«Багряный Пакт»

БАГРОВЫЙ ПАКТ ТОМ 1

Глава 1: Кровь и туман Уайтчепела

Лондонский туман в октябре 1888 года напоминал живое существо. Он наползал со стороны Темзы, тяжелый, желтоватый от угольного дыма, и оседал липкой влагой на булыжных мостовых Уайтчепела. В этом месте туман не просто скрывал очертания домов — он прятал грехи. А еще он пах сыростью, дешевым джином и запекшейся кровью.

Морвен Ашкрофт-Райт шла по Митр-сквер, плотнее кутаясь в поношенное шерстяное пальто. В её правой руке был зажат тяжелый кожаный саквояж акушерки. Пальцы онемели от холода, но она не замедляла шаг. Где-то в глубине этих трущоб, в каморке без окон, её ждала женщина, у которой начались преждевременные роды. Смертные в Уайтчепеле боялись темноты. Они запирали двери на все засовы, шепча имя Джека-Потрошителя — мясника, который резал женщин прямо под тусклыми газовыми фонарями [!].

Но Морвен не боялась маньяка. Она знала, что за личиной Потрошителя скрывается нечто куда более голодное и древнее.

Из темноты переулка донеслось тяжелое шарканье.

Из тумана соткался силуэт мужчины — высокий, в длинном черном пальто, с лицом, наполовину скрытым темным шарфом. Сердце Морвен пропустило удар, рука крепче сжала рукоять саквояжа.

— Слишком поздно для прогулок, сестра, — раздался спокойный, хрипловатый голос.

Морвен облегченно выдохнула. Из полумрака вышел Андрей. Её старший брат. Человек, который управлял теневой изнанкой этих трущоб. Он знал каждого вора, каждого скупщика краденого и каждую банду от доков до Майл-Энда. Андрей был её щитом в этом проклятом городе [!].

— Меня ждут в Милл-Ярд, Андрей. Ребенок пойдет ногами вперед, если я не успею, — быстро проговорила она.

Чат Морвен Ашкрофт — Багровое Наследие:

— Ты не успеешь, — Андрей подошел ближе, и в свете газового фонаря Морвен увидела, как блеснули стекла его очков. Но под очками его взгляд был прикован к чему-то за её спиной. — Туман сегодня слишком густой. И в нем охотятся те, перед кем пасует даже сталь моих парней.

Морвен обернулась. В тридцати шагах от них, у кирпичной стены, стоял человек. Его одежда кричала о богатстве: безупречный шелковый цилиндр, дорогой костюм-тройка, трость с набалдашником из чистого серебра. Но в его позе не было человеческой легкости. Он замер со сверхъестественной, пугающей неподвижностью, словно статуя. Из-под полей цилиндра на брата и сестру смотрели два ледяных, фосфоресцирующих глаза.

Это был Лорд Алистер из клана Вентру — один из тайных правителей ночного Лондона [!].

— Вы двое... — голос аристократа прозвучал прямо в их головах, заставив Морвен вскрикнуть от внезапной боли, а Андрея — инстинктивно потянуться к револьверу за пазухой. — Вы выживаете в этой грязи с грацией, которая недоступна скоту Уайтчепела. Вы не боитесь смерти. Значит, вы достойны служить мне в вечности.

Алистер сделал шаг вперед. Туман вокруг него словно расступился. Андрей успел лишь вскинуть руку, закрывая собой сестру, когда бледные пальцы Вентру железной хваткой сомкнулись на его шее. В ту же секунду Морвен повалили на холодный булыжник невидимые тени.

— Я дарую вам Становление, — прошептал Вентру, обнажая клыки, на которых тускло отразился свет уличного фонаря. — Вы станете моей идеальной армией в трущобах.

Боль была мгновенной и абсолютной. Кровь Алистера, густая и раскаленная, хлынула в их вены, выжигая остатки человечности. Но Уайтчепел, впитавший в себя проклятие тысяч замученных душ, не пожелал отпускать своих детей в высшее общество бессмертных.

В ту самую секунду, когда их сердца остановились, внутри брата и сестры что-то сломалось. Изысканная, чистая кровь Вентру начала чернеть и гнить, вступая в конфликт с проклятой землей трущоб.

Андрей упал на колени, его тело сотрясали судороги. Он чувствовал, как его кожа бледнеет и покрывается шрамами, как черные вены проступают на висках, а ногти превращаются в когти [!]. Морвен кричала рядом — её некогда прекрасное лицо искажалось, принимая черты ужасающего монстра.

Они перерождались. Но не в прекрасных аристократов. Они становились Носферату [!].

Лорд Алистер отшатнулся в глубоком отвращении, глядя на то, в каких уродливых тварей превратились его новые слуги.

— Брак... Грязнокровки, — выплюнул Вентру, брезгливо вытирая платком каплю крови с губ. — Сгиньте в канаве, где вам и место.

Аристократ растворился в тумане, оставив их умирать на мокрой мостовой. Но Андрей Райт не собирался умирать.

Он поднялся на ноги. Его лицо было обезображено проклятием, но взгляд за стеклами треснувших очков горел яростной, неопознанной силой Старейшины [!]. Он протянул когтистую руку своей сестре Морвен, помогая ей встать. Из темноты подвалов и сточных решеток на их зов начали выползать первые крысы — сотни, тысячи мелких горящих глаз окружили брата и сестру.

— Он думает, что выбросил нас, Морвен, — тихо, но твердо сказал Андрей, глядя в темноту, куда ушел их сир. — Но он забыл, что мы выросли в этой грязи. Теперь этот город принадлежит нам. Мы спустимся вниз. И вся элита Лондона еще приползет к нашему трону.

Морвен посмотрела на свои окровавленные руки, затем на брата, и на её искаженных губах появилась пугающая улыбка. В эту ночь в тумане Уайтчепела родился Багровый Пакт

Глава 2: Хозяева подземелий

Канализация Лондона, построенная великим инженером Базальджеттом, была чудом викторианской эпохи для смертных. Но для Носферату она стала огромным, раскинувшимся под всей столицей государством из кирпича, камня и зловонной воды. Здесь, внизу, не было законов королевы Виктории. Здесь правил вечный мрак.

Андрей шел впереди, уверенно ступая высокими сапогами по узкому выступу над бурлящим потоком нечистот. В его правой забинтованной руке был зажат тяжелый железный факел, чье тусклое оранжевое пламя едва разгоняло вековую тьму туннеля [!]. На его плече, вцепившись когтями в сукно пальто, сидела огромная старая крыса с разорванным ухом [!]. Андрей звал её Шрамом.

Морвен шла следом. Её движения изменились: исчезла человеческая девичья походка, теперь она двигалась бесшумно, плавно, словно хищная кошка, готовая к прыжку [!]. Её изорванная шаль волочилась по сырым кирпичам.

— Они следят за нами, брат, — тихо прошептала она. Её голос, когда-то нежный, теперь отдавал свистящим змеиным шепотом [!].

Андрей остановился и поднял факел выше [!]. Стены туннеля зашевелились. Но это были не крысы. Из круглых сточных отверстий, из глубоких ниш в стенах и просто из непроглядной темноты впереди начали выходить существа.

Они были истощены, их одежда превратилась в гнилое тряпье, а лица были изуродованы до такой степени, что человеческий череп едва угадывался под бугристой, серой кожей. Местные Носферату Лондона [!]. Подземные крысы, которые веками питались объедками со стола элиты Камарильи [!]. Одичавшие, озлобленные и забытые всеми.

— Кто... вы такие? — раздался рычащий голос из темноты. На свет вышел старик с неестественно длинными руками и полностью слепыми, белесыми глазами. — Чужаки. От вас пахнет... кровью Вентру [!]. Голубая кровь не спускается в дерьмо Уайтчепела.

Толпа диких вампиров угрожающе зарычала, обнажая длинные, неровные клыки. Они были готовы разорвать пришельцев на куски.

Морвен инстинктивно пригнулась, её когти со скрежетом полоснули по кирпичной стене, но Андрей остался стоять неподвижно. Он медленно снял очки, аккуратно спрятал их в карман пальто и посмотрел прямо в слепые глаза старика [!]. В его глазах не было страха. В них горела Железная Воля Старейшины [!].

— Кровь Вентру, которая была в нас, сгнила в ту ночь, когда наш сир выбросил нас в канаву, — громко и отчетливо произнес Андрей, и его голос эхом разнесся по бесконечным туннелям [!]. — Нас зовут Райт. И мы пришли не просить у вас приюта. Мы пришли дать вам силу.

Старик-Носферату принюхался, а затем презрительно сплюнул в воду:

— Силу? У нас есть только грязь и секреты, которые мы выковыриваем из мусора богачей. Мы черви, парень. И мы знаем свое место.

— Тогда смотрите, на что способны черви, когда у них появляется вождь, — Андрей сделал шаг вперед и с силой вонзил горящий факел в щель между камнями мостовой [!].

Он закрыл глаза и обратился к той темной, дикой силе, что бурлила в его измененной крови. Это было не изящное Доминирование аристократов — это был зов самой бездны [!]. По туннелям пронесся низкий, едва слышимый гул.

Через секунду сточные трубы завыли. Из всех щелей, из каждого водостока лавиной, сплошным черным ковром вырвались миллионы крыс [!]. Они бежали сплошным потоком, заполняя все пространство, но не трогали Андрея и Морвен [!]. Они окружили диких Носферату, заставив их в ужасе прижаться к стенам.

Морвен шагнула вперед, и крысиное море расступилось перед ней, словно подчиняясь своей королеве [!].

— Мы знаем каждую щель в Уайтчепеле, — сказала она, глядя на подземный клан [!]. — Мы знаем, какие грехи прячут лорды Камарильи в своих особняках. Мой брат Андрей объединит нас. Мы сотрем в порошок тех, кто считает нас монстрами.

Слепой старик медленно опустился на одно колено, чувствуя, как у его ног преданно замерли тысячи крыс [!]. За ним один за другим на колени начали падать остальные подземные вампиры [!]. Они впервые обрели того, кто готов был вести их на войну.

Андрей посмотрел на коленопреклоненный клан, затем на сестру [!]. Первое кирпичное здание подземной империи было заложено.

— Наш сир Алистер думает, что избавился от брака, — тихо произнес Андрей, глядя во тьму, ведущую к центру Лондона [!]. — Скоро мы заставим его заглянуть в наши глаза. И это будет последнее, что он увидит.

Глава 3: Сеть шпионов

Прошел год с той ночи, когда кровь Вентру сгнила в венах брата и сестры Райт. За этот год карта подземного Лондона изменилась навсегда. Андрей не просто сплотил диких Носферату — он превратил их в безжалостный, четко работающий часовой механизм, шестеренками которого были миллионы крысиных лап.

В огромном коллекторном зале, который Андрей сделал своим тронным залом, было относительно сухо. На стенах горели факелы, а посреди зала лежал огромный кусок старого гранита, заменяющий стол. На нем были разложены обрывки карт Лондона, исписанные ровным почерком Андрея.

— Алистер созывает совет примогенов Камарильи в Мейфэре, — Морвен соткалась из тени у правого плеча брата так бесшумно, что даже крысы не пискнули. Её облик Носферату стал еще более хищным, а капюшон скрывал бледное лицо. — Он хочет занять место Князя. Думает, что скупил все банки города.

Андрей медленно поправил очки, не отрывая взгляда от карты.

— Алистер всегда был слишком предсказуем, — спокойно ответил Андрей, и в его голосе прозвучали стальные нотки Старейшины. — Он думает категориями золота. Но в Лондоне есть валюта гораздо дороже. Информационный голод.

Андрей повернулся к клеткам, стоящим у стены. В них сидели самые крупные, умные и преданные крысы, которых Морвен дрессировала месяцами.

— Пора активировать нашу «Шпионскую сеть», — Андрей подошел к клеткам и открыл одну из них. Огромный пасюк послушно взобрался по его рукаву и замер, преданно глядя на хозяина. — Камарилья думает, что Носферату — это просто мусорщики. Они не понимают, что мы слышим каждый их шепот через стены, каждую сделку в закрытых клубах Сохо, каждую измену в Мейфэре.

Андрей закрыл глаза, на секунду активируя ментальную связь с выводком.

— Иди, — прошептал он зверьку. — Слушай. Запоминай. Каждый контракт, который подписывает Алистер. Каждую каплю крови, которую он проливает.

Крыса спрыгнула на пол и мгновенно исчезла в вентиляционной трубе, ведущей наверх, в надземный мир богатства и лицемерия. За ней в темноту туннелей безмолвно потянулись сотни других пушистых шпионов.

Морвен подошла к столу, её когти тихо забарабанили по граниту.

— А если Алистер узнает, что это мы? Что если он пришлет своих карателей-гулей в канализацию? [2, 12]

Андрей посмотрел на сестру, и на его лице появилась холодная, уверенная улыбка:

— Пусть присылает. Это его слуги привыкли к коврам и блеску люстр. Здесь, внизу, каждый кирпич принадлежит нам. Каждый поворот туннеля — это ловушка. Если они спустятся сюда, они просто накормят наших детей.

Он взял со стола тяжелый серебряный перстень с гербом Вентру — единственную вещь, которую он сорвал с одежды их сира в ночь Становления, перед тем как тот сбежал. Андрей с силой сжал его в кулаке.

— Мы не просто уничтожим Алистера, Морвен. Мы заставим его Камарилью саму приползти к нам на коленях, когда у них не останется тайн друг от друга. Наш «Багровый Пакт» только начинается.

Глава 4 Шелковые нити Тореадор

Канализационные стоки под районом Мейфэр были чище и суше, чем в Уайтчепеле, но даже сюда благородные вампиры из высшего общества Камарильи никогда не спускались добровольно [!, !]. До сегодняшней ночи.

Андрей сидел на своем каменном троне, лениво перебирая серебряный перстень Алистера [!, !]. Вдруг Шрам — старый пасюк на его плече — предупреждающе зарычал, уставившись в темноту южного туннеля [!]. Через секунду шаги услышал и сам Андрей. Это были не тяжелые сапоги Носферату и не шуршание крыс [!, !]. Это был легкий, ритмичный стук дорогих каблуков по мокрому кирпичу. Стук, который звучал так вызывающе, словно незнакомка шла не по сточной канаве, а по паркету королевского дворца.

Из темноты, аккуратно приподнимая подол роскошного шелкового платья в пайетках, вышла женщина [!]. Её безупречная кожа светилась в тусклом свете факелов, а золотые волосы были уложены в идеальную прическу [!]. В руке она держала кружевной платок, пропитанный дорогими духами, который безуспешно пыталась прижимать к носу.

Это была Аннабелла Райт — Примоген клана Тореадор и самая опасная женщина надземного Лондона [!].

— Мои шпионы уверяли меня, что в этих трубах завелась крысиная стая, — Аннабелла остановилась в пяти шагах от трона, смерив Андрея ледяным, но оценивающим взглядом [!, !]. — Но они забыли упомянуть, что у этой стаи появился король [!].

Андрей медленно надел очки и посмотрел на прекрасную гостью [!]. Миллионы крыс безмолвным ковром заполнили стены за его спиной, готовые по первому сигналу разорвать Тореадор на части [!].

— Клан Тореадор обычно не пачкает свои туфли в дерьме Уайтчепела, Аннабелла, — спокойно ответил Андрей, и его голос заставил примогена слегка вздрогнуть [!, !]. — Что привело хозяйку ночных клубов Сохо в мое королевство [!]?

Аннабелла опустила платок и сделала еще шаг вперед. В её глазах не было страха, только холодный расчет.

— Лорд Алистер стал слишком жадным, Андрей, — тихо произнесла она, сделав ударение на имени Вентру [!, !]. — Он хочет подмять под себя совет примогенов и объявить себя Князем Лондона [!]. Если это случится, мой клан потеряет всё. Мне нужны твои глаза и уши. Мне нужны секреты, которые твои крысы выковыривают из его сейфов [!, !].

Андрей Райт оперся подбородком на когтистую руку и пугающе улыбнулся:

— Вы, Тореадор, считаете нас монстрами, пока вам не понадобится перерезать кому-то глотку чужими руками [!, !]. Почему я должен помогать тебе против нашего общего сира [!]?

Аннабелла Райт сделала глубокий вдох и достала из-за корсета бархатный мешочек:

— Потому что я знаю, как уничтожить его финансовую империю. Мы заключим новый пакт, Старейшина [!]. Твоя шпионская сеть и мое влияние в высшем свете [!, !]. Мы свергнем Алистера вместе [!].

Глава 5 Искусство шантажа

Андрей Райт медленно перевёл взгляд с бархатного мешочка, который Аннабелла положила на гранитный стол, на саму Примогена Тореадор. Миллионы крысиных глаз за его спиной тускло мерцали в темноте катакомб.

— Ты предлагаешь мне золото и союзы, Аннабелла, — спокойно произнёс Андрей, и его голос эхом разнёсся под кирпичными сводами. — Но клан Носферату не торгует вслепую. Мы знаем, кто ты. Мы знаем, как ты управляешь своей галереей в Хакни, превращая высокое искусство в инструмент джентрификации, чтобы вышвырнуть Анархов с их улиц.

Аннабелла Райт слегка прищурила свои завораживающие глаза. Её безупречное лицо, способное очаровать любого смертного или Сородича, оставалось маской холодного величия.

— Если ты это знаешь, Старейшина, то понимаешь, что у меня есть сила. Самые влиятельные уличные художники, музыканты и блогеры Лондона поют под мою дудку, связанные узами моей крови. Даже один дикий Гангрел теперь лижет мои руки, служа мне цепным псом.

— Да. Ты покровительница талантов, которая пьёт их жизни ради прибыли. Ты эксплуатируешь бедняжку Аврору Торес. Но твоё искусство манипуляции дало трещину, не так ли? — Андрей подался вперёд, и пламя факела отразилось в стёклах его очков. — Моя шпионская сеть докладывает, что твоя новообращённая дочь, Лили Валентайн, плевать хотела на твои приказы. Она выходит из-под контроля, Аннабелла. И если Анархи узнают, как сильно ты уязвима из-за неё, твоя галерея сгорит дотла вместе со всей твоей роскошью.

Слова Андрея ударили точно в цель. Идеальная осанка Тореадор на секунду дрогнула. Воздух в туннеле словно похолодел. Аннабелла поняла: этот обезображенный Носферату видит её насквозь.

— Чего ты хочешь, Райт? — её голос потерял напускную сладость, став острым, как бритва.

— Мне не нужны твои обереги от Тремере, которые ты вымениваешь на секреты своего клана. И мне плевать, что ты продвигаешь Кэтрин Диконс на трон Лондона. Мне нужен Лорд Алистер. Он задолжал двум грязнокровкам из Уайтчепела долг крови. Твои художники и связи помогут мне перекрыть его финансовые потоки на поверхности, а мои крысы сделают так, что Лили Валентайн останется жива и твои враги не доберутся до неё.

Из тени за троном бесшумно выступила Морвен в своём темном плаще. В её когтистой руке был зажат старый медицинский скальпель акушерки.

— Пакт, Аннабелла, — прошипела Морвен, протягивая руку. — Твой блеск и наше уродство. Мы задушим Алистера вместе.

Аннабелла Райт посмотрела на брата и сестру. Вокруг её ног уже бесшумно вилась лавина крыс, но её завораживающий взгляд встретил холодную, Железную Волю Андрея. Она поняла, что у неё нет выбора. Её прошлые решения уже настигали её, и эти монстры из канализации были её единственным шансом выжить.

Тореадор медленно стянула дорогую кружевную перчатку, обнажив бледную кожу, и протянула руку Андрею. Когда его когти сжали её тонкие пальцы, Багровый Пакт надземного и подземного Лондона был официально заключен.

Глава 6 Багровый Пакт в действии

Удар по Лорду Алистеру должен был быть молниеносным, скрытным и хирургически точным. Андрей Райт не собирался устраивать открытую войну на улицах Мейфэра — он предпочитал обескровить своего сира, лишив его главного оружия: золота, влияния и чувства абсолютного контроля.

В закрытом вип-зале элитного лондонского банка, где Алистер хранил свои самые важные контракты и конфиденциальные долговые расписки примогенов, было тихо. Смертная охрана спала глубоким сном прямо за своими столами — Аннабелла Райт лично позаботилась об этом, отправив в банк одного из своих карманных музыкантов, чей гипнотический голос усыпил весь персонал за считанные минуты.

Внутри самого хранилища, перед массивной стальной дверью сейфа, соткались две тени. Андрей Райт спокойно поправил очки, изучая сложный кодовый замок. Рядом с ним стояла Морвен, её пальцы нетерпеливо сжимали рукоять скальпеля.

— Механизм защищен оберегами Тремере, брат, — тихо прошептала она, вглядываясь в едва заметное магическое свечение вокруг стальных петель. — Если мы прикоснемся, Алистер узнает об этом в ту же секунду.

— Алистер защитил сейф от вампиров, но он слишком презирает тех, кто ползает у его ног, — Андрей пугающе улыбнулся и протянул руку к вентиляционной решетке под потолком. — Аннабелла передала нам точные схемы этих оберегов. Мы обойдем их.

Из вентиляции бесшумной лавиной хлынули крысы. Сотни мелких, юрких пасюков под предводительством старого Шрама во главе заполнили комнату. Они не прикасались к ручкам замка, на которые была наложена магия крови. Вместо этого они пролезли в узкие технические щели за обшивкой сейфа. Раздался противный хруст, скрежет зубов о металл и свист перекушенных медных проводов. Магическая цепь, питавшая обереги Тремере, заискрилась и погасла.

Тяжелая стальная дверь с глухим щелчком приоткрылась.

Морвен мгновенно скользнула внутрь, её когти замелькали среди бархатных коробок и стопок бумаг. Меньше чем за минуту она нашла то, за чем они пришли — толстую кожаную папку с личной печатью Лорда Алистера. В ней хранились оригиналы контрактов на покупку акций ведущих судоходных компаний Лондона и, самое главное, расписки, доказывающие, что Алистер тайно финансировал охотников на вампиров, чтобы устранять своих конкурентов в совете Камарильи.

— Это уничтожит его, — Морвен прижала папку к груди, её глаза безумно блеснули во тьме хранилища. — Совет примогенов разорвет его на части, как только Аннабелла покажет им эти бумаги.

— Не так быстро, сестра, — Андрей остановил её, положив когтистую руку на её плечо. — Если мы отдадим всё Аннабелле прямо сейчас, мы просто сменим одного хозяина на другого. Тореадор хитры, их шелковые нити могут задушить не хуже железной хватки Вентру.

Андрей Райт достал из кармана пальто серебряный перстень Алистера и аккуратно положил его на пустую полку сейфа — прямо туда, где лежали документы. Это была их личная подпись. Черная метка из Уайтчепела.

— Мы оставим оригиналы контрактов себе. Это наш главный щит. А Аннабелле мы отдадим лишь копии, которых хватит, чтобы пошатнуть трон Алистера, но не уничтожить его окончательно. Пусть они грызут друг другу глотки на поверхности. А мы будем наблюдать из тени.

Морвен понимающе кивнула и спрятала документы под плащ. Через секунду хранилище банка снова опустело, оставив спящую охрану и распахнутый сейф, в глубине которого тускло поблескивал серебряный перстень. Первая фигура на шахматной доске ночного Лондона была сдвинута. Багровый Пакт начал приносить свои первые кровавые плоды.

Глава 7: Гнев Сира

Лорд Алистер Райт не кричал. В обществе высокородных Вентру крик считался признаком слабости, непозволительной роскошью для тех, чья кровь правила финансовыми империями Камарильи. Но то, что происходило сейчас внутри его личного банковского хранилища в Мейфэре, было хуже любого оскорбления. Это был крах.

Алистер стоял посреди разгромленного сейфа. Его безупречный черный шелковый жилет был залит холодным светом электрических ламп, а дорогой галстук слегка сбился набок. Вокруг его лакированных туфель ровным слоем лежали пустые папки. Документы, которые собирались десятилетиями — долговые расписки примогенов, тайные контракты, имена его личных охотников-гулей — всё исчезло.

Его бледная рука судорожно сжимала крошечный предмет, найденный на пустой полке. Старый серебряный перстень с печатью его собственного дома. Тот самый перстень, который у него сорвал грязный оборванец в тумане Уайтчепела год назад, перед тем как сгинуть в сточной канаве.

— Этого не может быть... — прошептал Алистер. Его голос, обычно гипнотический и мягкий, сорвался на свистящий хрип. — Они мертвы. Я лично оставил их гнить в дерьме Уайтчепела.

Вдруг аристократическая маска Лорда Вентру окончательно треснула. Его глаза вспыхнули леденящим, диким голодным светом, а губы обнажили длинные, острые клыки. Разум древнего вампира захлестнуло Безумие — первобытный гнев Зверя. Он с силой ударил кулаком по стальной обшивке сейфа, оставив на тяжелом металле глубокую вмятину.

— Носферату... — прорычал Алистер, и от этого звука двое его смертных охранников, только что пришедших в себя у входа, в ужасе упали на колени. — Хакеры, крысы, туалетные черви! Как они посмели прикоснуться к моему золоту?!

Он мгновенно вспомнил вчерашний вечер. Вспонил, как Аннабелла Райт загадочно улыбалась ему на приеме в Мейфэре, как её уличные музыканты крутились возле здания банка. Картинка в его голове сложилась в единый, ужасающий заговор. Он понял, что Примоген Тореадор объединилась с кем-то из подземного мира, чтобы уничтожить его притязания на трон Князя.

Алистер Райт глубоко вдохнул, заставляя Зверя внутри себя отступить, и бережно спрятал серебряный перстень в карман жилета. Ярость сменилась ледяным, расчетливым желанием убивать.

— Вы хотите войны в тени? — тихо произнес Лорд Вентру, обращаясь к пустой вентиляционной решетке, из темноты которой на него внимательно смотрели два маленьких бусинообразных крысиных глаза. — Вы её получите. Я сожгу Хакни дотла. И я залью серебром каждую крысиную нору под этим городом, пока вы сами не взмолите о смерти.

Алистер резко развернулся и зашагал к выходу из банка. Он еще не знал, что Старейшина Андрей Райт просчитал этот шаг до секунды. Алистер шел прямиком в ловушку, которую для него приготовил Багровый Пакт.

Глава 8 Охота в Хакни

Ночные улицы Хакни, обычно бурлящие неоновым светом, музыкой и уличным искусством, к трем часам ночи безмолвно замерли. Аннабелла Райт не зря гордилась этим районом — её джентрификация превратила бывшие трущобы в личную империю, где каждый уличный музыкант и граффитист был её глазами [!]. Но сегодня над Хакни нависла тень Лорда Алистера.

У парадного входа в художественную галерею Аннабеллы остановился тяжелый черный кэб. Из него вышли трое. На них не было дорогих костюмов Вентру — это были личные ищейки и смертные слуги Алистера, накачанные его вампирской кровью [!, !]. В их руках были скрыты тяжелые арбалеты с зажигательными стрелами и канистры с керосином. Алистер выполнял свою угрозу: он пришел сжечь наследие Тореадор [!].

Их главной целью была Лили Валентайн — новообращенная дочь Аннабеллы, которая упрямо отказывалась подчиняться матери и проводила ночи в подвальной студии галереи, рисуя свои безумные, полные вампирского голода картины [!]. Тайные гости бесшумно взломали замок и скользнули внутрь, готовые пролить кровь.

Они не знали, что в темноте за углом здания уже затаилась Морвен Райт [!]. Её темный плащ полностью сливался со стеной, а в руке привычно поблескивал скальпель акушерки [!].

— Они внутри, брат, — тихо передала Морвен по ментальной связи [!].

В этот же момент в глубоких катакомбах под Хакни Андрей Райт сидел перед своей картой [!, !]. На его коленях лежал старый револьвер. Он медленно поправил очки [!].

— Начинайте, — коротко приказал Старейшина [!]. — Алистер совершил ошибку, на которую я рассчитывал. Он прислал смертных туда, где правят наши шпионы [!, !].

Внутри галереи незваные гости уже разливали керосин по паркету, когда тишину зала нарушил странный звук. Сначала это был тихий шелест, который быстро перерос в нарастающий, оглушительный гул.

Из вентиляционных решеток, из-под плинтусов и прямо из темных углов выставочного зала живой лавиной хлынули крысы [!]. Тысячи серых тел со светящимися в темноте глазами мгновенно облепили испуганных преследователей. Люди кричали, роняя канистры, пытались отбиваться прикладами, но крысиный рой Андрея действовал как единый, безжалостный организм [!, !].

В этот момент из подвала с криком выскочила Лили Валентайн — бледная, растрепанная девушка-Тореадор с испачканными краской руками [!]. Один из нападавших, превозмогая боль, вскинул арбалет, целясь ей прямо в сердце.

Он не успел спустить курок. Окно галереи разлетелось вдребезги. Морвен Райт влетела в зал со сверхъестественной скоростью Носферату [!]. Одно точное, хирургическое движение — и противник рухнул на пол. Остальные преследователи, искусанные и обезумевшие от страха, бросились бежать прочь в ночь, оставляя оружие.

Морвен медленно повернулась к испуганной Лили Валентайн и протянула ей бледную руку. — Твоя мать Аннабелла думает, что контролирует этот город, — тихо произнесла Морвен, сбрасывая капюшон и являя свое изуродованное проклятием лицо [!, !]. — Но сегодня твою жизнь спас мой брат, Старейшина Андрей [!]. Передай своей матери: Багровый Пакт работает. Алистер остался без своих ищеек, и теперь его трон в Мейфэре полностью открыт для нашего визита

Глава 9 Шах и мат в Мейфэре

Сородичей сильнее золота Мейфэра [!, !, !].

Алистер Райт упал в свое кресло, полностью сломленный. Его империя, строившаяся веками, рухнула за одну ночь [!]. Он посмотрел на Андрея и Морвен, понимая, что черная метка из канализации настигла его [!, !].

Андрей Райт медленно поправил очки и посмотрел на примогенов, а затем на сестру [!, !].

— Камарилья сохранит свои законы, — подвел итог Старейшина Носферату [!]. — Но отныне надземный Лондон будет платить дань подземной империи. Каждый ваш секрет принадлежит нам. Багровый Пакт скреплен кровью [!, !].

Он повернулся и первым направился к выходу, увлекая за собой лавину верных крыс [!]. Морвен и Аннабелла шли следом. Брат и сестра Райт, выросшие в тумане 1888 года, наконец-то забрали свой законный долг крови