Башня

Глава 1

Я знал, что Нулевой переход забросит душу в новое тело, но настолько низкого старта не ожидал. Хтонь! Затворник загнал меня в тяжело больного пацана! Я привычно прогнал по телу внутренний огонь, его были крохи. И реакция стихии меня не порадовала. Тело не переполнял яд, нет. Его во мне было столько и находился он внутри так давно, что организм использовал отраву для строительства новых клеток. Тьма его забери! Кто-то травил паренька годами!

Отлично, просто замечательно! Молодец Затворник! Я бы даже похлопал ему, если б мог. Тело не слушалось. Да и воспоминания пацана не радовали. Прикован к постели с десяток лет, и всё это время лежал в четырёх стенах. Ни друзей, ни просто соседей, даже батя их бросил, подонок. Только Туя, лучшая подруга матери, захаживала с гостинцами.

Яд придётся выжечь. Как я там делал магическую капельницу? В мире ощущались две энергии. Любопытный весёлый Огонь и ласковая надежная Земля. Для операции нужен огонь.

В прошлом теле ушла бы секунда на воссоздание маношара, а сейчас я потратил больше часа. Призвать внешний Огонь и загнать его в капельницу — не проблема. Он радостно поприветствовал меня и услужливо крутился рядом, но сперва нужно создать плотные стенки, способные выдержать повышенное давление маны.

Наконец, шарик с уплотнённой маной завис надо мной. Я попросил Огонь протянуть нить к источнику, собственных сил не хватало.

О том, что всё получилось, известила адская боль. К счастью, я сразу потерял сознание.

Очнулся я в мокрой зловонной луже. Липкий вонючий пот покрывал всё тело. Очень захотелось свежего воздуха, я перекатился с кровати на пол избы и пополз в сени.

На тёмном небе безразлично сияла полная Луна. Откуда-то со двора тянуло запахом лечебных трав. Когда я дополз до аптекарского огорода, неприятно удивился его полным запустением. Мати тоже травили?

Откинувшись на спину, я повторил манипуляции с маношаром. Только на этот раз наполнил его стихией Земли. Да, я почистил энергетическую систему с помощью Огня. Но в самих клетках токсин остался. Слабые мышцы плохо слушались, а любое движение причиняло адскую боль. Земля удалит чужеродные вкрапления из плоти. Небольшая часть отравы останется в жидких средах, но от них можно избавиться только через физическую нагрузку. Я горько усмехнулся. Какая нагрузка, если я с трудом шевелю конечностями?

Подключив новую капельницу к источнику, я спасительно вырубился.

Очнулся от тяжести в груди, на мне лежала мати. Пошла искать пропавшего сына и потеряла сознание. Сил у меня прибавилось, магический энергокаркас выровнялся. Я призвал Огонь, положил руку на тело матери и запустил Огонь внутрь. По мере диагностики картинка внутренних повреждений вырисовывалась.

Я облегчённо выдохнул, состояние женщины было намного лучше моего. Ещё бы, парень-то умер, раз я занял его место. Огонь показал, что сильный источник мати отчаянно сопротивляется. Как ей помочь? Как отреагирует её магия на столь жёсткое стороннее вмешательство? Понимаю, почему нас травили годами. Мощный маг не воспринял бы отраву, а вот по капле. Наверняка ещё и яд был многокомпонентный. Ярость поднялась из глубины запечатанной тьмы, я вспыхнул огнём. Моё пламя заботливо обволакивало любимую женщину, заключая в кокон. Огонь сделает всё сам. Я мысленно поблагодарил стихию.

Руку я не убирал, поэтому всё видел. Огонь очищал тело от всего, что считал не своим. Яд, болезни, несовершенства. Захотелось стукнуться головой об стену. Насколько проще можно было излечиться, а я заморачивался с капельницами! Тугодум!

Солнце стояло в зените, а значит, прошло более суток, но никто не спешил поинтересоваться, как мы тут, не сдохли ещё. Когда-то мати была востребованной травницей. Сначала слёг сын, а потом она. Вслед за здоровьем испарились и деньги. Как же она не поняла, что нас травят? Я ласково погладил женщину по волосам. Кокон сладко убаюкивал, похоже источник матери принялся за работу. Я не заметил, как уснул.

Меня разбудила мати, она пришла в себя и заворочалась на мне. Поднялась молодой прекрасной женщиной: высокая, стройная. Я залюбовался. Матовая кожа блестит здоровьем, темные бархатные глаза смотрят на меня с тревогой и любовью. Когда огненный кокон распался, то сжёг вонючий пот и почистил тело мати. А вот я по-прежнему смердел.

— Миха, с тобой всё в порядке? — она ещё не поняла, что помолодела и выздоровела. Все мысли о сыне.

Я ободряюще улыбнулся. Когда нас начали травить, она была взрослой женщиной и сильным магом, а я — растущим ребёнком. Токсин повлиял на моё развитие, тощее тело никуда не годится. Зато женщина сразу восстановилась и пышет здоровьем.

— Ма, я есть хочу.

— Сейчас сыночка, всё будет, — она засуетилась и убежала в дом. Вскоре из трубы потянулся дымок. Это мысль, забраться на крышу и осмотреться.

Я встал. Ничего так, всего лишь общая слабость и немощь. С чего-то же надо начинать. Пропустил по коже огонь, очищая тело от смрада. Одежда, правда, осталась несвежей. Но тут откликнулась магия Земли, и материя обновилась. Она не стала новой, но хотя бы чистой. Я сделал лесенку из огненных дисков и с трудом поднялся на покатую крышу. Мышцы слушались плохо. Не грохнутся бы? Вокруг крутилась непривычная стихия Земли, и стремилась помочь.

Мне бы веранду. Рядом с трубой возник небольшой деревянный насест. Хлипкое тело не в состоянии справиться с магией. С помощью всё тех же огненных ступенек я добрался до деревянной полочки и уселся на пятую точку.

Большая деревня выстроилась вдоль широкого торгового тракта, который по прямой двигался вдоль кромки леса. Других населённых пунктов видно не было. За спиной тянулся горный хребет. К счастью, так нелюбимые мною горы находились на почтительном расстоянии и не мешали ласковому солнышку наполнять долину теплом и светом. Благодаря воспоминаниям паренька я знал, что деревня Ключи располагалась на правом берегу речушки Ключевая, которая спускалась с гор и быстро исчезала в глубине леса.

Размер дороги впечатлял, да и качество дорожного покрытия вызывало уважение, его плотность и однородность напоминала высокотехнологичный асфальт. Восемь полос по четыре в каждую сторону с желтой светящейся разметкой. Караваны двигались сплошным потоком, но почему-то только в одном направлении.

Одно тягловое животное тащило сразу несколько сцепленных между собой фургонов. Облегчение веса, распространённый приём магов этого мира. В качестве ездовых животных использовались не только лошади, но и зубры, буйволы. Телеги отличались по достатку, но откровенных нищебродов не было. Возничий сидел не только спереди, но и на заднем облучке. Следил за хвостом тележного состава во время поворота.

Перед деревней располагался плавный съезд к большой оборудованной площадке с разметкой, чтобы неповоротливые составы не мешались друг другу.

Я с любопытством наблюдал, как кучер передал по цепочке, что собирается сворачивать. С последнего фургона спрыгнул мужчина в простой свободной одежде и замахал возничему следующей телеги. В общем караване оказалось сразу четыре сцепки, они не останавливаясь проследовали к концу деревни, а из фургонов попрыгали мужички и скрылись в придорожных лавках.

На окраине деревни была оборудована протяжённая зона отдыха для караванов с кухонными площадками и уютным теньком, который создавали высаженные линиями деревья. Удобная стоянка на ночлег, есть доступ к воде. Для людей — питьевые фонтанчики, для животных — небольшой пруд по центру. Свободных мест почти не было, но проблема решалась просто. К краю площадки подошёл маг, покрутил руками и нарастил участок сразу для нескольких подвод.

— Миха! — раздался взволнованный голос матери снизу.

— Я здесь!

Женщина вскинула голову и ахнула. Неуловимый взмах рукой, и ко мне протянулась добротная деревянная лестница, а во дворе стало на пару деревьев меньше. Поднявшись на крышу, мати лёгким движением создала платформу, широкую и удобную. Даже перила у неё вышли не простые, а резные. Она обняла и заглянула в глаза.

— Ма, со мной всё в порядке, только очень есть хочется, - я с трудом приподнял руку и приобнял мати, ей это было нужно.

Женщина вырастила стол и два удобных деревянных кресла, в ход пошли деревья с улицы.

— Устраивайся поудобней, — она помогла мне перебраться в кресло.

Вернулась уже с глиняным горшком, полным кашей. Стол застелила скатертью и подложила мягкую седушку под мой тощий зад. Выставила горячий котелок, тарелки, приборы и горячий отвар. Покачала головой и сходила за пледом.

— Спасибо, — я и правда замерзать стал, тело категорически отказывалось работать.

Мы оба набросились на еду. Мати успевала есть сама и подсовывать мне ложку с кашей. Моя рука предательски тряслась, нагруженная ложка казалась неимоверно тяжёлой.

Проходящие мимо деревенские с удивлением поглядывали на нас. Ждем отравителя, я мрачно усмехнулся. Слух о чудесном выздоровлении быстро разнесётся.

По другую сторону от широкой дороги темнел лес. Из зарослей на небольшую дорогу вышли охотники. Длинный парень обернулся и что-то сказал двум остальным. Потом вдел лямки и потащил за собой тележку с тушей какого-то монстра. Опять облегчение веса. За спинами приятелей тянулись похожие тачки с поклажей. Я подал огонь в глаза и зрение обострилось. Да, у них там не колёса! Лапы! Ну да, ну да… Как бы иначе они передвигались по лесу… И как они собираются пересекать забитый телегами дорожный тракт? Этот мир всё больше поражал меня оригинальными решениями.

Всё население этого мира — маги. Я поковырялся в памяти, но не нашёл других типов поселений, кроме деревень. Почему маги не стали выстраивать города? Я тщетно искал разгадку, но воспоминания мальца не наводили ни на одно логичное объяснение. В мире тотальной магии своё мышление, хтонь. По ощущениям тут было столько маны, что если чихнуть, то можно случайно создать какое-нибудь заклинание. А у меня дохлое тело, и я не могу воспользоваться столь насыщенным манофоном.

Мать проследила за моим взглядом.

— Группа Лютого возвращается. Три бородача— неплохая добыча. И нам бы мяса прикупить, — она поджала губы. Понятное дело, мясо они понесут в лавку бати, он был скупщиком у охотников. Я заскрипел зубами от злости. Как можно было бросить больную женщину с сыном?

— Как у нас с деньгами? — поинтересовался я.

Женщина промолчала. Хтонь, лучше б не спрашивал. И так было ясно, что их нет. Я даже на охоту не могу сходить, разве чтобы там и сдохнуть. Да и ловушки не поставлю, поскольку не знаю, какие звери тут водятся. Как же добыть денег? Я растерянно заозирался в поисках подсказки.

Охотники тем временем приблизились к дороге. Я с любопытством ждал, как они будут пересекать дорожный тракт. Внезапно они скрылись из виду. Туннель, под дорогой, хтонь.

— Ма? А почему на тракте активное движение только в одну сторону?

— Так торговый Сход же, — и, заметив мой непонимающий взгляд, пояснила: — Раз в полгода собираются торговцы из разных удалённых мест. У нас тут недалеко оборудовано плато между горами. Месяц сцепки стоят, торгуют, обмениваются опытом, знаниями, потом разъезжаются. От нашей деревни Молчун поехал, глава кузнецов, мне Туя рассказывала.

Кстати, да, подруга Туя. Самая удобная подозреваемая на роль отравительницы. Только она к нам ходила и еду носила.

— Ты ей доверяешь?

Мать опешила от такого вопроса. Сначала хотела резко ответить, но осеклась и задумалась.

— Мы с детства дружили, играли вместе. Правда, она мне всегда завидовала, — взгляд мати блуждал по деревне. — Когда мы с Вано стали жить вместе, она так и не сошлась ни с кем. Ей Вано сильно нравился, а он меня выбрал.

Она замолчала и нахмурилась.

— Ты же знаешь, что нас годами кто-то травил ядом? — я зачерпнул новую ложку каши.

Мать ещё больше нахмурилась.

— У меня активация Огня прошла, — сообщил я удобную версию произошедшего. — Сильный всплеск стихии помог обнаружить в теле яд и изгнать его. К нам ведь только Туя и ходила. Еду носила. Ма, больше некому, — выдвинул я обвинения. — И к ней батя ушёл. Странно, не находишь? —ложка доползла до места назначения, и я отвлёкся на пережёвывание.

— Текура! Ты где? — во двор вошла молодая крепко сбитая женщина. Она сочилась здоровьем и благосостоянием. Сарафан с вышивкой, на груди украшение с крупным камнем, золотая заколка в белокурых волосах.

Туя подняла голову вверх и замерла в оцепенении. Ещё бы. Мы же подыхали, из дома не выходили, а тут сидим на новом помосте и помирать не собираемся. Мать так вообще красавица! Помолодела и похорошела буквально за один день.

— Не говори ей ничего, — прошептал я матери, пока благодетельница поднималась по ступенькам. Уж очень нехорошо мати посмотрела на свою лучшую подругу.

— Вы тут хорошо устроились, свежий воздух, — она улыбнулась, поставила на стол кастрюлю и выложила хлеб, завёрнутый в полотенце. Ну, точно, многокомпонентный яд. Одна часть в супе, а вторая в хлебе. Соединяются уже в организме, образуя токсин.

— Присаживайтесь, — пригласил я незваную гостью к столу. Мати была не в состоянии говорить. Она скрипела зубами и еле сдерживалась, чтобы не наброситься на гостью.

Туя небрежно махнула рукой и села на сотворённый табурет. Мати посильнее в разы будет, злорадно подумал я. Гадину только на стульчак и хватило.

— Откушайте с нами, — я заглянул в котелок, где ещё полно было каши и горестно заявил: — Как жаль, что мы всё съели. Вы же с собой принесли? Вкусите с нами. Ма, дай тарелку.

Текура поставила перед подругой тарелку, налила туда принесённый суп и отломила хлеб. Молодец, мати, поняла, что я хочу. Однако, верная подруга не спешила есть принесённую отраву.

— Да, я не голодна, вас хотела порадовать, — попыталась она соскочить, - вам же тогда мало останется, денег нет.

— Ты меня обижаешь, Туечка, вкуси с нами, — натянуто улыбнулась мать.

Надо её развести на откровения. Таких сук выкорчёвывать надо с корнем.

— Как там Жиромир? — заботливо поинтересовалась мати, ещё ближе пододвигая тарелку к Туе. Кто это? Ааа, вспомнил. Ребёнок бати и Туи. Типа брат? Не видел его никогда.

— Что же вы не едите свою отраву? — спросил я её в лоб, она вздрогнула и испуганно посмотрела на меня.

— Да, что вы такое говорите? — всплеснула руками бабёнка. — Я к вам от чистого сердца, приготовила еду, пожалела убогих, а вы? — она насупилась, а меня злость обуяла. Убогих?!

— Убей её, — я мрачно взглянул на мать. Сам не справлюсь. Эта сука годами травила, постепенно превращая жизнь молодой женщины и ребёнка в муку. Она заслужила.

Текура не подвела. Ветки лозы спеленали тварь по рукам и ногам.

— Надо признание из неё выбить, чтобы вопросов к нам не было. Миха, ты кушай, а мы пока к старосте сходим, — мати величаво спустилась с лестницы, волоча за собой бывшую подругу. Та несколько раз приложилась о ступени головой.

Молодец она у меня. Я запустил ложку в котелок и развернулся в другую сторону.

Не люблю горы, мрачно констатировал я. Ну, хоть не так близко к деревне, и на том спасибо. Справа деревню огибала речушка. Может рыбу половить? Должен справиться.

В долине виднелись квадраты возделанных полей, скотный двор, а чуть дальше — птичник. Деревенские не держали живность подле домов. Вся скотина была общей. Может там получится молоко и мясо раздобыть? И опять всё упирается в деньги. Или обменять на рыбу?

На дальнем краю поселения возвышалось двухэтажное здание школы и детская игровая зона для малышей. О пребывании в Детской у бывшего владельца этого дела сохранились счастливые воспоминания. Дети магичили с рождения, и оставлять их без присмотра было чревато. Вот и сдавали родители своё чадо в Детскую к магам-воспитателям. Пожалуй, бабка Миряна была самой сильной двустихийницей в Ключах.

В школе я отучился недолго. Три или четыре года. Грамота, счет, медитация. Утром всех детей сажали в позу лотоса, чтобы они слушали Мати. Так местные называли планету, на которой жили.

Вспомнились слова старика Никодима:

— Ты не можешь владеть землёй, потому что Мати — живая. Как и блохи не претендуют на палец человека, — усмехался дед, прохаживаясь между детьми, сидящими на земле в позе лотоса. — Ты не хозяин земли, ты лишь пользователь.

А ещё в школе учили правильно питаться. Я вспомнил книгу «Красота и здоровье». Теперь понимаю, почему она была кулинарной. Каково тело — такова и жизнь. Я горестно осмотрел своё тощее наследство, и потянулся за новой ложкой. У меня уже почти созрел план.

Мать вернулась, когда я доел всю кашу, и жадно поглядывал на суп. А что? Яд не подействует, если не соединить компоненты. Суп я съем, а хлеб не буду.

Довольная мати рассказала, что староста пригласил Вано и в его присутствии выбил признание из Туи, а потом казнил.

— Гниль просочилась в душу, так сказал дед Юра. Надо выкорчёвывать сорняки из деревни, - мати с удовольствием пересказывала произошедшее по второму разу. — А ещё он дал продуктов и подъёмные, — мать показала два золотых и 30 серебряных. Даже не знаю, много это или нет.

Мы еще посидели, Текура рассказывала о своих планах, как она вернётся в лавку, поправит аптекарский огород. И пока она говорила мимоходом подновляла избу с помощью заклинаний.

- Пока караваны едут можно неплохо заработать на травах. Особой популярностью пользовались усиливающие сборы для тягловых животных, а их берут сразу помногу, - она прикидывала на ходу, какие у неё есть травы, и какие легко дособрать.

— Маа, я столько лет провёл взаперти, можно я на крыше переночую? — я состроил максимально жалостливое лицо. Возвращаться в затхлую комнату не хотелось.

Женщина вздохнула, соорудила навес и полноценную кровать. Подумала и поставила рядом вторую. Постельные принадлежности она почистила. Потом выставила ещё один чугунок с кашей, на этот раз с мясом. Я с наслаждением ел и смотрел на красное солнце, заползающее за верхушки деревьев.

Дорожный тракт опустел. Интересно, дикие животные не нападают? Лес-то совсем рядом. Да и у деревни нет забора.

— Нет, Миха. В дорогу вплетены заклинания против хищников, - ласково ответила женщина, протяжно зевая.

— Текура, не помешаю? — к нам на веранду поднялся взрослый мужчина, статный красавец. Расшитый красный халат, зелёный кушак.

— Что ты, Велгор, проходи, присаживайся, — мать засмущалась, и поправила платье.

Мужчина поставил на стол корзинку с фруктами. Я не удержался и захрустел яблоком. На крыше воцарило неловкое молчание, прерываемое хрустом: я принялся за второе.

— Она такого насочиняла, — вздохнул Велгор. — Настраивала деревенских против тебя. Хорошо, что всё раскрылось, и прости, что думал о тебе плохо.

Мужик посидел немного и ушёл. Он оказался артефактором, его лавка была по-соседству с нашей. Поправляет плетения на телегах, продаёт магические расходники.

Утром проснулся рано и принялся за работу. Отжался пять раз, присел немногим больше и упал от изнеможения. Прогнал по телу Огонь и Землю. Силы после этого восстановились.

Завтрак. Всё съеденное и выпитое отправилось на строительство мышц. После этого я вышел на пробежку. В смысле, на прогулку. Где я и где бег? Взял флягу, немного отравленного хлеба для прикорма рыбы и вяленого мяса для себя. Прихватил веревку и нож. Странно, но холодное оружие носили немногие, а вот удлинённые походные ножи были почти у всех.

Я решил прогуляться вверх по ручью и обратно. В планах была нагрузка на выносливость и рыбалка.

Когда я удалился от деревни метров на сто, пыхтя вверх по склону, тропинку перегородили пятеро крепких парней. Они ухмылялись, предвкушая забаву.

— Пацаны! Смотрите! Недомерок выполз из халупы, — переросток громко заржал, перебрасывая огнешар из одной руки в другую.

Глава 2

Я тяжело вздохнул. Неймётся парням помериться огнешарами. Хорошо, что не набросились с кулаками. В физической силе и ловкости я им уступаю. А магически? Проверим… Я пробежался глазами по гопникам.

Дылда на понтах перекидывал огнешар из руки в руку, другие стояли расслаблено. Я проверил стихии, Огонь уверен, что этот шарик — вкуснятина. Земля предлагает укрепить мышцы, а для этого пустить стихию внутрь, как я раньше делал с пламенем. Последовал её совету, и тело потяжелело, стало непривычно двигаться.

— Хлюпикам не место в нашей деревне, — приговорил меня здоровяк и бросил огнешар в грудь. Серьёзно? Вот так просто убить, потому что типа «могу»?

Сгусток пламени впитался в источник. Ещё! Неплохая прокачка намечается. Я состроил испуганное лицо и отступил на шаг назад. Переросток сформировал сферу побольше и метнул снова. В голову! Вот ублюдок! Это Туя постаралась своими россказнями, или парни изначально с гнильцой?

Коренастый парнишка в зелёной рубахе поднял камень и стал заходить за спину. Он — маг земли, и будет кидать с утяжелением веса. Я пустил огонь в мышцы, ускорился и со всей невеликой силой ударил противника ногой в живот. Уж очень он удачно стоял спиной к ручью. Здоровяк неожиданно резко отлетел в сторону и плюхнулся в воду. Усиление Землёй — вещь!

Огнешар вожака пролетел мимо и попал длинноволосому в район шеи. Волосы вспыхнули факелом, я засмеялся. Главный впал в ярость и понесся на меня с кулаками. Плохой вариант. Он переломает меня, как щепку… Пламя покрыло тело, я стал похож на ходячий факел. Гопники отшатнулись, только безбашенный маг огня продолжил сближение с занесённым для удара кулачищем. Ну спалит его мой огонь при контакте, только к тому времени моему изломанному телу будет всё равно.

Я выхватил нож и в последний момент шагнул в сторону, выставляя остриё на траекторию движения бугая. Клинок распорол живот, и парень повалился на траву, зажимая рану.

Осталось двое, еще и коренастый начал выбираться из воды, сквернословя в мой адрес. Я создал на пути матерщинника ступеньку, он споткнулся и вернулся в ручей. Я заострил речные камни, вода окрапилась кровью.

Парни переглянулись и достали ножи, по клинкам пробежало едва видимое свечение. Усиление? Утяжеление? Надеюсь метать непонятную хтонь они не будут… К счастью, парни бросились на меня с боков. Я попробовал удлинить клинок, и у меня получилось преобразовать его в меч. Взмах, и голова левого улетела прочь. На возврате располовинил правого. Подошёл и добил вожака, а потом и волосатого избавил от мучений.

Надо бы прибраться… Не думаю, что деревенским понравится, как я покрошил злобных детишек. Неспроста же Текура не стала устраивать самосуд, а потащила Тую к старосте.

Приметные ножи брать не стал, ограничился деньгами. Нашлось немного медяков и серебрушек, на обороте была изображена женщина с младенцем, Мати.

Попросил Землю скрыть следы. Трупы погрузились в грунт, кровь впиталась.

От парней остался неплохой улов в виде нескольких крупных рыбин. Я решил подкрепиться, а то меня шатало, мышцы гудели, и слабость накатывала неимоверная. Костёр без хвороста получился легко. Я пока не понимал уровень своих сил. Реакции тела не хватало. Огонь слушался, как родной, но без былой мощи. А вот Земля была в новинку. Мы только присматривались друг к другу.

Я побродил по берегу и нашёл крупные листья с приятным пряным вкусом. Даже странно, почему сын травницы не знает названий растений. Лет до десяти он был нормальным здоровым пацаном. Почему мать не привлекала его к ремеслу?

Всплыли слова Никодима, выхаживающего с доброй хитрой улыбкой перед сидящими на утренней медитации учениками.

— Огонь даёт право на самоопределение. Только ты сам выбираешь путь и влиять на него запрещено Великой Мати.

Похоже, я был тем еще раздолбаем. Мы жили вместе с отцом, и как и полагается любому мальчишке, я крутился в лавке скупщика, особенно, когда охотники возвращались с добычей. Монстры, как ни как. Здоровенные зубы и когти. Батя надарил мне кучу когтей. А потом забрал их, когда бросил нас. В пустоту мироздания его, чтобы гнил там вечность без права переселения трухлявой душонки!

Я завернул рыбу в листья, погасил огонь и положил свёртки на разогретую землю. Подобрал несколько плоских камней, положил сверху и запалил на них небольшой костерок. Так-то можно было обложить углями, но огонь магический: нет хвороста — нет углей. Я вздохнул. В следующий раз попробую с дымком, а сейчас хворост искать сил нет.

Набрал во флягу воды, покрошил какую-то кислую травку и разогрел ёмкость, пусть пока заваривается. Сколько рыбин осилю?

— Ты кто? — раздалось мне в спину.

Я обернулся. Передо мной стоял пухлый пацан лет восьми и с подозрением рассматривал меня. На его рыхлом теле детский костюм охотника смотрелся странно.

— Миха, сын травницы Текуры. А ты?

— Я — Жиромир, сын скупщика Вано, — с гордостью ответил брат, и я понял, что про меня ему не рассказывали. Зачем тревожить детскую психику, если я всё равно должен был сдохнуть.

— И что ты тут делаешь, Жиромир? — поинтересовался я. Как-то подозрительно к месту он появился.

— Рыбаков ищу. Никодим послал, бабка Миряна сказала, что мальчики шалят, сильное магическое возмущение было. Ты их видел?

— Видел издалека, они о чём-то спорили, а потом ушли вверх по ручью.

Мальчик с сомнением посмотрел в сторону гор. Я проследил за взглядом и подумал, что видимых следов, подтверждающих мои слова нет и не будет. А в деревне охотников читать следы должен уметь каждый второй. Значит моя ложь выяснится довольно быстро. Сглупил. Хтонь…

— Там опасно, — сказал Жиромир. — Зачем они туда пошли?

— Не знаю. Не слышал, о чём они говорили. Рыбу будешь?

Брат хотел, но Никодим был строгим дедком, и парнишка решил вернуться с докладом. Я тоже предпочёл убраться подальше, сложил приготовленную рыбу в суму и побрёл к дому. Пропустил по телу внутренний огонь, запуская регенерацию. Мощные маги… учуяли потасовку.

О каком магическом возмущении шла речь? Дылда бросил два огнешара. Парни напитали чем-то ножи. Значит это мою магию они засекли? А что я делал? Усилил тело, пустил огонь… Неужели, когда нож удлинял? Ну еще камни на дне заострил. Хтонь! Хорошо хоть недалеко отошёл. Пришлось вернуться и превратить их обратно в речную гальку.

Мати ходила из угла в угол и бросилась ко мне, как только я вошёл во двор.

— Что случилось? — она тщательно рассматривала меня. — Пахнет рыбой. Где ты был? У меня сердце не на месте, как будто беда стряслась. Откуда меч?

Я рассказал. И по мере моего повествования мать смурнела всё больше и больше.

— Это банда Дрына, — она металась по избе, собирая мешок путника. — Тебе лучше скрыться, чтобы рассеялся аурный след. Ты не представляешь, какое сейчас мнение о нас в деревне. Убила бы Тую лично еще пару раз, предварительно помучив. Сука! Она говорила, что сила отвернулась от меня, потому что у меня гнилая душонка, болезнь нам в наказание, чтобы очистить землю от сорняков. Мол даже на смертном одре я плохо отзывалась о деревенских, — мать заскрипела зубами от бессилия. — Миха, людям нужно время, чтобы узнать и привыкнуть, что стерва она, а не я. В общем тебе лучше уйти, а то нас могут изгнать, не разбирая, кто прав, а кто виноват.

— Куда мне идти? — такая постановка вопроса озадачила. Местность не знаю, обстановку тоже, а сил нарастить не успел. Да я даже передвигаюсь с трудом! Деньги опять же…

— Как куда? — мати поразилась моей недогадливости. — На торговый Сход, конечно же. Скажу, что ты пошёл искать своё место в жизни. Ты прогуляешься, посмотришь, тебе всё равно нужно выбирать, чем заниматься. Тем более по возрасту давно пора. Вот и оценишь обстановку.

Мать собрала все деньги в кошель и прикрепила мне на пояс.

— С лавки выручу, не волнуйся, — перехватила она мой возмущенный взгляд. — Тебе нужней. И рыбу забери.

Женщина застыла в центре комнаты, а потом подошла и крепко обняла меня.

— Миха, слушай меня внимательно, — Текура стала предельно серьёзной, даже строгой. — Мы не просто живём в гармонии с миром, медитируем дабы услышать голос Великой Мати. Это всё не из идейных соображений, как ты подумал. Да, да, не отрицай! Я же вижу. Путь согласия с природой — самый выгодный.

Она внимательно посмотрела в глаза, и углядела в них скептис. Женщина тяжело вздохнула.

— Хорошо устраиваются те, кто действует на волне, а не бредёт против течения. Великая Мати щедро платит тем, кто ей помогает, и наказывает вредителей, — ей не удалось переубедить меня и она положила руку мне на грудь. — В пути обращай внимание на то, что тебя коробит. Устраняя дискомфорт, получишь вознаграждение и займёшь свободную нишу.

Закончив с заумью, женщина выпихнула меня за дверь и потащила в нашу лавку, там еще собрала какие-то травы, и уже оттуда проводила на торговый тракт.

Я вышел на середину дороги и пошёл по встречке. Всё равно она была пуста. Сцепки обгоняли меня на приличной скорости и лишали возможности напроситься в попутчики. Движение шло сплошным потоком, и остановить кого-то не представлялось возможным. Но минут через десять меня подобрал проезжающий дедок. Он на ходу обхватил меня лозой, подтянул к себе и усадил рядом на облучок.

— Подвести? — ухмыльнулся он в усы.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Рыбки?

Я развернул котомку и протянул старику еще горячую рыбину. Мы с удовольствием поели. Причём я умял сразу три штуки, пустив белок на строительство мышц.

Торговца звали Берест. Одет он был в знакомые широкие штаны и рубаху. Как я понял, мужики в дороге одевались в просторную одежду, чтобы в ней же спать. Его волосы были черны, как смоль, кожа загорелая и обветренная, а в тёмных глазах пробегали смешинки. Сцепка у его была одна, из трех фургонов. На заднем облучке ехала дочь, а в центральном фургоне отсыпался сын. Мне он предложил подменять дочь, в обмен за доставку до Схода.

Я заметил у старика на запястьях деревянные браслеты. Похожий был у матери.

— Это горная лоза, — пояснил Берест, увидев мой интерес. — Хищная лоза, которая охотится в горах. Выстреливает отростками, захватывает добычу и тащит к себе в пасть. Очень удобная и незаменимая вещь, — он махнул рукой, лоза удлинилась и взметнулась вверх.

Семья Береста путешествовала вторую неделю, до Схода осталось ехать дня три-четыре. Сын планировал продать шкуры, дочь — плетения по выделке и освежеванию добычи. Сам дед был мастером ловушек, и планировал обменяться идеями с другими охотниками. А еще он рассчитывал получить заказ на ловлю какого-нибудь редкого зверя.

В сумерках разметка начала светиться ярче, а телеги съезжать на ближайшее поле. Долина справа была усеяна габаритными огнями уже расположившихся на ночлег телег.

Сначала Берест предупредил о повороте, запустив в небо огнешар. Следующий шар ушёл вправо. Дочь скомандовала, что путь свободен, и старик слегка повернул сцепку. Впереди шёл сын Кузьма, на ходу утрамбовывая слой почвы. Отъехали от дороги мы метров на двадцать-тридцать, так же включив габаритные огни. Да… эта стихийная зона отдыха не сравнится с комфортной около деревни.

Воду Берест возил в бочках в средней телеге. Хворост они тоже запасали заранее, а в деревнях докупали. Я видел, как многие шли в лес с топорами, и догадывался, что найти сухое дерево — трудная задачка. Кузьма оборудовал отхожее место, соорудив четыре стены и выкопав яму.

— Берест, а сколько организованных стоянок в деревнях на пути?

— Где-то половина на половину, — старик почесал бороду. Мы все вместе сидели у костра, поедая кашу с вяленым мясом. Не похоже, чтобы кто-то умел разводить огонь без хвороста. Хотя наверное есть же дорожные очаги. Спросил об этом деда.

Оказалось, Берест любит пищу с запахом дымка. У него даже специальные веточки были отложены, которые он добавлял в костёр для аромата.

К нам подошёл высокий мужчина в стандартной свободной одежде путника, отличалась она более детальной выделкой и сочно зелёным цветом. Борода была заплетена в косички и украшена бусинками. На меня он глянул презрительно и отвернулся. Слабаков здесь не любят. Даже попутчица Дана смотрела на меня брезгливо, как будто слабосилие было заразным. Зато я приглянулся Кузьме. Сейчас он сидел рядом, чтобы выгодно смотреться на фоне моего недоразвитого тела. Сам он отличался скромными габаритами. Невысокий, крепкий, как молодой бычок. Он постоянно хмурился и солидно молчал.

— Здорово, Берест, — маги пожали руки.

— И тебе не хворать, Син. Ты с кем?

— Видел, как вы съезжали. Мы остановились чуть дальше, — позёр неопределённо махнул рукой в сторону. — Староста отправил сразу четыре сцепки по пять телег, — похвастался он и присел к костру. — А ты почему один?

— Старый хрыч не захотел включать меня в караван, — скривился Берест. — Наши уехали одними из первых. Наверняка, хорошие места заняли.

Дед тяжко вздохнул, а глаза Сина блеснули злорадством.

— Я договорился с Лежалым, чтобы он придержал местечко в центре, но твоя сцепка к нам не влезет, извини, — он сделал вид, что сожалеет. — Староста в последний момент добавил еще три фургона, и так на головах друг у дружки сидеть будем.

Торговцы продолжали активно общаться. Подошли еще двое мужичков. Мне надоело ловить на себе пренебрежительные взгляды и я отправился спать под фургон. Множество габаритных огней ярко освещали стоянку, а спать я предпочитал в темноте. Напоследок словил одобрительный взгляд Даны, там мне самое место — под телегой.

Я лёг на утрамбованную землю. Попросил Огонь и Землю подогреть поверхность, а сверху накрылся одеялом, которое положила мати.

— Что это? — всполошился Син. — Странный магический всплеск, совсем рядом.

Торговец вскочил и стал нарезать круги вокруг сцепки. Ничего не нашёл и вернулся к костру.

— Очень странный отпечаток… — в голосе прозвучали осуждение и вопрос.

— Необычный, — согласился Берест, — привкус сырой силы.

Мой старик не стал разыскивать источник магических возмущений, и суета свелась на нет. Проваливаясь в сон, я направил Землю на строительство мышц, а Огонь — на регенерацию.

Утром, отъезжая со стоянки, Кузьма взрыхлил за собой землю. И я припомнил, насколько много таких вот уродливых перепаханных участков мы встретили на пути.

— До следующего Схода зарастёт, — снисходительно объяснил Кузьма.

Берест усадил меня рядом на облучок и попробовал прощупать магически. Я почувствовал, как он направил в меня часть силы, которую радостно слизнул мой источник. Дед хмыкнул, и приставать не стал.

Следующие три дня были похожи один на другой. Пейзаж тоже не радовал разнообразием. Соседние повозки ехали примерно на одной скорости, и Берест обзаводился новыми знакомствами.

Попался интересный щуплый мужичок, торгующий книгами. Фундаментальных научных трудов у него не было. Только прикладные по типу «Кузнечное дело», «Справочник лесных трав с иллюстрациями», «Плетения бытового характера для путешественников». Дана прикупила себе «О влиянии сборов трав на развитие магоканалов» всего за две серебрушки. Зря она с ним не торговалась. У хитрого дедка было на лице написано, что он задрал цену.

Я попросил полистать справочник растений. Неожиданно у меня вскрылся блок памяти, и названия посыпались на меня в изобилии. Правда не все. Какие-то в справочнике присутствовали, а какие-то описания остались незнакомыми. Причём мои данные были более полными и развёрнутыми. И это понятно, ведь они собирались по множеству миров. А этот мир для меня новый, вот и не знаю местных трав. Я вернул книгу. Дедок пытался снизить цену, но зачем покупать, если у матери есть справочник и наверняка не один.

Я поинтересовался аналогичным изданием про животных и оказался прав. Вскрылся очередной блок, и часть животных этого мира стала мне известна. Мир Мати характеризовался охренительно высоким манофоном. Он был в несколько раз выше того, который я ощущал в Запретном лесу. Значит и звери хорошо так мутировали. Поэтому справочник мне нужен, но как тащить всё на себе? Я же не остановлюсь на покупке единственной книги… Да и в деревне должно быть что-то про тварей.

Во время одного из перекусов я спросил Береста, почему так мало деревень на дорожном тракте, ведь это выгодно. Оказалось не всё так просто. Последняя речушка была около моей деревни. Не строиться же вдалеке от воды?

Другая проблема, надо успеть перешагнуть безопасный рубеж. Если деревушка будет маленькая, то после одного потока караванов, она будет опустошена и не успеет восполнить запасы к следующей волне. Значит построиться надо успеть вне сезона, за пару месяцев до размера в тридцать-сорок домов, плюс хозяйство или постоянный источник пищи. Такое реально, если соберется сразу много сильных магов, но народ неохотно снимается с насиженных мест ради неизвестной лучшей доли.

На место мы прибыли утром четвёртого дня. Ну что сказать? Я ожидал бОльшего при таком-то обилии могущественных магов. Уровень комфорта сильно средний. Для создания просвета между горами они просто снесли одну гору и выровняли громадную площадку.

Вокруг плато шла окружная дорога, на которую караваны заезжали с обеих сторон. Внутри круга поверхность была разлинована узкими полосами. И таких «нарезанных» участков было с сотню, если не больше. Перед каждым съездом стоял высокий столб с артефактным табло, указывающим номер линии и количество свободных мест. Стоит ли упоминать, что все места были заняты?

Внутри каждой линии была разметка ещё на три части. Центральную оставляли для движения, а по бокам парковались сцепки.

Разделительными ограждениями между рядами выступали каменные каналы с проточной водой, в окружении зелёной травки для тягловых животных. Местами устанавливались костровые зоны с искусственным огнём. Ну и туалеты. Когда пользователь опустошал кабинку, срабатывал артефакт огня, который очищал отхожее месте, в небо при этом выпускался небольшой столб огня. Смешно! Сразу видно, кто где сходил по нужде.

Перед каждым въездом висела меловая табличка, указывающая кто в этом ряду разместился и что предлагает. И конечно торговцы кучковались по интересам. Не стеснялись ярких вывесок, привлекающих внимание: книги; скупка-продажа шкур; бытовые артефакты; обмен заклинаниями; кузнецы; продукты; повара и тому подобное.

В центре Сход разделяла поперечная пустая линия со столами для встреч. В общем всё это выглядело может и не плохо. Но! Долины с обеих сторон были заполнены стихийными рынками по типу того, как мы съезжали на ночь с дороги. И если на самом плато был относительный порядок, то в долинах царил хаос. Кто как съехал с тракта, так и встал. Я видел, что купцы пытались оставлять пустыми дорожки для передвижения, но ещё больше было тех, кто хотел устроиться поближе к плато. Хтонь! Более ужасного места было трудно себе представить.

Я попрощался с попутчиками и постарался забраться на ближайшую скалу. Как там говорила мати? Коробит? Меня уже перекорёжило так, что в норму прийти не могу.

Я с трудом отдышался, вскарабкавшись на небольшой уступ. Хтонь! Почему я не сделал ступеньки, а полез вручную? Я оглянулся на муравейник, и меня снова передёрнуло.

Вдруг рядом замерцало окно портала, из него вывалился Миша. Тот самый лектор из Академии Магии с планеты Альфа. Он споткнулся, и я придержал его, чтобы он не свалился с уступа.

— А?! — старик ошарашенно уставился на галдящий внизу людской муравейник. — Ты Миха?

Я кивнул, рассеянно глядя на лектора. Настоящий портал? Переходное окно закрылось. Как он тут оказался? В мире Альфа не было портальной магии! Множество вопросов одновременно крутилось в голове, выбивая толковые мысли.

— Ты, это, Миха, должен построить небоскрёб.

— Чё?! — вырвалось у меня.

Глава 3

— Ну это такая высокая каменная башня… — начал было Миша.

— Да иди ты в топку мироздания со своим Затворником! — перебил я его.

— Он тут причём? У меня на тебя квест, сейчас… — он закатил глаза, как-будто читая что-то невидимое перед собой.

Уникальная цепочка заданий «Поди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что».

Награда: ● 5000 золотых за каждый этап, ● овладение новым видом магии на выбор после выполнения каждого этапа, ● репутация с Альфа +100 очков единовременно после выполнения всей цепочки заданий, ● открытие следующего задания цепочки.

Задание 1 из 5:

Прибыть в мир Мати и найти юношу по имени Миха. Портальное перемещение к объекту активируется после принятия задания.

Уговорить Миху построить небоскрёб типа «Каменная Башня» с функцией трактира.

Награда за строительство:

► мобильная мануфактура по производству портальных артефактов: — кольца малые для хозяйственных нужд, производственный модуль один, — арки средние для перемещения человека, производственный модуль два, — арки большие для транспортировки грузов, производственный модуль три, — управляющие планшеты к кольцам и аркам, производственный модуль четыре;

► руководство пользователя.

Необходимые условия для получения мобильной мануфактуры: ● взять с Михи обещание — не убивать Шизу, ● небоскрёб должен быть не менее ста этажей, ● портальные артефакты могут использоваться только для обслуживания и эксплуатации небоскрёба, ● взять с Михи обещание, что он не будет участвовать лично в строительстве других аналогичных сооружений, и не передаст технологию производства портальных артефактов в чужие руки.

— Ну как? — спросил меня Миша, когда закончил читать. — Построишь?

Я открывал и закрывал рот. Хочу ли я портальную мануфактуру? Да! Да! И еще раз «да»! Каменная башня в сто этажей?! Да это нереально! Камень слишком тяжёлый! Я буду строить её вверх, а она в это время — уходить под землю под тяжестью веса. Хтонь! А потом и вовсе завалится, упершись в неровный грунт. Хотя… Есть же облегчение веса… А еще можно корни пустить, как у деревьев…

Я задумчиво пялился на лектора, а Миша достал какую-то плоскую металлическую пластину.

— Капни сюда крови, — он взял мою руку и приложил палец. Снизу выдвинулся шип и уколол меня. — Ой, надо же было сначала взять с тебя обещание.

Старик хитровато покачал головой, а у меня в голове развернулась схема работы артефакта и описание его возможностей. Да это ж хтонь какая замечательная вещь! Лектор шутливо убрал пластину себе за спину.

— Обещай! — потребовал он и перечислил заумь про шизу и обязательства не делиться технологиями.

Я повторил за ним слово в слово, и старик передал мне пластину.

— О! — воскликнул он. — Квест зачли. Ну бывай!

Он помахал рукой и прыгнул в открывшееся окно портала.

Глядя на схлопывающийся голубоватый овал, я подумал, что здешние маги обладают аномально чувствительным восприятием и должны были заметить магическое возмущение еще в первое открытие портала. Значит мне надо бежать отсюда как можно быстрее. Я огляделся и нырнул в ближайшие кусты, а оттуда спустился в людской муравейник.

Только я сделал скучающий вид, прогуливаясь между рядами фургонов, как мимо пробежали первые маги. Вроде я там вообще не магичил. Даже забирался вручную, забыл про огненные ступеньки… к счастью… Вскоре на уступе собралось человек десять, и приближались ещё. Снизу их было хорошо видно. Одни делали пасы руками, другие что-то мерили артефактами. Когда магов для маленького участка стало слишком много, кто-то догадался нарастить площадку. За что его тут же и побили. Видимо внёс погрешность в остаточный магический фон, я захихикал.

Рядом собралась толпа зевак, и началось выдвижение версий.

— Смотри, там Лежалый! — парнишка с жаром обратился к приятелю.

— Это тот лысый в красных штанах?

— Да, он.

— А что случилось? — спросила подошедшая женщина немолодого торговца.

— Убили кого-то важного, — убедительно поделился мужчина, пробежав сальным взглядом по сплетнице.

Дальше я слушать не стал, еще сверху присмотрел книжный ряд и пошел в центр, там легче найти нужный поворот. Идти было прилично, тем более вокруг образовалась нездоровая суета.

Отойдя на достаточное расстояния, я сбавил шаг и стал вдумчиво поглядывать по сторонам. Торговцы сняли с фургонов боковой полог, обнажая стеллажи с товарами. Я шёл по ряду кожевников. Чего там только не было, и упряжи, и снаряжения, и еще какая-то хтонь, о назначении которой я не догадывался.

На центральной аллее все круглые столы для встреч были заняты. Почти над каждым висела табличка: собрание старост восточной долины; гильдия кузнецов; обмен охотничьими заклинаниями; травничество; книжный запрос. О! Нужный ряд. Сколько же тут книг…

Рядом нарисовался мальчишка лет 12-ти. Аккуратная причёска, опрятный вид, доброжелательная улыбка.

— Привет, меня зовут Мох. Помощь нужна?

Я вопросительно приподнял бровь.

— Я книжный помощник. Помогу найти нужную тематику, — мальчик продолжал стоять по стойке «смирно».

Я огляделся и заметил еще одного вылизанного паренька, который сопровождал солидного вида мужчину по книжному ряду.

— Мне нужны книги по строительству, инженерному делу и материаловедению. Есть такие?

Пацан подзавис.

— В нашем ряду нет. Но в восточной долине есть торговцы с тяжёлыми книгами, — сознался помощник.

— Тяжёлыми? Они что такие толстые? — удивился я.

— Аааа, нет! — Мох рассмеялся. — Написаны слишком сложно и непонятно.

Интересно, а что считается лёгким чтивом? Я пошёл вдоль книжных рядов в сторону восточной долины, внимательно рассматривая выставленные издания. Вдруг что интересное попадётся.

Энциклопедия известных артефактов. Нужная вещь. Я открыл справочник, но меня не торкнуло. Никакого блока не открылось. Хтонь! Просто не будет. Ладно, покупать не буду, по артефактам я знаю к кому обратиться, к Велгору. Ему вроде мати нравится… договоримся…

Следующим меня зацепил фургон, уставленный книгами кулинарной тематики. Я раскрыл на пробу «Любителям острых блюд посвящается». И мне повезло! Распаковался блок кулинарных рецептов! Оказывается, в одной из прошлых жизней я был первоклассным поваром. У меня перехватило дух от восхищения, я сглотнул подступившую слюну. Жаль, но многое из этого я просто не смогу воплотить в этом мире.

Для сравнения открыл книгу «Тонкости приготовления мяса на костре». Новый блок не открылся, но в памяти нашлась добрая сотня аппетитных яств. Я мечтательно закатил глаза, в животе заурчало. Вернув книгу на место, я достал яблоко. Хруст вызвал новую волну рецептов: шарлотка, яблочные печенья, запечённые яблоки с мёдом. Надо срочно набить брюхо! Вслед за яблоком я достал вяленое мясо. Пастрами, карпаччо, бастурма, билтонги, балык — голова закружилась, а кусок застрял в горле.

— Кхе-х, простите, — я откашлялся, сглотнул слюну и обратился к рослому продавцу. — Тут где-то есть закусочная или харчевня, где можно поесть горячего? У меня от книг разыгрался зверский аппетит.

Новая волна урчания подтвердила высказывание. Мужик громко расхохотался.

— Гарий! — зычно крикнул он.

К нам подбежал молодой паренёк с мясницким ножом.

— Да, бать?

— Покорми мальца, а то он скоро прилавок слюной забрызгает, — гоготнул мужик. — Смотри, какой тощий.

Гарий махнул тесаком, приглашая следовать за ним. За вторым фургоном обнаружилась кухонная зона. Искусственный каменный очаг, массивный деревянный стол и водружённая на мощный пенёк задняя часть чьей-то тушки, её-то парень и разделывал.

— Можно я сам приготовлю? — у меня глаза горели от предвкушения.

— Дерзай! — мясник приглашающе кивнул на нарезанные стейки.

На столе нашлись специи: соль, жгучий перец. Подойдёт. Я махнул рукой и передо мной возникла вместительная деревянная миска. Положил туда шесть кусков и стал обваливать перцем и солью.

— Кислый фрукт есть? — спросил Гария, который с любопытством посматривал на мои действия, не переставая орудовать тесаком. Он ловко ворочал тушу, как будто она ничего не весила. С его худощавым телосложением смотрелось это завораживающе.

Парень отвлёкся от процесса, нагнулся под стол и выложил жёлтый цитрус, похожий на лимон. Я взял нож и отрезал кусок. Отлично, кислотность высокая. Сбрызнул на мясо самую малость. Зажёг в очаге свой костёр и стал оборачивать мясо силовыми линиями, сначала вдоль, а потом поперёк. Когда первый кусок был упакован в сетку, я с сомнением посмотрел на костёр и попросил его изменить форму. Форма огнешара выглядела лучше…, а что если немного приплюснуть сверху? Да, отлично. Большая круглая плоская поверхность и немного уменьшить жар… Оптимально! Я подвесил первый кусок к верхнему краю «костра», и попросил силовую сетку переворачиваться через небольшие отрезки времени.

Вскоре в огне вертелись все шесть кусков, миска освободилась и я загрузил следующую партию мяса. Что там мати положила в сумку из трав? Я выложил на стол несколько пучков и принюхался. Есть интересный запах. Сильный приятный аромат, вкус слегка терпкий. Отправил нож на разделочную доску с заданием покромсать пару веточек, а сам выложил еще несколько вязанок. Отлично сочеталась леденящая травка. Её использовали для лечения ожогов, а тут она даст интересный морозный эффект. В купе с жгучим перцем вкус будет сногсшибательным, с двойным дном! Сначала горло продерёт острота, а потом лёд. Я в предвкушении облизнулся и сглотнул слюну.

Нож быстро покрошил вторую порцию травки, я собрал готовую измельченную смесь в маношар и слегка подсушил огнём. При сжатии сферы сухие растения легко превратилась в порошок, которым я и посыпал мясо, полив сверху растопленным салом. Подумал и всё же посолил. Хорошенько перемешал, наложил силовые сети и отправил на «костёр». Запах стоял… одуряющий!

Гарий пододвинул блюдо для готового мяса. Я переложил туда первую партию. А гарнир?

— Овощи есть? — обратился я к парню. Кто-то поставил на стол корзину с овощами.

Я сообразил несколько разделочных досок и отправил на каждую по ножу с заданием порезать лук, томаты и нечто похожее на огурец. Овощи собрал в новую миску, посолил, сбрызнул кислым соком и отправил ложку перемешивать салат. Как раз поспела вторая порция мяса.

Я с удовлетворением оглядел стол. Парень добавил несколько кувшинов с напитками.

— Прошу к столу, — пригласил я Гария. Раздались аплодисменты. Я оглянулся. Вокруг собралось человек десять. Не наемся, расстроился я. Забрал у Гария ляжку, обтёр перцем и солью, заключил в кокон из маны земли и отправил в костёр. Пламя поменяло форму на шарообразную и добавило жару, а то долго готовиться будет…

Сам принялся за готовые стейки. Положил себе сразу два из первой и второй партии, а то вдруг не достанется. Когда я потянулся за добавкой, блюдо было пустым. Зато подоспела нога. Я переложил её на стол и отрезал себе сразу четыре здоровенных куска.

Я быстро поел и, пока народ сражался за остатки рульки, по-тихому смылся.

Книжный ряд ещё не показывал хвост, и я продолжил неспешную прогулку. Наполнил флягу в ближайшем канале и отпил. Холодненькая!

Духота и толкотня. На глаза попался стеллаж, посвящённый магической одежде. Причем рядом стояли издания по конструированию посуды. Значит это не шитьё. И точно. Когда я раскрыл книгу, то увидел заклинания, превращающие травы в ткани. Так же предлагалось изготавливать материю из семян, шерсти и кожи. В таблицах обозначались соотношения веществ и порядок использования заклинаний.

Например, чтобы сделать готовое платье, сначала придётся подготовить ткань, потом разрезать её на заготовки, сшить особыми нитями, или срастить. Хтонь… А ведь еще наложение разных плетений по типу — самоочищение, поддержание комфортной температуры тела, износостойкость и так далее.

Захотелось поэкспериментировать. Блок у меня никакой не распаковался, а значит занятие для меня новое. Я сбил цену до одной серебрушки за три книги. По одежде, посуде и виноделию. Как делать вина я знал, но с местными фруктами знаком не был. Да и полезно изучить рынок, насыщают они вино маной или нет? А если нет, то для собственного трактира потребуется открывать своё исключительное производство. Это же золотое дно! Алкоголь вредит магам, что доказать будет не сложно. Какой отличный рынок сбыта! Целый мир, уха-ха!

Собственно, перед этим я листал книгу по счетоводству и в памяти распечатался огромный блок то ли купца, то ли банкира. Может еще и поэтому я легко сторговался по цене и мыслить стал другими категориями.

Я направил землю на укрепление мышц спины, а то как-то тяжеловато идти стало. И всего-то три книги прикупил. Я пропустил внутренний огонь по телу и взбодрился. До края плато я доплёлся через час с небольшим, рубашка прилипла к спине от пота. Глянул на небо — солнце уже зависло на полпути к горизонту. Ночевать-то я где буду? Стоя на краю плато, я рассматривал хаотичный людской муравейник, заполнивший восточную долину от края до края.

Тент с огромной надписью «Книги» был слева от торгового тракта, и идти к нему часа два-три, не задерживаясь. Что выглядело излишне оптимистично. Обязательно задержусь, побродить по рядам и посмотреть товары хотелось… Я перевёл взгляд на ближайшую гору. Уступы были, но смогу ли забраться без магии?

Я пошёл в сторону гор, попутно рассматривая фургоны. Заинтересовал стеллаж с артефактами. Жаль, но блок не открылся. Я распахнул книгу «Способы наложения и удержания плетений», и неожиданно зашевелилась пустота внутри. Значит информация в голове есть, но распаковываться не собирается. Что за новая хтонь! Я расстроился, побросал во флягу успокаивающих травок и сделал взвар. Через пару глотков горячей жидкости мне полегчало.

Контакт с книгой по бытовым заклинаниям и способам их наложения на заготовки прошёл более успешно, блок памяти открылся частично. Наверное, потому что я владел только двумя стихиями, огня и земли. А еще пришло понимание, что заклинания — это костыли. Да, работа создаётся более тонкая. Но вообще-то вырисовывание плетений — это школьный этап для истинного мага. После этого он должен перейти на новый уровень пользования магией — интуитивный.

Даже не знаю, как Затворник представлял себе процесс роста магической силы, если вырезал ключевой кусок памяти, тьма его забери. Интуитивное использование на базе плетений — это как бы сознательное действие. А мне без пласта знаний о заклинаниях осознанность не грозит… В топку мироздания старый пенёк! Аааа, он же уже там, уха-ха. Я сделал еще пару глотков успокаивающего взвара и остановился перед скалой.

Подняться без магии было нереально, а значит нужно постараться оставить минимальный магический след. Я сделал очень тонкий маленький диск огня и встал на него, потом еще один. Чтобы не творить новый, я поддел нижний и переставил выше, а перебравшись на него, переставил освободившийся. Вот так изгаляясь, я добрался до уступа. Места здесь хватало. Я расположился, любуясь видом на долину и рассматривая надписи. Достал рыбину. Мати выдала мешок с наложенными заклинаниями — еда в нём не портилась. После одной рыбины в ход пошла вторая. Я отправил энергию на строительство мышц ног и укрепление костей. Всё же завтра предстоял неблизкий путь.

На уступ поднялся Вано. Хтоонь… Как он меня нашёл? И главное — зачем?

— Ты кто? — спросил я удивлённо. Уж очень хотелось позлить батю. А что? Он нас бросил, когда мне сколько было? Одиннадцать? Я вполне мог забыть, как он выглядит.

Мужчину передёрнуло, да и выглядел он не лучшим образом. Какой-то помятый, виноватый и взлохмаченный.

— Я твой отец, Мих.

— Не может быть! — я вскочил и обошёл батю по кругу. — Да нет, не похож, — я с сомнением покачал головой.

Вано растерялся. Ну да, ну да. Самомнения у него всегда хватало.

— Ты выглядишь приличным человеком, — пояснил я. — А мой отец подонок, бросивший мать своего ребенка, тем самым предавая заветы Великой Мати, — я приблизился, пристально разглядывая лицо. — Не похож! Батя обкрадывал детей, а твоё лицо выглядит честным… Нееее, ты меня с кем-то путаешь.

Я махнул рукой, мол иди, куда шёл, и сел в позу для медитации. Вдруг меня накрыл купол земли, и я вопросительно приподнял бровь.

— Тебе нельзя выпускать ману, тебя ищут, — объяснил батя своё стрёмной поведение. — Купол скрывает твой след, но лучше не использовать магию вовсе. Лежалый расставил артефакты, настроенные на твой аурный слепок, и рассредоточил группы захвата по всему Сходу.

Я непонимающе уставился на мужчину. Зачем?

— Ты наследил, — батя устало вздохнул. — Гарий с отцом до сих пор поддерживают необычный очаг. Они пытались разобраться с новыми разделочными досками и ножами. У них пока не получилось активировать самостоятельную работу по нарезке овощей. Хотя это не так страшно, а вот если им попадётся кузнец, который проанализирует состав металла… Тогда к охоте на тебя присоединится гильдия кузнецов. Лежалый всемогущ только здесь на Сходе, а кузнецы живут в каждой деревне.

Хтонь! Я что? Сделал доски и ножи? Я был уверен, что взял те, которые лежали на столе. Я расстроился… Увлекся…

Батя понял мою кислую физиономию по-своему.

— Я помогу, сын, — мужчина попробовал заверить меня в своей надёжности. Ну да, ну да…

Я махнул рукой, мол можешь убрать купол, магичить не буду.

Сфера, окружавшая нас исчезла, и мы обнаружили гостей. На уступе стоял лысый мужик в красных штанах. За его спиной возвышались два мордоворота. Правый взвалил на плечо огромный молот, в руках левого сверкало обнажённое лезвие двуручного меча.

— Ну привет, повар, — доброжелательно улыбнулся Лежалый.

Глава 4

События закручивались стремительно. Батя встал между мной и Лежалым. На скалу запрыгнули трое знакомых охотников — группа Лютого. Как они так? За счет чего такой мощный прыжок? Точечное усиление мышц ног? Вано набросил на меня непрозрачный каменный купол, отрезав от зрелища… Отличный повод смыться от обеих групп. Я потрогал сферу рукой, и оказался прав. Камень не являлся для меня преградой. Я порылся в мешке и достал максимально непохожую одежду — тёмные кожаные штаны и куртку. Быстро переоделся, и повязал на голову чёрную бандану. Теперь я похож на молодого неопытного охотника.

Я прошёл сквозь стену в сторону скал. Огляделся. Невысокие кусты. Купол скрывает меня от магов. Придерживаясь мёртвой зоны, я углубился в заросли. Гору тряхнуло. Хтонь! Надо спускаться, а то еще завалят. Минут через пять растительность закончились. Внизу собралась толпа зевак. Тьма их забери! Кто-то из сражающихся применил яркий огонь, и я воспользовался вспышкой, чтобы сползти со скалы.

— Мужики, что происходит? — я появился среди зевак. Интересно же, какие у них версии.

— Лежалый с утра мутит, сначала потасовка на северной горе, а сейчас вот здесь, — ответил богато одетый купец.

— Сферы влияния делят, — предположил его сосед.

— Убийцу поймали, днем какого-то важного торговца отравили, — опровергла их всезнающая бабка.

Я стал потихоньку отходить вглубь восточной долины. Двигался вдоль скалы по краю рынка. Торговля и не собиралась прекращаться. Над фургонами зажигались артефакты, отовсюду доносился аромат приготовляемой пищи. Призывно заурчал живот.

Я практически упёрся в весёлую компанию. Вокруг костра сидели молодые парни и девушки, выпивали, смеялись и подшучивали друг над другом.

— Эй, парень! — меня окликнул белобрысый красавчик. — Заблудился?

— Ищу, где бы переночевать, — признался я.

— Давай к нам, — парень приглашающе махнул рукой. — Меня Хват звать.

— Миха, — я протянул руку, и тот цепко пожал её.

Местный заводила мне нравился. Искренний, весёлый и гармонично сложенный. Магия земли разносила мужиков вширь, а Хват был атлетично правильный. Двустихийник, наверное. Одевался умеренно, держался дружелюбно.

—Садись, ешь. Вижу, что голодный, — по-простому сказал он, чем еще больше расположил к себе.

Я сел и без стеснения взял с общей тарелки ножку крупной птицы.

— Слышали? Первоклассный мастер-повар готовил у Гария, — поделилась новостью симпатичная девушка. — Мясо само в воздухе переворачивалось, ножи сами овощи нарезали, а вкус… ммм сначала глотку продирает, а потом замораживает.

— Брешут! — не поверил коренастый парнишка. — Гарий горазд приврать.

— Неее, Олес, там куча свидетелей была, да и необычный очаг до сих пор фонит, очень странный огонь. Сама видела, как старейшины спорили о природе пламени, — глаза девушки фанатично блестели. Рыженькая, глаза карие, резкие движения, ну точно магиня огня. Да и предпочитает оранжевые цвета в одежде.

Значит никто не видел силовых линий, занятно. Я с интересом поглядывал на огненную девушку. Хороша… Куртка скрывала мои тощие плечи, и я не казался совсем уж доходягой. Но до восторженных девичьих взглядов мне было далеко.

— Ты один приехал? — спросил Хват.

— Мати послала искать себя, — ответил я, прожевав кусок и потянувшись к напиткам.

— Аааа, все мы прошли через это, — засмеялся Олес. — И как успехи?

— Пока мысль только одна — построить трактир на торговом тракте.

— Ну ты, брат, и замахнулся! — Хват похлопал меня по плечу.

— Это даааа, — даже не думал отпираться я. — Мати сказала, ищи то, что коробит. А меня вот от хаоса, творящегося на тракте, еще как выворачивает. В общем, трактир — беспроигрышный вариант.

— И где? — полюбопытствовала огненная магиня.

— Не знаю, я с центра материка, мало где был. Ехали всего четыре дня. В общем надо изучить местность. А вы оттуда? — поинтересовался я.

Как оказалось собравшиеся вокруг костра парни и девушки приехали с разных мест. И некоторые совсем издалека. К ним другой Сход был ближе, но на этот раз они решили ехать сюда. Торговцы старались не ездить в одно и тоже место постоянно. Большие поселения отправляли своих людей в два или три места. Сход, где мы сейчас были называли Горный. Были еще — Лесной, Восточный и Базар. Надо срочно обзавестись картой!

— Вы еще надолго здесь? Когда начнут разъезжаться первые купцы?

— Не советую ждать, если хочешь попутешествовать, — вмешался Олес. — Купи лошадь и езжай сам. Сход еще недели две простоит без движения. Люди не просто торгуют, посмотри вокруг. Это особая атмосфера.

Коренастый парнишка был прав. Сидели душевно не только мы. Недалеко около нашего костра собрались мужчины в возрасте и горячо спорили о чём-то, и я даже знаю о чём, то есть о ком. Сразу видно торговцы знают друг друга давно. Еще и останавливаются наверняка в одном и том же месте.

Я попросился под какую-нибудь телегу, и Хват не удивился.

— Тоже свет мешает? — усмехнулся он, и я кивнул. — Идём.

Я проследовал за ним куда-то вглубь стихийного рынка. Отовсюду доносились смех и разговоры. С наступлением темноты торговля замирала, но общение оживало. Хват довёл меня до фургона.

— Залезай внутрь, — пригласил парень. — Земля-то холодная.

— Спасибо, — поблагодарил я, устроился на мягкую лежанку и сразу вырубился.

Утром я узнал, чем занимался Хват. Артефактами. Я спросил у него про магические очки. Оказалось, существует несколько разновидностей, и красавчик похвастался собственным изобретением. Пришлось выложить три золотых, но оно того стоило.

Вооружённый очками я прошёлся по товарам Хвата. У парня был талант, он филигранно вписывал плетения, схемы были просты и понятны. Сложные задачи простыми формами. Надо брать!

— Хват, а ты можешь воспроизвести с помощью артефактов производственный процесс?

— Например, — парень предложил мне развить мысль.

— Ну смотри, обычная проблема на тракте. Повара не справляются со скоростью приготовления заказов. А если поставить приготовление на поток, то можно будет обслужить бОльшее число путников за меньшее время.

— Пригласи больше поваров, — возразил Хват.

— Отличное решение, — покивал я, — но временное. В какой-то момент тебе придётся увеличивать помещение. А если ты автоматизируешь процесс приготовления, то выиграешь и по времени и по людям. Например, хлеб. Ты же хорошо знаешь, как мати готовит лепёшки?

Парень внимательно слушал, идея ему сразу понравилась.

— Сможешь сделать цепочку артефактов, чтобы хлеб пёкся самостоятельно? Чтобы всего один человек загружал ингредиенты и извлекал полученный продукт.

Хват почесал голову.

— Есть пара идей, нужно пробовать.

— Попробуй, только этого мало, — обрадовал я его. — По моей задумке для трактира требуется несколько производственных линий.

— Да? Каких? — заинтересовался парень.

— Хочу предлагать еду на вынос, а для этого нужна одноразовая упаковка. Например, из плотной бумаги. Значит еще одна цепочка для производства посуды.

— А столовые приборы? Вряд ли получится сделать их одноразовыми, — Хват сходу нашёл узкое место моего плана.

Я широко улыбнулся.

— Я буду предлагать такие блюда, которые можно есть руками.

—Напитки? — в голове парня вырисовывалась нужная картина, раз он задавал правильные вопросы.

— С этим сложней, — я почесал нос. — Придётся изобретать облегчённую глину. В одни бутыли вплетать охлаждение, а в другие подогрев. Можно еще сделать глиняные горшочки. В одноразовой посуде еду сразу ешь, а в горшочках берёшь в дорогу, и за счет встроенного подогрева или охлаждения используешь на привале.

— Я в деле! — Хват протянул руку. — Предложу Зае поучаствовать. Она из семьи горшечников, и по бумаге кого-нибудь подберу. Надо попробовать, как на плотную бумагу ложатся заклинания…

Мы пожали руки и договорились встретиться на следующем Сходе. Мне же еще место искать для трактира. Я отправился в сторону тяжёлых книг, вдруг получится вскрыть ещё несколько полезных блоков запечатанной памяти.

До книг я добрался через пару часов. Хорошо, что на пути попался ряд с продуктами. И наелся, и узнал много нового.

Девушка Зара экспериментировала с заготовками. Симпатичная… впрочем, мне еще не встречались страшненькие или худые магини. Жители планеты почитали материнство, в ходу были округлости и здоровый цвет лица, ну и конечно красота прилагалась к магической силе. Зара была милой тихой девушкой, помешанной на аккуратизме. Её сарафан сидел правильным куполом, держа форму по низу. Своим правильным геометрическим образом она привлекала взгляд и к себе и к товарам.

Зара собирала комплекты продуктов и специй для приготовления по определённым рецептам. Купцы не оценили задумку девушки, а вот я очень. Я посеял в ней нужное зерно, чтобы к следующему Сходу она созрела для переезда. Заодно подбросил задачку, мол неплохо, если бы овощи на грядках росли быстрей, и получалось собирать бОльший урожай.

Тяжёлых книг было немного. Всего один фургон. Видимо они совсем не пользовались популярностью.

По строительству было несколько тематик. Прокладка дорог, возведение жилых домов и трактиров. Всё это выглядело очень тускло, особенно на фоне созданной мною яхты из прошлого мира. Ни одна из книг меня не торкнула, а значит в памяти не существовало готовых решений — задача строительства высоченной каменной башни усложнилась в разы. И местные знания мне вряд ли помогут, придётся начинать с нуля и действовать методом магического тыка.

Понятие «инженерное дело» отсутствовало вовсе. Щуплый дедок с горящим взглядом зацепился за незнакомый термин и пытал меня, пока я не обрисовал ему в общих чертах, чем занимается инженер. Порывшись в нутре фургона он извлёк на свет несколько книг:

♦ Конструирование водоснабжения и слива при строительстве поселений;

♦ Объёмная магическая разметка при возведении крупных объектов;

♦ Фактор неожиданности, как неизбежность.

Повздыхав и поторговавшись, я выложил один золотой за все три издания. Особенно понравилась последняя. Она прям-таки настаивала на философском отношении к неизбежным неудачам на пути к цели. Проблемы будут, жди и готовь пути отхода.

С книгами по материалам мне повезло. Как только я начал пролистывать справочник по мативедению, знания посыпались бурным потоком: география, руды, камни, плотность и состав, способы воздействия на материю, даже раздел химии, который раскладывал элементы на формулы. Я завис на какое-то время, а продавец заволновался. Под этим предлогом я и покинул его гостеприимное место. Сказал, что тяжёлые книги загрузили меня, и теперь мне нужно прийти в себя.

Я двинулся на восток, выглядывая мастеров по фургонам. За мной уже где-то час, как следили двое мужчин. Те, что выступали на стороне Вано в битве. Странно, что присматривал не он сам. Мужички тоже переоделись, но не как я под охотника. Они изображали торговцев. Нарочито качественные ткани, узоры на кафтане, толстые кошели на поясе и удлинённые ножи. Их выдавала пластика движений. Они не ходили с видом победителей, они «крались» между рядами, тихие, плавные движения, скупые жесты. И понимали друг друга без слов. А еще они видели, что я их заметил, но это их не сильно занимало. Похоже, они меня охраняли.

Снова разыгрался аппетит, а мои запасы показали дно. Нужно закупиться продуктами, и делать это совсем не хотелось. У меня за спиной уже висело шесть книг, а сильнее за два дня я не стал… Хтонь!

Внезапно котомка потяжелела. Как будто добавился лишний груз. Я остановился и посмотрел внутрь. Ну да, ну да… В сумке горел огонь — там лежала книга, покрытая языками пламени. Очень знакомая книга. У меня руки зачесались её посмотреть, но не здесь же её доставать в самом деле?

«Скромней надо быть, — я мысленно попенял книгу. — Как я тебя читать буду? По кустам прятаться?»

Книга замерцала и преобразилась. Теперь это была невзрачная серая книжонка в мягкой кожаной обложке. Я достал её. «Приветы», — гласила надпись.

— Миха, уходить надо, опять всплеск магии, — ко мне приблизился один из телохранителей и укоризненно посмотрел на меня.

Я быстро рванул вдоль фургонов, потом снизил темп и пролез под несколькими рядами телег. Мои сопровождающие разделились и отошли на расстояние.

Покрутив головой и вдохнув полной грудью, я выбрал направление. Вернее его за меня определил оголодавший желудок. Справа доносился одуряющий запах приготовленного на костре мяса. Его источник вскоре обнаружился. Три торговца устраивались на обед.

— Господа, что мне будет стоить напроситься к вам на трапезу? — улыбнулся я мужикам. — Ваша рулька выглядит сногсшибательно! Это случайно не новый рецепт, о котором судачит весь Сход?

Импровизация сработала, светловолосый мужчина в песочном кафтане расправил плечи, тем самым выдав повара.

— Я пришёл к выводу, что рулька мастера была приготовлена с помощью повышенной температуры, иначе она бы просто не смогла так быстро приготовиться. Я окутал её защитным куполом земли, и увеличил мощность пламени с помощью коллег, — мужчина доброжелательно улыбнулся и протянул мне руку. — Клим.

— Миха, — я с удовольствием пожал протянутую ладонь. А он молодец! И купол использовать догадался, и про температуру просёк. — Не терпится вкусить ваш шедевр.

Вчетвером мы расположились за накрытым столом. Рулька была великолепна, ничем не хуже моей, и к ней прилагалась сытная каша. Я объелся, но не рискнул направить внутреннюю энергию на строительство мышц. Вдруг и эту энергию почуют маги, а эти трое были монстрами. Клим был открыт и добродушен, а другие два сильно себе на уме. Я бы пригласил повара в команду, но не хотел светиться перед хитрыми торговцами, что-то внутри меня протестовало против дальнейшего сближения с ними. Новая сторона старой чуйки, я хмыкнул.

Поблагодарив Клима и понадеявшись на еще одну встречу, я отправился дальше. Сотрапезники показали направление на гружёный ряд. Так называли себя мастера по изготовлению фургонов.

Мне нужен был молодой, талантливый мастер. Была у меня одна задумка… Когда я ходил между фургонами разных видов, меня догнал один из охранников.

— Миха, ты собираешься покупать телегу? — поинтересовался он моими дальнейшими планами.

В ответ я вопросительно уставился на него. Мужчина сначала непонимающе молчал, а потом догадался.

— Колдыба, — он протянул руку, и я пожал её.

— Нет, — я всё же ответил. — Собираюсь завербовать молодое дарование.

— Тогда тебе нужен Клёпа, идём, — и он отправился вглубь рядов, спрашивая у торговцев, где находится этот самый гений.

Остановились мы около необычной телеги. Она была не для перевозки товара, что уже было странно. Низкая посадка почти в пол, внутри и стоять можно… Дверь открылась и к нам вышел молодой парень в магических очках. Посмотрел на меня и протянул руку:

— Клёпа, — он приглашающе кивнул: — Заходи!

О, дааа! Внутри была артефактная мастерская! Я уважительно закивал головой.

— Мне нужна обувь на колёсах, — сразу огорошил я парня.

На что он достал небольшой блокнот, полистал его и протянул мне.

— Такая? — на развороте были нарисованы длинные узкие доски на колесах. Человек двигался по дороге, отталкиваясь зажатыми в руках палками.

— Почти, — я перехватил карандаш и нарисовал ботинки с колёсиками. — Более компактная версия. И еще нужна маневренность и возможность быстро затормозить. Человек на этих… ммм… быстроходах должен быть способен маневрировать на торговом тракте, когда по нему движутся караваны. Обгонять, догонять, скорость нужно развивать раза в два быстрее, чем лошадь. Сделаешь?

— Да, без проблем, — согласился Клёпа. Как же его переманить? Наверняка свои его ценят. Ладно, это будет не скоро, но я найду, чем его заинтересовать.

— На следующем Сходе я найду тебя, — и мы пожали руки, заключая сделку.

Когда я вышел из фургона, к Колдыбе присоединился второй охранник.

— Зоркий, — представился охотник с цепким взглядом. Выглядел он опасно. Глаза сверлили меня насквозь. Не знаю, что он видел во мне, но обращался со мной, как с равным. Причём стоило ему это определённых усилий, где-то в глубине мужика я чуял страх.

— Что вы здесь делаете? И где остальные? — наконец поинтересовался я.

Выяснилось, что их послали старейшины из нашей деревни Ключи. Даже не знал, что у нас есть такие. Ими оказались дед Никодим и бабка Миряна. Они толком ничего не объяснили охотникам, сказали найти и охранять. Отправили Вано, потому что он — мой батя и в состоянии взять родственный след. А уже прибыв сюда, парни и сами всё поняли. Ценный маг, огромный потенциал.

Когда мы были на уступе, Лежалый слышал часть моего разговора с батей, и сейчас Вано отвлекает от меня ищеек. Через батю они рассчитывают выйти на мой след. Охотники предложили мне вернуться в деревню.

— С чего бы? Мати сказала искать свой путь, и моя дорога лежит на восток. Мне надо разведать торговый тракт в том направлении, — я рассчитывал, что они предложат свою помощь. Деньги почти кончились, физическая немощь никуда не делась, а магичить чревато.

— По дороге ехать рискованно, — высказался Колдыба. Он был попроще Зоркого, но при всех его габаритах двигался так же бесшумно и незаметно. Опасная парочка. Я бы причислил их к наёмным убийцам, а не к охотникам.

— Согласен, — покивал головой Зоркий. — Надо ехать по краю леса. У тебя ещё есть здесь дела?

— Только припасов прикупить, — живот согласно заурчал. — Я бы перекусил.

Мы устроились на ближайшем клочке земли и развели костёр. Колдыба принялся готовить кашу, а Зоркий ушёл за покупками. Я же достал книгу «Приветы».

Глава 5

Пролистав книгу, я обнаружил кучу магических приветов от стихии Огня, с которой сроднился в мире Альфа. Сочное изображение яхты с подробной схемой и характеристиками вызвало терпкий привкус ностальгии. Непонятные чертежи воспроизведённых мною кубиков плетений понятней не стали. А от интерактивной карты с «глазами» перехватило дух.

Хочу! Делов-то, разбросать камешки с плетением глаза и собирать данные на бумагу. Я загорелся идеей. Затворник использовал координатную сетку для своих «глаз» или нет? Я начал всматриваться в плетения, и страница мигнула.

«Бабушкин рецепт ягодного пирога» — гласил появившийся заголовок. Перевернув страницу, я натолкнулся на тот же рецепт, и на всех остальных страницах тоже. Что ж, придётся готовить, вздохнул я. Может оно и к лучшему. Сколько иначе я буду прокачивать силу?

— Колдыба, — обратился я к спутнику, — у тебя есть бумага и карандаш? Нужно прикупить трав, ингредиентов тварей и продуктов. Подозреваю, всё это стоит недешево.

Охотник протянул карандаш и блокнот. Я тщательно выписал все необходимое для зелья и пирога. Может увеличивать дозировку? Дэла говорила, что мера слишком велика, но для меня была в самый раз… Я умножил цифры на десять. Книга мигнула и в рецепте поменялись значения. Даже больше, чем в 10 раз, в 25, если не больше… Записал требуемое количество и передал список Колдыбе.

— Сходишь? — попросил я охотника. — За кашей я присмотрю, и уходить никуда не буду, — пообещал я.

Охотник поколебался, потом всё же взял список и ушёл. Буквально через минуту на его место сел Лежалый. Один, без своих амбалов.

— Ну привет, малец, — улыбнулся глава Схода Горный, всё такой же лысый и в красных шароварах. — Тебя же Миха зовут?

Я кивнул. Мужик явно провёл расследование, интересно, что он еще накопал.

— Я знаю, что ты не в ладах с батей, — начал Лежалый, но увидев, как я поморщился, сменил тему. — Ты уже решил, чем заниматься будешь?

Я приподнял бровь. Если он задаёт этот вопрос, значит поговорил с кем-то из компании Хвата. А раз поговорил с ними, то и ответ ему известен.

— Зачем ты задаёшь вопрос, ответ на который и так знаешь? — спросил я.

Улыбка Лежалого стала шире, а в уголках глаз появились смешинки. Мужик он был колоритный, немолодой, жилистый. Рубашка расстёгнута на половину, обнажая мускулистую грудь. Любитель женщин, я усмехнулся, жаль мне это пока не грозит.

— Я в деле! — категорично заявил он.

— И каким местом ты в деле? — я попытался съязвить, но мужчина продолжал улыбаться. И в нем не было зла, по крайней мере направленного на меня.

— Тебе нужен управляющий, — продолжил он. — Или ты сам намерен всем заниматься?

Ай, хитрец… или делец? Останется ли башня моей, если управляющим станет Лежалый. Подгребёт по себя? Да и зачем ему? Он глава Схода, а я всего лишь планирую строить придорожный трактир.

— Я тебя не знаю, — обтекаемо ответил я.

— Хочешь я подскажу место, где стоит ставить большой трактир? — зашёл он с другой стороны.

— Давай, — легко согласился я.

Лежалый достал большую карту и разложил её между нами. А он подготовился…

Огромный материк по форме напоминал раскормленную букву «С». На севере горный массив отгораживал шапку из холода и снега. По центру сверху вниз тянулась горная гряда и, немного не доходя до южного побережья, плавно заворачивала на восток. Море разделило восточную часть континента пополам. Западная меньшая половина осталась единым куском суши.

Мелкая речная сеть почти равномерно распределялась по всему лесному континенту. Только на крайнем юго-востоке горный хребет отгораживал океан, образуя засушливую степь.

— Мы здесь, — Лежалый ткнул в разрыв между горами на северной половине континента. — Лесной Сход, — мужчина указал на большой круг, окруженный лесами почти в центре «челюсти», разинувшей пасть «С».

— А это Базар, — он перевёл палец на запад, почти к океану.

Понятно, значит на северо-востоке Сход Восточный. Что и подтвердили слова Лежалого.

На карте мелкие поселения россыпью накрывали леса, горы и степи. Дороги постепенно сходились, укрупнялись и приводили на главный торговый путь. Он повторял контур загнутого в позе эмбриона континента, огибая центральный горный хребет с обеих сторон. Не смотря на то, что жители предпочитали деревенский образ жизни, материк был густо населён.

— Видишь? — Лежалый показал на дорогу, ведущую от Горного Схода к Восточному. Торговый тракт раздваивался в начале пути, прижимаясь к речным изгибам и оставляя по центру голую степь. — Деревень хватает на обеих ветках дороги. Все ночёвки приходятся на облагороженные участки. Смысла нет строиться на северо-востоке.

Полностью согласен. Лежалый тем временем привлёк моё внимание к юго-востоку, где ситуация по его мнению так же складывалась гармонично.

— Вот же, — я ткнул пальцем в прореху между горными хребтами, где на большом участке не было поселений. — Три-четыре дня ехать без населённых пунктов.

— Да, но тут слишком близко Лесной. Если строиться в центре степи, то всего два дня пути, — он покачал головой. — Ты сюда глянь. Здесь тоже четверо суток без деревень и воды. Далеко от других Сходов, — он ткнул пальцем в карту, где западный тракт вливался в главный торговый путь, огибающий горный хребет. — Развилка! Отличное место, требующее благоустройства!

— Надо посмотреть на месте, — согласился я. Предлагаемая точка на карте была в противоположную сторону от нашей деревни Ключи, в пяти-шести днях езды.

Нас окружили охотники. Колдыба и Зоркий молча встали по бокам от меня и хмуро смотрели на незваного гостя. За спиной главного на Сходе возникли батя и Лютый. У обоих клинки были обнажены. Лежалый сделал вид, что не заметил их. Стоявшим подле меня магам он приветливо кивнул.

— Ты не хочешь сегодня переночевать у меня, Мих? — он показал рукой в сторону горы. — Вечереет, поздно отправляться в путь.

— Согласен, только сперва перекусим. Каша давно готова. Рассаживайтесь, — я приглашающе махнул всем рукой. — Как успехи, Колдыба?

— Не нашёл вырвиглаз и печень горбуна. Остальное здесь, — он похлопал себя по большой суме.

— А много надо? — спросил Лежалый.

Колдыба протянул мне список.

— Вырвиглаз — 350 грамм, печень 10-ти летнего горбуна — одна штука, — сообщил я главе. Он то точно знает, есть ли нужные ингредиенты на Сходе или нет.

Лысый задумался, почесывая обнажённую грудь. Батя, сидевший рядом, сильно проигрывал в харизме. Простая одежда охотника, хмурый ревнивый взгляд и напряженная поза.

— Думаю найдём, — пообещал Лежалый.

Я доел кашу и направил пищу на строительство мышц. Лютый достал откуда-то несколько бутылей и на мой вопросительный взгляд пояснил, что это пиво.

— Не пью, — отказался я. Тем более моему хилому телу, направленному на развитие, сейчас это совсем ни к чему. Алкоголь затормозит начатые процессы усиления.

— Совсем? — заинтересовался Лежалый.

Я с любопытством посмотрел на него. Прощупывает? Чтобы использовать и втереться в доверие?

— Огонь не любит спиртные напитки, — я решил ответить обтекаемо.

— А земля? — спросил Колдыба. Он точно был магом земли, как и батя. Зоркий и Лютый — огневики. А Лежалый похоже был мощным двустихийником.

— Земля не переносит напитки с воздухом, они разрыхляют ману. Пиво как раз такой продукт. К простому алкоголю Земля не столь категорична, как Огонь, но и ей он претит.

— Совсем никак? — огорчился Лютый.

— Насыщенное маной вино есть? — я обвёл собравшихся взглядом. И судя по их непонимающим лицам, это было нечто новое.

— Его делают из магически изменённых фруктов или обогащают после приготовления? — Зоркий задал весьма интересный вопрос.

Я же задумался о другом. В этом мире уровень маны был запредельный. И по сути всё тут было перенасыщено маной: звери, животные. Но приставку пере- обычно используют в сравнении с чем-то, а здесь сравнивать не с чем. Все люди — маги, и такой фон для них норма. Значит существование насыщенного вина в принципе невозможно. Еще вопрос, так ли вредит им алкоголь. Может сильные магические тела выводят его на раз. Против выступают сами стихии, но и при таком огромном потенциале кому вообще важно их согласие? Я полез в котомку за книгой по виноделанью. Из чего тут вообще делают спиртное?

— Какой напиток самый крепкий? Из чего его делают? — спросил я мужиков, листая оглавление. Перечень фруктов, не то… — Что у вас есть? Кроме пива?

Батя протянул мне флягу.

— Спотыкач, крепкое вино, из ячменя Туя делала, — Вано испуганно глянул на меня, боясь задеть мои чувства.

Я создал шарик, как для капельницы и плеснул внутрь немного напитка. Потом подумал и вылил всё содержимое фляги. Все захотят пробу снять. Положил шар на руку, мужики таращились, ну да, ну да… они же не видят силовых линий. Для них я держу сферу вина на ладони, я хмыкнул.

Запустил внутренний огонь внутрь жидкости, как раньше делал с живыми объектами. Интересно, что из этого получится.

Уровень маны в вине такой же, как и в окружающем пространстве. Хтонь.

— Окутай вино огнём, — попросил я Зоркого.

Получилось не с первого раза, но наконец маношар скрылся внутри огнешара.

— Как твоя рука, сын? — забеспокоился батя, глядя на мою руку, погружённую в огонь. Работает на публику?

— С моей рукой всё в порядке, Вано, — я улыбнулся ему недобро и обратился к Лютому: — Добавь в огнешар огня.

Теперь маношар с вином был внутри двойного пламени, но вино не трансформировалось. Уровень маны оставался прежним. Видимо при таких мощных планетарных силах, точечное воздействие — несущественный мизер. Я тяжело вздохнул и добавил в вино внешний Огонь. Вино изменилось, насытилось стихией, стало другим. Теперь это огненная вода.

— Чашки есть?

Мужики моментально поставили передо мной свои кружки, по количеству собравшихся. Вано поставил вторую чашку для меня. Я разлил вино из капельницы. Оно продолжало гореть.

— Пробуйте, — предложил я. — Но скорее всего будет больно… на счет опьянения не знаю. Это уже не вино, стихиям оно не противно. Пить можно без потери мощности для мага, скорее наоборот, произойдёт небольшой прирост силы. Ну и взбодрит. А вот насколько это будет больно? — я хищно оскалился. — Впрочем, я не настаиваю…

Я провокационно улыбнулся и пожал плечами. Лежалый взял чашку, но не стал пить сразу, сделал вид, что анализирует напиток.

Зоркий выпил содержимое одним махом и с криком повалился на бок. Лютый нагнулся к нему и перевернул. Зоркий пребывал в прострации и глупо улыбался. Хм… Хорошо ему… Лютый попробовал потушить огонь в своей чашке, но не преуспел. Ещё бы, я старательно сдерживал улыбку, сохраняя доброжелательно-нейтральный вид.

Батя поднёс чашку к губам и, глядя на меня, выпил. Страдалец, типа, наказал себя за десятилетнее пренебрежение сыном? Говнюк. Как я и думал, на мага земли мой огонь подействовал по-другому. Вано передёрнуло, он вскрикнул, а потом отрыгнул дымком и жадно перевёл взгляд на чашку Лютого. Тот, не долго думая, выпил залпом свою дозу. Ожидаемо вскрикнул, скорчился от боли и повалился на бок. Через несколько секунд затих и так же, как Зоркий заулыбался, пялясь в пустоту.

Колдыба хмыкнул и отпил половину. Его передёрнуло, он крякнул и выпустил облачко дыма. Допил остальное. На этот раз тело дёргаться не стало, только дымок изо рта сопровождался громкой отрыжкой. Я перевёл выжидательный взгляд на Лежалого.

— А почему второй раз не подействовало? — как-то обиженно спросил Колдыба.

— Адаптация, — я пожал плечами. — Торкает только в первый раз.

Лежалый разделил содержимое на два больших глотка. Как обладателю сразу двух стихий ему достались и болезненные спецэффекты и огненная отрыжка. Второй заход сопроводился легким дымком.

— Есть еще спотыкач? — мне захотелось продолжить эксперимент.

Колдыба протянул свою флягу.

— Домашнее вино, моя бабка делает, — объявил он.

Я повторил манипуляции с маношаром, только на этот раз насытил вино Землёй. Жидкость загустела. Разлил по чашкам и оставил себе на донышке. Свою порцию огненной воды я еще не пробовал.

Колдыба осторожно пригубил вино. Чашка не горела, и о наличии в ней чужеродной стихии ничего не предупреждало. Он дёрнулся, заорал от боли и повалился наземь. Вано смиренно вздохнул, и залпом опустошил свою кружку. Молча повалился рядом с охотником.

— Меня свалит? — осторожно спросил Лежалый.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Огонь не смог, значит и Земля не справится.

Он отпил половину, его передёрнуло и он отрыгнул облачком пыли. Вторая половина зашла гладко, без спецэффектов.

— Долго они проваляются в отключке? — поинтересовался главный на Сходе.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Думаю, это зависит от уровня силы. У тебя просто мощность побольше.

Я перелил огненную воду обратно в маношар и перемешал с остатками заряженного Землёй вина. Получилось комбо. Просветил получившийся напиток огнём. Не пойдёт. Я влил в маношар лаву. Теперь структура напитка выровнялась. Разлил себе и Лежалому. Мы стукнулись кружками и выпили.

Главный заорал мощным басом, выпуская в меня струю огня. Я словил её и впитал, а то еще подожжёт чего-нибудь.

— Это можно считать покушением? — спросил я испуганного мужика.

— П-прости, Мих-ха, прост-ти, — он стал заикаться, — я не х-хотел, чес-сно. Не ожидал, ч-что так п-получ-чится.

Грозный глава Схода, при упоминания имени которого, торговцы боязливо озираются, смотрел на меня взглядом ребенка, у которого сейчас отберут конфетку. Я успокаивающе махнул рукой.

Вся моя идея по легкому обогащению через продажу манонасыщенного вина только что пошла прахом. Чем поить мужиков в моём трактире? Может поэкспериментировать с травками? Или грибами? Взвар для поднятия настроения? Только что организм не воспримет во вред? Интересно у Лежалого есть среди знакомых сумасшедшие травники-экспериментаторы?

— Пошли! — я поднялся, и главный на Сходе резво подскочил, вопросительно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на лежавших вокруг мужиков. — Ты же в гости звал.

Лежалый суетливо пошёл вперёд, показывая дорогу. Я забрал суму с ингредиентами у Колдыбы и последовал за главой. Перешагнул через батю, с трудом удержавшись, чтобы пнуть его.

К тракту вышли коротким путём. Там нас ждала небольшая красная повозка работы Клёпы. Узнаваемый почерк.

Большие колеса, спереди место для кучера, для пассажиров мягкие сиденья, тоже красные, конечно же. Я хмыкнул. Проехались с ветерком. Пыль отталкивалась от окружившей нас сферы, колёса шли мягко, почти не трясло. Шикарная вещь! И ведь только на двоих пассажиров, я ухмыльнулся. Не предполагал глава брать с собой команду охотников из Ключей.

Мы быстро доехали до въезда на окружную дорогу и двинулись к горе, где состоялась битва магов. Обогнули её и остановились перед крутой лестницей.

— Эй, Капа! — позвал глава. Перед нами возник услужливый паренёк лет пятнадцати и поклонился нам обоим. — Найди Кору, купи у неё 370 грамм вырвиглаза. Потом сходи к Горынычу, узнай, есть ли у него печень десятилетнего горбуна, выкупи за любую цену.

Мы поднялись на скалу. Неплохо так устроился главный. Пещера явно с подогревом, деревянная отделка. Я достал магоочки. Да, плетения повсюду. В полу, стенах, окнах, предметах мебели. Тут не было обычных вещей. Всё самое лучшее, хм… и зачем ему я, мутный голодранец?

Собственно, а почему бы не заработать, пока я на Сходе? Могу продать свои кулинарные шедевры… Какие-нибудь супер ножи или разделочные доски… Как я собираюсь строить трактир? Из говна и палок? Где взять команду? Настроение упало, когда я вспомнил про родную деревню Ключи. Ни одна сволочь не помогла за десять лет! А сейчас я им нужен?! Тьма их забери!

Лежалый забеспокоился.

— Миха, не переживай! Для чего тебе ингредиенты? Кухня пойдёт или нужны какие-то особые инструменты? — хозяин подвёл меня к очагу.

Я достал из котомки книгу «Приветы». Что тут? Рецепт приготовления пирога вполне обычный для печи.

— Печь есть? Как вы хлеб готовите?

Лежалый показал какой-то каменный ящик, обитый металлом. Открыл дверцу и выдвинул решётку.

— Вот, выставляешь режим выпекания, — пояснил мне мужик. — Можем Марфу позвать, она готовит и разбирается в выборе температуры.

— Посмотрим, — я опять заглянул в книгу. Травы перетереть, печень порезать в котёл. Какой же это ягодный пирог? Мясной! Аааа… понятно, усушка, утёрка, утряска. Хтонь! Можно же сделать гораздо проще и вкусней. Главное собрать ингредиенты с одном месте. При умножении количества ингредиентов на 25, оно не влезет в пирог. Никакого ягодного вкуса!

Я стал выкладывать на стол купленные Колдыбой травы, продукты и ингредиенты.

— Весы есть?

Лежалый принёс какую-то металлическую пластину с делениями. Положил на неё яблоко. Загорелись цифры — 95 грамм. Ясно, принцип работы понятен.

Взвесил все составляющие. Ну точно. Слишком много алхимического состава, и мало пирога. Бред. Так и сказал книге. Это невозможно приготовить. Книга плюнула в меня огнём. Больно же!

Нет! Буду делать всё по-своему!

— Мне бы еще мяса, можно тушу целиком, и каких-нибудь овощей и фруктов две большие корзины, а еще воды бочку, — я вопросительно посмотрел на хозяина дома. — И место, где меня никто не побеспокоит день или два.

— Здесь располагайся, это самая большая комната в доме, — огляделся вокруг Лежалый.

Я пододвинул стол с ингредиентами к дивану. Тушу расположили в большом тазу на полу. Корзины и воду рядом. Вернулся Капа с травой и печенью.

— Печень пятнадцатилетнего горбуна, — сообщил парень.

Ладно, хуже не будет. Я собрал всю траву в единый маношар, чтобы не заморачиваться с ножом, измельчил всё острыми манолезвиями, выращенными внутри сферы. Подсушил и превратил в порошок. Получилось килограмма три смеси. Глупая книга! Предложила запечь это в ягодный пирог!

Кроме печени были еще чьи-то сердца, мозги и какие-то выжимки. Подвергать их термической обработке? Или нет? Книга советовала выпаривать, но я перестал доверять рецепту. Собрал все животные ингредиенты в единый маношар и превратил в однородную кашеобразную массу. Выглядело преотвратно. Подумал, и всё же соединил обе смеси в единую. Хорошо, что маношар скрывал запахи.

Вот… значит… И как мне это «съесть»? Собрал отдельно по коконам фрукты, овощи, мясо и воду. Итого пять будущих капельниц. Нужен какой-то фильтр… Не вводить же это всё через пищеварительную систему? Или вводить? Попросил Огонь и Землю помочь. Огонь предлагал подсоединить вещества напрямую к ядру. Земля поддержала идею и показала фильтр, который будет перерабатывать и перераспределять поступающие элементы.

Втроём мы соединили все пять шаров с моим ядром. Трубка, которую сотворил Огонь отличалась от тех, которые я использовал для капельницы. Травянисто-кровавая жижа по мере продвижения медленно трансформировалась в энергию и по капле поступала в мой источник. Процесс явно затянется… Земля подключила четыре трубки с питательными веществами по контуру ядра, обволакивая его и расщепляя на поверхности на микроэлементы, которые разными потоками устремлялись по местам назначения. Выглядело это всё сильно так себе, меня передёрнуло.

Ладно… метод магического тыка — двигатель прогресса. Я расслабился и лёг на диван. Последнее, что помню, как Огонь и Земля ласково заключили меня в лавовый кокон.

Глава 6

Просыпался я с трудом. Сначала услышал голос мати, которая ругалась с Вано. Я даже заулыбался, насколько приятные звуки. Мне бы не хотелось, чтобы они сошлись снова. Потом голоса пропали. Кто-то закрыл дверь?

— Капа, накрывай на стол, — послышался голос Лежалого. — Наш гость скоро очнётся. И скажи Гере, пусть приготовит горячую купель. Одежду подберет свободную, парню придётся заново привыкать к своим габаритам.

О чём это он? Я попробовал пошевелить рукой. Вокруг меня успокаивающе закружился лавовый кокон. «Как дела?» — отправил я мысленный посыл Огню и Земле. Ответ меня оглушил, я ничего не смог разобрать. Тогда Огонь пронёсся по моему телу, заряжая энергией. Понял, каналы и сеть расширены, пропускная способность увеличена. Земля, медленно заползла внутрь тела и наполнила объём. Я стал больше! Ощутил и мышцы, и связки, и даже мелкую капиллярную сеть, за что особое спасибо матушке Земле. Меня передёрнуло, нервный импульс пробежался по клеткам. Попробовать надо воинские навыки, мечом помахать. Редко встретишь здесь холодное оружие. Интересно было бы посмотреть на магическую охоту. Звери-то наверняка отвечают тем же…

Лавовый кокон схлынул, и я рухнул на диван. Хтонь! На столе уже стояли яства. В животе заурчало. Лежалый сидел в кресле напротив и улыбался. Я прошёлся по телу очистительным огнём и сотворил на себе простую одежду. Жадно принялся за еду, и когда утолил первый голод, спросил:

— Откуда здесь Текура?

— Прибыла неделю назад, — улыбнулся хозяин дома. — У тебя очень красивая мати. Твоя работа?

— Природа постаралась. Я всего лишь вывел яд из организма, — я положил в тарелку новую порцию мяса с овощами. — Кто еще здесь?

— Да уже почти все разъехались, — ответил Лежалый и я заподозрил неладное.

— Сколько я лежал?

— Шесть недель, Миха, шесть с половиной недель, — он с удовольствием наблюдал за моим ошарашенным лицом.

— И неужели никто не попытался вмешаться в процесс? — я прежде всего подумал о матери. Хотя нет… Она у меня умная.

— Нашлись дураки. Ожоги после этого почти не поддаются лечению, — Лежалый с удовольствием делился информацией. — У Лютого рука до сих пор плохо функционирует.

Ну да, ну да… лавовый кокон если в него сунуть руку… Или настолько тупых не нашлось?

— Что он сделал? — стало любопытно.

— Он протянул к тебе диагностический щуп, — пояснил Лежалый. Всего-то?

— И что случилось?

— Ты плюнул в него лавой. Он инстинктивно прикрылся рукой, — Лежалый показал мне за спину. По полу и стенах виднелись дыры от попадания разогретого мелкого камня. Странно, что пострадала только рука.

Я вопросительно посмотрел на Лежалого. Тот открыл было рот, но в комнату влетела мати.

— Сыночка! — она бросилась ко мне, и я поднялся на встречу. Мы обнялись. Я определёно стал выше. — Возмужал-то как!

Текура горделиво погладила меня по щеке, провела по волосам, взяла за руку и глянула на ногти. Ну да, отрасли… Стоило мне подумать, и ногти укоротились. Хтооонь… Мне бы еще зеркало. Перед нами возникло плетение глаза, модифицированное Каем. Мы ошарашенно смотрели в отражение. Мати у меня красавица! Я довольно погладил женщину по плечу.

Я повертелся. Совсем другое дело! Держитесь девки, хана вам! В отражении на меня довольно смотрел широкоплечий юноша с красивыми правильными чертами лица, глаза цвета чернозёма, древесный оттенок волос, как у мати. Я нежно поцеловал женщину в щёку.

Задрал рубашку, обнажая кубики пресса. Мышцы прорисованы идеально, и не только основные, но и мелкие. Пропорции смотрятся гармонично, узкая талия, мощные ноги. Ни грамма лишнего жира. Да и откуда ему взяться? Надо попробовать тело в движении.

Я выскочил на широкий балкон и обомлел. Пустой Сход! Хтонь! Это смотрелось настолько дико… Я разбежался и прыгнул вниз, на ходу создавая огненную платформу. Приземлился на неё и по инерции заскользил к земле.

Соскочил на пустой тракт уже с двумя мечами. Тело жаждало боя, а противников нет. Хтонь. Попросил Огонь и Землю подсобить. Вместе, потому что Земля сделает соперника плотным, а Огонь заставит Землю двигаться быстрей. И вот передо мной ухмыляется соперник. Читеры! У воина два меча, только один огненный, а другой из чёрного, как сама Тьма металла. Вроде как и соблюли условия — единение Огня и Земли, но про оружие я же ничего не уточнял… Я отзеркалил хищный оскал.

Понятно, что принимать огненный меч на блок не стоит, да и чёрный клинок выглядит опасно. Значит тактика уклонения и выпады. Ему-то от моих ударов вряд ли будет урон. Обменявшись пробными атаками, мы ускорились и пару раз он меня задел, вернее обозначил удар, и на счет опасности лезвия я был прав. Но и я достал его два раза. Мазнул по плечу и бедру.

Я положил мечи на дорогу и махнул рукой, приглашая к рукопашному бою. Стихии у нас родственные, значит ожогов не должно быть. И если сначала мы боролись на равных, после ускорения он меня легко завалил на лопатки. Тело у меня хорошее, но я к нему не привык. Да и глупо считать себя выше объединённой стихии. Ничего, в следующий раз отыграюсь. Мы уважительно поклонились друг к другу, и он исчез.

— Миха! — ко мне спустилась мати и стала пристально изучать тело. Чтобы успокоить её, я окутался языками пламени. Сработала регенерация и незначительные порезы и синяки исчезли, а ткань восстановилась.

Я улыбнулся, прижал к себе Текуру и погладил по спине. Лежалый оказался рядом. И судя по переглядываниям между ними уже что-то было. Я сделал вид, что не заметил. Всё лучше бати, хотя мотивы главы Схода мне по-прежнему не ясны.

— Кто это был? — с едва заметным волнением в голосе спросил Лежалый.

— Единение Огня и Земли, — я удивился вопросу. Мы в мире запредельной магии. Неужели они не понимают, в каком мире живут?

Маг с восхищением смотрел на место, где только что стоял мой противник. Мда… Странно, что воплощение стихий для сверхмагов нечто удивительное. Да и вино они пьют, не уважая внутреннюю силу. Чуют внешнее проявление энергий, но не следят за тем, что творится внутри себя… Слепые котята, родившиеся от Великой Мати. Значит их сила — это только потенциал. Мне стало жутко, до каких пределов могут вырасти местные маги при грамотном воспитании. Хтонь!

Ко мне подошла немолодая женщина и с поклоном предложила воды.

— Спасибо, — поблагодарил я за заботу. Жадно отпил, провожая женщину взглядом. Сильная магиня. Земля. Мать? Я перевёл взгляд на Лежалого.

— Это Гера, последовала за мной из деревни. У неё никого не осталось. Муж и сыновья погибли на охоте, когда натолкнулись на хозяина леса, — объяснил глава Схода.

Взгляд упал на уступ, где находилось жилище Лежалого. Там стояла команда Вано. Перехватив мой взгляд они стали спускаться вниз. Для этого Колдыба преобразовал часть горы в каменную пологую горку. Охотники сели на пятую точку и по очереди скатились вниз. Что-то в них изменилось. Я пригляделся. Хтонь! Да они теперь все двустихийники! Неплохо так мы поэкспериментировали с алкоголем. А глава Схода? Я перевёл на него вопросительный взгляд.

— Я стал сильнее и лучше комбинирую стихии, а Текура пробудила огонь, — подтвердил мои подозрения лысый красавчик.

Я подошёл к команде Лютого, которые остановились на расстоянии.

— Зачем вы здесь? — спросил я батю.

— Ты знаешь ответ на этот вопрос, — Вано посмотрел на меня исподлобья.

— Правильно, — довольно кивнул я. — А вот тебе ответ неизвестен. Вы здесь, потому что вам так сказали. Вы всего лишь исполняете чужую волю, — я издевательски улыбался. — Возвращайтесь, и передайте старейшинам, что у них было десять лет для налаживания контакта. Вполне достаточно, чтобы разобраться в ситуации и увидеть гниль, раз они так хорошо чуют энергии.

Я повернулся спиной и зашагал к дому.

— Миха, — окликнул меня Зоркий, — прости…

Я резко обернулся и покрылся языками лавы.

— Где ты был, когда мы медленно подыхали от яда? — с каждым словом жар от меня всё увеличивался и увеличивался. — О чём ты думал, каждый день проходя мимо нашего дома? Твой зоркий глаз ослеп? Или ты прикрывал его, чтобы не замечать неудобство? — лава вокруг тела пульсировала, выплёвывая раскалённый камень на дорогу. — Я отвечу. Тебе было плевать! —проорал я ему в лицо.

Я зло смотрел на потупивших голову охотников. Никто не осмелился посмотреть мне в глаза. Трусы! Нет будущего у того, что не признаёт своего прошлого!

— Я не злопамятный, — я успокаивался, постепенно остывая. — Просто память хорошая. Я помню ВСЁ! И от вас я добра не видел.

Я развернулся и зашагал к дому.

Мы разместились в гостевой комнате на диванах. Текура, Лежалый и я.

— Какой план? — спросил глава Схода.

— Ехать на место и проводить исследования почвы. Нужно понять откуда брать воду и всё остальное, — я перевёл взгляд на мати. — Ты со мной?

— Конечно, сына, — женщина ласково улыбнулась. — А что ты задумал?

Я тяжело вздохнул и признался.

— Мы будем строить каменную башню, высотой с гору, — вряд ли они поймут значение слова «небоскрёб».

Лежалый громко расхохотался, хлопнув себя по коленям.

— Но это невозможно, — забормотала мати. — Она завалится на бок. Или обрушится под своим весом еще на стадии строительства. А как ты будешь поднимать воду наверх? Да и кто захочет жить наверху? Ты представляешь, сколько нужно потратить времени, чтобы подняться и спуститься?

— Просто не будет, — покивал я и весело улыбнулся. — Зато интересно! Но для начала построим трактир под открытым небом. Представьте. Едет караванщик Фрод, устал, хочется ему отдохнуть и видит табличку, название я не придумал… пусть будет 24/7.

— А что это значит? — спросила Текура.

— Работает круглые сутки, — пояснил Лежалый. — 24 часа в сутки и 7 дней в неделю. Вот и получается 24 на 7. Хорошее название — вводит в ступор и врезается в память.

— Первая табличка гласит что-то типа: «Через 1000 метров трактир 24/7, свободных мест 10 из 100», допустим.

— А что так мало? — опять перебила мати.

— Не знаю, сколько, — я развёл руками, — считать надо, сколько успеем построить до начала сезона.

Лежалый задумался.

— Через 4 месяца поедут первые караваны, — выдал он.

— Задачка та еще, не факт, что успеем. Ладно, на месте определимся… — отмахнулся я и продолжил: — Едет Фрод дальше и снова табличка: «Через 500 метров трактир 24/7, свободных мест 25 из 100», а рядом еще одно табло: «Приём заказов через 100 метров».

— Какой приём? Это для этого тебе быстроходы? — догадался Лежалый.

— Да, думаю, что вначале пропускная способность 24 на7 будет низкая, поэтому планирую выдавать еду мимо проезжающим караванам. Чтобы они подсели на моё мясо, — я хитро улыбнулся.

— Какое мясо? — спросила Текура.

— О! Ты не видела, какое шоу он тут устроил! — с жаром выпалил Лежалый. — Ты же угостишь мати?

Я кивнул и продолжил рассказ.

— Допустим караванщику повезло и свободные места есть, Фрод не сделал предварительный заказ, затупил, решил свернуть в последний момент.

— Это навряд ли, мы же строимся в центре длинного безводного перехода, — возразил Лежалый. — Останавливаться будут все! И если ты не хочешь хаоса, продумай массовые ночёвки заранее.

Ну да, ну да, кому, если не главе Схода понимать ситуацию…

— Караван съезжает с дороги, — продолжил я, — и подъезжает к въезду. Допустим там стоят большие арки, чтобы издалека было видно. Здесь его встречают милые девушки, которые помогают оформить заказ. Тупить караванщики будут, и без помощниц не обойтись. Дальше Фрод едет по большому кругу.

Я попросил у хозяина дома большой лист бумаги и что-нибудь яркое для рисования. Он протянул уголь и просто перевернул карту материка обратной стороной.

— Караван въезжает на круг, внутри которого находится команда поваров и не только. Я планирую со временем магазин, ремонт подвод, лечение животных и людей, может ещё что, — я вопросительно посмотрел на внимательных слушателей. — Пока Фрод едет по кругу, смотрит на поваров и решает что-то прикупить в дорогу.

— Умно, — похвалил меня Лежалый. — Аппетит приходит во время еды. Дорога должна быть широкой, чтобы можно было остановиться, не тормозя общее движение.

Я согласно покивал.

— На въезде Фрод получил табличку и план, по которым он едет дальше. Зоны размечены по внешнему кругу и обозначены табличками с номерами. Допустим в первом внешнем круге их 50, а во втором уже 100, в третьем… ну не знаю, это надо разметку делать и лучше сразу на месте. Караванщик видит свой ряд и место и следует туда.

— А где еда, которую он заказал? — загорелся идеей Лежалый.

— Два варианта: либо получает при въезде, если заказал заранее, либо уже на своём месте ему её привозят.

— Значит нам нужна ватага пацанов… И чем больше, тем лучше. Они же и заказы принимать будут на тракте, — озадачился Лежалый.

— Народ подтянется, — заверила нас Текура. — Как только увидят идею и её реализацию захотят поучаствовать.

— Как долго Фрод может занимать своё место? — мысли главы Схода побежали дальше.

Я задумался, а ведь Лежалый прав. Караванщики захотят остаться на ночь, и мест на всех путников не хватит. Этот момент я упустил. Рассчитывал, что они перекусят и поедут дальше. А Фрод решит задержаться… как пить дать…

— Не знаю, — я растерялся. — мы же типа работаем 24/7?

— Увеличим стоимость аренды, — предложила мати. — Сколько нужно времени на поесть и помыться всем караванщикам. Два часа за глаза. Допустим, два часа стоить будут одну серебрушку, без учёта еды. Если ты хочешь добавить час, то доплачиваешь еще две серебрушки, четыре часа еще плюс три серебрушки. Значит за 6 часов отдыха ты выложишь 15 серебрушек.

— Слишком мало, пусть будет золотой, — возразил Лежалый. — 15 серебрушек не затормозят караванщиков в их желании задержаться на подольше, а если брать один золотой за два часа, то народ может и пожадничает.

— Если ты не пустишь их на ночлег, они перероют всё вокруг, — заметила Текура.

Я задумался. Как же всё сложно! Похоже придётся подстраиваться на ходу. Я сник. Тьма из забери…

— Миха, как я понял ты подобрал себе артефактора Хвата, и зачем-то тебе Зара. А еще кто нужен? — поинтересовался глава.

— Я бы еще привлёк Велгора, — я вопросительно посмотрел на мати. — Он хорош? Нужны маги с гибким мышлением.

— Не знаю, надо с ним поговорить… — засомневалась Текура.

— Повара нужны, — я развернулся к Лежалому. — Мне понравился Клим. Он догадался, как я приготовил рульку. Но мне не удалось с ним переговорить. Нужен план минимум, с которого можно начинать работать.

Мы просидели за обсуждением до утра. Слуги дважды накрывали на стол, чтобы мы перекусили. Всё упиралось в то, что наладить кормёжку к началу движения караванов на Сход мы не успеем. Осталось три месяца. Значит придётся сдавать пустые зоны отдыха с доступом к воде. И лучше делать с запасом, чтобы избежать уродования почвы.

Интересно, а можно ли консервировать еду? Сделать заготовки в межсезонье? Пока дорога пуста, трактир продолжает работу, но не продаёт, а забивает склад. Это в разы увеличит проходимость! Наверное поэтому у меня сработала чуйка на Зару, она мастер заготовок. Осталось только перенаправить её ум в другую сторону…

Внезапно я вспомнил о карте. Книга милостиво убрала рецепт ягодного пирога со всех страниц, и я нашёл принцип изготовления карты. Хтонь! Да эта книга надо мной издевается? Тьма её забери! Она предлагает накладывать плетения на бумагу! Мне? Абсолютному бездарю в заклинаниях? Хтонь!

Я сел в позу для медитации и закрыл глаза. Для чего мне нужна карта? Изучить почву, местность вокруг, доступ к воде, дороги, и людей, которые перемещаются по торговому тракту. Ойкнула Текура. Я открыл глаза и увидел перед собой сложенный кусок пергамента. Развернул. Ни-че-го. Совсем пустой лист. Как так-то?

Рядом на полу лежали камешки с изображением глаза. Я взял один в руку и пустил в него ману. Он завибрировал и затих. Зато на белом листе проявилось схематическое изображение комнаты и три точки. Я попробовал уменьшить масштаб, сводя пальца вместе.

Вскоре перед нами появился Сход Горный. Ну да, ну да… без названий. Я максимально сжал схему.

— Сколько здесь радиус? — спросил Лежалого.

— Пять километров? — предположил он, разглядывая нарисованную местность. — Нужно брать внахлёст, а то могут появиться белые пятна в местах пересечения кругов.

А где же анализ почвы, возмутился я. Карта вдруг стала трехмерной, виртуальное изображение зависло над столом. Я попробовал раздвинуть руками, сработало, я хмыкнул. Вот как на Сходе устроено водоснабжение, умно, очень умно… Он подвёл воду из двух разных скал. Лежалый пересчитал камни с плетением глаза — 50 штук. Хватит ли?

Я закрыл глаза, раздался шелест осыпающихся камешков.

— Хватит? — улыбнулся я.

— Отправлю пацанов в разные стороны. Полная карта континента не помешает, согласись, — Лежалый начал разделять артефакты на кучки.

— Пусть закапывают неглубоко, — предложил я. — Или может их экранировать? А то ушлые маги подберут и заберут себе.

Собирались мы долго. Лежалый снарядил пять сцепок для комфортного проживания и набрал бочки для воды. В результате выехали мы только через неделю. А на четвёртый день подъехали к деревни Ключи.

Нас встречали. На дороге в окружении толпы деревенских стояли старейшины: дед Никодим и бабка Миряна. Рядом мялся староста Юра, а знакомая группа охотников расположилась наособицу ближе к лесу. Рядом с батей стоял мой брат Жиромир.

Глава 7

Караван остановился. Я попросил Лежалого и Текуру не вмешиваться. Спрыгнул с телеги, вышел вперед и остановился на полпути. Скрестил руки на груди и принялся ждать.

Троица переглянулась. Староста остался на месте, а старейшины вышли мне навстречу. Дед Никодим с интересом разглядывал меня. Из-за моей спины выглядывали рукояти мечей, и его взгляд то и дело возвращался к ним. От клинков наверняка фонит непонятной магией. Да и я сильно изменился за весьма непродолжительный отрезок времени.

Пусть под свободной одеждой не видно мышц, но габариты-то не скроешь. А я не только раздался в плечах, но в подрос сантиметров на двадцать. Хотя… они же меня не видели! Измождённого, истощённого, на тоненьких ножках. Может я вырос таким могучим красавцем вопреки стараниям Туи? Значит не всё так уж и плохо было, когда нас травили, я хмыкнул. Да и мати к старосте пришла уже красавицей…

Дед Никодим остался спокоен, а бабка Миряна заволновалась. Я ощущал от неё недоброе. Такая спокойно воткнёт нож в спину для моего же блага.

— Прости нас, Миханя, мы виноваты, — бабулька состроила виноватую гримасу, поклонилась в пояс и с кряхтением разогнулась. Дед Никодим прижал руку к сердцу и отвесил полупоклон. Ну да, ну да…

Я молча ждал продолжения. Что они ждали? Можно сказать «прости» через год пренебрежения, или два. Но десять?! Мне не о чем с ними разговаривать. Я не видел в них и капли сожаления или раскаяния. Только жадность.

Пауза затягивалась. Дед первый не выдержал и крякнул, однако этим и ограничился.

— Что же ты, Миханя, как неродной? Почём охотников обидел? — старейшина решила сделать меня крайним. — И зачем связался с этим иродом? — она мотнула головой в сторону Лежалого. — Бандит он! Лихой человек!

Бабка поцокала языком и обвиняюще посмотрела на главу Схода. Никодим снова прочистил горло. Заход старейшины на обвинения он не одобрил, но предпочёл помалкивать. Подкаблучник.

— Что вам? — строго спросил я, а то ситуация затягивалась. Не переделать стариков. Сколько им? Сто пятьдесят? Окостенели душой и телом.

— Ответ тебе держать, Миханя, за убийство Дрына с парнями, — печально сообщила мне бабка. Сука снова переврала моё имя.

Я молча приподнял бровь. Серьёзно? В толпе деревенских заголосили бабы, и что-то мало там было искренности.

— Да, я убил парней, которые на меня напали около реки. Они решили, что я слабак и поэтому недостоин жизни. Тут же приговорили меня к смерти. Перед кем мне держать ответ, что не дал себя прикончить? — спросил я старейшин.

Никодим понимающе крякнул, а значит ситуация была прозрачна изначально.

— Перед матерями, Миханя, перед матерями, — бабулька провела рукой в сторону деревенских, и голосящие бабы усилили скулёж. Ни одной слезинки. Как же противно… Бабий суд!

— Кто будет держать ответ передо мной и Текурой? По что жители десять лет закрывали глаза на то, как Туя загоняла нас в могилу? — спросил я холодно.

— Она получила по заслугам, — вставил своё слово дед. Уж лучше б молчал.

— А вы? Сколько раз вы зашли к нам, пока мы болели? Дайте подумать… никак не получается сосчитать…

Я театрально почесал подбородок, сделав вид, что задумался.

— Никак… Наверное потому что вы ни разу не побеспокоились? — продолжил я издевательским голосом. — Ну допустим, вы поверили россказням Туи, какие мы нехорошие. Так пришли бы и наказали нас. Почему ты, Миряна, не сунула свой длинный нос в эту ситуацию? А ты, Никодим, не направил нас на путь исправления? И я опять спрашиваю вас — что вам от меня надо?

— Щенок! — вскричала Миряна. — Я научу тебя уважать старших!

Она это серьёзно? Умом тронулась? Я развернулся к своим и зашагал прочь. Если до этого я планировал остаться в деревне на ночь, то сейчас резко передумал.

За спиной начала формироваться мощная магическая волна сдвоенной стихии. Бабка готовилась запустить в меня чем-то убойным. Я словил обеспокоенный взгляд мати и успокаивающе подмигнул ей. Но она побежала навстречу, стремясь загородить меня от удара старейшины. Второе формирование позади пыталось вмешаться в плетение бабки. Никодим порывался остановить её, но не преуспел.

Бабка запустила в меня каменное копьё, объятое пламенем. Я слегка качнулся, как-будто споткнулся и копьё задело меня по касательной, слегка разрезав плечо. Я вскрикнул и упал, надеюсь реалистично. Попросил стихии приостановить регенерацию и добавить кровищи.

Мати упала передо мной на колени и перевернула меня лицом вверх, изучая рану. Лежалый встал рядом, и я глазами попросил его не вмешиваться. Миряна торжествующе приближалась, Никодим осуждающе шёл следом. Деревенские громко переговаривались, и что-то я не слышал ни осуждения, ни сочувствия.

— Юра, — позвал я слабым голосом.

Староста быстро подбежал и присел рядом. Он тоже глянул на рану и быстро убедился, что она несерьёзная. Разве что кровь хлещет. Я встретился с ним взглядом.

— Юра, рыба гниёт с головы. Твои старейшины начали источать душок лет десять назад, если не раньше, — я заглядывал внутрь старосты. Он тоже виноват, но уже признал это по крайней мере перед собой, а старейшины слепы. — Если ты не изменишь ситуацию…

— Заткнись! — визгливым голосом перебила меня бабка. Она сформировала энергетический хлыст и обвила моё горло. Я присосался к нему и потянул энергию на себя, опустошая чужой резерв. Мощная бабка!

Миряна задергалась, попыталась отцепиться, а когда это не получилось, бросилась вперёд с намерением прикончить меня голыми руками. Никодим перехватил её. А Лежалый придержал мати от опрометчивых поступков.

Я смотрел на бабку и сомневался. Стоит ли оставлять её в живых? Она же мстить начнёт. Туя номер два. Я встретился глазами с дедом Никодимом и прочитал в них смирение.

Когда магическая энергия старейшины показала дно, я продолжил высасывать жизненную силу. Ещё минута и на дорогу рухнула высушенная мумия.

Я поднялся на ноги и погладил мати.

— Ждите здесь, мы не будем заходить в деревню.

Я двинулся в сторону дома, деревенские шарахались в сторону. Только Велгор не отвёл взгляд, хмуро глядя на меня. Ну а что он хотел? Я подошёл к мужчине.

— Ты можешь пойти с нами, — предложил я ему. — Наша конечная точка в четырёх или пяти днях пути дальше по тракту. Решай сам.

Я похлопал его по плечу и двинулся дальше. Душа просила зрелища. Я забрался на террасу над крышей и уселся в позу для медитации. Стихии одобрительно кружились рядом. Повеселимся?

Тело будто соскучилось по медитативному трансу. Я пробежался внутренним взором по телу, поморщился, натолкнувшись на рану в плече. Пламя лизнуло повреждения, восстанавливая целостность плоти, а земля залатала рубашку и почистила ткань от крови.

Удовлетворившись состоянием организма, я переключил медитативный взор на дом. Текура его поправила, и в целом он сейчас был крепким. Но недостаточно прочным для моей задумки. Я решил, что лучше всего срастить корпус в цельную бесшовную конструкцию. Когда трансформация была завершена, я улыбнулся и вырастил снизу птичьи ножки.

Чтобы заставить дом двигаться, я слился с ним, став единым целым. Дом, или уже я, поднялся на ножки, встряхнулся и зашагал к тракту, распугивая деревенских. Эх, мебель не закрепил! Вся посуда перебилась… Хтооонь… Мати меня прибьёт.

Погреб забыл! Я развернулся и пошёл обратно. А как я извлеку погреб? Там же всё побьётся? Земля предложила засыпать его песком, чтобы внутри не было полого пространства. Умничка! Так и сделал, заодно укрепил конструкцию. Присел рядом и прирастил, как хвост у птицы.

До носа дотянулся запах лечебных трав. Аптекарский огород надо забрать. Я задумался. Высажу на террасу над крышей? Я расширил медитативную ауру за пределы дома. Яблонька! Мати её очень любит…

Подцепил грунт, надеюсь трёх метров глубины хватит, утрамбовал по границам, получился аквариум. Только зря погреб выкапывал. Снова встал на птичьи ножки, теперь уже со всем участком. Центр тяжести сместился. Хтонь! Облегчение веса, как я забыл! Стал регулировать вес. Пожалуй, дополнительные ноги мне не помешают. Попробовал переставлять восьмою лапками. Чуть не упал. Пусть лучше будут две, но побольше.

Вернул птичьи ножки, но увеличил раз в пять. Попробовал двигаться… сойдёт… И зашагал в сторону торгового тракта.

Велгор догнал нас через три дня. Сказал, что не смог оставаться в деревне, где все считали, что ничего такого не произошло с семьёй Текуры. Сама виновата, что не смогла получить помощь. Кто-то даже говорил, что помощь она получала… от Туи.

Ещё и вернувшиеся охотники внесли сумятицу. Не только старейшины заметили, как те возрасти в силе. Они не просто стали двустихийниками, что-то изменилось в их отношении к магии. Когда они вернулись и поговорили со старейшинами, то больше ни с кем делиться информацией не стали. Вано закрыл лавку и вернулся к охоте, попутно натаскивая сына.

— Уйдут они из деревни, — уверенно заявил Велгор.

Я всё так же управлял избушкой, и теперь получалось это у меня довольно ловко.

На исходе четвёртого дня мы встали на ночлег около последней речушки. Здесь лес заканчивался, и дальше в четырёх днях пути тянулась голая засушливая степь. Мы наполнили бочки водой, а я сделал вместительный резервуар на месте ямы от погреба.

Два дня мы двигались вдоль изуродованных рытьём степных просторов. Не все караванщики рыхлили за собой почву, и чёрные поля разрезали хаотичные линии вытоптанной земли. Пейзаж действовал угнетающе. Лежалый был прав — это отличное место для облагораживания.

Пожалуй, одной Башни здесь будет мало. Еще бы пару деревень по бокам, чтобы рыхление, встающих на ночлег караванщиков, не портило мне вид из окна сотого этажа.

Лежалый дал команду остановиться ровно на пересечении трех дорог. Мы повернули к кромке леса и расположились на длительную стоянку в кронах деревьев. Я не вкопал избушку вровень с землей. Всё равно, после подробной разведки местности, мы передвинем лагерь.

В команду по обсуждению стратегии строительства кроме нас троих добавился Велгор и люди Лежалого: его личный порученец Капа и Глыба, который, как я понял, активно участвовал в строительстве Схода Горный. Интересный мужик, совсем не похож на тупого амбала. Имя получил за характер и то, насколько хорошо он разбирается в камне. Среднего роста, ловкий и цепкий. Видел как-то, как он лазает по скалам. Вместо ножа у него за поясом небольшая кирка. Стукнет и слушает камень. Классный мужик!

Текура сделала на поляне большой деревянный стол, на котором мы разложили обновлённую интерактивную карту. Она заметно расширилась. Вот и сейчас парни успели проехаться вперёд. На карте просматривались горы и местность в двух днях перехода от нас. Там заканчивалась засушливая степь, а тракт пересекала горная речушка.

— Вот, где-то здесь поставим Башню, — я ткнул в место, где мы устроили временный лагерь. — А между Башней и дорогой трактир 24/7.

— А где ты камень возьмёшь? — спросила Текура.

— Он собирается обрушить гору, — выдал очевидное Лежалый. И я подтверждающие кивнул.

Мати помотала головой.

— Ты перегородишь тракт, движение встанет. Да и гора там, а Башня здесь. Сколько уйдёт времени на перевозку камня?

— Дорогу всё равно придётся перестраивать, — догадался Капа. Очень смышлёный паренёк. Хорошие кадры подбирает Лежалый. — Да и если снести гору целиком, откроется проход на ту сторону, это еще больше увеличит проходимость тракта. Народ потянется с моря на западный тракт.

— Глыба, — обратился я к скалолазу. — Ты идёшь в горы, нужно узнать, где расположены родники. Нужно понять, какой кусок горы снести, откуда отвести воду. Вряд ли нам хватит одного родника. Два, а может и три. Смотри на месте.

Лежалый передал Глыбе мешочек с «глазами», разбросает в горах, охватим долину по ту сторону. Я перевёл взгляд на мати. Как она работает с камнем? Она вроде дерево предпочитает… Лучше дам ей другое задание, а устье пусть готовит глава Схода, он должен иметь нужный опыт.

— Лежалый, — ты идёшь к речушке, которая протекает вдоль берега. Вот здесь она изгибается и подходит ближе всего к нам. Твоя задача подготовить сток в реку, прорыть канал. Рассчитывай, что где-то вот здесь будет Башня. Я ткнул по центру степи, ближе к лесу. Но сначала река нам будет мешать. И нам придётся её двигать, или уводить под землю.

Я поколебался, и всё же признался.

— Боюсь, что когда я обрушу гору, вода хлынет и мы не справимся с потоком. Вернее, она не хлынет, но потечёт и станет накапливаться. В общем нужно озаботиться заранее, и лучше всего сначала сделать окружное русло, и только потом составить основное. Или подготовить несколько запасных вариантов.

Все задумались. Я остановил взгляд на Велгоре. Он же артефактор, пожалуй градус подъёма лучше поручить ему.

— Велгор, мы собираемся строить круглую башню, и для определения минимально допустимого радиуса башни нужно высчитать угол подъёма, — я внимательно всматривался в лицо артефактора. Вроде всё понял. — Чтобы сцепка комфортно поднималась на один этаж, каким должен быть градус наклона?

Глыба хмыкнул, Лежалый почесал лысину, а Велгор устремил взгляд к горизонту.

— Предлагаю провести опыты. Построишь деревянный настил с уклоном и погоняешь максимальную сцепку в пять фургонов туда и обратно. Опытным путём определишь комфортный уровень, — я вопросительно посмотрел на Велгора.

Артефактор покивал головой, уйдя в расчеты.

— Капа, — обратился я к умному пацану. — На тебе разработка дороги. Сделай макет из камня, или из дерева, как тебе удобней. Пока примерно. Какие съезды нужны, и где, подземные туннели или надземные переходы. И вот еще что, — я задумался. Самую сложную задачу я поручаю пареньку лет 15-ти, но тут я надеюсь на гибкость мышления и смекалку. — Заложи развороты. Для тупых. Четыре дороги сойдутся в одном месте. Сомневаюсь, что все сразу разберутся, где куда съезжать.

— А ты чем займёшься? — спросила мати.

— Я набросаю план трактира 24/7 и Башни. И макет сделаю. Потом придётся менять, когда определимся с горой, но сырой вариант тоже нужен.

Слуги Лежалого накрыли соседний стол, и мы приступили к трапезе, продолжая обсуждать будущее строительство. Я подкинул мысль, что если Велгор подсчитает комфортный угол подъёма, то можно будет сделать ночные стоянки вдоль дороги в два, а то и три уровня. Только нужно воду туда подвести. Мало поставить Башню. Нужно облагородить всю степь, тогда ценность Башни возрастёт за счет открывающихся видов.

После ужина я подозвал Капу.

— Видишь последнюю облагороженную стоянку возле деревни с этой стороны? — я показал на карте точку дальше по пути следования. — Рассчитай следующее для ночёвки место. Будем строить зону отдыха, которая будет не на земле, а над землёй.

Капа непонимающе смотрел на меня. Я взял лист бумаги и принялся рисовать.

— Понимаешь, — я растягивал слова, — единственный способ вынудить караванщиков перестать копать, предоставить им удобное место для ночёвки. И вариант надземной платформы выглядит красиво. Поднимаешься вверх, открываются красивые виды, караванщик получает необычное впечатление. А если еще и вода будет только наверху, то хочешь не хочешь придётся лезть на эстакаду. Но сначала дождись данных от Велгора — угол подъёма и спуска.

Я нарисовал двухуровневую стоянку. Едущие с юга поднимаются на первый уровень, а встречное движение забирается на соседнюю платформу, который чуть выше. Два уровня располагаются рядом. В навесном полотне просветы, чтобы конструкции не затемняли торговый тракт.

— Возьми за образец располосованный сход, — предложил я парню. — Одна полоса для стоянки, вторая — дорожный просвет и так далее. Для расчета крепости подпорок попроси помощи у Глыбы. Понял? Жду от тебя готовый макет. Начни с дальнего проекта, дорога напротив Башни будет в разы сложней. Если сейчас здесь сходятся три пути, то когда откроется проход между горами, добавится еще одно направление.

Капа убежал с моими рисунками к Лежалому и Глыбе. Через какое-то время все вместе подошли ко мне.

— Зачем? — спросил Лежалый.

— Хочу красивый вид из Башни, — усмехнулся я.

— Значит, и воду туда подводить будем? — задумался Глыба.

— Будем, — подтвердил я. — Может стоит заготовить водоотвод в сторону стоянки. Хотя я думал об акведуке.

— Это что? — спросил Глыба.

— Наклонный канал с водой от горы ведёт вниз к стоянке. А там водопадом падает вниз и уходит под землю, — объяснил я свою задумку. — Вода льётся сверху, а набирать её можно на всех уровнях, кроме земли. За водой придётся подниматься вверх, меньше повода оставаться на ночлег на земле и рыхлить почву.

— Дааа, водопад это здорово, воздух будет свежий, — размечтался Лежалый. —Только, если ты сделаешь воду только сверху, маги разломают твою конструкцию снизу и всё равно получат доступ к воде.

Утром народ разбрёлся по делам. Слуги занялись благоустройством быта. За главную на хозяйстве осталась Гера.

— Что с продуктами? — подошла ко мне мати. Ну да, ну да, её то я не загрузил, вот и мается.

— Я думал о многоуровневых садах, — признался я. — Но не знаю, насколько это реалистично. На нижних уровнях может не хватать солнца. Зато после рытья котлована будет куча земли, из которой можно создать плодородные уровни.

Мати устроилась за нашим столом с бумагой и карандашом, я же отправился выбирать место для Башни. Уселся поудобней на землю по центру предполагаемой стройки. Потом решил лечь в тенёк под деревом и закрыл глаза.

Холодная земля, колючая трава, как тут расслабиться? Стать частью холодной земли и колючей травы. И вовсе я не колючий!

Глубже! Башня тяжелая, или строить глубокий фундамент, или укоренять, как дерево… Темно, холодно… Грунт мягкий и живой от ползающей живности. Щекотно.

Шире! Букашки стали слишком мелкими. О! Подземная река.

Глубже! Я еще расширился, стал большим, тягучим, неподъёмным. Грунт уплотнился, началась скальная порода. Вдруг сознание ухнуло в пустоту. Пещера?

Внезапно я ощутил чьё-то внимание. Кто-то пристально меня разглядывал из самых недр земли. Большой, могущественный и тяжелый. Меня рывком выдернуло из медитации.

Глава 8

Я лежал на земле, ощущая липкий взгляд могущественной сущности. Медитация прервалась, но тварь не отцепилась. Как она меня чует? Я попытался закрыться. Представил барьер между собой и миром. Взгляд пропал, я облегчённо выдохнул и сел.

Рядом появилась обеспокоенная мати.

— Что случилось, Миха? Я вдруг перестала тебя ощущать.

— Ма, что ты знаешь об истории мира? — у меня появились вопросы к запредельно высокому манофону в этом мире. Такие монстры не появляются на голом месте, им нужны условия.

Помнится в Запретном лесу и Пустошах манофон повысился в результате глобальной катастрофы, причём не магического характера, а в результате бомбардировки с орбиты. Изменения носили локальный характер, я тут целая планета. Что здесь могло произойти?

Я поднялся и подошёл к столу, где лежала интерактивная карта. Уменьшил масштаб до предела. Полного охвата материка еще не было. Но в целом не похоже, чтобы планета подвергалась каким-то внешним разрушительным действиям. Мати непонимающе следила за моими действиями.

— О чём ты, сына? — беспокойство женщины возросло.

— Нууу… — потянул я, — например, существовала ли какая-нибудь древняя цивилизация? Может в земле находили необычные предметы?

Мати потрогала мой лоб и попросила Геру принести воды.

— Мир всегда был таким, — пожала плечами Текура. А на столе стали появляться закуски и прохладительные напитки.

Я с удовольствием принялся за еду, и мати заметно расслабилась. Слегка утолив голод, я попробовал зайти с другой стороны.

— А какой сейчас год? — всё-таки обычно времяисчисление начинается с какого-нибудь значимого мирового события.

— Хороший год, Миха, согласись, — настороженно улыбнулась мати. — Мы выздоровели, наказали отравительницу, стали сильнее.

Она вопросительно уставилась на меня. И правда, неплохой год… Хтонь.

— А когда я родился? — ну хоть как-то же года они меряют?

Женщина засмущалась, её щеки зарозовели, а руки стали мять подол платья.

— Мы тогда только начали с Вано жить вместе и не планировали сразу заводить ребёнка, а тут он пошёл на охоту и вернулся весь раненный. Я его выхаживала, ну и… — она еще больше покраснела.

— Стоп-стоп-стоп! — я поднял руки вверх. — Я вообще не об этом!

Понятие года у них точно есть. Они же говорят, что следующий Сход будет через полгода. Значит как-то понимают, когда наступает время ехать. Календарь должен быть…

— А какое сегодня число?

Текура задумалась.

— Гера! — крикнула она. — Какое сегодня число?

— Алтан! Подь сюды! — позвала Гера.

Из фургона вылез сгорбленный старик. Огневик, ни грамма Земли в нём. Сколько ж ему лет, он разве что не сыпется от старости. Простые темные штаны когда-то были красного цвета, белая рубаха приобрела серый цвет лет двадцать назад. Неприхотливый мужичок. На складчатом лице из-под густых бровей выглядывали голубые глаза. Пронзительный взгляд выдавал острый, как клинок, ум.

— Чё те, старая? — недовольно пробурчал Алтан, присаживаясь к столу и принимаясь за закуски.

— Сколько дней в году, дед? — перехватил я инициативу.

— Дык, 360, малой, — старик с таким удовольствием хлебнул кваску, что у меня в горле пересохло.

— А месяцев? — я налил себе компот.

— Двенадцать, ведомо, — Алтан укоризненно посмотрел на Текуру. — Не уследила мать, напекло мальцу голову. Ты б ему шляпу или косынку какую повязала.

— А день сегодня какой? — я с удовольствием отпил кислого прохладного напитка. Глядя на аппетитно сметающего всёсо стола старика, у меня заурчало в животе.

Гера приняла это на свой счёт, и количество еды на столе удвоилось. Появился горшок с кашей. Женщина наложила мне и старику по полной тарелке и добавила по сочному куску мяса.

— День? — старик посмотрел на небо, потом запустил руку в один из карманов и выудил календарь.

Календарь существует! Я мысленно ликовал. Дед какое-то время пялился на листок.

— Базарный день сегодня, сынок, — заветная бумажка скрылась в складках штанов, а Алтан запустил ложку в кашу.

— О! Еда! — из ступора меня вывел Капа, присевший рядом.

Следом за ним появился Велгор. Неужели они уже померили угол подъёма? Я дождался, когда все доедят, а Гера уберёт со стола.

— Пять градусов, — объявил Велгор. Много это или мало?

С помощью силовой линии я нарисовал перед собой спираль в сто витков, понял, что её никто не видит, и капнул в объёмное изображение стихию Земли. Спираль приобрела твёрдую форму. Неожиданный эффект.

— Высота потолка какая? — полюбопытствовал Велгор.

— Пять метров.

— А что так много? — удивилась мати.

— Проще делать везде одинаковый потолок, — признался я. — А в общественных помещениях просвет должен быть большим, чтобы камень на голову не давил. В жилых комнатах я думаю сделать дополнительную надстройку над входом для кроватей, чтобы увеличить вместимость койка-мест.

Я стал наращивать вокруг спирали каркас Башни. По центру наметился просвет сквозь все этажи. Пустое пространство даст дополнительное освещение… и красиво… можно подойти, посмотреть вверх и вниз на другие уровни. Я достроил внешнюю стену с прогулочной зоной по кругу.

— Миха, дорогой, ты что собираешься делать внутренние стены и перекрытия из камня? — как-то очень ласково спросила Текура. И я почувствовал себя дураком. Захотелось хлопнуть ладонью по лицу. Собирался… и почему не подумал про дерево?

Я описал общую задумку. Первый этаж — лицо Башни, он остаётся большим с высотой в десять метров. Дальше четыре сдвоенных этажа — гостевые помещения, пять метров плюс пять. Всего восемь этажей.

Воображаемый караванщик Фрод заводит сцепку в индивидуальное помещение, распрягает тягловых животных, поит, кормит, а сам с людьми поднимается на второй этаж, в жилую зону. Тут у него спальня, кухня и туалет с душевой кабиной. На балконе очаг и столики. Может приготовить еду сам, а может посетить одну из трапезных во внутреннем круге башни. Рядом с харчевнями — лавки для покупки и перепродажи.

В лучах заходящего солнца Фрод прогуливается по круговому балкону, общается с другими постояльцами или сидит в мягком кресле у костра, любуясь ночным небом.

По моему плану один этаж вмещает сорок комнат. На восемь этажей выходит 160 номеров. В индивидуальную конюшню въедет три сцепки. Всё же с одной деревни обычно отправляют два-три каравана одновременно.

— Перекрытие девятого этажа не получится сделать из дерева, — я посмотрел на мати. — Потому что девятый этаж — это промежуточное звено между первым уровнем башни и вторым. Там я собираюсь сделать хранилище для воды, сверху насыпать земли и весь этаж засадить растениями.

— Малец, ты же понимаешь, что это еще больше увеличит вес здания? — спросил Алтан.

Я вздохнул. Облегчение веса работает с камнем, деревом, но не с водой.

— И сколько всего уровней с водой ты собираешься строить? — Велгор задумчиво рассматривал макет первых девяти этажей.

— После растительного уровня еще восемь этажей для гостей, а следующий девятый опять с водой и растениями, — поделился я идеей. Окружающие смотрели на меня сочувственно. — Ну нам же надо обеспечивать себя едой! Где всё это брать? А так мы будем выращивать всё сами!

Мне стало неуютно их под взглядами. Даже Гера как-то осуждающе гремела посудой по-соседству. Чтобы не встречаться ни с кем взглядом я дорастил еще десять уровней и поставил макет на стол. Небоскрёб тут же повалился на бок, и я нервно захихикал.

Капа вырастил из стола зуботычины и нанизал на них Башню.

— Капа! Ты гений! Можно же вогнать в землю металлические штыри, которые будут удерживать здание от заваливания! — я даже вскочил от восторга. — В горах должна быть руда!

— Камень слишком тяжёлый, — с сомнением покачала головой мати. — Перекрытия под тяжестью воды обвалятся. Если первый уровень ещё выдержит, то когда сверху добавится вес еще пяти…

— В них тоже можно вживить металлические стержни, — задумчиво проговорил Велгор. — Да и камень можно облегчить немагически.

— Это как? — заинтересовался Капа.

Велгор нарисовал на бумаге прямоугольник с отверстиями. Я попробовал воплотить его идею. Первый каменный брусок получился с мелкими сквозными отверстиями, типа пористый камень. Второй вышел с тремя большими дырами. В третьем оставил каменным тонкие стенки, а внутри полый квадрат.

Вдруг Алтан достал откуда-то молоток и как треснет по заготовке. Еще и магически усилил удар, гад. Силы-то в нём немерено! Не смотри, что сам сыпется от старости. Полый квадрат треснул, а остальные выдержали.

— Миха, сделай-ка каменный сундук вот такой пустотный с тонкими стенками, — попросил Велгор. — Я навешу плетение охлаждения, будет хладный шкаф для Геры.

— Большой? — спросил я женщину.

— Давай несколько на пробу, обкатаем технологию, пригодится для трактира, — предложил артефактор.

Я сделал три варианта, подумал и укрепил конструкцию, как с избушкой и погребом, и добавил целостности структуре. Велгор тут же загнал плетение охлаждения, а мати изготовила деревянную дверцу. Её тоже пришлось облегчить по весу.

Гера подозвала мужиков, и вместе они оттащили ларцы к полевой кухне. В самый большой холодильник легко влезет туша какого-нибудь лесного монстра. Четверо мужиков с трудом подняли казалось бы облегчённую конструкцию. Я расстроился. Как же правильно рассчитать вес? Хтооонь…

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей я уставился на объёмную карту. Медитация показала, что скальный грунт начинается на глубине двадцати пяти метров, и там есть пустоты. Если вгонять удерживающие стержни в твёрдый грунт, подземных пещер под зданием быть не должно. Придётся сместиться. Пещера под нами была большая и длинная, а беспокоить обитающую там сущность, ой как, не хотелось. Я бегал глазами по карте, оценивая возможные варианты.

Велгор с Капой расположились рядом и обсуждали местоположение дороги. Они собирались придвинуть её к горе.

Мати отсела от нас на край стола. Идея многоуровнего огорода ей пришлась по душе. Я посмотрел на деревянный макет, который она сделала. Она попробовала расположить огород в виде лестницы. Причём под ступенями у неё была беседка, типа отдых в тенёчке, я усмехнулся. У нас и правда с тенью проблемы, умная она у меня. Кстати, она поселилась в нашей избушке. И ни слова не сказала мне про побитую посуду и испорченную мебель.

Мы пребывали в относительном безделье неделю, пока не вернулся Глыба. Я думал, что Лежалый придёт первым, но он почему-то задерживался. Я не видел на карте изменений, значит рыть водоотводный канал он еще не начал. Тогда чем он там занимается?

Скалолаз вернулся усталый, но довольный. Он расположился перед картой, теперь внутри скальной породы прорисовывались ручейки. Пока Гера накрывала на стол, Глыба рассказывал. Из фургона выполз Алтан и присоединился к слушателям.

Внутри одной из гор на большой высоте обнаружилось глубокое озеро, и вода в него поступала снизу.

Родники в горах образовывались двумя способами. Первый, когда снежная шапка таяла, и вода сверху просачивалась вниз, потом где-то выбиралась на поверхность. В наших горах такие ручейки были повсюду. Некоторые перерастали в реки. Только в выбранном нами месте родники не выплёскивались на поверхность, а уходили под гору, наполняя подземные реки.

Сносить такие горы ожидаемо просто. Ну упала снежная вершина вниз, растаяла на солнце, и всё. Рано или поздно вода испарится или впитается землёй.

Реже встречались ключи, когда вода под давлением выбивалась снизу вверх. И заранее неизвестно, с какой скоростью вытекает вода. Яркий пример перед глазами — ключ собрал целое озеро в одной из пещер. Снесёшь такую гору, отгребёшь кучу проблем. Мало того, что у тебя под ногами масса обломков, так где-то из-под них выбивается ручей, готовый перерасти в реку. И куда она потечёт?

Поэтому мы планировали сносить горы без ключей. Мы крутили карту и обсуждали данные по горам еще несколько часов, взвешивая все за и против, и наконец наметили две горы. Одной было недостаточно, чтобы образовался проход. Сложность была в том, чтобы подобрать горы по соседству друг с дружкой.

Ситуация удручала. Я не представлял, как обрушить гору таким образом, чтобы обломки докатились до намеченного места. И что делать со второй? Ей же некуда падать. Хтонь…

Даже если я подготовлю наклонную площадку и подведу её к заранее вырытому котловану, скалы размажет тонким слоем. Сколько собирать обломки? Может породу расплавить до состояния лавы, чтобы стекла вниз? Лучше и то и другое. Сначала свалить, а потом расплавить. Ведь еще и руда нужна отдельно от камня… да и сам камень бывает разный…

Нетвёрдой рукой я нарисовал на карте местоположение Башни и трактира 24/7. Присоединился Капа и мы отметили изменение дороги и место первой надземной зоны отдыха. На строительство надземной площадки уехали Капа, Глыба и Велгор. С собой они прихватили несколько молчаливых магов земли из команды Лежалого.

Утром я принялся за рытьё котлована. Ну как… принялся… Надо ж было сначала разметку сделать… Диаметр фундамента получился 180 метров.

Я стоял и раздумывал, как начертить круг. На помощь пришёл Алтан. У него нашлись измерительные артефакты. Он помог отмерить радиус и расчертить окружность. Я был настолько ему благодарен, что влил в него огонь и запустил регенерацию. Дедок опешил, покрыл меня матом и убежал. Энергия в нем била через край, резво бежал… И да, он омолодился и выглядел теперь лет на сорок, не больше. Даже седина из волос пропала.

Для обозначения границ котлована я просто поджёг траву, и теперь стоял на краю выжженного круга, раздумывая, как бы так по-быстрому выкопать… И на сколько углубиться вниз? Подземные этажи я планировал под склады. Решил ограничиться двадцатью метрами, чтобы не упереться в скальную породу.

Может скатать землю в рулон? А как его потом поднять? Хтооонь… Как же лень возиться… Ладно, я мысленно махнул рукой, для начала вырежу землю по кругу.

Я встал на край обожженного участка и начал опускать под землю толстый силовой жгут. Как же померить глубину? Вернулся злой Алтан, жующий лепёшку. И чем он недоволен? Спросил его, как измерить отверстие. Он не видит силовой жгут, зато есть дырка в земле, над которой я стою и машу руками, заталкивая внутрь что-то невидимое. Алтан бросил вниз артефакт и навёл какой-то прибор. На деревянной табличке начали выжигаться цифры в метрах. Минут через двадцать я достиг двадцатиметровой отметки.

Я заточил жгут с одной стороны и раздвинул по бокам. Получилась клинообразная хтонь. Буду двигать её по кругу, разрезая почву, уплотняя и запечатывая обе стенки. Закончил через час. Зазор получился сантиметров в двадцать. А как отрезать низ? Я почесал голову. Алтан смотрел на меня с любопытством. Ну да, придумываю на ходу. Вычерпывать землю дико лень. А что если сделать не силовые линии, а полотно? Идея!

Я начал лепить из силовых линий плотный комок, всё увеличивая и увеличивая его в объёме. Наконец, он достиг двух метров. Я оторвал от него кусок, отошёл на расстояние и отпустил. Кусок притянулся к основному телу! Кто молодец? Я молодец!

Я покатил свой двухметровый силовой шар по кругу, отрывая «снежки» и бросая их на 20-ти метровую глубину. Сферы хватило впритык. Хтонь! Надо было привязать к ним силовые нити!

Пришлось делать еще один обход по кругу, прикрепляя силовые жгуты к «снежкам». Занятие чем-то напоминало рыбалку. Противоположные концы я привязывал к толстым двухметровым деревянным столбам, которые изготавливал на ходу и вбивал по кругу.

Наконец, я закончил приготовления и дал команду «снежкам» на воссоединение. Они метнулись друг к другу, разрезая почву на дне будущего котлована. В результате у меня получилась сетка. Я мысленно расширил её до полотна и пропустил по кругу стихию огня, утрамбовав слои сверху и снизу. Обгорелый круг земли заметно просел. А значит у меня всё получилось! На дне котлована лежала спрессованный по бокам плоская шайба. Осталась самая малость. Извлечь 508 938 кубических метров земли из котлована.

Я собирался накручивать силовые линии на столбы. Понемногу махина земли поднимется. Только я один, а столбов много. Посмотрел задумчиво на Алтана… или двое. Да даже если всех в лагере привлечь, не хватит. Я сел на землю и задумался.

— В чём проблема, малой? — поинтересовался бывший старик.

— Видишь столбы? Надо их все одновременно крутить вокруг оси. Тогда шайба с почвой поднимется над уровнем земли.

Алтан хмыкнул. Почесал роскошные чёрные волосы. Как же бесит его засаленная одежда! Я незаметно пустил импульс земли в его штаны и рубаху. Ткань приобрела первоначальный вид, вернула сочный кровавый цвет, а заштопанные дыры пропали. Рубаха радовала белизной. Ну красавчик же!

— Всё будет! — заверил Алтан. Он пока не заметил преображения.

На каждые три мои столба он воткнул один свой, образовав еще одно кольцо. Проверил, чтобы брёвна хорошо крутились. Мне сказал соединить их так, чтобы, когда крутишь один его столб, закручивались три моих.

Вокруг второго круга он выстроил третий, а потом и четвёртый, пока не получилось всего четыре столба. Я соединил всё силовыми жгутами по схеме, а он выставил четверых мощных магов и по его голосовой команде они начали одновременно наматывать нити. Даже удивительно, что всё получилось с первого раза.

Через два часа двадцатиметровый срез земли возвышался над нами. Я с интересом рассматривал слои почвы. Даже укрепил боковую стенку, поскольку заметил грунтовые воды, способные развалить конструкцию в самый неподходящий момент. Что ж попробую сдвинуть эту тяжеленную массу в сторону, чтобы освободить котлован.

Я собрал всю силу, помню, как Алтан вкладывал магию в удар молотком, упёрся руками в край и толкнул земляной блин, что есть мочи.

Шайба рывком отлетела вперёд и вверх. Я с трудом удержал равновесие, чтобы не свалиться в яму. Не рассчитал… Кто ж знал-то?

Огромная шайба ударилась о землю и как монетка попрыгала прочь по степи. На запад. Хтооонь…

Глава 9

Сила толчка была столь велика, что громадная земляная «монета» по инерции вертелась по степи пару минут, сотрясая землю. Наконец, она врезалась в край леса и замерла, частично перегородив дорожный тракт.

Я быстро прикинул вес шайбы. 500 тысяч кубических метров земли при средней плотности грунта… Порядка тысячи тонн… одним рывком… Тьма меня забери! Я с ужасом посмотрел на свои руки и рассеянно обернулся.

Рядом стоял Алтан, у него дёргался глаз. Я огляделся, ошарашены были все, но вроде никто не пострадал.

— Ну, что? — я похлопал помощника по плечу. — Теперь можно и гору валить.

Я нервно хохотнул. Так-то действительно пора заняться горой. Следующим этапом строительства у меня по плану шло вбивание в скальную породу металлических стержней, а руда где-то в горах. Вот снесу горы, руда выйдет на поверхность, ходи и собирай среди обломков. Интересно, а как Лежалый обрушил гору?

— Алтан, — окликнул я красавца. Я несколько раз замечал, как Гера заинтересованно поглядывала на него. Может и бабульку омолодить? Отличная выйдет пара…

Бывший дедок с удивлением рассматривал свои помолодевшие руки и щупал рубаху. Я добавил в ткань отторжение грязи. Он теперь всегда будет выглядеть свежо и опрятно.

Алтан, неверяще, трогал гладкую кожу лица. Гера не поленилась, сходила и принесла большое зеркало. Мужчина увидел себя целиком. Точно! Сапоги забыл обновить! Они сильно не вписывались в бравый образ. Вот верну им первоначальный вид, и они натирать станут. Или нет?

— Гера, — я решил обратиться к хозяйке, раз Алтан выпал из реальности на какое-то время. — Как Лежалый гору сносил?

Женщина улыбалась, глядя на ошарашенного молодца. Она искренне радовалась за мужчину, на меня она смотрела с благодарностью.

— Глыба больше месяца скалы изучал, выискивал слабые места. Потом маги объединяли силы и били в подготовленные отверстия. Откалывали части, большие и малые, как получалось. Трудно приходилось, когда упирались в твёрдую породу. Другая команда растаскивала камни внизу, освобождая пространство, — Гера вопросительно посмотрела на меня.

— И сколько на это ушло времени?

— Алтан! — мужчина вздрогнул от окрика хозяйки. — Как долго место под Сход готовили?

— Дык, — он почесал голову и натолкнулся рукой на роскошную гриву волос, — три Схода мужики ехали мимо и ругались, что мы дорогу перекрыли.

Понятно, год ушёл, чтобы гору снести, и еще полгода, чтобы обустроить площадку. Где-то так…

Мати не отпустила меня в разрушительную миссию в тот же день. Наш временный лагерь срочно эвакуировался, хотя это они зря. Не докатятся сюда камни, никак. Слишком далеко, больше пяти километров. Они даже хладные ларцы не взяли так торопились, мол слишком тяжёлые. Под них нужно переоборудовать фургон, а у них типа нет времени.

Текура собрала меня в дорогу. Кроме еды и воды, зачем-то положила сменную одежду. Перестраховщица. Я повесил за спину котомку и на рассвете двинулся в путь. Тело соскучилось по нагрузке, и я решил пробежаться. Начав движение, вошёл во вкус и ускорился. В результате на дорогу у меня ушла четверть часа.

Вблизи скалы выглядели одинаково. Я даже засомневался, правильно ли определил гору, которую мы наметили сносить. В какой-то момент мне вдруг захотелось забраться на самый пик. Постоять там, раскинув руки в стороны, и прокричать этому миру: «Я тут!» Смотрите все! Путешественник по мирам прибыл в ваш мир.

С восхождением я не заморачивался. Привычные огненные диски выстроились в качестве ступенек. Однако такой монотонный подъём надоел очень быстро.

Вроде и поднимаюсь, а всё равно я где-то внизу, вершина далеко наверху, и ситуация не меняется. Как бы ускориться? Я сформировал небольшой уступ и присел, глядя на уродливую изрытую степь под ногами. Сцепки Лежалого медленно удалялись на запад.

Может они решили отодвинуть шайбу с дороги? Да нет, до неё ехать двое суток. Не думаю, что они решили настолько далеко отойти в сторону. К тому же они двигались вдоль кромки леса по бездорожью, на ходу выравнивая землю перед собой.

Я изобразил в воздухе гигантскую огненную ладонь и приветственно помахал своим. Скорость сцепок резко возросла. Чего это они? Я хмыкнул. Паникёры.

Пока сидел, лепил комок из силовых линий. Когда объём стал достаточным, я сформировал крюк. По замыслу он должен не просто зацепиться за уступ, а еще и в вгрызться в скальную породу. Забрасывать решил на соседнюю отвесную стену.

Размахнулся, прицелился и закинул как можно выше, добавив капельку магической силы. Как оказалось, сила не управляет полётом крюка, а точка приземления зависит от мысленного взора. Так даже лучше! Дальность ограничивается только взглядом. Теперь я быстро доберусь до вершины.

Когда зацеп укрепился, я обмотал себя и дал команду жгуту на сжатие. Меня резко дёрнуло вверх. Хтооонь!

Скалы стремительно приближались, я испугался и инстинктивно покрылся огнём, потом землёй, а сверху еще и лавой. Но чем ближе приближалась гора, тем медленней сматывался энергожгут. Я выставил вперёд руки, чтобы смягчить удар. Ладони прошли вглубь камня. Хтонь!

Закрепился с трудом. Покрытые лавой руки плавили камень, и я медленно съезжал вниз, пока не догадался вырастить под ногами уступ и отменить сразу три защитные техники. К счастью, ноги не успели провалиться насквозь. Просто на поверхности выплавились глубокие следы. Я облегчённо выдохнул и обернулся в сторону степи.

Стоило ли оно того? Теперь я заметно выше. Сверху казалось, что мои спутники ещё ускорились. Приглядел следующее место для приземления на противоположной скале и метнул крюк. На этот раз сознательно притормаживал в конце пути, и вышло гораздо лучше.

Ещё час я забрасывал себя вверх, пока не достиг снежного покрова. Пора менять тактику перемещений… Тем более гора стала пологой. Спасаясь от холода, я запустил циркуляцию огня по телу. Снег вокруг стал подтаивать. Я вернулся к созданию огненных ступеней в сантиметрах над поверхностью.

Помня о тысяче тонн за рывок, пустил щепотку огня в мышцы ног и подпрыгнул. Добавил еще чуток огня и попробовал бежать, быстро подставляя огненные диски в места приземления. Дело пошло, и я гигантскими скачками споро добрался до самой верхней точки.

Вершина мира! Уха-ха! Сногсшибательный вид! Я находился в середине длинного хребта. Создалось впечатление, что я путешествую по снежной дороге. Отсюда хорошо видно мою земляную шайбу. Она немного не докатилась до деревни. Вернее, одно поселение она проскочила, и остановилась перед следующим. Я развернулся на восток.

Море извилистой кишкой врезалось в материк и делило континент на юг и север. Левое побережье отгородилось скалами, а на правом берегу начинался огромный лесной массив. Под ногами вдоль горного хребта проглядывался торговый тракт. Изрытая чёрная земля рядом с ним смотрелась мелко и незначительно.

Я подрастил огненный диск, на котором стоял, раскинул руки в стороны и подставил лицо ласковому солнышку. Хорошо-то как!

— Я тут! — крикнул я.

— Тут… тут… тут… — ответило горное эхо.

Я улыбнулся и ощутил единение с миром. Расправил плечи, втянул окружающие стихии и потянул встречный магический поток на себя.

— Я тут!!! — заорал, что было мочи

— Тут… тут… тут… — прогрохотало эхо.

Внезапно в тело врезалась мощная магическая волна. Это я притянул?! Тьма её забери!

Не в силах впитаться в меня, поток прошёл насквозь. Неприятное ощущение сырой силы наждачкой прошлось по моему энергетическому каркасу. Я ощутил себя ничтожной песчинкой. Казалось, меня только что распылили на атомы. Я пустил всю тысячетонную энергию на регенерацию. Тело разбиралось и тут же собиралось заново. Раз, и я — часть целого мира. Два, и я — пыль мироздания. Безумные качели то выдирали душу из тела, то засовывали её обратно.

Пока я страдал и прикладывал неимоверные усилия, чтобы не сдохнуть, под ногами разворачивалась глобальная катастрофа. Ударная магическая волна чудовищной силы обрушилась на горы.

Снег испарился мгновенно. Неплотные скальные породы превратились в пыль. Более плотные участки раскрошились в мелкую крошку, а твёрдые — в щебень.

Гора моментально превратилась в каменное облако, пронеслась над степью и устремилась к лесу. Я летел над потоком обломков, вцепившись в огненный диск. Как только я почуял ослабление стихии, создал вокруг тела защитный каменный шар.

Удар о землю чуть не выбил из меня дух. Я наполнил сферу изнутри плотным огнём, чтобы создать хоть какую-то подушку безопасности.

Меня закрутило, верх и низ менялись местами с бешеной скоростью. Вдруг шар ударился обо что-то и замер. Помедлив, я свернул защитный купол и рухнул в траву, щедро посыпанную мелкими острыми камешками.

Видно ничего не было, в воздухе висела мелкая взвесь. Я перевернулся и пока вставал, больно порезался руками о каменную крошку. Обернувшись, с изумлением увидел дверь нашей избушки. Вот во что я врезался! Не раздумывая, я скрылся внутри дома. Здесь и дышалось свободно.

Удивительно, как дом остался цел. Я с вожделением уставился на мягкую кровать. Скинул с себя пыльную одежду, прогнал по телу очистительный и заживляющий огонь и завалился под мягкое одеяло. Надеюсь, никто не пострадал…

Когда я потянул мировой поток на себя, то зачерпнул полной грудью всё пространство, наслаждаясь окружающей красотой. Хтонь! О чём только думал Затворник? На что способен человек с нулевым жизненным опытом и огромной силой?

Где-то на западе я ощутил беспокойство мати. Ясно, как они находят родственников. Я снял барьер, который выставлял, чтобы скрыться от неведомой сущности. Теперь Текура сможет понять, что я жив, и навести свой внутренний компас на меня.

Я расслабился и провалился в сон. Последняя промелькнувшая мысль была — гору я всё-таки снёс.

— Батя, смотри, избушка совсем не пострадала! — звонкий девичий голос прорезался сквозь сон.

— Да, деревья вокруг посечены, а на доме ни царапины, — удивлённо добавил паренёк.

Кто-то ходил вокруг дома, камни под ногами хрустели. Я насчитал человек пять или шесть.

— Вас только это смущает? — съязвила женщина. — А то, что избушка возвышается на метр над остальным камнем ничего так?

Ого! Слой камня в два метра? Помнится, я захватил метра три грунта под домом, и если только один остался виден… многовато камня прилетело… Я посмотрел в окно. Взвесь осела, значит уже видно, что с горой.

— Слышь, Лось, в доме кто-то есть, — негромкий голос принадлежал взрослому мужчине.

— Клещ, и как ты различаешь хоть что-то в этом мутном манофоне? — девушка говорила с восхищением.

— Лада, стой!

В сенях послышалась возня, пустое ведро с грохотом покатилось по полу.

— Лада, стой! — раздался приглушённый шепот.

— Я только посмотрю, — прошептала девушка. — Невредимый дом стоит в центре каменного завала, это нечто…

Далеко же отнесло обломки! Неужели и лес засыпало? Надеюсь с моими всё в порядке. Я проверил мати по связи и облегчённо выдохнул.

В дверях комнаты показалась молодая девушка приятной округлости. Охотничий костюм подчёркивал широкие бёдра, высокая грудь торчала не хуже горного уступа. На поясе гостьи висел большой нож. Волосы и одежда были припорошены серой пылью. Карие глаза смотрели на меня с любопытством.

— Здрасте, — мило улыбнулась девушка, с интересом рассматривая меня. — Я — Лада.

— Миха, — представился я и закинул руку за голову. Я бы с ней расслабился. Из теплой кровати вылезать совсем не хотелось.

Позади девушки стоял крупный мужчина и не сводил с меня мрачного взгляда. У охотника тоже не было оружия, если не считать нож на поясе. Всё-таки интересно, как они магически убивают тварей.

Батя осматривал комнату и заметил брошенную на пол одежду. Его взгляд опасно прищурился. Вообще-то, я у себя дома. Какие претензии?

Из-за спины хмурого типа просочился долговязый паренёк.

— Ты кто? Это твой дом? Зачем тебе терраса над крышей? — он хотел задать ещё пару вопросов, но мужчина осадил его взглядом.

— Ну что? — в комнате появилось новое лицо. — Узнал что-нибудь?

Сварливая тётка рыскала взглядом по комнате. На ней был обтягивающий костюм, запылённая грудь почти вывалилась из куртки. Природа её мерзкого нрава мозолила глаз. Мужики не желали связываться с недалёкой бабой, та страдала от недолюба, и характер портился еще больше. И глядя на её лошадиное лицо с брезгливым выражением, разорвать порочный круг дураков не находилось.

— Пацан, где твои родители? — тётка сделала выводы.

В помещение протиснулся последний охотник. Тот самый нюхач Клещ, который понял, что в доме кто-то есть. Он подозрительно осмотрел меня и тоже обратил внимание на грязную одежду. Этот типчик вызывал у меня опасения. Он единственный выглядел опрятно. Напрягало не то, что он почистил себя, а то, что он не предложил это остальным.

— Мир этому дому, — заявил он и низко поклонился. Его спутники удивлённо оглянулись на него. Женщина презрительно фыркнула и полезла на полку, где стояли продукты.

Я не выдержал и хлестнул невидимым силовым жгутом по рукам. Она отпрянула, но на меня не подумала. Решила, что сработали защитные заклинания. А вот чистюля проследил глазами за силовым жгутом. Неужели видел? Любопытно. Он по-прежнему демонстрировал почтительность.

— Мрада, ты не у себя дома, — осадил женщину отец девушки.

— Заглохни, Лось! — взбрыкнула тётка. — Видишь же, что здесь не живут, он просто спрятался от камнепада. Чуток опередил нас.

И точно. Мы с мати обычно ночевали в лагере вместе со всеми. Избушка успела приобрести слегка нежилой вид.

— Чего лежишь? Выметайся! Это теперь мой терем!

Вот так поворот, я улыбнулся. Впрочем заступаться за меня никто не собирался. Детки смотрели с любопытством, батя злорадно хмурился.

— Зачем таскаете с собой перегной? — спросил я нюхача.

— О чём он? — спросил паренёк, оглядывая охотников в поисках неизвестной поклажи.

— И от перегноя есть польза, при грамотном использовании, — усмехнулся Клещ.

Мрада зло уставилась на меня.

— Ты кого назвал перегноем, сосунок? — она мгновенно сформировала каменную пику и метнула в меня.

Клещ отклонил орудие, и оно ударилось в окно. Пика сломалось, а стекло уцелело. Я знаю, как буду укреплять Башню!

Дверь в избушку с грохотом распахнулась, и в комнату влетела разгневанная Текура. Она быстро оценила обстановку и обнаружила угрозу. Не долго думая, она запустила в Мраду какой-то слишком яркий огнешар. Склочница заблокировала огонь каменной стеной, но шар с шипением просочился и догнал убегающую женщину. Баба превратилась в пепел. Еще и самонаводящийся? А ведь у мати огонь пробудился чуть больше месяца назад, и она так продвинулась! Молодец, мати!

— Миха, с тобой всё в порядке? — Текура метнулась ко мне, распахнула одеяло и начала придирчиво осматривать голое тело на предмет повреждений.

Я смутился, и на мне появился комплект одежды, аналогичный тому, что валялся на полу.

— Ма… — я укоризненно посмотрел на женщину и показал глазами на незваных гостей.

— Кто это? — спросила она меня.

— Не знаю, ма, охотники заинтересовались нашей избушкой и похоже захотели отжать её.

— Есть кто дома? — послышался со двора голос Лежалого.

Ну наконец-то прибыл! Я вскочил с кровати и радостно выбежал наружу.

Глава схода был не один. На участке стояло человек тридцать разношёрстного народа. Они тоже были припорошены пылью, хотя и меньше, чем предыдущая группа охотников. Значит есть надежда, что поток камня не сильно углубился в лес. Кстати! Я развернулся в сторону гор и задумчиво почесал затылок.

Вся степь была засыпана щебёнкой. Горы? Не было больше гор. Приличный кусок горного хребта отсутствовал напрочь. Я обернулся к мати.

— Все целы?

Текура стояла рядом с Лежалым, они обнимались.

— Да что нам станется, — отмахнулась она от меня и теснее прижалась к лысому. — Гера с Алтаном накрыли всех огромным каменным куполом. Когда грохот прекратился мы еще подождали, пока пыль осыпется. А зачем ты так много снёс?

— Случайно получилось… — пробормотал я.

Из дома вышли охотники и застыли, встретив кучу знакомого народа. Лада с пареньком направились к группе молодых людей.

— Клещ? Лось? — Лежалый подошёл и пожал мужикам руки. — Вы как здесь оказались?

— Мы кабанов загоняли, когда произошёл мощный магический выброс, а потом камень полетел, — Клещ покосился на меня. Отличный у него нюх, раз установил виновника.

— Да, мы подобрали несколько тушек, которым не повезло. Мужики сейчас приготовят.

Деревенские маги обустраивали временный лагерь и очищали участок вокруг дома от камня. Кто-то уже почистил террасу. Как я понял, неровный магофон мешал магичить. Но местные жители слишком привыкли выполнять простые действия с помощью магии. Поэтому и сейчас собирали камни притягивая их, а потом трамбуя в бруски.

— Лежалый! — окликнул я главу. — Нужно будет руду собирать отдельно от скальных пород. У тебя есть идеи, как это делать?

— Конечно, Миха, не волнуйся. Мы когда гору обваливали, обломки сортировали, и сейчас справимся.

Он направился к магам, чтобы отдать указания.

— У тебя карты нет? — обратился я к Текуре.

— Алтан мне в последний момент сунул. Пойдём, — она махнула рукой в сторону крыши.

Меня интересовала вода. На карте должны были отрисоваться родники и потоки. Чем быстрее я определю, куда течёт вода после сноса, тем лучше. Однако меня постигло горькое разочарование. Зона нашего интереса была пуста — чистая бумага. Магический выброс уничтожил все передающие артефакты. Зато было видно, что Лежалый подготовил канал для воды. Он подошёл и положил руку на плечо.

— Не расстраивайся, Миха, я сейчас отправлю ребят, они прикопают артефакты глаз поглубже. И камень быстро соберём, смотри сколько я народу привёл.

— Зачем? — спросил я на автомате.

— Я прошёлся по деревням, обозначил, что мы тут будем строиться. Всегда полезно. Им выгодно снабжать нас продуктами и товарами. Это все те, кто заинтересовался. Кто-то просто подработать захотел, а кто-то и вовсе перебраться к нам. Мы с тобой еще и лишний камень продадим, — он считывал мой настрой. — А вы как?

— Котлован вырыли. Видишь, там над лесом? — я показал в сторону земляной шайбы. — Это мы извлекли грунт.

— А зачем вы его так далеко отвезли? — удивился лысый.

Я тяжело вздохнул. Это ничего, что котлован засыпало. Удобнее будет трансформировать материю. Проблема найти его, вся степь на одно лицо, я горько усмехнулся. Линия леса испорчена. Передние деревья завалены, дальние поломаны или посечены. Ничего, будем использовать эту древесину при строительстве перекрытий. Её всё равно пришлось бы модифицировать.

Попробую медитацию, чтобы найти котлован. Я занял удобную позу.

Погрузился легко. Манофон действительно ощущался, как взвесь. Нестабильный и рыхлый, как кисель. Мана комками задерживалась в теле. Если ситуация не улучшится, маги скоро столкнутся с нехваткой маны или её переизбытком в неожиданных местах. Тьма её забери!

Я расширил зону восприятия и запустил взор в глубину. Внезапно кто-то схватил меня за энергокаркас и парализовал. Мощная сущность поджидала меня. И как же она была зла…

Глава 10

«Ты кто?» — мне с трудом удалось сформировать чёткую мысль. Сущность крутилась вокруг меня, принюхивалась, прощупывала. Решалась моя судьба: быть или не быть.

Я ощутил прикосновение к закрытому тьмой блоку памяти. Покопавшись в скрытых от меня воспоминаниях, монстр успокоился и отпустил меня.

«Я уважжаю нулевой перрехход… жживи стрранник…» — прошелестело у меня в голове.

Меня вышвырнуло из транса. Любое движение причиняло дикую боль во всём теле, я не сдержался и застонал. Я просветил тело и энергоструктуру с помощью огня. Хтонь! Каналы расширились, источник возрос ещё больше. Мне теперь и чихать без опаски нельзя?

Внутри тела хаотично двигались взбудораженные маночастички. Это плохо.

— Мати… — я попробовал открыть глаза и ощутил ласковое прикосновение к волосам.

— Я здесь, сына, — мне показалось, она еле сдерживается, чтобы не разрыдаться.

— Передай Лежалому, что нельзя магичить. Совсем… Никак… Пока фон не успокоится… Нельзя, — предупредив об опасности, я со спокойной совестью потерял сознание. А что еще делать? Магичить нельзя, излечить себя не могу.

Я несколько раз приходил в себя, меня куда-то несли на носилках. Сколько я пробыл в забытьи не знаю, но очнулся я уже в хорошо организованном лагере. Сил не было. Я тупо лежал и пялился в темнеющее небо.

Вокруг была суета, люди разбились по кучкам и возбужденно обсуждали ситуацию. Я слышал знакомые голоса. Две группы людей соединились. Вкусно пахло жаренным мясом.

— Что это за ткань? Ты выглядишь нереально свежим на фоне всех остальных. Рубашка белоснежная и штаны, как новые, — Лежалый докапывался до Алтана.

— Это малой намагичил. Скоро он придёт в себя? Что говорит Текура? — было приятно слышать беспокойство в его голосе.

— Здорово Лежалый, — к мужикам присоединился незнакомый бас. — А это кто с тобой? Знакомое лицо, а где встречал, не помню.

— Так это Алтан, — подсказала Гера, когда пауза затянулось.

— Не может быть! — среди удивления не просочилось и капли зависти. — В чём секрет? Я тоже так хочу!

— Куда тебе? — рассмеялась Гера. — Ты мужчина в самом рассвете сил. Бабы бегают толпами. Не собрался еще осесть?

— Да ну тебя, — шаги стали удаляться. Сбежал.

Гера загремела тарелками, но аппетита не было. Плохо дело, я расстроился. Магичить опасался, в теле по-прежнему ощущалась непроходимая взвесь. Какое-то время тишина нарушалась редкими звуками ударов ложек о тарелки.

— Ты что тут делаешь? — воскликнула Текура.

— Батя, вот он! — послышался голос Жиромира. Неужели?

— Что случилось с нашим сыном? В следе нехорошие магические изменения, — голос Вано звучал твёрдо и требовательно. Типа довели злые люди кровиночку?

Ответ я не услышал, опять провалился во тьму.

Когда я пришёл в себя, увидел над собой щенячий взгляд Жиромира. Он заботливо поправлял одеяло. Пацан изменился. Сбросил вес, вытянулся. Заметив, что я очнулся, он метнулся куда-то и вернулся с флягой.

— Выпей, это мати приготовила, — он поднёс горлышко к губам. Я отпил. Неужели он так Текуру назвал? В груди колыхнула ревность. С какой стати?

Настойка оказалась горькой, я поморщился.

— Гадкий вкус, — согласился брат. — Все в лагере пьют. Помогает прохождению маны. Я травы собирал! — с гордостью и нежностью сообщил Жиромир. Неужели уже привязался к Текуре?

Додумать мысль и допить отвар помешала тьма.

— Хуже точно не будет, — сквозь забытьё пробивался жаркий шепот Лежалого. — Сама говорила, что у него слишком широкие энергоканалы. Огонь ему не сможет навредить, он с помощью него восстанавливался.

— Не знаю… — голос мати был полон сомнения.

— Ты, я, еще возьмём изменённых огневиков Лютого и Зоркого. На счет Алтана я не уверен. Но можно его, Вано и Колдыбу держать на подстраховке. Они хоть и не чистые огневики, но тоже изменённые Михой.

Мати не отвечала, но я бы попробовал. Только сил простонать согласие не было, сознание медленно уплывало.

— Я понимаю, что нас мало, и много мы не выдадим, по его меркам, — Лежалый типа пошутил? — Но мы можем каждый день сливать в него огонь. Текура! Это лучше, чем ничего не делать!

В голосе лысого прозвучало отчаяние. Что это он? Неужели я так долго валяюсь?

— Прошу тебя! Ему бы хотя бы в сознание прийти, а там он скажет, что делать и как помочь! Верь мне!

— Хорошо, — было слышно, как тяжело далось Текуре согласие.

Следующее пробуждение было приятным, я даже заулыбался.

— Батя! Он улыбается! — это был Жиромир. — Ух ты! Он горит!

По телу гуляло приятное тепло. Оно бессмысленно плескалось, перекатывалось то в одну руку, то в другую. Кретины! Я собрал всю имеющуюся волю и выдавил:

— В… источник… направля… — на этом силы кончились.

В следующий раз меня разбудило резкое жжение в груди.

— Ты уверен? Он морщится, ему больно, — всхлипнула мати.

— Он сказал, в источник, значит в источник, — твёрдо сказал Лежалый.

Было больно, но голова прояснялась. Я сконцентрировался и открыл глаза. Надо дать понять, что метод работает. Я тщательно подбирал слова, чтобы кратко, но точно донести мысль.

— Больше, дольше, в источник, — я вдруг подумал, что меня будет корчить от боли. Они испугаются и прекратят вливание, а каналы от этого закупорятся. Надо предупредить. — Больно, значит помогает… позову Огонь… в кокон…

Силы закончились, и я вырубился. Мощный ровный поток огня, поступающий в источник пробудил меня. Боль в груди была адская, но я терпел. Испугаются и прекратят подачу. Я позвал стихию. Откликнулись обе. Я представил капельницу, которая продавливает каналы, очищает и выравнивает ману. Надеюсь они способны считывать мыслеобразы.

Отклик пошёл. Стихии предлагали другое решения, но я их не понимал. Я постарался транслировать полное доверие и разрешение делать всё для приведения меня к оптимальному состоянию.

— Работает! — раздался уверенный голос Клеща. — Они пришли.

— Они? — обеспокоилась мати. — Он же только Огонь собирался позвать.

— Держим, — промычал Лежалый.

— Две сущности, Огонь и Великая Мати, — заверил Клещ. Раздался многоголосый возглас восхищения, входящий поток дрогнул. Сколько же людей ко мне подключили?

Клещ заблуждался. Их было трое. Я ощущал взгляд той самой сущности, не злой, но любопытный.

— Держим! — в окрике Лежалого прозвучала угроза.

— Они сформировали воронку, — прокомментировал Клещ, и я испугался. Хтонь… На что я подписался?

Сущность о чём-то переговаривала со стихиями, я ощутил её согласие. Предчувствие взвыло…, но прерывать нельзя, хуже будет.

— Сход мне в дышло! — вырвалось у Клеща.

— Что там? — заволновалась мати.

— А, а…

— Ну?! — потребовал Лежалый.

— Ээээ… йё! ж меня…

В грудь врезался охренительный поток чистейшей маны. Меня растянуло, как бычий пузырь. Нечто эфирное внутри тела начало лопаться, а потом я громко рыгнул. Когда давление стало нестерпимым, мана нашла выход через подсоединенных ко мне магов.

— Аааах! — пронеслось восхищенное многоголосие.

— Я кончил, — кто-то честно признался. Раздались смешки.

Поток прервался, меня окутал огненный кокон. Сознание провалилось в оздоровительный сон.

— Миха очнулся! — раздался оглушительный крик Жиромира. Я поморщился. Рука замерла на полпути к уху. Я могу двигаться!

Открыл глаза и сел, в животе заурчало.

— Добрый знак, — появившийся рядом Лежалый улыбался. — Одевайся.

Рядом на столике лежала одежда. Полноценная деревянная кровать стояла в центре большого лагеря и выглядела неуместно. Остальные спали на земле, лежаки и циновки виднелись то тут, то там.

Вечерело. Лежалый повёл меня к накрытому столу. В лагере было полно народу. Откуда столько? Незнакомые люди подходили и тепло приветствовали меня. Вопросы множились, но есть хотелось больше, чем спрашивать.

Около кухни мы натолкнулись на мужика с ножом над тушей кабана. Я свернул в его сторону.

— Можно?

Мужчина узнал меня, заулыбался и закивал. Лежалый оживился.

— Миха, что тебе принести? Соль, специи, травы? Давай еще одну тушу? Нас много!

— Неси всё, — согласился я.

Мужики притащили стол, разложили на нем овощи, специи, крупу. Похоже тут легенды ходят о моих кулинарных способностях. Группа мужиков притащила еще три туши, и принялась споро снимать шкуры.

— Велгор вернулся? Вообще, сколько времени прошло?

— Кир, приведи Велгора, — обратился Лежалый к пробегавшему мальцу. — Месяц провалялся.

Тьма меня забери… Сколько времени упущено! Мы ничего не успеем к началу движения на Сход.

— Да ты не переживай Миха, — Лежалый заметил, как меня перекосило. — Камень собрали, руду отсортировали, с дорогами почти закончили. Ты бы видел, какие красивые развязки Текура придумала! Даже с зоной отдыха под трактир 24 на 7 почти закончили.

Прибежал запыхавшийся артефактор и крепко обнял меня. Я смутился.

— Велгор, я сейчас буду готовить… — я задумался, одного артефактора мало. — Нужно процесс приготовления мяса воспроизвести с помощью артефактов. Разбить на этапы, продумать как ускорить приготовление. Чтобы мы могли делать большой объём еды быстро и не привлекая много поваров. Может тебе еще в помощь люди нужны?

Я перевёл вопросительный взгляд на Лежалого.

— Давай пригласим Клима, — предложил глава.

— Он здесь? — обрадовался я. Это был тот гениальный повар, который разгадал мой рецепт запекания рульки.

— Еще возьмём Дыма и Профа, — предложил Велгор.

— Я помочь могу, — рядом нарисовался Клещ.

Ну да, ну да… как они будут видеть силовые линии? Нужно подкрашивать.

Пока эксперты собирались и рассаживались кругом, мужики успели нарезать огромное количество стейков. Дал им задание обильно посыпать мясо солью и перцем. Еще одну тушу кабана я решил приготовить целиком.

Чтобы увеличить скорость готовки, я создал полукруглую стену огня. Невысокую, около метра.

Для манипуляций вытянул одновременно двадцать силовых нитей и синхронизировал движения, добавил капельку огня, их стало видно.

Процесс начался. Обмотал сетью, положил партию в костёр, запустил медленное переворачивание. Место в костре кончилось раньше, чем мясо. Клим взялся снимать приготовленные куски, а я отправился к туше. Было бы неплохо приправить её чем-то. Только как? Приправа задержится сверху, а внутри вкус останется пресным.

Я вспомнил Береста, который возил с собой ароматные ветки для костра.

— Жиромир! — наверняка где-то рядом крутится. Счастливый брат возник рядом. — Мне нужны ароматные ветки для костра.

Мальчик быстро убежал. А я перевёл взгляд на стол. Точно! Гарнир… пробежался по ингредиентами.

— Вода?

Мне притащили бочку. Решил поэкспериментировать. Рядом появилась новая зона с костром в виде плоской шайбы. Создал огромную глубокую сковороду и разместил над огнём. Вода, масло, рис. Накрыл посудину сверху силовым куполом и капнул в него чуток огня, чтобы он не просто проявил крышку, а от неё исходил дополнительный жар.

На огромную разделочную доску пошли овощи в равных пропорциях, добавил травы с резким пряным запахом. Несколько ножей покромсали овощи и травы. Забросил всё в рис. Деревянную лопатку отправил медленно перемешивать содержимое. Накрыл куполом, и оценил результат. Одной лопатки мало, добавил еще три.

Вернулся Жиромир с охапкой веток. Откуда здесь фруктовые деревья?

Нанизал кабана на вертел и закрепил над костром. Снизу обложил ветками и поджёг. Всю конструкцию облачил в непроницаемую сферу. Жир начнёт стекать… Собрал под тушей небольшую вогнутую чашу, она будет перемещаться и поливать кабана сверху.

Клим снял первую порцию стейков, и я принялся загружать вторую. Нашёл глазами Геру. Она стояла в первом ряду и внимательно наблюдала за процессом.

— Можете начинать раскладывать, крупе минут десять доходить, не больше.

Объевшись, я сидел за длинным столом, а Лежалый собирал рабочую группу. Предлагал ему подождать до утра, но главе не терпелось чем-то похвастаться.

Пока народ подтягивался, я разложил карту. Ух-ты! Они воду подвели! От горы спускались четыре ручейка. Один уходил на юг, к нижней надземной зоне отдыха. Второй сюда. Мы находились на западе от камнепада. Еще два вели к трактиру и котловану. Нашли его, молодцы. Дорожные развязки готовы, по ним бы прокатиться. Я поднял взгляд и поискал Капу.

— А где Капа? — неужели задвинули паренька? Я осуждающе посмотрел на Лежалого.

— Я здесь, — парень прятался неподалёку.

Усадил его рядом. Я ему оставлял поручение, с него и спрос.

— Где развороты?

Парень бросил испуганный взгляд, и я проследил за его направлением. Глыба. Мужик отвернулся.

— Смотри, — я привлёк внимание паренька к месту, где раньше возвышались горы. — Видишь, тут по бокам от переезда место свободное? Его надо занять. Иначе другие придут и займут.

— Уже, — подтвердил Капа. — С юга стали строить, похоже Сход ставят по типу Горного.

— Хтонь!

— Они пытались снести нашу дорогу, — паренёк сник.

— Поэтому мы тебя и отстранили, — влез Глыба. — Не смотришься ты солидно.

Я заскрипел зубами.

— Кто первый пришёл, тот и прав, — заметил Глыба.

— Я первый пришёл, — от меня пыхнуло яростью, сидевшие отпрянули.

Среди разросшейся рабочей группы было мало знакомых лиц.

— Капа, а где запланирована северная зона отдыха? — некоторым не понравилось, что я привлекаю мелкого. Взял недовольных на заметку.

— Да, Миха, — малец загорелся, — тут вилка, — он указал на пересечение трёх дорог, которое сильно сместилось к северу. Между дорогами большой треугольник. Над ним Капа и предлагал сделать надземную зону отдыха. Я с ним согласился, оттуда будет прекрасный вид на долину.

— Молодец! Смоделируй вместе с Текурой. Может сделать круговое движение?

Я продолжил изучение карты. Как же много они успели!

— А почему решили сделать зону для 24 на 7 квадратной? — я обратился к Лежалому. Трактир предполагался под открытым небом. К нем вели сложные развязки с двух сторон, а третья выходила напрямую от гор. Съезд и выезд выглядели удобными, но я бы и сам прокатился, опробовал.

— В твоём лепестковом варианте возникала путаница с номерами, легко заблудиться. А так система очень понятна, чёткая нумерация. Съезжаешь, когда видишь свой ряд. Там и места привязаны к рядам. Один точка десять, например, первый ряд десятое место.

Квадратная зона под таверну выступала острым углом к заезду. И в таком формате передвигаться вокруг на длинных неповоротливых сцепках действительно было удобно.

— Мне нравится, — покивал я. — Только хотелось бы больше места. И еще при въезде надо ставить больше принимающих заказы, чтобы не создавать очередь.

Я задумался, посмотрел на чернеющее в вышине небо.

— Я не просто так настаиваю на необычных надземных развязках. Они должны быть не только удобны, понятны, но и красивы. Отдыхаешь, не только телом, но и получаешь эстетическое удовольствие. Гармония Великой Мати в окружающей красоте. Фрод должен получить удовольствие, — я усмехнулся.

— Какие услуги ты планировал в 24 на 7?

— Поесть, помыться, размять уставшие ноги, почувствовать себя особенным.

— Это как? — заинтересовалась Текура. Она сидела слева на лавке. Я попросил её встать и соорудил для неё резное кресло с мягкой обивкой.

— Ну как? Чувствуешь себя особенной?

— О, да! — мати откинулся на спинку.

Сидящие на жестких лавках мужики невольно бросали завистливые взгляды на удобное кресло.

— Я хочу, чтобы всё, что мы делаем, было роскошным. Качественным, удобным, красивым и особенным.

— И дорогим, — заметил сидевший за дальним углом стола примечательный дедок. Его выделяла продуманная одежда: белая рубаха со стоячим воротничком, зелёный кафтан с золотой нитью, а из нагрудного кармана торчал небольшой блокнот в кожаном переплёте и золотое самопишущее перо.

— Миха, это Сима, наш казначей, — представил дедка Лежалый.

— Конечно, Сима, — я покивал. — Низкая цена обесценивает товар. А если караванщик выкладывает значимую для него сумму, то и самозначимость его повышается. И он еще вернётся к нам, чтобы потешить своё эго.

Сима понятливо улыбнулся. Интересно, а здесь есть банк? Никогда не слышал.

— Скажите, господа, а в мире существуют банки?

— А что это? — первым вопрос задал Лежалый.

— Это контора, вернее сеть контор, в которой можно хранить свои деньги, — пояснил я.

— Зачем кому-то отдавать свои деньги? — искренне возмутился мой будущий банкир.

— А кто делает монеты? — я попробовал зайти с другой стороны.

— Все делают, — удивилась Текура. — Если у тебя есть золото, можешь наделать монет, главное выдержи точный вес.

— Хорошо, давайте предположим, что я — банк, а вы — мои недоверчивые клиенты.

Сидящие за столом маги заулыбались, поддерживая игру.

— Сима, у тебя же есть монеты, которые просто лежат без дела? Давай они будут лежать без дела у меня, и я тебе буду за каждый месяц доплачивать по одной монете сверх сотни. Как тебе моё предложение?

Дедок недоверчиво посмотрел на меня. Понятно… Это будет труднее, чем я думал. Кубышка золота не просто лежит без дела — она греет душу.

— Алтан, — обратился я к сидящему напротив добровольному помощнику, — представь, что ты приехал на съезд и увидел очень нужный тебе артефакт. Загорелся купить, а денег не взял. Вернее тебе их не хватает. Что если я тебе одолжу нужную сумму? А ты мне вернёшь чуть больше. Я тебе сто монет, а ты вернёшь сто одну. Зато артефакт не уйдёт в чужие руки. Согласен?

Алтан кивнул, а я развернулся к Текуре.

— Представь, что ты отдала мне монеты на хранение. Приехала на Сход, а там артефакт, так нужный Алтану. У тебя тоже не хватает, но ты мой клиент, и волноваться тебе не о чём. У меня же расширенная сеть по всем Сходам. И если ты отдала мне деньги в Лесном, то забрать их можешь и в Горном, или в любом другом отделении моего банка. Тебе, как моему дорогому клиенту, не зачем таскать при себе тяжёлый мешок с золотом.

— Так есть же облегчение веса, — удивился Капа.

— Зато нет уменьшение объёма, — я назидательно поднял палец вверх. — Мешок лёгкий, но объёмный. Мешается красивой женщине.

— Ничто так не украшает и мужчину, и женщину, как большой мешок золота, — возразил Сима.

— Не получится, — вставил своё веское слово Велгор. — Нет такого артефакта, чтобы проводить сквозное пользование. Если она там возьмёт деньги, как я здесь об этом узнаю?

— Жаль, — искренне огорчился я.

— Не стоит, мой друг, — заверил меня Сима. — Какие-то услуги займа мы можем предоставлять. Или быть посредником при заключении сделок.

Я покивал, пусть думают, направление я задал.

— Лежалый! — прибежал Ким. Он запыхался и с трудом пропихивал слова. — Там это… паломники пришли.

— Какие такие паломники? — изумился я.

— Так у нас тут теперь особая аномальная зона, — Лежалый широко улыбался. — Особо чистый манофон после явления Великой Мати.

Хтонь?

Глава 11

— Рассказывай! — потребовал я. И Лежалый рассказал.

Сошлось всё к одному. Сначала грохотала земля. Это когда шайба проскакала по долине. Потом случился камнепад. Какой вывод сделали местные? Правильно — Великая Мати гневается.

Затем маги закачивали в меня огонь. Явилась Великая Мати и омыла всех чистейшей маной. Люди возросли в силе, регенерация повысилась, за счет этого они омолодились, каждый лет на десять. Ну а я стал типа её названным сыном. Я хмыкнул.

— Почему сразу сыном?

— Ну, а кем еще? Она же мать. Беспокоилась о сыне, излечила его от тяжёлой болезни.

— Допустим. А на что она гневалась? Ну когда земля тряслась, и камни с неба падали?

— Кстати, никто не знает, что ты к этому руку приложил, — серьёзно заявил Лежалый. — Тебя же сразу после этого нашли в избушке. Не в горах, заметь… И ты как бы и ни при чём. Ну, а гневалась? Наверное это надо у тебя спросить, её сына.

Лежалый не выдержал и загоготал.

— Шучу-шучу, но не исключаю, что паломники захотят пообщаться.

— Может ну их?

— Надо, Миха, надо. Смотри как всё хорошо сложилось! Место становится популярным. Только чутка подогреть интерес.

— Я не хочу быть названным сыном, — я насупился, отчего глава опять расхохотался.

— И не надо, — успокоил меня Лежалый. — Кому надо, сам додумает. А ты и так достаточно всякой хтони творишь, чтобы сойти за избранного. Просто будь собой, а мы прикроем.

— Поэтому я на кровати лежал? — я усмехнулся. — Вы меня кому-то показывали?

Лежалый в ответ лишь довольно оскалился.

— И какие версии? На что гневалась Великая Мати?

— Плохо обращались с её сыном, — начал было Лежалый, но увидев моё возмущение, тут же добавил: — Да ты не ищи логику в слухах! Ещё версия — люди забыли о красоте и гармонии, изрытая чёрная земля мозолила Мати глаза, вот она и скрыла её под камнями.

Я посмотрел на Лежалого, как на дурака. Не нравится тонкая полоска вдоль дороги? Так завалим всю долину камнями! Ну да, ну да, теперь-то всё выглядит намного лучше. Особенно вон та поваленная и посечённая линия леса.

— Сам виноват, — продолжал глумиться лысый. — Это же ты всё время говорил, что перекопанная вдоль дороги земля уродует местность. А словам Великого Сына следует верить, — он аж согнулся в приступе хохота.

Я попытался прокрутить ситуацию. К чему может привести эта история? И если сущность, которую я ощутил, это и есть Великая Мати, душа планеты, то как она отнесётся к самозванцу? Хотя… Вряд ли ей есть дело, в какие игры играют муравьишки…

По другим слухам Мати не гневалась, а пометила зону, где хотела строиться и щедро поделилась строительным материалом. Я не выдержал и тоже заржал. Лежалый подлил масла в огонь, мол теперь из подаренного камня Великий Сын построит Великую Башню. Уха-ха!

— Кстати, Миха, те, кто обустраивается в горах, заявили, что место благословила Великая Мати, освободила его для того, чтобы люди именно там строились.

— Разве манофон уже почистился? На то место пришёлся основной удар. Чистая мана в меня вливалась здесь. Неужели волна очищения дошла до них, — картинка никак не складывалась.

— Не дошла. Поэтому мы и не рвались туда, — Лежалый помрачнел.

— Как же вы дорогу прокладывали, если в той зоне магичить вредно?

— Ставили заглушку на источник на впитывание маны, — судя по словам лысого, не самый полезный ход. — Когда источник опустошался на половину, команды менялись.

Упорные… Я зауважал Лежалого и его команду еще больше. Стоп!

— Это не поможет! — я оторопел. — Мана впитывается не только источником, — я смотрел на лысого, неужели маги этого мира настолько безграмотны? — Она абсорбируется телом целиком. Сам источник придаёт стихийную окраску. Частицы маны слишком мелкие, они просачиваются сквозь клетки кожи, наполняют тело, как вода флягу. Обволакивают энергоканалы… Тело мага, как магнит притягивает и удерживает их. Поэтому после выброса, когда мана в воздухе висела слипшимися хлопьями, эти хлопья оседали внутри тела и устраивали локальную блокаду.

Лежалый задумчиво смотрел на меня. Моя спонтанная речь подняла волну размышлений, и главным отпечатывался вопрос — откуда я всё это знаю?

— Вы же их предупредили об опасности? Они же временный лагерь разбили, чтобы закрепить место за собой?

— Фанатики, — горько усмехнулся товарищ. — Мы покоримся воле Великой Мати, — он передразнил кого-то.

— Заеду к ним завтра, — пообещал я и похлопал главу по плечу. Сколько они уже там? Что случилось с их телами и магией за это время… Как бы не было слишком поздно.

Мне жутко хотелось спать, и я побрёл в свою почётную кровать. С паломниками пусть сами разбираются.

Утром за мной увязался не только Лежалый, но и Глыба. Капу я и так взял с собой. Мы отправились к дорожному тракту пешком. Лежалый предвкушал что-то интересное. Глыба недоумевал, почему я не взял сцепку, а Капа просто верил. Мне нравилось, что в мальчишке нет благоговения, как у Жиромира, например. Капа просто верил. Это подкупало.

— Спасибо за Алтана, — искренне поблагодарил Лежалый. — Давно хотел отблагодарить тебя. Старик мне дорог. Хотя, какой он сейчас старик. Держи! Это тебе, — и он протянул мне календарь. Я улыбнулся. В груди разлилось приятное чувство защищенности.

— Кто он? — мой голос слегка дрогнул. Личность моего добровольного помощника оставалась загадкой. Чем он занимался? Очень уж разносторонние у него знания, всё умеет.

— Старейшина одной из деревень на острове.

— Каком острове? Не видел на карте островов.

— На юго-востоке есть большой остров с работающим вулканом. Правда это не совсем остров, там есть перешеек. Алтан там родился, кузнец в третьем поколении, если не больше. Сызмальства постигал мастерство. Пожалуй, лучший кузнец, которого я знаю, — Лежалый погладил лысину. — Металл чует. Раньше кузнецы приходили на гору за опытом… творили… А потом в верхушке гильдии взыграла жадность, поменялись порядки. Они перестали обмениваться знаниями, стали ими торговать. Тряслись над своими открытиями, прогресс остановился. Это стало заметно всем, не только кузнецам. И тогда они стали охотиться за молодыми талантами.

— Мне стоит опасаться?

— С твоей-то силой? — Лежалый расхохотался. — В общем, однажды Алтан уехал на самый дальний от острова Сход и не вернулся, — рассказчик выдержал паузу. — Он годами не брал молот в руки… А ты вдохнул в него новую жизнь. Он не просто омолодился телом, он зажёгся твоей идеей, у него появилась цель и смысл. Спасибо тебе, Миха.

Лежалый низко поклонился, а я смутился.

Пока мы шли, я всё больше поражался проделанной работе. За месяц моей отключки они многое успели. После моего предупреждения о ядовитой мане они свернули лагерь и ушли из аномальной зоны. Текура всех отпаивала травами. Кроме того она переняла мой опыт по использованию огня для очищения. Это у меня растянутый источник и неестественно широкие каналы, поэтому и возникли такие сложности. У остальных проблем с лечением не было. Мати регулярно проводила процедуры, а потом подключила Лежалого для ежедневных очистительных манипуляций.

И даже на время очищения каналов они не сидели сложа руки. Они собрали камни! Артефакторы заготовили «снежки» разной направленности. Раз нельзя магичить в аномальной зоне, они стали использовать артефакты. Хорошо, что мой ритуал излечил всех! Представляю, сколько хлопьев они нахватались, пока скатывали камни…

Молодые маги катали «снежки» по щебёнке, те притягивали в зависимости от установки: золото, серебро, руды, особо ценные камни. Первая цепочка людей собирала уникальные материалы. Следующие скатывали обычные камни. Когда комок собирался приличный, его уводили к лесу. Вокруг лагеря и вдоль леса всё пространство было заставлено гигантскими шарами в рост человека.

После сбора первого слоя опять выходили поисковики драгоценных металлов. За ними снова собирали каменный слой, и так чередовали до самой травы. Как только они освободили место вдоль горы, то принялись укладывать каменную дорогу. Старая шла по центру долины, сейчас же её передвинули ближе к горам.

Тракт строили двустихийники. Первым слоем укладывали мелкие камешки, которые перед этим дробили, а в нашем случае просто насыпали. Верхний слой плавили до состояния лавы, а перед самим застыванием выравнивали поверхность. Получалось прочное, ровное покрытие. Технология была отлажена веками и много времени не занимала.

Сложнее было с продумыванием поворотов и съездов. Для сцепки требовался плавный съезд, и заходить на маневр приходилось сильно заранее.

На севере степи завершили надземный поворот с основного тракта на западный. Главным называли тянущийся вдоль всего хребта путь. Западный тракт уходил от гор строго на запад, там валялась моя шайба, а в конце пути располагался Сход Базар.

Глыба отточил метод эстакадного строительства на юге, и во второй раз они справились быстрей. У меня были далеко идущие планы на этот поворот. По нему ехали те, кто собирался проехать мимо трактира и башни. Они увидят нашу замечательную преображённую долину с высоты. Как раз то, чего я и добивался. Им захочется посетить наше место. Ещё и поэтому я настаивал на дополнительных разворотах. Чтобы всегда можно было передумать и свернуть ко мне.

Когда мы вышли на тракт, я остановился. Получится или нет? Как я там сотворил яхту… Я сел на дорогу и закрыл глаза, входя в транс. Сейчас мне требуется быстроходное транспортное средство для четверых человек. Быстро, удобно… роскошно… чтобы почувствовать себя особенным… Жутко не хочется тащиться три дня в одну сторону. Проехаться бы с ветерком.

Раздались возгласы спутников, и я понял, что всё получилось. На дороге стоял шикарный красный дуомод. Хищные обтекаемые обводы, узкие щели фар, голубоватая полоса подсветки по нижнему краю и стальные диски в форме бумеранга с цифрой «два» по центру. Дух перехватило от лаконичной красоты.

Полимерная прозрачная крыша обнажала комфортное нутро автомобиля.

— Что за чудо? — Лежалый поглаживал машину по красному капоту. Ну да, ну да, я усмехнулся, его любимый цвет.

— Самоходная машина модификации дуо, — и увидев непонимание, уточнил: — Двустихийная.

Поразительно, как моё подсознание выцепило из архива памяти самый оптимальный вариант именно для этой двустихийной планеты.

— А есть одностихийные? — заворожённо спросил Капа.

— Мономод, — кивнул я. — Эта мощнее. Но не обязательно быть двустихийным магом для управления, успокоил его, — Капа был магом огня. — Просто две стихии подают бОльшую мощность на двигатель.

— Переманить Клёпу теперь плёвое дело, если приедем на Сход на этой красавице, — пообещал Лежалый. Он прав, мастер по фургонам обязательно купится на диковинку.

— Что за материал? — Глыба изучал резиновые шины.

Я задумался, как ему объяснить… В мире повсеместной магии не приходится ожидать технологических прорывов. Население естественным образом совершенствует магию, а не изучает физические законы окружающего мира, что характерно для немагического населения. Здесь же заниматься наукой просто некому.

— Это резина, — я посмотрел на реакцию Глыбы. Реакции не последовало и я продолжил: — Особый материал, который получают из сока растений.

— Каких? — заинтересовался Лежалый. И я завис. А есть ли в этом мире аналоги? Наверняка есть, но как объяснить, не вдаваясь в ненужные подробности переселения душ.

— На счет названия не уверен, — я сделал вид, что роюсь в закромах памяти, и даже почесал затылок. — Такой белёсый тягучий сок…

Я махнул рукой, мол не помню, потом, как-нибудь и открыл дверцу. Опустился в мягкое кожаное кресло, приятного бежевого цвета. Руль и торпеда стилизованы под дерево, что вызовет новую кучу вопросов, впрочем, тут всё было сделано из синтетических материалов. Надо бы придумать стройную легенду, а то даже самые закоренелые скептики скоро поверят в Великого Сына. Я хохотнул.

Рядом с водителем уселся Капа, но Лежалый вытащил его за шкирку. Ругаться малец не стал, молча пересел назад к Глыбе. Скалолаз тщательно ощупывал материалы внутреннего убранства, особое внимание уделяя металлическим деталям. Меньше всего пассажиров удивила прозрачная крыша, которую похоже приняли за магический купол.

Я запустил двигатель, раздался приятный утробный звук. Я вкачал чуток объединённых стихий в рычаг переключения мощности и всё равно переборщил. Дуомод резко двинулся с места, вдавливая нас в спинки кресел. Стрелка спидометра сразу перевалила за сотню.

Глыба ругнулся, Капа завопил от восхищения, а глаза Лежалого азартно заблестели. Я не стал сбавлять скорость, наоборот добавил ещё каплю огня.

Через час мы достигли первой развязки, и я сбавил скорость. Это был съезд к будущему трактиру 24/7. Мы плавно повернули направо и остановились у будущей стойки приёма заказов.

— А ты карту взял? — сам не подумал, а сейчас бы она очень пригодилась.

— Конечно, — Лежалый широко улыбнулся и протянул свернутый лист.

Я вышел и разложил карту на капоте. Нас постепенно обступали работающие тут мастера. Они обходили дуомод по кругу и заглядывали через крышу внутрь.

— Смотри, — я привлёк внимание Лежалого. — Тут нужен еще один съезд и заезд. Таким образом будут две возможности заехать. Если кто с первого раза не решится, заедет со второго.

Мы стояли у ближнего к дороге угла квадратной зоны 24/7. Въезд и выезд был только один. Я же предлагал заезжать сразу к дальнему углу квадрата.

Я медленно поехал по зоне отдыха, изображая усталого путника. Со мной отправился Капа, плюхнувшись на переднее сиденье. Лежалый остался отдавать распоряжения.

Мне понравилось, как они подвели воду. Но места для отдыха — узковаты. И слишком напоминают Сход своей узкой нарезкой.

Я объехал квадрат по кругу, собирался побрать своих и на выезде, но упёрся в накрытый стол. За ним сидело четверо магов, включая Лежалого и Глыбу.

— Знакомься, Миха, — глава повёл меня к столу. — Домун занимался разметкой зоны под трактир, — он указал на обманчиво простоватого мужика с хитрым взглядом. — А это Эхт, — второго мага отличала живая мимика, — он занимается коммуникациями.

— Кстати, а как устроены туалеты? Световое шоу, как на Сходе? — помню, там когда человек покидает кабинку, при закрытии двери срабатывает артефакт очищения, сопровождаемый выплеском огня в небо.

Эхт подтвердил мои подозрения, и я нахмурился.

— Что не так? — удивился маг.

— Люди здесь отдыхать будут, пить, есть, расслабляться, а им каждую минуту иллюминация будет напоминать об испражнениях. Это, — я покрутил в воздухе рукой и смягчил выражение, —не способствует аппетиту.

Эхт скривился, а я развернулся к Лежалому. Неужели они и сами этого не понимают?

— И вообще мне не нравится, что разметка похожа на Сход.

— Почему? Проверенная удобная система, — возразил Домун.

— Это да, — согласился я. — Только я не хочу, чтобы трактир напоминал Сход. Соглашусь, что моя лепестковая система была слишком сложна для навигации, а ваша интуитивно понятна. Но нужно найти свой уникальный вид.

— Миха, — влез Капа, — мы же не планируем в ближайший Сход запускать еду? — я согласно кивнул. — Значит они сами будут готовить на стоянке. И в будущем стоит оставить возможность самостоятельного приготовления пищи. Иначе они съедут на обочину в привычной манере.

— Вот поэтому я за привлечение молодых умов, — развернулся я к Лежалому. — У них гибкое мышление, свежие мысли. Я полностью согласен с Капой, нужно предусмотреть место для самостоятельного приготовления пищи.

— Если хочешь сделать место особенным, то придётся включить в меню блюдо от Великого Сына, — Лежалый не выдержал и заржал.

— Я бы купил, — серьёзно заявил Домун. — Особенно, если буду смотреть, как он готовит для меня.

Я скривился.

— Можно продавать билеты, кто предложит больше, тому Сын и готовит. Вечерние посиделки у костра избранных, — загорелся идеей Капа.

— Ну вы даёте, — я перехватил хитрый взгляд Лежалого. Ну точно, попробует протащить безумную идею.

Мы еще посидели, поболтали, мужики стали набрасывать новые планы. Капа предложил сделать вторым этажом еще одну зону для избранных, мол тогда точно на Сход не будет похоже. Идея мне понравилась и я попросил мальца проработать её вместе с Текурой.

Когда мы сели в дуомод и поехали к южной надземной зоне отдыха, Лежалый достал артефакт с измерительной шкалой.

— Это определитель аномальной зоны, Велгор сделал. Ты не гони, где-то здесь она начинается. Нам надо будет закрыться перед въездом на участок.

Я расстроился. Получается целый участок тракта «заражён». Надо что-то придумать. Какой-нибудь фильтр. Перед аномальной зоной я съехал на обочину. Нужен какой-то стационарный фильтр над дорогой, типа туннеля.

— Далеко по дороге распространяется зона?

— Почти сто километров, — ответил Глыба.

Тьма меня забери! Так подставлять ничего не подозревающих путешественников. Причём они же сразу не поймут, что что-то случилось. Мне стало стыдно. Сколько народу пострадает… Я почесал затылок. А что если сделать артефакты, которые будут очищать с наложением радиуса? Расставить столбы.

— Капа! — я обратился к парню. — Мы расставим указательные столбы!

Идея была такова. От нашей южной стоянки до северной, которая на пересечении трех дорог, мы расставим столбы. Типа до следующей зоны отдыха осталось столько-то километров. В тех столбах, которые находятся в аномальной зоне скроем артефакты очищения. Никто не будет знать, что они там находятся. Я тут же сел на дорогу и стал созидать. Через пару минут на дороге лежали артефакты, выравнивающие манофон. Радиус действия — километр и двести метров, чтобы с нахлёстом. Я положил артефакты на заднее сиденье, и активировал парочку, чтобы они защищали нас в пути.

Надземная зона отдыха мне понравилась. Я дополнительно укрепил конструкцию, как делал это с избушкой.

— Капа, а почему не сделали озеленение? Как бы напрашивается, — спросил я паренька.

— Мы хотели. Но тягловые животные будут объедать зелень.

— А деревья?

— Корни разрушат камень, — обломал меня Глыба.

— Жаль. Здесь прям напрашивается какое-нибудь зелёное украшение. Ещё предлагаю сделать название, чтобы когда торговцы между собой разговаривали и обсуждали наше нововведение, то сразу было понятно, о чём речь. Северную зону можно назвать «Тройник», раз три дороги сходятся.

— А эту — долина свершений, — предложил Глыба.

— Не слишком пафосно? — меня передёрнуло от названия. — Лучше в одно слово…

— Гармония, — предложил Капа. — Как бы с намёком, что вот так отдыхать — это гармония, а рыть — нет.

Я добавил на въезде и выезде каменный сборник для монет и устроил над ним красочную вывеску.

Скажи спасибо создателям сего места „Гармония“ за приятный и удобный отдых.

Для недогадливых под надписью нарисовал руку, опускающую монетку в ящик.

— Своруют, — констатировал Глыба.

— Нет, я приварил конструкцию намертво.

— А доставать как? — поинтересовался Лежалый.

Ну вообще, я думал устроить портальное кольцо, чтобы кидали монеты здесь, а появлялись они в Башне. Но я обещал использовать портальные артефакты, только в Башне.

— Предложения?

— Никто не сможет кроме тебя, Миха, — похлопал меня по плечу глава. — Придётся тебе самому кататься. Сделай вместилище по-больше, если не хочешь светиться. Будешь опустошать раз в два месяца, когда тракт опустеет.

В общей сложности на надземной стоянке мы провели около двух часов. Вечерело, когда мы подъезжали к месту, где раньше стояли горы.

Группа людей в серых балахонах ходила по кругу и тягуче распевала что-то невнятное. Когда мы остановились, они окружили дуомод. Вперёд вышел высокий худой мужчина с чёрными кругами под глазами и сеткой треснувших капилляров, делавших его глаза алыми. Взгляд с трудом сфокусировался на мне. Красный цвет лица вызывал опасения, что его скоро хватит удар. То, что они до сих пор живы, объяснялось высокой регенерацией мощных сверхмагов.

— Приветствуем посланника! — мощно проорал главный, добавляя в голос магию земли. В красных глазах полопались еще несколько сосудиков.

Глава 12

Я вышел из дуомода и протянул руку главному фанатику.

— Миха, — максимально дружелюбно улыбнулся я.

Облачённый в серый балахон мужчина заторможено протянул было руку, но на полпути отвернулся и зашагал прочь. Совесть больно кольнула. Надо помочь! Я решительно повернулся к своим.

— Так… — я зачерпнул горсть очищающих манофон капсул с заднего сиденья и раздал товарищам, — носите при себе. Капа, возьми у Лежалого анализатор, половину артефактов и закопай вдоль дороги. Радиус действия 1200 метров.

Лежалый поехал за Текурой, она уже занималась очищением большого количества людей. Показал, как открывается багажник, объяснил принципы управления дуомодом. Счастливый глава Схода Горный быстро укатил прочь. Часов пять-шесть его не будет. Два часа на дорогу, найти мати, собрать травы, как-то так.

— Пойдём, — я тяжело вздохнул. — Попробую вправить мозги главному. Ты его знаешь?

— Это Борис. Из деревни на берегу моря, кажется, Песчаная, — Глыба нахмурился, — не помню, много их там. В основном все рыбу ловят, а эти стекло изготавливают. Отличный мастер, очень увлечён делом. Странно, Миха, что он тут. Его и на Сход-то с трудом вытаскивали, неисправимый трудоголик.

Борис выглядел плохо. Высокий, широкоплечий и жутко худой. Я догнал его, попридержал и пристроился рядом, аккуратно притормаживая мужчину. Я опасался спровоцировать заражённого на использование магии.

— Приготовишь поесть? — попросил я Глыбу. — Видишь, как он исхудал, они наверное толком не ели.

Глыба кивнул и заозирался в поиске лагеря фанатиков. Я пустил чуток огня в Бориса и тут же столкнулся с проблемой. Магия не проходила, диагностика невозможна. Я вздохнул, и аккуратно вырубил мужчину, ударив ладонью в лоб. Придержал тело и уложил на дорогу. Придётся подождать, пока мой артефакт очистит хотя бы небольшую зону вокруг нас. Тьма его забери! Мне не терпелось заняться небоскрёбом, а я тут разной хтонью страдаю!

Я сел в позу для медитации и вошёл в транс. Окинул внутренним взором собственное тело и с удивлением обнаружил несколько прилипших хлопьев. Хтонь! Запустил внутреннюю циркуляцию огня по энергоканалам. Хлопья не исчезли. Они размякли и стали походить на бесформенные кляксы, но не растворились полностью. Или им требовалось больше времени?

Вспомнил, как действовали Огонь и Земля при моём излечении. Они промыли меня потоком чистой маны, пущенным под давлением. Пескоструйное очищение, только вместо песчинок под высоким напором находились маночастицы. Как бы повторить?

Мы в заражённой зоне, чистый поток собрать не получится. Попробую разогнать внутренний. Какую ману брать? Стихийную или нейтральную? Возможно могущественная сущность использовала чистую ману, потому что это её привычная магия. Чтобы проверить теорию, я ускорил циркуляцию внутреннего огня в десятки раз. Тело пробила испарина.

Прилипшие хлопья втянулись в разогнанный огонь и сгорели. Ускорилось притяжение окружающих частиц. Я положил руку на голову Бориса. К руке потянулась мана мага, вместе с хлопьями. Мелкие частички двигались быстрее сгустков. Я рискую выкачать из него всю нормальную ману, оставив одну муть. Я сосредоточился и выставил приоритет на крупные комки. Получилось!

Мозг мага окутывала слипшаяся в кашу мана. Бесформенная масса притянулась и сгорела. Через какое-то время голова Бориса очистилась полностью. Надолго ли? Только я собрался проверить зону сердца, как сознание померкло.

Очнулся на тёплом покрывале. Рядом на костре аппетитно шкворчало мясо.

— Извини, — Глыба протянул мне шпажку шашлыка. — Пришлось тебя вырубить.

Я протянул руку к мясу и застыл. Исхудавшая рука неприятно поразила. Хтонь! Вот почему мана должна быть нейтральной! Огонь разогнал метаболизм… Это же так очевидно, я горько усмехнулся. Настроение ухнуло вниз под тяжестью собственной непроходимой тупости.

Я с трудом сел и заметил расположившегося напротив Бориса. Он иногда дёргался, отчего часть лепёшки попадала мимо рта.

— Спасибо, — поблагодарил я Глыбу и вгрызся в шашлык, выцеливая овощи. Скорость, с которой Борис опустошал общее блюдо, вынуждала поторапливаться.

В целом, выглядел главный фанатик лучше. Чёрные мешки под глазами поблёкли, неестественная краснота лица пропала. Кожа оказалась загорелой. Синие глаза вцепились в меня немигающим взглядом. На фоне постоянно жующей челюсти выглядело это жутковато, как будто доев лепёшку, он примется за меня.

— Где остальные? — мне показалось странным, что около костра мы сидим втроём. Где люди в серых балахонах?

Глыба махнул мне за спину. Группа фанатиков сидела кругом и синхронно раскачивалась из стороны в сторону. Меня пробрало. Раньше они ходили и пели, теперь сидят. Времени на их спасение осталось всё меньше и меньше.

— Плохие новости, — рядом плюхнулся Капа и схватил шпажку с общего блюда. Борис проследил ревнивым взглядом за его движением. — Аномальная зона движется, — он с удовольствием прожевал кусок и перевёл взгляд на меня.

Капа наконец разглядел мою исхудавшую тушку. Его рука застыла, не доходя до рта. Он перевёл беспокойный взгляд на Глыбу.

— Всё ещё хуже, — от моих слов спутники вздрогнули. — Мы подверглись заражению. Моя вина, — было тяжело признать глупейшую ошибку. — Артефактная капсула создана для постепенного очищения манофона. Пока мы ехали на дуомоде, она не успевала срабатывать, и мы нахватались мути. Всех надо проверить, и в лагере тоже.

— Ты себя видел? — возмутился Глыба. — Куда тебе сейчас лечить кого-то? Тебе самому восстановиться нужно.

Скалолаз вскочил на ноги и угрожающе навис надо мной. Потом махнул на меня рукой и сел обратно.

— Он прав, — поддержал Капа. Вот ведь, а раньше они не ладили.

— Если им не помочь сейчас, они сдохнут, — я мрачно посмотрел на товарищей. Борис напрягся и перевёл взгляд на группу фанатиков.

— Их много, а ты один, — слова прозвучали, как угроза. Похоже, Глыба готов снова меня вырубить, ради моего же блага.

Внезапно раздался рёв приближающегося мотора. Не ошибусь, оценив скорость дуомода в двести километров в час. Из остановившейся машины выскочила мати. Она обняла меня и расплакалась.

— Что случилось? Почему ты так выглядишь? — она ощупывала тщедушное тело. Мне стало стыдно. Меньше всего хотелось видеть слёзы на её глазах.

За её спиной появился Лежалый, он неверяще оглядывал нас. Его не было несколько часов. Как они успели угробить Великого Сына? Он обвиняюще посмотрел на Глыбу.

— Хоть ты скажи ему, Текура, — Глыба воззвал к материнским чувствам. — Он собирается магичить в таком состоянии.

— Иначе они погибнут, — я упрямо смотрел на скалолаза, тот переглядывался с Лежалым. Собрались навалиться на меня вдвоём? — Я понял свою ошибку, и теперь буду проводить процедуру по-другому.

— Текура, осмотри остальных, — попросил Лежалый. — Может их просто усыпить на время?

Рядом появились Алтан и Жиромир. Брат деловито достал котелок, налил в него воды и подвесил над костром. Рядом расстелил белоснежное покрывало и стал выкладывать пучки трав.

— Да, нормально я себя чувствую, — вскипел я, — только схуднул чуток!

Алтан хохотнул.

— Чуток? — он махнул рукой, и передо мной появилось зеркало.

Ну да, ну да, круги под глазами, впалые скулы, одежда висит бесформенным мешком, мяса на костях почти не осталось.

— Моя ошибка была в том, что для ускорения я взял ману огня, — нелегко было во всеуслышание признавать собственную глупость. Но иначе они не дадут мне спасти чужие жизни. — Нужно разогнать нейтральную ману внутри тела.

— Это невозможно, — заявил Алтан. — Мана окрашивается стихией внутри источника.

— Да, но пока она не достигла ядра, она остаётся нейтральной, — возразил я.

Жиромир начал забрасывать в закипевшую воду травы, а когда закончил, накрыл котелок сверху защитным куполом земли. Смекалистый.

Молчание затягивалось. Все понимали, что манипулировать нейтральной маной могу только я.

— Борис? — я позвал главного фанатика. Он внимательно прислушивался к нашему разговору. — Ложись, — я показал на место, где только лежал сам.

Он дёрганными движениями перебрался на лежанку. Удар ладонью в лоб, и он отключился. Тело Бориса наконец расслабилось.

— Зачем? — полюбопытствовал Алтан.

— Не уверен в его душевном здоровье, — я пожал плечами. — Ведёт себя странно, молчит, трясётся.

Я положил руку на мерно вздымающуюся грудь и скользнул в транс. От увиденного меня передёрнуло.

— Сыночка! — мати бросилась ко мне.

— Со мной всё в порядке, — успокоил я мать. — А вот если у остальных та же картина, то у нас очень мало времени.

Я снова погрузился в транс. Он позволял мне видеть окружающую магию без участия Огня. Мир распадался на элементы и составляющие. Я мог увеличивать детализацию или выкручивать внутренний взор в каком-то одном направлении. Мана внутри тела Бориса напоминала сгустившийся кисель. Забито было всё. Вряд ли он вообще может магичить в таком состоянии. Значит и регенерация больше не работает. Надо торопиться. Переместив руку на голову, я убедился, что ранее очищенное пространство быстро заполняется вязкой массой.

Невозможно разгонять одеревеневшую массу, частицы которой расположены слишком близко друг к другу — это «камень». Действовать в таком случае можно только извне.

Я сформировал вокруг руки сферу, как для капельницы. Собрал внутри ману и стал разгонять её. Круглая форма мешала динамике, и я сменил форму на цилиндрическую. Вокруг руки быстро раскручивался направленный поток чистой маны.

Моя рука замерла над головой Бориса. Маночастицы бомбардировали вязкую субстанцию, отлетали в сторону и снова втягивались в круговорот. Плотная масса развоплощалась с большим трудом. Очень медленно я двинул руку в сторону груди, там плотность была еще выше. В результате манипуляций взбитая манокаша высвобождала огромное количество свободных частиц, которые вливались в разогнанный поток. Вскоре частиц внутри цилиндра стало настолько много, что скорость просела. Пришлось расширять границы разгонного механизма.

На полную очистку тела Бориса ушло больше часа, а моя лечебная турбина выросла в десятки раз. Я с трудом встал, пошатнулся, но отказался от предложенной помощи. Я концентрировался на магической конструкции, закручивающейся вокруг руки. Никто не видел моих манипуляций, а Клеща, чтобы подсказать, с нами не было. Я прошёлся по своим людям разогнанным цилиндром, очищая их.

— Какая легкость в теле, — просветлела мати. Взгляды мужчин были насторожены, а позы напряжены. Я боялся, что Глыба опять меня вырубит и успокаивающе улыбнулся.

Пошатываясь, я подошёл к лежавшим на земле фанатикам. Время уходило, как песок сквозь пальцы. Я сел по центру и накрыл тела турбиной. Стремительный поток маны обрушился на магов. Мне оставалось только вовремя расширять цилиндр, чтобы скорость не падала. Я понял, что процесс завершился, когда количество частиц перестало расти. Я выдохнул и развеял конструкцию.

Мати с Жиромиром стали обходить людей, проверяя и укладывая их поудобней. Если кто-то приходил в сознание, ему давали отвар. Вроде никто не умер.

— Малой, ты бы придумал себе легенду, — посоветовал Алтан. — А то это сделают за тебя другие.

Лежалый скривился. Неужели собирался развивать слух про Великого Сына? Подбежал Капа и помог подняться, вместе с Глыбой они подтащили меня к лежанке. Навалилась усталость: физическая и моральная. Ничего не хотелось. Подошла мати и молча обняла.

— Я отвезу его, — ворчливо буркнул Глыба. — Незачем ему здесь оставаться.

Алтан и Глыба усадили меня в машину, и я тут же вырубился.

Очнулся я в мягкой кровати посреди гомонящего лагеря. Рядом послышался голос бати. Бдит. Его забота не добавила радости. Настроение ушло в ноль. Опять дохлое тело. Ни вставать, ни чего-либо делать не хотелось. Рядом появилась симпатичная девушка с кружкой горячего отвара. Я сел и отпил, не желая обидеть девушку игнорированием. Мятный отвар приятно холодил нёбо.

— Спасибо, — поблагодарил я, поскольку девушка уходить не спешила, а стояла, улыбалась и чего-то ждала.

Как-то слишком нарядно она оделась. У нас праздник? Пышное белое платье с крупными цветами, глубокий вырез, высокая грудь. Приятное созерцание нарушил аромат вкусной каши. Прям, как мама готовила, я радостно обернулся, но это была не Текура.

Молодая женщина в красном длинном сарафане. Одна бретелька слетела, обнажив голое плечо. Она нагнулась, почти вывалив на меня увесистую грудь, и поставила на прикроватный столик горшочек с кашей. Встала рядом, загородив от моего взора первую девицу.

— Кыш! — прикрикнул на девиц Алтан. Медленно развернувшись, соблазнительницы двинулись прочь, плавно покачивая бёдрами.

Алтан подошёл, сплёл небрежным движением стул и сел рядом. Гера подала ему горшок с кашей.

— Ты бы завёл себе девушку, а то скоро они тут передерутся.

— Кто?

— Да все, — небрежно махнул Алтан, зачерпнув полную ложку. — Ты ешь давай, тебе надо набирать массу.

— Им нужен не я, а воображаемый Миха, — я горько усмехнулся. — Я слишком себя уважаю, чтобы размениваться на ложные идеалы.

После неприятного разговора я направился в центр долины. Идти было тяжело. Слабость не отпускала, мышцы отсутствовали напрочь. Я направил огонь и землю в ноги, и шёл на одних волевых. Мне не терпелось заняться башней, но если я сейчас не закрою вопрос с аномалией, она будет постоянно отвлекать от строительства.

Я лёг на сухую запылённую серой каменной пылью траву и погрузился в транс. Энергокаркас в порядке. Источник в норме. Дистрофичное тело работает исправно. Только мышц нет, а хлопья маны есть. Хтонь! Опять! Только вчера всё почистил! Капа прав — чистая зона перемешивается с аномальной и смещается. Пострадают ни в чём не повинные люди.

Я начал раскручивать поток вокруг себя. Я стал центром цунами из движущихся на бешеной скорости маночастиц. Редкие хлопья расщеплялись под массированной бомбардировкой. На границе восприятия я ощутил чьё-то тело. Когда оно попало в область воздействия, то резко остановилось. Я же продолжил наращивать объём. Я был высоко в горах, когда притянул поток, значит пятно аномалии не только широкое, но и высокое.

Я постепенно раздвигал круговорот. Выше, шире. Сознание расширялось всё больше, я перестал ощущать себя муравьём. Моё тело стало песчинкой в центре раскрученного потока. Вот край упёрся в плотную массу, это зона вокруг гор. Надо взять с запасом. И почему я не спросил Капу, в какую сторону произошёл сдвиг?

Постепенно любое сопротивление пропало, я подождал еще немного, а потом начал замедлять поток. Наконец, я вышел из транса и заметил рядом с собой безмятежно лежащего Алтана.

— Малой, ты бы это… — он жевал травинку, закинув руки за голову, — предупреждал что ли… перед своими экспериментами.

— Что-то пошло не так? — испугался я. Мои манипуляции не могли навредить!

— Да нет, — он выплюнул травинку и сорвал новую, — всё так… малой… всё так…

Я выдохнул и присмотрелся к нему внимательней. Хтонь! Да ему не дашь больше девятнадцати!

Его позабавил мой ошарашенный вид. Он сел и похлопал меня по плечу.

— Мне то что… А вот как Лежалый будет доказывать, что он — лысый и страшный глава Схода Горный… даже не знаю.

Он хохотнул, резко вскочил на ноги, протянул мне руку и помог подняться.

— Пойдём, тебе надо поесть. Это мы подверглись потоку, а ты сидел в глазе торнадо, и выглядишь так себе, — он неопределённо покрутил раскрытой ладонью.

К моему немалому удивлению повёл он меня не в лагерь, а в нашу с мати избушку.

— Там фанатики, паломники, — объяснил Алтан. — Незачем тебе с ними встречаться, поживёшь пока тут.

На террасе уже был накрыт стол, рядом хлопотала молодая смутно знакомая девушка. Горделивая осанка, тонкие красивые черты лица, пухлые губки. Девушка была чудо как хороша! Длинная толстая коса величественно лежала на плече, высокая сбитая грудь соблазнительно выступала вперёд, зелёные большие глаза озорно поблёскивали. Красавица бросала нежные взгляды на Алтана.

— Гера? — только она так смотрела на него.

Девушка повернулась ко мне и улыбнулась. Алтан хохотнул.

— Ты еще гриву лысого не видел, — он снова заржал, а девушка захихикала.

— Все такие?

Парочка синхронно кивнула, сидящий за столом Алтан притянул проходившую мимо Геру и зарылся лицом в девичьей груди.

— Гормоны, Миха, — пояснила счастливая Гера. — В лагере какое-то безумство творится, — она закатила глаза, а я в красках представил массовую оргию. Мне стало не по себе.

— Какой радиус? — спросил я хриплым голосом.

Алтан вынырнул из мягкого царства и усадил девушку к себе на колени. Она захихикала. У меня мозг взрывался от помолодевшей парочки.

— До деревень на тракте ты не достал, но в лесу могли попасться случайные охотники, — обнадёжил парень. — Не жди нас.

Он забросил Геру на плечо и пошёл вниз.

Глава 13

Я сидел на террасе и медленно поглощал пищу. Ел неторопливо, обозревая окружающую природу. Желтая трава покрылась серой каменной пылью. Деревья были повалены или посечены. Запылённым зелёным листочкам не хватало кислорода. Лес увядал. Любимая яблонька мати погибла. А ведь я хотел сделать мир лучше! Красивым и гармоничным!

«Мати! — воззвал я в отчаянии к могущественной сущности. — Дай нам дождя! Умой степь, лес и горы!»

Я прислушался, ответа не поступило. В синем небе — ни облачка. Аппетит пропал и желание творить — тоже. Стало горько.

Жизнь — череда принятых решений. Похоже, я свой выбор делал с закрытыми глазами. Чем больше сила, тем выше цена. Я тяжело вздохнул и попробовал угнездиться на жестком стуле.

Внезапно кресло подо мной изменилось. Появилась мягкая обивка, спинка раздалась вширь, а пятая точка растеклась по комфортной сидушке. Я устроился поудобней и потрогал материал, кожа. Глаза слипались.

Разбудили меня голоса. Кто-то ругался. Я потянулся и сел. Вместо кресла я очнулся на диване из той же светлой кожи. Я хмыкнул. Сам преобразовался? А одеялом кто меня накрыл? Мати? И подушку подложила, я тепло улыбнулся.

Внизу в степи стояла Текура, а на столе — новая еда. Горячая, кто-то позаботился и вплёл в посуду подогрев. Я запустил ложку в кашу и с удовлетворением отметил, что она была с мясом.

Текура выглядела великолепно! Я узнал её по привычным жестам и походке. Ей сложно было дать больше двадцати. Рядом с ней переминался с ноги на ногу явно Лежалый. На нём были знакомые красные шаровары. Тёмные волосы собраны в пучок. Прежде спокойный, сейчас он не мог устоять на месте. В движениях сквозила угроза, и направлена она была на двух других парней, стоящих напротив.

Одного я узнал по басовитому голосу — батя, помолодевший пацан. Он смотрел исподлобья на Лежалого. Рука сдавливала рукоять ножа. Красавец: плечистый и высокий. Понятно, почему на него мати запала. Правильные черты лица, двигается плавно и скупо. В нём чувствуется огромная сила и мощь. В отличии от Лежалого, у которого основное оружие — мозг.

Все трое борются за сердце мати. Кто же третий? Неужели Велгор? Я присмотрелся к одежде и фигуре. Он величаво повёл плечом. Ну точно! Его моторика: горделивый и правильный. Видный парень! Он поменял стиль одежды на более свободный, но остался таким же элегантным. Сразу видно — и себя уважает, и свою даму. Пожалуй, женщин это подкупает больше, чем смазливая внешность.

— Спорим подерутся? — Алтан отломил ножку птицы. Я и не заметил, как они присоединились за столом.

— Лишь бы не поубивали друг дружку, — согласилась Гера. — А так пусть выпустят пар. Текура! Иди к нам!

Сердитая мать выглядела еще краше. Она села рядом и критически осмотрела меня. Я притянул её и поцеловал в щеку. Как же мило она выглядит! Девчонка! Омоложение прошло не только снаружи, но и внутри. Нет груза ответственности, что набирается с годами. В глазах плещется свобода молодости.

Тем временем внизу разгоралось сражение. Кто начал первым, я не заметил, отвлёкся. Соперники разошлись не на шутку. Каждый сам за себя. Пожалуй, победит Лежалый, рисковый он. Правда и артефактор способен преподнести парочку неприятных сюрпризов противникам. У бати большой опыт сражений, он охотник. Зато Лежалый переигрывает их тактически.

— Ставлю на Лежалого! — я порылся в карманах и не нашёл ни одной монетки. — Одолжи десятку? — попросил я мати.

Она выложила на стол десять золотых.

— Велгор! — Гера поддержала ставку и добавила еще десять.

— Вано, — вздохнула мати и присоединилась.

Алтан хмыкнул и посмотрел на сражение. Маги выставили перед собой защитные стены и атаковали из-за укрытия.

— Велгор, — ухмыльнулся Алтан и добавил десятку.

Я присмотрелся. Хтонь! Артефактор набросил на себя скрыт и крадётся в сторону бати. У Вано сработала чуйка, и он метнул каменную пику в сторону скрытника. Пика разбилась о невидимый щит, и оба противника обнаружили манёвр. Лежалый запустил лаву, а Вано создал ловчую яму сразу под обоими соперниками. Глава схода провалился, а артефактор переместился в сторону.

— Как это он? — воскликнул я и вскочил на ноги. Неужели портальная магия?

— Уклонение объёмом, — объяснил Алтан. — Создал под собой линзу, и его отбросило в сторону.

Давай Лежалый! Выбирайся! Вано попытался набросить лассо на артефактора. Тот перехватил верёвку лозой и с силой дёрнул батю на себя. Это спасло Вано от выскачившегося из-под земли главы. Лежалый прорыл тоннель в сторону противников!

Внезапно почва вокруг Лежалого закаменела, заперев по пояс в земле. Соперники тут же воспользовались его неподвижностью и атаковали. Глава откинулся назад, расплавляя под собой грунт и утопая в лаве. Сверху на него рухнула огромная глыба и погрузилась в землю почти на половину.

— Нееет! — мой крик разнёсся по степи. Раскатисто прозвучал гром, сверкнула молния, и с неба полилась стена дождя.

Я метнулся к краю террасы, спрыгнул вниз, на ходу создавая под ногами диск огня. Струи воды били в лицо, замедляли движение. Схватка продолжалась.

Велгор обхватил лозой ногу охотника и вздёрнул его вверх ногами. Рубашка Вано опрокинулась на лицо, перекрывая обзор. Артефактор воспользовался замешательством и туго спеленал батю по рукам и ногам. На этом он не остановился и воткнул его в землю по горло. Почва затвердела, обездвижив его окончательно. Закончив бой, он создал над собой непроницаемый купол, небрежным жестом очистил одежду и не спеша двинулся в сторону террасы.

Я уже добрался до места схватки и бросился на помощь к Лежалому. Отбросил в сторону придавившую его глыбу и спрыгнул в яму. Глава лежал изломанной куклой, безжизненно глядя в небо.

Я положил руки на грудь, запуская сканирование. Нееет!!! Импульс в сердце! Лаву в источник! Расправить сломанные рёбра! Регенерация! Ну же!!! Я упрямо заскрипел зубами, слёзы беспомощно скатывались вниз и перемешивались со струями дождя.

Сердце стукнуло раз, другой, тело содрогнулось, кровь вышла с кашлем. Живой! Я облегчённо выдохнул. Лежалый открыл глаза и с трудом улыбнулся.

— Миха, — голос прозвучал сипло, — это ты плачешь или само небо? — смех перешёл в кашель, я помог перевернуться, чтобы он сплюнул кровь.

— Придурок, — буркнул я. — Подыхать он собрался…

Провёл повторную диагностику. Призвал Огонь и Землю в помощь, они закутали главу в лавовый кокон и запустили полное восстановление. Рядом присел батя, он уже выбрался из ловушки.

— Давай помогу отнести? — предложил он. Я кивнул.

Мы подхватили кокон с двух сторон, отнесли его на террасу и пристроили с краю. Кто-то из магов уже создал над избушкой непроницаемый купол. Вано лёгким взмахом руки соорудил для нас диван, не такой шикарный, как мой, но вполне удобный. Я осуждающе посмотрел на сидевших за столом молодых людей. Почему им плевать?

На моём месте сидел Велгор и прижимал к себе Текуру. Он что-то нашёптывал ей на ухо, от чего она покраснела. Его рука заползала ей под рубашку. Гера опять переместилась на колени к Алтану, забросила руку на плечо и поглаживала пальцами по шее. Парень поплыл, встал и потащил девушку вниз. За ними следом удалились Велгор с Текурой.

Вано проводил их мрачным взглядом и отломил себе здоровенный кусок птицы.

Тьма их забери! Они не просто помолодели! Они еще и в силе возросли! Куда больше-то?! Гормоны плюс мощь — убойное сочетание.

— Ешь, — батя пододвинул мне тарелку с птицей, — Выпить сделаешь? — он отстегнул флягу от пояса и протянул мне.

Я приложил руку к фляге и насытил её своей силой.

— Ты тоже так можешь, — укорил я его.

Вано замотал головой, сделал большой глоток и довольно заулыбался.

— Вещь! — он поднял большой палец вверх. — Я пробовал, моё меня не берёт.

В углу раскололся кокон. Лежалый поднялся, осмотрел себя и запустил по телу огонь, а потом землю. Тело почистилось, одежда приобрела первозданный вид. Он удовлетворённо хмыкнул, подошёл и обнял меня.

— Спасибо! — он сел на новенький диван и провёл рукой по коже. Потом заметил довольного Вано. — Эй, дай мне!

— Сам себе сделай, — батя спрятал флягу за спину. Ну что за дети?! Я покачал головой.

— Аааа, — догадался Лежалый, ухмыльнулся и заглянул под стол. Погремел бутылками и вытащил кувшин. Понюхал и удовлетворённо кивнул. — Миха, уважь, будь добр.

Я вздохнул и зарядил содержимое кувшина. Глава отпил из горла и довольно крякнул.

Сквозь шум дождя послышался приглушённый звук мотора. Я встал и посмотрел в ту сторону. Перед дуомодом медленно шёл Жиромир и прокладывал дорогу. Он протянул руку к ближайшему каменному шару, от того струйкой потянулась мелкая галька и легла ровным слоем перед мальчиком. Уложив перед собой метров пять, он повёл рукой, превращая верхний слой в лаву. Ливень быстро охлаждал поверхность, Жиромир выравнивал застывшую, но ещё податливую лаву земляным катком.

Я вернулся за стол, еда стремительно заканчивалась, а парни пьянели.

— Не знал, что Жиромир двустихийник, — сказал я, отламывая лепёшку.

— Так он и не был, — батя довольно рыгнул и откинулся на спинку дивана. Его взгляд расфокусировался.

Странно… Допустим бомбардировка маной стимулировала омоложение за счет… А за счет чего? Может это и не омоложение вовсе? А приведение организма к оптимальному состоянию? Это бы объяснило и увеличение мощности, и добавление второй стихии. Оптимальное состояние организма — повод для размножения, отсюда и повышенное либидо. Каково тело — такова и жизнь.

На веранду поднялись Капа и Жиромир. Повезло им. Наверное… Не доросли еще до гормонального взрыва. Но и они изменились. Жиромир подрос и схуднул. Капа тоже возмужал, раздался в плечах.

— Миха, там такое безумие творится, — затараторил брат. — Все разбились на парочки, обжимаются, никто ничего не делает, — последнее было добавлено с возмущением. — На охоту не ходят, еду не готовят, подъедают запасы.

— Разве дождь не охладил пыл? — удивился я.

— Так они по-быстрому построили себе: хижины, навесы, даже избу поставили и продолжили, — просветил Капа. — Я загрузил багажник тушами монстров, овощами, напитками; взял мальчишку и отправился к тебе.

— Еда — это хорошо, — заплетающимся языком пробормотал Лежалый.

Из трубы повалил дымок, а на террасу поднялись Велгор и Алтан. Велгор нёс большое блюдо с уложенными рулетами. Мясо с овощами было завёрнуто в лист теста. Алтан поставил на стол два кувшина, и из одного тут же налил мне компот из кислого яблока. Все быстро похватали рулеты. Взгляды скрестились на последнем куске, каждый хотел забрать его себе. Я же думать не стал, а просто переложил к себе на тарелку.

— Миха, — обратился ко мне Капа, — а когда ливень закончится?

— Не знаю. Да и почему ты меня спрашиваешь?

— Ты же его вызвал, — как само собой разумеющееся заявил Жиромир. Я ли? Ну, я попросил могущественную сущность, но она же не ответила.

Я попытался вспомнить, как часто идут дожди. И не смог. Вроде бы иногда что-то моросило, недолго. Но чтобы ливень… Да и хтонь с ним! Долине нужен дождь! Смоет каменную пыль, тогда и трава зазеленеет, а деревья воспрянут.

К нам поднялись девушки с большими горшками. Текура села рядом с Велгором, а Гера начала раскладывать ароматную кашу с мясом и овощами. Вкус был другой — острый. Изменение привычного рецепта послужило для меня сигналом. Маги не просто омолодились и стали сильнее, они обнулились. Хтонь! Похоже, я остался один. Люди из временного лагеря займутся обустройством новой жизни, а я — стройкой века.

— Текура, — обратился Лежалый к мати, — ты и правда поверила, что я с тобой только из-за парнишки?

Я с изумлением посмотрел на мать, а потом на главу.

— Теперь я в этом уверена, — она с нежностью глянула на Велгора. — Я почувствовала прикосновения любящего человека.

Лежалый сверлил артефактора неприязненным взглядом, а тот невозмутимо подлил Текуре компот. Жук.

Батя поднялся и протянул мати руку.

— Встань, пожалуйста, — попросил он деловым тоном. Наивная Текура встала, хотя было очевидно, что Вано что-то задумал. — А что ты чувствуешь от моих прикосновений?

Он резко притянул её к себе и впился губами, схватил за задницу и приподнял. Уж не знаю, что он там магичил с одеждой, но все поняли, что он насадил её на себя. Текура сладко застонала.

Вдруг купол над парочкой лопнул и на них полилась вода. Она не достигла цели, а стекла по защитному куполу. Велгор попытался окатить любовников холодной водой, но Вано отразил атаку. Слившиеся тела стали просачиваться сквозь пол, а когда они скрылись, половицы приняли первоначальный вид. В штанах стало тесно.

— Вот поэтому мы и уехали, — вздохнул Капа. — Пойдём Жиромир, пристроим себе комнату сбоку.

Брат вскочил и с энтузиазмом отправился вслед за другом.

Велгор ревниво сверлил пол глазами, а Лежалый совсем поник. Гера подложила мне каши.

— Ешь давай, малой, — поддержал свою девушку Алтан. — Как наешься, может и ливень закончится. Или тебе бабу подогнать для настроения? — он хохотнул и хлопнул Геру по заднице.

Я развернулся в сторону леса. Кто-то очень мощный приближался к нам. Вскоре из леса показались двое. Старик и девушка. Под нашими молчаливыми взглядами они поднялись на террасу. Девушка была хороша, моя возбуждённая башня была согласна на проведение телесных испытаний.

Дед строго посмотрел на меня, как будто считав намерения. Сгорбленный старик опирался на клюку. Белая борода свисала до пояса, а жидкие волосы были собраны в куцый хвост. Палка, на которую он упирался выглядела опасной, да и он сам… убивал. Много убивал… Охотник?

— Молодёжь, — обратился старик скрипучим голосом, — где взрослые?

Ну да, ну да. Никто тут не выглядел старше девятнадцати. Даже в глазах не читалась мудрость пережитых лет, только безрассудство молодости.

— Владмир! — вскочил Лежалый. — Рад приветствовать! Что вынудило тебя слезть с печи и проделать тяжёлый путь через лес?

Девушка возмущенно посмотрела на главу. Не привыкла она, чтобы кто-то так фамильярно разговаривал со старейшиной. Старик успокаивающе похлопал девушку по плечу. Создал для себя скромный табурет по центру террасы и с кряхтением уместился на нём. Девушка встала за его плечом.

— К нам приходил Лежалый, — неторопливо начал он. — Рассказал, что в долине началось строительство, — он замолчал, обводя нас взглядом. — Обещал торговлю.

Он опять замолчал, опустил голову на грудь и сделал вид, что задремал. Я аж восхитился его воспитательной игрой. Лежалый кашлянул. Дед нарочито вздрогнул и оглядел всех удивлённых взглядом.

— Где я?

Я чуть не заржал. Какая тонкая манипуляция! Сейчас все будут вынуждены рассказать старику, что здесь происходит. Если бы тут действительно сидела молодёжь, то его трюк сработал бы.

— А куда ты шёл? — очень и как-то слишком вежливо спросил Велгор.

Владмир старчески похлопал глазами, отыгрывая роль до конца. Ему верила только внучка, она с беспокойством посмотрела на деда.

— Вы кто? — он снова попробовал пробить нас на откровения.

— Строители, — я не выдержал и включился в игру.

— А где твои родители, мальчик?

Все собравшиеся невольно посмотрели на место, где батя и мати просочились внутрь избы. Я тоже показал рукой вниз.

— Дома они. Сестричку делают, — невинно ответил. — Позвать не могу. Батя не любит, когда я отвлекаю его от дела.

Мы смотрели друг на друга некоторое время, и старик усмехнулся.

— Вот я и говорю, обещал Лежалый торговлю. А тут стена.

— Какая стена? — не понял глава.

— Стоит перед деревней стена дождя.

— Стоит? — удивился Велгор.

— Да, совсем не двигается, — подтвердил старик. — Над деревней светит солнышко, а над долиной чёрные тучи и льёт дождь.

Воцарилось молчание. Прерывать его никто не собирался. Гера выставила перед гостям кашу и предложила разделить трапезу. Маги нарастили стол. Девушку посадили рядом со мной. Алтан подсуетился, просёк, что я глаз на неё положил.

— Как тебя зовут? — тихо спросил я.

— Варна, — поколебавшись, ответила девушка.

— Миха, — я протянул руку, а когда она её пожала, то не спешил отпускать ладонь. — Варна, а разве дождь — это плохо?

— Конечно, — девушка попробовала убрать руку, но я не отпускал. — Это же магический дождь. И раз он покрывает такую огромную территорию, его вызвало что-то серьёзное.

— Великая Мати плачет, — авторитетно заявил Лежалый, и я осуждающе посмотрел на него. Опять своё?

— Что её так сильно расстроило? — забеспокоилась девушка.

Окружающие синхронно вздрогнули и посмотрели на меня. Старик отметил странное поведение и вперился в меня изучающим взглядом.

— Что?! Что случилось?! — Варна обеспокоилась всерьёз.

На лестнице послышались смешки и на террасе появилась Текура с Вано. Велгор подскочил, обнял мати и нежно поцеловал. Текура подняла смущённый взгляд и заметила сидящую рядом со мной девушку. На миг в ней взыграла материнская ревность.

— Сыночка, ты не познакомишь меня со своей девушкой?

— Конечно, мати, — бодро ответил я. — Это Варна, очень хорошая девочка, внучка старейшины Владмира.

Старик переводил скептический взгляд с меня на мати.

— Что за игры? — нахмурился он.

— Лежалый, а ты что? Сдался? — насмешливо спросил Алтан. — Между прочим малой ставил на тебя.

— А на кого ставила ты? — шепнул Велгор на ушко мати. Та потупилась.

— На самца она ставила, — батя потянул её на себя.

— Лежалый? — дед неверяще вперился взглядом в молодого парня в красных шароварах.

Тем временем Текуру окружили все трое. Велгор с батей обнимали мати с двух сторон, а Лежалый стоял напротив и пытался перехватить её взгляд.

— Ещё получить хочешь? — взревел Велгор. — Мало было?

Батя зарычал, как раненный зверь и бросился на артефактора.

— Хватит! — заорал я. Сверкнула молния и прогремел гром.

Все замолчали и посмотрели на небо.

— Варна, деточка, хочешь, чтобы дождик прекратился? — ласково спросила Гера.

Внучка непонимающе кивнула.

— Сходи с этим юношей вниз и сделай ему очень и очень приятно, — вкрадчиво проговорила она. — И тогда выглянет солнышко.

Варна выдернула руку и вскочила со стула. Ливень усилился.

— Ну вот, — усмехнулся Алтан. — Теперь одной Варны будет мало.

Глава 14

Следующие несколько дней походили один на другой. Гера закармливала меня, Алтан подтрунивал, а Варна не поддавалась. Гера привлекла девушку к готовке еды и всячески обрабатывала симпатягу. Но внучка не уступала моим настойчивым ухаживаниям. На фоне разошедшейся Текуры с троицей любовников нежелание девицы было особенно досадным.

Впрочем, понять её было можно. Вокруг молодые парни и девушки в самом рассвете сил физических и магических. Красавцы и красавицы. И тут я — дистрофик. После внезапного и весьма досадного истощения я практически не изменился. Мясо наросло, то совсем незначительно. Меня по-прежнему одолевала физическая слабость. Я усиленно питался и направлял пищу на строительство мышц. Тем не менее процесс требовал времени, и сейчас я не выглядел привлекательным самцом.

Я стал невольным свидетелем разговора деда и внучки. Она жаловалась на приставания жалкого ничтожества в виде меня, а дед говорил, что Миха не так прост. Но молодость по обыкновению игнорировала советы мудреца. Однако, после столь жаркого выражения брезгливости к девушке я охладел.

Капа с Жиромиром увлеклись стройкой. Они быстро пристроили себе комнату, но на этом не остановились. Наша с мати избушка раздалась вширь и, что удивительно, вниз. Я так и не удосужился вкопать её в землю, она возвышалась над степью на три метра. Этим и воспользовались мальчишки. Сначала они нарастили избушку с краю, а потом пошли вниз. Теперь комнат хватало на всех гостей.

Владмир нащупал слабое звено в лице пацанов и примкнул к строительству. Помогая и обучая молодняк, он подобрал к ним ключик. Они сливали ему информацию. Особенно болтливый Жиромир с восхищением делился удивительными историями. За пару дней старик узнал обо мне всё, что знал брат. Об остальном дед догадался сам.

Ливень не прекращался. Ручьи превратились в реки, реки вышли из берегов. Степь превратилась в одну большую лужу.

Вечером шестого дня от начала потопа к нашей избушке пристал большой плот. За ним следовало еще два. На террасе в это время были я и сладкая парочка: Алтан и Гера. Втроём мы наблюдали, как от группы фанатиков отделился предположительно Борис. Поскольку и они помолодели, узнал я их только по серым балахонам.

Борис вышел на край плота и низко поклонился.

— Приветствуем Миху, Великого Сына. Ты спас нас, и мы не хотим остаться неблагодарными тварями, — у главаря оказался удивительно приятный бархатистый голос, который никак не вязался с его юношеской внешностью.

Два других плота сравнялись с первым, и нам стало видно, что там не люди, а товары. Особенно порадовали туши животных, корзины полные овощей и фруктов, а так же стеклянные бутыли с многочисленными напитками.

— Прими эти дары и нашу службу, не побрезгуй, — вслед за словами Бориса все фанатики синхронно поклонились.

— Да, да, хорошо, — обрадованно согласился Алтан. — Располагайтесь. Девушки есть?

Пять магинь откинули серые капюшоны и вышли вперёд.

— Отлично! — Алтан радостно потёр руки. — Дорогие девушки, все мы хотим, чтобы дождь побыстрее закончился, но этого не произойдёт, пока Великий Сын в печали. Кто из вас готов вознести Миху на вершину блаженства, поднимайтесь наверх.

Все пять девиц синхронно шагнули вперёд. Я ошарашенно перевёл взгляд на довольного Алтана.

— Малой, расслабься, — он взял меня за плечи и повёл в избу мимо собравшихся на террасе зрителей. Текура и Варна ревниво следили за девушками, которыми занялась Гера. Лежалый одобрительно хлопнул меня по плечу. Владмир же придвинулся к фанатикам — прибыл новый источник информации.

Мы зашли в мою старую комнату. Алтан засуетился, видоизменяя мебель. Вместо двух отдельных кроватей по центру комнаты появилось просто-таки огромное ложе. Его украсили белые простыни в цветочек, мягкие подушки, одеяла. Около изголовья возник стол, а на полу — пушистый ковёр. Показалась Гера с большим подносом, заставленным напитками и яствами. Она присоединилась к обновлению комнаты. Окно увеличилось, запуская в спальню больше света. Впрочем его тут же прикрыли небесного цвета шторы. Над кроватью возник балдахин, а на стене — картина весьма фривольного содержания. Хтооонь…

Гера и Алтан удалились, посоветовав мне на прощание воспользоваться очищающим заклинанием. Я завис перед картиной, поскольку молодой парень на ней был слишком похож на меня.

Дверь отворилась и в комнату гуськом зашли хихикающие девицы. Оказывается преображению подверглась не только спальня. Гера поработала и над образом прелестниц. В штанах стало тесно, от девушек это не скрылось, они заулыбались и обступили меня. Черноглазая соблазнительница в коротком прозрачном халатике подошла впритык, позволяя рассмотреть то, чего не скрывала ткань. Она прильнула к плечу, а её место заняла пышногрудая красотка, на которой из одежды был только пояс и высокие сапоги. Она медленно развернулась и прогнулась как кошка. Хтонь!

Я схватил нахалку и повалил на ковёр. Девушки звонко расхохотались. Дальше всё смешалось в какую-то кучу малу. Я ощущал на себе множество рук и ласковых прикосновений. Красотки сменяли друг друга, не забывая подкармливать меня, а я направлял энергию на выносливость и работоспособность. Я несколько раз засыпал от усталости и просыпался от жарких ласк. Девицы были опытными в любовных утехах, но думать на тему, сколько же им на самом деле лет, не хотелось от слова совсем. Я наконец расслабился и просто получал удовольствие.

Постепенно мысли сменили направление. Как там поживает мой котлован? Пора строить. Сначала подготовлю скважины под металл, потом модифицировать камень. А какую делать толщину стен? Вопрос остался без ответа, поскольку я безмятежно заснул.

Проснулся счастливым и отдохнувшим. В огромной постели никого кроме меня не было. Через распахнутое окно приветливо заглядывало солнышко, а стол снова ломился от яств. Я сел и с удовольствием прикончил всё, что принесли. Новая одежда лежала на стуле. Я придирчиво рассмотрел себя в магическом зеркале. Какие-то мышцы уже появились, но я еще доходяга.

Когда я поднялся, на краю террасы одиноко сидел Владмир и смотрел вдаль.

— Где все? — спросил я старика. Единственный дед в нашей округе. Интересно, каково ему теперь, когда он знает, что все вокруг не молодые люди, а помолодевшие маги.

— Работают, — скупо бросил Владмир.

Я сел рядом и оглядел долину. Вода сошла, обнажив сочную зелень. Вдалеке виднелся тракт. По нему двигались сцепки. Началось!

Я вскочил и двинулся к месту стройки. Около котлована обнаружились маги. Алтан и Борис о чём-то спорили, яростно жестикулируя. Невдалеке расположилась полевая кухня. На подхвате у Геры был бойкий и словоохотливый Жиромир.

— О чём спор? — я подошёл сзади и парни вздрогнули.

— Как убрать воду, — рассеянно ответил Борис. О, да! Котлован был доверху наполнен водой и засыпан камнем.

— Не надо, — я махнул рукой. — Она не мешает. Лучше скажите, какой толщины делать стены при высоте около 600 метров.

— Стены будут усилены, как у избушки? — деловито поинтересовался Алтан.

Я согласно кивнул, вариантов не последовало.

— Один метр? — предложил я.

Алтан почесал затылок:

— Бесполезно делать предварительные расчеты без образцов.

Борис согласно кивнул.

— Тогда возьмём метр… Сколько поставить металлических стержней на один квадратный метр? — сказал я больше для себя. — Пять? Семь! Отличное число!

Я замер, почувствовав внутри отголоски магии Чисел. По спине пробежал неприятный холодок. Я поспешно отмахнулся от мелькнувшей мысли и подошёл к краю. Силовая стенка до сих пор отлично держала форму котлована.

Я начал вытягивать силовой жгут. Какой толщины делать металлические стержни? Остановился на двух сантиметрах. С таким будет проще манипулировать.

Создал под ногами огненный диск и отступил от края на 30-40 сантиметров. Силовой жгут из мягкого стал твёрдым, как алмаз, и я стал проталкивать его вниз. Похоже это надолго.

— Помощь нужна? — предложил Алтан.

— Понадобится металл.

— Пойдём, — он позвал Бориса, — подкатим сюда металлические шары.

Легко пройдя сквозь мелкий щебень, силовой штырь упёрся в дно котлована. Пришлось делать дыру. Заодно и вода начала просачиваться вниз. Преодолев пласт земли в три-четыре метра, я упёрся в скалу. Вошёл в транс, чтобы следить за дальнейшим продвижением заготовки.

В этом месте под землёй была монолитная скала. На сколько мне углубиться? Дублировать все 600 метров вниз многовато, даже половина высоты — это слишком. Чуйка согласилась на одну десятую — 60 метров. Только как померить? Я огляделся.

— Алтан! — позвал я. Они удалялись за новым шаром, но услышав оклик развернулись и подошли. — У тебя есть измеритель? Мне бы померить глубину. Одного замера хватит. Остальные буду вкручивать рядом.

— Куда кидать-то?

Ах, да! Я сконцентрировался и сделал вместо штыря полую трубу. Подсветил стихией огня, чтобы Алтан видел, куда кидать.

Замеры показали 70 метров. Убираем 20 от котлована и еще три рыхлого грунта, значит я углубился в скальную породу на 47 метров.

— Скажи, когда будет 83 метра, — попросил я.

— И сколько тебе таких полых труб надо? Может помочь?

— Делайте, если сможете, — согласился я. — Только учитывайте, что внутри стенок будет плавиться металл, они должны выдержать колоссальную температуру. Может будете заполнять уже готовые трубки?

— Какую руду брать? — деловито поинтересовался кузнец.

— Любую, — и в ответ на недоверчивый взгляд добавил: — Я буду модифицировать.

Так и пошло дело. Я сверлил грунт, а мужики подводили шары, скатанные из руд. Они расщепляли породу и заливали двухсантиметровые трубки расплавленным металлом. Плавлением занялся кузнец. Он был счастлив вернуться к любимому занятию. Монотонная работа прошла без сюрпризов и заняла три дня, с перерывами на обильную еду и сон.

Когда мы закончили с металлическими заготовками и трапезничали, обсуждая дальнейший план, приехал Лежалый на моём дуомоде. Он рассекал по долине от стоянки к стоянке, контролируя обстановку. В зоне будущего трактира мой управляющий поставил ребят со списком востребованных товаров. Умно! Использовать движение по тракту для восполнения запасов!

Рассказал историю с шайбой. Она же перегородила половину тракта, и проезжающие мимо могущественные маги пытались сдвинуть её с места. У кого-то даже получилось переместить её на пару сантиметров. Маги гадали о происхождении новой достопримечательности. Самым диким было предположение, что это земля выплюнула часть грунта в такой вот форме. Другие пытались обыскать окрестности, чтобы найти дыру соответствующего размера.

Хорошей новостью было то, что зоны отдыха прижились. Караванщики перестали копать вдоль дороги. Наоборот, им понравилось забираться наверх и обозревать окрестность с высоты.

Лежалый бросил все силы на обустройство еще одной зоны — внутри скал. Там образовалась стихийная стоянка. Обещал за пару дней закончить и подвести туда воду.

Караванщики дивились произошедшим переменам. Дороги, развязки, стоянки… Да что там?! Горы исчезли!

Череда странностей росла. Соседние деревни охотно делились слухами. Грохотала земля, потом над долиной завис ливень. И пусть на них не лилось сверху, но когда начался потоп, к ним обильно стекались воды. Всем было любопытно, почему вдруг группа молодых и инициативных людей решила обустраивать долину. По моему настоянию они брали плату только за остановку в зоне будущего трактира. Остальные стоянки оставались условно бесплатными. Хочешь? Поблагодари на выходе, брось монетку в ящик. Не хочешь? Езжай дальше. И караванщики благодарили.

— Мы когда поедем? — спросил я Лежалого.

— Не торопись, — усмехнулся мой управляющий. — Пусть сначала доедут до Схода, соберутся, разместятся. Дай им время всё обсудить, выстроить теории, поделиться слухами… и тут мы на двушке.

— Двушке? — не понял я.

— Так парни окрестили твой дуомод, — посмеялся глава.

Лежалый укатил, а я приступил к трансформации металла. Я переходил от штыря к штырю, выравнивая структуру и укрепляя молекулярные соединения, сохраняя при этом эластичность. Излишняя жёсткость вызвала бы хрупкость, необходимо было заложить упругость.

Алтан ходил, и чуть ли не облизывал металл. Я срезал десять сантиметров сверху и отдал кузнецу. Пусть играется.

Когда я закончил, металлические стержни возвышались на метр над уровнем земли. Силовые трубки я частично срезал, оставшиеся извлёк почти наполовину. Их не должно быть при заливке камня. Но сами трубки ещё пригодятся при наращивании башни. Встал вопрос, как доставлять металл наверх… Строительные леса? Хотя о чём я? У меня же будет полая середина! Там можно соорудить подъёмный механизм не только для металла, но и камня.

Прежде чем приступить к дальнейшему строительству, я вошёл в транс, чтобы оценить результат. Предстояло ставить стены. Вода пока слилась только наполовину. Сверху щебень почти просох. Смущала прослойка земли между дном котлована и скальным грунтом. Так ли она нужна? По сути на этот мягкий грунт будет давить вес башни. Значит его придётся удалить.

Ещё я не учёл строительство пологого спиралевидного подъёма. Для него нужны опоры, и проще сделать их сквозными через всю башню. За разметкой я обратился к Алтану. Попросил его обозначить центр, от центра расчертить малый круг в диаметре 25 метров, и большой — 50 метров. Первый круг — это пустота внутри башни, а второй — пологий подъём.

Когда разметка была готова, я продублировал её силовыми линиями, подкрасил их и подвесил над уровнем земли. Буду двигать сетку вверх-вниз по мере наращивания камня.

К месту возведения башни стала приходить Варна. Типа она помогает Гере, а сама ходит, глазки строит, бёдрами виляет. Бесит! Поставил вокруг башни защитный периметр на расстоянии ста метров и настроил его только на неё. После того, как её шарахнуло током, приковылял Владмир и стал предлагать свою помощь, ненароком упомянув, что отправил внучку домой. По моим прикидкам старику должно быть около пяти сотен лет. Вряд ли он всё время занимался только охотой. Как оказалось, он был хорош при работе с деревом.

— Сможешь использовать поваленное и поломанное дерево? — это был основной вопрос, поскольку я планировал собирать перекрытия из обломков. Старик кивнул.

— Давайте сделаем часть внутренних помещений из стекла? — предложил Борис.

Идея мне очень понравилась. Оно легче и что еще более важно — пропускает свет, расширяет пространство. Внедрим плетение, чтобы можно было смотреть наружу, но не заглядывать внутрь. Я же планировал прогулочную зону по кругу башни. Гуляющие люди не смогут видеть находящихся в номерах.

— Когда мы скатывали камень, не разделяли его на твёрдые и мягкие породы. Выделить известь наверное можно… — я вопросительно посмотрел на Алтана. Не собирали мы отдельно материалы для изготовления стекла.

— Можно, но и песок нужен, — он перевёл взгляд на Бориса.

— Привезём, когда караваны пройдут. Сегодня же пошлю ребят, чтобы начали скатывать шары. Мне понравился ваш способ транспортировки, — и он широко улыбнулся. У него оказалась очень приятная улыбка. Да и сам он стал более раскованным после начала строительства. Фанатичность переросла в искренний интерес и желание созидать.

После установки внутреннего круга металлических стержней встала сложная задача — избавиться от трёхметровой земляной прослойки, которая скрыта под 20-ти метровым слоем щебня. Хтонь. Я объяснил проблему добровольным помощникам.

— Ты можешь уплотнить грунт и сдвинуть его к центру? — спросил Алтан.

— Там же штыри, — напомнил Борис.

— Испепелить, — выдвинул кардинальное предложение Владмир.

— Мощное заклинание повлияет и на металл, а слабое — не поможет, — возразил кузнец.

— Давайте попробуем сдвинуть и уплотнить, — я остановился на мягком варианте.

Я установил силовую стенку внутри малого круга штырей. Получился такой большой цилиндр чуть менее 50-ти метров, заполненный щебнем сверху и землёй снизу. Я спрессовал внутреннее содержимое. В результате объём уменьшился раза в три. Сверху образовалось пустое пространство, которое мы снова засыпали щебнем, а я опять уплотнил. Когда уровень спрессованного материала сравнялся с уровнем земли, Владмир применил заклинание максимального облегчения веса, легко поддел громадину и извлёк. Тьма его забери! И почему я не сделал так же со своей шайбой! Вот что значит вековой опыт строительства! Моя самооценка резко показала дно.

Я приподнял цилиндрическое силовое ограждение вверх, и щебень с краёв покатился в центральную яму. Центральное пространство снова наполнилось, а общий уровень камня в котловане заметно опустился. Я опять опустил ограждение и спрессовал камень. Процедура повторялась до тех пор пока внизу не остался трёхметровый слой земли с дыркой по середине.

И снова в дело вмешался Владмир. Лёгкий взмах руки взрыхлил весь объём, теперь почву можно передвигать. Мы встали с четырёх сторон и стали отодвигать землю от краёв к центру. Не знаю, чем там пользовались мои коллеги, я использовал привычные силовые стенки. Прессовалась земля лучше, чем камень, и мы закончили манипуляции в два захода.

Котлован очищен, металлические штыри торчат, силовой каркас установлен — можно переходить к работе с камнем. Гордые проделанной работой мы отправились на полевую кухню. Вечерело.

Мы сидели за трапезой и обсуждали методы обработки камня. Гера снова устроилась на коленях Алтана. Жиромир старательно подкладывал мне пирожки и по-потихоньку хвастался, что научился работать с тестом.

Борис предлагал сразу заливать лаву, по типу, как мы поступали с расплавленным металлом. Алтан настаивал на смешивании лавы и камней. Владмир же утверждал, что этого будет недостаточно, лаву придётся прессовать, чтобы не образовывались пустоты.

— Моё почтение, Владмир, — из темноты вышел мужик в два с лишним метра ростом и с кулачищами размером с голову ребёнка. За его спиной нарисовались еще два экземпляра, несущие на вертеле вкусно пахнущего кабана, — позволь присоединиться к вашему столу.

Троица сотворила основательные металлические кресла. На стол, кроме зажаренной туши кабана они выставили кувшины, явно с вином и положили каравай хлеба. Я заметил, как скривился Алтан, и сразу понял — гильдия кузнецов.

Глава 15

Владмир за нашим столом смотрелся умудрённым опытом магом в окружении молодняка. Помолодевшего своего же старейшину гильдейские не узнали. Хотя может Алтан ушёл от них давно, а эти трое кузнецов были из новеньких.

Какие-то они слишком подготовленные пришли. На то, чтобы приготовить кабана у них должен был уйти не один час. Следили за стройкой? Или правильно спросить, как долго следили?

Представляться никто не стал, вели они себя слишком нагло. Высказанное ими пожелание о присоединении к нашему столу было озвучено как констатация факта. И когда троица села, то стала молча поглощать принесённое мясо, с превосходством поглядывая на окружающих. Как будто это не они к нам пришли, а мы напросились к ним на высочайшую аудиенцию. Гера успокаивающе поглаживала Алтана по плечу.

— Что за строительство ты тут устроил, Владмир? — пренебрежительно бросил главный верзила.

— Ась? — переспросил старик и повернулся к незваным гостям левым ухом.

— Что строишь, говорю, — повысил голос кузнец.

— Аааа, — болванчиком закивал старик, — говоришь… ну говори, говори… я слушаю. — И он благостно уставился на гильдейских.

Главный здоровяк не нашёлся с ответом, и Владмир повернулся к Гере:

— Дорогая, отрежь мне кусочек сочного бочка, — специально не назвал её по имени, догадался я. Видимо, Гера — известная личность из ближнего круга главы Схода Горный.

Девушка встала, резко извлекла клинок из ножен, ловко отрезала несколько кусков и положила всем нашим. Выглядела она, как разделывающая добычу охотница. Хотя за её-то длинную жизнь могла побывать и в шкуре промысловика.

Вкусный кабан получился у кузнецов! Пять часов держали на огне, не меньше! Странное решение для караванщиков — готовить в дороге здоровенную тушу и тратить на это столько времени. Что-то с ними не так… Так поступают либо позёры, либо те, кто намеренно хочет задержаться на одном месте. Вот они и задержались, когда информацию собирали и следили за нами.

Владмир аппетитно чавкал, одобрительно кивал и казалось вовсе забыл о кузнецах.

— Владмир! — крикнул главный, привлекая к себе внимание.

Старик благожелательно поднял голову и посмотрел отсутствующим взглядом на гильдейских.

— Зачем тебе выдумка про Великого Сына? — громко спросил здоровяк. Решил сразу перейти к делу и выбить из старика предмет интереса.

Вот значит как! Стройка им не интересна. Зато появление неизвестной сильной фигуры способно пошатнуть незыблемый авторитет гильдии кузнецов. И что? Я перевёл взгляд на Алтана. Он лучше всех должен понимать жителей острова Вулкан.

— Сын… Совсем забыл старика… — Владмир закручинился, опустил голову и сделал вид, что задремал.

Гера шикнула на нас, мол тихо, не будите. Метнулась и укутала его пледом. Я восхитился девушкой и отрезал себе еще кабанятины. Ну, а что? Вкусно же!

Главный из троицы обвёл нас подозрительным взглядом, выискивая претендента на роль Великого Сына. Мы его не впечатлили, а при взгляде на моё худосочное тело его передёрнуло от отвращения. Да и Владмир жирно так намекнул, что сына здесь нет.

Как-то совсем не вовремя раздались звуки приближающегося дуомода. Гильдейские напряглись, старик всхрапнул. На террасу поднялся среднего роста парень в обнимку с миниатюрной девушкой. Девушка определённо не наша, а юношу не узнаю. Быстрая уверенная походка, самоуверенная ухмылка и знакомая кирка за поясом. Глыба! Какой-то он слишком раскованный, если не развязный. Пошёл по бабам? Или они там все в лагере в таком состоянии?

Судя по изменившемуся выражению лица, Глыба узнал гильдейских. Он бросил быстрый взгляд на Алтана, оценил закутанного в плед блаженного Владмира. Троица обступила чудесную самоходную машину. Они щупали корпус, заглядывали через прозрачную крышу внутрь, а главный присел и лизнул шину.

— Э! — окрикнул их Глыба. — Руки прочь от моей двушки!

Я незаметно установил защитный купол на дуомод, и кузнецов шарахнуло током. Глыба хищно оскалился.

— Вы кто? — грозно спросил скалолаз.

— Сандал, — протянул руку главный, — старший мастер гильдии кузнецов.

— Сам дал, сам взял, — пробормотал старик и громко всхрапнул.

Главный гильдейский поморщился, но промолчал. Он передумал ссориться. Теперь он жаждал овладеть новыми технологиями.

— Чего вам? — грубо спросил Глыба, сделав вид, что воспринял передёргивание Сандала на свой счет.

— Интересные вещи творятся в долине, — гильдейский аккуратно подбирал слова, стараясь не задеть Владмира и Великого сына, на роль которого он назначил Глыбу. — Владмир собрал вокруг себя молодых и деятельных людей и занялся обустройством засушливой степи. Вы используете продвинутые технологии. Мы видели зону отдыха «Гармония». Камень модифицировали уже после того, как завершили строительство. Сколько магов вы объединили, чтобы охватить весь объём сооружения и добиться такой прочности? Или старейшина использует вас, как батарейки?

Раскалённую кочергу им в задницу! Твари! Пытались сломать мою стоянку! Обязательно съезжу и внедрю антивандальную защиту. Чтобы мало не показалось вредителям.

— С чего нам делиться с вами технологиями? — ершисто спросил Глыба.

— Разрушение нескольких гор произошло одновременно, — в разговор вступил другой гильдейский. От других его отличала соломенная копна волос. — Как такое возможно? — он назидательно уставился на Глыбу. — Только объединённое заклинание!

— Да и геометрия среза подозрительная. Полукруг зеркально симметричен на крайних горах, — внёс свою лепту кучерявый кузнец.

— В чём вопрос? Идите и объединяйтесь в поисках новых свершений, — послал Глыба гильдейских.

Интересно, а кто-то ещё из караванщиков обратил внимание на странности? Если одномоментность обрушения гор на глазок определить не получится, то визуально видно, что горы вырезаны в форме широкого полукруга. Ещё можно задаться вопросом, зачем сносить семь горных вершин, вместо одной.

Я ушёл в размышления о строительстве башни. Следующая стадия — формирование стен. Я засомневался в выбранном мною ранее методе — расплавить щебень и разлить в силовую заготовку. Прочность у гранита выше, чем у лавы. Твёрдые скальные породы формируются тысячелетиями под давлением, а магма изменяет химические свойства после соприкосновения с воздухом. При нагревании качество материала упадёт в разы.

— Что ты задумал? — прервал мои размышления Владмир.

— При плавке камень будет терять прочность, — пробормотал я. — Лаву можно применять разве что для склеивания. Или взять другой связующий раствор, — я опять задумался и выпал из реальности.

— Нужны образцы! — категорично заявил Глыба. — И эксперименты, как с полыми блоками.

Захваченный идеей я встал и подошёл к ближайшему каменному «снежку». Положил руку на шероховатую поверхность и вошёл в транс. Мелкие камешки поразили многообразием. Мрамор, известняк, песчаник, гранит, кварц и еще с десяток разных минералов. Я попросил Землю сгруппировать породы и руды по видам. Шар осыпался бесформенной кучей. Камешки, как живые, поползли в разные стороны и начали склеиваться друг с другом. Стихия не стала формировать сферы, перед нами лежали глыбы разных форм и размеров.

— Они прочно сцеплены? — спросил Глыба.

Я неопределённо пожал плечами. Он достал свою кирку, стукнул по небольшому кусочку мрамора и прислушался.

— Глыба? — изумился Сандал. Остальные гильдейцы тоже опознали его по характерному трюку с киркой.

Скалолаз протянул мне кусок камня и предложил:

— Укрепи, как избушку.

Я положил на руку мрамор и вошёл в транс, представляя, как этот кусок становится цельным, нерушимым монолитом. Изменение звука от удара кирки услышал даже я. Глыба протянул камень Алтану. Тот довольно покивал и передал Владмиру.

— Молодцы! — похвалил сразу всех старик. Он-то не забыл, что нас окружают гильдейские. Однако, чем больше он вглядывался в кусок, тем больше хмурился. — Как в такую породу внедрять плетения? На плотную структуру оно не цепляется.

Кусок камня перехватила до сих пор молчавшая девушка, которую привёл Глыба. Миниатюрная особа с коротким ёжиком волос и острым взглядом. В отличии от других девушек она не носила платья, а предпочитала мальчиковый костюм.

— Знакомьтесь, Искра. Встретились на стоянке 24/7. Она из деревни Каменная на западном побережье. Местные в отличии от большинства строят каменные жилища, внедряют в стены обогревающие и осветительные плетения. Искра везёт на Сход новые разработки по введению магии в камень. Нам бы они пригодились. Одно освещение, которое включается от присутствия человека, чего стоит!

— И как ты догадалась, дочка? — поинтересовался Владмир.

— Ничего сложного, мудрейший, — отмахнулась девчушка. — Артефакт реагирует на тепло тела, — она показала на мрамор. — С супер крепким материалом можно поступать проще. Внедрять плетение не в стену, а в отдельный артефакт. И уже его вживлять в конструкцию. Попробуем на более крупном образце?

— Талант! Берём? — Глыба погладил девчушку по волосам.

— А пойдёт? — прищурился Владмир.

— Пойду! — приосанилась девушка.

Отличное решение для внедрения в подвальных помещениях. Я вернулся мыслями к формированию стен. Засыпать щебень в форму, а потом склеивать? Я забрал у Искры кусок мрамора, нырнул в транс и рассмотрел структуру на предмет прочности.

— Нужны испытания, — вздохнул я.

До тестов дело не дошло, Владмир в приказном порядке отправил нас спать. Гильдейским пришлось убраться восвояси. Меня увели в избушку. Раньше я ночевал рядом с котлованом, но маги решили спрятать меня. Глыба сел на дуомод, и отвёз нас с Алтаном и Герой домой. Искра вернулась к своему каравану на стоянку.

Встал я поздним утром. На столике мне оставили горячую кашу с овощами. Намёк я понял и на террасу подниматься не стал. Поел, привычно направил энергию на развитие мышц и двинулся в сторону котлована. На месте стройки суетился народ. Длинными рядами были выставлены столы, около каждого грудой свален определённый вид камня.

— Не хватает руды, — отметил я, появившемуся рядом Алтану. — Если делать испытания, то со стержнями. А эти что тут делают? — я кивнул на гильдейских.

— Предлагаешь выгнать? — предвкушающе спросил бывший старейшина кузнецов.

— Эх, молодёжь, — заохал подошедший Владмир. — Зачем идти на обострение конфликта, если можно внести разлад внутрь гильдии?

Я вопросительно посмотрел на старика.

— Присмотрись, — хитро улыбнулся Владмир. — Они уже наши с потрохами и плевать им на гильдию.

Он был прав. Троица рыскала по каменным шарам, сортировала горную породу, глаза кузнецов горели от энтузиазма. Среди всеобщей суеты выделялся образец порядка — Лежалый.

— Экспертная группа, подходим сюда, — он призывно махнул рукой и слегка увеличил громкость голоса. — Глыба, проверяешь на прочность. Велгор, накладываешь плетения. Алтан, на тебе сравнительный анализ образцов. Проф, записываешь результаты и выставляешь таблички под образцами.

О! Проф! Я помню этого старичка, которого Велгор добавил в группу по изготовлению производственных цепочек. Помолодевшего артефактора было не узнать — поджарый, быстрый. Вертится вокруг, и всё успевает. Оделся, как модный франт — искусное зачарование. Ткань рубашки плавно меняет цвет с оранжевого на зелёный. Смотрится очень необычно и красиво. Девушки на него заглядываются.

Зрителей собралось многовато. Своих я легко отличаю — двустихийники с необычным магическим следом. Но здесь больше половины — пришлые. Да собственно от котлована до зоны будущего трактира 24 на 7 не так уж и далеко. Вот караванщики и заинтересовались необычным действом. Думаю, теперь пойдут сплетни, что не Владмир собрал группу молодёжи, а всё это — затея гильдии кузнецов, призванная отыскать новые таланты.

К столам поднесли руду. Первым делом я прошёлся по столам и воткнул по модифицированному металлическому пруту в каждую столешницу. Каплей огня визуализировал силовую заготовку. Получился простой удлинённый параллелепипед с прутом по центру. Многочисленные помощники засыпали в каждую форму по отобранному образцу камня.

Теперь предстояло склеить щебень в единую массу. Я сильно сомневался, что получится. Ведь, когда этим занимался элементаль Земли, собранный из кусочков фрагмент принимал самые различные формы. А тут для тестов мелкий камень насыпали в тесную заготовку, и между образцами полно пустот. Как их сцепить так, чтобы не потерять в прочности?

Я приподнял заготовленную силовую форму и щебень рассыпался горкой вокруг металлического стержня. Повинуясь импульсу камешки собрались вокруг штыря в единую глыбу неправильной формы.

Силовым клинок я отрезал от бесформенного монолита кусок. Получилось! Но как я буду строить башню? Срезать излишки на большой высоте? Бред! А в подвале, где стенки примыкают к земле, такой метод укладки камня в принципе невозможен.

Я вернулся к столу, засыпал щебень в форму и залил сверху лавой. Быстро отвёл тепло, чтобы лава застыла, и не успела растворить щебень. Махнул рукой испытателям. Пусть проверяют.

На все двадцать столов ушло около двух часов. Оказалось, что на некоторых столах смешаны образцы разных пород. Специалисты по камню решили поэкспериментировать.

Маги яростно обсуждали получившиеся результаты и пришли к выводу, что необходимо занизить центр тяжести башни. Сделать более массивный подвал и первые ярусы, а дальше постепенно облегчать конструкцию. Какой в результате они выбрали материал я не слышал. Слишком устал. Кто-то предложил отдохнуть, и я позволил увести себя прочь.

Меня охватила неестественная слабость. Я несколько раз просыпался. Ложе подо мной мерно раскачивалось. Казалось, что я еду в фургоне. Силы утекали быстрее, чем восполнялись. Затуманенное сознание не хотело проясняться. Груз ответственности за изменённых магов давил. Непосильная задача по строительству каменного небоскрёба выглядела неподъёмной ношей. Потом появилось странное чувство свободного падения, лавовый кокон, удар и темнота.

Очнулся я от нестерпимого жара. Открыл глаза и обнаружил себя в жерле вулкана. Я лежал на земле на небольшом твердом участке, а вокруг меня бескрайним морем разливалась магма. Где-то далеко в вышине виднелся клочок голубого неба. Похоже, я на острове Вулкан. Зачем я здесь? То, что меня похитили гильдейские — это понятно. Но что они хотят?

Я ждал сутки, но никто не появился. Еще через сутки я понял, что меня банально хотят убить. Или уже убили? Помню падение. Меня сбросили в жерло вулкана. Забавно… Зачем так усложнять? Можно было просто перерезать горло пока везли в телеге. И почему по моему следу не пришли мати и батя? Вулкан затирает мой след? Жутко хотелось пить.

Я сел в позу для медитации и погрузился в транс. Вокруг не ощущалось ни души. Я просканировал радиус километра в два или три. Надо выбираться, но как?

Накатывала слабость. Тело не справлялось с нагрузкой. Не спать! Не проснусь же… хтонь… Я широко зевнул и погрузил силовой жгут в магму. Чужеродная враждебная среда. Мои Огонь и Земля сильней, но этой магмы в сотни, в тысячи раз больше.

Гильдейские не захотели оставаться на вторых ролях. Проще меня убрать. Я думал, они охотятся за юными умами, чтобы продвинуться в новых технологиях. Ан нет… Им достаточно того, чтобы новых технологий не было у других. И как они довезли меня до острова? Опоили, погрузили в сон? Да и много ли моему хилому телу надо? Хтонь!

Я стал погружаться в глубокий транс, замедляя все жизненные процессы в организме. Я тянул время, экономил силы. Транс стал глубже, я сливался с окружающим пространством. Магма обтекала мой крошечный клочок твёрдой породы. Я проследил внутренним взором за движением ярко оранжевой структуры. Как она красива!

Сколько я так просидел, не знаю. Я давно потерял ход времени. Наблюдал за движением магмы. Меня перестали беспокоить окружающий жар и внутренняя жажда. Мой взор ширился и охватывал всё больше расплавленной земли. Стихия уходила вглубь и как вены пульсировала внутри Великой Мати. Я ощущал живую планету, её благостное настроение и абсолютное равнодушие. Постепенно они захватывали и меня.

Ничего не хотелось. Я был большой инертной массой, обтекающей скалы. Я был незыблемой твердыней. Я ощущал, как по мне ползают мелкие букашки. Мне нет никакого дела до их суеты.

Внезапно душу прорезал крик, полный боли и отчаяния:

—Миихаа!

Глава 16

Мати! Это её зов! Ей нужна помощь! Я встал, сделал шаг и прошёл гору насквозь. Где она? Я огляделся.

Всё вокруг выглядело каким-то маленьким. Я обернулся назад. В горе зияла колоссальная дыра в форме человеческого тела. Я посмотрел на свои руки… ноги… Я — лавовый гигант?!

Магма стекала с меня. Я протянул руку в сторону, и с неё упало несколько внушительных капель. Что со мной?

Я сел на землю и попытался окинуть себя внутренним взором. Я был глубоко внутри огромной лавовой горы, принявшей форму человека. И сейчас я постепенно уменьшался. Нужно просто подождать. Я прислушался. Мати была где-то рядом. Я ощущал её горе.

Внезапно я обнаружил неподалёку ещё один след — батя. И он здесь, я качнул головой. Лавовый гигант повторил моё движение и в стороны разлетелись обжигающие капли. Вано переполняли тревога, забота и надежда. Точка бати приближалась к местоположению мати. Текура не двигалась, но скорее всего она меня видела. Ещё бы. Не заметить яркого огненного монстра размером с гору?

Постепенно вокруг меня натекло озеро. Я подумал и сменил локацию, а потом вообще решил прогуляться. Но не в сторону родителей, а в противоположном направлении. Не понятно, переживут ли они соприкосновение с потоком лавы.

После меня оставались забавные огненные следы, как будто шёл великан. Я хмыкнул. И правда шёл…

Обойдя гору, я вышел к поселению. Гильдия? Из домов повыскакивали люди. Я был слишком большим, чтобы разглядеть их эмоции и намерения. Меня удивили дома. Я привык к деревянным избам, слышал про каменные. Но эти строили из металла. Странный выбор. Больше всего впечатлило центральное здание в несколько этажей: острые шпили, круглые террасы и огненная подсветка по краю. Дом старейшины?

Вдруг в меня полетело заклинание, и я зацепился за пришедшую в голову идею.

— Выдайте мне убийцу Великого Сына или умрите все! — мой голос прогрохотал так, что в горах сошла лавина.

В рядах жителей завязалась драка. Было плохо видно, и я пустил энергию в глаза. Не помогло. Я же смотрел глазами голема, а не своими. Вскоре все сражались против всех.

— Время! — громыхнул я и топнул ногой. Подомной как раз натекло небольшое озеро, и крупные лавовые брызги полетели в разные стороны. Часть из них упала в опасной близости от кузнецов. Все замерли.

Приглядевшись, я понял, что одна часть деревенских оттесняет ко мне другую группу. Я подошёл вплотную и ткнул пальцем в ближайшего. Он заорал, но быстро затих, расплавился от соприкосновения с лавой.

Люди что-то пищали, но я был не в состоянии разобрать речь. Почему они разделились на два лагеря? И отчего мне кажется, что главный вредитель избежал битвы, спрятавшись в главном доме? Я вытянул руку и задержал её над одним из шпилей. С ладони потекла струйка лавы, врезалась в здание и стала расплавлять металлическую крышу.

Из дома выбежали люди. Меня заинтересовал некто в оранжевой накидке. Ну да, ну да — вот и главный злодей. Как неосторожно с его стороны так выделяться. Я занёс ногу и раздавил старейшину, а за одно и снёс половину домов.

Жители побежали в сторону леса, решив спрятаться среди деревьев. Метка матери приближалась, и я отошёл в сторону, чтобы не навредить ей. Рост позволял оглядеться и выбрать направление. Я решил покинуть полуостров Вулкан и перейти на материк.

Благодаря своим размерам я быстро передвигался и вскоре увидел ещё одну деревеньку. Располагалась она как раз на перешейке, и дома в ней были из дерева. Я посчитал это хорошим признаком и спокойно прошёл мимо, оставляя позади себя лавовые следы.

Пройдя немного вглубь материка приметил широкий торговый тракт. Вдоль него тянулись рельсы железной дороги. Надо же, почему здесь они есть, а в нашей долине нет? Справа горный хребет отделял берег моря от засушливой степи и редколесья. Я подумал, что в степи моя лава никому не помешает и двинулся ближе к горам. Сложно было оценить прогресс стекания магмы, я по-прежнему ощущал себя передвижной громадиной. Может можно как-то по-другому выбраться наружу?

Я сел и нырнул в транс. Магма ощущалась моим продолжением. Более того, то, что якобы стекало с меня, двигалось за мной следом, и рано или поздно воссоединится с основным объёмом — мной. Я не понимал, как такое могло произойти. Но если я не могу избавиться от магмы, может получится её преобразовать? Я углубился в транс и доверился инстинктам.

Мысли дрейфовали в недрах подсознания. Я с удивлением заметил, что в таком состоянии они беспрепятственно просачиваются в запечатанный Затворником массив памяти. Я не мог осознанно там рыться, но бессознательно — сколько угодно.

Плавно мой взор обратился к цели — построить небоскрёб. Я так и не начал строительство, всё время что-то мешало.

Как бы было хорошо! Жить в своей башне, делать окружающий мир красивым и гармоничным. Чтобы душа пела, погружаясь в прекрасное. Я улыбнулся, представил, как хожу по террасе небоскрёба, вокруг пруд, деревья, цветы. Умиротворение, покой и прекрасный вид на природу.

Я подошёл к дверному проёму и набрал на боковой панели число 57. Засветилось окно перехода, и я шагнул внутрь. Сначала показалось, что я в лесу. Но посмотрев наверх, я увидел белый потолок. Это просто другой этаж. Я подошёл к краю балкона и посмотрел на стены. По поверхности камня пробежала рябь. Небо серело, а стены белели, подсвечиваясь изнутри. Фосфор?

Я увидел дверной проём с панелью и набрал число 13. Пройдя сквозь портал очутился у себя дома. Это я понял по ощущению комфорта и тепла. Босые ступни ласкал мягкий пушистый ковёр, я только сейчас понял, что хожу голый. Мгновение и вокруг меня соткались простые штаны и рубаха. Мягкие и не стесняющие движения.

Внезапно кто-то потрогал меня за плечо, и я проснулся.

— Миха! — меня обнимал незнакомый юноша. — Мати! Он здесь! — крикнул он в пустоту.

В помещение влетела Текура и бросилась мне на шею. Слёзы безмолвно текли по щекам. Она прижалась ко мне, не в силах разжать объятья. Мати боялась, что если отпустит, то я пропаду. Подошёл батя, тепло улыбнулся и обнял нас.

— Ну ты и устроил в деревне, — засмеялся юноша. — Лавовый гигант вышел из горы и воздал по заслугам. Когда ты ушёл, они добили всех причастных к твоему похищению.

Его манера говорить показалась мне знакомой.

— Жиромир? — я с удивлением вглядывался в знакомые черты лица юноши.

— Да, брат, — и он крепче прижался ко мне. — Узнал!

— Но почему ты такой взрослый? Батя и мати не изменились, — я пристально осмотрел родителей и нахмурился. Приложил руку к животу Текуры. Застывшая беременность. Я пустил живительный импульс в плод, и мати вздрогнула.

Батя почувствовал манипуляции и счастливо заулыбался. Его ребёнок? Как он может быть в этом уверен? И тут я вспомнил, что родители чуют родственный след.

— Она не захотела становиться снова матерью, говорила, что недостойна, потому что потеряла сына, — объяснил Вано.

Всё это выглядело донельзя странным. Как будто я не замечаю что-то очевидное.

— Ты наверное голодный? — забеспокоилась мати.

— Очень, — признался я.

— Я видел тут трапезную, — кивнул Жиромир в сторону, и я только сейчас огляделся.

— Где мы?

— В башне, — как само собой разумеющееся сообщил брат и потащил меня к стеклянной двери.

Я позволил себя увести, не забывая оглядываться по сторонам. Обстановка похожа на ту, что я видел во сне. Огромное круглое пространство, необычное покрытие на полу. По центру башни пустой просвет. Вверх уходили этажи. По кругу располагались разные помещения. Внутренние стены были прозрачными, но назначение некоторых отделений оставалось непонятным.

Мы зашли в пустую трапезную. Жиромир забрал у бати мешок и ринулся на кухню. Зона готовки располагалась в центре помещения. Очаги, плиты, разделочные доски. Предполагалось, что посетители наблюдают за процессом приготовления блюд.

Жиромир запустил разделочный нож в работу, тот начал сам нарезать овощи для салата. Какой молодец! Так продвинулся в магии! Я загордился братом.

Текура села рядом и положила голову на плечо. Вано вызвался помогать сыну.

— Мати оказалась права! — затараторил брат, замешивая тесто. Полки для продуктов оказались не пустыми, и он быстро нашёл свежие молоко и яйца. — Она с самого начала говорила, что тебя похитили гильдейские. Никто не верил.

— Почему? — не мог не спросить я.

— Потому что Сандал со своими всё время был в лагере. И кузнецов сразу вычеркнули из списка подозреваемых.

Я удивился. Кто бы ещё захотел меня похитить?

— А Владмир кого подозревал? — поинтересовался я.

— Всех, — усмехнулся Вано. — Так и сказал, мол, докажите свою непричастность. Даже Лежалому пришлось доказывать, что он не при чём. Старик обвинил его, что тот всегда вёл свою игру.

Странно. Не чуял я в главе Схода Горный злого умысла. Он вообще относился ко мне по-отечески что-ли. Или как старший брат к младшему…

— Алтан было оцепил окружающую территорию, а смысл? Когда мы поняли, что тебя нигде нет, прошло слишком много времени, — продолжил рассказ батя, переворачивая мясо и выкладывая мне на тарелку первый кусок.

Текура добавила салат, а Жиромир — лепёшку. Быстро он! Такие отточенные движения, которые нарабатывают годами. Сколько прошло времени? Я замер.

— Мати и батя не могли взять след. Что-то блокировало его. Ты жив, но где? — Жиромир покачал головой и развёл руками. — И как искать?

Сколько же лет прошло? Я еще раз посмотрел на Жиромира. Ему лет двадцать?

— Долго меня не было? — сипло выдавил я из себя.

— Текура уже отчаялась тебя отыскать, — горестно вздохнул отец. Да… они же не привыкли считать года…

— Лежалый озверел, — перебил батю Жиромир. — Поначалу он разослал людей по всем Сходам рыть носом землю, как он сказал. У него сохранился твой след и он везде искал отпечаток.

— Он сильно изменился не в лучшую сторону. Окаменел. Бросается на людей, — согласился батя. — Многие не выдержали и ушли от него. Остался только самый близкий круг.

Мати отрезала кусок мяса и сунула мне в рот.

— Сколько Сходов прошло? — спросил я, быстро прожевав.

— Сложно сказать, — батя выкладывал новую порцию мяса на тарелку. — Через один Сход мы уехали за Текурой. Она совсем обезумела от горя. Ей требовался уход. А когда устроились около горы, то и вовсе перестали следить за Сходами. Сколько их прошло? Десять? Двадцать? Не знаю, — безразлично пожал плечами Вано.

— Я ощущала тебя внутри горы, но не могла найти вход, — горестно пожаловалась мати. — А потом ты стал расплываться, размазываться, и я очень испугалась, что потеряю тебя окончательно.

— Они сбросили меня сверху. Вряд ли там был вход, — попытался я успокоить мати.

Металлическая лопатка в руках бати переломилась пополам.

— Скоты!

— А вы узнали, зачем они это сделали?

— Когда мы с батей приходили в деревню, я общался с мальчишками, — похвастался Жиромир и пояснил: — Они более разговорчивые, чем взрослые. Считали, что устранили угрозу. Психи! Ты убил главного, я видел.

В голосе брата звучало неприкрытое злорадство и торжество.

— Старейшина отравлял молодые умы, — согласилась Текура. — Может теперь они изменятся. Местные поверили, что ты — Гора, которая покарала отступника.

— В смысле? — не понял я.

— Сыночка, ты ушёл и забрал с собой всю магму из горы, — мати взъерошила волосы и подпихнула лепёшку. — Они черпали из горы силу.

— Да, — засмеялся Жиромир, — они очень гордились, что живут рядом с огненной лавой.

— И что теперь будет? — рассеянно спросил я.

— Будем жить, — улыбнулась мати, завернула в лепёшку мясо и утрамбовала овощей. — Ешь, набирайся сил.

Незаметно для себя я заснул, а проснулся в мягкой кровати. Рядом лежала Текура и ласково смотрела на меня. Я посмотрел в окно — стояла глубокая ночь. Поцеловав мати в щеку я встал и подошёл к окну.

При моём приближении стеклянная дверь ушла в сторону, и я вышел на широкую террасу. Стена башни светилась мягким зеленоватым светом, как во сне. Я посмотрел наверх. Я был где-то посередине высоченной башни. Сомневаюсь, что здесь сто этажей. Вершину не видно за облаками. Я увидел в проёме двери знакомую панель. Но какой номер набрать, чтобы попасть на крышу.

Я приложил руку к панели и подумал о последнем этаже. На табло высветился номер 146. Я подивился неровному числу и шагнул в портал. Мати тенью ступила следом.

В лицо дунул приятный теплый ветер. Странно. Я ожидал, что на высоте ветер будет сильнее. Присмотрелся и заметил фильтрующий купол.

На крыше были высажены деревья, под ногами тёплый пол. Слабое свечение обозначало контуры дорожек. На небольшой круглой площадке в мягких диванах обнаружились Жиромир и батя.

— Э! — возмутился брат. — Мы час сюда поднимались.

Мы с мати засмеялись, и она объяснила, как пользоваться панелью перед дверью.

— Вы уже побродили по башне? Что видели? — поинтересовался я.

Жиромир радостно пустился в объяснения, а я подошёл к парапету. Со слов брата, башня поделена на уровни. Он не считал сколько их, но точно больше десяти. Каждый уровень заканчивался зелёной зоной. Когда они спешили ко мне в первый раз, то не успели всё рассмотреть. Сейчас же поднимались на крышу более вдумчиво. Каждый зелёный уровень отличался от другого по назначению. Они видели сады, огороды, места для выращивания фруктов, овощей и злаков. На другом уровне животные, коровы, птицы. Видели этаж, наполненный бассейнами с разными видами рыб. И всё работало само.

Жиромир очень красочно рассказывал, как многочисленные артефакты обеспечивают работу целой башни. Всё само. Живи тут на всё готовенькое. Они проходили мимо магазинов с одеждой и сувенирами. Брат вытащил из кармана и поставил передо мной миниатюрную башню.

— Неужели? — искренне удивился я. Сколько же времени уйдет, всё тут изучить… — Здесь 146 этажей, — сообщил я брату.

Я вглядывался в тёмную долину под ногами. Хорошо виднелся широкий тракт. Дорожная разметка подсвечивала его.

— Откуда рельсы? — спросил я Жиромира.

— Аааа, это, — брат пренебрежительно махнул рукой, — железная дорога. Гильдейские построили. Они же не смогли раскрыть секрет изготовления материала, из которого сделаны колёса у дуомода, а увеличить скорость передвижения им очень хотелось. Вот они и сделали металлические колёса и рельсы под них. Теперь гоняют сами и грузы возят на Сходы.

— Так там всего одна полоса в одну сторону и обратно. Скорость у всех разная? — не понял я.

— Есть раздвоения, — пояснил отец. — Можно уступить дорогу. У них свои зоны отдыха, тоже надземные. Типа, как завещал Великий Сын, — он усмехнулся.

— Все поверили, что тебя убили, — мати ещё теснее прижалась ко мне.

По тракту быстро проехала машина. Колёса зрелищно подсвечивались огнём.

— Так вот же, — я ткнул в машину пальцем. — Разве это не дуомод? Быстро же едет!

— Колёса из огненных дисков, — объяснил Жиромир.

Тьма их забери… Очень захотелось посмотреть, как они тормозят… да и просто стоят на месте… Твёрдый огонь? Нееет… Наверняка смешение стихий. Добавили каплю земли, например.

На дороге показалась еще одна огненная машина. И двигатель не нужен. Умно. Много их тут. Раньше по ночам не ездили.

— Они теперь всё время по ночам ездят? — полюбопытствовал я.

— Михааа, — укоризненно протянул брат. — Твою башню издалека видно. Она же светится!

Хтонь! Не подумал. Значит гости едут… И как быстро распространятся слухи?

— Что случилось с людьми? — поинтересовался я.

— Они поделились на два лагеря, — начал рассказ батя. — Мы уехали, и новости собирали от деревенских на перешейке. Мати боялась отдаляться от вулкана.

Оказалось, Лежалый и Борис разругались на почве строительства башни. В результате каждый построил свою. Лежалый продолжил возводить каменную, которую начал я, а Борис вернулся в горы и с помощью гильдии кузнецов соорудил башню из металла и стекла.

— Вышло красиво? — мечтательно протянул я.

— Необычно, — подтвердила мати, сладко зевнув. Я уложил её на диване, подложил подушку и накрыл пледом.

Интересно посмотреть, как они соединили металл и стекло, какую придумали прослойку. Кроме дерева ничего не приходит на ум?

— А как они поднимают людей наверх? — поинтересовался я.

Батя пожал плечами, а Жиромир ответил:

— Борис сделал систему грузов. У него по центру платформа ездит вверх-вниз. А в противовес к ней грузы, которые по нажатию на артефакт облегчают и утяжеляют вес.

— А Лежалый?

— Он поставил рельсы на спиральный подъём, — рассмеялся Жиромир. — Как один из вариантов спуска, садишься в тележку и едешь быстро вниз. Тележками управляют мальчишки, которые ловко сворачивают на нужных этажах. И так же вверх. Наверное, взял за основу работу дуомода. Он Клёпу к себе перетянул и всех, кого ты тогда на Сходе вербовал.

— Значит и трактир работает?

— О, да! — согласился батя. — Пользуется бешеным спросом еда, приготовленная по твоему рецепту.

— Вано, надо покормить мальчиков, — раскомандовалась Текура.

— Лежи, лежи, — быстро отреагировал батя на её попытку подняться.

— Тут есть кухня! — оживился Жиромир и потянул меня за собой. — Покажи, как ей пользоваться.

Да… Автономность внушала. На панно я выбрал набор продуктов, которые появились на столе минут через пять. Напитки изготовлялись самостоятельно, достаточно было нажать на рисунок. Мой любимый кислый компот здесь тоже был.

Раз мы находились на природе, то и готовить предлагалось на мангале. Жиромир перехватил инициативу. И через полчаса мы сидели за круглым столом и глядели на звёзды.

— Кстати! — вспомнил батя. — У тебя есть дети!

Вилка выпала у меня из рук. Какие дети? Откуда?

— Они чуть не передрались из-за них, — добавила мати. — Но Борис сказал, что это были его женщины, значит и дети будут жить в его башне. К тому же женщины все были со своей парой, и они приняли девочек, как родных.

Я ошарашенно переводил взгляд с отца на мать. Они смеются? То есть те милые девушки, когда вызвались утешить Великого Сына, были чьей-то парой? И их мужчины спокойно смотрели, как они уходят ублажать меня. Тьма их забери…

— Все пять девочек? — переспросил я.

— Почему пять? — не поняла мати. — Шесть.

— Откуда шесть? Если девушек было пять?

При слове «девушек» батя хмыкнул, но я предпочёл на задумываться о возрасте искусных прелестниц.

— Кора родила тройняшек, а Марине не повезло, — сообщила мати. — Очень сильные девочки. Всё время вместе, понимают друг друга с полуслова.

— Мне от них жутко, — почему-то шёпотом признался Жиромир.

Глава 17

Первыми прибыли девочки. Как позже выяснилось, они угнали у Бориса его любимый огненный дуомод. За рулём сидели сразу две сестрички. Одна давила на педали, другая сидела на ней сверху и рулила. Магию в рычаг мощности вливали все по очереди, развивая приличную скорость.

Дочери выехали сразу, как я очнулся. Они ощутили изменения в моём следе. В мире, где все чуют кровников, соврать об отцовстве не получится. Не чувствуется след? Извини, отцом ты не являешься. Девочки быстро раскусили, что их воспитывают чужие дяди, а батя у них общий.

По рассказам Текуры они родились в один день и час. Когда были маленькими, не хотели расставаться и начинали плакать. Пришлось поселиться всем вместе. Впоследствии это помогло избежать многих магических неприятностей, так как сестрички быстро научились объединять силы. Матери были вынуждены действовать сообща, противопоставляя собственную магию детской.

Когда девчонки сбежали из дома и рванули в мою сторону, то тщательно скрывались. И даже додумались маскироваться. Сидящие за рулём сестрички переоделись под взрослую тётю. На ночёвку встали в кустах, так как боялись, что их поймают и отправят назад. Они рассчитывали на скорость, ведь украли самый мощный дуомод. Понятно, что матери пустятся по следу, но фора у детей была в день, если не больше. С собой они набрали еды, воды и тёплые одеяла.

Прибыли они зрелищно утром. Ночные гости, машины которых мы наблюдали сверху, уже проложили подъездную дорогу к башне и завтракали на обочине, когда объявились пигалицы. С заходом в занос они остановились перед воротами, выскочили из машины и выстроились в ряд.

Я ещё спал и не видел представление. Ворота перед ними пошли рябью, они переглянулись и быстро метнулись в портал, сшибив Жиромира, который только собирался выйти к ним.

— Дядя Жир, где батя? — хором спросили сестрички.

Понимаю, почему у брата от них мурашки. Серьёзные, мрачноватые и всегда синхронные. Я хохотнул на этом месте. Рассказывал Жиромир в красках. Он отвёл их к мати. Накормить, напоить и спать уложить.

В результате я проснулся первый, а дочки отсыпались после двухдневного путешествия.

— Как подросли! Какие красавицы! — Текура готовила поздний завтрак и делилась впечатлениями. Жиромир колдовал над огромным тортом, я хмыкнул. Хочет задобрить племянниц.

Дверь мигнула и в проём просочился Вано в сопровождении шестерых девочек лет десяти. Получается, меня не было больше одиннадцати лет? Текура принялась обнимать милашек, пока те стояли болванчиками и таращились на меня немигающим взглядом. Очень похожи. Все шесть. Если б не цвет волос, я бы с трудом отличил, кто из них близняшки, а кто просто сёстры. Они ещё и оделись одинаково и хвостики сделали, как под копирку. Оранжевые платья, оранжевые ленты в волосах, и даже сапоги — оранжевого цвета. Как магма. С ними было что-то не так… сильно не так…

Я нырнул в транс и обнаружил, что сделал это не один. На меня уставились шесть пар внимающих глаз. Хтонь! Я ударил себя ладонью по лицу. Девчонки повторили движение из любопытства. Или из вредности?

— Что случилось? — забеспокоилась Текура.

— Мой транс внутри горы… Они тоже… всё чувствовали… — с ужасом прошептал я.

Мати заохала, батя выругался, а Жиромир решил наделать ещё и конфет.

— Идём! — скомандовал я детворе, подходя к панели. — Зелёный этаж с фруктовым садом, — высказал я пожелание, и на табло высветилась цифра 12.

Я сел на траву, дети полукругом расположились напротив.

— Как вас зовут? — я приподнял ладонь в останавливающем жесте: — По очереди.

— Алла.

— Бала.

— Вала.

Первыми представились близняшки. Впрочем имена других сестричек не сильно отличались разнообразием.

— Лара.

— Мара.

— Дара.

— Так, девчата, ложимся. Будем вместе медитировать.

Дочери десять лет наблюдали за магмой, пока я был в трансе. По сути всё, что они видели во время медитации, — расплавленную твердь. Тягучую, мощную, обжигающую, заявляющую о своём праве силы. Девочки не умели улыбаться или смеяться. Они всегда оставались серьёзными и требовательными к себе и другим. Жёсткий характер!

Я лёг и девочки в оранжевых платьицах расположились рядом. Они взялись за руки, я хмыкнул и присоединился к лежачему хороводу. В объединённый транс вошли легко. Я принял на себя роль ведущего и начал знакомство с окружающим миром.

Коснулся взором листика и покачался на ветру. Лёгкость, беззаботность и озорство. Я спрыгнул с листочка и побежал по веточке, отпружинивая и мысленно хохоча.

Вспыхнув искоркой, я опустился на сформировавшуюся почку и ввинтился в неё восприятием. Она росла, любопытно разворачивалась, выискивая лучи солнца. Я выдохнул и нырнул внутрь ствола. Побежал по древесным сокам, занимая всё извилистое пространство внутри дерева. Щекотно, я захихикал.

Я стоял, важно держась корнями за землю. Тело ритмично покачивалось, помахивало ветвями, нашептывая мелодию гармонии. Хо-ро-шо! Я счастливо улыбнулся и мысленно обнял девчонок, передавая им любовь и заботу. Когда я открыл глаза, они улыбались. Синхронно. Хтонь! Ладно… Башня не сразу строилась…

Рядом с нами на траве батя и мати устроили пикник. Жиромир испёк пирожки.

— С вишней? — спросила Вала. Она откусила, варенье растеклось по подбородку, и девочка смачно облизнулась. Пять копий взяли по пирожку и повторили движение.

Начинка оказалась разной. Я показал Жиромиру большой палец и взял выпечку. Девочкам нужно показать, что мир полон отличий и весьма разнообразен.

— У меня с мясом, — заявил я и показал начинку. — Меняемся?

Первой сообразила Алла и протянула мне откушенную половину.

— О! Яблоко, — я с видимым удовольствием прожевал. — Кому яблоко?

Ещё полчаса мы обменивались выпечкой и обсуждали вкусы. Девочки расслаблялись. Чтобы закрепить эффект, я повёл их в зверинец. Один из зелёных этажей был занят животноводством.

Поиски увенчались успехом, мы нашли кого потискать. Девчата пришли в полный восторг от желтых пушистых цыплят.

— Я там крольчат нашёл, — прибежал брат, и мы переместились к новым жертвам.

— Им бы игрушки… разные, — подумал я и перед каждой дочкой появилось по мягкому плюшевому изделию.

Я с интересом разглядывал получившиеся игрушки. Старшей из близняшек — Алле досталась плюшевая машина. Она прижимала её к себе. По размерам она была, как небольшая подушка. И конечно — ярко оранжевого цвета.

У других близняшек были пушистый цыплёнок и кролик. Оранжевые, хтонь.

Дара обнимала зелёный! зелёный! мягкий листок. Перед Ларой появилась кукла в виде оранжевого человечка. Я хмыкнул. А вот игрушка Мары меня напрягла. Тигр Красный в миниатюре. Один в один. Полоски, огненная раскраска, и даже хитрущие бусинки глаз. Я вздрогнул, когда увидел его.

Появление тигра взметнуло рой мыслей. Они хаотично разбрелись, порыскали в голове, и вскоре собрались в единственное логичное объяснение. Они, странники между мирами, как и я. Они будут помнить о всех своих перерождениях. Интересно, это со всеми моими детьми, или только эти шесть уникальны?

— Батя, — Алла подёргала меня за рукав, — научи.

— Как ты сделал игрушки? — спросила Мара.

— Мы тоже хотим, — обступили меня девочки.

Я облегчённо выдохнул. Не синхронно… Подошёл к двери и нажал на табло «13». Мы с дочками вошли в моё жилище, остальных я попросил остаться.

Разместившись на пушистом ковре, я собирался с духом, чтобы рассказать дочерям правду.

— Сейчас вы не сможете сделать так же, — по лицам детей растеклась обида, печаль, упрямство и разочарование. Радовало то, что чувства опять были разные.

— Но почему? — возмутилась Алла.

— Вам не хватает опыта.

Мара скривила понятливую рожицу и покивала головой тигра, мол да, да, вешай нам лапшу на уши.

— И знаний, — добавил я. — Вы можете воплотить только то, что понимаете и знаете. Подумайте и попробуйте.

Девочки замерли и ушли в себя.

На этот раз первой была Лара. Она раскрыла ладонь и по ней зашагал маленький лавовый человечек. Она расхохоталась и тронула его пальцем, и он опрокинулся на спину. Человечек упрямо поднялся и зашагал снова.

Пять копий синхронно раскрыли ладошки, на них показались пять лавовых человечков. Один был зелёный — у Дары. Интересно, как она сделала его зелёным, явно неорганическое соединение. Сёстры синхронно посмотрели на Дару.

Хтонь… Это будет сложнее, чем я рассчитывал.

— Когда вы медитируете, то познаёте суть вещей, окружающих предметов. А зная, как они устроены, из чего состоят, вы можете их воссоздать. Поэтому нужен большой опыт и много знаний.

Девочки подозрительно посмотрели на меня. Ну да, ну да… опыт, запечатанный во мне по словам Дэлы тянет на десяток тысячелетий.

— Всё в ваших руках, — я крутанулся на месте, — в башне много материала и всего такого, на что можно медитировать. Пробуйте! Экспериментируйте!

Я поднялся и двинулся к выходу, но перед дверью обернулся. Их надо настроить на раскрытие индивидуальности.

— И да, вы будете действовать более эффективно, если разделитесь. Пусть каждая из вас выберет свой объект для изучения. Вечером соберётесь и поделитесь, кто что узнал, — я набрал на панели «ноль» и вышел в портал.

Чуйка вела меня на площадку перед башней. И как оказалось, не зря. Здесь разгорался скандал. Жиромира обступили мужики и орали на него. Суть претензий была банальна и смешна — почему нас не пускают внутрь.

— Господа, — обратился я к магам. — Зачем вам внутрь?

Меня приняли за слугу и накинулись уже на меня. На мне были всё те же простые холщовые штаны и рубаха. Мягкие и очень удобные. Обманчиво незатейливый внешний вид. Толкового ответа я не получил. Не считать же за таковой фразы, типа, не твоё дело сопляк, или, это ж башня, дебил, а мы посетители.

Я обратил внимание, что Жиромир держит в руках ногу какого-то крупного животного. Я подключил внутренний взор и удостоверился, что мясо отравлено.

— Откуда у тебя мясо, Жиромир? — я подошёл к брату.

— Охотники принесли на продажу, — сознался он и показал на группу, стоявшую около одиночной телеги.

Я подошёл к ним. Кто-то один злоумышляет или они все в сговоре?

— Ну и зачем вы решили нас отравить? — бросил я на пробу обвинение.

Трое возмутились, а четвёртый забегал глазками. Я переместился ему за спину и приставил клинок к горлу.

— Говори! — приказал я.

Отпираться он не стал. Заблеял, что ему приказал старейшина. Они из деревни по соседству. Староста положил глаз на башню, и старейшина его поддержал. Они решили отравить владельцев и забрать башню себе. Неужели яд настолько сильный? Чтобы убить сильных магов?

Я кивнул Жиромиру, и тот отрезал от мяса кусок.

— Ешь!

Он отпирался, но брат запихнул в него маленький кусочек. Смерть наступила мгновенно. Отравитель затрясся, изо рта пошла пена, он упал на землю, завещал от боли и затих. Я испепелил тело. На всякий случай.

— Попроси Текуру изучить яд, — попросил я Жиромира, и тот, бросив на охотников многообещающий взгляд, ушёл.

Я развернулся в сторону оставшихся мужиков и задумчиво посмотрел на них. Маги дружно сделали шаг назад.

— Вы! — я мрачно обвёл их глазами. — Приведите мне старейшину и старосту.

— А если нет? — заартачился самый рослый. Понятно, одобряет захват чужой собственности.

Я переместился ему за спину и перерезал горло.

— Имя? — я перешагнул через рухнувшее тело и встал перед двумя оставшимися.

— Игнат, — охотник смотрел прямо, взгляд не отводил и на труп не косился. Хорошо.

— Мирный, — голос второго был под стать имени: тихий и спокойный. Он не хотел конфликта, но в общем-то ему было плевать, при любом раскладе. Пофигист.

— Мирный! Ты приводишь ко мне старосту и старейшину, — я выдержал паузу. — Или вся деревня умрёт.

Я развернулся к Игнату:

— Ты! Идёшь со мной.

Я обернулся на группу возмущавшихся ранее магов, но на их месте никого не было. С этого места было хорошо видно башню. И только сейчас я смог по достоинству оценить строение.

Монументально! Гениально! Гармонично! Я влюбился.

Башня потрясала воображение. Верхушка почти касалась кучевых облаков. А ведь у неё должны быть и минусовые этажи! Сколько их? Надо бы изучить конструкцию в трансе…

Форма не была полностью округлой и одинаковой. С этого ракурса было хорошо видно, что здание состоит из более узких башен, слепленных вместе и заканчивающихся на разных уровнях. В нескольких местах целые ярусы были отданы на откуп природе. Находясь внутри, я даже не подозревал, насколько это уникальное место. Открытые площадки с паркам и зонам отдыха. Я видел водопад на втором уровне. Башня прерывалась на зеленые площадки и продолжалась вновь, стремясь к облакам.

Зелени вообще было много. Толстые лианы свисали и спиралью обвивали часть здания. Не похоже, чтобы они принадлежали этому миру. Стены пропускали солнечный свет! Вместо окон и дверей — нечто наподобие силовых плёнок, явно не только магического происхождения. Запредельные технологии для этого мира! Я хмыкнул и отправился к стоянке у железной дороги. Башня была красивой и хищной. В ней была невысказанная загадка. Мне показалось, что каждый видит её по-своему, находит что-то своё.

Мне навстречу выступили четыре женщины. Я не сразу узнал их в одежде, скорее догадался, кто они, поскольку ждал их появления. Они ни капли не изменились.

— Почему вы не пришли в башню? — спросил я.

Вперёд выступила, кажется, Кора, мати близнецов. Когда они ублажали меня, мне как-то было не до расспрашивания имён.

— Миха, мы чувствуем дочерей по следу. Они никогда не были так счастливы, — и все четверо низко поклонились мне.

— Мы боимся спугнуть, — замялась черноглазая.

— Идём, Текура найдёт вам применение, — предложил я и повёл их к воротам. — Лучше, если дочери будут ощущать вас поблизости и понимать, что вы на их стороне.

— Текура здесь? — удивилась блондинка с большой грудью.

— Мати спасла меня, — я приложил руку к панели и произнёс: — Где Текура? — на экране высветилась цифра 22, замерцало окно портала, и я подпихнул матерей внутрь. Сам внутрь не пошёл.

Я обернулся к площади перед башней. Она опустела, машины разъехались. Остался дуомод Бориса и телега охотников.

— Игнат, мне нужен проводник в лесу, — я посмотрел на следовавшего за мной охотника. Тот кивнул и направился к телеге.

Пора уже познакомиться с животным миром Мати. И кстати, где моя интерактивная карта? Она бы пришлась сейчас как нельзя кстати.

Игнат стал набивать заплечный мешок принадлежностями для похода в лес. Специи, котелок, две фляги, одну протянул мне. Я взял и тоже принялся рыться в вещах. Подобрал себе холщовый мешок, перевязь с метательными ножами. Игнат косился, но молчал. Нашлись и крупы, кружка и еще один котелок.

— У тебя одежда неподходящая, — он порылся в углу фургона и протянул мне кожаные штаны и куртку.

— Спасибо, — поблагодарил я, закрыл глаза и подумал об оптимальном снаряжении для охоты.

Открыв глаза, создал перед собой зеркало. Камуфляж. Странно, что охотники этого мира не догадались носить маскировочную одежду. На штанах обнаружились большие накладные карманы. Похлопав по ним, я обнаружил, что внутри что-то есть. Сложенные сумки под туши животных с маскирующими запах плетениями. Отлично!

Грудь перетягивала перевязь с сюрикенами. Подумав, я согласился, что для леса метать компактные звёзды удобнее, чем ножи. Разделочный нож и фляга заняли место на поясе. Разросшиеся волосы стягивала бандана. Мягкие кожаные сапоги удобны для бесшумного перемещения по лесу. Ну и засапожный нож — отличное добавление к охотничьей экипировке. За плечами висел неприметный рюкзак.

Я снял его и заглянул внутрь — запечатанные брикеты с едой. Отличная компактная конструкция, подогревается магией огня. Может начать продавать нечто подобное? Тёплый маскировочный плащ, еще и зачарован.

Игнат посмотрел на меня уважительно и предложил двигаться в сторону леса.

— Вы ловушки ставите?

— Нет, — охотник подозрительно покосился на меня, как будто я сморозил глупость. — Звери слишком умны, чтобы попадаться. А даже если ты кого-то поймаешь, то не успеешь забрать. Кто-то съест твою добычу.

— Я встречал мастера ловушек, — возразил я. — Берест. Он брал заказы на ловлю животных.

Когда я сбежал из родной деревни после убийства гопников, то именно он подвёз меня на Сход. Интересный старик был, ещё и ароматные веточки собирал для костра.

— Аааа, Берест, — покивал Игнат. — Так он легенда, этот может. Кстати, живёт на той стороне, — и он махнул куда-то в сторону моря.

Интересно, что за твари тут развелись на таком-то магическом фоне. Знакомство состоялось незамедлительно, как только мы пересекли границу леса. На меня сверху метнулась рыжая тень. Рефлексы не подвели. У моих ног лежал представитель кошачьих с сюрикеном в глазу.

Игнат уважительно крякнул.

— Кто это? — спросил я, исследуя тушу.

Острейшие когти, выступающие клыки. На ушах симпатичные кисточки, как у белки. Тёмно рыжая короткошерстная тварь. Длинный хвост с чёрными полосками. Явно охотится сверху из-за засады. И приметила нас давно, просчитала, что мы пойдём здесь. Умная сука, на груди припухшие соски.

— У неё где-то котята, — констатировал я очевидный факт. — Надо найти! Где у неё логово? В норе или на дереве?

Я обернулся к спутнику, который продолжал молчать и изучающе рассматривать меня.

— Это молния из семейства рысевых, — Игнат объяснял мне общеизвестные факты, как ребёнку. — У неё нет постоянного логова. Молния не оставляет котят надолго одних, таскает с собой на охоту. Они где-то рядом под защитным куполом.

Хтонь! Мамаша умела ставить защитный купол!

— Он развеется, после смерти?

— Через несколько часов, — подтвердил охотник. — Они почуяли гибель матери через кровную связь, испугались, сидят тихо.

— Так ты можешь их найти или нет? — нетерпеливо спросил я.

Игнат молча выбросил в сторону, откуда прилетела кошка плетение-сканер. Я было удивился, что он может обнаруживать живые существа, ан нет. Он искал именно защитный купол. Через пять минут мы обнаружили между двумя близко посаженными деревьями маскировочную сферу. Если не знать, что искать, то и не догадаешься.

Шар был вкопан в землю более чем наполовину, а по его верху росла трава, ничем не отличимая от окружающей. Внутри что-то происходило. Игнат легко развеял защиту, и мы увидели, как змея пытается загрызть рысёнка.

Я метнул сюрикен, попав змее в глаз. Котёнок молнии мстительно вгрызся мёртвой змее в глотку.

— После смерти сфера ослабевает, вот змея и прорвалась, — решил пояснить Игнат. — Вон, какое у неё брюхо. Остальных детёнышей уже сожрала.

Я с интересом рассматривал рысёнка. Зубки есть, но молоко они еще пили. Я взял его за шкирку и запустил сканирование. Самка. Магия огня. Месяца три-четыре, пожалуй. Хотя может они растут ускорено на таком плотном манофоне. Я насытил тело котёнка своим огнём и заглянул в глаза.

— Ты идёшь со мной, если хочешь жить, — я забросил её к себе за пазуху. — Будешь Хной.

Вернувшись к телу матери, мы обнаружили, что туша уже обглодана. Какая-то подозрительная плотность живности в лесу на квадратный метр. Судя по следам, отобедали сразу несколько тварей.

— Здесь всегда так много хищников? — подивился я.

— Нет, — помотал головой Игнат, прислушиваясь к тишине. — После появления башни зверьё стало двигаться в её сторону.

Зачем?

Глава 18

Странная тяга тварей к башне меня заинтересовала. Возникли подозрения, что животные не только развиты магически, но и умственно. Вопрос насколько. Чтобы найти ответ на этот вопрос, требовалось углубиться в лес.

— Игнат, как думаешь, насколько масштабно явление с передвижением зверей?

— Трудно сказать, — охотник почесал голову, — башня стоит три дня. Не известно, какой был радиус всплеска магии, при её появлении. Скорость у животных разная.

— Сильный всплеск был? — и как я сам не подумал о магическом возмущении.

— Не только сильный, но и длительный, — ответил Игнат через некоторое время. — Вот те мужики приехали из деревень на берегу внутреннего моря. Но как понять? Ощутили они магическое возмущение или просто увидели светящуюся башню ночью. Издалека её хорошо видно.

Мы дошли до небольшой полянки, и я решил осмотреться с помощью внутреннего взора. Я установил защитный периметр и нырнул в транс. Шок от увиденного выдернул меня из медитативного состояния и перевёл в боевой режим. Через мгновение я уже стоял в боевой стойке в центре поляны с двумя обнажёнными мечами.

Игнат отшатнулся и посмотрел на меня в недоумении.

— Мы окружены плотным кольцом тварей, — процедил я.

— Но я не чую опасности, — Игнат заозирался и нацепил на себя защитный контур.

И правда… Животные не источали враждебных намерений.

Я убрал клинки за спину, подвесив их на силовые линии.

— Зачем пришли? — громко спросил я, демонстрируя раскрытые ладони. — Выходите!

На полянку громко хрустя ветками вывалился здоровенный медведь. Это при том, что до этого никто не издавал ни звука. Я усмехнулся, а Игнат инстинктивно попятился. Это он зря. Как раз в той стороне в кустах пряталась стая крупных псовых.

Мишка был хорош. Что интересно, у него тоже была короткая шерсть. Видимо из-за отсутствия заморозков большего не требовалось. Он сел на задницу и теперь возвышался надо мной всего-то метра на два. Ему на спину спрыгнула молния-рысь, но медведь даже не шелохнулся. Интересно, какие у них магические способности.

Рысь повела носом. Из-за пазухи показалась её маленькая копия. Я поставил Хну на землю. Котейка выглядела недовольной. Взрослая рысь прыгнула к ней и явно что-то транслировала. Хну зафырчала и попятилась, наконец встала у меня между ног.

— Она уже несколько раз сказала, что не пойдёт с тобой, — прекратил я этот увлекательный спор.

Молния-рысь смерила меня презрительным взглядом, я приподнял брось и перевёл взгляд на мишку.

— Если я прибью её, это не станет началом драки?

Медведь послал мне картинку, как взрослая молния учит мелкую магии. Понятно. А так её учить некому… Я вопросительно посмотрел на Хну. Та опять презрительно фыркнула, потом махнула хвостом, отправив маленькую искорку во взрослую особь. И ведь попала вредина. Ожидаемо усиленная моим огнём искра больно ужалила рысь. Та вызверилась, но я выставил перед ней небольшую стену огня. Звери оживились, а я понял, что их заинтересовало. Магия, которой я пользуюсь фонила иномирным происхождением.

— Ты можешь приходить и учить Хну, — предложил я взрослой рыси. — Или идём с нами.

Медведь прервал разговор, послав новую картинку. И я был несказанно удивлён. Он зашёл очень издалека, показав мне волну магического искажения, которая пришла вместе с камнепадом. Часть искажений накрыла лес, живность и растения пострадали. Звери заболели и стали умирать. А потом пришла волна исцеления. Её радиус был больше, чем у первой волны. Он послал картину, где изменённые деревья выросли в гигантов. Они постепенно вытесняют другую флору. Животные же обладают неимоверной силой, мощью и плодовитостью. Неубиваемые. Получается я сместил равновесие. Снова. Сколько их успело наплодиться за десять лет?

— И что делать? — растерянно спросил я. Игнат не слышал нашего внутреннего общения и удивился смене моего настроение.

Я сел на траву и задумался. Любое моё новое вмешательство сделает только хуже. Хна нагло забралась на колени, разлеглась и принялась вылизываться.

На поляну вышли псовые. Игнат отшатнулся, поскольку вышли они как раз из-за его спины. Да, это были те, кто попал под моё очищение. Зеленоватая шерсть лоснилась, мышцы переливались под коротким подшерстком. Красавцы! Я проникся искреннем восхищением! Я пригляделся, скользнув в транс. Да у них магический потенциал запредельный! Они разумные.

Медведь передал очередную картинку, на которой зелёных волков становилось всё больше и больше. Им уже не хватало еды, и мест обитания.

— Стой! — я выставил раскрытую ладонь. — Давай отправим излишек людям?

Я представил, как люди получают щенят, умиляются, заботятся о них, кормят и лелеют. Вожак одобрительно рыкнул.

— Какие еще виды угрожают равновесию? — мне пришла мысль, а почему бы не включить эти виды в животноводство. Но я быстро прогнал её, вдруг твари увидят и обидятся.

У меня в голове возникли образы крупных травоядных и мелких грызунов.

— Приводи их ко мне, — я показал рукой в сторону башни. Я чувствовал её на расстоянии и мог безошибочно определить местоположение. — Только приводи сам, а вдруг охотники сочтут вас легкой добычей.

Звери разошлись. Я нырнул в транс и удостоверился, что поляна опустела. С нами осталась тётя рысь.

— Нора, я буду звать тебя Норой, — предложил я. Хна неодобрительно фыркнула.

К башне вернулись затемно.

— Спасибо, — поблагодарил я Игната. Он хотел что-то сказать или может попросить, но я развернулся и двинулся прочь. Рано. Вопрос с его деревней пока открыт.

Положив руку на табло при входе в башню, я спросил:

— Где Текура?

Высветилась цифра 146. На крыше. Вышли мы сбоку от двух костров. Вокруг одного собрались дочери и весело щебетали. Прогресс! Отдельно сидели взрослые. При нашем появлении Вано схватился за оружие.

— Это же молния! Берегись!

Нора пренебрежительно фыркнула. Видимо для рысей это характерное поведение — постоянно демонстрировать наглость.

— Жиромир! — я не сразу нашёл его среди взрослых. Он обнаружился на открытой кухне. — Покорми кошек, будь добр.

Батя осторожно приблизился и зашептал:

— Рыси очень коварны, умело устраивают западню. Не доверяй им, — звучал он искренне. И что более важно, он считал их разумными.

— Зачем им нападать? — я проследил за Хной, которая прошествовала мимо бати с независимым видом и остановилась рядом с сестричками. Чует родственную силу.

Девочки, увлечённые беседой, не сразу заметили маленькую гостью. Она тихо уселась между ними и следила за разговором. Интересно на сколько развит у них интеллект.

Только когда рядом к мелкой молнией развалилась взрослая особь, девочки их заметили. Не отскочили от страха, не испугались, а бросились гладить. Рысям детская ласка понравилось.

— Алла, — обратился я к старшей, — научите их медитировать.

Девочки синхронно повернулись и посмотрели на кошек новым взглядом. Хтонь! Жиромир чуть не выронил тарелку с мясом, когда они одновременно наклонили голову и прищурились. Согласен, пробирает.

На следующий день пришли жители из деревни Степная. Предупредила меня об их появлении Нора. Отправила картинку величавого шествия группы людей. Полученная картинка заинтриговала.

Оказалось, они пришли принимать у меня башню, которую я согласился им отдать. Я вопросительно посмотрел на Мирного. Тот пожал плечами. Привёл? Привёл. А то, что он им при этом наговорил… пришли же.

Группу магов возглавлял старейшина в белоснежном плаще с золотой вышивкой. Рядом с ним важно вышагивал староста. Круглый коротышка, который старательно подчёркивал свой живот. Похоже, он им очень гордился. С другой стороны от старейшины шёл казначей. Он оценивающе смотрел на башню, на меня, как будто подсчитывал в уме, за сколько можно купить или продать. Мои простые холщовые штаны и рубаха не ввели его в заблуждение, он заметно напрягся и вскоре переместился в конец шествия. Потом и вовсе сделал вид, что что-то обронил и начал пятиться назад.

Остальные сопровождающие были торговцами. Не знаю, что им наговорил Мирный. Я подозвал его.

— А остальные зачем здесь?

Мирный пожал плечами, мол не захотели бы, не пришли. И то верно.

Я стоял напротив и молчал. Видимо не по чину им было начинать первыми. Мирный отошёл в сторону, а потом увидел Игната и предпочёл убраться подальше от предстоящей разборки.

— Веди! — благосклонно разрешил мне старейшина.

— Но вы же понимаете, что это наглый захват? — всё-таки нужно убедиться в гнилости натуры. — Вы башню не строили, и она вам не принадлежит. На каком основании она должна стать вашей?

— Она стоит на нашей земле! — презрительно заявил староста.

Я хмыкнул. Как всё запущено…

— Все так считают? Что башня должна принадлежать вам?

Торговцы стали переглядываться, поэтому я испепелил только двоих. Старейшину и старосту. Однако деревенские тут же вступились за своих. В меня полетели огненные шары и каменные сферы. Я впитать их. Однако торговцев не остановило то, что они не могут причинить мне прямого магического вреда. Они рассредоточились и начали наносить косвенный ущерб. В месте, где я только что стоял разверзлась земля. Я увидел летящее заклинание и отошёл в сторону. Потом они попробовали ударить по площадям и сотворили подо мной лаву. ЛАВУ! На которую я медитировал более десяти лет. Это стало их фатальной ошибкой. Я обратил лаву против на них, и она пожрала их за доли секунды.

Со стороны башни упала огненная капля, при приземлении оказавшаяся Хной. Она яростно зашипела, а потом обиженно уставилась на меня.

— Ну извини, — я развёл руками. — Я ж не знал, что ты захочешь поучаствовать. Кстати, отличный способ быстрого перемещения. И почему вас называют молнией, а не каплей, — я нагнулся и почесал кошку за ухом.

Я ждал гостей. Прошла неделя, но никто не приехал. Моё настроение постепенно портилось. Я и не знал, что так привязался к окружавшим меня людям. Утешал себя мыслью, что нахожусь на самом краю континента. Вдали от основного тракта. Ближе всего ко мне находился Сход Лесной. Но и то до него ехать неделю, если считать перемещение сцепками. Слухи распространялись медленно. Я скучал.

Фурор произвела огромная стая псовых, окружившая башню и распугавшая случайных зевак, которые остановились неподалёку.

Я вышел к волкам и мне на воспитание передали штук двадцать щенят. Я поручил Коре с матерями развести на дуомоде их по ближайшим деревням и продать. Одного щенка утащила себе Алла. Хорошо, что только она. Девочки учились быть разными и дополнять друг друга. Щенка назвали Рык. Я показал на его примере, как делиться магией. Алла усилила его своим огнём. Это не был мой полноценный огонь, скорее его более слабая версия.

В другой день я понаблюдал за детским трансом и подсказал, что если они изучают материал, то нужно смотреть глубже. Пришлось провести пару занятий, чтобы объяснить, а что собственно они видят при более крупном рассмотрении материи. Я познакомил из с молекулами и клетками. Хтонь! Как не хватает хорошего немагческого образования! Всё изучается методом тыка. Интересные решения бывают, но сильных прорывов — нет. Да и не нужны они местным жителям. Им и так хорошо живётся.

Дня через два после этого ко мне прибежала Хна с мячиком в зубах. При ближайшем рассмотрении я убедился, что он резиновый. Оказалось, что Бала занялась медитацией на резину. И ей удалось воссоздать молекулярную структуру. Молодец девчонка!

И всё-таки я дождался! Приехал Капа. Он случайно открыл интерактивную карту и обнаружил, что часть картинки стёрлась. Так я узнал радиус магического всплеска при появлении башни. Около пятнадцати километров.

Капа решил узнать, почему стерся большой участок карты. Он предположил, что произошло нечто масштабное. Он взял карту, остатки артефактов «глаз» и поехал, не торопясь. Никакой продвинутой машины у него не было, лошадка и фургон. Поэтому и дорога заняла две недели. Башню он увидел издалека, но подумал, что кто-то ещё решил построить небоскрёб. Удивлялся, как удалось сделать это настолько скрытно. У них на строительство башни ушло лет пять. Достаточный срок, чтобы сплетни разлетелись по всему континенту. Он никак не ожидал встретить меня. Меня давно сочли мёртвым. Я пропал. Родители и брат ушли много лет назад и вестей от них не было.

Было очень трогательно, когда Капа бросился ко мне и заплакал. Слёзы безостановочно катились из глаз, а он счастливо улыбался. Он возмужал, но не постарел. Первое время ходил за мной хвостиком. Жиромир обрадовался старому другу, а девчата приревновали.

Ещё через пару дней пришёл медведь и привёл мелких зверюшек. Их расселение я поручил Вано и Текуре. Стыдно признать, но за месяц я не особо продвинулся в изучении башни.

Медитация не помогала охватить всё пространство. Когда я был слит с магмой, это была однородная структура, отличающаяся по химическому составу, не более. А башня была уникальна. Заманчивую идею подбросил Капа. Он предложил жить на разных этажах по очереди. Неделю на одном, неделю на другом. Неплохой вариант, но меня всё больше съедала тоска. Текура считывала моё состояние через родственный след и сильно беспокоилась. Капа уверял, что никто не приедет. Девочек найти не смогут — матери же здесь. Капу искать никто не будет. Они отдалились друг от друга. Посчитают, что он просто уехал. Лежалый закаменел, изображает из себя большого человека. Алтан и Гера живут в моей избушке, воспитывают детей. Тогда я решил увидеть всё своими глазами.

Батя привёл Игната. Он так и остался со своей телегой возле башни. Приносил добычу, а Жиромир её выкупал. Решили, что лучше ехать неприметно, и телега Игната очень подходила к замыслу. Жиромир наготовил еды в дорогу. Капа притащил бочку с водой. Всё-таки был приличный отрезок пути, где воды нет. Текура выдала простой одежды. Я с сожалением снял с себя мягкую рубаху и штаны и переоделся в обычный свободный наряд караванщиков.

На первой же ночёвке в деревне Крайняя, я увидел собственными глазами, как светится башня. Из-за того, что она упиралась в облака, казалось, что из земли бьёт столб света. Местные уже съездили к башне и узнали в чём дело, однако они не спешили делиться с проезжающими новостями. Опасались. Слишком быстро башня возникла. Внутрь никого не пускают. А про расправу над деревней Степная слухи распространились быстро и обросли кровавыми красками. Башня приобретала зловещую славу. Деревенские решили, пусть лучше проезжие считают, что из земли бьёт аномалия.

На тракте началось вялое движение. Выезжали те, кто планировал посетить дальний Сход, и добираться им предстояло больше месяца. Это хорошо. Не придётся ехать в полном одиночестве, не будем привлекать к себе внимание.

Игнат показал себя исключительно молчаливым спутником. Предпочитал отмалчиваться по поводу и без. Он скрытно наблюдал за мной и соблюдал дистанцию. Мы ехали по родным ему местам, многие его узнавали и спрашивали, куда это он собрался. Создавалось впечатление, что он обычный охотник. Тем лучше для неприметного путешествия.

На очередной вечерней стоянке возле деревни Заячье ухо, я наблюдал занятную картину, как на него вешаются девушки. Он же типа дал себя уговорить. Не прост парень, явно не прост. На меня девушки не обращали внимания, я по-прежнему не впечатлял. Да, немного нарастил мясо, но остался худощавым.

Игнат и одет был лучше, и физически более развит. Да и телега его, а я так — сбоку припёку, мутный нищий тип.

Через неделю мы достигли Схода Лесной. Он был пуст.

— А разве у него нет хозяина? — удивился я.

— Нет. А зачем? — не понял Игнат.

— На Сходе Горный главой был Лежалый. Почему здесь нет такого?

— Лесной находится на удалении от других Сходов. Видишь? — он обвёл рукой окрестности. — Кругом леса. В основном здесь охотники. Это братство. Особое отношение друг к другу, — он замолчал, и когда я уже подумал, что он всё сказал, тот продолжил: — Когда идёшь в лес, то берёшь с собой человека, которому всецело доверяешь, в ком уверен, что он прикроет тебе спину и что он в состоянии это сделать. Леса не прощают беспечность. Звери постоянно учатся, умнеют и проявляют новые магические навыки.

Теперь стала понятна его реакция, когда я попросил его стать проводником. Это не практикуется и не приветствуется. Наверняка еще и вдвоём никто не ходит. В группе Лютого было трое, а в группе Игната — четверо. Стоп!

— Так почему ты ходишь один?!

— Я не хожу один, — в голосе послышалось возмущение. — Мы ходим с Мирным. Просто, когда Вано нанял меня сопроводить тебя в долину башен, Мирный был в деревне.

— Ну извини, — я развёл руками. — А на других Сходах есть хозяева?

Игнат кивнул, и когда увидел, что я жду дополнений, неохотно продолжил:

— Восточный обслуживает деревня.

— И что они делают? Целой деревней?

— Много чего, — неохотно продолжил Игнат. — Развлечения, например. На силу. Или конкурс красоты у девиц проводили. А как-то состязание было среди тягловых животных — кто больший вес потянет.

— Да? И какая награда?

— Деньги. Приличный мешок, — охотник вздохнул. — Могут себе позволить.

— А Базар? — я продолжил пытать путника расспросами про Сходы.

— Там главный Марат. Артефактор он, — Игнат скривился, как от зубной боли.

— Что с ним не так?

— Ушлый он. При заключении сделки так тебя обманет, что дураком себя почувствуешь. И ведь ни слова ни соврёт. Придержит существенную информацию, о которой ты сам не спросил.

— И что? К нему ездят?

— У него самые продвинутые артефакты. Он мастер высочайшего класса, — неохотно признался Игнат.

— Значит Горный пользуется самым большим спросом?

Игнат просто кивнул. И неожиданно пустился в пространственные объяснения.

— Лежалый всё просчитал. И место выбрал оптимальное, и людей подобрал — мастеров высшего класса. Один Глыба чего стоит, или Алтан. Он всегда знает, что происходит у него на Сходе.

— Разве он не отошёл от дел? У него же теперь башня?

— Нет, конечно, — Игнат даже опешил от моей недальновидности. — Это же его любимое детище и огромный рычаг давления.

— Тогда зачем ему башня, если у него есть Сход? — мне стало любопытно, что ответит охотник.

Игнат молчал. Отпил воды из фляги и вздохнул.

— Говорят, он спустился с северных гор. Оборванный, обгорелый, еле живой. Лысый он был, потому что обгорел настолько, что волосы не восстанавливались. Единственный выживший из своей деревни, — Игнат порылся в сумке и достал вино, отхлебнул и только после этого продолжил. — Старейшина, который не уберёг деревню.

— Он же молодой! Как он мог стать старейшиной? — мне не верилось. Когда я его встретил, да, он был лысый, но не старый. Лет сорок, не больше.

Игнат посмотрел на меня, как на умственно отсталого.

— Старейшину выбирают не по возрасту, а по магическому потенциалу и навыкам. Значит он был сильнейшим. А может и не единственным старейшиной. Деревня была небольшая, всё больше родственные связи. У него была женщина и сын. Все погибли. Он выжил.

— Но ведь Гера из одной с ним деревни, разве нет?

— Она как раз его нашла на болотах и выходила, жила одна, после гибели своей семьи. Нашла родственную душу.

— И как эта история объясняет, зачем ему и башня и Сход?

Охотник не спешил отвечать, выпил еще вина и достал вяленое мясо. Я смотрел на него в ожидании ответа.

— Да не знаю я! — не выдержал Игнат и испуганно посмотрел на меня, вдруг я прибью его за резкость. — Развитие скорее всего.

— В смысле развитие?

— Ну сход, это стабильность, а башня — новые технологии, и значит развитие. Если ты не развиваешься, то не живёшь, — он искоса на меня глянул. — Ну жизнь — это рост. Всё растёт, всё изменяется. Поэтому и нужно постоянно совершенствовать себя: магию, силу, ум. А башня? Она большая… Упирается в небо. Сама по себе символ роста, разве нет?

Он вопросительно уставился на меня, всерьёз ожидая ответа. В общем всё звучит логично. Только причём тут Великий Сын?

— Ты прав, Игнат, во всём прав, — я похлопал его по плечу. И охотник облегчённо выдохнул. — Скажи мне только, а как во всё это вписывается Великий Сын?

Игнат посмотрел на меня, как на дурака. Как можно не понимать столь очевидные вещи?

— Так это… Великой Мати тоже нужен рост. А Сын — продолжение матери.

Глава 19

Интересный поворот. Не потому ли Лежалый так старательно взращивал сплетни о Великом Сыне? Это всё выглядит слишком масштабно. Или нет? Может он насколько увлёкся идеей, что поверил сам? Да, нет, бред же. Он говорил, что слухи о Великом Сыне помогают привлекать людей, а значит его интерес был материальный.

— Так Великий Сын погиб! Разве нет? — внезапно мне в голову пришла другая мысль. Если появление Сына ведёт к развитию Мати, то его гибель — катастрофа для планеты.

— Как он мог погибнуть? — Игнат выразил столь искреннее непонимание, что я и сам засомневался. — Он же Великий Сын. Он приходит, чтобы дать толчок к росту. Он пришёл и появились башни. Три уже. А раз развитие идёт полным ходом, то и Великий Сын жив.

Игнат смотрел на меня с недоумением. Почему я не вижу, настолько очевидные вещи?

— Лежалый потерял Великого Сына, — охотника прорвало. — Кто-то говорит, что его украли или убили, но это ж Великий Сын! Его невозможно увести против воли или убить! Значит он сам ушёл! Это такой удар по репутации! Вот он и бесится! Правильно Владмир заявил ему о недоверии! Заигрался Лежалый!

Похоже выдумав Великого Сына, Лежалый загнал себя в ловушку. Может он искал меня только ради того, чтобы восстановить своё доброе имя? Я глубоко задумался, и Игнат облегченно замолчал. Как же! Я перестал мучить его вопросами.

Могу ли я доверять Лежалому? С другой стороны, разве не был он честен со мной? Он сразу заявил — хочу быть управляющим. Это деловые отношения. Я тянулся к нему, придумал себе что-то большее, чем просто партнёрство. Я ехал в телеге к Лежалому и ощущал себя дураком.

Охотник протянул мне кожаную куртку. И правда, как-то резко похолодало. На безоблачном небе появились чёрные тучи.

Вечерело. Мы приближались к зоне отдыха «Гармония». Вдоль дороги появились столбы, отмечавшие расстояние до следующей стоянки. Я узнал артефакты. Зачем они их поставили, если я и так очистил всю долину?

Помнится Капа говорил, что мана движется. Чудовищный объем маны прошёл через артефакты за десять лет. Я представил, как это увеличило потенциал и без того сильных магов — местных жителей. Я мельком скользнул в транс. Дышалось удивительно легко, плечи расправились сами собой.

— Как же здесь хорошо! — я потянулся и широко улыбнулся.

— Дааа, — мрачный Игнат заметно расслабился. — Земля, отмеченная Великой Мати и очищенная Великим Сыном. Благодать! Смотри!

Он показал на какое-то стадо крупных травоядных, которое паслось неподалёку. Надо же и не боятся ничего. Здоровенный вожак с рогом во лбу повернулся и посмотрел в нашу сторону. Красавец! Светло коричневая гладкая шерсть с крупными зелёными пятнами. Самец горделиво повернулся другим боком. Я хмыкнул.

— И что? Никто их не трогает, пока они на этой земле? — поинтересовался я.

— Попробуй тронь, — охотник весело расхохотался. Я присмотрелся внимательней. Точно! Они попали под моё очищение.

Вожак повёл стадо лёгкой рысью, обогнав телегу. Все как на подбор. Мускулы переливаются силой. Табун издал гулкий трубный звук. Завораживает. Они сделали круг по долине и вернись на прежнее место. Двое самцов начали показушно бодаться рогами.

— А кто это? — я развернулся к охотнику, который тоже пялился на брачные игры.

— Однороги же, — опешил от моего вопроса Игнат.

Мы плавно поднялись по эстакаде на надземную стоянку. Отсюда открывался превосходный вид на долину. Солнце почти касалось верхушек деревьев. Дорога опустела, караванщики встали на ночлег. В зоне отдыха «Гармония» расположилось не более десяти сцепок. Торговцы встали плотно друг к другу, готовили ужин и общались. Игнат остановил телегу рядом со всеми.

Вдалеке на фоне заходящего солнца возвышалась башня. Лежалый возвёл её по моему макету. Зелёные уровни повторялись через равные промежутки. Она удивительно хорошо вписывалась в окружающую природу. Даже гигантские деревья смотрелись гармонично. Как будто так и было задумано. Выросла башня, вот и деревья тянутся к небу. Я невольно хмыкнул.

У подножья башни угадывался трактир 24 на 7. Его контур подсвечивали костры или артефактное освещение, издалека было не очень понятно. Огонь виднелся и в прогулочнах зонах на самой башне.

Справа в горах красные огни заходящего солнца подсвечивали стеклянный небоскрёб Бориса. Здание поднималось вверх, сверкая острыми гранями, а верхушку венчал шпиль. Я прикинул высоту. Ну да, ну да, как раз за счет него башня Бориса выше. Изделие стекольщика по форме напоминало вытянутый кристалл. Красиво, я вздохнул. Никаких зелёных зон не было. Башня располагалась между гор и напоминала кристаллическую скалу. Она весьма органично вписывалась в горную местность. Мне захотелось изучить её изнутри.

Игнат не стал заморачиваться с ужином, мы прибились к группе караванщиков. Их было немного, и расположились они все вместе, чтобы делиться новостями.

Так я узнал, что Лежалый сдаёт башню для проведения торговых сделок и переговоров. А ведущие мастера выкупают помещения для своих представительств. В какой-то мере башня заменила людям Сход. Только на Сход съезжаются раз в полгода, а в башню можно приехать в любое время.

Борис выбрал другое направление. Он собрал вокруг себя исследователей. Скорее всего к этому его подтолкнули дочки, у которых магия проявилась несколько иначе. Немного другой огонь, более сильная земля. Любой бы заинтересовался почему так. Именно его группа изобрела огненные диски для дуомода. И Клёпа перебрался в его башню.

Ночь прошла прекрасно. Чистая структурированная мана прогоняла дурные мысли. Я и выспался, и отдохнул. Когда утром мы съезжали с эстакады, то остановились перед ящиком для монет. Их было два. Тот, что создавал я был переполнен. Соседний регулярно опустошали. Мы съехали с эстакады, и я попросил вернуться немного назад. Ящик для монет по форме напоминал двухметровый широкий столб. Я попросил у Игната мешок, сделал в столбе дыру и пересыпал монеты. Набралось пять с половиной мешков. В основном золотые, но попадались и серебрушки.

Охотник опешил от моей наглости, у него задёргался глаз.

— Лежалый нас убьёт, — прошептал он.

— А он узнает? — я подмигнул. Все караванщики уже разъехались, и моих манипуляций никто не видел.

Чем ближе мы подъезжали, тем больше я волновался перед встречей с дорогими сердцу людьми.

— Здесь всегда так ветрено? — я поёжился.

— Нет, в первый раз такой сильный ветер вижу, — Игнат уже напяливал на себя куртку и протянул мне такую же.

Я посмотрел на небо. Белые кучевые облака проплывали над нами на какой-то немыслимой скорости. Страшно представить, какой ветер там, на высоте. Интересно, а как башни справляются с ветрами? Я посмотрел на приближающиеся небоскрёбы. Порыв ветра скинул с крыши башни что-то объёмистое. Стол?

Мимо пробежало чем-то обеспокоенное стадо однорогов и свернуло в сторону гигантского леса. Решили скрыться от ветра? Да, верхушки огромных деревьев, почти не колышутся.

Дорога подходила близко к стеклянному небоскрёбу, и я решил заехать сначала к ним. Перед зданием обнаружилась большая стоянка. Я накрыл телегу защитным куполом, и мы отправились внутрь. Игнат здесь никогда не был, и ему тоже было любопытно.

При входе нас встретила пафосная вывеска: «Банк знаний». Стеклянные двери при нашем приближении раздвинулись, открывая вид на большой холл. Множество пронумерованных столиков были отгорожены стеклянными перегородками и куполами тишины.

Недалеко от входа стоял высокая стойка, где девушки встречали вновь прибывших. Я прислушался к разговору.

— Желаете зарегистрировать изобретение? — в меру симпатичная скромно одетая девушка мило улыбнулась молодому пареньку. И правда, зачем придавать мыслям посетителей неуместное направление.

Паренёк стеснялся и невнятно бормотал, но девушка спокойно и терпеливо разъясняла ему правила банка. Он сдаёт своё изобретение на реализацию за небольшую долю от продаж. Расписывала она перспективы очень заманчиво и паренёк сдался. Она направила его за один из столиков, где призывно загорелась зелёная стрелочка.

За соседней стойкой мужчина пытался добиться встречи с управляющим банком Симой. Хтонь! Да это же бывший казначей Лежалого! Ловко он переиначил идею с банком под новые реалии. И наверняка у него есть представительства на Сходах!

Мне призывно улыбалась свободная от посетителей девушка в чопорном одеянии. Я невольно потянулся к ней.

— Я могу вам чем-то помочь? — она дружелюбно и вполне искренне улыбнулась.

— Я хочу видеть Бориса.

— Борис никого не принимает, — ожидаемо прозвучал вежливый отказ. — Уверяю вас, что наши мастера способны разрешить любой ваш вопрос.

Я задумался. Нет, так нет.

— А Клёпа здесь? — вот с ним бы я повидался. Интересный паренёк.

— Если вы хотите предложить свои наработки для реализации, заполните форму номер два, — она вытянула откуда-то листок.

Я взял бумажку и поблагодарил девушку. Лист оказался зачарованным. От картинки небоскрёба в верхнем углу несло магией. Я вошёл в поверхностный транс и увидел, что нанесённый на бумагу текст передаётся куда-то дальше. По словам девушки заполненную анкету нужно бросить в ящик.

Я написал на листке сообщение, укрепил его своей магией и затолкал в приёмник. Мягкая бумажка гулко стукнулась о дно.

«Борис, не волнуйся, девочки у меня. С ними всё в порядке».

Когда мы вышли на улицу, ветер уже стих. Вокруг нашей телеги ходил какой-то невзрачный мужичок с артефактом и блокнотом.

— Это ваш фургон? — он строго посмотрел на нас.

— Да. А в чём дело? — удивился Игнат.

— Наш уловитель зарегистрировал неизвестное плетение, — мужичок извлёк из сумки знакомый лист бумаги и протянул его охотнику. — Зарегистрируйте своё новшество, — требовательно изрёк он.

— Зачем? — охотник машинально взял лист бумаги.

— Мы внесём ваше заклинание в банк знаний и будем отчислять долю от использования, — не терпящим возражения тоном заявил артефактор.

— Сколько? — полюбопытствовал я.

— Одна серебренная монета за внедрение, — бросил мужчина заготовленный ответ.

— Не интересует, — я кивнул Игнату, и мы забрались в телегу.

— Как вы не понимаете? — мужичок попытался воззвать к нашей совести. — Вы должны поделиться своими наработками! Только так мы сделаем мир лучше!

Мы поехали прочь под возмущенное бормотание фанатика. Ещё через полдня мы добрались до трактира 24/7. Они надстроили навесной уровень, открытую эстакаду. Причём сделали её на почтительной высоте. С краю свисала яркая вывеска: «Сегодня вечером приготовление блюда от Великого Сына».

Я посмотрел в небо. Солнце опустилось на 45 градусов. Больше четырёх часов до заката.

— Что будете заказывать? — мои размышления прервал юношеский голос. Интересно, почему они поставили мальчишек? Посетители приставали к девушкам?

— Давай нам всего, — я подмигнул. — Хочу всё попробовать. Можем мы расположиться наверху?

Паренёк извиняюще улыбнулся.

— Это только для дорогих гостей, или по билетам на ужин от Великого Сына, — мальчик умело бросил затравку.

— Как стать дорогим гостем? — я загорелся идеей осмотреть окрестности сверху.

— По приглашению одного из жителей башни, — начал перечислять юноша. — В качестве сопровождающего одного их почётных гостей.

— Пятьдесят золотых хватит? — я перебил пацана, протянув ему кошель.

Юноша забегал глазками и сглотнул.

— Хорошо, проезжайте в зону 51.

Я отсчитал ему 50 золотых и мы двинулись к подъёмнику. Для дорогих гостей здесь был устроен удобный лифт. Всё для комфорта. Да и сама зона порадовала мягкими диванами и хорошими видами. Она располагалась ближе к башне, подальше от тракта и суеты. Кроме нас здесь было еще несколько отдыхающих.

Вскоре подкатил парнишка с тележкой, уставленной бумажными коробками и стаканами. Моя идея с одноразовой упаковкой прижилась. На упаковке, кроме картинки еды было стилизовано называние.

Игнат уже распряг лошадь и присоединился к дегустации. Упаковка была зачарована на сохранение температуры. Холодные блюда не нагревались, а горячие не остывали. Булки были приготовлены одинаково, сразу видно, что работает производственный цикл. Это тоже придавало блюдам узнаваемость. Приятно удивило наличие рыбных бутербродов. И рыба и мясо были приготовлены похожим на мои силовые линии способом. Значит, у Велгора всё получилось. Молодцы!

Мы медленно уменьшали горку принесённых коробок и обозревали всё вокруг. К башне тонким ручейком тянулись посетители. В основном одиночные фургоны или дуомоды. Путешественники не терялись, видно, что бывали здесь раньше.

— Игнат? — кто-то окликнул моего спутника. Я обернулся и увидел молодую женщину приятных округлостей. Тёмные волосы, поджатые губы… Вот так встреча!

— Да? — охотник её не узнал и непонимающе смотрел на женщину.

— Варна, внучка Владмира, — она нейтрально улыбнулась. — Мы виделись как-то на Сходе Лесной. Ты тогда рассказывал про стаю зелёных волков, помнишь?

— Дааа, — Игнат силился вспомнить, он явно понял, о какой ситуации идёт речь, но девушка ему не запомнилась. Её это явно задело.

— А что ты тут делаешь? На Сход едешь или в башню?

Меня Варна не узнала. Ещё бы. Видела она меня доходягой. Да и в отличии от неё я не постарел, одет совсем по-другому. Да и признали меня мёртвым.

— Мы хотели с приятелем башню посмотреть, отдохнуть, — он кивнул на меня. Варна скользнула по мне неприязненным взглядом. Игнат показался ей более перспективным парнем.

— Так давай я тебя провожу, — девушка призывно улыбнулась и поёжилась. — Ветер опять начинается, сдует вас здесь.

Мы спустились вниз. Чуть в стороне среди гигантских деревьев мне показалось что-то необычное. Где-то в той стороне была моя избушка.

— Ты иди, обустраивайся, я тебя догоню, — предложил я Игнату. Варна подсела к Игнату на облучок, и даже не обратила внимание на то, что я куда-то исчез.

Избушку я нашёл не сразу. Только после того, как задрал голову вверх. Гигантские деревья подцепили её снизу и теперь она изображала из себя домик на дереве. Птичьи лапки, которые я использовал для передвижения безвольно болтались снизу. Кто-то решил пошутить и подцепил к лапкам большую табличку: «Башня».

Сверху по горке скатился мальчик лет семи.

— Привет! Ты кто? — он бойко вскочил на ноги и с любопытством разглядывал меня.

— Миха. А ты? — мальчик был похож на Алтана. Точно! Капа же говорил, что они с Герой живут в нашей избушке.

— Мишутка, — он важно протянул мне руку, и я с удовольствием её пожал.

— А где батя? Я бы с ним повидался, — спросил я.

— Аааа, они на совет пошли, — выболтал мне Мишутка.

— В башню? — интересно, что за совет, если Капа говорил, что они разругались.

— Нет, к Великому Древу, — он неопределённо махнул в лес.

Я почесал затылок. Что за новое явление? Великая Мати, Великий Сын, а теперь Великое Древо?

— Мишутка! Ужин готов! — сверху раздался мальчишеский голос.

— Идём, — он потянул меня за рукав к лестнице, обнаружившейся позади гигантского ствола.

Наверху на террасе нас встретил ещё один мальчик со знакомым половником. Гера любила им размахивать во время готовки.

— Кто это? — строго спросил парен лет девяти.

— Это Миха. Он батю ищет, — объяснил Мишутка и повернулся ко мне: — Мой брат Земеля.

Пацаны были хорошо развиты. Ещё бы оба родителя прошли через мою очистку. Я скользнул в поверхностный транс. У них был просто-таки огромный потенциал. Двустихийники, отличные источники и каналы.

Земеля шустро сотворил ещё одну керамическую тарелку с рисунком по краю и разложил суп на троих. Я оценил его мастерство, вписать рисунок очень непросто. А у него это отработанное движение.

— Это ваш дом? — нейтрально спросил я.

— Конечно, — ответил младший.

— Не наш, — буркнул Земеля.

— Как это не наш? — возмутился Мишутка. — Мы тут с рождения живём.

— Это дом Текуры и Михи, — неохотно объяснил брат.

Стало тепло на душе. Я мечтательно улыбнулся и посмотрел на сереющее небо.

— Как же они ночью в лесу? — забеспокоился я.

— Так они на совете! — отмахнулся Мишутка. — Мати говорит, что с деревьями общаться долго и нудно.

— Батя сказал, они — душнилы, — деловито подтвердил Земеля. И строго посмотрел на меня. — Так ты Миха?

Я кивнул, продолжая отхлёбывать овощной суп. Самое оно после многочисленных сытных коробочек. Старший ушёл и вернулся с моим старым заплечным мешком. Я с изумлением заглянул внутрь и извлёк планшет по изготовлению портальных установок.

— Спасибо, — я благодарно кивнул. Здесь же нашлись книги, которые я купил на Сходе Горный и магические очки. Я достал их. Надо же, еще работают.

После ужина я лежал на диване и смотрел на звёзды. Пацаны играли в броски. Так называлась магическая игра по метанию огнешаров и сырых земляных сгустков. Один формировал и кидал, другой ловил и впитывал. Раньше маги не умели впитывать… Неужели Алтан эту способность перенял от меня, когда я его омолодил?

— Мати говорила, заниматься перед сном, — Земеля сладко зевнул. Я кивнул. И сел на пол террасы в позу для медитации. Увидев это Земеля схватил брата за руку и быстро повёл в избу. Там они закрылись на засов и передвинули к двери что-то тяжёлое. Я опешил. Что такого рассказали им про меня родители, чтобы вызвать такую реакцию мою медитацию.

Скользнув в транс первым дело проверил свой организм. Близко к идеальному. Почти восстановил мышечную форму. Подрезал волосы, слишком отрасли. Пробежался огнём, сбросил грязь и усталость. Огонь и Земля привычно закружились рядом.

Окинул взором избушку. Братья шептались в комнате. Старший обвязывал младшего подушками. Домик неоднократно перестраивали, первоначальный каркас, который я укреплял остался неизменным, а наслоения менялись. Я придал конструкции целостности и нерушимости. Расширил восприятие дальше.

Дерево, на котором зависла избушка. Любопытненько… Оно оказалось разумным.

Глава 20

Я погрузился в транс и попытался охватить внутренним взором гигантское древо целиком. Но когда я дошёл до корней, понял, что лес с большими деревьями представляет из себя единую сеть. Он расползался под землёй и отвоёвывал всё больше пространства, вытесняя привычную флору. Я растянул сознание вслед за корневой системой и достиг берега океана. На запад я углубился почти на треть континента прежде, чем заполнил лес целиком. Масштаб впечатлял. За какие-то десять лет модифицированный вид растительности увеличил среду обитания в десять раз. А что будет лет через сто? Останется ли на континенте хоть что-то помимо этого древа? И виноват буду я. Это же я провёл очищение маны по всей долине, усилив тем самым отдельные виды животных и растений.

Внезапно я наткнулся на знакомую магию огня и земли. Я нашёл Алтана и Геру. Они были связаны и плотно примотаны к стволу не так далеко от избушки. Древо чем-то одурманило их, иначе бы они сожгли этот долбанный лес, полностью.

Листья зашелестели, и я услышал шепелявый голос.

— Хочешшшь вернуть сссвоих друссей? Прих-ходи и договорим-ссся, — шепот звучал равнодушно, с толикой деланного одолжения.

Ах ты ж тварь! Трухлявый пенёк! Меня обуяло бешенство. Ничего! Я тебя породил, я тебя и убью!

Я уже наполнил собой лес и испепелить дерево, к которому были привязаны товарищи, не составило труда. Тела рухнули вниз, но я был уверен, что они не пострадали и скоро придут в себя.

Волна уничтожения расходилась кругом.

— Пощщщади! — взмолилась тварь. — Умоля-яю! Не убивай! Йя сссдела-йю всссё, шшто х-хочешшшь!

«Не верю!» — я мысленно громыхнул, и древо содрогнулось.

— Кляя-нусссь веч-но ссслушш-шить тебе и не вредить людь-йям!

Я остановил волну разрушения. Просто так оно от меня не отделается! Я стал стягивать оставшийся лес к избушке. Я выкорчёвывал деревья и модифицировал. Сформировал единый корень и увёл его вглубь, постепенно разветвляя. Стволы слились в единое древо вокруг избушки. Я решил превратить лес в аналог разумной башни.

Провозился до утра. В результате над долиной возвышался исполин. Верхушка касалась кучевых облаков. Я проредил крону, чтобы не лишать долину солнечного света. Корни намертво удерживали массив над землёй и доставляли наверх воду для коммуникаций. Кроме многочисленных жилых и производственных помещений внутри ствола и в ветвях, я сделал удобные и безопасные прогулочные зоны снаружи. Вырастил отличные друг от друга плодовые сорта на разных ветвях и устроил ловушки для животных, чтобы использовать их в пищу.

Подумав, что бы ещё производить, я наладил производство тканей и напитков, отдельно выделив алкоголь. Всё-таки это древо было изменённым, может и вино получится безвредным для магов. Затем, придал дереву огнестойкость, а то еще спалит кто-то случайно или специально. Изрядно помучился с окнами, чтобы добиться просторных и светлых помещений. Для быстроты перемещений разместил лифтовую систему, двигающуюся не только вверх, но и уходящую по боковым ответвлениям. Управляло перемещениями само древо от голосовой команды. Над большими арочными дверьми повесил табличку «Башня», ту самую, которая ранее свисала с лап избушки.

— Я буду звать тебя Верн, — объявил я древу свою волю. — Будешь служить людям, которые станут тут жить и работать.

Я открыл глаза, встал и потянулся. Заметил диван, который я когда-то создал. Как новенький! Я лёг и сразу отключился.

Проснулся жутко голодным. Кто-то заботливо накрыл меня одеялом и подложил подушку. Судя по размерам одеяла и следам верёвки на подушке, это были дети.

— Верн, — обратился я к древу. — Как насчет плотного завтрака?

Я сел за стол бывшей террасы. Теперь это было объёмистое дупло. Извивающиеся лианы выставили передо мной деревянную кружку с приятно пахнувшим напитком и большую тарелку с кашей, из которой торчала ложка и недоеденный кусок мяса. Понятно… спёр у кого-то из семьи Алтана. И точно, дверь в дупле с грохотом распахнулась, и у меня на шее повисла Гера. Алтан ненамного отстал от неё и крепко меня обнял.

— Малой, как же я рад тебя видеть, — похлопал он меня по спине и отошёл, чтобы лучше рассмотреть. — Возмужал!

У дверей неуверенно мялись братья, я приглашающе махнул им рукой. Мы расселись за столом, Верн перетащил всю приготовленную еду сюда. Перед Мишуткой тарелки не было, значит, это его блюдо досталось мне. Гера создала для него зелёную тарелку и наполнила кашей.

— Древесина слишком плотная. От неё невозможно отщипнуть кусок, чтобы использовать для создания чего-либо, а листья хорошо поддаются воздействию, — пояснила она, заметив мой интерес к зелёному цвету посуды.

— Верн, семья Алтана и Геры и их потомки — главные в доме. Слушаешься их, как меня.

— Принял, — прошелестел голос.

Мальчишки заозирались. Не понятно, откуда идёт звук.

— Гера, ты можешь приказать Верну сделать новую посуду и всё, что нужно. Пробуй, он обучаем, — я улыбнулся. — Как вас угораздило вляпаться в ловушку?

— Мы заподозрили, что что-то происходит, когда небо заволокло тучами, — стал объяснять Алтан. — Очень похоже на то, когда над долиной лил дождь. Но потом небо прояснилось.

— Затем начался сильный ветер, — Гера перехватила рассказ, — и тут дерево говорит, мол в лесу нас ждут на неком совете. Ну мы и подумали, что всё это как-то связано с тобой.

— Да, даже, если и не связано, то сможем разузнать что-нибудь о тебе, — добавил Алтан. — А когда пришли на поляну, там эти мутные цветки со странным запахом, еще и пыльцой в нас чихнули.

Стало тепло на душе, они надеялись, что я жив, искали. Возможно именно поэтому остались в избушке. Это мой дом. Велики были шансы, что я появлюсь здесь. Или Текура заглянет, она точно что-то да знает.

После трапезы я вышел на балкон. Хтонь! Место, где раньше стоял лес изменилось не в лучшую сторону. Земля изрядно просела, поскольку в почве образовались внушительные пустоты из-за исчезнувших корней. Деревья были гигантские, корневая система тоже. Холмы, ямы, трава и взрытая почва — всё это представляло собой непроходимое нечто.

Неприглядный пейзаж тянулся в сторону океана и уходил далеко на запад. Кусок испорченной земли был неприлично большим. По ту сторону тракта нормальный лес сохранился, да и на востоке полоса лиственных деревьев начиналась рядом.

По разоренной долине были разбросаны деревушки, бывшие когда-то лесными. В ближайших к нам поселениях можно было разглядеть людей, которые уже начали выравнивать землю вокруг себя. Теперь деревеньки оказались на холмах. Не удивлюсь, если выяснется, что и дома пострадали. Я тяжко вздохнул.

Когда-то проложенные Лежалым речные каналы были разрушены, и вода начала собираться в большие лужи. Лесные речушки потеряли привычные русла и были вынуждены прокладывать новый путь. Совсем скоро долина превратится в грязное месиво.

Местами попадались одиночные фигурки животных и целые стада, которые с трудом преодолевали изломанную почву и пытались найти себе новый дом.

Башня Лежалого возвышалась рядом. На крыше и по периметру на прогулочные террасы высыпал народ и с интересом разглядывал обновлённую долину.

— Не переживай, малой, — Алтан похлопал меня по плечу. — Ты всё сделал правильно. А это вот, — он небрежно махнул рукой в сторону творившегося безобразия, — легко поправимо.

— Что подумают люди? — я кивнул в сторону башни и деревень.

Алтан предвкушающе хохотнул.

— Новое чудо от Великой Мати? — весело предположил он.

— Никто не знал, что лес — одно разросшееся дерево, — высказалась Гера. — Но появление исполинского древа свяжут с исчезновением леса. И прибудут сюда, чтобы исследовать чудо.

— Спорим, первым приедет дядя Борис? — с жаром воскликнул Земеля. Кажется, мальчику нравился фанатик знаний.

— Но дядя Владмир и Лежалый ближе, — возразил брат.

— Ты плохо знаешь дядю Бориса, — усмехнулся Алтан. — Вскочит на свой дуомод и рванёт сюда.

Беспечность Алтана и спокойствие Геры успокаивали меня. Никто же не пострадал?

— Все признали тебя мёртвым. А то бы все наши подумали на тебя, — он опять довольно хохотнул. — Эффектное возращение, в твоём стиле.

— Думаю, что Борис уже знает, что я жив. Я ему записку оставил, что дочки у меня, — задумчиво пробормотал я. — И его дуомод остался около башни. Девочки на нём приехали.

Алтан и Гера переглянулись.

— Они нашли тебя… — восторженно прошептала Гера. — Я так и знала!

— Да, малой, где ты был всё это время? — обеспокоенно спросил Алтан. — Что с тобой случилось?

Мы перетащили диваны на балкон, уселись, и я им поведал свою историю.

— Вот ведь! А я говорила, что девочки ведут себя так из-за того, что чувствуют тебя, — горестно воскликнула Гера. — Никто меня не слушал.

Алтан положил ладонь поверх руки Геры и сжал.

— Мы и подумать не могли, что любовь к оранжевому цвету — это лава. Обидно, — Алтан вздохнул, — все ответы лежали на поверхности. Ведь и след Текуры с Вано оборвался на полуострове Вулкан!

— Миха, — обратился ко мне Мишутка, — а когда ты поедешь домой? Я хочу посмотреть на твою башню.

Я тепло улыбнулся и взлохматил непослушные вихры мальчишки.

— Обязательно возьму тебя с собой. Только с делами разберусь. А ты разве не хочешь изучить Верна?

— А кто это? — первым спросил Земеля.

— Это дерево, в котором мы сейчас находимся. Его зовут Верн. Он тоже башня, только замаскированная. Тут много чего интересного есть, — я подмигнул. — И ты всегда можешь попросить Верна сделать себе дополнительную комнату или проход в любую сторону. В отличие от других башен эта — живая!

Братья переглянулись и исчезли в недрах Верна. Я обернулся к родителям и вкратце рассказал о функциях, которые заложил в растительном доме.

После обеда из башни Лежалого высыпала огромная толпа магов. Они разделились на три неравные группы. Самая многочисленная выстроилась в цепочку и отправилась выравнивать почву. Следом за ними шли маги, которые занялись выстраиванием речных каналов, тем самым предотвращая дальнейший неконтролируемый разлив. Самая малочисленная группа начала выстраивать дорогу в сторону исполина. Подошли они к этому делу основательно, решив не ограничиваться времянкой. Выравнивали грунт, формировали насыпь и потом уже уплотняли и укладывали камни.

— Почему бы нам не подкрепиться? — спросил я парочку, указав на трактир.

— Заодно и сплетни соберём, — хохотнул Алтан.

— Идите вдвоём, — согласилась Гера. — Вместе мы будем привлекать излишнее внимание.

Почва вокруг Верна подверглась незначительным деформациям: трава сохранилась, но дороги исчезли. Чтобы не идти пешком, я предложил спуститься с ветки, которая висит над трактиром.

— Малой, — укоризненно посмотрел на меня Алтан, — а как же маскировка?

— Хтонь! — я хлопнул себя по лбу.

Мы вышли из главных дверей, и я обернулся. Красивые резные ворота. Широкое крыльцо с верандой.

— Верн, ты это, не пускай сюда чужих людей, — попросил я.

Мы почти подошли к трактиру, когда Алтан заметил:

— Как-то странно, что мы идём в трактир пешком, не находишь? — мой товарищ остановился. — Подозрительно. Может пойдём в башню?

— Точно! Здесь же где-то Игнат разместился! — я развернулся к Алтану. — Он привёз меня. Слушай, может ты сделаешь себя менее узнаваемым?

Я обвёл его выразительным взглядом. На нем были его вечные красные штаны и неизменно белая рубаха. Его же в этом виде каждая тварюга узнает. Алтан почесал голову, улыбнулся и повёл рукой, создавая поверх рубахи длинный зелёный кафтан с золотой вышивкой.

— Не слишком? — засомневался я.

— Неее, там все такие, — он внимательно оглядел меня и создал на мне коричневый кафтан более скромного и строго фасона. — Ну вот, теперь мы торговцы.

Отдалившись на достаточное расстоянии от древа, я смог рассмотреть своё творение со стороны. Верн внушал. Даже горы по ту сторону тракта смотрелись блёкло и незначительно. Отсюда не было видно, что внутри древа находятся жилые помещения. Большие окна выглядели, как особенность коры. Некоторые ветки тянулись к башне Лежалого, но я специально расположил их так, чтобы сохранить дистанцию.

От трактира к башне вела широкая дорога. И мы на ней были не одни. Караваны притормаживали и пялились на внезапно возникшее древо. Ведь ещё вчера его здесь не было, да и лес из гигантских деревьев пропал, даже пепла не осталось.

Вход в башню для пеших посетителей был отдельный. И мы сразу прошли к стойке с услужливыми девушками.

— Не подскажите? — обратился я к самой грудастой. — Мы вчера с товарищем разделились, он пошёл заселяться, а я остался на ночь у друзей. Охотник Игнат. Где он поселился?

— Госпожа Варна распорядилась разместить его на 11-м этаже. Комната 69, — услужливо улыбнулась милая девушка. В отличие от чопорно одетых девиц в банке знаний, девушки Лежалого радовали мужской взгляд. — Гими, проводи гостей в номер 69 на 11-м этаже.

— Спасибо, мы найдём сами, — отказался Алтан. — Я бывал здесь прежде.

Он положил ей на столик серебрушку и повёл меня к подъёмнику.

— Госпожа, — передразнил Алтан и презрительно скривил губы. — Безмозглая дура.

— Как получилось, что она здесь? — расстроенно спросил я. Хотя что это я? Это башня Лежалого — ему и решать.

— Извини, малой, не знаю, — он развел руками. — Я не лезу в дела Лежалого. Слышал как-то, что Варна ходит к деду и вроде как и не работает, а типа помогает.

Мы поднимались по лестнице. Красиво, ничего не скажешь. Большое внутреннее пространство и сквозной просвет по центру. Стеклянные стены в лавках и трапезных. Особая зелёная зона для прогулок. Светло и чисто. Уютно и как-то по-особенному хорошо.

— Тут всегда так мало народу? — удивился я.

Алтан почесал затылок.

— Людно обычно. Наверное Лежалый всех согнал долину выравнивать.

Мы поднялись на пятый этаж, когда увидели спешившую девушку. Она забежала в какое-то помещение, вскоре выскочила и потащила за собой группу горничных. Вместе они умчались обратно. Я услышал обрывки разговора.

— Сотый этаж расконсервирован!

— Не может быть!

— Полчаса назад прошло оповещение!

— Главный знает?

Ответ мы не услышали. Девушки загрузились в подъёмник и укатили вверх.

— Малой, что-то мне это не нравится, давай-ка присядем где-нибудь, чтобы не отсвечивать.

Мы свернули к ближайшей забегаловке на открытой веранде и расположились лицом к древу. Маги значительно продвинулись в строительстве подъездной дороги. Часть исследователей добралась до ствола и обходила древо по кругу. Они еще не натолкнулись на дверь, она была со стороны тракта.

Вереница магов успела выровнять и разрыхлить приличный кусок долины. Похоже, будут засеивать. У магов, занимающихся отводом воды, возникли какие-то трудности. Они яростно жестикулировали около небольшого пруда. Сделали временный накопитель, чтобы цепочке магов не месить грязь.

К нам подошёл хмурый повар и укоризненно принял заказ. Странно, что у него нет подавальщиц.

— Как вы один справляетесь? — посочувствовал я ему.

— Приходится. Все ушли в долину. А вы почему не помогаете? — он сердито переводил взгляд с меня на Алтана и обратно.

— Дык, мы же огневики, с землёй не работаем, — тяжело вздохнул Алтан.

Лицо повара смягчилось, и он ушёл на кухню. Мясо получилось вкусным, в меру острым с кислым соусом. Картошечка в масле, посыпанная зеленью прекрасно оттеняла вкус. Я показал повару большой палец вверх. Тот благодарно кивнул и совсем расслабился.

— Смотри! — Алтан показал рукой куда-то в сторону тракта. — Борис едет! Я ж говорил.

Я проследил за его взглядом. От тракта двигалась процессия магов. Они шли перед дуомодом и прокладывали ещё одну подъездную дорогу. Борис не стал дожидаться окончания строительства, он практически бежал к исполину.

Внезапно Алтан напрягся и рефлекторно потянулся к ножу. Я проследил за его взглядом и обернулся. К нам шёл Лежалый. За ним по пятам следовал личный помощник. Увидев меня, он застыл как вкопанный. Нас разделял десяток шагов. Холодная жестокая маска треснула и обнажила недоверие. Его глаза опасно сузились, он перевёл взгляд на синий кристалл на шее, пульсирующий ярким светом. На лице мелькнула надежда и пропала, уступив место скептицизму. Он узнал Алтана, и надежда вспыхнула с новой силой. Потом глянул в окно на древо и медленно перевёл взгляд на долину. В глазах мелькнуло понимание.

— Миха! — за окном раздался усиленный магией голос Бориса. Он колотил в дверь живого дома. — Мии-хаа!

И Лежалый поверил. Скупая слеза скатилась с глаз, он сел на пол и закрыл лицо руками. Его руки подрагивали. Как я мог в нём сомневаться?

Я сел рядом и отвёл руки от лица. Он не постарел, но изменился. Глаза выдавали человека, который пережил многое и зачерствел. Я положил руку на плечо и пустил импульс теплого, согревающего душу огня. Лицо Лежалого начинало разглаживаться. Уходили морщинки возле глаз, исчезла хмурая складка на лбу, рот искривила неуверенная улыбка.

— Как ты нашёл нас так быстро? — поинтересовался я.

— На входе стоит артефакт, улавливающий твой след. Мне пришло оповещение на кристалл, как только ты перешагнул через порог башни, — и он указал себе на грудь.

— Миха! — раздался усиленный магией голос Бориса.

— Кир, — обратился Лежалый к помощнику, — пригласи Бориса сюда. Передай, что Миха здесь.

Молодой человек удивлённо глянул на меня и умчался прочь.

Я помог Лежалому подняться и подвёл его к нашему столику. Алтан скрестил руки на груди и мрачно смотрел на управляющего.

— Пойдём лучше к тебе! — глава схода с надеждой посмотрел на меня. И проследив за моим взглядом, метнувшимся к древу, замахал руками. — Нет-нет, на сотый этаж. Тебе понравится.

И он потащил меня на выход. Алтан решительно отправился следом.

— Скажи, Лежалый, что ты наплёл своим людям про долину и древо? — кузнец сверлил управляющего недобрым взглядом.

Ответа не последовало. Зато на подъёмнике мы встретили Бориса. Он обхватил меня за плечи и крепко обнял.

— Жив! — он не выпускал меня и улыбался, глядя в глаза. — Рассказывай!

Вкратце я поведал, как меня похитили, чем-то вырубили и сбросили в жерло вулкана. Когда я понял, что выбраться не могу, то погрузился в длительную медитацию, замедлив все процессы в организме. И просидел я так, взирая на лаву десять с лишним лет, пока меня не разбудила мати.

Мы поднялись на сотый этаж. Он оказался последним. Сверху только крыша с прогулочной зоной. Лежалый весь этаж сделал моей жилой комнатой. И помня, что я люблю сидеть на свежем воздухе, увеличил прогулочный периметр по всему кругу, чтобы я мог смотреть в любую сторону. Было оборудовано несколько мест для приготовления пищи. Я нашёл аптекарский огород, яблоньку того же сорта, что была у нас с мати. Стеклянные стены не отгораживали помещение от зелёной зоны, разве что в отхожем месте стояли обычные деревянные стены. Нашлось и несколько кроватей для гостей. Лежалый постарался мне угодить и у него это получилось.

За одним из мангалов стоял Клим и готовил нам мясо. Он светился от счастья, радостно поприветствовал меня и вернулся к приготовлению какого-то загадочного блюда. Его глаза светились азартом и предвкушением.

— Лежалый! Ты не ответил на мой вопрос, — требовательно спросил Алтан. — Что ты сказал своим людям про долину?

Глава 21

— Дай угадаю! — развеселился Борис. — Ты сказал, что это испытание от Великой Мати?

— Такие масштабные изменения не могут проходить без её участия, — усмехнулся Лежалый. — Очевидно же.

Мы сидели за столом и наблюдали, как Клим переворачивает мясо на мангале. Я попивал свой любимый кислый напиток и отщипывал маленькие кусочки от лепёшки, выставленной на столе. Создалось ощущение, что я вернулся домой, после долго отсутствия. Рядом близкие люди, расслабляющая обстановка. Лежалому удалось передать дух моей любимой террасы. Деревянный настил под ногами очень напоминал тот, что был у нашей избушки. Похожий столик и диванчики. Даже очаг имитирует печную трубу. Друзья непринужденно общались, хотя помнится Капа говорил, что они отдалились друг от друга.

— Признайся, ты считал, что это моих рук дело, — прищурился Алтан. В его тоне скользнул холодок. Хтонь… не всё так гладко, как показалось. И что за молния между ними пробежала?

— Не без этого, — Лежалый беззаботно оскалился. Он был слишком рад меня видеть, чтобы хоть что-то могло омрачить его настроение.

— Но как бы он это провернул? Это же невозможно, за одну ночь? — воскликнул Борис, призывая собравшихся к здравому смыслу.

— Возможно, — глава подмигнул Алтану, — если предварительно подготовиться.

Алтан пренебрежительно фыркнул и скрестил руки на груди:

— И сколько бы я готовился для столь масштабной операции? Неужели не нашлось более подходящего объяснения? Проще свалить на меня?

— Остынь, — Борис хлопнул кузнеца по плечу. — Это мы с тобой знали, что Миха жив, а ему на кого думать? Тем более, что исполинское древо на месте твоей избушки выросло.

— Да не знали мы, что Миха вернулся, — в сердцах бросил Алтан, и его передёрнуло. — Мы подумали, что это лес движется, пытается уничтожить всё живое и нас в том числе.

— Прости, — я представил, как ночью в темноте они очнулись на земле, которая ходила под ними ходуном. Я содрогнулся и извиняющие посмотрел на кузнеца.

— Дети ощущались в эпицентре движения, а мы никак не могли им помочь, — Алтан укоряющие посмотрел на меня. — Успокаивало только то, что мы считывали их эмоции — страшно им не было. Да и избушка эта — неубиваемая по крепости.

Я вспомнил, как братья обматывались подушками, и мне стало стыдно.

— Прости.

— Забудь, малой, — буркнул Алтан. — Главное, что ты вернулся. Душа была не на месте, после твоего исчезновения. Не уберегли…

За столом воцарилась неловкая тишина. Слышно было, как отплёвывается мясо над костром. Клим нанизал на палочку овощи и подвесил заклинанием над углями.

— Кстати! Миха, ты же знаешь, что случилось с лесом? Почему некоторые деревья стали просто-таки огромных размеров? — любопытный Борис по привычке докапывался до всего непонятного.

Я рассказал, о том, что когда очищал долину от сгустков маны, под воздействие попали не только люди, но и животные и растения. Стадо однорогов, например, которое мы видели. Или волки, которые уже расплодились и широко распространились по континенту. Вот и лес, который, как выяснилось, и не лес вовсе, а единое дерево. Поведал, как я сел медитировать и случайно обнаружил привязанных к стволу Алтана и Геру.

Клим выставил блюдо с аппетитными кусочками, мясо в острой панировке. Рядом положил яркие поджаристые овощи. Я выхватил ножку с общего блюда, откусил и зажмурился от удовольствия. На столе появилась соусницы. Повар сел напротив, разложил мясо по тарелкам и полил сверху соусом.

— Великолепно! Просто великолепно! — похвалил я Клима, хватаясь за второй кусок, не забывая оттенять вкус овощами.

— Привёз рецепт с Восточного Схода, — Клим положил кусок в рот и довольно закивал. — Удачный рецепт.

Товарищи набросились на еду, то и дело раздавались восхищенное мычание и восхваления. Огромная гора обсыпанных ножек быстро уменьшалась. Я налил холодной воды из стеклянного графина, в котором плавали кусочки фруктов и льда. Вообще вся посуда на столе была выполнена из стекла, в разных вариациях. Из неё было приятнее есть, чем из деревянной.

Дверь на этаж отворилась и послышались шаги. Трое и тележка, на автомате отметил я.

К нам подходили Владмир, Варна и Игнат. Последний катил перед собой тачку со знакомыми мешками. Он заметил Лежалого и вздрогнул. Ну да, это же его мы ограбили. Владмир нарастил наш столик и создал несколько стульев. Варна выставила блюдо с ароматной выпечкой и стеклянный чайник с горячим отваром. Чашки она достала из неприметного шкафчика у стены. Я махнул Игнату, чтобы тот не робел и садился.

Владмир степенно расположился напротив и пристально разглядывал меня. Он почти не изменился. Ну при его возрасте еще десяток лет — так… мелочь… Варна села рядом со стариком и скромно потупила глазки. Я подавил в себе желание выставить её прочь. Поставил перед ней мысленный барьер. Девушка поёжилась и заозиралась.

— Владмир очень помог со строительством, — Лежалый благодарно посмотрел на него. — Без него мы бы вряд ли осилили столь грандиозное сооружение.

Интересно, как они построили каменную башню. Мне не терпелось погрузиться в медитацию и изучить строение изнутри.

— Красивая речь, — Владмир ответил любезностью на любезность. — Я почти поверил, что Великая Мати послала всем нам непростое испытание.

— И что же заставило тебя усомниться? — по губам управляющего скользнула усмешка. Похоже, эти двое сильно сблизились за эти годы.

Владмир обвёл помещение рукой, и я отметил, что он не поздоровался. Никак.

— Ты заложил этот этаж, хотя уверял всех вокруг, что Миха мёртв. Значит точно знал, что это не так. Да и очень узнаваемый почерк масштабных разрушений, — при этих словах старик отвесил мне насмешливый полупоклон.

— Не знал, — возразил Лежалый и тяжело вздохнул, — я поверил, что его убили. Но я не мог не обустроить этаж в его собственном здании. Это дань уважения хозяину башни, — при этих словам Владмир слегка поморщился. Понятно… считает башню своей, он же её считай и построил. — Я очень надеялся, что он вернётся. Пусть не сразу, но когда-нибудь снова посетит наш мир, — Лежалый твёрдо посмотрел мне в глаза.

Я удивлённо смотрел на главу. Тьма его забери!

— Миха, ты же не думал, что мы дураки? — осторожно высказался Алтан, а Владмир усмехнулся.

— О чём вы? — Борис переводил заинтересованный взгляд с Лежалого на Владмира. Игнат и Варна грели уши, и я неодобрительно покосился на них. Клим чувствовал себя лишним и делал вид, что не слушает, а может и правда старался не прислушиваться к разговору.

Я решил отпираться до последнего. Если Текура узнает, что я вселенец в её умершего сына… мне стало тошно. Как бы там ни было на самом деле, я ощущал её самым близким и родным человеком. Моя (!) мати.

— У него другие огонь и земля, — Алтан ответил фанатику, опасливо косясь на меня. Я облегчённо выдохнул. Если их выводы строятся только на этом…

Я демонстративно приподнял бровь и скрестил руки на груди.

— Вам не приходило в голову, что у меня другой уровень взаимодействия со стихиями?

— О чём ты? — Борис фонтанировал любопытством и предвкушал получение новых знаний.

— Как огонь может быть другим? Суть его не измена. Разница лишь в восприятии, — я повёл рукой, обводя сидевших за столом магов.

— И как же так получилось, что твоё восприятие отличается, — усмехнулся Владмир. Я мысленно хмыкнул, намекает, что я из другого мира. Остальные тоже смотрели скептически.

— Я провёл десять лет в изоляции в больном теле, прежде чем познакомиться с Огнём во время инициации, — я ни капли не соврал. — Вы же с рождения ощущали в себе огромную силу. Она слепит глаза.

Я позволил себе насмешливую улыбку. Собеседники внимательно слушали, даже Клим.

— По другому и быть не могло, когда кажется, что всё возможно, стоит только захотеть. А что было у меня? — я выдержал паузу, чтобы они успели задуматься. — Я лежал в немощном теле, практически отрезанный от стихии, и всё, что мне оставалось — наблюдать и думать.

По лицам пробежала волна сомнения, но быстро пропала.

— Когда я ощутил Огонь, я искренне благодарил его и уважал, — в подтверждение моих слов я призвал внешний Огонь, и он игриво окутал мою руку.

— Это просто элементаль, — разоблачающе констатировал Владмир.

Борис попытался дотронуться до Огня. Тот переметнулся к нему на руку, и стекольщик замер от восхищения. Мой огонь не навредил ему, потому что Борис не только попал под волну очищения, но я лично лечил его. Я скрыл улыбку. Это будет сюрпризом для не попавших под волну магов.

— Неет, — прошептал он. — Он больше, чем элементаль. Это воплощение стихии, — его глаза зажглись фанатичным блеском.

— Элементаль и есть воплощение стихии, — снисходительно пояснил Владмир.

Лежалый протянул руку к Огню и тот переметнулся к нему. Глава с восхищением посмотрел на меня, я досадливо поморщился. Этого не переубедить. Он попробовал погладить Огонь, тот фыркнул искрами и Лежалый весело расхохотался.

Алтан дотронулся до стихии и часть её перетекла к нему на руку. Другая осталась с Лежалым.

— Я чувствую, что это твой огонь, а не какой-то там элементаль, — Алтан обвиняюще ткнул в меня горящим пальцем. Вот совсем не показатель, я хмыкнул.

Варна потянулась к огню и болезненно вскрикнула. На руке обозначился ожог. Она с обидой посмотрела на меня. Дура подумала, что я специально поджарил её. Она гордо встала и ушла. Владмир проводил её разочарованным взглядом.

Игнат руки не тянул. Он видел зловещую светящуюся башню и стаю волков, отдающую дать щенками. Охотник заведомо полагал, что совать руки в огонь небезопасно.

— Я принимаю стихию такой, какая она есть, — я раскинул руки в стороны, и в меня метнулись струи огня, которые возникали прямо в воздухе. Они в всосались в меня и исчезли.

Я тяжело вздохнул. Не поняли.

— Ты анализируешь, — я постучал Борису по лбу, — раскладываешь его на составляющие, меряешь температуру, — стекольщик закивал. — А можно соединиться с ним и получить те же данные от самого огня, изнутри.

Всё равно не понятно? Борис задумчиво смотрел на мою грудь, где исчез огонь. Алтан ушёл внутрь себя, а Лежалый счастливо улыбался, глядя на меня.

— Допустим, — Владмир смотрел на меня с прищуром. — Но…

— А земля? — его перебил Борис.

Я ласково погладил столешницу рукой. Дерево притягивалось ко мне, поверхность стола волной перемещалась под ладонью и принимала прежнюю форму, когда рука проходила мимо.

— С ней всё гораздо сложнее…

— Объясни! — потребовал Борис.

Я задумался. Если они не в силах переступить через собственные предрассудки и принять первостихию Огня, то сродниться с Землёй вовсе не получится. Не возможно перепрыгнуть через ступеньку. Не в этом случае…

— Пожалуйста, — попросил Клим.

Я тяжело вздохнул и развёл руки в стороны.

— Посмотрите вокруг. Что вы видите?

Банальные ответы не посыпались. Всё-таки здесь собрались непростые маги.

— Всё вокруг изготовлено из стихии Земли, — первый попытался Борис. Я одобрительно кивнул.

— Ты хочешь сказать, что мы внутри Мати, — хмуро предположил Алтан. Я снова кивнул. — И что? Это и так известно. Нас с детства учат медитировать, соединяться с окружающим миром.

Владмир одобрительно посмотрел на Алтана и скептически на меня.

— И правда, Миха, всем известно, что Мати — живая. Мир, в которым мы живём — живой организм, — Лежалый согласился с местными магами.

Я вздохнул. Бесполезно… Они не видели мира без магии. Им не с чем сравнивать. Земля — материя, а это практически всё, что окружает нас. ВСЁ.

— Он имеет ввиду, что всё вокруг — единая материя, — неожиданно в разговор влез Игнат. И я посмотрел на него с интересом.

— Так это и так очевидно, — Владмир бросил пренебрежительный взгляд на Игната. Видимо, ему не понравилось, что внучка провела ночь с простым охотником.

Игнат упрямо помотал головой.

— Построить башню за один день возможно из единой материи. Но получить на выходе разное воплощение стихии… — охотник печально вздохнул и горестно признался: — Мы слепы.

— Он модифицировал дерево, — назидательно объяснил Владмир, — а не воссоздавал его заново.

Все посмотрели на исполинское древо.

— Я не про эту башню, — в тоне Игната почудились нотки скрытого превосходства.

— А где девочки? — вдруг спросил Борис. — Почему они не приехали с тобой.

— Я оставил их в башне, — признался я. Во время изложения истории о своих похождениях я старательно обходил тему строительства башни из лавы. Только Алтану и Гере я рассказал всю историю целиком, но и тогда особо не вдавался в особенности созданного небоскрёба.

— Какой башни? — осторожно спросил Лежалый.

— Побольше ваших, — не сдержался Игнат. — За один день появилась в степи. Светится ночью, — гордо добавил охотник, как будто сам лично поджигает её каждые вечер.

Владмир скептически прищурился. Алтан почесал подбородок, а Борис фанатично загорелся энтузиазмом.

— Когда едем? — он даже вскочил от нетерпения.

— Остынь! Он только приехал! — возмутился Лежалый.

— Езжай, — я отмахнулся от него. — Девочки тебя пустят.

— В смысле? — не понял Борис.

— Башня закрыта от посещений, — злорадно прокомментировал Игнат. — И уже обросла зловещими слухами.

Стекольщик подозрительно посмотрел на меня.

— Пожалуй, подожду. Ты же заедешь ко мне в гости?

— Я пытался, — я широко улыбнулся. — Но ты же теперь такая большая шишка, меня не пустили.

— Никуда он не поедет, — насупился Лежалый. — Только приехал домой.

Между собеседниками завязался бессмысленный спор об очерёдности посещения башен. Алтан похвастался, что у него теперь личная живая башня. Не ожидал от него…

Я встал и подошёл к парапету. Сотый этаж — это очень высоко, я усмехнулся. Пришлось пустить огонь в глаза, чтобы обострить зрение.

Цепочка магов прилично отдалилась, выравняв большой кусок земли. Недалеко от полосы обосновалась полевая кухня. Маги расселись за длинными столами и неспешно трапезничали. Совместная работа сближала.

Прокладчики речного канала выработали стратегию. Они сделали ещё один накопитель воды, и теперь перед башней было два больших пруда. Сложности возникли с ключами, бравшими начало в лесной чаще. Вокруг них уже разлилось достаточно воды, и теперь было сложно обнаружить сам ключ, бивший из-под земли. Маги пошли по простоту пути — стали огораживать и углублять лужу. К утру размякшая почва просохнет и будет удобно выравнивать ямы.

Лесные деревни строились вдоль речушек, и теперь большинство из них они оказались на островах, окруженных со всех сторон водой.

Я сконцентрировал взгляд на ближайшем поселении. Маги на плоту укрепляли русло. Они решили, что деревня на острове — это замечательное решение, и пытались закрепить сложившееся положение.

Подошёл Клим и протянул мне горячий отвар. Я поблагодарил и отхлебнул. Отлично подобраны травы, я похвалил его.

— Миха, ты не хочешь посмотреть производственные цепочки?

Мы договорились на завтра посмотреть производства, задействованные в обслуживании трактира.

Подошёл Алтан, встал рядом и облокотился на парапет. Он одобрительно хмыкнул, и я проследил за его взглядом. С ветки дерева свисали большие качели в виде ладьи. Братья раскачивались с большой амплитудой. Хтонь! И как не боятся? Высота-то приличная!

— Какие планы, малой? — Алтан постарался скрыть напряжение.

— Хочу посмотреть башню, — тихо сказал я.

— Здорово! — с другой стороны встал Лежалый. — Проведу тебе экскурсию!

— Да я говорил про медитацию, — отмахнулся я.

— Не надо? — в ужасе воскликнули оба товарища.

— Я просто посмотрю, — я опешил от такой реакции. — Не стоит вмешиваться в структуру, такого сложного сооружения.

Парни облегчённо выдохнули.

— Миха, — к нам подошёл Владмир. — К тебе нужно приставить охрану, и лучше скрытую.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Дельная мысль, — согласился Лежалый.

— Может, ты просто перестанешь болтать про Великого Сына? — враждебно высказался Алтан. Похоже, он винил главу в том, что меня украли.

— Ты считаешь, что получится скрыть появление исполина? — скептически заметил Лежалый. — Спустись и послушай, о чём говорят маги.

— Появление Великого Древа приписывают Великой Мати, — невозмутимо сообщил Владмир. Он присоединился к нам позже и успел ознакомиться с различными версиями. Тем самым она показала пример, какой хочет видеть долину.

— А какие планы на долину? — обернулся я к собеседникам.

— Построим фруктовый сад, засеем луга для однорогов, — предложил Лежалый.

— Город мастеров? — мне внезапно пришла идея о создании высокотехнологичного города, чтобы местным было к чему стремиться. — Как вам?

— Чем тебя Башня Знаний не устраивает? — обиделся Борис.

— Что такое город, Миха? — спросил подошедший Игнат.

— Поселение из камня. Высокие дома, школы, производства, библиотеки и другие общественные здания. Куча людей в одном месте, как в муравейнике.

— И чем город лучше деревни? — на этот раз любопытство проявил Клим.

— Город формирует другое мышление, друг мой, — я улыбнулся. — А вам жизненно необходимо увидеть стихии с другой стороны.

— Вам… — тихо шепнул Лежалый так, чтобы слышал его только я.

Глава 22

— Миха! Я всё придумал! — Лежалый ворвался ко мне на этаж и навис над кроватью.

Я зевнул и потянулся. В зелёной зоне послышалась суета и запахло кашей.

— Мы оставим управляющим Владмира, и я поеду с тобой, — Лежалый сиял, как огненный шар. — Он радеет душой за твою башню, как за свою собственную.

— Может потому, что он считает её своей? И так ли он не прав? — я встал и отправился в уборную.

Ещё вчера меня впечатлило, как они провели коммуникации. Я скользнул в лёгкий транс при первом посещении заветной комнаты, так… чисто из любопытства. Мою идею с накопителями воды между уровнями они реализовали весьма остроумно. Мне понравилось, как они подвели воду.

Они создали систему передвижных пробок, которые запирали участок воды в трубе и тащили его вверх. Там закрытый участок опустошался, а пробки ползли вниз за новой добычей.

Канализационный сток фильтровался и шёл на удобрения, насыщая нижний слой почвы на зелёных уровнях.

В целом система выглядела сложным переплетением труб, для которой был выделен небольшой этаж над потолком. Как они всё это спланировали? Обзавидуюсь, если всё было реализовано с первого раза. Опять же удобно что-то менять или чинить.

Пока мы с Лежалым завтракали, он полыхал идеей свалить с этой башни и перебраться в мою. Я был не против. Было комфортно плыть по течению, которое создавала его деятельная натура.

Первым делом мы направились к Климу. Производственный уровень обосновался на восьмом этаже. Низкий этаж? Значит артефактные цепочки сделали одними из первых.

Главным на этаже был Хват. Кто бы сомневался… Хват изменился. Если помолодевший десять лет назад Клим по-прежнему выглядел юным парнишкой с горящим взглядом, то Хват заматерел. Он и так был завидным белобрысым красавчиком, а возраст добавил ему харизму. Девушки и женщины провожали его томными взглядами. Он же со всеми общался ровно, галантно и почтительно. И всё так же располагающе улыбался. Страшно подумать, сколько сердец он успел разбить.

Вдвоём с Климом они провели меня по всем производственным линейкам. Что сказать? Всё гениальное просто! Они разложили создание бумажной упаковки для еды на элементарные составляющие: дерево, бумага, форма, рисунок, зачарование.

Кулинарный блок на выходе выдавал полуфабрикаты, которые консервировались и передавались в трактир или на склад. Для выпечки хлеба тесто замешивалось и отстаивалось в большом котле. Потом по конвейеру расползалось по разным формам, обрастало добавками и выпекалось. Процесс занимал время, но по словам Хвата этого объёма им хватало, а увеличить котёл вообще не проблема.

Заре не удалось ускорить рост растений, и для удовлетворения спроса они отвели под выращивание ингредиентов целый зелёный уровень. Чтобы солнце доставало до растений, в глубине здания была создана сеть кристаллов, улавливающих и передающих солнечный свет. Я решил было, что они подсвечивают помещение круглые сутки, но Зара сказала, что это жестоко по отношению к растениям. Мдааа… Хтонь…

Помнится, на Сходе Зара красовалась в сарафане правильной купольной формы, что ж… она осталась верна себе. Теперь в её наряд были вплетены живые цветы, которые поддерживались от увядания артефактами. Она постарела за десять лет, и мне захотелось наградить её за труды. Я незаметно запустил в неё волну восстановления, когда пожал руку на прощание.

При создании мясных отбивных им не удалось избавиться от ручного труда. Шкуры приходилось снимать самостоятельно, как и разделывать туши. Клим сказал, что они создали автоматическую систему. Но поскольку одинаковых туш не бывает, приходилось подгонять параметры под каждого зверя. Та же проблема и с нарезкой мяса. Артефакты могут разделывать тушу на части, но качество при этом страдает. Вот и получилось, либо резать вручную, либо перенастраивать каждый раз артефакт. Проще было нанять мясников и кожевников, тем более работать в башне охотников было много.

Я поинтересовался, чем занимается Велгор. Оказалось, что он перебрался к Борису и заведует исследовательским блоком. Глыба тоже съехал и обосновался в горах у Истры. Деревня в пещерах — самое то для скалолаза.

Народ в башне и сегодня отсутствовал, маги благоустраивали долину. Владмир загорелся идеей создания города и уже сформировал рабочую группу. Я видел сверху, как он увлечённо жестикулировал руками. Кстати, к исполину гиганту уже не ломились толпы зевак. Алтан вернулся к Гере и детям и установил защиту против особо любопытных магов.

Каменный небоскрёб в исполнении Лежалого и Владмира производил неизгладимое впечатление. Это был прорыв. Идея постоялого двора переродилась в нечто большее. Люди приезжали, чтобы совершать торговые сделки, обмениваться опытом и просто жить в центре событий. Известные маги приезжали на время и оставались навсегда.

Башня превратилась в культурный и деловой центр мира. Достойная реализация и отличный толчок к развитию. Один из этажей они отдали под магические полигоны. Сначала просто для полноценной демонстрации заклинаний при заключении сделок, а потом идея переросла в зрелищные показы новинок.

Уже вечером, когда мы с Лежалым ужинали на моём этаже на открытом воздухе, к нам робко постучался Игнат.

— Владмир сказал, что тебе требуется охрана. Возьмёшь меня?

Лежалый рассмеялся, а потом видимо вспомнил, что моя сила не помешала похитителям, и оценивающе оглядел охотника с головы до ног.

— Я понимаю, что при прямом столкновении ты справишься сам. Требуется скрытое наблюдение за окружающей обстановкой, — невозмутимо продолжил охотник. — Нужно выявлять потенциальную угрозу заранее и предотвращать её.

Лежалый одобрительно покивал.

— И что? Один справишься? — задал провокационный вопрос глава.

— Нет, конечно, — Игнат и взглядом не повёл, — одного человека мало, да и перекрыть нужно несколько направлений. Я буду анализировать информацию, а добывать её станут другие.

— Кто? — Лежалый опасно прищурился. Всё же много человек посвящать в тему безопасности не лучший вариант.

— Животные, — неожиданно заявил охотник. Я понял ход его мысли. Он же видел, как я общался с медведем и молниями.

— И как ты будешь с ними общаться? Не через меня же? — я решил, что если он справится, то возьму его в телохранители. — Докажи, что ты сможешь договариваться сам, без моей помощи.

Игнат впервые проявил признаки неуверенности. Он рассеянно посмотрел на меня.

— Я не могу прийти в лес один, — признался он и понурил плечи. — Никто не выйдет ко мне и слушать меня не станет. Для них только ты авторитет, а я враг.

Понятно, какой была задумка. Мы идём в лес, и я договариваюсь. А он потом на всём готовеньком работает. Я усмехнулся.

— Я упрощу задачу. Обратись к Верну, — я показал рукой в сторону исполина. — Я заложил в дерево ловушки для животных. Проверь, может кто-то уже попался.

Игнат быстро направился к выходу. Его целеустремлённости можно только позавидовать.

— Упорный, — одобрительно покивал Лежалый.

— Странный, — выдал я. — Но мыслит нестандартно. Ты бы мне бугаёв приставил? — подколол я друга.

Глава широко улыбнулся и отпил сока.

— Миха, проведёшь мне экскурсию по живой башне?

Я задумался… В общем-то меня в башне Владмира больше ничего не держит, можно и возвращаться к девчонкам.

К исполину мы отправились утром после плотного завтрака. Клим прислал мне на дегустацию новые блюда. Он экспериментировал с овощами и сырами. Я высоко оценил его старания. Особенно мне понравились острые перчики с мясной начинкой.

Около живой башни стоял любимый дуомод Бориса. Девочки?

Когда мы подходили к входу, вышла Кора и направилась к машине, но заметив меня, развернулась к нам.

Девочки и правда приехали, правда не все. Капа в очередной раз развернул карту и обнаружил на ней значительные перемены. Самые любопытные загрузились в машину и отправились сюда.

Дара пришла в полный восторг и намерена поселиться в живой башне. Согласен, для неё самое то. Один только лавовый зелёный человечек чего стоит! Сейчас Кора отправляется в башню Бориса за вещами и отчимом. Оказывается, он увлекается селекцией.

Алла и Бала не поехали, остались в светящейся башне. Алла взяла на себя роль посредника при общении с приходящими животными. А Бала кроме резины успела изучить несколько вариантов пластика. Её не оторвать от новых материалов. Капа не отстаёт от любопытной девчонки. Вместе они уже излазили несколько этажей.

Внезапно двери распахнулись и у меня на шее повисла Лара.

— Батя, — она уткнулась в плечо и замерла от удовольствия. Я растерянно погладил её по спине. Хтонь? — Я соскучилась, — она ещё крепче сдавила меня в своих объятьях.

В дочкой на руках и хихикающим Лежалым в авангарде мы поднялись в дупло.

— Где все? — спросил Геру, потому что больше никого не было. Сама хозяйка стояла на балконе и рассматривала долину.

— Вон, смотри, — она показала на качели, где весело смеялись дети. Похоже, они сдружились.

Алтан нашёлся там же, и он получал удовольствие от детской забавы.

— Не хочешь с нами? — обратился я к Гере. — Лежалый попросил провести ему экскурсию.

— Да, конечно, только давай Дару захватим, а то она расстроится, если мы уйдём без неё, — попросила заботливая хозяйка. — Верн, передай Даре, что мы ждём её здесь.

В центральный лифт мы зашли впятером.

— Верн, давай на самый верх, и устрой там смотровую площадку, — скомандовал я.

Лара так и не слезала с рук, а Дара облизывала стенку лифта.

— Сладкий, — заявила она.

До самого верха мы не доехали. Верн нас высадил там, где качало не сильно. Он еще и перестраховался и сделал смотровую площадку в виде клетки. Чтобы уж наверняка никто не выпал.

Насладиться видами не получилось. Ветки то и дело перекрывали обзор. Мы только и смогли, что увидеть синее полотно океана где-то там внизу и белую дымку облаков сверху. Хтонь.

Рассказывать о функциональном назначении ближайших веток я поручил Верну. Здесь росли плоды, из которых делалось экспериментальное вино. Лежалый загорелся попробовать, но Верн его остудил. Оно еще не настоялось.

Мы спустились ниже и остановились у нижнего ряда ветвей. Пересели на боковой лифт и отъехали от ствола к краю. Рассмотреть прекрасный виды помешала подступающая тошнота. Теперь нас мотало вверх-вниз, а не вправо-влево. Тьма его забери!

В результате Верн устроил нам смотровую площадку на уровне чуть выше башни Владмира. Ощущения твёрдой земли под ногами не было и тут. Только Дара была в восторге от нашего приключения, все же остальные были счастливы вернуться в дупло. Хтонь.

Я лежал на полу раскинув руки и ноги в стороны. Лежалый предпочёл мягкий диван, а Лара улеглась поверх меня. Только Гера посмеивалась и перемещалась по комнате, как ни в чём не бывало. Дара же и вовсе убежала изучать дерево дальше. Как-то я представлял себе жизнь на дереве куда комфортней.

Вскоре прибежали дети. На меня сверху до кучи навалились Вала и Мара. Мне в лицо ткнулась морда плюшевого красного тигра.

— Вы что тут лежите? — усмехнулся Алтан.

— Лучше скажи, почему тебя не штормит, —вяло отмахнулся я от него.

— Если помнишь, мы жили в избушке на дереве, — охотно объяснил кузнец. Ему явно доставляли удовольствие наши мучения. — Привыкли.

Братья присели рядом.

— А вы скоро поедите назад? — спросил Мишутка.

— Да, только заедем к Борису, — я подумал, что задерживаться у Верна нет никакого желания.

— Мати, а можно мы тоже поедем к Борису? — Земеля посмотрел на Геру умоляющим взглядом. — Вместе с Михой нам покажут то, что мы никогда не увидим сами.

Я посмотрел на паренька с уважением. Алтан же забеспокоился.

— Батя, мы будем соблюдать меры безопасности, — пообещал Земеля.

Какие меры безопасности? Я поймал на себе напряжённый взгляд Алтана. Хтонь! Так братья не случайно обвязывались подушками! Батя их научил. И какие ещё он инструкции им выдал? Видишь медитирующего Миху — беги? Я заметил переглядывания между родителями.

— Миха, передай права доступа к Верну Даре, — попросил Алтан. — Мы едем с тобой.

Я включил Дару и остальных дочерей в список владельцев. Ехать к Борису решил сразу после обеда. Что-то мне здесь стало некомфортно. Мы сидели за столом, и девочки активно заказывали у Верна еду, когда появился Игнат.

Охотник был не один. Справа от него важно выхаживал чёрный кот с красным пятном на половину морды. Небольшой, он не доставал до колена, зато важности в нём было на двоих. На плече Игната сидел какой-то мелкий грызун с толстым хвостом и острыми клыками. Он был сочно-коричневого цвета. Наверное, питается древесиной, подумал я, или активно строит из неё укрытия. На запястье у охотника зашевелилась лоза. Или не лоза? Я присмотрелся и увидел красные злобные глазки. Змея? Или всё же растение?

Игнат поставил табурет и сел рядом.

— Тёмный, — представил он мне кота. Тот запрыгнул на стол и сел напротив, нагло рассматривая меня. — Отличный следопыт, практически невидим в темноте или когда он хочет, чтобы его не замечали.

Мара протянула руку, чтобы погладить кота, но замерла на полпути и отвернулась, потеряв к животному интерес.

— Нюхач, — указал Игнат на коричневого грызуна. — Старый древень. Тонко чует магические потоки, видит заклинания, обходит чужие ловушки.

Древень перебрался на стол и разлёгся, подложив под себя хвост, как подушку. Девочки не обратили на него внимания, значит умение кота растянулось на Нюхача.

— Ара, — Игнат положил руку с живой лентой на стол. — Была когда-то лесным вьюном. Но после известных событий превратилась в разумное растение. Не размножается, потому что является единственной в своём роде. Незаметна, умна и одинока.

Глядя в злые глазки этой твари, мне было её нисколько не жаль. И хорошо, что не размножается. Сколько еще таких сюрпризов осталось в лесу после моей операции по очищению долины?

— Фил, — после слов охотника показалась еще одна тварюга, до сих пор остававшаяся невидимой.

За спиной Игната сидел просто таки огромный кошак. Его голова была вровень сидящему человеку. Серый неприметный окрас подёрнулся и превратился в древесный. Абсолютная мимикрия. Тоже старожил?

— Попал под твоё воздействие, помолодел и удачно размножился, — ответил на невысказанный вопрос охотник.

— Миха, — влез в разговор Лежалый. — Я им не доверяю. Особенно вот этому, — он указал на пустое место, где только что был Фил.

За спиной главы раздалось тихое «мяу». Да он еще и с юморком.

— Что ты им пообещал? — у них явно свой интерес. Не будут они просто так работать. Да и что мешает им передумать и уйти? — И что-то я сомневаюсь, что Фил попался в ловушку Верна.

Рядом со мной прозвучало довольное мурчание, значит я прав. Собравшиеся за столом активно прислушивались к нашей беседе. Гера выложила на пол большой кусок мяса, который тут же стал уменьшаться в размерах. Чёрному налила молока, а Нюхачу выдала яблоко. После молчаливого переглядывания и перед Арой появилось блюдце. С кровью.

— Я обещал, что ты их усилишь, — признался Игнат. Рисковый парень. А если я не соглашусь? — Я подумал, что собственную охрану по-любому нужно совершенствовать, — телохранитель выдвинул отличный аргумент, и не поспоришь.

— Всё равно, — упрямо заявил Лежалый, — не верю.

— И тебя? — я прищурился. — И тебя усилить, Игнат?

— Нет! — вскинулся охотник. — Я сам!

И столько было в нём пылкости и уверенности в своей правоте, что даже надменный кот отвлёкся от молока и уважительно фыркнул.

— Я хочу понять Огонь и Землю, — Игнат решительно посмотрел на меня. — И для этого готов следовать за тобой всегда и везде!

Ещё один фанатик, я печально вздохнул.

— Я тоже хочу понять Огонь и Землю, — Лара повисла у меня на руке. — Батя, расскажи.

Да, кажется, мы еще не затрагивали эту тему. Я обвёл дочерей взглядом.

— Есть внутренний огонь, а есть внешний, — я намеревался объяснять по-простому. — Вы почему-то называете его элементалем. Но это не так. Элементаль — это существо, а внешний Огонь — это частичка мира.

Я попросил Огонь проявить себя и над моим плечом показался шар огня. Он сделал круг вокруг моей головы и приземлился на ладонь.

— Когда маг считает, что он управляет стихией огня, — я улыбнулся, — это прям-таки ну очень высокое самомнение. Как можно манипулировать миром?

Я обвёл окружающих взглядом, но никто не оценил мою шутку.

— Грубо говоря, есть два способа обращения с магией. Привычный — это обратиться к собственному источнику. Ядро впитало ману и преобразовало её в стихию огня, — я зажёг на другой руке огонёк. — Именно её маги берут для работы. Но есть и другой способ — огонь же повсюду.

Я повёл рукой, воздух на мгновение заискрил и погас. Незачем пугать девочек.

— Его тоже можно использовать, — я задумался, подбирая слова. — Это первостихия, искры созидания. Внешняя стихия — чистый Огонь, как он есть. Внутренний огонь проходит через источник мага и преобразуется под индивидуальные настройки.

Я внимательно оглядел слушателей. Фил даже выпал из невидимости, так сильно сконцентрировался на моих словах.

— Правда! — я подумал, что это хороший пример. — Она у каждого своя. Когда ты провёл стихию через ядро — это твоя правда. Но Правда не может быть чей-то. Она просто существует вне зависимости от желания окружающих и заинтересованных в ней лиц.

— Невозможно понять Правду, не пропустив её через себя, — аккуратно заметил Игнат.

— Возможно, — я удивился от такого замечания. — Посмотри на костёр, — и я сотворил по центру стола небольшой костёр. — Огонь горит. Это правда? Но когда ты говоришь об этом, то представляешь конкретный вот этот костёр, а не то, что огонь горит всегда, потому что это огонь.

Я вздохнул. Сам устал от этой зауми.

— А земля? — Лара с любопытством заглядывала в глаза.

— Точно так же есть внутренняя и внешняя, — продолжил я нехотя. — Чтобы лучше понять, представь в масштабе. Вот стол, за которым мы сидим — это твоя внутренняя переработанная источником земля. А Великая Мати — внешняя.

— Но как можно обращаться с такой большой массой? — воскликнул шокированный Игнат.

— А не надо со всей массой, — я даже опешил от такого предложения. — Чтобы накормить всё тело, ты тоже используешь маленькое отверстие, а не впитываешь мясо через кожу всей поверхностью тела.

Дети хихикнули, но взрослые остались серьёзными.

— Значит, когда я и ты обратимся к внешней Земле, — Лежалый задумчиво потыкал пальцем сначала в себя, а потом в меня, — она будет разной?

Во! Начинает понимать! Молодец!

— А почему она должна быть одинаковой во всём своём объёме? — я позволил себе мягкую усмешку. — Ты опять надеваешь на неё личное восприятие. Как если бы при общении со мной, ты не смотрел на меня, а рассматривал ноготь через увеличительное стекло, при этом считая, что это я и есть.

Слушатели дружно впали в глубокую задумчивость, и мне пришла в голову идея закрепить понимание трансом.

— Давайте вместе помедитируем? — предложил я.

Глава 23

— Да! — вскинулись дочки.

— Нееет! — в ужасе заорали мужчины.

Мы с девочками синхронно развернулись и уставились на Алтана и Лежалого. Игнат непонимающе переводил взгляд с одного на другого.

— Что такого? Это же простая медитация? — всё же спросил охотник.

И тут Алтана прорвало:

— Простая медитация?! Да он не умеет ничего делать наполовину! Если сносить, то сразу горный хребет! Опустошить котлован?! Так пусть гигантская шайба пересечёт половину долины! Дождик?! Зачем мелочиться?! Потоп на неделю! А древо? Сразу разумный исполин до неба, — пыл кузнеца погас, и он в отчаянии махнул рукой.

Я молча встал и вышел. Уже на улице заметил, что не один. Рядом вальяжно выхаживал кот и похоже отводил от нас взгляд, потому что никто меня не замечал. «Спасибо», — я мысленно поблагодарил Тёмного.

Я отошёл от дороги и сел на траву. Ничего не хотелось. Позади меня обнаружился мягкий тёплый бок — Фил. Я облокотился на него, как на спинку мягкого кресла. Урчание успокаивало и вводило в поверхностный транс.

Из каменной башни вышла Варна в окружении десятка разодетых женщин. Я слегка приблизил картинку и улучшил слух.

— Почему одним всё, а другим ничего?

— Гадина эта Зара! Всегда её недолюбливала.

Чем это им любительница вплетать живые цветы в платья не угодила? Я прислушался.

— Не волнуйтесь, дамы, — Варна слегка повысила голос, — мы всё исправим. Миха пошёл к исполину, идёмте.

И эта неприглядная толпа чем-то возмущенных и злых на меня баб направилась к Верну. Я резко вскочил, пора убираться отсюда. Но как? У меня нет транспорта. Я огляделся по сторонам.

Мне в бок ткнулся Фил и отправил образ. Я благодарно забрался на него и попросил доставить до башни Бориса. Тёмный угнездился передо мной.

Скорость кошака впечатляла. Он прыгал на огромные расстояния и мягко приземлялся на лапы. Я пустил внутрь него огонь, чтобы рассмотреть произошедшие со зверем изменения. У него было три магических ядра! Я не поверил глазам. Еще могу понять, что у него отдельные ядра для огня и земли, но откуда третье?! Оно оказалось нейтральным и отвечало за мимикрию.

Интересно получается, безстихийная магия. Что-то новенькое… А я так могу? Хотя о чём я? Силовые жгуты я вытягиваю из нейтральной маны. Целое ядро под одно качество — мимикрию, я мысленно поцокал языком. Сложный процесс… И вряд ли оно сформировалось за один год. Десять лет произошло после очищения долины, хтонь… вполне достаточно при таком высоком манофоне…

Мы прибыли к башне Бориса через полчаса, не больше, и Фил не устал. Я подошёл к девушке за стойкой и попросил проводить меня к Борису. Девушка окинула меня вежливым взглядом и отшила, привычно всучив несколько бланков для заполнения. Не впечатлили её мои мягкие свободные штаны и рубаха. Кот обтёрся об ногу, привлекая внимание, а когда я посмотрел на него, двинулся к служебной двери.

Мы поднимались вверх этаж за этажом. Не торопясь, рассматривали всё вокруг. Первые десять этажей были сплошные рабочие кабинеты, где маги обсасывали различные заклинания. Интересным решением были небольшие изолированные комнаты для магических испытаний.

Чем выше поднимались, тем более продвинутые исследовательские группы встречались. В центре одного из этажей висел огромный кристалл, а рядом с ним плетения. Маги пытались создать вычислительную машину, чтобы она обрабатывала числа и данные. Масштаб задачи вызывал уважение. Руководил процессом Велгор. Он почти не изменился: молодой, элегантный и деятельный.

Вскоре нашёлся и Клёпа, такой же щуплый, как и был. Он вытянулся, но остался таким же странным. Магические очки на лбу, жилетка с кармашками, пояс с различными инструментами и блокнот. Под его управлением было несколько этажей. Кроме дуомодов и рельсовых машин они работали над изменением материалов. Правда с их подходом пахать им еще и пахать. Они пытались повторить пластик, который видели на моём дуомоде, но за основу они брали камень, песок и дерево. Подсказать или нет? Пожалуй, не стоит… Вдруг, во время своих изысканий они родят нечто принципиально новое.

Где-то на половине башни мы натолкнулись на столовую — в животе заурчало. Пригляделся, кормили не за деньги. Я было расстроился, но Тёмный притащил откуда-то карточку одного из работников.

Я взял коту молока, но для себя подобрать ничего по вкусу не смог. На выбор предоставлялось три неизменных варианта обеда. Подходишь и берёшь комплект на подносе, где всё разложено по формочкам. Только по напиткам наблюдался широкий выбор. Ан нет. Одни стимуляторы. Для бодрости, для работы мозга… Хтонь! Захотелось выйти на воздух и проветрить голову. Но никаких балконов в башне не было.

Я выбрал наобум обед под номером два. Под крышкой обнаружились: скромный салат из вялых овощей; сухая каша с жестким куском мяса и квадратный кусок чёрствого хлеба. Похоже от изготовления до потребления проходит много времени. Иначе почему обед завалялся? Не потому же, что они плохо зачаровывают посуду? В банке знаний? Я даже не доел. Может тут еще одна трапезная для ведущих мастеров?

Во время еды прислушивался к разговорам и понял, что на высоких этажах находится самый настоящий склад заклинаний. Мы с котом пристроились в хвост группе теоретиков, которые возвращались наверх.

Весь этаж был заполнен подвешенными в несколько уровней заклинаниями. Как они в них ориентируются? Аааа, увидел! Пол и потолок разлинованы и подписаны. Теоретики занимались вычленением общих частей плетений, группировали их по виду, типу. Понятно зачем им понадобился вычислительный модуль. Хорошее дело затеяли, молодцы.

С трудом, но мы с котом нашли кабинет Бориса. Он оказался не наверху, а по центру башни. Наверное, чтобы далеко не ходить по разным отделам. В целом народу на него работало много, и все вовлечены в процесс. Фанатики.

Я увидел, как в кабинет к Борису заходит знакомая женщина и скользнул следом. Решил сделать сюрприз. Потом вспомнил, кто это. Марина. Одна из пяти женщин, с которыми я провёл время, и единственная, которая не родила. Посижу на диванчике в углу, подожду, пока она уйдёт.

— Борис, — женщина села за стол, — только что приехала Варна. Миха пропал!

Борис вскочил на ноги.

— Что? Опять?

— Да подожди ты, — Марина перехватила мужчину и успокаивающе придержала за плечо. — Она сказала, что он собирался к нам. Значит где-то в пути. Может идёт пешком. Вроде как Алтан и Лежалый его чем-то там обидели. Это наш шанс!

Борис обнял Марину. О, как! Он подложил под меня свою женщину? Может она не случайно не родила, а избавилась от ребёнка? Борис вернулся к столу, сел и набулькал себе чего-то крепкого.

— Что же делать? — рассеянно забормотал Борис. — Чем его завлечь? Вон Владмир начал город строить, но Миха к нему не полез. И башня у него своя есть где-то на востоке.

Хозяин растерянно посмотрел на Марину.

— У него никого нет! — коварно воскликнула женщина. — Давай подберём ему девушку?

— А ты знаешь его вкусы? — с надеждой в голосе спросил Борис.

— Ну ему же нравилась Варна, — оптимистично заявила сваха.

Меня аж передёрнуло.

— Не знаю, не знаю, — Борис откинулся на спинку кресла и развернулся к окну, — он мог поманить любую, но обходил всех стороной.

— Может он по мальчикам? — на полном серьёзе спросила идиотка. — Вон он как на Лежалого залип.

Меня снова передёрнуло. Бабы с курьими мозгами! Тьма их забери! Кот положил лапу мне на колено, а потом забрался и лег. Отлегло.

— Давай устроим праздник! — Марина выплеснула на хозяина новую идею. — Типа случайно так совпало. Соберём работников башни в неформальной обстановке. Разные испытания для девушек. Конкурс красоты, ума и прочее. Он сможет выбрать или умную или красивую. Мы даже не станем девочкам рассказывать, кто он. Чтобы они западали не на известную личность, а на него лично.

Марина подошла к нему сзади и обняла за шею.

— Дорогой, всё обязательно получится. Он к тебе всегда хорошо относился. Другого выхода на Великую Мати у нас нет. Сын он или нет, не важно. Он с ней связывался, и она ему помогала не раз. Мы не можем упустить такую возможность.

Борис кивал и поглаживал Марину по руке. Вот значит как… Я им нужен, чтобы выйти на Великую Мати. Чтобы что? Да ничего хорошего не будет! Меня еще и использовать хотят. Я встал, взял Тёмного на руки и подошёл к двери. Осталось только свалить незамеченным.

— Где мы его поселим? — обеспокоенно спросил хозяин башни. — У нас нет свободных комнат.

— Отдадим свою! — категорично заявила сваха. — Пойду распоряжусь, чтобы всё подготовили и достойно его встретили.

Марина вышла из кабинета, я шмыгнул следом.

Мдааа… Как всё печально. Кот тихонько заурчал, и я погладил его за ухом. Шагнул на подъёмник вместе с Мариной. Она поехала на самый верх. Вниз мы доехали практически со всеми остановками. Люди то входили, то выходили. Куда-то спешили или опаздывали. Какой-то тут агрессивный темп жизни. Непривычно.

Как же я хочу домой… К мати. Взгляд упал на рельсовую дорогу. В нужную мне сторону загружались торговцы. Фургоны сильно напоминали сцепки, только колёса отличались, да и тенты были дополнительно укреплены, чтобы не срывал встречный ветер. Я аккуратно забрался в последнюю телегу. Она была завалена книгами. Лежать было неудобно и я сел поближе к краю, чтобы смотреть наружу. Взгляд упал на ближайшую красную обложку с чёрными буквами. «Как доставить друг другу удовольствие». Хтонь. По соседству лежала похожая: «Подбор самца по параметрам для получения оптимального потомства». Открыв в первом попавшемся месте, я убедился, что речь идёт о людях, а не магических тварях. И кто всё это покупает?

Наконец, мы тронулись и деревья замелькали с бешеной скоростью. В соседнем фургоне сидели торговцы и неспешно вели беседу. Из разговоров я понял, что мы едем на Сход Лесной.

— Бурый, а ты веришь, что Великий Сын вернулся? — вдруг один из пассажиров сменил тему на более интересную.

— Да, я тоже слышал от парней, — подхватил юношеский звонкий голосок. — И шестёрку видели! Правда они были не в оранжевых платьях и всего четверо. Но главное, что они говорили про батю, что едут к нему.

— Пожалуй и вернулся, — заскрипел старческий голос, принадлежавший возможно Бурому. — Кто ещё мог так изуродовать долину, если не он.

Меня обуяла злость, и в бедро вцепились когти. Я машинально погладил кота и успокоился. Хтонь с ними.

— Дерево красивое, — возразил юноша. — Только сила Великой Мати способна создать такое за одну ночь.

— Испокон веков мы жили от Схода к Сходу. В гармонии с Мати, в мире и достатке, — ностальгировал Бурый. — А как он пришёл, от него одно зло и разрушения.

— Какое зло? — это был девичий голос. — Появились башни, дуомоды, рельсовая дорога, наземные стоянки. Лучше же стало. Какое зло, батя? О чём ты?

Старик пробурчал что-то невнятное.

— Да ты просто завидуешь, что кто-то омолодился, а не ты, — насмешливо высказался первый путник. Бурчание усилилось, похоже собеседник угадал.

— В сердцах поселилась зависть, — выдал Бурый. Я аж офигел от такого выпада. Я виноват, что кто-то чему-то завидует? — Раньше такого не было, — добавил старый хрыч.

— И горы были молодые, — откровенно издевался первый.

— Они хотя бы были, эти горы, — буркнул старик. — Но кто-то решил, что они лишние.

Вот даже не смешно. И сколько таких, как он? Я вдруг успокоился. Потому что понял, что он сам и завидует молодости, инициативности, силе… без разницы чему.

Я несколько часов слушал идиотские обвинения в свой адрес и невнятный бред. Когда мы прибыли, я выскочил, не дожидаясь полной остановки. Сцепка снялась с рельс, металлические колёса охватило пламя и фургоны покатили в центр Схода, обустраиваться. Отличная трансформация!

Было намерение походить по Сходу, но после того, как я наслушался нелицеприятных разговоров, желание отпало. Да и на что смотреть? Домой хочу. К мати.

Отсюда до башни еще ехать пару дней. Только как добраться? Начался Сход, и все едут в одном направлении. Попутку в другую сторону сложно найти.

Однако, я ошибся. Телеги покидали Сход и ехали посмотреть на светящуюся башню. Я легально пристал к группе охотников.

Родом они были из деревни Родник, которая располагалась у подножья южных гор. Охотники приехали на Сход, чтобы узнать последние новости про странное поведение животных. Уже здесь наслушались рассказов, что звери выходят к башне и общаются с её жителями. Да и саму башню посмотреть хотелось. Как это? Светится?

Ко мне прибился молодой парнишка, Клиф, ученик охотника. Он подкармливал кота мясом, а со мной поделился лепёшкой. У меня при себе ничего не было. Психанул, даже вещи не забрал.

Парень рассуждал здраво. Мол звери всегда мутировали и изменялись. Именно поэтому охотники так ценятся. Им приходится выдерживать противостояние — кто кого. То ли ты зверя, то ли он тебя. Каждый раз заходя в лес, будь готов к новым сюрпризам. И то, что поведение зверей опять поменялось вообще никак не связано с башнями и всем, что выдумывают старики.

Фил прислал картинку, как Игнат выехал на телеге, с ним едут Алтан и Гера с детьми. В следующем послании на моём дуомоде мчался Лежалый. И последними в погоню отправились дочки на машине Бориса. Я отправил мати посыл, что со мной всё хорошо, обнял её мысленно и закрылся от слежки. Теперь меня не смогут почуять.

В сумерках мы въехали на постоялый двор «Кузькина мати». Рядом располагалась открытая стоянка для сцепок, но у мужиков была всего одна телега, и они хотели переночевать в избе.

За стойкой стояла скрюченная бабулька с выдающимся носом и ворчливым нравом. За постой на одну ночь она брала золотой. Огромная сумма в сравнении с остальными трактирами. Денег у меня не было, но была магия. Я раскрыл ладонь, на которой лежала золотая монета.

— Жрать што будешь? — бабка облизывала монету взглядом.

— Мясо, овощи, кислый компот, — высказал я свои предпочтения.

— Добре, — старуха схватила золотой. — Кузька! Мать твою!

Из хозяйской части показалась туша Кузьки. Понятно, почему на постоялом дворе такие большие двери. В другие он не пролазит.

— Да, мати, — здоровяк в белом фартуке посмотрел на бабку любящим взглядом.

— Зажарь добру молодцу тощего кроля с овощами, и пусть Марфа приготовит компот покислее, шоб ему скулы до утра свело, — старуха перевела взгляд мне за спину. — Ты, штоль, Дед?

Я отошёл к дальнему углу и уселся за стол. Почти сразу рядом плюхнулся Клиф. Я продолжал наблюдать, как бабка пинает старого охотника словами. Однако, сел он к нам довольным. Двое других попутчиков зашли со двора. Распрягались и кормили лошадку.

— Хороша, змеюка, эх хороша! — Дед бросил в сторону бабки одобрительный взгляд.

— Ты старейшина! Негоже позволять бабе с собой так обращаться, — буркнул коренастый мужик, спец по ловушкам, насколько я понял за день нашего совместного путешествия.

— Кхех, а ты пойди и сам ей это скажи, — посоветовал Дед, широко улыбаясь.

Мужика передёрнуло, и он повернулся ко мне.

— Что с ней не так? — я воспользовался ситуацией и задал ему интересующий меня вопрос.

— Добрая она, — ответил Дед. Я с сомнением посмотрел на бабку, которая охаживала добрым словом очередного постояльца вдоль и поперёк.

Кузька выставил перед нами огромный поднос, доверху заставленный блюдами. Ко мне пододвинул стеклянный кувшин. Я отхлебнул, скулы свело от кислятины, а из глаз брызнули слёзы. Я показал большой палец, слова застряли в горле. Повар растянулся в довольной улыбке и хлопнул меня по спине. Меня чуть не приложило лицом об стол, в последний момент я направил магию земли в мышцы.

Мясо было вне всяких похвал. Охотники ели и нахваливали. Овощи на гриле отлично подходили по вкусу. Тарелки быстро опустели.

Внезапно ко мне на колени запрыгнул кот. Дверь в трапезную тотчас отворилась, зашёл Лежалый и быстро метнулся к стойке.

— Привет, Старая.

Бабка посверлила его недобрым взглядом.

— И тебе не хворать, лысый, — она выразительно посмотрела на его гриву волос. — Решил подмять под себя еще один Сход? Мы, охотники, народ независимый, не нужен нам глава. Прочь иди.

Она отвернулась и загремела посудой. Лежалый не двинулся с места.

— Чё? — метнула в него кинжальный взгляд Старая.

— Человека ищу, — глава с надеждой посмотрел на бабку. — У тебя глаз меткий, скажи, коль видела молодого мужчину в бежевой холщовой рубахе и штанах. Чуть выше меня, темные глаза, волосы взлохмаченные до плеч, налегке. Не красавчик, обычная неприметная внешность. Неместный. Прибился к кому-нибудь из охотников. Был у тебя такой?

— У меня много кто был, — двусмысленно съязвила бабка. Потом бросила на Лежалого снисходительный взгляд. — Тут все такие, в свободных одеждах. Особые приметы есть?

— Взгляд у него непростой, — чуть подумав, сообщил глава. — Когда смотрит на тебя… кажется, что ты глядишь в глаза самой вечности, — еле слышно добавил Лежалый. Чтобы услышать его, пришлось усилить слух.

— Такого я б запомнила, милок, — бабка усмехнулась. И ведь не соврала. Ну запомнила она меня, что дальше?

Глава Схода Горный вздохнул и развернулся к выходу.

— Эй, Лежалый, — вдруг крикнул сидящий рядом со мной Дед. Вот ведь сучок оттопыренный!

Глава неохотно подошёл к нашему столу и скользнул по сидящим взглядом. Меня он как-будто не видел вовсе. Я погладил кота.

— Потерял кого? — добродушно спросил старый охотник.

— Потерял, эх, потерял, — плечи Лежалого понурились. — Парень молодой, странноватый, цепляющий. Обычная внешность, одежда. Выделяет его то, что ходит он сам по себе, как кот. Ты бы его приметил. Видели?

Он снова обвёл всех взглядом. Охотники подумали, что речь не обо мне, раз Лежалый меня не признал.

— Увы, Лежалый, — усмехнулся дед. — Мимо меня такой не проходил.

Как ловко вывернул фразу. И не соврал ведь… мимо я не прошёл, рядом сижу.

Когда дверь за главой закрылась, старых охотник перевёл на меня тяжёлый взгляд.

— Ну и откуда у тебя одноглазый кот? — требовательно спросил Дед.

Глава 24

— Сам пришёл, — честно ответил я, поглаживая кота. Вот ведь, одноглазый значит. Похоже, из-за красного пятна на правом глазу.

Дед смотрел на меня с прищуром. Потом резко встал.

— Пошли, мужики, нечего нам тут делать с этим… — он пошамкал губами, — мутным типом.

Они дружно встали и отправились наверх, Клиф бросил напоследок сочувствующий взгляд. Подошла бабка и уставилась на меня. Я вздохнул и раскрыл ладонь. На нём лежал ещё один золотой. Старуха довольно ощерилась, выхватила монету и заковыляла назад.

Почему она меня не сдала?

Я подхватил кувшин и поднялся в свою комнату. За окном окончательно стемнело. Створки были распахнуты, со двора доносился тихий плач.

Я выглянул наружу. Под деревом сидела девушка и беззвучно плакала. Я спрыгнул вниз и подошёл к незнакомке.

— Что случилось, красавица? — я присел рядом.

Девушка подняла голову, и я обомлел. Как она похожа на Текуру! Карие глаза, темные волосы, прямой нос и пухлые губки. Сама высокая и худая, но при этом увесистая грудь. И волосы собраны так же в тяжёлый пучок. Магиня земли.

— Вырвиглаз опять не прижился, — девушка всхлипнула. — Уже пятый раз сажаю.

Она еще и травница! Из глаз красавицы лились горькие слёзы. Я зажёг маленький огонёк и огляделся. Рядом был разбит аптекарский огород. Быстрый взгляд выявил проблему.

— Так ты что? Сажала его рядом с дербенём? — я перевёл взгляд на девушку. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами.

Я аккуратно извлёк вырвиглаз из земли, сходил к колодцу и промыл водой. Пока побеги плавали в ведре, я присматривал новое место для посадки. Из-под стены избы выбивались сорняки. Я выдрал их, углубил ямки и посадил туда измученный вырвиглаз. Создал маленькие костылики, чтобы поддержать побеги. Ну и не забыл всё это полить напоследок.

— Не трогай их несколько дней. Они оклемаются сами. Половина точно выживет, — заверил я девушку. И вернулся к огороду. — Вот смотри, — я подозвал её рукой. — Дербень нельзя сажать вместе с сезонными растениями. Он накапливает силы для спячки за счет соседей. С этой стороны ему даёт отпор жимень, а здесь огнёвка, тоже сильная тварюга. И тут ты подселяешь беззащитный вырвиглаз. Конечно ему досталось!

Девушка подошла, обняла меня крепко со спины.

— Спасибо-спасибо! Ты не представляешь, как помог! — она разжала руки, и я смог к ней развернуться. Какая же она восхитительная, такая искренняя и непосредственная.

Мы сели на землю и проговорили еще добрый час о растениях, звездах, Сходе Лесной и разных мелочах. Рядом разлёгся кот, и никто нам не мешал. Девушку звали Марфой, она оказалась дочкой повара, которая приготовила тот самый кислющий напиток

Я нехотя попрощался с девушкой и запрыгнул обратно в окно. Кот проделал тот же трюк — не ожидал от него такой прыткости. Да и реакция охотников на него примечательна. Видимо очень редкий зверь. Я погладил спасителя по спине. Тёмный довольно заурчал.

Проспал до обеда. Замечательно выспался и отдохнул. Спустился в трапезную голодный, но довольный. Кот уже сидел на барной стойке и ел сметану. Бабка привычно что-то ворчала.

— Шо? Долго спишь, — едко заметила она. — Теперь за полдня не успеешь доехать до следующей деревни. Твои-то попутчики уехали ещё рано утром. Ищи новых теперича.

Я разжал ладонь и показал новенький золотой. Бабка заграбастала его и махнула рукой в сторону дальнего столика. Я разместился у окна и стал наблюдал за проезжим трактом. Сцепки тянулись в обе стороны. И на Сход, и к башне. За десять лет фургоны претерпели значительные изменения. Попадались телеги и вовсе без тягловых животных. Массивные дуомоды с удобными сиденьями тянули за собой три-четыре привычных фургона.

От созерцания меня отвлёк аромат каши с мясом. Любимый вкус. Вчерашняя знакомая выставила на стол горшочек и прозрачный чайник. Я схватил девушку за руку, когда она собралась уйти.

— Не составишь мне компанию? — попросил я. — За завтраком?

— Обед уже, — рассмеялась Марфа и потупилась. — Кашу я сама готовила специально для тебя. И взвар с травками попробуй! Новый сбор… Я семицвет добавила для настроения. Она села рядом и намагичила себе тарелку, ложку и дополнительную чашку. Мы поделили еду поровну.

Вдруг от стойки метнулась чёрная тень. Кот уселся на подоконник перед нашим столом и повернул ухо на улицу. Послышался нарастающий звук мотора.

Перед постоялым двором остановились с десяток навороченных машин. Огненные диски с окрашенными в фиолетовый цвет языками пламени. Некоторые с открытыми тентами. Одна машина совсем маленькая, на два сиденья. Другая наоборот слегка удлинённая. Машины остановились как попало, из них посыпались разодетые немолодые, но ухоженные бабы.

Большинство красовалось в обтягивающих дорожных костюмах, но попадались и в платьях. В неуместно коротких. Дабы подчеркнуть стройность ног и недоступность их обладательниц, наверное. Не подозревал, что существуют такие особы. А тут их сразу… тридцать? Сорок? Хозяйки жизни, привыкшие удовлетворять все свои хотелки.

И кто бы сомневался? Возглавляла сборище Варна. У меня задёргался правый глаз.

— Что с тобой? — забеспокоилась Марфа. Она положила руку поверх моей и нежно погладила.

Товарки ввалились в харчевню и расселись по столам.

— Бабка! Неси всё самое лучшее! — крикнула особа в красном коротком плаще и красных высоких сапогах. — Да поживей!

— Бабки вперёд, — заявила Старая и не сдвинулась с места.

Красным сапожкам пришлось подняться и бросить старухе мешочек с золотом. Тут же из кухни выбежали мальчишки, расставили по столам напитки, лоханки с хлебом и блюда с закусками. Ещё минут через пять и появились первые угощения. Салаты на любой вкус. Парнишки выставляли на каждый стол всего с избытком, а бабы выбирали по вкусу.

В качестве горячего пошли дорого выглядящие блюда. Мне кажется, что суть была не во вкусе, а во внешнем виде. Нечто в панировке напоминало живого кролика, жующего травку. Ну, Кузька! Ну, кудесник!

— Да, батя, он такой, — с нотками гордости заявила девушка, заметив мой пристальный взгляд.

Бабки ели медленно, картинно, как будто делали одолжение сразу всем. Одинокие посетители быстро завершали трапезы и предпочитали скрыться. Вскоре кроме нас и странной толпы тёток не осталось никого.

— Варна, деточка, — повернулась красная к дуре, — а ты уверена, что он ещё не проезжал?

— Как бы он успел? — залебезила тварюга. — У нас самые быстрые дуомоды.

— И то правда, — закивала красная. — Ну что, Кармель, какой план?

Её соседка в бежевом платье, не скрывающим ничего ни снизу, ни сверху, фыркнула.

— Ему будет за счастье оказать нам такую услугу!

Варна кашлянула, привлекая внимание.

— Не стоит идти с ним на конфликт, — предупредила она.

— Милочка, — встряла в разговор обтянутая в белую кожу моложавая старуха, — да что он с нами сделает? Убьёт, что ли?

Бабёнки жеманно засмеялись, мне даже захотелось на время лишить себя слуха и зрения. Варна промолчала, понимала сука, что убью.

— Не пойдёт он на обострения с нашими мужчинами, — отмахнулась красная.

А что у них за мужчины? Почему я не знаю таких влиятельных мастеров? Неужели из гильдии кузнецов?!

— Кстати, — вскинулась баба в оранжевой куртке с огненными паклями, — может заедем к нашим? Что-то давно от них ничего не слышно.

Точно, с полуострова Вулкан. Я злорадно усмехнулся. Ещё бы что-то было слышно от мертвецов. Но не все же они оттуда?

— Вот, как омолодимся и заедем, — предложила еще одна тварь в зелёном платье с обнажённой спиной. — Девочки, а как вы смотрите на заселение в исполина? Я слышала, что внутри дерева жилая башня.

— Легко! — согласилась красная. — Тут ещё говорят, светящаяся башня есть.

Я заскрипел зубами от злости. Убить всех! Кот перепрыгнул на стол, сел напротив и уставился мне в глаза. Хорошо. Потом убью, согласился я.

Женщины резко засобирались, побросали недоеденные сладости и вернулись к машинам. Ещё минута и двор опустел. Мальчишки шустро принялись убирать со столов.

— Нагнал жути, — забурчала бабка, подошла и выставила новый стеклянный чайник с чашками. Марфа разлила на троих. Старая села с нами.

Я отпил взвар и зажмурился. Неуловимый вкус чего-то сладкого, терпкого, с лёгкой кислинкой и морозным послевкусием. На столе лежали медовые шарики. Я забросил один в рот. Отличное сочетание!

Когда открыл глаза, впервые увидел, как ворчливая старуха улыбается.

— Живи, — приговорила она меня. — Только найди себе дело. Хоть бы и охотой промышляй. У нас вечно перебои с поставками мяса, ещё один постоянный добытчик не помешает.

А почему бы и нет? Я посмотрел вслед удаляющейся сгорбленной женщины и перевёл взгляд на смущённую Марфу. Я приоткрыл на мгновение блокировку слежения и отправил посыл Текуре — со мной всё хорошо.

С этого дня мы с Марфой не расставались, разве что на охоту я ходил один. Ну как на охоту… Я садился на полянке и медитировал, а звери сами приносили добычу. Уж не знаю, по какому принципу. Я только один раз спросил, когда мне приволокли огромную змею. Сказали, что она всех достала.

Тварюгу освежевала другая древняя тварь — Старая. Лично сняла шкуру, да так ловко, что я сразу поверил всем её охотничьим байкам.

Слухи о светящейся башне до нас доходили. Поговаривали, что вокруг неё выстроился целый городок или деревня. Верилось с трудом, а желания проверять не было. Мне было слишком хорошо с Марфой. Я был у неё первый, но неопытность с лихвой перекрывала любовь и нежность. Да и невинность — вещь проходящая, а опыт мы накапливали быстро.

Лежалый нашёл меня через месяц. Я сидел на поляне и медитировал, когда ощутил его присутствие рядом. Он пришёл пешим. Одет был в какой-то грязный балахон, в руке держал длинный посох. Общий вид старца портило молодое лицо.

— П-прост-ти, Мих-ха, — увидев меня Лежалый бухнулся на колени и закрыл лицо руками. — Я, думал, чт-то пот-терял т-тебя снова.

Он опустил руки и я увидел, как на мокрое лицо наползла счастливая улыбка.

— Как ты меня нашёл? — только и спросил я.

Я давно на него не сердился, да и вряд ли обижался. Тогда Алтан задел меня, а друг попал под горячую руку.

— Это было не сложно, — улыбался Лежалый. — Через транс я чуял след твоей магии. Да с звери ходят в одно и то же место. Странно, что это до сих пор никто не просёк.

Старая побурчала, но не стала прогонять главу. Чтобы не быть нахлебником, он обновил постоялый двор: укрепил стены, наладил коммуникации, подправил артефакты.

Лежалый пристрастился ходить на медитацию со мной. Говорил, что ощущает разумные волны, исходящие от меня. Конечно, я же расширял сознание во время транса. Мне почти удалось дотянуться до башни. Непередаваемое впечатление, когда охватываешь взором всё живое вокруг. Фил ошивался рядом. В состоянии транса ему было не скрыться. Местные твари его побаивались, он выступал посредником при моём общении с ними, избавляя меня от лишнего интереса.

Однажды я подключил Лежалого к своему трансу, как делал раньше с девчонками. После этого глава стал постоянно проситься быть его проводником. Мне не трудно.

Идиллия продлилась полгода, а потом пришлось возвращаться в башню. У мати подходил срок родов. Я хотел быть рядом, чтобы помочь, если что. Я снял блокировку с отслеживания, пусть видят, что я иду.

На прощание подошёл к Кузьке и попросил благословения. Ну и у Старой тоже. Мати Марфы умерла при родах, и воспитывали её батя и бабка.

На тракт мы вышли после обеда, старуха не удержалась и прошлась язвительными замечаниями, как же мы попрёмся пешком на ночь глядя. Я так и не признался, что светящаяся башня моя. Просто сказал, что мы идём искать счастье под солнцем Великой Мати. Для романтически настроенной Марфы этого было достаточно.

Я создал дуомод, практически такой же, как у меня был. Только у этого появилось детское кресло. Беспокойство о близких родах мати отразилось в мыслях и закончилось бессознательным воплощением такой вот заботы. За руль рванул Лежалый, который сбросил свой балахон и остался в красных шароварах и бежевой рубахе, скопированной с моей один в один. А ведь это прогресс! Наши совместные медитации сильно продвинули его в магии. Рубаха-то была из изменённых тканей. Ещё никто в мире не сумел отойти от натуральных материалов. Он — первый! Ну кроме Балы, естественно, которая научилась воспроизводить резину и еще какой-то там пластик. Молодой пытливый ум, необычная высокотехнологичная башня перед глазами. Да и дошли они до этого разными путями. Балу я натаскивал смотреть глубже в суть вещей, а перед глазами Лежалого была заветная рубаха, которую ему так хотелось заполучить — магия бессознательного.

Доехали мы за пару часов. Лежалый развил бешеную скорость. До самой башни мы домчаться не смогли, пришлось притормозить на пригорке. Бывшая степь была усыпана необычными домиками, засажена деревьями и облагорожена двухэтажными садами вперемежку с ручьями и прудами.

На возвышенности нам хорошо было видно безумную архитектуру разбросанных строений. Самым нормальным был двухэтажный деревянный дом конусной формы, острым краем балансирующий на земле. Слов не было, поэтому мы стояли и взирали молча.

Мимо прошёл какой-то скрюченный дед с довольным волком. Серый приветливо махнул хвостом.

— Эй, старик! — окликнул я местного жителя.

Он остановился, оглядел нас с ног до головы и нехотя приблизился.

— Почему тут такие странные дома? — задал я мозолящий глаза факт.

— Текура сказала, что если будет некрасиво, то Миха сожжёт всё вокруг, — объяснил ситуацию дед и удалился.

Пока я стоял и пытался собрать мысли в кучку, Лежалый ржал.

— Миха, — Марфа дёргала меня за рукав, — он что? Про тебя?

Глава заржал ещё громче и даже согнулся пополам.

— А кто такая Текура? — в голосе девушке появились нотки ревности.

— Это моя мати, — машинально ответил я.

Внезапно ко мне метнулась огненная молния, и на шее повисла Лара.

— Бати вернулся! — заорала она в ухо.

— Кто это? У тебя что? Есть дочь? Взрослая, — растерянно спросила Марфа. И еле слышно добавила: — У неё же есть мати, значит ты…

— У меня нет никого, кроме тебя, — я развернулся к девушке с висящей и орущей ноше на шее.

Марфа меня не слышала, а продолжала смотреть на белобрысую бестию. Своим неистовым восторгом она привлекла к нам всеобщее внимание. Отовсюду к нам стекался народ и раздавались шепотки.

— Миха?

— Это Миха?

— Нет, не похож, тот был страшненький.

— Рядом с ним Лежалый, значит Миха.

— Что это за драная мочалка рядом с ним?

Вперёд вышла Варна. За ней выстроился десяток знакомых женщин. А где остальные? Внезапно толпа сделала шаг назад, а у меня за спиной раздалось басовитое «мяу». Фил проявился и прикрыл мне тыл.

Варна благоразумно молчала. Да и остальные не спешили говорить. Что это они? Хотя… Они же собирались заехать в гильдию кузнецов. Там им и рассказали про лавового гиганта, который мстил за смерть Михи. Ну да, ну да, сейчас им заикаться о том, что они жёны гильдейских, которые сбросили меня в жерло вулкана, как-то не с руки. Я кивнул Лежалому на машину и тот понятливо сел за руль, рядом с водителем плюхнулась Лара. Сам же я крепко схватил Марфу за руку и потянул к башне. Тёмный выхаживал рядом, а Фил следом. На входе мигнуло окно портала и из него вывалился Жиромир в белом фартуке. Он кинулся обнимать меня.

— Ты вовремя! Началось!

Я махнул Лежалому, чтобы тот заезжал внутрь.

— Мы на 25-м, — бросил Жиромир, глядя на то, как я озираюсь по сторонам.

Мы очутились в лечебном блоке. Белоснежные стены, какие-то странные кровати с прозрачными крышками. Шкафчики с флакончиками. Паукообразные механизмы деловито ползали вокруг. На странного вида столе с раздвинутыми ногами лежала взмыленная и уставшая Текура.

— Попрошу всех подождать в комнате ожидания, — раздался металлический голос, и на одной из дверей загорелась зелёная стрелочка.

Все пошли туда, с мати остались только я и Жиромир. Он больше всех тут освоился.

— Что делать? — спросил я у него.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Сам вылезет.

Посмотрев на моё перекошенное лицо быстро добавил:

— Шучу. Тут система подсказывает.

Я облегчённо выдохнул. В подтверждение его слов раздался металлический голос.

— Регистрирую приближение схваток. Принимающий, готовьтесь поддержать ребёнка.

Текура утробно заорала переходя на ультразвук, напряглась и начала тужиться. Я быстро подскочил к мати. Прошло около минуты и роженица обмякла. Я хлопнул себя по лицу. Ну я и тугодум.

Я положил руку на живот и просветил тело огнём. Ребёнок протискивался, ввинтившись в выход червём.

— Регистрирую приближение схваток, — раздался всё тот же безучастный голос. — Готовьтесь принимать ребёнка.

Текура напряглась, и я подхватил огненными руками тело ребёнка, слегка подталкивая его к выходу. Мысленно погладил мати.

Девочка выскользнула в подставленные руки. Жиромир забрал у меня ребёнка и начал обтирать. Раздался детский крик. Я погладил мати по голове.

— Всё хорошо, родная, всё хорошо, — я пустил в неё свою магию.

Огонь восстанавливал силы, запускал регенерацию. Из Текуры вышла оболочка плода, сгустки крови, матка стала сокращаться. Уставший организм расслаблялся, убирая малейшее напряжение в органах и нервах.

Подошёл Жиромир и приложил девочку к груди. Красная дочка присосалась, но скоро просто заснула. Я просветил её огнём. Здоровый сильный ребёнок.

— Как назовёте сестрёнку?

— Переложите мать и ребёнка в зону номер два, — прозвучали новые указания и на одной из дверей загорелась зелёная стрелочка.

Я помог Текуре перейти в новую комнату. Девочку отнёс Жиромир. Белоснежная комната, широкая кровать, где хватит места для мати и дитя. Текура счастливо откинулась на подушку. Дочь положили рядом.

В комнату зашёл счастливый батя, обнял меня, потом Текуру и взял дочь на руки.

— Ждана, мы тебя долго ждали и дождались, — он поцеловал её в лоб.

Мы с Жиромиром попятились, оставляя родителей наедине.

— Как ты? — спросил я брата.

— Отлично! Голоден?

— Не отказался бы, — живот согласно заурчал.

Он отвёл меня в трапезную тут же на этаже. На антураж помещения видимо повлияла близость лекарского блока, поскольку выполнено всё было в белых тонах с красными пятнами. За одним таким ярким столом сидели все, кто был в башне. Дочки, за исключением Дары, оставшейся на дереве. Алтан и Гера с сыновьями.

— Миха, — Алтан поднялся при моём появлении, — прости, я был не прав.

Я внимательно посмотрел на него. Он не считал, что был не прав, но сожалел, что выложил всё напрямую.

— А где Капа? — обернулся я к брату.

— Миха! — в трапезную ворвался Игнат. — Там… — он махнул куда-то рукой. — Нужна твоя помощь!

Он запыхался, и ему требовалось время, чтобы отдышаться, прежде чем он смог говорить.

— Там это… Капа разлил масло… Идём, расскажу по пути.

Я поспешил за Игнатом. Он повёл меня к двери и набрал на табло номер 40. Сквозь портал мы зашли в какое-то производственное помещение или склад. На потолке за цепи были подвешены какие-то механизмы, по очертаниям напоминающие человеческие фигуры. В центре зала было что-то похожее на движущую ленту. Конвейер?

Игнат тянул меня дальше, вглубь помещения. Для чего этот цех? Ни единой идеи…

— Капа решил вскрыть одну машину, и… в общем сам смотри, — и он подвёл меня к связанному по рукам и ногам парню.

Капа был подвешен, как механизм за цепь к потолку. Он дергался, пытаясь освободится от сковывавших его металлических жгутов. Я ощущал всполохи его магии, но ничего не помогало. Рядом на стене я заметил рычаг и усмехнулся. Всё очень просто. Дёрнул за рукоять вниз, жгуты зашевелились и разжались. Капа освободился и рухнул вниз. Он быстро поднялся и отскочил в сторону к Игнату. Цепи продолжали раскручиваться и падать на пол с тяжёлым звоном. Я уже было повернулся к рычагу, чтобы вернуть его в обратное положение, когда подскользнулся и рухнул вниз.

«Хтонь!» — успела мелькнуть последняя мысль.

Эпилог

— Миха! — голос полный отчаяния и боли прорезал окружающее пространство и вывел Игната из ступора.

Они с Капой стояли и неверяще смотрели на тело великого мага. В помещение ворвались все, кто был в башне. Текура бросилась на колени, она рыдала и так сильно трясла тело сына, что его голова безвольно моталась из стороны в сторону.

— Миха, вернись! — требовала она у сына. — Ты мне нужен! Вернись! Слышишь?!

— Как это произошло? — глухо спросил Лежалый.

— Он подскользнулся на масле и неудачно упал на цепи, — проговорил Капа сквозь слёзы. — Шею сломал.

Вано взял тело сына на руки и понёс куда-то. Все потянулись следом. Через портал он вошёл в комнату Михи и положил его на кровать. Сам сел рядом.

— Я знаю, ты не простил меня, так и не простил, — слёзы лились по суровому лицу охотника, пока он держал еще тёплую руку сына.

Чёрный кот с красным пятном вокруг правого глаза требовательно мяукнул и засеменил к выходу. Никто не обратил на него внимания. Тёмный отправил картинку Игнату.

— Ээээ… — охотник попытался привлечь внимание. — Вано… Тёмный говорит, что башня вибрирует.

Маги прислушались к ощущениям. Тёмный опять мяукнул и подошёл к двери.

— Он хочет, чтобы мы вышли, — предположил Жиромир, и кот закатил глаза.

Капа набрал на двери ноль. Все кроме Текуры стали выходить наружу.

— Я сейчас, только дочь заберу, — засуетилась женщина.

Они стояли перед входом, когда башня начала мерцать. Мигнув пару раз она пропала. Лежалый увидел, как с большой высоты падают двое. Мати и дитя.

Лежалый протянул вверх руку, напрягая все возможные магические силы. Женщина и ребёнок зависли в воздухе. Глава медленно двинул рукой, плавно опуская людей вниз на землю. Только когда они были в безопасности, он позволил себе выдохнуть. Его сознание потухло. Он исчерпал себя.