Багровая линия

Глава 1

Густой туман висел плотной завесой. Застаиваясь в узких переулках, он холодной, почти ощущаемой тяжестью давил на плечи. Сквозь белую завесу вечно темная и грязная улица Мелтсайда становилась почти полностью непроглядным коридором из теней.

Пробираясь вперёд скорее по памяти, нежели с помощью зрения, Грета семенила быстрыми шагами, пересекая туманную улицу зигзагами. В момент коротких перебежек она тщетно пыталась зажечь в руках одну из спичек, коробки которых лежали у нее в корзинке. Но влага, царящая вокруг, не давала девочке высечь даже искры.

Невзирая на досаду, Грета усердно продолжала свои попытки. Она сама понимала что от одной спички света будет недостаточно, чтобы хотя бы осветить пространство дальше ее носа. Но после целого дня безуспешной торговли коробками на улице, ее пальцы окоченели настолько, что тепло огня отзывалось в ней нестерпимым желанием.

Вот только увлеченность своим занятием не позволяла девочке увидеть, или хотя бы услышать, что происходит вокруг нее.

Тени передвигались быстро, словно огромные черные крысы, разбегающиеся в стороны от света фонаря. Выныривая из тумана, и вновь уползая под крыши, в водосточные канавы и углы домов, тени шныряли вслед за Гретой, которая ничего не подозревала. Осознание пришло к ней уже в тот момент, когда уже привычные шорохи и возня за спиной и над головой, которые Грета воспринимала как привычный скрип старых построек от ветра, и мелких животных, рыскающих ночью ради еды, внезапно стих, оставив за собой неестественную, оглушающую тишину.

Грета остановилась на секунду. Она даже не оборачивалась. В момент когда она поняла, что на самом деле произойдет сейчас, ее сердце пропустило удар. Миг, когда ее ноги оттолкнулись от земли, а тело рвануло вперед показался Грете неумолимо долгим. Нечеловеческий рев раздался как будто-то со всех сторон разом.И вот она уже изо всех сил несется прочь, сквозь туман и темноту.

Тени обрели форму и плоть. Они прорывали костлявыми конечностями пелену тумана. Их визги разносились ледяным ветром в вышину.Твари ринулись в погоню за девочкой, словно раззадоренные шансом погони за жертвой.Страх сковал грудь Греты, но ноги отчаянно несли ее вперед, будто отдельно от всего тела. Сердце бешено стучало, пульс отдавался в каждой частичке ее существа. Хватая ртом морозный воздух, Грета отчаянно хотела закричать, но не могла выдавить ни одного звука из обоженного холодом горла. Она лишь молилась, чтобы ноги продолжали бежать, и унесли ее как можно дальше. Чтобы спастись. Чтобы твари не достали ее.Но твари уже дышали ей в затылок. Прерывистое хрипение и звуки, которые не издает ни человек, ни зверь, уже раздавались над самой ее макушкой. Топот и грохот нескольких тварей окружил со всех сторон.

В это самое время, Грета, не разбирая дороги, налетела носком ботинка на торчащую из земли кочку, и земля пропала из-под ее ног. Девочка улетела головой вперед и упала на склон сточной канавы, очутившейся под ней. Рев тварей стал оглушающим.

Грета, все не выпуская из рук корзинки, ухватилась неслушающимися замерзшими пальцами за каменистый край канала. Она из последних сил оттолкнулась ногами от склона и навалилась грудью, чтобы перевалиться через край. В момент рывка она ощутила, как тело вдруг стало легким и поддалось ее напору. Вот только в следующую секунду она вновь потеряла землю из-под ног. Ее что-то схватило за капюшон и резко оторвало от земли.

Девочка зажмурилась и заболтала в воздухе руками и ногами, в ужасе осознавая, что сейчас зловонная пасть сомкнется на ее шее.

– Не дергайся, – раздался металлический голос над ее головой.

Грета приземлилась обратно на холодный камень улицы. Она распахнула глаза и вскинула голову.Рядом, нависая над ней, стояла высокая худая фигура, наполовину укрытая плащем. Огненные волосы рассыпались по плечам, придавая ей еще более грозный и мифический вид.

– Под навес, живо! – скомандовала фигура все таким же твердым и резким тоном, и вскинула руку.

Грета подскочила с места и побежала в ту сторону, куда указывала рука ее спасительницы.Толком не различая дороги, девочка быстро нащупала пальцами, а после и увидела перед собой черные, потрескавшиеся доски. Рядом она увидела заржавевшую щеколду, а затем и старую, полуразвалившуюся телегу, прислоненную к стене. Грета прыжком юркнула под телегу как раз в тот момент, когда в стену рядом, с треском ломающихся старых балок, влетело тяжелое тело твари.Подняв пыль, отродье взвизгуло, извернулось под неестественным углом, а после вскочило, и вновь нырнуло в туман.

Грета слышала, как на улице начала кипеть настоящая битва. А против свирепых оголодавших тварей, что минуту назад гнались за ней, сейчас отбивается та фигура в плаще.Грета слышала слухи о ней.О той, что дает отпор таким отродьям.Но никогда не думала, что станет самой свидетельницей этой картины.

Грете было дико страшно. Пару раз с размахом в ее телегу прилетало что-то тяжелое, а топот, крики и лязг непрекращающимся потоком давили на уши. Но вместе с этим Грете было чертовски интересно высунуть голову и подсмотреть хоть украдкой, что же происходит.

Набравшись смелости, девочка все же аккуратно подползла к выходу из укрытия и выглянула из-за телеги.

Посреди улицы стояла она.На земле вокруг нее уже блестели темные лужи, а твари продолжали налетать на своего врага, с попеременным успехом уворачиваясь, или же налетая грудью на клинок.

Девушка двигалась так быстро, что за ее движениями было трудно уследить. Она одновременно отбивалась от пяти, а то и более тварей, со свистом разрезая ночной воздух, и вгоняя свой длинный клинок в тела отродий. Казалось, воздух между ними начал нагреваться. Никогда Грете не приходилось видеть нечто подобное. Четкие, но яростные замахи девушки продолжали прореживать толпу врагов, пока оставшиеся еще целыми твари не начали все рассеянней нападать на свою цель.

Девушка тоже начала видно уставать. С каждым подъёмом клинка он казался тяжелее. С каждым вздохом она выдыхала пары горячего воздуха, а мышцы были напряжены до дрожи. Она мысленно проклинала свою непредусмотрительность в излишнем орудовании оружием и неправильном распределении сил в начале. Но теперь не было смысла об этом сокрушаться. Она должна либо стоять и продолжать биться, либо дать этим уродцам расправиться с собой и тем дитя.

Воительница метнула короткий взгляд на телегу, где спряталась девочка. Ей показалось, что она увидела выглядывающую светлую головку, но думать об этом ей было некогда. Тварь налетела практически со спины. Слишком много времени потрачено на разворот. Когда клинок скользнул по серой мертвецкой коже отродья, пустив в воздух брызг темной крови, плечо пронзило острой болью.Девушка мельком взглянула на место, по которому успели пройтись когти твари, где теперь поблескивала открытая рана. Но отвлекаться было нельзя. Еще один взмах клинка. И еще. Боль в плече давала о себе знать, мешая делать замах.Девушка понимала, что еще немного и она не сможет продолжать сражаться. И как раз в этот момент, будто отвечая на ее мрачные мысли, судьба решила ей еще сильней насолить.

Вой с новой силой раздался над головами сражающихся. На вершине ветхих зданий сидели еще штук десять новых отродий. Они скалили свои гнилые зубы, играли сухими мышцами под болезненной кожей, и медленно, будто смакуя наслаждение от вида уставшей жертвы, спускались вниз, к месту побоища.

Уже не стесняясь в грязных выражениях, девушка удобнее перехватила рукоять клинка в скользящих от пота ладонях. Твари вокруг нее тоже замедлились, предвкушая стремительную расправу.Пробегая глазами по врагам, девушка прикидывала, какие у нее есть шансы против всех уродов, но, как не удивительно для нее, они были весьма неутешительные. Она примечала, кто из толпы наиболее опасен, и кто первый готов броситься в бой.Ее изнеможденные мышцы горели, а боль в раненном плече уже начала притупляться. Теплая струйка стекала по руке, рукав сделался влажным, холодной тканью прилипая к коже. Металлический запах повис в воздухе.

Наконец, одно из отродий подскочило вверх и прыгнуло на девушку. Шаг назад, один рубленный замах. Тело твари приземлилось с влажным звуком за спиной. Быстрая расправа придала девушке второе дыхание. Следующее и третье отродье так же ринулись в схватку, готовые встретить смерть.

Они не нападали одной толпой, нет. Кажется, что-то человеческое в них все же осталось. Каждая тварь ждала пока другая накинется первой и отвлечет, чтобы потом самому напасть со спины и урвать себе лакомый кусочек.

Отбив очередное отродье, девушка круто повернулась вокруг себя как раз в тот момент, когда ее лезвие прошлось в паре сантиметров от морды другой твари, решившей атаковать спину. Отродье ловко отпрыгнуло назад и оскалилось.

– Ловко, – раздалось из пасти отродья.

Девушка моргнула, чтобы убедиться, что ей не показалось. Но быстро вернула обладание, переместив свое внимание на сражение.Нет ничего удивительного в том, что у редких мертвецов еще сохраняются свежие мозги и возможность рефлекторно выдать примитивные фразы. Когда клинок вновь сверкнул рядом с пастью этой странной твари, она уже не могла не приметить еще одну особенность.

Шрамы. Много.

По всей морде и телу шли заштопанные швы. Насколько она знала, мертвые твари не имели возможности заживлять свои раны, и тем более жить так долго, чтобы успеть их накопить. А это значило, что за отродьем перед ней кто-то тщательно следит и даже латает ему увечья. Выходит, тварь перед ней, по какой-то причине, – ценный ресурс.

Словно отвечая на вопрос в ее голове, отродье снова оскалило пасть. Только теперь стало ясно что это был скорее не оскал, а вполне себе усмешка, на сколько позволял уродливый рот отродья:

– А ты сильна.

Теперь она уже не сомневалась. Неведомым способом отродье перед ней сохранило сознание после обращения. Значит, действительно ценный ресурс.

– Ты слишком болтлив для мертвечины, – она с усилием выступила вперед, чтобы поразить тварь клинком, но промахнулась. Клинок просвистел рядом.

Это почти стоило ей еще одного ранения. Говорящее отродье отскочило в сторону, давая проход одному из собратьев, зубы которого наметились на левую руку девушки. Она вскинула перед собой клинок, позволив твари лишь порвать ткань рубашки и легка задеть кожу.

Жар битвы не стихал. Второе дыхание оказывалось на исходе. Количество стоящих на ногах отродий убавилось, но с момента начала боя это все еще казалось несущественным. Но никто из сторон не собирался уступать.

Отродья скалились, выли и носились кругами, пытаясь заучить взмахи клинка. Девушка чувствовала как по лбу начал стекать пот, застилающий глаза. Перехватив разгоряченными ладонями покрепче клинок, она приготовилась к очередному выпаду. Вдруг за спиной сверкнуло.

А затем раздался оглушительный взрыв.Волной горячего воздуха обдало спину. Закрывая рукой лицо, девушка повернулась в сторону, где теперь полыхали языки пламени и валил дым.

Телега! Это взорвалась та старая телега! Но где тогда девочка?

Отродья взвыли, так же застанные врасплох внезапным взрывом. Огонь производил на них особое впечатление. Они боялись его, как любые животные.Развернувшись и оценив сложившуюся ситуацию, девушка решила, что в данный момент лучше воспользоваться преимуществом, а не думать о ребенке. Клинок заплясал с новой силой, рубя и кромсая. От привычных выверенных и точных движений не осталось следа. Теперь она просто рубила во все стороны потерявших бдительность тварей.

Постепенно, те, кто успел избежать клинка, разбежались в разные стороны, напуганные огнем и растерявшиеся во время резни. Девушка искала глазами отродье со шрамами. Но, кажется, оно одно из первых скрылось с места боя.

Телега скрипела и стонала, объятая пламенем. Клинок безвольно свесился вниз. Его обладательница, залитая оранжевым светом от огня, подошла к горящей телеге, вертя головой по сторонам.Та, кого она искала, выглянула из-за угла ветхой лачуги.Увидев, что никого на улице не осталось, девочка резво подбежала к своей спасительнице.

– Что, ради всего святого, здесь произошло? – прохрипела девушка, глядя на ребенка сверху вниз.

Грета смотрела одновременно испуганно и в некоторой степени гордо.

– Это был порох! – почти просияв, заявила девочка, указывая на свою потрепанную корзинку, в которой почти не осталось никаких спичек. – Один добрый человек подсказал мне, чтобы я всегда носила с собой в корзинке спичек мешочек пороха на удачу.

Какое-то время девушка молча смотрела на Грету, потом на ее корзинку, где до этого лежали спички.

– Что ж, это было эффектно, – только и вымолвила она. – Но тот человек, что тебе это сказал, точно не был добрым, поверь. Больше не вздумай так делать, поняла?

Грета активно закивала, но, казалось, пропустила последнюю фразу мимо ушей.

– Вы же.. Вы же Сиерра, да? – спросила девочка, от взволнованности приподнявшись на носки.

Девушка сжимала рукой раненое плечо, все так же глядя на Грету с толикой усталости и недоумения. Она не совсем понимала, что творится в голове у маленькой девочки, которая была на грани смерти и устроила такой погром, а теперь стоит, как ни в чем не бывало.

– Я много слышала про вас и про то, как вы защищаете людей от упырей. Мне говорили что такого не бывает и это сказки, но теперь я знаю, что мне врали. Вы настоящая! – продолжала Грета, с искренне горящими глазами.

К своему удивлению, ее собеседница ощутила помимо усталости и боли внезапное теплое и щекочущее чувство. Чувство гордости. Для этого маленького человека она была кумиром.

Твердая ладонь потрепала Грету по светлой макушке. Девочка завороженно смотрела на возвышающуюся над ней фигуру воительницы, когда та протянула ей мешочек, в котором приятно звенели монеты.

– Возьми это, – девушка вложила мешочек в ладошку Грете. – Считай, я купила у тебя все спички, что были в корзинке, и мы в расчете. Убирайся поскорей и сними на них ночлег подальше отсюда.

Не дожидаясь ответа, воительница развернулась и, все так же придерживая раненую руку, поплелась прочь.Грета взглянула на те сбережения, что отдала ей загадочная девушка, и прижала мешочек к груди.

– Спасибо, Сиерра! – прокричала Грета вслед растворяющейся в тумане фигуре.

Положив мешочек в корзинку, Грета засеменила в обратном направлении по улице. Она многое пережила за эту ночь, но была окрылена идеей о том, что ее мешочек пороха принес удачу победительнице отродий, а мешочек монет Сиерры обязательно принесет удачу Грете.

___

Запачканный черной засохшей кровью клинок тащился по камням за своей хозяйкой. Она не видела смысла убирать его в ножны, пока ему все равно требуется помывка и заточка. К тому же ножны она тащила тут же, в другой руке. Прикрепить их было не к чему. Ремень, снятый с бедер, на который обычно и крепились ножны, теперь был затянут на плече. Вынужденная мера, если она не хочет упасть тут же посреди улицы и умереть от кровопотери. Ее дух не упокоится, если она решит умереть такой бесславной смертью. Хотя бывали дни и похуже. Всего лишь плечо – небольшая плата. Главной целью теперь является дотащится до "Серебряной ложки".

Огни знакомой таверны замаячили сквозь туман.

Она подошла к крупному зданию, которое наверняка когда-то видало хорошие времена, а теперь лишь более презентабельным видом, чем остальные дома в Мелтсайде, напоминало о былом величии.

В маленькой косой пристройке рядом, где раньше хранились садовые принадлежности, она оставила свое оружие, и вытащила на улицу старый, дряхлый плащ.Накинув кое-как одной рукой плащ на плечи, она зашагала к дверям "Ложки", свет из-за которых просачивался из-под нижней щели, а после их распахивания, залил и входящую внутрь девушку.

С порога в лицо ударил хмельной запах. Сиерра пробиралась по направлению к барной стойке через плотно заставленный столами зал. Засидевшиеся до поздна гости, коих все еще на удивление было не мало, лишь украдкой, с вялым интересом поворачивали головы в сторону новоприбывшей гостьи в темном плаще и весьма потрёпанным видом.Кто-то из постоянных посетителей "Серебряной ложки" даже узнал Сиерру, присвистнув ей вслед.

Ударив по столешнице ладонью, Сиерра заставила обратить на себя внимание тучного мужчину за стойкой, лениво крутящего в руке стакан.

– Сегодня снова полно работы для тебя, как погляжу? – мужчина уперся локтем в стойку и наклонился к Сиерре. Тон его звучал насмешливо, но глаза внимательно осматривал девушку с головы до ног. – Опять нарвалась на стаю крыс?

– Ага, и одна из них меня зацепила, – Сиерра приподняла плащ, показывая раненую руку. – Дай-ка мне что у тебя покрепче, Барри. Да побыстрее.

Тавернщик пожал плечами и развернулся к стоящим за спиной ящикам с пойлом, выискивая подходящее.

Барри был бородатым тюфяком средних лет. Он всегда ходил в засаленной рубашке, несколько пуговиц которой обязательно не сходилились на нем. Сам Барри называл свои богатые телеса результатом обильных тренировок. А на вопрос, является ли его пивной живот большой накачанной мышцой, Барри слал куда подальше.

– Мелтсайд дерьмовое местечко, тут и не скажешь, – позвякивая бутылками бросил через плечо Барри. – Крысы тут водятся просто тучами, а свирепые – просто ужас.

Сиерра ждала за его спиной, нетерпеливо постукивая пальцами по столу.

– В Мелтсайде жители – почти кожа да кости, а крысы – жирные, наглые. Плодятся, словно им здесь медом намазано, – Барри стукнул бутылкой с темной жидкостью перед носом Сиерры.

– Да уж, и не говори. Все вокруг кого я встречала, тоньше тростиночки, хотя погоди... – Сиерра схватила бутылку и почти театральным движением обвела взглядом потолок, а затем остановила его на Барри.

Тавернщик отвесил ей щелбан.

– Ай, – даже не стараясь притвориться, что ей больно, сказала девушка, – хочешь добить меня? Где же ты тогда еще найдешь такого прекрасного вышибалу, как я?

– Кажется, крысы тебя натаскали не так уж и сильно, раз еще остались силы шутить, – вскинул голову Барри, глядя на собеседницу сверху вниз, – и нет, если ты пропадешь, я не расстроюсь. Мне лишний раз не придется тратиться на твою зарплату, – добавил он насмешливо, скрестив руки на груди.

– Ты мне и не платишь, не ври, – все так же театрально протянула Сиерра, ловко спрятав бутылку под плащ.

– Неблагодарная девчонка, – хмыкнул Барри, – не ценишь мое великодушие – возвращай все деньги, что задолжала за выпивку, – кивнул он на плащ девушки.

Сиерра примирительно приподняла руки вверх.– Ладно, ладно, – пробормотала она, – так уж и быть, не буду я пока уходить от тебя. Как-никак, больше некому будет гонять крыс и выволакивать пьяниц из таверны, кроме меня.

Барри недоверительно покосился на нее, ухмыльнувшись, а после выдохнул:

– И помирать тоже не вздумай. Иначе долг буду вытряхивать с твоих потомков.

Сиерра изобразила грустную рожу и поплелась мимо барной стойки к двери в конце зала.

– Я буду у себя всю ночь, – добавила она уже серьезным тоном.

Барри едва заметно кивнул.Пускай временами тавернщик и был сварливым лентяем и любителем выпить, работая вместе уже долгое время, они научились понимать друг друга с полуслова, и Сиерра знала, что может на него положиться.

Толстая, с виду неприметная деревянная дверь с тихим скрипом отворилась. За ней располагался тёмный, ничем не освещенный коридор, потолок которого подпирали старые балки. Сиерра закрыла за собой дверь и оказалась в полной темноте. К счастью, коридор был почти полностью прямым, если не считать поворота направо, так что вероятность сломать себе что-нибудь в темноте сводилась к минимуму. После поворота Сиерра прошла еще немного по коридору, пока в его конце тонкой полоской у пола не забрезжил синий свет. Сиерра толкнула здоровым плечом еще одну дверь впереди, и оказалась в комнате, залитой светом от единственного высокого окна. Вероятнее всего, эта комната когда-то была кабинетом, о чем свидельствовал тяжелый дубовый стол посередине площади. У стен на полках были свалены листы бумаги и дряхлые книги, которые Сиерра даже не решалась брать в руки, предполагая, что они тут же рассыпятся в труху. Скорее всего, с прошлого хозяина, который орудовал в этом кабинете по личным соображениям, совсем ничего не менялось, пока здесь не поселилась Сиерра. Теперь это была ее скромная лачуга. В углу стояла небольшая кушетка, а у главного достояния комнаты, стола, были свалены в кучу пустые бутылки из-под алкоголя, тряпки и прочий мусор. У Сиерры не было ни времени, ни желания его вынести.

Кинув старый плащ на спинку стула, Сиерра грузно приземлилась на него сама, попутно расстегивая ремень за плече. Рана продолжала отзываться тупой болью, а рукав выше локтя почти полностью был темным и мокрым от крови. Одним резким движением Сиерра сорвала болтающийся остаток рукава рубашки, обнажив рану, и кинула его в кучу рядом со столом. Откупорив бутылку, Сиерра выплеснула половину содержимого себе на рану. Алкоголь полился по руке на пол. Сиерра зашипела от боли и, закинув голову, хорошенько отхлебнула из бутылки. Оторвавшись от горла, и тяжело выдохнув, она взглянула на результат работы отродий. Алкоголь смыл лишнюю кровь, и Сиерра могла оценить масштабы увечья. Рана оказалась не настолько глубокой, как ей сперва казалось. Она проходила поперек чуть выше по плечу, больше напоминая ранение от ножа. С мрачным удовлетворением Сиерра поняла, что с такой раной можно обойтись обычными швами, и откинулась на спинку стула. Будь это рваная рана, проблем было бы гораздо больше.

Под потолком, в лунном свете, падающем из окна, плясали пылинки.Сиерра глядела на их танец, закинув вверх голову. Понятие времени у неё притупилось, то ли от усталости, то ли от разом выпитого алкоголя. В любом случае, когда в дверь раздался громкий стук, она чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Ну кого в такой час принесло? – проворчала Сиерра, с тяжестью разогнувшись и уперевшись руками в стол. Дверь приоткрылась, и взгляду предстала хрупкого телосложения молодая девушка, с темными вьющимися волосами, убранными под платок.

– Сиерра, к тебе тут это... гость, – официантка мотнула головой в темный проход, намекая об ожидающем нежданном посетителе.

– Гость? Ты серьезно? – Сиерра удобнее уселась на стуле, потирая висок. – Что-то я не припомню, чтобы ночью вот так негаданно кто-то требовал встречи от охранника в таверне.

– Да, но он, кажется, хочет тебя видеть не как охранника, – на последнем слове девушка заозиралась по сторонам, будто кто-то мог их подслушивать. Сиерра лишь молча некоторое время пилила официантку взглядом, будто пытаясь сообразить, что вообще происходит.

– Черт с ним, – недовольно выдохнула она после паузы. – Веди этого... кто он там, сюда, Донна.

Официантка быстро кивнула и так же быстро скрылась за дверью. В коридоре раздались её расторопные шаги. Затем они стихли. И вновь возобновились, только к ним уже присоединились шаги второго человека. Сиерра прислушивалась к ним, заведомо до того, как откроется дверь, стараясь определить, кому они могут принадлежать, попутно пытаясь отыскать в шкафу с одеждой более-менее чистую рубашку. Кем бы тот человек ни был, явно не стоит его шокировать впечатлением грязной оборванки. С этим прекрасно может справится и обстановка в комнате.Из-за двери снова раздался стук, только уже более осторожный.

– Сиерра? – позвала Донна.

– Стой там, – отозвалась Сиерра, впопыхах пытаясь просунуть больную руку в рукав рубашки. Обмотав вокруг рукава обрывок найденного бинта, она раздраженно села обратно на стул, позволяя Донне ввести гостя в комнату. Возможно, лишнее ожидание пойдет ей на пользу. Пускай этот незванный незнакомец думает, что Сиерра очень занятая персона. Лишний раз не станет задерживаться. И всё-таки ее волновало: чего этому человеку от нее вдруг нужно?

Донна прошмыгнула в комнату и встала в сторонке, пропуская вперед гостя, полностью укутанного в темный плащ. Гость остановился посередине комнаты, осматривая место, где он оказался. Пускай и низко опущенный капюшон не давал разглядеть его лица, Сиерра могла поклясться, что увиденное явно не вызвало у него приятных ощущений. В глубине души это ее даже позабавило.

– Добрый вечер. Мисс Сиерра, верно? – подал голос человек в плаще. По его тону сразу было понятно, что образованием он не обделен. Можно было даже заметить, как он слегка поклонился, хотя под накидкой и в полумраке это было слабо видно.

– Она самая, – ответила Сиерра, стараясь, чтобы ее голос звучал максимально непринужденно и при этом презентабельно. Коротким слабым жестом она махнула Донне, и официантка, сразу заметившая это движение, культурно поклонилась и быстро исчезла из комнаты, заперев дверь.Гость оглянулся вслед за ушедшей официанткой.

– Без лишних лиц нам будет проще, правда? – Сиерра постаралась натянуть легкую улыбку, хотя получилось наверняка неестественно. – Вы уж извините, я бы предложила сесть, но у меня только один стул в комнате.

Она решила пока исполнять роль гостеприимной хозяйки, изучая повадки незнакомца перед ней, прощупывая почву.

– Ничего страшного, я постою, – сухо ответил человек. Отсутствие стула в захламленной комнате с кучей непонятного мусора не оказало на него большого впечатления.Сиерра еще раз внутренне ухмыльнулась. Наяву лицу же своему она придала серьезный и озабоченный вид.

– Так и по какому такому делу вы решили зайти ко мне?.. – специально протянув вопросительно окончание, она намекнула гостю, что пора бы представится.

– Я бы предпочел остаться анонимным, если позволите.

– Хорошо, но как мне к вам обращаться тогда?

Незнакомец помедлил мгновение, после чего ответил:– Обращайтесь ко мне Джон.

Сиерра хмыкнула:– Что ж, мистер. Вы будете девятым Джоном на моем счету.

Она потянулась к выдвижному ящику в столе и выудила оттуда толстую пыльную тетрадь. Демонстративно развернув ее, она схватила из того же ящика перо и быстро чиркнула на странице запись.Незнакомец явно заинтересовался происходящим.

– Вы ведете записи об обращающихся к вам людях?

– Конечно. Это часть моей работы. Я должна помнить каждого, кому оказала услугу, – кинув взгляд из-под ресниц, ответила Сиерра.

– Занятно, – коротко кивнул гость, назвавшийся Джоном. – Так значит, у вас было еще минимум восемь просителей?

Искренняя заинтересованность в его голосе подтвердила догадки Сиерры, что она на верном пути.Джон сделал паузу, ожидая, что она что-то скажет, и, так и не дождавшись, продолжил:– Не знал, что вы настолько знамениты.

– Ну, в узких кругах, скажем. Выходит, я действительно хорошо выполняю работу, – как бы невзначай пожала плечами девушка. Ей было необходимо подобраться к истине прихода этого человека. А главное, чтобы он сам дал ей об этом знать, и она могла перенять главенство в этом разговоре. Пока у нее были догадки, но она подавляла их, продолжая догадываться обо всем из уст самого гостя.

Было бы ложью сказать, что Джон не вызывает у нее некоторого подозрения. В особенности его плащ, скрывающий не только лицо, но и главное, не давая понять, где он хотя бы держит руки. Что, если он приготовил за пазухой кинжал? Этого она не могла знать. А потому оставалось лишь строить предположения.

– Хорошо, – вновь кивнул мужчина. – Хотя, мне бы не хотелось, чтобы о моем обращении к вам было известно многим. Вы ведь и правда можете гарантировать сохранность анонимности при сотрудничестве? – Джон приблизился на шаг к столу.

"Чего же он так тщательно скрывается?" – сощурила глаза Сиерра. Это все начинало ее напрягать. Она решила действовать напрямую.

– Я бы конечно никогда не выдала своего заказчика, мистер. Но все же, перед началом дела мне нужно понимать, что конкретно от меня требуется?

Джон, казалось, на миг притих. Почуял что-то не то? Но всё-таки таким же спокойным тоном ответил:– Вы ведь лучше всех в округе можете разобраться с упырями?

Теперь притихли оба.Сиерра смотрела на тень, которая была на месте лица Джона. Об ее ночных вылазках знали только Донна и Барри. Но они не могли выдать ее деятельность. Конечно, по округе ходили слухи о девушке, что периодически кромсает отродий на улицах, но что это именно она, почти никто с точностью ответить не мог. Так почему этот человек стоит здесь, уверенный в том, что она способна на подобное? И какая вообще у него может быть цель? Неподвижность фигуры и скрывающий тело плащ стали еще сильнее напрягать Сиерру.

– Ох, ну... – она резким движением захлопнула тетрадь, положив ее на угол стола, будто теперь он ей больше был не нужен. Джон заметно оживился от этих действий. Пускай теперь думает, что основная, неизвестная работа Сиерры была зафиксирована в этой тетради, а ситуация самого гостя была выбивающимся из этого случаем.Сиерра специально сделала паузу чуть дольше, чем надо, после чего заговорила:– Откуда такие выводы, мистер Джон?

– Мой старый знакомый живет в Мелтсайде. Он часто мне рассказывал о загадочной девушке по имени Сиерра, которая без труда расправляется с отродьями и работает в этой таверне, – ответил он спокойно. Как заученную речь.

– Ну, слухи разные ходят, сами понимаете, – Сиерра поставила локти на стол, сцепив пальцы. Она почти физически ощутила, как эта фраза наэлектризовала воздух между ними. Пускай и не видела, но чувствовала, как взгляд собеседника уставился сначала на бутылки и куски ткани вокруг, а потом на ее замотанное плечо. Джон начинал ощущать подвох во всем происходящем. Этого Сиерра и хотела. Чтобы гость сдался и у него не осталось выбора, как прямо все выдать.

– Так что же, это все неправда? – холодно произнёс он.

– Только отчасти. Ваш знакомый говорил вам о том что я без проблем могу побеждать упырей? Так вот, я бы так не сказала, – Сиерра кивнула на своё плечо, – Я всего лишь работаю охранником "Серебряной ложки", это моя обязанность – быть физически подготовленной к схватке. Но то, что я лучшая истребительница в округе?..

Она искоса глянула на собеседника.Вот оно.Теперь Джон стоит, не зная, что предпринять. Он может уйти прямо сейчас, разочарованный подобным исходом дел, или, если он все же что-то действительно знает, но скрывает, продолжить пытаться выведать правду.

Наконец, мужчина приблизился к столу вплотную. Сиерра невольно отпрянула.

– Скромности вам не занимать, – сказал Джон и начал рыскать рукой под плащом.

На стол опустился желтый листок, на котором был плохо разбираемый тест и портрет какого-то человека.Сиерра устремила взгляд на бумагу, а затем и на руку Джона, которая ту прижимала.Черные одежды и черные перчатки. Довольно предсказуемо.Что действительно за предпочтения в одежде у этого господина?

– Вы знаете, кто это? – спросил Джон. В его тоне проскальзывали нетерпеливые нотки.

– Понятия не имею, – еще раз присмотревшись к портрету, честно призналась Сиерра.С листка на нее смотрело довольно моложавое лицо, со свойственным знатным чинам надменным выражением. Светлые волосы свисали до плеч, Сиерра даже могла бы назвать его вполне привлекательным.

– Что же вы от меня хотите?

– Я хочу заказать убийство, – без колебаний ответил Джон.

– Тогда найдите наемника, – Сиерра исподлобья глянула на собеседника.

– Значит, повторюсь, – выдохнул он. – Я хочу заказать убийство этого вампира.

– Это невозможно, – вынесла вердикт Сиерра, скрестив руки, и откинулась на спинку кресла. – Поищите другого дурака.

– Среди людей немного тех, кто готов дать отпор вампирским порождениям. Те, кто на это мог быть способен уже либо мертвы, либо прячутся по своим лачугам, опасаясь за свою жизнь.

– И к чему вы мне это говорите?

Джон наклонился ниже.

– Из всех, кого я обошел, вы единственная, кто хотя бы пустил меня на порог, мисс Сиерра.

– Я уже об этом пожалела, – она покачала головой и отодвинула стул, как бы приготовившись открыть дверь и выпроводить гостя.

– На этот случай я подготовился, – Джон снова зашуршал одеждами и со звонким бряцаньем бросил на стол перед носом девушки приличный мешочек.

Сиерра тут же остановилась и подняла голову на собеседника.

– Сто золотых, – отвечая на немой вопрос в ее в глазах ответил гость. – Это будет вашей предоплатой. Если все пройдет удачно, я доплачу в троекратном размере.

Сто золотых. О таких суммах Сиерра не думала даже во снах. Но вот они, лежат, только руку протяни. Она почувствовала, как тяжестью в груди у нее начинает оседать старая добрая жажда денег.

– И откуда у вас только такое богатство, Джон? – сменяя тему, спросила Сиерра.

– Продаю иностранный сервиз, – все так же без запинки ответил мужчина. Ее это начало искренне забавлять.

– Ну, вы знаете, на каком языке говорить с беднягами вроде меня, – она потянулась, будто уже готовая взять мешок с монетами, но наигранно отдернула руку, изобразив задумчивую гримасу. – Хотя... Это всё-таки очень опасное дело...

– Я так и знал, – сказал Джон и кинул на стол еще один мешок. – Двести золотых будет достаточно?

– Черт возьми, парень, что с тобой не так?! – Сиерра вытаращила глаза на лежавшие перед ней уже два мешка с богатством и не могла поверить увиденному. Джон невозмутимо стоял рядом, наблюдая как девушка, словно видя перед собой диковинного зверька, с упоением рассматривает мешки.

– Так вы согласны принять заказ, или мне утроить сумму?

– А вы можете? – с горящими глазами выпалила Сиерра.

– Нет, – коротко ответил Джон. Девушка хмыкнула. – Извольте, я тогда рискую стать банкротом.

– Что ж, – Сиерра с удовольствием сгребла одним движением оба мешка себе в выдвижной ящик, – приятно иметь с вами дело. Так, и когда я могу получить остальное?

– Я свяжусь с вами в скором времени и доложу информацию о цели, – Джон снова отошел к центру комнаты, показывая, что разговор подходит к концу.

– Буду ждать весточку, – улыбнулась Сиерра. Деньги знатно подняли ей настроение.

Гость коротко поклонился и направился к выходу.

– О, и покажите мне как-нибудь ваш занятный сервиз! – бросила Сиерра вслед.

Когда мужчина ушел, девушка немного полюбовалась своими блестящими монетами и решила выглянуть в зал таверны. Деньги это конечно хорошо, но голод ими не утолишь. Почти с самого утра она ничего не ела, а потому намеревалась стащить что-нибудь съестное.Выходя из двери, ведущей в зал, она чуть не сшибла с ног тут же стоящую Донну.

– Ну? Кто это был? – залепетала официантка, увидев Сиерру. – Что он хотел?

Сиерра огляделась по сторонам. Зал успел практически опустеть, если не считать заснувшего в углу посетителя.

– Кто это был – сама ума не приложу, – отвечала она на ходу, пробираясь к столикам, на которых еще оставались недоеденные остатки закусок.

– Как так? – Донна следовала за ней по пятам с озабоченными видом.

– Буквально. Он сказал, что не хочет разглашать свою личность.

Донна явно заподозрила что-то неладное и нахмурила брови, но переспрашивать не стала.

– Ну, а чего он хотел?

– Хотел, чтобы я прикончила какого-то вампира-аристократишку. Ну я и согласилась, – ответила Сиерра, набрав в руки остатки хлеба и вяленого мяса.

– Чего?! – воскликнула Донна.Спящий посетитель вздрогнул, но тут же снова захрапел.

– Сиерра, но это же абсурд! – уже пониженным голосом продолжила официантка.

– Я что, по-твоему, совсем глупая? Не за просто так же. Этот паренек мне хорошенько заплатил, – заговорщицки подмигнув Донне, Сиерра закинула в рот кусочек мяса.

– Дело не в этом. Это же просто самоубийство, – пробурчала Донна.

Сиерра похлопала ее по плечу.

– Не надо тут переживать за меня. Кто я такая, чтобы так просто помереть? Нам ведь еще нужно потратить все мое золото. Как насчет новых обновок? Твое нынешнею платье уже совсем износилось.

Донна тяжело вздохнула:

– Ты никогда не слушаешь разумные мысли.

___

На следующий день Сиерра решила отправиться в оружейную лавку, чтобы потратить новые монеты на что-нибудь добротное.Погода стояла облачная, а утренний воздух не успел нагреться. Сиерра широкими шагами пересекала дорогу, выдыхая на ходу облачка пара и усерднее пряча шею в воротник от холода.Пускай время было раннее, и многие обычно жители спешили на фабрики и в прачечные, улицы были пусты. Это показалось Сиерре странным, но она не придала этому особого значения.

Переходя очередную дорогу, вдалеке ей показалось, что она увидела, где именно скопился весь Мелтсайд.Подходя поближе, она оказалась в толпе людей, скопившихся на главной площади. Пробравшись чуть вперед, она изогнула шею, чтобы увидеть, что происходит.

По улице на конях вышагивали всадники. Одеты они были слишком хорошо, чтобы быть людьми. Значит, их послали вампиры? Но что они тут забыли?

Приглядевшись получше, Сиерра разглядела у одного из всадников в руке лист бумаги. Он ходил вокруг и показывал его собравшимся. Кажется, какое-то объявление.

– Всем присутвующим принять во внимание! – громко выкрикивал вампир. – Назначена награда за поимку мерзкого преступника, убивающего честных граждан! Он орудует по ночам, в неблагополучных местах, схожих с вашими! Основной почерк преступления – резаные раны в районе шеи! Всем, располагающим полезными сведениями об убийце, немедленно сообщать любую информацию!

Всадники продолжили шагать дальше по площади, когда Сиерра услышала рядом шепотки.

– Чего это упырям высылать нам целых гонцов ради этого? Они же нас ниже скота ценят, – причитала пожилая женщина своей более молодой знакомой.

– Я слыхала, этот убийца в основном упырей и убивает, – отвечала ее собеседница. – Наверняка им это надоело, вот они и начали искать подозреваемых среди людей.

– Бред какой. Да где это видано? Они сами-то хоть верят в такое?

– Не знаю. Видимо, дело серьезное, раз до нас дошло.

Сиерра встроилась в их разговор:

– Простите, вы говорите об этом убийце?

Старушки смерили ее неодобрительными взглядами, но все же более пожилая ответила:

– О ком еще. О нем весь город твердит.

– Говорят, даже у нас его видели, – вставила более молодая.

– Тьфу ты. Скажешь тоже. Пускай он в основном упырей и режет, кто его знает, что он может делать в дыре, как наша.

– Как странно. Я впервые об этом слышу, – сказала Сиерра, за что вновь получила подозрительные взгляды.

– Это же Сиерра. Вышибала из "Ложки", – сказала молодая пожилой, проигнорировав, что девушка стоит тут же.Пожилая закивала, будто ей что-то стало понятно.Сиерре от этого стало чутка неприятно.

– Ну, сейчас эти слухи передаются по воздуху, – начала пожилая. – В газетах об этом не пишут. Может боятся, а может улик недостаточно. Но все и так ясно. Резаные раны у шеи. Тьфу! Кого они пытаются надурить? Стали бы того, кто так гуманно расправляется с упырями, звать Джек-потрошитель?

Глава 2

Отполированная сталь блестела в солнечном свете. Сиерра держала новый меч над головой, не в силах налюбоваться. Хозяин оружейной лавки был немало удивлен, когда узнал, что какая-то девушка в изношенных одеждах хочет купить его самый дорогой товар. В начале он даже чуял подвох. Но только увидев горсть настоящих золотых монет, с радостью всучил посетительнице ее покупку.Сделав пару пробных замахов, Сиерра с удовлетворением убрала меч за пояс. Даже в таком состоянии тот выглядел благородно и опасно, отчего, идя по улице, она чувствовала некое превосходство. Теперь даже заядлые разбойники подумают лишний раз, прежде чем нападать на таверну, которую она сторожит.Переходя через каменный мостик на другую сторону дороги, Сиерра заметила какую-то возню в переходе. Между домов стояли несколько людей. Одни из них держали в руках что-то похожее на длинные палки, другие просто стояли в стороне. В центре перед ними, на земле корчилось и брыкалось отродье. Вооруженные мужчины прижимали палками существо, не давая ему вскочить. Некоторые из зевак пытались бросать камни в существо, пока то извивалось и клацало челюстью, пытаясь накинуться на людей.

Сиерра прошла мимо. Не часто встретишь отродье на улице днем. Но эти люди, кажется, все же нашли одно, и во всю им увлечены.

Улочки становились все у́же, дороги извилистей. Там, где она шла, уже начинались жилые кварталы, в которые ловко были втиснуты небольшие магазинчики, которые обычно содержат семьи. Сиерра любила бывать в этих местах, потому что здесь легко затеряться, и готовится самая вкусная выпечка.

Мысли о горячих булочках заставили живот Сиерры громко бурчать, и пока она раздумывала, не завернуть ли ей в лавку, за спиной кто-то громко окликнул:

– Эй, ты! Да, да, с мечом!

Сиерра оглянулась. За ней стоял мужчина с уверенным выражением лица.

– Он совсем новый, да? – мужчина указал на пояс Сиерры, где висел ее трофей. – Чистый, блестящий... Ходишь, выставив его напоказ, красуешься...

Сиерра положила ладонь на рукоять меча.

– Не нарываешься ли часом? А то могу и продемонстрировать.

– Эй, полегче! – замахал руками мужчина, – Я только похвалить хотел!

Самодовольная улыбка тронула его губы:

– Ну и раз тебе не терпится его испытать, я как раз собирался предложить опробовать его.

Сиерра вопросительно подняла бровь, но руку не убирала.

– Мы тут одно чучело поймали. Думали, может тебе захочется посмотреть, на что способен твой меч, – мужчина указал себе за спину, на тот переулок, где мучали отродье.

Девушка на момент задумалась. Затем взглянула на свой новенький, блестящий меч. Ей бы действительно хотелось попробовать его в действии. Вынуть из-за пояса, размашисто взмахнуть и разом отсечь голову отродью-другому. Но она развернулась спиной.

– Спасибо за предложение, – ответила она стоящему сзади мужчине. – Но я бы хотела, чтобы первая кровь, испачкавшая мой меч, была пролита в славной битве, а не на пойманом забитом создании.

Горожанина, казалось, эти слова весьма разочаровали. Он фыркнул, пожал плечами и поплелся к своим:

– Как хочешь. Тогда советую лучше не светить здесь лишний раз своим мечом, раз не собираешься его использовать.

Сиерра прекрасно это знала. В бедных районах, как Мелтсайд, можно в каждом закаулке нарваться на проблемы, если ты слишком выделяешься. Особенно, если показываешь своим видом, что ты при деньгах. Но ее это не сильно волновало. Каждая улица была изучена ею вдоль и поперек, так что в случае чего, она знала, куда можно бежать, чтобы сбить со следа недоброжелателей. Ну, или новый меч просто придавал ей излишней самоуверенности.

Сиерра заворачивала за угол, когда в нее на полном ходу врезался какой-то мальчишка. Девушка осталась стоять на месте, а мальчик отшатнулся на пару шагов назад. Одежда на нем была явно на пару размеров больше, а на щеках были следы сажи. Обычный сорванец из бедных кварталов.

Мальчик потер лоб, будто ударился им, а после поднял голову на стоящую перед ним Сиерру, которая от неожиданности столкновения продолжала стоять на месте.Ребенок хотел было открыть рот, чтобы пролепетать извинения и помчать дальше, но в моменте его глаза загорелись. Он более внимательно всмотрелся в девушку, пока не произнес:

– Вы – Сиерра?

Та лишь смерила взглядом мальчика, спросив:

– Ты меня знаешь?

– Ага, пару раз вас здесь видел, – энергично закивал он. Теперь ему окончательно стало что-то понятно, и лицо его почти просияло.

– Так и чего тебе надо?

Мальчик порылся за пазухой и протянул Сиерре письмо:

– Один господин просил передать его вам.

Сиерра с легким недоумением взяла конверт из рук мальчишки. Он был небольшим, печати на нем не было.

– Я сделал то, что надо, мне пора, – сказал мальчик и побежал дальше, оставив Сиерру изучать переданное ей послание.

Догадки закрались в ее голову сразу же, а когда она распечатала конверт и достала оттуда короткую записку, они тут же подтвердились.

"В четверг, мост св.Питера, 9 вечера."

Снизу была скромная подпись "Джон".

Сиерра чуть не рассмеялась. Значит, вот такую весточку он решил отправить? И ведь нашел какого-то мальчишку, который знает ее, заплатил ему за работу, и все ради этой строчки. Видимо, даже на бумаге он старается никак не распространяться, но выглядит эта осмотрительность почти забавно.

"Значит, он хочет меня увидеть и при личной встрече все рассказать? Уже интересно, что он придумал", – в раздумьях Сиерра даже забыла, что хотела зайти в булочную, и ноги сами понесли ее к "Серебрянной ложке".

___

По утрам в таверне было немного народу. Оно и понятно, большинство людей в это время уже трудилось на своих работах, хотя создавалось ощущение, что в "Ложке", даже несмотря на это, почти никогда не бывает пусто. Всё-таки самая крупная таверна в Мелтсайде была его главным центром досуга и местом встречи.

Сиерра стояла, оперевшись локтями в барную стойку, краем глаза с гордостью наблюдая, как Донна крутится вокруг ее меча.

– Мастерская работа! – то и дело восклицала она, вертя в руках клинок, то и дело поднося его то к носу, то вскидывая вверх.– Такое идеально ровное лезвие... Даже гарда блестит. Скажи честно, Сиерра, сколько ты отсыпала за это чудо?

– Кажется, тридцать золотых. – ответила Сиерра, изобразив в воздухе жест, словно для нее это было просто незначительной суммой.

– Черт возьми... – пролепетала Донна. – Целое состояние за меч... – но в противовес своим словам, продолжала с упоением рассматривать оружие.

– Видимо, внезапное богатство окончательно развязало тебе пояса, – раздался за спинами девушек сонный голос Барри.

Тавернщик появился, словно привидение, заставив их резко обернуться. Они не заметили, как он подошел, потому что одна была увлечена хвастовством, а другая - любованием меча. На последний Барри тоже кинул оценивающий взгляд.

– Ну и ну. Что за роскошь ты притащила, Сиерра? – мужчина лениво почесал подбородок, наклонившись поближе. Обновка также вызывала у него интерес.

Донна неуверенно покосилась на Сиерру. Та, как ни в чем не бывало, ответила:

– Мне тоже иногда перепадает удача. Боги послали мне приятный день.

– Да? Имеешь ввиду тот вчерашний день, когда один доходяга случайно отсыпал тебе мешок золотых?

Сиерра удивленно повернулась сначала на Барри, затем на Донну.Официантка приняла виноватый вид.

– Прости, я не сдержалась. Сама понимаешь, это такое серьезное дело...

– Так ты знаешь? – недоверчиво обратилась охранница к Барри.

– Не делай вид, будто я бы изначально ничего не понял, – тавернщик изобразил на лице обиду. – Всегда было очевидно, что рано или поздно подобное случится.

– Что у Сиерры появится богатенький покровитель? – спросила Донна.

– Что Сиерра нарвется задницей на неприятности из-за своей алчности, – смиренно покачал головой Барри.

– Слушайте, мне не нравится, что вы говорите обо мне в третьем лице, – вставила Сиерра.

Но договорить им помешал вошедший в таверну человек. Точнее, он почти протаранил дверь, когда с грохотом влетел внутрь, шлепнувшись на пол.Все еще сонные посетители вдруг окончательно проснулись и уставились на данную картину.Старик, сидящий на полу, с трудом пытался отдышаться. Донна подбежала к нему, пытаясь помочь встать и расспросить, что случилось.

– Караул! – закричал во все горло старик, наконец найдя силы. – Там!.. Там!.. Убийца!

– Убийца? Что? Где? – не понимала Донна, ведя старика за руку, чтобы усадить за стол.

– Р-рядом с лавкой оружейника! – с ужасом восклицал он. – Он убил его! Я видел!

– Да что случилось-то? – не понимала Донна, как и все остальные в таверне.

Старик тяжело осел на стул и прочистил горло.

– Я видел его... Джека-потрошителя... – бормотал он. – Я видел, как он расправлялся с телом, прямо на улице... Это... Это не человек... Это монстр! Дьявол во плоти! Я бежал что есть мочи, я уверен он заметил меня! Его глаза... Черт, это был монстр!

Постепенно напряжение в таверне сменилось подозрением. За одним из столов какой-то посетитель рассмеялся:

– Старый Хьюго опять несет околесицу! Еще раннее утро, а ты уже успел налакаться?

– Говорю же вам, это чистая правда! – воскликнул старик. – Черт возьми, я не вру!

Но люди вокруг уже не стали воспринимать его всерьез. Россказни старика больше походили на бред пьяного человека, которому в переулке что-то померещилось. К тому же, его уверенность в том, что он увидел Джек-потрошителя, ему на руку не играла. Скорее, наоборот, люди с большей вероятностью поверят, что полоумный пьяный старик в очередной раз принял свои галлюцинации за действительность, а известный слух удачно в это вплел.

– ...И я не пьян! – продолжал старик, но его уже никто не слушал.Донна вздохнула и отошла, чтобы взять стакан воды для бедного старика. Тот все сидел на стуле, вздрагивая и нервно озираясь, будто его и впрямь кто-то преследовал.

Когда Донна наливала воду, Сиерра обратилась к Барри:

– Слушай, может, мне и вправду сходить и проверить, что там у оружейника?

– Не говори глупостей. Неужели ты действительно поверила этому бедолаге?

– Я не говорю про Джека-потрошителя, или что он там сказал. Я имею ввиду, он же увидел какое-то убийство и тело? Пускай ему и мог померещится убийца из слухов, все остальное он бы вряд ли надумал.

– Так ты хочешь поглазеть, произошло ли там реально преступление? – сказал Барри.

Она кивнула.Тавернщик коротко рассмеялся. Сиерра вопросительно взглянула на него, не понимая, что его рассмешило.

– И что ты будешь делать, если так оно и окажется? – спросил он.

– Попробую догнать убийцу и накостылять ему, все просто, – пожала плечами Сиерра.

Барри закрыл глаза и покачал головой:

– Ты очень предсказуема.

Сиерра фыркнула. Когда он снова взглянул на нее, добавил уже более свойственным начальнику тоном:

– У тебя час. Не больше. Чтобы туда и обратно, поняла?

Девушке второй раз повторять не надо было. Она, загоревшись энтузиазмом, всунула меч в ножны и уже на подходе к выходу бросила:

– Я мигом, Барри! Передай гостям особо не буянить!

Как только дверь таверны захлопнулась за ее спиной, Сиерра практически трусцой поспешила к знакомым переулкам. Движило ей не сколько желание утолить любопытство и посмотреть на труп, и тем более, не праведное рвение догнать мнимого преступника. Подгоняло ее скорее неприятное чувство того, что между ее походом к оружейнику и предполагаемым убийством прошло совсем немного времени, и все же, что-то успело произойти, что так напугало старика Хьюго. Идущие по улице люди оборачивались на Сиерру, не понимая, куда она так спешит в бедный квартал. Она же надеялась добраться туда как можно быстрее, потому что Барри ей дал установку времени, но сама она не представляла, на что может наткнуться на месте, и сколько это дело может занять.

На подступе к цели, она замедлилась, перейдя на размеренный шаг. Приближаясь к оружейной лавке, она прислушивалась к каждому шороху, подготовленная к тому, что за каждым углом могла притаиться опасность. Руку она держала на мече, готовая достать его в любой момент. Конечно, по началу она была настроена более скептично ко всей ситуации, и та вызывала у нее просто смесь азарта и интереса. Но теперь, словно сами грязные стены узких переходов стали давить на нее. Она передвигалась вперед уже с напряжением.

На подходе к оружейной лавке предстояло сделать еще один поворот.

Первое, что привлекло ее внимание - это запах. Ни с чем другим она бы его не спутала. Едкий, металлический аромат крови.Сиерра завернула за угол.Рядом с лавкой было пусто. Сперва ей показалось, будто ей почудилось, но, продолжая приближаться ближе к зданию, ей на глаза упал отбеск от темной стуйки, тянущейся между камней, устилающих землю. Она шла прямо за оружейной лавкой. Обогнув постройку, Сиерра затаила дыхание.Она была готова увидеть нелицеприятные вещи, но все равно невольно отшатнулась, зайдя за угол.

Прямо у ее ног лежал труп мужчины с перерезанным горлом. Его широко открытые, остекленевшие глаза смотрели прямо на Сиерру. Голова была запрокинута, а рот прикрыт, будто перед смертью он хотел закричать, или попытаться вдохнуть воздух, захлебываясь собственной кровью. Ворот и грудь его белой рубашки и камзола были залиты алыми пятнами. Он лежал на спине, а пальцы его были скрючены. Вероятно, последние силы он потратил на то, чтобы перевернуться лицом вверх. Лужа крови растекалась у его головы, тонкими ручейками струясь меж камней. Самих ран на его шее было две. Одна, более аккуратная, шла алой полоской у сонной артерии. Другая же, более глубокая, приходилась в самый центр шеи. Ее края широко расходились друг от друга. Казалось, еще немного, и этим движением можно было обезглавить. Внутри раны, из красного месива можно было разглядеть белеющие позвонки.

Сиерра глядела на труп с отвращением и шоком, но не могла отвести глаз, пока все не рассмотрела. На миг ей стало тошно. Она многого повидала в жизни, но от вида трупа, безжизненно смотрящего прямо в душу, ей все равно сделалось не по себе. Сделав пару шагов в сторону, Сиерра краем глаза уловила металлический блеск под рукой покойного. Приглядевшись, она поняла, что на земле, из-под рукава его камзола поблескивает кусочек железа. Девушка присела на корточки, чтобы лучше разглядеть находку. Сглотнув очередной подступивший приступ отвращения, она неуверенно протянула руку, дабы вытащить найденную вещь из-под трупа. Дотянувшись кончиками пальцев, она резко притянула к себе железный кулон и тут же выпрямилась во весь рост, чтобы лучше рассмотреть его при солнечном свете, а заодно отодвинуться подальше от мертвеца. Часть кулона и цепочка, приклепленная к нему, были запачканы еще теплой кровью, но даже так, отчетливо читалась его сложная форма. Он был небольшим, легко умещающемся на ладони, и при этом детально выполненный в виде дракона, свернувшегося кольцом и обвивающего своим хвостом шею. Внешний вид кулона показался Сиерре отдаленно знакомым, но как она не старалась, не могла вспомнить, где же в действительности видела нечто подобное. Сжав кулон в кулак, она неожиданно для себя сунула его за пазуху, несмотря на незастывшую кровь на нем. Подсознательно она чувствовала важность этой улики и странное желание разобраться с этим. Тут же ей в голову пришло внезапное осознание:

"Оружейник!" – опомнилась Сиерра. Ну конечно! Хозяин лавки все это время был буквально тут же, рядом, когда произошло убийство.Девушка мигом рванула к магазину. Помещение лавки было пустым. Деревянный пол скрипел под ногами, когда Сиерра осторожно ступала по нему, оглядываясь. Хозяина лавки нигде не было. В голову начали закрадываться нехорошие мысли. Стены из темного дерева венчали развешанные всюду мечи, кинжалы, топоры и прочее. В конце комнаты стояла стойка, за которой обычно и принимал посетителей хозяин. Здесь негде было спрятаться. И все же, неприятное чувство не покидало Сиерру. Она прошла еще дальше, пока не приблизилась к самой стойке.

– Здесь есть кто-нибудь? – осторожно позвала она. Под стойкой раздался глухой стук.

Сиерра обошла стойку и заглянула вниз:

– Эй?

Под столешницей, скорчившись, сидел тощий пожилой мужчина. Это и был оружейник. Увидев голову Сиерры, высунувшейся сверху, он вздрогнул и громко вскрикнул.

– А, вот вы где, – с облегчением улыбнулась девушка, распрямляясь.

Перепуганный мужчина выполз на четвереньках из-за своего укрытия.

– Ч-черт возьми, вы меня до смерти напугали, – пробормотал он. – Я чуть было не умер со страха. Думал, он вернулся за мной...

Оружейник поднялся на ноги, отряхивая брюки, но все еще озирался по сторонам, чувствуя тревогу.

– Вы ведь та самая посетительница, что приходили с утра? – удивился он. – Боже, зачем вы пришли сюда вновь!

– Как раз затем, чтобы понять, что произошло, – ответила Сиерра. Она прошлась по комнате к окну, выходившему точно на тот переулок, где и случилось преступление.

– Вы... видели это? – спросила она, обернувшись на лавочника.

Хозяин магазина, все еще сгорбившись, стоял у стойки, боясь лишний раз шевельнуться. Когда Сиерра его спросила, он передернул плечами.

– Я не видел всего, спасибо Всевышний. Сначала я слышал какую-то возню за окном, а когда решил подойти, оно посмотрело прямо на меня...

– Оно - это что?

– Тот убийца. Это... Это был не человеческий взгляд. Настоящий зверь, демон. Внешне он напоминал человека, но было в нем что-то такое... мне не подобрать слов, какое отвращение и ужас он вызвал во мне. Знаю, я звучу бредово, но поверьте, это действительно так! – лавочник говорил и смотрел на свои дрожащие руки, потирая их перед собой, не зная, куда еще деть. – Затем я услышал крик. После чего меня обуял сильнейший страх, и я не придумал ничего лучше, кроме как спрятаться здесь... и молиться, чтобы оно не отправилось за мной.

Сиерра вновь выглянула в окно. Через него под нужным углом можно было разглядеть труп, а значит, и момент убийства.

– Как к вам лучше обращаться?

– Ко мне? – встрепенулся оружейник, застанный этим вопросом врасплох. Немного замявшись, он ответил:– Якоб Дензил.

– Хорошо, мое имя Сиерра, – ответила она, – а теперь, мистер Дензил, вам возможно не понравится, но нам необходимо это сделать. Выйдем на улицу и вы поможете опознать труп.

Дензилу это действительно не понравилось. Хозяин лавки снова затрясся, как осиновый лист, и сжал перед собой руки. Но в итоге в этом худом человеке все же нашлось некоторое мужество, поэтому он взял себя в руки и коротко кивнул.

– Если это действительно так необходимо. Но прошу, будьте осторожны... – сказал он больше себе, нежели Сиерре.

Вдвоём, оглядываясь по сторонам, они вышли из лавки, тихо подходя к злосчастному повороту.Когда взгляду открылась знакомая картина с трупом убитого, Дензил за спиной Сиерры хотел было вскрикнуть, но вовремя успел прикрыть рукой рот.Сиерра же, уже наблюдая это во второй раз, прореагировала не так эмоционально, и, придав себе как можно более спокойный вид, повернулась к спутнику.

– Зрелище не из приятных, вы уж потерпите, – сказал она. – Если можете, подойдите ближе и скажите, может, вам знакомо его лицо? Одежда?

Дензил все стоял на месте, как вкопанный, с белым, словно полотно, лицом. Он смотрел со своего расстояния в оцепенении и ужасе, взирая на кровавую сцену. Как вдруг его выражение внезапно прояснилось.

– Кажется, я узнаю его! – пролепетал он.

– Да? – Сиерра навострила уши.

– Этот господин... Он вампир, – начал Дензил. – Он регулярно приходил в мою лавку, когда я не успевал выплачивать налог со своей выручки. Понимаете, металлы, которые поступают в мое пользование, добываются на севере столицы, поэтому мне постоянно приходилось иметь дело с их гонцами, которые вытряхивали с меня деньги, когда им что-то не нравилось... Этот господин навещал меня в прошлом месяце, угрожая, что мою лавку прикроют, а все оружие и сбережения заберут, если я не выплачу нужную сумму. Выходит... – мужчина побледнел еще больше. – Он шел сюда сегодня специально ко мне, когда он... Когда его...

Казалось, ноги бедняги Дензила сейчас подкосятся и он упадет в обморок. До него дошло осознание, что всего пару мгновений отделяли смерть вампира, от его встречи с ним. И это привело его в еще больший ужас. Сиерра подскочила к нему и подставила свою руку, чтобы лавочник мог опереться.

– С вас достаточно сегодня опознаний, спасибо за помощь, – сказала она, отводя оружейника прочь, внутрь лавки.

Оказавшись внутри, Дензил изнеможденно уселся на стул перед входом и тяжело переводил дух.Сиерра встала тут же, оперевшись спиной на косяк.

– Это объясняет, почему он так разодет. Вампир значит. Да еще из столицы, – как бы подытоживая, заключила для себя девушка.

– Но вот еще кое-что важное, – обратилась она к Дензилу. – Не могли бы вы описать, какие приметы были у убийцы, помимо, так скажем, демонических глаз?

Дэнзил посмотрел вперед себя, как бы припоминая, или собираясь с силами.

– Я правда не могу многого рассказать, – мрачно ответил он. – Я был так напуган... Все, что приходит на ум, когда представлю его еще раз, это то, что он, наверно, был достаточно крупным и высоким... Не знаю, на нем была темная накидка, скрывающая фигуру. А лицо... Оно было каким-то неправильным, грубым...

Сиерра кивала, чтобы лавочник продолжал. Но в душе она понимала, какие это невнятные описания.

"Значит, единственное, что может оказаться существенным в поисках - это крупное телосложение и высокий рост? Не густо", – подумала она.

– Простите, я правда не могу вспомнить что-то еще, – Дэнзил удрученно потер переносицу.Сиерра похлопала мужчину по плечу:

– Вы достаточно помогли, спасибо.

Дэнзил удивленно поднял на нее глаза. И до нее только сейчас дошло, как неловко ее жест мог выглядеть со стороны. Она подействовала рефлекторно, потому что привыкла так поддерживать Барри и Донну. Сиерра отдернула руку и быстро поклонилась.

– На этом я откланяюсь. Еще раз благодарю за содействие, мистер Дэнзил, – сказала она, отворив дверь на выход.

– Берегите себя, мисс Сиерра, – с тревогой в голосе попрощался лавочник.

Дверь захлопнулась, и она оказалась одна. Былое ощущение дискомфорта вернулось с новой силой после увиденного. Но к нему примешивалось и некое чувство... Злости? Сиерра знала, что праведный гнев ей не свойственен, но неизвестный убийца все же вызывал у нее искреннее отвращение. Вспомнив раны на теле трупа, можно попытаться составить действия убийцы. Если изначально первой нанесенной считать рану на сонной артерии, то преступник, вероятно, и собирался убить таким образом жертву. Но, заметив, что по улице шел старик Хьюго, который увидел происходящее и закричал, убийца мог подумать побыстрее умертвить жертву и скрыться. Для этого он нанес глубокую рану посередине, чтобы окончательно добить жертву до того, как его обнаружат. Этот вариант казался наиболее вероятным. Но что если... Убийца изначально задумал умертвить жертву несколькими ударами? Вспоминая почерк убийств Джека-потрошителя, то он, по слухам, действовал так же. Все трупы были с одним и более порезами на шее. Маловероятно что во время всех его нападений, ему приходилось быстро заканчивать своё кровавое дело по причине того, что его обнаружили. Тогда выходит, несколько порезов разом - это его изначальная цель. Но зачем? Есть ли вероятность, что это было обусловлено его маньяческими порывами? В таком случае, когда убийца напал на вампира у оружейной лавки, он нанес порез на артерии, так как по ней легче попасть, а затем, на пике своего удовольствия, резанул поперек горла. Возможно, он бы нанес еще больше ран, если бы его в действительности не прервал переполох старика Хьюго.

Сиерра поежилась. Если убийца является маньяком, который испытывает истинное удовольстие, убивая других, это объясняет, почему она подсознательно испытывает отвращение и гнев...

Она помотала головой, отгоняя негативные мысли, и попыталась сосредоточиться на том, не пропала ли она дольше, чем на час. Донна и Барри уже наверняка места себе не находят. Хотя, это скорее Донна крутится на месте и не знает, что опять случилось. А Барри в этот момент, почесывая пузо, размышляет о том, какое наказание ей придумать.

___

Она успела. В попыхах вбежала в таверну, чем изрядно напугала некоторых посетителей.

– Да что сегодня за день такой? – протянул один из выпивак.

Сиерра протопала к барной стойке.

– Я вернулась, – состоила она улыбочку Барри, примостившись на одном из высоких стульев. Тавернщик смерил ее недовольным взглядом, но не нашел, как бы ее отчитать, поэтому просто саркастично спросил:

– Ну, нашла чего-нибудь?

К счастью Донны, она была занята раздачей стаканов и закусок, пока Сиерра во всех кровожадных подробностях описывала Барри, что она успела повидать.Когда официантка наконец смогла присоединиться к разговору, ее просто поставили перед фактом, что убийство действительно произошло.

– ...Выходит как-то так, – закончила свой рассказ Сиерра.

– Какой кошмар, – пробормотала Донна.

Барри скрестил руки на груди и задумчиво произнес:

– Приятного, правда, мало. Но, как ты сама убедилась, этот убийца реально убивает только упырей, так какой смысл нам переживать?

– Как ты можешь так говорить? – повернулась к нему Донна. – Тот факт, что среди нас ходит страшный преступник, уже ужасен. А то, что он убивает лишь вампиров, еще ничего не значит. Мы все все еще в опасности!

– Сиерра, ты чувствуешь себя в опасности? – обратился к ней Барри. – Я вот что-то нет. Честно говоря, я и сам-то вампиров не чаю, так что пока их кто-то режет, моей таверне спокойнее.

– Барри! – возмущалась Донна.

– Нет, ну серьезно. Сиерра у тебя буквально перед носом. Она тоже убивает упырей. И что теперь, ее тоже бояться?

– А ты меня не приплетай, приятель, – сощурила глаза Сиерра.

Донна переводила взгляд то на Барри, то на Сиерру.

– Нет, ну тут совершенно другой случай, – сказала она, понизив тон. – Сиерра убивает плохих отродий, и не наслаждается этим!

– Откуда ты знаешь? – спросила Сиерра.

– Ну ты-то куда?! – закатила глаза официантка. – Хватит с меня этого. Я, между прочим, единственная, кто в этом заведении целый день на ногах, мне некогда с вами пререкаться.

– Эй, ну чего ты? – Сиерра придержала Донну за плечо, когда та развернулась и собралась уходить. – Хорошо же сидим. Барри, налей-ка нам чего-нибудь! Чего стоишь, правда? Поработай тоже!

– Вот это другой разговор, – Донна быстро сменила гнев на милость, усевшись на стул рядом.

Барри недовольно хмыкнул, взглянув на девушек, но за стаканами пошел.

– И кстати, про твою новую прибыльную "подработку", Сиерра, я тоже не забыл, – намекнул он, кивнув на новенький меч на поясе девушки, наполняя стаканы пойлом.

Сиерра поняла намек.

– "Подработка", скажешь тоже, – отмахнулась та, – Я, считай, поднялась по карьерной лестнице.

Глава 3

Мелтсайд притих. На улицы вовсю проникали сгущающиеся сумерки. Остановилась любая работа и движение, даже попрошайки пропали со своих привычных мест. Никто не хотел находится на улице перед приближением ночи. Слишком много опасных вещей случаются с жителями в это время суток, особенно в последнее время.

Сиерра приближалась к мосту св.Питера. Несмотря на свое пафосное название, это был обычный старый каменный мост, пролегающий над грязным каналом. Но на большое расстояние вокруг, он все же был одим из тех немногочисленных мест, на котором были установлены слабо мерцающие оранжевые фонари.

Сиерра встала как раз в кружок света под одним из фонарей. Она оглядывалась в поисках того, кто ей и назначил прийти сюда в это время. Ей пришлось даже немного припозднится, но, к ее удивлению, самого Джона вокруг не было видно. В послании четко было написано о времени и месте встречи, не могла же Сиерра перепутать? Или перепутал скорее он, раз являлся не местным? Постояв еще мгновение, Сиерра решила пройти чуть дальше. Из-за нахождения под фонарным светом, ее глаза уже привыкли к освещению, и при погружении обратно во тьму, им снова нужно было время привыкнуть.

Девушка уже спустилась с моста и прошла вперед, но никаких признаков присутствия рядом хоть кого-либо так и не заметила. Неужели это просто был глупый розыгрыш? Но разве тот хмурый богатей похож на шутника? Хотя, в любом случае доверять ему не стоило, эта мысль казалась абсурдной. Сиерра решила не оставлять попыток и протопала поближе к домам на противоположной стороне моста.

Проходя мимо одного из них, она наконец услышала звуки чьих-то шагов и развернулась посмотреть. Но стоило ей выглянуть в переулок, как тень справа от нее внезапно отделилась от стены и резко набросилась на нее. Холодная рука цепкой хваткой грубо обхватила ее лицо. Сиерра попыталась вскрикнуть, но рука надавила ей на рот. Она приняла попытку вырваться, но, воспользовавшись замешательством, ее силой затащили в темноту между домами. Она все пыталась извернуться, ударить ногой по напавшему сзади, но была окончательно затянута в узкий темный проход. Сиерра слышала его дыхание. Он не давал вырваться, но на свою беду, оставил ей руки свободными. Одним движением выхватив из-за ремня на поясе припасенный кинжал, она уже устремила его острие нападавшему в бедро, как вдруг услышала над ухом гневное шипение:

– Да не дергайся ты!..

В этот же момент Сиерра замахнулась головой и с силой ударила ею прямо в челюсть напавшему. Удовлетворительно услышав над собой "ауч!", она еще раз дернулась, и уже в ослабшей хватке противника смогла развернуться к нему лицом. Стоявшего в темноте человека было трудно разглядеть, ибо он был полностью укутан в темную одежду, сливающуюся с окружением. На нем был накинут капюшон, а нижняя часть лица и вовсе прикрыта какой-то тканью. Единственными открытыми были холодные светлые глаза, которые яростно впились в Сиерру.

– Какого черта ты творишь?!

– А незачем хватать меня как маньяк, Джон! – ответила Сиерра.

Мужчина наконец полностью опустил руки, чтобы она могла отодвинуться от него хоть немного, насколько позволял узкий проход. Сиерра все еще с упреком смотрела на своего названного заказчика, ожидая хоть каких-то извинений или объяснений, но Джон стоял молча, будто полностью игнорируя ее, и внимательно всматривался в сторону улицы.

С недовольством Сиерра повернула голову в ту сторону, куда тот так пристально вглядывался. Звук шагов, который она услышала, прежде чем ее затащили в переулок, слышался уже отчетливо. Размеренный стук раздавался о каменную поверхность улицы. Шел кто-то очень важный. В хорошей обуви. В узком поле зрения вырисовалась высокая фигура человека. В сумерках его было тяжело разглядеть. За прямо выправленой спиной выглядывал продолговатый предмет.

Казалось, будто он уже готов пройти мимо и скрыться из глаз, но отчего-то резко остановился прямо перед переулком, в котором они вдвоем прятались.

Секунда нужна была ему на размышления, прежде чем он выхватил свой предмет из-за спины и направил его на скрывающихся в переулке.

– Эй, вы там! – его крик пронзил тишину, которая за это время стала неприлично громкой.

Сиерра поклялась, что услышала как Джон тихо выругался, после чего отшатнулся от стены и повернулся к человеку.

Теперь до Сиерры дошло, что тот больше всего не хотел встречаться именно с их обнаружителем.

Столичный патрульный все так же стоял, угрожающе направляя ружье на подозрительных типов, прячущихся в узком проходе.

– Что вы там делаете? Выходите и назовитесь! – скомандовал вампир, сделав шаг вперед, намекая на свою готовность применить оружие по назначению.

Джон приподнял руки, показывая свою безоружность. Едва заметно мотнув головой, он намекнул Сиерре сделать то же самое, если та хочет избежать проблем. Она повторила и вслед за ним медленно направилась к выходу из переулка, где их поджидал грозно настроенный патрульный.

– Вы двое... – начал вампир, подозрительно оглядывая людей перед ним. Ружье он не опускал.

– Сэр, мы... – начал было Джон, но патрульный грубо прервал его попытку оправдаться, переместив дуло в его сторону.

– Что вы делали там, почему скрывались от патруля? Вы не знаете законов? – выпалил он.

– Что? Законов? – с искренним недоумением переспросил Джон, на что вампир резко щелкнул ружьем и еще ближе направил на него оружие, придав обстановке большего напряжения. Всем своим видом он гордо демонстрировал свою власть над ними.

– Так вы не знаете указов Высшего Совета? – с упором спросил патрульный, пристально глядя на тех, кого он держал под прицелом. Контроль над ситуацией позволял ему с нескрываемым упоением все сильней давить на пару. Он явно не считал их за тех, кто мог бы дать ему отпор. Он откровенно не считал их даже выше, чем надоедливый грязный сброд.

Джон и Сиерра стояли молча, выжидая действий патрульного.

– А, ну конечно, с кем я вообще говорю?.. – с притворным осознанием протянул вампир, полный отвращения, но одновременно на его лице сияло надменное выражение удовольствия от своей возможности держать кого-то на мушке.

– С этого дня во всех потенциально опасных районах будет установлено патрулирование, – уже более холодным тоном начал объяснять он, специально сделав упор на "потенциально опасных" районах, подразумевая под этим те места, где живет множество людей. – Даже такие, как вы, должны понимать, что серийные убийства вынудили власть отправить из столицы стражу контролировать улицы, чтобы повысить безопасность.

Только сейчас патрульный приопустил ружье, дабы с головы до ног осмотрел стоящих перед ним.

– ...В том числе, сообщать обо всех подозрительных личностях.

– Послушайте, мы вовсе не думали ни о чем плохом! – неожиданно Сиерра прильнула к Джону поближе и обратилась к патрульному, стараясь чтобы ее голос звучал максимально невинно.

Наверно, Джон смотрел на нее как на идиотку, но все ее внимание было заключено на вампире.

– Мы... Мы просто шли домой, верно? – Сиерра повернула голову к Джону, но не успел тот и рот открыть, тут же снова вернулась к стоящему перед ней мужчине. – Это недоразумение! Мы не хотели вызывать подозрения, просто... Знаете, нам нужно было уединиться и мы искали укромное местечко... Знаете, как обычно бывает...

– Заткнись, – вампир направил ружье на Сиерру, – Мне плевать чем вы собирались заняться. Но вот ты... – дуло перешло на Джона. – Назови хоть одну причину, какого черта ты так замуровал свое лицо, щенок. Тебе есть что скрывать перед законом?

Сиерра переводила взгляд то на Джона, то на патрульного. Нельзя, чтобы ситуация усугубилась еще сильней.

– Пожалуйста, простите моего спутника! – таким же высоким голосом начала она, натянув неловкую улыбку. – Ему нездоровится, поэтому он надел повязку, чтобы не заразить никого! Если позволите, мы сейчас же пойдем домой и больше не потревожим...

– Я же сказал тебе заткнуться, – оборвал вампир, не удостоив девушку даже взглядом. Его внимание было на ее спутнике. Он крепче перехватил ружье, – Ты будешь упрямиться или все же сохранишь себе шкуру, отребье?

Джон, если и был напряжен, то виду не показывал. Очевидно, что было что-то, что он хотел скрыть он лишних глаз. Постоянно скрывал внешность, и по какой-то причине ему даже потребовалось спрятаться от патрульного, чтобы его не увидели. Ради чего? Сиерра заметила, как ей самой стало тревожно. Поэтому когда она увидела, как Джон спокойно потянулся к повязке на лице, ее это удивило.

– Да, простите, – кивнув, Джон стащил кусок ткани.

Из-под повязки пышными кудряшками выскочили рыжие усы и борода.

– Мне правда не здоровится в последнее время... – сказал он, грустно покачав головой, и для достоверности кашлянул.

Сиерра уставилась на яркую растительность на лице Джона.

Патрульный с отвращением смотрел еще немного на их пару, но, не найдя к чему еще придраться, либо ему это все просто наскучило, махнул ружьем в сторону улицы.

– Пошли вон, – процедил он с недовольством в голосе, – и чтобы больше я вас не видел.

Сиерра активно закланялась, пытаясь рукой нащупать руку Джона. Ее пальцы ухватились за край его плаща, и она с силой потянула его на себя, пытаясь оттащить спутника от патрульного, продолжая улыбаться и сыпать поклоны. Джон так же неловко сгибался в поклонах, короткими шажками отходя от патрульного, не забывая активно и очень уверенно кашлять.

Когда спина вампира наконец скрылась в темноте за углом, они вдвоем смогли выдохнуть.

Сиерра привалилась спиной к холодной стене дома, вытирая со лба невидимый пот.

– Черт тебя дери, Джо. Если уж решил скрываться от стражей порядка и наживать себе проблем, то мог бы делать это и без меня, – протянула она, косясь на мужчину.

– Кто бы мог знать, что они решать отправить в это захолустье патруль прямиком из столицы, – хотя видимая опасность миновала, Джон выглядел уже гораздо более встревоженным, чем во время допроса от патрульного.

– Ты полегче с захолустьем! – буркнула Сиерра. Джон не обратил на ее слова никакого внимания и лишь устало привалился спиной рядом с ней.

Сиерра пыталась не смотреть на него. До того нелепый был у того вид.

– Впрочем, не думаю что тот парень мог бы всерьез тягаться со мной, – пожав плечами, она попыталась перевести тему, сменив ее на любимое хвастовство. – То, как он тыкал в тебя пушкой – ребячье бахвальство. Его стойка оставляет желать лучшего. Сто процентов какой-нибудь новобранец, не нюхавший пороху, только и умеющий, что кичиться оружием направо и налево!

– Слава Богу что он оказался таким сопляком, иначе не ушел бы живым, – фыркнул в пушистые усы Джон.

– Вот и я о том же, – не поняв сарказма, или просто сделав вид, что она его не заметила, гордо произнесла Сиерра.

После этого повисла неловкая пауза. Они стояли молча у стены, словно у них и не было никакого общего дела, ради которого они и собрались. Наконец, Джон не выдержал и угрюмо вздохнул:

– Спрашивай уже. Вижу, что хочешь.

Сиерра повернулась к нему лицом, и больше не смогла сдержать ехидную улыбку до ушей.

– Погляди на себя, приятель! Что успело произойти с тобой за эти дни? – она пальцем указала у себя над губой. – Не припомню чтобы при первой встрече у тебя было подобное богатство.

Джон уже пожалел о том, что сказал. Он тщетно попытался натянуть обратно ткань, но та уже не налезала. Сиерра смотрела на это и все меньше могла сдерживаться.

– Нет, серьезно, что за маскарад? Неужели ты настолько важная персона? – спросила она. – Не является ли мой заказчик разыскиваемым преступником?

Мужчина вдруг серьёзно уставился на нее. Даже поверх этих смешных усов, от подобного взгляда могло стать неуютно.

– Даже если это так, каким образом это касается тебя? – ответил он. Внезапный холод в его голосе заставил Сиерру понять, что ее брошенная фраза задела скользкую для него тему. Сомнений нет, человек перед ней всеми силами скрывает личность, и по какой причине, приходится только гадать. Возможно, он и правда преступник, в конце концов, обычные люди не заказывают убийства. Вариантов того, кем он может быть много, но Сиерра решила оставить для себя лишь один.

– Напрямую. Ты же мой богатенький заказчик, – простодушно произнесла девушка, одновременно вытянула руки вперед и потянула затекшие от долгого бездействия и холода суставы. Джон все еще стоял молча, ожидая, что она скажет что-либо более внятное. Тогда Сиерра прошла чуть вперед и обернулась на него.

– И не делай такое лицо. Ты все равно выглядишь нелепо, – добавила она, снисходительно приподняв брови. – Знаешь, хоть я могу и бесконечно тебя подозревать в чем-то, ты во мне точно можешь не сомневаться. Конфиденциальность секретов моих сообщников - дело чести. Потому не делай вид, будто начинаешь жалеть о предоплате. Я ее все равно не верну. Разве что оправдаю делом. А для этого не стой столбом, и сделай уже то, для чего я вообще сюда притащилась.

Джон молча выслушал ее и, вздохнув, оттолкнулся от стены.

– Тогда нам нужно более удобное место, – сказал он, подойдя к Сиерре. Кажется, хоть на долю, но он все же решил поверить ее словам и успокоиться. – Где нас никто не сможет прервать или подслушать. Здесь уже явно не безопасно для этого.

– Удобное место, говоришь? – Сиерра задумалась на мгновение, перебирая в голове знакомые варианты. Остановившись на нужном, она уверенно зашагала по улице. Джон поспевал за ней.

– Знаю я одно уютное местечко. Там до нас точно никому не будет дела.

___

– Когда я говорил о месте, где нам никто не помешает, я не думал, что ты приведешь нас в убитый паб, – пониженным тоном произнес Джон, с недоверием и досадой окидывая глазами пространство вокруг.

Они сидели в затенненом углу слабо освещенной комнаты, в которой тесно были расставлены круглые столы и толстоногие табуретки. Деревянные балки, стоящие посреди заведения и поддерживающие потолок, были усеяны выцветшими листовками, а стены украшали безвкусные картины и головы животных – единственное, что показывало хоть какой-то статус в этом бедном пабе. Посетители были такими же, какими ожидаешь увидеть гостей этого места – разномастные, но одинаково сгорбленные, озирающиемя по сторонам путники в пыльных плащах, пьяные уставшие работяги и прочие обыватели с улиц, с подбитыми глазами или золотыми зубами, нашедшие здесь пристанище. Хозяин этого паба стоял за стойкой, подобно старому хищному грифу, осматривая свои владения.

– Я тебе говорю, "Ковчег" идеальное окружения для нашего разговора, – Сиерру совершенно не смущала обстановка вокруг, она максимально расслабленно расселась на табуретке и попивала из огромного стакана пенящееся пойло. В отличие от Джона, которому явно не нравилось находится в подобном месте, она чувствовала себя как рыба в воде, среди этих тесных обшарпанных стен и посетителей недружелюбного вида, которые того и гляди, достанут нож из-за пазухи и устроят погром.

– Здесь до тебя точно никому нет дела. Тут собираются как раз те, кому нужно залечь на дно или переждать ночку. В таком месте можно свободно вести речи о готовящемся убийстве, – Сиерра оторвалась от кружки и стукнула ею о стол.

Джон кинул на нее недовольный встревоженный взгляд. Ему явно не понравилось как спокойно и слишком, как ему казалось, громко она произнесла слово "убийство", о которым он, между прочим, предпочел бы никому не распространяться. Хотя Сиерра справедливо могла отметить, что как раз-таки ее спутник и являлся самым заметным в пабе, сидя в черной накидке с капюшоном, сгорбившись в темном углу. Но предпочла не напоминать ему об этом, а то пришлось бы пол ночи еще бродить и искать новое место, где их бы точно никто не смущал. А Сиерра уже пригрелась и успела расслабиться от гадкого пойла, который теперь для нее был слаще меда. Да и Джон был явно не в лучшем расположении духа. Его напряжение не умаляло и то, что Сиерре все-таки удалось подбить его снять с себя эти смешные рыжие усы с бородой. Она упрямо настояла, что не сможет говорить с ним о серьезных вещах пока тот выглядит как чертов лепрекон. Потому Джон и сидел, с еще большим подозрением оглядываясь вокруг, словно кто-то из присутствующих мог узнать его в лицо. А оно у него оказалось вполне обыкновенным. Слегка загорелым, с четкими ровными чертами, словно умело вырезанными ножом. Над пронзительными голубыми глазами все время в напряженном состоянии были сведены к переносице черные брови. Темные пряди свисали у него из-под капюшона, отбрасывая на лицо длинные тени. Сиерра могла отметить, что внешность у него не слишком выдающаяся, чтобы ее можно было узнать в толпе. Она ожидала хотя бы шрамов или выразительных отметок, но не ей судить, кем приходился этот человек.

– Давай ближе к делу, – сказала Сиерра, – мы же не собираемся торчать тут всю ночь?

Джон послушался ее и в момент стал еще серьезнее. Он перестал оглядываться вокруг и наконец прямо взглянул ей в глаза.

– Для начала расскажи, что ты вообще знаешь про высшие вампирские круга, – уверено начал он. – Что тебе известно об этом?

Сиерра вальяжно чуть откинулась назад, как бы прикидывая, о чем можно поделиться с собеседником.

– Так мы из далека начинаем, да? – протянула она, задумчиво рассматривая картины на стенах.

– Мне важно понимать, с чем вообще работать.

Девушка оценивающе глянула на Джона и вернулась в исходную позицию за столом, уперев логти в столешницу.

– Поняла, – кивнула она, ухватившись за ручку своего стакана. – Ну, ничего интересного я явно не расскажу. Я обычная обывательница из бедного района, так что знания мои весьма скудны, прошу заметить, – она сделала крепкий глоток и продолжила. – В Соединенном Королевстве всего две самые важные вампирские ветви. Одна из них – семья Кларвельтон, кровожадная до власти кучка упырей, пустившие свои корни почти во все общественные сферы. Не по их ли инициативе сюда были сосланы патрульные?

– Вполне вероятно, – мрачно кивнул Джон.

– А вот вторые не лучше. Как их? Бланше? Озабоченные фанатики. Занимают главенствующую роль во всем духовенстве. Стоят из себя святых, пока пытаются изничтожить всех, кого нарекли еретиками. Дай-ка предположить: тот смазливый дворянин, которого ты хочешь чтобы я прикончила, он явно повязан с Кларвельтоном?

– Верно. Жиль Блюберд – один из их самых перспективных представителей высших кругов и их основной информатор, – Джон вытащил из-под плаща тот же листок с изображением блондинистого юноши, что и при их первой встрече. Рядом лежал еще один рисунок, напоминающий чертеж зданий. – Бывший успешный маршал, с почетом прошедший войну с Алгонией. Спустя восемь лет после войны занял титул барона и стал одной из самых влиятельных фигур в высшем свете. Род Кларвельтон ему очень благоволит, потому Блюберд ни в чем себе не отказывает и купается в роскоши. В скором времени он собирается заключить крупную сделку о ввозе на территорию Королевства контрабанды запрещенных веществ. У него слишком много связей и представителей. Я пытался найти хоть какую-то информацию на них, но это практически невозможно, слишком много мелких сошек и сбивающих с толку путей. Потому единственным, пускай и опасным способом останется избавится от самого Блюберда, головы в этом процессе, чтобы выбить весь механизм из колеи.

– А это? – Сиерра указала на чертеж.

– Место, где по расчетам с наибольшей вероятностью будет присутствовать Блюберд когда его легче всего отследить. Именно этим и стоит воспользоваться, чтобы нанести ему удар.

– Но там же наверняка будет очень много охраны на каждом углу.

– Я знаю. Поэтому и приготовил все необходимые чертежи и изучил, в какой момент цель будет наиболее уязвима. Блюберд любит устраивать богатые светские приемы в своей резиденции, и этим шансом можно будет воспользоваться, чтобы подобраться к нему поближе.

Сиерра изучала помятый листок, который по видимому, до этого был сложен в несколько раз. Масштаб у чертежа был небольшой, но этого хватало, чтобы примерно изобразить само здание, напоминающее длинную букву "п" и небольшие постройки рядом. Линии на чертеже были пускай и довольно аккуратными, но заметно, что сделаны не опытным в этом деле человеком.

– Ты сам это начертил? – озвучила свои догадки она, ткнув на чертеж.

– У меня было удивительно много свободного времени, – отмахнулся он.

– Мило, – хмыкнула Сиерра и вернулась к изучению бумаг. Ее взгляд упал на портрет самого, так называемого Жиля Блюберда. Раз этот барон был таким известным вампиром, странно, почему она никогда прежде не слышала упоминаний его имени даже в газетах. Хотя, из рассказов Джона можно предположить, что барон был и впрямь очень предусмотрителен в своих действиях, не говоря уже о личной информации. Но кое-что Сиерру все же смущало в этом господине.

– Говоришь, он воевал с Алгонией? – не отрываясь от листков, спросила она у Джона. Надо сказать, художник, кем бы он не был, действительно обладал талантом. Мелкие детали были переданы с удивительной четкостью. Как раз поэтому, разглядывая портрет, ее взгляд ухватился за приметную деталь, которую она сперва приняла за игру воображения. В конце-концов, она сидит почти в темноте, и разглядывает маленький рисунок.

– Да. И он, выходит, был вполне популярен, раз дослужился до маршала, – Джон заметил, как Сиерра начала пристально вглядываться в портрет и тоже слегка наклонился вперед, чтобы лучше видеть.

– Что-то не так? – спросил он.

Вместо ответа Сиерра еще раз спросила:

– Насколько точным можно считать этот рисунок?

Судя по всему, Джону не особо понравилось, что его вопрос проигнорировали, но, дослушал фразу Сиерры до конца, спокойно ответил, будто этого и ожидал.

– Это не рисунок, а фотография.

Сиерра на миг подняла на него глаза. Встретившись с ее удивленным взглядом, на лице Джоне появилось некое подобие самодовольства.

Девушка усмехнулась, глядя на него.

– Что смешного?

– Хотела было спросить, откуда у тебя вообще взялась такая роскошь, как раскрашенная фотография, но вспомнила, что ты на деле у нас богатый парень, – пожала плечами Сиерра.

– Как у тебя все легко. Знала бы ты, сколько мне стоило ее достать, – обиделся Джон.

– Ладно, зато теперь я могу понять, что кое-что действительно не так с этим Блюбредом, – Сиерра вновь наклонилась к листку бумаги, указывая на него пальцем, чтобы Джон тоже взглянул.

– Вот оно, – когда они оба склонились на фотографией барона, девушка указала на крохотную деталь – глаза вампира, – видишь? Что-то не так с его зрачками. Один заметно больше, чем другой.

– А у тебя зоркий глаз.

– Натренировалась, пока по ночам отродий кромсала.

– Но может, это случайная ошибка в фотографии?

– Возможно, – Сиерра откинулась назад на табуретке, демонстрируя, что не собирается ничего доказывать, но продолжила задумчиво смотреть на стены паба. – Просто если это действительно так, то совпадение довольно забавное. Знала я одного человека с подобной особенностью... Восемь лет назад.

Джон поднял голову и теперь его внимание было на Сиерре.

Но не успел он задать свой вопрос, как тяжелая дверь паба распахнулась с грохотом, словно не весила почти ничего. Ржавые петли жалобно заскрипели, когда внутрь зашла целая толпа в красных мундирах. Топот их сапог раздался по старым половицам, будто они готовы были их проломить, когда пришедшие проследовали прямиком к стойке хозяина, расталкивая с пути тесно расставленные столы, табуретки и людей, сидящих на них.

Мужчин было штук шесть, не меньше. Когда они стремительно подошли к стойке, за которой стоял хозяин паба, старик и глазом не моргнул. Он без стыда презренно смотрел снизу вверх прямо на вошедших.

– Чудный вечер, не правда ли? – растянув губы в улыбке, громко спросил один из вампиров, уперев руку в столешницу и наклонившись на уровень хозяина.

– Был. До вашего прихода, – ничуть не обеспокоенный тем, что его окружила толпа высоких вооруженных вампиров, честно ответил старик. Его единственный глаз глядел прямо на говорившего с ним вампира, не выказывая никакого трепета.

Вампир помолчал секунду, видимо, не довольный тем, что не вызвал никакой реакции, а после вздохнул и коротко рассмеялся.

– Хорош, старик. Не будь таким грубым к гостям, – он повел рукой себе за спину, указывая на своих товарищей. – Мы весь день патрулировали этот район, нам бы чего-нибудь выпить.

– В "Ковчеге" не обслуживают упырей, – твердо ответил хозяин, не шевельнув и пальцем.

Толпа вампиров начала тихо переговариваться, но их лидер, говоривший со стариком, жестом указал им прекратить возню.

– Неужели в этом заведении не найдется и пары бокалов? – уже заметно теряя терпение, вампир наклонился еще ближе к хозяину паба.

Тот лишь отрицательно покачал головой:

– Я все вам сказал. Уходите.

Вампиры снова зашевелились. Кто-то из них достал со спины ружье, кто-то вытащил меч из ножен. Присутствующие в пабе люди встрепянулись и медленно начали расползаться подальше в стороны. Патрульные стражи разошлись посвободнее по территории зала.

– Как жаль, – без толики сожаления в голосе бросил говоривший патрульный, распрямляясь в полный рост. В руке у него сверкнул клинок. – Тогда полагаю, мы можем попробовать утолить жажду и другим способом?

После этих слов он резко бросился в сторону и схватил за руку несумевшую вовремя убежать женщину в старом сером платье. Она отчаянно вскрикнула, запнулась и почти упала, но вампир не позволил ей этого, грубо притянув к себе.

Женщина забилась, пытаясь вырваться из хватки. Она открывала рот и пыталась кричать, но от ужаса не могла выдавить и писка. Люди вокруг начали с воплями кидаться прочь к дверям, началась давка.

Сиерра и Джон вжались в угол, чтобы их не затянуло.

Лидер патрульных тем временем взял женщину за волосы и оттянул ее голову назад, обнажая голую шею. Он низко наклонился лицом к ее горлу, поддерживая зрительный контакт с хозяином паба.

Старик стоял на месте и в ужасе смотрел на происходящее, не понимая, что ему делать.

– Я хотел по-хорошему, – усмехнувшись, промолвил вампир, глядя ему в глаза.

Все произошло в один момент. Женщина дернулась, когда ощутила холодные зубы, входящие в ее плоть. Она наконец смогла издать один сдавленный крик, после чего вновь задрожала всем телом, судорожно хватая ртом воздух. Вампир глубоко вогнал клыки ей в шею, не расцепляя челюстей, крепко удерживая бьющуюся в его руках несчастную. Кровь под давлением хлынула из ран, окропив деревянный пол.

Тело женщины бессильно осело. Вампир выпрямился, утирая рукавом испачный кровью подбородок. Слегка пошатываясь, словно опьяненный, он приблизился к хозяину паба. Старик все еще пытался храбриться, твердо стоя на своем месте, смотря на нависающюу над ним фигуру, но его руки уже заметно била дрожь.

– Думаю, это вполне справедливая плата за нашу добросовестную работу, не так ли? – вампир растянул окровавленные губы в довольной улыбке. – А теперь, позвольте, мои друзья тоже насладяться вечером.

Патрульные начали перешептываться и тихонько расталкивать друг друга. Их лидер стоял к ним спиной, еще не давая прямых указов, оттягивая момент предвкушения.Когда возня стала громче, вампир ощутил как сзади его кто-то ухватил.

– Боже мой, господа, какой и вправду чудный вечер! – восклицала Сиерра, блаженно улыбаясь во всю ширь.

Она повисла на плече у патрульного, пальцем поглаживая нашивку на его мундире.

– Черт вазьми, как я обожаю мущин в форме! – заплетающимся языком выдала она. – Вы же из столицы, да?

Вооруженные стражи стояли молча и смотрели на странную пьяную женщину, повисшую на их командире, не зная, что им делать.

– Ты кто такая? – вампир с презрением взглянул на Сиерру, не выпускающую его из объятий.

– Эт неважно, – Сиерра приняла попытку приподняться на носки, чтобы стать поближе к лицу вампира. Обдав его крепким алкогольным дыханием, она не совладала с равновесием и почти повалилась с ног, но вовремя ухватилась за барную стойку. – Я как только вас увидела, то поняла, што в руках ся держать не смогу. Позволите?

Она попыталась подойти поближе к вампирам, но их командир направил на нее меч.

– Воу, воу, полегче, ребята! – Сиерра вскинула руки вверх. – Эт штука опасная. Я прост хочу сказать: если вам хочтся, то я с радостью поделюсь с вами своей кровью, идет?

Вампиры все еще стояли, не понимая, как с ней поступить. Вдруг один из их толпы выкрикнул в зал:

– Эй, ты! Это твоя женщина?

Сиерра выглянула из-за спин собравшихся и увидела, как к ней пытается пробраться Джон.

– Прошу прощения, – извинялся он, пока обходил вампиров, продираясь через их толпу, – она немного перебрала, такое бывает...

– Ой, Джо, ты тут? – Сиерра подскочила к нему. – Ты хочшь памешать мне в пастроении личной жизни?

– Пойдем, здесь опасно, – Джон пытался подталкивать ее вперед, но Сиерра никуда уходить не собиралась.

– Ты уберешь ее отсюда? – спросил командир патрульных, с отторжением глядя на развернувшуюся перед ним сцену пьяной драмы.

– Да, да, простите, что помешали! – энергично закивал Джон, продолжая безуспешно толкать Сиерру. – Ну же, пошли уже!..

– Ээй, джтльмены! Разве вам не жаль, что такую даму уводят? – выкрикнула та в толпу, всплеснув руками. – Вы не знаете еще, что теряете! Моя кровь такая вкусная!

– Переигрываешь... – наклонившись к девушке, прошептал Джон. Но Сиерра и не думала останавливаться.

– Мне это надоело, – один из патрульных вышел вперед, растолкав товарищей. – Нянькаешься с ними, а толку? Надо прикончить их и дело с концом.

Командир на миг хотел придержать своего подчиненного, но в моменте передумал и позволил тому обнажить меч.

Хозяин таверны ахнул и присел за стойкой. В давке из людей поднялась новая волна криков.

Вампир молниеносно нацелил клинок на Сиерру, чтобы сразить ее в сердце. Девушка напружинила мышцы, в последний момент приготовившись отскочить.

Вампир ловко ринулся вперед, но внезапно вид Сиерре заслонила спина Джона. Лезвие легло в его ладонь. Он сжал клинок в кулаке и дернул на себя, заставив вампира протянуться за ним вперед. Когда меч достиг плеча Джона, он навис над патрульным, оказавшимся под ним, и логтем с размаху ударил тому сзади по шее. Вампир хрипнул, и, потеряв равновесие, повалился на пол, ослабив хватку на мече. Джон воспользовался этим и выдернул у противника клинок, переместив его себе в другую ладонь, и выставил впереди себя, останавливая других вампиров, уже кинувшихся на помощь.

– Хорошо, господа. Давайте не будем устраивать балаган, – примирительным тоном объявил Джон, глядя на толпу рассерженных патрульных, которые едва держались, чтобы не устроить ему взбучку. – Мы с моей... женщиной, просто хотим тихо уйти. Прошу, если у вас есть достоинство. Не станете же вы избивать даму?

– Ложись! – крикнула ему в ухо Сиерра и схватив за шиворот пригнула к земле. Над их головами прозвучал выстрел из ружья. Вампиры начали пальбу.

– ...Кажется, станут, – мрачно закончил Джон. Все еще пригибаясь к земле, он ухватился за ножку стоящей рядом табуретки и запустил ее в вампиров. Застав их врасплох внезапной атакой, они вдвоем воспользовались возможностью и проскочили между расставленными столами. Тут же зазвучали новые выстрелы, парочка из которых попала в близ стоящюю мебель, поднимая снопы из разорванных щепок.

Сиерра пробиралась между столами и стульями почти на четвереньках, благодаря судьбу за то, что "Ковчег" такой густо заставленный и тесный. Это позволяло лишний раз увильнуть и прикрыться от огнестрельных атак.

– И на это ты рассчитывала, устроив цирк? – слышала она гневное шипение Джона, ползущего сзади.

– Ладно, в следующий раз место выбираешь ты, – ответила Сиерра, перед тем как доползти до противоположной стены и старательно напрячь слух. Через шум и гам она заметила, что выстрелы значительно притихли, а это значило, что вампиры перезаряжали ружья.

– Сейчас! – бросила она Джону через плечо и встала из своего укрытия.

Вампиры тут же заметили ее. Двое, что были вооружены мечами, мгновенно подскочили к ней. Сиерра запрыгнула на стол рядом с окном, стоявший у стены. Один из вампиров, что был ближе всего к ней, так же запрыгнул на соседний стол и приготовился замахнуться.

Сиерра сорвала со стены висевшую на ней картину, и когда меч врага прошел совсем рядом, едва увернулась и ударила тяжелой рамой картины в оконное стекло. Раздался треск, и на пол посыпались осколки. Сиерра спрыгнула на пол и, схватив один из кусков стекла, с размаху вонзила его в ногу еще стоящего на столе вампира. Тот вскрикнул от боли и вонзил свой меч прямо в то место, где была Сиерра, но ей уже хватило короткого замешательства вампира, чтобы успеть отскочить в сторону.

Второй противник так же запрыгнул на стол и приготовился пронзить Сиерру сверху. Девушка припала к земле и перекатилась под стол, на котором стоял вампир. Крохотные осколки осыпавшегося стекла оцарапали ей ладони. Оказавшись под низом, Сиерра перевернулась на спину и уперлась ногами в край стола, туда, откуда собирался спрыгнуть патрульный.

Когда усилиями Сиерры стол завалился назад, вампир пошатнулся и улетел головой вперед. Подскочив на ноги, девушка вытащила из ножен меч. В этот же момент на нее обрушился еще один враг. Командир этого патруля. Ее клинок едва успел заблокировать мощный удар вражеского меча. Металлическая вибрация от этого столкновения прошлась от клинка в руки.

– Да, теперь я узнаю тебя, – лицо командира оказалось очень близко к лицу Сиерры, когда они скрестили мечи. Его глаза озарил хищный блеск, он сделал шаг назад и приготовился к новому выпаду:

– Не ты ли та охотница на отродий из слухов?

Клинки высекли искры, вновь встретившись друг с другом. Сиерра едва не потеряла равновесие. Ей пришлось отойти на пару шагов назад, критически сокращая себе расстояние к отступлению. Рукоять меча предательски скользила от крови на расцарапанных ладонях.

– Так я знаменита? – горько усмехнулась она. Волосы липли ко лбу и мешали, но времени убрать их не было – новые и новые удары сыпались на нее без перебоя. Командир патруля все сильнее прижимал ее стене.

– Вполне. С твоей любовью убивать отродий и навыками боя у тебя нет причин не быть Джеком-потрошителем, – вампиру схватка давалась заметно легче. На нем не было видно усталости. Он орудовал мечом словно ему это было подобно легкому спаррингу.

– Я просто вышибала, – делая между словами паузы, чтобы отбить вражеский клинок, холодно ответила Сиерра. – И моя работа – выбивать дерьмо из таких говнюков, как ты, что мешают честным людям выпивать!

На краткий миг вампир открыл левый бок. Не теряя ни секунды, девушка устремила атаку туда. Но противник успел заметить ее выпад и быстро увернуться. Сиерра потеряла равновесие и пробежала вперед, чтобы не упасть. Этого хватило, чтобы враг оказался за спиной и занес клинок.

Краем глаза девушка увидела как между ней и сверкнувшим мечом вампира проскочила тень.

Джон вновь встал между ней и противником. Клинок вампира глубоко прошелся по его левой руке, которую тот выставил, заблокировав удар. Джон даже не вскрикнул. Его вторая рука быстро нырнула под плащ. Вампир на краткий момент округлил глаза, удивленный подобным выпадом и отсутствием каких-либо эмоций на нанесенный им удар, но быстро вернул былое обладание. Когда командир уже приготовился занести меч во второй раз, правая рука Джона взметнулась из-под плаща, направленная прямо в голову вампиру.

Сиерра услышала выстрел. Она уже готовилась вновь прижать голову к земле, спасаясь от новой волны обстрелов, но чтото было не так. Девушка посмотрела туда, откуда прогремел звук.

В руке у Джона был револьвер, из которого тоненькой струйкой шел дым. Командир патрульных стоял над ними,все еще держа в руках занесенный меч, а во лбу у него чернело круглое отверстие, из которого на лицо стекали тонкие кровавые ручейки.

После выстрела воцарилась звенящая тишина, хотя гам битвы и крики людей не прекращались. Но создавалось чёткие ощущение, что они остались где-то позади, затихли, чтобы потом с новой силой вернуться вновь, когда толпа вампиров и людей осознала, что произошло.

Тело вампира с грохотом рухнуло на пол. Остальные патрульные, очнувшиеся от потрясения, бросились в его сторону.

Ноги Сиерры подкашивались, когда она попыталась вскочить с пола. Джон схватил ее за шиворот и поволок быстрее к выходу из паба, пытаясь воспользоваться кратким замешательством.

У дверей скопилось много людей. В их толпе можно было затеряться и выйграть еще немного времени.

Сиерра протащилась через кучу движущихся и кричащих тел, почти не разбирая дороги впереди, потому что Джон не переставал тянуть ее с собой.

Она ощутила на лице дуновения холодного ночного воздуха, и после этого, наконец, черное звёздное небо над головой.

Они выбрались из паба на улицу. Поднятый в "Ковчеге" шум и звуки стрельбы уже разбудили многих жителей, поэтому не теряя ни минуты, Джон и Сиерра бросились в переулки. Подальше от возможности быть преследуемыми.

Уличный воздух после душного паба, пропитанного запахом алкоголя, крови и пороха, действовал как лучшее отрезвляющее средство. Один из редких моментов, когда Сиерра успела пожалеть, что выпила столько за вечер. Голова гудела, а ноги казались ватными. Она продолжала бежать за маячущей темной фигурой впереди, едва смотря себе под ноги.

Она не была уверена, что Джон знает хорошее место где можно спрятаться от погони, но решила довериться тому, как стремительно он несся по темным переулкам, не теряя времени на лишние раздумья.Сиерра, в свою очередь, не переставала оглядываться назад так часто, сколько этого хватало, чтобы не потерять из виду бегущего впереди нее спутника.

Какое-то время за спиной не стихали голоса преследующих их отряда патрульных. За поворотами то и дело мелькали всполохи огней и длинные тени, отбрасываемые стражами, когда Сиерра и Джон едва успевали юркнуть в новый переулок. Девушка все также не выпускала из рук меч, крепко сжимая его рукоять, готовая, что в любой момент их могут настигнуть. Вампиры двигались гораздо быстрее и меньше уставали, поэтому у них были все шансы, чтобы нагнать свою цель. Но все же кое в чем они уступали.

Бедные улочки Мелтсайда напоминали лабиринт, отчего ориентироваться в них сложно было даже днем, если плохо знать местность. Как раз это и сыграло на руку беглецам, ведь присланные из столицы стражи не были сведущи во всех углах и тесных закоулках трущоб.

Несмотря на количественное и физическое преимущество, патрульные не смогли так же быстро сориентироваться, и вскоре, их топот и голоса постепенно начали утихать вдали.

Чем тише становилось на улице, тем громче Сиерра слышала стук своего сердца и ощущала, как начинают ныть ноги. Но сбавлять темп она не имела права, ведь временное затишье не означало, что преследование прекратилось полностью. Джон, нисколько не замедляясь, вывел их двоих на каменную мостовую. Он направлялся прямо к мосту, не беспокоясь о том, что на подобной открытой местности они становятся легкой добычей.Сиерра сначала не поняла, куда тот вообще держит путь. Неужели он правда решил, что пробежать по мосту будет хорошей идеей? Не проще ли затаиться в темном углу в переулке?

Когда в ее голову впервые пришли сомнения на счет действий Джона, она попыталась подбежать к нему поближе, чтобы добиться объяснений. Как вдруг неожиданно, стоило ей приблизиться, он схватил ее за руку и потащил за собой мимо моста, прямо к краю ограды, стоящей у канала.

Не успела Сиерра и глазом моргнуть, как они уже сиганули прямо через забор, прямиком к воде.Уже приготовившись к встрече с ледяной водой, вслед за Джоном она приземлилась на твердую поверхность. Внизу, с краю от воды, к склону канала прилегала небольшая выдолбленная из камня полоска суши. Сиерра совершенно забыла о их существовании. Именно по таким ходили люди, очищающие каналы от мусора.

Джон, не выпуская руки Сиерры, потащил ее под мост, который отбрасывал большую тень.

Оказавшись под спасительным навесом, они вдвоем наконец смогли остановиться и перевести дух. Под мостом было еще холоднее, чем на поверхности, а в воздухе висела тяжелая влажность. Тем не менее, лучше укрытия им было уже не сыскать.

Они стояли еще какое-то время, прислушиваясь к звукам со стороны улицы, чтобы окончательно убедиться, что угроза хотя бы немного отступила.

Тяжело дыша, Сиерра опустилась на колени перед кромкой воды. Она запустила пальцы в холодный поток, позволяя ему слизать лишнюю грязь и кровь с многочисленных ранок от битых стекл, и отсудить разгоряченные ладони.

Джон встал чуть поодаль, шурша и копошась где-то в тени.

Когда Сиерра подняла голову, чтобы взглянуть, чем он занят, тот уже передвинул внушительных размеров камень от стены, поставив его рядом. Под камнем лежал какой-то сверток из ткани, в котором Джон, присев на корточки, начал внимательно рыться.

Девушка подошла к нему и встала взади, заглядывая через плечо, пытаясь понять, что он делает. Тогда же ей в лицо прилетел кусок ткани.

– Надень это, – прозвучал голос Джона.

Сиерра стянула с лица ткань и с негодованием уставившись сначала на мужчину, потом на вещь в ее руках.

– Что это? – недоуменно спросила она, вертя ткань, которая оказалась старым серым плащем, заштопанным в некоторых местах.

– Накинешь когда пойдешь домой, чтобы эти упыри тебя лишний раз не засекли, – ответил Джон, не оборачиваясь, и продолжая рыться в своем тайнике на земле, – Уж прости, это лучшее, что было.

Сиерра, все еще недоверчиво оглядывая плащ в ее руках, смирившись, накинула его на плечи.

Она продолжила молча с интересом наблюдать за действиями Джона:

– Так у тебя тут тайник?

– Что-то вроде того, – коротко ответил он, наконец выудив то, что пришлось ему по вкусу и, распрямившись, обернулся. В охапке он держал странный набор вещей, непонятно каким образом уместившийся под камнем.

– Никогда не знаешь, в какой момент и где это может пригодится, – добавил он, одной рукой набросив на голову найденную короткую накидку с капюшоном.

Он продолжал надевать на себя странные вещи, направленные на то, чтобы скрыть его внешность, вроде битых очков в толстой круглой оправе и накладных, теперь уже черных, усов.

Сиерра наблюдала за этим маскарадом, и не знала, стоит ли ей отпустить ироничную шутку, или в этом всем действительно есть смысл, учитывая произошедшее за ночь.

Джон заметил ее попытки сдержать усмешку:

– Я могу и тебе одолжить парик и искусственную бороду, если хочешь.

– Нет, спасибо. Думаю, моя задача скрыть внешность, а не выглядеть, как шут, – отмахнулась Сиерра.

Джон, как ни в чем не бывало продолжил наводить свою маскировку.

– Так и... Ты так и не сказал, когда наш Блюбред устраивает свой прием? – заметила девушка.

Джон удобнее поправил очки:

– Барон планирует устроить прием в ночь полнолуния. Все в лучших вампирских традициях. Так что перед этим временем нужно будет еще раз встретиться и обсудить все тонкости, – он кинул колкий взгляд на Сиерру: – В более подходящей обстановке.

Когда Джон вновь потянулся поправить маскировку на лице, она проследила за его движением, после чего вспомнила, о чем еще время назад хотела спросить:

– Кстати, что с твоей рукой? Ты хватал ею клинок и принял удар меча...

– Она в полном порядке, – быстро ответил Джон. Как бы в подтверждение своих слов, он отнял левую руку от лица и пару раз сжал и разжал пальцы, демонстрируя ее дееспособность.

– Моя одежда из очень крепкого материала, ее не так просто прорезать – объяснил он, опустив руку вниз. Быстрым незаметным движением та скрылась в складках одежды.

Сиерре оставалось только одобряюще хмыкнуть:

– Ну и чудная у вас, багачей, одежда в наши дни.

Джону явно не пришлось по вкусу очередное по счету напоминание о его финансовом положении. Сиерра лишь беззаботно улыбнулась. Ни в какую особо крепкую одежду она верить не собиралась. Пускай она и уже общалась с Джоном какое-то время, он оставался незнакомцем, от которого никогда не знаешь, что ожидать. В таких случаях если люди не хотят говорить правду, лучше притвориться, что принимаешь их слова за чистую монету, или хотя бы не склонен ничего выпытывать. Это позволит избежать ненужных последствий.

– Если у тебя еще остались вопросы, задашь их при следующей встрече. Я пришлю тебе весточку, – Джон натянул пониже капюшон накидки и шагнул в сторону, где кончалась относительно безопасная тень моста и начиналось открытое ночное небо, таящее в себе опасность. – Не стоит сейчас терять времени, если хочешь добраться домой в целости и сохранности. Мне самому не хочется, чтобы мои двести золотых пропали даром.

– Двести золотых? – напускным возмущенным тоном произнесла Сиерра, – Вот, оказывается, что тебя волнует?

Но Джон ничего не ответил. Он уже развернулся и вышел из-под моста. Его спину осветил тусклый желтый свет от фонаря, а после он слился с темнотой.

Сиерра осталась стоять под мостом одна, тихо крикнув ему вслед:

– Не забудь поделиться, кто твой чудесный портной!

Ветер унес ее слова. Она выжидала время, чтобы покинуть свое укрытие после Джона, размышляя о том, что джентльмен из него выходит отвратительный, раз он даже не удосужился рассказать, каким именно образом ей в одиночку вылезать по крутому склону этого чертова канала.

Глава 4

– Святой отец, могу ли я покаяться во грехе, который еще не совершила?

– Ты всегда можешь излить мысли, что тяготят твою душу, дитя.

– Я собираюсь убить человека.

Короткое молчание. Ставня в маленьком окошке исповедальни приоткрылось.

– Сиерра, опять ты? – устало вздохнул священник, нахмурив брови.

– И как вам все время удается отгадывать, отец Карлос?

В голосе Сиерры проскользнуло разочарование. Она отодвинулась от окошка, невольно избегая строгого взгляда священнослужителя, чье круглое лицо осуждающе смотрело на нее через маленькое решетчатое отверстие, подобно делающему выговор учителю.

– В этот раз ты даже попыталась изменить голос, – отец Карлос недовольно покачал головой, – что за ребячество.

Ставня захлопнулась, давая понять сидящей в исповедальне девушке, что ее сеанс так продолжаться не будет.

Сиерра вышла из комнаты вслед за священником. В зале церкви в это время почти никогда не было горожан, поэтому в нем царила тишина и странное спокойствие, будто стены этого скромного здания в самом деле могли защитить от бурных событий снаружи.

– Что же на этот раз? – отец Карлос озабоченно посмотрел на девушку. Стоя рядом с ней, была явно видна их разница в росте. Священник был почти на голову ниже Сиерры, но это не мешало ему строго отчитывать ее каждый раз, когда она приходила в церковь после очередной выходки.

– Я правда временами думаю, что вот-вот прибью этого слюнтяя Барри! – исполненная возмущения начала она, а после еще одного удрученного вздоха священника, добавила: – Отправил в меня на рынок в самую рань, в мой единственный выходной!

– Ты должна с гордостью сносить все испытания, что тебе посылает Господь,– спокойно и почти строго ответил отец Карлос. – Даже поход на рынок. Особенно простой поход на рынок.

– Ладно, отец, не злитесь, – примирительным тоном сказала Сиерра. Ей не очень хотелось слушать лекцию о праведной жизни. – На самом деле, я пришла сюда не просто так.

Она начала рыться в кармане своего плаща. Отец Карлос заинтересованно обратил на нее внимание.

В ладони Сиерры оказался тот самый кулон в виде дракона, который она подобрала рядом с убитым вампиром.

– Может, вам знаком этот символ? – спросила девушка. Священник задержал взгляд на вещице в ее руке. Он молча разглядывал кулон, нахмурив брови.

– Где ты это нашла? – не отрываясь от подвески, спросил он.

– Я подобрала его рядом с трупом вампира около оружейной лавки, – не колеблясь, ответила Сиерра. Она решила не придумывать отговорок. Отец Карлос все равно рано или поздно узнал бы правду. Он всегда неведомым образом знал правду.

Священник вскинул голову:

– С трупом? О, Всевышний, что, ради всего святого, ты делала вообще?

– Это долгая история. В газетах все напишут, – заверила его девушка – Все, что мне надо – это узнать об этом кулоне. Вам что-нибудь пришло на ум?

Отец Карлос покачал головой:

– Сиерра, ума не приложу, чем ты занимаешься...

Он сделал паузу, собираясь с мыслями и осознавая, как бессмысленно сейчас пытаться донести что-либо до Сиерры.

– Этот кулон... – священник взял находку девушки и поднес ее поближе к свету. На лице его пролегла тень от пришедших воспоминаний. – Давненько я не видел подобных вещиц... Это символ Первородного.

– Кого? – переспросила Сиерра, вытянув шею, чтобы и самой еще раз взглянуть на кулон получше.

– Подобное обычно носят те, кто следует Церкви Первородного.

– Религии, что основала семья Бланше...– проговорила скорее сама для себя Сиерра.

Священник кивнул:

– Как христьянин, носящий на груди крест, верующие в силы Первородного носят символ ордена, к которому тот принадлежал при жизни.

– Значит, вероятнее всего этот кулон принадлежал вампиру.

– Не обязательно, – заметил отец Карлос. – Вампиры, заполучив власть, установили основной контроль над духовенством. Они не веруют в силу нашего Бога. В их понимании, божественное снисхождение в нашем мире зародилось в тот момент, когда Первородный обрел свою силу и стал первым вампиром. Они веруют лишь в эту сверхъестественную силу и почитают того, кто принес ее к ним. В их возможностях искоренить честных христиан с их земель, уничтожить наши церкви. Заставить людей молиться их учению, – священник сгоряча сжал в ладони кулон. – Наша церковь стоит благодаря их милости. Они считают, что таким образом представят себя как милосердных и благосклонных властителей, оставляя нам немного из того, что они не разрушили. Но это лишь вопрос времени, когда им надоест играть в благородство. Тогда наступит еще одно страшное испытание от Господа, что мы вынуждены будем вынести и подтвердить свою веру.

Отец Карлос разжал руку и посмотрел на кулон, болезненно напоминающий ему о так ненавидимой ереси, и медленно отдал его обратно Сиерре.

– Я бы не стал делать поспешных выводов дитя, – заключил он. – Хозяином этой подвески может оказаться как вампир, так и обычный человек, предавший Господа.

Девушка свесила перед собой кулон вниз на цепочке, позволив тому безвольно раскачиваться.

– Если он лежал рядом с убитым, а не находился непосредственно у него на шее, значит ли это, что он ему не принадлежит? – размышляла она. – Какие могут быть причины у покойного для того, чтобы снять с себя кулон в момент убийства?

– Выходит, кулон мог выронить сам убийца? – предположил священник, понизив тон.

Сиерра поймала кулон и всунула обратно в карман:

– Тогда это серьезная улика. Но выглядит довольно странно. Мог ли кулон случайно выпасть у убийцы и он этого не заметил? – продолжила девушка. – Или же жертва во время сопротивления сама сорвала с напавшего цепочку, и поэтому кулон оказался у убитого под рукой?

Священник положил ладонь Сиерре на плечо, прервав ее размышления:

– Дитя мое, предоставь это серьезное дело полиции, – произнес он, глядя ей в глаза. – Убийца понесет наказание за свои грехи, а тебе лучше не вмешиваться в это и позволить закону и Господу вершить правосудие.

Сиерра молча выслушала его, после чего мягко убрала рукой его ладонь.

– Вам не о чем переживать, отец Карлос, – заверила она наиболее беззаботным тоном. Священник же не слишком поверил ее словам, продолжая строго смотреть.

– Я не стану подставлять свою жизнь опасности, – Сиерре сделалось некомфортно под подобным взглядом священника. Она чувствовала себя ребенком, которого отчитывает старший. – Поверьте.

Отец Карлос опустил голову, смирившись с исходом дел. Он отошел на пару шагов к центру зала, оглядывая старые витражи на окнах.

Сиерра, не зная, что еще делать, проследовала за ним.

– Любопытство сгубило кошку, – тихо произнес священник, не оборачиваясь на стоящую за спиной девушку.

Сиерра лишь кивнула, понимая, что отец Карлос не намерен больше спорить с ней и пытаться переубедить. Разговор окончен.

– Ну, я пойду, – сказала она, направляясь к выходу. – Передайте святым сестрам привет.

Когда девушка уже толкала тяжелые входные двери на улицу, позади послышалось бормотание священника:

– Я до сих пор отчетливо помню тот день, когда нашел тебя полуживую на пороге церкви.

Ноги Сиерры самовольно остановились.

– Тогда я думал, что ты не выкарабкараешься, но твой дух оказался силен. Но теперь я не знаю, сможешь ли ты вновь справиться с этим, если станешь лезть на рожон. И я не хочу знать, –

старые дверные петли гулко застонали.

– Благослови Господь твою бренную душу.

Двери захлопнулись.

Сиерра осталась стоять на каменных ступенях, ведущих к церкви, ощущая прохладный ветер, дующий на улице.Погода стояла облачная, поэтому было довольно холодно.

Она постояла еще немного, засунув руки в карманы плаща, перебирая пальцами кулон, и привыкая к прохладе утра. Была ещё только ранняя осень, а погода уже намекала на то, что ей пора бы приобрести одежду потеплее, чем пара рубашек и старый коричневый плащ.

Широкими шагами Сиерра направилась на рыночную площадь, куда ее изначально и отправил Барри, наказав купить внезапно закончившиеся картофель и хлеб. И как она не упиралась, ничего не помогло против этого упрямца. Сиерра думала о том, что с такими деньгами, которые есть у нее теперь, она могла бы не работать в "Серебряной ложке", а снять комнату где-нибудь в более состоятельном районе и жить несколько месяцев, ни в чем себе не отказывая. Но в нынешней ситуации это было бы почти невозможно. Пока в Мелтсайде активен серийный убийца, она не сможет оставить своих бедняг Донну и Барри, черт бы его побрал, на произвол судьбы.Да и Мелтсайд стал для нее почти родным. Большой и буйствующий район, где обитают люди, которые не нашли себе места среди более богатых и чистых улиц. А также те, кому требуется покой и место, чтобы залечь на дно.

Рыночная площадь представляла собой длинную улицу, из которой выходили переулки поменьше. Тут и там были расставлены палатки и деревянные стойки, за которыми люди продавали свои товары. Главная улица была не сильно шире остальных улиц в районе. Покупателям то и дело приходилось тесниться и делить место с телегами, лошадьми и другими покупателями. Рынок никогда не замолкал. Гремели деревянные колеса повозок, кричали продавцы, зазывающие потенциальных покупателей. Стоило только солнцу встать, рынок просыпался и начинал свою шумную жизнь. Даже участившиеся нападения отродий и недавнее убийство знаменитого маньяка не потревожили стабильного хода рыночной торговли. На этой улице люди опасались лишь того, что свежая капуста окажется испорченной.

Сиерра пробралась к лавке с овощами и первым делом начала искать картошку. Товар, лежащий в деревянных ящиках, не внушал доверия. Большинство продуктов были небольшие по размеру, грязные и побитые. Год выдался не особо урожайный. Сиерра обходила ряды, высматривая хоть что-то приемлемое. Если она в очередной раз принесет Барри гнилые картофелины, ей придется самой питаться ими неделю.

Пока она увлеченно разглядывала товар, людей за ее спиной прибавилось. Рынок становился все более многолюдным.

Где-то в другом конце рынка раздался звонкий мальчишеский голос, выкрикивающий свежие новости. Не сдержав интереса, Сиерра, как и многие другие покупатели на улице, вскинула голову, чтобы прислушаться к мальчику-газетчику.

– Джек-потрошитель нанес новый удар! – провозгласил мальчишка, потрясая перед собой свежей газетой. – Новая жертва известного убийцы! Читайте все подробности расследования!

Вокруг ребёнка сразу образовалась толпа желающих поскорее узнать все о случившемся происшествии. Рынок оживился пуще прежнего. Среди толпы начались перешептывания и встревоженные восклицания. Даже некоторые продавцы побрасали свои места и продвинулись поближе, чтобы понять, что происходит.

Сиерре не оставалось ничего другого, кроме как последовать за примером большинства. Она протиснулась через скопление зевак, желающих поскорее обсудить новые "заслуги" нашумевшего убийцы. В обычный день Сиерра не стала бы зачитываться выпуском газеты, в котором половина из сказанного не представляла бы ничего цельного, кроме слухов и напускного пафоса, но так вышло, что она стала непосредственной свидетельницей того, что произошло у оружейной лавки, и это разжигало в ней интерес к тому, что написали по этому поводу в прессе.

Подкинув мальчику-продавцу монетку, она взяла экземпляр газеты под мышку и поспешила ускользнуть из толпы в тихий уголок. Пропихиваясь против потока людей, норовящих быстрее урвать свежий номер, она вдруг ощутила странное чувство.Сиерра была окружена кучей людей, которым было до нее все равно, но отчетливо ощущала, будто кто-то наблюдает за ней. Невольно она все же покрутила головой по сторонам, но так и не увидела, чтобы кто-то в толпе глазел на нее. Однако, стоило ей поднять голову вверх, как боковым зрением она уловила то, что так ее смущало.

Ее взгляд зацепился за фигуру, неподвижно стоящую на крыше, за дымоходом одного из домов. На фоне серого неба, неведомая фигура, стоящая поодаль, выглядела подобно тени, делая почти невозможным отличить что это.

Оно словно поняло, что Сиерра на него смотрит.Силуэт дрогнул и отделился от дымохода. Нечто напоминало высокого, худого человека. Сначала девушка подумала, что ей показалось, но теперь сомнений уже не осталось. Кто-то с крыш наблюдал за людьми на рыночной улице, а теперь, когда его рассекретили, быстро спрыгнул вниз и исчез из поля зрения.

Сиерра рефлекторно потянулась к мечу, прикрепленному к бедру.

"Отродье? Да еще и в утреннее время на людной улице?" – наконец освободившись из тисков, в которых она была заключена в толкучке из людей, она быстрым шагом поспешила к переулку, за которым могло скрыться видимое ей существо. Факт нахождения в солнечное время свободно разгуливающего кровожадного создания удивил ее, но в последнее время многое что произошло, поэтому и мысль о нападении отродья средь бела дня уже не звучало так странно.

Оказавшись между узкими стенами переулка, Сиерра вытащила на готове меч и почти трусцой пустилась вперед, всматриваясь в полоску неба над головой, готовая, что в любой момент оттуда могло выскочить отродье.

Но до ее ушей внезапно донесся пронзительный крик.

Кричала женщина. Когда Сиерра обернулась назад, в сторону рынка, та как раз промчалась перед ее глазами. Вслед за ней повалили и другие люди на улице. Начала нарастать паника, и никто пока не понимал, что случилось.

Тогда в следующее мгновение раздался оглушительный треск и грохот. Что-то повалилось по земле.

Сиерра бросилась обратно к рынку и проводила взглядом убегающую в ужасе женщину, продолжавшую истошно кричать. Люди разбегались в стороны, подальше от центра улицы, где и прозвучал грохот.

Посреди поднявшейся шумихи виднелась разрушенная торговая лавка. Перекошенный навес опасно нависал над прилавком. Несколько досок были выбиты, другие треснули и торчали в стороны, будто сломанные рёбра. Одна из опорных стоек надломилась и теперь удерживала конструкцию лишь чудом. По земле валялись рассыпанные овощи: красные помидоры были раздавлены чьими-то сапогами и растеклись густыми пятнами, морковь раскатилась во все стороны, некоторые корнеплоды были переломаны пополам.

В центре всей этой картины возвышалась та самая фигура, которую Сиерра видела на крыше.

Она стояла посреди развалин, окруженная еще не осевшим облаком пыли. Существо склонялось над обломками, еще не разогнувшись в полный рост, но уже всем своим видом выглядело внушительно. Длинными крепкими конечностями оно откинуло в сторону мешавшие его проходу свалившиеся доски, будто они были просто назойливыми щепками. Люди в панике кричали и проносились мимо, не разбирая дороги, периодически сталкиваясь и врезаясь в Сиерру, которая через балаган пыталась пробраться поближе к огромной твари, разгромившей лавку.

Теперь, с более близкого расстояния, она могла лучше рассмотреть это странное создание. Как уже было ею отмечено, отродье было высокого роста и удивительно крепкого телосложения. Подобное редко увидишь даже среди натренированных силачей и солдат. Кожа была не мертвенно серая, как у обычных отродий, а скорее желтоватая. На шее и руках поблескивали металлические обручи, а голый торс был усеян множеством шрамов. Лохматые длинные черные волосы свисали вниз, наполовину закрывая лицо. Но даже так, Сиерра смогла разглядеть нечто важное –шрамы и швы, покрывающие его. То самое скалющееся лицо, которое она видела у разумного отродья, с которым ей пришлось столкнуться несколько ночей назад.

На секунду Сиерре показалось, что существо пересеклось с ней взглядом, после чего резко вскинуло руку и проломило оставшиеся хлипко держащиеся балки. Деревянные конструкции не выдержали удара и со скрипом и грохотом повалились на землю, обдав улицу еще одного волной пыли и щепок.

Сиерра прикрыла ладонью лицо, чтобы ей ничего не попало в глаза. Сощурившись, сквозь пальцы она заметила, как воспользовавшись ухудшенной видимостью, отродье проскользнуло в темный переулок позади. Девушка отмахнулась от оставшейся пыли, лезущей в глаза, и, не теряя ни секунды, двинулась вслед за своей целью.

Звуки переполошившегося рынка приглушенно раздавались позади, Сиерра теперь отчетливо слышала свои стремительные шаги и биение сердца. Кем бы ни была эта тварь, она не может ее просто так отпустить.

Девушка бежала за тенью на дороге, что отбрасывало отродье, уже успевшее перебраться на крыши, и теперь ловко перепрыгивавшее с одной на другую.

Отродья часто любили прыгать по крышам, потому Сиерра приловчилась к преследованию движущихся на высоте целей. Но в нынешней ситуации существо передвигалось слишком быстро, уводя свою преследовательницу все дальше к трущобам.

Сиерра понимала, что так не может продолжаться долго. Если тварь окажется в густонаселенном бедном квартале, высока вероятность что кто-то точно пострадает. Действовать надо было быстро.

Сиерра мысленно прикинула, сколько еще примерно бежать до следующего разветвления переулка. Этого времени ей должно хватить на то, чтобы срезать путь и обогнать отродье.

Все еще стараясь не выпускать существо из поля зрения, она протиснулась боком в узкий проход между домами. Если ей удастся, то она выскочит прямо наперерез отродью.

Сократив себе путь, Сиерра вышла на другой стороне улицы. Создания не было видно. Это значило, что оно в действительности отстало, и в запасе были несколько мгновений.

Девушка закрутила головой в поисках того, что могло ей помочь. Около стены одного из домов стояли пузытые деревянные бочки, хаотично уставленные друг на друга.Как раз то, что могло сгодиться.

Сиерра всунула меч в ножны, чтобы не мешал, и запрыгнула на бочки. Едва балансируя на них, она оттолкнулась и прыгнула вверх, пытаясь ухватиться за край крыши. Ее пальцы вцепились в шершавую черепицу, и девушка подтянулась, стараясь вползти наверх. Правое плечо предательски начало покалывать. Игнорируя боль, Сиерра все же вскарабкалась на верхушку дома, отползая от края, и потянулась к мечу на поясе.

Отродье уже нагнало ее. Явно не ожидав от девушки того, что она так же залезет на крышу, тварь почти отсановилось, встав на краю крыши противоположного дома. Казалось, оно пыталось сообразить, куда теперь бежать.

Сиерра ждать не стала. Она вскочила на ноги и с разбегу перелетела на крышу стоящего рядом с ней здания, сокращая расстояние между собой и отродьем. Тесно уставленные дома, приближённые к трущобам, малое число из которых имело крутые треугольные крыши, играло на руку в решении Сиерры продолжить погоню над землей.

Существо уже ринулось в другую сторону, перепрыгивая с крыши на крышу. Они отходили подальше от жилых бедных кварталов, и это было заметно по тому, как увеличивалось расстояние между домами, и как возростала высота самих зданий.

В конце концов, Сиерра увидела, как отродье впереди вдруг остановилось у края одной из крыш, глядя вниз.Вокруг дома, на котором оно стояло, не было никаких построек поблизости, поэтому оставалось либо прыгать с большой высоты вниз, либо отправиться обратным путём, прямиком в руки преследователя.

Сиерра перехватила поудобнее меч, приготовившись к расправе с врагом. Но ее предвкушение постепенно сменялось сомнением, потому что отродье и вовсе замерло на краю крыши, не предпринимая никаких попыток бегства или вступления в бой. В итоге максимально приблизившись к отродью, и оказавшись на противоположном краю здания, девушка замедлилась. Ветер на вершине крыши свободно гулял и обдувал холодными потоками. Сиерра поёжилась, не до конца осознавая, от холода или от неприятного волнительного чувства, закравшегося ей под кожу. Она не знала, что ожидать от этого странного существа, отчего замерла, выжидающе уставившись на зловещую тварь.

Отродье словно знало, что это произойдет. Оно медленно развернулось лицом к Сиерре. Девушка приняла грозную стойку.

– Ну и заставил же ты меня побегать, приятель, – пытаясь отдышаться, громко заявила она, перекрикивая ветер, стараясь таким образом придать самой себе уверенности.

Она сделала твердый, но осторожный шаг в сторону существа. То, внезапно, раскрыло рот и произнесло низким хриплым голосом:

– Я помню тебя. В ту ночь ты была сильной.

Сиерра конечно понимала, что создание умеет говорить, но все равно слегка опешила, до того странно выглядело, как мертвое существо осмысленно заговорило с ней напрямую.

– Приятно слышать что ты еще помнишь меня, – отмахнувшись от лишних мыслей, усмехнулась она и сделала еще два коротких шага вперед, – Но уж извини, сейчас я собираюсь закончить то, что не смогла сделать тогда.

– Хочешь убить меня? – вновь спросило отродье. Его шрамированное лицо оставалось невозмутимым, если не сказать самоуверенным, что очень странно видеть у отродий.

Сиерра начинала ощущать нарастающее волнение. Она чувствовала, будто происходит что-то неправильное. Неправильная погоня по крышам домов, неправильно, что она ведет разговор с живым мертвецом, неправильное само лицо существа. Оно было слишком живым и эмоциональным для отродья, но и человеческое лицо напоминало лишь отдаленно, выглядя скорее как копия, или подделка под живое существо.Это вызывало у Сиерры какое-то подсознательное отторжение и тревогу.

– Как не прискорбно для тебя, но все так. Моя задача – убивать отродий, – наконец подобрав слова, ответила девушка, – Единственное, что мне хотелось бы узнать перед тем, как отправить тебя к братьям – кто же твой хозяин? Он провел уж очень занятную работу.

Отродья были порождением того хаоса, что несли низменные вампирские проявления. Если человек был обращён в вампира после смерти, то становился обречен превратиться в безмозглую, вечноголодную тварь, пока его не освободят от этих страданий. Создание отродий порицается одинаково и людьми и самими вампирами, потому наличие у тварей хозяев, контролирующих своих существ, явление очень редкое, но все же вполне встречающееся.

– ...Хозяин? – пониженным голосом повторило отродье. Вдруг его глаза сверкнули, а лицо исказилось от гнева:

– Мой хозяин?! – из горла существа раздался прерывистый гаркающий звук. Словно оно пыталось смеяться.

Чутье подсказало Сиерре отступить назад. И как раз вовремя – отродье кинулось прямо на нее и с грохотом приземлилось в полуметре, проломив черепицу. Несмотря на габариты, двигалось оно удивительно ловко.

– Никто и никогда не смеет так называть его!! – прорычало отродье, поднимаясь для новой атаки. Сквозь свесившиеся волосы, на бледном лице его чернели яростно горящие глаза.

Сиерре снова стало тревожно, и только сжав меч в руках, она заставила себя действовать уверенно.

Потом у них была небольшая потасовочка и тварь сбежала, а глав.героиня оступилась с крыши и повисла на краю. Швы на ее плече окончательно разошлись из-за этого и ей ничего не оставалось, кроме как спрыгивать. Перед этим она поняла, что тварь была совсем не отродьем, а настоящим неведомым чудовищем. Сиерра приземляется кое-как и быстрее отправляется к таверне, чтобы подлатать себя, периодически оглядываясь если монстр ее преследует. Глав.героиня доходит до косой маленькой постройки рядом с таверной и пытается выудить оттуда что-то полезное, но слышит за спиной голос Донны. Та жалуется на Сиерру почему она задержалась, но замечает и травму на ее плече. Глав.героиня пытается убедить официантку что все норм, но Донна непреклонна, и заставляет Сиерру отправиться вместе с ней к ее знакомому доктору, живущему в соседнем районе. Они ловят экипаж на деньги, которые Сиерра так и не потратила на картошку, и едут в рядом расположенный район, меньший по площади, чем их, но более состоятельный и благополучный. Глав.героиня удивляется, откуда у Донны связи с врачом из подобных мест.По прибытию к дому доктора их встречает его престарелый слуга, объясняя, что приема сегодня нет. Донна говорит передать доктору о том, что пришла она, и притащила пациента истекающего кровью. Сиерру забавляет напористость простой официантки, но их впускают. Дом доктора выглядел богато, как у добротного дворянина, но довольно просто, и тем не менее, со вкусом. Сиерра спрашивает, откуда у Донны такие знакомые. Официантка отвечает, что с доктором они познакомились когда она пару лет назад сломала ногу на мостовой, и тот не проигнорировал ее и помог. После этого они периодически поддерживают общение. Когда пришел доктор Генри, он провел их в одну из своих комнат, объясняя, что в его кабинете сейчас бардак. Это был человек лет тридцати, опрятно одетый, лицо его выглядело свежо и вполне привлекательно, но под глазами уже пролегли маленькие морщинки. Сиерра отметила стройную выправку с которой тот все время держался и выверенность движений.Когда они приступили к ране, доктор удивился тому, что Сиерра сама все это время себя штопала, назвав ее настоящим солдатом, на что та отмахнулась. Доктор Генри оказался миролюбивым и сердобольным человеком. Со временем глав.героиня поняла, почему Донна и доктор могли поладить. Когда разговор свернул в русло об недавних убийствах Джека-потрошителя, он выглядел обеспокоенным. Донна сидела рядом и участвовала в разговоре. Они поговорили про вампиров, отродий и убийства, после чего Сиерра, заштопанная, встала, и собиралась накинуть на себя плащ, как из его кармана на пол упал кулон. Она хотела его подобрать, но доктор оказался быстрее. Когда он взглянул на него то изменился в лице. Он спросил откуда эта вещь у Сиерры. Та решила ответить правду, дав Донне лишний раз потрясенно закатить глаза от выходок вышибалы. Оказалось, что доктор знал человека, которому принадлежал этот кулон, но отказался его называть, так как тот был его пациентом и он не хотел раскрывать его тайны. Он лишь объяснил, что тот человек принадлежал к непоследней семье в городе и был весьма уважаемым, пускай и слухи о нем уже ходили. Сиерре было этого достаточно. Доктор Генри отказался оставить богохульный кулон к себя, и отдал его обратно глав.героине, заверив, что ей лучше отдать его тому, кому он принадлежит.