Бастард Императора. Том 29.

Глава 1 Пакт и смертельный бой.

Я смотрел на стоящую напротив меня Асизаэль Сарнойл.

Рядом с ней, по обе стороны, стояли старик и парень. И если двое выглядели так, будто их здесь вообще нет, то вот глаза девчонки чуть ли не сияли от какого-то маниакального счастья. На лице играла яркая, почти детская улыбка. Она не скрывала радости. Наоборот, будто специально показывала, насколько довольна тем, что всё-таки меня загнала.

Ветер гулял по выжженному плато, шуршал редкими сухими кустами, поднимал рыжую пыль и гонял её по трещинам в земле. Небо над нами было пустым и высоким, без единого облака. С двух сторон, на приличном расстоянии, стояли шаттлы. Мои люди оставались внутри одного, её — возле другого.

— Я же говорила, что найду тебя, — ещё шире улыбнулась она.

Я смотрел на нее спокойно, не отвечая на эту улыбку ничем.

— И какой в этом смысл?

— Смысл? — Асизаэль даже словно удивилась простоте вопроса. — Забрать тебя в коллекцию.

— И ты думаешь, я буду тебе верен? — изогнул я бровь, не сводя с неё взгляда.

— О, поверь мне, — засмеялась она. Смех у неё был звонкий. — Я заставлю тебя быть верным. Способы у меня есть.

Я только усмехнулся и, чуть прикрыв глаза, покачал головой.

— Какая глупость. Впрочем, чего еще ожидать от взбалмошной девчонки Сарнойлов.

Её взгляд тут же изменился. Улыбка осталась, но стала уже другой. Хищной.

— Ты говоришь так, будто знаешь о нашем Роде что-то... — произнесла она. — Я не знаю тебя, а значит, ты не можешь быть выходцем из нашей, старшей ветви. Неужели тебя кто-то прятал? Или ты из побочной ветви?

Я не стал отвечать ей на этот вопрос. Вместо этого коротко кинул взгляд на стоящих рядом с ней людей и произнёс:

— Раз тебе нужен только я, отпусти моих людей.

— Отпустить такие таланты? — теперь уже Асизаэль изогнула бровь. — Я согласна. Но только при условии, что ты будешь мне служить.

— Я согласен, — прямо кивнул я.

Она, услышав мой ответ, снова громко и радостно рассмеялась. Даже голову слегка запрокинула, получая удовольствие от самого факта услышанного. Старик и парень по-прежнему не шевелились, но я успел заметить, как старик едва заметно повёл взглядом в мою сторону. Не поверил. Умудрённый опытом.

Закончив смеяться, Асизаэль перевела на меня сосредоточенный взгляд.

— Да, знаешь, а с тобой очень весело. Но за дуру-то держать меня не нужно. Ты ведь уже показал, всеми своими попытками уйти, какой ты упрямый. Так что я ни за что не поверю, что ты станешь мне служить так просто. Предложи мне что-то другое, и я их отпущу.

— Хорошо, — спокойно ответил я. — Если ты их отпустишь, я тебя не убью.

Она снова засмеялась, но уже недолго. Смех оборвался резко. Теперь девчонка смотрела на меня очень внимательно. Не только она. Старик и парень тоже коротко, но уже без прежней отстраненности, скользнули по мне взглядами.

— И ты ведь не шутишь, — произнесла Асизаэль абсолютно серьезно. — Знаешь... Я тебя не знаю, но почему-то кажется, что шутить ты явно не собираешься. Но если я их не отпущу, что тогда?

— Я тебя убью, — все так же спокойно ответил я.

Она усмехнулась и посмотрела в сторону шаттла.

— Что ж, знаешь, полюбовно быть вместе нам всё равно не выйдет. А я все-таки хочу, чтобы ты служил мне, поэтому я согласна отпустить их.

— Пакт? — спросил я.

— Пакт, — кивнула она.

В следующую секунду мы вытянули навстречу друг другу руки, создавая печати.

***

На шаттле в этот момент стояла абсолютная ошарашенная тишина.

Впрочем, длилась она недолго.

Яна первой рванула к панели управления. Приложила ладони к интерфейсу, быстро разблокировала доступ, вызвала терминал и заблокировала возможность взлета. Шаттл, уже начавший набирать высоту, дёрнулся и тут же завис в воздухе. Впрочем, четвёрка, как и два пилота, не стали что либо говорить, не сговариваясь, смотря вниз.

На рыжем каменном настиле, далеко внизу, двое людей, о чём-то ещё продолжая говорить, медленно пошли по кругу, сохраняя расстояние между друг другом. Старик и парень, как и вражеский шаттл, улетели подальше.

Двое, словно два хищника, двигались ещё несколько секунд. А в следующий миг что-то неуловимо изменилось.

Никто на шаттле не успел понять, что именно. Просто два силуэта растаяли в воздухе, а спустя долю секунды появились уже в центре плато. Удара никто из наблюдающих не увидел. Однако в то же мгновение вся земля под образами раскололась, и мощные бугристые волны камня и пыли разлетелись в разные стороны, образовывая огромный кратер.

Миг — и два образа вновь исчезли, чтобы появиться уже чуть левее.

Снова удар. Снова земля под ними грохнула и пошла трещинами, расходясь и взрываясь осколками в стороны на многие сотни метров.

Столкновение внизу продолжалось без остановки. Они перемещались быстро, мгновенно. Никто наверху не успевал даже понять, где они находятся, как оба тут же проявлялись уже в другой точке плато. Каждый их удар, каждое столкновение создавали чудовищные ударные волны, которые сметали поверхность в стороны. От их силы воздух не просто гудел — он стонал под сокрушающей мощью.

В какой-то момент два образа снова проявились. Асизаэль нанесла быстрый, стремительный удар кулаком. Сергей тут же блокировал его, и это позволило девушке ударить ногой сбоку. Он снова успел подставить руку, и в то же мгновение сам ударил её в живот. На этот раз уже ей пришлось уходить в блок. Обмен пошел настолько быстро, что со стороны это выглядело единым непрерывным всплеском движений, в котором невозможно было различить, где защита, а где атака.

Потом образы вновь исчезли.

Снова миг, столкновение, опять стремительные и яростные удары, но уже с применением молнии и огня. Молния, невероятно огромная и яркая, треща, разрывала землю на сотни кусков, разбрасываемых вокруг позади учителя, а пламя Асизаэль гудело, оплавляя и превращая площадку под ней и позади в единый невероятно прочный монолит.

Так продолжалось ещё какое-то время, затем образы исчезли.

И раньше, чем они успели снова проявиться, пространство разрубила мощная ало-красная волна пламени унёсшаяся далеко вперёд. Она унеслась прорезая землю длинным раскалённым шрамом. В то же мгновение оба снова возникли в центре плато.

Теперь в руках Асизаэль был двуручный огненный клинок, по лезвию которого стекала магма. Воздух у самого оружия дрожал, а земля под ногами девушки чернела. В руках же их учителя оставался всё тот же двулезвийный клинок. От которого, впрочем, словно изгибалось само пространство, идя волнами.

От нового удара во все стороны разошлась такая мощная ударная волна, что пространство на миг потемнело, будто его сжали и растянули. Следом оба сорвались вперёд, несясь по земле на чудовищной скорости и обмениваясь ударами уже на бегу. Каждый взмах клинками порождал новые режущие волны, каждый блок отдавался грохотом, а сама местность менялась до неузнаваемости прямо на глазах.

Яна, Ольга и ученики сами не заметили, как побелели сжимаемые ими кулаки, и как они сглотнули ком в горле, от осознания, что там, внизу, шла битва такого масштаба, которого они прежде не видели.

И ещё яснее стало другое.

Их учитель действительно решил пожертвовать собой, чтобы дать им возможность уйти... Так как из этой битвы живым сможет выйти только один...

***

Саша, а точнее королева Саара, сидела на троне в своём тронном зале.

Помещение было высоким, холодным и торжественным. Свет от вытянутых к потолку колонн ложился ровно, подчеркивая серебристо-белый камень стен и тонкие золотые узоры, уходящие также вверх. Сам трон стоял на небольшом возвышении.

Ступени к нему были широкими и гладкими, а внизу, чуть ниже, стояли трое старейшин. Они докладывали о ситуации в пиратском секторе, о движениях флотов, о выживших, о потерях и новых угрозах.

Саша слушала внимательно не пропускала мимо ни единого слова. Вот только мысли девушки всё равно были не здесь.

Они раз за разом возвращались к одному и тому же. К тому, кто ушёл.

В какой-то момент, не выдержав, она тихо спросила:

— Имела ли я право лишать его титула?

Вопрос, оброненный будто бы вскользь, тем не менее заставил старейшин замолчать. Все трое коротко переглянулись. Они явно не ожидали этого именно сейчас. Королева же продолжила, всё так же тихо, но уже с внутренним напряжением в голосе:

— Он прав. Я ещё слишком молода. Но даже так... Я хочу, чтобы мой народ снова сиял. Однако… — она чуть сильнее сжала пальцы на подлокотнике. — Скажите мне, имела ли я право лишать его титула?

Теперь она обращалась к ним прямо, как королева к тем, кто обязан дать ответ.

Старейшины снова переглянулись. Один из них тяжело вздохнул и заговорил:

— При всём уважении к вам, королева, и как бы эта правда ни была горька… Нет. Не имели права.

Саша ощутила, как где-то глубоко в груди поднимается волна ярости. Резкая, горячая, почти обжигающая. Но в следующую секунду её уже не было. Девушка подавила эту эмоцию, вспомнив последние слова Сергея.

Тогда заговорил другой старейшина:

— Королева, несмотря на все сказанные вами слова, вы не то что не имели права лишать его титула… Вы просто не смогли этого сделать.

Саара внимательно посмотрела на него.

— Что ты имеешь в виду?

Старейшина посмотрел в сторону, собираясь с мыслями сделал несколько медленных шагов, а затем снова посмотрел на королеву.

— Свет — это не титул в прямом понимании этого слова. Это нечто куда более глубокое и куда более не явное, чем может казаться.

Он сделал короткую паузу.

— У нашего Света было много титулов в своё время. И от каждого из них он отказался, не желая связывать себя с нашим народом. На то, — старик покачал головой, — были свои причины. Какие — мы не знаем. Знали только другие старейшины, более древние. Но, как я и сказал, вы ничего у него, по сути, и не отняли. Потому что просто не могли этого сделать. У вас, королева, нет над ним власти. В то время как у него…

Старейшина замолчал. И эта пауза очень не понравилась Саше.

— Что — у него? — спросила она, оглядывая всех троих. Старики переглянулись. — Хочешь сказать, — напряглась Саша, — что у него есть власть над нашим народом. Это смешно! — Она махнула рукой, словно опровергая саму мысль об этом. — Эту власть ему может дать только…

Девушка внезапно на миг замерла, кое-что осознав. Её лицо едва заметно побелело. Она сама не заметила, как вскочила с трона.

— Только не говорите мне, что…

— Право, — тихо кивнул один из Этараксийцев. — Королевой Ваартирией, вместе с частичкой её души, Асшелю Вайторлу также было передано и Право.

— Не может быть…

Саша стояла, ошарашенно глядя перед собой. Её взгляд дрогнул, затем она медленно села обратно, всё так же не до конца веря услышанному.

— Но я слышала, что Право было утеряно…

Другой Этараксиец тяжело вздохнул.

— Именно поэтому вы, и не только вы, а также все остальные Этараксийцы, простой народ, и слышали, что Право было утеряно. А если быть более точным — уничтожено во время войны. Вот только, — он горько покачал головой, — это была ложь. Право было передано. Королева Ваартирия была мудрой и верной... По поводу этой передачи у старейшин с ней были очень долгие споры. Однако она настояла на своём и всё-таки поступила так, как решила сама. Сказав, что однажды мы поймём.

Губы Саши чуть дрогнули.

— А он… Он знает об этом Праве?

— Думаю, что нет, — помотал головой старый Этараксиец. — Королева сказала, что оставляет ему это Право на всякий случай. Наш народ не раз блуждал во тьме. И чтобы однажды его проще было вытащить из этой тьмы, королева и передала Право.

Саша медленно выдохнула и прикрыла глаза.

— То есть… Если бы он захотел, то всего лишь одним приказом заставил бы нас всех следовать за ним...?

— Всё так, — кивнул старейшина. — Вот только Асшель Вайторл не стал бы так делать. Он, как никто другой, понимает природу нашего народа. Ведь и сам в каком-то смысле является таковым. Как и мы, он свободолюбив. Когда-то раньше он не был привязан ни к одному месту, и в то же время был верен каждому, кто доверялся ему. Именно поэтому мы уверены, что, даже знай он о Праве, подчинять нас себе не стал бы. Мы — Этараксийцы, верный народ, и в этом наша сила. Чем больше свободы и веры получаем, тем сильнее связываем себя с тем, кому доверяем. Асшель Вайторл понимает это, как никто другой. Именно поэтому он никогда не стал бы нас подчинять.

Саша всё ещё сидела немного ошарашенная.

— Я понимаю, что он спас наш народ... Понимаю, что спас прошлую королеву. И даже сейчас… — она запнулась, взгляд её на миг дрогнул. — Даже сейчас он помог нам, когда мы чуть не заблудились. Но только из-за этого отдавать человеку это…?

— Только из-за этого? — усмехнулся другой Этараксиец.

Все трое переглянулись и медленно покачали головами.

— Вы ещё молоды, королева. И вы не знаете всей правды прошлых лет. Да, красивая история о том, как он пришёл и спас всех нас, разрывая небеса молниями и убивая врагов — это правда. Но за ней лежит куда более глубокая истина. О человеке по имени Асшель Вайторл, о королеве Ваартирии и о нашем народе.

Он сделал шаг вперёд, чуть махнув рукой.

— Мы не сможем рассказать вам всего. Для того чтобы понять всё самой, вам необходимо будет вернуться в одну из библиотек королев. Поверьте мне, — старейшина задумался и вновь покачал головой, — когда вы узнаете всю правду, на все те вещи, на которые смотрите сейчас одним взглядом, вы станете смотреть совершенно другим.

Все трое старейшин снова переглянулись, а затем посмотрели на свою королеву.

И один из них закончил:

— Но вы должны знать главное: Асшель Вайторл далеко не так прост, как хочет казаться. Он не просто человек, если можно так выразиться… Он...

***

От автора: (третий раз подряд, да-да (где-то тут смех))

Прошу вас не забывать о сердечках. Они очень мотивируют стараться дальше, и очень важны! Спасибо каждому, кто не забывает ставить. Каждый кто забыл - поставьте! Спасибо заранее!

Глава 2 Битва в небесах. Часть первая.

Вступая в бой с Асизаэль, я изначально понимал, что это сражение не будет простым.

Рывок в сторону — и ухожу от проносящейся мимо огненной волны. Она с рёвом вспарывает воздух, обдавая чудовищным жаром даже на расстоянии, и уносится дальше, оставляя за собой длинный, раскалённый след.

Миг — и моя противница появляется немного выше и впереди. Наносит удар своим двуручным мечом сверху вниз, вкладывая в него не только силу тела, но и чудовищную мощь своей стихии.

Я не блокирую полностью и не принимаю удар в лоб. Вместо этого делаю мягкий блок, слегка, едва заметно смещая траекторию её клинка в сторону. От прикосновения двух лезвий во все стороны разошлись искры. Асизаэль, не ожидавшая именно такого увода удара, на огромной скорости врезалась в землю, уничтожая то, что и так уже было уничтожено раньше. Рыжий камень плато вздулся, треснул и разлетелся в стороны затвердевшим от жара щебнем.

Мягкий блок и инерция позволили мне повести оружие дальше. Я крутанулся вокруг своей оси и с силой нанёс удар по противнице. Она успела вскинуть клинок вверх, блокируя мой удар. Вот только не мягко, а жёстко, встречая силу силой. И всё же я добавил достаточно давления, чтобы её резко отнесло прочь. Асизаэль на огромной скорости улетела в сторону, чертя телом и пламенем длинную дугу над расколотой землёй.

Я тут же телепортировался, но появляясь не над ней, а выше. Потому что противница уже успела создать вокруг себя множество огненных шаров раскалённых чуть ли не добела. Они вращались по орбите вокруг её тела и пульсировали, готовые в любой момент взорваться, если бы я оказался рядом. Она тоже телепортировалась, и мне вновь пришлось менять направление.

И снова мы начали носиться по плато двумя вспышками.

Асизаэль — это не мой прошлый противник, не тот пират. Все выходцы из кланов, Орденов или же Родов, тем более из императорского — невероятно подготовленные бойцы, умеющие управлять не только своим телом, но и энергией внутри него. Тот пират, абсолют второго ранга, лишь пыль на фоне этой девчонки. Опасной и очень хорошо обученной.

Выход из телепортации. Я понимаю, что Асизаэль сзади, и снова, оборачиваясь, провожу мягкий блок, не пытаясь удержать всю её необузданную мощь. Уводя удар в сторону, успеваю телепортироваться и появиться уже за её спиной.

Она, явно понимая, что не успевает развернуться как надо, резко вонзает клинок в землю. Во все стороны вокруг тут же фонтаном бьют лавовые потоки. Камень расплавляется в алом свете, трескается и пузырится, вздымаясь вверх.

Я направляю клинок вниз, целясь ей прямо в спину, и использую по максимуму тёмную энергию, создавая мощную чёрную волну, которая без труда пробивает её пламя. Но противница уже успевает развернуться, нанося резкий, мощный удар своим двуручным мечом.

И вновь — мягкий блок. Скольжение вперёд. Она уже в радиусе моего удара, не ожидая этого. Впрочем, сам удар я не наношу, делая вид, что не успеваю, чтобы показать, что куда слабее. Сейчас этот удар ничего не решит, поэтому нужно дождаться куда более подходящего момента.

Снова телепортация. И снова мы в мгновенных вспышках пытаемся убить друг друга.

Её первый абсолют и мой пятый — как небо и земля. Именно поэтому я не могу спокойно блокировать её удары. Нет, могу, но для этого придется задействовать слишком много энергии, а в таком бою это явное расточительство. Поэтому приходится проводить мягкие блоки, а не жёсткие.

А еще желательно не давать ей блокировать мои удары. Потому что каждый мой удар по Асизаэль — это всё равно что бить в тонких перчатках по бетонной стене. Удар вроде бы смягчается, но ты всё равно чувствуешь эту тупую ноющую боль. В данном случае она ещё и в кости отдаётся, настолько велика разница в энергетическом уровне.

Мы одновременно резко разрываем дистанцию телепортацией.

Я раскручиваю свой двулезвийный клинок на огромной скорости, делая оборот вокруг собственной оси, и что есть сил запускаю в противницу молниевый образ клинка. Он крутится на невероятной скорости, распространяет вокруг себя трещащие молнии, режет воздух и почти неразличим на фоне и без того искаженного пространства. Она же просто создает печать, ударяет в неё острием клинка — и в мою сторону летит громадный лавовый клинок.

Мы снова телепортируемся, на этот раз выходя уже высоко над нашими столкнувшимися техниками. Асизаэль создала еще одну печать, из которой вырвалась громадная огненно-лавовая тварь, чем-то похожая на рыбу-пузырь с гигантскими клыками.

Я сделал два резких взмаха клинком, отправляя против неё перекрестие темной энергии.

А в это время высоко в небе вспыхивает уже множество печатей. Похоже, девчонка прощупала почву и поняла, что просто так меня не победить. Поэтому теперь будет использовать все свои силы...

И самое ужасное в этом бою не то, что мне нужно победить её. Что само по себе уже непросто. А то, что у неё также есть двое спутников. И мне нужно придумать план, чтобы победить её и задержать их так, чтобы я смог уйти, так как помирать здесь не собираюсь.

***

— Это шутка такая? — тихо спросил старик.

Он и парень висели в отдалении. Достаточно близко, чтобы в любой момент вмешаться, но также достаточно далеко, чтобы их не задело чужими техниками. Сражение теперь уже разворачивалось высоко в небе, среди множества печатей и техник, что разрывали и взрывали небеса.

— Как он умудрялся скрываться всё это время? — продолжил старик, не сводя взгляда с поля боя. Его морщинистое лицо оставалось собранным, но в голосе звучало старческое задумчивое недоумение. — И самое главное, чей это мальчишка? Какой ветви он принадлежит?

Некоторое время помолчав, старик продолжил:

— Сомневаюсь, что побочной. Слишком уж сильна его кровь... Почти на четвертом ранге абсолюта сражаться против первого ранга… Да ещё так умело, учитывая, что госпожа Асизаэль — невероятно сильный боец… Это просто невозможно.

Его глаза чуть сузились.

В этот момент небеса не просто трещали — они чуть ли не разрывались. Оба противника выходили на некоторый пик своих возможностей. Сотни печатей, сотни техник, что неслись навстречу друг другу. Но опаснее всего были огромный молниевый дракон и гигантский огненный дракон, которые занимали собой чуть ли не всё небо. Один — сплетенный из бело-синих разрядов, второй — из лавы и пламени.

Миг столкновения. Вспышка. И во все стороны разносится стремительная светлая волна, поглощающая собой свет. Привыкшие к такому практики даже не прищурились. Однако обычный человек, увидев эту вспышку, сразу же бы ослеп.

Высоко в небе образовалась огненно-молниевая буря. Она переливалась от собственной мощи, а затем рванула.

Из неё двумя стремительными всполохами вылетели в разные стороны два силуэта.

Один — девушка. У неё на голове уже не было вуали, а чуть обгоревшие на концах волосы развевались. Также было частично разорвано платье, начиная с правого плеча и заканчивая левым краем бока. Обожженные лоскуты открывали вид на фиолетовый бюстгальтер, удерживающий грудь девушки. Также отсутствовала часть платья снизу, оголяя красивые и стройные ноги.

Вторым вылетевшим образом был парень. И у него дела были чуть хуже, чем у девушки. Вся верхняя часть одежды полностью сгорела и теперь лоскутами спадала вниз, открывая вид на невероятно натренированное и напряжённое тело с чёрной, небольшой, однако чуть запёкшейся кровью на боку от раны.

Но умудренные практики прекрасно понимали - это лишь начало. Если они сейчас пробили доспехи и покровы друг друга, уничтожив часть одежды, значит совсем скоро дойдёт и до чего-то куда более серьёзного.

— Илтар, — заговорил старик, вновь взглянув на парня.

Тот мельком посмотрел в ответ.

— Я не сомневаюсь в победе госпожи Асизаэль. Однако этот парень слишком необычен и слишком опасен. Если так выйдет, что он решит сбежать, мы с тобой должны схватить его. Мы не знаем, какие козыри припрятаны у него в рукаве, поэтому действовать будем вместе, чтобы точно не ушёл.

Молчавший все это время парень наконец разомкнул губы.

— А как же пакт? Госпожа заключила его. Если сейчас вмешаемся, и если она его нарушит…

— Она его не нарушит, — перебил старик. — Это мы будем действовать без приказа. Да, потом будем наказаны, однако мы должны схватить этого мальчишку любой ценой.

Илтар ничего не ответил. Парень лишь перевёл свой взгляд на сражающихся, наблюдая за боем очень внимательно.

Однако параллельно с этим перед его глазами проносились совершенно другие картины.

Замок. Нападение высшего из китайской империи, который своей гравитацией уничтожал землю. Бегущий брат, бегущие остальные люди Рода... Затем принятое парнем решение и используемый лёд. Потом — холод. Невероятный холод, прожигающий кости чуть ли не до основания. Затем — чужие слёзы на щеке. И после — пустота, за которой следовал разговор, как сказал глава, в море души.

Ныне зовущийся Илтаром, а прежде звавшийся Кириллом Эрстевым, смотрел на бой очень внимательно.

На то, как содрогается и без того уничтоженная земля. На то, как противники снова и снова сходятся в битве. На то, как госпожа Рода, которому в данный момент он служит, использует невероятно смертоносные техники. И на то, как глава, который сделал для него так много и которому когда-то он поклялся в вечной верности, хоть и отбивается от этих техник на невероятном уровне, но уступает очень сильно по рангу и уровню энергии... Что становится всё заметнее и заметнее с протяжённостью боя.

Он каждый раз ходит чуть ли не по лезвию ножа.

Вот Асизаэль создала перед собой резкими ударами клинка небольшой огненный пылающий крест ярко-ало-чёрного цвета и отправила его в сторону главы. Тот, наверняка прекрасно зная, что это за техника, оставил перед собой образ из синих молний, а сам телепортировался далеко назад. Техника, настигшая образ, взорвалась, раскрываясь уже не в небольшой крест, а в громадное чёрно-красное зарево. Если бы он оказался впритык, то вполне мог бы очень сильно пострадать.

Перерождение дало Кириллу много возможностей, и он даже не думал, что так скоро встретится с главой...

Ладонь парня с силой до дрожи сжалась, когда Илтар увидел, как Асизаэль, вися на приличном расстоянии в небе, чуть ли не сбрасывая с небес огромные создаваемые звезды во множественном числе, направляла их на того, кто и сейчас оставался для него главой. Тот, тем не менее, не позволял ни одной из этих звезд коснуться себя, каждый раз ускользая из-под массированного удара.

Звёзды, падая на землю, взрывались лавовыми потоками и реками.

Илтар чувствовал, что бой выходит на финальную стадию. И в этот момент в воздухе что-то неуловимо изменилось.

От Асизаэль во все стороны ударила фиолетовая волна.

Старик рядом довольно улыбнулся.

— Госпожа решила использовать свои глаза. Похоже, теперь этому парню действительно не уйти.

Все те звезды, что падали вниз, вмиг вспыхнули ярко-ало-красно-чёрным светом. И даже те, что уже почти добрались до земли, начали резко разворачиваться. Все они, словно приклеенные, понеслись в сторону главы.

Тот попытался телепортироваться.

Однако Асизаэль, вися довольно далеко в воздухе, резко вытянула вперёд руку. Высоко в небе появилась громадная печать, что ударила вниз прозрачной, едва заметной и чуть фиолетовой энергией, накрывая на многие километры вокруг всё и блокируя возможность телепортации.

Илтар знал эту технику... Видел её чудовищную мощь ранее...

Множество звёзд на огромной скорости летели прямо в главу, готовые превратить его в изуродованный кусок мяса или же полностью убить...

***

Земля. Земли Рода Вяземских:

Славка, спустившись с лестницы на первый этаж, повернул голову и посмотрел на Гришу.

Задумчивый парень в этот момент сам смотрел вниз, в сторону лестницы к подвалу. Замок был тих, несмотря на день. Славка подошел к нему и положил руку на плечо.

Гриша кинул на него быстрый взгляд, затем снова посмотрел вниз.

— О чём задумался? — спросил Славка.

Пару секунд помолчав, Гриша всё же ответил:

— Ситуация, которая произошла вчера, и события в целом показали мне, что сколько бы я ни становился сильнее, сколько бы ни рос над собой, я всё равно остаюсь тем же беспомощным мальчишкой...

Парень горько покачал головой. В голосе его не было истерики, только усталость и злость на самого себя.

Славка чуть сжал его плечо и убрал руку.

— Слова не юноши, а настоящего мужчины. Я уверен, что глава гордится тобой. Ведь принятие собственной слабости — это и есть путь к работе над собой. Ты зря коришь себя, Гриша. По нынешним меркам Земли ты самый молодой высший. Даже глава был старше тебя, когда сам стал высшим на Земле.

Гриша чуть прищурился, а затем ответил:

— Это ничего не даёт. То, что я в таком молодом возрасте смог взять такой ранг, совсем не означает, что это что-то изменило в нашей жизни. Да, я стал сильнее, могу защищать Род. В прошлом, если бы не было всех этих ситуаций, если бы не встретился с братом, мой ранг в таком возрасте открыл бы передо мной не просто все двери, а чуть ли не всю Землю. Вот только сейчас, — он смотрел вниз, на тёмный провал лестницы, — я понимаю, что каждая та дверь была бы не более чем просто пустышкой.

Парень медленно двинулся вниз, Славка пошёл за ним.

— А сейчас я смотрю перед собой в огромный коридор с запертыми чёрными дверями, и понимаю, что за каждой из них скрывается такая опасность, о которой я никогда даже не мог подумать.

Они спускались до тех пор, пока не добрались до сокровищницы — отдельного, расширенного помещения, где лежало все самое ценное. Но Гриша направился не в саму сокровищницу, а в отделение слева от нее. Открыв замок при помощи своей энергии, парень зашел внутрь, а следом за ним и Славка.

— Брат говорил, — заговорил Гриша, — что это копьё когда-то принадлежало невероятно сильному стражу.

В центре комнаты, чуть подрагивая и создавая вокруг себя импульсы, искажающие пространство, висело белое копье. Оно не лежало и не было закреплено. Просто висело в воздухе, будто само по себе. По его древку пробегали едва заметные волны, наконечник был идеально гладким и при этом от него тянуло такой плотной, тяжёлой силой, что воздух вокруг чуть заметно дрожал.

Гриша сделал шаг вперёд. В его глазах с самого начала не было растерянности и нерешительности, так как парень давно перерос свой юный возраст, но теперь там было нечто другое - желание получить силу во что бы то ни стало. И парень закончил:

— События будущего диктуют нам, что нужно быть ещё сильнее, чем есть. Поэтому я подчиню себе этот артефакт.

Глава 3 Битва в небесах. Часть вторая. Кирилл?

Рана на боку нехило так болит. Даже несмотря на то, что я использую энергию, чтобы отключить нервные окончания, боль всё равно пробивается сквозь это онемение.

Я быстрее своей противницы, но не сильнее ни в физическом, ни в энергетическом плане. Из-за этого в момент нашего столкновения, когда я отражаю её атаки своими техниками, не поспеваю за всем, что и привело к ране. Сейчас же, сквозь замедленное восприятие, я вижу, как множество огненных шаров летят ко мне.

От такой техники не успею уйти так просто... Это просто невозможно.

Асизаэль выходит на пик своих возможностей. И что самое неприятное, я понимаю, что из-за разрыва в рангах этот пик у неё гораздо выше моего. Поэтому, если продолжится столкновение в лобовую, я могу и не выйти из этого боя целым. А значит, похоже, как бы я этого ни хотел, но без использования собственной родовой силы я могу просто откинуться...

Придётся рисковать и тем самым раскрывать себя и свою личность перед врагом.

***

На то, что к мальчишке приближается смерть, старик смотрел с особым наслаждением. Ему не нравились такие зазнавшиеся юнцы — слишком шустрые, талантливые и слишком уверенные, что мир лежит у них под ногами. Он уже почти предвкушал момент удара, как вдруг...

Как вдруг в следующий момент неверяще подался вперёд.

— Не может быть! — выдохнул он.

Парень, на которого обрушивались огненные кометы, просто сделал шаг вперёд, исчезая в темноте пространства. Не телепортацией и не обычным смещением — он именно ушёл в чёрноту. Асизаэль не успела среагировать, как он уже появился немного сбоку от неё.

Девушка успела поставить щит.

Однако мелькнувший чёрный клинок в другой руке парня ярко вспыхнул, пробивая его. Асизаэль подставила меч, принимая удар на жёсткий блок, но мгновение спустя её зрачки слегка, едва заметно расширились, когда одним ударом её на огромной скорости отбросило прочь.

Парень между тем снова шагнул в чёрное пространство, выходя перед летящей Асизаэль и ударяя своим клинком. Девушка к этому моменту уже успела справиться с неконтролируемым полётом, поэтому встретила его опять жёстким блоком. Но каково же было её удивление, когда она вновь проиграла в силе, ещё одним ударом отлетая прочь.

— Не может быть... — прошептал старик, уже не скрывая потрясения. — Эта сила... Возможность уходить сквозь подпространство... Она доступна только старшей ветви. Чей это бастард??! Шанс проявления такой силы у низшей ветви практически ничтожен! А значит, он точно ребёнок кого-то из главной семьи! И почему... Он вдруг стал сильнее??

Старик почти с яростью и ревностью всматривался в бой.

— Их энергетические уровни очень сильно разнятся. Госпожа Асизаэль уже должна была победить! Что происходит??! Невозможно, чтобы она, выходец из старшей ветви, родовитая, проигрывала какому-то парню, чей уровень энергии гораздо ниже!

***

Двое противников в небе продолжали пытаться убить друг друга. В ход шло всё возможное: от печатей до простых ударов клинками, которые рассекали само пространство. Асизаэль использовала свои глаза по максимуму. Создавала настолько чудовищные техники, что их не выдержал бы никто другой.

Никто другой, кроме обладателя подобных глаз...

И владеющий проходом сквозь подпространство Сергей без труда нивелировал для себя каждую её атаку. В какой-то момент он просто ускользал и выходил довольно далеко. Так бойцы поняли, что пришли к одному и тому же выводу: победить сможет только тот, кто дожмёт другого в ближнем бою.

Столкновение в небе началось с новой силой.

Гул от ударов, треск и рев стихий разносились на многие километры вокруг. Люди, что находились очень далеко от этого плато, всё равно так или иначе были очевидцами вспышек высоко в небе вдали.

Удар за ударом. Вспышки техник. Молнии. Огонь. Чёрные разрывы подпространства, открывающиеся на долю мгновения и тут же закрывающиеся обратно. Всё пространство давно превратилось в огненно-молниевую бурю.

Асизаэль, понимая, что нет смысла использовать техники в прежнем виде, использовала глаза на усиление самой себя. Что дало ей новую дополнительную силу. Поэтому на теле её противника появлялись всё новые и новые раны, выжигаемые невероятно мощным клинком.

Но в какой-то момент всё изменилось...

Асизаэль, поглощённая боем, тем не менее не утратила способность анализировать сложившуюся ситуацию. Противник перед ней был не просто одарённым. Это точно выходец из старшей ветви.

Но хоть враг и аномально силён... Она ему ни за что не проиграет! И заставит служить себе, как заставляла других.

Находясь посреди огненно-молниеносной бури, в замедленном восприятии девушка быстро оглядывалась, ища своего противника, который ранее телепортировался, пока неожиданно не осознала, что хоть и приглушает для себя шум боя, но теперь не слышит вообще ничего.

Понимание происходящего заняло всего миг. Не было ни звона, ни гула в ушах, ничего. Просто тишина. Невозможная посреди такого масштабного сражения.

И именно эта тишина заставила сердце девушки пропустить удар и в то же время побелеть лицом, с ужасом смотря вперёд. Перед глазами у неё невольно пронеслись воспоминания прошлого. Тот момент, когда её обучал отец.

— Асизаэль, — произносил мужчина без одной руки, отражая все удары дочери, — ты знаешь, какой самый опасный момент в бою?

Атакуя мечом, девушка, чуть запыхавшись, спросила:

— Недооценить противника?

— Нет.

Отец без труда отбил её удар голой рукой.

— Недооценить противника — это глупость до боя. А самый страшный момент во время боя — это когда наступает абсолютная тишина. Момент, когда вся энергия в твоём теле собирается в тебе, чтобы сообщить, что здесь и сейчас ты находишься в максимально возможной опасности. Сквозь эту тишину она буквально кричит тебе, что смерть уже совсем рядом.

Он тогда смотрел на неё спокойно, но в голосе чувствовалась серьёзность, к которой нельзя было не прислушаться.

— Когда в момент боя — надеюсь, что у тебя этого всё же никогда не случится, — ты не "услышишь" буквально ничего, кроме тишины — беги, Асизаэль. Спасайся. Спасайся так быстро, как только можешь. Или же собирай всю свою силу для защиты.

— Но бежать — это ведь позорно, — возразила девушка.

— Позорно, — кивнул ей отец. — Однако умереть по собственной глупости, недооценив противника заранее — ещё позорнее.

Тогда девушка задумалась.

— Скажи, папа, а ты сам когда-то был в подобной ситуации? Когда "слышал" тишину?

Отец на пару секунд замолчал. Потом вздохнул и, отразив её удар, остановил Асизаэль рукой, показывая, что тренировка закончена. Затем он прошёлся немного вперёд и, смотря на вершины города, произнёс:

— Да, я был в подобной ситуации. — Мужчина поднял культю, которую так и не смог восстановить. — Однажды я ощутил давление пустоты на себе. И было это очень давно. Тогда моим противником был... один из Вайторлов.

Из воспоминаний девушка вынырнула быстро и рывком. Несмотря на всю ощущаемую пустоту и тишину, она всё равно оставалась воином и успела заметить едва уловимое движение.

Она вскинула клинок вверх, готовясь защищаться.

Миг — и над ней появился парень с занесённым клинком. Но девушка смотрела не на оружие. Она смотрела в его глаза.

В них она ясно видела переплетение отличительных черт Сарнойлов и Вайторлов.

Ещё миг — и два оружия столкнулись.

***

Яна и Ольга, а также ученики, смотревшие за всем боем с посеревшими лицами на расстоянии, пытались разглядеть хоть что-то сквозь огненно-молниевую бурю. Вот только это не получалось. Ровно до момента, пока сквозь толщу самого судна не прорвался обычный хлопок.

В ту секунду каждый из них ощутил, как сердце дрогнуло от высвобождённой в бою мощи, которая только что была использована.

Огненно-молниевая буря была сдута мгновенно одной лишь вспышкой. Никто не успел даже ничего понять, как она просто развеялась, сдутая. А земля внизу, и так уже довольно изуродованная, взорвалась. Не было ни шлейфа удара, ни видимого следа стихии. Просто в один момент и без того покорёженный грунт был чем-то пробит. Чем-то, что, разрушая собой землю и создавая всего за миг гигантский каньон, неслось далеко вниз, углубляясь метров на четыреста-шестьсот.

Земля, вспучиваясь от удара, дрожала и гремела, рассыпалась и снова собиралась в невероятно огромные обломки камней. Здесь и сейчас то, что когда-то было ровной каменистой почвой, превращалось в громадный каньон с огромными горами, расходящимися на километры во все стороны.

Первой отмерла Ольга.

Сцепив зубы, она крикнула:

— Уходим!

Яна так же быстро отмерла. А ещё ощутила по связи ясный и чёткий приказ Сергея — отступать. Вместе с посланием, что он сейчас их нагонит. Девушка рванула к панели, разблокировала шаттл, и тот в ту же секунду стремительно пошёл высоко в небо, не выходя пока ещё в атмосферу, и завис так, чтобы у них была возможность перехватить Сергея.

Мне пришлось использовать свою силу на максимум.

Я редко использую силу своего Рода больше десяти процентов, так как давно достиг её пика. Могу направлять точечно, однако это жалкие огрызки моей настоящей мощи, которые к тому же в управлении даются мне крайне тяжело. Потому что я всё ещё недостаточно вырос в рангах.

И тем не менее этого хватило. Последствием стал примерно двухкилометровый каньон с горами высотой примерно метров пятьсот. Где мы и продолжали наш бой с Асизаэль.

Удар, ещё удар, и ещё удар. Не используя никакой защиты, я не давал противнице ни шанса на ответную атаку. Она же в свою очередь, избиваемая мной и бросаемая атаками из стороны в сторону, без возможности вырваться, сейчас тратит всю свою энергию лишь на то, чтобы выжить любой ценой.

Я не могу убить эту девчонку, так как заключил пакт.

Но в то же время пакт не распространяется на то, что я не могу её искалечить. Такого сильного противника нельзя оставлять за спиной целым и невредимым.

Миг — подловил её на попытке ударить и нанёс удар клинком, отбивая её оружие, при этом сам резко ударил в колено. Послышался хруст, нога оказалась вывернута в неестественном положении, но даже так противница сражается до конца.

Вокруг меня во все стороны разошлась чёрная волна, а тело покрылось тёмной энергией, превращаясь в плащ. Однако прежде чем я успел сделать новый рывок, чтобы сломать ей все остальные кости и повредить источник с энергоканалами, между мной и Асизаэль возникла воздушная стена, которая затвердела, став похожей на невероятно прочное стекло.

В ту же секунду сверху на меня чуть не пришёлся удар невидимого столба ветра, состоящего из тысяч бритвенно-острых лезвий. Попади под такой — и считай, что тебя разрезало множеством микроклинков. Поэтому я и не попался, уходя в пространство и выходя за Асизаэль.

Мой клинок несётся к её рукам, когда напротив появляется старик-святой. Он просто выставляет вперёд свою руку, без какого-либо труда перехватывая клинок, жёстко зажимая его в ладони.

Почувствовав ещё одну телепортацию, краем глаза я увидел, как немного справа появляется парень. Тот самый, который вечно был рядом с этой девчонкой. Тот, кто предупредил меня тогда на свадьбе, чтобы мы уходили.

Все вместе они слишком сильны. Я не справлюсь. Но отслеживать меня этой девчонке я больше не позволю.

Создаю шесть молниевых образов с копьями из тёмной энергии — по три на каждого из дополнительных врагов. А сам, видя, как сама Асизаэль с яростью на лице прыгает, чтобы попытаться меня убить, направляю большую часть своей энергии в руку и мощным резким толчком смещаю лезвие в руке старика.

Тот ошарашен, но, чтобы не получить рану, всё-таки успевает отпустить моё оружие, при этом рывком направляя его в сторону. На это я потратил львиную долю своей энергии.

Асизаэль уже рядом. Наносит удар своим клинком сверху вниз. По инерции, на развороте, я резко отбиваю его в сторону и вверх, отчего девчонку даже чуть подкидывает. Сам же я, снова не теряя инерции, делаю резкий оборот вокруг своей оси, чуть подпрыгиваю, выходя в вертушку, и мощным ударом ноги попадаю прямо по правой стороне её лица.

Вижу на нём невероятную ошарашенность.

Миг — и девчонка на невероятной скорости врезается в землю. При этом от удара изо рта у неё идёт кровь.

Я же, приземлившись, отбиваю атаку старика своим клинком. Во второй руке создаю меч тёмной энергии и на третьем развороте веду его в сторону лица Асизаэль.

Старик бьёт просто кулаком по моему оружию.

Я ощущаю, как мои кости трещат. Всего один удар — и все кости в моей руке оказались раздроблены. Прежде чем оружие выпадет из руки, я успеваю отозвать его. Пока меня подкидывает немного вверх, я всё так же веду клинок в сторону лица противницы.

Она немного контужена после удара, поэтому защититься толком уже не успевает.

Защищать её приходится старику.

Он ставит передо мной снова свой бритвенно-острый ветер, и клинок застревает в нём. Однако я направляю в него оставшуюся часть энергии, и оружие, прорезая ветер, входит в левую глазницу Асизаэль, пробивая ей глаз, что вызывает дикий и яростный крик.

Больше эта девчонка никогда не сможет отследить меня, потому что для такой уникальной способности нужны оба глаза.

Дальше я уже не успеваю что-либо предпринять, потому что старик снова бьёт кулаком. И без того на инерции меня несёт прочь, и я уже готовлюсь активировать свои глаза, когда вдруг на пути кулака и окутывающего его ветра появляется громадная, полностью прозрачная глыба льда, охватывающая и сам кулак.

Парень, что ранее был в стороне, оказывается передо мной.

Собирая крохи своей энергии, я смотрю не на старика. Я смотрю в спину парню, понимая, что знаю эту энергию.

Кирилл...?

Глава 4 После боя в... Постель?

Осознание того, что это Кирилл, ударило мне в голову пронзительно.

С одной стороны, я испытал радость, так как не могу перепутать его энергию. И от одного только этого внутри стало легче. Парень не переродился чёрт пойми где, не исчез без следа и не родился в чужом далёком мире. Он жив и стоит прямо здесь. Более того — находится в таком положении, из которого однажды, если захочет, сам сможет вернуться к Роду.

С другой — появилось понимание того, в какой дряни мы оба теперь оказались.

Ранее я рассчитывал задержать врагов как можно дольше, давая возможность кораблю с остальными уйти как можно дальше, а уже потом выбираться самому. Но теперь надо думать не за одного, а за двоих. Нам каким-то образом придётся прорываться вместе.

Только я об этом подумал, как парень повернул ко мне голову и в то же мгновение выставил вперёд руку.

Я не успел опомниться, как из-под земли начали выскальзывать абсолютно прозрачные белые льдины. Узкие, острые, как копья. Они на огромной скорости понеслись ко мне, и я сразу понял, что он не шутит и правда собирается меня убить...

Или же... Таким образом намекает, чтобы я поскорее ушёл в подпространство?

На это же намекало и едва заметное движение его губ, из которого я вычленил: ещё не время.

Понимая, что парень не глупый и явно не пропадёт, я использовал глаза на последней энергии. Мир вокруг тут же провалился в темноту. Пространство сжалось, вывернулось, и спустя мгновение я вывалился неподалёку от шаттла, а уже оттуда просто телепортировался внутрь, где и рухнул на пол, тяжело выдыхая.

— Уходим... — хрипло произнёс я.

***

Кирилл спокойно смотрел высоко вверх, наблюдая, как маленький шаттл покидает атмосферу, когда вдруг ощутил исходящую со стороны опасность. Однако парень даже не пошевелился.

Спустя мгновение его схватила крепкая старческая рука прямо за ворот формы и, сжав, подняла вверх, удерживая над собой.

— Ты, сопляк, ты что себе позволяешь??! — чуть ли не прорычал старик. — Предатель, я тебя...

Кирилл, спокойно смотря на него чуть прищуренным и холодным надменным взглядом, в котором не читалось ничего, кроме самого настоящего презрения, с холодом произнёс:

— Знай своё место. То, что ты святой, совсем не означает, что ты имеешь право поднимать руку на одного из наследников Великого Рода.

Он взял своей чуть морозной, исходящей паром рукой старика за запястье, и по коже сразу же вниз пополз лёд. Тонкий, белый, стремительно нарастающий. Воздух вокруг их рук затрещал от холода, а неподалёку слышался яростный рёв Асизаэль.

Кирилл же всё так же ледяным голосом продолжил:

— Ещё одна подобная выходка — и считай, что тебе вынесен приговор.

Старик слушал его, сощурив взгляд, и не обращал внимания на угрозы. Однако следующие слова Кирилла заставили его замереть:

— То, что мой учитель приставил меня к госпоже Асизаэль как сопровождающего, совсем не означает, что я вхожу в вашу команду и ты можешь хоть как-то на меня влиять или пытаться в чём-то обвинять.

Упоминание об "учителе" подействовало куда сильнее.

Старик сцепил зубы и резко разжал руку. Кирилл, приземлившись, спокойно поправил одежду, стряхнул с плеч пыль и перевёл взгляд на уже поднимающуюся Асизаэль.

Глядя на девушку, он, не меняя тона, вновь заговорил:

— Ты своими действиями проявляешь неуважение к госпоже. У неё была дуэль, в которую ты вмешался. И это можно считать попыткой попрать честь госпожи. Если об этом узнает кто-то из старшего Рода, думаю, мне не нужно объяснять, что тогда с тобой сделается. Особенно с учётом заключённого госпожой пакта.

— Ты... — прорычал старик.

— Грамм, — раздался властный голос Асизаэль.

Она стояла, держась на сломанной, искривлённой ноге и закрывая ладонью пустое место, где раньше был глаз. Из-под пальцев текла кровь. Алые дорожки сбегали по щеке, шее, впитывались в разорванный ворот платья. Девушка тяжело дышала, но смотрела твёрдо. Ярость на её лице смешивалась с унижением и болью.

— Илтар. — Асизаэль перевела тяжёлый взгляд на парня, и тот без каких-либо проблем его выдержал. — Ты молодец, что остановил Грамма. — Девушка сцепила зубы. — Этот ублюдок мой... — она осеклась от боли, затем криво усмехнулась. — Мой! Я лично убью его! И заберу себе его глаза, как трофей!

Асизаэль зашипела, когда кровь вновь пошла сильнее, однако голос не дрогнул:

— Но я уважаю себя, поэтому исполню своё обещание. Я дам этим выродкам пятнадцать минут, чтобы они улетели. Грамм, сообщи на корабль, чтобы через пятнадцать минут была полная готовность.

Старик сосредоточенно кивнул. Однако, когда связался с кораблём, его лицо ошарашенно замерло. Он посмотрел на Асизаэль.

— Что там? — спросила недовольная девушка, перевязывающая себе глаз обрывком, только что выдернутым из платья.

— Диверсия, госпожа, — хрипло ответил тот. — Один из техников вывел из строя главный реактор.

Асизаэль, услышав это, чуть ли не натурально зарычала сквозь боль в глазу.

— Что стало с предателем??!

— Он сам себя убил, — твёрдо ответил старик.

— Плевать, — махнула рукой девушка. — План всё тот же. Отправляемся пока без флагмана через пятнадцать минут. Главное сейчас — по возможности не упустить их из виду.

Кирилл, слышавший этот диалог, повернулся к ним спиной и посмотрел высоко в небо.

Ничего не говоря вслух, лишь мысленно парень произнёс:

Спасибо за жертву, Ашатар. Я клянусь тебе, что она не была напрасной. Также клянусь, что обязательно позабочусь о всей твоей семье, и она не будет ни в чём нуждаться. И я уверен — узнав о твоей жертве, глава обязательно возвеличит тебя.

Парень тут же мысленно запнулся.

Хотя глава наверняка не одобрил бы такое... Но иного выхода просто не было.

Переведя взгляд чуть дальше, Кирилл вновь подумал:

Глава... Вы невероятны.

Находясь уже довольно давно в Империи, парень понимал, насколько сильно различие в рангах. И то, что глава, находясь на абсолюте четвёртого ранга, победил абсолюта первого ранга, говорило очень о многом. Если бы шёл бой между третьим или вторым с первым, тогда это было бы ещё не таким потрясающим результатом. Но это... Это выходило за рамки обычного понимания.

Всё так же смотря в небо, парень мысленно продолжил:

Глава, не знаю, как вы оказались здесь, не знаю, всё ли в порядке на Земле, но надеюсь, что да, там действительно всё в порядке. Однако нам ещё слишком рано встречаться. Мне ещё рано выходить из тени. У меня не всё готово. Но клянусь своей честью и достоинством, которое вы взрастили во мне за тот короткий период, что я был в Роду: когда вы вернётесь в космос, щит рода Вайторлов, которым теперь являюсь не только я, обязательно исполнит свой долг и будет исполнять его впредь... Я всё подготовлю. Мы станем для ваших врагов нерушимой стеной, которая одновременно с этим сокрушит любые препятствия.

***

Пришёл в себя я от боли. Нет, не так. От БОЛИ.

Весь организм буквально кричал мне о том, что им срочно нужно заняться. Каждая мышца ныла, каналы саднили так, будто в них залили раскалённое железо. Рука отзывалась тупым, дёргающим жаром. Впрочем, заглянув внутрь себя, понял, что дела не так плохи, как казались.

Да, есть энергетическое истощение и перенапряжение, но в то же время кости мне уже начали сращивать.

Открыв глаза, увидел полутёмное помещение. Нашу с Яной каюту.

Сама девушка снова спала рядом со мной, словно мой верный телохранитель. Каждый раз, когда я в плохом состоянии, она всегда рядом. За что я ей очень благодарен.

Не прошло и пары секунд, как Яна резко открыла глаза.

— Серёжа...? — с некоторым волнением спросила она, поднимаясь и чуть нависая надо мной, при этом садясь на колени. — Ты как??!

Девушка быстро осматривала меня визуально. Её взгляд скользил по всему моему телу, но каждый раз возвращался к лицу.

— В порядке, — немного хрипло ответил я. — Где мы?

— Всё так же в космосе, — ответила она. Голос звучал взволнованно, хоть и сдержанно. — Летим по заданному курсу.

— Отлично. — Я кивнул. — Преследования за нами нет?

— Мы не знаем, — помотала она головой. — Однако когда отлетали, вражеские корабли даже не сдвинулись с места.

Услышав это, я сразу вспомнил о Кирилле.

На мгновение начало накатывать лёгкое волнение, но я тут же понял, что лишь зря загоняюсь. Если корабли не двинулись, значит, у парня всё схвачено. Что не может не радовать.

А ещё не может не радовать то, что всё-таки нашёл его. Точнее, он меня.

И, судя по действиям, он сейчас в довольно высоком положении. А значит, с ним точно ничего не будет.

Я протянул ладонь к щеке Яны и ласково её погладил, чуть улыбаясь. Девушка тоже улыбнулась и, наклонившись, мягко поцеловала меня. Лишь на мгновение касаясь губами.

Чуть отодвинувшись, она спросила:

— Кто тот парень, что помог тебе?

— Кирилл, — снова улыбнулся я, и сам удивился тому, насколько сильно действительно рад этому. — Это Кирилл.

— Это тот парень, который пожертвовал собой в замке...? — удивилась Яна.

— Да, — кивнул я.

Пока я восстанавливал себя, мы поговорили о многом разном. По Яне было видно, что она волнуется, однако сдерживает себя, прекрасно понимая, что волнения ничем не помогут.

Спустя некоторое время раздался осторожный стук в дверь. Когда она открылась, на пороге оказалась Ольга.

Девушка вошла не сразу, сперва задержалась на пороге, будто оценивая обстановку, а затем шагнула внутрь. Лицо у неё было собранное, но в глазах читалась некоторая тревога.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.

Бой был непростым, и девушка отвела взгляд в сторону, словно сама не хотела показывать, насколько переживала.

— Всё хорошо, — улыбнулся я, а потом вспомнил, что обещал ей, и спросил: — Дашь мне часа четыре на восстановление? После этого сразу же займёмся твоей проблемой.

— Четыре? — удивилась она. — А не мало ли будет?

— Нет, — ответил я с улыбкой. — Вполне хватит.

— Хорошо, — задумчиво кивнула Ольга. — Тогда я, пожалуй, пойду...

Она ушла, дверь закрылась, а я посмотрел на Яну.

— Яна, ты же помнишь...

Девушка, смотря на меня, вдруг улыбнулась.

— Я всё знаю и всё помню. Мы уже обговорили этот момент с Ольгой, и я совсем не против.

Она наклонилась и снова меня поцеловала. Однако теперь чуть дольше.

— Но всё равно спасибо, что заботишься о моих чувствах, — тихо сказала девушка. — Я, пожалуй, при этом деле присутствовать не буду… — Яна хитро посмотрела на меня. — Как-нибудь сами же справитесь?

На это я не нашёл, что ей ответить.

Все положенные четыре часа, которые я взял на отдых, потратил на восстановление тела и общение с Яной. А когда немного себя восстановил, но рукой всё так же не мог пользоваться, набрал на коммуникаторе Ольгу, которая сказала, что придёт сама.

Яна, наклонившись, вновь меня поцеловала и произнесла:

— Я тогда пока пойду тренироваться.

Она ушла, и я остался ждать Ольгу, которая появилась довольно быстро. Девушка, войдя, остановилась, оглядываясь вокруг немного нерешительно, а затем произнесла:

— Я думала, что Яна останется тут.

От этих её слов я немного удивился и спросил:

— Тебе некомфортно со мной наедине? Если хочешь, могу позвать её.

— Нет, просто... — Ольга чуть замялась. — Неважно. Я готова. Что нужно делать?

Подойдя к ней, поднёс здоровую руку ладонью к её руке и использовал свои глаза. Внимательно присмотрелся.

— К сожалению, тебе всё-таки придётся раздеться. Мне нужно воздействовать именно на твоё тело и на твою энергию. Делать это желательно без одежды.

Ольга, ни секунды не сомневаясь, лишь кивнула. Молча прошла мимо меня к кровати, где также молча начала раздеваться.

Я в это время стоял к ней спиной, не мешая.

Послышался тихий шорох кровати, затем голос:

— Я готова.

Развернувшись, увидел, что Ольга осталась в бирюзовом нижнем белье и такого же цвета бюстгальтере, чуть сжимая ноги и поджимая руки. Подойдя к ней, присел рядом и, видя её немного встревоженное лицо, произнёс:

— Расслабься. Так будет проще. Часть моей энергии в твоём теле укоренилась, поэтому мне необходимо её направить в правильном направлении.

Ольга на это лишь внешне спокойно кивнула.

Я аккуратно протянул руку и положил её сперва на коленку девушки, отчего она едва заметно вздрогнула. Тогда, используя собственную энергию, начал медленно, аккуратно водить её вверх и вниз, разгоняя уже укоренившиеся потоки.

Когда я работал по ногам, Ольга была более-менее сдержанной, были лишь мурашки и лёгкое поджимание ног. Однако когда начал подниматься выше, девушка снова едва заметно вздрогнула и напряглась.

Тогда я остановился. Отчего, кажется, она напряглась ещё больше.

— Продолжай. Со мной всё в порядке, — тихо произнесла девушка.

И я продолжил. Вкладывая в каждое своё движение максимальную лёгкость и максимальное желание помочь ей.

Ольга очень хорошая девушка. Правильная, с верными идеалами. Просто стечение обстоятельств привело к тому, что между нами появилась некоторая пропасть. Надеюсь, что по прилёте на Землю она откажется от своего желания убить валькирий и всё же заживёт как минимум спокойно.

Движение за движением, вверх-вниз, от живота выше. И если внизу, у интимной зоны, я ещё мог как-то справляться, аккуратно проходясь вдоль энергетических узлов, то у груди Ольги случился некоторый затык...

Она это поняла сразу.

— Я не против... — тихо выдохнула девушка, давая добро.

Мысленно прося прощения у Яны и у всех остальных жён, я всё же продолжил лечение, осторожно разглаживая нарушенный энерготок, гладя при этом грудь Ольги под бюстгальтером. Иначе восстановить нормальное движение энергии здесь не получилось бы.

Ольге при этом приходилось тяжело... Очень тяжело.

Являясь самой обычной девушкой, она и без того ранее держалась из последних сил, а теперь её дыхание начало сбиваться, плечи иногда вздрагивали, а губы сами собой приоткрывались, пропуская наружу тихие, короткие звуки, которые она явно старалась сдержать. При этом её ножки чуть переминались.

Понимая, что её это смущает, я очень быстро закончил.

— Перевернись, пожалуйста.

Она, до этого лежавшая с закрытыми глазами, открыла их, посмотрела на меня слегка осоловело, но кивнула и перевернулась.

Здесь я снова принялся за свою работу, которая всё так же шла спокойно ровно до одного момента. До ягодиц. И снова она поняла, почему я замер.

Я ждал, что сейчас услышу разрешение, однако девушка в один момент просто протянула руки и приспустила бельё ниже, оголяя свои ягодицы. Что стало для меня некоторым удивлением... Но на удивление времени нет, поэтому я продолжил.

В конечном итоге, под её тихие ахи и срывающиеся вздохи, закончил массаж.

— Всё, — произнёс я немного устало, так как эта ситуация чуть надавила и на меня.

Ольга некоторое время лежала молча, всё ещё отдышиваясь и смотря в подушку, а затем двумя руками подтянула бельё обратно, прикрывая ягодицы, и села, теперь уже смотря только на меня.

— Что такое? — спросил я, глядя ей в глаза в ответ.

Я ожидал чего угодно, но только не того, что она, тяжело дыша, вдруг резко потянется ко мне, чуть приоткрывая губы для поцелуя.

Глава 5 Призраки валькирий.

Ольга и сама не знала, как так вышло.

Всё это время, больше года, она дистанцировалась от Сергея как могла, потому что внутри у неё боролись два чувства. С одной стороны, девушку очень сильно тянуло к нему. С другой — она всё ещё ощущала себя частично преданной.

Невозможно представить, сколько раз за те первые семь месяцев, когда она охраняла тело парня, Ольга хотела всё бросить и уйти. Порой с ненавистью, порой с жалостью, порой с непониманием она смотрела на неподвижное тело, лежащее рядом. Но каждый раз, когда собирала вещи и уходила далеко, что-то глубоко внутри заставляло её останавливаться и не делать ни шага дальше.

Это что-то возвращало её назад.

Однако Сергей был прав в тех суждениях, которые ранее ей озвучил, у корабля Этараксийцев, и поняла это Ольга только после того, как услышала всё напрямую от него.

И именно те слова заставили её задуматься: а правильно ли она вообще поступила тогда, уйдя и ничего не сказав?

Сейчас же, решившись и придя к нему, девушка словно сделала какой-то неведомый шаг для самой себя. Будто переступила через всё то, что её долго сдерживало внутри.

Лёжа практически полностью голая, ощущая, как тёплая ладонь парня скользит по её телу, касаясь даже самых сокровенных мест не ради влечения, а ради помощи, девушка не могла сдержаться. С каждым мгновением она понимала, что её всё сильнее накрывает волна безумия и желания...

Нет, не просто желания близости. И не просто влечение. Скорее — желания наконец извиниться. Сказать, что она была неправа. Сказать, что всё это время ошибалась. Сказать, что тот момент, когда она ушла, ничего не сказав, долгое время душил её изнутри...

Лёжа на кровати, Ольга вспоминала и те моменты, когда впервые оказалась с Сергеем по-настоящему близко, когда они только познакомились. Но не сама близость тогда зацепила её, а то, каким он был. Спокойный, взвешенный взгляд. Лёгкая улыбка. И эта уверенность, которая чувствовалась в каждом движении, в каждом слове, в каждом решении.

Возможно, всегда пытавшейся быть сильной Ольге именно этого и не хватало всю жизнь. Сильного спутника жизни, который был бы сильнее её вдвойне. Но гордость, покоящаяся где-то глубоко внутри, сказала своё слово. И заставила её молча уйти. Чтобы не быть рядом с сильным человеком обузой.

Ольга не знала, как выразить всё это словами. Просто не находила нужных слов. С каждым движением ладони парня девушка дышала всё чаще, понимая, как собственная глупость буквально сжигает её изнутри. Она хочет быть с ним. Хотела всё это время! Стремилась к этому...

Но в то же время сама себе врала, что это всего лишь привязанность. Однако и те семь месяцев, и месяцы после показали ей, что её чувства — не пустышка. А когда парень расставил всё по полочкам, всё ей объяснив, она убедилась в этом окончательно.

— Всё, — немного устало выдохнул Сергей.

Его тёплая рука, которая до этого скользила по её телу, была убрана, оставив после себя лишь небольшую прохладу. Ольга почувствовала, как её сердце начало биться гораздо быстрее. Так бывает, когда в одно мгновение понимаешь: вот сейчас, именно сейчас этот момент будет упущен, если ничего не сделать.

Она хотела сказать... Но горло просто пересохло, а гулко колотящееся сердце не давало возможности произнести хоть что-либо.

Понимая, что не может выразить ничего словами, девушка вдруг резко, даже для самой себя, вскочила и потянулась к парню губами, желая выразить всю ту любовь, которая жила в ней, хотя бы так.

Однако она замерла, глядя на ладонь, коснувшуюся её губ и остановившую этот порыв.

Глядя в спокойные глаза парня, Ольга тихо и потерянно спросила:

— Почему...?

Сергей какое-то время молчал, смотря ей всё так же в глаза, а затем ответил:

— Потому что это неправильный порыв. Мы с тобой, Ольга, взрослые люди. И как взрослые люди мы...

Дальше она уже не слышала.

Он отверг её...

В голове резко поднялся шум и звон, что молоточками застучали, вызывая дикие вибрации. А спустя мгновение она поняла, что это звучат не молоточки. Это так гулко стучало её сердце. Понимая, что сейчас просто не выдержит, девушка резко развернулась, соскочила с кровати, схватила свою одежду и почти выбежала прочь.

***

Ну вот.

Я проводил Ольгу тоскливым взглядом, видя, как за ней закрывается дверь.

Кажется, я её обидел.

Подняв руку, посмотрел на свою ладонь. Она всё ещё чувствовала тепло девушки.

Не сказать, что Ольга мне не нравится. Как раз наоборот. Иначе наша одна-единственная, если так можно выразиться, "интрижка", не начала бы перерастать во что-то большее.

Однако всё вышло так, как вышло. И даже сейчас она меня не дослушала...

Любовь — это не просто близость и не просто тёплые слова о том, как сильно ты любишь, как скучаешь. Любовь — это в первую очередь умение услышать своего партнёра. Понять, что он хочет сказать тебе тем или иным действием. И самое главное — слушать, а не сбегать. Как раз именно то, чего Ольга сейчас не сделала.

Из-за тех событий, которые уже между нами были, между нами есть нечто наподобие стены, которая впоследствии обязательно напомнит о себе. Что может стать той ещё проблемой.

Эта стена заключается в том, что Ольга всё ещё хочет убить других валькирий. А ещё — в том, что она слишком своевольная и своенравная. Что впоследствии тоже может привести к проблемам, так как мы с ней толком не поговорили и не пришли к какому-либо соглашению. А именно об этом я и хотел поговорить.

***

Яна сидела в тренировочном зале на коленях с закрытыми глазами, когда вдруг ощутила, что Ольга, которая ранее находилась в их с Сергеем каюте, просто выбежала и куда-то умчалась.

Пару секунд посидев неподвижно, девушка тихо выдохнула и открыла глаза, расслабляя плечи. Просторный тренировочный зал, освещённый ровным белым светом потолочных полос, был пуст. Кроме неё здесь никого не было.

— Вот вроде бы строишь из себя сильную, а на деле такая трусиха... — тихо произнесла Яна. После чего медленно поднялась. — Ладно. Помогу подруге по несчастью. В конце концов, сама была в подобной ситуации...

Развернувшись, девушка направилась к выходу, а затем по длинному коридору прошла к каюте Ольги. Подойдя к двери, Яна приложила ладонь к панели, ожидая ответа.

Ждать пришлось недолго. Секунд десять спустя дверь отворилась.

— Привет, — улыбнулась Яна, заходя внутрь.

Окинув взглядом помещение, она увидела Ольгу, стоящую у стены. Она стояла скрестив руки на груди, и смотрела в сторону так, словно заранее готовилась к какому-то неприятному разговору.

— Так понимаю, всё прошло не по самому лучшему сценарию? — спросила Яна.

Ольга перевела на неё хмурый взгляд.

— Пришла позлорадствовать? — спросила она абсолютно спокойно.

— Зачем же? — Яна мановением руки закрыла за собой дверь. — Пришла спросить, как всё прошло, и не нужна ли тебе помощь в том, чтобы наконец примириться с Серёжей?

Ольга окинула её взглядом снизу вверх и немного со злостью ответила:

— Странная ты. Так просто говоришь о Сергее, как будто бы готова подложить под него любую девушку, лишь бы только Род в итоге процветал...

Услышав это, Яна лишь покачала головой, а после ответила:

— Как раз наоборот. Именно потому, что я не хочу, чтобы с ним был кто попало, я совсем не против, чтобы рядом с ним была та, кто хотя бы его хоть немного понимает. Я и другие совсем не против потесниться ради тебя, Ольга, учитывая то, сколько раз ты спасала жизнь Серёжи. Если вспомнить хотя бы совсем недавно эти семь месяцев. Ты ведь, имея возможность, всё это время была рядом с ним. Не ушла, не бросила, не оставила, а упрямо сидела рядом. А это говорит только об одном — ты его действительно любишь.

Ольга чуть сузила глаза.

— А даже если и так... Тебе-то какое дело?

Яна чуть улыбнулась.

— Считай, что это просто женская солидарность.

После чего уже чуть серьёзнее добавила:

— Знаешь, в отношении нас, его будущих жён, смешалась не только политика. Не только то, что однажды нам придётся возрождать Род. Также и то, что нам придётся защищать Серёжу и Род. Каким бы сильным он ни был и каким бы сильным ни казался, Серёжа тоже хочет ощущать идиллию и покой. И эту идиллию ему можем обеспечить только Род и только мы, его жёны. Но если мы будем слабы, однажды случится так, что на него начнут давить другими предложениями о женитьбе. И я совсем не хочу, чтобы рядом с ним и рядом с нами был кто-то чужой.

Услышав её, Ольга усмехнулась так, словно услышала какой-то бред.

Яна прищурила глаза.

— Я сказала что-то смешное...? — спросила она совсем тихо.

В этот момент Ольга ощутила исходящую от неё угрозу и сразу же выпрямилась, смотря только в глаза. Сейчас перед ней стояла не та холодная девушка, которую она обычно видела. Нет... Сейчас перед ней стояла сильная и гордая волчица, которая смотрела очень внимательно и очень пристально, показывая, что любое неосторожное слово или движение могут быть восприняты как угроза.

Впрочем, в следующий момент Яна продолжила уже ровным голосом:

— Ты можешь сколько угодно усмехаться на мои слова. Если ты их не понимаешь и если не способна их принять в расчёт, это только твои проблемы. Однако знай: я не позволю тебе трепать ему нервы. Если ты не хочешь добиться чего-то большего, тогда просто отступись наконец и всё. Если хочешь добиться — действуй. Иначе же... — вокруг Яны появилась белая воля, и воздух едва заметно задрожал. Свет в каюте словно стал ярче, а по краям металлических панелей пробежали тонкие белые отблески. — ...не смей больше к нему приближаться. Нам рядом не нужны слабые духом и не способные бороться за своё счастье.

Ольга стояла несколько ошарашенной, глядя на девушку. Она не ожидала увидеть от неё ничего подобного. Но этот взгляд и эта сила заставили её зло ощериться. Она подошла к Яне почти вплотную, смотря ей прямо в глаза.

Так девушки и играли какое-то время в гляделки. А затем Ольга спокойным голосом произнесла:

— Я сама знаю, что я должна сделать.

В следующий момент она обошла Яну, открыла дверь и вышла наружу.

Сама же Яна, убрав волю и полуобернувшись, посмотрела ей вслед. Спустя мгновение на лице девушки расцвела улыбка.

— Ну вот... Долг самой любимой жены выполнен... Хоть и пришлось сделать это немного манипулятивно.

Примет ли её Сергей или нет, Яна не знала. Однако, разговаривая на тему Ольги ранее, девушка выяснила, что Ольге труднее всего сделать одну простую вещь — признать, что она была неправа. И Яна надеялась, что именно на это она сейчас и решилась.

***

Я стоял в тренировочном зале, куда пришёл за Яной. Но впоследствии понял, что она пошла к Ольге. Уж не знаю, что именно девушка ей сказала, однако не прошло и нескольких минут, как я ощутил за дверьми Ольгу, которая сразу же вошла.

Повернувшись к ней, я посмотрел ей в глаза и увидел, что она настроена весьма решительно. Какое-то время девушка молчала, потом тихо выдохнула и отвела взгляд в сторону, произнеся:

— Прости, что вот так убежала...

Я молчал, слушая её, и она продолжила:

— Я бы хотела серьёзно с тобой поговорить.

А затем посмотрела мне прямо в глаза. Видя её решительный настрой, я кивнул.

— Прости, что сразу не смог до тебя донести ту мысль, которую пытался...

— Я поняла, какую мысль ты хотел до меня донести, — отмахнулась рукой девушка, обрывая меня. — Нам не нужно продолжать то, что было.

Я замолчал, понимая, что она пришла к какому-то довольно неожиданному выводу. На её лице проступила вина.

— Я понимаю, что всё то, что произошло, уже не сгладить. Оно уже случилось. И именно поэтому нам нужно начать всё сначала. Не знаю, согласишься ты или нет... Но я хочу первая сделать к этому шаг.

Она вытянула руку.

Спустя мгновение в ней появилось серебристое копьё, на которое девушка очень внимательно смотрела. Длинное, изящное, с тонкими рунами. Металл едва заметно светился, словно копьё дышало вместе с ней. От него веяло холодной силой и чем-то глубоко личным.

— Для дев-валькирий копьё — это не просто оружие. Это наша душа... И я хочу передать тебе свою душу… — она подняла взгляд на меня. — Примешь ли ты её?

Как только я хотел ответить, как тут же ощутил опасность, исходящую вокруг.

В следующий момент вокруг Ольги появилась чёрная лужа, из которой вверх вскинулось множество тёмных силуэтов. Сначала это были лишь рваные сгустки черноты у пола, но спустя мгновения они приняли стройные женские силуэты, с длинными копьями в руках. Их тела будто были сотканы из тёмной жидкости и тьмы. Лиц не разобрать, только пустые провалы глаз, светящиеся слабым холодным серебром.

Воздух в зале мгновенно похолодел. Свет потолочных ламп дрогнул. По полу потянулись чёрные трещины теней, а от самих фигур пошёл глухой, давящий шёпот, от которого по спине пробежал неприятный холод.

Чёрные образы с чёрными копьями все как один женскими голосами произнесли:

— Не посмеешь... Не позволим!

Глава 6 Прощание не прощаясь и Глайприн.

Ольга, ошарашенная появлением теней валькирий, не успела даже осознать происходящее, как вокруг уже началась битва. Ещё секунду назад голоса вокруг неё только шептали, сливаясь в тревожный шум, а уже мгновение спустя Сергей ворвался в их толпу, словно чёрная молния, сражаясь один против множества.

Воздух взвился от резких порывов чёрного клинка и такого же цвета копий. Тени валькирий, как плотным дым, ринулись на него, а он, стиснув зубы, разбивал их натиск ударами клинка, беспощадно рубя и прорываясь к ней. Гул, звон, отголоски ударов и хриплые слова: «Не позволим...» — эхом разносились по залу.

Сама Ольга не медлила, тут же ударяя в спину тех, кого всё это время боготворила. Им почти удалось пробиться друг к другу, когда неожиданный стремительный удар древком в голову отправил девушку прочь.

Ещё через пару секунд в зал один за другим ворвались: Яна, Рарат, Атака и Ярая. Каждый из них, не теряя ни мига, вступил в бой.

Сама Ольга, слегка оглушённая ударом, медленно поднялась и стояла среди этого хаоса, будто в центре воронки, пытаясь понять, как всё к этому пришло...

В какой-то момент, на самой грани сознания, сквозь шум битвы она услышала тихий голос бабушки, звучавший издалека, словно из-под пространства:

— Я ведь предупреждала тебя, что всё к этому придёт. Именно поэтому я и пыталась уберечь тебя от влияния мальчишки. Но он вскружил тебе голову, и ты не слышала моих слов.

Позади Ольги, в воздухе, медленно проявился чёрный портал. Из него, сочащегося мраком, вытянулась сухая старушечья рука с узловатыми пальцами. Эта рука, холодная и цепкая, схватила Ольгу за кофту сзади и рывком потянула назад, в темноту.

Девушка вытянула руку вперёд — туда, где среди молний и теней сражался Сергей. Тело по инерции тоже чуть подалось вперёд.

— Не упрямствуй, — раздался в голове тот же властный голос. — Чем дольше ты сопротивляешься и отказываешься от собственного долга, тем хуже делаешь не только себе, но и всем вокруг. Взгляни на тени валькирий. Видишь, они уже обрастают доспехами.

И правда, Ольга видела, что тени валькирий с каждым мгновением становились всё плотнее и тяжелее. Прозрачные силуэты обрастали слоями тёмной брони — пластины металла, похожие на обсидиан, проступали прямо из мрака, покрывая тела, плечи, руки. Глаза валькирий вспыхивали глухим синим светом.

— Если не уйдёшь сейчас, все они могут погибнуть из-за твоей глупости! Тени валькирий не остановить, пока ты рядом с ним! И они будут преследовать его, пока не убьют! — голос бабушки звучал теперь жёстче. — Это не та судьба, которой ты должна идти!

«Не та... Судьба...?» — Ольга мысленно и потерянно ответила бабушке, продолжая смотреть на Сергея, который, казалось, один сдерживал несущуюся на всех них смерть. Остальные тоже сражались, но валькирии с каждым мгновением становились всё сильнее и сильнее, тесня тех, кто стал для Ольги дорог. «Тени пришли из-за меня...? Потому что я... Просто люблю...?»

В этот момент где-то глубоко внутри неё — там, где раньше теплел её собственный внутренний мир, тот самый маленький солнечный мирок, полный робких надежд и мечтаний, — всё начало стремительно замерзать. Солнечные краски, тепло, мягкий свет — всё это словно заволокло тёмным инеем, погружая во мрак и сами мысли девушки.

Молодая дева, которая так отчаянно искала силы, чтобы любить и быть любимой, но запутавшаяся в себе между долгом и чувствами, в этот момент ясно ощутила, как внутренние осколки собственного «я», которые она собирала так долго, чтобы открыться ему, со звоном битого стекла разрушились прямо здесь и сейчас, разбиваемые обстоятельствами.

Не в силах справиться с накатившей болью и пониманием, что и вправду может стать их погибелью, девушка закрыла глаза, прекращая сопротивляться. Она позволила себя тащить в портал, даже не замечая, как по щекам сами собой текут слёзы, оставляя влажные дорожки на коже.

«Выходит, мне нельзя любить...?»

Ольга уже начала погружаться в темноту, когда вдруг ощутила, как её руки коснулось что-то тёплое. В следующую секунду это «что-то» резко, с силой, потянуло её назад.

— Знай своё место, старуха, — раздался холодный и яростный голос.

Ольга резко распахнула глаза. Перед ней стоял Сергей. Фигура парня буквально горела тьмой. Весь он был объят чёрной дымкой, а его глаза горели ярким жёлтым светом. Сергей крепко держал её за руку, не давая утащить в пасть портала. Вокруг него в воздухе одна за другой загорались и раскрывались многочисленные печати — круги, руны, знаки, вращающиеся, наслаивающиеся друг на друга, испуская давящее энергетическое свечение.

Все остальные в этот момент стояли стеной между ними и валькириями, которые, облачённые во всё более тяжёлые теневые доспехи, яростно крича, продолжали наседать.

— Силён... — прохрипела старуха теперь уже из глубины портала. — Сейчас или никогда! Иначе все они умрут!

***

Я держал Ольгу за руку, стиснув пальцы так, словно это была единственная связь, удерживающая её в этом мире, и уже готовился окончательно вытащить её из портала, когда вдруг ощутил слева опасность.

Переведя взгляд, успел уловить лишь размытый блик: это было копьё Ольги. Ранее отброшенное в сторону мощным ударом одной из валькирий, сейчас оно, будто отозвавшись на чей-то зов, на огромной скорости летело прямо в меня.

Собираясь направить энергию для отражения атаки, я не сразу понял, что произошло. Со стороны Ольги по мне ударил ветер.

Причём настолько мощный, что стремительно пронёсся по всему залу. Я не ожидал атаки от неё, на долю секунды замешкался, поэтому не успел защититься. Он ударил в грудь, сбивая дыхание, и отбросил меня прочь.

Когда всё же через пару мгновений успел поставить щит в воздухе, тормозя себя, и уже собирался прыгнуть снова к ней, я увидел, как исчезает её фигура.

Лицо Ольги, на котором ещё недавно теплились эмоции, сейчас было полностью пустым — взгляд абсолютно безжизненным, стеклянным. А затем и оно, и всё её тело, и сам силуэт растворились в портале, словно кто-то одним движением стёр её из реальности.

После того как она исчезла, сразу же схлопнулся и портал. Вместе с ним исчезло и копьё. А затем, почти одновременно, развеялись и практически все валькирии — их тела будто распались на хлопья тени, которые тут же истаяли.

Осталась лишь одна — та, с которой в данный момент билась Яна. Они схлестнулись почти в центре зала.

***

Аханая, одна из первых валькирий и в своё время являвшаяся одной из сильнейших бойцов, прежде чем уйти окончательно, решила убить того, кто впоследствии мог стать гибелью для девочки. В её взгляде горело упрямое чувство долга довести всё до конца.

Одним ловким, отточенным ударом она отбросила прочь другую девушку, отправив её скользить по полу, и в тот же момент схлестнулась с оказавшимся прямо перед ней парнем.

Валькирия была сильным бойцом, когда-то славившимся своей мощью и своим мастерством, владея не только оружием, но и собственным телом. Её движения были хищными и гибкими, как у зверя, и одновременно холодно-расчётливыми.

Но сейчас, в этом коротком, жестоком поединке, уже спустя несколько мгновений она поняла, что проиграла... Противник, чьи глаза горели яростью, был на голову выше по мастерству...

Одним резким, почти незаметным ударом он выбил из её руки копьё. А дальше сам отбросил в сторону свой меч, даже не пытаясь воспользоваться преимуществом оружия.

Они сошлись в рукопашном бою. Не прошло и буквально двух секунд, как валькирия уже оказалась схвачена за горло. Его пальцы, сильные и безжалостные, впились ей в шею, и в следующий миг он, словно игрушку, со всей силы подбросил её и швырнул вниз, на пол.

Удар. Металл жалобно загудел. Аханая ощутила, как её горло резко сжимается. Но даже так, сквозь сжимающееся горло, валькирия захрипела, выдавливая из себя слова:

— Ты… Не знаешь… Что творишь... Ты... Её погибель!

— Закрой свой рот, древность, — с яростью в голосе, от которой задрожало пространство, произнёс парень. — Мне плевать, какому вы там принадлежали культу и как боготворили свои никчёмные копья, считая их душами! Не нужно проецировать свои идеалы на ещё совсем молодую девчонку!

Он отпустил её на долю мгновения, а в следующий миг приблизился к лицу почти вплотную, так, чтобы она видела только его глаза.

— Это моё первое и последнее предупреждение, — произнёс парень тихо, ясно проговаривая каждое слово. — Передай это каждой валькирии. Если я увижу вас ещё раз, будь уверена: от вас не останется и следа. Я саморучно соберу все копья и уничтожу их, чтобы больше никто не страдал. А сейчас — сдохни, ничтожество.

В следующий момент парень резко сжал её шею и крутанул голову в сторону. Шея с хрустом провернулась, и мир для Аханаи оборвался.

***

Шаттл мягко сел на планету, слегка дрогнув, когда опоры коснулись поверхности. За иллюминаторами раскинулась империя Авадия.

Трап опустился, и все трое учеников, стоявших внутри, посмотрели на меня и на Яну. В их взглядах смешались ожидание и непонимание.

С момента, как Ольга ушла сквозь портал, а сделала она это явно сама, чтобы защитить нас, прошёл месяц. За это время мы добрались до столицы.

— Что, — хмыкнул хмурый, стоявший чуть впереди двух девушек, — решил от нас избавиться? Не подходим мы тебе как ученики?

В его взгляде и голосе был вызов, но под этим вызовом прятался страх быть ненужным. Он скрестил руки на груди, словно пытаясь выглядеть старше и жёстче, чем был.

— Совсем нет, — спокойно покачал я головой. — Вы очень талантливые.

Я видел, как у одной из девушек дёрнулся уголок губ, а другая чуть отвела взгляд, скрывая вспыхнувшую надежду.

— Однако вы видели, какой у меня путь, — я выдержал паузу, давая им возможность вспомнить всё, что они уже успели пережить рядом со мной. — Я понимаю, что вы не боитесь трудностей. Однако хочу, чтобы вы убедились в собственном стремлении следовать за мной как за учителем. Поэтому оставлю вас пока здесь. За Авадия не беспокойтесь, я с ним сам обо всём переговорю.

В их взглядах было некоторое волнение. Всё-таки никому не хочется, чтобы от них отказывался собственный учитель. Поэтому я продолжил, не давая им увязнуть в сомнениях:

— Я ухожу не навсегда и однажды вернусь. Тогда же вернусь за вами, чтобы задать вам всё тот же вопрос: хотите ли вы у меня обучаться? А до тех пор тренируйтесь и становитесь сильнее. И будьте готовы дать мне свой ответ. Вперёд.

Мотнул головой в сторону выхода по трапу.

Они нерешительно переглянулись, потом посмотрели на меня, затем на Яну. В её взгляде было спокойствие и никакой жалости — лишь уважение к их выбору.

Наконец они всё же медленно спустились по трапу.

Оказавшись уже внизу, ученики снова с некоторым недоумением переглянулись. Первыми отреагировали девушки. Они одновременно развернулись ко мне, почти синхронно склонились, произнося:

— Спасибо за всё, учитель.

Я видел, как хмурый недоумённо смотрит на них, а потом, поведя взглядом вниз и сжав зубы, всё же тоже чуть-чуть склонил голову и слегка наклонил корпус, после чего произнёс нехотя, но искренне:

— Спасибо.

— Не хворайте, — усмехнулся я, стараясь не давить на их эмоции. — И не опечаливайтесь так. Мы ещё обязательно встретимся. Считайте это просто проверкой временем ваших желаний и стремлений. Ведь если вы выберете меня — это на всю жизнь. Так что просчитывайте все риски.

Ученики ушли, отправившись вперёд, к подъехавшему транспорту, пока мы с Яной стояли на трапе, наблюдая.

— Получается... — тихо произнесла она, глядя им вслед. — Мы теперь остались только вдвоём?

— Получается, что так, — подтвердил я кивком. — Ну, Ольга, можно сказать, уже добралась до Земли. Так что и нам пора.

Яна ничего не ответила, просто кивнула.

— Сейчас только переговорю с Авадием, — добавил я. — И после этого сразу же отправимся дальше.

***

К Авадию мы отправились вместе. Он уже ждал нас в своём кабинете.

Когда мы вошли, старик выглядел весьма скептически настроенным. Он сидел в кресле, слегка согнувшись, его лицо со следами прожитых лет было хмурым, но взгляд — по-прежнему цепким.

— Что, мои ученики не угодили тебе? — спросил он, не меняя позы и лишь чуть приподняв бровь.

— Я дал им время подумать, — ответил я, затем коротко пересказал всю сложившуюся с ними ситуацию.

— Понятно, — протянул Авадий.

Старик усмехнулся и откинулся в кресле, опираясь о подлокотники. В этой усмешке были и раздражение, и уважение к чужому выбору. Но тут же продолжил:

— Ты же понимаешь, что наш договор остаётся в силе. И когда ты вернёшься, если они не захотят, тебе придётся взять других.

— Конечно, — спокойно кивнул я. — Но ты-то сам понимаешь, что тебе тоже так и так в любом случае придётся выбирать сторону. Или ты так и собираешься тыкаться-мыкаться?

— Это не твоё дело, к кому я решу присоединиться, а к кому нет, Вайторл, — ответил он.

— Как знаешь, — так же спокойно пожал я плечами. — Просто помни, что моё предложение остаётся в силе. Я готов исцелить тебя, и при этом ты останешься правителем своей империи. Просто будешь служить мне.

— Избавь меня от своих сладких речей, — бросил раздражённо Авадий. — Это вон... — он кивнул в сторону Яны, — Анаи можешь петь на уши. Со мной это не выйдет. Я не продам свою империю ни тебе, ни Сарнойлу. Не для того я вгрызался в камень, чтобы кому-то её в итоге отдать.

— Ты думаешь, мне нужна твоя империя? — усмехнулся я. — Своих проблем хватает. Я просто хочу быть уверен, что, когда начнётся последний бой, мне никто не ударит в спину. Так что о своей империи можешь не беспокоиться. Ею будешь править всё так же ты, но служить мне. Как я и сказал, сейчас мы улетаем, однако скоро вновь вернёмся в космос. Если к тому времени надумаешь пойти ко мне под руку, с удовольствием приму тебя и всю твою империю. Если же нет, то просто выполню наш с тобой уговор.

— Ага, — лениво отмахнулся он, вновь зарываясь в бумаги. — Проваливай, Вайторл. Как вернёшься — тогда и поговорим.

Я лишь усмехнулся, понимая, что за грубостью скрывается раздражение от всей ситуации и от собственной беспомощности перед болезнью, а не попытка меня задеть.

— До встречи, Авадий, — бросил я и направился к выходу вместе с Яной.

По дороге мы молчали. Особого желания, как я понял, у Яны оставаться здесь не было, несмотря на всё то, что это место ей дало. В её походке чувствовалась решимость уйти дальше, а не застревать в стенах этой империи.

В итоге мы вернулись на корабль и отправились в путь — можно сказать, вдвоём, если не считать команду корабля. Хотя и они с нами будут тоже не всё время.

Когда мы найдём достаточно вменяемых миров, откуда сможем пользоваться порталами, будем перемещаться при их помощи. Так будет гораздо быстрее добраться до Земли.

***

Я открыл глаза от того, что запищал коммуникатор. Понимая, что это не может быть просто так, сразу же резко активировал его, чем разбудил Яну. Лёжа рядом, она подняла голову.

— Господин, — раздался тревожный голос капитана нашего небольшого корабля. — Плохая новость. Нам на хвост сели вражеские корабли. Также нам удалось заметить, что нас пытаются взять в захват с нескольких направлений.

— Кто? — нахмурившись, спросил я, вставая.

— Не знаю, господин, — ответил он, и в голосе послышалось напряжение.

Перебирая варианты в голове, я пришёл к одному-единственному.

Неужели всё-таки Асизаэль догнала...?

— Уводите корабль в туманности и астероидные переплетения, — отдал я приказ. — Пытаемся максимально оторваться.

— Вас понял, господин, — ответил капитан.

***

День за днём мы уходили от преследователей, ныряя в туманности, прячась за астероидами, стараясь оторваться как можно дальше.

Однако каждый раз, вычисляя нас по звёздным картам и траекториям, находили нас. И то и дело догоняли. Это было как затянувшаяся охота, где мы — дичь.

Асизаэль не может меня чувствовать, в этом я уверен. Иначе я бы это уже понял. А значит, у них просто очень хорошие сенсоры и системы кораблей.

— Господин, дальше начинаются открытые космические пространства, — отчитался передо мной капитан, когда мы в очередной раз выскочили из укрытия. Перед нами на голографической карте раскинулось почти пустое поле космоса со светящимися точками далёких звёзд.

— Какие ваши указания? — добавил он.

Я заметил, что вся команда немного напряжена. Сам же я смотрел вперёд, на карту космоса, прекрасно понимая, куда веду наш корабль.

Чтобы спастись, у нас есть только один вариант — через одно из жерл демонов. Огромные аномалии в космосе, куда почти никто не рискует соваться. Но другого пути у нас нет.

Вот только меня уже несколько дней не отпускает какое-то странное чувство... Словно я ощущаю какого-то другого Вайторла. И он словно не требует, а именно просит меня лететь в определённую сторону. Настойчивый зов.

Подойдя к карте, я всё-таки провёл линию курсом, направляющим нас к аномалии.

— Летим по заданному курсу.

— Принял, господин, — ответил капитан.

Не время сейчас пытаться идти на ощущения. Нужно вырваться из западни.

***

Сколько бы мы ни убегали, в итоге всё равно вражеские корабли практически нас настигли. На радарах их сигнатуры уже горели слишком близко.

— Фиксирую активацию их орудий! — произнёс один из координаторов.

— Готовность к маневрированию! — произнёс капитан. Голос у него был натянут, но без паники — привычный тон человека, много раз выходившего из передряг.

— Они не стреляют! — тут же ответил координатор, проверив данные. — Дистанцию держат, но огня нет!

— Хотят взять нас живыми... — процедил капитан. — Господин, вы уверены...? — он мельком взглянул на меня, а потом в сторону огромной аномалии впереди.

Перед нами, заполняя собой огромное пространство космоса, расползалась громадная розово-чёрная аномалия. Вокруг неё пространство будто переломилось, искривилось. Волны мрачного сияния пробегали по её краям, словно это был колоссальный разорванный разрез в самом космосе.

— Уверен, — произнёс я. — Полный вперёд.

Догоняющие, похоже, наконец догадались, куда мы направляемся, потому что координатор всё-таки произнёс:

— Фиксирую выстрелы!

В следующую секунду пространство космоса немного позади нас пронзили лучи стихий. Разноцветные, яркие, они рассекали пустоту, срываясь с орудий вражеских кораблей.

Похоже, что это были предупредительные выстрелы — они не целились прямо по корпусу, а пролетали неподалёку, перекрывая нам пути ухода.

— Летим вперёд, — подтвердил я свой приказ.

— Господин! — в панике произнёс координатор.

Я увидел, как он с некоторым безумием смотрит в экран, а спустя секунды запиликали радары корабля. Цифры на экранах мигнули, сенсоры зашкалили.

Пояснять, что было на радарах, никому нужно не было...

Все с напряжением смотрели на панораму впереди — там, прямо из огромной аномалии, медленно, словно выныривая из чёрно-розовой пучины, охватываемый рыжими молниями, показывался громадный тёмно-синий силуэт мира-корабля.

Я замер, смотря на него.

Черты корпуса, конфигурация — всё это я уже видел...

Глайприн...

Мир-корабль, который я не активировал и который, по рассказу души, является предателем...

Глава 7 Возвращение домой.

Я смотрел на вылетевшего из аномалии гиганта со смешанными чувствами.

С одной стороны, я отчётливо ощущаю исходящую от него множественную силу Вайторлов — знакомые ощущения, словно от множества сородичей, находящихся внутри мира-корабля. Но с другой — я помню предупреждение души о том, что один из кораблей является предателем.

Если это он… Тогда откуда в нём такая множественная сила Вайторлов? Может ли быть, что члены моего Рода также были предателями?

Если так, то у меня действительно большая проблема.

— Всем внимание, — отдал приказ, не сводя взгляда с голографической проекции. — Готовность эвакуации в случае любой атаки со стороны обоих врагов.

На тактических экранах наши враги были отмечены красным и тёмно-бордовым. Позади, на хвосте, за нами нёсся плотным роем флот Асизаэль, которая прихватила с собой ни много ни мало — около двухсот кораблей в сумме. Их сигнатуры точечно, но неумолимо надвигались, медленно, но верно сокращая дистанцию.

А впереди — этот гигант, чья модульная часть хоть и уступает немного Гекатенхальту и уж тем более Сафтири с её чудовищными габаритами, но всё равно остаётся силой, способной испепелять целые миры.

На фоне его размеров наш корабль как комар против огромного кострища. Одна искра — и нас просто не станет.

В этот момент мир-корабль полностью вышел из аномалии. Его хищный вытянутый тёмно-синий корпус окончательно вынырнул из розово-чёрной ряби пространства и направился прямо в нашу сторону. Его внешние отсеки, прежде скрытые почти незаметными швами, начали раскрываться по бокам.

И из этих раскрывающихся ангаров один за другим тут же стартовали корабли. Линкоры, крейсера, перехватчики — целый москитный флот, стремительно выстраивающийся в боевые порядки и уносящийся вперёд, в нашу сторону. Линии двигателей разрезали темноту космоса, образуя целые дорожки из огней.

Смотря на всё это, я нахмурился и перевёл взгляд на другой экран, где камеры показывали флот Асизаэль — он тёмными точками, но в идеально выверенном, плотном строю приближался к нам сзади. Там тоже шла перестройка: тяжёлые корабли выдвигались вперёд, более лёгкие занимали позиции на флангах.

— Господин… Что мы делаем? — спросил капитан, не скрывая напряжения.

— Полный вперёд, — отдал я приказ. — Проходим мимо этой громадины и ныряем в аномалию. Наш путь не изменился.

Выбора у нас в этой ситуации особо и не было. Либо умереть здесь, между двух огней, либо рискнуть и попытаться затеряться дальше, за пределами Глотки.

Судя по тому, что мир-корабль выпустил свой москитный флот, они собираются сражаться с Асизаэль и как минимум защитят нас.

Капитан резко вскинул руку, передавая приказ:

— Действуем! На полной скорости, курс подтверждён!

Узнавать, кто там, на Глайприне, и кому я должен быть благодарен, я не хочу. Ситуация совершенно не располагает к любым «тёплым встречам». Да и сам факт того, как именно меня нашёл этот мир-корабль, напрягает гораздо больше, чем хотелось бы.

Его зов я чувствовал не тут. Он исходил с другой стороны, из иного сектора. Неужели корабль просто просчитал мою траекторию и выскочил из аномалии нам наперерез?

Этого я не знаю, но, скорее всего, так и есть.

Радует лишь то, что ощущать я его начал только тогда, когда мы уже оказались довольно близко. А значит, и он вряд ли может чувствовать меня на слишком больших расстояниях.

Но в любом случае — лучше пройти через аномалию и затеряться как можно дальше, пока у обеих сторон хватает забот друг о друге.

В следующую секунду наш крохотный корпус и корпус громадины поравнялись. На панорамном экране мир-корабль заполнил собой всё поле зрения — сплошная тёмно-синяя броня. На этом фоне наш корабль выглядит ничтожной пылинкой.

И в то же мгновение космос пронзило множество лучей. Сразу от двух армад.

На внешних камерах я заметил, как линкоры со стороны мира-корабля выстраиваются позади нас в плотную стену, занимая позицию так, чтобы защитить наш курс, словно живым щитом отсекая возможный огонь Асизаэль. Их тяжёлые корпуса разворачивались, батареи орудий раскрывались, высвобождая силу.

Это заставило меня вновь нахмуриться.

Мир-корабль не может так быстро остановиться, его инерция чудовищна. Поэтому, продолжая движение, он на полном ходу начал проходить мимо нас, уходя вперёд. Но при всём при этом его ангары оставались приветственно открытыми — огромные тени распахнутых доков зияли по нашему борту, приглашая зайти внутрь.

— Игнорируем, — чётко и ясно произнёс я. — Летим дальше.

Хватит с меня приключений. Очень надеюсь, что до Земли это было последнее из них...

В этот момент со стороны мира-корабля, который, обогнав, теперь уходил вперёд и немного вбок, я ощутил догоняющую нас следом мощную волну энергии Вайторлов, но не стал никак на неё реагировать и сразу экранировался, позволяя этой волне пройти мимо себя, как если бы меня здесь и не было.

— Всем внимание! Входим в аномалию! — выкрикнул капитан. Взгляд его на мгновение метнулся ко мне. — Господин! Надеюсь, вы знаете, что делаете.

— Не сомневайся, — спокойно ответил я. — Просто делай.

Я продолжал смотреть на экраны наружного наблюдения, где вдалеке уже сходились две флотилии. Сотни кораблей, пересекающиеся трассы выстрелов, стихийные лучи, вспышки щитов, рваные солнечные отсветы на корпусах. И уже через несколько минут флотилия Асизаэль начала отступать, перестраиваясь и уводя основные силы назад, явно не желая лезть в лобовую схватку с миром-кораблём.

В это же время космос перед нашим судном уже дрожал розово-чёрными волнами, поглощая корабль.

Пора домой...

***

Какое-то время спустя. Земля. Земли Рода Вяземских:

Эйр, одетая в парадную военную форму Рода, стояла посреди ночной поляны с ребёнком с алыми волосами на руках. Ночь была тёмной, и над головой раскинулось высокое небо, усыпанное звёздами.

Эйр чуть покачивала малышку, прижимая её к себе, и смотрела вверх. Ветер тихо шевелил края её одежды, трава под ногами мягко касалась обуви.

— Агуа! — раздалось снизу.

Девушка перевела взгляд на ребёнка. Уголки губ малышки чуть подрагивали, она что-то бормотала себе под нос, цепляясь крошечными пальчиками за ткань её мундира.

Эйр улыбнулась.

— Не переживай, малышка, — мягко произнесла она. — Вот увидишь, в скором времени твой папа появится. И тогда ты сможешь ему высказать все свои недовольные «агу» и «ага» по поводу того, что он пропал.

Она чуть наклонила голову, прижимая малышку щекой к своей груди.

— Хотя он и не виноват в этом, — добавила Эйр уже тише, почти шёпотом.

А затем снова перевела взгляд назад — туда, где над ночной землёй один за другим вспыхивали и взлетали вверх дирижабли Рода: тяжёлые, все как один чёрные. Их прожекторы разрезали ночь, освещая множество людей, спешащих к другим дирижаблям.

Немного сбоку послышались приглушённые звуки приминаемой травы. Эйр полуобернулась и посмотрела на двух подошедших высших — женщину и мужчину. Тех, кто был с их Родом с самого начала. Старых, проверенных в боях и преданности, тех, кому было безоговорочное доверие.

— Госпожа, — оба они одновременно склонили головы.

В ответ Эйр, не колеблясь ни секунды, протянула ребёнка, произнося:

— Оставляем малышку на вас. С этих пор вы отвечаете за неё головами, — она говорила спокойно, но в её голосе слышалась стальная нота. — Пока нет никаких проблем — остаётесь здесь, в имении. Однако, если вдруг на нашей земле кто-то всё же нападёт, с остатками Рода уйдёте через портал. С той стороны уже всё подготовлено, в случае чего вас там будут ждать и позаботятся.

— Поняли, госпожа, — слегка склонила голову женщина, аккуратно принимая ребёнка на руки. Малышка чуть вздрогнула, но, почувствовав спокойное, уверенное биение другого сердца, быстро успокоилась. — Прошу вас, берегите себя, — добавила женщина уже мягче.

Эйр, передав малышку и проведя рукой у неё по голове, осторожно, словно запоминая прикосновение, улыбнулась. А затем развернулась и пошла вперёд, к линии взлёта, где один за другим в небо уже уходили дирижабли.

— Это Китайская империя должна нас опасаться, — твёрдо произнесла она, не оборачиваясь. — Мы не дадим им прорваться и остановим их. И скоро эта война будет окончена.

Её силуэт в военной форме Рода на фоне взлетающих кораблей выглядел как символ обещания, данного и мёртвым, и живым.

***

Российская империя. Дворец:

В зале координирования — огромном, светлом помещении со множеством мониторов и рядов мерцающих компьютеров, где за длинными консолями сидели тактики и стратеги, а в воздухе висели напряжение и частые приказы, — раздавался самый что ни на есть благой мат молодой императрицы Российской империи.

Анастасия не могла сдержаться. Её голос, обычно сдержанный и уверенный, сейчас срывался, а по залу разносились отборные выражения, достойные, тем не менее, двора.

Девушка, которая уже два дня была без сна, видела, как карта войны перед ней расцветает всё новыми и новыми точками огней: красные и оранжевые, пульсирующие пятна вспыхивали на мониторах.

Тактики и координаторы, слушающие её, обменивались быстрыми взглядами, но старались не обращать внимания на её слова, хоть в то же время и чуть вжимали плечи.

Каждый был до предела сосредоточен на собственных действиях — кто-то отдавал приказы через гарнитуру, кто-то лихорадочно перебрасывал резервные части, кто-то вносил правки в цифровые карты.

Все они прекрасно понимали, что всю сложившуюся ситуацию никак иначе, кроме как матерными словечками императрицы, не обозвать. И никто не имел морального права её за это осуждать.

Наконец Анастасия, тяжело опираясь обеими руками о приборную панель, наклонилась вперёд. Плечи её под белой формой дрожали, грудь же вздымалась очень часто. Тяжело дыша и не отводя взгляда от разгорающейся карты огней, она пыталась понять, как всё к этому пришло.

Они ведут войну с Китайской империей. При всём при этом им удалось договориться с другими странами, что раз те не хотят помогать, то они не будут вмешиваться в этот конфликт.

И всё же сейчас множественный фронт расцветал ещё большими, яркими цветами пламени. По контурам границ вспыхивали новые отметки, обозначающие, что все те, кто клятвенно уверял, что не будет вмешиваться, один за другим присоединились к войне именно против них...

Слово «нейтралитет» просто растаяло...

Отдышавшись, Анастасия тихо выдохнула, губы её побелели от напряжения:

— Как всё к этому пришло...? — спросила она тихо в никуда.

Западная сторона империи — тот самый участок, где они меньше всего держали войск и считали риск наименьшим, — в данный момент горела особенно ярко. Целые сектора там пульсировали алым, показывая, что все те, кто делал вид, что не собирается воевать, решили полакомиться кусочками утопающей в войне империи, как стервятники, слетающиеся на раненого зверя.

Девушка отвела взгляд от краснеющей карты и уткнулась в гладкую столешницу пульта. Чёрное стекло отражало её бледное вспотевшее лицо, чёрные волосы, собранные в строгий хвост, и глаза с тёмными кругами от бессонных ночей.

Она молча анализировала, обрабатывала информацию, пытаясь сложить из хаоса чёткую линию, а затем тихо произнесла, всё так же шёпотом, но так, чтобы рядом стоящие её услышали:

— Всё под контролем… Мы всё контролируем. Да, есть неучтения… Да, есть неучтённые элементы, но мы всё контролируем... К примерно подобному раскладу мы и готовились…

И хоть она и утешала кого-то этими словами, но в глубине души слишком хорошо понимала, что их силы не резиновые и резервы не бесконечны. И что каждая вспыхнувшая красная точка — это не только враг, но и растягивание их оборонительных линий до предела.

За годы войны они действительно подготовились к возможному ещё одному массированному нападению Китайской империи. Под это были построены укрепрайоны, отработаны планы, накоплены боеприпасы и усилена техника. Но кто же знал, что и другие страны тоже решат присоединиться? Что удар последует не фронтом, а полукольцом, со всех сторон?

Анастасия стояла, сжав пальцы до боли, раздумывая, как им быть дальше, чувствуя на себе взгляды офицеров в зале, когда в один из моментов одна из красных точек, находящаяся на юго-востоке страны, вдруг перестала быть красной. Она просто погасла.

Девушка вскинула голову и нахмурилась, и почти сразу же с ней связались по связи.

Из тонкого наушника у её уха послышался знакомый уверенный и стальной голос Эйр:

— Не переживай, императрица, — спокойно произнесла она. — Я видела ту проблему, которая случилась. Мы здесь закончили, а значит, сможем распределить свои силы по всему фронту. Род Вяземских задействует всех своих воинов. Сама же я лично займусь врагами на западе.

Анастасия рывком поднесла руку к наушнику.

— Эйр, не делай этого в одиночку! — громко произнесла императрица. — Я понимаю, что ты сильна, но там может быть слишком много врагов, это может быть просто засадой!

Она чувствовала, как внутри всё сжалось из-за страха потерять не только одного из ключевых генералов империи, но и близкую подругу.

— Не доросла ты ещё, чтобы переживать за меня, — усмехнулась девушка в ответ, и по интонации можно было представить её лёгкую улыбку. — Я прошла через большее количество битв, чем ты целовалась. А ты, судя по всему, не целовалась ни разу. Ну ничего... Братец вернётся, исправите ситуацию... Сейчас же просто сиди и смотри, как мы решим эту проблему. Да и… — послышалась небольшая пауза, — у меня для них есть сюрприз… Мы всё контролируем. Сегодня Китайская империя останется без части своих зубов, а в течение недели падёт. Так что расслабься и просто жди отличных новостей.

В следующий момент в наушнике стало глухо. Связь оборвалась. Анастасия пару секунд стояла молча, а затем глухо произнесла:

— Привести в готовность протокол «Свет во тьме».

***

Часы спустя:

Эйр, одетая в свой алый доспех, неслась на огромной скорости среди серо-белых клубящихся облаков, разрезая воздух стремительной кометой. За спиной же, цепляясь за её след, тянулся целый шлейф смертоносных техник — сверкающих линий, огненных копий, ледяных шипов и плазменных сгустков, которые впивались друг в друга, взрывались и рвались в воздухе, пытаясь настичь её.

Как Анастасия и сама Эйр и думали, это действительно оказалось ловушкой. Сейчас множество практиков высокого уровня летели за ней, разрезая небо чёрными силуэтами, чтобы убить. Целая стая охотников гналась за единственной целью.

Вот только девушку это нисколько не волновало. На её лице не было страха — только сосредоточенность и уверенность, что всё идёт так, как и должно идти. Хоть она и прекрасно понимала, что сейчас они наверняка загоняют её в ловушку, подводя к заранее выбранной точке.

Её главная задача — отвлечь на себя как можно больше врагов, вырвать огромный кусок их ударной мощи из общего строя и перенаправить его на себя.

И всё же Эйр прекрасно понимала, что из-за создаваемой внутри собственного тела техники она сейчас гораздо слабее, чем могла бы быть. Её собственный источник энергии был сжат и переплетён с новой конструкцией. Поэтому любая ошибка могла стать для неё фатальной — одно неверное движение, один лишний расход силы, и всё рухнет.

Но ей и самой нужно собрать как можно больше врагов, чтобы породить необходимый импульс.

Можно было бы смести врагов, использовав Волю Деда — чудовищную силу, что до сих пор находится в ней. Вот только эта Воля не должна использоваться сейчас. Она должна принадлежать Шелю. Эйр не имеет права использовать её. Да и брата это не вернёт, а он может быть где угодно, поэтому его вернёт только её техника.

В какой-то момент девушка резко остановилась. Она застыла посреди абсолютно чистого неба, высоко над землёй, и посмотрела вдаль.

Вокруг неё, куда ни посмотри, к ней слеталось множество фигур. Около пятидесяти практиков. Все они были одеты в свободные чёрные одежды разных оттенков. На лицах — маски животных: лисы, волки, тигры, змеи, птицы.

Таким образом враги из других стран маскировались, чтобы было неясно, какие именно государства принимают участие в этой войне. Ни гербов, ни опознавательных знаков. Только анонимные шакалы.

— Набегалась? — усмехнулся один из них, чуть седой старик с маской в виде хищной птицы, покрывающей всё выше губ. Он завис чуть выше остальных и в следующее мгновение резко скомандовал: — Убить её!

В ту же секунду в Эйр понеслось множество техник и стихий. Пространство вспыхнуло. Огненные лезвия, цепочки молний, копья изо льда, сгустки мрака, световые стрелы — всё смешалось в одном хоре смерти, рвущемся к одной точке.

Эйр, видя всё это, медленно подняла вверх свой меч, пока её глаза начали сиять золотым светом.

— Марика, используй поглощение на максимум…

— Госпожа, — раздался ответ доспеха, — это опасная функция на вашем ранге. Она может убить вас или ввести в кому.

— Выполняй приказ, — холодно скомандовала девушка.

В этот миг по контуру её фигуры, по доспеху и по клинку, образуя плотную, сияющую оболочку, прокатилась золотая вспышка.

В следующую секунду техники настигли её. Удары обрушились, словно целый шквал. Но они не причиняли ей почти никакого физического вреда, врезаясь в жёлтое поле и взрываясь совсем рядом, оставляя в воздухе стихийные всполохи и вихри. Пространство вокруг на секунды превратилось в ослепительный хаос.

Однако девушка всё равно стиснула зубы от боли. Раны, которые они наносили, были не физическими, а энергетическими.

За всё это время она так и не смогла полностью доделать свою технику — как бы ни пыталась и что бы ни делала, всегда чего-то не хватало.

Однако... Она таки нашла один способ, который позволял её активировать. Способ, мягко говоря, болезненный. И именно его Эйр сейчас и использовала, собрав вокруг себя так много сильных врагов.

Девушка чувствовала, как её восстанавливающийся источник дрожит, как не только по энергетическим каналам, но и по самому телу идут микротрещины. На лице Эйр появилась длинная царапина, словно от невидимого лезвия. Тонкая, алая линия прорезала щёку.

Царапины одна за другой начали появляться на всём её теле — на руках, на шее, на боках — будто кто-то аккуратно рассекал её изнутри, пока вокруг продолжало грохотать множество техник и вспышек стихий.

В какой-то момент все атаки прекратились. Вражеские практики остановились, позволяя вспышкам рассеяться и оценивая результат.

И тогда сквозь рассеивающееся поле взрывов они увидели её. Девушка всё так же висела в воздухе, тяжело дыша. Было видно, что каждый вдох давался ей через боль. Она держала перед собой меч, опуская его кончик чуть вниз, но не позволяя себе упасть.

— Удивительно, — усмехнулся всё тот же старик с маской в виде хищной птицы. — Какая всё-таки воля к жизни. Да и интересный артефакт на тебе. Да… Пожалуй, мы его заберём себе... А тебя убивать не будем, — он нагло и двусмысленно, с намёками, улыбнулся. — Такая, как ты, наверняка родит много породистых магов.

Услышав это, Эйр сперва лишь криво усмехнулась, несмотря на боль. А затем громко, резко и разительно засмеялась. Её смех, дерзкий и почти безумный, разнёсся по всей округе, отзываясь в облаках и в ушах нападающих. И в этом смехе... Было лишь сочувствие к врагам.

А закончив смеяться, она произнесла:

— Тебе повезло, что это не услышал мой брат. Иначе вы все умирали бы очень долго… Впрочем, — Эйр вскинула меч над головой с кривой усмешкой, — ты можешь рискнуть сказать ему это в лицо, — и девушка нанесла удар.

С её клинка сорвалась гигантская золотая волна. Однако старик и остальные без какого-либо труда разлетелись в разные стороны, уходя из сектора поражения. Волна пронеслась сквозь их прежнее построение и ушла вдаль, рассекая безоблачное небо.

— И это всё? — усмехнулся старик. — Признаться, ожидал от тебя чего-то большего.

Эйр же, лишь улыбаясь, медленно закрывала глаза. Она чувствовала, как энергия из её тела практически полностью уходит в ноль и организм, выжатый досуха, перестаёт слушаться. А затем девушка начала падать.

При этом, закрывая глаза, она всё ещё ясно видела, как позади врагов, там, где только что прошла её золотая волна, открывается жёлтый портал.

Враги, которые уже собирались рвануть вслед за ней, вдруг резко замерли, словно что-то ощутили.

Они все вместе оглянулись назад, повернув головы, и уставились на появившееся золотое свечение, внимательно вглядываясь и готовя техники. Вот только от портала не исходило больше ничего. Спустя же пару мгновений сияние начало сжиматься и закрываться. А когда они вновь посмотрели в сторону падающей девушки — её уже не было. Ни внизу, ни где-либо в видимой зоне.

Шаря по всей округе, все подняли взгляд выше, вынужденно задирая головы. Там, высоко в небе, напротив солнца, в ореоле его света, висели две фигуры. Мужская и женская, чьи одежды едва заметно развевались на ветру. Их силуэты казались почти чёрными на фоне сияния. Одна из этих фигур, мужская, держала на руках третью — безвольно обмякшее тело, которое они только что пытались убить.

Все враги, сами того не осознавая, подались назад и сглотнули ком в горле, потому что на них смотрели две пары глаз с едва заметным ободком жёлтого света в глазах. Такие же, как были и у девушки в красной броне. И эти взгляды... Не сулили им ничего хорошего...

В этот момент второй образ, девушки, резко махнул рукой в сторону. От неё, крутясь дугой, в их сторону понеслась обледенелая катана, что мгновенно разрубила троих высших. Сам же образ мгновенно оказался перед стариком в маске птицы, хватая его за горло.

Последнее, что увидел старик, прежде чем его шея хрустнула — это то, как все остальные его союзники превращаются в ледяные статуи, а также невероятно красивое, но холодное лицо взрослой девушки, с высоким хвостом золотых волос, за которую он сам готов был бы продать весь свой Род и даже страну...

***

— Эйр!.. Эйр! — кричала в микрофон Анастасия, пытаясь докричаться до девушки. Её руки дрожали, она вжимала пальцы в гарнитуру. На карте перед ней только что погас её трекер.

— Чёрт… Нет, нет, нет… — немного запаниковала молодая императрица, чувствуя, как сердце ухнуло куда-то в пятки.

Опасаясь, что это просто проблема с наушником, девушка переключила связь на громкую, надеясь хоть так услышать Эйр.

— Внимание! — продолжала Анастасия уже громче. — Переведите на тот участок как можно больше сил! Мы должны…

В этот момент, красное пятно, где была Эйр, просто растворилось, исчезнув. Все ошарашенно смотрели на это, непонимания, как такое возможно.

А в следующую секунду из переведённого на общий динамик устройства раздался голос, от которого девушка ощутила, как у неё по всему телу от узнавания прошлись мурашки, а сердце застучало чаще.

— Не нужно подкрепления.

В этом голосе одновременно были спокойствие и уверенность, которую она давно не слышала, но узнала мгновенно.

— Ни о чём не беспокойся, принцесса, — продолжил голос. — Мы вернулись. Просто укажи основные проблемные линии фронта, и мы закончим эту войну.

Анастасия, до конца не веря, что слышит этот голос, чуть пошатнулась и упала в кресло, смотря перед собой.

Он здесь...