Баллада об Угнетателе

Глава 1 Баллада

Рыночная площадь Луартского Пригорода всегда была местом, где можно было приобрести не только свежие продукты. Тут продавали не вполне свежие продукты, а также откровенную тухлятину. Там же продавали отличной выделки почти новую одежду, в которой еще вчера ходил уважаемый гражданин, крепкие штаны, в которых не зазорно пройтись мастеровому или горожанину, шапки, сбитые с голов ветром или оплеухой, попадались даже вещички с не очень хорошо замытой кровью. Да чего только не было на рыночной площади в свободном доступе! Всё, включая самые свежие слухи…, слухи с душком и откровенную ложь можно было раздобыть там же.

Один философ сказал, что сразу после удовлетворения своего естественного голода, человек тут же жаждет насытиться пищей духовной. Вот с духовной пищей в Новограде вообще-то было не очень. Большинству населения заходили на «ура» незатейливые балаганные представления, местные куплетисты тоже были в почете, как минимум не голодали. Но качество художественных произведений, с позволения сказать театрального или музыкального жанра, слегка не дотягивало до качества булок, продаваемых тут же.

На общем культурном фоне бард, взявшийся познакомить народ со своим творчеством выглядел несколько вызывающе. Мало того, что оделся как Новоградский щеголь, так еще и помост себе соорудил. А не, не сам соорудил – группа откровенных бродяг и мутных типов, составляющая его свиту, сначала подогнала несколько бочек, потом положила на них выбитую где-то дверь, а теперь зыркала по сторонам, выполняя функции охраны. Отбросы явно отрабатывали свои белки, а то и гульдены, уж дюже азартно смотрели в толпу самозванные стражи порядка. Несколько горожан, приготовившие тухлые овощи для швыряния в барда, задумались: во-первых, еще не факт, что петь парень будет плохо, а во-вторых, бродяги выглядели как люди, умеющие настигать свою жертву в толпе. Так что безнаказанно закидать гнильём музыканта не получится.

- Почтенная публика! А, почтенная публика!

- Говори, слышим! Чего хотел? Пой уже!

- А слышали ли вы балладу об Угнетателе, Отважном и Великодушном?!

- Не слышали! Валяй! Иди в жопу! – кричать жители Пригорода могли что угодно, это своё священное право они бы не променяли ни на что. Прежде всего потому, что им никто не предлагал ничего стоящего в обмен на это самое право.

- Я и говорю, о почтенная публика, что в то самое время, пока я стою перед вами, граф Жорж дер Долинол виконт дер Прист Крушитель завоевал для нашего королевства новые земли, в неравном бою разгромив великую армию королевства Имант и поразив своею рукой самого короля!

- Врешь небось! Этот может! Жорж та еще оторва, любого за яйца подвесит! А нам-то что? – мнения толпы разделились, кто-то решил начать спор с применением подручных аргументов, но драка быстро утихла, люди хотели зрелищ, а потасовки были привычными, притом видеть происходящее могли только ближайшие соседи. Вот если б на помосте драка началась…

- А хотите узнать, как всё происходило? Еще раз спрашиваю: хотите услышать мою балладу?

- Играй уже, болтун! – одинокий помидор пролетел достаточно далеко от лица барда, чтоб он на это стал реагировать. Зато бурная реакция последовала в толпе сбоку, возмущенно кричала случайная жертва падения овощного метеорита. Впрочем, её быстро заткнули.

Менестрель ударил по струнам своей гитары и запел неожиданно высоким голосом в той ныне модной манере, когда голос возвышается в течении фразы, а потом обрывается на самой высокой ноте. Круто, чего там, в таком стиле пока в Пригороде не пели, тут певцы отираются попроще. Видать, пришло и им время перенимать моду богачей, а то после сегодняшнего народ не поймет. Мало, обзовут ретроградами или закидают тухлятиной, это пережить можно. Хуже, если перестанут монеты кидать. На всякий случай несколько местных музыкантов внимательно слушали чужака и запоминали его балладу. Если у зрителей зайдет, можно будет самим начать петь. С авторскими правами тут пока никак.

Герой наш молод и горяч,

Не знавший в жизни неудач!

Зван Угнетателем не зря,

Дрожит под поступью земля!

Коварен был граф Долинол,

Что войско в Прист своё привел!

Без объявления войны,

Ворвались Иманта сыны!

Из под копыт летит земля,

Враг топчет отчие поля!

Жорж точно коршун налетел,

Чтоб защитить родной удел!

Один с десятком удальцов

Он биться с армией готов!

Кидает молнии с руки,

От ужаса кричат враги!

Граф Фриго мертв у самых ног,

Но Жорж суров как мести бог!

Все десять преданных парней

Лежат в крови земли черней!

Так пусть вершится месть моя!

Вскричал виконт, войну суля.

И тотчас за его спиной

Бойцы другие рвутся в бой!

Ведет наш Жорж свои полки

Сквозь горы, чащи, вдоль реки!

Пред ним всё графство Долинол,

И всё его, и лес и дол!

Герой на меч округу взял,

И графом Долинола стал!

Герою всякий присягнул,

Кто бился с ним, кто плуг тянул!

Тяжелой длани не боясь,

Идут к нему барон и князь!

Граф Жорж любого приютит,

Его костер для всех горит!

Его баталии сильны,

Все в ожидании войны!

Огонь и гром и трубный рев!

На бой весь Имант встать готов!

Король Георг как лев рычит,

Ведь перед ним наш граф сидит!

Сидит как равный, как герой

И предлагает смертный бой!

Туман и лёд, огонь и сталь,

Ни друга, ни себя не жаль!

Три дня как сблизились полки

У пограничной у реки!

Три дня, три ночи бой идет,

И каждый реки крови льёт!

Граф Жорж послал железный дождь,

В сердцах врагов печаль и дрожь!

Где было войско, там толпа,

Объят смятеньем стан врага!

Бежит Георг от крови мокр,

Тем самым завершая спор!

Наш юный граф, простерши длань,

Глядит как лев в немую даль!

- Эй а дальше? Чего замолк-то!? Где конец?

- Конец у тебя в штанах! Раз граф жив, то и конца пока не предвидится! А как их сиятельство новые подвиги совершит, так и новая баллада сложится!

- Так это что, всё правда?

- Самая подлинная чистейшая правда!

Самое интересное закончилось, ну разве что часть зрителей осталась смотреть, как новые поклонники барда и его наёмники лупят тех, кому баллада не понравилась. Не так много развлечений в Пригороде, особенно таких, условно бесплатных. Почему условно? Так ведь, кто не жлоб, тот какую-никакую монетку кинет в шляпу музыканта. А кто жлоб, тому могут помочь избавиться от излишка позвякивающих монет, на площади всегда пара-тройка таких помощников шныряет в толпе.

Ну да, корявая баллада получилась. В своё оправдание могу сказать, что написал её не я. Моя была сама идея и оплата труда, а вернее комплекса услуг «под ключ», вмещающих в себя как написание песенки, так и её продвижение на рынках Мерсалии. Я бы написал лучше, если бы был смысл писать её по-русски. А на мерсалере, языке, на котором половина континента разговаривает, писать стихи не получается. Вернее, выходит что-то страшное как бред пьяного кирасира. Даже вспоминать не хочется.

Кто я, зачем мне эти песни нужны настолько, что за них платить готов серебром? В этом мире, точнее в двух соседних странах я известен как Жорж граф дер Долинол виконт дер Прист Крушитель. Лет этому телу всего восемнадцать с небольшим, так что все мои причуды воспринимаются как фортели юного дарования. В этом мире развитие пошло очень сильно в сторону от нашего, тут язычество переродилось в нечто такое, на что откликнулся сам мир, так появилась магия. Соответственно история мира чем ближе к современности, тем сильнее отличается. А вот старина, античность похожа. Даже латынь и легенды Древней Греции практически совпадают. Я это к чему, я к тому, что юный покоритель мира Александр Македонский присутствует в сказках и мифах, а я прямо вылитый он. Не по части сексуальных предпочтений, а по военному таланту.

Так и не удивительно, коли моё сознание уже третье переселение выдержало. Сначала долгая размеренная жизнь аж полста лет, бизнес и некие специфические увлечения, связанные с эффективным прерыванием жизней противников. Потом сравнительно короткое пребывание в своём же теле, но молодом, но тут уже никакого бизнеса, только хардкор, спорт и служба в КГБ СССР. Угу, я тогда то безмятежной существование, махание тупым мечом и редкие перестрелки с врагами считал хардкором. Как же, то спортивным мечом по лбу настучали, то тушку чуть не продырявили из Макарова – героические будни силовика.

И вот я в чужом мире, в королевстве Мерсалии, граф, маг-ремесленник, военачальник, владетельный сеньор захваченного мной графства и наследник еще одного. В фаворе у нашего короля, ненашего короля чуть в плен не взял, жизнь прекрасна, замок строю с нуля как садовый домик на шести сотках. Ну и сопутствующие издержки: то сжечь пытаются, то порубить в капусту, то арбалетными болтами напичкают. Кажется, еще не травили, или я просто забыл этот момент. Если на каждое покушение реагировать, аппетит пропадет. А еще тут война. По моим ощущениям, я воюю каждый год, да не по разу. Причем, раньше я шел с передовым отрядом или даже впереди него, и только сейчас научился в середке войска держаться. Мечи тут точат, копья тоже, на стрелы пробки-гуманизаторы надевать не принято. А магия у боевиков вообще беспощадная.

Всё вроде обсказал. Жены или невесты нет, мачеха меня не любит, как классическая такая мачеха из сказки. Слава местным богам, отец попался этому телу не из подкаблучников. Есть надежда, что поговорит с женой, вправит мозг. С ним как раз отношения были отличные. Раньше. А теперь… перед последней компанией молча увел своих вассалов в графство. Что у графа в голове, хрен поймешь. Главное, они с женой ребенка заделали мужеского полу, а я виноват?

Последняя битва, не вообще последняя, а в хронологическом порядке проходила на территории моего графства, там мы здорово наподдали войску королевства Имант. Собственно, раньше графство в него и входило. Но наш добрый король просил устроить бузу на границе, а я не счел возможным отказать в такой малости. Увлекся, захватил всё графство Долинол, а потом рука не разжалась вернуть захваченное. Якоб Третий в своей безмерной щедрости короновал меня графской короной и вместе с этим графством принял в своё королевство. Теперь буду платить налоги этому добрейшему монарху, не сразу, через три года. Не суеверный я человек, а уж как судьба помотала по разным телам, так и вообще не вижу смысла в этих приплясываниях типа «крайний бой», «крайний вылет»…

По итогам того боя в плен ко мне попало войско, чуть ли не больше моего. В смысле, что больше по численности, но по качеству, моральному духу, экипированности – тень от былого войска. Мне теперь из них настоящих бойцов делать, дурь выбивать палками, кормить и одевать… Может зря я их в плен брал? Добрый я безмерно, все говорят. Непонятно одно – с чего за мной прозвище мотается такое, Угнетатель? Я бы рад не угнетать, не гонять отряды по полосе препятствий, не тратить свои деньги на экипировку, не вести войну. Просто жизнь заставляет. Можно распустить свои баталии, отпустить на все четыре стороны пленных короля Георга. В результате они вернутся на Родину, а потом в составе новых баталий на мою землю. Оно мне надо? И с королем их Георгом я не хочу воевать, но пока не замиримся, пока он не поймет, что графство теперь моё – будем воевать.

Никому не уйти от закона войны, гласящего, что если не кормить армию, она набросится на своего хозяина. И кормить нужно хорошо, иначе она начнет добирать где-то на стороне как голодная собака. А там и команды выполнять перестанет, переметнется к новому хозяину. Непросто с собаками, сдохнуть у твоих ног согласится только отчаянно любящая тебя животинка. Такую воспитывать и воспитывать… Стоп, я сейчас про собак или своё войско рассуждаю? Жора, соберись! Ты вещаешь в вечность, надеясь, что вечность тебя не забудет. Бу-га-га, как говорили в одном из моих миров. Что я для вечности, что вечность для меня? Это если перефразировать: «Что ты Гекубе, что тебе Гекуба?» Над кем же подсмеивался в таких случаях товарищ Гамлет? Над Шекспиром, над дружбанами или всё-таки над самой вечностью? Так с чего я заказал балладу про себя? Да так, по большей части для дешёвой популярности среди черни. Зачем она мне? Снова вопросы...

Меня чего так штырит всякими вопросами - я вдруг взялся размышлять над перспективами и причинами всего. Какая-то тварь вместо того, чтоб дать мне умереть от инфаркта, устроила по её словам собеседование одной личностной матрице. Вернее, не одной, но на остальных плевать. При этом гадина поглумилась в ответ на самый главный вопрос: это всё в реале или понарошку? Мол, мир даётся нам в ощущениях, живи с этим, Жорж. Я и живу как могу. И теперь задача раскачать этот мир в сторону технического прогресса. Типа, у меня выявлены задатки к этому, душевное призвание и предрасположенность к созданию конструктивного хаоса вокруг себя.

Хм, если на этот вопрос смотреть с такой точки, то где-то как-то… моё же внутреннее убеждения – Жорж Милославский просто уминает траву вокруг себя, создаёт уютную лежку. Цель одна, чтоб не трогали, было тепло, мягко и жрачку носили почаще и повкуснее. Вот исключительно для этого выкашиваю сорняки, сношу муравейники, разгоняю комаров, перегораживаю речку, дрессирую белок. Белок не от злобы личной, а чтоб орешки мне носили. А зайчики – чтоб землянику. А волки пусть барашков пригоняют мне на шашлык. А вы говорите, Угнетатель. Пушистик я у нас. У всех. Для комфортного проживания мне достаточно полянки. Вот вы, вы! Два дуба – сдвиньтесь на три метра влево! От меня влево, идиоты! А эту березки – сюда! Бегом, я сказал! Будете шуметь надо мной, и чтоб как в России шуметь! Кто-то записывает? Хорошо, горы убрать, море подогреть и подвинуть, климат пусть, но чтоб помягче, Солнце оставить, только со спектром у вас не очень, я желтее люблю.

Угу, размечтался. Кто мне всё это организует? На волков надежды мало, так что всё сам, всё этими вот руками. И кто не спрятался, я не виноват! Уле!

- Я здесь, ваше сиятельство.

- Мы можем сдвинуть Кошу, чтоб впадала не в море, а в Девону?

- Э-э-э…

- Смотри на карту, видишь, как было бы удобно. Погрузимся на корабли и всей шоблой поплывём отбивать устье Девоны у Иманта.

- Отличный план, ваше сиятельство.

- Спасибо, барон. Значит, не сможем.

- Не в обозримом будущем. Слишком много копать.

В таком родном и таком далеком мире король из сказки про Маленького Принца говорил что-то на схожую тему. Мол, если я прикажу генералу написать стихи, а он не сможет, то это вина не генерала, а моя. Меня тогда поразила мудрость посыла. Не давай неисполнимых заданий, не будут считать самодуром, уважать начнут. Уважение подчиненных это как страх, только еще лучше. В таком случае они расшибаются в лепешку с красивым звуком, и клякса получается динамичнее. Сам такой был, помню. Всё-таки шестьдесят с лишним лет жизни в разных телах дают о себе знать. Не болью в коленях, до такого ни разу не дожил, а опытом и лёгким налётом цинизма, особенно явным при налетах на чужие графства.

Господа, а не собрать ли нам военный совет? Давайте уже решим, куда будем двигаться, чем кормить пленных, что делать с королём. И с еще одним королем. Кому мир объявлять, с кем воевать дальше. А то я уже устал всё сам решать. После ужина собираемся, выслушаю вас внимательно и решу, как будем дальше жить. Если решим жить дальше.

Лагерь для военнопленных обозначили кольями, вбитыми через пять шагов. Глашатай объявил, что бегство за флажки будет караться отлучением от кормёжки. Бедолаги впечатлились и никуда не побежали. А конные разъезды по полсотни лучников, подкрепленных магами, это просто для обеспечения защиты от хищных животных. Пленные пока собраны в одну кучу, естественно, маги и благородные отдельно. Для них уже выделены палатки, чтоб не под открытым небом время коротали, это я про благородных. Есть подозрение, что вечером мы решим у всех желающих принять присягу и интегрировать их в наше войско.

Военный совет проходил в условиях, максимально приближенных к боевым. Что неудивительно, поскольку только вчера мы воевали, а сегодня продолжаем стоять лагерем близ места последнего сражения. Того самого, где нашим якорем были рукотворные холмы. Шутка про противников и ландшафт местности, который мы меняем, пока враг его изучает по картам, была реализована на все сто процентов. Вот около этих не то редутов, не то равелинов мы и стоим. Стоим, отлечивая раненых, собирая трофеи, распределяя силы.

- Завтра королевское войско, по-прежнему подчиняющееся мне, будет направлено на границу с Имантом и будет её охранять, тут обсуждать нечего. Если или до тех пор, пока король не прикажет иного. Маркиз, что вы думаете по поводу моих дружин и отрядов?

- Граф, тут всё очевидно. Раз мы не попытались преследовать короля Георга, то в свою столицу он попадет. И начнет собирать новое войско, только вот в ближайшие три месяца войну вести нам будет не с кем. До дождей он ничего не наскребет настолько грозное, чтоб пытаться на вас напасть. С вашей репутацией уже двухкратное преимущество и не преимущество совсем. А там зима, распутица… До следующей весны можно чесать пузо.

- Есть еще мнения по поводу хода компании?

- Есть один вариант. Граф, а что мешает нам вторгнуться в Имант и немного погра… как вы выражаетесь, потребовать возмещения своих военных расходов? – Какие у меня командиры инициативные стали! Растут над собой.

- А что, дело хорошее! Давайте вторгнемся на пол-шишечки, заберем что плохо лежит.

- Друзья мои, а не будет это выглядеть так, что злобный граф дер Долинол не умеет останавливаться? Не обрушим мы так мою репутацию?

- Граф, ваша репутация в Мерсалии только повысится, а в Иманте вас как раньше не любили, так и сейчас не будут. Или Георг найдет силы на войну с вами, или нет.

- Точно! Станете вы его грабить или не станете, хуже уже не будет. Мириться с вами он не захочет.

- Вот же вы черти рогатые! Ведь уболтали!

- Ха! Мы такие! Ура графу дер Долинолу Крушителю!

Тем же вечером в столицу была направлена курьерская группа с заводными лошадьми м наказом спешить всемерно. Письмо для Якоба Третьего я написал самолично, хоть и не люблю этого. Перья та еще морока, обычно диктую письма, но случай не тот. Ибо в своём отчете сообщал королю, что слегка перевыполнил его поручение, не просто отвлек посланное против меня войско, а разгромил его. Мол, во исполнение не буквы, но духа поручения вынужден творить беспорядки в приграничье и беспокоить Имант до тех пор, пока хватит сил или же до соответствующего указания своего сюзерена. Типа, не я такой, жизнь заставляет разорять и грабить.

Мне было совершенно ясно, что Якоб Третий не упустит случай ударить с другой стороны, может статься, что его армия в это самое время отжимает низовье Девоны, восстанавливая историческую справедливость. Святое право сильного королевства иметь выход к морю. В отношениях между государствами всегда так: хапай, если можешь, и международное право всегда есть право сильного. А все прочие разговоры для слабых.

В сложившейся ситуации у Георга вариантов всего два сейчас, или он плюнет на оплеуху от меня и будет всеми силами защищать свои еще не потерянные территории по левому берегу Девоны, или попытается вернуть графство Долинол. Но тогда повышается риск потерять контроль над низовьем и источники доходов от таможенных сборов. Хотя есть и третий вариант – Долинол он не вернет, а левый берег Девоны потеряет. Но все эти расклады я описывать не буду, поумнее меня в стратегическом планировании Якоб.

По моим ощущениям, он в этих вопросах где-то на уровне заместителя председателя КГБ СССР. То есть сравнить их у меня нет возможности, но харизмой Якоб давит явно сильнее, чем начальник Второго Управления, с которым пересекался по роду службы. А раз мой непосредственный руководитель король, а сам я граф… получается, что я сильно выше старлея госбезопасности. И даже выше Онегина с его майорскими погонами. Карьера задалась. По гражданской службе сравнил бы себя с мэром какого-нибудь районного города, но там пост выборный, а у меня вся территория в собственности. Хотя, в покинутой мной капиталистической России тоже есть вероятность, что главы администраций свои районы уже обратили в собственность, так что положение у меня схожее с губернаторским. Или я пока по уровню доходов на губернатора не тяну? Но уж с главами районных администраций я сровнялся!

Естественно, после отъезда гонцов пальцы у меня были в чернилах, а само письмо, запечатанное графским перстнем, содержало несколько клякс. Да и почерк, каким оно было писано, ничем не напоминал тутошнюю каллиграфию. Ничего, разберет. А будут высмеивать, скажу – специально шифровал, чтоб враги не перехватили. Отчасти не вру, я безбожно упрощаю написание слов, всякие лишние хвостики и вензелюшки вокруг букв не выписываю. И чернила экономятся, и время написания. А то иной текст выглядит как орнамент, из которого глазами приходится буквально выдирать буквы и целые слова. Мои соратники из числа тех, у кого секретарей пока нет по причине их незначительного статуса, уже не насмехаются над новым начертанием привычных букв, а потихоньку перенимают стиль. Даже придумали ему название – военное письмо. Мол, в ходе военной кампании не до вензелей, штабом графа Долинола выработан упрощенный вариант письма.

------------------------------

Услышать ( и увидеть иллюстрации к ней ) балладу об Угнетателе можно по этой ссылке: https://rutube.ru/video/801ac74c04791186d6f80579e3b820be/?r=wd

Глава 2 Расстановка фигур

В замке Прист начался новый день, еще один тоскливый летний день, когда солнце уныло освещает камни двора, неприступные стены, обесцвечивает баннер, бессмысленной тряпкой хлопающий на ветру над воротами… Кажется, даже птицы осознали бесполезность своего щебетанья, поэтому скачут и летают над окрестностями молчком. А всё из-за тяжелой болезни графини. Болезнь настолько опасная, что леди Анна не выходит из своей комнаты, а вход к ней разрешен только одной служанке и самому графу. Их сиятельство граф ходит чернее тучи и тоже старается без крайней нужды к графине не заходить. А страшнее всего, что леди Анна ждёт дитя, и никто не знает, как эта болезнь на будущем ребенке отразится.

- Анна, как же ты такое удумала? Чего тебе не хватало?!

- Ты не поймёшь, Витор, не был ты матерью. Даже представить не можешь, каково это, каждый день видеть чужого человека и знать, что буквально всё, всё, что могло достаться твоему сыну, отойдет к этому.

- Эгей, поосторожней! Ты о моём сыне говоришь вообще-то! Какой он тебе чужой человек?

- Мне чужой. Когда он с коня упал, когда целитель отказался лечить его, я решила – рожу тебе наследника, чего бы это не стоило. Только он, видишь, выжил всё-таки. А мысль родить наследника так и осталась во мне. Как ты не понимаешь! Мой сын, он в моей утробе сейчас растет! Этот твой звереныш, крови напившийся, своей волею ничего из рук не выпустит, ни крошкой не поделится со сводным братом, я чую.

- Хреновая из тебя пророчица. Он троюродному своему брату, дер Брубеку уже баронство пожаловал, а ты… Дура ты.

- И что ты со мной такой дурой сделаешь?

- За пролитие моей крови, крови дер Приста наказание только одно.

- Во мне тоже дер Прист, между прочим.

- Поздно вспомнила. И примем, и вырастим, и воспитаем. И про мать, безвременно почившую родами тяжелыми, расскажем. Может, еще и портрет твой кто напишет сыночку на память.

- Ты не посмеешь! Я жена твоя!

- Дорд мой сын и наследник. Карать моё право и обязанность. А тебе остаётся выносить здорового сына и придумать ему имя. Большего ты своему дитя уже не сделаешь. Увы.

- Когда мне будет позволено увидеться с дочерьми?

- Твоя болезнь крайне заразна. Я не хочу, чтоб эта зараза коснулась и их.

Крик боли, вырвавшийся из замкового окна, был слышан далеко за его стенами. И всяк челядин знал, зело страдает графиня от своей страшной болезни, и не дай бог кому тем же заболеть. А их сиятельство мужественный человек, не брезгует к своей супруге заходить, поддержать в болезни. Оттого еще больше зауважали своего сюзерена и кормильца слуги. Его да верную немую служанку, что ходила за немощной леди Анной. С такой заразной болезнью даже не ясно, к добру ли, что обе дочери гостят в столице, или к худу. А ну как хворь на них перекинется? Ведь поди заставь барышень соблюдать «каратин», или как там оно называется, когда больного навещать нельзя?

Витор не всё время предавался тоске и унынию, порой он как просыпался от тяжелых дум и погружался в хозяйственные дела. И тогда почившая мать Дорда, готовящаяся усопнуть мать Беллы и Стеллы, обе как бы отступали в сторону. А дел было много, и не только ежегодных сезонных забот с урожаем. Эксперименты, запущенные с подачи Дорда с бренди, как он это назвал, с шипучим вином, опять же Дордом названным игристым, с выплавкой стали, ради которой Витор как простой кузнец порой вставал к горну и давал жару… А еще граф контролировал караваны, следующие мимо него в Долинол. Впервые за многие годы туда шло так много товаров и людей. Особенно людей. Ушлый крестьянин с позволения графа прямо на тракте неподалеку от замка выкупил дом у менее оборотистого селянина и открыл в нём трактир не трактир, харчевню не харчевню… забегаловку для проезжающих и проходящих. Витору даже интересно было, прогорит или разбогатеет мужик. Ему самому не горячо, не холодно, но в случае успеха будет еще один источник податей и довод в пользу путешествия через земли дер Пристов.

В один из дней мимо замка не проскакал отряд гонцов, посланных от Жоржа дер Долинола к королю. Такая вот петрушка, скривился граф, когда он родной сын, то он Дорд, а когда граф Долинола – сразу Жорж. Хрен эту геральдику разберет, но ему совершенно ясно, что сыну приятнее быть графом Жоржем, чем виконтом Дордом. Послание читать ни желания, ни нужды не было – в соответствии с инструкциями гонцы подробно рассказали Витору дер Присту все подробности решающей битвы и разгрома врага. Имелись мелкие неточности, типа трех тысяч бойцов в армии Иманта вместо двух, или поединка графа Долинола с королем, в котором граф самым естественным образом поверг венценосного врага. Но Витор умел соотносить свой опыт войн с рассказом, посему составил себе более-менее верную картину сражения. Кроме того, он отлично знал характер своего сына, так что не допускал его дуль с королем, всем известным рубакой… Ага, его Дорд ни за что не влезет в авантюру, если только сам её не организует к личной пользе. Чёрт его знает, как в данном случае отделить вымысел от фактов.

Главное, что в записке от сына была чётко указана численность его войска с учетом давших присягу пленников – тысяча триста клинков, если округлять. Кто-то умрет от ран, кто-то оправится… На минуточку, речь шла о личном войске, которое уже никак нельзя назвать баталией. Такое войско герцогу впору иметь, это уже не графская дружина. Такую махину не прокормить своими силами, её наличие не объяснить сложной тактической обстановкой. Витор понимал, что теперь сыну или воевать дальше, или… опять же воевать. Выбор был только в способе ведения войны: грабёж или захват территорий.

Любому, ну может кроме юного графа Долинола, было понятно, что такое зубастое графство не потерпит под боком ни один правитель. Что Якобу Третьему, что Георгу, никому не нужен такой граф. Вздумай он стать независимым правителем, и король устанет его приручать и укрощать. Сыну, если он сам еще не понял, надо срочно объяснять, что с войском надо решать срочно и радикально. Вот только что? Если он принял присягу у вояк, то честь не позволит новому сюзерену выгнать их на дорогу или бросить под бессмысленные магические атаки. Дорд воспитан иначе, ему знакомы благородство и ответственность за своих вассалов, чтобы он не говорил про целесообразность. Да уж, сынок серьёзно влип.

А влипнувший сынок, то есть я, в это самое время уже очень четко осознал весь масштаб своего влипания. Я понял, что чувствовали полководцы древности, победившие всех ближайших врагов и сохранившие многочисленную боеспособную армию. А еще я понял, что не прогадал, делая ставку на выучку и экипировку, а не массовость своего войска. Удивительное дело, но обученный боец в дорогой экипировке в день съедает столько же, сколько руконогий тюха-матюха, путающийся в единственном копье. Денег ему платить можно меньше, это да, за счет чего большое необученное войско требует столько же серебра, сколько и высококвалифицированное. А вот фуража и еды профи потребляют в разы меньше при сравнимой боеспособности. Было смешно вспоминать зимнюю договоренность с Якобом, по которой он оставляет своё войско на границе, чтоб защищать меня от короля Георга. Кукареку! Я сам вон какой великий и опасный, у меня своя армия вон какая! Короче говоря, надо срочно свернуть шею внутреннему петуху, а на его место пригласить товарища Жабу и его заместителя гражданина Хомяка.

Моим благородным временным вассалам еще целый год предстоит ходить под моим командованием, это тоже серьёзный ресурс. Знать бы еще, куда их вести. Именно этот вопрос был написан между строк в моём докладе королю. Я очень надеюсь получить в ближайшее время чёткий и недвусмысленный ответ на это вопрос. И на вопрос, что делать с его войском. Вдруг, он скомандует поддержать его освободительную армию, спасающую от многолетней оккупации население низовий Девоны. Как поддержать? Одновременным встречным ударом, естественно. Если получится, еще одно графство отторгнем в пользу Мерсалии. А если нет – я останусь без войска. Или без головы, что еще печальнее. Но это планы следующего года, по осени ковылять по Иманту я не готов. Разве что добыть корабликов, оседлать Кошу и спуститься вниз по её течению, дабы пограбить приморские порты, а потом пройти вдоль морского побережья до Девоны. Ага, не хватает только кораблей, моряков, попутного ветра, морских карт, денег. Проще говоря, кроме армии и моего желания обезопасить себя от наездов двух королей, нет ничего.

Якоб Третий, величайший монарх своего времени и вообще выдающаяся личность пребывал в настроении благодушном и милостивом. За эти два дня, когда он получил доклад о ходе военных действий от своего юного командующего малым королевским войском новоиспеченного графа дер Долинола, благодушием монарха уже успела воспользоваться куча придворных. Хитрецы всех мастей и пройдохи разных титулов шли с просьбами и челобитными, пока ситуация благоприятствовала. Спаслась от казни даже парочка разбойников из числа благородных, за кого смогли походатайствовать родные. Юный военачальник, если верить его письму, смог не просто разбить короля Иманта, а чуть ли не ранить его, да еще и оставить без войска и обоза. А это, братцы мои, удар по репутации, по казне, по боеспособности армии. Жаль, конечно, что Георг так и не двинул на Долинол часть войск, прикрывающих устье Девоны, вышло бы замечательно.

Но и так хорошо, фактически сосед остался без северного графства. А еще вместо узкого входа в его королевство, которое можно было прикрыть малыми силами, у короля Иманта образовался широкий фронт. И форпост для большого нападения на королевство. И урон авторитету среди других королей. Самое плохое во всём этом хорошем, что такой вариант развития Якоб не просчитывал и не был к нему готов. Потому и нет сейчас у него планов, нет рецептов для той каши, какую можно сварить на плите соседа. Так что будем думать, советоваться, решил король. Жоржа бы надо наградить чем-нибудь, так у него вроде и так всё есть. Молодость, ум, удача и моё покровительство. Денег можно подкинуть, но денег самому не хватает.

Сёстры Белла и Стелла из славного и знатного рода дер Прист были поначалу слегка обескуражены тем, что их оставили в столице одних. Это что, такое к ним доверие у родителей случилось? Или есть какой-то тайный смысл в том, что матушка с батюшкой под предлогом какой-то мнимой болезни бросили их в Луарте без надзора. А потом Стелла предположила, что это такой выверт в педагогике, когда молодым девушкам дают свободу воли и смотрят, как они себя поведут. То есть каждый их шаг будет разбираться, чтобы потом вынести родительский вердикт, взрослые уже дочери или еще сопливые. Как в таких случаях выражается брат.

Странно, конечно, что отец при всей его занятости находит время еще и на эксперименты с воспитанием детей. А с другой стороны, он же мужчина, у него всегда в графстве то война, то сев. Тем более, что последнюю войну ведет не отец самолично, а Дордик. Такой умница их брат последние три года, надо было ему с самого начала головой об что-нибудь приложиться, чтоб мозги на место встали. В отрочестве, помнится, таким надменным был, что и не подойти к виконту. Даром, что как маг ничего не стоил. С другой стороны, сейчас никто в здравом уме из Пристов не скажет, что зачарователь это несерьёзно. Как оказалось, куда угодно можно приложить этот редкий дар. Так брат еще и сражаться с его помощью учится, вот уж чего никто никогда не слышал. А если слышал, то помалкивал. Потому как зачарование неживой материи и предметов – это нормально. А то же самое с живыми людьми – уже порча. Дорд строго запретил рассказывать про эту сторону его Дара. Да и вообще, что он, что отец всегда учат – секреты Пристов слишком дороги, чтоб их на сторону сливать. Сливать секреты – это Дордика словечки.

Поняв для себя новые правила игры, юные, но родовитые аристократки и вести себя стали соответствующе. В гости только в случае, если позвали и графиню дер Брубек, их тетку. На прогулку – так со свитой и охраной. А если тренировались, причем, не если, а когда – то в той части двора, где с улицы никто этого непотребства не заметит. Потому как видеть женщин в мужской одежде само по себе непотребство, а уж благородных… однажды сёстры озаботились вопросом, почему они тренируются в мужских костюмах, а служанки графа дер Долинола – в своей обычной одежде. Вернее, в специальной, но обычного покроя. Оказывается, и этому есть объяснение: юные аристократки будут воевать тогда, когда решат это сделать и подготовятся к войне как следует. А личные служанки, они же тайные телохранительницы их светлости, их воинские умения могут пригодиться в любую минуту. Кстати, среди охраны ходит слух, что недавно такой случай девкам представился, и они не сплоховали, прикрыли телами сюзерена и закололи супостата. Врут или правда – как узнать? Сами служанки Далия и Снежана сейчас при Дорде. Которого все здесь почему-то величают Жоржем. Ах да, его же на графство короновали Жоржем дер Долинолом!

Глава 3 Передышка

Я абсолютно не тщеславный человек. Тщеславие – тщетная слава, то есть такая слава, которая не приносит выгоды мне претит. Слово какое шикарное вспомнилось – «претит»! Сразу понятно, изъясняется аристократ в …надцатом поколении, а не портовый грузчик или мечник Томас, опять попавший мне на язык. Если Жорж дер Долинол делает что-то такое, раздувает свою славу и известность, то не из тщеславия, это точно. Даже жаба помалкивала, когда я «заряжал» серебром наехавшего в наши боевые порядки менестреля. Мне боевые товарищи заранее сказали, что от него пользы меньше, чем от проституток и маркитантов, вьющихся вокруг войска, но тронь – и вони будет столько же сколько издадут они все разом, если их прищучить на деньги.

Этот момент я учел, в смысле, его известность и лёгкий язык, так что результатом стала политическая акция по прославлению такого замечательного меня в столице и крупных городах Мерсалии. Мне нужны подданные, рабочие руки, клинки в моем войске, крестьяне, даже простые бабы и гулящие девки. Репутация моя, она как визитная карточка, как знак качества на всём, что выходит из-под моих рук, как предупреждающая пчелиная окраска – не трожь, ядовит! Что до шлюх и маркитантов, то вся эта братия была мною собрана в одну кучу, вернее согнана в одно место древками копий моих бойцов. А потом такие нужные труженики на ниве обеспечения вояк, все эти пиявки и вши были поставлены пред фактом:

- Снабжение войска производится централизовано, в ваших услугах баталии не нуждаются. Так зачем вы ошиваетесь на моей земле? Воруете, грабите или шпионите для Георга?!

- Мы ничего такого! Мы завсегда помогаем войску! Напраслина ваша!

- Да? А если я сейчас найду парочку дружинников, которые заявят, что их обманули при скупке хабара? Что замолчали, нет таких среди моих воинов?

- Да они всегда кричат, что им мало заплатили! Да, натура такая у вояк, вечно им мало?

- Угу. Ваше слово против их слов? Дайте подумаю, чью сторону я приму, когда буду вершить свой правый и скорый суд…

До шелупони дошло, под что я подвел базу, они осознали, что сейчас все войска собраны на моих землях, где я бог и судья. И наверняка уже догадались присутствующие тут «купи-продам», чью сторону займет один конкретный граф. Стоящие вокруг бойцы из числа загнавших торгашей и шлюх на площадку, их приятели, их добровольные помощники и непраздные зеваки из моего объединенного войска громко ржали и комментировали мероприятие. Все они тоже понимали, что маркитанты конкретно попали. Тем более, что именно это войско именно в этом графстве от перекупов никак не зависит, у графа всё схвачено. Тем более, его нормы снабжения таковы, что голодных в войске нет. Воровство у дружинников приравняли к воровству у графа, а он у себя красть не разрешает.

- Так вот, сучье семя, я сегодня дарую вам выбор! Ажно три варианта у вас: кто-то может продолжать свой бизнес при моём войске, он будет платить мне десятину от всех своих доходов. Кто-то молча уйдет из моих земель, причем быстро-быстро. Ну и третий вариант – кто-то начнет вякать по поводу несправедливости графа дер Долинола и будет заколот моими вассалами. Ну или повешен палачом. Обсуждать мои слова и высказывать мнение обо мне не разрешаю. Вон пошли, сегодня к ночи вы все определитесь.

- Ваше сиятельство, вот туточки мы не поняли: нам трофеи-то можно у ваших бойцов покупать, али нет? Девкам что, они в своём праве, у них такса за сунул-вынул, а со скупкой так не пройдет. Я дал цену, он согласился. А завтра проспится и начнет вашим судом стращать

- А чего вам бояться, если вы цену даёте справедливую? Чай у меня помощники найдутся, мы решим, кто из вас прав. Ну и судебные издержки с проигравшего возьму, пятую часть от цены.

- И где наш профит?

- Так я вас не заставляю вести дела в моём графстве. Эй, кто поближе! Суньте ему древком по рёбрам, чтоб графу кланяться не забывал!

Дисциплина и субординация – основа любого общества, поэтому тех, кто поближе к борцу за права спекулянтов, оказалось сразу трое. Прилетело маркитанту изрядно.

- Бойцы, один момент до товарищей донесите только: если у этих ловчил с вас прибыли не станет, то и их самих рядом с войском скоро не останется, будете свой хабар под кустом прятать или с собой таскать всё время. Так что думайте.

Объединенное войско зализывало раны, чинило амуницию, продолжало тренироваться. Никто не мог с уверенностью заявить, что в этом сезоне все игры сыграны, все кубки завоёваны. Может их любимый Жорж организовать ответное турне и товарищеский матч? Да запросто! Мог король Иманта прислать на обкатку второй состав своей сборной? Не факт, но вероятность такая есть. Что главный тренер Якоб Третий сказал? Сказал, что этот год на воротах дер Долинола будет стоять его войско. Пока команду не отметят – будет стоять. Поэтому мне сильно не всё равно, какая атмосфера царит среди отданных под мою команду подразделений. И уж тем более меня волнует моральное состояние моих собственных вассалов. Кстати, по моральному состоянию, а не я ли обещал одному безбаннерному шевалье баронство с землёй? А какому-то голозадому простолюдину дворянство? Проведем мероприятие на днях – и народу развлекуха, и мне слава.

- Господа, я собрал вас по вполне приятному поводу: как и обещал перед компанией, буду наделять землёй и баронским званием самого достойного шевалье, зарекомендовавшего себя в высшей степени героически. Что важно, при этом кандидат должен быть образцом рыцарской чести, не вообще, а с вашей точки зрения, ну и мне сей честный муж должен быть преданным вассалом.

- Ваше сиятельство, так вы не шутили?

- Все мои шутки обычно есть самые настоящие планы. Или мечты. Чтоб вам было легче выбирать, скажу сразу – барон Жан дер Брубек завтра станет бароном дер Гент. Я думаю, к завтрашнему дню у него хватит решимости принести мне новую клятву. Вообще, для чего захватывать земли, если не для того, чтоб сажать на них своих соратников?

- Вот это здорово! Жан отличный малый и достойный вассал! Это повод выпить!

- Стоп! Выпивать будете после того, как выберете мне еще одного достойного барона. Слово графа Долинола твёрже камня. И я вас не тороплю, до конца компании время есть. Впрочем, если вы решите дать парням еще время проявить себя, спорить не стану с уважаемым советом.

Ну да, мне нетрудно, им приятно. Всегда предпочитаю идти на поводу у коллектива по незначащим вопросам.

А на следующий день, который выдался вот прямо по-мерсальски жарким и солнечным, у меня было совещание с десятниками, с простыми грубыми тупыми десятниками объединенного войска. Я давно решил, что если караю всех подряд независимо от того, чей вояка накосячил, мой или королевский, то и награждать буду также.

- Бойцы, вы не просто основа войска, вы его цвет. Командуя своими десятками, большинство из вас не забывает вертеть башкой во все стороны, подмечая ход боя у соседей. Так?

- Уж точнее чем вы, ваше сиятельство, и высказаться нельзя! Мы всё замечаем, всё понимаем. И ежели вы собрали нас, чтоб спросить, кто из дружинников достоин рыцарской цепи, не сумлевайтесь! Да! Обскажем всё по справедливости, ежели наше мнение благородному господину в кои веки стало интересно.

А мне было интересно. У меня не семь пядей во лбу, то есть лоб не измерял, но думаю, что как у всех, сантиметров десять-двенадцать на вскидку. Вот и перевесил на подчиненных этот вопрос. Опять же, если ошибка выйдет, то не я крайний – общество накосячило! А общество таки слегка накосячило. Эти молодцы-десятники выдвинули на награждение своего кадра. То есть из моих, из ветеранов, а значит такого же десятника-инструктора как они. С одной стороны, правильно. И опыт у человека, и нужные мне навыки, и пример для подражания: типа боец тянул лямку и дослужился до дворянского сословия, будь как он. Но приданные мне бойцы, присланные королем, вполне могут понять не так, скажут, что у Долинола справедливости хватает только своим, на прочих её нет.

Так что, решение круга десятников я принял во внимание, а потом велел таким же макаром собрать простых воинов. И уже им объявил: хочу одного из бойцов, самого храброго из них, возвести в благородное достоинство. Если есть кандидаты, пообщайтесь, пообсуждайте. Сильно не деритесь, не убейте никого, а мне одного человека представьте от всех баталий. Шутка немудреная, а смеха вызвала много, да и напряжение сняла. Потому как только в сказках Илья-Муромец над войском возвышается, да акустические метки создаёт, ударяя булавой по толпам супостата. Богатыря земли русской в нашем войске никто не видел, далеко она, земля эта вместе с богатырями своими. Опять же, я пока еще не выяснил, есть ли вообще Русь и какой там политический строй. Я к чему веду – если нет однозначной кандидатуры сверхгероического воина для награждения, то выбрать его будет не просто. Как в воду глядел – на следующий день подошли выборные от бойцов, поклонились низко и начали виниться: мол все воины хоть куда, одного наградить, другим будет обидно. Так что не серчай, ваш-сясьтво, а никого награждать не надо. И того, кого наши десятники выбрали, его тоже не награждай. Вот если бы на стену замка королевского кто забрался первый, тогда да… Ваше сиятельство в этом году не планирует драть Кале? В смысле брать Кале, столицу Иманта? Еще не думали? Ну мы того, подождем.

Вот такой странной оказалась реакция дружинников на мою добрую идею. Так сказать, если не за эпичный подвиг и волею сюзерена, а по выбору толпы – то не надо никого возвеличивать. Боги им в судьи, мне же проще. Я уже и сам начинаю подумывать, что правы простолюдины своей солдатской правдой. Кто не Илья-Муромец, тот не лезь на коня богатырского, воюй по-простому. Вот интересно, через пелену прожитого вспоминаю эти былины, сравниваю с западным эпосом, наши герои мне отсюда кажутся погероичнее. Как минимум пошире в плечах.

Когда только попал в этот мир, даже мысли были пробиваться на Русь-матушку. Раз тут латынь есть, какие-то имена и географические названия перекликаются с известными мне… Может и Русь тут имеется в своём классическом или вариантном виде? А потом пожил чуток, да и раздумал. Язык свой, мерсальер который, я знаю от прошлого владельца тела, положение в обществе у меня от него же. А кто я был бы в Московии или Владимирской Руси? Косноязычный чужеземец, неведомо зачем припершийся в княжество. Чего я там не видел кроме кваса? Квас это да, это аргумент. Но если Витор игристое вино научится делать, то карта квасного патриотизма будет бита. Я в прошлых жизнях в немагических мирах больше шампанского хлестал, чем кваса. Менталитет? Да кто знает, какой сейчас там менталитет. Такие вот рассуждения и отвадили меня от желания рвануть на северо-восток. И Америку открывать тоже никакого желания. Еще Китай есть, если есть, там мне тоже делать нечего – здесь поле непаханое.

А все силы молодого тела, от которого энергия и шилопопость прёт, направлю-ка я в строительство своего замка. Он и денег требует, и ресурсов всяких, особенно времени. Всё-таки местные правы – укрепленная база нужна. Даже если просто как зримый символ власти, должна власть быть видна всякому тупому, чтоб не лез сдуру супротив меня. Вот. Только понять бы, что с Имантом делать, от Якоба пока ни весточки, ни словечка, а мог бы уже и написать. Видимо, думает и расклады прикидывает до сих пор.

Я тоже пока никуда войска не сдвину. Баронов своих распустил с малыми отрядами по старым и новым баронствам, чтоб одни напомнили, кто в районе секретарь, а другие чтоб познакомились с исполнителями на местах. Короче, чтоб все затянули гайки, назначили оброки или барщину, раздали указания по ремонту баронских хором и хибар. Сам оставил на Седерика дер Буля военный лагерь и тоже поскакал смотреть, что с моим замком происходит. Основным наказом маркизу была разведка и контроль приграничных территорий, а дополнительным – подготовка войск. Королевская дружина мне теперь не сильно интересна в плане подготовки, а вот гавриков, которые ко мне от Георга достались – тех предстоит гонять до седьмого пота, пока они не станут мобильной пехотой, ползающей и бегающей, стреляющей поголовно из луков и самострелов. Ну и железом точёным махать, это само собой.

Я рассказывал, что нагнал рабочей силы в своё графство до чёрта? Ну да, мне же надо построить много и быстро. Оказалось, что не так всё просто в мире происходит, как того хочется одному попаданцу. Как ни старался завезти в Долинол побольше продовольствия, а цены на продукты полезли вверх. В результате рабочие и ремесленники, привлеченные хорошими заработками, ощутили на своей шкуре значение слов «инфляция» и «дефицит». Блин, оказывается, если на гульден нельзя нормально накупить еды – это катастрофа. И никто не то что не знает, кто в этом виновен, даже мыслей таких не возникает ни у кого. Куда смотрит мой управляющий? Кто ответственен за цены на рынке? А нет в графстве управляющего.

Пока некто Жорж воевал, он даже и не почесался назначить человечка на эту должность. Старосты деревень есть, начальник строительства в наличии, заместитель главнокомандующего на границе остался. А управляющий не отпочковался от отцова специалиста по ведению графского хозяйства! Да тот же Пров, мой управитель столичного поместья, и то бы помог худо-бедно. Но он в Луарте, а здесь… здесь только мои доблестные служанки. Вот они-то и будут крайними за тот бардак, что творится в графстве Долинол. Пошлю отцу слезливое письмо про неустроенность в хозяйстве, авось кого пришлет в помощь, а пока нагружу своих девок, они не дуры у меня.

А Зигрид хорош! Замок его трудами уже из-под земли макушечку показал, как грибок после дождя. Вроде ничего в этом нет особенного, раз он на скальнике без фундамента строится, а всё равно молодец. И понравилось мне, как он строителей разместил – бараки выстроил так, что потом они окажутся внутри кольца стен и станут лабазами, складами да конюшнями. И ведь не стал на ерунду меня отвлекать, когда я весь был в ратных трудах, сам всё решил. Другой бы не рискнул такое добротное жильё рабочим строить на пару лет – куда как проще им на откуп этот вопрос отдать. Селились бы кто во что горазд каменщики, плотники и грузчики, пили потихоньку, болели, время теряли на ерунде. А мой прораб организовал проживание прямо на стройке – молодец. Зигрид говорит, не будут останавливать строительство донжона на зиму, раз тут зимой так тепло. Вполне к весне донжон могут вытянуть. Хорошо бы.

Пока я разбирал дела графства в его административном центре, пришла благая весть – в моих горах всё-таки нашли железную руду! Что-то я там говорил про суконное производство? Это лёгкая промышленность, а у меня будет и тяжелая. А если железо окажется приличное, то и среднюю организуем – среднее машиностроение гораздо больше прибыли даёт. Если иметь в виду, что так в СССР называли военное производство. С железными рудами всё непросто – руда в разных местах содержит разные примеси. Где-то это бесполезный мусор, а где-то всякий молибден и прочие легирующие добавки. А потом молва идет – в какой-то местности кузнецы научились дюже вкусную сталь варить. Только весь их вклад – правильный температурный режим, а об остальном природа постаралась. Если кто думает, что я как маг-зачарователь буду со сталью играться в товарных количествах, то он сильно ошибается, не графское это дело – сталь варить. Да я вообще работать не стану, если от этого не будет моя жизнь зависеть! Я за перманентный отдых и праздность на веки вечные. Но чтоб никто не подкрадывался с кинжалом или налоговым законодательством в судорожно сжатой руке. А так почти никогда не бывает. Всегда кто-нибудь придет на выручку, как только она появится. У тебя еще не прибыль, а только доход, а эти уже очередь занимают – поделись с ними.

Глава 4 Стройка

Замок в реалиях магического мира, как оказалось – это не только дорого при строительстве, это еще и непросто в обороне. За годы, прожитые тут, я стал немного лучше разбираться в этом вопросе. Вспоминая первый конфликт с Фриго дер Долинолом, могу теперь сказать: с имеющимися силами и по всем правилам осадного искусства у нас было немного шансов взять замок Долинол, равно как и у Фриго взять наш. Каждый достаточно богатый владетельный лорд, имея мощный замок, формирует вполне конкретную команду магов для его защиты. Чаще всего она состоит из вассальных баронов, кто-то безземельный служит и проживает прямо в замке под крылом сюзерена. Но так или иначе: мага земли под рукой иметь нужно на случай магической атаки снизу; воздушник обязателен для отражения кинетических атак всяких летящих снарядов и стрел; водник просто обязателен для тушения пожаров, создаваемых агрессором-огневиком. Короче, нужен комплект магов на все случаи жизни. Так что, скорее всего впрямь нет смысла городить баронам собственные настоящие замки. От атаки разбойников защитит и простая цитадель, а от полноценного нападения с магами и осадной техникой барону не отбиться ни за какими стенами.

Фриго молодец, что догадался тогда увести всех магов из замка, кроме оборотня командира охраны. С моей точки зрения молодец. Оборотни как боевики хороши, но только от простолюдинов и прочих разбойников. Дистанционные магические атаки дырявят шкуру оборотню, как и любому прочему что человеку, что зверю. Хожу вокруг заготовки своего замка – строящегося донжона, и проматываю в голове всё, что знаю и фортификации всех миров и народов. А знаю я немного, как оказалось. Очень не хочется попасть в смешную ситуацию аналогично королю Пруссии, который в середине девятнадцатого века строил форты вокруг Кёнигсберга по правилам военной науки века восемнадцатого. И в роли Гитлера, который в двадцатом веке продолжал укреплять эти же форты, не хочу быть. Цитадель мы строим не очень высокую, но поднимется она выше будущих стен и будет венчаться не башенками и шпилями, а стрелковой площадкой.

Когда я начал втирать про баллисты, Зигрид хмыкнул и сказал, что в курсе моих бабах или пушек. Мол, верное решение и новое слово в военном деле. По его словам, их применение уже изучается кем надо, первый вывод – маги воздуха не могут отклонять снаряды по причине высокой скорости, не укладывающейся в голове. Ну и масса болтов, вернее снарядов великовата, на магический ветер они практически не реагируют. Я не стал объяснять Зигриду, что единственный способ противодействия таким «подаркам» - боковой ветер. Пусть сами ищут противоядие от моего козыря. Жаль, что он уже не в рукаве, но всё одно пока козырь.

Из подвала открытым способом вынули камень и подняли в стены. Это я дурак такой думал, что в толще скалы будут бить отдельные помещения, «каменные мешки» для рыдающих узников, сокровищницу опять же… По факту просто вынули камень из котлована, потом еще, потом опять. В одном месте вынули еще немного камня и каким-то чудом добрались до воды. Это для меня чудом, а главный архитектор и прораб чётко знал, где вода благодаря своим способностям мага земли. Ура! Замок теперь имеет независимый источник воды на случай осады. Ах да, я про котлован, потом его перекрыли в несколько ярусов и у меня получились подвалы, тюрьма, колодец, и всё под донжоном. Сам донжон почти прямоугольный в плане. Словечко «почти» касается углов, которые достаточно серьёзно скруглены. Причина такого архитектурного выверта – тараны. Как только враг увидит где прямой угол, он тут же пристраивается к нему с тараном и начинает его сносить при осаде. Расковыряет угол – лезет дальше в кладку. Так что никаких углов или сильно тупые углы в плане. Так появляются всякие многоугольники. И машикули – классное слово, означающее нависающие над стеной полки с бойницами, что обстреливать тех, кто под стенами цитадели.

Со стеной замка будет своя фишка – тут уже вовсю и давно из стен выдвигают башни, чтоб через боковые бойницы стрелять вдоль стен, снимая с них всяких насекомых, по лестницам вздумавших карабкаться наверх. Вот и у меня так будет. И вообще, основой моего спокойствия станет не запредельная высота стен, а стрелковая мощь гарнизона. Опять же враг устанет перебираться через рвы и валы перед стенами под постоянным обстрелом. А если его преимущество в магах и живой силе будет подавляющим, то и стены не спасут. Одно радует – на таком скальном основании способности магов земли по разрушению стен будут очень сильно ослаблены – невозможно магией создать полость в скале, чтоб туда провалилась часть стены. А вот ров и вал они выровнять смогут, это да. Маг земли вообще весьма специфичный маг. В сражении стенка на стенку пользы мало, если маг не под моей командой, зато при осаде и защите замков они весьма уместны. Вот только редкий это дар, у меня в войске на полторы тысячи человек и три десятка всяких магов всего один земляной.

- Я смотрю, Зигрид, вы не теряете время. - Увидев отдачу от архитектора, я его зауважал. А зауважав, начал обращаться на "вы".

- Да, ваше сиятельство, самому очень хочется увидеть в камне наш с вами проект, весьма любопытно вышло. И король заинтересован, и у вас деньги есть на строительство, и вы как заказчик не стоите над душой со всякой ерундой.

- Во-первых, еще раз говорю - зовите меня просто Жоржем, для друзей у нас принят совсем другой этикет. Вы готовы стать моим другом?

- Да, Жорж, я с радостью вас назову своим другом. И не только потому, что вы граф, и не только потому, что вы сами добыли свою корону. Вы умеете думать.

- Замечательно. Во-вторых, грамотный заказчик дергает и кошмарит архитектора и подрядчик только на этапе проектирования. А потом это или вредно, или бесполезно. Не выходит у подрядчика по проекту – или проект дрянь, или строитель. Определись с виновником и убей его, а потом всё переделай. И не ной, что деньги потерял, они от нытья не восстанавливаются.

- Хм, звучит одновременно здраво и опасно. Чувствуется опыт, но я даже представить не могу, Жорж, откуда он у вас. Разве что за отцом наблюдали, учились вести дела рядом с ним. При случае засвидетельствую своё почтение графу дер Присту, он вырастил отличного наследника.

- А в-третьих, хотел сказать как раз про деньги. Я уже большой, так что знаю, что смету вы превысите минимум в полтора раза.

- Вот уж нет!

- Зигрид, вы готовы заключить гарантийный ряд, что в противном случае будете финансировать из своего кармана?

- Молчу.

- Так вот, на чем вы меня перебили… Ах да, деньги. На постройку донжона и подготовительные работы на стенах средства есть. Очень надеюсь, что на второй этап соберу ко времени. Буду всячески стараться. И не хочу, чтобы его величество вас сдернул ранее срока.

- За это будьте спокойны, Жорж, в министерстве двора я указывал необходимое на строительство время с большим запасом. На всякий случай тем более, что не знал условия и объем.

- Насколько большой временной лаг сделали?

- Два года.

- Нормально тут строят! Так работать можно.

Еще через неделю ко мне приехал помощник управляющего рудником в графстве Прист с письмом от отца. В письме граф писал, что понимает мои проблемы с организацией хозяйства и рад, что до меня наконец дошло – без управляющего беда. Эти ценные кадры на грядках не растут, так что их выращивание предстоит мне. Батюшка в меня верит и посылает саженец, этого самого помощника. Мол, не смотри, что молод, для тридцати лет он весьма умный парнишка, поможет и с обустройством рудника в Долиноле и с экономикой графства. А если и накосячит, то всё одно меньше моего. Сам граф приехать пока не может, так что крутиться в одиночку мне до осени.

- Жорж, при всём моём уважении, но я умоляю – поясните, как забор поможет ускорить строительство вашего замка?

- И удешевить, Зигрид. Не просто ускорить. Есть такая штуковина – магия логистики.

- Магия чего?

- Магия грамотного правильного перемещения и распределения ресурсов. Наши с вами каменоломни находятся в пяти милях от стройки. Пока мы с вами к ним прошлый раз ехали, я примерно прикинул расстояние. Задача – упростить и удешевить доставку материалов к стенам. Верно?

- Верно! И что, вам понадобился забор от стройки до каменоломни?

- Угу. Понадобился. Поставим телеги на забор, им так удобнее будет.

- Бред какой-то, ваше сиятельство. – Обиделся архитектор. Он нутром чувствовал какой-то подвох, поэтому разговор, затеянный графом, воспринимал как издевательство над собой.

- Погодите, Зигрид. Мне не нравится этот взгорок. Вы его можете притопить вровень с поверхностью земли?

- Весь?

- Нет, типа коридора, только чтоб телега проехала.

- А зачем ей тут проезжать, дорога же правее.

Сзади графа дер Долинола и шевалье Зигрида два мужичка тащили тележку со свежевыструганными шестами. По знаку графа один из них брал из тележки шест и деревянной киянкой вгонял его в землю там, куда сюзерен показывал хлыстом.

- А теперь эту ложбинку я прошу вас выровнять.

- Поднять?

- Поднять, Зигрид, поднять. На маршруте следования телег не должно быть резких перепадов по высоте. Именно поэтому мы с вами объедем тот холм. Вы же не уберете его своей магией?

- В принципе… если приложить усилия и потратить пару недель…

- Не надо так бездарно тратить свои силы. Вы великолепно сейчас справляетесь с теми задачами, которые стоят перед вами. А вот край холма утопите. Вот здесь можете выровнять по краю?

На предыдущей неделе мною были отобраны три телеги с идеально совпадающим расстоянием между колесами в одной оси. В графстве нашлась пара тележников, переделавших колеса, вернее сделавших новые. Новые колеса отличались от старых только наличием реборд с внутренней стороны. На телеги, кроме того, спереди и сзади были установлены крюки, помогающие связать несколько телег и превратить их в поезд. Про обязательный ручной тормоз даже и вспоминать не буду – от здесь на всех телегах присутствует по умолчанию.

А забор… если положить на землю тот забор, секции которого я заставлял строить пришлых плотников и их платных помощников-крестьян, то он неумолимо превращался в рельсошпальную решетку. Между абсолютно ровной стандартной длины брусьями было четыре фута расстояния, доски пришивались к ним через каждый шаг на деревянный шип. Во время сборки первых десяти секций забора дважды пришлось выпороть плотников и один раз мужика, оттащившего себе в хозяйство «ненужные» чурочки. Это он так стыковые рельсовые накладки назвал. Плотников пороли по совокупности заслуг за «улучшения» и упрощения, несоответствие размеров и «я так всегда делаю». Понятное дело, что столяры бы сделали лучше, но у них не только допуски и чистота обработки выше, у них и расценки ого-го! Мне не нужна деревянная дорога по цене мебели.

Пятиметровые секции «забора» копились до тех пор, пока их не набралась сотня штук. Это я на глаз для себя определяю их длину в пять метров по привычке, на самом деле, вернее по чертежу их стандартная длина семь шагов. Потом специально сформированная команда укладчиков начала сборку и перевозку к месту строительства деревянной дороги. Зигрид, вместе со мной наблюдающий сборку, держался изо всех сил и молчал. Только когда несколько секций собрали в одну длинную плеть, когда на неё установили первую телегу, он всё понял. Понял и вынес вердикт:

- Чушь, детская забава, нерациональный расход ресурсов!

- Как долго вы собираетесь возить камень из той горы на стройку?

- Два года.

- И сколько телег потребуется перевезти?

- Можно примерно прикинуть, но я даже не буду сейчас браться за это, и без того есть чем заняться.

- Вот! Именно так говорят те, кто не владеет магией снабжения. Сколько лошадей, телег, фуража вам понадобится на всё?

- У строителей есть, как вы выражаетесь «волшебные» формулы с коэффициентами. Объем камня, потребный для строительства, расстояние до каменоломни, расценки ломовиков, всё это умножается на специальное число – в итоге мы имеем стоимость доставки.

- Угу. Сейчас мы загрузим камнем одну телегу, посадим на неё возницу…

- Впряжём лошадь.

- Зачем? Зигрид, у нас же магия, нам лошадь не нужна.

Когда первый участок дороги был собран, у нас на рельсах уже стоял первый вагон, если так его можно назвать. Вырубленные каменные блоки были сняты из перехваченной классической телеги, влекомой лошадкой – карьер уже гонит продукцию, стены требуют камня! Возница, усаженный на своё законное место чувствовал себя немного дураком, ему не выдали кнут, не вручили вожжи, перед носом не маячит лошадиный круп… Из органов управления только рычаг тормоза. Мои инструкции разбивались об его сморщенный лоб как градины о стены гранитной цитадели. Диагноз понятен – страх магии и всего нового, обычное для простолюдинов дело. «Пшёл вон, недотёпа!» Недотёпа с радостью чуть не кубарем улетел с телеги, освободив место для графской задницы.

- Зигрид, раз такое дело, у вас появилась возможность прокатиться на первом рейсе Долинольской деревянной дороги – чуда современной инженерии. Садись рядышком, шевалье!

- И чем она будет приводиться в движение?

- Сначала вон те оболтусы её толкнут… Стоять, сукины дети! Это была еще не команда! Сначала они её толкнут легонько, а потом сама покатится тут же постоянный уклон от горы в сторону замка.

- А почему тогда обычные телеги сами не едут, раз всё так здорово? Чтоб телега сама поехала, нужен очень большой уклон, крутой холм или горный перевал, там да, там телегу держать надо.

- Из-за неровности дороги, мелких камней, песка. Опять же перепады по высоте, взгорки и противоуклоны не дают. А мы с вами все противоуклоны сгладили, землю и камни накрыли полотном дороги, теперь нам никто не помешает. Обалдуи, готовы толкать? Зигрид, готов ехать?

- Готовы, ваш сясьтво!

- Ты прямо как дружинник заговорил, Зигрид! Убрать башмак из-под колеса! Толкнуть вагон!

По моей команде новоявленные деревяннодорожники сняли с рельса тормозной башмак, а потом в два плеча начали толкать телегу в сторону замка. Сначала вроде ничего не происходило, инерция телеги с камнем и целым графом на борту сопротивлялась, а потом мы тронулись. Вагон начал медленно и неумолимо разгоняться. Нам это не надо, десяти миль в час даже много для такого транспорта, опять же хочется и способность тормозов понимать.

- Если велю прыгать – прыгай не раздумывая!

- Зачем?!

- Если я решу, что опасно, будем эвакуироваться из вагона!

- Какого вагона?

- Под нами уже не телега, а вагон!

- Почему?

- Я так хочу!

Свист ветра в ушах пока не наблюдался, но шум от катящегося вагона какой-никакой имелся, да и на стыках вагон стучал довольно прилично. Надо телегу длиннее делать, наверное. Рельсы бы тоже, но не получится – клеить составные брусья слишком дорого. Так почему мы орали? Да просто от полноты чувств – самобеглых колясок еще не придумали. За несколько минут мы доехали до фронта выгрузки, оборудованного специальным пандусом и тупиком. Я заранее предусмотрел этот момент: если возница упустит вагон, пусть разобьётся он один вместе с вагоном, мне не нужен неуправляемый фугасный снаряд на стройплощадке. Вот только не предусмотрел я место возницы, сейчас мы довольно шустро ехали на тупик с двумя благородными тушками на переднем брусе вагона. Тормозим! Прыгаем! Валим!!! Я до последнего не прыгал сам, оттормаживая вагон, и только в последний момент соскочил прямо на грузовую аппарель. Нормально вышло, все живы, вагон не развалился, призма выдержала удар, только глубже вошла в земляную насыпь сзади неё. Крепче будет.

- Здорово, Жорж! Я так давно не веселился! А быстрее твой чудный вагон может ехать?

- Может, только в конце развалится или кого-нибудь убьёт. Так что не надо нам этого.

- Обратно поехали?

- Зигрид, ты чего? Как она сама обратно поедет?

- Э-э-э…

- Назад собираем пяток вагонов, сцепляем в один состав, впереди лошадь ставим и едем обычным порядком.

- А навстречу вагон с камнем! Лошадь насмерть, возниц насмерть!

- Потому я и сказал – пять вагонов. Больше на деревянной дороге пока не будет. Как все вниз съедут, так их вверх тянут. Движение сначала вниз, потом вверх, встречное движение я как начальник дороги не разрешаю. Вас назначаю своим заместителем. Доведите до всех деревяннодорожников порядок её эксплуатации, шевалье Зигрид. И доведите дорогу до карьера.

Глава 5 Не знаешь, за что хвататься - делай хоть что-то

Сидим такие, отходняк ловим от веселой поездки. А я параллельно про себя прикидываю всякие моменты эксплуатации рельсового транспорта. Надо вознице рожок выдать, чтоб он сгонял с путей идиотов. Хотя уверен, если клинический осел встанет на рельсы, хоть обдудись, тело будет стоять, пока его не снесет вагоном. И неважно, будет осёл натуральный природный или в человеческом обличье. Про кривые их проинструктировать, что в кривых нельзя разгоняться – улетят. Что-то еще такое в голове было, но упустил.

- Ваше сиятельство…

- Жорж, для вас просто Жорж.

- Да, Жорж, должен сказать, что для этого изобретения открываются широчайшие перспективы!

- Не очень, Зигрид. На большие расстояния строить дорогу очень дорого прежде всего из-за проблем с рельефом местности. Придется срывать и насыпать очень много земли. А потом постоянно ухаживать за дорогой. Охранять от ушлых крестьян, подвижки грунтов, гниения и рассыхания дерева… Всего даже сразу и не вспомнить.

- Вы сказали «вспомнить» - выходит, вы уже где-то такой транспорт видели.

- Читал, и очень давно. В детстве много всякого прочел, я тогда всё подряд читал, что находил.

- Интересно, где вы могли найти трактат о вашей деревянной дороге, если её в природе до сегодняшнего дня не существовало.

- Не скажу, помню только название было примерно такое: «Размышления об организации перевозок по рельсовой дороге»

- Размышления?! Так выходит, автор книги сам вживую её не видел, дорогу вашу! Жорж, понимаете, вы реализовали чью-то фантазию! Человек что-то там напридумывал и даже не попытался реализовать, а вы приняли его идею в качестве плана, и у вас получилось.

- Но ведь нормально вышло. – Я совершенно не собирался выдавать источник своего знания о многих вещах, так что родившаяся только что байка про трактат будет основной. – А вообще, у того фантазёра целая завиральная теория была. Он считал, что можно всю страну опоясать сетью таких дорог.

- А вы не верите в такую возможность?

- Уровень развития общества пока не позволит. Сильное государство и дешевая сталь. Только тогда.

- Всё-таки у вас удивительный ум, Жорж. Рядом с вами интересно. Даже эта ваша деревянная дорога, уже новое слово в строительной науке. Думаю, когда мы её доведем до карьера, все увидят преимущество такого способа перевозки грузов.

- Кстати, Зигрид, вы не думали использовать камень с разрушенного замка?

- На верхние ярусы донжона пойдет. Блоки под нижние мы вырубаем сразу нужного размера.

- Вам виднее. Надеюсь, дорогу вы доведете до карьера уже сами. Будут вопросы – обращайтесь. А мне пора заниматься финансированием. Имант сам себя не ограбит.

- Жорж, разве так можно выражаться? Благородные господа не грабят, а забирают то, что принадлежит им по праву. Вы забрали Долинол в ответ на вероломное нападение графа Фриго. А после такого же наглого вторжения короля Георга, замечу, без объявления войны, ваше неотъемлемое право – покарать агрессора и компенсировать свои расходы на войско.

- Зигрид, вы совершенно правы! Мне близка ваша точка зрения.

- Тем более, что её разделяет его величество.

- О как. Тем более. И внезапно еще идея, Зигрид: у вас рабочие каменоломни где живут?

- В деревне. Недалеко от вашего замка.

- Утром можете их отправлять на работу в вагонах.

- Сколько человек?

- А сколько в пять вагонов влезет, столько и везите.

- Неужто одна лошадь дотащит столько народу?

- Вот заодно и определите эффективность новой дороги. Сравните, сколько пассажиров лошадь тащит в телеге по обычной дороги, а сколько по деревянной.

Как я уже говорил, народу в графстве прибавилось. Не скажу, стало ли его сейчас больше, чем было до моего первого «освободительно» рейда, но как минимум стало столько же. Одна беда – раньше на земле работали местные, привязанные к графству землей и вассальной присягой графу дер Долинол, а сейчас сюда ринулись наёмные рабочие и ремесленники по контракту. Чтобы они обзавелись собственным капитальным жильём, недвижимостью, осознали себя тутошними, нужно время. Время и мои усилия по укоренению этой рассады. Только местные являются реальной и долговременной базой для роста мощи графства. Нафига мне это геморрой? Осилю ли я это? Дадут ли мне укрепиться? Впрочем, ответ на последний вопрос знаю – никто мне ничего не даст, брать надо самому. Единственное действующее во всех мирах право – право сильного, так что тренируйся, Жорж, качай мышцу, реакцию, финансы, союзников и вассалов.

К тому времени, как от Якоба Третьего пришло нормальное послание, а не бессмысленное поздравление с успешным отражением вражеского набега, я уже и ждать перестал чего-то путного от монарха своего. Решил, что на этот год военная компания окончена, тем более внятных планов нет. Слова про то, что хорошо бы пограбить Имант – это только слова. Во-первых, надо знать адреса мест, куда можно наведаться. А во-вторых, на самом деле я не очень хочу иметь репутацию отморозка, который может наброситься в любой момент на соседа. Одно дело быть взрывоопасным типом, которого лучше не трогать, и совсем иное – бешеной собакой. Вот если бы король мне денег пообещал за набег… то рано или поздно прознают, и опять репутация рухнет.

А король пообещал не денег. Якоб Третий в своей душевной простоте пообещал еще годик не забирать с границы своё войско, словно я мечтал о таком счастье. Типа, моя тысяча с лихреном бойцов сильно плохо спать будет, если не укрепить её четырьмя сотнями королевских. Да, было изначально пятьсот, но чуток поуменьшилось королевской дружины, так на войне бывает. А в следующем году наш дорогой король надеется увидеть новые успехи моих и его войск под началом графа дер Долинола в совместной компании против извечного врага, поправшего все принципы гуманизма и добрососедских отношений. Это он опять про пошлины и помехи свободной торговлишке мерсальских купцов. Прежде, чем я скушаю это королевское послание Якоб предложил мне восхититься его стратегическим замыслом и полётом мысли. Во второй половине письма кратенько намекалось на одновременный удар двух армий Мерсальского королевства по западным районам Иманта.

Кушать письмо не требовалось, это я преувеличил, но за сожжением наблюдал цельный королевский спецкурьер. На самом деле, этого курьера прибыло два экземпляра. Видимо, один старший, а второй его помощник. А может, второй должен следить за первым, чтоб первый следил за мной? Я в тонкостях их службы не разбираюсь. Какая-то бляха с гербом короля на груди, кожаный доспех, отличные лошади, аж четыре штуки наблюдаются на моём дворе. Чем дольше общаюсь с этой четырёхногой братией, тем чётче вижу индивидуальность каждого коняшки. Ну и стати научился видеть, этого не отнять. Солидные лошадки, такие могут долго идти в хорошем темпе. Почтовых станций в королевстве еще не завели, менять коней можно только если у тебя их с собой несколько.

Тако чем я? Ага, про курьера говорил, а он так и заявил мне: «Сначала, ваше сиятельство, прочтите письмо нашего короля и надежды всего свободного мира, а потом мы с вами совместно сожжем его, пепел развеем по камину и заактируем сей факт, так надо. Надо, значит надо. Поскольку журнала учета уничтожения документов строгой отчетности у курьера не было, акт мы составлять не стали. А жалко, я за эти годы уже немного соскучился по отчетам.

Вот честное слово – так бы сел за монитор своего рабочего компьютера, подтерся мягкой туалетной бумагой с запахом лаванды и начал тюкать по клавишам. Сейчас небось, посади меня к компу, не вспомню, как его включают. Как смартфон пахнет уже не помню, загрузочная мелодия Виндозы стёрлась из памяти, а туалетная бумага снится. И звук передергиваемого затвора пистолета тоже не забыл. Макаров, Беретта, в какой реальности эти милые игрушки, оставляющие в телах такие скромные отверстия? Собрался! Вытер сопли, Жорж! Ты целый граф, для твоей задницы отбирают лучшее сукно, по тебе сохнут все девки по обе стороны Мерсальских гор! Кстати! Вот тоже момент, раз горы официально зовутся Мерсальскими, значит на самом деле это наша земля. Просто кто-то когда-то её просрал, прошу прощения за мою латынь.

Так что мы с Якобом по сути являемся собирателями исконных королевских земель, по недоразумению утраченных предками Якоба. Мои предки, которые затерялись среди пластов реальности, никаких земель не утрачивали. Если только не брать в учёт казаков, но они тоже не землевладельцами были, а служилыми. Якоб, Якоб, что бы тебе такое ответить, чтоб не обидеть? Мол, я за наших всей душой, дай денег, мне на замок не хватает. Погодите, а ведь это мысль! Курьер специального назначения не уехал, ждет ответа как соловей лета, отписывать что-то королю надо. Вот я и напишу как добрый вассал, которому его сюзерен сильно помог отбиться от соседа. Мол, ваше великое королевское величие, премного вам благодарны и готовы впредь всячески участвовать во всех ваших авантюрах! С нашей стороны враг не пройдет, но ежели вы хочите шибко сильно, шоб прошли мы в нужном направлении на нужную глубину и ширину, то следует озаботиться всемерно ускорением строительства моего графского замка – опорного стратегического пункта и инструмента удержания графства под контролем Мерсалии. Фуууу, примерно так и напишу. Мол, не хватает денег, денег и денег. А если вы еще денег подкинете от щедрот и высочайшей мудрости, то мы вообще замок достроим и встанем отсель грозить шведу и соседу.

Вот теперь точно нормально! Осталось стилистику поправить, добавить куртуазности и переписать начисто. А где мой секретарь, кстати? Блин, у меня нет секретаря, даже самого завалящего! Нахрена я полез в графы? Сидел при батюшке дер Присте Крушителе, тепло, уютно было, ни о чем не волновался, только девок к себе таскал. Нет, пошел сначала мстить да грабить, потом земли себе добывать… Жалею уже, честное слово! Оруженосца бы припахал, но у меня пока не нарисовался новый, а старый в бароны пошел. Жан, без тебя скучно и пинать некого. То есть слуг хватает вроде, но у них квалификация, образование, манеры – это как ПТУшника сажать заместителем к начальнику Управления какой-нибудь серьёзной организации. Мне нужен двор, как у отца. С благородными вассалами, отирающимися в ожидании поручений, с образованными простолюдинами, с одалисками и… Про одалисок перебор, про прихлебателей тоже. Но люди нужны, блин! Только кто поедет в графство, где даже замка еще нет, а граф сидит в деревянном тереме как берендей какой.

Кому поручить канцелярию? Заготовка управляющего, это который отцом присланный, до сих пор имя не запомню его, крутится, что-то делает, но пока получается не очень. Иначе курьеры бы не стояли, переминаясь с ноги на ногу, их бы уже где-то разместили, накормили, отмыли, а может даже и поимели в хорошем смысле этого широкого понятия. А так пришлось кликать Далию, тыкать пальцем в профессиональных путешественников, давать указания. Оказалось, что у нас уже есть «Дом колхозника», то есть изба, приспособленная под ночевки случайно прибившихся благородных, а я и не знал. Выходит, не так всё плохо в графстве Долинольском, раз некоторые вопросы решаются без моего участия. Уходящую из кабинета Дальку придирчиво разглядел со стороны кормы – нормальная у неё талия! Обе девки подросли на господских харчах да с регулярными тренировками, плечи раздались не только в груди, на боках жира пока нет – хороши девки! Свежий воздух и качественная еда сделали из моих личных служанок и телохранительниц шикарных женщин. По-хорошему, им замуж совсем пора-пора, но отпускать не хочется, а они и не просятся. Понимают расклады – сейчас они при графе правая и левая рука, их мнение кое-что значит даже для благородных. А уж для дворни и челяди они просто королевы. А замуж пойдут, даже с хорошим приданым по меркам простолюдинов, станут просто бабами. Уже графа и вечером не помыть, и ночью не согреть, и от ворога лютого не прикрыть… Будут просто женами и матерями, каких много. И слово их ничего стоить не будет.

Как много надо знать графу, я просто бешусь иногда! «Ой как здорово, у меня нашли полиметаллическую руду!» И что теперь с ней делать? Нет, с выделкой железа всё понятно, огонь восстанавливает железо из оксида, так что тупо греем уголь, руду и известь в печи. Дальше нюансы с пропорциями и всякие наддувы, тигельное железо, чугун… Но у нас там кроме железа и свинец, и серебро, и хрен знает что, включая ванадий и молибден. Вероятно. Что делать? А особо ничего не сделаешь, если не умеешь. Если нет доступа к жутко дорогой химии типа ртути, азотной кислоты, буры… Выход один – нанимай мага, который будет искать крупинки самородного серебра в сырье. Потому как у нас не самородное месторождение, а рудное. Забить и забыть! Вернее, складировать серебряную руду отдельно с перспективой вывода в графство Прист, там с ней умеют работать. А зато свинец мы отделяем легко. Уже начался выход металла, на которые у меня большие планы. Прежде всего им будет покрыта боевая площадка донжона, она же крыша. Согласно проекту, у неё будет слив в центре крыши, откуда дождевая вода будет собираться в резервуар технической воды. Оттуда по свинцовым трубам вода будет подаваться в ватер-клозеты графа. Все канализационные трубы у меня будут свинцовые. Зигриду не в новинку делать сливы нечистот из домов богатых горожан, но до свинца он не докумекал. Когда я сказал, что в моём столичном доме канализация закрытого типа, а труба идет до самого коллектора, так что на дворе не воняет, он прямо чуть не отгрыз себе ухо – как такую простую вещь не смог придумать сам!

Если бы я был настоящим инженером, а не управленцем, то с головой бы погрузился в экономику и планирование, в строительство, уделил бы больше времени выделки металла. Может, и серебро бы начал производить. Вот только инженер вряд ли бы смог захватить Долинол, и уж тем более удержать. Имеем что имеем, а остальное тащим. В моём настоящем реальном детстве любили говорить, что самое сильное существо – это муравей, оно может унести груз во много раз превышающий свой вес. Уже потом, когда вырос, я понял, что с человеком муравьишке не сравниться: если удаётся стащить чего ценное, то человек вынесет не в разы, а в сотни раз больше своего веса и будет таскать, пока это дело не пресекут. А уж про нас графьёв и говорить нечего, мы даже прапорщикам фору в этом виде спорта дадим. Хотя бы потому, что у нас подчиненных гораздо больше, чем у прапорщика, даже чем у старшего. И снова замечу, колоссальная выносливость — это вопрос управления, а не технический.

Виго - вот как зовут моего И.О. управляющего! Он потихоньку влезает во всякие хозяйственные вопросы, а не только обустраивает рудник. Уверен, что если бы не мои служанки, которых уже и называть так неудобно, он бы утонул в ворохе задач. А эти и по людям подсказывают, которым можно что-то поручить, и тема обеспечения графа питанием и всем прочим на них. А через этот момент благодать снисходит и на прочих условно ближних. Личные конюхи, нового формирования десяток телохранителей, сами Далька со Снежкой, личный кузнец, обихаживающий моё оружие, а заодно выполняющий индивидуальные заказы, приезжающие по всякой надобности вассальные бароны и безземельные шевалье из моего войска – вся эта масса народа ждет, что её накормят, напоят, спать где-то положат. Первое время можно этим напрячь самих людей, а потом начнутся вопросы, мол что за бардак творится у графа? Это вообще граф или куриная булдыжка? Так что спасибо моим помощникам и помощницам, только мало одного спасибо, я еще и жалованье плачу. Самое страшное, что свита постоянно расширяется, мои расходы на меня растут чуть не по экспоненте. Чую, скоро целое графство будет работать на одного меня, мой аппарат и обслуживающий персонал. А мне еще и армию кормить – беда!

Глава 6 Прикормка

Когда в королевстве всё благополучно, то и… А когда это вы видели, чтобы вот прямо всё в государстве было в порядке?! Обязательно где-то случается какая-то хрень, грозящая превратиться в серьёзную проблему. Где-то заливает посевы или мыши сожрали урожай, а какой-нибудь олигарх зажал налоги. Так бы и закрыть глаза, мелочёвка в масштабах страны, опять сам олигарх твой старинный друг, еще сопливым пацаном игравший в твои игрушки. Но позволь сейчас этому чуть-чуть, в следующий раз на «слабо» начнут проверять прочие, и уже не по капельке, а полными горстями полезут в бюджет королевства. А иначе бывает? Бывает, если твоя страна маленькая как карманная собачка, если правитель ничего не решает, а сидит на жалованье у настоящего властителя. Нет, тогда тоже мыши, наводнения и крыша во дворце прохудилась, но это уже не забота королька, а чья-то еще.

Так рассуждал Якоб Третий в кругу своих советников, раздумывая, где бы кому урезать расходы на государственные задачи. По большому счету в Мерсалии всё складывалось более-менее, вот только стоило это всё дорого. Вообще, собственное королевство дорогое удовольствие. Письмо от Жоржа дер Долинола, лежащее на конторке тоже было из числа тех, которые «Славься щедрый наш король, дайте денег поскорей!» и ведь как аргументирует, любо-дорого прочесть.

- Вот же лис! Ваше войско, что вы прислали на охрану границ, хочет кушать и жить в тепле. То есть я не ему на подмогу прислал войско, а на охрану государственной границы! Вывернул, не поспоришь.

- Ваше величество, ведь официально так и подано сие.

- Ага. Что там дальше, вот: опять намекает – кормовых денег и жалованья дали войску на полгода, которые истекли. Типа, надо ему опять денег. Следующий пассаж – лето кончится скоро, где размещать баталии на зимние квартиры, за чей счет?

- Раз вы эти баталии оставляете, ваше величество, придется давать денег. Наверное. – Нелегка миссия советника, вот и кряхтят собеседники монарха. Ни в коем случае нельзя дать ошибочный совет. Но и озвучить пусть правильное решение, но которое не понравится королю – риск высочайший. Вот и крутись как вошь на гребешке, соответствуй званию советника и не зли монарха.

- И напоследок: «Строю замок – опорный пункт обороны всего графства, дай денег на замок». Гадина такая, грабит направо и налево, с ограбленного десятину не платит, а только ноет! Ладно-ладно, Жорж, крестничек ты мой, погоди чуток, отольются тебе слёзки бедного ограбленного короля твоего, – потирал руки Якоб. – Я в доброте своей и милости тебе три года дал освобождения от налогов и податей. Три!

- Ваше величество, с вами тут никому не потягаться. Вы ведь размер их не определили. Как развернет Жорж Долинольский своё хозяйство, тогда мы и подсчитаем доходы графства, только тогда определим размер податей.

- Это да, тут я не сплоховал. Великодушный как охотник с капканом. - Якоб сам себя похвалил за такую предусмотрительность и дальновидность, не дожидаясь, когда советники догадаются сделать это.

- Ваше величество, вы не прогадали. Доносчики докладывают, что он уже вовсю организовал работу рудознатцев в своих горах, есть надежда, что поиск увенчается успехом.

- Жорж дер Долинол ведет себя весьма разумно, отец рядом, Витор ему советом поможет, подскажет, что и как. Да и он и сам с головой, это наш Жорж. Дурацкое имя, кто его придумал?

- Говорят, новый граф взял его, чтоб потрафить местным. Со всех сторон подушками бока обкладывает – заявил советник намекая на известную мерсальскую пословицу: «Знал бы откуда пнут, подушку б подложил».

Всё как бы намекало, что скоро Долинол, бывший в Иманте бедной провинцией, превратится в курицу, несущую золотые яйца. А пока следовало соорудить насест и утеплить курятник, что ни хорек не пролез, ни в щели не дуло. Якоб решил для себя, что денег он даст и на войско, и на замок. С самого начала знал, еще когда направлял в графство лучшего архитектора.

- Вот что, будет глупо, если я начну выдавать своим графам деньги на строительство не в качестве кредитов, а с концами. Да и в кредит я давать не хочу. Желающих после этого шибко много соберется оборону страны крепить. Но денег надо дать.

- А это вы верно размыслили, ваше величество! Если и давать, то в виде награды за подвиг: вдвое большее войско разгромил наголову, чуть в плен короля Георга не взял. Какой пример другим аристократам выйдет! Мол, добывайте себе славу мечом, а за наградой наш щедрый король не постоит.

- Вызывать графа в столицу, Ваше Величество? Заодно и обговорите приватно некоторые вопросы.

- Вызывайте, чего тянуть. По-хорошему ежели, то уже надо начинать к военной компании следующего года готовиться. Эх, как бы хорошо этому Жоржу Македонскому армию дать под командование, он бы дел наворотил в Иманте…

- Считаете, сможет с армией управиться?

- Мало ли что я считаю. Нельзя! Аристократы голозадые таких удачливых да ранних любят. Да и простолюдины за ними готовы в огонь и в воду. И кого я своими руками взращу, когда дер Долинол снова победит, но уже с целой армией под рукой?

- Нового Цезаря? Узурпатора… Ваше величество, вашему взору нет преград! Вы абсолютно правы! Так может, того… Не награждать тогда?

- Э нет! Голодный волкодав на цепи ничуть не лучше волкодава сорвавшегося. Что один в любой момент может в горло хозяину вцепиться, что другой. Кормить и контролировать! Холить и натравливать на чужаков.

- Кость ему кинуть? – угодливо «помог советом» министр Двора.

- Зачем кость? Мяса шмат, да с кровью!

В самом конце июля опять из королевского дворца письмо пришло. Или от королей не письма привозят, а что-то более серьёзное? Ну пусть будет послание, не важно. Кстати, если погрузиться в науку о словах, то замечу: названия месяцев в этом мире очень похожи на названия моего мира, видимо латинские корни держат лингвистику как якоря. В не совсем высочайшем послании за подписью министра меня приглашали на очередную церемонию награждения победителя ежегодного турнира по надиранию задницы соседу.

Шучу, но по факту выходит примерно так – я каждый год то принимаю команду гостей на своём поле, то сам еду в Имант с ответной игрой, там мы устраиваем бои без правил, а потом меня чем-нибудь награждают. Что самое смешное – король наш Якоб Третий жутко хочет, чтоб в соревнованиях на приз дельты Девоны приняло участие побольше народу, но боится. Продует наша команда, и всё - моментально просядет рейтинг, улетят в трубу расходы на подготовку спортсменов… И хочется ему, и колется. Потому и не состоялся пока полноформатный чемпионат. Но есть такое ощущение, что в следующем году его таки проведут. Вся логика событий на это намекает.

Лето – идеальное время для путешествий у нас. О как! Сказал «у нас», а не «тут» - видимо акклиматизировался в Мерсалии, вжился в страну, эпоху и реальность. Учитывая мирное время, если сравнивать с недавним периодом захвата графства, большую свиту брать не стал. Десяток личной охраны, слуги – вот и вся делегация. Оруженосца нет, управляющий пусть в графстве сидит, бардак разгребает, свитой пока не оброс. Ничего, замок выстрою, будет у меня нормальная свита. А сейчас что, пользы от пары-тройки шевалье, которые будут просто мою кашу трескать, я не наблюдаю. Развлекать меня беседами? Не очень меня тянет на эти беседы, я лучше сплетни из народа послушаю от моей службы безопасности. Служба эта в лице Снежки и Дальки исправно снабжает сплетнями и разговорами среди простолюдинов, рассказывает о ценах на продукты. А шевалье и бароны пусть при войске остаются пока – задачи по повышению боеготовности им поставлены, отпущенное до следующей войны время не должно пропасть даром.

Многогранные таланты моих личных служанок или моя привычка наваливать задачи на тех, кто рядом? Не знаю, но пока они справляются даже с такими нетривиальными задачами, как подарок для короля. Не своими руками, конечно, но нашли белошвейку, умеющую обращаться с шёлковыми тканями, которая под их чутким руководством за мои денежки сшила многослойный камзол в королевских цветах. Король ныне не то, что встарь, в рыцарский замес не попадает, так что стальные пластины я решил не вшивать. Зачаровал со всем тщанием и волевым усилием готовое изделие, чтоб максимально упрочить нити. Самое интересное, что в этот раз вышло еще лучше. Я сужу не по стендовым испытаниям, их не проводил, а по внешнему виду. Шёлк и так весьма гладок, а уж после мономолекуляризации, если позволено будет мне так назвать процесс, кручёные нити стали еще глаже. Соответственно и камзол заблестел прямо по-королевски. Я уже не говорю про золотую канитель, которой он был так меленько расшит, для создания искры. Одна полочка белая, другая синяя, глянцево блестят и помаргивают золотыми искорками – красота! И совсем не стыдно подарить королю. Размер сделали плюс-минус на глазок, рукава прорезные, их можно вообще не заправлять, а полноту на короле отрегулируют «разговорами» - застежками на веревочках. Тут народ не сильно заморачивается с размером одежды.

Когда думал, какой подарок везти много чего перебрал, а потом вспомнил историю рода – графский титул предок получил якобы за подгон зачарованного доспеха королю. Вот и будет еще одно напоминание про традиции Пристов на высшем уровне. Очень не хочется заезжать в родовой замок, где сейчас ошивается мачеха. Даже если и не придётся видеться с ней. Разведка донесла, что она болеет и не выходит из своих покоев. Причем категорически. А покои у графини отдельные от графских на самом верхнем уровне по причине карантина. Думаю, что карантин скорее политический, чем медицинский. И можно было бы сказать, что Витор решил свои семейные проблемы в мою пользу, а всё же не хочу лишний раз напоминать о том. Пусть под одной крышей не случатся его родственники – смертельные враги. Думай – не думай, а Анна считает меня врагом, таким, какого следовало уничтожить. Леди Макбет из Приста, блин.

Угу, а как я с отцом буду свои дела обсуждать, если не заеду? А ну как его еще сильнее обижу? А фамильную настойку Пристов на стол королю где брать? Периодические поставки – это само собой, а приехать с отдельным бочонком – уже вроде как традиция. Решено, отправляю в замок Прист гонца, уведомлю, что зван на приём к королю, буду проезжать мимо через четыре дня, заскочу выразить сыновнее уважение. Пока собирался, выяснилось, что есть еще повод заскочить к отцу: на руднике нашли самородное серебро. Немного, но что называется, курочка по зёрнышку клюёт. Железную руду повезу, серебряную и самородки. Просто не буду поднимать больную тему, вдруг само рассосётся? Как Гондурас, который не надо чесать, чтоб не беспокоил.

На фоне моих замыслов замок Прист смотрелся не впечатляюще. У меня там вон чего будет, да еще внутри какой фарш намечается – прямо топовая комплектация нарисуется. Конфетка, а не обиталище графа. И фундамент офигительный уже есть, между прочим! А тут просто замок. Честно говорю – тот, который будет у меня, я на этот не сменяю. Да и отец не согласится, опять же как я его отсюда в Долинол перетащу. Так что обмена не будет. А вот если с землёю, тут бы я подумал. И расположение не приграничное, и тепло, и всё уже обихожено… Глупые мысли в голове, своё надо строить, а Витор проживёт еще лет двадцать, если после дегустации продукции со стены не свалится. Ну или на войну попрётся, на войне убивают.

А еще я заметил, что слегка появляющиеся нотки ощущений, что тут мой дом, моя малая родина, пропали напрочь. Годы скитаний от Приста до Луарта, от Луарта до Долинола повлияли на ту часть меня, которая родилась и сформировалась в этом замке. Витор на самом деле воспринимается не как родной отец, а как соратник и просто умный надёжный человек. Вроде тестя со стажем. Думаю, тот юный виконт Дорд, который истерил и пытался взять верх в моей шизоидной личности почти четыре года назад, окончательно растворился. Куда ему супротив матёрого инженера-железнодорожника тире старшего лейтенанта Комитета Госбезопасности СССР.

Мой баннер вез в развернутом виде один из бойцов личного десятка, один из тех, кто показал себя не только умелым, но и умным, способным думать и замечать в пылу боя, а не только перед заварухой. Благо, есть из кого выбирать, тем более что я стараюсь не отрываться от рядового состава. Кто-то морщится, мол Жорж дешевую популярность у простолюдинов зарабатывает, кто-то в принципе не понимает, зачем воспитывать дружинников. Боевого коня самому объезжать и дрессировать – это благородные господа понимают и считают почетным делом, а бойцов – нет. Странные люди, ну да мне легче – больше преимуществ. А соратники, которые с головой дружат, кое-что перенимают, повышают боеготовность баталий. Тем более, что на это есть мои прямые указания.

По сложившейся традиции свой десяток гоняю я сам. Не потому, что офигеть какой фехтовальщик – просто у меня не посачкуешь. Велел граф бежать вокруг замка – бегут столько кругов, сколько смогут. Велю стрелять – стреляют, пока центр мишени в дыру не превратится. Бегать и стрелять – первейшие добродетели дружинника. А фехтовать… дело нужное, но не основное. Да и что греха таить, я в этом искусстве тоже теперь не последний человек. Вот только по-прежнему предпочитаю, чтоб хоть небольшой щит был на руке в драке – так спокойнее. Пока магичу по вражьим ногам, пусть мои голова и корпус будут прикрыты. А боевая десятка с магом – совсем не то, что просто десяток дружинников. Чуть позже найду им командира из магов-боевиков, тогда совсем хорошо будет. Сколько раз уже пожалел, что Жана из оруженосцев на баронство посадил!

Графу дер Долинол заранее сообщили, что на дороге показался отряд баннерного рыцаря, потом еще раз сбегали и подтвердили – сын едет, его герб углядели. Так что спешивался во дворе замка Дорд уже перед светлы очи Витора. И не важно, что у себя он Жорж. Здесь в Присте и в самом сердце отца он остаётся всё тем же хрупким мальчиком Дордом, надеждой и наследником. Хотя, что значит «надежда»? Он уже оправдал все чаяния, уже дал возможность гордиться собой так, как ни один отец не может! Сын стал графом, взял на меч свой удел и удержал его в юных, но таких цепких руках. А та беда, что постигла род дер Пристов… может так и бывает в жизни – чем сильнее дерево, тем страшнее ветры, что обрушиваются на него. И пока дерево живо, оно справляется с ураганом, древоточцами, кабанами, подрывающими корни. И что примечательно – сын ни словом не упрекнул Витора, ни разу не завел разговор на такую больную тему. Рано вырос Дорд, да только ему ли сетовать на это, Витору ли плакаться?

Нормально встретились, отец обнял меня, хоть и не так, как раньше. Было в его глазах и руках что-то невыговариваемое, но стало понятно – крайним за покушение на меня самого меня же не сделают. Вот и славно, мне эта леди Анна и была никто, и сейчас тем более пустое место. Неназываемая особа.

- Молодец, что заехал, Дорд!

- Отец, а разве я мог проехать мимо? – Говорю так, и оба знаем, что мог. Ситуация не самая простая, но надо выруливать. – Еду к королю, опять понадобился зачем-то. А заодно тебя повидаю, советов послушаю умных, да поделюсь новостями.

- Знаю я твои новости, и про находки знаю. Или еще что интересное есть?

- Сейчас рассказывать или в замок пустишь да накормишь?

- Ха! Рассмешил. Пошли, сын, а то у тебя задница всегда слабовата была насчет попутешествовать. Устал в седле сидеть, посидишь на лавке.

- Да ладно тебе, отец! Я уже вырос, могу весь день в седле трястись. Хоть и не шибко люблю.

- Ну да. А кобылок так и выбираешь поспокойнее?

- Не без этого, не люблю, когда животина подо мной гонор свой начинает показывать. Не хочешь меня возить – милости просим к повару, глядишь, в виде колбасы услужишь лучше.

- Злой ты, Дорд. Коня на колбасу.

- Шучу я! Строптивых жеребцов выгоднее продать, чем под нож пускать. Но кто-то мне рассказывал, что вы с дер Булем таки сожрали твоего жеребца.

- Это была особенная ситуация, не норов подвел тогда, а крутой холм. Ну и животы подвело, не без этого.

- Сейчас нормально в плане еды? Покормишь?

- Вот же ты насмешник! Эй, подавайте умываться с дороги Дорду, а то он грязный за стол не сядет! Или сначала в бадью полезешь, ужин никуда не убежит?

- На это я пойтить не могу! Жрать давай уже!!!

Глава 7 Семья

Ужин прошел в атмосфере взаимопонимания и обильного насыщения. А потом Витор велел подавать крепкие напитки.

- Судя по цвету, это то, что я думаю. Бренди?

- Да. Мне только непонятно, как ты смог определить по цвету напиток, который ни разу не видел. И словечко это «бренди», откуда ты его взял?

- Наша вселенная – это множество миров, переплетенных между собой.

- Пугающее начало, Дорд.

- Эти миры в чём-то похожи, в чем-то различаются. Во сне или в бреду некоторые из нас получают возможность по ним путешествовать.

- Интересная теория, и сны впрямь очень хорошо ложатся в неё. Продолжай.

- В то памятное тебе время, когда я лежал без памяти на грани жизни и другой жизни, у меня было время попутешествовать подольше. Да и сейчас я иногда врываюсь куда-то сознанием.

- А почему ты раньше об этом не говорил?

- Отец, а как бы ты ранее к такой новости или, скажем, теории отнесся? Без моего успеха, без сработавших идей, без пушки…

- Ну да, мог просто посмеяться.

- Или начать жалеть, как скорбного умом.

- Дорд, ты уж не перегибай! В пятнадцать лет какие только завихрения в голове не случаются, всерьёз воспринимать такую ерунду как завиральные идеи никто не станет. Так что скажешь про напиток? Который теперь бренди. И да, раз мы его вводим в обиход, нам и решать, как он будет называться.

Я собственными руками налил бренди в бокал мутного стекла из маленького бочонка. Так бы посмотреть на густоту, полюбоваться через стекло, но только не через такое. Покачал бокал на ножке, принюхался, погрел в ладонях, снова понюхал… отпил маленький глоток и погонял по ротовой полости. Такое знакомое онемение во рту, словно заморозку вкололи – давно не ощущал его. Проглотил. Горячая волна пошла по пищеводу и вдруг исчезла. Словно напиток не дошел до желудка, впитался в организм раньше. Появилось тепло внутри, оно начало явно проявляться и разрастаться, достигнув диафрагмы. Никогда не был специалистом по крепким напиткам, особенно по коньякам и бренди. Знал только, что цена в данном случае не сильно соотносится с качеством, что у водки, что у этого как бы элитного топлива.

- И чего молчишь?

- У тебя получилось. Сам как оцениваешь, это будут пить?

- Тогда уж у нас получилось, Дорд! А насчет того, будут ли пить – если сильно дорого сделать, чтоб вот совсем неподъёмно, то будут.

- Ха! Отец, ты гений! Я сомневался в перспективах напитка, честно говоря, но подход, предложенный тобой, мне нравится. Тогда надо и название яркое. Предлагаю так: бренди сорта «Королевский». И даже скажу, почему именно такое название.

- Можешь не говорить, и так всё понятно. Королю повезешь как первому дегустатору.

- Первому после Пристов.

- А вот этого вслух никогда не говори. Даже в шутку, Дорд. У стен есть уши, а у людей амбиции и обиды.

- И коварные планы. Еще. Надо срочно найти под бренди стеклянную тару королевского уровня. Переливать, запечатывать, обёртывать в парчу или шёлк.

- А почему не в бочонке? Обоснуй.

- Во-первых, бочонок слишком большой. Дорогой напиток, самый дорогой напиток не продают в бочках, только в фиалах. А во-вторых, если его не выпьют разом, а такое не выжирают в один присест, то в бочонке бренди будет продолжать набирать вкус и цвет от дубовых клёпок.

- Это же хорошо. Нет?

- Это будет означать изменение вкуса и качества. Покупатель скажет, что напиток испортится или протух. Еще какую ерунду придумает. Это мы с тобой сейчас знаем, что чем дольше настаивается бренди, тем он дороже. Прочим вообще ничего не надо пояснять и объяснять. А то еще подделывать начнут.

- Да как они без души вина смогут? Не сгущай краски.

- Всё тайное рано или поздно становится явным. И про перегонный аппарат узнают со временем, и про магию воды. Про дубовые бочки тоже. У нас есть пара-тройка лет форы, их надо потратить на обкатку технологии.

- Да, Дорд, страшные сны тебе снятся, я смотрю.

- Угу. Ты тоже аккуратнее, не налегай на новый продукт, а то тоже начнешь по мирам ходить как я. Штука коварная.

- Да ладно, его много не выпьешь.

- Все так поначалу думают. А потом привыкают, втягиваются… С вина переходят на бренди. Естественно, я не про наш мир говорю, а про те, где его давно уже гонят.

- И что, выпивают каждый день по бокалу во время трапезы?

- Сначала на донышке перед обедом для аппетита. Потом еще и вечером за беседой с хорошим человеком. А потом оказывается, что внутренний монолог под бренди перед камином – это и есть лучшее времяпрепровождение. А ты сам свой лучший собеседник. И единственный друг себе. И человек исчезает из этого мира.

- Как ты страшно опять рассказываешь, Дорд. Вот что ты умеешь, так это нагнать страху. Неужели путешествовать по мирам – это так жутко?

- Ошибёшься с дозой, сам узнаешь. Потому как словами не передать. В иных мирах люди так гадко живут, что спрашиваешь себя: «А люди ли это?» Потом присмотришься, точно люди! Иные существа до такой страсти бы не додумались.

- Что, такая гадкая магия встречается?

- Человек и без магии то еще чудовище. Ладно, мы же еще про серебро не поговорили. – Я захотел поскорее перевести беседу на менее неприятную тему. А обсуждать производственные планы и технические проблемы для меня всегда не очень приятно. Не люблю трудиться, предпочитаю отдых во всех его формах. Ну разве что у горна постоять нравится. Но изредка, и не за деньги. И чтоб не одно и тоже всю неделю клепать. Потому как нашлёпать пятьсот одинаковых пластин для доспеха – это совсем не развлечение.

- Руду ты привез, на первый взгляд такую же, какую мы добываем у себя. Тут вопросов не возникнет с её обработкой. Предлагаешь её у нас молотить?

- Да, проще в одном месте концентрировать однотипные производства. Тем более, что добыча серебра налогом не облагается, король снимает долю с готового продукта. Будешь в графстве оставлять какую-то справедливую долю за переработку. А мне мою долю в серебре возвращать. Так нормально?

- Согласен, тогда оба наши графства в прибытке будут. А самородки, что по ним скажешь?

Отец не боялся поднимать самые «трепетные» вопросы, потому как ужинали мы без посторонних ушей. Даже слуг прогнали сразу после сервировки стола. Даже Коро – оруженосца своего Витор отослал. Нечего им уши греть, лето на дворе. По поводу возможной прослушки – это уже зона ответственности Витора. Я не буду влезать в его систему безопасности. Или это я начал рассуждать как независимый правитель, который опасается обидеть соседа? Ну и правильно, в одних вопросах я Витору наследник, а в других – союзник.

- Самородного серебра находим немного. Настолько, что отдельно поиск и добычу не организовывал.

- Это вы зря. Если немного и случайно нашли в отвалах, надо искать его выход. По ручьям, по разломам… ищите. Как планируешь его реализовывать?

- Вот! Именно этот вопрос я сам себе задавал-задавал, а потом определился. Отец, я хочу чеканить гульден Иманта.

- Денарий.

- Что?

- Это мы его по привычке гульденом зовём, а у них он называется денарий. Мог бы уже знать.

- Да и ладно! По массе он почти такой же, чуточку тяжельше. Тяжелее. У меня по Долинолу он ходит в полный рост.

- Да, в Мерсалии его тоже охотно принимают, даже к меняле можно не обращаться. Значит, в фальшивомонетчики подашься? Преступишь закон.

- Нет, конечно, нет!

- Не понял. Как это нет?!

- Мой закон – Якоб Третий. И в уложении законов нет ничего про подделку монет чужой страны. А Георг мне враг, я и земли его воевал, и войско урезал. А сейчас буду вести войну экономическими методами.

- Дорд, я не сомневаюсь, ты любую дичь можешь вывернуть так, что тебе же и должны за неё будут. Тебя мытарем поставь, ты и за сбор налогов бы стал брать деньги. Не прими мои слова как оскорбление.

- В чём-то ты прав, отец. А если по существу моей идеи?

- По существу… Раз серебро от тебя не утаили, значит не откровенный сброд у тебя трудится. И Виго мой оказался приличным человеком. Ты его в это дело не вовлекай, не потянет он такое, изведется.

- Угу. Понимаю. Там серебра пока на выделку немного, думаю, мы с кузнецом этот вопрос решим. Сами сделаем оттиск, а потом он будет втихую чеканить. Давно он уже при мне, таскается везде, ни разу не подвёл. Даже совестно немного, что от тебя свёл такого башковитого.

- Да ладно, мне Вогула хватает. Он уже пару новых помощников себе подготовил. Вот только всё вздыхает, что с тобой ему сподручнее было. И идеи твои забавные всегда.

- Еще бы не вздыхать ему! Целый зачарователь под боком был. Ничего, пусть учится как все ручками добиваться того же.

- А так разве можно?

- Не всё, но можно. Так что, думаешь, получится у меня?

- Пробуй, Дорд. Не скажу, что ты много на этом выгадаешь, но даже то, что у тебя в кубышке будут никем не учтенные деньги, даже это хорошо.

- То есть, за мной следят и считают?

- Тебя измерили, взвесили и… каждый год взвешивают снова. Уверен, что Якоб Третий установит твоему графству налог не в пример тому, что платил Фриго, когда был жив.

- Вот тоже персонаж был! Не полезь он к нам, мы бы так и жили тихо-мирно. Гнали бы бренди да из пушки по галкам палили.

- Не уверен, Дорд. Если ты помнишь, то твоя первая дуэль с послом Иманта никак не объяснялась нападением Фриго на нас. Ты бы всё равно куда-нибудь влез, мне так кажется.

На следующий день я уже покинул родовой замок, меня ждал король, и сильно тянуть было неприлично. Тем более, что я надеялся выпросить у него что-нибудь полезное, например денег. А еще неплохо было бы получить еще денег. Потому как титулов мне хватает, висюлек на грудь здесь еще не придумали, а какой-нибудь разукрашенный каменьями меч мне без надобности. Понтами мериться не привык, а в бою лучше боевое оружие, которое я как маг-зачарователь и сам могу сделать. Вернее взять чужое приличное и превратить в совсем уж замечательное. Жил Жорж Милославский себе, жил, и не чаял, что на старости лет станет легирующей добавкой. Да и со старостью у него не срастается. В смысле, у меня.

Графский выезд – это вам не просто караван. Он скорее правительственный кортеж, пусть не главы государства, а какого-нибудь... всё-таки губернатора. Мигалка, внедорожники с охраной, помощники и обслуга. На дороге не везде можно нормально разъехаться, и тогда баннер как мигалка даёт понять встречным-поперечным, кто кого должен пропускать. Затор или даже заруба может возникнуть только в том случае, если навстречу другой граф попадется. И тогда заруба – это не просто слово, а возможный вариант развития событий. Махать стволами и стрелять вверх в данной реальности могу только я, но мне по рангу не положено такие ситуации разруливать. Кто должен? Мои вассалы из числа благородных, которых у меня сейчас нет. Прежде, чем бить магией по площадям в таких случаях полагается представить своего сюзерена, объяснить его неописуемую крутость. А потом да, потом можно и магией по встречному кортежу, если урон чести совсем уж несусветный. А можно и на дуэль вызвать соперника, повод нешуточный – честь графа. Я не очень понимаю, как мою честь может задеть то, что наш кортеж одним колесом пойдет по обочине, но такие порядки. Ждёте, что я сейчас начну описывать, как мы стёрли с лица земли какого-нибудь несчастного графа с его свитой? Не дождётесь. У меня ни одного мага, только пистоли в седельных кобурах, а еще ни одного графа по пути не попалось. Но мысли были про необходимость крепкого силовика в отряде. Где их берут, кто бы мне подсказал.

Ладно, поищу в столице себе кого-нибудь из гордых, благородных, но бедных шевалье. К слову сказать, одного кандидата мне подсказал Зигрид. Вот только этот весьма учёный дядька, знакомец Зигрида, не боевик ни разу. Слабый воздушник на уровне ветра, не способный отклонить град стрел или скинуть с парапета крепости её защитника. Ценность его, если верить архитектору в другом – он отличный управляющий со стажем и рекомендациями.

Прошлый сюзерен его отдал концы, а наследник не желает с ним иметь дел. Я поначалу удивился, но по словам всё того же Зигрида история банальная и смешная: молодой хозяин большого поместья не хочет терпеть рядом с собой того, кто постоянно подрезал крылья его хотелкам, не выделял денег на карманные расходы сверх определенного отцом лимита. Короче вел себя управляющий как бессмертный, вернее бессменный и незаменимый. За что и поплатился местом после кончины своего господина. Шевалье Блез сейчас проживает в маленьком съемном домике в Новограде средства, накопленные на службе. Думаю, это тоже неплохо характеризует кандидата в мою свиту – если после десяти лет управления финансами в крупном поместье у человека денег хватает не на особняк, а на съемный домик, значит он или не финансист, или не воровал. А магические его способности мне без надобности, пусть цифры складывает и вычитает.

И вот тут еще один момент – в здешнем обществе пока не используются нормальные цифры, адекватная десятичная система и счет в столбик. Мне жутко стало, когда я заглянул во все эти талмуды, испещренные длинными строчками римских цифр. Только здесь они называются Константиновы цифры в честь какого-то Константина. Кого мог, того подучил нормальной записи чисел и простым арифметическим действиям. И даже не удивлялся особо – в моем старом мире китайцы и японцы тоже вместо сложения и умножения в столбик рисуют какие-то треугольники и всякую фигню. Если я не путаю. Кого уже научил? Витора, сестер, служанок, Прова, Виго, это которого пытался прокачать до управляющего. Но теперь думаю, если Блез понравится и согласится мне служить, его поставлю за графством присматривать.

Сам про себя проговариваю, пока в седле трясусь и ловлю себя на мысли – мне и впрямь служат, а не работают на меня, как говорили в той жизни. Работа, она обычно от сих до сих, а служба – это когда могут и жизнь положить за сюзерена, если обстоятельства требуют. Потому как клятва верности и всё такое. Понятия у людей такие, и не только у благородных. Простолюдины, они тоже в этой парадигме живут. Тупят, ленятся, ловчат как могут, но случись что, понимают свою обязанность стоять за господина насмерть. Не скажу, что все поголовно так себя ведут, но многие – и это сейчас норма. Те, кто в этом плане, в плане служения выделяется, тех обычно приближают, делают ближними слугами, доверенными лицами. А это и влияние другое в своей среде, и жалование тоже. Так что есть резон верно служить. Про аристократов и не говорю, там вообще всё прозрачно. Вон у меня за службу прямо баронства в лен получают мои вассалы, поди неплохо!

Так за раздумьями, за рассказами Далии и Снежаны про всякое дорога и окончилась. Неторопливый мир и меня научил не спешить, не суетиться, даже наслаждаться дорогой, этим ужасом цивилизованного человека. Да, весь день в седле. Да, спать приходится не дома, а на постоялых дворах или даже в шатре. Да, пища на открытом огне, а не томлёная в горшочке. Но если бы не было в этом чего-то такого манящего, то с какого перепугу бы в моих прошлых мирах молодежь и взрослые так рвались в походы и на пикники? Вот он, поход, вот он, пикник. Вот лошадки, пахнущие конским потом, навозом и звериным теплом, вот костер и шашлыки, которые втихаря я разрешаю готовить своим бойцам. Так-то официально это блюдо исключительно для благородных и в их исполнении, но когда никто не видит…

Мой старый уютный столичный дом, наконец-то я смогу жить так, как мне нравится! Когда во второй половине дня мы подъезжали к Пригороду, один из слуг рысью ускакал вперед предупреждать домашних, что сейчас приедет хозяин. Так что дома меня встречали как положено. Ванна греется, кухонная печь растоплена, что-то там уже наверняка шкворчит, в покоях убраны малейшие намеки на пыль. У крыльца стоят сёстры, сзади слуги, охранники. Всё чинно, всё как надо – красота! Сёстры склоняются в реверансе, прочие кланяются вообще в пояс. Кормилец приехал.