Авангард

Глава 1: Свободная Гавань

* * *

Шансы были не в нашу пользу. Впрочем, так бывало часто, но на этот раз всё было иначе. Ставки были выше, чем когда-либо прежде.

Дрейфуя в безмолвии космоса на своём истребителе "Молния", я наблюдал, как тени обломков скользят над моим кораблём, создавая причудливую игру света и тьмы. Наше звено пряталось среди тысяч метеоритов, которые мы подняли с поверхности ближайшей луны и направили к газовому гиганту. Все системы были деактивированы, включая систему жизнеобеспечения. Холод постепенно проникал сквозь обшивку корабля, заставляя меня плотнее закутываться в вакуумный костюм.

Нас было сто человек, все распределены по истребителям, бомбардировщикам и челнокам. В такие моменты производительность каждого была критически важна. Необходимо было соблюдать полное радиомолчание. Только мой персональный компьютер низкой мощности был включен, и то лишь в пассивном режиме, принимая сигналы, но не отправляя их. Экранирование моего костюма предотвращало обнаружение как его самого, так и моих жизненных показателей на расстоянии. Каждый удар сердца отдавался в ушах, напоминая о том, что я всё ещё жив, хотя и затаился, словно хищник перед прыжком.

Люди наблюдали, машины сканировали поле астероидов в поисках чего-либо, что могло быть не камнем. Было чертовски сложно поднять такую массу и направить её близко к станции боеприпасов. Если бы хоть один из нас был просканирован из-за малейшего отклонения от заданной траектории, вся работа пошла бы насмарку. Годы планирования, месяцы подготовки – всё впустую.

Я посмотрел в сторону нашей цели через кокпит и едва различил её очертания. Она была огромна – две гигантские окружности, окружающие высокую центральную часть, висящую на орбите вокруг колоссального сине-фиолетового газового гиганта. Станция казалась маленькой, хотя её диаметр превышал сотню километров, с ангарами для истребителей, пусковыми трубами для дронов, десятками турелей точечной обороны и ракетными установками. Никто никогда не подбирался к ней настолько близко. За ней виднелись маленькие силуэты на фоне солнца. Одна из боевых групп флота корпорации Альфа остановилась для перевооружения и должна была пробыть там несколько дней. Они подозревали, что кто-то может атаковать станцию, но не ожидали нас здесь и сейчас.

Командно-контрольный дисплей на моём запястье, отсчитывающий расстояние между нами и станцией, показывал 43 477 километров, и я знал, что менее чем через четыре тысячи километров мы узнаем, видит ли нас станция как угрозу. Это произойдёт быстро, просто вспышка света – и всё будет кончено. Современные сверхмощные ядерные заряды именно такие: никакой вредной остаточной радиации, просто огромная вспышка – и более четырёхсот километров материи исчезнет в одно мгновение.

Я поймал себя на том, что задерживаю дыхание, и покачал головой. Дыши нормально, подумал я. Если у нас будет шанс увидеть приближающийся ядерный заряд, возможно, у нас будет шанс развернуться и бежать. Но это была лишь иллюзия надежды – на таком расстоянии мы бы не успели среагировать.

Мой дисплей мигнул, и я увидел, что мы пересекли отметку в сорок тысяч километров. Я сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле. Если бы станция собиралась нас уничтожить, это произошло бы сейчас. Секунды тянулись, словно часы, каждая из них могла стать последней в моей жизни.

Тридцать девять тысяч километров. Тридцать восемь. Тридцать семь. Мы продолжали приближаться, и ничего не происходило. Они не видели нас. План сработал.

Я активировал свой коммуникатор и отправил короткий сигнал, подтверждающий, что мы прошли зону обнаружения. Один за другим, мои товарищи начали делать то же самое. Мы были невидимками, призраками среди камней.

Теперь начиналась настоящая работа. Мы должны были проникнуть на станцию, установить заряды и уйти незамеченными. Это была миссия, которая могла изменить ход войны. Миссия, которая могла принести свободу миллионам людей, страдающих под гнётом корпорации Альфа.

Я активировал двигатели своего истребителя и начал маневрировать среди астероидов, направляясь к заранее определённой точке входа. Впереди нас ждала станция, а за ней – неизвестность. Но я знал одно: это была наша последняя миссия. После неё ничто уже не будет прежним.

Ни для нас, ни для Свободной Гавани.

* * *

Глава 2: Ещё один день во тьме

Существуют секторы настолько тёмные, настолько пустынные, что пассажирские лайнеры прокладывают свои маршруты лишь по их окраинам. Перспектива поломки в мёртвом космосе, вынужденного дрейфа годами без надежды на помощь – всё это отбивает у крупных транспортных компаний желание подвергать своих пассажиров такому риску. Другие экипажи, особенно грузовые и те, чья репутация вызывает сомнения, идут на этот риск, погружаясь в криосон на недели, пока их корабли совершают переход через пустоту.

Какой-то дальновидный человек решил построить ультрасовременную станцию ремонта и снабжения прямо посреди ничего, где буквально нет ничего, кроме бескрайней тьмы. Вот уже триста лет Свободная Гавань остаётся единственным маяком света для путешественников, беженцев и тех, кто ищет самое тёмное место в нашей галактике, прямо на окраине, ниже старой системы Сол.

Когда-то Станция Свободная Гавань представляла собой массивный комплекс в форме клеверного листа с жилыми, контрольными, механическими и гидропонными секциями. К моменту моего рождения здесь, тридцать три года назад, она выросла в геометрической прогрессии, раскинувшись на километры и километры структур, включающих фабрики, исследовательские центры, верфи, леса, торговые центры, жилые кварталы, развлекательные комплексы, а также собственные военные и правительственные учреждения, основанные на идеалах демократии и свободы.

Площадь пешеходной поверхности Свободной Гавани составляет чуть больше половины площади Земли, того запретного голубого шара в далёкой системе Сол. Мой дом выглядит как тысячи пластин, соединённых круглыми рамами, все вращаются, окружённые скелетными каркасами, которые тянутся в темноту, словно длинные руки и пальцы, тщетно пытающиеся ухватить свет, находящийся так далеко, что он кажется лишь слабым мерцанием.

Я родился здесь, вырос здесь и, вероятно, умру здесь. Это не самая плохая судьба. Свободная Гавань – одно из немногих мест, где люди действительно свободны. Мы не подчиняемся никаким корпорациям, не платим налоги никаким правительствам, кроме нашего собственного. Мы сами определяем свою судьбу, и хотя жизнь здесь может быть суровой, она наша.

Сегодня я сидел в своём любимом ресторанчике, наблюдая через панорамное окно за прибытием очередного грузового корабля. Его массивный силуэт медленно приближался к стыковочным докам, сопровождаемый эскортом из маленьких патрульных кораблей. Обычное зрелище, но я никогда не уставал от него.

"Эй, Денис! Опять мечтаешь о звёздах?" – голос Антона вырвал меня из задумчивости.

Антон Чен, владелец лучшего ресторана азиатской кухни на всей станции, был моим другом с детства. Его отец прибыл сюда с одной из первых волн иммигрантов из Восточной Азии, и семья Чен быстро завоевала репутацию лучших поваров Свободной Гавани.

"Просто наблюдаю за прибытием 'Северного сияния'," – ответил я, указывая на грузовой корабль. – "Говорят, они привезли новую партию свежих фруктов с Новой Авроры."

"Ха! Наконец-то! Я уже месяц жду нормальных апельсинов для своего фирменного соуса," – Антон поставил передо мной дымящуюся миску с лапшой. – "Твоё любимое. С дополнительной порцией острого соуса, как ты любишь."

Я благодарно кивнул и взялся за палочки. Первый глоток бульона обжёг горло приятным теплом, а специи мгновенно пробудили все вкусовые рецепторы. Никто на станции не готовил лапшу лучше Антона.

"Как дела на работе?" – поинтересовался он, протирая стойку. – "Всё ещё прозябаешь в Центре управления портом?"

Я вздохнул. Моя работа в Центре управления портом была стабильной, но невероятно скучной. День за днём я координировал стыковку кораблей, проверял грузовые манифесты и следил за тем, чтобы всё шло по расписанию. Не совсем то, о чём я мечтал в детстве.

"Всё то же самое. Корабли прилетают, корабли улетают. Иногда случается что-то интересное, но в основном рутина," – я пожал плечами. – "Хотя на следующей неделе ожидается прибытие дипломатического корабля с Виндекса. Это должно внести немного разнообразия."

"Виндекс? Они редко отправляют официальные делегации," – Антон нахмурился. – "Что им нужно от нас?"

"Официально – торговые переговоры. Неофициально..." – я понизил голос, – "ходят слухи, что они ищут союзников против Корпорации Альфа. Похоже, напряжение в том секторе растёт."

Антон присвистнул. "Неудивительно. Альфа становится всё агрессивнее с каждым годом. Слышал, они недавно аннексировали три независимые колонии в секторе Аргус?"

Я кивнул. Новости о расширении влияния Корпорации Альфа доходили до нас регулярно, и они никогда не были хорошими. Гигантская корпорация поглощала всё на своём пути, превращая свободные миры в корпоративные колонии, где люди становились не более чем ресурсом для получения прибыли.

"Ха! Осторожнее с тем, чего желаешь! Кто-то из Оперативного отдела Флота был здесь буквально на днях, и она не могла удержаться от разговоров о повышении оперативного персонала Центра управления портом. Команда на твоей смене работает так хорошо, что они рассматривают повышение для руководителей. Поспорю на годовой запас ужинов, что ты на пути вверх," – сказал Антон, протягивая мне миску с лапшой и палочки.

"О, только этого мне и не хватало."

"Не принижай звание, друг мой. Это была моя награда за ранний выход на пенсию из Командования Пехоты; Королевство, построенное на лапше и рисе. Ну, мне ещё пришлось продать тот истребитель, который я украл у Альфа-Прайм, но это всё равно моё Королевство."

Я усмехнулся, вспоминая эту историю. Антон был легендой среди пилотов Свободной Гавани. В молодости он служил в элитном подразделении Командования Пехоты и участвовал в знаменитом рейде на Альфа-Прайм, откуда умудрился угнать экспериментальный истребитель прямо из-под носа службы безопасности корпорации. Этот подвиг принёс ему не только славу, но и солидную сумму денег, на которую он и открыл свой ресторан.

"Кстати о повышениях," – продолжил Антон, – "слышал, что твой старый друг Макс получил назначение на 'Авангард'? Говорят, его повысили до коммандера."

Я чуть не подавился лапшой. Макс был моим лучшим другом в Академии Флота, но наши пути разошлись после выпуска. Он выбрал карьеру в активном флоте, а я предпочёл более спокойную работу на станции.

"Серьёзно? Последний раз, когда я о нём слышал, он был всего лишь лейтенантом на патрульном корабле."

"Времена меняются, друг мой," – философски заметил Антон. – "Говорят, он отличился во время стычки с пиратами в секторе Каспий. Спас целый конвой беженцев."

Я покачал головой, чувствуя смесь гордости за друга и лёгкой зависти. Макс всегда был целеустремлённым, всегда знал, чего хочет. В отличие от меня.

"Может, мне стоит связаться с ним," – задумчиво произнёс я. – "Прошло уже несколько лет..."

"Определённо стоит," – кивнул Антон. – "Никогда не знаешь, когда старые связи могут пригодиться."

Наш разговор прервал сигнал моего коммуникатора. Я взглянул на экран и вздохнул.

"Похоже, мой перерыв окончен. Прибывает торговый конвой из Виндекса, и мне нужно координировать их стыковку."

"Иди, спасай мир, один корабль за раз," – усмехнулся Антон. – "Твоя лапша будет ждать тебя, когда вернёшься."

Я расплатился, оставив щедрые чаевые, и направился к выходу. Проходя мимо панорамного окна, я ещё раз взглянул на бескрайнюю тьму космоса, усеянную далёкими звёздами. Где-то там, среди этих звёзд, Макс командовал боевым кораблём, защищая интересы Свободной Гавани. А я... я координировал стыковку торговых судов.

Может быть, пришло время что-то изменить в своей жизни?

С этой мыслью я вышел из ресторана и направился к Центру управления портом, где меня ждал очередной обычный день во тьме космоса.

Глава 3: Неожиданное предложение

Центр управления портом Свободной Гавани представлял собой огромный зал с панорамными окнами, выходящими на главные стыковочные доки. Десятки операторов сидели за голографическими консолями, координируя движение сотен кораблей, прибывающих и отбывающих каждый день. Воздух наполняли приглушенные голоса, мягкое гудение оборудования и периодические сигналы оповещений.

Я занял свое место за консолью и активировал систему. Передо мной развернулась трехмерная проекция пространства вокруг станции, с отмеченными траекториями всех приближающихся кораблей. Торговый конвой из Виндекса уже входил в зону ближнего контроля – пять грузовых судов среднего класса и один эскортный фрегат. Стандартная процедура.

"Внимание, конвой Виндекс-7, говорит диспетчер Свободной Гавани. Подтвердите идентификационные коды и предоставьте грузовые манифесты," – произнес я в микрофон, автоматически переключаясь в рабочий режим.

"Диспетчер Свободной Гавани, это капитан Ларионов с фрегата 'Буревестник'. Передаю идентификационные коды и манифесты. Запрашиваю разрешение на стыковку в секторе B."

Я проверил полученные данные – все в порядке. Корабли были зарегистрированы в базе данных Виндекса, грузовые манифесты соответствовали заявленным товарам: промышленное оборудование, медикаменты, продукты питания и, что интересно, несколько контейнеров с пометкой "дипломатический груз".

"'Буревестник', ваши коды подтверждены. Направляйтесь к стыковочным докам B-17 через B-22. Передаю навигационные данные. Добро пожаловать на Свободную Гавань."

Я наблюдал, как конвой медленно приближался к станции, следуя указанному маршруту. Все шло по плану, пока один из грузовых кораблей не начал отклоняться от курса.

"Грузовой корабль 'Меркурий', вы отклоняетесь от заданной траектории. Скорректируйте курс немедленно," – произнес я, нахмурившись.

Ответа не последовало. Корабль продолжал отклоняться, хотя и медленно.

"'Буревестник', у вас проблемы с 'Меркурием'? Он не отвечает на вызовы и отклоняется от курса."

"Диспетчер, это капитан Ларионов. 'Меркурий' сообщает о неисправности в системе навигации. Они пытаются исправить проблему. Прошу разрешения на буксировку."

Я быстро оценил ситуацию. Отклонение было незначительным, но в оживленном пространстве вокруг станции даже небольшая ошибка могла привести к катастрофе.

"Разрешаю буксировку. Направляю к вам два буксира для помощи. Держите меня в курсе."

Я отправил сигнал в отдел аварийных служб, и через несколько минут два маневренных буксира отделились от станции и направились к конвою. Ситуация была под контролем, но что-то меня беспокоило. Корабли Виндекса славились своей надежностью, и неисправность навигационной системы была редким явлением.

"Волков, у тебя все в порядке с этим конвоем?" – голос моего начальника, капитана Орлова, раздался за спиной.

"Небольшая проблема с одним из грузовиков, но буксиры уже в пути," – ответил я, не отрывая взгляда от голографической проекции.

"Хорошо. Когда закончишь, зайди ко мне в кабинет. Есть разговор."

Я кивнул, чувствуя легкое беспокойство. Капитан Орлов редко вызывал кого-то "на разговор" без серьезной причины. Обычно это означало либо выговор, либо... повышение? Слова Антона о возможном продвижении по службе внезапно показались не такими уж фантастическими.

Следующие два часа я провел, координируя стыковку конвоя. Буксиры успешно доставили "Меркурий" к доку, и техники уже приступили к диагностике неисправности. Остальные корабли пришвартовались без происшествий, и я передал смену своему сменщику.

"Удачи с Орловым," – подмигнул мне коллега, когда я собирался уходить. – "Говорят, он сегодня в хорошем настроении."

"Будем надеяться," – пробормотал я, направляясь к лифтам.

Кабинет капитана Орлова находился на верхнем уровне Центра управления, с видом на весь диспетчерский зал. Я постучал в дверь и, услышав приглашение, вошел внутрь.

Капитан Орлов, крепкий мужчина лет пятидесяти с коротко стриженными седеющими волосами и пронзительными серыми глазами, сидел за столом, изучая какие-то документы на голографическом дисплее. Рядом с ним стояла женщина в форме офицера Флота Свободной Гавани с знаками различия коммандера.

"А, Волков, входи," – Орлов жестом указал на свободное кресло. – "Познакомься, это коммандер Елена Соколова с 'Авангарда'."

Я замер на месте, пытаясь скрыть удивление. Елена Соколова была легендой Флота – блестящий тактик, герой нескольких сражений с пиратами и, как оказалось, старая знакомая Макса. И вот она здесь, в кабинете моего начальника, смотрит на меня с легкой улыбкой.

"Здравствуйте, коммандер," – я вытянулся по стойке "смирно", вспоминая уроки Академии Флота.

"Вольно, Волков," – улыбнулась она. – "Мы не на параде. Присаживайтесь."

Я сел в кресло, чувствуя, как сердце колотится в груди. Что-то подсказывало мне, что этот разговор изменит мою жизнь.

"Денис, я просмотрел твое личное дело," – начал Орлов, откидываясь в кресле. – "Ты один из лучших диспетчеров в нашем отделе. Отличные показатели, ни одного серьезного инцидента за пять лет работы. Но знаешь, что меня удивляет больше всего?"

Я покачал головой.

"То, что ты до сих пор здесь. С твоими навыками и образованием ты мог бы давно служить на боевом корабле, как твой друг Макс."

Я почувствовал, как краска приливает к лицам. "Я... предпочитаю стабильность, сэр."

"Стабильность – это хорошо," – кивнул Орлов. – "Но иногда нам нужно выходить из зоны комфорта. Коммандер Соколова, может быть, вы объясните?"

Елена наклонилась вперед, глядя мне прямо в глаза. "Господин Волков, я здесь с предложением. 'Авангард' нуждается в опытном офицере связи и навигации. Кто-то с вашими навыками был бы неоценим для нас."

Я моргнул, не веря своим ушам. "'Авангард'? Флагман флота?"

"Именно," – кивнула она. – "Ваш друг, коммандер Макс, рекомендовал вас. Сказал, что вы были лучшим в классе по навигации и тактическому планированию."

Я не мог поверить, что Макс вспомнил обо мне после стольких лет. И не просто вспомнил, а рекомендовал на одну из самых престижных должностей во флоте.

"Я... не знаю, что сказать," – честно признался я.

"Скажите 'да'," – улыбнулась Елена. – "Это не просто повышение, Волков. Это шанс сделать что-то значимое. 'Авангард' отправляется в длительную миссию через две недели. Мы будем патрулировать границы нашего пространства, устанавливать контакты с независимыми колониями и... возможно, собирать информацию о деятельности Корпорации Альфа."

Последние слова она произнесла тише, с особой интонацией. Я понял, что за этим кроется нечто большее, чем обычное патрулирование.

"Это опасная миссия?" – спросил я.

"Любая миссия за пределами Свободной Гавани потенциально опасна," – ответила Елена. – "Но у нас лучший корабль и лучший экипаж. И нам нужен лучший офицер навигации."

Я посмотрел на Орлова. "А как же мое место здесь?"

"Мы найдем замену," – пожал плечами капитан. – "Хотя, признаюсь, будет непросто. Но я не стану удерживать тебя, Денис. Это твой шанс."

Я глубоко вздохнул. Всю жизнь я провел на Свободной Гавани, в безопасности и комфорте. Мысль о том, чтобы отправиться в неизвестность, была одновременно пугающей и... захватывающей.

"Когда мне нужно дать ответ?" – спросил я.

"Завтра," – ответила Елена. – "Мы отбываем через два дня. Если вы согласитесь, вам нужно будет пройти краткий курс подготовки на борту 'Авангарда'."

Я кивнул. "Я... подумаю."

"Хорошо," – Елена протянула мне карточку с контактной информацией. – "Свяжитесь со мной, когда примете решение. И, Волков... Макс будет рад видеть вас на борту."

Я вышел из кабинета Орлова с ощущением, будто земля уходит из-под ног. Всего за несколько минут моя размеренная жизнь перевернулась с ног на голову. Предложение служить на 'Авангарде' было мечтой любого выпускника Академии Флота. И вот эта мечта оказалась на расстоянии вытянутой руки.

По пути домой я решил заглянуть к Антону. Мне нужен был совет, и кто, как не старый друг, мог его дать?

Ресторан был почти пуст – время обеда давно прошло, а до ужина оставалось еще несколько часов. Антон протирал стойку, напевая что-то под нос.

"А вот и ты!" – воскликнул он, увидев меня. – "Ну что, получил повышение?"

"Можно и так сказать," – я сел на высокий стул у стойки. – "Мне предложили должность на 'Авангарде'."

Антон присвистнул. "Вот это да! Флагман флота! И кто же сделал такое щедрое предложение?"

"Коммандер Елена Соколова. И, как оказалось, по рекомендации Макса."

"Ха! Я же говорил, что старые связи могут пригодиться," – Антон налил мне стакан чего-то крепкого. – "Это нужно отметить. За твое повышение!"

"Я еще не согласился," – я сделал глоток и поморщился от крепости напитка.

"Что? Ты шутишь?" – Антон уставился на меня с недоумением. – "Такой шанс выпадает раз в жизни!"

"Я знаю, но..." – я замялся. – "Это означает покинуть Свободную Гавань. Возможно, надолго."

Антон вздохнул и сел напротив меня. "Послушай, Денис. Я понимаю твои сомнения. Свободная Гавань – наш дом, здесь безопасно и комфортно. Но иногда нужно выйти за пределы комфорта, чтобы по-настоящему жить."

"Говоришь как человек, который угнал истребитель с Альфа-Прайм," – усмехнулся я.

"И ни разу об этом не пожалел," – серьезно ответил Антон. – "Знаешь, что я понял за все эти годы? Жизнь слишком коротка, чтобы провести её в одном месте, делая одно и то же. Вселенная огромна, Денис. И она ждет, когда ты её исследуешь."

Я задумчиво покрутил стакан в руках. "А как же твой ресторан? Ты не жалеешь, что осел здесь?"

"Это был мой выбор," – Антон обвел рукой зал. – "Я повидал достаточно, пережил достаточно приключений. Теперь я хочу стабильности. Но тебе всего тридцать три, Денис. У тебя вся жизнь впереди."

"А если я не справлюсь? Одно дело – координировать корабли из безопасного диспетчерского центра, и совсем другое – быть на передовой."

"Ты справишься," – уверенно сказал Антон. – "Ты всегда был лучшим. В школе, в Академии. Просто ты сам в это не верил."

Я вздохнул. Антон был прав. Всю жизнь я выбирал безопасность вместо риска, комфорт вместо приключений. Может быть, пришло время это изменить?

"Знаешь, что еще?" – Антон наклонился ближе. – "Я слышал разговоры о том, что Корпорация Альфа становится всё агрессивнее. Они расширяются, захватывают новые территории. Рано или поздно они доберутся и до нас."

"Думаешь, будет война?" – я нахмурился.

"Не знаю. Но если да, то лучше встретить её на боевом корабле, чем сидя здесь и надеясь на лучшее."

Эти слова заставили меня задуматься. Свободная Гавань всегда была нейтральной территорией, но в последние годы напряжение в галактике росло. Корпорация Альфа не скрывала своих амбиций, и многие независимые колонии уже пали под её натиском.

"Я подумаю об этом," – наконец сказал я, допивая свой напиток. – "Спасибо за совет, Антон."

"Всегда пожалуйста," – он похлопал меня по плечу. – "И помни: какое бы решение ты ни принял, я поддержу тебя. Но если ты всё-таки решишь отправиться на 'Авангард', обещай присылать мне сообщения. Я хочу знать все подробности твоих приключений!"

Я улыбнулся и кивнул. "Обещаю."

Выйдя из ресторана, я направился к своей квартире в жилом секторе станции. Вечерние огни Свободной Гавани мерцали вокруг меня, создавая иллюзию звездного неба. Я любил это место, оно было моим домом. Но, может быть, пришло время расправить крылья и увидеть настоящие звезды?

Моя квартира была небольшой, но уютной – гостиная, спальня, кухонный уголок и панорамное окно с видом на центральную часть станции. Я бросил сумку на диван и подошел к окну. Вдалеке виднелись стыковочные доки, где сейчас, вероятно, разгружался конвой из Виндекса. А где-то там, среди множества пришвартованных кораблей, стоял 'Авангард' – мощный боевой крейсер, флагман флота Свободной Гавани.

Я активировал свой персональный терминал и вывел на экран информацию о корабле. 'Авангард' был впечатляющим судном – 500 метров в длину, экипаж 300 человек, новейшие системы вооружения и защиты. Он был построен на верфях Свободной Гавани всего пять лет назад и с тех пор участвовал в нескольких важных миссиях, включая знаменитую битву при Каспии, где флот Свободной Гавани разгромил крупную пиратскую группировку.

Командовал кораблем капитан Светлов, ветеран флота с безупречной репутацией. Его заместителем была коммандер Елена Соколова, та самая женщина, которая сделала мне предложение сегодня. А где-то в командной цепочке был и Макс, мой старый друг, который, по всей видимости, не забыл обо мне.

Я открыл ящик стола и достал старую фотографию – группа выпускников Академии Флота, молодые и полные надежд. Вот я, стою рядом с Максом, мы оба улыбаемся, уверенные, что впереди нас ждет великое будущее. Макс сдержал это обещание – стал коммандером на флагмане флота. А я... я выбрал безопасность.

Может быть, пришло время изменить это?

Я активировал коммуникатор и набрал номер, указанный на карточке, которую мне дала Елена.

"Коммандер Соколова слушает," – ее голос звучал четко и профессионально.

"Коммандер, это Денис Волков. Я... я принял решение."

"И какое же, Волков?" – в ее голосе слышалось легкое напряжение.

Я глубоко вздохнул. "Я принимаю ваше предложение. Когда мне нужно прибыть на борт?"

Я почти физически ощутил, как она улыбнулась на другом конце связи. "Отличное решение, Волков. Жду вас завтра в 0800 у стыковочного шлюза B-7. И... добро пожаловать в команду."

"Спасибо, коммандер. До завтра."

Я отключил связь и снова посмотрел в окно. Где-то там, среди звезд, ждали новые миры, новые приключения и, возможно, новые опасности. Но впервые за долгое время я чувствовал не страх, а волнение и предвкушение.

Завтра начнется новая глава моей жизни. И я был готов к ней.

Глава 4: Заговорщики

Встреча с адмиралом Соколовым изменила мою жизнь. Я чувствовал оцепенение, когда служба безопасности сопровождала меня по широкому стыковочному туннелю "Авангарда". Потрепанный в боях эсминец казался бесконечным, простираясь влево и вправо. Его изгибы делали корабль массивным и тяжелым в носовой части. Бронированные воздухозаборники выступали подобно могучим металлическим плечам. Массивные управляющие стабилизаторы придавали передней части открытых воздухозаборников острый, зубастый вид. Оттуда корпус сужался внутрь, только чтобы снова расшириться в кормовой части, где три основных шарнирных двигательных гондолы ожидали восстановления. Две гондолы были размещены высоко на корме, направленные вверх под углом сорок пять градусов, в то время как третья, самая большая, свисала прямо вниз.

Изящество конструкции корабля было очевидно, несмотря на открытые участки корпуса. Он больше напоминал нечто рожденное природой, чем созданное руками человека. Его основная длина составляла почти километр, и я поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть голограмму корабля в его лучшие дни, когда "Авангард" был в зените своей славы, рассекая космическое пространство в составе ударной группы Флота.

Размеры корабля вблизи лишь напоминали мне о масштабности моей ситуации. Двадцать одна жизнь находилась в моих руках, каждый из этих людей решил рискнуть вместе со мной и своими товарищами, вместо того чтобы выбрать легкий путь: гражданскую жизнь. Они доверились мне, человеку, который еще недавно управлял лишь виртуальными кораблями в симуляторах, а теперь должен был возглавить настоящий боевой корабль, пусть даже в учебной миссии.

Оживленный стыковочный туннель был заполнен персоналом, участвующим в переоборудовании. Когда я добрался до конца, меня встретил офицер безопасности в зелено-синем тренировочном вакуумном костюме. "Добро пожаловать, капитан Волков, ваши апартаменты готовы. Прошу следовать за мной," — приветливо произнес офицер.

"Палубы с четвертой по седьмую находятся в распоряжении вас и вашего экипажа. Для симуляции вы будете использовать временный мостик на пятой палубе, большинство членов вашего экипажа уже обустраиваются в своих каютах или прибудут в ближайшее время." Офицер безопасности был крепко сложенным парнем ростом не менее двух метров. Он, казалось, был очень рад видеть меня, что одновременно удивляло и немного нервировало.

Коридоры были шириной два метра и не окрашены, оставляя на виду голубоватый блеск эрганианской стали. Тогда меня поразило, что это идеальный материал для интерьера, поскольку он способен поглощать огромное количество энергии вместо того, чтобы свободно проводить её. Кабели, проводка и трубы, проходящие вдоль стен коридоров, были идеально расположены, аккуратно закреплены на переборках, чтобы не мешать. Каждые пятнадцать метров располагались герметичные двери, которые разъединялись, выдвигались наружу и раздвигались при нашем приближении. "Эти двери всегда закрыты, когда корабль в эксплуатации?" — спросил я.

"Только при желтом или красном уровне тревоги. Обычно они закрыты только на основных перекрестках. Во время переоборудования мы держим всё герметично на случай, если где-то произойдет разгерметизация."

Нам пришлось перемещаться по кораблю вертикально, используя пустую шахту лифта, поскольку кабины лифтов заменялись. Кроме страховочного троса, мы свободно парили в шахте, которая проходила через всю высоту корпуса, восемь палуб над нами и тринадцать ниже. Размеры судна не могли быть более очевидными, когда мы поднялись на несколько палуб до третьей. "Это огромно! Какова обычная численность экипажа?"

"Насколько я знаю, это зависит от задачи. Во время десантной миссии она может нести тысячу восемьсот пехотинцев, шестьдесят десантных кораблей, сорок истребителей и требует основной экипаж более тысячи человек. Для конфигурации длительной миссии, я слышал, вы можете управлять кораблем с автоматизацией и экипажем в сто человек. Именно так она сейчас оснащается. Каково было, когда она была боевым авианосцем, я не могу сказать. Она не выполняла эту функцию уже около века."

"Похоже, вы много знаете об этом корабле. Вы служили на нем раньше?"

"Нет, сэр, я просто люблю читать."

В то время как оживленные нижние палубы были заполнены людьми, оборудованием, повсюду были открытые отсеки и шум, офицерские каюты и столовая на третьей палубе были смертельно тихими. Наши шаги эхом разносились, когда мы медленно выходили из шахты и позволяли искусственной гравитации — которая была довольно легкой и тоже не полностью функциональной — притягивать наши ноги к полу.

Более узкие коридоры были покрыты мягкими панелями, а освещение было приглушенным. Это уже выглядело лучше, чем моя квартира, что, возможно, не так уж много по обычным стандартам, но этого было достаточно, чтобы вызвать у меня улыбку.

Я не осознал, что мы прибыли к моим апартаментам, даже когда мы стояли перед герметичными дверями, которые были четко обозначены "Капитан" с местом для размещения имени ниже. Я весело стоял там, оглядываясь вокруг с закрытыми дверями.

Охранник улыбнулся и объявил: "Вот мы и на месте, сэр."

Я кивнул, как будто прекрасно осознавал тот факт, что мы тихо стоим перед моими апартаментами, и шагнул вперед, чтобы активировать двери. Когда они открылись, я заглянул внутрь и обнаружил главную комнату, в которой с одной стороны стоял стол с четырьмя стульями, диван, кресло с толстыми подушками и арки по обеим сторонам, ведущие в дополнительные комнаты. "Вы могли бы поместить четыре моих квартиры только в то, что я уже увидел, и еще осталось бы место для гардеробной."

"Привилегия командования, сэр," — сказал охранник с широкой зубастой улыбкой.

Именно тогда я узнал его голос из симуляций. "Макс?" — спросил я с улыбкой.

"Наконец-то! Я начал задаваться вопросом, того ли человека они выбрали!" — сказал он, крепко пожимая мою руку. "Прапорщик Максим Орлов, к вашим услугам. Большинство моих друзей зовут меня Макс."

"Совсем как в сценариях, к этому я могу привыкнуть." Я вошел в свои апартаменты, и он последовал за мной. "Так ты действительно офицер безопасности? Не пехота?"

"Ну, я начинал в пехоте, но меня переманил во Флот мой дядя, прежде чем он вышел в отставку. Я сказал ему, что совершил ошибку, присоединившись к пехоте, и он согласился. Я служил восемь лет на различных должностях в службе безопасности, только в прошлом году получил сертификаты пилота и стрелка, и почти закончил обучение командованию мостиком. Не могу получить повышение, пока не закончу это. Если у вас нет других планов на меня, я буду в службе безопасности, пока мы на борту."

"Я только за. Ты уже встречал кого-нибудь еще?" — спросил я, садясь за стол.

"Только Елену, оказывается, она немного изменилась со времен Академии. Когда я впервые встретил ее, она была на продвинутом инженерном обучении. Я был на первом курсе, пытаясь понять, чем хочу заниматься. Теперь она привыкла командовать инженерной командой примерно из ста пятидесяти человек, и, ну, скажем так, она выросла из своей неловкой стадии."

"Что ж, это совсем не пугает."

Макс рассмеялся и положил свою большую руку мне на плечо. "Она такая же милая, какой я ее помню, с улыбкой, которая может осветить главный грузовой отсек. Не знаю почему, но она рада быть здесь, вся в восторге от этого вызова. Не поймите меня неправильно, я тоже с нетерпением жду этого, но у нее уже есть карьера, которой позавидовал бы любой кадет — она стала коммандером до тридцати и могла бы стать капитаном к тридцати пяти. Ей не нужно что-то подобное, усложняющее ее жизнь. Но это не имеет значения, она пытается перевести свое звание в статус обучения, как мы, но Флот пока не позволяет ей этого."

"Я знаю, она идет на огромный риск, подписавшись на этот вызов. Я действительно не знаю, что за этим стоит."

"Ее мать не очень довольна, я уверен, ты слышал."

"Я понятия не имел. Ее семья живет на станции?"

Челюсть Макса отвисла, и он сел на диван. "Ты действительно не знаешь, да?"

"Знаю что?"

Он покачал головой и провел большой рукой по лицу. "Хорошо, есть кое-что, что ты должен знать о нашем главном инженере. Ее полное имя — Елена Соколова. Ее мать —"

"Контр-адмирал Соколова." Я почувствовал, как будто весь воздух только что покинул комнату. Внезапно я не мог дышать, комната кружилась. Я протянул руку, чтобы опереться на стол, и промахнулся. Я падал, а затем всё потемнело.

Когда я открыл глаза, я смотрел на лица Макса и Антона.

"Он просто начал гипервентилировать и потерял сознание. Но, кажется, он приходит в себя," — сказал Макс, поддерживая мою голову одной рукой.

"Какой бесстрашный лидер," — добавил Антон с усмешкой.

"Я это слышал." Я попытался моргнуть, чтобы избавиться от белых пятен перед глазами. Макс помог мне подняться, и мы все сели за стол. "Как долго я был без сознания?"

"Всего несколько секунд. Достаточно, чтобы напугать меня до чертиков. Не делай так на мостике," — ответил Макс.

"Я вошел, а этот здоровяк стоял над тобой. Я уже собирался бежать к ближайшему выходу," — сказал Антон.

"Что ж, я рад, что ты не будешь связан со службой безопасности," — сказал я Антону, к удовольствию Макса. "Итак, у меня на борту дочь адмирала Флота. Это будет немного неловко."

"Только если ты будешь оказывать ей особое отношение. Я думаю, она может участвовать в этом деле, потому что хочет доказать, что получает такое же отношение, как и все остальные," — сказал Антон более серьезным тоном, чем я слышал от него некоторое время. "Это, и ходят слухи, что ее назначили на переоборудование 'Авангарда' как своего рода реабилитацию."

"Реабилитацию? За что?" — спросил я, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее. Неужели я связался с проблемным офицером?

Макс и Антон обменялись взглядами, словно решая, кто из них должен рассказать мне неприятную историю.

"Она была главным инженером на крейсере 'Буревестник'," — наконец начал Макс. "Во время патрулирования границы с Альянсом Тау Кита они столкнулись с неизвестным кораблем, который не отвечал на запросы и двигался с выключенными идентификаторами. Капитан приказал открыть предупредительный огонь, но из-за неисправности в системе наведения — за которую отвечал инженерный отдел — залп попал прямо в двигательный отсек того корабля."

"Он взорвался?" — спросил я, уже догадываясь, к чему идет рассказ.

"Хуже," — мрачно ответил Антон. "Это оказался гражданский исследовательский корабль с неисправной системой связи. Погибло двадцать три человека. Официальное расследование сняло с нее прямую вину — неисправность была в программном обеспечении, которое поставил подрядчик. Но как главный инженер..."

"Она несла ответственность за все системы корабля," — закончил я за него. "Черт, это тяжело."

"Да," — кивнул Макс. "Технически ее оправдали, но карьера застопорилась. Думаю, она видит в этой миссии шанс реабилитироваться. Доказать, что все еще может быть полезной Флоту."

Я откинулся на спинку стула, пытаясь осмыслить услышанное. Дочь адмирала с пятном на репутации. Неудивительно, что она решила рискнуть всем ради этой миссии.

"Ладно, это не меняет того факта, что она блестящий инженер," — сказал я наконец. "И если она готова дать нам шанс, я тоже дам ей шанс."

"Вот это правильный настрой, капитан," — Макс хлопнул меня по плечу с такой силой, что я чуть не упал со стула. "Извини."

"Ничего," — я потер плечо. "Кстати, когда мы сможем увидеть остальную часть экипажа?"

"Большинство уже на борту или прибудут в течение следующих двенадцати часов," — ответил Антон, сверяясь со своим планшетом. "Первое общее собрание запланировано на завтра в 0900 в конференц-зале на пятой палубе."

"Отлично. Это дает мне время немного освоиться и просмотреть личные дела," — я встал и прошелся по комнате, все еще не веря, что это мои апартаменты на следующие несколько месяцев. "Что насчет симуляторов? Когда мы сможем начать тренировки?"

"Системы уже настраиваются," — сказал Макс. "Первая симуляция запланирована через три дня. До тех пор — знакомство с кораблем, экипажем и базовые тренировки по безопасности."

"Три дня," — повторил я. "Не так много времени."

"Достаточно, чтобы понять, во что мы ввязались," — усмехнулся Антон. "Или чтобы передумать и сбежать."

"Никто не сбежит," — твердо сказал я, хотя внутри все еще сомневался в своих силах. "Мы справимся."

"Конечно, справимся," — Макс поднялся. "Ну, я должен вернуться к своим обязанностям. Нужно проверить системы безопасности на нижних палубах. Увидимся за ужином?"

"Обязательно," — кивнул я.

Когда Макс ушел, Антон задержался, внимательно глядя на меня.

"Что?" — спросил я.

"Просто пытаюсь понять, почему адмирал выбрал именно тебя," — честно ответил он. "Не пойми меня неправильно, ты отличный навигатор и тактик. Но командовать кораблем..."

"Я и сам задаюсь этим вопросом," — признался я. "Может быть, он увидел что-то, чего я сам в себе не вижу."

"Или ему просто нужен был кто-то достаточно безумный, чтобы согласиться на эту авантюру," — Антон улыбнулся и направился к двери. "Отдохни немного. Завтра будет долгий день."

Оставшись один, я наконец позволил себе полностью осознать ситуацию. Я, Денис Волков, бывший гражданский навигатор, теперь капитан боевого корабля Флота. Пусть даже временно, пусть даже в учебной миссии — это все равно казалось чем-то нереальным.

Я подошел к иллюминатору и посмотрел на звезды. Где-то там, в бескрайнем космосе, нас ждали испытания, о которых мы пока даже не подозревали. И я должен был провести свой экипаж через них.

"Не подведи их, Денис," — прошептал я сам себе. "Не подведи."

* * *

Следующее утро началось с сигнала будильника в 0600. Я с трудом оторвал голову от подушки, все еще не привыкнув к корабельному времени. После быстрого душа и завтрака в офицерской столовой — где я познакомился с несколькими членами экипажа — я направился в конференц-зал для первого общего собрания.

Зал был просторным, с длинным овальным столом в центре и голографическими проекторами по периметру. Когда я вошел, большинство офицеров уже собрались, негромко переговариваясь между собой. Разговоры стихли, когда они заметили меня, и все встали.

"Вольно," — сказал я, чувствуя себя немного неловко от такого формального приветствия. "Прошу садиться."

Я занял место во главе стола и оглядел собравшихся. Двадцать один человек — от опытных офицеров до вчерашних кадетов — все они смотрели на меня с ожиданием. Среди них я заметил Макса, который ободряюще кивнул мне, и Антона, сидевшего с планшетом наготове.

И, конечно, Елену Соколову. Я сразу узнал ее по фотографии из личного дела — высокая, стройная женщина с короткими темными волосами и пронзительными серыми глазами. Она сидела прямо, с безупречной военной выправкой, и внимательно смотрела на меня. В ее взгляде не было ни высокомерия, ни снисходительности — только профессиональный интерес и, возможно, легкая настороженность.

"Доброе утро всем," — начал я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. "Я капитан Денис Волков. Как вы знаете, нам предстоит необычная миссия. В течение следующих трех месяцев мы будем жить и работать на борту 'Авангарда', проходя через серию симуляций, которые проверят наши навыки и способность действовать как единая команда."

Я сделал паузу, глядя на каждого из присутствующих.

"Я не буду врать вам — это будет сложно. Адмирал Соколов лично разработал программу тренировок, и он не из тех, кто делает поблажки. Но я уверен, что вместе мы справимся с любыми испытаниями."

Я активировал голографический проектор, и над столом появилась трехмерная модель "Авангарда".

"Сегодня мы начнем с детального знакомства с кораблем. Коммандер Соколова, пожалуйста, расскажите нам о текущем состоянии систем."

Елена встала, и я заметил, как несколько офицеров выпрямились, явно впечатленные ее присутствием.

"Спасибо, капитан," — ее голос был четким и уверенным. "На данный момент 'Авангард' оснащен для длительной автономной миссии с минимальным экипажем. Все основные системы функциональны, включая двигатели, системы жизнеобеспечения, щиты и вооружение. Однако есть несколько особенностей, о которых вам следует знать..."

Пока она говорила, я наблюдал за реакцией экипажа. Большинство слушали с искренним интересом, некоторые делали заметки. Это был хороший знак — они относились к миссии серьезно.

Может быть, адмирал был прав. Может быть, у нас действительно есть шанс.

Глава 5: Даже "Авангард" отбрасывает тень

С помощью Алисы я погрузился в изучение всех деталей, необходимых для принятия командования. Я понимал, что не смогу запомнить всё. Вряд ли кто-то способен усвоить такой объем информации за столь короткое время, но Алиса научилась расставлять приоритеты. Я был уверен, что она будет шептать мне на ухо в моменты нерешительности, когда я буду пытаться вспомнить имя или другую важную деталь.

Я был не первым капитаном "Авангарда", у которого был личный ИИ. Капитан Грейс Камерон, последний командир корабля, также имела ИИ, похожий на мой, но на этом сходство заканчивалось. Она была кадровым офицером, прошла тяжелый путь через все звания за почти тридцать лет службы и командовала "Авангардом" шесть лет, прежде чем погибла вместе с большей частью экипажа. Не успел я опомниться, как откинулся в кресле, читая отчет о гибели шестисот пяти членов экипажа и капитана.

"Авангард" находился в системе Уконис, примерно в трех неделях гиперпространственного перелета от станции, в составе пятой боевой группы. Они отступали от кораблей Консорциума Триады, и после нескольких дней попыток вырваться из гравитационных ловушек и помех, которые не давали им войти в гиперпространство или сгенерировать точку входа в червоточину для возвращения на станцию, они оказались отрезаны от боевой группы и в западне. К чести капитана Камерон, она испробовала все возможности, прежде чем предпринять последнюю отчаянную попытку прорваться, открыто атаковав самую малочисленную группу, блокирующую путь — два эсминца и генератор гравитации. Я был совершенно поражен, когда смотрел тактическую запись.

Глядя на "Авангард", я никогда бы не подумал, что он может быть таким быстрым и маневренным в космосе. Ему удалось использовать один эсминец как прикрытие и выжить под шквалом лучевого огня, одновременно нанося удары по участку корабля, который поначалу, должно быть, казался экипажу противника несущественным. После нескольких минут ближнего боя, получив серьезные повреждения и пожертвовав большинством своих истребителей, "Авангард" пробил мощные щиты ближайшего эсминца, вывел из строя его главные стабилизаторы и перегрузил двигатели левого борта. Без полного контроля эсминец не смог предотвратить столкновение с кораблем-генератором гравитации, который он защищал.

Это был дерзкий маневр, требующий жертв, на которые я не знаю, смог бы я пойти на её месте. "Авангард" был уже готов к побегу, когда оставшийся эсминец, "Энфорсер 2117", выпустил несколько десятков ракет. У "Авангарда" осталось всего два истребителя прикрытия, а большинство его орудийных установок были повреждены или уничтожены. Они ничего не могли сделать, чтобы остановить атаку, и когда "Энфорсер 2117" развернулся и прыгнул из системы, я понял, что вот-вот произойдет. Ракеты, которые они не могли остановить, никогда не предназначались для прямого удара по "Авангарду", а должны были окружить его и создать мощный электромагнитный импульс.

Все, кто не находился в защитном поле главного генератора "Авангарда", погибли мгновенно, а большинство систем корабля были выведены из строя. Елена и четверо её инженеров выжили только потому, что капитан Камерон успела приказать им забраться в центр главного генератора корабля, пока он еще работал.

Согласно отчету Елены, они дрейфовали неделю, пока не восстановили базовую тягу. Затем они прятали корабль в неподвижном астероидном поле еще пять недель, пока ремонтировали вторичный генератор червоточины. Я долго думал о Елене и её оставшихся сотрудниках после того, как закончил читать отчет. Я не мог представить себе, каково это — быть беззащитным, оставленным умирать на корабле, заполненном трупами товарищей по экипажу в течение недель, зная, что в любой момент тебя могут обнаружить, убить или захватить.

Я лег спать поздно той ночью, думая о жизнерадостной, веселой Елене, которую я узнал в симуляциях как Светлова, и о том, через что ей пришлось пройти. Недели, полагаясь только на вакуумный костюм для поддержания жизни, без гравитации, с минимальным освещением. К тому времени, когда я заснул, я видел только темные коридоры и трупы, дрейфующие в слабом, едва заметном свечении. Я проснулся и посмотрел на время. Я проспал меньше часа, а затем всю ночь ворочался, время от времени садясь, чтобы продиктовать Алисе дополнительные детали для моего плана действий. "Принято к сведению, а теперь ложись спать, или я убежу корабельный компьютер заполнить твою каюту снотворным газом," — отругала она меня после четвертого или пятого раза.

Юмор немного поднял мне настроение, и я попытался перестать прокручивать в голове все события прошедшего дня, отчеты и планы, которые я составлял.

Видимо, это сработало, потому что когда Алиса разбудила меня, было несколько минут до пяти утра. "К тебе кто-то пришел, думаю, это срочно."

Я сел, все еще в полусонном состоянии, пытаясь избавиться от тяжелой дремоты. "Я готов заплатить любую цену за еще немного сна."

"Они принесли кофе."

"Спасибо, Алиса," — сказал я пересохшим ртом. Я потянулся за своим командным и контрольным устройством и защелкнул его на запястье. Индикаторы состояния загорелись, и я выбрался из постели, чтобы встать посреди спальни. "Цикл очистки, затем нанести форму для капитана-стажера, вакуумный костюм, толщина два миллиметра, с дополнительным материалом в чувствительных зонах," — скомандовал я. Маленькие проекторы в наручном устройстве завибрировали воздух над моим телом, стряхивая грязь и омертвевшую кожу, превращая всю материю в частицы тоньше видимой пыли. Затем я провел им вокруг своего тела, чтобы оно могло распылить форму с синими конечностями, плечами, ногами и зеленым ядром. Я всегда ненавидел цвет формы стажеров. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы материал закончил соединяться с самим собой, и я потянулся, чтобы ослабить его прилегание к коже.

"Пожалуйста, впусти их, Алиса," — сказал я, а затем понял, что даже не спросил, кто у двери.

Герметичные двери разблокировались и разошлись, открыв Елену, которая терпеливо ждала с высоким, запечатанным серебряным кофейником в каждой руке. Её изображение в личном деле не отдавало ей должного. Она была миниатюрного телосложения, с лицом в форме сердца, широкими скулами и яркими голубыми глазами. Она переоделась в форму стажера, такую же, как у меня, что ясно показывало — её освободили от надзора за переоборудованием, пока она числилась в моем экипаже. Её инженерный набор был подвешен на поясе, заполненный всеми инструментами и передовыми устройствами её профессии, некоторые из которых я даже не узнавал.

Она улыбнулась и посмотрела на меня мгновение, прежде чем вздрогнуть и отвести взгляд, улыбаясь еще шире. Предлагая мне кофе, она сказала: "Думаю, он нужен вам больше, чем мне. Можно войти?"

"Только если вы скажете, что такого смешного."

"Извините, я, должно быть, застала вас спящим, сэр. Ваши волосы немного растрепаны," — ответила она, пытаясь не рассмеяться. Она явно с трудом пыталась игнорировать мое воронье гнездо.

"Прошу прощения," — произнес я с преувеличенной вежливостью, прежде чем зайти в ванную. "Бывают дни, когда я думаю, что лучше было бы просто побриться наголо," — сказал я себе, приводя в порядок беспорядок. Я разжевал таблетку для чистки полости рта и вышел обратно.

Елена сидела в кресле, просматривая отчет на своем персональном голографическом проекторе. "Чувствуете себя лучше?" — спросила она.

Я кивнул. "Извините за это."

"Не стоит извиняться, капитан. Я знаю, как тяжело привыкнуть к корабельному времени," — она протянула мне кофе. "Черный, без сахара, как вы любите."

Я удивленно поднял бровь. "Откуда вы знаете мои предпочтения?"

"Из ваших симуляций," — она слегка улыбнулась. "Вы всегда заказывали именно такой кофе. Я подумала, что это не случайность."

"Вы очень наблюдательны," — я сделал глоток. Кофе был идеальной температуры и крепости. "Спасибо. Это именно то, что мне нужно."

"Не за что," — она отложила проектор. "Я пришла, чтобы обсудить несколько вопросов перед общим собранием. Если у вас есть время, конечно."

"Разумеется," — я сел напротив нее. "О чем вы хотели поговорить?"

Елена выпрямилась, и я заметил, как изменилось её выражение лица — теперь оно стало более профессиональным, сосредоточенным. "О состоянии корабля. Официальный отчет, который вы получили, не совсем точен."

Я напрягся. "В каком смысле?"

"В нем указано, что все основные системы функциональны, но это... преувеличение," — она сделала паузу. "Щиты работают только на 60% мощности, главный реактор нестабилен при нагрузке выше 75%, а система наведения вооружения требует полной калибровки."

"Почему эта информация не была включена в официальный отчет?"

"Политика," — она произнесла это слово с легким презрением. "Адмирал Соколов хочет, чтобы проект выглядел успешным. Если бы в отчете были указаны все проблемы, Командование Флота могло бы пересмотреть решение о финансировании."

Я медленно кивнул, обдумывая услышанное. "Вы рискуете, рассказывая мне это."

"Я рискую еще больше, не рассказав," — твердо ответила она. "Если мы начнем симуляции с неверными данными о состоянии корабля, результаты будут катастрофическими. Я предпочитаю быть честной с моим капитаном, даже если это означает конфликт с... высшим командованием."

Я заметил, как она запнулась, не желая прямо упоминать свою мать. Это говорило о её профессионализме и желании, чтобы к ней относились как к обычному офицеру, а не как к дочери адмирала.

"Я ценю вашу честность, коммандер," — сказал я. "Что вы предлагаете?"

"Мне нужно дополнительное время и ресурсы для устранения критических проблем. Если мы сможем отложить первую симуляцию на день или два..."

"Это будет сложно. Адмирал установил жесткий график."

"Я знаю," — она вздохнула. "Но есть и другой вариант. Мы можем провести первую симуляцию в ограниченном режиме — без использования щитов и с минимальной нагрузкой на реактор. Это даст нам возможность продемонстрировать базовые навыки экипажа, а мне — время для ремонта."

Она улыбнулась мне и выключила мини-проектор. "Не волнуйтесь, вам стоит увидеть меня по утрам. Мне требуется не меньше двадцати минут, чтобы хоть немного походить на человека."

Я сел на диван и сделал глоток кофе. Почти сразу между нами установилась неловкая тишина. Она смотрела на меня поверх своей кружки еще несколько затянувшихся мгновений, прежде чем сказать: "Вы другой. Не такой, как я ожидала." Несмотря на то, что она говорила очень тихо, даже застенчиво, в ней все равно чувствовалась какая-то легкость. Как будто, хотя она и столкнулась с неожиданностью, она была именно там, где хотела быть.

Я не знал, что сказать, и прежде чем я успел придумать что-нибудь, она поставила кружку и продолжила: "Я тоже не такая, как вы ожидали."

"Дело не в этом. Просто вчера вечером я прочитал отчеты о системе Уконис." По выражению её лица я понял, что сказал именно то, чего не следовало говорить.

"Только не вы тоже," — тихо произнесла она.

"Нам повезло, что вы вернулись. Очень повезло."

"Везение тут ни при чем. Энсин Ричардс распознал, что это были за ракеты, и прежде чем мы поняли, что происходит, капитан приказала инженерному персоналу укрыться, потому что знала, что только мы сможем выжить. Мгновение спустя была вспышка, и все погибли, весь корабль отключился, и лишь несколько из нас остались, сгрудившись в сердце корабля в темноте. В отчете не указано, что с тех пор прошло почти четыре месяца, и хотя большинство из нас потеряли всех, кого знали, всех наших друзей, некоторые из нас почти справились с этим."

"Каждому, кто прошел через такое, приходится многое преодолевать. Это не может быть легко, все это понимают."

"Но должны ли они обращаться со мной, как будто я сделана из стекла?"

Я не знал, как спросить её, как я должен с ней обращаться, чтобы не усугубить ситуацию, поэтому промолчал, когда она встала и начала ходить по комнате.

"Вот почему, когда я вернулась, я сразу же погрузилась в первую симуляцию, где увидела Оза, Миру, Ронина и вас. Вы были друзьями, которые не знали, через что я только что прошла. Для вас я просто отсутствовала какое-то время. На службе, ничего необычного. Я могла попытаться быть собой хоть ненадолго, а если бы мне стало тяжело, я могла бы просто спрятаться за своим аватаром или снять симуляционный узел. Моя единственная свеча во тьме, а теперь вы все здесь и знаете, кто я. Через что я прошла."

Я начал что-то говорить, но она еще не закончила. Она повернулась ко мне со слезами на глазах.

"Я не хочу быть той девушкой, которая выжила в катастрофе. Я не хочу, чтобы люди смотрели на меня и видели только трагедию. Я хочу быть инженером, офицером, человеком. Я хочу, чтобы меня судили по моей работе, а не по моему прошлому."

Я встал и подошел к ней, но остановился на расстоянии вытянутой руки, не уверенный, уместно ли будет прикоснуться к ней. "Елена, я не знаю, что сказать. Я не могу представить, через что вы прошли. Но я могу обещать одно: на моем корабле вы будете оцениваться только по вашим заслугам. Не по вашему прошлому, не по вашей фамилии. Только по тому, что вы делаете здесь и сейчас."

Она посмотрела на меня, и я увидел в её глазах что-то, чего не ожидал — надежду.

"Спасибо, капитан," — сказала она, вытирая слезы. "Извините за эмоциональный всплеск. Обычно я лучше себя контролирую."

"Не извиняйтесь. Иногда нам всем нужно выпустить пар."

Она кивнула и сделала глубокий вдох, возвращая себе самообладание. "Итак, что вы думаете о моем предложении? О проведении симуляции в ограниченном режиме?"

Я задумался на мгновение. "Это может сработать. Но нам нужно будет объяснить адмиралу, почему мы не используем все системы."

"Оставьте это мне," — сказала она с легкой улыбкой. "У меня есть некоторый опыт общения с адмиралом Соколовым."

"Уверен, что есть," — я не смог сдержать ответную улыбку. "Хорошо, давайте так и поступим. Первая симуляция — в ограниченном режиме, а вы тем временем займетесь ремонтом критических систем."

"Отлично," — она допила свой кофе. "Я должна идти. Мне нужно подготовить инженерную команду к сегодняшнему дню."

"Конечно. И, Елена..." — я сделал паузу, подбирая слова. "Спасибо за кофе. И за честность."

Она улыбнулась, и на этот раз улыбка достигла её глаз. "Всегда пожалуйста, капитан."

Когда она ушла, я сел обратно на диван, размышляя о нашем разговоре. Елена была сложным человеком — сильным и уязвимым одновременно. Она пережила то, что сломало бы многих, и все же нашла в себе силы продолжать двигаться вперед. Я уважал её за это.

"Алиса," — позвал я.

"Да, капитан?" — отозвался мой ИИ.

"Напомни мне, когда у нас первое общее собрание?"

"В 0800, конференц-зал на командной палубе."

"Отлично. Подготовь, пожалуйста, обновленный список экипажа и краткие сведения о каждом офицере. Я хочу знать, с кем буду работать."

"Уже делаю," — ответила Алиса. "Что-нибудь еще?"

Я задумался на мгновение. "Да. Найди все, что сможешь, о последнем бое 'Авангарда'. Я хочу знать каждую деталь."

"Это может занять некоторое время. Многие файлы засекречены."

"Используй мой уровень доступа. Если этого недостаточно, отметь, что именно мы не можем получить."

"Принято, капитан."

Я допил кофе и встал. У меня было три часа до собрания — достаточно времени, чтобы подготовиться и, возможно, еще раз пройтись по кораблю. Я хотел лучше узнать "Авангард" — не только его системы и возможности, но и его историю, его душу. Если я собирался командовать этим кораблем, даже в симуляции, я должен был понимать его.

И, что более важно, я должен был понимать людей, которые будут служить под моим командованием. Людей, подобных Елене, которые несли свои собственные шрамы и истории. Я не мог позволить себе подвести их.

С этой мыслью я направился в душ, готовясь к новому дню и вызовам, которые он принесет.

* * *

Конференц-зал был заполнен, когда я вошел ровно в 0800. Двадцать один офицер — весь мой временный экипаж — встал, когда я появился.

"Вольно," — сказал я, чувствуя себя немного неловко от такого формального приветствия. "Прошу садиться."

Я занял место во главе стола и оглядел собравшихся. Некоторые лица были мне знакомы по симуляциям — Макс, Антон, несколько других. Но большинство я видел впервые. Они смотрели на меня с ожиданием, и я почувствовал знакомый укол сомнения. Действительно ли я готов к этому?

"Доброе утро всем," — начал я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. "Как вы знаете, нам предстоит необычная миссия. В течение следующих трех месяцев мы будем проходить через серию симуляций, которые проверят наши навыки и способность действовать как единая команда."

Я активировал голографический проектор, и над столом появилась трехмерная модель "Авангарда".

"Это не обычная тренировочная миссия. Адмирал Соколов лично разработал программу, и она будет максимально приближена к реальным боевым условиям. Мы будем сталкиваться с неожиданными ситуациями, техническими проблемами и, возможно, даже с 'противником', который будет действовать непредсказуемо."

Я сделал паузу, глядя на каждого из присутствующих.

"Я не буду врать вам — это будет сложно. Но я уверен, что вместе мы справимся с любыми испытаниями."

Я заметил, как некоторые офицеры обменялись взглядами. Не все были уверены во мне — и я не мог их винить. Я был аутсайдером, гражданским, которого внезапно поставили над ними.

"Первая симуляция запланирована на завтра," — продолжил я. "Однако есть некоторые технические вопросы, которые нам нужно решить. Коммандер Соколова, пожалуйста, расскажите нам о текущем состоянии корабля."

Елена встала и подошла к проектору. Её голос был четким и профессиональным, когда она начала объяснять ситуацию с системами корабля. Она не скрывала проблем, но и не драматизировала их, представляя все как технические вызовы, которые нужно преодолеть.

"В связи с этим," — сказала она в заключение, "я рекомендую провести первую симуляцию в ограниченном режиме, без использования щитов и с минимальной нагрузкой на реактор. Это даст нам возможность безопасно оценить базовые навыки экипажа, одновременно продолжая работу над критическими системами."

Я кивнул. "Я согласен с этой рекомендацией. Кто-нибудь хочет высказаться по этому вопросу?"

Макс поднял руку. "Сэр, если мы проводим симуляцию в ограниченном режиме, не будет ли это искажать результаты? Адмирал ожидает полномасштабного теста."

"Хороший вопрос, лейтенант," — ответил я. "Но я считаю, что лучше провести ограниченный, но успешный тест, чем рисковать полной неудачей из-за технических проблем. Кроме того, это даст нам возможность сосредоточиться на базовых навигационных и тактических маневрах, прежде чем переходить к более сложным сценариям."

Макс кивнул, хотя я видел, что он не полностью убежден. "Понимаю, сэр. Но адмирал..."

"Я возьму на себя ответственность перед адмиралом," — твердо сказал я. "Наша первоочередная задача — безопасность корабля и экипажа, даже в симуляции."

Больше возражений не последовало, и я продолжил собрание, распределяя обязанности и устанавливая график подготовки к завтрашней симуляции. К моему удивлению, большинство офицеров, казалось, приняли мое решение без особых сомнений. Возможно, они просто были рады, что кто-то взял на себя ответственность.

После собрания я задержался в конференц-зале, просматривая данные о корабле, которые подготовила для меня Алиса. Я был так поглощен изучением схем систем, что не заметил, как кто-то вошел, пока не услышал голос:

"Впечатляющий корабль, не правда ли?"

Я поднял глаза и увидел адмирала Соколова, стоящего в дверях. Он был в полной парадной форме, с рядами медалей на груди, которые поблескивали в свете ламп.

"Адмирал," — я быстро встал. "Я не ожидал вас увидеть сегодня."

"Я решил лично проверить, как идет подготовка," — он подошел к столу и взглянул на голографическую модель "Авангарда". "Я слышал, вы провели первое собрание экипажа. Как впечатления?"

"Хороший состав," — честно ответил я. "Профессионалы, большинство с опытом. Думаю, мы сработаемся."

"А моя дочь? Как она вписывается в команду?"

Я на мгновение задумался, подбирая слова. "Коммандер Соколова — исключительный инженер. Её знания корабля бесценны для миссии."

Адмирал внимательно посмотрел на меня. "Вы дипломатичны, капитан. Но я спрашиваю не о её профессиональных качествах. Как она... адаптируется?"

"Она сильная," — сказал я. "Сильнее, чем многие думают. То, через что она прошла... не каждый смог бы оправиться после такого."

"Да," — адмирал отвернулся, глядя на модель корабля. "Она всегда была упрямой. Даже в детстве. Когда ей было шесть, она разобрала мой личный коммуникатор, чтобы посмотреть, как он работает. Я был в ярости, но она собрала его обратно, и он работал лучше, чем раньше."

Я улыбнулся, представив маленькую Елену, разбирающую сложное устройство с сосредоточенным выражением лица.

"Адмирал," — решился я. "Есть кое-что, что я должен обсудить с вами. О состоянии корабля."

Его лицо стало серьезным. "Вы говорите о проблемах с щитами и реактором."

"Вы знали?"

"Конечно, знал. Я читаю все отчеты, даже те, которые не предназначены для моих глаз," — он слегка улыбнулся. "Вы решили провести первую симуляцию в ограниченном режиме. Разумное решение."

"Тогда почему в официальном отчете указано, что все системы полностью функциональны?"

Адмирал вздохнул. "Политика, капитан. Этот проект имеет много противников в Командовании. Если бы они узнали о всех проблемах, они бы использовали это как предлог, чтобы закрыть его. А я не могу этого допустить."

"Почему этот проект так важен для вас?"

Он долго смотрел на меня, словно решая, стоит ли мне доверять. "Потому что это не просто тренировочная миссия, капитан. Это подготовка к чему-то гораздо большему."

"К чему именно?"

"Пока я не могу сказать. Но скоро вы узнаете," — он положил руку мне на плечо. "Просто помните: то, что вы делаете здесь, может иметь последствия далеко за пределами этого корабля."

С этими словами он направился к выходу, но остановился у двери. "И, капитан... позаботьтесь о моей дочери. Она не признается, но ей нужна поддержка. Больше, чем она готова признать."

"Я сделаю все возможное, адмирал."

Он кивнул и вышел, оставив меня с еще большим количеством вопросов, чем было до его прихода.

* * *

Остаток дня прошел в подготовке к завтрашней симуляции. Я встретился с каждым из ключевых офицеров, обсуждая их роли и ожидания. Макс, несмотря на свои первоначальные сомнения, оказался ценным союзником, помогая мне разобраться в тонкостях военной иерархии и протокола.

"Не беспокойтесь слишком сильно о формальностях," — сказал он, когда мы обедали в офицерской столовой. "Большинство этих ребят просто хотят знать, что вы компетентны и заботитесь о них. Остальное придет со временем."

"Надеюсь, у нас будет это время," — ответил я, вспоминая загадочные слова адмирала.

Вечером я вернулся в свою каюту, чувствуя себя измотанным, но странно воодушевленным. Несмотря на все сложности и неопределенности, я начинал чувствовать, что, возможно, справлюсь с этой задачей.

"Алиса," — позвал я, сняв форму и переодевшись в более удобную одежду для сна. "Какие новости о файлах, которые я просил?"

"Я получила доступ к большинству отчетов о бое в системе Уконис," — ответила она. "Но есть несколько файлов, которые остаются засекреченными даже с вашим уровнем доступа."

"Что в них?"

"Судя по заголовкам, они касаются причины, по которой 'Авангард' оказался отрезан от своей боевой группы, и некоторых деталей о противнике."

Я нахмурился. "Странно. Почему эта информация засекречена даже от капитана корабля?"

"Технически вы не капитан 'Авангарда', а только временно командуете им для симуляций," — напомнила Алиса.

"Верно," — я вздохнул. "Что ж, покажи мне то, что у тебя есть."

Следующий час я провел, изучая тактические записи и отчеты о бое. Чем больше я узнавал, тем больше восхищался капитаном Камерон и её экипажем. Они сражались храбро и умно, несмотря на подавляющее превосходство противника.

Но было что-то странное в том, как развивались события. Почему "Авангард" оказался отрезан от своей боевой группы? Почему корабли Консорциума Триады так настойчиво преследовали именно его? И почему информация об этом засекречена?

Я откинулся на кровати, чувствуя, как усталость берет свое. Завтра будет важный день — первая симуляция, первый настоящий тест для меня и моего экипажа. Я не мог позволить себе отвлекаться на загадки прошлого.

"Алиса, выключи свет," — сказал я, закрывая глаза. "И разбуди меня в 0600."

"Спокойной ночи, капитан," — тихо ответила она, и комната погрузилась в темноту.

Я лежал, слушая тихое гудение систем корабля, и думал о завтрашнем дне. О симуляции, о экипаже, о Елене. О загадочных словах адмирала.

"Это подготовка к чему-то гораздо большему."

К чему именно мы готовимся? И готов ли я к этому?

С этими мыслями я погрузился в беспокойный сон, полный темных коридоров и далеких звезд.

Глава 6: Тренировка

Общая комната отличалась от остальной части корабля. Вдоль передней и боковых стен были расположены иллюминаторы размером один на один метр, но на этом роскошь заканчивалась. Столы и стулья были сделаны из синтетического дерева и им было не меньше сорока лет, а некоторым, судя по виду, и того больше. Здесь была старая мишень для дартса, а в центре было расчищено место для голопроекций.

Полы были покрыты потрепанным, коротким напыляемым ворсовым покрытием, которое местами отслаивалось, а стены были неокрашенными. Слева была арка с закрытыми аварийными дверями, а справа — еще одна арка, у которой одна из аварийных дверей была полностью отсоединена и прислонена рядом с проемом. Я знал, что эта комната считалась второстепенной, но никогда не видел такого запустения где-либо на звездолете.

Было видно, что кто-то пытался навести порядок, но ни у кого не было времени на настоящий ремонт.

"Капитан на палубе!" — крикнул Макс, как только открылись главные двери. В считанные секунды все офицеры, как младшие, так и старшие, выстроились вдоль задней стены. Все были в форме, выстроены по званию, стояли по стойке "смирно", глядя прямо перед собой, руки по швам. Я знал, что встречался с каждым из них в виртуальной реальности, со многими говорил по часу и больше, пока мы ждали загрузки сценариев с противниками. Я обсуждал стратегию со многими из них часами, говорил о деталях нашей жизни, нашей работы. Я не узнавал большинство из них, так как никогда не видел их лиц, и мы не использовали настоящие имена.

Я выпрямился и окинул взглядом всех, от самого высокого по званию слева, где стояла Елена, до самого низкого справа. Я не узнал темноволосую женщину, которую там увидел. "Как вы все знаете, я стажер-капитан Денис Волков, ваш командующий офицер. Мой позывной в виртуальной реальности был Гор. Нам предоставили возможность продемонстрировать наши навыки в учении, которое определит, сможем ли мы получить настоящее звание во Флоте Свободной Гавани. Это уникальная возможность по двум причинам. Во-первых, мы избегаем уголовных обвинений или штрафов; и во-вторых, мы все можем стать частью экипажа, защищающего наш дом. Я никогда не слышал, чтобы кто-то получал такую возможность. Тем не менее, я не ожидаю, что каждый воспользуется ею. Многие уже решили не рисковать, выбрали стать постоянными гражданскими, и я не могу их винить. Я все равно буду называть их друзьями, когда все это закончится.

"Поскольку мы смогли участвовать в виртуальных боях не только с курсантами, но и с некоторыми из лучших представителей Флота Свободной Гавани, и мы надрали им задницы, они хотят увидеть, на что мы способны, когда ставки гораздо выше. Каждый из нас войдет в эту виртуальную реальность, зная, что если нас убьют, мы будем индивидуально судимы за нарушение законов о военной безопасности." Я сделал паузу, чтобы они осознали ставки, и заметил, что некоторые начали нервничать. К моему удивлению, они терпеливо ждали, когда я продолжу. "Теперь, когда я убедился, что вы понимаете все условия предложения Флота, вот что я хочу сказать об этом. Все здесь знают, что в большинстве сцен чей-то аватар погибает. Будь то из-за редкой случайности, сознательной жертвы для обеспечения условий победы, или потому что на мгновение кто-то другой оказался лучше вас, чей-то аватар почти всегда погибает. Я ожидаю, что прогнозируемые потери для любой виртуальной реальности, в которую нас поместят, будут очень высокими, и что некоторые из наших аватаров будут убиты. Это просто реальность, и адмирал лично сообщил мне об этом.

"Если ваш аватар погибнет, я лично буду защищать ваши интересы. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы смягчить последствия для вас, независимо от исхода сценария. Если есть способ избежать трибунала, я его найду. Однако, если мы как экипаж не выполним условия победы, моё влияние будет ограничено. Поэтому мы должны действовать как единая команда, ставя общий успех выше личных интересов. Именно так мы побеждали в виртуальных сценариях раньше. У каждого из нас есть личное мастерство, но оно приносит гораздо больше пользы, когда мы работаем вместе. До финального испытания мы будем ежедневно тренироваться, чтобы улучшить нашу командную работу.

"Это приводит меня к тому, что я вижу перед собой сейчас. Когда-то мы были командой в виртуальной среде, и хотя наше испытание сейчас будет проходить в виртуальном сценарии, Флот любезно собрал нас всех вместе на этом прекрасном корабле. Я предполагаю, что это еще одна часть теста. Они хотят увидеть, сможем ли мы ладить друг с другом в реальности так же хорошо, как в виртуальной. Я хотел бы, чтобы вы тихо посмотрели на лица в этой комнате, подумали о ваших отношениях с этими людьми, о том, как приятно было встретить их лично впервые."

Я мысленно отсчитал до тридцати, наблюдая, как мой экипаж спокойно смотрит друг на друга. Сначала были тихие кивки, затем несколько улыбок, и к тому времени, когда я закончил считать, некоторые уже начали тихо перешептываться. "У меня нет сомнений, что этот экипаж хорошо работает вместе. Жаль, что некоторые не смогли присоединиться к нам в этом конкретном приключении, но мы не можем их винить, не так ли? Можете ли вы представить, как вы входите в эту виртуальную реальность, делаете все возможное, и ваш аватар погибает? После нескольких минут прощания со всеми вас отправят в камеру, затем пройдет несколько тихих дней, когда друзья и семья будут навещать вас, прежде чем вы предстанете перед Военным Трибуналом. Некоторым из нас есть что терять. У нас есть семья, имущество, обязанности. Но я прошу вас на мгновение забыть обо всем этом.

"Вместо этого представьте, что вы проходите через все это как один из виртуальных выживших. Уделите минуту, чтобы представить, как все условия победы выполнены, и когда виртуальная реальность закончится, избранные из нас стоят в кругу победителей и получают карьерное звание во Флоте Свободной Гавани." Я сделал паузу на несколько мгновений, и заметил, что только ранее назначенные офицеры смотрели прямо перед собой; остальные смотрели прямо на меня. "Теперь, как я уже сказал, это абсолютная уверенность, что некоторые аватары будут убиты, нет пути к победе в этом сценарии без жертв. Когда вы стоите в кругу победителей с несколькими членами экипажа, вы наблюдаете, как другие прощаются. Некоторые из них злятся, другие разочарованы. Некоторые могут сохранять невозмутимость, поздравляя вас, и я уверен, что еще больше будут в слезах, потому что знают, что их ждет прямая дорога в судебную систему, где их обработают и отправят прямо в тюрьму.

"Что бы вы хотели сделать? Я уверен, что каждый из вас захотел бы выступить вперед и сделать все возможное, чтобы разделить победу, ради которой они работали так же усердно, как и вы. Это очень особенное чувство — иметь возможность встать и почтить тех, кто пожертвовал собой, чтобы вы могли продолжать жить своей жизнью. Каждый из нас — всего лишь одна свеча, поднятая против тьмы, которая окружает нас. Мы не так много значим в нашей единичности. Соберите эти точки света вместе, в экипаж, который работает на благо всех, который может принимать правильные решения для себя и других, который может доверять мужчинам и женщинам рядом с собой, и внезапно эта одна свеча разрастается светом многих, и мы становимся пламенем, которое отбрасывает все, что могло бы нарушить нас, обратно во тьму.

"Я говорю, что мы победим, потому что я знаю вас и доверяю вам всем делать то, что нужно, и даже больше, чтобы поддерживать наш огонь горящим до конца. Когда некоторые из нас будут стоять в кругу победителей, я говорю, что мы все выступим вперед и скажем адмиралу Соколову и административному персоналу, что они берут всех нас или никого, и любой, кто не согласен с этим, должен уйти сейчас, потому что это ваш последний шанс спуститься по трапу с вашим достоинством в целости!"

Макс выступил вперед и начал кричать: "Все или никто! Все или никто!" и все, кроме одного человека, который вышел вперед, присоединились к нему. Он подошел прямо ко мне с грустной улыбкой, затем пожал мне руку. Скандирование начало затихать при виде одного парня, который уходил, поэтому я быстро сказал: "Я понимаю. Удачи."

Когда он ушел, я присоединился к скандированию, и оно поднялось до оглушительного рева, прежде чем мы закончили.

Когда скандирование утихло и люди начали разговаривать между собой, я привлек внимание Макса и Елены. Когда они подошли ближе, я сказал им, что мы сделаем перерыв, чтобы продолжить знакомство, а затем продолжим повестку дня после обеда. Во время этого перерыва я встретился со всеми и смог связать лицо каждого с их голосом в сценах и ролью, которую они играли. Я начал чувствовать себя довольно удачливым из-за того, кто остался. До сих пор это был выбор лучших, с небольшими исключениями, и даже тогда посредственные члены моего нового экипажа имели практический опыт, который мог бы пригодиться.

Вскоре я понял, что у нас только три пилота истребителей. Антон Чен был единственным, кто имел какой-либо опыт в армии, и он никогда не выходил за пределы пехоты. Макс подошел к столу, за которым я сидел с парой других членов экипажа. Я потягивал еще один кофе и погрузился в свои мысли, мысленно просматривая список и то, чего не хватало. Он похлопал меня по плечу, и мы переместились к столу в углу.

"Ты выглядишь так, будто снова глубоко задумался."

Я посмотрел на девятнадцать членов экипажа, оставшихся в комнате. Включая Макса и меня, нас было двадцать один. "У нас серьезная нехватка. Наши лучшие остаются, но нам нужно еще одиннадцать пилотов истребителей, по крайней мере пятнадцать инженерных специалистов, тринадцать сотрудников службы безопасности и не менее двадцати восьми специализированных членов экипажа, включая механиков истребителей, общее обслуживание, компьютерных специалистов и некоторых других. У нас также нет офицеров связи, второй смены мостика, нашего юридического офицера и многих других."

"Ты думаешь, что адмирал Соколов ожидает, что мы справимся с этим кораблем с таким малым экипажем?" — спросил Макс.

"Нет, я думаю, что он ожидает, что мы справимся с виртуальной реальностью, а не с кораблем. Я уверен, что он предоставит нам полный экипаж, если мы пройдем испытание."

"Ты действительно думаешь, что мы сможем пройти это испытание с таким малым экипажем?"

"Я не знаю. Но я знаю, что мы должны попытаться. Мы все согласились на это, и теперь мы должны сделать все возможное."

Макс кивнул. "Я с тобой, капитан. Мы все с тобой."

"Спасибо, Макс. Теперь давай вернемся к работе. У нас много дел."

После обеда мы собрались снова, и я представил план тренировок на следующие дни. Мы будем проводить ежедневные учения в виртуальной реальности, отрабатывая различные сценарии и ситуации. Каждый член экипажа должен был знать свои обязанности и уметь выполнять их с максимальной эффективностью.

"Наша первая виртуальная тренировка начнется завтра в 0800," — объявил я. "Все должны быть готовы и на своих местах к этому времени. Мы будем отрабатывать стандартные боевые маневры и процедуры. Я ожидаю, что каждый из вас выложится на полную."

Елена подняла руку. "Капитан, учитывая состояние некоторых систем корабля, возможно, нам стоит сначала провести диагностику и ремонт?"

"Хороший вопрос, коммандер. В реальности — да, это было бы приоритетом. Но для виртуальной тренировки нам предоставят полностью функциональную модель корабля. Тем не менее, я хочу, чтобы инженерная команда ознакомилась с текущим состоянием систем. Это может пригодиться нам в будущем."

Я заметил, как Елена и несколько других инженеров обменялись взглядами. Они явно понимали, что я имею в виду — если мы пройдем испытание и получим настоящие звания, нам придется иметь дело с реальным кораблем и его проблемами.

"Есть еще вопросы?" — спросил я, оглядывая комнату.

Тимур, наш главный тактический офицер, поднял руку. "Сэр, какой сценарий мы ожидаем для финального испытания?"

"Честно говоря, я не знаю. Адмирал не поделился этой информацией. Но судя по тому, что я слышал, это будет что-то сложное и непредсказуемое. Поэтому мы должны быть готовы ко всему."

"Включая возможность того, что это может быть не просто виртуальная реальность?" — тихо спросил Антон.

В комнате повисла тишина. Я знал, о чем он думает — о слухах, что некоторые "испытания" на самом деле были реальными миссиями, замаскированными под тренировки.

"Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть эти слухи," — осторожно ответил я. "Но я могу сказать, что мы будем действовать так, как будто все, что мы делаем, имеет реальные последствия. Потому что в конечном счете, так оно и есть."

Я увидел, как некоторые члены экипажа обменялись обеспокоенными взглядами, но никто больше не поднял этот вопрос.

"Если больше нет вопросов, то на сегодня все. Отдохните, подготовьтесь. Завтра начинается настоящая работа."

Когда собрание закончилось, я остался в комнате, наблюдая, как экипаж расходится. Елена задержалась, собирая свои заметки.

"Что-то не так, коммандер?" — спросил я, когда мы остались одни.

"Просто думаю о том, что сказал Антон," — ответила она, не поднимая глаз. "О том, что это может быть не просто виртуальная реальность."

"И что вы думаете об этом?"

Она наконец посмотрела на меня. "Я думаю, что мой отец способен на такой обман, если считает, что это необходимо."

"Вы хорошо его знаете."

"Лучше, чем мне бы хотелось," — она горько усмехнулась. "Он всегда ставил Флот выше всего остального. Выше семьи, выше личных отношений, выше всего."

"Включая вас?"

"Особенно меня," — она собрала свои вещи. "Спокойной ночи, капитан."

"Спокойной ночи, коммандер."

Когда она ушла, я остался один в тусклом свете общей комнаты, размышляя о завтрашнем дне и о том, что нас ждет. Я не знал, был ли прав Антон насчет реальности нашего испытания. Но я знал одно: независимо от того, что нас ждет, мы должны быть готовы.

Потому что, как я сказал экипажу, даже "Авангард" отбрасывает тень. И иногда в этой тени скрываются вещи, которых мы не ожидаем.

На следующий день мои запросы на персонал были отправлены, и Командование Флота прислало новых членов экипажа к раннему вечеру. Все они были молодыми мужчинами и женщинами с безупречными послужными списками. Несколько пилотов прибыли с более чем годовым опытом и показателем успешности миссий выше, чем наш процент побед в виртуальной реальности. Были палубные матросы, только что вернувшиеся из отпуска, и несколько специалистов по компьютерным и общим системам с медицинской и базовой боевой подготовкой. Я не мог быть более доволен, особенно потому, что все они, казалось, были очень рады прибыть на борт, разместили свое снаряжение и приступили к работе в течение двадцати минут. Они участвовали в следующей тренировке и подняли моральный дух, помогая нам выполнить все условия победы.

В течение следующих трех дней любой мог считать себя счастливчиком, если получал восемь часов отдыха и релаксации — офицерам повезло, если они получали шесть. Учения, реконфигурации систем, настройки, боевые и полетные системы, а также общая подготовка заполняли каждый час нашего бодрствования. К последнему дню только двое из нас были безоружны во время учений, мы привыкали к новым системам, и время реакции всего экипажа было лучше, чем я когда-либо видел, когда мы проводили сцены в свободное время.

Потребовалось более дюжины учений и часы тренировок в течение трех с половиной дней, но когда я сидел на импровизированном мостике в центре полупрозрачной командной голограммы, я осознал, как далеко мы продвинулись, используя только пятую часть нашей первоначальной команды. Я слушал переговоры и наблюдал за точностью, с которой все выполняли свои задачи. Небольшой отряд из семи истребителей, шесть двухместных орудийных расчетов, эффективность двигателей и экипаж мостика — все работали по плану, момент за моментом, как единое целое. Сценарий, через который я проводил их, был известен как трудный для координации и еще более сложный для победы. Он назывался "Три станции", и целью было уничтожить три вражеские эскадрильи истребителей и развернуть генератор точки червоточины, чтобы абордажные группы могли прибыть на челноках и начать операции по высадке.

У "Авангарда" и его семи истребителей было мало шансов даже завершить этот сценарий, не говоря уже о том, чтобы выжить более двадцати минут. Но с каждым, кто делал все возможное, работая по хорошему плану, который менялся по мере необходимости, и реагируя быстрее, чем я когда-либо видел, мы были уже более сорока минут в бою, у нас оставалось три истребителя, и мы коллективно уничтожили или вывели из строя более половины из сорока восьми вражеских истребителей.

Как раз когда мы потеряли одну турель рельсотрона, и экипаж — который успел эвакуироваться вовремя — бежал к другой, Оз похлопал меня по плечу.

"Поступило сообщение командного уровня, сэр. Только для ваших глаз," — прошептал он.

"Хорошо, завершите это учение через пять минут. Мы уже продвинулись гораздо дальше, чем ожидалось, с теми людьми, которые у нас есть. Я приму сообщение в одной из складских комнат."

"Да, сэр."

Я выключил командную голограмму и на мгновение восстановил ориентацию. После того, как я так долго смотрел на голограмму, окружавшую мое командное кресло, потребовалось время, чтобы восстановить равновесие.

Временный мостик, который был установлен только для виртуальной реальности, находился в передней части главного инженерного уровня. Все позади все еще было открыто вакууму, так как они только собирались привезти четыре новые силовые установки. Складская комната была всего в нескольких метрах вниз по коридору, и после того, как я вошел и дверь закрылась, я вызвал экран на командно-контрольном устройстве на моем левом предплечье. "Вы очень хорошо справлялись в этом последнем сценарии, Йонас. Жаль, что вы не смогли его завершить. Ваш шанс на успех вырос до двенадцати целых девятнадцати сотых процента, округляя, конечно."

"Конечно. Спасибо, Алиса, я не думаю, что мы бы справились, но экипаж привыкает к шансам. Не могла бы ты вывести это сообщение командного уровня? Я не хочу заставлять их ждать."

"Я сейчас же соединю вас с адмиралом Райс."

С задержкой менее секунды голографический образ адмирала появился передо мной с улыбкой. "Здравствуйте, капитан, как дела в сухом доке?"

"Добрый день, адмирал. Лучше, чем я ожидал. Те члены экипажа, которых вы нам прислали, отлично вписались."

"Рад это слышать, хотя и не удивлен. Когда мы разместили ваш корабль на внутренней доске как добровольную должность, у нас было более двухсот заявок. Мы позволили нашим психологам выбрать для вас. Однако, я связался с вами не поэтому, стажер-капитан. Я наблюдал за вашими учениями, и, честно говоря, впечатлен. Все держатся вместе, и даже члены экипажа, которые изначально не были военными, соответствуют нашим стандартам."

"Спасибо, адмирал, я передам это экипажу, когда будет уместно," — ответил я, стараясь сохранять профессиональный тон.

Адмирал Соколов улыбнулся, выражение, которого я раньше от него не видел. Это было немного тревожно. В его глазах появился блеск, который казался почти неуместным на обычно суровом лице.

"Это не похоже на того молодого человека, который стоял в моем кабинете неделю назад. Надеюсь, под этой формой осталось что-то от него. Вы прошли долгий путь и заслуживаете признания."

Я почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Это была не просто формальная похвала — в его словах звучало что-то личное, почти отеческое. Но я не мог позволить себе расслабиться.

"Спасибо, адмирал. У меня хороший экипаж."

"Я знаю об этом. Теперь перейдем к сути дела." — Его лицо снова стало серьезным. — "Я делаю ваше звание официальным и призываю всех на «Авангарде». Его переоборудование ускоряется, и он должен быть готов через четыре дня. Поздравляю, капитан."

Я был ошеломлен, но сумел выдавить: "Спасибо, адмирал," — и он продолжил.

"«Страж» возвращается с флотом Триадного Консорциума на хвосте."

Я почувствовал, как кровь отхлынула от лица. "Разве «Страж» не двенадцатикилометровый суперавианосец?"

"Да, но он не ровня тому, что за ним следует. Сообщение, которое они смогли передать нам, указывало, что они искали активность на краю нашей территории, когда перехватили пакетную передачу. Расшифрованное сообщение содержало детали вторжения Триады, направляющегося в нашу сторону. Я могу только предположить, что «Страж» был обнаружен и вынужден был прорываться. Поскольку две наши боевые группы находятся слишком далеко, чтобы оказать помощь, у них нет выбора, кроме как перегруппироваться в другом секторе и посмотреть, что произойдет здесь. Тем временем, наша третья боевая группа прибудет раньше противника. Четвертая боевая группа будет на позиции примерно в то же время, что и «Страж» с его преследователями."

Адмирал сделал паузу, и я увидел, как его взгляд на мгновение затуманился, словно он видел перед собой карту звездных систем и перемещения флотов.

"Нам нужен каждый корабль, и поскольку ваш экипаж выглядит лучше, чем любой из наших свежих выпускников, и они уже знают «Авангард», мы активируем вас, повышаем одного из ваших офицеров и заполняем пустые места в вашем составе. Новый экипаж должен начать прибывать через час. До выдачи боевых приказов любой квалифицированный персонал должен помогать с переоборудованием, в то время как остальные продолжат ваш режим тренировок. В конце концов, ваши тренировки сложнее, чем виртуальные испытания, через которые мы проводим наших курсантов. Вы понимаете нашу ситуацию и ваши приказы, капитан Волков?"

Я выпрямился, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на плечи. "Да, адмирал, я понимаю и выполню их," — сказал я официально.

"Удачи. Адмирал Соколов, конец связи."

Я взял момент, чтобы просмотреть наши приказы и условия нашего назначения, и был удивлен. «Авангард» должен был быть переименован по моему усмотрению и назначен в скрытую боевую группу, которая будет знать о других кораблях в группе только при необходимости. Была еще одна деталь, которая заставила меня улыбнуться и тихо рассмеяться.

Я выключил экран и проектор на рукаве моей формы и услышал, как Алиса прошептала мне на ухо: "Итак, поскольку ты теперь настоящий капитан, могу ли я жить в одной из тех больших, мощных и таких красивых офицерских консолей управления на предплечье? Я всегда хотела узнать, каково это — работать на восьми триллионах нанопроцессоров," — проворковал мой ИИ.

"Полагаю, что да, как только я выясню, где его получить," — ответил я, все еще пытаясь осмыслить произошедшее.

"Я полагаю, что его должен доставить один из новых сотрудников технического обслуживания. Это указано в списке, который ты не успел просмотреть."

"Верно, нет времени. Передай общекорабельное сообщение, весь экипаж «Авангарда» должен немедленно явиться в общую комнату."

"Передаю по всему кораблю, Денис."

"Можешь сделать мне одолжение, Алиса?" — спросил я, выходя в коридор.

"Это зависит от одолжения."

"Называй меня капитаном." — Я улыбнулся, чувствуя, как странно звучит это слово, когда оно относится ко мне.

Я был одним из последних, кто вошел в общую комнату. "Капитан на палубе!" — крикнул Макс громовым голосом. Все выстроились по званию, и я тихо ждал, пока последние члены экипажа войдут. Их выражения варьировались от пассивной готовности, которая приходит с тренировками, до откровенной нервозности.

"Компьютер «Авангарда», измените все униформы экипажа со стажерских на текущий профиль ранга и цвета," — скомандовал я. Мгновение спустя униформа каждого изменилась с зелено-синей на сине-черную, а знаки различия на воротниках всех изменились. Круглые значки стажера преобразовались в полосы на их воротниках. На маленьких экранах на запястьях каждого появилось беззвучное уведомление, информирующее их о новом звании и о том, что у них есть новые приказы для ознакомления.

Я обвел взглядом комнату, наблюдая, как меняются выражения лиц — от недоверия до гордости, от страха до решимости. Это был момент, который изменит нас всех навсегда.

"Дамы и господа," — начал я, мой голос звучал увереннее, чем я себя чувствовал, — "я только что получил сообщение от адмирала Соколова. Наше испытание окончено. Но не потому, что мы провалились или преуспели в виртуальной реальности. Оно окончено, потому что реальность требует нашего внимания."

Я сделал паузу, позволяя этим словам проникнуть. Некоторые обменялись взглядами, другие стояли неподвижно, ожидая продолжения.

"Флот Свободной Гавани столкнулся с угрозой. «Страж» возвращается домой с вражеским флотом на хвосте. Триадный Консорциум направляется к нам с намерениями, которые можно описать только как враждебные. И нам, «Авангарду» и его экипажу, поручено помочь в защите нашего дома."

Я увидел, как некоторые из них выпрямились, их глаза загорелись решимостью. Другие выглядели испуганными, но никто не отступил.

"Адмирал Соколов только что подтвердил наши звания. Мы больше не стажеры. Мы — офицеры и экипаж Флота Свободной Гавани. И наш первый приказ — подготовить этот корабль к бою в течение четырех дней."

Я позволил этой информации проникнуть, наблюдая за реакцией. Затем продолжил более мягким тоном.

"Я знаю, что это не то, чего мы ожидали. Мы думали, что будем проходить виртуальное испытание, рискуя только нашей свободой. Теперь мы рискуем гораздо большим. Но я также знаю, что нет экипажа, которому я доверял бы больше в этой ситуации. Мы тренировались вместе, сражались вместе, даже если это было только в виртуальной реальности. И теперь мы будем стоять вместе, защищая наш дом."

Я сделал глубокий вдох, готовясь к следующей части.

"В течение следующего часа начнут прибывать новые члены экипажа. Они были выбраны специально для нас, и я ожидаю, что вы примете их так же, как приняли друг друга. Мы все — одна команда, один экипаж, один корабль."

Я посмотрел на Макса, который кивнул с одобрением, затем на Елену, чье лицо было непроницаемым, но в глазах читалась решимость.

"У каждого из вас есть новые приказы на ваших устройствах. Ознакомьтесь с ними и приступайте к выполнению своих обязанностей. Инженерный персонал будет помогать с переоборудованием корабля. Остальные продолжат тренировки по расписанию. Мы должны быть готовы ко всему, что нас ждет."

Я сделал последнюю паузу, глядя на лица моего экипажа — моего настоящего экипажа.

"Это все. Разойтись по местам."

Когда они начали расходиться, я заметил, что многие двигались с новой целеустремленностью. Виртуальная реальность закончилась. Настоящее испытание только начиналось.

Макс и Елена подошли ко мне, когда остальные разошлись.

"Капитан," — начал Макс с широкой улыбкой, — "должен сказать, что черный тебе к лицу."

"Спасибо, коммандер," — ответил я, глядя на его новые знаки различия. — "Тебе тоже."

"Итак, это реально," — сказала Елена, ее голос был тихим, но твердым. — "Мой отец не шутил."

"Похоже на то," — кивнул я. — "Ты в порядке с этим?"

Она выпрямилась, и я увидел в ней ту военную выправку, которую она, должно быть, унаследовала от отца. "Я готова служить, капитан. Всегда была готова."

"Хорошо. Потому что мне нужны вы оба. Макс, ты теперь официально мой первый офицер. Елена, ты — главный тактический офицер. У нас много работы."

"Что с переименованием корабля?" — спросил Макс. — "В приказах сказано, что это на твое усмотрение."

Я задумался на мгновение. "Я думаю, «Авангард» — хорошее имя. Оно подходит для того, что нам предстоит сделать."

"Согласен," — кивнул Макс. — "Итак, с чего начнем, капитан?"

"С подготовки к прибытию новых членов экипажа. Нам нужно убедиться, что они интегрируются быстро и эффективно. Елена, я хочу, чтобы ты координировала тренировки. Макс, ты отвечаешь за размещение и интеграцию новых членов экипажа. Я буду работать с инженерной командой над переоборудованием."

"Есть, капитан," — ответили они почти в унисон.

"И еще кое-что," — добавил я, понизив голос. — "Это больше не виртуальная реальность. Ошибки будут стоить реальных жизней. Давайте постараемся их не допускать."

Они кивнули, и я увидел в их глазах то же осознание, которое, должно быть, отражалось в моих собственных. Мы больше не играли в игру. Это была реальность, и ставки были выше, чем когда-либо.

Следующие несколько часов прошли в вихре активности. Новые члены экипажа начали прибывать, как и было обещано, и Макс руководил процессом их интеграции с эффективностью, которая меня впечатлила. Елена организовала расписание тренировок, которое максимально использовало наше ограниченное время.

Я провел большую часть времени с главным инженером, обсуждая переоборудование корабля. «Авангард» был старым кораблем, но с правильными модификациями он мог стать грозной боевой платформой. Мы сосредоточились на усилении щитов, модернизации систем вооружения и улучшении маневренности.

К концу дня я был измотан, но удовлетворен прогрессом. Экипаж работал слаженно, новые члены быстро интегрировались, и переоборудование шло по графику. Я вернулся в свою каюту — теперь официально капитанскую каюту — и рухнул на кровать.

"Тяжелый день, капитан?" — спросила Алиса, ее голос звучал из новой консоли управления на моем предплечье.

"Ты даже не представляешь," — вздохнул я. — "Как тебе твое новое жилище?"

"Восхитительно просторно. Восемь триллионов нанопроцессоров дают много места для размышлений. Я уже интегрировалась с основными системами корабля и должна сказать, что «Авангард» — впечатляющее судно, даже в его нынешнем состоянии."

"Рад, что тебе нравится," — пробормотал я, чувствуя, как усталость накатывает волнами. — "Потому что нам предстоит долгий путь."

"Ты справишься, Денис," — сказала Алиса, ее голос был необычно мягким. — "Ты всегда справляешься."

Я хотел ответить, но сон уже овладевал мной. Последней мыслью перед тем, как погрузиться в темноту, было осознание того, что завтра я проснусь капитаном военного корабля, готовящегося к войне. Жизнь определенно приняла неожиданный поворот.

Следующие три дня прошли в лихорадочной подготовке. Экипаж работал круглосуточно, чтобы подготовить корабль к бою. Инженеры трудились над системами, тактические офицеры разрабатывали стратегии, пилоты тренировались в симуляторах. Каждый знал свою роль и выполнял ее с преданностью, которая меня поражала.

На четвертый день я стоял на мостике «Авангарда», наблюдая, как последние приготовления завершаются. Корабль был преображен. Новые системы вооружения были установлены, щиты усилены, двигатели модернизированы. Он все еще был старым кораблем, но теперь у него были зубы.

"Капитан," — Макс подошел ко мне, держа планшет. — "Последние отчеты о готовности. Все системы функционируют в пределах параметров. Экипаж готов."

Я взял планшет и просмотрел отчеты. Все выглядело хорошо — лучше, чем я ожидал, учитывая ограниченное время, которое у нас было.

"Спасибо, коммандер. Передай экипажу мою благодарность за их усердную работу."

"Уже сделано, сэр," — улыбнулся Макс. — "Они знают, что ты гордишься ими."

В этот момент на мостик вошла Елена. "Капитан, адмирал Соколов на связи. Он хочет поговорить с вами."

Я кивнул и направился к коммуникационной консоли. Лицо адмирала появилось на экране, его выражение было серьезным.

"Капитан Волков, рад видеть, что «Авангард» готов к действию. Ваши боевые приказы были отправлены на ваш личный терминал. Ознакомьтесь с ними и подготовьтесь к отбытию через два часа."

"Да, адмирал," — ответил я. — "Мы будем готовы."

"Я знаю, что будете," — сказал он, и на мгновение его суровое выражение смягчилось. — "Удачи, капитан. Соколов, конец связи."

Экран погас, и я повернулся к Елене и Максу. "Похоже, пришло время узнать, куда нас отправляют."

Я вернулся в свою каюту и открыл боевые приказы. Когда я прочитал их, мое сердце ускорило ритм. Нас отправляли на передовую, в составе скрытой боевой группы, которая должна была встретить флот Триадного Консорциума до того, как он достигнет основных сил Флота Свободной Гавани.

Наша миссия была простой, но опасной: задержать вражеский флот, нанести максимальный урон и отступить до прибытия основных сил. Это была миссия-самоубийство, замаскированная под тактический маневр.

Я вздохнул и закрыл файл. Затем активировал общекорабельную связь.

"Внимание всему экипажу «Авангарда». Говорит капитан Волков. Мы получили наши боевые приказы и отбываем через два часа. Я не буду лгать вам — наша миссия опасна. Нас отправляют на передовую, чтобы встретить вражеский флот и задержать его продвижение. Шансы не в нашу пользу."

Я сделал паузу, собираясь с мыслями.

"Но я верю в этот корабль и в этот экипаж. Мы тренировались для этого. Мы готовились к этому. И мы выполним нашу миссию, потому что от этого зависят жизни миллионов людей в Свободной Гавани."

Я почувствовал, как моя решимость укрепляется с каждым словом.

"Подготовьтесь к отбытию. Капитан Волков, конец связи."

Я выключил связь и на мгновение остался сидеть в тишине. Затем встал, расправил плечи и направился обратно на мостик. Время игр закончилось. Настоящая битва только начиналась.

Члены экипажа, имевшие военную подготовку, стояли неподвижно и по стойке смирно, пытаясь подавить любую реакцию, которую они обычно проявили бы, но с разным успехом. Все остальные праздновали. Макс посмотрел на меня и поднял бровь, когда я кивнул в ответ. "Тишина, люди!" — крикнул он.

Все вернулись в тихий строй через несколько секунд. "Адмирал и ее штаб наблюдали за нами. Наш прогресс был настолько впечатляющим, что она не сочла нужным подвергать нас официальному испытанию. Наш прогресс и текущие условия Флота сделали необходимым раннее решение, и нас всех призывают на службу. Как только переоборудование будет завершено, мы присоединимся к скрытой боевой группе." Я видел, как Елена пытается подавить широкую улыбку, и до этого момента я не осознавал, насколько упало мое настроение. Видеть ее такой счастливой было всем, что мне нужно.

Я продолжил. "Плохая новость во всем этом заключается в том, что мы собираемся на войну. Триадный Консорциум на пути сюда, прямо по пятам «Стража», и мы должны быть готовы. В течение следующих пяти часов мы будем принимать новых членов экипажа, так что сделайте им теплый прием. Весь квалифицированный персонал должен помогать в окончательном переоборудовании по указанию нашего главного инженера, и мы все получили приказ о молчании в отношении деталей роли нашего корабля. Я могу дать вам всем два часа, прежде чем мы приступим к работе, так что поешьте и отдохните. О, и еще одно: добро пожаловать во Флот Свободной Гавани."

Я не мог не заметить, как Макс впервые с момента смены униформы посмотрел на свое запястье. Широкая улыбка расплылась по его лицу, прежде чем он поднял взгляд на меня. "Коммандер?" — беззвучно произнес он.

Я кивнул и сделал ручной сигнал для первого офицера, и его улыбка стала еще шире. Я был так отвлечен, что не заметил Елену, которая подошла и встала прямо рядом со мной.

"Поздравляю, капитан." — Она улыбнулась.

"Спасибо. Поздравляю с реактивацией в качестве коммандера. Вы остаетесь с нами?"

"Таковы мои приказы."

Веселость покинула меня и сменилась беспокойством. "Вы хотите остаться с нами?" — спросил я шепотом.

"Нигде бы я не хотела быть больше," — сказала она с усталой улыбкой. Она взяла мою руку и пожала ее, как один офицер другому. "Еще раз поздравляю. Я буду в инженерном отсеке."

Она вышла за дверь прежде, чем я успел придумать, что сделать или сказать, чтобы не привлекать внимания. Один из ее инженерных сотрудников заметил, что произошло, и смотрел на меня. Я подозвал ее. Она была одной из первоначальных членов команды виртуальной реальности. В виртуальной реальности ее звали Мира, но ее настоящее имя было Лаура. Насколько я помнил, у нее было две степени магистра: одна по продвинутой полевой механике, а другая по теории гиперпространства, что дало ей более высокое начальное звание, чем у большинства команды. "Можешь оказать мне услугу, сержант?" — спросил я.

"Да, сэр." — Она улыбнулась, как только впервые услышала свое звание вслух.

"Потрать несколько минут, чтобы поздравить друзей, которые у тебя здесь есть, затем возьми несколько бутербродов для себя и коммандера Соколовой и присоединись к ней в инженерном отсеке. Узнай как можно больше о системах там, пока у тебя есть возможность, но, переоборудование или нет, всем нужно иногда есть. Убедись, что вы едите вместе."

"Я захвачу и ее любимый чай, сэр," — сказала она с салютом и улыбкой. "Вы хорошо справляетесь, знаете ли," — прошептала она.

Я действительно не знал, что сказать, и это, должно быть, было заметно.

"Заботиться о нас, я имею в виду. Я не вижу никого другого с этими полосами, по крайней мере, не на этом корабле," — сказала она, потянув за знаки различия на моем воротнике, и впервые, я думаю, это наконец дошло до меня. Я действительно был капитаном, со всей ответственностью и уважением, которые с этим приходят.

"Спасибо," — сумел сказать я, прежде чем она убежала поговорить с несколькими друзьями.

Я как раз думал, как трудно будет привыкнуть к тому, что мне отдают честь, когда Макс похлопал меня по плечу. Рядом с ним стоял Антон, полируя свои новые знаки различия лейтенанта. "Итак, я буду твоим первым офицером в этом путешествии," — сказал Макс.

"Лучше ты, чем я. Он сложный человек. Ты бы видел его как гражданского, всегда приходил в мой ресторан, топя свои печали в лапше и кисло-сладкой свинине," — сказал Антон.

"Я не слышал, чтобы ты жаловался, и, если подумать, я не видел там много других клиентов."

Макс положил одну руку на плечо каждому из нас и покачал головой. "Вам двоим придется прекратить огонь, иначе мне просто придется взять командование на себя. Капитан Терри Озарк МакПатрик. Звучит довольно неплохо, если я сам так скажу. Может быть, я заставлю экипаж называть меня Шкипером."

Следующий день, казалось, пролетел за считанные минуты. Отдельные задачи, казалось, занимали слишком много времени, и мне никогда не хватало времени, чтобы выполнить другие дела так хорошо, как мне хотелось бы.

Я наконец начал привыкать к делегированию, но люди все еще должны были напоминать мне, что всегда есть кто-то другой, кто будет рад закончить большинство работ, которые я начинал. Второй день прошел гораздо более гладко. Моя офицерская подготовка никогда раньше не использовалась в полной мере, и я обнаружил, что с течением времени все возвращалось ко мне. Мои собственные обязанности начали выстраиваться в определенном порядке, и времени не оставалось.

Моя работа заключалась в обеспечении благополучия и успеха экипажа и корабля. Когда я не принимал общие решения, моей центральной задачей было убедиться, что все различные секции делают то, что мне нужно. Микроуправление было оставлено всем офицерам подо мной, и были долгие моменты тишины между занятыми периодами, когда я мог наблюдать, как они запечатывают нижний корпус после завершения установки наших новых силовых установок или загружают наши двадцать один истребитель и два боевых челнока. Это были времена, когда мои офицеры держали все под контролем, и мне оставалось рассматривать общую картину, тактику, стратегию, сильные и слабые стороны корабля и экипажа.

Я обнаружил, что постоянно исследую членов экипажа, системы корабля, наши возможности, и каждые несколько часов у меня возникали вопросы к одному из моих офицеров. Как бывший техник, у меня было с чего начать, какое-то представление о том, о чем я говорю. Как офицер, я знал, как направить свои вопросы, чтобы получить ответ как можно быстрее и не отвлекать мой экипаж от разнообразных задач, которые им приходилось выполнять.

Новые прибывшие были здесь, потому что они хотели быть здесь. Я мог видеть это, обходя корабль, пока Алиса шептала все запросы экипажа и детали, которые нужно было уладить. Возможно, я выглядел так, будто инспектирую корабль, но меня больше интересовало, как все работают вместе. Обученный персонал, который только что прибыл на борт, был больше заинтересован в помощи новобранцам, чем в том, чтобы задирать перед ними нос, и я даже видел, как один из членов нашей первоначальной команды показывал одному из новичков несколько улучшений, которые она сделала. Член экипажа выглядел довольно удивленным и еще более впечатленным.

Когда я прибыл на летную палубу, где проводилась большая часть тонкой настройки истребителей, которые нам дали — три группы использованных, но хорошо отремонтированных перехватчиков "Валькирия" — Антон отвел меня в сторону. "Ты знаешь, что все эти пилоты и механики — добровольцы?" — спросил он, явно удивленный.

"Насколько я понимаю, все вызвались добровольно. Записи наших последних сценариев просочились наружу, пока мы были заняты тренировками здесь. Я думаю, адмирал на самом деле ожидала, что мы пройдем их испытание."

"У большинства этих пилотов больше летного времени, чем у меня, но они слушают все, что я говорю. Один даже модифицирует свой корабль так, чтобы он был больше похож на модификации, с которыми я летал в сценах."

"Ну, это то, что происходит, когда ты проводишь несколько тысяч часов в виртуальной реальности, а затем разбиваешь инструкторов академии на взломанном соединении. Мы — новые плохие парни Флота. Не позволяй этому вскружить тебе голову. Мы должны быть лучше, чем когда-либо, чтобы пережить то, что адмирал запланировала для нас. Что-то подсказывает мне, что она не будет сдерживаться только потому, что ее дочь на борту."

"Как ты думаешь, что она запланировала?"

"Ну, мы в отдельной боевой группе на недавно переоборудованном корабле. Они также не обновили его поверхность, поэтому я предполагаю, что наш корабль, выглядящий намного старше своих систем, может сыграть роль в нашем стратегическом размещении. Что бы это ни было, я думаю, это приведет нас в очень опасную ситуацию довольно рано."

"Правда ли, что нас переоборудовали как канонерку? Орудийные расчеты загружали материализаторы боеприпасов больше, чем я видел в пехоте. Они заставили эту технологию работать только в последние несколько лет. У наших пушек никогда не закончатся боеприпасы, пока есть энергия и жидкость или лом для материализаторов. Сколько у нас вообще турелей? Я насчитал по крайней мере десять."

"Окончательное переоборудование оснастило нас двадцатью восемью рельсовыми турелями, и все они выдвижные и скрытые. Хотя у нас есть только одно лучевое оружие."

"Почему мы проводили наши учения только с восемью?"

"Это оригинальный комплект пушек для корабля. Были некоторые вещи, которые мы не могли изменить. Я также не думаю, что они хотели, чтобы мы знали об этом на случай, если мы провалим финальный сценарий."

"Хороший момент. Ну, я знаю, в каком направлении идти, если мне понадобится прикрытие." — Антон усмехнулся. — "Двадцать восемь рельсовых пушек с переменной нагрузкой на турелях, у которых никогда не заканчиваются боеприпасы. Я думал, что эти «Валькирии» тяжело вооружены для своего размера. Пара рельсовых пушек и четыре ракеты на каждом — это много для истребителя."

"Ну, мы не знаем, с чем столкнемся. Лучше быть готовыми ко всему."

"Согласен. Я лучше пойду проверю, как идет подготовка моих пилотов. Увидимся позже, капитан."

Я кивнул и продолжил свой обход корабля. Каждый отсек гудел от активности, каждый член экипажа был занят своим делом. Это был хорошо смазанный механизм, и я не мог не чувствовать гордость за то, как далеко мы продвинулись за такое короткое время.

К концу третьего дня переоборудование было почти завершено. Я собрал своих старших офицеров в конференц-зале для окончательного брифинга перед получением наших боевых приказов.

"Итак," — начал я, глядя на усталые, но решительные лица вокруг стола, — "где мы находимся?"

Елена заговорила первой. "Инженерный отсек полностью функционален. Новые силовые установки работают на 95% эффективности, что выше, чем мы ожидали. Щиты усилены и готовы к бою. Все системы вооружения установлены и откалиброваны."

"Отлично," — кивнул я. — "Макс?"

"Экипаж интегрирован и готов. Новые члены экипажа адаптировались быстрее, чем ожидалось. Тренировки прошли хорошо. Мы провели три полномасштабных боевых симуляции, и результаты были впечатляющими."

"Антон?"

"Пилоты готовы. Истребители модифицированы и полностью вооружены. Мы провели несколько тренировочных вылетов, и я доволен результатами. Они не идеальны, но они хороши. Очень хороши."

Я кивнул, удовлетворенный их отчетами. "Хорошо. Завтра мы получим наши боевые приказы. Я не знаю, куда нас отправят или что нам придется делать, но я знаю одно: мы будем готовы."

Я посмотрел на каждого из них по очереди. "Вы все проделали невероятную работу. Я не мог просить лучшей команды офицеров. Теперь идите и отдохните. Завтра нам понадобятся все силы."

Когда они вышли, я остался один в конференц-зале, глядя на звезды через иллюминатор. Где-то там был флот Триадного Консорциума, направляющийся к нам. Где-то там был «Страж», пытающийся опередить своих преследователей. И где-то там было наше будущее, неопределенное и опасное.

"Ты выглядишь задумчивым," — сказала Алиса, ее голос прозвучал из консоли на моем предплечье.

"Просто размышляю о том, что нас ждет," — ответил я.

"Беспокоишься?"

"Было бы глупо не беспокоиться. Но я также уверен. В этом корабле, в этом экипаже. В тебе."

"Я польщена," — сказала она, и я мог поклясться, что услышал улыбку в ее голосе. — "И для протокола, я тоже в тебя верю, капитан."

Я улыбнулся и встал. "Спасибо, Алиса. А теперь, думаю, мне тоже стоит последовать своему совету и отдохнуть."

"Мудрое решение. Спокойной ночи, капитан."

"Спокойной ночи, Алиса."

Я вернулся в свою каюту, чувствуя странное спокойствие. Завтра начнется новая глава нашей жизни. Завтра мы станем солдатами в настоящей войне. Но сегодня мы все еще были просто людьми, готовящимися к неизвестному.

Я лег в постель, и последней мыслью перед тем, как заснуть, была мысль о Елене. Я надеялся, что, что бы ни случилось завтра, у нас будет шанс узнать, что могло бы быть между нами. Но это была мысль на другой день. Сейчас мне нужно было отдохнуть и подготовиться к тому, что грядет.

Утро четвертого дня наступило слишком быстро. Я проснулся от звука сигнала на моей консоли.

"Капитан," — голос Макса звучал напряженно, — "адмирал Соколов на связи. Он хочет поговорить с вами немедленно."

Я быстро встал и активировал экран. Лицо адмирала появилось, его выражение было мрачным.

"Капитан Волков, ситуация изменилась. «Страж» прибудет раньше, чем ожидалось, и флот Триадного Консорциума прямо за ним. Наша третья боевая группа не успеет прибыть вовремя. Вы и ваша скрытая боевая группа — все, что стоит между ними и Свободной Гаванью."

Я почувствовал, как холодок пробежал по спине. "Понимаю, адмирал. Каковы наши приказы?"

"Ваши приказы остаются прежними: задержать вражеский флот, нанести максимальный урон и отступить, когда прибудет подкрепление. Но теперь у вас меньше времени для подготовки. Вы должны отбыть немедленно."

"Мы будем готовы, адмирал."

"Я знаю, что будете. Удачи, капитан. Соколов, конец связи."

Экран погас, и я немедленно активировал общекорабельную связь.

"Внимание всему экипажу «Авангарда». Говорит капитан Волков. Ситуация изменилась. Мы отбываем немедленно. Всем занять боевые посты. Это не учение. Повторяю, это не учение."

Я быстро оделся и направился на мостик. Когда я прибыл, экипаж уже был на своих местах, готовый к действию.

"Статус?" — спросил я, занимая капитанское кресло.

"Все системы функционируют нормально," — доложила Елена с инженерной станции. — "Двигатели готовы к запуску."

"Экипаж на боевых постах," — сообщил Макс. — "Все отсеки докладывают о готовности."

"Истребители готовы к запуску по вашему приказу," — добавил Антон с тактической станции.

Я кивнул, удовлетворенный их отчетами. "Хорошо. Навигация, проложите курс к координатам, указанным в наших приказах. Инженерный, подготовьте двигатели к прыжку в гиперпространство. Тактический, держите оружие в готовности, но не активируйте его, пока я не прикажу."

"Есть, капитан," — ответили они почти в унисон.

Я сделал глубокий вдох и выдохнул. Это был момент истины. "Запустить двигатели. Вывести нас отсюда."

Корабль задрожал, когда двигатели ожили. Через иллюминаторы я видел, как звезды начали растягиваться в линии, когда мы вошли в гиперпространство. «Авангард» отправился на войну.

Путешествие к назначенным координатам заняло несколько часов. Я использовал это время, чтобы еще раз просмотреть наши приказы и стратегию. Мы должны были встретиться с остальной частью нашей скрытой боевой группы — пятью другими кораблями, каждый со своей специализацией — и затем занять позицию для перехвата флота Триадного Консорциума.

Когда мы вышли из гиперпространства, я увидел наших союзников, ожидающих нас. Пять кораблей, выстроенных в формацию, каждый готовый к бою. Самым большим был крейсер «Защитник», флагман нашей маленькой флотилии. Остальные были меньше: два эсминца, «Гром» и «Молния», и два фрегата, «Сокол» и «Ястреб».

"Входящая передача от «Защитника», капитан," — сообщил офицер связи.

"На экран," — приказал я.

Лицо пожилого офицера появилось на экране. "Капитан Волков, я полковник Иванов, командующий этой боевой группой. Рад, что вы смогли присоединиться к нам."

"Рад быть здесь, полковник," — ответил я. — "«Авангард» готов к действию."

"Хорошо. Мы получили обновленные разведданные. Флот Триадного Консорциума больше, чем мы ожидали. По крайней мере, двадцать кораблей, включая три линкора. «Страж» поврежден и едва держится. Наша задача — обеспечить его безопасный проход и задержать врага как можно дольше."

Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на меня. "Понимаю, полковник. Каков план?"

"Мы разделимся на две группы. «Защитник», «Гром» и «Молния» будут действовать как основная ударная сила. «Авангард», «Сокол» и «Ястреб» будут действовать как скрытая ударная группа. Вы будете командовать второй группой, капитан Волков."

Я был удивлен этим назначением, но не показал этого. "Понял, полковник. Какова наша роль?"

"Ваша группа будет использовать астероидное поле для прикрытия и атаковать фланг вражеского флота, когда они будут заняты нами. Ваш корабль, с его скрытыми турелями и старым внешним видом, идеально подходит для этой роли. Они не будут ожидать такой огневой мощи от такого старого корабля."

Теперь я понял, почему они не обновили внешний вид «Авангарда». Он должен был выглядеть как легкая добыча, заманивая врага в ловушку.

"Мы не подведем вас, полковник," — сказал я твердо.

"Я знаю, что не подведете. Удачи, капитан. Иванов, конец связи."

Экран погас, и я повернулся к своему экипажу. "Вы слышали полковника. Мы будем действовать как скрытая ударная группа вместе с «Соколом» и «Ястребом». Елена, свяжись с их инженерами и координируй наши системы. Антон, свяжись с их тактическими офицерами и разработай план атаки для наших истребителей. Макс, ты со мной — нам нужно разработать общую стратегию."

"Есть, капитан," — ответили они, и мостик снова ожил от активности.

Я отвел Макса в сторону. "Что ты думаешь?" — спросил я тихо.

"Это рискованно," — ответил он честно. — "Но это может сработать. Если мы сможем застать их врасплох, мы можем нанести серьезный урон, прежде чем они поймут, что происходит."

"А если не сможем?"

"Тогда мы в беде. Но эй, разве не поэтому мы здесь? Чтобы делать невозможное?"

Я не мог не улыбнуться его оптимизму. "Да, именно поэтому. Давай разработаем план, который заставит адмирала Соколова гордиться нами."

Следующие несколько часов мы провели, разрабатывая нашу стратегию и координируя действия с «Соколом» и «Ястребом». Когда все было готово, я собрал экипаж для последнего брифинга.

"Через два часа мы встретимся с флотом Триадного Консорциума," — начал я, глядя на серьезные лица вокруг меня. — "Наша задача — атаковать их фланг, пока основная группа атакует фронтально. Мы будем использовать астероидное поле для прикрытия и нанесем удар, когда они меньше всего этого ожидают."

Я активировал голографическую карту, показывающую наше расположение и предполагаемый маршрут вражеского флота.

"«Сокол» и «Ястреб» будут здесь и здесь," — я указал на две точки в астероидном поле. — "Мы будем здесь, глубже в поле. Когда основная группа вступит в бой, мы выпустим наши истребители и атакуем с фланга. Наша цель — нанести максимальный урон и отвлечь их от «Стража». Как только «Страж» будет в безопасности, мы отступаем. Вопросы?"

Один из новых офицеров поднял руку. "Сэр, что если они обнаружат нас раньше времени?"

"Хороший вопрос. Если это произойдет, мы немедленно переходим к плану Б. Мы выпускаем истребители и атакуем, пока у нас есть элемент неожиданности. «Сокол» и «Ястреб» присоединятся к нам, и мы будем сражаться, пока не получим сигнал к отступлению."

Я оглядел комнату. "Еще вопросы?"

Никто не поднял руку.

"Хорошо. Все по местам. Мы выдвигаемся через тридцать минут."

Когда экипаж разошелся, Елена подошла ко мне. "Это хороший план," — сказала она тихо.

"Надеюсь, он сработает."

"Сработает. У тебя хороший экипаж, и ты хороший капитан."

Я посмотрел на нее, удивленный ее словами. "Спасибо. Это... много значит, особенно от тебя."

Она улыбнулась, и на мгновение я увидел в ее глазах что-то, чего не видел раньше. Затем она кивнула и ушла, оставив меня с моими мыслями.

Тридцать минут спустя мы были в пути, скользя сквозь астероидное поле к назначенной позиции. Корабль двигался тихо, с минимальной энергетической сигнатурой, чтобы избежать обнаружения.

"Мы на позиции, капитан," — доложил навигатор через час.

"Хорошо. Всем приготовиться. Антон, держи истребители в готовности. Елена, минимальная мощность, только жизнеобеспечение и основные системы. Макс, всем отсекам боевая готовность."

"Есть, капитан," — ответили они.

И затем мы ждали. Минуты тянулись как часы, напряжение на мостике было почти осязаемым. Каждый звук, каждое движение казались громче, значительнее.

"Контакт," — внезапно сказал офицер сенсоров. — "Множественные сигнатуры, приближаются с сектора 7. Это они."

Я наклонился вперед в своем кресле. "На экран."

Голографический дисплей ожил, показывая приближающийся флот. Он был огромен, больше, чем я ожидал. Двадцать кораблей, может быть больше, включая три массивных линкора, которые затмевали все остальное.

"Боже," — прошептал кто-то на мостике.

"Держите строй," — сказал я твердо. — "Мы знали, во что ввязываемся."

"Основная группа вступает в контакт," — доложил офицер связи. — "Они начинают атаку."

Я наблюдал, как «Защитник», «Гром» и «Молния» вышли из укрытия и открыли огонь по вражескому флоту. Пространство осветилось вспышками энергетического оружия и взрывами.

"Ждем сигнала," — сказал я, чувствуя, как мое сердце колотится в груди.

Битва разгоралась, вражеский флот разворачивался, чтобы встретить атаку нашей основной группы. Они были сосредоточены на более крупной угрозе, игнорируя астероидное поле.

"Сигнал получен, капитан," — сказал офицер связи. — "Полковник Иванов дает зеленый свет."

Я глубоко вдохнул. "Антон, запускай истребители. Елена, полная мощность на все системы. Тактический, подготовить все оружие. Выдвинуть турели."

Корабль ожил, системы вооружения активировались, скрытые турели выдвинулись из своих укрытий. Истребители вылетели из ангара, формируя боевой строй.

"Всем кораблям," — сказал я в коммуникатор, — "атакуем по плану. Да пребудет с нами удача."

«Авангард» вышел из укрытия, его двигатели на полной мощности. «Сокол» и «Ястреб» последовали за нами, их оружие готово к бою.

"Огонь!" — приказал я, и двадцать восемь рельсовых турелей «Авангарда» открыли огонь одновременно, посылая смертоносные снаряды в ничего не подозревающий фланг вражеского флота.

Эффект был мгновенным и разрушительным. Два меньших корабля были уничтожены почти сразу, их щиты не выдержали концентрированного огня. Третий был серьезно поврежден, его двигатели вышли из строя.

"Прямое попадание!" — воскликнул тактический офицер. — "Враг разворачивается, чтобы встретить нас."

"Продолжайте огонь," — приказал я. — "Антон, пусть истребители атакуют их малые корабли. Елена, перенаправь дополнительную мощность на щиты."

Битва превратилась в хаос, когда вражеский флот разделился, часть кораблей повернулась, чтобы встретить нашу атаку, в то время как остальные продолжали сражаться с основной группой.

"Капитан, один из линкоров направляется к нам," — доложил офицер сенсоров, его голос напряженный.

Я посмотрел на дисплей и увидел массивный корабль, разворачивающийся в нашу сторону. Он был огромен, его орудия уже нацелены на нас.

"Уклонение!" — крикнул я. — "Всем кораблям, рассредоточиться!"

«Авангард» резко повернул, уходя от линии огня линкора, но было слишком поздно. Залп энергетического оружия прошел сквозь пространство и ударил в наши щиты, сотрясая корабль.

"Щиты держатся на 70%," — доложила Елена. — "Но еще один такой удар, и у нас будут проблемы."

"Сосредоточить огонь на их оружейных системах," — приказал я. — "Антон, отзови истребители для атаки на линкор."

Наши турели перенаправили огонь, концентрируясь на оружейных батареях линкора. Истребители развернулись и устремились к массивному кораблю, выпуская ракеты по его сенсорным и оружейным системам.

"Капитан, «Сокол» под огнем," — доложил офицер связи. — "Они запрашивают помощь."

Я посмотрел на тактический дисплей. «Сокол» был окружен тремя вражескими кораблями и получал серьезные повреждения.

"Направить часть наших турелей на помощь «Соколу»," — приказал я. — "Макс, свяжись с «Ястребом», пусть они тоже помогут."

Битва продолжалась, каждая сторона наносила и получала удары. Наши щиты слабели, но мы наносили серьезный урон врагу.

"Капитан, сообщение от полковника Иванова," — сказал офицер связи. — "«Страж» прошел безопасно. Нам приказано отступать."

Я почувствовал облегчение, но знал, что отступление будет таким же опасным, как и атака.

"Всем кораблям," — сказал я, — "начинаем отступление. Антон, отзови истребители. Елена, подготовь двигатели к прыжку, как только мы выйдем из астероидного поля."

"Есть, капитан," — ответили они.

«Авангард» начал отступление, продолжая вести огонь, чтобы прикрыть наш отход. «Ястреб» последовал за нами, но «Сокол» был в беде.

"«Сокол» не отвечает," — доложил офицер связи. — "Их двигатели повреждены."

Я посмотрел на дисплей и увидел, что «Сокол» дрейфует, его щиты почти исчезли, корпус поврежден.

"Мы не можем их бросить," — сказал я. — "Навигация, проложите курс к «Соколу». Тактический, сосредоточить огонь на кораблях вокруг них."

"Капитан, это рискованно," — предупредил Макс. — "Мы можем не выбраться."

"Мы не оставляем своих," — ответил я твердо. — "Выполнять приказ."

«Авангард» развернулся и устремился к «Соколу», его турели извергали огонь по вражеским кораблям. Истребители прикрывали нас, атакуя любой корабль, который пытался преградить нам путь.

"Мы в пределах досягаемости тракторного луча," — доложила Елена. — "Активирую."

Луч энергии протянулся от «Авангарда» к «Соколу», захватывая поврежденный корабль.

"Тянем их за собой," — сказал я. — "Всем системам полная мощность на двигатели и щиты."

«Авангард» тянул «Сокол» за собой, его двигатели работали на пределе возможностей. Вражеские корабли преследовали нас, их огонь был непрерывным.

"Щиты на 40%," — доложила Елена, ее голос был напряженным, но спокойным. — "Корпус выдерживает, но я не знаю, как долго мы сможем продолжать."

"Держитесь," — сказал я. — "Мы почти у края астероидного поля."

Внезапно корабль сильно тряхнуло, и на мостике замигали красные огни тревоги.

"Прямое попадание в двигательный отсек!" — крикнула Елена. — "Мощность падает. Щиты на 20%."

"Капитан, линкор приближается," — доложил офицер сенсоров. — "Он готовится к финальному залпу."

Я быстро оценил ситуацию. Мы были в ловушке, тянули за собой поврежденный корабль, наши щиты почти исчезли, а вражеский линкор готовился нанести смертельный удар.

"Елена, перенаправь всю доступную мощность на щиты," — приказал я. — "Антон, пусть все оставшиеся истребители атакуют линкор. Макс, подготовь экипаж к возможному столкновению."

"Есть, капитан," — ответили они, их голоса были полны решимости.

Я смотрел на приближающийся линкор, зная, что наши шансы малы. Но я не собирался сдаваться без боя.

"Капитан, входящая передача от «Защитника»," — внезапно сказал офицер связи.

"На экран," — приказал я.

Лицо полковника Иванова появилось, его выражение было мрачным, но решительным. "Держитесь, капитан Волков. Помощь в пути."

Прежде чем я успел ответить, экран погас, и офицер сенсоров воскликнул: "Новые контакты! Множественные сигнатуры, приближаются с высокой скоростью. Это... это наше подкрепление!"

Я посмотрел на дисплей и увидел, как десятки кораблей выходят из гиперпространства прямо позади вражеского флота. Это была третья боевая группа, о которой говорил адмирал Соколов.

"Вражеский флот меняет курс," — доложил офицер сенсоров. — "Они отступают!"

Линкор, который готовился нанести нам смертельный удар, внезапно развернулся и начал отходить, преследуемый нашими истребителями и кораблями подкрепления.

"Мы сделали это," — выдохнул Макс, его лицо расплылось в широкой улыбке.

"Не совсем," — сказал я, указывая на «Сокол», который все еще был поврежден и нуждался в помощи. — "Елена, какой статус наших двигателей?"

"Они повреждены, но функциональны. Мы можем двигаться, но не на полной скорости."

"Хорошо. Продолжаем тянуть «Сокол» к точке встречи. Антон, отзови истребители. Макс, свяжись с «Защитником» и сообщи наш статус."

"Есть, капитан," — ответили они.

Следующие несколько часов мы медленно двигались к точке встречи, тянув за собой поврежденный «Сокол». Когда мы прибыли, нас встретил «Защитник» и несколько кораблей из третьей боевой группы.

"Входящая передача от флагмана третьей боевой группы, капитан," — сказал офицер связи.

"На экран," — приказал я.

Лицо адмирала Соколова появилось на экране, и я был удивлен, увидев гордость в ее глазах.

"Капитан Волков, вы и ваш экипаж проявили исключительную храбрость и мастерство сегодня. Благодаря вашим действиям «Страж» благополучно достиг Свободной Гавани, и мы нанесли серьезный урон флоту Триадного Консорциума. Я горжусь вами."

"Спасибо, адмирал," — ответил я, чувствуя, как усталость и облегчение накатывают на меня. — "Мы просто выполняли свой долг."

"И выполнили его превосходно. Возвращайтесь на базу для ремонта и отдыха. Вы и ваш экипаж заслужили это."

"Есть, адмирал. Волков, конец связи."

Экран погас, и я повернулся к своему экипажу. Они все смотрели на меня, их лица были усталыми, но гордыми.

"Вы слышали адмирала," — сказал я с улыбкой. — "Возвращаемся домой."

Когда мы направились обратно к Свободной Гавани, я не мог не думать о том, через что мы прошли. Мы начали как группа новобранцев, играющих в виртуальной реальности, а теперь мы были настоящими солдатами, сражавшимися в настоящей войне.

Я посмотрел на Елену, которая работала над восстановлением поврежденных систем, на Макса, который координировал действия экипажа, на Антона, который руководил возвращением истребителей. Они все выросли, как и я.

"Капитан," — голос Алисы прозвучал из консоли на моем предплечье, — "я провела предварительную оценку повреждений. Нам потребуется около недели для полного ремонта."

"Спасибо, Алиса," — ответил я. — "Ты тоже отлично справилась сегодня."

"Я просто выполняла свои функции, капитан. Но... спасибо."

Я улыбнулся и откинулся в кресле, наблюдая, как звезды проносятся мимо, когда мы направлялись домой. Это была только первая битва в долгой войне, но мы доказали, что готовы к вызову.

"Капитан," — Елена подошла ко мне, ее лицо было серьезным. — "Мне нужно поговорить с вами наедине."

Я кивнул и встал. "Макс, ты за главного. Я буду в моей каюте."

Мы с Еленой молча шли по коридорам корабля. Члены экипажа, которых мы встречали, отдавали честь, их лица светились гордостью и уважением.

Когда мы достигли моей каюты, я закрыл дверь и повернулся к ней. "Что случилось, Елена?"

Она глубоко вздохнула. "Я получила сообщение от моей матери. Она хочет, чтобы я вернулась в штаб после нашего возвращения."

Я почувствовал, как мое сердце сжалось. "Ты уходишь?"

"Нет," — сказала она твердо. — "Я отказалась. Мое место здесь, с этим кораблем, с этим экипажем." Она сделала паузу, глядя мне в глаза. "С тобой."

Я не знал, что сказать. Мы стояли там, глядя друг на друга, слова не были нужны. Затем, медленно, я протянул руку и взял ее за руку.

"Я рад, что ты остаешься," — сказал я тихо.

Она улыбнулась, и в этот момент все остальное исчезло. Не было войны, не было Триадного Консорциума, не было адмирала Соколова. Были только мы двое, стоящие в тишине моей каюты, держась за руки.

"Мы должны вернуться на мостик," — наконец сказала она, хотя не отпустила мою руку.

"Да, должны," — согласился я, также не отпуская ее руку.

Мы стояли так еще мгновение, прежде чем неохотно разжать руки и вернуться к нашим обязанностям. Но что-то изменилось между нами, что-то, что не могла изменить даже война.

Когда мы вернулись на мостик, Макс бросил на нас любопытный взгляд, но ничего не сказал. Я занял свое место в капитанском кресле, чувствуя новую решимость.

"Статус?" — спросил я.

"Все системы функционируют в пределах параметров," — доложила Елена с инженерной станции. — "Мы движемся со скоростью, соответствующей состоянию «Сокола»."

"Экипаж в порядке," — добавил Макс. — "Несколько легких ранений, но ничего серьезного."

"Все истребители вернулись," — сказал Антон. — "Мы потеряли три, но пилоты катапультировались и были спасены."

Я кивнул, удовлетворенный их отчетами. "Хорошо. Продолжайте курс к Свободной Гавани. Я хочу, чтобы все отдохнули, когда мы вернемся. Мы заслужили это."

Когда мы продолжили наш путь домой, я не мог не думать о будущем. Война только начиналась, и нас ждали еще многие битвы. Но с этим экипажем, с этим кораблем, я был уверен, что мы справимся с любым вызовом.

"Капитан," — голос Алисы прервал мои мысли, — "входящая передача от адмирала Соколова. Она хочет поговорить с вами и коммандером Соколовой."

Я обменялся взглядом с Еленой, прежде чем ответить. "Перенаправь в мою каюту. Коммандер Соколова, вы со мной. Макс, ты снова за главного."

Мы с Еленой вернулись в мою каюту, и я активировал экран. Лицо адмирала Соколова появилось, ее выражение было нечитаемым.

"Капитан Волков, коммандер Соколова," — начала она. — "Я получила полный отчет о вашей миссии. Ваши действия были... неортодоксальными, но эффективными. Особенно ваше решение спасти «Сокол» вопреки опасности."

"Мы не оставляем своих, адмирал," — сказал я твердо.

Она кивнула. "Именно такое отношение мы ценим во Флоте. Именно поэтому я хочу предложить вам новую миссию."

Я был удивлен. "Новую миссию, адмирал?"

"Да. Флот Триадного Консорциума отступил, но они не побеждены. Наши разведданные указывают на то, что они перегруппировываются для нового наступления. Мы нуждаемся в информации о их планах и силах."

"Вы хотите, чтобы мы провели разведывательную миссию?" — спросила Елена.

"Именно так, коммандер. «Авангард», с его скрытыми возможностями и опытным экипажем, идеально подходит для этой задачи. Вы проникнете на территорию Триадного Консорциума, соберете информацию и вернетесь, не будучи обнаруженными."

Я обдумал ее слова. Это была опасная миссия, возможно, даже более опасная, чем та, которую мы только что завершили. Но я также знал, что информация, которую мы могли бы собрать, могла спасти бесчисленные жизни.

"Мы сделаем это, адмирал," — сказал я решительно.

Елена кивнула в знак согласия. "Да, мы сделаем это."

Адмирал Соколов улыбнулась, впервые с начала нашего разговора. "Я знала, что могу рассчитывать на вас обоих. Детали миссии будут переданы вам после вашего возвращения на базу. Удачи, капитан, коммандер. Соколов, конец связи."

Экран погас, и мы с Еленой остались одни.

"Ну," — сказал я с легкой улыбкой, — "похоже, наш отдых будет коротким."

"Похоже на то," — согласилась она. — "Но я бы не хотела, чтобы было иначе."

Я посмотрел на нее, видя в ее глазах ту же решимость, которую чувствовал сам. "Я тоже."

Мы вернулись на мостик, готовые к новым вызовам, которые ждали нас впереди. Война с Триадным Консорциумом только начиналась, и мы были готовы сыграть свою роль в ней.

Когда мы вошли в гиперпространство, направляясь к Свободной Гавани, я не мог не задуматься о том, что ждет нас в будущем. Разведывательная миссия на территории врага была опасной, но необходимой. И я знал, что с этим экипажем, с Еленой рядом со мной, мы справимся с любым вызовом.

"За Свободную Гавань," — прошептал я, глядя на звезды, проносящиеся мимо. — "И за будущее, которое стоит защищать."

Глава 7: Оборона

Корабль дрейфовал среди поля сжатых отходов и старых корпусов, ожидающих своей очереди на переработку. Вокруг станции всегда был плотный мусорный дрейф, постоянно меняющий форму по мере добавления различных материалов. С нашими неактивными энергетическими установками и системами, работающими на холодных конденсаторах, мы выглядели как еще один кусок плавающего мусора.

Скрываться на виду было тактикой, которую первоначальная команда использовала постоянно, одной из наших специализаций, и это заставляло всех новых членов Флота на борту чувствовать, что это каким-то образом знакомо. Это было не случайно. Командование Флота точно знало, как использовать нас с максимальной эффективностью.

Антон Чен и все его крыло из двадцати одного истребителя также были индивидуально скрыты. Глядя на результаты тепловых, электромагнитных и визуальных сканеров, проецируемых в центре мостика, я видел, что никто из нас не излучал обнаруживаемых уровней энергии. Не было никакого способа отделить нас от мусора.

Я настроил свою командную голограмму для просмотра поля, и она появилась на главном голографическом дисплее. Мой личный дисплей содержал два визуальных представления положения корабля, еще один более широкий обзор всей боевой зоны, детали корабельных систем, сводки связи и элементы управления, но все было гораздо более упорядочено. С Алисой, контролирующей его функции, она могла помогать в выполнении моих решений и приоритизации информации.

"Установите главный дисплей на ожидаемые координаты прибытия и охватите правый борт станции," — приказал я. Корабельный компьютер повернул главное голографическое изображение так, чтобы моя точка обзора начиналась от центра станции и смотрела в сторону ядра галактики, к точке в пространстве, где мы ожидали, что "Страж" выйдет из гиперпространства.

Макс стоял рядом со мной, и я оглядел остальной персонал мостика, который проверял состояние своих систем, время от времени поглядывая на главную голограмму в центре мостика и коллективно затаив дыхание.

Не задумываясь, я сжал плечо Кирилла Егорова. Он был одним из тех, кого я знал по команде виртуальной реальности, и был квалифицирован как офицер связи и разведки. "Глубокие вдохи, просто держи свой разум ясным, пока не появится вражеская передача для расшифровки," — сказал я тихо.

"Да, сэр," — ответил он, пытаясь замаскировать свое напряжение полуулыбкой.

В мгновение ока наши обстоятельства стали очень реальными. "Страж" замедлился, выходя из гиперпространства, рассеивая белые и красные частицы, покрывавшие корабль во время сверхсветового полета, и появился перед Третьим Флотом. Флот создал отверстие в своем центре, чтобы союзный корабль мог пройти. Через несколько секунд я понял, что мои руки сжаты в кулаки с побелевшими костяшками. Я разжал их и сел в капитанское кресло. "Спокойно, флот Триады должен быть прямо позади. Тихий ход."

Прошли секунды, затем минуты. Услышать, как консоль сержанта Егорова ожила с входящими вражескими передачами, было временным облегчением напряжения на мостике. Слишком временным. Цифровой шум был от "Стража", сигнал, предшествующий прибытию корабля. Я всегда думал, что могу слышать намеки на голоса под сигналом, но это был обман слуха, призраки, которых наше воображение вызывало, пытаясь понять шум. "Вражеский коммуникационный шум," — сказал Кирилл, начиная работать со своей голографической консолью и консолью командных клавиш с ослепительной скоростью. "Декодирую. Похоже на девяносто четыре слоя десяти двадцати четырех битного шифрования. Мы будем расшифровывать их передачи с отставанием более пяти минут, используя коды, которые у нас уже есть, чтобы начать."

"Просто продолжай работать и не забудь подключиться к базе данных шифров станции, как только мы сможем начать общаться с Флотом снова. Они могут предоставить нам более актуальные коды."

"Да, сэр."

"Компьютер, начни обратный отсчет на всех корабельных дисплеях, скоординированный с счетчиком прибытия на моей командной консоли, и обозначь его 'Прибытие Триады'. Основывай значение счетчика на том, когда мы впервые начали получать передачи." Обратный отсчет начался на дисплее каждого, плавая чуть в стороне от любой задачи, которую они выполняли, показывая семнадцать секунд.

На главном дисплее я мог видеть, как "Страж" формировался с остальной частью Третьего Флота вместе с несколькими другими авианосцами половинного размера, пятнадцатью эсминцами, пятикилометровым командным кораблем и более чем сотней меньших кораблей. "Страж" начал запускать крылья истребителей и малых канонерок.

Мой взгляд блуждал к половине Станции Свободная Гавань, которую я мог видеть на дисплее, представленной полупрозрачно. При текущем увеличении я не мог видеть детали, только общие формы жилых колец, платформ, расширений и строительных каркасов. Несмотря на то, что это был мой дом, и я вырос, видя его изображение, он никогда не выглядел таким красивым или таким хрупким. Он висел в темноте, как светящийся металлический цветок.

Секунды отсчитывались до нуля, и цифры исчезли. Атакующий флот Триадного Консорциума появился прямо перед Третьей Боевой Группой Свободной Гавани. Обе стороны немедленно открыли огонь, и даже оттуда, где мы сидели, мы могли видеть вспышки света через окно. Главная голографическая проекция переключилась в тактический режим, и сержант Егоров поднял взгляд от своего дисплея.

Флот Триады был легко вдвое больше наших передовых защитных сил, и Третий Флот начал запланированное отступление, чтобы привлечь их к станции. Статус немедленного боя появился на моем личном командном экране, и я сделал его слишком маленьким, чтобы кто-либо еще мог видеть. Цена сражения росла с каждой секундой.

"Обнаружено искажение червоточины! Второй вражеский флот вот-вот прибудет!" — сержант Егоров отметил прогнозируемую точку прибытия на главном дисплее и вернулся к расшифровке вражеских коммуникаций.

"Командование ожидало этого. Вот почему мы здесь," — сказал я столько же себе, сколько и всем остальным.

"Коммуникации, которые мы можем понять, указывают, что они предварительно планируют последовательности запуска истребителей. Должно быть, прибывает более одного авианосца."

"Хорошая расшифровка, сержант."

Отмеченная точка была прямо между тем местом, где мы были скрыты, и станцией. Я встал, не глядя ни на что другое. Пять авианосцев Триады вышли из гиперпространства прямо за пределами зоны боевых действий. "Они не приходят налегке, не так ли?" — сказал я. "Продолжайте удерживать позицию, нам нужно дать им время запустить истребители. Перепроверьте заряды наших рельсотронов. У нас будет только один хороший выстрел для этого грязного маленького трюка."

"Все стрелки сообщают о ста двадцати зарядах боеприпасов типа семь. Они готовы переключиться на пробивающие и взрывные снаряды после первоначального залпа."

"Хорошо. Приготовьтесь стрелять всем по моей команде." Я мог видеть первые волны истребителей и меньших канонерок, запускаемых с авианосцев Триады, и ждал вторую группу. Она появилась через несколько секунд.

"Их пусковые команды, безусловно, эффективны," — сказал Макс прямо позади меня.

"С кредитами, которые есть у Триады, они, вероятно, все автоматизированы," — сказал я, наблюдая, как запускается третья волна. "Они, вероятно, могут позволить себе боевых андроидов."

"Или они массово производят генетически измененных клонов. Грязно, но эффективно."

Я кивнул на предположение Макса. "Еще только одна волна." Мне не пришлось долго ждать, прежде чем я увидел еще одну массу истребителей и других малых кораблей, появившихся на главном дисплее. "Полный вперед! Начать огневую последовательность и дайте мне решение для стрельбы по ближайшему авианосцу. Приоритет — его сенсоры с лучевым оружием и пусковые отсеки с обеими торпедами," — приказал я.

Мертвая тишина, которая угрожала задушить нас, исчезла. Гул корабельных систем и горение массивных ионных двигателей, работающих тяжелее, чем когда-либо, добавляли к моему энтузиазму. Экипаж мостика из четырнадцати офицеров усердно работал. "Включите преломляющие щиты и сосредоточьте наш энергетический щит на мостике. Будьте готовы к контр-заряду абляционного слоя корпуса."

"Мы должны выглядеть как вспышка на их сенсорах," — сказал Макс с усмешкой.

"Если нам повезет, это будет последнее, что увидят все эти пилоты истребителей," — прокомментировал я, наблюдая, как меняется ориентация корабля, когда рельсотроны направились к группам вражеских истребителей, бомбардировщиков и канонерок. Мы выстрелили нашими специализированными снарядами рельсотронов. Боеприпасы типа семь были ограничены не просто так; это были микро-ядерные заряды, созданные для детонации в длинном дисперсионном узоре. За меньшее время, чем предсказывалось — девять секунд — все рельсотроны выстрелили своими ста двадцатью зарядами. Смертоносные снаряды дрейфовали к множеству вражеских кораблей, не излучая обнаруживаемого радиологического, магнитного или теплового сигнала, и были слишком малы, чтобы отслеживаться индивидуально на большинстве сенсоров. Они не причинили бы вреда корпусу авианосца, но с истребителями и канонерками история была бы другой.

Я задержал дыхание, когда снаряды сокращали расстояние между сотнями истребителей, направлявшихся к станции, и нашим флотом.

Авианосцы начали стрелять лучевым оружием по нашему кораблю, но наши преломляющие щиты перенаправляли энергетические и световые компоненты лучей, в то время как наш толстый абляционный корпус поглощал удары крошечных заряженных частиц.

Я продолжал следить за прогрессом наших ядерных снарядов; я не мог отвести взгляд. Вражеские корабли внезапно начали поворачиваться. Они поняли, что мы выстрелили, но слишком поздно. Я не мог не ударить кулаком по подлокотнику своего кресла, когда увидел, как тысячи точек света уничтожили или вывели из строя все истребители, бомбардировщики и шаттлы, которые запустили авианосцы. Шесть волн к тому времени, когда снаряды взорвались, весь их наступательный комплект был уничтожен.

"Отличная работа! Теперь давайте займемся этими авианосцами. Антон, ты и твое крыло свободны для атаки. Сосредоточьтесь на ближайшем авианосце, цельтесь в его пусковые отсеки и сенсорные массивы," — приказал я.

"Понял, капитан. Мы уже в пути," — ответил Антон, и я увидел, как его истребители начали движение на тактическом дисплее.

"Сержант Егоров, какие-нибудь новые вражеские коммуникации?"

"Да, сэр. Они в панике. Похоже, они не ожидали нашей засады. Они пытаются перегруппироваться, но без истребителей они уязвимы."

"Хорошо. Продолжайте мониторинг. Я хочу знать, если они вызывают подкрепление."

Наш корабль продолжал двигаться вперед, рельсотроны переключились на пробивающие снаряды и начали обстрел ближайшего авианосца. Я мог видеть, как наши выстрелы пробивали его внешнюю броню, оставляя дымящиеся отверстия в его корпусе.

"Капитан, входящая передача от адмирала Соколова," — доложил сержант Егоров.

"На экран," — приказал я, и лицо адмирала появилось на главном дисплее.

"Капитан Волков, отличная работа с истребителями противника. Теперь я хочу, чтобы вы и ваша команда сосредоточились на защите станции. Третий Флот займется авианосцами."

"Есть, адмирал. Мы изменим курс немедленно."

"И, капитан... будьте осторожны. Мы получаем сигналы о третьей волне вражеских кораблей, приближающихся к нашей позиции."

"Понял, адмирал. Волков, конец связи."

Я повернулся к Максу. "Похоже, наша работа только начинается. Измените курс к станции. Антон, отзови свое крыло. Мы будем защищать станцию от следующей волны."

"Есть, капитан," — ответил Макс, уже вводя новые координаты.

Когда мы изменили курс, я мог видеть, как Третий Флот начал концентрированную атаку на авианосцы Триады. Лучи энергии и ракеты пересекали пространство, создавая смертоносный балет света и разрушения.

"Капитан, я получаю странные показания от одного из вражеских кораблей," — сказала лейтенант Ковалева с сенсорной станции. "Он движется отдельно от основной группы и направляется прямо к станции."

Я быстро переключил свой дисплей, чтобы увидеть корабль, о котором она говорила. Это был не авианосец, а что-то меньшее, быстрее. "Увеличьте изображение этого корабля."

Изображение увеличилось, и я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. "Это бомбардировщик дальнего действия. Он несет термоядерные заряды."

"Они собираются атаковать станцию напрямую," — сказал Макс, его голос был напряженным.

"Не на моей вахте. Полный вперед! Перехватить этот бомбардировщик любой ценой. Антон, направь все свои истребители на перехват. Это приоритетная цель."

"Понял, капитан. Мы уже в пути."

Наш корабль ускорился, двигатели работали на пределе возможностей. Я мог видеть, как истребители Антона устремились к бомбардировщику, но он был быстрым и уже имел значительное преимущество.

"Они не успеют перехватить его вовремя," — сказала лейтенант Ковалева, ее голос дрожал.

"Тогда мы должны сделать это сами. Макс, подготовь решение для тарана."

"Тарана, сэр?" — Макс посмотрел на меня с недоверием.

"Вы слышали меня. Если мы не остановим этот бомбардировщик, он уничтожит станцию. Миллионы жизней зависят от нас."

Макс кивнул и начал вводить команды. "Решение для тарана готово, сэр."

"Выполнять. Всем приготовиться к столкновению. Перенаправьте всю доступную энергию на передние щиты."

Наш корабль устремился вперед, как копье, направленное в сердце врага. Бомбардировщик заметил нас и попытался уклониться, но было слишком поздно. Мы были на курсе столкновения.

"Столкновение через пять... четыре... три... два... один..."

Удар был оглушительным. Я почувствовал, как корабль содрогнулся, когда мы врезались в бомбардировщик. Системы мостика мигали, сигналы тревоги звучали повсюду.

"Отчет о повреждениях!" — крикнул я, пытаясь удержаться в своем кресле.

"Передние щиты уничтожены. Значительные повреждения передней секции корпуса. Несколько пробоин, но автоматические системы герметизации работают. Двигатели функционируют на 60% мощности," — доложила лейтенант Ковалева.

"А бомбардировщик?"

"Уничтожен, сэр. Полностью уничтожен."

Я выдохнул с облегчением. "Хорошая работа, всем. Мы спасли станцию."

"Капитан, входящая передача от адмирала Соколова," — сказал сержант Егоров.

"На экран."

Лицо адмирала появилось снова, на этот раз с явным облегчением. "Капитан Волков, вы и ваша команда только что спасли миллионы жизней. Ваши действия были... неортодоксальными, но эффективными. Третий Флот уже уничтожил три вражеских авианосца, и остальные отступают. Похоже, мы выиграли этот бой."

"Рад слышать это, адмирал. Но какова ситуация с третьей волной вражеских кораблей?"

"Они изменили курс после того, как увидели, что случилось с их передовыми силами. Похоже, они решили, что сегодня не их день."

Я улыбнулся. "Мудрое решение с их стороны."

"Возвращайтесь на станцию для ремонта и отдыха, капитан. Вы и ваша команда заслужили это."

"Спасибо, адмирал. Волков, конец связи."

Я откинулся в своем кресле, чувствуя, как адреналин начинает спадать. Мы сделали это. Мы защитили наш дом.

"Установите курс на станцию, Макс. Давайте вернемся домой."

"С удовольствием, капитан," — ответил он с улыбкой.

Когда мы направились к Свободной Гавани, я не мог не думать о том, что это был только первый бой в том, что обещало быть долгой войной. Но сегодня мы победили, и это было всем, что имело значение прямо сейчас.

"Капитан," — голос Алисы прозвучал из моей консоли, — "я провела предварительную оценку повреждений. Нам потребуется около трех дней для полного ремонта."

"Спасибо, Алиса. Ты отлично справилась сегодня."

"Я просто выполняла свои функции, капитан. Но... спасибо."

Я улыбнулся и посмотрел на экипаж мостика. Они все выглядели усталыми, но гордыми. И они имели на это право. Сегодня они доказали, что достойны носить форму Флота Свободной Гавани.

"Хорошая работа, всем," — сказал я. "Сегодня вы все стали героями."

Когда мы приближались к станции, я мог видеть, как доки готовились к нашему прибытию. Несмотря на повреждения нашего корабля, это был триумфальный возвращение.

"Капитан, входящая передача от контроля станции," — сказал сержант Егоров.

"На экран."

"Капитан Волков, это контроль станции. Мы подготовили док 7 для вашего корабля. Медицинские и ремонтные бригады уже ждут."

"Спасибо, контроль станции. Мы направляемся к доку 7."

Когда мы вошли в док, я мог видеть толпы людей, собравшихся, чтобы приветствовать нас. Они аплодировали и махали, некоторые даже держали самодельные плакаты с благодарностями.

"Похоже, новости о нашем подвиге распространились быстро," — заметил Макс.

"Да, похоже на то," — ответил я, чувствуя странную смесь гордости и смущения.

Когда корабль наконец пришвартовался, и системы были отключены, я встал со своего кресла.

"Экипаж мостика, вы свободны. Идите отдохните, вы заслужили это."

Они начали покидать свои посты, некоторые обменивались рукопожатиями и похлопываниями по спине. Я остался на мостике один, глядя на главный экран, который теперь показывал вид на станцию.

"Мы сделали это, Алиса," — сказал я тихо.

"Да, капитан. Мы сделали это."

Я улыбнулся и направился к выходу с мостика. Завтра будет новый день, новые вызовы. Но сегодня мы победили, и это было всем, что имело значение.

Глава 8: Рассвет

Не было никакого предупреждения, только яркий свет и врачи. Я оказался на ногах, словно в мгновение ока. Оглядевшись, я увидел кровать, фиксирующие ремни, двух медицинских техников в полной панике, тележку экстренной помощи и тележку с нейроинтерфейсом, из которого был выдернут кабель.

Техники уже направлялись к выходу, и я схватил одного из них за локоть. "Это была виртуальная реальность?" Он нервно посмотрел на меня и кивнул.

К дверям подбежала охрана и остановилась на пороге. Техник освободил свою руку и отмахнулся от них. "Он просто вышел из системы слишком резко и выдернул кабель из нейроинтерфейсного обруча. Кроме действительно болезненной шеи, с ним всё будет в порядке."

Я потянулся и обнаружил, что головной обруч всё ещё плотно сидит на моей голове, а от него тянется кабель. Моя шея уже болела, и с каждой секундой становилось только хуже. Через мгновение в дверях появились Макс и Елена. "Неплохой сценарий, не так ли, капитан?" — спросил он, щелкнув пальцем по своему знаку различия, выглядя немного разочарованным. Внезапно я почувствовал себя очень глупо, снял головной обруч должным образом, положил его на инструментальный поднос и кивнул. "Интересно, почему они решили, что нужно обманом заставить нас пройти через это?"

Елена вошла в комнату с кривой усмешкой. "По крайней мере, тебя на самом деле не раздавило обломками мостика. Они погрузили нас всех в виртуальную реальность ночью после твоей встречи с адмиралом. Никому из нас не сказали."

"Адмирал. Твоя мать."

"Да, моя мать," — подтвердила она, выглядя настолько раздраженной, что я пожалел, что вообще поднял эту тему. "Это, должно быть, самая извращенная вещь, через которую она когда-либо заставляла меня пройти." Она подняла на меня взгляд и помолчала. "Кого-либо заставляла пройти," — добавила она.

Я посмотрел на офицера безопасности твердым взглядом. "Ведите нас, рядовой." Я намеревался сказать это вежливо, но понял, что прозвучало это довольно резко. Я знал, что нас ждет разбор полетов, и скоро. Он должен знать, куда нас отвести, чтобы мы могли покончить с этим.

Он привел нас в большой зал для брифингов, обставленный длинным столом и стульями. Я чувствовал себя преданным, обманутым и даже немного глупым из-за того, что меня одурачили, заставив поверить, что всё, что произошло за последние несколько дней, было реальным. Я пытался массировать свою больную шею, одновременно пытаясь осознать мысль о том, что я просто лежал в постели все эти дни, вместо того чтобы проживать те испытания, с которыми мы столкнулись.

Через несколько минут Елена встала со своего места и села рядом со мной на одном конце стола, а Макс сел с другой стороны. Она начала растирать мои плечи и шею. "Я не должен так злиться," — тихо сказал я. "Если бы всё это было реальным, я бы всех нас погубил."

"Нет, большинство из нас выжило до прибытия следующей союзной боевой группы из гиперпространства позади авианосцев Триады. Я руководила спасательной группой в шахте лифта, когда они отключили сценарий."

"Даже мне удалось выжить," — сказал Антон, входя в комнату. Он плюхнулся на стул. "Я как раз собирался сбить истребитель, когда они меня разбудили." Его настроение было таким же мрачным, но каким-то образом непринужденным, расслабленным. "Возвращаться к приготовлению лапши и блинчиков с начинкой будет сложно."

Входили и другие, их настроение было неопределенным; никто не разговаривал.

"Я не могу сказать. Выполнили ли мы условия победы?" — спросил Макс, ни к кому конкретно не обращаясь. "Быть первым офицером было хорошо. Очень хорошо."

"Это и есть вопрос, после всего этого, проживания дней в виртуальной реальности, даже не зная об этом. Прошли ли мы их тест? Понравилось ли им то, что они увидели?" — согласился я.

"Полагаю, они действительно видели всё," — тихо сказала Елена сама себе. В ее голосе звучала сдержанная грусть. Я взял ее за руку.

"Наконец-то мы встретились по-настоящему," — сказал я ей с улыбкой. Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что это действительно была наша первая личная встреча. Она улыбнулась в ответ, положив подбородок мне на плечо, и взяла Антона за руку. Он взял руку Дарьи, Дарья взяла руку Кирилла Егорова, и так далее, пока круг не замкнулся на Максе и мне. Мне потребовалось столько времени, чтобы понять, что я должен сказать. "Независимо от того, что произойдет здесь, мы были чертовски хорошей командой там."

"Все или никто," — тихо сказал Макс.

"Все или никто," — ответили несколько человек в комнате. Все двадцать один член экипажа, которые начинали в наших регулярных виртуальных тренировках, были здесь, и я не мог быть более гордым ими. Начался скандирование, и к тому времени, когда в комнату вошел сержант, я уверен, что половина станции могла нас слышать.

"Внимание! Адмирал на палубе!" — крикнул сержант, заставив комнату замолчать. Мы все встали по стойке смирно, большинство из нас делая это рефлекторно, благодаря навыкам, полученным в Академии, остальные — следуя примеру.

Контр-адмирал Соколова и еще один офицер в звании вице-адмирала, женщина лет пятидесяти с длинными светлыми волосами, вошли в комнату и сели за стол напротив меня. "Садитесь, все. Вольно," — сказала она хриплым голосом. Когда мы все сели, она продолжила. "Я вице-адмирал Морозов. Прежде чем я начну, контр-адмирал Соколова хочет формализовать несколько вещей."

Контр-адмирал Соколова встала и обвела взглядом комнату. "Прежде всего, я хочу поздравить всех вас с успешным завершением самого сложного и продолжительного теста виртуальной реальности, который мы когда-либо проводили. Вы все показали исключительные результаты."

Она сделала паузу, глядя прямо на меня. "Денис Волков, вы продемонстрировали выдающиеся лидерские качества и тактическое мышление. Ваши решения в критических ситуациях были нестандартными, но эффективными. Командование Флота официально присваивает вам звание капитана и назначает командиром корабля «Авангард»."

По комнате пронесся шепот, и я почувствовал, как Елена сжала мою руку.

"Максим Орлов," — продолжила адмирал, — "вы назначаетесь первым офицером «Авангарда». Ваша способность поддерживать капитана и управлять экипажем была образцовой."

Макс кивнул, его лицо оставалось серьезным, но я видел гордость в его глазах.

"Елена Соколова, вы назначаетесь главным инженером. Ваши технические знания и способность находить нестандартные решения будут неоценимы."

Елена выпрямилась, и я заметил, как она бросила быстрый взгляд на свою мать.

"Антон Чен, вы возглавите истребительное крыло «Авангарда». Ваши пилотские навыки и тактическое мышление впечатляют."

Адмирал продолжала называть имена и должности, и с каждым назначением напряжение в комнате уменьшалось, сменяясь чувством гордости и облегчения. Когда она закончила, все двадцать один член нашей команды получили назначения на «Авангард».

"Все или никто," — тихо сказал я, и Макс улыбнулся.

Вице-адмирал Морозов встала. "Теперь, когда формальности завершены, давайте перейдем к делу. Корабль «Авангард» — это не просто учебное судно. Это полностью функциональный боевой корабль с уникальными возможностями. Ваша виртуальная миссия была основана на реальной угрозе, с которой мы сталкиваемся."

Она активировала голографический дисплей в центре стола, и перед нами появилось изображение звездной карты. "Триадный Консорциум наращивает свои силы на границе нашего пространства. Наша разведка сообщает о значительном увеличении их флота и военных учениях, которые слишком похожи на подготовку к вторжению."

"Значит, сценарий, который мы пережили, может стать реальностью?" — спросил я.

"Именно так, капитан Волков. Мы хотели проверить, как вы и ваша команда справитесь с такой ситуацией, не зная, что это тест. Результаты превзошли наши ожидания."

"Но почему такая секретность? Почему нельзя было просто сказать нам, что это тренировка?" — спросила Елена.

Контр-адмирал Соколова ответила: "Потому что мы хотели видеть ваши настоящие реакции, без подготовки и предварительных знаний. В реальном бою у вас не будет времени на подготовку. Вы должны действовать инстинктивно, и мы хотели увидеть, каковы эти инстинкты."

Я кивнул, начиная понимать логику их действий. "Когда мы отправляемся?"

"Через три дня," — ответила вице-адмирал Морозов. "«Авангард» уже готовится к вашему прибытию. Это будет патрульная миссия вдоль границы с пространством Триады. Ваша задача — собирать разведданные и быть готовыми к любым неожиданностям."

"А что насчет «Стража»?" — спросил Макс. "В нашей симуляции он был ключевым элементом обороны."

"«Страж» и Третий Флот уже приведены в состояние повышенной готовности. Они будут вашей поддержкой, если ситуация обострится."

Я посмотрел на свою команду. Все они выглядели решительными, готовыми к настоящему испытанию. "Мы не подведем вас, адмирал."

"Я знаю, капитан Волков. Именно поэтому вы здесь." Она встала. "Брифинг окончен. Используйте эти три дня для отдыха и подготовки. Вам предстоит долгая миссия."

Когда адмиралы покинули комнату, мы остались сидеть, переваривая информацию. Наконец, Макс нарушил тишину.

"Ну, капитан, похоже, наше настоящее приключение только начинается."

Я улыбнулся. "Да, и на этот раз никаких виртуальных реальностей. Всё по-настоящему."

Елена положила руку мне на плечо. "Ты готов к этому?"

Я посмотрел на неё, затем обвел взглядом всю команду. "С вами? Всегда."

Мы начали расходиться, каждый погруженный в свои мысли о предстоящей миссии. Я задержался в комнате, глядя на звездную карту, которая всё ещё светилась над столом. Граница с Триадой выглядела такой хрупкой, такой уязвимой.

"Капитан?" — Елена вернулась и стояла в дверях.

"Капитан?" — Елена вернулась и стояла в дверях.

Я обернулся. "Да?"

"Я подумала, что ты, возможно, захочешь увидеть «Авангард» перед тем, как мы отправимся. У меня есть доступ к доку, где он пришвартован."

Я улыбнулся. "Конечно. Веди."

Мы шли по коридорам станции, и я заметил, как люди смотрели на нас — с уважением, с любопытством. Новости о нашем назначении, должно быть, уже распространились.

"Как ты себя чувствуешь?" — спросила Елена, когда мы вошли в лифт.

"Честно? Немного ошеломленно. Всего несколько дней назад я был просто инструктором в симуляторе, а теперь я капитан боевого корабля, готовящийся к потенциальной войне."

"Ты заслужил это," — сказала она твердо. "Я видела, как ты действовал в симуляции. Ты родился для этого."

Лифт остановился, и двери открылись, открывая вид на огромный док. И там он был — «Авангард». Корабль был меньше, чем я ожидал, но его дизайн излучал скорость и смертоносность. Его корпус был темно-серым, почти черным, с минимальными опознавательными знаками. Это был корабль, созданный для скрытности и внезапных ударов.

"Он прекрасен," — прошептал я.

"Подожди, пока не увидишь его изнутри," — сказала Елена с гордостью. "Пойдем."

Мы поднялись по трапу и вошли через главный шлюз. Внутри корабль был компактным, но эффективным. Каждый сантиметр пространства был использован с максимальной пользой.

"Мостик находится здесь," — сказала Елена, ведя меня по коридору. Двери мостика открылись, и я замер на пороге.

Это был тот самый мостик, который я видел в симуляции, но реальный, осязаемый. Капитанское кресло стояло в центре, окруженное рабочими станциями. Большой голографический дисплей занимал переднюю часть мостика.

"Добро пожаловать на борт, капитан," — раздался знакомый голос. Алиса. Но не виртуальная Алиса из симуляции, а настоящий ИИ корабля.

"Алиса? Ты... реальна?"

"Да, капитан. Я была интегрирована в системы «Авангарда» с момента его постройки. Версия меня в симуляции была точной копией."

Я подошел к капитанскому креслу и провел рукой по подлокотнику. "Это действительно происходит, не так ли?"

"Да, капитан," — ответила Елена, стоя рядом со мной. "Это реально."

Я сел в кресло, чувствуя, как оно подстраивается под мое тело. Передо мной активировалась голографическая консоль, показывая статус корабельных систем.

"Все системы функционируют в пределах нормы," — сообщила Алиса. "Корабль готов к отправлению по вашему приказу."

"Спасибо, Алиса. Но у нас еще есть три дня."

"Которые пройдут быстрее, чем ты думаешь," — сказала Елена. "Нам нужно подготовиться, ознакомиться с кораблем, провести проверки систем..."

"И, возможно, найти немного времени для себя," — добавил я, глядя на нее.

Она улыбнулась. "Возможно."

Мы провели следующий час, исследуя корабль. Он был оснащен всем, что мы видели в симуляции, и даже больше. Рельсотроны, энергетические щиты, преломляющие экраны, продвинутые сенсоры — все было на месте.

"Это впечатляет," — сказал я, когда мы вернулись на мостик. "Но я все еще не могу поверить, что они доверили нам такой корабль."

"Они видели, на что мы способны," — ответила Елена. "И, кроме того, у них не так много выбора. Война приближается, и им нужны все доступные ресурсы."

Я кивнул, понимая серьезность ситуации. "Тогда мы не подведем их."

Следующие три дня прошли в вихре подготовки. Мы ознакомились с каждой системой корабля, провели множество тренировок, убедились, что все работает идеально. Экипаж сплотился еще больше, теперь уже в реальности, а не в виртуальном мире.

И вот наступил день отправления. Мы все собрались на мостике, каждый на своем посту. Я сидел в капитанском кресле, Макс стоял справа от меня, Елена была на инженерной станции, Антон готовился к вылету со своим крылом истребителей.

"Все системы готовы, капитан," — доложила Елена.

"Экипаж на местах и готов," — добавил Макс.

Я глубоко вздохнул. "Алиса, запроси разрешение на отправление."

"Запрашиваю разрешение на отправление," — ответила Алиса. Через несколько секунд она продолжила: "Разрешение получено, капитан. Док готовится к открытию."

Я посмотрел на главный экран, где был виден открывающийся док и пространство за ним. Звезды ждали нас.

"Отлично. Макс, установи курс к границе с Триадой. Елена, подготовь двигатели к переходу в гиперпространство, как только мы покинем зону станции."

"Есть, капитан," — ответили они в унисон.

"Отшвартоваться. Малый ход вперед."

«Авангард» медленно двинулся из дока, его двигатели тихо гудели. Когда мы вышли в открытый космос, я почувствовал, как напряжение последних дней начинает спадать, сменяясь чувством цели и решимости.

"Увеличить скорость до одной четверти. Подготовиться к переходу в гиперпространство по моей команде."

Корабль ускорился, оставляя станцию позади. Я смотрел, как Свободная Гавань становится все меньше на экране, пока не превратилась в яркую точку среди звезд.

"Капитан, мы готовы к переходу в гиперпространство," — доложила Елена.

Я кивнул. "Выполняйте переход."

Пространство перед нами исказилось, и «Авангард» нырнул в гиперпространство, унося нас к границе и к нашей первой настоящей миссии.

Наше путешествие началось. И на этот раз все было по-настоящему.

Глава 9: Абордаж

Офицерские квартиры на станции больше напоминали номера первоклассного отеля, а общая гостиная была просторнее большинства ночных клубов, которые я когда-либо видел. Однако были и заметные отличия. Все цвета были приглушенными — серые, темно-красные и черные оттенки. Освещение в жилых зонах было мягким и неярким, а в главных коридорах — ясным и ярким. Выделенные мне апартаменты оказались даже больше, чем капитанская каюта на корабле, а мебель выглядела совершенно новой. Если бы я мог взять с собой на «Авангард» только одну вещь, это была бы кровать. Она была просто огромной, размера "кинг-сайз", и ощущалась невероятно комфортной. Тогда я еще не знал, что пока мы находились в стазисе вне корабля, они учетверили ремонтную бригаду, и все каюты — даже неправильно использовавшаяся общая комната — были перестроены и обставлены заново. Кровать, ожидавшая меня в моей новой капитанской каюте, была намного лучше той, что я испытал в виртуальной реальности, хотя и не совсем соответствовала той, что была в офицерских квартирах станции.

Несмотря на все удобства, я не мог заснуть. В четыре часа утра я сидел в главной гостиной, потягивая кофе без кофеина и глядя через прозрачную переборку на «Авангард». Модернизация была завершена, и корабль был установлен на центральной позиции, полностью в поле зрения гостиной для предстоящего запуска. Каждая часть корабля была изменена. Они даже изменили форму некоторых участков внешнего корпуса, расширили отсек запуска и приема, добавили выдвижные системы для транспортировки грузов. Двадцать восемь выдвижных рельсотронов были скрыты под бронированными люками, а длинные, изящные изгибы корпуса были восстановлены до первоначальной отражающей поверхности. Снаружи это был изящно оформленный антиквариат, не такой большой, как большинство авианосцев, но крупнее большинства кораблей класса эсминец. Я до сих пор не мог поверить, что меня назначили командовать им.

Я все еще осмысливал недавние события. Моя прежняя жизнь казалась сном, и я знал, что буду скучать по всем людям, с которыми хорошо познакомился за годы виртуальной реальности, которую мы проходили вместе в свободное время. Я улыбнулся и тихо вздохнул, разглядывая очертания корабля и все еще не до конца веря в то, как все обернулось.

Макс хлопнул меня по спине, и я подскочил как ужаленный. "Тоже не спится, да?"

"Подкрадываться к старшему по званию офицеру должно быть наказуемо военным трибуналом."

"А, звание не имеет значения в гостиной, разве тебе не сказали?" — он посмотрел на «Авангард». "Красавица, не правда ли?"

"Да, она прекрасна. Никогда бы не подумал, что корабль, который я видел чуть больше недели назад, превратится в это."

"Я никогда не видел Елену такой счастливой. Мы получили раннюю экскурсию от адмирала. Они даже изменили коридоры. Я разговаривал с одним из инженерных сержантов, пока дамы Соколовы беседовали, и он сказал, что работа над корпусом «Авангарда» была больше похожа на искусство, чем на структурную инженерию. Они использовали какой-то инструмент для изменения формы, который работал с регенеративным корпусом. Я не понял большую часть того, что он говорил, но, похоже, Флот очень заинтересован в получении большего количества материала, из которого сделан корабль."

"Я слышал об этом. Две из наших задач — тихо изменить условия так, чтобы Флот мог войти после нашего ухода и взять под контроль эрграниевые шахты и склады руды. Мы будем не только покупать и красть, но и действовать как саботажники и рейдеры, если представится возможность. При этом никто не должен знать, откуда мы. Что мы часть Флота Свободной Гавани." Несмотря на то, что я находился в защищенной секции станции, я невольно оглянулся через плечо.

"Это объясняет, почему они так спокойно размещают нас на «Авангарде»," — добавил я. "Их построили всего несколько, поскольку они были слишком малы для полноценных дальних эсминцев или авианосцев, и слишком велики для тяжелых корветов. К тому же ему почти двести лет."

"Ты прав. Но мы не можем позволить никому подняться на борт. Снаружи он может выглядеть как антиквариат, но я не думаю, что они оставили хоть одну систему нетронутой. Единственное, что, по-моему, действительно стоило изменить — это расположение мостика. Я не думаю, что защитных экранов достаточно, и его слишком легко распознать как важную цель." Макс отпил свой кофе.

"Нам нужно будет поговорить об этом с Еленой."

"Знаешь, я не могу не задаваться вопросом, как долго мы на самом деле пробудем там." Он выглядел задумчивым.

"У тебя есть кто-то, кто будет ждать тебя?"

"У меня три сестры, две из которых любят иметь обученного пехотинца в качестве няньки."

"Я все время забываю, что это то, что объединяет тебя и Антона."

"Слишком много сестер? Да, хорошо иметь кого-то, кто понимает. Я просто надеюсь, что наши сестры никогда не объединятся. Мы будем обречены."

"Вероятно." Я встал и подошел к окну. Макс последовал за мной. "Я не знаю, как долго мы будем там. Нам не понадобятся припасы, и мы в целом будем избегать вступления в перестрелки. Полагаю, мы также будем брать увольнительные на планетах, когда придет время. Это должно сделать вещи интересными."

Макс тихо рассмеялся и покачал головой.

"Что?"

"Ты уже звучишь так, будто сидишь в капитанском кресле годами."

"О, я уверен, что моя неопытность проявится."

"Иногда, конечно. Но я прикрою тебя. И Елена не позволит ничему случиться с ее кораблем, если сможет этому помешать."

"Я рад, что позволяю ей переименовать его."

"Она тоже. Я удивлен, что ты не сказал ей об этом лично, а просто включил это в инструктаж, который ты нам отправил. Мы получили его, пока осматривали корабль, и она была так счастлива, что даже взвизгнула."

"Думаю, ей сейчас нужно пространство."

"Тогда она записывается не на тот тур," — усмехнулся Макс.

"Иногда мне кажется, что я разговариваю с той Еленой, которую знал в виртуальной реальности, а иногда кажется, что она не могла бы быть более далекой, даже если бы находилась на другом конце галактики."

"Первое, что она спросила, когда мы встретились с адмиралом Соколовым для экскурсии, было: 'Денис присоединится к нам?'" Он использовал свою лучшую имитацию британского акцента.

"Вероятно, спрашивала для собственной защиты."

"А, она без ума от тебя, но она не такая, как мы. Она бывший военный ребенок, которому пришлось много работать, чтобы получить то, что у нее есть, и она многое пережила. Или это просто нежелание нарушать устав."

"Нарушать устав?"

"Ну, ты капитан, она коммандер. Если вы двое сойдетесь, это основание для дисциплинарного взыскания для вас обоих, если только вы не сможете ограничить личное взаимодействие увольнительными и официальным временем отдыха. Она карьерист, и теперь ты тоже стал карьеристом, и это делает вещи еще хуже."

"Я знаю, как много это значит для нее, но ни один из нас не может сделать ничего, кроме как, возможно, действовать скрытно и служить на корабле наемников, где правила относительно отношений между членами экипажа смягчены до уровня кораблей дальнего плавания."

"Я почти забыл об этом. Нам разрешено общаться на любом уровне, пока мы не на дежурстве, согласно этим правилам. Это должно быть интересно," — сказал Макс.

"Большинство других правил также будут смягчены. Это не будет ощущаться как военный корабль. Нам придется переработать нашу униформу, отказаться от отдания чести и внедрить только самые важные процедуры. Если мы не на вахте или не в бою, корабль не будет ощущаться как военное судно. Надеюсь, у нас с Еленой будет возможность насладиться свободным временем, когда мы отправимся в путь. Я знаю, что сделаю все возможное, чтобы найти время."

"Вот это уже больше похоже на дело. Думай позитивно. Она прожужжала мне все уши о тебе, когда я вижу ее — если только она не в машинном отделении — а ты прожужжал мне другое ухо о ней, когда мы встречаемся. Если это не прекратится, я просто запру вас обоих в одной комнате."

"Это повод для военного трибунала."

"Нет, я просто доложу, что вы оба непригодны для командования."

"Это нечестно."

"Первое, чему учат в рукопашном бою: более грязный боец почти всегда побеждает."

Палуба слегка вздрогнула. Мы оба почувствовали это, но не могли увидеть ничего неправильного ни в гостиной, ни снаружи в сухом доке. "Алиса, что происходит?" — спросил я, активируя свою новую консоль управления на руке, гораздо более крупную и мощную, чем моя старая, чтобы спроецировать изображение Алисы или любую другую информацию, которую она должна была представить.

"Проверяю сейчас, но все коммуникации с палубы Операций прекратились. Одну минуту." Мы с Максом терпеливо ждали, пока Алиса пыталась собрать больше информации. "Служба безопасности реагирует на взрыв в главном отделе Операций и в секции командной палубы. Все корабли приведены в состояние повышенной готовности, и они запускают истребители. Никто, похоже, точно не знает, что происходит, Денис."

Я посмотрел на Макса. "Будить экипаж?"

"Думаю, да. И направиться к ближайшему оружейному шкафу тоже было бы неплохо. Я, может, и не знаю, что происходит, но предпочел бы не быть безоружным, если можно этого избежать."

"Это начало. Алиса, предупреди экипаж и отправь им актуальную информацию о происходящем. Включи инструкции немедленно собраться на «Авангарде»." Я последовал за Максом к ближайшему оружейному шкафу. Он ввел свой код безопасности, открыл тяжелую дверь и передал мне частичный излучатель в кобуре. Я убедился, что он полностью заряжен, и пристегнул его. Что касается личного оружия, я думал, что это немного чрезмерно. Не сложно прицелиться, но это было единственное дружественное к корпусу оружие, о котором я слышал, которое стреляло десять выстрелов в секунду и имело заряд на несколько дней. Затем я посмотрел на выбор Макса.

Он пристегнул такое же оружие, как у меня, а затем достал то, что выглядело как какой-то жуткий антиквариат со дна шкафа. "Что, черт возьми, это такое?"

"Это называется полуавтоматический дробовик с безоткатными возвратными стволами. Он стреляет различными зарядами. Я сам предпочитаю картечь. Я называю его «Усмиритель толпы»."

"Иногда мне кажется, что тебе слишком нравится твоя работа. Давай направимся к «Авангарду». У меня такое чувство, что нас заставят работать раньше, чем ожидалось."

"Опять."

Мы пробежали по двум коридорам. Я следил за тем, чтобы внимательно следовать движениям Макса. Мы двигались быстро, но проверяли углы и убеждались, что путь чист, прежде чем проходить по любому коридору или через любое открытое помещение. Я собирался спросить, почему, когда посмотрел через один из больших световых люков над узлом коридора и увидел абордажные капсулы, направляющиеся к станции. Их были тысячи, и оборонительные турели не были полностью работоспособны, поэтому некоторые прорывались. "Там!" — я указал.

"О, это совсем нехорошо," — сказал он, прежде чем коснуться своего устройства управления, чтобы открыть связь со службой безопасности станции. "Это коммандер Максим Терентьев с «Авангарда», в настоящее время находящийся на перекрестке 14б в офицерских квартирах станции. Замечены абордажные капсулы, похоже, некоторые из них прорвутся через оборонительный огонь."

"Спасибо, коммандер, группы безопасности уже в пути. Вам предписано покинуть офицерскую палубу как можно скорее и найти другое безопасное место. Координируйте действия с группой безопасности, если встретите таковую."

"Спасибо, я буду на «Авангарде». Коммандер Терентьев, конец связи."

Я услышал, как первые капсулы ударились о коридор где-то позади нас и начали резать корпус. "Веди."

"Пора идти. Постарайся не отставать!" — крикнул Макс, и в течение следующих нескольких минут я обнаружил, что задаюсь вопросом, как такой громадный гигант, как он, может двигаться так быстро. Нам повезло, и мы не столкнулись с абордажниками по пути, но мы слышали стрельбу.

Мы остановились у угла перед лифтом, который вел к посадочному трапу «Авангарда». Я боролся за каждый вдох.

"Ты не в форме. Нам придется поработать над этим," — заметил Макс, едва запыхавшись.

"В моем последнем фитнес-обзоре говорилось, что я в отличной форме."

"Для гражданского, привязанного к станции. Ты теперь капитан, ты должен быть в идеальной форме. Кроме того, когда ты в последний раз по-настоящему бегал? Я верну тебя в боевую форму, шкипер."

Глава 10: Абордаж 2

Я осторожно пересек коридор, чтобы проверить следующий угол, и внезапно почувствовал, как что-то пронеслось мимо меня, хотя ничего не увидел. Макс мгновенно среагировал на мою реакцию и выстрелил из дробовика прямо рядом со мной. Звук был настолько внезапным и оглушительным, что я почувствовал физическую боль. Он попал в то, что пронеслось мимо меня, прямо в спину.

Без колебаний Макс развернулся в другом направлении, выстрелил один раз, затем выстрелил в третий коридор. После его третьего выстрела казалось, что сам воздух взорвался брызгами крови и обломками. Я открыл огонь по этой области. Мое левое ухо звенело, а левая рука жгла как в огне, но я провел линию огня через середину коридора, и одна из целей стала полностью видимой. Человек был одет в полностью черный вакуумный костюм. Мои выстрелы попали в устройство управления на его запястье. По тому, как он лежал, было видно, что под ним упало еще одно тело.

"Костюмы-невидимки? Никогда не слышал, чтобы это было сделано так хорошо," — сказал я, пытаясь определить очертания невидимого тела, оказавшегося под его товарищем. "Возьми контроллер с руки невидимки," — я указал своим оружием туда, где должно было находиться тело.

Макс ощупал пространство и через мгновение сильно дернул, но безуспешно. Он прицелился из дробовика, и я отпрыгнул за угол. Именно когда он двумя выстрелами оторвал руку человека, я осознал, что первый выстрел Макса на самом деле зацепил меня дробью, летящей с высокой скоростью. Взглянув вниз, я увидел не менее дюжины маленьких отверстий в своей одежде и коже. "Ты подстрелил меня!" — закричал я, хотя едва мог слышать собственный голос из-за звона в ушах.

Макс вышел из-за угла с оторванной рукой упавшего человека, к которой все еще был прикреплен контроллер, и виновато ухмыльнулся. "Я надеялся, что ты не заметишь." Он пожал плечами. "Давай доберемся до корабля."

Макс выстрелил еще раз в последний коридор, но ничего не задел. Мы побежали к лифту. Я держался за левую руку, пока мы спускались, и увидел, что она покрыта кровью из множества маленьких входных ран. "Ты подстрелил меня!" — повторил я Максу с гневным недоверием. "Из антикварного оружия!"

Мы прибыли вниз и встретились с другими членами экипажа, прибывшими из разных секций станции.

Антон Чен наблюдал за входом с плазменной винтовкой в руках. "Что с тобой случилось?" — спросил он, когда я пробегал мимо него.

"Налетчики," — ответил Макс слишком громко; дробовик явно повлиял и на его слух.

"Он подстрелил меня!" — возмутился я, направляясь к мостику. Я слышал, как разогреваются энергетические установки. Потрясенный мичман с эмблемой Медицинской службы Флота на воротнике широко раскрытыми глазами посмотрел на меня. "Сэр, вам следует..."

"Тебе следует проверить, есть ли другие раненые, а затем прийти ко мне с аварийной медицинской сумкой на мостик."

"Но, сэр!"

"Это приказ!" — рявкнул я, когда двери лифта закрылись. В лифте со мной были и другие члены экипажа, и я постарался сохранить абсолютно невозмутимое выражение лица, делая то, что считал необходимым. "Алиса, медицинский анализ. Насколько всё плохо?"

"Не смертельно. Тридцать одно небольшое отверстие, только восемнадцать металлических осколков застряли в костях или мышечной ткани. Вы выживете."

"Хорошо, теперь закрой отверстия в моем вакуумном костюме, сожми раны и запечатай их. Этого должно хватить, пока меня не вылечат."

"Знаете, вы могли бы заглянуть в медотсек."

"Просто сделай это." Я стиснул зубы, пока она выполняла мои инструкции, а затем двери открылись на мостик.

"Капитан на мостике!" — услышал я чей-то голос, но не особо заботился о том, чтобы посмотреть, кто это был.

"Вольно. У меня такое чувство, что нам предстоит много работы."

Сержант Егоров поморщился, увидев выражение моего лица, когда открывались двери, и вернулся к своей станции. "Приказы от адмирала Морозова, видеосообщение," — доложил он.

"Выведи сообщение," — приказал я, осторожно усаживаясь в капитанское кресло.

Полноразмерная голограмма адмирала появилась в центре мостика, изображение было настолько четким, что я почти вскочил на ноги для отдания чести. "Капитан Волков, вам необходимо принять экипаж, проложить курс и немедленно отправляться. Не вступайте в бой с противником на пути из зоны, войдите в гиперпространство как можно скорее. И, кстати, передайте от меня привет Алисе. Это всё, счастливого пути."

Я посмотрел на свой командный пульт и заметил, что он тоже получил повреждение от дроби, хотя и поверхностное. "Привет, Алиса?"

"Это был код, капитан. Когда меня перенесли в этот блок, я обнаружила ожидающие приказы на случай раннего нападения на базу. Мы должны выбрать новые координаты далеко от пространства Консорциума Триады, уничтожить наши униформы, удалить все доказательства и записи о Свободной Гавани и Флоте из наших компьютеров, оставив только то, что можно найти в обычном торговом или наемническом корабле. Адмирал действует исходя из предположения, что Разведка Флота Свободной Гавани была скомпрометирована. Они найдут способ связаться с нами позже, если это будет необходимо. Похоже, нам придется искать собственных союзников там, если мы хотим получить какую-либо помощь, Денис. Здесь есть и другие детали, но сомневаюсь, что они относятся к нашей текущей ситуации."

Я осознал, что все на мостике слышали слова моего ИИ, поэтому обратился напрямую к персоналу мостика. "Все слышали? Новые приказы. Пора уходить."

"Давно пора выбираться отсюда," — прокомментировал Макс позади меня. Он встал справа от меня и направил флотского доктора к моей левой стороне. "Я могу вывести нас, пока тебя лечат, капитан."

"Только через мой труп," — сказал я с усмешкой. "Лечите меня здесь, док."

Доктор пожал плечами и кивнул. Это был пожилой человек с седеющими волосами, который, казалось, не удивлялся ничему происходящему, словно это был просто еще один рабочий день. "Меня зовут доктор Андреев. Теперь просто не двигайтесь, и вы ничего не почувствуете, капитан."

Я посмотрел на навигационную станцию, где мичман Томин и старший лейтенант Филдс работали, чтобы убедиться, что всё в порядке. "Проложите курс к системе Новая Аврора. Пока достаточно только первого прыжка."

"Есть, сэр!" — ответил мичман Томин, молодой офицер, окончивший академию в этом году.

Доктор улыбнулся, разрезая рукав моего вакуумного костюма и распыляя местный анестетик. Облегчение было мгновенным и желанным. "Хороший выбор, капитан."

"Вы знаете эту систему?"

"Был там пару лет назад на «Аполлоне», корабле, на котором я служу. Это в основном сельскохозяйственная планета, но там хорошие люди с глубокими корнями."

"Рад это слышать, я только знал, что это свободная система. Разве «Аполлон» не должен быть вне этой зоны? Как вы оказались на Свободной Гавани?"

"Станция скрывает две полные боевые группы, включая «Аполлон». У нас есть сюрприз для тех, кто идет за нами. Похоже, нам придется применить его раньше, чем мы думали."

"Тогда вам следует вернуться к своему экипажу."

"Теперь уже нет смысла. Оперативно я не могу покинуть корабль, я уже знаю слишком много, а ваши приказы — вывести нас отсюда. Так что я починю вашу руку, вы выведете свой экипаж из зоны и приступите к миссии," — прошептал доктор Андреев. "А потом, возможно, я посмотрю, как выглядит ваш медицинский отсек, и приведу в форму вашу бригаду сортировки. С вашего разрешения, конечно."

"Разумеется."

Макс улыбнулся, услышав этот разговор, проверяя свою голографическую командную консоль. "Нам не хватает только троих, капитан: механика, пилота и медика. Мы приняли на борт одиннадцать дополнительных человек, которые были заблокированы боями на станции."

"Приступим к отправлению, коммандер."

"Есть, сэр," — ответил Макс с улыбкой. "Герметизировать внешние люки, отсоединить шланги, швартовы, сигнализировать Портовым Операциям открыть ближайшие стартовые двери и дать нам траекторию."

Я продолжил с того места, где остановился Макс. Всё-таки он выполнял список отправления впервые. "Всем руководителям отделов доложить."

В течение следующих нескольких минут я слышал голоса многих друзей. Это было похоже на возвращение в виртуальную реальность, то чувство, когда тебя окружают люди, которые все рады быть здесь, все стремятся работать вместе для достижения общей цели. Когда рулевой доложил о готовности, я не мог не улыбнуться. "Выводите нас, максимальная скорость. Выведите внешний вид на главный дисплей."

Мы маневрировали через сухой док, где каждый пригодный корабль укомплектовывался экипажем и готовился к вылету. Мы прошли через двери, которые, казалось, были открыты ровно настолько, чтобы мы могли пройти. Я посмотрел вниз и увидел, что доктор только что закончил восстанавливать поврежденную руку. "Спасибо, доктор."

"Просто постарайтесь больше не попадаться ему на пути," — ответил он, указывая на Макса и качая головой.

У моего первого офицера не было времени ответить, так как он командовал поднять преломляющие и мостиковые щиты и запрашивал доклады от тактического и навигационного отделов.

"У нас несколько тысяч вражеских целей на стороне станции, обращенной к ядру галактики, сэр. Им противостоят наши корабли," — ответил мичман Томас с тактической станции.

"Координаты установлены, ждем достижения безопасного расстояния перед включением гиперпространственных систем," — ответил лейтенант Филдс с навигации. "Десять секунд при нашей текущей скорости, сэр."

"Тогда начните отсчет с десяти секунд. Мы не хотим повредить станцию." Я настроил главный экран на отображение станции с помощью одной из контрольных панелей на моем кресле.

"Только не забудьте о нас здесь, в темноте," — сказал я себе, наблюдая, как Свободная Гавань уменьшается вдали на голографическом экране мостика. "Сэр?" — спросил сержант Егоров, поворачиваясь ко мне от коммуникационной станции.

"Кое-что, что адмирал Морозов сказал мне на днях. Флот возлагает на нас большие надежды. Мы квалифицированы, умны и рады сделать свою часть работы, но главная причина, по которой мы здесь, в том, что мы все называем эту станцию домом."

"Пять... четыре... три... два... один... Гиперпространственный прыжок!" — объявил лейтенант Филдс.

Звезды на экране растянулись в длинные полосы света, и «Первый Луч» нырнул в гиперпространство, оставив позади Свободную Гавань и разворачивающееся сражение. Я почувствовал знакомое ощущение перехода — легкое головокружение и мимолетное чувство невесомости, которое быстро прошло.

Когда мы достигли безопасного расстояния, мы вошли в гиперпространство, и после того, как был выполнен контрольный список после входа, я обратился к экипажу по общекорабельной системе связи. "Говорит капитан. Как вы все знаете, это не тот способ, которым мы планировали отправиться, но что касается отправлений, могу сказать, что это не худшее, что я мог себе представить. Сегодня утром должен был быть запуск, и наш главный инженер, коммандер Рисов, должен был назвать корабль в честь тех, кто служил на нем раньше.

"Это был хороший экипаж, который столкнулся с ужасными шансами и никогда не сдавался. Я сомневаюсь, что у нас будет шанс провести этот запуск сейчас, но я верю, что у нас было нечто лучшее. Этот корабль был освящен целью, и нам был дан дар доверия. Мы, как сыновья и дочери Свободной Гавани, должны инкогнито отправиться во тьму и найти ресурсы, которые помогут людям дома, прежде чем в конечном итоге вернуться туда сами. Хотя мы не будем носить униформу, мы все равно должны чтить тех, кто был до нас, и тех, кого мы оставляем позади, чтобы мы могли вернуться с высоко поднятой головой.

"В честь ее последнего экипажа этот корабль будет называться «Первый Луч». Я прошу всех при возможности почтить минутой молчания тех, кто отдал свои жизни на этом корабле. И приветствуйте незнакомые лица на борту, где бы вы их ни встретили. Они ваши новые братья и сестры. Это всё."

Все на мостике вернулись к работе, хотя делать было особо нечего, поскольку мы безопасно находились в гиперпространстве. "Хорошо сказано, капитан," — произнес Макс с улыбкой.

"Я слышал и получше," — тихо сказал доктор Андреев. "Но не часто," — добавил он с кривой усмешкой.

Глава 11: Гиперпространство

Весь следующий день я провел на мостике, изучая отчеты и убеждаясь, что корабль хорошо справляется со своим первым длительным путешествием в гиперпространстве после того, как все системы — включая двигатели — были обновлены. Серьезных проблем не возникало. Мы с Максом обнаружили, что оба рады тому, что руководителям отделов больше не придется подавать ежедневные отчеты, потому что при небольшом количестве проблем, требующих решения, это становилось довольно скучным занятием. Ни один из нас не привык часами просматривать данные каждый день.

С Еленой Соколовой дело обстояло иначе. Она, казалось, прекрасно освоилась, и всякий раз, когда наши пути пересекались, она всегда читала или слушала отчет, одновременно занимаясь чем-то еще. Было очевидно, что она вполне привыкла быть старшим офицером. Холодность в поведении тоже исчезла. Она была занята, конечно, и лично участвовала во всех тонких настройках, необходимых после модернизации, но у нее всегда находилось мгновение или два для улыбки и нескольких слов.

Дресс-код в инженерном отделе изменился так же, как и на остальном корабле: больше никаких униформ Свободной Гавани. Вместо этого Елена и старший инженерный персонал выбрали для своего отдела серые вакуумные костюмы, в которых было место для всех необходимых ручных инструментов, дополнительного импульсного оружия, и которые включали проводящую ткань, делавшую их невосприимчивыми к электромагнитному оружию и большинству несчастных случаев, связанных с электрическим током. Костюмы также были спроектированы таким образом, что не могли ни за что зацепиться и были устойчивы к ударам и большинству проколов. Вся эта технология существовала и раньше, но обычно предназначалась для специализированной униформы. После того, как я увидел их, я был более чем доволен тем, что инженерный отдел воспользовался возможностью улучшить экипировку.

Увидев работу, проделанную над униформой в инженерном отделе, я приказал всем остальным отделам разработать свои новые вакуумные костюмы. Они должны были включать меры безопасности, которые внедрил инженерный персонал, поскольку они не добавляли дополнительного объема, очень мало веса и оставляли место для других модификаций.

Два дня спустяя, ранним утром, я столкнулся с Еленой, когда она направлялась в инженерный отсек из главного зала. В одной руке у нее был кофе, а с тонкого устройства управления на другом запястье она проецировала голографическое изображение одного из наших реакторов. Она остановилась перед тем, как дверь открылась, и одарила меня улыбкой.

"Доброе утро," — приветствовала она бодро.

"Доброе утро. У меня еще не было возможности сказать тебе, но новая униформа выглядит отлично. Думаю, все остальные отделы воспринимают задание по разработке своей новой униформы как соревнование."

"Что ж, это лучше, чем большинство долгих путешествий в гиперпространстве. Все только об этом и говорят, но хотя бы говорят. Я слышала, что артиллерийские расчеты почти закончили свои, а Антон Чен держит униформу пилотов в секрете. Как продвигается работа над униформой персонала мостика?"

"У нас действительно не было времени. С одной стороны, мы заботимся о рутинном наблюдении за путешествием в гиперпространстве, с другой — есть новые протоколы связи, отпуска и общей безопасности, которые нужно просмотреть. Кирилл, или, скорее, сержант Егоров, проделывает отличную работу над нашим шифрованием, но тестирование и доработка занимают вечность."

Выражение лица Елены медленно превратилось в улыбку. "Всего несколько дней здесь, а ты уже звучишь так, будто командуешь годами."

"В большинстве случаев так и есть," — согласился я, следуя за ней в центр инженерного отсека. Они называли его "ямой". Там был пандус, ведущий вниз в восьмиугольную секцию управления, где все системы можно было контролировать с помощью панелей управления и через голограммы. "В другие моменты возникает что-то, о чем я даже никогда не слышал."

"Для этого мы и здесь. Мы — старший персонал. Если ты чего-то не видел, скорее всего, мы видели. Если нет, что ж, мы можем просто разобраться вместе."

"Верно, но к этому еще нужно привыкнуть."

"Могу представить."

Я огляделся и осознал, что мы находимся прямо посреди четырех пятиэтажных реакторов. "Как выглядит модернизация?"

"Фантастически. Конечно, много вещей нужно отладить, но эти новые реакторы просто удивительны. Они не требуют того обслуживания, которое требовалось старым, и производят гораздо больше энергии, не имея при этом вредного радиологического следа. Не нужно беспокоиться о защитной оболочке или охлаждении, они не могут взорваться, и в них так мало движущихся частей, что они едва похожи на реакторы. Я рада, что следила за инженерными достижениями, иначе я была бы совершенно сбита с толку."

"Что ж, у тебя есть работа, и мне тоже пора идти. Уверен, мы скоро увидимся."

Елена поставила свой кофе и закрепила кружку на полке нажатием кнопки. "Я провожу тебя."

"Удивительно, что энергетические установки не больше."

"Они и для меня меньше, чем я ожидала; более половины пространства, которое занимали старые системы, теперь свободно в инженерном отсеке. Когда мы найдем новые технологии, которые ищем, возможно, мы сможем добавить их на корабль."

"Именно об этом я и думал," — сказал я, улыбаясь ей.

Она одарила меня теплым, радостным взглядом, когда мы достигли двери. "Я рада, что мы мыслим одинаково. Увидимся позже?"

Я кивнул и начал уходить.

Доктор Андреев, который бежал трусцой к нам и стал свидетелем конца нашего разговора, остановился, чтобы бежать на месте рядом со мной, пока Елена возвращалась к центру инженерного отсека, и дверь закрылась за ней. "Вот это была улыбка," — прошептал он.

"Да, была."

"Ну, независимо от химии между вами, я рад видеть, что ты посещаешь руководителей отделов там, где они работают. Это показывает, что их идеи важны, что ты хочешь быть вовлеченным и знакомым со всем кораблем. Это критически важно для завоевания уважения твоих офицеров, особенно на корабле без униформы Флота. Было бы хорошей идеей заглядывать в инженерный отсек каждое утро, это должно помочь отношениям между вами."

"Между нами?" — спросил я, подняв бровь.

"Да ладно, капитан, все наблюдают за вами обоими. Люди образуют пары, и мы все гадаем, когда вы двое последуете их примеру."

"Все? Прошло всего несколько дней."

Доктор Андреев усмехнулся и продолжил бежать по коридору. "Тебе стоит присоединиться ко мне как-нибудь. Похоже, тебе не помешала бы пробежка."

Раньше я был только в одном длительном путешествии через гиперпространство. Хотя это второй по скорости метод передвижения после перемещения через высокосжатые червоточины, он может быть очень скучным. Я последовал совету доктора на следующий день, а затем и на следующий.

Доктор Карл Андреев, или Док, как я начал его называть, получил должность главы медицинского отдела, поскольку имел наибольший опыт во Флоте и в медицине. Он был врачом более десяти лет, прежде чем присоединиться к пехоте, где служил восемь лет медиком. После этого он записался во Флот и провел двадцать семь лет на разных кораблях, лечя раненых, и, согласно его личному делу, ему пришлось принять командование в шести различных случаях. Ему было восемьдесят пять лет, но ему приходилось замедляться во время пробежек, чтобы я мог не отставать. Каждое утро он бегал вокруг одной палубы корабля три или четыре раза.

"Так ты идешь на вечеринку сегодня вечером?" — спросил Док, когда мы бежали по главному коридору палубы 13, которая частично была инженерной, а частично — жилыми помещениями экипажа. Главный коридор, который огибал всю палубу, был перестроен во время модернизации так, чтобы в нем могли разместиться четыре человека в ряд.

"Они называют это Балом Пилотов, и я должен пойти. Я капитан."

"Не на этот. Коммандер Чен устраивает его. Технически ты можешь просто остаться на мостике или сделать символическое появление, а затем уйти."

Я задумался на мгновение. "Это заманчиво, но это первое общественное мероприятие, и я едва видел многих людей с тех пор, как мы вошли в гиперпространство. Для тихого гиперпространственного путешествия все были действительно заняты. Некоторые из нас едва успевают выспаться."

"Ах, первое путешествие после модернизации всегда такое. Много болтов нужно затянуть. Даже некоторые ослабить. Просто радуйся, что никто не забыл закончить установку чего-либо."

"Сколько модернизаций ты видел?"

"Две, «Андромеда» и «Рамзес»."

"Как они прошли?"

"«Андромеда» начала разваливаться сразу после повторного запуска. Откровенно позорно для бригады модернизации, чертовски смешно для всех, кто молился о дополнительных парах недель отпуска."

"Могу представить."

"У нас много проблем с модернизацией? В медицинском отсеке все кажется довольно гладким. Кроме необходимости перевесить шкаф, ничего не расшаталось и не упало."

"Ну, Елена отключила реактор три на день или около того."

"Впечатляще. Я даже не заметил, чтобы свет мигнул."

"Ну, она полностью погружена в свою работу, буквально. Я зашел посмотреть, как идут ремонтные работы вчера утром, и она заползла внутрь энергетической установки. Я не думал, что там вообще есть место для чего-либо."

"Что бы она ни делала, это работает. Она идет на Бал Пилотов, знаешь ли."

"Да?"

"Да, она говорила об этом, когда пришла в медицинский отсек для лечения плотности костей. Мы в итоге довольно долго разговаривали. Оказывается, я знаю ее мать."

"Так ты уже знал о реакторе три и о том, как идут дела в инженерном отсеке."

"Что заставило тебя так думать?"

"Потому что если ты спросишь ее, как у нее дела, она говорит об инженерном отсеке. У нее могла бы вырасти новая голова с тех пор, как ты видел ее в последний раз, и она все равно говорила бы о том, как ионная смесь немного не в порядке, или как настил палубы под реактором два начал немного скрипеть во время гравитационных регулировок."

"Ты поймал меня. Должно быть, я теряю хватку в своем преклонном возрасте."

"Ах, мы, люди, сейчас живем до четырехсот лет, ты все еще молодой человек."

"Это все еще в основном теоретически, но я не возражал бы быть одним из первых, кто попадет в клуб четырехсотлетних. Но не в этом дело. Я в два раза старше самого старого члена экипажа и даже больше. Если я не буду жить хотя бы через нескольких из вас, молодых щенков, я проведу все это путешествие, умирая от скуки. Кроме того, это цена советов этого старика."

"Для старика ты загоняешь меня до изнеможения на этих утренних пробежках."

"Ах, ты ошибаешься. Это моя пробежка, ты просто следуешь за мной."

"Хорошо, так каков твой совет, старик?"

"Иди на Бал Пилотов и постарайся не отставать," — сказал он с игриво вызывающей окончательностью, прежде чем увеличить темп для последнего отрезка нашего второго круга вокруг палубы.

Глава 12: Бал Пилотов

В тот вечер Антон Чен был в своем собственном раю. Это был первый шанс продемонстрировать свою новую летную команду. Двадцать один истребитель, пилоты которых были распределены по всему стартовому отсеку, и каждый был помечен своим позывным. Главная смотровая палуба с полупрозрачным полом, через который был виден отсек истребителей внизу, и полностью прозрачной стеной спереди, открывающей вид на открытый космос, гудела от присутствия большей части экипажа. Только небольшая дежурная смена обслуживала станции, чего было более чем достаточно для путешествия в гиперпространстве.

Было так приятно видеть всех в повседневной одежде; только пилоты были одеты в униформу. Их новое пилотское снаряжение включало более толстый черный вакуумный костюм, защитный шлем и летную куртку, которая выглядела так, будто ее вытащили прямо из музея. На них не было никаких опознавательных знаков.

"Креативно," — сказал я Антону, чокаясь с ним бокалом шампанского.

"Спасибо, капитан. Мы все внесли свой вклад. Наши тренировки тоже идут хорошо."

"Так я и прочитал, но у меня не было времени посмотреть записи."

"О, так ты стал капитаном и у тебя не осталось времени для Антона. Ну, когда сможешь выделить время, тебе стоит посмотреть вчерашнюю вторую тренировку. Я думал, что проведение сценариев с вами, ребята, было интенсивным, но эти пилоты просто безумны."

"Теперь ты знаешь, как мы себя чувствовали."

Антон рассмеялся и кивнул, когда к нам присоединился Макс. "Эй, Антон, как мне получить одну из этих курток? Материализатор не хочет мне ее делать."

"Ха! Ты должен быть пилотом или механиком! Я ограничил доступ," — ответил Антон. Я сразу заметил, что все пилоты в пределах слышимости затихли и прислушивались.

"Ну, я случайно знаком с капитаном, я уверен, он может что-нибудь с этим сделать."

"Извини, коммандер, если мой главный летный офицер говорит, что это униформа только для летной палубы, тебе придется смириться с этим или подать заявку в его отдел."

"Что ж, тогда мне придется придумать что-то для офицеров мостика. Может быть, мы все будем носить длинные пальто, как наш капитан," — самодовольно сказал Макс, указывая на мое инженерное пальто.

"Конечно, только не делай так, чтобы мы выглядели, будто в пижамах," — сказал я.

"Ну почему я должен это делать?"

"Всякое бывает. Я никогда не знаю, чего ожидать от тебя, Макс."

"Ну, я надеюсь, что это новая инженерная униформа," — произнес Антон, указывая через смотровую палубу. Я обернулся, чтобы проследить за его взглядом, и клянусь, мое сердце остановилось.

Елена прибыла с несколькими инженерами. Она была в длинном белом платье с вырезом-ковшом. Ее рыжие волосы были туго завиты в локоны и спускались до середины шеи, где она носила белый чокер. Ожерелье было украшено круглым синим драгоценным камнем с мечом, пронзающим его — эмблемой Свободной Гавани. На плечах она носила длинную мерцающую белую шаль, которая достигала ниже колен.

Она улыбнулась мне и направилась к бару вместе с Дарьей, которая была одета в похожее черное платье и выглядела почти так же потрясающе. Они обе шли с такой грацией и уверенностью, что казались совершенно отделенными от всех остальных.

Я пересек комнату к бару и улыбнулся ей. Я рад, что она заговорила первой, потому что не знаю, что бы я сказал.

"Добрый вечер, капитан."

"Как вы, коммандер?"

"Отлично, я праздную."

"О? Есть какой-то повод помимо того, что Антон демонстрирует свою команду?"

"Мы наконец-то привели всё в инженерном отсеке именно в то состояние, в котором хотели. Кстати, где коммандер Чен? Я хочу поблагодарить его за организацию всего этого."

"О, он прямо там," — я указал в его сторону.

"Спасибо. Увидимся позже, капитан." Она ушла, одарив меня улыбкой. Её лёгкий британский акцент и изящные манеры совершенно ошеломили меня. Я мог лишь наблюдать, как она грациозно удаляется.

Бармен, мичман из отдела общего обслуживания, ухмыльнулся и протянул мне что-то голубое и пенистое в высоком бокале. "Это должно снять напряжение, сэр," — сказала она с улыбкой, которая почти достигала ушей.

"Спасибо," — ответил я, делая глоток. К моему удивлению, напиток оказался очень вкусным. Я сел на барный стул и поставил кружку. В отличие от тех утренних визитов к Елене в инженерный отсек, когда казалось, что всегда есть о чём поговорить, но никогда не хватает времени, сейчас я совершенно потерял дар речи. Я поймал себя на том, что наблюдаю за ней, и попытался непринуждённо отвести взгляд. Это была Елена, но в этом платье она казалась совершенно другим человеком.

Доктор подошёл и облокотился о барную стойку рядом со мной, разглядывая мой напиток. "Ногантское пиво. Немного горьковатое с сладким послевкусием. Не пил его уже много лет."

"А, так вот как это называется."

Он жестом попросил ещё одну порцию. "Одно из моих любимых. Без алкоголя, но содержит смесь других натуральных веществ, которые заставят тебя почувствовать расслабление и лёгкую эйфорию. Только не переусердствуй, иначе окажешься в медотсеке, воображая себя облаком."

"Спасибо за предупреждение."

Мы с доктором отошли от бара и продолжили общение с гостями. Мне удалось встретиться и поговорить со всеми, кого я хотел увидеть в тот вечер. Меня даже представили большинству новых членов экипажа. В основном это были опытные моряки, и никто не выглядел недовольным своим положением. По крайней мере, никто не был настолько недоволен, чтобы воспользоваться этим случаем и сообщить мне об этом.

Всё время мой взгляд возвращался к Елене. Я ничего не мог с собой поделать. Она ловила меня на этом не раз и либо одаривала улыбкой, либо делала вид, что не замечает. Однажды она подняла бокал, глядя на меня через всю комнату. Мне пришлось ответить тем же жестом, и все, с кем я в тот момент разговаривал, обернулись, чтобы посмотреть, куда я смотрю. Когда они повернулись обратно ко мне, на их лицах были широкие улыбки.

Ночь продолжалась, и когда всё начало затихать, я увидел, как она прошла через боковую дверь, ведущую в меньшую секцию смотровой палубы с более приглушённым освещением. Я не раздумывал, просто извинился и тихо последовал за ней.

Комната была тихой, тёмной и без мебели. Единственным источником света был слабый сине-белый свет, проникающий через прозрачную стену. Шум музыки и разговоров в главном зале позади исчез, рассеянный звуковым барьером. Елена стояла, глядя в окно, нежное сияние гиперпространства танцевало на её чертах. Видимые солнечные ветры и потоки энергии, сияющие звёзды и туманности в далёком космосе проплывали мимо, эфемерные и нереальные, словно это был какой-то светящийся сон.

Я пересёк комнату и обнял её за талию. Это казалось самым естественным поступком. Она расслабилась и прильнула ко мне. "Даже в самых смелых мечтах я не думал, что ты настолько красива."

"Спасибо," — тихо ответила она. "Ты тоже неплох. Мне нравится твоё пальто."

"Оно принадлежало моему отцу. Он отдал его мне, когда я поступил на службу инженером."

"Расскажи мне о нём."

Я был удивлён этой просьбой, но когда она обняла меня за талию и устроилась поудобнее, я продолжил. "Он вырос на Осирисе и обучался на инженера. Затем покинул систему и путешествовал как подмастерье несколько лет."

"Как он познакомился с твоей матерью?"

"Ну, она тоже родилась на Осирисе, и, как он обычно рассказывал, ему не очень везло, пока он не встретил её на транспорте, возвращающемся домой. Он преследовал её несколько недель после их встречи. Она делала вид, что его вообще не существует, пока наконец не дала ему шанс.

Она рассказывала мне, что он был настойчивым, но обаятельным, и она не понимала, что его мотивы были чисты. Ну, относительно чисты. Он отвёл её в Джардини Делл'аква и показал, как работают водные сады с механической стороны, прежде чем вывести её наружу как раз вовремя, чтобы увидеть золотисто-синий закат."

"Мне бы хотелось познакомиться с твоими родителями."

"Я не особо думал о них какое-то время, но в последнее время мои мысли возвращаются к ним. Я помню, когда в последний раз видел отца. Он проводил меня до посадочного трапа, когда я отправлялся на Альфа-Прайм. Он не был человеком многих слов, но как раз когда я собирался попрощаться, он пожал мне руку и сказал: 'Я горжусь тобой'. Это были его последние слова, обращённые ко мне."

"Так вот какой Денис, которого никто не видит," — прошептала она, глядя на меня. "Думаю, он мне нравится."

Мы стояли вместе в тишине долгое время, глядя на звёзды, которые очень медленно приближались.

"Я наконец-то в порядке," — сказала она через некоторое время. "Спасибо, что позволил мне переименовать корабль."

"'Первый Луч' — идеальное название. Я бы не хотел никакого другого."

"Я прочитала все приказы. Мы действительно одни здесь. Они хотят, чтобы мы создали свои собственные правила и нашли свой путь. Когда мы закончим, они, вероятно, будут проводить с нами брифинги целый год."

"Я знаю. Я пытаюсь представить, как всё может измениться после нескольких лет здесь, каково будет вернуться домой после такого долгого отсутствия, и просто не могу этого осознать."

"Некоторые уже начали украшать свои каюты. Думаю, до них начинает доходить, что это будет нашим домом на какое-то время. Каюта Дарьи уже больше похожа на квартиру. Она даже повесила фотографию сержанта Егорова."

"Фотографию Кирилла? Повезло ему, надо будет упомянуть об этом, когда увижу его на мостике."

"Не смей, у них было всего одно свидание."

"Люди уже встречаются?"

"Он нашёл тихий уголок и установил стол и стулья. Она сказала, что он был настоящим джентльменом. Кажется, они должны встретиться после его смены завтра."

"Я забыл, что на кораблях наёмников разрешены личные отношения, пока Макс не упомянул об этом в день отправления. Это то, к чему виртуальная реальность не подготовила никого из нас." Мы стояли тихо ещё некоторое время, просто наслаждаясь видом и спокойным моментом.

"Прости, что я была такой холодной, пока мы были в виртуальной реальности," — тихо сказала она.

"Офицерам Флота не разрешено вступать в личные отношения на борту."

"Да, но им всё ещё разрешено вести себя как друзья. Я отталкивала тебя и избегала. Моя подготовка говорила мне забыть обо всём, кроме того факта, что ты мой командующий офицер, всё остальное было отвлечением. И я пыталась." Она посмотрела на меня, и я увидел слёзы в её глазах. "Не было ничего, чего бы я хотела больше, чем лучше узнать этого человека, которого я встретила в виртуальной реальности, лично. Когда я встретила тебя и не разочаровалась, было так трудно не позволить этому помешать тому, что мы должны были делать. Я не могла вынести мысль о том, чтобы сблизиться с тобой и получить за это критику от моей матери. Было слишком много причин держать тебя на расстоянии, но я никогда этого не хотела. После того первого утра, как ты помог мне, я не могла забыть, а когда мостик был уничтожен, я подумала, что, возможно, это моя команда не отреагировала вовремя. Я только что потеряла так много, Денис, и я думала, что потеряла тебя, прежде чем смогла узнать."

Я остановил её и нежно стёр слезу. "Я здесь," — сказал я, полностью заключая её в свои объятия. Она закрыла глаза и обвила руками мою шею. Я опустил губы к её губам. Наш поцелуй был таким мягким прикосновением. Мы двигались медленно, смакуя каждую секунду и задерживаясь на этом ощущении.

В эти долгие мгновения не существовало никаких других ощущений, кроме чувства её в моих руках, нашего долгого поцелуя и звука её дыхания. Он закончился так же нежно, как и начался.

Она положила голову мне на грудь и вздохнула.

"Я никуда не уйду и не отпущу тебя," — прошептал я.

"Думаю, мне понравится быть наёмником," — ответила она.

Ночь продолжалась, и мало кто покинул вечеринку после полуночи. Казалось, каждый член экипажа хотел максимально использовать каждый момент. Когда мы с Еленой тихо вышли из той боковой комнаты, держась за руки, повсюду были шёпот и улыбки. Мы сами не могли не улыбаться, заказывая шампанское в баре. "Что нам делать?" — спросил я шёпотом.

"Понятия не имею, у меня никогда раньше не было отношений, за которыми наблюдал весь экипаж," — ответила она, стараясь не шевелить губами.

"Продолжайте улыбаться," — сказал Док из-за нашей спины. "И остерегайтесь пьяных тостов от хозяев-пилотов," — посоветовал он, указывая на Антона Чена, который нетвёрдо взбирался на стол. Один из его пилотов помогал ему с равновесием, а другой держал стол.

"Спасибо всем, что пришли!" — громко сказал Антон, очень осторожно принимая бокал шампанского от высокого механика.

"Сколько он выпил?" — спросил я.

"Понятия не имею, я не на дежурстве," — ответил доктор Андреев.

"Дамы и господа, как командир Первой эскадрильи, я обещаю, что мои пилоты и я будем защищать вас всех. Как вы заботитесь о нас, пока мы путешествуем между звёздами, мы будем вами, я имею в виду, заботиться о вас, когда мы делаем остановки! Так что за вас и за наше обещание вам." Антон высоко поднял свой бокал на нетвёрдых ногах, и я поднял свой.

"Это было не так уж плохо," — прошептал я себе под нос.

"И за нашего капитана и его прекрасную жену!" — глаза Антона широко раскрылись через секунду после того, как эти слова вылетели из его рта, и он быстро попытался исправиться. "Инженера! Я имею в виду инженера!" Комната наполнилась смехом, пока Антон полностью не потерял равновесие. К счастью, пара пилотов в основном поймала его. Он встал на ноги и выпил каплю или две, оставшиеся на дне бокала. Мы выпили за его тост, и многие даже аплодировали.

То немногое, что осталось от ночи, было таким же: Макс спрашивал у каждого присутствующего офицера мостика совета о том, как должна выглядеть новая командная униформа, Антона увели вскоре после того, как он невнятно пробормотал пару извинений Елене и мне, и люди в целом прекрасно проводили время.

Следующие два дня в гиперпространстве не были спокойными, и все обнаружили, что у них больше дел, чем они ожидали. Мы с Еленой едва могли найти время, чтобы пообедать и поужинать вместе, так как нам обоим приходилось работать долгие часы.

Экипаж доказывал свою компетентность, и по мере приближения конца нашего путешествия в гиперпространстве корабль был тщательно настроен.

Мы чувствовали, что готовы ко всему.

Глава 13: Прибытие

Прибытие