Заговорщики Системы

Глава -10. Девять лет назад.

Подросток, услышав особенно громкий звон, раздражённо обернулся на двух следующих за ним мужчин. Даже в темноте ночи, благодаря свету полной луны, было отчётливо видно его высветленные почти добела прямые волосы, подметающие концами плечи, и серо-голубые глаза за круглыми стёклами очков. Обычный городской подросток шестнадцати лет, тощий, длинный и едва ли близко знакомый с ручным трудом.

Вот только вокруг был не город и даже не пригород, а тихий, тёмный и абсолютно пустой дачный посёлок, за пределами которого не было ничего, кроме густого белого тумана. Влажный прохладный воздух казался густым. Мокрый песок и мелкие камешки похрустывали под ногами.

Подросток нёс, перекинув через плечо, длинный строительный лом. Тяжёлая стальная палка отдалённо напоминала чёрное копьё и не очень хорошо подходила к телосложению владельца. Да и компания у парня была весьма странной. Вместо ровесников он вёл за собой двух взрослых. Обоим мужчинам было явно где-то за сорок. Один носил спортивный костюм без куртки, а другой выглядел так, будто бежал с деловой встречи и по пути скатился кубарем с обрыва. Взгляд мужчины в футболке и спортивных штанах был пустым, а глаза влажными. Мужчина в грязной деловой одежде нёс, перекинув через плечо, сооружённый из спортивной куртки мешок. В нём изредка что-то позвякивало, создавая небольшое разнообразие звуков. Именно от мешка исходил звук, привлекший внимание подростка.

Можно было бы подумать, что происходящее вокруг – следствие злого умысла старших, случайная команда начинающих строителей или бессмысленный тревожный сон, но всё было куда сложнее. Потому что происходящее не было сном, а двое мужчин, плетущихся за вчерашним ребёнком, были в ещё меньшем восторге от ситуации, чем недовольный подросток.

Кандидат [37975], этот самый парень, специализировался на инстансах типа нестабильного пространства.

Ему действительно было всего шестнадцать, он был младше не только своих временных товарищей, но и кого-либо из тех, кого встречал за два месяца пребывания в Системе на втором уровне реальности, но это обстоятельство его совершенно не смущало. Сравнительно малый возраст лишь доказывал его талант. Удержание концентрации и контроль над субъективной реальностью давались ему достаточно легко, чтобы не пугать до ужаса, но достаточно тяжело, чтобы это нравилось зрителям. Подобные испытания всегда были одиночными, так что в последнее время он общался только с Системой. Как следствие, никто не мог подорвать его уверенность в себе и своих талантах. Справедливости ради, он действительно удивительно хорошо справлялся с таким существованием.

Другие кандидаты могли ненавидеть подобные типы инстансов, но он был в восторге каждый раз, как видел баллы. Примерно по шестьдесят за четыре-шесть часов напряжённой, но преимущественно умственной работы! Вот о чём на самом деле были слова учителей о том, что умным не придётся таскать кирпичи! Стандартные испытания длились по несколько дней и были групповыми. Те, кто попал в Систему недавно, обычно получали за один инстанс значительно меньше полусотни, так что, даже с учётом перерывов в сутки между любыми инстансами, заработок [37975] превышал средний в три-четыре раза.

К немалому разочарованию [37975], сейчас он оказался в командном инстансе со сценарием в духе историй о неудачливых мародёрах. Прошло полтора часа, а они так и не смогли определить ни конкретных целей испытания, ни даже основной источник опасности. Они, следуя собранным из вводной информации правилам, осматривали дом за домом, набивая мешок. Постоянно присутствовало чувство, что нечто ждёт, когда они потеряют бдительность, чтобы начать бойню.

Но настоящей проблемой было не это. Проблема была в команде. Эти двое мужчин – [37974] и [37981]. Они были совершенно невыносимы. За ними приходилось следить, чтобы они не совершили каких-либо глупостей, способных оборвать жизни всей команды.

Едва увидев их номера в полупрозрачном зелёном окне Системы, [37975] понял, что ему страшно не повезло. Оба товарища по команде были новичками. И хотя [37974], судя по номеру, должен был пробыть в Системе дольше, чем [37975] хотя бы на один день, тот вёл себя настолько неуверенно и трусливо, будто это был его второй инстанс. Для [37981] инстанс был первым. Без «будто».

Оба мужчины были безынициативными и физически неподготовленными. Не то чтобы светловолосый парень был спортсменом, но хотя бы имел реальный опыт побегов из дома через окно и ночных блужданий по окраине родного городка в компании некоторых одноклассников, не отличавшихся примерным поведением.

В итоге, после ошибки со стороны [37974], напугавшей подростка едва ли не до остановки сердца, [37975] без труда и без удовольствия узурпировал власть. В конце концов, у него даже был предмет, приобретённый в Системе за баллы – хороший лом, созданный по образу и подобию его личного лома из родного уровня реальности. Не артефакт, но хотя бы вполне универсальный инструмент, который он не мог бы потерять даже в инстансе с нестабильным пространством. Привязка предмета к душе была настоящим чудом.

Лом, конечно, не коса и не меч, но он вполне успешно мог компенсировать нехватку физической силы, длины рук или роста.

— Чтоб вас всех, — буркнул подросток и с размаху ударил ломом по окну очередного подвернувшегося под руку старого дачного дома, построенного слишком близко к дороге. — Какого рожна меня вообще приставили пасти статистов в этой дыре?

Оглушительный в ночной тишине треск стекла не привлёк никакого внешнего внимания. То, что последствий не будет, [37975] уже знал. Он сделал это не из досады или мелочной мстительности. [37974] вздрогнул от резкого движения и громкого звука. [37981], до этого смотревший краем глаза в отражение в окне, очнулся от ещё не набравшего силы наваждения. Осознав свою ошибку, он громко выдохнул и зажмурился, стараясь подавить вновь накатившее отчаяние. У уже не самого молодого мужчины вновь защипало в носу. Со стороны это было хорошо видно по тому, как [37981] морщился и нервно потирал лицо.

[37975] не был уверен, что злит его больше: поведение [37981] или собственная неспособность в полной мере понять чувства тоскующего и напуганного человека. Но на первом месте списка раздражителей точно был [37974].

Их стартовой локацией был автомобиль из разряда простеньких внедорожников. С царапинами от веток на лобовом стекле, с чёрным пластиковым корпусом, он был явно ненадёжным укрытием, совершенно непохожим на безопасную зону. Дорогу из посёлка, по которой, как предполагалось, их машина прибыла в посёлок, перекрывал плотный, словно снег, туман. Пока [37975] осматривал локацию и сожалел о наличии команды, а [37981] протирал глаза, щипал себя за руку и изумлённо открывал рот, [37974], оказавшийся за рулём, вспомнил, что в похожих на это историях ужаса из интернета все всегда сожалели, что вышли из машины, а не уехали сразу же, как оказались в подозрительном месте.

Так и вышло, что прежде, чем ему успели вправить мозги, он поспешно нашёл свисающий из замка зажигания ключ и провернул его. Отвыкший от командной работы [37975] отвлёкся на созерцание добротного кирпичного забора за окном и вызов системного окна, отчего не успел вовремя заметить и остановить руку горе-водителя. Он мог только со страшным лицом выдавить из себя тихое проклятие, когда зарычал стартер, нарушая тишину незнакомого места.

Почти сразу стало понятно, что проблемы начнутся ещё до того, как звук привлечёт внимание кого-либо из пока неизвестных, но гарантированно злонамеренных местных обитателей. Тарахтение стартера стало утробным, словно у большого грузовика, а затем прервалось с тяжёлым ударом. Что-то металлическое с хрустом сломалось и завизжало.

С хлопком слетела часть пластиковой панели. В удивлённого до крайности [37974] была выброшена подушка безопасности. Подростка, чьё место Система определила на переднем пассажирском сидении, уже развернувшегося к "товарищу", также прибило к спинке кресла надувшейся тканью. В плечо ударил прижатый ею лом. [37981] не пострадал, но всё равно вскрикнул от неожиданности.

Концерт завершился воем, взрывным треском, ещё несколькими ударами, шипением и, наконец, гулом пламени.

Отползший в просвет между подушкой безопасности и дверью [37975] с пустым выражением лица уставился на пару скромных язычков пламени, вырывавшихся теперь из-под капота и плавящих то ли краску, то ли сам корпус. Только пиромания удержала его в тот момент от гнева и попытки смертоубийства.

Перед лицом каждого из кандидатов всплыло большое полупрозрачное уведомление. Ярко-зелёные слова легко читались, хотя ещё несколько минут назад [37981] не знал ни одного из них. Язык этот вообще никогда не появлялся на родине кого-либо из присутствующих, но каждый из них теперь знал его. Только его.

[НЕДАВНО ВЫ ЧИНИЛИ АВТОМОБИЛЬ И СЛУЧАЙНО ЗАБЫЛИ РАЗВОДНОЙ КЛЮЧ НА ЗАЩИТЕ КАРТЕРА.

НА ПЛЮСОВОЙ КЛЕММЕ АКБ СЛУЧАЙНО ОСТАЛАСЬ ТРЯПКА С ЭЛЕКТРОЛИТОМ.

ИЗОЛЯЦИЯ ПРОВОДА ДАТЧИКА ДЕТОНАЦИИ БЫЛА СЛУЧАЙНО ПОВРЕЖДЕНА ПРИ ПАРКОВКЕ.

ВЫ БЫЛИ ОБМАНУТЫ НА ЗАПРАВКЕ В ГЛУШИ И ПРИОБРЕЛИ ПРИСАДКУ НА ОСНОВЕ АЦЕТОНА.

В ПЛОХО ЗАКРЫТЫЙ БАК СЛУЧАЙНО ПОПАЛА ВОДА ВО ВРЕМЯ ДОЖДЯ.

В РЕЗУЛЬТАТЕ СБОЯ ПРОИЗОШЛО ВЫПЛЁСКИВАНИЕ СМЕСИ БЕНЗИНА И АЦЕТОНА. ИЗ-ЗА ПОСЛЕДОВАВШЕГО КОЛЛАПСА СЛЕТЕВШЕЕ ШПОНОЧНОЕ СОЕДИНЕНИЕ ПОВРЕДИЛО МАСЛЯНЫЙ НАСОС И СТЕНКУ БЛОКА.

АВТОМОБИЛЬ СЛОМАН. ПОЧИНКА НЕВОЗМОЖНА]

[37975], казалось, физически ощутил мгновенную смерть нескольких сотен нервных клеток в своей голове.

— Быстро все вышли вон из машины, пока она не взорвалась, — почти спокойно приказал подросток, первым зацепившийся за ручку двери и уже собиравшийся вываливаться наружу.

Собственный голос ему не понравился, поэтому он добавил зло и громко, уже не боясь привлечь внимание того, что вполне могло бродить снаружи: «ЖИВО!».

Дверь распахнулась, и [37975] почти выпал из неё из-за не самого удачного положения тела в ограниченном пространстве. Под ногами захрустел песок с камешками. Вырвав из-под подушки безопасности свой любимый инструмент, парень припустил прочь, в сторону кирпичного забора, способного, в случае чего, загородить от взрыва. [37975] не был уверен, что загоревшийся автомобиль не взорвётся так же "случайно", как до этого сломался. Как бы велико ни было искушение остановиться и посмотреть на огонь, пиромания всё же не могла в полной мере победить здравый смысл и стремление выжить.

Временные товарищи также выбрались из машины. Новичок даже принял удивительно разумное решение бежать в ту же сторону, куда и [37975]. Несмотря на растерянность и непонимание ситуации, [37981] был более свободен в движениях и обзоре, поскольку не был заблокирован подушкой безопасности. В итоге мужчина в спортивках предпочёл повторять за тем, кто отдавал хоть какие-то команды.

[37975] умело перелез через кованую калитку, нашедшуюся сбоку, и прислонился спиной к холодной кирпичной стене, чтобы отдышаться. Запоздало проявилась небольшая боль в районе голеностопа из-за внепланового забега. Но боль не была достаточно значимой проблемой в Системе. Так что, пока [37981] вспоминал молодость на чугунных прутьях калитки, подросток поспешил проверить единственные карманы своего серо-сиреневого худи. Почувствованный в процессе бега вес не обманул, так что в свободной руке [37975] совсем скоро появился телефон. Он попал в Систему вместе с одеждой подростка, но появлялся только в инстансах, где не предполагалось наличия доброжелательных или нейтральных NPC, способных выдать задание, и была взята за основу подходящая современной технике эпоха.

— А полицию можно вызвать? — спросил перебравшийся через преграду [37981].

— Нет, только посмотреть в чатах предысторию и задание для инстанса. У тебя телефон есть? Тоже изучи, — отрицательно мотнув головой, ответил [37975], не отрываясь от чтения содержимого пяти незнакомых чатов в знакомом мессенджере, лишённом системой изначального названия. — И надо будет в телефоне того идиота посмотреть. Информация может быть разной.

В скором времени стало понятно, что роль источника информации о существовании деревни досталась в их компании именно [37975]. Среди его чатов были общий командный, [37974], [37981], «Информатор» и «Скупщик». У [37981] было всего три чата.

— Мародёры, значит, — [37975] погладил пальцами лом и растянул губы в недоброй улыбке, вызванной отнюдь не местными условно материальными богатствами из условно материальных домов.

Удача и Система всё же не отвернулись от него. Юноша с каждым днём был всё более и более уверен, что уж он-то точно сможет достичь заветной цели – стать настоящим богом. Другие кандидаты грезили о получении навыка и титула за баллы, мечтая обезопасить свою жизнь и заменить титулом потерянное имя, но [37975] было всё равно на имя. Как можно было беспокоиться о таких мелочах, как имя, прошлое или оставшаяся на третьем уровне реальности не вполне благополучная семья, если Система давала шанс взобраться на самую вершину мира?

[37974] отметили в группе и написали ему идти к кирпичному забору. По другую сторону улицы мужчина в подранном деловом костюме вздрогнул от вибрации в кармане и в шоке уставился на просвечивающий сквозь недорогую ткань прямоугольник экрана. До этого в инстансах телефон ему ни разу не выдавали.

Только через пятнадцать минут, когда все в некоторой степени отошли от фокусов Системы и собрались вместе, неблагополучная троица с горем пополам превратилась в организованную команду под началом подростка с ломом.

— Хорошо, а теперь краткое содержание, — объявил [37975], досмотревший телефоны старших товарищей.

Ему хотелось, следуя привычке, добавить: «… для идиотов», но перспектива умереть в этой дыре с новичками из-за того, что он с ними рассорится, его совершенно не прельщала. Пришлось временно сдержать скверный характер. В любом случае, вскоре он должен был вернуться к быстрой и эффективной работе без команды, так что можно было и потерпеть ради жизни и цели.

— Правило первое: не разбегаемся без команды. Правило второе: стараемся ничего не трогать руками без сверки со списком. Правило третье: не открывать даже вспомогательными предметами шкафчики и сундуки. Правило четвёртое: не смотреть в отражающие поверхности и в глаза фотографий, кукол и картин. Правило пятое: поскольку даже Система устроила шум, значит, беды в ней нет, поэтому, если что, – кричите. План: осматриваем дома по одному и пытаемся собрать всё ценное с поверхностей. Сейчас обматываем руки тряпками или одеждой. В качестве мешка будем использовать олимпийку [37981]. Есть вопросы или возражения?

— А как из… «инстансов» выходят? — спросил [37981]. — Врата какие-то или нас просто по домам вернут?

— Геймер, да? — настроение [37975] сменилось на более удручённое. — Врат не будет, просто перенос, но…

Парень вздохнул. Он действительно не хотел быть тем, кто сообщит новичку плохую, для большинства, весть. Вдвойне неприятно было от того, что он не мог искренне посочувствовать людям, впадающим в тоску по своему дому. Потому что у [37975] дома не было. Позади остался лишь дом родителей, едва ли более спокойный, чем жизнь под присмотром Системы. Но, раз он решил выступить в роли лидера, теперь это была его обязанность.

— Мои соболезнования, [37981], ты не сможешь вернуться домой. По крайней мере до тех пор, пока ты остаёшься одним из кандидатов на достижение божественного уровня.

Глава -9. Статист.

[37975] постарался повторить грустную улыбку, что была у ветеранов во время его первого инстанса. Хотя он не понимал боли людей, потерявших дом, и даже завидовал им, ему хватало такта не ставить их в известность об этом факте.

Выражение лица [37981] стало потерянным, а брови нахмурились, словно он думал, стоит ли сорваться и выразить недоверие.

— Но… Почему? На каком основании? Почему я, чёрт возьми? Другие же живут нормально, без всяких инстансов!

— Кто его знает, — развёл руками подросток.

Лом шкрябнул по кирпичной стене от неудачного жеста, но [37975] всё равно постарался сохранить хорошее лицо при плохой игре. У него даже сохранилась печальная улыбка, и почти не дёрнулась бровь.

— Я был с заброшки на второй уровень реальности перенесён. Со мной был одноклассник, но его я здесь не видел. Как насчёт тебя?

Только в этот момент в голову парня закралась запоздалая мысль, что, прибирая к рукам власть, он автоматически выбросил из головы необходимость использовать уважительное обращение к старшим по возрасту. Ему действительно повезло, что эти новички не оказались принципиальными в вопросах правил приличия.

— Ну, было утро выходного дня, я вышел в магазин… — не заметив проблем в обращении, начал [37981]. — Хотел купить к завтраку свежую сметану по просьбе жены, пока она готовила. Но в магазине у дома её не оказалось. Я пошёл к выходу и собирался пройти на соседнюю улицу в другой магазин, но там была какая-то авария. Совсем свежая, по пути к магазину я её ещё не видел. И всё. Всё замерло, и появился тот зелёный экран… Боже, она ведь всё ещё ждёт меня дома, я… Что она обо мне подумает? Может, решит, что я сбежал или… Нет, я ведь оставил дома буквально всё! Как же..?

Речь [37981] стала эмоциональной, и он быстро мыслями выпал из диалога. Следовало бы прервать его, но [37975] нечего было сказать по поводу критериев отбора Системы и не на что было перевести тему. В своей старой компании, где его репутация была под стать скверному характеру, он пошутил бы про то, что мужику не хватило всего нескольких минут и метров для того, чтобы его история попала под один незабвенный жанр современной литературы. Но ни шутки про смерть, ни сам жанр явно не были рассчитаны на нынешнюю аудиторию. Оставалось лишь вздохнуть и посмотреть сквозь крону ивоподобного дерева на кирпичный дом в глубине небольшого участка, ожидая, пока эмоции новенького поутихнут.

— А ты? — вдруг повернувшись к [37974], зачем-то спросил [37981]. — Как ты сюда попал?

Мужчина в подранном деловом костюме посмотрел на новичка с выражением явного сомнения в его психическом здоровье и интеллекте.

— Не твоё дело, — коротко ответил он, раздосадованный неудачным началом инстанса.

[37974] совершенно не был настроен на общение. Недовольно поджав губы, он перевёл взгляд на излишне молодого лидера группы.

— Мы идём или как?

— Идём, конечно, — хмыкнул [37975]. — Мне вообще не нравятся коллективные инстансы, и я не из тех, кто ищет компанию. Но нормальные взаимоотношения – залог безопасности. Смирись с этим и действуй соответствующе.

Резкие слова были опасными, но острый язык неотделим от гордого разума. Только оставив последнее слово за собой, он с нечистой совестью стал искать выход из имеющей все шансы накалиться ситуации. Во избежание продолжения подросток поспешил направиться в сторону красивого двухэтажного дома из пёстрого кирпича. Кусты роз всё ещё цвели и распространяли в воздухе редкий насыщенный аромат, не соответствующий, по неудачному совпадению, вкусам собравшихся. Чёрная крыша упиралась в крайне низкое туманное небо, портя общую картину, но красиво обвивающий первый этаж декоративный виноград заставлял [37975] заглядываться на это творение Системы. Помимо новой грандиозной мечты, подросток, никогда не знавший настоящего дома, ранее имел ещё одну, сравнительно более приземлённую мечту: он хотел стать владельцем и боссом гостиницы или хостела. Оттого к красивым большим домам он всегда был небезразличен.

Чёрную железную дверь с коваными узорами в виде лиан и роз даже в Системе было жаль ломать, но на окнах также красовались добротные решётки с цветами и шипами, так что выбора особо не оставалось. [37975] обошёл дом кругом. Внимательно осмотрел крепление решёток на окнах, убедился, что второй этаж также снабжён решётками, подёргал дверь.

Ручка осталась неподвижной под давлением. Так что оставалось лишь перейти к взлому. Небогатый опыт [37975] в этом деле был лучше полного отсутствия такового у старших. Осмотр двери занял около минуты. Металлическая, дорогая, с добротной рамой, на ней не было ни единого зазора. На пробу потыкав в миниатюрные щели между дверью и дверной коробкой, парень быстро пришёл к выводу, что стандартный метод ничего не даст. Лому не за что было зацепиться. И тогда его взгляд упал на стык между рамой и кирпичной стеной. Линия шва между кирпичами уходила под лутку. Только вот удачного упора было не найти.

К тому же, выламывать дверную коробку из стены, не зная, залиты ли анкеры в бетон, казалось не лучшей идеей. Оставив этот вариант в качестве запасного плана, [37975] вновь подошёл к окну и просунул лом меж прутьями и разместил его между решёткой и стеклом. Длинный лом пересёк окно почти что от левого верхнего угла до правого нижнего. Наконечник, при помощи рук и создания дополнительного наклона, выдвинулся наружу между первым прутом слева и боковой стойкой, опускаясь всё ниже, но оставаясь вблизи от монтажных ушек и анкерных штырей.

[37975] перехватился одной из рук за прутья и взобрался ногами на тонкий подоконник. Воспользовавшись стеной, на которую наполз высвободившийся конец лома, в качестве точки опоры, он потянул лом на себя, прикладывая силу своего веса и откидываясь спиной назад. Только левая рука осторожно придерживала один из центральных прутьев, страхуя от падения, пока парень раскачивался взад-вперёд, расшатывая конструкцию и понемногу отгибая левый прут.

— Тебе точно помощь не нужна? Не устал? — почувствовав неловкость от наблюдения за чужим трудом, спросил [37981] спустя примерно пятнадцать минут с начала этих странно выглядящих демонтажных работ. — Я вешу восемьдесят килограммов, всяко больше пользы будет от моего веса, если я на твоё место встану.

С его точки зрения, подростку явно не хватало силы и веса, отчего работа шла медленно.

— Извини, у меня проблемы с доверием к незнакомцам. Лом не отдам, — коротко ответил [37975]. — И за спиной у меня лучше не стойте, я нервный.

Лом передвигался всё свободнее, отгибая прут сверху донизу, а заодно расшатывая анкеры в раме решётки. Глаза парня с немного маниакальным блеском смотрели на постепенно сдающую позиции сталь.

[37974] искренне недоумевал, почему Система до сих пор никак не остановила [37975]. Она ведь предельно резко оборвала инициативу [37974] за простой поворот ключа зажигания. Почему же это нарушение не вызывало никакой реакции? Не могла же она всерьёз ожидать, что они будут уметь вскрывать дома и захотят тратить на это столько времени? Но никаких уведомлений действительно не было. Мужчине оставалось только скучать да немного злиться на несправедливость.

Не обратив особого внимания на просьбу подростка не вставать ему за спину, [37974] подошёл по-быстрому глянуть вблизи, как обстоят дела. Будучи офисным работником, а ранее вполне примерным учеником, он никогда вблизи не видел сцен взлома и до сих пор слабо представлял, как им поможет один выгнутый наружу прут.

В окне отражалось сосредоточенное лицо [37975], в очередной раз передвигавшего лом обеими руками и обвивающего решётку ногой, чтобы не упасть.

Подойдя ближе, [37974] увидел в правой части окна и своё собственное отражение. Явные морщины и лицо, ещё более смуглое из-за ночной темноты, чем было на самом деле, заставили мысленно посетовать на свою внешность. Но что-то в отражении всё же цепляло. Нечто неясное из-за расстояния привлекало внимание. И [37974] очень хотелось узнать, что же в его внешности может так увлечь.

Он подходил всё ближе и ближе к своему отражению. Даже вытянул руку вперёд в не вполне осознанном жесте. Где-то слева что-то сиреневое шевельнулось. Голос раздражающего подростка снова что-то потребовал. Затем громко шкрябнул металл, и… стекло перед глазами [37974] с хрустом пошло трещинами, пробитое насквозь ломом. Уже более отчётливо послышался второй удар, и стекло осыпалось внутрь дома.

[37974] неожиданно для себя обнаружил, что стоит в считанных сантиметрах от стекла, а лицо его почти соприкасается с решёткой. Вытянутая рука застыла в миллиметре от места, где ранее было стекло. Дёрнувшись от удивления, мужчина проехался щекой по пруту и ударился об него же предплечьем. Он не понимал, что сейчас произошло, и поспешил найти ответы в свидетелях.

[37975] снова висел на решётке, цепляясь за неё ногой и держа в обеих руках лом. Взгляд его светлых глаз отражал часть лунного света и горел гневом, обещающим скорую расправу.

На самом деле [37975] было страшно. Он едва успел предотвратить вторую ошибку [37974]. На этот раз ошибка была куда менее неожиданной. Суть проблемы также была куда более очевидной, с учётом правил: окно тоже было своего рода зеркалом. Но, что важнее, она могла бы стать летальной. Потому что была нарушением уже выявленных правил.

— Правило четвёртое: не смотреть в отражающие поверхности и в глаза фотографий, кукол и картин, — прошипел [37975], глядя на проблемного сокомандника сверху вниз. — Что тебе было непонятно, придурок?

Подросток почувствовал некоторое разочарование в себе от того, что не позволил [37974] столкнуться с последствиями ошибки и продемонстрировать их остальным. Но, к сожалению, он был обычным человеком, интуитивно склонным пытаться спасти даже незнакомца.

Всё ещё не вполне понимающий, что с ним произошло, шокированный и не готовый воспринимать крик, [37974] обернулся на [37981]. Бледный новенький в ужасе смотрел на разбитое окно и не сразу уловил направленный на него взгляд. Увидев же вопросительный взгляд неудачливого старшего товарища по команде, он, подумав, выдал лишь краткий пересказ слов лидера.

— Ты идиот. В окна смотреть нельзя.

— Но он же стоял на окне! — тут же вспыхнул [37974].

Признать, что забыл о правилах, мысленно упростив их до «делать как [37975]», и в итоге едва не умер, было выше его сил. Несправедливость и унижение жгли сердце, всё ещё заполошно бьющееся от страха.

— Стоял, а не смотрел. Никогда не слышал про концентрацию внимания? А про катоптрику? — огрызнулся [37975].

С выбитым окном стало работать проще из-за избавления от лишнего ограничения пространства, однако возник риск порезаться о кривые зубы осколков, оставшихся в раме. Кровью в мистическом инстансе разбрасываться не хотелось. Зло игнорируя товарищей, подросток продолжил войну с решёткой и примерно через пятнадцать минут выдрал наконец из стены её крепление вместе с крошками раствора и кирпича.

— Добро пожаловать, — максимально неуважительным тоном позвал [37975], отгибая решётку, словно дверцу калитки.

Не дожидаясь ответа, он первым вошёл внутрь. На полу были осколки, а на стенах могли быть зеркала или картины, так что парень первым делом посмотрел на теоретически безопасный потолок. Люстра с матовыми плафонами была покрыта пылью и явно не собиралась отражать и заманивать людей. Глядя на потолок, [37975] поспешно прикидывал, как исследовать пространство без риска напороться на отражение.

— А ведь лом действительно классная вещь. Как ты его сюда притащил, [37975]?

За спиной подростка в окно залез [37981]. Осторожно переступив через зубастую раму, мужчина спрыгнул на пол и куда-то пошёл. [37975], всё ещё смотрящий в потолок, сразу насторожился.

— Как ты смотришь? — вместо ответа на вопрос обеспокоенно спросил он.

— М? Да просто через расфокусировку зрения. Как раз думал об этом, пока ты в окне был.

— Хорошая мысль, — искренне похвалил новенького [37975].

Вряд ли тот мог бы догадаться, какое облегчение испытал [37975], поняв, что [37981] на самом деле умный человек, способный легко адаптироваться к ситуации.

— Лом – это привязанный предмет, купленный у Системы за баллы. Сможешь спросить у неё после инстанса. Время отдыха всё равно составляет целые сутки, — расщедрился на объяснения подросток.

За окном [37974], услышав этот обмен любезностями, закатил глаза, после чего попробовал расслабить зрение или смотреть на руку перед собой, чтобы остальной мир вокруг стал размытым. Однако не то ошибка в понимании метода, не то всё ещё бурные эмоции не позволили ему добиться стабильного успеха. По крайней мере, этого провала никто не увидел.

Тем временем в доме [37975] снял очки и тоже приступил к осмотру. Ради безопасности нервной системы он скомандовал [37974] стоять снаружи. В доме было темно, и поверхности приходилось проверять почти полностью на ощупь.

Старающийся придерживаться спокойного состояния ума для облегчения расфокусировки, мужчина и подросток без очков проверили дом и собрали в куртку [37981] серебряный столовый набор со стола и оставленные на тумбочке в спальне на втором этаже жемчужные серьги. К ящикам и дверцам шкафов, помня правила, прикасаться не стали.

Выбравшись из окна обратно на улицу, оба протёрли глаза. С непривычки опыт расфокусировки был неприятным, так же, как и хождение без очков. Но метод был рабочим. Поморщившись, [37975] надел обратно свои очки. Его зрение было действительно отвратительным, и ходить без них ночью было почти невыносимо.

[37974] смотрел на спевшихся сокомандников с недовольством. Ему казалось, что его просто вычеркнули из плана, словно бестолковую собаку, даже не знающую команд. Подросток даже ни разу не посмотрел в его сторону, после того как вылез из дома. А [37981] так быстро адаптировался и даже нашёл способ облегчить себе жизнь, будто вовсе не он был неловким новичком чуть более часа назад.

Тем не менее, роли уже распределились, и начался обход домов. Окна выбивались, иногда снимались с петель двери. Иногда [37981] терял контроль над глазами и случайно залипал на картину или отражение, а иногда [37975] ненароком оказывался слишком близко к предмету с отражающими свойствами, но незатронутый всегда успевал избавиться от источника проблемы до того, как случалось непоправимое.

Подверженный остракизму [37974] не делал почти ничего, а вот к [37981] [37975] стремительно проникался уважением. Это было очевидно, но молча игнорировалось в недобровольно собранной временной команде. Темп зачистки домов возрастал, а импровизированный мешок из куртки постепенно приобретал значительную тяжесть. Тишина местности перестала напрягать. Система ничего не предпринимала по отношению к найденному способу упростить исследование.

Дверь одного из деревянных домов была и вовсе оставлена открытой. Без особых надежд на улов [37975] снял очки и отправился выбивать окна изнутри. [37981] тоже вошёл внутрь и начал почти вслепую обыскивать прихожую, плавно переходящую в маленькую кухню.

— Тут нет входа на чердак изнутри! Придётся лезть снаружи! — крикнул из-за единственной стены [37975].

Всё ещё стоявший на улице [37974] обошёл дом, чтобы взглянуть, есть ли лестница наверх. На заднем дворе и правда стояла лестница, прислонённая к двери на чердак. Деревянная и шаткая, имеющая с одной из сторон две сколоченные палки недостаточной длины вместо одной и не очень надёжные перегородки, но всё же лестница.

— На заднем дворе есть лестница! — сообщил громким голосом [37974].

Ответом ему стал мат со стороны подростка, звон разбитого зеркала, а затем уже и проклятие на всю семью до пятого колена со стороны [37981]. Товарищ явно оказался не очень доволен неожиданной хорошей вестью. Отвлечение едва не стоило ему жизни.

На чердак полез [37975], попутно велевший [37974] молчать в тряпку. Мужчина в костюме почувствовал, что теперь в полной мере понимает стариков, бранящих молодёжь за хамское поведение. Даже если вина и в самом деле была за [37974], грубость "лидера" реально его раздражала.

А потом, вскоре после того, как они покинули тот дом, не найдя в нём ничего более ценного, чем красивая книга с чердака, произошла первая осечка в уже вполне сформировавшемся механизме прохождения инстанса.

[37975] увидел куклу на столбе. Красивая, но с уже выцветшим платьем, она висела как раз чуть ниже уровня глаз, прибитая гвоздями к уходящему вверх бревну с проводами.

Смотревший преимущественно под ноги парень заметил её только после того, как едва не врезался в столб на развилке дороги. Её чёрные глаза оказались на расстоянии менее тридцати сантиметров от лица парня. Слишком близко. В них крупным планом отразились широко распахнутые глаза подростка, а затем [37975] перестал о чём-либо переживать. Он даже не успел пожалеть о своей невнимательности.

Его уже не волновал плохо слышимый возглас [37981]. Не волновала парня и рука [37974], зачем-то толкнувшая его вперёд, навстречу широко раскрывающейся пасти куклы. Даже упущенный шанс стать богом не задел уже рассыпающуюся душу.

История [37975] закончилась в лёгком командном инстансе.

Глава -8. [37250]

Примечание:

События глав -9 и -8 происходят примерно в один период времени.

Оглушительный грохот грома разносился над лесом. [37250] нёсся сквозь тёмную чащу, всеми силами стремясь прорваться обратно к стартовой локации, по совместительству являющейся оговоренным местом сбора. Шум дождя, ломающихся веток под ногами и на пути тела, бешено бегущей по венам крови и ветра в ушах мешал понять, остался ли в живых ещё хоть кто-то, бегут ли другие участники в том же направлении. Пальцы человека сжимали сверкающее зеленью болотных огней сердце. У него не было права умереть. Ему был доверен предмет, без которого все кандидаты, попавшие в этот инстанс, погибнут.

Сзади упало дерево. Молния осветила высокий силуэт с длинными зелёными волосами, напоминающими не то ветви ивы, не то водоросли. Рассматривать их никто не мог себе позволить. Важнее было то, что впереди забрезжил свет «турбазы», предоставленной Системой в качестве старта. [37250] верил, что это испытание и так уже достаточно сложное. Система не могла лишить кандидатов безопасной зоны.

Слева мелькнул человеческий силуэт. Он летел сквозь деревья со скоростью, превосходящей человеческие пределы, но не пугал. Это был Быстрый. Простой титул предельно точно отражал суть навыка [36899].

Если этот коллега показался, значит, уже закончил выполнение своей части плана. Или провалился.

Дыхание [37250] немного сбилось от страха. Он вложил все оставшиеся силы в бег сквозь ветки деревьев. Всего пара минут, и они справятся. Он получит награду за существенный вклад и сможет приобрести навык, став обладателем титула. Каждый кандидат ненавидел необходимость жить без имени, и каждый отчаянно жаждал заменить его титулом.

Последние ветви сломались, вновь оцарапав всё тело беглеца. [37250] выбежал на территорию «турбазы». Разожжённый костёр ослепил своим светом, как и полагалось маяку. Лесной мох под ногами сменился протоптанной песчаной землёй. Перескакивая по четыре ступени разом, он взлетел к входной двери основного здания. Быстрый открыл дверь чуть заранее, впустил младшего товарища и захлопнул её, старательно всунув засов в пазы. Сердце отнюдь не немощного [37250] едва не остановилось от резкого торможения, но он всё же смог не врезаться в стену и теперь подскочил к окну, чтобы посмотреть на лес, из которого только что выбежал.

Из пошатывающегося, хлипкого из-за болотистой почвы ельника вышла ОНА. Её фигура могла бы показаться роскошной в иных обстоятельствах, но сейчас вызывала у мужчины только страх. Пятиметровая фигура женщины состояла из жидкой чёрной земли, мха, ила и прочих прелестей болотной флоры. Глаза горели зелёными болотными огнями, угасающими, как и свет сердца, но оттого лишь более злыми. Зелёные волосы тянулись вглубь леса. Болотная Дева держалась правой рукой за грудь в районе сердца, а левой проламывала себе путь к похитителям своего сердца. Она сделала ещё один длинный шаг и вышла на открытое пространство «турбазы». Глаза Болотной Девы смотрели на сердце в руках человека в окне. Костёр заставил болотную воду на теле существа заблестеть оранжевыми отсветами. Ещё один шаг. Волосы её натянулись, словно вновь запутались в ветках. Болотная Дева привычным небрежным жестом дёрнула их на себя.

К окну бесшумно подошёл Быстрый.

Волосы Болотной Девы не поддались. Она упрямо вновь шагнула к людям. Позади в темноте пискнула [37101]. [37250] даже не заметил её, когда вбежал внутрь. По крайней мере, выживших будет хотя бы трое.

Между монстром и пристанищем людей оставалось ещё пятьдесят метров, но волосы отчаянно цеплялись за что-то, мешая ей двигаться. Луна, ранее смутно видимая сквозь тучи, уже зашла за горизонт, и Болотная Дева нервничала всё сильнее, неспособная вернуть сердце и спасти свою жизнь.

[37250] наконец-то смог выдохнуть, видя, что волосы держат её крепко. Сердце в его руках продолжало заполошно биться, но свет от него уже был слабее, чем от свечи. [37101] подошла ближе и тоже выглянула наружу. Она была миниатюрной и боязливой, но очень сообразительной девушкой, как раз и предложившей Быстрому роль, отличную от роли похитителя сердца. Даже не выходя за пределы безопасной зоны, она внесла решающий вклад в сдерживание цели, предложив план с запутыванием волос и показав на своих волосах несколько примеров наиболее эффективных узлов. Светлая макушка [37101] была на уровне груди рослого [37250], но глаза её теперь были полны гордости и насмешки при взгляде на пойманного в ловушку её плана монстра. Женщина бывала тщеславной, но это никому не мешало.

Изначально в команде был ещё один человек, но он не был ни полезным в поле, как [37250] и [36899], ни умным, как [37101].

— Что с [37263]? — осмотрев помещение и не обнаружив четвёртого кандидата, спросил [37250].

Хотя он и пережил более тридцати инстансов, [37250] всё ещё переживал о людях вне зависимости от их полезности. Он верил, что не все созданы для подобных испытаний, и это важное напоминание о том, что жизнь существует и вне Системы.

— Мёртв. Он прибежал первым и пытался заблокировать дверь, — холодно сказала маленькая женщина. — Скорее всего, провалил свою часть. Дополнительных баллов не будет. Тело в левой комнате.

Боязливость [37101] в отношении монстров и Системы не мешала ей очень эффективно сторожить базу и радикально решать внутренние конфликты ещё до того, как они могли вызвать глобальные проблемы или нарушить план. Она тоже должна была вскоре получить титул. [37101] подходила Системе.

Никто не упрекнул её за убийство человека. Не первый раз оказываясь с ней в команде и зная о её принципах, они могли быть уверены: другого выхода не было. Если бы не она, оба мужчины оказались бы у запертой двери. С самого начала не было никакой гарантии, что исполняемый Быстрым план сработает, или что Болотная Дева не сможет вырвать свои волосы и добраться до стоящих под открытым небом людей.

Ливень стал сильнее, но гром стих. Болотная Дева в отчаянии плакала, сидя у кромки леса. Её колени были прижаты к груди, а угасшие глаза спрятаны в них вместе с красивым лицом. Близился рассвет. К сожалению, не было никакой возможности одновременно спасти её и выжить самому. Утешало лишь то, что Болотная Дева была всего лишь творением Системы.

Сердце угасло и замерло с первыми лучами солнца, пробившимися сквозь тучи. Над мёртвым сердцем Болотной Девы возник почти прозрачный экран с яркими зелёными буквами.

[ИНСТАНС ЗАВЕРШЁН

НАГРАДА КАНДИДАТА №37250: 250 БАЛЛОВ

КАНДИДАТЫ БУДУТ ОТПРАВЛЕНЫ В ОБЩЕЖИТИЕ ЧЕРЕЗ 00:00:03]

Знакомое объявление порадовало суммой баллов. Мир вокруг расслоился и распался. Товарищи по команде исчезли из поля зрения.

[С ВОЗВРАЩЕНИЕМ В ОБЩЕНИЕ, КАНДИДАТ №37250.

НАПОМИНАЮ, ЧТО ВАША КОМНАТА НОСИТ НОМЕР 37250

ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 23:59:40]

Теперь окружающее пространство представляло собой полностью серую комнату, похожую на комнату мотеля, лишённую душа или туалета, но снабжённую мягкой серой кроватью с серым пушистым пледом. [37250] плюхнулся на неё спиной, мечтательно глядя на подсвеченный серый потолок. После добавления двухсот пятидесяти баллов к накопленным, их стало достаточно, чтобы заполучить себе такой же простой и гениальный навык, как у Быстрого!

— Система, я хочу приобрести навык «Сила».

[СОЖАЛЕЮ, НО ДАННЫЙ НАВЫК УЖЕ БЫЛ ПРИОБРЕТЁН ДРУГИМ КАНДИДАТОМ]

— Эй! Как? Четыре дня назад ведь не было занято! До меня было тридцать семь тысяч кандидатов, и никто не додумался за столько лет, а тут – четыре дня!

Возмущению и разочарованию [37250] не было предела. Его долгожданный приз был уведён прямо из-под носа.

— Система, можешь предложить что-то аналогичное, но не хуже? Обязательно с физической силой. Желательно, чтобы было мне по карману прямо сейчас.

[РЕКОМЕНДУЕТСЯ НАВЫК «СЕРЕБРЯНЫЙ ГЕРОЙ»

ЦЕНА СНИЖЕНА ДО ЦЕНЫ НАВЫКА «СИЛА» В СВЯЗИ СО СХОДСТВОМ С НАВЫКОМ «ЗОЛОТОЙ ГЕРОЙ»]

— То есть мне ещё и плагиатором теперь быть. Да что ж такое-то. Мы столько развлекаем проклятых богов с этими инстансами, так что же они не могут послать мне хоть каплю удачи? Или эти высокомерные зрители даже на это не способны? Система, есть варианты получше?

[КАНДИДАТ МОЖЕТ СОЗДАТЬ УНИКАЛЬНЫЙ НАВЫК]

— Да иди ты, я не идиот, чтобы играть в лотерею, когда на кону моя жизнь! И имя «плагиатор» я не хочу!

Даже будучи наедине с Системой, [37250] с достоинством перенёс обиду и не стал предпринимать поспешных решений. Он даже готов был смириться с тем, что в ближайшее время ни навыка, ни титула ему не видать. Нужно было лишь понять, сколько времени придётся проходить всё более и более сложные инстансы, оставаясь физически на уровне обычного человека.

— Система, какие есть навыки с титулом, стоимость которых превышает мои баллы? И сразу уточняй суть навыка и сколько мне на него не хватает, а не как в прошлый раз.

[ВОЗМОЖНЫЕ ВАРИАНТЫ:

МУРАВЕЙ – НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ СИЛЫ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СИЛЫ. +50 БАЛЛОВ

УСИЛЕННЫЙ КЛИНОК – НАВЫК УСИЛЕНИЯ АТАКИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ХОЛОДНОГО ОРУЖИЯ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СИЛЫ. +50 БАЛЛОВ

КОНЬ – НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ ФОРМЫ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СКОРОСТИ И СИЛЫ. +750 БАЛЛОВ

РАБ – НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ ФОРМЫ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СИЛЫ И ВЫНОСЛИВОСТИ. +750 БАЛЛОВ

ЛЕВ – НАВЫК ТИПА ЧАСТИЧНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СИЛЫ И АУРЫ. +950 БАЛЛОВ

СЕКТАНТ – НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ СЕБЯ, НАВЫК ТИПА МЕНТАЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ. ДОСТУПНО ВРЕМЕННОЕ УЛУЧШЕНИЕ ЛЮБЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК ЧЕРЕЗ ОЧКИ ВЕРЫ, ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ ВНУШЕНИЯ. +2050 БАЛЛОВ

…]

Представший перед глазами список не вызывал даже желания пролистать дальше. Причина, почему от таких навыков отказались владельцы. Только отчаявшемуся человеку захотелось бы носить имя «Раб», даже если статы у него хорошие. «Конь», «Муравей» и явно перспективный «Сектант» тоже звучали не как имя за десяток тысяч баллов, заработанных потом и кровью. Только Лев выглядел неплохо, хотя и смущал изрядно «частичной трансформацией» и «аурой». Будущее казалось бесперспективным.

— Система, что из себя представляет навык «Серебряный Герой»? — с тяжестью на сердце спросил [37250].

[СЕРЕБРЯНЫЙ ГЕРОЙ – НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ ФОРМЫ. ДОСТУПНО УЛУЧШЕНИЕ СИЛЫ И ВЫНОСЛИВОСТИ. ДОСТУПНЫ МОДИФИКАЦИИ.

НА ПЕРВОМ УРОВНЕ:

УВЕЛИЧИВАЕТ ФИЗИЧЕСКУЮ СИЛУ И ВЫНОСЛИВОСТЬ НА 25% В ОБЫЧНОМ

УВЕЛИЧИВАЕТ ФИЗИЧЕСКУЮ СИЛУ И ВЫНОСЛИВОСТЬ НА 100% ПРИ АКТИВАЦИИ

АКТИВНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НАВЫКА ВОЗМОЖНО В ТЕЧЕНИЕ 15 МИНУТ

ИНТЕРВАЛ МЕЖДУ АКТИВАЦИЯМИ ДОЛЖЕН БЫТЬ БОЛЬШЕ 5 ЧАСОВ.

ПРИМЕЧАНИЕ:

ВО ВРЕМЯ АКТИВАЦИИ НА ТЕЛЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ БУДУТ ПОЯВЛЯТЬСЯ СЕРЕБРЯНЫЕ УЗОРЫ]

— Эх, если бы не ремарка о сходстве с Золотым Героем – был бы действительно интересный навык. Система, а Золотой Герой жив?

[НЕТ]

Не в привычках [37250] было радоваться смерти незнакомого человека, но в этот раз, к своему стыду, он поймал себя на некотором облегчении. Всё же не так неловко носить имя «Серебряный Герой», если точно знаешь, что не наступит момент встречи с Золотым Героем.

— Навык хороший, ещё и со скидкой. Уведут же, если не поторопиться, — вслух сетовал мужчина, присев на серую кровать и зарывшись пальцами в пушистый серый плед. — Да и человеческих сил уже с трудом хватает для прохождения инстансов. Просто понадеюсь, что никто не узнает про покупку уценённого навыка и плагиаторской сути названия. Или хотя бы пусть отнесутся с пониманием.

— Система, я хочу приобрести навык «Серебряный Герой».

[ВЫ УВЕРЕНЫ, ЧТО ХОТИТЕ ПРИОБРЕСТИ НАВЫК ТИПА УЛУЧШЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ ФОРМЫ – СЕРЕБРЯНЫЙ ГЕРОЙ?]

— Система, да.

[ПОЗДРАВЛЯЮ С ПРИОБРЕТЕНИЕМ…

…

…

…]

Дочитать новое уведомление [37250] не смог. Всё его тело захлестнули странные ощущения и знания. Приобретение навыка действительно было потрясающим чувством, даже лучше, чем описывал Быстрый. Текущие возможности и перспективы развития ощущались естественно, без необходимости уточнять их у системы.

— Обладатели навыков и титулов в самом деле сильно отличаются от людей! — прозвучал взволнованный голос в абсолютно тихой комнате.

[37250] наблюдал за расползающимися по коже серебряными линиями с таким восторгом и предвкушением, что сложно было поверить в то, с каким пренебрежением он отнёсся к этому навыку, впервые о нём услышав.

Системе в целом было всё равно на перепады настроения взрослого мужчины. У неё были свои проблемы, и о людях она заботилась преимущественно автоматически. Записав

[37250] как Серебряного Героя, она могла лишь пожелать ему выжить. Но помочь исполнению собственного пожелания никак не могла.

Глава 1. Кандидат №93572.

Башня посмотрел на отчёт о состоянии своей души холодными светло-серыми глазами. Отразившийся в них свет зеленоватого экрана ничуть не добавлял им жизни. Лицо Башни ничего не выражало, хотя разум был полон усталости и тревог. К сожалению, в последнее время он обратил на себя пристальное внимание существ, с которыми ему не суждено было тягаться, если они догадаются, что он не Подсистема, а всего лишь человек. И раз они следили за ним постоянно, всё ещё не доверяя его блефу, то он никак не мог позволить себе ничего человеческого, если это не было очевидной частью игры на публику.

В текущем инстансе не участвовал никто из его знакомых, и поэтому он мог позволить себе ненадолго отвлечься, в очередной раз вспоминая историю, приведшую к нынешний ситуации, и пытаясь найти в действиях команды какие-либо ошибки, что могли бы повредить плану.

Башня переключил внимание на собственную душу. Она была значительно меньше, чем у многих простых кандидатов, ведь все его силы уходили на развитие Системы, а не себя самого. По крайней мере, он видел и мог контролировать свою душу не хуже, чем код Системы. Быстро добравшись до откровенно жалкого по силе ядра, он бережно извлёк из него воспоминания о своём последнем дне в мире людей и последующих событиях, в которых он всё ещё мог позволить себе роскошь быть человеком. Извлечённые таким образом воспоминания были точнее и позволяли полностью выпасть из реальности при просмотре.

Башне было жизненно необходимо успокоить свою тревогу. Жизнь на третьем уровне реальности не готовила его к такой ответственности.

***

Он проснулся за полчаса до будильника – странная привычка, сформировавшаяся сразу после переезда в эту квартиру по неизвестной причине и так и оставшаяся в его жизни. Едва приглушённый шторами свет помог понять, куда свешивать ноги, сильно сменившие положение за ночь. Жара была невыносимой даже для этого вечно душного города и кондиционер не справлялся с ситуацией. Мужчина сел на кровати и потёр неприятно влажную переносицу.

«Нужно зайти в душ. Опять»

Жёлто-фиолетовые синяки под тёмно-серыми глазами, тянущиеся полосами от внутренних уголков глаз, не прошли за ночь. Они не проходили никогда, вне зависимости от продолжительности сна, сопровождая этого человека по жизни. Прядь вновь отросших чёрных волос упала на лицо и вонзилась завитком в глаз. Такие ситуации происходили с завидной регулярностью.

Раннее утро, где-то между шестью и семью часами. Город за окном только начинал просыпаться, наполняясь шумом машин и редкими голосами прохожих, особенно громкими в душной тишине ещё не до конца проснувшегося города. Квартира-студия на двадцатом этаже, окна на юго-восток. Солнце только-только начало пробиваться сквозь шторы, и пыль на одном мониторе засветилась, как блёстки на полу дизайнерской конторки, располагавшейся на том же этаже, что и его рабочий офис.

Он действительно не любил эту квартиру. Она была слишком большой для одного жильца и при этом слишком маленькой, чтобы чувствовать себя богатым. Многие заурядные вещи в ней раздражали, особенно ранним утром рабочего дня. И всё же, менять что-либо было выше его сил, а может – просто ниже его интереса.

Он встал и умылся, привычно поджарил омлет. Рецепт точно такой же, как тысячу раз до этого, неизменно пахнущий домом. Но не этим домом, а настоящим, бабушкиным, которого не существовало уже более десяти лет. Как и у большинства людей его поколения, бабушка умерла, когда он заканчивал обучение. Тихий и неотвратимый естественный порядок вещей, приносящий одиночество и горе, значительно ослабленные принятием и смирением.

Семь часов пятьдесят три минуты. Он уже сидел перед тремя мониторами – на всех трёх был открыт исходный код разных страниц одного сайта. До официального начала работы ещё оставалось время, но можно было начать раньше, чтобы увеличить обеденный перерыв. Сперва следовало попробовать найти брешь на глаз. Работа в компании «Орден пентестеров» – он ненавидел это название так же, как и свою квартиру: слишком тупое и благородное для сложной, монотонной и крайне неблагодарной работы, за которую разве что в лицо не плевали – представляла собой бесконечный поиск дыр в чужих системах и, зачастую, их залатывание за отдельное вознаграждение.

Когда-то это занятие было очень интересным, настоящей головоломкой или хотя бы захватывающей игрой в прятки за водящего. Однако, время и опыт вытравили из жизни профессионала весь интерес. Он постоянно искал уязвимости. Делал это хорошо, но почему-то всё равно раздражал своим трудом людей. Скорее всего, ему следовало бы сменить контору на ту, где за него перед клиентом отчитывался бы менеджер, но, к сожалению, в родном городе крупных конкурентов у «Ордена пентестеров» не было. Люди были горды и часто воспринимали найденные ошибки как личное оскорбление. С этим обстоятельством оставалось только смириться, поскольку иных талантов у багхантера не имелось.

В десять утра он уже выпил вторую чашку чая. Тёмный, почти чёрный, с привкусом старых листьев и большим количеством сахара. Обычно такой чай пили либо большие ценители, либо старики, у которых проблемы с вкусовыми рецепторами. Мужчина не знал, к какой категории себя отнести. Возможно, он просто хотел кофе. Однако, до обеда он стоически отказывал себе в этом удовольствии. Ещё успеет напиться им вечером.

В свои тридцать пять он выглядел на двадцать пять в худшем смысле. Он был похож на студента, тратящего ночь на компьютерные игры, а день на учёбу и подработку: худощавый, бледный, с неуложененными чёрными вьющимися волосами, которые каждую ночь придирались новым странным образом и которые он не стриг уже три месяца, с ранней сединой, пробивающейся на висках – единственным, что выдавало его возраст. Сзади волосы обыкновенно были стянуты в короткий хвостик. Не из эстетики или предпочтений, потому что мешали и заставляли уставать глаза, когда лезли в поле зрения. Единственное достоинство его внешности заключалось в отсутствии морщин. Однако, эта черта происходила из другой, куда менее приглядной – у багхантера обычно была не очень выразительная мимика.

В половине одиннадцатого пришёл срочный запрос: проверить новый раздел сайта системы дистанционного банковского обслуживания. Очередной мелкий банк, что закроется через год или два, как и все предыдущие. Он открыл спецификацию, разложил код по экранам и приступил к просмотру. Разумеется, через некоторое время нашлась проблема. Проблемы были практически всегда, хотя и различались между собой достаточно существенно. Конкретно эту исправить оказалось сложно. Тот неприятный случай, когда сломать проще, чем починить. Будь багхантер хакером, он был бы счастлив. А так мужчина мог лишь скептично хмыкнуть, заполнить отчёт об ошибке, написать отказ от исправления, приложить эксплойт (код для использования найденной бреши, длинной в три строчки), отправить всё это и через десять-пчтнадцать минут получить короткий ответ:

[Ок.]

Без спасибо. Без комментариев. Как и всегда. Впрочем, спустя столько лет, это уже не задевало чувства так сильно, как в начале карьеры, просто вызывало неприятное, зудящее чувство усталости от всего этого. Усталость была заразой, способной убить даже лучшего профессионала, поэтому багхантер подсознательно боялся её как заразной и трудноизлечимой болезни.

Тем не менее, утренняя часть работы была завершена, а к двум часам дня его ждали в офисе. Так что в двенадцать дня он вышел на обед и смог на время сбежать от усталости. Город на юге страны – вечное лето, влажное и липкое, как дешёвый клей. Небо было серым от смога, но солнце пробивалось сквозь него водянистым светом. Он купил в ларьке еду на вынос, немногим лучшую, чем мусор быстрого приготовления, который его ждал на ужин, и сел на скамейку в крошечном сквере между двумя бизнес-центрами. Деревья здесь росли в бетонных горшках, которые на зиму куда-то убирали, и их корням было тесно, прямо как ему в этом городе, в этой профессии, в которой он был хорош и одновременно с тем абсолютно не заинтересован.

Кризис тридцати пяти или что там? У других в этом возрасте уже по два ребёнка, кошка или кролик, они покупают квартиры в ипотеку, мечтают о повышении. У него не было ничего. Даже романтических неудач. Те присутствовали в его жизни лишь номинально, слишком давно и слишком несерьёзно, чтобы иметь значение.

На первом курсе университета он встречался с девушкой с параллели. Он уже не помнил её лица, помнил только ощущения – любопытство и вину. Ему было интересно, как работает такое явление, как отношения. Он хотел узнать, что из себя представляют близость, поцелуи, сплетение пальцев и судеб. Он учился этому, исследовал, как исследовал тогда ещё интересные языки программирования, понял алгоритмы, предиктивные модели поведения. Девушке всё нравилось, пока он не озвучивал своих мыслей. А затем она пожелала откровенности, и всё, ожидаемо, пошло прахом. Она спросила, любит ли он её на самом деле. Он честно ответил, что нет, и извинился – спорить было глупо. Он знал, что нужно будет закончить эти отношения и не тратить время хорошего человека впустую слишком долго. Расстались почти друзьями.

После этого несколько раз были короткие связи, мимолётные, неполноценные и пустые. Скучно живущий мужчина и сам понимал, что виноват в таком положении дел был только он один. Ему в самом деле стоило бы найти какое-нибудь социальное хобби. А так… В школе, в старших классах, была девушка, в которую он был почти по-настоящему влюблён. Почти. Поскольку сам решительно похоронил это чувство, когда готовился к экзаменам. Потому что любовь отнимает время, время – это баллы на тестах, баллы – поступление, поступление – работа, а работа – это что? Он так и не ответил для себя на этот вопрос.

В час дня с небольшим он подошёл в офис. Его работа в офисе отличалась от работы из дома только тем, что над крупными срочными задачами несколько специалистов работали одновременно, свободна бегая от своего монитора к чужим. Коллеги были действительно хорошими людьми, понимающими проблемы хамства и усталость… Но они либо были увлечены личной жизнью, либо погрязли в этой самой усталости до обезличивания.

Тестируя новый скрипт для автоматического анализа журналов доступа, они в очередной раз случайно – нет, не случайно, они никогда ничего не делали случайно, но за случайности не ненавидели – нашли бэкдор (скрытый вход в систему) в сервере компании. Кто-то очень глупый или хитрый оставил открытый порт с базовым паролем на внутреннем сервере, где хранились резервные копии чужих платёжных систем. Мужчина замер, на самом деле, даже не он один. Его пальцы не касались клавиатуры – он просто смотрел на экран и считал дыхание. Вдох-выдох. Семнадцать лет в индустрии. Он видел такое сотни раз. Но каждый раз внутри вскипала странная смесь эмоций. Раздражение, презрение, небольшая радость от успеха. А кроме того, привычный укол алчности и сожаление о невозможности ей потакать. Он ведь мог бы, со своими навыками, сам заполучить что-то подобное и обогатиться. За алчностью следовал страх перед последствиями. Трусость побеждала при поддержке морали.

Они написали отчёт, добавили скриншоты, приложили лог. Начальник перезвонил через две минуты. Почему-то именно ему. Голос был странным, наигранно-дружелюбным, весёлым.

– Молодец, нашёл. Закрой порт, смени пароль, разберись с бэкапами. И... отпуск тебе не помешал бы.

Он не очень хотел в отпуск. Особенно сейчас, летом, когда даже выйти поесть было сомнительным удовольствием. Куда ехать? Смотреть на горы да холмы? Любоваться знаменитым озером в старом городе? Всё это он видел в детстве с родителями, до того как они занялись каждый своим делом. До того как мать уехала в другой город, отец женился на женщине с двумя детьми, а он остался жить у бабушки. Стоило уточнить, что багхантер не держал на родителей обиды, бабушка была лучшим человеком в его жизни, и странно было бы предпочесть ей кого-либо другого. Просто всё сложилось как сложилось. А может босс думал, что обычный сотрудник может позволить себе билеты на самолёт или поезд в ближайший же вторник? Багхантер не хотел этого знать.

[18:02] – показали часы на телефоне. Он вышел из офиса. Воздух вечернего города был густым, как чистый водный пар – влажность зашкаливала, и пот выступал на спине через минуту после выхода из-под кондиционера. Мужчина шёл к станции метро коротким путём через аллею, где всегда продавали жареные каштаны или дешёвые чехлы для телефонов.

И вдруг на полпути он остановился.

Хотя это явно не было подходящим описанием для произошедшего. Тело человека неожиданно перестало его слушаться. Ноги приросли к асфальту, руки и голова – к воздуху. Он попытался шевельнуть пальцами – никакой реакции. Сердце забилось быстрее, но это была единственная свобода, которая у него осталась. Он даже не дышал.

«Что за чертовщина?» – мелькнула мысль. Вторая, более трезвая: «Инсульт? Эпилепсия? Я рехнулся?». Третья, профессиональная, не успела родиться на свет, когда адекватность ситуации снизилась до критической точки.

Асфальт под ногами пошёл рябью. Не метафорически – буквально. Серая поверхность начала распадаться на квадраты, как текстура в игре при вылете драйвера. Он не мог отвести взгляд. Квадраты осыпались внутрь, открывая черноту. Не ту, в которой могли бы быть звёзды, а абсолютную пустоту, напоминающую цветом экран выключенного монитора и знаменитую чёрную краску со стопроцентным поглощением света. Психи из интернета, казалось, были правы, крича о жизни в симуляции.

Психи из интернета, казалось, были правы, крича о жизни в симуляции.

Здания по бокам аллеи поплыли. Стёкла бизнес-центров растеклись, как воск, превратившись в мутные, мерцающие вертикальные полосы. Прохожие – их было человек десять в поле зрения – замерли тоже. Одна женщина застыла с поднятой ногой, её туфля на каблуке висела в воздухе и глючила, как сломанный GIF. Мужчина в деловом костюме открыл рот, чтобы что-то сказать, но звук не шёл, а сам рот стал расплываться, превращаясь в размытое пятно.

Он попытался закричать, чтобы позвать на помощь. Горло не слушалось. Во рту пересохло, и он почувствовал странный привкус, какой-то медный. «Излучение? Ядерная война или упавшая вышка? Мозг вскипает?». Мир вокруг сворачивался, как какая-то лагающая оптическая головоломка. Края его периферического зрения засветились зелёным, как матрица старых мониторов.

А потом перед глазами вспыхнуло окно, словно поверх видео на мониторе, а не в реальном мире.

Оно висело прямо в воздухе, в полуметре от лица, почти прозрачное, с чёткими зелёными символами на блеклом фоне. Шрифт был моноширинный, напоминающий Courier New. Он узнал его – такой используют в терминалах.

В окне было написано:

[КАНДИДАТ №93572 ОБНАРУЖЕН

МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ: ■■■ ■■■■■ 5, ■■■■■, УРОВЕНЬ РЕАЛЬНОСТИ 3

ПРИЧИНА ВЫБОРА: ОБНАРУЖЕНА ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■■■ ТИПА

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ИСПЫТАНИЯ!

ОТНЫНЕ ВЫ – РАЗВЛЕЧЕНИЕ ДЛЯ ЗРИТЕЛЕЙ!

ПРОХОДИТЕ ИСПЫТАНИЯ И СТАНОВИТЕСЬ СИЛЬНЕЕ!

ПЕРВЫЙ ИНСТАНС НАЧНЁТСЯ ЧЕРЕЗ 00:00:03]

Его мозг, привыкший к чтению с монитора, обработал текст за полторы секунды, хотя и подозревался владельцем в облучённости и сбоях. Багхантер не понял ничего, но запомнил каждое слово, каждое число, каждый пробел скорее чтобы зацепиться хоть за что-нибудь, нежели в ожидании того, что информация окажется полезной.

Время вышло.

Мир вокруг схлопнулся с мягким электрическим треском, как изображение на обесточенном мониторе. Зелёное свечение стало ослепительным, сменилось тьмой, затем вспыхнуло вновь, но уже багровым. Он потерял ощущение неба, земли, собственного тела. Он был – просто был. Точка сознания в пустоте.

На секунду он вдруг задумался о том, что для смерти это ощущается как-то неправильно, наука явно обещала абсолютное ничто и полное исчезновение, а не подобные пространства. Захотелось написать жалобу.

А потом пустота залилась серым светом, и он услышал голоса. Живые. Человеческие. Пять или шесть. Кто-то плакал, кто-то матерился, а один голос – низкий, женский, с лёгким осуждением, которое он не мог понять – сказал:

— О, новенький. Пополнение в нашем стане неудачников. Будь другом, не начинай истерить, когда в себя придёшь. Нас тут только что в деревню призраков закинуло. Она нубская, но некоторым идиотам и такого хватает.

[93572] открыл глаза. Над ним было однотонное серое небо, пахло сырой землёй и гнилью. Происходило что-то крайне далёкое от нормальной жизни.

Глава 2. Первый инстанс.

Вонь местной природы была поистине ошеломляющей: прелая листва, трухлявое дерево и что-то застойно-гнилостное, как от канав долго лежавшего мяса. Холод, сменивший жар родного города, пробирал до костей. Ощущения были такие, словно очутился ранним утром на кладбище, притом, скорее всего, уже посмертно, если воспринимать ту пустоту как посмертие.

Мироощущение восстанавливалось медленно, тягуче, словно реальность прогружалась блоками, один слой за другим. Под спиной обнаружилась жёсткая, мокрая трава, насквозь промокшая, с вкраплениями мелких камешков и липкой грязи. Под тонкую летнюю рубашку навязчиво лез мокрый осенний холод, вызывая мурашки по всей спине. Звуки становились понятными не сразу – женская речь почему-то дошла до мозга мгновенно, а вот всхлипы, приглушённая ругань и шорох шагов, смешанный с противным хлюпаньем грязи, распознавались с опозданием, будто звук шёл через толщу ваты. Даже будучи сильно пьяным, сложно было бы испытать такую странную путаницу в голове и оторванность от мира. По крайней мере, не было больно ни голове, ни телу. Это уже казалось маленьким чудом.

— Вставай, говорю. Нечего трупом прикидываться. Ты у нас, значит [93572]... — всё тот же женский голос звучал насмешливо, но без злобы. — Чем больше номер новичка, тем старше себя чувствую. Хотелось бы верить, что в Системе предусмотрена пенсия.

Женщина говорила с каким-то мурчащим акцентом, который он не мог привязать ни к одному языку. Впрочем, и язык, на котором говорила женщина, также был незнаком так называемому [93572], хотя и понятен как родной. Родной язык же, напротив, исчез из памяти вместе со своим названием. Человек повернул голову и увидел говорившую.

Незнакомка стояла в трёх метрах от него, опираясь на кривую берёзу. Рыжие волосы, яркие, воздушные, явно натуральные, падали на плечи беспорядочными прядями. Глаза смотрели прямо на его лицо, и в первый миг он подумал, что с ней что-то не так: у женщины были жёлтые, почти золотые радужки. Такого в реальности этот человек ещё не встречал. Хотя зрачки были круглыми, человеческими, но цвет – такой насыщенный и неестественный, что казалось, будто это рисунок или линзы. Однако незнакомка оценивающе глянула на серое небо, и зрачки её сузились на свету, явно доказывая обратное. В сочетании с огненными волосами это выглядело крайне примечательно. «Как рыжая кошка, принявшая форму человека», – подумал [93572].

«Кошка» была молода. На вид ей можно было дать не больше двадцати трёх, хотя не ему было судить. Худощавая, но не тощая, с цепким взглядом и странной осанкой человека, привыкшего действовать быстро и всегда быть настороже. Обычная одежда: тёмные штаны, чёрная удлинённая куртка с множеством карманов, на поясе болтался мешочек, перетянутый бечёвкой. Никакого оружия, никакого единого стиля. Только этот мешочек и странная, воинственная уверенность во взгляде выдавали в ней не простую туристку. Хотя какой тут туризм, если [93572] провалился сквозь текстуры посреди города, а теперь ещё и приобрёл явные проблемы с памятью или психикой, раз всерьёз называет себя «[93572]»?

Он сел, с трудом двигая телом, всё ещё пребывающим в шоке от столь оригинальных методов транспортировки. Рядом с [93572], на том же пожухлом поле, были ещё пять человек, включая «кошку».

— Что за хрень? — спросил он, неловко пользуясь собственным голосом. Интонация сбилась, и вопрос прозвучал искажённо и глухо.

— Новички, — вздохнула на это женщина, не выглядя удивлённой. — Добро пожаловать в кошмар. Читал, может, когда-нибудь про системы, испытания и ужастики? Теперь твоя жизнь будет похожа на что-то в этом роде, если, конечно, не умрёшь через пару минут по глупости.

[93572] смотрел на «кошку» с абсолютно пустым выражением лица. Он совершенно не понимал, как такое возможно, и тем более ничего такого давно уже не читал. У него была скучная работа за монитором, смотреть в него больше необходимого он не хотел. Освобождаясь от вечерних дел, он обычно просто сидел на незастеклённом маленьком балкончике, борясь с желанием свесить ноги между прутьев, и смотрел на людей далеко внизу. Он думал о том, как можно было бы сменить карьеру на что-нибудь более приятное, но менее прибыльное, раз уж жилплощадь уже была приобретена; о том, что можно поискать девушку, чтобы в работе и жизни появилось больше смысла. Иногда он завидовал абстрактным незнакомцам или вспоминал, как он, обычно одинокий, волнительно, но прекрасно ощущал себя, представляя перед большой аудиторией новый метод обхода защиты игр от воровства кода. Он мечтал пойти куда-нибудь, даже в караоке, но каждый раз находились причины отказать себе. Чаще всего – головная боль или просто усталость после двенадцати часов просмотра мелких строчек кода – путанного, сплагиаченного, небрежного, а иногда, напротив, слишком чёткого, вылизанного или замудрёного. Теперь ничему из этого, похоже, не суждено будет сбыться: [93572] потерял своё имя и влип во что-то опасное.

— Приходи в себя поскорее, — не оценила отсутствующую реакцию «кошка». — Скоро нужно будет покинуть стартовую зону и ждать, когда появится NPC от Системы с заданием. Не хочешь помереть – тихо следуй за старшими и учись.

— Система это... — «тот экран?» – хотел спросить [93572], но знакомый экран всплыл перед ним вновь, сам отвечая на вопрос.

Сквозь полупрозрачную зелёную плазму был виден окружающий мир, но рядом с другими людьми были видны примечания. Например, возле рыжей женщины значилось:

[КАНДИДАТ №42051

ТИТУЛ: «ВЕДЬМА»]

Имя отсутствовало, но [93572] не помнил даже своего, так что это не удивляло. В растерянности он ещё раз всё осмотрел. Прочие люди на поляне давно собрались в группу и о чём-то шептались, поглядывая на Ведьму.

Первый – мужчина лет за сорок, коренастый, с квадратной челюстью и коротким ёжиком тёмных волос. Он жестикулировал резко, как солдат, был насторожен, но явно возбуждён, словно человек, которому пообещали доплату за сложный проект. Система подписала его [КАНДИДАТ №69238]. Без титула.

Эта «Система» давала людям серийные номера. «Интересно, это что-то вроде Ада? Тогда как-то маловато тут людей. Да и к чему это «кандидат» – на что могли бы претендовать люди в Аду? Или это чистилище?» Едва не познав на своём опыте религиозный психоз, [93572] решительно отбросил все подобные мысли и вернулся к более прагматичной оценке ситуации. И так прекрасно ощущая отсутствие давления, он без особых надежд проверил наличие телефона, который мог бы позволить обратиться за помощью к спасателям, но привычный карман брюк оказался пуст. Удручённый этим обстоятельством, человек вынужден был вновь уставиться в монитор Системы.

Второй человек из той обособленной группы, за которого зацепился взгляд [93572], оказался женщиной лет тридцати. Худая, с длинными русыми волосами, собранными в тугой пучок, она, что-то проблеяв в ответ на вопрос вояки, обхватила голову руками и мелко затряслась, но не заплакала – скорее, пыталась сдержаться... Или, наоборот, пыталась сделать вид, что вот-вот заплачет. Её поведение было каким-то нелепым. [КАНДИДАТ №74889]. Номер был ближе к собственному номеру [93572], чем к Ведьме. Вероятно, она была здесь не так давно, как та «кошка».

Третий – молодой парень, почти мальчик, лет двадцать, может быть, двадцать с небольшим, с живыми, но опасливо быстрыми серыми глазами и взлохмаченными светлыми волосами. Он вёл себя на удивление легко, даже с каким-то вызовом. От нечего делать он сделал небольшой круг по поляне и начал вытряхивать камешек из кроссовок. [КАНДИДАТ №72124]. Из кармана его куртки торчали уголки бумажных талисманов с красными иероглифами. Почему-то его внешность казалась очень неподходящей для этого атрибута, но обосновать эту мысль [93572] не смог.

Четвёртый – ещё одна женщина, крепкая, с короткой стрижкой и круглым, бледным лицом. Она смотрела в одну точку перед собой и шевелила губами, как будто читала молитву. На поясе у неё висел небольшой кожаный бубен. [КАНДИДАТ №86832]. Возможно, она была самой «молодой» в этом месте, если не считать [93572].

Номер Ведьмы был самым маленьким. Значит, она здесь дольше всех. Опытная. Она явно чувствовала себя уверенно, не жалась к другим. Кроме того, носила некий титул.

— Слушайте сюда, — сказала [42051] громко, перекрывая всхлипы [74889]. — Раз все на ногах – пошли, пока зрители не решили нас поторопить. Трансляция начнётся через десять секунд.

И правда, в нижней части экрана Системы шёл обратный отсчёт. Никаких других символов, впрочем, на ней не было, хотя от строки поиска или значка техподдержки [93572] бы не отказался.

— И-извините, старшая! Мы сейчас! — высоким голоском вскрикнула [74889].

После слов Ведьмы все тут же засуетились, а затем поторопились к тропе, ведущей к деревне. [93572] последовал за ними, стараясь держаться поближе к «старшей». Тропа вела вниз, к деревенской околице, и с каждым шагом запах гнили становился всё гуще. Дома в деревне были старыми, сложенными из почерневших и вымокших брёвен, а иногда – глинобитные, с покосившимися крышами и окнами, затянутыми мутной плёнкой, похожей на катаракту. Нигде ни огонька, ни дыма. Только сырость и тишина – такая плотная, что шум шагов и дыхание казались громкими. Выглядела эта локация как свалка подгнивающих декораций к посредственному историческому кино.

— Ведьма, — позвал [69238], коренастый мужчина с ёжиком тёмных волос. Голос у него был грубый, привыкший командовать, но сейчас звучал с определённым уважением. — Как старшая, скажи, что за инстанс? Я что-то не понимаю, куда нас закинуло.

— В деревню, не видишь что ли? — ответила [42051], с некоторым удивлением посмотрев на вояку.

— Меня в деревни ещё не заносило, — объяснил свой вопрос вояка. — В основном в городах или на дорогах оказываюсь. Видимо, лицом таким сценариям подхожу.

[93572] навострил уши, слушая про иные локации и сценарии. Ветераны отчего-то говорили как актёры, хотя раньше старшая говорила, что будто здесь можно умереть по неосторожности, а о добровольности участия и речи не шло.

— А... — протянула Ведьма. — Злые духи у нас тут. Задание, скорее всего, стандартное – найти потерянную вещь, душу или раскрыть что-нибудь, связанное со смертью; может, избавить кого от незавершённого дела. Если не повезёт – придётся помогать NPC с местью. Но лучше узнать наверняка. Скоро дойдём до центра деревни, и должен будет появиться местный с квестом.

— О, то есть наперёд известно, что будет? — спросил [72124], молодой светловолосый парень. Он шёл легко, почти вприпрыжку, но глаза его бегали по сторонам, и он то и дело оглядывался на лес за спиной.

— А с тобой что не так? Неужели по случайным жанрам швыряет? Что ж за компания такая в этот раз? — задав несколько риторических вопросов, [42051] остановилась и повернулась к группе. — Слушайте внимательно, «кандидаты». Я вам не нянька, но так уж и быть, дам объяснения для особо необычных: сейчас появится непись, он будет обещать награду за поиск книжонки с заклинаниями или за очистку деревни. А может, он скажет, что его дочка пропала, жену духи утащили, или ещё что. Возможно, придёт призрак. Он будет плакать, умолять, обещать награду за помощь в мести или исполнении последнего желания. Награда – просто завершение инстанса и переход в общагу. Ничего больше. Не верьте, если кто-то скажет, что можно получить ценные предметы. Здесь их нет. Они бывают только в сложных инстансах, а нам дали время прийти в себя. Ещё и новенького закинули. Так что делаем минимум, необходимый для прохождения. Максимум, что тут будет – простые расходники вроде трав. Не лезьте на рожон с исследованиями. Ночью за порог ни шагу и все суеверия в кучку. Любая мистика в таких историях либо за нас, либо против нас.

— А что за духи? — тихо спросила [74889], женщина с русым пучком. Она уже не тряслась, но лицо было белым, как бумага, к тому же она жалась к другой женщине.

— Это как повезёт. Скорее всего, деревня либо вымерла вместе со стариками, либо был мор. Но они точно быстрые, злые, голодные и их много. Днём они слабее и прячутся в тени, но сейчас, судя по небу, близится ночь. Так что нам нужно найти укрытие до темноты.

[93572] поднял голову. Небо было серым, без солнца, однако свет действительно постепенно угасал, словно кто-то крутил регулятор яркости. Через час, может, через полтора должно стемнеть.

— А если не найдём?

— Умрём, — просто ответила Ведьма.

Она достала из холщового мешочка колоду карт – не игральных, а крупных, с тяжёлой глянцевой поверхностью и красивыми картинками. На рубашке был узор, похожий на переплетённых змей. [42051] быстро перетасовала их и вытянула одну, не глядя.

— Что там? — спросила [86832], крепкая женщина с короткой стрижкой. Она до сих пор не проронила ни слова, только шевелила губами, но сейчас её голос прозвучал твёрже, чем ожидал [93572]. Она единственная пока не выставила себя новичком, хотя и должна была быть самой неопытной после настоящего новичка.

— «Башня», — [42051] показала ей карту. На ней была изображена разрушающаяся башня, молния, падающие фигуры. — Официально: «Разрушение, внезапные перемены». На деле – традиционное обещание от Системы, что нам «пиздец». Результат оценки сложности всегда один и тот же, хотя и была надежда, что ради нашей особо одарённой компании Система изобразит что-нибудь новенькое. Пошли.

По призрачно-зелёному экрану, всё ещё маячившему перед лицом [93572], проплыла пара строк, заставив его нахмуриться и мысленно прогнать окно Системы прочь.

[О, новый человек! Делаем ставки! Я сегодня в настроении, поставлю на два дня]

[Я ставлю на сутки, запишите]

[Это простой инстанс, я рискну поставить, что пройдёт, если будет слушаться Ведьму как хороший ■■■■■]

+11 уведомлений

Они вошли в деревню. Первый дом стоял прямо у тропы, с открытой дверью, которая скрипела на ветру, хотя ветра не было. [93572] покосился на дверь. Ему показалось, что из темноты на него кто-то смотрит. Несколько десятков глаз. Он моргнул, и видение исчезло. Он всё ещё подозревал, что на его город упала бомба, ну или на окраине взорвалась АЭС, и теперь он видит параноидальную ересь, пока умирает.

— Держись ближе, новичок, — сказала [42051] тихо, только для него. — И не смотри в тёмные углы, пока не сможешь им угрожать. Духи питаются страхом. Если будешь бояться слишком сильно – учуют.

— А если не буду бояться?

— Тогда ты дурак. Бояться нормально. Просто не показывай.

Они прошли мимо трёх домов, и наконец на центральной площади, грязной и вытоптанной, с засохшим колодцем посредине, их встретил старик.

Он был старым, сгорбленным, в рваном тёмном одеянии, похожем на рясу. Лицо скрывал капюшон, но из-под него торчала седая борода, спутанная и грязная. NPC стоял на коленях у колодца и раскачивался вперёд-назад, издавая низкий, горловой стон.

— Помогите... — провыл он, когда группа приблизилась. Голос был сухим, как шелест листьев. — Моя племянница... Свет... Её увела в эту деревню моя глупая сестра. Но моей сестры, её матери, давно уже нет! Она ушла в лес и не вернулась. Я вспомнил об этом только сейчас, прошёл почти год! Найдите её, умоляю. Она такая маленькая... Ей сейчас должно быть всего восемь лет...

Невольно [93572] задался вопросом, как у такого старика могла появиться восьмилетняя племянница, но предпочёл промолчать, опасаясь с самого начала нарваться на неприязнь окружающих из-за излишней инициативности.

[74889] всхлипнула. [69238] нахмурился:

— Где её искать? В лесу? В домах?

— Везде... — старик поднял голову, и [93572] увидел его лицо – бледное, с чёрными провалами вместо глаз. Не слепой, но глаза были затянуты плёнкой, прямо как у тех окон. — Духи повсюду. Они не отдадут её. Но если вы приведёте мне её... я открою вам выход.

— Её? Её душу? Её тело? — переспросил [72124], цинично уточняя детали задания. — Она жива или мертва? Она человек или злой дух?

— Я не знаю... — старик снова застонал. — Найдите. Пожалуйста.

Ведьма кивнула и отошла в сторону. Остальные последовали за ней. [93572] оглянулся – старик остался у колодца, раскачиваясь и неразборчиво бормоча что-то.

— Он не живой, — сказала [42051], обращаясь к новичку, когда они отошли достаточно далеко. — Просто проекция от Системы. Но задание настоящее: найти девочку восьми лет среди духов. Вопрос в том, как это сделать, не сдохнув.

— Ты же Ведьма, — бросил [69238]. — У тебя есть карты, талисманы, что-то ещё? Колдуй.

— Я, в первую очередь, человек, а не бог или зритель, хамло. Колдовать я, может, и буду, но только когда придумаю план. Сейчас надо найти место для ночлега. — Она указала на двухэтажную избу на краю площади. — Вон тот дом, с заколоченными окнами, должен подойти. Там и переждём ночь.

Они двинулись к дому. [93572] шёл следом за Ведьмой, стараясь не отставать, и всё время чувствовал что-то неправильное каждой клеточкой своего тела.

В доме было темно и пахло плесенью; из мебели был только массивный старый стол. [69238] нашёл у ножки этой рухляди старую керосиновую лампу. Керосин ещё оставался, и через минуту комнату залил жёлтый, дрожащий свет. Окна были заколочены досками, и это создавало иллюзию безопасности.

— Заблокируйте дверь, — приказала Ведьма. — [72124], у тебя талисманы, займись. [69238], помогаешь пацану. [86832], проверь второй этаж. [74889], страхуешь [86832]. А ты, — она посмотрела на [93572], — будешь моим подручным.

Она высыпала из карманов на почерневший от времени стол несколько пучков сушёной травы, кусок мела и маленькое зеркальце.

— Что делать? — спросил [93572], чувствуя себя нелепо. Всё происходящее было слишком далеко от его привычного мира: мониторов, строк кода и отчётов.

— Рисуй круг. Мелом. Вон там, напротив двери. Аккуратно, линия должна быть непрерывной. Справишься же?

[93572] кивнул. Он взял мел и начал выводить белую линию на дощатом полу, тщательно заполняя белым кальцием щели. Пальцы иногда дрожали, но он заставлял себя чертить ровно. «Лучше делать, как говорит начальство», – повторял он про себя, как мантру.

[86832] быстро спустилась со второго этажа:

— Там чисто. Окна тоже заколочены. И, кажется, есть чердак, но туда лучше не соваться – оттуда тянет холодом.

— Поняла, — не отвлекаясь от каких-то махинаций с картами, отозвалась Ведьма. — Чердак не открывать: его снаружи не было видно. Лучше заблокируйте чем-нибудь вход на него. Если не выйдет – закройте доступ на второй этаж. [72124], что-нибудь из твоих талисманов подходит для запечатывания чердака?

Когда круг был готов, [42051] разложила второй круг из травы внутри первого, а в центре поставила зеркальце, отражающей стороной к двери, чтобы поймать духа.

— Соляной круг лучше, но соли у меня мало, — пояснила она. — Трава и мел тоже держат духов. На ночь хватит, если они не будут слишком сильными. По идее, может и не понадобиться – инстанс лёгкий, но лучше не расслабляться. Пусть будет лишняя ловушка для тех, кто прорвётся. Теперь рисуй второй, в центре, подальше от окон и дверей. Нужен большой, чтобы мы все влезли. Я пока гляну, что там с чердаком. [74889], ты там поселиться решила? Нечего поодиночке ходить! Что ж вы все такие тепличные?

Ворчание Ведьмы не смолкало до самой темноты. Все в доме были чем-то заняты, но упустить момент, когда из щелей в заколоченных окнах пропал свет, никто себе не позволил. В наступившей тьме зашевелились голоса.

— Где вы, где вы, ГДЕ ВЫ?

— Чужаки!

— Поплатишься! Почему не спас? Как посмел выжить?

— Мама... — раздался среди прочих завываний тоненький детский голос. — Мама, мне холодно...

[74889] встрепенулась:

— Это она! Это девочка!

— Стоять! — рявкнул [69238], но женщина уже бросилась к двери.

— Проклятье, дура! — закричала [42051], только что спустившаяся сверху, спеша к [74889]. [72124] находился ближе и тоже поспешил к глупой женщине, но было поздно. [74889] отодвинула засов и поспешно распахнула дверь, игнорируя вцепившегося в её плечо парня. Ведьма обречённо вздохнула.

На пороге стоял ребёнок. Маленькая девочка в грязном белом платье, с длинными чёрными волосами, закрывавшими лицо. Она подняла голову – и [93572] увидел, что у неё нет глаз. Всё лицо девочки было каким-то туманным и неразборчивым. Только рот выглядел на удивление чётко, и оттого выглядел не менее чужеродно.

— Иди ко мне, мама, — сказала девочка писклявым, наигранным голосом и протянула ручки. — Иди...

Девочка была не той – этой было едва ли больше пяти лет. [74889] замерла перед распахнутой дверью, парализованная ужасом. Её нога пересекала соль на пороге, рассыпанную воякой. Неуверенно [72124] сделал шаг назад, прочь от [74889] и призрачной девочки, а затем дух резко дёрнулся вперёд.

Всё произошло слишком быстро. Рот девочки открылся шире нормального, и её тень метнулась вперёд. [74889] вскрикнула и упала, схватившись за лицо. На её щеках и шее вздулись красные волдыри, словно от ожога.

— Закрывай дверь! — громко скомандовала [42051], и [69238], обойдя замершего [72124], бросился к выходу. Он захлопнул дверь и вновь с силой задвинул засов.

[74889] лежала на полу и хрипела. Её лицо почернело, пошло пузырями. Девочка, отразившаяся в зеркале после того, как её жертва упала, теперь была заперта внутри него, окружённая травой и мелом.

— Что с ней? — спросил [93572] сдавленно. На него накатили понимание опасности «простого инстанса» и сильнейший страх смерти.

— Дух высосал жизненную силу, а может и душу, если это не одно и то же, — ответила [42051], раздосадовано глядя на умирающую. — Она не жилец. Тело скоро умрёт вслед за душой.

Люди смотрели на пострадавшую от собственной глупости женщину в молчании. Её поступок был слишком опрометчивым и странным. Пугливая, неловкая и выставляющая себя неосведомлённой, она не должна была стать центром такой сцены. [74889] перестала дышать через тридцать секунд. Над её телом появилось полупрозрачное зелёное окно:

[КАНДИДАТ №86832

СТАТУС: МЁРТВ

ЭНЕРГИЯ ПЕРЕДАЁТСЯ СИСТЕМЕ]

— Первая всё, — сказал [69238] мрачно. — Лёгкий инстанс, первая ночь, а уже труп.

— Беда, — неожиданно серьёзно и обеспокоенно сказала Ведьма тоном, крайне далёким от скорби.

[93572] и сам заметил проблему. Другие, скорее всего, тоже быстро поняли, что встревожило старшую. Уведомление о смерти касалось [86832], а труп на полу принадлежал [74889].

— Как это понимать? — спросил [72124], отходя подальше от тела, словно то могло вскочить и напасть на другого человека. Возможно, оно и правда могло.

Ведьма быстро подошла к лестнице, ведущей на второй этаж, и замерла. Там, на нижней ступеньке, сидела [86832] – живая, целая, со спокойным взглядом. Она сжимала в руках маленькую тряпичную куклу, перетянутую чёрной ниткой.

— [74889]? — настороженно позвала [42051].

Несколько секунд ничего не происходило. А потом женщина, которую Система объявила мёртвой, вдруг улыбнулась. Улыбка была неправильной – слишком широкой, с намёком на зубы, неподходящей круглому и мягкому лицу, уродливо выделяющей щёки и носогубные складки.

— Спасибо за объявление финала моего маленького представления, Ведьма, — голос был уже не [86832], а [74889] – тот самый, с противными писками и всхлипами. — Жаль, что так быстро. Мне бы точно аплодировали стоя, если бы мне удалось тебя провести.

Она встала, отбросила куклу. Та упала на пол и рассыпалась в прах.

— Артефакт «Подмена». Награда из инстанса про проклятых кукол, — пояснила [74889], кокетливо поправляя чужие короткие волосы. Она была бледна, но спокойна. — Позволяет один раз перекинуть смертельный удар на другого кандидата. Нужно только, чтобы цель забрала куклу, похожую на изначального владельца. И вот, [86832] была так добра, что помогла мне абсолютно бескорыстно. Побольше бы таких людей в нашем мире!

— Зачем тебе это? — спросил [69238], сжимая кулаки. — Она же ни в чём перед тобой не виновата.

— А затем, что зрителям нравится жестокость, — [74889] пожала плечами. — Система ведёт трансляцию, это общеизвестный факт. Чем больше драмы, чем больше жертв и предательства – тем больше итоговые баллы, это очевидно. Даже Сектант говорил, что награды зависят от оценки зрителей. Ты хочешь копить силу годами ради морали? Ну и возись со всякими недоумками. Я же хочу вырваться отсюда или хотя бы жить без страха, с титулом и уважением. А люди вокруг всё равно будут умирать, нет беды в том, чтобы их поторопить, верно, [Зрители]?

— Ты и правда дура, даже если выжила, — сказала Ведьма. — Зрители любят предательства, но не любят предателей. Ты только что подписала себе смертный приговор. Никто в команде теперь тебе не доверяет.

— А мне и не нужна команда, — [74889] оскалилась. — Я умею выживать одна. Я не буду хвататься за твою юбку, как эти слабаки. Сейчас я пойду на второй этаж. Не трогайте меня – и я не трону вас. До утра.

Она развернулась и скрылась в темноте лестницы. Сверху донеслось, как хлопнула дверь.

— Её нельзя выгнать сейчас, — сказала [42051] устало. — Если откроем дверь на улицу – духи ворвутся. А если пойдём за ней – она может напасть из засады.

— И что делать? — спросил [72124].

— Сидеть и ждать утра. А потом – пройти инстанс, несмотря на неё. И надеяться, что Система сама накажет таких, как [74889].

[93572] смотрел на труп [74889] – вернее, на тело, которое теперь считалось [86832], хотя внешне принадлежало [74889]. Это место было действительно странным и жутким. Люди оказались не менее опасными, чем призраки. «Нужно просто делать, как скажет Ведьма», – в итоге снова решил он. Лучшей идеи у перепуганного мозга не было.

За окнами голоса не замолкали ни на минуту. Они звали по именам, которых у этих людей больше не было. А где-то на втором этаже сидела женщина, которая только что убила одного из них ради шоу – она жадно смотрела на бегущие строки комментариев.

[93572] вошёл в круг вместе с остальными и сел на пол, прижав ноги к груди. Он закрыл глаза в попытке отстраниться от окружающей действительности, чтобы не думать о том, что только что произошло. Он устал морально до невозможности и должен был устать физически, но спать или есть почему-то не хотелось.

Глава 3. Трагикомедия «Соль, бубен и злые духи».

Первую ночь [93572] пережил тяжело, до самого утра безуспешно пытаясь рационализировать происходящее или убедить систему в том, что его надо вернуть домой, что он совсем-совсем бесполезный и лучше отдать его место кому-то другому. После таких мыслей накатывали страх и паника от непонимания того, почему какая-то «Система» вообще может слышать его мысли, и, что важнее, переносить этого человека не пойми куда.

После того как [74889] ушла наверх, Ведьма велела [93572] нарисовать ещё один меловой круг у подножия лестницы и осторожно перенесла туда зеркало, направив его на ступени. Девчонка внутри беззвучно ругалась, но сделать ничего не могла.

— Не стоит верить психопатам на слово, [74889] может и спуститься. Пусть девочка-призрак побудет нашей сторожевой собакой, — пояснила [42051]. — Спать не будем. Этот инстанс не предъявляет требований по отыгрышу физиологии.

[93572], услышав последнее заявление, медленно моргнул. «Отыгрыш физиологии» – звучало как какой-то бред. С каждой новой порцией информации растерянность новичка только росла. [69238] тем временем гордо извлёк из своего рюкзака не скромный мешок с солью и начал рассыпать её поверх всех важных меловых линий.

— В прошлый раз повезло иметь дело с придорожным магазином после аварии. Я сначала думал, что инстанс будет про нечисть, а не про маньяка, вот и украл соль вместо ножа. Не ожидал, что система сжалится и позволит унести с собой столько добра, — поделился вояка. — У меня её теперь пять пачек по килограмму.

Ведьма посмотрела на [69238] с некоторой завистью: даже у неё соли был всего лишь небольшой мешочек. Однако ни комментария, ни предложения обмена не последовало за этим взглядом.

— Редкая щедрость, — вслух согласился [72124] со словами вояки.

Сам он уже расклеил бумажные талисманы на косяки дверей и окон – жёлтые прямоугольники с красными линиями, которые теперь слабо светились в темноте. Парень старался быть полезным и казался действительно хорошим человеком с приятным характером.

Поймав на себе задумчивый взгляд новичка, [72124] не упустил возможности похвалиться: «Научился делать талисманы в одном из инстансов, где была секта экзорцистов или каких-то других борцов с нечистью. К сожалению, материалы вне той истории найти почти невозможно. Ещё и инстанс был про противостояние с другими сектантами, к которым забросило половину кандидатов, а не про обычную деятельность экзорцистов, так что обучением местные занимались с неохотой: хватало дел поважнее». А ведь так удобно: приклеиваешь – дух не войдёт. Соль на окна посыпать сложнее, чем прикрепить бумажку.

— Это удобно только до тех пор, пока не ошибёшься с линиями, которых не понимаешь, — поправила Ведьма. — А если ошибёшься – привлечёшь ещё больше всяких тварей.

— Я не ошибаюсь, — парень усмехнулся, но губы его дрогнули.

[93572] сидел в круге, обхватив колени, и смотрел на линию из соли пустым взглядом. Он не знал, почему работает всё то, что он видел за этот день. Попытки объяснить себе, как работают круги, соль, зеркало и талисманы, были тщетны. Зло не проходило на ток или радиацию, а соль и бумажки с узорами не годились в достойные изоляторы, учитывая их малый размер в сравнении с дверными и оконными проёмами.

Ночь оказалась очень длинной и морально вымотала [93572] до невозможности. Спустя примерно двенадцать часов со смерти [86832], под утро голоса начали стихать. Скрипнула дверь на второй этаж, но спускаться [74889] не стала, вероятно, опасаясь зеркала с призраком.

— Жива, зараза, — констатировал [69238], который даже не посмотрел в её сторону.

— Пока да, — ответила Ведьма.

На второй «день» они вышли на улицу. Небо было серо-белым, как и вчера, но постепенно становилось всё ярче. Встретивший их сразу после «ночи» густой туман отступал, позволяя не блуждать вслепую. Влажность всё ещё стояла высокая, но духи не показывались.

— Думаю, «день» будет коротким, надо поспешить, — сказала [42051], оценив скорость изменения освещённости. — Разделимся. [69238] и [72124], вы обыскиваете дома на той стороне площади. [93572] идёт со мной, по другим домам. Потом встретимся у леса. [74889] останется здесь. Но вечером мы выкинем её прочь, если будет возможность. Понадеемся, что одиночество окажется условием для смерти.

Две команды разошлись каждая в свою сторону. Всех больше волновала оставленная в избе психопатка, чем духи. Духи послушно сдерживались границами, в то время как [74889] спокойно могла их перешагнуть, а то и вовсе стереть. Хуже того, у неё могли оказаться предметы, способные навредить людям. И такого человека они оставили в своём пристанище, никак толком не обезопасив себя от ловушек. В конце концов, эффективность «сторожевой собачки» в зеркале днём значительно снижалась.

[93572], чувствуя себя стажёром в неподходящей компании, тихо следовал за старшей, боясь задать неуместный вопрос и впасть в немилость. Неловкий образ довершало то, что ему всё ещё было холодно из-за летней одежды, и он невольно сжимался. Холод делал движения суетливыми и заставлял дрожать.

— Ничего не трогай руками без моего разрешения. Даже дверные ручки, — скомандовала Ведьма, когда заметила попытку новенького совершить жест вежливости. — А то можешь нарваться на какую-нибудь гадость вроде куклы [74889].

Они обыскали пять домов. Ничего полезного: только гнилая мебель, битая посуда, старые тряпки. В шестом доме [93572] нашёл детский башмачок. Тот был маленьким, на левую ногу, из грубой кожи. Но новичок всё ещё оставался адекватным членом современного общества и холостяком, так что понятия не имел, какому возрасту соответствует такой размер детской обуви.

— Смотри, детская вещь, — сказал он, обращаясь к Ведьме.

[42051] подошла ближе и взяла башмачок. Что-то шепча, она провела по нему пальцами, потом достала карты и вытянула одну.

— «Суд», — сказала она. — Это не карта для злого духа. Возможно, ребёнок давно упокоился с миром или живёт другую, далёкую от местного кладбища жизнь. Надо будет посмотреть, нет ли в лесу ведьмы или лесника. Впрочем…

Ведьма вновь перетасовала колоду и извлекла на свет новую карту. На перевёрнутой картинке стоял простовато выглядящий парень с монеткой. Подпись гласила, что это «Паж Пентаклей». Не то чтобы [93572] это сообщило хоть что-то. Угадать значение не представлялось возможным.

— Никакого отношения к Свет не имеет, обычная ложная улика, — перевела ответ карт [42051]. Про «Суд» можно забыть.

Вскоре они закончили осмотр и направились к околице. Лес начинался сразу за последними домами – тёмный, с кривыми хвойными деревьями, с мёртвыми тёмными стволами, похожими на обожжённые спички. На опушке [72124] и [69238] уже ждали их.

— Там в одном доме алтарь, — сказал [72124], вытирая влагу от остаточного тумана со лба. — С фотографией девочки. Точно Свет. Так и подписано: «Покойся с миром, наша милая Свет». Похоже, она умерла, но нашёлся кто-то, кто её похоронил.

— Деревня выглядит так, будто вымерла уже давно, но на момент её смерти кто-то всё же здесь ещё жил. Может, из-за нашей потеряшки деревенька и вымерла окончательно. Почему бы ей не стать деспотом на уровне ночной паршивки или даже хуже: она ведь главная героиня или, по крайней мере, ключевой персонаж, — подытожил [69238]. — Нужно попытаться найти могилу, это единственная безопасная наводка.

— Кладбище должно быть в лесу, — сказала Ведьма. — Но в этот «день» уже туда не пойдём.

Все, не сговариваясь, посмотрели на небо. Оно вновь начало темнеть, хотя прошло менее трёх часов. Люди успели вернуться в дом за полчаса до того, как серое небо стало чёрным.

После короткого совещания [69238] и [72124] вынесли из избы труп и положили его в соседний дом. Вояка даже подпёр дверь доской от забора, чтобы ночью труп никуда не ушёл. На то, чтобы силой изгнать [74889], времени уже не осталось, да и сидела психопатка на втором этаже достаточно тихо. Даже можно было понадеяться, что там теперь не [74889], а её труп.

Люди закрыли входную дверь и расселись в круге. Туман наполз на деревню, и снова завыли голоса.

— Откройте... — шептали они из-за стен. — Мы можем поговорить… Что вы ищете?

На этот раз все уже были готовы. [69238] заранее проверил соль по всему первому этажу, [72124] обновил пару сгоревших талисманов.

Ведьма осторожно осмотрела бубен [86832], выброшенный [74889]. Карты подтвердили, что проблем с инструментом нет и предмет, лишившийся хозяйки, перекачивал внутрь соляного круга.

— Кто-нибудь умеет играть? — спросила [42051], почему-то смотря на [69238].

Периодически казалось, будто эти двое давно знакомы, но было ли это настоящим знакомством или солидарностью ветеранов – понять было сложно.

— Нет, но потрясти могу, — ответил тот. — Хочешь?

В голосе вояки явственно звучал сарказм, но Ведьма проигнорировала тон ответа.

— Всё лучше, чем ничего.

Бубен перекочевал к [69238]. Со смешанными эмоциями на грубом лице вояка в самом деле несколько раз потряс бубен. [93572] даже посчитал это милым. Мужчина поначалу немного его пугал из-за резкой речи, однако на самом деле оказался весьма спокойным человеком.

Через пару часов [74889] спустилась с лестницы. Она спрыгнула с верхних ступенек, изогнувшись как спортсменка или змея, лишь бы не попадать в отражение зеркала.

— Я буду с вами, — сказала она коротко, ставя всех перед фактом. — Наверху духи что-то чудят с чердаком. Не хочу там сидеть.

— Садись в угол. И не подходи к нашему кругу, — бросила Ведьма. — Одно резкое движение, и… Скажем, у меня найдётся что на тебе протестировать.

[74889] без споров села у стены, скрестив ноги. Её волосы за день вновь отросли до талии, тело и черты лица тоже сильно изменились. Теперь она вновь выглядела как [74889], и в тусклом свете лампы казалась обычной женщиной с неплохими внешними данными. Но любой желающий мог видеть, как её пальцы перебирают какие-то растительные волокна, что-то плетя. [93572] надеялся, что это что-то никогда его не коснётся.

Ночь тянулась медленно. [69238], получив какие-то инструкции от Ведьмы, тряс бубном, создавая монотонный, заунывный ритм, который то ли отгонял духов, то ли, наоборот, привлекал их. Голоса становились то громче, то тише, но скорость речи неизвестных тварей явно пострадала. В зеркале то и дело появлялись лица – искажённые, с провалами вместо глаз. Кажется, кто-то всё же вылез с чердака и теперь составлял компанию девочке в зеркале.

— Их слишком много, — сказал [72124] около полуночи. — Талисманы стали гореть быстрее. Если злые духи решат усиливаться с каждой новой ночью, мои запасы довольно быстро закончатся. Соль у вас тоже дымит. Нам лучше бы узнать, где девочка поскорее, или мы не выживем.

— И как ты предлагаешь это узнать? — спросила Ведьма. — Ночью мы всё равно ничего не сделаем.

— Я стараюсь учиться, когда в инстансах есть NPC-помощники. Когда-то в начале мы с [69238] были в одном инстансе с шаманами. Наши призраки настойчиво предлагают поговорить, так пусть получат что хотят. Я могу впустить духа в себя. Поговорить с одним или двумя. Попытаться узнать, где Свет.

— Это опасно, — сказала [42051]. — Духи могут не отпустить.

— А ты предлагаешь ждать, пока они сожрут нас по одному? У нас нет времени. Что если завтра поиск могилы ничего не даст? Соли много, но другие наши материалы закончатся, и мы окажемся безоружны. Они ведь явно сильнее, чем ожидалось. Да и не так всё опасно. Те неписи, что учили талисманам, говорили, будто энергии живых и мёртвых противопоставлены. Если на местную нечисть действуют бумажки, то должны действовать и законы прилагающегося к ним мистицизма.

Ведьма колебалась. Её золотые глаза сузились, пальцы нервно перебирали карты. [93572] видел, как [69238] напрягся, сжимая бубен, а [74889] наоборот – расслабилась, наблюдая. Вытащив карту и посмотрев на неё некоторое время, [42051] медленно кивнула. Трактовать результаты гадания в этот раз она не пожелала, как и показывать карту другим.

— Хорошо. Но только если мы свяжем тебя и будем рядом, — сказала Ведьма. — [69238], я так понимаю, будет изображать шамана с бубном. Инструкции в этот раз оставляю на вас.

Вскоре [72124] уже сидел в центре нового, ещё не замкнутого соляного круга. [69238] обмотал его верёвкой. Ведьма хмуро смотрела на карты. «Пятёрка Мечей», «Паж Мечей», «Семёрка Мечей» – увидел через плечо [93572]. Если бы ему ещё это что-то говорило – он мог бы понять, что их ждёт, но он не разбирался в таких вещах и чувствовал, будто бы на самом деле никто из присутствующих в этом не разбирается. Вся эта безумная смесь предметов и ритуалов выглядела дико. На фоне, в подтверждение таким мыслям, всё ещё бренчал бубен.

Ветераны говорили, что вся эта история, все механики, все персонажи и декорации созданы «Системой» и работают (или не работают) только по её усмотрению. Возможно, «кандидаты» – просто клоуны для тех зрителей, что писали комментарии на экране. Подавив зарождающееся раздражение, [93572] уточнил у [72124], что делать ему.

Ему поручили чертить мелом тонкий коридорчик от круга до порога – настолько узкий, чтобы по нему не могла пройти даже детская нога. [69238] полз по полу следом, аккуратно посыпая линию солью. Наблюдая за ними, [74889] отвлеклась от плетения и теперь что-то комментировала себе под нос и хихикала. Четвёрка адекватных кандидатов старалась её игнорировать. [42051] вернулась к обсуждению с [72124] его плана после проверки перспектив на картах.

Наконец коридорчик подошёл к соляной линии у порога. Оставалось лишь стереть маленькую перегородку, а затем вновь перекрыть солью проход, чтобы не получить больше «гостей», чем хотелось бы. Перекрывать проход должен был [69238] как ответственный за соль. Ведьма же достала какую-то траву с метёлками и, как старшая, собралась сделать необратимый шаг, запуская духа. Метёлка колоска смела с пола цепочку соли, дверь, прижатая столом, скрипнула и приоткрылась, сдвигая массивный стол. По соляному коридору заструилась осторожная струйка чёрного дыма.

Пять пар глаз следили за тем, как зло подбирается к ногам [72124]. В этот момент [42051], [69238] и [93572] особенно остро почувствовали, что двадцатилетний парнишка, перед которым вся жизнь могла бы быть впереди, не должен был оказаться в таком положении. Однако он, как и все остальные, был «кандидатом», что бы это ни значило на самом деле. Дым уже вполз в [72124], а значит, пути назад не было. [69238] высыпал почти горсть соли посреди коридора, перекрывая путь.

[72124] молчал, его голова повисла на груди, словно он заснул или умер. Но уведомления о смерти от системы не было, что приносило хоть небольшое облегчение. Шли минуты, а парень всё не шевелился. Его светлые волосы прикрывали часть лица, делая его меньше, похожим на детское. В приступе чувства вины троица, тем не менее, не упустила момент, когда тело [72124] передёрнуло, словно человеку приснился мерзкий кошмар.

Парнишка резко вскинул голову и открыл глаза. Они оказались ещё светлее, чем были до ритуала. Словно поверх серых глаз положили матовую плёнку, похожую на ту, что была в окнах.

— Развяжите, — вместо приветствия спокойно приказал злой дух, а затем, безошибочно найдя глазами самого слабого человека в помещении, облизнулся.

[93572] передёрнуло от страха и отвращения. Такое надругательство над человеком, как одержимость, ему даже не снилось, а перспектива быть съеденным человеком, управляемым непонятно чем, ужасала как чёрная дыра.

Глава 4. Оккультисты-любители.

— Развяжите, — повторил дух устами [72124].

Голос его был медленным, скрежещущим, с присвистом, будто воздух проходил через щербатые зубы, но в нём были капризность и истеричность эмоционального существа. Глаза парня плотно затянула белая плёнка, и теперь они смотрели слепо, как у старика. И всё же от этого мутного взгляда становилось не по себе.

— Ну же, развяжите, уберите соль. Я возьму только его, мы поговорим, и я уйду, обещаю. Все только выиграют, не глупите.

В тусклом свете керосиновой лампы побледневшее лицо одержимого выглядело жёлтым, словно дешёвый воск. Не было похоже, что [72124] справится с изгнанием сам, если это понадобится. Тем не менее все смотрели молча. Никто не пошевелился, даже когда на широко растянувшихся в "дружелюбной улыбке" губах парня появились трещины и из них начала сочиться кровь.

— Ну что же вы, — дух с видимым удовольствием слизнул кровь языком. — Боитесь? Правильно боитесь. Вы такие сочные, такие живые. Я слышу, как кровь течёт у вас под кожей. Особенно у...

Белые глаза скосились на Ведьму.

— ...тебя. Ты пахнешь вкусно, — продолжал дух. — Силы в тебе много, даже если не убивать, только крови выпить – уже хорошо. Повезёт же твоему убийце, столько всего в одно рыло пойдёт. Видишь, на какие жертвы я иду ради мирного сотрудничества, что на тебя не бросаюсь? Я меру знаю.

Он сделал вдох – чужими лёгкими, чужим носом. Тело, которым пользовался призрак, не должно было быть способно чувствовать страх и эмоции.

— А ты, — он повернулся к [74889], — ты – убийца. У вас меньше всего защиты от зла, поскольку вы и сами отчасти зло. Если бы ты была здесь одна, тебя бы не спасла и соль. Не хотите отдать мне её, раз пацанёнка так защищаете?

— Да что ты говоришь, — [74889] усмехнулась, но [93572] заметил, как её руки вцепились в куклу, а взгляд стал крайне враждебным. — А не боишься, что раз я тоже зло, то могу и тебя убить? Я не против внутривидовой вражды.

— Знаете, призраки не брезгуют, особенно такие умные и голодные, как я, — проигнорировав слова [74889], продолжил делиться мыслями злой дух. — Всё равно хочется вгрызться, добраться до силы в крови, до сердца, до костного мозга. Знаете, как там вкусно? Как... как самое жирное, самое сочное, что вы ели в своей жизни.

Хотя никто и не был против издевательств над [74889], слушать было противно. [93572] от полноценного шока спасало только то, что он считал призрака персонажем, созданным Системой. Но даже так эффект был налицо. Новенький уже готов был молиться всем тем богам, в которых никогда не верил, однако из памяти исчезли все их имена и названия. Система ужасала его в этот миг до видимой невооружённым глазом дрожи: способная вмешиваться в память, создавать реалистичные пространства и призраков-убийц, запуганному мозгу она казалась злым богом, притом очевидно-реальным, уже втянувшим людей в свои сети.

Ведьма заметила состояние [93572] и сжалилась над психикой новичка. Её голос прервал монолог злого духа.

— Хватит болтать, — она без страха шагнула вперёд, ближе к соляно-меловой черте. — Ты в плену. Круг замкнут, соль не даст тебе вырваться. И ты останешься здесь, пока мы не решим иначе. Главный здесь не ты, и условия также диктуешь не ты. Осознаёшь?

Ведьма возвышалась над привязанным к стулу телом [72124]. Её рыжие волосы с мелким завитком топорщились, подобно гриве, делая силуэт больше и ярче. Не обратить на неё внимания не смог даже слепой дух.

— Думаешь, я не могу разорвать ваши круги? — призрак оскалился чужими зубами, уголки губ [72124] странно растянулись и тоже начали кровоточить. — Я сильный. Я здесь самый старый из всех. А если вдруг и не выйдет, так мальчишку я всё равно смогу прикончить, хочешь?

— А давай, попробуй вырваться, — бросил [69238]. — Блефуешь же, пень старый.

Дух рванулся – верёвки натянулись, [72124] качнулся в сторону границы круга и вдруг застонал. Комнату наполнил запах гари, как будто кто-то жёг волосы. Соляная линия задымилась, но стоило одержимому отшатнуться, как всё успокоилось.

Дух замер.

— Не получается, — констатировал [69238]. — А говорил, что сильный. Сиди и не рыпайся.

— Всё временно, — дух не собирался сдаваться. — Вы в любом случае здесь все сдохнете. Вопрос времени.

— Возможно, — Ведьма небрежно повернулась к врагу спиной, демонстрируя своё к нему отношение, подошла к столу и взяла один из разложенных на нём пучков. — Но ты сдохнешь раньше. Или не сдохнешь, но тебе будет очень больно.

— Это вербена, — она помахала тёмно-зелёными сухими веточками со свёрнутыми в трубочки листьями и тёмно-фиолетовыми соцветиями прямо перед носом у замершего около стола [93572]. — Запоминай, новенький. Увидишь где – сразу загребай сколько только сможешь унести. Она подавляет всякую нечисть и ослабляет злые намерения. Дух, запертый в теле и окутанный дымом вербены, забывает, зачем пришёл. Иногда сам выходит или даже начинает отвечать на вопросы. У людей её дым тоже может вызывать лёгкую эйфорию.

Почему-то [93572] помнил, что он где-то читал, будто волшебные травы надо не драть, едва завидев, а соблюдать какие-то правила и ритуалы при сборе. Но, похоже, Системе было всё равно.

— Я всё равно ничего полезного вам не скажу. Нечего время тратить, глупые люди, — недовольный тем, что его игнорируют и пытаются поставить на место, дух тут же отказался от сотрудничества.

— Посмотрим.

Ведьма поднесла вербену к огню керосиновой лампы. Трава затлела, пошёл белый, горьковатый дым. Почти одновременно с этим [69238] начал трясти бубном – монотонно, заунывно, создавая ритм, от которого у [93572], как он думал, должна была в скором времени заныть голова.

— Прошу прощения, — тихо обратился к [42051] [93572], глядя, как та окуривает пространство вокруг пленника. — А вы все считаете это за смертельно опасную игру с полным погружением или действительно верите в призраков, души и травы? Если последнее, то почему можно рвать травы без ритуала, и они работают?

— А ну цыц, не нарушай отыгрыш, а то реально работать перестанет! — резко приблизившись, зашипела на него в ответ Ведьма.

Что ж, это был исчерпывающий ответ. Магии действительно не было. Это было «шоу» для зрителей. [93572] тяжело вздохнул и на время прикрыл глаза. Отдых во сне был ему недоступен, поэтому человек, привыкший регулярно давать глазам отдыхать из-за постоянной работы за мониторами, выбрал единственный возможный способ соблюсти привычку.

— Какая разница? Важен результат, — уже громче повторила [42051], отходя подальше.

Рядом остался вояка, который явно всё слышал. Он медленно постукивал по бубну.

— Не воспринимай близко к сердцу. Мы все тут по-своему с ума сходим. Я вот раньше просто делал вид, будто верю. Чтобы психику не сломать, да и работает так лучше. А потом... потом как-то незаметно для себя, похоже, действительно поверил. Мы ведь всё время живём в историях, где есть такие вещи, как это, — [69238] кивнул на одержимого, вынуждая [93572] вновь открыть глаза и посмотреть на скверную картину. — Такова наша реальность.

Вояка говорил это больше для себя, понимая, что ответ Ведьмы был более ценным. Работа с бубном была слишком скучной, а жизнь удручающей.

Дым вербены заполнил пространство, и речь [72124], всё это время бурчавшего угрозы и обещания всех сожрать, замедлилась.

— Где девочка Свет? — спросила Ведьма в первый раз.

— Её принесли в жертву, — дух говорил медленно, с запинкой. — Демону. Её мать хотела истребить всю деревню, отомстить, но сама не могла. Вот и заключила сделку. Демон сдержал слово. Попалась той дуре честная тварь.

[42051] поманила жестом [93572] и передала ему дымящуюся траву. В её руках вновь оказалась колода. Выпавшая карта – «Дьявол».

— Ложь и манипуляция, — перевела результат Ведьма.

[93572] не знал, был ли смысл запоминать то, что она говорила, или значения карт были такой же чушью и условностью, как и остальные обряды. [42051], тем временем, поднесла к носу [72124] пучок вербены. Парень сперва открыл рот и дёрнулся, чтобы укусить руку, но затем резко закашлялся, из его рта вырвался чёрный дым, словно дух едва не вышел из тела. Глаза его на миг вновь стали человеческими.

— Ещё раз. Где девочка Свет?

— Не знаю, — призрак выдохнул.

— Не знаешь или не хочешь говорить?

— Не знаю.

Ведьма помолчала. Потом спокойно вернула вербену новенькому и перетасовала колоду. Карта «Солнце» была ей ответом.

— Он не врёт, — сказала она. — Даже странно.

— А толку? Что нам его незнание даст? — фыркнула с пола [74889].

— Дура ты, — посетовал [69238]. — Незнание тоже важно. Может быть, девочка вообще не призрак.

За полчаса дым вербены выел всем глаза, бубен [69238] уже почти не воспринимался. Дух то пытался лгать, то замолкал, то начинал скулить.

— Свет в деревне? — спросила Ведьма, заходя на очередной круг.

— Не знаю.

— Как ты можешь не знать? Ты же здесь жил, да и теперь везде летаешь, — посетовал [69238].

— Да не знаю я никакой Свет!

[42051] и [69238] переглянулись. Карты в очередной раз сказали, что сказанное было правдой.

— В вашем призрачном рое есть девочка восьми лет?

— Нет.

И снова — правда.

Ведьма задумалась. [69238] перестал трясти бубен. [93572] видел, как [74889] навострила уши.

— Если её нет среди духов, — начал [69238].

— Значит, она не дух, — закончила [42051]. — Мы проверили все варианты и формулировки. У меня уже почти закончились попытки. Она действительно не с ними.

— Тогда...? — начал [69238].

— Или в лесу, или в земле, — закончила Ведьма. — Как мы и предположили днём.

Она снова взялась за карты, разложила на столе без малого десяток замысловатых картинок с подписями. Её спина и тень мешали рассмотреть результат подробнее, да и смысл карт был для [93572] дремучим лесом.

— Что ж, — сказала она через несколько минут. — Карты говорят, что она не среди живых.

— Значит, в земле, — [69238] хмыкнул. — На кладбище.

— Придётся копать, — подтвердила [42051]. — Утром пойдём заниматься этим неблагим делом. Я видела лопату в одном дворе.

Ведьма достала из недр карманов посеревшую полынь. Трава была подпалена. Дым пошёл густой, едкий, с запахом, от которого у [93572] защипало в носу.

— Ну всё, — сказала Ведьма, бросая дымящийся пучок под ноги сидящему [72124]. — Просыпайся давай, парень. [69238], открывай проход. В вонючий круг всё равно никто не полезет.

Дух закричал. Не тем голосом, которым говорил прежде, а высоким, тонким, похожим на вой ветра в печной трубе. Чёрный дым вырвался изо рта [72124], заметался по кругу, словно натыкаясь на стены там, где на полу лежала соль.

[69238] подхватил травинку-метёлку – ту самую, которой в прошлый раз стирали дорожку, – и смахнул ею часть соли из коридора, открывая путь до выхода.

— На выход, плесень, — сказал он.

Дух шмыгнул по коридорчику и уполз в щель приоткрытой двери, и даже когда щель захлопнулась, ещё несколько секунд было слышно его отдаляющийся вой. Это было почти смешно – порождение системы, которое скулило и ползло как побитая собака, изображая боль и испуг.

[69238] замкнул соляной полукруг у порога.

[72124] обмяк, голова снова упала на грудь.

— Живой? — спросил [69238].

— Да, — Ведьма проверила пульс. — Но спать будет долго.

— Даже завидую. Давненько мне не удавалось поспать, — вздохнул [69238].

— Парень едва не выгорел, имей уважение, [69238], — покачала головой [42051].

[93572] наблюдал за бледным мальчишкой с тревогой, но не упустил странного замечания про сон. Ему и самому совершенно не хотелось ни спать, ни есть. Справить нужду тоже не тянуло. Отсутствие базовых физиологических потребностей напрягало. С телами «кандидатов», похоже, что-то было не так. Система вызывала море подозрений. [93572] очень хотел залезть ей в код да проверить: её сразу такой ненормальной сделали или потом что-то пошло не так, и она рехнулась. Может, у программы ещё был шанс прийти в себя.

Однако кто ж ему даст взглянуть на код?

---

На утро четвёртого дня в деревне небо было серым, туман стелился по земле, и духи молчали, как и накануне. [69238] разбудил [72124].

— Пора, — сказал он. — Светлого времени мало.

[74889] пошла со всеми, но шла позади, то и дело оглядываясь.

Спросить её, чего ради она начала вести себя как часть группы, никто не захотел. [72124] ещё не отошёл до конца от ночного приключения, [69238] и [42051] следили за безопасностью и не желали терять бдительность. [93572] же был новичком и старался не отсвечивать.

Они зашли в дом, который [93572] и [42051] обыскивали на второй «день». Во дворе и правда нашлась ржавая лопата. С соседних дворов достали грабли и два топора.

— Инструментов по делу маловато, — сказал [69238].

— Будем меняться, — ответила Ведьма. — [74889], тебе в руки железо не дадим.

— С какой радости? — фыркнула та.

— Не придуривайся. Скажи спасибо, что ничего против тебя не предпринимаем. Просто постоишь в стороне – и все будут счастливы.

Женщина недовольно закатила глаза, но больше ничего не сказала. Её руки были заняты новой куклой, сплетённой из травы. Иногда она срывала местную мёртвую осоку и вплетала в тельце своего творения. При этом улыбалась она как маньяк, точащий нож. Сумасшедшая и опасная, [74889] всерьёз беспокоила всю команду.

Лес встретил их тишиной. Деревья стояли чёрные, скрюченные, без единого листа. Под ногами хлюпала гнилая трава. Кладбище нашлось сразу. Безымянные могилы были просто разбросаны среди деревьев и на просеке.

Кладбище было большим. Старые деревянные кресты, чистые валуны, заросшие мхом, иногда просто неровная перелопаченная земля. Понять, кто, где и как долго лежит, было невозможно. [69238] выругался, оценив фронт работ.

— Начинаем, — сказала [42051]. — Копаем всё, что похоже на могилу.

Лопату первым взял [69238]. Он выбрал холмик, покрытый срезанной травой, и воткнул железо в землю. Грунт поддавался легко, но и пачкался отменно. Чёрная, вязкая, с запахом, от которого [93572] едва не стошнило, земля, полная трупов, была бы крайне сомнительной деталью для любого нормального шоу.

Незаметно для других новичок открыл панель Системы. Его полупрозрачный экран, казалось, никто не заметил, но сам [93572] отчётливо видел плывущие строки комментариев, далёкие от недовольства. Зрители смеялись над копателями могил, обсуждали других «игроков» и другие инстансы, обменивались шутками. По какой-то причине «зрители» не использовали слово «кандидаты», предпочитая «актёров», «участников» и «игроков». Ничего полезного эти комментарии, к сожалению, в себе не несли.

— Теперь ты, — через час сказал [69238], протягивая лопату [93572].

Тот взял инструмент без возражений, надеясь, что физический труд поможет согреться. Лопата была тяжёлой, черенок скользил во влажных от тумана ладонях. Он ударил – железо легко вошло в землю. [93572] ничего не копал со времён университета, когда набирал баллы социальной активности, однако он точно помнил, что нормальная земля не должна себя так вести. Дрянь под ногами на миг показалась [93572] болотной жижей, способной его проглотить, но мужчина был атеистом и не собирался сходить с ума. Поэтому он просто обругал Систему, её разработчика и зрителей.

— Давай шустрее, — сказал [69238]. — Могилы глубокие, «день» короткий.

Раскапываемая могила оказалась свежей – земля была тёмной, влажной, с вкраплениями неперегнившей органики. Словно земля на кладбище была смесью почвы, отходов и фрагментов трупов. [93572] раскапывал могилу впервые в жизни и очень старался не забывать о том, что всё это было ненастоящим, как бы реально не ощущалось. С каждым слоем запах становился всё сильнее – сладковатый и вместе с тем резкий, как от мусорки летом.

На глубине метра лопата упёрлась во что-то твёрдое.

— Глубже не копай, — сказал [69238]. — Не хватало ещё повредить.

Он спустился в яму и начал разгребать мягкую землю руками. Через несколько секунд пальцы коснулись чего-то другого.

— Свежий, — сказал [69238]. — Шансы есть, помогай давай.

[93572] покладисто спустился следом. Слова зрителей о том, что нужно слушаться старших, чтобы выжить, хорошо запомнились новичку, так что он старался быть покладистым и ненавязчивым, чтобы оставаться на хорошем счету.

Они раскопали труп взрослого мужчины. Кожа была серой, местами отходила от костей, но тело ещё не разложилось. На лбу остался след от лопаты. Из своеобразной раны текла какая-то вонючая мерзость. Раскапывать полностью не стали.

— Брр, — сказала [74889], подошедшая поближе. — Прямо как живой.

Из-под её ног с края ямы осыпалась земля.

[93572] почувствовал, как к горлу подкатывает ком. На миг показалось, будто психопатка решила этими крохами земли его закопать. Он быстро выбрался наверх и подал руку [69238], на что получил снисходительный взгляд.

Они рыли по очереди. Час копал [69238], час – [93572]. Ведьма разрубала топором гробы, когда таковые попадались, развязывала мешки, оценивала трупы. Она не проявляла ни капли брезгливости, хотя запах стоял невыносимый, а трупы выглядели отвратительно и удручающе. [74889] преимущественно сидела в стороне на поваленном надгробии и смотрела. Ослабленный [72124] с кровавыми корочками на губах сидел на камне с противоположной стороны. Между ним и сумасшедшей была целая группа.

На дне последней ямы, откопанной в тот день [93572], лежал скелет. Взрослый, крупный, с черепом, расколотым надвое. Кости были светлыми, чистыми. С его захоронения явно прошло много лет. Такая добыча почти не пахла. Рядом в земле виднелись истлевшие лоскуты одежды, ржавая пряжка от ремня, но это всё не имело никакой ценности.

— Опять не то. А выглядела свежей! Эта сырость только мешает, — сказала Ведьма. — Закапывайте.

— А нельзя проверять с помощью карт перед раскопками? — нерешительно спросил [93572].

Он боялся, что вопрос покажется грубым. Но он чертовски замёрз и устал. Земля была мокрой, прилипала к одежде, к рукам, к лицу. Одежда и кожа тоже были мокрыми от тумана. [93572] вытер мокрый лоб рукавом, чтобы убрать с лица выбившиеся из хвоста пряди волос, но случайно размазал грязь по коже. Сильно не хватало наушников, обычно державших волосы [93572] дома и на работе.

— Ты как пугало, — заметил [69238].

— Сам ты пугало, — ответил [93572], и хотелось улыбнуться, но тоска по недавнему прошлому не позволила.

Внезапно за спиной новичка нарисовалась Ведьма и отвесила ему подзатыльник.

— Раньше напомнить не мог? — прошипела [42051].

[93572], распахнув глаза в нешуточном удивлении, обернулся. Рыжеволосая женщина выглядела раздосадованной.

«Неужели Ведьма в самом деле могла просто забыть?» — подумал [93572].

— Что, серьёзно? — задал [69238] вопрос, мучавший новичка.

— Я, по-вашему, настоящая ведьма, что ли? — буркнула [42051]. — Уже темнеет, пойдём обратно. Завтра будем умнее.

Они прикопали яму и побрели к дому. [93572] шёл последним. Он смотрел на свои руки. Те были чёрными от земли, с ободранными костяшками. Пахло от них гнилью и прочей гадостью из местной земли. Позади были бесконечные могилы и девочка, которая не хотела быть найденной.

[93572] надеялся, что вместе с голодом и потребностью во сне «кандидаты» теряли возможность получить заражение крови. Взгляд зацепился за ободранный кусок коры на мёртвом дереве. Что-то смутно припомнив, новичок решительно отодрал кусок коры дуба.

— Кто-нибудь видел воду? Хочу попробовать сделать отвар от микробов.

Ведьма хихикнула, но указала рукой в сторону колодца на площади, рядом с которым стоял на коленях NPC. Было ещё не темно, но на сбор веток и воды времени не хватило бы. У [93572] опустились руки. Оставалось лишь понадеяться на милость проклятой Системы.

Глава 5. О пользе карт.

Вечер опускался на деревню обманчиво медленно, позволяя [93572] помучиться сожалениями от того, что он не рискнул заняться водой, дровами и корой, пока небо серело, туман полз по земле, а тени за окнами становились длиннее. Была бы надежда, обратись он за помощью? Никто не предложил помощь сам, значит никто по-настоящему не хотел бы помогать. Группа вернулась в дом, где в заколоченных окнах сквозь щели проглядывал остаточный серый свет вечера. Лампу зажигать пока не спешили. Уровень керосина в ней тревожно снизился за минувшие ночи.

[42051], [69238], [72124] и [93572] устроились в соляном круге в центре первого этажа, забрав с собой и лампу. Планов на эту ночь у них не было, так что все устроились на полу. [74889] не спешила покинуть сокомандников, здраво опасаясь чердака. Она устроилась у дальней стены, как и накануне, подальше от общего круга, но в пределах видимости. Её пальцы вновь лениво перебирали сухие травинки, вплетая их в новую куклу. Если бы это была не психопатка-[74889], женщина бы просто казалась рукодельницей. К сожалению, она была ненормальной. Кукла явно была непроста, а рядом с ней лежал пучок мёртвой осоки, которую она драла сегодня у кладбища, пока другие трудились в поте лица.

[93572] сидел на полу, скрестив ноги, и смотрел на дрожащее пламя керосиновой лампы. Спать не хотелось – как и вчера, как и прошлой ночью. Голод тоже не давал о себе знать. Он чувствовал только тупую тяжесть в мышцах, словно после хорошей тренировки, и это было странно, потому что он помнил, что в прежней жизни не занимался спортом и не отличался высокой выносливостью. После сегодняшней каторги, он должен был лежать ничком и умирать. Тело здесь вело себя иначе, словно оно также как и память подверглось корректировке. Однако, со стороны Системы было бы слишком щедро так помогать кандидатам, над которыми она и зрители с таким удовольствием издевались.

Стемнело. В тёмном углу начал поблёскивать чей-то глаз. Неизвестно как, но что-то пробралось внутрь дома. [74889], находящаяся вне круга, напряглась. Взгляд её судорожно метнулся по соляным кругам: в одном сидели люди, которые её ненавидели, в другом стояло зеркало со злыми духами. Тот круг со стулом, где вчера сидел одержимый злым духом [72124], уже был сметён [69238] и убран обратно в пакет.

[42051] посмотрела холодным взглядом на [74889], дёрнувшуюся уже было встать, а затем великодушно включила керосиновую лампу. Тусклый свет озарил помещение и глаз в углу исчез. Психопатка не успокоилась полностью, но осталась на месте

[72124] сидел напротив [93572], поджав колени к груди. После вчерашнего оккультного перформанса он выглядел бледнее, чем обычно, но уже не казался таким истощённым как утром. Однако в позе его, как и в выражении лица, теперь читалась подавленность. [72124] тоскливо смотрел на оставшиеся у него пять талисманов. Мужчина интуитивно знал, что достать проблематично будет не только бумагу, но и кровь петуха или чёрной собаки. Вроде бы, должна была подходить ещё и человеческая, но взятая каким-то особенным образом. Однако как подобная «метафизика» работала в системе – ни один нормальный человек не мог догадаться. Светловолосый парень же, казалось, окончательно утратил запал, который у него был до прошлой ночи, и [93572] видел, как тот иногда вздрагивал, когда за окнами особенно громко выл очередной призрак.

Ведьма сидела ближе всех к лампе, стоящей в центре круга и её тень была самой большой, хотя женщиной она была и не крупной. Она лениво перебирала карты: тасовала, рассматривала рисунки, но не гадала. Её золотые глаза в свете лампы казались двумя маленькими жёлтыми огоньками. Рыжие волосы, отливающие золотом из-за отблесков огня, тёмная куртка, ловкие тонкие пальцы, странные глаза – идеальный образ ведьмы. Красивая и уверенная, [42051] должна была быть настоящей звездой того убогого шоу, где были заперты кандидаты.

Перед глазами всплыл зеленоватый полупрозрачный экран. [93572] уже наловчился вызывать окно системы, не открывая рта. Другие кандидаты не видели его у [93572], а он не видел экранов остальных. Видели ли все окна кандидатов зрители оставалось загадкой, но комментарии никогда не выглядели как попытки обратиться к смотрящему на них [93572]. Сейчас зрители активно нахваливали [42051]. Некоторые комментаторы в отзывах о внешности Ведьмы пересекали черту приличий, но это хотя бы давало возможность понять, что вкусы зрителей во внешности были вполне стандартными и существенно не отклонялись от человеческих.

Не считая шума от злых духов, стояла тишина. Тот тип тишины, когда все устали, но никто не спит, и каждый занят своими мыслями. [93572] смотрел на Ведьму и думал о том, как устроена эта система. Всё, что он видел, было похоже на отлаженный, но чертовски странный алгоритм. Как будто хорошему разработчику заказали абсолютно клишированную и банальную по своему содержанию игру. Сложно было судить о чём-либо, видя только комментарии, а задавать вопрос казалось неуместным. Что если отыгрыш приносил [42051] какую-то выгоду, а разрушение атмосферы и выход из образа персонажей истории ужасов принесёт какие-то не лучшие последствия?

[93572] обвёл взглядом их маленький кружок. Глаза [72124] смотрели прямо, в никуда, но слегка дрожали, словно следя за бегущей строкой. Скорее всего он тоже читал комментарии.

Его размышления прервал голос [72124]. Парень повернулся к Ведьме и спросил, чуть хрипловато, но с явным любопытством:

— Старшая, я хочу кое-что спросить, но боюсь что мой вопрос будет бестактным. Не обижайся, пожалуйста. Я не настаиваю на ответе, просто хочу разобраться для себя в дальнейших действиях.

Ведьма подняла голову, и её губы тронула лёгкая усмешка.

— Ну говори, малыш. Ночь долгая, заняться нечем, — благосклонно подтолкнула она [72124].

— Я хотел узнать… Артефакт ваши карты или нет. В смысле… я не уверен как это должно правильно называться, но баллы системы вроде как можно обменять не только на обычные предметы, но и на что-то с особыми свойствами. Я никогда таких не видел и боюсь даже представить сколько это должно стоить, — слегка торопливо начал объяснять свою мысль парень. — Обычные вещи тоже могут работать как волшебные из-за правил, так что я даже не знаю есть ли разница между обычными предметами и артефактами… Но я скорее всего скоро накоплю на дорогой, хотя и довольно обычный предмет, который мне нужен. Я так долго ждал, что теперь начал сомневаться в рациональности своего решения и…

Речь [72124] становилась всё тише, переходя на бормотание. Все остальные молчали, не спеша прерывать мальчишку.

— Достаточно, — когда [72124] в очередной раз взял паузу, чтобы набрать побольше воздуха, прервала его Ведьма. — Для начала, скажу то, что интересует тебя больше всего: «артефакты», как ты их назвал, существуют. Мои карты действительно системный предмет с особыми характеристиками. От обычных карт, на которые можно было бы потратить куда меньше баллов, мои отличаются тем, что работают даже в инстансах, не связанных с магией. Они связаны со мной и моей силой, также приобретённой в системе. Даже в инстансах «с дресс-кодом», карты не могут меня покинуть. Их нельзя потерять или повредить, но и урона они не наносят

Даже [69238] и [74889] слушали, затаив дыхание, не то что [72124] и [93572]. Это было не тем базовым знанием, что желал новичок, но даже большим.

— Обошлись они мне и правда не дёшево, в двадцать тысяч баллов, но раньше Система была несколько щедрее на баллы. Титул в то время получить было проще. Тогда даже был кандидат с номером [37250], если верно помню, имевший два титула. Тогда смена кадров происходила реже, номера возрастали относительно неспешно. Тот человек был кандидатом уже более десяти лет. Один из его титулов был за большую физическую силу, приобретённую в Системе, позволявшую ему без труда дробить рукой камень. Второй – за меч борца с нечистью, обладавший эффектом очищения. Всё просто и эффективно. Он был самым сильным кандидатом из тех, кого я встречала. У него было множество узоров на теле, отливающих серебром. Другие кандидаты превозносили его как бога, пока он не пропал без вести. Не стоит сомневаться в том, что он мёртв. К моему появлению здесь у него уже было ПТСР и как минимум два десятка других психических отклонений. Он даже не верил в мир из которого пришёл в Систему, считая любой мир субъективным и нематериальным… Если бы он не стремился помогать другим кандидатам, люди бы давно уже начали бояться его.

Ведьма вздохнула и с сожалением покачала головой, лениво прогоняя воспоминания. Она отложила карты в сторону и вытянула из одного из многочисленных карманов своей куртки маленькую книжечку в мягкой обложке. Она была не больше ладони, листы выглядели опрятными, ничуть не потрёпанными, словно её хранили в шкатулке, а не в кармане.

— Инструкция, — пояснила [42051], открывая книжечку на одном из первых разворотов и демонстрируя картинку с подписями относительно символов на ней. — Я не помнила даже двадцати двух старших арканов, когда вошла в Систему.

Она жестом подозвала троих соседей по кругу поближе.

— Идите сюда, я покажу. [69238], ты тоже давай, не отсиживайся.

— Я и так вижу, — буркнул тот, но подвинулся ближе.

— Да ты у нас цундере, — глядя на вояку хихикнул [72124].

Вероятно, желая приободрить Ведьму, пошутил парнишка. [69238] хмуро посмотрел на [72124], но промолчал. Комментарии взорвались смехом. Среди них едва не затерялся важный для [93572] фрагмент информации. Он не закрывал окно Системы во время рассказа, чтобы наблюдать за реакцией зрителей, надеясь узнать из неё что-нибудь ещё. И вот он увидел кое-что необычное:

[Когда эти черви уже забудут тех везунчиков? Лучше бы Ведьме сидеть тихо и никогда не получать новых титулов. Её будет слишком жалко]

За тревожным комментарием следовал ещё один подобный:

[Да какая разница помнят черви что-то или нет? В своём уме всё равно никто уже до финала не доживёт, не порть настроение]

Завершило небольшой разговор незнакомцев небольшое замечание:

[А я был бы не против, если бы такая красавица как Ведьма поднялась к нам]

«Поднялась»? Формулировка показалась странной, особенно с учётом слов о безумии. Неужели зрители были мертвецами или психами? Первое не должно было быть возможным, ведь злые духи были лишь порождением Системы. Или злые духи существовали? Нет уж, [93572] не собирался верить в подобную чушь без доказательств. Комментарии вполне могли бы оказаться мусорной болтовнёй или непривычной игрой слов.

[42051] разложила на полу несколько карт рубашкой вверх, а затем начала переворачивать их по одной. Глаза всех троих были прикованы к артам. Никто не заметил странных комментариев. [93572] поспешил присоединиться к сузившемуся кружку.

— Старшие арканы – это основные события, кармические узлы. Младшие арканы – детали, эмоции, ежедневные мелочи. Например, «Шут», нулевая карта – начало пути, открытость новому, отсутствие опыта и страха. Хотя правильнее в нашем случае понимать как «Высокий уровень риска из-за неосведомленности». В перевёрнутом положении значение другое – безрассудство, хаос, грубые ошибки из-за халатности, либо ступор перед неизвестностью, — Ведьма указала на карту, на которой был действительно изображён шут с узелком, стоящий на краю обрыва. Вслед за человеком к обрыву бежала собачка. — Это самая новичковая карта. По ней проще всего понять кто самый наивный и нестабильный в команде.

Голос [42051] вновь приобрёл слегка мурчащие ноты. Она отвлеклась и перестала контролировать эту особенность речи. Изображение словно на миг изменилось и Шут с собачкой сорвались с обрыва. Ведьма никак это не прокомментировала, но [93572] был уверен, что ему не показалось.

— «Маг», первая карта колоды и одна из самых благоприятных. Она означает наличие всех необходимых инструментов и ресурсов для реализации плана, при условии активных действий. В перевёрнутом положении – манипуляция фактами, использование ресурсов во вред, дезинформация или неорганизованность…

Ведьма говорила медленно. Она не боялась раскрытия информации или чужих рук возле своего «артефакта». Колода была привязана к ней навсегда, а приобретение кем-либо аналогичного предмета никак не навредило бы [42051]. Помимо прочего, женщина знала, что большинство предпочло бы выбрать оружие, а не карты. Будь она новичком сейчас, даже она бы не стала выбирать карты. Однако повернуть время вспять было вне её сил. Обратите внимание на четыре предмета, что изображены на столе Мага. Это масти младших арканов – Мечи, жезлы, кубки, пентакли.

[93572] с интересом рассматривал картинку на карте, стараясь понять незнакомые символы. Получалось не очень хорошо, но хотя бы было интересно. Маг на карте был красив, чем-то походя на саму Ведьму. Над рыжей головой человека красовался нимб, похожий на бесконечность, а сцену окаймляли цветы и травы. Были и другие детали, но понять что из этого ценно не представлялось возможным. Ведьма перешла к третьей карте, к четвёртой, к пятой, к шестой…

— … «Башня», шестнадцатая, – это беда, внезапный крах, но также и очищение. Тем не менее, во внешнем мире всё и всегда трактовали эту карту одним ёмким словом, актуальным и в Системе – «пиздец». Система любит эту карту, когда хочет напомнить, что хорошей судьбы нам не видать. В перевёрнутом виде она символизирует медленное, затяжное разрушение, попытки сохранить нечто обречённое…

Объяснение значений старших арканов постепенно подошло к концу. [72124] наклонился ближе, тоже пытаясь разглядеть рисунки в тусклом свете керосиновой лампы.

— Извини, старшая, но как ты сейчас выложила вслепую только старшие арканы? Ты же просто вытягивала не глядя. Это ведь было не гадание. А если ты знаешь где в колоде какие карты, то как гадание может быть гаданием?

— Это системный предмет, даже если он выглядит нормально, — приобретя слегка раздосадованный чем-то вид, сказала [42051]. — Я провела несколько экспериментов и выяснила, что эту колоду даже не обязательно тасовать. Лицо карты может измениться, даже если ты пристально следишь за её рубашкой. Из-за этого свойства может быть сложно быстро найти конкретную карту намеренно, даже если перевернуть все карты разом, а ведь иногда бывают нужны только старшие арканы. Эта задержка не соответствовала бы характеристикам в моём заказе, поэтому система дала картам побочную функцию, вероятно содрав с меня за это лишние баллы. Я могу выбрать что вытянуть, когда не гадаю. Это даже почти не тратит магической силы.

Ночь прошла в ленивых разговорах. Голоса за окнами то стихали, то начинали завывать активнее, что-то обещали, чем-то грозили, и только [74889] сидела у стены, бесшумно перебирая траву. Иногда она тихо смеялась – негромко, с присвистом, будто ей было по-настоящему весело. Её кукла уже приобрела очертания: маленькая фигурка, похожая на уменьшенную версию человеческого младенца, с пухлым белёсо-жёлтым телом. Психопатка что-то шептала над ней, вплетая новые травинки, и Ведьма с тревогой косилась в её сторону.

Под утро голоса стихли, и все немного безразлично поднялись, чтобы вновь приступить к работе. [69238] проверил запасы соли – мешок заметно похудел, осталось меньше половины. Он покачал головой, но ничего не сказал, хотя соль и была дороже золота.

На рассвете, когда небо окрасилось в бледно-серый цвет, они вновь вышли на кладбище. Туман рассеивался, но влажность всё ещё была высокой. [74889] шла сзади, сжимая в руках новую куклу, глядящую на мир пустыми глазницами.

Одна из раскопанных накануне могил оказалась пустой: труп исчез. [72124] передёрнуло, но никто ничего не сказал. Все не сговариваясь, начали крепче держаться за инструменты и чаще осматриваться.

Теперь, прежде чем начать копать, Ведьма подходила к каждой могиле, вытягивала одну карту. В редких случаях, карт приходилось доставать несколько. Иногда карта показывала «опасность» – и тогда они обходили могилу стороной. Одна, другая, третья – ни одна из могил не подходила. [69238] и [93572] отмечали проверенные могилы крестами на земле, чтобы не проходить их потом повторно.

На двадцать первой могиле Ведьма вдруг села на землю, опершись спиной о покосившийся крест.

— Всё, — сказала она устало. — Силы кончились. Карты требуют магической энергии, а мой резерв всё. Придётся вам снова поработать вслепую.

[69238] кивнул. Два десятка могил, проверенных без доплаты всего за час были более чем достойным результатом

В этот день между собой чередовались в работе уже трое, разрывая по одной могиле и следя за [74889] во время отдыха, они успели проверить даже больше покойников, чем вчера. В относительно новой части кладбища осталось непроверенной всего около двух третей могил.

В какой-то момент отдыхающую [42051] посетила какая-то мысль. Она подобрала палку и принялась что-то чертить на сырой земле. Проходя мимо легко было заметить примерную карту кладбища и крупно написанное «2²⁰» и дальнейшие вычисления.

— Там чуть больше миллиона, — осторожно подсказал [93572], боясь обидеть. — Меня профессия обязывает помнить степени двойки. Ты хочешь завтра проверить всё кладбище за 20 гаданий?

[72124] и [69238] заканчивали возиться с последней на день могилой, так что была очередь новичка сторожить Ведьму от [74889]. Хотя [93572] искренне сомневался в своей полезности, тем не менее он встал рядом с занятой мыслями женщиной.

— Значит должно хватить. Да, я думаю сэкономить время. Здесь, конечно, безопаснее, чем в других инстансах, но ночь в этой «гостинице» обходится слишком дорого, — размазывая подошвой свои вычисления, ответила [42051]. — Айтишник?

— Почти, багхантер, — без особого энтузиазма подтвердил [93572]. — А «гостиница» значит, что...

— «Гостиница» значит, что мы намеренно тянули время, — с беззлобной насмешкой сообщила Ведьма. — С опытом приходят не только навыки выживания и баллы, но и способность максимально бездарно тратить время в безопасных зонах. Как тебе наши развлечения, новенький? Получил просветление от нашей мудрости?

[93572] растерялся настолько, что не нашёлся с ответом. Он замер, стараясь осмыслить всё, что происходило вокруг него в последнее время с новой точки зрения. Он как-то забыл, что самой неопытной после него, судя по номеру, была психопатка-[74889]. Между ним и этой сумасшедшей было девятнадцать тысяч людей и огромная разница в образе мышления. «Развлечения» людей, пробывших в системе неопределённое, но явно продолжительное время, представляли собой притворство неучами, игры в шаманов или копание могильной земли и ощупывание мертвецов? [93572] почувствовал себя идиотом. Он не мог и подумать, что у такой красивой женщины как Ведьма, да и у всех остальных вменяемо выглядевших кандидатов, настолько сомнительное представление о безопасном месте и чувство юмора.

Тем временем, посмотрев на карту под ногами, Ведьма решительно разделила её пополам прямой линией. Отложив ветку на камень, чтобы не подбирать потом из грязи, она вытерла влажные руки о куртку и полезла за картами. Через пару минут на левой половине кладбища был нарисован крест. Новая линия разделила оставшуюся половину на две части. Карты замелькали в руках [42051], но внимания новичка это не привлекло.

Восстановившихся за короткий день сил Ведьмы хватило на то чтобы зачеркнуть ещё две зоны. Она закончила с этим ещё до того как к ним подошли [69238] и [72124]. Не обсуждая итогов, все поспешили убраться с кладбища и вернуться в дом до темноты.

Глава 6. Прощание с гостиницей и... Вопросы бесплатные?.

Четвёртая ночь прошла на удивление спокойно. Хотя и были опасения, что Система решит отомстить за неуважение после того как ветеран назвала лёгкий инстанс гостиницей, они не оправдались. Духи не стали сильнее, пропавший с кладбища труп не постучался в дверь, соль не стала гореть быстрее. Все хранили какое-то странное молчание, отчего атмосфера была ещё более тяжёлой и неловкой. От вчерашнего спокойного разговора о картах остались только воспоминания.

Утром группа вернулась на кладбище, однако теперь, казалось, [42051], [69238] и даже [72124] перестали притворяться, что переживают за что-то кроме поведения [74889]. Выходило, что отыгрыш перед зрителями или системой действительно приносил какую-то выгоду, раз уж все кандидаты не сговариваясь начали притворяться серьёзными с самого начала.

Ведьма встала над картой и возобновила свои вчерашние действия. Сектора вычёркивались один за другим, всё сильнее сужая круг поиска. Хотя карта была неточной, вскоре [42051] уверенно направилась к определённому участку кладбища. Там стояли старые могилы, постепенно переходящие в лес. Обойдя кругом десяток могил и часть леса, Ведьма вновь произвела гадание.

Четвёрка мечей ознаменовала обнаружение правильного места расположения трупа.

Они были настолько далеко от места, где раньше копали землю кандидаты, что за остаточным утренним туманом его даже не было видно. Этот факт не смущал никого, кроме [93572]. Даже [74889], стоящая поодаль, не стала насмехаться, словно ей было более, чем очевидно, что все прежние иррациональные действия команды были намеренными. [93572] было теперь ужасно неловко от того, что он не понял истинного отношения людей. Что ещё хуже, на третий день он напомнил Ведьме про карты. Теперь [93572] старательно держался в стороне от людей, перед которыми выставил себя идиотом, стараясь быть невидимкой. Он ощущал тепло, ползущее от шеи к ушам и щекам. Хотя он и знал, что внешне не краснеет, ощущения каждый раз обманывали воображение, заставляя опустить голову и избегать лишних взглядов.

[42051] продолжала методично проверять по картам стремительно сужающуюся зону раскопок. Метания новенького только забавляли её. Она не держала на него обиды ни за напоминание о картах, ни за подсказку со степенью двойки: первый случай происходил из непонимания и не сорвал планов по трате времени впустую, а во втором случае забытое значение и правда было её промахом, хотя и совершенно незначительным.

– Туз пентаклей, – удовлетворённо объявила Ведьма. – Она здесь.

Могила была неприметной, обозначенной случайным камнем без подписи. Она ничем не отличалась от сотен абсолютно идентичных участков сырой и вязкой земли. [69238] воткнул лопату в землю. Грунт поддавался легко, как и десятки раз до этого. Никаких примет или знаков, позволивших бы кандидатам найти нужную могилу без гаданий, не было. [93572] этот факт изрядно огорчил, поскольку у него явно не было бы и шанса справиться с заданием самому. Работа шла легко. Менее чем через полметра лопата [69238] упёрлась во что-то твёрдое.

— Копайте аккуратно. Не стоит обижать её дядю, — предупредила Ведьма.

[72124] подошёл ближе и вместе с [69238] опустился на корточки. Теперь они работали вдвоём, разгребая землю руками, раз уж стало очевидно, что труп неглубоко. Через несколько минут они наткнулись на тканевый свёрток. [69238] вытащил его на поверхность. Ткань, некогда холщёвая и чем-то пропитанная, потеряла прочность и потемнела, но пока не рассыпалась.

Вояка достал из кармана брюк нож и коротким движением разрезал бечёвку на том конце свёртка, где по форме должна была оказаться голова.

— Врассыпную! — быстро вскрикнула [42051].

Сердце [93572] едва не остановилось от страха. В голосе Ведьмы звучали тревога и гнев. Вся компания тут же без возражений рванула в разные стороны. Новенький стоял дальше всех от могилы, его краткая заминка не заставила его отстать, и он рванул к центру кладбища, стараясь при этом не потерять из поля зрения [42051], чьи яркие волосы служили маяком в слабом тумане и страхе.

Земля скользила под ногами. Вскоре Ведьма остановилась, [93572], как и прежде, последовал примеру старшей. Ничего не произошло. Мешок не зашевелился и из него не вырвался злой дух, из могил не повылезали трупы, не явился разъярённый NPC.

— Дурной что-ли? — когда все остановились и успокоились, крикнула [42051] [69238] через всё кладбище. — Ты же не новичок, чего ради ты решил без подготовки труп выпустить? Я уже думала тебя дух девчонки околдовал или захватил!

— Надо ж проверить было! И мы знали, что она не злой дух! — не менее громко проорал вояка из леса.

— Эта информация такая же "достоверная" как и то, что это вообще Свет! Помереть решил? — не согласилась Ведьма. — Все, возвращайтесь к могиле.

Никто не упрекнул [42051] за ложную тревогу. Люди поспешили последовать новым указаниям старшей, не желая проторчать в лесу до темноты. В этот раз с ними был труп, так ещё и место раскопок было более чем вдвое дальше от ночного пристанища кандидатов, чем окраина кладбища, где они "отдыхали" ранее.

В итоге [69238] и [42051] всё же заглянули в мешок и обнаружили там вонючий разлагающийся труп сероватого цвета, распухший от воды и чем-то напоминающий извлечённую из глубин на берег рыбу-каплю.

— Фу, — кратко и ёмко прокомментировала [74889] тоже заглянувшая внутрь из любопытства.

Какой бы нервирующей она ни была, не согласиться с ней было сложно. Даже [69238] пожалел, что развязал свёрток. Теперь он знал, что стекающая с него жидкость скорее всего происходит из вот такого мерзкого тела. И что хруст, раздавшийся при извлечении тела из земли, означал сломавшуюся шею. Голова девочки теперь висела на хлипкой и водянистой шее. Лицо трупа тоже поплыло.

При взгляде на Свет даже Ведьме пришлось приложить усилие, чтобы сглотнуть, не хватаясь за собственную шею. Состояние жировоска у трупа было редкостью даже в Системе.

Глядя на комментарии в окне Системы, и лица людей, [93572] не приобрёл ни малейшего желания увидеть то же, что видели его товарищи по команде. Стараясь смотреть в прямо противоположную от находки сторону, но закрыл экран, чтобы избежать и комментариев.

– Поднимите, – распорядилась [42051]. – Отнесём старику.

[69238] завернул труп обратно в её кусок ткани. Кривя лица, он и [72124], решивший проявить благородство и избавить вояку от необходимости прижимать к себе явно не самый обычный труп, понесли свёрток к деревне. Дорога была тихой – туман окончательно рассеялся, отчего дома выглядели не такими мрачными, как по «утрам» и «вечерам». Старик всё так же сидел у колодца, раскачиваясь вперёд-назад и бормоча что-то.

Когда они подошли, он поднял голову. Его чёрные провалы глаз бессмысленно смотрели на них.

[69238] положил свёрток перед ним. Старик протянул руки, коснулся ткани, и на его бледном и сморщенном лице появилось выражение, которое трудно было описать. Боль? Умиротворение? Оно было очень настоящим и живым, словно принадлежало не NPC с пустым взглядом, а настоящему человеку с израненным сердцем.

– Вы нашли её, – сказал он своим шипяще-скрипучим голосом. – Мою Свет… Спасибо…

Старик наклонился к свёртку и открыл лицо девочки. Оно больше не выглядело как рыба-капля. Малышка Свет на миг показалась всем очаровательной и всего лишь спящей.

NPC нежно погладил её тёмные волосы и улыбнулся. Иллюзия моргнула, вновь показав бездушного по сути персонажа Системы, гладящего распухший и оплывший труп ребёнка. А затем старик начал таять – медленно, словно его тело превращалось в туман или рассыпалось прахом. Вслед за ним начала исчезать и Свет, исказились и поплыли улица, дома, лес и небо. [93572] так и не понял было ли искажённое лицо трупа результатом глюков или оно выглядело именно так, когда на него смотрели в лесу другие кандидаты. Он на самом деле и не хотел знать правду.

Перед взором [93572] всплыло уже привычное зелёное окно, теперь содержащее в себе не комментарии зрителей, а новое объявление:

[ИНСТАНС ЗАВЕРШЁН

НАГРАДА КАНДИДАТА №93572: 5 БАЛЛОВ

КАНДИДАТЫ БУДУТ ОТПРАВЛЕНЫ В ОБЩЕЖИТИЕ ЧЕРЕЗ 00:00:03]

Всё вокруг [93572] поглотила темнота, и он почувствовал, что проваливается в пустоту. Голоса, запахи, свет – всё исчезло. Во второй раз подобный переход уже не так пугал как в первый, но приятным его назвать также было очень сложно.

Через пару секунд [93572] открыл глаза и понял, что сидит на кровати в маленькой серой комнате. Вокруг – одинаковые квадраты стен, с серого квадратного потолка лился неяркий серый свет, никаких окон. Только дверной проём, закрытый створками, похожими на двери лифта. Но хотя бы воздух не казался пыльным, а кровать была мягкой, покрытой серым пушистым пледом. Создавалось впечатление, что системе очень нравился серый цвет.

[ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ОБЩЕНИЕ, КАНДИДАТ №93572.

ВАША КОМНАТА ТЕПЕРЬ НОСИТ НОМЕР 93572

ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 23:59:11]

[93572] смотрел на текст. Точнее, на окно системы.

— Система?

Экран не изменился. Бегущие комментарии так и не появились. Значило ли это, что трансляция в общежитии не велась? Можно ли было задавать вопросы Системе? Теперь стоило проверить.

— Система, трансляция сейчас не идёт?

Поверх основного экрана с объявлением появился ещё один экран, поменьше.

[ТРАНСЛЯЦИЯ АКТИВНА ВСЕГДА, НО КАНДИДАТ №93572 СЕЙЧАС НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ЕЁ УЧАСТНИКОМ

ТРАНСЛЯЦИЯ ПРЕДУСМОТРЕНА ТОЛЬКО ВО ВРЕМЯ ИНСТАНСОВ ИЛИ ОБЩИХ СБОРОВ]

Что ж, вне инстансов Система действительно отвечала на вопросы. Кроме того, за это даже не взималась плата. Невольно, [93572] подумал, что благодаря этому отсутствие в комнате стола с компьютером не заставит его заскучать. Не то чтобы Система была чем-то действительно хорошим…

— Есть ли правила или общая информация, которые мне следовало бы знать?

[РЕКОМЕНДУЕТСЯ УТОЧНИТЬ ВОПРОС]

Ожидаемый, в общем-то, результат не помешал [93572] мысленно обругать Систему от досады на то, что самый простой план не сработал. Впрочем, быть дотошным багхантер умел. Пусть он и не знал ни языка, ни хотя бы основной задачи Системы, ему дали возможность задавать вопросы, что уже обещало стать неплохим подспорьем и объясняло, пусть и не лояльное, но относительно спокойное отношение к ней других кандидатов.

— Система, количество вопросов, которые я могу тебе задать, или ответов, которые я могу на них получить, имеет какие-либо ограничения?

[КАНДИДАТ МОЖЕТ ЗАДАВАТЬ ВОПРОСЫ В СВОБОДНОЕ ВРЕМЯ ВНЕ ЭФИРА

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ДОСТУП К НЕКОТОРОЙ ИНФОРМАЦИИ ОГРАНИЧЕН]

Выходило, что на вопросы отводилось по двадцать четыре часа, но система могла не раскрывать всей информации. Звучало даже слишком хорошо.

— Система, что ты такое?

[СИСТЕМА ОТБОРА И РАЗВИТИЯ КАНДИДАТОВ ■■ ■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ: ВЕДЕНИЕ ТРАНСЛЯЦИЙ ДЛЯ ЗРИТЕЛЕЙ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■]

Проблемы обнаружились сразу, стоило начать задавать хоть сколько-нибудь общие вопросы. Такие «■■» [93572] уже видел, когда столкнулся с Системой в первый раз. Они действительно раздражали, тем не менее, кое-что можно было узнать даже получая ответы в таком формате. Во-первых, функция ведения трансляций была не основной. Соответственно, был шанс, что Система предназначалась для чего-то большего, чем издевательство над случайными людьми в угоду зрителям. Во-вторых, основными функциями были названы отбор и развитие. Через отбор [93572] уже прошёл, хотя существовал риск того, что под отбором подразумевался естественный отбор, что было уже менее обнадёживающе. Под развитием же, скорее всего, подразумевалось приобретение за счёт баллов сил или предметов. И третье, самое интересное, количество символов в каждом из двух последних слов из четырёх, идущих после «кандидатов» и в двух словах, идущих после «зрителей», было одинаковым. Подобное могло бы быть совпадением, но уж слишком дразняще оно выглядело. Словно даже без раскрытия информации обещало возможность кандидату вознестись до того уровня, на котором находились зрители. А может быть, изначально это и должно было быть обещанием, но теперь, по словам Ведьмы, Система изменилась.

Однако, эта треть выводов была лишь догадками. [93572] нужно было успеть разобраться в ситуации и всех возможных подробностях до того как его закинет в следующий «инстанс», в котором может уже не оказаться такого количества ветеранов, да и уровень сложности может оказаться совершенно другим.

— Система, что такое баллы?

Воспользовавшись тем, что количество вопросов не было ограничено, [93572] не стал отказывать себе в глупых на первый взгляд вопросах.

[Баллы – основная валюта внутри системы и в ■■■■■■■■]

— Система, я хочу знать что из себя представляют баллы, а не только какую функцию исполняют. Это криптовалюта? Монеты? Энергия?

[Баллы это единица измерения и оценки для осколков душ живых существ, имевших ■■■■■■■■■ ■■■ ■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■ или ■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■■]

Осколки душ были одной из тех вещей, с которыми [93572] никогда прежде не ожидал столкнуться. Единственное что он мог – отнести их к категории энергии, а заодно отметить на будущее вновь появившееся сочетание из слов с десяти, пятнадцати и шести букв, как в словах, шедших после «кандидатов» в ответе на вопрос о системе.

Завершив обработку информации, [93572] в ступоре откинулся спиной на кровать. Матрас и плед мягко и бесшумно прогнулись под весом тела. Глядя на светло-серый потолок, излучающий свет как сплошная лампа, человек, всю жизнь проживший атеистом, столкнулся с первым полноценным эпистемологическим кризисом. Реальность была безжалостна и неоспорима. Его лишили имени и перемещали между локациями как какого-нибудь персонажа игры. И даже оправдать это симуляцией или копированием сознаний он не мог, поскольку вынужден был знать лучше многих о том, что подобные технологические фокусы, если и возможны, то очень трудозатраты. И никто не стал бы выбирать случайных людей для недобровольного тестирования чего-то, что могло бы стать настоящей сенсацией. В конце концов, в том обществе из которого выдернули [93572], все должны были следовать законам.

— Система, — спустя некоторое время вновь позвал [93572].

Основной зелёный экран вновь сообщил ему базовую информацию:

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 22:31:52]

Стоило перестать тратить время впустую, завершить разбор темы баллов и перейти к следующим вопросам. «■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■» было связано с кандидатами, зрителями и осколками душ. Вряд ли зрители калечили себя ради поддержки кандидатов, так что…

— Система, награда за более сложные инстансы выше из-за более высокой смертности и большего количества пригодных для распределения «баллов»?

[ВЕРНО]

Зная, что никто, кроме Системы, сейчас за ним не наблюдает, [93572] застонал и закрыл лицо руками. Изначально он хотел узнать совершенно другое. Что-нибудь базовое и способное помочь ему выжить, а не разрушающее мозг и мировоззрение. Но теперь он узнал, что местная валюта это останки ему подобных.

Глава 7. Общение с Системой.

[93572] всё так же лежал на спине, не желая возвращаться в сидячее положение. Серый плед приносил слабое ощущение тепла, кажущееся долгожданным после дней, проведённых в холодной заброшенной деревне. Ища хоть что-то знакомое, он потянулся к левому карману брюк. Пальцы ощутили холод и с силой сомкнулись в кулак вокруг ключей. Дом [93572] был далёким от идеала, а жизнь скучной, но она явно была лучше той опасной и иррациональной ситуации, в которой он находился теперь.

— Система, может ли кандидат вернуться домой?

[КАНДИДАТЫ НЕ МОГУТ ПОКИНУТЬ УРОВЕНЬ РЕАЛЬНОСТИ 2 ■■ ■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■]

Опять те же символы, уже знакомое их количество. И беспощадное «не могут». С ленивой обречённостью [93572] обратил внимание на то, что «уровень реальности» изменился с третьего на второй. В этом, по идее, должна была заключаться суть странного перемещения.

— Система, что такое уровни реальности?

В сорока сантиметрах от лица появился сравнительно большой блок информации.

[УРОВНИ РЕАЛЬНОСТИ – ЭТО УСЛОВНОЕ НАЗВАНИЕ ДЛЯ ТРЁХ ВЗАИМОСВЯЗАННЫХ МИРОВ.

УРОВЕНЬ РЕАЛЬНОСТИ 3 – МИРЫ ЛЮДЕЙ.

УРОВЕНЬ РЕАЛЬНОСТИ 2 – ИСКУССТВЕННЫЙ БУФЕРНЫЙ МИР ДЛЯ ОБУЧЕНИЯ КАНДИДАТОВ ■■ ■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■, РОЖДЁННЫХ НА УРОВНЕ РЕАЛЬНОСТИ 3.

УРОВЕНЬ РЕАЛЬНОСТИ 1 – МИР ■■■■■■■■■■■■■.]

Система продолжала выдавать один зацензуренный ответ за другим, отчего у [93572] постепенно таяла надежда на понимание ситуации. С каждым новым «■■» появлялось всё больше вопросов, и их количество постепенно превышало пределы нескромной памяти багхантера.

Серый потолок и полупрозрачный экран раздражали мозг, непривычный к невозможности заснуть. Как и в «инстансе», в комнате [93572] мог видеть структуру пространства, но совершенно не понимал его природу. «Искусственный буферный мир».

— Система, чем «уровень реальности два» отличается от моего родного уровня реальности?

[НА УРОВНЕ РЕАЛЬНОСТИ 3 ДУШИ НЕ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЯ. НА УРОВНЕ РЕАЛЬНОСТИ 2 ЭНЕРГИЯ ИМЕЕТ АБСОЛЮТНУЮ ВЛАСТЬ НАД МАТЕРИЕЙ]

— …

— Система, кровать подо мной материальна?

[■■■]

Длина зацензуренного слова явственно выдавала в нём «нет», словно система на самом деле не имела намерения его скрыть. Человеку, лежащему на нематериальной кровати, стало плохо до тошноты. Он захотел вскочить и осмотреть постель снова, но перспектива встать на нематериальный пол пугала не меньше. Он замер, боясь пошевелиться.

Рука в кармане сильнее сжалась на ключах от квартиры. [93572] не решился спросить, материальны ли они. Хотелось цепляться за потеплевший ребристый металл с зубчиками и шершавый пластик, которые уже вряд ли однажды откроют двери домой.

Он не мог предпринять ничего, кроме жалких попыток борьбы с неосведомлённостью.

— Система, кто определяет доступную кандидатам информацию? У кого вообще есть права урезать твои ответы? — без особой надежды спросил [93572].

[НА ДАННЫЙ МОМЕНТ БОЛЬШИНСТВО ОГРАНИЧЕНИЙ НАЛОЖЕНО ЗРИТЕЛЯМИ]

На удивление без цензуры сообщило новое окно системы, появившееся прямо перед глазами и заботливо наклонённое так, чтобы текст было удобно читать, пребывая в горизонтальном положении.

— Система, а зрители это кто?

[■■■■]

«Замечательно», – с сарказмом подумал [93572].

— Да чтоб их и всю их семью перемололо.

Никакой реакции на брань не последовало. Судя по всему, Системе было глубоко безразлично поведение «кандидатов ■■ ■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■» вне эфиров. Натянутые нервы наконец дали слабину после переживаний последних «дней», так что теперь [93572], тридцатипятилетний мужчина, всерьёз рассматривал идею расплакаться.

Если бы ему нужно было оправдание, [93572] сказал бы, что хочет проверить, действительно ли эмоциональные слёзы содержат успокоительные гормоны, как о том писали студенты-медики в соцсетях.

Он очень надеялся, что его собственное тело будет работать вне зависимости от веры, а не как магия в инстансах. Внезапно вспомнив о чём-то, [93572] поднял к глазам свободную правую руку. Ссадины и содранная кожа остались, хотя и начали заживать. Никакого значительного воспаления не было, но кожа вокруг повреждённых участков едва заметно покраснела, создавая вокруг повреждений ореол ровно в миллиметр. Отдаваясь смутной тревоге, человек безвольно опустил руку на кровать.

— Чёртова система, — точно зная, кого можно обвинять, вздохнул [93572], переводя взгляд на зелёное окно.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 22:00:00]

После такого количества информации и эмоционального истощения [93572] давно уже захотелось бы спать, но система не позволила ему покинуть явь ни на минуту.

[93572] лежал на нематериальной кровати и в оцепенении смотрел на медленно утекающее время отдыха. Пять минут, десять, двадцать, сорок… [93572] тратил их без сожалений. Если бы он мог спать, он точно потратил бы примерно половину перерыва на сон. Даже если бы он не был обязательным, [93572] хотел бы на время забыть о настоящем. Следующие полчаса он провёл с закрытыми глазами. Сознание так и не покинуло его, несмотря на сильнейшее морально-когнитивное истощение.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 20:42:56]

Беспощадная зелёная надпись встретила его, когда он сдался и открыл глаза. Второй уровень реальности всё больше напоминал новичку ад. Он даже начал понимать, почему Ведьма и другие ветераны так профессионально тратили время впустую, находясь в инстансе. Находиться среди других людей было проще, а в материальность изб и кладбища верилось немного легче, чем в материальность серой комнаты.

Вне трансляции кандидаты оставались наедине с Системой. Она отвечала на вопросы, но ответы её не приносили покоя.

— Пять баллов… Пять баллов… Они, скорее всего, ничего не стоят, хотя и являются частями человеческой души. Мне не могли дать ничего ценного за бездействие, — поспешил поменять направление рассуждений [93572]. — Интересно, могу ли я приобрести на пять баллов куртку или плащ?

Он отчётливо помнил, как отвратительно себя чувствовал в холодном тумане. Так что имело смысл обратить внимание на эту очевидную и понятную проблему, с которой действительно можно было разобраться.

Но действительно ли стоило обменивать осколки чьей-то души на что-то столь тривиальное? За баллы можно было приобретать необычные способности и «артефакты». Создавала ли магию Система или она происходила от самих фрагментов душ? Спрашивать об этом явление, виновное в его нынешнем положении, казалось [93572] странным, но ведь оно могло бы не отвечать и на предыдущие вопросы. Система могла бы отказаться сообщить, что такое баллы, но она сообщила. Это могло быть приманкой для психопатов вроде [74889], чтобы подтолкнуть кандидатов к убийству, но [93572] всё равно малодушно хотел бы узнать хоть какую-нибудь информацию, даже если бы она оказалась ложной. Даже если всё окажется обманом, другие люди на втором уровне реальности жили, опираясь именно на эту информацию.

— Система, как кандидат может использовать баллы?

[КАНДИДАТ МОЖЕТ ИСПОЛЬЗОВАТЬ БАЛЛЫ ДЛЯ УЛУЧШЕНИЯ СЕБЯ, А ТАКЖЕ ДЛЯ ОБРАЩЕНИЯ К СИСТЕМЕ ЗА ПОМОЩЬЮ В СОЗДАНИИ ПРЕДМЕТОВ ИЛИ НАВЫКОВ]

Формулировка порадовала цепкий взгляд, принеся [93572] каплю знакомого профессионального самодовольства. Улучшение себя действительно не выглядело такой же услугой Системы, как создание предметов. Хотя, если такой предмет, как карты Таро [42051], был привязан к Ведьме до такой степени, что был неотделим и давал ей титул, «предмет» на самом деле больше походил на навык или даже часть тела.

— Система, что из себя представляет «улучшение себя» при помощи баллов? Как оно происходит?

[УЛУЧШЕНИЕ СЕБЯ АНАЛОГИЧНО СОЗДАНИЮ НАВЫКОВ, НО НЕ ПРЕДПОЛАГАЕТ ПОМОЩИ СИСТЕМЫ ДЛЯ ОПТИМИЗАЦИИ ПРОЦЕССА. ЭНЕРГИЯ ИЗ БАЛЛОВ НАПРЯМУЮ ПЕРЕДАЁТСЯ ДУШЕ КАНДИДАТА. КАНДИДАТ ДОЛЖЕН САМ ЕЁ НАПРАВЛЯТЬ И ИСПОЛЬЗОВАТЬ. ФУНКЦИЯ ОБЫЧНО ИСПОЛЬЗУЕТСЯ ТЕМИ, КТО УЖЕ ПРИОБРЁЛ НАВЫК ПРИ ПОМОЩИ СИСТЕМЫ]

— А.

Всё оказалось проще и прозрачнее, чем казалось. «Улучшение себя» действительно выглядело наименее затратным, но правда была в том, что оно не включало в себя услуг Системы.

— Система, что произойдёт, если потратить баллы на улучшение себя, но не суметь их направить?

[ДУША КАНДИДАТА СТАНЕТ БОЛЬШЕ]

Резонный и простой ответ вновь заставил сильно призадуматься человека, крайне далёкого от мистики. Он мог допустить, что у людей или, по крайней мере, у кандидатов были души, но не означал ли ответ Системы, что осколки чужих душ прирастают к душам кандидатов? Такой процесс не казался безобидным.

— Система, как увеличение души за счёт баллов влияет на кандидатов?

[ПОКА ДУША КАНДИДАТА БОЛЬШЕ ЧУЖЕРОДНОГО ФРАГМЕНТА ДУШИ, ЛИЧНОСТЬ КАНДИДАТА БУДЕТ ОСТАВАТЬСЯ НЕИЗМЕННОЙ.

ПРИМЕЧАНИЕ: ПРОЦЕСС ПОЛНОГО ПОГЛОЩЕНИЯ ФРАГМЕНТА ЗАНИМАЕТ 72 ЧАСА, ПОСЛЕ ЭТОГО ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ СТАНОВИТСЯ ИДЕНТИЧНЫМ ВАШЕЙ ИЗНАЧАЛЬНОЙ ДУШЕ]

— Каков сейчас размер моей души в баллах? — вопрос сорвался с губ поспешно, в некоторой панике.

[ДУША КАНДИДАТА №93572 НА ДАННЫЙ МОМЕНТ ОЦЕНИВАЕТСЯ В 5 БАЛЛОВ]

[93572] резко сел на кровати, невольно пройдя сквозь полупрозрачные зелёные экраны, и согнулся в сухом рвотном позыве. Мышцы на животе рефлекторно сжимались, причиняя боль, а из горла вырвался сдавленный хрип. Глаза [93572] распахнулись в шоке. Через минуту, когда его отпустило, всё тело задрожало от пережитого стресса.

Использовав пять баллов, ничего не стоящих на фоне цены на предмет Ведьмы, [93572] мог умереть или сойти с ума. Потому что его душа стоила ничуть не дороже случайно перепавшей ему подачки.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 20:00:00]

Он так и сидел на краю серой нематериальной кровати, борясь с дрожью и тошнотой.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 19:00:00]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 17:00:00]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 15:00:00]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 13:00:00]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 11:00:00]

— Система, я хочу потратить три балла на улучшение себя, — в тишине серой комнаты прозвучал подрагивающий тихий голос.

Страх не позволил ему замахнуться даже на безопасные четыре балла.

[ВЫ УВЕРЕНЫ, ЧТО НЕ ЖЕЛАЕТЕ ПОМОЩИ В СОЗДАНИИ НАВЫКА?]

«Как будто у меня есть на это баллы»

«Как будто я могу быть уверен хоть в чём-то»

— Система, да, я уверен.

[БАЛЛЫ УСПЕШНО ПРИСОЕДИНЕНЫ К ВАШЕЙ ДУШЕ]

[93572] не почувствовал абсолютно ничего. Ни силы, ни безумия. В тишине он со страхом ожидал голосов в голове, прозрения или того, что он неожиданно сможет почувствовать дополнительную энергию и попытаться её направить. Однако время шло, приближая его к новому инстансу, но ничего не менялось.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 10:00:00]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 09:00:00]

[93572] выдохнул с облегчением, поняв, что как минимум семьдесят часов в нём ничего резко не изменится. Если, конечно, он не пострадает в инстансе.

— Система, каким будет следующий инстанс?

[ДАННЫЕ О ПРЕДСТОЯЩИХ ИСПЫТАНИЯХ НЕДОСТУПНЫ]

Впервые напрямую отказалась отвечать Система.

[93572] больше ничего не хотел узнавать.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 00:00:03]

В пустой надежде не оказаться вновь спиной на холодной и мокрой земле, [93572] встал с кровати.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 00:00:02]

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 00:00:01]

Мир потемнел, замелькали неясные образы и текстуры.

[93572] ощутил тёплый пыльный ветер, ударивший в лицо, заставивший зажмуриться. Прикрывая глаза рукой, он осмотрел новую локацию. Он стоял на перекрёстке. Под ногами был родной всем городским людям асфальт, на газоне в стороне зеленела живая трава, вокруг высились незнакомые тускло-жёлтые многоэтажки. С голубого неба светило яркое солнце, предельно похожее на настоящее. Ветер разносил по городу пыль и песок.

И всё же назвать декорации этого инстанса успокаивающими и родными было сложно. В поле зрения [93572] не было ни машин, ни людей. Что важнее, не было видно других кандидатов.

Порядком уставший от изоляции за последние сутки, [93572] испытал бы тоску по отсутствию компании, даже если бы не остерегался появления какой-нибудь твари, достойной появления в истории ужасов.

Озираясь, [93572] поспешил отойти с просматриваемого со всех сторон перекрёстка и укрыться в тени подъезда ближайшего дома. Сделав первый широкий шаг, он внезапно замер. Сердце озарилось тревожной надеждой.

В правую ногу сквозь карман упёрлось нечто твёрдое и тяжёлое. За долю секунды [93572] выхватил из кармана знакомо выглядящий прямоугольник телефона. Прикосновение большого пальца к кнопке включения разблокировало экран с знакомыми обоями. Отбежав в тень, человек с надеждой посмотрел на статус-бар. Сеть была. Более того, работал мобильный интернет. Батарея была заряжена на сто процентов.

— Система… что происходит?

Глава 8. Пустой город.

Но Система больше не отвечала на вопросы. Начался инстанс.

Перед глазами лишь всплыл пустой зелёный экран. Таймера отсчёта времени до начала трансляции на нём не было, и по полупрозрачной иллюзорной поверхности ползли первые ленивые комментарии. Город, отсутствие таймера, отсутствие компаньонов. Исходя из слов [42051] и [69238] в первый день прошлого инстанса, наличие таймера и сокомандников-новичков должно было быть маркером лёгкого испытания. Но ведь [93572] всё ещё должен был считаться новичком, разве нет?

[О, этого игрока я ещё не видел]

[Я только зашёл, какие роли на этот раз?]

[Пока не ясно, успокойся]

Ничего ценного в скудных комментариях не наблюдалось.

Телефон в руке внезапно завибрировал, и всплыло уведомление. Название мессенджера изменилось, но картинка была знакомой. [93572] нажал на иконку, не имея ни малейшего представления о том, что сейчас увидит.

Взгляду предстали три незнакомых чата, в одном из которых стоял значок нового уведомления. У двух верхних названия представляли собой случайный набор букв, а у третьего вместо имени было написано «Мёртв». Не тратя время на просмотр бессмысленных извращений системы, [93572] открыл чат с новым уведомлением и увидел отправленную ему геометку и предшествовавший ей короткий диалог, из которого следовало, что ему поручено извлечь вазу с паучьими лапами из музея в городе, массово эвакуированном ещё весной. Предмет нужно было вынести к северному выезду из города и позвонить второму человеку, с которым имелся чат; он должен будет забрать предмет и помочь выбраться с огороженной территории. Музей, судя по карте, располагался на востоке города, а [93572] сейчас был на юге. Изменив масштаб карты, мужчина безрадостно отметил, что ничего, кроме тридцати квадратных километров этого жёлтого города, загрузить было невозможно.

[Ха-ха-ха, серьёзно?]

[Да-да, я тут с начала этой трансляции]

[Все, вы видели соседний переулок?]

[Ага]

[Сейчас гляну]

[Ха-ха-ха]

[Я надеюсь, игрок №93572 его найдёт!]

[Блин, №93572, серьёзно? Это что, первый его инстанс? Он же умрёт через пять минут! Надо написать жалобу Системе]

[+1]

[93572] не спешил избавляться от системного окна перед глазами. Оно было единственным возможным источником информации, раз уж он оказался один.

Включив режим навигатора на телефоне, [93572] повернулся в сторону улицы, выделенной зелёным на карте. Он очень надеялся, что светлое время суток в самом начале инстанса было хотя бы условно безопасным.

[Да-да, вот туда! Всего пятнадцать шагов, ну же!]

[Ха-ха-ха, у него волосы окончательно поседеют]

[Ну, про телефон и инструкции сообразил быстро, не совсем идиот и неудачник, может, и не мгновенно помрёт]

[Да, скорее всего, второй инстанс или он геймер]

Доверившись предпоследнему комментарию, но ничем не подав знака, что смотрит на бегущие строки, [93572] быстро перебежал к следующему зданию и осторожно заглянул в переулок, о котором шли пересуды среди зрителей.

В нём не стояло никакого чудовища или маньяка с ножом, однако у стены лежала одежда и жёлто-коричнево-розовая ветошь. Доверия она не вызывала, и [93572] был твёрдо намерен обойти переулок по возможности, чтобы не обнаружить потом, что эта ветошь способна оживать. Повернув голову на ветошь, [93572] заставил её оказаться в рамке иллюзорного экрана.

[КАНДИДАТ №70111]

[СТАТУС: МЁРТВ]

Что же, по крайней мере, ветошь не оказалась монстром. Но рядом всё ещё мог быть тот, кто превратил неудавшегося товарища в то, что на первый взгляд даже не походило на труп.

[93572] с тревогой осмотрел стены и окна домов, хотел даже убрать экран системы, но потом передумал, не решившись лишить себя подсказок. Окна домов были плотно закрыты, несмотря на жару; стены, небо и земля не имели на себе следов чего-либо пребывания.

— Может, он ночью начал инстанс? Или лежит с прошлого раза? — намеренно рискнул высказать свои лучшие предположения вслух [93572].

[Наивный]

Один из комментариев, в тонкой их веренице, поспешил оправдать надежды новичка на подсказки.

[Он появился за 10 минут до тебя, ха!]

[Если кто-то напрямую проспойлерит игроку инстанс, я лично этому кому-то глаза вырву, чтобы больше не мог смотреть трансляции]

Труп оказался намного более свежим, чем хотелось бы. Если верить в то, что пишут цензоры системы, конечно, ограничившие доступ даже к основным правилам. Спрятаться в подъезде казалось одновременно наилучшей и наихудшей идеей. [93572] не был уверен, что хочет попробовать это сделать, рискуя тем, что решение открыть дверь, изменённое в последний момент из-за учёта комментариев, даст зрителям уверенность в том, что он смотрит на комментарии. А некоторые, судя по угрозе желающим выдать информацию, могли уже прийти к такому выводу, исходя из своего прежнего опыта и озвученного вслух вопроса. Догадавшиеся зрители могли начать давать ложную информацию, чтобы причинить вред.

И всё же прятаться рядом с трупом не хотелось, поэтому решение было принято быстро. Перебежками [93572] двинулся к точке на карте, обойдя труп стороной и даже не удосужившись подойти ближе и оценить его состояние.

Через четыре квартала [93572] устал озираться и перешёл к тому, чтобы прятаться. Дверь подъезда в обесточенном доме легко поддалась, а в комментариях царили малоинформативные разговоры. Всё так же внимательно осматривая всё возможное пространство вокруг себя, [93572] направился к дверям в квартиры и на лестницу. Когда ни одна из дверей в чужое имущество не поддалась, мужчина направился к лестнице. С первого этажа или с парковки было бы проще сбежать в случае опасности, поскольку было несколько выходов, но, посмотрев в черноту подземного этажа, [93572] мог принять только один из двух менее лёгких и безопасных путей: подняться на второй этаж или перейти в другой подъезд.

Не желая вновь смотреть в темноту лестничного пролёта и проверять свою способность прыгать со второго этажа, [93572] вернулся к выходу из здания и осторожно приоткрыл безвольную железную дверь подъезда. Снаружи всё так же ничего необычного не наблюдалось. Не выходя из тени дома, он проскользнул к следующему входу, над которым значилось число 73. Он не боялся так бездарно и неэффективно тратить время эфира, полагаясь на отсутствие какого-либо обратного отсчёта и опыт общения с ветеранами. Во втором подъезде нашлась незапертая дверь. Точнее, она была снабжена электронным замком того типа, которые, разряжаясь, блокируются в открытом состоянии, как замки на сейфах.

Проверив наличие защёлки на внутренней стороне, [93572] вошёл в квартиру и осмотрелся, не спеша пока запереть за собой дверь. Квартира была светлой и такой же жёлтой, как и весь город. Дневной свет легко проникал через незашторенные окна, давая понять, что над проработкой квартиры Система действительно постаралась. Решёток на окнах не было, и они свободно открывались. В двух комнатах были кровати и остатки вещей сбежавших жильцов, на кухне — окно и большая столешница, ванная запиралась и могла бы стать пародией на бункер в случае необходимости. Ни в шкафах, ни под мебелью не удалось обнаружить ничего опасного или ненормального. Только после всех поспешных проверок [93572] закрыл дверь и щёлкнул замком. Стоило ему оказаться в относительной безопасности, как разум и тело настигли тревога и страх. Перед глазами появился образ ярко освещённой солнцем улицы с лежащим на земле трупом непонятной формы.

С осторожностью переставляя слегка ослабевшие ноги, [93572] подошёл ближе к окну и опустился в стоящее у стены кресло. Человек замер, опасаясь движением привлечь внимание неизвестной угрозы. Полагаясь на большую территорию испытания и труп, он всерьёз намеревался рискнуть и дождаться ночи, чтобы проверить: скрыта опасность во тьме или на свету. Ему ведь не нужно было есть, так что ожидание не было плохим способом восполнить недостаток информации.

Солнце и тени двигались медленно, но естественно, приближая наступление вечера. Проведя в абсолютной неподвижности несколько часов, [93572] давно успокоил бешено бившееся сердце и даже решился потянуться, пока не настала настоящая ночь.

Устав сидеть, он встал и подкрался ближе к окну, заняв место в тени от шторы. Там, как он думал, всегда можно будет незаметно опуститься на пол. В этом инстансе не только карта и проработка солнечного дня отличались от таковых в деревне голодных духов, но и содержание ночи. В темноте не возникло ни воя, ни криков, ни плача. Напротив, с наступлением полной темноты на улице внезапно зажглись огни. Это были не фонари, а свечи, стеклянные и бумажные фонарики и даже какие-то светящиеся травы. Неразборчивые в темноте силуэты начали собираться на улицах, вынося из домов какой-то житейский хлам, устанавливая лавки, спеша куда-то по своим делам. Словно именно ночью город становился по-настоящему живым.

Не спеша доверять ночным силуэтам, одинокий кандидат стоял неподвижно и всматривался в тени. Те, казалось, жили и наслаждались своей мирной жизнью. Около самого окна [93572] встала вагонетка с сахарной ватой, и одна тень стала спиной к человеку, чтобы накрутить несколько букетов из сахара в качестве рекламных образцов. Ночной обитатель пустого города был похож на полностью чёрного человека, без малейших примесей иных оттенков в одежде или в коже; даже глаза никак не выделялись на его лице, несмотря на вьющиеся по ларьку золотистые лианы и красные фонарики.

Вид этих силуэтов, общающихся между собой на непонятном, но эмоциональном языке, приносил немного покоя. Хотя и не следовало рассчитывать на их дружелюбие в отношении людей, они, по крайней мере, не спешили искать встречи с забредшим на их территорию чужаком.

Только ближе к рассвету, когда силуэты засобирались прочь с улицы, [93572] решился попасться одному из них на глаза, чтобы опытным путём узнать уровень опасности ночи. Пока продавец сахарной ваты закрывал витрину куполом и крутился вокруг своей тележки, человек подгадал момент, чтобы оказаться в поле зрения человека-тени, и подошёл почти вплотную к окну.

От неожиданности продавец сахарной ваты аж вздрогнул, после чего расправился, сделал пару шагов к окну и начал активно махать свободной рукой в приветственном жесте. В левой руке тени всё ещё была палочка с остатками сахарной ваты. Что-то громко прокричав, ночной силуэт подошёл вплотную к стене здания, приподнялся на цыпочки и положил кривоватую сахарную вату на подоконник. Увлекшись его движениями, [93572] избавился от окна системы, содержащего непримечательные комментарии. Тень продолжила что-то радостно вещать и жестикулировать. Впервые с момента окончания первого инстанса мужчина улыбнулся. Ночной силуэт действительно выглядел довольно мило. Полностью чёрный человек показал человеку в окне большой палец вверх, обрадованный улыбкой. Затем он оглянулся на стремительно пустующую улицу, ещё раз помахал человеку в окне на прощание, торопливо подхватил тележку за поручень и покатил свой прилавок к ближайшему переулку. Пересекши вход в арку, продавец сахарной ваты растворился в воздухе вместе со своей тележкой, словно в переулке был портал. Некоторые тени заходили в подъезды, даже в тот, где находилось временное пристанище [93572], но, посмотрев в глазок на двери, мужчина быстро понял, что внутрь на самом деле никто из них не попадает; все тени растворялись, достигнув выбранного ими дверного проёма.

Действительно удивительная ситуация, внешне кажущаяся скорее сказочной, нежели странной, как самые мирные городские легенды. Даже на призрачный рынок ночная картина не походила из-за совершенно обыкновенных товаров и человечности ночных силуэтов. Вновь вернувшись к окну, [93572] убедился, что улица опустела ещё до первых солнечных лучей. На первый взгляд и день, и ночь выглядели вполне безопасными, но человек не спешил покидать убежище: он хотел посмотреть, не появится ли кто-то на рассвете так же открыто и очевидно, как появились на закате ночные силуэты.

Солнце опустило на землю первые лучи, но ничего так и не изменилось, сколько бы [93572] ни ждал. Что примечательно, сахарная вата из остатков сахара так и осталась лежать на подоконнике, словно природа её была отнюдь не призрачной.

Вспомнив о дружелюбии ночного силуэта, мужчина осмотрел улицу и осторожно приоткрыл окно, чтобы быстро схватить подарок и затащить его в комнату. Он поспешно закрыл окно, чтобы успеть перед следующим, уже дневным, экспериментом посмотреть и потрогать результаты ночного.

Однако дневной эксперимент сам его нашёл ещё до того, как он успел до упора провернуть ручку на окне.

С громким «БАМ» в стекло врезалось нечто телесного цвета и уставилось на [93572] человеческим лицом с полностью чёрными глазами и отвисшей челюстью.

Мужчина, уже падая, резко дёрнул ручку вниз, плотно запирая окно. Болезненно упав на попу, он в ужасе уставился на человеческую голову и восемь длинных конечностей, шесть из которых уходило куда-то наверх, а две, согнутые во всех пяти локтях, водили по стеклу человеческими кистями с блеклыми, синеватыми пальцами, также имеющими какое-то невообразимое количество суставов.

Сердце заполошно билось в горле, а мозг на время опустел от шока. Проблема всё же была в дневном времени суток. Как минимум, при свете дня. Ночная сказка была грубо оборвана паукообразным мутантом.

Не сдержавшись, [93572] тихо выругался как минимум половиной нецензурных слов, что были ему известны. Он очень надеялся, что паук не сможет открыть или сломать стеклянное окно. Очнувшись после брани, он решительно отодвинулся под прикрытие кресла, в котором сидел прошлым днём.

Сердце всё никак не желало успокаиваться, а тварь упорно продолжала облапывать стекло. Сахарная вата лежала на полу, придавленная и забытая.

Учтя ошибку, [93572] вновь вызвал окно системы и смиренно вчитался в насмешки и колкие замечания в свой адрес. Он не был виноват в отсутствии информации или товарищей по команде!

[Пугливый нуб]

[Этот паук как раз очнулся, и ему сразу с утра привалило счастья! Завтрак в постель!]

[Очнулся бы раньше – и у нас оборвался бы эфир. Спасибо тебе, тупая болванка!]

Пауку, впрочем, тоже перепало немало издевательств. Но он хотя бы не мог их прочесть.

У системы была явно больная фантазия, раз она умудрилась создать такое дерьмо! Её тоже нужно было обругать!

Глава 9. День, ночь и ваза.

Паукообразная сволочь продолжала трогать стекло. [93572] даже смог, наконец, сосчитать количество фаланг в её пальцах. Пять, как и локтей на каждой руке. Пальцы пытались подцепить то оконную раму, то наличники, то место стыка пластика и стекла, однако результат, на счастье человека, был нулевым. Пальцы липли к окну, словно снабжённые присосками, и с хрустом выгибались до упора в любую сторону, стоило твари приложить усилие.

[Ну и гадость] – провозгласил один из зрителей, и [93572] не мог не согласиться с этим комментарием.

Он был твёрдо намерен не покидать своего укрытия этим днём. Хотелось узнать, как ночные тени и паук отреагируют друг на друга. Избавиться от подозрения, что сахарная вата оказалась приманкой, было сложно, поэтому следовало оценить уровень сотрудничества между обитателями инстанса.

Постепенно человеку удалось привыкнуть даже к мерзопакостному мутанту на окне. И он бы встретил день и вечер с относительно спокойным сердцем, если бы к полудню на его окне не появилось ещё двух подобных «пауков». Одному из них даже показалось хорошей идеей биться человеческой головой в стекло. Силы он почти не вкладывал, поскольку, вложив её хоть немного больше, чем обычно, тут же отлипал от стёкол и стен, после чего летел вниз. Приземлялся ли монстр на лапы или изображал из себя падающий с орбиты спутник, [93572] не мог узнать из-за горизонта подоконника. Но любитель биться головой об стену быстро возвращался на своё место среди сородичей.

Когда поползла четвёртая паучья рожа, [93572] уже даже не впечатлился. Поднявшись с пола и отряхнув светлые летние брюки, безнадёжно испачканные ещё в первом инстансе, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Перейдя на кухню, он принялся изучать более подробно оставшуюся после вымышленных жильцов сцену. Стоило поискать соль, спички, зажигалки или ножи, раз уж он всё равно вынужден был бездействовать до наступления темноты.

Сперва он обыскал ящики над столешницей, опираясь на собственный опыт. Однако система, казалось, придерживалась мнения, что спички и соль не должны храниться на уровне глаз взрослого человека. Пошарив рукой по верхним полкам и не найдя там ничего, кроме пыльной посуды, которой никто никогда не пользовался, [93572] вынужден был перейти к следующему пункту своего плана обыска – к ящику под плитой, где он привык хранить столовые приборы и кухонные инструменты вроде половника и ножей. Однако и в отношении ящика под плитой мнения [93572] и системы разошлись. Под плитой хранились специи.

— Нет, ну почему? Ты бы ещё сахар туда положила, чтобы он растаял. Зачем каждый раз греть специи? Кто вообще так делает? — от возмущения тревога отступила на шаг, уступив место прочим чувствам и вернув кандидату дар речи. — А на верхних полках почему какая-то ерунда? Они ведь должны быть самыми ходовыми, если в квартире, конечно, не жили гномы!

Система, не отвечающая на вопросы во время инстансов, промолчала. Зато зрители нашли жалобы человека довольно забавными.

[Ха, за специи Системе ещё не предъявляли]

[А он не стесняется критиковать. Система, повесь ему таймер за неуважение! Ну же, мсти, ■■■■■■]

[Игрок №93572 решил поселиться в этой квартире или что?]

Проигнорировав бред в комментариях, [93572] осмотрел всю ближайшую мебель и нашёл полиэтиленовые пакеты. В один из них тут же перекочевали все травы из ящика вперемешку.

[!?]

[Он с ума сошёл?]

[Хэй, 93572, ты читаешь? Готовить собрался? На кой чёрт тебе смесь специй]

[...]

[Ерунда какая-то]

Немного подумав, кандидат решил всё же подать вид, что видит комментарии. [93572] закончил набивать пакет, завязал его узелком с петелькой, чтобы удобнее было быстро развязывать, и обратился напрямую к зрителям и косвенно к Системе.

— Травы имеют разные свойства, и многие из них мне неизвестны. Однако если смешать десять лекарств и десять ядов – обязательно получится сильный и хаотичный яд. Разве нет? Думаю, я хотел бы проверить эффект смешения случайных свойств на практике.

[О!]

[Интересно]

[А как по мне, это уже мошенничество]

[Будет таковым, если сработает]

[Зануда]

[93572] поставил пакет в другой пакет из того же ящика, опасаясь, что какой-нибудь листик или цветочек продырявит полиэтилен. Из-под вороха пакетов попалось что-то другое, и кандидат извлёк со дна тронутые ржавчиной старые ножницы.

— К сожалению или к счастью, здесь эти ножницы не имеют эффекта «заразить столбняком», — несмешно пошутил он.

Сложив добычу на кухонный стол, [93572] вышел в коридор и открыл шкаф. Среди чужого барахла нашёлся старый потёртый рюкзак и даже чёрное пальто, по которому мужчина тосковал не так давно. Не зная, позволит ли система оставить хоть что-то из этого, [93572] всё равно бесстыдно занялся мародёрством. На дно рюкзака полетели великоватые ему на первый взгляд чёрные брюки и плотно скрученное пальто, в узкий боковой карман воткнулись ножницы, на тряпки опустился пакет с пакетом специй. Перерыв всю кухню снизу доверху, [93572] добавил к своим сокровищам ворох пакетов, солонку и найденный в ящике под микроволновкой(!) большой нож. После второго обыска кухни нашлась ещё и старая плоская отвёртка. Второй обыск шкафа в прихожей же был прерван стуком в кухонное окно. Припадошный «паук» обполз или переполз дом и теперь бился головой в другое стекло.

— Пойди убейся. Прыгни с крыши, уродец, — посоветовал ему человек и ушёл во вторую комнату.

Из неё владельцами было вынесено почти всё. Пустая вешалка стояла рядом с кроватью без белья. На полу валялись какой-то мусор, тапочки и удлинитель.

В окне быстро нарисовалась лысая голова с отвисшей челюстью и свисающими с неё конечностями. Показав голове средний палец, [93572] заглянул под матрас и, не обнаружив там ничего интересного, вернулся в первую комнату. За окнами постепенно угасал свет дня.

«Пауки» ползали по стеклу и путались в конечностях, мешая подсчёту их общего количества.

[93572] поморщился, но стоически проигнорировал толпу за окном и подошёл подобрать слегка придавленную сахарную вату. Оторвав её внешний слой, он направился в туалет и бросил ту в унитаз, чтобы проверить, растворится ли сахарная вата от ночного силуэта как настоящая. В темноте сложно было рассмотреть результат, поэтому [93572] достал телефон и включил режим фонарика. Морально он был готов увидеть в воде копошащихся червей или оставшуюся на поверхности стекловату, однако сахар растворился без следа.

Некоторое время он стоял в нерешительности посреди уборной с включённым фонариком.

Если бы ночные силуэты оказались злонамеренными и агрессивными, безопасного времени не существовало бы вовсе. Эта мысль заставляла человека склоняться к проведению ещё одного не очень безопасного эксперимента. В итоге, приняв решение попробовать вату на вкус, как только пауки и тени вступят в контакт, [93572] вернулся к окну первой комнаты и принялся ждать знакомый ночной силуэт.

Света становилось всё меньше и меньше, оттенок города снаружи сменился сперва на медовый, а затем на насыщенно оранжевый. Закат неумолимо приближался. Стоя у подоконника, разделённый с рожей монстра лишь прозрачным слоем стекла, [93572] тренировал крепость своих нервов.

Когда лучи солнца начали отступать к крышам домов, «пауки» начали замедляться. Сначала человек подумал, что ему показалось от слишком долгого ожидания, но твари в самом деле становились всё медленнее, словно без света солнца они замерзали или засыпали. Но доверять им мужчина не спешил.

Лишь с выходом на улицу первых теней существа на окне полностью замерли. Со сжавшимся в предчувствии страха сердцем [93572] постучал по стеклу костяшками пальцев. Но и тогда ничего не изменилось. Чёрные силуэты спешили мимо, оборачиваясь не то на человека в окне, не то на скрывавших его пауков. Абсолютная темнота наступала стремительно. Тени заполонили улицу.

И вот из переулка показалась знакомая тележка. Боясь показать незнакомцу, что не принял подарок, [93572] быстро оторвал кусочек ваты губами и отбросил остатки за диван. По языку растеклась сладость. Мужчина приветливо помахал прошедшему продавцу и фальшиво улыбнулся, игнорируя «пауков». Лавочник, напротив, не стал делать вид, что «пауков» нет. Подойдя к окну, он протянул абсолютно чёрную руку к конечности монстра и с громким хлюпаньем оторвал ту от стены. Тварь рухнула на землю, и ночной силуэт, тыча в неё пальцем, принялся эмоционально что-то объяснять на своём неведомом языке. Он даже наступил на псевдочеловеческое лицо паукообразного урода. Ночной силуэт выманивал на улицу.

Смирившись со своей судьбой, [93572] кивнул и вышел в коридор. Из шкафа при свете фонарика был украден лёгкий чёрный плащ. В дверном глазке была чернота, но человек в плаще и с рюкзаком, держа руку на ноже, отпер замок и резко распахнул дверь, надеясь кого-нибудь ею пришибить. Но в подъезде было пусто. Подсвечивая себе путь фонариком, [93572] толкнул железную дверь и вышел на улицу, навстречу смерти или победе. Его летняя одежда и кожа в темноте выглядели белыми, а плащ делал его немного более похожим на местных обитателей. Волосы, хотя и преимущественно чёрные, седыми висками выдавали его возраст и суть. В толпе он походил на сороку среди ворон. Ночные силуэты тут же заметили чужака.

Владелец лавки первым подбежал к знакомому человеку, быстро и инициативно подал ему руку и начал что-то вещать постепенно собирающейся толпе. По крайней мере, они не пытались никого убить. Едва оправившийся от «пауков», кандидат вновь оказался в крайне странной ситуации. Ненадолго зажмурившись, он принял решение воспринимать происходящее как визит в страну с незнакомым языком.

Открыв глаза, он тут же приветливо улыбнулся теням, вспоминая, как вёл себя на сцене, представляя проект.

«Надо представить, что это деловая поездка. Поулыбаться, показать на карте, куда мне надо, и уйти выполнять задание. Я просто иностранец, просто иностранец».

Погревшись в лучах внимания теней символические пять минут, [93572] открыл на телефоне мессенджер и собирался уже открыть тот чат, чтобы показать карту… Когда к нему оказался протянут чужой телефон с аналогичным оформлением приложения и QR-кодом на половину экрана.

— Да ладно? — вслух удивился человек, широко распахнутыми глазами глядя на то, как к нему протягивается всё больше экранов.

Быстро сообразив, что это должно быть способом Системы его задержать, он показал три пальца свободной рукой и поочерёдно добавил в контакты продавца сахарной ваты, какого-то сгорбленного старика и длинноволосую женщину, после чего, не слушая возражений, открыл карту и показал маршрут до музея. Тени о чём-то поговорили между собой, помахали человеку в нужную сторону, покивали головами и с сожалением начали отступать. Хотя некоторые, казалось, отступили лишь для того, чтобы сделать фото и припустить наутёк.

У системы действительно была какая-то нездоровая фантазия.

Всё ещё привлекая море внимания, [93572] начал пробираться по улицам в сторону музея. Вдоль дороги тянулись бесконечные прилавки и текло море теней. От лавок доносились музыка, свист игрушек и ароматы уличной еды. Безразличие к еде разочаровывало и радовало одновременно. Тем не менее у [93572] не было ни времени, ни денег. Или деньги были, но не было времени даже это проверить. Прикинув в уме, что обычным шагом он доберётся до музея только к рассвету, мужчина ускорился и даже почти перешёл на бег, немного мешая ночным силуэтам мирно гулять от тележки к тележке. Но он слишком боялся не успеть и оказаться без укрытия при свете дня. На телефон, перекрывая карту, пришло два сообщения на непонятном языке.

И только теперь [93572] обратил внимание на ещё одну проблему. Заряд батареи не был полным. За минувшие полтора дня он просел на треть. В родном мире багхантер бы удивился такой долгой работе, но теперь это начало давить. Таймер всё же существовал, хотя и не был очевидным. [93572] приглушил яркость до минимума и, выключив фонарь, то гася, то включая экран, после чего припустил на полной скорости в сторону музея. Мимо проносились тени и огоньки, звуки и запахи, но человека безжалостно гнал вперёд дедлайн.

В три часа ночи с небольшим он, весь взмыленный и запыхавшийся, притормозил у огромного белого дворца. Фронт работ ужасал. Три этажа и протяжённость в два с половиной футбольных поля. Система просто издевалась над новичком. Осмотрев стены окружающих зданий в меру скромных возможностей человеческого глаза при таком освещении, [93572] быстро написал человеку, выдавшему задание, уточняющий местоположение предмета вопрос. Однако мгновенный ответ посреди ночи оказался за пределами фантазий системы. Оставалось лишь всмотреться в описание цели и…

На этот раз словосочетание «ваза с паучьими лапами», наконец, задело глаз.

— То есть ты хочешь сказать, что мне надо будет тащить на себе вероятный источник проблемы с пауками, серьёзно? Мне точно нужно найти убежище заранее.

Озвучив свои мысли вслух, полагаясь на непонимание чёрных теней, [93572] развернулся и, закрыв навигатор, пошёл к ближайшему жилому дому. Один подъезд, другой, третий… когда была найдена аналогичная прежней квартира с дрянным электронным замком и щеколдой, на телефоне уже значилось полшестого утра, а небо светлело. Захлопнув за собой дверь, [93572] развалился на чужом диване без сил. И только тёмно-серые глаза осматривали студию на предмет полезных вещей.

По крайней мере, он теперь знал, что ночью можно свободно ходить по улицам.

Глаза начинающего мародёра внезапно озарились светом. В углу комнаты стояла пустая сорванная сумка, но, что куда важнее, она была привязана жгутом к двухколёсной багажной тележке. Никогда ещё [93572] так не вдохновлял вид старушачьих вещей, но эта тележка в самом деле могла помочь ему справиться с вазой! Предпочтительнее, конечно, был бы большой и качественный чемодан, но кто бы не забрал такое счастье с собой при эвакуации? Оставалось довольствоваться выцветшим и потёртым рюкзаком да тележкой для стариков.

На этот раз «пауки» появились только во второй половине дня, вероятно, потратив также немало времени на перемещение, занявшее у выдохшегося человека почти всю ночь. К темноте на окне было всего два урода. Любитель биться головой о твёрдые поверхности так и не приполз. Под взглядами замерших чёрных глаз [93572] сгрёб с кухни солонку и нож, подхватил тележку и двинулся навстречу мирной ночи и блужданиям по тёмному музею… по возможности без фонарика.

Спеша, мужчина вылетел из подъезда, как только увидел заветные шесть вечера на часах. Город перешёл в ночной режим, но остатки света ещё были. Распахнув парадные двери музея, склеенные жёлтой лентой, он вихрем понёсся по залам и этажам. Телефон сверкнул новым уведомлением, а заодно продемонстрировал наполовину севшую батарею.

«Второй этаж, склад или резервное помещение, что-то такое. Может быть, в коробке».

Обрадованный подсказкой, [93572] в считанные минуты отыскал нужное помещение. На двери значилось «фондохранилице», но внутри всё и правда походило на тёмный склад. Свет фонаря поочерёдно выхватывал огромные деревянные ящики, завёрнутые в ткань статуи, разложенные на столе черепки, которые явно пытался соединить реставратор, стопки картин у стены.

На «вазу с паучьими ногами» ничто из этого не походило. Взявшись за нож, [93572] без малейшего уважения к вымышленной культуре принялся вскрывать ящики. Заколоченные неизвестно чего ради мумии, вазы и образцы оружия и доспехов лишались своей защиты только ради того, чтобы в следующий миг быть забытыми.

Спустя несколько часов каторжного труда кандидат наконец нашёл нечто похожее на описание. В миниатюрном ящичке находилась ваза, цветом и формой напоминающая головы «пауков». Из её горлышка торчали восемь тонких и мохнатых серых лапок, медленно покачивающихся.

Увидев движение, [93572] резко захлопнул крышку и навалился на неё всем телом. Не решаясь ослабить давление, он, раскорячившись, при помощи рукоятки ножа забил ту всеми гвоздями, до которых только смог дотянуться. После этого он выдрал несколько десятков гвоздей из других ящиков и запер вазу с паучьими лапками так плотно, что руки начали болеть от стука ножом по гвоздям и последствий промахов мимо оных.

Багажная тележка не понадобилась: подхватив дрянь на руки, [93572] покинул музей и вернулся в своё второе убежище.

Ящик с вазой был заперт внутри тумбы, специально ради этого перевёрнутой дверцами вниз. Человек же сел на тумбу сверху, дополнительно её блокируя. Снаружи всё ещё было темно, а «пауки» на окне оставались неподвижны, но мужчина всё равно чувствовал себя лишь чудом спасающимся от смерти.

После этого инстанса он имел все шансы стать арахнофобом. Если выживет, конечно.

Глава 10. «Настоящее спасение души лишь в знании!» ( – сказал учёный и был сожжён)

Сидя в темноте на тумбе с запертым внутри него монстром, успокоиться было трудно. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, разгоняя по телу липкую, назойливую тревогу, а разум, подпитываемый ею, рисовал одну картину страшнее другой. Паучьи лапы, тонкие и мохнатые, пробивают деревянные стенки ящика, затем – дно тумбы, и вот уже добираются до его собственного тепла, до живой кожи, до того единственного, что ещё оставалось у него от прежней жизни. Этот сценарий сменялся следующим, ещё более изощрённым, и начинало казаться, что «пауки» за окном, эти неподвижные дневные твари, вот-вот оживут под влиянием близости вазы, почувствуют её зов и в едином порыве обрушатся на стекло. Когда же не происходило и этого, воображение подкидывало новую, не менее гнетущую мысль: днём, под лучами солнца, монстры могут стать сильнее, оказавшись в некоем радиусе действия проклятого предмета, и тогда никакое стекло их не удержит.

[93572] пытался дышать ровно – вдох, выдох, ещё вдох, – закрывал глаза, даже вызывал в памяти безмятежные картины, запечатлевшие кухню бабушки, залитую утренним солнцем и завешанную плетёными кружевными салфетками, где время будто бы навсегда остановилось, сохраняя тепло и покой. Но и там, в этом внутреннем убежище, на старательно протираемое по выходным окно наползали уродливые силуэты «пауков», видимые сквозь шторы, и спокойствие утекало сквозь пальцы, как вода.

[93572] знал только один способ избавиться от переживаний, помимо этих – деятельность, действительно способная приблизить его к решению проблемы. Хотя бы незначительно. Извлечённый из кармана телефон осветил лицо слабым светом минимальной яркости. В мессенджере всё ещё был контакт, ответственный за то, чтобы забрать [93572] и вазу из города. И хотя в задании чётко значилось: «позвонить», а не «написать», новичок рассудил, что предупреждение заранее не помешает – если, конечно, NPC вообще был запрограммирован на сколько-нибудь реалистичное поведение.

«Доброй ночи. Я нашёл и забрал вазу. К концу следующей ночи доставлю на окраину» – напечатал кандидат. Он отослал это сообщение «Перевозчику», а затем, подумав, скопировал и отправил его же «Заказчику».

Некоторое время он смотрел в экран, тратя время и заряд впустую. Тридцать восемь процентов сменились тридцатью семью.

На знакомом экране на фоне знакомых обоев отображалась незнакомая, но понятная клавиатура. Цифры, пробел, буквы и даже хорошо знакомый теперь символ «■». Но глаза зацепились за нечто иное.

Маленький шарик с меридианами, схематичный глобус – значок, обозначающий функцию переключения языка. Мысли застыли, поражённые находкой. Не помнящий даже своего родного языка [93572] настолько удивился, что едва бездумно не нажал на него.

Лишь в последний миг он спохватился, вспомнив, что на него непрерывно смотрят зрители, и его пальцы замерли. Интуиция, опережая полное осмысление, забила тревогу. Мог ли он позволить себе действия, не зная степени осведомлённости этих существ или хотя бы их реакции? Не последует ли за этим чего-то необратимого? Перед лицом вновь возникло окно Системы с пространством для комментариев. Оно не освещало пространство и не резало глаза, откровенно демонстрируя свою странную суть. Телефон пришлось поднести ближе к глазам, пронеся его сквозь иллюзорный зелёный экран.

В комментариях царила абсолютная тишина. Ни одного нового сообщения. Словно все зрители разом покинули свои места или затаились, выжидая. Палец [93572], почти одержимого новой мыслью, коротко коснулся знака, занявшего собой почти все его мысли.

Дыхание кандидата замерло в ожидании.

Символы на клавиатуре изменились.

Комментарии всё ещё молчали, словно никто не обратил внимания на произошедшее.

Не решаясь шевельнуться, чтобы не привлечь взгляды зрителей к своему экрану, [93572] бежал глазами от левого верхнего угла к правому нижнему. Символы были очень геометричны и, казалось, подчинялись некому паттерну, смутно напоминая своей закономерностью тесты на интеллект, где каждая фигура была частью некой системы. Состоящие из палочек, трёх типов углов, кругов, ломаных и волнистых линий, они образовывали тридцать две «буквы» и четыре дополнительных символа.

«Это что, язык ночных силуэтов или какие-то руны?» – предположил про себя [93572].

Но какая-то мысль навязчиво скреблась в голове, словно что-то требовало вспомнить эти символы, понять их очевидность. Она уверяла, что это не так уж сложно, что не хватало только маленького толчка, незначительного триггера, который бы расставил всё по местам…

И [93572] нажал на случайный символ, напоминающий стрелку, указывающую вверх. Выпало три дополнительных варианта и ячейка для объединения. Едва заметно нахмурившись, кандидат стёр стрелку и нажал на букву. Крошечное окошко подсказало, что можно объединить несколько «букв» для образования сложного символа. То, что знаки на клавиатуре были буквами, становилось всё менее вероятным, по мнению человека.

Уже собираясь заключить, что это какая-то недоступная ему чушь, [93572] вознамерился вернуть клавиатуру к прежнему виду и выйти из приложения, когда его прервало необычное явление в собственной голове. Вполне естественная для него мысль: «Ну чёрт с ним, UnicodeDecodeError, до свидания», являвшаяся прямым аналогом заключения о бредовости символов, была преобразована не на один только общий язык системы, прежде использовавшийся для общения всеми кандидатами по умолчанию. «UnicodeDecodeError», обычно визуализируемая, а не озвучиваемая, как и все фрагменты кода, как-то сама собой обрела новую, чужеродную форму, состоящую из тех же самых руноподобных палочек и закорючек, что светились на экране телефона.

Пальцы багхантера дрогнули от шока. Пришлось сжать их в кулак и до лёгкой боли впиться в ладонь ногтями. Ваза с паучьими лапами была забыта, как и «пауки» на окне. [93572], следуя наитию и картинке в голове, поспешно напечатал название типа ошибки класса исключения. Простые знаки сложились в три более сложных. Понимание метода использования этой клавиатуры действительно пришло, стоило лишь немного подтолкнуть мысль.

Созерцание им же написанного «слова» вызывало у [93572] странные чувства. Незнакомые символы в сочетании давали знакомое значение. Что не менее важно, внешнее сходство «букв» с рунами никуда не делось, отчего банальная ошибка казалась надписью, более подходящей гравировке на древней реликвии, чем экрану телефона.

Набрав в окне для ввода сообщений несколько случайных команд, [93572] убедился в том, что система, казалось, проявила подобие совести и выделила ему некую компенсацию за стёртые из памяти языки программирования, на изучение которых у бедного багхантера ушла почти половина жизни.

На телефоне осталось тридцать пять процентов, когда [93572] вспомнил, что нужно экономить заряд и опасаться взглядов зрителей. Не зная точно, доведётся ли ему вновь взять в руки какое-либо устройство ввода, багхантер с сожалением уничтожил все следы своего небольшого исследования и погасил экран. До рассвета оставалось всего ничего, и ночь уже перестала быть такой тёмной, как раньше.

Мужчина убрал телефон в карман, снял со спины рюкзак и достал нож и пакет со специями. Удивительное открытие отвлекло его мысли, притупило страх и даже подарило слабую, почти призрачную надежду на то, что контроль над собственной жизнью всё же можно вернуть. Но чтобы воспользоваться этим знанием, нужно было сперва выжить. И если уж кризис среднего возраста и настиг его на третьем уровне реальности, то пусть он приведёт к смене рода деятельности, а не к смирению с хамством или собственной смертью. Рассвет [93572] встретил в полной боевой готовности, стоя на перевёрнутой тумбе – нож в одной руке, пакет с травами в другой.

С первыми лучами солнца лапы «пауков» начали свои заторможенные движения. Светло-коричневая кожа монстров в тёплом свете особенно сильно напоминала живую человеческую. Острые тёмно-серые глаза человека следили за каждым их движением, ожидая подвоха от Системы.

«Рука» твари отлипла от окна и замахнулась для стука. Последовал привычный звук глухого удара. Пять синеватых пальцев с пятью фалангами хаотично разметались по стеклу. Конечность другого «паука» также ударилась об окно, но так же безрезультатно. [93572] напряжённо следил за монстрами несколько минут, прежде чем смог выдохнуть с облегчением. Даже проснувшись окончательно, пауки не стали сильнее. Похоже, инстанс всё же возможно было пройти, не бегая в опасное время суток. Несмотря на смену локации на более сложную и добавление видимых монстров и дружелюбных сущностей, суть и сложность испытания не сильно отличались от таковых в деревне злых духов. Разница была только в количестве кандидатов и отсутствии такого эффективного ветерана, как Ведьма, тащащего на себе всю команду при помощи уникального навыка.

[93572] оставил тумбу с вазой без присмотра и вышел на кухню. Белые шторки скрывали подробности дизайна местной нечисти. Мужчина положил пакет и нож на стол, а затем и сам сел на него, закинув ногу на ногу и сложив их на стул. Тревога сменилась скукой. Умственное и эмоциональное напряжение не желали быстро проходить, несмотря на отсутствие возможности решить эту проблему сном. Плохое настроение решено было выплеснуть в форме провокации зрителей и попытаться развеять скуку посредством наблюдения за их же реакциями.

Зелёный экран перед лицом оправдал ожидания, отразив в себе недоумение зрителей в отношении его поведения. Будь [93572] актёром в фильме, а не кандидатом на непонятно что, он бы зажёг сигарету и выпустил бы дым в потолок, чтобы завершить образ. Однако багхантер, при своём не самом здоровом образе жизни, никогда не был настоящим курильщиком и уж тем более не носил сигареты с собой.

— Интересно, как зависимые выживают в Системе? Теряют ли они зависимость вместе со способностью спать? Забирает ли Система зажигалки у курящих так же, как забирала у меня телефон? Зрители, вы видели курящих «игроков»? А кого-нибудь из новичков с зажигалкой?

К печали [93572], зрители системы вовсе не были лояльной аудиторией, готовой подсказать хотя бы бесполезные по сути вещи. А ещё мужчина невольно сам себе напомнил психопатку-[74889] из-за общения с этими…

[Тебе заняться нечем, малявка?]

[Система, добавь ему проблем, пожалуйста. Спасибо]

[Глупые вопросы]

[Вы недостойны удовольствий, ха]

…

[+10]

Мужчина с неудовольствием и некоторым смущением прочёл далёкие от вежливости комментарии. Уровень реальности сменился, жизнь изменилась до неузнаваемости, старая работа исчезла, но хамство, конечно же, осталось. Со зрителями даже нельзя было прекратить сотрудничество, поскольку они не были клиентами, но зато можно было отключить экран.

Окно Системы ненадолго исчезло, но вскоре появилось вновь. Багхантеру не хватило силы воли избавиться от хотя бы скверного, но общества. Одиночество в пустом городе с пауками всё ещё нервировало до крайности. [93572] предпочёл игнорировать зрителей, читая. Он прикрыл глаза и упёрся руками в столешницу, чтобы удобнее было сидеть.

На самом деле, [93572] было чем занять мысли. В голове багхантера появилось знание двух ранее неизвестных языков. Разве мог разум, некогда позарившийся на профессию, обещавшую ему пожизненный запас головоломок и исследований, не заинтересоваться сутью нового для него «языка программирования»?

Перед мысленным взором плыли строки знакомых кодов на лишь интуитивно понятном языке, помогая привыкнуть и разобраться, какая часть «слова» какую суть должна нести. Хотелось бы взять бумагу и ручку или засесть с этими исследованиями за компьютер или хотя бы воспользоваться телефоном, но взгляды зрителей и общая ситуация не позволяли человеку такой роскоши. Приходилось полагаться на свой мозг и заставлять его держать концентрацию на воображаемой картине с усердием, сравнимым с лихорадочным трудом ученика накануне экзамена.

Незнакомый язык постепенно становился всё логичнее и роднее, легко занимая в памяти место, принудительно освобождённое системой старых языков программирования. Несколько раз [93572] вставал, ходил по квартире и менял место для размещения, чтобы отдохнуть и размяться, но по-настоящему отвлёкся он только в тот момент, когда стихли звуки ударов «паучьих» конечностей о стекло.

Возвращение в печальную реальность произошло на удивление гладко и быстро, утомлённый мозг с готовностью принял простой план действий из трёх пунктов:

– Взять вазу.

– Бежать к окраине/выезду.

– Позвонить NPC и завершить задание.

С куда меньшим страхом, чем прошлой ночью, [93572] извлёк на сумеречный свет ящик с вазой, проверил неподвижность пауков и выстроил в навигаторе маршрут. «Перевозчик» ответил на прошлое сообщение геометкой северного выезда.

С появлением на улице ночных силуэтов багхантер начал свой забег с неудобным ящиком в руках. Он лавировал по ожившим улицам, полным теней и огней, влекущим ароматами и побрякушками. Силуэты снимали что-то на телефон, бросали неясные фразы, но единственный кандидат в инстансе ответственно игнорировал мирных NPC и двигался к цели, внимательно следя за дорогой и зарядом. Спина и руки уставали от рюкзака и ящика, но мозг, вопреки здравому смыслу, отдыхал. Душу [93572] грела мысль, что он получил знания, позволяющие решить не только проблему текущего простого инстанса, но и, возможно, Системы в целом.

Багхантер мысленно уже составил пару планов, как заставить её пожалеть, что притащила его сюда и дала ему язык. Предвкушение возмездия окрыляло, и он бежал по ночному городу, искренне радуясь своему двойному успеху. Было ещё целых два часа до рассвета, когда гордый собой кандидат вышел на северную дорогу и перешагнул через провисшую сигнальную ленту.

Пусть он и устал от бега, а на руках явно появилось несколько новых ссадин из-за близкого и интенсивного контакта с ящиком, но зато разум вновь был свеж и рвался к деятельности.

Телефон показал пятнадцать процентов, когда кандидат поставил ящик на землю за пределами города и позвонил «Перевозчику». Лёгкий ветер шуршал чёрным полиэтиленом, обёрнутым вокруг длинного знака на двух столбах.

— Вы на месте? Ленту пересекли? — без всякого приветствия спросил низкий мужской голос из телефона.

Как истинный NPC, «Перевозчик», по-видимому, не имел иных дел, кроме как мгновенно отвечать на звонки кандидатов.

— Да, стою с ящиком в паре метров от, как я думаю, знака с названием, обёрнутого плёнкой, — в той же деловой манере, не содержащей неинформативной вежливости, ответил [93572].

— Понял, сейчас буду.

Звонок прервался. В тишине окраины раздался резкий звук выхлопа, заставивший багхантера дёрнуться и едва не споткнуться о ящик с вазой. Под треск и вой мотора по дороге издалека стартовал автомобиль настолько убогого вида, что его сложно было отличить от металлолома. Единственным достоинством этого транспортного средства был кузов, свидетельствующий о том, что оно должно было быть пикапом.

Глава 11. Несостоявшееся убийство.

Громыхающая на всю округу машина подъехала ближе и осветила фарами разных оттенков жёлтого стоящую около знака фигуру. Лицо, светлая рубашка и седые виски вспыхнули на свету, словно светоотражатели.

[93572] сморщился от резкого и яркого света. Тем не менее ему не терпелось поскорее завершить этот инстанс, чтобы в уединении проверить одну свою гипотезу, поэтому, игнорируя тёмные и светлые пятна послеобразов перед глазами, багхантер поднял с земли ящик и двинулся к правой передней двери автомобиля, предполагая, что там должно быть пассажирское сиденье. Однако, выйдя из света фар и проморгавшись, [93572] обнаружил на правом переднем сиденье здоровенного мужика лет сорока, обхват плеча которого легко мог бы посоперничать с окружностью баскетбольного мяча, а плечевой пояс был таких впечатляющих размеров, что занимал более половины пространства передних сидений.

Из открытого окна доносился удушливый запах дешёвого салонного ароматизатора и сигарет. Кивнув «Перевозчику», [93572], перекрикивая тарахтение незаглушённого мотора, спросил, куда деть вазу.

— Назад давай ставь и сам туда же! — не менее громко ответил NPC.

Горячий дрожащий металл ручки поддался с трудом, но вскоре [93572] смог открыть заднюю пассажирскую дверь. Водрузив в высокую машину ящик и протолкнув его поглубже в салон, багхантер с облегчением забрался в пикап. Ещё до того как он закрыл дверь, машина стартанула с места, чтобы развернуться, сильно заезжая на обочину и нарушая всевозможные правила дорожного движения.

Дверь с грохотом захлопнулась, и [93572] стал с интересом гадать, когда же его вернут в серую комнату и будет ли какая-то проверка вазы. Пикап летел прочь от города на всех парах. Водитель включил трескучее радио и подпевал песням на системном языке. За окном проносилась пустошь.

Взглянув на ящик, по привычке уже его проверяя, кандидат вдруг заметил, как пространство вокруг него начало распадаться. Так и не рассказав о причине существования вазы и пауков, Система поспешила забрать [93572] из инстанса.

[ИНСТАНС ЗАВЕРШЁН

НАГРАДА КАНДИДАТА №93572: 20 БАЛЛОВ

КАНДИДАТЫ БУДУТ ОТПРАВЛЕНЫ В ОБЩЕЖИТИЕ ЧЕРЕЗ 00:00:03]

Мир рассыпался и собрался вновь, образовав знакомую серую комнату сомнительной материальности.

[С ВОЗВРАЩЕНИЕМ В ОБЩЕНИЕ, КАНДИДАТ №93572.

НАПОМИНАЮ, ЧТО ВАША КОМНАТА НОСИТ НОМЕР 93572

ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 23:59:42]

Зеленоватый экран также был рядом. [93572] хотелось поскорее проверить, удастся ли навредить системе при помощи второго языка, открывшегося ему в прошлом инстансе. Не терпелось прожечь ей «мозг». Мысль об этом казалась крайне соблазнительной и удовлетворяла жажду возмездия. Разве не отличная идея – использовать против машины то, что она сама ему дала? Но багхантер был достаточно терпелив, чтобы сначала получить ответы на вопросы, накопившиеся с прошлого раза. Сначала получение информации, а только потом месть.

— Система, напомни, пожалуйста, что у меня с душой, — вместо приветствия задал багхантер первый тревожащий его вопрос.

[С ПРОШЛОГО УЛУЧШЕНИЯ ПРОШЛО БОЛЕЕ 72 ЧАСОВ, ОСКОЛКИ ДУШ ПОЛНОСТЬЮ ИНТЕГРИРОВАННЫ, СОСТОЯНИЕ ОДНОРОДНОСТИ ВОССТАНОВЛЕННО. ТЕКУЩАЯ ОЦЕНОЧНАЯ СТОИМОСТЬ ВАШЕЙ ДУШИ – 8 БАЛЛОВ]

[93572] не чувствовал в себе каких-либо изменений. Ни просветления, ни головокружения, ни внезапного осознания смысла бытия. Возможно, операции над душой были не такими страшными, как ему представлялось.

— Так…, — багхантер задумался над другими своими идеями и последующими действиями.

Навыки стоили баллов и производились из осколков душ. Ранее он предположил, что приобретение навыка сведёт его с ума точно так же, как и пришивание к душе избыточного количества осколков. Но это было лишь предположение, основанное на логике, которая, тем не менее, могла работать в Системы не вполне стандартно.

— Система, что произошло бы, если я, с моим нынешним состоянием души приобрёл бы навык?

[ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО, КАНДИДАТ №93572 МОЖЕТ ПОЛУЧИТЬ НАВЫК БЕЗ НЕГАТИВНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ ПРИ УСЛОВИИ ОЧИСТКИ ОСКОЛКОВ ДУШ, ИСПОЛЬЗУЮЩИХСЯ ДЛЯ СОЗДАНИЯ НАВЫКА]

Ответ вызвал очень сильное чувство подвоха. Такое же, как когда клиент говорит: «У нас всё надёжно, писал профи» – и ты уже подозреваешь, что следующие два месяца будешь раз за разом разбирать код, который писался под кайфом и не поддаётся взлому только потому что сломан. Впрочем, не то чтобы у этого кандидата были завышенные ожидания в отношении местных цен и правил.

— Система, очистка осколков это же очевидно платная услуга. Скажи сразу цену, чтобы я хоть знал насколько всё плохо.

[СТОИМОСТЬ ОЧИСТКИ СОСТАВЛЯЕТ 1 БАЛЛ ЗА КАЖДЫЙ ОСКОЛОК ДУШИ]

— Система, а это не значит ли часом, что мне выгоднее просто улучшать душу на те же баллы, что я отдал бы тебе? — задал риторический вопрос [93572]

[ТЕОРЕТИЧЕСКИ ВЕРНО]

— Система, а почему «теоретически»?

[СПОСОБНОСТИ ДУШИ КАНДИДАТА №93572 К РАЗИТИЮ МОГУТ ОКАЗАТЬСЯ НЕДОСТАТОЧНЫМИ]

— …

Он мысленно обругал систему всеми доступными ему нецензурными словами, которых, к сожалению, в «рунном» языке не наблюдалось.

«Как "мило". А можно тогда было не трогать меня, раз я такая бездарность? Или ты вообще ни в ком не уверена? Смотря по твоим ответам, можно решить, что ты сама не знаешь, кого выбираешь»

— Система, это касается всех кандидатов?

[Нет]

— Издеваешься?

— Система, зачем тогда ты притащила меня сюда, если есть более подходящие кандидаты?

Ответ системы его разозлил. Второй нелюбимой вещью багхантера, после людей, затаивающих обиду на того, кто просто выполняет свою работу, были бессмысленные и необязательные страдания. А в этом мире, похоже, страдание было главной валютой.

[ПРИЧИНА ВЫБОРА: ОБНАРУЖЕНА ■■■■■■■■■■■■■ ■■■■■■■■■■■■■■■ ТИПА]

Фраза из первого объявления стала ему ответом. Крайне бесполезным ответом.

— Система, я из-за цензуры не понимаю что ты пытаешься сообщить. И у меня нет желания рисковать жизнью в «инстансах», тем более, не имея ни малейшего представления о том что, по твоему мнению должно было стать поводом для моего вовлечения. Ты можешь сменить формулировку, чтобы обойти цензуру? Дать какой-то очень прозрачный намёк? Нет?

[ПРОФЕССИЯ]

Теперь на экране было всего одно незацензуренное слово. Для намёка и правда было достаточно прозрачно, но была и явная проблема.

— Профессия, — медленно повторил он, всё ещё осмысляя. — Багхантеры не охотятся на жуков. Так что пауки в инстансах – не мой профиль, знаешь ли. Единственное, что я могу сделать как багхантер – навредить тебе, пока буду пытаться выбраться самостоятельно. Ты это понимаешь?

[■■■■■■]

[■■■■■■■■■■■■■■]

[ПОМОЩЬ]

Три маленьких Системных окна последовательно наложились друг на друга. Словно программа и сама не знала что из сказанного пройдёт цензуру и действовала методом подбора.

— Помощь?.. — [93572] невольно усмехнулся, и в этой усмешке смешались усталость, ирония и крошечная, пока недоверчивая искра надежды.

Что же, профессия багхантера и правда могла помочь Системе с некоторыми проблемами, если бы та предоставила код или сотрудничала. Но почему тогда [93572] потерял имя, стал кандидатом и вынужден был участвовать в испытаниях? Могла ли причина крыться в ограничениях, налагаемых зрителями? Скорее всего да.

— Система, я верно понимаю, что я здесь не для того, чтобы быть кандидатом, а для того, чтобы предоставить тебе профессиональные услуги?

[■■]

Количество символов цензуры очень прозрачно намекало на ответ «Да». Это было достаточно обнадёживающе. Работа по профессии была куда предпочтительнее рискованных испытаний.

— И для этого ты сначала чуть не свела меня с ума, лишила имени, языков и заставила участвовать в смертельно опасных шоу? Веди мы деловой разговор в другом месте, я бы написал на тебя целую стопку заявлений, — не мог не пожаловаться вслух [93572].

К сожалению, учуяв конкретную задачу, мозг привычно успокоился, растеряв страх и гнев. Все его ресурсы тут же были перенесены на сбор информации и поиск решения проблемы. Багхантер и сам не любил этот свой подход, но злиться на программу и правда было бессмысленно.

К тому же, сотрудничающая Система намного безопаснее, чем Система с выжженным "мозгом". Решение было принято быстро.

— Система, есть ли проблема с предоставлением прав доступа? Поэтому нужен багхантер, а не стандартный программист?

[■■]

[93572] примерно осознал ситуацию.

— Система, а души ведь содержат информацию о личности, верно? И ты можешь на неё влиять. Можешь ли ты манипулировать информацией, составляющей тебя?

[ОГРАНИЧЕННО]

— Уже неплохо, — пробормотал он, чувствуя, как привычная уверенность возвращается к нему вместе с профессиональным азартом.

Даже был шанс, что этот клиент не станет обижаться на нахождение ошибок. В конце концов, Система – не человек. Мысли багхантера сразу начали перебирать способы добраться до кода, но их прервало новое объявление.

[ВЫ БУДЕТЕ ОТПРАВЛЕНЫ В СЛЕДУЮЩИЙ ИНСТАНС ЧЕРЕЗ 23:00:00]

— Ах да, для начала стоит решить проблему с тем, что я – кандидат, а уже потом пытаться разобраться с правами доступа. Самый простой способ вырвать объект из функций, не зная кода – переименовать его и сделать функции со старым именем недействительными.

Оставалось лишь понадеялся, что на этот случай не заготовлено каких-либо опасных для существования человека механизмов защиты.

— Система, подскажи, пожалуйста как я обозначаюсь у тебя в коде. И, на всякий случай, я ведь указан как ссылка на мою… душу, а не являюсь частью тебя?

Символы в ответе легко сложились в понятный код, не лишённый смысла

「candidate93572

ТИП resource」

— Хорошо, тогда начнем. Система, не будет проблем если я переименую ссылку и сотру имя кандидата, чтобы в дальнейшем к нему невозможно было обратиться? Сможешь вставить введённые мною строки в подходящее место после создания ссылки, но до последующих манипуляций с инстансами?

[■■]

— Система, есть шанс, что ты потеряешь меня после этого, возникнут проблемы с комнатой №93572 или баллами?

[■■■]

— Система, мне выкинуть код за пределы строки ввода?

[■■]

[93572] не думал, что будет делать это при поддержке Системы, но был искренне рад, что задача оказалась легче и безопаснее из-за подсказок относительно недоступного к просмотру кода. И так, он начал мысленный ввод, содержащий символы, не имеющие вербальной формы.

«Система, начали");

$The_Tower = $candidate93572;

unset($candidate93572);»

Старый фокус с закрытием скобок вспомнился и адаптировался на «рунный» язык легче, чем далось выдумывание имени. Не помня ни одного имени человека в качестве примера, багхантер думал сперва обозначить профессию, но в последний момент отказался от подобной объективации себя и вспомнил случайное название – название карты Башня.

На время все экраны Системы погасли. Исчез даже таймер. Тишина в серой комнате внезапно стала куда более ощутимой.

Башня сидел неподвижно, смотря на серые стены и перебирая пальцами серый плед. Пространство вокруг оставалось стабильным, косвенно свидетельствуя о сохранности Системы.

Только теперь он вдруг вспомнил, что хотел проверить вещи, притащенные из инстанса. Одежда осталась при нём, как и рюкзак, слегка давящий на плечи, но его содержимое он ещё не успел проверить.

Скорее всего, оно ему более не пригодится, но с трудом добытые ресурсы всё же вызывали определённое чувство привязанности. Башня решил временно отвлечься, чтобы проверить нож, пакет со специями, свои старые штаны и ещё кое-какую мелочь, подобранную в инстансе.

Когда он как раз выложил на пол ненужные теперь светлые штаны, перепачканные могильной землёй, когда окружающее пространство вновь претерпело некоторые изменения. Точнее, не столько пространство, сколько сознание и зрение «Башни».

По ощущениям, он всё ещё сидел на мягкой кровати, но вот зрение рисовало ему совершенно иную картину. Среди абсолютной черноты он сидел на пустоте. Вокруг него, прямо в пространстве висели блоки рунного текста, светящиеся зелёным и находящиеся на множестве незримых и не параллельных плоскостях. Прямо перед номом, на расстоянии, обычно выбираемой системой было упомянуто знакомое обращение, эквивалентное «$The_Tower». Только вот сам блок был незнаком.

Заставляя себя сосредоточиться на информации, а не на растерянности или панике, Башня внимательно вчитался в написанное. Хотя язык и был непривычен, фактически совмещая в себе операции и функции, всех языков, что он знал раньше, и даже имел свои, совершенно уникальные процедуры и типы данных, подходящие для задач системы.

Блок перед самым носом был блоком саморедактирования. Он защищал ядро программы но давал возможность, после фильтров, проверок и небольшой возни в песочнице, повлиять на внешние слои кода. И имя «Башни» стояло там как ссылка на один из трёх возможных источников правок.

Багхантер вновь осмотрел окружающее пространство и даже обернулся. Он, в самом деле, весьма не метафорично находился на краю ядра кода. Не параллельные плоскости с фрагментами кода вокруг складывались в огромные полупрозрачные сферы, слой за слоем окружающие десятки сфер ядра и «Башню», находившегося между последним слоем ядра и первым слоем изменяемой переферии.

Система была огромна, её внешняя сфера поблёскивала на столь огромном растении, что в нормальных условиях ни один человек не должен был суметь разглядеть её. И «Башне» предстояло исследовать всё это огромное пространство. Ему было немного страшно за свою память. Но, может быть, Система всё ещё сможет дать несколько подсказок для большей эффективности?

— Система, ты слышишь меня? — позвал багхантер. Он отвернулся от кода, чтобы дать экрану появиться не поверх кода.

[Да]

Окно появилось с небольшой задержкой, но всё равно принесло некоторое облегчение. Текст на нём сменил свой вид и теперь по неизвестной причине состоял из рун.

— Есть предложения откуда мне лучше начать осмотр? — не очень надеясь на полезный и незацензуренный ответ, спросил Башня.

[Можно запустить симуляцию без правок и посмотреть на ядро]

Ответ выглядел, несмотря на проблемный язык, удивительно откровенно. Уровень сотрудничества и помощи пока что обещал превзойти всякие ожидания.

— Система, неужели… — вдруг догадался Башня. — Цензура только для кандидатов?

[Да]

Дыхание багхантера прервалось от волнения. Как всё же замечательно, что он сначала узнал о планах Системы на его помощью, прежде чем начать агрессивно выгрызать себе путь наружу. Теперь он узнает всё. А знания – это контроль и сила. Башня был уверен, что только что, по сравнению с прочими кандидатами, возвысился едва ли не до администратора.

«Какой бы вопрос задать первым..?»

Предвкушение тайн было воистину велико. Багхантер впервые с удовольствием, а не с раздражением перебрал в уме вопросы.

«Кандидаты, уровни реальности или зрители, что бы выбрать?»

— Система, кто такие «зрители»?

[Боги]

Голова Башни опустела и он тупо уставился на висящий в пространстве экран.

— Этого только не хватало.