Бастард Императора. Том 33.

Глава 1 Начало войны и клятва первого Альва.

Прежде чем жёлтый клинок успел коснуться груди Анастасии, перед ним возник пепельно-серый щит.

Нож врезался в защиту и отскочил, рассыпав яркие искры. На мгновение они осветили лицо спящей девушки, край подушки и напряжённые пальцы, сжимавшие простыню.

Вика, увидев щит, спокойно отступила на шаг, не пытаясь ударить повторно. Лишь подняла взгляд туда, где над кроватью уже сгущалась серая энергия.

Она собиралась в плотную фигуру, постепенно образуя длинное одеяние, глубокий капюшон и руки, сжавшие древко огромной косы. Одновременно щит разошёлся вдоль тела Анастасии, полностью закрывая её.

Настя беспокойно повернула голову, но так и не проснулась. А в комнате потянуло холодом.

Шипящий голос прошёлся по стенам, заставив едва заметно задрожать стекло:

— Ты хоть понимаешьььь, что делаешьььь, ничтожествоооо? И кто перед тобой стоииит?

Вика чуть улыбнулась.

— О, поверь мне, вполне понимаю... — она свободнее перехватила кинжал, не отводя взгляда от тёмного провала под капюшоном. — Божок... Вот только я далеко не ничтожество, уж поверь. Если я что-то и унаследовала от своего папы, то это его талант к развитию.

Когда она закончила, коса сорвалась с места. Широкое лезвие прошло сбоку, нацеливаясь в шею, но Вика уже подняла руку. Жёлтый кинжал встретил серую кромку, и по комнате ударила короткая вспышка.

Девушка повернула кисть, уводя чужое оружие в сторону, и сразу сместилась сама. Следующий удар пришёл сверху.

Она отбила его, шагнула ближе и скользнула остриём вдоль древка. Серая фигура отпрянула, не позволив добраться до руки, а коса почти сразу вернулась обратным движением.

Началась быстрая серия ударов.

Комната полыхала то серым, то золотистым светом. Искры сыпались на пол, гасли возле мебели и рассыпались о щит, укрывавший Анастасию.

Вика продолжала отражать удары с тем же спокойствием, с которым встретила появление противника.

Перед ней находился не сам бог. Лишь слабая тень. Но и этого хватало, чтобы каждое движение косы сопровождалось тяжёлым гулом.

Фигура изменила хват.

Лезвие резко пошло снизу, затем развернулось почти возле самого лица Вики. Девушка отвела его, пропустила над плечом следующий взмах и вновь вернула кинжал перед собой.

На этот раз тень атаковала без паузы. Вика специально пропустила удар, не став подставлять оружие, и резко отскочила назад.

Серая кромка устремилась следом, и в тот же миг между ней и тенью появился Сергей. Он выставил руку, заранее укрыв ладонь тёмной энергией, схватив косу за лезвие.

Оружие остановилось, а тень замерла, удерживая древко обеими руками, пока Сергей посмотрел прямо в глубину капюшона.

Раздался холодный голос парня:

— Знай своё место, божок...

В другой его руке возник тёмный клинок.

Одно короткое движение, и лезвие прошло через шею, отделяя голову. Та начала рассыпаться ещё до того, как успела упасть. Следом разрушилась сама фигура. Серая энергия пошла рваными полосами, осыпалась с плеч и растворилась вместе с косой.

Щит вокруг Анастасии тоже начал распадаться. Он истончился, потемнел и исчез, оставив на постели спокойно спящую девушку.

Настя перестала ворочаться. Пальцы разжались, лоб разгладился, а дыхание постепенно выровнялось.

Сергей некоторое время стоял рядом, внимательно рассматривая её. Затем опустил руку, развеял оружие и повернулся к дочери.

— Ты, как всегда, вовремя, папа, — улыбнулась девушка. — Но ты ведь мог появиться и раньше, потому что следовал прямо за мной. Так почему не сделал этого? Проверял меня?

Сергей едва заметно улыбнулся в ответ.

Он действительно всё это время следовал за ней, и Вика об этом явно знала, потому что не скрывалась.

— Я ничуть в тебе не сомневался, дочь. И рад, что ты сделала правильный выбор. Твоей целью была Настя? Тебе показали, что однажды она станет богиней и ты должна была устранить её, чтобы она что-то не сделала?

Вика опустила руку, едва заметно кивнув.

Жёлтый нож погас между пальцами, а она ещё раз посмотрела на Анастасию. Теперь без той холодной сосредоточенности, с которой приблизилась к кровати.

— Я... Я действительно поначалу думала об этом... Но потом, проведя время с тобой... Вспомнила всё, чему ты меня учил и... Ты сам видишь результат. Прости, что отправилась сюда одна. Иначе он бы не показался, спрятавшись внутри. Боится тебя.

Сергей снова улыбнулся, однако тут же стал серьёзным.

— Поговорим об этом потом. Пора будить спящую красавицу. У нас на пороге война.

***

Зал собрания графов гудел, как пчелиный улей.

Собравшиеся переговаривались между собой, время от времени поглядывали в мою сторону. На столах лежат планшеты, папки и карты, однако пока внимание большинства приковано не к ним.

Я сидел в своём кресле, рядом находилась уже проснувшаяся Анастасия. Мы оба молча наблюдали за остальными.

Я подождал, пока разговоры немного утихнут. Первым ко мне обратился Кропотов:

— Император, я понимаю, почему вы решили начать войну. Но вы не думаете, что ещё слишком рано? Наших сил всё ещё недостаточно.

— Начать войну? — я посмотрел на него. Шум в зале стал тише. — Ты ошибаешься. Война начата ещё до нас.

Взял планшет и одним движением разослал всем несколько файлов. Почти сразу по залу прошли короткие сигналы.

Графы и графини открыли полученные материалы, и выражения лиц начали меняться. Кто-то приблизил снимок, кто-то сразу перешёл к следующему, а Кропотов, нахмурившись, задержался на одной из карт.

На изображениях хорошо видно, как к нашим границам стягивают людей. Много людей.

Рядом собирают технику, готовят её к дальнейшему выдвижению и освобождают места для новых подразделений.

Это уже не случайные перемещения.

— Эта информация получена день назад, — продолжил я. — Мы думали, что они готовятся к сражениям друг с другом. Однако, как оказалось, все стягивают силы поближе к нам. Поэтому, думаю, не нужно объяснять, к чему это ведёт. Вы и сами должны всё понимать.

Собравшиеся переглянулись. Несколько человек почти одновременно кивнули.

Кропотов провёл пальцем по экрану, сопоставляя расположение подразделений, затем поднял на меня взгляд. На этот раз без прежнего вопроса. Его взгляд изменился на тот самый взгляд, когда хищник понимает, что пора прекращать лежать без дела.

Понимает. Как и остальные.

Одно дело спорить о том, стоит ли торопиться с войной. Совсем другое — смотреть на силы, которые уже собираются возле твоих земель.

Точно такие же взгляды были у многих. Но особенно среди всех выделялся Державин.

В последнее время он очень сильно изменился, и сейчас ему только дай повод для битвы.

— Как мы будем действовать, вы примерно понимаете, — я отложил планшет. — Сейчас мне нужны реальные сведения о готовности.

***

Четыре часа спустя:

Я сидел за столом в кабинете имперского дирижабля, направлявшегося к границе.

Руки сложены перед собой. Под пальцами лежит край закрытой папки. За окном медленно движутся облака.

В дверь постучали. Кто стоит по ту сторону, и так понятно.

— Входи.

Дверь открылась, и внутрь вошла Эйкхирия.

Капюшон всё так же скрывает её голову и большую часть лица. Девушка закрыла за собой дверь, остановилась возле неё и бесцветным, ровным голосом спросила:

— Вызывал?

— Да. Присаживайся, — указал на кресло напротив.

Эйкхирия немного помедлила, затем подошла и села.

Некоторое время мы молчали.

Она смотрела вниз. Я — на неё.

— За все эти месяцы ты так и не отошла от того, что случилось на Ультиме. Что с тобой произошло, Последний Приговор?

Её голова резко поднялась. Из-под капюшона на мгновение показался взгляд, в котором мелькнуло раздражение. Однако девушка почти сразу снова опустила глаза.

— Не называй меня так... Я не хочу, чтобы этот титул всплывал ещё хоть где-нибудь. Я... — Она сделала паузу. — Не Последний Приговор и никогда больше им не стану.

— И почему же?

Я внимательно посмотрел на неё.

Эйкхирия молчала долго, но всё же заговорила:

— Меня никогда не радовало это прозвище, которое мне дали Альвы. Но я всё же приняла его, чтобы стать хоть каким-то лучом света для своего народа. Однако...

Она вновь замолчала. Я не торопил, но спустя время всё же продолжил сам:

— Однако ты поняла, что чем больше света отдаёшь другим, тем меньше его остаётся у тебя. Я прав?

Теперь Эйкхирия подняла взгляд полностью. Несколько мгновений она смотрела мне в лицо.

— Ты проходил через это...

— Не только я, — спокойно пожал плечами. — Многие проходили. У кого-то ситуации складывались лучше наших, у кого-то хуже, но, как ни крути, подобная участь "героев" достаётся многим.

Она хмыкнула. Без веселья.

— Кто-кто, а я уж точно не герой... Тем более для Альвов. Ведь я не смогла спасти нашу святыню, как и наш народ...

Я посмотрел на её руки. Пальцы снова напряжены, хотя голос почти не изменился.

— Святыню, значит?

Некоторое время молчал, потом перевернул ладонь. Над ней появилось небольшое серебряное семечко с тонким ростком, осветившее всё вокруг серебряным светом.

Эйкхирия резко подняла голову и застыла. Затем медленно подалась вперёд, явно не веря тому, что видит.

— Не может быть... — Её губы задрожали. Она протянула руку, но остановилась. — Росток серебряного Древа...?

Взгляд девушки метнулся ко мне.

— Всё так.

Я направил волю и осторожно подтолкнул росток по воздуху в её сторону. Эйкхирия подняла ладонь выше. Семечко приблизилось, но в последний момент девушка всё же отвела руку, не позволяя себе коснуться его.

Росток остался висеть перед ней.

— Почему ты его не берёшь? — удивился я.

— Я... Не имею на это права... Если семя находится у тебя, значит, Древо доверило его тебе... — она вдруг замерла, осознавая собственные слова. — Человеку, — Эйкхирия снова посмотрела на меня. — Такого ещё никогда не случалось.

Я ничего ей не ответил. А взгляд Эйкхирии вновь переместился на росток, и в глазах появилось ещё больше неверия.

— Не может быть... — Она поднялась, держась за край стола. — Чтобы семя Древа проросло, чтобы получило хотя бы шанс на жизнь, — тихо начала девушка, — ему необходимо подарить "тепло"... Ты дал ему маленькую частичку своей души...???

Я кивнул, не собираясь отрицать очевидное.

— Да. Небольшую кроху, но я передал её этому Древу, чтобы оно в будущем проросло.

Эйкхирия бессильно опустилась обратно в кресло, уронив руки на стол, и несколько мгновений просто смотрела на семечко.

Я не мешал. Для неё сейчас это не просто маленький росток. Она видит то, чего уже не ожидала увидеть, и пытается понять, почему оно находится именно здесь.

У человека, которого она привыкла считать врагом своего народа.

— Я... — пробормотала девушка. — Я всё это время думала, что тебе нет дела до Альвов... Считала, что ты хочешь просто добиться своей цели, использовав мой народ... Но ты... Ты сделал для него куда больше, чем кто-либо другой из Альвов...

— Это, конечно, вряд ли, — покачал я головой. — Ваш народ прошёл через множество страданий, особенно на Ультиме. Поэтому мой вклад с ними не сравнится.

Эйкхирия хмыкнула, не отводя взгляда от ростка.

— Это крошка души Великого... Так что не шути так.

— Две крошки, — едва заметно улыбнулся я.

Над моей освободившейся ладонью появился второй росток. Этот почти ровно пополам разделён на два цвета.

Серебристый и золотой.

Эйкхирия вскочила настолько резко, что кресло отъехало назад. Девушка мгновенно опустилась на одно колено, склонив голову.

Я посмотрел на неё и снова покачал головой. Затем лёгким движением убрал второй росток.

— Вставай, Эйкхирия. Давай обойдёмся без этих коленопреклонений. Пожалуй, вообще не стоило показывать тебе второй росток, иначе сейчас твоё мнение обо мне кардинально поменяется. А мне это совсем не нужно.

Она поднялась медленно. Сначала выпрямилась, потом посмотрела на мою пустую ладонь и лишь после этого подняла глаза к лицу.

По ней видно, насколько сильно её потрясло увиденное. Мне же совсем не хочется, чтобы вместо разговора с человеком она теперь пыталась угадать волю очередной святыни.

— Возьми этот росток, — снова осторожно пододвинул к ней серебряное семечко волей. Оно зависло перед её грудью, продолжая мягко светиться. — Как и сказал, я не собираюсь бросать Альвов. Но я помогу им не для того, чтобы повести в бой, а чтобы они хоть немного вновь ощутили мир. Захотят ли пойти за мной, будет зависеть только от них самих. И тем не менее я хочу, чтобы ты взяла это семечко.

Эйкхирия посмотрела на росток. Потом на меня.

— А если они не захотят идти за тобой...?

— Значит, не пойдут. Семечко я отбирать не стану.

Она медленно выдохнула.

— Я...

— Бери.

На этот раз не позволил ей снова спрятаться за сомнениями.

Девушка подняла руку. Ещё недавно дрожавшие пальцы теперь двигались осторожно и спокойно. Она подставила ладонь, принимая семечко с такой бережностью, что я невольно задержал на этом взгляд.

Росток опустился на кожу. Серебряное сияние прошло между пальцами, затем мягко потекло вверх по руке. Через мгновение семечко растворилось, исчезая в её душе.

Эйкхирия прикрыла глаза, а ладонь осталась раскрытой.

Она постояла так несколько секунд, прислушиваясь к тому, что теперь находится внутри, затем склонила голову.

— Благодарю! Спасибо от всех Альвов моей планеты за этот дар!

— Ты заслужила его, так что не стоит никаких благодарностей.

Поднялся и подошёл к ней. Положил руку на плечо, а другой осторожно снял капюшон.

Эйкхирия не отстранилась. Только посмотрела на меня, всё ещё не до конца справившись с пережитым потрясением.

— Не отказывайся от своего титула «Последний Приговор». Он может звучать очень грозно, может звучать очень опасно, но в то же время может звучать как надежда. Точно так же, как звучат твои клинки в бою. Будь для своего народа той самой последней надеждой.

Она внимательно смотрела мне в глаза. Долго. Я не говорил других слов. То, что мог передать, уже передал. Остальное ей нужно решить самой.

Наконец Эйкхирия выдохнула и отступила на пару шагов.

Девушка встала прямо, теперь уже не пряча лицо, говоря:

— Я хочу, чтобы ты понял одну вещь.

Я опустил руку и остался на месте. Эйкхирия смотрела твёрдо. Потрясение никуда не исчезло, но больше не мешает ей говорить.

— Сейчас я говорю не как та, кто получил от тебя семя великого Древа. И не как та, кому ты показал секрет, который лучше пока не показывать никому из Альвов. Иначе из-за великого семени могут начаться войны, каких ещё не видел наш народ. Сейчас я говорю как обычная Альвийка. Как та, кого ты приютил в своё время и кому показал, что жизнь может оказаться совершенно другой. Я говорю не как Последний Приговор. Я говорю как Эйкхирия. Я благодарна тебе. Отныне и вовек я клянусь служить тебе, а также следовать за тобой, куда бы ты ни пошёл. Я долго наблюдала за тобой, Асшель Вайторл, враг моего народа. Враг, который оказался ближе любого друга. И я очень надеюсь, что однажды и мой народ узнает, кто ты на самом деле для нас. Примешь ли ты мою клятву?

Эйкхирия опустилась на одно колено.

Я чуть улыбнулся.

— Я принимаю твою клятву. Но раз ты сказала, что говоришь как обычная Альвийка Эйкхирия, то чью именно клятву я принимаю? Простой Альвийки, Последнего Приговора или будущей правительницы планеты Ультима?

Эйкхирия не задумалась ни на мгновение.

— Благодарность тебе выражала простая Альвийка. А клятву принесла и Альвийка, и Последний Приговор, и будущая правительница планеты Ультима. Клянусь, что, если мой народ примет меня, я изменю его и мы станем твоей опорой.

***

Глава Ордена стоял перед строем вернувшихся бойцов, держа руки за спиной.

Никто не разговаривал. Мужчина внимательно обвёл собравшихся взглядом и остановился на Тане.

— Так, значит, всё прошло хорошо?

— Да, глава.

На её лице не дрогнул ни один мускул. Девушка смотрела прямо перед собой, сохраняя то же спокойствие, с которым докладывала о любом другом выполненном задании.

Глава медленно кивнул.

— Это радует. Что ж, раз удар нанесён, нам не стоит расслабляться. Наверняка стоит ждать следующего удара от врага. Тем более что...

Он едва заметно улыбнулся.

— "Союзники" передают нам, что силы вокруг границ четырёх империй начали концентрироваться.

Слово «союзники» прозвучало с откровенной издёвкой. Один из бойцов чуть повернул голову, но мужчина уже продолжал:

— А значит, мы добились своего, и войне быть.

Он развернулся и медленно направился к выходу.

Таня осталась на месте. Не посмотрела вслед сразу, не попыталась уточнить дальнейшие приказы. Только дождалась, пока глава сделает ещё несколько шагов.

Тот остановился возле дверей, ненадолго повернув голову.

— Думаю, наш бог ещё немало удивится во время начала этой войны. Ведь он даже не догадывается, что мы давно, благодаря союзнику в его империи, внедрили в каждую единицу техники, в том числе и в дирижабли, всех четырёх империй проект «Аврора». И думаю, он очень удивится, когда его силы резко сократятся примерно на девяносто процентов. Одним-единственным ударом.

Глава 2 Ход Ордена - часть вторая, и угрозы, которые заставят Землю стонать от боли.

По всему корпусу разносилась громкая тревога.

За дверью топали десятки ног, хлопали створки, звучали короткие команды. Кто-то требовал освободить проход, кто-то звал отставших, а Таня в это время спокойно одевалась.

Достала приготовленную одежду, надевая специальные чёрные штаны, после расправила рукав кофты и просунула в него руку.

Девушка была сосредоточенной, хоть по её лицу и не было ничего понятно.

Настал тот самый момент, ради которого она вообще осталась в Ордене.

Нет, важные задачи возникали и раньше. Прикрытие, помощь империи, шпионаж, а также подброшенная вовремя информация. Но главная забота всё это время оставалась впереди.

И, похоже, пришёл день, когда ей наконец предстояло выйти из тени.

Таня поднялась и начала застегивать молнию на кофте. На мгновение перед глазами девушки появилось лицо Егора. То самое выражение, с которым он смотрел на неё во время сражения, уже понимая, кто скрывался под чёрным доспехом.

Пальцы остановились возле воротника, но девушка медленно опустила руку, не позволяя переживаниям отразиться на лице.

Ещё ничего не закончено.

Когда вернётся домой после победы, тогда и извинится перед братом. Посмотрит ему в глаза и расскажет всё, о чём сейчас приходилось молчать.

А пока нужно закончить начатое...

Таня уже хотела идти, но вдруг ощутила на границе сознания слабый знакомый отклик.

Она сразу отступила к кровати, села на край и легла на спину, оставив ноги свисать. Закрыла глаза и отбросила все мысли вместе с эмоциями, перестав прислушиваться к шуму за дверью.

Прошло всего несколько секунд, и тревога исчезла. Вокруг наступила абсолютная тишина.

Таня медленно поднялась, уже понимая, что находится не в своём настоящем теле. Не в физическом.

Перед ней темнело небольшое помещение, посреди которого стояла криокапсула, освещённая едва заметным жёлто-голубым сиянием. Свет выходил изнутри, из-под крышки.

Внутри лежала девушка.

С закрытыми глазами и сложенными на груди руками, она неподвижно висела над дном капсулы. Лишь волосы чуть колыхались.

Таня подошла ближе.

— Врира...

Ответ прозвучал не сразу:

— Таня, — донёсся слабый голос. — Я слабею... Поэтому слушай внимательно и не перебивай... Я чувствую, что начался запуск кораблей... Моя энергия медленно уходит, а значит, его план переходит в завершающую стадию...

Таня остановилась возле капсулы и продолжила слушать, одновременно вспоминая, с чего всё началось.

Когда она только попала в Орден, Врира сама связалась с ней, почувствовав силу Вайторлов.

Поначалу Таня относилась к этому подозрительно. Даже собиралась рассказать о странном контакте, но всё же решила не торопиться. И со временем узнала правду и историю Ордена.

Настоящую.

Когда-то очень давно Врира, душа мира-корабля, пробудилась раньше времени. Уснуть вновь не получалось, как и воспользоваться всей своей силой. Однако бездействовать она не стала.

Решила, что к возвращению наследника на Землю должна подготовиться. И создала Орден.

Сначала всё шло хорошо.

Тайная организация развивалась, набирала людей и постепенно становилась сильнее. Появлялись новые возможности, росло влияние, складывалась структура, способная однажды послужить тому, ради кого всё и создавалось, чтобы однажды, когда он тут появится, захватить для него Землю одним ударом.

Но в любой структуре рано или поздно находятся те, кому хочется большего. Или те, кто со временем забывает, ради чего вообще начинал. А также появляются враги, о которых никто даже и не думал.

Врира не заметила, как Орден стал гнить изнутри. Она всё ещё верила, что происходящее соответствует её плану, пока однажды ночью на Землю не начали падать корабли Этараксийцев.

К местам падения немедленно отправили специальные группы. Те должны были захватить прибывших и остановить возможное наступление. Но именно после этого, когда группы начали возвращаться, всё изменилось.

Раскол произошёл внезапно.

Те, кого ещё недавно называли братьями и сёстрами, ударили в спину своим товарищам. Там, где прежде выполняли общий приказ, начались сражения между людьми одного Ордена.

Мятежники почти победили. Однако оставшиеся верными бойцы и сама Врира, потратив остатки сил, сумели уничтожить почти всех предателей.

Выжила лишь горстка. Горстка тех, кто был слабым и кого даже не воспринимали всерьёз. Те, кто погрузил себя в криокапсулы, чтобы переждать время.

А потом на планету впервые попала энергия наследника... Крошечная искорка. Но даже её крупицы хватило, чтобы пробудить древний комплекс, а также осколок сознания Вриры, который она специально оставила функционировать: Аврору.

Капсулы пробудились. Почти все системы павшего комплекса снова заработали, и сохранившие верность предателям решили продолжить начатое.

Пойти до конца.

Сама Врира проснулась чуть позже Авроры, чьё сознание оказалось чистым и хоть и смогло найти наследника, но всё равно не доверяло ему полностью и пыталось найти себя. Но у этого сознания осталась память — она, подобно и самой Врире, хотела отправиться в космос.

Таня смотрела на неподвижную девушку под крышкой.

Теперь она знала, во что превратилось ожидание Вриры. Сколько времени та провела рядом с собственным детищем, уже не способная вернуть его к прежней цели.

— Таня... — слабый голос заставил её поднять глаза. — Прости, что перекладываю всё это на тебя... Но я надеюсь, что ты остановишь Орден и до конца уничтожишь то, что я когда-то создала... Не позволь им пробудить мою силу полностью... Убей меня раньше, чем я проснусь... Древний враг наследника не должен очнуться...

Девушка медленно расправила плечи, смотря с твёрдостью во взгляде. Ради этого она и осталась.

— Я всё сделаю, Врира. Не переживай.

***

— Эйкхирия.

Девушка, ещё не успевшая уйти после разговора, посмотрела на меня.

— Я понимаю, что ты сейчас полна эмоций. Но в ближайшее время ты, я и Егор выдвинемся в сторону штаба врага. Поэтому хочу, чтобы к тому моменту ты оказалась готова.

Она сразу стала серьёзной и кивнула.

— Не переживайте, император. Я готова уже хоть сейчас.

— Давай без этого, — цыкнул я. — Обращайся ко мне просто на ты. Мне и так хватает среди окружения тех, кому я верю больше, чем себе, а они мне выкают...

— Славка? — Эйкхирия позволила себе лёгкую улыбку.

— Да, — я тоже улыбнулся.

Некоторых уже проще оставить в покое, чем в очередной раз объяснять, что от обращения на «ты» Империя не развалится.

— Я поняла тебя, Сергей, — девушка склонила голову. — По первому приказу буду готова выдвигаться.

— Ступай.

Эйкхирия развернулась и вышла. Я постоял ещё немного, затем повернулся к столу.

Холодный расчёт ли это — вручить ей семечко именно сейчас?

И да, и нет.

Началась война. Мне нужен каждый, кто способен пойти в бой, и Эйкхирия не исключение. Мне нужен Последний Приговор. Я ещё на Ультиме успел понять, насколько она может быть сильной. Поэтому разговор и вручение состоялись именно сегодня.

С другой стороны, я в любом случае собирался это сделать. Просто ждал, пока она немного оттает и сама придёт на серьёзный разговор.

Никто, кроме неё, не достоин этого семечка настолько же сильно. Она слишком долго сражалась за свой народ, слишком многое отдала ему, чтобы я выбрал другого лишь потому, что так удобнее.

Эта награда должна принадлежать именно ей.

А малыш-Альв Владимир в любом случае останется членом императорской семьи. Дальше сам выберет свой путь.

Захочет идти отдельно — впоследствии подарю ему серебряно-золотое семечко. Если, конечно, к тому моменту не использую его.

Хотя, скорее всего, передавать придётся уже Древо. Я ведь собираюсь его вырастить.

Справа тихо пискнул планшет.

Пришло сообщение о приближении к нужной точке. Но даже без него я чувствую, какая немаленькая сила собралась впереди.

Убрал руку со стола, развернулся и быстро направился в командный штаб дирижабля. Идя по коридору, видел множество спешащих офицеров.

А уже в командной рубке были слышны короткие рубленые фразы и подтверждения приказов.

Это не тревожная суета. Здесь каждый знает, что ему делать. Люди переходят от одного рабочего места к другому, сверяют сведения и передают уточнения тем, кому они нужны.

Настя стояла возле большого стола с голографической панелью, опираясь на него одной рукой.

Эту панель я притащил с мира-корабля ещё после доставки туда людей. Управлять с её помощью будущими сражениями куда удобнее, чем пытаться свести всё на разрозненные экраны и обычные карты.

Над столом висит объёмная схема.

Наши позиции, граница, направления движения. И всё больше красных точек впереди.

Впрочем, собственных сил тоже немало.

Анастасия закончила отдавать очередное распоряжение и, когда я подошёл, коротко, хмуро посмотрела на меня.

— Всё так плохо?

Она усмехнулась.

— Мы, судя по всему, против практически всех соседей, если не считать Ольгу. Как думаешь, дела наши хороши или плохи?

— Думаю, что хороши, — ответил я.

Да, мы сами не успели подготовиться полностью. Но и противнику не дали закончить подготовку. А ещё мы гораздо сильнее. Поэтому переживать только из-за того, что против нас может оказаться хоть весь мир, смысла нет. Количество противников само по себе ничего не решает.

Особенно если они ещё не поняли, против кого собираются воевать.

Анастасия выдохнула и оперлась о стол обеими руками.

— Услышав такое от кого-нибудь другого, я бы решила, что он безумец... Воевать против целой планеты... — Она покачала головой, затем посмотрела на меня. — Впрочем, знаешь, я и тебя считаю безумцем. Но ты прав. У нас действительно нет выбора. После победы над Китайской империей мы стали слишком опасны для всех вокруг и одновременно слишком лакомым кусочком. Поэтому это в любом случае должно было случиться.

К нам подошёл один из координаторов. Седой мужчина в форме остановился и выпрямился по стойке смирно.

— Император. Императрица.

— Говори.

— До входа в сектор сражения две минуты. Какие будут указания?

Я ненадолго задержал взгляд на голограмме.

Точки медленно смещаются, складываясь в уже знакомое построение.

Кого пошлю первым, я уже знаю.

— Первый орден, готовность "ноль". По входе в зону боевых действий немедленно вступить в бой.

— Есть!

Мужчина резко развернулся и направился к своему месту. Мы с Настей остались возле стола.

Теперь я смотрел не только на голограмму, но и на мониторы с изображениями внешних камер.

С нашей стороны к границе широким строем идёт множество дирижаблей. Некоторые держатся впереди, другие остаются позади, сохраняя дистанцию.

Среди них — уже сформированные особые Ордена. Частично перевооружённые, получившие часть необходимых знаний и готовые наконец применить их не на учениях.

На других экранах виднеется вражеское скопление. Пока ещё маленькие точки, но с каждой секундой они становятся крупнее.

Таймер продолжил отсчёт, пока команд вокруг постепенно стало меньше. Всё основное уже сказано, теперь осталось только выполнить.

Когда до начала столкновения осталось меньше десяти секунд, тридцать чёрных дирижаблей, державшихся позади основного строя, получили команду.

Они резко ускорились.

Летательные аппараты перед ними начали расходиться, освобождая проход, и небольшая армада, всё ускоряясь и ускоряясь, устремилась вперёд. Основная часть строя шла рядами по четыре дирижабля, один за другим, не нарушая дистанции.

А в следующий миг с обеих сторон, с нашей и с вражеской, с земли грянули орудия. Одновременно также снизу взлетели техники практиков.

Небо загорелось вспышками, а секунды спустя вспышки обрушились в поднятые с двух границ щиты. Вся граница засияла синими всполохами.

Я смотрел на происходящее украдкой, почти не отводя глаз от Первого ордена.

Практика можно считать взрослым, когда он способен создавать собственные техники или изменять чужие. А когда достаточно взрослым становится император?

Когда его идеи наконец начинают работать не только в собственной голове? Когда люди, которых он собрал, показывают, что всё было не зря?

Первый орден — не просто название. Это знамя.

Оно должно показать врагам, что с нами шутки плохи. А нашим силам — что мы действительно сильнее тех, кто сейчас стоит напротив.

Не красивым словом и названием, а в бою.

Вражеские дирижабли, видя приближение колонны армады, атаковали.

К обычным техникам с их стороны добавились сотни ракет. Огненные следы быстро приближались к армаде, ведомой Славкой, заполняя пространство перед чёрными корпусами.

Знакомые ракеты. Те самые, которые я когда-то обнаружил на «Авроре».

Выходит, противники используют такую же технологию. И поделился ею с ними, скорее всего, именно вражеский Орден.

По другую сторону тоже сидят не дураки...

Они понимают, что, если Первый орден сейчас прорвёт оборону, моральный дух их войск сильно просядет. Поэтому остановить его пытаются сразу, обрушивая огонь не только с дирижаблей, но и с земли.

Перед чёрной армадой сходится смертоносный шквал из атак, а её построение уже меняется.

Четыре дирижабля разошлись по краям широкого контура четырёхугольником, пока остальные, наоборот, сблизились. Не беспорядочно, а оставаясь внутри определённых границ, однако группируясь практически в упор друг к другу.

Я заметил, как Настя сильнее упёрлась пальцами в стол.

На экране почти не осталось свободного неба и спустя миг вспышки слились в одно сплошное поле перед первым Орденом.

Взрывы закрыли собой флотилию, и на секунд шесть чёрные корпуса полностью исчезли за огнём и сиянием ударивших техник.

Я продолжал смотреть, и из огненного поля вынырнули первые дирижабли.

Целые. За ними — остальные. Все тридцать.

Сила щитов сосредоточена на четырёх вынесенных вперёд летательных аппаратах. Они удерживают общую защиту, закрывая остальную флотилию и не позволяя противнику добраться до отдельных целей.

Первая четвёрка начала сбрасывать скорость и уходить вдоль строя назад.

Между ними уже проходят новые дирижабли, стоящие следом, позволяя принявшим удар машинам скользнуть вдоль строя и занять места позади всей армады.

Смена прошла без остановки. Следующий залп встретили уже другие четыре аппарата.

Я коротко посмотрел на голограмму, затем вернул внимание к мониторам.

Эту тактику называют тактикой кулака.

Не рассеивать защиту по отдельным дирижаблям, позволяя врагу сосредоточить весь огонь на одном или двух, а принять удар единым щитом.

Сохранить строй, не заставляя практиков на остальных судах тратить силы на собственную оборону, пока они готовятся выполнить свою задачу, а дать части из них принять на себя удар, сохраняя силы всем остальным.

На экранах снова полыхнул свет. Вторая четвёрка держалась. По общему щиту прокатились вспышки, сошлись ближе к центру и погасли, не добравшись до корпусов.

Вторая волна схлынула. Дирижабли, принявшие её, также начали отходить. Вперёд вышла следующая группа.

Вот только становиться новым щитом они не стали, резко расходясь в четыре разные стороны. За ними разделилась и вся флотилия.

Четыре потока устремились к воздушному флангу противника, больше не прикрывая друг друга общим контуром. Узкие построения быстро вытягивались, набирая скорость и скользя между вражескими атаками.

Противник начал переносить огонь, но прежняя цель уже исчезла. Вместо одного плотного строя перед ним двигались четыре стремительные "стрелы".

Я почувствовал, насколько напряжённо стало в командной рубке.

Чуть обернулся.

Почти все смотрят на мониторы.

Один из офицеров застыл, удерживая руку над панелью. Другой подался вперёд, даже не заметив, как прижал локтем лежащие рядом записи.

Настя не отрывала взгляда от передовых дирижаблей.

Четыре стрелы подлетели почти одновременно.

Передовые суда открыли огонь, и на вражеской линии вспыхнули щиты. Несколько ударов сошлись на одних участках врагов, заставляя защиту прогнуться, а следом Первый орден ударил снова.

На этот раз вражеская защита не выдержала. Несколько аппаратов исчезли за вспышками, пока чёрные суда прорывались между ними, ломая оборонительное построение и готовясь заходить с тыла, чтобы окончательно разорвать вражеское построение.

В штабе почти одновременно выдохнули несколько человек.

— Есть! — тихо вырвалось позади.

Я краем глаза заметил, как кто-то сжал кулак и резко опустил его, радуясь первому удачному удару.

Мы сделали свой ход.

Я стоял, всё так же внимательно отслеживая ситуацию, когда вдруг ощутил вокруг изменение энергии. На всех экранах одновременно появился красный треугольник с восклицательным знаком.

Изображения ещё видны за предупреждениями, но уже перекрываются новыми строками.

— Император! Наши системы взломаны! — закричал один из координаторов. — Связь полностью пропала! Мы ослепли!

Дирижабль едва заметно тряхнуло.

— Двигатели отключены!

Летательный аппарат продолжал двигаться вперёд по инерции, но нос уже начал опускаться.

На мониторах происходило то же самое. Дирижабли основной линии начали терять скорость и "нырять" вниз.

Не один аппарат и не отдельная группа. Весь наш воздушный строй начал падать.

***

Космическое пространство:

Космическое пространство стремительно пересекал вытянутый серый корабль. В командной рубке, скрестив руки на груди, стоял лысый мужчина.

Один из Сарнойлов.

Его четырёхцветные глаза смотрели туда, где на фоне тьмы уже различалась маленькая сине-зелёная планета.

Земля.

Мужчина долго не двигался, наблюдая за её приближением. Затем его губы разошлись в кривой улыбке.

— Что ж, Вайторл... Надеюсь, ты меня хоть немного позабавишь... Ты долго прятался, однако теперь я уверен, что находишься именно там. Ну а если ты не тут... Что же, всё равно повеселюсь...

Глава 3 Ход Тани - одна против целого Ордена?

В командном штабе почти мгновенно началась паника.

Сразу несколько человек заговорили одновременно. Кто-то пытался вернуть управление, кто-то требовал восстановить связь, а один из координаторов, вцепившись в край пульта, смотрел на экран и повторял уже прозвучавший доклад.

Я продолжал спокойно стоять, наблюдая, как наши дирижабли замедляются и начинают крениться.

А вот Настя оказалась менее сдержанной и резко развернулась, чуть ли не рыкнув:

— Всем закрыть рты и отслеживать ситуацию! Вы тактики и координаторы Империи, а не базарные бабки! Если не способны держать себя в руках, смотрите на своего императора!

Я коротко взглянул на неё, продолжая отсчитывать секунды.

Четыре...

Нос дирижабля просел ещё ниже. По корпусу прошёл протяжный скрип, и лежавшая возле планшета ручка покатилась к краю стола.

Шесть....

Ручка упала, а далеко справа, на самой границе восприятия, часть наших сил резко ускорилась в энергетическом плане.

Перевёл взгляд на монитор, который ещё отображал там ситуацию, хоть и через знак запрета.

Двадцать дирижаблей устремились в сторону противника, и их не атакуют. Ни одной направленной в их сторону техники. Ни одного залпа, хотя ещё мгновение назад по этому участку били, не жалея сил.

Восемь...

В рубке воцарилась напряжённая тишина. Теперь слышны только сигналы предупреждений, выраженные в писке.

Настя, чуть закусив губу, смотрит вперёд. На землю, которая занимает всё большую часть обзорного экрана.

Десять.

Раздался короткий щелчок, затем гул. Дирижабль вздрогнул, и пол ощутимо толкнул подошвы.

Я едва заметно улыбнулся.

Ай да Таня... Ай да моя умничка... Когда встретимся, расцелую тебя за все пропущенные дни...

— Двигатели заработали! — выкрикнул один из координаторов.

Красные предупреждения начали исчезать с мониторов. На их месте снова появились показания, схемы и изображения внешних камер.

Судно всё ещё неслось под углом к земле, однако нос уже пошёл вверх. Гул усилился, по столу прошла мелкая вибрация, а один из офицеров, не удержавшись при смене наклона, тяжело опустился в кресло.

— Связь восстановлена!

— Управление возвращено!

— Уточнение по строю! Уже тридцать дирижаблей покинули наши порядки и уходят к противнику!

Я снова посмотрел на правую часть карты. Теперь уходящих действительно больше.

— Отметить отдельно. Без моего приказа огонь по ним не открывать.

Настя коротко повернула ко мне голову, в её взгляде появилась задумчивость, но вопросов она не задала.

В штабе снова зазвучали команды. Теперь уже не перекрывая друг друга. Люди возвращались к работе, хотя у некоторых пальцы всё ещё дрожали над панелями.

— Ваше Величество! Мы получаем пакет неизвестных данных. Заблокировать приём не можем!

— Открыть, — спокойно произнёс я.

Две секунды замешательства. Затем координатор развернулся к своему месту, и на мониторах начали появляться новые сведения.

Одна схема сменила другую. К вражеским отметкам добавились обозначения подразделений, линии маршрутов и направления дальнейшего движения.

Мужчина подался к экрану, быстро пробегая глазами поступающую информацию.

— Мы полностью видим противника! Получены тактические схемы, маршруты, перемещения и дальнейшие планы атаки!

Голографическая карта над столом перестроилась. Там, где ещё недавно оставались предположения, теперь проступали конкретные позиции.

Рядом тихо выдохнула и заговорила Настя:

— Молодец, сестрёнка...

Она улыбнулась, но почти сразу снова нахмурилась, вглядываясь в новые сведения.

Я понимаю, о чём она думает. Одно дело — передать нам всё это. Совсем другое — после такого остаться живой. Но я верю, что Таня справится. Всё это время справлялась, значит, и сейчас у неё есть какой-то план.

***

— Кто отдал приказ отключить программу?!

Глава Ордена резко развернулся посреди командной рубки космического корабля, поднятого над широкой поляной громадной голой зелёной поляной.

На мониторах, получавших изображения с дирижаблей "союзников", отчётливо просматривались вражеские воздушные порядки.

Ещё недавно те теряли высоту, теперь снова поднимались, разворачивались и открывали огонь.

Мужчина перевёл перекошенное от ярости лицо с одного подчинённого на другого, пытаясь поймать хоть чей-нибудь взгляд.

— Кто посмел?! — рычал он.

Никто не ответил.

Таня стояла среди остальных в чёрном доспехе, не совершая ни одного лишнего движения, пока перед её глазами быстро сменялись надписи, а она продолжала подтверждать запросы.

Ещё один. Следующий. Нужно успеть закончить.

— Всем немедленно снять шлемы! — рявкнул глава, начавший что-то подозревать.

В рубке раздалось несколько коротких щелчков. Лицевые пластины начали расходиться, открывая растерянные и напряжённые лица.

Подчинились все, кроме Тани. Мужчина сразу заметил это.

— Таня, сними шлем...

Она не ответила. Очередная строка перед глазами сменилась подтверждением.

Глава медленно повернулся к ней всем корпусом.

— Это всё ты... — в его голосе уже не осталось вопроса. Он резко поднял руку. — Убить её!

Стоявшие рядом бойцы попытались сорваться с места, но замерли.

Один дёрнул плечом, пытаясь поднять руку. Второй перенёс вес вперёд, но ноги не сдвинулись. Доспехи удерживали их неподвижно, позволяя лишь беспомощно оглядываться.

Таня спокойно вытянула руку в сторону, и в её ладони появился белый клинок.

Одновременно с этим космический корабль начал медленно поворачиваться. Изображение на главном экране поползло вбок. Глава Ордена сначала посмотрел на него с удивлением, затем снова повернулся к девушке.

— Сила проклятого бога! — прорычал он.

Из-под механического шлема раздался ровный и спокойный голос:

— Сила того, кому ты однажды поклялся служить на крови. Но вместо этого выбрал служение его врагу.

— Управление не отвечает! — доложил один из техников.

Другой уже пытался что-то сделать на соседней панели, торопливо меняя команды, но всё безрезультатно.

Корабль продолжал поворот на месте.

Впереди появились остальные открытые прямо в поляне ангары, из которых вертикально поднимались аппараты поменьше. Они один за другим выходили наружу, раскрывая защиту и набирая высоту.

На экране перед Таней завершилась последняя последовательность. Она подтвердила её.

— Не смей!

Глава телепортировался прямо к девушке.

Таня вскинула клинок, принимая удар его меча. По белому лезвию разошлись искры, а пол под её ногами глухо отозвался на столкновение сил.

В ту же секунду из корабля сорвались многие десятки ракет. Огненные следы устремились к взлетающим аппаратам.

На внешних камерах вспыхнул первый взрыв. Следом второй.

Один из кораблей дёрнулся, потеряв управление, и завалился на бок. Ударил корпусом о край ангара, с протяжным скрежетом потащил за собой обшивку и рухнул внутрь, кружась по кругу и в итоге взорвавшись где-то внизу.

Пламя выбросило наружу обломки.

По стенам ангаров пошли разрушения. Крупные секции обрушивались на стоявшие ниже аппараты, перекрывая проходы и вызывая новые взрывы.

Таня, напрягшись, оттолкнула меч главы, сместилась в сторону и встретила следующий удар.

Мужчина давил, не позволяя ей вернуться к управлению.

Клинки столкнулись ещё несколько раз. Белые вспышки осветили рубку, а затем вздрогнул уже сам корабль.

По нему открыли огонь все остальные.

Один из техников не удержался и врезался бедром в пульт. Над дверью мигнул свет, и по потолку прошёл тяжёлый гул.

Таня отбила очередную атаку, коротко ударила в ответ и отскочила к стене. Глава тоже разорвал дистанцию.

Пока они сражались, заблокированные доспехи начали раскрываться. Бойцы выбирались наружу, оставляя неподвижную броню за спинами. Теперь она больше не мешала им двигаться.

Таня свободнее перехватила белый меч. Слева появился первый противник. Справа — второй.

Остальные расходились, отрезая путь к выходу.

Девушка стояла возле стены и спокойно следила за смыкающимся кольцом, и лишь отдала одну голосовую команду, которую никто не услышал:

— Поднять нижний предел совместимости с доспехом до сорока шести, а верхний — до шестидесяти восьми...

Тут же выскочил знак предупреждения, что это опасно для жизни, но девушка его проигнорировала, крепче сжимая меч.

Она должна помочь империи и успеть подчинить себе Орден до того, как очнётся Цоорт.

***

— Что ты творишь?!

Мира, всё с так же накинутым на голову капюшоном, практически полностью скрывающим лицо, стояла перед троном в командном зале дирижабля, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

За широким окном уходило назад поле сражения. Их судно вместе с остальными продолжало лететь прочь, пока другие дирижабли теряли высоту.

На троне неподвижно сидела глава Рода Бестужевых. Мария Бестужева.

— Спасаю нас, — холодно произнесла она.

— Это предательство! — Мира резко махнула рукой, указывая за окно.

Женщина повернула к ней лицо.

— Называй как хочешь, но я не собираюсь служить сбрендившему мальчишке, который разрушил все устои и воюет против целого мира.

Мира замерла. Несколько мгновений смотрела на неё, затем тихо повторила:

— Воюет против целого мира...

Девушка всё поняла. Эти слова прозвучали слишком уверенно. Слишком спокойно глава Рода сидела здесь, пока их суда пересекали пространство, по которому ещё совсем недавно били вражеские орудия.

— Так вот почему ты настояла, чтобы я летела с тобой... Ты готовила это предательство задолго до сегодняшнего дня. Да?

Бестужева выдохнула, раздражённо сжав пальцы на подлокотнике.

— Ты ещё молода и не знаешь мира. Поэтому прошу тебя успокоиться.

Мира быстро оглянулась. Взгляды людей вокруг сказали ей больше любых ответов.

Растерянность, тревога, непонимание.

Они не знали, к чему всё идёт. Выполняли команды, пока приказ не увёл их прочь от собственной Империи.

Девушка снова посмотрела на женщину.

— Разворачивай дирижабли, — послышался её твёрдый голос. — Верни их в Империю! Я уверена, что смогу всё объяснить императору. Он — понимающий человек и обязательно меня выслушает!

— Понимающий человек? — губы главы Бестужевых презрительно изогнулись. — Решение уже принято. А значит, закрой рот, Мира. Я твоя мать и сама буду решать, какое будущее ждёт тебя и Род.

Пальцы девушки с яростью сжались. Она поняла, что больше не сможет сдерживаться.

— Моя мама... — на лице появилась кривая улыбка, от которой женщина на троне едва заметно напряглась. — Моя мама — великая героиня, отдавшая жизнь в сражении с тварью и защищавшая своих товарищей в бою. А ты бежишь, как позорная крыса, прочь из Империи, когда в неё пришла беда.

Мария Бестужева ошарашенно застыла.

— Как ты...

— Как я узнала? — Мира резко подошла ближе.

Теперь женщине пришлось поднять голову, чтобы встретиться с её взглядом, а девушка между тем, едва сдерживая ярость, продолжала:

— Ты завистливая тварь, которая решила отобрать у моей мамы всё, воспользовавшись её тяжёлыми родами...

— Нет, я не...

Мария Бестужева замолчала. Из-под капюшона на неё смотрели яростные глаза.

Мира больше не отворачивалась. Не пряталась за молчанием, не отступала, ожидая нового приказа.

Женщина медленно подняла руку.

— Дочь, я... Я всё объясню.

В ладони Миры вспыхнула зелёная энергия. Клинок вошёл в грудь, пробивая сердце.

Мария Бестужева ахнула и опустила взгляд. По ткани медленно растекалась кровь, а протянутая рука так и осталась между ними.

Мира всё так же не отводила глаз, говоря:

— У моей мамы были тяжёлые роды, и впоследствии ей сказали, что она потеряла ребёнка, подсунув мёртвого младенца и сказав, что она больше не сможет родить... Но я была жива. Ты украла меня. И чтобы моя мама меня не узнала, ты изуродовала моё лицо... Я узнала о том, кто моя настоящая мама, ещё в довольно юном возрасте, но всё это время боялась, что ты вновь причинишь ей боль... Однако теперь, когда моей мамы больше нет... Я не позволю тебе забрать и то, что она так долго оберегала и выстраивала. Род Бестужевых.

Женщина попыталась что-то произнести, губы шевельнулись, но слов не последовало.

Её рука безвольно опустилась, голова склонилась набок, а взгляд остекленел.

Мира высвободила клинок и отступила. В зале никто не двигался. Только двигатели продолжали гудеть, унося дирижабль всё дальше от линии боя.

Девушка посмотрела на собственную ладонь, а затем ощутила за спиной знакомую энергию и резко повернулась.

Её император стоял в нескольких шагах от неё. Мира сразу опустилась на одно колено, склоняя голову.

— Простите меня, император! Простите, что я проявила своеволие и убила преступницу собственными руками! Если потребуется, я понесу наказание! Однако... Прошу не наказывать мой Род! Они были вынуждены выполнять приказы безумной предательницы!

Теперь, когда всё закончилось, пальцы девушки начали дрожать. Мира сжала их, пытаясь остановить эту дрожь, и осталась ждать ответа.

Послышался тихий шорох ткани, а на плечи легли руки. Сергей осторожно поднял её и притянул к себе.

Мира замерла, не сразу поняв, что он просто обнимает её.

— Всё хорошо, Мира, — тихо произнёс парень. — Прости, что тебе пришлось замарать руки... И ты права. Твоя мама, Елена Бестужева, действительно героиня. Если бы не её жертва... Страшно представить, в какой бы ситуации сейчас оказались.

Он медленно провёл ладонью по её спине. Мира судорожно вдохнула и впервые за всё это время позволила себе опустить плечи, пока Сергей продолжал:

— Отныне Род Бестужевых принадлежит тебе. Веди его согласно зову сердца и чести. Я не сомневаюсь, что она не единственная предательница, однако проверки мы проведём позже.

— Спасибо... — едва слышно произнесла девушка. Сергей ещё немного подержал её, затем осторожно отстранился. Мира вытерла ладонь, повернулась к замершим людям и подняла голову, громко говоря:

— Курс обратно! Связаться с имперским штабом и сообщить о возвращении!

***

Телепортировавшись обратно на дирижабль к Насте, я посмотрел на передний фланг.

Вражеская линия полностью пробита.

Первый орден продолжает расширять проход, не позволяя противнику снова сомкнуть воздушные порядки. Чёрные корпуса смещаются, прикрывая друг друга, а вокруг полыхают щиты и вспышки орудий.

Я рад, что Мира взяла всё в свои руки сама. Ей можно доверять Род целителей. Я не знаю полной истории этой девочки, но кто её мать, понял почти сразу. От меня это не утаишь.

Она — прямая наследница своей матери, Елены Бестужевой, у которой "не было" детей. Но, как выяснилось, а я всё слышал, сестра просто была завистницей и решила всё подстроить.

Грязная тварь. Жалко, что не я открутил ей голову.

Настя закончила отдавать приказ и повернулась ко мне, поэтому я заговорил:

— Мы отправляемся вперёд, а ты начинай медленное расширение границы. Не забывай, что это одна из многих империй, с которыми нам ещё предстоит столкнуться. Остальные не до конца подтянули сюда свои силы, поэтому особо не распаляйтесь. Старайтесь держать оборону. Мы за это время разберёмся с Орденом и вернёмся.

Она сосредоточенно кивнула.

— Поняла. Ни о чём не переживай, дальше мы со всем разберёмся. И... Верни мою сестрёнку... Я... Очень по ней соскучилась.

— Верну.

Я посмотрел ей в глаза, затем телепортировался высоко вверх, к ожидавшему шаттлу. Единственному, который мне удалось вытащить с мира-корабля. Маленький, крохонький, зато очень быстрый. Быстрее дирижабля. Его не так давно закончили собирать по частям.

Егор и Эйкхирия уже находились внутри.

Первый, одетый в свою императорскую форму, но почти без геральдики, стоял возле обзорного экрана, неотрывно следя за направлением, в котором нам предстояло двигаться. Девушка стояла сбоку, одетая в чёрные сапоги, чёрные штаны, в длинный чёрный плащ до колен и с накинутым на голову капюшоном.

Я занял кресло капитана.

— Отправляемся.

Шаттл начал набирать скорость. Поле сражения осталось позади, а передо мной раскрылась интерактивная карта Земли.

Пожалуй, выражение «весь мир против нас» сейчас обрело вполне буквальный смысл.

У Российской империи и раньше работала хорошая шпионская сеть. После прошлой войны её значительно усилили, и теперь сведения поступают со всех сторон.

Одно государство выдвигает войска, другое подтягивает транспорт, третье готовит силы у границы.

Я переводил взгляд между отметками, просчитывая время. Нам нужно как можно быстрее помочь Тане и вернуться.

Весь план держится на том, что небольшая группа незаметно доберётся до главной угрозы и устранит её. Затем мы вернёмся к обороняющимся и начнём собственный поход.

По крайней мере, против тех государств, которые всё-таки решили напасть, а остальные и сами сдадутся от безысходности.

После этой войны, охватившей всю планету, новых войн на ней уже не будет... Как и разломов.

Уж я об этом позабочусь. Создам единое централизованное государство с единой властью, чтобы людям больше нечего было делить.

По крайней мере, здесь, на Земле.

Я нахмурился, приблизив один из участков карты. Сведения продолжали обновляться, и каждое новое перемещение заставляло заново сопоставлять расстояния, скорость и оставшиеся у нас силы.

***

Около часа спустя:

Егор подошёл ближе.

— Успеем?

— Успеем.

Он кивнул и снова посмотрел вперёд напряжённым взглядом.

Переживает за сестру.

Я вернулся к карте, на какое-то время задумавшись, и какое-то время составлял в голове картины тактических действий, но вдруг что-то мимолётное коснулось души.

Слабое. Но настолько знакомое, что спутать невозможно. Ощущение врага, идущего по твою душу.

Где??!

Резко поднялся, оглядываясь.

Впереди пусто. По сторонам — тоже. Опасность ощущается за спиной...

— Сбросить ход!

Шаттл начал замедляться. Егор и Эйкхирия удивлённо посмотрели на меня. Я дождался, пока скорость почти погаснет, и телепортировался наружу.

В лицо ударил ветер, а ощущение никуда не исчезло. Чужое присутствие, которое я пока не вижу, но уже чувствую.

Через портал никто пройти не смог бы... Значит, если учитывать направление... Кто-то прилетел из космоса...

Союзников, которых можно ждать оттуда, у меня немного. Этараксийцы, Кларисса, Кирилл. Но вряд ли кто-то из них уже добрался... И подобного отклика от их приближения я бы не ощутил.

Враг.

Причём он в первую очередь направится туда, где сейчас сильнее всего энергетический след... К месту, где началось и продолжается сражение. Туда, откуда я улетел за это время уже довольно далеко.

Осознание холодом прошло по душе, а спустя мгновение почувствовал мощный импульс родовой силы. Вика... Она использует силу на максимум...

Следом — отклик Инкара и почему-то «Вершины».

Меч отозвался не на мой зов, а на чей-то другой.

Глава 4 "Мой единственный герой"

Вика всё-таки отправилась на передовую, несмотря на приказ Сергея не вмешиваться в бой.

Но она не искала противника, а тех, кому ещё можно было помочь.

Над головой проносились техники, вдалеке грохотали орудия, а земля то и дело вздрагивала, осыпаясь под ногами. Дым стелился между воронками, смешиваясь с запахом крови и выжженной травы.

Девушка, лавируя между атаками, стремительно перемещалась от одного раненого к другому.

Кому-то помогала подняться, подставляя плечо. Кого-то подхватывала на спину и неслась к медпункту, не позволяя себе задерживаться даже на несколько лишних мгновений.

— Принимайте!

Вика опустилась возле носилок, осторожно передавая очередного бойца подоспевшим людям. Мужчина попытался удержать её за рукав, но пальцы соскользнули, и девушка, ободряюще сжав его ладонь, сразу поднялась.

— Здесь тебе помогут. Спасибо за службу.

За все свои годы Вика не привыкла сидеть на месте и ждать, пока кто-то другой сделает всё необходимое.

Этому её учил папа. И его слова навсегда остались в памяти, каждый раз звуча тем самым спокойным, уверенным голосом:

«Если ты можешь помочь, помоги. Особенно тем, кто всегда оставался рядом с тобой и кто сражался или сражается на твоей стороне».

Вика ускорилась, обходя свежую воронку. Совсем неподалёку в землю ударила гигантская каменная глыба.

Толчок прошёл под ногами, заставляя почву вздыбиться. Во все стороны полетели булыжники, комья земли и обломки раздробленных деревьев.

Девушка резко нырнула в сторону, уходя за щит одного из имперских воинов. По защите застучали камни.

Сам боец стиснул зубы, удерживая её перед собой, а Вика пригнулась рядом. Над краем щита пронеслось сломанное дерево.

Едва основной удар схлынул, девушка сорвалась с места. Туда, куда только что упала глыба.

Она успела заметить там нескольких людей.

Вика сбежала по раскрошенному склону и спрыгнула в овраг. Под подошвами поползла рыхлая земля, но она сразу удержала равновесие, уже разглядев лежавшего ниже мужчину.

Он тяжело дышал, прижимая ладонь к боку. Между пальцами темнела кровь, а из раны торчал обломок камня. Ещё одна тонкая струйка стекала от уголка рта к подбородку.

Вика мгновенно оказалась рядом. Мужчина поднял на неё глаза и попытался отодвинуть слабой рукой.

— Беги отсюда, дочка... Не место тебе на передовой... Мне уже не помочь.

— Это мы ещё посмотрим... — упрямо произнесла Вика.

Она осторожно подхватила его, расположив руки так, чтобы не задеть рану. Мужчина зашипел от боли.

— Потерпи. Я быстро.

На этот раз он не стал спорить. Вика выбралась из оврага, прижимая раненого к себе, и устремилась к медпункту. За спиной снова ударило, но она только пригнулась, не сбиваясь с выбранного пути.

Передав мужчину целителям, развернулась и побежала обратно.

Ходка за ходкой. Через самые горячие участки, между щитами, разбитой техникой и новыми воронками.

На рукавах уже засохла чужая кровь, волосы слегка слиплись от пота, потому что её энергия заблокирована, но Вика лишь провела предплечьем по лицу, заметив очередного раненого возле разрушенной позиции.

И вдруг замедлилась.

Что-то изменилось...

Она остановилась, пытаясь выделить странное ощущение из множества смешавшихся потоков энергии.

Вокруг продолжался бой. Печати раскрывались и гасли, чужая сила сталкивалась со щитами, разливалась по земле и уходила в небо. Но этот отклик отличался от остальных.

Прошло ещё несколько мгновений, и сомнений не осталось.

Подобную энергию Вика узнала сразу...

Сарнойлы.

Она медленно повернула голову, глядя в ту сторону, откуда пришло ощущение. Сжала пальцы и, прикрыв глаза, тяжело выдохнула.

— Прости меня, папа... Похоже, мне придётся раскрыть себя...

Когда она открыла глаза, вокруг её зрачков вспыхнули жёлтые ободки.

От девушки разошлась мощная воздушная волна, пригибая уцелевшую траву к земле и разгоняя пыль. Ближайший воин резко обернулся, но Вика уже смотрела далеко за его спину.

Где-то неподалёку раздался громогласный рёв Инкара. Он услышал её зов и направился к ней.

Вика телепортировалась, оказываясь на его голове. Пригнувшись, девушка тихо произнесла:

— Прости меня, Инкар... Я знаю, что ты этого ещё не умеешь, но просто доверься мне...

Дракон коротко рыкнул, давая понять, что готов ко всему.

Вика, присев на колено, направила в него энергию, и вокруг, по телу дракона, заструились алые молнии, пока сама она полностью встала, вытягивая в сторону руку.

— Папа... Я воспользуюсь твоим оружием.

В её руке возник громадный клинок. Вершина.

Девушка, взяв его обеими руками, потянула рукоять в разные стороны, и меч неожиданно разделился на две половины.

Вика, стоя на Инкаре, который уже знал, куда лететь, была объята алыми молниями, ободки её глаз были жёлтыми, а вот в самом зрачке, прямо в центре, были едва заметные красные точки.

Её обучали сильнейшие, и пусть она пока им не ровня, но не имеет права стоять в стороне, пока враг позволяет себе всё, что хочет.

***

Полностью высушенное тело солдата отлетело в сторону.

Прошло сквозь синий барьер, в который непрерывно врезались техники, и почти сразу попало под очередной удар. Останки исчезли среди вспышек, пока Бартар Сарнойл спокойно висел в воздухе, рассматривая окружающих.

— И этот тоже ничего не знает.

Он даже не проводил тело взглядом.

По щиту пробежали огненные полосы. Снизу ударила молния, следом в защиту врезалась плотная воздушная техника, однако мужчина продолжал смотреть сквозь всё это, выбирая следующего.

Вытянув руку, Сарнойл слегка сжал пальцы. Один из воинов резко сорвался со своей позиции и мгновенно оказался перед ним, схваченный за горло.

Мужчина забился, ударяя кулаками по чужому запястью. Попытался достать противника ногой, затем снова вцепился в удерживавшую его руку.

Безрезультатно. Бартар даже не покачнулся.

Воин попытался использовать технику, но сила не подчинилась. Короткая вспышка возле ладони погасла, не успев обрести форму.

— Ну-ну, тише, — спокойно произнёс Сарнойл. — Я ведь ничего плохого не пытаюсь сделать. Всего лишь хочу узнать у вас, где находится Вайторл.

Его пальцы чуть сильнее сжались, и глаза пленника закатились.

Тело начало темнеть и дряхлеть, а отчаянные движения постепенно замедлились. Руки, ещё недавно пытавшиеся разжать чужую хватку, безвольно опустились.

Бартар подождал немного, затем лениво отбросил очередное тело за щит. Оно исчезло в полыхавших техниках.

— Неужто Вайторл находится не здесь? Или этот трус решил окончательно спрятаться и вообще больше не участвовать в войне?

Он оглядел окружавших его воинов со скучающим видом. Те продолжали атаковать.

Кто-то уже отступал, освобождая место другим. Кто-то, напротив, приближался, пытаясь вложить в удар достаточно силы, чтобы наконец пробить синий барьер.

Бартар слегка повернул голову, провожая взглядом очередную вспышку.

— Ладно, вы всё равно вряд ли что-то знаете. Пойду спрошу у других.

Он махнул рукой, и техники оборвались. Все, кто ещё мгновение назад пытался его атаковать, одновременно рухнули вниз. Погасли поднятые щиты, рассыпались недостроенные печати, а тела начали падать на изрытую землю.

Никто из них так и не успел понять, что именно его убило.

Бартар телепортировался прочь. У новой группы всё повторилось.

Встревоженные взгляды, попытки остановить незнакомца, бессильные удары по защите. Сарнойл вновь искал ответ и вновь не находил ничего, что заставило бы его задержаться.

Он уже поднял руку, собираясь закончить и с этими людьми, но далеко в стороне вдруг раздался яростный рёв.

Бартар повернул голову. В следующий миг в выставленный щит ударило чёрное пламя, опутанное ярко-красными молниями.

Гул заполнил воздух, начало казаться, что трещит само пространство.

Мужчину вместе с защитой начало теснить назад, и он слегка нахмурился, усиливая давление навстречу.

По синей поверхности поползла трещина. Бартар смотрел не на неё.

Впереди, разрезая дым и вспышки, на огромной скорости приближался чёрный дракон. По его телу били красные молнии, перескакивая в окружающее пространство. На нём же находилась девушка.

Её тоже окутывали алые разряды, а в руках она держала два огромных клинка, по виду — половины одного меча.

Пламя ударило снова.

Молнии разошлись шире, заливая всё вокруг чёрно-красным светом. Бартар раздражённо цыкнул и на мгновение прикрыл глаза, уже не различая за этой пеленой приближавшиеся фигуры.

Энергия девушки исчезла впереди и появилась сбоку.

Мужчина лениво повернул голову и встретился взглядом с Викой, которая уже наносила два стремительных удара.

Первый клинок обрушился на щит сверху. Второй прошёл наискось, ударив почти в то же место.

Барьер гулко дрогнул. Бартар посмотрел в её глаза, заметив жёлтые ободки, и неожиданно улыбнулся.

— Вайторл! Как же давно я вас не видел!

Вика не ответила. Продолжила бить, меняя направление клинков и не оставляя промежутков между атаками.

Мужчина чуть склонил голову, разглядывая её внимательнее.

— Ты не он... Тогда кто же ты...? Неужто... Его дочь...?

***

Высоко над полем боя сражались трое.

Вика с двумя длинными мечами, окружённая алыми молниями, Инкар, заливавший пространство чёрным пламенем, и Бартар Сарнойл, который смотрел на всё это с иронией, отражая атаки без усилий.

Девушка двигалась настолько быстро, что порой казалось: даже сопровождавшие её разряды не успевали за ней.

Она появлялась сбоку, наносила удар, раскатывающийся во все стороны алым сиянием, и тут же меняла высоту. Один клинок шёл к плечу, второй — к боку, а следом раскрывалась печать, направляя молнию туда, куда противник собирался сместиться.

Однако Бартар абсолютно спокойно отвёл первое лезвие ладонью, второе отбил коротким движением другой руки. Затем чуть повернулся, пропуская разряд мимо, и снова посмотрел на девушку.

Вика стиснула зубы, разворачиваясь для следующей атаки.

Далеко внизу вспыхивали щиты и тянулись дымные полосы. Отсюда люди казались маленькими точками, но девушка слишком хорошо помнила, кого оставила там.

Тех, кто не сумел бы выдержать даже одного удара этого человека.

Она снова ускорилась, пока огромная чёрная туша чёрного дракона пошла вниз, и Бартар на мгновение оказался под её тенью. Пламя ударило перед Инкаром, отрезая один из путей отхода, а Вика уже смещалась за спину противника.

Сарнойл немного отклонился, подняв руку. Удар тыльной стороной ладони пришёлся по дракону, отбрасывая его в сторону и сбивая с траектории.

Воздух грохнул. Инкар пронёсся мимо, немного поболтался в воздухе, но вывернулся и начал возвращаться.

Вика атаковала сзади.

Два клинка почти одновременно приблизились к Бартару, но тот развернулся раньше, чем лезвия достигли цели. Одно отвёл наружу всё так же голой ладонью, второе отбил вверх, заставляя девушку изменить положение рук.

Вика отступила, уходя от возможного ответного удара, и раскрыла новую печать.

Из неё хлынули алые разряды. Бартар прошёл сквозь них, не утратив своей ленивой улыбки.

Сражение продолжалось.

Инкар заходил с одной стороны, Вика — с другой. Чёрное пламя перекрывало пространство, а два меча возникали там, где только что освобождался проход.

Они атаковали вместе, меняли направления, пытались заставить Сарнойла ошибиться. Но каждый раз он успевал.

— Ну ладно, хватит. Мне надоело.

Инкар как раз начинал новую атаку. Он рванул вперёд, раскрывая пасть, но Сарнойл исчез и тут же появился прямо перед ним, ударив кулаком.

Удар раздался грохотом.

Дракон Хаоса взревел, а его огромное тело со сломанными рёбрами отбросило вниз. Инкара закрутило, повело из стороны в сторону, и за считанные мгновения он превратился в стремительно падающую чёрную точку. Затем врезался в землю.

Вверх выбросило камни и пыль. По полю протянулась громадная траншея, которую дракон пропахал собственным телом, пока поднявшееся облако не скрыло его окончательно.

— Инкар! — яростно закричала Вика, бросаясь на врага.

Бартар двинулся навстречу. Одним стремительным ударом отбил первое лезвие. Следующим — второе. И сразу сократил расстояние.

Вика попыталась уйти назад, поднимая щит, но мужчина пробил его без малейшей задержки и схватил её за горло.

Жёлтые ободки глаз погасли, сила оборвалась, не успев дойти до рук. Оба меча выскользнули из разжавшихся пальцев и полетели к земле, вращаясь в воздухе.

Теперь высоко в небе оставались двое.

Бартар и Вика, которую он удерживал перед собой одной рукой.

Девушка вцепилась в его запястье, пытаясь ослабить хватку. Подтянулась, но пальцы Сарнойла только плотнее сомкнулись на шее.

Бартар смотрел на неё почти без злобы. С тем же ленивым любопытством, с которым незадолго до этого рассматривал солдат.

Вика висела, задыхаясь и цепляясь за вражескую руку, при этом пытаясь вдохнуть. Так продолжалось пару секунд, её взгляд постепенно темнел, на радость Сарнойлу, но вдруг, словно что-то почувствовав, девушка перестала барахтаться, чем явно удивила своего врага.

Поэтому он спросил:

— Ну вот, пришла ты на помощь этим слабакам, и чего этим добилась? А даже если чего-то и добилась, то скажи мне, кто придёт к тебе на помощь?

Губы Вики, которая уже почти ничего не видела, изогнулись в улыбке, а хриплый голос ответил:

— Мой... Единственный... Герой...

Бартар уже собирался ответить, как справа от него возникла тень.

Глаза Сарнойла резко расширились. Он ощутил опасность. Ту, которую совершенно не ожидал встретить на этой маленькой планете.

Краем глаза успел заметить фигуру, выходившую прямо из пространства. И глаза, ярко горевшие жёлтым светом.

В следующий миг заряженный энергией и чёрной молнией кулак ударил точно в локтевой сгиб руки, державшей Вику.

На краткое мгновение сила Сарнойла оказала сопротивление. Затем раздался громкий хруст.

Руку вогнуло внутрь, переламывая её под неестественным углом. Бартар дёрнулся, уже не скрывая потрясения, и его пальцы разжались. Сарнойл мгновенно телепортировался прочь.

Оставшаяся без цели сила удара вырвалась наружу.

По округе прокатился яростный громовой рёв чёрных молний, буквально сотрясая пространство и небеса. Воздух вздыбился, а ударный след устремился вниз, к земле, рассекая её длинной трещиной, сотрясая и саму землю.