца, который только и ждал подходящего момента.

— Взамен на нашу всестороннюю помощь мы хотели бы получить доступ к сокровищнице Гислана.

— Сокровищнице? — переспросил Лайт.

— В замке Ламун хранится довольно много ценностей. Но мы не претендуем на все сокровища. Нам нужны лишь конкретные вещи, которые, по нашим данным, хранятся там.

— Для чего они вам? — спросил полуэльф.

— Они помогут нам в наших целях, — уклончиво ответил мужчина.

— И что это за цели? — с нажимом спросил Лайт.

— Отринутые — это люди, от которых отказалось общество. Многие из нас — бывшие бароны, графы и герцоги. Есть среди нас алхимики, маги и чародеи, которых отвергли из-за их… деятельности. Цель наших лож — просто вернуть себе доброе имя.

— И как же сокровища Гислана вам в этом помогут? — хмыкнул полуэльф.

— Эти… сокровища очень древние и обладают большой силой, — ответил Батор. — С их помощью мы хотим попытаться вернуть доброе имя если не всем членам нашего… общества, то хотя бы многим.

— И что же это за вещи? — спросил Горди с нескрываемым любопытством.

— Доспех Анагаса, меч Киратэла, щит Пальренто, и знамя Андэро.

— Я впервые слышу об этих вещах, — с хмурым видом сказал полуэльф.

— Зато я нет, — раздался холодный голос Коры. Она подошла к Батору и с нескрываемым презрением посмотрела ему в глаза. — Зачем вам вещи демонов?

Все, включая Лайта, с опешившим видом посмотрели на хранительницу.

— Ты сказала… демонов? — хриплым голосом переспросил Шишир.

— Барон Анагас, граф Киратэла, маркиз Пальренто и герцог Андэро, — с презрением перечислила Кора. — Четыре демона-повелителя, что вторглись на Парадиус после того, как его покинули изначальные. Они привели с собой огромное войско адских тварей, но благодаря тому, что люди овладели аспектами, они смогли совладать со столь чудовищной угрозой. Но, несмотря на это, потери были поистине ужасающими. Только чудом люди и другие расы не были стёрты с лица этого мира.

Когда Кора замолчала, все ощутили неприятный озноб, что окутал с ног до головы. Мысль о том, что в мире сохранились вещи столь ужасающих созданий, вызывала первородный ужас. Но самым пугающим было даже не это. В современном мире жили люди, что не просто знали об этих артефактах, но и хотели ими воспользоваться.

— Зачем вам оружие демонов? — процедила Кора, чьё лицо исказил гнев.

— Кажется, мы просчитались, — хмыкнул Батор.

— И в чём же? — процедила хранительница.

— Мы рассчитывали сыграть на вашем незнании истории, — на лице мужчины созрела пугающе мерзкая ухмылка. — Но забыли учесть одну деталь. Среди вас есть та, что не понаслышке знакома с этими демонами.

Когда Лайт осознал, что именно происходит, было уже поздно. Когда Батор повернул к нему голову, маг тени уже вскинул руки и собирался сдавить коконы, но опоздал. От прямого попадания молнии, что вырвалась изо рта человека, чьё имя было Огид, Лайта спас Горди. Он первым заметил, как парень открыл рот, а из его горла… вырывается жёлтый свет. Полуэльф повалил командира на землю, но сам полностью избежать удара не смог. Молния задела его левое плечо.

Горди упал рядом с Лайтом, и его тело скрутила судорога. Маг тени, быстро отойдя от шока, собирался вновь сдавить теневые коконы…, но все трое из «Падшего братства» были уже на свободе. Тело Батора окутывало красное свечение, руки Огида искрились от молний, а руки Элота, что всё это время хранил молчание, были окутаны тёмно-коричневым светом. Маги молний, огня и земли оказались куда сильнее, чем думал Лайт. Никто до них ни разу вот так легко не разрушал его заклинания.

Первым на вырвавшихся магов среагировал Шишир. Его кулаки вспыхнули за доли секунды, и он одним рывком оказался возле Батора. Падший, несмотря на возраст, среагировал молниеносно. Он перехватил кулак ящера правой рукой без видимых признаков дискомфорта. На руке мужчины вспыхнуло пламя, а на лице появился хищный оскал. Несколько секунд казалось, что маги огня равны по силе, но после Лайт заметил на лице друга… гримасу боли.

Лайт вскинул руки в надежде ухватиться за тень Батора, но прежде, чем руки его осветились чёрным, земля под ним задрожала, а спустя секунду разверзлась. Прежде чем упасть в глубокую яму, он увидел Элота, что холодным взглядом смотрел на него.

Маг тени сумел сгруппироваться, но вспышка боли, пронзившая его спину, выбила из лёгких воздух, а из глаз слезы. Долгие секунды Лайт приходил в себя, прежде чем смог подняться на ноги. Держась за стену своей могилы, он посмотрел вверх. Метра три, может, больше. Его роста никак не хватит, чтобы выбраться. Лайт уже было отчаялся, что останется в этой поганой яме, пока его товарищи пытаются отбиться от убийц из братства…, но идея в его голове, словно лампочка в тёмной комнате, вспыхнула неожиданно.

Он сосредоточился мысленно на ноге, а точнее — на её имитации, вливая в неё свою силу, а после оттолкнулся ею для прыжка. Затея сработала даже лучше, чем планировал маг тени. Лайт в считанные секунды подлетел вверх и на мгновение оказался над полем боя.

Батор сражался не только с Шиширом, на помощь ящеру пришли Дэнэс и Горди, что уже пришёл в себя. Несмотря на численный перевес, взрослый маг без особых проблем отражал атаки нападавших. Огня ящера он попросту не замечал: судя по всему, сила падшего была больше. На выпады полуэльфа и человека маг отвечал резкими вспышками огня, не давая тем самым сблизиться с собой. Когда Батор пытался сам перейти в атаку, на его пути вырастал Шишир, не давая магу огня навредить своим друзьям.

Хамоватого мага молний взяла на себя Карина. Кошка, памятуя прошлый опыт, действовала куда хладнокровнее и осторожней, но и Огид не был таким беспечным, как Янрик. Он не пытался схватить Карину, как и играть с ней. В его глазах горел безумный азарт, рот был изогнут в дикой улыбке, но при этом он действовал хладнокровно и расчетливо. Он парировал атаки Карины, пытался контратаковать лишь когда был уверен, что его удар достигнет цели. Кошка и падший обменялись несколькими ударами, по лицу девушки, как и парня, текла кровь, но оба всё ещё твёрдо стояли на ногах.

Кора вместе с Камирой пытались усмирить самого тихого среди падших. Элот успевал возвести стены из земли до того, как стрелы эльфийки к нему приблизятся, а на молниеносные удары хранительницы, принявшей полузвериный облик, он отвечал куда радикальнее. Несмотря на то, что Кора обладала нечеловеческой скоростью, а её противник не имел такого преимущества, как маг молний, Элот каким-то чудом умудрялся не только избегать атак, но и контратаковать. В момент, когда он уходил в сторону он когтей хранительницы, он успевал топнуть ногой, и из земли вырывался каменный столб. Несколько раз он задевал Кору, болезненно попадая в руку и ногу, но хранительница стойко держалась. Преимущество Коры было не только в её скорости, но и в теле, сотканном из тени.

Когда Лайт оказался на твёрдой земле, он не стал долго выбирать цель. Ближе всех к нему был именно Элот, а значит… маг тени, кипевший от злобы, вскинул руки, что осветились чёрным, как сама ночь, светом и процедил слова. Едва он закончил, тень самого Элота дрогнула, и из неё показалась волчья пасть. Теневой страж, получивший мысленный приказ, без церемоний вцепился в ногу мага земли.

Раздался душераздирающий крик, когда тёмные челюсти сомкнулись на ноге падшего. Маг земли, потеряв равновесие, повалился вперёд, но Кора, что была рядом с ним, настигла его раньше. Львиные когти с отвратительным чавкающим звуком пронзили тело Элота, тот надсадно булькнул и обмяк на лапе хранителя.

— Элот! — взревел Огид, на секунду потерявший концентрацию.

Карина, не проявляя сочувствия, нанесла два мощных удара лапами по корпусу замешкавшегося противника. Огид, зарычав от злости и боли, с небывалой скоростью ударил Карину ногой. Кошка, казалось, успела поставить блок, но удар был такой мощный, что девушка не смогла его сдержать. Послышался неприятный хруст, и Карина отлетела на несколько метров. Прокатившись по земле, кошка замерла без движения.

Лайт никогда прежде не ощущал такого жара в своём теле. Он буквально плавился от гнева, что за доли секунды разгорелся в груди. Маг тени направил руки в сторону второго падшего, в то время как теневой страж, наконец выбравшись из тени убитого и обретя полноценное тело, так же кинулся к Огиду.

К удивлению Лайта, молодой маг не испугался. Он повернулся к волку, сотканному из тени, и… открыл рот. Прежде чем маг тени понял, что происходит, раздался оглушительный гул, и Огид, словно дракон, выпустил огромной поток чистой силы, что зародилась в его груди, прошла через горло и вышла через рот. Теневой страж ничего не успел сделать. Едва в тело волка попал электрический разряд, оно рассыпалось на сотни осколков, что пропали, едва коснулись земли.

Лайт, не потерявший концентрации, ухватился за тень Огида, быстро прошептал слова, и теневое озеро разилось под ногами мага молний, лишая его главного преимущества — скорости. Несколько драгоценных секунд падший пытался вырвать ноги, но безуспешно. Теневое озеро поглотило парня уже по колено, прежде чем безумные глаза Огида сфокусировались на маге, что утаскивал его в небытие.

Он вновь открыл рот, а из его горла послышался треск. Лайт понимал, что если сдвинется с места, то может потерять концентрацию, а значит, нельзя выпустить этого негодяя на свободу. Маг тени видел, как энергия, что скопилась в груди мага молний, быстро поползла вверх по его горлу, и уже готова вырваться наружу. Прежде чем Огид успел изрыгнуть очередную молнию, его шею чуть выше плеча пронзила стрела. Маг молний потерял концентрацию, скривился от боли, и молния, что должна была попасть в Лайта, ушла в тень, что поглотила парня уже по грудь.

— Мрази, — булькая, прохрипел Огид. — Я вас из…

Закончить он не успел. Его голова опустилась в тень. Спустя несколько секунд Лайт, тяжело дыша, опустил руки, тем самым закрывая озеро. Осознание того, что он своими руками отнял жизнь человека, ещё не до конца настигло его, но на душе уже было погано. Да, он понимал, что другого выхода и вправду не было. Если не он, то его, но это было слабое утешение. Об этом он подумает потом, когда будет спокойнее.

Отогнав несвоевременную мысль, Лайт бросил взгляд на Карину. Она лежала в нескольких метрах от него. Кошка была жива, хотя по лицу было видно, что ей очень больно. Она держалась за левый бок, куда пришёлся удар, а правая рука была неестественно вывернута. По губам девушки сбегала кровь. Маг тени ничем не мог помочь подруге, но зато Камира, что уже спешила к ней, вполне могла оказать ей помощь.

Когда Лайт посмотрел на последнего оставшегося из братства, то увидел его, окружённого троицей бывших плащей. У всех, даже Шишира, виднелись ожоги. Было видно, что все они измотаны и держатся из последних сил. На теле Батора Лайт не заметил ни единого ранения. Даже одежда, несмотря на все старания ящера, была цела.

— Ты остался один, — процедил Лайт, приближаясь к магу огня. — Я рекомендую тебе сдаться, и тогда…

— О нет, это невозможно, — ответил Батор, даже не обернувшись. — По сути своей, мне нужны только вы, сир Лайт. Ваши друзья лишь мешают. Но хочу заметить, что Магистр не говорил о том, чтобы вы были целым и невредимым. Было лишь одно указание: живым.

— Нас куда больше, — холодно заметил Лайт, поднимая руки на уровень груди.

— О да, я умею считать, — с иронией заметил мужчина. — Только вот больше — не значит лучше.

Лайт прошептал слова, и тень мага огня, что была за его спиной, колыхнулась. Секунда — и из неё показалась новая волчья голова. Маг тени не стал второй раз рисковать с теневым озером. Он решил действовать наверняка. Хотя теневой страж и отнимал много сил, это было самое верное решение. Волк, что открыл пасть и собирался сомкнуть челюсть на груди Батора… внезапно пропал.

Лайт, опешивший от такого, застыл на месте, пытаясь осознать, что именно произошло. Он не терял концентрации. Сил было мало, но чтобы удержать стража в такой форме, хватило бы вполне. Как Батор умудрился развеять стража, даже не сдвинувшись с места, Лайт не смог понять.

Ответ настиг мага тени вместе с волной неописуемого жара, ударившего в лицо. Лайт стоял шагах в пятнадцати от мага огня, но даже так ощущал пламя, что почти незаметно окутывало всё тело мужчины. Горди, Шишир и Дэнэс, находившиеся всего в нескольких шагах от падшего, ощутили выплеск энергии куда сильнее. Они почти одновременно закричали и бросились прочь, но Лайт успел заметить… ожоги, что выступили на коже и чешуе. Когда трое плащей оказались на почтительном расстоянии, они упали на землю и тяжело застонали. Их тела покрыли красные пятна, а кое-где набухли ужасные волдыри.

— Простая техника, — беспечным тоном заговорил Батор, наконец повернувшись к Лайту, — но такая эффективная.

Вопреки ожиданиям, падший направился не в сторону мага тени, а к его товарищам. Вокруг Батора начала гореть трава, кусты и деревья, воздух вокруг задрожал от адского жара, но он, как ни в чём не бывало, продолжал идти вперёд. Горди, Шишир и Дэнэс, вновь ощутив приближающийся жар, попытались встать, но силы уже покинули их.

Они закричали, когда маг огня оказался в десяти шагах от них, а вокруг загорелась трава. Они катались по земле, пытаясь унять пламя, но это было бессмысленно.

Лайт, взревев от злости, прорычал новое заклинание и направил руки на тень, что плелась за падшим, но тщетно. В этот раз страж даже не успел показаться, как Лайт почувствовал, что его заклинание развеялось. Жар был неимоверной силы. Даже создания тени не могли выдержать его.

Лайт попытался броситься Батору наперерез, но ноги его предательски заплелись, и он упал. Он поднялся на локтях, взревел, словно зверь, а после зарычал от бессилия. Маг огня, окутанный неимоверным жаром, приближался к его товарищам, что продолжали биться в агонии.

Лайт сквозь кроваво-красную пелену следил за тем, как Батор делает шаг, второй, третий… когда маг заносил ногу, чтобы сделать четвёртый, его лицо внезапно исказилось в гримасе удивления. Он покачнулся, адский жар, что источало его тело, сошёл на нет, а сам маг, словно подкошенный, рухнул на землю. Когда Батор падал, Лайт, во все глаза смотревший на него, заметил, что из его виска торчит тоненькая стрела… кровавого цвета. Когда тело падшего коснулось земли, он был уже мёртв, а кровавая стрела превратилась в небольшую лужицу, что капля за каплей стекала с головы последнего из братства.

ГЛАВА 8. НАБЛЮДАТЕЛИ

На поляне возле «вечного тумана» наступила почти осязаемая тишина. Деревья, что успели вспыхнуть от жара Батора, почти потухли, выгоревшая трава тоже догорела, оставив после себя пепелище. Горди, Шишир и Дэнэс лежали почти без движения. Лишь когда они пытались пошевелить рукой или ногой, раздавался приглушённый стон.

Лайт, измотанный до предела, лежал на траве лицом вниз. Он пытался подняться, но тело ослабло, а мышцы болели. Маг тени поднял голову, чтобы немного оглядеться и когда посмотрел вперёд… стиснул зубы и застонал. Из чащи быстрым шагом в их сторону шли ещё двое неизвестных. Они не были похожи ни на наёмников, ни на магов из братства. Складывалось ощущение, что это была третья сторона.

Оба незнакомца были высоки и худощавы, оба с ног до головы одеты в тёмно-зелёные одежды. За плечами были плащи из плотной ткани, а капюшоны накинуты до самых бровей. Когда Лайт присмотрелся, то увидел на лицах пришельцев тёмные маски, закрывающие всё, кроме глаз.

Лайт хотел крикнуть, предупредить Горди и остальных, но вместо крика вырвался лишь надрывный кашель. Во рту и горле жутко пересохло. Голос пропал, появилась боль и жжение. Когда до бывших плащей оставалась всего пара шагов, незнакомцы разделились. Один из них склонился над Шиширом, который уже потерял сознание, второй направился прямо к Лайту.

— Не подходи, — с трудом прохрипел маг тени, чувствуя, как его по горлу словно прошлись изнутри ножом несколько раз.

Незнакомец не среагировал на вялую угрозу. Подойдя к Лайту, он опустился на колени, а после запустил руки под плащ. Маг тени ожидал увидеть нож и уже попрощался с жизнью…, но вместо этого незнакомец достал флягу с водой.

— Выпей, — раздался приятный женский голос.

— Кто ты? — пересиливая боль в горле, вновь прохрипел Лайт.

— Всё потом, — отрезала девушка. — Выпей.

Несколько секунд маг тени колебался, но после всё же потянулся к фляге. Если его хотят отравить, когда он в таком состоянии, то это будет самая нелепая смерть во всей истории.

Маг тени принял флягу, но не смог удержать её в руках. Он был куда слабее, чем думал.

— Вот же, — проговорила девушка с явной досадой. — Перевернись.

Лайт удивлённо посмотрел на незнакомку, но после повторной просьбы выполнил её. Когда он оказался на спине, девушка, к удивлению и неимоверному смущению Лайта, опустилась на колени и уложила на них его голову.

— Я помогу, — сказала она, поднося флягу ко рту мага тени.

Лайт, оторопевший от такого развития событий, невольно приоткрыл рот, и слегка сладковатая вода наконец смочила его губы. Маг тени не мог сказать точно, сколько он выпил, но когда жажда была утолена, он почувствовал, как вода бултыхается в его животе.

— Кто ты? — окрепшим голосом вновь спросил Лайт.

— Эльвия, — представилась наконец девушка. — Твоим товарищам помогает мой брат, Тарос.

— Кто вы?

— Я не знаю, можно ли говорить, — в голосе девушке послышалось смущение. — Прошу, задайте этот вопрос моему брату.

— В чём проблема? — спросил маг тени напряжённо.

— Понимаете, я не…

Прежде чем Эльвия успела договорить, Лайт почувствовал, как хрупкое тело девушки внезапно напряглось. Когда маг тени посмотрел вперёд, то увидел в пяти шагах от себя Кору, что со слегка удивлённым лицом наблюдала за своим хозяином.

— Не пояснишь, как такое вышло? — спросила хранительница, переводя взгляд с Лайта на девушку и обратно.

— Я и сам не понял, — растерянно ответил Лайт и натянул улыбку.

***

Когда наступил вечер, все рыцари «Чёрной розы», а вместе с ними и их неожиданные союзники, сидели у костра. Несмотря на то, что Горди был против этого, боясь привлечь внимание патрулей из крепости, Тарос, брат Эльвии, заверил, что опасаться им ничего. Полуэльф воспринял это заявление со скепсисом, но спорить не стал. Он был не в том состоянии.

Благодаря усилиям Камиры раздробленные рёбра и сломанная рука Карины почти срослись, хотя слишком резкие движения доставляли ей явный дискомфорт. Лайт благодаря заботе Эльвии чувствовал себя почти нормально, хотя жжение на лице всё ещё ощущалось.

Горди, Дэнэс и Шишир, подвергшиеся тепловой атаке, выглядели измотанными, но всё же остались живы. Их тела были обмотаны бинтами, пропитанными какой-то холодящей мазью с запахом крапивы. По заверениям Карины, уже через день ожоги не будут их так беспокоить, хотя убрать следы полностью она не сможет. Шрамами и волдырями обещала заняться Камира, когда её силы восстановятся после лечения Карины.

— Так кто вы? — вновь спросил Лайт у незнакомцев, когда над костром повисло молчание.

— Моё имя Тарос Бэклорф, — вновь представился высокий поджарый парень, чьё лицо всё ещё скрывали капюшон и маска. — Это моя кровная сестра Эльвия.

— Здравствуйте, — звонким голосом отозвалась девушка, что так же продолжала скрывать свою личность.

— Это мы уже поняли, — хмыкнул Горди, изучая взглядом мужчину. — Только вот никак не возьмём в толк, зачем помогли нам и почему скрываете лица.

— Потому что вы враги наших врагов, — ровным голосом ответил Тарос.

— В каком это смысле? — нахмурившись, спросил Лайт.

— Мы следили за людьми «Падшего братства» довольно долго. В последние несколько дней эта троица довольно часто стала мелькать в городе, и мы решили выяснить, почему.

— Вы… охотитесь на членов этого братства? — слегка удивлённо протянул Дэнэс, чьё лицо почти наполовину было замотано бинтами.

— Я не назвал бы это охотой, — задумчиво проговорил мужчина. — Скорее, контролем за их деятельностью и попытками помешать их планам, по мере наших сил.

— И зачем вам это нужно? — не без интереса спросил Горди.

— Здесь сугубо личный интерес, — сухо ответил Тарос.

— Ну хорошо, — вздохнул маг тени и посмотрел в неестественно красные глаза собеседника. — Получается, вы следили за этими тремя и знали, куда они направляются и что именно собираются сделать?

— Я понял, к чему вы ведёте, — кивнул мужчина. — Мы не пришли вам на помощь… из-за обстоятельств. Когда мы их настигли, вы уже убили двоих. Мы же, в свою очередь, разобрались с третьим.

— Разобрались с… — Лайт осёкся на полуслове, пропуская через память то, как именно погиб Батор. Рот мага тени невольно приоткрылся, и когда он вновь посмотрел в глаза собеседника, на спине проступил холодный пот. — Та… кровавая стрела… была вашей?

— Это была стрела Эльвии, — признал Тарос.

— Я куда лучше стреляю, — с нескрываемым озорством подтвердила девушка.

— Но… та стрела… пропала, нет… она стала кровью, — глаза Лайта расширились, когда внезапное осознание настигло его. Тело мелко задрожало, а руки сами потянулись к оружию. — Кто… вы?

Тарос долгие секунды смотрел в глаза мага тени, словно что-то решал. Наконец рука мужчины потянулась к капюшону. Когда Тарос убрал его с головы, Лайт увидел густые тёмно-каштановые волосы. Когда мужчина убрал с лица маску, под ней оказалось бледное…, но совершенно идеальное лицо. Ни единой морщины или шрама, подтянутая гладкая кожа, узковатые глаза, прямой нос и аристократический профиль. Мужчина был неимоверным красавцем с очень мягкими чертами лица. Когда Тарос слегка улыбнулся, наваждение от его красоты сменилось оцепенением. Передние зубы мужчины… были клыками, а остальные были заметно заострены, словно у дикого зверя.

Прежде чем Лайт или кто-то из его товарищей успел что-то сказать, Эльвия проделала те же манипуляции, что и её брат. Длинные, слегка вьющиеся ярко-рыжие локоны вырвались из-под капюшона девушки, и словно бурные волны, заструились до самых лопаток. Под маской скрывалась лицо молодой, не больше тридцати лет, девушки, с такой же бледной кожей, но парой десятков веснушек в области аккуратненького носика, словно выточенного умелым мастером. В остальном внешность Эльвии была такой же безукоризненно идеальной, как и у Тароса.

— Как же хорошо, — блаженно протянула девушка с озорной улыбкой, где тоже виднелись клыки. — Я уже думала, что волосы все сваляются.

Эльвия, в свойственной для девушек манере, поправила причёску и с невинным видом посмотрела на Лайта ярко-жёлтыми глазами, одарив его милой улыбкой.

— Нашла о чём беспокоиться, — хмыкнул Тарос, наблюдая за реакцией людей.

Пусть Лайт и догадался заранее, избежать полного шока он всё же не смог. В глубине души он надеялся, что просто ошибся, что его фантазия разыгралась на фоне последних событий… как оказалось, не показалось. Внутренний голос его не подвёл. Их спасителями оказались два представителя детей ночи… вампиры.

— Я так понимаю, — начал неуверенно Лайт, старательно подбирая слова, — вы следили за теми членами братства не просто так. Это было связанно… со мной.

— Мы настолько предсказуемы? — приподняв брови, поинтересовался Тарос.

— Просто в последнее время от меня хотят двух вещей, — с нервной усмешкой отозвался маг тени. — Либо мою голову, либо сопроводить меня до замка Ламун. И судя по тому, что я ещё жив, у меня есть основания предполагать, что вас интересует именно второй вариант.

Услышав название замка, оба вампира пристально впились своими яркими глазами в лицо человека.

— Так значит… мы не ошиблись, — протянул Тарос. — Вы… действительно собираетесь туда?

— Возможно, — уклончиво ответил Лайт. — Прежде чем я скажу, можно узнать, в чём ваш интерес?

— Это личное, — холодно ответил мужчина.

— Тогда и я не смогу ответить на ваши вопросы, — пожал плечами маг тени. — Я и мои товарищи уже не раз подвергались опасности из-за нашей цели. Я благодарен вам за спасение, но не ждите от меня полной откровенности, если сами не готовы на неё.

Тарос поджал губы, его глаза холодно смотрели на Лайта, но тот держал на лице бесстрастную маску.

— Дети ночи, — произнёс мужчина тихо. — Вам это о чём-нибудь говорит?

— Говорит, — кивнул маг тени, отмечая свои навыки дедукции. — Это группа… созданий, что служили лорду Гислану.

— Можно сказать и так, — кивнул Тарос. — Мы лишь тень того… общества, что когда-то так называлось.

— В каком смысле? — в удивлении спросил Горди.

— Тех, кто застал падение замка Ламун, в живых осталось не больше сотни, а может, и того меньше, — мужчина ненадолго замолчал, но после добавил. — Мы с сестрой — одни из них.

Полуэльф ошарашенно посмотрел на мужчину, потом на его сестру, но так и не смог ничего сказать. Эмоции, захлестнувшие его, мешали нормально мыслить.

— Получается вам… больше двух сотен лет? — протянул поражённый Шишир без тени смущения.

— Мы куда старше, но не будем об этом, — отрезал Тарос, игнорируя вытянувшееся лицо ящера и вновь переводя взгляд на Лайта. — Вы направляетесь в замок?

— Да, — кивнул маг тени. — Но откуда вы об этом узнали?

— Мы следили, — сухо ответил мужчина.

— Давно?

— С момента нападения на Башню.

— Значит… это были вы?

— Да, — подтвердил Тарос.

— И зачем вам было нужно вмешиваться? — спросил маг тени.

— Это личное, — сухо ответил мужчина.

— Понятно, — кивнул Лайт.

— Какая у вас цель? — спросил Тарос, когда повисло молчание.

— Мы ищем сердце Драколакса, — после недолгих раздумий честно признался Лайт. — И я знаю, что герцог Окилап был последним, кто пытался его отыскать.

Лицо Тароса выдало мимолётное удивление, но мужчина быстро взял контроль над эмоциями.

— Откуда вы о нём узнали?

— Я был в царстве мрака, — ровным голосом ответил Лайт. — Я видел владыку Эратори. Он возложил на меня эту миссию и подсказал, откуда следует начать.

В этот раз Тарос не смог сдержать эмоций. Его и без того большие глаза расширились ещё сильнее, а лицо исказилось в неподдельном удивлении. Его сестра, которая явно хуже управляла своей мимикой, и вовсе сидела с приоткрытым ртом.

— Вы… умирали? — зловеще протянула Эльвия.

— Не совсем так. Я был близок к смерти, и… владыка… пригласил меня к себе в гости.

— В гости? — почти пропищала девушка, и прикрыла рот руками, пытаясь скрыть изумление.

— Что вам сказала владыка мрака? — спросил мужчина, уже взявший себя в руки.

— Что сердце первородного извлекли из тела много лет назад и укрыли где-то на Парадиусе. Последним, кто был близок к его обнаружению, был лорд Гислан, но его убили раньше, чем он достиг своей цели. Уже когда я вернулся в мир живых, узнал о замке Ламун, о том, что он сокрыт под барьером, который веками никто не может преодолеть. Именно за этим мы и прибыли сюда.

— Получается… вы нашли способ рассеять купол над замком? — спросил Тарос.

— Вроде как да, — уклончиво протянул Лайт.

— Вроде? — переспросил мужчина.

— Замок Ламун окутан… барьером из света. На этот барьер наложен некий… запрет, условие, которое не пропускает никого внутрь без его соблюдения.

— Вы довольно хорошо осведомлены, — с изумлением отметил Тарос. — За столько лет мы не смогли ничего найти про этот купол, а уж тем более про то, как его развеять. Мы знали, что это магия госпожи Хады, но как именно его обойти, выяснить не смогли.

— А что же родственники леди Хады? — слегка удивлённо спросил Лайт. — Я имею в виду семью Хэмэль.

— Мы хотели обратиться к ним, — мрачно ответил мужчина. — Только вот, когда мы до них добрались, все родственники госпожи… были мертвы.

— Мертвы? — ошарашенно спросил маг тени.

— Мы попытались узнать о том, что случилось, но с нами даже не захотели говорить, — с мрачной тенью на лице ответил Тарос. — Спустя время мы узнали о тех грязных слухах, что запятнали их род после падения Ламуна. Я предполагаю, что именно из-за них Атрас, отец госпожи, и вся его родня покончили с собой.

Лайт с оцепеневшим лицом посмотрел на Горди, сидевшего рядом, и увидел на его лице такой же шок.

— Но ведь… вы уверены в этом? — выдавил полуэльф.

— Абсолютно, — кивнул Тарос.

— Но ведь мы… были в их родовом доме. Там был мужчина, Вэнто. Он нам и отдал дневник леди Хады, благодаря которому мы нашли это место.

Тарос и Эльвия обеспокоенно переглянулись, а после посмотрели на Лайта.

— Вы… ничего не путаете? — решил уточнить Тарос.

— Конечно нет, — протянул маг тени. — Я лично беседовал с ним. Мы заключили с ним договор.

— Договор? — переспросил мужчина, чьё лицо помрачнело.

— Он отдаёт нам дневник леди Хады, а мы взамен, если у нас получится снять барьер, должны сделать всё, чтобы очисть имя его семьи.

Лицо Тароса стало ещё мрачнее. Он молчал долгие минуты, словно что-то обдумывал.

— Всё это очень странно, — задумчиво протянул он. — Когда мы там были, нас уверяли, что все в роду Хэмэль мертвы.

— Может быть… он не прямой потомок Хэмэлей? — осторожно предположил Горди.

— Возможно, — согласился Тарос. — В любом случае, мы проверим это, — после недолгих размышлений мужчина спросил. — Получается, у вас есть дневник госпожи?

— Да, — кивнул Лайт и посмотрел на сумки. — Если хотите, я могу вам показать его.

— Не стоит, — покачал головой мужчина. — Значит, в нём вы нашли ответ?

— Не совсем, — покачал головой маг тени. — В нём мы лишь нашли путь сюда.

— И зачем? — с лёгким удивлением в голосе спросил Тарос.

— Чтобы уже здесь найти ответ, — сказал Лайт и невольно покосился на туман, что клубился слева от него.

Таросу, проследившему за взглядом мага тени, понадобилось всего несколько секунд, чтобы сложить два и два и сделать из этого вывод.

— Вы… говорили с ней? — сдавленным голосом спросил мужчина.

— Говорил, — кивнул Лайт, наблюдая за тем, как идеальное лицо вампира вновь искажается в человеческих эмоциях. — У нас состоялся довольно… продолжительный разговор. Она мне и рассказала о том, как устроена её магия, а также о куполе, что ограждает замок.

— Очень странно, — протянул мужчина, чьё лицо из удивлённого стало задумчивым. — Госпожа Хада не раз упоминала это место, хотя и не говорила ничего конкретного. Нам удалось собрать информацию и даже узнать, как нам казалось, легенду о том, что «вечный туман» является неким переходом в мир владычицы света. Только вот успеха мы так и не добились. Мы приводили сюда множество людей и сами не раз пробовали связаться с первородной, но каждый раз просто блуждали в тумане.

— Ничего удивительного, — с печальной улыбкой отозвался Лайт. — Проход действительно есть, только вот чтобы пройти по нему… человек должен обладать даром той, к кому хочет попасть. Проще говоря, аспектом света.

Вампиры, товарищи Лайта и даже Кора вытаращились на мага тени с удивлёнными донельзя лицами. Маг тени рассеянно улыбнулся. Несмотря на то, что от упоминания владычицы света на его душе заскребли кошки, удержаться он просто не мог. Слишком уж забавно и нелепо выглядели все собравшиеся.

— Ты ведь сейчас пошутил, да? — спросил Дэнэс, первым отошедший от шока. — Это ведь глупая шутка, да?

— А есть для этого повод? — спросил Лайт, приподняв брови.

— Нет… не… не знаю, — пробурчал бывший наёмник, явно не в силах подобрать слов.

— Как такое возможно? — раздался хриплый голос Горди. — Два аспекта… в одном человеке?

— Если бы так, — ответил маг тени, тяжело вздохнув. — У меня лишь один аспект, тень. Второй же дар, свет, во мне почти угас, или как сказала владычица Лайтерэйла, едва тлел, когда я попал к ней.

— Но он у тебя есть… или всё же был? — напряжённым голосом спросил полуэльф.

— Он всё ещё… тлеет во мне, — чуть подумав, ответил Лайт. — Не без помощи первородной.

— То есть, получается, — медленно проговорила Кора, пристально глядя на своего хозяина, — в тебе сейчас… два аспекта.

— И да, и нет, — неуверенно протянул маг тени. — Моя основная сила, тень, куда сильнее, и тем самым она почти поглотила во мне дар света. Если я правильно понял объяснения первородной, изначально он мог быть… немного сильнее, но из-за отсутствия практики в данном виде магии этот аспект… деградировал. Проще говоря, я бы никогда не смог воспользоваться им из-за моего более сильного дара.

— Но ты сказал, что владычица тебе помогла? — с хмурым видом сказал Горди.

— Она… как бы распалила тот тлеющий уголёк, — подбирая слова, ответил Лайт. — Купол, что ограждает Ламун — это магия света. В неё вплетено некое… ограничение, и узнать его может только другой маг света. Для этого нужно лишь пропустить через себя ту магию, что вложена в защиту замка. Моих реальных сил не хватило бы даже на такое, казалось бы, простое действие. Поэтому владычица предложила выбор. Пройти её… обучение, чтобы естественным путём усилить мой дар, либо же она сама усилит его, но после этого… он окончательно пропадёт.

Лица всех товарищей Лайта стали задумчивыми и даже печальными. Только Тарос и Эльвия сохраняли заинтересованные, но всё же холодные выражения лиц.

— Я так понимаю, ты выбрал второй вариант? — тихим голосом спросила Кора.

В качестве ответа Лайт закатал левый рукав своей кофты и продемонстрировал белую точку на запястье.

— Дар света во мне так и так не смог бы нормально развиться, — пояснил Лайт, видя поражённые лица друзей, — а тратить полгода, а может и больше, на то, чтобы усилить его, показалось мне неразумным. Мой дар — тень, и мне этого вполне хватит. Я и так чувствую себя альбиносом среди всех, ещё больше выделяться мне не хочется.

— Ты не альбинос, — серьёзным голосом сказал Дэнэс.

— Я образно, — усмехнулся маг тени. — Я это к тому, что дар света… и вправду прекрасный аспект, но наша задача… куда важнее. Будь я в другой ситуации, то мог бы и согласиться. Но в нынешних реалиях расстаться с даром, о котором я узнал по чистой случайности, показалось мне разумнее, нежели пытаться хвататься за эту соломинку.

Над костром повисло молчание. Все смотрели на мага тени тяжёлыми, печальными взглядами. По глазам товарищей было видно, что каждый из них хочет что-то сказать, только вот правильных слов подобрать никак не получается.

— Да, выбор был непростой, но я его сделал, — нарушил тишину Лайт. — Ещё труднее было сказать владычице света, что я готов пожертвовать её силой в пользу нашей с вами… цели. Но как видите, я сделал и то и другое. Поэтому не пытайтесь меня жалеть. Я пошёл на это, осознавая все последствия.

— Как скажешь, командир, — подал голос Дэнэс и попытался улыбнуться, но получилось слишком уж вымученно. — Обратно, судя по всему, уже не повернуть.

— Не повернуть, — словно эхо повторил Лайт.

— Тяжёлый выбор, — согласилась Кора, — но ты смог его сделать, — на лице хранительницы появилась улыбка. — Ты стал куда взрослее.

— Может, и так, — усмехнулся маг тени.

Когда над лагерем повисло в очередной раз молчание, слово вновь взял Тарос. Он тихо откашлялся, привлекая к себе внимание окружающих.

— Момент, может, и не самый подходящий, но я всё же должен спросить. Раз у вас теперь есть… ключ к куполу, вы попытаетесь снять его?

— Думаю, да, — чуть поразмыслив, ответил Лайт. — Я не вижу причин откладывать это дело.

— Вы отправитесь сразу туда?

— Скорее всего, мы посетим Альвирию, прежде чем плыть к острову, — ответил маг тени и покосился на Горди, который тут же поймал взгляд командира.

— Думаю, Лайт прав, — подхватил полуэльф. — Найти здесь корабль, что отравится на забытый остров, будет проблематично. В Альвирии у нас есть связи и… влияние. Думаю, там мы куда быстрее найдём судно и капитана, что согласится отвезти нас к Ламуну.

— Сколько вам понадобится на это времени? — прямо спросил Тарос.

— Трудно сказать, — протянул Горди. — Для начала нам нужно добраться до Альвирии, а уже после связаться с нашими… друзьями, что смогут оказать нам помощь.

— Понятно, — кивнул мужчина и ненадолго замолчал. — Мы с сестрой хотели бы сопроводить вас, — заговорил он тихим голосом после раздумий, — но у нас есть… незаконченные дела.

— Как я понимаю, вы тоже хотите попасть в замок? — напрямую спросил маг тени.

— Конечно, — кивнул Тарос.

— Можно узнать причину?

— Это личное.

— Я был с вами откровенен, — спокойно сказал Лайт и посмотрел в глаза собеседника. — У меня сотни вопросов к вам, но я понимаю, что на многие вы не захотите отвечать. Как я уже говорил я благодарен вам за спасение и помощь, но для полной ясности мне бы хотелось понять, что именно вами движет.

— Это и вправду так важно? — тусклым голосом спросил мужчина.

— Да, — кивнул маг тени. — Мне нужно знать вашу цель, чтобы не подвергнуть опасности себя и своих друзей.

Тарос вновь погрузился в раздумья, но на куда меньший срок.

— Наша причина связана с нашим прошлым, а именно — с тем, что мы дети ночи, — сказал он в полной тишине. — Когда на замок напали, я и моя сестра были далеко. Когда мы смогли прибыть на остров, вокруг были горы трупов людей и наших товарищей, а замок был окружён барьером. Мы долгое время пытались его преодолеть, но всё было тщетно.

— Кажется, я понял вас, — кивнул Лайт. — За барьером… остался кто-то из вашей родни?

— Да, — подтвердил Тарос. — Наши отец и мать.

— И вы полагаете, что они до сих пор живы?

— Да, хотя возможно, они оба уже на границе со смертью.

— То есть? — слегка удивлённо спросил маг тени.

— В замке была кладовая, рассчитанная под… наши потребности, — уклончиво пояснил мужчина. — Но запасы не бесконечны.

Лайт прекрасно понял, на что намекает вампир, поэтому уточнять не стал.

— Значит, не всех… детей ночи, что были в замке, убили в ту ночь? — спросил маг тени.

— Я не знаю, сколько из нас осталось в живых, — холодно ответил Тарос, — но то, что мои отец и мать пережили ту ночь, я знаю. У нашего рода есть связь, благодаря которой мы можем ощущать друг друга на расстоянии. Когда мы прибыли к замку, я ощутил её, пусть и очень слабо. Я полагаю, её заглушал барьер госпожи.

— Хорошо, — кивнул Лайт после минутного раздумья. — Как мы поступим?

— О чём вы? — переспросил Тарос.

— Вы говорите, что у вас есть незаконченные дела, но мы не можем вас ждать.

— Я понял, — кивнул мужчина и задумался. — Мы сможем прибыть на Назрал примерно через месяц.

— А что, если мы прибудем раньше, или же вы задержитесь?

— Насчёт нас вам не стоит беспокоиться. Мы будем ждать вас столько, сколько потребуется. Только если вы дадите слово, что не откажетесь от своей цели.

— В этом можете не сомневаться, — твёрдо сказал Лайт.

— Что же касается нашей задержки, то я рекомендовал бы вам не спешить и дождаться нас. Если мои догадки верны, и кто-то, помимо моих родителей, пережил ту ночь, вас могут встретить… не очень гостеприимно.

— Я понимаю, — кивнул маг тени. — Столько лет в заточении никому на пользу не пойдут.

— Не в этом дело, — покачал головой Тарос. — Как я уже говорил, запасы кладовых не безграничны, и наши товарищи могут пребывать в состоянии… сродни дикому и очень голодному зверю. Мы с сестрой сможем удержать их, но чтобы это сделать, нам нужно время всё подготовить.

— Кажется, я вас понял, — кивнул Лайт, чувствуя, как по спине пробегает холодок. — Тогда мы не будем спешить.

Когда над лагерем повисло молчание, маг тени встал со своего места, и подойдя к Таросу, протянул ему руку. Тот выказал секундное удивление, но после ответил на рукопожатие с лёгкой улыбкой на лице.

— Вы задержитесь с нами?

— Не думаю, — покачал головой Тарос. — Если мы хотим успеть, мы должны уйти прямо сейчас.

— Ну что же. Раз мы обо всём условились, встретимся у замка, — сказал Лайт, ответив на улыбку вампира своей.

ЭПИЛОГ

Тарос и Эльмия покинули лагерь. Члены “Чёрной розы”, после тяжёлого дня спали без задних ног. И только командир этих рыцарей стоял у края “вечного тумана” и смотрел куда-то в его глубины.

- Ты правда не жалеешь, что пошёл на это? – раздался за спиной тихий голос.

- Не жалею, – ответил Лайт, не обернувшись. – Единственное, мне немного стыдно, что я вот так вот… расстался с госпожой Лайтерэйлой.

- Какая она?

- Я не смогу в полной мере описать её, – со вздохом ответил маг тени. – Она добрая, искренняя и очень… чувствительная. Когда я сказал ей, что отказываюсь от её дара… я никогда не видел столь печальных глаз.

- Будь всё по-другому…

- Я знаю, – сказал Лайт, не дав собеседнице закончить.

Кора встала от своего хозяина по левую руку. Лайт не знал, сколько они так простояли. Где-то справа стрекотали кузнечики, впереди слышалось уханье совы. Ночной лес, может, и не пестрил красками, но его звуки и тени придавали ему мрачную загадочность, что трогала душу не меньше, чем красивая поляна цветов.

- Хочешь, я признаюсь? – внезапно спросила хранительница.

- Признайся, – усмехнулся маг тени. – Правда, я не знаю, в чём именно.

- Когда я только пробудилась в тебе и была ещё слаба, – начала Кора, продолжая смотреть в туман, – я ощутила… иное присутствие, помимо моего.

- Вот как, – протянул Лайт, слегка удивлённый. – Значит, ты… чувствовала, что во мне есть ещё какая-то сила?

- Вроде того, – подтвердила хранительница и повернулась к хозяину. – Судя по голосу, ты не особенно удивлён.

- Уже поздно удивляться, – усмехнувшись, ответил маг тени. – Скажи ты мне об этом раньше, возможно, я был бы в большей растерянности, а может, и вовсе не поверил.

- Я не была уверена в своих ощущениях, – в голосе Коры прозвучали виноватые нотки. – Когда я окрепла, а сила тени в тебе начала расти… ощущение третьего пропало. Тогда я и подумала, что мне просто показалось.

- Лайтерэйла говорила об этом, – кивнул Лайт. – Сила тени во мне куда сильнее, чем сила света. Она просто подавила другой дар.

- Если тебя это немного утешит, то частичка дара всё же останется с тобой, – с тенью улыбки сказала хранительница.

- В каком смысле? – в непонимании спросил маг тени.

Ответом на вопрос хозяина была отодвинутая прядь, за которой прятались маленькие разноцветные рожки. Один чёрный… другой белый.

- Тень есть тень, – пояснила Кора. – В ней нет цвета и красок, это лишь тьма. Но тело, в котором я воплотилась… имеет особенности, несвойственные для подобных мне.

- А я ведь не придавал этому значения, – с улыбкой сказал Лайт, глядя в разноцветные глаза своей хранительницы. – Я думал, что всё так и должно быть. Получается, ты у меня особенная.

- Хочешь сказать, не будь во мне частички света, я была бы обычной? – с наигранной обидой спросила хранительница.

- Ну что ты, – усмехнулся Лайт, изображая на лице испуг. – Ты первая, с кем я заговорил в этом мире. Так что, будь у тебя внешние особенности или нет, в моей жизни ты заняла особое место.

Впервые с того момента, как Кора воплотилась в этом мире, маг тени увидел на лице девушки… смущение. Она ничего не стала говорить, её лицо сказала всё за неё. Когда он вновь повернулся к туману, Лайт заметил на лице своей хран… подруги самую яркую и искреннюю улыбку.