Авторитет Джокера

Вводные

За основу взят старый добрый канон + адекватное продолжение в комиксах про Бэтмена и Лигу Справедливости. Без Юных Титанов и современных Харли. Если в будущем что-то подобное и появится, то будет брать за основу старые зарисовки вселенной.

Действия истории происходят в ранний период зарождения геройства. Ключевые персонажи ДС ещё плохо знакомы или не знают от друг друге.

Ключевые персонажи:

Джокер (Артур Шапочкин)

Главный герой и по совместительству невольный Суперзлодей.

Заклятый враг Бэтмена.

После неудачной карьеры Артур разочаровался в людях и решил отвлечься от неприятных мыслей за чтением комиксов по ДС, но судьба сыграла с ним злую шутку. Не дойдя да дома Артур Шапочкин ...*спойлер*..., в следующее мгновение обнаружив себя в теле Джокера во время происходящего преступления.

О таинственном психопате под кличкой Джокер практически ничего неизвестно. Даже Бэтмен не нашел ответы на вопрос кто такой Джокер. Преступник, чье прозвище в буквальном смысле означает карту, способную стать чем угодно.

Харли: Почему ты его просто не пристрелишь? Джокер: Просто пристрелить? Пойми, милая, смерть Бэтмена должна стать шедевром! Триумфом моего несравненного комического гения над его смешной маской и приспособлениями!

Доктор Харлин Фрэнсис Квинезль (Харли Квин)

(картинка в фантазиях Харли)

Суперзлодейка.

Заклятый враг Бэтмена.

Правая рука Джокера и преступная "актриса". Поддерживает приятельские отношения с Ядовитым плющом и, в будущем, Селиной Кайл.

Харлин Квинзел была прирождённой гимнасткой и, заработав спортивную стипендию, поступила в университет. Её интересовал престижный диплом психиатра, но напрягаться в учёбе она не собиралась — вместо этого девушка соблазнила преподавателя, по чьим предметам не успевала. Харли планировала стать популярным психологом с собственной серией книг и пошла работать в психиатрическую лечебницу Аркхэм, чтобы заработать себе имя на самых сложных случаях с маньяками-убийцами. После трёх месяцев уговоров руководство позволило ей проводить сеансы с Джокером, который влюбил её в себя. В следствие чего Харли помогла злодею сбежать, а когда руководство больницы узнало об этом — Квинн вскоре сама оказывается в клинике, но уже как пациентка.

Брюс Уэйн (Бэтмен)

(У Дика Грейсона и Бэтмена одна картинка на двоих)

Супергерой.

Один из основателей Лиги справедливости (в будущем).

Будучи ребенком Брюс Уэйн потерял родителей в результате нападения грабителя Джо Чила. Это трагическое событие послужило причиной рождения Бэтмена, объявившего войну всему преступному миру. Слухи о таинственном Человек-Летучей мыши постепенно превратили в мрачную Легенду, нависшую над Готем-сити.

Главная и неоспоримая преграда Джокера на пути к воплощению Грандиозных безумств.

По сравнению со своей будущей версией Брюс ещё молод и не знает о множественных угрозах за пределами родного города. Сейчас его основные противники это заклятые враги: Джокер, Ядовитый Плющ, Пугалом, и многие другие.

Вскоре о существовании Бэтмена прознают за пределами Готема, что станет причиной интереса Лиги Справедливости и самого Супермена. Так откроется новая ветвь в истории одного из самых известных героев ДС.

Дик Грейсон (Найтвинг)

Супергерой.

Дик Грейсон был единственным сыном Летучих Грейсонов, семейной пары, работающей профессиональными акробатами. Когда Дику было десять его родители погибли на глазах у толпы во время исполнения своего коронного номера без страховки. Как оказалось позже, им подпилил трапецию гангстер Босс Зукко, так как хозяин отказался выплачивать долги.

Осиротев, юный Дик встретился с Брюсом Уэйном. Увидев в мальчике самого себя, потерявшего когда-то родителей, Брюс Уэйн взял юного акробата под опеку и, по воле судьбы, мальчик узнал что тот на самом деле был Бэтменом. В дальнейшем Уэйн воспитал юного Грейсона как своего напарника в качестве Робина.

С годами Дик Грейсон возмужал и передал свой пост Робина новому ученику Бэтмена — Джейсону Тодду, а сам стал Найтвингом (Ночным Крылом), гордо рассекающим ночные улицы Готема уже сам по себе или, иногда, в компании старого наставника.

Со слов Бэтмена, Дик Грейсон единственный человек, за исключением людей с суперсилами, который способен дать ему достойный отпор в бою.

Кал`Эл (имя с Криптона), Кларк Кент (имя на Земле), Супермен (героическое прозвище)

Супергерой.

Один из основателей Лиги справедливости.

Будучи ребенком покинул родную планету Криптон и приземлился на планете Земля. В новом мире Кал`Эла нашла замужняя пара фермеров Джонатан и Марта Кенты, которые вследствие усыновили мальчика и дали ему имя Кларк Кент.

С возрастом мальчик вырос и понял, что обладает невероятными суперспособностями, ставящими его на совершенно иной уровень по сравнению с сильнейшими героями Земли. Вскоре был признан сильнейшим человеком в мире.

Кларк примерно одного возраста с Бэтменом, более молодой, самоуверенный и целеустремленный, чем своя более зрелая и разумная версия. Работает в Дейли Пленет. Ещё не встретился с Лоис Лейн и находится в статусе одиночки. Именно он начал собирать всех героев вместе, что послужило причиной создания Лиги Справедливости, организации, которая не раз спасет мир.

Диана Принс (Чудо-Женщина)

Супергерой.

Одна из основателей Лиги Справедливости.

Амазонка, полу-богиня и дочь самого Зевса (сама об этом ещё не знает), недавно покинувшая родной дом, Райский Остров (Темискиру), чтобы исполнить свой долг в мире людей. Пусть она и знакома с мужчинами не первый год, но до сих пор испытывает некую неловкость в их обществе.

Диана Принс встретила Кларка и протянула ему руку помощи в создании Лиги Справедливости ещё на первых порах и была одной из первых, кто поверил в его грандиозную задумку. На текущий момент Диана правая рука и верная подруга Супермена. О Бэтмене ещё знает поверхностно, как и об остальной части геройского и суперзлодейского сообществ.

И хотя кажется, что эта женщина идеальна во всем, встреча с героями станет для Дианы новым вызовом и приоткроет новый взгляд на бескрайний мир Супергероики.

Памела Лилиан Айсли (Ядовитый плющ)

Суперзлодей.

Заклятый враг Бэтмена.

Доктор Памела Лилиан Айсли выросла в Сиэтле. Будучи дочерью богатых родителей, часто не разделяла их взгляды, что привело к взаимной ненависти.

В колледже Лилиан изучала ботанику и токсикологию и была очень перспективной, но наивной студенткой. Познакомившись с профессором Джейсоном Вудроу, который ей понравился, она стала втянута в сомнительный эксперимент, который по словам самой Памелы был мучителен.

Дважды она чуть не погибла, и в конечном счете пролежала в больнице в течение шести месяцев, пока Вудроу преследовали власти. Но физиология Айслин так и осталась измененной. Токсины в её крови сделали её прикосновение смертельным, а также даровали ей иммунитет ко всем ядам, вирусам, бактериям и грибкам. Кроме того Памела получила возможность производить специальные феромоны, которые можно использовать чтобы соблазнять людей или заставлять их исполнять её приказы.

К сожалению, результаты этих экспериментов оставили Памелу бесплодной, из-за чего, в дальнейшем, она стала относиться к растениям, как к своим детям.

Взбешённая предательством любимого человека, Памела Айсли начала страдать насильственными перепадами настроения. Затем Памела покинула Сиэтл, чтобы в конце концов осесть в Готэм-Сити и стать преступницей.

И многие другие...

***

Вступление

- Каждый раз, когда вы думаете, что все понимаете, пожалуйста, сверьтесь с планом. (с) Неизвестный безумный советчик.

Глава первая...

- Нет, я серьезно! - в панике, он, кажется, пытается донести до вас какую-то важную мысль, - чтобы вы не делали, не отходите от плана. Не доверяйте тому, что видите, иначе вас обманут! Это все ловушка Джо...! - неизвестный голос, к сожалению, внезапно пропадает на фоне помех, так и не донеся свою мысль. Несмотря на легкие подозрения, вам кажется это не столь важным, ведь вы достаточно уверены в себе и готовы ко всему.

... И история наконец начинается.

Артур Шапочкин сидел за компьютером и клацал по клавиатуре, в надежде найти хоть один интересный сериал или мультсериал по Бэтмену.

Так уж вышло, что на него набросилась сильная ностальгия по былым временам, когда он с радостью наворачивал произведения вселенной ДС.

Не то чтобы в них было что-то особенное. Далеко нет. Просто в отличие от Марвела там как будто было побольше логики, и больше драматизма, который он иногда любил, потому что был отпетым оптимистом.

Так уж сложилось, что когда всю жизнь пытаешься бороться с негативными мыслями и смотришь на все через призму розовых очков – иногда устаешь от вечной «сладости» и хочется посмаковать горечи.

Мрачная вселенная ДС идеально подходила чтобы развлечь уставший от скучной реальности мозг оптимиста. В комиксах в меру обитала мрачность и размеренный пафос, которых так не хватало в серой повседневности, и особенно на работе.

А работа у него была не самая приятная. Артур занимался проталкиванием товара по телефону, чтобы наварить бабла.

«Наша компания предлагает лучший регламент работы и бонусные программы партнерам», – расслабленно откинувшись на стуле, заученно рассказывал Артур Шапочкин, параллель проверяя какой комикс можно заказать сегодня вечером.

Артур видел в своем ремесле лишь способ заработка. Да, местами нечистый, но это только если размышлять о «высокой морали» и «справедливости», которые в мире бизнеса никому не сдались.

А в его деле слова превратились всего лишь в бездушный инструмент.

– С твоими талантами мы будем лучшими, Артур! Ты наша путеводная звезда! – вечно говорил ему Босс, одаривая приторными комплиментами и заманчивыми подарками.

Остальные сотрудники смотрели на их отношения со страдающими завистливыми взглядами, ненавидя Артура как очевидного любимчика.

Однажды кто-то из коллег спросил, «а когда мне подарят крутые ботинки?», вот только ответа не последовало.

Уже будучи новичком, Артур привлек на свою сторону не мало клиентов, пусть и часть из них досталась его коллегам, потому что заявок было слишком много.

Его считали восходящей звездой.

При разговоре с коллегами Артур ощущал себя комфортно и спокойно, но краем мысли всегда замечал, что этот комфорт был результатом их искусного красноречия, а не добрых намерений.

За время работы в различных конторах и при бесчисленном общении с людьми он кое-что понял: людям было плевать на его правду, и на его ложь – все, что их действительно волновало – это то, во что они сами хотели верить.

– Почему ты устал? Ты же так хорошо справляешься, – спрашивал «друг», сидевший напротив.

Артур помассировал висок и залил в горло горячу чашку кофе, чтобы немного развеять тяжкую сонливость. Человек напротив него всегда говорил на «языке выгоды», и потому не понимал людей, видящих проблемы в усталости и скуке, ведь эти понятия никак не связаны с заработком.

К счастью, Артур это тоже понимал и не стал заводить лишнюю полемику, погасив «запал» собеседника ещё в зародыше:

– Прервемся. Мне нужно кое-что сделать.

Прошедший не одну подготовку и кучу тренингов Артур каждый раз относился к любым сложностям спокойно и рассудительно. Но все равно уставал переваривать каждый новый разговор по-новому, как в бесконечной повторяющейся пытке.

Он набирался знаний в области общения, психологии и продаж, улучшал и развивал свою стратегию, но люди… они никогда не менялись.

И смириться с этим было тяжелей всего.

Стоял Ноябрь. Шла зима. Артур Шапочкин вышел из метро и держал в руках один из новеньких выпусков комиксов ДС. В новом выпуске Джокер и Харли Квин собирались устроить ловушку для Бэтмена и наконец-то одолеть его, хотя вся эта битва была сплошной формальностью. Джокер никогда не хотел убивать Бэтмена, его интересовало что-то другое.

Артура тайно привлекала самонадеянность и свобода Джокера на протяжении всего чтения истории, и он невольно задумался.

Шапочкин верил, что люди делились на две основные категории: первая, гниющая как отбросы из-за своих принципов, как правило всякие добрячки и честные люди; вторая, плюющая на людей и идущая по чужим головам, чтобы добиться своих целей.

Артур относил себя к первому типу людей, Джокера ко второму, а Бэтмена… Изредка среди этих двух групп появлялось исключения, способные изменить привычные правила. И этим исключением стал для Артура Бэтмен, соединяющий в себе доблесть героя и жестокость суперзлодея.

Правильные решения на грани фола – все это про Бэтмена. Но как же проще было Джокеру… который не думал о границах дозволенности.

«Вот бы научиться жить как Джокер», – промелькнуло у Артура.

– Осторожно!

Услышав громкий сигнал прямо у уха, Артур обернулся, и яркий свет ослепил ему глаза.

Резкая боль беспощадно ударила в тело и оттолкнула назад, на встречу твердому асфальту. Шероховатая почва уперлась в пальцы, раздирая кожу до крови. С грохотом рухнув на мусорный бак, Артур Шапочкин раз пошевелил губами, пытаясь уцепиться за яркий свет пальцами, и стремительно начал терять силы, даже не узнав напоследок зачем Джокер и Харли готовились к встрече с Бэтменом.

…

…

…

Бз-з-з…

*Шорох и скрежет помех*

«Добро пожаловать в «Авторитет Джокера»

Глава первая

– М-м-м-вах~ – ему казалось, на слух это чмок.

Иногда так бывает. Ты выходишь из приятного сна и оказываешься в мягкой постели. Иногда это кошмар, от которого хочется скорее проснуться.

Так и же оказалось, когда Артур ощутил на своих губах мягкие губы с ароматом цитруса вместо дикой боли по всему телу, когда его…

Сбили насмерть.

И все же вопреки ужасному кошмару в ладони мялась не смятая в кровь плоть, а чья-то тёплая, мягкая, судя по всему, грудь небольшого размера. И создавалось впечатление, что это взаправду.

Артур возбужденно приоткрыл глаза и зацепился взглядом за бледное личико возбужденной девушки у своего носа, за разбитые окна, тусклый свет, высокий потолок, лестницы, прохладный, сыроватый воздух. И вздёрнул носом от внезапной перемены обстановки.

Почти рефлекторно он отскочил назад и начал ощупывать свое тело дрожащими руками, словно от этого зависела его жизнь.

– Я не умер…! Я жив…! – воскликнул он, возбужденно хватая холодный воздух губами.

Шок, растерянность, колючая от нервов кожа. От только пережитой смерти. Он даже не обратил внимание, что находился не один.

Но постепенно радость утихала, а вот происходящее никак не укладывалось в голове.

Раздался шорох чужих шагов, и сладкий запах вновь коснулся нюха Артура.

Взгляд незнакомой девушки настойчиво бегал по нему с подозрительным интересом. Она стояла совсем рядом и вызывала одним своим присутствием легкий жар.

Она носила черно-красный костюм Арлекино. Её лицо покрывал белоснежный грим, и глаза от чего-то излучали глубокий, пронзительный блеск сознательности, как-то не сходящийся с глуповатым выражением лица.

Но хуже всего было то, что Артур не помнил, как оказался так близко к ней. И почему она смотрела так… будто он сочный бифштекс в лапах хищного зверя.

– Что такое, мистер Джей? Я думала ты хотел похвалить меня за хорошую работу… – обидчиво пробубнела она.

– Ты… мы знакомы? – спросил Артур, не узнавая в девушке никого из своих знакомых, но компания была очень приятно. – И, если не сложно, напомни, как мы оказались в этой дыре?

– Знакомы ли мы? О чем ты, Кексик? – приложила пальчик к подчеркнуто черной и соблазнительной нижней губе.

Тело девушки сценически выгнулось в задумчивости, но на лице вдруг возникла хитрая улыбочка.

– О-о-о… – томно протянула девушка, – это такая игра, мистер Джей? Я люблю игры, р-р-р, – шепотом говорила шаловливая Арлекино, подойдя к Артуру и проведя пальчиками по его груди. – Скажите, кем вы будете, мистер Красавчик? Можно с вами поболтать?

«Сложно с женщиной, когда она так возбуждена…», – мельком подумал Артур.

– Слушай, я человек, предпочитающий думать, прежде чем делать, – улыбнулся Артур, пораженный непробиваемой упертостью Арлекино, уже протиснувшей горячую ладонь к его штанам.

Шапочкину показалось, что его разыгрывают, все-таки девушка носила костюм клоуна и вела себя неадекватно, но почему бы не подыграть? Артур решил перестраховаться и неспешно убрал её ручки подальше, сохраняя оба своих достоинства в сохранности.

– Прежде чем мы продолжим, может все-таки успокоишь мою совесть и скажешь, как тебя зо…? – почти договори он, когда Арлекино шагнула на луч света и её утонченные черты лица обвели мрачные тени, а на нежной коже заиграли яркие блики.

Артур замер на месте, наконец разглядев свою собеседницу как следует.

Сомневаться в реальности даже не приходилось: уж слишком Артур доверял своему рассудку и интуиции.

Незнакомая девушка отражала в себе все в точности как в комиксах: хаотичная страсть в глазах, безумный задор в неустанных движениях, и наглая грубоватость в порочном образе клоунессы:

– Боже мой… да ты же Харли Квин.

Забавное примечание от автора:

Harley Quinn – Харли Квин.

Harlequin – Арлекино.

За сим утверждаю, что образ Арлекино для Харли самый каноничный.

Перед ним предстала девушка, от которой Артур фанател будучи ещё мальчишкой. Безбашенная красотка с жестоким чувством юмора.

Распознать в ней натуральную Харли было бы сложно, если бы не несколько очевидно выбивающихся из реальности фактов: она ощущалась чертовски реально… и он оказался здесь как будто переродился.

– О-у, какое правдоподобное удивление. Сегодня Мистер Джей хочет побыть Мистером Скромником…? Меня это так возбуждает… – Харли с кошачьим заигрыванием издала «р-р-ры», обхватила Артура за воротник и, прислонившись в его груди, закинула ножку назад, нежно дыхнув на её губки, на которые жадно засматривалась в томном ожидании. – Так как тебя зовут, Сладкий…? И на что ты готов пойти, чтобы взять меня…? – спросила девушка, оттягивая костюм у шеи двумя пальцами, чтобы обнажить вид на белоснежную, сжатую грудь.

«Она… очевидно думает, что мы действительно играем?», – и даже не знала, как сильно на самом деле испытывала его.

Артур задумался.

Был ли смысл отвечать нет, если он уже оказался в такой ситуации? Глупый вопрос. Конечно, но одна навязчивая мысль все же не давало ему покоя.

Кто он такой, черт подери?

Артур бегло осмотрел себя и заметил, что был довольно худоват и внешне слаб. Модный фиолетовый костюмчик на плечах сидел почти идеально, а волосы прилизаны как у маменького сыночка, но в отражении разбитых стекол выглядели идеально на почти аристократичном вытянутом лице, который покрывал белый грим. Да, он был дрищом, но чертовски красивым и с роковым образом этакого смеющегося дьявола в человеческом обличье.

Черт, да он позавидовал сам себе.

– Я Джокер, – неожиданно объявил Артур, признавая в себе известнейшего суперзлодея ДС.

Он бросил взгляд на Харли, накрыв её мягкие губки пальцем.

– Ммм…? – удивленно промычала Харли.

– Один вопрос, Харли, милая, – сказал спокойный и даже излишне дружелюбный голос, в котором Артур удивленно узнал себя. Харизматично, уверенно, сладко. И тут же понял, что в прошлой жизни отдал бы за этот дар все, – вау… какой тембр и звучание. Превосходно…

Оценить столь невероятную манеру речи мог только Артур, потративший на постановку речи и её развитие пол жизни.

Тут требовался не только опыт, но и не дюжий ум, чтобы собирать слова и нужные интонации в сложные предложение, ласкающие слух.

А вот для Харли удивление Артура казалось очередной игрой.

– Ну да, у тебя… – влюбленно промурлыкала Харли, казалось только сильнее заводясь от его «самовлюблённости»…

– Меня смущает это место, – он раскрыл ладонь в сторону мрачной и разбитой картины завода, на фоне которого они придавались ласкам, – зачем мы здесь? И вон та бомба за твоей спиной тоже сильно смущают меня, – вальяжно указал Артур на скопление динамита, скромно валяющиеся, подобно груде бесполезного хлама, и вновь удивился изысканной, слегка театральной моторике своих движений.

«С такими физическими данными… можно продавать что угодно и дурить людей сотнями!», – восхитился Артур.

Их радостная и милая атмосферка тут же разлетелась в пух и прах:

– Ах…! – с наигранной неловкостью прикрывая рот ладошкой Харли. – Бэтмен… ты планировал устроить ему громкий сюрприз!

***

Мчась на высокой скорости, черный автомобиль произвел резкий поворот на разлетающемся гравии. Шины издали скулящий скрип и замерли на месте, покрываясь язычками дыма. Из открывшихся вверх дверей показался Тёмный силуэт, укатанный в черный плащ.

– Я проверил девять из девяти отмеченных мест. Джокера там нет, – раздался напряженный мужской голос в наушнике.

– Он опять перехитрил нас…! – последовал отчаянный женский голос.

Он остановился у высокого скелета серого здания и, обнаружив вокруг себя группу смеющихся мужчин, раскрыл пальцы сжатого кулака.

– Ещё нет, – сказал Бэтмен.

***

Артур бежал через тёмные коридоры завода, облизывая засохшие губы. Сердце бешено долбило грудь, а дыхалка выдавала последние измученные выхлопы.

Из-за угла что-то вылетело и с грохотом рухнуло на сваленные коробки. Артур развернулся и с широко раскрытыми глазами увидел, как группа из трех высоких парней развалилась на бледном полу, словно их сбил бешеный буйвол. Не сбавляя темпа, он развернулся на скользящих по бетону каблуках и толкнул себя вперед. Вслед свалившимся на пол здоровяком показался рогатый шлем и смазанные, дернувшиеся в тенях глаза. Хищно распахнувшийся плащ захватил коридор тёмными вихрями и победоносно упал на бледный пол, усеянный поверженными врагами.

– У меня нет времени на твои игры, Джокер.

– Мне срочно нужно снизить уровень сложности, – сжато сказал Артур.

Ладонь в черной перчатке что-то выбросила, и со свистом у глаз Артура мелькнула серебристая вспышка, с треском вонзившая в стену.

Шапочкин, не раздумывая бросился в бег, заворачивая за угол и с остервенением шмоная по карман рукой.

Перспектива получить от Бэтмена по роже его не прельщала. И он не был настолько наивен, чтобы начать доказывать свою точку зрения сейчас, когда первым аргументом Тёмного рыцаря будет удар по роже.

А значит придется вертеться.

Обычно Джокера носил с собой пару безделушек, которые помогали ему отвязаться от Бэтмена и выиграть время. Артур не раздумывая принялся искать их, шаря по костюму.

Внезапно палец зацепился за какую-то штучку с кнопкой возле кармана, и тут же вытянул её с приободренной дрожью. Этим чем-то оказалась тикающая кнопка с часиками, которые уже начали отчет.

– Не… хотя ладно! – испуганно выкрикнул Шапочкин, и тут же выбросил безделушку себе за спину.

Б-У-У-УМ.

Хребет в костюмчике обдало горячим воздухом, и Артура болезненно щелкнуло ударной волной по затылку и заднице. Ноги оторвались и подлетели, еле удерживая баланс в парении, и тут же наткнулись на бесчувственный бетон с острой болью.

Коридор накрыл сокрушительный взрыв, и ошметки песка и пыли забарабанили колючим дождем. Окружение накрыла внезапная тишина и сжатый, удушливый осадок.

Пальцы Артура медленно оттолкнулись от пола и провели по вспотевшей щеке. Он устало обернулся на коридор, объятый густым облаком дыма, и прислушался.

Еле заметная вспышка просвистела в воздухе, и заставила его чудом отклониться назад. С лязгом раскрошилась стена возле плеча, и Бэтмен показал себя, вышагивая из облака дыма с хмурящимся взглядом.

– Ну конечно ты не умрешь так легко, – сказал Артур с долей уважения.

Весь завод был старого образца. Его планировка походила на жуткий лабиринт с ловушками. Каждая ступенька трещала от легкого нажима, стены крошились от легких толчков, и ограждения прогибались и падали вниз, разбиваясь при падении о пыльные коробки.

В непрестанном беге Артур оказался на втором этаже, затерявшись среди множественных теней и поворотов, пока не наткнулся на узкий проход. Тот предлагал ему два выхода: налево, в открытую дверь; либо направо, в ещё одну открытую дверь.

Не тратя ни секунды, Артур рванул в левую дверь, руководствуясь принципом «левый – значит дьявола». И как всем известно, дьяволу везет.

За выбранной дверью оказался заброшенный кабинет с рваным диваном, из которого выглядывали пружины, заросший пылью стол и шкаф с оторванными дверями.

Впереди единственный выход: разбитое окно, выдыхающее холодными струями воздуха.

Не обращая внимание на нервную пульсацию в висках и стекающий по телу пот, Артур измученно сглотнул вязкую слюну.

– Хуже дерьма, – прокомментировал он.

Разбитые окна выглядывали на двор со второго этажа, и предлагали нехилый полет в случае прыжка. Но Артур уже не думал; он знал свой следующий шаг наперед. И в этот же время за спиной раздались тяжелые шаги.

– Твоим играм пришел конец, Джокер. Хватит тратить мое время. На кону слишком много жизней. И они не заслуживают умереть по твоей прихоти.

Все было как в фильме: суровое лицо, пафосный плащ, и угрожающий взгляд, от которого яйца сжимались до изюминок.

Тёмный рыцарь излучал ауру, от которой хотелось бежать.

Но Артур сдержал порыв, уперев ладонь в раму разбитого окна, и обернулся к своему «Заклятому врагу» с угрюмой полу-усмешкой:

– Можно всего один вопрос? Если бы я сказал тебе, что я не Джокер, ты бы поверил мне? – прозвучавший вопрос отражал всю плачевность осознаваемого положения, но ни Тёмный Рыцарь, ни даже Артур Шапочкин даже не дрогнули.

Потому что оба знали, насколько бессмысленным этот вопрос был сейчас.

– Никак не уймешься, – с мрачным равнодушием сказал Бэтмен.

– Ситуация, видишь ли, не самая простая.

Бэтмен шагнул вперед, буквально одним рывком вбив Артура в оконную раму. Тело Шапочкина подлетело словно игрушечное, и зависло в стальной хватке не чудовища, но человека.

Дернувшись в болезненном хвате, Шапочкин краем глаза увидел под собой пропастью в два этажа и заледенел.

– Говори, – холодно сказал Тёмный рыцарь, – где детонатор.

Разглядывая свои перспективы в весьма шаткой позиции, Шапочкин сглотнул вязкую слюну и примирительно поднял руку.

– Ладно-ладно… я Джокер, – согласился Артур, чтобы не обострять ситуацию, – но давай обсудим все в дружеской обстановке. Как разумные и адекватные люди… – и губы его дернулись в кривой улыбочке.

… и вот эта улыбка Джокера… она оказалась роковой ошибкой. Со стороны она выглядела дерзкой усмешке, демонстрируемой Преступным гением не раз Тёмному рыцарю в обострившейся ситуации.

Но Артур слишком поздно осознал свой просчет.

Слишком уж сильно репутация безумца и хладнокровного убийцы Джокера закрепилась в преступном мире. И слишком уж мало у Артура оставалось времени на здравые размышления о жизни… знаете ли, когда ты висишь на краю обрыва не очень-то удобно думать.

Ну а дальше…

Бэтмен ну очень неприятно нахмурился, срывая Артура с оконной рамы...

Глава вторая

Стояла тишина, изредка нарушаемая отдаленными разговорами врачей и бурчанием соседних психопатов. Царил запах больничной чистоты и медикаментов. К телу жалась чистая… «тюремная» роба.

– А-а… т-с-с… – шипел Артур, трогая синяк под глазом. – Это же полный идиотизм… почему никто не слушает меня?

– Не забудь выпить свои таблетки, Джокер, – хмыкнула здоровенная медсестра в белом халате, которая тут же развернулась и ушла, оставив его наедине… в своей камере для особо больных и опасных психопатов-преступников.

– Да чтоб вас… я не Джокер.

– Да-да… – равнодушно махнула девушка в белом халате, оставив на его лице угрюмую усмешку.

Бэтмен закинул Артура в эту клоаку для поехавших сразу после того, как выбил из него всю информацию и исполнил свой «долг. После чего Артур сутки отмывал плотный слой грима от лица и приходил в себя, пока его оформляли в психушку.

Камера Артура походила на обычную комнатку примерно три и пять квадратных метра. У стены стояла аккуратная заправленная койка старого образца, тумбочка с личными вещами и туалет для нужд.

Камеру содержания отделяла от коридора не железная сетка, а плотное пуленепробиваемое стекло. Через него открывался вид на изредка проходящий персонал, и других особо опасных преступников-психопатов Аркхэма.

– Легендарная психиатрическая лечебница, хуже не придумаешь, – сказал Артур, вытягивая из-под подушки порно журнал с девушками-клоунами, – и все это мое, какая радость.

Впервые Артур ощутил на себе всю ярость Бэтмена, и понял, что Тёмный Рыцарь был беспощаден к преступникам. Оказаться в качестве бандита при встрече с Бэтменом, словно как попасть под каток.

Ребра и почки болели как не в себя, так ещё и лицо разукрасили синяками и ссадинами.

– Размял меня как отбивную, – издал нервный смешок Артур, и внезапно осознал, что ему реально смешно.

Он ведь не просто попал, а сдох и переродился в самом ДС! Настоящее безумие, не иначе!

Смех буквально лился из него приятной мелодий, и хотелось смеяться и дальше, и дальше, пока… какой-то психопат из соседней камеры не велел ему заткнуться.

Неожиданно для себя Артур хлопнул глазами, злясь на гребанного недоумка, прервавшего грандиозный момент его озарения и трагедии! Все-таки такое происходит далеко не с каждым.

И Шапочкин захотел научить недалекого ублюдка манерам, но… с холодной мыслью стряхнул наваждение и подавил новый приступ нервного смешка.

Все равно ему никто не поверит и говорить не было смысла.

Так вот, он теперь в Аркхеме, в одном из самых знаменитых пристанищ худших злодеев Готема. Одного из самых опасных и мрачных городов всея вселенной ДС.

Как попал сюда непонятно, зачем понял тоже неясно, так ещё и тушка психопата Джокера досталась, у которого была куча врагов и винтили заехали за шарики.

– Ха-ха-ха… за шарики… ох… чёрт, это уже не смешно… ха-ха-ха, хотя нет, немного все-таки смешно, ха-ха-ха, – с полным охреневанием Артур упал на койку и уставился в бледный потолок. – Я в дерьме, – заключил он.

В качестве одежды ему выдали оранжевую робу и через время оставили в покое. Наконец Артур начал ознакамливаться со своим положением.

Действие в его новом мире происходило примерно в промежутке от первых мультиков про Бэтмена девяностых годов. То-есть Готем был не самый современный. Здесь ещё даже не было знаменитой Лиги Справедливости.

Из хорошего вселенная был ещё молодой. Здесь не произошло ничего глобального, и до прибытия инопланетных захватчиков предстояло дожить. А значит речь о Дарксайдах и более страшных злодеях даже не заходила, но… о Джокере, судя по отношению к Артуру, знали практически все.

Артур задумчиво развалился на постели и начал болтать ногой.

Что делать при таких условиях непонятно, но были и хорошие новости:

«Значит… Джокер ещё не сломал Барбаре Гордон позвоночник. Боже, как хорошо. Ещё никого из ключевых персонажей не изуродован. Приятно, как же приятно», – вздохнул Артур, с радостью осознавая, что он не успел взять на себя тяжкие грешки Джокера и не ранил любимых персонажей. – «В каком-то смысле я спас их тем, что появился здесь, так? Мало приятного, но все-равно радует»

Артур гулял по мрачным коридорам психиатрической лечебницы. И чувствовал себя среди вечно что-то бормочущих себе под нос или кривляющихся психов как на посещении цирков уродов, чьей глупостью и психами можно заразиться. Но, к счастью, никто из этих уродов к Артуру не подходил и даже не пытался завести разговор.

Они сторонились его и бросали косые взгляды, шептались, стоило ему только отвернуться. И ему все было интересно, что же они такое обсуждали.

Наступил обед.

На обед давали кашу с овощами и кусочек хлеба. Артур взял ложку в рот и начал оглядываться на сидящих рядом заключенных, в попытке найти известных личностей вселенной ДС, но увы, не нашел.

Существовала вероятность, что сейчас он был единственным из знаменитых преступников Готема, кто отбывал срок в Аркхэме.

«Памелы Айсли здесь нет, а жаль»

– Лесли, Лесли!

– Ну что тебе, Джокер… – ответила бледнокожая девушка с усталым взглядом.

– Не подскажешь где Харли?

– Какая ещё Харли? – выгула бровь Лесли.

– Ну, моя подруга?

– Нету её. И не лезь ко мне, клоун.

– Хм… – провел пыльной стороной кисти по подбородку Артур с легким переживанием за самочувствие симпатичной девушки, – слушай, может это не мое дело, но в последнее время ты излишне потеешь и какая-то бледная, может возьмешь себе отдых?

Услышав его слова, Лесли побледнела ещё сильнее, и обернувшись на «Джокера», показала ему блеснувшие страхом глаза, в которых совсем недавно было немного смелости. Вскоре она скрылась в коридоре.

– Эй! – махнул рукой он ей, растерявшись, – да что не так?!

Психи засуетились, и Артур внезапно ощутил на себя тучу взглядов. Неудовлетворенный жгучей тишиной, он посмотрел на них, но те уже отвернулись.

– Дурдом…, – помассировал висок Шапочкин и рассеянно переключил внимание на мысли о своей Ненаглядной. – Ладно, мне нужно немного абстрагироваться и подумать. Почему Харли не в Аркхэме? Это странно. Неужели Бэтмен упустил её?

Можно было подумать, что Харли предала Джокера и сбежала в одиночку, но Артур слишком хорошо знал канон комиксов и мультиков, чтобы сразу отвергнуть эту глупую мысль. Харли…

«Нет, вообще-то она в одном из мультиков Харли разозлилась на Джокера и бросила его, но…» – внезапно подумал он, и расслабленно вздохнул.

– Что толку об этом думать.

Проходили недели.

Артур сутками лежал на койке, принимал лекарства, и частенько его подташнивало, и мутило. А потом осознав, что таблетки не помогали, а делали только хуже – он стал их складывать под подушкой и скрываться от докторов.

Он читал и раздумывал как ему поступить, отлеживая задницу на единственной койке.

Бывало, Джокер из комиксов проводил в Аркхэме так много времени, что Артуру начинало казаться, будто известный злодей ДС проживал тут пол своей жизни. По крайней мере это объясняло, почему Джокер появлялся в эпизодах Бэтмена не так часто.

В библиотеках лежала до ужаса бессмысленная литература, без насилия, без убийств, без опасных интриг. И все, что оставалось читать Артуру – только детские или около-детские романы без всякой логики.

И в какой-то момент эта рутина буквально начала давить на его мозги.

– Мат… – устало сказал Артур, вздыхая над очередной победой в шахматной партии.

Расстроенный здоровяк с детским личиком и лысой головой жалобно провыл, и Артур раздраженно махнул ему валить.

Победа в Шахматах была одержана почти в сухую, и так происходило раз за разом. И это при условии, что в прошлой жизни Артур никогда не играл в шахматы.

Он даже подумал, что в окружении его находились не психи, а конечные идиоты, не способны даже на простейшую комбинацию.

Он здесь деградировал. Умственно, ментально и физически, не иначе.

Нет, физически ещё ладно, – Джокер никогда не отличался высокой силовой подготовкой. Но вот разум и ум начинали серьезно сбоить на фоне «спокойной» и до жути скучной жизни.

Сначала Артур радовался тому, что Бэтмен больше не тронет его. Уж больно болели синяки, оставленные им.

Он думал, что только выйдет из Лечебницы и неизбежно попадет в какую-нибудь передрягу. Думал, что его быстро вернут обратно в клятый Аркхем.

Но сейчас, склоняясь над перевернутой доской, когда боль от синяков утихла, Артур всерьез задумался покинуть это место.

Он считал себя спокойным и не конфликтным человеком, и потому не видел себя ни как псих Аркхэма, ни тем более как Суперзлодей.

Артур подумывал начать жизнь с чистого листа, закончить с преступной жизнью Джокера и, мысль, конечно, безумная, – завести семью с Харли.

Как будто бы кроме этой немножко двинутой на голову милашки больше никто не захочет заводить семью с психопатом-убийцей? Правильно, никто в здравом уме.

А Артуру всегда хотелось семью. Одного мальчика и девочку, а может трех… но сначала найти хорошую работу и…

«Работу… хорошую…», – Артур задумчиво откинулся на скамейке и тяжело вздохнул, вспоминая кто он есть и в какой вселенной он оказался.

Там, где всегда неспокойно, и там, где он не просто человек, а сам Джокер.

– Ну да… найти психу хорошую работу, расскажи, что по интересней, – прокомментировал он свои наивные мысли.

Из хороших вариантов оставалось только открыть свой бизнес. Может даже незаконный, набрать людей и устроить все как надо. Может, открыть ресторанчик или торговать чем-нибудь? Проверить крипторынок на наличие биткоина и вложиться в него, в надежде резко разбогатеть через парочку лет?

Воодушевленный нелегкими планами, Артур внезапно осознал, что в его голове сложились интересные бизнес-идеи.

Артур бросился к блокноту и начал записывать. Как разбогатеть на разнице стоимости товаров в разных регионах и странах, какие недооцененные товары и ресурсы использовать, каких людей нанять и почему это выгодно.

Все-таки в отстающем от будущего городе даже успешные бизнесмены ещё не знали какие товары и бизнес-идеи выстреливали в будущем.

Он писал, как обезумевший (хотя таким и казался сам себе после пережитого перерождения…).

Идеи рождались одна за другой, и все складывались на удивление ясно и понятно. Нет, они точно сработают!

– Мм… – в какой-то момент Артур остановился и взглянул на свой список.

Сложные бизнес-идеи, которые виделись Артуру в записях, возникли словно из ниоткуда. И сначала они казались ему легкими, но вскоре он осознал, как много усилий нужно для их реализации. Но самое главное; они требовали отсутствующих навыков, например: «Создание и разработка инновационных устройств для домашнего быта».

С одной стороны, вариант стопроцентный. Но с другой… кто, черт возьми, способен разработать инновационное устройство просто так?

– Устройства, да?... – пробурчал Артур, виртуозно поджав губами карандаш.

«Интересно, как я вообще пришел к этой мысли? Надо подумать о чем-то приближенном, а не фантазировать как взволнованный мальчик после просмотра мультиков о супергероях. Я же всего лишь обычный мужик без сверхспособностей»

***

– Ну как, результаты готовы? – спросила главная мед.сестра психиатрической лечебницы Аркхем.

– Да, в основном ничего нового, но есть кое-что интересное. Как тебе? – женщина в белом халате показала результаты исследований мозговой активности Джокера.

– Они изменились?

– Самую малость. Доктор Кэролайн утверждает, что это незначительно и можно не обращать внимания, но я переживаю. Это же Джокер.

– А что с остальными тестами?

– Как обычно. После проведенных психологических и умственных тестов лишь несколько пациентов улучшили свои показатели.

– Хм… – доктор приложила палец к нижней губе, изучая результаты, лежавшие на столе, – пока что оставь Джокера. Это слишком сложный случай и нам нужно подобрать для него особую программу лечения.

– Такого психа как он не исправит даже могила, Стелла. Мы столько раз пробовали, но это бесполезно. Его даже таблетки не берут, – выгнув бровь в легком раздражении, сказала девушка в белом халате, – сейчас он складывает выданные ему препараты под подушкой. Как думаешь, стоит его заставлять пить их, если они все равно не работают?

– План лечения желательно соблюдать даже несмотря на то, что это Джокер, – пальцем поправила очки доктор.

– И все же я удивлена, что такой псих как он имеет айкью свыше ста шестидесяти.

– Он гений, дорогая, – мрачно констатировала Стелла куда-то в пустоту, и её подруга на миг затихла, бросив на свою успешную визави растерянный взгляд, – он обыгрывает всех в шахматы так, словно играет с детьми в песочнице. И боюсь, таких как он на мне понять, – устало прикрыла глаза она, – так что там у нас ещё?

– Ах да… сейчас, – зарылась в документах девушка в белом халате.

Доктор Стелла с интересом провела пальцами по папкам с записями о Джокере, и замерла на перечеркнутом деле. После трагичного случая с печально известной Харли Квин шанс узнать Джокера получше у таких как она исчез навсегда.

В Аркхеме было много интересных для исследования психов. И многие из них, кто бросал вызов Джокеру, обладали высоким уровнем акью. И все же несмотря на расслабленную игру клоуна, все они проигрывали в сухую.

Глава третья

Шла третья неделя. Артур начало казаться, что он был готов предсказать любое поведение и даже следующее слово своих невольных сокамерников, и проклинал их примитивность за чтением унылых книг для детей.

Пару раз Артур так преисполнился, что внезапно увидел прекрасную возможность для побега при дневных прогулках по парку Аркхем, но тут же потряхивал головой, чтобы выбросить нелепые мысли из головы.

У него был предельно ясный и спокойный план по скорому вызволению из психиатрической лечебницы: вести себя как можно адекватнее и выйти из этой тюрьмы как здоровый человек.

Все-таки любой адекватный человек предпочел бы выйти из больницы полностью здоровым.

… казалось бы…

– Как это возможно…? – спросил Артур, сидя напротив напряженного доктора.

– Прощу, успокойся, Джокер…

– Я вполне спокоен, – неожиданно вежливо для Джокера сказал Артур, чем заслужил подозрительно опасливый взгляд Стивена Паттерсона – главного доктора Аркхема. – Но как же так? – криво усмехнулся Шапочкин, стараясь сдерживать нарастающее раздражение.

Неожиданная беда обрушилась как град среди ясного неба. Оказывается, тело Артура вело себя не совсем так, как ему хотелось. По крайней мере так показали результаты исследований и тестов, которые он проходил в Аркхэме.

– Пойми, мы делаем всевозможное, чтобы помочь тебе, но твое состояние крайне непростое.

– Ясно… – сжато выдал он, сложив руки в замок.

В очередной раз завершая шахматную партию с какой-то девушкой-психом, Артур тяжело вздохнул.

– Ещё игру? – спросила она деланным голоском.

– Нет, спасибо. Я, пожалуй, пойду.

Все мысли Артура были заняты одной единственной бедой. И он даже не заметил, как полностью обставил Кларину в шахматной игре.

«Как такое возможно? Я же был абсолютно адекватен. Это подтвердили ещё в военкомате после обследований! Неужели предыдущие отношения с Настей меня настолько погубили?!» – в шутке подумал Артур и закатил глаза.

– Полная шляпа, – прошептал он, в конце выдыхая заедающие нотки смешка. – Нет, мне нужно успокоиться. Точно нужно успокоиться. Думай, просто немного подумай.

Ответ был предельно очевиден. Просто Артур Шапочкин старательно уходил от него: все из-за Джокера, точнее, тела, в которое он попал. Оно было в натуральном виде нездорово, или обладало какими-то особенностями. Все-таки раз за разом видя себя в зеркале Артур всегда подмечал, что его лицо было неестественно бледным, а в глазах присутствовал нездоровый блеск.

И сейчас речь шла даже не о худощавом теле, на котором была видна каждая мышца и ребрышки. И даже не из-за бледности под глазами и странной манере поведения его мимики и этого безумного смеха.

Да, Джокер был отравлен химикатами и походил скорее на этакого вампира, пусть и красавчика, но он был совершенно точно необычен.

Дело было в его образе мышления… нет, в голове.

Как бы Артур не старался обмануть тесты или аппараты, которые «сканировали» его мозг на предмет отклонений – все скрыть не удавалось. Он просто не мог физически… пересилить изменившуюся физиологию Джокера.

«Нет… ты просто не пытался, трусишка», – раздался хлипкий, неприятно улыбчивый голосок в собственной голове, и Артур вздрогнул от холодного пота, прокатившегося по спине.

Буквально мгновенно в его мыслях всплыл практически идеальный, работающий слово швейцарские часы, план.

«Я могу обмануть всех и выбраться отсюда… без труда», – неожиданно пришло озарение. План сложился в голове четко, лаконично и ясно. Казалось, только протяни руку – и все получится.

Но что-то смутило Артура, и он задумчиво облокотился о стену спиной.

«Но почему настоящий Джокер не делал этого…? Почему не использовал этот способ, чтобы спокойно выйти из Аркхэма? Почему вечно сбегал, взрывая стены и калеча людей?»

И очевидный ответ пришел в его голову буквально сразу:

«Потому что Джокеру было скучно и не интересно выходить как здоровый человек. Джокер никогда не притворялся никем другим и не собирался. Джокер есть Джокер, и все тут, – дал ясный ответ Артур сам себе.

При желании Джокер мог сделать много чего. У него хватало и мозгов, и умений, и связей, и деньги для него никогда не были проблемой. Джокер мог легко угрожать даже Лексу Лютору, Бэтмену… да куда там, самому Супермену.

Но желание Джокера были всегда строго ограничены его собственными хотелками, что было свойственно любому выдающемуся гению.

Причем самому Джокеру было плевать гений он или нет, он даже об этом не размышлял. Ему было глубоко плевать кто там тупой, а кто умный. Он не мыслил столь скучными понятиями.

И несмотря на все минусы, Артур Шапочкин считал Джокера гением, да нет, куда уж там – все статьи, и даже сами авторы говорили, что Джокер был гением. Это просто неоспоримый факт.

Если смотреть с другой стороны, Бэтмен в списке Джокера был лучшим «весельчаком». Нет, самым первым. Эталоном среди эталона. Джокер буквально горел Тёмным рыцарем. Был одержим им как сумасшедший.

И все же Джокер ненавидел скуку и презирал угрюмость, когда можно было хорошенько повеселиться.

Выйти из Аркхема пешочком, обдурив дебилов работников? Пфу-у! Скукота!

Покинуть Аркхем под свистопердящие взрывы, разлетающиеся стены, под овации паникующий и испуганных людей, смеясь до потерли пульса? ДА!

Обдумав столь жестокое предположение о Джокере, Артур устало выдохнул и присел на привычную лавочку.

На фоне ярких эмоций своего предшественника спокойный вид в Зале развлечений психиатрической лечебницы Аркхэм казался ему больно умиротворяющим и… все же до смерти скучным.

«Я не могу рисковать и усугублять свое положение», – покачал головой Артур, – «я не Джокер, а Артур Шапочкин. Сын своего отца и матери. Я никогда не буду повторять судьбу Джокера, чего бы мне это не стоило. Пусть я и признанный тестами «псих», но мои мысли под моим контролем»

Артур стойко решил вылечиться и стать нормальным человеком, а потом уже выйти из Аркхема с гордо поднятой головой. Найти Харли Квин, обсудить с ней конец приступных отношений и начать новую жизнь. Затем найти нормальную работу и прожить свою жизнь спокойно.

Артур Шапочкин не обладал ни сверхспособностями, ни сверхразумом. Он был самым обычным человеком. И даже если когда-нибудь в этот мир вторгнется Дарксайд – ему его не остановить.

Да и какой толк играть в героя против этих чудовищ? Чтобы умереть раньше времени? Чушь!

В мире и так хватало сильных героев, с которыми ему никогда не сравниться. Могучий и непобедимый Супермен; обладавший инопланетными технологиями, способными взломать любую технику, Киборг, Самый быстрый в мире человек Флэш; невероятно талантливая и умная Кара Зор Эл, известная как Супергёрл. И это только начальный список.

Артур с умиротворением улыбнулся приятной мысли: в мире ДС и без него хватало защитников. А то что он перестанет злодействовать как Джокер – так это же вообще прекрасно! Столько хороших людей и героев останутся целыми и живыми, например, та же бедняжка Барбара Гордон.

– Решено, план на жизнь определен. Осталось только аккурат…

БУ-У-У-М.

Стена в столовой прогремела раскатистым взрывом. Артур упал на пол, схватившись за голову, пока в звенящих ушах стоял болезненный шум.

На согнутые плечи и оголенную кожу опустилась пыль, от которой в носу зачесался запах бетона. Окружение затихло в томительном ожидании непредвиденного.

Артур выглянул из-под рук и отмахнулся от летящей в глаза пыли. Он уцелел только чудом.

Другим психобольным повезло меньше. Кто-то попал под взрыв и ему разорвало мясо, но судя по вздымающейся груди они выжили. Другим повезло больше, и они испуганно прижимались к стене полностью целые, нервно тряся коленями.

«Весь Зал развлечений разворотило к чертям», – испуганно подумал Артур, спешно вставая ноги. И внезапно заметил, как из облака дыма начал появляться чужой силуэт.

Кто-то больно резко ухватил его за воротник больничной робы и притянул к себе. Влажные губы воткнулись в раскрытый от страха рот, и горячий язычок знакомо и, между прочим, очень умело проник в рот…

Отклонившись от щекотливого поцелуя, девушка в клоунском костюме хитро улыбнулась, выпячивая попку, и приложила раскрытые пальцы к виску в знаке «Мир».

– А вот и Харли, Кексик! Скучал?

– Ещё бы! То-есть, подожди, но что ты здесь забыла, Харли?!

– Как же что? Я пришла за тобой, Пупсик! Ты же сам спланировал этот побег! – весело хихикнула Квинзель, потянув Артура за руку. – А теперь пора валить, пока Бэтси-Бэтси не пришел!

– Подожди, Харли! – Артур потянул девушку к себе, с трудом удержав её руку от того, чтобы не полетел вслед за ней. Она оказалась куда сильнее, чем он полагал...

– Что такое, мистер Джей? – вопросительно хлопнув глазами, вдруг соизволила остановиться Харли.

– Я не хочу сбегать.

– Быстрее! – раздался крик издалека.

Из коридора выбежали мед.братья по два метра ростом. Это были такие мужики, которые заламывали психов и бросали их в кутузку… Увидев их, Артур нервно дернул щекой.

– Это Джокер! Он пытается убежать! – прокричал один из мед.братов.

– Тебе не уйти!

– Я и не пытаюсь сбежать, дурачье! – возмущенно крикнул он, но остановить потасовку, казалось, было невозможно.

Первый из них, с большим носом-картошкой, набросился на Артура с электро-шокером и палкой для битья. Шапочкин с жалостью заметил, что его слова пролетают мимо их ушей. Прежде чем мед.брат достал Артура, Шапочкин как-то на удивление ловко отпрыгнул от удара и успокаивающе вскинул руки.

– Послушай, приятель! Я понимаю, твоя работа не мозгами раскидывать, но погляди: я даже не сопротивляюсь. Я живу в вашей гребанной психушке уже три недели спокойно и никого не трогаю! Разве я похож на психа?

– Чертов клоун…! Хватит вешать нам лапшу на уши! – выкрикнул мед.брат, замахиваясь палкой.

Мед.брата Джейкоба, казалось бы, поколебала убедительная речь Джокера, когда он занес дубинку для удара, но… БУМ. Неясный стук раздался за спиной. Глаза здоровяка начали закатываться, а тело покачиваться, пока вскоре не повалилось бессознательно у ног Артура. Вслед за ним показалась улыбающаяся Харли, которая держала биту на перевес и весело улыбалась.

– С-с-с-страааааааййк!!!

– Харли Квин…! Предупреждаю тебя, прекрати сопротивление, иначе тебе же будет хуже! – крикнул второй мед.брат, пытаясь задеть ловкую Арлекино, но та быстрым сальто назад отпрыгнула от удара и вскоре вырубила второго мед.брата беспощадным ударом биты между ног…

– А-а-а-а… а-а-а…

– Да плевала я на твое будущее, тупица! – весело выкрикнула Харли, брезгливо пиная того между ног в добавку после битвы.

И вот два вырубленных здоровяка лежали у ног охреневающего Артура, чей глаз нервно дергался. Вот он… его идеальный план… прямо в его руках… лежал избитыми мужиками на полу…

Артур тянул свои дрожащие пальцы к избитым мед.братьями, перед которыми хотел объясниться… и в этом момент Харли, строя из себя невинную девочку, подошла к Артуру и мило улыбнулась, перехватив его пальцы в нежной манере влюбленной парочки.

– Ну что, Пуддинг, свидание при побеге? – весело промурлыкала Харлин на фоне визжащей сигнализации.

– Мой прекрасный план рушится на глазах из этих недоумков! – с торжествующий злостью вскинул руки Артур.

– Ну-ну, не расстраивайся ты из-за этих тупиц, Кексик. Тем более пока что все идет точно по-твоему плану, – успокаивающе погладила его по напряженной, жилистой руке Харли.

– … Моему плану? – прошептал Артур, стараясь найти здравыми мысли за пеленой злости и растерянности.

– Верно. Ты – мозги, а я… Колотушка!

Массивный взмах щелкнул в воздухе, и к ногам Артура повалилась новая жертва, позволяя ему с равнодушным любопытством созерцать жестокую шутку, рожденную якобы «его планом».

Как бы Артур не хотел злиться на Харли, от чего-то наблюдая за ней он начал испытывать непередаваемое восхищение и навязчивое чувство испорченной вседозволенности.

***

Некоторые главы, как эта, могут быть чуть короче или длиннее обычных.

Это связано с тем, что некоторые сцены лучше обрывать на логичном и завершающем мысль конце, а не на обрывках посередине повествования. А даже если бы хотел, текст уже написан, и я не буду его мучить и разрывать на уродливые куски. Спасибо за понимание.

Глава четвертая

Бум…

Бум-бум.

Время для шоу, сукины дети, оно уже началось.

Апокалипсис здесь, и я сбрасываю бомбу,

Вам не по силам тягаться со мной,

Я лучше повеселюсь, мне в лом возиться с бонгом

Я оторва, я не хочу идти в постельку.

Вот дер*мо, извините, чуваки, но меня опять занесло.

Аооооуу, все такое смешное вокруг.

Когда я в попу разыгравшаяся и забываю нафиг все тексты,

Типа такая оммм, да кому есть дело?!

Не волнуйся об этом, лучше пошли мне поцелуйчик.

Я люблю опасность, это ведь загадка.

Я Лаки Дакки, достаю все самое офигенное бесплатно.

На мне больше блинг-блинг, чем у Мистера Джи,

Это так просто, потому что это мне идет.

Мой папочка говорит, что я выгляжу как плохая девочка

Готемская подружка создает историю.

Готемские чики рулят, а Бэтмен сосет!

(только ему не говорите)

(с) Харли Квин.

***

«Ладно-ладно… во всем нужно искать плюсы. Я на свободе. Я дышу свежим воздухом. Что вообще может быть лучше, так?»

Аркхем поднял сигнализацию. В ночи горели яркие фонари, вздымаясь вверх, прямо к сереющим тучам Готем-сити.

Харли и Артур бежали по обломкам, направляясь к выходу. Их окружили несколько охранников, которые открыли огонь. И парочка безумцев резко нырнула за укрытие.

– Кексик, подержи, пожалуйста, мою пушечку, – протянула Арлекино.

Харли Квин сняла с плеча большой прямоугольный агрегат с «мордой» клоуна, который ярко улыбался. Это была смастерённая пушка, похоже, производства Харли. Взяв её в руки, Артур чуть ли не повалился вместе с ней на пол.

– Оу-кх… – удивленно изрек Артур, поражаясь с какой легкостью Харли вертела такую махину в руках несмотря на свою тонюсенькую фигурку.

«Ну надо же… видимо ей она проделала дыру в стене?», – только успел подумать он, как его подружка сделал сальто вперед и со смехом бросилась на прибывших охранников.

– Постой, Харли! Куда ты? Боже, какая она резвая!

Схватка не продлилась и пары минут, как троица здоровяков уже пускала слюни. Мимо Артура пробегали сбежавшие пациенты Аркхема, воспользовавшись неразберихой. И тут он наконец-то осознал, что в этом хаосе никто точно его не послушает. А значит выход оставался один.

Артур покрепче взял пушку в руки и сглотнул от натянутых нервишек.

– Ох… ну и дела.

Не можешь остановить? Возглавь!

– И какой у нас план побега? – необычайно приободренно спросил Артур, закинув пушку поудобнее.

– Все просто, как ты и сказал, Кексик!

– Да… – Артур уже понял, что все происходило по его плану, но какому…?! – будь добра, милая, напомни мне, пожалуйста, какой там у меня план? А то после этих таблеток меня мутит и я плохо соображаю.

– Хорошо-о-о… – Харли весело ударила битой по воздуху, – а… эм, так…

– Так?

– Не-не-не-т. Я точно ничего не забыла, просто… Хм… Подожди чуто-о-ок…

– Харли, неужели ты забыла план?

– Я помню только, что нам нужно к реке… потому что ты говорил, что-о-о…

– Что я говорил? – стоически спросил Артур.

Харли зажмурившись надула губки и сильно-сильно думала... казалось бы, хотя Артур уже начинал серьезно подозревать что нет! Они ведь находились посреди побега!

– Харли! – и девчушка вздрогнула, ярко улыбнувшись!

– Точно!

– Так!

– Нам нужно к реке, потому что дороги к Аркхему уже перекрыла полиция. Там нас ждет один дядька, и он поможет.

– Уже что-то! – махнул рукой он, не желая спорить со своей подружкой.

Не понятно каким чудом, но они выбежали за пределы Аркхема и неслись по полю, обливаясь потом, когда наконец-то заметили небольшой рыболовский корабль у реки.

На борту стоял старый мужик с большим пузом, небритый, грязный и вонючий. Заметив на палубе двух нежданных гостей, капитан корабля хмуро хмыкнул и поправил белую, вымазанную в жире кепку морячка.

– Сначала плату, – сказал старик, бросив острый взгляд на Артура.

Шапочкин переглянулся с улыбающейся Харли, и та глупо и… уверенно ему кивнула, мол «да, все верно».

«Верно что?!», – вспыхнул Артур, сжимая кулаки.

Нет, догадки, конечно, были. Харли намекала, чтобы он заплатил капитану, и тот увез их подальше от отсюда, но… откуда, Господи, у него могли взяться деньги после трех недель взаперти?

– Кхм…

– Эй, неужто вы решили меня надурить, – хмуро сказал Капитан, и достал руку из кармана, а там оказалась небольшая блеснувшая в ночи пушка. – Вы, чертовы клоуны, у меня нахрен сейчас пойдете.

– Хэй-хэй, приятель! Спокойно, все будет хорошо, да? Мы договорились, значит все будет, не переживай, – улыбнулся Артур, успокаивающе поднимая руки.

– Хватит глупых игр, щ-щенок. Гони деньги или проваливайте…

В голове Артура резко завертелись шестерёнки. Какую такую плату Джокер мог подготовить в таких-то условиях? Ответ дался мгновенно, стоило только подумать:

«Никакую! Никакую плану от бы ему ни черта не дал! Джокер с безумным смешком дал бы ему под зад и увел катер сам!», – мрачно подумал Артур, оценивая напряженный вид старика, который и сам, похоже, начал обо всем догадываться.

Капитан хоть и казался дураком, но явно им не являлся. Дело было в другом. Мужик оказался не в своей среде, где стал уязвимой жертвой, которую ловко заманил в свои сети искусный манипулятор. Мужик старой закалки наверняка настолько не разбирается в современных технологиях, сутками катал по воде, работал вдали от людей, и толком не смотрел телевизор, чтобы знать кто такой Джокер, и потому не подозревал, в какой же он заднице оказался. Джокеру обдурить такого и затем избавиться ничего не стоило.

Артур сглотнул, понимая, что теперь от его действий зависела не только своя жизнь, но и две других.

Шапочкин поежился, сохраняя спокойствие. Но к несчастью с выразительной мимикой Джокера скрыть волнение полностью было невозможно, и старик что-то заметил.

– Слушай, давай сделаем все проще, приятель. Я заплачу тебе после переправы и все будут довольны. Видишь ли, я только что выписался и оставил деньги в других штанах. Как только ты нас вывезешь – мы тебе заплатим за неудобства в два раза больше, – соврал Артур, стараясь прийти к более адекватному варианту. Никакого кровопролития, преступления, и прочей дурости – только чистая дипломатия и мирная жизнь. Вот попадут они в безопасное место и что-нибудь придумают. – Так же, Харли?

Харли посмотрела на Артура с выгнутой бровью, явно ничерта не понимая. Артур ей намекающе кивнул, мол, давай же, думай, глупышка.

«Мы не будем никого трогать и спокойно переплывем. Потом я ему заплачу, все просто», – мысленно процитировал свой план Артур.

И тут Харли просияла, «Ну конечно!».

«Отлично, моя малыш…», – облегчённо подумал Шапочкин.

– Эй, мудак, ты охренел наводить пушку на моего Пирожочка? – со жгучей обидой проговорил писклявый голосок, когда Харли надуто шагнула вперед, выгибая корпус к Капитану.

– Что?! – воскликнул Артур.

Будто потеряв всякое чувство самосохранения, Харли тыкнула в пузо старика пальцем, игнорируя приставленное дуло пистолета. По спине Артура прошлась волна холодного пота.

– Нет, Харли! Мы не будем никого…

– Ну все, соплячка, – рыкнул Старик, отбивая её ладошку и наводя на девушку дуло…

Но не успел Капитан моргнуть, как Харли со смехом выбила пушку из его трясущейся сухой пакли и точным пинком зарядила в самые…

– Ах ты-ж ведьма… дрянная…! – согнулся старик, с кряхтящим скулежом валясь на землю.

С заразительным смехом Харли подобрала пушку Капитана и, сорвав белоснежную шляпу со старческой седины, напялила на себя, весело хмыкнув. Курок пистолета уставился ровно в сморщенный лоб старика, и щелкнул затвор, пока Артур только успел моргнуть и осознать…

«Харли действует быстрее, чем я успеваю подумать. Вот уж действительно у кого мысли за действиями не поспевают», – Артур приложил пару пальцев к виску от смешанных чувств.

– Ну вот и все, дружочек-дурачочек! Теперь я здесь Капитан! Пора платить по заслугам… – Харли прикрыла один глаз перед выстрелом, когда Артур накрыл её ладонь рукой, прежде чем она убила человека. – Мистер Джей?

– Оставь его, Харли. У нас мало времени. Идем же, быстрее, – вырвал её Артур вперед, толкая в спину.

Растерянная Харли не успела даже вставить слово, как они оказались на палубе.

– И так, – самозабвенно произнес Артур, взмахивая рукой над палубой, – как же работает эта штука, – шептал себе под нос он, стараясь разобраться в управлении корабля как можно быстрее, но обычный офисный работник в нём взвывал от непонимания.

– Все в порядке, Пуддинг? – мило спросила Харли, как-то странно покосившись на него.

– Более чем, – сосредоточенно кивнул он, прикрывая рот рукой.

«Надо просто подумать. Наверняка управление старых суден не такое сложное»

Артур сглотнул, вставив ключ в надежде на чудо. Нажал кажущиеся ему правильными кнопочки, и затаил дыхание… Если вдруг они встанут здесь посреди побега… может быть, Бэтмен уже рядом.

Харли как раз косилась на него со странным выражением лица. И Артура, нежданно, бросило в легкую паранойю.

Персонажи во вселенной ДС иногда были излишне умными и проницательными, и Харли вполне могла додуматься, что с ним что-то не так.

Вдруг двигатель завелся, и руки Артура рефлекторно легли на руль с непередаваемым облегчением. Управление над судном оказалось довольно примитивным и простым… на личный взгляд Шапочкина, хотя он верил, что ему повезло за счет разницы в отстающих технологиях текущей вселенной по сравнению с его миром.

Орала вдалеке постепенно утихающая сигнализация Аркхема. Разбивались волны о мчащуюся лодку. С соленой горечью поджимались губы. Приятно обдувал морской ветер, и Артур наконец-то почувствовал свободу полной грудью.

Харли с беспокойством приложила палец к щеке и поглядывала на мистера Джея, не в силах понять, что её головку так сильно смущало? Будучи бывшим психологом и хорошая знакомая со своим возлюбленным уже давно она отлично улавливала перепады настроения, которые были свойственны любимому психопату.

«Мистер Джей ведет себя как-то необычно. Моська грустная, и какая-то растерянная, а ведь я освободила его как он и просил», – критическое мышление Харли дало сбой, когда мистер Джей неожиданно ласково подозвал её к себе, и вдруг вся её тревога в голове рассеялась на фоне радужных ожиданий.

Харли тут же осознала, что было «настоящей» причиной необычного поведения мистера Джея:

«Он скучал по мне!»

Арлекино нежно обхватила любимого мужчину со спины и с усилием вжалась в него, мечтательно вздыхая.

«Не пасть перед таким красивым и ужасно сексуальным мужчиной бедной-бедной-слабенькой Харли просто невозможно…»

– Чем мы займемся на этот раз, мистер Джей? – ласково спросила она.

– Как и всегда, Харли... Попробуем захватить мир, – с легкой иронией ответил Джокер той, но девушка ничего не расслышала из-за шума волн, полностью довольная тёплой интонацией от вечно безразличного и холодного мистера Джея.

Примечание от автора. Данный взгляд Харли на Джокера я считаю каноничным, так как по лору Джокер совратил Харли и испортил. Она стала одержима им и была влюблена до безумия, что как бы лаконично пересекается с самой идей Джокера и Харли о безумстве.

Также это отсылка на "Эротический перенос - широко известный феномен в терапии, который включает передачу эмоциональных и сексуальных чувств пациента на его терапевта или других людей из его окружения.

У них были самые настоящие абюзивные отношения, где Джокер ни во что не ставил Харли, использовал её как инструмент, и изредка проявлял чувства, если ему того хотелось.

В настоящих мультиках, в которых полно бреда, отношение Харли к Джокеру может быть не совсем таким, но это уже не имеет значение. Главное, что я исхожу из старых и более понравившихся мне источников, которые на мой взгляд более адекватны и правдоподобны. Просто потому что образ этих двух прекрасных «психов» был рожден именно таким образом. И следуя ему я отдаю своеобразную дань уважения как писатель.

(И простите за качество, лучше кадров не нашел).

- "Послушай, Кексик. У Папочки много дел, и ты не то чтобы помогаешь" (с) Джокер.

И да, любовь жестока.

***

Харли втянула Артура в квартиру. И их ботинки слетели с ног, когда тела переплетались в тесном танце. Её мягкая грудь прижималась к нему. Он целовал её. В голове стоял туман. Все события пролетали одно за другим.

Харли толкнула его на постель, не дав все обдумать. Открыла шампанское и следом накрыла его влажными губами, называв поцелуй. Артур проглотил пенистый напиток вместе с её языком, потом, и слюнями. Солоноватая сладость катилась все глубже, пока хрупкое тельце Харли продолжало напирать, нависая над ним.

Влажная промежность Харли скользила по Артуру, поднимаясь чуть выше, и вдруг её упругие ягодицы уперлись в его напряженный пах, игриво побуждая его зайти чуть дальше, чем детские игры. И она положила в его руку ладонь, переплетаясь пальцами от переизбытка чувств.

Все было как в тумане. Он ловил губы Харли, затем отпускал, и они возвращались к нему вновь, прижимаясь с ласковой нуждой и теплотой объятий. Оставляя смазанную черную помаду на пальцах, и нежность поцелуя на устах. Замирали перед глазами обнаженные бледные груди, от которых дрожало дыхание, и которых он касался, вызывая дрожью напряженных сосков, обхватывал их губами, и чувствовал, как её ножки отвечали напряжением. Затем все завертелось, и он пытался удержать её влажные бёдра на себе во время горячих, настойчивых толчков, пока все гремело и рушилось. Его глаза цеплялись за потолок, постель, стены, и вот он уже повалился на стол вместе с ней, и Харли обхватила его и прижала к своим бархатным губам в страстном засосе, который взывал и боль, и смешался с металлическим вкусом. Её руки держались за него, и он не хотел её отпускать, и их липкие тела, пусть немного мерзкие, липли еще сильнее, и он вновь убедился, что не хотел её отпускать. И это растягивалось целую вечность, пока внезапно мир не рухнул, и они не придались блаженству.

Наступило спокойствие. Часов пару, может больше. Они лежали вместе, и Харли спала, а он думал.

Он изучал бледный потолок, от чего-то спокойный и казавшийся ему целой Вечностью.

«Вроде бы обычный… а вроде бы и нет», – думал он целыми часами, пока не закрыл глаза.

А когда распахнул… тоже лежал уже привыкая к новым ощущениям, и понимая, что что-то не так. Он пришел в себя... словно отойдя от всего этого безумия, и здравый смысл обрушился на него жестоким осознанием.

Он был преступником.

Артур вскочил с места и обнаружил себя на просторной постели с алыми покрывалами. Грудь бешено вздымалась от возбуждения, словно он пережил кошмар, и он провел ладонью по вспотевшей, липкой груди, стирая пот.

Квартира была незнакомой. Кирпичные стены, кухня, разбросанная по полу одежда, черный лифчик… и краем глаза зацепился за кусок ткани, висевший на голове. Протянул пальцы и сорвал его с себя, обнаружив висящие в пальцах трусики с кружевами, принадлежавшие Харли.

– Мм… – подавляя смешанные чувства, он бросил трусики Харли на пол. А там… обнаружил, что вся квартира была в бардаке, но отнюдь не от грязи. – Бошка болит.

– Ммм~…

Сладкий голосок Харли успокаивал. Она лежала рядом абсолютно голая, прикрытая лишь тонким шелковым одеялом алого цвета, и довольно причмокивала во сне. Но все это ещё казалось немного чужим.

На часах было всего четыре утра, а они прибыли сюда предположительно в десять вечера и… бог знает когда легли спать. Но не зависимо от этого Артур чувствовал себя на удивление бодрым.

«Даже интересно…», – Артур покачал головой, – «Нет, сейчас не время думать об этом».

Он вскочил с постели, выискивая части своей разбросанной одежды. Нашел трусы и оранжевую тюремную робу, над которой и завис, пока не заметил стол у стены. На столе лежала груда металла в фиолетовой краске, очень походившая на запчасти пушки Харли, которой та разнесла стены Аркхема.

Артур подошел к столу и завис над ним в странном сосредоточении. Все что здесь лежало походило на разработку очередной пушки. Также здесь стояли пустые склянки, смеси и разные жидкости с кислотными оттенками.

Шапочкин взял парочку деталей с неожиданным интересом и улыбнулся, словно увидел давно позабытый ЛЕГО конструктов из детства. Все здесь казалось таким простым и логичным, что он машинально собрал несколько деталей воедино, а потом ещё и ещё… увлекаемый процессом пока не выдохнул над собранным цветком, который при нажатии должен был выпустить в жертву ядовитый пар. Повертев его в руках, Артур неожиданно почувствовал укол недоработки, свойственный Великим творцам, которые заметили в своей Совершенной работе недопустимый изъян, позорящий его мастерство.

Артур обнаружил, что внутри цветка нету яда, и это почти взбесило его. Он обернулся на склянки с разноцветными жидкостями и сразу же протянул руку к зеленой жидкости… и замер на месте.

Глава пятая

«Подожди-ка… Какого хрена я вообще творю?», – подумал Артур, откладывая только что созданную «игрушку» на стол.

Прошло уже два часа, как он подошел к небольшой мастерской внутри квартиры, и даже не понял этого. Он не спал больше двух суток, но его переполняло энергией и возбуждением, словно он только что открыл глаза.

Невольно в голове Артура промелькнули мысли: Джокер… Исходя из комиксов, он был творческой личностью и зачастую не обращал внимание на время. Как психопат тот был способен сутками на пролет не спать и подпитываться лишь одними навязчивыми чувствами и приступами спонтанных возбуждений, игнорируя и сон и еду.

«Своеобразная суперспособность всех гениев», – самозабвенно повертел Артур пальцем у виска, словно по рефлексу. И внезапно заметил, что кисть дрожала от возбуждения.

Да, он точно увлекся, и даже… опустил взгляд вниз: его дружок слегка пристал на фоне подкачанного пресса из-за мыслей о Харли и потенциальных комбинациях ядов, которые можно воплотить его собственными руками.

Встряхнув головой, Артур отбросил возбуждающие мысли, от которых раньше его так не будоражило. Амбиции, жажда большего – все это теперь казалось таким реальным и достижимым, что почти осязаемо завлекало и тянуло к себе.

Один из психологов однажды утверждал, что ты не можешь мечтать о том, что тебе недоступно. Но если мечтаешь… значит где-то внутри тебя наверняка скрыт потенциал.

… или это был безумец?

Пытаясь не поддаваться необычному воодушевлению, Артур заметил среди разбросанных по столу вещей блокнот с рожей клоуна, больно походившего на физиономию Джокера, и с подозрением протянул к нему руку.

«Записи Безумного гения» – гласило уродливыми буквами, которые словно смеялись ему в лицо.

По телу Артура прошлась неудержимая дрожь, и рука непроизвольно потянулась вперед, чтобы замереть у самых страниц загадочного дневника.

«Так это многое объясняет», – с застывшим возбуждением Артур упер ладони по краям стола и задумался.

Ту пушку, взорвавшую стены Аркхэма, сделала не Харли, а он. Ему стоило догадаться раньше, но этот факт совершенно вылетел из головы на фоне свистопляски и побега из психушки.

Все-так не каждый раз тебе набивает лицо Бэтмен, а затем закидывают в Легендарную психиатрическую лечебницу для худших злодеев мира.

Тут даже было чем гордиться… В каком-то смысле.

Опасливо обернувшись на Харли, Артур заметил, что девушка до сих пор сладко спала, а его обуяли смешанные и неподконтрольные чувства, от которых хотелось и плакать, и смеяться. И каждое новое ощущение доставляло ему странное удовольствие. Ему думалось что-то совершенно неправильное, но от чего-то до ужаса радостное. И он не был уверен, что это его истинные эмоции, а пленительное и приятное безумие, которое так веселило и наполняло его жизнь новыми, непередаваемыми красками.

Обычный офисный работник Артур Шапочкин навсегда умер здесь и сейчас. И кто родился после него – он, оживший мертвец, даже не знал. Разве что теперь он мог жить как ему вздумается на бескрайних просторах вселенной ДС и не заботиться о прошлой жизни.

В момент мысленного раскаянья и сброшенного с плеч груза, с краю от руки Артура что-то вспыхнуло. И бледное лицо залило ярким, холодным сиянием экрана, зависшем прямо в воздухе…

***

На возникшем из ниоткуда экране развертывалось приветствие, за которым последовал бесстрастный женский голос, почему-то пытавшийся быть веселым.

Это был интерфейс, что-то навроде голографического послания.

«Добро пожаловать в Систему Авторитета Джокера»

– Система? – прошептал Артур, но почему-то на этот раз реагируя куда спокойней и сдержанней, чем раньше.

Возникший текст начал меняться, складываясь в простые и ясные предложения. Несмотря на внезапность и странное название, стилистика интерфейса выглядела очень деловой и дорогой.

Артур провел по зависшему окну рукой, чтобы убедиться, что он не сходит с ума. И палец вопреки сомнениям коснулся экрана и подвинул его в сторону, вызывая новую волну чувств.

«Прошу вас, успокойтесь. Вы не сходите с ума, Артур. Вы можете обращаться ко мне Арлекино. Я помогу вам освоиться с вашими новыми возможностями и введу в курс дела»

«Я даже не буду удивляться после того, что пережил», – мысленно подчеркнул он, сложив руки на груди с расслабленным видом.

«Ваша психология и уровень знаний были подобраны таким образом, что ваше мышление уже более гибко и спокойно воспринимает меня и мои возможности»

«Хитро заверчено, но все равно оставляет много вопросов. Например, зачем я сюда попал и какого черта вам от меня нужно?» – мысленно сказал Артур, взволнованный уже не только своим положением, так ещё и этими глюками. Впрочем, кроме кривой улыбки и тихого смешна он никак больше не отреагировал. – «Я даже не уверен, что все это реально… даже несмотря на твои успокаивающие слова. Ты ведь понимаешь, что я сбежал из психушки и тебе нужны аргументы посерьезнее, чтобы убедить меня в реальности происходящего?»

«А вы уверены, что они вам нужны?»

Артур закрыл глаза и призадумался.

«Ваше мышление уже на достаточном уровне, чтобы отличить правду от вымысла. Вы не спятили, Артур, вы попали в исключительную ситуацию. Да, она пугает, но недостаточно сильно для вашего уровня психологии»

«Ладно, предположим, системная хитрюшка. Ты раскусила мою маленькую игру», – раскрыл он пальцы, чтобы увековечить сей смешной факт, – «но что теперь? Я в теле безумца и у меня проблемы. Наверняка, я в розыске»

«Уверяю вас, Джокер не был настолько нестабильным психопатом, как вы думаете. Он вполне хорошо контролировал себя, учитывая его высокие умственные способности»

«Неважно. Я и сам к этому пришел недавно. Лучше скажи, этоиз-за вас я попал сюда?»

«Можно сказать и так, но доступ к данной информации требует высокий уровень доступа. Я объясню вам общие детали вкратце, и мы продолжим ваше ознакомление. И предвещая вас вопрос: нет, вернуться назад вы не сможете»

«Вот так сразу? А как насчет психологической поддержки и минимальных объяснений? Ты ведь первый человек в этом месте, который знает, что я не Джокер. Прояви сочувствие», – начал было уговаривать её Артур, но столкнулся с ожидаемым молчанием.

– Ладно, по крайней мере это было предсказуемо, – усмехнулся он, ничуть не разочаровавшись.

Дальнейшие расспросы были целиком и полностью проигнорированы и заставили Артура пережить краткую вспышку глубокого упущения. Сжав кулак и переборов эмоции, он решил начать разговор с самого начала.

Как оказалось, Арлекино сжато и дозирована отвечала на вопросы Артура обо всем, что касалось личности Артура Шапочкина или Джокера. Зато она давала любые ответы и объяснения на вопросы, связанные с Системой и общей обучающей информацией.

«Я не хочу знать ничего о жизни Джокера и тем более о себе. Мне это не интересно», – отмахнулся Артур от её предложений. – «Расскажи мне о чем-нибудь действительно полезном»

После длительного разговора внутри разума Артура, они наконец пришли к самому главному…

«Вы получаете возможность использовать Рулетку Джокера для получения предметов, которые помогут в вашей задаче. К тому же вам будет открыт доступ к событиям и квестам мира ДС. Остальную информацию вы можете найти самостоятельно в подсказках»

Синее окно внезапно схлопнулось и исчезло без следа, оставив Артура наедине с тяжелыми мыслями.

Зато в следующий миг появилось новое окно, переливаясь золотистыми красками, и тяжелые думы тут же рассеял нахлынувший интерес.

Надпись выше гласила: «Сделайте все, для повышения вашей репутации. Рулетка Джокера».

Рулеткой Джокера оказалась красочным баннером, на котором была нарисована гора золота, в которой валялись различные клоунские изделия, наподобие пушек с улыбающимися рожицами, фиолетовыми костюмами, и красными носами. Все это были призы, которые можно было выиграть, если тебе повезет. Шансы на получение легендарных предметов были минимальными, а вот возможность получить всякий шлак намного выше.

Над верхушкой баннера красовались предметы S ранга, считающиеся легендарными – это были лучшие предметы, которые могли выпасть Артуру из гачи. Одним из таких предметов оказался изысканный красно-черный костюм, выделанный в несколько отталкивающем, но одновременно притягательном стиле, словно его сшили в самой Преисподней. И судя по описанию, этот наряд наделял владельца невероятными возможностями.

Для того чтобы попытать счастье в Рулетке Джокера Артуру требовалась валюта, которая была подписана как «Смешная монетка». Чтобы получить её ему необходимо выполнять особые задания, либо участвовать в уникальных событиях, или налаживать отношения с другими персонажами из мира ДС.

«Получается, если я заведу дружбу с персонажем мне дадут валюту? Это интересно. При желании я могу даже не влезать в драки. Что-то вроде дипломатии. Пожалуй, мне подойдет»

Рулетку можно было покрутить один или десять раз сразу, если хватало валюты.

На балансе Артура находилась всего одна смешная монетка, которую он мог вбросить сразу и получить случайный предмет.

Пожав плечами, Шапочкин так и сделал: нажал на красный нос-кнопку, и Рулетка Джокера закрутилась золотисто-белым барабаном, на фоне которого зазвучал отвратительный клоунский смех.

В конце концов Рулетка остановилась на цифре три, и экран засветился синим свечением, означавшим, что Артуру выпал предмет редкого класса. Иначе говоря, бесполезный мусор.

«Поздравляем! Вы получили предмет B класса – «Прыгательные Ботиночки!».

Прыгательные ботиночки:

Описание.

«Наденьте их, чтобы прыгнуть так высоко, как не прыгал ни один клоун!

Примечание, желательно иметь парашют, иначе можно разбиться»

Артур скривил губы и закрыл всплывшее окно рваным жестом.

«Господи…»

***

Просидев в задумчивости все утро, Артур наблюдал как Харли весело напевая себе под нос попсовую песню, виляла попкой и готовила завтрак.

После побега из Аркхема им пришлось залечь на дно и не показываться на улицах Готем-сити некоторое время.

К счастью, Харли успела подготовить квартиру, еду и деньги для возможной доставки, чтобы не рисковать.

Артур подошел к зеркалу с обнаженным торсом и наконец-то смог спокойно, без опасений разглядеть нового себя. Джокер. Неухоженный растрепанный короткий волос развивался в стороны, и слегка опадал на бледное, аристократично красивое лицо. Несмотря на некоторые шрамы и кривую, острую улыбочку, от которой бросало в дрожь, он был настоящим красавцем. И без грима, пожалуй, это было видно отчетливей всего. Однако физических тренировок ему явно не хватало. Тело знаменитого криминального гения было дрищавым, хотя обладало какой-то мускулатурой. Проглядывались сильные жилы, и даже хороший пресс.

Хотя сравнивать физическую подготовку той же Харли и Джокера совершенно не стоило. Харли занималась спортом с самого детства, и хорошо управляла телом, изгибаясь как самый настоящий акробат. В прошлом Артур знавал не мало историй, что балерины могли дать сдачи даже крепким парням. И вот, это оказалось правдой.

В один из дней, когда Артур вышел в зал, он заметил разминающуюся на ковре Харли, которая садилась на шпагат и широко растягивала ноги. В тот же день он решил проверить свою физическую форму и пару раз отжался ради интереса, обнаружив, что все оказалось не так плохо. Харли же заметив его потуги немного удивилась и подошла с легким интересом спросить, чем это занимается «Её любимый мистер Джей», на что Артур пожал плечами и ответил, что хотел посмотреть, на что ещё способен старичок.

– Хи-хи-хи, – посмеялась клоунесса в ладошку, и уж больно близко подвела свои губки к его лицу. – Твоя сексуальность не в том, чтобы быть сильным, мистер Джей, – уже прошептала Харли, с возбуждением прижимаясь к его жилистому телу и прошептала она ушко, – лично я теку от твоих охрененно больших мозгов.

– Думаешь я не гожусь для драк? – улыбнулся он.

– Напрочь, ты намного привлекательней когда надираешь зад всяким Бэтменам, – помурлыкала она, проводя пальчиком по его подбородку. – Но я хочу чтобы ты оставил и мне немножечко веселья. Твоя Харли все сделает, только попроси...

И словно в подтверждение своим словам, Харли сделала несколько сальто назад, взяла из-за дивана огромный молот и взмахнула им пару раз так, что воздух ударил ему в лицо.

Артуру уже и так доводилось видеть необычную демонстрацию силу Харли, но именно сейчас он понимал почему она стала такой сильной. Все чтобы угодить Джокеру, сам ведь в комиксах он почти никогда не дрался. Только хитрил, строил планы, и ловил жертв в страшные ловушки.

– Ясно… Пожалуй, ты права, – сказал Артур, но Харли, казалось бы, была неудовлетворена его ответом.

Ради интереса Артур решил взять молот в руки, а когда взял, то понял, что с трудом держит его в руках. Махнуть вышло пару раз, и после этого руки начали отваливаться.

С тяжелым дыханием он поставил молот как можно тише, и вытер вспотевший лоб.

«Нет, пожалуй, я никогда не дрался и драться не собираюсь»

Обычному человеку ни за что не сравниться с тем же Суперменом или каким-нибудь Флэшом. И он не собирался – это банально не практично. Возможно, даже Харли в честном бою ему была не по плечу, но Артур нисколько не переживал.

Ему как раз важнее не влезать в супергеройские разборки по… плану. Он собрался им не мешать, чтобы меньше привлекать к себе внимание.

Все-таки он был видной личностью и весьма выделялся в ущерб себе.

Ведь тот же Джокер в свое время погубил много сильных героев и даже как-то обернул самого Супермена против всего мира в комиксе Инджастис.

«Если я не буду влезать в дела Бэтмена и Супермена – уже окажу им неоценимую помощь. По сути, мое существование в этом мире равноценно победе над Джокером», – укрепил свои доводы Артур.

Но необходимость решить вопрос со своим приступным прошлым было необходимо уже сейчас. Ведь уже включив телевизор, он видел свое лицо в розыске, на пару с Харли.

– Черт, никогда не думал, что стану известен как преступник, – с усмешкой подумал он, взявшись за подбородок. – Симпатичную, конечно, фотку они подобрали, но разве у меня такой большой нос? – Артур покривился на фоне зеркала и услышал чужие шаги за спиной.

Перед ним внезапно рухнул громоздкий мешок, из которого вывалился золотой слиток.

– Что это?

– Это денюжки!

Харли раскрыла мешок, обнажая слитки золота, и зеленые доллары…

Те самые деньги, которых Артур так не хватало, чтобы успешно залечь на дно, и чтобы была…

«… ещё одна причина засадить меня за решетку», – смиренно подумал он, обратившись к Харли:

– Но откуда они?

– Ты сказал про план, и я сразу вспомнила, о чем ты меня попросил, мистер Джей! Пока Бэтмен был занят твоими бомбочками, которые ты расставил по всему Готему, я с парнями смогла ограбить банк для твоих будущих планов! – с широкой, довольной улыбочкой сказала Харли, подставляя свою голову.

– Ты молодец, – Артур положил свою ладонь на голову Харли и неуверенно погладил её, на что девушка довольно поежилась и нежно прижилась к его груди.

«Куш, несомненно, приятный, но создает небольшие проблемы: Бэтмен наверняка уже наводит на него справки»

И лучше него в этом никого нет.

– Ах… мистер Джей… какие розыгрыши и представления нас ждут теперь?

***

– Что?! – разочарованно скривила губы Харли, когда Артур сказал ей, что хочет на время взять перерыв от преступных дел.

– Ты против? – неуверенно спросил он.

– Божечки!

Харли бросилась к Артуру, аккуратно обхватив его голову ладошками и прижав к своей небольшой, но все же мягкой груди:

– Мой бедный Мистер Джей, в Аркхеме тебе было так грустно, что ты потерял всякое настроение, – нежным, заботливым голоском говорила она, поглаживая Артура по голове, – что они с тобой сделали? Показывали унылые видосики по защите человеческих прав? Говорили с тобой о скучных перспективах жизни правильного гражданина? Или… о нет, они начали внушать тебе, что у обычного гражданина есть права?!

– Нет, Харли, нет, – Артур аккуратно освободился от её приятных объятий и заглянул в распахнутые глаза Харли, в которых читалось тревожное непонимание. – Я просто хочу немного отдохнуть и поразмыслить. Сейчас… да, пожалуй, я не в настроении.

– Конечно. Мы отдохнем, если ты так этого хочешь, Пуддинг, – необычайно быстро согласилась Харли, чмокнув его в губы.

Затем Квинзель как-то поспешно развернулась и побежала по своим делам. Он был готов покляться, что заметил в милых глазках своей девушки небольшое сомнение, но не стал придавать этому особое значение.

«У Харли наверняка хватает причин сомневаться во мне и без повода, и с», – объяснил себе её необычное поведение Артур, и устало сел на диван. – «Ладно уж, ничего страшного. В целом я чего-то такого и ожидал. Все-таки даже настоящие отношения Джокера и Харли не были такими уж крепкими. Я думал признаться ей сразу, что хочу завязать с преступной жизнью, но боюсь столь резкая смена взглядов покажется ей неожиданной. Нужно немного подождать и посмотреть, как можно будет поспокойней сообщить Харли правду. Кто знает, может быть мы с ней в итоге разойдемся, но я больше не могу продолжать рисковать нашими жизнями»

– А теперь, пожалуй… пора заняться делом, пока ещё не стало слишком поздно...

Глава шестая

– Я просто не могу в это поверить! – промямлила Харли, развалившись на подлокотнике дивана. – И как мне теперь быть, Пэм? Когда мистер Джей в таком настроении это значит лишь одно, он жутко-жу-утко расстроен и… может быть, я ему больше не нужна!

– Харли… скажи мне одно, зачем ты вечно приходишь ныть именно ко мне? – со сдерживаемыми нотками раздражение сказала зеленокожая девушка, обернувшись к горе-подружке.

И хотя многие знали её как известную преступницу-мутанта Ядовитый плющ, ненавидящую людей за их вред растениям и природе в целом, Харли нежно обращалась к столь смертоносному созданию нежно…

– … П-э-э-эм! – вскинула руки Квинзель, – мне больше не к кому обратиться, кроме тебя! – заныла она, пуская сопли на чистом и опрятном диване подруги, чем вызывала на лице Айсли бледное отвращение. – Пфу-у-у, хнык. Что если… что если… если Мистер Джей разочаровался во мне, и я ему больше не нужна?! А-а-а-а!!!

Памела вздохнула и отложила лопатку, которой она постепенно забрасывала землю в горшок, чтобы посадить там очаровательную розу.

Они вели эту «милую» беседу в милом саду именитой преступницы по прозвищу Ядовитый плющ, который образовался в квартире, совмещенной с теплицей. Здесь росли не только прекрасные и нежные растения, способные захватить внимание любой женщины и даже мужчины, но и смертельно опасные гигантские плотоядные мухоловки, способные откусить голову даже двухметровому ящеру.

– Сколько я должна повторять тебе одно и тоже, Харли? Мне наплевать на ваши шашни с этим поехавших клоуном… Хватит вечно приходить и выносить мне мозги на одну и ту же тему, – сказала Памела, скрестив руки на пышной груди.

– Ну Пэ-э-эм! Кто, если не ты, любимая подружка?!

Памела тяжко вздохнула, мельком бросив взгляд на рычащую мухоловку, которая даже без глаз, казалось, поглядывала на сочненькое мяско, сидевшее на диване.

– Нет.

– Нет…?

– Я не тебе, – объяснилась Пэм со строгими нотками в голосе, и вновь вздохнула, бросая на подругу недовольный взгляд – оглянись, Харли, что ты видишь вокруг себя?

– Ну… – Харли жалобно осмотрелась на целый сад, которым представлялось все жилье её зеленокожей подруги.

Куда не глянь, везде стояли вазочки, спускались по стенам лианы, и даже тот угрожающий и страшно-клыкастый хмырь, что пару раз жадно подносил к ней свою морду, выглядел вполне миленько.

– Ну… у тебя миленький сад, и ты вся такая красотка. У тебя наверняка куча поклонников. И ты можешь дать мне…

– Нет! – раздраженно вспыхнула Пэм, впрочем, тут же взяв себя в руки, внезапно вспомнив, с кем имеет дело. – Харли… я живу сама по себе вот уже пару лет и не завожу никаких отношений с… людьми, – неприязненно сказала она, – все что меня интересует – это растения и природа, которую эти мерзкие обезьяны хотят погубить, выбрасывая в воздух отходы и прочие химикаты. Хотя сравнивать их с обезьянами будет оскорблением для бедных приматов, хоть мне и не столь важна жизнь животных…

– Пэм… я не понимаю, о чем ты…

Новый вздох Памелы тихо пошатнул образовавшуюся тишину.

– Нет у меня никаких фанатов, а если есть, то я бы с радостью отдала их на корм своим малышам, – с легким самодовольством сказала Ядовитый плющ, поглаживая «за ушко» огромную Мухоловку. Харли даже показалось, что он мурчал. – К тому же, что никакие отношения меня не интересуют и все люди мудаки.

– Да ладно… у тебя же были парни, и наверняка не один. Ты же такая красотка! Я тебе в подметки не гожусь.

Улыбчиво хмыкнув, Памела горделиво пожала плечами.

– Во всяком случае, что было то прошло. Как видишь, парней здесь не было уже несколько лет, и не будет! Все что я могу тебе посоветовать это… – Айсли подготовилась высказать Харли очередную колкость, но неожиданно столкнулась с очень-очень-очень жалобными глазками своей подруги, которая поджимала губы как обиженный ребенок. – Нет… мы же договорились, что ты не будешь больше так делать…

– Мммм…!

– Окх… нет, – отворачивалась Памела, стараясь не смотреть на подругу. Но её жалобный голосок продолжал мучить её слух. – Нет…

«Просто скажи ей, чтобы она бросила этого придурка абьюзера… Скажи ей и всем станет только лучше, ну же…» – но её что-то останавливало, и в глубине души Памела знала, что именно.

Мысленно для себя, чтобы отвлечься от идиотизма Харли, Лилиан разыграла небольшую сценку с дьяволом и ангелом на своих плечах. Один говорил ей, «Скажи Харли правду и пусть она наконец-то прозреет! Пусть поймет, что жить в одиночку лучше, что Джокер использует её как дешевый инструмент, а потом бросит, как обычно!»; в то время как другое существо на плече Лилиан говорило; «Если ты скажешь ей правду, это разобьет Харли сердце. Может быть, у них не самые лучшие отношения, но Харли действительно любит Джокера. А ты не можешь знать, как обернется все в будущем. Может, ей повезет больше, чем тебе, Памела»

– Пэм…

Стряхнув неприятные мысли, Айсли в очередной раз вздохнула:

– Ох, ладно, черт! Ну сколько можно! Харли!

– Хи-хи-хи-хи! Всегда работает!

– Ладно… в общем, Джокер — это психопат, как и ты, так?

Харли внимательно кивнула.

– У таких чудаков как вы, – она хотела сказать «кретинов», но против единственной подруги язык не поворачивался, – настроение вечно скачет как у нас девочек по время тех самых дней, так?

Харли ещё с большим энтузиазмом кивнула.

– Дай Джокеру время. Он помается дурью, а потом как обычно пойдет искать проблемы на свой припудренный зад. Держу пари, у этого полурудка уже через неделю в голову ударит «охрененная» идея пойти по-душманить Бэтмена… и ему понадобится твоя помощь, – Айсли несколько усомнилась в своих словах и отвела взгляд в сторону, чтобы Харли этого не заметила. Все-таки среди всех преступников Джокер был единственным психом, который на серьезных щщах выходил с Бэтменом один на один и при этом умудрялся задирать его, и уже тише договорила: – Все-таки все мальчики так делают… наверное.

В их тесных геройско-злодейских отношениях черт ноги сломит… Иногда Пэм даже казалось, будто Бэтмен и Джокер это два сводных брата, вечно выясняющих отношения. А она невольно ввязалась в перепалку с Бэтменом, каким-то боком оказавшись на стороне Джокера, как преступница.

Хотя принципиально Айсли держалась от них подальше и одинаково недолюбливала что первого, что второго кретина.

– Ну… да, вроде бы. А это логично! Пэм, ты гений!

Харли набросилась на подругу с новыми силами, и начала душить её, пока Памела старалась не задохнуться от… кринжа.

***

Важное примечание от автора! Прошу заметить, что я взялся описывать отношение героев ДО становления Лиги Справедливости, ДО того, как отношения героев сформировались! До того, как они притерлись к друг другу и стали спокойней относиться к загонам и фишкам друг друга! То-есть вы читаете про ещё мужиков в расцвете сил и неопытных лидеров, которые ещё не успели набить серьезных шишек и шрамов против крупных и опасных дядек типа Дарксайда. Не ждите от них идеальных отношений или супер-адекватного поведения с пониманием. Пока что каждый из них сугубо на своей волне и будет настаивать на своем. На текущем этапе истории герои ещё не переросли свои принципы, ведут себя заносчиво или эгоистично, потому что никто из них не привык работать с людьми, чьи идеалы, методы работы, и взгляды кардинально отличаются. Например, Диана только прибыла с острова Амазонок и толком не шарит за Супермужиков. Они вообще ей чужды. Бэтмен и Супермен впервые работают с подобными себе чудаками в костюмах. Брюс здесь будет более мрачен и саркастичен, Диана сама себе на уме девочка, а Кларк излишне самоуверен и заносчив.

Ну и P.S не обманывайтесь добродушностью Кларка. В текущем варианте вселенной он взял большую часть управления в свои руки, а это уже как бы намекает, что он довольно жесткий тип.

Приятного чтения.

Бэтмен прибывал у компьютера Сторожевой Башни и мрачно наблюдал за навалившейся работой. Сотни героев работали изо дня в день, чтобы остановить непредвиденные Природные катаклизмы, Преступные организации, угрожавшие Мировому Порядку, и даже Нашествие магических горгулий в Лондоне, которыми преимущество занимались маги навроде Затанны.

Фактически, до сегодняшнего дня мир и вовсе не знал о существовании многих из них, но теперь их имена всплыли перед глазами Бэтмена, заставив его погрузиться в мрачные раздумья. Все это стало возможно только благодаря Супермену. Он нашел каждого из безымянных героев по отдельности и взял с них согласие на сотрудничество, фактически объединив под одним началом.

После чего эта информация попала в руки Бэтмена который ещё только рассматривал перспективу зарождающейся организации со стороны и был поражен тому, сколько много опасных сверхлюдей существовало по всему миру.

Брюс сделал так, что сейчас всех этих «героем» возможно было отследить на расстоянии спутника и наблюдать за их действиями со стороны. И, незаметно от Супермена и других членов его команды, сохранил всю необходимую информацию на своем зашифрованном носителе.

Теперь, фактически, Бэтмен и сам мог отследить каждого из этих героев находясь в любом конце Земли, даже если он решит отказаться от предложения Супермена.

Находясь на этой станции Брюс, успел ознакомиться с его структурой и даже кое-что сделать. Это сооружение пока что представляло из себя начальный прототип космической базы на основе продвинутых технологий Земли. Основной штаб временно закрепился в окрестностях Нью-Йорка.

Откинувшись на стуле, Бэтмен устало потер переносицу и заметил сбоку от себя тень.

– Впечатляет вид? – улыбчиво спросил высокий брюнет, взявшийся буквально из ниоткуда. Он мягко приземлился на пол и шагнул вперед, положив на спинку стула руку.

На груди мужчины гордо сиял символ всего человечества – «S». И, казалось, в мире не было человека, который не узнал бы его.

Сам мужчина представлял из себя не просто человека, а идеал людей, который внушал уважение и трепет каждому преступнику. Широкоплечий, статный, красивый, и изучающий ауру уверенности и бесконечной силы. Не было на свете противника, которые осмелился бы столкнутся с ним в бою один на один, но при всей своей мощи этот человек источал абсолютно светлую и дружелюбную ауру, отрицающуюся всякую мысль о насилии.

Находясь рядом с ним, Брюс чувствовал, будто от одного присутствия этого парня исходил свет, и его самую малость это раздражало.

– Все они всего лишь любители, – сказал Брюс, трезво оценивая увиденное на экран.

Разъяснять причину их будущего разговора не пришлось: на изображениях камер оба героя формирующейся организации наблюдали причины мировых проблем и героев, которые их решали.

Сейчас они находились на пороге того, что вскоре потрясет целый мир. А именно рождение Лиги Справедливости – организации, призванной защитить Землю от вражеских напастей и преступности.

Но один из них ещё не был частью этой грандиозной идеи, предпочтя вежливо отказаться и наблюдать со стороны. Сейчас Бэтмен занимал временную должность и делал это исключительно из личных побуждений.

Тем не менее Бэтмен не стал насовсем отказывать в помощи Супермену и другим героям. Он помог им продумать и подготовить систему телепортации и удаленного контроля со спутников, что лишь частично было его заслугой, ведь среди героев хватало крайне умных людей и без него.

– Полагаю, это значит, что ты ещё не обдумал мое предложение, – невзначай спросил Супермен.

– Мой ответ не изменится.

– Ты бы не был здесь, если бы тебя не мучали сомнения, Бэтмен. В глубине души ты веришь в возможности Лиги Справедливости.

– Меня определенно мучают сомнения, Супермен, но не те, о которых ты думаешь.

Их отношения начали формироваться совсем недавно, и оба видели в друг друге скорее раздутых от самодовольства выскочек, которые в упор не разделили взглядов друг друга.

С такой оценкой их отношений Брюс был согласен в той или иной мере, и что в принципе признавал без труда, но вот Супермен… Он свято верил, что нисколько не заносчив и план создания Лиги Справедливости если не идеален, то уж точно реален. И что до его реализации оставалось всего ничего. Например, собрать нужных людей, одним из которых был Бэтмен.

Доверие никогда не было сильной чертой Брюса, и сейчас, наблюдая за десятками неизвестных ему людей, которые с легкостью могли одолеть небольшой взвод армии, он лишь сильнее убедился в своих сомнениях.

– Если ты говоришь о них, – Супермен указал на экраны, показывающими изображение с героями, – то я могу поручиться за каждого из них. Они хорошие люди, и куда сильнее, чем ты думаешь.

– Если быть таким добреньким и доверчивым парнем как ты, может быть, но в моем мире люди остаются людьми. И неважно, насколько красочный костюм они носят.

– Так дело в костюме? Тогда может тебе стоит сменить имидж? – улыбчиво сказал Супермен, – брось, ты же хоть раз в жизни улыбался, ведь так?

Бэтмен бросил на Супермена равнодушный взгляд, и встретил непоколебимый, спокойный энтузиазм нарцисса, который даже не понимал, насколько невыносим.

– На этом моя помощь вам закончена.

– Уже? Я думал, ты останешься подольше. Может быть, познакомишься с другими? Между прочим, среди них есть твои фанаты.

– Мне все равно, – отрезал Бэтмен. – Проведенных здесь дней мне было достаточно для оценки их способностей.

– И это все, что тебя волнует? – с оттенками разочарования сказал Кларк. – Брось, Бэтмен, я знаю, что ты сам себе на уме, но разве нельзя хоть раз побыть немного попроще? Ты как никто другой должен понимать, о чем я, ведь ты и твои… хм… как бы их назвать, друзья? Вы делаете ту же работу, что и мы. Помогаете людям. Так в чем проблема? Почему бы нам не объединить усилия для увеличения эффективности, – Супермен бросил уверенный взгляд на экраны, где завербованные им герои спасали людей из завалов зданий.

Так выглядела мечта. Настоящая.

– Они мне не друзья, – отрезал Бэтмен, полуобернувшись на экран с «героями», о которых говорил Супермен, и остановился на тех, кто сейчас останавливал целые танки голыми руками, – может быть сейчас эти «герои» ведут себя так, как ты этого хочешь, но пройдет время, и они поймут, что одного спонтанного вдохновения здесь мало. Ты пытаешься объединить не просто парочку парней из старбакса, у которых с трудом хватает денег прожить на одну стипендию, а сверхлюдей, обладающий исключительными способностями. Они способны взрывать стены и давить людей голыми руками. И никакого из них ты не знаешь.

– Как это не знаю? Вон того парня, например, зовут Марк. Он любит ковыряться в носу, но, знаешь, это не приговор, – в легкой шутке указал на здоровенного парня Супермен.

– Ты понял, о чем я, – игнорируя шутку Супермена сказал Бэтмен.

– Ты не доверяешь им.

– Должны существовать разумные рамки дозволенности, Супермен. Доверие не та вещь, которую можно заслужить только красивыми речами и общими мечтами.

Кларк было раскрыл губы, чтобы продолжить, но заметив стальную уверенность в глазах Бэтмена, решил разбавить напряжение сменой темы.

Кларк усмехнулся, растеряв всякое желание спорить, и улыбчиво почесал затылок.

«Он видит во мне угрозу»

– В чем-то ты прав, хоть и излишне утрируешь. Именно поэтому мы и держим пока что существование Лиги в секрете от людей. Всем нам нужно время, чтобы построить фундамент для доверия, – сказал Кларк, впрочем, нисколько не уязвленный провокациями Бэтмена. – К тому же эти люди такие же, как и мы с тобой, преследуют благие цели не из обычной прихоти.

– Нет, Супермен. Может быть, они такие же, как и ты, но точно не такие же, как я, – сказал Бэтмен, заметив в глазах Супермена промелькнувшую задумчивость.

– Ха-х, – стараясь не подавать виду, что понял все превратно, Супермен улыбнулся, стараясь перевести все в дружескую шутку, – тогда что, по-твоему, отличает нас с тобой? Если не считать вычурных костюмов, конечно…

– Конкретно твои трусишки — это наверняка подарок твоей мамы из набора бойскаута, – с сарказмом усмехнулся Бэтмен, и впервые на идеальном лице Супермена проскочила тень неуверенности.

Кларк невольно опустил взгляд на свой костюм и неловко отсмеялся.

– Ха-а, неплохая штука. Я ведь не говорю, что ты носишься по городу в костюме летучей мыши и пугаешь людей. Может, его тебе тоже мама подарила? Например, на Хэллуин…? – улыбчиво сказал Супермен, встретив острый взгляд Бэтмен. – Ладно-ладно, мы же просто шутим, верно?

– Может в коем-то роде перестанете грызть друг другу глотки и будете честны? Вы оба друг друга стоите, – в напряженный от споров зал внезапно проник легкий и жизнерадостный голос девушки.

Глава седьмая

Оба мужчины перевели взгляд на возникшую перед ними Амазонку, которая поглядывала на них как на не поделивших одну песочницу мальчиков. Её густые черные волосы украшала золотая диадема, выразительные голубые глаза с чистым взглядом были направлены вперед. Тонкие черты лица, намекающие на высокое происхождение, делали её очень привлекательной и желанной девушкой даже в компании лучших мужчин и женщин. И несмотря на всю свою красоту, Диана носила боевое платье Азамонки с короткой юбкой, имеющее красно-золотые оттенки, намекающее на её жесткий нрав и готовность вступить в бой в любое время.

– Диана, рад тебя видеть, – неловко откашлялся в кулак Кларк, наблюдая за тем, как Бэтмен внезапно потерял интерес к их перепалке и обратил свой взгляд на экран.

– Я тоже рада видеть вас, мальчики, – как ни в чем не бывало сказала Диана, и с интересом опустила взгляд на мрачный силуэт мужчины, который старательно игнорировал её.

Диана лишь усилием воли скрыла недовольство за легкой, девичей улыбкой и шагнула вперед, положив руку на высокую спинку сидения, за которой прятался Бэтмен.

– Мне всегда было интересно, чем руководствуются воины, скрывающие свою личность от других. Мы ещё мало знакомы, Бэтмен, но я бы хотела узнать тебя получше, прежде чем ты решишь покинуть нас.

– Можешь не пытаться провоцировать меня, Чудо-женщина. Я здесь долго не задержусь.

– С каких пор ты заделался таких упертым? Мы с Суперменом не желаем тебе зла и хотим понять, почему ты не хочешь хотя бы поговорить, – сказала она, не теряя надежд достучаться до Бэтмена.

Вот уже как пару недель, да и с самого начала их знакомства, Бэтмен практически полностью игнорировал Диану, что «самую малость» раздражало её. Поскольку обычно принцесса Темискиры не привыкла, чтобы её так открыто… динамили.

У неё были все мотивы желать разобраться в ситуации, но она не совсем понимала, как лучше подойти к этому в отношении мужчины, который воспринимал каждое слово в упрёк.

– Как насчет немного разрядить обстановку и… – начал было Кларк.

– И провести небольшой спарринг? – неожиданно добавила Диана, упирая острый взгляд в затылок Бэтмена, который он, вне всяких сомнений, почувствовал.

– И какой в этом смысл? – сказал Бэтмен, вставая из кресла и смиряя Диану недовольным взглядом, который Чудо-женщине не понравился.

– На Темискире ежедневные тренировки неотъемлемая часть жизни, Бэтмен. Это помогает укрепить тело, дух, и даже отношения людей. Мы с сестрами постоянно решали споры таким образом. Не желаешь попробовать? Я ни разу не испытывала тебя в бою один на один. Мне жутко интересно посмотреть, правдивы ли слухи о тебе.

– Вот только мы находимся не на твоем острове для девочек, Чудо-Женщина. И я не обязан потакать твоим капризам.

Слова, подобные пощечине, Диана восприняла стоически и сохранила спокойствие. Никогда ещё она не встречала столь упертого мужчину.

– Неужели сам «Бэтмен» боится провести спарринг с девчонкой? – с неожиданной колкостью ответила Диана, уперев руку в бок, словно разговаривала с типичным бараном, и продолжала сохранять спокойствие.

– Это волнует меня в последнюю очередь.

– Тогда сделаем это, – полностью игнорирую возражение Бэтмена, сказала Диана.

На лице Кларка проявилось заинтересованная растерянность, а Бэтмен хмуро сузил глаза, недовольный столь очевидной провокацией.

– Предлагаешь сделать это прямо здесь? – спросил Кларк, оглядывая ещё не до конца построенный зал Лиги, где стоял один круглый стол и пару стульев.

– Почему нет? Этот зал довольно просторный.

И в самом деле, тут хватало места, чтобы одновременно могло собраться сто человек. При всем желании тут могли посспаринговаться одновременно пять или даже больше дуэтов. А для Дианы это был прекрасный способ продемонстрировать двум мужчинам свою силу и заслужить в их глазах доверие и уважение. Все-таки чему она и научилась во время службы в армии США – так это тому, что ей как следует объяснил Капитан Стив Тревор, – мужчины уважают внутреннюю и внешнюю силу человека почти инстинктивно и ничего не могут с этим поделать.

– Ну так что, мальчики, долго вы будете заставлять женщину ждать?

– Хмпф.

– Почему бы и нет? – улыбнулся Супермен, вылетая вперед и вставая напротив напускного самодовольства Дианы, явно преследующую цель провокации, – если ты не против, я хочу начать первым.

Неожиданная инициатива Супермена бросила тень неуверенности на лицо Дианы, и она с опаской перевела взгляд на Бэтмена, из-за которого и затевался весь сыр бор. Но так стало даже лучше, потому что неожиданно собравшийся уходить Бэтмен встал на месте и наблюдал за ними с непроницаемым взглядом, видимо заинтересованный исходом поединка.

Диана кивнула Супермену и между ними начался спарринг.

– Победит тот, кто положит противника на лопатки.

– Понял, – на легке улыбнулся Кларк.

Супермен стоял полностью открытый и демонстрировал собой полную уверенность в грядущей победе. Но Диана не стала всматриваться в его самолюбование и напала первой. Атака последовала также быстро и сильно, как у дикой кошки в Саване, и Супермен неожиданно обнаружил, что противница оказалась куда проворнее, чем он представлял.

Они беспощадно обменивались ударами, пока в определенный момент Чудо-женщина не перехватила руки Супермена и не взяла его в захват. Стремительным рывком она перебросила его через себя и… Супермен оказался повержен.

– Ох… – взялся за голову Супермен, и насмешливо выдохнул. – Не ожидал от тебя такой прыти.

– Ты недооцениваешь своих противников и полностью открываешься, Супермен, – с поучительным, и все же каким-то дружеским тоном улыбнулась она, – а ещё у тебя нет никаких боевых навыков. Я удивлена, как ты до сих пор оставался цел, – сказала Диана, впрочем, переместив взгляд на молчаливого Бэтмена, наблюдавшего за ними все это время. – И так, Мышка, потанцуем?

– Не вижу смысл в этом ребячетсве, – сказал Бэтмен, прикрывая глаза и разворачиваясь к выходу.

– Ах, я поняла. Не хотела задевать твою гордость, но видимо раз уж Супермен проиграл, наверное, ты решил, что у тебя точно нет шансов против меня. Все-таки ты всего лишь обычный человек. Я все понимаю и не буду винить если ты струсишь, Бэтмен, – на досадливом выдохе сказала Диана, покачав головой.

Нога Бэтмена остановилась у дверей.

– Эй, не нужно провоцировать его, Чудо-Женщина, – сказал Кларк, примирительно подняв руку, – я здесь не играю никакой роли. И все мы знаем, что Бэтмен…

– Нет, – перебил Супермена твердый голос, развеивая всякие остатки дружелюбия и их «напускной» ребячливости.

В какой-то момент Диана к удивлению обнаружила, что аура мужчины напротив неё абсолютно изменилась, слово тот человек, что недавно обменивался словами с Суперменом, и тот, который был перед ней сейчас, – абсолютно разные люди.

Тёмный рыцарь с нечитаемым молчанием зашагал вглубь зала, свободной рукой отцепляя ремень от пояса, чтобы положить его на круглый серый стол.

– Хорошо. Если ты так настаиваешь, я проведу с тобой спарринг, Чудо-женщина. И заодно покажу, чего тебе не хватает как лидеру организации, в которую вы так верите.

Диана с трудом сдержала улыбку и радость, неожиданную пробудившую в ней давно позабытые чувства после удачной пакости. И немного постыдившись за себя, Амазонка сдержанно кивнула Бэтмену, складывающему на столе свой пояс.

– Ты уверен, что обойдешься без своих причиндалов? У Амазонок Темискиры принято сражаться в полную силу против любого противника, – не удержав колкость, указала Диана на желтый пояс Бэтмена, но в ответ получила лишь напряженное молчание.

– Предпочитаю давать поблажку тем, кого считаю слабее себя, – без всяких прелюдий поманил её пальцем Бэтмен.

«Вот же засранец!», – впервые за все их общение Диану бросило в жар от чужих слов, и она потеряла всякий контроль над собой.

– Ты сам это сказал, Бэтмен…

Поединок начался почти сразу, как Бэтмен оставил пояс на столе. Диана даже не оставила ему секунды на раздумья и бросилась на спокойно стоявшего перед ней противника, прежде чем он сделал хотя бы шаг.

Её удары метко и с великой силой неслись на встречу к лицу Бэтмена, но каждый их них проходил мимо в самый последний момент. Ноги Бэтмена двигались практически в ритме спокойного, плавно танца, и в них ни оказалось ни одного лишнего движения, словно тот был выходцем из Темискиры.

«А он неплох…», – подумала впечатленная Диана, первые увидев Бэтмена в действии против себя.

Диана резко ускорилась и поймала Бэтмена в момент шага, оставив на его спокойном лице легкий отпечаток удивления.

И все же перед самым триумфом Чудо-женщины Бэтмен успел что-то выкинуть из своего плаща, и перед её глазами внезапно взорвался пучок дыма. Диана на мгновение ослепла и закашлялась от ядовитых испарений, а когда поняла, что потеряла темп боя, её ноги внезапно подкосились от резкой подножки.

В следующее мгновение бой закончился.

– Этого не может быть… твой пояс лежал на столе, – хмурясь, сказала Диана.

Бэтмен смерил Диану безразличным взглядом и раскрыл пальцы, на которых висел небольшой комплект с неизвестными приспособлениями.

– Всего лишь видимость. Как я и говорил, мы не на твоем острове, Чудо-женщина. Никто не будет играть по твоим правилам и жалеть тебя только потому, что у тебя симпатичное личико, – прокомментировал неприветливый голос Бэтмена, и Тёмный рыцарь бросил взгляд на Кларка. – Надеюсь, теперь ты видишь, почему я не доверяю таким как она.

– К-какое… личико? – чуть ли не поперхнулась Диана.

Кларк нахмурил брови.

– Сомневаюсь, что один единственный пример способен что-то доказать, Бэтмен.

– Только если ты закрываешь на него глаза.

***

– На тебя совершенно не похоже. Обычно ты более… спокойная, что ли, и дипломатичная, – сказал Кларк спокойным, дружеским тоном.

Они оба сидели у круглого стола будущей Лиги справедливости, и Диана с легкой досадой вытирала лицо платком от липкого серого вещества.

– Я просто хотела найти к нему подход… думала, так мы сможем найти общий язык. Все таки он тоже воин, – спокойно сказала Диана, отводя взгляд к иллюминатору. – Но похоже он не так меня понял.

– Он воин, Диана, но боюсь его подход отличаются от твоего, – улыбнулся Кларк, расслабленно пожимая плечами.

Диана вздохнула.

– Я не одобряю его трусливые методы, но понимаю их. Уже не маленькая, – сказал она, отлично осознавая их разницу в рожденных способностях. В каком-то смысле Бэтмен даже впечатлил её, но признание этого злило её до мурашек.

– Оставь его. Таким как он нужно время, чтобы принять большие перемены, – сказал Кларк.

– Наверное, ты прав. Похоже, я переборщила.

– И все же он отделал тебя.

Диана улыбчиво хмыкнула, не показывая то, как этот факт на самом деле щекотал её гордость.

– Ему просто повезло, что я недооценила его. К тому же ты и сам был не до конца честен, – бросила на укоризненно-насмешливый взгляд Диана, в котором не читалось обвинения, но был легкий упрек.

В том спарринге Супермен ей поддался.

Поняв, что Кларк оказался полностью раскрыт, он виновато отсмеялся, почесывая пальцем висок.

– Прости… я думал, будет лучше если я немного подыграю тебе.

Они замолчали, и сидели так некоторое время, пока Диана не откинулась на стуле, и не стукнула пару раз пальцами по столу, с легким удивлением обдумав одну забавную мысль:

– Он сказал, что у меня милое личико. Представляешь?

– Да, я тоже удивился, если честно, – с легкой заминкой добавил Кларк.

Все-таки Бэтмен был… занудой.

***

Бэтмен покинул зал Лиги Справедливости и направился к телепорту, по пути активируя связь с общим каналом его подчиненных.

– Бэтгёрл, мне нужны сведения о последних событиях.

– Все прекрасно, Босс! – радостным, девьчим голоском ответила его помощница, – мы разобрались с парочкой бандитов и сейчас Готем абсолютно спокоен.

– А как проходит твой визит в дружную компашку героев, Брюс? – улыбчиво спросил Найтвинг.

– Ничего особенного, – уклончиво ответил Уэйн.

– В самом деле? Да ладно тебе, хватит скрывать, ты же наверняка нашел там что-то интересное, раз решился выслушать их. В жизни не поверю, что ты придешь куда-то просто так.

– Мне тоже интересно… – тихим, заговорщеским голоском сказала Барбара.

– Это вас никак не касается. Занимайтесь своими делами и следите за обстановкой в Готеме пока меня нет.

– Эх, ну ладно-ладно, больше не буду надоедать.

– Как справляется Робин?

– Вполне себе. Не так хорошо, как я в свое былые годы, конечно, но… – расслабленно начал Найтвинг, очевидно клацая пальцами в телефоне, и резко почуяв напряженное молчание со стороны Босса, тут же откашлялся и продолжил уже серьезно, – в общем, подготовка Джейсона проходит полным ходом. Скоро можно будет отправить его на более серьезные мисси.

– Ясно, – сказал Бэтмен, выходя из коридора и встречая на пути незнакомых героев и представителей иных рас, которые смотрели на него с подозрением, словно он был тут не своим, а нежелательным гостем. – Продолжайте работу и докладывайте мне обо всех изменениях.

– А как же Джокер, Босс? – вдруг воскликнула Барбара.

Джокер уже не появлялся на их радах две недели с тех пор, как сбежал из Аркхема. Обычно он сбегал по нескольким причинам, и основная из них желание провернуть крупную «Шутку». Он быстро давал о себе знать и вскоре происходила катастрофа. Но на этот раз Джокер сбежал из Аркхема неожиданно рано и до сих пор не давал о себе знать, что наводило Брюса на неприятные подозрения.

– Я все также продолжаю поиски, так что рано или поздно что-нибудь узнаем, – сказал Найтвинг.

– Пока этот псих на свободен я не могу чувствовать себя спокойно, – пожаловалась Барбара, – может быть проверим его старые убежища?

– Джокер не настолько глуп, чтобы возвращаться в уже обнаруженные укрытия, – сказал Брюс, уже не раз проверив старые убежища Джокера сам через удаленные маячки.

– Я могу взять пацана и…

– Нет, – отрезал Брюс, – Робину ещё рано встречаться с ним.

– Что, почему?! – вдруг встрял в разговор детский, разозленный голос.

– Робин? А ты как тут оказался, – насмешливо сказал Найтвинг.

– Неважно! Хватит меня недооценивать. Я этих преступников на раз и два отделаю. Дайте мне уже дело покрупнее, я готов одолеть хоть Пугало, хоть Бэйна, хоть этого Джокера… И вообще, я не понимаю, что в этом клоуне такого ужасного? Он же всего лишь крашенный дрищ!

– Не стоит недооценивать этого дрища, он имеет неприятное свойства удивлять, – улыбчиво ответил Найтвинг, но его прервал серьезный голос Бэтмена.

– Это не обсуждается.

– Тц… ну вот… – раздраженно цокнул Робин.

***

– И так, ты решил, что этот зануда разрешит тебе пойти со мной на поиски Джокера? – с самодовольно ухмылочкой повилял пальцем Найтвинг.

Уверенный парень с густой шевелюрой сидел на крыше вечернего Готема, преисполненный романтизмом ночной охоты за преступниками, и наслаждался каждым её мгновением.

Обращался он к согнувшемуся пареньку, который сидел возле него на толстом кирпичном парапете и раздраженно упирал руки в согнутые ноги, как самый настоящий ребенок. Ему ещё предстояло многому научиться, и Найтвинг понимал его чувства, поскольку сам относительно недавно был Робином. Ему также приходилось выслушивать причитания и наказы Бэтмена, от которых его за долгие пять лет обучения уже успели задолбать настолько, что аж тошнило.

Однако теперь все было прошлом, и освободившись от клейма помощника Бэтмена «Робина», –Дик наконец-то стал гордым и самостоятельным Найтвингом, рассекающим ночное небо и находясь в свободном плавание.

– Не выпендривайся. Ты не сильно далеко ушел от меня, Дик! Вот увидишь, ещё через пару лет и я стану не хуже тебя, – дерзко заявил Джейсон.

– Аж через пару лет… вау, – рассмеялся Дик, впрочем, приятно радуясь энтузиазму молодого брата по их общему делу.

В самом деле, они были почти как настоящая семья, которой каждый из них был лишен.

– Эх, слушай, а каково это было, когда ты стал Найтвингом?

– Ну… сначала я не заметил разницы, пока не попробовал закусить бургером сразу после того, как отделал одного засранца. Вкус еды в такие моменты куда слаще, знаешь ли. Я посадил его задницей на холодный асфальт и выслушивал, как он клялся мне прекратить воровать дамские сумочки.

Джейсона эта история обрадовала.

– И Бэтмен тебе ничего не сказал?

– Нет, конечно, – удивился глупому вопросу Дик, – я же работал один, и некому было нудить при каждом удобном случае.

– Хорошо звучит…

– И не поспоришь, но, знаешь, иногда одному работать скучно. Например, с Барбарой мы постоянно обсуждаем фильмы и даже иногда смотрим их на крыше, пока патрулируем Готем. И порой, когда я работаю один мне этого не хватает.

– Х-ах, а не излишне ли ты халтуришь?

– Обижаешь! Я просто делаю свою работу как хорошо, что зачастую остается кучу свободного времени. Таким неуклюжим соплякам как ты этого не понять.

– Да я тебе отделаю, – уверенно заявил Джейсон, впрочем, поинтересовавшись, – а с Бэтменом тоже весело бывает работать? Или он всегда такой?

– Ну не-не-не, – расслабленно помахал рукой Дик, – он себе не изменяет никогда, но с ним, знаешь, как-то проще работать, что ли. Бэтмен, конечно, мастер своего дела, но он излишне душит, понимаешь?

– Можешь не объяснять, – недовольно поморщился Джейсон.

– Не переживай, настанет время, и ты сможешь стать самостоятельным, – улыбчиво добавил Дик, – но… знаешь, я бы все-таки советовал прислушиваться к старику. Все-таки он многому меня научил.

– Например, как круто мочить врагов?

«Врагов», – подумал Дик, почему-то не удовлетворившись подобным сравнением, и пожал плечами.

– Я хотел сказать, что он подарил мне убеждения и веру в себя. А ещё научил осторожности и терпению.

– Ой, давай хоть ты не души, – скривился Джейсон Тодд.

– И вправду, что-то меня неожиданно занесло, – насмешливо согласился Дик, наконец-то вставая с места и созерцая ночной город под своими ногами.

Готем-сити – прямо под рукой. Сырой дым от промышленных зданий мерно парил в воздухе. Легкий ветерок обдувал плотно прижатый к груди костюм. Шум проезжающих машин отвлекал от навязчивых мыслей. Дик чувствовал уверенность даже в таком мрачном городе, прожив здесь всю свою жизнь, но переживания из-за Джейсона мешали ему полностью расслабиться.

Дику одновременно хотелось поддержать маленького братца и позволить ему больше, но при здравый смысл подсказывал, что парень был ещё слишком мал, чтобы понять в каком жестоком мире на самом деле жил.

От мыслей Дика Грейсона отвлек сигнал на его передатчике, и он тут же получил информацию от Барбары касательно небольшой перепалки через пару улиц.

– Ну и кому нужно надрать зад на этот раз? – сказал Джейсон, встречая благосклонную улыбку Дика.

– Кое-кому точно надерем.

Глава восьмая

Робин не успел даже дослушать слова старшего напарника, как тут же сорвался с парапета и прыгнул вниз, зацепившись за соседнее здание крепким тросом.

– Кто последний, тот лошара!

– Вот же-ж мелкий… – ухмыльнулся Дик, cспрыгивая вслед за Джейсоном и вырываясь в скоростной полет.

В отличие от Дика, маленький Джейсон двигался преимущественно на низких высотах по крышам домов с хорошей кровлей. В этом деле ему помогал Бэт-тросомёт, позволяющий взбираться на высокие стены за считанные секунды. Оснащенные алмазными дротиками, они без труда пробивали бетонную кладку и даже стальную стену.

– Отстаешь, Дик! – дерзко крикнул Джейсон, перепрыгивая на крышу следующего дома.

– Ну знаешь ли…

Вот только если Бэтмен и Робин использовали бэт-тросомёт в основном как средство для прямолинейных перемещений вверх или вперед, то Найтвинг был исключением из всех правил –его развитое акробатическое телосложение, реакция и восприятие позволяли ему делать намного большее.

Оказавшись в полете, Дик смерил взглядом маленький силуэт Робина, который был впереди аж на два дома. Грейсон неплохо отставал, но это только если смотреть на ситуацию как обычный человек. Если же немного оглянуться на верх и оценить перспективу, – Найтвинг находился на высоте более пяти этажей, намного выше, чем Джейсон Тодд.

Выбросив трос вверх, Дик Грейсон зацепился за Водонапорную башню соседнего здания в нескольких метрах над головой и выбросил себя вверх, изогнувшись в силовом рывке. Напряженные мышцы крепких предплечий, спины, развитые сухожилия, резко вздулись, встречая сильнейшую нагрузку из возможных: собственной массы и силы притяжения, тянущей его вниз, к смертельно опасному на такой высоте асфальту.

Его напряженные бицепсы, размером с каменные булыжники, дрожали и завывали, казалось бы, вот-вот уступая брошенный дерзкому полету вызов. Удерживая трос в крепком, железном хвате, от которого зависел убийственный трюк, Найтвинг сосредоточенно вздохнул. И вот… бицепсы и спинные мышцы затвердели так, что приходиться не сомневалось…

– Пора, – резким движением рук Дик выбросил себя в резкий, мощный полёт, и опустил сосредоточенный взгляд вниз, на людей, на Джейсона, нет, на сам Готем-сити.

Напряженный и покрывшийся горячим потом Дик встретил лицом холодный воздух при стремительном падении и ощутил, как каждая затвердевшая мышца в его теле закричала в мольбе. Пока он целиком и полностью поглощенный моментом устремился только вперед. Ведь там, где обычный человек бы просто умер, испугавшись и разбившись насмерть, Найтвинг продолжал смеяться в лицо собственной слабости, и нескончаемо бросал вызов самой Высоте.

Разрезая воздушное расстояние в тёмном, грандиозном рывке, Дик растворился в тенях Готема, словно ночной хищник.

В то же время Джейсон бежал на полной скорости и изо всех сил перепрыгивал возможные преграды, полностью уверенный что ему не уступить.

– Хм… он что, сдался уже что ли? – сказал Джейсон, потеряв из виду заносчивого засранца.

– Смотри выше, приятель, – раздалось насмешливо над его головой.

В ловком сальто стремительная тень пролетела перед глазами испугавшегося Джейсона и оставила его позади. Фигуристый мужчина выгнулся, расправив мощные плечи, и символика V-образной формы хищно изогнулась на его мускулистой груди.

– Откуда ты взялся?!

– Секрет фирмы, – поучительно помахал пальцем Дик, продолжая неспешный шаг вслед за своим визами, и всем своим видом демонстрируя как же сильно он ему поддавался.

– Сколько можно выпендриваться, Дик! Это ещё не все на что я способен! – крикнул Джейсон.

– Я ещё даже не начинал, – дразняще помахал рукой ему Дик.

Джейсон Тодд раздраженно побежал вперед, слово не замечая ничего, кроме их маленького соревнования.

– Ну что-ж с тобой поделаешь, уступить тебе что ли? Эй, подожди! Куда несешься? Тебе ведь ещё зад надерут! – сказал Дик, краем глаза заметив симпатичную девушку, стоявшую у киоска с хот-догами. – Оу…

Найтвинг занял место на лестнице, когда обнаружил Джейсона, уже ввязавшегося в драку, и с небольшим волнением схватился за металлическое ограждение. Маленькая фигура паренька в разноцветном костюме моталась между двумя здоровяками и ловкими, акробатическими прыжками уходя от мелькающих в освещении луны ржавой монтировки. При каждом ловком рывке Робин отсмеивался и поддевал своих противников колкими фразочками, демонстрируя полное превосходство над ними и опасную заносчивость, которая оттеняла его внимательность.

Дик с усмешкой покачал головой и перепрыгнул ограждение, чтобы присоединиться к развлечению, но внезапно обнаружил сбоку наблюдателя. Мужчина в шляпе: он достал из пальто пистолет и навел его на ничего не замечавшего Джейсона…

***

Оказавшись наедине с самим собой вот уже на протяжении нескольких дней, Артур сидел на диване, изредка мастеря что-то из деталей, которые лежали на столе, и просматривал телевизор. Одним из его недавних изобретений стала безобидная рожица клоуна, которая говорила мерзким голоском, нервно хихикала и выплескивала изо рта небольшое химикатное испарение, которое, впрочем, особо не вредила людям.

Артур промучился над этой работой около пяти часов, в попытке в первую очередь сделать токсины и яды Джокера менее ядовитым, чем те были изначально.

Каким-то образом он обнаружил, что химия перед ним была не такой уж и сложной. Все смеси давались ему без труда и как-то послушно, словно признавали в нём собственного хозяина.

Артур даже решил, что в прошлой жизни воспринимал химию сложной из-за лени, но сейчас он прозрел и понимал, насколько ошибался.

– Ну да не важно, – пожал он плечами, откладывая отвертку на стол и направляясь к телевизору.

В руках лежала небольшая игрушка, которую Артур назвал «Смешная рожица Клоуна», – он мысленно улыбнулся своему первому в этом мире творению, и начал играючи вертеть его в пальцах, будто жонглируя им. Впрочем, вскоре он позабыл об этом развлечении, устремив свой взгляд на телевизор и показываемые новости города.

Готем-сити казался ему обычным городком без каких-либо особенностей его родного мира. Да, конечно, некоторые вещи здесь отличались от привычно Русских, но то были мелочи. Наподобие нежелания людей прогуливаться по темным улицам города или стиль одежды, особенности языка и некоторые манеры поведения, которые Артур успел подметить, прогулявшись по городу. Что в принципе свойственно для культурных различий и традиций. Предварительно ему пришлось привести себя в порядок и одеться как адекватный человек, а не как разряженный и загримированный клоун.

Что удивительно, в первые же дни выхода на улицу, люди не узнавали в нём того самого Джокера, а видели обычного мужчину без отличительных качеств. Приятно приободренный такой новостью, Артур смело зашагал вдоль улиц и принялся изучать его достопримечательности.

Внешне Готем выглядел как огромный мрачный город, в котором сочетались чудеса промышленности и красивых, диковинных зданий с высокими башнями и развитой инфраструктурой.

Даже несмотря на вечно витающих смог и дымные облака, общая томность и кажущаяся неприветливость города была вызвана его собственными ощущениями, которые он принял за предрассудки после просмотра фильмов ДС.

В остальном Готем казался вполне приятным и наполненным жизнью городом. Сам Артур проживал в районе близкому к центру, и зачастую встречал аристократичных, богато одетых людей. Они вели себя вежливо, спокойно, и старались не обращать внимание на окружающих прохожих, словно жили в своем собственно мирке.

Гуляя по городу размеренной и расслабленной походкой, Артур не заметил, как прошел целый день.

Тёмные тучи постепенно заволокли небо, и единственно яркая луна ярко освещала пути пустующих улиц, что постепенно намекало на завершение дня.

Артур почему-то не волновался и не торопился забегать домой несмотря на таящуюся в тенях угрозу. Хотя буквально все, даже мелкий шорох пролетающей по асфальту газет внушал ему легкий трепет и зловещее ожидание чего-то мрачно непредвиденного.

Согнувшись на лавочке, Артур принял задумчивую позу и глубоко выдохнул скопившийся в груди воздух.

– Да, здорово.

В навеянной расслабленном вечером тишине, Артур внезапно услышал далекий хлопок, и тут же распознал в нём приглушенный звук выстрела. Взвинченный подобным недоразумением, он чуть ли не вскочил с места и прикрыл лицо широким воротником серого плаща.

«Ну что там ещё?» – выстрелы исходили ровно оттуда, где находился его дом, и по коже Артура прошлись неприятные мурашки.

– Кажется… Харли должна была сегодня вечером вернуться.

Артур некоторое время раздумывал над тем, а не свалить ли ему подальше и переждать ночь в каком-нибудь мотеле? Но подобные мысли сразу же отмела неприятная мысль о том, что Харли могла по глупости подставиться и попасть в беду.

Артур ускорил шаг и помчался узнать, что происходило.

Идея влезать в чужие разборки ему совершенно не нравилась, но любая мысль бросить Харли в беде заставляла сердце зудеть. Харли спасла его, не бросила в беде, – и он обязан был отплатить ей тем же.

Если он бросит её в беде, то кто вообще во всем ДС будет на его стороне потом?

«Никто… в этом-то и самое веселье!» – промелькнула мерзко хихикающая мысль в голове, и Артур с бледным ужасом вытряхнул её из всего своего существа.

Мрачные дома Готема в основном представляли из себя прекрасные высокие сооружения, которые гордым стронем возвышались к небу. Яркие желтые фонари освещали каждую возвышенность и демонстрировали величественность изысканных статуй гаргульи, гордо парящих в небе дирижаблей и звучных вывесок.

Казалось, все в этом месте следовало одной строгой тёмной воле и двигалось, и существовало гармонично с её желанием – внушить бродящему гостю мысль, что он здесь не один, и скоро его ждет беда.

Артур замер на месте, вслушиваясь в образовавшуюся тишину, и заметил, как сбоку от него мелькнула серия полицейских машин, движущаяся в сторону туманных облачков, тянущегося к завесе небесного дыма.

У Банка, прямо на его глаза, происходило самое настоящее ограбление. Полиция окружила вход в здание и вело переговоры с преступниками, взявшими заложника. Артур стоял за стеной ближайшего дома и возбужденно ухмылялся сам себе, слово видел одно из великолепнейший представлений в своей жизни.

И в то же время ему было интересно увидеть Бэтмен в живую бьет морду кому-то помимо него…

С неба, будто тень, спустилась летучая мышь и, незаметно от бандитов, обошла их сзади. Бандиты заметили её поздно. И схватка началась, демонстрируя Артуру типичную сцену борьбы героев и преступности. Но, к сожалению, все произошло так быстро и резко, что бандиты даже не успели никого пристрелить. Воздух разорвали многочисленные вспышки огня и крики. Пули попали точно в выставленный тёмный плащ, но беспомощно попадали с металлическим лязгом.

С разочарованием Артур покачал головой, обвиняя всеми проклятиями тупых бандюганов в их неспособности и банальном несоблюдении осторожности. Явившаяся «Мышка» в черном плаще просто унизила их, не оставив шансов на достойный отпор. Они совершили буквально сотни ошибок, от которых Артур кривил губы, и на каждую из них он закрывал глаза, лишь бы не блевануть.

От непонятной злобы сжав кулаки, Артур чуть ли не запыхтел.

«Какой идиотизм… Разве можно так бездарно грабить банк, зная о последствиях? Жалкие подражатели», – подумал он, и вдруг замер на месте от собственных мыслей.

Оставшиеся преступники были схвачены окружившей их полицией, и представление закончилось.

Героем, остановившим преступников, была девушка в костюме Бэтгёрл. У неё была гордая и уверенная улыбка, прекрасный черный костюм, который в отличие от Бэтмена, имел ярко-желтую эмблему. Которую, к сожалению для себя осознал Артур, – было куда легче разглядеть в темноте, чем костюм старшего из мышек.

Артур не стал разглядывать героиню дальше, совершенно точно распознав в ней известную Барбару Гордон, и ушел восвояси.

Путь до дома пролегал через пару уже знакомых улиц и не предвещал очередных фокусов. Казалось, если что-то и могло застать его врасплох – то оно специально избегало его.

Но злачный и неприветливый город так не считал. В очередном переулке Артур услышал далекие визги и вопли, в которых узнал испуганную и загнанную в ловушку девушку.

Ему хватило буквально пары секунд, чтобы сориентироваться по характеру и тембру голоса, что голос принадлежал не Харли Квин – и его сердце тут же утихло, отпустив сильнейшую тревогу.

Артур шагнул в сторону дома, продолжая идти и не вмешиваться в чужие разборки несмотря на далекие крики. И каждый новый шаг вдруг осознавал две неприятные вещи: ему было муторно на душе… и чем ближе он шел к своему дому, тем громче становились чужие голоса, включая грубые мужские и неприветливые.

Пока вскоре Артур не вышел на ту самую улицу, где среди пустующих зданий, в самом углу, возле закрытого завода стояла группа мужчин. Они были большими и массивными, будто стая боксеров из старых фильмов. И вся эта группа бойцов нагло столпилась вокруг одной бедной девушки с нежными волосами цвета пшена, чье тонкое тело украшало красивое тёмно-голубое пальто.

Единственное, что отличало этих широкоплечих амбалов от обычных безобразников и головорезов – это приятные, опрятные плащи и роскошные шляпы, в которых они походили на мафию.

Артур сразу же провел параллель с опасными группировками Готема и отрешился от всяких попыток иметь с ними дело. Мало того, что он ни разу не дрался, так ещё и бугаи были в раза два больше, чем он сам – это была верная смерть.

Однако Артур слишком долго думал, когда пытался тихо проскользнуть мимо к уже показавшемуся дому.

– Эй ты, что ты здесь забыл? – угрожающе хмыкнул мужик в шляпе.

Разговор с молодой девушкой затих, и весь лес сверкающих в ночи глаз обернулся на него.

Холодный порыв воздуха захлестнул Артура, неся с собой тревожные запахи табака, скрытых угроз, и невольного напряжения. Грудь в модном пиджаке приняла на себя всю «бурю», и нисколько не двинулась, лишь выпятившись чуть сильнее незаметно от самого Артура. Все его внимание вне его воли незаметно и с интересном переключилось на девушку, полностью игнорируя возникающее волнение и когтистые лапы страха, словно сам его мозг отказывался воспринимать такую скучную и бесполезную концепцию как страх. И даже больше, Артур даже не понял, что в этот момент должен был испытывать страх или переживания. Вместо этого весь интерес был прикован к девушке, которая смотрела на него молящим взглядом. Словно выпрашивала спасти её из лап негодяев. И ему казалось это слегка забавным.

Почему же так? Да потому что каждый из них знал: если он попытается спасти её, может получить куда сильнее, чем она. Но девушка была настолько испугана, что даже не понимала этого…

Артур продолжал сдержанно молчать, и вскоре наглый здоровяк повторил свой вопрос уже опасно рявкнув.

– Я сказал, какого хрена ты здесь забыл, червяк? Вали, пока я тебя не прибил!

– Прошу вас… – промямлила девушка, продолжая смотреть на Артура слезливыми глазами.

– Погоди, не надо так, братан. Дай я с ним поговорю, – улыбчиво сказал второй здоровяк, блеснув черным перстнем на указательном пальце правой руки, и примирительно положил ладонь на грудь первого здоровяка. – Я разберусь, а вы тут пока продолжайте «свидание».

Второй здоровяк возвысился над Артуром подобно скале, и громко усмехнулся, глядя ему в лицо. Амбал важно покачал головой, улыбчиво цокнув, и потянулся к карману, достав оттуда бумажник. Затем вытянул из кожаного кошелька пачку зеленых купюр, несущую запах табака, и протянул её Артуру.

– Чисто символическая плата за твое молчание, приятель. Надеюсь, мы поняли друг друга?

– …

– По глазам вижу, что ты не дурак. А на людей у меня хорошо глаз наметан, – улыбчиво пробурчал деловитый амбал, пожимая плечами, – просто забудь, что здесь видел и не думай о пустяках, если не хочешь попасть в беду. Надеюсь, мне не придется объяснять, что тебя ждет, если ты не послушаешь мой «дружеский» совет? – уверенно намекнул он, от чего-то устало вздыхая и оборачиваясь на своих «братанов».

Воздух между ними прошелестел, наполняясь прохладой осени, и Артур отчего-то почувствовал себя необычно свободнее, чем раньше. Он бросил взгляд на деньги в руках, призадумался, и улыбчиво кивнул, ведомый каким-то мрачным спокойствием. В тот момент, когда Артур спокойно взял предлагаемые ему деньги, краем глаза он успел заметить, как что-то мелькнуло на крыше соседнего здания и исчезло.

– А ведь неплохо звучит, – улыбчиво кивнул Артур, неожиданно для себя перелистывая каждую купюру в его руке… а тем временем в его груди что-то зудило и побуждало сделать что-нибудь неприятное, поскольку… его от чего-то распирало, будто…

… будто ублюдок…

Артур тряхнул головой, отгоняя наваждение.

– А знаешь, что, дружок. Я рад иметь с тобой дело, – важно заметил он, – деньги в нашем деле лишними не будут, все-таки в нелегкие времена живём.

– Ммм…? – странно покосившись на Артура, амбал немного растерялся, казалось бы, от внезапной смелости незнакомца.

Глава девятая

– Вам, конечно, не хватает изящности и вкуса, но раз уж вы платите я закрою на этот сюр глаза, – Артур шагнул вперед и покровительственно похлопал амбала по плечу, чуть наклонившись к его уху, – так держать… дружок. Буду болеть за ваши успехи с той малышкой.

Артур с какой-то особой веселостью отшагнул от амбала и смерил его острым взглядом, которую подчеркивал кривая улыбочка. Помахав своему дружку-здоровячку рукой напоследок, он расслаблено зашагал восвояси, засунув руки в карманы плаща.

– Какой странный тип… – сказал амбал, вдруг замечая на своей руке пробежавшуюся горстку мурашек, и ощущение, словно на секунду оказался перед Боссом, которого так уважал и боялся.

И хотя мужчина перед ним был ниже, и казался сущим слабаком, от его удаляющей спины исходило какое-то неясное чувство тревоги.

Мысленно порадовавшись, что они быстро разминулись, Амбал, которого звали Джеймсом, достал платок из кармана брюк и вытер им вспотевший лоб.

– Да и денек сегодня в целом странный, – добавил он, когда за спиной внезапно раздались крики и вопли.

Обернувшись, Джеймс бросил острый взгляд в сторону затемненного завода, и увидел плещущие тени на фоне мигающих фонарей. Там кто-то дрался, и судя по размашистым джебам, на которые был способен только Бобби… это были его парни!

«Только этого мне не хватало» – помрачнел Амбал, просовывая палец между расстегнутым плащом и выпирающим пузом, в которое упиралась железная пушка. Вытащив рукоять вспотевшими пальцами, он напряженно зашагал вперед.

Джеймс быстро разглядел парня в дурацком костюме и с плащом, который сначала вызвал в нем недоумение, а затем напомнил об одной странной Легенде, которая бродила по Готему.

Как-то раз Джеймс слышал от своего Босса выражение, которое ещё не довелось подтвердить: «Если по твою душу пришел Бэтмен – тебе крышка».

«Но если это его напарники – убей их пока не поздно, иначе скоро пожалеешь»

В рядах мафиози и бандитов было много разных слухов о Бэтмене и его напарниках, и в какие именно верить решал каждый из них сам. Фактически, Бэтмен был этакой страшной легендой среди преступного мира. Ровно, как и Джокер, имя которого почему-то считали обратной стороной Бэтмена, более беспощадной и кровожадной. Это был клоун, который «плохо шутил», и каждая из его шуток оканчивалась трагедией. Они предпочитали не называть его имя в силу страха оказаться мертвыми. Он был как Фредди Крюгер, или как очередная байкой из фильма ужасов.

Впрочем, Готем город не маленький, и большая часть широкого преступного общества ещё не успела проверить на себе правдивость всех слухов. Черные рынки, даже кровавый подпольный бизнес – все это до сих пор существовало и процветало несмотря на различные байки. И раз уж их до сих пор никто не тронул – был ли этот герой на самом деле реален или это все словесной чушь, которой отпугивали тупорылых конкурентов?

Каким-то счастливчикам улыбалась удача до сих пор, но в то же время… кто-то оказывался в тюрьме уже на следующий день, уверяя что его чуть ли не сожрала большая летучая мышь. Кому-то везло меньше и его находили подвешенным за собственные кишки, с одной отличительной чертой – каждый из них умирал с улыбкой на устах.

Джеймс видел разных «чудаков», и сказать кто из них был прав было сложно.

Не удивительно, что из-за этих слухов многие преступные банды разделились на два основных лагеря. Одни верили, что Бэтмен – это настоящая угроза, с которой нужно считаться. Другие же скептически заявляли, что Бэтмен – это всего лишь глупая легенда обделавшихся наркоманов.

И до сегодняшнего дня Джеймс верил в последнее.

И именно поэтому, когда он пригляделся к драке поближе, и обнаружил, что напавшим на его братьев был всего лишь ловкий мальчишка в маске, Джеймс издал нервный смешок. А не разыгралось ли его воображение? Что обычный пацан в маске тут вообще забыл? Но стоило ему шагнуть на свет и разглядеть все получше, как вся радость тут же улетучилась, оставив лишь глубокое опустошение и чувство неясного страха. Пацан буквально играючи отпрыгнул от скоростного Джеба Бобби и одним пинком отправил того в полет несмотря на подавляющую разницу в массе.

– Не может быть, – сказал Джеймс, поправив скатившуюся шляпу на вспотевшем лбе, и встал за стеной, чтобы обдумать происходящее.

Да, Джеймс был умным, но смелым едва ли.

Страшная байка в его мыслях начала обретать иной смысл, взяв вверх над спокойным и рациональным мышлением, словно он вживую увидел призрака.

Он быстро понял, что этот пацан в цветастом костюме был Робином. Казалось бы, сопляк ростом всего ничего и должен был встретить свою смерть от Бобби максимум за минуту. Но посмотри же, Джеймс, поймать парня оказалось не проще, чем муху в полете, – промелькнуло в его голове.

Сам Джеймс никогда не славился точностью выстрелов и не видел в этом пользу. Его главным оружием были мозги. Он любил называть себя «дипломатом», и не любил марать руки о всяких придурков, тем более о молодых парней. Он предпочитал действовать сосредоточенно, словами, избегая ненужных стычек.

Именно поэтому Босс и назначил Джеймса работать вместе со вспыльчивым Бобби, который только и лез в драки. Вместе они работали куда сдержанней и обходились без лишней крови.

Но приказ от Босса был четок и ясен: «наткнешься на пешек Бэтмена: гаси их без разбору, иначе всем нам конец. Бэтмен сразу выйдет на нас»

И Джеймс, ценящий и понимающий важность информации, был вынужден лишь согласиться: Бэтмен был ужасен тем, что ты не знал, чего от него можно ожидать.

Вот только в попытке нацелиться на Робина у Джеймса так ничего и не выходило. Пацан был слишком ловок, а руки Джеймса слишком сильно вспотели и дрожали от волнения. Казалось бы, надо бежать, пока не появился Бэтмен, но тогда он оставит Бобби и всей его карьере может прийти конец.

В лучшем случае Босс отстрелит ему яйца, и он сможет дальше вариться в грязных деньгах.

Разве ради этого он решился ступить на этот грязный путь? Чтобы потерять все за раз из-за одного пацана в цветастом костюме?

Покрепче обхватив пистолет, Джеймс решил, что выстрелит в пацана даже если под пулю попадет Бобби.

«Извини, приятель, но это бизнес»

Однако как долго Джеймс не ждал, – паренек никак не останавливался, а раскрываться случайным выстрелом было нельзя – иначе он откроется, и Робин заметит его. Тогда Джеймс точно не попадет по сопляку, а наоборот ненароком заденет Бобби почем зря.

И вдруг Джеймс увидел, как Бобби вспыхнул от злости, не сумев ударить Робина даже раз. Он был в ярости и выкрикивал в сторону смеющегося парня ругательства.

– Ну чего же ты, давай, обычного пацана победить не можешь? – едко отзывался паренек в маске, показывая Бобби средний палец.

И Джеймс нашел его! Момент для выстрела.

– Конец тебе, сопляк. И не вини меня, ты сам виноват! – бледно пробубнил Джеймс, нажимая на курок.

– Ты чего… такой грустный? – хихикнул громкий голос.

Накаленный до эмоционального предела, Джеймс вскочил на месте, чуть ли не выронив пушку из рук. Мерзкий голосок, окликнувший его, продолжал пугающе визжать под ухом и сводить его с ума, пока он с остервенением не обернулся на мерзавца, смевшего над ним издеваться.

– Ах ты гребанный ублюдок! Я убью тебя! – выкрикнул вспотевший Джеймс в пустоту мрачных улиц, и угрожающе махнул рукой. Не столько для того, чтобы испугать, а чтобы придать себе смелости перед… пустующей улицей.

Никого.

Никого не было.

– Рассказать тебе шутку…? – хихикал мерзкий голосок.

– Какого… – бледно пробубнел Джеймс, внезапно обнаружил на своем плече небольшую липучку с круглой поверхностью. Он тут же сорвал её и обнаружил на ней маленькую рожицу клоуна, из которой исходил тот самый голос.

Не успел Джеймс даже моргнуть, как в его лицо впрыснуло зеленое облачко, и он горько закашлялся, выбрасывая поганую дрянь из руки.

– Что это за хрень, кху-к-ху… нахрен?! – в приступе ярости Джеймс раздавил игрушку ногой и грязно выругался. – Блять… Это тот мужик? Это его игрушка! Это его игрушка! Сука! Где этот козёл?! – раздраженно оглядывался Джеймс, но внезапно услышал вой Бобби за своей спиной, и вся злоба сменилась внезапным страхом, – точно! Пацан!

Джеймс тут же развернулся и, с ужасом обнаружил Бобби лежащим на асфальте пузом к верху. Задыхающимся и пыхтящим от усталости и разбитого носа, с которого стекала густая кровь.

– И это все на что ты способен? Ничтожество, – со злостью Робин упер свою ногу в лицо бедного Бобби, и деловито усмехнулся. – Таких ничтожеств нужно взбучивать, как вонючих свиней. Каждого из вас. Подходите остальные! Я каждого из вас смешаю с дерьмом.

Кровь Бобби стала последней каплей терпения Джеймса. Без каких-либо сомнений он поднял пистолет и выстрелит точно в наглого маленького ублюдка, как раз тогда, когда тот потерял бдительность.

Воздух разорвал выстрел, и тело парня вздрогнуло.

***

Робин испуганно вздрогнул, когда воздух разорвал неожиданный выстрел. Следом нечто черное метнулось в воздух и упало к ногам замерших преступников.

– Лезвие Найтвинга…? – растерянно сказал Джейсон, бросив взгляд в сторону выстрела.

Вслед за этим раздался болезненный вопль мужчины в шляпе, который притаился за углом. Он схватился за свои пальцы и выкрикивал маты в воздух как молитву, когда вышедший из тени мужчина в маске повалил его на землю мощным ударом ноги.

Заметив еще одного героя, помимо Робина, бандиты растерялись и повытаскивали оружие, должно быть решив, что разборка с ребенком уже переходила все границы.

Однако их оружие не успело вступить в бой.

Дик быстрее любого спринтера добрался до растерянных амбалов и быстрыми, скользящими движением прошелся между ними, сбивая каждого с ног. Джейсон только и сумел, что похлопать глазами, прежде последний здоровяк с испуганным визгом поднял пушку на Дик… который внезапно пропал.

– Я здесь… – раздался насмешливый голос сверху.

Дит завис в воздухе, положив одну руку на плечо своего неприятеля, и с акробатической ловкостью вонзил свое колено в его лицо. Со всплесками крови тот рухнул на асфальт, и с воем взялся за разбитое лицо.

– А-а-аа!!!

Когда все закончилось, Найтвинг с легкой ленью оттряхнул руки и бросил стальной взгляд на растерянного Джейсона.

– Ты! – крикнул Дик, тыкая в Джейсона пальцем в грудь так, что последний еле устоял на ногах. – Ты!

– Да что я!

– Ты просто невыносим! Как ты умудрился так увлечься дракой, что не заметил того парня с пушкой?! Он чуть ли не пристрелил тебя! – чуть ли не рычал Дик, пытаясь сдерживать свой гнев как мог.

… но заметив на лице Джейсона тень непонимания и обиды, Грейсон вдруг почувствовал внутренне опустошение и неприязнь к самому себе. Его яркая и добрая натура, в отличие от того же Брюса, не позволяла ему долго злиться и вымешать злобу на людях.

– Да все было бы хорошо! Я видел его краем глаза и успел бы скрыться! – раздраженно выкрикнул Джейсон, уязвленный тем, что в его способностях усомнились.

Вот только Дика нисколько не волновали способности и заносчивость Джейсона Тодда. Дело было в том, что этот парень наотрез отказывался видеть очевидную ошибку, чуть ли не стоившую ему жизни.

Прежде чем Грейсон успел наговорить Джейсону лишнего и пожалеть об этом, он сосредоточенно смерил младшего брата взглядом и его губы издали тяжелый выдох. Бэтмен бы на его месте холодно отчитал Джейсона и молча развернулся, закончив разговора на тяжелой ноте, и ничто бы не помогло изменить его решение. Джейсон наверняка бы попытался оправдаться, но Брюс бы его не слушал, наказав парня не выговором, а целым рядом условий и отстранением от работы Робина, что взбесило бы Джейсона ещё сильнее. Но вместо этого Дик выбрал метод куда более изящный и простой:

Он сосредоточил в себе все доброе и отбросил спонтанную вспышку гнева мысленным усилием, а затем прямым жестом уткнул ладонь в волосы Джейсона и рваным движением растрепал их.

– Эй… ты что… что ты делаешь?! – забастовал Джейсон, беспомощно извиваясь в руках Старшего брата по геройству.

– Просто не хочу смотреть на твою хмурую рожу, – усмехнулся Дик, – и я, так и быть, сделаю вид, что не видел, как ты закричал от страха, когда на тебя направили пушку.

Вмиг покрасневшее от злости лицо Джейсона приобрело крапинки стыда, сметая всякий намек на конфликт.

– Это… не так, – цедил парень, – я был удивлен, поддался эмоциям. Все из-за неё, – Джейсон с недовольством указал на трясущуюся девушку, сидевшую возле бледной стены одного из доков Готем-сити.

Дик смерил незнакомку усталым и раздосадованным взглядом, пока все его мысли были заняты вообще другим, и вновь тяжело вздохнул.

– Ну, ты молодец, поздравляю тебя, спас девушку, но не думаешь, что тебе стоило дождаться меня?

– В этом нет никакого смысла, – Джейсон раздраженно сложил руки на груди, – я бы справился и сам.

Дик покачал головой, удручаясь словами младшего брата и не знал, как собраться спутавшиеся гневные эмоции и заботу. Он хотел накричать на Джейсона, но и братские чувства взывали не делать этого. Сквозь спутанные мысли Дик призадумался, вспомнив, как бандит направлял пистолет на Джейсона, но в последний момент его что-то отвлекло. Это была удача, не иначе, но Дик не верил в слепую судьбу.

– Упертый болван, – сказал Дик, взъерошив волосы на голове Джейсона в очередной раз, и прошел мимо него прямо к испуганной женщине, которой протянул руку. – Вы уж простите моего трусливого напарника, он ещё пока учится. С вами все хорошо?

– Да… кажется… в порядке.

– Эй, ты что там говоришь! – подходил к нему раздраженный Джейсон, но тут же получил ладонь в лицо, которой Дик Грейсон не глядя охватил его, чтобы тот замолчал. А сам Дик спокойно и вежливо продолжал общение с девушкой перед ним, старясь разрядить обстановку.

Девушка была блондинкой тонкой фигуры и милым лицом. Дик даже не сразу понял, что разговаривал с молодой девушкой, которая была примерно одного возраста с ним. Как оказалось, она бродила по улице и нечаянно наткнулась на группу мужчин, которые начали подкатывать к ней. Она не захотела с ними общаться, и они чуть ли не изнасиловали её…

«Типичный Готем», – подумал Дик, провожая испуганную девушку до полицейского участка на пару с молчаливым Робином, который пыхтел от унижения.

– Сейчас мы поможем вам, но впредь старайтесь не бродить по улицам в позднее время. Таким красавицам как вы это точно противопоказано, окей? – подмигнул он, подобрав наиболее обаятельную улыбку из своего арсенала, и девушка невольно покрылась румянцем.

– Х-хорошо… – тихо прошептала она, вскоре пропадая за дверями полицейской машины.

Джейсон и Дик наблюдали за скоплением полицейских машин с высоты пятиэтажного дома, находясь в буквально прямо над ним, и молчали. Шумные разговоры и недовольные возгласы пойманных мерзавцев поднимались аж к самому воздуху.

«Что-ж, пол дела сделано», – холодно подумал Грейсон, наконец испытывал облегчение, и размял мощную плечевую мышцу, которая слегка ныла от последнего рывка. Если бы не он, возможно, Джейсон бы умер.

– Ты опозорил меня перед ней, а сам красовался! – вдруг цокнул откуда-то снизу раздраженный Джейсон, и Дик, чуть позабыв о нём, опустил взгляд «о, точно, ты тоже тут был».

– Да не начинай ты, и так из-за тебя сегодня напрягался больше, чем нужно, – зевая в ладошку сказал Дик, разминая второй рукой жутко болевшие мышци шеи.

– Я же тебе уже сказал, что у меня все было под контролем! Если скажешь Бэтмену…

– Напугал-напугал. Уже спешу звонить в полицию, – вновь зевнул Дик, – хм… слушай, может перекусим бургерами?

– Дик!

– Ну что ты пристал то? – вздохнул Дик, поправив свою пышную шевелюру, – если бы у тебя было все под контролем, то сейчас та красивая девушка не думала бы, что ты чуть ли не обделался в штанишки.

Джейсон от пыхтений сжал кулаки, и в какой-то момент замолчал, бросив серьезный взгляд на асфальт. Дику даже стало интересно, что это с ним такое сталось, и наконец-то развернулся на своего младшего брата. Тот стоял с опущенной головой и собранно выдохнул.

– Ладно… может быть, я действительно облажался самую малость. Но только не в той драке с теми неудачниками, понял?! Их бы я отделал из закрытыми глазами.

Дик с легким удивлением распахнул глаза, но тут же вернул спокойное выражение лица, не подавая виду.

– Да-да… конечно.

– Дик!

Тишину ночных улиц Готема нарушал громкий, но удивительно легкий и веселый смех молодого мужчины, которого постоянно окрикивал раздраженный юношеский голос идущего рядом парня.

– И все же странно все это, – сказал Дик, сидя на крыше в одиночестве, пока Джейсон отошел помочиться за мусорные баки.

Он держал в руках сплющенную игрушку с рожицей клоуна, которая немного напоминала игрушки Джокера. Бегло изучив её, он даже заметил некий механизм, который должен был выпрыскивать что-то в воздух, как духи.

Однако преступники, которых они с Джейсоном поймали, никак не были связаны с Джокером. Это оказалась обычная мафия, которая попалась им на глаза совершенно случайно.

Если бы не крики девушки, Дик бы даже не заметил их.

– Хм… Найти бы хозяина этой безделушки.

После завершения дежурства, когда Дик встретился с Брюсом и тот спросил его, как себя показал Джейсон в их первой совместной вылазке, Грейсон долго думал, что ему ответить с мрачным видом.

Перед ним стоял нелегкий выбор: поступить так, как поступил бы Брюс, и сказать правду, либо дать немного свободы своему маленькому партнеру и не усугублять положение. В нём буйствовали два сильных чувства, забота и доброта, но одно из этих чувства требовало строгости и дисциплины, в то время как другое желало одарить Джейсона свободой и поддержкой на их непростом пути.

Дик в нерешительности дал Брюсу ответ, который когда-то желал услышать от него сам. Старший Уэйн не стал больше ничего спрашивать и молча ушел, оставив Грейсона в угнетающих тенях и тишине. Но почему-то услышав свой же ответ вскоре Дик осознал, что неизвестная горечь и тяжесть осели в его душе, не позволяя спокойно закрыть глаза и уснуть.

Дик Грейсон ещё некоторое время сидел и смотрел на утренние лучи солнца через широкое окно в гостиной. Он хотел позвать Брюса и рассказать ему правду; рассказать, что видел и в чем сомневался; хотел поделиться с одним из самых близких людей тем, что ему не понравилось и что вызывало опасения. Но вместо этого уперся лицом в мягкую подушку и, вспомнив что Брюс никогда не разделял с ним общих чувств, устало заснул, целиком и полностью доверившись своей вере в маленького Робина.

Примечание от автора для незнающий канон: Джейсон Тодд, ныне известный как Робин, был жестоко убит Джокером еще будучи всего лишь ребенком.

Глава десятая

В тот же вечер Артур сидел на диване, на часах уже было десять вечера, и он смотрел телевизор с программой о ночных созданиях – летучих мышах.

Слабое чувство сонливости не отступало и грезило окунуть его в сладкий сон, но несмотря на это глаза никак не слипались.

– Сегодня я видел Бэт-гёрл, Найтвинга, и Робина… интересно, я правильно узнал их или нет? – в голове ещё висело облачное чувство неуверенности. Все-таки в историях комиксов был не один Робин: они постоянно менялись.

Ему казалось, что все происходящее было нереальным, но глаза не могли обмануть. Если только он не спятил в край, ведь в его родном мире сочли бы невозможным, что герои могли бродить по ночным улицами и защищать людей. От этого попросту возникал какой-то внутренний, будоражащий диссонанс.

Да куда уж там… тут были и «местные классики», с которыми Артур уже успел ознакомиться. И один из них, Невилл Клейв, однажды сказал, что Тяжелые времена рождают великих людей. И он говорил про современных героев.

В своей выражении Невилл Клейв подчеркивал, что речь шла не про одного единственного человека, например, лидера, как Император (Юлий Цезарь), или полководец (Александр Македонский). Речь шла про скопление людей, которые позволяли этому самому лидеру и другим важным историческим личностям изменять мир к лучшему или даже худшему. Ведь в действительности ничего нельзя было изменить в одиночку, а кто думал иначе – скорее всего никогда ничего не добивался.

Так Невилл Клейв приводил в пример текущую Эпоху, которую пафосно назвал «Эпоха героев».

«Нам повезло, что мы родились в век, когда обычные люди стали свидетелями явления уникальных личностей. Когда наш мир изменился навеки вечные и больше никогда не станет прежним. Мы не можем сказать, что этому прекрасному моменту послужил только один из героев, такие как Супермен или Чудо-женщина. Нет, это было бы невозможно окажись они в своем одиночестве. Все они, по отдельности, создавали бы угрозу или причину для недопонимания и предрассудков, но в своей совокупности, в своем формировании целой касты разношерстых ярких личностей – они формируют собой отдельное общество, с которым можно примириться и которое можно понять», – заявлял Клейв в своих изречениях.

Мы видим в них себя, мы отождествляем их яркие идеи и образы с собой, и мы хотим походить на них – и все это возможно благодаря их многообразию. Ведь именно так нам проще выбирать что-то близкое сердцу – когда выбора много.

Невилл рьяно и пылко утверждал, что не Великий таинственный замысел послужил рождению Эпохи героев, а долгая и замысловатая человеческая эволюция. А потому герои не были какой-то угрозой или мутантами, а были частью человеческой культуры и результатом её развития!

Склоняясь над раскрытой Невилла Клейва, Артур громко хмыкнул и закрыл её с хлопком.

– «Мы не должны бояться героев, ведь они часть нас самих», – процитировал последние слова Клейва он.

Но как же иронично было то, что Невилла Клейва, ярого воздыхателя и защитника героики, – погубил тот самый герой, которого он же и взрастил.

Не так давно этот самый писатель усыновил мальчика из приюта Святой Марии. Мальчика звали Шон, и он обладал невероятной сверхсилой, подобной известному Супермену. Мальчик взял фамилию приемного отца, «Клейв», и вскоре они начали жить вместе, однако их совместная жизнь закончилась трагедией вопреки надеждам писателя.

При их ссоре, возможно (до сих пор выяснялось) усыновленный Шон Клейв разрушил дом своего приёмного отца Невила в приступе гнева. Осколки дома рухнули прямо на бедного мужчину и погубили его.

Сам мальчик в итоге скрылся и потерялся на страницах истории, пока через долгие пять лет не появилась скандальная страница в интернете. В ней писалось, что Шон Клейв, должно быть, ступил на преступную тропу, поскольку на улицах Нью-Йорка возник могучий сверх-преступник, погребающий сотни невинных людей под обломками домов.

Вскоре эта история превратилась в символику, обозначив печально известного Шона Клейва как мальчика, который был рожден героем, но стал злодеем из-за своего родителя, который свято верил в добродетель героев. И словно в насмешку своему отцу, Шон начал убивать своих жертв также, как это сделал с ним самим…

Через какие-то пару дней после появления преступника по имени «Крушитель», вести разнеслись по всему городу. И это стало сигналом для появления Супермена, который обрушил мощь своей справедливости на разошедшегося от вседозволенности преступника.

Ходили слухи, что Супермена попросил о помощи сам Президент Вудсон. Хотя обычно Железный человек по неизвестным причинам старался ограничивать свою помощь только Метрополисом.

Однако Артур сразу же увидел в этих статьях и россказнях явную фальшь, преувеличение и излишний пафос. Даже поверхностно ознакомившись с этими текстами, он обнаружил кучу несостыковок, а потом методом исключения убрал все ненужное, чтобы добраться до истины.

Правда оказалась куда проще: Супермен прилетел на помощь, потому что нужно было. Невилл Клейв был продажным писателем, пропагандирующим героику, а Шон Клейв, его сын, – был обычным психом, которого насильно усыновил Невилл, чтобы усилить эффект своей пропаганды.

– Что-ж, он заслужил то, что получил. Хотя мысли у него были интересные, – сказал Артур, воздыхая над закрытой книгой.

«А ещё забавно было то, что в мире ДС кто-то решил идеализировать героев. С этим вполне могли справиться Лоис Лейн и сам Супермен – хватит лишь его харизмы и, наверное, упорности Лоис»

Людям, которые намеренно пытались осветить героев в лице общества, – доверия не было. К ним относились скептически и с отторжением. Они выдавали то, что хотели, за действительность, – гласили забитые в интернете статьи.

«Спроси Супермена, знает ли он что такое хороший герой, и он почти наверняка ответит расплывчатыми воодушевляющими фразами, в которых каждый человек будет искать ответ сам. Потому что Железный человек знает, что точности в таких вопросах нет. Человечество ещё не знает конкретный ответ на вопрос «кто же такой герой», и вероятно не скоро узнает», – гласили первые строки статьи набирающей популярность репортерши.

«Общество только начало формировать свое мнение о таких необычных личностях как Супермен и Чудо-женщина. Всем нам предстоит долгий, но, несомненно, интереснейший путь в истории всего человечества»

– Воистину гениальное в простом, – прокомментировал Артур, с интересом наблюдая за развитием общества с первых его рядов.

«Ждите интервью с самим Суперменом! Я обязательно добуду вам его!», – гласила запись в соцсети «R», которую он листал на телефоне.

Подписавшись на страницу Лоис Лэйн вот уже некоторое время Артур отслеживал жизнь будущей женщины Супермена. И невольно посмеялся от шкодливой мысли: «Джокер и отслеживает такую малявку?»

Лоис ему нравилась. Нравилась за простоту и желание говорить только правду. А ещё потому, что была таким же обычным человеком, как и он. Было в этом… что-то «единокровное», что ли.

Артур с интересом наблюдал за развитием её карьеры с позиции человека, знающего будущее, и подмечал её потенциал.

Лоис росла как на дрожжах, не пытаясь излишне копаться в мыслях героев, и стремилась услышать их, чем казалась Артуру умнее любого другого. Она знала, что ничего не понимала, и задавала вопросы. Правильные вопросы и правильным людям, – героям.

Лоис давала людям возможность рассудить самим кто плохой, а кто злой. И неважно, что из себя представлял человек.

И именно поэтому… эта девушка была особенно привлекательной для Артура. Ведь он, как Джокер, был одной из самых противоречивых личностей вселенной ДС, к которой было не подступиться. Не было в истории человека, который смог бы спокойно выслушать его, если вдруг тот решал открыть свою душу.

Это походило на напряжённую партию с дьяволом, которую невозможно было выиграть. И Артур до сих пор играл её с самим собой.

Устав от размышлений, он перевел взгляд на стрелки часов, где показывало час ночи, но Харли никак не приходила.

***

Не успев заметить, как он отрубился, Артур сладко разомкнул глаза, пока тонул в мягкости собственной постели. Кто-то рядом тихо сопел, и он аккуратно приподнялся на локтях, увидев спящее личико Харли Квин. Как и в первый раз, его девушка была олицетворением странного сочетания красоты, скрытой привлекательности, и напускной глупости, которая казалась ему удивительно притягательной. Она была словно нежная куколка, о которой хотелось заботиться и которую хотелось защищать… хотя фактически все было наоборот. И увлекшись её спящим личиком, он захотел разглядеть её так, как не смотрел до этого.

У Харли было красивое, правильное лицо чуть овальной формы с небольшими, но очень красивыми и пухлыми губами, которые она вечно красила черной помадой. Сейчас она поджимала нижнюю губу, подобно ребенку, и мило обнимала руку Артура на пару с подушкой… очень сильным и цепким хватом, из которого он еле выбрался при все нежелании беспокоить её.

Харли уснула прямо с маской клоуна-Арлекино на голове, но её тело облегала вызывающая розовая сорочка, подчеркивающая каждый обманчиво хрупкий изгиб её стройного тела. Раньше она занималась гимнастикой и плаванием, что отразилось на её несомненной красоте.

Рядом с Харли Артур обнаружил небольшую розовую записку, на которой было написано «Не бросай меня, мистер Джей! Умоляю!». И чуть ниже, на бумажке, был оставлен след от помады в поцелуе.

– Хм… – прикрыв глаза Артур взялся за лицо, стараясь сдержать неловкий смешок, и внезапно нащупал пальцами следы от чего-то мягкого…

Обернувшись на тумбочку с зеркалом, в отражении он увидел, что все его лицо было покрыто поцелуями. Видимо, когда он спал.

***

После многочисленных разговоров и обсуждений с Харли, обновленный Артур начал решительную компанию по смене их образа жизни на более пассивный и безопасный.

Он объяснил все своей возлюбленный просто: после побега из Аркхема их наверняка искал Бэтмен – и теперь им нужно затаиться. К тому же после ограбления банка руками Харлин за её попкой охотился не только Тёмный рыцарь.

Харли внимательно кивала на каждое его приглашение и поддерживала во всем.

И так они принялись искать новое убежище на полученные деньги с ограбления. В каком-нибудь далеком и неприметном районе, куда Бэтмену сложнее будет добраться при всем желании. А таких было полно.

На протяжении всего времени им приходилось действовать днем, потому что в остальное время Бэтмен охотился ночью и не мог так легко отследить их передвижение.

Сначала они купили себе новую одежду и навели «марафета», чтобы Артур выглядел не как сумасшедший клоун-маньяк-убийца, а как обычный неприметный мужчина. А Харли, вспомнив, что она однажды была деловым психологом – натянула на себя симпатичные колготки, деловую юбку с женским пиджаком, и симпатичные очки, которые делали её милое личико чуть более строгим, чем раньше. И от чего-то стала выглядеть в глазах Артура более серьезной, прямо как деловая секретарша у важного Босса.

– Тебе нравится, как я выгляжу, мистер Джей? – сказала Харли, ухватив его за воротник рубашки с вызывающей наглостью, – или мне лучше называть вас мистер «Босс»?

– Харли, детка, не сейчас… – через образовавшееся напряжение говорил он прямо в её близкие губы.

В пах уперлась её колено, и он понял, что она не собиралась так легко отступать.

– А то, что мистер Джей? – с холодным вызовом сказала она, смерив его презрительным взглядом, от которого его бросило в дрожь.

Артур до боли в пальцах ухватил Харли за упругую задницу и одним рывком закинул на себя, толкнув её в стену; Харлин в свою очередь только этого и ждала, обхватила его ногами и прижала к себе до боли в спине, встречая его напор поцелуем, полным горячей агрессии.

Их красивые деловые наряды начали разлетаться, как фантики в порыве безумной страсти. И окружение еле удерживало их хаотичный порыв страсти. Жадно обхватив его губы в беспорядочном поцелуе, тело Харлин еле поддавалось контролю, и дрожало от каждого движения, язык скользил по шее, стекали слюни. Не пройдя и пару шагов, Артур повалился вперед, утягиваемый Харли в громкое спонтанное падение с мягким приземлением, когда её мягкие груди уперлась в его тяжело вздымающуюся грудь.

– Ты невыносима… – прошептал он, накрывая её дразнящие губки своими, и просунул руку под уже мокренькую юбку… – Харли… боже, – удивился он, и его тут же заткнулись влажным языком.

Артур сорвал с неё все что было на верху, и без жалости разобрался с колготками на её обворожительных ножках. Затем обхватил Харли за упругие ляжки и поднял девушку вверх, уверенно удержав её на себе. Харли проскользила задницей по стене и обронила испуганный вздох, который Артур словил своими губам и продолжил мучить её стремительными поцелуями вдоль шеи.

Еле как… цепляясь пальцами и тяжело вздыхая, Харли помогла ему снять с себя трусики рваными, торопливыми движениями растопыренных пальцев, и старалась устоять на месте с тяжелыми вздохами в жутко неудобной, развратной позе, на которую открывался полный вид для мистера Джея. И её бросило в неконтролируемый жар, пока тот удерживал её на себе ладонью за раздвинутую ножку и проникал в неё.

Ну а там понеслась…

– У вас там… все в порядке…? – спросил продавщица, подойдя к шатающейся раздевалке. И оглянулась на собирающихся неподалеку людей, которые странно смотрели в её сторону.

Вскоре дверь в раздевалку распахнулась, и магазину показалась слегка помятая парочка с взъерошенными волосами и потрепанной одеждой. Харлин деловито поправила очки, впрочем, нисколько не спасая свой всполошенный облик, и шагнула вперед на каблуках, улыбчиво остановившись напротив пухленькой девушки-продавщицы.

– Не стоит беспокойств, мы вполне справились с самообслуживанием сами, – с наигранной деловитостью сказала Харли, тут же ухватив растерянную девушку за руки и проговорила шепотом, – … а ты точно хочешь знать, что мы там делали… маленькая шалунья?

– А… что…?

– Мва-х, – губы Харли оставили на щеке девушки поцелуй, – спасибо за обслуживание, Сахарочек! Нам очень понравились ваши «уголки для уединения»!

– Но это… не уголки для уединения…

– Ах, правда? – растерянно опустив губки, Квинзель расстроенно прижала палец к губам.

– Хватит издеваться над бедняжкой, Харли, – раздалось за плечом девушки, и за ней появился высокий мужчина в классическом черном пиджаке.

Расплывшись в лисьей ухмылочке, Харли «Бимкнула» в нос по-настоящему растерявшуюся продавщицу, и весело хихикнула, попрыгав в вперед.

– Ты уж не обижайся, Сахарочек. Я просто не могу удержаться, когда вижу таких милых пушечек как ты, – с кривой улыбочкой подмигнула Харлин той.

– Харли… сколько раз я говорил тебе не бегать по магазинам? – раздался раздосадованный мужской голос, который девушка услышала, надула губы, и молча пошла как нормальный человек… впрочем, нарочито с эмоциональным оттенком энергичности и виляющей от капризности попкой.

Продавщица с легкой бледностью переместила взгляд на растрепанного мужчину с бледным видом и приложила руку к губам, заметив смачный синяк на его шее.

«Ему тоже досталось? Бедняжка!»

– Порой женщины очень агрессивны, особенно если у них ужасный вкус на мужчин, – с какой-то привлекательной задумчивостью вздохнул мужчина, бросив оценивающий взгляд на замершую девушку рядом. Она была пухленькая, несимпатичная, и прыщавая, но он, казалось, не видел в ней всех этих недостатков.

– Ваш костюм… он очень идет вам, несмотря на то, что вам досталось… и я не считаю, что вы плохой мужчина, – неожиданно сказала девушка, не сумев не ответить на его привлекательный взгляд.

Артур с легким удивлением выгнул бровь, словно услышал какую-то чушь, и опустил взгляд на бейдж девушки.

– Раз ты так считаешь, видимо у тебя тоже плохой вкус на мужчин, Джессика, – с неожиданной серьезностью сказал он, впрочем, чуть улыбнувшись в самом конце.

– …

– У вас очень качественная одежда, – сказал он, заметив её замешательство, – выдерживает нагрузку, если вы понимаете, о чем я, – говорил он скорее глубоко в себя, вспоминая выходки Харли и встречу с Бэтменом… и с досадой покачал головой, смирившись с тем, что долго его одежда жить никогда не будет.

Впрочем, Джессика перед ним подумала совершенно о другом и покрылась румянцем.

– Мы очень… рады, что вам понравилась одежда нашего бренда, – сдержанно сказала она, от смущения отводя взгляд. И Артур с интересом проследил за её реакцией.

– Ты ведь поняла, что произошло в раздевалке, не так ли? От таких проблемных мышек как ты много не укроешь, – улыбчиво заметил Артур и прикрыл глаза, – впрочем, ты ведь лучшая продавщица. Вы глупыми девочками не бываете, – указал он пальцем на её портер «Лучшей работницы», что висел возле кассы.

Затем после секундой задумчивости он шагнул к Джессике почти в упор, чем сильно испугал её. Его пронзительные глаза опустились на неё сверху вниз и от чего-то она почувствовала себя в ужасной опасности.

– Ты напоминаешь мне меня в прошлом, такая же талантливая и несчастная, – неожиданно спокойно сказал он, и эти слова позволили Джессике неожиданно понять, что мужчина напротив неё не желал ей зла, – Ты тоже видишь перспективы, но не можешь их коснуться. Однажды они могут завести тебя в ад, как и меня. Ты же понимаешь, о чем я, Джессика?

– Нет, сэр…

– Вот и отлично, потому что некоторые вещи лучше не понимать, – сказал он, нежно проведя пальцами по ее щекам, и когда девушка покрылась румянцем, ее взгляд в ужасе застыл при встрече с его глазами. Она отшатнулась и упала на пол. Рука мужчины же осталась на месте, будто замерла в воздухе от неожиданного разочарования.

– О чем я и говорил… – сказал он, неспешно разворачиваясь и шагая в сторону выхода, – у тебя совершенно ужасный вкус на мужчин. И теперь ты это поняла.

***

Примечание от автора:

Джокер является мастером перевоплощения и маскировки, манипуляции и запугивания. Он безошибочно находит слабые места у своих жертв и умело использует против них их собственные страхи. Находясь в Аркхэме, он внушает всем остальным постояльцам, а также работникам психлечебницы, первобытный ужас и едва ли не благоговение.

***

Поддержать автора и зарядить его добром и мотивацией можно на бусти. Там же недавно вышла 15 глава, которую можно прочесть в раннем доступе!

Глава одиннадцатая-двенадцатая

Артур долго размышлял над этим: Джокер, по своей природе, никогда не скрывался и, как настоящий шоу-мен, – презирал всякую незаметность. Если он и выходил куда-то – то этот выход обязательно должен был быть ярким и эффектным. Фейерверки, взрывы, покушения… – он хотел внимания толпы и важнее всего – Бэтмена, но лишь затем, чтобы увековечить свое развлечение. Только ради себя, только ради веселья, ибо ему был не ведом страх. Он знал лишь вседозволенность и видел во всем возможности.

Несомненно, наиболее опасного из всех преступников нельзя было даже вообразить.

Джокер никогда не боялся вызова и всегда встречал любой риск лицом к лицу. Артур, как наивно думал он сам, был лишен подобных замашек, губящих преступный гений Джокера, и именно поэтому до сих пор без труда оставался в тени Готема.

… и ведь если так немного призадуматься, когда вообще Джокера ловил хоть кто-то кроме… Бэтмена?

Это было… не совсем понятным фактом, который заставлял Артура усомниться в полном понимании своего предшественника.

***

Стрелка старинных часов указывала на час дня.

После рабочей ночи.

Брюс Уэйн сидел за компьютером в кабинете собственного особняка и сосредоточенно наблюдал за камерами города, не в силах избавиться от беспокойных мыслей. Он был подключен к сети «Бэтмена» с ноутбука и искал то, что казалось ему неправильным.

В последнее время у него было много дел вне Готема, и он чувствовал себя оторванным от родной стези, как бы не старался о ней не думать. В Сторожевой башне, где он временно помогал Супермену с его амбициозными планами, не находилось времени для спокойного наблюдения за Готемом, не говоря уже о ночном патруле, но… Старая привычка не давала ему покоя даже несмотря на то, что Барбара и Дик заменяли его все это время.

В кабинет тихо постучались, и почти за тридцать с лишним лет совместной жизни с Этим человеком, Брюс безошибочно определил в нежданном госте старого друга.

– Войдите.

Дверь в кабинет неспешно распахнулась, и внутрь вошел высокий седой старик в костюме дворецкого, от которого исходила приятная аура спокойствия и тепла. Он с почти осязаемым достоинством держал в руке поднос с белым полотенцем, таблеткам, и стаканом воды, о которых Брюс успел подумать ещё давно, но до сих пор не прикоснулся из-за увлеченного наблюдения за Готемом. Мысленно обрадовавшись заботе Альфреда, Брюс внезапно вспомнил про общую усталость и ощутил в висках зудящую мигрень, которая стерла любые признаки радости при виде старого друга.

– Вы никогда не изменяете себе, сэр. Ваши синяки под глазами говорят за это куда красноречивее всяких слов. Вам стоит поспать.

– Да… я уже почти одной ногой в постели…, – задумчиво ответил Брюс, впрочем, не отвлекаясь от камер дневного города.

Нисколько не удивленный реакцией своего Господина, Альфред важно обошел его и с выгнутой бровью изучил «предмет интереса» своего Мастера.

– Видимо, вас сильно волнует авария на окраинах Готема, или может ребенок, уронивший мороженное, раз вы не способны оторваться от них даже чтобы выпить таблетку от головы, – с сарказмом сказал Пенниуорт, намекая что его Мастер пытается найти проблему там, где её точно нет. Тем более днём… что было не похоже на него.

– Хм… – на лице бизнесмена промелькнула тень удивления, с которым он откинулся на спинке сидения и бросил на Альфреда сильный, но все-таки усталый взгляд, – иногда мне кажется, что ты единственный, кто может напомнить мне, как живут нормальные люди, Альфред.

– Вы совершенно точно переоцениваете меня, Мастер Уэйн. Я далеко не единственный, кто может это сделать. В особенности, если вы наконец решите найти себе пару и не будете упрямиться.

– У меня нет проблем с женщинами, Альфред, – сказал Брюс, найдя очередной упрек старика неожиданным и слегка странным, – при желании я…

– … если вы говорите о ваших страстных похождениях с леди Беатрис или сотней женщин до неё… то нет, – с упреком сказал дворецкий, – я не считаю, что эти девушки способны хоть сколько-то понять вас.

– Хм… ты как всегда излишне придирчив. Они вполне прекрасно понимали меня, – с тенью сомнения сказал Брюс, а затем уверенно улыбнулся, скорее для Альфреда, чем для себя.

– Иногда мне кажется, что большего глупца, чем вы, на всем свете не найдется.

– Может так и есть, – уверенно сказал Брюс, вставая со стула и направляясь к шкафу с одеждой.

– Вы можете сказать, что я не лезу не в свое дело, но вам уже далеко не двадцать лет, сэр.

– Ты редко говоришь о подобных вещах. Что-то произошло? – спросил Брюс, чувствуя как его застали врасплох слова Альфреда. Скажи это кто-то кроме него, тема была бы уже закрыта.

– Недавно на глаза мне попалась передача о том, как важно мужчине иметь вторую половинку, – с тоном заботливого домохозяина и как-то по-отцовски сказал Альфред.

– О… – замер Брюс, с легким удивлением выгнув бровь, – и что же там… говорилось?

– Если излишне не утомлять вас размышлениями какого-то старика…

– Говори, как есть, Альфред, – с серьезными нотками сказал Брюс, стараясь быть как можно теплее вопреки своей черствой натуре, и получилось совершенно ужасно, но Альфред, судя по всему, не обиделся, – ты моя семья, я не считаю тебя каким-то стариком.

– Приятно знать, что вы так думаете, Мастер Уэйн. Тогда с вашего позволения, я скажу, что вам определенно следует внимательней подбирать ваших спутниц, сэр. Иногда я задаюсь вопросом, как такой умный человек как вы преуспели во всем, но только не там, где это нужнее всего.

– Ты преувеличиваешь…

– Продолжение рода – это не мелочи, сэр.

Брюс уклончиво промолчал, и в этом небрежном жесте Альфред с досадой увидел силуэт мальчика, который стоял посреди тёмных улиц и смотрел вперед, словно видел то, что никто другой не мог. Но Альфред знал, что юный мастер там искал и ищет до сих пор.

– Вы неисправимо упрямы, мастер Уэйн, – покачал головой старик, – смею вам напомнить, что завтра у вас назначена встреча с леди Шоу. Она хочет поговорить с вами о каких-то перспективных проектах.

– Уже завтра, – задумчиво сказал Брюс.

– А сегодняшним вечером встреча с Мистером Грином, касательно акций Уэйн Интерпразерс.

– Похоже, мне действительно нужно поспать.

– В самом деле, как всегда мудрое решение. Жаль, весьма запоздалое. Мне подготовить для вас душ, или вы предпочтете лечь сразу?

– Пожалуй, сначала душ. Мне нужно смыть пот и немного развеяться.

– Может быть, вы и не хотели знать моего мнения, но я очень рад, что в последнее время вы нашли себе новых друзей среди «героев». Теперь вы реже появляетесь на пороге весь в смертельных ранах, – краем губ мягко улыбнулся Старик, на что Брюс никак не отреагировал.

Тело Уэйна на глазах Альфреда бугрилось мышцами от каждого движения, даже длинных пальцев. Вся кожа, почти в каждом месте, была покрыта шрамами. Иногда такими глубокими, что им мог позавидовать даже самый отчаянный вояка. И никто бы впервые увидев этого добродушного старика и грубого чёрствого мужчину вместе не мог бы наверняка сказать, что между ними были возможны такие теплые отношения. Казалось, для этого они были из слишком разных миров.

– Да уж, ежедневная рутина в башне «героев» явно полезнее, чем погоня за разбушевавшимся психом на химических стероидах, – с холодной оценкой прокомментировал Брюс, погрузившись в воспоминания первой встречи с Бэйном, где тот переломал ему не мало костей. – И они вовсе не мои друзья, Альфред. Эти люди называют себя героями, но…

Внезапный жест Альфреда упер в грудь Брюс что-то мягкое, и до этого мрачный взгляд Уэйна стал удивленным, когда он обнаружил в своих руках белое полотенце.

– Может быть кто-то из них сможет научить вас немного расслабляться во время работы.

– Мм… да… точно, спасибо, Альфред, – с оторопью сказал Брюс, даже не заметив, как мрачные мысли Бэтмена отступили, вернув его в обычный дружеский разговор.

– Если вас что-то беспокоит или гложет, я всегда рад помочь вам, мастер Уэйн, – заметил мелькнувшую тень сомнения на лице своего Мастера Альфред.

– Я обязательно подумаю над твоим предложением, Альфред, – мягко сказал Брюс, улыбнувшись, – но пока что все в порядке, спасибо.

Брюс вышел из кабинета, оставив в кабинете застывшее ощущение недосказанности, и Альфред спокойно перевел взгляд на его ноутбук. Старик уже давно привык к скрытности и недомолвкам своего Мастера, но обычно Брюс поступал так по двум причинам: первое, он не хотел волновать старика. Второе, переживания молодого Уэйна были действительно мелочью, которая терзала только его исключительный ум, способный увидеть даже в, казалось бы, незначительных мелочах настоящее сокровище. Расскажи он об этой мелочи кому другому – её просто никто не поймет.

– В самом деле? – скептически выгнул бровь Пенниуотер, ступил за своим Господином.

В то время как Альфред ждал его за пределами душа, Брюс включил душ и размеренно смывал с себя рабочий пот.

Его мысли никак не покидала странное спокойствие в Готеме. Оно было не таким, как обычно. В нём чего-то не хватало. Не хватало натуралистичности, словно оно было создано искусственно, и ощущалось как затишье перед бурей, за которым наверняка последует что-то плохое, учитывая Готем и его природу.

Обычно все повторялось с разницей в пару недель или месяцев. Кто-то из разряда Пугало или Пингвина не оставлял свои попытки провернуть безумный план за его спиной, а потом приходилось за ними прибирать.

Но теперь, оторвавшись от Готема из-за подготовки Смотровой башни, Брюс чувствовал себя чужим и отдаленным от ночных улиц. Словно вся необходимость в нём внезапно исчезла, и что-то поменялось.

Смывая пену с густых волос и выходя из душа, Брюс отправился к постели с твердой уверенностью, что он упускал какую-то важную деталь.

И чтобы понять какую именно – ему необходимо вновь стать частью Готема.

***

Глава двенадцатая

Парк-стрит девятнадцать, окраина Готема.

Артур осматривал обветшалый, разрушенный фонтан, на бывшую примечательность которого намекал лишь отколовшийся кусочек красной мозаики.

Проходившие мимо него люди ходили с опущенным глазами и, казалось, были погружены в себя. Изредка по улицам раздавалась громкая, неадекватная музыка, и крики недовольных соседей. Стены часто разукрашивали различные граффити с мужскими органами и оскорбительными надписями. В самом воздухе витал запах жирной, вредной еды, и легкого, едкого дымка, который Артур вдыхал с откровенной расслабленностью. Все здесь соответствовало его представлениям о неуспешной жизни, и в то же время было идеальным местом для сокрытия следов.

Харли кривила губы и с брезгливостью сжимала руки у лица, прислонившись к Артуру. Он посмотрел на причину её омерзения и заметил грязного пацана, который тянул к руку вверх. У пацана было неприветливое беззубое лицо и ободранная одежда.

– И чего тебе нужно, сопляк? – сказала Харли.

– Какой милый мальчик. Ему всего-то нужны деньги. Держи, парень, все-равно мы их украли, – он беззаботно бросил парню пару звонких монет и тут же развернулся, не увидев, как тот не смог их словить. И они покатились, и он испуганно побежал за ними, и упал, и разбил колено.

Но все внимание Артура было поглощено мыслями о новой, прекрасной жизни.

Поправив свой черный, безвкусный пиджак (но ему пришлось его носить, ибо он скрывал свой образ), уверенно шагнул вперед.

Их встретила старая бабка в одной из квартир в сотрясающемся от старости здании. Старушку звали Молли, и она была пухлой, морщинистой, и дрожащей, как жук в период спаривания.

Артур вежливо покланялся и поздоровался, на что Молли издала невнятное «э-э-э…» и протянула дрожащую руку, чтобы взять деньги за временное проживание.

Харли нехотя зашла с Артуром в новое «убежище», ежась от каждого шороха и шума, не желая касаться вполне приличных стен с ободранными обоями. Внутри их ждала обычная квартира с раскладным диваном, дешевенькой гарнитурой и мебелью. В углу стоял старинный квадратный телевизор, который Артур еле включил после пары ударов ладонью.

– Хм… телевизор, похоже, придется сменить, – задумчиво сказал он.

– Слушай… Кексик! Ты уверен, что нам стоит здесь жить?! Там была крыса! Я видела крысу!

– Крыса? Как интересно. Я всегда хотел завести себе крысу в детстве.

– Что…

– Прости меня, милая, должно быть неудачная шутка, – сказал он, аккуратно обойдя её со стороны. – Не волнуйся, мы поживем здесь совсем недолго, пока я не найду более подходящее жилье. Сейчас этот район лучше всего подходит для нашей срочной ситуации.

Здесь почти нигде не работали камеры, и был относительно низкий уровень преступности по сравнению с худшими районами Готема.

Артур мысленно оценил их шансы быть найденными здесь равными почти к нулю.

– Но к чему такая срочность, Мистер Джей? Мы могли бы ещё немного пожить в моей квартире.

– Уж извини, дорогуша, но мы там изрядно задержались.

***

Найтвинг стоял посреди зала и вздыхал, разглядывая белый ковер, на котором лежали чьи-то стринги.

– Вот же бардак… могли бы хоть прибраться, – сказал он, прикладывая палец к уху.

– Ну как, нашел их? – спросила Барбара.

– Нет, увы, но я определенно нашел их… следы, тут полный крах, – пожал Дик плечами, глядя на разбросанное нижнее белье. Затем наклонился к полке, на которой лежала книга Невилла Клейва.

«Важность героизма… Джокер читал это?»

– Ты тут? – спросила Барбара.

– А…? Да, ты что-то спрашивала?

– Да, я хотела узнать, нашел ли ты какие-нибудь следы или намеки куда мог уйти Джокер?

– Без понятия. Тут ничего не осталось, – Дик приложил пальцы к подбородку.

– Что-то не так?

– Нет, просто не похоже на Джокера. Обычно он оставляет яркое послание навроде «Я взорву Готем-тауер через неделю».

– И вправду, – прошептала Барбара. – Наверное, стоит сказать Брюсу, может быть, у него появятся мысли. Все-таки он больше нас имел дело с Джокером.

– Возможно, – кивнул Дик. – Слушай, а ты когда-нибудь видела, чтобы Джокер читал книги?

– Эм… а к чему этот вопрос, Дик?

– Ну просто, интересно.

– Нет, не видела. Хотя сомневаюсь, что он не читал их вовсе. Он же откуда-то научился делать свои безумные бомбы и яды.

– И вправду. Хотя мне показалось, что это могла прочитать Харли, – Дик повернул книжку задней стороной и нахмурился.

– Читать что?

– Да так, ничего. Просто мысли вслух.

«Боюсь, лучше не заглядывать в бездну, а то сам свихнусь», – подумал Дик, выбрасывая книжку на диван.

– Я ухожу. Передай Джейсону, что я скоро буду. Пусть готовится к вылазке.

– Окей. Только не задерживайтесь. Брюс хотел сегодня вечером что-то обсудить.

– Интересно, что же это. Может наше приглашение в Лигу?

– Было бы замечательно, – мечтательно пролепетала Барбара, – я так давно хотела увидеть Супермена и Чудо-женщину в живую.

– Вот как? А я видел Супермена.

– Видел?! Серьезно?! И какой он?

– Большой и сильный. Внушает трепет. Я сразу понял, что проиграю ему в сухую. Даже с Брюсом такого не было.

– Ого, ты признал в ком-то достойного противника? – посмеялась Барбара.

– Эй, за кого ты меня держишь? Я умею признавать достойных оппонентов.

– Да-да, как скажешь, – девичьим голоском сказала Барбара, и ему показалось, что она глумилась.

– Но знаешь что?

– Мм?

– Если спросишь кому бы я не хотел переходить дорогу в первую очередь, я бы ответил, что это Брюс.

Примечание от автора: поскольку это начало знакомства героев – Дик Грейсон, Барбара и даже Бэтмен не знают пределов силы Супермена. Поэтому их мышление поверхностное, и они не подозревают, что для битвы с Суперменом они совершенно не готовы.

***

Как оказалось, такой штуки как «Биткоин» в интернете не существовало, и легкий план Артура заработать побольше денег провалился.

Вместо этого он подделал себе паспорт и другие документы, запланировал план попроще. Благо Харли познакомила его с людьми, которые помогали таким беглецам, как они, и они начали движение к новой странице своей жизни.

– Ты уверен в этом, Кексик? Обычно ты не любишь притворяться другими людьми, – в припрыжку поспевая вслед за своим мужчиной говорила Харли.

– Сейчас наши реалии немного изменились, дорогая, и я хочу поэкспериментировать.

А пока Артур думал над тем, какое бы имечко себе выбрать, в голову внезапно пришла забавная мысль: никто не ведь не знал настоящего имени и прошлого Джокера, даже он сам. А значит он может стать абсолютно кем захочет.

В комиксах настоящее прошлого Джокера никогда толком не освещалась, а сам Артур после перерождения не обладал его воспоминаниями. Он даже подозревал, что отсутствие памяти было как-то связано с особенностью личности самого Джокера, а не из-за перерождения, ведь у него не возникало проблем с общением на английском или с освоением в новом мире. И хотя это были всего лишь глупые предположения, Артур серьезно переживал, как бы реально не поехать винтиками. Все-таки в психологии хватало «мозговых глюков», из-за которых у людей отрубалась часть памяти из-за различных травм или психозов. Этакая «выборочная потеря воспоминаний». Что творилось в голове Джокера и вовсе было неясно. Не станет сюрпризом и новость, если все это время безумный клоун промывал мозги сам себе.

До сих пор вести скрытую жизнь Артуру помогала собственная адекватность, но порой даже его спокойствие трещало по швам, и он ловил себя на совершенно безумных желаниях. Которые, к неожиданности, ему помогала контролировать вечно отвлекающая его Харли.

И если вначале это казалось проблемой мало, то сейчас, когда он устраивался на работу…

– Добрый день, мистер Смит.

– Да, слушаю вас, – улыбчиво ответил Артур, сложив пальцы в форме «домика», и его собеседник неловко сглотнул.

«Что это за тип такой…», – подумал Джордж, скрупулезно изучая анкету Адама Смита.

Джордж был менеджером небольшой компании, ведущих сеть кофейных ресторанов. Они начали набирать молодых и перспективных сотрудников, хотя на деле нуждались только в красавчиках и молодежи ради создания удачного образа и приятной атмосферы.

Мистер Смит же и его подруга Кэрол Смит выглядели абсолютно красивыми и подходящими по критериям людьми, вот только…

«Почему у него такая странная улыбочка? Черт!» – думал Джордж.

– Почему мы просто не пристрелили этого кретина?! Я покажу этому голубку, где раки зимуют, – пыхтела от раздражения Харли, закатывая рукав пиджака.

– Успокойся, детка. Нет ничего удивительного, что нам отказали. Я ожидал подобный исход.

– Ожидал…? – Харли вопросительно наклонила голову и приложила к губам пальчик, напомнив ему нежную куколку, – но зачем, Пуддинг?

Артур хотел бы признаться, что основная задумка весьма глупа – он хотел посмотреть узнают ли его, как Джокера. И сработают ли поддельные документы. И не произойдет ли у него или у Харли внезапной вспышки безумия, и ещё много других вещей. Но сказать это Харли напрямую было равноценно тому, чтобы спятить окончательно, ведь для неё все перечисленное было нормой.

Поэтому первую неудачу он воспринял с бодрым духом и перешел к следующей части плана.

После посещения нескольких рабочих мест, Харли и Артур вернулись к вопросу об их квартире. Харли категорически отказывалась жить в месте, где бегали крысы, и где район был похож на прибежище бомжей. Хотя ей было не привыкать жить в скромных квартира…

– Это уже перебор, мистер Джей! Умоляю тебя…

И после молитв Харли Артур сдался, найдя наиболее подходящее места по совету Харли…

И вот они переехали в квартиру в центре города, с шикарным видом и великолепными апартаментами. Прямо возле офиса, где они должны были бы работать.

А затем произошло то, что должно было произойти...

Примечание от автора.

Пришлось 12 главу немного кромсать, чтобы добить нужное число знаков на АТ. Из-за этого глава может показаться немного незавершенной, но это не совсем так. Если будете искать продолжение на бусти - начинайте чтение с главы 12-13, пока не долистаете до этого момента. А дальше все будет как по маслу. Впредь постараюсь больше так не делать, чтобы не смазывать ваше погружение. Примите мои искренние извинения, но система сайта заставляет меня так делать. В качестве компенсации я добавил больше знаков в эти главы, чем при обычных условиях!

Спасибо за внимание.

Глава тринадцатая

Харли сидела на столе в шикарном офисе, положив ногу на ногу, и выглядела в своем наряде просто отпадно. Уже как пару недель они жили вместе с мистером Джеем… очень скучно и ей не хватало их старых, острых на ощущения приключений. Но сказать об этом напрямую своему любимому она не могла. Он бы совершенно точно взбесился и отругал бы её… как и всегда.

Увлеченная своими мыслями, Квинзель расстроенно вздохнула и не заметила, как напротив неё промелькнула тень, как раз когда она демонстрировала красивые ножки собственному отражению.

– Деловой образ тебе к лицу, Харли, – сказал грубый голос из тени, и мужчина в черном костюме летучей мыши возник перед ней совершенно внезапно, – Джокер не стал бы отправлять тебя в людное место без причины. Что ты здесь делаешь?

– Ох… – сглотнула Харли, выронив кофе из руки, – Бэтмен!

Харли сбросила красные каблучки с ног и заготовленным движением выбросила из внутреннего кармана пиджака маленькую игрушку, которую полетела в Бэтмена.

– Хи-хи! – посмеявшись в полете, игрушка взорвалась прямо перед лицом удивленного Бэтмена.

Ударная волна коснулась Харли и с хлопком снесла предметы со столов, подбрасывая документы и канцелярию в воздух. Врубился свет, заискрилась проводка, застыли звуки.

Переходя в ловкое сальто, Квинзель несколькими прыжками добралась до дверей и ухватилась за ручки, дергая их на себя в будоражащем жесте, словно выходила на сцену. Двери раскрылись и тут же закрылись, встречая обратное сопротивление. Руки накрыла ладонь в черной перчатке, объятая язычками дыма после взрыва, и из теней погасшего офиса возник рогатый силуэт.

Харли развернулась на пятке, выбросил ногу в еле отчетливые контуры шеи, которые размывались в тенях и образовавшемся тумане. И её нога встретилась с твердой ладонью, за которой возник возвышающийся над ней Бэтмен.

– Где Джокер, Харли.

– И это первое, что ты спрашиваешь, придя к одинокой девушке, Б-мэн? – играючи провела пальцем по его груди Квинзель, и резко отпрыгнула назад, нанося новый удар с разворота. – Я не отдам тебе своего парня, придурок! Найди себе своего!

Интересный факт: В игре Batman: Arkham Origins, приквеле Arkham Asylum, Харлин Квинзел является интерном психиатрической лечебницы Аркхэм. Она разговаривает с Джокером в тюрьме Блэкгейт, где он признаётся, что есть некая личность, которой он очень сильно увлекается. Харлин влюбляется в него, так как думает, что он говорит о ней, но на самом деле Джокер имел в виду Бэтмена.

Бэтмен отшагнул назад, пропуская мелькнувший носок перед самым носом. Харли весело отпрыгнула и побежала в противоположную сторону, когда раздался хлопок. В ноги что-то ударило и туго связало её движения, крепко обхватив щиколотки. Запутавшись, Харли рухнула на пол и ударилась лицо, ухватилась пальцами за кончик носика от боли и досады.

– У-ух…! Черт, не честно! Ммм…хы! Как ты нашел меня, Глупый Б-мен!

– Хватит этих игр, Харли. Все кончено.

– Ничего не кончено! Ничего не кончено! Ты дурак! Дурак! Дурак! – забила в приступе истерики кулаками по полу Харли, – Мистер Джей отделает тебя, вышибет тебе все мозги, БЕ-БЕ-БЕ-БЕ!

Нахмурившись, Бэтмен некоторое время молча наблюдал, как Харли колотит пол, после чего успокаивается… переворачивается на спину, в протесте складывает руки на груди и обиженно надувает губы.

– У тебя не много вариантов, Харли. Вряд ли ты знаешь где сейчас Джокер, но ты можешь рассказать мне что он хочет сделать. Либо ты можешь упрямиться и сделать себе только хуже.

– Отстань.

– Джокеру на тебя наплевать. Если бы он хотел, чтобы ты не попалась, он бы не отправлял тебя сюда одну. Он использовал тебя, чтобы уйти, – сказал Бэтмен.

– Не правда! Я сама предложила ему пойти сюда!

Бэтмен заметно нахмурился.

– Джокер никогда бы не послушал тебя, если бы это не было ему выгодно, Харли. Не удивлюсь, если ты сама не поняла, что он просто манипулировал тобой.

– Ох… – Харли тяжело замолчала, прикрыв рот ладошками, словно он попал в самую точку.

– Что он планирует, Харли? Зачем ты здесь.

– Это не твое дело!

– Все это время мы скрывались и даже смогли создать для себя парочку новых личностей. Зачем?

– Я же сказала, что это не твое дело, глупый Б-мэн!

– Почему Джокер по итогу оставил тебя? Может, потому что посчитал тебя обузой?

Харли побледнела.

– Это не так…

– В глубине души ты все понимаешь, Харли. Когда он в последний раз приходил к тебе? – сказал Бэтмен скорее из желания пособолезновать ей и открыть глаза на правду, но Харли отказывалась воспринимать его слова.

– Мы… – Харли опустила взгляд в глубоком расстройстве, но ощутив в душе глубокую обиду и злость выкрикнула: – Мистер Джей любит меня и обязательно придет за мной и надерет тебе зад, Глупый Б-мэн!

Хмыкнул, Бэтмен схватил Харли за руку и быстрым движением поднял с пола, развернул к себе спиной и надел наручники. Затем толкнул вперед, пока та сопротивлялась.

– Да не трогай меня, Тупой верзила! Кто так вообще обращается с леди?! Хам! Ай, я и сама могу идти! Не трогай мою попу, извращенец!

Бэтмен смерил ехидно улыбающуюся Харли серьезным взглядом.

– Ладно-ладно… Бэт-зануда. Мог бы и подыграть, – пробубнила Квинзель, шагая вперед.

– У тебя есть шанс помочь мне найти Джокера, Харли. Тогда я замолвлю за тебя словечку в Аркхэме и тебя выпустят досрочно. В отличие от Джокера я держу свое слово, – сказал он.

– У тебя все еще шанс поцеловать меня в задницу, Б-мэн, – бессовестно предложила Харли, хлопая ладошкой в наручниках по выпяченной ягодице. Затем обернулась на Бэтмена и побледнела, заподозрив на какие осложнения для себя могла уже наговорить, – хотя знаешь… можешь и не целовать конечно… я просто предложила…

***

– Есть зацепки? – спросил Дик, откинувшись на сидении Бэт-мобиля.

– Харли не знает, где Джокер. И он все ещё в городе.

– Это она тебе сказала? Но разве ей стоит доверять?

– Нет, – отрезал Бэтмен, поворачивая ключ зажигания, и сильная вибрация ударила в металл машины, пробуждая рычащий от мощи двигатель. – Не говорила.

Дик усмехнулся, бросив взгляд на улицы, которые рывком пришли в движение и начали размываться от подающей скорости. Тело Дика приятно вжалось в сидение и обдало непередаваемым чувством давящего на тело ускорения.

Это ощущалось примерно также хорошо, как экстремальный полёт в открытом небе, только Дик знал, что эта машина была способна разгоняться до двух ста и больше. А ещё за его рулем был тот, кто в свое время ради развлечения не раз уделал пару профессиональных гонщиков.

– Тогда как ты понял?

– Харли никогда не отличалась умением скрывать эмоции. У неё все написано на лице.

Именно поэтому Джокер никогда не рассказывал ей лишнего.

– А что, если он просто решит покинуть Готем?

– Джокер никогда не покинет Готем.

– Что? Почему? Сомневаюсь, что он побоится быть пойманным на границе.

– Дело не в этом, – отвлеченно сказал Бэтмен, резко заворачивая на повороте пустующей улицы, и локоть Дика с усилием уперся в подлокотник. Ради интереса Грейсон выглянул через окно, и отметил идеальный дрифт. Ударила в голову жаркая капля адреналина.

– А в чем же?

– Обычно Джокеру плевать на других, но также у него весьма большое эго, из-за которого он считается себя Королем Готема. И его бесит, когда кто-то пытается усомниться в этом или подвергает его репутацию сомнению. Возможно, он сам этого не понимает, но это черта чуть ли не единственное, что делает его самую малость предсказуемым.

– Звучит так, как будто он мог бы покинуть Готем сотни раз, но как бы не хотел не сделает это. И все из-за гордости?

– Вроде того, – с оттенками улыбки сказал Бэтмен, но его губы оставались почти бездвижны, – и держу пари он скоро покажет себя, даже если мы ничего не будем делать.

– И когда же это произойдет?

– А сам как думаешь?

– Хм… – Дик приложил пальцы к губам в манере Шерлока, – дай-ка подумать. Если бы я был Джокером, чтобы заставило меня показаться? Я самовлюбленный засранец, у меня не все дома, и у меня плохое чувство юмора, – он переместил взгляд на пролетающие улицы Готема и некоторое время смотрел вбок, пока не заметил яркий баннер с рекламой транспортной компании, на которой курьер отдавал посылку раскрытым жестом. И Дика осенило, – я не люблю отдавать свои вещи другим. Если кто-то попробует позариться на них, я взбешусь?

***

Перелистывая в руках поддельные документы, он расслабленно остановился у мусорки и выкинул все не глядя. За прошедшие полторы месяца, что он успел сменить кучу имен и как следует прощупать систему поиска Бэтмена и работу местной полиции, ему удалось убедиться, что рекомендованный Харли человек не зря ел свой хлеб. Ведь ему удалось водить за нос даже самые крупные фирмы.

Он петлял, заставляя преследователей пойти по сразу нескольким тупиковым путям. Один из них вел к бабке Молли, другой к Метрополису, а третий привел Бэтмена к Харли.

Разумеется, часть из них Бэтмен раскусил сразу и дело не затянулось даже на лишний день.

Сам же Артур проводил все это время на противоположном конце Готема. В одном из самых благополучных и отдаленных от особняка Уэйнов районе города. И оказавшись здесь, он был вынужден залечь на дно, отлично зная, что у Бэтмена временно появилась сильная зацепка в лице Харли.

Их игра в кошки мышки сильно затянулась, но он все равно действовал предельно осторожно, синхронизируя каждый свой шаг с событиями, происходившими в Готеме и уделяя особое внимание оживленным торговым маршрутам, местным дорожным потокам и графикам встреч и рабочих обязанностей Барбары Гордон, Дика Грейсона, и самого Брюса Уэйн.

Именно в периоды их «повседневной жизни» они были наиболее уязвимы и слепы. И он был абсолютно уверен, что оставался невидим даже для их камер и поисковых систем. Последняя ищейка потеряла его след в квартире, которую он покинул неделю назад.

Впрочем, Бэтмен быстро заподозрил неладное, и Харли не смогла поддержать их темп. И теперь они пришли к тому, к чему пришли.

Затянув сигарету в последний раз, Артур повертел в руках старый телефон и набрал номер, который станет его следующей целью в жизни обычного гражданина.

Об освобождении Харли из Аркхема пока не могло идти и речи. Слишком уж горячи были остаточные следы, и толковый план навроде «вызволить её насильно» даже не рассматривался.

Он планировал жить спокойно и не подставляться излишне.

Но краем мысли, совсем немного, Артур испытывал назойливое чувство тоски, призывающее его действовать, что было немного не свойственно для его холодного мышления.

Он где-то ошибся?

Нет, не могла же это происходить из-за Харли?

Невозможно.

Конечно же, Харли не сдала его, пытать её тоже было бессмысленно, но Артур все-равно переживал, что Квинзель могла по глупости наговорить лишних вещей.

К счастью, новые поддельные документы валялись в сумке и ждали своего часа. Лицо на старых фотографиях лишь слегка походило на его настоящее. И раз его до сих пор не отследили – значит все прошло как надо.

После неудачи Харли, Артур сменил имидж, нарядился как обычный офисный парень: в белую рубашку, черные брюки, и надел на лицо приличные очки прямоугольной аккуратной формы. Теперь его образ напоминал Кларка Кента, заранее продуманный в деталях облик, делавший его наиболее отличимым от предыдущего.

Единственное, острая, маниакальная улыбочка напрочь уничтожала все его усилия по бытию обычного гражданина, поэтому приходилось её сдерживать.

– Мистер Грин? – двери офиса открылись, и перед ним показалась девушка из очередной компании. – Прежде чем сказать вам свое решение, позвольте задать вам несколько вопросов.

– Разумеется, Лесли, я весь ваш, – сложил руки в замок он, почти не двигая губами.

– У вас просто великолепные данные и впечатляющие таланты. Что заставило вас остаться в Готеме, вместо того чтобы попробовать себя в Метрополисе или Нью-Йорке?

– Хороший вопрос, Лесли… – сказал он, проводя пальцами по губам в настоящей задумчивости, и внезапные чувства необыденной растерянности и дезориентации поколебали его собранность.

"Действительно, почему же"

Но временная растерянность исчезла почти сразу, когда он вспомнил о странном притяжении к улицам Готема, которыми наслаждался все это время. И кое-что осознал:

– Я люблю Готем всей душой. Я вижу его потенциал так, как не видит никто другой. Я считаю, здесь обитают самые перспективные люди, которым можно найти применение.

… кроме того глубоко в зажатых мыслях он старательно отрицал навязчивые мысли о Харли, которую проще всего было освободить, воспользовавшись «законными лазейками».

– Хорошо сказано, – воодушевленно сказала Лесли, сжав анкету пальцами, – я хотела признаться, что вы поразили нас своими наработками, мистер Грин. Наш директор хочет лично познакомиться с вами. Скажите, когда вам будет удобно прийти на интервью?

– Конечно… – было ответил он, и внезапно замер, обнаружив за открытой дверь рыжую девушку, которая общалась в коридоре с одним из сотрудников компании.

– Что такое? – на восторженную девушку легла тень неуверенности, словно от испуга отказа.

Артур не обратил внимание на реакцию девушки и указывал в сторону выхода.

– Та девушка… можно узнать, кто она?

– Ах, это… Барбара Гордон. Очень талантливая и умная девушка. Насколько я знаю, она рассматривает потенциальные кадры от лица Уэйн Интерпрайзерс. И вы попали в круг её интересов.

– Что-ж… полагаю, люди определенного склада ума неизбежно притягиваются друг к другу, – улыбчиво сказал он, и женщина перед ним неловко замялась, благоухая восхищением.

***

– Мы поймали Харли, но Джокер до сих пор скрывается, – сказал Дик Грейсон, общаясь по видео-связи с Барбарой.

Барбара выглядела удивленно и озадаченной. Рядом с Диком сидел молчаливый Брюс, чье непроницаемое выражение лица уже нисколько не напрягало за их долгое время знакомства.

– Брюс сказал, что Джокер появится, когда ему будет это выгодно.

– Он действительно не собирается его искать? – спросила Барбара.

– Это не имеет никакого смысла. Если он продолжает скрываться, значит что-то планирует. И до этого момента мы вряд ли его найдем. Джокер, несмотря на свою помпезность, прекрасно затирает следы, если ему внезапно взбредет это в голову, – пожал плечами Дик.

Он молча наклонился над телефоном и, не обращая внимание на видео-связь с Барбарой, незаметно написал в чат:

«Однако мне тоже интересно, почему Брюс так спокоен. Он всегда выискивает Джокера до последнего. Как думаешь, что изменилось?»

«Даже не знаю, но меня это немного беспокоит», – написала в ответ Барбара, поняв, что Дик не хотел обсуждать это при Брюсе.

Однако сам Брюс в этот момент уже изрядно изучил всю историю поимки Харли Квин. Успел допросить её и узнал, что Джокер начал вести себя очень странно с их последней встречи. Подробностей у Харли он не выяснил, поскольку ему уже было хорошо известно, как она стоически относилась к пыткам… и даже иногда получала удовольствие.

– На этот раз поиски затянулись. Ты уверен, что стоит оставлять все как есть? – спросил Дик.

– У вас будет время проверить отмеченные зоны, – протянул ему планшет Брюс, и сразу же отвернулся к компьютеру.

Дик заторможенно кивнул, удивляясь «такой чести».

– В коем-то веке ты решил доверить поиски Джокера только нам? Мне радоваться или бояться?

– Выбери что больше по душе, – сказал Брюс.

Дик покосился на экран с видео-чатом Барбары Гордон, его напарницей, и с сомнением посмеялся словно с дурной шутки.

– Ну как все прошло?

– Видимо нашего Босса устроила поимка Харли, и теперь мы получили больше доверия, – сказал Дик, поскольку наводку на поимку Квинзель дали именно они.

– Неужели мы наконец-то заслужили быть самостоятельными? – с сарказмом выдала Барбара.

– Не стоит придавать славам Брюса много смысла.

– Может это как-то связано с Лигой справедливости. Неужели там действительно так много работы?

– На собрании узнаем. Может мы наконец-то расширим свои границы и познакомимся с «коллегами».

– А ты не думаешь…

– Что?

– Да так, просто…

– Только не говори мне, что тебя смущают новые перспективы?

– Нет, не думаю… просто, думаешь, мы заслужили работать такими невероятными героями?

Дик удивленно моргнул глазами.

– А что с нами не так?

– Они немного другие.

– Ну… – наконец-то поняв, о чем речь шла, Дик пожал плечами, – слушай, посмотри на меня, Барбара.

Барбара подняла на него уязвимый взгляд.

– Мы не хуже, чем они.

– Но они пригласили туда только Бэтмена, а не нас…

– И он стал среди них равным, а мы равны ему.

– Может Лига разглядела в Брюсе что-то особенное, чего нет в нас?

– Брюс такой же, как и мы, и верит в каждого из нас по-своему. Сомневаюсь, что мы хуже тех парней из Лиги. Да, мы не умеем летать и становиться невидимым, но я готов дать сотню баксов, что отделаю половину из этих парней в бою один на один.

Барбара ехидно усмехнулась.

– Ой, кто-то чрезмерно уверен в себе. Сможешь сказать тоже самое Супермену?

– Эм, ну… – он неуверенно почесал нос пальцем, – если придется?

– Выпендрежник, – весело посмеялась Барбара, – но после твоих слов мне стало немного легче. Наверное, ты прав. Если они приняли Брюса, то, наверное, примут и нас.

– У них просто не останется выбора! – с излишней самоуверенностью сказал Дик.

Барбара посмеялась.

– Спасибо, Дик. Иногда мне не хватает твоих вдохновляющих речей. Не знаю, что бы делала без тебя.

– Обращайся, дорогая. Всегда рад помочь, – подмигнул он.

– Тогда я пойду. Надо просмотреть контакты, по которым звонила Харли Квин. Может быть, смогу найти по ним людей, видевших Джокера.

– Давай, а я пока подежурю.

Когда улыбающееся лицо Барбары пропало с экрана, Дик Грейсона устало рухнул на кресло и глубоко вздохнул от напряженных эмоций.

– Да уж…

***

– И так, как дела у нашего вечно хмурого приятеля? – улыбчиво спросил Супермен, когда Бэтмен вошел в Главный зал лиги Справедливости.

Сейчас здесь было всего несколько основателей, в число которых входили Марсианский охотник, – инопланетянин с Марса, обладающий высокими скулами и необычайно далекими от человека алыми глазами. Справа от него сидела спокойная Диана, которая чуть повеселела, когда на пороге оказался мрачный силуэт с ничего не выражающим лицом. Только прямые, спокойные губы, и серьезный взгляд, направленный на улыбчивого Супермена, выдавали в Бэтмене отстраненность.

– Я думала, ты больше не придешь к нам, – сказала Диана.

– Планы немного изменились, – сказал Бэтмен.

– Сделай лицо попроще, или у летучих мышей так не принято? – улыбчиво спросил Супермен.

– Давайте перейдем к делу, – сказал Марсианский охотник. – Мы почти закончили настраивать системы Сторожевой Башни и вскоре будем готовы объявить о создании Лиги справедливости.

– Хотела бы узнать, как вы так ловко управились, но дождусь официальных отчетов, – сказала Диана.

– Лекс Лютор и Правительственные чиновники. Видимо, удалось найти точку соприкосновения благодаря достижениям Супермена, – сухо прокомментировал Бэтмен, переведя взгляд на Марсианского охотника.

– Ты прав, – сказал Джон, – нам оказали весомую поддержку, но это уже формальности. У Супермена были заслуги, за которые его хотели вознаградить ещё давно. Мы воспользовались удобным случаем и сделали что сделали.

– И как ты успел обо всем прознать? Ты точно не скрываешь какой-нибудь суперслух? – с сарказмом спросил Супермен, пихнув Бэтмена в плечо, и получил хмурый взгляд.

– У обычных людей есть способны узнать все без суперслуха, Супермен.

– Я не хотел сказать, что вы не можете. Это был комплимент.

– Тогда тебе стоит поработать над подачей.

Кларк немного призадумался.

– Как насчет того, чтобы пригласить твоих напарников в Сторожевую Башню? Они бы могли стать одними из первых, кто будет известен на весь мир. Может быть пообщавшись с ними я пойму твои идеалы получше.

– Сомневаюсь.

– Как же быстро ты ответил.

– Если ты не забыл, я отказался присоединяться к Лиге.

– И все же ты здесь.

– Это требовала незавершенная работа.

– Перфекционизм?

– Выпендреж, – улыбчиво добавила Диана, внезапно поймав на себе упрекающий взгляд Супермена и с неловкостью сложила руки в замок.

«Прости… не удержалась»

– Ответственность, – прокомментировал Бэтмен.

– В таком случае почему бы не пригласить Найтвинга и Бэтгёрл в Башню? Они бы могли помочь нам в работе и заодно познакомиться с членами Лиги. Мы нуждаемся в таких, как они.

– Это исключено.

– Бэтмен… Я не пытаюсь настаивать, но я хочу, чтобы ты знал: я полностью открыт для диалога и не скрываю от тебя ничего.

– Ничего, кроме своей личности, – сказал Бэтмен.

– Я думал, ты понимаешь необходимость.

– Понимаю, но твоя подача до сих пор страдает.

– Тогда посоветуй мне как лучше, – усмехнулся Супермен.

– Выполняй свою работу качественно без помощи тех, кому не доверяешь. Особенно когда речь касается сверхлюдей.

Кларк и Диана неловко переглянулись, словно их поймали на очень неудобном моменте. Но Кларк не потерял уверенности.

– Я понимаю, что ты ещё не доверяешь нам, но ты наверняка не отрицаешь, что перемены неизбежны. Люди должны научиться мириться с существованием таких людей, как мы, иначе мы не сдвинемся с мертвой точки. Они должны перестать бояться.

– И меня полностью устраивает то, что преступники боятся меня, – улыбка Брюса была неприятной, но скорее напускной. Тем не менее Диану и Кларка это нисколько не смутило, ведь оба обладали выдающейся интуицией и понимали что это не больше, чем бравада.

– Однако ты сам начал налаживать связи с тем же комиссаром Гордоном, Бэтмен, – вдруг сказала Диана, заметив его хмурость, – значит, ты тоже осознал важность общения с людьми. Одному тебе не справиться тем, что может ждать нас впереди. Наши враги с каждым разом становятся все сильнее и сильнее. Я поняла это, когда в последний раз пыталась остановить Ареса и чуть ли не потерпела поражение в битве, на кону которой стояли тысячи невинных жизней. Кларк помог мне спасти их, и я очень благодарна ему.

– И не раз Диана помогала мне, когда я попадал под воздействие вражеских сил и не мог даже пошевелиться, – уверенно кивнул Кларк.

– Я очень рад за вас, но до сих пор я удачно справлялся в одиночку.

Когда разговор закончился и все разошлись, Супермен с Марсианским охотником остались стоять в Зале Справедливости и наблюдать за далеким скоплением бесконечных звезд космоса.

– Вербовка новых героев проходит медленно, но уверено. Когда мы объявим о создании Лиги Справедливости всему миру, желающих присоединиться к нам станет намного больше.

– Ты не будешь спрашивать меня, почему я так цепляюсь за Бэтмена?

– Человек, который способен блокировать чтение мыслей, впервые встретившись со мной вызывает интригу, – сказал Марсианский охотник, – думаю, было бы глупо спрашивать, зачем он нам нужен.

Кларк по-доброму усмехнулся, оглянув улыбающегося Джона.

– Рад, что ты понимаешь меня, Джон. Как бы упрям он порой не был, в словах Бэтмена все-таки есть одна неоспоримая правда: всем нам ещё предстоит многое понять.

***

– Тебе не обязательно провожать меня, Диана.

– Ты никогда не задумывался, почему я единственная из вас, кто не скрывает своего настоящего имени?

– Как будто бы оно что-то дает.

Бэтмен остановился у коридора между залом, где стоял телепорт и столовая. Диана огляделась на просторные стены, которые казались ей целым дворцом.

– Разве мы не собирались вместе отправиться на Землю? У нас сигнал о бедствии.

– Я не помню, чтобы просил тебя о помощи.

– А я хочу помочь тебе как подруга, – улыбнулась Диана, – разве это плохо?

– Мы не друзья.

– Тогда я пойду как твой надзиратель.

Бэтмен молча смерил её взглядом и развернулся, не заметив ухмылки Принцессы.

– Это была шутка.

– Как скажешь.

Глава четырнадцатая

Превью:

Будни героев.

Злоключения злодеев.

Как долго все это продолжится?

Нью-Йорк. Час дня.

Металлические роботы шли вдоль дороги и взрывали встречающиеся на пути машины. Люди убегали в панике. В воздухе завис запах гари и разлетающегося вдоль опустевших улиц дыма.

Бэтмен прилетел на место нападения на своем самолете и замер над крышей одного из бесчисленных домов. Отцепил ремни безопасности и запустил команду сканирования вражеских объектов.

В это время Чудо-Женщина пролетела мимо него и врезалась в одного из трех замеченных роботов. Металлический корпус прогнулся, и бронированные ноги боевого-механизма покатились по асфальту, разбрасывая камни и подавшие на пути машины, ударяющиеся в дома.

Наступила паника, и выжившие люди попали под атаку. Диана успела заметить часть из выживших за перевернутой машиной и увела бой в сторону разрывающихся от бомб улиц.

– Ты действуешь необдуманно, – сказал Бэтмен, с недовольством замечая на экране сканирования помехи, возникающие вслед за гремящими взрывами.

– А что ты предлагаешь? Ждать, когда они убьют невинных людей? – на выдохе сказала Диана, развернувшись в момент пролетевшего перед глазами плазменного луча.

Высокая грудь робота нависла прямо над ней, и мощная рука взметнулась следом, словно гигантская пакля, пытающейся поймать надоедливую мошкару. Принцесса прыгнула вверх, пропуская мимо себя размашистую лапу, и ударила по ней с разворота, уводя туловище гигантского противника в сторону от себя. Он открылся, потерял опору, и Принцесса Амазонок беспощадно вырвала у него преимущество, которое казалось невозможным. Громоздкий металл беспомощно прогнулся, а играющие роль ног устройства, подлетели в воздух словно весили всего ничего, не выдержав мощи Избранной Богами Олимпа.

«Так вот какова истинная сила Чудо-женщины», – подумал Брюс.

– Впечатляет.

Робот влетел в стены дома, и кирпичные постройки начали крошиться под давлением его мощных механизмов, вонзающихся в них в настойчивом сопротивлении.

Диана полетела вслед за Боевой роботом, но внезапно заметила, как его тень нависла над убегающими детьми, которых сложно было заметить из-за угла обзора: они прятались за обломками зданий и были очень маленькими. И сейчас огромный робот падал прямо на них, угрожая придавить их массивным телом.

Диана с удивленным испугом бросилась вперед на огромном ускорении, но когда почти подлетела и уперлась пальцами в асфальт для последнего рывка, красная вспышка накрыла её, вонзаясь в тело обжигающим огнём.

«Нет!»

– Я же сказал, ты слишком торопишься, – рыкнул Бэтмен, наконец отвечая растерянной Диане.

Через плечо Дианы с зудящей в воздухе прытью промелькнули тросы, которые с хрустом вонзились в стены между детьми и роботом. Первый трос перехватил падающего робота и подвесил его в воздухе, а остальные два обездвижили двух остальных вражеских машин и преградили им дорогу к убегающим людям.

Не прошло много времени, прежде чем могучие руки Агрессивных машин разорвали сети и выбрались из заключения. Их красные сенсоры замерцали ярче, словно в раздражении, и направились на висящего в небе «металлического хищника» остроконечной формы, в котором они безоговорочно признали угрозу. Единовременно, как один механизм, их пушки взвыли от напряжения и три выстрела с разных позиций ударили по Истребителю-Бэт-Х, порождая мощнейший взрыв, охвативший улицы Нью-Йорка.

«Цель Ликвидирована», – подтвердил Первы Механо-Разрушитель класса Доминатор.

«Перезапись данных, замечено отдельное движение в нижней границе. Опасность: обнаружен неизвестный атакующий элемент, отсоединившийся от уничтоженной единицы», – скомандовал Второй, зацепившись биологическим сенсором за мелькнувшую во взрыве тень.

«Открыть огонь»

Их трех пушек разом вырвался мощный огонь, накрывая Нью-Йорк цепочкой разрушительный обстрелов, но их отвлек внезапный лязг у ног.

«Замечена скрытая вражеская атака…»

… за которой последовали многочисленные взрывы заранее установленных бомб, и Механические разрушители скрылись за завесой разлетающихся камней и пыли.

Покрытая паром Диана раскрыла глаза лежа на груди обломков после масштабного обстрела, и перекинув через себя многотонную стену вышла на позицию.

– Бэтмен, где ты?! – спросила она, приложив палец к уху.

В скоплении дыма возникла яркая вспышка, за которой последовала вспышка вражеской атаки. Диана вовремя среагировала и отбила лазер рукой. Враг открылся, и она сразу бросилась на него, с яростью воительницы запрыгивая ему на голову и отрывая её с металлических плеч.

– Я прямо над тобой, – раздалось сверху.

Диана подняла голову и увидела раскрытые крылья летучей мыши, огромные, и они накрывали её мрачной тенью. Бэтмен приземлился на плечо робота и остановился прямо перед Принцессой, заглядывая в её удивленные голубые глаза.

– Спасибо что спас их, – сказала она.

– Ещё рано благодарить. Я успел активировать магнитные бомбы, но это надолго их не задержит.

Бэтмен держался в стороне и изредка бросал бомбы, которые мешали роботам свободно двигаться. Диане казалось подобное сражение трусливым, но она старалась не зацикливаться на чужих способам ведения битвы и удерживала фронтовую область, чтобы прикрыть Бэтмена от лобовых атак.

Уцелевшие роботы продолжали отходить назад и отстреливаться от непреклонной боевой единицы, которую не могли ни ликвидировать, ни вывести из строя. Диана достала с пояса хлыст и поймала одного из металлических воинов за ногу. Тот повалился в сотрясающем землю грохоте, и Диана бросилась вслед за ним, получая очередной выстрел в плечо и слетая на землю.

– Они хорошо координируют атаки, я не могу закончить начатое, – процедила Диана, обращаясь к напарнику, – мне нужно чтобы ты прикрыл меня.

Среди движущихся машин и дымящихся зданий Диана заметила Бэтмена, который забрался на шею робота, и забросил ему на голову пару бомб. Затем он спрыгнул, и раздался взрыв, но робот уцелел, выпрямляя искрящуюся спину. Он успел ухватить Бэтмена за плащ сквозь дым и потянул на себя, чтобы замахнуться и ударить его об землю.

Диана вовремя бросилась к Бэтмену и поймала его за миг до удара об асфальт, его черный плащ порвался в пальцах принцессы, и они вместе свалились на землю, пару раз перекатившись.

Диана с улыбкой увидела хмурое лицо Бэтмена под собой и довольно произнесла:

– Теперь ты мой должник.

– Держись крепче, – сказал он, доставая из кармана ловким движением бэт-тросомёт и обхватывая Диану за талию.

– Что ты… – выгнулась она, уперев руки ему в грудь.

Трос схлестнулся с шумным хлопком, и их резко дернуло в сторону; земля под боком рванула, обдавая их горячим воздухом, и они еле удержались в полете во время подъема.

Бэтмен удерживал Диану, пока оба наблюдали как земля под ними горела от плазменного взрыва.

– Долг возвращен, – сказал Бэтмен, отпуская Принцессу Тимескиры, которая молча отлетела в сторону.

– Эти роботы слишком прочные. Я не могу сломать их одним наскоком, и они не дают мне времени, чтобы разворошить их броню за одну атаку. Если все продолжится в том же духе, весь город превратиться в руины. У тебя есть идеи?

– Выиграй для меня немного времени, – сказал он, спрыгивая с крыши.

– Мы вообще-то напарники, мог бы и рассказать, – вздохнула Диана, пропуская мимо глаз очередную атаку и резким сальто назад пикируя вниз.

Агрессивных механизмов осталось всего двое, но даже так уничтожение каждого занимало не мало сил. Чудо-Женщина могла сражаться так сутками напролет, но даже у неё был предел. Раны и ожоги покрывали немалую часть её тела и не восстанавливались мгновенно.

Второй робот внезапно куда-то пропал, и вид на разрушенные дома вызывал в её душе неслыханный трепет и ужас. Терпение Дианы окончательно иссякло.

– С меня хватит. Я закончу все сейчас.

– Нет, подожди. Ты не должна торопиться. Это может оказаться ловушкой, – крикнул Бэтмен.

Диана не раздумывая бросилась на ближайшего робота, разгоняясь до высокий скорости, но Боевая машина не была медленной. Металлическая рука уже нацелила пушку на приближающийся объект и выпустила прицельный огонь. Серия вспышек разрезала воздух, и те разлетелись в стороны, порождая хлопочущие взрывы, словно фейерверки в небе. Чудо-женщина вылетела на робота игнорируя волну жара в яростном рывке вонзилась в металлическую броню как тарана в непробиваемые ворота. Огромная металлическая единица содрогнулась, не выдержав сокрушительный натиск. Руки боевого механизма ухватились за тонкое тело Чудо-женщины, отрылись боевые огни с лазерных стволов, встроенных в голову. Но ничто из вражеских усилий не смогла достичь цели, и нагнетенный металл треснул под немыслимым давлением, раскалывающим укрепленные механизмы на части, и сокрушительный взрыв накрыл позицию Механического Доминатора, разрывая его на части.

Диана торжественно нависла над побежденным роботом и выбросила массивный кусок металла рукой.

– Ну наконец-то я до тебя добралась.

– Диана! Сзади!

Воздух вокруг Принцессы внезапно раскалился, обжигая кожу, и Дианы почувствовала, как правое плечо горит, а затем её охватила сильная боль.

Открывшиеся глаза не четко улавливали картинку происходящего, все мутилось, и спутанные ощущения не давали покоя, наполняя каждую клеточку тела болью. Она знала только, что лежала на земле и её хорошенько отделали. Вскоре стойкий разум Чудо-Женщины пришел в себя, и она за мгновение до удара заметила падающую на неё металлическую ногу, которая хотела её придавить, и её руки рефлекторно перехватили атаку, встречая весь вес титанического тела.

Но сила нажима оказалась такой большой, что руки принцессы тут же прогнулись и почти потеряли силу.

Крик Дианы с яростью сорвался с губ, помогая ей преодолеть немыслимое напряжение, но… этого было недостаточно.

Металлическая нога рухнула на грудь и придавила Диану к земле, вбивая поглубже в почву, и продавливая грудную клетку и ребра, которые только божественным промыслом и невероятной прочностью её тела остались целы.

Диана вскинула ослабленные руки и впилась пальцами в металлическую обшивку боевой единицы, пытаясь оторвать её от себя, но по-прежнему ничего не выходило.

Кричать даже не было воздуха в легких.

Но внезапно робот покрылся электрическими разрядами. Затем механизм вздрогнул, и начал странно двигаться. В этот момент Диана ощутила, как давление на её тело ослабло, и она отчаянным рывком вдохнула пыльный воздух, а затем, Принцесса Темискиры, живущая битвами, увидела шанс для контра-атаки.

– За Темискиру и моих сестер! – сорвалось с её губ, и её тело испытало праведную дрожь о воспоминаниях сестре.

Диана с новой силой оттолкнулась от пяток, осознавая, что это поражение в первую очередь оскорбит честь её сестер, и воинственный гнев обуял её с новой силой. Встретив бой с силой в стократ больше, чем прежде, Диана прошивала металл руками, а затем добила сопротивляющийся механизм серией атак в грудь и голову. Защитные пластины жалобно рухнули на землю разорванными листам, и Диана с победоносным и измученным видом подняла голову к небу.

– Славная вышла битва, – вздохнула она.

Все утихло. Ей довелось пережить невероятное сражение, и люди были спасены. Некоторые из них, к её удивлению, даже поглядывали из далека, и махали ей. Диана же улыбчиво, несмотря на невероятную боль и слабость, помахала им в ответ.

«До чего… глупо и странно…»

За её спиной кто-то приземлился, и Диана увидела тёмный силуэт Бэтмена, который провел по ничего не выражающим взглядом и присел возле поверженного робота. Он достал из-под плаща продолговатое черное устройство и направил его на робота. При виде подобных махинаций внутри Дианы что-то перемкнуло.

– Что ты делаешь…?

– Тебе не обязательно это знать.

Диана вновь огляделась на испуганных людей и воодушевленных их победой, и тяжело вздохнула.

– Это далеко не первое, что ты должен делать, как герой, когда спасаешь людей. Посмотри на них, они могут так беспечно радоваться только потому, что верят в нас. Верят, что мы спасем их даже если эти роботы внезапно встанут и нападут вновь. Это очень сильное чувство, Бэтмен.

– По мне так странно то, что ты с таким видом всерьез говоришь подобные вещи.

Диана выгнула бровь, посмотрев на себя, всю измазанную в пыли и грязи, и без смущения сложила руки на груди, потом ещё и усмехнулась.

– Меня таким не смутить. Я Амазонка.

Бэтмен не ответил.

– Так что ты скажешь?

– Те чувства, о которых ты говоришь, могут сыграть с ними злую шутку. Люди не самостоятельны, но они быстро учатся. И если ты научишь их слепо полагаться на других, ничем хорошим это не закончится.

– Никто из нас не может быть всегда готов к тому, что может ждать впереди, Бэтмен. Но это не повод бояться новых возможностей. Лучшее, что мы можем сделать для людей, – это дать им защиту и веру, что мы всегда будем рядом. Это и есть настоящая причина, почему миру нужна Лига Справедливости, – они должны знать, что завтра их ждет спокойное будущее, а не новая война.

– Это ложь.

– Это надежда.

– Вы обманываете себя, – встал он на ноги и бросил взгляд на людей, – эти наивные мечты неосуществимы. Угроза…

«… исходит от вас», – не закончил Брюс, бросив хмурый взгляд на Диану. Она улыбалась ему, и он неожиданно для себя посчитал продолжение неуместным.

– Если только к ним не стремиться, – уперла руку в бок Диана и устало усмехнулась, – мы достаточно сильны для воплощения лучших желаний людей. И ты тоже, Бэтмен. Мы можем сделать эту мечту реальной, вместе, не по отдельности. Сильные лидеры способны на то, что не способны другие, и обычно они не копаются в инопланетных роботах после боя.

– Пожалуй, предпочту покопаться. Ты можешь поддержать их за меня.

– Ну да, как же я сразу не подумала, – со смешком выгнув бровь, Диана обошла Бэтмена со стороны. – А знаешь, я так и сделаю. Я очень надеюсь, что ты хотя бы притворишься что действительно помогал людям, а не прохлаждался в стороне, выжидая момент ударить в спину.

Когда Диана развернулась и направилась к оживленной толпе, Брюс на мгновение оторвался от экранов сенсора, сканирующего неопознанного робота, и смерил взглядом уходящую Диану. Потрепанную и избитую, но все ещё жизнерадостную.

– Все закончилось? Вы победили…? – спросила испуганная женщина.

– Все хорошо, мы уже остановили их, – улыбчиво сказала Диана, разводя руки в стороны и приветствуя испуганных людей.

– Спасибо, Чудо-женщина!

– Вау, это настоящая Чудо-женщина!

Приветствуя похвалу и радость людей, Диана держалась сдержанно и скромно, не желая обесчестить свои благие стремления помогать людям праздностью. Её не интересовали ни слава, ни почтение людей. Она попросту не была столь избалованна городской жизнью, чтобы успеть привыкнуть к столь мимолётному чувству. Но глядя в глаза радостных жителей Нью-Йорка, которым больше ничего не угрожала, девушка испытывала настоящее счастье и уверенность в том, что её труды прошли не зря.

В окружении благосклонной толпы, Диана улыбчиво обернулась на Бэтмена, чтобы посмотреть, можно ли уговорить его на разговор, но тот уже ушел.

«Он неисправим», – с жалостью вздохнула принцесса, и у неё появилась внезапная идея.

– Я хочу сказать, что очень благодарна вам всем, но, по правде говоря, этой победе я обязана моему другу Бэтмену, – сказала Диана, надеясь, что разделит с нелюдимым напарником славу и это сделает его чуть более открытым.

Все-таки несмотря на небольшую поддержку Бэтмена, Диана хотела, чтобы он почувствовал себя не только Мрачным воином, которого боялись преступники, но полноценным и востребованным членом Лиги и настоящим героем, как и Супермен.

Диана ещё не понимала, почему именно этот человек казался ей таким интересным, но чувствовала, что такой умелый воин не может быть плохим. Она признавала в нём сильного бойца несмотря на его корыстные и не всегда благородные методы ведения боя.

– Да, мы знаем! – раздалось откуда-то снизу, и Диана удивленно опустила взгляд на парочку детишек, которые улыбчиво глядели на неё.

– Правда? – с улыбкой спросила она их, присев на корточки и погладив одного паренька по голове. – Это отлично.

– Да, мы видели все! Этот парень в Черном успел увести нас от взрывов и тех падающих страшилищ! А ещё он помог и другим!

– Вот как… это очень хорошо, – ответила Диана, немного задумавшись.

«Другим?»

Глава пятнадцатая

Однако встретиться Бэтменом после этого случая ещё раз не вышло. Когда люди разошлись, и работа закончилась, Бэтмен исчез без следа, и Диана в одиночестве вернулась на Сторожевую Башню.

К тому моменту в Главном зале будущей Лиги справедливости стоял один лишь Марсианский охотник, который что-то высматривал в компьютере.

– И вновь привет, Джон, – расслабленно сказала Диана, устало виляя до стула, где и осела, подперев щеку рукой.

– Как прошла ваша первая совместная миссия?

– Он не считал, что это наша первая совместная миссия и хотел сделать все в одиночку.

– Это на него похоже, – улыбчиво сказал Джон. – Ты выглядишь уставшей. На тебя не похоже.

Конечно, физическая усталость практически никогда не касалось Чудо-женщины, но ментальное беспокойство отражалось на лице и походило на настоящую усталость как у обычного человека.

– Я немного задумалась.

– Над чем? – выгнул бровь Джон.

В голове Дианы витало много невысказанных вопросов, которые она бы не спросила, будучи в здравом уме. Например, как Бэтмен смог бы справиться с роботами в одиночку, или почему он был такой отстранённый, или почему все происходило так, как происходило?

Будучи воспитанной как настоящая амазонка, Диана Принс знала цену кропотливому труду, таланту, и всем важным качествам, которые делали из обычного человека настоящего воина. Именно поэтому даже встретившись с самым слабым из них она бы ни за что не посмела оскорбить его. Это было ниже её достоинства обесценивать стремление воина быть сильным, даже если он только начинал свой путь или быть ещё недостаточно умел.

Однако некоторых людей она продолжала не понимать до сих пор, в особенности мужчин, с которыми была знакома не так давно.

– А какие… понятие чести у мужчин?

– Прости…? – удивился Джон, развернувшись к замершей Диане.

– Мне просто интересно, как, например, у тебя сражались на планете мужчины?

– Мм… наша раса была довольно мирной на протяжении всего существования. Марсианины стремились к гармонии и сосуществовании не только с подобными себе, но и иными расами.

– Это немного помогло, Джон, спасибо, – из вежливости сказала она, впрочем, немного расстроившись.

Джон мягко улыбнулся, отложив все дела, и подошел к подруге, чтобы поговорить с глазу на глаз, как требовал этикет.

– Если тебя смущает то, как Бэтмен подходит к решению вопросов, то смею уверить тебя, ты не единственная, кто так думает.

– Неужели?

– Конечно. Но также нужно понимать, что каждый из нас сражается и преодолевает сложности так, как ему это удобней и привычней. Люди очень разные, но это различие делает их сильнее любых других рас.

– Я это понимаю, но все-равно мне сложно понять некоторых из них, а ведь раньше я считала себя довольно разборчивой. Даже когда я пытаюсь сблизиться с кое-кем ничего не получается. С тобой и Кларком у меня сложностей не возникло.

– Полагаю, потому что мы чуть больше похожи друг на друга. Бэтмен же… немного другой. Каюсь, иногда даже мне интересно залезть в его голову и узнать, что там происходит. Но он закрыт даже от меня.

– И не говори, – улыбнулась Диана, немного обрадовавшись тому, что кто-то разделял её переживания.

– Кстати, он просил передать тебе отчет о проведенной битве.

– Отчет…? – удивилась Диана.

– Верно. Посмотри на встроенном компьютере, – Джон указал пальцем на участок стола под локтем Дианы, и она увидела экран.

Экран запустился, она открыла почту, где обнаружила отчет Бэтмена о проведенном бою. Там описывались её поспешные методы, действия, и то, к чему это привело или могло привести.

Потом последовали записи со спутника, которые четко показывали, как Диана бросалась на роботов и подвергала людей опасности.

– Ох…

К тому же Диана внезапно поняла, почему Бэтмен отсутствовал в бою, когда она мысленно его обвиняла, – все это время он защищал людей от последствий разрушения, которые вызывала Диана, бездумно бросаясь на противника.

С точки зрения проведенного боя все произошло великолепно, но она слишком увлеклась и не заметила, насколько хрупкой была городская инфраструктура. И повреждения вышли колоссальными.

Неловко приложив пальцы к губам, она замерла с неприятным ощущением, пока читала отчет:

«Чудо-женщина слишком поспешна, из-за чего подвергает людей излишней опасности. Ей не стоит забыть, что не все такие же сверхлюди, как она, и что городские улицы – это не станы коллизия для амазонок на её Острове, – мысли Бэтмена укором прозвучали в её голове, и Диана раздраженно мазнула пальцем по экрану, закрыв невыносимый отчет.

– Прибью… когда-нибудь, – заключила Принцесса Темискиры, бросив острый взгляд на испугавшегося Джона.

***

Дик сидел за Бэт-компьютером и изучал зацепки по Джокеру. Уже несколько месяцев от него ни слуху не духу, даже несмотря на то, что они недавно поймали Харли Квин.

– Это очень не похоже на него, – высказал Дик в тишину пещеры.

На экране запиликал сигнал: входящий звонок от Барбары. Дик нажал на кнопку, и на экране возникло лицо симпатичной рыжеволосой девушки.

– Привет. Ты как? – спросила она, поерзав на стуле.

Барбара сидела в своей квартире, за спиной было видно окно, выходящее на улицу. Вся стена была заполнена полками с книгами, виднелась не заправленная постель. Сегодня она отдыхала от дежурств и связалась с ним без причины.

– Если ты переживаешь за меня, то это зря, – улыбнулся Дик, пожимая плечами и всем своим видом демонстрируя довольствием жизнью.

Вот только на Барбаре не было лица, и край его губ изогнулся вниз.

– А вот ты как?

– Я все ещё думаю о словах Брюса.

– Да ладно тебе. Не стоит переживать. Ещё ничего не решено.

– Ты как всегда позитивен. Завидую тебе.

– Я и вправду довольно неплох, – сжимая кулак от нахлынувших воспоминаний их разговора с Брюсом, Дик сохранил доброжелательную улыбку, – но знаешь, что, к чему эти грустные разговоры? Мы ведь недавно отличились и поймали Харли. До Джокера как будто рукой подать.

– А как у вас с Джейсоном? Ты говорил после того разговора у вас не заладилось.

– Пустяки, – махнул рукой Дик, – парень просто перенервничал. Такое иногда бывает. Ты знаешь его характер. Подуется и перестанет.

Барбара задумчиво кивнула.

– Я попыталась кое-что найти по Джокеру.

Дик выгнул бровь.

– Вне рабочего дня? Ты себя не жалеешь, Барбара.

– Просто я никак не могу найти себе покоя, зная, что Джокер что-то планирует. Ты сам знаешь, на что способен этот псих. Ума не приложу, что произойдет если мы позволим ему спокойно ходить по городу.

Дик кивнул.

– Брюс тебе ничего не говорил?

– Говорил.

– Да, и что же? – просияла Барбара.

– Примерно тоже самое, что и всем нам, – пожал плечами Дик, замечая на лице Барбары разочарование. – Извини, Брюс как всегда молчалив, но я кое-что понял исходя из его слов. Он тоже ищет Джокера, делая вид, что верит нам.

– Так он все-таки искал его?

Дик подавил раздражение, и выдержал улыбку.

– Подожди… ты чего это радуешь?

– Потому что это замечательная новость. Я уже боялась, что пока Брюс занимает Сторожевой Башней ему нет дело до Готема.

– Эх, Барбара, именно из-за такой надежды на Брюса мы до сих пор и находимся у него на побегушках. Тебя разве не бесит, что он сказал, что доверяет нам, а на деле продолжает следить за нами и делать все по-своему?

– Это же Брюс. Дик, – наконец-то догадавшись в чем проблема, Барбара вздохнула, выбрав спокойный тон, – ты же отлично знаешь его, он не изменится. Мы просто должны делать что нужно и рано или поздно он признает нас.

– Рано или поздно? То-есть никогда! Я уже работаю с ним восемь лет и ничего не меняется. Вы говорите с ним одно и тоже, – Дик покачал головой. – Я думал ты на моей стороне.

– Я на твоей стороне, Дик, но я не думаю, что Брюс считает нас слабыми.

– А что тогда он делает? – усмехнулся Дик.

Барбара промолчала, не найдя в глазах Грейсона желания примиряться с методами Брюса.

– Ладно… слушай, давай закроем тему. Мы докажем ему, что куда сильнее, чем он думает. Ты сам это говорил. Не стоит ждать, когда он даст свое слово.

– Да… пожалуй. Ты права, я просто… немного потерял контроль на эмоциях. Извини. Насчет Джокера, я недавно дежурил с Джейсоном и наткнулся на одних мафиози. Они решили поразвлечься с одной девушкой, и мы остановили их.

Барбара внимательно слушала, кивнув.

– Ты что-то нашел? Они работали на Джокера?

– Нет, но я нашел вот эту игрушку, которая больно сильно напоминает механизмы Джокера, – Дик поднял двумя пальцами придавленную рожицу клоуна. Она была белая, потрескавшаяся, состояла из пластмассы, и вся блестела. – Я изучил её под микроскопом и обнаружил на поверхности химикаты, которые чем-то походят на те, что использует Джокер. Только более разбавленные и безопасные.

– Я не понимаю… Что это игрушка там забыла?

– Пока не знаю, но когда я допрашивал одного из мафиози он сказал, что не знает, откуда взялась эта игрушка. Она просто внезапно оказалась на его плече и помешала ему выстрелить.

– Как загадочно.

– И не говори, – усмехнулся Дик, – я и сам уже запутался окончательно.

Им обоим казалось, что кто-то из шайки Джокера мог спасти Робина.

– Но мы в любом случае обязаны все проверить. Тот мафиози рассказал мне кое-что ещё.

– Ещё?

– Перед тем, как началась перестрелка он кое-кого встретил. Какого-то хлипкого парня, которому он заплатил что бы тот им не мешался.

– Какая мерзость…

Дик кивнул.

– Ну… я не хочу его оправдывать, но парень мог взять деньги просто чтобы защитить себя.

– Все равно я думаю он козёл. Он видел преступление и решил пройти мимо, когда девушку окружили какие-то дебилы. Непростительно.

– Не горячись так, мы ведь уже все решили. Я уже составил фото-потрет того незнакомца и ищу его. Возможно, именно он создал эту игрушку. И может быть, он как-то связан с Джокером.

***

Харли находилась в Аркхеме уже пару недель.

Артур никак не мог прийти к ней даже чтобы навестить. Не мог даже увидеть её одним глазком. Не мог подойти и сказать пару ласковых слов.

После поимки Харли Артур окончательно убедился в своих догадках: Бэтмен и его компашка усердно искала его, чтобы затем забросить в Аркхем.

Поэтому Артуру приходилось прятаться и вести скромный образ жизни, затирая за собой следы. Он вновь сменил документы, взяв новое имя «Габриэль Эллоу», затем снял другую квартиру и теперь жил в ней. Вместе с этим с досадой пришлось отказаться от трудом полученной работы, несмотря на потраченное время и душные собеседования.

Теперь он, вновь, уже во второй раз… зажил с чистого листа, и мог так сделать ещё кучу раз, но деньги постепенно кончались. А Бэтмен и его компашка не собиралась его отпускать, даже несмотря на то, что он не делал ничего плохого.

Харли не послушалась его как следовала из-за своей неудержимой натуры, подставилась, но она была не виновата. Он поддался эмоциям и любви к ней, позволив чуть больше, чем был можно, хотя знал, что были риски. И поплатился за свою доброту: Бэтмен нашел её слишком быстро, безошибочно определив нужные следы.

Артур сидел на диване и пролистывал книжку по истории, чтобы получше разобраться в новом мире. Параллельно с этим он смотрел новости на телевизоре, где его, Джокера, объявляли в розыск.

«Опасный психопат и преступник», – с досадливой усмешкой подмечал он.

Сначала это было не совсем понятно, но вскоре стало совсем ясно.

От преступного прошлого и сделанных дел уже не отмыться. Джокер окончательно и бесповоротно испортил перспективу на спокойную жизнь Артура. Теперь куда бы он ни пошел, и чтобы не сделал – его воспринимали как опасное чудовище, которого нельзя оставлять в покое.

Поэтому единственным выходом из ситуации было притворяться другим, только уже в полном одиночестве, без Харли, полностью перекроив свою историю и личность от начала и до конца. Последняя попытка сотворить идеальную обычную жизнь.

Артур выбрался на улицу, приодев непримечательный костюмчик, и набросил на лицо солнцезащитные очки.

В телефоне был записан адрес для очередного собеседования. На этот раз место работы: скромный магазин игрушек, чисто чтобы немного развеяться и расслабиться от угнетающих мыслей.

Артур с воздыханием поднял взгляд на небольшой магазинчик, стоявший у Центральной улицы Готема.

Непримечательный, маленький, и сюда Бэтмен точно не заглянет. Ведь все, чем занимался образ Брюса Уэйна – это создает впечатление запивающегося бабника и тусовщика, которому плевать на все остальное. Такому праздному мужчине как он точно не понадобится заходить в магазин игрушек, куда обычно приходили с детьми.

– Эх, Брюс-Брюс, мне даже жаль, что у тебя наверняка никогда не будет детей, кроме разве что тупицы Дэмиана, – сказал Артур, открывая входную дверь.

Откуда-то сверху прозвенел колокольчик, и у прилавка оказался обычный непримечательный старичок с залысиной. Он выглядел как человек, который находился одной ногой в могиле. Весь дрожал, выглядел как высохшая тростинка, и еле открывал глаза.

Артур не удивился бы, если бы он умер через месяц после их встречи.

– Добро пожаловать в мой скромный уголок.

– Да, спасибо, – вежливо улыбнулся Артур, протянув старику руку. – Я Габриэль Эллоу, пришел по вакансии.

– О-о… точно-точно. Я вас давно жду. Буду рад показать вам все, что у меня есть.

И они пошли на небольшую экскурсию, в ходе которой старик, представившийся «Дедушкой Джоном» рассказывал Артуру о магазине.

Магазин игрушек «Веселый Санта» в основном занимался продажей рождественских игрушек наподобие Санты-Клауса, плюшевых Оленей, ёлок и других игрушечных изделий.

– К сожалению, к нам редко заходят покупатели, но во время зимних праздников у нас тут не пройти, – с теплотой говорил Джон. – Я понимаю, если вы не захотите здесь работать. Платить много не смогу, поскольку нечем.

– Тогда позвольте узнать, почему вы до сих пор держите этот магазин?

– Ну, ох… – вздохнул старик, раздосадованный этим вопросом, и мягко улыбнулся, подняв глаза к вечернему небу через окно. – Наверное, я просто не хочу предавать свое любимое дело до самой смерти. Даже если это и кажется глупо…

Артур улыбнулся.

– Я вас понимаю. Меня тоже привлекают яркие идеи, даже если они никому не нравятся.

– Да… а… что-ж, простите меня за излишнюю сентиментальность, мой друг. Я рассказал вам все, что вам нужно знать. Далее все будет зависеть от вашего решения, – сказал старик, с надеждой подняв на меня потерявшие былой блеск глаза.

– Я согласен.

– Что…? – растерялся старик.

– Я сказал, что я согласен, – улыбчиво сказал Артур, обхватывая двумя ладонями дрожащую кисть старика. – Я уважаю людей, работающих за идею. И меня вполне устраивает ваш маленький непримечательный магазинчик.

Придя домой, Артур радостно скинул пиджак на спинку дивана и размял шею. Сегодняшний день предвещал великолепные скромные начинания, о которых он так давно мечтал спустя десятки безуспешных попыток начать обычную жизнь.

«За амбициозные планы возьмусь сразу как хорошенько расслаблюсь, будучи обычным смертным», – открыл он бутылку с вином и залил в себя с горла.

Всю свою жизнь он пахал для того, чтобы выжить и мучился от ненавистной рутины, но теперь он переродился в мире, где мог сотворить что угодно своими руками практически с нуля.

Придя в магазин Старика, он наконец-то почувствовал, что именно это место станет отличным началом для его обычной жизни.

Пообщавшись со стариком Джоном на протяжении пары часов после подписания трудового договора, Артур сразу же бегло изучил отчеты за последние годы и продажи магазина.

Результат оказался… вполне ожидаемый и разочаровывающий. Старик Джон посвятил всего себя умирающему магазинчику и последние пару лет работал чуть ли не в убыток себе. Его спасали только новогодние ночи, которые приносили ему довольно много денег, и судя по именам постоянные клиенты, которых со временем становилось меньше.

Время «Веселого Санты» подходило к концу.

Однако Артура не могла покинуть навязчивая мысль исправить это гиблое дело своими собственными руками.

Неизвестно откуда в нём возникло невероятно сильное желание творить, и творить не только ради себя, но и ради небольшого вызова самому себе. Чтобы люди смеялись… чтобы они веселились… чтобы его игрушки смогли радовать всех и каждого…

«… до самой смерти», – прохихикал внутри едкий голосок, и Артур выбросил вспотевшие руки на стол.

– Нет, судьбу Джокера я точно не повторю.

Он заметил в себе любовь к созданию игрушек совершенно случайно, когда работал над тем «клоуном», выпрыскивающим разбавленные химикаты.

Процесс работы над механизмами, создание необычного приспособления с нуля собственными руками был увлекательным и открывал много нового. Каждая деталь, концепция и материал, на удивления поддавался его творческому энтузиазму.

Он и не знал, что можно было создать столь интересные игрушки всего лишь раз увидев основные наброски чертежей в интернете. Не удержавшись, он даже их слегка «улучшил», обретя некий творческий экстаз.

И вот вскоре перед ним лежали уже готовые серии разных игрушек; ходящих, звенящих, и выполняющих «ловкие» приемы. Хотя последняя игрушка сразу же была забракована, потому что Артур посчитал обязьянку, делающую сальто, слишком помпезной и навороченной для простенького новогоднего магазинчика. Купить её сможет не каждый, материал дорогой, и они уйдут только в убыток, поэтому пришлось балансировать и учитывать даже доступность для покупателей.

– Поразительно, – задумчиво произнес Артур, разглядывая свои творения.

К тому же, как оказалось, создание игрушек было не так уж и сложно.

Артур приступил к рабочим обязанностями на следующий день.

Сначала он прошел экскурс от Джона.

– Ты говорил, что раньше делал игрушки, Габриэль? – с любопытством спросил Джон.

Артур кивнул.

– Я думаю, я смогу сделать что-нибудь легкое. Дайте мне чертежи, и я попробую.

– Ты буквально сияешь. Я помогу тебе, но будь осторожен. У нас не так много запасных запчастей и я не смогу закупить новые.

– Мне жаль.

– Ничего, – по-доброму улыбнулся старик Джон, – я верю, что у тебя все точно получится, сынок, – похлопал он по плечу Артура, и на его сердце легко какое-то странное чувство.

От него в буквальном смысле зависело последнее желание Джона продолжать свою работу до самой смерти, но старик был упорен и до конца не признавал всю плачевность положения. Артур уважал его стойкость.

Он взялся за первое создание своей игрушки после многочисленных проб у себя дома. Это была обезьяна, которая била в тарелки. Довольно известная американская игрушка, которые в это время делали заводными и без батареек. Конструкция на первый взгляд казалась сложноватой, но углубившись в процесс Артур не успел заметить, как его пальцы сложили все самостоятельно.

Переживая, что что-то могла пойти не так, он обернулся на старика Джона и показал ему свою работу.

– Ох… Габриэль, сынок…

Видя восторженное лицо Джона, Артур улыбнулся, в коем-то веке за новую жизнь почувствовав между кем-то и собой дружеское, или даже семейное тепло.

– Это великолепно, Габриэль. У тебя настоящий талант, – мягко сказал Старик, положив руку на его плечо.

Их совместное обучение и работа продолжались на протяжении всего дня. Старик стоял за прилавком и встречал посетителей, а Артур тем временем работал над новыми игрушками. Джон проверял его работу время от времени, а потом они закрылись на обед и обсудили общие успехи.

Артур ещё никогда так не радовался обычному рабочему дню в приятной компании и обещал себе, что продолжит работать здесь до тех пор, пока не сделает магазинчик Джона лучшим среди магазинов игрушек.

«Как же приятно наконец-то найти свой дом», – подумал он.

Глава шестнадцатая-семнадцатая, Плохо. Хорошо. Ужасно... Красиво.

Где-то на окраине города. Подконтрольный район.

Группа крупных мужчин столпилась у стола, перекидываясь в карты вальяжными бросками. Их мрачные лица освещала тусклая лампочка, висевшая на тонкой связке проводов.

– Старик не выплачивал долг уже пару месяцев. Мы больше не может терпеть, Босс. Он портит нашу репутацию.

– Я согласен. Мы должны прижучить его и напомнить кто мы такие.

– Не нужно учить меня как вести дело, сопляки, – раздраженно бросил кости на стол крупный мужчина с большим носом, и достал из пачки сигарету, – если не понимаете, что к чему, так лучше заткните пасть и помалкивайте. Старик Джон мой хороший старый друг, и я дал ему поблажку из любви к нему.

– Всему должен быть предел, Босс. Если все продолжится в том же духе, тогда Туз перестанет нас уважать.

Нахмурившись, Босс помассировал виски, и некоторое время тяжело молчал, не в силах скрыть своей задумчивости перед парнями.

В их словах была доля смысла, и Босс внезапно осознал, что закрывал глаза на несостоятельность старика слишком долго. И раздражение его людей на это хорошенько намекало.

– Хорошо, навестите старика Джона на днях, – на выдохе согласился он, ощущая легкую неправильность в собственных действиях. Но так продолжаться не могло: парни уже начинали думать, что он излишне размяк, а в их деле это недопустимо. – Напомните ему, что даже при всей моей любви к нему я больше не могу закрывать глаза на его беспечность.

Обрадованные парни начали разыгрывать следующую партию в карты, и Босс заметил, что в его руке появился Джокер.

«Плохое предзнаменование»

***

Стояло ранее утро. Старик Джон улыбчиво раскладывал игрушки на полки, готовясь к приходу покупателей.

В последнее время их чудным образом прибавилось, и он даже мог позволить себе заплатить новому работну без задержек.

Входная дверь открылась, прозвенел колокольчик. Джон радостно поднял взгляд и увидел на пороге женщину в дорогом бледно пальто и роскошной шляпке. Только по её умным глазам можно было понять многое. И хотя старик и видел плоховато, направление взгляда в таких вещах подсказало ему многое: женщина уверенно окинула весь магазин словно свои владения, будто уже властвовала здесь. Такой тон был свойственен только «большим людям». Женщина была не одна: она находилась в компании с маленькой девочкой, держа её за руку, но не так, как это делает заботливая мать, а так, словно в её руке был дорогой предмет украшения.

Джон сразу понял, что в его скромный магазинчик пришел очень сложный человек, и немного занервничал.

– Весьма посредственное место, но... – словно в себя прошептала женщина, остановившись у прилавка с игрушками нового образца, и неприхотливо коснулась одной из них, словно заметила что-то интересное среди груды мусора, – … тем интересней найти здесь столь необычные и интригующе игрушки. Подобный уровень весьма впечатляет, – её острые, аккуратно подведенные помадой губы изогнулись в улыбке, и показались старику пугающими.

Изумрудные глаза женщины по-доброму легли на переволновавшегося старика, но обманчивый блеск почти нечеловеческой красоты не смог скрыть в прекрасных очертаниях опасный холодок.

– Ох…, – скромно почесал затылок Джон, – благодарю вас за столь высокую похвалу, мадам. Честно говоря, я не думал, что люди будут так высоко оценивать мои скромные достижения.

– Но они действительно прекрасны, Джон. Вы лучший мастер из тех, кого я знаю.

– Да-да, это правда, – весело поддакивала пухлощекая девочка.

Джон с неловкой улыбкой отсмеялся, ощущая как сам воздух наполнялся едкой атмосферой щекотливой неправильности. Он знал таких людей, и ничего хорошего встреча с ними не предвещала.

В последнее время их становилось все больше. Бледные, острые, выискивающее взгляды хитрых и очень опасных людей, мыслящих исключительно выгодной. И спорить с ними было бесполезно, поэтому он молча принимал комплименты и кивал.

От чего-то в воображении старика всплыли картины с дьяволами и бесами, которых притягивало что-то злое.

Отпрянув от стола и стирая пот со лба пальцами, Джон прощупал пульсирующий висок, за которым скрывались неприятные мысли.

– Ваша похвала для меня большая честь, маленькая леди, – с наигранной благодарностью поклонился Джон маленькой девочке, – кажется, у меня где-то затесались леденцы. Сейчас… сейчас я вас угощу… подождите немного…!

И несмотря на то, что леденцы никому не были нужны, старик Джон поспешно направился к прилавку, разок запнувшись по пути.

«И с каких это пор мои игрушки стали самыми лучшими?» – нервно думал он, возможно, впервые в своей жизни услышав комплимент от столь высокопоставленной дамы.

Его сердце, наперекор всякой радости, бешено забилось от невыносимых волнений, и худые кисти с дряблой кожей заметно вспотели и задрожали.

Раньше, конечно, он слышал много разной похвалы, но в последнее время глаза приходящих в магазин буквально лучились радостью и восхищением. Это было похоже на необъяснимое волшебство, ведь даже в самых лучших магазина, где он был, сравнивая себя с конкурентами, не было подобных реакций. Но все в этом отдавала чем-то необъяснимо жутким и неправильным, хотя описать причину своих ощущений бедняга Джон никак не мог. Почему спустя столько лет наконец-то увидев ту самую радость, ради которой и посвятил свою жизнь, он не радовался, а переживал за себя…?

Люди, ради которых он работал, да… они почему эта странная леди пришла именно сейчас, когда он был совершенно не готов?

Перекрестившись, Джон вытер вспотевший лоб платком, и задумался, не проделки ли это Дьявола, решившего невероятным соблазном забрать его душу под старость лет?

– Знаете, ещё никогда мои игрушки не называли лучшими так искренне, – сказал старик Джон, протягивая девочке конфетку.

– Ну что вы, не стоит скромничать. Вы настоящий мастер. Гордитесь тем, что вы делаете, – сказала женщина, излишне преувеличенным жестом вложив в руки старика кусок ароматного картона.

– Что это…?

– Всего лишь мое скромное предложение вам, Джон. Не упустите его. Не каждый способен заметить рассмотреть ваш талант среди кучи посредственности и поверить в него.

– Б-большое спасибо, мадам! – растерянно сказал Джон, так и оставшись стоять на месте, даже когда женщина покинула его магазин.

Когда Аманда вышла из магазина Веселый Санта, она развернулась на вывеску, которая еле висела на месте, и скривила губы.

– Что такое, мама?

– Воистину, некоторые вещи абсолютно необъяснимы, моя милая Милина. Все никак не могу понять, как такой бесталанный и глупый старик наконец-то взялся за дело и начал делать настолько качественные игрушки. Разве это не настоящее чудо?

– Чудо-чудо! – вторила ей веселая Милина.

– Пойдем, дорогая, у нас ещё много неотложных дел.

Аманда Белл занималась бизнесом уже давно и держала несколько магазинов с парфюмерией и игрушками по всему Готем-сити. Она периодически посылала различных агентов в разные магазины, чтобы изучать конкурентов и выстраивать на основе анализа чужой работы новую стратегию. Подстраиваться под рынок, работать на разные классы и возрасты покупателей, постоянно держаться на плаву, – Аманда справлялась со всем прекрасно.

В этот раз Аманда получила от своего доносчика странную новость, мол в одном задрипанном магазинчике в центре города продавались невероятно качественные игрушки. Обычно бы Аманда Белл не обратила на такую новость внимания, ведь даже её агентам не хватало её чувство вкуса. Они нередко приносили на самом деле бесполезную новость. Но ознакомившись с последними отзывами покупателей о новогоднем магазинчике, здравый скепсис не смог пересилить её вспыхнувший интерес.

Возможность качества в подобном магазине казалась Аманде Белл абсурдной. Любой добившийся хоть чего-то человек отлично знал, что люди редко превосходили себя. Большую роль играл талант и личные амбиции, и лишь единицы по истине добивались высокий целей потратив не менее пол жизни. У старика Джона не было ничего из перечисленного, кроме последнего. Он был обречен умереть несчастным стариком, в которого не было не было веры.

Но помимо отвращения к бездарности Старика Джона, у Аманды Белл было ещё одно трепетно хранящееся в душе воспоминание, которое всплыло совсем недавно. Однажды отец купил Аманде игрушку именно из этого магазина – Санту в голубом плаще, а затем исчез из её жизни, попав в аварию. Единственное, что осталось от него эта игрушка, и именно из-за неё когда-то Аманда испытывала к старику Джону толику уважения.

Но оказавшись у прилавка с игрушками Аманда потеряла дар речи. Её мир перевернулся с ног на голову, и скрывая свое удивление, она еле дрожащими пальцами взяла совершенно прекрасную игрушку буквально без изъяна.

Нет, это был бред наяву, потому что точно такие же модели обезьянок с тарелками лежали рядом. На первый взгляд неуклюжие и бестолковые, вот только в той, которую держала именно она – бестолковость казалась привлекательной. И материл был использован почти без изъяна, исключая дефекты формы, выскакивающей из швов ткани, или даже механизма работы. Все в ней было практически идеально.

Это было похоже на настоящую магию, из-за которой её сердце спустя долгое время затрепетало вновь. И она сглотнула слюну, напрочь позабыв о тёплых воспоминаниях с отцом, и отчаянно боролись с жаждой наживы…

– Как жаль, что сейчас нет его нового работника. Я бы хотела с ним поговорить, – вслух подумала Аманда, с холодной улыбкой подмечая хорошую наживу.

– Но он же придет через полчаса, мамочка… – сказал Милина.

– Полчаса у нас нет, дорогая. Я занятая женщина, как и ты. Привыкай распределять свое время с умом, иначе будешь жить в недостатке. Тем более я почти уверена, что старик по-прежнему бесполезный мусор, но его новенький работник… – Аманда весело рассмеялась, прикладывая пальчики к дорогому ожерелью. – Идем же, идем. Нам ещё нужно хорошенько обдумать как разобрать этот магазинчик по частям, если старик вдруг начнет упрямиться…

– Да, мама, – обнажила белоснежные зубки девочка, и выбросила леденец старика под ноги.

***

Зайдя в ресторан бургеров «Большой Красный Бык», Артур довольно вдохнул запах зажаристой курочки.

Новый рабочий день в магазине игрушек начинался через пятнадцать минут и предвещал новые успехи.

В уме Артура было заготовлено не мало идей как можно было незаметно улучшить несколько из моделей обезьянок. Небольшой редизайнинг под современную молодежь, пару качественных доработок для чувства новизны, качественная и дешёвая механика для инклюзивности, и небольшая реклама для привлечения внимания. Затем остается только согласовать все с Джоном, ведь все это повышало расход, но, к счастью, успешные продажи за последние дни это позволяли.

Пару дней назад он уже поработал над незначительным редизайнингом кукол, и подчеркнул их индивидуальность мастерским почерком. Покупатели были в восторге.

«Джон не согласится закупать дорогой материал. Я знаю», – прокручивал он палец у виска, попутно разжевывая бургер. Мысли вкрутились в голове, подобно шестеренкам, четко, правильно, послушно до нельзя. Несметное множество идей и схемы будущих работ легко легки в представлении, когда он уселся на диван и взглянул на потолок: вот они, все, детали нового эскиза. Прямо перед его глазами, и они внимательно рассматривал каждый, найдя изъян, и с цоком убрал его пальцами.

Второй рукой он расстегнул пиджак и залил воды в рот, замечая на себя взгляды молодых девиц.

«Его не переубедить, когда дело касается цены на запчасти, но старик живет идей. Она для него важнее жизни, поэтому я могу переиграть его мысли и заставить послушать меня. Это его слабое место», – облизав пальцы, он выбросил еду в мусорку и расслабленно покинул закусочную.

Пока шел мимо дороги, он вдруг замер у витрины с очередным магазином игрушек, и хмуро обернулся.

Его внимание привлекла сидевшая на зеленой подарочной коробке Арлекино с белым лицом и красно-черной шляпой, которая поглядывал на него с не дающей покоя улыбочкой.

Харли Квин никак не выходила у него из головы. Вот уже на протяжении бесчисленных дней, хотя он старательно пытался выбросить её из головы.

Эта девушка была опасна, потому что даже Джокер чувствовал в ней свою слабость. Сейчас она была заперта в психиатрической больнице Аркхэм и была так далеко, но по-прежнему оказывала на него такое сильное давление.

Сжав пальцы рук, он внезапно понял, что все это время Харли Квин в жизни Джокера вовсе не была просто развлечением, но…

… мимо промелькнувшая машина с гулким гудком выбила его из сосредоточенного потока мыслей. Артур выпрямился, и краем глаза заметил поджатые уголки своих губ.

– Ну и дерьмо.

Артур ускорил шаг в сторону работы, отлично понимая, что навеянные им чувства нужно было перебороть ради них самих же.

Он остановился у входной двери в магазин Веселого Санты, и замер рукой у ручки.

Раздался внезапный грохот, и ладонь Артура вздрогнула от вибрации. Вывеска по центру двери наклонилась в бок с надписью «Закрыто», хотя давно уже было утро.

Джон должен был открыть магазин ещё полчаса назад.

Из-за дверей донеслось резкое рычание:

– Хватит нести чушь, Старик! Мы слышали, что ты успел набить карманы за последнюю пару недель! Доставай деньги и не вешай нам лапшу на уши!

Вне всяких сомнений тон и агрессия в голосе говорящего намекали на напряженную ситуацию. В магазине старика Джона происходило что-то неприятное, и учитывая знания Артура о преступном городе Готеме он тут же подумал о худшем.

Рука сжалась на ручке, а шаловливая мысль подсказала, что в это не стоило влеза-а… ть.

«Они посмели прийти сюда… на нашу территорию. И ты позволишь им уйти, радостно присвистывая?!», – пролепетал мерзкий голосок, и рука Артура против его же воли выкрутила ручку вперед, чуть ли не вышибая дверь вперед рваным толчком.

Дверь громко ударилась о полки, и те подскочили, раскидывав игрушки к его ногам, и каблуки туфель бессердечно вдавили их в пол.

Прежде чем разглядеть все как следует, ведущая рука Артура вальяжно расстегнула верхние пуговицы пиджака. Вторая ладонь уверенным, тихим движением захлопнула дверь за спиной.

Старик Джон лежал на полу, среди разбросанных игрушек, и держался за голову, с которой стекали тонкие струйки крови. Над тощим телом старика нависали два здоровенных бугая в примятых шляпах, в которых на памяти Артура ходили одни мерзавцы, и заметив его, незнакомцы мрачно обернулись.

– Проваливай отсюда пока не стало хуже, парень, – раздраженно буркнул тот, что с большой родинкой на носу.

… но объяснить свое следующее поведение и тем более действия у Артура не вышло, поскольку сейчас он был целиком был занят одной раздражающей мысль.

«В моем…»

Он резким жестом упер ладонь в край стола, и повис в нервном, властном наклоне.

– И так, – сдержанно махнул кистью Артур, – что вы здесь… (козлы)… милые мои, забыли?

– Да кто ты вообще такой, засранец… – рванул на него первый, и тут же замер, обнаружив на своем плече руку напарник.

– Пока не торопись, – строго сказал второй, смерив незваного парня взглядом. – Эй, Старик, ты знаешь этого клоуна…? – спросил он у вздрогнувшего старика.

Старик кивнул.

– Тогда вели ему проваливать по-добру по-здорову, иначе одними синяками не отделается.

Нервный смешок, и не один, сотряс напряженную тишину, и все трое посмотрели на парня у входа. Он держал руку у лица и, его плечи жутко подрагивали.

– Ха-ха-ха-ха…

– Он точно псих ненормальный, – скривился первый, отходя назад, и протягивая руку к пушке за спиной.

– Не нужно усложнять, – внезапно сказала Артур, спокойно вздыхая. Его блеснувшие в тенях глаза остро поднялись на них. – Если вам нужны деньги, то я могу вам их дать. Только не трогайте Джона.

– Оо-о… так у тебя есть спонсоры? – нервно отсмеялся второй мужик, и поправил воротник плаща, молча подойдя к Артуру в упор. Их разница в росте была как между шкафом и небольшим парнем, решившим сыграть в бадминтон. Но уверенности явно было больше у второго. – Хмпф, а ты не такое уж ссыкло, да? А ты мне нравишься. Не хотелось доводить дело до крайних мер, так что я даже рад что не пристрелил тебя сразу.

– У-у-у, я бы непременно испугался, было бы прям нехорошо, – легко отсмеялся Артур, прикрывая глаза, и стоявший напротив него здоровяк ощутил хлипкий холодок по спине.

«С ним точно что-то не так…»

– Да я шучу! – хлопнул по плечу его здоровяк, преодолев напряжение, – меня зовут Бретт. Я работаю на очень важного человека в Готеме, и старина Джон ему задолжал, – объяснился он, внезапно почувствовав необъяснимую дрожь в пальцах. И с небольшой задумчивостью продолжил дальше. – Если хочешь оплатить его долг – милости прошу. Я даже не буду обдирать тебя сверхмеры из уважения нашего босса к этому дохляку.

– Он вам всего лишь задолжал? – сказал Артур.

– А, что…? – наклонился к нему Бретт.

– Он вам всего лишь задолжал, и вы решили прибить его?

Бретт удивленно выгнул брови и оглянулся на своего напарника, заметив на устах того небольшую скользкую улыбочку.

– Ха-х, ну да… – поправил шляпу Бретт, почуяв какую-то неловкость, – времена такие, но не тебе нас судить. Ты платить то будешь или нет? Чего застыл, я не буду тебя убивать, хе-х…

– Уходи, Габриэль… не лезь в это дело, – тихо, сквозь окровавленные губы, прошептал Джон.

… и руки Артура с возбужденным хлопком взметнулись вверх, провожая по телу внезапный прилив неудержимого гнева.

Вот только на губах его расцвела совершенно неприятная улыбочка.

– Значит, в наглую избиваем продавцов посреди белого дня, решили оторваться, ещё и у меня под носом?

И куда смотрела полиция?

Безумие.

– Ты кем себя возомнил…?

– Ха-ха…

Побледневший от злости Бретт сжал кулак и толкнул Артура в грудь.

– Ты не смеешь надо мной смеяться, жалкий червяк…!

– Постой же! Мы же хотели договориться!

– Заткнись! – Бретт швырнул Артура за воротник, и тот ударился о полку с игрушками, еле удержавшись на ногах.

– Постой же! Вот, у меня есть деньги. У меня есть деньги! Ха-ха-ха-ха-ха! – Артур бегло протянул руку к карману, чтобы достать бумажник, но вместо шуршащих денег он нащупал металлическую поверхность с заостренным, слегка кругловатым краем – носом игрушки.

… сердца упало в пятки, и он обнаружил, что кошелька нет.

Вместо кошелька на ладони показалась мерзко улыбающаяся игрушка, которая хлопала большой улыбчивой челюстью.

«Пора… Зажигать!» – прохихикал мерзкий голосок в голове.

Это была особая новогодняя модель «Смеющегося Санты», которую Артур хотел показать Джону, чтобы увеличить их продажи. Но была ли это точно она или другая, которую он разрабатывал совсем для другого? Он так увлекся ими, что почти не спал. И должно быть первым же делом положил её в карман рабочих штанов… и забыл бумажник.

– Нет-нет-нет. Это плохо… – побледнел Артур, поднимая взгляд на Бретта и его дружка, прожигавших его взглядом.

– Этот ублюдок ржет над нами! Он хотел обдурить нас!

– Нет, все не так! – вскинул руку Артур, начав приходить в себя после нахлынувших на него эмоций.

Но неотвратимо, обладая высоким уровнем интеллекта и легко читая поведение людей, он уже видел картину запущенных в действие дьявольских шестеренок.

… Увидев игрушку в руках Артура, Бретт покраснел от злости.

– Теперь тебе точно конец, сучонок, – схватил за одежду Артура Бретт и поднял над полом.

В этот момент Артур заметил, что у клоуна на затылке была пометка «опасно». А это означало, что этот клоун был все-таки из серии «Боевых игрушек», а не ту, которую хотел показать Джону.

И тут его худшие опасения случились.

Артур сделал эту серию на всякий случай, чтобы защитить себя от нападения внутри Готема, где это было неизбежно. Но из-за того, что эффект того «зелья» был ему до конца неизвестен применять его на живых людей было крайне опасно.

Не обращая внимание на летевший в его лицо кулак, Артур краем глаза наблюдал как игрушка, пришедшая в действие, стучала челюстью. И остановить её запуск…

… его губы болезненно смялась, и кровь брызнула на лицо. В этот момент игрушка в руке Шапочкина щёлкнула, и в воздух со взрывом вырвалось зеленое облако колючего дыма.

***

Он оглядел двух здоровяков, которые лежали на полу без сознания. После того как игрушка зазвенела – произошел взрыв, который высвободил в воздух зеленое облако. Надышавшись его, бандиты начали смеяться и попадали без сознания. Артур же остался абсолютно нетронутым, ведь его пропитанный токсинами организм выдерживал и не такое. Зато старик Джон смотрел на все это испуганными глазами и не понимал, что происходило.

Тот, что звал себя Бреттом, внезапно вскочил с пола и бросился на Артура, повиснув на его груди с безумным смехом. Он смеялся прямо в его глаза и казалось сходил с ума.

Артур взял Бретта за руку и откинул от себя. Благо одурманенный бандит не смог сопротивляться и повалился на пол.

Артур нервно поправил воротник и покосился на Хозяина магазина.

– Джон, ты как?

Дрогнувшие губы Джона исказил немой смешок, его тело начало дрожать, и его охватил безумный смех. Высохшее от старости тело в мятой рубашке было испачкано в крови, и владалец улыбался сквозь боль.

Артур тут же бросился к нему, упав на колено.

– Вот же хрень… На твой старческий организм токсин работает ещё сильнее, да? Ну ничего, ты у меня скоро поправишься, – рука механически подтянула Джона за щеку и приободряющее хлопнула, хотя это было не очень уместно… Артуру показалось это забавным.

Он спешно начал доставать склянки из своего портфеля и смешивать их. Времени было в обрез, нервная система Джона и бандитов могла не выдержать проникающего в организм токсина.

Меньше, чем через минуту Артур наспех собрал хотя бы какое-то подобие на противоядие и вылил в рот каждого из отравленных.

И внезапно дерганный смех, отскакивающий от стен магазина, затих.

Артур упал на пятую точку и тяжело выдохнул, стирая пот тыльной стороной ладони.

– Вот и конец, – усмехнулся он, вертя игрушку в руках.

Он сидел так долгие десять минут, пока не встал с места чтобы избавиться от возможных улик его токсичного ремесла.

–Бэтмен найдет меня, если узнает хоть что-то про этот случай. По-хорошему нужно бы разобраться тихо, но как…?

– А-а… ха-хаа… – тяжелое дыхание со стороны заставило Артура прийти в себя и обернуться на старика Джона, который лежал на кушетке внутри магазинчика.

Артур дал ему противоядие первому, поскольку он был его другом, и поскольку старик был слишком слаб здоровьем, чтобы бороться с ядом долго.

– Похоже, ты очнулся первым, Джон, – с натянутой улыбкой сказал Артур, испытав немыслимое облегчение. – Извини за все это, я не хотел. Похоже произошло что-то странное, когда они напали на меня, и я не…

Морщинистые глаза Джона медленно повернулись на улыбающегося Артура и застыли на месте, будто два широких блюдца. В какой-то момент увидев его лицо, старик начал дрожать.

– Аа-а-а-а-а!!!

– Джон? Что с тобой? Неужели ты ещё не пришел в себя?! – сказал Артур, пытаясь удержать взвинченного старика на месте, но тот сопротивлялся ему, словно был в припадке.

– Нет! Нет! Не подходи ко мне! Умоляю тебя! – рыдал Джон, испуганно прикрываясь руками, и стал напоминать Артуру испуганного ребенка. – Не подходи! Не подходи, страшный клоун! Я не хочу больше страдать! Не хочу больше боли! Не хочу смеяться!

– Бретт! Бретт! – за ширмой позади раздался голос одного из бандитов, и сердце Артура сжалось от нервов.

Старик сошел с ума, так ещё и дружок Бретта проснулся невовремя.

Ситуация слишком быстро набирала обороты, и Артур терял над ней контроль. Он хотел помочь всем, но в итоге посадил себя в клетку между взвинченными тиграми и раненной антилопой.

Он не понимал, что произошло со Стариком Джоном, и почему он его боялся. И не знал, как себя дальше поведут бандиты. Но одно Шапочкин знал наверняка: если он останется здесь и дальше, вскоре полиция, или того хуже, – Бэтмен придет сюда.

– Ещё одна неудача, – холодно отчеканил Артур, не тратя и доли драгоценного времени на колебания, присущие ничтожным соплякам, и решительно встал с места, словно не замечая визжащего старика. – Пора затирать следы и исчезать вновь.

Последний раз взглянув на трясущегося и испачкавшегося в слезах и соплях старика Джона, Артур почувствовал, как его сердце бешено бьется, но не от печали, а от извращенной радости и веселья. Приложив руку к лицу, он в очередной раз убедился, что дело приобретало куда сложный оборот в его жизни.

Единственный человек, который одарил его добром спустя долгое время его новой жизни… и был так дешево разменян, словно на самом деле приходился ему временной игрушкой для сиюминутных развлечений.

Артур сходил с ума от неопределенности, между собой и ценностями Джокера, и усилием сдержал нервный смешок, покидая комнату внутри магазина.

У прилавка тем временем проснулись два бандита. Смотря на них Артур надеялся лишь на то, что ему удастся уйти и не усугублять ситуацию.

– Это тот ублюдок!

– Хватит уже корчиться в попытках надрать мне зад, вы, два идиота. Меня тошнит от вашей тупости! – скривился Артур, яростно взмахнув рукой, хотя хотел сказать «успокойтесь и не осложняйте ситуацию, пожалуйста», но вместо этому зарядил ближайшему из них по морде, и тот рухнул на пол, потеряв сознание.

Размяв запястье в недовольстве, Артур цокнул, услышав звук щелкающего затвора. Холодный взгляд поднялся на Бретта, нацелившего на него оружие.

– Ты… вонючий ублюдок. Ты поплатишься за то, что сделал!

Артур удивленно приподнял брови, и его плечи против воли поджались в уверенной позе.

– Х-а-а… никак вы, блять, не научитесь.

– Не стоит перегибать палку, находясь в гостях, мальчики, – мягкий и до невыносимого приятный голосок перебил всю напряженную атмосферу.

Рука Бретта резко дернулась и обмякла, словно потеряли жизнь. Пальцы выронили пистолет, и Артур с удивлением наблюдал, как его противник послушно опустил голову и замолк. За его спиной выглянула девичья рука, которая аккуратно обняла его и прижала к себе, словно хозяйка. Её волосы вихрилась пышными рыжими волнами. И при взгляде на неё, по коже Артура пробежалась волнительная дрожь.

«Ха-ха… нет, только не говори мне…? Это немыслимо… Что ты здесь забыла?» – подумал он.

– Бретт, братан, ты чего?! – воскликнул второй, но вскоре и с ним произошло что-то не так. Его руки замерли на месте, связанные тонкими и, казалось бы, прочными лианами… Затем эти же лианы закрыли ему рот и взметнули его вверх над полом, как беспомощную добычу.

Вскоре Артур смог увидеть виновницу торжества: её оказалась зеленокожая девица, стоявшая в тени. Она шагнула вперед и вскоре показала свое холодное, но удивительно привлекательное аккуратное лицо без изъянов. Казалось, она была самой красотой, и воплощала в себя все столпы женственности. Аккуратные пухлые губы, очерченные черным, голубые пронзительные глаза, в которых читался холод и ядовитый соблазн, привлекающий все мужское в ипостаси Артура. Его буквально тянуло к ней всем естеством, и все же он сопротивлялся её обманчивой притягательности, рискующей забрать его жизнь.

– Только посмотрите… задрипанный магазинчик в центре Готема, пропитанный запахом вонючего старика, низкосортных ублюдков и абсолютно ничем не примечательный… – кратко и саркастично посмеялась девушка, перешагивая разбросанные вещи и испещрённые каплями крови полы. Со скучающей негой и полнейшим безразличием ко всему что тут есть… её соблазнительные, полуобнаженные бедра замерли у стола, объятые лепестками и хищными растениями, – и что здесь забыл такой высокомерный и властный псих как ты, Джокер? Это на тебя не похоже… – кривящиеся в холодной улыбке губы замерли в обманчивой дружелюбности, но разили насквозь прошибающим кожу льдом.

Его старое имя разрезало воздух как острая стрела, и воздух, застывший между ними, окончательно натянулся до невыносимо непроницаемой тревоги.

Он чувствовал, что оказался на грани.

Не давай Артуру и шанса отойти от шока, девушка подошла к нему почти в упор, и теперь их разделял только небольшой прилавок с игрушками. Девушка наклонилась вперед и облокотилась на локоть.

– Конечно, ты всегда славился некой… безалаберностью, но это? – она раскрыла ладонь в сторону связанных лианами бандитов.

Артур сглотнул, пытаясь собраться с мыслями, которые наконец-то начали приходить в порядок.

«Сначала Джон, потом Бретт со своим дружком… а теперь ещё и Айви… что она здесь забыла?»

Ядовитый плющ – одна из злодеев комиксов ДС, которая являлась одним из основным врагом Бэтмена. Одно дело видеть её на страницах истории, но другое дело в жизни – где она была хладнокровной убийцей и психопаткой, не многим проще Джокера.

От неё буквально сквозило жаждой убийства и пронизывающим каждую клеточку его тела опасностью.

Нет, никакой адекватный в её присутствии просто не выдержал бы и пары секунд, чтобы не завопить.

Теперь он знал, что ощущали другие люди вблизи с ним, – полный трепет и… к его огромному сожалению, восторг, ведь Артур был точно таким же, как и она.

Ненормальным.

Чувствуя её лживо сладковатый аромат тела, он еле удерживался, чтобы не сойти с ума от счастья и, пожалуй, страха спугнуть её. Ведь она была его любимой героиней… за исключением Харли.

Но смешанные чувства борьбы и угрозы не позволяли ему полностью отдаться во власть сладких фантазий.

Но самое ужасное во всей этой ситуации было то, что та самая Айви вела с ним абсолютно беззаботную беседу посреди ограбления, словно они близкие друзья…

– Айви, что ты здесь забыла?

– Айви…? – Ядовитый плющ выгнула бровь и недоверчиво покосилась на Артура. – Не помню с каких пор я разрешала тебе называть меня так, Джокер, – она уперла ладонь в стол и резко оттолкнулась, взмахивая рукой.

Стены и полы вокруг них задрожали, когда наконец в тело Артура впились многочисленные лианы. Они плотно обвили его руки, шею, и ноги, и подняли над полом, так, что он не смог даже двинуться.

Не сумев сдержать смеха, он прохихикал свозь сжатое горло.

«Ну конечно… не все так просто, да?»

Айви нахмурилась в неприязни, в одном этом колючем взгляде было заключены незагладимые веса ненависти. К нему. Джокеру.

Она приказывала лианам опустить Артура на уровень её глаз. Учитывая, что Ядовитый плющ была ниже его почти на две головы, ему пришлось опуститься на колени.

Против неё у Артура не было и шанса… ведь он был обычным человеком, а она сверхчеловеческим монстром-мутантом.

Загляну в глаза Джокеру своими голубыми, холодными озерцами, Памела еле заметно, совсем тихо хмыкнула, дернув симпатичным носиком.

– Тебя тяжело было найти. Даже Бэтмен и его компания устали бегать за тобой по пятам.

– Какая невероятная шутка. Ты искала меня? – с толикой грусти усмехнулся Артур, а затем покачал головой, не понимая её слов, – подожди… я не затирал следы. Я просто скрывался и все.

– Хватит пороть чушь! Твои химикаты перебивают даже свойства моих растений. Я искала тебя по всему Готему пару недель, чтобы найти затем здесь.

– Хм… – задумчиво изрек он.

«Все-таки частично сработало, да?»

Все верно, все это время не только Бэтмен и его компашка искали его. Артур обхитрил и Айви, и не один раз.

И она все же здесь.

– Чтобы посмотреть в твои бесстыжие глаза, ублюдок, и убить тебя перед этим!

Айви приказала растениями перевернуть Артура вверх ногами.

– Хей-хей, дорогуша! Мы разве с тобой не на одной стороне? Я ведь ничего тебе не сделал! – шутливо развел связанными пальчиками он, и Айви скривилась от его дерзости.

– Мне – нет, и, честно говоря, на тебя мне было плевать. Но ты не даешь покоя Харли.

– Харли…? – удивился он.

Айви злобно хлестанула руками по воздуху, и лианы словно чувствуя её ярость сжали шею Артура больнее.

– Ая-я-й! Ты же мне руки оторвешь!

– Вечно ты такой, никого ни во что не ставишь, даже оказавшись на грани своей никчемной жизни, Джокер! – ткнула она его в грудь, ослабляя хватку Лиан, чтобы Артур мог дышать. – Ты постоянно пользуешься Харли, как дешевыми перчатками, и используешь её как свою игрушку для забав! Я терпела твои тупорылые выходки до сих пор, потому что она убеждала что ты любишь её! Но посмотри на себя сейчас! Что ты делаешь, когда она находится в беде!

Артур не нашел слов, лишь разинув рот.

– Айви…

– Я говорила не называть меня так, Джокер… – холодно произнесла Памела.

– Хорошо… зеленая подружка… Я не хочу проблем, поэтому давай обсудим все без проблем. Уверяю тебя, ты все не так поняла.

На улице послышался удаленный вой сирен, и оба психопата инстинктивно бросили холодный взгляд туда, словно по заученным ими преступным миром привычкам. Айви выдохнула в сторону входной двери и обернулась на Джокера, словно их «милую беседу» перебили птички.

– Не переживай. Это не за нами. Видимо поблизости произошло ограбление. Что ты там говорил?

– Освободи меня и выслушай… мне, знаешь ли, не очень удобно говорить вверх ногами.

– Ну уж нет. Мне плевать, что ты скажешь. Я уже все решила, уж извини. Я избавлюсь от тебя незаметно, пока Харли в Аркхеме, и никто не узнает, что с тобой стало. Как удачно, что ты затирал за собой следы. Все подумают, что ты исчез задолго до нашей встречи.

– Ты очень хладнокровная… не ожидал, что когда-нибудь увижу тебя такой в живую, – сказал Артур, сам не зная почему больше восторгался её интересном поведении, нежели думал о своей скорой смерти.

– А теперь последнее слово, Джокер.

Артур смиренно закрыл глаза и вдруг кое о чем подумал, приоткрыв один глаз.

– Я бы хотел, чтобы перед тем, как убить меня, ты взяла вон ту игрушку и отнесла её старику, который лежит за ширмой.

– Что…? Какое мне есть дело до какого-то старика и твоих желаний?! – выгнула бровь Айви, недовольно уперев ладонь в бедро.

– Ради Харли… она ведь любила меня.

– Идиотизм…

– Ты ведь не такая уж жестокая женщина… я знаю, – улыбчиво сказал Джокер, и от этой улыбки Айви аж отступила на шаг от неприятной дрожи.

– Что ты… ты какой-то странный.

– Действительно, да? Ты ведь заботишься о растениях, как о своих детях, – продолжал улыбаться Артур.

«Джокер… он что-то задумал?», – подумала Айви, осторожно оглядываясь по сторонам.

Когда она зашла двое бандитов лежали на полу и еле двигали губами. Все что здесь произошло, включая нахождение здесь Джокера было для неё таинственной загадкой. Конечно, Джокер всегда был крайне непредсказуем и безумен, но то, что он позволил ей зайти так далеко и поймать себя оставалось для Памелы Айслин загадкой.

Даже сейчас она не до конца верила, что решилась избавиться от Джокера раз и навсегда. Просто какая-то обманчивая уверенность подтолкнула её сделать это, когда она увидела клоуна таким уязвимым.

Из всех встреч с Джокером ей запомнилась практическая каждая, и в каждой из них её жизнь почти висела на волоске от смерти. Мерзавец никогда не упускал возможность напомнить ей «свое место». Теперь же Айви легко держала его жизнь в своих руках и могла отобрать в любой момент, но… Джокер до сих пор ничего не предпринимал, чтобы спасти себя.

«Ему всегда удавалось уйти от меня или застать меня врасплох», – обеспокоенно подумала Айслин, неожиданно ощущая подкрадывающиеся коготки страха.

И вот глубину её сердца начали зарываться ужасные опасения, от которых бросало в дрожь. Нет, не дрожь, её руки в прямом смысле начали подрагивать.

«Заботишься о своих растениях, как о своих детях…?», – вдруг Памела распахнула глаза, вспоминая излюбленную привычку Джокера намеками издеваться и играть со своими жертвами.

Она бросила взгляд на свои любимые лианы, чтобы убедиться в своих опасения, и заметила, как они начали сохнуть и вянуть прямо на глазах.

Да и сами глаза Айви, в них начало темнеть.

– Мои дорогие! – бледно воскликнула Айви, когда Джокер внезапно упал на пол. – Что ты с ними сделал?!

Артур больно ударился головой о пол, ведь падал вверх ногами. С кряхтением перевернувшись на плечо, он медленно сел на пятую точку и увидел растерянную девушку, в отчаянии обнимающую умирающие в её руках лианы, желтеющие, и распадающиеся сквозь пальцы сухими кусочками.

– Мне… плохо… что ты со мной сделал…? – упавшим голосом спрашивала Айви, обернувшись на него.

Она таяла его глазах, и Артур со вздохом прикрыл глаза.

– Я всегда мечтал увидеть тебя, я восхищался тобой, но… сейчас я испытываю глубокое разочарование, Айви. И все из-за него, как я понимаю тебя. Он портит все, чего не прикоснется.

– О чем ты…?

– Смотря на тебя его глазами, я вижу слишком много и оттого мне смешно, – усмехнулся он, упирая ладонь в колено чтобы встать над ней, – скажи мне одно, Айви, лишь одно я не понимаю, как бы не ломал голову. Почему из всех именно Джокер? Я ещё понимаю Бейн или может Пингвин, но… – он с ироничной грустью взглянул на свою ладонь, словно она ему не принадлежала, – … но Джокер? Дорогуша… даже если бы я всеми силами хотел проиграть тебе в нашей маленькой игре, боюсь, я не смогу. Как же ты не видишь столько ошибок, столько глупости. Ты так наивна, и никогда не сможешь забрать его жизнь. Мы с тобой просто на слишком разных уровнях.

Когда его рука приблизились к ней, чтобы помочь, Айви отбила её рваным жестом, и испуганно попятилась назад.

– Не подходи ко мне… что ты со мной… сделал…

– Теперь я вижу тебя такой, какой видел тебя он, Памела. Я вижу тебя слабой и ничтожной.

Выпустил сразу две главы, ибо по отдельности они будут не так хороши. В связи с этим на следующей неделе глава Джокера задержится на АТ.

Глава восемнадцатая-девятнадцатая

Бретт и Шульц открыли глаза почти одновременно, и оба лежали на полу cо стекающими слюнями, набухшими головами, и легкой тошнотой, словно переели жирных пончиков. Голова болела, в глазах немного мерещилось, на языке и губах застыла горечь. Через спутанные мысли Бретт смог осознать, что его поимели, и поднявшийся огонек гнева толкнул его встать через сковывающую боль в теле.

– Вот же ублюдок… – процедил он, бросая взгляд на шорох у прилавка, который терзал пульсирующий мозг.

Бледный Старик Джон стоял за столом и смотрел на пачку зеленых купюр, густо мявшихся между пальцев. На глазок, там была солидная сумма, как раз достаточная для покрытия долга, обещанного их Боссу.

Но сейчас это волновало Бретта куда меньше, чем исчезнувший ублюдок, из-за которого он чувствовал себя как дерьмо.

Бретт с бледной яростью метнулся старику и мощный рывком поднял его за воротник над полом, прибив к стене. Полки за спиной вздрогнули, и разбросали лежавшие на них вещи.

– Где тот сученыш, Старик?! Куда он ушел?! Где он прячется! Покажи мне, живо! Я урою его собственными руками! Выпотрошу к чертям!

– Не кипишуй так, Бретт. Судя по всему, тот мужик удрал, и теперь хрен мы его нагоним, – возложил руку на его плечи Шульц, прикрывая синющие вещи пальцами.

– Ты издеваешься?! Тот уебок опозорил нас!

– Оставь старика, сейчас новый кипиш не вариант, – на тяжелом выдохе сказал Шульц, Бретт понял, что ни одному ему было мерзко на душе.

Их словно опустошили, и оставили в душе щекотливую желчь.

– Да какой, нахрен, вариант… – начал было успокаиваться Бретт.

– Говорю же, не кипишуй, – мрачно повторил напарник, похлопав по плечу напарника вялым жестом. – и так чувствую себя дерьмово, так не дай бог ещё кто-нибудь услышит и припрется. Ты хочешь сюда легавых?

Одно упоминание копов вызвало в самочувствии Бретта головокружительную тревогу, и он постарался сдержать тошнотворный позыв.

– Меня словно промыли каким-то дерьмом, – сказал он, сплёвывая на пол от горького раздражения. И ослабленные какой-то отравой руки резко обмякли.

Бретт ослабил хват и позволил дрожащему в руках Джону скатиться на пол сжавшимся от страха ничтожеством.

– Тебе повезло, старик, – болезненно промычал он, кривя рожу.

– У тебя все же были деньги Джон, – сказал Шульцы, кивнув на стол, где лежала крупная пачка зеленых банкнот. Он взял её и начал пересчитывать, ощущая приятную шероховатость в пальцах. Ведь деньги были приятны даже тогда, когда казалось, что его подташнивает даже из-за них. – Тут даже больше, чем мы просили. Ты скрывал их от нас? Пытался надурить, как тупорылых дебилов? Ты держишь нас за обычную шпану, а, Джон? – продолжал Шульц, глядя прямо в раскрывающиеся от ужаса глаза Старика.

– Разве я бы… разве я бы посмел…?!

– Ты разочаровал меня, Джон. Ты нас сильно оскорбил, и твой работничек тоже. Ты, судя по всему, ещё и пытаешься прикрывать его. Ох как зря. Ты знаешь, чем чревато перечить нашему Боссу.

– Я бы никогда не сделал ничего подобного! Клянусь! Я ничего не знал!

– Он хочет защитить его, – мрачно сказал Бретт.

– Гарри будет недоволен твоей ложью, – сказал Шульц.

– Тот безумец хотел убить нас всех, как вы не понимаете… как вы не понимаете?! – проблеял Джон, опуская голову.

– Эй… Шульц, а старик то похоже того, уи-уи, – помахал у виска вздыхающий Бретт.

– Нихрена не понимаю… – сказал Шульц, разглядывая бредущего старика, – где он, Джон, где этот мерзавец? Мне нужен всего лишь адрес или хотя бы его номер. Он даже не узнает, что это ты сдал его. Если скажешь, то я сниму с тебя подозрения и позволю тебе извиниться перед нами.

***

Когда Шульц и Бретт вышли на улицу, небо над головой казалось необъятно большим, но грязный воздух от выхлопов заводов продолжал затягивать облака прозрачной дымкой. Прохладный воздух ласкал кожу и освежал вспотевшее от стресса тело.

Шульц достал папиросу и закурил её, выдыхая смачное облачко дыма. И тут же скривился, выбросив её на землю, и хорошенько придавил.

– Тьфу ты… даже не насладиться табаком из-за этого стойкого вкуса херни на моих губах, – с досадой сказал он.

– Старик наверняка брешет.

– Я думаю, старик не соврал. Он не укрывает его.

– С чего ты взял? Пацан оставил ему деньги. Они в хороших отношениях, иначе зачем ему это делать?

– Ты смотришь задницей. Ничто не мешало ему просто подкинуть деньги и свалить все на старика. Ты бы лучше задал вопрос как такой тертый хрен оказался на подработке у Джона. Перед уходом он стер все адреса и следы, и судя по скорости делал это со знанием.

– Думаешь, он замешан в наших делах?

– Это навряд ли, хотя хрен его знает.

– Ты зря позволил старику так легко отделаться.

– Не зарывайся, Бретт, – тыкнул его в грудь Шульц, и раздраженно дернул губой. – Как до тебя никак не дойдет? Босс сдерет с тебя шкуру, если узнает, что мы зря отхреначим старика.

– Зря?! – вспыхнул Бретт, отпихивая его руку, – он подставил нас под того уебка!

– Докажи это Боссу, когда предъявишь ему разбитую харю Джона, – хмыкнул Шульц, развернувшись, – уверен следующей набитой харей станет твоя.

– …

– Ты сам видел, как Босс смотрел на нас, когда отправлял на это дело. Гарри не по нраву происходящее, но даже он понимает, что некоторые вещи нужно делать. И сейчас тебе нужно заткнуться нахрен и послушать меня.

– Хрен с тобой, – вздохнул Бретт, толкая его рукой с легкой обидой. – И что дальше? Отпустим его и проглотим смачный хренец?

– Видимо так.

– Ты серьезно?

– Нет блять, можем погнаться за ним в таком состоянии по всему Готему, пока нас не поймают копы за втягивание чернухи, – махнул рукой Шульц.

– Какой нахрен чернухи?!

– А ты себя вообще в зеркало видел? У тебя вся харя как одна раздутая задница мамаши Бобби.

Бретт бледно выгнул шею от такой херни.

– У неё ведь целлюлит из штанов вытекает, – пробубнил он, и развернулся к зеркалу прилавка.

– Старик назвал адрес этого подонка, но хренова квартира съемная.

– Это же гребанный район тихушников. Ту хату постоянно снимают наши партнеры, – сказала Бретт, щупая свое лицо и всматриваясь в морщины. – Блять… у меня этой морщинки не было…

Щульц обернулся.

– Да всегда у тебя харя жирная была. Ты, сука, мыслишь, как баба. Сколько раз я тебе говорил, научись мыслить образно, а не как херова сучка за прилавком.

– Да иди ты нахрен со своим мышлением, – взмахнул руками Бретт, – ты сам сказал у меня морда как у задницы мамаши Бобби. И че, теперь съезжаешь с темы?!

– Я сказал это потому, что твоя харя выглядит как у побитого алкаша, сука. Этот хренов клоун нас чем-то отравил, и если ты, тупой дебил, попадешь на глаза копам…

– Да все заткнись ты нахрен! Это у тебя ебучая харя как у мамаши Бобби, ты меня понял?!

– Ебучий случай… – вздохнул Шульц.

Он не выдержал и закурил новую сигару несмотря на склизкий солоноватый вкус, и пока Бретт его материл. Он поднять глаза на хмурящееся небо, и далеко выдохнул струю дыма в мучительных думах. Тот парень по имени Габриэль его отделал, и это злило до дрожи в косточках, но в глубине души Шульц отдавал ему должное как преступный собрат собрату.

Среди Готема ходило негласное правило, если один мудак отделал другого мудака – значит ничего личного. Это просто бизнес или такова жизнь. Закон Джунглей. Каждый называл как хотел, и Шульцу Мерсеру такое правило очень нравилось.

– И представить не могу кто он. Но знаю, что Готеме хватает психов, – наконец сказал Мерсер, погасив сигару о стену.

***

Некоторым временем ранее.

Артур застыл над удивительно нежной и сладкой спящей рыжеволосой девушкой, чья зеленая грудь мерно вздымалась вверх.

Обманчивая уязвимость тонких рук и нежной кожи внушала ему веру, что Айви больше не доставит хлопот. Но вспоминая кто эта девочка и как она сворачивала головы живым людям… он решил не трогать её, путь валяется.

Однако как бы Артур не старался подавить трепетные чувства к внешности Айви и её образу, он все ещё в тайне восхищался её красотой. Он ощущал легкое веселье и чувство близости к ней. И все же через эти же чувство навязчиво просачивались щепотки презрения и насмешки над ней, как над бесполезной потаскухой…

«Очередной сбой по фрейду», – подумал Артур, массируя висок.

Отринув пылкие восхищения свойственные Артура, а не Джокеру, он начал спешно думать, как покинуть магазин, прежде Ядовитый плющ и два брата бандита очнутся. Требовалось сделать это не заметно, что не оставить «подарков» для Бэтмена.

Перед тем как уйти, Артур положил пачку денег на столе, чтобы когда два подонка очнулись, – они забрали деньги и отстали от старика Джона к чертям. Иначе придется пересмотреть свою позицию и развлечься с ними иначе.

Часть Артур была абсолютно человечна и не желала людям зла. В то время как другая во всю нашептывала «вариантики» разобраться с засранцами поинтереснее, например, срезать кожу, как это было с беднягой Монти… и заставить их бегать по городу!

«Ха-ха-ха-ха! Вот умора то была!», – Артур стряхнул навязчивые мысли, и моргнул, приходя в себя.

«А потом накачаем их реагентами… пусть парни повеселятся!»

– Вот же всякая херня в голову лезет…, – Артур взъерошил растрепанные волосы, и вздохнул.

Все-таки старик Джон не был до конца бесполезен, и следовало его слегка отблагодарить. Ведь благодаря ему он весело провел время, и даже попробовал себя в качестве творца игрушек.

Пачка денег осталась лежать на столе, и Артур долгое время смирял кучку баксов взглядом. Все дело было в мозгах, которые отчаянно указывали на бессмысленность и тупость данного действия, – но Артуру просто хотелось.

Какой-то диссонанс от собственных действий внушал ему чувство бессмысленности и ощущение глупости. И все же здравомыслие до сих пор продолжало борьбу с безумством хладнокровного гения в его мозгу.

– Ха-а… ха-ха…

– Мх…

– Мм, что ещё там?

Артур замер на месте, когда Айви начала кашлять.

«Очнулась? Так скоро?»

Удивление было слабым, и навевающим легкое веселье.

Артур с интересом сел на корточки возле тяжело дышащей Айви и призадумался над причиной её кашля.

У него не было докторской корочки и никаких выдающихся грамот в плане медицины, однако он видел, что Айви становилось хуже. Но как так, учитывая её высокое сопротивления ядам?

Задумчиво приложил пальцы к губам, Артур потер их, и начал прислушиваться к затишью, к спертому и какому-то кисловатому воздуху вокруг.

И вдруг его осенило.

Он провел языком по небу, и осознал, что во рту стоял странный привкус.

– Тот токсин? Яд, выпущенный клоуном. Вот что лишило её рассудка.

Теперь Артур заметил и Бретта с Шульцом, чье состояние ухудшалось на глазах. Только в отличие от Айви, – их лица покраснели и походили на надутые от укуса пчёл волдыри.

– Остаточная интоксикация. Яд должен был их убить, но я ослабил его, поэтому процессы проходят медленней. Или нет… в воздухе ещё остались ядовитые испарения? Они вдохнули их, поэтому отравились вновь. Противоядия не хватило.

Артур бросился к закрытым окнам магазина и начал открывать их как можно аккуратнее, чтобы свежий воздух быстрее проник в магазин. Потом он заготовил ещё одну порцию противоядия и дал его каждому, кроме Айви, поскольку её состояние начало постепенно улучшаться само по себе.

– Пожалуй, не стоит напичкивать тебя лишними препаратами, дорогуша. Ты и так какая же, как и я. Полезные вещи не для нас, да?

Яд уже тёк в венах Айви, как естественная мутации в её клетках. И противоядие для обычного человека могло вызвать в необычном теле Ядовитого плюща нежелательную реакцию.

Артур набросил плащ и открыл дверь, напоследок обернувшись на Айви с болезнетворным видом, но… даже так пухлые, чувственные губы были чуть приоткрыты. Лицо, искаженное болью, наоборот чем-то возбуждало…

– А ведь в обычном случае я бы попробовал взять у неё автограф. Как странно порой складывается судьба, – весело пожал плечами он, и засунул руки в брюки.

– Мхкм… – тихо просипела Айви, что заставило Артура ненадолго замереть.

Что-то во всей этой ситуации казалось ему неправильным. Оставлять девушку одну… в беде, когда её мог поймать Бэтмен или полиция, среди подонков, которые чуть ли его не убили по пустяку.

Артур встряхнул головой и шагнул вперед, но что-то мужское, о чем ему однажды говорил отец, щелкнуло в его голове и заставило остановиться.

Он молча развернулся к Айви и тяжело вздохнул, проклиная себя за то, как сильно любил и уважал своего отца.

– «Не ври и не оставляй женщину в беде. Это меньшее, что может сделать настоящий мужчина, Артур».

– «Но разве это не просто самовнушение? Век джентльменства давно прошел. Мы живем в современном мире, когда женщины кичатся тем, какие они свободные и самостоятельные. Так может оставить им эту свободу? Пусть делают что хотят и не желаются потом, что им никто не помогает»

– «Ты действительно так думаешь?», – сказал Евгений Шапочкин, внимательно смотря в глаза сына. В его взгляде не было ни осуждения, ни злости, но сияла крепкая и сильна вера.

– «Эх… ну… не смотри на меня так, как будто я должен знать ответы на все вопросы в своем-то возрасте, папа»

«Я горжусь тобой, потому что знаю, что ты отличаешься от обычных парней, которым плевать на других людей. Ты по-настоящему добрый Артур, а по-настоящему добрых людей не так много. Не позволяй чужим убеждениям повлиять на твои принципы и уверенность»

– «Ну допустим… что это должно означать?» – недовольно пробубнил Артур.

– Особо ничего, – мягко улыбнулся отец, – если только ты не предаешь этому значения.

– Не говори загадками, пап, я ведь не шибко умён.

– Иногда мы сами не знаем, насколько мы можем быть умны, Артур, – хохотнул Евгений Шапочкин, забавляясь реакцией сына, которого очень любил. Сам он был уважаемым человеком, работающим в бизнесе дорогих машин. Многие богатые люди приходили именно к нему из-за качества проделанной работы, которой в Санкт-Петербурге не было равных. Несмотря на скромный офис и обычных-парней рабочих, он был невероятно трудолюбив и талантлив. Евгений Шапочкин предпочитал работать сам на себя, даже несмотря на то, что ему сотни раз предлагали условия лучше и престижнее. Отец до конца оставался верен своим принципам и жил без сомнений.

– Ладно уж, смотри, я задам тебе простой вопрос. Спроси себя, сможешь ли ты оставить человека в беде? Если да, то сначала проверь, что ответит твое сердца, сынок. В такие моменты оно обычно честнее всех нас вместе взятых»

Артур мрачно хмыкнул, когда прислушался к спокойно бьющемуся, безразличному сердцу.

– Что-ж, выбор здесь очевиден, – усмехнулся он, с весельем упирая ладонь в ручку двери, и вдруг его осенило, – погоди-ка… а не повторю как я за Джокером, если брошу её здесь?

***

Дик Грейсон стоял у стены, облокотившись на стол с перевернутыми новогодними игрушками и подкидывал вверх бумеранг в стилистике летучей мыши. С чуть более продолговатой и тонкой формой, чем косые лезвия на концах в аналоге Бэтмена, и с символикой «N – Ночного крыла» для обозначения.

По указке Бэтмена он прошелся по всему месту преступления и аккуратно изучил улики. Среди них нашлись оставленные следы разбавленных химикатов на стенах, осколки окружения, раскиданные игрушки и многое другое. Но на всех из них не осталось ни одного следа.

Рядом с Найтвингом стоял Бэтмен и седовласый комиссар Гордон, чье лицо уже покрыли старческие морщины.

– Что думаешь?

– Кто-то хорошо поработал, прежде чем покинуть это место, – сказал Брюс, присаживаясь и проводя рукой по гладкому полу.

– Отнюдь, следы есть, – хмуро буркнул Гордон, – вот же… ублюдки наследили и перехерачили все к чертям.

– Здесь оставили только то, что нужно было показать полиции.

– О чем ты? – сказал комиссар, внимательно опуская взгляд на пол, где Бэтмен проводил ладонью, но в его глазах это был просто обычный пол с потрескавшейся краской и валяющимися игрушками.

– Побои и следы насилия, – сказал Бэтмен так, словно это было предельно очевидно, не обращая внимание на кашель Комиссара, который ожидал услышать что-то более невероятное.

– Это и мы знаем. Может быть что-то ещё?

Бэтмен поднялся на ноги и смерил Гордона холодным взглядом, не выражающим ничего, кроме беспристрастного наблюдения. Дик молча улыбался, старательно не выдавая что за годы работы с Брюсом успел понять все его «нечитаемые выражения лица», и сейчас Бэтмен снисходительно молчал.

– Следов намного больше, чем указано в отчете.

– Да, я тоже это заметил. Их четыре.

– Нет, их пять.

– Пять…? – Гордон покосился на Дика, и тот пожал плечами, мол, не при делах.

Бэтмен молча развернулся и направился к выходу.

– Эй, погоди, ты так и уйдешь?

– Мне нет смысла находиться здесь. С остальным вы сможете разобраться сами.

– Может хотя бы расскажешь, что надумал?

– Да, но разве это имеет смысл если записи с камер стерли? – сказал Бэтмен.

– Ты прав, – с улыбкой вздохнул Гордон, – в этом деле один хрен черт ногу сломит, и без записей мы ничего не добьемся. Обычно за записи с камер отвечала соседка Джона Молли, но сейчас она в отпуске и далеко от дома. А сам он сказал, что не удалял их. Возможно, это сделал его новый работник Габриэль, но мы не знаем где он сейчас.

Бэтмен кивнул.

– А что говорит хозяин магазина?

– А вот тут все ещё сложнее, – потер седую щетину Гордон, – Джон назвал этого «Габриэля» дьяволом в обличие человека. Говорил, что тот обдурил его, заставив поверить, что тот ему как родной сын, а потом показал настоящего себя. «Этот монстр превратил мои игрушки в оружие! Он отравил меня, я видел демонов! Я видел демона клоуна, он высосать мою душу перед смертью!» – процитировал Гордон. – Ха-х, Матерью божья, даже не знаю о чем он?

Дик и Брюс переглянулись.

– Где он сейчас?

– Джон уволил его сегодняшним днём, а что?

– Похоже на историю с той же игрушкой, которую я видел в том переулке, когда Робина чуть не пристрелили, – задумчиво сказал Дик. – Там тоже была игрушка, и тот тип тоже сходил с ума, как будто увидел призрака.

– У вас уже были похожие случаи? – заинтересовался Гордон, переводя взгляд на Бэтмена.

– Мы ещё наводим справки, – отвлеченно сказал Брюс, намекая Дику, что это не та тема, которую стоит затрагивать сейчас.

– Да ладно тебе, Бэтс! Как по мне тут все очевидно. Лицо этого парня по фотографии все это время мне кого-то напоминало, но если призадуматься, то это же вылитый Джокер. Разве нет? – сказал Дик, поглядывая то на Гордона, то на Брюса, словно только он додумался до очевидной истины. Найденная им фотография в резюме Габриэля, а затем все эти совпадения указывали на Джокера.

Бэтмен взял фотографию из пальцев Дика и смерил её ничего не выражающим взглядом.

– Приглядись повнимательнее. Он использует грим, чтобы замаскировать черты лица.

– Так же, как это делает Джокер?

– Нет. Джокер не маскируется, – твердо сказал Брюс, вручая фотографию Дику обратно в руки, – он из тех, кто требует внимания, а не скрывается от него. Грим Джокера – сценическая маска, делающая его узнаваемым.

– Хм… – Дик Грейсон недовольно скривился, не найдя достойных аргументов, кроме разве что того, что Джокер и этот парень были похожи. Но Брюс был прав, Джокер абсолютно никогда не изменял себе, никогда, и это было настолько невероятно, что поверить в другое было крайне сложно. – И все же они невероятно похожи.

– Я встречал в криминалистике не мало случаев, когда лидеры преступных группировок находили себе подмену и инициировали смерть, чтобы скрыться от ответственности. Но Джокер? Ха-х, – усмехнулся комиссар Гордон, – если это так, то я балерина на катке, а не заплывший жиром старик.

– Хотите сказать, кто-то притворяется Джокером?

– Как бы печально это не звучало, но у Джокера хватает последователей и безумных фанатиков, которые считают его богом. Вот только что сам Джокер забыл в магазине игрушек? – спросил Гордон, – уж не думаю, что этот псих решил открыть свой собственный бизнес игрушек.

– Это не Джокер, – сказал Брюс, прерывая увлеченное обсуждение Гордона и Найтвинга.

Дик Грейсон улыбчиво хмыкнул, уперев локоть не стол.

– Все указывает на это, Бэтс. Общие черты, лицо, я не понимаю, почему ты не видишь? Он разбирается в химии, способен делать эти свои навороченные игрушки, и прекрасно затирает следы. Ты сам видел состав намешанной в крови дряни Хозяина магазина. Он с трудом отличается от того, что использует сам Джокер.

– Джокер никогда бы не стал разжижать свой собственный «парфюм». Ему доставляет удовольствие видеть предсмертные муки на глазах людей.

– Ну даже не знаю, – задумался Дик.

– В словах Бэтмена есть смысл. Знавал я разных психов, и никто из них не изменился до самой смерти. В криминале вообще есть псих портреты многих мерзавцев, и каждый из них не изменяет себе до самого конца, иначе бы мы никогда не нашли некоторых из них. Это давно заезженная тема. Такой как Джокер… – с ненавистью процедил Гордон, чуть ли не сплевывая, а потом вздохнул, проведя руками по шевелюре. – В общем, не знаю, что за хрень здесь произошла, но я согласен с Бэтменом. Это не почерк Джокера. После него все были бы мертвы.

– Тогда кто это был? Подражатель?

– Нет, – сказал Бэтмен, – подражатели более грубо подходят к делу, и обычно всегда допускают ошибку в повторении почерка, когда пытаются копировать своих кумиров. После них всегда остается море излишне пролитой крови или пара надёжных улик. Если это был подражатель Джокера, то откровенно неудачный.

– Ну да, я не помню, чтобы Джокер когда-нибудь затыкался и не кричал на всю округу о своих грандиозных планах, – отпустил от губ пальцы Дик, посмотрев на Бэтмена.

– Ха-х, ну да. До сих пор помню тот случай с музеем в честь Джокера, который он собирался уничтожить из-за того, что кто-то решил использовать его лицо для рекламы, – хохотнул Гордон, – и что мы имеем? Полная неразбериха. Черт, как же все достало. Мне ещё перед женой объясняться за очередную задержку на работе.

– Этот магазин не его размах, – сказал Брюс, с легким сомнением оглядывая скромные угодья Старика Джона. – и Джокера скопировать нелегко. Здесь что-то другое, – хмуро добавил он, чуть наклонив голову, и образовалась томительная тишина в ожидании его ответа, но вместо этого Бэтмен пришел в себя и уверенно направился к выходу, – Я изучу найденные улики в лаборатории и свяжусь с полицией. Мы уходим, – бросил он Найтвингу.

– Похоже, назревает что-то интересное. Но ты уверен, что это не Джокер? Как по мне, совпадений слишком много.

– Пока не знаю.

– Иногда мне кажется, что ты видишь того, чего нет.

– Или вижу того, чего не видишь ты, – криво улыбнулся Бэтмен, что взывало в Дике легкий приступ смеха.

– Куда уж мне до «Великого Детектива».

– Бэтмен.

Два закутанные в тёмные одеяния силуэта остановились у входа в магазин, когда самый высокий из них повернул ручку. Две пары глаз в масках уставились на похмуревшего Гордона, который казался на их фоне маленьким и беспомощным человеком.

– Надеюсь, это не что-то серьезное?

– Пока рано делать выводы, – сказал Бэтмен.

– Я объявлю его в розыск по авто-портрету, нарисованному стариком. Попробую обшарить тот район, где он снимал квартиру.

– Лишним не будет.

***

Мимо пролетали затемненные ночью улицы Готема. Мелькали люди, вертящиеся в воздухе газеты, мусор. Играла удаленная музыка у неспящих соседей. И в салоне пахло свежестью, от у Дика иногда побаливала голова.

Бэтмен поднял одну кисть между ним и Диком, и Грейсон пригляделся к небольшому ростку, который лежал в колбе между пальцев его наставника.

– Что это…?

– То, что ты должен был найти, когда я просил тебя осмотреть место преступления. След пятого человека.

– Да ладно… А я думал ты прикалываешься над Гордоном. И что это? Кусок растения? У Старика было хобби выращивать цветы в горшочке? Серьезно?

– В магазине игрушек и вправду росли тюльпаны и пара орхидей, но если приглядеться к лепесткам этого, то можно понять, что это листья ядовитого плюща.

– Ядовитого плюща… – с кривыми губами повторил Дик, недовольный заумными речами Брюса.

Только он хотел сказать «может уже скажешь в чем дело», как вдруг его осенило:

– Ядовитый плющ!

Резкий поворот Бэтмобиля отбросил Дика к сиденью, и он ухватился за держатель сверху.

– Так мы едем к ней?

– По возможности.

– А что с ней? Я давно её не видел. Думал, Айви завязала с преступностью.

– Таким, как она, не всегда это удается.

Адрес был настроен на сто двадцать третью улицу Готэм-сити. В это время Дик изучал биографию Ядовитого плюща по планшету, с открытой базой данных Бэт-компьютера. Поскольку сам он редко встречался с Памелой Айслин и плохо знал их совместное прошлое с Брюсом, ему стало интересно узнать о ней по подробней. Все-таки во время изучения места преступления в магазинчике Джона он не придал значение следам Ядовитого плюща, что немного задело его гордость.

Дик покосился на молчаливого Бэтмена и улыбчиво вздохнул, поигрывая планшетом в пальцах:

«Каждый раз, когда я думаю, что почти сравнялся с ним, происходит вот это. Такая мелочь, но их так много»

– Не забивай голову. Все приходит со временем, – словно прочитав его мысли, сказал Брюс.

– Знаешь, мне вот что интересно, – отбросил планшет Дик, и наклонился в бок, – лучше скажи, ты действительно так серьезно настроен касательно того кружка героев? Лиги в смысле.

А пока Дик подбирал более удачные слова, Брюс оставался холоден и молчалив, будто ждал, когда Дик выдавит из себя все мысли, которые ему давались тяжелее в присутствии Уэйна.

Но стоило взглянуть в непроницаемый взгляд Бэтмена, не отрывного от ночных дорог Готема, как Дик с облегчением вздохнул. Оказывается, Вечному зануде было плевать на его душевные метания.

– Слушай, я не знаю, как их назвать, но они ведь герои, верно? Что мешает нам работать вместе? Кроме твоего нежелания, конечно.

– Мне кажется, что ты воспринимаешь это как возможность попасть в элитный клуб героев, – без тени сарказма упрекнул его Брюс, и все же еле уловимая колкость заставила Дика покачать головой в признании.

– Ну да, возможно, но только потому, что я ведь и вправду герой. И ты тоже, Брюс. Люди считают нас таковыми, мы ведь не просто так надираем зад всяким плохишам? Может, мне хочется пообщаться с кем-то навроде нас с тобой… – замечая на себе хмурый взгляд Бэтмена, Дик хитро усмехнулся, – может хоть там будет кто-то повеселей тебя и Джейсона. Лига делает тоже самое, что и мы. Только они хотят помочь всему миру, а не только Готему.

– И поэтому они создают космическую станцию, которая в случае выхода из строя может стать угрозой для Земли. Люди, которых они вербуют, могут в любой момент оказаться угрозой для всего населения, – сказал Брюс, вспоминая то, к чему привела неосторожность Чудо-Женщины.

– Человек атом?

– Человек атом, способный взорвать целый город.

– Ммм… ну, это решаемо, – неуверенно сказал Дик, – и вообще, не все мы не идеальны, кто-то не любит умываться по утрам, как Барбара, кто-то ненавидит всех, кроме себя, как Джейсон, ну а Атом… просто немного радиоактивен. Разве это плохо?

Брюс вздохнул, в коем-то веке сбросив тяжелую маску Бэтмена.

– Иногда мне кажется, что для тебя все это веселье.

– Иногда да, не скрою, – улыбнулся Дик. – впрочем, подумай об этом иначе. Лига Справедливости – это группа супергероев, которых объединяет общая идея, так? Да, они не идеальны, но ты ведь тоже не идеал в этом плане.

– Идеалы меня не волнуют.

– Эх, опять ты за свое. Я про другое. Ты ведь такой же, как и Супермен. Может даже хуже. Ты избиваешь преступников, выбиваешь из них все дерьмо, внушаешь страх. Да, ради того, чтобы спасти людей и предупредить опасность, но твои методы не всегда можно назвать чисто героическими. На фоне Супермена ты чем-то даже похож на злодея.

Бэтмен еле заметно улыбнулся, что вселило в Дика чуть больше уверенности продолжать.

– Парни из Лиги делают похожие вещи, кто-то даже мягче, чем ты, но все они преследуют одну цель, ты так не считаешь? Может тебе стоит больше доверять им?

– Нельзя надеяться на одни лишь идеалы и мечты, Дик. Люди меняют свою точку зрения каждый день, а последствия их ошибок оставляют свои следы на всю жизнь, – сказал Брюс, прикрывая глаза, как показалось Дику, от неприятный воспоминаний.

– Я это понимаю, но если мы будем жить только прошлым и не пытаться сделать мир лучше, то так и будем топтаться на месте. Такие как Памела будут вновь и вновь возвращаться к тому, с чего они начинали, а мы будем гоняться за ними как кошка за мышью, и ничего не добьемся. Так может это наш шанс пересмотреть старый подход и…

Машина резко остановилась, прерывая слова Дика, и рычаг в руках Брюса замер на месте. Двери автомобиля резко распахнулись, впуская в чистый салон запах мерзких отходов и канализации.

– Мы приехали.

***

Айви проснулась в неудобном положении. Её руки были плотно привязаны к спинке стула, ноги сведены, и спина чуть выгибалась вперед, приподнимая высокую грудь. Оглядевшись, она обнаружила себя в пустующей квартире, где все было забросано вещами в какой-то спешке. На столе у закрытого окна стояли склянки с различными жидкостями, от которых несло спиртом и чем-то ещё.

– Где я…? – прошептала она, покачав головой.

В мыслях стояла путаница, и ощущалась вязкая пустота.

Последнее, что она помнила, как встретилась с Джокером…

– Джокер! – вскрикнула она, широко распахивая глаза.

В этот момент дверь сбоку от открылась, и из ванной комнаты вышел мужчина, приложив руку к стене и замерев на месте от гневного взгляда Айсли. Он был высок, бледен, и аристократичным вытянутым лицом, немного нелепо приоткрытыми большими губами, вокруг которой росла неуклюжая щетина. Волосы мокрые, растрепанные, короткие. При всем этом в глазах читалось удивление, растерянность, и горящая, потаенная искра безумия.

– Айви… привет, – только и выдал он тихим, спокойным голосом.

– Джокер, что ты со мной сделал?!

– Как видишь, помог тебе уйти, – махнул он рукой.

Джокер проходил медленно прямо перед ней, демонстрируя всем своим видом спокойствие, но для Айсли каждый его шаг казался подозрительным и опасным.

В её мире, где каждый из психопатов Аркхема жил своей жизнью, не могло существовать Джокера, которому можно было доверять.

Разъяренно выдохнув, Айслин в приступе гнева обвела взглядом окружение, чтобы найти хоть один цветок поблизости, но, к сожалению, не нашла ни один из них.

– Мы можем просто поговорить?

– О чем можно поговорить с безумцем?

На прямой упрек Джокер неожиданно замолчал и показался ей виноватым.

Между ними образовалась странная обстановка, в которой Артуру было сложно подобрать правильные слова. Как объяснить свое положение? Памела Айсли не поверила бы ему никогда.

Со стороны Ядовитого плюща раздался странный звук, напоминающий треск, и Артур бегло бросил на зеленую девицу удивленный взгляд.

Веревки, удерживающие руки Памелы Айслин, разорвали взявшиеся из ниоткуда лианы.

«Ну точно! Я так и знал, что у неё где-то на теле спрятано семечко от растения!», – мысленно хохотнул он, отступив на шаг.

Но было уже поздно: его тело, руки и ноги накрепко обхватили тугие лианы и приподняли над полом так, что его конечности чуть ли не вывернулись.

– Что ты теперь скажешь, оказавшись на столе плотоядного растения, Джокер? – холодно сказала Айслин, пробежав по нему удовлетворенным взглядом.

– Что-то это мне напоминает… – улыбнулся он.

Противостоять Ядовитому плющу в таком положении у Артура не было и шансов. Все-таки из главных противников Бэтмена она была одной из самых хитрых и могущественных злодеев.

Перед глазами Артура внезапно всплыло голубое окно, в которое было написано:

«Получен активный квест: возможность улучшить отношения с Ядовитым плющом»

«Отлично!» – мысленно воскликнул Артур, и тут же ужаснулся, – «Вот только как я должен сделать это в таком состоянии?»

Впрочем, Система никак не ответила на вопрос, оставив Артура наедине со смертельно опасным Цветком.

«Думай, Артур… думай, что может мне помочь в данной ситуации?», – он мельком обернулся на свою квартиру, и его взгляд замер на склянках, которые стояли на столе.

Он так же вспомнил, что в его штанах лежал небольшая игрушка с бомбой, которую он мог взорвать, если бы дотянулись пальцы. А ещё на его груди висела бабочка, которую он мог при желании нажать и парализовать цель. Вот только все это он не хотел использовать до самого конца.

«И не факт, что это сработает на Айви», – с нервной усмешкой подумал он, смирившись со своим поражением.

– Что смешного…? – сказала Айслин, недоверчиво покосившись на Джокера.

В её глазах ситуация складывалась совершенно иная. Оказавшись непонятно, где и непонятно как, она с трудом находила в себе силы не уйти как можно быстрее.

Джокер поймал её в свою ловушку и даже не удосужился объяснить, что происходило. Однако ей чудом удалось вырваться и теперь она держалась, чтобы не ударить лицом.

Повернувшись к Джокеру боком, она отвела взгляд и вспомнила, почему не хотела доводить дело до смертоубийства. Сначала она хотела поговорить с Джокером насчет Харли и припугнуть его, но стоило ей встретиться с Джокером в том магазинчике и увидеть его довольную харю, – как она тут же вспыхнула, как лесной пожар.

– Мне просто интересно, что ты будешь делать дальше, ведь я полностью в твоих руках, – улыбчиво сказал он, и его улыбка казалась Айви наглой насмешкой, когда смертник находился так близко от незавидной участи, но все-равно продолжал издеваться над своим палачом.

«Держись, Айви, не поддавайся его провокациям», – холодно подумала она, и тяжело выдохнула. Взмах руки, и лианы, удерживавшие тело Джокера, тут же ослабли и дали ему упасть.

К удивлению, Айсли, Джокер упал так нелепо, как только мог… лицом в низ и задницей к верху, но даже так она видела в каждом его действии заранее спланированную сцену.

«Какой же придурок… ему нравится выставлять себя таким идиотом?», – раздраженно подумала она, отводя взгляд лишь бы не видеть эту клоунаду.

Харли тоже была склонна вытворять подобную чушь, но Айви отлично знала, что за маской глупого притворства её подруга Квин была одной из самых разыскиваемых психопатов Готема… А Джокер на их общем фоне был неоспоримым подонком, который вселял ужас в целый Готем. И с которым даже Айсли приходилось считаться.

– Рад, что ты передумала… ха-ха-ха… я думал, мне конец.

– … – скривив губы, Айви молча сложила руки на груди и оперлась о стену спиной. – Ну и…? Бэтмен рыщет в поисках тебя по всему Готему. Что ты задумал?

– Ну и пусть, мне пока что везло от него отделываться, и я вовсе ничего не планирую, – пожал плечами Джокер, сохраняя при этом мерзкую улыбочку, от которой Айви кидало в дрожь.

Что-то в его лице, нет, во всем выражении было ужасно внушительным.

– Скромность тебе к лицу, – натянуто улыбнулась Айслин, демонстрируя всю глубину своего сарказма. – Я бы поверила в эту чушь, если бы ты не взорвал пол города, чтобы потом прямо в центре встать у часовни и похвастаться как ты хотел всех нас порадовать! – она прям всплеснула руками с выражением «ты сейчас серьезно?!»

– Это… я… действительно сделал это…? – удивился Джокер.

Айсли с выдохом отвела взгляд в сторону пустующей улице через окно.

– Как ты нашла меня, – сказал он.

– Я не Бэтмен, но у меня есть свои методы, – с раздраженными нотками проговорила она. – Однажды Харли искала тебя через мои растения, и она дала мне часть твоих вещей, чтобы я смогла…

– Что…?

– Оставить на них пыльцу, – Айви пожала плечами.

– Даже не хочу знать, на какой части одежды…

Айви намекающе наклонила голову и выгнула бровь, якобы говоря «Это Харли… какую, по-твоему, часть одежды она выберет?»

– Ладно… допустим, – сдержанно прокомментировал Артур, – я действительно старался скрываться, но планов у меня никаких нет. Разве что… я хотел пожить обычной жизнью хотя бы на время.

Айлси недоверчиво скривила губы в усмешке, и этой реакций Артур четко разглядел каким безумным он выглядел в глазах Памелы.

– Ладно, слушай, я не буду тебе ничего доказывать, но я так же хочу, чтобы мы разошлись по своим делам. Я бы и рад помочь Харли, но сейчас…

«Вы получили два новых задания:

«Задания…? Сейчас?»

«Задание первое: спасти Харли из Аркхема.

Награда: нейтральные отношения с Ядовитым плющом

«Что…? А какие сейчас отношения?»

«Отношения с Памелой Айслин (Ядовитый плющ): ненависть»

«Задание второе: Улизнуть от Бэтмена!

– Какого ещё Бэтмена?! – выкрикнул Артур, чем заслужил удивление от Айви.

– Ты что, с ума сходишь?

– Нет, подожди немного, не отвлекай меня!

«Что происходит? Я не понимаю. Я же избавился от всех следов, разве нет?»

Игра Джокера, или что он там пытался провернуть, казалось Памеле очередной издевкой, которую он так любил в общении с любым, кого ставил ниже себя.

А ставил ниже себя Джокер фактически всех, даже Харли, которая была предана ему до фанатичности. И это бесило ей до дрожи в пальцах.

Уперев ладонь в подоконник, Айсли с силой сжала её и бросил на Джокера холодный взгляд, даже не думая поддаваться его лживой игре.

Он только что мог убить её, и не сделала этого видимо по банальной прихоти. Но как бы Памела не хотела придушить его, она была вынуждена признать, что стычка с Джокером была для неё слишком опасна.

Скрестив руки на груди и тяжело вздохнув, она наконец признала, что ей лучше уйти. Но внезапно Джокер стал вести себя странно, нервно заходив по залу с задумчивым выражением. Затем внезапно замер, уронив взгляд к её ногам.

– Что? Что опять? – Памела скривила губы, наблюдая на его лице бледность и удивление, которое сперва спутала с очередным припадком клоуна.

Джокер наклонился к полу и что-то поднял с ковра. Этим чем-то оказался зеленый лепесток, в котором Айви без проблем узнала росток ядовитого плюща, выросшего из семечек, лежавшей на её груди. Этот же цветок помог ей освободиться.

– Скажи, Айви, ты же использовала те же растения в магазине, что и сейчас?

– К чему этот вопрос?

– Я совершенно не придал значение твоим растениям, когда избавлялся от улик, – досадливо сказал Джокер, – хотя нет, я знал, но видимо не углядел один в спешке. Иначе не объяснить, как он вышел на нас…

– Что ты такое несешь? Я ничего не понимаю.

– Бэтмен нашел твой лепесток в магазине, Айви, – наконец сказал Джокер, – я использовал телефон в магазине Джона и даже сменил машину, чтобы выиграть нам время, но видимо он сразу догадался. Чертов умник! Он никогда не упустит возможность последовать за мной!

– И как это связано?

Джокер с кривой улыбочкой бросил на неё взгляд, словно смотрел на полную дуру, и Айви хмуро напряглась. Затем в глаза Джокера моргнули в легкой растерянности, и он изменился в лице, досадливо поджав губы.

Айви сильно растерялась, впервые видя Джокера таким, и её руки замерли, появилось желание спросить, что происходило, и он прервал её ладонью.

– Прости… я излишне высокомерен, но это потому, что ты глуповата.

– Оу… куда мне до твоего ума, кретин, – с кривящейся губой прыснула Айви, отвернувшись.

– Я не хотел тебя оскорбить, просто констатирую факты, – улыбчиво хмыкнул Джокер, – в общем, обычно я использую грим, чтобы создать образ сред нестатического мужчины, которого сложно узнать в толпе и постоянно меняю одежду. Так Бэтмену сложнее меня отследить. Но на этот раз я ехал не один. Со мной была ты, Айви, – указал на неё он, – знаешь, что это значит?

Артур знал, что Бэтмен был слишком умен. Обманывать его вечно не вышло бы даже у него. Но теперь задача Тёмного рыцаря стала куда проще, ведь он искал не неуловимого Джокера, а одну из самых ярких и красивых женщин Готема.

– Когда Бэтмен поймет, что ты была в магазине, он наверняка заподозрит связь между нами. И тогда он придет к тебе, чтобы выйти на меня, даже если ты сейчас не в розыске.

Плечи Айви дернулись от осознания.

– Что?! – в ярости вскрикнула она.

Глава двадцатая

Превью: "Когда-то она делала так, но времена меняются"

... или нет?

Занавески от открытого балкона еле заметно шелохнулись, когда Памела Айсли заметила промелькнувшую тень под своими ногами.

Не успела она полуобернуться, как перед ней возник высокий тёмный силуэт. Чай из её рук начал падать от неожиданности вместе с подносом, но чужая рука помогла его удержать и всучила обратно в руки. Грубо, без излишеств, и молча.

Памела хмуро подняла глаза на два пронзительных голубых глаза, выглядывающих из-под черной маски. И под их давлением по её коже пробежались неприятный мурашки.

– Тебя не учили стучать, прежде чем заваливаться к девушке домой? Может быть, я ещё не успела навести марафет… – натянуто улыбнулась Айлси, наклонившись к Бэтмену, но тот лишь перехватил её руку.

– Мы оба знаем, что это не твоя квартира, Памела.

– И все же у тебя ужасные манеры, красавчик. Но… знаешь, я могла бы простить тебе эту оплошность если бы ты… – она провела пальцем по его груди, и улыбнулась ему в лицо.

– Я знаю, что ты сегодня в районе десяти утра ты была в праздничном магазине игрушек Джона. Что тебя туда привело? – спросил Бэтмен, никак не реагируя на льстивую игру и кокетливые взгляды Ядовитого плюща.

Разочаровавшись в непробиваемости мужчины, девушка с разочарованием хмыкнула и, закатив глаза, тяжело вздохнула, растеряв соблазнительный вид. Пижама по-прежнему кокетливо сползала с её плеч, и ночная сорочка маняще обвивала зеленую кожу, но растрепанные волосы и усталый взгляд намекали на полную потерю интереса к продолжению разговора.

– А вот это совсем не смешно, Бэтси. Ты теперь будешь следить за каждым моим шагом? – сказала девушка, направляясь к кухонному столу, где поставила поднос с чаем, – какая тебе разница чем я занимаюсь в свое свободное время? Ты мне не папочка.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Тебя видимо совсем не волнует, что я обычная женщина, которой мечтает жить как нормальные люди? Или что, ты решил, что можешь командовать мной если я стою на учете?

– Я бы не стал беспокоить тебя без причины, – сказал Бэтмен, бросив на неё холодный взгляд, но Айсли на мгновение показалось, что расслышала нотки сочувствия в его голосе.

Все же Бэтмен не был абсолютно бессердечным, иначе бы последствия их прошлых встреч были для неё куда менее благоприятными. И мысли об этом её губы исказила грустная усмешка.

И тут Памела поняла, что совершенно не знает, что может произойти дальше, если она продолжит уходить от вопросов. Испугавшись более глубоких допросов и усугубления ситуации, она взяла себя в руки и повисла на столе руками, дав ногам свободно болтаться, чтобы ей легче думалось.

– Я была там… это правда. Но я ничего не делала, Бэтси. Я просто решила присмотреть игрушки к новому году. Сделать кое-кому подарок.

– Кое-кому – это Харли и Джокеру?

Айсли свела брови и хмыкнула.

– Это уже не твое дело, дорогой, тем более насколько я знаю именно твоими усилиями Харли сейчас отдыхает в Аркхэме, – она мельком заметила сомнения на лице Бэтмена, и старалась не подавать виду, – я же работаю в цветочном магазине, и иногда ко мне приходят детишки. Может, подарю пару игрушек кому-нибудь из маленьких посетителей, когда они зайдут в Рождественский праздник?

– Не похоже, что… – Брюс проглотил слово «дети», отлично зная о душевных травмах Памелы на эту тему, – на пороге зима и рождественские праздники.

– Да ладно тебе… не строй из себя добряка. Меня сейчас стошнит, – она скривила алые губы, – да, ты прав, я не очень люблю детей, и сейчас не сочельник, но это не мешает мне создавать образ приветливой продавщицы? И знаешь, что? Недавно в том магазинчике начали делать хорошие игрушки. Я захотела порадовать себя преждевременно и пошла посмотреть правда ли это.

– Тогда почему лепестки твоих лоз оказались в том магазине? – Бэтмен вытащил из тёмного плаща колбу, в котором лежал зеленый лепесток.

Этот жест Памела восприняла с дрожью, ведь Бэтмен намекал на использование её растений в качестве оружия.

– Вряд ли бы ты стала покупать игрушки с помощью своих растений, – сказал он.

– Почему ты решил, что этот цветок именно мой? Это мог быть любой другой, знаешь ли, – раздраженно сказала Памела, когда Бэтмен достал из плаща вторую колбу. – А это… ещё что? Ещё один лепесток? Очень смешно.

– Один из них из магазина, а второй – отсюда.

– Только не говори мне… что ты здесь уже давно?!

– Не волнуйся, я не смотрел на тебя.

– Очень смешно!

– Что ты делала в магазине, Памела.

– Ну… – Айсли уязвленно нахмурилась, понимая, что Бэтмен подвел её к краю; ещё одна попытка улизнуть и она может пролокоться, – я просто не удержалась и немного применила свою силу, чтобы сделать растения в магазинчике получше. Мне было из жаль, старик плохо поливал их.

Бэтмен выгнул бровь, очевидно не видя связи, как лепесток с её ядовитых лоз оказался связан с поливанием растений.

– Я питала те цветы с помощью своих лоз… иногда я так делаю, если мне лень делать все своими руками, – без тени сомнения соврала Памела, хитро улыбнувшись Бэтмену, в которой момент почувствовал сладость опасного азарта при обмане Тёмного рыцаря. – Брось, Бэтси, у тебя нету никаких доказательств, что я сделала что-то плохое. Ведь я в действительности ничего такого не сделала, так?

Айсли ожидала от Бэтмена любую реакцию, включая внезапную агрессию или попытку надавить на неё морально, но... Улыбка, возникшая на губах Тёмного рыцаря, бросила её в легкую дрожь. Будто он что-то знал, о чем она не догадывалась, и поэтому полностью и с потрохами держал её на поводке.

Бэтмен внезапно начал оглядываться по сторонам и смотреть на пол, пойдя глубже в гостиную. Айсли только и оставалось, что тихо наблюдать за его действиями, в надежде что он быстрее уйдет.

– Где он прячется?

– Кто он?

– Ты знаешь кто, Памела. Человек, с которым ты приехала сюда, Габриэль Эллоу, – Бэтмен указал пальцем на пустующий стол, где ранее стояли склянки Джокер, но, как и ожидалось, от Бэтмена не укрылись такие мелочи, как оставшиеся «шероховатости» и висящие в воздухе нотки кислот, которые не удалось до конца перебить духами и очистителями воздуха.

«Джокер предупреждал об этом», – нервно подумала Памела.

– Я знаю, что он здесь. Что вы делали?

– Я ничего не делала, я уже сказала тебе.

Бэтмен остановился у окна, которое было плотно закрыто, но его взгляд что-то привлекло.

В этот момент он потянулся к окну рукой, но… его пальцы внезапно замерли, чтобы затем оказаться у уха.

– Слушаю.

– Это Барбара! У нас ЧП! Я…

Бэтмен с еле заметным напряжением поджал губы, бросил пронзительный взгляд на Памелу и резко развернулся, выходя на балкон.

– Успокойся, Барбара. Что произошло?

Холодный ветер ударил Брюсу в лицо, когда он поднял глаза к тёмным тучам, угрожающе заполонившим весь Готем. Там, высоко в небе, ярко горел единственный луч, в котором раскинула свои крылья летучая мышь.

– Клоуны вышли на улицы и начали нападать на всех подряд! Весь Готем в огне, Брюс! Папа... Комиссар Гордон сказал, что без тебя им не справиться!

***

Наблюдая за исчезнувшим в ночных тенях плащом Бэтмена, Памела тихо выдохнула и направилась к балкону.

«Все-таки ушел», – подумала она, созерцая пустующую улицу. Все десятью минутами назад, или около того, здесь должен был стоять Джокер. И вот его след простыл.

Не осталось следа и от Бэтмена, словно его никогда здесь не было. И прохладный вечерний воздух позволил её дыханию разрядить разрастающееся напряжении в теле.

Вот только куда делся Джокер?

Памела бросила взгляд на окно, за которым должен был прятаться безумный клоун. Оно выходило на сеть лесенок, соединенных между этажами, и вели либо на крышу, либо вниз, к бордюру у дороги. Но теперь ступеньки пустовали.

В момент, когда Бэтмен потянулся к подоконнику, её сердце замерло в ожидании непредвиденного. С одной стороны, чего ей вообще бояться? Разборки Джокера и Бэтмена не входили в её интересны, но Летучая мышка могла приплести её к планам этого Мерзкого безумца и пиши пропало.

– Наконец-то все закончилось. Эй, ты где там?

Памела открыла окно и выглянула к лестнице, но даже приглядевшись к мусорным бакам и затемненному переулку не нашла ничего… Пока не услышала лязг над собой и увидела…

– Всегда рад приятной компании, – улыбчиво сказал Найтвинг, вися над ней, ухватившись пальцами за край лестницы.

Испугавшись, Айсли усилием воли сохранила спокойствие и насмешливо улыбнулась, скрывая беспокойство. Она вальяжно отклонилась назад и облокотилась плечом о раму окна.

– Что ты здесь забыл? Я думала, что вы с твоим Боссом свалили по важным делам.

– Меня не спрашивай. Я ничего не знаю, кроме того, что Бэтмен сказал мне подождать, пока он не разберется, – продолжал улыбаться Найтвинг, и по коже Айсли пробежались мурашки.

«Учти, Айви, скорей всего Бэтмен все поймет, даже если ты не допустишь ни единой ошибки», – пронеслось жутковатое предупреждение Джокера в мыслях Айви.

«Вот же…»

Смиряя сосредоточенным взглядом потерявшую на миг собранность Памелу, Дик Грейсон перевел взгляд на переулок, куда направился Бэтмен.

– Советую не делать резких движений, подружка. Пока Босс не вернется, я твой надзиратель. Тебе же будет лучше прислушаться ко мне, Айви, – сказал Дик.

– Я… поняла.

«Вот же черт! Джокер! Только не вздумай обосраться! В твоих руках моя спокойная жизнь!», – разъярялась Памела Айсли, в сотый раз проклиная себя, что нарушила свои клятвы больше не влезать в это дерьмо, – и вот! Теперь она на волоске от того, чтобы Бэтмен приплел ей пособничество Джокеру!

«Харли, клянусь, я убью тебя… ох», – приложив руку к голове, она покачала ей.

Нет уж, ей любимая подруга здесь не причем. Она сама виновата, что поддалась эмоциям и пошла заступаться за эту горе дурёху.

И самую малость всерьез злясь, но прислушались к себе, Памела Айсли убедилась, что нисколько не жалела, что пришла к Джокеру сегодня ради Харли.

***

Брюс спрыгнул с лестницы и неспешно шел по следам, еле заметно оставленным на грязных улицах Готема. Это были свежие отпечатки подошвы в луже грязи, перевернутый мусорный бак, и даже… капли крови на блестящем от влаги асфальте.

Ему следовало торопиться. Барбара была очень взволнована, но интуиция Брюса подсказывала, что из-за поспешных решений он упустит важную нить, волновавшую его все время.

Небольшой переулок, сформированный из пятиэтажного дома и стоявшего на углу дороги магазина цветов, тянулся к следующей улице. Но ему не требовалось идти так далеко, поскольку человек, которого он искал, сидел прямо у поворота, взявшись за лицо ладонью.

Незнакомец выглядел как взъерошенный мужчина средних лет, может чуть моложе. Лицо помятое и местами покрыто синяками, но полностью не разглядеть из-за пальцев, впившихся в кожу. Левая щека мужчины, на которую смотрел Брюс, слега раздулась, судя по всему, от удара. Но вряд ли от предмета, скорее кулак или может ладонь. С краю глаза текла еле заметная слеза, но сам мужчина сидел спокойно и устремлял усталый взгляд вперед.

– Габриэль Эллоу, – сказал Бэтмен, останавливаясь сбоку от разыскиваемой цели.

– Полагаю, скрываться смысла нет, – в словах парня промелькнула тень улыбки.

Тёмный силуэт навис над молодым парнем словно непроницаемая тень, в которой невозможно было прочитать ни единой эмоции.

«Брюс? Ты скоро?» – спросила Барбара по удаленной связи.

«Буквально минуту», – прошептал он, приложив палец к уху.

Брюс вновь посмотрел на парня, который грустно усмехался ему, раскрыв ладонь над вздутой от синяка щекой. Ему было неизвестно, что привело парня к такому состоянию и что произошло с ним раньше, в магазине Старика Джона. Но он хотел найти ответы, чтобы убедиться в своих догадках на счет незнакомца.

– Вижу, ты торопишься. Так может тебе пойти по своим делам? Я, знаешь ли, не в настроении говоришь, как видишь, – сказал «Габриэль Эллоу».

– Выглядит неприятно.

– Это от небольшой ссоры.

– Ссоры?

– Верно… а она тебе не сказала? – как ни в чем не бывало сказал парень, разыгрывая явно удивление. – Ах, точно, – кивнул сам себе парень, – наверное, боялась, что ты обвинишь её в рукоприкладстве.

– …

– Ты ведь «Герой», ловишь таких как она. Она ведь «Ядовитый плющ», да?» Сделала много плохого в свое время, ты наверняка её ненавидишь за это. Мне жаль её… Теперь такие как ты вечно смотрят на неё косо. Я не думаю, что это справедливо, но решать же не мне, да?

Воздух колыхнул смятые газеты на крышке прямоугольного мусорного бака, и часть слов говорящего сдул ветер.

– В общем, не трогай её, прошу. Памела не со зла. Она не виновата. Просто мы повздорили, и я сам виноват, что дал ей повод… – парень обернулся на возвышающегося над ним собеседника и поморщился от света фонаря.

Затемненное лицо Брюса в маске, с грубыми чертами лица, оставалось спокойным. Но он понимал, что парень перед ним пытался рассказать весьма необычную историю про отношения с Памелой Айсли. Якобы та была его девушкой, с которой они поссорились. Это сбило Брюса с мыслей.

– Что…? Уже нельзя пожаловаться на неудавшуюся жизнь с бывшей преступницей?

– Расскажи мне, что произошло в магазине Джона, – без тени эмоций сказал Бэтмен.

– Как горох об стену… с тобой, знаешь ли, сложно общаться, приятель. А ты ведь и так обо все догадался, когда там был?

– …

– Я, знаешь ли, люблю читать детективы и частенько общаюсь с полицией…

– Расскажи мне все что произошло в магазине, Габриэль, только это, – сказал Брюс.

– Я ничего не делал, клянусь. Я работал там, а потом… произошло что-то неладное. Пришли те ублюдки… и начали все ворошить. Произошла какая-то вспышка. Я испугался. Кажется, это было связано с каким-то устройством.

– Разве не ты принес то устройство?

– Я не знаю, как оно там оказалось, не помню… все было как в тумане, – объяснился парень, – потом всем стало плохо, и я постарался им помочь. А когда помог, старик сбрендил и начал говорить, что я монстр. Но клянусь, я не знаю, что произошло.

– Это ты удалил записи с камер?

– Я хотел защитить Джона от последствий.

Бэтмен прикрыл глаза и хмыкнул, полуобернувшись. Габриэль покосился на него левыми глазом, слегка дрожавшим от напряжения.

– Если ты что-то знаешь, тебе лучше рассказать об этом сейчас, Габриэль. От этого могут зависеть жизни невинных людей, включая твою.

– А как же остальное…?

– Остальное, пожалуй, действительно помогло старику сохранить свое лицо перед «теми людьми». Обнаружив записи с камер, полиция бы объявила нападавших в розыск. Банды Готема ненавидят, когда крыса сдает их легавым. Думаю, уже в течение недели владельца магазина навестила бы пара ребят, – без тени сарказма объяснил Бэтмен. – Но этого не произойдет благодаря тебе. Впрочем, тебе лучше не проворачивать подобные трюки впредь. Все-таки удаление записей с камер можно сравнить с незаконным проникновением и кражей чужих данных.

– Но ты ведь тоже этим грешишь ради благих намерений? – улыбнулся Габриэль.

Ответа не последовало.

– Знаю-знаю… сейчас ты наверняка много, о чем думаешь, но тебе не достает этих самых… фактов. У вас, «детективчиков», есть же это смешное правило «нельзя строить выводы без улик», так? Не считаешь это немного глупым, когда все довольно очевидно? Хотя подожди, у тебя же… время поджимает. Так почему ты ещё здесь? Тебе следует поторопиться и помочь людям в беде, герой, иначе потом от них может ничего не остаться…

Обернувшись на собеседника, он обнаружил пустующие улицы с мокрым асфальтом. Бэтмен исчез.

Напряженные плечи «Габриэля Эллоу» вздрогнули и расслабленно скатились по стене вниз, задрожав вновь:

– Фу-у-х… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ХААААААААААААААААААА

Глава двадцать первая

– Мы готовы отправляться? – спросил Дик Грейсон, свесив часть туловища с лестницы прямо к проходящему по переулку Бэтмену.

– Мы уходим, – сказал Брюс.

Айви, поправляющая пышный локон рыжих волос, обаятельно улыбнулась Дику и помахала ему пальчиками.

– Рада была повидаться, но позволь уже свалить с моего балкона вместе с Бэтсом куда подальше.

– Как скажешь, красавица, хоть мне и жаль, что ты так холодна со мной.

– Ах… да вали уже быстрее, ради бога, – отмахнулась Айви.

Спрыгнув с лестницы, Дик сравнялся с Бэтменом по дороге. Они завернули на другую улицу и вышли к припаркованному у бордюра Бэт-мобилю, в которой со спешной сели и сразу же тронулись.

– У нас сегодня плотный график, а? Сначала погоня за Джокером, теперь эта потасовка с клоунами, – сказал Дик, покосившись на Брюса, – так что, ты нашел этого Габриэля Эллоу?

– Да. Он что-то скрывает. Но это не он напал на старика Джона.

– Тогда как он в этом замешан?

– Не повезло оказаться не в нужном месте не в нужное время, хотя некоторые его действия вызывают вопросы.

– Например, то, что он делал с химикатами?

– В Готеме хватает последователей Джокера и людей, разбирающихся в химикатах. К тому же химические образования, что мы нашли в магазине, были разбавлены и явно производились с целью детоксикации, а не чтобы навредить. Джокер бы не стал защищать других. Габриэль Эллоу обладал нужными знаниями, которые позволили ему спасти себя и других людей от яда.

– Не слишком ли удачное совпадение? Обычный парень устраивается в неприметный магазин игрушек и спасает всех от отравления токсичным газом. Да он прям герой газеты.

– Станет ясно, когда мы узнаем откуда появился токсин, – сказал Бэтмен, выдержав задумчивую паузу.

– Так разве не очевидно, что это тот парень Габриэль?

– Тот гангстер, которого ты поймал с Джейсоном, тоже держал в руках игрушку с токсином.

– Что… – растерялся Дик, – намекаешь, что кто-то мог подкинуть эту игрушку Габриэлю, чтоб подставить его? Ну… знаешь, сейчас, когда ты это сказал, я даже не знаю.

– Второй случай за последние дни, и оба раза связаны с бандами Готема. Как будто кто-то специально выбирает их целью, но для чего не ясно.

– Хм… – Дик с усилием прикрыл глаз, и напряженно вспоминал события того дня, пока наконец-то не выдохнул, – не, знаешь, это выше моих сил. Думай сам, я лучше подготовлюсь к надиранию задниц.

Бэтмен отвлеченно хмыкнул и некоторое время смотрел вперед, пока вел машину. Дик переписывался с Барбарой и, заметив её волнение, убрал телефон в карман, придавшись легкой меланхолии. И все это напряженно дрожали сидения разогнанной машины.

– Скажи, когда в последний раз ты видел Джокера без грима? – внезапно спросил Брюс.

– Эм… к чему такой внезапный вопрос? Не знаю, довольно давно. Если честно, когда он вообще был без грима?

Они с Диком ехали в молчании некоторое время, пока Брюс пытался разглядеть в свете ночных фонарей и улиц свои воспоминания о бледном, мрачном гриме Джокера, который улыбался ему мерзкой улыбочкой и безумно хохотал.

Но ни один его образ не всплывал без грима, как бы упорно Брюс не напрягал мышление.

– Я не смог разглядеть его лицо как следует из-за теней и синяков, но признаться, я тоже не помню Джокера без грима, – сказал Брюс.

У Габриэля Эллоу, кто так походил на Джокера, имел раздутые от удара губы, сильный подбородок, длинный прямой нос, и аристократичные черты лица. Голубые глаза. Взъерошенный волосы, которые следовало прилизать, но они все ещё не были такие же болотно-зеленые, как у Джокера.

А вот лицо Габриэля Эллоу скорее походило на одну большую лепешку, и он был глубоко расстроен.

Джокер в воспоминания Брюса упорно улыбался даже когда его лицо было взбито в мясо.

Разглядывать сейчас разницу между этими двумя и разбираться в происходящем попросту не было времени. Тем более у Брюса не хватало причин применять к парню силу без веских доказательств, но его мучали сомнения, упущенные детали, много, и все они, казалось, были очень близко.

– Что-то не вяжется, – сказал Брюс, вздыхая.

– Этот парень был на него так похож?

– В некоем роде.

– Ты меня заинтриговал. Может наведаться к эту Габриэлю потом, сделать фотку на память? Покажу потом Джокеру, – с энтузиазмом скривил губы Дик.

– Не стоит провоцировать Джокера лишний раз, когда мы не знаем, чего он добивается, – с отвлеченной мыслью позволил себе сухой сарказм Брюс.

– Тем лучше! Будет причина наконец выманить его, – заметив немой упрек Брюса, Грейсон лениво развалился на сидении. – Да понял я, просто пошутил.

– Хм… – вздохнул Брюс, координируя карту с маршрутом их следующей цели, – есть куда больше более действенных и безопасных методов выманить Джокера из укрытия.

На экране высветилась карта Готема, и на нескольких районах замелькали красные точки, указывающие на скопление полиции в «жарких точках».

– Например, уличная перепалка? Ты думаешь, это его рук дело?

– …

– Брюс…?

– Маячок, который я оставил на Габриэле, был сломан.

Дик выгнул бровь.

– Т-ц… – Бэтмен сжал руку в кулак, – похоже, у нас проблемы.

– Только не говори мне, что ты…

– Еще не знаю, но надеюсь, что я ошибаюсь.

– У нас нет времени гнаться за ним, Брюс. Ты говорил Барбара что-то сказал тебе? Что там происходит?

– Со слов Барбары, банды с клоунскими масками внезапно взбесились и начали рейд по сотой улице. Они используют химикаты и оружие, отравляя полицию ядом, вызывающим смех.

– Позволь-позволь я скажу! – насмешливо поднял палец Дик, состроив серьезное выражение, – «Это почерк Джокера».

***

Некоторым временем ранее.

В одном из ресторанов Готема: «Алая ведьма». Баннер, на котором большегрудая девица виляла задом, ронял красноватый свет на стоянку с дорогими кадиллаки и современными иномарками. Затемненные переулки и пустующие дороги расходились в стороны, и казались особенно пустыми и неприветливыми на фоне скоплений людей разной наружности, среди которых обитали члены преступных банд.

Два мужчины в серых плащах и смятых шляпах припарковались среди плотно прижатых к друг другу машин, и проникли в плотные потоки толпы, пропахшие алкоголем и спертым табаком.

Бретт закурил сигару и тут же словил удар по пальцам, роняя пепел на мокрый асфальт и вороша разлетающийся в воздухе горьковатый дым.

– Эй, что ты творишь?

– Босс не любит, когда дымят.

– Ах да… – цокнул Бретт, преднамеренно затянувшись и выбросив бычок себе под ногу. – Тогда идём.

У входа в клуб столпилась куча разношерстого народа, деловые и ряженные красотки, у которых была широко раскрыта грудь и оголены укромные места. Бретт улыбчиво присвистнул, проходя мимо подмигивающих ему красоток, и скрылся за углом, где стояли два высоких охранника телосложения ещё больше, чем он сам. На лице обоих был небольшой белый грим с красными пятнами, разукрашенными губами на клоунский манер. Один из них смерил Бретта хмурым взглядом и хмыкнул.

– Ишь, какие-то у вас кислые рожи для клоунов. Разве вы не должны улыбаться?

– Не начинай, Бретт, – сказал Шульц, развернувшись к охране и подняв ладонь, – мы к Тузу.

– Туз сейчас занят и не принимает посетителей, – отрезал Клоун-охранник.

– Эй, мы вообще-то по делу, ряженый ты придурок, – Бретт шагнул вперед и ткнул Клоуна-охранника в широкую грудь, но тот даже не шелохнулся.

Клоун опустил безразличный взгляд на Бретта, резко обхватил его руку и с усилием сжал его кисть. Ощутив нарастающий жар и жгучую боль в запястьях, Бретт закричал и ударил ублюдка кулаком, но тот прилетел в раскрыты кулак и не шелохнулся дальше. Клоун-охранник оттолкнул Бретта без особых усилий и продолжал стоять как ни в чем не бывало.

– Ах ты падла, да я тебя сейчас… – Бретт потянулся к карману плаща, но Шульц остановил его раньше.

– Хватит. Мы здесь не для того, чтобы устраивать переполох, – сказал Шульц, обернувшись к безразличному клоуну, – слушай, я понимаю, что вы оба серьезные парни и у вас есть приказы, которым нужно следовать, но у нас важная новость.

Клоун-охранник молчал.

Шульц вздохнул, потеребив висок, и подошел ближе, чтобы кое-что прошептать.

Глаза Клоуна-охранника еле заметно дрогнули, и он с недоверием посмотрел на Шульца, словно услышал весть об измене его сучки. Впервые Бретт обрадовался тому, как наглая харя подонка выдала хоть каплю эмоций.

– Ну что, теперь понял, засранец? – ухмыльнулся Бретт, заслужив холодный взгляд от Клоуна-охранника, но реакция оказалась недостаточно яркой и насыщенной, чтобы удовлетворить уязвленную гордость Бретта. – Тц.

– Я передам информацию Боссу.

– Уж будем надеяться, – сказал Шульц, наблюдая за скрывающейся за дверью фигурой.

Вот охранник остался один, и Шульц с Бреттом остановились подальше от входа, потому что Бретт пообещал ему, что устроит настоящий скандал, если сейчас не затянется. Пришлось сдаться и позволить.

– Используй одеколон и купи чем зажевать запах в том киоске, иначе от тебя будет вонять, – указал на стоявший через дорогу магазинчик под мигающим фонарём.

– У меня нет одеколона.

Бретт залез во внутренний карман и вытащил оттуда небольшую стеклянную баночку.

– Теперь есть.

– С грейпфрутом? Черт, а я думал от кого так воняет.

– Заткнись и пшикай.

Бретт скривил губы и навел на себя одеколон, пшикнул, и заорал от боли.

– Какого хрена…?!

– Тебе не нужно брызгать на лицо. Ты что, никогда не пользовался одеколоном?

– Заткнись! Я и без твоих советов разберусь.

С горем пополам, пока Шульц с усмешкой наблюдал за кривлянием Бретта, одеколон вернулся в руки хозяину.

– Теперь от тебя воняет.

– Это же твой одеколон.

– Да, я так сказал, – запихнул обратно в карман бутылёк Шульц, – но вообще это духи моей жены.

– Ах ты сука…

Шульц тихо посмеялся.

– По-другому ты бы не согласился.

– Как мне смыть это бабское дерьмо?!

– Уже не как.

– Пошел ты. Я иду в уборную, – Бретт уже пошел, но рука Шульцы зацепила его за плечо и потянула назад. Вслед за ней перед носом взвинченного напарника мелькнул палец, указавший на выходящего из клуба Клоуна-охранника.

– Уже поздно. Мы проходим?

– Проходите, Туз ожидает.

Туз был одним из тех, кто взял на себя управление большей частью действующей группировки Весельчаков, которая работала на «Очень авторитетного ублюдка». По крайней мере об этом говорили в их кругу, и почти никто не знал подробностей об этом самом «Ублюдке».

Ни Бретт, ни Шульц не знали о ком шла речь, и лишь смутно догадывались. Для них Боссом был Гарри, но Туз – это тот, кто стоял над ними всеми, и какого-то черта он заинтересовался происходящим.

Поднявшись в ВИП-зону, висевшую над подиумом, где сейчас пела энергичную песню симпатичная певица, Шульц и Бретт уселись на диван.

Комната внутри особой зоны была в алых цветах, и походила на просторный номер в отеле с балконом, вид из которого выходил прямо на сцену.

Здесь была дорогая выпивка, доступные и красивые женщины с плоскими животами и симпатичными личиками. Они сидели на диванах и наливали своим господам выпивку в окружении охраны в виде высоких мужчин, от чего-то накрасившихся как клоуны. И все это служило человеку, который сидел на бардовом диване и насмешливо попивал виски.

Этим мужчиной был блондином с густыми, острыми на концах волосами, напоминающими сосульки. У него было овальное, сильное лицо с высокими скулами, и расслабленный взгляд с хитрой, змеиной улыбкой. Когда он говорил, её бледная кисть активно жестикулировала, демонстрируя обильные татуировки, в числе которых был рисунок смеющегося клоуна.

Когда Бретт и Шульцы зашли внутрь, Туз бросил на них косой взгляд и улыбнулся в тридцать два зубы, которые блестели даже на фоне ярких ламп.

На левом глазу у Туза была татуировка перевернутой пики с буквой «А», означающей карточную масть.

Напротив Туза сидел тучный, широкий мужчина с лишним весом, который недовольно бурчал что-то себе под нос. Судя по тону голоса, он был чем-то недоволен и выражал свое недовольство как раз накрашенному Тузу.

– Это как раз те гости, которых я так ждал! – праздно поднял руку с виски Туз, и энергично привстал.

– В самом деле, послушай же меня, Альви, – мрачно наклонил свой широкий лоб толстяк.

– Не зови меня Альви! Я Туз!

– Черт бы тебя побрал с твоими загонами. Никакой ты не Туз, нахрен! Хватит этой чуши. Я говорю тебе серьезно, если ты не прекратишь свою игру сейчас, то потом уже будет поздно.

Бретт и Шульцы переглянулись между друг другом, и поняли, что пришли не совсем вовремя.

– Это же, тот толстяк, это Шуллер там? – шепнул Бретт.

– Да, это точно Шуллер. Но больше не называй его так, иначе язык оторвут.

При словах Шуллера Туз недовольно скривил губы, растеряв всякую веселость, и его мрачный взгляд опустила вниз на собеседника.

– О… нет, Бёрк, не надо. Я же говорил тебе, чтобы ты, сука, перестал поднимать эту тему.

Бёрк по кличке Шуллер ударил двумя руками по столу, перевернув все, что стояло на столе. С треском попадали на пол бутылки, разлилась вода.

– Он прикончит тебя, если узнает, что ты пытаешься оторвать кусок его славы. Сука, Альви, как ты этого не понимаешь?! Ты подписываешь себе смертный приговор!

– Да мне плевать! Я делаю что хочу и не боюсь никого! Тем более этому клоуну плевать на всякую мелочь! Я же служу для него, его целям! Как он может меня тронуть?! Это бред!

– У него нету целей! Он просто делает то, что ему вздумается! ОН ЧЕРТОВ БЕЗУМЕЦ! Как ты этого не поймешь?!

– Если бы все было так, как ты говоришь, я бы уже давно валялся в канаве, но погляди же на меня сейчас! Я жив!

– Ты пользуешься его людьми и переходишь все границы, Альви. Ты пользуешься его репутацией, как сучкой. Мать свою ставлю, он никогда тебе этого не простит. Ты погубишь нас всех. Всех до единого, – отчаянном осознании сжал пухлые губы Бёрк.

– Ты бы лучше позаботился о копах и Бэтмене, чем думал о таких пустяках! Этот псих в маске куда большая заноза в нашей заднице! И ты это знаешь!

Бёрк провел пальцами по вспотевшим губам и упал на кресло, продавив его своим весом, и тяжко выдохнул.

– Ты обреченный глупец, Альви. Я не стану тебе помогать, когда все начнется, – мрачно сказал Бёрк.

– Эй, вы, двое, – махнул им рукой Туз, наконец приглашая присоединиться Шульца и Бретта к их беседе.

Два напарника неуверенно переглянулись и подошли ближе, чувствуя на себе пристальные взгляды улыбающихся шлюх и давление охранников, мощными фигурами, стоявшими у стен.

Казалось, все это в любом момент могло взорваться и привести их к дулу пистолета или мордобою.

Бёрк бросил на них холодный, недовольный взгляд, будто говоря, «а вы какого хрена здесь забыли? Проваливайте побыстрее». И как-то нервно и ожидающе теребил пальцы, но чего именно ждал один из боссов мафии Шульц догадывался смутно.

– Скажите нам то, что сказали моему сторожевому псу, – широко улыбнулся Туз, словно в предвкушении представления.

Но ни Шульц, ни тем более Бретт даже не могли представить, что так раззадорило местных шишек. И от того давление на Шульца усиливалось.

«Лишь бы Бретт не сказал лишнего…», – подумал он, сглатывая вязкую слюну.

– Ну… я лишь сказал, что мы побывали в нескольких местах и выбили долги. Одним из должников оказался старик Джон, который заправляет магазином игрушек в центре Готема.

– И что он…? – улыбчиво поторапливал Туз, чуть ли не прыгая от детского счастья.

– Он… в общем, он сначала сопротивлялся, а потом пришел его пацан. Его звали… э… кажется… Габриэль? Когда мы начали выбивать деньги из старика, этот самый пацан Габриэль вмешался и произошла какая-то херня. Появился газ и вырубил нас с Бреттом, а потом этот парень свалил в страхе… – вдруг Шульц заметил на себе выжидающий взгляд двух боссов, и опомнился, сразу вытащив из кармана пачку баксов. Они же и стали платой за кредит, который старик Джон одолжил у Туза. – Вот, мы вернули все, как видите.

Но когда деньги оказались на столе, реакция двух боссов оказалась не такой, какой ожидал увидеть Шульц.

– Началось! – вскрикнул Бёрк, вскакивая с дивана и хватаясь за облысевшую голову.

– Вот именно, началось! Видимо это тот самый знак, который мы ждали от него!

– Простите, какой же это знак? – удивился Шульц.

Глава двадцать вторая

– Что пора начинать подготовку к крупному представлению, конечно же, – посмотрел на него как на идиота Туз.

– Нет же, нет, – бледно поднял голову Берк, и уперся взглядов в насмешливую морду Туза, – Разве ты не понимаешь, что тем самым только усугубишь ситуацию! Если он показал себя, значит скоро дойдет и до нас!!!

– Я не понимаю, о чем ты, Бёрк. И если ты ещё раз назовешь меня идиотом, клянусь, я проделаю дырку в твоей башке, – мрачно сказал Туз.

– Поздно, приятель. Поздно. Я уже… я сам тебя разрешечу тебя нахрен…! – за блестящими тёмными глазами Бёрка Туз разглядел искру безумия, за которой возник серебристый револьвер.

Выстрел разорвал образовавшуюся тишину, и Бретт моргнул в непонимании.

Тело Туза покачнулось, и в ту же секунду как его рука легла на окровавленную рубаху… на глазах Шульца вспыхнула перестрелка, как искра в сухом лесу. Лопнули бутылки на столе, разлетаясь острыми брызгами, словно брызги луж, и заливая пол блестящими струями шампанского и виски. Пули впивались в бархатные диваны, выбрасывая клочки обвивки, – белые, как пух, от разорванных подушек. Зеркала вдоль стены треснули с оглушительным хрустом и дождем осыпались на пол, сверкая в мигающем свете ярких ламп.

Воздух наполнился едким запахом пороха, смешанных с кисло-сладким ароматом пролитого алкоголя и приторного пота. Крики и глухие удары пуль о дерево и бетон заглушали бас музыки, доносящийся из общего зала клуба.

Обливающее свинцом тело рухнул на пол и повалил за собой перевернувшийся стол, раскидавший алые кубики льда, и следом за ним грохнулась с потолка звенящая люстра.

Все происходило слишком быстро: вспышки в глазах, взрывы над головой, и падающие к ногам бархатные шторы, словно дорожка из крови.

Шульц только и успел, что прыгнуть за свалившийся на бок диван и вытащить свой пистолет из чехла, пока потерянные остатки рассудка отчаянно пытались собраться вновь.

Руки дрожали, и тело изливалось в нервном поту. Краем мысли он с ужасом подумал, а где сейчас Бретт? И тут же забыл об этом, когда очередной труп слег на пол.

Не важно, где Бретт. Важно, что он, Шульц, попал в настоящий ад.

Когда все утихло, Шульц услышал, как кто-то с тяжелым шагом вышел из ВИП-комнаты. Стрельба уже продолжилась в клубе, под громкую музыку и животрепящие крики, от которых немело в пальцах и холодело в пятках.

– Порешите всех этих тупорылых фанатиков! Не оставьте ни одного, иначе клянусь, я порешу вас всех сам!

Так между двумя бандами началась перестрелка, переросшая в масштабный рейд за одну единственную ночь.

***

– Ну и? – с напускной скукой сказала Ядовитый плющ, прижимаясь к стене плечом. Она с интересом наблюдала за синяком на щеке Джокера и не подавала виду как ей важно знать исход их встречи.

Артур уже не в первый раз замечал, что известная злодейка комиксов ДС была не совсем с собой честна. Но говорить эту напрямую и тем более обсуждать с ней внутренние тараканы было бы глупо.

Вместо этого Артур с не подающим тревоги видом уселся на диван и сложил руки в замок.

– Я сказал ему, что мы поссорились и ты ударила меня по лицу.

Памела выгнула бровь, расставив ноги по сторонам от возмущения.

– Что? Ты сказал ему, что я ударила тебя?!

– Но ты ведь это сделала, – усмехнулся он.

– Ты мог соврать и придумать что-нибудь ещё! Я ведь сделала это по твоей просьбе!

Воздух вдруг стал уж больно удушливым, и внезапный жар пробежался по телу Артура от непередаваемого возмущения.

«Ты что, издеваешься? Это же очевидно до нельзя!»

– Я и так соврал ему, – чуть не поперхнувшись от неприятного удивления прошептал Артур, которому казалось, что других вариантов просто не существовало, – хотя ненавижу это. Разве ты сама не должна знать, что есть вещи, о которых нельзя врать?

«О чем он это вообще…?», – удивилась внезапному напору Джокера Айви, начав догадываться, о чем шла речь.

– У Бэтмена обширные знания в анатомии и травматологии, которые позволяют ему без труда определить, как и чем был нанесен удар. Сторона, угол удара, даже предмет, которым он был нанесен. Он бы сразу раскусил меня, стоило мне сказать ему лишнее, – с необычайной серьезностью сказал Джокер в пустоту, и Айви на мгновение оторопела, растерявшись. – Ты забыла об этом...?

– Ах да… точно, – ответила Айви, отвернувшись.

Так-то в его словах было много смысла, и Памела удивилась, что Джокер увидел все тонкости сразу.

– Полный идиотизм, – не скрывая разочарования сказала Айви, тем не менее облегченно вздыхая.

«Все-таки Джокер не полный идиот», – незаметно покосилась на него Айви, – «Теперь ясно, как ему удалось скрываться от Бэтмена так долго»

Не желая признавать в себе неожиданное чувство уважения к этому безумному клоуну, Айви прикрыла глаза, задумавшись над идеей, которая никогда бы не пришло ей в голову ранее.

«Системное оповещение: Завершено задание «От яда к исцелению»

Награда: повышение репутации с персонажем Ядовитый плющ.

Текущий уровень отношений: нейтральные.

«Получено новое задание: Игра в спасателей»

Артур удивленно приподнял глаза и молча покосился на Айви, которая была чем-то увлечена.

«Она не видит это?», – подумал он.

Шапочкин незаметно провел пальцем по воздуху, и синее окно с оповещением перешло в раздел заданий.

«Задание: Игра в спасателей.

Описание: Ваша ненаглядная подсоска находится в заточении. Чтобы спасти её придется пойти на невиданную авантюру и проникнуть внутрь непреступного замка Аркхэм. Что может остановить Величайшего Клоуна всех времен от спасения подсоски? Конечно же злой Тёмный Рыцарь!

Подсказка, «Терминология Клоунской Гачи: «Подсоска (значение) – помощница, соратница.

«У них тут даже терминология своя? Ужас. Ничего не понимаю», – подумал Артур, поражаясь нелепости описания.

Впрочем, вся Клоунская Система была странной, поэтому, наверное, это было её фишкой. Уж больно соответствовало характеру и безумной натуре Джокера.

Из прочитанного Артур понял, что ему предлагали силой вытащить Харли Квин из психо-лечебницы Аркхэм. А это означало либо незаметное проникновение и побег – что нарушало закон и делало из него преступника. Либо использование методов Харли – взорвать стену, перебить всех охранников, и убежать по открытому полю, надеясь, что Бэтмен не схватит их раньше времени.

Больше всего Артура поразило что этот квест появился прямо сейчас. Он же ничего для этого не делал?

– Что ты намереваешься делать теперь? – внезапно тишину нарушил мягкий и ласкающий голос Ядовитого плюща.

Артур нервно закрыл окно пальцем, встречая её любопытный взгляд на себе. К счастью, Айви не придавала его замашкам особого значения и продолжала тихо смотреть.

– Благодаря твоему содействию и немыслимой удаче мне удалось запутать Бэтмена, но вскоре он обо всем догадается. А может уже обо всем догадался, но ему не хватает понимания, все-таки мое поведение сильно отличается от привычного. И та уличная перепалка удачно сыграла нам на руку. У него было мало времени разобраться в происходящем.

– С чего ты взял?

– Для него это впервые… видеть меня таким, – от чего-то улыбнулся Артур, – он в смятении.

– … – напряженно промолчала Айви.

«Рано или поздно Бэтмен увидит все несостыковки и найдет меня. Это будет весело, я клянусь», – напряженно похихикал он, сжимая кулак.

И сам ведь не понимал, как к этому пришло!

– Разве для тебя это когда-то было проблемой?

– А? – из самозабвенного размышления Артура выбил удивительный вопрос, на который он поднял голову. – Что ты хочешь сказать? Конечно же…

– Но ведь ты постоянно бегаешь от Бэтмена и пытаешься его взорвать или прибить? Чего тебе стоит вызволить Харли? Я думала, у вас, мальчиков, это обычное дело.

«И не поспоришь, – подумал Артур, вспоминая приключения Джокера и Бэтмена в комиксах.

Он поднял руку.

– Но это было в прошлом. Я… пересмотрел свои методы ведения дел. Сейчас я другой, и не собираюсь повторять свои ошибки. Меня интересует спокойная... – он остановился на полуслове, замечая некоторое напряжение Айви в соблазнительных зеленых глазах.

Непонятно как, может быть, из-за своих навыков в прошлой жизни, но Артур кое-что понял. В прошлой жизни он много лет проработал в продажах и проходил тренинги по психологии людей. После этого он научился читать их как открытые книги. И сейчас благодаря навыкам из прошлой жизни Артур четко понимал, что Айви проверяла его.

Но на что?

Успокоившись, Артур собрался с разбежавшимися от раздражения мыслями: ему скоро Бэтмен на шею сядет, так теперь ещё и Айви не отлипала.

«Джокер ведет себя странно… что с ним не так? – Айви с заинтересованным взглядом подошла к нему ближе.

– Меня интересует лишь одно, как ты намерен поступить с Харли.

«А.. вот оно что», – осенило Артура.

– У меня к тебе встречный вопрос, Цветочек, – неожиданно для себя извратил её имя Артур, заметив, что прежде Айви лишь так начинала воспринимать его слова серьезней. Словно нуждалась в том, чтобы он демонстрировал свое главенство, как Джокер, а не как вежливый парень.

И это сработало, как по часам. Айви неожиданно напряглась, и её улыбчивое выражение лица приобрело более хмурящиеся нотки. Но теперь она уважала его, потому что чувствовала страх.

Да, это был шаг назад от их отношений как друзей, но шаг вперед к повышению авторитета в глазах Ядовитого плюща.

– Ну что там? – с наигранной отвлеченностью спросила она, отводя взгляд.

– Как ты смогла найти меня и понять, что я Джокер? Даже Бэтмену это не удалось.

Памела скривила губы, ощутив странное неудобство при вопросе, и задумалась.

– У каждой женщины должны быть секреты.

– В магазине ты уже оговорилась, что делала это благодаря своим цветам.

Памела досадливо поджала губы, поражаясь своей глупости. Впрочем, это не было большим секретом. Просто неприятной досадой…

«Я думала, что убью его тогда и не сдержалась», – подумала она, со вздохом складывая руки на груди.

– Я умею разговаривать с растениями, так ясно? – выгнула бровь она, – мог бы и сам догадаться умник. Как это вообще связано с Харли?

– Ты хочешь, чтобы я спас её. Это и дураку очевидно. Почему сама этого не сделаешь?

– Потому что я начала жизнь с чистого листа и больше не влезаю в это дерьмо.

– И все же ты явилась ко мне, чтобы сорвать мне голову с плеч?

– Это не специально. Просто разозлилась. Только не говори мне, что ты обиделся?

«Просто разозлилась!» – опешил Артур, – «Да ты настоящая психопатка!»

Он с усилием провел по губам ладонью и мрачно наклонился вперед. Айви же продолжала стоять в стороне и смирять его скучающим взглядом, словно это был пустяк.

«Я точно попал в компашку к психам… хотя нельзя отказать ей в красоте, но это настоящая стерва», – пораженно констатировал факты Артур.

Он покосился на неё, пока Айви развернулась к туалету и зашла внутрь. Тут Артур разинул рот, не припоминая, ходила ли на его памяти Памела Айсли в туалет или нет… но тут же оттряхнул голову и вернулся к делу.

«По ней не скажешь, что она готова напасть на меня вновь, но ожидать от неё дружбы-жвачки точно не стоит. В любой момент она может вонзить нож в спину»

Артур вновь открыл задание в Системе и пролистал вниз, пытаясь разобраться почему вообще оно вдруг появилось.

«Все эти задания как-то связаны с моим попаданиям в мир ДС, но награды за них мелочь. Повышение отношений с Айви бесполезно. Дружба с психопатом? Отличное чувство юмора»

Артур тут же отмахнулся от навязчивой мысли, кричащей, «что ты тоже псих, пупси-и-и-к! Ха-ха-ха-ха-ха-ха!»

«Пошел ты», – раздраженно покачав головой и отгоняя дурные мысли, Артур остановил палец на последней строчке:

«В результате вашего выбора будет произведена развилка сюжета»

– Развилка сюжета?

«Какая ещё к черту развилка сюжета?»

Артур нажал на круглешок, который отвечал за развилку. Перед ним появилось две дорожки, одна из которых называлась «Хорошая», а другая, «Плохая».

Хорошая: вы помогаете Ядовитому плющу спасти Харли Квин и… происходит хорошая концовка.

Плохая: вы не помогаете Ядовитому плющу спасти Харли Квин и… Бэтмен находит вас.

Артур передернулся от ужасного бодрящего возбуждения.

«Какой же это выбор… черт тебя дери!»

Глава двадцать три-двадцать четыре, Свершение, "Планы, которых нет".

Превью:

"Потанцуем, Бэтс?"

Пули градом ударили в машину. Комиссар гордон упал окровавленным плечом на металлическую дверь полицейской машины и потянул напряженной челюстью.

– Чёрт! Мх…

– Комиссар!

– Пригнись же ты, глупец! – рявкнул он, потянув на себя молодого пацана, когда новые выстрелы пролетели прямо над ними, с грохотом разбивая окна.

– Простите, Сэр! И спасибо…

– Спасибо скажешь, если мы выберемся от сюда живыми!

Уже на протяжении почти получаса по всем улицам начиная от сотой до сто третьей бушевал непрекращающийся огонь. Несколько групп спецназа подоспели не сразу и были взяты в кольцо. Полиция потерпела большие потери в первые же десять минут, когда обнаружила, что взбесившихся нарушителей в масках оказалось не просто нашумевшая шпана, а рассредоточенные «клоунские» группировки. И если у любого здравого человека обычно человек в маске и оружием ассоциировался с обычным грабителем, – лично у Джима, в сознание впиралась смеющаяся личина в безобразном гриме.

– Нам нужно подкрепление, черт вас дери! Мои люди умирают! – кричал Гордон в рацию, но в ответ ему лишь было сухое «ожидайте, мы знаем о вашей ситуации и принимаем необходимые меры». – Черт бы вас побрал!

– Что нам делать? – спросил дрожащий с одиноким пистолетом в руках парень. В глазах Гордона он походил на подающего надежды широкоплечего сосунка, только вкусившего бытие копа. Нет, худшее из возможных посвящений.

– Все будет хорошо парень, не дрейфь, ах… и лучше пригнись, ты слишком светишь своей головой, – потянулся Джим к окровавленному плечу, кривя лицом.

– Вам срочно нужно осмотреть, – обеспокоенно потянулся парень.

– Некогда мне этим дерьмом заниматься, сынок, лучше смотри в оба! – отвел его ладонь комиссар, и тут же вздрогнул, поджимая веки от взрыва сбоку, который толкнул его назад.

Гордон и сам не понял, как хорошенько припал к асфальту затылком, ощущая пульсацию. А когда раскрыл слипшиеся веки, первое время пытался привыкнуть к звону в ушах и склизкому, теплому чувству, заполняющему уши.

«Голова трещит…», – бледно огляделся он, видя справа от своего плеча лежащего паренька, чью черепушку украшал отчетливо въевшийся в череп кусок металла. Кровавое месиво вытекало из лба бедняги, вызывая в Гордоне приступ тошноты.

Дернув щекой, комиссар отвернулся от пацана и согнулся над асфальтом, в попытке опереться о машину здоровым плечом.

– Твою мать… Гарри, какого же черта, я говорил тебе пригнуться.

– Г-г-г… пш-пшп-шш-шш… – еле слышное шипение под рукой привлекло внимание комиссара, и его рука, дернувшись в спазме, уткнулась локтем в твердую преграду.

Это оказалась чудом уцелевшая рация, заляпанная пылью и грязью. Гордон отчистил её пальцем и взял в распухшую от боли руку.

– Гордон… ты -м-м-… слышишь?

– Ха… лучше бы тебе сказать что-нибудь хорошее, – тяжело выдохнул Джим Гордон, упавшими глазами заглядываясь на ночное небо, затянутое горящим дымом.

Пахло гарью, порохом, и кровью.

– Эти ублюдки перекрыли все дороги горящими машинами. Ты варишься в котле, Гордон. Мы не можем пробиться к тебе. Дело может принять худший оборот, если за всем стоит Джокер.

– Джокер… черт бы побрал этого психа, давненько он не давал нам так просраться,– выругался Джим, испытывая ужасающую горечь на языке.

Джокер был психом, от которого у любого видевшего его хоть раз человека, застынут жилы. И Гордон был не исключением, разве что со временем Джокера немного урезонили и, казалось, Джим привык к выходкам этого подонка.

– Пообещай мне, что мы убьем этого вымазанного выродка, как только поймаем его.

– Тебе нужно продержаться, Джим. И ты знаешь, что никто на это не решится.

Гордон грустно усмехнулся, покачав головой.

Действительно, как он мог забыть, что на каждого из копов у него наверняка была запасена «убийственная шутка» в виде чудесного исчезновения семьи. Да и суд никогда не признал бы Джокера виновным, потому что он невменяем, или потому любого прокурора и судью уберут, как Харви Дента в свое время.

– Ну и в дерьмовом же мире мы живем, – вздохнул Гордон.

Но слова приятеля пролетали мимо ушей, сквозь спутанные из-за боли чувства. Гордон перевел взгляд на труп Гарри, потом на разбитые окна дома, который находился напротив. И все было как в тумане. Рука почти не слушались и глаза закрывались, пока зазор не остался такой узкий, что он видел только части сваленных кустов… Оттуда он заметил разбитый осколок стекла, в которым отражалась маленькая фигурка, в которой ему почудилась куколка… показавшейся ему больно человечной, что походило на настоящий предсмертный бред.

Любой бы на его месте закрыл бы глаза и отдал себя в лапы утягивающему морфию, но что-то в заядлом мозгу комиссара Гордона, годами работавшего в криминалистике, навязчиво кричало «Не закрывай глаза. Ты кое-что упустил»

«Хрена-с два я дам этому ублюдку взять вверх», – раздраженно подумал Гордон угасающим рассудком, но именно та несостыковка, увиденная в окне, не давала ему спокойно закрыть глаза.

… Гордон не мог ему сопротивляться.

… Чутью, которое не подводило его годами.

Вновь вернув свои глаза к разбитому стеклу, Гордон сфокусировал свои старческие глаза с астигматизмом на краю разбитых очков. Всего в одной точке его зрение не размывалось и могло сфокусироваться достаточно, чтобы разглядеть в маленьком осколке зеркала еле заметные точки и контуры человеческого лица. Все это время там была не кукла, а живой человек.

Из окна дома напротив комиссара выглядывал испуганный ребенок, и Гордон с немыслимой досадой прорычал, заставляя свое вялое тело сопротивляться ужасающей слабости.

– Гордон! Гордон! Ты меня слышишь?!

Гордон последними усилиями сжал рацию и подвел её к окровавленным губам. За спиной послышались звуки далеких выстрелов и приближающегося бега.

– Попробую, – прокряхтел он, отключая рацию.

С намерением сдохнуть, но защитить ребенка, Джим медленно оперся рукой на машину и начал подниматься с пистолетом в дрожащей руке. Когда смирение со смертью было неизбежно, а долг бил в затылок, напоминая кто он есть, Гордон из последних сил поднялся на ноги, чтобы не позволить ублюдкам закончить как они этого хотят.

Краем глаза он уловил приближающихся людей в масках и с гремящим в руках оружием, но шагнул вперед, не боясь, что его заметят.

Главное потянуть немного времени, чтобы ребенок смог сбежать.

Приняв достаточно прочную стойку, Гордон шатнулся вперед и закричал во все горло:

– БЕГИ, ПАЦААН!

Отчаянный Рык Гордона не только испугал мальчика, заставив того убежать, но и привлек внимание двух пробегающих мужчины в белых масках. Длинный и худой держал в руках винтовку, а толстый и похожий на свинью держал в каждой руке по узи. Заметив комиссара, они вначале испугались, не заметив его сразу, ведь старика не было видно после нескольких вбросов гранат, которые они сделали.

– ух… я чуть ли не обосрался, папаша! Ты как вообще выжил?!

– Да он еле на ногах держится! Глядишь сейчас и сляжет. Помоги ему, живее! – захохотал ублюдок в маске клоуна, больно напоминавший Гордону Джокера, и тот разозлился.

– Старикам всегда помогать надо, – прокряхтел жирдяй, подходя к комиссару с широкой ухмылочкой, – ну что, грохнуть тебя по добру по здорову?

– Да… пожалуй, было бы неплохо, – процедил Гордон, – если, конечно, кишка не тонка.

– Че ты там вякнул? – сказал худой.

Гордон поступил опрометчиво, но это продлило ему жизнь на несколько мгновений. Он толкнул жирдяя и выбил винтовку из его руки заученным движением. Жирдяй не успел среагировать и начала валиться назад, потеряв опору. Гордон на это рассчитывал и успел дать ему локтем в подбородок.

От внезапного героизма на мгновение в Джиме прибавилось сил, но уже через один хлопок веками – в глазах потемнело, а ноги подкосились. Гордон только и успел рефлекторно навести прицел на худого, как в грудь прилетело несколько пуль.

Дальше все было как в тумане. Он слышал обрывистые фразы, видел краем глаза много ног в ботинках, расплескивающих грязные лужи, испачканные плащи. Целая толпа клоунских ублюдков неслась через улицу, наплевав на полицию, и его личные усилия.

– Ха-а!!! Получи, старый козёл!!!– нервный крик ударил в спутанный разум Гордона, заставив испытать приступ болезненной мигрени.

На грудь резко рухнула тупая боль, приподнимая его грудь над асфальтом, словно его подбрасывало как мячик от ударов. Немыслимо долгое время Гордон тонул в болоте агонии, пока внезапно сознание не прояснилось, разглядев размытую улыбку на наглой харе. Гордон приоткрыл глаза; его обсохшие губы накрывал округлый пластмасс, а воздух сам направлялся в легкие, облегчая спутанную боль.

– Эй… – послышалось в спутанном сознании.

– Ты ещё кто такой… слышь… А-а…!

– Вверх! Посмотри вверх!

Явившийся образ напоминал ему Черную, ужасную мышь, которая парила над Готемом. Её окружали тёмные тучи, и желтые фонари, казавшиеся ядовитым туманом.

В нём она ужасающе возвышалась и вселяла страх каждому, на кого обращала свой взор.

Джим Гордон закрыл глаза и улыбнулся.

"Долговато ты... приятель"

***

– Я… помню, ты сказал помочь комиссару, пока ты разбираешься с засранцами, но черт! Мог бы и оставит мне хотя бы одного? – сказал Дик Грейсон, убирая руки от респиратора, который только что приложил к губам комиссара Гордона.

Дик встал на ноги и оттряхнул пальцы от медикаментов, чтобы с усмешкой обернуться на сотую улицу, горящую в огне. По центру пылающих машин и домов стоял один единственный силуэт в черном плаще, который окружали валяющиеся по всему периметру мужчины в масках. Их было больше двадцати, и все они были разбросаны, воткнутые головой в землю, переваленные через забор, или сброшенные в одну кучу избитых тел.

Раньше для него это заняло бы куда больше времени, но с годами…

– У нас нет времени, – сухо сказал Бэтмен.

Тёмный рыцарь держал одного из клоунов здоровяков двумя руками, приподняв над землей. И казалось, что жирдяй должен был весить по меньшей мере в несколько раз больше, чем сам Бэтмен, но самого Тёмного рыцаря, казалось, это нисколько не смущало.

– Кто послал вас? – прорычал Бэтмен, метая широким броском жирдяя к машине.

С грохотом огромная туша влетела лицом прямо в стекло и валясь на асфальт дрожащим телом. Бэтмен шагнул следом за ним, пока тот резко приподнялся на руки и с визгом начал пятиться назад.

– Постой-постой! Я все тебе скажу!

Но Бэтмен не дожидался слов, подхватив жирдяя за воротник и вбил его прямо в машину мордой вперед.

– … Бву-вухуу… по-годи…!

– Говори. Кто за тобой стоит.

– ЭТО БЫЛ БЁРК. БЁРК! – в слезах выкрикнул жирдяй.

– КТО ТАКОЙ БЁРК! – голос Бэтмена разорвал даже разгоревшийся шум улиц, и ужаснувшийся бандит влетел в фонарный столб, разваливаясь помятой, сопящей от крови тушей.

– Это-ф… наф-ш… Босс-ф! Он работает… с Тузфом… умоляю… хватифт… они психопфаты…

– И кто такой Туз? Лучше выложи все сразу подобру да побыстрее, приятель, этот парень не умеет сдерживаться, – вальяжно облокотившись на машину, сказал Найтвинг.

– Это… я… не знаю!

Бэтмен встал над кривящегося от боли бандитом и поднял его над землей, как пушинку. Одно его взгляда хватило, чтобы тот завопил, начав болтать:

– ТУЗ ЭТО ЕГО НАПАРИК! Они работали вместе на кого-то крутого парня, но больше я не знаю, клянусь! Меня приняли в банду, потому что они сказали всем заправляет Джокер!

– Все же Джокер… – сказал Дик.

Бэтмен навис над жирдяем в удушливом молчании, и смерил его мрачным взглядом.

– Умолю… я правда больше ничего не знаю…

***

– Ты думаешь это правда? – спросил Дик, пока они пролетали над зданиями.

– Проверим по ходу дела.

– Понимаю, но все это кажется слишком неожиданным.

Когда она оказались на крышах улицы сто один, всюду горел огонь и пламя разрушения продолжало захватывать всю округу, поднимая дым все выше и выше, словно оживший катаклизм.

– Нас тут явно не хватит, – нервно усмехнулся Дик, проводя рукой по густой шевелюре. – Даже не знаю, с чего начать.

– Барбара и Джейсон будут удерживать ситуацию под контролем до нашего прихода.

– Ты что… планируешь управиться со всеми своими силами? – широко распахнул глаза Дик, – Барбара просила помощи. Они могут пострадать.

– Ты прав, значит пора помогать, – без сомнений сказал Брюс, выпуская трос в воздух, – или ты думаешь, что Супермену нужны слабаки?

Сорвавшись с места, Бэтмен исчез с крыши, оставив Дик с ошарашенным лицом.

– Ты… ты что сейчас усмехнулся? Нет, погоди, мы что, будем работать с Лигой?! Ты передумал? Эй, погоди! Почему ты вечно сваливаешь в самый важный момент?! – воодушевленно выкрикнул Дик, не раздумывая прыгая вслед за Наставников.

В диком от возбуждения представлений начали вырисовываться картины целых толп безмозглых бандитов, вооруженных до зубов взрывоопасными бомбами и навороченными пушками. И их неслась по Готему целая тьма…

… вся для него.

Поборов холодную дрожь, щекотливо коснувшуюся на спины, и предательски шалящие нервишки, он ощутил, как натянулась на лицо глупая улыбка, – но даже эта промелькнувшая «слабость» лишь сильнее разожгла в нем ещё большую жажду Вызова. Грейсон не мог справиться с заигравшими от возбуждения мышцами и выбросил себя вперед, поднявшись над городом в невесомом полете, раскрывая руки и ноги, и широко улыбаясь. Город, где появился великолепный шансом разобраться с Джокером, которого не могла осилить вся полиция. Город, где нужно было успеть помочь Барбабе и Джейсону, пока не стало только хуже.

– Ты знаешь, я не люблю выпендриваться, Бэтс… но сейчас будет действительно жарко! – хищно выкрикнул Найтвинг, растворяясь в ночи.

***

Тем временем Барбара и Джейсон отбивались от уцелевших банд Туза.

– Ух, как-то их здесь многовато, не скажешь? – выкрикнула Барбара, стоя с дрожащими руками над только что поваленным здоровяком в маске.

Она носила черный костюм, который отличался желтой символикой летучей мыши на уверенной груди, которая сейчас самую малость прогнулась от усталости. Густые рыжие волосы прятались за маской летучей мыши с небольшими выступающими рожками на голове и частично прилипали к лицу от пота. На поясе крепко сидел ремень с боеприпасами, к которому тянулась пальцы в желтой перчатке.

Ловкая игра пальцев перешла в бросок, когда из угла показался спрятавшийся здоровяк в смеющейся маске. Лезвие бумеранга ударило в голову, повалив противника на землю.

Барбара спешно бросилась в бег, когда за спиной открыли град огня, звонкими пулями бегущий за ней по асфальту.

– Джейсон…? – крикнула Бэтгёрл, потеряв напарника из виду…

Она вылетела за угол в сеть узких улиц под номер сто три, и наткнулась на ещё одного вооруженного парня в маске. Быстро перегруппировавшись, Барбара взметнулась в воздух в ловком рывке, и обхватила ногами голову бандита; бедра закрепились на плечах, и когда тот захлопал глазами в попытках ухватить за неё, Барбара в дерзком рывке бросила его тело на землю. Рука Барбары уперлась в асфальт при падении, стираясь в движении, и девушка выбросила себя вперед в змеином рывке, прошмыгивающих через них быстрее их реакции. Те бегло развернулись следом за ней, захлопав глазами.

– Быстрая сучка!

– Лови её!

Убедившись, что поверженный противник без сознания, Барбара перешла к следующей цели и услышала щелк предохранителя.

– Вот ты и доигралась, Мышка! – прошелестел на фоне горящих задний голос.

На чистых рефлексах Барбара обернулась в сторону противника и ощутила, как что-то маленькое впивается в спину, вызывая онемение в ногах и разливающийся по телу электрический разряд.

Её толкнуло вперед, и прогибая спину, но натренированная годами воля и рефлексы пересилили вспышку боли, и Барбара сжала зубы, ныряя за сваленную набок машину из последних сил. Локоть врезался в асфальт, раздирая плоть, и Барбара перекатилась на бок, упираясь в машину спиной, бегло отодвинув пуленепробиваемый плащ пальцами и прощупала место прострела на предмет ранения. С содроганием пальцы задели очаг боли, и её парализовало жгучим мучением.

– Двигаться могу…, – простонала девушка, облизывая губы.

– Она за машиной! Живо за ней!

– Заходите с двух сторон!

Через силу оттолкнувшись руками от асфальта, Барбара бегло достала пару бомб и бросила их под ноги подбежавшему ублюдку с битой.

Раздался взрыв, открылся рассредоточенный огонь вверх, в стороны, и даже в асфальт. Барбара испуганно пригнулась, подняв взгляд к образовавшемуся облаку дыма. В нём еле заметно кружили вооруженные силуэты.

«Хорошо, теперь я перебью их по одиночке», – подумала Барбара, собираясь сорваться в бег, но ноги подкосило, и она начала падать, ощущая растекающуюся по телу слабостью… Рана сковала её, оставив на лице бледный ужас.

– Я вижу её, сюда! Сука ранена! – крикнул размывающийся в дыме силуэт, махая рукой с оружием, которое тут же направил в её сторону.

Прострел… но, к счастью, пуля щелкнула прямо у глаз, вороша тротуар. В воздух поднялась пыль. Грохот шагов. И из густого дыма выглянула рука, перехватив её за воротник.

– Попалась…

– Я бы так на это не надеялся, кусок дерьма.

Молниеносный удар вонзился в челюсть широкоплечего мужика в маске, отбрасывая его в сторону. Освобожденная от захвата Барбара рухнула на колени, процедив ругательства.

Перед мелькнул черно-желтый плащ, и ноги паренька ловко приземлились перед ней.

– Эй, ты как? Веселишься без меня? – усмехнулся Джейсон, указав на себя большим пальцем.

Заметив его, преступники открыли огонь. Барбара закричала.

Дым завыл и завихрился, ударяясь волнами горячего пара в бордюры.

Барбара уже растворилась в ночи, оказавшись за спиной палящих бандитов. Мелькали кроткие вспышки, эхом расходился смех Робина, и бешено загудело в груди сердце.

Только благодаря многочисленным тренировкам Брюса сознание Барбары удерживалось в хаосе перестрелке, позволяя выйти живой. Она нашла Джейсона на следующей улице, между перевернутой коляски и избитым парнем в маске, посреди трех поверженных бандитов, на одного из которых поставил ногу и победоносно смеялся. Тот самый бандит хлюпал кровью со сломанной челюстью, а двое других валялись в неестественных позах, имея по меньшей мере одно серьезное ранение.

Барбара испуганно подошла к ближайшему бандиту и приложила пальцы к шее, чтобы прощупать пульс.

– Джейсон! Что ты творишь?!

Джейсон удивленно обернулся на Барбару, пожав плечами.

– Как это что? Делаю нашу работу! Избавляюсь от ублюдков, которые тут все подожгли! Или ты хотела, чтобы я валялся как ты, сдерживаясь перед этим отребьем?! – с ненавистью процедил Джейсон.

Барбара с ужасом развела руками на увиденное ей кровавое месиво, и не нашла слов, которые описали бы её шок.

– Мы должны уходить, но перед этим я вызову скорую.

– Скорую? – сказал он, спрыгнув с поверженного бандита, и указал на него, как мясник указывает на скот, – для вот этого ублюдка? Он того не стоит. Лучше потрать время, чтобы найти выживших людей и направь помощь им!

– Ты не понимаешь, о чем просишь… – сказала Барбара, – Бэтмен бы не одобрил твоего подхода.

– Бэтмен… – цокнул Джейсон, отведя взгляд, – Бэтмен то, Бэтмен это, да ты сама думать можешь наконец? Они убили бы тебя… тц, тьфу ты. Наивная душа. А знаешь, делаешь что хочешь, я и сам со всем разберусь. Только не мешайся у меня под ногами.

– Робин! – в нерешительности крикнула Барбара, но Джейсон был очень быстр и уже скрылся за домом, – вот блин! Нам нельзя разделяться, придурок! Ты слышишь меня? – уже перешла она на объединенную связь между ними двумя, чтобы Бэтмен не дай бог не услышал. Барбара знала, каким порой был Джейсон, но он был всего лишь ребенком, и она боялась, что Брюс может наказать его излишне строго. Для него это будет ударом. – Пожалуйста, Джейсон, не оставляй меня. Я здесь одна точно не справлюсь.

В ответ ей было лишь молчание, и Барбара испуганно поджала губы. Огляделась по сторонам и не знала, что ей делать. Оставить все как есть и дожидаться Бэтмена…? Вызвать скорую сюда, когда весь район оккупирован бандами клоунов?

Вдалеке послышалась перестрелка. Барбара бегло отметила позицию с раненными людьми и отправила запрос на скорую помощь. Сама же побежала в сторону выстрелов, пробегая несколько домов и выходя к перекрестку, где шла жаркая перестрелка между бандами и полицией.

Барбара не заметила, как сбоку её оббежали несколько вооруженных людей и открыли огонь. Она еле успела отпрыгнуть в сторону, но пуля задела её ногу, оставив шлейф крови. Сразу же за этим к её ногам упала граната, к которой она не успевала протянуть руку. В этот момент с крыши кто-то спрыгнул, подхватил гранату и выбросил в обидчиков.

Барбара моргнула и увидела хмурящееся лицо мальчугана со взъерошенными волосами, который надул губы.

– Джейсон! – радостно воскликнула Барбара.

– Не кричи ты так… я просто вернулся, потому что упустил этих клоунов, – выдавил он, отворачиваясь, – я отвлеку их, а ты пока… Ты в порядке? – обернулся мальчик, мелькнув бледным, вспотевшим от усталости юношеским лицом. В его глазах на мгновение мелькнула окровавленная нога Барбары, боль на её лице, и удушающая обида, от которой он отвел взгляд.

– Да… вполне, думаю, просто задело слегка.

– Ясно… – сказал Тодд, – тогда я сейчас разберусь с этими гадами.

– Джейсон, нам нельзя разделяться!

– Но я могу разобраться с ними сам и отомстить за тебя! – крикнул Тодд, укрываясь за стеной от пролетающих пуль.

Когда Джейсон не услышал её ответа и уже было подумал, что Барбара смирились, та внезапно возникла прям перед, стоя на хромой ноге и разозлено ткнула пальцем в его грудь.

– Ты либо слушаешь меня, либо я очень разозлюсь и перестану с тобой общаться! И больше никогда не буду прикрывать тебя перед Брюсом!

– … – Джейсон ошалело моргнул, затем сжал зубы от нахлынувшей злобы, с которой толкнул Барбару в сторону, но стоило ему увидеть, как она болезненно «ойкнула», как ужасающее чувство вины сжало его грудь острыми когтями, выбивая из него остатки эмоций, кроме страха, переживания, и собственной глупости. Джейсон бросился к Барбаре, быстрее, чем бросался на ненавистных бандитов, и аккуратно перехватил её за руки, – Барбара…

– Ох, как же ты надоел… – проскулила девушка, прикрывая слезящиеся глаза, – ты можешь уже перестать вести себя как ребенок и послушать меня?

– Я… ладно… – сдавленно прошептал Тодд, – … но только потому, что я не могу оставить тебя в таком состоянии.

– Боже… каков же ты упрямец.

***

«У меня дилемма», – подумал Артур, решая, что ему делать с выпавшей возможностью.

Он мог переписать свое будущее, а мог катиться по рельсам сюжета, подыгрывая замыслам Системы Джокера.

Тут главное сделать грамотный переход, но какой?

В открывшемся окне Системы показалось неоткрытое оповещение. Артур потянулся к нему пальцем, когда Айви внезапно решила включить телевизор и отвлечь его…

– Что ты делаешь? – спросила Айсли, подозрительно покосившись на мужчину из-под густой рыжей чёлки.

Артур тут же убрал палец от невидимого для её глаз экрана и покачал головой. Все-таки даже в расслабленной обстановке эта девушка казалась обнаженным лезвием.

– Ничего.

«Не хватало ещё, чтобы она заподозрила неладное», – подумал он…

«… и ничто так не красит безумца, как очередное безумие…», – с сарказмом промелькнула едкая мысль.

«И вправду… Айсли уже плевать сколько дурацких выходок я сделаю, но лишний раз подвергать себя сомнениям не стоит. Я все же под адекватного пытаюсь косить», – возмутился Артур, словно все его попытки скрываться до этого не имели смысла.

На экране включенного телевизора мелькнули незначительные кадры рекламы, и Артур незаметно бросил взгляд на Памелу Айсли.

Она по-прежнему оставалась здесь, хотя комната ей не принадлежала. Бэтмен уже ушел, и они могли покинуть друг друга.

Создавалось впечатление, что Памела не собиралась уходить до тех пор, пока не получит от него ответ касательно Харли.

Раздался пластмассовый, мягкий щелчок пульта. Айви переключила канал. Пока Артур молчал наблюдал за ней: её глаза чуть приоткрылись, когда картинка в ящике сменилась.

На экране старого «ящика» квадратной формы и цвета дерева показались яркие кадры с черными тонами. Бегло затараторил испуганный голос ведущего жаркий новостей. Там был Готем, охваченный огнем.

– Что это такое? – вскочил он с дивана.

– Хм, не разевай рот, иначе муха залетит, – сухо усмехнулась Айсли, покосившись на мужчину краем глаза, – ты разве не знаешь, что происходит?

– А ты знаешь?

– Ещё когда мы шли сюда, мои малыши нашептали мне, что какие-то придурки подожгли пару улиц.

– И ты ничего не сказала мне?

– А должна была?

«Ну да, мы ведь не друзья, чёрт. Все никак не привыкну к её поведению», – опешил Артур, приложив руку к губам.

Но хуже всего то, что подозрительный взгляд Айви не переставал покидать его. И казалось ему, что она опять могла надумать лишнего.

– Разве это не твоих рук дело? – с интересом спросила она.

– Теперь все, что связано с преступностью, сразу моих рук дело? – возмущенно развел рукой он.

Айви продемонстрировала ему полную скепсиса и веселья ухмылочку, указав на экран, где на были замечены кадры пробегающих вооруженных мужчин в масках клоунов. И он почувствовал себя некомфортно, словно только что ему протянули его же трусы, найденные в постели любовницы.

– Ну знаешь… я не единственный шутник в Готеме, – нервно посмеялся Артур.

– А вот масштабы – только твои, Джокер, – покачала пультом в руках Памела, – кому ещё взбредет в голову поджечь целый город?

– Я уже говорил тебе: я закончил с прошлым, – ответил он, подавляя раздражение, но сверкнувшие глаза выдали в нём сомнения, которые не укрались от Айсли, и она, хмыкая, отвернулась.

– Ты только отделался от Бэтмена, а теперь затеял это? Я умываю руки.

– Заткнись к черту, – преувеличенно важно взмахнул рукой он, и тут же проклял себя за спонтанную вспышку гнева, – Ммм… ах… все всегда приходится делать самому!

«И хуже всего то, что Айви похоже вообще не волнует происходящее», – провел по губам пальцами Артур.

Любая другая женщина на её месте впала бы в панику или по крайней мере испугалась за свою жизнь. Все-таки они были довольно близко к горящим районам.

Однако все, что делала Памела, это косо и недовольно палилась на него, словно тот ей был чем-то должен.

Артур перестал думать об Айви и серьезно задумался над заданием, которое ему выдала Система Джокера.

«Если я оставлю все как есть, проблем не избежать. Давай немного подумаем. Это задание не появилось просто так. Оно возникло в следствие закрутившихся событий. Сначала я встретил Айви, потом задание запустилось. Я как-то выполнил условия системы и выполнил задание. Затем я сразу получил новый квест, хотя до этого такого ни разу не было. Временных ограничений я не вижу, но что-то мне подсказывает, что тянуть нельзя. Айви не уходит, начался этот пожар, Бэтмен ходит рядом. Неужели все это как-то связано, и я должен решить все сейчас? Неужели Бэтмен раскроет мой замысле раньше времени? Неужели совершить преступление это единственное, на что я горазд?!», – Артур начал нервничать, от чего через сдавленные губы прорвался едкий смешок.

Внезапно Артур осознал, что дал волю «Джокеру» внутри себя, и бросил взгляд на Айви. Та лишь старалась не обращать на его выходки внимание и молча стояла в стороне.

У него был небольшой выбор. Нужно было выполнять задание Системы, но Айви точно не будет ему помогать.

«Захочет-захочет! Запляшет как миленькая! Хватит сдерживать свои мысли, идиот! НЕ ПРИТВОРЯЙСЯ ДЕБИЛОМ!»

«… ты посадил её на цепочку ровно тогда, когда Бэтмен увидел вас вместе! Теперь, после этого пожара, она уже не отмажется! Вы либо вместе, либо… просто надави на неё чуток… всего капелюшечку…!»

Смачный шлепок по щеке разрушил устоявшуюся тишину, и сбил в шум в голове Артура.

– Ты что творишь…? – ошарашено выгнула бровь Айви.

– Я же сказал, думаю… – сглотнул он, с ужасом ухватив себя за лицо.

«Не может этого быть… это все совпадение»

«Планы? Да какие в черту планы! Мы творим в хаосе… пока эти глупцы думают, что могут хоть что-то контролировать в своей никчемной жизни! Ха-ха-ха-ха!!!»

Игнорируя навязчивые мысли, Артур с бледным озарением распахнул глаза в сторону телевизора.

Он знал, как спасти Харли, оставалось лишь рукой подать, но это означало вновь ступить на кровавую тропу, полную безумия.

На удивление удачный шанс незаметно проникнуть в Аркхэм и вытащить оттуда Харли уже был подготовлен. Вот же он, среди горящих улиц, прошнырнуть пока никто не видит.

«Голыми руками? Ты спятил?!»

«Ты Джокер, дорогуша…! Ты творишь там, где остальные струхнут!»

Артур мог прикинуть планировку Аркхэм закрытыми глазами и сваять план прогуливаясь со свистом по взрывающимся улицам Готема! Но…

Сдерживал себя, наконец смирившись с правдой, – он старался не верить этому.

Сейчас Бэтмен и его напарники были заняты спасением людей из пожара и борьбой с преступниками. Лучше варианта просто не могло появиться в ближайшем будущем.

Все складывалось слишком удобно… и соблазнительно.

У него есть Айви, которая достаточно сильна, чтобы сама все сделать.

В ней заключалась огромная мощь, которая дремала из-за страха перед законом.

И Джокер мог снять этот предохранитель играючим жестом, словно липучку от шершавого мишки.

Что-то внутри подсказывало, что этот шанс нельзя упускать. Оно разгоралось также ясно, как лесной пожар в темнейшей ночи.

«Это не обычное совпадение, я в этом уверен», – уж слишком хорошо и удобно все события складывались воедино, вопреки, казалось бы, его желанию… Словно сама судьба вела его к этому моменту.

Однако у Артура не было никакого плана желания применять свои способности в подобном русле, уподобляясь Джокеру. Он и ни за что не уподобится ему, как бы не складывалась судьба.

У Артура остается несколько вариантов, как можно поступить. Уговорить Айви помочь ему или отсидеться в стороне, либо же наплевать на все и совершить преступление.

Но если не освобождать Харли, то задание будет провалено. После чего Бэтмен поймает его.

Тут наступала дилемма, которую необходимо было решить прямо сейчас.

Артур сел на диван и начал думать, как взять патовую ситуацию в свои руки.

Справиться со всем так, как этого бы не сделал Джокер. Не влезать в эту заварушку и оставить все как есть.

Внезапно Артур вспомнил о том оповещении, которое хотел проверить в интерфейсе Системы Джокера. Он незаметно от Айви открыл интерфейс сбоку от себя, и обнаружил, что после выполнения задания ему дали одну «монетку клоуна», позволяющую ему прокрутить одну крутку в гаче.

«Ещё одна бесполезная безделушка, от которой не будет толку по типу того клоунского пистолета?» – разочарованно подумал Артур, без энтузиазма проведя пальцем по кнопке «начать рулетку».

Колесо начало крутиться.

Значок менялся с серого на синий.

Мелькали фиолетовые и красные цвета.

Указатель остановился на желтом значке, с фиолетовыми ботинками.

Раздался щелчок.

Полуприкрытые глаза Артура ослепила резкая вспышка, и он скривился.

«Получен предмет: «Веселы башмачки внезапного перемещения»

Описание:

Класс – Легендарный.

«Подумайте о том, где хотите оказаться, и сразу же там окажетесь!»

Инструкция к использованию: «Наденьте башмачки на ноги. Два раза стукните носочками друг о дружку и представьте место, в котором хотите оказаться»

Артур пораженно моргнул несколько раз, прежде чем осознать прочитанное. Потянул рукой к экрану, и тут же ощутил на своем запястье чужие пальцы. Повернулся и замер, заметив у своего лица обворожительные губы девушки, чья рыжая копна волос опускалась вниз. Ударил в нос ласкающих аромат растений.

– Что ты делаешь, Джокер? – спросила Айви.

– Ничего особенного… – сказал Артур, сохраняя обратным шагом дистанцию.

Она почти поймала его на том, на чем не должна: на появлении из чистого воздуха предмета, которого нет в этом мире.

Айви сузила глаза и выгнулась, сложив руки на груди.

«Что ты задумал, Джокер? Нет. Чего ты ждешь? Мне не выгодно оставаться здесь, но теперь из-за него у меня могут возникнуть проблемы», – нервно размышляла Айви, стараясь не показать ему свою слабость.

Не обращая внимание на Памелу Айсли, Артур встал с места и закрылся в туалете, оборачиваясь к экрану Системы. Он позволил Веселым башмачкам выпасть из инвентаря и упасть ему в руки. На ощупь и по весу они ощущались как обычная обувь.

Он бегло снял тапочки и поставил башмачки на плитку ванны.

«С виду как обычный туфли, только фиолетовые. Клоунский дизайн?»

Не веря, что это взаправду, Артур надел башмаки и сделал пару шагов, ощутив неслыханное удобство. Но правда ли могли перемещать владельца куда угодно?

«Воистину легендарные башмачки», – хмыкнул Артур, рассматривая похорошевшие ноги. Черт, да ему даже нравилось! – «Если они действительно способны перемещать меня туда, куда я хочу, это значит… Я не ожидал, что Система способна на такое», – подумал он, уже зная, чего хотел.

Смущало, конечно, что для такой награды приходилось выполнять непонятно какое задание. А потом играть в гачу, в надежде что тебе повезет, и ты выиграешь не хлам, а настоящее чудо. Но…

– … если это правда, я не могу упустить подвернувшейся возможности.

Артур упер один башмак носком в плитку, а вторым ударил по первому два раза.

«Я хочу…»

До конца фанфика осталось всего две главы.

Финал.

– Остановите его! – крикнул на развороте вооруженный «клоун», выбрасывая руку с заряженным пистолетом в мелькающий в ночи силуэт. Рука дрожала, глаза не поспевали за чужими маневрами, от нервов он шагнул назад и еле удержался на месте, когда противник сделал новый рывок.

В этот момент его настиг секущий удар, лишив его опоры. Тело отправилось в полёт.

А затем Картер встретился плечом с асфальтом, ударившись и головой. Маска слетела с дрожащего лица, и он закатил глаза к убегающим ногам его соратников, которые оставляли его одного.

Он потянул к ним руку.

– Нет, стойте!

Группа рассеянных по Готему клоунов бежала к «Цели» через узкие переулки, изредка выглядывая на захваченные огнем улицы.

Воздух разорвал резкий, мощный вой мотора, но Джаред не придал этому значения. Везде царил хаос, и шум хаоса спутывал его радостные ощущения.

Он с усмешкой подхватил гранату и раскрыл пальцы в шальном броске, чтоб повеселить себя новой искрой анархичного беспорядка. Но чека не сорвалась в последний миг: пальцы внезапно что-то сковало, мешая продолжить бросок. Затем его руку повело в сторону, сковывая всю руку какой-то сеткой, и в лоб врезался свистнувший бэтаранг.

Перед глазами возникла тёмная маска, за появлением которой последовал толчок в грудь. Джаред отлетел в Тайлера и сбил его с ног.

– Ты охренел?! – и пока Тайлер сыпал матами, Джаред приглянулся к силуэту в ночи, чтобы вскинуть руку и выкрикнуть:

– Эй, это че ещё за мотоцикл?

– Это Бэтмен! – вскрикнули остальные двое, тут же хватаясь за винтовки и пистолеты, и началась пальба.

Мотоцикл резко завернул и наклонился в размашистом дрифте, цепляя на себя часть пуль, словно щит, и сбил двух «клоунов с ног» в импровизационной подсечке.

Мощь двигателя позволила мотоциклу подскочить на месте и продолжить движение сразу же, но брошенная под шины граната заставила «наездника» удивленно выгнуть брови и выбросить руки с руля. Его тело сорвалось в прыжок и оттолкнулось вверх.

– Ну что, покуралесим, девочки?

Джаред горько выругался, с нервной дрожью вбивая обойму.

– Тебе конец!

Началась потасовка.

Группа «клоунов» бросилась на «Бэтмена», часть из них застыла на месте и думала, часть палила без перебора, другие махали монтировками, но тот в последний момент всегда уходил, словно вьющаяся змея.

Кто-то из них отступал с дрожащими ногами, но его вдруг схватили за воротник и прижали к стене в злом толчке.

Перед Джареда возникла белая маска, которую в первые мгновения он испугался и завизжал.

Мужчина в маске взялся за край и отодвинул её рваным жестом, обнажая щетинистую рожу.

– Ты что, совсем охренел, Джаред?! Продолжай палить, хватит визжать как сучка!

– Это гребанный Бэтмен! Нам надо валить, пока ещё не поздно! Я на эту хрень не подписывался!

– Придурок! Ты знал, на что шел, хватит пускать слюни и бери оружие в руки! – толкнул его Мёрфи.

– Я думал, ему плевать на такую мелочь!

– Все изменилось, – мрачно сказал Мёрфи, нацепляя маску, и нервно сглатывая, – у нас сегодня большая игра, парень. Нельзя её отпускать, иначе Босс нас всех порешит.

– Это не Бэтмен! Это всего лишь его подсосок! – крикнул кто-то из палящей толпы.

Мёрфи и Джаред тут же взволнованно переглянулись, и никто не мог скрыть испытываемого облегчения.

– Ха-х… вот же засранцы. Я могу навалять вам не хуже Бэтса. Что вообще за неуважение? – вдруг раздалось над их головами, и оба мужчины испуганно подняли глаза. Они тут же подняли оружие и открыли огонь, но смеющийся мужчина в маске рывком скрылся с крыши, оставляя им звенящий подарок под ногами.

– Ох ёпт-ж… – издал Мёрфи.

БДУ-У-М.

Разлетевшиеся окна ударили осколками стекла в спину Джареда. Его отбросило к сваленным коробкам, но во время падения рука неудачно зацепилась за согнутый забор. Он проорал в раскалённый воздух, вцепившись в окровавленную руку свободной ладонью.

И сам не заметил, как оказался абсолютно безоружным и открытым. А Мёрфи лежал без сознания и пускал слюни.

Вдруг в его грудь прилетел разряженный пистолет, пули звонким градом посыпались на землю, запахло порохом, и Джаред с бледным, вспотевшим лицом обернулся на наглеца.

К его несчастью, им оказался Найтвинг. От Бэтмена его отличал более открытый костюм с синей эмблемой летучей мыши на мускулистой груди, выпирающей от самоуверенности. Волевой выдающийся подбородок приподнимался вверх, словно всегда намекая, что его владелец готов к любому вызову. Растрепанный короткий волос слегка выбился из прически густых волос, переживших не одну перепалку, прежде чем он пришел сюда.

Найтвинг с усмешкой помахал Джареду пальчиком.

– Знаешь, я, конечно, не Бэтмен и меня можно не бояться, все-таки парень я добрый, но уважению вас научить определенно стоит, – Найтвинг раскрыл ладонь за свою спину, где лежали побитые и стонущие братки Джареда. – А теперь будь добр, скажи, где прячутся твои дружки? Мне нужно с ними побеседовать тэт-а-тэт.

– Я… ничего тебе не скажу, ублюдок! – было хотел взяться за пистолет Джаред, да только в рывке зацепившаяся за прут рука резко отдала пронзительной болью, – АА-АААА!

– Ох… – приложил руку к лицу Найтвинг, покачав головой, – вечно хочешь с ними по-хорошему, а они никак не научатся. Эй, Барби, – отвернулся он, делая пару шагов в сторону, – мне тут для парочки придурков скорая нужна.

Однако Барбара не отвечала, и Дик Грейсон хмуро наклонил голову вперед, ударяя себя ладонью в лоб.

«Она же сейчас в беде, точно…»

– Умри, ублюдок! – под ногами Дика резко поднялся один из избитых клоунов и направил на него пушку, но стоило ему положить палец на курок, как в него прилетает нога.

Пистолет отлетел за спину и ударил об асфальт со звоном. Клоун вскрикнул от боли, ухватившись за дрожащую кисть, чтобы получить пинок в лицо и вырубиться.

А затем на улице наступила тишина.

Джаред еле сорвал сою раскроенную плоть с согнутого прута забора, проклиная Найтвинга и этот вечер всеми возможными словами. Он оглянулся с тяжелым дыханием на улицу, но след его противника уже простыл.

Зато в конце улицы возник ослепительный свет. Джаред поднял руку, чтобы разглядеть в белой вспышке хоть что-то, но услышал лишь быстрый бег и знакомый шум рации.

– Кто это…? Я безоружен!

– Руки за голову, не двигаться!

Джаред обнаружил у своего носа дуло пистолета и грязно выругался.

«Легавые…»

Соседняя улица. Сто три.

Самое большое скопление банд закрепилось именно тут, и они продолжали непрекращающуюся пальбу с подступающей полицией.

– Я все еще не могу связаться с Барб и Джейсоном. У тебя как, нормально со связью? – спросил его Дик по общему каналу.

– Судя по всему их что-то блокирует. Не прекращай движение. Мы зайдем туда с двух сторон, чтобы быстрее охватить всю территорию. Если заметишь кого-то из них, дай мне знать.

– Будет сделано, Босс, – весело сказал Грейсон, еле скрывая волнение, заставившее Брюса нахмуриться.

Он сорвался с крыши и грузно рухнул на сваленные коробки, тут же вставая в уверенную позицию ходьбы. Улицы трезвонили от бесконечного шума, часть из которого внезапно прекратилась. Скрывавшаяся за стенами группа клоунов резко обернулись на взявшегося из ниоткуда человека в тенях, который, казалось, вообще не понимал на какую улицу попал.

– Ха-ха! Смотри какой смельчак к нам пожаловал! Ты заплутала, дорогуша?! – усмехнулся Гейл, перезаряжая винтовку дрожащей от возбуждения рукой, – ща мы тебя уму разуму научим.

– Это Найтвинг, гаси его! – подхватил следующий.

Первым выбежал Кейл, замахнувшись битой в приступе веселья.

– Сейчас отделаю кого-то битой как сучку! – разрезал воздух визгливый смешок.

Удар биты пришелся в локоть незнакомца, но… древко инструмента не выдержало напора, разлетевшись многочисленными осколками. Локоть прошел дальше, словно не ощутил удара, и впился в лицо Кейла, пробивая его маску насквозь и разбивая губы в кровь. Не успел Кейл осознать, что произошло дальше, как его подкинуло вверх тормашками и метнуло к мусорному баку. Наблюдавшие только и успели заметить, как шея Кейла неприятно согнулась, ударившись о косяк, а тело криво свалилось на асфальт, истекая кровью и дрыгаясь от судороги.

Воцарилась глубокая тишина.

– Похоже, не Натвинг… – осторожно сказал Коул, чуть присаживаясь и опуская оружие, когда из теней показались острые рога.

Трое из пяти с ужасом бросили взгляды на корячащегося от боли Кейла, не завидуя его судьба, и тяжело замолчали, прикидывая что на его месте могли бы оказаться они.

За следующим шагом Бэтмена крылась мрачная готовность и нежелание останавливаться ни перед чем. Ощущая немыслимое давление, Коул даже не представляя, какую монструозную силу нужно иметь, чтобы так перебросить беднягу Кейла чуть ли не через всю улицу.

Он верил, что перед ним не человек.

И когда из плаща Бэтмена показалась раскрытая ладонь в перчатке… с лязгом на асфальт попадал дождь из винтовок, в числе которых была и пушка Коула.

Клоуны медленно встали на ноги, показавшись из укрытий, и подняли оружие.

– Мы сдаемся, – бледно заявил Коул, с трудом выдерживая мрачный взгляд Тёмного рыцаря.

***

Над головой Дика Грейсона пронеслась еле заметная вспышка, и он удивленно поднял голову, провожая неслыханный порыв ветра вдоль улицы.

Почувствовав неладное, он отбросил схваченного клоуна к ночному фонарю и быстро сковал его наручниками.

Дальше тело двигалось рефлекторно, в скачках по крышам петляющих улиц Готема, пока Дик наконец не оказался у целого скопления банд. И его губы раскрылись в эмоциональном поражении.

Барбара Гордон и Джейсон Тодд были окружены вместе с небольшим отрядом полиции. Отбивались с трудом и еле удерживали позиции.

Дик повезло подоспеть вовремя, но даже так секунды замешательства сменились ужасным трепетом.

Барбару задели ударом битвы по спине. В то время как Джейсон начал отбиваться от сразу трех мужчин, превышающих его по росту. И только чудом начавшиеся выстрелы ещё не задели его пролетающими мимо пулями.

Дик без раздумий побежал на помощь, зацепившись за соседнее здание тросом и бросив себя вперед.

Резкий полёт и плавное парение резким рывком переросло в смертельное пикирование, обрушившееся на головы двух бандитов, поваленных во мгновение.

Там, где Найтвинг умелыми скользящими ударами и сальто прорывался через ряды противников, Джейсон Тодд с трудом удерживал бодание с двумя уцелевшими клоунами.

Барбара держалась из последних сил и держалась за раненный живот.

Дик не заметил, как шальная пуля резанула напряженный торс, и со звоном ударилась в мусорный бак. Напряженный удар, полный злобы, тут же вырубил мудака и оставил его валяться на асфальте.

Дик тут же побежал дальше, отделяемый парой сотней метров от своей команды. И в спутанной от усталости голове возникла злоба к самому себе: он не успевал.

– Брюс бы сказал, я плохо стараюсь, – сказал он, и злобно выбросил руку в воздух. Опасно пролетая над толпой клоунов, и пропуская мимо себя выстрелы, Дик намеренно ускорился, потеряв всякий страх за свою жизнь.

При приземлении связки на правой руке резко взвыли, ударяясь в судорогу от перенапряжения. Возможно, растянутые вследствие безумных ночных трюков, но Грейсон усилием подавил боль и продолжил двигаться дальше, почти нагнав Барбару.

Вдруг он заметил, как сбоку вышло три мужчины в клоунских масках. Центральный из них был худым и держал в руках массивное продолговатое оружие, от которого Грейсона бросило в хлипкую дрожь.

– Базука? – с хлипким страхом воскликнул он, и отчаянно ускорил бег.

Барбара тоже заметила клоуна с базукой, но когда время настало было уже поздно. Время играло против них.

«Нет!» – Дик выбросил руку к Барбаре, надеясь успеть закрыть её своим телом, когда боеголовка уже летела в них.

В этот момент произошло ровно два ключевых действия, которые укрылись от глаз испуганных Барбары, Дика и многих других.

Громкий рёв мощного двигателя опасно терялся в шуме охваченных хаосом улиц и лязге пуль.

Горячий пар обжег спину Дика и щеку Барбары, когда девушка краем глаза успела заметить массивную тень, возникшую над своей головой.

Затем раздался взрыв, и жар, вместе с мощным ударом, беспощадно ударил по неё, бросая на заляпанный кровью асфальт.

Одни лишь Джейсон, с бледным лицом наблюдая за происходящим со стороны, смог частично разглядеть ярко-синюю вспышку, летевшую в сторону выпущенной в Барбару ракету. И массивную черную машину, подпрыгнула в воздух следом за вспышкой, не отставая от неё, и принимая на себя взрыв базуки.

Словно сама судьба или что-то свыше решило вмешаться в происходящее.

***

Возникшая в воздухе машина резко перевернулась боком и приняла в себя удар боеголовки. Взрыв ударил по воздуху и сокрушил все окружение, отбрасывая людей, кроша окна ближайших домов и поднимая раздробленные кусочки асфальта в воздухе.

Бэтмобиль тряхнуло и резко дернуло, вбивая Бэтмена во внутреннюю часть стенки машины. Бешеная тряска, шум, и Брюса почти мгновенно отдернуло назад в противоположную сторону от потолка, вбивая мощный торс в сидение.

Запертый в сомкнувшемся салоне машины, Брюс отдался во власть беспорядочного кручения и бессознательной агонии, пока окружение внезапно не замерло, переходя в плавное и спокойное парение. Тело Брюса дернулось и упало на сидение, подрагивая от немыслимого напряжения.

С откинутой головой и звенящим шумом, Уэйн еле приподнял голову и вновь упал в припадке сводящихся мышц сжимая закованную в перчатку кисть.

Сердце билось как бешеное. Била в виски болезненная пульсация, и тело словно онемело. Лил как из ведра по мышцам пот, и пульсировали от напряжения бицепсы и пальцы рук.

***

– Он безумец, – с ужасом и потаенным восхищением сказала девушка.

– Не время восхищаться, Диана, – сказал уверенный мужской голос.

Дик Грейсон пришел в себя, когда обнаружил, что прямо над ним в воздухе весит покореженный взрывом Бэтмобиль. А тот, кто его держал его в воздухе одной рукой, словно игрушечную модель, был…

– Вот это да, я что, сплю? – сказал Дик, распахивая глаза от удивления.

– Вовсе нет, приятель. Мы тут помочь пришли, не возражаешь? – обернулся к нему высокий мужчина с вьющейся шевелюрой. Мощный подбородок. Синий костюм с эмблемой «S» на бесконечно сильной груди, подобной скале, и уверенная улыбка, от которой в душе тут же легчало.

С губ Дика сорвался нервный, облегченный смешок, когда он осознал, что перед ним находился сам Супермен.

– Как… но почему? Хотя подожди, у нас же много дел, – вдруг попытался встать Дик, но тут же рухнул на землю, осознав, что тело почти не двигалось.

– Расслабься, ковбой. Ты сделал достаточно, а об остальном позабочусь я, – сказал он.

– Но…

– А твоя подружка похоже неплохо получила, – вдруг раздалось за спиной Дика, и он растерянно обернулся, чтобы увидеть возле себя лежавшую на асфальте Барбару.

Гордон была вся ранена, и часть маски была сорвана в результате взрыва, или может быть потасовки с клоунами – определить было невозможно. Возле Барбары, присев на корточки, склонялась ослепительно красивая девушка в средневековом боевом платье, и при взгляде на неё у Дика перехватило дыхание.

– Барб! – не выдержал Дик, вскакивая на ноги, и несмотря на резкую боль, уселся возле неё с растерянным выражением.

– Не волнуйся, с ней все будет в порядке, – успокаивающе сказала Диана.

Дик кивнул, обращая взгляд на приоткрывшую веки девушку с окровавленными губами. Если бы не многочисленные раны, могло бы показаться, что она не ранена, а всего лишь с трудом борола сонливость.

– Прости меня, Ди… – запнулась Барбара, вспомнив что возле них сейчас Диана, – Натвинг… я вновь оказалась обузой и из-за меня ты чуть ли не погиб.

– Ну… погиб, это громко сказано, малышка, – грустно улыбнулся Дик Грейсон, аккуратно держа дрожащую ладонь Барбары в руках, – такого парня как я так легко не возьмешь. Тем более ты в этом деле совсем недавно, но уже показываешь себя лучше, чем я когда начинал. Тебе есть чем гордиться.

– Ха-ха… кончай уже свои шуточки, я серьезно, – криво улыбнулась Барбара, отлично видя на виноватом лице парня попытку приободрить её, но выходило уж совсем неудачно, – сколько лет тебе было, когда ты начинал?

– А… ну… – на невероятно мужественной физиономии, которая вечно задирала нос, Барбара впервые увидела редкую неловкость и растерянность, которая её так забавляла.

– Можешь не отвечать, – хмыкнула Гордон.

– Прошу прощения, что прерываю вашу сладкую беседу, но тебе лучше сейчас не говорить, – мягко сказала Диана, испытывая неловкость при общении двух героев.

Она достала из ремешка продолговатое устройство с голубым свечением и приложила его к груди Барбары. Одно нажатие пальцем, и устройство включилось, впившись в кожу Бэтгёрл чем-то невидимым глазу Дик, но он не возражал, потому что знал, кто перед ним была.

– Это одна из наших новых разработок. Помогает быстро восстановиться после тяжелых травм, хотя для полного выздоровления его будет маловато.

– Спасибо, – благодарно кивнул Дик.

Диана сочувственно улыбнулась и выпрямилась, оставив напарников наедине. Теперь её взгляд устремился к машине, которая чудом пережила прямое попадание ракеты. Это был Бэтмобиль Бэтмена, который только что принял на себя выстрел из базуки.

Супермен медленно опустил машину на асфальт и задумчиво разглядывал её, приложив пальцы к подбородку.

Тем временем все клоуны, которые противостояли полиции… уже сидели целой толпой связанные в одном месте прямо по центру дороги.

Диана улыбчиво смиряла растерянных и ничего не понимающих бандитов взглядом, которые впервые ощутили на себе силу Супермена. Полиция медленно обходила связанных клоунов и задавала вопросы:

– Что, черт подери, здесь произошло? Кто, мать его дери, упаковал их так аккуратно, словно рождественский подарочек моему шестилетнему сыну?!

– Мы не знаем, сэр, – пожал плечами растерянный коп.

Полиция оцепила связанную толпу преступников и принялась запрашивать дальнейшие команды у начальства. Но начальство тоже не могло поверить в услышанное.

– То-есть как они все связаны? Операция в самом разгаре!

– Я и сам не понимаю, сэр… Уже все закончилось. Мы получаем со всех позиций четкий ответ: все бунтующие связаны и обезврежены!

– Погоди… это же Супермен!

– Супер-кто?

– Но разве он не в Метрополисе…?

– Похоже, даже тебе ещё придется какое-то время наращивать фан-базу, Супермен, – насмешливо сказала Диана, сложив руки на груди. Её взгляд остановился на черной машине и стал серьезней. – С ним все в порядке?

– Да вот думаю, обидится ли он, если я сломаю дверь его машины, – задумчиво ответил Кларк.

– Раз тебя это беспокоит, значит он в порядке, – вздохнула Диана, наклоняясь к двери, обхватила её рукой, и без раздумий вырвала, выбросив на асфальт.

Пока удивленный Супермен выгибал бровь, Диана осмотрела смятый и поврежденный салон. Одно из кресел было согнуто и, окажись на нём живой человек, его могло переломить на две части. Стены и крыша сильно прогнулись, застыв ровно в позиции у горла и лба лежавшего на сидении мужчины.

Диана не раздумывая выгнула потолок ладонью и освободила достаточно места, чтобы поудобнее сорвать ремни и вытащить Бэтмена из машины, но её остановила рука Кларка.

– Подожди, если ты сделаешь это слишком резко, давление может сильно травмировать его организм. Дай мне, – сказал Кларк необычайно серьезно, и Диана кивнула, отходя назад.

Кларк смерила взглядом края машины и неудобных углов, параллельно скользнув по телу и пульсирующим внутренностям Бэтмена. Вытянул руки и встретил преграду из выставленной ладони.

– Не припомню, чтобы просил тебя о помощи.

– Бэтмен, сейчас не время для препирательств.

– Не слушай его, дай мне… – вмешалась Диана, но внезапно замерла.

Бэтмен не стал даже слушать, и самолично уперся дрожащей рукой в сидение. Все это выглядело как бессмысленная попытка сохранить достоинство. Ведь обычный человек не способен адекватно пережить подобное потрясение и встать на ноги, но…

Кларк с приоткрытыми губами усмехнулся, наблюдая за, возможно, самым упрямым человеком в его жизни.

Бэтмен встал, и сделал это несмотря на то, что его связки и мышцы выполняли свою работу на последнем издыхании. Словно тот знал, что его нежелание мириться с Суперменом не простая болтовня и даже не упрямство, а что несгибаемая воля.

Выбравшись из машины вялыми, но стойкими движениями, Брюс встал вровень с Дианой и Суперменом. Затем он упер металлический взгляд на них и, подавляя приступ боли, развернулся.

– Обязательно упрямиться? Ты бы мог просто попросить меня о помощи, и я бы помог.

– Не припоминаю с каких пор Готэм стал частью твоего послужного списка, бойскаут. Вы оба влезли не в свое дело.

– Надеюсь, сейчас не тип в маске, безнаказанно избивающий людей ночами, будет учить нас тому, где нам место и время быть? – Чудо-женщина выгнула бровь в сарказме.

– Я думаю, нам нужно поговорить, Брюс, – спокойно сказал Кларк.

– Нам не о чем разговаривать.

– И ты всерьез оставишь все как есть? – настойчиво сказал Кларк, раскрывая ладонь на разрушенный город, – оглянись вокруг, ты ставишь свое эго и принципы выше человеческих жизней.

– Супермен прав, Бэтмен. Ты должен перестать взваливать на себя всю ношу. Мы не желаем тебе зла, мы хотим помочь.

– Не стоит применять ко мне этот тон, Чудо-женщина. Я не нуждаюсь в жалости.

– Я не это хотела сказать…

Бэтмен развернулся к двум героям и хмуро провел глазами по улицам Готема.

– Если все так, как вы говорите, почему вы не появились раньше и не предотвратили все это? – сказал Брюс, замечая на их лицах различные эмоции, от сомнений до сдержанного молчания в лице Супермена.

– Ты хоть представляешь, о чем гово… – начала разъяренная Диана, но Кларк остановил её жестом руки.

– Нет, он абсолютно прав. Мы действительно могли прийти раньше.

– Кларк!

– Все в порядке, – сказал Супермен.

– Ха, – сухо усмехнулся Бэтмен, но ни грамма радости в его сарказме не прозвучало. – И вот опять ты делаешь вид, что ничего не понимаешь, Супермен.

– И это именно та причина, по которой я создаю Лигу, Бэтмен. И я сомневаюсь, что ты не понимаешь моих мотивов. Ты считаешь нас выскочками, но как видишь даже мы успеваем не везде и нуждаемся в помощи таких как ты. И ты нам нужен как никто другой.

Бэтмен некоторое время прознал Супермена, в чьем взгляде не было ни капли сомнений, и молча отвернулся.

В этот момент к разговору присоединились троица подоспевших героев, раненные, но весело улыбающиеся Дик Грейсон и Барбара Гордон, которой он помогал опереться на свое плечо. Они обсуждали какую-то шутку, когда вдруг остановились возле троицы героев и внезапно замолчали, ощутив волну давления. С ними оказался и Джейсон Тодд, который недовольно хмыкнул, когда заметил присутствие Супермена и Чудо-женщины.

– Мы бы и без вас отлично справились, – сказал Робин.

– Разговор закончен, – отрезал Брюс.

Дик молча проводил наставника взглядом и хмуро отвел взгляд. Диана вздохнула, уперев правую руку в бок.

– Он вообще умеет нормального разговаривать?

– Лучше не спрашивай меня, он меня как будто вообще ненавидит, – сказал Супермен, иронично усмехнувшись.

Внимание героев привлекли тихие шаги в их сторону. Знакомая парочка встала совсем рядом, и рыжеволосая девушка в костюме помахала им рукой, начав разговор:

– Вы нас сильно выручили, Супермен, Чудо-женщина, большое вам спасибо, – скромно улыбнулась Барбара.

Следующий шаг Барбары оказался болезненным, и она начала падать, тут же подловленная Дик Грейсоном.

– О-опс, осторожно, ты ещё не восстановилась, – сказал Грейсон, удерживая практически весь вес девушки на своем плече.

– Вы очень дружны, – заметила Диана, – но не стоило так напрягаться, чтобы поблагодарить нас. Тебе следует отдохнуть.

– Не каждый раз представляется слушай поговорить с Чудо-Женщиной и Суперменом, – сказал Дик за Барбару.

– Это правда… я ваша большая фанатка.

– Я почтен, – чуть поклонился Супермен, вызвав на устах Барбары легкую улыбку и смущенный смех.

– Не стоит. Мы смогли помочь вам только благодаря вашим стараниям. И сделали лишь то, что должны были, – сказала Диана, внимательно осматривая Бэтгёрл, – к тому же мне приятно видеть, что даже в компании этого мрачного и неразговорчивого парня есть хоть кто-то из женщин.

– Бэтмен не такой плохой, как может показаться на первый взгляд, – с некой тяжестью выдала Барбара, давя улыбку. – Просто у него свои методы…

– Мы уже успели понять, – усмехнулся Кларк.

Диана раскрыла ладонь в сторону Барбары.

– Я очень надеюсь, что ты вскоре поправишься и мы увидимся вновь, – Чудо-женщина слегка задумалась, – прости, я все еще не знаю, как тебя зовут?

– О… вы можете называть меня Бэтгёрл. Очень приятно.

– Очень приятно познакомиться, Бэтёгерл и…

– Найтвинг, – сказал Дик, – ещё раз спасибо за вашу помощь. И не держите зла на Бэтса, у него просто всегда настроение «повредничать».

– Все в порядке, Найтвинг. Мы не в обиде, – сказал Супермен, бросая далекий взгляд на уходившего Брюса, – все-таки даже несмотря на то, что мы пришли, Бэтмен смог выкрутиться из сложной ситуации. Это именно то, что я в нём уважаю.

***

– В чем-то Бэтмен все же прав, Диана. Мы могли оказаться здесь куда раньше и помочь им, – сказал Супермен, оглядывая разрушенные улицы.

– Ты слишком добр, Кларк. И амбициозен, раз надеешься спасти всех и каждого. Даже Боги Олимпа не способны помочь всем. Если продолжишь задирать голову слишком высоко, когда-нибудь разобьешься.

– В самом деле? – с наигранным удивлением сказал Кларк, полуобернувшись на Амазонку. – Я думал я немного лучше, чем «парень, который может разбиться об асфальт».

– Вот поэтому Бэтмен и называет тебя выскочкой. Знаешь, вы ведь очень похожи.

– В самом деле?

– Может он этого никогда и не скажет, но Бэтмен лучше остальных понимает, что значит ответственность. Ты и он берете на себя слишком много и стараетесь помочь всем и сразу, но если он это понимает и продолжает упрямиться, то ты не замечаешь стоимость чужих и собственных усилий, ведь ты Супермен.

Кларк нахмурился, понимая к чему шла речь.

– Тогда почему он не присоединится к Лиге? Вместе мы могли бы сделать больше.

Диана вздохнула.

– Потому что вы оба бесповоротно гордые и упрямые мужчины. Вы оба хотите сделать все на своих условиях, не желая примиряться со взглядами друг друга. Скажи, Кларк, если бы ты был на месте Бэтмена, ты бы хотел обременять друга своей работой? – серьезно заявила Принцесса Темискиры, уткнув в задумчивого Кларка острый взгляд. – Бэтмен был в Смотровой башне, и знал…

На передатчике Кларка внезапно поступил сигнал, и он, извиняясь перед Дианой, приложил пальцы к уху.

– Я слушаю, Джон.

– Извини, что прерываю от важных дел, Супермен, но у нас возникли сложности.

– Ничего, я как раз освободился. Что стряслось?

– Красный код, – сказал Джон, и брови Кларка изогнулись, – зарегистрированный нами объект в Египте оказался ловушкой. Зеленый фонарь утверждает, что тварь может снести целый город.

– Я скоро буду, – сказал Супермен.

– Это ещё не все. В Смотровой Башне произошел сбой. Судя по всему, после замены оборудования. Бэтмен предупреждал, что такое может произойти из-за несоответствия модулей, но я… подумал, что смогу разобраться.

– Не вини себя, Джон. Каждый из нас имеет право на ошибку. Сколько времени займет восстановление телепорта?

– От нескольких часов до двух суток, – виновато сказал Джон, – извини, Кларк, но вся надежда на тебя.

– Я что-нибудь придумаю, – ответил он, и связь оборвалась.

В воздухе повисла тяжелая тишина, прерываемая редкими порывами высоких ветров. Супермен остановился в полете и закрыл глаза, позволяя слуху охватить всевозможные локации.

– О чем я и говорила, – сказала Диана, смерив Кларка взглядом и отвернувшись.

***

С десяток часов позднее.

Под высотой мрачной пещеры ярко светились огромные экраны, прикованные к высокому блоку высокоточных компьютеров. Мужчина в сером халате перелистывал записи с камер наблюдения уставшим движением пальца, хотя большая часть его тела была перебинтована и изрядно болела.

«Записи по районам сто по сто третий» – там, где проходила стычка с бандой Бёрка и Туза, которые были позже схвачены полицией.

– Хм-м, – хмуро выдохнул Брюс, откинувшись на спинке кресла, – ни единого следа присутствия Джокера.

Записи перелистнулись. Бэтмен обратил на них внимание и наклонился вперед, чтобы убедиться в увиденном наверняка. На этих записях Чудо-Женщина и Супермен спасли людей, которых Джейсон и Барбара Гордон даже не видели.

И если бы не они, кто-то мог бы лишиться членов семьи.

Брюс прикрыл глаза и тяжело выдохнул, уперев массивный колоть в стол и приложив пальцы к переносице.

– Кажется, я застал вас в серьезных думах, мастер Уэйн. В ходе вашей вылазки произошло что-то необычное? – сказал Альфред, смерив всю тьму ран и порезов, которые были скрыты за бинтами Брюса. – Конечно, кроме ваших вечно самоубийственных попыток помочь всем и каждому.

– Да, много странного, Альфред, – неожиданно согласился Брюс, оставив на лице Пенниуорта тень старческого удивления.

***

Чьи-то ножки виляли вперед-назад, попка приподнималась время от времени и падала боком на небольшой белой постели… психиатрической лечебницы Аркхэм-сити.

Тяжелый вздох. И направленный на телевизор взгляд девушка отвела в сторону, раздосадовано упав на подушку лицом.

– Не могу поверить… что мистер Джейн не пришел за мной до сих пор… когда там такая веселуха в городе!!! – проскулила Харли.

– Эй, кто вам разрешал переключать телевизор на запрещенные каналы?

– Заткнись там, Карга! Захотели и переключили! – резко уперла руки в подушку Харли и гневно скривила личико. – Не давай людям скучать, стерва!

– Ненормальная… – передернулась женщина, подходя к столу с пультом и отключая телевизор на кнопку.

– Эй, ну куда! Там же только самое интересное пошло! – сказал какой-то худой мужик с мерзковатой улыбочкой.

А показывали по телевизору горящий Готэм, заполненный вооруженных преступных группировок в масках. Все они носили белые маски и нападали на людей и полицию.

Харли завидовала им, отлично зная, чьих рук это представление.

– Я крепка как скала, но рушусь об слово. Кто я? – с улыбкой спросил мужчина, сидевший напротив неё в полной расслабленности. И все же несмотря на кажущее спокойствие его глубокий взгляд, казалось, пронзал Харли насквозь и наводил жути.

– Отстань, Загадочник, сейчас вообще не до тебя, – надувшись, психанула Харли, и резко отвернулась от него.

«Пока весь Готем горит… я буду танцевать с тобой над этим хаосом, Харли»

«Ты обещаешь, Джей-джей?»

«Всем своим сердцем и душой, моя дорогая. Всем сердцем и душой», – с улыбкой полной безумия и сладости пропел Джокер, держа её в страстных объятиях.

Затем воспоминания улетучились… оставляя с сердце Харли глубокую пустоту.

Они должны были танцевать вместе… Там, где все будут прибывать в хаосе и неразберихе – лишь они будут торжествовать.

Так он говорил ей.

– О… Харли, послушай…

– Отстань, я же сказала тебе, придурок! – крикнула Харли, поднимаясь на локте с постели и резко оборачиваясь на противоположный изолятор с непробиваемым стеклом.

Они с Загадочником отлично видели друг друга по дням и вечерам через небольшой слой стекла, а когда ложились спать пропадали на постелях. Но на этот раз Харли не смогла увидеть Загадочника, потому что её взгляд уперся в широкую грудь, до боли знакомую грудь.

Джокер стоял прямо перед ней в белой рубашке и синих джинсах, с трудом напоминая себя прежнего. С его лицом было что-то не так, там красовался синяк, но в глазах Харли он все-равно был самым красивым и сексуальным самцом. При виде него она сама того не понимая вскочила с постели и бросилась в его объятия.

– Мистер Джей! Ты пришел за мной!!!

– Харли… – только и успел сказать он, с трудом удержав её гибкое тельце у себя на руках.

Он пришел сюда, потому что у него появился выбор поступить так, как он считал нужным. Освобождение Харли не входила в его планы, и он наделся, что она сможет выйти раньше времени из-за хорошего поведения, но… все резко изменилось без его желания.

«Мне предложили три выбора. Быть пойманным Бэтменом, спасти Харли, или придумать что-то третье»

Не желая уподобляться Джокеру и потворствовать Системе, которая явно имела на него свои планы, Артур твердо решил не подчиняться её законам и нарисовать свою собственную судьбу.

Однако вовремя подвернувшиеся башмачки перемещения удачно выпали из гачи и показали ему наилучший и быстрейший путь к решению задания.

«Пусть это и будет второй выбор, спасающий Харли, я был бы полным дураком, не воспользуйся им в такой удачный момент»

«Поздравляем! Вы выполнили задание «Спасти Харли». Репутация с Ядовитым плющом улучшена»

«Отлично», – улыбчиво подумал Харли.

– Мистер Джей… – нежно прошептала Харли, висящая в его руках словно актриса драматического кружка (с приложенной ко лбу ладонью и страстно вздыхающая в ожидании чего-то явно…) и в этот момент перед глазами Артура возникло системное окно, закрывшее Харли от его глаз, но открывшее новый выбор, который он совершенно не ожидал.

«Прости, что? Что это значит?» – растерялся он.

«Провести с Харли небольшой танец и поцеловать её, словно вы Джокер»

– Я не…

«… Джокер»

Артур перевел взгляд на Харли и, утягиваемый её движениям назад, сделал пару шагов и закружился в подобие шутливого танца, пока Харли не положила на его плечи мягким касанием ладони и начала падать в сторону, не отрывая от него влюбленного взгляда, и вынуждая Артура наклониться за ней, чтобы не дать ей упасть.

Они склонились, прижатые друг к другу, и Харли обняла Артура за шею, прижимая к себе ещё ближе.

В этот момент Харли закрыла глаза и потянулась к нему губами.

Артур незаметно для неё нажал на системное окно на кнопку «отказа», и задание исчезло, растворившись в воздухе.

«Я сам буду строить свою судьбу и не позволю Джокеру управлять мной, каким бы кошмарным не стало будущее», – мрачно решил он.

– Ты спас меня, мистер Джей, – сказала Харли, не дождавшись от него поцелуя.

– Харли, нам надо уходить. Пожалуйста, послушай меня. У нас нет времени на эти игры, скоро здесь будет охрана, поэтому…

– Как ты и планировал… – восхищенно сорвалось с её губ, и Артур застыл.

– Подожди, что ты сейчас сказала…? – только и успел вымолвить он, когда её губы накрыли его в сладком поцелуе.

Конец Первого тома.

Всем спасибо за чтение этой работы! По ощущениям она вышла для моего уровня прекрасной и даже с какой-то искрой по сравнению со всеми другими моими работами. Наверное, в первую очередь надо поблагодарить музу, потому что сам я бы не справился.

Здесь была «вспышка», которую я не ловил ранее. И вся работа писалась так, как должна была написаться.

За сим я беру перерыв в этой работе, ибо… не хочу продолжать писать то, к чему пока ещё не готов.

Книга официально завершена. Как бы с «открытой концовкой», но на деле её можно продолжить. Просто перед продолжением я хочу либо все подготовить как следует, либо получить очередное вдохновение.

Какие-то идеи у меня есть, и они крутые, но пока что не клеятся воедино. И портить «обрывочными» мыслями уже сделанное я не хочу.

А что нас ждет в будущем…?

***

– Время Джокера прошло! Он растерял хватку и больше ни на что не годен! Нам нужно избавиться от него и тогда никто не посмеет сомневаться в нашем авторитете! И для этого у меня заготовлен блестящий план…

– Эй-эй… погоди! Ты действительно решил похитить девчонку Джокера…?!

***

Блестящие планы Супермена воплощаются в жизнь, но тем временем Кларк Кент вспоминает что он все еще человек…

– Ты до сих пор один?

– Слушай, это не та тема, которую я хотел бы обсуждать… – почесал затылок Кларк.

***

– Похоже, ничто не способно повлиять на него.

– Вообще-то… это не совсем так.

– Кто ты…?

– Я – Женщина-кошка.

Том второй, "Готем - это игрушечный домик, Бэтмен". Пролог.

От автора:

Не советую делать хоть какие-то выводы до определенного момента.

Наверное, текст получился слишком сложным, но я приложил все усилия чтобы упростить его. Я не вижу наиболее настоящие истории про Бэтмена и Джокера легкими, поэтому даже если я по итогу облажаюсь - моя попытка станет важным шагом к тому, чтобы однажды написать действительно превосходную работу.

Спасибо за внимание, приятного чтения.

Начало Пролога.

Готем-сити. Пещера Бэтмена. 9:00

Холодный свет мониторов освещал тёмные воды подземного озера. Где-то вдалеке капала вода. Раздался короткий всплеск крыльев, за которой последовала тишина.

Брюс сидел перед массивным компьютером, задумчиво обхватив подбородок ладонью. После вечернего рейда клоунов прошел всего день, который он провел в постели, и не успев разомкнуть глаза направился сюда, не сумев найти покоя. На нём еще были свежие бинты, и раны побаливали, но на его лице оставался след холодного спокойствия.

На экранах были открыты документы с файлами. Это был список. На самых верхах стояли имена Освальда Кобблпота и Джонатана Крейна, за ними шли имена других людей, объединенных в одну группу.

Каждый файл включал в себя текст и фотографии. Под каждым именем был текстовый блок с исчерпывающими данными, включая их полные гражданские имена, профессии, адреса, номера телефонов, даты приезда в город и первое появление в Готем-сити, а также их «злодейские» клички и прозвища. К фотографиям в костюмах прилагались первые фотографии их предполагаемых личностей, когда Брюс еще не раскусил настоящее имена новоявленных преступников в масках, сделанные ещё вначале охоты Бэтмена, когда он только выстраивал логические цепи об их настоящих личностях, примерно совпадающие по углу съемки и размеру для упрощения сравнения.

Большинство записей содержали прикреплённые архивы с ещё большим количеством данных с доказательствами об участие в преступлениях и прочих биографических особенностей.

Пингвин. Настоящее имя – Освальд Честерфилд Кобблпот. Владелец элитного ночного клуба Айсберг Лаундж. Родился в богатой семье Кобболпотов в Готеме, которая когда-то была одной из самых влиятельных в городе, но затем разорилась. С детства страдал от физических особенностей: короткий рост, ожирение и «птичий» нос, что послужило причиной скандала, в результате которого семья отказалась от него. Сверстники дразнили его «Пингвином» за из-за внешности и одержимости птицами. Отец умер от пневмонии после того, как промок под дождём, что привело к гиперопеке матери – она заставляла его всегда носить зонт, что позже стало его фирменным аксессуаром. Ходит в перевалку. Холост. Текущее место пребывания – психиатрическая лечебница Аркхэм. Водит/использует черный бронированный лимузин Роллс-ройс фантом с личным водителем. Согласно записям, использовал личный клуб Айсберг Лаундж для доступа к влиятельным людям и манипулирования криминальным миром: скупка краденного, отмывка денег, координация банд, торговля информацией. Замечено участие в черных рынках, использовании казино, и открытии баров в заброшенных зданиях, продающих товары по завышенным ценам. В некоторых записях использовался Брюсом как приманка или инструмент получения информации чтобы выходить на нужных лиц. Бэтмен не трогал его и «терпел» до тех пор, пока не получал все. После чего Кобблпот садился за решетку вместе с подельниками.

Следующая фотография. Кобблпот изображен с еще одним человеком. Приятный мужчина в очках и пиджаке примерно за тридцать. Они сидели в клубе Пингвина. Стол был завален бумагами, казалось, они занимаются оформлением документов. Брюс пролистал файлы ниже, и нашел на другой фотографии изображение Пигвина возле мужчины в жуткой маске пугала.

Пугало. Джонатан Крейн.

На момент фотографии, предположительно был Джонатаном Крейном. Профессор Готемского университета в области фобий, тревожных расстройств, психоактивных веществ и экспозиционной терапии. Был уволен за опыты над студентами (вводил экспериментальные токсины и вызывал галлюцинации). Родился в Джорджии. Воспитывался в глубоко религиозной семье. Отец использовал сына как подопытного для в экспериментах по изучению страха для военных. Запирал его в темных камерах, вводил вещества). Это сформировало одержимость страхом: Крейн решил, что лучший способ одолеть страх – овладеть им и использовать против других. Неприятные отношения в школе ухудшил ситуацию, и Крейн начал мстить.

Психологический эксперт, ранее выступающий как работник или пациент в различных медицинских центрах. Оттуда использовал свои знания и возможности для слома разума жертв и террористических атак на Готем.

Текущее место прибывания – психиатрическая лечебница Аркхэм.

Содержание собранных данных было настолько обстоятельным, что потребовалось бы особое, сознательное невежество, чтобы усомниться в сведениях, которые они содержали.

… Брюс перевел взгляд на данные, и переключил вкладку, поворачиваясь на стуле.

Голограмма, витающая в центре пещеры, распахнулась в проекцию Готем-сити.

На часах 9:33

Лифт, двигающихся сверху-вниз, с тихим шипением отворил двери, и в пещеру вошел Дик Грейсон. Высокий молодой парень с черной шевелюрой и телосложением гимнаста. Напарник Бэтмена, сейчас носивший черную футболку на груди вместо костюма «Ночного крыла». На запястьях и предплечьях у него были множественные синяки и ссадины.

– А бодрый вчера денек вышел, да? – усмехнулся Дик, скрестив руки на груди, – удивлен что ты до сих пор не пускаешь слюни в постели. Чем занят?

– Кое-что не дает мне покоя, – сказал Брюс, не отрываясь от экрана.

– И что же? – Дик перевел взгляд на фотографии заключенных в психиатрической Лечебницы Аркхэм, – вот смотрю я на эти морды и думаю, кого только в Готеме не найдешь. А ведь раньше все эти парни внушали ужас и жили как им хочется на улицах Готема, до того, как ты вышел на охоту, – Дик скривил уголки губ, – раньше смертей и грабежа было куда больше, и город был ещё опаснее, но до сих пор находятся мудаки, считающие что Бэтмен обычный преступник. Держу пари, им бы больше нравилось, если бы «Пугало» ходил по городу и распылял им в лицо свой экстракт страха. Тогда бы все точно были счастливым, – Дик усмехнулся. – Кстати, держу пари, когда ты только начинал работать было куда сложнее. Ты ведь буквально ничего не знал об этих жутких типах. Сколько раз они могли тебя убить?

– Больше, чем хотелось бы, – сказал Брюс, повернувшись к Дику, и будто позволил себе немного расслабиться. – При нашей первой встрече с Пингвином под его контролем было много вооруженных головорезов и влиятельных людей, которые пытались сделать из меня преступника. Они назначали за мою голову деньги, и пока я преследовал Пингвина мне приходилось отбиваться от наемников. Я долго искал доказательства в виновности Пингвина и избавляться от преград, прежде чем наконец поймал его.

Дику от чего-то представился нелегкий период, когда Брюсу приходилось играть роль и злодеи, и преступника в одном флаконе. До тех пор, пока им с Гордоном не удалось наладить связи и убедить общество что Бэтмен не так опасен.

– А этот чудик в маске?

– Крейн был одним из немногих, кто ближе всего приблизился к моей смерти, помимо Джокера, в свое время. Его газ застал меня врасплох, когда я попал в больницу в лице Брюса Уэйна. Мне пришлось нелегко.

– Теперь тебе повезло, что у тебя есть кому прикрыть спину, – усмехнулся Дик.

Брюс скупо улыбнулся.

Дик смерил его взглядом. Уэйн был покрыт бинтами и никак не открывался от экрана, словно замученный бессонницей старик. Его состояние было значительно хуже, чем состояние Дика, но последний от чего-то продолжал сидеть в пещере и листать файлы с бывшими преступниками. Это натолкнуло Дика на подозрения:

– Есть новости от Гордона?

– Немного. Свидетели утверждают, что за рейд ответственен Бёрк – судя по всему один из лидеров группировки клоунов.

А значит Джокер был не причем.

– И никаких следов Джокера? – удивился Дик, – ты же сам говорил, что это его почерк.

Брюс промолчал, о чем-то раздумывая.

– Но, если подумать, мы не видели Джокера ещё с побега из Аркхэма. Может ему действительно было не до разборок с мафией.

– Это главный вопрос, не дающий мне покоя. У меня есть кое-какие мысли.

– Ты смог найти что-то на Джокера?

– Не совсем, но думаю, что он мог быть причастен к этому случаю.

Дик бросил вдумчивый взгляд.

– Но как, если у нас нет никаких доказательств? Сами клоуны отрицают его причастие. Запись с камер указывающих на его участие тоже нет. У нас вообще ничего нет на Джокера. Кроме того, что мы оба знаем, что все это время он бегал от нас.

– Скажи, тебе знаком термин «Прайминг»?

– Прайминг? Что это? Какой-то напиток?

– Психологический эффект, – объяснил Брюс, – при котором происходит воздействие на человека через определенные стимулы, влияющие на его последующие реакции и решения, без сознательного осознания этого влияния.

– А если простым языком?

– Это умение заставлять человека делать то, что ты хочешь, но так, что тот не будет подозревать об этом.

– Не думаю, что это возможно. Обычно человек всегда знает когда его хотят использовать.

– Особенность такого контроля как раз в том, что человек не понимает, как это происходит, – объяснил Брюс.

Дик озадаченно сложил руки на груди.

– Хорошо, предположим, это возможно. Как это сделать?

– На практике прайминг уже давно активно применяется в повседневной жизни. Например, в маркетинге или брендинге. Ты заходишь в магазин и видишь на фоне продуктов зеленый цвет – зеленый ассоциирующийся со здоровым питанием. Музыка, играющая на фоне – создает атмосферу, необходимую для расслабления и располагает покупателя к покупке. семантический прайминг использует близкие по смыслу слова, которые помогают понять друг друга. Если ты увидишь слово «врач» на табличке с аптекой, ты быстрее узнаешь соседнее слово «медсестра», чем «хлеб».

– Но знаешь, Брюс, – Дик издал смешок, – ловкая игра словами все ещё не способна заставлять людей убивать друг друга.

– Описанный мною прайминг безопасен, но есть и более агрессивные формы воздействия.

– Если это так, то такой контроль больше похож на приказы. Человек с властью и влиянием может надавить на человека. Подставить друга, например. Это я понимаю. Возможно, жертва не будет осознавать все последствия, но в моем понимании это все ещё сознательный поступок.

– Это все поверхностные методы. И они все бросаются в глаза, а тебе нужно чтобы человек ничего не понял.

– Хм… – Дик постучал пальцами по подбородку, – ладно, вещай, Брюс. Объясни мне в чем загвоздка, потому что пока я не верю в то, что это возможно. Даже для описанного мною варианта нужна власть человека. Например, генерал войск? Президент Америки? Супермен? Этакий авторитет, способный создавать условия для подчинения людей.

– Достаточно быть пациентом психиатрической лечебницы, – сказал Брюс.

Дик проморгал.

– Подожди, кто…?

Брюс развернулся к экрану и открыл запись «Закрытый файл тюрьмы Блэкгейт». На еще не запущенном видео застыли серые стены и вид одинокого мужчины с гримом на лице, лежавшего привязанным к столу над вентилятором. Мужчина смотрел в потолок с пустым выражением и от чего-то вяло улыбался. На вид он был похож на самого обычного беднягу, но его внешний вид вызывал смешанные чувства. Приглядевшись к нему, Дик подошел ближе и спросил:

– На записи ты видишь первое попадание Джокера в тюрьму Блэкгейт, – сказал Брюс, – ровно через три месяца Джокер получит доступ к системам защиты и сбежит.

– Но как?

– Ответ кроется здесь.

Уэйн нажал на кнопку, и запись запустилась.

Железная дверь открылась. С цокотом каблуков в помещение вошла девушка в белом плаще. Это была блондинка в очках, аккуратная и ухоженная. И она начала разговор спокойным, уверенным голосом; на фоне мельтешил вентилятор.

– Добро пожаловать в Блэкгейт. Сейчас мы проведем краткий психологический тест.

Девушка села на стул возле пациента, и сложила ногу на ногу.

– Тяжело, да? – её взгляд упал на привязанного мужчину, и она чуть наклонилась, придерживая планшет для бумаги рукой, – копы в этом городе так и норовят избить больных и беззащитных.

Джокер обернулся к девушке и спокойно произнес:

– Скажи мне, дорогуша, тебе было когда-нибудь действительно тяжело?

– Что вы имеете в виду?

– Ну… кому как тебе не знать, – он саркастично рассмеялся, – нет ничего более жестокого, чем память. Острые, жалящие маленькие разряды. Взрываются без приглашения, вопят в твоих нейронах. Неизбежные, несмолкающие… просто безжалостные. Даже в безумии от них не скроешься. А потом… – Джокер чуть наклонил голову, и его голос словно упал, – ты встречаешь человека, который меняет всю твою жизнь. И теперь ты даже не знаешь, кто ты. Забавно, ведь, как одна короткая встреча может срезать кусочки твоего прошлого один за другим. Деформировать твою память и личность, пока ты не осознаешь себя заново… И вот, когда ты понимаешь, как это все глупо, – он хихикает, – твой смех прокатится эхом по твоей же собственной пустоте.

– Хо-ро-шоо… – неловко сказала Харли, немного не понимая Джокера, – но мне нужна более подробная информация. Как насчет словесных ассоциаций?

– Звучит… восхитительно, – пропел Джокер.

– Принятие?

– Как-то чуточку банально, не находишь?

– Слушайте, я же просто хочу вам помочь. Давайте попробуем ещё раз. Принятие.

Джокер издал смешок.

– Моя любимая стадия, – претенциозно произнес Джокер.

Харли мило рассмеялась.

– Ладно. Последнее слово. И, пожалуйста, отвечайте серьезно.

– Судьба.

Джокер прохохотал.

– Хочешь посмеяться? Раньше я рассматривал судьбу как Зло – управляемое не кем-то там наверху, а самими законами человеческой природы. Но… – Джокер помедлил, – … сегодня это все изменилось.

– Что изменилось? – спросила Харли.

– У тебя когда-нибудь было такое чувство, словно вся прежняя жизнь вела тебя к одному этому событию?

– У вас оно появилось? – спросила Харли.

– Ох, да, – Джокер воодушевленно посмеялся, – теперь да. Теперь я понимаю, что все прежние драки, неудачи, зверства, – это все была рука Судьбы.

– И теперь вы смотрите на Судьбу иначе?

Джокер деликатно рассмеялся, перейдя на приглушенный и совершенно фанатичный оттенок речи.

– Конечно. Меня озарило. Никаких случайностей не существует. Все предрешено. Судьба все это время вела меня к сегодняшней встрече!

Девушка предположила:

– Вам встретился кто-то особенный?

– Да, и знаете, одна встреча изменила все.

– Все? – слегка поразилась Харли.

– Абсолютно. Понимаешь ли ты, в каком гнусном мире мы живем? Как одиноко бывает тому, кто сам вынужден пробираться сквозь всю эту грязь?

– Наверное, очень одиноко? – сочувствующе спросила Харли.

– Конечно. Конечно! – мягко протянул Джокер, – Ты понимаешь меня! Даже в толпе других психов ты так одинок, – он посмеялся, – ты можешь брыкаться, царапаться, орать во все горло – а всем плевать. Как будто тебя вообще нет. Я чувствовал… Иногда я чувствовал, что мне уже не свернуть с этого пути в никуда, в пустоту. Но теперь…

– Теперь вы чувствуете, что вы не один. Есть человек, готовый разделить с вами трудности.

Джокер не ответил. Харли молча смотрела на него, и нерешительно продолжила:

– И как вы теперь себя… чувствуете?

– Я… Я будто парю. Как будто кто-то вынул затычку, и теперь меня засасывает в воронку, во что-то совершенно новое, – Джокер возбужденно рассмеялся, – это так интересно, – и приглушенным голосом добавил, – тебе вряд ли понять, каково это.

– Вообще-то… я понимаю. Расскажите, что вы чувствуете рядом с этим человеком?

– Я словно встретил родственную душу. И поверь мне, милая, раньше такого НИКОГДА не было, –воодушевленно сказал Джокер.

Харли рассмеялась.

– О, ты понимаешь, – заметил Джокер, – ты из тех, кто не боится шагнуть вперед – и упасть.

Харли вновь посмеялась.

– Представь себе, свободное падение… – мечтательно сказал Джокер, отдаваясь фантазиям, – а я… без парашюта, – он хохотнул, заинтересованно спросив, – ты понимаешь, о чем я?

– Да, да, – воодушевленно поддакивала Харли.

– Я знал, ты поймешь.

– Так… могу я узнать, что это за человек?

– О… – Джокер улыбнулся, – кое-кто очень… очень особенный. Но имени я сам его не знаю! Ну разве это не чудно?

– Эм… а… – Харли стеснительно замялась, – меня зовут Харлин. Харлин Квинзель.

Джокер медленно повернулся, одарив её улыбкой.

– Какое красивое имя. А друзья зовут тебя Харли?

– Ох, ну… друзей у меня не так уж много.

– Что-ж, Харли, – Джокер посмотрел прямо на неё, мягко добавив, – теперь один появился.

Рука Харли упала на скованную руку Джокера… и её пальцы непроизвольно застыли на его кисти.

Запись прервалась.

Дик молча уставился на застывшее изображение, смущенное лицо молодой Харли, без грима и дерзкой усмешки, без опасных замашек и оружия в руках. Она носила очки, как серая мышка. Её белый халат лежал слегка небрежно, и прядь волос выбивалась из челки, и вопросительно обернулся на Брюса. Трудно было поверить, что такая хрупкая девушка была способна на подобное.

– Поверить не могу, эта стеснительная девушка – Харли? – сказал Дик, – она выглядит очень… одинокой.

– В студенческие годы она не пользовалась популярностью у сверстников, – сказал Брюс, явно не договаривая всех деталей, – её часть дразнили и подвергали групповым издевательства.

– А её семья?

– Отец был бывшим преступником и пренебрегал дочерью. Братья изводили и притесняли её.

– Как-то все не очень, – сказал Дик, чувствуя себя немного виноватым. – Если честно, я всегда думал, что Харли сама по себе была немного того. Ну ты понимаешь. Я думал, Джокер лишь подтолкнул её к неизбежному.

– Многие так думали, – сказал Брюс. – В этом – вся загвоздка.

Дик внимательно посмотрел на Брюса.

– Прошлое Харли послужило причиной её одиночества. Поэтому она решила сосредоточиться на себе и строить карьеру. Она пробилась в Блэкгейт в качестве интерна. С её упорством это не составило труда, хотя для большинства это не легко, – Брюс задумался, вспоминая как это было: – Там она повстречала Джокера после того, как я поймал его в отеле «Роял». На записи Харли проводила первичную психологическую экспертизу.

– Судя по её взгляду она словно жалела его, – сказал Дик.

Брюс со вздохом провел пальцами по глазам.

– После их встреч Харли начала меняться. Через три месяца она помогла Джокеру обмануть охрану и подобраться к системам охраны. Непреступные стены Блэкгейт рухнули, и вместе с этим погибло много людей.

– Что заставило её так поменяться?

– Повторение ситуации из прошлого и незабытые обиды, – сказал Брюс.

– Обиды?

– Из записей Аманды Уоллес, бывшей коллеги Харли, в расследовании выяснили, что Харли якобы испытывала чувство неуважения со стороны коллег. Скорей всего Джокер использовал её чувство неприязни и обиды на персонал, чтобы манипулировать ей и завоевать доверие.

– Знаешь, а я её немного понимаю. До того, как ты подобрал меня, Брюс, я был просто мальчиком, потерявшим родителей. Мне не было ни на кого надеяться кроме себя. Но ты спас меня, – он покосился на Брюса. – И теперь, оглядываясь назад, я часто думаю, смог бы я навсегда снять костюм Найтвинга, смириться с убийством родителей, и носить обычную рубашку до конца жизни, – Дик опустил взгляд и положил ладонь на стол, вспоминая смерть родителей и их падение в цирке, подстроенное преступниками, и его пальцы напряглись. – И что бы у меня после этого осталось? Только бесконечное чувство вины и тоски. Невозможность ничего изменить. И каждый день полный жалости и беспомощности. Не хочется это признавать, Брюс, но частично я понимаю Харли. Иногда жизнь стримится отобрать у тебя все, и уж лучше попробовать бороться до конца, нежели принимать все как есть. Я предпочитаю надирать зад ублюдкам, которые могли бы поступить с другими также, как это сделали со мной. Харли прости не повезло встретить не того человека в переломный момент. Но также я признаю, что Джокер провернул нелегкий трюк.

– Так или иначе, Харли перешла черту, Дик, и должна была понимать к чему это приведет, – сказал Брюс. – Не забывай, что всегда есть выбор.

– Главный вопрос, Брюс, черту всегда переходим мы сами или все-таки нас подталкивают к этому? – сказал Дик, и сложил руки на груди; Брюс нахмурился, и Грейсон с усмешкой отвел взгляд, понимая, что дальше не было смысла продолжать тему, – хорошо, предположим – Джокер превосходный манипулятор. Ты хочешь сказать, что он подтолкнул банды клоунов к хаосу, как и Харли в свое время? Использовал какой-то трюк, ломающий сознание?

– Контролируемый хаос – один из излюбленных приемов Джокера.

– И как это, по-твоему, произошло?

– Ключ кроется в событиях, произошедших до рейда. Во встречах, которые могли быть не случайны как мы изначально думали, – сказал Брюс, выводя изображение на экран, и Дик поднял голову.

На фото стоял полноватый мужчина в шляпе и сером плаще. Вечер. Дождливое улицы. В освещении машин он вытягивал руку с черным пакетом навстречу группе людей на фоне Готемского завода. Предположительно, торговля данными. Его сопровождал человек в таком же плаще, с более широкой харей, и большой родинкой на носу.

– Кто это?

– Шульц Мерсер, американец с немецкими корнями, один из людей, замешанных в рейде. Он был в клубе «Алая ведьма», прямо во время перестрелки между двумя лидерами банд клоунов, сразу перед началом рейда. От его показаний отталкивался Гордон во время расследования.

– Как он связан с Джокером?

– Напрямую, никак, но с его слов он был подчиненным умершего Альви Маркони, – одного из боссов клоунов, предположительно ответственного за начало рейда.

– Значит, с него все началось.

– Шульц утверждал, что Альви Маркони был психом, сидел за изнасилование подростков и парочку убийств. Внутри банды его многие презирали и хотели прикончить. Бёрк был не исключением. И все же пару раз Альви был освобожден с чужой подачки.

– У него был покровитель.

– Верно. Альви не раз упоминал какого-то авторитета, которому все это время прислуживал. Но сам авторитет ни разу не показывался на глаза его людям.

– Думаешь, это был Джокер?

– Ходили слухи, что Альви называл своего авторитета «Жутко крутым безумцем», но я думаю, общее описание со слов Альви очень похоже на Джокера. Предположительно, некоторое время Альви наращивал влияние в Готеме под эгидой Джокера, используя его репутацию среди местных банд и преступных группировок.

– Не похоже, что Джокер одобрил это. Что сам Шульц об этом думал?

– Не думаю, что он знал много. Во время допроса Шульц признался, что участвовал в разговоре Альви Маркони за час до того, как банды клоунов напали на Готемские улицы. Он начал говорить какие-то странные вещи про «время», и что «оно настало».

– Видимо, речь о начале рейда, – задумчиво сказал Дик.

– Во время пылкой речи Альви общался Бёрком Барентом, также известным как «Черный король». Бёрк был владельцем нескольких сомнительных предприятий, о деятельности которой полиция знала, но не могла ничего доказать. По совпадению, на Бёрка работал человек, с которым ты влез в драку.

– Ты говоришь про тех ублюдков, которые чуть ли не пристрелили Тодда?

– Да. Их встрече предшествовало ровно два случая, на которые мы не обратили внимание, – Брюс поднял палец, – первый, твоя стычка с членом банды Бёрка, Джеймсом Харди. Вторая, приход Шульца из банды Альви в магазин игрушек у старика Джона. Оба представители сторон Бёрка и Альви. И оба утверждали, что имели дело с бледным мужчиной, который жутко улыбался, – Бэтмен поднял два пальца. – И оба человека, как по совпадению, причастны к рейду.

Дик приложил ладонь к губам.

– Думаешь, они говорили с Джокером?

– Показания это опровергают, – сказал Брюс.

– Ничерта не понимаю.

– Шульц утверждал, что не видел Джокера лично, но это не значит, что они не могли встречаться, – объяснил Брюс.

Теперь Дик начал понимать.

– Прайминг о котором ты говорил подразумевает, что жертвы не должны ничего подозревать, когда на их сознание влияют.

– «Сублиминальное влияние» подразумевает, что манипулятор сеет идеи ниже порога сознания жертвы, заставляя её действовать в нужном направлении без прямого контроля. Жертве не обязательно испытывать давление, чтобы чувствовать нужду исполнить задуманное манипулятором.

Брюс продолжил:

– Я долго думал, как два эти случаи связаны, пока не вспомнил вашу драку с людьми Джеймса Харди. В отчетах о его допросе утверждалось, что до столкновения с тобой Джеймс повстречал некого бледного мужчину с неприятной улыбкой. Между ними был разговор, грозивший перерасти в конфликт, но Джеймс Харди по какой-то причине отдал свои деньги незнакомцу и дал ему уйти.

– Чтобы мафиози и отдавал свои деньги первому встречному? Это…

– Странно?

Дик нахмурился.

– Ты думаешь это оно?

– Возможно, – Брюс поднял ладонь, и покосился на заинтересованного Дика, – но Джеймс, опять же, утверждал, что никогда не встречал Джокера лично, – сказал Брюс. – Далее, после встречи с этим «Незнакомцем с неприятной улыбкой», Джеймс Харди обнаружил игрушку-клоуна на своем плече, как раз перед выстрелом в Тодда. А теперь напомни, кто такой Джеймс Харди?

– Как и Шульц Мерсер, он принадлежал к банде клоунов, но уже со стороны Бёрка Барента, – сказал Дик, – это не похоже на обычное совпадение.

Брюс опустил взгляд.

– Дальше происходит второй случай, Шульц из банды Альви встречает такого же человека по описанию, «мужчину с неприятной улыбкой». Мерсер и его напарник Бретт Патель устраивают переполох в магазине Джона Бакера. В этот момент вмешивается недавно нанятый работник по имени Габриэль Эллоу. Происходит драка, в результате которой, предположительно, Габриэль, использует вещество, вводящее людей в состояние подобное токсическому шоку. Один из потерпевших утверждает, что видел странную игрушку в руках Габриэла Эллоу. Точно такую же, как и в твоем случае.

– Сначала игрушка, затем газ, все, как и в моем случае, – заключил Дик, поднимая взгляд на Брюса, – а нам известно кто этот Габриэль Эллоу?

– Я задействовал все ресурсы, чтобы раскусить его, но результат исчерпывающий – эта личность подделка. Человека по имени Габриэль Эллоу не существует.

Дик выругался.

– Не зря этот парень показался мне подозрительным. Получается, в обоих случаях люди даже не понимали, что встречи были не случайными. Выходит, это был Джокер? Он выследил их и что-то сделал.

– Мы не можем знать, что там произошло наверняка, – отрезал Брюс, – но как минимум Альви был фанатиком Джокера, который видел и мечтал уподобиться своему авторитету. Если бы Джокер сказал ему начать рейд, Альви бы наверняка сделал, даже если бы пришлось прикончить Бёрка.

– Но Бёрк прикончил его. Кстати, что с Бёрком? Он же выступал против рейда. Где он сейчас? Мы бы могли выбить из него больше информации и убедиться в причастности Джокера к делу, а затем выйти на него.

– Не выйдет, – сказал Брюс.

– Это ещё почему? Он что уже свалил из Готема?

Брюс нажал на клавиатуру, и на мониторе возникло открытое письмо с папками и файлами, среди которых Уэйн открыл серию фотографий. На фото был изображен кучный мужчина… лежавший возле канавы. Его тело сочилось кровью; лицо покосилось набок, и было сильно изуродовано, словно по нему несколько раз прошлись ножом. Однако его губы были вырезаны так, что оставленные шрамы походили на «улыбку»,

Дик молча уселся на стол, начиная видеть слишком много странных совпадений, которые в общей картине обретали совершенно иные краски.

Кто-то с определенными почерком действий стоял за происходящим. И если раньше можно было усомниться в доводе Брюса, то теперь все стало походить на откровенную правду.

– Не похоже на смерть в перестрелке. Его изрезали как свинью, – констатировал Дик.

– К тому моменту как Бёрка нашли – он был уже мёртв, и улик, указывающих на конкретного убийцу пока, не нашли. Бёрк и Альви были единственными главным подозреваемым в деле, и только они могли наверняка сказать был ли Джокер связан с началом рейда или нет.

– Но все эти знаки указывают на гребанного Джокера! – вскинул руку Дик, – это же очевидно! Полиция должна смотреть на факты.

– Факты, что Бёрк попал под руку фанатичных клоунов Альви, которые косят под Джокера? – сказал Брюс, уперев взгляд в Дика.

Дик раскрыл рот, чтобы сказать, но остановился.

– Даже если это сделал Джокер, полиции нужны улики. Это могли быть подражатели. Тем более Мэрия вряд ли признает, что все это дело рук одного психа, сбежавшего из лечебницы. Это ударит по их репутации. А вот когда дело касается мафии у них будут все поводы свалить все на них и запросить поддержку из «высших инстанций».

– Хорошо, – сказал Дик. – Предположим, люди Альви решили отомстить за своего босса и избавились от Бёрка. Но зачем мафии устраивать беспорядки? Мафия – это не анархисты, а скорее консервативные прагматики. Им не выгодно поджигать свои же районы. Для них важна репутация как воздух. Владельцы магазинов, которые им прислуживают, букмекеры, купленные копы, черт, да даже проститутки после этого усомнятся стоит ли работать с ними.

– Ты прав. Даже небольшие перестрелки способны поднять много ненужного шума. Бёрк это понимал, поэтому скорей всего был против идеи Альви. В тех районах на них работало много людей, включая портовые склады и ресторан «Алая ведьма». Они разрушили инфраструктуру рэкета, которая приносила им деньги, и не факт, что они восстановят все за полгода. Бёрку было выгодно увести своих людей и остановить перестрелку. А затем сбросить всю вину на Альви перед полицией и договориться о снисхождении перед заинтересованными лицами. После этого он смог бы восстановить свое лицо перед пострадавшим подчиненными и постепенно вернуться к бизнесу.

Дик напряженно приложил пальцы к губам.

– Если смотреть на все такого угла, то вся ситуация совершенно меняется. Очевидно, сознательно бы мафия на такое не пошла. Нужна веская причина. Или выгодна. Но я не вижу выгоды для мафии.

– Или кто-то приставил дуло пистолета к их шее, – поправил его Брюс, заметив легкое удивление Дика, – предположим, выгоду из этого рейда извлекала не мафия, а «третий игрок».

– Тогда это более-менее объясняет ситуацию, – сказал Дик, – но допрошенные утверждают, что Джокера там и следа не было. Записи на камерах, очевидцы, сама мафия. Думаешь, Джокер использовал какой-то фокус чтоб добраться до Бёрка?

– Камеры и допросы не помогут, – начал объяснять Брюс, – если это все часть его плана, Джокер продумал как остаться незамеченным. Сейчас ему достаточно подталкивать людей и ждать, когда семена созреют для его плана, – продолжал Брюс, – например, пара «спонтанных разговоров» в единенном месте, как было с Харли, или «случайных встреч» как было с Джеймсом и Шульцом, – Брюс посмотрел на Дика, – Шульц и Джеймс даже не подозревали, что говорили с Джокером, но они сделали это. Джокер ждал их. И одного контакта с Джокером уже достаточно, чтобы подтолкнуть человека к самому смелому прыжку в лапы безумию.

– Но зачем ему так много сложностей?

– Может, ради забавы, может, потехи ради. Джокер ненавидит, когда все просто, его мозг испытывает муки, когда предел решаемого вопроса ограничивается простой просьбой или действием, ему нужны чужие эмоции, – Брюс задумался на последних словах, и Дик заподозрил, что тот что-то не договаривал, будто сильно сомневался в собственных догадках, – ещё кое-что странное во всем этом: при нашей последней встрече Харли рьяно утверждала, что Джокер приготовил мне большой сюрприз, и что её поимка ничего не изменит.

– Сюрприз? – спросил Дик.

– Если призадуматься, я не совсем понимаю…

– Мистер Брюс! – внезапно в пещере возник прибежавший Альберт. Он поздоровался с Диком и, чуть отдышавшись, обернулся к своему Мастеру.

– Что такое Альберт?

– Вам срочно нужно увидеть новости! Аркхэм… Харли сбежала!

Дик бросил на Брюса растерянный взгляд. Уэйн быстро настроил экран компьютера на трансляцию по телевидению. На мониторе высветился репортаж с видом на горящее здание.

– Кто-то поджёг Аркхэм в это время? – поразился Дик, – когда это произошло, Альберт?

– Приблизительно прошлым вечером, мастер Дик. После погрома в Готеме вы весь день спали в гостиной, поэтому я не включал телевизор чтобы не тревожить вас, и сам узнал об этом только сейчас, – признался Альфред.

Брюс встал из-за стола и направился к голограмме карты Готема.

– Нападение на Аркхэм произошло в период, когда мы занимались бандами клоунов, – сказал Брюс, – Харли сбежала в тот же день.

– А ведь если вспомнить… Харли постоянно бубнела, что Джокер вернется за ней, – Дик раскрыл пальцы, – черт, ты думаешь, это Джокер

– Не знаю. Но… – Брюс нахмурился, – из интересного, в тот день, когда я поймал Харли – мы окончательно потеряли Джокера из виду. Как раз в это время у него появилось временное окно, в течение которого нам ничего неизвестно о его действиях. Интересное совпадение.

– Знаешь, не похоже, что Харли горела желанием попасть в Аркхэм в тот день. Джокер подставил её.

– Или ему нужно было чтобы мы в это поверили, – сказал Брюс, – но факт остается фактом – в тот день след Джокера испарился. Этот же промежуток времени пересекается с тем, когда Габриэль Эллоу работал на Старика Джона. А эти улицы, – Брюс провел пальцем по голограмме карты, от магазина до улиц, – как раз находятся неподалеку от клуба «Алая ведьма», где встретились Бёрк и Альви, и откуда началась перестрелка, переросшая в рейд. Джокер расставил сети именно здесь, а потом ему нужно было лишь сидеть на месте и ждать, когда ничего не подозревающий Шульц с напарником придут к нему. Но к чему все это, Джокер? Чего ты добивался, стравливая банды друг с другом? Что ты хотел этим показать? Это как-то связано с тем, что ты хотел отвлечь меня, но от чего…? – шептал Брюс.

С распахнувшимися от осознания глазами Уэйн резко обернулся к Альберту.

– Аркхэм, – сказал он, – Альберт, из новостей что-нибудь упоминалось о других пациентах кроме Харли?

– Боюсь нет, сэр. Нападение произошло параллельно с вечерними беспорядками на Готемских улицах. Думаю, полиция ещё не успела подсчитать ущерб и опознать всех пациентов. Чтобы вы знали, сейчас все тюрьмы забиты бандитами под чистую. Это какое-то безумие. Я словно вернулся в те дни, когда вы только начали ловить всех негодяев на улицах…

Брюс удивленно моргнул.

– Мастер Брюс? – спросил Альфред.

– Что ты сейчас сказал?

– Нет… сэр?

– Нет, про тюрьмы.

– Они забиты, сэр. Преступники, которых не могли поймать долгие годы, наконец-то за решеткой. Вероятно, это единственная хорошая новость за прошедшие дни, – обеспокоенно поглядывая на своего Мастера сказал Альфред.

Уэйн повернулся на экран с новостями.

– Джокер избавился от них, – сказал Брюс. – Сыграл роль судьи, и дал волю тем, кому хотел. Полиция сейчас загружена и дороги перекрыты. При таких условиях их будет непросто поймать даже если бы я не был ранен, – наконец заключил он.

– О чем ты, Брюс? – спросил Дик, – кого поймать? Что Джокер сделал?

– Мы только думали, что Джокер бездействовал, – наконец сказал Темный рыцарь, подняв взгляд к изображению горящего Архэма, – но похоже, все это время он просто водил нас за нос. Уже через пару часов мы узнаем все наверняка. Это и будет его сюрприз, о котором говорила Харли.

«Не знаю, что ты задумал, Джокер, но я найду тебя и остановлю»

Конец пролога.