Барон Иноземья

Глава 1. Изгнание и прибытие.

Метель билась о неприступные каменные стены, за которыми притаились хибары нищих и особняки богачей. По переулкам и центральным улицам там бродили патрули, катились обозы и кареты. Черный дым клубами поднимался над котельными, от которых тянулись километры медных труб, пронизывающих каждый дом в городе. Горячая вода струилась по ним, неся с собой тепло и уют.

К сожалению, я оказался по другую сторону всего этого великолепия. Полтора десятка телег стояли у подножия каменного монолита, окольцовывающего Айсгард, столицу королевства. Рядом со мной жался под тяжелым тулупом человек, назначенный моим главным помощником. Тощий, как смерть, с куцей козлиной бородкой, этот юноша едва ли мог похвастать силой духа.

Впрочем, я выглядел не лучше, даже овчинная шкура, вывернутая вовнутрь, не спасала меня от лютого холода. Что и говорить о тех, кто забился под навесами обозов, выглядывая наружу только для того, чтобы с надеждой посмотреть в мою сторону. А что я мог им предложить? Память человека, чье тело я занял по воле странного случая, не давала никаких подсказок!

Он не был управителем, не имел опыта в странствиях и дипломатии. Все, что его интересовало — разноцветные стекляшки, лежавшие в кожаном кошеле, за пазухой. Да еще секрет, сохранившийся горсткой коротких эпизодов из прошлого. Никакой упорядоченности!

— Господин, вы решили, куда нам двигаться? — дернул меня за рукав Санди, мой первый помощник.

— А это имеет смысл? — скептически спросил я, открывая фолиант, в котором хранилась вся полезная информация. Штуковина явно магическая, либо замаскированная под таковую, с помощью высоких технологий.

Согласно карте окрестностей, по большей части скрытой красивыми текстурами снега, на востоке имелся заброшенный городок, тысячу лет назад обратившийся в руины. Других направлений найти не удалось, потому я указал именно туда.

Вы начали выполнение контракта «Прибытие в Тан’Хирд. Задача: добраться до указанного места и не потерять ни одного поселенца. Невыполнение условий карается понижением качества исходных данных!» — сообщил мне фолиант, когда я обратил внимание на поступивший сигнал.

Всегда, когда дело касалось важных сведений, книга начинала меня дергать. Каким-то странным, непонятным образом от нее тянулась призрачная нить, к самому сердцу. Это было не то, чтобы больно, скорее неприятно. Слова про исходные данные заинтересовали меня в тот же миг, заставив углубиться в изучение. Найдя на страницах интерфейса нужное словосочетание, я получил краткую информацию о человеке, которым являюсь на данный момент.

Денхольм, вольный странник, ученый, прошедший обучение в трех университетах Старой Империи. Он открыл секрет долгожительства, что скрывал на протяжении многих лет, тайно применяя знания на себе. Последние три года изучал особые свойства магических потоков, посвятив себя их изучению. Позже впал в немилость высокопоставленной особе, за что поплатился. Характеристики станут доступны после пятипроцентной синхронизации. Текущий уровень синхронизации: один процент.

Это и все, что оказалось в моем распоряжении. Забравшись на спину могучего ездового быка, я задумался. Этот зверь способен пробраться через любые сугробы, будучи почти вдвое выше лошади. Именно ему, как ледоколу, предстояло идти первым, расчищая путь для менее способных собратьев.

Косматый вожак турсанов подчинялся лично мне, благодаря амулету, висящему на шее. Что будет, если я его потеряю, представлять даже не хотелось! Мысленно отдав приказ животному идти в нужном направлении, я оглянулся. К столице меня тянула чужая память, хранившая так много чаяний и надежд… Но теперь они остались в прошлом.

Продвигаясь сквозь заснеженную пустошь, справа и слева можно было увидеть силуэты горных хребтов. Небо, скрытое пеленой туч, без намека на солнце, стемнело очень быстро. Через несколько часов, когда я оглянулся, то заметил, что хвост каравана отстал. Стоило спрыгнуть с седла, как ноги выше колена ввязли в рыхлый снег.

Чертыхнувшись, я ухватился за стремя и вернулся на прежнее место. Тут как тут, появился Санди.

— Что случилось, господин? — донесся до меня его крик, сквозь гул ветра.

— Хвост отстал, ты что, слепой? — рассерженно спросил я.

— Все в порядке, они нагонят! — заверил меня помощник.

— Ну, как знаешь…

Я повыше приподнял ворот тулупа, и без того скрывающий меня по самую макушку. Ледяные иглы врезались в щеки и лоб, мешая рассмотреть то, что находится впереди. Когда стемнело окончательно, кто-то из слуг зажег фонарь на высокой подставке, закрепленной за моей спиной.

Светлее не стало, зато череда подобных маячков помогла никого не потерять по ходу движения. Полтора десятка обозов оставались в прежнем числе, что позволило мне с облегчением углубиться в изучение фолианта. Это был интерактивный интерфейс, перемещающий владельца в подпространство.

Все то время, пока я занимался изучением «магического» устройства, никто не замечал никаких странностей. Для них я просто листал книгу. Это могло показаться нереальным, не будь я готов к подобного рода вещам. Приняв как данность все происходящее, мне оставалось только исполнять обязанности, возложенные на меня неизвестными силами.

Мы шли еще несколько часов, прежде чем впереди, на фоне едва-едва светлеющего небосклона, появились черные силуэты развалин. Животные неожиданно забеспокоились, словно почуяли опасность, которую никто, кроме них, пока не видел. Приказав остановиться, я окликнул Санди. Помощник какое-то время пробыл в задумчивом замешательстве, после чего выдал предположение.

Заключалось оно в том, что животные слишком устали и нуждаются в передышке. Скорее всего, вожак турсанов[1] подал им знак, обозначив масштабы негласного бунта. Сам помощник никогда с подобным не сталкивался, поскольку большую часть своей жизни провел в стенах столицы. Пришлось мне самому вновь браться за фолиант.

В нем хранилось очень много информации о караванах, состоящих из этих громадных быков. Помимо прочего, мне предоставили личные записи многих путешественников, делающих «пометки на полях». Оттуда мне и удалось вызнать небольшой секрет, позволяющий заставить животное двигаться дальше, даже если оно активно протестует.

Сняв амулет, я сжал его в ладони. Мало кто видел происходящее, так что за свою репутацию я особо не переживал. Прогрев металлическую бляшку до температуры тела, мне оставалось не так много — раздобыть перо. Лучше, чем Санди, кандидата не нашлось, так что следующие четверть часа я ждал, пока он выполнит поручение.

К тому времени несколько опытных мужей решили поинтересоваться, что происходит. Они столпились перед мордой вожака, высматривая, каждое мое действие. Хитрость заключалась в том, чтобы пощекотать пером хорошенько прогретый амулет, а раздавать бесплатно такие секреты не входило в мои планы. Так что я приказал всем занять места на обозах, после чего запахнулся поплотнее в тулуп.

Мне пришлось всем телом ощутить, как бык пошел мелкой дрожью, как только перо скользнуло влево-вправо. Это взбодрило животное, придав сил для дальнейшего пути. Подробности о том, что ровно такой же прием используется для спаривания особей, я решил напрочь выкинуть из головы. В любом случае, трюк сработал и мы двинулись дальше.

Фолиант выдал мне поощрение за проделанную работу:

Вы применили редкую хитрость в усмирении ездового животного. Шанс успеха составлял четыре процента, удача на вашей стороне! Желаете обрести навык «Обращение с животными»? Основа для обретения — интеллект! Внимание! Не распределены базовые характеристики!

Я удивленно уставился на предупреждение, не понимая, что от меня требуется. Благо, фолиант был магическим и быстро перевел меня на нужный интерфейс. Изображение Денхольма выросло передо мной в полный рост, в то время как я сам оказался в светло-сером пространстве, заполненном зеркальными осколками. Волей мысли я мог оказаться с любой стороны относительно фигуры молодого ученого.

Итак, мне предоставили информацию о четырех основных атрибутах: силе, ловкости, интеллекте и здоровье. В качестве дополнительных были также восприятие и воля. Выяснилось, что базовый уровень — десять. Углубившись в описание, я составил в своем уме полную картину предлагаемых действий, выяснив, что у меня в распоряжении жалких двадцать пунктов, потратить которые я могу куда угодно.

Правда, это количество оказалось столь мизерным, что ничего кроме досады у меня не вызвало. Навык выше десяти требовал минимальные десять же пунктов. Далее: одиннадцатый — двадцать, тринадцатый — тридцать и так далее. В то же время уменьшение базового атрибута расширяло оперативный простор для манипуляций. Вместе с тем на Денхольма накладывались определенные ограничения.

Например, седьмой уровень атрибута нес следующее описание…

Низкий: ваши ограничения легко заметны любому, кто вас встречает. Это самое низкое значение, при котором вы еще не становитесь инвалидом.

Исходя из этого, я мог получить целых тридцать пунктов, если понижу здоровье или ловкость до этого значение. И стану криворуким недотепой или вечно болеющим хлюпиком. Потратив большое количество времени на игру с настройками, мне удалось вывести более-менее устраивающий меня результат. Интеллект стал равен двенадцати, здоровье — девяти, сила — восьми и ловкость — десяти.

Особо не разобравшись, что к чему, я с удивлением обнаружил, что теперь в моем распоряжении целых тридцать пунктов! Собственно, отсюда я вернулся к самому первому сообщению, с которого началась вся эта сумасшедшая история. Мне предложили получить десятый уровень обращения с животными за каких-то два пункта.

По умолчанию он будет равен уровню интеллекта Денхольма, а это целых семьдесят пять процентов успеха, в случае, если мне вновь понадобится мотивировать какого-нибудь зверя! Решив, что отказываться от подобного предложения не имеет смысла, я принял дар фолианта. Тем более, что отвергни я дешевый навык, второй раз мне могли его не предложить, да еще и одарить кучей штрафов при следующей попытке.

Как ни странно, но первым в список талантов молодого ученого попало именно обращение с животными. Как я мог судить, ничто не мешало мне превратить несчастного человека в кого угодно! Знал ли он о том, какая участь его постигает в данный момент? Очень хотелось верить, что нет.

Да и где он находится? Неужто оказался в моем теле, в моем мире и подобным способом распоряжается свалившимися на него обстоятельствами? Захлопнув книгу, я свесил ее на бедро. Путь продолжался!

Мы прибыли в город, когда окончательно рассвело, но к тому времени опять поднялась метель. Воспоминания Денхольма о том, как он проводил исследования в подземной лаборатории вызывали у меня самые тоскливые ощущения. Почему мне попалась именно та часть его жизни, когда все покатилось в тартарары?

Единственным уцелевшим зданием оказалась пирамида, наполовину заметенная снегом. Храм шести забытых богов, сложенный из антрацитового камня, выглядел на редкость идеальным в окружении блоков, торчащих из-под ледяной корки, как руки утопленников. Ветер все усиливался, пока караван тщетно искал укрытия под стенами четырехгранной пирамиды.

Мне пришлось знатно поломать голову прежде, чем на помощь явился Санди. Он подсказал, что вход наверняка находится под толщей снега, и чтобы до него добраться, нужно приказать кому-то из мужчин заняться этой работой. Естественно, я нуждался в рекомендациях своего помощника!

Когда передо мной, тесно прижавшись друг к другу, столпилось около дюжины работников, я без угрызений совести выдал соображения Санди за свои. Как ни странно, кары небесной за это не последовало, зато вновь напомнил о себе фолиант.

Для более эффективного взаимодействия с подопечными вы обязаны обладать преимуществом «Харизма»! Стоимость обретения преимущества: пять пунктов за уровень!

Выбора у меня фактически не было, так что пришлось потратить часть своих запасов, полученных с понижения основных атрибутов. К сожалению, сила моего обаяния не была абсолютной и в доказательство своего авторитета, пришлось лично браться за раскопки.

Активно работая лопатой, я старался выглядеть очень уверенно, уповая на совесть собравшихся рядом людей. Крепко сложенные мужчины все чаще поглядывали в мою сторону, пока я пыхтел и сопел, выбрасывая снег из образовавшейся траншеи. Санди, что примечательно, стоял в стороне, как будто его происходящее не касалось!

Когда он не выдержал и принялся сетовать на охамевших работников, я не без облегчения выбрался наружу.

— Как вы можете себе такое позволить?! Работать рядом с бароном, да еще и лопатой! — разорялся первый помощник. — Хоть бы постыдились! Это сейчас что-то зависит от вас, а когда дело коснется серьезной задачи, кто из вас разделит участь господина?!

Слова эти пришлись мне по душе, как никогда. Устало откинувшись в седле вожака-турсана, я прихлебывал из фляжки приятный отвар и наблюдал за тем, как батрачат люди, лишенные возможности упрямиться. А всего-то и нужно было, что поработать наравне с ними! Участь Денхольма показалась мне даже привлекательной, в какой-то мере.

Через пару часов проход был расчищен, настала моя очередь действовать. Что поразительно, каменные створки ворот, ведущих в нутро пирамиды, были закрыты. Я приказал всем убраться подальше не потому, что опасался за чье-то здоровье, мне просто не хотелось, чтобы кто-то видел момент моего замешательства.

Высотой в два человеческих роста, они находились под многометровыми сугробами. И теперь мне предстояло как-то их открыть или навсегда утратить авторитет в лице беженцев! В этот момент мне вспомнился контракт, занесенный на одну из страниц фолианта. Ведь я должен был довести людей до этого места, без потерь. Неужели никакой награды не положено? Или кто-то все же остался в ледяной пустоши?

Поздравляем, вы успешно завершили первое задание, выполнив дополнительное условие! Ваша награда — три пункта, желаете приступить к новому контракту немедленно?

Подумав и так и сяк, мне вдруг пришло на ум, что нет никакого смысла даже пытаться проникнуть в пирамиду, пока я не приму задание. Вывод оказался верным! Как только я дал согласие, фолиант активировал головоломку, начертанную на вратах. Разгадав ее, я смогу войти.

Десятки пластинок отделились от черного камня, вспыхнув голубоватым сиянием. На каждой из них я заметил символы, как будто составляющие цельный рисунок. Правда, подсветка исчезла настолько быстро, что запомнить его не смог бы даже человек с фотографической памятью. Что я мог предпринять в этой ситуации?

Над головой завывал ветер, ров медленно, но верно заметало свежим снегом. И это не считая того, что пальцы рук и ног онемели от холода! Что я только не делал, обращаясь к памяти Денхольма, но тот, кажется, никогда с подобным не сталкивался. Единственное, что могло хоть как-то помочь — горсть разноцветных стекол, что висели у меня на шее, в плотном кожаном мешочке.

Достав оранжевый осколок, я сквозь него посмотрел на узор и обомлел. Растерянность переросла в радостный смех. Санди, что стоял вместе со всеми, наверху, поспешно прибежал узнать, не потерял ли разум его господин. А я к тому времени полностью разобрался, что к чему. Каждый цвет являл передо мной набор определенных символов, но тот, что я извлек первым — оранжевый — открывал картину целиком.

Перемещая таблички по поверхности ворот, я очень быстро составил исходный рисунок. Что-то с натугой щелкнуло под ногами, затем створки принялись медленно расходиться. Изнутри пахнуло теплом, превращая иней на моем лице в капли влаги. Это было настолько приятное ощущение, что я едва не расплакался от счастья.

[1] Турсан — название ездового парнокопытного животного, не уступающего в силе тридцати лошадям.

Глава 2. Начальная археология

Осторожно шагнув внутрь, в непроглядную тьму пирамиды, я вдруг понял, что медленно вязну в пространстве. Словно муха, угодившая в паутину, я мог дергаться и вырываться сколько угодно, тем самым ухудшая свое положение. Голоса людей за моей спиной становились все глуше, пока не исчезли вовсе, как и все прочие звуки.

Что-то стиснуло меня со всех сторон, выдавливая воздух из легких. Казалось, что глаза вот-вот выпадут из орбит, но в момент наивысшего пика, когда страх обратился в панику, все прекратилось. Чья-то пощечина выбила сноп искр из моего сознания, а строгий голос спросил:

— Цель визита?

— Погреться пришли, — осторожно произнес я.

— И что теперь? — голос принадлежал существу с явно драконьей глоткой, исходя из тона.

— В смысле, что теперь? — не понял я.

— Погрелся? — без тени усмешки спросил меня собеседник.

— Нет, там еще люди снаружи, — немного не понимая, что происходит, я решил действовать по обстоятельствам.

— И что, всех согреть надо?

— А можно?

— Нет.

— Тогда я пойду?

— Нет.

— Почему?

— Ты знаешь, с кем разговариваешь, смертный? — судя по интонациям, существо, живущее в пирамиде, решило похвастать статусом.

— С бессмертным? — проявил я смекалку.

— Верно, но не просто с бессмертным! — собеседник перешел на более деловой тон. — Я хранитель этого города, что ты видишь за стенами пирамиды!

— Ты вообще в курсе, что там нет никакого города? — мое удивление едва ли можно было считать поддельным.

— Так, подожди…

Следующие минуты я просто висел в пустоте, не зная, чего ожидать. Фолиант был недоступен, так как не мог пошевелиться. А если обратить внимание на подробности, то не чувствовал собственного тела, словно превратился бесплотным духом.

— Выходит, пока я ждал распоряжений, снаружи никого не осталось? — внезапно подал голос мой собеседник.

— Можно и так сказать, только руины, — честно признался я.

— А кто же будет заряжать аккумуляторы? Все запасы вот-вот закончатся! Мне неоткуда запитать системы жизнеобеспечения! — внезапно запаниковало существо.

— Выходит, тебе нужна помощь? — догадался я. — Я могу тебе ее предложить?

— Мо… О-о-о… Ж-ж-ж…

На этом наш разговор закончился. Я рухнул на пол, обнаружив, что стою посреди огромного зала, освещаемого фосфоресцирующими панелями, встроенными в стены помещения. Их хватало ровно настолько, чтобы видеть на несколько метров впереди. Скорее всего, местный управитель окончательно разрядился. А чем он мог питаться, раз речь шла об аккумуляторах? Электричеством?

Врата обнаружились в паре шагов за спиной — меня не так уж далеко затащили. Открыть ее можно было простым способом — покрутив металлическую рукоятку. Снаружи уже столпились почти все поселенцы, испуганно заглядывая за спины впереди стоящих. Порывы ветра и снега тут же ворвались внутрь, обдав меня холодом.

Приказав всем немедленно спрятаться, я однако не смог придумать, куда деть животных. Разумнее всего было бы соорудить снежную яму, но для этого нужны силы и время, а на улице вновь принялся вечер. Пригласив с собой Санди, мне пришло на ум обследовать хотя бы ближайшие комнаты в здании.

Их оказалось не так много, а если быть до конца честным, то конусообразный зал не имел ответвлений, являясь макушкой всего строения. Спуститься вниз можно было только одним способом — через черный люк, без намека на ручки. В щель между люком и полом едва ли пролезло лезвие, так что от идеи спуститься я отказался.

Люди, к тому времени, принялись раскладывать немногочисленные тюки, занесенные внутрь. Лагерь образовался хаотично, без намека на слаженные действия. Помощник предложил произнести какую-нибудь речь, чтобы воодушевить их, с чем я не смог не согласиться. Прикинув в голове то, что смотрелось бы уместно на фоне происходящих событий, я начал, повысив голос.

— Дорогие друзья! Мы переживаем не лучшие времена, но это не повод отчаиваться! Столица избавилась от нас, как от мусора, однако уже сейчас мы нашли для себя теплый приют и можем спокойно обдумать свои дальнейшие действия! Первая задача на сегодня — позаботиться о животных! О себе мы подумаем чуть позже!

Как это ни странно, но слова произвели положительный эффект, по крайней мере несколько человек отвлеклись, прислушиваясь ко мне. Пока они не утратили интерес к моей персоне, я приказал им выполнить поручение. Сначала беженцы попытались возразить, но тут моему терпению пришел конец.

Возможно сыграла роль усталость от долгого перехода, возможно статус барона, но я разъяренно ругался на бездельников, требуя уважения. Словно цыганка на рыночной площади, тут же появился Санди, причитающий и поддакивающий. Его действия выставляли работников, не желающих идти наружу, еще большими негодяями, чем казалось вначале.

Облегченно вздохнув, я открыл фолиант, так как он давно должен был сообщить мне об удачно решенной головоломке.

Поздравляем! Вы вошли в пирамиду Х’f! Хранитель старого города утратил свои силы, чтобы вернуть их, нужны граненные кристаллы, найти которые можно глубоко под снегом, в университете точных наук. Он находится через дорогу от пирамиды, ваша задача заключается в том, чтобы собрать экспедицию, провести раскопки и добыть кристалл для активации Хранителя!

Награда за предыдущее задание — 2 пункта.

Теперь в моем распоряжении было двадцать пять пунктов, которые я мог вложить во что угодно. Выбор, правда, выглядел не слишком разнообразным. Больше всего раздражало отношение беженцев к Денхольму. Словно он был одним из них, а не тем, кто взвалил на себя ответственность за всю кампанию.

Оторвав от сердца десять пунктов, я вложил их в повышение своего обаяния на два уровня. Этот момент следовало зафиксировать, проверив действие улучшения. Выбравшись наружу, я угрюмо уставился на пятерых мужчин, что выкапывали тоннель для ожидающих их животных. Наверху осталось несколько человек, чтобы присмотреть за обозами.

Сначала взгляды работников показались мне неприязненными, но как только я приблизился, обстановка стала более дружелюбной. Санди, как верный пес, оказывался то слева, то справа от меня, постоянно напоминая о том, что Денхольм — барон! Это, как ни странно, тоже работало.

— Я прикажу сменить вас через полчаса, как только отыщу подходящих людей! — задумчиво рассматривая лица мужчин, заявил я.

— Их и искать не нужно, — подал голос один из них. — У Франчески четверо сыновей, все как на подбор!

— Эрвин! — недовольно воскликнул его товарищ, укоряя в слишком длинном языке.

— Что, ты собрался работать тут всю ночь? — развел руками Эрвин, оставив лопату, чтобы ему лучше было защитить свое мнение.

— А ну-ка молчать! — рявкнул я, понимая, чем пахнет дело. — Если никто из вас не хочет работать, то я прямо сейчас выведу людей из пирамиды, оставшись там один! Я открыл дверь, значит мне пользоваться плодами работы! Пусть любой из вас делает, что ему вздумается и это не моя забота!

Позже я прочел в фолианте следующую надпись:

Вы получили навык Лидерство. По умолчанию оно получает четырнадцатый уровень, с вас снят один пункт. Лояльность группы повышена на двадцать процентов!

После этого никто не стал со мной спорить, и работа пошла хоть и медленней, но с большим усердием. Никто не старался отвязаться от возложенных на него обязанностей. Плюс ко всему, когда настала очередь смениться, работники молча вошли в пирамиду, самостоятельно сообщив тем, кто должен продолжить трудиться.

К рассвету под толщей снега образовалась ниша, в которой без труда разместились четырнадцать обозов и турсан-вожак. Хотя им и пришлось тесниться, но это пошло животным на пользу — так они быстрее согрелись, прижимаясь друг к другу. Правда, их тепло могло стать причиной обвала, когда снег подтает, но я решил отогнать эти мысли от греха подальше.

Университет с хранящимся внутри него кристаллом располагался в тридцати метрах от входа в пирамиду Х’f, по ту сторону улицы. Дав отдых беженцам, я приказал Санди обеспечить меня лежачим местом и сытным ужином из запасов вверенного мне народа. Помощник справился с задачей на все сто процентов, поскольку обладал поразительной въедливость. Никто не желал доказывать ему, что нуждается больше остальных. Куда проще было отдать Санди то, что он просит.

Проведя ночь в размышлениях и не испытывая ни малейшего желания спать, я с приятным удивлением понял, что сон — нужда, в которой я не испытываю надобности. Беженцы смотрели на барона с нескрываемой злостью, так как никто из них не мог похвастать свежим видом. Мне же ничто не мешало пользоваться новым положением и возможностями!

— Санди! — я осмотрелся, выискивая лысую голову первого помощника. — Собери пять усиленных пайков для тех, кто пойдет со мной! — тот вынырнул из ниоткуда, словно только и ждал, когда к нему обратятся.

— С какой целью? — спросил он.

— Мы отправляемся на раскопки, мне нужны сильные люди, не боящиеся трудностей! — сказал я, нарочито громко.

Часть людей, кто точно не попадал в указанную категорию, смотрели на меня с интересом, другие же постарались слиться с тюками из обозов. Помощник торопливо кивнул, улыбнувшись. Любое мое поручение приносило ему удовольствие, сопровождаемое слюновыделением. Так что Санди регулярно сглатывал и вытирал уголки губ.

Решив не наблюдать за тем, как отбираются рекруты, я вышел из пирамиды, взобравшись по пологому склону, чтобы осмотреть окрестности. Столица, как ей и положено, оставалась на прежнем месте. Отсюда было сложно различить дым труб, да и строение, подпирающие небосвод, почти не проглядывались сквозь неугомонную метель. Только черный силуэт на фоне серо-белого горизонта.

Однако, стоило мне осмотреться, как в сердце тревожно кольнуло. В сторону города двигался настоящий караван, состоящий из нескольких десятков могучих турсанов! Они шли чуть наискось, как-будто парус, изгибаемый ветром. В их намерениях мне разбираться не хотелось, потому я поспешно вернулся к помощнику.

— Скажи, дружище, — отведя его в сторону, начал я допрос. — А кто может шастать по этой снежной пустыне, в составе сотни обозов?

— Ну… — помощник погладил лысую макушку. — Разве что караванщики, а что?

— Да просто снаружи я увидел этих твоих караванщиков и похоже, — я обратил внимание, как округлились глаза Санди. — они направляются к нам.

— Лучше нам с ними не связываться! Вести об изгнании могли дойти до их глашатаев, так что они точно захотят пополнить запасы слуг!

Обратившись к памяти Денхольма, я понял, что в этом мире существует рабство. Правда, в куда более мягкой форме, чем мне представлялось. Если раб умер от холода, его хозяину отрубали палец. Этот палец клеймили и вешали на шею горе-хозяину. Раба мог иметь только мужчина, имеющий в своем распоряжении ездового турсана. Эти условия показались мне какими-то странными, так как раб в моем представлении был разумной вещью без права голоса.

Но покопавшись в чужих воспоминаниях, удалось выяснить, что рабом можно было стать только одним способом — добровольно. И в таком случае он нес за жизнь владельца куда большую ответственность, чем тот за его. В общем, эти странные обычаи мне показались чересчур гуманными, но допустимыми.

— И что ты предлагаешь? — попытал я счастья, обратившись к помощнику.

— Вы — барон, вам и решать! — с готовностью ответил он.

— Хорошо сказано, только куда мы денемся? Они ведь не смогут не заметить загон скота! Черт бы тебя побрал… — я задумался.

«В пирамиду их согнать, что ли?»

Позже я решил не паниковать раньше времени. Когда караван достиг границы города, поводырь резко свернул в сторону столицы, словно ни при каких обстоятельствах не хотел пересекать невидимую черту. Вздохнув с облегчением, мне оставалось только одно — вернуться к выполнению контракта.

Вооруженные лопатами, работники угрюмо выслушивали поставленную перед ними задачу. Троим нужно было прорубаться сквозь толщи слежавшегося снега, двое других на плотной мешковине вывозили его, чтобы не загромождать проход. Работа шла споро, уже через пару часов я стоял перед местом, где должна быть дверь университета.

Чужие воспоминания, как яркая вспышка, ворвались в мою голову. Я увидел, как Денхольм становится на стремянку, чтобы прикрутить табличку, а сам тем временем пишет на обратной ее стороне послание.

«Ты когда-то учился здесь, мой дорогой друг!» — поразился я собственной догадке. Вот только как он мог предвидеть, что когда-нибудь другой человек в его теле будет искать кристалл для активации Хранителя пирамиды? Ответ нашелся чуть позже, когда я обратился к более подробностям.

— Жасмин, я люблю тебя… — пробубнил я себе под нос. — Ах, ловелас, все с тобой понятно!

Этот поступок оказался ничем иным, как студенческой выходкой. Разочаровавшись в находке, я открыл дверь и вошел в покрытые инеем коридоры университета. Так как первый этаж и все последующие не существовали несколько сотен лет, от строения остались только подземелья. Видимо, где-то среди ни и лежал искомый кристалл.

Но как такое возможно, чтобы его еще никто не раскопал до меня? Неужели никому они не нужны? Ответ, по старой традиции, явился позже и сам. Огромный валун, как пробка, перекрывал мне путь к лестнице, указанной на картах фолианта. Поднять его не смогла бы и сотня турсанов, так что о том, как попасть внутрь можно было и не думать.

От нечего делать, я принялся рассматривать глыбу через разноцветные стекла, что носил с собой Денхольм. Неудивительно, что через несколько минут, с помощью синего осколка мне удалось различить на гладкой поверхности сверкающие руны. Они были нанесены таким образом, что казались трехмерными.

Протянув руку к надписям, я коснулся их линий, показавшихся осязаемыми. По пальцам пробежались искры, устремившись к локтю. Слабое покалывание переросло в настоящий электрический разряд, откинувший меня в сторону. Руны ожили, слаженно образовав узор, изображающий дверь.

Для постороннего наблюдателя все выглядело бы странным и даже глупым! Денхольм подошел к раскопанной глыбе, потом откинулся на спину, а поднявшись, принялся трогать воздух руками. Но в действительности я стирал призрачную пыль с надписи, что гласила: знания путь к прозрению!

На двери, сотканной из голубого холодного сияния, висел маленький ключик. Вставить его я мог в одну из трех скважин. Над первой угадывались очертания лестницы, над другой — солнце, над третьей — глаз. Здраво рассудив, что прозреть тут может не так много объектов, я вставил ключ и осторожно провернул его.

Внутри камня раздался металлический звон, и глыба рассыпалась, как мешок с резиновыми шариками. Разгребая их руками, я спустился по лестнице, оказавшись в тесной каморке, большую часть которой занимал агрегат, состоящий из бронзовых деталей, каких-то колб и ремней. В самом центре, под колпаком, в серебристой оправе поблескивал семицветный кристалл.

Положив его во внутренний карман, я вышел навстречу к работникам, что вернулись после отдыха. На деле я провозился с магическими загадками намного больше времени, чем ощущалось! В последний момент окинув диковинный агрегат, я с сожалением подумал, что подобного рода станков в этом мире уже давным-давно нет…

Что-то от Денхольма осталось в его теле, так что я не мог поручиться, что эта мысль принадлежала мне. Впрочем, похожие размышления не раз посещали меня в собственной жизни, оставленной далеко отсюда.

Беженцы настолько освоились в пирамиде, что вернувшись в нее, я ощутил запах свежей похлебки. О том, что они устроили себе небольшое пиршество можно было догадаться по остывающему кострищу у входа. Дровам в заснеженной пустоши взяться было неоткуда, потому люди использовали запасы каменного угля, прихваченного во время бегства.

Окинув подопечных задумчивым взглядом, я нашел люк в полу, сев перед ним на корточки. Если хранителю нужен кристалл, то как его передать?

Глава 3. Расселение

Когда я вынул кристалл, он вдруг резго осветил все вокруг. Это привлекло внимание беженцев, что собрались небольшим лагерем у входа. Лучи света, изменили свое направление, как будто их что-то притягивало. Образуя причудливую разноцветную бабочку, сияние сошлось точно над люком, каменная плита дрогнула, уходя вниз.

Для меня освободился проход в тесное помещение с низким потолком. Спустившись по антрацитовой лестнице, я увидел металлическую подставку, от которой в разные стороны тянулись медные трубки, обвивающие потолок, пол и стены. Не нужно было обладать особыми талантами, чтобы догадаться, куда применить находку из университета.

Осторожно вставив кристалл в паз, я отошел на несколько шагов, прикрыв глаза рукой — с нестерпимой силой все вокруг озарило сияние, которое погасло через несколько секунд. Голос, полный облегчения и благодарности прозвучал в моей голове.

— Поразительно! Где ты сумел добыть этот чудесный источник?

— Через дорогу, в университете математических наук или что-то вроде этого, — честно ответил я.

— Как я могу к тебе обращаться? — спросил Хранитель.

— Барон.

— Спасибо тебе, Барон, а теперь позволь осмотреть окрестности, так как последние семь сотен лет я работал в режиме энергосбережения! — выждав несколько минут, в течение которых ничего существенного не происходило, я услышав горестный вздох и нечто, напоминающее ругательство, после чего — вопрос. — Скажи мне, кто нынче правит империей атлантов?

— Если честно, я сам не в курсе, но могу попробовать что-то поискать, — я обратился к памяти Денхольма, выудив оттуда не так много информации, как хотелось бы. — Насколько я понимаю, сейчас в империи хаос, атланты бесследно исчезли, оставив города. По всей ойкумене расселились дразги — конфликтный народ с поразительной способностью к репродукции.

— Когда я впервые воспарил над пирамидой, дразги под надзором стражи могли разве что веником мести! — воскликнул Хранитель. — Как они могли взять верх над цивилизацией ученых мужей и их мудрых жен?!

— Не знаю, — ответил я. — Это просто факт, о войне нет никаких воспоминаний. Денхольм, похоже, вообще не интересовался историей…

— Денхольм? — переспросил голос пирамиды.

— Не важно.

— Что ты хочешь получить от меня? — сменил тему Хранитель.

— Смотря что ты можешь дать, одну минутку!

Я вовремя вспомнил про контракты, вносимые в фолиант, и открыв его, углубился в чтение.

Поздравляем! Вы активировали Хранителя Храма Граней! Это задание дает вам десять пунктов, которые вы можете потратить на модификацию личности Денхольма. В новом задании вам необходимо разместить каждого жителя в тоннелях под городом, обеспечив его теплом и чистой водой. Помимо этого, разыщите подходящее место для животных. Постарайтесь сделать пребывание беженцев здесь максимально комфортным!

Закрыв книгу, я почти дословно пересказал все, что от меня требуется. Хранитель долгое время не отвечал, по всей видимости сканируя местность, после чего выдал своей вердикт.

— Системы отопления работают только частично, но те, что пришли в негодность, нужно отключить от общего питания. Сам я этого сделать не могу, так как в годы рассвета этим занимались инженера атлантов. Но все это можно сделать немного позже. Строение, в котором может разместиться кучка дикарей, что пришли вместе с тобой, Барон, я уже отыскал. Это корпус старой казармы, он оснащен минимальной мебелью и хорошо отапливался в былые времена. Для животных, ютящихся у стен храма, предлагаю резервуар водохранилища. Но это все временно! — рассерженно закончил Хранитель.

— Почему? — удивился я.

— Место, в которое вы пришли, некогда было примером чистоты и порядка, мне больно видеть, как твои подопечные начнут гадить в самом его сердце!

— Ну, как скажешь…

Как долго длится зима в этих суровых краях я знал очень поверхностно, из воспоминаний Денхольма почерпнуть можно было не так много. По большей части этот человек проводил время в библиотеках и лабораториях, редко выходил на улицу, а если и странствовал, то постоянно что-то читал в дороге. Попытки отследить текст не увенчались успехом: буквы плясали, строчки наезжали одна на другую.

Фолиант оказался куда полезнее, в его интерактивном интерфейсе хранилось почти все, что мне нужно. Из него я и узнал, что столица расположена высоко в горах, на плато, спуск с которого возможен либо на дирижаблях, либо по самоубийственным тропам. Массовые походы на город со стороны врага не имели ни малейшего шанса на успех.

Экономический успех города обеспечивался воздушными судами, что собирали ресурсы со всего мира. Порой корабли могли отправиться в полет более чем на десяток лет. К тому времени могла смениться власть, произойти гражданское восстание или что угодно! Никому еще не приходило в голову портить имущество воздушного флота, так как без него столица быстро придет в упадок.

Зима здесь царит круглый год, так что надеяться на то, что когда-нибудь потеплеет бесполезно. Это приводила к одному неутешительному выводу: обеспечивать поселенцев едой придется самому. Если нет возможности разводить скот и сеять поля, где искать пропитание? Чем его заработать?

С этим вопросом я обратился к Санди. По виду он не придал большого значения поставленной проблеме, но спустя несколько минут изменился в лице, явно осознав масштабы катастрофы.

— У нас есть запасы на несколько дней, но дальше что делать — я не знаю! — воскликнул он, схватившись за голову.

— А кто вас кормил в столице, и вообще, какого черта вас выперли? — решил я докопаться до истины.

— Все, кто оказался под твоим покровительством, являются носителями крови атлантов! — гордо заявил помощник. — Дразги долго выслеживали тех, кто имеет даже отдаленное родство с их врагами. Когда правда выяснилась, они приказали нам немедленно покинуть столицу, проявив «милосердие»…

— Что бы вы все замерзли насмерть, а если бы не замерзли, то умерли от голода и жажды? — зная ответ, спросил я.

— Но к нам явился посланник, — кивнув, продолжил рассказывать Санди. — Он пообещал, что найдет человека, способного провести нас сквозь любые невзгоды. Когда явился ты, мы сразу поняли, за кем идти.

— А если посланник ошибся? — закинул я удочку.

— Ты привел нас в тепло, открыв двери, что не открывались тысячелетие, господин! — возразил помощник. — Разве это не свидетельство?

— Да, но накормить вас я могу разве что снегом! — не сдавался я.

— Что же… — Санди развел руками в знак примирения с любой участью, после чего я отступил.

— Ладно! Сколько еще городов есть в окрестностях?

— Восемь, — ответил помощник. — Все они связаны подземными тоннелями, оставшимися от наших далеких предков. Эти свиньи пользуются тем, чего никогда не смогут повторить!

— Я так понимаю, что попасть в тоннель можно только из города?

— Не совсем! Так было раньше, — Санди не скрывал презрения к тем, по чьей воле оказался здесь. — Теперь там бардак, больше десяти лет дразги пытались как-то привести в порядок чужие замыслы, но теперь забросили эту идею. По тоннелям передвигаются либо пешком, либо на лошадях. Никто никого не контролирует, во многих местах появились бреши, сквозь которые проникнет любой желающий. Города расположены по кругу, образуя октагон вокруг столицы. Между ними постоянно происходит сообщение караванщиков. Но те, кто предпочитает не рисковать, избегают покидать катакомбы атлантов.

— Почему атланты ушли? — вновь задал я мучающий меня вопрос.

— Никто не знает. Может быть они устали от постоянных посягательств варваров, может быть отправились в далекие миры, — Санди мечтательно посмотрел наверх. — Ходили слухи о герметичных кораблях, способных прорваться сквозь облака…

— Я тебя понял. Еду искать мне придется самостоятельно…

— Просто говори, что нам делать! — возразил помощник.

— Ищите себе еду! — отмахнулся я, понимая, что это не сработает.

— Я прикажу урезать пайки, чтобы ты получил больше времени, господин.

— Так и поступи, но прежде найди десяток работников, чтобы они смогли добраться до здания, где можно разместить всех остальных, — решил я.

— Слушаюсь!

Теперь раскопки продвигались намного активнее, чем прежде. Уровень харизмы и появившийся навык лидерства давал приятные бонусы к лояльности. Работники не смотрели на меня, как на эксплуататора, как-будто понимая, что дело вовсе не во мне. До казарменных подвалов мы добрались куда быстрее, хотя преодолеть пришлось гораздо больше.

Входом служил металлический люк, запечатанный намертво! Круглая, без пятнышка ржавчины, крышка была вмурована в промерзший грунт. Не найдя никаких намеков на замок, я вновь взялся за стеклышки. Судя по всему, Денхольм сделал потрясающее открытие, потенциал которого не видел даже приблизительно.

Вот неведомые покровители атлантов и провели небольшую рокировку, отправив в его тело человека, слабо заинтересованного исследованиями. Зато только и умеющего, что пользоваться чужими умениями. По всему выходило, что я паразит, выведенный для конкретной цели? Эта мысль кольнула мое самолюбие, потому я поспешил отвлечься на что-то более интересное.

На сей раз подсказки не спешили проявляться, в какое бы стекло я не смотрел на запертый люк. Работники, давным-давно покинувшие мое общество, вновь вернулись, чтобы посмотреть на то, ради чего вкалывали почти без перерывов. Результат их не особо впечатлил, но не это меня интересовало больше всего.

Пришлось возвращаться к Хранителю. Тот некоторое время молчал, размышляя над решением проблемы, после чего сказал:

— После того, как из казармы вышел последний воин, атланты запечатали вход в подземелья. Это была мера предосторожности против проникновения мародеров. Зная, что наступят холода, они предусмотрели естественное запирающее устройство. Люк представляет из себя металлическую болванку, плотно подогнанную к кольцам, вмурованным в гранит.

— И? — пытаясь понять, к чему ведет Хранитель, я не нашел ответ на заданный вопрос.

— Кольца сжались от холода, войдя в пазы внутри болванки. Чтобы открыть люк, нужно хорошенько его прогреть!

— Ого, это какое же кострище нам придется развести? — возмутился я.

— Все в порядке, варварские методы можете оставить в покое, я все сделаю сам. Нужно несколько людей, чтобы распечатать вход! Только пусть никто не касается крышки, пока не прозвучит сигнал! — предупредил Хранитель, после чего мне показалось, что он ушел. Хотя, как это было возможно?

Спустя полчаса я стоял чуть в стороне от люка, приказав всем держаться подальше. Вместе мы наблюдали за тем, как тает толстая корка льда, стекая ручьями каменному обрамлению. Пар заполнил все вокруг, толща снега надо головой принялась подтаивать все активнее.

Закончилось все довольно скоро — люк немного углубился, из под земли донесся знакомый сигнал, который я неоднократно слышал в своем мире. Но вот где? Возможно, на одной из строительных площадок, когда там работала техника…

Коснувшись почти горячей поверхности люка, я подозвал мужчин. Они подхватились за края крышки, рывком откинув ее в сторону. Под ней и впрямь оказалась металлическая болванка, поднять которую в одиночку практически невозможно. Заглянув в открывшийся проход, я увидел вертикальную лестницу, уводящую во тьму.

Понимая, что в этом нет никакого риска, я смело шагнул вперед, принявшись спускаться. Сначала ничего не происходило, но затем со всем сторон от меня начали разгораться лампочки, скрытые под панелями в стене. Они гасли тут же, стоило мне миновать определенный уровень. Либо это услужливо помогал Хранитель, либо работали автоматические системы.

Это в очередной раз приводило в недоумение. Что могло заставить уйти высокоразвитую цивилизацию? Тысячу лет назад они жили здесь, не зная ни в чем нужды, и вдруг дружно куда-то отправились? Или история их исхода скрывает какие-то секреты? И почему дразги считают атлантов своими врагами? Судя по воспоминаниям Денхольма, эти дикари едва ли преодолели эпоху паровых технологий!

Казарма представляла из себя самый настоящий бункер с десятками, а то и сотнями отсеков, оснащенных системой вентиляции. Благодаря множеству источников света и стилизованным под красное дерево панелям, все вокруг казалось даже уютным. Жилые комнаты объединял коридор, образующий замкнутый квадрат, в центре которого находилась дверь в лифт.

Хранитель сказал, что у него нет доступа к помещениям, расположенным ниже, чему я не особо поверил. Скорее всего он не очень доверял мне, вот и все. В каждой жилой комнате могло разместиться не более четырех человек, они имели в своем распоряжении умывальник, зеркало и кабинку туалета. Видел ли кто-то из беженцев унитазы, мне предстояло узнать в скором времени.

Водоснабжение осуществлялось благодаря подземным источникам, канализация — гротам, скрытым под поверхностью плато. В целом, даже такое большое количество городов, что остались от атлантов, без труда могли обеспечиваться природными ресурсами. Но что-то случилось, атланты ушли, а спустя пять сотен лет на эти земли обрушились вечные снега. Не мог же банальный холод стать ключевой фигурой в борьбе за выживание?

Быстрого способа попасть в казарменные катакомбы не существовало. Это могло бы стать серьезной проблемой для расселения. Но какой срок понадобиться, чтобы несколько десятков человек размножились до нескольких тысяч? И в этом ли моя миссия? Что, если мне осталось не так много времени, после чего все вернется на круги своя?

И Денхольм даже знать не будет о том, каким образом его использовали, продолжив исследования. А где-то глубоко под землей продолжат плодиться потомки великой цивилизации, в конце концов приняв существование в бункере, за единственно верный способ жить. Впрочем, так далеко заглядывать не было никакого смысла, тем более, что вслед за людьми, во внимании нуждались животные.

Благо, с резервуаром для хранения воды все оказалось куда проще, вход в него не был запечатан. Каким-то невероятным чудом атланты выплавили в скальной породе идеальный прямоугольный бассейн. Чтобы его освободить, вновь пришлось подключать ресурсы Хранителя. Он прогрел снег, превратив его в талую воду, после чего мои подопечные провели скотину по широкому тоннелю, находящемуся в десятке метров под толщей снега.

Пока наверху бушевала метель, мы подобно червякам осваивали вверенное пространство. неудивительно, что за долгий промежуток времени сюда так никто и не сунулся. Кому захочется разбираться в со всеми этими блокировками в виде фантомных дверей, физических загадок и бог весть чем еще?

Поздравляем! Вы в очередной раз справились с поставленной задачей, проявив смекалку и усердие! — сообщил мне текст на одной из страниц фолианта. — Теперь, когда все поселенцы находятся в полной безопасности, вам предстоит покинуть их на несколько дней, чтобы раздобыть пропитание! Никому из потомков атлантов нельзя появляться на людях, только человек вроде вас способен не привлекая внимания попасть в город. Вы можете выбрать любое животное и любое направление, главное одно — доставить пишу для поселенцев, обеспечив недельный запас!

К сожалению, мне не сказали, где взять деньги, и где их лучше потратить. Фактически, человека из другого мира поставили перед фактом! Сначала это показалось мне свинским, но позже внутри разгорелся азарт, мне вдруг стало интересно оказаться в городе дразгов, пообщаться с ними и посмотреть на происходящие события через призму их взглядов.

Единственным достойным кандидатом для путешествия являлся турсан-вожак. Но вот беда, выяснилось, что без Санди я не имею никакого права отправляться куда бы то ни было. Этот факт привел меня в замешательство, так как я не нуждался в обузе. Но первый помощник оказался слишком убедительным и мне пришлось для него водрузить на животное второе седло.

Плотно перекусив, мы двинулись в сторону города, расположенного на северо-востоке от столицы. Это было логично, так как руины города атлантов лежали на полпути между тем и тем. Путь должен был занять не больше двух дней, при условии, что ничего не случится с турсаном. Иначе мы замерзнем насмерть — таковы были правила моей новой жизни.

Глава 4. В гости к дразгам

Вожак неторопливо пересекал равнину, словно камень, тонущий в молоке. Его могучая фигура, облепленная хлопьями снега, казалась мне неисчерпаемым генератором тепла. Мы с Санди ехали молча, закутавшись в тулупы по самую макушку. От неторопливого темпа, завываний ветра и покачивания в седле меня то и дело клонило в сон.

Порой что-то приходило в голову, я лез читать фолиант, но всякий раз отказывался от этой идеи. Есть почти не хотелось, как и пить. Спустя целые сутки пути я с удивлением обнаружил еще одну свою странность — эти нужды, как и сон, не являются для меня жизненно важными. Потому почти все свои запасы я отдал помощнику. Взамен тот клялся и божился служить мне верой и правдой, до конца своих дней.

Приняв эту информацию к сведению, я все чаще всматривался в даль, надеясь увидеть очертания города. Под вечер второго дня мы все же прибыли к огромной пещере, вход в которую был истоптан старыми и новыми следами. Тут и там стояли десятки обозов, погонщики кричали и свистели на усталых животных, стараясь получить от них последние усилия и загнать в стойло для разгрузки.

Ко мне сразу привязался назойливый парень, что торопился схватить турсана за уздечку, но Санди как-будто подменили. Он принялся ругаться вполголоса, проклиная работника, пожелавшего заработать несколько монет. Выходило это так убедительно, что пару раз с сомнением посмотрев на меня, парень поспешил затеряться в толпе.

— Этот швах наверняка решил обчистить наши кошельки! — злобно объяснил мне помощник. — Дразгам нельзя доверять, даже если они протягивают руку помощи!

— Поверю тебе на слово… — особо не расстроившись, кивнул я, попутно заметив странную картину.

Один из турсанов, уступающих нашему вожаку по всем параметрам, никаким образом не желал подходить к вмурованному в камень столбу. Он дергал задней ногой, неестественно выгибая копыто, хотя видимых повреждений я не заметил. Да и сам загонщик неоднократно ощупал животное, не понимая, что происходит.

Память Денхольма, как будто нарочно, преподнесла мне подсказку. Ученый любил в последние годы своей жизни смотреть на все, комбинируя стекла. Видел он очень много, но почти никогда не придавал этому значения. Словно ребенок, попавший в мастерскую, он не понимал, чтобы это могло значить.

— Скажи, Санди, а дразги смыслят что-нибудь в магии?

— Что-что? — переспросил помощник.

— Ну, магия! — замешкавшись, пояснил я. — Огненные шары, иллюзии, все такое…

— А, ты подразумеваешь работу с праной? — нашелся он. — Да, они могут обращаться к этому источнику энергии, но кастрировано, имея много ограничений.

— Хорошо, но разве я являюсь потомков атлантов? — осенило меня.

— Ты посланник наших предков, занявший плоть дразга. Так и должно быть, когда имеешь дело с этими свиньями. Просто берешь, что хочешь, не спрашивая! — понизив тон до шепота, выпалил Санди.

— Спасибо, я тебя понял…

Вооружившись стеклами, я не стал спускаться со спины животного. Обзор отсюда открывался хороший, правда мы слишком бросались в глаза, ввиду роста турсана, но это было не страшно. Просканировав брыкающуюся скотину через семь цветов, мне не удалось получить нечто конкретное.

Да, синий фильтр показывал, что вокруг ноги и впрямь что-то сгустилось, а желтый определял несколько источников очень слабого света. Но как рассмотреть детальнее? Сложив вместе два осколка, я прикрылся воротом, чтобы никто не видел моих манипуляций. Только теперь картина стала ясной, как день!

На ноге турсана сидело существо, напоминающее лысого медвежонка с головой жука. Своими жвалами он впился в плоть жертвы, выкачивая из нее жизненные соки. Хозяин животного, что стоял рядом, все время ругался и не понимал, что происходит. Судя по его одежде, он был не из простых граждан.

— Санди, дружище, а сколько у вас берут за изгнание демонов? — уточнил я перед тем, как взяться за дело.

— Ты имеешь в виду, уничтожают прана-паразитов? — спросил помощник.

— Ты просто поразительно догадлив! — улыбнулся я.

— Этой работой среди дразгов занимается специальная служба, так как они только с помощью сложного оборудования способны бороться с ними.

— А атланты?

— Наследство наших предков дает нам естественную защиту от этих тварей, и мы чуем их за версту.

— И что же, ты видишь вот ту тварь, что налипла на ногу бедного животного? — удивился я.

— Конечно! Но ты же не собираешься сказать, что нам дОлжно помогать дразгам, господин?

— Не забесплатно же! — улыбнулся я, подмигнув помощнику, но тот шутки не оценил.

Только потом мне пришло на ум, что видеть — это одно, а воздействовать — совершенно другое! Но на помощь пришел Санди, который между делом заметил, что висящий на моем поясе кинжал из стали очень подойдет. Причина была в том, что выковали его на станках атлантов, что еще сохранились у некоторых мастеров столицы. Теперь, конечно, от них ничего не осталось, так как всех до единого выгнали из города, а более-менее ценное имущество конфисковали.

Подойдя к изнывающему от невидимой твари животному, я недовольно выругался, когда в меня едва не угодили копытом. Одежда на мне была приличная, так что слуга, загоняющий турсана в стойло, знатно занервничал.

— Зачем ты лезешь под ноги?! — принялся он защищаться. — Неужели ослеп?

— Лучше уйми свою скотину или позови ее хозяина! Еще не хватало, чтобы мой турсан пострадал, когда я оставлю его в загоне вместе с этой зачуханной тварью! — стараясь выглядеть уверенно, выпалил я.

— У нас есть люди, которые за всем следят, так что можете не переживать!

В этот момент изнывающее животное вновь лягнуло больной ногой, повредив ворота, сколоченные из старых досок. Послышался треск, вокруг поднялся шум: утробно, как горны, мычали турсаны, матерились на весь свет люди. Я же наконец заставил действовать человека, что все это время прикидывался простым зевакой.

Он подскочил к ездовому животному, принявшись его успокаивать, но практически безуспешно. Тогда я тихонько подошел сзади, шепнув бедолаге, что готов прийти на помощь за умеренную плату. Торговец посмотрел на меня с подозрением, но времени подумать у него практически не было.

— Всего пятьдесят монет и тебя не вышвырнут вон! — наседал я, стараясь шепотом перекрыть творящийся вокруг шум.

— Эх, демон с тобой! — сдался торговец, быстро отсчитав мне деньги.

Высыпав их во внутренний карман, я как будто случайно оттолкнул этого человека, чтобы он не смог заметить два осколка от стекла в моих руках. Различив силуэт паразита, мне всего-то и нужно было, что полоснуть по нему ножом, быстро спрятав всю атрибутику. Тварь, как мешок с песком, повалилась на каменные плиты, устилавшие пещеры, растаяв, как горсть снега.

Турсан тут же успокоился, перестав дергаться и жалобно мычать. Прежде чем удивленный торговец захотел бы меня поблагодарить, я скрылся в напирающей толпе, что торопились оставить животных и отправиться в город на ближайшем дилижансе. Мне подумалось, что Санди не очень охотно делится об успехах дразгов, так что нужно внимательнее относиться к тому, что он говорит.

Пятьдесят монет — сумма небольшая. Например, с ее помощью можно добраться до города и перекусить в ближайшей столовой. Больше ничего получить не выйдет. Каким образом можно найти работу в незнакомом мире, я по-прежнему не представлял. Не могу же я оббегать каждый дом и каждое заведение, избавляясь от тварей, питающихся местным аналогом маны — праной.

Это долго, утомительно и скучно!

Город, в который мы прибыли, представлял из себя множество квадратных колонн, расставленных по симметричным улочкам, в которых едва ли смогут разъехаться два обоза. Колонны — дома, нижние этажи которых заняты торговыми лавками. Поразившись тому, с какой филигранностью атланты вырезали из породы эти фигуры, я не выдержал и провел ладонью по темно-бордовой стене.

Кто-то, проходя мимо меня, презрительно фыркнул и смачно плюнул прямо на стену. Плевок стекал вниз, в нескольких метрах от меня. Этот случай показался мне каким-то неестественным. Как можно с таким презрением относиться к месту, в котором ты живешь? Да, этот город возвели так называемые враги, но ведь ты пришел сюда и живешь здесь…

Народу по городу сновало достаточно. В какой-то мере он казался даже тесным, над головой постоянно выли ветра, что носились между колонн, бессильные опуститься ниже. Под ногами не было ни снежинки, снег словно испарялся еще в воздухе.

Люди, что сновали тут и там, были одеты во что попало, часто одежду заменяли простые тряпки, обмотанные вокруг торса, головы и ног. Плотная ткань не пропускала холод, но выглядела неряшливо. В целом, никто из них не обращал никакого внимания на меня и моего помощника, хотя стоило только столкнуться с кем-то из прохожих, как ругательства сыпались без тени страха.

— Кто правит всем этим городом? — спросил я у Санди.

— Группа людей, занимающих высокие должности в других городах. Иногда они приезжают сюда, чтобы устроить праздник, но в основном ошиваются в столице, — рассказал помощник.

— И что, никто не нарушает закон? Где стража?

— У них дикарские законы, всем правит варварство, — первый помощник презрительно посмотрел на проходившую мимо девушку. — Стража не нужна, когда за проступок можно линчевать всем скопом!

— И часто они кого-то линчуют? — удивился я.

— Нечасто… — немного смутившись, ответил Санди.

Добравшись до ближайшей столовой, мы сели за столик подальше от входа. Так мне проще было видеть посетителей, и слушать негромкие разговоры. Ради интереса я принялся рассматривать окружение через стекла. Все цвета показывали стерильную чистоту, на выбеленных стенах и потолке не было ни единой твари, но потом…

В определенный момент я дернулся, выронив фиолетовый осколок. Все они были разных размеров и как будто выполнены для разных целей, но как Денхольм умудрился подвязать к ним общий функционал?

— Что-то случилось? — спросил помощник, увидев мое замешательство.

— Ты ничего не чувствуешь? — втянув голову в плечи, поразился я.

— Нет, а что не так? — ответил Санди.

— У меня для тебя плохие новости…

Потолок, до этого казавшийся девственно-чистым и гладким, в действительности был покрыть сплошным слоем существ, напоминающих морских скатов. Они налипли друг на друга в несколько рядов, иногда по их спинам можно было заметить пробегающую волну. Именно она и помогла мне различить существ, до того абсолютно невидимых.

Еще раз взглянув на них сквозь осколок, я посмотрел на помощника, что сидел мрачнее тучи.

— Наверно, тебя послали неспроста… — тщательно пережевывая кусок хлеба, заявил он. — Твари, питающиеся праной — большая редкость. Атланты о них почти не упоминали, так как считали побочным эффектом работы сложного оборудования. Но если ты видишь их в таком количестве, здесь что-то сильно не так!

— Если хочешь, можешь взглянуть! — предложил я.

— Нет! — сразу отказался Санди. — Мне не следует совать свой нос в такие вещи.

— Как пожелаешь, — я набросил на плечи тяжелый тулуп и вышел наружу, не сомневаясь, что помощник последует за мной.

Вместе мы долгое время бродили по улицам, неотличающимся разнообразием. Квадраты и прямоугольники, без намека на цветы или траву. Только камень и снег, словно окоченевшая туша обглоданного оленя, колонны домов — окровавленные ребра. И всюду, куда ни посмотри, насаждения монстров, не проявляющих почти никакой активности.

Ради интереса, я достал нож, и пока никто не видит, полоснул паразита по спине. Тот отвалился, как клоп, испарившись, но на его место тут же приполз другой. Горожане не замечали их, не знали, что их злоба и раздражение имеют вполне реальные причины. Из них высасывали самообладание, забирая жизненные силы.

Как можно спасти людей, без возможности что-то объяснить? Да и нуждались ли они в спасении?

— Санди, а не может такого быть, что паразитов наслали атланты, в отместку за поражение? — осенило меня.

— Это исключено, такие методы наши предки никогда не применяли! — отмахнулся помощник. — Да и не было никакого поражения…

— Они как-то могут работать с энергией? Используют ее, скажем, для освещения? — продолжил я допрос.

— Дразгам вверили полный доступ, так что в первые десятки лет после исхода атлантов, они едва не вымерли, стремясь разобраться, с чем имеют дело! — зло усмехнувшись, сказал Санди. — Зато сейчас их наплодилось столько, что скоро и снега не хватить, чтобы напоить города.

— Им что, не оставили никаких инструкций? Атланты прост ушли и все?

— Вроде, так и есть.

— Как-то странно…

Я задумался. Слишком много натянутых фактов и белых пятен хранила история дразгов и атлантов. Если одни сверхразвиты, а другие отсталые дикари, то почему все вышло именно так? Тысяча лет — немалый срок! За такой период можно освоить все, что угодно, даже не имея источника знаний.

Не так давно было сказано, что уничтожением прана-паразитов занимается специальная служба, но где же она сейчас? Неужели нет никого, кто бы видел катастрофу, надвигающуюся на город?

Незаметно для самого себя, я оказался на небольшой площади, по периметру которой сидело больше полусотни человек. Они собрались вокруг уличного музыканта, что играл не гитаре, самозабвенно закрыв глаза. Особо не вслушиваясь в мелодию, я поспешил вооружиться стеклами. Здесь не могло не происходить что-то интересное!

Затесавшись в толпу зевак, я сел на холодный камень, приглядываясь к зрителям. Почти все они выглядели бедно: грязные лица, рваные одежды, пальцы рук в ссадинах и царапинах. Фиолетовый фон показал, что у каждого на спине сидело по скату, а от музыканта во все стороны расходились редкие лучи, словно клинки, рассекающие пространство.

Они проходили сквозь зрителей, ударяя по тварям, медленно отваливающихся на землю. Первые ряды слушателей исцелялись быстрее, став свободными от обузы, люди поднимались и молча уходили, бросив монету в футляр гитары. Другие подсаживались ближе, в то же время на площадь прибывало еще несколько рабочих.

Кто-то не выдерживал окончания процедуры и уходил, не подозревая, кого несет за своими плечами. Именно такого человека я решил задержать. Девушка со смуглым лицом и зелеными, как море, глазами устало поднялась с земли, накидывая на голову капюшон. От прочих людей ее отличало то, что тварь на спине у этой несчастной была особо крупных размеров, ее панцирем лоснился от переизбытка энергии.

— Постой! — шепотом обратился я к ней. — Послушай еще одну песню.

— У меня нет ни копейки, — не оборачиваясь, ответила она.

Поднявшись, я отправился за ней, дав знак Санди, чтобы тот держался чуть в стороне. Нужно было выяснить, где она живет или работает. Следуя друг за другом, наша компания прибыла к тесному закутку, в котором разместилось нечто вроде полевой столовой. У небольшой печки, отапливаемой углем, стояла полноватая женщина в грязном фартуке.

Увидев мою новую знакомую, она уперла руки в бока, приняв устрашающий вид.

— Ты зря думаешь, что я буду кормить тебя задарма! — заявила она.

— Я не виновата, что на предприятии задерживают зарплату, — устало объяснила девушка. — Как только со мной рассчитаются, я верну все долги.

— Даже бездомные умудряются отработать свое место в ночлежке! А ты имеешь жилье, но все равно ищешь простофиль, вроде меня, чтобы на них нажиться?! — наседала повариха.

— Ты же знаешь, как там плохо? Я не могу даже минуту находиться в этом аду! — почти плача, пожаловалась девушка.

— Тогда засели туда моего племянника, пусть он имеет крышу над головой!

— Потом ты станешь винить меня в том, что я прокляла этого прыщавого недоумка, разве нет?

— Убирайся! — взвизгнула повариха, гневно утирая пот со лба краем фартука. — Пошла прочь, и чтобы я больше тебя здесь не видела!

В этот момент я понял, что смотреть дальше нет никакого смысла, настало время действовать.

Глава 5. Все не то, чем видится

Незнакомка не проявляла даже намеков на активность. Неспешно развернувшись, она двинулась обратно, ко мне навстречу. Мягко подхватив ее под руку, я настойчиво предложил прогуляться до ее дома.

— А вы кто такой? — обеспокоенно спросила девушка.

— Из специальной службы, занимающейся прана-паразатами, — соврал я. — В вашем районе зафиксирована отрицательная активность, позвольте осмотреться.

— Но какой в этом смысл? Я никуда не пойду!

Тварь на спине девушки вдруг забеспокоилась, ее панцирь принялся искрить. Я видел это все украдкой, по ходу движения наводя осколок стекла на нужное место.

— Мне придется поговорить с руководством, чтобы вас поместили на карантин, вы выглядите слишком нездоровой! — напирал я, подталкивая девушку. Как бы то ни было, мы двигались в нужном направлении.

— Никогда о подобном не слышала, что вы такое говорите? Лучше отпустите меня, — жалобно умоляла меня незнакомка.

— Как вас зовут? — проталкиваясь в потоке людей на центральной улице, спросил я.

— Ай три сотни — тридцать.

— Что? — я замешкался, за что тут же получил порцию ругательств от какого-то дразга, налетевшего на меня со спины. — Это что еще за имя такое?

— Откуда вы свалились на мою голову? — излишне взволновалась Ай. — Вы кто такой вообще?

— Давно не общался с простым народцем, вроде тебя, — раздраженно ответил я. — Можешь звать меня Денхольм, ясно? Далеко еще до твоего жилья?

— Мы почти пришли…

Не в силах держаться прямо, девушка шла понуро, шаркая ногами и почти не поднимая головы. Паразит на ее спине оказался таким сильным, что высосал ее почти досуха! Вход в дом осуществлялся по внешней лестнице, опоясывающей каменную колонну. Никаких перилл здесь не было, что свалиться с высоты пары десятков метров было делом случая.

Прижавшись к стене, Ай медленно поднималась наверх, я шел сзади, в любой момент готовый прийти на помощь. Санди постоянно держался на расстоянии, осматриваясь вокруг. Дери не запирались, так что девушка попросту ввалилась в жилище, объятое полумраком.

Я входить не спешил, в первую очередь осмотревшись. Даже несмотря на плохое освещение фиолетовый фильтр открыл для меня такое, что повергло меня в шок! Казалось бы, хуже быть уже просто не может, но нет!

Ай нелепо лавировала между энергетической массой, словно видела происходящий вокруг нее кошмар. Едва добравшись до кровати, она повалилась на нее лицом вниз. Паразита тут же подхватила невидимая рука, отправив в чрево твари, занимающей собой почти все свободное пространство. Неудивительно, что несчастная Ай выглядела так плохо, ведь за ее счет здесь открыли настоящую фабрику по добыче жизненных сил!

— Зачем вы притащили меня в это место? Я же просила этого не делать… — пробубнила она, не в силах пошевелиться.

В это же время, почуяв опасность, принялся активничать паразит. Со всех сторон на меня надвинулась масса щупалец, норовя присосаться к лицу и груди. Осторожно сделав пару шагов назад, я наткнулся на зеркало, висевшее у входа. Ракурс позволял рассмотреть себя со спины, так что заметить ската, прилипшего к новой жертве, труда не составило.

Вскрикнув от отвращения, я схватился за волшебный нож, чтобы поскорее расправиться с уродской тварью, но не успел. Как только в позвоночнике что-то кольнуло и паразитическое жало впилось в мою ауру, монстр дернулся и свалился на пол, разложившись на быстро разлетевшиеся хлопья. Появившийся Санди появился в дверях, готовый оказать мне любую поддержку. Прикрыв нос рукавом, он скривился от отвращения.

— Постой пока здесь, если увидишь, что мне становится слишком плохо, проведи несколько раз ножом вокруг моего тела! — бросил я ему, направляясь вглубь комнаты.

Догадка пришла сама собой. Раз уж я из другого мира, а тварь издохла от дармовой энергии моего тела, то я для них несъедобный! Сняв со стены зеркало, я поставил его на кровать, где бессильно лежала Ай, и принялся ждать. Помощник, что наблюдал за всеми моими действиями с вниманием совы на охоте, казалось, даже не моргал.

Ждать пришлось недолго. Один за другим, паразиты принялись слетаться вокруг меня, словно мотыльки на огонь. Нож доставать не пришлось, от количества энергии вокруг я ощутил, как на руках шевелятся волосы. Скинув тяжелый тулуп, я старался не упустить ни единой детали. Скаты облепили мою спину, впиваясь в позвоночник, но хватало одно секунды, чтобы яд начинал действовать.

Один за другим, они гибли и испарялись, пока в жилище Ай не осталось того единственного, кто порождал паразитов — матки. Она нервно и прерывисто пульсировала, не понимая, что происходит. Все же, это было безмозглое существо, живущее одной единственной нуждой. Взяв нож, я принялся работать руками, очищая дом от зла.

Со стороны это выглядело странно, так как никаких видимых эффектов мои действия не производили. Но в одном я ошибся — это было еще не все. Кто-то налетел на меня сзади, сбив с ног, я увидел, как помощник испуганно рванулся ко мне, но его остановила невидимая преграда.

Поразившись легкости своего тела, я перекатился в сторону, готовый принять бой. Стекло в руке впилось в ладонь, оставляя глубокий порез, кровь тяжелыми каплями стекала на грязный пол. Сквозь заляпанный фильтр я увидел гуманоидное существо, что бросилось ко мне. Постаравшись как-то оградится, я кинул себе под ноги стул, который тут же отлетел, разбившись.

Санди в это время лежал на животе, без сознания, из его рта сочилась кровь. Это придало мне бодрости, так как опасность была более чем реальной. Слепо отмахнувшись ножом, я наткнулся рукой на невидимую преграду, через секунду меня с невероятной силой приложило о стену. Воздух вышибло из груди, вдохнуть не удавалось несколько секунд. За это время враг подобрался ко мне вплотную, забравшись под ребра.

Я чувствовать, как что-то холодное и колючие схватило мое сердце, дергая и сжимая его, словно пытаясь отнять ритм жизни. Корчась от боли, мне удалось навести фильтр на морду твари. Его череп с продолговатым затылком был начисто лишен глаз и носа — зубастый рот, казалось, был оскален в чудовищной улыбке.

Впившись мне в грудь, уродец принялся жадно пить жизненные соки, в считанные секунды отняв волю к сопротивлению, за что и поплатился, нахлебавшись моей ядовитой энергетики…

Когда он издох, я почувствовал облегчение. Холод, что медленно растекался по венам, растаял. Ноги подкосились и я упал на поверженного врага, от которого не осталось ни единого следа. Только откуда-то издали, на грани сознания, донесся злой вопль существа, переживающего потерю.

Фолиант на сей раз не скупился на текст…

Вы получили обязательное умение Тайное знание (паразиты). Уровень, полученный по умолчанию — одиннадцатый, согласно вашему интеллекту, на это потрачен один пункт. Оставшееся количество пунктов — двадцать шесть. Список навыков на текущий момент: обращение с животными (турсаны) — двенадцатый уровень, лидерство — четырнадцатый уровень, тайное знание паразитов — одиннадцатый!

Вы победили одного из ключевых представителей прана-монстров, заработав дополнительные пять пунктов. Желаете открыть для себя ветвь пранических боевых искусств? Стоимость преимущества, для обретения данного умения — двадцать пунктов! — я посмотрел на статистику, ровно столько у меня и осталось, согласно всем бонусам за выполненные контракты. — Поздравляем, вы получаете уникальное преимущество — пранический воин!

Это давно забытое боевое искусство, направленное на защиту человечества от вмешательства врага, невидимого обычным смертным. Вы не можете видеть их явно, но благодаря обретению таланта, способны раскрыть в себе весь потенциал борьбы против прана-существ.

Список доступных умений будет постоянно расширяться, сейчас вам доступен навык «Фильтр». Он позволяет вам впитывать пять процентов энергии, рассеиваемой при гибели прана-монстра. Для его изучения необходимо потратить десять пунктов, а также иметь навыки рукопашного боя атлантов.

Все это было хорошо, но ни на шаг не приблизило меня к выполнению текущего задания. Где можно достать провианта для нескольких семей?

Меж тем, Ай проснулась, удивленно протирая глаза. В ее доме как-будто стало светлее, хотя ставни по-прежнему никто не открывал. На пороге стоял Санди, не решаясь что-либо предпринять.

— Ну, как спалось? — потирая грудь, спросил я.

— Что случилось? Кто вы? — сев, девушка оперлась на стену, поджав колени.

— Память потеряла? — не поверил я. — Ты что, забыла, с кем явилась к себе домой?

— Помню, но… Кажется, это было так давно, — призналась Ай.

— Ты в курсе, что ваш город кишит монстрами? — спросил я в лоб.

— Нет, никаких монстров быть не должно, но нас предупреждали, что начнется солнечная буря… — девушка слезла с кровати, я отметил грацию, с которой она двигалась. — Вот, посмотрите свежий выпуск газеты.

— У вас тут и газеты есть? — спросил Санди.

— Да, Старый Фил переоборудовал какое-то здание под типографию, пока тиражи не слишком велики.

«В связи с началом установки Связной Башни, ожидается повышенная чувствительность к солнечным излучениям! Граждане, старайтесь побольше отдыхать дома и слушать уличных музыкантов, когда работы будут закончены, мэрия устроит празднование!» — прочитал я криво напечатанный текст.

— А что за связная башня?

— Не знаю, но последние полгода несколько трудовых коллективов было направлено в шахты для вымывания редких металлов из подводных источников. Обещали хорошую оплату… — Ай вдруг погрустнела.

— У вас есть стража? — вырвалось у меня само собой.

— Конечно, — кивнула девушка. — Согласно поправке два дробь сто семьдесят шесть на десять граждан приходится один контролер, вас разве не встретили еще на входе в город?

— Нас? — я напряженно посмотрел на своего помощника, пытаясь понять, он предатель или глупец. — Да, конечно! Я совсем забыл.

Санди обернулся на звук приближающегося топота, пытаясь кого-то задержать, но жесткий удар дубинки заставил его согнуться пополам. Сразу три человека ворвались в помещение, вооруженные устройствами, опасно поблескивающими в полутьме. Пока моему помощнику крутили руки, мне пришлось спешно соображать, как поступить.

Имеет ли смысл сопротивляться? Санди не то, чтобы плохо знал дразгов, он как-будто нарочно игнорировал любое их развитие, рассказывая про нелепости в виде линчевания! А вместо этого у них оказались развитые технологии, и очень эффективная тайная полиция! Не могли дикари вычислить наследников крови атлантов, если бы те умели скрываться. Эта мысль обожгла мое сознание, породив череду неприятных вопросов.

Кто такие атланты на самом деле? Кого я привел в тайный город? Для чего первый помощник рассказывал мне о дикарских нравах вполне цивилизованного народа?

— Не дайте им себя схватить! — крикнул Санди, невероятным образом вырываясь подскочив с земли, веревки опали с его кистей, исходя дымом. — Они узнают, где прячутся остальные!

— Схватить их! Немедленно! — прогремел голос офицера, вошедшего только сейчас.

Это был высокий, широкоплечий мужчина в одежде простого работника. От прочих его отличала только его собственная энергетика, вызывающая чувство неподдельного уважения. Посмотрев в мою сторону, он сощурился, как-будто что-то припоминая.

Спустя несколько минут Санди сиганул с лестницы, и это был последний раз, когда я его видел. Чтобы лишний раз не отхватить дубинкой, я сдался, успев спрятать в рукаве фиолетовый осколок. Пока мы шли по улице, никто не обратил внимание на то, что связанного человека ведут в окружении мрачных полицейских. Лишь однажды я заметил, как прохожий задержал на мне взгляд, но тут же поспешил свернуть в переулок.

Вслед за ним пошел один из моих сопровождающих…

Эти люди не просто выполняли свою работу, они стремились достичь абсолюта! Такой вывод не добавил мне жизнерадостного настроения. Что же они захотят со мной сделать? Самое страшное, что все равно сделают! Зеленоглазая девушка шла в нескольких метрах позади, ее не арестовали, но попросили следовать в канцелярию.

Благо, мои руки были связаны не за спиной, поэтому, как только мы оказались в помещении, я не преминул украдкой осмотреться сквозь фиолетовый фильтр. Никто из полицейских не имел на себе паразитов! Как так вышло, выяснилось немного позже, когда мы спустились на несколько этажей под землю. Нас встретил лоснящийся от крема клерк, в белоснежном фартуке. Он сразу же обдал всю компанию горячим паром с запахом хлорки.

Спрятав в ящик гофрированный шланг, клерк удалился.

После меня завели в камеру, как я и предположил, для допроса. Капитан лично явился ко мне, обстоятельно подготовившись. В его руках была папка с документами, которой он демонстративно хлопнул по столу, прежде чем сесть напротив.

— Представьтесь, — потребовал он.

— Денхольм, странствующий ученый.

— Вас обманули, мистер! — сквозь зубы, процедил офицер. — Никаких странствующих ученых здесь нет уже как восемь веков.

— Что вы имеете в виду? — растерялся я.

— Видите ли, атланты уже не первый раз пытаются расчистить себе дорогу чужими руками. Создают болванчиков, заполняют их чужой памятью, а потом отправляют совершать преступления против короны.

— Вы меня пугаете… — пробубнил, испугавшись за собственную участь. Я не имел права оказаться болванчиком!

— Ничего, это мы проходили много раз! — отмахнулся полицейский. — Мне куда интереснее знать, с какой целью вы появились в этом городе?

— Подождите, но я же помню столицу, я был там! Видел своими глазами стражников в доспехах…

— Можете вспомнить с точностью до деталей, когда вы осознали себя? Рождение? Взросление?

— Конечно, я же…

— Достаточно! Цель визита в город? — положив руки на стол, офицер принялся листать папку с документами.

— Мне нужны деньги, чтобы питаться, — попытался я говорить полуправдой.

— Ой ли! — ехидной оскалился полицейский. — А если я посажу вас, скажем, на недельку в карцер, где охранник случайно забудет носить вам еду?

— Я умру от голода, это же очевидно! — как можно искреннее возмутился я.

— Даже ваши попытки соврать говорят нам куда больше, чем вы думаете. Что касается стражи, то в столице у нас сохраняется демонстративная монархия! — допрашивающий поднялся, расхаживая по комнате. — Это красивые традиции, оставшиеся еще с далеких времен, многие граждане Зиона любят их, так что правительство не видит большой проблемы в том, чтобы их сохранить.

— Зачем вы говорите это бездушной болванке с чужой памятью? — попытался я ухватиться за правду.

— Затем, что в вашей голове может храниться что-нибудь полезное! — улыбнулся полицейский. — Скажем… Какая-то экзотическая деталь, что прекрасно впишется в очередное празднество! Господа из Министерства Культуры очень хорошо платят нам, если удается раздобыть нечто такое.

— Откуда оно у меня? — теряя самообладание, спросил я.

— Мало ли какие сведения закачали в вашу пустую голову?

— Нет там никаких сведений! — выпалил я.

— Судя по всему, вы готовы сдаться. Впрочем, ладно. А знаете ли вы, кем приходится тот лысый прихвостень, что сопровождал вас все это время? — присев на свое место, поинтересовался офицер.

— Этой мой старый знакомый, он… — договорить мне не дали.

— Наблюдает за тем, как вы адаптируетесь в новой среде! Ни больше, ни меньше. Пока вы действуете успешно, он рядом, но как только прокол…

— Он спрыгнул с большой высоты и должен был разбиться, — прошептал я.

— Но он не разбился. Сейчас прячется где-то в городе, так что мы его обязательно найдем.

— Что будет со мной?

— Не знаю, может быть вас утилизируют, если не найдется ничего интересного.

— Почему бы просто не освободить, ведь я ничего не нарушил!

— Вы совершили очень большую ошибку, когда принялись портить чужое имущество, — серьезно заявил полицейский. — Понимаете ли, наши безобидные прана-паразиты поставляют необходимое количество энергии для строительства Башни Связи. А вы все портите своими «спасательными» операциями.

— Что за глупость?! — воскликнул я.

— Ладно, вам пора!

Прозвучал короткий сигнал, после чего двери допросной открылись, и по мою душу вошел охранник. Он подхватил меня под руку, едва не вывихнув плечевой сустав. Идти нам пришлось долго, коридоры казались бесконечными, одни двери сменялись другими, пока я не оказался в тесной камере.

К сожалению, или к счастью, она не пустовала.

Глава 6. Головокружительное пике

Пепельно-белый старик сидел на краю сколоченной из досок лежанки. Его белые ресницы, брови и болезненно красные глаза свидетельствовали о том, что передо мной альбинос. На удивление, на нем была чистая тюремная роба, неспешно перелистывая страницы книги, он несколько минут не проявлял ко мне никакого внимания.

Это не помешало мне разместиться самостоятельно. Скинув тулуп на лежак, я сел сверху, только сейчас подумав о том, что меня никто не обыскивал. Меня даже не пытались обезоружить, словно были уверены в моей полной безобидности. Разноцветные стекла все так же висели в мешочке на груди.

Немного освоившись с обстановкой, я достал из рукава фиолетовый осколок, чтобы осмотреться. Только тогда сокамерник подал голос.

— Ты безумец? — спросил он.

— Нет, а что случилось? — не чувствуя никакой угрозы, спросил я в ответ.

— Зачем ты возишься с этими стекляшками?

— Просто… — я неопределенно пожал плечами, после чего сощурил один глаз и принялся вертеть головой вправо-влево, рассматривая стены.

— За что угодил? — отложив книгу в сторону, продолжил расспросы старик.

— Да так, сам не понял! — не отвлекаясь от своего занятия, ответил я.

— Ну да, ну да… Слышал что-нибудь про нижний мир?

— Нет, не слышал…

Я обратился к памяти Денхольма, но ничего подходящего там не нашлось.

— Это место, откуда в столицу стекаются все ресурсы. Говорят, там зеленые луга и разные времена года! — альбинос явно болел этой темой, так что я не стал его перебивать. — Зеленые луга, повозки, запряженные лошадьми, за городом золотые поля… Даже есть места, где река резко обрывается вниз, с грохотом падая в море!

— Водопад? — догадался я.

— Откуда ты это узнал? — старик оживился. — Ты что, тоже читал Андерсона?

— Может и читал, уже не помню, давно это было, — уклончиво оправдался я.

— Тебе на вид лет тридцать, почему ты темнишь? — недовольно заметил сокамерник. — Не хочешь ничего мне рассказывать? Это временно, через неделю-другую пройдет!

— Я буду здесь так долго? — забеспокоился я.

— Ты будешь здесь всегда! — старик поднялся, покряхтывая.

Пока он мылся над медной раковиной, я смог уловить на его спине странное движение. Фиолетовый фильтр показал, что это необычный паразит, слишком маленькой, продолговатый. Его остроконечная голова впилась в верхний шейный позвонок старика, а тонкий хвост терялся в области поясницы. От увиденного меня передернуло.

— Так вот зачем тебе эти побрякушки? — слишком увлекшись своим занятием, я не заметил, что альбинос рассматривает меня в висевшее на стене зеркало. — И что ты там увидел?

— Паразита, — отпираться дальше не было смысла.

— Я зову его Каспером! Славный малый, иногда даже полезный, — сокамерник вытер руки о полотенце, вернувшись на койку.

— Это как? — удивился я.

— Видишь ли, моя кровь слаба, как и моя аура. А этот зверек оказался слишком глупым, чтобы распознать такие вещи сразу. Сначала присосался, а потом понял, что угодил в ловушку. Теперь, чтобы он жил дальше, ему нужно питаться моими силами, но если он перегнет палку, то умрет сам. То же касается и меня.

— Вы теперь взаимозависимы! — догадался я, и эта мысль, от чего-то, придала мне бодрости.

— Именно!

— А ты случаем не знаешь, как отсюда выбраться? — задал я самый важный для себя вопрос.

— Посмотри на окно, и стену вокруг него, что ты видишь? — хитро прищурившись, сказал старик.

— Свежая штукатурка, прутья немного погнутые, — через пару минут исследований, ответил я.

— Правильно. Когда-то у Каспера был запас собственных сил, чтобы выбраться, я попросил его помочь. Мы нашли с ним общий язык, так что все получилось. Я ударом плеча вынес половину стены вместе с решеткой. Правда, потом меня поймали, на новый подвиг сил теперь не осталось. Но ты можешь попробовать подкормить своего паразита!

— У меня нет паразита! — поспешил я заверить собеседника. — Да и моя энергия вообще непригодна для этих тварей.

— О как, а ты тоже с секретами, как я посмотрю! — улыбнулся альбинос.

— У меня много секретов, я могу ими поделиться, если мы окажемся по ту сторону стены! — ухватился я за призрачный шанс получить свободу.

— Что будет, если ты меня обманешь?

Фолиант неожиданно дал о себе знать, так что я отвлекся, чтобы прочесть послание.

Вы можете поклясться что-то исполнить или наоборот, чего-то не делать. Какой бы ни была клятва, вы должны отнестись к ней серьезно, иначе это не будет недостатком. Эта черта особенно подходит рыцарям, священнослужителям и фанатикам.

Стоимость Клятвы зависит от причиняемых ею неудобств.

Мелкая Клятва: например, никогда не пить алкоголя, вежливо относиться к дамам или отдавать несколько монет на нужды бедных хотя бы раз в месяц — даст вам один пункт в распоряжение. Небольшая клятва: обет молчания днем; вегетарианство; целомудрие — пять пунктов.

Серьезная клятва: не использовать режущего оружия; полный обет молчания; спать только на открытом воздухе; не иметь имущества больше, чем способна увезти лошадь — за такую клятву вы получите десять пунктов.

Великая клятва: никогда не отказывать в помощи; всегда сражаться неудобной рукой; преследовать врагов до самой смерти; бросать вызов на поединок каждому встречному рыцарю — пятнадцать пунктов.

Обратите внимание, что для серьезной и великой клятвы нужно обладать высокой репутацией перед человеком, способным подтвердить ваши слова! Вы не можете поклясться первому встречному, так как это никого кроме вас двоих не интересует. За нарушение клятвы с вас будут сняты все преимущества, и будет наложен недостаток «Презренный всеми»!

Желаете дать малую клятву этому старцу?

— Я клянусь, что отвечу максимально честно о мире, про который ты читал… — я задумался, — на три вопроса.

— Хм… — альбинос вдруг замялся, с недоверием посмотрев мне в глаза. — Ты говоришь так, как будто обязательно исполнишь свои обещания. Мне теперь и неудобно как-то! Парень ты, вроде, честный…

Я вспомнил про уровень своей харизмы, подумав, что она тоже сейчас дает мне неплохое преимущество.

— Ну так что?

— Я принимаю твою клятву, сынок, что уж тут поделать…

Вы тратите пять пунктов за принесенную клятву! После ее исполнения пункты вернутся в удвоенном размере, в случае неисполнения обещания, вы потеряете двадцать пунктов, будьте честны перед теми, кому вверяете свое слово!

— Тогда за дело?

— Они всегда проводят свою химчистку, перед тем как войти в канцелярию, — старик принялся сжимать и разжимать кисть, словно собрался сделать себе укол. — Но это было лет тридцать назад, когда еще не придумали альтернативный источник энергии в виде человеческих эмоций. Меня пропустили с одним из первых паразитов, даже не подозревая о том, какой чудовищный симбиоз мы создали… — альбинос поднялся, подойдя к стене. — С тех пор я так много думал о природе вещей, что едва не познал ее! Спасение явилось мне на страницах книги, в которой неизвестный автор рассказывал о том, что это заснеженное плато — чудовищный Олимп с проклятыми богами. Они лишены сил, потому не могут спуститься, чтобы отнять у людей их счастье. И я понял, чего хочу больше любой истины — спуститься вниз, к обычным людям, жить среди них, но меня заперли в клетку, из которой нет смысла бежать, если не знаешь направления.

— Я слышал, что все ресурсы поставляются оттуда, — украдкой заметил я, стараясь не отвлекать старика от его странных манипуляций.

— Есть только один корабль, который контролируется существами особого сорта. Это не люди, и не монстры. Встать на борт и избежать их внимания — два взаимоисключения. Неужели ты не слышал про них? Откуда только ты такой взялся? — старик приложил ладонь к стене, широко расставив пальцы.

— Да как-то не особо интересовался, я больше по исследованиям! — натянуто улыбнувшись, ответил я.

— И что за исследования? Нижний мир? Откуда ты про него знаешь?

— Магические потоки, то да сё, — уклончиво ответил я.

— Магические? Потоки? Ты случаем не ку-ку? Когда прана называлась магией, минуло лет семьсот!

— Это ли не свидетельство того, что я могу рассказать тебе про нижний мир?

— Ну, все может быть…

Старик с усилием надавил на стену, но ничего не произошло. Я уже решил, что этот заключенный куда безумнее, чем представляется, но штукатурка разошлась по швам. Трещины гибкими змеями спустились до самого пола, решетка звякнула, проваливаясь в открывшееся пространство. Путь наружу был свободен!

— Почему ты раньше не сбежал? — поразился я.

— Мне некуда бежать, разве ты еще не понял? — прикрыв лицо от порывов ворвавшегося ветра, спросил альбинос.

— А нижний мир?

— Мне достаточно и историй. Настало врем я задать тебе несколько вопросов, верно? — дождавшись моего кивка, старик продолжил. — Какая на вкус клубника?

— Эм… — я невольно растерялся, услышав такой вопрос, ведь я ожидал совершенно другого. — Как поцелуй девушки, желающей тебя и тобой желанной! — против своей воли ответил я строчками из памяти Денхольма.

— Ха-ха! Хитрец! — старик улыбнулся, неожиданно тепло и искренне.

Порыв ветра принес в камеру пригоршню мелкого снега.

— Тогда скажи, какого цвета весенний ветер?

— Он цвета буйных волн, предвестников грядущих перемен!

— И последний вопрос… — я увидел, как дверь камеры открывается, и к нам заходит охранник, как он хватается за дубинку. — В чем смысл жизни без души?

Ответить я не успел, старика настиг тяжелый удар по голове, так что мне пришлось сигануть наружу, где я едва не свалился с отвесной скалы. Нижний мир, как он мне и представлялся, простирался под моими ногами лоскутным одеялом засеянных полей, что едва просматривались сквозь неплотные облака. Слова альбиноса про Олимп показались мне особенно уместными.

— Стой! Тебе некуда бежать! — донеслось до меня сзади.

Но, держа в руках тяжелый тулуп, я от чего -то подумал, что куда прекраснее будет броситься вниз, прямо сейчас, пока есть такая возможность. Чем сидеть в камере, ожидая неизвестно чего. И я прыгнул…

Плато, с расположенными на нем городами атлантов и дразгов, тянулось на многие километры вниз, я летел вдоль скальной породы, изрытой тоннелями, рискуя разбиться от любого порыва ветра. Но чем дольше длился полет, тем сильнее меня относило в сторону, позволяя в деталях рассмотреть нависшую над земной твердью гору-крепость.

Мое падение должно было завершиться где-то на одном из идеальных зеленых квадратов, что усеяли все внизу, от горизонта до горизонта. Но что-то злое и холодное толкнуло меня в спину, подхватив в последний момент, когда истончившийся отросток парящего острова, словно хвост дракона, остался над моей головой.

В мгновение ока мое тело взметнулось выше гор, сбросив на глубокие сугробы, откуда я едва сумел выбраться. Отдышавшись после головокружительных полетов, я поспешил заглянуть в фолиант.

Вы оказались вне зоны действия контракта! Старайтесь держаться подальше от края плато, поскольку вне территории атлантов ваши способности не имеют своей силы, вы будете нуждаться в отдыхе, еде и пище! Чтобы свободно покинуть зону действия текущего контракта необходимо приобрести билет Чужеземца!

С одной стороны, это было серьезное ограничение, но с другой — прекрасный финт в случае опасности! Сверившись с картой, я понял, что нахожусь очень далеко от того места, где был прежде, но достаточно близко от Тан’Хирда.

Кроме того, в сотне метров от меня поднимался едва заметный дымок, терзаемый резкими порывами горного ветра. Если бы не поздний вечер, сложно было заметить оранжевое свечение, вырывающееся из-под сугробов.

Преодолев этот путь практически ползком, я оказался на краю люка, под которым обнаружилась лестница, ведущая вниз, под толщи снега. Вырубленная в затвердевшем насте, она сворачивалась в спираль, скрывая от меня дальнейший путь.

Осторожно спустившись, я добрался до просторного зала, в центре которого горел очаг. Над его происхождением мне пришлось поломать голову, поскольку рядом не было дров, не трещали угли, огонь горел ровно, в голубоватом обрамлении. Позже я заметил трубку, торчащую из земли — это был газ!

Больше дюжины людей сидели здесь, разместившись на спальных мешках. Снежный зал выглядел обжитым очень давно, на стенах висело несколько картин, а в ледяной чаше, пристроенной чуть в отдалении, журчал источник воды.

— Как думаешь, он довел их до условленного места? — спросила девушка, сидящая в позе лотоса. Ее простая кожаная одежда прекрасно подчеркивало стройное тренированное тело.

— Даже если и так, открыть двери в бункер невозможно! — хриплым голосом отозвался коренастый мужчина, что вальяжно лежал на боку, всматриваясь в пламя.

— Неужели они просто замерзнут? — спросила пожилая дама с огненно-рыжим хвостом на макушке. — Слишком жестокая участь для…

— Глупцов и идиотов! — закончил за нее мужчина, до этого делающий записи в толстой книге.

— Это их выбор, мы обязаны его уважать, — мягко ответила ему рыжеволосая. — Не так ли, Штайрад?

— Все так, да не так, — кивнул юноша, что даже в сидячем положении возвышался над всеми остальными. —Но хватит разговоров, у нас гость!

Я, чувствуя себя крайне неловко, обнаружил, что почти все смотрят в мою сторону. Теперь таиться не было никакого смысла, так что я покинул свое укрытие, стараясь выглядеть непринужденно.

— Кто вы? — спросил кто-то из компании.

— Очевидно, наш славный избранный! — ответила меня девушка в кожаной одежде, качнув головой. — Только почему здесь? Ведь его видели в городе дразгов…

В наступившей тишине стало ясно, что настала очередь говорить мне.

— Добрый вечер, мне нужна помощь, — взял я быка за рога.

— Надо же, и какая? — внимательно посмотрев на меня, уточнил долговязый Штайрад.

— Мне необходимо найти хотя бы один обоз с продовольствием.

— Ха-ха! А ведь хорош, чертяка! — рассмеялась рыжеволосая дама. — Явился к нам за помощью. Как ты нас нашел?

— Чего не сотворишь, ради нуждающихся? — сделав невинное лицо, пробубнил я.

— ну, хороший заход, только у нас ничего подобного нет.

— И где я могу это получить? — решил я додавливать эту странную компанию.

— У тебя ведь есть Фолиант, верно? Ну так открой его и спроси, что такое картография, навигация и геодезия! Изучи эти умения и будет тебе счастье.

— Да, хм…

Дважды просить меня не пришлось. Все три перечисленные дисциплины нашлись на страницах книги, так что очень скоро я внес их в свой список умений, получив уровни, в соответствии с уровнем интеллекта. По итогу у меня осталось ни много ни мало — три пункта.

Пока было неясно, что делать с клятвой, данной альбиносу, ведь по факту, я ее еще не исполнил. Но она все еще была действительна, хотя и не имела лимитов по времени. Получив все необходимое, я обрел новый раздел на страницах книги — подробные карты местности, с отмеченными на них тропами караванщиков. Но опять же, где мне взять денег? Этот вопрос я высказал, вернувшись к компании отдыхающих людей.

— Деньги, деньги! Знал бы ты, сколь они бесполезны в жизни… — покачала головой Рыжая.

— Раз ты такой умница, и сразу во всем разобрался, — впервые подал голос полноватый старик, чье розовое лицо, казалось, светится в лучах газовой горелки. — Я тебе помогу. Атланты оставили нам много загадок: пока многомудрые мужи планировали будущее мира, молодые гении оставляли всюду свои секреты и послания! Просто ищи их, и будет тебе счастье.

— Это… — хотел я задать уточняющий вопрос, но вовремя опомнился и полез в Фолиант.

В голове у меня крутилось словосочетание «секреты атлантов». Карта, как по команде, оказалась усыпана разнообразными значками, которых я прежде просто не смог бы не заметить! Это стало еще одним аргументов в пользу того, что волею случая я угодил в крайне необычную компанию. Но стоит ли удивляться подобным вещам, когда все предпосылки ведут к феерическому шоу, участником которого мне позволили стать?

Глава 7. Караван

— Уважаемые, а не подскажите, где мне можно раздобыть транспорт? — стараясь не повышать голос выше положенного, спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь. — До ближайшего пункта больше трех километров пути, но по таким сугробам я не доберусь туда и к утру!

— Ты можешь использовать самоходные сани, но есть одно условие! — рыжеволосая дама подошла ко мне, отведя в сторону. — Если ты присмотришься к новым меткам на своей карте, то заметишь голубоватые шестигранники, объединенные тонким пунктиром. Это наши перевалочные пункты, они не бесплатные.

— Сколько будет стоить использование услуг? — я демонстративно порылся в карманах, извлекая на свет несколько мутных кругляшей.

— Ох, убери этот кошмар! — улыбнулась женщина. — Ни один кондуктор не примет у тебя эти деньги, так как между собой мы используем только чистое золото — вот! — она достала из кошеля блестящий кругляш, с витиеватым оттиском. — Ни одну такую монету ты не сможешь получить даром, если только не являешься бандитом.

— Я понял, как мне тогда заработать ваши деньги? Но прежде чем вы ответите, позвольте задать еще несколько вопросов, так как я не совсем понимаю, что происходит, — решился я на дерзость.

— Ну, что же, давай будем считать, что это моя добрая воля, только не отнимай слишком много времени! Глинтвейн почти остыл, а мне предстоит сделать несколько пометок в гроссбухе…

— Хорошо… — я быстро собрался с мыслями, выдохнув на одном дыхании все, что меня интересовало. — Кто вы все такие? Почему помогаете мне? И как использовать самоходные сани?

— Ну, что-то такое я от тебя и ожидала, — улыбнулась женщина. — Мы потомки атлантов, решившие возродить их идеи. Помогаем тебе потому, что ты обратился к нам… А с транспортом разберешься, когда встретишь кондуктора. А что касается первого заработанного доллара — помоги кому-нибудь в лагере, думаю, оплата не заставит себя долго ждать.

Приняв к сведению все, что было мне сказано, я вернулся к компании атлантов. Они перестали обращать на меня внимание, так что я мог свободно разгуливать по снежной пещере. Понять, что и кому может понадобиться, оказалось не так-то просто.

На первый взгляд, каждый из них был занят своим делом: кто-то подшивал одежду, кто-то сортировал продукты в мешке, иные читали книги или делали пометки в блокнотах. Выбор пал на юную особу, что разложила перед собой баночки с гуашью. Ни одна из них не поддалась на усилия хозяйки, как она ни старалась отвинтить крышку — краска засохла намертво. Присмотревшись к картинам, выполненным на небольших холстах, я отметил, что у девушки хорошая фантазия.

— Позвольте? — я сел напротив нее, взяв одну из баночек в руки.

— Я не нуждаюсь в помощи, — мягко улыбнулась незнакомка, поправив выбившуюся прядь золотистых волос.

— У меня нет никакого желания вам помогать, мне просто нужны деньги для путешествия! — улыбнулся я в ответ.

— Не думаю, что открыватель засохших банок способен заработать хотя бы один золотой доллар! — изумилась моя собеседница.

— Тогда, возможно, я могу подсказать вам, как закончить вот эту картину, — я указал на рисунок, изображающий линию электропередач. — Вы плохо понимаете, что пытаетесь запечатлеть. Где вы это видели?

— В одной из старых книг, но… — девушку явно заинтересовали мои слова. — Откуда вы можете это знать?

— Есть скромный опыт, — уклончиво ответил я. — Ну что, сколько стоит информация, которой я готов поделиться?

— Если ваши сведения будут выглядеть правдоподобно, то я отдам вам все свои сбережения! — с готовностью воскликнула художница.

— Смотрите, вы нарисовали череду сложных металлических конструкций, — я указал на опоры. — От одной к другой тянется провод, поддерживаемый крюками. Верно?

— Да, именно так! — склонившись над рисунком, согласилась девушка.

— Но электричество так не работает! Должно быть усиление, в виде стеклянных тарелок, скрепленных вместе — это обеспечит изоляцию, и свободную передачу напряжения. Иначе оно попросту будет теряться за счет…

— Постойте! Как выглядят эти ваши тарелки? — полностью оказавшись в моей власти, художника достала из рюкзака потрепанный блокнот.

— Вот так, — я принялся рисовать по памяти, своей, а не Денхольма. — Они скрепляются вместе, чтобы даже дождь не смог создать перекрытие между опорами и проводом.

— Поразительно, я чувствовала, что чего-то здесь не хватает, но чтобы так точно… Он прав? — художница обратилась к кому-то, подошедшему ко мне со спины.

— Конечно! В мельчайших деталях, — это был долговязый умник, которого здесь почему-то чтили все. — За такую информацию стоило бы раскошелиться!

— Я обещала ему все свои сбережения! — пылко заявила девушка.

— Ну, достойная плата, — хитро улыбнулся Штайрад.

— Что же, вот мои два золотых, которые я заработала на своих картинах… — заметив замешательство на моем лице, художница поспешила оправдаться. — Я только недавно стала совершеннолетней, извините.

— Что вы, не расстраивайтесь! — усмехнулся я, пряча увесистые золотые монеты. — Это ровно в два раза больше, чем требовалось.

На этом мы расстались. От встречи у меня осталось много новых впечатлений. Я никак не ожидал встретить людей, подобных этим, словно поставивших за принцип честную оплату труда и… Никакой помощи попрошайкам.

Пробираясь по сугробам, я рисковал в любой момент провалиться под твердую корку и навсегда остаться погребенным здесь, на вечно бушующей метелями пустоши. Станция самоходных саней оказалась хорошо замаскирована, пришлось несколько раз сверяться с маркером на карте, так как я не мог рассмотреть ледяного тоннеля, ведущего под сугробы.

Нырнув головой вперед, я катился несколько минут, минуя головокружительные виражи. Остановка произошла не сама собой, кто-то подхватил меня за ворот, притормозив перед очередным порогом. Переведя дыхание, я перевалился на спину, не в силах подняться из-за слишком тяжелой одежды.

Надо мной стоял мужчина с черными, как смоль, усами. Они были так сильно смазаны воском, что казалось, вот-вот отвалятся, подобно сосулькам. Поправив цилиндр на голове, незнакомец недовольно посмотрел на меня, поднеся к глазам изящное пенсне.

— Вы кто таков, позвольте спросить? — строго произнес он.

— Я вольный странник, Денхольм, — лежа я вряд ли смог произвести нужное впечатление, но исправить ситуацию не представлялось возможным. — Мне требуется транспорт, я по адресу?

— Неуверен, что у вас найдется достойная плата! — приподнял бровь кондуктор.

— Напрасно… — я достал из кармана один доллар, продемонстрировав его собеседнику. — Этого достаточно?

— Надо же! — протянув мне руку, мужчина рывком поставил меня на ноги, указав куда-то в сторону. — Следуйте за мной!

Довольно скоро мы пришли в тесный тоннель, вдоль которого в ряд стояло несколько саней, с весьма массивными сиденьями. Выполненные из чугуна, они напоминали гири силачей из цирка, поставленные на полозья. Вручив деньги, я уселся на предоставленный мне транспорт. Теперь нужно было объяснить, куда мне требуется попасть.

— Вы не могли бы подвезти меня… — начал я, но меня перебили.

— У вас нет выбора, вы просто прибудете на следующую станцию! Куда вам нужно попасть меня совершенно не интересует, — выдав мне связки ремней, кондуктор принялся за инструктаж. — Закрепите плечи и пояс, руки держите на поручнях и нигде больше. Самое очевидное, что вы можете сделать в своей жизни при транспортировке — свалиться с саней. Вас выбросит в один из запасных рукавов, который вы можете проскочить только при достаточной скорости. Все ясно?

— Ну, посмотрим… — закрепляя себя на санях, кивнул я.

— Когда будете готовы, дерните рычаг…

Даже окончив с приготовлениями, я долгое время не мог решиться на этот поступок. Рычаг выглядел таким массивным, наверняка он приводил в действие какой-то сложный механизм, который может не сработать… И что тогда?

Отдернув в сторону блокировочную втулку, я опустил рычаг. Лязг металла заставил меня вздрогнуть, а затем толчок снизу выбил транспорт из паза, пустив меня в свободное путешествие по ледяной глотке. Я летел с такой скоростью, что повороты и петли смешали мои ругательства в единый вопль восторга и ужаса.

Кто бы ни построил эти дороги, он обладал изрядным безумием! Вместо того, чтобы просто переправить человека из точки А в точку Б, путь больше напоминал траекторию взбесившегося фигуриста. Однако, как только сани остановились, я едва ли мог вспомнить то, что происходило со мной на протяжении последних минут. Разум постарался поскорее избавиться от шокирующих воспоминаний, наполнивших кровь изрядной долей адреналина.

— Добро пожаловать, желаете оставить запись в путевом листе? — сразу же обратился ко мне местный кондуктор.

Я отрицательно кивнул, заглянув в фолиант. Метка с секретом атлантов находилась совсем близко, но на пару сотен метров выше. Путь из станции представлял из себя спиральную лестницу в ледовой толще. Поднявшись, мне пришлось тут же прикрыться — неожиданно злые порывы ветра бросили мне в лицо пригоршню мелкого снега.

Почти ничего не различая в темноте, пришлось двигаться вслепую. Упершись в черную скалу, я заметил металлическую скобу. Ухватившись за нее подтянулся наверх, найдя следующую. Двигаясь таким образом, вскоре оказался внутри ниши, рискуя в любой момент свалиться от свирепой метели, толкающей меня со всех сторон.

Согласно карте, метка находилась гораздо выше, пришлось вновь искать способ подняться наверх. Благо, теперь путь пролегал внутри каменной расщелины, нужно было только вовремя поднимать руки и ноги, чтобы двигаться дальше. Ветер здесь был беспомощен, вот только тяжелый тулуп значительно затруднял путь.

Будь у меня соответствующее снаряжение и куртка полегче, дела обстояли бы куда лучше. Но имеем, что имеем. Пот струился по спине и лицу, я поднимался, не рискуя остановиться. Мышцы налились свинцом, сильно захотелось пить, хотя не так давно мне удалось выяснить, что естественные нужды меня не должны беспокоить.

Странно, но напомнив себе об этом, я ощутил облегчение. Путь закончился на очередной площадке, здесь нашелся большой сундук, абсолютно пустой. Но замок, на который он по идее должен был запираться, выглядел слишком уж странно. На серебристом диске с большим трудом удалось рассмотреть множество незнакомых символов.

Прикоснувшись к диску, я получил уведомление, найденное на страницах фолианта.

У вас отсутствует навык Криптография, для работы с этим кодом необходимо иметь уровень не ниже двенадцатого!

Поскольку делать особо было нечего, я потратил два пункта из трех на то, чтобы выполнить условия. Теперь у меня появилось еще одно умение, и почти не осталось ресурсов на следующие неожиданности, с которыми я могу столкнуться.

Повозившись с шифром, я обратил внимание на то, что сам практически никакого участие в этом не принимал. Пальцы сами крутили крошечные диски, составляя вместе замысловатые комбинации, несколько раз приходилось платить за ошибку. По пальцам больно бил защитный механизм, едва не травмировав меня.

Но в конечном свете все удалось — сундук издал несколько быстрых щелчков, дно выехало наружу, демонстрируя мне три вещи. Взять я мог только одну: кошель с тысячей монет, кирка для скалолазания и прочная куртка из непродуваемой ткани. Несмотря на то, что мне требовалось все, я поборол беса внутри себя и вынул из металлической ячейки кошель. Все остальное тут же скрылось на дне сундука.

Ваши успехи занесены в базу данных атлантов! — прислал мне бессмысленное, на первый взгляд, сообщение. Но за ним пришло следующее: Вы получаете экзотическое преимущество Приключенец! В связи с тем, что вы открыли свой первый сюрбокс атлантов, вам даруется пять пунктов! Каждое последующее открытие принесет вас по одному пункту, не пренебрегайте такой возможностью, даже если вам покажется, что оно того не стоит!

Прикинув, я понял, что на этом плато, окруженном горной цепью, и парящем в тысячах метров над землей, творится полнейшая неразбериха! С одной стороны горстка потомков древней цивилизации ищет пристанище и заступника в лице меня, с другой агрессивный и своеобразный народ дразгов разводит прана-паразитов, что высасывают силы из людей, ради получения энергии.

Помимо этого, словно кроты, под толщей льда и снега существует особая компания, живущая по собственным законам. Вишенкой на торте можно считать непонятные сюрбоксы, оставленные последними из сгинувших в безвестности атлантов. Для чего? Для кого?

Уделив много времени поиску информации, я все же нашел кое-что в своем кладезе полезных сведений. Сюрбоксы создавались для развлечения, молодые инженеры усеяли замысловатыми механизмами все плато и окружающие их горы. Затем устраивались игрища, в ходе которых определялось, кто из атлантов самый сообразительный.

Победитель, как правило, должен был сконструировать такой секрет, который не сможет открыть никто, кроме него… На этом моменте мне резко стало интересно: содержимое сундука должно было соответствовать сложности его шифра! Впрочем, мечтать о том, что мне когда-либо удастся не то, чтобы вскрыть, а просто отыскать сокровище — затея глупая.

Закрыв фолиант, я принялся спускаться вниз. Согласно карте и передвигающимся по ней цепочкам из коричневых треугольников, караван должен проходить в сотне метров от меня через два часа. За это время я планировал придумать какую-нибудь историю, в духе Денхольма, чтобы купить себе место. А заодно и порасспросить насчет продовольствия.

Я сидел на снегу, в последний момент заметив медлительный силуэт передового турсана. Он, конечно, был нечета моему потерянному быку, но выглядел внушительно. Сигнальные фонари едва пробивались сквозь метель, позволяя контролировать всю процессию.

Ради одного путника никто останавливаться не стал, мал ли кого можно встретить в пустоши? Разбойников здесь не было и в помине, а тех, кто куда-то шел и исчез навсегда — не счесть.

— Кто такой? — крикнул кто-то с высокой повозки, закрепленной на спине животного.

— Денхольм, странствующий ученый! — крикнул я в ответ, поднимаясь на ноги. — Сколько стоит посадочное место?

— Ошалел? Бесплатно! Отсчитай пятого с хвоста, там есть парочка лежаков! — донеслось до меня из повозки, прежде чем турсан прошествовал мимо, словно диковинный зверь. По сути, он таковым и являлся.

Дождавшись нужный обоз, я вскочил на деревянную лестницу, скрывшись за тяжелым пологом. В лицо сразу пахнуло теплом и едким табачным дымом. В центре покачивающегося обоза сидело больше десяти человек, что вальяжно лежали вокруг газовой горелки.

Ситуация живо напомнила мне недавнюю встречу с другой компанией. Контраст казался невероятным! Полумрак, усталые лица и грязь против ледяного зала, живых и интересных людей… Пристроившись к горелке, я протянул руки к огню.

Никто не спрашивал, откуда я взялся. Караван неустанно следовал от одного города к другому, меняя уставших животных, принимая пассажиров, оставляя их, обменивая грузы и многое другое. Это был живой поток, циркулирующий по периметру плато. Какая кому разница до того, кто появился внезапно, и так же внезапно когда-нибудь пропадет?

Эта простота придала обстановке странную, непередаваемую прелесть.

— Меня спросил один знакомый, к кому лучше обратиться, если нужно купить два-три обоза продовольствия… — сказал я чуть громче, чем беседовали меж собой собравшиеся здесь люди.

— Последним в нашем караване едет Рори, у него есть неплохой запас мяса и овощей, — обратился ко мне мужичок с порченым бельмом глазом. — Он знает, где по дешевке купить еще, но придется его убедить. Но я бы с ним не связывался, он бывал в Трикстаде, а там бушует эпидемия немощи…

— Спасибо, — кивнул я незнакомцу и выскользнул наружу.

Пробираясь по сугробам, я едва не пропустил турсана, вслед за которым на больших санях катился обоз. Он казался таким огромным, что внутри без труда можно было обустроить просторное жилище! Сколоченных из досок, обоз опасно раскачивался из стороны в сторону, грозя рухнуть набок. Либо его хозяин был слишком глуп, либо слишком жаден.

Вскочив на телегу, я оказался на небольшом крыльце. Чтобы не рухнуть в сугроб, пришлось схватиться за дверную ручку. Несколько ударов кулаком не произвели должного эффекта, я ждал больше пяти минут, прежде чем дверь открылась вовнутрь. Ввалившись вместе с ней, я услышал в свой адрес пару крепких словечек, после чего осмотрелся.

Крошечный закуток освещался лампой, что держал в руках Рори: бледный, как смерть, толстяк сипло дышал в маску, скрывающую половину лица.

Глава 8. Удачный исход

— Ты кто такой и какого черта? — спросил он, поднеся к моему лицу лампу.

Присмотревшись к его мутным глазам я понял, что бедолаге совсем нездоровится.

— Хочу сделать крупный заказ на продовольствие, — ответил я. — Сказали, что ты лучший кандидат.

— Я лучший кандидат на встречу со смертью, как видишь, так что я не могу гарантировать выполнение даже текущего заказа, — повернувшись ко мне спиной, Рори открыл дверцу, войдя в грузовой отсек.

Слева и справа, до самого потолка, висели замороженные куриные тушки и бараньи ноги. Еды здесь и правда хватало, но запах стоял такой, что из глаз брызнули слезы. Улучив момент, я выхватил из кошеля несколько фильтров, просканировав помещение и его хозяина. Как и ожидалось, на спине торговца сидела тварь, родственная с прана-паразитами.

Имея чешуйчатый панцирь, она раздулась настолько, что чешуйки топорщились в стороны. От увиденного меня передернуло! Стараясь не сокращать дистанцию больше положенного, я следовал за торговцем до его личного кабинета. Здесь было крайне тесно, большую часть пространства отнимало кресло и письменный стол.

Кое-как разместившись, толстяк отставил лампу в сторону, утирая обильный пот со лба. Некоторое время он смотрел в пустоту, приводя мысли в порядок, или просто выжидая, пока успокоится разбушевавшееся от нагрузки сердце. Странное дело, но сочувствия я к нему не испытывал, наоборот, ощутил небывалый подъем настроения.

— Ну что, вы способны работать или мне обратиться к кому-нибудь другому? — мягко спросил я, поставив поближе табурет.

— Я болен, — пропыхтел Рори. — Чертовски болен, но слишком сильно люблю жизнь. Мне не нужны никакие деньги, если на свете нет врача, способного мне помочь!

— Понимаю, но исходя из своего скромного опыта, могу сказать, что у вас завелся паразит, от которого нужно избавляться!

— Эту новость вы могли узнать у любой псины, что пристала к нашему каравану, — отмахнулся торговец. — Но никто из них не скажет вам, что если уничтожить паразита, то умру и я. Пока еще он поддерживает мою жизнь, ждет, когда я окажусь в скоплении людей, чтобы переметнуться. Поэтому я больше года не покидаю свой обоз.

— Вот как! — я удивился полученному откровению. — На всем плато нет ни одного человека, который бы смог что-то сделать с этим?

— Не знаю, но клич пошел во все города, — Рори вновь вытер лоб мокрым платком.

— Минутку… — попросил я, положив на колени фолиант.

Копаться пришлось очень долго! Страницы сменяли одна другую, я получал все больше новой информации, но способа избавить от переевшего клеща нигде не нашлось. Благо, книга являлась интерактивным виртуальным интерфейсом, так что я смог добраться до поисковика «по ключевым словам». Порой поглядывая на собеседника, я отметил, что время сильно замедлилось. Можно было не торопиться, ведь для этого несчастного я и вправду что-то выискиваю в обычной книге.

Больше информации о борьбе с прана-паразитами можно было только одним способом — внести умение в базу. Этим я и занялся, выискивая шаблон для соответствующей заявки. Работа с праной в любом ее виде — это работа с ментальной энергией. Учитывая, что у меня в запасе хранилось преимущество «Пранический воин», за которое пришлось отдать целых двадцать пунктов, меня ждали бонусы. По крайней мере, я на это надеялся.

Но нет! Вместо соответствующего навыка я нашел интересный способ борьбы. Чтобы заставить паразита защищаться и делиться, нужно подвергнуть сильному испытанию его носителя. Вот только это практически невозможно, ведь паразит — полная противоположность симбионту. Фактически, Рори с большой вероятностью должен умереть от нагрузки. Этот способ мне явно не подходил.

Поднявшись, я взял фиолетовый фильтр и попросил торговца не волноваться. Заметив стекло в моей руке, он сказал:

— Что вы собрались делать? Перерезать мне горло? Возьмите лучше гоглы со сменными линзами!

— У вас есть фильтры как у меня? — удивился я.

— Фильтры, не фильтры, но один алхимик впарил мне их за бесценок, вот!

Я принял бронзовые очки, с удобной сменой разноцветных стекол. Правда, оказалось, что имущество Денхольма не было простыми стекляшками! Сколько я ни пытался менять и комбинировать линзы в гоглах, ничего необычного они мне не показывали. Пришлось отказаться от этой затеи.

Паразит состоял из огромного раздувшегося брюха и крошечной головы с десятком тонких присосок, впившихся в толстую шею торговца. Эффект оказался настолько запущенным, что даже несмотря на ментальность твари, проявления ее действий отразились физически, в виде бардового синяка.

Я несколько минут всматривался в россыпь мелких глаз на башке твари, как вдруг заметил, что одно из щупалец тянется ко мне. Это выглядело так неожиданно, что я отдернулся, ударившись головой о потолочную перекладину.

— Что-то случилось? — тут же подал голос Рори.

— Нет, все в порядке! — заверил я. — Возможно, что лучше, чем могло быть…

Помня о том, что моя энергия работает по принципу сильнодействующего яда, я решил пойти ва-банк. Усевшись рядом с торговцем, мне нужно было всего лишь смотреть в зеркало сквозь фильтр и ждать. Паразит долго присматривался к месту, в которое присосаться, прежде чем я ощутил, как что-то холодное и мягкое ввинчивается в позвоночник.

Видимо, монстр устал хлебать истощенного хозяина, так как прежде, чем эффект яда проявился, тупая боль пронзила меня до самой поясницы! Вскрикнул, я стиснул фильтр, острые грани впились в еще незажившую толком ладонь. В зеркале стало видно, как прана-паразит начал пульсировать и наливаться чернотой, после чего отвалился от шеи своей основной жертвы.

Рори побледнел еще больше, его глаза наполнились слезами, после чего он испустил хрип и уткнулся лицом в стол. Нащупав пульс, я обнаружил, что он жив. Найдя в столе бутылку вина, я отхлебнул, чувствуя слабость в ногах. Спешить пока не было смысла, сложив на полу несколько мешков со старой одеждой, я лег поудобнее и принялся ждать.

Сон не шел, фолиант замедлял бы время, растягивая ожидание.

Вы одолели старого паразита, к вашим пунктам добавлена одна единица! — прочел я сообщение. Теперь на моем счету их было семь, что уже неплохо.

Торговец проснулся далеко за полдень, да и то выглядел настолько вяло, словно ему стало гораздо хуже. Хотя, возможно, так оно и было.

— Ну как вы себя чувствуете, дорогой друг? — не поднимаясь с места, спросил я.

— Отвратительно… — едва удалось мне разобрать то, что сказал торговец.

— Однако, могу вас поздравить с тем, что вы пережили невозможное! Паразит издох! — стараясь напустить побольше позитива, воскликнул я.

— Я умру уже сегодня, спасибо… — пробубнил Рори.

— Почему же? — обеспокоенный, я поднялся на ноги, наливая в кружку побольше вина. — Вам нужно хорошенько выпить. Говорят, что вино восстанавливает кровь, а у вас ее выпили немало.

— Нет, глупец, мое тело слишком ослабло, мне не хватит сил бороться! — повысил голос мой собеседник.

— По крайней мере, это лучше, чем ждать чуда. Я подарил вам шанс, боритесь! — пододвинув кружку к самому носу торговца.

— Вы идиот! — он принялся жадно пить, осушив посуду в три глотка. — Вы понимаете, что натворили?! — толстяк вскочил со своего кресла. — Вы меня, практически, убили!

— Однако, я не припомню, чтобы вчера вы так активно жестикулировали, — сдерживая улыбку, сказал я. — К тому же, ваше лицо явно иного тона, не такого… Бледного.

— Что? — Рори схватил лежавшее тут же зеркало и посмотрелся в него. Пелена спала с глаз, щеки алели от выпитого вина, а дыхание давалось с заметной легкостью. — Хотите сказать, что я здоров?

— Если нет, то будь я проклят! — не сдерживая смеха, я сел на табурет, наливая еще вина.

— Великое небо… — восхищенно прошептал торговец, поглаживая себя по лицу. — Как вам это удалось?

— Иногда случается чудо, сравнимое с провидением! — я постарался сменить беседу. — Вы помните наш вчерашний разговор?

— Да, хоть и смутно, — кивнул Рори. — Вам нужно продовольствие. В какой город и сколько?

— Три обоза с мясом, крупой и специями. Город… — на этом моменте я задумался. — Передача груза должна произойти на нейтральной территории. Как вам такие условия?

— Признаюсь, это выглядит крайне странно, но кто я такой, чтобы лезть в дела своего спасителя? — торговец улыбнулся. — Пять тысяч монет — это более чем скромная цена за такое количество груза.

— Эм… — такая сумма заставила меня крепко задуматься. — А сколько будет стоить моя услуга, в таком случае?

— Вы явились ко мне без денег, сделать крупный заказ? — Рори переменился в лице. — Чудом исцеляете от недуга, который едва не отнял мою жизнь…

— Подозреваете, что все это какая-то крупная афера? — улыбнулся, ощутив неприятный укол. — Тогда я предлагаю задать себе пару вопросов. Видели ли вы меня ранее? С какого момента ваше здоровье ухудшилось? Кто-либо еще пытался этим воспользоваться?

— Все, все, я сдаюсь! — торговец примирительно поднял руку. — Это было временное помешательство, приношу свои глубочайшие извинения! Все, что сейчас есть со мной, я готов отдать вам абсолютно бесплатно, скажите, куда доставить груз?

Я открыл фолиант, чтобы сверить расстояние до Тан’Хирда. Всего лишь пятьдесят километров…

— Оставляйте его здесь, неподалеку! — легко согласился я на подарок. — Когда закончится разгрузка, вы можете успеть присоединиться к каравану.

— Что вы такое говорите? — удивился Рори. — Нечего и думать о том, чтобы отставать от каравана!

— Неужели выше животное не способно добраться до ближайшего города самостоятельно? — спросил я.

— Конечно нет! Последние несколько недель я весьма скверно ухаживал за ним, так что не факт, что турсан вообще способен дойти до следующего пункта торговли! — воскликнул толстяк.

В кармане у меня лежал золотой доллар, а согласно карте за ночь мы оказались неподалеку от станции с санями. Еще за пазухой грелась тысяча монет, которую я так и не отдал торговцу. Как выйти из этого положения? В лагере наверняка осталось несколько подходящих животных, которых можно предложить Рори за дополнительную плату…

— Давайте предположим, что неподалеку у меня есть турсан, способный заменить вашего после передачи груза, — начал я, следя за реакцией собеседника. — Но этот договор выглядел бы бандитским без скрепляющих его бумаг, верно?

— Именно так, — насторожившись, кивнул торговец.

— Где-то здесь обязательно должен быть нотариус, который поможет нам сгладить все углы и обеспечить гарантии! — щедро пользуясь памятью Денхольма, воскликнул я.

Спустя полчаса у меня в кармане лежал лист бумаги с договором. Рори обязался предоставлять мне любой товар, не запрещенный законом, а я — своевременно оплачивать заказы. Как ни странно, но эта сделка повлияла на толстяка куда больше, чем мои заверения! Вернувшись в его повозку, мы сразу же отправились к точке назначения. От каравана отпало последнее звено, устремившись к сердцу заснеженной пустоши.

Всю дорогу торговец пытался узнать, кто я и кого планирую накормить, но я либо отмалчивался, либо глупо шутил, отбивая всякое желание продолжать расспросы. Остановившись за десять километров от Тан’Хирда, я приказал торговцу дожидаться моего возвращения. Идти предстояло несколько часов, но предосторожность не была лишней.

«Кому из дразгов можно доверять?» — прозвучало в моей голове голосом Санди.

Интересно, где мой первый помощник? Добрался ли до безопасного места или по возвращении мне предстоит искать слова для утешения беженцев?

Пробираясь сквозь метель, по сугробам, иногда достигающим груди, я готов был сдаться. Но когда все закончилось, меня ждал приятный сюрприз. Поднырнув в тонкий снежный лаз, я прокатился несколько метров вниз, где меня тут же подхватили крепкие руки. Как по волшебству, появился Санди, принявшись восхвалять своих предков.

— Господин Денхольм! — стиснув меня в объятиях, воскликнул он. — Клянусь небесами, я ни мгновения не сомневался в том, что ты найдешь способ спастись!

— Хорошо, молодец… — обессилено пробубнил, ища места для отдыха. — Дай мне перевести дыхание, у нас еще много работы!

— Работы? Какой? — оживился помощник. — Что ты имеешь ввиду?!

— Выдели мне самого хилого турсана, способного добраться до города и несколько человек для перегрузки продовольствия! — распорядился я, не в силах порадоваться тому, насколько хорошо получилось шокировать всех, кто собрался вокруг меня.

— Тебе удалось найти еду?! — с округлившимися глазами переспросил Санди.

— Да, но нам нужно поторопиться! Пошевеливайтесь вы, все! — почувствовав, как растет мой авторитет, я особо не выбирал интонации и слова.

— Разве могло провидение послать нам столь несгибаемого лидера? — спрашивал помощник, ни к кому конкретно не обращаясь. — Когда я видел его последний раз, барона схватили псы дразгов! И вот он возвращается спустя несколько дней и заявляет, что обеспечил своих слуг пищей!

— А еще ты мне должен рассказать, какого демона ты выставляешь дразгов неотесанными варварами, в то время как у них есть тайная полиция… — помрачнев, сказал я, посмотрев в глаза Санди.

Тот замер, словно его ударило током, но не произнес ни слова. Отвернувшись, он проворно принялся сновать меж людей, требуя поторапливаться. С одной стороны это было слишком наигранно, но с другой — разве серьезную аферу можно прикрывать такой глупой игрой?

Забравшись в седло турсана, я направил животное к месту, где меня ждал торговец. Пока я шел к городу, наступила ночь. К утру следующего дня Рори должен был получить свой транспорт, а я — запись в фолианте об удачном окончании контракта. По пути выяснилось, что мой личный турсан-вожак также был в лагере: Санди прикинулся дразгом — что было не так трудно — и забрал быка со стоянки перед городом.

Как ему удалось избежать столкновения с полицией? Спросить не представилось случая, так что я оставил это на следующий раз. Ежечасно проверяя численность людей, мы двигались сквозь пустошь, преодолев расстояние вдвое быстрее, чем пеший путник. Благо, среди прочего скарба у беженцев нашлись старые сани, на которых, сгрудившись под плотным пологом, и сидели мои подчиненные. Сам я как-то привык к лютым ветрам и снегу, потому достаточно было поднять повыше ворот тулупа, чтобы чувствовать себя более-менее сносно.

Торговец не обманул. Его повозка стояла там, где я ее покинул, погода немного утихла, так что я смог издали рассмотреть высокий фургон, сколоченный грубых из досок. Правда, никто не вышел меня встречать…

Спрыгнув с седла, я двинулся к обозу, приказав Санди действовать по первому сигналу. Из оружия при мне был только нож, изготовленный в кузне атлантов, мог ли я представлять серьезную угрозу для человека с мечом?

Рори высунулся из смотрового окна, напряженно рассматривая меня и людей, оставшихся за спиной.

— Вы пришли не один! — зачем-то сказал он.

— Верно, но не хотите же вы самостоятельно перепрягать скотину? — изумился я, встав в двадцати шагах от собеседника.

— Они вооружены? — спросил Рори.

— Конечно нет! — ответил я, но тут же понял, какую глупость совершил — мой ответ был искренним.

Торговец скрылся из виду, после чего дверь открылась и наружу вышло два человека. Судя по их комплекции, ни один из них не являлся торговцем. Облаченные в меховые плащи, он двинулись ко мне навстречу. Рассмотреть длинные клинки в их руках большого труда не составило.

«Но зачем? По идее у нас нечего воровать!» — пронеслось у меня в голове.

— Не переживайте, мистер Денхольм! — появился следом Рори. — Я должен был предостеречься, получить больше гарантий! Вы и ваши люди в полной безопасности, пока не захотите совершить необдуманную глупость.

Охрана и впрямь не предприняла никаких попыток навредить мне.

— Позвольте проверить документы! — сказал один из людей, протянув руку в меховой рукавице. — Да, печать подлинная! — сказал он напарнику.

Следующие пару часов мы вместе занимались тем, что перепроверяли товар под чутким надзором свидетелей нотариуса. Позже выяснилось, что это укоренившаяся традиция, пользующаяся популярностью последние несколько лет. Торговцы нанимали высококлассных бойцов, чтобы обезопасить себя от грабежа и мошенничества во время проведения сделок.

Эти господа незаметно следовали за нами, пока мы ехали по пустоши. Это еще раз подтвердило, что я сделал все правильно, когда остановился в десяти километрах от Тан’Хирда, иначе рисковал сдать свои позиции.

Сделка завершилась: Рори пересел на моего турсана, удалившись вместе с охраной, а мы двинулись к лагерю. Санди не переставал нахваливать меня за все подряд, что в конце концов вызвало у меня раздражение.

— Пожалуйста, заткнись! — приказал я помощнику, сев в кресло торговца в его каморке.

Теперь у меня был договор. И долг в три тысячи монет человеку, которому я спас жизнь.

Глава 9. Капиталовложение

Где можно найти крупную сумму денег? Нет ни работы, ни представления о тех, кто оперирует в этом мире большими деньгами. Грабить торговцев? Перепродавать товары? Придумать что-то свое, новое?

Когда обоз был доставлен в город, вся пища сразу же перекочевала под ответственность Санди, мне же досталось все остальное…

Поздравляем с завершением очередного контракта, теперь у беженцев хватает запасов еды и воды, а над головой у них надежное убежище! — прочел я на страницах фолианта. — В награду за это вы получаете десять пунктов, которые можете потратить на развитие параметров Денхольма. Ваше следующие задание будет формировать Хранитель, обратитесь к нему, чтобы узнать, какие ресурсы необходимо доставить в город.

Несмотря на то, что это был прогресс, он меня почти не интересовал. В данный момент я был полностью увлечен группой людей, что обменивается между собой своей собственной уникальной валютой, а еще сюрбоксами, пять из которых располагались в черте Тан’Хирда.

Отправившись в пирамиду, я вызнал, что мне предстоит заняться большой и скучной работой — Хранителю требовались ресурсы всех видов: будь то металлы, минералы или алхимические компоненты. Где можно все это раздобыть, я особо не переживал, так как Рори вполне способен был разобраться с заказом, из чего бы тот не состоял. Несмотря на параноидальную подозрительность торговца я чувствовал, что могу ему доверять.

Прихватив с собой несколько работяг, что разгружали припасы и заносили их в Бункер, я отправился к ближайшей закладке атлантов. Чтобы добраться до нее, пришлось прорубаться сквозь тридцать метров снега.

Спустя пару часов активной работы я стоял перед постаментом, на котором красовалась табличка из чистого золота. На ней не было никаких надписей, потому смысл послания от меня ускользнул, зато было ясно другое — шифр! Он присутствовал в виде неравномерно распределенных по периметру таблички заклепок.

На поверку, часть из них оказалась крошечными кнопками, нажатие на которые вызывало определенное количество щелчков. Правда, фолиант сообщил, что для разгадки этого задания необходим уровень криптографии не ниже четырнадцатого. На выполнения условий пришлось потратить шесть пунктов!

Зато работа сразу стронулась с места, некоторые кнопки, при нажатии их в определенной последовательности, оставались в одном положении. Я облазил небольшой алтарь со всех сторон, выискивая подсказки, стоявшие тут же работники не вмешивались, с интересом наблюдая за каждым моим действием.

Увлекшись процессом, я не заметил, как алтарь медленно трансформируется в статую. Часть камня отъезжала в сторону, другая падала мне под ноги, а когда шифр был разгадан полностью, табличка растеклась, словно жидкость, стекая мелким ручейком мне под ноги. В небольшой ложбинке, которую я раньше не увидел, образовалась фигура в форме куба.

Чтобы завершить открытие сюрбокса, нужно было положить этот кубик на голову сформировавшейся статуи, а затем получить награду. Теперь выбор не предоставлялся, в руки мне попала небольшая книжка из плотной черной кожи. Несмотря на скромность переплета, она выглядела очень дорогой вещью. Сложив ее в карман, я отправился в пирамиду, чтобы заняться чтением. Рабочие разбрелись по своим делам, пока я читал уведомления на страницах фолианта.

Еще один пункт в награду за открытие секрета и девяносто восемь оставшихся тайников, что ждали меня на просторах плато. Еще удалось выяснить, что кроме меня никто этим не занимается, так как статистика ненайденных сюрбоксов не сдвинулась с места, пока я сам не принял в этом участие.

Находка оказалась книгой заклинаний, хотя они и выглядели несколько странно. По крайней мере, в мою копилку не добавилось ни одного огненного шара или оживленного скелета. Это были странные манипуляции с мировой энергией, позволяющие повышать концентрацию и ускорять течение праны сквозь мое тело.

Размытые формулировки почти ничего не объясняли, но в любом случае, никаких сверхъестественных умений разучить не удалось. Это был набор практик для начинающих, причем, начинающих в чем угодно: от фермера, до воина. Отдав пару часов на освоение упражнений, я не получил заметного эффекта, потому прекратил тратить время впустую.

Глубоко за полночь, мне придумалось прогуляться по бункеру, где разместились беженцы. Большая часть ламп едва светилась в темноте, часть комнат была открыта и я мог видеть спящих людей. Санди среди них не нашлось, хотя сложно было придумать лучший момент чтобы спросить его о некоторых вещах.

Блуждая по коридорам, мне вдруг стало пронзительно грустно за собственную участь. Этот мир показался мне слишком чужим, хотя и относился к условно игровому. Там, где мое настоящее тело зависло в субстанции, порождающей аномалии в пространстве-времени, все казалось не таким уж и отвратным.

Часть истории, собранной об этом мире явно дала понять, что на плато не осталось никого, кто бы считал его своим домом. Дразги попросту заняли место атлантов, но тут возникал один интересный вопрос! Если нам, внизу, живут обычные люди, что снабжают ресурсами этот Олимп в стадии кризиса, знают ли они о происходящем? А что, если ситуация перевернута с ног на голову и атланты — никакие не великие, это заключенные, сбежавшие из тюрьмы, а дразги — обманутые стражники?

Фолиант давал четкий ответ на каждый заданные мною вопрос. Внизу жили крестьяне, они платили дань, загружая летающие суда до отказа, а дразги — младшие слуги атлантов, получившие в награду то, чего алчно желали всю свою жизнь. Но это было тысячу лет назад, целую тысячу лет, за которую парящая Атлантида превратилась в снежный ком, покрытый ледовой коркой.

Горы, что окружают плато — хранилища почти бесконечных запасов угля. Его добывают машины, работающие на пране, высасываемой из людей одного из городов, с помощью прана-паразитов. Этот факт показался мне чудовищно несправедливым! Как такое допускается в цивилизованном обществе? Вспомнилась зеленоглазая Ай, имеющая в своем имени трехзначное число.

Вообще, весь этот мир представлялся развалившимся пазлом, сколько я не думал о цельной картине происходящего, всегда что-то выпадало из общей массы. Вначале Санди убеждал меня о дикарской натуре дразгов, но при первой же встрече это утверждение разбилось о суровую действительность. Потом встретилась группа избранных, но ради чего они объединились, катаясь на санях по ледовым лабиринтам?

Все бы ничего, однако позже попались сюрбоксы, якобы являющиеся частью развлечения для высокоразвитых атлантов. Та часть людей, над которой я должен был заботиться, не сможет расплодиться, а даже если и сможет, какой в том прок? Кругом метели, вой ветра и вечные снега. Ради чего посылать человека вроде меня на такое сомнительное предприятие?

Ваша концентрация на сути выполняемых контрактов достигла максимального уровня! Теперь вы готовы приступить к более важной задаче, для этого необходимо обрести навык, являющийся основой кампании — «манеры высшего света дразгов». Требуемый уровень — двадцатый!

Согласно уровню вашего Интеллекта, вы можете получить двенадцатый уровень, уплатив один пункт. Для получения двадцатого уровня требуется двадцать семь пунктов! Вся информация касательно манер, традиций и шаблонов поведения будет доступна на страницах фолианта.

Высший свет дразгов? Удивленно спросил я себя, припомнив фразу мультипликационного персонажа: не надо думать, будешь много думать — додумаешься неизвестно до чего! Вот я и додумался, похоже. В запасе у меня осталось всего одиннадцать пунктов, а это на шестнадцать меньше, чем нужно.

Спасти положение могли только контракты по доставке ресурсов Хранителю. Но какой в них смысл, если в моем кармане нет денег? Круг замыкался, и как его разорвать, я не знал, и это незнание успело набить оскомину из-за своего стабильно плачевного положения.

Соваться в город, заполненный тайной полицией и устраивать публичные исцеления от паразитов — дело изначально провальное. Слишком быстро меня раскроют… На глаза попалась рукоять кинжала, способного оперировать с праной. Положив оружие на пол пирамиды, я обратился к Хранителю, машинально задрав голову вверх.

— Из каких материалов состоит этот металл? Сможешь ли ты его воспроизвести?

— Это очень старая и качественная работа! — спустя несколько минут ответил голос пирамиды.

До того мне пришлось наблюдать, как нож порхает в воздухе, словно бабочка. Его лезвие вращалось с такой скоростью, что слилось в единый серебряный диск.

— Что отличает этот нож от любого другого? — спросил я.

— Он способен работать с праной, только для этого нужны особые условия. Формы должны затвердеть! — Хранитель вновь задумался, подбирая слова. — Представь, что идешь с мечом против воды. Чтобы рубить воду, нужно ее заморозить, превратить в лед или снег, понимаешь?

— Да, — я кивнул. — Этот нож помог убить мне прана-паразита.

— Это еще что за гадость? — в голосе Хранителя послышалась неподдельная ярость.

— Точно сказать не могу, но это такие скаты, которые присасываются к позвоночнику и выпивают из человека его силы. Я бывал в городе, в котором не продохнуть от этих тварей, — охотно поделился я своей информацией.

— Ты хочешь, чтобы я создал оружие и доспехи, идентичные этому ножу? Собираешься очистить город от паразитов? — взволнованно спросил голос пирамиды.

— Не так топорно, но очень близко к истине, — кивнул я темноте, сгустившейся в углах зала.

— Что же, это достойная цель, которой я рад поспособствовать! Скажи, сколько ты хочешь получить оружия?

—Это должны быть предметы быта, замаскированные под ножи и спицы, чтобы человек не выделялся из толпы, — объяснил я.

— Задача интересная, мне будет приятно над ней поработать, итак?..

…Первым делом мне нужно было найти Рори. Он оставил контакты и адрес, по которому мне следует обратиться. Тысячи монет должно было хватить хотя бы на несколько предметов, которые следовало пустить в дело. Судя по словам того же торговца, что угодил в зараженный город, эпидемия коснулась далеко не всех.

Засев за карту, хранившуюся в фолианте, я принялся планировать путь до Лангдона. Это был один из восьми городов, расположенных по периметру плато. Получив хороший опыт в своей предыдущей вылазке, мне теперь не хотелось привлекать к себе внимание.

Беженцы предоставили мне одежду простого странника, коих сотнями можно встретить в заснеженной пустоши, как пешими, так и замерзшими на веки вечные. Что заставляло таких людей выходить за стены отапливаемых городов?

Турсан-вожак, названный мною Эйви, что в переводе с языка дразгов означает «эй ты», я отправился в Лангдон. Санди, по старой традиции настоял на том, чтобы быть рядом со мной. Это выглядело почти героически, учитывая, сколько вопросов у меня к нему накопилось.

— Так ты говоришь, массовые линчевания? — стоило нам отъехать от Тан’Хирда, приступил я к допросу.

— Господин, ты вправе бить меня руками и плетьми, но я не мог сказать тебе иного, так как попросту не знал правды! — воскликнул помощник.

— Как это возможно? — удивился я. — Вы жили всю жизнь среди дразгов и не понимали, что творится вокруг?

— Мы жили в столице, при дворе короля! — возразил Санди. — Он умело огораживал нас от внешнего мира, не позволял выходить за стены замка!

— Еще одна необъяснимая чушь в копилку… — пробубнил я себе под нос. — Неужели замок настолько большой и неприступный, что к тебе, такому проныре не просочилось ни одной тревожной вести об уровне развития дразгов?

— Так и есть, господин. Но даже тому, что порой удавалось услышать случайно или явно, я не мог поверить. Сам король представлялся нам неотесанным дураком, сколько бы мы с ним ни встречались? А королей мы повидали немало!

— В смысле? Короли сменялись, пока вы отсиживались в замке? — я начал кое-что подозревать.

— Да, и каждый раз он устраивал аудиенцию с кем-то из наследников крови атлантов, чтобы получить благословение.

— Ты рассказывал, что вас долго не могли найти, но в конце концов вычислили и изгнали! — воскликнул я, почуяв, что слышу две разные версии произошедшего.

— Именно, последний король оказался не в меру властолюбив, он не захотел видеть в нас своих покровителей, потому приказал изгнать всех, кто многие десятилетия жил изолированным от внешнего мира.

— А-а! — я усмехнулся. — Этот король отличался от прочих, верно?

— Да, твоя проницательность, барон, не знает разумных границ! — без тени иронии, согласился Санди.

— В отличие от всех предыдущих, в нем чувствовалась власть… — не слушая комментарии помощника, начал я рассуждения. — Потому что вся актерская труппа наскучила правителю дразгов. До этого он развлекался, держа вас в неведении, как диковинных животных, посмеиваясь над наследниками великой цивилизации, которые безнадежно оторваны от реальности. Возможно, изменилась политическая ситуация, возможно, что-то еще, но вас попросту выпнули за стены, как собак. Остается только понять, как я оказался здесь, по чьей воле?

К закату третьего дня мы стояли перед высокими вратами, встроенными в скалу. Пневматические трубы обеспечивали быструю работу механизмов, обладающих чудовищным весом, ведь каждая деталь была отлита из чугуна.

Навстречу к нам никто не вышел, да в этом и не было никакой нужды — охраны не было предусмотрено. Отведя турсана огромный сарай, пристроенный здесь же, к скале, в которой был прорублен или выжжен атлантами город, я отправился искать лавку Рори.

Не было однотипных колон, Лангдон отличался особенной архитектурой, представляющей из себя уютное сочетание дерева и камня. Тесные улочки с нависающими над ними домами внушали чувство безопасности. Людей хватало, они были одеты в легкие куртки и шапки, тут и я там я замечал толстые медные трубы, пролегающие по обочинам улиц.

Там, за воротами, царила мерзлота, но здесь даже заснувший пьяница имел шанс проснуться поутру без обморожения. Еще один плюс в копилку технологий атлантов и умения поддержать сложные системы — дразгам. Хотя, не могло ли такое статься, что за тысячу лет отсталый народ мелких помощников развился до самостоятельной промышленной революции?

Как и в предыдущем городе, здесь не видно было стражи, но ее незримое присутствие ощущалось как никогда. Если бы на моей спине был щит, способный отзываться на пристальные взгляды переливчатой трелью, я бы был самой певчей птицей на улицах Лангдона. Однако, это ощущение развеялось очень быстро, стоило мне свернуть с главной улицы, в тесный переулок.

Лавка Рори представляла из себя опрятное помещение, пристроенное в тупиковом закутке. Увидев знакомое лицо, торговец расплылся в улыбке.

— Господин Денхольм! Я очень рад, что мы встретились вновь! — воскликнул он, выходя навстречу.

Я заметил, что его одежда выглядит на нем мешковато.

— Приветствую, дорогой друг! — улыбнулся я в ответ, проведя указательным пальцем по лбу, к переносице.

Это был простой охранный жест, использующийся повсеместно среди дразгов — первый кирпичик, вложенный в мое обучение манерам высшего света. Будь я среди господ поважнее, следовало бы сделать это левой рукой, но здесь — только праворукие жесты!

— Чем я могу помочь? — спросил торговец.

— Мне нужно три слитка никеля, один — серебра и две малых бутыли с алхимической пастой, — перечислил я все, что указал мне Хранитель.

— Интересные у вас запросы, господин Денхольм… — задумчиво погладив второй подбородок, заключил Рори. — Если предоставите мне хотя бы пару часов, я постараюсь все это раздобыть у своих знакомых.

— Сколько это будет стоить? — задал я самый актуальный на данный момент вопрос.

— Семь сотен монет, господин Денхольм! — без паузы ответил торговец, словно с первой встречи ждал, когда я об этом спрошу.

Кивнув, я нашел удобное кресло, разместившись в нем.

— Что же, надеюсь, что вы все сделаете в лучшем виде, — сказал я, посмотрев на застывшего у порога Санди.

Мы встретились вновь немного быстрее, как мне показалось. Это произошло не благодаря расторопности грузного торговца, а моей новой находке. Фолиант представлял слишком много возможностей, и я не смог с ходу разобраться, что и как работает. Так, например, на форзаце книги было несколько сенсорных ползунков, способных ускорять время вокруг меня.

У открытой функции было две стороны медали. Одна позволяла «прокрутить» скучное ожидание, а другая — «зависнуть» для всех окружающих. Для них я бы выглядел человеком, что крепко заснул в процессе чтения. С одной стороны, это могло бы показаться странным, но с другой — не принято тормошить барона, словно это простолюдин! Вряд ли бы кто-то решился на подобное поведение.

— Кстати! Вы называли себя бароном, но где ваши владения? — словно прочтя мои мысли, спросил Рори.

Глава 10. Кирпичики революции

— Вы уже бывали на окраине моих владений, — быстро нашелся я. — Этот участок достался мне в наказание за излишнюю болтливость в определенных кругах…

— Вот как? — Рори хохотнул. — Ладно, кто я такой, чтобы лезть в душу своего клиента? Вы еще помните о нашем уговоре?

— Три тысячи монет, как только я смогу раскачаться и получать хоть какую-то прибыль! — сразу же ответил я, посмотрев в глаза собеседника. — Очень надеюсь, что мне не придется быть должником слишком длительный срок.

— Мое терпение практически неисчерпаемо, господин Денхольм! — заверил меня торговец. — Мне самому очень интересно наблюдать за вашими успехами.

Вскоре мы расстались, я отправился «домой», предвкушая увлекательную работу. Сразу по возвращении, несколько женщин попросили меня прийти к ним, чтобы решить один важный вопрос. Выяснилось, что никто из них не умеет готовить, так как не имел нужды чему-то учиться.

Припомнив историю Санди о том, в каких условиях все это время жили наследники великой крови, я нисколько не удивился услышанному. Даже странно, что их мужчины правильно держали в руках лопаты!

Все замороженное мясо и овощи они догадались спрятать в снежных ямах, но какой в этом прок? Нанимать повариху для трех дюжин дармоедов — дело неблагодарное. Но и самому готовить — совершенно пустое занятие. Выслушав жалобы и стенания, я с нарастающим презрением к этим людям, отправился на совет к Хранителю.

Тот выслушал мое обращение, после чего сказал, что его системы давно не использовались, и потому нуждаются в ремонте. Для этого, конечно же, нужны ресурсы! Очередной круг замкнулся, мне пришлось вернуться к теме создания уникальной защиты от прана-паразитов.

Лаборатория располагалась парой этажей ниже гостевого зала пирамиды, но мое присутствие в ней было необязательным. Механизмы, скрытые под ногами прекрасно справились сами, всего за пару часов мне в руки попала спица для волос, замаскированная под дешевое серебро. Такую могла носить женщина из нижнего сословия, вроде Ай.

— Сколько вещей ты можешь изготовить из того, что я тебе предоставил? — спросил я у Хранителя, насмотревшись на тестовый образец.

— Еще полдюжины, потом закончится алхимическая паста.

— Как думаешь, какую цену можно дать тем вещам, что ты предоставишь?

— Понятия не имею! — честно ответил Хранитель, после чего я прекратил расспросы.

Получив все, что сумел сделать голос пирамиды, я немедленно отправился в город, покинутый мной при не самых удачных обстоятельствах. Рори должен был ждать меня там, как мы и условились перед тем, как попрощаться.

Я не мог действовать в одиночку, но и провернуть первую сделку без моего присутствия — то еще кощунство! На подъезде к городу, торговец принял меня в свою повозку, где я облачился в мешковатый плащ, скрывающий меня с ног до головы. В таком виде обычно транспортировали своих жен особо ревнивые дразги… Ради возложенной на меня миссии, я согласился на такую низость.

Рори вел меня по городу, постоянно прислушиваясь к тому, что я ему говорю — мы шли к дому Ай. Мне очень хотелось узнать, как изменилась ее жизнь после того, как я избавил ее от паразита. Не факт, конечно, что она оказалась бы на месте, но мне повезло. Торговец несколько раз ударил кулаком по двери, услышав предсказуемое предложение убраться куда подальше.

— Представься полицейским! — прошептал я сопровождающему, тот кивнул.

— Открывайте, именем закона или я вышибу эту чертову дверь! — очень правдоподобно выругался Рори, вызвав у меня улыбку, смешанную с восхищением.

Несколько минут внутри царила суматоха, но потом дверь все же открыли. Не дожидаясь приглашения, я первым перешагнул через порог, отойдя в сторону, чтобы вошел грузный торговец.

Вдоль стен горело несколько свечей, дюжина табуретов стояла разбросанной по единственной комнате. Хозяйка дома была прямо передо мной, ее глаза с вызовом блестели в свете лампы, что она держала в руке. Окон не было, потому приходилось пользоваться осветительными приборами даже днем.

— Сколько можно ходить ко мне? — спросила девушка. — В городе нет преступников? Вы всех переловили? Я не виновата, что ко мне ворвался тот безумец! Не я его пригласила, не мне за него отвечать!

— Кто все эти люди? — указал я на девушек и парней, что разместились на кровати, стульях и полу. Пока мое лицо было скрыто, мне хотелось разузнать побольше.

— Это не ваше дело! — выпалила Ай.

Достав из кармана фиолетовый фильтр, я еще раз осмотрелся. Увиденное вызвало у меня приятное удовлетворение. Трюк с зачисткой дома не прошел впустую — здесь было чисто, как никогда! Ни один человек не подцепил мерзкую тварь, молодые люди были полностью здоровы от обрушившейся на город напасти. За исключением одного — он выглядел крайне бледным, сидел на коврике, сложив ноги под себя.

Его грудь тяжело вздымалась, он не обращал внимания ни на что вокруг.

— Что с ним? — спросил я, кивнув на больного.

— Он работал три смены и очень устал! — раздраженно ответила девушка. — Это все? Убирайтесь!

— Ты молодец! — сказал я, сбрасывая капюшон и делая шаг навстречу зеленоглазой защитнице. — Организовала тут нечто, подобное секте? Помогаете только своим, чтобы не привлечь внимание, да?

— Что? — Ай растерянно смотрела на меня, не веря собственным глазам.

— Я не мог надеяться на большее, но ты превзошла все мои ожидания… — я покровительственно поцеловал девушку в лоб, окинув взглядом вскочивших на ноги людей.

— Как вы смогли вернуться в город? — спросила Ай. — Вас же поймала тайная полиция! От них никто и никогда не смог бы уйти.

— Кроме меня, — я улыбнулся. — У меня есть подарок для тебя... — достав из внутреннего кармана длинную спицу, я вручил ее девушке. — Этот металл способен уничтожить паразитов, что заполонили город. Вы будете маскироваться, как и сейчас, но даже собрания опасны, вас не должны раскрыть!

— Господин, вы хотите сказать, что мы теперь сами способны исцеляться? — поразился парень, оказавшийся самым смелым из собравшихся.

— А как вы делали это прежде? — спросил я.

— Известно, что уличные музыканты способны облегчить страдания, но это ненадолго! — отрапортовал веснушчатый крепыш, подошедший ко мне. — Еще, если провести в этом доме два дня, то хворь пропадает сама собой. Но и это временная мера — стоит выйти в толпу, как все возвращается на прежнее место.

— Понятно, — я кивнул, подойдя к единственному здесь носителю паразита. — Ай, чтобы избавиться от заразы, придется подвергнуть человека не самой приятной процедуре. Вгони спицу под кожу, вдоль позвоночника, от шеи вниз…

Этот кошмарный способ мне подсказал Хранитель. Для пущей эффективности металла, нужно было смазывать его жидкостью, ионизированной серебром. Так как образцы, изготовленные в пирамиде почти вдвое менее эффективны, чем мой собственный нож, пришлось придумывать методы, менее гуманные. Жидкость, усиленная металлом, проникала в кровеносную систему, навсегда отравляя энергетику человека для прана-паразитов.

— Я готова! — кивнула Ай, принимая тряпицу, блестевшую от пропитавшей ее жидкости. Смазав спицу, девушка подошла к своему другу, позволив себе подготовиться.

Несколько раз глубоко вздохнув, она осторожно ввела стержень в тело больного, на лице которого не появилось и намека на то, что ему больно. Смотря на происходящее через фильтр, я заметил, как забеспокоилась тварь, присосавшаяся к жертве. Спустя несколько минут паразит дернулся и отвалился, превратившись в ничто, словно его смыло невидимым порывом ветра, забрав с собой тлеющие синим пламенем хлопья.

Парень обмяк, заваливаясь на бок. Его поддержали, отнеся на кровать.

— Вы все должны уйти, — повысил я голос. — Уйти, зная, что на вашей спине появится тварь, отнимающая волю к жизни. Это нужно для того, чтобы Ай могла действовать от моего имени, могла представить спасение любому из вас, когда наступит время. Исцеление наступает окончательно, но если вас раскроют, всему конец.

— Господин, мы готовы пойти на эту жертву, но скажите, как нам действовать? — спросила меня черноволосая девушка с огромными миндалевидными глазами.

— Встречайтесь в разных местах, договаривайтесь заранее и никогда не собирайтесь в большие компании. Скрывайте многие вещи друг от друга, чтобы тайная полиция не смогла ничего сделать, даже если поймает кого-то из вас, — проинструктировал я ее так, чтобы слышал каждый присутствующий. — Расходитесь, и помните, что я нуждаюсь в вашей помощи не меньше, чем вы — в моей!

Дождавшись, когда в доме не останется никого, кроме меня, Ай и Рори, я расслабленно присел на кровать, с которой не так давно подняли более-менее пришедшего в себя больного. Теперь предстояла самая ответственная работа — спланировать внедрение моих товаров.

Из всего, что приготовил для меня хранитель, можно было выделить три типа оружия: спицы, иглы и булавки. Все они были грамотно замаскированы под предметы быта. Тонкая работа, за которую по идее можно было просить крупную сумму, но откуда она у людей, живущих ради подкормки энергетических демонов?

Прежде чем ловить более жирную рыбешку, придется показать ей пример. Пусть бедные пользуются плодами трудов Хранителя, спустя какое-то время это не обойдет внимание толстосума. Ай получила от меня все необходимые рекомендации, так что когда я выходил из ее дома, мог быть уверен в том, что сделал все возможное.

Вырученные деньги она будет приносить в лавку Рори, что согласился открыть в городе небольшую конторку по скупке домашнего серебра. Еще одна большая уступка с его стороны, за которую следовало отплатить в будущем. Надо заметить, что торговец проявил крайнюю заинтересованность в том, что я делал.

Клиентов на приобретение первых изделий нужно было подобрать с особым тщанием, тут я решил, что вновь — не без моего присутствия. Пока я изучал этикет высшего света дразгов, Ай и ее компания рыскали по городу, стараясь подыскать лучшего кандидата на временное исцеление. Первый человек, получивший иммунитет к паразитам, отлеживался в тайном месте.

На первый взгляд все было под контролем. Несколько дней я жил на средства, собираемые мне последователями. Роль тайного мессии импонировала мне, приятно теша чувство собственной важности. Вздумай я потратиться на какой-нибудь глупый поступок, это было бы принято как должное. Кредит доверия людей превосходил любые ожидания.

К вечеру пятого дня, когда мне вконец наскучило сидеть на одном месте, Ай привела гостя — двухметрового верзилу, с черной, как смоль, бородой и нестрижеными космами на голове. Несмотря на это, мужчина был одет в стиранную робу работника одной из бесчисленных фабрик города.

— Это Тим, он хочет получить оружие против паразитов! — без предисловий заявила Ай.

— Мастер… — Тим склонился передо мной на одно колено, делая это с какой-то неуклюжестью, словно не был уверен до конца — достоин ли я такого обращения.

Фильтр показал, что на его спине сидит особо жирная тварь, что и неудивительно, учитывая жизненные силы жертвы. Великан хоть и выглядел уставшим, но его воля казалась нерушимой.

— Приветствую, — сказал я, поднимаясь с кресла. — Мне нужно провести небольшой осмотр, ты не против?

— Конечно, — Тим поднялся на ноги.

В тот момент я не мог с уверенностью сказать, правильно ли поступаю, но проверить стоило. Меняя один фильтр за другим, я рассматривал гостя, комбинируя цвета. Занятие могло показаться скучным, но это только со стороны, ведь то, что я видел, в очередной раз повергло меня в шок!

Паразит впился в Тима на нескольких уровнях, это стало ясно по количеству щупалец и местам, в которые они проникли. Сиреневый фильтр выделил два, погруженных в виски, светло-зеленый — толстый жгут, окольцевавший поясницу и пульсирующий присосками на крестце. Блекло-белый фильтр показал сеть тонких, как паутина, нитей, сплетенных на груди. Они жадно тянулись к сердцу, но огонь жизненных сил Тима обжигал их, опаляя.

— Как давно ты понял, что нуждаешься в исцелении? — спросил я, сложив стекла в мешочек.

— На прошлой неделе. У меня был друг, что выступал на улице, его игра на гитаре помогла многим справиться с тяготами и хворью, но он пропал. С тех пор мне резко стало хуже, хотя я и старался побольше отдыхать, отказавшись от второй смены.

— Мне придется поработать над тобой, Тим, ты по уши в дерьме! — честно признался я.

— Трехсот Тридцатая объяснила, что вам можно доверять, — уверенно сказал гость.

— Если тебе будет больно, ты не свернешь мне шею? — решил я убедиться в своей безопасности.

— Нет, конечно! — ответила за него Ай.

Вооружившись ножом, я решил, что в первую очередь нужно избавиться от щупалец на крестце. Ничто не мешало мне распороть брюхо паразита, но такой подход, как мне подсказывало чутье, отнимет слишком много сил у Тима.

Осторожно надрезая один отросток за другим, я заставил монстра дергаться и впиваться с новой силой. Эта игра продолжалась несколько минут: я отлеплял отростки, стараясь поддеть основной жгут, тварь снова и снова сводила на нет мои усилия. В какой-то момент мне пришло на ум неожиданное решение. Легонько кольнув паразита в мягкое подбрюшье, я вернулся к прежнему занятию.

Это дало стопроцентный результат. Не понимая, от чего защищаться, паразит пропустил момент и светло-зеленый фильтр показал, как толстое щупальце выпадает из тела Тима, обвиснув. Прежде, чем враг опомнился, я срезал один из жгутов на виске, пациент зашипел, стиснув зубы, но с места не тронулся.

Не позволяя паразиту собраться с силами для ответной атаки, я вылил себе на руку жидкость, подготовленную Хранителем. Именно ее Ай ввела под кожу своего товарища. Схватив пальцами сеть тонких щупалец, что тянулись к сердцу Тима, я скрутил их в единый моток. В этой ситуации было не очень удобно сменять фильтры, но что поделать, когда работа настолько увлекательна?

Больше получаса я потратил на то, чтобы отбивать мужчину от посягательств прана-паразита, пресекая попытки присосаться к новому месту. Эта игра дала ощутимые плоды, куда более внушительные, чем в результате предыдущих столкновений. Тварь принялась нервно дрожать, затем пульсировать, сдуваясь. Когда ее брюхо отвисло, словно пустой мешок, последнее щупальце на виске Тима отвалилось само собой.

Поверженный враг скукожился и растаял, став невидимым для фиолетового фильтра. Тим показался мне куда выше прежнего, где-то в области заросшего лица появились блестящие, как глаза собаки, глаза.

— Мастер! — пробасил он, заключив меня в объятия, на поверку оказавшиеся щадящими — мысленно же я слышал, как хрустят мои позвоночник и ребра.

— Все, все, можешь не благодарить! — попытался я отстраниться, не выказав неприязни. — Ты человек хороший, тебе я готов доверить очень важную роль в исцелении города!

— Я согласен, но Ай сказала, что у вас есть оружие против хвори, — ответил здоровяк.

— Есть, но оно не бесплатное, — кивнул я.

— При себе у меня пять сотен, это полгода работы, я откладывал, не зная на что… — Тим положил на стол пять металлических бляшек, в каждую из которых была встроенная маленькая колбочка, с фосфоресцирующей голубой жидкостью — крупица энергии, получаемой при помощи паразитов!

— Ого, это немало… — заметил я, не торопясь взять плату.

— Мне сказали, что в дальнейшем нужно будет обращаться к некоему Рори, что открыл лавку в переулке Пяти Коней, — сказал гость. — Я буду искать надежных людей, это только начало.

— Хорошие у тебя задатки, дорогой друг… — вручив Тиму вилку со встроенной в рукоятку иглой, я рассказал ему, как нужно действовать. — Когда почувствуешь слабость, вонзи иглу под кожу, вот здесь, поближе к шейному позвонку. Сначала станет хуже, но потом полегчает. Главное — не тянуть! Чем дольше паразит питается твоей силой, тем тяжелее переносится его смерть для тебя, все ясно?

— Конечно! — здоровяк кивнул, пряча приобретение в рукав.

Его улыбка показалась мне какой-то излишне угрожающей, но судя по тому, как естественно вела себя Ай, переживать было не о чем. Теперь в моем распоряжении была команда последователей, каждый в разной степени спасен. Самое главное, что никто бы не усомнился в действенности моих методов, настало время навсегда исчезнуть из этого города, став персонажем сплетен и пересудов…

Глава 11. Приключения в Лангдоне

Продать предметы получилось в кратчайшие сроки. Семь штук по цене пять сотен монет — итого три с половиной тысячи! Но не дело, которым я занялся, нельзя было назвать чистой торговлей — я подрывал работу государственных предприятий. Рано или поздно оно могло закончиться, если прогресс исцеления будет чрезмерно резким.

Составив письмо, я отправил его Ай, девушке не по годам смышленой и понимающей всю важной своей роли. В письме ей была адресована просьба сдерживать стремление людей облегчить свои страдания. Пусть на данный момент сподвижников не наберется и двух дюжин, даже это может стать причиной проблем. Тайная полиция ни в коем случае не должна узнать о том, что происходит.

Меж тем, мне еще предстояло разобраться со «своими баранами», в лице наследников Атлантиды. Никто из них не умел готовить, а как решить проблему я не представлял, пока не вспомнил про такую замечательную вещь, как поваренная книга!

Почему-то мне представлялось, что с любой проблемой я должен разбираться сам, но что, если спасение утопающих возложить на плечи самих утопающих? Отправившись в Лангдон, чтобы отдать первую часть долга Рори, я попросил его раздобыть не только новую партию материалов, но и парочку книг.

Пять сотен монет я вернул Ай, чтобы расширить ее возможности, остальное планируя потратить на личные нужды. Если можно таковыми считать решение проблем моих подопечных…

Списав мне тысячу монет, торговец заметно оживился. Материалы для новой партии товара были предоставлены с десятипроцентной скидкой. Книги с рецептами вовсе отданы в качестве подарка. Учитывая, что Рори больше часа копался среди своих пожитков, прежде чем вручить потертый том, он ничего не потерял.

Остаток, почти две тысячи монет, я приберег на другие нужды. Так, например, Хранитель запросил три тонны меди. Учитывая, что за один килограммовый слиток нужно отдать полсотни монет, предстояло хорошенько раскошелиться! И ведь это только начало, что потребуется голосу пирамиды в будущем — страшно представить.

По возвращении в Тан’Хирд я вспомнил, что поблизости от него имеется несколько сюрбоксов, нуждающихся в моем внимании. Поваренные книги не обрадовали беженцев, но стоило пышногрудой даме заикнуться о том, что она не умеет держаться за черпак, я развернулся и молча ушел. К чему слушать эти жалобы?

Вы нашли альтернативный способ решения проблемы поселенцев, заработав один пункт! — прочел я позже в фолианте. — Теперь, когда еще одна задача осталась позади, постарайтесь поддерживать жизнедеятельность вверенных вам людей. Это необходимо для того, чтобы они привыкли к новому месту. Литература хорошо поможет им отвлечься от насущных проблем, как и музыкальные инструменты, на которых они могли бы научиться играть.

Приняв к сведению уже не контракты, а рекомендации фолианта, я взял с собой нескольких рабочих, что на деле оказались дворцовыми лодырями. Хотя и не по своей воле… Вместе мы пробили себе путь к просторной плите, что в былые времена была сердцем города.

На массивном камне был изображен вставший на дыбы конь с пышной гривой. На его лбу красовался длинный рог, являющийся рукояткой для открытия тайника. Чтобы привести его в действие, нужно было решить головоломку, состоявшую из разрозненных осколков герба, на крупе животного.

Двигать металлические бляшки я мог сколько угодно, никогда в жизни не догадавшись бы, какая последовательность правильная. На гербе изображалось несколько квадратов, абсолютно одинаковых, расположенных по обе стороны от стержня, покрытого шипами. Минимальный уровень для работы с секретом — пятнадцатый. А это еще минут четыре пункта из общего запаса.

С грустью посмотрев на оставшиеся семь пунктов, я принялся за работу. Перемещая квадраты во все возможные позиции, мне так и не удалось добиться нужного результата. Тогда я взялся за центральный стержень, но он был неподвластен любому виду манипуляций. Просидев несколько часов, я незаметно для самого себя схватился за фильтры.

В памяти Денхольма не было никаких сведений о том, где ему удалось раздобыть сокровище, что было незаменимым даже в такой ситуации! Оказалось, что вся мозаика представляла из себя разукрашенный рисунок, только краской служила прана. В считаные минуты расправившись с головоломкой, я с замиранием сердца услышал заветный щелчок.

Рог-рычаг повернулся по часовой стрелке, плита дрогнула один раз, другой, пока не разразилась вибрацией, от которой у меня зачесался нос. Сойдя с нее, я заметил, что камень становится прозрачным, словно стекло! Еще через несколько минут трансформация была полностью завершена — под стеклом, чистым, как горный хрусталь, я увидел золотую табличку с надписью.

«Тот, у кого нет ума, терпит поражение от собственных рук»

Это выражение показалось мне хорошим, но неприменимым в конкретной ситуации. Если умная мысль — награда за решенный секрет, то так тому и быть. Не имея причин сильно расстраиваться, я полез читать сообщения на страницах личного интерфейса. Фолиант поздравлял меня с новой победой, наградив единичкой пункта.

Поздно ночью, проведя несколько часов подряд за изучением литературы, я вернулся к этому месту. Что-то манило меня, черные буквы на золотом фоне, погруженные в стекло казались магическими. Несмотря на то, что сверху, через толщу снега сюда никогда не проникал свет, казалось, что здесь стало заметно темнее. Вероятнее всего из-за того, что сияющие частицы, как пыльца неведомого растения, поднимались над плитой.

Я прильнул к ней, всматриваясь в табличку.

Отсюда Атлантида, объятая льдами и снегом, казалась мне именно такой: золотом, застывшим в безвременье для любого, кто захочет ее увидеть однажды. И поймет, что это лишь красивый образ, проекция в виде правды, что не имеет ценности без лишений и усилий того, кто ее осознал. И даже благородный металл не способен придать хоть какой-то значимости скрытому в словах смыслу.

Поутру, получив новую партию артефактов от Хранителя, я отправился в путь. Первостепенной задачей стало расплатиться с Рори, этим я и планировал заняться в ближайшее время. К вечеру третьего дня, передав ему шкатулку, я отправился к местному портному. Прежде, чем явиться на какую-нибудь вечеринку, желательно нарядиться во что-то более достойное!

Сразу же соваться в столицу было бы большой глупостью. Как это водится у аристократов, требовалось заполучить доверие кого-то из мелких чинуш. Уже с этого момента для меня начались приключения, о которых я даже не смел подозревать, хотя казалось, что могло пойти не так?

Лавка портного выглядела представительно, со свежевыкрашенной вывеской и высокими витражами из стекла. Внутри царил мягкий полумрак, вдоль стен стояло несколько манекенов в расшитых нарядах. Все бы ничего, да хозяин лавки сидел в углу, спрятав лицо в колени. Бедолагу трясло, но при этом он ни звука не издавал.

Стоило потянуться за фильтрами, как меня настиг невидимый удар, впечатавший в стену. Едва успев перевести дыхание, я вскочил на ноги, достав нож. Отмахнувшись пару раз влево-вправо, я почувствовал, как на правой щеке разгорается боль, перерастая в настоящий ожог. В воздухе запахло паленым.

Поднеся к лицу фиолетовый фильтр, я увидел, как размытая фигура скрылась за дверью одной из комнат, распахнув ее с такой силой, что затрещали косяки. В этот момент очнулся портной, истошно закричав, он потребовал спасти его ребенка. Спустя мгновение стало ясно, почему сам он неспособен на это — его глаза сочились кровью из под закрытых век.

Что с ним успел сделать пранический монстр, сказать я не взялся бы. Вместо того, чтобы устраивать расспросы, молча бросился по лестнице наверх, где голосила загнанная в угол женщина, державшая на руках трехлетнюю девочку с огромными, полными ужаса глазенками.

Тварь стояла напротив них, словно наслаждаясь страданиями жертв, мое появление никакого эффекта не произвело. Видимо, враг не видел во мне угрозы, чем я и воспользовался. Сделав пару быстрых шагов, с силой ударил ножом, ощутив, как тот впивается в невидимую преграду. Смотреть сквозь фильтр в такой момент — дело трудное, но этого и не требовалось.

В лицо мне нанесли еще один жестокий удар, от которого зазвенело в ушах. Приложившись о стену, я почти потерял сознание, потому не был уверен, в действительности ли увидел то, что мне явилось.

Вновь раздался истошный вопль кого-то потустороннего, в отдалении, как-будто с высокой горы, а затем перед, самым лицом, показалась отвратительная морда существа, лишенного носа и глаз. Усеянная дымчатыми зубами пасть впилась мне в шею, оставляя черные отметины, но как и в прошлый раз, враг не знал, с кем имеет дело.

Получив в награду охваченный истерией дом портного, два пункта для развития навыков и несколько серьезных ушибов, я спустился вниз. К сожалению, хозяин лавки так и не пришел в себя. Краем белоснежной рубахи он старался вытереть кровь, но глаза открыть не мог, о чем сам неустанно говорил.

— Черт побери, просто дайте мне посмотреть на моего ребенка! Где моя жена? Устина!

— С ними все в порядке, враг покинул ваш дом, — потирая плечо, ответил я.

— Вы кто? Что случилось? — выставив руки перед собой, портной двинулся в мою сторону.

— На вас напал грабитель, но теперь его нет, — уклончиво ответил я, подхватывая слепого под руку.

— С моей семьей точно все в порядке? Они живы и здоровы? — не унимался мужчина.

— Да, конечно. Я видел своими глазами, они сейчас на втором этаже…

Вместе мы поднялись по деревянной лестнице, портной по памяти нашел детскую, где на кровати сидела Устина, держа на руках…

— Зельда! С ней все в порядке?

— Да, все хорошо… — всхлипывая, ответила супругу жена.

— Слава богам, что все обошлось, мне нужно обратиться к лекарю, мои глаза не открываются! — ремесленник нащупал табуретку, присев у стены. — Вы не могли бы мне помочь, прежде чем я вернусь к работе? Вы пришли за заказом, верно?

Я кивнул, но потом спохватился:

— Да, верно.

— Спасибо, если бы не ваше внезапное появление, нам пришлось бы несладко! — подала голос женщина, качая ребенка больше для собственного успокоения. — Что это был за грабитель, которого не видно?

— Не знаю, может быть маг, а может быть демон… — я посмотрел в сторону окна, за которым кипела обычная городская суета.

— Именно, что демон! — кивнул, поморщившись, портной. — Он предлагал мне сделку, но условия рассказать не успел — сработало охранное устройство.

— Что еще за устройство? — заинтересовался я.

— Осталось здесь от прошлых хозяев, дом очень старый, ему не меньше, чем исходу атлантов. Часть оборудования так и осталась нетронутой, — пояснил ослепший мужчина.

— То есть, ему около тысячи лет?

— Скорее всего, что да. Лангдон самый старый город после столицы, но притом, и сохранился лучше всех остальных, — кивнула Устина.

— Поразительно… Где мне можно найти лекаря? — решил я сменить разговор.

— За углом работает старый Одри, просто скажите, что пришли от Снельда, он сам меня найдет!

Спустя полчаса, когда лекарь ушел, оказавшись беспомощным перед недугом портного, я с сожалением понял, что нового костюма мне пока не видать. Если только не отправиться в другой район, да и то, до вечера уже никак не успеть. Размышляя над планом дальнейших действий, я невольно стал зрителем семейной драмы.

Снельд только теперь осознал, что больше не способен работать и содержать семью. Его супруга еще старалась найти хоть какой-то ключ к спасению, но в целом ничего не клеилось. Все сводилось к тому, чтобы продать лавку, забрать все сбережения из банка и искать самое дешевое жилье на окраине города, чтобы хоть как-то выиграть время в надежде на лучшую жизнь.

Рассуждения прервали шаги на первом этаже. Кто-то еще решил сделать заказ у ослепшего мастера.

Спустившись вместе с Устиной, я увидел двух мужчин, облаченных в интересную одежду. Туники, плащи из легкой серой ткани, высокие бардовые сапоги и фолианты, что висели на груди, подвешенные на толстые серебряные цепочки. Это были те самые люди, на которых когда-то ссылался Санди. Именно они занимались прана-паразитами.

Благо, моя книга была скрыта в сумке из твердой кожи, иначе бы им сразу стало ясно, кто я. Но что в этот момент происходило со мной…

Мог поклясться, что эти люди оказались здесь неслучайно! Они умели бороться с неведомой для простых смертных опасностью, и скорее всего обладали теми же способностями, что и я. А значит, передо мной были другие посланники, игроки, пришельцы!

Если бы мое лицо не было скрыто полумраком, я бы сдал себя с потрохами одним внешним видом.

— Добрый вечер! — подал голос один из гостей. — Мы к хозяину лавки с очень важным разговором!

— Моему супругу нездоровится, — мягко ответила женщина. — Он отдыхает.

— Это все понятно, но если у него есть язык, а разум не лишен сознания, мы не уйдем не поговорив с ним! — решительно заявили напарники.

Судя по их поведению и манерам, эти два человека пребывали на плато гораздо дольше меня и представляли, с чем имеют дело. Фактически, они были сильнее и опытнее. Взять хотя бы длинные сабли с изящными эфесами на их поясах…

Как это ни обидно, но меня попросили проваливать ко всем чертям, так что присутствовать при разговоре я не смог. Вместо этого пришлось искать таверну, чтобы провести там ночь — в любом из миров праздношатающихся ночью горожан ждут неприятности.

Таверна, что попалась мне, когда практически стемнело, выглядела потрясающе! Это было высокое трехэтажное здание, надстроенное на крыши соседних домов, словно пьяный гуляка на товарищей. Большое количество газовых фонарей добавляли заведению особого шарма, а снующие тут и там люди не казались угрозой.

Главный зал, просторный и светлый, был заставлен массивными столами и лавками, которые не сумеет испортить ни один трактирный дебошир. Зал объединили со вторым этажом, придав помещению поистине роскошный простор. Огромная люстра, свисающая с потолка, заполняла пространство ароматом воска и золотистым сиянием свечей.

Очарованный атмосферой, я не сразу обратил внимание, что в центре, в окружении посетителей, играла на свирели юная девушка. Ее простецкое платье и медная заколка делали представление естественным, словно тень паруса на палубе прогулочной яхты.

Прихватив с собой кружку ароматного эля, я отправился поближе, чтобы послушать музыку. Только по прошествии получаса мне стало ясно, что за все это время никто ни разу не подошел к артистке, чтобы отплатить монетой за выступление. Сначала мне захотелось исправить эту несправедливость, но чуть позже я насторожился. Такие вещи происходят неспроста…

Обратившись к пробегающей мимо разносчице, я тихонько сунул ей пару монет в карман на фартуке. Девушка не обратила на это никакого внимания, но как только поднос опустел, тут же вернулась ко мне, вопросительно вскинув бровь.

— Не подскажите, почему той прелестной особе никто ни разу не уплатил за игру? — спросил я, стараясь говорить как можно тише.

— Она не принимает деньги, — ответила разносчица. — Говорит, что тот, кто способен заплатить достойно, не появится в черте города.

— Что это значит? — удивился я.

— Кто его знает…

Пусть я не нуждался в пище, но влияние алкоголя на меня имело кое-какое действие. Иной причины для своего поведения позже я найти не смог. Стоило подняться с места, как ноги сами понесли меня к музыкантше, что восседала на стуле с высокой спинкой. Стул в свою очередь, поставили на свободный стол.

Неприкрытые ноги и изящные сандалии, оплетающие лодыжки и голень… Легкое платье было подобно подснежнику, выросшему на сугробах. Медные волны роскошных волос лежали на плечах незнакомки, закрывшей глаза от удовольствия и любви к собственной игре.

Как только она открыла их, я увидел всеобъемлющее желание лицезреть нечто, чего бы никогда ни произошло в этом месте. Золотой доллар сам собой появился в моей руке. Положив его к ногам девушки, я отправился прочь, на второй этаж, попутно сняв комнату у хозяина таверны.

Неторопливо подбирая ключ, я заметил, что музыка стихла. В зале стало не так уютно, словно нить, пронизывающая бусины, растаяла. Разговоры стали просто разговорами, гул голосов утратил нечто важное.

Намеренно растягивая время, я старался действовать как можно аккуратнее, то и дело поглядывая в сторону лестницы. Когда из полутьмы показывалась стройная фигура я понял, чего ждал все это время, боясь себе признаться.

— Откуда у вас монета? — спросила меня незнакомка, приблизившись вплотную.

— Тот, кто ее узнал, не нуждается в ответе, — улыбнувшись, сказал я.

Замок щелкнул, впуская меня во тьму комнаты, за спиной я услышал легкую поступь девушки…

Глава 12. Страсть и опустение.

Все случилось спонтанно. Еще там, держа в руках золотой доллар, я был готов к тому, что произошло позже. Монета не была оплатой, скорее знаком, позволяющим отличить чужака от своего. Поэтому девушка, позже представившаяся именем Дэгни, приняла подношение, как единственно достойный дар за проявленный талант.

Сбросив дешевое пальто на пол, я повернулся к гостье, что стояла у порога. Ее взгляд, отражающий серебристый свет луны за высоким окном, едва ли можно было назвать нерешительным. Это были глаза дриады, застывшей по ту сторону лесной поляны. Неудивительно, что разум сам собой дорисовал аромат луговых цветов.

Я готов был поклясться, что мои ступни мягко ласкает трава, появившаяся из ниоткуда.

Мы могли бы сказать друг другу еще очень много слов, по сути ничего незначащих. Поэтому мы молчали, наблюдая друг за другом без тени сомнений. Выжидая, кто сдастся первым, и как он проявит слабость, в момент безоговорочного поражения. Память Денхольма показалась мне мертвым грузом — я скинул его с плеч.

Легкая дрожь от предвкушения вседозволяющей страсти охватило все мое тело, вызывая стыд. Дрожит ли она также или абсолютно уверена в том, что произойдет, словно знает заранее? Рассмотреть в полутьме практически невозможно. Виден лишь силуэт, облаченный в светлое платье, да руки, стиснутые у груди.

Этот жест стал ключом, сигналом к действию — Дэгни справлялась с волнением, не меньшим, чем мое собственное! Напряжение, сковавшее ее тело, сейчас сошлось в одном месте — меж ее ладоней, плотно прижатых друг к другу.

Бросив небрежный взгляд на широкую кровать, я подумал, что стоило бы ее расправить или хотя бы прикрыть шторы, но не успел. Гостья оказалась передо мной внезапно, как мне тогда почудилось. В действительности же сознание стерло тяжелые мгновения жажды перед долгожданным глотком — так мы целовались.

Без спешки, с достоинством высокородных господ, несколько дней не знавших капли живительной влаги. Несмотря ни на что, слабость и спешка должна быть подвластна воле разумного человека. Потому наши губы касались друг друга страстно, до боли, но неторопливо.

Руки не искали ласки, они замерли в одном положении, словно затаившийся враг, готовые пойти в наступление в любой момент, как только откроется брешь в обороне противника… Я почувствовал, как прохладные тонкие пальцы скользят по моей спине, то поднимаясь, то опускаясь к самой пояснице.

Этот незримый узор напомнил мне крылья, сотканные из инея. Взмахнув ими, я ощутил себя выше прелестного существа, одарившего меня своим желанием. Дэгни стремилась придать мне скорости, наделить стремлением к действию, неотвратимо ведущему к финалу. Такова была суть ее природы — неустанно требовать больше и больше.

Но я был готов к таким испытаниям, потому что знал, что сорвусь в пропасть в тот момент, когда больше не смогу сдерживаться на тонкой кромке. Сдерживаться сам и крепко держать Дэгни, охваченную актом с головы до кончиков пальцев.

Слабая дрожь ее тела, словно вибрация механизма в кромешной тьме, постоянно направляла меня в нужную сторону. Оказавшись обнаженными, мы все еще стояли напротив друг друга, не желая приближаться к кровати. Там, на ее залитом серебром поле, все окончательно станет ясно, сейчас же любое действие могло стать роковым…

Я подхватил девушку, подняв на руки. Долгие мгновения мы смотрели так друг на друга. Я — оценивающе, на полученный по праву трофей. Она — проверяя, все ли правильно и справедливо, достоин ли тот, кто держит ее в объятиях?

В ее темных глазах, затененных ресницами, мне причудилось нечто пугающее. Словно бы дичь, ускользнувшая в последний момент, вдруг явилась с хищным оскалом. Но отступить хоть на шаг — значит упустить самое важное. А сомнение — есть яд.

Под нами промялись одеяла, луна объяла наши тела сиянием, облачая в наряды из серебра. Капельки пота, что выступили позже на нашей коже, стали драгоценнейшим из металлов, добытым не вымученным страданиями, но наслаждением от процесса.

Горячие бедра Дэгни приняли меня с трепетом, в мгновение обернувшимся страстью. Мои руки больше не ждали, пальцы касались всего, до чего могли дотянуться. Теперь не было смысла ждать, вместе с первым стоном передо мной открылись двери в огненный океан, и мне надлежало черпать из него со всей возможной жадностью.

Черпать так, словно он когда-то способен закончиться! В этом и есть смысл всего происходящего: ни капли сомнений и сожалений, они могли проскользнуть там, на пороге комнаты. Здесь же мы оба должны видеть усилия друг друга, усилия сквозь застилающий обзор огонь. Раскаленный космос ее взгляда, пропускающего меня насквозь, во тьму неизведанного пространства.

Пальцы касались ее вздымающейся груди, опускались ниже живота, ощущая встречные движения ее бедер. Словно суккуб, питающийся от моих прикосновений, Дэгни отзывалась на все мои ласки. Увлеченный, я проник в ее рот языком, в очередной раз заявив права на полное и безграничное обладание. А отстранившись, увидел ее прикрытые веки и влажные губы, готовые принять любые ласки.

Выскользнув из нее тогда, когда стало хорошо до изнеможения, когда натянутое как струна удовольствие готово было сорваться из тисков самообладания, я замер. С нарастающей злостью наблюдая, как стекает мое семя по ее груди, вниз и по животу, я с вызовом посмотрел в глаза девушке, что лежала передо мной, расслабленно улыбаясь.

И отчего же она выглядела так, словно все это время только и желала, что проиграть? А проиграв, оказалась сильнее. Не в том ли была моя слабость, что я принял ее правила, поддался безмолвному действу, хотя и верил, что являюсь инициатором?

— Ты бы хотел, чтобы я сделала это? — девушка коснулась пальцем растекающейся жидкости, проведя им к самому подбородку.

Ничего не ответив, я покинул кровать, устало приблизившись к окну. Мне показалось, что в комнате очень душно, но открыть окно не позволяла крепкая решетка. А иного способа охладиться в распоряжении не нашлось.

Словно ожидая все это время под дверью, послышался голос служанки. Она предложила принести напитки со льдом. Я нашел это очень уместным и быстро согласился. Накинув штаны, принял поднос с двумя оловянными кружками, показавшимися кощунством на фоне того, что происходило в комнате до этого.

Но Дэгни улыбнулась, принимая мое ухаживание, как дань за нанесенное удовольствие. Оно куда опаснее ран, потому что живее всплывает в памяти. Люди склонны попадать в неприятности, так что им нетрудно вычеркивать из головы пасмурные дни, на многие лета оставляя в голове картины солнечных дней. Иначе просто и не выжить…

— Куда ты отправишься утром? — небрежно смахнув перепачканной полотенце с кровати, я сел рядом с девушкой.

— По твоей вине, мне придется искать новое место, — с упреком произнесла медновласая флейтистка.

— Почему так? — удивился я.

— Мне кажется, что это правильно…

— Потому что ты делаешь так всегда? — ощутив укол ревности, вдруг произнес я.

— Бессчетные разы! — в глазах Дэгни проснулся бесовской огонь, что растаял бесследно, разбившись о холод моего взгляда. — Теперь мое дыхание не будет столь свободным, как прежде. Память о твоих поцелуях постоянно будет напоминать мне о проведенной ночи. Этого нельзя допустить!

— Как скажешь… — оставив попытки понять разум этой особы, я лег рядом, прикрыв глаза.

Мне вдруг резко захотелось спать. Но черт побери, как же здесь было душно! Спустя несколько минут желание уснуть пропало, мой организм полностью восстановился. Девушка, первая в этом мире, разделившая со мной постель, безмятежно спала рядом. Это был знак доверия мне, случайному знакомому.

Поднявшись задолго до рассвета, я оделся и вышел вон. Добродушный трактирщик подсказал ближайший адрес, мне осталось только накинуть на плечи дешевое пальто и остановить проезжавший мимо кеб и повторить услышанное раннее.

В отличие от предыдущей мастерской, эта оказалась куда представительнее, хотя и выглядела чуть менее приветливо. На пороге меня встретил слуга, предложивший последовать за ним.

Мой внешний вид вызывал двойственные ощущения у низкорослого мужчины с проседью в висках. С одной стороны перед ним стоял бедный человек из числа разорившейся аристократии, подавшейся в преподаватели и репетиторы, но с другой — человек абсолютно уверенный в своей состоятельности.

Не гнушаясь манерами высшего света, особенности которых я поглощал и впитывал с невероятной скоростью, я узнал все, что мне нужно. В моих карманах хватало денег и на костюм, и на приобретение билета на одну из полузакрытых вечеринок. «Полузакрытые» — это такие, где спрашивают, зачем ты явился, но отвечать не обязательно.

Портной спросил, с какой целью мне нужен наряд, а услышав, расплылся в улыбке.

— Верно, ищете себе достойную спутницу или выгодную встречу с кем-то из местных господ? — уточнил он.

— Цели пока неизвестны мне самому, — негромко ответил я. — Придется ориентироваться по месту, как и подобает авантюристу и разгильдяю вроде меня.

— Думаю, у вас все получится! — мастер сделал все необходимые замеры и попросил дождаться завтрашнего утра. — Заказов нынче не так много, как хотелось бы, так что мне не составит труда подстроить расписание под нового клиента.

— Я буду вам очень благодарен, дан… — поклонившись, я покинул лавку, с трудом представляя, чем себя занять.

Лангдон — старый город, здесь в достатке мест для праздных зевак, из которых по узкой воронке злоключений можно угодить в не самые благоприятные районы. Перебирая один фильтр за другим, я рассматривал все вокруг, постоянно держась таверны, в которой провел ночь.

Главная улица, шириной чуть меньше полсотни метров, казалась тесной. Слева и справа надо мной возвышались каменные дома. Надстроенные над ними этажи, казалось, из любопытства стремились заглянуть — кто это снует внизу, из-за чего думалось, что они вот-вот рухнут на мостовую.

Тут и там попадались чугунные лавки, сидеть на которых смог бы разве что человек с железной задницей. Естественно, никто не пользовался ими, поскольку не нашлось дураков, желающих отморозить себе все, что только можно. Либо когда-то давно они обогревались, либо стояли здесь с тех дней, когда Атлантида видела разные времена года.

Приметив уютный кафетерий через дорогу, я подумал, что этот мир разительно отличается в пределах нескольких городов. Началось все со средневековой столицы, где властвует король, затем был странный каменный массив, облепленный паразитами и снующими меж каменных же пальцев полицейскими… И Лангдон — образчик цивилизованного общества, с вкраплениями различных эпох.

Почти все столики пустовали, те мужчины и женщины, зовущиеся здесь данами и даннинами, не обратили на меня никакого внимания. Заказав чашку кофе, я сел у окна, украдкой поглядывая в фиолетовое стекло фильтра. Память Денхольма помогла мне чувствовать себя уютнее обычного. Ученый наверняка любил это место, любил подобную атмосферу полутьмы, тишины и терпкого аромата напитков.

Внезапно в фильтре проскользнуло что-то, заставившее меня напрячься. Большая черная карета катила по улице, запряженная неспокойной тройкой лошадей. Транспорт скрылся за поворотом, когда до меня дошло, что именно не так с обычной для городской улицы картиной.

Карета была почти пуста, если не считать кучера, сгорбившегося под невидимым грузом, да странного человека, смотревшего из окна. Этот взгляд мог бы принадлежать сумасшедшему или демону, и опять же, не это главное!

Фильтр явил мне то, чего не увидел никто из многочисленных прохожих. Часть лица незнакомца зияла страшными язвами, словно кто-то полупрозрачный вонзил в него свои чудовищные когти, продырявив щеку нижнюю губу и проникнув в глаз. Черные дыры, однако, отсутствовали для любого другого, кроме меня.

Картинка показалась мне настолько нереальной, что я неосознанно выкинул ее из головы, опомнившись через несколько секунд.

Оставив дымящуюся чашку, я бросился прочь, позабыв о том, что мое поведение может вызвать негодование отдыхающих здесь людей. Без труда нагнав экипаж, я еще раз проверил свое видение. Кучер и впрямь держал на спине паразита, а стены кареты пульсировали от облепившей ее массы тварей.

Это не могло быть случайностью или оплошностью — кто-то целенаправленно завез в Лангдон заразу, под гнетом которой чах целый город!

Куда бы они ни направлялись, я чувствовал, что должен их остановить, но как? Торопливо следуя за этой странной компанией, мне ничего не оставалось, как бессильно сжимать кулаки. Как будто нарочно, под ноги попался мальчишка с кипой газет в руках.

«В мэрию прибывает гость из Конвигта! Энергетические вопросы на пороге разрешения!» — прочел я самый броский заголовок.

Энергетический вопрос! Еще бы! Кто бы из горожан знал, на чем работают фабрики и заводы их соседей, содрогнулся бы от ужаса. Но кричать об этом нет никакого смысла — неведомая хворь придет незаметно, скрытая от чужого внимания. Когда экипаж достиг кованых ворот дворца мэрии, я остановился по другую сторону улицы.

Лангдон превратится в концлагерь, прана-паразиты расползутся по спинам местных жителей — это неизбежно. Осознание этой простой мысли заставило меня успокоиться. Я единственный во всем городе, кто видел надвигающийся кошмар, но что толку в знаниях, когда ты — простой барон, одаренный горсткой волшебных стекляшек?

Переведя дыхание, я с досадой плюнул на выложенную валунами мостовую и отправился прочь. Что с того, что у меня появится больше клиентов? Разве это плохо?

На следующий день, явившись к портному, я заметил множество чемоданов в приемной. Они стояли один на другом, подпирая потолок. Несколько рабочих в комбинезонах постоянно приносили их со второго этажа, порой вынося часть через черный ход, когда место заканчивалось. Портной спустился через несколько минут после моего прибытия.

— Что случилось, дан портной? — спросил я.

— Мы съезжаем в соседний город, немедленно! — заметно нервничая, заявил мастер. — Но ваш заказ я шил всю ночь, так что можете не переживать. Хотя я вам советовал бы убраться отсюда как можно скорее!

— От чего же? — понимая, о чем речь, я нашел в себе силы делать вид ничего не понимающего простака.

— Разве вы не слышали? Энергетический договор подписан! — гневно воскликнул портной. — Уже завтра в Лангдон начнут завозить оборудование, чтобы аккумулировать нечто, что заставило жителей Конвигта превратиться в немощных кукол!

— Вы виделись с кем-то из тамошних жителей? — спросил я, подозревая недоброе.

— Шутите? Больше ста работников и инженеров прибыло в наш город на прошлой неделе, — мастер устало присел на один из чемоданов. — Они прибыли ночью, что уже подозрительно. Страшно было смотреть — колонны пленных, не иначе. Лица серые, глаза пустые. В тот вечер я праздновал день рождения кузена, в одном из пабов неподалеку.

— Тогда вы правы, нужно уходить и как можно быстрее, но я не думаю, что найдется место, куда не заберется прогресс… — проронил я.

— Насколько я знаю, Мрацидель активно протестует, местные жители разгромили несколько лавок, чтобы не допустить альтернативный источник энергии в своем городе.

— Думаете, их хватит надолго? Хорошо, если так, — я принял костюм от подмастерья.

— Ваши слова пугают меня, дан! — портной посмотрел на меня с неприкрытой тревогой и надеждой. — Вы говорите, как человек, которого не коснется всеобщая беда.

— Езжайте в Мрацидель, — твердо заявил я. — Оставьте мне свой адрес, я пришлю вам помощь, как только получится.

— Помощь? — удивился портной.

— Ее самую, вы ведь подарили мне билет, просто так! — я улыбнулся. — Возможно, мне понадобится ваша помощь в сложные времена. Прощайте!

Вручив мастеру листок бумаги с адресом лавки Рори, я поспешил к торговцу, чтобы предупредить его о надвигающейся опасности. Когда я зашел в тупиковый переулок, выяснилось, что лавка закрыта, а путь мне преградила компания мужчин, одетых в фабричные комбинезоны Конвигта.

Конец ознакомительной части, чтобы продолжить чтение, купите книгу по адресу https://author.today/work/77978