Беги, Бельский, беги

Глава 1. Это как понимать?!

Знаете, чем плоха Москва в плане формирования гармоничной личности из ребенка?

Хотя… откуда вам знать?

Всё моё детство и частично отрочество, пока я не научился давать отпор, прошли под эгидой – даешь стране… нет, не угля. Вот уголь как раз таки проще. Не… даешь гения!... чемпиона!... вундеркинда… ну, на худой конец личность, известную хоть чем-то в каких-либо узких кругах. И всё равно каких.

Так что я ещё не то что ходить, сидеть толком не научился, как моя взбалмошная маман решила, что её сынок как минимум обязан стать известным пловцом. А чтобы сие свершилось, к тренировкам необходимо приступать ну просто незамедлительно.

Решено – сделано. Профи я, конечно, не стал, но плавать, в результате, умею… И не только собачкой.

Вот только надолго моей обожаемой маман, чья хорошенькая головка всегда полна неподъемным ворохом прожектёрских планов, обычно не хватает. Она как быстро загорается, так и быстро переключается на новый прожект. И каждый раз самый гениальный.

В результате, я к своим неполным восемнадцати без пяти минут титулованный пловец, фигурист, танцор, балерон, фехтовальщик, пианист, певец и актер… Хм… Кажется, ничего не забыл?…

Вот, спрашивается, как вырастить в Москве гармоничную личность, вдумчиво развивающую одно максимум два, ну ладно, три направления, когда вокруг столько соблазнов?... Эх, мама, лучше бы ты меня на бегуна, каратиста, боксера и кого там ещё отдавала….

Вот о чём были все мои мысли в тот момент, когда я из последних сил старался выжать из своего худосочного тела максимально возможную скорость.

– Стой, падла! – периодически раздавалось позади меня рычание.

Вот только действовала команда, издаваемая жутким голосом монстра, ровно наоборот. Новый впрыск адреналина и откуда только силы берутся для нового рывка.

Чуть-чуть. Совсем чуть-чуть. Каких-то пять метров и за поворотом долгожданная дверь на свободу. Уж на людях эти «годзиллы» вряд ли рискнут наносить моей драгоценной тушке непоправимый урон…

Эх, я не учел, что и они знают о двери.

– Лови, падла, – слышу бешеное рычание в спину и в следующий момент лечу вперед от сильнейшего толчка. Мгновение и я головой вписываюсь в угол пожарного щита.

…

– Сашка, Сашка… да очнись ты… скорей… – раздавался над ухом горячий шёпот.

Хозяин шёпота при этом совершенно бесцеремонно тормошил меня, не стесняясь заодно хорошо так заезжать по моей моське. Голова от такой бесцеремонности мотылялась изо всех сил, пытаясь то ли сбежать, то ли оторваться. Впрочем, я был бы не против, так она раскалывалась от боли, болезная.

– Всё, всё… хватит… – еле осилил хрипящим голосом несколько слов, пытаясь дрожащими руками защитить свою болезную часть тела.

– Наконец-то… – кто-то надо мной облегченно выдохнул, но тормошить не перестал. Правда, вектор приложения усилий изменился. – Поднимайся скорей… – Потянули меня наверх. – Слышишь топот? Скоро нас нагонят…

Напоминание о преследователях моментально посодействовало новому впрыску адреналина. И глаза легко распахнулись сами собой, словно крыльями бабочки взмахнули. Вот жеж, а ведь буквально секунды назад пытался их волевым усилием разлепить. Как же – ноль внимания, фунт презрения.

Правда, толку от них, открывшихся, оказалось всё равно мало – густой давящий сумрак надежно скрывал все подробности.

Одно оставалось неизменным, для чего не требовалось мучить себя в попытке открыть глаза, звук тяжелых шагов преследователей становился всё ближе и ближе.

Чудодейственный адреналин тем временем всё продолжал свой акт волшебного пенделя. И сила в измученном теле самым чудесным образом откуда-то нарисовалась. Как будто это не я только что желеобразной неподъемной медузой растекался по холодной поверхности.

Одного адреналин не смог исправить. Всё же не всё в его власти. Координация оставляла желать лучшего. Спасибо незнакомцу, помог подняться.

Только недолго я радовался. Первый неуверенный шаг и чувствую, что наступаю на что-то мягкое. Второй – что-то начинает в ответ на мои шаги сопротивляться, упруго при этом натягиваясь. Следом треск разрываемой ткани в ответ на попытку сделать ещё один шаг и я вновь неумолимо заваливаюсь. Только в этот раз меня заносит вбок. В придачу утаскиваю за собой самаритянина, зашедшегося в злобном шипении. И куча, куча ткани кругом. Даже в рот лезет треклятая.

Суматошные попытки выбраться приводят к ещё более плачевным результатам.

Уверенный дробный стук каблуков, под тонкий металлический перезвон, за это время почти добрался до нас, внося своим стаккато панику в образовавшуюся неразбериху.

– Барышни, позвольте узнать, что вы делаете? И как здесь оказались… – раздалось над головой суровым голосом.

Нда. Нелепый вопрос был завершающим аккордом той нелепости, что творилась со мной.

Эх, а как всё хорошо начиналось. Неожиданно солнечный день в череде нудных дождливых будней Петербурга.

Всем хорош город Петра. Всем. Кроме погоды.

Съемки, как назло, затянулись. И я торчал в сосредоточии слякотной погоды уже третий месяц. Так что понятное дело, что по солнцу я соскучился.

Настроение тут же подстроилось под чудесный редкий подарок от погоды и стало таким же солнечным. Логично, что следом возникла мысль, что просто грех не украсить подарок погоды каким-нибудь прекрасным цветком из нашей массовки.

Увы. Всё оказалось точно по народной присказке: хорошо было на бумаге, да забыли про овраги.

Ну, кто ж знал, что к цветку прилагается цербер. Злющий, огромный. Из тех, кто сперва бьёт, а потом спрашивает.

Короче, то что цербер вспомнит о своих служебных обязанностях и нарисуется, как назло, в самый пикантный момент, в моих планах прописано не было просто напрочь…

– Господин офицер, вы бы лучше помогли. Видите, мы с подругой никак встать не можем. Моей дорогой Сашэ́ поплохело по пути. Вроде я привела её в чувство, но ноги, увы, бедняжку не держат…

Чисто девичий голосок оборвал мои потужные попытки разобраться, где я и как здесь очутился. Цербер цербером, но место дюже странное. Вместо солнечного дня сумрак казематов и люди, которых я не узнаю.

Одно только еле распознал: в писклявом голоске слышались характерные нотки того голоса, что до этого шепотом приводил меня в чувство. Вот только какие подруги? Вроде парень меня тормошил…

«И это про меня?... – я с удивлением вслушивался в ту ахинею, что нёс про меня этот голосок. – Это я… женщина? Что за маразм?...»

– Позвольте, я помогу, – вышел на сцену новый голос и явно помоложе сурового, что нас допрашивал.

– Да, проводи барышень в их покои. Выясни, кто и как здесь оказались…

– Да я и так скажу, – перебил сурового писклявый голосок моего невольного подельника. – Княгине Милославской плохо сталось. Нас с Сашэ́ срочно отправили за целителем. Вот только месье Корнелиус портальным свитком к княгине отправился. А нам пришлось самим возвращаться. Вот, решили спрямить, чтобы по дворцу не кружить…

– Вы бы поосторожнее, – слегка смягчился голос сурового. – Вам ещё повезло, что нас встретили. Корнет, проводи милых барышень. Отвечаешь за них головой.

И под моё как минимум шокированное недоумение суровый принялся удаляться. К этому времени мне удалось окончательно освободить лицо от вороха тканей, но ясности в происходящем от этого не прибавилось. Полумрак, на стадии пять минут и полный мрак, скорее мешал, чем помогал разобраться.

– Госпожа, я возьму вас на руки, – склонился надо мной силуэт мужчины, явно одетый в мундир. Слишком оточенным смотрелся его силуэт.

Мне только и оставалось, что остолбенело раззявить варежку.

«Впрочем, – мелькнула спасительная мысль в голове, – меня разыгрывают?» – моя голова, пытаясь решить головоломку «как я из смертельной погони вляпался в шутовской розыгрыш», даже забыла, что она болит.

И пока она была занята тяжелейшим делом, коим являлся выбор между думать или болеть, я решил поддержать веселых парней. С меня не убудет.

Особенно, если учесть, что последние несколько месяцев я что есть силы тусовался в массовке в сериале про Елизавету. Думаю, излишне говорить, в каких формах порой выливался из нас фонтан безудержного «творчества».

Я молча кивнул ожидающему моего решения «корнету». Не рисковал использовать голос. Вряд ли я смогу сходу так талантливо его исказить, как с этим справился мой подельник.

Однако хорош кавалер. Лихо подхватил и не поморщился. А во мне, на минуточку, почти все семьдесят. Даже не крякнул, четким шагом направляясь за силуэтом в средневековом женском платье.

Весьма изящным силуэтом… Я даже сомневаться начал… До сих пор был уверен на все сто, что добрый самаритянин является парнем. Но может… я не прав? Невольно задумался, мерно при этом покачиваясь в крепких руках нашего сопровождающего.

Эх, и не спросить. Чуйка прям-таки орала, что лучше подыграй, чем пались. Лимит по разборкам на сегодня у меня и так чрезвычайно превышен.

Лимит не только по разборкам, но и по странностям, которые множились в геометрической прогрессии. Например, когда это я успел напялить на себя тяжеленое женское платье времен Елизаветы?... И почему я ничего не помню? А по мере того, что я вокруг себя видел, стал прорисовываться самый актуальный на сегодня вопрос...

Странно… Всё никак не пойму, куда это меня занесло?

Чего-чего, а за время съемок я успел неплохо освоиться в декорациях царских эпох. Во дворцах, в которых повезло за это время побывать, наша наспех сколоченная банда умудрялась даже до подвалов добираться. Благо этому Мишка, с его подозрительными способностями медвежатника, способствовал. А Сенька в легкую хакала систему наблюдения.

Длинные лабиринты сумрачных коридоров тем временем всё не кончались, увеличивая степень моей недоуменности. И это как минимум.

Но к тому моменту, когда я принялся обоснованно сомневаться, что мы движемся не в пределах нераспознанного мною дворца, а в каких-то катакомбах, как обстановка, наконец-то, решила кардинально измениться.

Сумрак аскетично-мрачных коридоров резко сменился узенькой винтовой лестницей за неприметной дверцей. Удалец лихо, с моей тушкой наперевес, взбежал по ней.

Ей богу, всерьез зауважал. Сам не так давно пытался таскать на руках очередную подружку. Скажу вам, тот ещё квест. И это при том, что в ней от силы сорок пять накапало. А этот меня всё тянет и тянет, да ещё без видимых напрягов. Во мне, каюсь, даже спортивный азарт проснулся. Аж ставку захотелось сделать, насколько добра-молодца хватит.

Лестница тем временем закончилась ещё одной неприметной дверцей. Неприметной до такой степени, что она, бедная, в размерах ужалась. Вот моему удальцу и пришлось протискиваться, значительно пригибаясь и боком-боком. Чуть моей башкой о косяк не заехал, ухажёр недоделанный. Повезло, я вовремя спохватился и в последний момент успел головой вильнуть. Мне для полного счастья только добавки не хватало к тем прострелам, которыми она всё это время меня потчевала.

Рейтинг «корнета» в моих глазах тут же усвистал вниз. Сей удалец, видать, из тех, про которых бается в мудрых народных поговорках: сила есть, ума не надо.

Нет, чтобы меня поставить на ноги и дать самому просочиться в узенький проем. Нет, надо пыжиться, тужиться, но протискиваться и притискиваться. И все операции одновременно! Сказал бы я, кто он! Но так и быть, сделаем над собой неимоверное усилие и придержим эмоциональные эпитеты. Видит бог – это реально сложно, оставаться в образе немощной девицы не смотря ни на что.

Усилия «удальца» тем временем увенчались успехом. Разве что меня помяли изрядно так… Хм… Возможно, это был его тактический ход?... Если так, беру все свои умозаключения и эпитеты обратно. Одно «корнет» не учел, девица-то совсем не девица. И как не понял?... Хм… Видать, принял за дородную девицу. Мял-то он по большей части то, за что держал, то есть филей и спину. А с этого ракурса мы практически одинаковы.

Чтобы ни было, под мои циничные ухмылки, мы теперь неслись за ладной девичьей фигуркой в пышном платье по роскошному и хорошо освещенному коридору.

Всё как положено во дворце: позолота, лепнина, ковры, картины… Но хоть ты убей, интерьер всё никак не признаю. Впрочем, как бы ни был мне интересен сей вопрос, сейчас все мои думы совсем не о том. Всё ушло на задний план, как только…

Ушло, потому что заинтересовано блуждая взглядом по интерьеру, невольно зацепился за свою руку… Вот когда я по-настоящему понял, что такое ступор. Нет, я понимаю, что родители наградили вполне себе аристократичной внешностью. Но ты хоть убей, никогда, даже пару, тройку лет назад не было у меня таких изящных, таких белых, таких нежных ручек.

Ступор перерос в ядрёную панику, когда голова смогла-таки прорвать баррикады ступора и донести ещё одну убойную мысль, вследствие чего я перевел взгляд с рук чуть выше. Да, от дикого ора я успел себя удержать, но от неожиданности дернулся знатно.

– Вам, плохо? – тут же всполошился мой упорный мул.

Ему как, правду сказать?

Голова снова забыла о боли. С тем табуном мыслей, что теперь там галопировал, любая боль будет затоптана напрочь.

Одно теперь ясно на все сто – это не розыгрыш!

Пусть наличие сисек от неожиданности и испугало меня больше, чем измененные руки. Но. Сиськи-то ещё реально накладные прилепить. Баловался. Знаем. Но вот мои новоявленные руки совсем из другой оперы. Всё можно подделать, вот только уменьшить форму рук, хоть ты убей, не получится не садистскими методами.

И теперь голова снова решала дилемму, только в этот раз другую: я в коме, я сдох или я попаданец?

А-а-а… Попаданка?!

Короче, да, здравствуй ступор!

С детства у меня была мечта. Но я рос, а мечта, увы, становилась всё дальше, всё призрачней. Я уже почти смирился. Как вдруг жизнь принялась подкидывать мне один вариант за другим, как до неё добраться.

Хм… Какой выбрать?...

https://author.today/work/487161

Глава 2. Все познается в сравнении. Главное…

– Госпожа? – не унимался мой мул, пытаясь выяснить, что со мной.

Вот только ступор в этот раз сдался исключительно стуку.

Не, вы не о том подумали. Не по моей многострадальной головушке.

Мой напарник… Мда, скорее напарница. Хоть я и видел только спину, но спина была чересчур изящна для мужской.

Короче, девушка, что так уверенно вела в неизвестном для меня направлении, уверенно застучала кулачком по одной из бесчисленных дверей в коридоре.

Дверь открылась не сразу и на чуть-чуть. Ровно на столько, чтобы явить вопросительную мордочку в пышном чепчике, всю утопающую в кружевных рюшках.

– Лизи, быстрей. Сашэ́ плохо.

И чепчик не стал ерепениться.

Признаюсь, испытал громадное облегчение, когда меня сгрудили на пузатый диван, ядовито-малинового цвета. Не понимаю, с чего девчонки тащатся с того, чтобы их на руках таскали? Я дождаться не мог, когда эта часть квеста закончится.

– Господин корнет, огромное вам спасибо, что не бросили в беде и проводили… – Моя напарница шустро и напористо выдавливала удальца обратно в коридор.

– Для вас просто Серж, – не растерялся, однако, тот. Правда, на мой взгляд, представлялся довольно фривольно… Хотя… Мне-то откуда знать.

– Как скажете, – как-то грубовато отреагировала моя напарница, даже не собираясь представляться в ответ. – Простите, что не можем вас сейчас принять. Необходимо помочь Сашэ́. Но будем рады видеть вас на званом ужине барона Мейерхольда. Мы приглашены…

– Ради вас не только приглашение, звезду с неба достану, – залихватски и с ядрёным звоном щелкнул каблуками корнет, на что я только возвёл очи к расписному потолку.

Но моя ирония не помешала моей вновь заработавшей голове заниматься анализом, и я вдруг с постыдным опозданием догнал, что так навязчиво звенело во время всего пути.

Шпоры разве что искры в этот раз не высекли, так он ими приложился.

Дверь с громким хлопком закрылась, а напарница развернулась ко мне со зверским выражением на своём смазливом личике.

– Сашка, совсем одурел?! – Ошарашило меня.

Вот только ошарашил меня не столько вопрос, сколько голос. Вполне себе мужской и раскатистый. С женским, при всём желании, не спутаешь.

Ёкарный бабай, вот это талантище! Так легко переделать в нежный девичий. Если бы сам не пробовал, не знал бы, как же это сложно, чтобы голос звучал естественно, а не гротескно.

Не удивлюсь, если восхищение в этот момент не озарило мою моську. Иначе, как объяснить тут же последовавший злой наезд:

– Совсем головой шваркнулся?! Хватит придуряться! – гаркнули на меня.

– Не ори на него, – шикнула на него Лиззи. И шикнула совсем как-то по-хозяйски.

Я окончательно завис – этакий когнитивный диссонанс. Ну, да. А что вы хотели? Ладно, моя невольная напарница… или напарник? Но если ещё и эта…

Ошалело уставился на ту, что вроде как местная прислуга. Худющая, остроносая. Платье на много порядков проще, чем на моей напарнице. Ну, уж эта на вид, точно, девица. Только позвольте, от чего и у этой мужской голос? Да, ещё такой грубый?

Тем временем прислуга… Или так называемая прислуга?... Короче, я окончательно запутался в местном сюре. Начинал уже приходить к выводу, что это мой персональный ад, или, на худой конец, глюки комы. Если судить по книгам, на попаданчество происходящее тянуло всё меньше и меньше.

И пока я тупо пялился, силясь решить нерешаемую задачку, Лиззи грубым мужским голосом скомандовала:

– Уходим, пока не догадались проверить более тщательно.

И первой двинула к дальнему углу комнаты, сплошь увешанному тяжелыми шторами всё того-же жуткого ядовито-малинового цвета. Я не я, если не с одного рулона и обивка, и шторы.

– Идем, – угрюмо буркнула мужским голосом сдувшаяся под командный рык прислуги моя напарница и, подхватив подол своего бирюзового платья, послушно отправилась следом.

Я честно собрался исполнить приказ. Но стоило мне вскочить с дивана, как я снова не устоял на ногах.

– Ты чего? – угрюмость в голосе сменилась тревожностью. Напарница моментально обернулась на шум моего приземления.

– Голова кружится, – признался я, одновременно кривясь от хрипоты своего голоса. Чё-то он совсем как не родной.

– Так ты не придурялся?

На такую глупость я даже отвечать не стал, презрительно хмыкнув.

– Проклятье. Ладно, хватайся за меня.

И худосочная напарница потянула меня вверх отнюдь не с женской силой. Удивительно, но она, перекинув мою руку через своё плечо, с потрясающей легкостью потащила меня вслед за исчезнувшей прислугой.

Диссонанс продолжал свой издевательский шаманский танец. Хоть ты тресни, телом передо мной – девица девицей. Уж при близком контакте тяжело ошибиться. Зато что голос, что хватка – мужские.

За портьерой нас ждал небольшой коридорчик, из которого мы попали в просторную уборную. С интересом рассматривал местные удобства, пока прислуга колдовала у дальней стены.

Когда один из резных шкафчиков отъехал, я даже не удивился. Сюр на то и сюр. И всякие тайные там ходы из местных туалетов – а почему бы и нет?

В этот раз Лиззи пропустила нас вперед, прежде чем закрыть вход.

И тут меня ожидал ещё один сюрприз. Моя напарник-напарница, я так и не смог определиться, щелкнула пальцами свободной руки, и перед нами завис сияющий шарик.

Мда… Ещё чуть-чуть и мой мозг окончательно перегреется.

Но ступор ступором, а поступательное совместное движение силами жилистой девицы с магическими фишками продвигалось бодрыми темпами. Она практически тащила меня на себе. К своему стыду, я всё никак не мог справиться со своим новым телом. Мало мне бастующей головы, так ещё и слабость во всех конечностях. Да, и пышное платье не добавляло ловкости.

Впрочем, ничто не помешало нам вывалиться из пыльного мрака узкого прохода в хорошо освещенную с дорогим убранством комнату. Свет давали многочисленные свечи в дорогих старинных подсвечниках.

Мда. На свету стало ясно, что в потайном проходе полно не только пыли, но и паутины. Моя напарница вся была в ней. И судя по её потрепанному виду, я сам выглядел не лучше.

Зато вот Лиззи, закрывшая за нами стеновую панель, выглядела также свежо, как и в самом начале пути.

– Быстрее переодеваться. Александр, снимай с нас личину, – скомандовала она своим грубым мужским голосом, деловым шагом направляясь мимо нас к очередной двери. – Чую, времени не осталось. Идут по следу… Мерзкие псы.

– Ик… Какая личина? – от неожиданности икаю я.

– Игорь, что с Александром?

– Самому интересно, – буркнула моя напарница, протаскивая меня вслед за Лиззи сквозь дверной проём… Мда, из этой Лиззи прислуга, как из меня зайчик. Теперь и коню ясно, кто в нашей троице настоящий лидер. – Мы бежали, когда Сашка на ровном месте споткнулся и кубарем покатился. Еле-еле его в себя привел, – тем временем продолжала доклад та, которую обозначили Игорем. – Только к этому времени нас патруль нагнал. Пришлось рисковать. Ещё повезло, что умею голос подделывать.

Тем временем в тесной комнатке без окон, куда меня затянул мой напарник, вспыхнул свет. Обычный, из старинного светильника. Язычок пламени весело отражался в стеклянных боках дутой лампы. На удивление освещение давал неплохое.

Огляделся. Многочисленные шкафы навевали мысль о гардеробной.

Мою догадку подтвердили действия так называемой Лиззи. Не дожидаясь нас, она принялась шустро раздеваться.

– Александр, ты это… шутки брось. Скидывай личину…

Однако суровый голос нашего лидера почти не достигал моего сознания. А всё потому, что всё моё внимание напрочь приковано к зеркалу.

Огромное. Выше моего роста. И сейчас на меня из него смотрит симпатичная и весьма-весьма хрупкая, если не субтильная девушка в пышном розовом платье. А ничего так. Я бы с такой позажигал.

До мозгов никак не хотело доходить, что это я.

Из транса вывел ощутимый тычок в плечо.

– Сашка, хочешь нас засыпать? – блондинка, по имени Игорь, полыхала такой яростью во взгляде, что я поёжился. – В Штунбаг захотел?! Да, пожалуйста! Только нас не тяни.

Не знаю, что за Штунбаг такой. Но звучит угрожающе.

Но был один существенный плюс в последних репликах Игоря. Не думаю, что мозг в коме может сам нафантазировать новые слова. А по поводу ада. Неужели есть что-то похуже его? Не думаю, чтобы в нём шугали каким-то там Штунбагом. А раз так, значит, всё-таки попаданец. Да и слово личина мне хорошо знакомо по книжкам. Вот только одно но…

– Александр, – рычит главарь, снова привлекая к себе внимание.

И я поневоле ойкаю и опускаю глаза. Ни стыда, ни совести. Стоит голая по пояс тетка, лет тридцати. А сиськи даже не сиськи. Так, две вялые тряпочки почти до талии. Даже затошнило слегка. А снизу здоровенные мужские труселя до колен. Этакий парашют в кошмарную сине-рыжею вертикальную полоску. Но я им почти рад. Мне с лихвой хватало голой верхней части тела с пародией на женскую. Ей богу, так и евнухом, с таким визуальным кошмаром, стать не долго.

– Снимай с меня личину, – рычит мужским голосом тетка, совершенно не стесняясь своей наготы.

И даже угрожающе поддалась на меня.

– Не умею я, – истерически взвизгиваю на его-её движение, делая панический шаг назад от этого кошмара. Невольная мысль о телесном контакте заставляет-таки волосы на голове шевелиться от ужаса.

А дальше то, что называется немая сцена.

– Может, он головой приложился, когда шлепнулся? – неуверенным вопросом первым нарушил застывшую тишину Игорь позади меня.

– Ты помнишь, кто ты? – спросил главарь меня.

Я окончательно опустил глаза, чтобы не видеть эту пародию на женское тело. Просто сил больше не хватало так издеваться над своим чувством прекрасного.

– Александр Бельский, – и понял, что снова ляпнул, прежде чем подумать.

– Уже хорошо, – к моему удивлению, главарь удовлетворенно принял мой ответ. – А какой магией владеешь, помнишь?

– Нет.

– Твою мать, – с чувством выдал Игорь. – Я не собираюсь и дальше девкой бегать!

– Подожди. Не будешь, – отмахнулся от него главарь. – Александр, пусть ты и не помнишь, но твоя магия от этого никуда не девалась. Просто повторяй за мной как можно тщательно.

А далее в ход пошли заковыристые слова и йоговские махания конечностями в воздухе. Я честно старался повторять за главарем. А когда вслед за маханиями в воздухе стали появляться слегка светящиеся следы, чуть не сбился. Надеюсь, от небольшого сбоя вреда не будет. Главарь никак не отреагировал, так что и я не стал заострять внимание, продолжая дальше повторять за ним. Правда, теперь старался больше не отвлекаться на неоновые нити, что вились между нами.

Заключительное заковыристое слово и громкий хлопок в ладоши. Нити ярко полыхнули, прежде чем пропасть. И я с удивлением пялюсь, только в этот раз не на тетку, а на нашего участкового.

Екарный бабай! То тётка с ушами спаниеля, то мужик сдряблым пивным животиком. Висит над труселями так, что кажется, ещё мгновение, оторвётся и покатится арбузом. Только арбуз заросший темными кучерями по самые не могу.

Мда. Не знал, что Палыч без своего ментовского прикида такой непрезентабельный.

Не выдержал, поспешно отвернулся. Мне, с моей тонкой душевной организацией, после таких кошмаров ужастики сниться будут!

– Твою мать! – снова с чувством выдал Игорь. – Сашка, ты в кого нас превратил, ирод?

И я оглянулся на него.

Позади меня стоял Влад Потапенко, мой одноклассник, в бирюзовом платье блондинки, что трещало на нём по швам, и растеряно пялился на себя в зеркало.

– Без разницы, – выдал главарь. – Некогда. Главное, что не бабы. Потом разберемся. Переодевайтесь.

– Нет. А себе-то свою внешность вернул, – возмущенно не унимался то ли Влад, то ли Игорь, при этом послушно бросаясь к одному из шкафов и вытягивая из него на пол ворох одежды.

А я с любопытством повернулся к зеркалу. Да, это был я собственной персоной. Глянул на руки и с облегчением выдохнул – это они, мои родимые. Вон, даже шрамик на безымянном на своём законном месте.

– Переодевайся. Хватит тупить. Распусти мне шнуровку на спине, – ткнул меня в плечо Влад.

Вот тут я и понял, почему Влад и участковый. Видимо, моё бессознательное среагировало на их голоса. Вот честно, сознательно я здесь совершенно не причем. Но моя бессознанка, бесстыдница, таки самовольно дорисовала образ. И теперь голоса соответствовали тем, кого я знал в своей жизни.

У меня появился шанс, изменить будущее и спасти брата. И плевать, что шанс погибнуть возрос до небес.

https://author.today/work/570933

Глава 3. Ни минуты без удивления

Не знаю, какие там на самом деле на вид мои новые знакомцы, но такие знакомые физиономии принесли некоторое успокоение. Хоть что-то в новой картине бытия становилось узнаваемым.

И только.

Сюр размашистыми мазками продолжил и дальше создавать свой шедевр.

– Мать моя женщина, – не удержался я, глядя на то, что напяливают на себя мои невольные напарники. – Цирк на выезде?

Спасибо сериалу, в котором я подвизался на массовку. Благодаря ему, есть некоторое представление о махровых временах царской эпохи. От того у меня и сомнений не было, во что мы будем переодеваться.

Коню понятно – в придворных. Даже если наша шайка-лейка и не состоит из коренных жителей дворца, судя по сомнительным движухам моих «подельников», то хотя бы мимикрироваться под них мы, однозначно, обязаны.

Но нет. Действительность снова нанесла удар по моей и так расшатанной нервной системе.

– Сашка, да что с тобой не так? – рявкнул Влад. Назвать Игорем морду с тяжелым подбородком, что мельтешила передо мной десять с этакой копейкой лет, язык не поворачивался.

– Память ему отшибло. Неужели не понятно? – спокойно прокомментировал тот, кого я знал как Николая Павловича. Для своих Палыч. А я был для нашего участкового своим, так как жили в одном подъезде. – Сашка, нет времени объяснять, – обратился он уже ко мне. – Просто одевайся. Идут по нашему следу. Если не уберемся отсюда через минуту, считай, мы смертники.

И я проникся. Спокойный тон участкового действовал на удивление куда как продуктивней на мой буксующий мозг.

Чего-чего, а одеваться быстро я умел. Да и ничего сложного в том, чтобы нацепить на себя балахон арлекина. Минуты не прошло, как из зеркала на меня смотрел шут гороховый в красно-синем колпаке с золотыми бубенцами на двух его концах.

– А ничего, что шуметь будем на весь дворец? – с сомнением спросил я, тряхнув головой, и поморщился на ядрёно-весёлый перезвон.

– Положено. Нормально всё. Если память к тебе не вернется, сами объясним. Но только сперва надо в безопасное место убраться, – ровный голос Палыча продолжал действовать успокаивающе. – Маски не забудьте, – напомнил он нам.

«Ну…Раз так, видать, мы и есть циркачи, – сделал логичный вывод из спокойного тона вожака. И окончательно успокоился. Мне ли не знать, как знать любила ряженых. Да, для нас это были самые любимые съемки, что мы отыгрывали в сериале. На ушах стояли все. – Скоморохи», – вспомнил я прежнее название циркачей, когда Игорь-Влад сунул мне в руки золотистый шар на палке. По тому, как шар звенел, ясно было, что это клоунская погремушка. Этакий завершающий штрих для образа.

Себе же он оставил расписной бубен.

Перед выходом вожак голубоватый порошок по комнатам распылил. И тот, под мерный бубнеж Палыча, разлетелся мерцающими блестками.

«Следы скрывает», – сделал я вывод самостоятельно.

Настроение, наконец-таки, стало подниматься вверх. Возникло стойкое ощущение куража, которое у меня появлялось во время наших проделок.

– Бубенцы придержите, пока на два этажа выше не поднимемся, – предупредил нас участковый.

Фраза вышла настолько двусмысленной, что я чуть вслух не заржал. Короче, я половину пути давился смехом.

Впрочем, кажись, приказ Палыча был излишним. Коридоры как вымерли. Мы без проблем добрались до лестничного пролета, чтобы оказаться двумя этажами выше. А вот верхний этаж встретил нас грозной стражей у громадных двустворчатых дверей, блестевших позолоченными узорами.

Палыч из недр своего громадного пестрого балахона выудил этакую золотую медальку клоуна и приложил к центру цветка, что расцветал над ручками дверей.

Двери дрогнули. Стража, с ног до головы закованная в латы, не шелохнулась. С интересом покосился на них. Может, муляжи? Ну, типа того, что любят ставить в замках. Но нет, в прорезях золоченных шлемов с розовым плюмажем угадывались живые глаза.

Палыч спокойно прошел в двери, распахнувшиеся сами собой, а мы за ним, как послушные гусята за мамкой.

От где роскошь зашкаливала.

Думал я, что после сериала в дворцовом антураже меня ничем не удивишь. Как бы ни так. Я сейчас как тот турист-ротозей. Только и успевал, что себя одергивать, дабы варежка не слишком широко раззевалась.

«Мы только по коридору идем, а я уже себя последним бомжарой по жизни чувствую», – засвербела неприятная мысль под черепной коробчонкой.

Удивительно, но старинные дворцы, по которым мы шастали во время съемок, не вызывали таких ощущений.

Впрочем, я быстро сообразил, в чём дело. Кроме роскоши, помноженной на десять, здесь всё дышало свежестью и дорогими ароматами, а у нас всё пропахло нафталином и залежалым душком давно ушедших времен.

Но мой личный сюр, как разошедшийся щенок, всё никак не мог угомониться. Он как задался целью, добить меня нескончаемым удивлением.

Я уж только сроднился с мыслью, что в этом сюре играю роль скомороха, как меня в скором времени снова огорошили.

Из общего такого шикарного, такого широкого коридора мы свернули в небольшую скромную загогулину, заканчивающуюся ещё более скромными дверями. Скромными до такой степени, что казались неприметными. Зато имели серьёзную стражу, по которой только их и можно было опознать.

Палыч снова воспользовался медалькой, как пропуском. Хорошо, что дальше вместо коридора пошла анфилада комнат. Уже только это говорило, что мы близко к цели нашего похода.

Комнаты оказались совсем не безлюдными. Очень так обжитые.

Их многочисленные обитатели, занятые своим, совершенно безразлично отнеслись к скоморошьему вторжению. А ведь появление наше отнюдь не было бесшумным. Даже без тех кривляний, что тут же затеяли мои подельники, слышно было нас издалека. Звон бубенцов разухабисто разлетался весёлыми переливами. Игорь-Влад отбивал в бубен. Палыч, с обезьяньими ужимками и припрыжками, выдавал скабрёзные частушки и при этом быстро вёл нас всё дальше. Я же не стал морозиться и также включился в игру, наяривая погремушкой.

Глядя на такое безразличие, я понял правоту Палыча. Здесь все привыкли к столь шумным персонажам.

Я же со своей стороны с интересом рассматривал аборигенов, хоть они не выбивались из привычных рамок времен Елизаветы и Екатерины.

Так засмотрелся, что неприятно ткнулся носом в объемную спину резко остановившегося Палыча. Он как раз открыл очередную дверь и сделал всего лишь шаг.

– Ваше высочество, ваше поручение выполнено, – по-военному четко доложился он, разве что несуществующими каблуками не щелкнул. Как будто и не клоун вовсе.

– Ох, Михаэль, неужто это ты? Только по голосу признала, – раздался в ответ изумленный мелодичный женский голосок.

– Накладки, ваше высочество. Ничего страшного, – браво отрапортовал Палыч.

Я же, удивленный обращением «высочество», высунул любопытный нос из-за спины Палыча.

Ох! Ё-ё! И как такой прелестный голосок может принадлежать матерой свиноматке?!

Ошалело огляделся.

Скромных размеров комната, что есть силы, изображала из себя женский будуар. Вся в ядовито-розовых тонах, аж глазам больно. И как яркие цветы на клумбе, по всей её территории расположились девушки в пышных нарядах.

Ну, вот от чего комната не в зеленых расцветках? Тогда картинка смотрелась бы законченной. Прелестные цветы на прелестной клумбе.

В отличие от туши, которую высочеством погонял Палыч, все девушки, как на подбор, прямиком с обложки журнала мод. На мой беглый взгляд – ни одной дурнушки.

Свиноматка на ответ Палыча кивнула и поинтересовалась:

– Я тут вся извелась ожидаючи. Как Пуся отреагировал на нашу Мусечку?

– Накладки, ваше высочество...

Хм. Всё у Палыча накладки.

Палыч браво и загадочно продолжал:

– Граф Пуссман даже встать не соизволил, чтобы приветствовать вашу любимицу. Но госпожа Кло заявляет, что ничего страшного. Она лично за всем проследит…

Мда. Мои уши, кажись, принялись сворачиваться в трубочки. А мозги закипать от несварения. И не спросишь ведь, чтобы прояснить картину и заодно спустить пар из под черепной коробки. Один только плюс в закручивающемся сюре – голова напрочь забыла, чтоб болеть надо.

– Марта, проводи мальчиков в мой кабинет. Я желаю знать все подробности. Возможно, придется Мусечке другого жениха искать, – капризно приказала туша кому-то из своего многочисленного цветника.

В ответ с пуфика встала девушка в бирюзовом наряде.

– Пройдемте, – то ли приказала, то ли предложила она нам сухим канцелярским тоном, проходя мимо нас.

Мы послушно вышли следом, чтобы тут же свернуть к соседней двери.

– Ждите, – коротко скомандовала она в этот раз намного чётче, запустив нас в неё и сама же захлопнув за нами. Как заперла в каталажку, ей богу.

– Сашка, ты, наверно, и это забыл. У тебя магический карман. Нужно достать из него всё, что там лежит, – с места в карьер набросился на меня мой участковый.

Я в ответ мог лишь огорошено выпучить глаза.

– А он сможет? – усомнился Влад. – Глядь, как тупо лупится. Как пить дать, и это забыл.

– Ничего страшного. Я помогу, – отмахнулся от него Палыч. – Подойди к столу. Сейчас откроем.

Я в два шага пересек кабинет.

«Мда. Какие-то небольшие и невзрачные комнатки в апартаментах самой принцессы. Коридор и то в разы просторней и шикарней», – осознал я за эти два шага, но уже не особо удивлялся. Количество нелогичностей в картинке новой реальности зашкаливало до такой степени, что я просто устал реагировать.

Открывать магический карман под руководством Палыча было интересно. Но уже не так захватывающе, как когда в первый раз магичил. Привыкаю, что ли?

Забавно было доставать как будто из воздуха многочисленные предметы. На вид – шедевры абстракционизма. Хоть убей, даже близко не представляю, для чего они. Для красоты? Если так, то в этой реальности странное понятие красоты.

Но одно я понял точно. Мы, по приказу принцессы, кого-то нехило обнесли. Золота и цветных блестящих камушек в изделиях хватало с лихвой.

Горка на столе уже становилась весьма приличной, а я всё доставал и доставал, словно фокусник из воздуха.

– Так, вот это и это обратно. Это уже твоё, – вернул мне инкрустированный кинжал и шкатулку Палыч. – Всё, теперь можешь закрывать. Всё достали.

А дальше потянулось томительное ожидание. Влад попытался использовать это время с толком и вернуть свою настоящую внешность, но Палыч пресек на корню.

– Вернемся к себе, тогда и снимем, – шикнул он на него.

И снова томительное ожидание. Вопросы задавать, понятное дело, я остерегался. Лишь рискнул поинтересоваться насчет Пусечек, Мусечек.

В ответ получил банальное: кошки.

На что чертыхнулся про себя. Мог бы и сам догадаться.

А дальше всё, что мог себе позволить, – это раз за разом разглядывать убожество женского кабинета во всё том же тошнотворно-розовом цвете.

«Мда. Вкус у свиноматки… Хотя я не прав, – прервал я свой мысленный сарказм. – Девочек в своё фрейлинское царство подбирать она умеет, – по достоинству оценил я цветник, – Эх, я бы пчелкой…» – но помечтать мне не дала резко распахнувшаяся дверь, с грохотом стукнувшаяся о стену.

Слонопотамной туше в самом прямом смысле слова пришлось силком себя проталкивать сквозь вроде бы и не такой уж узкий проём. Несоответствие апартаментов и статуса царской особы снова бросилось в глаза. Эх. Вопросы, одни вопросы. И пока что никаких ответов.

Вслух свои вопросы я продолжал остерегаться задавать. И так все на взводе из-за моей якобы амнезии.

Туша тем временем справилась и с силой сама захлопнула дверь. С такой силой, что она даже сверкнула, бедная… Или это была магия?

Затем, совсем не обращая на нас внимание и с трудом переваливаясь с боку на бок, подошла к небольшому шкафчику, на кривых гнутых ножках, и открыла резную дверцу.

Что она там шурудила, за её необъятной спиной видно не было. Но минуты две и что-то громко крякнуло, звякнуло. Не знаю, по этой причине или нет, но следом по комнате как ветерок пронесся. С такой силой, что даже бубенцы на наших клоунских колпаках тонко зазвенели.

Пусть я и из немагического мира, но задушевных книжонок прочитано немало. Так что понять, что хозяйка кабинета что-то там магичит, не сложно. Думается мне, что что-то типа против прослушки поставила. В пользу этого говорила немалая кучка ворованного барахла на её столе. Серьезная операция требовала серьезного к ней подхода.

А вот дальше начался натуральный зашквар.

Спина «высочества» вдруг треснула вдоль позвоночника и две половинки стали разъезжаться в разные стороны.

– Рот закрой, – хлопнул меня снизу вверх по подбородку Влад.

Вот гад. Я из-за него даже язык слегка прикусил. Но хотя бы очнулся. Представляю, как я выглядел с выпученными глазами и отъехавшей челюстью.

Тем временем половинки спины свинотуши разъехались на столько, что изнутри смогла выскользнуть изящная фигурка.

– Фух, мальчики, как же я устала от этого балагана, – пожаловалась она нам, отряхивая своё простенькое из мятого ситца совсем не царское платьице.

– Терпите, ваше высочество, – поддержал её Палыч. – Вы просто обязаны выдюжить ради Россеи-матушки.

– Я знаю, мой верный друг, я знаю, – печально вздохнула принцесса и развернулась к нам. – Что ж с вами приключилось? – с интересом принялась рассматривать нас. – Только Сашка при своём…

У меня удивленно взлетели брови.

«Ничего себе, принцесса меня знает? Да так, что запанибратски Сашкой обзывает?» – даже польщенным себя почувствовал.

До меня не сразу дошло, что это не меня, а моего предшественника принцесса хорошо знает. Оно и понятно. Абы кого на дело не пошлешь. Только сугубо доверенных и проверенных лиц.

– Не тревожьтесь, ваше высочество, незначительные накладки. Исправим, как только отчитаемся, – успокоил принцессу Палыч.

– Бельский память потерял. Магичить разучился, – не сдержал своей мстительности Влад в отличие от вожака и толкнул меня в плечо.

– Раз так, не будем терять время, – принцесса явно взяла в расчет слова Палыча, а Влада равнодушно проигнорировала. – Сейчас посмотрим, всё ли вы смогли по списку достать. – И она приблизилась к столу.

Изящные па изящными пальчиками в воздухе и перед нами завис самый настоящий голографический экран.

И пока принцесса с Палычем наперевес перебирали трофеи, проверяя наличие онных в каталоге на голографическом экране, я только и мог, что ошалело пялиться. Мозг завис окончательно. Технологии будущего и махровая древность?… Держите меня семеро. Куда я попал?!

Сюр рулил. Мозги плавились.

Одно могу сказать без всяких экивоков, у такой принцессы я готов стать ковриком под её ножками. И если девочки из её свиты тянули на восемь-десять балов из десяти, то принцессе я бы дал все двенадцать.

Кто сказал, что в игре нельзя жить? По планете уже несколько лет победно шествует игра, в которой живешь, как в реале. Выходишь из неё только тогда, когда окончательно сливаешь все свои жизни. А самый большой профит с игры то, что на твой счет в реале капают денежки за каждый день, проведенный в игре.

Вот только в игру попасть очень и очень сложно. Но я, ура, попал!

https://author.today/work/487167

Глава 4. Другой мир тоже не лыком шит

– Ох! – вдруг вскрикнула принцесса. – Только не это!

– Что не так, ваше высочество? – встревожено отреагировал Палыч.

– Тресон полностью разряжен! И разряжен совсем недавно!

– Не может быть! – теперь Палыч был не менее эмоционален, чем принцесса.

А я… А я окончательно запутался в своём сюре.

– Мы ничего не трогали, – включился в странный разговор Влад. – Только всё закинули в карман Сашки.

Вот тут все повернулись ко мне, тупо лупающему глазами. Мне как-то сразу стало по-противному зябко. Был такой неприятный синдром на чуйку, когда она пыталась мне подсказать: «Беги!»

– Что? – не выдержал я давления невольной паузы, которая, по моему «экспертному» мнению, чересчур затянулась. – Я ничего не знаю, – заранее открестился от всего, что мне собиралась шить эта мутная троица.

Понятное дело. Чуйка чуйкой. Но бежать мне некуда. Так хоть в несознанку уйду.

– Я понял… – вторым нарушил тишину Палыч. – Теперь ясно, почему Сашка память потерял… Не потерял! – вдруг рыкнул в конце. Как-то чересчур грозно. Совсем по львиному.

И в следующее мгновение мне в лицо летит острие шпаги. Шпага, в которую превратилось то непонятное мне украшение, что висело на поясе у каждого из нас.

Увернулся я разве что чудом.

– Ты чего?! – взвизгиваю на возмутительный способ убиения себя любимого ядрёным фальцетом.

– Ты кто? Ты не Сашка! – рыкает на это Палыч, вновь пытаясь меня проткнуть.

– Сашка я, Белецкий, – рыкаю я на это в ответ, ловко отскакивая за шкаф. – Только из другого мира, – решил не скрывать своё попаданство. Не знаю как, но меня раскрыли. Это я понял однозначно.

– Михаэль, остановись, – приказала принцесса. – Не знаю как, но тресон сработал в магическом кармане Александра. Он поменял его личность на двойника. Потому и разрядился.

– И что нам делать? – нахмурился на это Палыч. Ну хотя бы меня перестал гонять по кабинету.

– Мне нужен заряженный тресон, – вздохнула принцесса. – Весь план строился на нём…

И вновь в кабинете установилась тягостная тишина. Чего молчали они – не знаю. Лично я молчал, чтобы лишний раз не отсвечивать. Мне как-то лишние дырки, пусть и не в моей родной тушке, как-то совсем не улыбаются.

– Остается только одно, – вздохнула принцесса. Тягостно так. – Я знаю только один способ восстановить тресон как можно скорее…

– Маркареш, – произнес Палыч очередное загадочное для меня слово, когда принцесса снова внезапно замолчала.

– Маркареш, – согласилась с ним она.

Мне оставалось лишь молчать. Хотя сдерживать так и рвущиеся из меня вопросы становилось всё сложнее. Чуйка истерично предупреждала, чтобы не накалял обстановку ещё больше. И так она уже попыхивает цветом раскалённого металла.

– Ваше высочество, мы сделаем всё, что в наших силах! – как-то уж слишком театрально вскинулся Палыч и приземлился перед принцессой на одно колено.

– Ох, мой верный Михаэль, встаньте, – принцесса в томном придыхании протянула ему свои ручки, которые Палыч не растерялся и, ловко поймав, чмокнул.

Мой трагикомичный сюр принялся обрастать новыми нотками. Только в этот раз паточно-лиричными.

– Но моих людей никто из дворца не выпустит, – грустно вздохнула принцесса, отбирая свои пальчики у пожилого ловеласа.

Мне даже стало любопытно, как на самом деле выглядит тот, кого я переделал в Палыча.

– Ради вас, ваше высочество, мы готовы на всё! – снова пылко повторил Палыч, вставая и щелкая несуществующими шпорами.

– Я верю вам, Михаэль… Хочу верить, – снова вздохнула принцесса и протянула ему ту злополучную штуковину, которая и была повинна, как я понял, в моих бедах.

Палыч взял и протянул мне.

– Положи в карман.

– Я?! Ни за что! – с испугу даже отскочил.

На что Палыч лишь глаза закатил.

– Тресон безобиден, пока не зарядится. Да и самое плохое уже сделано. Поверь, если бы можно было тебя с нашим Сашкой поменять обратно, мы бы тянуть не стали.

И я неуверенно, но повиновался. Работать со своим магическим карманом уже научился. Так что осторожно двумя пальцами подхватил эту странную загогулину, с виду из черного пластика, и отправил в то, что в наших книгах окрестили пространственный карман.

– Михаэль, вам необходимо успеть за неделю, – напутствовала нас напоследок принцесса, после чего мы откланялись и пустились в обратный путь через анфилады комнат под привычное уже мне шумное кривляние.

Оказавшись снова в коридоре, который был на несколько порядков роскошней комнат принцессы, Палыч повернул не в сторону лестницы, а в другую сторону.

За первой же портьерой, как оказалось, скрывалось не окно, а ниша. Дальше черным ходом на рабочую половину дворца. Вскоре я даже не пытался запомнить все повороты нашего непростого пути.

Результатом стали небольшие, по-спартански оформленные комнаты. В той, в которую мы окончательно завернули, стояло несколько узких коек в ряд.

На одну из них приземлился Влад и принялся остервенело стягивать с себя клоунскую обувь. Жуть, какую неудобную. Одни длинные носы чего стоили. Так и пытались всё время то за что-то зацепиться, то попытаться навернуть своего хозяина.

– Это мы теперь с чужой мордой ходить будем, пока наш Сашка не вернется? – угрюмо спросил он Палыча.

Лично меня он в упор игнорировал с того момента, как мы попрощались с принцессой.

– Ну, от чего. Сунь ему свой портрет, если свою морду назад хочешь, – буркнул на это Палыч, тоже при этом стаскивая с себя надоевшую клоунскую хламиду. – Не о том надо думать. Выбираться из дворца надобно. Есть мысли?

А дальше они устроили мозговой штурм. Убогое, надо сказать, зрелище в их исполнении. Но надо отдать им должное. Не тупые всё же. Все варианты, что выдвигали, сами же и зарезали, ловко находя изъяны.

Один плюс. В ходе обсуждения вкупе с моими наводящими вопросами мне ненавязчиво удалось составить примерную картину того, куда я попал. Сказать, что я удивился, ничего не сказать. Кто ж знал, что затянувшиеся съемки в сериале про Елизавету окажутся такими пророческими.

Глава 5. Становлюсь полноценным участником авантюры

Наконец, мне надоело.

– К молебну присоединяться надо, – не выдержал и выдал свои пять копеек. Теперь, когда картинка текущей реальности, в которую я вляпался, более-менее сложилась, мой мозг, наконец-то, перестал буксовать.

– В смысле?

– Сами же сказали, что бабы на молебен собираются. Завтра выезжают, – ткнул я их носом в то, что они сами же упоминали.

– Так тож бабы, – как от кислого сморщился Влад.

– А кто нам мешает женские личины одеть снова? – иронично хмыкнул на это я.

– Так-то так, – задумчиво начал Палыч. – Но ты не учел одного. Здесь все друг друга в лицо знают.

– Ну, так подумайте, кого скопировать можно, – напирал я на свою идею. – Пока хватятся, мы уже из дворца уберемся.

– Я знаю, кто нам поможет, – Влад аж с кровати взвился, так его идея, внезапно торкнувшая, вдохновила.

– Куда? – рыкнул ему в спину Палыч, так как парень радостно рванул на выход.

– Я к Машке.

– А ничё, что морда не твоя? – съязвил на это Палыч.

– Твою ж… – Влад даже споткнулся.

– Сашку возьми, – посоветовал Палыч. – Объяснишь ему, что говорить, пока дойдете. Машке его физия также знакома.

– Ладно, – неохотно согласился Влад и кивнул мне на выход.

Машкой оказалась кузина Влада, то бишь Игоря. Тяжело Игорем называть того, кого ты десять лет звал Владом.

А вот Машка оказалась не так проста. Как-никак, а новоиспеченная вдова барона Трауффя.

Надо было видеть, каким азартом загорелись её глазища, когда она поняла, что под видом незнакомца её кузен расхаживает. Родной голос и знание определенных фактов заставили её поверить в происходящее.

– Александр, я тоже хочу личину, – с тоном избалованного ребенка устремилась она ко мне.

Мне же пришлось срочно ретироваться за спину её братца.

– Тебе зачем? – нахмурился Влад.

– Свободу, – фыркнула та. – Хоть на один денек. А то каждый день одно и тоже. А от глаз и ушей спасу нет.

– Марья, будь серьёзна, – попытался урезонить её брат.

– Тебе нужна помощь? – фыркнула на это девушка. – А это будет плата!

– Сперва с Михаилом посоветоваться надобно, – нахмурился на её упрямство Влад.

– Ну, так иди, советуйся. Только поспешать надо. На рассвете выезжаем.

А дальше всё завертелось вполне так на скорости моего мира. Михаилу не нравилось, но выбирать не приходилось.

К тому же в предстоящую авантюру пришлось посвятить нянюшку егозы. Вот у кого оказалась светлая головушка.

Она сразу ткнула в очевидные огрехи наспех состряпанного плана.

– Доченька, – так она называла свою воспитанницу. – Не можешь ты пропасть посреди пути. Представляешь, какой переполох начнется? – это она намекала на то, что Машка предложила кузену надеть её личину.

– И что делать? – капризно скуксилась Машка. – Я на ярмарку хочу, – заканючила она. – Что я в этом монастыре не видала? Он мне уже поперек горла стоит со своими постами и поклонами.

– Не гневи бога! – вспыхнула на это нянюшка.

– Авдотья Лукерьевна, лучше вам в личине Марьи на молебен отправиться. Вы же свою подопечную знаете. Ошибок не наделаете. Помолитесь и вернетесь, – предложил я.

– А личина-то сколько продержится? – задала она практичный вопрос.

Упс. Вот с ним, точно, не ко мне.

– Неделю продержится, – пришел мне на помощь Палыч. – Так что мы раньше объявимся, чем личина с вас спадет. Марья, готова столько в дворовых девках пробегать? – иронично обратился он уже к авантюрной сестрице Игоря.

– А то! Но не в девках. Желаю превратиться в немку. Я эту недельку у своей подруги в Немецкой слободе погощу.

– Фу-у. У этой развратницы?! – взвилась нанюшка.

– Я вдова! Могу я себе немного вольностей позволить?! – взвилась в ответ Машка. – Нянюшка, ну я же под личиной буду! – молитвенно сложила она ручки.

Я же, наблюдая забавную сценку, понял, насколько непростые отношения были в те времена между так называемыми господами и их дворовыми. Всё не так однозначно.

В конце концов, Машка победила. Она отправлялась к своей подруге. Мы же должны были её сопроводить. Её нянюшка, под её личиной, ехала в монастырь поклоны за почившего пожилого муженька Машки класть.

Одна только проблема. Во дворце стоял строжайший учет всего взрослого населения. Сколько убыло, сколько прибыло – учетная магия справлялась на ура.

Выход нашел Палыч. На детей и животных учетная магия не распространялась. Они автоматически закреплялись за взрослыми, что несли за них ответственность. Этакое живое имущество. А потому выйти или зайти на дворцовую территорию без сопровождения взрослых не могли.

Я же, как оказалось, в состоянии накладывать и такие личины. Одно только мне никак не поддавалось – голос переделать моей магии было совершенно недоступно.

Вся ночь ушла на то, чтобы расписать сценарий, распределить роли и подготовиться. Под конец я уже так освоился, что чертил руны в воздухе без подсказки Палыча.

Сперва-наперво подготовили нянюшку под её миссию.

Маша вызвала свою прислугу и объявила им, что берет на себя обет молчания на всё время молебна. А им вменяется во всем своей хозяйке помогать в её тяжелой миссии.

Теперь, когда няне не придется выдавать себя своим голосом, осталось только наложить личину, что я и сделал. Копия получилась настолько качественная, что даже мы, когда они встали рядом, не смогли различить.

Нам же предстояла партия в разы сложнее. Влада я превратил в нянюшку, так как он лучше всех владел своим голосом. Немного попрактиковавшись, он довольно сносно принялся копировать старушку. Мы оценили его виртуозность.

А вот с нами всё не так просто. Машу пришлось превратить в девочку лет восьми. А вот мы с Палычем стали шикарными котами с дымчатой густой шубкой. На таких среди аристократов сейчас был самый настоящий ажиотаж. Так что девочка в богатой одёжке с дорогущими котами в ошейниках под покровительством няни никого не удивляла.

На рассвете из дворца выбрались без труда. Выход ложных Маши с нянюшкой был зарегистрирован должным образом. На нас же даже внимания не обратили.

Подложная Маша в роскошной карете влилась в длинную вереницу таких же, а мы в более скромном транспортном варианте отправились в сторону Слободы. По легенде, нянюшка везла дочку подруги, которая гостила у Маши, с её котами, домой. Всё прошло на удивление гладко. Разве что ощущать себя в кошачьей шкурке было весьма своеобразно.

Глава 6. План – дело архисложное

Кучер укатил, едва нас высадив. Грета, подруга Маши, с удивлением принимала нас. Няню своей подруги она узнала сразу. Это и облегчило нашу миссию. Зато сколько было веселья, когда выяснилось, кто есть кто.

Маша просто сияла от счастья. Такие невероятные приключения в монотонной череде её «серых» аристократичных буднях.

Завтракали мы у гостеприимной голландки уже в своих родных тушках. Палыч подсказал, как правильно снять личину. Как оказалось, при этом никаких фото не требовалось. Нужно было просто отозвать свою магию.

А раньше не показал только из-за того, чтобы немного проучить Игоря за импульсивность.

Мне польстило то, что он отметил, что магия личины мне дается куда легче, чем моему двойнику.

Ну а я, наконец-то, смог удовлетворить своё любопытство по поводу настоящей внешности своих невольных подельников.

Оба оказались молодыми. Игорь – моим ровесником. А Михаил старше нас на пять лет. Стройные, в меру высокие, симпатичные. Игорь – блондин с зелеными глазами. Михаил – шатен с серыми. Впрочем, не симпатичные не попали бы на службу во дворец.

Грета за завтраком с изумлением слушала о наших приключениях. Правда, в сильно измененной версии. Где не было похищений в сокровищнице и подмены двойников. Но присутствовало поручение принцессы и куча других приключений. Типа нашей прогулки по дворцу в личинах девушек.

В изумлении была не только она. Но и я. Но только по другому поводу. За вчерашний вечер мне худо-бедно удалось сложить картину местного бытия. Но как оказалось, она была не полной. Далеко не полной. Ведь напрямую задавать интересующие меня вопросы я не рисковал. Впрочем, я и сейчас не рисковал. Просто новые детали в картину мира ложились сами собой в ходе разговора.

Это не был изначально магический мир, как я было решил сначала. Магия появилась всего ничего. Каких-то пару десятков лет от силы. А потому до Петра Первого история в этой версии шла тем же путем, что и у нас. И что-то меня терзает мутное сомнение, что событие, повлекшее появление магии, просто разделило историю нашего мира на два параллельных рукава. И хоть ты тресни, но я никак не могу решить, какой вариант лучше.

Одно не могу понять. Если у нас с момента разделения пролетело лет триста, почем в этом варианте каких-то двадцать лет? Ну, не в прошлое же я свалился? Понимаю, что всё может быть. Но почему-то вариант путешествия в магический современный мир меня греет больше, чем временной скачок. Возможно, потому что боюсь, что во времени возвращаться обратно скорее всего сложнее. А может невозможно?

Такой вариант меня никак не устраивал.

Но опять же. Это всего лишь мои измышления и страхи. Лично я очень хочу назад. Всё же я дитя своей эпохи и без гаджетов чувствую себя ущербным. И от мысли, что мне придется здесь остаться, мне становится просто дурно.

Магия же в этот мир пришла не одна. Одновременно там-сям пооткрывались порталы. Одни временные. Другие на постоянной основе.

Петербургу, можно сказать, крупно повезло. На острове в Финском заливе отрылся стационарный портал в Маркареш. Этакий хаб на перекрестке кучи миров.

Мало того, что портал оказался постоянный, так он был ещё такого диаметра, что легко пропускал крупногабаритные грузы. Слона провести – раз плюнуть.

И Петербург расцвел с новой силой. Со всего света купцы стекались в Петербург, чтобы перевести свои товары на другую сторону. Одним словом, центр мировой торговли.

Думаю, объяснять не надо, какая жаркая битва развернулась за столь жирный кусок.

И я попал как раз в самый эпицентр очередного раунда борьбы.

То, что я попал во времена Елизаветы, дочери Петра, это я ещё вчера понял и переварил. Вернее, она пока ещё была принцессой и правила её тетка. Всё как в нашем мире.

Существенное отличие проявлялось в другом. Появившаяся магия уже начинала менять расклады. И в этой версии России тётка могла находиться у власти бесконечно долго, чему способствовало омоложение с помощью магии. Всё бы ничего, только в этой версии любовник Анны Иоанновны Бирон стянул на себя слишком много власти.

По последним донесениям разведки Елизаветы, Бирон собирался в ближайшее время жениться на Анне и стать официальным регентом. Ползучий захват власти набирал обороты.

Вот здесь, по задумке принцессы, и вступал в действие этот самый злополучный артефакт, который почему-то решил сработать в магическом кармане моего двойника.

Михаил объяснил, почему нам была дана неделя. Через неделю бал, на котором должна быть объявлена помолвка.

– А кто сказал, что двойник Бирона не будет таким же ушлым? – скептично поинтересовался я на этот сомнительный момент, являющийся краеугольным камнем в дерзком плане.

– Всё может быть, – не стал отрицать Михаил. – Но пока он разберется, его свяжут артефактом подчинения. А этот артефакт уже находится в руках принцессы.

– Ну, раз так… – и я честно перестал относиться к местным, как к несколько отсталым. Каюсь. Подсознание моё настырно пихало их в эту категорию. Понимаю такую настырность. Для него я как бы в прошлое свалился. А в прошлом даже у аристократов, ну, какие нормальные знания? Одного подсознание всё никак не учитывало. Знания, пришедшие с других миров вместе с магией и порталами, кардинально меняли картину. И теперь не факт, кто более отсталый: я или они? Осознавать сие неприятно. Но факт, от которого никуда не денешься. Даже моему упрямому подсознанию.

Следующим шагом в нашем плане должно было стать попадание в Маркареш. И этот шаг меня очень даже заводил. То, что я попал в параллельный мир своего мира, как-то уже принял. Даже пообвыкся слегка. Всё же многое было знакомо и понятно.

А тут впереди попадание совершенно в другой мир. Где всё другое. Другие законы, другая физика, другие существа.

Маркареш, как оказалось, даже не другой мир. Это место между мирами, доступ к которому имеется во многих разных мирах. Этакий мост или перекрёсток. Вот такой же доступ эта версия Земли недавно и получила.

«Эх, ну, почему не моя версия Земли?» – обижено крутилась мысль внутри моей черепной коробки.

По мере того, как собравшиеся выдавали кусочки инфы про Маркареш, у меня всё больше и больше захватывало дух. Невольно нарисовывалась аналогия с придумкой Люка Бессона.

«Хотя… Кто сказал, что Бессон не получил доступ к определенным знаниям?... А кто сказал, что на моей Земле нет доступа в Маркареш?!» – осенила меня таки ошеломительная мысль.

С наших гребанных мира сего станется, спрятать такую убойную вещь, как портал в другие миры.

Маркареш был городом на перекрестке тысячи Миров. Далеко не все из этих Миров населены подобными нам. Существ самых разнообразных хватало с избытком. И всякие там эльфы, да гномы – лишь малая часть всего разнообразия. И всё это разнообразие на совершенно равноправных правах обитало в Маркареше.

Нам же, чтобы зарядить артефакт, предстояло посетить перекресток Миров, так как наш мир ещё был слишком юн в плане магии. Да и в самом артефакте магия использовалась не здешняя.

Вот только попасть в Маркареш – одного желания мало. Бюрократия рулит. Чтоб её. Самая настоящая таможня при портале, дабы сливки снимать.

От того вроде бы простой пункт нашего плана становился совсем непростым.

Негласно принцесса Елизавета находилась под плотным колпаком спецслужб своей тетушки. Как-никак весомый претендент на её место. Понятное дело, что за людьми принцессы особый пригляд. Только сунемся к порталу, как нас тут же радостно повяжут прямо на границе.

Регистрация на таможне. Куда без неё? А мы, по всем показаниям, в данный момент находимся во дворце. Магия быстро вычислит несоответствие.

Затык на этом пункте плана случился знатным. Как перейти портал? Смена личины не поможет. Таможенники тоже не лыком шиты. На вооружении имеют специальные артефакты. И любителей скрыть свою личность вычисляют на раз, два.

Предложение, отдать артефакт тому, кто может сходить и зарядить, Михаил категорически отверг.

– Артефакт слишком дорог и уникален, чтобы отдавать в чужие руки! – рогом уперся он. – Проще умереть, чем подвести принцессу! – исступлено бил он себя в грудь.

«У-у. Как всё запущено. Точно влюблен. Значит, вчера мне не показалось», – сделал я соответствующие выводы.

В конце концов, Грета не выдержала наших жарких дебат.

– Я знаю, кто нам может помочь. Но учтите, стоить будет дорого. Неприлично дорого, – решительно остановила она наши потуги в поисках приемлемого решения.

– Деньги значение не имеют! – тут же патетично вскинулся Михаил.

– Раз так. Идемте, – кивнула на это хозяйка и поднялась. – Придется съездить в гости.

Всё бы хорошо. Один только нюанс. Неугомонная Машка не собиралась спрыгивать с нашего хвоста.

– Я тоже хочу в Маркареш! Я что? Тут самая лысая?! – кричала она на своего родственничка, уперев руки в свои крутые бока. Вру. Соблазнительные. Фигурка у неё – закачаешься.

Брат пытался её урезонить. Напоминал, что она в данный момент как бы на богомолье.

– Плевать! – нахально отметала она всякие аргументы и возражения.

Завершила спор совсем убойно.

– Значит так. Или я с вами. Или иду и доношу! Никуда вы не поедете!

Игорь, бедолага, аж глаза от негодования выпучил. Вот теперь я наглядно оценил народное выражение: в зобу дыхание сперло.

Пришлось окаянную такую, как клял её братец, брать с собой.

Ехать оказалось недалеко. Вызвали извозчика. А я постигал прелести старинного жития-бытия. Вот и с местным аналогом такси познакомился. Воняет, я вам скажу, изрядно. Конские запахи, к моему удивлению, оказались вездесущими и стойкими. Ими почему-то даже сиденья в местной тарантайке пропахли. Коня что ли на них возили?

Хотя. Вспомнил я. Вроде конским волосом раньше мебель набивали.

То ли потому что в первую поездку я был котом. То ли дворцовая карета не в пример чище. Но эта поездка вышла незабываемой. Вернее та вонь, которая нас окутывала. Самый ужас ждал меня в конце. Высадив нас, тарантайка укатила, а вонь так с нами и осталась.

А вот местные и в ус не дули. Ну, да. Привычные. Вот только мой нос с таким положением вещей категорически был не согласен. Но кто ж с ним, бедолагой, будет считаться? Пришлось проявить выдержку и сделать покерфейс.

Нашим помогатором, как выяснилось по финалу вонючей поездки, оказалась не кто-нибудь, а родная тетка Греты. Этакая дородная женщина в летах.

Ушлая особа. Моталась в Маркареш на регулярной основе, как челночник в моём мире в Турцию или в Китай.

Глава 7. Профессия помогатора актуальна во все времена

Для начала Михаил стребовал с тетки Греты магическую клятву о неразглашении. Та ерепениться не стала. Наоборот, этакий хищнический блеск в глазах появился.

После молча выслушала нашу проблему.

– Так с личиной нет проблем, если знать как, – были её первые слова, заставившие нас сделать стойку.

– И вы знаете как, – радостно выдохнул Михаил.

Мне же на это так и чесалось сделать фейспалм. Ну кто так палит свой интерес? Заоблачная цена помогатора от этого просто взлетит выше облаков. Ну, не торгаш Михаил. Не торгаш.

Надо отдать ему должное. На озвученную цену даже не поперхнулся. Тётка Греты звонкую монету затребовала вперед. Что логично.

И Михаил выложил из своего кошеля. Кроме золотых монет в этом мире в ходу были необычные пластинки из странного фиолетового металла.

Деньги Маркареша, как мне объяснили. И они также водились в кошеле Михаила.

Дальше тетка Греты уверенно взяла в свои руки вожжи нашего плана.

– Для начала нужен маг по наложению личины, – первым делом заявила она. – У меня есть такой на примете…

– Не нужно, – решительно прервал Михаил. – Александр, – кивнул он на меня, – накладывает личины.

– Вам же проще, – легко согласилась фрау Марта. – А чтобы личину не опознали, требуется специальный артефакт для закрепления личины. Вам повезло. Имеется у меня такой. Осталось только решить, кто кем будет.

И вот тут снова случился затык. Получалось, что на ту сторону идут пятеро. И если фрау Марте личина не требовалась. Она дама известная и уважаемая. Для неё проход всегда открыт. То всем нам троим плюс Машке, прицепившейся к нам аки репей под хвост, требовалось. Ещё одно из многих цветистых выражений Игоря, так и продолжавшего пыхтеть праведным негодованием в сторону навязчивой родственницы.

Разрулить очередную по счету проблему даже фрау Марта не сразу смогла.

Но перед тем как самой забуксовать, она объявила:

– Со мной на ту сторону часто ходют моя дочка, моя внучка и мой поверенный. Для троих из вас личины имеются и документы прилагаются. За это можно не беспокоиться. Вот только одному из вас не повезло. Придется животинкой прикинуться. На животинку документов не требуют. Просто сделают привязку к хозяину на таможне, дабы обратно пустить беспрепятственно. Нужно думать, кто кем прикинется.

Вот и понеслось.

– Я за дочку фрау Марты, – ликующе вскинулась Машка.

С этим, как бы Игорь ни кривился, пришлось согласиться. Из нас четверых лишь она обладала нужным для образа голосом. Голосом молодой девушки.

С девочкой – тоже думать долго не пришлось. Игорь. Лишь он умел подделывать голоса. И спародировать голос девочки ему не составляло труда.

Надо было видеть, как предвкушающе и ехидненько засверкали шкодные глазки Машки. Тут и гадать не надо было. Отольются ещё Игорю его едкие слова в адрес своей кузины.

А вот кто будет поверенным, а кто животинкой, – стало камнем преткновения. Становиться животинкой ни я, ни Михаил категорически не соглашались. Наше взбрыкнувшее упрямство сломить никак не могли. И хозяйке дома также никак не удавалось.

– Да, чтоб вас! – в сердцах выдохнула она, устав нас уговаривать. – Прошка, подь сюды! – зычно выкрикнула она.

В приоткрывшуюся дверь сунулась вихрастая голова ребенка.

– Чего-сь, барыня?

– Труша позови.

Трушем оказался её поверенный. Вот только им был не человек.

И мы с Михаилом уставились на новоприбывшего с одинаково тупым выражением лица. И шестеренки в наших головах выдавали, однозначно, похожий результат.

Трушем оказался гном, ростом от силы пятьдесят сантиметров. Кряжистый такой. Основательный. С окладистой густой бородой. Самый настоящий гном. У нас похожие фигурки любят в своих палисадниках, да на клумбах расставлять. Даже одёжка совпадает. И красный колпак на голове причитается.

– А что за животинка? – поинтересовался я, прежде чем окончательно сделать выбор. Становиться мини-гномом также было некомфортно. Понятно, если бы у него хотя бы метр ростом было. А так… любой наступит и не заметит, обо что споткнулся. А животинка в ответ и куснуть может.

– Мой кот-баюн, – охотно ответила фрау Марта. – Иногда меня сопровождает. К нему стражники также привыкшие. Знают. Вопросов не возникнет. Не хочешь котом, можно козлом-вещуном. Бывает, приходится его брать. Его Труш своим седлом заправляет, когда путь неблизкий. Правда, он, козья морда, тот ещё поганец. Но думаю, его не переплюнешь. Не хочешь козлом, так на крайний случай моей Жучкой обернешься. Собачка мелкая, карманная. Можно и в руках пронести. Вот только она в отличие от кота и козла не разговаривает. Токмо лает.

– А кот с козлом разговаривают… – обалдел я от этого момента чересчур изобильной информации.

– Ещё как, – вздохнула фрау Марта. – Не остановишь. Спасу нет.

И я подвис. Бессловесно Жучкой я, тут сомнений и быть не может, не собирался становиться. А вот кот или козел? Козел как-то покрупнее. Если что, может обидчику от души рогами заехать. Но, как-то стрёмно. Да и катать Михаила на своем горбу я категорически отказывался. Перетопчется. Видать, судьба у меня такая в тушке кота разгуливать. Хоть привык уже маленько и то хлеб.

– Котом, – вздохнул я, утешая себя тем, что хоть в этот раз не требуется прикидываться молчаливой животиной.

– Уверен? – на физиономии моего оппонента были написаны все сомнения мира.

Не удержался от хмыка. Кажись, и Михаилу не горит становиться гномом.

– Ты командир команды. Мы будем выглядеть дико, если нами будет командовать кот. А гном вполне достойно. Как-никак поверенный. Ни хухры-мухры, – на голубом глазу лил я елей. Хотя только-только бодался с Михаилом за право стать поверенным.

– Ты ж говорил, что животиной магичить сложно. А ежели что не так, даже объяснить не сможешь толком… – иронично сузил злющие глаза Михаил.

– Уже смогу. Этот кот говорящий, – отфутболил предъяву.

Фрау Марта аж глаза закатила от возмущения. Ей только второго раунда вольной борьбы не хватало.

– Александр прав. Вы командир, Михаил. А быть поверенным и командовать не зазорно. Уж поверьте мне, в Маркареше народ Труша в большом почете.

– Всё так и есть, – самодовольно подал голос гном, при этом картинно засунув четыре пальца руки, кроме большого, за край кафтана на груди. И выглядел при этом жутко самодовольным. Голос у мини-гнома на удивление оказался крепким, густым. Чисто мужицким. И не скажешь, что такой пупс так могёт.

– Уговорили. Гном так гном, – окончательно скис Михаил.

А я, зараза такая, нагло ухмыльнулся.

– Ну, что? Когда выдвигаемся? – потёр я руки. Мне уже не терпелось оказаться по ту сторону портала.

– Как обживетесь в своих личинах, так сразу, – взяла быка за рога хозяйка дома. – Пойдем, Александр, покажу, где магичить будешь, – позвала она меня за собой, тяжело вставая с добротного стула. – Кого первого омагичивать возьмешься?

– Не знаю, – озадачился я. – Всё равно.

– Начнем тогда с Вельмы. Это моя дочь.

– Это я! Это я! – почти распевая, весело вскочила Машка. И ретивой козочкой рванула вслед за нами.

– Прошка, – рявкнула фрау Марта, выходя за дверь просторной гостиной, в которой мы вели переговоры. – Зови Вельму. Клиента нужно подготовить.

Вихрастый малыш мелькнул в конце темного коридора и босыми ножками громко затопал по ступенькам.

Дома в Немецкой Слободе были прямиком типа из Германии. Вернее, это в моём мире Германия. А тут – пока не знаю. Но выглядят весьма похоже.

На втором этаже дома, судя по всему, находились спальни.

Глава 8. Преображаемся и вживаемся

Дочка фрау Марты оказалась чуть старше Машки. Вместе с нейи её дочка прискакала. Ну, да. Какой кипишь и без любопытного детского носика?

А я оценил степень юмора. Девочке от силы лет пять. Попал ты, Игорёха, попал. И что-то мне подсказывает, сильнее, чем мы с Михаилом.

Вот Игорёха и не оценил.

– Это шутка такая? – не веряще уставился он на пигалицу, которая как раз с деловым интересом рассматривала его.

– Мама, вот такого жениха хочу, – решительно заявила она, дернув свою мамку за подол платья.

Каюсь. Не удержался. Заржал, аки конь.

– Я отказываюсь! – прям-таки взвизгнул бедолага. Видать, под гнётом наметившихся перспектив его голос дал петуха.

Одно было не понятно: он отказывался от почетной роли жениха или взять личину малявки? Понятное дело, я тут же решил выяснить. Чего в долгий ящик откладывать? Невесте ещё расти и расти.

– Отказываешься женихом становиться? – уточнил я. Правда голос серьезным сделать так и не смог. Всё смехом давился.

– Очень смешно! – негодующе взвился Игорь и потянулся ко мне, чтобы отвесить леща.

Ну, да. Я не пигалица. От удара не развалюсь. Могу побыть и грушей для битья в особых случаях.

Вот только я в корне не согласен. Потому ловко увернулся.

– Какие-то не серьезные у меня клиенты, – воздев очи к небу, то бишь к потолку из темного дерева, преувеличенно трагично вздохнула фрау Марта. – Вы точно уверены, что вам срочно нужно в Маркареш?

– Точно, – хмуро ответил Михаил позади нас. – Да, поскорее.

– Тогда следуйте за мной. Хватит споров, – охотно согласилась с ним наша помогаторша.

– Я не согласен становиться девочкой! Она слишком маленькая, – Игорь совершенно не был согласен с решением, сделанным за него. – Найдите другую личину!

– Вот если бы вы вчера наведались, было у меня три достойные личины на выбор, – душевно так начала фрау Марта. – Все три – добры молодцы. Но, увы. Для вас. Вы прибыли поздно. Так что берите, что дают. Или ищите других! – злобно рявкнула она под конец.

На что я улыбнулся. И её, наконец-то, проняло. Ни у кого терпение не безгранично. Даже у помогаторов.

– Всё нормально. Берем, – хмуро ответил Михаил. – Ведите, куда ведете.

Путь наш лежал через весь дом. Вышли на задний двор. А оттуда в самый дальний конец двора к небольшой избушке.

– Это чтобы дом не разнесли, – буркнула на уточняющий вопрос хозяйка дома. – Маги разные бывают.

Малышка всё время бежала рядом с мамой, держась за её юбку. При этом не забывала оценивающе оглядываться на Игоря.

Тому только и оставалось, что обиженно делать морду тяпкой.

В избушке фрау Марта не всех запустила в большую комнату, которая занимала почти всю её площадь. Игорь с Михаилом плюс Труш остались дожидаться своей очереди в сенях, где была поставлена на этот случай обычная деревенская лавка.

Я же, наоборот, вышел на первый план. Маг личины как-никак. Вроде должен бояться. Дело для меня новое. Но нет. Азарт наше всё. Тем более, что вчера я успел хорошо потренироваться под бдительным оком Михаила.

Машка, егоза, вся была в нетерпении. Пока мы добирались, она успела не только познакомиться со своим прототипом, но и задружиться. Та ей обещала хорошо помочь. Обсказать всё чин по чину, как у них говориться. То есть на диалекте этой эпохи. Вроде и наш современный русский. Но словечек, оборотов и просто свой способ произношения слова хватает. Так что я сам потихоньку неосознанно принялся подражать.

Пару минут махания руками. Но не это главное. Пасы запомнить легко. Тем более что я на память не жалуюсь.

Главное, что я понял из объяснений Михаила, а гением учительства его никак не назовешь, это было воображение. Чем четче представляешь в голове, тем лучше. С этим у меня, а это уже спасибо маме, на большой высоте. Даром что ли она меня пихала то в художники, то в артисты. Да ещё много куда, где приходилось развивать художественное воображение.

Именно воображение, по моим догадкам, делало из меня более толкового мага личины, чем моего двойника.

Вот и сейчас. Пара минут важного вида, рисуя светящиеся руны в воздухе, и передо мной стоят две дочки фрау Марты. Даже тщательно рассматривай – не отличишь. Впрочем, в данный момент их одежда отличала. Неодушевленные предметы моей магии не давались

– Хорошая работа, – довольно кивнула фрау Марта. – Подойди ко мне, Мария, нужно закрепить личину.

Та, что слева, ожила и, лукаво мне подмигнув, отправилась к помогаторше.

– Теперь я, теперь я, – подскочила ко мне дочка той, кем стала Машка. До этого она удивительно скромно для своего возраста стояла в сторонке и не мешала. Видать, привычная к этому делу. – Из моего жениха меня сделаешь, – деловито объявила она.

Ну, всё. Игорь, точно, попал. Не удержался от ухмылки.

– А он согласен стать твоим женихом? – подколол самоуверенную малявку.

– Куда он денется, – как-то совсем по-взрослому отзеркалила она мне ухмылку.

А я невольно задумался. Это и в самом деле девочка? А то от магии всё можно ожидать.

– Ну, так зови своего жениха, – решил поддержать игру малышки, а сам в предвкушении ждал реакции.

Реакция не заставила себя долго ждать.

– Подрасти сперва, – буркнул кандидатке на столь серьезную должность Игорь.

– И подрасту. И женишься, – не осталась та в долгу.

– Теперь стойте оба молча. А то не получится, – припугнул я, принявшись за вторую личину.

Вроде и похоже вышло. Но больно из Игоря угрюмая девчушка получилась. Здесь и гадать не пришлось бы, кто есть кто.

Мало того, что угрюмая, так ещё судорожно прижимала к груди одежду, которая осела вокруг маленького тельца грудой ткани.

Пришлось Маше прийти на помощь своему кузену. Надо было видеть всю ехидность её новой физиономии, когда она небрежно схватила его в охапку.

- Осторожно! – взвыла пигалица голосом Игоря.

Труш и Михаил – всё вышло штатно. Без всяких проблем и разговоров. Но и тут новообразованному гному пришлось подхватывать ставшую не по размеру огромной одежду. Как из сапогов вылазил – отдельная песня.

Фрау Марта закрепила всем личины своим артефактом и повела на выход. Мне велела ждать.

– Жди. Щас Баюн подойдет. Он сам обскажет, как тебе вести себя в его личине.

Кот оказался красавцем рода кошачьих. Огромный, можно сказать. Даже больше того дымчатого кота, кем я был поутру.

Только рыжий… Лапы мощные. Явно рыси в роду потоптались. Разве что кисточек на ушах не хватало.

– Ну, здравствуй, – приветствовал он меня. Голос приятный, певучий. С протяжным кошачьим прононсом.

– И вам не хворать, – ответствовал я, с интересом рассматривая. Несколько дней в кошачьей шкуре. Вытяну?... Не знаю.

Кот со знанием дела покрутился передо мной, что красотка на подиуме.

– Лепи давай. Языки чесать после будем, – приказал он.

«А кот по жизни не промах», – понял я, начиная выполнять его указания.

Вот только зеркала, чтобы посмотреть, что получилось, в наличие, увы, не имелось.

– Хорош, – одобрил меня Баюн. – Если ещё научишься ходить и говорить, как я, совсем будешь хорош.

– Га… Говорить умею, – немного с непривычки запнувшись, произнес я видоизменным горлом. – Вроде получается.

И принялся вылазить из вороха своей одежды. Мне, в отличие от моих подельников, было в разы проще. Шубка кота сама по себе одеждой была.

– Хрипишь немного, – покровительственно заметил Баюн. – Теперь подвигайся.

– Да, норм всё. С утра кошаком бегал, – отмахнулся я лапой и чуть не завалился. – Упс…

Пришлось внять совету Баюна.

– Сойдет, – несколько спустя согласился Баюн. – Теперь пойдем что ли, потрапезничаем. А то вас, человеков, элементарному учить приходится.

По поводу элементарного кошачьего Баюн оказался прав на все сто. Трапезничать – сказать легко, сделать оказалось почти невозможно.

– Дитё и то лучше справляется, – ехидно заметил на мой замызганный вид Баюн.

– Не привык одним ртом… Пардон. Пастью пить. Тьфу ты. Лакать, – раздраженно встал я на свою защиту. Твердую пищу ещё получалось более-менее прилично вкушать. А вот с жидкой – беда. Языком скорее расплескивал, чем заглатывал.

– Научишься, – отмахнулся Баюн. – Зато сейчас есть на чем учиться себя вылизывать. Начинай.

– Ещё чего! – взвился я. – Я лучше водой помоюсь.

– Ох, дуралей, – кот аж глаза закатил, показывая степень моей котячей несостоятельности. – Ну, раз помоешься. Ну, два. А после так чесаться начнешь, что белый свет не мил станет. Думаешь, мы такие тупые? Совсем не разумеем? В озере или речке искупаться куда как проще, чем языком всего себя нализывать, – снисходительно объяснил он.

Я, и в самом деле, дуралеем себя почувствовал. А ведь котофей прав. Смысл мучиться, когда можно просто даже в лужу после дождя окунуться? Да, лапой себя пошкрябать, думаю, куда проще, чем языком.

И я честно принялся за изучение котячей науки. Ну, по крайне мере, старался. Яйца, правда, свои категорически отказываюсь по-котячьи мыть. Как-нибудь уж потерплю несколько дней.

Мимо тем временем с визгом пронеслись две девчушки. Игорь таки оттаял. Теперь одну от другой ни за что не отличишь.

– Пора собираться, – со стороны гостиной гаркнул Михаил. – Все ко мне.

Ну, вот. Пора в путь дорогу. Баюн успел мне наставлений надавать, пока я тренировался в кошачьих ритуалах. Думаю, справлюсь. Не проколюсь. Остальные это время тоже зря не тратили, познавая науку жизни своего прообраза.

Игорю в этом плане проще, дальше некуда. Не зря так раскрепостился. Что ждут от ребенка? Шалостей, да пакостей. Так что ещё посмотрим, кто кого. Машка Игоря. Или Игорь Машку. Теперь я не был так уверен, на кого делать ставку.

Игорь, судя по его поведению, понял, в чем его козырная карта.

«Сильная, - оценил я её. – Чем можно побить?» – тут же задумался над альтернативой.

Только одно. Машка, на крайний случай, на правах мамки, может и по жопе нахлобучить.

Представив эту картину, не удержался от смешка. Я не я, если поездка не получится зашкварной.

Глава 9. Маркареш

Сказать, что мы живописная команда, значит, ничего не сказать. Но! Таможенники оказались к такому привычные.

Фрау Марту встретили весьма радушно. Было видно, что знакомы не один день. Она зашла к начальнику, можно сказать, с ноги. А дальше нас провели вне очереди.

Очередь, я вам скажу, впечатлила. Знать, что петербургский портал имеет значение мирового масштаба, – это одно. Увидеть лично – это другое.

Кого только здесь не было. И чопорные англичане. И нарядные индусы. Увидел, наверно, представителей всех наций, что имелись на нашей матушке Земле. И не только. В первый раз видел инопланетян… Извиняюсь. Иномирян. Эльфа, точно, видел. Ну, или похож на эльфа. С такими же острыми ушами. Да ещё много кого, которых даже в наших фэнтезийных книжках не додумались придумать.

Наш Михаил, в роли Труша, оказался не единственным гномом. И далеко не самым маленьким. Была группка, где каждый с размером котенка. Охрана у них зато имелась серьезная. Да и багаж впечатлял.

Размер очереди поражал не меньше. Впрочем, если подумать, то логично. Как ни как со всего мира купцы и путешественники собираются. Просто такое грандиозное и пестрое скопление нужно ещё увидеть.

Некогда совершенно пустынный островок, на котором открылся портал, теперь был застроен сверх меры. Внушительный порт с пирсами, уходящими далеко в море. Кораблей и лодок столько, что даже они в очереди к причалу стоят.

Местные связи фрау Марты я оценил по достоинству. Даже если бы мы честно отстояли очередь, не верю, что за сутки справились.

А так нас провели служебных ходом. Игорь, то бишь теперь Бренда, даже леденцом разжился. Так в портал и заходил. С леденцом наперевес в крепко зажатом кулачке.

Марево портала оказалось непростым опытом. Этакий густой, густой туман, в котором все звуки исчезали напрочь. Ощущения тела таяло по мере каждого шага, а вязкость тумана увеличивалась. Хорошо, что их немного. Шаг туда, ты в тумане, два шага дальше и ты уже на другой стороне.

Та сторона встретила нас гулом, который после тотальной тишины портала ощущался особенно остро.

– Пошевеливайтесь, – прикрикнула на нас фрау Марта.

Ну, да. Она права. Мы с непривычки все рты раззявили. Ну, я – пасть. Но тоже от своих не отставал. Слишком колоритным оказался антураж.

Огромный двор перед порталом под открытым небом огорожен высоченным забором из зеленоватого камня. По периметру двора загадочные металлические сооружения. Некоторые их них издают тихий гул, от чего понимаешь, что это не бутафория. Экзотические представители местной таможни в красно-синей униформе

Особенно поражало небо, даже близко ничего общего с нашим не имеющее. Гипнотизирующе переливалось всеми цветами радуги. Среди циклопических разноцветных облаков плавали самые настоящие острова. На некоторых высились величественные замки. Между островами сновали самые настоящие каравеллы с надутыми ветром парусами. И кстати, как завершающий штрих, самые настоящие летающие тарелки. Их в небе, как виноградин в грозди. Носятся так, что любопытно, как не сталкиваются.

– Вельма, возьми дочку на руки. Труш, Баюн, не отставать, – командовала помогаторша, наводя порядок в наших рядах.

И мы послушно затрусили за её широкой юбкой хвостиком. По тому, как её привечал местный персонал, фрау Марта и здесь примелькалась.

Персонал же был весьма колоритный. На первый взгляд, только пару-тройку являлись людьми. Остальные кем только не были.

Интересно, вот тот зеленый внушительный… огр или орк? Мда. Первым делом нужно озаботиться информацией по расам. А то так влипнуть в неприятности по незнанке – раз плюнуть.

Таможню с этой стороны прошли совсем легко.

Да. Фрау Марту тут знали. Но дело в этот раз не в ней. Так как мы шли без багажа, то и прошли в узенькую калитку, рассчитанную на путников налегке. Понятное дело, что таких в гигантской очереди с той стороны раз-два и обчелся.

Нас шустро посчитали, оформили и отпустили на все четыре стороны за какие-то считанные минуты. Удивительно расторопная бюрократия в Маркареше. С нашей стороны, да ещё и при условии блата, те же самые процедуры гораздо дольше длились.

Наша помогатарша оказалась права. К личинам никто не придрался. На неделю закреплено так, что при всём желании не снимутся, объясняла она.

Но это она объяснила намного позже. Вернее, она объясняла второй раз для самых дуболобых, когда увидела мои потуги снять личину. Первое же её объяснение ещё в самом начале нашей встречи мы всем хором благополучно пропустили мимо ушей.

Я же с ужасом осознал, что ходить мне эту неделю в шкуре кота безвылазно. А до этого был уверен, что смогу спокойно снимать и одевать когда надо. Ведь в целом она нам нужна лишь для таможни. В самом же Маркареше до нас никому дела нет. Но нет. Обломись. Все свои дела придется делать под личиной. А-а! Даже под душем не помыться!?

Неснимаемость личины, судя по эмоциональным возгласам моих подельников, они также прошляпили. И если Михаил ещё как-то вяло отреагировал, то в Игоря как бес вселился.

Так что первым своим капризом новоявленная Бренда нас быстро попотчевала.

– По попе дам! – не удержалась и вызверилась Машка.

На что я, будь человеком, ржал бы до упаду. А так, в котячьем исполнении, смех вышел куцым. Аж, обидно.

Я как в воду глядел, как будут развиваться события в тандеме Маша-Игорь. Разве что Машка долго ждать не стала.

На Игоря, надо сказать, угроза волшебного пенделя подействовала незамедлительно. Видимо, проникся разницей габаритов и реальностью угрозы.

Но это всё случилось гораздо позже, а сейчас нас ждала первая экскурсия по Маркарешу. Упс. Это был первый облом в экзотичном городе. Экскурсия вышла до обидного куцей.

Не просто так фрау Марта здесь завсегдатай. Стоило нам вырулить из скромной калитки таможни, примостившейся сбоку от главных врат, как нас тут же затолкали в местный тарантас.

– Как обычно? – спросил местный таксист фрау Марту. По виду больше на хоббита похож. С такими же заросшими босыми ногами. Забавный у него прикид. Коричневый сюртук с длинными полами и синие бриджи чуть ниже колен. На густой пшеничной шевелюре в мелкую колечку, чуть сдвинутая на бок, залихватски сидела синяя фуражка с огромной цветной кокардой. Ну и ну, украшеньице. Или тут так положено?

– Нет, Груги. Вези нас в Ужклиский квартал, Желтая улица. Гостевой дом «отдых у Буркаши», – ответила та, поприветствовав «хоббита».

– Никак на предложение Мурклая согласились? – с уважением спросил Груги.

– Решила ознакомиться, – туманно ответила фрау Марта, последней залезая в местный неказистый аналог такси. Кстати, не знаю на каком принципе, но тяга у тарантаса безлошадная.

Мда. Из закрытого экипажа не налюбуешься. Да и при условии, что два скромных окошка тут же были оккупированы Игорем и Машкой в образах Вельмы и Бренды. Не толкаться же с ними. Девочки, как ни как.

И я хихикнул про себя. Уже привыкал считать Игоря девочкой. А как по другому, когда у тебя перед носом всё время крутится миловидная малышка в пестром сарафане.

Единственное, что в тарантасе оказалось мне доступно – это шум города. Хлипкими стенами его не заглушишь. А он на улицах Маркареша был весьма и весьма колоритен и разнообразен. Примерно так, как звучали бы восточные базары в средние века. Плюс ещё много того, что не поддавалось расшифровке.

Высадили нас на внутреннем дворе добротного трехэтажного дома. Опять облом с первыми визуальными впечатлениями об иномирном городе.

Разве что башку задрать и в небо пялиться. Один плюс - интересного там хватало.

Вот и вся экскурсия. Печальненько.

Глава 10. Обломы продолжаются

Пока ехали, фрау Марта успела объяснить, что специально выбрала гостиницу, где её домочадцев не знают. Так что выдать себя мы не сможем.

– Знают только меня, – поясняла она. – Я давно обещала туда наведаться. Вот и выполню своё обещание.

С заселением проблем не возникло. Хозяин, круглый колобок с хохолком, радостно чирикал при виде фрау Марты. Говорила она с ним уже на другом языке. Так что мы оказались в пролете в плане понимания, о чем речь. Хорошо ещё, что ситуация однозначная. Речь могла идти только о заселении.

Только сейчас я понял. Удивительно, но Груги, наш таксист, говорил на русском. И говорил хорошо. Надо же. Какие таланты у «хоббита».

А фрау Марта сколько языков, интересно, знает? С уважением наблюдал я, как она шустро объясняется с «колобком».

Проблема, получается, обозначается нешуточная. И как, спрашивается, нам с жителями города коммуницировать?

Я не стал мяться и тут же поинтересовался у Михаила. Пардон. Труша. Всё же он командир нашей экспедиции.

– С этим нет проблем, – успокоил он меня. – Сейчас заселимся, а дальше в артефактную лавку. Там и купим болталки. Это, чтоб ты знал, артефакты, позволяющие понимать чужие языки, – пояснил он.

– Подожди, – сразу заметил я несоответствие. – Тогда фрау Марта отвечала бы по русски хозяину гостиницы.

– То другое, – отмахнулся Труш. – Болталки – это для редких гостей города. Все остальные предпочитают оплатить услуги мага. Куча языков в голове одним махом. Дорого, правда. На такие деньги дом в пригороде Петербурга купить можно. Так что мы обойдемся болталкой.

– Круто, – я аж позавидовал местным вариантам апгрейда. – Теперь понимаю, с чего таксист так хорошо на нашем балакал.

– Кто? – не понял Михаил.

– Извозчик, – сориентировался я, вспомнив старое название профессии, которая была такой же древней, как и та, которую обычно женщины оказывают.

– А, ну да, – кивнул гном, пыхтя поднимаясь по лестнице.

С нашим ростом справляться с обычными ступеньками было сложновато. Особенно Михаилу и Игорю. Я то что. Я имел полное право пользоваться всеми четырьмя конечностями. Мда. Привилегии кота.

Гостиница мне понравилась. Видно, только что отстроенная и облагороженная. Всё новое.

– Бургаши нам скидку обещался, – радостно сообщила нам фрау Марта, пока мы поднимались по роскошной винтовой лестнице. – Радуйтесь, я вам денюжку сэкономила.

– А за что скидка? – недоверчиво поинтересовался Труш-Михаил.

– За то, что я своим клиентам советовать буду, – не стала шифроваться наша помогаторша.

Ну, да. Маркетинг во всех мирах маркетинг. Куда без него.

Заселили нас на третий этаж, где в холл, центральную квадратную комнату, выходили двери всех остальных комнат на этаже. А их было штук десять. Но кроме нас на этаже никого не было. Так что было, где разгуляться. Выбирай, какую хочешь.

Вот только Михаил-редиска всё обломал.

– Баюн, со мной жить будешь, – испортил он мне настроение в тот момент, когда я попытался самолично открыть одну из дверей. Без рук и роста простое действие, увы, превращается в квест.

– Бренда, живешь с Вельмой, – продолжал командовать Труш.

– С чего?! – взвилась Вельма-Машка. – С Игорем в одной комнате?! Белены объелись?!

– Так он же теперь девочка, – растеряно заметил Михаил.

Я же с интересом наблюдал за образовавшейся вилкой. Кажется, сейчас будет горячо.

Фрау Марта к этому моменту, с ходу заняв самую первую комнату, спустилась вниз что-то там ещё обговаривать. Так что ситуацию разруливать было не кому.

– Хватит собачиться, – остановил Бренда-Игорь Машку как раз в тот момент, когда она с искренним негодованием в глазах готова была разродиться очередным спичем.

Серьезная малявка с совсем не детскими словами выглядела так потешно, что я зашелся в своеобразном котячьем смехе.

– Как личины одели, совсем одурели? – продолжала не по-детски разоряться малявка. – С мужиками я жить буду. Мужик я. Сниму личину и снова стану самим собой. Сашка, снимай. До одури надоело девчонкой быть, – этот приказ полетел в мою сторону и настоящим мужским голосом Игоря. Видать, подделывать голос под детский тоже надоело.

– Без проблем, – ухмыльнулся я. Увы, мы пока ещё были не в курсе своего попадалова на счёт личин. – Только, может, в комнату зайдем, чтобы не светиться? – иронично поинтересовался у злющей девчонки.

– Ты прав, – охнула малявка и так мило покраснела.

– Идите, идите, – с облегчением отправила нас Машка. – Бренди, – переиначила в спиртоизделие имя девочки эта чертовка, – платье сними, а то порвешь. Где новое возьмем? – вроде и по делу, но с издевкой. Мда. Язва из Машки – такая и в моем мире даст жару. Даже зауважал. – А меня личина Вельмы всем устраивает, – продолжила она. – Так что в помощи Сашки не нуждаюсь, – презрительно пшикнула под конец в нашу сторону и исчезла в следующей после номера фрау Марты двери.

Вот тут наши мучения и начались. Как я не пыжился, как не силился, ну, не снимается личина с Игоря. Хоть ты тресни. Уже и Михаил подключился.

– Может твоя кошачья форма мешает? – предположил он. – Лапы не так заточены?

– Но утром я же смог в личине другого кота снимать личины, – почти истерично возразил гному.

Как так?! Ведь в легкую получались светящиеся руны в воздухе! А сейчас как снова домой вернулся. Никаких тебе волшебных спецэффектов.

– Может это воздух Маркареша так на меня влияет? – предположил я, сам того не замечая, как хвост, что мне прилагался, бьёт из стороны в стороны похлеще боксера.

– Вряд ли… – растеряно протянул Михаил и как-то потешно задвигал носом, как к чему-то принюхиваясь. – Магии в воздухе много. Чую. Поболе чем у нас будет. Так что магичить должен справно. Что не так? – требовательным гномьим взглядом уставился он на меня.

– А ты сперва с себя попробуй сними, – предложил Игорь. – Может, всё дело в этом?

– Точно! – озарила меня догадка. – В прошлый раз я ведь с себя сперва начал.

Но, увы. Воз и ныне там. Как я не тужился, как не пыжился. А как котом был, так и оставался.

Угрюмо наблюдая все мои бесплодные попытки, Михаил спросил:

– Магический карман также не открывается?

– Ща посмотрим, – буркнул я, чертыхнувшись про себя, почему сам про это не вспомнил.

Удивительно, но карман открылся с первого раза.

– Уже легче, – констатировал облегченно Михаил, когда я достал оттуда злополучный артефакт. – Тогда не понятно, почему с личинами не срабатывает. Давай, вместе все жесты повторим. Может, где ошибаться начал, – заставил он меня снова всё начать сначала.

Мы успели всё разложить, наверно, на микрометры, когда фрау Марта вновь почтила нас своим присутствием.

– Мальчики, вы где? – услышали мы голос нашей помогаторши из холла.

– Мы здесь, – первой подскочила к двери малявка и высунула свой носик. Голос девочки шустро вернул обратно. – Сашка личину пытается снять и ничего не получается, – наябедничала она. Личина девочки настолько отличается от самого Игоря, что быстро забываешь, кто под ней. Особенно, когда он долго не отсвечивает. Как сейчас, когда мы с Михаилом на пару пыжились.

– А ничего не получится, – огорошил нас спокойный голос фрау Марты.

– Как так? – взвился я от негодования. В котячьем обличие получилось в буквальном виде.

– Так я вас ещё поутру предупреждала, что артефакт личину на седьмицу закрепляет. От того она и смотрится как родная, – пожала своими дородными плечами помогаторша, появляясь в дверях нашей комнаты.

– Твою же кусалки-моталки, – вызверился Труш голосом Михаила. – Куда не ткни, везде засада, – смачно сплюнул он.

– Но-но, не сорить тут, – погрозила пальцем фрау Марта. – А то самим убираться придется.

– Не-ет! – белугой взвыла малявка. А глаза при этом как плошки и слез в них тьма. Оттого синие глазища сверкают, что гладь озера на солнце. Ну, девочка девочкой.

Для начала удивился. Неужто предполагаемая уборка напугала? Ну, да. Детвора её не любит. Сам в своё время проходил.

Но нет. Оказалось, что Игоря впечатлило ходить в девочках неделю безвылазно. Да так, что детское поведение из личины вылезло по полной прогамме.

Вот тут истерика и приключилась у нашей Бренды-Игоря. Все хором честно пытались, но остановить не смогли. Разве что по полу не каталась пигалица от отчаяния.

– А ну, прекратить! – рявкнула Вельма-Машка, не выдержав уговаривать своего братца. Вот и пришел тот момент, когда они местами поменялись. – Щас по попе как дам! Сразу вспомнишь, девочка ты или мужчина.

– Я-я… де-евочка…. – навзрыд плача протянул Игорь, перетекая на полу из лежачего положения в сидячее. – Де-е-ево-о-очка… – так безутешно выглядело его моська, что…

Каюсь. Жалости как не было, так и не появилось. А вот ржать, аки конь. Так это, пожалуйста. У меня самого глаза были на мокром месте. Вот только от смеха. Смех в котячьем обличие так плохо получался, что невольно слезы наворачивались.

– Хватит надо мной смеяться, – углядел, наконец, Игорь моё непочтительство к его проблемам. – Сам эти дни ходить хвостатым, да блохастым будешь.

– Ну, я же не плачу… – заикаясь, сквозь смех с трудом произнес я.

– Я имею право. Теперь я девочка, – с апломбом заметил мне на это об… хм… здоровенный лоб в реале. Но так и быть. Девочек я не обижаю. Тем более, что Игорь, несмотря на нешуточную истерику, ни разу не выпал из образа. И голос девочки пародировал на регулярной основе.

Одно хорошо. То ли моё непочтительное поведение, а может Машкины угрозы, но истерика, к нашему облегчению, прекратилась.

Теперь, когда вопрос снятия личины ушел с повестки дня, требовалось заняться другими вопросами. О чем Михаил тут же заявил.

Но я не был согласен.

– Подождите, – не хотел я сдаваться вот так просто. – Так можно поверх ещё одну личину наложить? – осенило меня гениальной, на мой взгляд, идеей.

– Не получится, – отрезала фрау Марта. – После артефакт поверх ни одна личина не ляжет.

– Но попробовать можно? – я категорически не хотел сдавать позиции.

– Попробуй, – снисходительно разрешили мне. – А остальных приглашают потрапезничать, если голодны.

– Голодны! – подлетела с пола Бренда. – Ещё как голодны!

– Я тоже не откажусь, – согласилась Машка.

– Помните, вы моя дочка и внучка, – напомнила им фрау Марта. – Прошу вас вести себя подобающе. Особенно это тебя касается, Бренда.

– Понял я, – мрачно буркнула девчушка, направляясь на выход. – Девочка я, девочка. Девочка… Девочка я… – ещё долго слышалось из холла, постепенно затихая по мере удаления.

– Я ещё попробую, – выразил я свою позицию.

– Мы позже подойдем, – принял мою сторону Михаил.

– Как скажите, – покладисто согласилась с нами фрау Марта. Будете готовы, подходите. Столовая на первом этаже.

Дамы удалились, а Михаил уставился на меня.

– Продолжим?

– Да, – коротко согласился я. – С тебя начнем?

Михаил утвердительно кивнул.

– Какую личину наложим?

– Мою родную внешность, – попросил он.

Увы. Но фрау Марта оказалась права. Как я не старался. Как я не пыжился. Но не на Михаила, не на себя так и не смог ничего наложить поверх той, что так качественно наложилась.

– Рачки-раскорячки, – выругался в который раз Михаил. – Придется гномом дела делать. Никуда не денешься.

– Ты хоть человекообразный. Руки имеешь с пальцами, – тоскливо вздохнул я и пожаловался: – А вот у меня одни проблемы с этими лапами.

– Ну, да. Медом не намазано, – согласился с моим бедственным положением гном.

– Пойдем, червячка заморим? – грустно вздохнул я на это. – Пока магичил, страсть как жрать захотелось.

– Давай. Сам не против, – согласился гном и первым направился к двери. Он хоть и маленький, но ручки позволяли справиться с защелкой двери намного проще, чем я пытался бы лапами.

Глава 11. Круговорот проблем и их решений в природе

– Всё ясно, – спокойно констатировала фрау Марта наше фиаско, когда мы появились в широкой арке столовой. – Прошу к столу.

– Ваше котейшество, вам на стол али под стол? – подколола меня язва Машка.

– На стол! – возмутился я такому хамству. – Кушать на полу сама будешь!

– Я ж не кошка, – елейно улыбнулась чертовка.

– Вот когда смогу личину менять, первым делом тебя кошкой оберну, – пригрозил хамке. Пользуется тем, что она единственная из нас в завидном положении. Вельма, как ни крути, видная девица. Фигуристая. Взгляд так и залипает на её женских прелестях.

– Но, но! Буянчик, я пошутила! – выкрутилась стервочка, при этом нагло исковеркав имя кота-реципиента. – Прошу вас, Ваше котейшество, присаживайтесь к столу. Она даже подскочила, чтобы мне стул выдвинуть.

– Другое дело, – покровительственно хмыкнул я, прощая ей исковерканное имя (не моё же) и запрыгивая на стул. – Мне бы ещё подушечку. А то низко, – потоптавшись, оценил я высоту стола. Как коту, она мне не зашла. Придется встать на задние лапы, чтобы до тарелки дотянуться.

Короче, Машка, то бишь Вельма, заботливо вокруг меня порхала под злорадное подхихикивание своей фальшивой дочки. Игорь сразу просек, с чего Машка суетится. Сорится с магом личины себе дороже.

От жидкого я отказался. А вот ножку куриную заточил с огромным удовольствием.

– Фрау Марта, начал Труш.

Буду теперь Михаила звать Трушем, сделал себе пометочку, пока он в личине гнома. Да и других также по их личине. А то вдруг забуду и не тем именем обзову. Только курьезов не хватало, для полного счастья.

Труш тем временем продолжал:

– Наперво нам необходимо болталкой обзавестись, чтобы местных понимать, – обозначил Труш нашу первую проблему.

– Не беспокойся, – я уже послала за артефактами, – успокоила его наша помогаторша. – Лучше скажи, чем ещё помочь могу. Я же тоже не всё время рядом находиться буду. Пока я в Маркареше, у меня пару дел образовалось, требуют моего внимания.

– Огромная вам благодарность, фрау Марта, за ваши хлопоты. Но вы правы. Нам нужен надежный оценщик редких артефактов. Думаю, такой должен знать, где мы можем свой зарядить.

– Думаю, знаю такого, – немного подумав, согласилась фрау Марта.

– Фрау Марта, – подал голос и я. – Может, подскажете, где можно ещё информацию в Маркареше получать. Вдруг вас рядом не будет, а у нас проблема возникнет, – внес я свои пять копеек.

– Так это совсем просто, – беспечно махнула рукой наша помогаторша. – Я уже заказала Трушу балби.

– А это что? – растерялся я. Названьице как-то не внушает доверия уже само по себе.

– Ну, как сказать? – задумалась фрау Марта. – Это артефакт специальный такой. Он поможет информацию добыть, если нужда случится. Но проще показать, чем рассказать, – вздохнула она. – Балби знающий принесет, он и объяснит.

А я восхитился нашей помогаторшой. Вот видно, что через её руки немалое количество народа прошло. Заранее знает, что потребуется в первую очередь. Также знает, как себе головную боль уменьшить, скинув лишние вопросы на других. Да и думаю, пару дел не спроста нарисовались. Своё дело она на половину сделала, вторая половина заключается в том, чтобы нас снова в Петербург провести. А что будет между этими двумя временными точками, мы не обговаривали. Так что тетка по всем пунктам права.

– Может, стоит вам вызвать временного секретаря? Есть такая должность в Маркареше, когда гостям помощь требуется. Он поможет вам куда как значительнее меня, – предложила фрау Марта нашему вожаку.

– Было бы неплохо, – согласился он. – Чем быстрее мы управимся, тем быстрее возвертаемся.

– Отлично, – как-то подозрительно просияла фрау Марту и полезла в свой пузатый ридикюль темно-синего цвета. Выудила из его недр громоздкую пудреницу, розового цвета, с узором из блестящих камушек по всей поверхности. Щелкнула маленьким замочком и откинула крышку.

Все за столом дружно замерли, уставившись на манипуляции помогаторши. Даже жевать забыли.

Мне же два плюс два сложить не сложно. Видать, это и есть местный аналог смартфона. Только исполнение чисто женское. Мда. Что-то во всех мир есть одинаковое. И женская суть также не исключение.

И да. Поколдовав над розовым балби, фрау Марта заговорила на тарабарском языке, ей из него ответили тем же.

– Я договорилась, – хлопнула она крышкой. – Секретарь прибудет к вечеру.

И обед дальше потек в спокойной благожелательной обстановке. На удивление, но никто больше не буянил.

Вот только затишье оказалось временное.

Буря разразилась, как только мы поднялись в свои нумера.

– Я не буду жить с Игорем! – вопила Машка.

Такой была её реакция, когда малявка двинулась вслед за нами, мной и гномом, в нашу комнату. Фрау Марта такой расклад не оценила от слова совсем.

– Вельма, веди дочку к себе. Жить будете вместе.

Вот тут «Вельма» и взорвалась.

– Ну, совсем как маленькие, – закатила глаза фрау Марта. – Вельма, переодеваться ходить будешь ко мне. Спать вы будете на разных кроватях. Брат он тебе или не брат. Если что, отвернется к стеночке.

– Отвернешься, – строго спросила «Бренду».

– Фи, – скривилась малявка. – Я б ещё за сестрицей не подсматривал. За кого вы меня держите? – оскорбилась «Бренда».

– Вот видишь? – обратилась фрау Марта к Машке, которая к этому моменту как свекольным соком покрасилась. – А дочке твоя помощь нужна. Маленькая ведь. Одевать придется. Это только кажется, что сможет. Запутается. С непривычки. Да и ловкости в маленьких ручках немного.

Короче, застыдили Машку по самые немогу.

– Да и местные коситься будут. Мама ты или кто? – грозно так глянула фрау Марта на провинившуюся. – Поверь мне, девонька. Оглянуться не успеешь, как свои появятся. Вот и учись, пока возможность имеется.

– Ладно. Уговорили, – сдалась пристыженная. – Пойдем Бренда, обживаться будем.

Но обживаться долго нам не дали.

Правда, в этот раз повод был куда приятнее. Принесли местный аналог переводчика.

Гном, что их принес, споро настроил артефакты, привязав каждому личную болталку. Теперь у меня на мохнатой шее болтался кулон с красивым красным камнем, впаянным в серебряную оправу.

И о чудо. Я стал понимать о чем переговариваются гном-артефактор и фрау Марта. Надо сказать, наша помогаторша не сидела без дела. Она с азартом торговалась за каждую копеечку. В Маркареше, правда, аналог копеечки назывался мунькой.

И пусть муньки были не из её личного кармана, она честно отрабатывала свой хлеб. Хотя, возможно, это была страсть сродни искусству. Бывают такие персонажи.

Труш, ну, балбесище, стоило ему обзавестись своим кулоном, тут же оборвал торг на самом интересном месте. Вот теперь я так и не узнаю, где у какого-то там урша находятся фуски. И зачем их при этом дергать?

Михаил не торгуясь заплатил гному столько, сколько он просил. На что фрау Марта только раздражено закатила глаза.

Когда принесли балби, она, видать, от обиды даже рта не раскрыла.

А я обломался. Балби был один единственный на всю гоп-компанию. И привязывать его собирались на Труша, как на командира.

– И меня привяжите, – не выдержала моя душа. Как так-то? Местный аналог интернета и мимо меня? Непорядок! Да, я же изведусь весь на то самое… вонючее…

– Зачем тебе? – буркнул Труш.

– Я знаком с подобным. Лучше шарю…

– Я и сам шарить мастак, – огрызнулся этот не Труш, а Трушка, зыркнув при этом злючим гномьим взглядом.

На что я только обижено фыркнул. Вот что значит разница в понимании одного и того же слова. И решил зайти с другой стороны.

– Одна голова хорошо, а две лучше. Вдруг с тобой что случится? А помощь балби нужна будет в край?

– Лады… – буркнул тот, немного подумав и признав мою правоту.

Так я получил долгожданный выход в местную сеть. Даже замурлыкал от удовольствия.

Парнишка, что принес балби, был совсем как человек. Ладно скроенный, да на лицо приятный. Если бы не его рост в метр с кепку и цвет кожи ядрено-зеленый.

– Из расы верков, – величаво доложил он.

– Из лесовиков, – дополнила его фрау Марта. – Верки одна из ветвей лесовиков.

– Мы уже давно считаемся самостоятельным видом, – оскорбился на это зеленый человечек, который в самом начале представился как Пимпо.

Но дело своё он знал хорошо. Его объяснения, не в пример Михаила, я схватывал на лету. Проще, чем в нашем смартфоне.

Открываешь мыльницу, то бишь балби, активируешь своим пальцем, прижав его к зеркальцу, что было на крышке с внутренней стороны. Знакомо же? Такое и у нас входу. Дальше активируется меню и нужно выбрать одну из иконок, вспыхнувших в зеркале. Всё просто, как пять копеек. Но это для меня. Трушке пришлось несколько раз показывать.

Но я, как оказалось, слишком рано нос задрал. Затык случился там, где и не ожидал. Я еле-еле смог упросить попробовать самому. Только смысл? Лапа моя, как замена пальцу, никак не хотела проходить. Да и иконки на мой коготь не реагировали.

– Свинство! – взвыл я от досады.

– Если бы заранее сообщили, я бы взял модель с доступом для кошачьих, – расстроено заявил зеленый человечек. Видать, модель для кошачьих была куда как дороже. Иначе с чего ему расстраиваться? Не с моих же неудач.

– А есть ещё какой-нибудь вариант? – удрученно спросил я напоследок, цепляясь за остатки почти исчезнувшей надежды.

Зеленый человечек впал в прострацию, чтобы через пару секунд радостно ожить.

– Точно! Как я забыл? У меня же термисса есть.

Мы с Трушкой вопросительно переглянулись.

– Это артефакт такой, – торопливо начал объяснять Пимпо. – Дополнение к балби. Но артефакт придется проглотить. Зато после связь с балби постоянная. Даже в руки брать не надо. Работает даже тогда, когда от балби на сто шагов отходишь.

– Круто! – по достоинству оценил я гаджет. – Согласен!

– Подождите, я обязан заранее сообщить о побочных эффектах, – сдулся Пимпо. – Термиссу глотают. Это такая на вид небольшая перламутровая жемчужинка. Вот только не все переносят легко. Возможны сбои, неприятные ощущения, самостоятельные срабатывания балби, – совсем сдулся Пимпо под конец. – Потому у меня и застрял это артефакт. Никто брать не хочет, когда узнают последствия.

– Меня не напугаешь, – отмахнулся я.

Серьезно? Да мне проще тошнотики потерпеть. А глюки? Ха! Нашел, чем пугать. Да у меня, если честно, уже ломка началась из-за отсутствия смартфона. Пока как-то сглаживалось новыми впечатлениями. Но подспудно сосущее чувство уже проявилось.

– Лучше подумай, – попытался меня остановить Михаил.

– Да, всё норм, – снова отмахнулся я. – Давай свою термиссу, пока меня не отговорили, – постарался я придать Пимпо ускорения.

И да. Таки придал. Нет для торговца хуже, чем упущенная выгода.

Жемчужинка зашла на ура.

– Что дальше? – выжидательно уставился на Пимпо.

– Сейчас всё сделаю. Подождать нужно немного.

Он достал из своей сумки, из рыжей пупырчатой кожи, ещё один артефакт. Забрал у Труша балби и принялся над ними колдовать.

Результат его манипуляций оказался для меня неожиданным.

«Пльлм-м-м…» – прозвенело внутри головы. Я даже подпрыгнул испуганно.

– Звук пошел? – спросил Пимпо.

– Вроде да, – кивнул ему несколько ошарашено. Лично к таким спецэффектам меня жизнь не готовила.

– Сперва будет несколько некомфортно. Потерпите, – попросил Пимпо.

– Давай, – махнул ему лапой. Я уже и так понял, что будет не просто. Зато как интересно. Новый для меня опыт даже по меркам моего родного мира.

В этот момент с лестницы в холл поднялся новый посетитель. Как оказалось, обещанный секретарь.

Так что Михаил отправился осваивать новые задачи, а я принялся настраиваться на балби. Сказать, что было легко, значит, ничего не сказать.

Мозг как взорвался. В меня целиком телевизор засунули, в котором картинки и сообщения сменялись в режиме веселого калейдоскопа.

Только мы тоже не лыком шиты. Пимпо предупредил, какой значок нужно отыскать в хаосе и взглядом зацепиться за него. Получилось. Спиралька внутри шестиугольника стала увеличиваться на глазах, пока не оттеснила весь визуальный хаос за пределы моего зрения. Да так далеко, что даже периферией не ловил.

– Добро пожаловать в Маркареш-бей, – приветствовал меня приятный женский голосок.

Из ниоткуда выскочила миленькая девушка в синем длинном платье. По цвету кожи сразу определил расовую принадлежность. Не сложно, когда виртуальный человечек такой же зеленый, как и настройщик.

– Зовите меня Ная, – попросила виртуальная девушка.

– Да без проблем, – отреагировал я вслух. – Пимпо, я с Наей познакомился, – дал понять настройщику, что процесс пошел. – Ты создал Наю?

– Да, – не стал он скрывать своего творчества. – Ная поможет вам в магическом пространстве нашего славного города. Называется Маркареш-бей.

– Да. Мне уже сообщили. А почему магическое?

– Ну, как? – растерялся Пимпо. – Это специальное место, где можно найти всё, что тут закладывают хозяева всех балби Маркареша.

– Я понял. У нас называют виртуальной сетью.

– Странное название, – несколько запнувшись, заметил Пимпо.

– Лучше, чем магическое, – не согласился я. – Магическим много чего может быть. А вот виртуальной может быть только то пространство, куда в живом виде хода нет.

– Возможно, – не стал со мной спорить Пимпо. – У вас точно никаких неприятных ощущениё нет? – озаботился он.

– Вроде нет, – попытался я прислушаться к себе. Но мое котячье тело плевало на все те виртуальные виражи, что проносились в мозгу.

– Очень хорошо, – просиял Пимпо. – Тогда с вас…

– Это к Трушу, – оборвал я его и мотнул головой в сторону нашего гнома, который в этот момент что-то оживленно обсуждал с новым персонажем нашей пьесы.

– Тогда, удачи вам. Ная прекрасная магическая помощница.

– Виртуальная помощница, – поправил я. Но это было больше из-за духа противоречия.

– Пусть так, – не стал со мной спорить Пимпо и сорвался в сторону Труша.

А я? А я погрузился в долгожданную для себя среду. Нужно было, наконец-то, понять, где я очутился.

Глава 12. Добровольно-принудительно

Честно? Я выпал из реальности. Ная оказалась отличным гидом. А виртуальная сеть Маркареша многократно обгоняла возможности интернета моего мира. Я мог виртуально оказаться в любом месте, которое засняли на балби и выложили в архив местного аналога интернета.

– Баюн, мы отправляемся к артефактору, – предупредил меня Труш.

– Без меня, – вяло отмахнулся я лапой. Перед моим взорам как раз разворачивалась интересная картинка.

– Я балби забираю…

– Не-ет! – истеричной пулей выскочил я из прострации. – Зачем тебе балби у артефатора? Вы же у него собираетесь информацию получать. Балби тут при чем?

Увы. Аргумент не прошел.

– Мало ли, – не согласился со мной этот вредный Трушка. – Лучше взять.

– Тогда я с вами, – пришлось согласиться на поездку.

Ладно. Заодно потренируюсь виртуалку и реальность совмещать. А то выпадаешь из реальности просто напрочь.

Как оказалось, мы с Трушкой были последними. Остальные успели спуститься вниз. Теперь, когда балби прочно прописался в сумке у Трушки, мне приходилось работать его верным хвостиком.

Ассоциация так себе. Но поделать ничего не могу.

В этот раз мы вышли из гостиницы через главный вход. Пара ступенек и ты на мостовой не слишком широкой улочки, уложенной брусчаткой.

Светлые (розовые, голубые, палевые, бирюзовые и далее) фасады домов я оценил. Ни одного прямого угла и ровной поверхности. Всё плавно и очень даже красиво закруглялось. Получались пузатенькие дома, где каждый этаж – сфера. И так сфера на сфере. Наша гостиница оказалась ещё не самой высокой среди своих соседей.

Совершенно неземную архитектуру я оценил с восторгом. Только как такое строить? Пусть я и не строитель, но понимал, что построить сферическое помещение непросто. Далеко не просто. Три дэ принтер? Может, выращивают? Ай. Ладно. Узнаю потом у Наи. Сперва стоит в более насущных вопросах разобраться.

Перед гостиницей нас уже ждало два экипажа весьма затейливой конструкции. И оба на безлошадном принципе. Впрочем, я уже успел ознакомиться с данным вопросом в местном интернете. Магический кристалл питал разнообразную линейку экипажей. Потому и носа, как у наших машин, не наблюдалось.

Но хватало и таких тарантасов, которые могли тянуть лошади и не только. Список тягловой силы был разнообразен.

Но больше меня впечатлило не это. Оказывается и воздушный транспорт имеется. Как на магической тяге, так и крылатой. Даже можно было верхом прокатиться. И даже выбор имеется. Как оказалось, пегасы не вымысел. А очень даже распространенный вариант. Но также хватало всякого рода птиц, ящеров и даже насекомых.

Я уже сам в воочию видел проносившуюся над головой гигантскую стрекозу с всадником на своей спине. Эх, и чего я кот? Тоже бы не отказался прокатиться.

Второй экипаж, как оказалось, не для нас.

– Меня до позднего вечера не ждите, – сообщила нам фрау Марта, прежде чем пропасть в салоне. – Может, совсем не приду. Но если не приду, пришлю сообщение на балби, чтобы вы не волновались.

– Не стоит себя утруждать, – отмахнулся Трушка. – Вы самостоятельная женщина. И знаете Маркареш не хуже местных. Вы, точно, не пропадете.

– Вы права, – не стала оскорбляться фрау Марта таким равнодушием к собственной персоне. – Но прошу вас, проследите за Вельмой с Брендой. Поверьте, за красивыми девушками и девочками необходим особый пригляд. Да и в лавку готового платья вам стоит заглянуть побыстрее. Секретарь подскажет, что вам брать, чтобы среди местных не выделяться.

– Я понял. Спасибо за предупреждение, – поблагодарил Труш голосом Михаила.

Фрау Марта унеслась в своем экипаже, напоминавшем черную маслину.

А мы стали загружаться в свой. Ещё была одна особенность данных транспортных средств. Шофер сидел, как и кучер, снаружи салона. Но в этот раз экипажи явно были подороже, чем тот, на котором нас в гостиницу привез Груги. Место водителя было огорожено прозрачной кабинкой.

В этой чудо машинке на этот раз хватало окон. Так что досталось не только девочкам, но и мне.

Виртуальная Ная примостилась рядом и охотно отвечала на мои вопросы, которые, понятное дело, сыпались как из рога изобилия.

В гостинице я успел совершить виртуальный вояж на скорую руку. Но это капля в море. Пролет над Маркарешем в симуляции показал размах города. Он был просто грандиозен.

Во-первых: город находился в ничто. То есть он не стоял на твердой поверхности. Он как бы завис в пространстве.

Во-вторых: растекся по нему во все стороны, а не только в одной плоскости. А так как пространство было просто безразмерным, то и ужимать свои хотелки по осваиваемым площадям особого смысла не имелось. Разве что размер затрачиваемых средств имел значение.

В результате, в городе создавалась иллюзия мира с его естественной средой.

Даже то, что мы дышим воздухом, не было родным для этого пространства. Просто мы находились в том секторе Маркареша, в котором жили кислорододышащие существа.

И у меня снова возникла стойкая ассоциация с Городом Тысячи Планет. Здесь, как и в творении Люка Бессона, хватало секторов, где дышали чем угодно, но только не кислородом. Где жители отличались от нас просто кардинально.

Во мне начинала расти уверенность, что кое-кто на моей Земле таки имеет сюда выход.

«Вот бы найти…» – возникла закономерная мысль в голове, как вывод моих рассуждений.

В экипаже каждый был занят своим.

Вельма и Бренда прилипли к своим окнам, как и я к своему.

Труш что-то оживленно обсуждал с секретарем в центре экипажа. Единственный, кого не интересовал фантастический город.

Секретарь на вид человек человеком. Разве что уши выдают. Ладненькие такие белые пушистые ушки лайки и торчат из пшеничной копны волос не там, где принято у людей.

– Оборотник, – подсказала на мой вопрос Ная. – Из псовых. Но не из чистых. Чистые имеют силу оборачиваться полностью в человека.

– Предлагаю сперва заехать в лавку готовой одежды. Она как раз по пути, – предложил секретарь, а я, не смотря на свою занятость новыми впечатлениями и информацией, умудрился выхватить этот кусок разговора.

– Некогда… – начал было Труш.

– Согласна! – тут же радостно вскинулась Вельма. – Я уже устала от этого убогого платья.

– Привыкай, – хмыкнул наш гном. – Здесь придется одеваться поскромнее.

– Вот ещё! – возмутилась эта заноза в наших многострадальных задницах. Чую крови Машка нам попьет ещё немало. – Я тебе возмещу расходы, как вернемся. Одеваться буду так, как желаю! – с апломбом заявила она.

На это только и оставалось, что сделать фейспалм. В чем я и потренировался. Ведь в этот раз у меня лапа и морда, а не привычные рука и лицо.

«Получилось?» – спросил я Наю. Я уже натренировался болтать с ней мысленно, чтобы меня никто кроме неё не слышал.

– Что именно? – поинтересовалась помощница.

Пришлось объяснять.

– Вполне, – согласилась она, когда поняла суть жеста.

И показала мне картинку. Была у неё одна такая интересная функция, автоматически записывалось видео на всё, на что она смотрела. Теперь ясно, откуда столько качественного контента в местной сети.

А показанная ею картинка меня посмешила. Кот в исполнении ироничного жеста смотрелся очень даже забавно.

Мы тем временем остановились. А я, так как потерял нить разговора в салоне, отвлекшись на Наю, выяснил, ради чего остановка.

Машка дожала. Сперва прибарахлимся.

Увы. Но совместимость виртуалки и реала в моем исполнении всё ещё оставляло желать лучшего.

– Я в салоне посижу, – предложил я. – Мне не нужно одеваться.

Что я забыл в этом волшебном для женщин месте? Нет уж, пусть Игорь с Михаилом сами отдуваются.

– Нет, уж. Если все вместе, то все вместе, – не согласился со мной этот противный Трушка и самым наглым образом пихнул меня ногой. И не просто так, надо сказать. Так как я находился у окна и приходилось тянуться вверх, то положение моего кошачьего тела в пространстве было шатким. И как назло в этом момент дверь снаружи кто-то открыл.

Так что я с ошарашенным мяв выпнулся прямо на мостовую.

– Хам! – обижено взвизгнул я, растекаясь по мостовой. Параллельно с удивлением отметил, что совсем не больно. Ох, уж это котячье тело с его читами.

– Ой, говорящий котик, – восхищенно кто-то рядом охнул.

Я обернулся. Недалеко стояли аборигены. И впереди дамочка в пышном платье. Её принадлежность к эльфам выдавали ушки. Я уже успел ознакомиться с помощью Наи, какие именно принадлежат эльфам. Не все остроухие на самом деле являлись эльфами.

– Хочу такого, – капризно заявила она своим спутникам, что стояли позади неё. Два таких высоких лба в униформе. Я не я, если это не телохранители.

– Кто твой хозяин? – обратилась она уже ко мне. – Хочу тебя выкупить. У меня, обещаю, будешь, как сыр в масле кататься.

– Я сам себе хозяин, – оскорбился в ответ я, отскребая себя от мостовой. – И я не сыр, чтобы в масле кататься, – отбрил остроухую нахалку. Ещё одна Машка на нашу голову.

– Лиара, он не продается, – хмуро вслед за мной ответил наш гном. – Он такая же свободная личность, как и все в этом городе.

– Вот как, – сквозь губу прошипела эльфа и посмотрела на меня таким взглядом, что меня пробрало.

«Такая не отступится», – понял я.

– Ой, вы правы. Прошу простить меня, – моментально она поменяла тон и взгляд. Как будто ничего и не было. – Я не знала. В первый раз вижу говорящего кота. Конечно, вы правы. Права свободной личности не оспоримы.

Но её елею я уже не верил. Понял, придется держать ухо востро. Иначе мявкнуть не успею, как окажусь в клетке.

– Что вы, лиара. Обознаться может каждый… – принялся перед ней расшаркиваться Трушка.

А Ная пояснила на мой мысленный запрос. Обращение лиара, имеет место быть, к знатным эльфийкам. А на знатность именно этой остроухой указывали её телохранители. Вернее, цвет их униформы с золотистой отделкой из дубовых листьев.

Мы зашли в лавку, компашка проплыла мимо. Но чуйка моя вопила пронзительной сиреной.

Глава 13. Чтобы скучно не жилось

«Ная, они могли прицепить ко мне что-то типа магического маячка?... Или следилки. Ты поняла, о чем я?»

– Да, я поняла. Но на вас нет никаких маячков.

«Ты можешь магически видеть? – удивился я.

– Конечно, я же магическая, – не поняла моя виртуальная помощница моего удивления.

«А снять сможешь, если прицепят?» – деловито поинтересовался я. Мало ли. Всяко может случиться.

– Увы. Я могу только указать. – виновато развела ручки Ная.

– Жаль, – вслух вздохнул я и зашел в лавку самым последним.

Швейцар, тот что был повинен в моём падении на мостовую вместе с противным Трушкой, в этот раз открытой держал дверь, пока я полностью не зашел вместе с со своим длинным пушистым хвостом. Специально косил глаз и проверял. Покушаться тот и не думал. Каюсь, хотелось цапнуть его когтем за штанину. Но не стал. Сдержался.

В лавке же развернулась самая настоящая баталия. Машка не разочаровала.

– Не хочу платьев! – вопила она дурниной, от чего у продавщицы глаза на лоб полезли. – Хочу костюм как у охотницы! Эльфийкам можно, мне нельзя?! – приводила она аргумент.

Все попытки Труша её образумить оказались тщетными.

– Да пусть берет, – не выдержал я.

– Ничего ты не понимаешь, – раздраженно отмахнулся от меня Трушка.

– Это ты не понял. Машка не отступится. Но мы можем согласиться, если к её прикиду взять ещё и плащ, да попросторнее.

– Ты прав, – вдруг как-то легко согласился со мной наш гном. – Вельма, ты согласна? – снова он воззрился на буйную. Что, надо сказать, с нашего с ним роста делать было весьма не комфортно.

– Вполне, – снисходительно согласилась Вельма голосом язвы Машки и с головой ушла в выбор наряда.

С Игорем, в виде Бренды, тоже оказалось не просто.

– Я тоже хочу как мама, – капризно заявила нам девочка, внимательно выслушав нашу перепалку. – Хочу штаны, как у мальчика.

– На что мне такое? – простонал Михаил, хлопнув пятерней по своему гномьему лицу.

– Бренда права. Ей лучше быть мальчиком, – я же встал на сторону Игоря. – Мало ли что. Вдруг придется убегать. Штаны предпочтительнее. Просто и для неё возьмем плащ.

– Уговорили, – вздохнул наш гном. – Подберите, попросил он продавщицу, которая нас внимательно слушала.

Дальше черед пришел за самим Трушем. И в помощь ему был секретарь. Краем уха я услышал, что лучше сменить цвета гильдии, если не хочет с ними проблем…

Но дальше мне было не интересно, я снова погрузился в Маркареш-бей.

Вы думаете проблемы шмотья обошли меня стороной? Как бы ни так.

Меня нагло выдернули из моей нирваны и в приказном порядке потребовали загрузить все покупки в мой магический карман. Машка не растерялась. У магазина сегодня праздник, выручку ему сделали знатную.

Мои вышли на улицу, сияя обновками. Все трое сверху накинули плащи. Надо сказать, роскошные. И ткань, и фактура. Цвета богатые. У Вельмы – салатового цвета, Бренда выбрала чуть насыщенней, почти зеленый. Красиво так переливаются. Труш оказался скромнее, выбрал матовый коричневый. Аж, самому захотелось.

До артефакторной лавки доехали уже без проблем. Нужным нам артефактором оказался благообразный старичок-боровичок. И я не приукрашивал. У него на голове сидела самая настоящая шляпка гриба.

Ная сразу пояснила, что это вид такой. Люди-грибы.

Наш артефакт старичок распознал сразу.

– Хм. Какая редкая вещица. Откуда она у вас, молодой господин? – спросил он Труша.

– Не могу знать, – ответил тот, пожав гномьими плечиками. – Артефакт не мой, а моей госпожи. Я лишь посыльный, – прибеднился он.

– А госпожа? – не сдавался старичок.

– Очень высокопоставленная особа, – уверенно ответил Труш. Вроде и правда, а вроде и туманно.

– Хм. Вы правду говорите. Простите меня, старика, но я вынужден проверять, когда приносят столь дорогие вещи.

– А вас понимаю. Но давайте вернемся к нашему вопросу, – стоял на своём Труш.

– Как скажете, молодой человек. Я знаю, кто вам может зарядить. Но этого мало. Артефакт поврежден. Необходимо чинить и срочно. Иначе деградация будет окончательной.

– Неприятные новости, – буркнул Труш. – Насколько всё серьезно?

– Пока есть возможность вернуть артефакт в исходное состояние. Я даже знаю, кто в состоянии оказать вам услугу…

– Цена роли не играет, – перебил его Труш.

– Тогда я скину на ваш балби адрес. Поезжайте. Я предупрежу своего коллегу.

– Лучше напишите на бумаге, – попросил Труш.

– Скидывайте, – встрял я. – Труш, я разобрался в работе балби. Не боись.

Тот в ответ возмущенно зыркнул на меня, но промолчал.

– Мне не сложно. Я и так, и так вам адрес выдам, – охотно пошел нам обоим навстречу старик. – Адрес, где зарядить, вам уже даст магистр Драби. Так зовут того, к кому я вас направляю, – пояснил старичок. – Только советую взять охрану. Квартал, где живет старина Драби, неблагополучный.

– А что же он там живет, если такой ценный мастер? – не понял Труш.

– Давно живет. А неблагополучным его родной квартал стал недавно. Сами понимаете, тяжело покидать насиженное место, – тягостно вздохнул старичок-боровичок.

– Возвращаемся в гостиницу, – скомандовал Труш, когда мы снова загрузились в терпеливо ждущее нас такси.

– Нет, – взбрыкнула Вельма голосом несносной Машки. – Время ещё не позднее. Чего зря его терять? Стрейви, подскажи, что в Маркареше стоит посмотреть в первую очередь? – обратилась она к секретарю, а я, наконец-таки, узнал имя нашего секретаря.

– Могу предложить на выбор, – охотно начал секретарь.

– Нет. Мы едем в гостиницу и отдыхаем, – с нажимом оборвал его наш противный Трушка.

– Тебе надо, ты и езжай, – не согласилась с ним Вельма. – А я еду гулять! Кто со мной?

– Я, – тут же откликнулась её «дочка». – Труш, мама права, что нам сейчас в гостинице делать?

– Нам нужно приготовиться к завтрашней поездке, – настаивал Труш. Не забывайте. У нас срочное дело.

– Успеется, – беспечно отмахнулась Вельма. – Говори, Стрейви, куда ехать.

– Можно скататься в парк, там очень красиво, – начал секретарь. – Там также много развлечений для детей, – добавил он, кинув взгляд на Бренду.

– Не интересует, – угрюмо буркнула та, а я про себя хихикнул. Не легко Игорю в столь несерьезной шкурке.

– Что ещё? – деловито нажимала Вельма, а Труш угрюмо забился в угол. И я его понимал. И ехать он не хочет, и охламонов этих одних опасно оставлять. Лично я, увы, как верный хвостик Труша, куда он, туда и я. Может выкрасть балби? – задумался я на полном серьезе. За всю нашу поездку он ни разу его не достал из сумки. Даже старичок артефактор скинул ему адрес дистанционно. Трушу и надо было, что приложить свой большой палец к зеркальцу балби старичка. Вот тебе и вся идентификация.

Как там кот Матроскин говорил? Хвост мой, да лапы – вот мой паспорт. В Маркареше примерно так и выходило. И я задумался. А если бы нам выдали адаптированное под котов балби, как часть моего тела пошла бы под идентификацию?

Вельма тем временем выбрала объект для посещения. Мне оставалось, как и Трушу, только закатить глаза. Куда могла отправиться деваха, в её возраста, в новом месте? В музей? Не смешите мои котячьи усы. Мы отправлялись в ад, то есть в местный мегамолл.

И он, да, поражал своим размахом. Земные на его фоне смотрелись бледной сараюшкой. На огромной площади, на много этажей вверх и вниз куча лавок и едален с питейными заведениями. Так назывались тут наши кафешки.

На облагороженной территории какие только растения не росли. Вокруг кто только не ходил. Даже летали. Просторы мегамолла позволяли.

Вот где я в первый раз пожалел, что нет со мной моего смартфона. Такую экзотику запечатлеть на память. Эх…

Машка кинулась в первую приглянувшуюся ей лавку.

– Денег не дам, – рявкнул ей в спину Трушка.

– И не надо, – отмахнулась она, даже не поворачиваясь. – Жмот, – наградила она нашего командира.

– От неё чтобы не отставала, – приказал он Бренде. – Чтоб как репей прицепилась…

– Много радости… – буркнула малявка и нехотя поплелась за своей мамкой.

– Не подскажешь, где можно приземлиться и выпить чего. Да так, чтобы наших женщин было видно хорошо? – спросил Труш секретаря, который так за нами и следовал.

– Никаких проблем. Посмотрите наверх в третьем секторе отличный обзор, если сесть у самой ограды.

И он был прав.

Наверху сквозь изящно сплетенное из металлических прутьев ограду просматривались столики и стулья.

– Отлично, – буркнул Труш. – Пусть они шастают, а мы посидим. Баюн, ты со мной?

– С тобой, – вздохнул я. – Куда я денусь.

В кафешке, то бишь местной едальне, Труш недолго просидел. Его внимание привлекла вывеска на ярус ниже нашего.

– Хочу посмотреть оружие, – заявил он мне. – Ты со мной?

Я оценил расстояние до магазинчика. В сто шагов вроде укладываемся.

– Нет. Я лучше отсюда продолжу следить за Вельмой с Брендой, – решил я остаться на стуле с мягкой обивкой. Вполне комфортно для моей мохнатой попы. И Ная как раз разворачивала нужную мне информацию. Я продолжал изучать Маркареш. А в данный момент меня заинтересовали порталы и миры, куда они ведут. Их оказалось больше тысячи. Я был впечатлен.

– Хорошо. Думаю, ты прав. От них можно, что угодно, ожидать, – согласился со мной Труш и направился знакомиться с местными мужскими игрушками.

Женская половина нашей команды как раз вышли из одной лавки и тут же нырнули в соседнюю. Бренда, бедолага, уже тащила Вельмину покупку. Ей повезло. Упаковка была небольшой. Пока что они посетили лавку духов, а теперь отправлялись за украшениями.

«Ная, ты сможешь за ними проследить, если я отвлекусь?» – догадался спросить свою помощницу.

– Нет проблем. Прослежу, – порадовала она меня и я со спокойной совестью принялся изучать развернутую передо мной информацию.

Каюсь. Отключился качественно. В себя пришел от очень знакомого визга.

Я, аж, подскочил. Увы, но в котячьем теле это была не фигура речи. Я подскочил реально, в силу чего на стуле не удержался, а свалился на пол.

– А ну, брысь, – шикнули на меня вдобавок ко всем моим бедам.

– Сама брысь, – огрызнулся я на рыжую девицу в переднике. Явно, местная официантка.

– Ишь, говорящий, – удивилась девушка.

А внизу визг набирал обороты.

Мне ничего не оставалось, как ринуться на помощь.

Вельму скрутил какой-то хлыщ, а Бренда не нашла ничего лучше, как лупить того по коленке мамкиной покупкой.

Рвануть на помощь – сказать легко. А на деле. А на деле пришлось рвать когти к лестнице. Она была далеко не рядом. Лететь по ней вниз. Всё бы хорошо. Только приходилось уворачиваться от чужих ног. Эх. Нелегка кошачья доля.

В какой-то момент я сплоховал и полетел по лестнице кубарем.

Поймал меня какой-то верзила.

– Какой котик. Ты поосторожнее.

– Постараюсь, – мяукнул я. – Спасибо. А теперь отпусти.

– Ты чей, – мной опять заинтересовались. Только в этот раз подсиненный бугай, весь в коже и заклепках.

– Я свой, – рявкнул в ответ и куснул за палец.

От неожиданности меня выпустили, и я кубарем дальше продолжил считать ступени.

Вот же синяя зараза. Говорил же ему, поставь меня.

Я поспел вовремя и слету вцепился зубами наглецу чуть выше лодыжки. Как раз то место, где штанина задирается, а туфли не достают. Повезло, жертва носки, видать, не признавала за вид одежды. Думаю, я его от этого вылечу.

Вот теперь визжали два голоса в унисон. Вру. Три.

– Отпусти маму! – рядом тоненьким голосом Бренды визжал Игорь, продолжая дальше убивать Машкину покупку об агрессора.

– Всем стоять! – над головой раздался рявк грубым мужским голосом.

Трепыхаться надо мной тут же прекратили. Немного подумав, выпустил каку изо рта и задрал башку. Нужно было по новой оценить дислокацию. Увы, минусы котячьего роста.

– Все арестованы до выяснения обстоятельств, – прозвучала такая знакомая мне формулировка. Каюсь, залетал за подростковые грехи.

– Меня то за что?! – взвыла по новой Вельма Машкиным певучим голосом.

Вот же неугомонная баба. Я даже глаза закатил от раздражения. Успел немного полазить в местной сети на тему общения с местными стражами порядка. Мало ли. Вдруг попадешь и сделаешь себе только хуже только потому, что элементарно законов не знаешь. Так мой друган в Дубаях на тюрягу заехал.

– Уважаемый страж, простите мою госпожу, – шустро рванул я, не давая тому сделать шаг к этой не баронше, а торговке с базара. – Это она с перепугу. Ходют тут всякие. Пугают бедных женщин, – зыркнул я в сторону покусанного мною хлыща.

Хлыщ в этом время пальцами мял пострадавшую лодыжку, видать пытался оценить степень ущерба.

– Это я то?! – тут же вскинулся он. – Это я по…

– Всем молчать! – рявкнул страж. – А то применю амулет подчинения! Взять под стражу и в допросную, – скомандовал он стражникам, которые бегом стекались к нам со всех сторон. – Разберемся.

Вельма снова попыталась что-то вякнуть.

– Щас тебя укушу! – пригрозил этой невменяемой. – Молчи! И делай, как я скажу, – скомандовал ей таким злым шипящим голосом, что она прониклась.

– Следи за мамой, – это я уже Бренде. Надо отдать должное Игорю, он четко знал, когда нужно молчать.

Далее, хотелось бы сказать, что в окружении почетного эскорта. Но нет. Под стражей нас конвоировали в не столь презентабельные места.

– Может, объясните, что произошло? – потребовал я, когда нас привели в местный аналог каталажки и оставили одних в небольшой комнатке. Где только и было, что пару лавок.

Хорошо, что хлыща увели в другое место.

– Машка хвостом крутила, – зло рубанул Игорь писклявым дивчачьим голосом. Похоже было на то, как дети ябедничают.

– Говори правильно, Бренда, – рявкнул на пигалицу, нажимая на слово Бренда.

– Это я то?! – возмущенно взвизгнула Вельма Машкиным голосом, который умел менять тональность от приятно-певучего до противно-визгливого, всё равно что поросенка режут.

– А ты молчать! А то, точно, покусаю! – рявкнул на неё, для показательности клацнув зубами близ её коленки.

Проняло. Охнула. Да ещё и коленки поджала.

– Прости. Это от злости, – вздохнула Бренда в ответ на мой окрик и потерла носик. – Подходит к ней, значит, это фанфарон, спрашивает, не подскажет ли ему многоуважаемая съерра, как найти биндолая.

– А что это такое? – уточнил я.

Бренда пожала плечиками.

– Откуда нам знать. В ответ Ма… мама, – поправилась пигалица, – принялась с ним заигрывать…

– Врешь ты всё, – возмущенно пискнула Вельма, но коленки свои благоразумно отодвинула ещё дальше.

– Тебе слово не давали, – рявкнул на неё, снова для острастки клацнув зубами.

– Ну, тот решил, что она… – Бренда осторожно глянула на обиженную Машку-Вельму и продолжила: – … продажная женщина.

Мне только и оставалось, что сделать фейспалм лапой. Благо, что уже натренировался.

– Труш там, наверно, с ума сходит, найти нас не может, – подвел я итог происшествию. – А всё потому, что кто-то жаждет приключения на свою попу.

– Не виноватая я! – тоненько взвизгнула Вельма.

– Ага. Вот и продолжай дальше так твердить, – язвительно согласился я. – Посмотрим, как тебе поверят.

Видать, было что-то такое в моем голосе, раз Машка в образе Вельмы как-то разом скукожилась и всхлипнула.

– И что делать? – тоненько спросила она.

– Правду. Что спросили тебя про какого-то Будулая…

– Биндолая, – поправила меня Бренда.

– Плевать, – махнул я хвостом. – А потом предложили непотребное. А ты уважаемая фрау Вельма с дочкой ходила за покупками. Вот и расстроилась. Очень сильно расстроилась. И веди себя, пожалуйста, сдержанно. Иначе разозлишь местную стражу и они посадят тебя за решетку, чтобы уму разуму набиралась. Ты этого хочешь в Маркареше?

– Нет, – тоненько пискнула Вельма, проникаясь возникшей перспективой.

– Просто помни. Это не Петербург. И здесь ты никто. Вот и веди себя скромно. А нам надо подумать, как дать знать Трушу, где мы.

И ответ получил от Наи.

Она, мне на радость, снова включилась. Значит, гном был где-то поблизости.

– Можете не беспокоиться. Секретарь помог. Труш уже знает и идет сюда, – пояснила она.

– Хоть что-то хорошее, – буркнул я на это и обратился к пострадавшим. – Сидим, ждем. Мне сообщили, что Труш уже идет сюда.

Ждать всё же пришлось порядочно. В результате, нас сдали на руки гному, злющему, аки огнедышащий дракон.

– Теперь в гостиницу, – рявкнул он, как только вытащил нас из каталажки.

Спорить с ним никто не стал. Машке хватило приключений на сегодня.

К своему ужасу, она узнала, что очень похожа на одну пичужку из стаи местного сутенера по имени Биндолай. Пичужками на местном сленге назывались работницы древнейшей профессии.

После такого оскорбления светить физиономией Вельмы она не рисковала.

– Может, Вельма и есть эта… – сделала она предположение, когда мы снова расположились в своем такси. Хорошо потратился Труш, раз арендовал одно на весь день.

– И зачем ей это? – язвительно спросил Труш. – Её мать зарабатывает столько, что дочка может кушать золотой ложкой. Просто не повезло. Надо предупредить фрау Март, – буркнул он под конец.

Вечер в гостинице, можно сказать, прошел нудно. Правда, не для меня и Труша. Я научил нашего «гнома» лазить в местном инете и сам надолго затерялся в его просторах. Даже не заметил, как уснул.

А вот просыпался я…