Бафер с руками из ж... Книга шестая
Глава 1. Мертвый бог совсем не мертвый
Пространство вокруг немного размывалось. Мы брели словно слегка покачиваясь. Коридор бесконечно уходил вдаль. Стены из простого обтесанного камня, а вот двери прозрачные. Причем, судя по всему, только с одной стороны, так как за многими из них были разумные, которые не видели и не слышали нас.
Что там только не встречалось. Горы золота, алмазы, артефакты, чертоги демонов-искусителей, дуэльная комната, где бились маги, оргии всевозможных рас, винные фонтаны. Глаза разбегались, каждый порывался зайти в свою дверь, с каждым прозрачным прямоугольником, в котором мелькали все более манящие и искушающие картины глаза спутников становились все маслянистее и пьянее.
– Они там легендарными картами играют?
– Стрелковый полигон!
Я чувствовал, что мы находимся в каком-то измененном состоянии сознания. Но не мог ничего с этим поделать. Надо всем об этом сказать. Или нет? Так лень. Сами всё поймут, не маленькие.
Глаз зацепился за знакомый предмет за одной из дверей. Целая стена чемпионских поясов переливалась от яркого света. Я сначала припал к стеклу, а потом сжал зубы и отвернулся. Мертвая мечта. Чтобы отогнать наваждение, представил, как золото с заветными буквами чернеет и осыпается, а ремень расходится на лоскуты. Стало немного легче.
Я увидел, что Лея уже дергает ручку прозрачной двери. Всё здесь было очень странное, и даже бежал я как-то немного замедленно. Тем не менее успел ухватить её ладонь и встать так, чтобы загородить изображение за стеклом. Глаза хилерши вспыхнули возмущением, но уже через секунду они сфокусировались на мне и просияли узнаванием.
Я схватил её и Завесу за руку и потащил.
– Нельзя сворачивать. Только прямо! – сказал я, голос словно тонул в пустоте, нехотя расходился по округе, как будто звуковые волны стали тяжелыми, их клонило к земле.
Мы все взялись друг за друга. И шли по коридору, по очереди выводя товарищей из транса. Как бы ни старались не смотреть на соблазны за дверями, они все равно попадались нам на глаза, ведь коридор петлял.
Картины за дверьми сменились лучшими моментами из наших жизней. Ноги отказывались подчиняться. В глазах у девчонок стояли слёзы. Жора вдруг вырвался и метнулся к двери.
За ней красивая женщина лет тридцати пяти вела за руку двух маленьких деток.
– Сфотографировал? – спросила она.
– Да, – ответил картмастер и уткнулся в стекло. – Ты такая красивая.
– Люблю тебя, – сказала женщина. – Обожаю наши прогулки по выходным. Я такая счастливая в эти моменты. Даже не верится, что это всё со мной происходит.
– Я... – начал говорить Жора, но я ухватил его за шиворот и отвернул от двери. – Это всё ненастоящее! – заорал ему в ухо. Он брыкался, даже по роже мне пару раз заехал.
Тихон замер у двери. Там была знакомая локация. Генеральский шатер. Мегида тихо спала на кровати, обняв рысь.
Лучник покраснел и отвернулся. Эльфийка улыбнулась, взяла его руки и закрыла ими свои глаза.
– Не буду никуда смотреть, и ни на что не соблазнюсь, – разлетелось искаженное помехами эхо её голоса.
Я соображал лучше всех. Видимо, тут многое решала ментальная стойкость. Мы всё же дошли до конца коридора. Он кончался абсолютной тьмой, из которой вырывались ужасающие фантомы.
Тихон отбил вылетевшую тень и безбоязненно шагнул в непроглядный туман. Мы последовали за ним. Брели во тьме. Со временем абсолютная чернота начала сгущаться. Идти через неё становилось всё сложнее, она превратилась в сплошную эластичную стену. Я чувствовал, что прорвать её нужно не столько мышечным усилием, сколько волевым.
Я уперся. Слышал, что свои где-то рядом. Преодолевают те же трудности. От усилия даже зарычал. Обволакивающая антрацитовая пелена лопнула. Тело по инерции подалось вперед. Я вырвался из вязкого тумана. Подал руку выползающей следом Леи.
– Приглючится же, – возмущался выбравшийся из непонятного измерения Жора, грозя кулаком дыре в пространстве, из которой выпал.
Артур уже стоял двух шагах впереди и осматривал помещение. А поглядеть было на что.
Длинный зал уходил вперед, вдоль стенок и посреди валялись десятки существ. Они не были мертвы, нет. Мирно спали. Разброс уровней от пятидесятого и до четырехсотого. В дальней части помещения перед огромным каменным постаментом в пентаграмме, касаясь друг друга ступнями, лежали до одури красивые женщины в очень открытых платьях. Даже скорее шелковых полупрозрачных лентах.
Ведьмы сновидений.
Большой каменный постамент венчал саркофаг. Хотя, скорее, гранитный гроб.
С оглушающим скрежетом он начал разворачиваться и встал на дыбы.
От торжественности момента у меня мурашки пробежали. Но вопреки ожиданиям саркофаг не открылся.
– Сон – это маленькая смерть! – разнесся по галерее чуть насмешливый и какой-то потусторонний голос мертвого бога. А над гробом появились три полосы здоровья, а затем вспыхнула надпись.
Спящий Бог. Уровень ???
– Бог сна! – пораженно воскликнула Лея.
Крышка гроба лишь немного приоткрывалась, и оттуда хлынули существа трех видов. Они напоминали маску для сна сшитую из двух ладошек. Первые летели, размахивая руками, вторые не торопясь ползли по полу, стенам и потолку, третьи резко скакали. Разумеется, двигались все в нашу сторону.
Мыслешмыги. Уровень 50.
– Тихон, бей летающих. Артур, тяни агр. Ползающих пока не трогаем. Встаем в шеренгу, бьём по секторам.
Мы рассредоточились, встав на расстоянии трех шагов друг от друга, и начали уничтожать существ. ХП у них было немного, но твари пугали количеством. А еще непонятностью. Они ведь не могли нас ударить, значит, будут пытаться запрыгнуть на голову, как долбанные хэдкрабы, а вот что случится потом? Проверять не хотелось.
Большая часть ползла к Праведнику. Он махал мечом, разрубая мерзких гадов. Брызги даже до меня долетали за десять шагов. Спустя минуту остались только ползучие мыслешмыги. Этих бить было проще. Можно наступить на одного, пока давишь пяткой второго. Десять-двадцать раз топнул, и дело сделано.
– Жизнь всего лишь сон, – снова зазвучал чужеродный голос. Крышка саркофага приоткрылась. Я даже шею вытянул, надеясь, наконец, увидеть главного босса континента, но из клубящейся внутри гроба тьмы ринулись десятки призраков. Я думал это дементоры, уже больно на них походили первые вылетевшие, на самом же деле монстры были совершенно разные, более того, они меняли вид, в зависимости от того, к кому подлетали.
Кошмарик. Уровень 100.
Самый резвый из них подлетел к Завесе, приняв форму мужика в майке и порванных шортах. Он запахнулся волосатой лапищей. Ирма ударила посохом, но тот прошел насквозь, не причинив никакого вреда.
– Только магия! – завопил я.
Артур возник рядом с некроманткой. Кошмарик тут же сменил образ на высокую женщину в строгом брючном костюме. Она врезала скрученной тетрадкой по щиту паладина. Заряженный светом меч пронзил тварь, и та опала, став горсткой черного пепла.
Паладин снова активировал генерирующую агр ауру. Подлетевший ко мне кошмарик принял очень хорошо знакомую форму отчима.
– Копайте глубже, – покачал я головой. – Давно не боюсь.
Акустический Удар обратил фигуру в прах. Я бросил взгляд на Мегиду. Она стояла за Тихоном, закрыв глаза. Кажется, она отлично знала, во что превратятся кошмарики, и не хотела это видеть. Лучник выпустил настолько заряженную магией стрелу, что когда та угодила в монстра, от вспышки у меня цветные круги под глазами забегали.
Едва мы справились с этой волной, как раздался вскрик Леи. Ползающий мыслешмыг незаметно подкрался и прыгнул с потолка. Хилерша замотала головой в попытках отодрать тварь от лица, но силы быстро покинули её. Девчонка упала и отключилась.
– Проснитесь же! – загрохотал голос мертвого бога.
Из саркофага вылезало что-то еще. А я уже подскочил к Лее и стал отдирать с лица мерзкую тварь. Срывая, я заметил две присоски, что цеплялись к вискам. Отбросил мыслешмыга за лапу, и Робин, стоявший неподалёку принял его на кинжалы.
Взгляд у Леи быстро прояснился.
АхилительнаяДева: Вырубает наглухо. Видишь всякое нехорошее. Лучше не попадаться.
Я бросил взгляд в дальнюю часть зала. Из саркофага вылезали бледные страшные девушки в ночных балахонах. Девчата из «Звонка», только еще хуже. Костлявые руки были в два раза длиннее обычных. Черные волосы закрывали лицо, лишь большие антрацитовые глаза едва проглядывали сквозь пряди.
– Азиатчина, – досадливо поморщилась Завеса.
– Грыз, тяни на себя, – скомандовал я. Зубастик щелкнул зубами, и ринувшиеся в едином порыве монстры начали поворачивать. Я бросил на них дебафы.
Две крайних большеглазки не переагрились, а потому ринулись на нас. Одна в могучем прыжке перелетела через паладина и сбила на землю Жору. Стиснув его горло длинными пальцами. Картмастер захрипел. Слизень обернулся в Артура и ударил тварь в спину. Пронзенная кинасибари развернула голову на сто восемьдесят градусов, и мотнула ей. Черные волосы овились вокруг шеи доппельгангера.
Питомец пикселя обернулся в такую же тварь и повторил трюк. Монстр явно такого не ожидал, но придумать противодействие не успел. Еле дышащий картмастер умудрился вызвать еще одного помощника из карты. Гуманойд с лезвиями вместо рук нашинковал заморское чудище.
Тем не менее Жора продолжал лежать не в силах пошевелиться.
НочнойДожор: Дебаф сонный паралич. Ничего не можешь сделать.
Ладно хотя бы чат доступен.
Наконец, со всеми тварями было покончено.
– Самая тихая смерть приходит во сне, – разилось по залу устрашающее шипение главного босса континента.
И тут из гроба полетел огромный, во весь зал диаметром, ловец снов. Он надвигался как огромный сачок, попадать в который точно нельзя.
– В стороны! – заорал я, и сам побежал, а в конце даже распластался в прыжке.
Приземлившись и, отбив ребра, глянул, никого ли не зацепило. Грызлик был в самом центре зала, и не успеть отбежать. Сейчас он попросту заснул. Таймер дебафа отсчитывал минуту. Я бросил на него Очищение. Зубастик медленно открыл глаза и зевнул, непонимающе оглядываясь.
Ирма ловила момент и подняла голема, некромага и двух обычных умертвий. Жора поглядел на неё и тоже призвал существо с дальнобойной атакой. Им оказался пень, плюющийся сучками.
Из саркофага вылетели десятки ловцов снов метрового диаметра, они как воздушные змеи порой зависали на несколько секунду, а потом планировали вниз, желая врезаться в одного из нас. Мы начали сбивать их дальнобойными атаками. А когда не успевали, старались отпрыгнуть в сторону.
Что-то было не так. Я не сразу понял что именно. Ну точно! Мы еще ни одного удара не нанесли по боссу.
– Тихон, бей по спящему.
Лучник кивнул, и в сторону гроба полетели разрывные стрелы, а следом новенькие со стеклянными наконечниками. Саркофаг содрогался от попаданий, а затем задымил, от разлившейся по нему кислоты. С него посыпалась каменная крошка. Первая полоса здоровья босса просела на процент.
– Так мы его до скончания века ковырять будем, – заметил Жора.
– Чем сон отличается от реальности? – разнесся глухой гул мертвого бога.
Мы сразу напряглись, ведь после каждой фразы новая абилка. Проснулся один из спящих у стенки воинов. Азиат в одеяниях монаха.
Мудрец. Уровень 131.
Он пустил разом пять десятков своих копий, и сам затерялся среди них. Фантомы разбивались с одного удара. Настоящий мудрец тем временем сделал выпад по Артуру. Тот успел закрыться щитом, но его бросило в стену. Удар у азиата был что надо.
Монах снова пустил двойников, но на этот раз его выхватила Тень. Её новый приём со стремительным рывком создан скорее для выбивания невидимок из стелса, но и мудреца она хорошо вырвала. Располосованный воин рухнул на пол, аккурат возле Завесы. Видимо, её хотел ударить. Понадобился всего один тычок посоха, чтобы его добить.
Я и Робин уже ученные, мы стали бегать среди всех спящих и дебафать их. Тихон стрелял по саркофагу, пока остальные отхиливались и переводили дух.
– Сон – лучшее лекарство, – весело заявил спящий бог. Лучи красноватой энергии быстро полетели в нашу сторону. Я по привычке бросил фантома и ушел перекатом. Но луч прошил двойника, извернулся в последний миг и угодил в меня.
Неведомая магия прошла словно порыв ветра, лишь слегка заставила колыхнуться волосы.
– И всего-то? – хотел сказать я, но смог лишь подумать, взлетая вверх. Руки стали полупрозрачными. Меня выбило из тела. Я был духом, астральной сущностью, можно назвать как угодно. Факт оставался фактом, тело падало на пол, а я взлетал. Точнее, не только я. Робин и Мегида тоже парили под потолком.
Постарался взять контроль и силой мысли направил себя в физическую оболочку. Дух повиновался воле и полетел обратно. Возвращение было похоже на удар дефибриллятора. Ну и абилки у босса, конечно.
Дикарь57: Эта хрень выбивает дух из тела. Нужно сразу лететь обратно.
– Баю-баю-баю-бай! – пропел бог сновидений. Синие ленты ударили из гроба, отражаясь от стен и потолка, они заполнили всё помещение. Одна такая пробила одновременно меня и Тихона. Я словно заряд тока ушел по этому проводу в тело лучника.
Это было очень странно. Бац и ты смотришь с другой стороны. С иной высоты. Даже цветопередача непривычная. Таймер заклинания «Перенос сознания» показывал еще 58 секунд. Я растерянно обернулся и встретился с таким же взглядом себя, то есть Тихона в моём теле.
Что за скилы такие?
К подобному меня жизнь не готовила.
ТихийШелест: Этот навык меняет нас телами (это пишу я – Дикарь).
Тихон уже играл регенерирующую мелодию. Раньше меня соорентировался. Да и играл лучше, чего душой кривить. Нельзя было терять время. Лежащая в руке стрела наложилась на тетиву. Тело словно само помогало натягивать лук и целиться, вот она мышечная память.
Я навёлся на саркофаг и отпустил древко. Приятное и уже позабытое чувство. Оперенный снаряд угодил в самый низ, но всё же попал в цель. Раздался страшной силы взрыв, и всю дальнюю часть помещения заволокло клубами дыма и пыли.
Саркофаг снова заскрежетал, приоткрывая крышку. Оттуда хлынули разом все виденные ранее существа: ловцы снов, кошмарики, киносибари, бессчетное число трех видов мыслешмыгов.
– Клауд! – заорал я, осознавая, что нам сейчас попросту сложат обоих танков массой. Столько ХП нам не отхилить. Был бы Тихон в своём теле, еще побарахтались, а так придется ульту использовать.
Я лишь пожелал использовать клауд. Руки действовали сами. Оттянули тетиву без стрелы, и между пальцев соткалась фиолетовая посланница смерти, состоящая из чистой энергии.
Тихон в моём теле пустил звуковую волну, образуя как бы горизонтальный смерч. Лея забросила в него черное сердце, и оно начало множиться там, превратившись в сотни таких же. Я выпустил стрелу и торнадо впитало в себя её энергию, окрасившись в синий. Мегида швырнула кислотную лужу, капли увеличились в размерах и разлетелись на тысячи маленьких ядовитых крупинок. Завеса пустила зеленый сгусток, что добавил тумана и зеленых оттенков. И наконец, Праведник выпустил из груди луч света.
Он возглавил союз чар и унесся вместе с ним в сторону бесчисленного полчища монстров. Звуковое торнадо ударило в самую гущу, затягивая в себя всю нечисть, что вылезла из саркофага. Мясной фарш разлетался во все стороны, кости ударялись в потолок и стены, несколько спящих по углам существ были убиты во сне.
Торнадо размололо орду. И принялось за сам гроб. Оно вгрызалось в гранит. Летело каменное крошево. Я с трудом нашел самые обычные стрелы и принялся сбивать уцелевших мыслешмыгов. После того как папал с четырех выстрелов только в одного, понял, что лучше не тратить боезапас.
Активировал умение Струна и разрезал чудом выскочившую из мясорубки кинасибари.
– Сзади! – услышал крик Леи.
С потолка на меня прыгали сразу два мыслешмыга. Еще один уже полз на шее.
Но тут стало совсем не до этого. Произошло то, отчего я вообще охренел.
Экстренный выход из игры! До отключения 10, 9, 8...
Что за нахер?!
Глава 2. Командировки сознания
...3,2,1.
Красочный мир вокруг растворился, уступив место уже позабытому виду капсулы изнутри. Я не мог поверить в происходящее. Какого хрена? Почему? Моей жизни угрожала опасность? Или это происки злых букмекоров, что решили такой вот манипуляцией обрушить ставки? Как там теперь ребята без меня? А если я обратно быстро подключусь, то смогу ли появиться в гробнице?
Голова просто пухла от вопросов.
Картинка была размыта, глазные мышцы, даже несмотря на тренажеры и электростимуляцию, позабыли, как настраивать линзу хрусталика. Взгляд никак не хотел фокусироваться.
За стеклом видны были расплывшиеся фигуры людей. Крышка капсулы медленно отъехала. Встречали меня явно компетентные сотрудники. Никаких вопросов. Просто ждут, когда я приду в себя. Пытаюсь проморгаться, мужик в белом халате осторожно показал пузырек, потряс им перед лицом.
Я кивнул. Запрокинул голову. Врач закапал в глаза. Другой мужик в форме вирткапса, логотип я разглядеть не мог, а вот цвета различал, придерживая проводил в ванну. Ноги тряслись, но всё же мышцы работали.
Я долго отмывался. Система жизнеобеспеченья, конечно, следила за всем, но всё равно попахивало от меня знатно.
Провернув все процедуры, нацепил халат. Зрение вернулось в норму. В теле ощущалась слабость. Организм еще спал. Мне выдали несколько таблеток, вкололи что-то и дали выпить специальной воды с добавками.
Тело потихоньку начало пробуждаться. Я сел на диван и уставился на гостей. Врач, сотрудник вирткапса и полноватый мужик в костюме тройке. За ними стоит улыбающийся Толик.
Хоть что-то приятное во всем этом бреде.
– Итак, – начинает мужчина в костюме. – Александр. Меня зовут Ринат, я представитель Фанмира – ваш куратор. Поздравляю с прохождением ивента. Если вам надо прийти в себя, то все формальности с документами и наградой можем уладить позже. Вы понимаете меня? – заглянул он мне в глаза.
Я понимал его, но то, что он говорил, было абсолютным бредом, какие, нахрен, награды? Меня же выкинуло.
– Вы можете проехать с нами в больницу, – продолжил Ринат. – Либо остаться дома. Врач будет навещать вас три раза в день еще неделю. После,вам нужно будет лишь носить специальный прибор еще около трех недель. И пройти обследование по истечении этого срока.
Это всё мне было известно еще с инструктажа перед погружением.
– Я дома останусь, – отрешенно заявил я.
– Я вижу, вы еще не в полной мере пришли в себя. С документами пока повременим.
Я опять клюнул головой.
– Все материалы мы пришлем вам с курьером, – продолжил мужчина. – Церемония награждения состоится через полтора месяца, когда точно станет понятно, что все участники в полном порядке.
Точно, как там остальные? У них же должны быть контакты.
– А как все мои? – тут же задал я вопрос.
– У всех всё хорошо.
– Контакты, у вас есть контакты? – я даже попытался встать, так меня накрыли эмоции. Ноги держали крепко, а вот голова закружилась. Толик тут же подскочил и поддержал меня. Вот что такое настоящий друг, не усадил обратно на диван, а держит, ведь если я решил встать, значит, так надо.
– Не волнуйтесь так, – успокоил меня Ринат. – Как только их проведут по всему начальному алгоритму, у вас будет время пообщаться. У всей вашей группы будет специальный куратор. Свяжитесь через него.
– Вы говорили про какую-то церемонию.
– Да, – оживился Ринат, видя, что я, похоже, не собираюсь падать, да и вообще помню, что он говорит тридцать секунд назад. Видимо, они предполагали, что клиент вообще будет неадекватен.
– События по масштабности вышло далеко за рамки игрового сообщества, поэтому решено было провести торжественную церемонию награждения. Вы собственно будете там в качестве главных звёзд.
– А как? Как всё завершилось? На меня прыгнул мыслешмыг. А потом сообщение об экстренном выходе.
– Да. Тут частично наша оплошность. Всё должно было выглядеть совсем по-другому. Дело в том, что стены гробницы не были рассчитаны на уникальный навык вашей подруги Мегиды. Как только вы начали падать, она решила использовать свое ультимативное умение. В замкнутом помещении эффект вышел потрясающим. А скопившаяся за тысячелетия энергия сработала как цистерна топлива. Взрыв вышел такой, что перевернутая пирамида попросту перестала существовать. Нам придется её восстанавливать через системные инструменты. Поэтому сценарий оборвался. Спектакль не доиграть, если уничтожена не только сцена, но и театр вместе со всеми декорациями и актерами. Впрочем, уже поступило предложение, для истории, так сказать, восстановить декорации и доделать всё как положено, чтобы хотя бы на видео все осталось как надо. Но это, разумеется, через пару недель. И без Спящего Бога. Он погиб. Так что поставим картонку из ИскИна, который договорит его слова. Как-то так.
– Спасибо, – кивнул я. Не так, конечно, всё себе это представлял.
– Мы, пожалуй, пойдём, – сказал Ринат. – Капсулу мы отключили, по медицинским соображениям и поставили блокировку. Через недельку сможете начать короткие сеансы погружения.
Я снова лишь кивнул. Это всё опять же с инструктажа.
Я переоделся в домашнее, пока Толик закрылся за гостями.
Он крепок обнял меня.
– Исхудал, – контактировал друг, осматривая меня.
– А ты, наоборот, – хлопнул я его по начавшему появляться животу. – Погонять тебя надо в зале.
– Угу, а кланом за меня ты руководить будешь?
– А могу и я, опыт имеется, – весело огрызнулся я.
– Ну да. Семь человек, включая тебя, – расхохотался он и приобнял меня за плечо. – Эх, Саня, Саня. Как очухаешься, встречу в офлайне проведем, вот ребятам сюрприз будет. Да и своих всех зови. Я ж никому не говорил, кто ты. У них глаза на лоб полезут. Живые легенды. Эксклюзивная встреча. И с кем? С каким-то кланом за пределами топ-сто. Событие будет!
– Ты давай сестрине моей лучше позвони, а потом этому менеджеру. Пусть контакты даёт.
– С Машей мы уже три дня на связи. Я с ней договорился, что как уеду, она приедет. Поживет у тебя пару дней.
– Понянчится. Это хорошо. Артём, наверное, уже вымахал.
– Брат, не так много времени прошло, – улыбнулся Толик. – Тебе жрать то можно?
Я лишь пожал плечами. Толик схватил брошюрку с рекомендациями и погрузился в чтение.
– Нельзя до завтра, – заключил он. – Только какую-то смесь. Они на столе на кухне оставили. Зато зеленый чай можно.
– Пойдём хоть его попьем.
Слабость отступила. Мы потрещали с Толиком. Он поведал основные новости, сказал, что завтра с утра заскочит, и, вызвонив Машу, уехал.
Я же, получив контакты Леи, прежде всего набрал ей. Девушка долго не отвечала. Волнение усиливалось.
– Ало, – раздался, наконец, уставший, измененный связью, но такой знакомый и родной голос. И в этот же миг в замке заворочался ключ.
– Это Саша, как ты? – сказал я, направляясь в коридор.
Маша прыгнула мне на шею, тихо визжа. Артём вцепился в корпус.
– Что у тебя там за пигалица, верещит? – вместо ответа возмутилась Лея.
– Сестра, – пояснил я смеясь.
Мы прошли на кухню.
– Ты не ответила, как ты? – настаивал я. Ведь очень сильно волновался за неё. Если мне, здоровому быку, хреново, то что говорить о хрупкой девушке.
Здоровому быку! Здоровому. Меня вдруг осенило, что я нормально хожу. Я перенес вес на одну ногу, шагнул туда-сюда. Какого черта? Решил пробежаться из кухни в коридор и обратно.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила сестра. – Саш, ты меня пугаешь.
Колено работало идеально! А этого не могло быть. Если бы в капсулы исцеляли, они бы стоили как частный самолёт.
Это всё ненастоящее! Едва я это осознал, как картинка стала расплываться. Лицо сестры сменилось лицом Леи, комнатные обои стенами гробницы.
– Прости, долго не могли с тебя содрать их. Целых четыре наползло, – пояснила девушка, отбрасывая одного из мыслешмыгов. – Оказалось, им не обязательно прямо на лицо цепляться. Основание шеи, ухо, что угодно.
Это уже реальность или снова глюк? Переход был слишком резким, что туда, что обратно.
– Ты как? – бросила на меня обеспокоенный взгляд хилерша, пуская в кого-то черное сердце.
И снова картинка резко мигнула. Время дебафа кончилось, и моё сознание выбросило из тела Тихона. Дух вернулся в родную гавань.
От такой постоянной смены кадра начало тошнить, психологические американские горки.
Дикарь57: Мыслешмыги самые опасные! Мне причудился выход из капсулы. Всё такое реальное было. Если попадетесь, старайтесь поймать сон на противоречии.
Нужно было включаться в бой. Но я не мог. Бесцельно стоял, переваривая произошедшее.
– Поспи, полегчает, – раздался насмешливый голос мертвого бога. И вот тут меня проняло, шок сменился гневом. Весело ему, сука.
Впрочем, я ведь сам дал согласие на жесткий режим. Так чего теперь нюни распускать. Да, для меня в каком-то смысле всё уже кончилось. Я уже победил. Фактически видел будущее. Более того, это своего рода подготовка. Мне напомнили всё, что произойдёт после выхода. То есть реальное появление в реале уже не будет таким шокирующим. Правда, есть вероятность, что подумаю, будто сотрудники корпорации сновиденные персонажи и наброшусь на них. Впрочем, это мелочи.
Загвоздка в том, что мозг расслабился, и не может заново активизировать все ресурсы. Конечно, я разочарован, что не могу так быстро переключиться, но такая реакция естественна. Я всего лишь человек.
Но для моих сокланов еще ничего не кончено. Не ради себя, так ради них нужно возвращаться в битву.
Спящий бог опять начал выпускать по очереди всех тварей. А ведь мы еще даже первую полоску его ХП не опустили.
Я внимательно следил за обстановкой, стараясь заметить подкрадывающихся мыслешмыгов. Второй раунд настолько реалистичных картин совсем не прельщал. Пара-тройка таких заходов и уже точно запутаешься, где реальность, где сон, и тебя возьмут тепленьким.
Запасы маны таяли. А босс, похоже, пока только игрался. Клауд мы уже потратили. У нас было несколько козырей, позволяющих сдержать следующие финальные волны, но это игра от обороны. Он нас затащит в глубокие воды, преимущество на длинной дистанции на его стороне.
Мыслешмыги сменились кошмариками.
– Грыз, тяни агр, – заорал я.
Если бы перетянул Артур, то они бы воплотились во все страхи парня. Мы бы видели его насквозь, он бы стоял как голый. Трудно после такого сохранить холодную голову в бою.
У Грызлика же всё просто. Это были монстры, которыми его в детстве пугал отец. Все они жили в Миротории и, вообще-то, уже были не страшны моему возмужавшему спутнику. А потому он не потерял контроль и убежал в панике.
Праведник1: Может, изрубить заранее всех спящих? Чтобы босс их не пробудил.
Завеса: Не лишено смысла.
Дикарь57: Паранойя твердит, что некоторые из них могут оказаться союзниками, не сейчас, так после убийства босса.
АхилительнаяДева: В любом случае надо что-то менять.
ТихийШелест: +.
Я отбежал за Тихона и замер, чтобы не отвлекаться на бой и подумать хотя бы секунд десять спокойно.
Комбинация мгновенно выстроилась у меня в голове.
– Прыгаем обратно в черный туман, а Мегида в это время убивает босса.
Возможно, у него будет бабл, но, в любом случае, он нашу мощь зауважает. И изменит тактику, боясь еще одной такой атаки. Может, сосредоточит все усилия на убийстве эльфийки. Мы сломаем его размеренный ритм боя и перестанем идти у него на поводу.
Я развернулся и прыгнул в черный провал, из которого мы сюда попали. Странное иллюзорное измерение только вроде бы начало образовываться вокруг, но потом спящий бог пустил в него заряд магии, и резиновая субстанция спружинила, выбросив меня обратно в зал.
Мы оказались у стенки. Тем временем из саркофага уже лезли кинасибари. И их надо было встречать.
Босс снова заполонил всё большим ловцом снов, потом маленькими. После поднялся один из спящих. Этот уже был под дебафами и проклятиями Робина, а потому не смог в полной мере реализовать свой потенциал. Трудно простому физовику быстро среагировать, и хоть до кого-то успеть добежать, когда такая разница в скорости.
Затем из саркофага полетели красные лучи. Из тела выбило Лею и Завесу. Что интересно, нежить продолжила выполнять свои функции. Я активировал Третий Глаз и увидел полупрозрачные силуэты девушек. Помахал им в знак того, что вижу. Перевел взгляд на гроб, но спящий закрылся, ничего разглядеть не получалось. А я так надеялся увидеть вторую высшую сущность, про которую говорил Зик. Всё-таки это не давало мне покоя. Вообще, не знаешь чего ждать.
Гроб выдал очередную фразу про сон, зал перечертило синими лентами. Я уж точно не хотел второй раз попасть под перенос сознания. Выпил безоткатное зелье скорости, прибавку малую даёт, зато потом не замедлишься. Это помогло мне избежать неприятной магии.
А вот Мегида поменялась телами с Жорой.
– Аха-ха-ха-ха! – разнесся по залу голос картмастера.
– Карты не трать! – помахала ему кулаком эльфийка.
Угодившая в тело пикселя девчонка не послушалась совета, вызвала двух плюющихся ядом жаб, крутила воздушные пируэты под самым потолком. Смотрелось это эффектно, но закралось подозрение, что она попросту не может управляться с крыльями и старается не врезаться в стены.
Жора в теле хрупкой волшебницы освоился куда лучше. Он даже бросил лужу яда из посоха, она пролетела через весь зал и упала недалеко от гроба, как раз на пути следования тварей.
Мы всё еще не могли предложить боссу ничего нового.
Дикарь57: Десять секунд подумать.
Едва я написал, как со всех сторон вокруг меня возникли щиты, а затем сверху упала крышка. В первую секунду было недоумение, потом сообразил, что это Артур использовал свой навык Сейф. Я и забыл, что его на своих тоже можно применять.
Подсознание уже нащупало решение. Требовалось только дать мозгу время осознать его.
Ну конечно!
Наконец, настала очередь массового призыва.
Дикарь57: Тихон, сейчас крышка откроется. Ныряй в стелс и попробуй прямо внутрь гроба попасть стрелой.
Конечно, нечего было думать скрыться в невидимости от бога. Но вот от его подручных, чтобы не мешали сделать точный выстрел, вполне.
Саркофаг снова заскрежетал. Крышка приоткрылась, из темноты хлынула нечисть. Лучник всё не стрелял, боялся промазать и обозначить свои намерения раньше времени.
Я напряженно вглядывался, нужно было успеть поймать то секундное мгновенье, когда поток монстров прекратится, а крышка еще не захлопнется.
И вот оно, последний мыслешмыг выскальзывает и плюхается на пол. Из пустоты вырывается магическая комета и успевает залететь внутрь до того, как саркофаг захлопывается. Раздаётся взрыв. Гроб содрогается. Вся энергия остается внутри, ни капли наружу не вырывается. У спящего проседает сразу треть здоровья.
– Ха! – радостно крикнул я. Теперь ясно, как его побеждать.
Дикарь57: Активируем призыв волны.
Мы вместе вскинули ладонь и применили умение, доставшееся нам за первое испытание.
Открылись семь порталов, оттуда выскакивали гмурлоки всего пятидесятого левела, но их было много. Имелись среди них и лекари, и стрелки, и маги.
Они строились в боевые порядки, благодарно кивая, когда Я и Праведник окатили их бафами.
Пятьдесят пять существ образовали единый строй и ринулись в бой.
Это было эпично! Самое забавное, что кошмарики при столкновении с ними воплощались в нас, только в форме тех классов, которыми мы были при прохождении испытания. Такой фокус поднял всем настроение.
Мы били издали, помогая призванным.
Дикарь57: Как только всех убьем, с остатками гмурлоков бежим к гробу и начинаем крошить всё, что из него выходит, не давая даже выбраться до конца. После кинасибари убегаем обратно, а то нас зацепит ловцами снов. Пытаемся атаковать в щель во время открытия гроба.
Рейдлидерство очень напоминало тренерство. Вот и сейчас мои «бойцы» идеально выполняли установку на бой. Мы двигались тенью прямо за гмурлоками, коих осталось всего-то десять.
Гроб был окружен, пространство вокруг залили кислотой и огненными смесями. И как только крышка приоткрылась, в щель ударило сразу всё, что у нас было. Дружный залп испепелил всех мыслешмыгов. Внутрь залетело немного, но это были очень мощные вещи – Шприц Леи, начавший отравлять спящего, и стеклянная стрела. Здоровье босса разом упало на десять процентов и продолжило проседать по проценту в секунду.
Мы развили успех, перемалывая всё, что пытается выбраться. Перетерпели магические атаки и на очередной волне решили попытаться перемолоть её своими силами.
Тихон установил треногу с арбалетом. В качестве щита использовали нежить и призванных с карты существ. Они достойно встретили врага и стойко держали удары. Стреломёт отрабатывал штатно, ловко выплевывая снаряды. Ни одного промаха.
Лучник снова умудрился засадить стрелу. Первая полоса здоровья спящего мигнула в последний раз и исчезла. Было интересно, что теперь.
– Осознанный сон или неосознанное бодрствование? – пророкотал потусторонний голос спящего бога.
Он впервые задал вопрос, и это непросто так.
Ведьмы сновидений, что так и лежали в пентаграмме, проснулись. Девушки были божественно прекрасны, но при этом непохожи друг на друга. И что же они из себя представляют?
Это были не все сюрпризы. Неожиданно гроб открылся полностью, и оттуда шагнула женщина, окутанная черными клубами тумана.
Да ладно! Спящий бог – женщина?
Глава 3. Ложка
– Неожиданный поворот, – сказал Артур.
ТихийШелест: +
– Погодите, – прищурилась Лея, вглядываясь в женскую фигуру. Черные клубы тьмы развеивались медленно, постепенно приоткрывая детали.
– Тихон, давай залп по ней, – предпочел я не разглядывать бога, а сразу проверить, прочность её брони.
Стрелы не достигали цели, вязли в вырывавшихся из гроба черных завитках тумана.
Наконец, клубы развеялись. А вот буквы над головой фигуры не торопились складываться в читаемые. Они искажались, менялись, порой вместо них возникали цифры, иероглифы, руны. А когда литеры всё-таки заняли статичное положение, я прочитывал их раз за разом, но без толку. Я знал каждую из букв, но при попытке сложить их в единое целое снова и снова терпел неудачу, словно... Во сне! Во сне не получается читать, ты просто знаешь содержимое текста.
– Морок какой-то, – потрясла головой Завеса.
Все усиленно вглядывались. Я попытался посмотреть как во сне, не вчитываясь в каждую букву, а скорее разглядывая слово как картинку, принимая его как пакет данных, файл. И у меня получилось!
Тульпа. Уровень 222.
– Это не бог, – ошарашенно выдохнул я. – Это его тульпа.
Это и есть та вторая высшая сущность, про которую говорил Зик?
– Кто? – уточнил Жора.
– Выдуманная личность, – пояснил я. – Он придумал её, а потом воплотил.
Удивительно.
– Так он шизофреник? – уточнил картмастер.
– Нет. Или да. Тут всё сложнее, друг.
– А прочие твари, что оттуда лезут, почему они не тульпы? – продолжал допытываться Жора.
Объяснять, в чем глобальная разница времени не было, я решил обозначить главное:
– Они не личности, смекаешь?
– Не очень, если честно, – признался пиксель.
Тут стало не до разговоров. Черный туман полностью развеялся и плод фантазии спящего предстал перед нами.
Фигура типажа песочные часы. Воздушное платьице из тонкой ткани нежно-розового цвета. Фиолетовые волосы длинные, пышные, кудрявые. Большие зеленые глаза. Лицо красивое, с тонкими чертами. Немного отрешенное выражение, словно она до сих пор спит.
– Вот это сиськи! – не сдержался картмастер и получил от Завесы подзатыльник.
– Простите, дамы, – извиняющимся тоном, выдал он, втягивая голову в плечи.
– Кто потревожил мой сон? – флегматично спросила тульпа. Она точно еще не пришла в себя. Голос безэмоциональный как у тех, кто находится в глубокой медитации или трансе.
Ведьмы сновидений за её спиной ничего не предпринимали, воспарили и замерли над полом, даже глаза всё так же были закрыты.
Тульпа соткала из воздуха подушку размером с кровать для троллей и швырнула её в нас. Мы спокойно разошлись, но в последний миг она разлетелась на сотни маленьких подушек. Задело всех. На минуту повис дебаф Сонливость.
Конечно, же он не снимался!
Сразу как-то сил поубавилось. Стало душно. Захотелось свернуться калачиком и подремать хотя бы минуток пятнадцать. Но нельзя. Приходилось напрягать волю, борясь со сном.
Игра Зика как раз откатилась, и я вместо усиления своих окатил им нового противника.
Тульпа Уровень 222 избегает воздействия Игры Зика.
Да твою ж медь! Вот же плод воспаленного разума. Чтоб тебя бесы отлюбили! Только зря умение потратил.
Саркофаг снова заскрежетал, и оттуда хлынули мыслешмыги, только на этот раз они были уже шестидесятого уровня. Видимо, всё пошло по новой, только существа теперь будут сильнее.
Тульпа начала водить перед собой рукой. А я увидел, как иконка умения Третий Глаз призывно помигивает. Оно же должно быть в откате. «Я буду с вами», – вспомнились мне слова Зика. Что ж, намёк ясен.
Я активировал абилку и увидел, что от мини-босса тянется энергетический жгут в верхнюю часть саркофага. Всё остальное по-прежнему было закрыто черной вуалью. По нити начала усиленно перекачиваться энергия. А вокруг тульпы образовываться странный темно-сиреневый портал. Девушка словно размешивала рукой пюре, настолько густая была там энергетика. Затем к порталу протянулась нить от гроба.
Ясно. Спящий по какой-то причине сам не мог напрямую выстроить канал. И сделал это через помощницу. Пока там происходило простаивание каких-то странных связей и можно было не опасаться оттуда угрозы.
Началась обычная работа по уничтожению мыслешмыгов. Только теперь эти существа были куда быстрее и проворнее. Мы убивали их, а сами поглядывали на тульпу, ожидая от неё какой-то подлянки. И не зря.
Она вдруг вскинула руки и два мыслешмыга, что хотели запрыгнуть на Артура, резко сменили направление и скакнули на Пирожка, тот успел перекусить, одного, но второй ловко вскарабкался по шерсти и прицепился к голове. Пандаренок тут же растекся мохнатых тестом, уронив морду на лапы.
Получается, чертова тульпа может брать контроль над мобами. Это меняет картину боя. Глаза помощницы бога вспыхнули зеленым светом, и стоящий ближе всех к ней Грызлик вдруг выронил меч.
На него повесился дебаф Лунатизм. Он пошел к стене, странно переставляя ноги, а потом и по вертикальной поверхности, как по полу, взобрался на потолок и шел вниз головой. Очищение, как и на прочих эффектах от спящего не работало.
Когда спутник пришел в себя, он сорвался с потолка и полетел вниз головой. Буквально чудом успел перевернуться в последний миг, и не сломать себе шею. Тем не менее половины здоровья как небывало. Еще и Ошеломление повисло.
Из саркофага уже лезла следующая партия. Никто из нас не мог нанести урон тульпе, она каждый раз становилась бесплотной, пропуская всё сквозь себя.
Тихон приноровился и теперь пытался попасть стрелой в узкую щель и зацепить бога даже на маленьких волнах нечисти.
Кошмар. Уровень 125.
И эти вымахали. А тульпа снова бросила подушку. Как ни старались, а Сонливость поймали почти все.
Грыз тянул агр, но тульпа стабильно забирала под контроль двух мобов и направляла их на другую цель. Снова вспышка из глаз помощницы бога, и на этот раз уже Праведник лунатит. Только вот он не выронил оружие, а стал размахивать мечом, гоняясь за неведомыми врагами во сне, срубил одного из скелетов Завесы, и отправил на тот свет чешуйчатого льва из карты.
Ситуация осложнялась. Кинасибари тоже изменились. Глаза сузились. Одежды на них не осталось. Кожа почернела, из-под нее торчали ребра. Твари были не только жутче, но и сильнее.
Я уже пил второе зелье маны и начал потихоньку прикидывать запасной план.
Большой ловец снов никого не зацепил, следом вылетели средние, которых раньше вообще не было, а вот потом пошли маленькие, над которыми тульпа тоже могла перехватывать контроль, теперь они не разбивались о землю, а летели за тобой, чтобы ты не делал, пока не собьешь их.
Спящих от стены теперь отлипало двое.
Красных лучей стало больше, как и синих лент. Я улетел в тело Тени. Испугался поначалу. Мозг ломался от разницы во всех аспектах. Но потом ничего вроде, привык и даже умудрился пришибить лапой парочку мыслешмыгов.
Прискорбнее всего было то, что рысь играла на волынке лучше меня. А еще нельзя было не поразиться, насколько она умна. Пирожок бы вообще не понял, что случилось, а кошка вот не растерялась. Такое не укладывалось в голове.
И ведь на каждую волну кто-то один из нас впадал в лунатизм. Даже если закрывал глаза, и не видел зеленой вспышки из очей тульпы, не помогало.
Я понял, что опять придется что-то выдумывать, ведь мы не сможем сами отразить массовую атаку всех тварей. Пока козырей в руках хватало, что только стоит, контролируемое теперь превращение Грызлика. Но сейчас его использовать нельзя, вдруг попадёт под Лунатизм еще раз. Мало того что ульту зря потратим, так еще и проблему не решим и надо будет тратить еще одно ультимативное оружие. И не стоит забывать, что гоняя сновиденных чертей, спутник может и нас зацепить.
Вторая полоса босса просела уже наполовину. Тихон в стелсе подобрался поближе, чтобы гарантированно попасть, к тому же в руках у него был многозарядный арбалет. Он хотел за один выстрел покончить со второй полоской.
Саркофаг открылся, но вместе с тем тульпа сунула руку в фиолетовый портал и начала вытаскивать оттуда лавкрафтианскую тварь. Я откуда-то совершенно точно знал, что это существо из снов. Возможно, опять подсказка Зика. Очень тонкая на уровне ощущений.
Хтонический монстр торопился покинуть сновиденное измерение, но не мог в силу разницы миров. Фактически там он был мыслью, а здесь получал воплощение. Но реализация замысла всегда отличается от идеи, поэтому переход давался ему непросто. Нужно было срочно что-то предпринять.
Я выхватил тубус под емким названием «Ловец заклятий». Он достался мне из вещей, хранящихся в логове Дядушки Тухла. Как же давно это было.
Изначально в нём содержалось лишь одно заклятие высшего ранга, но перед заходом сюда мы поймали в него вторые чары одного из боссов на каком-то из финальных этажей пирамиды.
Сейчас я планировал использовать неизвестные чары. Так как они явно должны быть мощнее и точно сработают. А вот насчет пойманной абилки босса не было такой уверенности.
Тихон совершил выстрел, оставив от второй полоски спящего лишь десять процентов, и тут же метнулся к нам. Мы окутались щитами так, на всякий случай. Праведник воздвиг магический барьер, что теперь выглядел внушительно, Слизень в его образе создал второй слой. Лея тоже использовала защитные чары. Завеса и Жора выставили петов стеной. Вдобавок Праведник и его дублёр спрятали в Сейфы некромантку и картмастера.
Я попросту открыл тубус. Неизвестные чары выскользнули серебрящимся облаком, а потом приняли форму тринадцати призраков магов. Десятка концентрировала силу и передавала двойке самых длиннобородых, те, в свою очередь, отдавали всю мощь последнему старцу, сидящему на троне, что выглядел скорее как мертвец. Он не имел сил даже направить скопившуюся энергию рукой, лишь поднял трясущийся указательный палец. Из него ударила волна такой мощи, что лезущие из гроба твари попросту исчезли, от них даже костей не осталось. Лишь пепельные отпечатки в форме их тел.
Выглядело страшно. Мозг ломало то, что всё это произошло абсолютно беззвучно.
Жалко, что тульпу и ведьм не зацепило. Зато портал схлопнулся, да и у босса осталось лишь три процента второй полоски здоровья.
Снова поперли мыслешмыги, Тульпа опять начала крутить рукой в воздухе, заново сотворяя портал. В этой битве на истощение мы по-прежнему проигрывали. Было очевидно, что как только снесем вторую полоску ХП, монстры снова усилятся, да и помимо помощницы бога появится еще что-то. Те же ведьмы подключатся.
– Жора, возможно, придется потратить все запасы карт, – счел я нужным предупредить кармастера. Пусть готовится к тому, что после этой битвы останется фактически безоружным. Ирма выпила очередное зелье маны. Я невольно скривился. Так, глядишь, откат поймает и не сможет больше синие банки использовать, и магической энергии не хватит на последний раунд.
Мы терпеливо разбивали волну за волной. Тихон всё никак не мог попасть внутрь гроба. Босс уже отхилил здоровье до девяти процентов.
Артур решил кое-что попробовать. Гром заливал всё вокруг саркофага водой. Праведник скастовал Посох Асклепия прямо на гроб. Стальной столб снес сразу два процента ХП. Праведник тут же шарахнул по нему молнией, как бы усиливая урон, затем уронил Молот Небес и Перекрестие. Вода увеличила эффект от электричества, и одна из молний просто по закону больших чисел смогла залететь внутрь гроба вместе со струей воды.
Остался один процент второй полоски. Но тут тульпа нас удивила. Как раз полетел большой ловец снов. Помощница бога перехватила над ним контроль, придержала, пока не вылетят средние с маленькими, и забила ими пространство с боков от большого талисмана.
Сплошная стена ловцов двигалась на нас. Укрыться было негде, бесплотности, как у нашей противницы, ни у кого не имелось. Увернуться никак нельзя. Нитки исполинского оберега оказались липкими, и мы повисли на них как насекомые. Веки начали тяжелеть. Мы барахтались и смотрели в слипающиеся глаза друг друга. А у меня билась мысль, что это не конец.
Закрутился калейдоскоп гипнагогических образов. Я понял, что проваливаюсь в сон.
Ожидал чего угодно, но только не той же самой картины перед глазами. Это был кошмар. Кошмар, требующий преодоления себя и неимоверных усилий. Знакомый зал, в конце ненавистный саркофаг с тремя полосками здоровья.
– Что. За. Хрень? – чеканя каждое слово, проговорила Завеса.
– Дурной сон, – ответил я, играя желваками. – Предполагаю, что проснемся, лишь когда дойдем до той же самой стадии, в которой нас поймал ловец снов.
– Опять всё заново!? – завопил Жора.
Я прикрыл глаза и обреченно кивнул. Это будет долгая битва. Саркофаг уже знакомо заскрежетал, вставая на дыбы.
– А-а-ар-р-р! – зарычал от злобы Праведник.
Выбора у нас не было. Только пройти этот путь еще раз. И мы начали всё заново. Первая волна, вторая, общая атака. Первая полоска здоровья, вторая...
Монотонная напряженная работа. Только вот концентрация была чуть ниже, мы оказались расслабление, ведь это всего лишь сон, и очередная финальная волна, когда прёт вся нечисть, нас поглотила. Я даже немного обрадовался, вдруг сейчас проснемся. Хрен там! Всё началось по новой!
Мы орали. От злобы, от бессилия, просто чтобы выплеснуть накопившийся стресс. Пытка. Натуральная пытка.
Ещё раз прошли все этапы куда быстрее. Нас подгоняло желание расквитаться со спящим. Да и психологический ресурс не бесконечен. Каждый это понимал. Да там мы отдыхали, но здесь мозг работал.
К тому же каждый раз мы использовали немного разные зелья, чуть-чуть другие стрелы и карты. Как итог, попросту не сможем удержать всё это в голове. И не будем знать, что у нас осталось, а что потратили. Запутаемся. Начнем допускать ошибки. Отвлечемся на просмотр инвентаря и проморгаем атаку.
Мы уже почти дошли до той же точки, но тут случилось совсем неожиданное. Тень использовала свой стремительный рывок с выныриванием из стелса, хотела успеть просунуть лапу в гроб и снести последние проценты полосы. Но её попросту затянуло внутрь. Кошка погибла.
И всё началось сначала. Обреченные крики гнева разнеслись по залу. Цикл ложных пробуждений или на сленге попросту «ложка» начался заново. Оказывается, нельзя было терять вообще никого. Вместе попали, вместе должны проснуться. Мы стиснули зубы и начали еще раз.
Когда проснулись, то, конечно, не могли поверить, что всё закончено. Воины разрезали нити ловца снов, и все попадали на пол.
Неизвестно, сколько мы спали, но босс успел отхилить полосу до двадцати двух процентов.Что мы теперь точно знали, так это то, что на одном проценте тульпа опять выбросит какой-то фокус, а потому бить надо наверняка.
Тихон призвал чучело медведя тянущее агр, так как аналогичные умения у танков были в откате, и начал призыв стального помощника. На третьей полоске твари будут еще опаснее, и лишняя пара рук не помешает. У Жоры уже кончились слабые карты. Он теперь, обливаясь слезами, призывал исключительно серьезных существ от восьмидесятого уровня. Колода таяла на глазах. Кстати, про метательные карты он тоже не забывал. Использовал редко, но метко.
Мы дождались очередной большой волны, и я потратил последнее заклинание из тубуса. Абилка оказалась на так мощна. Она перебила лишь процентов семьдесят существ. Пришлось еще поднапрячься, чтобы добить остатки до того, как полезут новые.
Тихон исхитрился попасть в саркофаг. Полоска здоровья босса мигнула в последний раз и исчезла.
– Ура-а-а-а-а! – завопили мы, не в силах сдержать эмоции. Выстраданная маленькая победа. Но до финала еще далеко.
Ведьмы сновидений разом открыли глаза. Они стремительно полетели в нашу сторону, разбрасывая святящуюся пыльцу.
Дикакь57: Ни в коем случае не дышите!
Бесполезно. Микрочастицы не ждали, пока их втянут в ноздри, а сами залетали туда.
Голова закружилась. Уже в который раз глаза начали слипаться. Да твою ж мать! Главное, чтобы это не было очередной ложкой. Так и свихнуться можно. Хотя вряд ли это опять каскад ложных пробуждений. Это было бы слишком однообразно. Придумали что-то новенькое.
Падая, я успеть погрозить ведьмам кулаком. Красотки лишь насмешливо поглядывали. А у одной глаза загорелись нездоровым блеском. А я осознал, почему они ничего не делали. В реальности у них нет сил. Ведьмы сновидений. А мы сейчас уснём. Вот дерьмо!
Глава 4. Волк и семеро тупят
Запах свежего дерева и травы. Солнце и легкий ветерок приятно ласкают кожу. Я пожевывал травинку, от которой во рту стоял сладковатый привкус, и точил топор. Камень плавно скользил по лезвию, выправляя зазубрины. Большим пальцем проверил лезвие. Отлично!
– Можно не то что эти рубить, – объявил я и хлопнул рукой по поваленному стволу. – А даже на секвойю замахнуться!
Полноватый мужик с заросшим щетиной знакомым лицом одобрительно оттопырил большой палец и передал мне резную деревянную кружку с квасом. Я сделал глоток. Напиток прохладный. Пузырьки щекотали язык.
– Отдохнули? – сварливо спросила красивая девушка – наш бригадир. Она заглянула в свиток и озвучила расчеты. – Сегодня только двадцать стволов сделали. Отстаём от графика.
Мы переглянулись с мужиком. Допили квас. Тяжко вздохнули и встали. Он по-стариковски кряхтел при этом. Я оглянулся. Бригада семь человек. Все в одинаковых штанах, сапогах с высоким голенищем и клетчатых рубахах. Лея чуть ли не единственная с деревни, кто умеет читать, потому и руководит нами. Мегида – повар, отвечает за то, чтобы мы были сыты и полны сил. Завеса тоже грамотная – лекарь. На лесозаготовке то поранишься, то змея цапнет, если без врачевателя лагерем встать, не работа получится, а сплошная беготня до поселка. А так повалялся под шкурами с недугом сутки другие и снова топором машешь.
Я и Жора в основном лес валим. Тихон и Артур ветки рубят, складывают, да по реке сплавляют. Хороший у нас коллектив – дружный.
Если график опередим, будет нам выходной. Ну как выходной. Бригадирша наша хоть и девушка, зверь настоящий – заставит деревья сажать. На каждое вырубленное по два посаженых. Но это всяко лучше, чем бревна ворочать.
– Эх, понеслась! – ухнул я и обрушил топор на ствол.
И-и-и раз! И-и-и два!
От работы меня отвлек крик Завесы, что по привычке полезла на дерево, углядев какой-то целебный побег.
– Глядите! – указала лекарша вдаль.
Я вгляделся. По тропинке шла девчонка с корзинкой, накрытой белым платочком. Мы бы её и не заметили, если б не красная шапочка.
– Эй, малая! – заорал я, махая рукой. – Ты чего одна в чащу поперлась? Никак вторая жизнь в запасе имеется?
Места тут не то что бы безопасные. Зверья агрессивного хватает. Ладно, если обычный волк, тот человека боится, а коли попавший под магооблучение встретится. Пиши – пропало. Хитрые твари до одури. Эти могут и дерево повалить, чтобы повозке путь преградить, и встать против ветра, чтобы конь не почуял. Пассажиры и возница с телеги спрыгнут, чтобы ствол оттащить, а он их и сцапает.
Да это еще цветочки. Говорят, севернее они даже в женские платья наряжаются. Идёт деревенский, скажем, с топориком, удилища рубить ходил. Видит на дороге женщина в пышном сарафане. Он к ней подбегает, переворачивает, а зверь его как цапнет за лицо, и всё – нет рыбака.
– Я к бабушке иду. – крикнула в ответ девчонка. – Матушка пирожки испекла, вот я несу, старушку угостить.
– Может, это ведьма? – тыкнул меня в бок Жора. – Не слыхивал я, чтобы тут бабки жили.
– А ну, поди сюда, малая, – махнул я ей.
Девчонка весело зашагала к нам, покачивая корзинкой.
– Я б в её возрасте к незнакомым мужикам с топорами не пошла, – задумчиво проговорила Лея.
– Чаво вам дядечки-лесорубы? – улыбаясь, спрашивает путница.
– Тебя как звать? – уточняет бригадирша.
– Красная Шапочка, – всё так же улыбаясь, отвечает девчонка. Явно слаба на ум.
– Нда, – вздыхает Завеса. – Матушка совсем без фантазии, – еле слышно говорит она нам.
– Где, говоришь, твоя бабка живет? – уточняю я.
– Не скажу! – решительно мотает она головой. – Матушка наказала никому не говорить.
Я заглянул в корзинку, там, и правда, лежали пирожки.
– Ладно, малая, иди. Будь осторожна. Если что, кричи. Авось услышим.
– Видно самая нелюбимая из детей, – заключает Артур, когда девчонка уходит. – Вот мать её и гоняет в лес. Всё ждёт, что не вернётся.
– Жалко болезную, – шмыгает носом Мегида.
Мы кивнули, и снова принялись за работу.
Стук топоров прекратился, лишь когда солнце совсем начало нещадно палить. Можно и пообедать, и переждать самый зной.
– Слышите? – резко вскидывается Завеса. – Вроде крик был.
Мы переглянулись.
– Может, показалось? – неуверенно уточнила Лея. Я её понимал. Если побежим проверять, то потом позже пообедаем и из графика выбьемся.
– Я побегу проверю! – решительно заявила Мегида. Она у нас импульсивная, но очень добрая. Одну её, конечно, не отпустишь. За ней Тихон увяжется, он охотник хороший, а вот с топором не то что бы самый умелый. А если медведь? Или волк? Куда он со своим стрелковым дрыном меж деревьев?
Лея поспорить хотела, по глазам видел. Выставил ладонь, призывая её помолчать.
– Сходим все вместе, – отрезал безапелляционно. – Прогуляемся! Если что, поработаем вечером подольше.
Бригадирша проглотила возмущение. Такой вариант ей не очень нравится, но она готова пойти на уступки ради коллектива.
Схватили топоры и побежали в направлении, указанном Завесой.
Сначала казалось, что зря время тратим. Но уже метров через двести наткнулись на еле заметную тропку. Тихон уверенно вёл нас по следам Красной Шапочки.
– Точно беда, – заверил он, когда отклонился с дороги. – Волчий след видел. Вот такой! – он развел руки как хвастливые рыбаки, показывая пойманную рыбу.
– Век не пить! – шепотом воскликнул Жора.
Топоры в руках как-то резко перестали придавать уверенности в собственных силах. Тем не менее совесть уже не позволит повернуть назад. Наоборот, мы ускорились. И очень скоро выбежали на полянку, на дальнем конце которой приткнулась крохотная, по самые окна осевшая в землю избушка. Из дверного проёма как раз показалась голова волка.
– Магооблучение, – сказала Лея, стараясь сдержать дрожь в голосе. Она с трудом удержалась на подгибающихся ногах. Неудивительно. Тварюга крупней кормового бычка.
– Ах ты ж леденец в песок упавший! – вскрикнула Мегида и, выхватив из-за пояса черпак, подскочила к волку и ударила того по башке.
Огромные челюсти клацнули в сантиметре от её лица. Тихон успел одернуть девчонку.
– Больно же, дура! – обиженно прорычал волчара, потирая начавшую набухать шишку. И тут в его лапу вонзилась стрела. Зверюга резко дернулся, но плечи застряли в узком ходе. Ему бы остановиться, спокойно выползти, тут то и сказочки конец. Но в гневе мутант начал лишь еще громче рычать и сильнее брыкаться, разворачивая дверной косяк. Избушка тряслась.
– Это наш шанс! – крикнул я и подскочил к волку, резко опустив топор. Минус лапа. Жора сбил меня плечом. И вовремя. Верхняя когтистая конечность просвистела надо мной, лишь в самом конце на обратном пути кисть слегка зацепила плечо, а так бы по голове получил.
Брат-дровосек низкорослый, а потому легко пропустил над головой еще один выпад природных лезвий зверя и подрубил вторую опорную лапу. Волк упал, но энтузиазма не терял. Быстро полз на передних. Но тут ему в загривок попала стрела, и он сразу как-то обмяк. Мышцы перестали подчиняться приказам мозга, передние конечности разъехались, и зверь упал носом в землю.
– Яд, – пояснила Завеса, убирая в мешочек ярко-оранжевый листок.
– А ты полна сюрпризов, подруга, – уважительно поджала губы Лея.
Мы кое-как вытащили волчару. В избушке пусто. Кровать сломана. Только красная шапочка от девчонки и осталась, да корзинка с пирожками.
– Жалко! – вздохнул Жора, надкусывая выпечку. – А ниче такие! – заявил он с набитым ртом, после чего получил черпаком от Мегиды.
– Не буду тебя неделю кормить! – предупредила девчонка, у которой слезы скопились в уголках глаз.
– А почему у бабки одежда разорвана? – спросил внимательный Тихон, поднимая вещи. – Внутри следы шерсти, словно волк её примерял.
– Вот извращенец! – аж подпрыгнул от неожиданности Артур.
И тут живот волчары вздрогнул, мы испуганно отскочили.
– Надо ему башку отсечь! – подал голос Жора.
– А вдруг он беременный? – прошептала Завеса, опасливо приближаясь к трупу. – Может, это волчица.
Живот снова вздулся, словно изнутри, и правда, кто-то толкался.
– Я вскрою! – решительно выдала лекарша, извлекая скальпель из своего медицинского набора. – Интересно же. Всё-таки магоизлучение может сильно поменять структуру тела. Вдруг у него три сердца.
– Башку сначала отрубим, – сказал я. – В целях безопасности.
Сказано – сделано. Первым ударом лишь вспорол шкуру и сломал шею, а вторым уже попал меж позвоночных дисков.
– Вот это трофеище! – восхищенно протянул Жора. – Эх, – засипел он, пытаясь в одиночку поднять голову.
– Помогите перевернуть, – попросила Завеса, и мы кое-как развернули волчару на бок. – Лапы держите, – приказала она.
Дураков нет их на весу держать, нам еще топорами махать до вечера. Так что срубили деревца, поставили их как подпорки и поясами привязали одну верхнюю и одну нижнюю лапы.
Завеса сделала один очень ловкий развез и отпрыгнула, чтобы потроха не заляпали сапоги, но вместо привычной требухи из живота вывалились тела в желудочной пленке. Они барахтались, не в силах порвать её руками.
– Охренеть! – выразил общие чувства Жора.
Мы вытащили Красную Шапочку и бабушку. Живых!
Жора в этот момент успел перепрятать пирожки.
Старушка заливалась слезами.
– Ох, сынки! Спасибо вам, родимые! И меня и внученьку уберегли!
Красная Шапочка тоже плакала.
– Пс, ребята, – подозвала нас к себе Завеса. – Есть одно дело.
Мы столпились вокруг неё.
– Я в желудке у волка нашла одну занимательную вещь, – девушка показала нам мокрую записку. Буквы местами поплыли и размазались. Лея тут же взяла её и стала тихо зачитывать, редактируя на ходу, чтобы даже без нечитаемых слов стал ясен смысл изложенного:
– Старая тварь никак не хочет отдать нам дом в городе. Моих сил больше нет жить в этой глуши. Сделай всё так, чтобы комар носа не подточил. Красная Шапочка должна увидеть, как ты съедаешь бабку. Городовой тот еще засранец, будет выспрашивать всё в деталях. Она слаба на голову.
– Похоже, волчок работал по заказу, – заключил я.
– Но не смог обуздать свой голод, – грустно кивнула Лея.
– Малая! – окрикнул я девчонку и подозвал. Её еще трясло, но слез уже не было.
– А бабушка тебе по папе или по маме?
– П... п... по п-папе, – сказала она.
– А папаня твой где? – продолжил допытываться я.
– В... волки с-съели, – заикаясь ответила девчонка, снова начала рыдать и убежала в дом.
– Или один конкретный волк, – еле слышно предположила Завеса.
Бабушка кое-как выведала у внучки подробности. Оказывается, когда зверь съел бабку, то оделся в её одежду и забрался под одеяло, прикинувшись старушкой. Альтернативномыслящяя Красная Шапочка этого не заметила.
Мы решили дождаться, когда пострадавшие придут в себя, и отправиться за городовым. Пусть разбирается. Это уже не наше дело. Лея, конечно, волновалась, что работа встала, но даже сама себе перечить не смогла. Благородно поступили всё-таки. Да и, помнится, за уничтожение магооблученных зверей награда полагается. Конечно, если на семерых поделить не так уж и много выйдет, но всё же.
– Ты как? – спросила Лея.
– Нормально, – отмахнулся я. – Меня больше не это волнует, – указал я на повязку, наложенную лекарем, на те места, где прошлись когти волка. – А вот это, я продемонстрировал руку с сорванными мозолями.
– Возьмем два дня выходных, – сказала Лея. – Все равно нам городовой покоя не даст, будет стражей слать, для уточнения деталей вызывать.
Я еще раз глянул на руки, так как меня что-то смутило. На одну, на вторую. Перевел взгляд на руки Леи.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила она.
– У тебя пять пальцев, а у меня шесть... – произнес я, еще не понимая, что с этим делать и почему так. А потом меня словно в темечко клюнули.
Это сон! Это всё сон!
– Мы спим, – улыбаясь произнес я. Почувствовал какое-то облечение. Вроде и сюжет неплохой, но когда перестал ощущать себя подвешенной за нитки марионеткой, стало как-то легче дышаться, что ли. И ведь всё такое реалистичное. Разом вернулись воспоминания. Дошло, что это всё проделки ведьм сновидений.
– Ну да, похоже на дурной сон, – не поняла истинного значения моих слов собеседница. – Я вот, когда тебя змея покусала в прошлом сезоне, тоже думала, это какой-то кошмар.
– Ты не поняла, – покачал я головой. Взял девушку за плечи и заглянул в глаза. – Мы спим. Это всё коллективный сон. Гробница. Мертвый бог. Тульпа. Ведьмы сновидений. Помнишь?
Взгляд Леи сразу как-то просветлел.
– Это всё сон, – дошло до неё, наконец. – А я думаю, что за сюр.
– Будим остальных, но по одному, а то мало ли, – сказал я. – Жор, иди сюда.
Картмастер, ныне дровосек лопал пирожки и нехотя подошел.
– Я на обед для всех оставлю, че вы.
– Да забей, мы не из-за них, – отмахнулся я. – Ты в курсе, что это всё сон?
– Грибов, что ли, объелся? – спросил он и ухватил меня за лицо, вглядываясь в зрачки.
Я дернул головой и вырвался.
– На детали смотри, – повернул я его башку. – Какого цвета были глаза у волка?
– Не помню, – пожал плечами он. – Мне не до разглядываний было.
– Обмотка у тебя на топоре какого цвета? – зашел я дальше. Так как заметил, что на моем она уже несколько раз скакнула в сером спектре.
– Э-э-э, – почесал затылок картмастер.
– Родной топор не знаешь? – уставился я на него. – Это сон! Тут мелкие детали меняются. Упор на сюжете же всегда. Мозг, как нейросетка, детали рисует. Помнишь, как предметы в лагере располагаются? Сейчас вернемся, и всё по-другому стоит. Ивент, пирамида.
– Сиськи тульпы! – вспомнил Жора.
– Вы чего там обсуждаете? – осуждающе глянула на нас Завеса.
– Иди сюда, расскажем, – подозвала её Лея.
– Чем сон отличается от реальности? – спросил я пока еще заложницу сюжета.
– Эм, – она удивленно оглядела нас. – Странные у вас вопросы. Совсем другие вещи сейчас во главе угла. Нет?
– Это сон, Ирма, – сказала Лея. И некромантка вздрогнула, услышав истинное имя. Огляделась. Выругалась. Еще раз огляделась.
– Артура я сама разбужу, – пробурчала она и уверенно направилась к паладину, засучивая рукава. Не по-женски мощная оплеуха усадила Праведника на задницу.
– Ты чего? – уставился он на неё, держась за пылающую щеку.
– Силы тьмы захватили тебя в ловушку. Ты спишь, о великий воин света, и только волшебная пощечина способна пробудить твой спящий разум!
– Ты совсем чт... – начал говорить он, но прикусил язык на полуслове, посмотрев на нас. Мы ему помахали рукой и покивали, мол, всё правда.
– Тихо-о-он, – зловеще протянул я.
– Иди сюда, наш меткий друг, – поддержал меня Жора. Мы стали окружать лучника и безумно улыбаться.
– Вас что, волк покусал? – удивленно воззрился он на нас, непроизвольно отступая и переводя взгляд с одного на другого.
– Ты спишь! – торжественно поведал Артур. – Проснись же! – пафосно звучал его голос.
– Пока ты спишь, враг качается, – напомнила игровую заповедь Завеса.
– Посмотри на руки, – сказал я. И лучник покорно глянул. – Тень. Вспомни Тень.
Он тут же замер и посмотрел на нас совсем другими глазами. Хотел что-то сказать, но закрыл рот, лишь решительно кивнув.
– Причуда-а-а, – хором позвали мы последнюю из компашки. – Ты спишь! – так же синхронно.
– Я знаю, – недоуменно уставилась она на нас. – Сразу поняла.
– А чего молчала? – воскликнул картмастер и хотел по привычке подлететь, но лишь подпрыгнул, ведь крыльев не было.
– Я думала, вы все в курсе и просто роли отыгрываете. Я часто во сне осознавалась раньше. Кошмаров много было, и чтобы их закончить, нужно перехватить управление сюжетом. Вот и здесь все признаки сна уловила сразу.
Нда. Если учесть, что она пережила, логично, что её мучили кошмары.
Тихон погладил её по голове. Хотел что-то написать в чат, но лишь разочарованно скривился, когда осознал, что его тут нет.
– И что нам теперь делать? – спросила Завеса, а уставились все почему-то на меня.
– Мозговой штурм, – пожал я плечами. – Как заставить себя проснуться внутри сна?
– Здесь никак, – тут же отрезала этот мыслительный маршрут Причуда. – Я уже пыталась. Я мастер пробуждений во время нежелательных снов. Если у меня не получилось, у вас тем более не выйдет.
– Тогда... – подтолкнул я, чуть наклонив голову набок и пронзительно глядя ей в глаза.
– Переход в другой сон нужен.
– Как он выглядит? – спросила Лея.
– Ну как обычно во сне локации и сюжеты меняются, – подхватил я и сразу начал вспоминать. – Когда убивают в сюжете.
– Эмоциональный накал, – тут же продолжила Завеса. – Слишком всё плохо или хорошо.
– Глаза если закрыть, – припомнил Артур.
Мегида лишь кивала, с видом учительницы начальных классов, которая слушает ответ: «Как коровка делает? Правильно, му-у-у».
– Завершается сюжет, – сказала Лея.
На что эльфийка снова слегка склонила голову. Настала тишина. «Учительница» обвела нас удивленным взглядом, мол, «и что это все ваши познания?». Стало даже немного стыдно, что плохо выучил урок.
Я усиленно думал, ведь имел знакомство с человеком, что серьезно занимался осознанными сновидениями. Ходили в один зал месяца четыре.
– Двери, – пояснила Мегида, не дожидаясь наших мыслительных потуг. – Вспомните все свои сны. Любой переход из двери в дверь, это очень часто сильное изменение сюжета, персонажей и локации. Я, например, когда осознавалась в кошмаре, сразу бежала и пряталась за ближайшей дверью. Почти всегда за ней был нормальный сон, и я спокойно отдавалась сценарию.
Я кивнул на избушку. Ближайшая дверь там. Точнее, двери не было. Она валялась на полу, но ведь её можно заново поставить.
– Аккуратнее с Шапкой и Бабкой, – предупредила Причуда. – Они могут агрессивно отреагировать на то, что мы осознались. Ничего им не говорим.
Мы поставили дверь, и она как по волшебству приросла обратно. Причем, ни петель, ни каких подобных деталей не было. Держалась не пойми на чём.
Интересно, что нас там ждёт? – подумалось мне. – Хоть бы проснуться.
Мы открыли дверь, за которой была лишь сияющая пустота, и, взявшись за руки, шагнули в неё.
Глава 5. Проснись и бой!
Отступление первое
– Предлагаю тебе сэкономить время и сдаться, – зазвучал в голове Спящего голос Зика.
Как? Как это возможно? Всего лишь какой-то мелких дух смог взломать его ментальную защиту. Это шло вразрез со всеми представлениями бога о текущем мироустройстве. Он перебирал в голове сотни вариантов и пытался найти объяснение произошедшему.
– Ты тоже был богом, – догадался он. – Но слишком самоуверен. Ты поставил не на ту лошадку. И скоро твой скакун сойдёт с дистанции, а ты будешь умолять меня не развоплощать тебя полностью.
Спящий лил воду, попросту засоряя эфир. Ему не было свойственна излишняя горделивость. Он зауважал соперника, но сейчас не имеет смысла это показывать. Нужно и дальше прятаться за маской могучего, но не слишком далекого божества.
Мог ли Зик быть богом магии разума? Непохож. Ведь тогда он бы не смог пройти его защиту на дверях гробницы. Тут что-то другое. Может, богом взлома? Это всё объясняет, но интуиция говорит, что ответ не так прост.
***
Чудо не произошло.
Магия ведьм сновидений оказалась слишком сильна.
Мы не смогли проснуться. Лишь перешли в другой сон. Я бы сказал, что рядом была широкая река и высоченный лес, но на самом деле все являлось вполне обычным, просто мы стали гномами, причем куда меньше обычных. И нас было семеро. Смешные колпаки, бороды и одежда, больше походившая на пижаму с поясом.
Только вот кольчуга под ней и оружие в руках слегка расходились с сюжетом сказки братьев Гримм.
Белоснежка обнаружилась неподалёку. Разодетая как средневековая стиптизерша, она убегала от солдат. Надо думать, подчиненные мачехи-королевы. При переходе Жора, Завеса и Артур снова потеряли осознанность. Теперь они слепо следовали сюжету, готовясь, атаковать воинов из засады.
Пока не стоит приводить их в чувства. Сначала разберемся с преследователями легитимной наследницы престола, а затем уже будем что-то решать.
Белоснежка уперлась в сплошную стену густого кустарника и развернулась к солдатам. В глазах плескался ужас загнанной лани. С дерева сорвалось бревно и ударило группу преследователей, разбросав их по тропинке. Испуг во взгляде принцессы сменился торжествующей улыбкой.
Мы выскочили и стали добивать дезориентированного противника.
– Одного оставьте для допроса! – властно приказала Белоснежка.
Когда девять воинов были убиты, а один связан, девушка достала из-под куста своё традиционное платье и переоделась ничуть нас не стесняясь. Тихон отвернулся. У меня, конечно, не такая сила воли. Хороша была девица, глаз не отвести.
А полуголая бегает, видимо, чтобы мозги отключать прислужникам мачехи. О чём будет думать нормальный средневековый воин, когда бежит по лесу за обнаженной красоткой? О чем угодно, но точно не под ноги смотреть и по сторонам.
– Этого хватайте и уходим, – распорядилась Белоснежка, кивнув на пленного. Жора тюкнул его рукояткой короткого меча по башке, сунул в рот кляп. Наша мужская четверка закинула его на плечи и пошла следом за принцессой. На один её шаг приходилось делать два своих. А с грузом да по незнакомому лесу. В общем, запыхались метров через триста.
Надо сказать, что принцесса двигалась по лесу как хищник по своим владениям – быстро и уверенно. Жизнь в подполье, может, и не пошла на пользу её характеру, зато явно развила другие полезные качества.
Белоснежка обернулась и смерила нас недовольным взглядом.
– Привал, – сжалилась она. – Здесь его допросим.
Мы остановились у небольшого холма, попадали рядом, а девчонка даже не запыхалась.
– М-м-м-м! – замычал и забрыкался пришедший в себя солдат.
Белоснежка привязала пленника к дереву.
– Расскажешь все быстро и безболезненно или придется всё из тебя вытягивать долго и смертельно неприятно? – зловеще приблизилась к пленному принцесса и вытащила кляп изо рта.
– У сопротивления нет шансов! – выплюнул тот в ответ. – Королева Гримхильда раздавит вас как муравьев!
Белоснежка рассмеялась.
– Узурпаторша падёт глупец. И такие как ты сгинут вместе с ней. Ты всё равно мне всё расскажешь.
А потом она вдруг прокашлялась и запела.
– Твою мать! – шепнул я на ухо Лее. – Мюзикл начался.
– Гримхильда, старая ведьма, ответит за все прегрешенья. И как её раздавить, у подполья найдется решенье.
В этот момент сопящий от нехватки кислорода Жора вскочил на пенек и хрипло подхватил ритм песни:
– Мы семеро бравых гномов за принцессу всегда горой.
Даже погибнуть готовы, лишь бы она вернулась домой.
Вокруг стали слетаться пташки, прибегать кролики. Из зелени робко высунул голову пятнистый олененок. Вся местная живность выходила на звуки этой музыки.
Не заржать в такой ситуации не представлялось возможным. Хорошо, что у гномов длиннющая борода, и можно спрятать улыбку, делая вид, что поправляешь подбородочные заросли.
Белоснежка грациозно танцевала, кружилась вместе со зверьми. Птички садились ей на руки, а пленный вдруг начал брыкаться и кричать, но его вопль тонул в пение теперь уже Артура.
– И сколько бы старая дура в наш лес не послала солдат, Гном хитрый ловушку придумал, их тела пусть звери едят.
Пленный говорил, что Грумхильда раздавит сопротивление, как муравьев, но теперь как раз таки эти насекомые буквально облепили солдата и начали пожирать его заживо, и всё это под песенку теперь уже Завесы.
– Сама живая природа за нашу принцессу встаёт. И всех узурпаторов подлых смерть ужасная ждёт.
– Я всё скажу! – завопил из последних сил пленный и муравьи тут же перестали его поедать.
Пока Белоснежка получала информацию мы заново заставили осознаться сокланов. Этот сюр пора было заканчивать. Мы собрались в кружок, положив друг другу руки на плечи.
– Итак, давайте пытаться понять механику, – попытался я направить рассуждение в нужное русло. – Как вообще всё это возможно. Тульпа. Сон внутри сна внутри сна. Твари из сновидений, лезущие из порталов. Поймем это, будет проще выбраться отсюда и адаптироваться ко всем последующим фокусам, что нам подкинет бог.
– Знаете, что я сейчас вспомнила, – взяла слово Лея. – С год назад снова всплыла на форумах тема про класс Прорицатель. Бета-тест проводили.
– Было, – тут же кивнул Артур. – У нас на закрытом форуме активнее это всё обсуждалось. Но что-то пошло не так. Проблемы с реализацией. Я лично переписывался с парнем, что пробовал отыгрывать Провидца или Медиума, уже не помню. Но несмотря на приятельство, он особо не распространялся. Мутная история.
– Суть была в том, чтобы ввести в игру еще одну переменную. Отдельный вид энергии и измерение. Для классов Прорицатель, Шаман, Монах и для жрецов, – тут она посмотрела на меня. – Еще для кого-то, конспирологи и их разведка дальше пасует, – улыбнулась девушка. – По слухам пытались создать отдельное измерение – Лимб, Элизиум еще там какие-то название были. Не помню. В общем, возможно, это всё реализовали вот в таком вот виде.
– Локации делали явно очень крутые сновидцы, – сказал я. – Знал я одного бойца, который утверждал, что во время подготовки к бою приводит несколько десятков боёв с оппонентом в осознанном сне.
– Что правда?
– Не знаю, на тот момент он не проигрывал уже три года и шел на серии в десять побед. Я пытался освоить ОС.
– ОС? – переспросил Жора. – А! Понял. Это сокращение от осознанного сна.
Я лишь кивнул и продолжил:
– Мне терпения не хватило. Плюнул на это. Мегида, я так понял, интуитивно это освоила, но глубоко не копала. Может, что-то новое заметила здесь, на что мы не обратили внимание?
– Да, – сказала она. – Тут гораздо больше можно играть, – в подтверждение своих слов, девушка стянула с головы свою шапку и та поменяла цвет.
– Что нам это даёт? – уточнил я.
Причуда на секунду задумалась.
– Видимо, тут как с погружением на глубину. Чтобы вздохнуть нужно всплыть наверх. Мы на очень глубоком уровне сна. Чем дальше будем прыгать по снам, тем больше будет возможностей менять реальность и тем ближе пробуждение.
– Тогда решено, – объявил я. – Рвем когти. Нигде не задерживаемся. Помогаем товарищам, если они вдруг ныряют в сюжет.
Белоснежка как раз окончила допрос, без сантиментов перерезала пленному горло. И снова побежала, а мы едва за ней успевали. Надежды оправдались, опальная принцесса привела нас к гномскому домику.
– Ваше величество, – обратился я к ней, склонив голову. – Ни в коем случае не ешьте яблоко, – проспойлерил я финал сказки. А затем открыл дверь. Проход зиял чернотой, я без страха провалился внутрь.
Вышагнул у городских ворот. Табличка гласила «Бремен». Обернулся и покатился со смеху.
Жора в образе антропоморфного осла. Тихон вполне органично смотрелся в роли кота. Только выглядел скорее как Булгаковский Бегемот. Артуру достался пес. Мегида была петухом.
Остальные же, включая меня, по всей видимости, разбойники. Осознанности никто не потерял. Если ты очарован сюжетом, взгляд совершенно особый, здесь же ничего подобного не наблюдалось.
Мегида тут же попробовала несколько фокусов. Взлетела, причем левитировала без использования крыльев.
– Мы все ближе к поверхности, – констатировала она. – Нужно всплывать дальше.
Ближайшая дверь виднелась сразу за воротами. Вела в караулку.
– Ну что, оркестр, – обратился я к друзьям. – Отвлечем стражу.
Как сражаться со сновиденными персонажами без оружия непонятно. Да и вдруг у них тут целый гарнизон. Так что решили взять хитростью.
Солдаты вылупились на Артура, он единственный, кто сносно играл. Остальные лишь пытались поддерживать заданный им ритм. Стражи порядка изрядно охренели от увиденного. Про всё остальное напрочь забыли. Поэтому когда мы спокойно прошли мимо них даже и не среагировали.
А когда поняли, что вообще-то пропускать нас не надо, мы уже дернули дверь и отправились в следующий сон.
– Нда! – прокряхтел я, держась за поясницу и, смотря на огромную репку.
Растение мутант злобно глядело двумя маленькими глазками, шипело, агрессивно махало ботвой и то и дело угрожало шевелящимися под землей корнями.
– Нам с ней не справится, – запричитала бабка, а точнее Лея, потерявшая осознанность. – Горе-то какое! Она уже на соседние грядки разрослась. Всю капусту загубила.
– Не кручинься, старуха, – подыграл я ей. – Нет нужды её выкорчевывать. Хворостом обложим и запечем на месте.
Услышавшая приговор репка, а вернее, репища, прижала ботву, как провинившаяся собака прижимает уши.
Возиться с ней не было никакого желания. Мегида в образе внучки опять взлетела, на этот раз куда выше.
– Всё больше контроль над сном, – сказала она. И мы все дружно пошли в избу, даже не стали Лею скидывать с сюжетных рельс.
Очередной переход. Уже привычное ощущение.
Я сидел на коне, приложив ладонь ко лбу – явно Илья Муромец. Слева Тихон на кобыле поменьше с луком в руках – Алеша Попович. Справа Артур – Добрыня Никитич.
А вот Жора был в образе Тугарина. Огромный, сука, как тролль. И самое печальное, судя по налитым кровью глазам, осознанность он напрочь утратил. В полукилометре догорала деревушка. Степной ветер доносил запах дыма и крики людей. Там куда я смотрел в небе чернело пятно. Он всё больше увеличивалось и зеленело, пока не стали различимы детали.
Трехголовый дракон летел к нам. Гадкое предчувствие кольнуло сердце. И точно! Дракон заложил вираж и приземлился рядом, от его крыльев разошлась воздушная волна, а земля чуть вздрогнула. Дым вырвался из ноздрей.
Змей Горыныч собственной персоной. Лея – центральная голова, Завеса – левая, Мегида – правая, и единственная осознанная.
– Градус алкоголя у сценарной группы увеличивался, – констатировал я, глядя на нашу славную компашку.
Тугарин спокойно подошел к Горынычу, и они пожали лапы. Да, да грабли Жоры в нынешнем состоянии руками назвать язык не повернется. Затем оба былинных героя развернулись на нас.
– Ну что покажем им силушку богатырскую? – громогласно заявил Артур.
– Мы все спим! – надрывалась калёным горлом Мегида, в тщетных попытках остановить бойню, но куда там. Она пыталась перехватывать контроль над телом триединого дракона, но ничего не выходило. Две других головы мигом отстраняли её от рычагов управления.
– Причуда, что нам делать? – спросил Тихон.
Девчонка на миг прекратила попытки единолично контролировать Змея-Горыныча, и стала усердно думать, отчего массивные драконьи брови нахмурились, а из рта вырвался небольшой сгусток пламени.
– Попробуем сломать сюжет! – прорычала правая голова чудища.
Сломать сюжет? Хм. Как это сделать? Выкинуть что-нибудь абсурдное? Как вариант.
– Есть идея, – сказал я. Голос такой степенный размеренный. Спокойствие и уверенность навивающий. – Давайте друг друга мутузить.
Парни переглянулись и кивнули. За неимением других идей сойдет и эта.
Мы закружили на конях и стали обсыпать друг друга ударами. Змей Горыныч и Тугарин удивленно замерли. Я ударил палицей в щит Артура и тот раскололся. Он в свою очередь взмахнул мечом и отсек мне бороду. Тихон же пустил в нас обоих стрелы, но дистанция была маленькая, да и не привык он с лошади стрелять. Силу натяжения не рассчитал, обе они завязли в кольчуге.
– Это сон!
– Сон!
– Вы спите! – орали мы до хрипоты.
И, о чудо! Сработало.
Сначала осознались остальные две головы Змея-Горыныча. А потом мы все вместе скрутили брыкающегося Тугарина. Дракон взмыл в небо неся нас всех в лапах и опустился на землю в деревушке. Мы старились не смотреть на обугленные тела на улице и зашли в единственный несгоревший дом. Правда, триединое чудовище по очереди лишь просунуло все головы.
– Мне уже плохо от частой смены картинки, – пожаловалась Лея, когда мы вышли в новом сне. – Интересно, что дальше будет.
– Алиса в стране чудес была бы слишком очевидна, – заключил я.
Вокруг встало лагерем многотысячное войско. Бесконечные ряды шатров и палаток. Вдали город с неприступными стенами.
Мы расположили на возвышении под навесом. На столе лежали чертежи и зарисовки какой-то конструкции. Огромный фаллос, минотавр, сатир, грифон, колесница, кентавр, пегас и просто лошадь. Причем все остальные были зачеркнуты, а последняя, наоборот, обведена в кружок.
Я, получается, Менелай – спартанский царь. Рядом стоит Жора в роли его микенского товарища Агамемнона. Одиссей – Артур. Тихон – Ахиллес. Мегида – Патрокл. А город значит Троя.
Мы посмеялись осматривая друг друга и тут же сосредоточились на окружении.
К нам бежал запыхавшийся солдат. Он так торопился, что попросту рухнул на руки охранению. Начальник караула извлек из взмокших ладоней свиток.
– Тайное послание, – сделал он вывод и передал его двумя руками, почтительно поклонившись.
Я с интересом развернул и, отослав стражу подальше, стал зачитывать текст.
– Дорогой, когда ты уже сожжешь этот городишко. Тут ужасно. Хочу домой в родную Спарту. Этот Парис всё настойчивее. Водить мальчишку за нос всё сложнее. Я говорю, что не могу предаться любви, пока войска под городом. Его брат Гектор куда хитрее, и начинает что-то подозревать. Да еще эта его жена. В Трои она со скуки на стену лезла и теперь не отлипает от меня. Когда захватишь город, можно будет взять её в плен. Хорошая супруга будет кому-нибудь из приближенных. Если не поторопишься я, и правда, променяю тебя на юного троянца. Ахахаха.
С любовью, твоя Елена.
От города к нам приближалась группа троянцев-переговорщиков. Я узнал среди них всех главных действующих лиц. За мужчинами следовали женщины. Лея была Еленой, виновницей всего сыр-бора. Она не одна, а с группой поддержки – женой Гектора Андромахой, которую отыгрывала Завеса.
Ситуация не очень. Кругом одни шатры, дверей нет. Полог шатра не является порталом, это мы уже проверили. Единственные двери в городе. Но чтобы туда попасть нужно осуществить успешный штурм. Вдобавок две наших дамы неосознанны и играют за фигуры на другой стороне доски.
– Это последний уровень, – сказала Мегида. – Я чувствую, что почти могу проснуться простым усилием воли. Здесь держит только магия ведьм сновидений.
– Что это значит? – уточнил я.
– Скорее всего это обычный сон. Сновиденные персонажи могут наброситься, если поймут, что мы осознались.
Я вспомнил слова приятеля, что это защитная программа мозга, чтобы вернуть тебя в сюжет сна. А то мало ли чего ты себе там напридумываешь и куда тебя заведет фантазия.
– Час от часу не легче, – заходил я из стороны в сторону. – Еще не хватало, бегать по берегу от двух армий.
– Есть и плюсы, – улыбнулась Причуда. И я понял, что сейчас она выкинет какую-нибудь шалость. – Здесь мы хозяева сна! – закричала она и взмыла в воздух.
Солдаты стали удивленно переглядываться.
– Вы все жалкие людишки! – орала Мегида, и её голос разносился словно она стала греческим богом. – Мы жители Олимпа. Падите на колени!
И ведь половина сразу упала. А вот другая начала целится из луков, не боясь навлечь на себя гнев богов. Делать нечего, нужно было срочно спасать ситуацию.
Во сне ведь возможно всё – стоит только пожелать. Я напряг воображение и представил огромную огненную плеть, которая тут же материализовалась в руках, и стал размахивать ей, уничтожая тех, кто схватился за оружие. От одного касания они падали горстками пепла.
Ворота города открылись, и оттуда повалили троянцы в полном боевом. Завеса и Лея стояли в шоке. А вот осознавшие сокланы уже всё поняли и вовсю тестировали сновиденный «режим бога». Загнанные в рамки игровых классов теперь, не имея никаких ограничений кроме собственного воображения, мы отрывались по полной.
– Убейте тех, кто поднял руку на посланников богов. Именем Зевса! – заорал я.
Повинуясь моему воображению, небеса за секунду заволокло облаками, из которых соткался огромный качок в тоге. Он почему-то походил на Халка Хогана. Зевс метнул сразу полсотни молний, испепеливших тех, кто бежал к нам.
А потом началось дикое рубилово. Сновиденные персонажи сломались. Одна треть зависла, вторая отрабатывала по защитной программе, стараясь нас уничтожить, чтобы выбить из осознанности, последняя часть наоборот повиновалась нашему приказу и мочила всех.
Мы подняли наверх Завесу и Лею. Помогли им осознаться. Объяснили, как пользоваться сновиденной магией.
Такое рубилово началось! Кровь, кишки, звон мечей, ор тысяч глоток. Всё это сдобрено нашей по истине божественной мощью, помноженной на большую насмотренность. Мы видели сотни вариаций боевых заклинаний, а потому били врагов не простыми файерболами, а сразу армагеддонами, метеоритными дождями, разломами земли, песчаными смерчами, которые срезают все мясо, полируя кости до блеска.
Грохот стоял такой, словно мы решили уничтожить этот мир, так увлеклись, что чуть не стерли с лица земли саму Трою.
Спускаясь с небес вызвали ветер, чтобы разогнал дым. Мегида куда запропала, ну да ладно, найдется. Ожидали спуститься на пепелище, но попали на сплошное стеклянное полотно, в которое был вплавлен биоматериал с остатками снаряжения, словно насекомые в эпоксидную смолу.
– Эх, – вздохнул Жора. – Если бы это не во сне было, мне бы стеклодува сразу на тысячу подняли за такое.
Я аж присвистнул.
Сбоку раздались сдержанные хлопки.
– Браво! – насмешливо проговорил Гектор. За ним стояла вся троянская династия. Они стали трансформироваться и превратились в ведьм сновидений. – Вы необычайно быстро освоились. Придется нам вас еще задержать.
Ну точно. Это всё нужно, чтобы Спящий отрегенил здоровье. Ведь нам просто повезло, ну как повезло, если считать несколько лет недосыпа Мегиды как последствия психологической травмы везением это назвать трудно. Но если бы не это, и не моё знакомство с бойцом проповедующим ОСы, мы бы могли бродить здесь вечно. До сих пор бы лес валили, раз за разом провожая Красную Шапочку взглядом.
– Мы просчитались, – сказала ведьма. А это плохо, противник умеющий признавать свои ошибки самый опасный.
Сейчас будет битва еще грандиознее предыдущей. Фактически схлестнуться два пантеона богов, да ведьмы здесь сильнее нас, знают больше фокусов, но на нашей стороне фантазия. Мы видели больше проявлений магии и сможем подобрать ключ к любому противнику.
– Дважды просчитались! – весело бросила Мегида, прилетевшая с дверью из города. – Пока, девчонки. Приходите ко мне в сон. Поиграем.
Ведьмы только начали каст каких-то убойных заклинаний, но мы пулей метнулись в дверной проем, стоящий посреди стеклянного побережья. Тем не менее портал сработал.
Мы разом пришли в сознание. Я мгновенно сориентировался. Спящий отхилил целую полоску ХП. Теперь у него две полных. Снова их сносить вообще не вариант. Нужен новый дерзкий план.
Дикарь57: Ждём следующей большой волны. Затем собираемся возле Леи. Мегида делает бабах. Лея возрождается через артефакт, выпавший из подарка, и поднимает нас.
АхилительнаяДева: Звучит безумно. Может сработать.
Мы легко отбили все атаки. После сновиденного безумства сражаться здесь было так радостно и привычно. Когда начался каст большой волны, я, как и все, подбежал к Лее. Мегида вскинула руки.
Ой, что сейчас будет!
БДУМ! – донесся до ушей хлопок. В следующую секунду пол содрогнулся.
«А что если эта идея родилась у меня из-за видения с открывшейся капсулой? Что если сам бог подкинул мне её?», – пришла запоздалая мысль. Всё вокруг заволокло пламя и сознание потухло.
Глава 6. Кошмар
Когда Лея воскресила нас, я ждал чего угодно, поэтому увиденное не удивило. Не видно было ничего вокруг. В воздухе витали частички пепла и каменная взвесь. Дым постепенно стал отступать, а пыль оседать. Удалось понять, что гробница выстояла. Более того, выжило несколько спящих, те у которых уровни за триста. Видимо, всякие посмертные абилки спасли. Кто просто шкуру сбросил, у кого один процент ХП остался, а кто-то продолжал спать, но уже в форме призрака. Один вообще окаменел. И неизвестно спадёт ли эта защита или так теперь и будет живой статуей стоять.
Мы отпивались зельями. На всякий случай заново бафались и окутывались аурами. Дымка развеивалась, обнажая осколки каменного саркофага. Мы напряженно вглядывались. И вот зал полностью очистился и пред нами предстал еще один саркофаг, но куда меньшего размера. Если в том мы бы все вместе поместились, то этот для одного существа.
– Долбанная матрешка! – выругался Жора.
– И сколько у него еще слоёв? – возмущенно спросила Завеса.
– Это неважно, – сказал я.
Вполне возможно, что три полосы не были ХП босса, а только прочностью каменного гроба. Свой ломающий шаблоны удар мы нанесли. Новая кровать Спящего не выглядит слишком внушительно, тульпы и ведьм теперь нет.
Стоило об этом подумать, как вспыхнул уже знакомый темно-фиолетовый портал, и оттуда вынырнули все вышеназванные. Похоже, они переждали удар во сне бога. Только вот ведьмы теперь витали в качестве полупрозрачных силуэтов. Их тела оказались уничтожены, а тульпа его в принципе никогда не имела.
Отступление второе
Спящий бог не дал волю эмоциям. Подумаешь, последний рубеж обороны. У него все еще есть шансы. Даже выходить из гроба не придется. Да, он планировал оставить своего самого могущественного пленника как ультимативное оружие для будущих сражений.
Тот, кто свёл с ума всех его генералов и жреца, думал, что справится и с ним. Но на деле лишь стал цепным псом. Безумным зверем. И самое время спустить его с поводка. Контакта с подобным существом не пережить никому. Разве что Светлоликий, сильнейший из богов старого континента, глава самого могущественного пантеона, смог бы тягаться с тем, что он сейчас выпустит на свободу. Конечно, одна из множества личностей безумного бога непременно попробует снова свести с ума и его, но один раз, он уже с ней справился. Запер в сновиденном измерении, которое тот превратил в кошмар. Значит, мертвый бог сможет повторить это снова.
– Не заскучал там? – спросил Спящий у безумного бога.
– Безумие самое веселое, что только можно придумать. Мне никогда не скучно! Аха-ха-ха-ха-ха! Никогда! Вуаха-ха!
***
У нового убежища босса была лишь одна тоненькая полоска прочности. Раза в три меньше прежних.
Дикарь57: Все зелья усиления. Работаем пока от защиты, посмотрим, что он сможет нам предложить, а потом идём в контратаку и добиваем.
Поначалу все пошло как обычно, разве что ведьмы сновидений и тульпа теперь перехватывали контроль над большим числом существ. Мы рутинно убивали мыслешмыгов. А вот когда полезли кошмарища сто пятидесятого уровня, появилось нехорошее предчувствие.
Тени не спешили к нам, а стали сливаться в одно чудище и расти до самого потолка.
Аватар Бога Безумия. Уровень ???
А я грешил на тульпу, но она плоть от плоти Спящего и не может быть высшим существом сама по себе. Вот на самом деле тот, о ком меня предупреждал Зик.
В голове раздался смешок узницы из осколка разума. Она задолго до чуяла собрата, и поэтому поддавалась мне, позволяя качать ментальную стойкость. Только по прежнему неясно зачем. Видимо, какие-то их семейные тёрки.
Аватар ринулся на нас, на ходу закручиваясь в спираль, и образуя портал. И нас затянуло внутрь.
***
Подумать только. Мы копили уровни, думали, что здесь все будут решать именно они, но скорее всего сила противников в этом одинадцатизвездочном данже подстроилась бы под нас, даже если бы мы пришли нубами десятого левела.
Самым важным качеством здесь стала адаптивность. Возможность перестроиться на ходу. И даже не стрессоустойчивость, нет, тут какое-то особое понятие нужно. Такая частая смена локаций и обстоятельств, в которых тебе нужно мгновенно сориентироваться, это требует отдельного термина. Текущие никуда не годятся и не отображают всю сложность.
Вот каким словом объяснить ощущение психологической тошноты от постоянной смены картинки?
– Депресивненько, – сказал Жора.
– Мы что в аду? – спросил Артур. – Я туда не должен был попасть.
– Скорее в чистилище, – изрекла Завеса. – Хотя здесь самое место разрабам.
– Может, нас в Соулс игру закинуло? – предположила Лея.
– Вряд ли, – покачал я головой. – Там всё куда радужнее было, как мне помнится.
– Это похоже на картинку Босха, если бы он работал в реализме и попытался изобразить апокалипсис, – высказался Тихон.
– Не хочу здесь находиться, – подвела итог нашим оценкам Мегида.
Внизу экрана появилась новая шкала – Безумие. Она пока была пустой.
Интересно, за прохождение этой локации, мы тоже получим осколок разума безумного бога? А смогу ли я нести два осколка сразу, или мгновенно съеду с катушек? А кому тогда отдать другой, кто самый стойкий? А будет ли вторая личность безумца похожа на первую? Черт! Слишком много вопросов, на которые сейчас нет ответов. Надо сосредоточиться на окружении.
Серое небо, в некоторых частях отдающее розовым и красным. Ландшафт с перепадами. Почти всё состоит из органики. Если гора, то огромная окаменелая голова или спина. Река, конечно же, кровавая. Дорога – кожное полотно. Деревья – ветвящиеся приросшие друг к другу руки. Трава – волосы разных цветов. Камни – черепа. Щебень – зубы и дробленые кости.
Обитатели исключительно страшилища. Мутанты всех мастей, вывернутые наизнанку существа, неправильно собранные после расчленения, гибриды из нескольких особей.
Во время того, как мы осматривались Безумие уже подскочило на один процент. И кто знает, что случится, если шкала заполнится полностью.
Далеко впереди виднелись шпили какого-то сооружения. Так как других ориентиров тут нет, решили отправиться туда.
Из-за горы обезличенных трупов, выскочил красный скелет без ребер с совершенно здоровой головой. Он был невраждебен, а потому его подпустили.
– Дай мне монеточку, мальчик, – залепетало существо, дергая Лею за рукав. – Мне не хватает всего лишь трех зубов на крыжовник. Гав! Гав! Гав! – он переключился на собачий лай, щелкая челюстями до хруста зубов, у самой ладони девушки. Это было так противно, что она попросту раскола ему голову жезлом, лишь бы перестать на это смотреть и прекратить бесячее гавканье.
Артур передернул плечами. Я просто скривился.
– Ну нахер! – заявил Жора с интонацией священника из известного мема, доставая при этом бутылку.
Упавшего замертво мутанта подхватили вывернутые наизнанку огромные крысы и потащили в неизвестном направлении.
– Верховный подзаборник! – прохрипел очередной мутант, вылезая и кустов, безжалостно ломая растущие руки. Вместо торса у него было одно большое легкое. Конечности обычные, а вот голова просто гигантский рот с глазами. – Симофорки ен придется?
Местный обитатель катал во рту палец как сигаретку. Он ловко подкурил его от огненного артефакта. Плоть начала обугливаться, запахло жареным мясом, а существо жадно затянулось. Горела не только кожа с мясом, но и кость. Добив до второй фаланги, он затушил «сигаретку». Торс его почернел, и он присел на землю, благостно улыбнувшись.
– Какое, сука, всё мерзкое, – выругался я, наступив на что-то склизкое и лопнувшее с противным чавком. Стоило поднять голову и сразу всё стало понятно. Рядом, оказывается, росло дерево, где вместо плодов болтались моргающие в разном темпе глазные яблоки. От этих постоянных морганий становилось неловко. Тошнотворно-гипнотический эффект. Одновременно хочется залипнуть и отвернуться, чтобы больше никогда не видеть ничего подобного.
Я посмотрел на побледневших товарищей. Всех кроме Завесы начинало мутить. Моя шкала безумия уже на двух процентах. У других, думаю, не лучше. Если не хуже.
– Ускоряемся! – рыкнул я. – Нечего эти пейзажи разглядывать.
Мы ускорились и перешли на легкий бег. Под ногами периодически мелькали ползающие вены и артерии, размером со змею. Один раз Мегида не успела перепрыгнуть через такую и наступила. Ползучая гадина лопнула, забрызгав всех багровой жидкостью. Это полбеды, но кровью завоняло так, что мне пришлось выдыхать, пытаясь успокоиться, казалось, сейчас желудок не выдержит, хоть это и невозможно по программным ограничениям. Но тут были сомнения. Кто этих больных ублюдков, что гордо зовут себя разрабами, знает.
Это уже было давление не на психику, а на инстинкты. Когда мозг чувствует такое обилие запаха крови, он невольно усиливает выброс адреналина. Мы вбежали в какой-то парк, населенный бегающими назад гнилыми кошками, плавающими кверху брюхом ощипанными утками, прыгающими на перебитых крыльях голубями и воронами, которых рвали на части большие хлебные мякиши.
Безумие стремительно росло.
Эти твари были слабые, редко проявляли агрессию, никакие некротические заклинания контроля на них не действовали, как и святая аура паладина. Они имели совершенно другое происхождение.
Вскоре стали попадаться антропоморфные собаки выгуливающие бегающих на четвереньках голых людей. Если такая парочка была одна она проходила мимо. Но вот две уже спускали с поводков питомцев, а затем и сами кидались на нас.
Артур ловко оглушал первого щитом, разрубал второго, я бросал Колыбельную на третьего, а затем мы подбегали и добивали остальных.
На мосту через реку на постаменте в виде татами стояло два огромных пульсирующих сердца в борцовских костюмах. Они пытались вытолкнуть друг друга за ковер, проводили зацепы и броски, истекая кровавым потом.
Зрителей тут и без нас хватало. Люди, разбившись на пары, стояли напротив друг друга по разные стороны моста возле перил. Они с душераздирающим криком пробивали себе ладонью грудь, вырывали сердце и перебрасывали избраннику. Затем ставили пойманное на место, всё мигом зарастало, чтобы через секунду, снова быть вырванным под аккомпанемент ужаса и боли.
Эти твари нас не пропустили, они стали швыряться сердцами, а потом шли врукопашную. Удар пальцами прямой руки оставлял вмятины на доспехах паладина. Бешеная регенерация позволила им даже отогнать нас, пока мы не выработали тактику растягивания. Если бессердечные не давили количеством, мы вполне успели разрубить их на части.
Два сердца-борца перестали валять друг друга, лишь когда мы развалили всех защитников моста. Они плюнули кровавым фонтаном, сбив нас с ног. Жидкость оказалась невероятно скользкая. Мы вскакивали и снова падали. А мини-босы хватали нас, били о землю, швыряли прогибом.
Я все же смог призвать Фантомного Барда, что теперь без моего участия умел кастовать. Из всех умений он выбрал Звуковую Волну, но попал лишь по одному противнику. От вибраций, мышечные волокна лопнули, сердечные клапаны не выдержали, давление крови внутри нарушилось, и одно из сердец сдулось, как футбольный мячик. Второе, увидев это, тут же начало скукоживаться и сохнуть, как мгновенное завяленное мясо.
На удивление, река под мостом была обычная, поэтому удалось отмыться там и отправиться дальше. Очень скоро стала ясна истинная причина. Водный поток петлял, пока не привел к огромному великану, из уголков глаз которого и брал начало поток.
Плакал великан не беспричинно, он не мог двигаться, а безумная регенерация не позволяла ему умереть. В теле гиганта поселились сотни червей и прочих паразитов. Они рыли себе ходы и путешествовали по своему бесконечному источнику питания.
Единственный путь лежал сквозь тело давно сошедшего с ума от боли исполина. Паразиты ревностно охраняли свою кормовую базу, а потом стали плеваться в нас ядом. Десятки зеленых струй полетели под самыми разными углами. Лея поставила свой защитный полог на манер зонтика, а Артур повторил маневр, вдобавок закрывшись обычным щитом помимо магического.
Мы плотной коробочкой побежали, стараясь держать единый ритм движения, благо отработали этот маневр сотню раз во временной аномалии. У нас не было никаких особых навыков, подходящих для бурения плоти, потом мы оставили Тихона, под защитным пологом Леи прикрывать нас, а сами похватали холодное оружие и начали прорубать ход.
Это было жутко. Только слой кожи оказался несколько метров. Приходилось постоянно заливать стенки кислотой, или опаливать огнем, чтобы они не регенерировали. Тут себя хорошо зарекомендовали световые мечи, добытые в пирамиде. После них след был слегка поджарен.
Столько много мы никогда не матерились. Я в очередной раз твердо вознамерился избить сценарную команду. Плевать на иски. Замнём. Да мы сами поставили согласие на дополнительном соглашении, но кто ж знал, что здесь такой треш.
Один раз повело. Прошли по тоннелю паразита метров пять. А потом отвлеклись на стычку с червями, и прошляпили момент, когда вход зарос. Рубить плоть заново, чтобы освободить ход назад, не было смысла, нужно ускоряться в движении вперед.
Если сбоку вылезали вдруг хищно поблескивающие глаза опарыша, то ему мгновенно, ровнехонько между жвал наносился быстрый и точный удар. Даже Мегида вбивала свой посох в тело твари сантиметров на сорок. Потому что, когда отрезали выход, нельзя было терять ни секунды. Регенерация слишком быстра, никому не хотелось быть вмурованным заживо в плоть великана.
Мы шли по колено в крови гиганта. Запах стоял неописуемый. Несколько раз темнело в глазах. Я понимал, что скоро упаду в обморок. Все кроме меня и Тихона уже теряли сознание. Если бы не должность лидера, я бы наверно тоже уже перегруз поймал, но держался исключительно на морально-волевых.
Когда после очередного удара меча впереди показался тусклый свет, мы вырезали огромную дверь, выбежали из-под очередного обстрела ядовитыми плевками и устало попадали. Трясло всех. Мышцы желудка стянуло в спазме. Мозг дергал за нужные нитки, не понимал почему не следует естественная реакция, ему не объяснишь, что мы в виртуале.
– Я убью его! – прохрипел Артур.
– Кого? – еле слышно спросила Завеса.
– Безумного бога. Он не должен существовать. Я убью его.
Мы не стали спорить или сомневаться в словах паладина. Будет возможность – убьем. Нет – вернемся позже. Приоритет на мертвом боге. А там глядишь уже вся жизнь поменяется, и вообще не до этого будет.
– У меня безумие на пятидесяти, – доложился я.
– Шестьдесят девять, – сказал Тихон.
– Семьдесят восемь, – сообщила Завеса.
– Девяносто два, – еле слышно проговорил Жора, севшим голосом.
– Восемьдесят восемь, – вздохнув, заявила Мегида.
– Восемьдесят пять, – последней довела информацию Лея.
– Плохи наши дела, – подвел я неутешительный итог, заглядывая в глаза сокланам, а ну как там уже поселился нездоровый блеск. И точно, Жора выглядел ужасно, чуть ли не позеленел. Зато трезвый.
– А ты же вроде прикладывался к бутылке? – прищурился я.
– От увиденного трезвеешь мгновенно, – пожаловался картмастер.
– Так, нужна смирительная рубашка, – попытался пошутить я.
– Да иди ты! – начал заводиться пиксель. В обычной ситуации он нормально реагирует на любые подколки. Похоже, безумие, сильно обостряет восприятие.
– Ладно, собрались! У меня жреческое предчувствие, что вот это всё, – я обвел руками творящийся вокруг Ад, – последняя надежда Спящего. Жест отчаяния. Выйдем отсюда, и ему крышка.
– Он опять отхилиться, – едва сдерживая рык, заметил Артур.
– Плевать! – отмахнулся я. – Он успеет максимум один круг каста сделать. Отобьем массовую атаку и ему крышка. А, может, и до этого не дойдёт. Я кое-что придумал. надо будет опробовать. Если я прав, мы его закошмарим, а не он нас.
Мы встали и побежали, не обращая внимания на страшные декорации вокруг. Мимо огромных грудей, брызжущих молоком, и младенцев, насмерть дерущихся за них. Мимо скелетов, играющих в конструктор человека. Мимо горы сала с руками, что поедала бегающих вокруг мутантов, и постоянно пухла, но продолжал жрать, еще больше увеличиваясь, и заполоняя своими складками все больше места.
Бежали пока не уперлись в высокие холмы, состоящие из сросшихся залежей внутренних органов, затянутых сетью сосудов и капилляров. Сквозь них вел прямой круглый тоннель, похожий, на большую трахею метров сто в длину. Мы переглянулись. Делать нечего, придется идти.
Обновили бафы на скорость, и помчались. Поверхность под подошвой чуть пружинила, но не скользила. Я обернулся.
– Быстрее! – заорал во все горло.
Стенки сзади начали смыкаться. С боков, сверху и снизу стали выскакивать шипы, заставляя нас пригибаться, петлять и перепрыгивать. Выход уже рядом. Надо лишь немного поднажать.
Жора как самый быстрый уже вылетел. Следом выскочил Тихон. Мы с Артуром бежали на ровне. Очередной шип появился слишком быстро, я вильнул, но мне в спину врезался кто-то из девчонок. Выправить баланс уже не получилось, центр тяжести слишком резко наклонился вперед, и я упал, покатившись.
Оказалось, меня сбила Лея. Я заметил, что она начала замедляться, чтобы помочь мне подняться.
– Беги, дура! – заорал я по мыслеречи. И как только вспомнил про обручалку. Начавшая разворот девушка, снова рванула вперед.
Я пытался подняться, но уже слышал, что стенки сзади смыкаются, выталкиваемый поток воздуха, чуть подвинул меня вперед, и в этот миг плечо прострелило болью. А затем еще сильнее, когда прошившая лопатку насквозь альпинистская стрела выпустила ножки. Меня очень резко дернуло вперед.
Стенки тоннеля сомкнулись с хлопком, а я упал на землю. Оказалось, конец веревки из стрелы был примотан к посоху Мегиды, и она дернула меня с помощью своего навыка. А эта парочка хорошо спелась. Когда-то ведь успели отработать такой механизм эвакуации соклана.
Стрелу вырвали. Лея меня отхилила.
– Ребят, – обеспокоенно окликнула всех Завеса. – У нас проблема.
Жора покачивался стоя на месте. Его руки непроизвольно сжимались и разжимались. Он наклонял голову, как бы вкручивая её вперед и влево. Лепетал что-то нечленораздельное.
– Девять. Гуд. Соболь. Я им говорил. Швырк твою в распень! Гордость. Всё сила их могучего банана!
Мы замерли, опасаясь приближаться, а картмастер казалось нас и не замечал.
– Жо-о-ор! – окликнула его Мегида чуть не плача. – Жорочка, милый.
Картмастер резко обернулся. Зрачки его пульсировали сужаясь и расширяясь. Из уголка рта обильно потекла слюна. Он дернул головой, а потом зарычал как зверь, так широко раскрыв пасть, что челюсть со щелчком выскочила из пазов.
Глава 7. Спокойствие, только спокойствие
Жора скачками как зверь ринулся в нашу сторону. Выглядело это ужасно. Видеть в таком состоянии соклана отвратительно. Знать, что он при этом сейчас наброситься на тебя еще хуже.
Колыбельная на него не прошла.
– Сейф! – обернулся я на Артура.
Тот секунду выждал, прицеливаясь и скастовал. Жора оказался заперт в стальной темнице. Начал стучать руками и, судя по всему, головой, раз ХП от каждого удара проседало. Приглушенный рык разрывал нам сердце. Прости, приятель. Это жестокая игра.
– Тихон, есть стрелы со снотворным? – обратился я к лучнику. Он лишь кивнул, потом долго рылся в инвентаре, всё-таки вещь редкая из категории «на всякий случай». Вытащил белый пузырек, словно молоком наполненный,и смазал в нем небольшую стрелу без наконечника, просто заточенное древко.
Щит развеялся, и Жора взмыл вверх, там стрелок его и подловил, угодив в шею. Картмастер шмякнулся о землю, пытался брыкаться, это походило на предсмертные судороги. Лея кинула на него Лечение. Наконец, пиксель затих, лишь сонно порыкивал.
Мегида шумно вздохнула, не позволяя себе разреветься. Взгляд её стал жестким, но как-то по-детски, что ли. Когда ребенок что-то для себя решает, и в тот миг он готов даже умереть, отстаивая собственные идеалы, или хуже того, отказаться ради них от компьютера и планшета, но проходит час, и он забывает о своём судьбоносном выборе, прервавшись на просмотр мультфильма.
Зелье будет работать чуть меньше десяти минут. Вариантов не особо много, мы соорудили носилки из костей и кожи, которых вокруг было в избытке любых видов, и пошли дальше.
– Когда безумие скакнет до девяносто восьми, предупреждайте, – дал я новую вводную.
Вскоре мы увидели море. Но никакой воды там не было. На берег накатывала сплошная волна совокупляющихся тел. Вместо шума прибоя доносились вожделенные стоны.
– Океан разврата, – сплюнул Праведник, залившись краской.
Местный чайки больше походили на гарпий, красивые голые женщины, но с птичьими клювами. Вместо привычного чаечьего гомона они исторгали ругательства.
– Шлюха!
– Стерва!
– Прошмандовка!
Но самым частым было все же первое. Если они вдруг видели на ком-то из сплошной волны грязное белье, то тут же набрасывались на этого человека и рвали его на части. О чистоте перьев они не заботились, поэтому почти все были покрыты розово-черным налетом засохшей крови.
Здесь же стоял «маяк» – башня, слепленная из обнаженных тел. Возле нее бродил смотритель и, увидев след трупного разложения, он безжалостно срезал кусок и, отчекрыжив с тела, выброшенного на берег, пришивал свежий.
Конечно, «чайки» нас заметили и, поливая ругательствами, принялись метать перья. Вонзались они в землю вокруг словно полноценные метательные ножи. Стоял звон от попаданий в щит Артура. Тихон открыл огонь на подавление обычными стрелами, стараясь не столько попасть, сколько просто разогнать летающих бестий и не дать им прицелиться.
Стоило отбежать шагов на триста, как гарпии потеряли к нам интерес, а мы стали вытаскивать безумно острые перья из тела и брони. Я, например, оказался особо везуч, четыре штуки словил в одну и ту же руку, прикрывая голову.
Жора начал приходить в себя. Мы, естественно, его окружили. Но картмастер не проявлял признаков агрессии. Шкала Безумия у него откатилась и была на нуле.
– Хорошо, что у меня навык в откате, – хохотнула побледневшая Мегида. Под её глазами образовались серые круги. – Девяносто восемь процентов, – огорошила нас она.
Мы пустили её вперед, чтобы успеть принять меры, если эльфийка слетит с катушек.
Земля начала дрожать. Слева поднималось нечто огромное. Великанша, состоящая из сотен обнаженных женщин. С каждым её шагом все тело мутанта издавало протяжный томный вздох.
У Артура и Жоры ноги подкосились. Тихон затряс головой, а я схватил Лею за руку, пытаясь побороть странное наваждение.
Исполинша снова шагнула.
– А-а-а, – очередной сладострастный стон разнесся по округе. Тихон сглотнул. Я уткнулся в волосы Леи и старался сконцентрироваться на их запахе. Артур сделал шаг, Жора застрекотал крыльями, но пока завис в воздухе.
Завеса закатила картмастеру пощечину и закрыла глаза Артуру.
– Уши закройте. Это ментальная магия! – заорал я.
– Да! – снова разнесся по полю голос тысяч разгоряченных тел.
Мы отдалялись, и он стал гораздо слабее.
– Ах! – еще глуше звучал он нам в спину.
Через полкилометра звук перестал быть различим.
– Долбанные извращенцы! – ругался Жора, грозя кому-то кулаком.
Мегида замерла, покачивая головой из стороны в сторону.
– Пухлый пух пухло пух, – тихо запела она и рассмеялась. – Швырк! Швырк! – она перепрыгнула с камня на камень, точнее, с черепка на черепок. – Корова не знает, где пароль от апельсина, – задумчиво проговорила она, глядя на бегающую без хозяина стопу.
– Кажется, она не агрессивная, – шепнула мне на ухо Лея.
– Да, по-моему, вообще ничего не поменялось, – во всеуслышание заявил я.
Девчонка, и правда, лишь напевала, несла несуразицу и шла след в след за уже двумя отдельно гуляющими ступнями, но нам было по пути, так что пусть.
Слева стало доносился характерно чавканье и шлепки. Дорога повернула, и у тропы мы увидели сидящих женщин в цветных платках. Они сшивали сердца, но те снова распадались на части. Впереди членоголовые мужчины с разбега прыгали башкой вперед в вагины, растущие прямо из земли.
Хорошо хоть эти не стали на нас нападать.
– Мне кое-что не нравится, – обеспокоенно сказала Лея. – Завес, твоё ХП не поднимается выше девяносто процентов, и периодически снижается само по себе, но естественная регенерация быстро восстанавливает.
– Да, я думаю, это из-за укуса паразита, когда через великана проходили. Не заживает. – Она чуть задрала юбку, но не чтобы продемонстрировать ноги, а показать еле заметные точки. – Чешется все время.
– Ладно, держи на контроле, если что не так, сообщай, – решил я и взял себе на заметку.
Мы вплотную подошли к цели нашего путешествия. Мужчины в черных фраках по телосложению напоминавшие денежный мешочек сидели в два ряда вдоль дороги, возле них суетились помощники. Они ловили прохожих и забрасывали их в мясорубку, на выходе получался золотой фарш, который те запихивали в пасть хозяевам.
Толстяки стали плеваться в нас золотыми монетами, каждая размером с шайбу. А помощники, вооружившись лопатами для золотого фарша, пошли в ближний бой. При этом у тех и других обнаружилась аллергия на хорошо заточенную сталь и падающие с неба Скрипичные Ключи и Рояли.
Мы прошли, заляпавшись по уши в золотой крови. И после стычки потратили изрядно времени, чтобы залечить многочисленные переломы и гематомы. А потом еще искали Мегиду. Она отключилась, а когда пришла в себя, у нее ожидаемо откатилось Безумие.
– Девяносто девять! – внезапно замерла Лея. – Я отвлеклась и не заметила. Ой, уже сто! – взгляд её остекленел, а у меня по спине пробежали мурашки, ведь я вспомнил, что у нее открыт навык Капельница, благодаря которому, хилерша может полностью контролировать ХП отряда. То есть убить нас всех одним махом.
Она впилась себе в лицо, расцарапывая его до крови. Тихон подкрался сзади и всадил ей в шею дротик с парализующим ядом, а уже после снотворное. Девушка обмякла и растеклась по земле. Фух, пронесло. Осталось только загрузить её на носилки.
– Ирма, как нога? – спросил я, воспользовавшись паузой.
– След почти прошел, – ответила она, посмотрев на ногу, чтобы еще раз убедиться. – Но это какой-то неотображаемый яд или типа того. У меня прям все внутренности крутит.
Нам осталось преодолеть лишь странное поле пластилиновых человечков. Вернее, нам хотелось думать, что они пластилиновые, на самом же деле состояли все из того же мяса и жира. Просто структура очень походила на материал для лепки.
Когда один из них находил себе пару, каждый из двух отщипывал от себя немного материи, и они начинали лепить свою копию, при этом чтобы она была похожа на обоих. Пластилиновый клон оживал. И если черты его лица или тела менялись, создатели били его и пытались выправить, чтобы он непременно стал похож на них. Если лицо снова расплывалось, то его отшвыривали в сторону и начинали лепить нового. Удачные поделки быстро вырастали и тоже искали себе пару, начиная лепить копию.
Вся тысячная орда одновременно повернула на нас головы. Мурашки забегали по телу.
– Девяносто восемь, – так не вовремя сообщила Завеса и тут же скривилась от боли. Платье дернулось в районе живота. – У меня скоро все органы выскочат. Долбанный яд.
Теперь странный неотображаемый эффект съедал уже пятую часть ХП некромантки. Впрочем, времени разбираться с этим не было.
– Так. Жора, бронированную массивную тварь, – начал я раздавать указы. – Ирма, успей создать круглого большого голема. Построение клином. Разрежем их строй!
Бронизавр выскочил из карты и довольно заурчал, похожая на трицератопса махина отличалась вздорным нравом, и если её не пускали в бой, могла и хозяина на рога поднять. Первые клоны уже добежали до наших рядов. Мы быстро нашинковали два десятка. Тихон бросил ледяное зелье, выигрывая нам драгоценные секунды.
Завеса слепила из убитых шар в высоту метра четыре и направила в толпу. Следом по проторенной в строю просеке побежал бронизавр. За ним образовали клин некровоины, а острием был Артур. Мы спрятались внутри. Маны не жалели, так как важна была в первую очередь скорость. Любой хитрый план провалиться, если мы позволим запереть себя в сплошном строю мясных человечков.
Мы прошли со скрипом, вырвались искусанные и побитые, но все же прорвались. И даже безумие Завесы сыграло нам на руку, так как злоба некромантки была направлена не на нас. Я и не знал, что она так страшна в гневе, куда мощнее себя обычной.
Когда приступ прошел, она не отключилась как все остальные. Схватилась за живот и упала на колени. Взгляд её просветлел, но там плескалась только боль. Она хотела что-то сказать, но тут корсет на ней затрещал, из дырки в ткани в районе живота вырвались зубастые паразиты, они стали вываливаться и разбегаться.
Артур от увиденного остекленел взором. Видимо, безумие скакнуло резко, сразу на много процентов, так как он не сообщил о метке в девяносто восемь. Обезумевший паладин метнул щит в Жору и использовал Рывок. Разрубил по диагонали Мегиду и бросил на меня Сейф.
Всё произошло так быстро, что никто и среагировать не успел. Когда стальной ящик развеялся, я увидел, как однорукая Лея стремительно пытается поднять убитых. Воскресшие сокланы начинали озираться, выискивая глазами виновника переполоха.
Праведник рычал не в силах сдвинуться из-за станящего ледяного зелья, что надежно сковало его по самую шею толстым слоем льда. Тихон спокойно обматывал замерзшую скульптуру веревкой. И когда вода перешла из твердого состояния в жидкое, паладин лишь запутался и упал. Мы подбежали и еще плотнее затянули веревки.
Решили подождать, когда спадет его безумие, так как впереди будут нужны все.
– Сколько у тебя? – обратился я к Тихону. Он на пальцах показал восемьдесят три. У меня самого было семьдесят один. С моей устойчивостью все понятно, меня к этой локации готовил такой же безумец, а вот по нашему бравому лучнику вопросы только множатся.
– Читеры, – сказала Жора. – У меня уже по второму кругу пошло. Наполовину заполнена.
Артур пришел в себя, мы не стали его расстраивать и сказали, что начудить он не успел.
Впереди был узкий мост без перил, уходивший в небо градусов под тридцать пять. Его и все вокруг заполонили мертвецы, ссохшиеся и почерневшие, они лезли наверх, но в конце моста стоял гигант с секирой. Он рутинно, словно подметающий дворник, скидывал всех вниз.
Но застрявших меж жизнью и смертью это не останавливало. Они летели с огромной высоты, разбивались, а потом собирались заново, терпеливо выискивая именно свои части тела среди гор конечностей. А затем заново перли на мост, чтобы снова быть скинутыми.
– Мечтатели! – улыбнулся невесть откуда взявшийся маленький мальчик в клоунском наряде. – Может, однажды один из них пройдет по мосту, – он оттянул нос на резинке и под ним вместо обычного оказались лишь две дырки. – Гы-гы!
– Ты кто? – спросила Мегида.
– Простой козлик, – он сложил из указательных пальцев рога и легонько боднул девчонку, вызвав улыбку, а затем ускакакал, блея на всю округу.
Мы уже даже не удивлялись. Пошли по мосту, расталкивая мертвецов. Они стали проявлять агрессию, хватать нас за одежду, но были слишком слабы, глаза у них оказались, очень живые. Умертвия вызывали жалость, а потому мы старались не убивать их, просто сталкивали, чтобы не мешались.
– Поднажми! – приободрил я ребят, так как подъём мог занять уйму времени.
– Вечно командуешь! – пробурчал Жора. Видимо, опять безумие давало о себе знать.
Очередной мертвец схватил меня за локоть, но я вывернул ему руку и сбросил с моста.
– Не тормози! – рыкнул Артур и отвесил мне оплеуху.
– Охренел! – взвился я. – Щас полетаешь, – пригрозил я не всерьез, конечно, но голос был твердым. Нашли время, блин, фокусы выкидывать.
Паладин никак не отреагировал.
Впереди оказались мертвецы покрепче, эти уже всерьез могли схватить так, что им только руку ломать или вывих делать, чтобы конечность потеряла силу.
– Давка как в метро! – пошутил я, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую обстановку.
– Когда же ты заткнешься! – зарычала Ирма.
Я прикусил язык. Всё понимаю, напряжение, нервы, но можно и повежливее быть. Сам невольно начал заводиться. Спокойствие, только спокойствие.
Лея шла за руку с Артуром. Его могучая, закованная в доспех фигура разрезала мертвячий поток, почти не встречая сопротивления. Паладин вдруг закинул хилершу на плечо, она засмеялась, он похлопал её по заднице и пошел еще быстрее.
Вот это нихрена ж себе. Я даже на секунду сбился с шага.
– Ты хороший, – раздался слева шепот Мегиды. – Я тебе по секрету кое-чего скажу.
Я на всякий случай оглянулся, проверяя, не подслушивают ли нас.
– Вы мужчины иногда такие наивные.
Было странно слышать такое от Причуды.
– Лея всех уже к себе привязала, – стесняясь выдала эльфийка.
– Что значит привязала? – не понял я.
– Ну, – щеки её налились румянцем. – Женскими чарами.
– Потрахалась она уже со всеми вами, мудаками слепыми, – как бы между делом бросила, проходящая мимо Завеса. – У нас с ней договор. А у вас поводок. Повелись на влажные утехи.
Я замер. Если это такой тонкий юмор, то вообще, нахрен, несмешной.
– Мы просто не говорили, так как играть еще долго вместе, а теперь финал близок, – созналась Мегида.
Я не знал что сказать. Эльфийка оступилась и чуть не улетела, я только и успел поймать её за руку. Мертвецы вокруг тут же активизировались, пришлось уронить Рояль. Тут же подлетел Тихон.
– Ты в порядке? – обеспокоенно заглянул он в глаза эльфийки. Она кивнула и пошла дальше.
– Держись от неё подальше! – прошипел он сквозь зубы, гневно глядя мне в глаза. – Думаешь я не знаю, как ты на неё смотришь? А?!
Я даже остолбенел. Что-то тут было не так. Это всё какой-то бред.
Я закрыл глаза и напрягся, снова концентрируя волю во лбу и выставляя ментальный щит. Распахнул веки и увидел летящего на меня Артура. Он сшиб меня с ног, и мы покатились с моста, сбивая мертвецов, доехали до самого низа.
– Что ты сказал?! – орал вскочивший паладин. – Повтори!
Я рывком поднялся. Горели иконки только Леи и Жоры. Остальные потухли. Какого черта?
Праведник где-то потерял меч со щитом и бросился на меня врукопашную. Я легко ушел от его колхозных ударов, подхватил его сзади, подбросил, прогнувшись в пояснице и воткнул башкой в землю. Повезло, даже Оглушение повесилось на две секунды.
Когда оно спало, Артур растерянно заозирался.
– А почему мы внизу? – искренне не понимая спросил он.
– У тебя спросить надо, – буркнул я, уже осознавая, что произошло. – Сильный морок, – пояснил я товарищу. – Все такую ахинею несли, что прибить хотелось. Я вот сдержался, а остальные, видимо, не очень.
Иконки сокланов стали заново вспыхивать. Лея всех воскрешала, затем прилетел Жора и рассказал, что случилось. Все друг друга с моста покидывали. Только вот его сбросить не получилось, крылья ведь.
Когда Артур Лею толкнул с высоты, Жора успел её поймать и сработал как парашют. Девчонка ноги сломала, но выжила, а внизу наваждение схлынуло, и она быстро всех воскресила.
Мы снова собрались у подножия подъёма. У всех кроме меня вид виноватый.
– А тебя то чем взбесили? – подколола Завеса вечно непоколебимого лучника. Он хотел было ответить, но стыдливо отвернулся. Всё понятно, наверняка какие-нибудь непристойности, связанные с Мегидой.
– А ты у нас, значит, непробиваемый? – с ехидством в голосе, шепнула мне на ухо Лея.
Я лишь улыбнулся в ответ.
– Так народ, нервы у вас, видимо, ни к черту уже. Новый план. Не щадим мертвецов. Артур ставишь магический щит как экскаваторный ковш, и нахер всех. И веревкой обвязываемся, чтобы, если один падать начал, остальные его удержали. Лея и Жора в отдельной связке.
План сработал. Мы раскидывали мертвецов и бодро осиливали подъем. Когда начались галлюцинации, все уже воспринимали их критически. Хотя то и дело, кто-то выкрикивал что-то обидное. Когда это не подействовало, психологическая атака усилилась, видения приняли совсем уже непристойный характер. Случилось это аккурат, когда мы добрались до стража моста, а потому чуть не попали под его секиру.
Артур сбросил на него Посох Асклепия, следом Божественный Молот и лишь после этого Перекрестие. От первых двух здоровяк увернулся, а вот последний навык сбил его и сбросил. Я обернулся к мертвецам и заорал:
– Это ваш шанс, бегите скорее.
Почудилось, что они меня поняли, засуетились и ускорились.
– Да ты поехал кукухой, – хохотнула Завеса. – Какое тебе до них дело?
– Я лишь пожал плечами.
Лестница привела нас на небеса. Облачный пол приятно пружинил под ногами. Мегида забила на всякую осторожность и стала скакать по белым облакам. Они как батут подбрасывали девчонку, разнося её смех словно бы на многие мили вперед. Глядя на это, нельзя было не улыбаться. Я заметил, что моя шкала Безумия спустилась вниз на несколько делений.
– Знаете в чем ошибка? – раздался сзади детский голосок. Снова мальчонка, но на этот раз без клоунского костюма, одет как гусар, даже игрушечная сабля имеется. Он так по-доброму смотрел на Причуду. Она его заметила, но не планировала отвлекаться от своего занятия.
– В чем? – спросил я. Не знаю почему, но на этот раз отнесся к нему серьезно.
– Он подумал, что безумие можно приручить, – сказал парнишка и расхохотался. – Решил подчинить энтропию. Поймать молнию в мешок нельзя.
– Ты про кого? – уточнил я, но собеседник не заметил вопроса.
– Веселая девочка, – сказал он, мотнув головой в сторону Мегиды.
Сложно было с ним спорить.
Он свернул себе шею, лишь чтобы посмотреть мне в глаза, не поворачивая тела, и продолжил говорить:
– Он почему-то подумал, что безумен то же самое, что и глуп, бесцелен, и бесмысленнен. Но возможно безумие – это есть норма или единственная константа. Это будет его последний урок. Посмертный урок, – сказав это, он снова захохотал, а потом вырезал саблей вокруг себя кусок облака и попросту провалился.
На том месте образовалась сияющая дыра.
– Выход! – радостно закричал я
Впереди был финальный раунд схватки со Спящим. Если уж бог безумия в нас поверил, это о чем-то говорит. Или нет. Он же безумен.
– Ах-ха-ха-ха-ха! – расхохотался я и прыгнул в светящийся провал.
Глава 8. Финальный раунд
Удивление – вот что я прочитал на обычно безмятежном лице тульпы. Ведьмы сновидений не находились в полусне и по ним эмоции читались куда лучше. Изумление, пожалуй, будет самым мягким словом. Чтобы описать их состояние есть, конечно, более точный и емкий термин начинается на «аху» и кончается на «ели».
Увиденное придало нам сил, мы и так были полны уверенности, но теперь, заметив настолько очевидное ошеломление врага, раззадорились еще больше. Противники сразу же попытались взять эмоции под контроль, но было уже поздно. Они подали неосознанный сигнал, мы его считали.
Тульпа стала более решительна, разозлилась. А вот ведьмы, похоже, куда умнее. Они нас опасались. Я не то чтобы это прям увидел, скорее почувствовал. Но последнее время чуйка меня не подводит. Если бы в логи чаще смотрел, может, и заметил бы рост Шестого Чувства.
– Соскучились? – даже не пытаясь сдержать улыбку, спросил я, а потом и вовсе расхохотался. Лишний стресс выходил. Да и радость от того, что покинули кошмарную локацию, накатила. На деле же это смотрелось, словно мы немного заразились безуминкой.
Энтузиазм, и правда, бурлил во мне. Одна рискованная идея не давала покоя. Не терпелось проверить её. Пожалуй, еще до попадания в кошмар, я бы не стал это проворачивать, но теперь легко пойду на это. Видимо, визит в безумную локацию все-таки не прошел без последствий.
Спутники, похоже, находились в каком-то измерении, так как попросту отвисли и не заметили ничего произошедшего. Полоса прочности гроба была полной. Более того, из обломков он собрал примитивную защиту с половинкой шкалы прочности.
Дикарь57: Жора, парочку дальнобойных существ.
Картмастер призвал мартышку, жонглирующую магическими шарами. Причем каждый из разной школы магии. К ней в компанию попал сиамский элементаль. Огненно-водяной. В месте стыка двух стихий кипела вода и шипел огонь. Неизвестно, как это чудо вообще появилось на свет. Вот тут реально уже видно, что существа далеко не рядовые.
– У кого-нибудь есть еще один свиток эпической музыки? – спросил я. Мегида кивнула. – Распечатывай. Дадим шума в этой дыре!
Печать треснула, и пергамент разлетелся ворохом нот, разнося по залу мелодию, под которую будет окончательно убит Спящий. Как раз в тот момент из гроба поперли мыслешмыги. Я тут же стал швырять магические ноты в самую гущу, они пересекались там со стрелами Тихона, черными сердцами Леи, синими сгустками некромага Завесы и чарами призванных.
Основную массу мы нехило так проредили.
Ведьмы сновидений и тульпа перехватили контроль над группой существ и направили их в разные стороны, чтобы атаковать в самый неожиданный момент, но если честно, было вообще пофиг.
Дикарь57: Забейте. Доверяйте своей реакции, и вас не застанут врасплох.
Иногда лишняя суета только мешает в бою. Порой простой уверенности в собственных навыках хватает, чтобы одержать победу.
Эти мыслешмыги были куда сильнее предыдущих. И еще живучее. Они также состояли из двух ладоней и походили на маску для сна, но если уничтожал одну половину, вторая конечность отцеплялась и бежала к другому такому подранку, где они соединялись в новую мозголомную тварюшку. Я не забывал про подсветку и кидал её на притаившуюся в засаде паукообразную мелочь.
В конце волны. Появился мини-босс. Большой мыслешмыг в человеческий рост. Но с такими габаритами стал легкой мишенью.
Тупьпа создала фиолетовый портал и бросила Лунатизм на Лею. Но я тут же применил на девушку Колыбельную.
– ХА! – крикнул я, показав подручной бога два средних пальца. Эффект не спал, но перебился.
Дикарь57: Ирма, костяную клетку на нашу спящую красавицу.
Некромантка мгновенно собрала голема из дохлых мыслешмыгов, который сомкнулся вокруг хилерши. Она проснулась. Могла ходить, но руки были прижаты вдоль тела. Да и направление контролировала Завеса. Ни нам, ни себе лунатик в таком состоянии не навредит. И почему я сразу не допер до такой тактики?
Дикарь57: Жора, что-нибудь бесстрашное.
Картмастер подбросил вверх сразу треть колоды. На пол приземлился отряд разномастных глиняных големов с зачарованными мечами. Вроде самое стандартное существо, но вот лазеры из глаз. Я такого у них не видел, хотя этих ребят в своё время по разным уголкам Фанмира под полтысячи накрошил уж точно .
Из фиолетового портала выскользнула странная сущность.
Неорганик уровень 185.
Существо напоминало пузырящийся гель. Выстреливала мягкими отростками, которые перед ударом твердели и заострялись. К тому же в радиусе четырех метров высасывало запас сил, здоровье и ману.
Дикарь57: Ледяную стрелу!
Как только гель покрылся инеем и стал более вязким, я распорядился:
– Робин, все проклятья на него и трупный яд.
Гоблин только этого и ждал. Лишившись десятой части всех запасов энергий, он выполнил поручение.
Дикарь57: Тихон, три простых стрелы с разными ядами. Мегида, свою кислотную лужу. Артур, долбани его огненным мечом. Пусть горит!
Праведник на ходу облил клинок горючим маслом, поджег и ударил. Мы обложили тварюшку дотами. И просто держались от нее подальше. Пока здоровье не упало до трети. А там Тихон добил с одного крита.
Ведьмы сновидений наслали на всех дебаф Зевота. Не так уж и страшно, у нас ведь нет колдунов, некоторые заклинания которых завязаны на произношение. А команды через чат даём, чтобы враг не знал, что делать будем.
Дикарь57: Завеса, парочку высокоуровневых големов. Артур, дай им зачарованные мечи из запасов, лишь бы маг урон был.
Паладин изрядно удивился. Мы так раньше не делали. Но теперь пришло время использовать все козыри, ведь следующий противник плевать хотел на физический урон.
Из портала выскочил очередной неорганик. Уровнем чуть пониже. Этот уже был совершенно другой, походил на геометрическую фигуру, что не может определиться с окончательным видом и постоянно меняет форму. Отравлял в радиусе пяти метров. Причем аура оказалась невидимая и безанимационная. Это большая редкость.
Следом полезли уже встреченные нами кошмарища. Только на этот раз они просто ринулись на Грызлика, перетянувшего агр. Команда Спящего перехватила управление над частью тварей, но в этом не было смысла. Страх ушел. То, что мы по-настоящему боялись, они изобразить были не в силах. Твари меняли образ, тратили драгоценные секунды на перевоплощения, принимая вид теперь уже безобидных вещей.
Несмотря на возросшую мощь и очередного мини-боса, сложились они даже быстрее обычного, ведь теперь големы Завесы и Жоры били по ним. Неорганик пал следом. Все шло более чем хорошо. Это не настораживало как раньше. Просто мы знали, что это не все сюрпризы.
– Грыз, гроб! – крикнул я.
Спутник всё понял.
Дикарь57: Вперед! Зажмем кинасибари у саркофага. И под порталом создайте кислотную бездну. Тихон сосредоточиваешься только на боссе. Все стрелы в расход. Экономить уже не имеет смысла.
Мы всё равно ему помешаем по монстрам стрелять, так что пусть потихоньку ковыряет коробку от Спящего. Чувствую, эта распаковка поставит рекорд по просмотрам.
Кинасибари стали еще ужаснее. Отрастили длинные острые зубы, больше походившие на гвозди. Волосы теперь стали как дреды и могли спеленать тебя.
Мы с Артуром интуитивно разработали отличную тактику, комбинируя удары. Посох Асклепия, Рояль, Божественный Молот, Скрипичный Ключ, Перекрестие Музыкальная Шкатулка. Если учесть, что Гром разлил вокруг воды, усиливающий молнии, расходящиеся от Молота, то нас и двоих хватило бы, чтобы сдержать волну.
Всё портил очередной неорганик и мини-босс. Первый напоминал кусок черной жеванной бумаги, второй был шестилап, быстр и мог уходить от атак, подскакивая до самого потолка.
Мы решили отбежать и разбить их дальнобойными атаками. Успели секунда в секунду, когда полетели ловцы снов. Тут можно было схитрить и использовать свиток погодной магии. Потолок затянуло тучами, и десятки молний разрезали зал вспышками, сбивая амулеты. А вот когда пошел большой, которой заполонял почти весь зал, а при содействии тульпы оставшиеся ниши забивались мелкими, мы применили другой фокус.
Использовали простейшие заклинания из свитков, что выпали в зеркальном лабиринте. Имелось там два очень хороших. Зеркальный кристалл – атакующее умение, ставит многогранную стекляшку произвольной формы, которая взрывается по желанию владельца и наносит урон осколками. Зеркальная преграда – защитное умение, действует как и первое, только вот частицы разлетаются направленно, а не во все стороны.
Мы поставили несколько таких в середине и конце зала, а потом попросту использовали полученное умение Шаг Сквозь Зеркало. Благодаря ему же многим удалось избежать красных лучей, выбивающих из тела.
Дикарь57: Жора, Тихон подставляемся.
Вот что значит доверие. Никаких тебе вопросов, зачем, почему. Сказал рейд-лидер, лезем под абилку, сразу прыгнули.
Вылетев из тела не погреб обратно, а развернулся и поплыл в сторону портала. В том, что моя догадка верна, убедился сразу, ведь мне наперерез рванули ведьмы сновидений. Вот оказывается их основная функция, а вовсе не дебаф на Зевоту и перехват контроля над мобами.
Напарники поняли меня без лишних слов, и мы стали петлять, запутывая помощниц Спящего.
Из темно-фиолетового провала, как раз выбиралась очередная тварь, напоминавшая смесь ската и морского ежа. Ведьмы сновидений пытались меня перехватить, и хоть у них контроль астрального тела в этом состоянии был куда лучше, я обвел их в воздушных салочках, как бомбардир в футболе обводит защитников.
Мои полупрозрачные ноги влетели неорганика и закинули его обратно. А потом я показал ведьмам язык и нырнул в портал.
Я попал в астральную тюрьму. Все какое-то темно-сереново-красное, лишь изредка что-то отливало зеленым или синим. Поверхности перетекали из твердых в жидкие и газообразные. Сотни причудливых существ летали, катались и ползали. Многие были в клетках, норах, просто повязаны. Одни не обратил на меня никакого внимание, другие тут же ринулись. Всё в мире снов обострено, а потому угрозу, которую они источали, можно было чуть ли не потрогать, словно стальная нитка потянулась от них ко мне.
Повинуясь какому-то наитию, я зачерпнул очков веры и щедро сыпанул ими, словно рис на свадьбе бросал. Они материализовались в светящие искры и скучковались вокруг меня, образуя защитную ауру. Фантазия в этом странном измерении решает всё, но она же подкрепленная чистой энергией, полученной из искренних молитв куда круче.
Сзади из портала уже вылезали ведьмы сновидений. Здесь у них будет куда больше сил, чем у меня. Я представил две турбины у пяток и снова добавил к своему воображению жреческую энергию. Тело стремительно бросило вперед, а от стоп потянулся шлейф мыльных пузырей, хотя мне представлялось, что будет инверсионный след как от самолёта.
Дверей здесь не было. Порталы делать я не умел, но помнил, как безумный бог, просто разрезал облако. Пространство по бокам размазалось, так быстро я летел. Граница локации была рядом. Я буквально окутал себя духовной энергией и пробил её словно бумажную.
Вторжения ждали. Бог не мог не заметить, что в его сон проник посторонний. Замок, где сидел сам Спящий, охранили сотни разнообразных существ и, и все они в едином порыве ринулись на меня. Я не боялся, это всего лишь сновиденные персонажи, придуманные местным владыкой от безделья.
– Дальше я сам, – зазвучал в голове голос Зика. Он вылетел прямо из меня в своем неизменном облике в плаще, шляпе и в маске с черепом. – Иди к друзьям. Победа близка, мой друг.
Голос его звучал уверенно. Дух с трудом сдерживал смех. Конечно, Зик полон сюрпризов и умудряется делать вещи, которые недоступны другим существам его уровня, но он не сможет победить Спящего бога у него же во сне. Но вот отвлечь, потрепать нервы, заставить тратить силы, вполне. И пусть сожжет кучу энергии, возможно даже всю, но это окупится, ведь если мы победим, мироздание будет щедро.
Дух создал для меня портал, едва вылетел в него, как астральное тело закинуло в физическое. Буквально втянуло, как паука пылесосом.
Я сразу написал Жоре в личку. Кое-какой козырь стоило приберечь. Может это озарение, не знаю. Но было ощущение, что эту часть плана остальным не надо знать.
В картине боя ничего глобально не поменялось. Защита гроба из обломков уже была уничтожена. Только-только полетели синие ленты, но и от них мы ушли через зеркала, так что телами поменяло лишь питомцев. Пирожка закинуло в тело Робина, Тень в Грызлика.
И вот тут началась массовая волна. Разумеется, помимо всех разновидностей уже известных тварей поперли и мини-боссы каждого вида. А вместе с тем по залу прошла сразу тройная волна абилок. Ловцы снов летели вместе с красными лучами и синими лентами. Тут уже никакой Зеркальный Шаг спасти не мог.
Самое забавное, что Грызлика и Тень обратно поменяло местами, а вот пандаренка закинуло в Грома, а черепашонка в хозяина. Мы остались без главного танка в такой ответственный момент. Кого не поменяло телами, тех повыбивало. Я врубил жреческое зрение и видел летящие обратно в оболочки призрачные фигуры товарищей.
Я не знаю, откуда у меня столько выдержки, так как ситуация была аховая, и в мозгу орала тревожная сирена. Нужно было действовать немедленно, иначе рейд сложится. В норме остались только я, Грызлик и Тихон. Но я не использовал оружие последнего шанса. Ждал.
Стрелок получил Лунатизм. Все были недееспособны и на нас перла орда тварей.
Вот теперь пора!
– Грыз, давай.
Зубастик раскинул руки в стороны, и его окутало темное облако. Я наложил Игру Зика прямо так, не дожидаясь конечной трансформации, повысив Силу спутника на двести единиц. Грызлик зарычал от осознания собственного могущества и бросился вперед с одного удара, убивая всех противников.
Кошмарища под контролем ведьм и тульпы успели натворить дел. Как я не пытался лечить, не успел, Робин не обладал большим запасом ХП. ДПС монстры выдали слишком большой.
Те несколько секунд, что сокланы прилетали обратно в свои тела, показались вечностью. Из фиолетового портала вырвалась целая орда неоргаников. Мы сосредоточили атаки на них. Если бог столько смог выдать, будучи отвлекаем Зиком, то без помощи духа, мы бы вообще уже ласты склеили.
Артур перетянул агр. Я и Лея вливали в него килотонны маны, но этого было мало, даже его собственный отхил, отсидки во временной аномалии, выпитое зелье и Посох Асклепия не спасали. Тогда хилерша использовала Капельницу, оттяпала от каждого из нас по пятой части ХП и влила в паладина.
Помогло. Он пережил пиковый урон, а потом поголовье неоргаников стало стремительно снижаться.
Я бросил взгляд на полосу прочности гроба. Осталось каких-то десять процентов. Разбушевавшийся Грызлик бил с двух рук. Наконец, он ударил последний раз. Раздался хруст ломаемого дерева, а затем прозвучал взрыв, нас всех отбросило в стену, а зубастик, отправился на тот свет.
Спящий бог явил нам свой истинный облик.
Из черных клубов вынырнула фигура высокого, худощавого, но широкоплечего мужчины в звездном пончо, вдоль пол которого как кисточки болтались маленькие версии всевозможных существ от кого-то похожего на Ктулху до пятнистых тигров и банальных рыцарей в демонической броне. На груди у него висел амулет, походивший на четырехлепестковый цветок. На каждом из круглящей выгравирован свой рисунок. Ямайско-индейское загорелое лицо и просветленный взгляд. В дреды были вплетены всевозможные фенечки. Открытые участки рук, в том числе и ладони покрывали татуировки и шрамирование, причем местами эти два способа украшения комбинировались. Иногда тату наносилось поверх шрама, а порой и наоборот.
– Поспал и хватит, – спокойно сказал он. – Пора и вам уснуть навсегда, – обратился он к нам.
Глава 9. Неожиданный поворот
Ведьмы смотрели на него как на владыку, а вот тульпа как влюбленная женщина на своего мужчину. Впрочем, бог отвечал ей тем же, кивнув и слегка улыбнувшись. В его взгляде было обещание того, что всё будет хорошо.
Мы в одну секунду перестроились для встречи неизвестной угрозы. Обновили бафы и выпили зелья. Вот он – момент истины. Последняя минута финального раунда. Здоровья у бога было немного. Он явно никогда не планировал покидать своего убежища.
Между тем взгляд его не излучал надменности или злобы. Он вообще не был похож на бога. Выглядел как человек. И это поражало. Его обычность говорила о нём больше, чем любые золотые храмы. Спящий заявлял о себе миру совсем по-другому. Дешевые понты – это не про него. Возможно, он единственный среди высших сущностей, кто реально чем-то отличался от людей, кроме мощи и осознания бессмертия. Бог был, а не казался. И это пугало сильнее, чем любое проявление божественного гнева. Лучше бы он молнии из глаз метал, чем вот так.
По залу прокатилась аура, и мы все подверглись её воздействию. Микросон – обычная вещь, если не спал несколько суток. Каждый мог столкнуться в жизни. Но это очень мешает, когда бьешься с самым сильным существом на континенте. Перед глазами постоянно выскакивали образы и не всегда получалось отделить реальность и сон, иногда мы отскакивали на рефлексах, а порой впустую тратили умения, попадая по, как нам казалось, опасному противнику.
Призванные существа и армия нежити пытались преградить богу путь, но он наглядно продемонстрировал разницу в классе. Обмотал пончо руку первому же голему, вырвал у него меч, пронзил им второго, пригнулся от удара третьего. Создал перед собой портал, в который провалился четвертый. А затем превратился в фиолетовый дым, за долю секунды облетев всех, раскрошив нежить и големов.
Я бросил Игру Зика, но умение не сработало. Зато стандартные дебафы наложились, и босс чуть замедлился, хотя изначальная скорость была такова, что это не особо-то повлияло. Мы даже под ускорением и зельем разгона ему уступали.
НочнойДожор: Слизень не может принять его облик.
Вполне логично. Чересчур могущественная сущность.
Руки бога покрыла сплошная тьма. Она уплотнилась, превратившись в два острых лезвия.
Дикарь57: Лея, единение с Пирожком.
Хилерша лишь при прохождении пирамиды использовала навык, полученный на первом испытании. Но теперь настало время, нужно было хоть немного поизучать бога.
Артур сгенерировал агро, но Спящий не повелся. Слишком высокоуровневая цель. Завеса спешно поднимала новую нежить, благо останков тут было на маленькую армию. Жора уже не жалел ничего, просто без устали призывал всех существ без разбору. Тетива хлопала без перерыва, но бог легкими движениями пончо отклонял стрелы.
Он подпрыгнул и прямо под ним появилась кровать. Она встала на дыбы и поскакала вперед, врезавшись в строй. Орда призванных и поднятых набросилась на бога, обсыпая его всеми возможными видами атак. Они зажали его в кольцо. Спящий спрыгнул со своего скакуна и крутился волчком, ловко орудуя пончо, перенаправляя магические сгустки, летящие в него. Взмывал вверх фиолетовым дымом и с грохотом обрушивался вниз, разбрасывая противников и полосуя их черными клинками.
Босс вскинул руку, и рядом появилась небольшая Луна. Значительная часть существ поддалась её гравитации и мигом облепила магическую проекцию как металлическая стружка магнит.
Мы старались бить наверняка. Ману приходилось экономить. Урон проходил, но ничтожно мало. Полоска здоровья бога уменьшалась очень не спеша.
– Спать! – приказал он, и всё подконтрольные нам существа разом замерли. Пирожея, как мы прозвали боевой тандем хилерши и пандаренка, попыталась достать бога когтями, но он пронырнул под атакой, оказался у них за спиной, а потом попросту схватил за оба плеча и дернул в разные стороны.
Их разъединило. Хилершу бросило в стену, а вот пондаренок, схваченный за шкирку, стал стремительно ссыхаться в руках бога. Из него вырывался светящийся туман, пока он не рухнул на пол мешком с костями.
Дикарь57: Артур, рояльная абилка.
Праведник1: Еще рано.
Дикарь57: Убью!
АхилительнаяДева: Убью!
НочнойДожор: Убью!
Завеса: Убью!
Причуда: Убью!
ТихийШелест: УБЬЮ!
Фиолетовый дым ринулся к нам.
Дикарь57: Зеркало!
Мы успели уйти и вышли за спинами своих воинов. Они отмерли и снова ринулись в атаку на Спящего. Тот поднял пончо и из-под него вылетели сотни маленьких ловцов снов, взрывающихся чернильным облаком от контакта с целью и нанося колоссальный магический урон. Бог перемалывал наши вспомогательные силы с невероятной скоростью.
Помимо превращения в дым, стал использовать прыжки порталом. Причем выглядело это жутковато. Проход открывался лишь на долю секунды, но оттуда веяло потусторонним холодом, неопознанной бездной. Порой что-то пыталось выскочить следом за ним, на пол то и дело падали щупальца, лапы и клешни.
Застанить одной атакой босса никак не получалось.
Дикарь57: Огонь по команде.
Когда я давал подсвет, мы одновременное атаковали. Опрокидывающая стрела, вместе с Аккордом, взрывающейся картой и черным сердцем сбивали бога на секунду, затем был еще миг, чтобы его повторно продамажить, а потом он снова вырывался. Приходилось подолгу выжидать.
Спящий неожиданно выстреливал одеялом, что работало как сеть, так он поймал Жору и Лею. К тому же часто сводил на нет всю эффективность Тихона и Артура абилкой Сонное Онемение. Конечность начинало сводить судорогой, словно ты её отлежал во сне, и если Паладин мог при этом воспользоваться кучей других скилов, то лучник лишь раз выстреливал из арбалета самонаводящийся стрелой.
Всё ломало его умение – сонное наваждение. Оно выводило тебя из строя полностью. В течение тридцати секунд, ты судорожно искал самое мягкое и тихое место, забивался в угол и засыпал. Причем, приходилось отвлекаться, чтобы разбудить товарища, так как мы были измотаны, а потому сами не могли проснуться, даже если время действия эффекта кончалось.
Самое паршивое, восстанавливать здоровье и ману мы не могли, но не потому что наступил откат. Нет. Просто Спящий, стоило нам только выхватить пузырек, превращал его в сонное зелье. Пришлось постоянно прыгать во временную аномалию, отпаиваться там. Многие уже словили откат и больше не могли использовать алхимию.
Когда мы потихоньку стали подстраиваться и подбирать тактику, начав, наконец, стабильно подъедать здоровье босса, бог явил еще одну абилку. Зал заволокла сплошная темнота, в которой было видно лишь гипнагогические образы от дебафа Микросна. Все замерли на секунду, только Тихон, обладающий ночным зрением продолжал стрелять.
Тьма ушла, явив нашему взору наполовину уничтоженное войско союзников, казалось, я даже услышал, как Артур заскрежетал зубами, когда увидел расколотый панцирь Грома. Черепашку вытащили из домика силой.
Выбора не было, нас могло спасти только одно.
Дикарь57: Единение.
Последний клауд. Мы одновременно активировали умение, еще понятия не имея, как оно будет работать.
Я встал в центре, раскинув руки. Из груди протянулись цветные нити ко всем сокланам, по ним нас понесло друг к другу. Вспышка!
Мы увеличились в размерах. Стали массивным воителем с крыльями за спиной. Семь сознаний спокойно уживалось в одном теле. В правой руке был огромный меч, в левой жезл, трансформирующийся в щит, на плече небольшой многозарядный арбалет с магическими болтами, на втором крошечный посох на подвижной треноге.
Спящий с интересом глянул на нас, и взмахом пончо создал такую воздушную волну, что проделала просеку в строю прислужников. За долю секунды он пробежал по этому тоннелю и оказался рядом.
Это было странно, мы одновременно могли управлять всей доступной магией. На бога обрушились наши стандартные скилы, но многократно усиленные. Шкатулка, Акслепий, Рояль, Молот, Ключ, Перекрестие – всё это вырвалось одновременно с выстрелами наплечного стреломета, посоха и Звуковой Волной.
Увернуться у него шансов не было. Бога придавило, швырнуло, а потом и отбросило в стену. В пончо появились прорехи и подпалины. Стрелы летели как из пулемета, к ним добавлялись атаки призванных существ, чары некромагов, молнии, лучи света, кислотные лужи, даже Шприцом попали, в усиленном режиме он пробил Спящего насквозь.
Когда мы ударяли по богу, оружие непроизвольно поражало его несколькими эффектами, стандартным стихийным зачарованием и одним из наших умений. Выглядело здорово, он покрывался инеем и одновременно шел рябью от Акустического Удара. Или вспыхивал огнем, а вместе с тем волдырями от кислотной лужи.
Спящий открыл портал и вытащил оттуда волшебную палочку и расписной шаманский бубен. При этом первая трансформировалась в разные виды оружия, а второй в щит.
Здоровье босса быстро уменьшалось. Он снова поднял пончо, из него ударили синие ленты вперемешку с красными лучами, но нас не выбило из тела. Это было невозможно в текущем состоянии.
Бог открыл разом семь порталов и оттуда выпало аналогичное число не органиков, но их связали боем нежить и картожители. Тогда высшая сущность снова создала Луну за нашей спиной.
Нас потянуло назад, но мы уперлись ногами и заработали крыльями, каждый взмах давался тяжело, словно к крыльям гири подвесили. Кованные сапоги заскрежетали по полу. Все же сносило назад. Общий разум принял верное решение. Аватар, подчиняясь приказу, вонзил меч в пол.
Давление усилилось. Крылья сломало как зонтик на ветру. Нас оторвало от земли. И только за счет меча мы вцепились в пол словно дерево корнями в горный склон.
Луна сдулась. Аватар устало рухнул на пол. Но это была лишь уловка в тот же миг, он ринулся на бога, врезавшись в него Рывком.
Мы сталкивались на полу и в воздухе, летали по всему залу, круша потолок, пол и стены, заливая всё вокруг магией и освещая пространство вспышками.
Выпали из боевого транса так же быстро, как и вошли в него, когда действие умения подошло к концу. Возникло секундное замешательство, нам требовалось время, чтобы прийти в себя. Спящий использовал этот шанс по максимуму.
Вы отражаете эффект умения Вечный Сон на двух ведьм сновидений.
Ха-ха! Зеркальный баф сработал!
Бог прыгнул порталом к Жоре и сломал крылья. А затем проткнул картмастера волшебной палочкой. Тот вцепился в нее мертвой хваткой, не позволяя вырвать из тела, но сопротивляться магии не смог. Уснул.
Артур попробовал вонзить меч в спину бога, но лишь порезал пончо. Босс вцепился в лицо паладина, и тот начал ссыхаться на глазах, как Пирожок до этого. На землю рухнула исхудавшая мумия, которой доспех был велик. Здоровья оставалось едва ли десять процентов.
Спящий ударил в бубен, и хотевшая воскресить Праведника Лея уснула. Он снова шлепнул ладонью, Мегиду выбило из тела, ведьмы сновидений подхватили её и закинули в портал, утащив в сон бога. Босс пронырнул под посохом Завесы, на ходу снимая пончо, и замотал девушку в него, а когда дернул ткань, её внутри не оказалось. Иконка некромантки не потухла. Но куда она делась? Долбаный фокусник!
Он сорвал с груди большой ловец снов и бросил на Тихона, Тень распласталась в прыжке, но её сбил брошенный бубен, после чего кошка упала без признаков жизни, но ХП осталось на прежнем уровне. Ловец снов увеличивался в размерах, летая следом за лучником. Бог наложил Сонное Онемение. Стрелок вскрикнул и упал, схватившись за ногу. Болтающиеся кисточки ловца потянулись к нему как руки, схватили и затащили на сетку, после чего он затих, спящей куклой.
Я остался последним. Бог исчез в портале. Я только этого и ждал, хлебнул синюю банку, смахнув уведомление об откате. Больше ни одной не выпью.
Всё заволокла ночная тьма, но я активировал Третий Глаз. Увидел летящее на меня одеяло и отошел в сторону, отскочил от промчавшейся как бык кровати. Перед собой уронил Скрипичный ключ, сзади Рояль, слева активировал Кия, справа ударил Звуковой Волной.
В ту же секунду Спящий упал сверху, нанеся сокрушительный удар. Тут же меня боднула кровать, в полете поймало одеяло. Замотанный я шмякнулся о стену. Бросил панический взгляд на бар жизни. Девять процентов.
Акустический Удар прорубил прореху в ткани, и я выбрался. ХП стремительно заполнилось, иконки сокланов стали тухнуть, одна за другой. До меня дошло, что это Лея перекачивает их здоровье в меня. Проснулась всё же.
Спящий появился сзади, хлопнув краем пончо. Меня оглушило от хлопка ткани и швырнуло вперед, где уже стояла заготовленная паутинка ловца снов. Акустический удар разбил нити, и я пролетел как цирковой тигр через кольцо. Прокатился по усеянному телами полу и напоролся боком на чей-то меч.
Нимфа и пять ведьм наблюдали за триумфом своего бога. Их взгляд сочился превосходством, лица озаряло предвкушение близкой победы.
Спящий снова исчез во вспышке портала. Так быстро я не думал ни до, ни после. Я тут же активировал вторую пару конечностей, материализуя в ней два меча. Меч маны и его технический аналог, работающий на энергетических камнях и выглядящий как световой меч. Призвал Фантома, который активировал Музыкальную Шкатулку.
Я увидел, как магическое поле колыхается в месте, где откроется портал. Я и Спящий одновременно проткнули мою копию и друг друга. Под крик боли фантома наше ХП полетело вниз. Моё замерло и скакнуло вверх, одновременно с этим потухла иконка Леи.
Вот теперь я точно остался один.
Спящий отпрянул, и одна из ведьм развоплотилась полностью, а его здоровье чуть поднялось. Он исчез в телепорте.
Глаз оракула, выпавший из подарка, заработал, пророча скорую смерть. Он высветил место, где будет нанесен удар. Как бы клишировано ни звучало, но время замедлилось. Уж не знаю, в следствии быстроты мысли или благодаря работе артефакта.
***
Бог прыгнул в портал, чтобы через секунду оказаться возле жреца и пронзить его. Тело противника стало расплываться и превратилось в черное желе с красными глазами. Спящий увидел, как из его живота появляется лезвия двух мечей и лишь после почувствовал боль.
***
Счет шел на доли секунд, и я прыгнул в портал следом за богом. Он пронзил Слизня, а я его. Дважды фокуса с подменой он не ожидал, а питомец Жоры четко выполнил установку хозяина, притворявшись склянкой у меня на поясе, и сыграл свою роль в ключевой момент.
Бог рухнул на колено с одним ХП. Во время континентальных ивентов часто предоставляется возможность добить босса. Я взглянул в его глаза. Побежден, но не сломлен.
– Сломи его! – раздался в голове шепот Зика.
Спящий снова обернулся фиолетовым туманом и взмыл в потолок. Из него вылетели синие ленты и красные нити. Я не стал уворачиваться. Меня выбило из тела, и в этот миг я ударил. Очков веры у меня еще было много. Я вспомнил свои ощущения, когда создавал портал под патронажем Зика.
Сейчас у меня не было никаких представлений о том, как еще что-то делать с их помощью. Они предназначены, чтобы творить чудеса во славу Зика. Окей. Будет вам чудо. Сломить говоришь? Хорошо.
Я выставил ладони и представил, как через них вылетает энергия. Тысячи светящихся пылинок одновременно вылетели из моих ладоней, заполонив всё вокруг чистой абсолютной энергией, которая выжигала всё вокруг.
Ведьмы сновидений успели прыгнуть в портал и даже затащить уснувших от зеркального бафа подруг, скрывшись в чертогах разума бога. Но потом искры долетели и до перехода, сжигая энергетические нити, словно простую паутину. Портал закрылся. Тульпе бежать было некуда, и она завопила, сгорая заживо.
Поток очков веры резко прекратился, хотя в запасе еще оставалось прилично, просто Зик перекрыл краник. Смертельные маленькие звездочки перестали заполнять собой всё пространство, а уже выпущенные стремительно прогорели.
Бог опять упал на колени. Предыдущий фокус оказался спасительным умением и простой уловкой. А вот теперь Спящий был повержен.
Я занес кулак, чтобы нанести последний удар. Да вот так просто. Решил убить главного босса Фанмира, дав ему по роже.
– Не убивай! – резко окрикнул меня Зик. Костяшки замерли в миллиметре от переносицы Спящего.
Что значит не убивай? Я сюда за этим и пришел.
– Просто доверься мне, – снова возвал ко мне Зик.
Отступление третье
Комната администраторов представляла из себя большое помещение со множеством ламп. Днем там было светло как в операционной, а ночью она расцветала как ночной клуб, переливаясь красными, синими, фиолетовыми, розовыми, зелеными и оранжевыми оттенками.
Работающие здесь люди давно разучились моргать, у каждого стоял в глазу увлажнитель, который и спасал их зрение. Время от времени меж столами сновал робот-разносчик, снабжая людей всевозможной едой, кофейными и энергетическими напитками.
– Виктор Романович у нас ЧП! – заорал один из администраторов.
Главный администратор пребывал в благостном настроении, скоро аврал закончится и можно будет выдохнуть. Он снял наушники и, запив пончик кофе, спокойно спросил:
– Фто там?
– Игроки не станут убивать мертвого бога. Кажется, они с ним союз заключили. Возможно, теперь будут охранять подземелье от других игроков. Если Спящего не убить, континентальный барьер не смогут снять.
Виктор Романович рассмеялся.
– Это не фовможна. Вай каркинку, – с набитым ртом сказал он. От увиденного главный администратор чуть не подавился. Ему пришлось приложиться к кофе, чтобы проглотить вставшую в горле пищу. – Дерьмо! – шумно выдохнул он и соскочил со стула. Все знали, что сейчас последует пулеметная очередь приказов и, обратились в слух. – Отрубите их от капсул. Немедленно. Вышлите на квартиры группы быстрого реагирования.
– Виктор Романович, – обратился один из сотрудников, но глав админ так быстро тараторил, что не заметил голос подчиненного.
– Аня, составляй письмо, напиши, что они все равно считаются призерами ивента.
– Виктор Романович, есть проблема.
– Бонусы на игровом аккаунте остаются, – продолжал распоряжаться начальник.
– Виктор Романович, – не унимался сотрудник.
– Предложим им увеличенную награду. Приложи стандартный договор о неразглашении. И сумму, скажем, в…
– Виктор Романович.
– Да что, мать твою, тебе надо! – взорвался начальник отдела, сжав от злобы картонный стаканчик с кофе. Горячий напиток хлынул из чашки, обжигая руки и расползаясь коричневыми пятнами по серым брюкам и белой рубашке. – Ах! – воскликнул от неожиданности Виктор Романович. – Видишь, что ты наделал! – зашипел он, вперив злобные глаза в подчиненного.
– Мы не можем отключить их. Местоположение не определяется, – проблеял сотрудник.
– Что? Что ты несешь?! – еще больше побагровел начальник. Забыв про ожоги и заляпанный костюм, он плюхнулся в залитое кресло и застучал по клавиатуре. Кофейные капли слетали с рук и забивались в щели между клавишами. – Ахаха, – нервно хихикнул он. – Аха-ха-ха-ха-ха-ха! – безумно рассмеялся Виктор Романович, обратив на себя обеспокоенные и испуганные взгляды подчиненных. Он крутанулся в кресле, повернувшись к сотрудникам, и с жизнерадостной улыбкой заявил:
– Нам пиздец!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
