Барон Оболенский 3

Глава 1

Так, логово монстров в шести километрах на юг от Дубровки, и оттуда прут твари которые рано или поздно будут здесь. Кедр, как говорят, защищает землю от порчи, но не от монстров. Если трава стала зелёной, это не значит, что мутировавшие звери не смогут напасть на деревню. Эту угрозу игнорировать нельзя.

— Идём в деревню, — скомандовал я, принимая решение. — Будем все вместе решать, что дальше делать.

Мы двинулись в Дубровку, и я краем глаза заметил, как охотник с больными рёбрами, который ещё недавно дышал через раз, теперь бодро вышагивал рядом с Лилей. Он что-то говорил ей вполголоса, размахивая руками, а девушка улыбалась. Рёбра ему Лиля залечила, вот он и благодарит. Наверное.

Странное чувство шевельнулось внутри, которое распознать я не смог или не захотел. Неприятно почему-то стало. Я отвернулся и ускорил шаг.

Андрей подошёл ко мне и пошёл в ногу, заглядывая в глаза. С другой стороны пристроился Илья, вытирая пот со лба. Он оставил на мельнице Ваню и Тараса, сам вызвался проводить нас до ворот, но теперь, судя по лицу, не собирался уходить.

— Ваше благородие, — негромко сказал мой советник, закидывая копьё с обернутой вокруг него картой на плечо. — Это так оставлять нельзя, логово монстров слишком уж близко.

— Надо всей деревней идти, — мрачно поддержал Андрея Илья, сжимая кулаки. — Выжечь это гнездо, пока оно нас не перегрызло.

— Я тоже так думаю, — ответил я, глядя на показавшиеся впереди крыши. — Только решение должно быть общим и обдуманным. Соберём всю деревню, расскажем всё как есть. Каждый должен знать, с чем мы имеем дело, а уж моя задача убедить, что логово надо сжечь. Только надо как следует подготовиться.

У ворот нас встретили женщины и староста. Вспотевший Гаврила выскочил нам навстречу первым.

— Ваше благородие! — воскликнул он, подбегая к нам с топором в руках. — Что случилось? Охотники в крови и мрачные, вы тоже все как тучи.

— Через пятнадцать минут собирай всех у колодца, — бросил я, направляясь в сторону нашей избы. — Всех, Гаврила. Есть разговор.

Староста на мгновение замер, лицо его сделалось ещё мрачнее, и он молча кивнул.

— Сделаю.

Гаврила развернулся и быстрым шагом пошёл по деревне, громогласно объявляя сбор. Люди выходили из домов, смотрели нам вслед, шептались. Слух о том, что охотники прибежали в крови и что-то случилось, расползался быстрее огня в ветренную погоду.

Вскоре у колодца собралась вся Дубровка. Народу стало заметно больше, чем в первые дни: макуринские, мальцевские, ельгинские, трое плотников из разорённой деревни, семья Андреевых из-под Томска, да ещё охотники стояли отдельной группой. Столько людей уже в столовой не соберёшь.

Баба Марфа приковыляла с узелком и клюкой, встала в первом ряду и приготовилась слушать. Я поднял руку, призывая к тишине и гул голосов сразу стих.

— Слушайте все, — начал я, обводя толпу взглядом. — Как вы видите, к нам снова пришла охотничья артель Соколова. Они сообщили, что сегодня были в лесу на юге от нас и нашли место, где ничего не растёт, деревья трухлявые, птиц нет вообще. И оттуда лезут монстры целыми группами, они еле сбежали оттуда. Один не успел. Скорее всего, логово у них там.

Толпа пришла в движение. Женщины запричитали, мужики зашумели, кто-то выкрикнул проклятие, кто-то схватился за оружие.

— Нам конец! — заголосила одна из макуринских женщин, всплеснув руками. — Помрём все, как пить дать!

— Отставить панику! — громко сказал я, поднимая руку. Причитания стихли, но не совсем. — Проблему надо решать, а не бежать, куда глаза глядят.

— Может, обойдётся? — робко спросила Настя, прижимая к себе младшую дочку. — Мы же далеко оттуда?

— Да какое там далеко, — мрачно произнёс Илья, кидая на жену быстрый взгляд. — Шесть километров по прямой на юг, Матвей так сказал.

— Шесть километров? — переспросил Савелий, ельгинский староста, выступая вперёд и опираясь на клюку. — Так это же совсем рядом с нами! Мы же оттуда и бежали, от этих тварей, они к нам и лезли всё время.

— Ваше благородие, а теперь ведь нас там нет, — дрогнувшим голосом произнесла блондинка Яна, которая угощала меня пирожками. — Может, они сюда придут теперь?

— Придут, девонька, придут! — заголосила баба Марфа, потрясая клюкой. — Обязательно придут, окаянные!

Толпа снова заволновалась, загудела, многие стали креститься. Молодец бабуля, нагнала страху. Хотя Яна права, у меня тоже мелькали такие мысли, что нас особо не атаковали до последнего времени именно потому, что другие деревни принимали основной удар, отбиваясь чем могут. А мы теперь все эти деревни, считай, мы к себе перетащили и рано или поздно монстры устремятся на нас.

Я снова поднял руку и шум стих.

— Да, угроза есть, — сказал я, чеканя каждое слово. — Логово действительно слишком близко, — я сделал паузу, обводя всех взглядом и люди замерли, глядя на меня. — Я считаю, что нужно собраться всем мужчинам Дубровки, найти это логово и уничтожить. Пока оно не уничтожило нас.

Мужчины нахмурились, а вот женщины вновь запричитали, заохали, загалдели разом.

— Ваше благородие, зачем к этим чудищам самим-то идти? — воскликнула Настя, всплеснув руками и хватаясь за мужа. — Ведь на погибель мужикам идти верную!

— Не на погибель, а наоборот, — сказал я, обводя женщин спокойным взглядом. — Нам нужно знать, что там. Вспомните мутанта-медведя, который за рекой бродил. Если бы мы тогда всем миром на него не вышли, наверняка он задрал бы кого. Здесь такая же история, и пока это логово рядом с нами, — я кивнул в сторону леса, — все в Дубровке в смертельной опасности.

Женщины притихли, осмысливая мои слова, и тут баба Марфа, стоявшая у колодца с клюкой, подняла сухой кулачок.

— Бабоньки, а чего вы испугались-то? — прошамкала она, сверкая глазами. — Всё правильно его благородие говорит. Наш барон один раз мечом махнёт, — она замахнулась клюкой, изображая меч, и так лихо, что стоявшие рядом женщины шарахнулись в стороны. — А изо рта пламя, — бабка широко открыла беззубый рот, громко выдохнула и повела головой, — ка-а-ак выпустит, так все окаянные только от страха поумирают! Раздолбать их берлогу, и дело с концом! — добавила старуха, ударяя клюкой в землю.

По толпе прокатился нервный смех. Хмыкнул и я. Вот это по-нашему! Раздолбать их берлогу и всё, делов-то на полчаса. Умеет же эта баба Марфа сначала запугать людей до чёртиков, а потом настроить на позитивный лад.

— И правда, старая, — прогудел Гаврила, выходя вперёд и поглаживая бороду. — У нас его благородие — маг всё-таки, — староста обвёл женщин взглядом и добавил, тыча пальцем в сторону северного леса. — Мы сегодня в руины ходили, его благородие пауков с дюжину пережёг, тьму каких-то кошек чёрных огнём насмерть закидал. Сами подумайте, у нас орава такая плюс охотники. Справимся с Божьей помощью!

Молодец, староста, не стал стесняться с количеством убитых монстров. Я перевёл взгляд на охотников. Те стояли молча, понурые. Гаврила их уже в помощники записал, а они-то своего слова пока не сказали, может и не захотят идти с нами. Не успел я начать выяснять этот вопрос, как тут заверещала жена нашего мельника.

— Вы как знаете, а я своего Илью не отпущу! — заявила она, хватая мужа за руку. — У нас мельница, дети, хозяйство!

— Илья нам как раз пригодится, — спокойно сказал я, с интересом глядя, как отреагирует на это Илья. — Он воин бывалый.

— Не позорь меня, женщина! — Илья побагровел и выдернул руку из пальцев жены. — Не бывать такому, чтобы я за юбкой прятаться стал! Не слушайте её, ваше благородие, я такое ни в жизнь не пропущу. А с тобой, — Илья посмотрел на жену взглядом, не предвещающим ей ничего хорошего, — мы дома поговорим.

Ну вот, инцидент перешёл из публичной плоскости в семейную, а Илья пойдёт с нами. Пора задать всем главный вопрос.

— Ну что, Дубровка? — громко спросил я, обводя взглядом присутствующих. — Идём на логово?

— Идём! — грянули мужики.

Ну-ну, сейчас поймём, кто пойдёт на самом деле, а кто не захочет. И заодно посмотрю, чего стоит мой авторитет.

— Хорошо! — я поднял руку, останавливая гул. — Кто идёт завтра со мной на логово, выходи ко мне. Кто остерегается, пусть остаётся на месте, пойму, неволить никого не стану. Без вас справимся, хоть и тяжелее будет.

Первым ко мне подошёл Андрей, за ним поглаживая бороду, выбрался Гаврила. Следом Лиля, Илья. Сергей и Игорь Ждановы тоже присоединились к нам. Игорь, проходя, наклонился ко мне и шепнул:

— Мы с вами, ваше благородие, даже не сомневайтесь.

Гаврила, встав рядом, громко пробасил:

— Как же без меня-то, ваше благородие? Кто ж мешки с добычей таскать будет? Опять всё на Андрея свалите, а он у нас человек хрупкий, ему бы пером водить, а не хитин таскать.

— Я всё слышал, — отозвался Андрей, косясь на старосту и доставая тетрадь. — Гаврила Фёдорович, я вас запишу в список злостных клеветников. Будете опровергать в письменном виде.

Аборигены Дубровки не подвели, так я и думал. А вот что остальные? Ага, макуринские подтянулись полным составом и это хорошо. Мальцевские тоже все, молодцы. А вот из ельгинских вышло только пятеро. Охотник Пахом, за ним Петька, которому Лиля ногу лечила, да ещё трое мужиков, переглянувшись, тоже присоединились к ним.

И неожиданно к нам вышла Яна. Блондинка встала рядом с Лилей, скрестила руки на груди и задрала подбородок. Вот тебе раз! Мужики зашептались, кто-то заухмылялся, кто-то покачал головой, мол, куда девке в бой? И правда куда она лезет, в самом деле? Лиля понятно, Лиля лечит, а эта-то куда? Но выгонять сейчас, при всём народе, не с руки. Потом лично поговорю.

Ельгинский староста Савелий остался стоять на месте, опираясь на клюку. За ним ещё человек десять мужчин смотрели в землю, кто-то отводил взгляд.

С одной стороны, я их понимаю. Они только что пришли в Дубровку, спасаясь от монстров, а тут барон их сам обратно на этих же монстров и ведёт. Струсили? Или на старосту ориентируются? Впрочем, какая разница.

— Уважаю, — кивнул я стоявшим за моей спиной. Повернулся снова к оставшимся ельгинским. — Ваш выбор тоже уважаю. Не каждый может сразу в огонь. Оставайтесь, помогайте по хозяйству, охраняйте деревню. Это тоже важно.

Савелий чуть заметно выдохнул и кивнул мне, в его глазах мелькнула благодарность. Что ж, и на том спасибо.

Тут откуда-то сбоку выскочили двое малолетних пареньков. Прошка и Ванька, оба чумазые, взъерошенные, с горящими глазами протолкались сквозь толпу и встали передо мной.

— Мы с вами, ваше благородие! — выпалил Ванька, вытягиваясь по стойке смирно.

— И я! — добавил Прошка, пихая товарища локтем. — Мы не боимся!

На оставшихся ельгинских мужиков жалко было смотреть, они явно предпочли бы сейчас провалиться сквозь землю.

***

Вечером, когда деревня угомонилась окончательно, Лиля предложила перед сном попить чаю. Мы уселись за стол в нашей избе, и Ира, хлопотавшая у печи, тоже присоединилась к нам.

Лиля сидела, поджав ноги на лавке, и хмурилась каким-то своим мыслям. Андрей листал страницы своей тетради что-то там выискивая, а я с удовольствием смаковал чай, пытаясь хоть немного расслабиться после трудного дня.

— Ваше благородие, — произнесла Ира, наливая себе чаю. — Мы ведь как раз на юге жили у реки. И монстры к нам с юго-запада в основном приходили, как будто у них там какие-то места сбора были. Ну или дом.

— Вот именно, — сказал я, отставляя кружку. — То ли они в одном месте рождаются, то ли появляются как-то, то ли у них там дом-база. Завтра мы это выясним.

— У меня дедушка, — продолжила Ира, вздыхая, — мог предсказывать, какой монстр придёт следующим.

Андрей поперхнулся чаем, да и я тоже опешил.

— Как это возможно? — спросил, поворачиваясь всем корпусом к Ире. — В чём секрет?

— Я не знаю, — тихо ответила она, грустно глядя как Андрей вытирает рукавом пролитый чай. — Он охотником был, много времени в лесу проводил, много чего видел. Говорил, что монстры чуют людей, что они не просто хаотично ходят по лесу, а именно охотятся на людей. Людей убивают, а обычных зверей стараются отравить.

Вот это новость! Как же много я не знаю о монстрах. Я нахмурился, чувствуя, как внутри что-то сжалось. Я-то думал, что звери просто мутируют, когда едят отравленную Хаосом еду или ещё по каким причинам. А тут получается, что кто-то или что-то отравляет зверей специально. Да и специальная охота на людей тоже оптимизма не добавляет.

Андрей закончил мероприятия по наведению чистоты на столе и уставился на Иру.

— А как они это делают вообще? — спросил он, открывая тетрадь на новой странице.

— Дедушка говорил, — ответила Ира, поднимая на меня глаза, — что есть какие-то специальные монстры, которые превращают зверей в мутантов. Это в основном те, у кого жало есть, они яд впрыскивают, но не убивают.

Я откинулся на лавке, переваривая услышанное. Если Ира права, то завтра мы можем найти не просто логово, а что-то гораздо более серьёзное.

— Ваше благородие, — подал голос Андрей, поднимая голову от тетради. — Может, амулеты наденем, которые под башней нашли? Хоть какая-то защита.

— Не стоит не пойми что таскать, — отрезал я, качая головой. — Может, у них негативный эффект.

— Можно тогда хоть я надену? — спросил Андрей, крутя амулет в руках. — Мало ли что.

— Надевай, — махнул я рукой. — Но будь осторожен, если что — сразу снимай.

***

На следующее утро я стоял на крыльце, пил холодную воду из ковша и смотрел, как над лесом пробиваются первые лучи солнца. Небо чистое, день обещает быть хорошим. Если не думать о том, куда мы идём, конечно.

Я перевёл взгляд на наш ещё более выросший Кедр и в следующий миг вздрогнул от крика Гаврилы, который по громкости, пожалуй, превосходил петушиный.

— Подъём, Дубровка! — староста заорал на всю деревню так, что закудахтали куры, разбегаясь в панике. — На логово идём!

После более раннего, чем обычно, завтрака к воротам стали стягиваться люди. Мужики поправляли доспехи, проверяли оружие, женщины выносили еду, кто-то тащил походные фляги с водой. Лиля проверяла свою сумку с травами и бинтами, рядом с ней крутилась Вера Белова, помогая укладывать мази.

Одев дома доспехи, я вышел на улицу и направился к воротам. По дороге меня перехватили четверо ельгинских мужиков из тех, что вчера остались стоять у колодца, когда все выходили вперёд. Они выглядели помятыми, не выспавшимися, и очень смущёнными.

— Ваше благородие, — начал старший из них, переминаясь с ноги на ногу и теребя шапку. — Возьмите нас с собой.

Я остановился, разглядывая их и ожидая продолжения. Никак проняла их вчерашняя сцена у колодца.

— А то вчера наш староста шепнул, — продолжил мужик, глядя в землю, — чтобы никто с вами не шёл. Сказал, что это верная смерть, и что нечего за бароном в пекло лезть. А мы всю ночь спали плохо. Стыдно, все идут, а мы как бы струсили.

Остальные трое хмуро закивали.

Вот оно что. Савелий, значит, решил своих придержать. Почему? Кто его знает, может, он о людях заботится, не хочет, чтобы ельгинские погибли в первый же день. А может, привык властвовать и решать за других, а тут правление к барону перешло. В любом случае, поступил нехорошо. Сам не хочешь идти, но других зачем продавливать? Ладно, потом с этим разберусь, сейчас не время.

— Вливайтесь в строй, — сказал я, кивая на Сергея, который стоял у столовой и наполнял колчаны стрелами. — Под его руководство. Выступаем через десять минут.

Мужики заметно расслабились, закивали и пошли к Жданову.

— Савелий, — позвал я ельгинского старосту, который тоже вышел посмотреть на сборы, — ты за старшего по деревне. Смотри за порядком. Приду — всё проверю.

Савелий медленно кивнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. Или на стыд. Не разберёшь.

Выбора у меня особо не было, всё равно в деревне оставаться надо было кому-то из мужиков. Хотелось бы проверенных людей оставить, конечно, но все наши воспримут это как личную обиду. Ладно, поди ельгинские управятся, у нас дело поважнее будет, тоже каждый человек проверенный на счету.

Я оседлал Черномора и направил жеребца к краю конюшни, где Лиле, чтобы не шла в поход пешком, подвели тягловую лошадь, самую спокойную. Девушке уже по моему указанию подобрали брючный костюм, и она забралась в седло, с явным удовольствием и некоторой опаской поглядывая на мир сверху и одновременно гладя лошадь по гриве.

А брючный костюм ей даже идёт. Плаща только не хватает, как у настоящей магички, тогда будет полный комплект. Так, надо ещё будет на заставе купить ей скаковую лошадь под её комплекцию. Доспех из хитина Андрей обещал сделать Лиле на днях, поэтому она сегодня будет только под моей защитой.

Мы вышли за ворота и двинулись сначала на восток в сторону Южного тракта. Отряд растянулся колонной, впереди шли Сергей с Игорем, за ними основные силы, замыкали охотники. Я ехал сбоку от строя, в основном в середине, откуда удобнее управлять.

Потянулся мыслью к пустельге. Птица послушно откликнулась, и перед моим внутренним взором развернулась картина: лес, дорога, зелёная зона, которая заканчивалась теперь примерно в километре от деревни. Дальше снова начиналась серая, больная земля. Пока всё тихо.

Черномор шёл ровно, пофыркивая. Я придержал лошадь и поравнялся с Матвеем, который шагал рядом со своими охотниками, внимательно поглядывая по сторонам.

— Матвей, — окликнул я его. — Слушай, а куда вы ядра сдаёте?

Охотник повернулся ко мне, и на его лице отразилось искреннее удивление.

— Как куда? Князю, — сказал он, пожимая плечами. — Все артели князю сдают. А он уже сам распределяет. За заслуги, или там за службу, или кому чего.

Хм, не знал. Надо его подробнее расспросить.

— И почём берёт?

— Крупица — два рубля, — ответил Матвей, загибая пальцы. — Зерно — червонец, горошина — тридцать, за орех — уже сотня. Сферу сам не видел, но говорят, что за неё и триста дают.

Неплохо. А мы сдавали скупщику на заставе крупицы по рублю, зёрна по пятёрке, а горошину он оценивал в пятнадцать. Получается, ровно вдвое дешевле. Вот же жук этот скупщик! А Андрей почему не сказал? Тоже не знал, что ли? Получается, что так.

— А почему князь дороже берёт? — спросил я, подключаясь к зрению Верного, который забежал очень уж далеко вперёд. — Нам на заставе цену в два раза меньшую дают.

— Так мы же от монстров княжество защищаем, — просто ответил Матвей, поглаживая шрам на щеке. — Артели ходят по всей границе, чистят лес. Князю проще и дешевле нам платить, чем самому дружину по лесам гонять.

Логично. Князь не тратит свои силы на зачистку, а платит артелям. Те рискуют жизнью, получают хорошие деньги, князю — спокойствие на границах и поток ядер, которые он перераспределяет. Система. И в эту систему у нас есть шанс удачно зайти.

— Слушай, Матвей, — сказал я, понижая голос, чтобы не слышали остальные. — А давай мы через тебя свои ядра будем продавать? Ты себе возьмёшь за услуги, а мы получим нормальную цену.

Матвей посмотрел на меня с прищуром, обдумывая предложение. Потом усмехнулся и кивнул.

— А давайте, ваше благородие. Всем выгодно будет. Только вот, — он помолчал, глядя куда-то вдаль, — наперёд вы планируете, барон. А может, поляжем сегодня все у этого чёртова логова.

— Вот если бы без вас были, — ответил я, усмехнувшись, — то я переживал бы, да. А с такими бывалыми артельщиками как вы, переживать я не вижу причин.

Матвей хмыкнул и заулыбался, похвала ему явно понравилась, достигла цели.

Шедший впереди Миша на миг остановился, а потом подбежал ко мне.

— Чую монстров, ваше благородие, — тихо сказал он, прислушиваясь к себе. — На дороге, впереди. Идут к нам. Трое.

Я прикрыл глаза, потянулся к пустельге и увидел их через зрение птицы. Три тёмные фигуры, двигавшиеся по дороге. Я приблизил картинку и у меня глаза полезли на лоб. Это что за сводный отряд?

— Дружина, стой! — скомандовал я, поднимая руку. — Выползень, огарок и трескун прямо по курсу. До целей двести метров. Все к оружию!

Андрей вздёрнул брови, посылая мне немой вопрос, на который у меня не было ответа. Откуда мне знать, почему три разных монстра теперь совместно дорогу патрулируют?

Глава 2

Дружина быстро пришла в движение, занимая позиции, а ко мне подошёл Матвей.

— Ваше благородие, — произнёс он, снимая лук из-за спины и чуть улыбаясь. — Разрешите моей артели с монстрами разобраться. Мы таких как орехи щёлкаем.

— Работайте, — коротко кивнул я и повернулся к своим. — Дружина, дай место охотникам, они сами гостей встречать хотят. Прикрываем только, без моей команды не стрелять.

Да, интересно будет посмотреть, как работают охотники, опыт перенять всегда полезно. Магии у них нет, только луки и копья. Чего они могут такого, чего не можем мы, что так смело заходят далеко в земли, поражённые Хаосом?

Мужики заозирались, недоумённо глядя на меня и Матвея, но потом сообразили, что к чему и дружно отступили назад, мне за спину. Матвей тем временем уже отдавал артели короткие команды. Главный охотник выстроил своих в шеренгу чуть впереди нашего отряда, охотники положили копья на землю рядом с собой, достали луки, а он сам занял место в центре, держа лук наготове.

Всё это было проделано быстро, без суеты. Неплохо, каждый знает свой манёвр, действуют слаженно, как единый механизм. Посмотрим вас в деле, артель Соколова.

Я снова переключился на зрение пустельги. Три тёмные фигуры двигались по старой дороге к нам навстречу. Выползень — помесь скорпиона со сколопендрой с жабьей мордой, тело с крупную собаку, два десятка ног и скорпионий хвост. Рядом ковылял огарок, чёрная бугристая жаба с красными глазами и длинными щупальцами вместо языка. А позади этой сладкой парочки двигался трескун, помесь паука и черепахи, с восемью кривыми лапами и собачьей мордой. Вот-вот минуют поворот и окажутся в зоне нашей видимости.

Но ведь обычно такие твари не ходят вместе! Выползни предпочитают одиночество, огарки сбиваются в группы по два-три, трескуны вообще редко покидают свои норы. А тут все трое идут вместе, как будто по команде. Что за чертовщина здесь творится?

— Через полминуты покажутся, — проинформировал я охотников, и Матвей вскинул брови и бросил быстрый взгляд на меня.

Наверное, снова удивляется моей способности видеть на расстоянии, им-то приходится полагаться только на свои глаза и уши. Да, похоже, многое бы он отдал, чтобы уметь так же.

Матвей отдал короткую команду, и охотники синхронно достали из колчанов по стреле и наложили их на тетиву.

Мои брови поползли вверх. На древках стрел краской были нанесены цветные метки: у семерых охотников красные, а у Матвея, который стоял в центре, синяя. Интересно, что они значат?

Тем временем из-за поворота показались монстры.

— Трескун мой, — негромко сказал Матвей, вскидывая лук и прищуривая один глаз. — Натяни! — охотник сделал короткую паузу. — Пускай!

Охотники спустили тетивы почти одновременно и две стрелы, помеченные красной краской, ушли в полёт. Я ожидал обычного свиста, но услышал низкий гул, как будто стрелы разрезали воздух с огромной силой. Так оно и было, стрелы ушли с такой скоростью, что мне показалось, что они просто исчезли. Только что были, а теперь только натянутая тетива со звоном вернулась на место. Вот это мощь! Вот это скорость!

Первая стрела вонзилась в бок выползня. И тут произошло то, чего я не ожидал увидеть. Наконечник не просто пробил панцирь, он вошёл в хитин, как раскалённый прут в масло, оплавляя края и проходя в тело монстра до самого оперения. Тварь взвизгнула, упала на землю и через пару секунд затихла.

Второй охотник выпустил стрелу в огарка, красная стрела прожгла жабье тело насквозь, и тварь тоже завалилась набок, дёргаясь в агонии.

Мои глаза расширились. Две стрелы, два сражённых монстра. Да что за стрелы у них такие?! По нашим рядам пронёсся гул, мужики зашептались.

А вот с трескуном вышло по-другому. Матвей, стоявший в центре, достал стрелу с синей меткой и натянул тетиву. Он целился чуть дольше остальных, отпустил тетиву и его стрела также почти мгновенно исчезла из вида, чтобы через мгновение вонзиться трескуну прямо в морду.

И, вместо того чтобы прожечь хитин, стрела покрыла его белым инеем, который мгновенно расползся по голове и шее монстра.

— Заморозка! — громко прошептал кто-то сзади. — У него стрелы с заморозкой!

И правда, шея и голова у монстра лишилась подвижности, а вместе с ними что-то сломалось и управлении телом твари. Трескун сделал еще пару шагов по инерции, остановился как вкопанный и, подогнув лапы, упал на брюхо, как бы защищаясь своим черепашьим панцирем.

— Всё, ваше благородие, готовы, — буднично сказал Матвей, опуская лук и оборачиваясь ко мне. — Сейчас мои ребята добьют и пойдём дальше.

Охотники уже закинули луки за плечи, подняли с земли копья и неспешно направились к монстрам. Трескун ещё слабо дёргал лапами, но было видно, что он уже не жилец. Огарок тоже пребывал далеко не в самом лучшем своём состоянии.

Наши мужики, стоявшие позади, загудели от восторга.

— Вот это да! — пробасил староста, хлопая себя по ляжкам. — Они его заморозили! Вы гляди-ка, ваше благородие, стрела-то ледяная!

— Никогда такого не видел, — поддержал Илья, у которого от удивления брови уехали на лоб. — Они даже мяукнуть не успели!

Мужики Дубровки, вдохновлённые быстрой победой, рванули с места, устремившись к монстрам.

— Ну-ка, подсобим! — заорал Илья, выхватывая топор.

— Добивай его, пока шевелится! — поддержал Гаврила, подбегая к трескуну.

— Молодцы! Вот это скорость!

— А как они стрелы-то пускают, а! Даже не целились почти!

— Чистая работа, — я подошёл ближе к Матвею, который явно наслаждался произведённым эффектом. — Магическое оружие?

Я уже совсем по-другому стал разглядывать его лук со стрелами. Лук как лук, деревянный, с виду обычный, стрелы тоже. Но сила выстрела и скорость были невероятными, да плюс огненный и ледяной эффекты.

Сергей с Игорем подошли к нам с Матвеем, и я заметил, что Ждановы смотрят на на главного охотника с плохо скрываемым интересом. Особенно Игорь, у которого глаза горели, как у мальчишки, увидевшего настоящее чудо. Впрочем, это почти так и было.

Матвей хмыкнул, убирая лук за спину. Его охотники вместе с нашими мужиками азартно добили монстров и принялись их потрошить, извлекая ядра. Андрей крутился рядом с ними, следя, чтобы наши правильно снимали хитин и отдирали панцирь.

— У нас же артель, — ответил Матвей, с хитрой улыбкой глядя на меня. — Княжеские маги усилили наши луки и стрелы магией воздуха. А наконечники тоже не простые, а с магией огня и льда.

Да-а-а, многое же я не знаю об этом мире. Почему я об этом только сейчас узнаю? Это же такие боевые перспективы открывает! Нам такое нужно. Обязательно нужно. И хорошо, что такими технологиями не обладали разбойники, напавшие на Дубровку. Исход боя мог бы быть и другим.

— Матвей, — произнёс я, кидая взор на своих лучников. — Дай нам стрелы испытать. Компенсируем тебе ядрами со следующих монстров.

Матвей посмотрел на меня, перевёл взгляд на Ждановых, потом снова посмотрел на меня и улыбнулся.

— Понимаю, сам, когда в первый раз увидел, сразу решил, что достану такие стрелы во что бы то ни стало. Три дам, у нас их не так много, — главный охотник достал из колчана три стрелы с красными метками и протянул одну мне, вторую Сергею, а третью Игорю.

Я взял стрелу и тут же почувствовал, что она как будто весит меньше, наконечник был чуть теплее, чем древко. А в остальном, ничего необычного.

Тем временем к нам прибежал Андрей и чуть не врезался в Матвея, по ходу движения косясь на Игоря, который зачем-то проверял древко на зуб.

— А купить у вас можно эти стрелы? — быстро спросил мой советник, глядя на охотника с надеждой. Молодец, быстро смекнул.

— Нет, у нас их мало, — покачал Матвей головой. — Сами бы покупали, если бы знали где. Без них монстров бить одно мучение, а после третьего ранга вообще без них никак.

Я задумался, глядя на то, как охотники деловито потрошат монстров. Нам такие стрелы нужны, причём много. Раз их купить негде, значит, надо делать самим. А для этого нужно понять, как передавать силу стихии оружию.

У меня уже получается использовать ядра для разового усиления своих заклинаний, Лиля умеет кормить Кедр ядрами, направляя в них жизненную энергию. Значит, принцип передачи силы ядра в объект существует, и мы его уже применяем. Вопрос в том, как применить его к стрелам и к луку.

Поручу Андрею найти это в книгах. И Лиля. Если кто и сможет разобраться, как передавать силу ядра в стрелу, то это она. Ладно, этот вопрос я на ходу обдумаю, время дорого.

Хитин и панцирь с замороженного монстра мы спрятали в кустах, чтобы забрать на обратной дороге, и двинулись дальше.

— Нужно нам тоже так научиться, — подозвал я Андрея. — Стрелы и оружие магией усиливать. Это меняет всё, с ними мы сможем бить монстров не хуже артели.

— Ваше благородие, я почему-то не встречал такого в книгах, но я обязательно поищу, — заверил Андрей, прижимая тетрадь к груди. — Как вернёмся, сразу зароюсь в книги. Это стратегически важно, я уже понял.

— Вот именно, что стратегически, — задумчиво сказал я, отправляя Верного вперёд по дороге. — Себе сначала сделаем, а потом и на продажу можно, те же охотники у нас будут брать.

Андрей довольно улыбнулся, уже видимо считая, сколько мы сможем заработать на стрелах, а я подозвал Лилю.

— Лиля, — сказал я, глядя на неё. — Ты Кедр ядрами кормишь, жизненную энергию в них направляешь. А в стрелу сможешь меня научить огонь передавать или воздух в лук?

Девушка задумалась на мгновение.

— Наверное, это возможно, ваше благородие, — ответила она, поглаживая лошадь по гриве. — Я как делаю — чувствую энергию в ядре, и как бы соединяю её с жизненной силой дерева. Но это лучше вам показать на Кедре, как я энергию направляю, а вы потом и на оружии попробуете.

— Договорились, — кивнул я, сосредотачиваясь на дороге. — Как вернёмся, так и сделаем.

Мы как раз миновали поворот на каменоломню, и расчищенная нами дорога закончилась, превратившись в узкую тропу среди зарослей кустов и небольших корявых деревьев.

Еще через минут пятнадцать ходу Миша доложил, что чувствует четырёх монстров на западе от нас, движутся нам наперерез. Я прикрыл глаза, потянулся к пустельге и через её зрение сумел разглядеть среди деревьев монстров. Четверо выползней, с одинаковыми тёмными панцирями и скорпионьими хвостами, метров сто от нас.

Вот это уже лучше. Однотипные, значит, всё в порядке. То, что мы видели раньше, с тремя разными монстрами, наверняка случайность. Ну или хотя бы явление не частое.

Я повернулся к своим.

— Четверо выползней, второй ранг, — объявил я, и мужики потянулись к оружию. — Матвей, придержи своих, мы сами справимся. Лиля, работай корнями.

Матвей кивнул и махнул своим, чтобы не ввязывались в бой, а Лиля подвела лошадь вплотную ко мне.

— Я готова, ваше благородие, — произнесла девушка, выставляя вперёд руку.

Игорь стоял чуть в стороне от отца, сжимая в руке стрелу с красной меткой. Он то смотрел на неё, то переводил взгляд на лес, откуда мы ждали монстры. Ух, как же ему хочется стрельнуть магической стрелой!

В лесу захрустели ломаемые ветки и четверо выползней показались среди деревьев. Они двигались плотной группой, перебирая многочисленными лапами, и их скорпионьи хвосты раскачивались над их мерзким телом.

Расправились с монстрами мы очень быстро. Лиля сразу обездвижила одного выползня корнями, ещё двоих я расстрелял огненными шарами.

Игорь попал в четвёртого. Его стрела, ярко-красная в своём стремительном полёте, вошла в грудь монстру полностью, оставив дымящуюся дыру. Тварь взвизгнула, и, подломив лапы, пропахала землю и замерла. Застрявшего в Лилиных корнях выползня мужики добили копьями.

Игорь с восхищением глядел на поверженного стрелой монстра, а через секунду подскочил к отцу, потрясая луком.

— Пап, видел? Я попал! Стрела прожгла его как масло! — Игорь развернулся ко мне, и его глаза горели так, что, казалось, освещали дорогу. — Ваше благородие, нам обязательно нужны такие стрелы! Это же совсем другое дело!

— Обязательно раздобудем, — усмехнулся я, глядя на его восторженную физиономию. — Хороший выстрел, молодец!

Сергей молча положил руку на плечо сына, чуть ударил его кулаком в грудь и закивал головой, расплываясь в улыбке.

Охотники тем временем подошли к прожжённым монстрам и теперь разглядывали их с профессиональным интересом. Петька присел над одним, пощупал оплавленный край панциря, покачал головой.

— Магия работает что надо, — пробормотал он, оборачиваясь к подходящему Матвею. — Глянь, края обуглены, а внутри всё выжжено. Не хуже наших стрел. Даже, пожалуй, посильнее будет.

— Вижу, — отозвался Матвей, внимательно разглядывая дыру в теле монстра. — Внутри всё сожжено. Мощно, -– Матвей обернулся ко мне. — Ладно, ваше благородие, вы их отправили в их монстровый ад. Видели, как маги стреляют по целям, но вместе монстров бить не доводилось. Интересно было посмотреть.

— Посмотрите ещё, — кивнул я, давая знак Андрею. — Ядра забрать, а панцири на обратном пути снимем, чтобы время не терять. На щиты пойдут.

Андрей тут же подскочил с ножом, а Игорь с братьями Капустиными принялись помогать советнику потрошить тушки. Через минут пять Андрей доложил:

— Четыре зерна, ваше благородие. Две земли, вода и огонь.

— Отдай синее и красное Матвею, — сказал я, забирая земляные ядра. — В счёт магических стрел.

Матвей сначала упирался и не хотел принимать благодарность, вроде как общее дело сейчас делаем, но под моим твёрдым взглядом всё же согласился. Можно назвать меня расточительным, но на самом деле это инвестиция в будущее плодотворное сотрудничество с хорошей выгодой и для нас в том числе.

Мы двинулись по дороге, и я снова подключился к пустельге, проверяя окрестности. Пока всё было тихо. Минут через двадцать мы вышли к повороту на каменоломню, а ещё через полчаса ходу Матвей указывал на едва заметную просеку, которая уходила в лес на восток. Дорога была почти полностью заросшей, но, если присмотреться, можно было разглядеть очень старую колею, уходящую вглубь леса на запад.

— Вот тут, ваше благородие, — тихо сказал Матвей, оборачиваясь ко мне. — Мы по этой просеке шли, когда на логово наткнулись. Там-то Ероха и погиб.

Ну вот и пришли, дальше, судя по рассказу Матвея, количество монстров будет увеличиваться, и это требует несколько другой тактики. Я ману умею восстанавливать, а вот у охотников запас магических стрел ограничен.

— Слушайте все, — громко сказал я, обводя взглядом отряд. — Идём в следующем порядке. Впереди Миша разведывает дорогу. Я с Лилей и Андреем следом. Дальше охотники, потом все остальные. Матвей, — я повернулся к главе артели. — Пока я буду бить, вы в бой без моей команды не вступайте, экономьте магические стрелы.

— Понял, ваше благородие, — кивнул Матвей и быстро отдал команду своим о перестроении.

Мы вышли на просеку. Мёртвый лес обступил нас со всех сторон, и я почувствовал, как вихрь в груди насторожился, напрягся, готовый в любой момент выплеснуть силу. Лиля ехала рядом на своей лошади, и я чувствовал её напряжение через ментальную связь. Она тоже готовилась.

Первые монстры появились через сотню шагов. Выползень, один, первого ранга, вылез из-под поваленного дерева и замер, почуяв нас. Я не стал ждать, послал огненный шар, и тварь задымилась, прожжённая почти насквозь, забилась, затихла. Андрей, шедший сзади, тут же черкнул что-то в тетради, а Игорь подскочил забрать ядро.

Потом был огарок, второго ранга, выскочивший из-за ствола. Лиля опередила меня, вскинула руку, и корни, вырвавшись из земли, обвили тварь, прижали к земле. По моей команде дружина добили её копьями. Собрав ядра, мы пошли дальше.

Через пару минут — скрежень, второго ранга. Тварь была быстрой, попыталась уйти в сторону, но Лиля уже держала её корнями, а я прожёг панцирь двумя выстрелами. Скрежень затих.

— Ваше благородие, — тихо позвала Лиля, глядя на меня. — Я чувствую, впереди ещё.

Я кивнул и потянулся к пустельге. Лес здесь казался не таким плотным из-за скудной листвы и можно было разглядеть хоть что-то с высоты. Птица кружила высоко, и через её зрение я увидел, как справа к нам приближаются монстры. Двое. Хм, слева ещё три. Все одного типа, второго ранга.

— Лиля, — сказал я, не отрываясь от картинки. — Справа двое, держи их корнями. Я беру левых.

Она кивнула, и я почувствовал, как она напряглась, направляя магию. Через пару секунд я увидел, как из земли вырвались корни и обвили двух монстров, которые пытались обойти нас с фланга. Твари забились, заскрежетали, но не могли сдвинуться с места.

Я вскинул руку и выпустил два огненных шара один за другим. Первый пробил хитин монстру, второй вошёл в морду ещё одному, а третьего свалил в яму и добил каменными шипами. Лиля держала своих справа, пока я не добил их двумя точными выстрелами.

— Чисто, — выдохнул я, опуская руку. — Андрей, ядра. Игорь, помоги.

Пока мужики собирали добычу, я восстановил ману, Лиля тоже прикрыла глаза, восстанавливаясь.

Мы прошли ещё с полкилометра, и монстры полезли снова. На этот раз их было трое, но снова разного вида, второй и третий ранги. Значит, всё-таки начинают ходить сводными отрядами. Плохо.

Я не стал ждать, пока они построятся, и ударил первым. Огненный шар в скрежня, потом в долгонога. Лиля держала жвальника корнями, пока я не сжёг и его, правда на этого монстра третьего ранга мне потребовалось три огненных шара — чересчур живучий оказался. Только-только маны хватило.

М-да, если количество монстров будет увеличиваться, то наших с Лилей сил уже может не хватить.

— Ваше благородие, — раздался голос Миши, который шёл впереди. — Справа, метрах в семидесяти, ещё группа. Четверо.

Вот же зараза! Мне же надо ману восстановить! Я быстро активировал восстановление маны, а сам подключился к пустельге.

Так и есть, четверо монстров, все третьего ранга, двигались плотной группой, явно направляясь к нам. А за ними двигалась ещё большая группа. Ну, сейчас пойдёт настоящее веселье!

Глава 3

— Лиля, — произнёс я, прокручивая в этот момент в голове тактику боя. — Бери двоих справа, держи их корнями. Дружина, будьте готовы добивать копьями.

Лиля кивнула, мужики перехватили копья и из леса вылезли четыре твари. С ними мы расправились относительно быстро. Лиля задержала двоих корнями, а я, в свою очередь, разрыхлил почву под лапами монстров, свалив их в яму, и тоже опутал корнями.

По моей команде мужики дружно навалились на обездвиженных монстров и быстро с ними расправились. Не успели они отдышаться, как впереди, между гнилыми стволами, мелькнула массивная тень. Треск, потом глухой удар, и впереди на просеку рухнуло сломанное деревцо, среди деревьев мелькнула огромная тень.

Что же за громадина там?

— Отряд, к бою! — скомандовал я, проверяя запас маны. — Лиля, назад, под охрану Ждановых!

Лиля послушно развернула лошадь и отъехала назад, а я быстро восстановил ману. Теперь стало две трети, должно хватить.

Тень вывалилась на просеку. Медведь-мутант! Я на мгновение замер, оценивая габариты. Огромный, метр с половиной в холке. Шкура тёмная, покрытая проплешинами и большими язвами, глаза светились жёлтым.

Вот это зверюга! Наверняка под тонну весом и намного больше того, что мы завалили за рекой у деревни. Четвёртый ранг, не меньше.

Медведь вышел на четырёх лапах, тяжело ступая по гнилой земле, и остановился метрах в двадцати. Потом, медленно, с усилием, поднялся на задние лапы. Ого, метра три будет точно! Медведь запрокинул голову и издал рык такой низкий и мощный, что у меня заложило уши.

Мужики зашептались, охотники Матвея приготовились стрелять магическими стрелами. А вот это они зря, еще пригодятся стрелы, справимся сами.

— Не стрелять! — скомандовал я, раскручивая вихрь в груди. — Лиля, корни!

Охотники замерли, но луки не опустили, а Лиля выпустила волну энергии, и из земли под задними лапами медведя вырвались толстые корни. Они обвили лапы, стянули их, впились в плоть. Медведь дёрнул было конечностями, но корни держали крепко, и зверь, потеряв равновесие и не имея возможности подтянуть задние лапы, рухнул вперёд на пузо, взметнув вверх тучу мха и прелой листвы.

Отлично, сейчас мой ход. Я ударил магией земли и тут же под брюхом зверя вырвались каменные шипы, пробивая шкуру и входя в плоть сантиметров на двадцать.

Медведь взревел, задёргался, но я уже послал оранжевый огненный шар. Он ударил точно в лоб мутанту, прожёг череп и погас где-то в теле, оставив дымящуюся дыру. Лапы ещё пару раз дёрнулись, и медведь затих.

Тишина. Только тяжёлое дыхание мужиков и хруст раскачивающихся от ветра гнилых деревьев.

— Вот это да, — выдохнул кто-то из охотников. — За пару секунд всего!

— Барон! — громко рявкнул Гаврила, выходя вперёд и глядя на мёртвого медведя с таким восторгом, будто это он сам его убил. — Вот это по-нашему! Корни на лапы, огонь в лоб, и всё, лежи, не рыпайся!

Мужики загомонили, заулыбались, хлынули к мёртвому медведю. Матвей подошёл ко мне, держа лук в руке, и покачал головой.

— Ваше благородие, — сказал он, глядя на медведя. — Мы бы его, конечно, завалили. Да только стрел бы с десяток ушло, может, больше. А вы вон как, — он помолчал, потом добавил, понизив голос: — Спасибо.

— Стрелы ещё пригодятся, — ответил я, подключаясь к зрению парящей в небе пустельги. В глубине мёртвого леса, со стороны какого-то большого завала из гнилых деревьев в нашу сторону двигались тени. — К нам ещё гости идут.

— Много? — быстро спросил Матвей.

— Двадцать с лишним, — ответил я, оборачиваясь к своим.

Мужики сразу нахмурились, Гаврила покрепче сжал копьё, Илья выругался сквозь зубы, а Сергей молча потянулся за стрелой.

— Слушайте все, — громко сказал я, обводя взглядом отряд. — К нам идёт порядка двадцати монстров. Копейщики вперёд, копья на землю, присесть на одно колено. Лучники бьют сзади. Матвей, сейчас ваши стрелы понадобятся, стреляйте по готовности и только по движущимся целям. Всех, кого мы с Лилей сможем остановить, не трогайте, добьём потом. Копейщики держат строй, не дают прорваться к нам и лучникам. Пойдут вон, — я махнул рукой в сторону северо-запада, — оттуда.

Мужики зашевелились, занимая позиции, а я кивнул целительнице, чтобы подвела своего коня ближе ко мне. От нас с девушкой во многом будет зависеть исход предстоящего боя, нужно наладить чёткое взаимодействие.

— Лиля, работаем следующим образом, — начал я инструктаж, всматриваясь в лес. — Ты, как обычно, окутываешь монстров корнями, выбирай самых крупных, как только увидишь. Когда останется половина маны, начинаешь восстанавливать ману мне, поняла?

— Да, ваше благородие, — кивнула Лиля с бледным лицом, сильно сжимая поводья. — Берегите себя только, не перерасходуйте ваш запас, чтобы сознание не потерять.

Я кивнул. Да, Лиля права, перерасхода маны, как в прошлый раз мне допустить и правда нельзя. Значит, буду использовать ядра, сейчас как раз настало их время.

Я снова подключился к пустельге. Монстры приближались неровной толпой, обходя деревья и гнилой кустарник, и я сумел их сосчитать. Двадцать три штуки. Второй и третий ранг, четвёртого я не увидел.

Мужики замерли, кто-то зашептал молитву, и моё сердце тоже невольно забилось чаще. Да, с таким количеством в бой мы ещё не вступали. Ну что же, тем будет интересней.

— Ещё немного, — прошептал я, готовя земляное заклинание. — Ещё чуть-чуть.

Первая линия монстров замелькала среди деревьев в тридцати шагах. Я поднял руку.

Первая линия монстров, а это были в основном выползни и скрежни, попёрла на нас сквозь гнилые деревья. Впереди бежали самые шустрые, обгоняя более тяжеловесных сородичей. Я насчитал в этом ряду девять тварей. За ними, чуть отстав, двигалась вторая группа из шести монстров покрупнее, и замыкала шествие ещё одна группа из восьми тварей, которые пока только показались вдали.

— Бей! — рявкнул я, и воздух разорвался от свиста стрел. — Лиля, корни!

Из земли вырвались толстые корни, обвивая лапы сразу двух тварей, которые имели неосторожность двигаться слишком близко друг к другу. Ай да Лиля! Монстры взвизгнули, упали на землю и забились, пытаясь освободиться.

Я тоже сумел пригвоздить к земле корнями одного, и тут же переключился на огонь, посылая один шар за другим. Первый прожёг панцирь выползня, второй вошёл в морду скрежня, а Лиля тем временем взяла в корневой захват ещё одного.

Стрелы охотников с красными метками вонзались в монстров, прожигая хитин. Но даже пробитые навылет твари продолжали наступать. Одному скрежню потребовалось две стрелы, чтобы он завалился, долгоногу три. Запас магических стрел таял на глазах.

Наши стрелки тоже засыпали градом стрел несущихся на нас монстров. Несмотря на то, что стрелы у нас были обычные, некоторые всё же находили цель, нанося урон монстрам.

— Попал! — заорал Игорь, посылая стрелу в глаз трескуну. — Есть!

— Молодец! — крикнул Сергей, и его стрела тут же нашла брешь между пластинами на шее следующего монстра.

Твари падали, но их место тут же занимали следующие. Первую волну мы остановили, но тут же подходила следующая, а им уже на пятки наступала и ещё одна. Мана у меня ушла на одну треть, и я потратил несколько драгоценных секунд на её восстановление. Лиля взяла в корни ещё одного и тоже принялась восстанавливать ману.

За это время пара монстров из второй волны уже вплотную приблизились к нашему отряду.

— Поднять копья! — рявкнул я, кидая огненный шар в ближайшего скрежня.

— Держим строй! — заорал Гаврила, поднимая копьё и упирая его в землю навстречу летящему прямо на него монстру.

Бум! Сразу два монстра налетели на пять копий, глубоко насаживаясь на них и забиваясь в агонии.

Слева на наш строй наседала группа из шести тварей. Я выхватил из кармана приготовленную красную крупицу, зажал в пальцах и выпустил поток огня. Мощная струя пламени ударила в самую гущу, накрывая сразу четверых. Монстры взвыли, отпрянули, двое загорелись и ринулись назад. Остальные попятились, но через пару секунд, когда пламя исчезло, снова двинулись вперёд.

Твари наседали. И с каждым мгновением их становилось всё больше.

— Огненные закончились! — закричал один из охотников, накладывая стрелу без пометок на тетиву. — Перехожу на обычные!

Следом ещё доложились четверо охотников, что магические стрелы закончились и у них. Плохо.

— Ваше благородие, мы в ближний, — крикнул Матвей, поднимая копьё. — Держись, мужики!

Охотники бросились вперёд, вливаясь в строй копейщиков. Теперь наши лучники стреляли обычными стрелами, и град железа сыпался на монстров. Большинство стрел отскакивало от хитина, но некоторые находили бреши, втыкаясь в глаза, в пасти, в сочленения. Кто-то умудрился попасть твари в открытую пасть, и монстр захрипел, замедляясь.

Но монстры всё равно продолжали наступать. Я свалил пару тварей в ямы, по другой группе жахнул воздушным ударом и только собирался сделать каменные шипы, как обнаружил, что мана у меня близится к нулю.

«Мана закончилась, ваше благородие», — в моей голове прозвучала мысль Лили.

Как же не вовремя! Я обернулся на мгновение и увидел бледную до синевы девушку, которая держалась за луку седла, чтобы не упасть. Она отдала всё, что могла. Да и я тоже пустой.

«Поглощай белое зерно!» — послал я ей мысль и сам выхватил белое ядро, сжал его в кулаке, направляя энергию в вихрь в груди.

Тепло разлилось по телу, вихрь в груди дрогнул и начал набирать обороты. Мана потекла в него, наполняя, разгоняя. Медленно, слишком медленно!

Стрела! У меня есть стрела! Я быстро выхватил лук, наложил на тетиву огненную стрелу, полученную от охотника. Выстрел! Точное попадание долгоногу в голову навылет отбросило монстра на землю.

Но монстры уже были слишком близко. Слева раздался отчаянный крик.

— А-а-а! — мальцевский мужик, молодой парень с веснушками, схватился за бок, где из разорванной рубахи хлестала кровь. Его копьё выпало из рук, и он завалился назад, прямо под ноги товарищам.

— Держи его! — заорал Тарас, подхватывая раненого и оттаскивая назад. — Лиля, помоги!

Ельгинский мужик рядом с ним получил клешнёй по плечу, и его рука повисла плетью. Он зарычал от боли, но не отступил, удерживая копьё левой рукой.

— Не пускать! — рявкнул я, чувствуя, как запас маны ощутимо вырос. Ну наконец-то!

Я мгновенно убрал лук за спину, вскинул руку, и из земли под ногами прорвавшейся вперёд группы монстров вырвались каменные шипы. Трое тварей насадились на них, забившись в агонии, но остальные обошли ловушку и продолжили наступление.

Пора переходить к более серьёзному оружию. Я выхватил из кошеля голубое зерно воздуха и, с силой зажав его в пальцах, выпустил всю силу в один мощный шквал. Ветер ударил в монстров, сразу семерых тварей сбило с лап, отшвырнуло назад, покатило по земле. Я сразу выпустил каменные шипы, но сумел ранить лапу только одного монстра.

Выпустил из второго голубого зерна еще один залп, откидывая сразу пятерых монстров, которые вот-вот должны были обрушиться на копейщиков правее.

— Ура! — закричал кто-то, — так их, ваше благородие!

Активных монстров осталось всего штук семь, и они гурьбой ринулись в последнюю атаку. И зря. У меня ещё было земляное ядро, энергию которого я кинул в самую гущу наступающих. Почва под ними вздыбилась, вспучилась, и огромная яма, глубиной в человеческий рост, разверзлась прямо под лапами атакующих нас монстров.

Твари с рёвом провалились вниз, давя друг друга, пытаясь выбраться. Их лапы скользили по осыпающимся стенкам, они мешали друг другу, создавая свалку.

— Добивай! — крикнул я, добавляя в образовавшуюся яму воду и следом каменные шипы.

Мужики с рёвом бросились к яме, а охотники, подхватив копья, устремились добивать раненых и тех, которые бились, опутанные корнями.

— Не давай выбраться! — заорал Гаврила, тыча копьём в показавшуюся из ямы голову очередного монстра.

Вроде больше прямой опасности нет, можно восстановить ману. Мужики кричали, почуяв победу, и яростно толпой забивали разрозненных монстров. В огромной яме мужики никак не могли дотянуться копьями и переключились на луки, практически в упор расстреливая их в уязвимые места.

Я было подумал сжечь их огненным потоком, но решил не лишать мужиков возможности выплеснуть свой гнев.

Лиля уже спешилась и активно лечила рану мальцевского мужика, рядом все монстры уже были перебиты. Охотники дружной группой окружали запутанных в корнях монстров и быстро их лишали жизни.

Вроде всё. Разве что ещё двое вдали копошатся. Метнул два огненных шара. Вот теперь точно всё. Победный рёв моих мужиков ознаменовал переход в мир иной последнего монстра в яме.

— Ваше благородие! — крикнул мне Матвей с другой стороны опушки, расплываясь в улыбке. — Всё чисто!

Мои мужики, убедившись, что угрозы больше нет, опустились на землю, кто-то опёрся на копьё, переводя дыхание.

— Ваше благородие, — ко мне подошёл Матвей, оглядывая поле боя и вытирая пот со лба. — Давно я так не потел. Если бы не вы с Лилей, положили бы нас здесь всех.

— Все живы? — спросил я, обводя взглядом своих.

— Все. Раненых пятеро, — доложил Андрей, подходя. — Двоих Лиля уже подлатала, остальным кровь остановили. Тяжёлых нет.

— Хорошо, — кивнул я, снова подключаясь к пустельге.

Я повёл птицу по кругу над нами. Картинка была унылая: гнилые стволы, серый мох, редкие кусты с почерневшими листьями. Никакого движения, никаких тварей. Чисто.

А потом я увидел завал, который приметил ещё в прошлый раз. Огромная куча сломанных и перекрученных стволов, корней и веток, будто кто-то специально натаскал сюда мёртвого леса со всей округи. И у этого завала стояли двое монстров. Стояли и не двигались.

Странно. Монстры не стоят без дела, они либо охотятся, либо спят, либо жрут. А эти замерли, будто чего-то ждут.

— Дружина, слушай, — громко сказал я, обводя взглядом отряд. — Ядра и хитин соберём на обратном пути. Сейчас сворачиваем с просеки на северо-запад, там что-то странное, возможно, то самое логово тварей.

Матвей подошёл ко мне, вытирая пот со лба рукавом.

— Ваше благородие, — хмуро произнёс он, понижая голос. — Это же туда, куда мы в прошлый раз пошли, когда Ероху потеряли. Там и погиб он, где-то в тех местах, — он замолчал, глядя куда-то вглубь леса, и его скулы заиграли желваками. — Может, хоть теперь найдём, похороним по-человечески, как положено.

— Найдём, — коротко ответил я, кладя руку ему на плечо. — И похороним. Но сначала узнаем, что там за странный завал.

Мы свернули с просеки и углубились в мёртвый лес. Чем дальше мы шли, тем хуже становилась картина. Деревья стояли чёрные, покрытые каким-то слизким налётом, будто их облили нефтью. Мох под ногами чавкал, пропитанный влагой. Птиц не было слышно вообще, только тишина, тяжёлая и давящая.

Матвей шёл впереди, внимательно оглядываясь по сторонам. Через десять минут он остановился.

— Здесь, — тихо сказал он, обводя рукой поляну. — Вот тут мы с ними схлестнулись.

Мы вышли на поляну. Всё было вытоптано, мох перепахан, кусты поломаны, но тела нигде не было. Ни Ерохи, ни монстров, которых охотники тогда убили. Только тёмные пятна на земле, впитавшаяся кровь и следы монстров.

Матвей опустился на корточки, провёл рукой по земле, поднял какой-то обрывок ткани. Кусок рубахи. Он сжал его в кулаке и замер, опустив голову.

— Нет его, — глухо сказал он, поднимаясь. — Забрали.

— Может, звери растащили? — предположил Пахом, подходя ближе и хмуря брови.

— Какие тут звери? — мрачно отозвался Матвей. — Тут и птицы не летают. Монстры забрали, ведь даже костей не осталось. Только вот зачем?

Повисла тишина. Мужики переглядывались, кто-то крестился, а мой конь начал беспокоится, фыркая и перебирая копытами.

— Не будем гадать, — сказал я, гладя Черномора по шее. — Ерохе уже не поможешь. Идём дальше.

Мы двинулись вперёд. Миша шёл впереди, прикрыв глаза, вслушиваясь в то, что чувствовал. Я снова подключился к пустельге и увидел, что у завала теперь уже три монстра. Только что было два, теперь три. Откуда они берутся?

— Ваше благородие, — тихо позвал Миша, останавливаясь. — Чую троих. Впереди, метрах в семидесяти. Стоят.

— Знаю, — кивнул я. — Идём тихо.

Мы двинулись медленнее, стараясь не хрустеть ветками. Мужики перехватили копья, охотники достали стрелы, Сергей с Игорем вскинули луки. Лиля держалась рядом со мной, бледная, сосредоточенная.

Вышли на небольшую поляну и тут же из-за деревьев на нас бросились твари. Четыре монстра второго ранга, разных, но действующих слаженно. Впереди бежал скрежень, за ним долгоног, а с флангов заходили два огарка.

— Лиля, бери правого! — крикнул я, вскидывая руку.

Девушка не подвела. Корни вырвались из земли под ногами долгонога, обвивая лапы и заваливая того на землю. Я окутал корнями скрежня и тут же ударил огненным шаром в ближайшего огарка.

Промазал! Тварь метнулась в сторону в последний момент, шар ушёл в дерево, оставив дымящуюся дыру. Второй мой шар ударил точно в морду, прожигая череп насквозь. Ещё один огарок попытался обойти нас сбоку, но третий шар вошёл ему в грудь, отбросив назад.

— Добивай! — скомандовал я, быстро восстанавливая ману.

Мужики дружно добили монстров, мы двинулись дальше и через сотню шагов лес внезапно расступился.

Перед нами открылась поляна и мы с Мишей остановились одновременно, расширяя глаза. Такого я ещё не видел!

В центре стояли два толстых корявых дерева, чёрных, будто обугленных, а к ним были навалены ещё гнилые деревья, образуя что-то наподобие большого шалаша.

Между деревьями перпендикулярно плоскости земли висел овал, метра четыре в ширину и два с половиной в высоту, сплетённый из толстых чёрных лоз. Внутри овала колыхалась, как будто дыша, тёмная маслянистая плёнка, похожая на нефть.

— Это что ещё за ерунда? — спросил Миша, внимательно разглядывая овал с колышущейся, но не вытекающей из него жидкостью.

— Врата Хаоса, — сдавленно прошептал Андрей.

Глава 4

Мой советник стоял в нескольких шагах, бледный как мел, и его руки дрожали. Он смотрел на овал расширенными глазами, и в них читался такой ужас, что мне самому стало не по себе.

Подтянулись остальные. Мужики выходили на поляну и замирали, глядя на чёрный овал широко открытыми глазами. Кто-то крестился, кто-то шептал молитву. Гаврила подошёл ближе, встал рядом со мной и шумно выдохнул.

— Матерь Божья, — пробасил староста, снимая шапку и комкая её в руках. — Что это за поганище такое?

— Врата Хаоса, — повторил Андрей, подходя ближе и хватая меня за рукав. — Я читал о таких в книгах.

— И что эти Врата делают? — спросил я, разглядывая странный обод этой плескающейся вертикальной лужи. — Толком объясни.

Так-то я уже догадался, но хотелось бы услышать местную научную точку зрения. Андрей сглотнул, вытер вспотевший лоб, и заговорил быстро, сбиваясь:

— Врата — это проходы, через которые Хаос проникает в наш мир. Заражает землю, впускает монстров. На самом деле, информации мало, ваше благородие, — стал оправдываться Андрей, сглатывая слюну. — Только что таких врат много и их надо закрывать. А как именно закрывать, нигде не написано. По крайней мере я не нашёл.

Интересно. Значит, вот откуда лезут монстры. Я себе это представлял раньше несколько иначе.

Я обошёл Врата по кругу, внимательно разглядывая заинтересовавший меня обод. Окантовка этих Врат была сплетена из жил разной толщины в странный узор, повторяющийся, циклический, будто кто-то плел это вручную, виток за витком.

Ого! Какие-то кристаллы тут. Я только сейчас заметил, что по ободу Врат на равном расстоянии в плетение были вставлены чёрные пластины, возможно металлические, с такими же чёрными кристаллами размером с куриное яйцо. Восемь штук таких конструкций всего, кристаллы похожи на обсидиан. Зачем они тут? Способствуют удержанию этой странной плёнки и проникновению монстров?

Я подошёл ближе к одной из пластин, вглядываясь в кристалл. Он слабо мерцал, едва заметно, будто в нём теплилась жизнь.

— Сейчас проверим эту лужу! — раздался сзади бас плотника Демьяна.

Я обернулся. Здоровенный мужик с медвежьей шеей и руками толщиной с мою ногу замахивался в сторону Врат большим булыжником.

— Стой! — попытался я его остановить, но было поздно.

Демьян бросил камень прямо в середину овала, булыжник с громким хлюпом исчез, и по нефтяной плёнке пошли круги, как по воде. Кристаллы на пластинах замерцали ярче, и волнение поверхности стало нарастать. Все отпрянули назад, в том числе и Верный, который попятился назад, глухо рыча.

— Оттуда что-то лезет! — воскликнул кто-то из мужиков.

Действительно, из чёрной пленки вылезли чёрные конечности, похожие на щупальца, потом показалась голова. Огромная, крокодилья, на длинной шее. Я сразу вспомнил картинку из нашего бестиария. Гуцуп, третий ранг!

— Все в боевой порядок! — рявкнул я, готовя огненное заклинание. — Копья в упор, заходим с флангов, лучники — готовьсь! Лиля, корни! Не давай ему далеко отойти.

Мужики пришли в движение, Гаврила с Ильёй выдвинулись вперёд, выставив копья, Тарас с Родионом зашли слева, Пахом с Петькой справа. Сергей и Игорь вскинули луки, охотники Матвея потянулись за стрелами.

Тварь вывалилась на землю, отряхнулась, как собака после купания, только более неуклюже, и на секунду замерла, уставившись на меня единственным глазом. И уже через секунду гуцуп взревел и попёр на меня, перебирая шестью лапами. Стрелять мне нельзя, сзади монстра эти Врата, есть риск, что шар в них попадёт, а чем это закончится — неизвестно.

— Лиля, корни! — снова крикнул я, заходя левее, чтобы при выстреле не попасть во Врата.

Целительница наконец выйдя из оцепенения, выбросила руки вперёд и выпустила энергию, корни вырвались из земли, мгновенно обвивая передние лапы твари. Гуцуп взвизгнул, забился, пытаясь освободиться, но корни держали крепко. Следом Лиля зафиксировала корнями и среднюю пар лап. Я ожидал, что тварь упадёт, но она держалась на лапах, не оставляя попытки вырваться из пут.

— Стреляю! — крикнул я, вскидывая руку.

Огненный шар вошёл в грудь монстра, прожигая его внутренности. Гуцуп взревел так, что заложило уши, замотал большой крокодильей головой.

Засвистели стрелы. Большинство отскочило, но были и те, которые попали в монстру в голову, а одна даже попала в открытую крокодилью пасть. Тварь захрипела и стала заваливаться на бок.

— Прекратить огонь! — крикнул я, оценивая состояние твари. Критическое, не жилец. — Добивай копьями!

Мужики с дикими криками кинулись к монстру, стараясь обогнать соседа и успеть нанести свой удар прежде, чем односельчане успеют забрать их часть славы за убийство твари.

— Готово! Тварь отошла в другой мир, ваше благородие, — довольным тоном доложил Илья, выдирая копьё из бока твари.

Я сделал строгий выговор Демьяну за несанкционированное кидание камнями и подошёл ближе к Вратам, разглядывая кристаллы, которые снова стали еле-еле мерцать. Странно, когда монстр полез, они мерцали сильнее. Да, тут явно дело в кристаллах.

— Ваше благородие, — раздался голос Гаврилы, который подошёл ближе и вместе со мной стал разглядывать обода Врат. — Слушайте, а давайте копьям выковыряем их оттуда? Ну, эти штуки мигающие? Может, без них эта дыра закроется? Отодрать их и дело с концом.

— Не стоит, — отрезал я, не отводя взгляда от кристаллов. — А если они задерживают выход монстров? Тогда только хуже сделаем.

— Тогда почему они всё равно выходят? — резонно спросил Илья, подходя и вытирая копьё о мох.

Андрей, который нарезал уже круга три вокруг Врат, и сейчас чуть ли обнюхивал кристалл в нижней части овала, произнёс тыча пальцем в мерцающий камень:

— Возможно, действие ослабло. Смотрите, он мерцает совсем слабо. Если это защита, то она не справляется. Я что-то видел про это в книге из руин, там похожий рисунок был наполовину сохранившийся. Сейчас не помню, что там ещё было, надо будет посмотреть, как вернёмся.

— Ну раз не отодрать, значит укрепить! — пробасил Гаврила, доставая из кармана смятую кепку и безуспешно пытаясь привести её в потребное состояние. — Верно я говорю, ваше благородие?

— Верно, — хмыкнул я.

Да, железная логика у старосты. И ведь не поспоришь. Знать бы только как.

И тут меня осенило. Кристаллы чёрные, а в монстрах тоже иногда попадаются чёрные ядра, про которые никто ничего не знает. Если эти кристаллы связаны с Хаосом, то, может, чёрные ядра их подпитают?

— А что, если укрепить чёрным ядром? — задал я риторический вопрос, доставая кошель с ядрами. — У меня есть одно. Сейчас попробуем.

— Может, не надо? — раздался тихий голос Лили. — Вдруг вас засосёт в эту дыру?

Я обернулся. Девушка стояла в двух шагах, бледная, и теребила край пояса брючного костюма. Она почему-то покраснела, оглядываясь на мужиков, и опустила глаза.

Беспокоится обо мне. Оно и понятно, барон, глава деревни, а если со мной что-то случится, то всё может развалиться. Но она права, от этой дыры с плёнкой можно ожидать чего угодно, осторожность не помешает.

— Я сбоку встану, не бойся, — сказал я, выуживая из кошеля чёрное ядро ранга зерно и переводя взгляд на мужиков. — Все остальные тоже отойдите на всякий случай, вдруг какой выброс будет.

— Ваше благородие, я рядом с вами буду, помогу, если что, — сказала Лиля, поднимая на меня глаза и прикладывая ладони к раскрасневшимся щекам.

Мужики отступили, на всякий случай приготовили оружие. Лиля встала рядом, от волнения вцепились в мой локоть.

Я поднёс чёрное зерно к кристаллу. Подержал секунд десять. Хм, ничего, никакой реакции. Ладно, тогда направим поток маны в ядро, а оттуда на кристалл. Тоже ничего. Вложил ещё больше маны, усиливая поток и через пару секунд чуть не отпрянул от неожиданности.

От ядра к кристаллу потянулись чёрные флюиды. Похожие на дым, они стали впитываться в кристалл и он замерцал чуть ярче.

Надо же, действует всё-таки! Мужики за моей спиной зашептались, кто-то пробормотал что про демонов. Лиля прижалась ко мне, дрожа и впиваясь пальцами в мою руку.

Ядро в моей руке становилось всё легче, будто таяло, а кристалл, наоборот, усиливал своё мерцание. А самое главное — нефтяная поверхность с моей стороны стала колыхаться меньше, чуть помутнела и будто подёрнулась дымкой. Неужели закрывается эта дыра?

Через минуту дым перестал идти, и я почувствовал, что в ядре энергии больше не осталось. Я убрал руку от кристалла и повернулся к дружине.

Ко мне уже бежал Андрей.

— Работает! — воскликнул советник, разглядывая то кристалл, который теперь мерцал ярче остальных, то чёрную плёнку Врат. — Ваше благородие, помутнело! И никто не вылез!

Народ загудел, заулыбался. Мужики тоже подошли ближе, оценивая изменения во Вратах.

— Может, ещё камень бросить, проверить? — предложил Демьян, поднимая с земли очередной булыжник.

Вот же любитель проверок! Я выразительно посмотрел на него, и здоровяк сразу смекнул, что проверок сегодня больше не будет.

— Чёрные ядра, похоже, работают, — сказал я, переводя взгляд с кристалла на охотников. — Надо ещё приложить, но у меня их больше нет. Матвей, что у вас с чёрными ядрами, есть?

— Нету, ваше благородие, — развёл руками главный охотник, подходя ближе. — Нам иногда попадаются, но мы их выкидываем.

— Как выкидываете? — вскинул брови Андрей, отрываясь от записей в тетради.

— Так никто не покупает, — пожал плечами Матвей. — Князю с магами они не нужны, скупщики не берут, говорят, что от них только порча.

— Значит, теперь тактику меняем, — сказал я, обводя всех взглядом. — Собираем все чёрные ядра, какие найдём. И на заставе предупредим, что вымениваем два чёрных ядра на одно цветное того же ранга. Чем просто выбрасывать, они с радостью поменяют на более ценное.

— Это дело, — одобрительно кивнул Матвей, бросая быстрые взгляды по сторонам на предмет опасности. — Я поговорю с…

Матвей замер, уставившись на Врата, и его рука потянулась к луку. Я быстро повернул голову.

Поверхность Врат колыхалась сильнее обычного, причём с дальней от меня стороны.

— К бою! — рявкнул я, быстро оценив ситуацию. — Сейчас ещё тварь вылезет!

Все отпрянули назад шагов на десять, кто-то вскинул копьё, Сергей с Игорем наложили стрелы на тетиву. Плёнка вспучилась с другой стороны от того места, где я прикладывал чёрное зерно, и из неё полезли чёрные конечности, похожие на паучьи лапы. Одна, вторая, потом показалась голова с жвалами, и на землю вывалился жвальник, второй ранг.

А участок, кристалл возле которого я подпитал чёрным ядром, уже не колыхался. Закрыт, получается? Монстр через него не полез, полез с другой стороны, ближе к другому краю. Значит, работает! Но просвета пока все же хватает, чтобы твари выбирались.

Жвальник отряхнулся, клацнул жвалами и уставился на нас. Тварь размером с корову, морда как у жука-оленя, изо рта торчат щупальца. Страшная, зараза.

Я вскинул руку и выпустил корни из земли, которые обвили передние лапы монстра. Жвальник дёрнулся, заскрежетал жвалами, и тут же вылезли ещё корни, теперь уже опутывая задние лапы. Лиля быстро сработала, молодец. Тварь издала громкий скрежещущий звук, попыталась ещё раз выбраться, чуть не потеряла равновесие и принялась грызть корни у передней лапы. Нет, так просто ты не уйдёшь!

— Добивай! — рявкнул я.

Мужики дружно окружили монстра и с безопасного расстояния быстро забили его копьями.

Андрей подскочил ко мне, размахивая тетрадью.

— Все видели? — воскликнул он, тыча пальцем в Врата. — Он с другой стороны полез! Работает! Нужно ещё с той стороны чёрный камень приложить, и твари уже совсем не смогут выбраться!

— Я видел! — прогудел Гаврила, вытирая копьё о мох. — Молодец, барин, сообразил, что надо делать.

Илья был тут как тут.

— Наш барон дело знает, — важно подтвердил Илья и тут же хитро улыбнулся, тыча пальцем в старосту. — А ты всё заладил про камни — отодрать да отодрать.

— Сам ты отодрать, — буркнул Гаврила, отмахиваясь от Ильи.

Андрей оторвался от тетради и поднял голову.

— А? Что ещё за отодрать? — спросил он, хлопая глазами. — Не знаю такого монстра. Как выглядит? Надо записать.

Мужики, стоявшие рядом, засмеялись, а Илья вообще согнулся пополам, держась за живот. Один староста хмыкнул и тут же принялся объяснять с важным видом.

— Отодрать — очень опасный монстр, здоровый такой, — пробасил староста, поворачиваясь к Илье и обводя его контур руками. — Лет сорока, глаза хитрые, рожа наглая. Особенно языка нужно бояться, он длинный и о-о-очень колючий. Как высунет и начнёт им шевелить, так всё, ушам полный цугундер настаёт. Ещё любит рыбу жрать, а последнее время и на муку падок стал.

Мужики от души смеялись, кто-то хлопал Илью по плечу, а сам Лукин уже держался не за живот, а за щёки, тоже содрогаясь от смеха.

Андрей принялся было записывать, высунув язык от усердия, но потом остановился, склонил голову набок и уставился на Гаврилу, который гладил бороду, пряча улыбку и изо всех сил стараясь сохранить серьёзный вид.

— Да, и правда опасный монстр этот твой отодрать, — задумчиво произнёс советник. — Наверняка у него и ядра крупные.

Все ещё больше покатились со смеху, а кто-то из ельгинских, не удержавшись, добавил:

— И чёрные!

— Не, разноцветные! — прохрипел Петька, и новый взрыв хохота прокатился по поляне.

Я смотрел на это представление и улыбался. Мужики перенервничали, по-доброму посмеяться всегда полезно. Ладно, отдохнули, расслабились, сняли стресс, теперь можно и возвращаться. Солнце уже давно перевалило за полдень, а нам ещё топать и топать.

— Всё, хорош, — сказал я, поднимая руку и дожидаясь, когда стихнет смех. — Возвращаемся домой.

Мы двинулись в обратный путь. Шли осторожно, озираясь, но монстров больше не встретили. Похоже, что мы выбили всех в округе, а новые из Врат ещё вылезти не успели.

— Ваше благородие, — подал голос Матвей, поравнявшись со мной. — Мы в артели теперь тоже собирать будем чёрные ядра. Если это правда работает, то это же… — он замолчал, подбирая слова.

— Да, мы теперь знаем, как закрывать Врата, чтобы не лезли монстры, — сказал я, переступая через упавшую гнилую сосну. — Осталось только побыстрее найти чёрные ядра, с тварей они падают не так часто. Андрей! — подозвал я советника. — На заставе скупщику нужно будет сказать, что мы вымениваем два чёрных ядра на одно цветное того же ранга. Тогда у людей интерес появится, перестанут выкидывать.

— Прослежу, ваше благородие, — произнёс Андрей, спотыкаясь о какую-то корягу. — Странно, что в книгах из княжества об этом ничего нет. Надо будет ещё раз изучить наши находки из руин, может, там что-то есть про эти кристаллы.

Мы вернулись на поляну, где недавно положили кучу монстров и дал команду собрать трофеи и магические стрелы. По словам Матвея, эти стрелы иногда срабатывают повторно, а некоторые даже и три раза. Ядра я предложил разделить пополам с охотниками в знак будущего сотрудничества, но Матвей, посовещавшись со своей артелью, предложил другой вариант — ядра и хитин достаётся нам, а мы им делаем хитиновые доспехи. Я согласился, вариант и правда нас вполне устраивал. Правда, Андрею с Игорем придётся хорошо поработать над доспехами, но и на это у меня было решение — передать производство нашим портнихам.

Мы двинулись дальше и вскоре вышли к туше медведя-мутанта, ядра с которого мы тоже не стали забирать, экономя время. Андрей подскочил к мутанту с ножом, присел над тушей и через пару минут издал такой вопль, что мужики вздрогнули, а я сразу принялся проверять через пустельгу не бегут ли на крик советника монстры. Андрей, ты в лесу или где, зачем так орать?

— Ваше благородие! — воскликнул мой советник, выпрямляясь над тушей медведя. — Две горошины! Одна коричневая, а вторая… — он замолчал, поднимая на меня расширенные глаза. — Чёрная!

Чёрная горошина. Очень кстати, попробуем закрыть Врата окончательно. В прошлый раз одно зерно, считай, закрыло чуть ли не половину Врат, то что будет от горошины?

— Андрей, во-первых, не кричи в лесу, — произнёс я, убеждаясь через пустельгу, что вокруг монстров нет, и забирая у него ядра. — А, во-вторых, нужно вернуться и попробовать закрыть другую сторону Врат, подпитав кристалл.

Мы быстро вернулись к поляне. Врата за время нашего отсутствия изрыгнули два второранговыех монстра, с которыми мы расправились меньше чем за минуту.

Я подошёл к правой, еще не закрытой, стороне Врат и достал чёрную горошину. Лиля снова встала рядом, готовая передать мне ману. Ещё раз оглянулся на мужиков, которые замерли по краям Врат и не мигая смотрели на меня.

— Поехали! — вполголоса произнёс я и направил ману в чёрную горошину.

Глава 5

В этот раз поток маны я выпустил гораздо более мощный и результат не заставил себя ждать. Кристалл вспыхнул так ярко, что мужики позади меня дружно охнули. Чёрные флюиды, густые и маслянистые, потекли из горошины в камень, и поверхность Врат в радиусе полуметра от кристалла начала меняться. Тёмная плёнка, ещё недавно колыхавшаяся, как вода в проруби, застыла, помутнела и стала ровной, как меловая доска. Только вот доска эта была размером с хороший обеденный стол, а остальная часть овала продолжала мерцать и переливаться.

Работает, но не полностью, слишком ещё большая поверхность не затвердела. Горошина в моей руке стремительно теряла вес, и я чувствовал, как вместе с ней утекает и моя мана. Лиля всё это время стояла рядом, а теперь положила ладонь мне на плечо, и по телу разлилась тёплая волна. Её энергия жизни вливалась в меня, не давая вихрю в груди окончательно заглохнуть.

Теперь поверхность Врат стала уже, полностью затвердев с одной стороны и став хотя бы непроницаемой с другой, но всё равно пока сохранялась довольно большая средняя часть. Выходит, чтобы закрыть Врата полностью, надо активировать все чёрные кристаллы. А чтобы лазейка Хаоса не активировалась вновь, за кристаллами придётся следить и периодически подпитывать.

Горошина рассыпалась в пальцах, поверхность Врат вдруг заколыхалась посередине. Мужики отпрянули и выставили копья перед собой, охотники вскинули луки.

Плёнка вспучилась, и на землю вывалился скрежень, краб-переросток с клювом на змеиной шее. Он рванул было в сторону, но я уже выбросил руку, и корни, вырвавшись из земли, обвили его лапы. Тварь захрипела, задёргала лапами, пытаясь освободиться, и в этот момент я всадил в неё огненный шар. Сгусток оранжевого пламени прожёг хитин на груди, скрежень завалился на бок, дёрнулся пару раз и затих.

— Нужны ещё чёрные ядра, — произнёс я, глядя как Игорь начал добывать ядро из монстра. — Пока просвета хватает, чтобы твари выбирались. Одной горошины оказалось мало.

— Нужно ещё, — согласился Андрей, что-то быстро черкая в тетради. — Много нужно. Но механизм работает, это главное!

Я оглядел Врата. Восемь кристаллов, из них два теперь мерцали гораздо ярче остальных, а поверхность рядом с одним была ровной и мутной, возле другого не колыхалась, но пока ещё не затвердела.

Если одна горошина закрывает примерно шестую часть Врат, то для полного закрытия нужно ещё шесть таких же и хотя бы зерно для первого, для закрепления эффекта. Или что-то более серьёзное надо использовать для полного закрытия Врат, орех, например. Или сфера. Но где их взять в таких количествах?

Ладно, об этом подумаю позже. Сейчас главное — вернуться домой.

Мы собрали ядра с последнего скрежня, Андрей с Игорем быстро сняли панцирь, и отряд двинулся в обратный путь. Шли молча, экономя силы. По пути к Дубровке ещё пару раз вылезали небольшие группы монстров, с которыми мы быстро и без потерь разделались.

Когда подходили к Дубровке, уже смеркалось. Первым заметил нас Ваня, который сторожевым сурикатом торчал прямо за дамбой. Мальчишка тут же заорал что есть мочи:

— Наши идут! Барон вернулся!

Почти сразу по деревне прокатилась волна криков, послышался топот, и из-за ворот высыпали оставшиеся ельгинские мужики и все наши женщины. Настя, Марина, Лена, Ульяна, Вера, ещё кто-то, дети, баба Марфа.

— Илюша! — закричала Настя, опрометью бросаясь к мужу и повисая у него на шее. — Живой! Слава Богу, живой!

— Гаврила! — Марина вцепилась в старосту, уткнулась лицом в его бороду, сжала крепкой хваткой плечи и разрыдалась в голос. — Я тут места себе не находила! Думала, убьют тебя, окаянного!

— Тише, тише, женщина, — пробасил Гаврила, неуклюже поглаживая жену по спине свободной рукой, в другой сжимал древко копья до белых костяшек. — Чего развылась-то? Живой я, вон, весь на месте: и руки, и ноги, и даже голова.

На душе было тепло. Ставшая родной деревня, мы все вернулись, никого не потеряли, бабы плачут от счастья, дети визжат, Верный носится вокруг и лает от радости. И даже Ира машет рукой от ворот.

Ко мне подошёл Савелий, ельгинский староста.

— Ваше благородие, рад что вы вернулись в целости и сохранности, — начал он, кланяясь. — Докладываю. Пока вас не было, к дамбе волки подходили. Трое. Мы их из луков, ранили двоих, и они убежали в лес. А так всё спокойно, если не считать, что бабы там что-то не поделили, но потом правда быстро затихли.

Савелий хотел что-то добавить, но тут из толпы вынырнула баба Марфа с клюкой и заверещала на всю улицу:

— Бабоньки, хватит мокрое дело-то разводить! Мужиков кормить надоть!

Народ внял словам любительницы гороха и двинулся в сторону столовой.

— Идём, ваше благородие, — подошёл ко мне Гаврила, вытирая лицо платком, который ему сунула Марина. — Заслужили ужин.

У столовой выстроилась целая очередь к бочке с водой. Мужики умывались, фыркали, женщины бегали вокруг с ковшами и пытались хоть как-то привести дружину в божеский вид.

— Дай-ка, я тебе шею протру, — подскочила Настя к Илье с мокрой тряпкой. — Опять весь в кровище, как мясник.

— Так это не моя кровь, — хмыкнул Илья, наклоняясь и подставляя шею. — Монстрячья.

— Вот и хорошо, что не твоя, — Настя принялась яростно тереть ему загривок. — А то я извелась вся, пока тебя не было.

— Ой, хватит, кожу сдерёшь! — взвыл Илья, отскакивая. — Ты что, наждаком решила меня начистить?

Наконец все прошли в столовую, расселись за столом. Марина с Леной и Ульяной уже выставили на стол горшки с кашей, жареную рыбу, хлеб, миски с соленьями. Мужики накинулись на еду так, что в столовой стало тихо на пару минут.

Потом Андрей оторвался от миски, вытер рот рукавом и громко объявил:

— А ведь мы сегодня Врата Хаоса нашли!

Все головы повернулись к нему. Мой советник, воодушевлённый вниманием, вскочил из-за стола и начал рассказывать, размахивая ложкой. Каша с ложки полетела во все стороны, и одна особо жирная клякса шлёпнулась прямо на лоб Илье.

Илья замер, потом медленно поднял руку, вытер лоб и посмотрел на пальцы. Нахмурился, перевёл взгляд на Андрея.

— Ты чего дерёшься? — мрачно спросил он, поднимаясь из-за стола.

— Я не дерусь, я рассказываю! — возмутился Андрей, разводя руками и с его ложки слетел ещё один комок каши и плюхнулся Гавриле прямо в бороду.

Староста тоже поднялся, вытирая бороду и сверкая глазами.

— Это что за обстрел кашей? — прогудел он.

Мужики засмеялись, женщины тоже захихикали, шушукаясь между собой. Андрей медленно опустился на лавку, изумлённо глядя на свою коварную ложку с капающей с неё кашей.

— Так я это… — кашемёт на мгновение замялся, а потом расплылся в улыбке и выпалил: — Добавки хотел вам подложить!

— Держите меня семеро! — тряся испачканной бородой, староста сжал перед собой большой кулак. — А то неровен час у этого заботливого сейчас убавка каких-нибудь конечностей произойдёт!

Илья же угрожать не стал, а перешёл к действиям.

— Вот тебе тоже добавка! — Илья схватил со стола ложку и зачерпнул кашу. — Получай!

Каша полетела в Андрея, но тот успел пригнуться, и снаряд попал в лицо сурового и молчаливого Сергея. Главный охотник от неожиданности поперхнулся, закашлялся, а потом нахмурился, сжал зубы, медленно поднялся и взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, посмотрел на Илью.

— Пап, не надо, — попытался воздействовать на отца сидящий рядом Игорь, но тот даже не посмотрел на него, не обращая внимания и на стекающую со щеки кашу.

Все в столовой разом затихли и замерли. Илья сглотнул слюну, стоя с ложкой в руках, с которой стекала каша прямо на стол. Я тоже немного напрягся, но решил пока не вмешиваться.

Сергей сверлил взглядом Илью секунд пять, а потом тяжело вздохнул, махнул рукой и уселся обратно за стол.

Все выдохнули, но уже в следующий момент округлили глаза, потому что практически никогда не улыбающийся Сергей сейчас вдруг расплылся в широкой улыбке, взял ложку, зачерпнул кашу и метнул её в расслабившегося Илью.

Попал. А заодно ещё в двух его соседей. Немного расслабились мужики, разряжая напряжение, но уже начинается перебор, балаган надо останавливать, пока это не превратилось в детский сад в отсутствие воспитательницы.

Я уже собирался вмешаться, чтобы успокоить вернувшихся в детство, но тут подключилась баба Марфа. Она резко подскочила и постучала клюкой по столу, пытаясь восстановить порядок.

— Прекратить безобразие!

Как ни странно, но давшие слабину мужики Марфу сразу послушались и, всё ещё хохоча уселись на свои места. Я так и сидел на своём месте во главе стола, немного в стороне от эпицентра этого самого безобразия и широко улыбался. Тимбилдинг как он есть, пусть немного подурачатся, это порой сплачивает коллектив лучше серьёзных договорённостей.

***

После весёлого ужина, когда мужики немного угомонились и, всё ещё смеясь, разошлись по домам, мы с Андреем и охотниками остались в столовой.

— Значит так, — начал я, обводя взглядом артель. — Раз Дубровка теперь становится вашей перевалочной базой, то чтобы каждый раз не ночевать вам на сеновале, предлагаю построить на окраине деревни вам гостевой дом. Прямой сруб, два яруса топчанов вдоль стен. Печь, конечно, понадобится, стол с лавками, небольшая оружейная и кладовка для запасов и добычи. Чтобы можно было отдохнуть и поесть, и место для оружия и трофеев было.

— Дельно, — одобрительно кивнул Матвей, поглаживая шрам на щеке. — Когда у нас в Томске артель на постое стояла, так там похоже было. Только без кладовки и оружейной, всё под кровати сваливали.

— Кладовка и оружейная — это важно, — вставил Андрей, опять что-то записывая в тетради. — У вас хитин, ядра, луки, стрелы, вещи, одежда. Порядок должен быть.

— Вот и я о том же, — кивнул я нашему любителю порядка и учёта. — И ещё про чёрные ядра. Вы обязательно скажите другим артелям, а по возможности и скупщикам, что мы готовы выкупать чёрные ядра за цветные того же ранга по курсу два к одному, пусть больше не выбрасывают.

— Скажем обязательно, ваше благородие, но позже, — произнёс Матвей, поскрёбывая заросший подбородок. — Завтра мы хотим по другую сторону от тракта пройтись, по просекам. Там нужных нам монстров много, хитин вам на доспехи притащим.

Я кивнул и откинулся на лавке, разглядывая охотников. Матвей сидел напротив, прикидывая что-то в уме, Петька с Яшей переглядывались, а молодой парень с перевязанной рукой, которого охотники звали Лёхой, клевал носом, сражённый плотным запоздалым ужином и длинным, насыщенным на события днём.

Отпустить бы всех отдыхать, но было ещё одно дело, где охотники будут полезны.

— Андрей, — позвал я, — принеси-ка нашу ценную находку из руин.

Мой рыжий советник встрепенулся, быстро понял, что я имею в виду, вскочил со скамьи и метнулся к нашей избе. Через минуту он вернулся, бережно прижимая к груди большой рулон, обёрнутый холстиной, и принялся осторожно разворачивать его на свободной участке стола с таким загадочным видом, что охотники притихли, глядя на это действо.

Стол в столовой был большой и длинный, карта легла на него целиком, не занимая в итоге и трети. Андрей придавил края кружками и плошками, чтобы не сворачивалась, и отошёл на шаг, любуясь открывшейся картиной.

Матвей легко поднялся с лавки и подошёл к карте, за ним подтянулись остальные охотники, позабыв уже о желании уйти на сеновал. Петька вытаращил глаза, Яков присвистнул, а оставшийся на лавке Лёха мигом проснулся, тоже подскочил к нам и от удивления открыл рот.

— Матерь Божья, — выдохнул Матвей, водя рукой над картой. — Откуда такое сокровище, ваше благородие?

— Нашли в одном интересном месте, — ответил я, тоже вставая из-за стола и подходя ближе. — На стене в старом подвале висела.

— В каких это краях такие диковины водятся? — спросил Петька, не отрывая глаз от карты.

— В разрушенной башне на севере от нас, — сказал я, показывая рукой в сторону леса. — Там ещё железо осталось, а все целые книги мы забрали.

Матвей склонился над картой и принялся водить пальцем по разноцветным линиям. Его лицо стало серьёзным и даже торжественным.

— Вот Томск, — произнёс он, ткнув пальцем в крупный кружок на центре карты. — А вот Южный тракт. А вот тут, — он перевёл палец южнее, — мы где находимся. Деревня Дубровка.

— А вот Мальцево, мы там были с год назад, — подхватил Лёха, тыча пальцем в россыпь точек южнее Дубровки. — И Томилово, там никто не живёт уже. Про Ельгино только от вас узнали, тоже не были. А это ещё что? Милютино какое-то, Филоново, Проскоково. Матвей, смотри, тут ещё какая-то Юрга! Крупный город, наверное, вроде Томска!

Матвей всмотрелся, потом покачал головой и переглянулся со своими.

— В Милютино не были, ваше благородие, — ответил он, потирая шрам на щеке. — Слышали, что есть такая деревня где-то на юго-востоке, но сами не доходили. В Филоново и Проскоково тоже. Далековато было, за один день на заставу оттуда пешком не вернутся. Да и в принципе мы больше по тракту ходим, в лес сильно не углубляемся. Там монстров слишком много, а деревни эти, может, и живые ещё, кто знает. Ну а до Юрги вообще нереально дойти без ночевок, это же километров семьдесят отсюда.

— Деревни рядом надо будет проверить, — сказал я, складывая руки на груди. — Если там люди живут, предложите им к нам перейти. И чёрные ядра у них выменять, если таковые имеются.

Матвей постоял ещё немного над картой, водя пальцем по южным районам. Переглянулся со своими охотниками.

— В Милютино, думаю, сможем уже завтра дойти, — проговорил глава охотничьей артели. — Мы завтра как раз в те края планируем пойти. А вот в Филоново и Проскоково далековато будет, с тракта на запад, в лес вон сколько топать. Надо специально на это день закладывать. Посмотрим, как получаться будет, может, в следующий раз, как с Томска вернёмся.

Матвей немного помолчал и поднял на меня глаза.

— Ваше благородие, а можно карту эту срисовать? — спросил он, чуть подавшись вперёд. — Хотя бы небольшой фрагмент. Ну, чтобы у нас тоже была. А то мы по памяти ходим, а так вон сколько всего вокруг.

— Срисовывайте, — кивнул я, возвращаясь на своё место и подхватывая кружку с чаем. — Андрей, принеси бумагу и чем рисовать.

Пока Андрей бегал в дом, а я пил чай, охотники о чём-то быстро вполголоса переговорили, и Матвей сел на лавку рядом со мной.

— Ваше благородие, — сказал он, понизив голос. — Мы тут посовещались и решили не на один день остаться, а дня на три. С утра пораньше на охоту, а вечерами лес валить и начать под наш гостевой дом венцы закладывать.

Я поднял бровь, оценивая предложение. Логично, так они и на охоту успеют, нам хитина нанесут больше, да и с своим жильём поспособствуют и нам не придётся самим всё строить. Взаимовыгодно.

— Добро, — сказал я, хлопнув Матвея по плечу. — Тогда так и сделаем.

В столовую вернулся Андрей с бумагой в руках, а за ним вошёл и раскрасневшийся староста, который на ходу кивнул нам, явно нацеливаясь на кувшин с квасом у печки. Он то мне как раз и нужен.

— Гаврила, Матвей с артелью на несколько дней остаётся, — сказал я, кивая на главного охотника. — По вечерам они лес валить будут под свой гостевой дом. Ты организуй им фронт работ, а ещё стол и лавки для их избы сделай, доски для топчанов. Всё как положено.

— А вот это хорошие вести, помощники нам нужны! — Гаврила повернулся к нам с кувшином в одной руке и кружкой в другой. — Ну а стол сделаю, конечно, крепкий, дубовый, как вот этот. И лавки, и доски. Не одним днём, конечно, дело хлопотное, но я это люблю.

***

Охотники ушли бить монстров с восходом солнца, а я после завтрака назначил общий сбор у колодца. Мужики, женщины, дети старики, — все стояли и ждали, что скажет барон. Я поднялся на небольшой пригорок у колодца, обвёл взглядом собравшихся.

— Слушайте все, — начал я, и гул голосов стих. — Вы уже знаете, что мы вчера нашли Врата, откуда лезут монстры. Мы нашли способ их закрывать, но полностью их закрыть не смогли. Значит, монстры оттуда ещё будут лезть, и рано или поздно они пойдут на нас. К тому же, такие Врата, скорее всего, не одни, а значит монстров вряд ли станет сразу намного меньше. Поэтому нам нужно укреплять оборону.

Женщины запричитали, мужики нахмурились, вспоминая наш вчерашний поход.

— Первое, — продолжил я, поднимая руку и призывая к тишине. — Патрули с южной стороны круглые сутки. Двое ходят вдоль частокола, двое спят, потом меняются. Второе, строим простую смотровую башню у частокола, там же на южной стороне. Третье, прореживаем лес на юге, как можно дальше, чтобы монстров видно было издалека.

Мужики одобрительно загудели и вперёд выступил староста.

— Дело говорите, ваше благородие, — пробасил Гаврила, поглаживая бороду. — Лес мы и так валим на стройку, только теперь будем с юга брать. И башню поставим, и настил сделаем для лучников.

— Ещё одно, — сказал я, обводя всех взглядом. — Надо проредить лес и на подступах к деревне на востоке, со стороны дороги. Чтобы никто не подкрался незамеченным. Ни разбойники, ни монстры.

— А может, пост сделать у самого тракта? — подал голос Илья, тоже выходя вперёд и вставая вроде бы и рядом с Гаврилой, но всё-таки на полшага впереди его. — Чтобы чужаков издалека видеть и останавливать. А то мало ли кто по тракту ходит.

— Идея здравая, но отложим её на будущее, — ответил я, качая головой. — Далековато, да и люди тут пока нужны. И сначала мельницу надо обезопасить, сколько тебе ещё осталось?

— Ну мы с помощниками частокол по ту сторону дамбы закончили позавчера, настил частично сделали, — начал перечислять Илья, загибая пальцы, — ну в самых главных местах пока, потом полностью вдоль частокола доделаем. Начали ставить вышку для наблюдения и обороны, сегодня планируем закончить основное, потом обшивать начнём.

— Молодец, — сказал я, оценивая его энтузиазм и переходя к главному. — А теперь пора навести порядок в дружине.