Автостопом к счастью

Глава 1 : «Разрушенная Эйфелева башня»

POV Саша

Выходя из аудитории с хорошим настроением, я уже предвкушала свой отдых во Франции с родителями. С мамой мы видимся нечасто, а с папой ещё реже из-за его работы, поэтому я была безумно рада, когда отец сообщил мне о планируемой поездке. Сегодня я сдала предпоследний экзамен, ещё один — и мы отправимся в путешествие, впервые за долгое время. В последний раз мы ездили куда-то вместе, когда мне было тринадцать. С тех пор прошло уже семь лет. Боже, я так счастлива! Ноги сами идут в пляс, закручивая меня, как балерину, вокруг себя. На мгновение я закрываю глаза и представляю, как точно так же кружусь вокруг себя, но уже рядом с родителями по дороге к Эйфелевой башне. От представленной картины я улыбаюсь ещё шире и слегка хихикаю. Но, видимо, мне нельзя много летать в облаках: ноги закручиваются, и, не удержав равновесие, падаю в обнимку со своей Эйфелевой башней, предчувствуя не самое приятное приземление. Сейчас будет неприятно, держись, башенка! Но ничего не случается. Моя голова и руки упираются в грудь, на которой надета чёрная футболка. Я чувствую, как сильные руки держат мои плечи. Медленно, с опаской поднимаю голову. Хватило только одного взгляда, чтобы понять, кому принадлежат эти голубые глаза. Он, будто почувствовав, что я твёрдо стою на ногах, отпускает мои плечи.

— Спасибо, Ром, — прошептала я. Он лишь кивнул в ответ и, обойдя меня, пошёл к кабинету, где я только что была.

«А-а-а, как же неловко!» — промелькнула мысль. Сажусь на корточки и закрываю розовое от стыда лицо руками. На самом деле мне было бы абсолютно всё равно, если бы не одно-единственное «но»: Роман не первый раз попадает в такую ситуацию из-за меня.

В первый раз я упала на него в столовой в конце первого курса. Заболтавшись с подругой, я не заметила мокрый пол и поскользнулась, поднос полетел вместе со мной назад. Рома, к несчастью или к потрясающей удаче, оказался сзади и поймал меня. Вот только чай вместе с салатом попали не только на мою белую блузку. Но на этом всё не закончилось! Этот святой человек отдал мне свою булочку и физкультурную футболку взамен моей пострадавшей атласной блузки. Я весь оставшийся день извинялась перед ним. А дома я нашла его страницу в соцсети и написала ему такой плаксивый текст с извинениями, что, видимо, он до сих пор меня из-за него прощает.

В начале второго курса случилось второе падение звезды. Это была физкультура. Вроде всё хорошо, ничего не предвещает беды. Бегаем мы эти семь кругов, и, как назло, мои ноги меня подводят — на последнем кругу у меня сводит ногу. Самое гениальное, что я придумала в этот момент, — попрыгать на одной ноге. Гений, не правда ли!? Ну и, конечно же, это кончается падением, да ещё каким. Угадайте, на кого же я упала? Тут даже трёх попыток давать не надо. На Рому. А-а-а-а, мне до сих пор стыдно. Вы, наверно, думаете: ну упала и упала, что такого? Со всеми бывает. А я скажу, что такого. Упала на него я как в самой романтичной дораме. Прижала бедняжку к полу, ещё чуть-чуть — и наши губы соприкоснулись бы. Этого не случилось бы, не решись он поймать меня.

И, к сожалению, это не все ситуации, где Роман — добрая душа — ловит падающий метеорит, то есть меня.

Да-а-а, после этого случая на нас ещё полмесяца группа смотрела как на голубков. Могу поспорить, что на задних рядах про нас уже сплетни пошли, а девочки-тихони начали писать фанфики. Могу поклясться, я одна видела! Даже после той ситуации в столовой не было такого шума. Ведь как же так? Наша Саша, которая не заводит отношений и учится даже в выходные, её не встретишь на тусовке, а на парах она сидит со странным пучком на голове вместо укладки, заинтересовала такого парня, как Рома.

И что же такого интересного в Роме? Как я знаю, его никто не видел в компаниях. Он постоянно один. Иногда с ним можно поговорить, вот только он не скажет ничего лишнего, всё кратко и по делу. Почти весь первый год обучения его не было, мы даже забыли, что в нашей группе есть такой — Роман Дымов. Все гадали и пускали слухи, почему Ромы не было почти год. Всё легко: он был на заочном обучении. Но вот причину никто не знает. Многие хотели с ним подружиться, вот только на всё он говорил: «Меня это не интересует». Дымов для нас загадка.

Ой, совсем забыла, я ж должна встретиться с Аней в кафе. Достаю из рюкзачка телефон, и он сразу же начинает вибрировать:

«Ты там где?»

«Тебе взять как обычно? Латте и шоколадный кекс?»

Отвечаю моментально:

«Да! Спасибо *сердечко*»

Раз она на месте, значит, мне надо поторапливаться. Анька до жути пунктуальная. Она приходит ровно минута в минуту в назначенное время и место, либо на час-два раньше. Так ещё и умудряется всегда выглядеть потрясающе. Мне б её суперспособность. Встав с корточек и размяв ноги, начинаю продвигаться к выходу, постепенно ускоряя шаг. Нужно успеть дойти до кофейни, пока нет двух. А сколько вообще времени сейчас? Я же так и не посмотрела... Вот чёрт! Уже 13:45. Придётся бежать! Да, пунктуальность — это не моё. Мы договорились встретиться в 13:20. Аня меня убьёт! В худшем случае она уйдёт.

Однажды зимой, в самом начале нашего знакомства, мы договорились встретиться в парке недалеко от моего дома и поехать за подарками родителям. Вот только с веником в одной руке, посудой в другой, тряпкой для пыли в ноге, совсем забыла о встрече. Будь она проклята, эта ваша предновогодняя суета. Бедная Аннушка простояла на холоде три часа. Когда я спохватилась, она уже стояла у моего подъезда и звонила в домофон. Ой, сколько ругани было, а сколько слёз. После этого случая она поклялась, что не будет ждать меня дольше часа. А я — что буду убирать квартиру за день-два до Нового года, в тот раз эта уборка всё равно никому не понадобилась.

Преодолев лестницу, почти бегу по коридору, ведущему в холл. О, это что, Роман? Что-то он слишком быстро.

— Пока, Ром, хорошего тебе четверга, — пробежав мимо и помахав, попрощалась я. Ну а Рома, как обычно, просто кивнул.

Выбежав на улицу, меня встречает приятный ветерок и тёплое солнышко, я сказала бы — слишком тёплое. Даже в юбке жарко. Вдыхаю полной грудью самый любимый запах из всех — запах начинающегося лета, отдыха и крепкого сна. Уведомление даёт мне знак, что пора продолжить бег. Перепрыгнув ступеньки, лечу ещё к зелёному светофору со счастливой улыбкой, ведь совсем скоро исполнится долгожданная мечта.

— Аня-я, — тяну имя подруги, идя к ней с раскрытыми объятиями. — Присаживайся, твой кофе почти остыл.

Подруга как всегда прекрасна. Высокий рыжий хвост без петухов, большие круглые серьги, красная помада и лёгкое белое платье. Всё сочетается просто блестяще. Рядом мы выглядим как мама и дочь-пятиклассница.

— Я думала, ты давно выбросила эту блузку, — отпивая глоток из милой кружки под «керамику», говорит Аня с небольшим возмущением. — Я тоже так думала, а тут на днях начала перебирать вещи и вижу её. Вот и решила надеть, так сказать, в последний раз показать людям. — Я надеюсь, а то будет как с теми штанами... Бр-р, как вспомню, так сразу мурашки бегут, — потерев руками предплечья, показывает Аня.

Она имеет в виду мои чёрные джинсы, которым на момент нашего знакомства было уже три года. Они были потёрты и уже почти серыми на коленках. Если бы не Анечка, я не смогла б их выкинуть.

— Уважаемая Александра, поделитесь с нами сегодняшними препятствиями, которые помешали вам дойти вовремя до места встречи, — протягивает мне воображаемый микрофон подруга. — Моя неуклюжесть и плохой вестибулярный аппарат, — с печальным вздохом говорю я. — И кому же в этот раз повезло? — Роману. — Ну что за проклятье, а? Везде этот Рома, как банный лист. Почему постоянно, когда ты падаешь, спотыкаешься, подскальзываешься... — Аня, — недовольно бормочу я. — Короче, он всегда рядом. Он что, твой ангел-хранитель? Или он за прошлую жизнь грехи отмаливает? — Да чёрт его знает.

Наконец делаю глоток своего кофе. М-м-м, это прекрасно. Весь день об этом только и думала. Во всём виновата физика: до последнего с ней затянула, всё откладывала и откладывала. По итогу пришлось два дня над ней сидеть, так ещё и ночь. Фу.

— Может, ты ему нравишься? — подмигивает мне подруга.

Я поперхнулась своим чудо-напитком.

— И ты туда же! — Нет, ну а что? Неужели после всего этого он ни разу не проявил к тебе знаки внимания? — Да после всего, будь я парнем, не подошла бы, — откусываю свой кусок кекса. Шоколад, как же я его люблю. А вишнёвая начинка просто божественна. Особенно когда это твоя первая еда за весь день, не считая трёх кружек чёрного чая и бутербродов с колбасой этой ночью. — Согласна. Ну, хоть что-то же должно быть. Может, он улыбается при встрече с тобой или ещё типа того. — Ну-у-у, он кивает, когда мы здороваемся и когда прощаемся. А в столовой перед экзаменом он мне последний стакан с компотом отдал. — Да, романтикой так и блещет... — закатив глаза, отвечает подруга.

Только я собиралась отпить ещё пару глотков своего чудо-напитка, как послышался звон телефона в рюкзаке. Достаю телефон. На экране светится «Мама».

— Это мама, я скоро, — с улыбкой на губах говорю я, уже предвкушая наш радостный разговор о поездке. Захожу в туалет, где, в отличие от зала, музыка играет не так громко. Вдыхаю и выдыхаю. Беру трубку.

— Алло? — Саша, привет, — слышится голос мамы. На заднем фоне играет музыка, рабочий день в самом разгаре. — Если ты звонишь по поводу вещей, которые нужно взять, то я уже составила список и завтра собираюсь докупать недостающие. О, я хотела спросить, а дождевик нужен будет? По прогнозу вроде дожди не намечаются, — мой голос так и сияет с каждым словом. Да что там голос, мне кажется, я сегодня весь день сияю. — Саш, я звоню по другому поводу, — печально говорит родительница и тяжело вздыхает. — Отец тебе ничего не говорил, как я понимаю... — Что-то случилось? Всё хорошо? — Ну, как сказать. Понимаешь, у отца внезапно начался завал на работе, что-то перепутали по документам, что-то не дописали, короче... Мы не сможем поехать во Францию. Прости.

Силы меня покидают, а слова бьют по телу хлестом. Но я пока держусь.

— Может, тогда вдвоём куда-то съездим? — с последней надеждой спрашиваю я. Всё равно куда мы поедем. Хоть на дачу за городом, я уже буду рада. Пожалуйста. — Узнав, что отец перенёс отпуск, я сделала то же самое, надеюсь, получится съездить в августе, но и это не точно, — на фоне уже слышится, как щебечет новая клиентка, видимо, перерыв закончился. — Прости.

Это последнее, что она говорит.

В груди что-то оборвалось. Я смотрела на своё отражение в зеркале туалета и видела, как медленно угасает моя улыбка.

Да зачем мне твои извинения?! Они ничего не изменят, всё как обычно. Руки обессиленно опускаются, глаза начинают слезиться. Я поднимаю голову к потолку, не хочу, чтобы потекла тушь. Всё счастье испаряется в миг. Зажмуриваюсь. Да к чёрту всё! Я так и знала, что так и будет. Пусть подавятся своей работой!

Сжимаю кулаки и выбегаю из туалета, подбегаю к нашему с Аней столику, хватаю рюкзак и начинаю рыскать в поиске кошелька.

— Сколько я должна за кофе и кекс? — Да брось... Саш, всё хорошо? — с волнением спрашивает подруга. — Да! Просто скажи, сколько я должна. Мне надо бежать! — достав кошелёк с самого дна, смотрю на Аню в ожидании суммы. Всё, о чём я сейчас мечтаю, — это поскорее уйти, неважно куда, просто уйти, никого не видеть.

Аня вздыхает, но всё же называет сумму. Оставив деньги на столе, я выбегаю из кофейни. Плохо оставлять Аннушку одну, но если бы я осталась, то уже роняла бы при ней крокодильи слёзы или, что хуже, выместила бы на неё свой гнев. Достаю наушники и затыкаю ими уши. Агрессия так и льётся из меня. Почему они всегда так делают? Мы с мамой могли бы прекрасно съездить и вдвоём куда-то. Так нет же! Мы перенесём отпуск, как и папа, а точнее — забудем о нём вообще!

Спускаюсь по склону к баскетбольной площадке. За ней идёт ряд камышей, но я знаю, что в правой стороне есть небольшая протоптанная дорожка, ведущая к пляжу. Я всегда прихожу сюда, когда плохо, грустно или хочу побыть одна. На пляже есть небольшая площадка, где можно посидеть, тут обычно я и провожу время наедине с собой. До пляжа удобно и быстро добираться, он находится прямиком за общежитием. Конечно, чтобы до него дойти, нужен час, если не знать короткого пути. Если ты его знаешь, то до него рукой подать. Купаться нельзя, но иногда неподалёку видны рыбаки.

Бросаю рюкзак на бетонный блок. Как же я устала... Мой взгляд падает на крупный камень. Наверное, минут десять я точно потратила на то, чтоб кидать булыжники в реку. С каждым броском становилось легче, но ненадолго. Выдохшись окончательно, сажусь рядом с рюкзаком.

Эмоций не было, только тяжесть в руках и пустота внутри. Музыка играет в наушниках, а лёгкий ветерок всё так же обдувает лицо, вот только теперь он не кажется таким приятным.

Комната пуста. Аня ещё не вернулась. Это и к лучшему, я ещё не готова к разговорам. Ставлю полупустой чайник кипятиться. Надеюсь, завтра я всё-таки куплю зелёный чай, я уже не могу обпиваться чёрным. И что Анька в нём нашла? Лучше сесть сейчас за повтор материала, а то опять не буду спать до трёх утра.

Три часа проходят незаметно. Это самый лучший способ из всех, чтобы забыть о плохом. Правда, я делаю так не первый раз и не первый год. Стоило мне только положить ручку, как дверь открылась.

— Ты уже здесь? Рассказывай, давай. Что случилось? У тебя не получится отнекиваться, как в прошлом году после Нового года, или... — Мы не едем в Париж. Вообще никуда не поедем... — откидываясь на спинку стула, говорю слова, которые для меня уже как проклятье. — Саша... Мне... Ясно, почему ты так быстро ушла, — в глазах соседки видна печаль, которая так знакома мне. Сколько раз я уже видела откровенную грусть в глазах людей после моих слов о родителях? — Ничего, всё нормально. Я так и знала, что всё будет так. — Может, раз ты не едешь с родителями, то съездишь куда-нибудь сама? Ты накопила достаточно денег за эти два года. Плюс, родители тебе отправляли неплохие суммы, тебе хватит на поездку, — оптимистично говорит подруга. Мне нравится, как она всегда старается поднять мне настроение, но куда я поеду? И главное, с кем? Аня уезжает с родителями послезавтра на турбазу. — Неужели и правда задумалась? Это хорошо! А то опять будешь работать как чокнутая, — сказала соседка, увидев моё замешательство. — Не знаю...

Встав с места, подхожу к кровати. Под ней, в самом тёмном углу, рядом с тумбой спрятана небольшая банка. Там я храню все свои накопления. Последний раз я туда заглядывала... Уже даже не помню когда. Вытерев пыль с крышки, сажусь на кровать по-турецки. Рядом со мной садится Анька.

— Ну, давай считать твои миллионы! — Тут не может быть миллионов, — посмеиваясь, открываю банку. — В любом случае, тут точно должна быть большая сумма. Ты ж почти не тратишься. Вспомни, как я уговаривала тебя купить новые джинсы, — показывает то на банку, то на меня подруга. — Ой, Ань, — отмахиваюсь я. — И да, снимай уже эту блузку и начинай считать свои накопления!

На удивление, Аня была права. Сумма и правда большая. На неё, конечно, не слетаешь на Гавайи, но чтобы отдохнуть в Сочи неделю, хватит. И это я ещё не смотрела, сколько денег у меня накопилось на счету электронного банка благодаря переводам от родителей.

— Как я понимаю, прогнозы хорошие, — закрывая за собой дверь, говорит Аня. Подруга пришла из душа. На ней светло-розовые штаны и белый топ, а рыжие волосы рассыпаны по плечам. Мне тоже надо поторапливаться в душ, а то буду стоять в очереди. — Да, но всё равно остаются вопросы, — отвечаю я, пряча назад свои сокровища. — Ты о том, куда ехать и с кем? То, куда бы ты хотела больше всего съездить или где ты чувствовала себя счастливее всего? — Нуу. По правде говоря, я уже и не помню, — собирая вещи для душа, отвечаю я. — Но я подумаю насчёт этого в душе. Там мне думается лучше всего.

Тёплая вода — это то, что мне нужно после такого дня. Запах клубничного геля и шампунь с розой прекрасны, успокаивают лучше любых таблеток и чаёв. Может, и правда съездить куда-то самой? У меня есть и средства, и время. Нет только подруги или друга, с кем можно поехать...

— Ар-р, я даже не решила, куда отправлюсь, а уже думаю, на что и с кем... — говорю про себя.

Смываю шампунь с тёмно-русых волос. Вода расслабляет и успокаивает. Даже после того как помылась, хочется ещё немножко постоять под душем, но уже надо идти. Не хочу задерживать очередь. Одеваюсь и выхожу в коридор. Моё внимание привлекает большое окно рядом с душевой. Из него видна река, у которой я проводила сегодня время, да и не только сегодня. Обычно, когда мне не спится, я выхожу в коридор посмотреть на луну и её отражение. Стоп! Точно! Я вспомнила, когда была счастлива вне дома! Пробежав по длинному коридору, забегаю в комнату, где Анька сидит на кровати в окружении тетрадей и листочков.

— Аня! Я вспомнила! — радостно восклицаю я, готовая поделиться с подругой мыслями. — Неужели в душе к тебе и правда пришло озарение? — подняв голову с удивлением, спрашивает подруга.

Подбегаю к своей кровати и, взяв лежавшего на ней плюшевого зайца, кидаю его в Аньку. Та корчится и недовольно смотрит на меня. Ей всегда не нравился Степаныч.

— Рассказывай. Что вспомнила? — кидая назад зайца, говорит соседка. — В лет тринадцать я с родителями ездила в Лазаревское, на море. Это был последний раз, когда мы куда-то ездили, не считая дачи. Я была там только один раз, но мне очень там понравилось. — Вот и отлично! Тебе остаётся найти только компаньона.

Где же я его найду? Я, конечно, общаюсь и с другими девочками, но не настолько близко, чтобы ездить куда-то вместе.

— Может, возьмёшь с собой Ромку? — как будто прочитав мои мысли, предлагает хихикающая подруга. — С чего бы? — Ну, вы вроде общаетесь неплохо, да и знакомы очень близко, — играя бровями, говорит всё ещё хихикающая Анюта.

Прости, Степаныч, но тебе придётся ещё раз полетать. Плюшевый кролик совершает ещё один полёт на планету «Аня дура». Но смех соседки становится только звонче.

— Ладно, ладно. Только не надо дуться, — вытирая слёзы смеха, говорит соседка. — Кстати, я давно хотела спросить. Я уже месяц смотрю на твою пижаму и не могу понять — это медведь нарисован или страшная собака? — Не то и не другое. Это Дораэмон. — Кто, кто? — Короче, кот. — Саш, я не перестаю удивляться твоим вкусам. — Ой, сиди дальше, учи.

*Дораэмон — это персонаж японской поп-культуры, котоподобный робот, созданный в XXII веке и переместившийся во времени, чтобы помогать школьнику Нобите.

Глава 2: «Да или нет?»

POV Саша

Ранним утром я уже сидела у нужного кабинета. За окном поют птицы, а в коридоре стоит небольшой гул. Как хорошо, что у меня фамилия на «К» — успею повторить материал до своей очереди. А вот Аньке не повезло, она идёт одной из первых.

— Ну что ж, я пошла, давай, — говорит Аня, махнув мне рукой. — Удачи!

Опустив назад голову в конспект, я не замечаю, как место рядом кто-то занимает, до того момента, пока ручка не падает между нами. Достав ручку и зацепив ногу соседа, я извиняюсь и поднимаю голову. Рядом сидел Дымов, сложивший руки на груди. Он поворачивает голову на мой голос и смотрит мне в глаза, а затем на ручку в моих руках.

— Ничего, — отвечает Рома. — Готов? — неожиданно для себя задаю вопрос парню. — Да.

Ответы Романа как всегда просты и ясны. Такие люди за словом в карман не полезут, а Рома даже и не посмотрит.

— Что собираешься делать потом? — ну вот опять! Зачем я задаю эти вопросы? По любому всё из-за Аньки! Это она на меня вчера дыхнула, когда намёками в адрес Ромки разбрасывалась. — После учёбы или экзамена? — После экзамена, разумеется, — не отрываясь от конспектов и шпаргалок, отвечаю я. — Продолжу работать. — И как долго? — До сентября. — Ясно.

Наступает снова молчание. Почему я, и правда, этим интересуюсь? Мне кажется, он уже жалеет о том, что сел рядом. Обычно от Ромы можно услышать и то не всегда два слова — это «Привет» и «Пока». Последнее, кстати, он уже как год сократил до кивков и, кажется, уже стремится сократить и приветствие. А я тут из него соки выжимаю. Кошмар...

— А ты? — нарушая тишину, спрашивает Дымов. — Я? — резко поднимаю голову и удивлённо смотрю на Рому. Он так неожиданно и внезапно нарушил молчание, что я аж растерялась. — Ну, думаю съездить куда-то, вот. — Угу, — кивает Рома. Видимо, он и сам удивился тому, что что-то спросил первым, и решил залить это под конец своим обычным жестом.

В голове крутится столько мыслей. Поступлю ли я правильно, если так сделаю? А что, если это неправильно? Может, это глупо? Да блин, это глупо! Но... я и правда больше ни с кем особо не знакома. А по предыдущим поступкам можно сделать вывод, что Дымов мне зла точно не желает. Иначе зачем ему отдавать мне свой компот! Как же это глупо будет выглядеть со стороны. Но и Бог с ним. Была не была!

— Слу-у-у-ушай, Ром, а ты не хотел бы...

Договорить я не успеваю, из-за дверей появляется Аня. Счастливая до невозможности. Это хорошо слышно по её голосу.

— Саша! Саш! — радостная подруга подбегает и крепко меня обнимает. — Я сдала! Сдала!

У неё чуть ли слёзы из глаз не бегут. Я очень счастлива за Анюту. Но блин! Я только собралась и решилась на важный шаг! От этого шага могла зависеть вся моя дальнейшая жизнь! Ну... Или долгожданный отпуск.

— Всё! Решено! Сегодня празднуем! — Придержи коней. Ещё я не сдала! — Ой, да кого ты волнуешь, — всплескивает руками подруга. После этих слов она получает в бок и со звонким смехом бухается рядом. Так! Стойте! А где Рома? Он ведь только что был здесь! Оглядываясь по сторонам. Нет. Испарился. Что за чудеса?

— Кого ты высматриваешь? — с любопытством спрашивает подруга, тоже поглядывая по сторонам. — Эх. Уже никого, видимо, — вздыхая, откидываюсь на спинку стула. Закрываю конспекты и прячу их в сумку. Скоро очередь и до меня дойдёт. А Рома? А Ромку я после экзамена поймаю!

— Ой, я что-то задела, — внезапно говорит подруга, и мы обе наклоняемся немного вперёд, чтоб разглядеть данный предмет. — Рюкзак... Но чей он? — задаётся вопросом Аня.

И тут меня осеняет. Это рюкзак Романа! Видимо, оставил, уходя в кабинет или куда-то ещё. А это значит, у меня есть шанс! Если он всё-таки и правда хоть немного считает меня другом, да что там другом, пусть хотя бы нормальной меня считает, то выслушает!

Достаю из рюкзака первую попавшуюся бумажку и ручку.

— Что ты делаешь? — следя за моими действиями, спрашивает Анька. — Сейчас, подожди, — отвечаю я, не отрываясь от моего «письма». — И-и-и, всё!

Поднимаю рюкзак с пола и креплю небольшую записку к петельке на нём. Ставлю рюкзак на своё место, а сама стою рядом с подругой, довольно улыбаясь своей идее.

— Саш, я не пойму. Вчера ты кидалась в меня Степаныча за мои шутки-намёки, а сегодня ты пишешь любовные записки? — улыбаясь, поднимает голову подруга, пытаясь сдержать истеричный смех. Моя улыбка опускается, а брови сползают к переносице. Увидев моё серьёзное лицо, подруга больше не может сдерживаться и заливается смехом.

Подходит моя очередь. Иду поближе к кабинету с надеждой, что рюкзак всё-таки Ромкин и та бумажка мне не пригодится. А там ведь формулы записаны! Дверь открывается, выходит пара ребят и Рома в их числе! Так ещё и без рюкзака! Слежу за тем, как он подходит к стулу, где мы сидели. Слегка задерживаюсь в дверях, медленно закрывая за собой дверь. Нужно же мне узнать, его это рюкзак или нет?! И-и-и, он берёт рюкзак, сразу же замечая на нём слезную записку! Закрываю дверь и радуюсь, могла бы даже немного потанцевать от радости, но держу себя в руках. Танцы, песни и прыжки потом. Сначала экзамен.

POV Рома

Признаюсь честно, часть билетов я не учил по этому предмету. Ещё и рюкзак с телефоном забыл в коридоре. Поэтому был приятно удивлён, когда мне попался тот, который я хорошо знал. Но ещё удивительней для меня была ситуация там, в коридоре. Впервые за год я спросил что-то сам. Удивление на лице Саши в этот момент прекрасно описало и моё тоже. Но меня больше поразило то, как легко мы перекидывались парой слов. У нас вышел бы полноценный разговор, посидев мы там ещё немного. Она как раз хотела продолжить диалог, но не успела договорить, да и моя очередь подошла.

Поэтому сейчас я стою у лифта. Жду её как хороший и понимающий человек. Пх. И это не мои слова. Так написано в записке.

«Уважаемый Роман Дымов. Я знаю, что превысила ваш лимит слов. Но! Как хороший и понимающий человек, подождите меня в коридоре для ещё одного разговора. Пожалуйста! Прошу!

От Саши Кентской.»

А на обороте написаны формулы по предмету. Допускается, что это тоже часть послания? Вот только я шёл перед ней. Этого она не учла.

Не понимаю, зачем я жду её. Записка смешная, но ведь это не значит, что нужно ждать её автора. Может, я устал от тишины. От серых дней, которые сливались в один бесконечный. От работы, от дома, от себя. Хотя я всё это заслужил. По крайней мере, я так решил для себя давно. А вот Саша... Саша всегда улыбается, смеётся, будто в её жизни не происходит ничего плохого.

С Сашей я познакомился в начале второго курса, как, в принципе, и с остальными ребятами. В первый день было непривычно. Особенно после заочного обучения длиной в год. Везде люди, шум, а в столовой не протолкнуться. Это тебе не кухня дома. На первой паре в тот день я сел рядом с Сашей. Большую часть мы просидели тихо, как будто находимся в метре друг от друга, а не совсем рядом. Помню, как она осторожно и несмело потянула меня за край толстовки. Я повернул голову, а она ярко улыбнулась. Как лучик, пробившийся через пасмурные тучи.

— Будешь? — она протянула мне миниатюрную ладошку, на которой лежала конфетка. До сих пор помню, что она была с малиной.

Потом, через какое-то время, случилась ситуация в столовой, где я, слава Богу, её поймал. Конечно, не обошлось без жертв. Я имею в виду её блузку и мою серую футболку с любимой группой. Хорошо, что перед обедом я снял с себя толстовку, а то так бы и ходил с салатом и чаем. Весь оставшийся день Саша ходила в моей спортивной футболке, что была ей почти до колен. В тот день пришлось посидеть на лавочке во время физры, но выглядела Саша в футболке мило. Было в тот день много извинений, Кентская даже мои соцсети где-то откапала, написав туда сообщение с извинениями. По ощущению, там было страниц пять точно.

Но моё знакомство с Сашей Кентской на этом не закончилось. Чем больше времени я проводил в университете, тем всё больше я спасал её от падений. До сих пор не понимаю, как можно быть такой неуклюжей? И не понимаю, почему всегда, когда она падает, я оказываюсь рядом? Хотя в какие-то моменты меня это успокаивает. Ведь если бы меня не было рядом в те моменты, то Саша, скорее всего, ходила бы вся в синяках. Это в лучшем случае...

Наши отношения с Сашей хорошие, несмотря на череду её падений. Я не искал друзей и держался ото всех на расстоянии. Есть те, кто это понял и просто хорошо ко мне относятся, а есть те, кто любит пускать слухи и посмеивается при виде меня. Но я не держу на них зла, пусть делают что хотят. А есть Саша: мы часто взаимодействуем и неосознанно находимся всегда неподалёку. Нас нельзя назвать друзьями, возможно, мы бы стали ими, но я не хочу, не готов.

По коридору эхом разносится звук щелчка. Дверь открылась. Интересно, о чём она хочет поговорить? Надеюсь, она не будет извиняться за все свои падения в этом году. Не представляю, как она спасалась от падений в первый год обучения...

POV Саша

Выхожу последней из кабинета, надеясь, что Рома ждёт меня за дверью. Но его нет. Неужели ушёл? В расстроенных чувствах вздыхаю и иду по коридору. Может, это знак? Да и он вряд ли согласился бы. Подхожу к небольшому закутку, за которым выход к лифтам. Смотрю под ноги, размышляя всё ещё над правильностью своих решений. Мы же не друзья даже. Зачем ему меня ждать? Наверное, сейчас сидит дома и пьёт чай с баранками. Подхожу к лифту с поникшей головой. Хотя я должна радоваться, сдала же! Почему мне только пришла мысль предложить Роме...

— Саш! — слышится голос за спиной. От неожиданности я чуть не подпрыгиваю.

Нажимаю на кнопку вызова лифта и поворачиваюсь. За спиной, рядом, стоит Ромка. Неужели он всё-таки ждал меня?

— Ром! — со всей нежностью говорю я. Все плохие мысли улетучиваются в моменте. Я так рада, что он подождал меня.

В этот момент двери лифта открываются. Беру Рому за запястье и тяну за собой в кабину. Нажимаю на нужный этаж, всё ещё не отпуская запястье Ромы. Кабинка двигается и... Не знаю почему, то ли из-за стресса на экзамене, то ли из-за радости, что он здесь, не ушёл, я задаю самый странный вопрос для нас двоих.

— Ром, можно тебя обнять? — повернувшись к Дымову, говорю я.

Молчание. Сердце колотится как сумасшедшее. Да что сегодня со мной? Может, Аня за ногу вчера покусала в отместку? Мы почти доезжаем до первого этажа. Молчание чуть ли не дымится в кабинке. А внимательный взгляд парня не сползает с меня с момента, как закрылись двери. Если он не ответит и двери откроются на первом этаже, то, выйдя из лифта, дальнейший ответ насчёт этого вопроса я не приму. Сделаю вид, что этого не было. Энергия и эмоции спадают, сердце успокаивается. Рука медленно отпускает запястье. Поворачиваюсь к двери, но всё ещё чувствую взгляд Ромы. Дзынь! Двери открываются, хочу сделать шаг, но не выходит. Рука парня ложится мне на живот, а вторая нажимает на самый верхний этаж корпуса. Что он делает?

Сердце заново начинает прыгать, словно на маленьком батуте. Снова поворачиваюсь к парню, аккуратно заглядывая ему в глаза. На лице появляется небольшая улыбка, он отводит взгляд, разводя руки немного в стороны.

— Можно, — немного тихо отвечает Рома, смотря снова мне в глаза. Это правда? Неужели на моё спонтанное и необдуманное решение согласились?

Делаю шаг вперёд. Кабинка маленькая, поэтому расстояние между нами мгновенно сокращается. Ноги легки, наверное, из-за того, что мы ещё не приехали наверх. Поднимаю руки и обнимаю Рому, кладя голову ему на грудь. Слышу удары его сердца. Видимо, его решение было ещё более спонтанным, чем моё. Парень же медленно поднимает руки и обнимает меня за плечи. Для Ромы это по любому стресс покруче моих расспросов в коридоре. Надеюсь, после этого он захочет говорить, а не пожелает о своём решении подождать меня.

POV Рома

Я думал, мои странные действия закончились, но, видимо, нет. Не знаю, как объяснить то, что происходит сейчас. Когда Саша задала вопрос, я впал в ступор. Ещё никто так открыто и прямо не заявлял мне о своих намерениях вопросами. Очнулся только тогда, когда она отпустила моё запястье и собиралась выйти из лифта. Зачем я её остановил? Не знаю. Рука сама потянулась и преградила путь ей. Это действие не для того, чтобы не обидеть Сашу. И уж точно не для чего-то большего. Оно просто есть. А может, и я этого хотел? Для чего? Сейчас ответов я найти не могу, мы просто здесь, в объятиях друг друга. Сердце подпрыгивает, последний раз меня обнимала только сестра и не в самый приятный момент жизни. Слегка опускаю голову, почти касаясь носом её волос. Цветочно-ягодный запах ударяет в нос. Интересно, это духи или шампунь? Хотя какая разница, запах потрясающий. На мгновение закрываю глаза, и всё, что я сейчас чувствую, — это тёплые объятия и сладкий запах.

Лифт останавливается. Саша как будто отпрыгивает от меня и смотрит на раскрывающиеся двери.

— Спокойно, в это время на восьмом никого нет. — А? Правда? — прижимаясь к стенке кабины, говорит Саша, нервно посмеиваясь.

Она выходит первой, а я за ней. Даже со спины видно её смущение. Видимо, это было не в её планах. Мы подходим к большому окну. Саша смотрит в него, как будто что-то высматривает, а я сажусь на подоконник.

— Так, о чём ты хотела поговорить?

Александра глубоко вздыхает и выдыхает, сжимая губы. Взяв себя в руки, она поворачивается ко мне.

— Ром, мы же друзья? — задаёт вопрос Кентская.

Глаз не отводит, значит, она это на серьёзе спрашивает.

— Саш, мне нравится общаться с тобой, иногда. Но ты, наверно, знаешь, что мне не нужны друзья, как и дружба, — отводя глаза в сторону, я складываю руки на груди, принимая закрытую позу.

Отчасти это правда, но если мне никто не нужен, то меня бы не было бы тут.

— Знаю. Тогда... Какую роль я занимаю в твоей жизни? — не сдаётся Александра.

Поворачиваю голову и смотрю в окно. Это сложный вопрос. Кем я её считаю? Мы не друзья, не пара и уж точно не родственники. Одногруппники — и всё? Звучит так, как будто она никто, но это не так.

— Не знаю, как тебя назвать, но ты определённо играешь важную роль в моей жизни, — отвечаю я, возвращая взгляд обратно к Саше.

На серьёзном лице девушки появляется лёгкая улыбка, а твёрдый взгляд смягчается.

— Это хорошо. Тогда как ты смотришь на поездки? — подходя ближе, говорит Кентская.

Она определённо не боится смотреть в глаза. Ни разу за все наши разговоры она не отвела взгляд. Это радует, но одновременно, чем дольше Саша смотрит мне в глаза, тем страннее я себя чувствую.

— Положительно. — Может... Тогда... Ну, — девушка заминается и отводит взгляд, но также быстро его возвращает. — Короче, поехали со мной на море! — топнув ногой, говорит наконец-то она.

Видимо, сегодня весь день будет пропитан удивлениями. Я, Саша и море. Интересное сочетание, однако. На лето у меня особо не было планов, кроме очередной однообразной работы. Предложение заманчивое, да и компания не душная. Сразу всплывают картинки из лифта. Очень не душная.

— У тебя нет никого, с кем ты могла бы поехать? — Нет, — грустно говорит Александра, опуская глаза в пол.

Одну её отпускать точно нельзя. Хоть она и взрослый человек, но всё же. И с каких пор во мне проснулась доброта?

— А почему я? Ведь есть много других людей. — Ну, понимаешь. Я больше никого так близко не знаю, а по твоим поступкам можно понять, что вреда ты мне не желаешь. Плюс ко всему, эта поездка должна принести счастье в жизнь, а тебе его не хватает. — Интересное заключение.

Повисает тишина. Мы оба ждём ответа. Мысли бегают у нас обоих. Не пожалею ли я о своём решении? Краем глаза смотрю на девушку, сидящую рядом со мной.

Она почти как кукла. Светлые волосы рассыпаны по плечам, бледноватая кожа, а голубые глаза с каждым разом всё больше вытаскивают из меня то, что я прячу, и, как ни странно, мне это нравится.

Кентская так легко говорит о счастье. Но она права, мне его не хватает, а её задумка уж слишком сильно завлекает, манит как красивый кусок торта на витрине. Убежать куда-то далеко звучит неплохо. Даже если я убегаю от себя.

— Я соглашусь после того, как мы всё обговорим, — произношу я долгожданный ответ, уже зная, что после всех разговоров я всё равно скажу «да».

Мне надоело бояться. Надоело притворяться, что меня устраивает одиночество. Она подарила мне шанс что-то изменить. И если я сейчас откажусь, то буду жалеть об этом до конца лета. А может, и дольше. Вдобавок уж слишком мне интересно, что будет. Слишком интересно, кто такая Саша Кентская.

Стоило мне только огласить неоднозначный ответ, как Саша подпрыгивает и обнимает меня за шею. Не ожидал, что реакция будет такой. Поднимаю руки и обнимаю её в ответ. Что-то мне подсказывает, что мы будем ещё много раз обниматься.

— Спасибо, правда, спасибо, — говорит Саша с истеричным фырканьем. — Ты что, слезу пустила? Я же ещё не дал однозначного ответа. — Мне этого уже достаточно. У меня появилась надежда, а это больше чем ничего.

Она странная, но сейчас, вдыхая цветочно-ягодный аромат её духов и чувствуя, как руки Саши лежат на моей спине, я понимаю: я не вернусь больше в ту жизнь. Я понимаю, как это опасно — подпускать кого-то близко, но с ней почему-то хочется рискнуть.

Глава 3: «Определённо да!»

POV Саша

С Романом мы договорились встретиться через два часа в торговом центре. Как раз куплю недостающие вещи и этот несчастный зелёный чай. Рома был уже там, когда я пришла. Стоял у входа в футболке с очередной рок-группой и серых джинсах, а на правом плече висел потрёпанный рюкзак. Уткнувшись в телефон, казалось, что он совсем ничего не замечает рядом с собой.

— Привет! — радостно подпрыгнув и помахав ладошкой, сказала я.

Рома поднял на меня глаза и слегка улыбнулся.

— Мы уже здоровались сегодня, — пряча телефон в карман, ответил парень. — Много приветствий не бывает.

Рома на мои слова лишь закатил глаза.

— Пошли, а то всё купят, — говорит Рома, показывая на дверь сзади себя. — Вне университета ты более разговорчивый. — Ты права, надо это прекращать, — заходя в крутящиеся двери, усмехается парень. — Эй, нет! Я же пошутила, Ром! — забегая следом, возмущаюсь я. — Я тоже пошутил, — пытаясь сдержать улыбку, отвечает парень. — Ну, ты хотя бы лицо делай не такое серьёзное, когда шутишь. А то я уже поверила, что ты меньше будешь со мной говорить. — Я постараюсь.

При входе в торговый центр стоит небольшой фонтанчик, люди бросают в него монетки и загадывают желания. Помню, как в том году перед Новым годом бросила туда монетку с единственным желанием. К сожалению, оно не сбылось. Что я загадала? Чтобы оба родителя были на празднике. После этого я бросаю здесь монетки только на удачу перед значимыми событиями. Как, например, это. Я же хочу, чтоб Рома поехал со мной. Хоть это и странно — звать с собой малознакомого парня, но может, эта поездка раскроет этого таинственного Рому Дымова?

Я останавливаюсь рядом с фонтанчиком. Рома, не заметив моей резкой остановки, прошёл пару шагов и остановился. Стоя неподалёку, парень с интересом смотрел на то, как я ищу мелочь в кошельке.

— Блин, у меня же её выше крыши было, куда она вся подевалась? — бубня себе под нос, я упорно пыталась найти мелочь.

Блин, нет, может, в магазин сбегать и разменять? Конечно, ничего страшного не случится, если я не брошу монетку. Но вдруг тогда всё пройдёт плохо, и он откажется ехать?

Из не самых приятных мыслей меня вытаскивает голос Ромы.

— Вот, возьми, — парень протягивает мне руку, на которой лежат три монетки.

Господи, да он реально святой! Интересно, если я сейчас посмотрю на него, у него будет нимб над головой?

— Спасибо, — взяв две монетки, сказала я. — А третья? — А ты не будешь загадывать желание? — Зачем? — Ну как зачем? Чтоб твоё желание исполнилось, или же можешь просто на удачу кинуть. Давай, не стесняйся!

Рома подошёл вместе со мной к краю фонтана и, подержав немного в руке два рубля, бросил монету в воду. Я же нашёптывала в ладошку с монетой своё желание. И бросила её с надеждой, что удача сегодня будет на моей стороне.

— Для тебя это было очень важно? — спрашивает Рома, смотря на мою лёгкую улыбку. — Это было так заметно? — Да. Ты нервничала, когда не смогла найти мелочь. — Ну, можно сказать и так. Просто это стало уже ритуалом для меня. Если его не провести перед важным решением или событием, то я начинаю переживать, всё ли пройдёт хорошо. Я знаю, что это выглядит глупо, — слегка посмеиваясь, отвечаю Роме. — Да нет. Многие на удачу кладут пятак под пятку или заходят в аудиторию с левой ноги. Я вот, к примеру, на удачу всегда попрыгунчик покупаю. — Правда? — пытаясь не засмеяться, я прикрываю рукой рот. — Никогда бы не подумала. И сколько их у тебя? — Много. Мы вроде хотели обсудить поездку, — слегка покраснев и отводя взгляд, говорит Рома. — Ой, точно, мы отошли от темы.

Достав из сумки небольшой квадратик — это список вопросов, которые мы должны обсудить. Так же на обратной стороне написаны все вещи, которые мне надо купить. До сих пор удивляюсь, как я умею так складывать. Но сейчас настал его час. Аккуратно разворачиваю хорошо сложенный лист А5 и пробегаюсь по нему глазами. К этому времени мы почти доходим до нашего первого пункта назначения. А точнее, до ряда с чаем в продуктовом отделе.

С какого же вопроса начать? Когда поедем? Что возьмём с собой? Как же тяжело выбрать, надо было пронумеровать, что за чем идёт.

— Подожди, — слышится голос Ромы сзади, а следом на моё плечо ложится его ладонь. — А? Что такое? — ничего не понимая, спрашиваю я, оторвавшись от перечня вопросов. — Ты ряд с чаями прошла, — кивая вбок, отвечает парень. — Прости, задумалась. А откуда ты знаешь, что мне нужен чай? — слегка прищурившись, спрашиваю я. — Когда мы спускались по лестнице на первый этаж, ты бубнила что-то, и была фраза «О, чай, точно!», — пытаясь изобразить меня, говорит писклявым голосом парень.

Посмеявшись над его пародией и пройдя назад два ряда, я внимательно начала изучать ассортимент. Конечно же, это всё сопровождалось моими удивлениями и вскриками по типу: «Чай с розой!», «Ааа, такой я давно хотела!» и тому подобное. По лицу Ромы было видно, что он всеми силами пытается сдержать смех. Особенно когда я начинала читать вслух перечень трав.

И вот, сидя на корточках в окружении кандидатов, я всё-таки решаюсь задать первый вопрос.

— Как бы ты хотел поехать на море? — Машины у меня нет, остаётся только поезд. — Ну, я хотела поехать автостопом. Понимаешь, последние два года я не чувствую себя счастливой. А счастье — это не всегда легко и просто, — выбрав две коробки, я начала возвращать на место остальных кандидатов. — Поэтому решила: почему бы не отправиться автостопом на поиски счастья? — Почему ты решила, что я не счастлив? — задаёт мне вопрос Роман. — Ну, хоть ты и отказываешься от близких связей, таких как отношения и дружба, если бы тебя это полностью устраивало, то ты не ходил бы всегда такой грустный, и от тебя не веяло бы одиночеством. — М-м-м, хорошо.

Видимо, он пока не готов излить мне душу и рассказать что-то о своей жизни. Оно и понятно, это же я вытащила его из зоны комфорта. Особенно там, в лифте. Надо будет поговорить насчёт этого после похода. Не в первый раз у меня случается прилив спонтанности. Когда сначала делаешь, а потом думаешь. Обычно под эти приливы попадает Анька. Так однажды мы поехали почти на край города, ведь там было кафе с грузинской кухней. И не просто кафе, а самое вкусное! А так как Аня ни разу не пробовала чакапули, то тем более надо было ехать!

Кивнув в ответ, мы молча пошли к кассе и почти всё время молчали. Но после оплаты своих чудо-трав Роман согласился с моим предложением. Ес-с, с первым вопросом справились удачно, пора приступать к остальным!

Наши дальнейшие покупки будут происходить на втором этаже, поэтому, пока мы поднимались по эскалатору, я решила забросить мелкими вопросами Ромку. На всё он кивал. Меня это радует. Это всё сила монетки!

Заходя в отдел с одеждой, начинаю рассматривать юбки и шорты. Именно их в гардеробе не хватает. Рома же в этот момент рассматривает обстановку вокруг. Яркие стены, расписанные различными надписями, разноцветных манекенов и рамки от картин, которые висели через две прямо.

— Ром, а у тебя нет вопросов по поводу поездки? — спрашиваю я, зарывшись в одежду в поисках своего размера. — Не так много, как может показаться, — оторвавшись от манекена в конце магазинчика, отвечает парень. — Какие? — оторвав взгляд от вещей, я смотрела прямо на Рому. Интересно, его не смущает то, что я почти всегда смотрю ему в глаза? — Сколько мы пробудем в Лазаревском? — Ну, думаю, неделю. Как тебе будет удобно? — Недели более чем достаточно, — увидев, как я серьёзно киваю, он продолжил: — Как мы будем обратно возвращаться? — На поезде, так будет намного удобней, да и вернёмся быстрее. О, нашла! — откопав свой размер, я улыбнулась. Теперь можно было посмотреть платья.

Подойдя к месту, где они висели, парень продолжил задавать вопросы.

— Как будем всё оплачивать? — Разберёмся на месте, но такие вещи, как, к примеру, еда и комнаты, можно будет оплачивать по очереди, или же я, к примеру, еду, а ты комнаты. — Ещё мне нужен твой номер телефона. — Что!? — Рома спрашивает мой телефон? Зачем? Почему? Батюшки, ещё никто не спрашивал мой номер телефона, а тем более парень. От неожиданности я дёрнула понравившееся платье, висевшее высоко, и оно упало мне на голову. Попятившись назад, я чуть не упала. Рома не позволил этому случиться. Развернув меня к себе, он снял платье и протянул его мне. Вот только сейчас я не думала об одежде. Мои щёки пылали, а сердце чаще билось. Я смотрела на Рому так, будто впервые увидела. Вместе с платьем парень снял с меня ещё и туманность. Он ужасно красивый. Почему я не заметила этого раньше? Темно-русые волосы, то ли светло-серые, то ли светло-голубые глаза, пухлые губы и нос с небольшой горбинкой. Всё сочетается лучше некуда! Блин, я уже завидую его будущей девушке.

— Саша, всё хорошо? — вопросительно смотря на меня, спрашивает парень. — Да, да, всё хорошо, — посмеиваясь и взяв платье, я пошла на кассу, боясь обернуться.

Как я могла заглядеться на Ромку? Я, конечно, и раньше любила смотреть на красивых людей, кто не любит. Но не Ромой же мне любоваться. Мы с ним просто... Просто товарищи, вот и всё. Вдобавок ему не нужна дружба и отношения. От этой мысли стало как-то... Печально?

Выходя из магазина со всеми покупками и обсудив почти все вопросы, я предложила выпить по лимонаду и съесть по мороженому. Мои уши всё ещё горели, мне нужно было охладиться. Да и Роме не помешало бы снизить градус привлекательности.

POV Рома

Купив мороженое и лимонад в магазине, который нахваливала Александра, мы пошли на набережную. Девушка практически всю дорогу говорила, какой прекрасный вид открывается с неё на Волгу. Я не хуже Саши знал, как хороша река в вечернем свете. Раньше мы с сестрой часто ездили в город только за тем, чтоб полюбоваться Волгой в предзакатных лучах. Подходя к набережной, я всё-таки решил ещё раз спросить насчёт номера телефона.

— Так ты дашь мне свой номер или тебе достаточно моих соцсетей для слёзных посланий?

Саша повернула голову и хмуро посмотрела на меня. Мои шутки её явно не веселят. Но вот красные щёки всё равно хорошо видны. Мне стало любопытно: неужели она всегда так легко краснеет? Или это только со мной? От этой мысли я вздрогнул и тут же отогнал её. Нельзя думать так.

Отвернувшись и сложив руки на груди, она чётко, с ноткой недовольства сказала: «Записывай!». Мне стоило больших усилий не засмеяться в этот момент. Она была похожа на недовольную кошку, водившую хвостом из стороны в сторону.

Мило.

Чем больше я общаюсь с Кентской, тем больше удивляюсь. Как можно так открыто показывать свои эмоции и чувства? А самое главное — как у неё получается так легко их показывать всем? Для меня это что-то удивительное и странное. Это первое, что я узнал о Саше при знакомстве. Она странная и совсем не боится, что кто-то так подумает, не боится быть открытой для всех.

— Мы пришли, ура! — будто пропев, девушка быстро спустилась по ступенькам на причал. Там она поставила лимонады и села на последнюю ступеньку. Честно, в этот момент у меня чуть сердце не остановилось. Видя, как Саша чуть ли не прыгает по этим ступеням, я молился. Это второе, что я узнал о Кентской. В комплекте с её открытостью и странностью шла неуклюжесть. Даже не комплектом, а как родная сестра. Да ещё какая. Вздохнув с облегчением, я достал два мороженых: одно с печеньем «орео», другое с карамелью и орешками. А рядом с нами поставил небольшую бутылку лимонада. После чего протянул девушке почти пустой рюкзак.

— Сядь на него. Нехорошо будет простудиться перед поездкой. — Мы не успели открыть мороженое, а ты уже даёшь согласие? — с лёгким смешком отвечает Кентская. — Да. — Серьёзно!? — подскочив с места, Саша удивлённо смотрела на меня, открыв рот. Её удивление прервал падающий лимонад, который она зацепила ногой. — Ой, ой, ой, — девушка кинулась за бутылкой, пока та не успела упасть в воду. — Ты не шутишь? — поймав лимонад прямо у воды, Кентская смотрела на меня всё ещё с удивлением. — Не шучу.

После этих слов последовали прыжки, визжание, махание руками и крепкие объятия. Привыкнуть к её неожиданным прикосновениям было тяжело, но когда она обнимает меня, когда я чувствую тепло её кожи, мне не хочется, чтобы она отпускала. Это странно. И страшно. Потому что если я позволю себе привыкнуть к этому теплу, то потом будет больно, когда оно исчезнет. Объятия с Сашей особенны, как и она сама.

Кентская обнимала меня за шею, стоя на носочках. В этот раз я позволю себе немного более открытый жест. Я решил обнять её за талию и, кажется, девушку это ничуть не смутило, а вот у меня на мгновение защемило сердце. Хотелось прижать её крепче, притянуть ближе, но нельзя. После этого жеста внутри всё кричало, что это ошибка. Но руки не слушались, они остались на её талии.

Вдруг Кентская уперлась в мои плечи и на прямых руках сказала столь обычное слово, уже заезженное, но...

— Спасибо! — на лице Саши была столь яркая и искренняя улыбка, что каждая буква в слове засияла как бенгальские огни мрачной и холодной зимой. А глаза... Блестят как звёзды, они такие же блестящие, далёкие. И на удивление это расстояние хочется сократить.

POV Саша

— Слу-у-ушай, Ром, — мои щёки слегка покраснели. — Да? — Я хотела извиниться за случай в лифте. Это было не специально, клянусь. Просто у меня бывают импульсивные решения, особенно когда я очень рада, так что... — Всё нормально, — Рома не дал закончить мне слезную тираду. — Не принимай это близко к сердцу.

Хоть Дымов выразился равнодушно, я видела его отведённый в сторону взгляд и чувствовала, как напряглись его руки. Может, ему за это неловко?

Я лишь кивнула и села рядом с парнем на его рюкзак. Хотя мне очень не хотелось, чтобы эти тёплые руки меня отпускали. Мы ели мороженое. Пару раз я даже попробовала мороженое Ромы. Оно было таким же, как и он. С виду мрачным, а внутри добрым. Когда мороженое было съедено, а лимонады наполовину выпиты, Роман проводил меня до общежития. Даже на прощание помахал! Сам парень же пошёл на трамвайную остановку. Поднимаясь по ступенькам на свой этаж, я нащупала в кармане монетку. Достав её, я невольно улыбнулась и положила в кошелёк за прозрачную плёнку. Сохраню её на удачу, ведь это первая вещь, которую мне практически подарил таинственный Рома Дымов.